Фауна наземных позвоночных Воронежской губернии - Воробьев К.А., Огнев С.И.

Автор: Воробьев К.А. Огнев С.И.

Теги: зоология животные фауна позвоночные губернии россии

Год: 1923

Похожие

Животный мир Волгоградской области. Наземные позвоночные животные

Материалы по эволюции наземных позвоночных

Конспект фауны земноводных и пресмыкающихся России

Наземные звери России. Справочник-определитель

Текст

сиогнгьаа юрой®
Фауна
штопопш/
У ОФ ОНЕЖСКОМФУФ
-HOBclQi ДЕРЕЕНа.
Первая Седьско-Хозяйетвенная и Куетарно-Промьь
= шлейная Выставка С.С.С.Р. z=
С. U. Огхеб и У(. ^оробьеб
ФАУНА
НАЗЕМНЫХ ПОЗВОНОЧНЫХ
ВОРОНЕЖСКОЙ ГУБЕРНИИ.
S. I. Ognev & К. A. Worobiev
The Fauna
of the terrestrial Vertebrats
of the governement of Woronesh.
ИЗДАТЕЛЬСТВО HAPKOM3EMA
„НОВАЯ ДЕРЕВНЯ-
MOCK В A—1923.
Предисловие.
Начатое в 1911 и 1912 г.г. подробное естественно-историческое
исследование Воронежской губернии касалось рельефа, климата, геоло-
гии, почвы, растительности и гидрологии, несовершенно не затрагивало
фауны.
В свое время этот дефект всестороннего исследования подчерки-
вался целым рядом ученых и специалистов. Они основывались на том,
что в подробной программе по естественно-историческому исследова-
нию Воронежской губернии, изданной в 1918 году, не было включено
изучение животного царства.
Агрономы, руководители этого исследования в губернском земстве,
хотя и сознавали пробел в фаунистическом изучении губернии, тем
не менее считали, что в целях естественно исторического райониро-
вания. губернии, познание фауны не сможет дать тех исключительно
тонких „показателей климата", какие дает растительность. Очевидно,
такой же точки зрения держались и организаторы местных естественно-
исторических исследований в других губерниях, так как почти нигде
фауна не составляла обязательного звена исследований, производимых
старыми губернскими земствами в целях порайонного изучения с.-х
обстановки той или иной губернии.
Но правильно ли такое отношение к фауне?
Определенные, хотя и косвенные, данные показывали, что напра-
сно так пренебрегают исследованием фауны, так «как животный мир,
подобно растительному, дает свои дополняющие штрихи к познанию
природы. Изучение животного мира дает для сельского хозяина более
законченную и цельную картину природы в ее совокупности. Напом-
ним, какое большое значение имеют для общей этнографической и
сельско-хозяйственной характеристики определенной среды такие
данные, как прилет и отлет птиц (в связи с изменениями погоды),
нахождение тех или иных животных форм, жизнь коих связана со
строго определенными условиями существования и т. д.
IV
В силу указанных соображений и для полноты производимых
в Воронежской губ. работ по изучению природы, были приняты
меры к организации фаунистических исследований, которые были
начаты проф. С. И. Огневым в 1919 и 1920 г.г., а в 1921 п 1922 г.г.
получили определенное место в системе экспедиций по естественно-
историческому исследованию Воронежской губернии.
Следует оговориться, что недостаток у опытной организации
средств, а также условия прифронтовой полосы, даже при исключитель-
ной энергии проф. С. И. Огнева с прекрасным подбором сотрудников/
не смогли этому исследованию фауны придать должный исчерпывающий
характер, аак в смысле об'ектов исследования, так и в географическом
его разрезе.
Не все группы животного мира затронуты исследованием и не
вся губерния покрыта такими планомерными маршрутами поездок, как
это, скажем, имело место в отношении изучения почв или раститель-
ности, производившемся до гражданской войны и, главным образом, в
мирное время: поэтому в исследовании проф. С. И. Огнева нет
тех исчерпывающих географических данных, по которым мы, скажем,
могли бы нарисовать фаунистическую карту Воронежской губ.
Тем не менее работа проф. С. И. Огнева, ниже нами напечатанная,
является в высшей степени ценной и для данцого времени служит
своего рода образцом, хотя и затрагивает только наземных позвоночных
представителей животного царства.
Книга проф. С. И. Огн"ва выходит после опубликования сводок
по почвенно-ботаническим исследованиям и после опубликования схемы
естественно-исторических районов Воронежской г. II вот, читая работу
С. И. Огнева гг К. А. Воробыва. прямо поражаешься до чего фауна
идет в параллель с флорой, и как изменения флоры рисуют п изменчи-
вость фауны. Не только разные насаждения характеризуются опреде-
ленной фауной, но и всякие изменения природной обстановки дают
перемену фаунистического состава.
Двойственность обстановки дает и двойственность в стациях. Возь-
мем растительность дюн в сосновых борах. Во флоре мы отмечаем замеча-
тельную смесь южного и северного элемента, которая невольно пора-
жает даже не специалиста.
Подобную же смесь мы видим и в фауне: на ряду с северными
синицами мы встречаем здесь удодов, как-то мало гармонирующих
с суровым пейзажем дюн и сос**н. Для этой стации крайне харак-
терен орел-могильник, также типичная южная птица.
V
Мы имеем многочисленные примеры, когда изменение среды
вызывает перемены в составе фауны.
Травяная лягушка (Rana temporaria) в пределах Воронежской г.,
повидимому, не заходит в подзону обыкновенного чернозема, встречаясь
в подзоне деградированного чернозема.
В подзоне обыкновенного (степного) чернозема мы встречаем дру-
гой вид Лапа an-alis. Эти фаунистические показатели климата идут
в совершенном параллелизме с показателями климата из растительного
мира, перечислять кои здесь едва ли уместно.
Словом, картина соотношения естественно-исторической обстановки
и животного мира, проявляется столь ясно, что нет ни малейшего
сомнения в возможности по географическому распространению живот-
ных построить соответственные карты природных районов.
Специфические особенности жизни животных, могущих передви-
гаться, заставляют вносить коррективы в работу, в смысле установлений
границ распространения стаций. Это ясно и легко может быть учтено,
и нисколько не умаляет основного вывода, что всякому естественно-
историческому району должна отвечать определенная группа стаций,
и малейшее изменение естественно-исторических условий видоизменяет
видовой состав сообществ животного мира.
Печатаемая ниже работа проф. С. И. Огнева и К. А. Воробьева имеет
ценность не только в ясном обосновании только что упомянутой идеи,
она ценна еще и по монографическому описанию отдельных видов,
встречающихся в пределах Воронежской губ. Эта губерния, исследо-
ванная ранее многими зоологами, ныне освещена с зоологической сто-
роны еще более подробно, что дает возможность начинающим ученым
иметь под рукой книгу по одной из наиболее обследованных губерний
России в зоологическом отношении. В дополнение надо указать, что
прежние издания, например, Северцова и друг., стали большой библи-
ографической редкостью.
Вместе .с тем эта книга дает ясное представление о методах науч-
ного подхода к фаунистическому изучению природы отдельных наших
губерний.
Воронежская губерния в отношении естественно-исторического ее
изучения исследована весьма подробно и всесторонне в самое по
следнее время. Это соображение заставило научное издательство
Главного Комитета по организации Всероссийской Сельско-Хозяйствен-
ной .и Кустарно-Промышленной Выставки 1923 г. включить названную
губернию в разряд областей всесторонне и методически исследован-
ных русскими учеными.
В заключение надо отметить, что работа проф. С. И. Отева
произведена в самое последнее время, являясь, таким образом, дости-
жением последних лет—факт интересный и показательный для
Всероссийской Выставки.
Заведующий Воронежской областной
сел.-хоз. опытной станцией С. X. Чаянов.
20 мая 1923 года.
Введение.
Вряд ли я особенно ошибусь, сказав, что у многих русских зо-
ологов-систематиков, особенно орнитологов, с Воронежской губ
связано какое-то особенное чувство. При упоминании о ней невольно
возникают в памяти яркие, полные интереса страницы „Периодических
явлений в жизни зверей, птиц и гад Воронежской губ.“ нашего
известного зоолога-путешественника Н. А. Седерцова. Здесь, среди
разнообразной и красочной природы, стал впервые развиваться и
крепнуть его молодой талант. Когда русская биолого-систематическая
зоология была еще столь бедна и скудна научными данными, появи-
лась его классическая работа, сделавшая видную эпоху в изучении
родной природы.
Мне кажется очень интересным детально ознакомиться с совре-
менными условиями воронежской фауны, сравнив вновь полученные
данные с приводимыми Н. А. Северцовым.
Его работа вышла в 1855 году; она была составлена на основании
наблюдений, производившихся в 1844—1853 г.г. Прошло почти пол-
столстия со времени появления известной работы Северцова, и фауна
Воронежской губ. подверглась новому исследованию. В 1892 г. была
основана при Лесном Департаменте особая экспедиция, членами ко-
торой производились научные изыскания на казенных землях некоторых
частей средне-русской черноземной области. В Воронежской губ.
производил зоологические' сборы и обследования А. А. Силантьев в
1894—1895 И частью в 1896 Г.Г.
В результате этих работ появилась его книга „Зоологические
исследования на участках экспедиции Лесного Департамента в 1894—
1896 г.г.“ (Труды экспедиции Лесного Департамента, Научный Отдел’,
т. IV, в. 2, 1898 г.).
Работа А. А. Силантьева представляет сравнительно короткий
отчет с указаниями наиболее интересных фактических данных. Таким
образом, интерес более детального и тщательного обследования воро-
нежской природы для сличения новейших сведений с полученными
70 лет тому назад Н. А. Северцовым только сделался еще более ярким
и привлекательным.
VIII
Благодаря помощи, оказанной мне в 1919 году Под'отделом
Наглядных Пособий Народного Комиссариата по Просвещению, а в
1920-1921 г.г. Научным Отделом этого Комиссариата, я смог осуще-
ствить зоологические исследования в Воронежской губ., несмотря па
все трудности современной жизни. Особенно тяжелыми были наши
работы в 1919 году, так как они протекали в непосредственной бли-
зости от фронта гражданской войны: нередко нам приходилось охотиться,
слыша грохот орудий.
Летом 1921 г. очень существенную помощь оказало нашим рабо-
там Областное Управление по Опытному делу Средне-Русской черно-
земной области, предоставляя помещение, продовольствие и лошадей
для раз'ездов. В 1922 году мы работали, уже целиком базируясь на
средствах Областного Управления, при чем главной стоянкой нашей
экспедиции была Каменно-Степная Опытная Станция имени профессора
Докучаева в Бобровском у.
Исследованиями последних лет 4921—1922 г.г. удачно завершились
первые тяжелые годы работ. Своими успехами мы целиком обязаны
крайне предупредительному отношению Областного Управления ио
Опытному Делу в лице Заведующего Областным Управлением
С. К. Чаянова, которому я считаю приятным долгом выразить здесь
свою глубокую признательность. Не могу не вспомнить с чувством
живейшей симпатии и благодарности Р. Г. Заленского, б. Заведующего
Каменно-Степной Опытной Станцией, который принимал все меры к
тому, чтобы облегчить нашу задачу изучения воронежской фауны.
Наши работы начались в мае 1919 года (25/V) и были закон-
чены в октябре (Г2/Х). Нами была исследована долина р. Битюга от
Курлака—на юге до с. Чемлыка—на севере, т. е. значительная часть
Бобровского у. В 1920 году наши работы продолжались с мая до
октября (7/VI до 7/Х). Мы обследовали на этот раз леса Граф-
ского Лесничества Воронежского у., леса долины Битюга, Хреновское и
Коршевское лесничества. В 1921 году мы начали коллектирование очень
поздно, так как в Москве шла утомительная подготовка с получением
необходимых припасов, затянувшаяся крайне долго. Первые экскурсии
мы могли сделать только 3/VII и кончили наши исследования
24/IX. На этот раз мы экскурсировали, главным образом, в районе
Каменной Степи, посетили Новохоперский у. (в районе Абрамовки),
Хреновское и Графское лесничества. Мн очень стремились посетить
знаменитый Шипов лес, но в 1921 году это было совершенно невоз-
можно, так как этот огромный лесной массив был главным притоном
бандитов.
Весною 1922 года, благодаря энергичной и деятельной помощи
Областного Управления и громадному облегчению с покупкой мате-
IX
риалов при свободной торговле, нам удалось начать работы 4/V;
экскурсии были закончены 14/IX. На этот раз мы посетили пойму
р.' Дона около Лисок, Острогожского у., р. Дон под г. Воронежем, около
Никольского отделения Воронежской областной с.-х. Опытней Станции,
Тавровское лесничество,—при впадении р. Воронежа в Дон, Графское
лесничество, Каменную Степь, Хреновской лес, Шипов лес, Луговую
опытную станцию бл. г. Павловска. Тщательные стационарные работы
велись двумя экспедиционными партиями одновременно в Каменной
Степи и в Хреновском лесу. В Шиповом лесу мы работали в общей
сложности около двух недель. Здесь йы пользовались гостеприимством
и. д. лесничего М. Н. Пащенко (на Красном кордоне).
Мне невольно вспоминается этот прежде превосходно оборудо-
ванный кордон с хорошими домами для лесничего и стражи, страшно
разрушенный бандитами в 1921 г., когда они зверски убили бывшего
лесничего, который, несмотря на страшную опасность и постоянные
предупреждения, твердо и стойко оставался па посту своем.
Летом 1922 года жизнь на кордоне не была спокойна: то и дело
носились слухи о разбойничьих шайках, и надо было удивляться
огромному мужеству и настоящей любви к делу, которая поддержи-
вала М. Н. Пащенко в его настоящей работе. Пользуюсь случаем
выразить ему искреннюю признательность за всемерное содействие,
которое он оказывал нашим работам, и за присылку ценных научных
материалов зимой в Москву.
Для полноты обследования зоологические экскурсии продолжались
в течение зимы 1920, 1921, 1922 г.г. моими помощниками А. И. Юри-
ным и В. Д. Аристовым в районе с. Курлака, Бобровского у., при чем
велись подробные дневники с записями прилета и отлета птиц и
занесением других сроков главнейших периодических явлений в
жизни животных.
За все эти экскурсии нами собраны очень большие зоологиче-
ские коллекции: около 1000 млекопитающих (в виде шкурок, черепов
и также спиртовых препаратов), около 2500 птиц, около 2000 амфибий
и рептилий, около 12.000 насекомых. Кроме того, подобрана хорошая
зоологическая коллекция (более 500 яиц) и довольно хорошая серия
птичьих гнезд.
Упомянем также, что за эти годы сделано много фотографических
снимков характерных ландшафтов, а также разных животных, гнезд
птиц (с помощью зеркальной камеры и телеоб‘ектива„2/л?яаг“ Zeiss'a).
Я не могу назвать наши труды совершенно законченными.
Для придания им более определенной формы необходимо посетить
новые районы Воронежской губ., главным образом крайний юг ее па
границе с Областью Войска Донского, для выяснения вопросов прони-
кания южных элементов, крайний запад—Велуйский у., где фауна,
несомненно, должна носить более западный тип, и, наконеп, край-
ний восток—знаменитый Теллермановский лес на р. Хопре, где при-
рода, вероятно, носит своеобразные черты.
Кроме указанных очень скудных литературных источников, я для
составления перечня птиц мог воспользоваться рукописным списком
покойного Н. А. Северцова, относящимся к 80-тым годам прошлого
столетия, т.-е. значительно более полным сравнительно с приведенным
в „Периодических явлениях 1855 г.". С этим списком я смог ознако-
миться благодаря любезности проф. М. А. Мензбира, представившего
мне для просмотра оригинальный дневник первого исследователя воро-
нежской фауны.
Кроме того, я имел возможность получить очень ценные данные
по орнитологии Воронежской губ. от С. А. Резцова, очень ревностного
орнитолога, быв. землевладельца Бобровского у. Им собраны в свое
время большие орнитологические коллекции и велись орнитологиче-
ские дневники. К великому прискорбию надо заметить, что очень боль-
шие коллекции (до 3000 экз. птиц, из коих несколько сот были собраны
в Воронежской губ.) погибли при разгроме усадьбы С. А. Резц'ва. Вслед-
ствие этого он смог поделиться со мною только сведениями из дневников.
Покойный А. А. Силантьев за недостатком времени не имел
возможности во всей полноте обработать собранные им материалы,
опубликовав в 1898 г. лишь .Отчет" о своих зоологических работах.
Проф. Г. Г. Донпельмайер, в ведение которого перешли руко-
писные заметки Силантьева, предоставил их мне для использования.
Среди этих заметок, кроме личных, составленных Силантьевым, на-
шелся очень интересный подробный дневник зоологических наблюдений,
производившихся в 1895 году в Хреновском лесу лесничим П. Баранцом.
Этот дневник, составленный с большой любовью человеком, очевидно»
очень интересовавшимся родной природой, представляет значительный
интерес. Кроме названного дневника, оказалась очень обстоятельная
рукопись лесного кондуктора Велико-Анадольского лесничества Ека-
теринославской губ. г. Остермана по биологии слепыша (Spafa^-
microphthalmos gueld.). Эта рукопись, снабженная подробными, очень
тщательно составленными чертежами, не была достаточно использована
в научной литературе, и потому я счел очень интересным присосДИ-
нить данные г. Остермана к биологическому очерку интересно го
грызуна, составленному нами.
Среди рукописных материалов, переданных мне проф. Г. Г. 1Доп-
пельмайером, нашлись наблюдения над сурком, хомяком, сусликом и
некоторыми птицами Каменной Степи самого Г. Г., представляющие
значительный интерес.
XI
Кроме означенных рукописных материалов, я смог ознакомиться
с рукописью С. Л. Оболенского, в которой заключались интересные
данные по биологии слепыша в Валуйском у., Воронежской губ., что
значительно пополнило и расширило паши биологические материалы.
Значительному успеху по сбору материалов я во многом обязан
энергии и любви к делу' своих молодых помощников, студентов
Московского Университета: К. А. Воробьева, В. Г. Гептнера, А. А. Рос-
сийского, О. А. Хару вина, Н. В. Шибанова, Ф. А. Пронина, а также
моим сотрудникам, постоянным жителям Воронежской губ., В. Д. Ари-
стову и А. И. Юрииу. В экспедиции в качестве моих помощников рабо-
тали также цреподаватели Московского Университета—Е. Г. Габричев-
ский (1919^-1921 г.г.), А. А. Машковцев (в 1920 г.), С. А. Северное (1920 г.).
Очень ценную помощь, как своими указаниями, так и во время
совместных экскурсий оказали мне заведующий Бюро по Прикладной
Ботанике (в Каменной Степи) А. И. Мальцев и зоолог Докучаевской
Опытной Станции С. И. Оболенский.
Всем вышеупомянутым лицам, оказавшим мне ту или другую
помощь, я пользуюсь случаем выразить свою искреннюю благодарность.
В заключение не могу не отметить без признательности, что наша
экспедиция 1922 года была хорошо снабжена медикаментами благо*
даря любезной отзывчивости American Belief Administration в Москве.
В этой работе общие главы, отделы по биологии и систематике
млекопитающих, рептилий и амфибий составлены мною, отдел птиц
написан совместно с моим помощником, студентом К. А. Воробьевым.
В заключение скажу несколько слов об измерениях, приводимых
в этой работе. Все они сделаны в миллиметрах.
Общая длина черепа измерялась от наиболее выдающегося пункта
в затылочном отделе до наиболее выступающей части черепа в его
переднем отделе.
Кондилобазалъная длина измерялась от заднего края condylus
occipitalis до передней части зубных альвеол.
Основная длина—от пункта наиболее глубокой вырезки Foramen оссг-
pitale maynum до заднего края альвеол резцов.
Длина мозговой части—от верхнего края Foramen occipitale mag-
num до основания носовых костей.
Алина лицевой части—от переднего края орбиты до альвеол резцов.
Длина верхнею ряда зубов (у хищников)—от заднего края послед-
него коренного зуба до переднего основания клыка.
Длина ступни всегда измерялась без когтей.
В большинстве случаев все сроки указываются по двум стилям.
С. Огнев.
I. Биологическая характеристика стаций, типичных для
животного и растительного мира.
Воронежская губерния, лежащая в переходной зоне от полосы
предстепья к настоящим открытым степным пространствам Юга Рос-
сии, в зоне, где сходятся элементы западной и восточной фауны
Европейской России, отличается богатством и разнообразием фауни-
стических стаций, к общему обзору которых мы теперь переходим.
Начнем наш обзор, пожалуй, с наиболее характерных и инте-
ресных для зоолога стаций, со степей. И фаунистически, и ботани-
чески они могут быть группированы в мелкие, но достаточно само-
бытные комплексы.
Там, где степные пространства наименее тронуты, как например
участки в Каменной Степи, в степях гр. Орлова-Давыдова, в Хренов-
ской степи и др., мы встречаем характерную стацию:
1) Ковыльной или типчаковой степи—твердые залежи.
Ботанически эти степи наиболее ярко характеризуются господствующими
здесь ковылями. Они растут характерными дерновинами, при чем осо-
бенно бросаются в глаза высокие ковыли Stipa JoannispeniciUifera, а на
склонах балок—мелкие 6'. lessingiana-, всюду видим мы обильно растущий
типчак (Fcstuca sulcata), а летом в июле степи оживляются цветением
тырсы (Stipa capiUata). Кроме этих крайне характерных растений,
рассматриваемой стации свойственны другие виды ковылей, как Stipa
dasyphglla, S. graffiana, S. stenophylla, разные злаки, как костер прямой
(Bromus erectus), ЛЯДНИКИ (Hierochloa odorata), красивая Koelcria gracilis,
от цветенья которой вся степь бывает подернута красноватой завесой,
степная тимофеевка (Phleum boemeri), многочисленные мятлики (Роаап-
gustifolia). Из двудольных для рассматриваемой стации особенно
характерны растения, образующие так называемые „перекати поле",
например, Brassica clongata, Crambe tatarica, Gypsophyla paniculata,
Onosma echioidcs, Phloniis pungens, Statice tatarica и друг.
Привлекательную и радостную картину представляют степи
весною, когда равнина то лиловеет и синеет от бесчисленных фиалок,
то оживляется бледными, небольшими гиацинтами (Hyacinthus leuco-
•phaeus), то желтеет тюльпанами или местами розовеет от пышного и
2
красивого цветения дикого миндаля. В начале июня сплошное море
степных цветов полно какой-то торжествующей, радующей взор кра-
соты. Тогда степи местами сплошным ковром лиловеют и синеют си-
бирскими колокольчиками, между ними кое-где выделяются темным
пурпуром Echium rubrum, белеет таволга.
Особенно прекрасна степная равнина в заповедных ковыльных
участках Докучаевской опытной станции. Здесь раскидывается перед
нами целое море цветов; они производят особенно радостное впе-
чатление.
Пестрый, сверкающий на солнце ковер с блестящими перели-
вами ковылей, белыми пятнами пышно распустившейся таволги и
катрана, фиолетово-синими тонами сибирских колокольчиков, местами
покрытый сплошными клумбами синего горошка (Vida tenuifolia) или
пурпурно-синими зарослями прекрасного астрагала (Astragalus опо-
brychis), которые чередуются ярким золотом дрока и бледной желтиз-
ной пушистого астрагала (Astragalus dasyanthu*), производит впечатле-
ние особой пышной мощи и. прелести.
Пестрый покров этот уходит вдаль горизонта, сверкает и блещет
яркостью красок, а над ним в ясной блестящей синеве звенят и пе-
реливаются серебристые трели бесчисленных жаворонков (Alandа
arcensis cantarella). Особенно красивы степные склоны, подходящие к
балкам,—здесь стоят густыми зарослями, склонив свои сине-фиоле-
товые головки, • высокие шалфеи (Salvia nutans); яркая синева их
кажется еще более прекрасной на фоне блестящего серебра малых
ковылей (Sfipa lessingiana). Еще ближе к склонам мы видим ряды вы-
соких зопников (Phlomis tuberosa), а из сырой лощины степной балки
блестят ярким фиолетово-пурпурным кармином степные шпажники
(Gladio!us hnbricatus).
Фауна описываемых ковыльных степей очень интересна. Там, где
места глуше и дальше от жилья, мы видим в степи небольшие холмики
байбаков. Эти холмики весной отчетливо выделяются, так как около
них пышно зеленеют как бы целые маленькие сады гулявников (Sisym-
brium Sophia), а позднее, когда их зелень засыхает и превращается в
желтоватую ветошь, прекрасно скрывающую байбака, появляется на
этих холмиках высокая черная белена (Hyoscyamus niger). В первой
половине лета—в период вывода п выхода молодых байбаков, степь,
особенно утром и вечером, оживает от этих оригинальных зверков,
стоящих на задних лапках или неуклюже бегающих по степи, огла-
шающих воздух своим характерным резким свистом... На твердых
залежах, обычно по склонам балок, мы находим значительные колонии
светлых крапчатых сусликов (Citdlus suslieus Gitdd.); эти зверки живут
в ближайшем соседстве с сурками.
3
Также преимущественно на склонах мы отмечаем спорадически
распространенного здесь слсяыша (Spalax microphthalmus Giield.), вы-
сокие земляные холмики которого местами пестрят степь. Из мелких
грызунов твердым залежам свойственны: степные мышевки (Sicista
nordmanni Blas.), пеструшки Lagurus lagurus Pall.’, многочисленные
полевки Microtux arvalis Pall.; наконец, мы находим здесь степных
зайцев русаков (Lepus europaeus tesquorum Ognev.); они держатся на
твердых залежах особенно охотно осенью, в дождливый период, так
как плотная почва залежи, оплетенная, словно войлоком, корнями много-
численных злаков, не липнет к пушистым лапкам прыткого зверя.
Из хищников для рассматриваемой стации- характерен степной
хорь (Putoriux erersmanui) и степная лисица (Vulpes vulpes dilnta Ogn.),
живущая зачастую в сурчинах бок-о-бок с байбаками.
Из птиц мы находим здесь: бесчисленных жаворонков (Alauda
arvensis cantarella Вопар.), чрезвычайное обилие перепелов; особенно
многочисленных осенью луней трех видов, из коих безусловно прео-
бладает Strigiceps macrwus Gm. Наконец, иногда степь скрашивают
столь типичные для нее огромные дрофы.
Из гадов, особенно по вечерам, появляются большими количе-
ствами выбравшиеся из своих дневных убежищ,—старых нор сусли-
ков,—зеленые жабы (Bufo viridis Laur.), а днем в траве шуршат
многочисленные прыткие ящерицы (Lacerta agilis exigua Eichio).
Здесь же попадаются, чаще в южной части губернии,—степные
гадюки (Coluber renardi Chrst.).
Что же касается до следующей степной стации, до
2) Мягких зале’жей, то из растительного мира здесь безу-
словно преобладает пырей (Tritieum repens) или высокоствольные дву-
дольные, образующие целые поросли бурьянов, состоящие, главным
образом, из ПОЛЫНИ Artemisia absinthium, тысячелистников (Achillea
millefolium setacea), коровяков (Verbaxcum lychnitis, orientate).
Из фауны мы видим здесь обедненную природу ковыльной степи
с примесью некоторых новых элементов. Байбаков здесь меньше, сус-
лики очень многочисленны, также очень обильны полевки (Microttix
arvalis Pall.). Особенно около выгонов и больших дорог попадаются
норы земляных зайцев, а по преимуществу на межах с пахотными
полями мы находим хомяков (Cricetus cricetus rufescens Ne.hr.). Степные
зайцы держатся здесь особенно в первой половине осени, так как
находят прекрасное убежище в высоких побуревших бурьянах; с на-
ступлением дождливого периода эти звери перебираются в твердые
залежи.
Из птиц очень обильны жаворонки, перепела; встречаются серые
куропатки и—особенно осенью—разные луни.
4
8) Дерезняки или вишарники растут преимущественно
по склонам оврагов или на перевалах между ярами. В этом отношении
дерезняки походят на леса, тоже выбирающие в стенной природе выс-
шие водораздельные точки между ярами. В состав дерезняков входят
степные кустарники: дикий миндаль (Amygdalus папа), карагана (Сага-
дапа frutescent), ракитник (Cytisus ruthenicus), дрок (Genista tinctoria); по
склонам и обрывам балок к ним присоединяются—дикая вишня (Pru-
ntts fruticosa), терн (Prunus spinosa) и спирея (Spiraea crenifolia). Все
эти последние кустарники замечательно красивы во время цветения,
когда склоны степного лога кажутся совершенно белыми от массы
цветов. Из травянистых растений в дерезняках встречаются высоко-
стебельные виды, как например прелестные карминно-розовые лава-
теры, Phlomis tuberosa, Centaurea scabiosa и синие крупные ЛОМОНисы
(Clematis integrifolia).
В дерезняковой степи сурков сравнительно мало; за то курганы
их, обычно очень старые, бывают особенно высоки; полевок (Microtus
arvalis) также меньше; в дерезняках часты степные зайцы-русаки,
заходят ЛИСЫ И попадаются южные ежи (Erinaceus roumanieus Barret-
Hani.).
Из птиц здесь особенно обычны перепела, которые делают здесь
свои гнезда; много серых куропаток, весенний ток которых приурочен
к этой стации. Крайне типичны для дерезняков луговые чеканы (Pra-
tt ncola rubetra L.), гнездятся три вида луней, попадаются стрепета,
эти характерные показатели степи. Осенью в побуревших и засохших
бурьянах дерезняков любят селиться целыми обществами болотные совы
(Asia flammcus Pantop.), которые иногда по несколько штук разом по-
дымаются из-под ног и разлетаются во все стороны своим неспешным,
слегка вихляющим полетом. Вероятно сюда привлекают сов многочис-
ленные полевки, а также высокая сухая трава, прекрасно скрывающая
саму птицу.
Главным образом у верховий балок и степных прудов мы встречаем
характерную ботаническую стацию, имеющую и некоторых типичных
представителей из мира животных; мы говорим о—4) Солончаках.
Флористически они характеризуются очень резко. Здесь растут
полыни (Artemisia maritima), астры (Aster trifolium), прибрежная лебеда
(Atriplex litorale), Atropis distans, Plantago cornuti, P. maritima, Silaus bes-
seri, травянистые солеросы (Salieornia herbaeea), лиловые кермеки (Sta-
tice gmelini), Sueda maritima, Triglochin maritima etc.
Особенно типичен для этих чахлых по растительности мест, се-
ребристо-серых от полыней с белыми плешинами солончаков,—стре-
пет". Эта интересная птица питается здесь, вероятно по преимуществу,—
семенами лебеды Atriplex litorale.
5
Подобные „стрепетиные" места мы находили в глухих районах
между балкой Таловой н Каменной Яругой Бобровского у. и в Ново-
хоперском у.
Кроме стрепета здесь встречаются не очень многочисленные
жаворонки и перепела. Из рептилий много прытких яшерии.
Среди Воронежских степей мы встречаем еще одну характерную
стацию. Почти горизонтальная, слабо волнистая степная поверхность
несет кое-где плоские округлые впадины, разграниченные между со-
бой небольшими возвышениями. Вода, образующаяся от тающих сне-
гов или осенних дождей, скопляется в этих углублениях, наполняет
их и превращает на время в мелкие болота и лужи. Большая часть
этих болотин недолговечна: исчезнет белая пелена снега, сойдут веш-
ние воды, иссякают и эти временные мочажины. Эти первичные, как
метко выражается проф. Докучаев, *) „безбрежные лощины", носят ха-
рактерное название „блюдцеобразных западин", ^мокрых кустов" или
„баклуш".
Несмотря на малые размеры, фауна и флора этой 5-й стации
блюдцеобразных западин характерна.
Вследствие накопления большой влаги, мы встречаем здесь отно-
сительно пышную растительность летом. Мы находим тут поросли вей-
ников (Calamagrostis epigeios), ползучую зелень вербейников (Lysima-
chia nummularid), клевер (Trifolium repens), а там, где сохранилось
побольше влаги,—поросли тростника (Phragmites communis) и осок.
Особенно оживлена жизнь западин весной, когда на этих времен-
ных, озерках останавливаются станицы пролетных гусей,, и наблюдаются
большие кроншнепы. Осенью нам случалось видеть здесь мелких куликов,
преимущественно р. Tringa. Весной и летом эта стация резко выде-
ляется среди окружающей степи живущими здесь довольно многочи-
сленными камышевками (Calamodus schoenohaemis), разными формами
желтых плисок, луговыми чеканами. Иногда здесь можно наблюдать
также камышевых луней и болотных сов.
6) Степные балки без леса, но по дну с озерами и стари-
цами. Подобную стацию нам приходилось наблюдать во многих местах;
она ярко выражена, например, в балке Таловой, Бобровского у. В весен-
ний период такая балка наполняется водою тающих снегов и на некоторое
время превращается как бы в широкую реку. Тогда здесь настоящее
раздолье для прилетающей птицы. Она недоступна охотнику вследствие
просторных плесов вешних вод. Здесь останавливаются громадные стаи
уток, крохали, масса казарок. Все это шумное пестрое общество пла-
вает, летает и снова садится на воду. Но проходит весна, сходят по-
) „Наши степи прежде п теперь", 1892 г., стр. 33.
6
лые боды, и только бочажки серебрятся по дну балки, или извивается»
по ней насыхающая старица прежней речки. Балка поростает пышной
зеленью камыша, рагоза (Typha angustifolia, Т. latifolia), осоками, краси-
выми зонтичными сусаками (Butomus umbellatus), Allsma, Saglttaria etc.
По уцелевшим плесам мы видим крупные листья белых и жел-
тых кувшинок (Nymphaea Candida, Nuphar lutenm).
Из мелких зверков около воды держатся мелкие красивые куторы
(Neomys fodiens leptodactylus Satan.), землеройки (Sorex araneus L.). Попа-
даются лесные мыши мелкого типа (Sylvaemus syh'aticus niosquensis Ognev)
и полевая мышь (Apodemus ayrarius Pall.). Из птиц наше внимание сразу
привлекают беспокойно кричащие желтые плиски, многочисленные
луговые чеканы, камышевки {Acrocephalus palustris Bechet.), а там, где со-
хранилось немного болотистой влаги, мы вспугиваем многочисленных
уток (крякв и чирков), и нам на встречу с тревожными стонущими кри-
ками летят гнездящиеся поблизости чибиса.
Из гадов в подобных балках много остроносых лягушек, чесноч-
ниц, зеленых жаб, слышатся заунывные голоса жерлянок, а в траве
быстро уползают многочисленные ужи.
Очень оживляют ровное пространство степи открыто лежащие
пруды; издали их положение намечается старыми ракитами, которыми
обсаживали прежде плотины.
Лежащая оазисом среди окружающего однообразия местности эта
8-я стация степных прудов, как и надо ожидать, привлекает к себе
разнообразных животных. Особенно оживлены те пруды, где имеются
иногда огромные поросли тростников, рогоза и осок, как, например,
„Красный пруд” на земле, прежде принадлежавшей гр. Орлову-Да-
выдову (в Бобровском у.).
Из млекопитающих мы встречаем здесь водяных полевок (Arcieola
terreistris),Kymop, землероек и лесных мышей Sylvaemus sylvaticus mosqueu-
>Д- Ognev.).
Жизнь птиц яркая, заметная. Над плесом воды носятся с дребез-
жащими криками крачки (Hydrochelidon fissipes di- nigra), иногда видны
обыкновенные чайки. На отмелях сидят и бродят кулички, которых
особенно много на осеннем пролете; в камышах осторожно пробирается
водяная курочка (GaUinula chloropus L.), плавают многочисленные
лысухи, слышится крик погоныша (Porzana porzana, Р. рагеа), уханье
выпей, на мелководьи бродит серая цапля, то и дело пролетают камы-
шевые луни, особенно красивые весной во время любовных игор. Ото-
всюду доносятся скрипящие и каркающие голоса дроздовидных камы-
шевок, более мелодичное, прелестное пение болотных и более рез-
кое тростниковых камышевок. На мокрых луговинах близ пруда ле-
тают и бродят по зеленому грунту желтые плиски. На старых ракитах
7
гнездятся чернолобые сорокопуты, а из поросли.близ старой плотины
раздаются раскатистые трели многочисленных соловьев.
Осенью после вывода молодых на ракиты, которыми обсажены
плотины, любят прилетать для отдыха тысячные стаи скворцов, кото-
рые вместе с громадными стаями деревенских ласточек ночуют в
камышах пруда. Интересно бывает смотреть на переполох, вызван-
ный ружейным выстрелом: с сильным шумом взлетают кучные
стаи скворцов и сбиваются^ в одну огромную растянутую, меняющую
свою группировку и полет стаю; с треском подымаются с разных сто-
рон стайки диких уток; медленно и размашисто взлетают крупные
цапли и улетают вдаль; испуганно и отрывисто кричат в камышах
лысухи...
Из гадов на степных прудах много зеленых лягушек двух видов
(liana esculenta L., R. riilibunda I'aU.)^ остроносых лягв, чесночниц (в
период икрометания), жерлянок, а в старом валежнике на плотине мно-
гочисленны ужи.
Крайнего оживления достигает жизнь пернатых в тех редких ме-
стах, где к степному пруду прилегают древесные посадки, как, напри-
мер, на опытных землях Докучаевской станции (Бобровского у.). При-
ведем здесь описание первого впечатления от посещения в начале
июля 1921 г. „Болыиеозерскою пруда“, в Каменной Степи, по нашим
дневникам. „Там прекрасные места. Весь пруд засажен старыми раки-
тами, вязами. На сухих вершинах некоторых очень больших деревьев
садятся массами кобчики; их здесь сотни; все кусты и трава под боль-
шими сухими деревьями белеют от их погадок. Кроме кобчиков на-
блюдал довольно много пустельги и одного, двух чеглоков. За пру-
дом, в лесной балке, совершенное птичье царство: буквально весь ма-
ленький, раскинувшийся полосой среди степи, лесок стонал от птичьих
кликов: всюду носились и садились на деревья тысячные стаи сквор-
цов, трещали сивоворонки; порхающим полетом, пестрея яркими цве-
тами, пролетал удод, и на него тотчас же бросился чеглок; слыша-
лись голоса десятков иволог, и всюду заливались своими звонкими
криками кобчики. Весь лес шумел от разнообразных птичьих голосов
и крика и, словно живое тело, трепетал от движения бесчисленных
пернатых"...
Разнообразя степную природу, вдали от водоемов, располагаются
иногда балки, поросшие лесом или кустарником, составляющие 9-ю
стацию „байрачных лесов". Там, где эти леса случайно поща-*
дила хищническая рука человека, попадаются в байрачном лесу огром-
ные старые дубы, красиво возвышающиеся уже издали. Обычно от быв-
ших в таких местах лесов сохранились одни воспоминания в виде ста-
рых пней, и молодая дубовая поросль зеленеет на склонах яруг. Эти леса
8
образуют, следовательно, древесный покров склонов и дна балки, не
выходя на водораздел собственно. Древесная растительность описы-
ваемых лесов обычно состоит из корявого низкорослого дубняка, к
нему примешиваются татарский клен (Лссг tataricum). жестер, тёрн,
дикая яблоня. Из травянистых растений мы встречаем здесь ранней
весной прелестные синие пролески (Seilla sibirica), хохлатки (Corydalis
solida), чистяки (Fiearia rannuneuloides); позднее по склонам этих яруг
синеют ирисы, белеют анемоны (Anemone sylnstris), а на дне яруги ра-
стут целые поляны ландышей, видеть которые так странно и необы-
чно среди окружающих безбрежных степей, вдалеке от настоящих
лесов.
В байрачных лесах, там, где яруги широки и образуют настоя-
щие крепи, как, например, в „Каменной яруге" (Бобровского у.) и и
„Добринской яруге" (Новохоперского у.), любят держаться выводки
волков. Так в Добрипской яруге осенью 1921 г. мы застали не менее
четырех выводков этих хищников. Подобно волку в байрачном лесу
выводят молодых и лисы, которые во второй половине лета держатся
здесь и в одиночку. Нередки здесь зайцы-русаки, попадаются рыжие
полевки.
Из птиц для рассматриваемой стации особенно характерны серые
куропатки. Часто они подымаются в кустах из под ног целыми стая-
ми. Очень типичны также овсянки (Emberi-a borlulana L.), полевые во-
робьи, чеканы (Pratincola rubetra L.), сорокопуты жуланы (Lanins col-
lurio L.), разные славки, особенно ястребиная.
Заканчивая обзор природы степей, мы не можем не упомянуть
еще о двух характерных стациях: степных речках и об искусствен-
ных лесных посадках.
10-ая стация—степные речки. В свое время проф. В.В.До-
кучаев (1892) отметил характерную особенность речных долин юга Рос-
сии: ненормальную ширину самой долины по сравнению с ничтожней-
шей струйкой воды, которая течет по дну долины, будучи иногда столь
слабой, что рвется на каждом шагу, превращаясь в отдельные боча-
жки. Весьма вероятной причиной ширины речных долин служат чрез-
вычайно сильные весенние водополья и крайняя податливость к раз-
мыванию у лессовидных почв. Многие речки Воронежской губ. регу-
лярно каждое лето во многих местах своего течения пересыхают, нося
характерное название „сухих" речек, например „Сухая Чигла", „Су-
хой Донец" и др.
„Далеко не все эти реки", пишет В. В. Докучаев *), „могут дей-
ствительно похвастаться своим цветущим прошлым, силой, мощью и
энергией своей молодости. У многих из них, наверное, никогда не
♦) В. В. Докучаев, 1. с. 1892, стр. 38.
9
было ничего подобного, не было нп детства, ни юности, ни возмужа-
лости,—они родились стариками, у них никогда не хватало сил про-
рыть для своего ложа даже лесс,—у них, в сущности, нет своего ру-
сла и определенных берегов, нет собственного дома,—они воспользо-
вались и до сих пор довольствуются теми, уже готовыми, блюдцами-
ложбинками и западинами, которые остались после ледника, и только
больше заболотили их".
В весенний перпод такие речки, красиво поросшие на заворотах
своего извивающегося русла камышами, рагозом, осокой, подернутые
водяными растениями, полны яркой органической жизни. Во всех на-
правлениях носятся крачки, слышно пение многочисленных камыше-
вок, крякают и подымаются утки, с озабоченным видом летают вад
камышами луни (Ch-cus аегиупюяих L.), отовсюду слышатся крики жел-
тых плисок.
Что касается до искусственных лесных посадок (ста-
ция и-ая), то это своеобразное изменение степной природы дает нам
интересный материал для зоологических наблюдений.
В „Каменной Степи" лесные посадки разбиваются зоологически
на три главные группы:
а) насаждения с значительной перегнойной подстилкой и мягкой
почвой. Здесь держатся рыжие полевки и более редко лесные мыгагг
(Sylvaemus sylraticuti mogquenxi* Ot/iur)t попадаются землеройки (Son-.r
araneux Из птиц особенно характерны весной и осенью певчие и
черные дрозды. На пролетах здесь также останавливаются валг,дшнепа;
тяга их бывает только в этих посадках. *
Ь) Насаждения с ягодниками и кустарниками в подлеске (напри-
мер боярышника, бузины, жимолости, калины, бересклета, по краям
насаждения Eleagnue anguxtifoJia). Здесь особенно многочисленны
зайцы-русаки; из птиц: чернолобые сорокоггугпы, иволги, соловьи, разпы>-
виды славок, чечевицы, садовые овсянки, горлицы. Очень много сорок.
Вообще интересно, что лет 15 тому назад в Каменной Степи сорок не
было совершенно; теперь это самая обычная, самая докучливая и вред-
ная птица. Массовое размножение сорок безусловно об'ясняется удач-
ными условиями для их гнездования в густых кустарниках описывае-
мых насаждений.
с) Насаждения высокоствольные, больгией частью без подлеска. Из
мелких зверей здесь держатся часто попадающиеся рыжие полевки,
более редкие лесные мыши (Sylcaemu* xylrah'cu* mosijuenxiii Ogner); под
осень в подобные посадки заходят лисы. Из птиц останавливают наше
внимание очень большие колонии грачей, кобчиков, пустельги.
В гнездовый период все эти птицы подымают отчаянный крик, де-
рутся между собой из-за гнезд. Интересно отметить, что в некоторых
10
лесных посадках в Каменной Степи уже стали гнездиться голуби ви-
тютни, и все чаще становятся зяблики.
Лесные посадки в Каменной Степи имеют для зоолога выдаю-
щийся интерес; здесь можно наглядно проследить процесс проникно-
вения лесных форм в оазисы искусственно посаженных среди откры-
той степи древесных пород.
Что касается до пахотных полей, стации, которая завоевывает
себе в губернии все большее распространение, то для зоолога она не
представляет интереса. Здесь мы имеем осколки степной фауны, со-
стоящей из тех элементов, которые смогли приспособиться к изменив-
шимся условиям жизни. Из мелких зверков здесь в первую очередь
чрезвычайно размножились обычные полевки (Micrutus an-alie Pall.),
далее в просяных полях по преимуществу встречаются мыши-малютки,
на полях же делают местами свои многочисленные норы крапчатые
суслики. Нередко можно наблюдать, что эти зверки, если по близости
к полям прилегает степь, делают на пашне временные норц, в
период созревания хлебов, а затем снова откочевывают на свою искон-
нюю стацию.
Переходим теперь к рассмотрению лесной фауны Воронежской губ.
Если внимательно рассматривать 'интересную карту распределе-
ния лесов на юге России, приложенную к известной работе проф.
Г. И. Танфильева *), то мы отметим прежде всего, что большинство
южных лесов, у предела их развития на юге, связано с речными си-
стемами; только очень немногие лесные массивы, расположенные на
высоких водоразделах между речными системами, не прилегают плотно
к водным артериям (например, Шипов лес Павловского у., Черный
лес в Александровском у. Херсонской губ. п немн. друг.).
Благодаря работам русских ботаников и лесоводов (главным обра-
зом трудами Г. И. Танфильева и Г. Ф. Морозова) удалось выяснить
закономерность распределения лесных стаций, прилегающих к речной
долине. Карта такого распределения приложена к прекрасной работе
проф. Б. А. Келлера **).
Подобные картины группировки лесной растительности в пойме
речной долины и в местности к ней прилегающей можно отчетливо
наблюдать в Хреновском лесу и в Усманском лесничестве.
Рассмотрим теперь эти характерные стации, начав с общего об-
зора поймы реки (1-ая стация).
Особенно богаты животной жизнью пойменные долины рек, к ко-
торым прилегают мало доступные болотистые леса—картина ярко вы-
♦) Г. П. Танфи.иев, Пределы лесов па юге России. Труды экспедиции Лесного Де-
партамента. в. I, 1894 г.
**) Б. Л. Беллер, Растительность Воронежской губ. Библ. Сел. Хоз. J4 5, 1921 г.
11
раженная на р.р. Битюге, Хопре, Воронеже, Усмани, тогда как огром-
ная по своей ширине долина Дона, как мы увидим ниже, относительно
много беднее.
Опишем для примера жизнь поймы р. Битюга, где наши наблю-
дения особенно полны. С левой стороны реки во многих местах, где
сохранились относительно нетронутые угодья, широко раскинулись
заливные луга, оживленные сетью озерок, стариц и затонов. В неко-
торых местах эти озера довольно значительны и глухи, как, например,
озера Нужное, Кривое, Медвежье (в Бобровском у. на землях, принадле-
жавших кн. Барятинскому'\\ Станкевичу). Местами по речным протокам
и между ними раскидываются огромные площади тростника, куги, а
по краям таких болотин идет мокрый кочкарник и заросли осоки.
Особенно крупные площади камышей я видел в Битюгской пойме близ
села Садового Бобровского у.
Привлекательны эти места в гнездовый период. Уже издали над
огромными камышами виднеются летающие во всех направлениях,
словно белые снежные хлопья, многочисленные крачки {Hydrochelidon
niyra и Н. fissipes). Завидев человека, они с неугомонными дребез-
жащими криками кружатся почти над головой. В момент, когда вол-
нение потревоженной крачки доходит до крайней степени, птица
по отвесу, словно сокол, бросается на человека; в это время напа-
дающая птица прекращает свой непрерывный гомон, а слышится
только один громкий и отрывистый звук—„ке“, словно означающий
максимальное волнение и испуг. Бросившись на человека и налетев
на него вплотную, крачка сразу подымается вверх, снова издавая свои
дребезжащие крики...
То и дело из болотистого кочкарника подымаются с характерным
крякающим звуком бекасы; отовсюду слетаются чибисы, и воздух сто-
нет от их мелодичных, тревожных заунывных криков. Перелетая от
протока к протоку, проносятся поминутно во всех направлениях
крайне многочисленные зимородки, гнездящиеся в обрывистых отвесах
реки и ее стариц; слышатся голоса стренаток, которых мы нашли
очень многочисленными бл. Садового.
Испуганные выстрелом, с разных концов начинают подыматься
утки, преимущественно крякви и чирки (Querquedltla querqucdula L.).
Над камышами кружат очень обильные лунп {Circus aeruyinosus L.),
а вечером пролетают цапли.и. большие выпи, характерные каркающие
голоса которых мы часто слышали из темнеющей дали вечернего неба.
Непосредственно прилегая к пойме рекп, располагаются иногда
широкой полосой низменные лесные пространства, заливаемые еже-
годно водопольями; это так называемая левада {стация 2). Здесь пре-
обладают черные ольхи, вязы, реже ракиты и ивы. Между отдельными
12
группами деревьев раскидываются многочисленные, ветвящиеся про-
токи, и деревья растут как бы на огромных земляных кочках, нося-
щих характерное название „коблов". Эти широколиственные, иногда
очень старые леса полны невыразимой прелести. Н. А. Северцов срав-
нивает их с характерными американскими „cypress-swamps" (лесами
затопленных кипарисниц), так поэтично описанными Одюбоном в его
„Ornithological biography or an account of the habits of the Birds of the
S. America" 1831—1839.
В первой половине лета и в дождливые годы в эти „коблы"
можно хорошо пробраться с бичевника реки на маленьком челноке.
Обычно приходится ехать по „протоку" между густыми стенами высо-
ких камышей. Через некоторое время утомительного продвижения
лодки с помощью весла и шеста, оказываешься в необыкновенной
глуши и чаще. В этом лесу царствует тень и некоторая прохлада
даже в жаркие летние дни. Всюду видны бесконечные протоки, ко-
торые подернуты ряской, а по берегам поросли тростником, рогозом,
осокой. Местами, невольно радуя глаз своей прелестью, ярко желтеют
целые огромные поляны желтых ирисов (Iris pseudoeorus), цветут лю-
тики, возвышаются огромные заросли зари, превосходящей иногда
вдвое рост человека. В средине лета, когда левада делается более до-
ступной, и. вода значительно пересыхает, мы видим здесь карминно-
лиловых дербенников (Lytrum xaliearia), а по краям коблов красиво
желтеют огромные девясилы (Inula helenlum). Животный мир коблов
кипит своей деятельностью.
Здесь живут местами довольно обыкновенные выхухоли, по мест-
ному хохули, но летом увидеть этих оригинальных зверков—дело
случая. Они попадаются ранней весной в вентеря, которые рыбаки
ставят для ловли рыбы. Из мышевидных насекомоядных в коблах
обыкновенны хорошенькие двуцветные куторы, шныряющие между
сухой листвой и прекрасно плавающие, много землероек, при чем инте-
ресно—попадается белозубка (Crocidura suaveolens Pall.). Массами в этих
местах встречаются полевые мыши (Apodemus agrarian Pall.); вообще
мы отметили, что в Воронежской губернии этот красивый грызун по-
ложительно предпочитает болотистые крепи пахотному полю. Нами
встречены здесь также огромные желтогорлые мыши (Sylraemas fla-
vicollis samaricus Ognev); реже встречаются рыжие полески; из хищни-
ков местами нередка норка. В густых крепях, особенно во второй по-
ловине лета, здесь держатся выводки волков. Когда надвигаются су-
мерки, вылетают и кружатся над самой водой многочисленные летучие
МЫШИ (Alyotis daahentonii volyenxix Ererxni. и JZ. daxyencmc major Ognev).
Птичья жизнь левады также очень оживленна. Мы встречали
здесь средних пестрых дятлов, многочисленных поползней, голубых лазо-
13
ревок и, как редкость, здесь держатся выводки белых лазоревок
(Cyanbdes eyanus Pall). Далее здесь множество больших синиц, очень
редки ремеза (Remlza, pendulina L.}, вьющие свои затейливые гнезда
на свисающих ветвях ольх. Из славок попадается чаще других Черно-
головка, прелестное пение которой оживляет коблы. Кроме того встре-
чается много пеночек-тпеньковок, зорянок, черных и певчих дроздов, а
весною отовсюду слышатся несмолкаемые раскаты песен бесчислен-
ных соловьев. Ближе к реке в тростниках шныряют разные камылиевк»,
нри чем особенно характерно громкое и резкое пенпе дроздовидной
камышевки. На низких деревьях вьют свои незатейливые гнезда гор-
линки, самцы которых, распустив веером хвост, характерно играют в
воздухе и оглашают воркованием эти красивые леса. В крепких местах
гнездятся многочисленные утки, преимущественно кряквы и чирки.
Привлеченные обильем корма, здесь гнездятся многочисленные
хищные птицы. Пожалуй, для описываемой стации особенно харак-'
терны орлы-карлики, делающие свои очень большие гнезда на верши-
нах старых вязов и черных ольх. Также здесь очень обычны большие
лоо>ордихи, которые вьют гнезда всегда ьуюго ниже, чем орлы-карлики.
Местами попадается много коршунов. В конце лета они слетаются сюда
на ночевки, выбирая для этого старые деревья. Нам случалось вече-
ром поднимать стаи этих птиц не менее 30—40 экземпляров. В допол-
нение нашего очерка отметим, что снорадически попадаются колонии
серых цапель, например, на „Киселевой поляне" в 4-м квартале Тав-
ровского лесничества на р. Воронеже.
Из гадов здесь местами обильна черепаха (Ему* orblcidarie L.).
как, например, в болотах около Гнилецкого и Соловьиного кордонов в
Хреновом; здесь множество обыкновенных ужей, попадаются живоро-
дящие ящерицы, черные гадюки (Coluber berue preeter Pall.), много лягв
(Rana ridibunda РаН., R. esculenta L. и R. arvalie РаЧ.}.
Наибольшего развития подобная левада достигает в Тавровском
лесничестве, на левом берегу р. Воронежа (при впадении р. Воронежа
в Дон). Этот лес, занимающий площадь в 900 десятин, настолько инте-
ресен, что на его очерке необходимо остановиться. Описываемый лес
целиком расположен в заливной пойме р. Воронежа и весной весь за-
тапливается водопольем. В состав леса входят лиственные породы;
преимущественно мы наблюдали черную ольху и очень старые ивы—
в коблах; там же растут вязы, а несколько выше дубы, тополи и
ясени. Большой интерес представляет огромный черный тополь, окруж-
ность которого достигает четырех обхватов, а диаметр—не менее двух
аршин. Этот колосс уже издалека возвышается среди прочих деревьев.
Благодаря сырости и наводнениям, травяная растительность в этом
лесу достигает совершенно невероятного развития. Мы наблюдали мо-
14
гучие заросли касатиков (Iris psemlocorus), огромные поляны очень
высоких хвощей, заросли дербенников, целые площади куги и трост-
ника. На более сухих местах, на грядинах, мы видели словно лес репей-
ников, достигающих двух сажень высоты. Далее мы отметили большие
пространства, где, чередуясь с тальником, росла Artemisin proccra,
образуя море зеленого кустарника. В этих местах, в пойме, держались
варакушки, которых здесь весною, вероятно, крайнее множество. «Лес
оживляют старицы и протоки р. Воронежа. Наиболее значительны:
Жировское озеро, Днище или „Донище" (оба лежат невдалеке от
„Среднего кордона"): далее велики озера: Кременчуг, Большое озеро,
Некосное. Особенно обширно „Погонное" или „Погоново" озеро, раски-
нувшееся в концевой части леса близ Допа. Длина этого озера до
10 верст, ширина 1 верста, глубина до 6 сажен *). Это озеро соеди-
няется протоком с р. Доном и окружено со всех сторон камышами и
лозняком, в котором, по словам местных охотников, держатся много-
численные волки. Этот огромный пойменный лес очерчен с внешней
стороны очень высокими песками второй речной террасы, образующей
здесь чрезвычайно высокие барханы. Местами эти барханы обросли
лесом; кое-где видны сосновые посадки. В общем получается интерес-
ная картина: огромный заливной лес раскинулся как бы в обширном
котле, с одной стороны охваченном полосой песков второй речной
террасы, с другом—реками Воронежем и Доном, правые берега кото-
рых высоки и в большинстве случаев обрывисты.
Фауна этого интересного заливного леса, повидимому, богата.
Мы посетили его осенью и потому не могли достаточно ознакомиться
с его своеобразной природой. Расспросные сведения показывают, что
здесь много волков, по крайней мере осенью 1922 года их было до
10 выводков. Много лисиц; очень обильны норки; встречаются два вида
хоря, из коих преобладает обычный темный (Putorius putorius L.)'.
масса зайцев-русаков. На „Старом Днище" мы наблюдали очень много
уток, несколько стай, в каждой из коих было до 100—150 экземпля-
ров. На протоке Днища мы видели стаю лысух приблизительно в
200—250 птиц. Лысухи плавали около камышей, а затем растянулись
сплошной темной массой, только сверкали их белые лбы. Около лысух
ныряли четыре поганки (вероятно Po<li ceps nigricollis).
Интересно, что в Тавровском лесничестве нами застрелена
красная цапля.
Из хищников, как и следовало ожидать, здесь очень много орлов-
карликов и отмечен беркут (Aquila chrysaf’tus L.).
За левадой, отступя от реки, начинается постепенное повыше-
ние и мы переходим в область второй речной или надлуговой тер-
’) См. Статистико-Экономический словарь Воронежской губ. 1921 г., стр. 3S3.
15
расы; здесь начинается 3-я стация сосновых боров на песках. Она ха-
рактеризуется достаточно хорошо и флористически, и фаунистически.
„Блуждая по этим борам", верно замечает проф. Б. А. Келлер, „чув-
ствуешь себя как бы перенесенным из степной области в более се-
верную зону хвойных таежных лесов" *).
Особенно богато представлен этот таежный элемент в Графском
и Усмано-Борском лесничествах Воронежского у. Сосны, как здесь,
так и в Хреновском бору, растут на песчаных дюнах, имеющих, неви-
димому, флувиоглациальное происхождение. На более' открытых местах
мы отмечаем здесь своеобразный серый покров кладоний, носящих
общее собирательное наименование „оленьего мха", местами встре-
чается „исландский мох" (Cetraria crispa), например, бл. села Черто-
вицкого, Воронежского у. Далее характерны: кошачья лапка, ястре-
бинка; на более влажных местах встречены брусника и черника, за-
росли грушанок {Pyrola secunda, Р. rotundifolia), нередок северный
можжевельник, вереск {Calluna rulgaris) с его прелестными розовыми
цветами и вечнозелеными листьями. Наконец, как представитель на-
шей северной тайги, найдена за последние годы Т. И. Поповым
клюква на торфяниках урочища Маклок, около ст. Сомово Воронеж-
ского у.
В высшей степени интересно, что на светлых местах по верши-
нам дюн поселяются бок-о-бок с северными выходцами растения пес-
чано-степной зоны. Так, рядом с оленьими мхами мы видим прекрасно
пахнущий, стелящийся по земле красный василек—Centaurea таг-
schalliana, серебристую веронику с синими цветами Veronica incana,
типичную для степей; более того, мы встречаем особый песчаный ко-
выль Stipa Joannis sabulosa, придающий этому пестрому смешенью
растительных формаций особо парадоксальный оттенок. Для дополне-
ния этой общей характеристики растительности рассматриваемой ста-
ции упомяну очень характерных здесь: молодил {Sempereitum glo-
biferum), заячью капусту {Sedum maximum), кустики сильно пахну-
щих наборов {Thymus odoratiesimus) и др.
Во флоре мы отметили замечательную смесь южного и северного
элемента, которая невольно поражает даже не специалиста. Подобную
смесь видим мы и в фауне. Наряду с северными синицами-гайками
Pehtestes borealis De Sid., сойками, мы встречаем здесь удодов, как-то
мало гармонирующих с суровым пейзажем дюн и сосен. Для этой
•стации крайне характерен орел-могильник {Aguila heliaca Sav.), также
типичная южная птица. Могильник устраивает здесь свои гнезда на
•самых кронах больших сос?н, растущих где-либо на вершине песча-
ного бархана. Чтобы покончить с орнитологической характеристикой,
♦) Б. А. Яел.1ер, 1. с., 1921, стр. 46.
16
упомянем чрезвычайно типичных для этих скудных мест лесных жа-
воронков, которые сидят обычно на земле и, вспугнутые, с характер-
ными звонкими криками перелетают дальше. Они особенно любят
места, поросшие мелкой полынью (Artemisia austriaca). Далее здесь
очень обычны большие пестрые дятлы (средние никогда не встре-
чаются); многочисленны зяблики.
Из гадов очень типичны: медяницы (Coronella austriaca Lanz.),
прыткие ящерицы, а по песчаным склонам и дорогам (например, ш>
Царской дороге- в Хреновом) спорадически распространена инте-
ресная Eremins arguta PaU., обитательница полупустынь юго-востока
Европейской России, впервые нами здесь найденная.
В понижениях между песчаными дюнами соснового бора, там,
где эти понижения значительны, на большей или меньшей глубине
почвы присутствуют задерживающие воду глинистые прослойки, бла-
годаря чему здесь возникают болота. Эти леоные болота дюнных по-
нижений фаунистически составляют особую характерную стацию (4).
Они широко распространены в Хреновском и Усманском лесниче-
ствах. Интересно, что после очень дождливого 1912 года число таких
болотин в Хреновом чрезвычайно умножилось, и они в целости сохрани-
лись до 1920 года, с которого начались аномальные засухи. След-
ствием развития болот в Хреновском лесу, начиная с 1912 года, была
массовая гибель в низинах молодых сосен; мы видим здесь интерес-
ную картину целых площадей сухостойного соснового молодняка,
тогда как березы несколько лучше мирятся с этими новыми жизнен-
ными условиями. Проф. Г. И. Танфильев *), подробно анализируя
это явление, пишет в своей в высшей степени интересной работе:
..главнейшей причиной гибели сосны по низам следует считать бли-
зость грунтовой воды, препятствующей дыханию корней дерева, при-
способившегося, на юге к сухой почве".
„Сосна встречается, правда, и на моховых болотах, но здесь она
всегда низкорослая, корявая, если же она на севере и растет местами
по мокрым пескам, то она успела приспособиться к ним ,в течение
многих поколений, тогда как сосна степной полосы, выросшая на
почве сухой, должна была сильно страдать от грунтовой воды".
На некоторых из описываемых болот развивается моховая вы-
стилка, и они носят характер сфагновых, близких к таковым нашего
севера. Тогда здесь появляются такие типичные северные растительные
формы, как пушица, брусника, черника и даже клюква. В некоторых
местах болота серебрятся довольно обширными плесами, имея вид озер.
Такие водные плесы образуются в Хреновом на „Моховом озере", опи-
санном еще покойным Н. А. Северцивым', на „Рыбьем" и „Журавли-
•) Пределы лесов на юге России, 1894, стр. 155.
17
ном" озерах и на озере „Лебяжьем". Последнее составляет как бы
целую систему озер, окруженную кольцом прекрасного соснового бора-
На Моховом озере типичны острова, которые меняют свое расположе-
ние и многими Авторами называются „пловучими". В своей работе
Н. Л. Северное *), описывая подобный пловучий остров на Моховом
озере, замечает: „иногда на них растут сосны, и мы видели на Мо-
ховом озере, как остров в несколько десятин задрожал от того, что
на растущую на нем сосну села скопа"...
Местами в Воронежской губ. уцелели подобные озера и в других
местах. Так в Новохоперском у., по левую сторону Хопра, имеются
торфяные озера: „Ильмень-голова", „Кругленькое-мальчик", „Иль-
мень-Раевского" и „Безымянное". К сожалению лесов у берегов этих
озер почти не сохранилось.
Фауна лесных озер интересна. Из насекомоядных млекопитаю-
щих здесь водятся хохули, куторы, и землеройки (Sorex araneus L. и
S. minutus L.), ИЗ грызунов желтогорлые мыши (Syleaemus flavicollis
aamaricu» Ognev), полевые мыши, и найдена летом 1922 г. в Хреновом
Micrtuos agrestis находка замечательная по интересу. По бере-
гам подобных болотистых озер, например, в „Мартыновских" болотах
в Хреновом С. И. Оболенским добыты сони (Dyromys nitedula оЫепяки
Ognev). Из хищников здесь держатся норки, а в густых кустарнико-
вых крепях близ болот выводятся волки.
Из птиц особенно типичны: журавли, которые делают здесь свои
гнезда, серые цапли, выпи, черные аисты, чомги (Podiceps cristatus и
Р. yritseigena—ПО Северцову), малые поганки Tuchylaptus rufieollit Pall.),
разные виды уток (преимущественно кряквы и чирки, но также чер-
нети—F. ferine, clangula, пугоеа). Весною здесь держатся гуси и лебеди.
В мокрые годы гуси (Anter an»er L.) несомненно спорадически гнез-
дятся. Из мелких птиц множество камышевок, попадаются варакушки
и дрозды дерябы. Из хищных редки скопы, которые гнездились здесь
на самых высоких сухих деревьях. Очень типичен (рилин. В конце
лета, после вывода молодых, на-сухостойные деревья болот слетаются
в большом количестве на ночевку и кормежку целые партии орлов,
преимущественно больших подорликов, реже могильников. Нам прихо-
дилось сразу поднимать их штук по 10—15 из высокого сырого коч-
карника. Вероятно орлы ловили здесь очень многочисленных лягушек.
Здесь же в конце лета на сухостойных деревьях держатся огромные
стаи золотистых щурок, характерные голоса которых необыкновенно
оживляют довольно мрачную картину описываемой стации.
Из гадов местами обыкновенна черепаха, много черных гадюк, ужей,
зеленых лягушек и найдена серая жаба—в Воронежской губ. очень редкая-
*) Периодические явления в жизни зверей, птиц и гад Вороиежск. губ., 1855, стр. 71.
18
Часто к самой леваде подходит дубовый лес, но в других случаях
он растет далее за полосой песчаных дюн, ближе к границе со степью,
там примешиваются и другие древесные породы, и мы имеем тогда
довольно хорошо характеризуемую стацию 5-ую смешанного леса.
Около границы со степью он растет на деградированном черноземе,
что наблюдается, например, в Хреновом. Кроме дуба, осины, тополя,
небольшой примеси ясеня и липы в таком смешанном лесу, как, на-
пример, в Хреновском лесничестве, мы находим сосны, достигающие
максимального роста до 48—50 арш. *). В подседе растет много бе-
ресклета, рябины, орешника, крушины, жимолости, терна, дикой
вишни и спирей. Из травянистых растений на сухих местах в средине
июня массами цветут желтые Oenothera biennis, по справедливости
получившие название ночных красавиц. Оживляет лес красивое цве-
тение ракитника и дрока.
Особенно привлекательны эти леса весною. Во время цветения
дикой вишни и терна весь подсед леса кажется сплошь белым от
массы цветов; в более сырых местах нам приходилось видеть такие
сплошные ковры ландышей, что жалко было итти и мять эти чудные
цветы.
Фауна описываемого смешанного леса гораздо богаче сосновых
боров.
В дуплах лиственных деревьев, реже в соснах, встречаются ко-
лонии летучих мышей (iV. noctula princeps Ognev., N. leisleri Kuhl., Vesper-
ilio murinus L. Pipistrellus nathusii Keys, et Blas., P. pipistrellus Schreb.).
/Из мышевидных грызунов обыкновенны: рыжие полевки, желто-
горлая и лесная мышь. Попадается, как большая редкость, южная
белка (Sciurus vulgaris fusco-ater Alt.). Ближе К окраинам леса на
деградированном черноземе, а иногда на песчаных буграх, водится
слепец (Spalax microphthalmus ((jileld), в дубовом лесу держится
соня. Из птиц прежде всего поражает обилие хищников. Здесь
обычны: канюки (Buteo vulpinus Licht.), осоеды, большие подорлики,
реже могильники, еще реже змееяды. Относительно обычны орлы-
карлики, ближе к окраинам степи многочислен баобан и чегоки.
Из сов много неясытей и редки филины. Из Coraciiformes здесь очень
обычны сивоворонки и удоды, в дуплах деревьев гнездятся многочис-
ленные стрижи’, вечерами слышатся трели козодоев, особенно по лесо-
секам. Весной кричат много кукушек и вертишеек. Из дятлов соб-
ственно мы отметили, как частую птицу, большого пестрого дятла;
обычен здесь седоголовый дятел. Из воробьиных особенно много зяб-
*) Ср. В. В. Гуман, Влияние рельефа п почвенно-грунтовых вод на рост леса в
пред. Хреповской дачи, Лесной Журнал, 1913 г. А? 5, стр. 833.
19
ликов, поползней, больших синиц, жуланов, иволог, соек, пеночек-тенъ-
ковок, пеночек-пересмешек.
В Хреновском лесу в описываемой стации масса клинтухов; мы
встречали иногда до 20—40 голубей этого вида, сидящих на сухих
вершинах старых сосен; за этими голубями усиленно охотится здесь
балобан.
Из гадов характерны веретенница и медянка.
В Графском лесничестве мы наблюдали стацию 6-ую, явившуюся
в результате разрушительной деятельности человека,—обширные лесо-
секи, частью смешанного прежнего леса, частью соснового, при чем на
лесосеках растет молодняк в виде кустарника осинового и дубового.
На этих обширных лесосеках, спорадически до настоящего времени
держатся в глухих местах, где сохранились ягодники, тетерева—
птица исчезающая в Воронежской губ.
На второй надлуговой террасе в долине р. Чиглы мы отметили
еще одну типичную 7-ую стацию—преимущественно березовые леса,
перемежающиеся сухими буграми, покрытыми полынью.
Эта стация характерна; здесь невысокие березовые колки с более
или менее заметной примесью сосны раскинуты на буграх и между
ними—в низинах. Бугры на более открытых полянах серебрятся мелкой
полынью Artemisia austriaca; в низинах располагаются довольно зна-
чительные болота с сухостойным сосняком. В сущности это довольно
характерное видоизменение сосново-песчано-дюнного ландшафта, опи-
санного нами выше. Но фаунистически эти места характеризуются
достаточно отчетливо. На полынных буграх держится очень много
лесных жаворонков (Lulluia агЪогеа L.); в березовых перелесках много
чернолобых сорокопутов (Lanius minor L.); на болотах, где примешиваются
сосны, многочисленны дрозды дерябы, которые под конец лета дер-
жатся здесь значительными стаями; далее здесь обычны лесные коньки.
В болотистых западинах ютятся утиные выводки.
Местами, составляя вторую речную террасу, широко раскиды-
ваются дюнные пески; во многих случаях они развились в результате
сводки бывшего здесь прежде леса, чему способствовала потравля
молодняка пастьбой скота и много содействовал решающий во многих
случаях фактор нашего юга—засушливый, континентальный климат.
Местами- дюнные пески, которые мы выделяем в особую стацию—8-ую,
занимают огромную площадь на много верст в длину и несколько
верст в ширину. Подобные пески мы наблюдали под с. Новою Чиглой,
Бобровского у. На дюнах мы отмечаем скудную растительность из
кустарников мелкой ивы {Salix angustifolia). На песках мы видим много
набора (Thymus odoratissinius), Genista tinctorla и др. растений, любя-
щих сухость грунта.
20
Между дюнами имеются типичные блюдцеобразные западины, где-
пышно развивается растительность болот: тростники, рагозы, осоки и
кукушкин лен (Polytrichum commune).
Фаунистически описываемая стация характерна. Здесь очень
много зайцев-русаков, которые держатся в порослях ивняка. Найден
еж (Erinaceus roumanicu* Barret-Ham.)', судя по следам, много мелких
грызунов. На Дону близ Никольского отделения Воронежской опытной
станции в подобной стации много земляных зайцев (Alactoga яаПепк
Gmd.).
Из птиц очень обильны: кулики-галстушники (Aegialltls <lubia),
масса желтых трясогузок, много удодов, хохлатых жаворонков; на
болотак гнездовье камышевок (особенно Calamoilus schoenobacnus), крачек
р. Hydroehelidon.
Из гадов очень обычны прыткие ящерицы.
Как мы уже отметили, долина р. Дона, более могучая и широкая,
чем поймы Хопра и Битюга (лесных стаций, связанных с этими реками,
мы преимущественно касались), заметно беднее оживленных долин
этих рек. Здесь нет таких обширных и мало доступных лесов: все
место открытее и голее. Самые песчаные отмели, столь развитые у
р. Дона, бедны своей природой. Действительно типичной птицей для
этой стации можно назвать кулика-сороку, который, по Н. А. Север-
цеву, придерживается в своих гнездовых местах правого берега
реки—песков, вымытых из слоя зеленого песчаника *). Нам не при-
лилось наблюдать этого кулика, но мы отметили здесь также харак-
терных малых крачек (Sterna minuta L.). .
Правые берега рек высоки, нагорного типа; на Битюге, Хопре,
Воронеже их природа довольно близка к таковой степных дубрав, на
рассмотрении которых мы остановимся ниже, но в Донской долине
и на Осколе эти правые берега имеют много своеобразного. Мы можем
отметить их в качестве особой лесной стации меловых обрывов правого
берега реки, покрытых дубовым лесом **) —стация 9-ая.
Здесь встречаются следующие птицы: чеканы каменки в, быть
может, чеканы плеиганки, на меловых обрывах гнездятся пустельги;
держатся парочки воронов (Corvus corax L.), хотя мы не выяснили,
где эти птицы здесь гнездятся. По Северцову (1. с. стр. 110), здесь
гнездятся сычи (Athene noctua). Интересно, что весной в этих об-
рывистых разбросанных по белым склонам дубовых рощах очень много
соловьев.
♦) См. Н. А. Северное, 1. с. 1855, стр. 57.
*♦) На Осколе у слободы Матроной Валуйского у. п на р. Потуданя у хут. Белев-
цова Коротоякск. у. на меловых нагорных берегах этих рек сохранились остатки сосно-
вого бора в виде отдельных деревьев. Прекрасная фотография этого первого места имеется
в естеств.-историческ. мувее г. Воронежа (снимок В. А. Дубянском).
21
Переходим теперь к очерку 10-й стации, к нагорным степным
-дубровам. Эти преимущественно дубовые леса начинаются от нагор-
ного берега реки и широко раскидываются между водоразделами.
Росту лесов способствует глинистый характер почвы, при чем значи-
тельные лесные площади расположены на деградированном черноземе.
В Воронежской губ. таких лесов не много; одним из наиболее инте-
ресных и в то же время наиболее далеко проникающим на юго-восток
может быть назван Шипов лес, Павловского у. Он расположен на водо-
разделе между притоками Дона—Битюгом и Осередом. Лес занимает
площадь 21.345 десятин, к пему прилегает „Казенная Шипова Дача*
в 4757 дес. В свое время гений Петра Первого отметил южные лесные
сокровища. Посетивши названные места в 1709 году, Петр Великий
выражался, что лес этот „золотое дно* или „магазин корабельных
строений*. В те времена на Осереде были сооружены корабельные
верфи.
Шипов лес сильно изрезан оврагами, в нем почти нет болот. Из
лиственных пород преобладают дубы, которые достигают здесь высоты
35—42 арш. и 12—15 вершк. в диаметре (на высоте груди челЬвека).
Огромные трехсотлетние дубы сохранились только в остатке старин-
ного парка гр. Воронцова бл. села Воронцовки. Кроме дубов, много
ясеней, которые достигают необыкновенной высоты; относительно менее
осин, тополей, лип, кленов. В виде подседа растут орешник, клены
(Acer campentre и A. tataricum), много дикой яблони, груши, а больше
к опушкам—терна, боярышника и жимолости. Лес в общем довольно
однообразен, величаво красив, напоминая огромный старинный парк.
Фауна очень интересна. По лесным опушкам, часто в самом лесу, а
особенно по суходолам близ леса, масса кучек слепышей, в лесу много
желтогорлых лесных мышей, делающих довольно значительные земля-
ные бугорки у корней деревьев, перед входом в норы; встречены рыжие
полевки, держатся сони. Белка была прежде обыкновенна, но теперь
почти исчезла, т. к. истреблена, повидимому, сильно размножившейся
куницей (Mustela martes L.). Особенно характерно значительное коли-
чество зайцев беляков, составляющих, вероятно, особую расу. Редки
дикие козы.
Из пернатых прямо поражает крайнее обилие дубоносов, верти-
шеек, зеленугиек; характерная для Воронежской губ. Emberiza hortulana L.
заменена здесь видом Emberiza citrinella L.
Особенно интересно очень большое количество средних пестрых
дятлов, которые обильнее других своих сородичей, и мухоловки-бело-
шейки.
22
Из хищных птиц много орлов-карликов и балобанов; эти птицы*
доминируют здесь над остальными. Характерно присутствие орла-змее-
яда (Clrcaiitus даШсиз Gm.)
Заканчивая очерк типичной нагорной дубровы, Шипова леса,,
упомянем об одной его характерной особенности. Мы говорим о солон-
цах, встречающихся местами в глубине леса. Там взгляд невольно
поражает бесплодная голая поляна, по краям которой стоят дубы,
низкорослые и корявые, при чем ближайшие к периферии поляны на-
ходятся в разных стадиях гибели и усыхания. На этих полянах растут
типичные для солонцов представители флоры. Проф. Р. И. Танфилъев
дает подробное ботаническое описание этих солонцов и фотографиче-
ский снимок *). „В августе", пишет Танфильев, „когда лесные поляны
и пойменные солонцы приобретают фиолетовую окраску от цветущего'
в это время Statice gmelini, сходство между растительностью пойменных,
влажных солонцов и твердых, как камень, солонцов степного леса
резко бросается в глаза" **). Интересно, что многие млекопитающие
регулярно посещают названные солонцы, так как любят лизать соль
почвы, именно лисы, зайцы-беляки и дикие козы.
За последнее время русские ботаники останавливаются на опи-
сании интересной лесной формации, вдающейся в область степи, на
рассмотрении осиновых кустов ♦**). В Воронежской губ. они носят
характерные названия „солотей" или „солодей" и фаунистически со-
ставляют, по нашему мнению, особую 11-ую стацию. Типичного разви-
тия достигают они в Хреновской степи Бобровск. у., невдалеке от
границы со степью огромного Хреновского леса. „Они представляют очень-
оригинальное явление степной природы", пишет проф. Келлер ****),—
„на высокой открытой равнине вы уже издали замечаете мелкие кур-
тинки—островки древесной растительности, как будто торчат кусты.
На самом деле это мелкие осиновые рощицы".
В состав „кустов- входят преимущественно осина, которая до-
стигает здесь большой вышины, виды ив (Salix cinerea, pentandra, repent),.
много крушины, шиповника, черемухи, яблони, груши, калины. Из
типичных травяных лесных растений мы назовем ландыш, здесь до-
вольно многочисленный. Особенно интересно, что отдельные пионеры
леса, особенно дикая яблоня и груша, кое-где разбросаны вдалеке от
„кустов" отдельными деревьями в ровной степной равнине. Здесь мы
») Г. И. Танфильсв. Продели лесов ва юго России, 1894.
♦♦) I.c., 1894, стр. 102.
♦♦♦) См. В. Алехин. Тамбовские степи и их варианты. Матер, к познанию флоры н
фауны Росс. Имп. Отд. Ботанич. 1917 г.; Т. И. Иопое. Происхождение и развитие осино-
вых кустов в пред. Ворон, губ., Труды Док. почв, ком., 1914, в. 2; Б. А. Келлер* Расти-
тельность Воронежск. губ., 1921.
1.с., 1921, стр. 67.
23
имеем как бы картину проникновения древесной растительности от
опушек лесных оазисов вглубь степи,—явление, хорошо разобранное
Г. И. Танфильевым *).
Фаунистически „солоти" характеризуются большим количеством
гнездящихся здесь кобчиков, пустельги, сивоворонок, чернолобых соро-
копутов. В подседе много садовых овсянок и разных видов славок.
Говорят, что на старых деревьях в осиновых рощах гнездятся большие
орлы (вероятно Aquila maculata).
Еще далее изолированы окружающей степью „Байрачные лески",
одевающие склоны лесных балок, но эта формация так тесно фауни-
стически связана со степью, что описание ее данр выше в очерке
Воронежских степей.
') Г. И. Танфилъее, Пределы лесов ва юге России, 1894, стр. 102—103.
II. Обзор некоторых периодических явлений в жизни
животных Воронежской губ.
Мы начнем наш краткий очерк с весны, с начала пробуждения
природы, и постараемся проследить главнейшие фазы развития живот-
ной жизни в ее наиболее наглядных чертах.
По справедливости первыми вестниками начинающейся весны
можно назвать грачей, которые нормально прилетают к нам в конце
февраля (ст. ст.), когда появляются первые особп; в поздние весны
эти птицы впервые появляются лишь в начале марта, как это отме-
чает Н. А. Северное для весны 1849 года.
В некоторые годы, при наступлении аномальных паводков, кар-
тина прилета усложняется временным появлением птиц, затем снова
исчезающих. Так С. А. Резцов любезно сообщил нам, что между
20—25 января (ст. стиль) в 1895 году неожиданно наступила силь-
нейшая оттепель, снег сошел с полей, и появились степные луни
(Strigiceps macrurus Gm.). Потом с началом новых морозов выпал снег,
и луни исчезли. Настоящий прилет этих хищников в том же 1895 году
происходил 12 (25)/Ш, когда появились первые особи, и 17 (30)/Ш
при валовом появлении этих луней.
Для того, чтобы нагляднее представить себе общую картину ве-
сеннего прилета птиц, приведем таблицу появления некоторых видов
составленную А. И. Мальцевым, производившим свои наблюдения в
Каменной степи (в южной части Бобровского уезда). (См. табл, на стр. 25).
В дополнение к этим данным мы приводим выписки из дневника
А. И. Юрина по наблюдениям весной 1922 года в окр. села Курлака
Бобровского у.
20 II (5/III) появились первые грачи.
23 II (8/Ш) начался валовой прилет этих птиц. >.
24 II (9,111) появились первые полевые жаворонки.
25 II (10/III) отмечены первые утки-чирки.
26 II (И/III) первая свиязь.
27 II (12/Ш) прилет временно прекратился, так как начался
сильный мороз со снегом, слой которого выпал до »/« аршина.
Прилет ПТИЦ по записям А. И. Мальцева в Кайенной степи. (Стар. СТ.)
1 9 1 8 год. 1 91 • год. 1920 год. 1921 г. 19 2 2 год.
ПТИЦЫ. Начало Валовой Конец 11 а чал о Валовой Конец Начало Валовой Конец Начало 11П0 1 AT Mown v*
прилета. прилет. прилета. прплота. прилет. прилета. прилета. прилет. прилета. прилета. iu L Л Д )
Грачи 20/II 25/П 1/III i i — । i । : 25 п i 3/111 22/П 23/11 20 11 1/I1I
Жаворонки .... 7/Ш — 2 III — — 4/1II — — 8/111 26/JI 26/11 8/1П
Скнорцы 23/i II — — 24 ill — —- 20/1II j - — 18/III 25/III 18/111 25/111
Ласточки 25/IV 19/IV — i i — 25/IV 1 — — 26/IV 21/IV 19/IV 26/IV
Иволга 9;V 4/V — 6/V — 8/V — 4/V 9.V
Зяблики 25/Ш - 22/111 — — 21,111 1 — 25/Ш — 21/111 25/1П
Белые трясогуэкп . 25,1'1 i
Дрозды рябинники. 23/IIF — — 25/111 — — 16/1II i — —- 14/111 20 JII 14/П1 25/111
Дроэды черные 5/IV — — 25/III —— —. 27/111 i — — 25/Ш 23/III 23/111 5/IV
Дрозды певчие 1/IV — — 3/IV — — 4/IV ! — 1 IV — 1/IV 4/IV L5
Соловьи .... 27/IV — — 24/IV —. — 16/IV I — 18/IV 17/IV 16/IV 27/IV C3
Розовые скворцы . —. — — —— — — — — — — 27/IIi — —.
Кукушки 16/V — — 4/V — — 26/IV — — 27/IV 19/IV 19/IV 16/V
Удоды 25/111 — — 3/IV — — 28/111 — — 2/IV 29/111 25/Ш 3/IV
Журавли — — — 1.1V — — — — — — — —
Коростели .... 15/V — — 14/V — — 12/V — — 9/V 9/V 15/V
Дроэды 26/] 11 — — 25, III — — 24/III — — 24/111 26/III 24/111 26/111
Серые утки .... 22/111 — — 27/111 — — 22/111 — — 20/III 24/11I 20/111 27/1II
Большие выпи. 5/IV — । — 3/IV — — 6/IV — — 2/IV — 2/IV 6/IV
Большие кроншнепы 11/IV — —. 2/IV. — — — — — — 2/IV 11/IV
Чибисы 22.111 — — 25/III — — 16/111 — — 18III ll/III 11/111 25/111
Вальдшнепы . 27/III — 20/IV 27/III — — 25/111 — — 25/111 26/111 23/111 27 III
Бекасы 31/III — — 30/111 — — 23/11I — — 27/111 — 23/III ЗРШ
Гуси 7/1II 25/111 31/Ш 19/IV 30/111 1/IV ll/III 19/111 22/111 7/III 16/IIF 7/IfI 19/111
Кряквы 23/III 21/III 20/IV 2O/III 5/IV — 15 III | — 16/III 17/III 15/111 26/111
Чирки 23'111 — 20/IV 31/III — — 1G/I1I j 1 — — 18/111 20/1П 16/111 31/111
Клинтухи . . 4/IV — —. 25/111 ‘ - - — 16,'III — — 18/111 20/ III 16/111 4/IV
Витютни 4/IV — — 3/IV — — 4/IV —— — 1/IV — 1/IV 4/IV
Перепела 17/IV — — 5/IV 1 10/IV — 9/IV 12/IV 54V 17/IV
26
12 (25) III началось снова сильное таяние снега, появилась масса
грачей.
14 (27) III начался прилет гусей, уток, чибисов и вальдшнепов.
15 (28) III отмечены в поле 6 первых прилетных журавлей. Приле-
тели первые скворцы и зяблики.
17 (30) Ш наблюдались два клинтуха и вальдшнеп.
20 Ш (2/IV) грачи принялись за поправку и стройку гнезд.
22 Ш (4/IV) идет валовой прилет гусей, уток, чибисов и чаек.
25 Ш (7/IV) отмечена пролетная хохлатая чернеть.
27 Ш (9/IV) прилетели камышевые луни и коршуна.
28 Ш (10/IV) отмечены: орел-могильник и одиночная дрофа.
29 Ш (11/1V) продолжается пролет журавлей и гусей.
30 Ш (12/IV) отмечено 5 дроф.
5 (18) IV первые прилетные чеканы-каменки и кобчики.
7 (20) IV первый прилетный удод.
10 (23/IV) первые прилетные ласточки-касатки.
11 (24/IV)—луни (Strigiceps) и канюки.
12 (25/IV)—две серые цапли.
14 (27/IV) отмечены певчие и черные дрозды и пеночка-теньковка.
16 (29/IV) наблюдалась большая выпь и речные крачки (вероятно
Hydrochelidon nigra).
17 (30/IV) в степи за селом Хлебородным найдено гнездо Alauda
arvensis cantarella Бопар, с четырьмя маленькими птенчиками.
18 IV,(1/V) наблюдались первые перепела и 7 серых цапель.
19 IV (2/V) в садах села Курлака отмечена первая кукушка.
20 IV (3/V) прилетели соловьи, первое пение их.
21 IV (4/V) отмечен первый прилетный козодой.
22 IV (5V) первые прилетные щурки.
24 IV (6/V) первая прилетная иволга наблюдалась бл. Курлака;
птица свистела.
24 IV (7/V) отмечены орел-карлий и витютень.
25 IV (8/V) первые прилетные горлинки.
Для полноты картины прилета птиц в 1922 году мы приводим
главнейшие данные из наших дневников, относящиеся к концу апреля.
21 IV (4/V) К. А. Воробьев наблюдал в г. Воронеже Chclidonaria
пгЫса, Apus apus и слышал пение славки-завирушки (Sylvia curruca).
23IV (6/V) С. И. Отев экскурсировал по р. Дону, близ Никольской
Опытной Станции. Там он видел очень много поющих варакушек,
слышал многочисленных соловьев; отметил очень много Emberiza schoe-
nidus и Pratincola rubetra. В этот же день К. А. Воробьев наблюдал в
Графском лесу: Phylloscopus sibilator, Oriolus oriolus, Luscinia luscinia,
Sylvia atricapiUa и слышал Пение Locust ella fluciatilis.
27
24 IV* (7/V) продолжается прилет Tartar tartar, отмечены lynx
torquilla, Siphia parva и Alcedo ispida. В Графском лесу К. А. Воробьев
наблюдал Hipolais icterina и Muscicapa striata.
25 IV (8/V) на реке Воронеже под самым городом мы наблюдали
большие стаи Hydrochelidon nigra; очевидно, что эти птицы только
недавно прилетели и не принимались еще за гнездовые дела.
30IV (13/V) С. И. Огнев слышал первую песнь Acrocephalus palustris.
2 (15/V) показались первые Lanius minor. Появилось довольно
МНОГО Aerocephalus palustris.
• Итак, сопоставляя все эти данные, мы видим, что цикл весен-
него прилета тянется 2*/г месяца (от начала марта до половины
мая нов. стиля). Первыми появляются грачи, последними крачки, стри-
жи, иволггб, камышевки, чернолобые сорокопуты.
Необходимо отметить, что птицы в первую очередь попадают на
свои характерные стации и с заметным опозданием появляются в
местах, от них удаленных. Так, например, кукушки нормально появ-
ляются в Воронежской губ. около начала мая, тогда же слышится их
• первое кукование. В Каменной Степи, в изолированных среди без-
брежных степей небольших лесных посадках, кукушки теперь регу-
лярно гнездятся, но прилет их сюда значительно запаздывает: здесь,
как видно из пятилетних* записей А. И. Мальцева, прилет этих*птиц
колеблется между 8/V и 29/V (нов. ст.).
Сопоставим наши наблюдения с. очень интересными данными
проф. Д. Н. Кайгородова в его последней работе „Материалы по фено-
логии Петрограда" *).
По Кайгородову, грачи появляются под Петроградом (на основании
44 летних наблюдений) в среднем 18/111, между 4/UI и 2/IV; скворцы
показываются в среднем 26/Ш, между 6/Ш и 8 IV; пролет лебедей в
среднем происходит 1/IV, между 16/П1и 12/IV; полевые жаворонки при-
летают в среднем 2/1V, между 14/Ш—15/IV; пролет гусей в среднем
12 IV, между 29/1П—25/IV; журавли появляются в среднем 20/IV, между
9/IV—2/V; первое кукование кукушки в среднем 9/V, между 30/IV—
15/V; первая песня соловья в среднем 12/V, между 8/V—19/V; прилет
стрижей в среднем 15/V, между 41/V—20/V (нов. ст.).
На основании очень обстоятельных сведений, тщательно подо-
бранных- проф. Д. Н. Кайгородовым за много лет, и наших еще отры-
вочных данных мы видим, что грачи, эти первые вестники весны, по-
являются в Воронежской губ. только несколькими днями ранее, чем
ПОД Петроградом; скворцы появляются в этих отдаленных друг от
Друга губерниях также почти в одно время. Пролет лебедей в Воро-
*) Невестин Географического Института, в. 8., Петр., 1922, стр. 88—106.
28
нежской губ., по сведениям, сообщенным нам С. Л. Резцовым, проис-
ходил в 1893 году 21 Ш (3/IV) (около хутора в Новохоперском у. на
реке Татарке); в 1895 году 22 Ш (4/IV) (птицы отмечены на р. Елани
бл. Колена и 24 III (6/IV) на Нижнем Икорце), т.-е. сроки пролета в
Воронежской и Петроградской г.г. почти совпадают. Просматривая
остальных птиц из списка проф. Кашородова, мы ясно убеждаемся,
что сроки пролета и прилета в Воронежской губ. опережают таковые
в Петроградской самое большее несколькими днямп.
Наши выводы совпадают с таковыми в интересной статье проф.
Кайгородова „Изохроны хода весеннего поступательного движения
кукушки, грача и белого аиста по территории Европейской России *).
В этой интересной статье проф. Кайюродов приходит относительно
кукушки к следующим выводам. 1) Весеннее поступательное движение
кукушки в пределах Европейской России имеет ясно выраженное на-
правление с юго-запада на северо-восток; 2) во ьремя этого движения
кукушка заселяет низменные равнины раньше, чем местности возвы-
шенные и гористые (для Воронежской губ. добавим—незначительные
лесные острова, окруженные степью).; 3) линии изохрон первого куко-
вания обнаруживают большое сходство с линиями апрельских изотерм
Европейской России, из чего следует заключить, что 4) весеннее по-
ступательное движение кукушки находится в прямой связи с темпе-
ратурой воздуха.
По данным проф. Кайгородова, изохроны первого кукования
Cueulus сапоги* L. проходят от Воронежа на Орел, Калугу, Псков,
далее тянутся немного южнее Митавы и севернее Ковно.
Сравнивая сроки прилета и пролета птиц в Бобровском уезде и
под Москвой, мы видим, что в общем эти даты почти совпадают; только
грачи появляются в Воронежской губ. обычно несколькими днями ранее.
Большинство пролетных стай летит весной, по свидетельству
местных охотников и любителей природы, с юю-запада на северо-восток.
Эти показания совпадают с большинством наблюдений Н. А. Северцова
(1. с., 1855, стр. 37—43) над весенним прилетом птиц в Бобровском У-
по данным 1849 года.
Важные периодические явления в жизни млекопитающих начи-
наются еще до наступления весны. Так, течка волков наблюдается уже
с конца января, у лисиц с первой половины февраля; у зайцев-руса-
ков течка возникает уже в конце февраля и в начале марта, что легко
определить, благодаря особому крику7 зайца ночью во время течки.
В начале марта можно отметить течку у белок (Ыигих vulgaris fusco-
ater Altuni).
*) Орнитологический Вестник, 1911, .V 1, стр. 39.
29
По данным А. И. Мальцева, байбаки показываются из своих нор
в следующие сроки: 1918 г.—26 Ш (8/IV); 1919—25 Ш (7/1V); 1920—
11 (24) Ш; 1921—11 (24) Ш; 1922 г.—26 И (11/Ш)—1 (14) Ш; после
этого настали морозы и шел снег, сурки показались снова 15 (28) Ш.
Спаривание сурков происходит в первые дни их весеннего пробужде-
ния, т.-е. в начале апреля.
Первое появление летучих мышей отмечается в средине апреля,
при чем ранее других обычно показываются Nyetalu* nodula princepe
Ognev и Pipistrellus nathusU Blau. Беременных самок можно встречать
в конце апреля и начале мая.
К сожалению, у нас нет данных о жизни амфибий и рептилий
в этот ранний весенний период *), а потому переходим ко второй ве-
сенней фазе, к гнездовому периоду птиц.
Если принять во внимание гнездование некоторых наиболее ран-
них птиц, то период размножения оказывается очень длинным: до 4‘/г
месяцев. Самая ранняя гнездящаяся птица воронежской фауны—ворон
(Corvus corax L.). В 1922 году А. И. Юрин нашел гнездо ворона с ше-
стью ненасиженными яйцами 19 Ш (3/1V) в лесу около села Курлака,
Бобровского уезда. В свое время Н. А. Сев^рцов (1. с., 1855, стр. 122)
отметил неблагоприятные условия для размножения в этот ранний ве-
сенний период. „В 1849 году", пишет он, „мы нашли в гнезде уже
оперенных воронят 18 (30) апреля, которые, следовательно, вылупились
из яйца не позже 25 марта (6 апреля). Но 24 мар. (5 аир) мороз ночью
доходил до 18° R.“. -
Сравнительно ранней весной, в апреле, несутся: Aguila heliaca,
Aquila maculata, Corvus cornix, Corvus frugilegus, Alauda arvensis canta-
rella, Garrulus glandarius, Pica pica, Днях boschas и некоторые друг.
Самый разгар гнездовья птиц—май. Наиболее поздние гнездя-
щиеся птицы: щурки, сивоворонки, иволги, чернолобые сорокопуты и
разные виды камышевок. Многие воробьиные птицы успевают в одно
лето отложить две—три кладки (например, Passer donicsticus, Passer топ-
tanus, Emberiza hortulana, Emberiza citrinclla, Fringilla coelebs, разные виды
Sylvia, Turdus musicus и мног. друг.). У крупных орлов, как у могиль-
ника, несмотря на раннее гнездование, период выкармливания проста
птенцов иногда очень затягивается: нормально молодые (или один моло-
дой) вылетают во второй половине июля. Бывают и более поздние выводки.
Так, 22 VII (6/VIII) 1922 г. нами был найден в лесу около Новой Чиглы,
Бобровского у., молодой орленок, вывалившийся из гнезда и лежащий
*) В работе Н. А. Оевериова (1. с. 1855 г , стр. 46- 47), мы имеем только отрывоч-
ные данные о пробуждении гадов весной 1849 г., при этом весна означенного года была
аномально поздней. Первого ужа Северное наблюдал 17 (29) IV; 19 IV (1/V) проснулись
лягушки жабы и жерлянки, в этот же день была замечена черная гадюка. Копуляцию Bufo
iiriais Laur. Северное видел не ранее 22,IV (стар, сгиля).
30
мертвым под огромной сосной, на вершине которой помещалось гнездо.
У птенца голова была еще белая от пуха, а маховые перья все в кро-
вяных стержнях. По общему развитию птицы можно было предпола-
гать, что этот птенец покинул бы гнездо не ранее конца августа.
Весны 1920—1921 г.г. были крайне ранние, засушливые. Наши наблю-
дения показали, что раннее развитие растительности в эти года и очень
теплая погода сравнительно слабо отразились на большинстве птиц: осо-
бенно ранних выводков у хищников и Passeriformes мы не наблюдали.
На водоплавающих птиц упомянутый фактор имел большее вли-
яние. Так, в 1920 году уже 9 (22) VI наблюдались летающие выводки
уток (Anas boschas L.), по крайней мере недели на три ранее нормаль-
ного срока. Ранние весенние засухи имели другое, пагубное влияние
на гнездование уток. Все крепкие места сделались вследствие пере-
сыхания воды легко доступными для .человека, и крестьяне нещадно
разоряли гнезда разной болотной дичи. В результате этого очень боль-
шое количество уток загнездилось вторично, и в 1920 году мы наблю-
дали весьма запоздавшие выводки, главным образом, в самых мокрых
местах речных долин. Самое раннее молодое поколение появляется,
пожалуй, у зайцев. Так, уже в первой половине марта можно встре-
тить молоденьких русачков (Lepus europaeus lesquorum) вывода этого
года. Рождение детей у этого вида происходит в несколько сроков:
второй помет появляется в апреле и мае (так называемые „колосо-
вики* охотников); третий помет происходит в конце июня; четвертый—
во второй половине августа и даже в начале сентября (так называе-
мые .листопадникк“).
Очень ранние выводы бывают у волков; нормально в конце марта
или в первых числах апреля, когда в лесах появляются довольно боль-
шие проталины; на снегу волк никогда не щенится. Лисы щенятся
обычно в первой половине апреля; в начале мая можно видеть у них
маленьких лисенят. В апреле появляется молодежь у разных Mustelidae.
Мы не могли точно установить времени рождения молоденьких
сурков; на земную поверхность они впервые появились в большом ко-
личестве весной 1922 года около 8 (21) V.
Что касается до рептилий и амфибий, то’у них периодические
явления установлены нами не достаточно полно. По данным Н.А. Се-
верцова, копуляция Lacerta agilis exigua происходит, вероятно, в послед-
них числах апреля; в средине мая он находил уже беременных самок; са-
мые поздние яйца в теле самки удалось констатировать в конце июня.'
Мы добыли много беременных самок ящериц этого вида 25—26 V
(7—8/VI) 1920 г. в Графском лесничестве. И (24) VI нам доставили 9 яин
Lacerta agilis crigua: яйца были найдены на глубине одного фута в дерне
невдалеке от ст. Анна, Бобровского у. Черепахи откладывают яйца в на-
31
чале июня (4—5/VI 1922 г.). У гадюк (Coluber berus) молодые змейки появля-
ются в конце июня и начале июля; у Natrix natrix мы находили яйца в
июле; в конце этого месяца попадается молодежь. Сроков появления
на свет молодых медянок мы не установили, но беременная самка этой
змеи была поймана нами в Графском лесу 25 V (7/VI) 1920 г.
Относительно весны 1919 года, сравнительно холодной и поздней,
мы имеем следующие интересные наблюдения нашего помощника А. А.
Российского. „Изложение моих наблюдений над биологическими явле-
ниями у амфибий я начну*, пишет он, „с очерка сезонных изменений
их жизни. Весна в этом году запоздала, но, к сожалению, и я попал
в Воронежскую губ. довольно поздно—только 12 (25) V—и потому пропу-
стил почти весь период метания икры у лягушек. Во время моего
здесь пребывания метали икру только водяные лягушки (Rana rid<-
bunda, Rana esculenla и Bomhina bontbina), но никаких наблюдений над
этим процессом сделать не удалось. Я нашел только в одном месте
ленту икры* Bufo vlridls Laur., в старой канаве глубиной в I1/» арш.,
содержавшей воды на 1 арш., на низком заливном луговом берегу р.
Курлака, около разоренного хутора Цибульского, бл. б. им. Станке-
вича. К сожалению, канава скоро пересохла, и развившихся голова-
-стиков мне видеть не пришлось. Из остальных моих наблюдений ин-
тереснее других—установление времени окончания развития молоди
у разных видов, а также у одного и того же вида в зависимости от
воздействия различных внешних условий. Оказалось, что сроки этого
развития у одного и того же вида очень варьируют. Это об'ясняется
различием окружающих условий. Как правило я могу установить, что
к мелких, открытых, сильно прогреваемых солнцем водоемах, .как напр.
в степных болотах, головастики заканчивают свое превращение много
ранее, чем в больших, глубоких или более затененных водоемах. Ка-
кова причина этого: более ранняя откладка икры в таких солнечных
водоемах, или более быстрое развитие там головастиков—я сказать
пока не могу. Скорее всего, что свое влияние на быстроту развития
оказывают здесь обе причины. Наблюдения над метанием икры в дру-
гих местах Европейской России показали мне, что икра появляется
раньше всего в солнечных водоемах и позднее в затененных, вероятно
в зависимости от достижения водой определенной температуры, необ-
ходимой для развития молоди. Тщательно разобраться в этих факто-
рах можно только путем экспериментальным".
„Самое интересное заключается в том, что когда головастикам
начинает грозить реальная гибель от недостатка воды,—оци ускоренно
заканчивают свое развитие. Здесь наблюдается определенное саморе-
гулирование процесса развития, целесообразное для особи. Благодаря
этому внешнему биологическому фактору—большое количество особей
32
избегает гибели, так как по окончании превращения лягушатам не
страшно более-быстрое исчезновение воды от наступившей весенней
засухи нашего континентального климата**.
„Несомненно, что эта способность к ускорению развития довольно
ограничена. Только головастики, уже достигшие известной стадии раз-
вития, имеющие уже порядочные задние конечности, способны в сра-
внительно ничтожный срок завершить свое превращение перед лицом
опасности высыхания. Однако это целесообразное приспособление да-
леко от степени своего совершенства: мне не раз приходилось наблю-
дать массовую гибель головастиков (например Pclobatcs fuscus) в пере-
сыхающих лужах, причем головастики были на стадии недалекой от
окончания метаморфозы. Другой особенностью этого саморегулирова-
ния является различная способность к нему у разных видов. В то
время, как Rana arvalis, Bombina bomhina, Bufo viridis. Pelobates fuscus,
(по наблюдениям в Московской губ. Rana temporaria), обладают ею в
значительной степени,—у водяных лягушек наблюдать мне ее не при-
ходилось; я вообще никогда не находил головастиков Rana csculenta
в высыхающих водоемах. Среди хвостатых амфибий Molgc vulgaris
обладает этой особенностью в значительной степени, тогда как Molge
cristatus, напротив, почти лишен ее. Обладание описанной способностью
для вида очень важно, так как она позволяет представителям вида
размножаться в незначительных, временных водоемах и отвоевывает
для данного вида большую площадь обитания. Естественно, что формы,
обладающие описываемым свойством, более многочисленны и распро-
странены в нашей природе**.
Интересно отметить, что в одном и том же водоеме можно на-
блюдать различную степень интенсивности развития: у головастиков,
держащихся мелких берегов, она выше—сами головастики малы и по
степени метаморфозы опережают своих собратий, живущих среди
водоема, на значительной глубине.
„Различия между головастиками**, продолжает А. А. Российский,
„бывают настолько велики, что иногда можно говорить о двух моди-
фикациях: нормальной и ускоренной. Особенно резки различия этих
модификаций у Peldbatus fuscus и Bombina bombina. Различия отража-
ются на форме тела и на окраске. У головастиков указанных видов
ускоренной модификации спинной гребень начинается гораздо дальше,
чем у нормальных, не за головой, а в самом конце спины, у корня
хвоста, и кроме того сравнительно очень низок. Нижний хвостовой
гребень также относительно ниже, и все тело сплющено, что стоит,
вероятно, в связи с уменьшением длины кишечника. Все тело подоб-
ного головастика кажется низким, плоским и удлиненным, напоминая
его структуру у наших видов р. Rana.
33
Во время нормального развития у головастиков чесночниц
л жерлянок на известной стадии формы тела тоже бывают по-
добны описанным, но это происходит значительно позднее, незадолго
до окончания превращения. В данном случае развития в мелких пере-
сыхающих водоемах как бы предвосхищается более поздняя стадия
метаморфозы. .
Окраска ускоренно развивающихся особей отличается сильной
пигментацией.
В 1919 году Л. Л. Российский дает следующие сроки последо-
вательного появления молодых амфибий.
Ранние Rana arvalis 29 V (11/VI).
Нормальные Bufo viridis 8 (21) VI.
Ранние Pelobates fuscus 24 VI (6/VII).
Нормальные Bontbina bombina 29 VI (12/VII).
Нормальные Pelobates fuscus 2 (15) VII.
Первые Rana ridibunda 14 (27) VII.
Ранние Rana esculenta появились на несколько дней позднее
первых Rana ridibunda. Валовое превращение R. esculenta тоже при-
шлось дня на три позднее такового у R. ridibunda.
Эти данные А. А. Российскою имеют особенную ценность, так
как сделаны крайне тщательным и способным натуралистом в одном
узком районе, что облегчает правильное установление последователь-
ности окончания метаморфозы у различных видов.
Условия жизни животных летом очень различны, смотря по ха-
рактеру лета—засушливого или дождливого. В нашей местности с
резко выраженным континентальным климатом первый тип летней
природы безусловно преобладает. Если засуха наступает рано, с июня*
и продолжается весь июль, то начинает сказываться резкая депрессия
всей животной жизни. Мы имеем тогда, как было в 1920—1921 г.г.»
ранние выводы амфибий: уже 25 V (7/VI) 1920 г. мы наблюдали в Граф-
ском лесу молодых Rana arvalis совершенно закончивших метаморфоз
и молодых Pelobates fuscus еще в воде, но развитие коих сильно под-
винулось. Весеннее кваканье лягушек, уканье жерлянбк п серебри-
стые трели зеленых жаб рано совершенно затихаю г. Постепенно замол-
кают и прячутся птицы, которые придерживаются в эти засушливые
периоды наиболее влажных и тенистых лесов и речных долин. Все
птицы не любят сильного ветра, а эти периоды летних засух—раз-
долье для раскаленного, жаркого юго-восточного суховея. В иные дни
суховей подымает массу пыли, которая носится в воздухе. Характер-
ная картина подобного периода летних знойных бурь описана в днев-
34
нике С. И. Огнева. „18 (31) VII 1920 г. еще с ночи начался сильнейший
юго-восточный суховей, который к утру все усиливался и перешел
днем в настоящую бурю, „черную бурю". С утра были облака, капал
дождь, но тучи быстро разогнало, и ветер шумел, поднимая массу
пыли. Вскоре вся окраина- неба заволоклась мглою, словно дымкой
облаков, хотя небо было лишено туч; свет солнца померк, и оно вид-
нелось к вечеру на небе в виде белесого диска. Картина была свое-
образная; даль пожелтела, ближайшие ландшафты виднелись сквозь
пыльную мглу, деревья казались тусклыми серо-зелеными; люди спря-
тались; пропали птицы; только знойный, сухой и пыльный ветер
гулял на буйном, томительно раскаленном просторе и крутил вдоль
пересохшей большой дороги вихри пыли, которая застилала окрест-
ность и слепила глаз".
На амфибий жара действует особенно плохо и губительно. Ин-
тересно, что в период очень сильных июльских засух 1922 года на-
блюдатель на метеорологической станции в Каменной Степи видел,
как на глазах у* него погибла вылезшая на черноземный накаленный
грунт зеленая жаба Bufo riridig (надо заметить—форма наиболее вы-
носливая по отношению к жаре). Немедленно была исследована темпе-
ратура около накаленного черноземного грунта, которая оказалась
равной 62° Ц.
Нет сомнения, что менее выносливые формы, как, например,
Pelobate* fuse,ин совершенно пропадают в эти жары; быть может они
впадают в летнюю спячку. Это явление отмечает для Lacerta aglU*
exigna Н. А. Северное, который говорит, что в июле 1848 г. ящерицы
совершенно исчезли, то же повторилось в 1850 году, приблизительно с
23 июля по 15 августа. В свое время то же отметил проф. А. Черпай
для Харьковской губ.; он об'ясняет это летней спячкой, подобно та-
ковой у аллигатора, засыпающего в пересыхающих болотах южно-
американских льяносов. По нашим наблюдениям, степные прыткие
ящерицы действительно скрываются в наиболее жаркие периоды лет-
него зноя. Интересно, что представители того же вида в лесной зоне,
например, в Хреновом лесу, держатся в мало им свойственных мес-
тах—в болотистых низинах, в тени деревьев и высокой травы. Очен^
характерно, что подобным образом скрываются взрослые особи, моло-
дежь держится в раскаленных солнцем песках вместе с Eremlan arguta—
видом, для которого жара солнечных лучей доставляет особое не пре-
ходящее наслаждение.
Но вот томительной засухе приходит конец. Незадолго до насту-
пления дождливого периода жара кажется еще более безотрадной и
тяжелой. Опускается барометр, меняется ветер: горячий юго-восточ-
35
•ний суховей затихает, потянуло прохладой с северо-запада; горизонт
•синеет и хмурится,, при рода словно временно застыла в томительной
нерешимости. Но тучи сгущаются, раздаются первые властные рас-
каты грома, и вскоре на истомленную землю хлынут потоки бурного,
почти тропического ливня. Часто описываемый период дождей прихо-
дится в конце июня; иногда ненастье продолжается до двух недель:
частые грозы сменяются блеском солнца. Трудно представить себе,
какое оживление начинается тогда в природе. Выгоревшая пожелтев-
шая трава, превратившаяся в желто-бурую ветошь, словно по вол-
шебству, в короткий срок сменяется ярким изумрудом свежей зелени,
оживляются начавшие подсыхать болота, ярче блестит древесная
листва, потянуло свежим пряным ароматом степи, в словно омытом
и обновленном воздухе громче и радостнее звучат голоса птиц. Про-
снулись и амфибии. Пойдите вечером на оживший сырой луг, над
которым в низинах клубится молочный туман, и вы не узнаете его.
Еще недавно он был словно мертвый,, теперь все кипит жизнью: сот-
нями, тысячами прыгают чесночницы (Pelobates fuscus) и Рапа arvalis,
массами показались в степи зеленые жабы, из ближайшего болота и
степной поймы несутся голоса водяных лягушек и мелодичное уканье
жерлянок.
Иную картину животной жизни видим мы в сырые годы, когда
частые грозы поддерживают влагу, когда болота полны водой, зелень
ярка и свежа. Так было, например, в 1919 году. По данным А. А.
Российского, в этот год сильные весенние концерты лягушек закончи-
лись в своем первом периоде к июню; приблизительно через месяц, с
конца июня, после очень сильных дождей, начался второй период ля-
гушиных концертов. Нормально в этот летний период концерты резко
отличаются ог весенних: в них нет той настойчивой неукротимости,
той энергии; квакают с перерывами, одни словно слушают других. Ле-
том 1919 года наблюдалось иное: со второй половины июня опять на-
чался сплошной гул верещания зеленых лягушек, уканья жерлянок,
трелей жаб (Bufo vh-ldis). В высшей степени интерестно, чти, по наблю-
дениям А. А. Российского, этот второй период совпал у жерлянок с
новым летним периодом икрометания. В научной литературе мы не
нашли указания на это интересное явление. Между тем наш ревно-
стный и талантливый помощник А. А. Российский точно констатиро-
вал вторичное икрометание в канаве, которая до этого дождливого пе-
риода совершенно пересохла, и из которой жившие здесь жерлянки
бьГло попрятались и ушли в землю. Что касается до водяных лягушек,
Лапа arvalis и зеленых жаб, то у них не удалось наблюдать чего-либо
•сходного со вторым, летним периодом размножения.
36
Перед началом осеннего периода, в конце июля, начинается энер-
гичное расселение бесхвостых амфибий. В это время можно видеть,,
что молодые этого года Rana arvalis, Bufo viridis, Pelobatrs fuscus стре-
мятся далее уйти от родного водоема, где впервые зародилась их жизнь.
В этом сильном инстинктивном расселении к периферии от места
рождения и ранней молодости особенно бросаются в глаза зеленые
жабы. А. А. Российский совершенно верно отметил в своих дневниках,
что у очень молодых амфибий способность световыносливости выше, чем
у взрослых особей того же вида. Так, молодых зеленых жаб мы не-
однократно наблюдали расселяющимися целыми массами при ярком
свете полдневного солнца, в то время, когда их взрослые собратья
сидят спрятанными в укромных уголках и сырых затененных убе-
жищах.
Перед началом осени жизнь в степи замирает. Реже выбираются
наружу из своих подземных нор старые сурки, только аксачки *) ожи-
вляют по утрам и к вечеру степную равнину; мало слышно теперь и
тонкого посвистывания сусликов, и почти не видно самих зверков. В
начале июля как-то разом смолкают трели жаворонков; перепела за-
тихают, как правильно отмечает народ—к Ильину дню, т. е. к 20-му
июля. Только перед зарею кричат они в это время; 24/УП (6/VIU)
1922 г. нам пришлось за полчаса до зари слушать в степи их сплошной,,
совершенно весенний концерт. С каким-то особенным наслаждением
внимаешь в этот предосенний период недолгим радостным звукам уже
миновавшей весйы.
Чем ближе к осени, тем оживленнее становятся степи. В это время
молодые утки уже окрепли, выводки сбиваются в стайки, заканчи-
вается линька селезней, которые до этого вели скрытную жизнь, пря-
чась в крепях болот. Линяние у селезня временно отнимает у него
всякую энергию; в этот период птица очень слаба на выстрел, не-
охотно и медленно поднимается на крылья. Как правильно отметил Н.
А. Северное, интенсивность линьки брачного пера самцов стоит в пря-
мом отношении к силе полового влечения у птиц и к малой заботли-
вости самцов к судьбе потомства; с прекращением половой деятель-
ности начинается общая депрессия организма,—весенние радости
сменяет болезненная линька. Но заканчивается она, и снова видим
мы оживленные утиные стаи, с шумом подымающиеся со степных
прудов.
После сенокоса и с началом уборки хлебов появляется множество
степных, полевых и луговых луней, массами держатся по степи коб-
*) Местное название аолодых сурков.
37
ники и пустельги, сивоворонки, чернолобые сорокопуты, огромные стаи
скворцов и грачей. Всех этих птиц привлекает степь обилием корма.
В этот же ранний осенний период можно отметить ярко выраженные
суточные кочевки птиц. Так регулярно вылетают по утрам и вечерам
на кормежку в степь дикие голуби (СоЫтЬа оспа» и С. palumlnt»), которые
снова возвращаются для ночевки и отдыха в высокоствольный лес.
Частью совершенно перекочевывают в степи, частью налетают в
нее во время своих регулярных суточных охотничьих облетов крупные
орлы могильники, бале баны и коршуна. Обратный лет последних со
степи в лес мы особенно хорошо наблюдали в конце лета 1919 г.
Под вечер коршуна, незадолго до солнечного заката, тянули непреры-
вным рядом на большие сухие деревья Битюгской долины, где ноче-
вали огромным обществом—не менее 30—40 экземпляров. Эти вечерние
перелеты повторялись регулярно. Нам кажется, что в 1919 году кор-
шунов привлекала в степь необычная, страшная добыча—трупы лю-
дей и лошадей, часто попадавшиеся в степи—жуткий апофеоз гра-
жданской войны.
Ярко выраженные суточные кочевки за кормом приходилось нам
наблюдать у камышевых луней. Эти хищники делают правильные
облеты степи и под вечер регулярно возвращаются в свое болото.
Между прочим, камышевый лунь, как показали наши наблюдения,
также любитель падали.
Некоторые мелкие лесные птички—Pams major, Pentevfe» boreali*,
Cyanistes coeruleu», Certhia familiarly macrodactyla. Sifta europaea—начинают
понемногу сбиваться в целые общества и совместно кормятся в лесу.
В компании этих воробьиных птичек нередко можно наблюдать дятлов
Dryobates major и Dendrocopus media». Эти осенние стайки Кочуют по
лесу; чаще всего они держатся в освещенных солнцем местах, ближе
к опушкам; по утрам на южной и восточной лесной окраине, по вече-
рам—на западной. В глубине леса осенью становится тихо, и птиц
здесь почти не видно.
• Первыми вестниками начавшегося прилета и отлета можно назвать
куликов. Некоторые одиночные особи их появляются у нас очень рано.
Вероятно, это самые передовые группы тех индивидуумов, которые
рано закончили гнездовые дела и начали медленную откочевку к югу.
Так, Л. А'. Силантьев добыл двух Tringa ferruginea еще 1 (14) VII 1885 г,
на Солдатском озере бл. села Хренового. Там же в 1922 году в
первых числах июля были добыты нами Tringa alplna. В конце авгу-
ста пролет куликов все усиливается; появляются стайки больших
улитов, которые, издали завидев человека, с громкими криками поды,
.маются с болотистого берега степного пруда. В конце июля (28 VII
38 •
(13/VIII) 1922 г.) можно наблюдать уже стайки куликов-плавунчиков
и любоваться их характерным и ловким плаваньем: у плывущей птички
передняя часть туловища сильно приподымается, так что ясно видна
головка, шея и большая часть грудки, хвост, напротив, опущен к воде.
С половины августа пролет куликов все усиливается: появляются чи-
бисы, турухтаны, щеголи красноножки, многочисленные Tringa alpina,
Т. frrruginea, Т. иг/пиМ, атакже редкие Tringa tcnimlnekii, Terekia einena,
Limicola platyrhincha. В конце июля и в начале августа жизнь степных
прудов оживляется многочисленным налетом крачек (HydrocMidon
nigra, Н.'fwipes), чаек (Larus ridibundus), ПОЯВЛЯЮТСЯ гагары (Podiceps
nigrirolUx), многочисленные утки (кряквы, чирки, свиязи, шилохвостки
и широконоски—последние три вида относительно редки).
Из местных птиц первыми улетают стрижи; они скрываются как-
то разом, в один—два дня. Первую большую пролетную стаю мы
наблюдали в степи 1 (14) VIII—1922 г., дня через два стрижи уже все
исчезли*). В первой половине августа исчезают чернолобые сорокопуты;
отлет их совпадает с тем периодом, когда молодые птицы совершенно
окрепнут.
В средине августа появляется очень большое количество пролет-
ных пеночек (Phylloscopus trochilu*, ddnlator, eollybita), их можно видеть
тогда в самых небольших деревейских садах, в степных кустах; тогда
же начинают появляться малые мухоловки (Siphia pared), странно
бывает видеть этих скрытных птичек глухой лесной чащи среди жалких
и скудных кустиков близ плотины какого-нибудь степного пруда.
В средине августа начинается пролет журавлей** *). В некоторые
годы очень много этих птиц останавливается для кормежки в степи.
В это же время идет интенсивный пролет кобчиков; на черной пашне
или на пожелтевшей степи можно наблюдать их отдыхающими в
громадном количестве. На вечерних зорях они массами тянут из степи
на ночевку в ближайшие леса и старые сады. Повидимому, в первых
более рано появляющихся стаях численно преобладают более молодые
особи; пролет старых птиц происходит позднее: в конце августа • и
первой половине сентября. Эта же последовательность: более ранний
отлет молодых и поздний у стариков—отмечена нами у степных луней
(Strigiceps macruru****). К птицам, стадящимся перед отлетом, при-
•) В 1920 г. С. И. Отее наблюдал под с. Курлаком одиночного стрижа даже 14/IX.
**) Наиболее поздний осенний журавль наблюдался 1(14) XI 1917 г. в степи около
с. Хлебородного.
“*) Одиночные сильно запоедавшие отлетающие экаемплары наблюдались йами
иногда очень повдно (7—11/XI) 1921 г. (нов. ст.).
39
надлежат горленки; мы наблюдали стада их из многих сотен особей
в уреме около степных прудов в Каменной Степи, в половине августа.
В конце августа и начале сентября в степи массами появляются
пролетные канюки (Bitt со vuipinus Licht.), которые усиленно ловят свою
добычу—мышей. В это же время идет пролет щурок, которые соби-
раются под осень в огромные стаи, одну из последних стай С. И.
Омев наблюдал под с. Курлаком 11 (24) IX 1920 г.
С средины августа до половины сентября идет ночной пролет
серых цапель; птицы эти чаще всего летят отдельными группами или
в одиночку. 19 VIII (1/IX) 1920;г. Е. Г. Габричевский наблюдал в долине
р. Битюга бл. Курлака лунной ночью пролет этих птиц,—цапли летели
небольшим партиями на большой высоте и перекликались* между
собой; всего пролетело приблизительно до 100, держа направление на
Ю.-З. Пролет выпей (Anlcfta minuta) идет менее заметно. В конце авгу-
ста и в начале сентября нам приходилось неоднократно вечерами охо-
титься в Битюгских камышах и на озерах поймы этой реки. Еще на-
кануне камыши эти бывали безжизненными, неожиданно с наступле-
нием сумерек, особенно в лунную ночь, они оживали; отовсюду'
слышались голоса малых выпей, в камышах шла усиленная возня,
крики все усиливались. Вскоре появлялись и сдои птицы, которые
нескладным, неловким полетом начинали перелетать через плёс озера
или застывшую гладь реки. Через несколько дней выпи исчезали
(последняя A. minuta отмечена 19 IX (1/Х) 1919 г. в Бобровском у.).
Постепенно осень все больше и больше вступает в свои права,
начинаются первые утренние заморозки, и неожиданно появляются
птицы севера: желтоголовые корольки, крапивники, лесные завирушки;
чижи прилетают раньше: первые стайки этих' птичек мы отмечали
уже с средине августа 17 (зо) VIII 1919 г.*). Особенно интересно
появление корольков: странно бывает видеть, как два-три одиноко
стоящих кустика где-нибудь у плотины степного пруда оживлены
большим количеством этих юрких крошечных птичек,—так не идет
к королькам, обитателям хвойных больших лесов севера, эта скудная
обстановка голой степи. Сроки прилета корольков таковы: 25 VHI
(7/IX) 1919—первое появление, 1 (14) IX 1919—массовое появление;
3 (16) IX 1920; 27 VIII (9 IX) 1921 г.—первое появление; крапивников
мы замечали несколько позднее корольков: 15 (28) IX 1919 года;
7 (20) IX 1920 Г.
*) Необходимо указать, что летом 1920 г. (22/ VII— 4/ VIII (ст. ст.) и в следующие дни)
мы наблюдали стайки чижей в сосновом бору в Хреновском лесу. Трудно с уверенностью
утверждать, была ли это прилетные птички или местные гнездящиеся. Интересно, что летом
1922 г. мы чижей в этом лесу не наблюдали, хотя усиленно их искали.
40
С конца августа показываются первые перелетные вальдшнепы
(30 VlII (12/IX) 1920 г.); пролет их длится, затихая к концу сентября;
одинокие запоздавшие особи встречаются очень поздней осенью.
Так, А. И. Юрин наблюдал вальдшнепов еще 18/XI и 30/XI (н. ст.)
1922 г. близ села Курлака.
С средины сентября на степных прудах собираются огромные стаи
уток: ю (23) IX 1919 г. нам пришлось поднять с небольшого прудка
Зыковской степной балки, Бобровского у., огромную стаю кряковых уток,
не менее 600—800 экземпляров. Берега пруда с прилегающей к ним
черноземной грязью были сплошь заслежены утиными лапками около
берега; словно огромные хлопья белой пены, колебались на воде массы
белого утиного пуха и мелкого пера.
Тогда же, в середине сентября, идет интенсивный пролет тундря-
ных КОНЬКОВ (Anthus ecrvinux).
Первые пролетные гуси показываются, смотря по осени, иногда
уже. в конце августа 27 VIII (9/IX) 1919 г.); последние стаи летят
очень поздно, до первой половины ноября в (19) XI 1922 г.).
В начале сентября скрываются сурки и заделывают своп норы:
вот сроки их начала подземной жизни: 7 (20) IX 1918; 3 (16) IX 1919;
1 (14) IX 1920; 8 (21) IX 1921 Г.
Переходя к позднему осеннему и зимнему периоду, мы скажем
несколько слов об интересных биологических явлениях у птиц. В ясные
солнечные осенние дни начала сентября, особенно по утрам, кар*
тина угасающей природы иногда оживляется пением некоторых птиц.
В Воронежской губ. нам постоянно приходится слышать довольно на-
стойчивые песни пеночек-теньковок, садовых овсянок, мы слышали так-
же по утренним зорям песни Phylloxcopux trochihtx. PhyVoxcopus sibi-
lator. зеленушек, зябликов, весенние стуки больших пестрых дятлов
(в виде дребезжащей трели). Особенно интересно было наше наблюде-
ние над жаворонком (Alauda arcenslx cantarella) 10 (23) IX 1919 г. В пре-
красное солнечное утро в Зыковской степи. Птичка несколько раз с
характерным трепетанием крылышек подымалась высоко в блестящую
синеву, издавая переливчатую трель, правда, не столь продолжитель-
ную, как весною.
Наконец, интересно указать, что в некоторые годы в долине
р. Битюга около с. Куралака, в конце августа и в начале сентября,
довольно регулярно наблюдалась осенняя тяга вальдшнепов, при чем
птицы летали над лесом с характерными криками. Необходимо доба-
вить, что тяга эта носила более вялый и случайный характер по срав-
нению с весною.
_ 41 _
В период осени иные хищники ведут себя почти по весеннему.
Так, нам приходилось наблюдать около гнезда парочки орлов-могильников.
Однажды мы спугнули с гнезда сидевшую там самку. 14 (27) IX 1919 г.
С. И. Огнев сделал близ села Садового, Бобровского у., очень интерес-
ное наблюдение над самкой пустельги (Т/ннипги1и* timiuncuJitK). Эта
птица упорно садилась в гнездо и довольно подолгу в нем сидела,
характерно оправляясь, как делает это насиживающая яйца самка.
Гнездо помещалось на одиночном дереве с сухой вершиной, среди
густой площади кустарника; повидимому эта гнездовая постройка
ранее принадлежала пустельге. С. И. Огнев долго наблюдал за птицей
и, наконец,, застрелил ее (к сожалению, пустельга упала в густую
чащу и не была найдена). Гнездо, по обследованию, как и надо было
ожидать, оказалось пустым.
Очень интересно ведут себя осенью балобаны. Нам неоднократно
приходилось наблюдать парочки этих соколов около гнезда, близ ко-
торых они летают с громкими, протяжными криками, совершенно, как
весною. 22 IX (5/Х) 1949 г. в мокром лесу в долине Битюга (Бобров-
ского у.) мы наблюдали подобную парочку; птицы громко кричали
при чем характерное 'протяжное „у-ээ, у-ээ“ прерывалось отрывистым
коротким и тихим покриком. Интересно, что самка сидела на гнезде,
самец около на ближайшей ветке.
Последний период осени знаменуется появлением зимняков
{Archibuteo lagopus и A. pallidus). Первые особи были отмечены нами
23 IV (в/Х) 1920 г.; 5 (18) IX 1921 г.; главный пролет их идет с сре-
дины октября до конца ноября. Со второй половины сентября 19 IX
(2/Х) 1920 г. появляются первые Pyrrhula pyrrhula. которых становится
много в ноябре. С сентября можно отметить интенсивный пролет
дроздов (Tuidus vfKCH'orus, Т. iliacus, Т. пги&сггз Т. pilaris). Пролет их
длится весь октябрь до средины ноября. Дрофы улетают из Воро-
нежской губ. с конца сентября до ноября 30 X (12/XI 1922 г.,
в, 16/XI—19, 29/XI 1922 г.), по наблюдениям А. И. Юрина в Старо-
Курлацкой степи и в степи Балабон (Бобровского у.). В редких
случаях дроф можно наблюдать и среди зимы. Так, А. И. Юрин
сообщил нам, что однажды, в декабре 1913 г., он наблюдал в Бобров-
ском у. трех пролетавших дроф.
Наконец, в последний период перед наступлением настоящей
зимы в деревнях появляются в большом количестве хохлатые жаво-
ронки (Galerida cristata,), жители тундр—пуночки (Plrctrophenax viralis)
29 XI (11/XII) 1921 Г.) И рюмы (Otncorys alpestris) 20 XII (2 I) 1921 Г-
42
В мягкие зимы на полыньях и незамерзающих быстрых водах
можно изредка" видеть уток (Anas loschas), зимуют одиночные дрозды и
грачи *).
Итак, срок осеннего пролета очень длинен: не менее 5 месяцев.
Он начинается у нас появлением первых откочевавших с севера ку-
личков уж с первых чисел июля и замирает в конце ноября.
Медленно и не спеша тянут на юг птицы в противоположность стре-
мительному весеннему порыву, на север, в область родных гнездовий.
В заключение нашего короткого очерка необходимо отметить, что
огромное большинство пролетных осенних стай тянет в Воронежской
губ. по направлению с северо-востока на юго-запад.
•) Недавно A. U. Юрин сообщил нам в письме, что текущей зимой 1922—1^23 г.г.
он часто наблюдал В' древесных посадках в Каменной степи дроздов-рябинников ( w
pilaris).
111. Общие списки зверей, птиц и гадов Воронежской губ.
Условные совращения, принятые в таблицах:
Для млекопитающих:
о. р. — очень редок;
д. р. — довольно редок;
р. — редок;
в. об. — весьма обыкновенен;
ш. р. — широко распространенный вид;
тг. — тайга;
о. л. — островные леса;
ст. — степи;
ю. — южная форма;
' ю. з. — юго-западная форма.
Для птиц: кроме однотипных обозначений с’таковыми у млеко-
питающих:
Зап. ч. П. О. — Западная часть Палеарктической области;
срзм — вид Средиземноморской подобласти;
ту — тундра;
В. ч. П. об. — Восточная часть Палеарктич. области;
бор. з. — бореальная зона;
ос. — оседлая птица;
п- — пролетная;
в. п. — весенний пролет;
ос. п. — осенний пролет;
з. — встречающаяся во время зимних кочевок;
г- — гнездящаяся.
Для рептилий и амфибий, кроме однотипных с предыдущими:
си. об. — спорадически довольно обыкновенный вид;
с. р. — спорадически редкий.
44
№ Название видов. Редко или часто встречается. Отношение к зоо- географическим полосам. Степи (твердые и мягкие залежи; дерезняки, солон- чаки).
Млекопитающие.
1 Talpa europaea europaea L. ... о. р. ш. р. —
2 Desmana moschata Pall. д. об. В. Ев. Рос. —
3 Sorex araneus araneus L. об. ш. р. —
4 Sorex minutus minutus L. р- ш. р. —
5 Crocidura suaveolens suaveolens Pall. д. об. ст. —
6 Neomys fodiens leptodactylus Satun. д. об. ш. р. —
7 Erinaceus roumanicus Barret-H. об. ст. +
8 Myotis daubentonii volgensis Eversm. об. ш р. —
9 Myotis dasycneme major Ognev д. об. В. Евр. Рос. в 3.Сибирь. —
10 Pipistrellus pipistrellus Schreber р- ю. —
11 Pipistrellus nathusii Keys, et Blas.. об. , ш. р. —
12 Vespertilio murinus L. об. ш. р. —
13 Nyctalus sicuhis Palumbo р- ср. м. —
14 Nyctalus noctula princeps Ognev об.- ш. р. —
15 Nyctalus leisleri Kuhl д. р. ш. р. —
16 Plecotus auritus L. . р- ш. р. —
17 Canis lupus subsp ... Д. о5. ш. р. +
18 Vulpes vulpes crucigera Bechst. д. об. Ср.Ен.Росс. —
19 Vulpes vulpes crucigera diluta Ogn. об. ст. 4-
20 Meles moles males L. о. р. тг. —
21 Lutra lutra lutra L. . — — —
22 Mustela martes L. р. тг. —
23 Mustela foina Erxlcben р- ю. —
24 Arctogale erminea acstiva Kerr. Д. р. ш. р. . —
25 Arctogale nivalis L. . об. ш. р. —
26 Lutreola lutreola L. . Д. Р ш. р. —
27 Putorius putorius putorius L. Д. об. ш. р. —
2b Putorius eversmanni Less. . об. ст.
i i > I I I I I I I I I I I I I I I I I I 4 I I I
I I I I I I I I I I I' I I I I. I I I I I i I + I H-
• l + l I I I I I I I | | | | i | | I + + + + -(--!
I + + I + I + I I I I -I- I 14-1 | I i 4- 4- I 4- 4- 4
I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I
I I I I I I I I 4- I i I I I I I I I I I I I I I I
| 4- | 4- 4- 4- 4- I 4* I 4" 4- 4- 4 4- 4- 4- 4- 4 4- 4- 4- I 4-4
| | + + + I I I I I I 4- I I I I I I I I I I + H
14-14-1 I I I 1 । । l + ,Ji + + +ltl 1 + 1
Ill Пахотные поля.
• -1 1 1 Степные балки с водою; блюдцеоб- разные западины.
" + + + Речная пойма.
-4-4-1 Левада (коблы, сырые леса).
1 1 1 Дюнные пески (вто- рой речи, террасы), местами поросшие ивняком.
1 1 1 Дюны с сосновым бором.
- + 1 4- 41 1 Смешан, леса, при- легающие к степи, степные дубравы; байрачные леса. Лесные болота и озера.
III Жилища человека.
46
№ Название видов. Редко или часто встречается. Отношение к зоо- географическим полосам. Степи (твердые и мягкие залежи; дерезняки, солон- чаки).
29 Vormela sarmatica Pall. op. ст. +
so Lepus europaeiis tesquorum Ognev . в. об. ст. +
31 Lepus timidus subsp.. Д. р. с. тг? —
32 Sicista nordmanni Blas. д. об. ст. +
33 Alactaga saliens Gmel. Д. р. ст. +
34 Dyromys nitedula obolenskii Ognev. . * . р- о. л. —
35 Cricetulus migratorius Pall. об. ст. +
36 Cricetus cricetus rufescens Nehring. об. о. л. +
37 Evotomys glareolus istericus Miller. Д. р. О. л. —
38 Microtus agrestis subsp. р- тг? —
39 1 ' Microtus arvalis arvalis Pall. в. об. ш. р +
40 ! Arvicola terrestris terrestris L. об. ш. р. —
41 Lagurus lagurus lagurus Pall. об. ст. +
42 Sylvaemus flavicollis samaricus Ognev. об. ю. —
43 ! Sylvaemus sylvaticus mosquensis Ognev. . * об. е. л. —
44 ; Apodemus agrarius agrarius Pall.* . в. об. ш. р. —
45 j Micromys minutus minutus Pall. . . • об. ш. р. —
46 ' Mus musculus musculus L. . . . в. об. ш. р. —
47 i Mus musculus hortulanus Nordm. . р- ю. +
48 I ! Rattus norwegicus Erxleb. в. об. ш. р.
49 : Spalax mi’crophthalmus Ciield. об. ю. ст. +
50 i Sciurus vulgaris fuscoater Altum. . р- Ю. 8.
51 1 Citellus suslicus suslicus Gueld. об. ю. ст. +
52 Citellus suslicus guttatus Pall. р- ст. +
53 , Marmota bobac Pall. ... с. д. об. ст. +
54 j Castor fiber L. С. р. Ш. р.
55 , Capreolus capreolus L. • С. р. о. л.
56 • Cervus elaphus subsp. i с. В. р. 0. л.
I I I I + + I I I 14-4-4-1 14-14-1 I + + I I -I- I + I
p ?
I I I I I I I I I I I I I + I I I I I I I I I I I I I I
TJ
I Пахотные поля.
I-----------------
Степные балки с
' водою; блюдцеоб-
' разные западины.
I I + I I I I I I + I I I I I I + + ! I I I ’! I I I I I
I 1 + 1 I I I I I I I I + + + I + I + + I 1 + 1 I I I I .
1 Речная пойма.
i_________________
Левада (коблы,
сырые леса).
I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I •+ I
Дюнные пески (вто-
1рой речи, террасы),
местами поросшие
ивняком.
Дюны с сосновым
бором.
Смешан.^леса, при-
легающие к степи,
степные дубравы,
байрачц^е леса.
Лесные болота и
озера.
! | | I I I + I + I I + I + I -•
TJ TJ *О
Жилища челе века.
48
Л? Название .видов. Гнездящиеся. Оседлые Пролетные. Залетные. I Кочующие зимою. Отношение к зоогеограф и ческим полосам.
1 птицы. • Colymbus arcticus L. ? 1 i тг.
2 Podiceps cristatus (L.) . P- — + — — ш. р.
3 • Podiceps griseigena (Bodd.) . o. p. — + — — Зап. ч.
4 * Podiceps auritus (L.) o. p. — ! -1_ 1 — — п. 0. тг.
5 Padiceps nigricollis Brehm Д. Ю. i — 1 -r — — ш. р.'
6 Tachybaptus ruficollis ruficollis (Pall.). p. - 1 + ? — Зап. ч.
* Phalacrocorax carbo (L.) — о. p. j — п. 0. ш. р.
8 ♦ Pelecanus onocrotalus (L.) — — o. p. 1 1 ю. в.
9 Ardea cinerea cinerea (L.) 0. - i ~r _ 1 * — Ш.р.
10 | 1 Ardea purpurea purpurea (L.) . p. 1 - 1 — — ст.
11 1 1 * Herodias alba L. ft — — i 1 — p. — ст.
12; ♦ Herodias garzetta L. . — — ! — p. 1 —• ст.
13 * Nycticorax nycticorax L. p. 1 1 — — ст.
14 I 1 Botaurus stellaris (L.) . 0. — + — — ш.р.
15 ! Ardetta minuta (L.) 0. i “ I +• — — ст.
16 Ciconia ciconia (L.) — — — + — ю. э.
17 ♦ Ciconia nigra (L.) o. p. — i — — Т- Р-
18 Plata!ea leucorodia L. . — — — + — ю. в.
19 * Plegadis falcinellus (L.) — — — o. p. — ерзм.
20 Phoenicopterus roseus Pall. — — — o. p. — ю. в.
21 Cygnus cygnus (L.) — — + — — Ш. р.
22 Cygnus olor (Gmel.) 0. p. — — -— — ю.
Anser anser (L.) o. p. — + — — т. р.
241 * Anser albifrons (Scop.) — — + — 1 — 1 ту.
* Отмечены виды, внесенные в список по данным Северцева.

1 1 1 1 |Степи (твердые, мягкие, залежи, дерезняки, ви- 1 шарники).
1111 Пахотные ноля/
1111 Степные балки с водою, блюдце- образные заиа- дины.
1111 Байрачные леса.
я я я -|' Речная пойма.
1111 Левада (коблы).
.1111 Дюнные пески.
1111 Дюны с сосно- вым бором.
1111 Смешанный лес прилег, к степи; степи, дубравы; окрайные леса.
? ? г» + Лесные болота и озера.
? + ? 1 Степные пруды и озера с бо- лотами.
1111 Жилища чело- века.
►
о
Я
М
>4
И
tl
м
№
№
м
Я
ф
о
н
>
я
и
to
*
50
№ Название видов. 1 । Гнездящиеся. — Оседлые. 1 — Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоогеографическим полосам.
25 * Anser finmarchicus Gunner • + — i i 1 ту.
26 Melanonyx segetum (Gmel.) — — + — — ту.
27 Branta bernicla (L.) — — + —' — ту. !
28 * Casarca rutila (Pall.) . o. p. ? — — — — ст.
29 Anas boschas L. 0. — + — — ш. р. 1
30 Chaulelasmus streperus (L.) . p. — 4- — — СТ. i
31 Spatula clypeata (L.) p. — + — — ш. р.
32 Querquedula crecca(L-). p. — + — — Ш. р. i
33 Querquedula querquedula (L.) . 0. — + — — ш. р. i
34 Dafila acuta (L.). p. — + — — Ш. р.
35 Mareca penelope (L.) p. — + — — ш. р. 1
36 Marila ferina(L.) p. — + — — Ш. р. i
37 Marila fuligula (Lj p. — + — — Ш. р- I
38 Marila rufina (Pall.) p. — + — — Ю. в. 1
39 Nyroca nyroca (Giield.) . p- — — — Ш. Т.
40 Clangula clangula (L.) . p. — +. — — ш. т.
41 Oidemia fusca (L.) — — + — — т. г.
42 * Erismatura leucocephala Scop. — — — + — ю. в. 1
43 * Harelda glacialis L. . — — + — — ту- !
44 * Erionetta spectabilis L. — —- 0. p. — — ту.
45 Mergus merganser L. . — — + — — шр.
46 Mergus albellus L. 0. p — + — — шр. '
47 Pandion haliaetus (L.) .. p. — + — — КОС МОП. |
48 Tinnunculus tinnunculus tinnunculus (L.) 0. — + — — 0. л. j
*) Отмечены виды, внесенные
в сиисок по данным Северцова.

L 1 । । | Степи (твердые, мягкие, залежи, дерезняки, ви- шарники).
Illi Пахотные поля.
и и со ? р ? Степные балки с водою, блюдце* образные зала* дины.
/ 1111 Байрачные леса.
1 т + + Речная пойма.
1111 Левада (коблы).
1111 Дюнные пески.
1111 Дюны с сосно- вым бором.
1111 Смешанный лес прилег, к степи; степн. дубравы; окрайные леса.
1111 Лесные болота и озера.
-Ь + + -1- Степные пруды и озера с бо- лотами.
1111 Жилище чело- века.
РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ПО СТАЦИЯМ.
52
№ Название видов. Гнездящиеся. Оседлые. Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоогеографнческ. полосам.
49 Tinnunculus naumanni (Fleisch.) P- — — ст. 1
50 Erythropus vespertinus vespertinus (L.). o. • — — — — °* л* 1
51 Aesalon aesalon regulus (Pall.). — — 4- — 4- т. г. п
52 Hypotriorchis subbuteo subbuteo (L.) . 0. — — — — 0. л.
53 Falco peregrinus peregrinus Tunst — — 4- — -1- ш. р. •
54 Falco peregrinus leucogenys Brehm. — — — + — ст.
55 Hicrofalco cherrug (Gray.) 0. — 4- — — ст.
56 Pernis apivorus apivorus (L.) . 0. — + — — 0. л.
57 Milvus korschun korschun (Gm.) 0. — -t- — — ш. р. в. г.
58 Milvus korschun melanotis Temm. ₽' — — — пал. I обл.
59 HaliaStus albicilla (L.) . p. 1 _ 1 — — + гл. р.
60 Aquila chrysaetus (L.) . o. p. ? — — -p Ш. р. ;
61 Aquila heliaca heliaca Sav. 0. — 4- — — ст.
62 Aquila nlpalensis orientalis Cab. p- — — — — ст.
63 Aquila maculata Gmel. o. — 4- — — ш. Р-
64 Hieraaetus pennatus (Gmel.) . Д. 0. — — — зап. ч. •пал.
65 Circaetus gallicus (Gmel.) p- — — — — ю.
66 Circaetus gallicus hypoleucus (Pall). . p- — — — — ю. в.
67 Archibuteo lagopus lagopus (Brunn). . — — — — + т. у.
68 Archibuteo lagopus pallidus Menzb. — — — — 4- т. у.
69 Buteo vulpinus (Licht.) . 0. — 4- — — 0. Л.
70 Accipiter nisus nisus (L.) Д. o. — — — p- 0. л.
71 Astur palumbarius palumbarius (L.) Г- — — — Ш. р- Ю. з. I
72 Astur brevipes Sev. p- — — пал. 1
73 Strigiceps pygargus (L.). p- — Д- — о. л. ;
Зтепи (твердые,
мягкие, залежи,
дерезняки, ви-
шарники).
Степные балки
с водою, блюдце-
образные запа-
дины.
Байрачные леса.
Речная пойма.
Левада (коблы).
Дюнные пески.
Дюны с сосно-
вым бором.
Смешанный лес
прилег, к степи;
степн. дубравы;
окрайные леса.
Лесные болота
и озера.
Степные пруды
и озера с бо-
лотами.
Жилища чело-
века.
Р А С II Р ЕДЕ Л ЕН HE ПО СТАЦИЯМ.
ел
оо
54
№ Название видов. Гнездящиеся. Оседлые. i Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоогеографическ. полосам.
74 Strigiceps cyaneus (L.) . P. + ш. р. I
75 Strigiceps macrurus (Gmel.) 0. — + —— — ет. 1
76 Circus aeruginosus aeruginosus (L.) 0. — 4- — — ш. р. •
77 Neophron percnopterus (L.) — — — о. p. — сзм.
78 • Gyps fulvus (L.) — — — о. p. — сам.
79 Lyrurus tetrix tetrix (L.) p- + — — — 0. л.
80 Perdix perdix robusta Hom. et Tanc.. 0. + — — — °, л.
81 Coturnix coturnix coturnix (L.) . 0. — -L — — 1 ш. р.
82 Megalornis grus (L.) 0. — 4- — — ш. р.
83 Crex crex (L.) .... B. 0. — 4- — — ш. р.
84 Porzana porzana (L.) . 0. — + — — ш. р.
85 Porzana parva (Scop.) . 0. — "l — — ст.
86 Rallus aquaticus aquaticus (L.). p- — 4- — — ю.
87 Gallinula chloropus chloropus (L.) 0. — 4- — — ш. р.
88 Fulica atra atra (L.) B. 0. — + — — ш. р.
89 Microtis tetrax (L.) p- — 4* — — ст.
90 Otis tarda (L.) .... 0. — 4- —— — ст.
91 Scolopax rusticola (L.) . 0. — 4- —“ — Ш. Р* 1
92 Gallinago major Gmel . p- — 4- — — ш. pi 1
93 Gallinago gallinago (L.). 0. — 4- — — Ш. р. '
94 Limnocryptes gallinula (L.) — — 4- — — т. г.
95 Tringa ferruginea Brunn. — — • _L — — Т. у. !
96 Tringa alpina (L.) — — 4- — 1 - т. у.
97 Tringa minuta Leisl. — — + — — т-у- «
* Отмечены виды, внесенные в список по данным Северцева.
(твердые,
мягкие, залежи,
дерезняки, ви-
__ тарники).
.Пахотные поля.
i Степные балки
'с водою, блюдце-
образные запа-
дины.
Байрачные леса.
Речная пойма.
(коблы).
Дюнные пески.
Дюны с сосно-
вым бором.
Смешанный лес
прилег, к степи;
степи, дубравы;
окрайные леса.
Лесные болота
и озера.
Степные пруды
и озера с бо-
лотами.
Жилища чело-
века.
Р А С И Г Е Д Е Л Е Н И Е ПО СТАЦИЯМ.
сл
сл
56
Xs Название видов. Гнездящиеся. Оседлые. Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоо- географическим полосам.
98 Tringa temminickii Leisl. + ___ -у-
99 Limicola platyrhyncha Temm . — — + — — бор. 3.
100 Lirriosa limosa L. P- — + — — ст.
101 Machetes pugnax (L.) . — — + — — Ш. р. ;
102 Actitis hypoleucos L. . B. 0. — + — — ш. р. ’
103 Terekia cineria (Guild.) . — — _u — — т. г.
104 Totanus ochropus L. 0. — + — — 1 ш. р. j
105 Totanus glareola L. 0. — + — — ш. р.
106 Totanus stagnatilis Bechst. p. — + — — ю. в.
107 Totanus nebularius (Gunn.). —— — + X — т. г.
108 Totanus totanus L. . . .p- — + — — ш. р.
109 Totanus fuscus L. —— — + — — ш. р. •
МО Phalaropus lobatus (L,). — — + — — ту- ;
111 Numenius arqguatus L.. p. — 4- — — ш. р. i
112 * Numenius phaelopus L. o. p. ? — + — — т. у.
113 Haematopus ostralegus L. P- — + — — ш. р. <
114 • Himantopus himantopus L. . — — — о. p. — ю. в. I
115 Glareola nordmanni Nordm. P. — + — — ст. I
116 Vanellus vanellus L. B. 0. — + — — Ш. р.
117 Charadrius pluvialis L. — — + — — ту- |
118 * Charadrius squatarola L. — — + — — ту. I
119 Aegialitis dubius Scopoli. 0. — + —— — Ш. р-
120 Aegialitis hiaticula L. . — + — — ту.
121 1 * Stercararius parasiticus L. . — 1 0. p. — — ту-
* Отмечены виды, внесенные в список по данным Севериова.

Степи (твердые, мягкие залежи, дерезняки, ви- шарники). Пахотные поля. РА С ПРЕДЕЛ ЕНИЕ Пи' СТАЦИЯМ.
Степные балки с водою, блюдце- образные запа- дины.
Байрамные леса.
Речная пойма.
Левада (коблы).
Дюнные пески.
Дюны с сосно- вым бором. Смешанный лес прилег, к степи; степн. дубравы; окрайные леса.
Лесные болота и озера. Степные пруды и озера с бо- лотами.
Жилища чело- века.

58
Название видов. Гнездящиеся. Оседлые. Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоо- географическим полосам. — — — -
122 Larus glaucus Brunn. . — — — + — ТУ- i II
123 Larus minutus Pall. — — + — — 1 Ш. р. 1
124 Larus ridibundus L. 0. — + — — ш. р.
125 Larus canus L. . — — + — — ш. р. ,
126 Hydrochelidon fissipes Pall. P- — + — — ю.
127 Hydrochelidon nigra L. 0. — + — — ш. р.
'128 Sterna minuta L. p- — — — — ю. !'
129 Sterna hirundo’ L. p. — — — — ш. р. || 1!
130 . Syrrhaptes paradoxus Pall. — — — p- — i! ту. il
131 Columba palumbus palumbus L. 0.' — — — £ 0. л. |
132 • Columba oenas oenas L. 0. — — — — 0. л. ji
133 ! Columba livia livia Gm. 0. + — — — ш- р-
134 ; Turtur turtur turtur (L.) B. 0. — + — — 0. л. 1
135 Cuculus canorus canorus L. 0. — + — — 0. л. , 1'
136 Athene noctua L. 0. + — — — Ii СТ.
137 ! Bubo bubo bubo L. 0. + — — — ш. р. [
138 Bubo bubo ruthenus But. et Zhitkov . + + — — — В.-Евр. Рос.
139 । Otus scops (L.) . p. — — — — ст. 1 г
140 i ( * Surnia ulula L. — — — + 4- т’г’ 1
141 Cryptoglaux tengmalmi (Gm.) . — — — — + Т. Г. |;
142 : Strix aluco L. . I 0. + —• — — °’ ”•
143 1 Nyctea nyctea L. I — — — — + т. у. I1
144 I । Asio otus L. 0. — + — — 0. Л. jl
145 Asio flammeus (Pantopp.) 0. — + — — Ш. р. J
* Отмечены виды, внесенные в список по данным Севериова.

Степи (тпердые, мягкие залежи, дерезняки, ви- шарники).
Пахотные поля.
Степные балки с водою; блюдце- обраэные запа- дины. 1 А С П
Байрачные леса Сад
Речная пойма. W
Левада (коблы). ина । ел 1 «о
Дюнные пески. п а
Дюны с сосно- вым бором. э Э О
Смешанный лес прилег, к степи; степн. дубравы; окрайные леса. Г А Ц И
Лесные болота и озера. Я М.
Степные пруды и озера с бо- лотами.
Жилища чело- века.
60
№ Название видов. Гнездящиеся. Оседлые. Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоо- географическ. полосам.
146 Tyto alba (L.) о. p. — — 1 । ю. з. 1
147 Caprimulgus europaeus europaeus L. . B. 0. — 4- — — 1 0. Л. 1
148 Cypselus apus apus (L.). 0. — 4- — — ш. р. 1
149 Coracias garrulus garrulus L . 0. —- 4- — — ст. ’
150 Alcedo ispida L. subsp. 0. — ~г — — ш. р.
151 Ficus canus canus Gmel. 0. — — —- — ш. р.
152 Ficus viridis L. . — — — 4- : — с. 3.
153 Dryocopus martius (L.). — — — 4- т. г.
154 Dryobates major major (L.) 0. 4- — — 1 1 ~ т. р.
155 Dryobates major brevirostris (Reichenb.) — — — — 4- Сибирь.
156 Dryobates leuconotus (Reehst.) . 0. — — — — 0. л.
157 Dryobates medius medius (L.) . 0. — — — — 3.
158 Xylocopus minor minor L. 0. 4- • — — ш. р.
159 Xylocopus minor kamtschatkensis(Malh.) — — — — + Сибирь.
160 •Picoides tridactylus (L.) — — — + "7“ т. г.
161 lynx torquilla L. 0. — — — 4- 0. л.
162 Upupa epops epops L. . 0. — 4- — — ст.
163 Merops apiaster L. 0. — 4- — — ст.
164 Otocorys alpestris flava (Gm.) . — — — — 1 ту.
165 Melanocorypha yeltoniensis (Forst.) — — — + 4- ст. ю. в.
156 Melanocorypha slbirica (Gm.) . p. — — — — ст.
167 Galerida cristata L. 0. + — • — 1 + ст.
168 Alauda arvensis arvensis L. 0. — 4- — 1 1 1 0. л.
169 Alauda arvensis cantarella Bp. B. 0. — 4- — ! — ст.
* Отмечены виды, внесенные в список по данным Северцева.
,•1 ? 4 + + 1 -Ь 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Illi Степи (твердые, мягкие, залежи, дерезняки, ви- шарники).
1 1 1 4: 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Illi Пахотные поля.
1 1 1 1 1 1 п 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Г 1 1 Степные балки с водою, блюдце* образные зала* дины.
1 1 1 1 1 1 1 г 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Байрачные леса.
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 + 1 1 1 1 1 1 ? Illi Речная пойма.
1 1 1 1 1 1 1 1 ? 1 + п п + 1 1 1 1 1 1 Illi • Левада (коблы).
1 1 п | 1 1 1 + 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Illi Дюнные пески.
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 р 1 1 1 1 1 1 1 1 Дюны с сосно- вым бором.
1 1 1 1 1 1 1 Л ? 1 + п п п + п I -4 1 n ? п 1 Смешанный лес, прилег, к степи; степн. дубравы; окрайные леса.
1 1 1 1 1 1 о о 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 + Illi Лесные болота и озера.
1 1 1 1 1 1 1 г । । 1 1 1 . 1 1 1 1 1 1 4- Illi Степные пруды и озера с бо- лотами.
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 i 1 1 1 1 1,14- Жилища чело- века.
АСПРЕДЕЛЕНИЕ ПО С Т А Ц ИЯМ.
62
№ Название видов. Гнездящиеся. Оседлые. Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоо- гсографическ. полосам.
170 Lullula arborea (L.) 0. + — - — 1 Ш. р. 1
171 Corvus corax corax L. . 0. + — — — ш. р. '
172 Trypanocorax frugilegus (L.) . 0. — — — — ш. р. I
173 Corone cornix cornix (L ) 0. + — — ш. р. ;
174 Coloeus monedula soemmeringii Fisch. 0. + — — — ш. р.
175 Pica pica pica (L.) 0. + —> — + ш. р. i
176 Garrulus glandarius glandarius (L.) 0. + — — 1 ш. р.
177 Nucifraga caryocatactes caryocatactes L. — — — + 1 1 т. г.
178 Nucifraga caryocatact. macrorhyn. Brehm. — — — + 1 I Сибирь.
179 Pastor roseus (L.) о. p. — — + — ю. ,
180 Sturnus vulgaris intermedius Praz 0. — + — — о. л.
181 Sturnus vulgaris menzbieri Sharp. p. — + — — ю. в.
182 Plectrophenax nivalis nivalis (L.) — — — — ту.
183 Cynchramus schoeniclus (L.) . 0. — + — — Ш. р. ,
184 Emberiza citrinella L. . 0. + — — — ш. р- !
185 Emberiza hortulana L. . B. 0. — — — — ст.
186 Miliaria calandra (L.) Д. p. — — — . — ст. ;
187 Loxia curvirostra curvirostra L. — — — — + т. Г. !
188 Pinlcola enucleator enucleator (L.) — — — — + т. г. 1
189 Pyrrhula pyrrhula pyrrhula (L.) — — —— — + т. Г. !
190 Carpodacus erythrinus erythrinus (Pall.) 0. — — — — 0. Л. | 1
191 Acanthis linaria linaria (L.) — — — — + т. г. !
192 Acanthis linaria holboelli (Brehm.) — — — — + т. г.
193 "Acanthis linaria exilipes (Coues.) — — —- — + крвд. |
Отмечены виды, внесенные в список по данный Северцов!.
Зтепи (твердые,
мягкие, залежи,
дерезняки, ви»
шарники.
Пахотные поля.
Степные балки
с водою, блюдце-
образные зала*
дины.
Байрачные леса.
Речная пойма.
Левада (коблы).
Дюнные пески.
Дюны с сосно-
вым бором.
Смешанный лес,
прилег, к степи;
степн. дубравы;
окрайные леса.
Лесные болота
и озера.
Степные пруды
и озера с бо-
лотами.
Жилища чело-
века.
I
РАСПРЕД ЕЛЕНИЕ ПО СТАЦИЯМ.
о
00
64
№ Название видов. Гнездящиеся. Оседлые Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоо- географическ. полосам.
194 Acanthis cannabina cannabina (L.). 0. — ш. р.
195 Fringilla montifringilla montifringilla L. — — — — 4- т. г.
196 Fringilla coelebs coelebs L. 0. — + — — ш. р.
197 Passer domesticus domesticus (L.) 0. H- — — — ш. р. I
198 Passer montanus montanus (L.) 0. —— — — ш. р.
199 Chrysomitris spinus (L.) — — — — 4- т. г.
200 Carduelis carduelis carduelis (L.) 0. — — — + 0. л.
201 Carduelis carduelis nikolskii Moltschanov. 0. — — —— 4- 0. л.
202 Coccothraustes coccothraustes coccoth- raustes (L.) .... 0. — — — + °* л 1
203 Coccothraustes coccothraustes nigricans Buturl.. .... 0. — —. — -4- Ю. Евр. Р.
204 Chloris chloris chloris (L.) 0. — — — — 0. л. л
205 Certhia familiaris macrodactyla Brehm. p- + — — 4- Ю. 3. В
206 Chelidonaria urbica L.. • . 0. — -f- — —— ш. р. t
2С7 Riparia riparia riparia fL.) 0. — "T~ — — ш. р.
208 Hirundo rustica L. 0. — + — — ш. р. 1
209 Siphia parva parva (Bechst.) . p. — 4- — — 0. Л. 1
210 Hedymela collaris (Bechst.) p- — 4- — — Ю. 3.
211 Hedymela atricapilla atricapilla (L.) . o. p. — 4- — 0. л.
212 Muscicapa striata striata (Pall.) 0. — 4- — — 0. л.
213 Bombycilla garrulus garrulus (L.) — — — — + т. г. |
214 Lanius excubitor excubitor L. . — ... — — + т. Г. |
215 Lanius excubitor major Gm. — — — — т. г. I
216 Lanuis excubitor homeyeri Cab. — — — — 4- 3. Сибирь У Ю.-В.Ев.П
217 Lanius minor Gm. 0. — 4- — — ст. I
Jill
till
|Степи (твердые,|
• । । Нмягкие, залежи,!
’ ' ' I' дерезняки, пи-
____ __ ! шарники).
| | | !{ Пахотные поля.
Степные балки
!с водою, блюдце*
«образные запа-
| дины.
I ~
Байрамные леса.
+ I I I -h I + I I I I
1 1 1 1 1 + 1 1 Речнвя пойма
1 1 1 1 1 ? 1 1 Левада (коблы).
1 1 1 1 1 1 1 1 ' 1 Дюнные пески. ।
1 1 ? 1 1 + 1 1 1 ...... 1 I Дюны с сосно- вым бором.
1 ^Смешанный лес, .прилег, к степи; ;степн. дубравы; окрайные леса.
1 I 1 i 1 1 । 1 । i Лесные болота | и озера.
1 1 1 1 1 i 1 1 | 1 Степные пруды 1 и озера с бо- лотами.
1 1 1 *- III i Жилища чело- I ека.
С I Р I ДЕЛЕНИЕ ПО СТАЦИЯМ.
66
№ Название видов. Гнездящиеся. Оседлые. Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоо- географическ. полосам.
218 Enneoctonus collurio collurio (L.) 0. — + — 1 1 - I о. л.
219 Oriolus oriolus oriolus (L.) 0. —- + — _ 1 о. л.
220 Anthus campestris campestris (L.) p. — -U — — IQ-
221 Anthus trivialis trivialis (L.) . 0. — T — — ш. р.
222 Anthus pratensis (L.) . — 1 + — — ш. р. j
223 Anthus cervinus (Pall.). — — + — — 1 т. у.
224 Budytes flava flava (L.) 0. — -r — — 1 0. Л. II
225 Budytes flava beema (Sykes.) .- p- — + — _ 1 ст. 1
226 Budytes flava borealis (Sund.) . op. — + 1 — — i т. г. '
227 Budytes flava campestris (Pall.) — — i Вссточ.
228 Budytes flava dombrovskii Tschusi. . °. 1 — — 1 i — — Ю. 3. 1
229 Budytes flava leucocephala Przw. + ? — — 1 1 + — ю. в. 1
230 Budytes citreola werae Buturl . — — + —- — Ев. Р. ;
231 Motacilla alba alba L. . 0. — 'Г — — ш. р. ; а
232 Troglodytes troglodytes troglodytes (L.) — — T — _1_
233 Sitta europaea europaea L. 0. T — — + 0. с. -i
234 *Sitta‘ europaea uralensis Licht. — — - т 4- Сибирск/
235 Lophophanes cristatus cristatus (L.) . — — — — -L- Т. г. I
236 Cyanistcs caeruleus caeruleus (L.) 0. ~r — — u- о. л. !
237 Cyanistcs cyanus cyanus (Pall.) + + — — "7” в. Евр. Р.'
238 Pentestes atricapillus borealis Selys . 0. + — — 1
239 Aegithalos caudatus caudatus (L.) •p. — — "i ' т. г. |
240 Periparus ater ater (L.) — 1 — — — -- т. г. !
241 Parus major major L. . 0. + — — ш.р. |
* Отмечены виды, внесенные в список по данным Севериова.
I I I 1 I I I I I I I I I I
I I I I I I I I .1 I I I I I I I I I I I I I I I
I I I I I I I I I
I I I I I I I I I
I I I I 4- I I I I I 4- I I I I I I I I I I I I I
? 4- п -I-4- + + 4 r I I I I i I I I I I I I
I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I
I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I I
p 4- p 4- 4- ? + 4- г I I I I I I I I I I
I I I I I I I I I I 4- I I I I I I I I I I I I I
I I I I I I I I I I p I 4- p 4- p p p ; I I I I I
I I I I I I I I I I ? I I I I I J I I I I I I I
С 1спи (твердые, мягкие, залежи, дерезняки, ал- тарники). Пахотные поля. РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ПО СТАЦИЯМ.
Степные балки с водою, блюдце* образные зала* дины.
Байрачные леса.
Речная пойма.
Левада (коблы).
Дюнные пески.
Дюны с сосно* вым бором.
'Смешанный, лес прилег, к степи; степи, дубравы; окрайные леса. Лесные болота и озера.
Степные пруды и озера с бо- лотами.
Жилища чело- | века.
Ci
*4
68
№ Название видов. Гнездящиеся. Оседлые. Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоо- географичсск. полосам.
242 Remiza pendulina L. P- — i — — Ю.*в. Евр. р. i1
243 Regulus regulus requlus (L.) . — — -т~ т.' г.
244 Potamodus fluviatilis Wolf 0. 4 — — °, л.
245 Potamcdus luscinioides Savi . P- — T 1 ~ СТ. 1‘
246 Locusteila naevia (Bodd.) — — + — — . i ш. р.
247 Calamodus schoenobaenus (L.). 0. — + — — 0. л.
248 Calamodus aquaticus (Gm.) p- — 1 — — ст.
249 | Acrocephalus arundinaceus arundina- | ceus (L.). .... 0. — + — — ст.
250 Acrocephalus palustris (Bechst.) 0. — — — т- р- 1
251 Acrocephalus streperus intermedius Stan..... p. — Г — — ст.
252 Acrocephalus dumetorum Blyth. 0. p. — I —, — т. г.
253 Hypolais icterina (Vieill.) 0. — — — 0. л. J
254 Phylloscopus viridanus Blyth . 0- p. — — — СибирСК.;
255 Phylloscopus sibilatrix slbilatrix (Be- chst.j. .... 0. — + — — 0. Л. ,1
256 Phylloscopus trochilus trochilus (L.). 0. — -1- — — 1 0. л.
257 Phylloscopus collybita abietina (Nilss.). 0. — + — — т. г. .1
258 1 Sylvia nisoria nisoria (Bechst.). 0. — T — — 0. Л. I
259 J Sylvia communis communis Lath. 0. — -r — — 0. Л. I 11
о
о
Степи (твердые,'
мягкие, залежи,
дерезняки, ви-
шарники.
Пахотные поля.
Степные балки
с водою, блюдце*
образные запа-
дины.
Байрамные леса
Речная пойма.
’ + + Леведа (коблы).
1 I I 1 Дюнные пески.
1111 Дюны с сосно- вым бором.
1 .1 + 1 Смешанный лес, прилег, к степи; степи, дубравы; окрайные леса
1 1 1 Лесные болота и озера. Степные пруды и озера с бо- лотами.
’.•’ll
1111 Жилища чело- века.
РАСПРЕДЕЛЕНИЕ П О СТ А Ц И Я М.
70
№ Название видов. Гнездящиеся. Оседлые. Пролетные. Залетные. Кочующие зимою. Отношение к зоо- географическ. полосам.
260 Sylvia borin borin (Bodd) 0. 4- — — 0. Л.
261 Sylvia atricapilla atricapilla (L.) 0. 4" — — о. л. 1 (
262 Sylvia curruca curruca (L.) 0. — -j- — 0. л. ’
263 Luscinia luscinia (L.) . 0. — — — 0. л.
264 Cyanecula svecica svecica (L.) 0. — + — — 0. л. 1
265 Cyanecula svecica cyanecula (Volf) p- — — — 3. Евр.Р.;
266 Erythacus rubecula rubecula(L.) 0. — — — 0. л.
267 Phoenicurus phoenicurus phoenicu- rus (L.) .... 0. — _L — — i 0. л. |
268 Pratincola rubetra rubetra(L.) . 0. — — — т.р- !
269 Saxicola oenanthe oenanthe(L.) . 0. — 4. — — т. р. |
270 * Saxicola pleschanka (Lepech) + ? — — _L. — ю. в.
271 Prunella modularis modularis (L.) — — — — т. г. |
272 Merula merula merula (L.) 0. — 4- — — Т. р. 1
273 Turdus visciyorus viscivorus (L.) 0. — + — — т. г
274 Turdus iliacus L. — — 4- — । т. г.
275 Turdus musicus L. 0. — + — — Т. р-
276 Turdus pilaris L. 0. 4- Т. р. 1
* Отмечены виды, внесенные в список по данным Северцова.
I I I I I I I - I I I I I I
I I I I I I I I I I I I I I
I I I I I I I I I I. I I I
I I I I I I I I I I I I I I
n I I I I I I Ini I nn?
I n + I n I I I I I n n n
I I I I I I I I I I I I I I
I I I + I I I I I I I I I I
+ n n + | | | H л I I I
I I I n I I I I I I I I I L
I I I I I I I I I I I I + П
I I I I I I I I I ? I I I I
1 1 1 1 1 1 Степи (твердые, мягкие, залежи, дерезняки, ви- шарники. Пахотные поля.
1 1 1 | Степные балки ic водою, блюдце* юбразные запа- дины.
? 1 г Байрамные леса.
-» 7» Г1 Речная пойма.
г* л л Леведа (коблы).
1 1 1 Дюнные пески.
1 1 1 Дюны с сосно- вым бором.
т» п т Смешанный лес, прилег, к степи; степн. дубравы: окрайные леса.
1 1 .1 Лесные болота и озера.
1 1 1 Степные пруды и озера с бо- лотами.
1 1 1 Жилища чело- века.
РАСПРЕД Е Л Е Н И Е ПО СТАЦИЯМ.
72
№ Название видов. Часто или редко встре- чается. Отношение по зоогеогра- фическим по- лосам. 1 _ । Степи (твердые, ! мягкие, ; залежи, ! дерезняки, J вишарники).'
Пресмыкающиеся. 1 1 1 1
1 Emys orbicularis L. . с. д. об. Ю. Евр. Ю.З. Аз 1
2 Anguis fragilis L. д. об. 3. ч. Пал. Обл. — I
3 Lacerta agilis exigua Eichw. в. об. В. ч. Евр. Росс. Сибирь.
4 Lacerta vivfpara lacq. р. тг. 1 - 1
.5 Eremias arguta Pall. . С. р. ю. в. — 1
6 Natrix natrix L. в. об. ш.-р. —
7 Coronella austriaca Laur. с. р. 3. ч. Пал. Об. + р* ;
8 Coluber renardi Christ. р. ю. в. ст. 'г
9 Coluber berus prester Pall. . об. Бор. ш. р.
10 Coluber berus berus L. р- Бор. ш р. 1
Земноводные.
1 Rana esculenta lessonai Camerano. . сб. В. Евр. Росс. 1 —
2 Rana ridibunda Pall. . в. сб. В. ч. Евр. Р. — 1
3 Rana arvalis Nilss. . об. / В. Евр. 3. Аз. 1 — 1
4 Bufo viridis Laur. в. сб. С. Евр. Аз. i -г
5 Bufo bufo L. . . . с. р. ш. р. —
/6 Pelobates fuscus Laur. в. сб. Евр. Кавк. Турк. 1 _ ' i
7 Bombina bombina L. . в. об. ю. 1 i -
8 Molge cristata Laur. . с. р. ш. р. —
9 1 Molge vulgaris vulgaris L. сб. ш. р. - 1 1
73
Степные балки с водою, блюдцеоб- разные за- падины. Речная пойма. Левада (сырые леса, „Коблы*). Дюнные пески вто- рой речной террассы, местами поросшие ивняком. Дюны с сосно- вым бором. Смешанный лес, приле- , тающий к степи, степ- ные дубраэы,! окрайн. леса/ байрачн. лес. Лесные ; болота । и 1 Степные пруды е приле- гающими
озера, болотами.
— । । — — — 1 1 1 1
— — — — — 4- 1 1
— - — 4" “Г — 1
— —- — — — -1- 1 —
— — 4* — — j
+ ь 4- — — — 1 i _1_
— — — — -Г Г —- —
4- — — — — — — —
— — — — — — —
— — — — + 4~ 1 — 1 1 - 1
— ~г -4- — I 1 i • 4- Р-
— + 4- — 1 — 4"
— — -L — 1 _ — —
« 4- — — — — — _ 1 1 1
— — Г — 1 ь ~ 1 1 "
4- + — — — — 1 "Т
-г -L- — — — — —
— Т — — — — — 1 —
4- + -р- — — 1 —- ! ’ 1 1 [ J- 1 1 1
74
Подводя итоги по распространению млекопитающих в Воронеж-
ской губ., мы отмечаем, что из 56 видов около половины общего со-
става (22) принадлежат к формам с широким географическим распро-
странением; животных юга 19, из них чисто степных, жизнь которых
связана со степью, как с определенной характерной станцией—10.
форм островного леса—6; форм тайги—3: Mele* meles, Mustela mat tes,
Lepus timidus. Из них первый, т. е. барсук, крайне редок и, вероятно,
близок к полному исчезновению; куница спорадически довольно обык-
новенна, хотя в общем редка; что касается до зайца-беляка, то тща-
тельное исследование большого материала может показать со време-
нем, что южный беляк составляет особый географический подвид.
Следовательно, принадлежность воронежского беляка к видам тайги
еше сомнительна.
Бедность северного элемента фауны надо было ожидать, судя по
общему положению исследованной нами местности.
Видов востока Европейской России и частью Сибири—6. Из них
особеннно характерны: Putorius eversmanni. Vormela sarmatica, Crice-
tulus migratorius. Lagurus lagurus. Из западных форм особенно харак-
терна белка Sciurus vulgaris fuscoater, которая находит в Воронежской
губ. восточный предел своего распространения. К западным формам,
невидимому, надо отнести и соню Dyromys nitedula oholenslii Ognev.,
так как уже в Поволжьи она заменена восточной Dyromys nitedula nite-
data Pall.
Птицы. Из птиц, как всюду, преобладают виды с широким геогра-
фическим распространением (88), много видов, свойственных островным
лесам (47); собственно степных форм 32, число высокое. Южными
формами в широком смысле этого слова (кроме перечисленных степ-
ных птиц) мы можем назвать: Circaetus gallicus, Cygnus olor, Ba!l"<
a<juatieHs. Hydrochelidon fissipes, Sterna minuta, Pastor roseus, Anthus
camp/stris. Coccothraustes coccothraustes nigricans (всего 8 ВИДОВ).
Юго-восточных птиц—11: Pelecanus опое rot al us, Platalea leucorodia.
Phoeuicopterus roseus, Marila rufina, Erismatura leucocephala. Clrcaetus
gallicus. Totanus stagnatilis, Himantopus himantopus, Sturnus vulgaris
mcnzbier'i. Budytes flora lencocephala, Saxicola plesehanka.
Юго-западных мы насчитываем 5 видов: Ciconia ciconia, TytoaVm,
Certhia familiar!* macrodaetyla. Hedymela collar!*, Budytes flora dombrorsl".
Форм Средиземноморской области мало, всего 3: Plegadis faldnet-
Ins, Neophron perenopterus, Gyps fulvus—все это элемент случайный, за-
летный для воронежской фауны.
Таким образом общее количество южных форм в широком смысле
этого слова, присоединяя сюда и случайно залетную представитель-
ницу пустыни саджу—60.
75
К западным птицам мы относим: Dryobates medius, Hedymda col-
biris. Они находят здесь восточный предел своего распространения.
Из северо-западных птиц можно назвать только одного Pica*
riridis, который в Воронежской губ. крайне редок.
Западных птиц, в широком смысле этого слова, включая сюда
свойственных западной части Палеарктической области, юго-западных,
северо-западных и западных—12 видов.
Типичными сибирскими видами можно считать Dvyobate* major
brevirosfris, Xylocopus minor I'amtschatkcnsis, Nucifraga caryocatactes macro-
rhynchos. Lantus excubitor homcycri, Sitfa europaea uralensis, PhyUoscopus
ririfanu*,?. e. 6 форм. Из них гнездится только одна—зеленая пеночка.
Птиц тайги—32. Громадное большинство из них принадлежит к
видам пролетным или посещающим Воронежскую губ. во время зим-
них кочевок. Гнездящихся таежных видов очень немного; мы можем
назвать из них: Budytes flava borealis, Pentestes atric.apillus borealis.
Aegithalos caudatus, Acrocephalus dumetorum. Phylloscopus collybita abietinet
Tardus viseivorus, Turdus pilaris.
Птиц тундры 23 вида. Это значительное количество обгоняется
большим числом пролетающих северных птиц, особенно различных
куликов.
Вид с космополитическим распространением один—скопа Pandit,»
haliaetus.
Рептилии. Из рептилий, фауна которых бедна (всего 10 форм),
заметный элемент представляют южные представители: Emys orbicularis,
Eremias arguta, Coronella austriaca, Coluber rcnardi.
Амфибии. Среди них характерно отсутствие обычной травяной
лягушки (Rana temporaria), которая целиком заменена здесь остроно-
сым видом (Rana arvalis). Несомненно, что в северной части Воро-
нежской губ. (у.у.: Землянскпй и Задонский), которая по общему об-
лику резко отличается от остальной половины исследованной области,
попадается и Rana temporaria. Эта лягушка очень обычна, например,
в Орловской губ., прилегающей к северным уездам губ. Воронежской.
Далее следует указать огромное обилие особей Bombina bombina. Bufo
rirldis, которые редки у нас на севере.
IV. Главнейшие фаунистические районы Воронежской
губернии.
Наши исследования довольно детально охватили собой восточную,
частью северную, центральную и менее—южную ’ половины Воронеж-
ской губ. Самый западный, южный и северный районы остались пока
незатронутыми.
Вследствие этого очень трудно установить границы естественных
фаунистических районов, на которые можно разделить интересующую
нас губернию.
В своей интересной статье „Естественно-исторические районы
Воронежской губ.“ *) проф. А. Л1. Панков разделяет губернию на че-
тыре полосы: 1) на полосу обыкновенного (или переходного к южному)
чернозема—самая южная полоса, простирающаяся по южной и юго-
восточной частям Богучарского у. и захватывающая южную окраину
Новохоперского у. Северная граница этой полосы приблизительно про-
ходит по р. Татарке (приток Хопра), далее по Манина-Подгородной,
по Меловатке и Дону-Богучару.
2) На полосу обыкновенного глубокого чернозема. Она значительно
вытянулась с с.-в. на ю.-з. и занимает Новохоперский у., запади, часть
Богучарского, южную часть Бобровского, почти весь Валуйский (за
исключением его небольшой восточной части). Северную границу Пан-
ков проводит так: р.р. Курлак, Битюг, Чигла Сухая, Чигла-Мечетка,
Битюг, отсюда по р. Дону и Тихой Сосне (приблизительно северная
граница ковыльной крупно-дерновинной степи).
3) На полосу мощною чернозема. Этой полосой занята почти вся
северная часть Воронежской губ. (за исключением Задонского у. и
небольших частей Землянского у.).
4) Последние у.у. занимают полосу деградированною и выщелочен-
ною чернозема.
Фаунистическп эти границы врядлп вполне точно подтвержда-
ются, но в главнейшем совпадают. Вероятно, что самый северный от-
дел губернии (полоса деградированного чернозема) фаунистическп
отличается от остальных областей ее и должен быть выделен особо.
») Библиотека Сельского Хозяйства, № 1, 1921 г. Воронеж.
77
Этот северный район по фауне, вероятно, гораздо ближе к юго-восточ-
ной части Орловской губ., чем к г. Воронежской, и фаунистическое
присоединение его к исследованной нами области крайне искусственно.
Вероятно, что здесь редки типичные южные элементы Воронеж-
ской фауны: удоды, сивоворонки; щурки вряд ли сюда вообще заходят;
отсутствуют орлы-могильники. Здесь должен быть распространен север-
ный крапчатый суслик (CitcUus suslicus guttatus Pall), которнп водится в
юго-восточной части Орловской губ. и южнее заменен бледной формой
(Citellus susllcns suslicus (f field.).
Район мощного чернозема: у. Воронежский, Нижнедевицкий, боль-
шая часть Бобровского у., самый север Новохоперского, Коротоякский
уезд фаунистическп слабо отличаются от второй полосы Панкова—обы-
кновенного глубокого чернозема. Здесь в районе мощного чернозема
редки самые южные элементы рассматриваемой фауны: стрепет, дрофаt
орел-могильник, щурка; здесь много реже юго-западные представители—
средний-пестрый дятел, мухоловка-белошейка.
Если общая граница между полосою мощного и обыкновенного
чернозема, имеющая и ботаническое основание, в общих чертах под-
тверждается и фаунистически, то все же весь район „обыкновенного"
чернозема (полоса II у Панкова) фаунистическп, наверно, не одноро-
ден. Вероятно, что крайняя западная часть Воронежской губ. (у. Ва-
луйский, юг Бирюченского и сев.-зап. Богучарского)—отличается от
остальных районов большей примесью западного элемента: здесь дол-
жен чаще встречаться белый аист, как редкость проникающий вплоть
до Бобровского у., здесь наверно не редка совка-сплюшка, крайне
редкая в восточной части Воронежской губ., наконец, здесь должны
быть более обыкновенны средние пестрые дятлы и мухоловки-бело-
шейки.
Где проходит восточная граница этого намечаемого западного
отдела губернии—сказать пока еще трудно. Интересно указать, что в
Павловском у., в Шиповском и Казинкинском лесничествах, очень обы-
кновенны средние пестрые дятлы; сюда же прежде проникала юго-
западная белка (Sciurus vulgaris fusco-ater Altum). Эти листвен-
ные нагорные дубравы представляют собой как ды авангард запад-
ных лесов германского типа, проникших далеко на восток с частью
характерной западной фауны.
По древесной растительности описываемые леса заключают в себе
преобладание западного элемента невдалеке от восточной грани его рас-
пространения. Так, неклен достигает западной части Пензенской и Са-
ратовской губ. (следовательно, и здесь недалека его восточная граница).
Ясень идет к востоку несколько далее и проникает еще в западные
78
у.у. Казанской и Симбирской г.г. Дуб не переходит Уральского
хребта; близкую с дубом восточную границу имеют орешник и клен.
В высшей степени интересны эти спорадические растительные п
животные комплексы, выдвинувшиеся далеко от их характеристиче-
ского центра. Фаунистически было бы с этой точки зрения очень ин-
тересно исследовать леса по балке Грабовой, правому притоку р. Ми-
уса, где проф. Г. И. Танфильев *) в свое время констатировал таксе
западное дерево как граб (Capri nus bet al us).
Итак, возможно, что восточная граница западного воронежского
района проходит по Осереду в Павловск, у. Для нас не подлежит со-
мнению, что юго-восток губернии должен довольно резко отличаться
фаунистически от остальных частей. Мы затрудняемся точно провести
северную границу этого района; думается, что она проходит несколько
севернее, чем грань переходного к южному чернозема на- карте
А. 21. Панкова.
В этом юго-восточном районе можно ожидать нахождение одно-
цветного суслика (Citclue musicus planicola Satan.), здесь должны быть
нередки белокрылые сибирские жаворонки, быть может встречается
Meltmocoripha calandra, вероятно обыкновеннее, чем более на север тир-
кушки (Glarcola nordmanni), больше стрепетов', можно ожидать нахожде-
ния степных орлов (Aquila nipalenxis orientalis Cab.) и степной пустельги.
В общем здесь должна отражаться более заметно природа смежной
Донской области.
После этих, частью гипотетических, соображений переходим к
детальному установлению мелких фаунистических подрайонов в об-
ласти, нами непосредственно изученной.
Первым подрайоном мы считаем воронежско-усманский (1). Он
охватывает собой водораздел между р.р. Усманью и Воронежем, с се-
вера доходит до г. Усмани и простирается по Усманьскому лесниче-
ству в пределы Тамбовской губ.; на восток он идет до Верхней
Бапгоры, на юг до Усмань-Собакина, на запад до Рамони.
Этот преимущественно лесной и речной подрайон характеризуется
присутствием бобров, довольно значительным количеством зайцев бе-
ляков, сохранившимися еще белками (Sciurus vulyaris fusco-atcr A<tJ,
очень редкими выдрами и барсуками. Из птиц здесь нет (или исклю-
четельно редки) орлы-могильники, редки балобаны и орлы-карлики,
мало щурок; из гадов много Coronella austriaca, и не найдена Егс^т*
uryuta.
Маленький Тавровский подрайон (2) охватывает собой одноимен-
ное лесничество с огромным заливным лесом, сетью озер, среди кото-
*) Боганияо-географические исследования в степной полосе, Труды Экспед. -7есв'
Департ., П, в. 2, 1898, стр. 30—31.
79
рых находится самое крупное в губернии „Погонное" озеро. Этот лес
описан дЬвольно подробно в первой главе. Здесь в качестве характер-
ных форм для этого подрайона можно отметить: большое количество
норок, обычных хорей, массу волков', из птиц: гнездовые колонии серых
цапель, красных цапель, массу варакушек, нахождение орла-беркута
п, судя по месту, возможное нахождение скопы и белохвоста. Наконец,
в отличие от близкого Графско-Усманьского лесного массива, здесь
очень обыкновенны орлы-карлики.
Следующий Бобровскохреновской подрайон (3) занимает область
между Икорцем, Битюгом и Чиглою, на севере до с. Старой Чиглы, на
западе до Пкорца, а, быть может, и до Хворостани. В этом подрайоне
характерны значительные леса, тянущиеся по Битюгу, Чигле и Икорцу.
Особенно типично Хреновское лесничество. В подрайоне пз млекопи-
тающихся держатся: выхухоли, местами многочисленные, редкие белки
(юго-западного типа), Microtus agresti* subsp г, из летучих мышей
Nydalus siculus Palumbo. Из птиц характерны обильные (в Хреновом)
большие подорлики, частые могильники, много балобанов, найдена ма-
лая поганка. Из гадов для песков Хренового типична Eremias argnta.
Донской песчаный подрайон (4) тянется вдоль реки и характерен
для ее поймы, описанной нами выше. Орнитологически он характери-
зуется присутствием малых крачек (Sterna minuta) и куликов-сорок.
Кроме того, особенно в осений период, здесь много мелких куликов
разных видов. Об относительной бедности Донской долины мы уже
говорили.
Местность между Доном, Хворостанью, Хавой и верховьями Би-
тюга в общем мало интересна: здесь мы имеем обедненную степную и
лесостепную природу, сильно попорченную культурой человека. Эта
область не имеет своей типичной физиономии и может быть отнесена
провизорно к Воронежско-Усманскому подрайону.
Северо-Бобровский подрайон (5), обедненный вследствие вырубки
лесов. Вдоль верховий Битюга мы отметили здесь значительные болота
п характерные березовые рощи. Из птиц характерны Тин!и* pilaris
(дрозды рябинники), в других местах губернии нами не отмеченные, и
дерябы Tardus idseivorus. Этот подрайон представляет в общем слабо
характерный переход к Тамбовской природе.
Каменка-Степной подрайон (6) охватывает собой юго-восток Бо-
бровского у. и юго-запад Новохоперского у. Характеризуется хорошо
не только морфологически, но и по фауне. Здесь явное преобладание
видов открытой степи: байбаков, сусликов (C'itellus suslieus suslieus Gilcld.),
Слепышей, земляных зайцев, степных пеструшек (Lagurus lagurus),
степных русаков (Lepus europaeus tesguoruni Од пег), степных хорей, ЛИ-
СИЦ (Гк/р(.9 vidpes diluta Ognev). Из птиц типичны: степные луны.
80
(Striy'icep* rnacruiHs), жаворонки (Alauda arvensis cantarella Bonap.).
перепела, дрофы, стрепета н др. обитатели открытых степных про-
странств.
Вероятно, в особый подрайон должен быть отнесен север Ново-
хоперского у. и юг Борисоглебского у., Тамбовской губ., под названием
Теллермановскою, по огромному своеобразному лесу, расположенному
на Хопре. К сожалению, мы не смогли его исследовать и потому гово-
рим о подобном выделении только гадательно.
Павловско-Шиповский подрайон (7) охватывает собою долину Осе-
реда с Шиповской. нагорной дубравой, начиная от села Бутурлиновки
на севере, до Казпнки— на юге. В интересных лесах этого подрайона
ярко сказывается юго-западный характер. Из птиц здесь типичны:
очень обильные балобаны, орлы-змееяды, орлы-карлики, средние пест-
рые дятлы, очень многочисленные дубоносы, мухоловки-белошейки, чер-
ные дрозды. Из млекопитающих характерны: редкие дикие козы и обы-
кновенные (в Шиповом лесу) зайцы-беляки.
В заключение, мы еще раз подчеркиваем, что предложенные фа-
унистические группировки сделаны очень приблизительно и провп-
зорно. Они упоминаются здесь с целью облегчения задачи будущего
районного исследования Воронежской губ., которое очень желательно
для более совершенного познания фауны этой интересной части на-
шей русской черноземной области.
V. Развитие современной фауны Воронежской губернии
и связь ее с прошлой жизнью страны.
В жизни фауны нашей страны чрезвычайное значение имела
эпоха великого оледенения—ледниковый период. Как показывают
исследования Пенка (1909), западная Европа претерпела четыре оледе-
нения: гюнцское, миндельское, рисское, вюрмское. Эти глациальные пе-
риоды сопровождались межледниковыми эпохами, из коих особенно
теплой и длительной была эпоха между миндельским и рисским
ледниками. В Среднюю Россию, невидимому, проникли два оледенения,
но второе из них остановилось значительно севернее, не затронув
Воронежской губ..
Если мы взглянем на карту, где отмечена южная граница скан-
динавского ледника, приложенную к прекрасной работе А. Карпинского*),
то мы легко увидим, что ледник вдавался на юг двумя раздельными
-языками: днепровским и донским. В первом он спускался до 48° с. ш.,
во втором до 50°. В высшей степени интересно, что это проникание
на юг в значительной степени обусловливалось днепровским и донским
понижениями, которые существовали еще до наступления ледниковой
тохи; между ними искони возвышалось плато, никогда не покрывав-
шееся льдами.
Однако, далеко не вся территория Воронежской губ. в течение
максимального оледенения была захвачена льдом. Особенно глубоко
на юг проник он в придонском районе, и потому следы пребывания
ледника встречаются в восточной части губернии, даже на юге Богу-
чарского у., Тогда как в западной части, в Валуйском у., нет следов
ледникового покрова не только на той шпроте, где он развит в у.
Богучарском, но и много севернее. При отступлении на север ледяной
покров имел остановку на широте Бутурлиновки, при чем оставил
здесь конечную морену в виде валунов и гальки.
„Огромные толщи осадков в пределах Воронежской губ.“, пишет
проф. К. Д. Глинка**), „отложили водные потоки, получившиеся при
♦) А. .Карпинский, Очерк Физико-Географических условий Европейской России в
минувшие геологические периоды. Првлож. к V тому Записок Ими. Акад. Наук, 1887.
*♦) X Д- Глинка, Геология и почвы Воронежской губ. 1921, стр. 19—20.
82
таянии отступавшего ледника. Потоки эти направлялись вдоль, совре-
менных речных долин, которые повидпмому уже были намечены в
доледниковый период. Осадки таких потоков, носящие название флю-
виогляциальных (ледниково-речных) отложений, слагаются преиму-
щественно песками, в нижних слоях содержащими гравий и гальку
северных кристаллических пород. Пески имеют мощность, измеряемую
иногда десятками сажен... Площади, покрытые флювио-глациальными
осадками, после отступания ледника, пережили ряд последовательных
стадий развития. Безвалунная глина не везде осела на поверхности
песков, а поэтому, после того, как ледниковые потоки убрались в
определенные русла, а покрытая когда-то водами более широких
потоков местность стала обсыхать, пески, не прикрытые глиной, начали
развеваться ветром... Движение песков было затем постепенно оста-
новлено закрепившей их степной растительностью. Позже степная
растительность была вытеснена лесами, выползавшими на водоразделы
из речных долин и надвигавшимися с севера".
Однако, это облесение водоразделов в Воронежской губ. был
относительно ничтожно; оно имелЪ настоящее развитие только в север-
ной половине губернии. На юге по возвышенным водоразделам, неви-
димому, уже рано стала дифференцироваться типичная степная
рост и тел ьност ь.
Таким образом, искони в Воронежской губ. было чередование
лесов с открытыми местами степи, с „переполянъями*, как звали их в
старину; прекрасные вековые дубовые леса перемежались то большими,
то меньшими полянами с богатой травяной растительностью: чудным
покровом цветов, состоящим из незабудок, лесных анемон, ирисов...
Южнее и поляны становились все шире, более властно захватывали
обширные площади, превращаясь в целые „поля“,—участки открытой
луговой или северно-ковыльной степи. Сюда проникали леса только
по рекам, т. е. носили характер плавней, и только кое-где, споради-
чески раскидывались на водоразделы, как, например, знаменитая
степная дубрава—Шипов лес. Следовательно, Воронежская природа
издавна носила характер счастливого сочетания двух наиболее могу-
чих у нас и прекрасных природных стихий: леса и степи; первые
преобладали на севере губернии, вторые властно и привольно раски-
дывались на ее благодатном юге.
Прежде, чем мы постараемся сделать очерк прошлого фауны Рас'
сматриваемой местности, коснемся одного вопроса далекого про1ГХЛ°г0’
связанного с современными фактами распространения растений и
животных.
83
_________ >
В своей очень интересной работе*) проф. Б. А. Келлер касается
вопроса генетической связи степной и горной флоры. Он приводит
следующие интересные факты. Наш дикий степной овес Avena schelliana
на Алтае при под‘еме в более высокие горные области постепенно
заменяется родственной формой A tvwa versicolor, которая обитает на
типичных горных тундрах. Крестоцветное растение Draba repens луго-
вых степей Воронежской губ. распространено на горных пастбищах
Алтая и найдено также на Новой Земле. Типчак—характерный вид
степей юга (Festuca sulcata) имеет близкую форму в альпийской зоне
гор. Таких примеров много. „В третичный период", пишет проф.
Келлер, .равнины Европы были заняты могучими лесными ассоциа-
циями и частью болотами. Элементы будущей степной растительности
находили себе приют в значительной своей части в горах среди скал,
на каменистых россыпях пли вообще на местах, свободных от дре-
весной растительности, в том числе и выше линии леса. Когда кли-
матические условия ледникового периода стали вытеснять лесную
растительность, то многие горные виды получили возможность далеко
распространяться по равнинам".
Нет сомнения, что в этих интересных фактах много гадательного,
но все же хотелось бы дополнительно осветить их соответственными
примерами пз мира животных.
Наш байбак (Marmota bobac Pallas) считается типичным обитателем
равнинных степей. Однако, близкие родственники байбака—горный сурок
(Marmota marmota L.)—обитатель альпийской зоны Альп, Пиренеев и
Карпатов. Целый ряд сибирских формбИ. siblrica Radde, dichrous Anders.,
buntjel Kasfsch. и друг.)—обитатели горной зоны.
Южный одноцветный суслик (Citellus mutieus planlcola Satun.)
живет в южных ковыльных степях; слабо отличимая от него горная
форма (Cit.llus m.isicits musicus Jfenetr.) подымается в горах Кавказа
до 8000'. Citellus erersmannl Brandt живет, по II. 11. Сушкину**), в степях
'Минусинского края и попадается почти в альпийском поясе Саян.
Тушканчики обыкновенно признаются равнинно-степными животными;
по К. А. Сатунииу**'"), Alactaga uilliasmi schmidti Satun. живет в рав-
нинах Закавказья; близкая форма A. uilliasmi williasmi Thom, поды-
мается в горах Арарата до 10.000'. Средн слепцов имеется один горный
вид Spalax monticoia armenlans Mekelg подымающийся в Гёльтской кот-
ловине до 8.000', а между тем />. Spalax считается характерным для
низменной степи.
*) Растптельи. Воропеясск. губ. 1921, стр. 13, 14, 90—92.
♦♦) II. IT. Сушкин. Птицы Минусинского края. 1914, стр. 500.
К. А. Сапун ин. Млекопитающие Кавказского края. 1920, стр. 184.
84
Из птиц характерно обитание в городах Крыйа в области лугов
Караби-Яйлы типичных степных форм: Saxicola pktehanka Lepech.
к Alaada arvi nsi* canfarella Bonap. Подобных примеров можно бы приве-
сти и более. Все они поддерживают выводы проф. Келлера, основан-
ные на ботанических данных, и подчеркивают близоеть горных и степ-
ных видов.
Переходим теперь к обзору прежней фауны Воронежской губ.
У нас нет об‘ективных, точных данных, до какой исторической эпохи
обстали в Воронежской губ. некоторые характерные формы после лед-
никового периода. Мы говорим об антилопе-сайге, остатки скелетов
которой найдены бл. с. Костенок, невдалеке от Воронежа. Очень боль-
шой интерес представляет нахождение нижней челюсти малой пищухи
I Ochotona pusilia Pallсделанное С. И. Оболенским среди других остат-
ков костей млекопитающих в песчано-лесовой почве, выброшенной у
норы сурка b Каменной степи, Бобровского у. В свое время проф-
A. Nrhrhuj (L'eber Tundren und Steppen der Ictzt und Vorzeit, 1890, p.
175) отметил нахождение костных остатков этого грызуна в Германии
в лессовых дилювиальных отложениях бл. Westeregeln. Интересно, что в
Каменной Степи Оболенским обнаружены чрезвычайно обильные ос-
татки костей Spalax microphtalmu* Giieltl., Cricetus cricetus L., Putodus
i nr-onanni Less, там, где теперь эти звери много реже.
Указание на численность степных грызунов дополняет также сле-
дующее характерное описание летописца, говорящего о половцах: „яко
же се и при нас ныне половцы закон держат отец своих, кровь про-
ливати, и хвалящеся о сих, ядуще мертвечину и всю нечистоту, хорьки
и сусолы"....
' Картинное описание природы дает нам митрополит Пимен, спус-
кавшийся в 1389 году на судах по р. Дону в Царьград. „Бысть же
сие путное шествие печально и уиынливо, бяше бо пустыня зело
всюду, не бо видети тамо ничтоже ни града, ни села, аще бо и бывше
древле града красны и нарочиты зело видением, места точию пустожь
все и ненаселено; нигде бо видети человека, точию пустыня велия и
зверей множество: козы, лоси, волцы, лисицы, выдры, медведи, бобры;
птицы—орлы, гуси, лебеди, жаравли и прочая, и бяше вся пустыня
великая". Лесная область более или менее значительными массивами
доходила до г. У смани; здесь и поныне сохранились огромные земля-
ные сооружения: валы и рвы, видные с полотна железной дороги. Они
служили защитой оседлого русского населения от набегов ногайцев.
Сама Усмань была основана в 1646 году воеводою Степаном Вельями-
новым по приказу царя Алексея Михайловича. Городская крепость
располагалась еще среди дремучих лесов, в которых жили крупные
звери: лоси и даже медведи; это доказывается находимыми и поныне
85
в обмелевших частях р. Усмани остатками вековых дубов, костями
медведей, рогами лосей*). ,
Повидимому замечательно богатая природа окружала г.» Вороней;
в эпоху Петра Первого. Царь посетил Воронеж впервые в 1694 году,
и так как юношеское воображение Петра было поражено прек-
расным положением города, расположенного на тогда большой су-
доходного реке, обилием вековых корабельных строевых дубовых ле-
сов,—он сразу решил построить здесь верфь, крепость и адмиралтей-
ство. Эти данные особенно ценны нам, так как ясно . свидетельствуют
о заметно большей полноводности южных рек в отдаленные эпохи ис-
тории русского государства.
Для зоолога совершенно исключительный интерес имеют записки
Самуила Георга Гмелина, посетившего в 1768—1769 г.г. пределы ис-
следованной нами области**).
Мы находим указания, что в ближайших окрестностях г. Воро-
нежа байбаки водились в громадном количестве („in ausserster Menge*).
Сусликов, которых Гмелин называет .der orientalisehe Hamster*, но дает
прекрасное, точное описание, так много, что ежедневно легко можно
было добывать по 50 экземпляров! В окрестностях Воронежа были
очень многочисленны орлы и филины', водились глухари, но редко,
тогда как memepeeeil было чрезвычайное множество („sind in ausserster
Menge vorhnnd.fh“). Для Шипова леса Гмелин указывает медведей; в ок-
рестностях Павловска он нашел на гнездовья пеликанов, в устье р.
И корца— бакланов.
Особенно замечательно описание диких лошадей, -тарпанов, сде-
ланное этим автором. Лет двадцать тому назад, говорит 1'мелин; т. е.
приблизительно в 1740 году, дикие лошади были обычны в ближай-
ших окрестностях Воронежа, но затем были оттеснены в более отдаленные
степи вследствие сильного вреда, который они причиняли. Гмелин пред-
принял охоту за этими животными. В 45 вер. от г. Боброва, в селе Чи-
хонке стало известно, по рассказам крестьян, что тарпаны держатся
поблизости. Это сведение вскоре подтвердилось; едва путешественники
огехали около 6 верст от названного села, как они увидели вдалеке
стадо из 6 диких лошадей. Стадо руководилось жеребцом, очень ос-
торожным и чутким. В следующие дни Гмелин видел значительно
больше этих лошадей. Вскоре посчастливилось добыть несколько эк-
земпляров, в том числе и жеребца. По словам этого автора, дикие ло-
*) См. „Россия", полное географическое описание нашего отечества, под ред. П. 1L
Семенова, П., 1902, стр. 373.
**) См. Gindin, Reise durch Russland zur Untersuchung der drey Natur-Refche.
I Reise von St-Petersburg biss hach Tcherkask der Hauptstadt der Donischen Kosaken.
1768—1769.
86
шади причиняли сильный вред крестьянам, т. к. ели значительное
количество сена, а жеребцы отбивали в свои гаремы домашних кобыл,
бывали случаи, что дикие жеребцы убивали домашних, пытавшихся
оказать сопротивление своему вольному родичу, когда он отбивал до-
машнюю кобылу. Все это вело к усиливавшемуся интенсивному пре-
следованию диких лошадей, и мы думаем, что быстрая гибель их обу-
словливается истреблением от вмешательства человека. Когда знако-
мишься с живыми очерками Гмелнна,—невольно напрашивается рази-
тельное сходство в повадках тарпана с лошадью Прежевальского, как
ее описывает наш талантливый русский натуралист Г. Е. Грум-Гржи-
майло *).
В июле и августе 1769 года через Воронежскую губ. проехал
Иоганн Антон Гюльдениипедт**), исследуя область степей и лесов,
расположенных по Хопру. Здесь впервые на пути от Тамбова к
Новохоперской крепости известный путешественник добыл слепыша
{Spalax microphthalmus Giield.) Про этого замечательного грызуна Гюлъ-
денштедт отмечает в описании своего путешествия: ,,es 1st das einige
unter alien bisher bekannten Thieren, dem maim ganz dreist den Sinn
des Sehens und die Augen absprechen Kann“...
Для нас особенно интересен список птиц, приводимый автором
для окрестностей Новохоперска. Из наиболее любопытных здесь най-
дены: Pandion haliaetus, Hacmatopus, Podiceps cristalus, Ciiaradrius
Squatarola, Dryobates median. Dvyocopus martins. Особенно интересно на-
хождение этих дятлов, если, конечно, в диагнозе их не было ошибки,
что особенно возможно относительно желны. Из млекопитающих, кроме
нового для науки слепца, Гюлъденштедт указывает: байбаков, сусли-
ков, хомяков, белок, куниц, горностаев, хорьков, ласок, волков, лисиц,
барсуков, зайцев и ежей.
Прошло сто лет после интересных исследований Гмелина и
Гюлъденштедта, и Воронежской губ. посчастливилось вновь: с 1844 г.
здесь начал работать наш известный русский зоолог и путешествен-
ник Н. А. Северное. Его книга, часто нами цитированная, появилась
в 1855 году. В этом труде собрана масса интересного материала. Сопо-
ставить картину тогдашней природы с ее современными условиями
крайне интересно.
Как и надо было ожидать. Воронежская природа во времена
И. А. Северцова была заметно богаче ее современного состояния.
Описывая мокрые леса речной поймы Битюга, Северное говорит,
как об обычных птицах, о скопе, ночной цапле, разных видах уток (°-
белоглазом нырке, серой утке и др.), теперь очень редких, упоминает
*) Описание путешествия в Западный Китай, 1896, стр. 188—211.
•* ) lohann Anton (riildensfadt, Reise durch Russland. st. Petersb., 1787, p.p. 42,49.
87
о гнездовании в дупле ольхи малого крохаля (Aiergu* aTMlux)—теперь
эта птица здесь не гнездится. Далее автор отмечает видимо обычное
явление—гнездование аиких серых мусей, ставших крайней редкостью.
Из хищных упоминаются, как обычные на гнездовья, сокола-сапсаны,
тогда как балобан, теперь часто встречающийся и регулярно гнездя-
щийся, на гнездовье Севериовым не найден. По нашим данным, сап-
сан в Воронежской губ. не гнездится, но появляется не редко позд-
ней осенью. Далее, по Северцову, на гнездовьи обычен орлан-белохвост,
ставший крайней редкостью и случайно гнездящийся. Осенью эти
орлы бывали в степи обыкновенны, при чем по Северцову наблюдались
на падали по 10—15 птиц. Во время падежа скота, в июне 1848 года
бл. ст. Анны, в степи замечены в большом количестве бурые грифы.
С тех пор сведений о появлении этой птицы нет. Приводится, как
редкая гнездящаяся птица в лесах по верховьям Дона и Воронежа,—
глухарь, теперь совершенно исчезнувший.
Из воробьиных птиц указывается на гнездовании просянка в ка-
честве нередкой птицы. Думается, что она или исчезла, или стала
чрезвычайно редкой в области нами исследованной. С другой стороны,
надо отметить некоторые мелкие интересные факты. Описывая мест-
ность у Вислого кордона на Битюге, в Хреновском лесничестве, Се-
верное приводит следующее очень интересное сведение о городских
ласточках: „напротив сторожки стоит на краю бора сосна, облеплен-
ная гнездами воронков—Hir. layopoda: их там тысячи, явление тем более
страннное, что кроме этой единственной сосны, воронки у нас, как
везде, гнездятся исключительно у строений. Одним выстрелом мы
здесь убили 15 Я/г. lagopoda и 2 Hir. riparia*. Теперь нет более сухой
сосны, стали редки и воронки у названного кордона. Там же Северцов
говорит о стрижах: „их всего здесь 2 пары". Теперь стрижей около
Вислого кордона масса: они живут в дуплах сосен. Любопытно ука-
зать некоторые негативные данные в цитированной работе. По Север-
иову, Emberiza hortuiana L. в Воронежской губ. редка; теперь это одна
из самых обычных птиц в мелких перелесках и байрачных лесочках
степной области. Анализируя литературные данные по распростране-
нию Emberiza hortuiana в пределах Южной России и сопоставляя ре-
зультаты своих исследований, как в южных, так и в центральных
губерниях, мы можем установить наличность поступательного движе-
ния данного вида все далее и далее на север. В настоящее время
Emberiza hortuiana найдена К. А. Воробьевым в качестве более или
менее обыкновенной гнездящейся птицы даже в южной части Москов-
ской губ. (Серпуховской у.). Несмотря на все поиски, цитированный
нами автор не смог найти мест гнездовий сойки, хотя искал ее и в
Хреновом лесу, где это одна из обычных гнездящихся птиц. Северцов
88
не отмечает среднею пестрою дятла. Трудно допустить, чтобы он про-
сто проглядел эту интересную и хорошо заметною птицу: больше данных
за сравнительно недавнее распространение этого дятла с запада в пре-
делы Воронежской губ. Вероятно, уже с востока проникла сюда зеленая
пеночка (Phylloscopus virldanus Blyth.), также прежде никем здесь не
найденная. Возможно также, что малая поганка распространилась в
исследованной нами области также недавно, так как никем, начиная
с Северцова, для этой местности совершенно не указана.
Чтобы дополнить картину оскудения современной фаунр Воро-
нежской губ. приведу здесь некоторые очерки покойного Северцова,
картинно рисующие богатое приволье прежних угодий.
Описывая Пролет, Северное замечает: „тысячные и десятитысяч-
ные стада казарок—вот что прежде всего осенью бросается в глаза
на устьях Икорца: нигде мы их не встречали в таком множестве". Эти
благодатные времена теперь, конечно, прошли и канули в вечность.
Осенние пролетные стада стрепетов называются „бесч нелепыми".
Особенно живо рисуется перед нами художественно составленное
описание осеннего пролета птиц на Черкасском озере Павловского у
Это озеро (в окружности 21 в.) принимает в себя р. Битюг перед
впадением ее в Дон. Приведем здесь это интересное описание. „Без-
жизненными кажутся эти камыши, примыкающие к голым песчанным
буграм, на которых не растет ни былинки; только ветер по временам
приносит издали отголоски разнообразных птичьих кликов: Огибаем,
наконец, последний бугор, где построен Черкасский хутор; громче и
громче диким хором звучат, сливаются птичьи клики... затемнело озеро
между желто-рыжими песками и темно-зелеными талами и камышем...
Оно кипит птицами. Голова кружится от этого живого вихря, к виду
которого ничто не приготовляет в пустынных окрестностях. Воздух
наполнен рыбниками (Larus ridibundus a St. hirundo), потрясаясь их
звонким криком. Тысячи куликов снуют и посвистывают на берегу,
входят в мелкую воду на несколько десятков сажен от берега; далее,
почти на каждой волне колышится, крякает утка; к названным уже
видам присоединяются здесь Fully, ferina и Podiceps auritus. Высоко
тянут стада казарок (Ans. alblfrons), ниже, то и дело налетают на озеро
подорлики (Aq. clanya) и болотные луни (Circ. rufus). немедленно пре-
следуемые крикливой стаей рыбников... При этом виде у меня, как
говорят, глаза разбежались; помню, что я долго стоял с взведенными
курками ружья, растерявшись, не зная с чего начать охоту и более
подробный осмотр этой пестром, шумной, крылатой орды".
На этом живом очерке мы можем закончить обзор интересных
данных Н. А. Северцова. Переходим к более новым сведениям. Благо-
даря Е. Г. Габричевскому, спутнику и сотруднику в наших экскур-
89
сиях, Московский Зоологический Музей получил интересную зоологи-
ческую коллекцию, собранную любителями в Бобровском у. Воро-
нежской губ. Особенный интерес в этом сборе представляет яйцо
лебедя-кликуна, взятое в начале 80-тых годов прошлого столетия из
гнезда на болотах в окрестностях села Садового. В 90-тых годах прош-
лого столетия в Хреновском и Шиповом лесу, а также в Каменной
Степи работал А. А. Силантьев в экспедиции, снаряженной лесным
департаментом иод руководством проф. В. В. Докучаева. Часть мате-
риалов покойный А. А. Силантьев опубликовал в особой статье *).
По сравнению с его несколько фрагментарными данными мы мо-
жем указать на различия настоящих природных условий. Так, по Си-
лантьеву белка не редка в Хреновском лесу, теперь она стала там ис-
ключительным явлением. В Шиповом лесу, по, интересным данны И. Д.
Тушнева, местного старожила и страстного охотника, лет 15—20 тому
назад белка была очень обыкновенна, но теперь совершенно исчезла,
так как в этом лесу в сравнительно недавнее время размножились
к уницы, вероятно, истребившие белок. Об интересном факте увеличе-
ния числа куниц нам пришлось слышать и от графского лесничего
В. Н. Спицына. Невидимому* размножение названного зверка—явле-
ние характерное для последнего двадцатилетия в разных местах
губернии.
Очень ценные сведения о природе Воронежской губернии
сообщил мне местный помещик, наш ревностный орнитолог С. А.
Резцов, который, к сожалению, лишен теперь возможности далее ра-
ботать в научной области в Воронежской губ., и богатые коллекции
которого погибли от волны дикого вандализма, прокатившегося по
России. С. А. Резцов сообщил нам среди других ценных данных, что
в начале 900-тых годов он неоднократно находил на гнездовии в рай-
оне Каменной Степи сибирского белокрылого жаворонка (Melanocorypha
яПнг/са От.), который за последние годы здесь уже не гнездится.
Мы видим, таким образом, что общую схему смены фаунистиче-
ских группировок в Воронежской губ. мы смогли проследить за много
лет. Это создает интересную и крайне поучительную картину. В до-
полнение к этим реальным данным мы имеем целый ряд косвенных
указаний на прежде иные природные условия исследуемой фауны.
К поюбным указаниям относятся названия целого ряда урочищ. Так,
в Воронежской губ., в Бобровском у., имеется „Бабье озеро", вероятно,
получившее свое наименование от гнездившихся здесь когда-то пели-
каноз, „баб-птиц", как зовет их народ. Имеются „Лебяжьи озераи,
•) Зоологические исследования и наблюдения 1894—1896 г. Труды экспедиции Леей.
Депар-., Научи. Отд., т. IV, в. 2, 1898 г.
90
„Гусиные озера*, „Медвежье озеро*, урочище „Кабаниха*' (Бобровского
уезда)—все эти названия говорят за себя сами. Самый город Бобров,
несомненно, получил название от прежде обильного здесь замечатель-
ного грызуна; в окрестностях Боброва и по настоящее время сохра-
нились прекрасные угодья и неприступные крепи коблов, столь под-
ходящие для жизни бобра.
Колонизация Воронежской губ. по сравнению с другими губер-
ниями черноземной полосы Европейской России, напр. с Орловской,
Курской г.г.^была поздняя. Вследствие этого разрушающая деятель-
ность человека не успела наложить своего обезличивающего отпечатка
на лучшие проявления природы этого края. Еще уцелели местами
степи, сохранились леса. Теперь, на ряду с появлением новых мелких
хуторов среди нетронутых бывших помещичьих угодий,—ясно наме-
чается гибель многих доселе сохранившихся участков природы.
Леса за последние годы подверглись немилосердному вырубанию;
велось не лесное хозяйство в губернии, а лесоистребление. Особенно
пострадали бывшие крупные частновладельческие леса. Болота осу-
шаются, степи распахиваются. Последнее явление стало намечаться
только теперь. В период гражданской войны мы наблюдали даже про-
цесс противоположный: оставались большие участки нераспаханной
земли, появлялись залежи, где прежде простирались поля. Залежи и
отсутствие покосов временно улучшили условия для жизни степных
животных: их стало несколько больше. В 1919—1920 г.г. сильно раз-
множились байбаки, но с 1921 г. началась беспощадная охота за этими
грызунами, которых били не столько из-за их меха, сколько ради мяса.
Для нас несомненно, что Воронежскую губернию ждет печальная
участь нивеллировки, обезценения ее фауны, гибель остатков ее фау-
нистических сокровищ и превращение страны в скучную для натура-
листа пашню, огороды и фруктовые сады и мелкие хутора, населен-
ные людьми, озабоченными столь же мелкими будничными интересами.
Это ведет к гибели характерных животных типичных биологиче-
ских стаций—леса и степи, гибели обитателей больших вод—озер и
болот. Остаются представители тривиальной, мало характерной фауны
перелесков и полей, где еще сохраняются обломки степной .фауны,
главным образом, паразиты человеческой культуры: суслики и по-
левки, словно мстящие человеку за беспощадный процес разрушения,
внесенный им в богатую и живую природу.
VI. Сохранение памятников природы.
Б предыдущей главе мы познакомились с последовательным хо-
дом изменений природы Воронежской губ. Сейчас, как нам кажется,
вопрос о судьбе памятников природы достаточно ясен: они бесследно
погибнут, если не принять настоящих мер к их сохранению. Думается,
что наше заключение не грешит преувеличением, так как масштаб
интенсивности истребления слишком очевиден л велик.
В книге проф. Б. А. Келлера *) в виде приложения перечислены
районы интересных и ценных для натуралиста мест в Воронежской
губ., которые необходимо обратить в заповедные участки, или сохра-
нить от интенсивного использования в качестве памятников природы.
Мы позволим себе несколько дополнить перечень в названной
работе, исходя из интересов—б иолога-зоолога.
1) Участки степных районов в Докучаевской Опытной станции,
именно район близ „Бюро по прикладной ботанике" и так. наз. „Дмит-
риевскую статью" необходимо превратить в резерват для байбаков.
Эти интересные грызуны нещадно истребляются в Воронежской губ.
Между тем они очень интересны биологически, и в этом отношении
слабо изучены, они ценны с научной стороны, как один из немногих
дериватов сохранившейся степной природы; наконец, они представ-
ляют несомненную ценность, как об’ект промысла: у них хороший
красивый 'Мех и очень ценное сало, имеющее, как показывает жизнен-
ная практика,—большое целебное значение. К сожалению, до настоя-
щего времени сало сурка не было исследовано <•. точки зрения орга-
нического анализа.
Помимо устройства названного резервата, необходимо по воз-
можности установить какой-либо надзор за правильным использова-
нием охотничьего закона, т. к. сурков беспощадно бьют, не стесняясь
сроками. Особенно желательно охранять те области, где еще сохра-
нились большие колонии этих ценных зверков в открытой степной
равнине, главным образом на прежних помещичьих землях. Для этого
местная власть в лице Губернского Отдела Охоты должна принять
решительные меры. С этим надо спешить, т. к. скоро будет уже поздно,.
•) 1. с., 1921. стр. 109-113.
92
и от оживленных колоний останутся только поросшие травой холмики,—
сурчины, которые некоторое время будут свидетельствовать о месте
обитания этих интересных грызунов.
2) Подобно тому, как в Каменной Степи, надо сделать резерват
для сурков в знаменитой Хреновской степи, очень интересный район
которой упоминается в книге проф. Ле. мера.
3) В Хреновском лесу чрезвычайно важно сделать охотничий за-
поведник в районе озер „Мохового", „Рыбного" и „Журавлиного" в
кварталах 22—49. Кроме того, чрезвычайно желательно сделать не-
большой резерват близ Вислого кордона (кв. и, 19, 27, 28), где,
между прочим, можно было бы устроить биологическую станцию (по-
ложение этого места особенно удачно вследствие близости прекрас-
ной реки, ее заливной долины и самых разнообразных лесных стаций).
Как с ботанической, так и с зоологической точек зрения, боль-
шой интерес представляет район Гнилецкого кордона (кв. 65, 66, 76,
часть кв. 67, 77), в которых также желательно было бы остановить
рубку.
4) Помимо Хреновскогр леса огромный интерес представляет Ши-
пов лес. Здесь необходимо установить несколько резерватов для полного
сохранения участков этой интереснейшей степной, нагорной дубравы,
имеющей столь характерную фауну. Резерват можно было бы выде-
лить в Шиповском опытном лесничестве.
5) Необходимо устроить резерваты в Тавровском лесничестве,
особенно в таких местах, как Киселева поляна, где имеются колони»
цапель. Необходимо сохранить превосходный вековой тополь этого лес-
ничества, возвышающийся решительно над всем лесом.
6) Настоятельно необходимо устроить охотничьи бобровые резер-
ваты в Усмаиском лесном массиве. Подготовительные работы к этому
уже ведутся; на месте исследуются районы, где держатся в значи-
тельном количестве бобры. Здесь надо организовать безусловный за-
прет всякой охоты и строгий надзор за исполнением этого постанов-
ления. Такого замечательного зверя, как бобр, надо во что бы то
ни стало сохранить от истребления.
VII. Млекопитающие.
(Обзор наиболее интересных форм).
Отр. 1. Insect! v or а.
Из отряда насекомоядных в Воронежской губ. встречаются 7 ви-
дов: из сем. Talpidac—2 вида, из семейства SmiridiH—i, из семейства
Erinacceidae—1 вид.
Новые для Воронежской губ. формы, возможно, будут найдены из
землероек; нам кажется, что до общему распространению здесь должны
быть—Some txhmkii. ncylectus Оупсс и 8. тасгоруунк^их plexkri Oynev.
Вероятно также, что на южной, особенно на юго-восточной окраине
губ. встречается ушастый еж Hmuicehinu* auritux Gmel. С. И. Оболен-
ский сообщил нам, что, повидимому, к этой форме относился череп и
остатки иглистого панциря, найденные им в Валуйском у. К сожа-
лению, эта интересная находка осталась для нас под сомнением, так
как мы не смогли проверить определения (череп и части шкурки
переданы С. И. Оболенским в Украинскую Академию Наук в Киеве).
Остановимся несколько подробнее на обзоре видов, имеющих
фаунистический или систематический интерес.
Сем. TALP1DAE.—Подсем. TALP1NAE.
Talpa europaea europaea L.—Крот.
H. А. Северное (1. с., стр. 82) считает крота обитателем окраин-
ных лесов, именно лесных полян. Несколько ниже, в той же работе,
он говорит: „свежие кучки были замечены и в нагорном лесу, но,
вероятно, кротовые. Впрочем существование крота в наших лесах
только предполагается по кучкам, а самого животного мы не видали,,
хотя неоднократно искали выкопать".
Из этих слов ясно, что Северное говорил о кроте в Воронежской
губ. только предположительно. Гораздо больше оснований думать, что
виденные им земляные кучки были сделаны слепышем, широко ра-
спространенным в Воронежской губ.
94
О нахождении крота, как большой редкости, мы слышали только
одно указание. Именно этот зверок был зобыт на лугах бл. села Са-
довогб Бобровского*у.
В северной окраине описываемой губернии этот зверок, вероятно,
попадается чаще.
ГЪд:ех. DESMANINAE.
Desmana moschata Pall.—Выхухоль, хохуля.
По Северцеву (1. с., стр. 55, 64) выхухоль встречается в окрестно-
стях с. Колыбельки на Дону (Острогожского у.) и в долине р. Битюга
(в Бобровском у.). А. А. Силантьев (1898, стр. 39) отмечает ее неред-
кой на Битюге.
По нашим исследованиям, хохуля не редка на р. Битюге, где за
ней существует несколько случайный промысел: зверка ловят в вен-
теря, которые ставят рыбаки. Попадается выхухоль также' на р. Кур-
лаке, на озерах Битюгской долины, как, например., на Мордовском
озере бл. с. Бродового, Бобровск. у., на лесных озерах в Хреновом.
По словам лесников Графского лесничества, она нередка в болоти-
стых ,.коблах" р. Усманп (Воронежского у.).
В нашей коллекции имеется один экземпляр Drsmana moschata
Pall, с р. Курлака бл. Черного озура, невдалеке от впадения Кур-
лака в р. Битюг.
Сем. SORICIDAE.
Sorex minutus minutus L.—Землеройка-крошка.
Эту землеройку впервые нашел в Хреновском лесу (Бобровск. у.)
А. А. Силантьев (1. с., стр. 39). В нашей коллекции имеется 3 экзем-
пляра: один из окр. Перелешина (Ворон, у.), другой из Майданного
Кордона в Хреновом, и, наконец, последний—добыт в лесных посад-
ках Каменно-Степной опытной станции.
Все эти землеройки несколько отличаются от московских экзем-
пляров плоскими черепами и принадлежат к особому низкочереп-
ному типу личной изменчивости (б. м. морфы), кот. я отметил в своей
монографии насекомоядных России, как Sor<x minutus minutus morph,
melamteri.
Crocidura suaveolens suaveolens Pall.—Белозубка.
Вероятно, к этому виду относится указание А. А. Силантьева
<1. с., стр. 391 о нахождении в Воронежской губ. Crochiura letiwlo»
Н'адЬ’г.
95
Белозубка не редка в исследованной нами области, где встре-
чается в сырых местах речной долины, как, например, на Битюге и в
пойме р. Курлака. Найдена также в селах (в Новом Курлаке Бобров-
ского у.).
Сем. ER1NACE1DAE.
Erinaceus roumanicus Barret-Ham.—Еж южный.
Нами собрана очень большая серия воронежских ежей; все они
принадлежат к южному виду. Еж широко распространен в Воронеж-
ской губ. Местами он очень обыкновенен, как напр. под с. Курлаком
и Чиглою Бобровского у., в Шиповом лесу Павловского у.; довольно
часто в Каменной степи (Бобровского и Ново-Хоперского у.у.). В Хре-
новском лесу ежи относительно редки, но ближе к опушкам этою
огромного леса попадаются значительно чаще.
Весною, по данным П. Баранца, ежи просыпаются в конце апреля.
Первый ежик после зимнего периода был отмечен этим наблюдателем
22'IV 1895 г. (ст. ст.) в дубовом лесу (кв. 90) Хреновского лесничества.
Относительно времени вывода молодых А. А. Силантьев (1. с.,
стр. 38) сообщает следующие сведения: „17 июня 1896 года в Хре-
новском бору, в кропиве, по дороге с Чигольского кордона на Май-
данный, была найдена ежиха с двумя только что, вероятно, родивши-
мися, слепыми ежатами. 4 июля пастух принес найденную им семью
ежей, состоявшую из одного взрослого убежавшего и 6 полувзрослых,
сидевших в куче в большом гнезде из измельченных в труху сухих
листьев".
Выводок ежей из старой самки и трех молодых, ростом в *, □
самки, был доставлен нам 14/VI 1920 г. в с. Новом Курлаке.
26/VII 1919 г. жившая у нас в неволе самка, пойманная бл. Но-
вого Курлака, родила 5 ежат. Одного из них мы положили в спирт,
а над другими надеялись сделать биологические наблюдения. К на-
шей досаде, старая ежиха, несмотря на то, что получала в изобилии
пищу, с'ела всех своих детенышей дня через два после их появле-
ния на свет.
Несомненно, что у ежей бывают в течение лета выводки в раз-
ные сроки—от весны и до осени. Так, 8/IX 1919 г. нам принесли
старую самку с двумя молодыми в Vs матери; они были добыты в
одном гнезде.
В своем дневнике II. Баранц отмечает, что осенью 1895 года по-
следний ежик наблюдался в Хреновском лесу 26 октября, в ямке. Зве-
рек не спал. Это очень поздний срок. Нормально ежи начинают за-
капываться в листья и выбирать места для зимнего долгого приста-
нища во второй половине'сентября.
96
В заключение интересно отметить, что, по нашим наблюдениям»
ежи избегают тех мест, которые заливаются полой водой и зимуют на
сухих, высоко расположенных участках. Даже летом нам только в виде
исключения приходилось встречать этих зверков в области заливной
речной поймы; они положительно предпочитают сухой лес или крупно-
дерновинную степь с дерезняками.
Отр. 2. Chiroptera.
Из отряда летучих мышеи встречаются 9 видов: Myotic НанЪеп-
iotiii colyenxis Eceixm. JZ. Нахуснете major Oyuev, Pipixtr< Них pipixfrcllux
Schreb, P. nathuxii Keyx. el Blax. Vexpetfilio murhiux L., Xydalux xitulus
Palumbo, N. uoetula princeps Oyuer, N. leixleri Kuhl, Plcrotux auritux L.
Однако этот список нельзя считать вполне исчерпывающим. Нет
сомнения, что в пределах Воронежской губ. будет найдена JZ. myxta-
clu ux brand! Н Evei xni., так как этот подвид, креме более северных мест,
найден в г.г. Харьковской, Саратовской и в Области Войска Донского.
Далее возможно нахождение малого подковоноса Bhhiolophux hlppoxi-
deriix Bichxt., особенно в юго-восточной части губернии, по известко-
вым отвесам Донского правобережья, где имеются пещеры. Это тем
вероятнее, что подковонос найден И. Н. Сомовым (1897) в самом юго-
восточном углу Харьковской губ. бл. Славянска. Кроме того Ассмус
отметил его для Тамбовской губ. (к сожалению,-без более точных
данных).
Следовательно, видовой состав Воронежских Chlroptera, вероятно»
не менее 10 форм, быть может даже достигает 11.
Особенно интересно нахождение:
Nyctalus siculus Palumbo.—Вечерницы гигантской.
В нашей коллекции имеются только три экземпляра этой инте-
ресной летучей мыши. Один из них добыт 26/VIII 1916 г. на чердаке
дома бл. ст. Перелешино, Воронежского у., С. Д. Перелешинцм, два
других летом 1921 г., в Хреновском лесу, в дупле, в сообществе с
колонией рыжей вечерницы.
Упомянутые находки представляют большой интерес, т. к. наши
сведения о распространении гигантской вечерницы в пределах Евро-
пейской России очень отрывочны. Впервые эта мышь была отмечена
А. А Браунером *) в материковой части Таврической губ., близ г.
Мелитополя, далее близ Херсона и дер. Новых Дубоссар, Бендер-
*) Летучие мыши Крыма, Записки Крымск. Общ. Естрств., т. I, 1911, стр. 7.
97
с кого у., Бессарабской губ., а также на сев. Кавказе (Теберда, Батал-
пашинского Отдела, Кубанской Области). В 1915 году А. А. Мигулин *)
нашел этот вид в Змиевском казенном лесничестве, Змиевского у.,
Харьковской губ. Наконец, в коллекции В. Ц. Боста нжогло, обрабо-
танной С. И. Огневым („Млекопитающие Самарской губ. и Уральской
обл.“—рукопись), нашелся экземпляр гигантской вечерницы из Бузу-
лукского бора, Самарской губ.,—это самый северный предел нахож-
дения описываемого вида в Европейской России.
Nyctalus noctula princeps sbsp. nov.—Русская рыжая
вечерница.
В подготовляемом к печати первом томе „Зверей России" С. И.
Огневым дается подробное описание этой новой формы летучей мыши.
За тип описания взяты экземпляры из обширной серии, добытой в
Хреновском лесу, Бобровского у., Воронежской губ.
От типичной западной формы**) этот подвид отличается большими
размерами. Измерения N. п. princeps subsp. nov.: кондплобазальная длина
черепа 19,1—20,1 (М. 19,4); скуловая ширина 13—14,5 (М. 13,8); меж-
глазничный промежуток 5,3—6,7 (М. 5,65); длина верхнего ряда зубов
7,4—8,3 (М. 7,7). Предплечье 52,58 (М. 55,2); длина задней ступни
10,2—12,3 (М. 11,2); длина тела и головы (взрослых 70—85 м,м.).
Измерения Л. n. noctula Schrein—кондилобазальная длина черепа
17,4—19,4 (М. 18,27); скуловая ширина 12,4—13,8 (М. 13,03); межглаз-
ничный промежуток 4,8—5,4 (М. 5,1); длина верхнего ряда зубов 6,8—
7,4 (М. 7,1). Предплечье 51—54 (М. 52,5); длина задней ступни 10—11,
длина тела взрослых 69—79 м/м.
N. п. princeps subsp. nov. распространена во всей Европ. России
(типичная форма, вероятно, попадается только в Польше и Западном
крае), отсюда восточный подвид встречается в Западной Сибири (Том-
ская губ.), в Туркестане. Возможно, что к этому же подвиду относятся
особи, доб.ытые в Гималаях (см. Dobson, Catalogue of the Chiroptera, 1878),
а также бл. Непала, Сиккима, Кандагара (см. Blanford, The Fauna of
British India, 1888, p. 309).
Nyctalus leisleri Kuhl.—Вечерница малая.
Этот вид впервые для Воронежской губ. найден нами летом 1921—
1922 года в Хреновском лесу, Бобровского у., где он не редок, близ
Майданного и Вислого кордонов. Держится в дуплах деревьев, не-
редко в колониях Л7, noctula princeps subsp. nov.
*) Нахождение вечерницы большой в пределах Харысовск. губ. Бюллетени Энтомол.
Бюро Харькове к. Губ. Земства, А? 5, 1915 г.
♦♦) Она описана в 1775 году Schrcbcr'o* из Франции.
98
Myotis daubentonii volgensis Eversm.—Волжская ночница.
Очень обыкновенна в долинах рек, например на Битюге, где ле-
тает над водою с наступлением полных сумерек.
В 1840 году проф. Эверсманн *) описал особый вид Vespertillo
Volgensis, который позднейшими авторами был отнесен в синонимы
Myotis daubentonii Kuhl.
Сравнение измерений западной формы, описанной из Гессен-Нассау,
с центрально-русскими волжскими ночницами показало нам необходи-
мость выделения более крупной восточной формы, к коей и должно
быть отнесено название, впервые данное проф. Эверсмаппом.
Диагноз М. d. rolgensis Erersm. таков: заметно крупнее западной
формы: наибольшая длина черепа 14,7—15,9; кондилобазальная длина
черепа 13,9—14,5; ширина скул 8,6—9,8; длина верхнего ряда зубов
5,2—5,7. Предплечье 35,6—39,6; длина задней ступни 9,8—10,7 м/м.
Соответственные измерения типичной формы: кондилобазальная
длина черепа 13,2—13,8; ширина скул 8,2—9; длина верхнего ряда
зубов 5—5,2. Предплечье 37—38; длина задней ступни 10,6—11 м,м.
Географическое распространенпе восточной формы охватывает
всю Европейскую Россию и Западную Сибирь. Приблизительно от
Иркутской губ. и далее на восток распространена особая форма М. d.
ussuriensis subsp. nov., подробно описанная в „Зверях России" С. II.
Отевым (том 1-й).
Myotis dasycneme major subsp. nov.—Восточная прудовая
ночница.
Эта летучая мышь в довольно значительном количестве найдена
нами в разных местах Бобровского уезда: в Хреновском лесу на
р. Битюге, бл. села Нового Курлака, на Битюге близ с. Анны.
Просматривая хорошие материалы по этой форме, мы приходим
к заключению о нефбходимости выделения в особый крупный подвид
ночниц, водящихся в Европейской Россип и в Западной Сибири.
За типичных М. d. major subsp. iioi-.иы считаем ночниц, добытых
нами в Хреновском лесу Бобровского уезда.
Диагноз М. d. major subsp. nov. таков: общая длина черепа 17,1—
18,1; кондилобазальная длина черепа 16,6—17,3; скуловая ширина
11,4—12; межглазнпчный промежуток 5,3—5,7; длина верхнего ряда
зубов 6,4—6,8. Предплечье 45,1—48; длина задней ступени 10—12,6 м/м.
Соответственные размеры типичной М. dasycneme dasycneme Boie,
из Виборга (Ютландия), таковы: кондилобазальная длина черепа
*) Bullet. See. Imp. natur. de Moscou. 1640, p. 24 (тип—Казанская, Нпжегород. губ.).
99'
16—16,8; скуловая ширина 10,8—11,2; межглазничный промежуток 5;
длина верхнего ряда зубов 6—6,4. Предплечье 43,6—44; задняя
ступня 11,4—12.
Отр. 3. Carnivora.
Отряд хищных представлен в Воронежской губ. 13 формами, из
них некоторые исключительно редки, и, вероятно, недалеко то время,
когда они исчезнут совсем (например, барсук и выдра).
Сем. CANIDAE.
Can is lupus L. subsp ?—В о л к.
В исследованной местности волки придерживаются как степей,
так и лёсов. В старых сурчинах, в глухих степных районах они вы-
водят детей; в степных балках их можно встретить и летом, и осенью.
Особенно любят волки обширные степные балки, густо поросшие ду-
бовым молодняком, буйной по своему развитию травяной раститель-
ностью. На дне этих балок или „яруг" много очень глухих укромных
мест: ям, обрывистых берегов, густых порослей, через таинственную
глушь которых трудно пробраться. Одним из таких волчьих при-
станищ служит „Добринская яруга" в степях Новохоперского уезда.
Там осенью 1921 г. мы обнаружили не менее 3—4 выводков волков,
и в облаву было убито 12 экземпляров.
В лесах близ Воронежа волки также местами очень многочисленны.
Обилие этих хищников частью об'ясняется слабым преследованием, ко-
торому звери подвергались за последние годы. Правильные охоты за
волками облавами или с борзыми производились помещиками. В на-
стоящее время вследствии разгрома их усадеб замерла и волчья охота;
она стала медленно возрождаться только в самое последнее время,
когда начинается новая деятельность охотничьих обществ. Как сильно
размножились волки, можно судить по необыкновенному обилию их
близ Воронежа, в Тавровском лесничестве, расположенном при впаде-
нии р. Воронежа в Дон.
По собранным сведениям, в этом лесу, занимающем площадь
около 900 десятин, осенью 1922 г. держалось до 10 выводков.
Обычны волки и в Битюгской долине. Мы постоянно отмечали
выводки в лесах, прежде принадлежавших Станкевичу и Барятин-
скому. Здесь волки выбирают местом обитания глухие, мало доступные
болотистые места, где густой лиственный лес чередуется с протоками,
камышами и порослями высокой травы.
В Хреновском лесу, по данным Л. Баранца (см. рукопись), а
также по нашим сведения.м волки особенно обильны в лесных кварта-
100
лах 50—64 (бл. села Коршева), бл. с. Шишовки и на границе с кре-
стьянским Чесменским лесом. В 65 кв. Баранц знал две норы, в ко-
торых волки держались выводками 3 года под ряд (в 87—90 г.г.). Норы
находились в старом сосновом лесу, близ густого чернолесья, они
были вырыты в песчаных холмах и окружены порослью бересклета;
к одной норе прилегало тинистое болото. Это наблюдение Баранца
представляет интерес, так как обычно в лесах волки не делают нор.
По нашим наблюдениям, их логовом служит какая-нибудь защищен-
ная впадина, обросшая бурьяном, густой травой. К подобному логову
ведут довольно хорошо обозначенные „волчьи тропы". В лесах, где
волков много, эти волчьи тропы очень обильны и пересекают друг
друга во всех направлениях.
Подобные тропы мы отмечаем и в степях; но там, естественно,
они гораздо реже и приурочены к степным низинам, балкам: там
звери имеют свои обычные дорожки, по которым помимо волков не-
редко проходят и лисицы.
Течка волков начинается в начале января, в это время прибылые
отходят и бродят одиноко. За каждой самкой бегает по несколько
самцов, между которыми нередко происходят сильнейшие драки. Как
правильно отмечает Н. А. Северцов (1. с., стр. 265), волчицы приходят
в охоту не одновременно, а постепенно, вследствие этого небольшие
стаи самцов около самок то собираются, то снова разбиваются.
В конце января 1922 года (ст. ст.) течку волков наблюдал в Ка-
менной степи (Бобровского у.) А. И. Мальцев. По его словам, было
отмечено четыре волка: один очень старый самец, два помоложе и
одна молодая самка. Волки подпускали к себе сажень на 100 и не
убегали. Двое из волков ели лисицу, вероятно, подстреленную за день
перед этим на охоте.
Беременные волчицы попадаются в конце марта. Так, А. И.
Мальцев сообщил нам, что в конце марта 1922 г. наблюдал в Камен-
ной степи (Бобровского у.) беременную волчицу, которая пила воду
из ручья и подпустила к себе очень близко. Нормально волчицы ще-
нятся в апреле (ст. стиля). ,
В начале июня 1891 г., по свидетельству Баранца, лесник обна-
ружил в 64 кв. Хреновского бора волчье логово. К нему вела глухая,
едва заметная тропинка; на песке, перед входом в нору, резвились
пять молоденьких волчат, ростом они были не крупнее кошки;
при появлении человека двое убежали в нору, а трое остались
близ нее.
Во второй половине лета, обычно после захода солнца, а иногда
не задолго до захода, можно слышать волчий вой. Первый раз МЫ
слушали его 17/VII—1919 г. (ст. ст.) на Панкратовой поляне, невда-
101
леке от села Нового-Курлака (Бобровского у.), в бывш. лесу А. В.
Станкевича.
В этот период молодые волки еще очень невелики, ростом с
небольшую собаку.
Подобные экземпляры были убиты нами на облаве 20/VII (2/VIII)
1921 г. бл. с. Шишовки в Хреновском лесу.
В августе волчьи выводки начинают бродить по своему охот-
ничьему району, однако все время возвращаясь к месту основного
логова. По вою зверей на зорях можно довольно точно определить тот
лесной район, где помещается логово.
Позднее осенью волки нередко выбираются в степь, к хуторам*
где преследуют домашний скот и овец около кошар. Особенно охотно
волки придерживаются степи, если в ней сохранились поросли
бурьянов и нескошенных травяных пространств, как было, например,
осенью 1922 г. Урожай сена был настолько могучий, что целых обшир-
ных пространств степи не успели убрать, и осенью возвышались
пожелтевшие бурьяны, широко растилавшиеся по горизонту. Здесь
было тогда настоящее раздолье для всякого зверя: держались много-
численные зайцы, лисы и волки. На фоне этой побуревшей ветоши
волк плохо виден даже на ровной степи.
18/IX (1/Х) 1919 г. нам пришлось наблюдать в Зыковской степи
(Бобров, у.) нападение волка на корову с теленком. Волк кружился
сначала около коровы, стараясь зайти ей в тыл. Корова вертелась,
мычала и через некоторое время сама перешла в нападение, заметив,
что волк перенес главную атаку на молодого бычка. Последний отбился
от коровы, беспомощно вертелся и был, видимо, на краю гибели.
В это время подоспели мы и спасли жертву от хищника.
По словам пастухов, волк нападает иногда на свою добычу
своеобразно: он пытается ухватить свою жертву за хвост и, поймав,
сильно тянет; неожиданным маневром хищник сразу выпускает теленка
или жеребенка, который до этого рвался вперед, и тот от внезапного
освобождения падает через голову. Этим моментом пользуется волк и
перегрызает добыче горло. Интересно было бы проверить это наблю-
дение, которое сообщалось нам многими лицами. Весь период зимы до
течки волки ведут бродячую жизнь, часто собираясь в стаи по не-
сколько выводков, но имеют определенные притоны, где собираются,
особенно если в данном районе лежит падаль.
Мы добыли хорошую серию (10 экземпляров) воронежских волков;
около десятка шкур мы просмотрели помимо этого у охотников. На
основании этого материала можно притти к заключению, что степной
воронежский волк светлее, белесее и серее московских и костромских,
и тоне меха которых более рыжего цвета. Однако подробное система-
102
тическое исследование намеченного интереснцго вопроса мы откла-
дываем до накопления более полного материала по волкам из разных
мест России; только тогда можно будет выяснить до сих пор не изу-
ченные расы этого хищника.
В заключение приводив измерения некоторых застреленных нами
волков.
Измерения—Canis lupus sbsp. № 272 J ad 1 _ 1 29/VII1—(11ЛХ) № 273 Q semiad. № 274. juv. 21 г. Добрин. • 29VIII—(11/IX)1 29/ VIII-(11 1Х>
Яруга Новохоп.1 у., Вор. губ. | 21 г. Ibidem. | 1921 г. Ibidem.
Длина тела (от конца носа до осно- 1 1 1 1 1 1
вания хвоста). | 1250 1 1190 950
От переднего края глаза до конца j
носа . . . . | 127 125 105
От заднего края глаза до уха. • . 1 126 113 110
। От конца носа до crista occip. 300 275 . 270
Длина уха по внешнему краю. . ; 130 123 113
Высота крупа . . ; 800 720 570
Задняя ступня с плюсной 2S0 235 । 212
Пальцы задней ноги 90 77 75
Пальцы передней ноги. . ’ 1 102 95 : 87
Хвост с концевыми волосами . . i 510 462 | 380
ВЕС. 2 п. 111 2 ф. 1 п. 27 ф. । | 1 п. Г/i Ф-
VULPES VULPES CRUCIGERA BECHST.—ЛЕСНАЯ ЛИСИЦА.
Vulpes vulpes crucigera diluta natio nova.—Лисица светлая.
Нам удалось добыть очень хорошую серию лис из Бобровского
уезда (около 15 экземпляров) и кроме того пересмотреть не М?нее
50 лисиц, преимущественно застреленных в Бобровском у. Среди этих
лис ясно намечаются две формы: одна яркая красновато-коричневая,
не отличимая от лесной F. v. crucigera Bechst., другая—более туск«1аЯ
и бледная как в зимней, так и в летней шерсти. Между этими Ф°Р'
мами намечаются многочисленные переходы.
Ярко окрашенная лиса свойственна лесным частям губернИЯ>
бледная обитает в открытой степной равнине. •
103
Благодаря любезности С. А. Бутурлина, мы имели возможность
просмотреть в складах Центрального Управления по делам охоты о*чень
значительную серию лисиц (около 100 экземпляров) из Царицына и
икр. Камышина; все они очень напоминают бледных воронежских и,
повпдимому, принадлежат к одному с ними красочному типу.
Кроме того мы тщательно просмотрели несколько десятков средне-
русских лис (из г.г. Московской, Симбирской и др.) и изучили не ме-
нее 100 черепов из различных мест Европейской России.
На основании этого материала, а также пользуясь прекрасной
работой А. А. Браунера *), мы приходим к некоторым новым заклю-
чениям:
1) Лесная лпсица Западной Европы (Vulpes vulpes crucigera Bechst.),
описанная из Тюрингена в Германии, по своему черепу не крупнее
нашей средне-русской лесной формы, как полагал А. А. Браунер, ко-
торый в своей работе (стр. 12) пришел к этому неверному заключению.
Этот автор основывает свой вывод на данных G. Miller **). Толкуя эти
данные, А. А. Браунер ошибочно счел „coiulylohasal length" за основную
длину черепа, что естественно и повело к упомянутому неверному вы-
воду. Конечно, у G. S. Miller’a никогда не было F. г. crucigera Bechst, у
коих основная длина превышала бы 145 м.м. и даже доходила до 154.
Таких крупных размеров череп никогда не достигает даже у самых
массивных по черепу форм, как у Vulpes vulpes amulyrensis Allen.
По окраске германская V. v. crucigera Bechst также, повпдимому,
не отличается от наших средне-русских лесных форм.
2) Наша лесостепная лиса, водящаяся также в степях чернозем-
ной полосы за исключением самого юга Европейской России (Южн.
части Обл. Войска Донского, Таврической губернии, окр. Херсона),—
отличается своим относительно крупным черепом, по размеру не усту-
пающим таковому у V. V. crucigera Bechst, но в то же время окраска
этой лисицы заметно бледнее и тусклее, чем у средне-русских. Общая
Длина черепа этой лисы у старых особей (d <5 ) достигает—147,5—
158,8 м/м.; кондилобазальная длина—140—151; основная длина—131,2—
143,2; скуловая ширина—75,2—84; длина мозговой части—82,7—87,2;
длина верхнего ряда зубов—61,5—72,1. Эту бледную крупно-черепную
форму, свойственную черноземной полосе Юга России, мы называем
1. vulpes crucigera iHluta natio nova. Более подробное описание окраски
мы даем ниже.
3) Южная степная лисица Таврической, Херсонской г.г., Области
Войска Донского отличается, помимо бледной’ окраски, мелкими раз-
*) Млекопитающ. Бессарабской, Херсонской и Таврическ. г.г., вып. I, Лпсица. Зап.
Новор. Общ. Естеств. XL 1914.
*•) (т. 5. Jliller, Catalogue of Mammals of West. Europa, 1912.
104
мерами черепа и общими меньшими размерами.—Основная длина че-
репа—129—137 (М 133); скуловая ширина—70—78,5 (М 75); длина моз-
говой части—74,5—83 (М 80); длина верхнего ряда зубов 68—72 (М 72). Эту
мелкочерепную светлую лисицу самого Юга Европейской России мы
считаем за Vulpcs wipe* stepensis Вгаипег *).
4) Горная крымская лиса еще мельче, но окраска ее не так
бледна, как у степной формы. Браунер подробно описал ее и дал на-
звание V. v. кгутса—montana Brauner.
В заключение нашего систематического очерка приводим описа-
ние окраски Г. сгщйдсга dlluta natlo нога.
Летний мех (по экз. .V» 281 < ad. 3) 16 IX 1921 г. Каменная
степь Бобровского у.
Передняя часть морды, область между глаз и щеки красновато-
рыжевато-желтые (цвета „Tawny", Ridgway, 1912 pl. XV.). Наружные,
задние части ушей черные. Общий тон меха бледный желтовато-рыжий
(бизкийк „cinnamon", Ridgwey, Ш2. pl. XXIX), на средине спины окра-
ска слегка темнеет и делается близкой к „tawny* (I. с. pl. XV.), „»ayal
и mikado brown" (pl. XXIX). На боках более желтизны и окраска тускла,
бледна; здесь тон ее близок к „pinkish-cinnamon" (pl. XXIX.). Область
груди, средняя часть живота (в виде довольно узкой полосы) и пах
белого, немного грязноватого цвета. На животе, там, где белая средин-
ная полоса граничит с буровато-желтоватыми боками, цвет последних
становится интенсивнее, приобретая более рыжевато-красновато-жел-
тый оттенок (cinnamon).
Лицевые части передних и задних лапок—черные с серебристой
примесью, происходящей от белизны волос.
Хвост тускло-белесо-палево-желтоватый с серой примесью. На-
чинаясь от верхнего основания хвоста, тянется по его дорзальной
части полоса рыжевато-желтовато-коричневых волос тона „cinnamon".
Особенно на верхней поверхности хвоста многие волосы имеют чер-
ные окончания; самый конец хвоста чисто белый.
Цвет подшерстка на спине серый с палевым оттенком (тона
„dealt" и „hair-brown", Ridgway, pl. XLV1).
Ости серые у оснований с желтыми вершинами (тона „cinnamon-
buff")', между подобно окрашенными остями много имеющих коричне-
вато-красноватые концевые части (тона „cinnamon" и „sayal-lwown").
Описанная окраска наиболее типичная, все же варьирует до-
вольно сильно. *
Так, старый d (>52в225/УШ(7,'1Х) 1921г. Каменная степь Бобров.у.)
имеет цвет спины заметно более интенсивный красновато-коричнева-
*) Сам А. Л Браунер, 1. с., 1914, стр. 15., выделял ее только как natio.
105
тый, но не яркий, а тусклый и матовый (тона „orange-cinnamon", р>.
XXIX). Этот же цвет сильно развит и на хвосте, особенно на его дор-
зальной части. Белый тон на груди много грязнее вследствие срав*
нительно малых белесых кончиков волос и сильно развитого серо-
ватого подшерстка. На средине брюха белой полосы нет: здесь окраска
красивого серовато-палевого, слегка красноватого цвета (тона среднего
между „cinnamon drab" и „benzo-brown".
Встречаются еще более темно окрашенные особи (№ 283 <5 juv.
3(16) IX 1921г. Каменная степь). У этой лисицы средняя часть спины
много темнее, будучи тона среднего между „mikado-brotcn" и „russet",
т.-е. более буро-коричневатая, с красноватым оттенком. Это несомненный
переход к V. v. crucigera Bechst. Однако и у этих наиболее интенсивно
окрашенных особей общий тон довольно тусклый, без яркости цветов.
На ряду с уклонениями в сторону большей интенсивности тонов
от первоначально описанного типа окраски мы находим переходы к
посветлению и пожелтению меха,напр., у №263 <5 25/VIII(7/IX) 1921г.
Опытная станция им. проф. Докучаева, Бобровск. у.). Окраска такой
лисы очень светлая 'бледно-желтоватая с легкой коричневатой, тусклой
примесью.
Наконец, у некоторых особей (№ 134 8/IX (21/IX) 1920 г. село
Хлебородное, Бобровск. у.) мы находим заметную примесь серебристо-
палево-белесых волос в области нижней части спины; здесь эта при-
месь очень красиво выступает на интенсивно-коричневом тоне нижне-
спинной части туловища.
Зимний мех. Типичная окраска (№ 486 <5 8 (21) XI 1920 г. Камен-
ная степь). Передняя часть морды, область между глазами коричне-
вато-ржаво-желтоватая; на затылке эта окраска заметно светлеет и
становится более бледной, желтоватой, общего тона среднего между
„cinnamon buff" и „pinkish cinnamon". Эта окраска свойственна перед-
нему отделу спины и области лопаток. В нижней части спины ясно
примешиваются более интенсивные коричневато-ржаво-красноватые
тона („cinnamon" и „orange cinnamon"). Бока очень бледные тускло-
белесовато-желтые (тона „cinnamon-buff")
Грудь и средняя полоса по брюху—белесые; по бокам брюха
цвет ржаво-желтоватый („pinkish-cinnamon")', пах—белый. Хвост грязно-
желтоватый палево-серый, с ржавой слегка желтоватой примесью на
дорзальной части. Кончик хвоста белый.
Наиболее бледный тон зимнею меха (№ 485 d 14 (27) 1 1921 г.
Каменная степь; подобных лисиц мы видали 6 экземпляров из серии
в 21 экз. в коллекции А. И. Мальцева). Передняя часть морды бледная
палево-желтоватая (тона „cinnamon-buff"), с легкой ржавой буроватой
примесью в области около глаз. Спина бледная белесо-ржаво-палевая
106
(тона „pinlcish-buffy, на средине спины мех несколько более интен-
сивный палево-ржавый (тона .cinnamon-buff*), но очень бледный. Тона бе-
лесые с легкой палево-серой примесью. Грудь белая, брюхо палево-
белесое очень светлое (.cinnamon-buff*), пах—белый, хвост серо-желто-
вато-палевый, несколько более ржавый сверху. Кончик хвоста серо-
белесый.
(№ 766 '' 18/ХП 1921 г. (31/ХП), добытый в лесах Битюгской до-
лины бл. с. Нового Курлака, не отличим от Московских V. v. crucif/era
Bechst).
По своей окраске яркие киевские лисы (колл. С. Л. Отева) из
Звенигородского уезда очень близки к воронежским и тусклее мос-
ковских. Однако черепа этих киевских лис (см. таблицу измерений)
мельче воронежских и потому, вероятно, относятся к расе stepensh
Brauner.
Во всех исследованных нами районах Воронежской губ. лисы
обыкновенны. В некоторые годы их бывает очень много. Так, напри-
мер, осенью 1920 года мы постоянно наблюдали по нескольку лис во
время экскурсий в степи (Зыковскую, Старокурлакскую и Нечаевскую
Бобровского у.)/ Подобное значительное размножение вероятно об'ясня-
лось слабым преследованием: в этп годы (1919—1920) было особенно мало
охотников за лисами, так как у обычных охотников почти не было не-
обходимых ружейных припасов. Обе описанные нами расы лисицы
диференцированы биологически довольно хорошо: степная лиса по-
стоянно держится в степи, выводя детей в сурчинах и только времен-
но забираясь в степные „кусты"; лесная лисица обитает в более или
менее значительных лесных островах. В Битюгской долине лисы не
держатся оседло: они устраивают свои норы на сравнительно высоких
местах, не заливаемых половодьем, но осенью появляются в низмен-
ных лесах, где встречаются и зимою, ловя мышей и полевок.
По данным П. Баранца (рукопись), эти хищники особенно часто
встречаются в Хреновом лесу в густых сосновых молодняках (преи-
мущественно в южной части этого леса).
Течка лисицы начинается еще зимою, в январе и начале фев-
раля. По данным Н. А. Северпова (1 с. 1855, стр. 265) за лисицей не
бегает много самцов; этот автор также не наблюдал и моногамии.
„Поэтому нам кажется вероятным", пишет Северцов, „что каждая самка
понимается с многими самцами, и обратно; но самец, отыскавший
по следу бегающую самку в охоте, после совокупления немедленно от-
ходит".
Это не вполне точно; нередко можно видеть, как за одной самкой
увязывается целое общество ухаживателей. Так, А. И. Мальце*
сообщил мне, что в феврале 1920 года наблюдал в Каменной степи
107
1
(бл. Бюро по Прикладной Ботанике) течку лисицы. В яркий солнеч-
ный день по степной равнине двигалась целая компания лисиц; одна
самка и десять самцов. Последние были очень возбуждены, потявки-
вали, как собаки, прыгали, играли замечательно красиво; некоторые
держали хвосты приподнятыми вверх.
Размеры воронежских лис.
Длина тела (от кон- ца носа до основ, хвоста). Длина хвоста с конц. волосами. Высота тела в обл. передн. ноги. От передн. края |глаза до конца носа. От заднего края глаза до наружн. основ, уха. Дл. головы от конца, носа до затылочн.1 выступа. 1 Дл. уха (по внеш-1 нему краю с концев; волос.). | Дл. передн. ступни без когтей. Дл. задней ступни без когтей. || Дл. задн. ступни с плюснев. костями.
1) 19/IX 1921 г. Каменная степь, Бобровского уез. А. И. Мальцев. . . . — 500 450 । 80 । i ю 190 i । по 60 50 170
2)С? 3/Х 1921г. Добринка, Новохоп. у. А. И. Маль* цев 760 450 440 70 ! во 160 | 100 1 50 45 160
3)d 8/1Х 1920 г. Хлебо- родное, Бобр. у. А. И. Юрин 1 760 430 I — ! i — 1 1 1 — 1 1 112 ) — — 180
4) (5 З.'ХП—20/XI 1921 г. Каменная степь, Боб- 1 ровского у 750 1 470 1 । 450 | 80 1 1 67 1 ! 173 j 1 . 1 ' 1 110 70 45 175
5) 3 30—17/1 1922 года • Ibidem 760 530 1 460 i 75 1 j 64 I ! 177 ! но 1 68 60 170
6) d 3-16/IX 1921 года Ibidem | 825 540 ' 490 I 82 57 j 192 103 68 50 175
7) 2 3/Х 1921 г. Доб- ринка, Новохоп. у. . . 810 470 1 i 1 450 80 60 1 180 100 50 45 160
8)2 12/11 (30/1) 1922 г. Каменная степь . . . [ i Зо 505 440 80 1 1 i 65 1 175 по 60 52 175
9) 2 juv 3—16/IX 1922 г. ' Ibid i 730 440 430 G8 ! i 57 i 1 164 93 1 54 49 155
10) 2 juv 3—16/IX 1921 г. ' Ibid ....... 1 j 705 440 430 66 I 50 1 1 j 160 92 58 53 150
Вес: от 12 И до 18 И ф. , 1 1 ।
108
Таблица измерений • различных форм. 1 р. Vulpes. 1 262 25 VIII 1921 г. "рещалинские пруды, менная степь Бобров. у.а ронежск. г. С. И. Огнев. № 281. 5 3/IX-21 г. Каменная степь. 134 J 8/Х-20 г. Степ4 !ные кусты бл. с. Хлебо- |родн. Бобр. у. Воронеж, г. С. И. Огнев. 1921 г. Каменная степь. |№ 44П J 171 30/1-22 г. с. Орловка Бобр. у. Воро- нежск.г. А. С. Чернявский. 4 Зима 1921 г. Курлак Боб-| ровск. у. Воронежской г. 1 № 1501 1918 г. с. Ор- шевка Кирсановск. у. Там- бовск. г.С. И. Вяжлинский. Колл. С. И. Огнева.
я о _J<CQ_
• 1 1 Общая длина черепа . . . . 158,8 150,7 1 157 1 147,5 152,3 144,6 155
Кондилобазальная длина 150 147,2 151 140 149,1 140,7 150.9
Основная длина. 143,2 139,5 142 131,2 140,6 130,7 141
Скуловая ширина . , 83,5 84 82,4 75,2 79,6 76,3 83
1 Ширина черепа над клыками . 25,6 26,6 24 22,3 24,6 24,1 25,2
1 Шир. между верхними краями глазниц. ; 1 1 32,4 31,1 31,7 28,9 27,7 27,6 28,2
Шир.между концами глазничн. отростк. 1 i| 41,6 43,1 43,2 38 37,7 32,2 38.2
Шир. черепа над хищными зубами . i 46,6 46,8 45,2 42,1 — 43 39,7
U « Ь Наибольшая ширина . , 53,4 50,6 50,9 48,8 50,2 50,3 48
Длина мозговой части . . . 1 87,2 । 84.8 83.6 82,7 79,8 79,7 84,2
। Длина лицевой части . i 70 67 69,9 62,3 63,9 61,3 64.3
Длина носовых костей . I 59 57.7 59 53,8 58.6 55 55
Высота в обл. bullae osseae . 53,9 50.2 52,5 51,3 51 50,3 54 I
1 । Длина верхнего ряда зубов . . * । 72.1 | 68,8 i 69.5 61,5 i 69,1 । 63,1 1 ! ' 66,5 1 ।
Vulpes v. crucigera diluta natio nova. Vul
Be
Pes v. crucigera Vulpes vulpes Vulpes vulpes crucigera Bechst.
chst (natio diluta?). stepensis Braun.
1 °* 1 53,7 1 65,2 1 о lb О 'b। 1 1 24,9 s § Oi о O’ № 1984 3/XI-909 г. Па- либино Бугурусл. у. A. H.i Карамзин. 1
66,5 ел »u 1 GJ 1 50,2 40,7 p 00 1 24,5 00 00 bI 1—1 & 00 1—I O’ №“1995”3Цё?- ровск. у. Саратовской, г.' С. П. Киндяк эв.
о O’ 50,8 53,7 Ci O’ 'to 83,3 50,2 о 36,5 1 to ^00 co 1 23,3 | oo ib 1 144,11 b‘ O’ b № 1994 J 3/1-11 г. Ibidem.'
63,5 I 49.7 O’ о ьэ Ci to I 78,5 J 40,3 CO O’ 26,1 1 6*03 O’ 130,7 1 139,5 »b GO 20/VI 11-21 г., с. Поча- пинцы Звенигород, у. Ки- евской г. Л. А. Портенко.
о JO 'I—» 50,2 56,2 61,2 78,9 48,2 ib »b 34,7 IO GO to 77,3 о 140,2 1 O’ < 27(14)'1Х-21 г. Ibidem.'
61,9 48,9 O’ O’ Ъэ 60,2 77.2 & 42,6 36,7 31,3 23,9 •4 O’ 1—I IO *t To 135,3 140,7 ff 1714-20 г. Маренцы. Звенигородск. у. Киевской губернии.
67,8 52,7 I 55,9 67,2 81,8 ib 00 ib co 37,8 IO CD 18‘tS 1 CD co to 147,2 O’ to № 418 cf 7/1V-U г. Те- совск. лес. Можайск, у. Мо-1 сковск. г. С. И. Огнев, i
66.6 O’ к 56,8 о 84,3 O’ о ib to 37.8 CO •-* t-j 1 25,8 О b c? 145,3 O’ co № 3973 rf 20/1-13 г. Оби- раловка Богородск. у. Мо- сковок. г. А. Н. Шмашков.
| 65,1 1 1 6* IS 1 53,2 63,2 00 to or 1 о ib о 1 | 30,2 i 1 IO I—» 1 82,7 co Ci 144,9 O’ о № 1993 J 4/1-11 г. Серпу- ховск. у. Московок, губ. Ф. С. Щербаков.
O’ O’ O’ 64,5 00 ib 1 40.8 j 34,8 1 О 1.0 I 75,5 1 co lb GO O’ 1 № 3884Т< 5/Х-15 г. "Але- ксандр. у. Владимирок, г В. С. Елпатьевский.
67,2 1 O’ O’ O’ O’ 00 00 42,7 30,3 to O’ 00 >-• co 00 146,5 O’ b«' №2601 ($ Кологривовск. у. Костромой, г. А. Д. Грачев.
2 52|5 O’ O’ Ъ Ci O’ 00 to 1 40,9 1 co о co g 00 75,7 co co 147,8 O’ »* №2114 5 Петроградск. г. Диц.
62,1 s 2 62,3 Й 48.9 37,7 6*98 to to JO O’ CD b co Ib 142,7 bl & № 1985 <5 10/XI-10 г. Ду- гино Смоленской г. Н. А. Г офмейстер.
109
110
Молодые лисенята появляются в апреле. В начале июня они до-
стигают уже половины величины старых. Так, 9 (22) VI 1920 года мы
наблюдали бл. леса .Липников* (около с. Мохового, Бобровского у.)
молодых выходивших нз сурчины; звери были в М старой особи.
Очень интересно, что лисьи выводки занимают иногда смежную сур-
чину с обитаемой байбаками. Тогда можно наблюдать, как рядом по-
являются „аксачкп" и лисенята. Вероятно, что старые лисы не тро-
гают своих ближайших соседей по порам.
В мае идет интенсивная линька меха, которая начинается еще
с первой половины апреля. Очень сильно облезших, линяющих лис
мы наблюдали 2(15)V 1922 г. в Каменной степи и 8(21)V 1922 года;
последнюю из упомянутых лис мы видели в Каменной Яруге, Бобров-
ского у., на ковыльном склоне балки. Лиса мышковала, медленно пере-
двигаясь среди трав; пздалп опа казалась почти совершенно белесой
и удивительно подходила по окраске к тону степи, белевшей от
отцветающих степных одуванчиков.
Молодые, прибылые лисы начинают вести самостоятельную жизнь
в конце лета и в начале осени. Они подпускают к себе иногда доволь-
но бйизко,особенно если увлечены ловлей мы шей. Так, 19/VIII (1/IX) 1921 г.
нас подпустила к себе мышковавшая в открытой степи лисица шагов
на 50; она не обращала внимания па все окружающее, т. к. была
усиленно занята ловлей мелких грызунов; при этом она красиво под-
прыгивала и пристально смотрела в траву.
В желудках убитых лис мы находили остатки шерсти и костей
грызунов: полевок, мышей, сусликов, хомяков. У одной лисы желудок
был набит дикими грушами.
Сем. MUSTELIDAE.
Meles meles meles L.—Б a p с у к.
В работе II. А. Ссвериова (1. с., 1855) барсук не. указан. По соб-
ранным сведениям, в 1919 году один барсук был добыт в Хренов-
ском лесу в двух верстах от Майданного кордона (Коршевского лес-
ничества). К сожалению, шкурка, хранившаяся у лесника Журихнна,
была испорчена и выброшена.
В Графском лесничестве барсуки очень редки. Лесная стража
сообщила нам, что эти звери еще встречаются в кварталах 266, 267
и 192, где имеются поры. Несомненно, что барсук принадлежит к
исчезающим животным Воронежской фауны.
Lutra lutra lutra L.—Выдpa.
По словам II. А. Ссверцова. (1. с., 1855, стр. 16),—„выдра почти
перевелась, изредка встречается на р. У смани". Один из лесников
Ill
Графского лесничества (Воронежск. у.) наблюдал следы этого инте-
ресного животного зимой 1920/1921 г. в 174 квартале, на реке У смани,
в сыром лесу черной ольхи, среди „коблов".
Mu stela martes martes L.—Куница.
По Севериову (1. с., 1855 г., стр. 67, 81) куница встречается в ле-
сах по р. Битюгу (выше г. Боброва), а также в Липовском и Шипов-
ском лесах. Интересные сведения о кунице в южных у.у. Воронеж-
ской губ. приводит г. Р. *). „Куница", пишет он, „появилась лет 6
тому назад (т.-е. в 1882 году) как-то .вдруг, так что в первую зиму
в городе (?) было скуплено несколько десятков шкурок... По сообще-
ниям торговцев, количество куниц, хотя и значительно уменьшилось
со времени их открытая, но совсем перевести их еще не успели; не
далее, как прошлую зиму (1887), было скуплено более 10 штук, осо-
бенно же много истреблено куниц в 1883 году, когда, как уверяют,
было убито в одну зиму более 150 штук".
Относительно Теллермановской рощи (в восточной части НоВо-
хоперского у.) мы имеем точное свидетельство о распространении тай
куницы по показанию А. А. Силантьева (1. с., 1898, стр. 40), который
видел шкурку этого зверка у лесничего.
По собранным нами сведениям куницы довольно обыкновенны в
Графском лесу Воронежского у. Здесь они стали попадаться чаще,
начиная с 1914 г. Лесничий Н. Н. Спицын полагает, что вследствие
прогрессирующего размножения куницы почти исчезли белки, прежде
очень обычные в Графских лесах.
Подобное явление повпдимому имело место и в Шиповском лесу.
Здесь белки, прежде очень обыкновенные, совершенно исчезли. Мест-
ный сторожил, большой любитель природы и охоты И. Д. Тушнев,
определенно об'яспял исчезновение белок в Шиповом лесу прогрес-
сирующим размножением куницы. По данным г. Тушнева, в Шипо-
вом лесу ему попадались только обычные рыжегорлые куницы. Весьма
интересно, что несколько лет тому назад одиночная куница была до-
быта в лесной посадке в Каменной степи. Этот факт нахождения
лесного зверя в изолированном небольшом острове леса среди степ-
ной равнины с несомненностью свидетельствует о размножении ку-
ниц, происходящем в Воронежской губернии.
В нашей коллегии имеются два экземпляра куниц; один из
них (с?) добыт охотником промышленником (7-VIII 1920 г.) в долине
р. Битюга бл. села Бредового, Бобровского у., другой (16-VII1 1920 г.)
в дубовом лесу бл. мельницы Расторгуевых, невдалеке от села Нового
Курлака, Бобровского у.
♦) Р. «Из южных уездов Воронежской губ». Охотничья Газета, 1888, А? 5.
112
Первый экземпляр более яркой, темной окраски, с довольно
интенсивным палево-рыжеватым горловым пятном; второй тусклее,
бледнее, с очень бледным горловым пятном.
Размеры куницы, добытой 16-VIII 1920 г. (d): длина тела—412;
ухо—35; хвост (без конц. вол.)—265; концевые волосы—80; задняя
ступня (без когтей)—74,8; она же с когтями—77,5; передняя ступня
(без когтей)—50,5; она же с когтями—54,8. Общая длина черепа (J)
куницы, добытой 7-VIII 1920 г.—78; кондилобазальная длина—74,2;
основная длина—67,7; длина носовых костей 17,2; ширина скул—
42,7; межглазничная ширина (впереди заднеглазничяых отростков)—
18,2; наибольшая ширина черепа—36,8; высота черепа—30,2; длина
верхнего ряда зубов—28,2; длина нижнего ряда зубов 32,2.
Mustela foina foina Erxleben.—Куница-белодушка.
Шкурку этой интересной куницы мы видели в 1919 году. Бело-
душка была добыта ранней весной этого года в окр. с. Садового
Бобровского у. Цвет меха куницы был очень бледный палево-серо-
буроватый, более рыжий на спине и тусклый—на боках; подшерсток—
серо-лиловатый. Хвост весьма пушистый буро-палево-серый, с легким
лиловатым оттенком. На шее пятно белого меха было очень велико.
Верхняя часть носа, область под глазами и около глаз была покрыта
коротким черноватым мехом.
Arctogale erminea aestiva Kerr.—Горностай.
По свидетельству Н. А. Северцова (1. с. 1855, стр. 81,267), горно-
стай держится „в окраинных лесах“, по нагорным берегам речных
долин. Зимой он встречается, по Северцову, „почти исключительно в
ольхах, ловит мышей и мелкую птицу; таяние снега выгоняет его в
нагорные леса; летнее жилище в точности неизвестно и не знаем,
совершенно ли он весной выходит из речной долины, или остается
на сухих грядннах; последнее вероятнее, потому что летом мы нахо-
дили на лугах мертвых гусей с характеристической для Mustela ра-
ной на виске. Их смерть приписывали крестьяне хорьку, которого
никто никогда не находил у нас в речной долине; вероятно это
добыча горностая.
По запискам П. Баранца, лесник видел в Хреновском лесу бл.
Лебяжьего кордона в декабре 1893 года „совершенно белого зверка
(типа ласки) с черным кончиком хвоста". Несомненно, что это наблю-
дение относится к горностаю.
Несколько экземпляров горностая любезно были переданы в нашу
коллекцию С. А. Северцовым, получившим их от промышленников,
113
которые добыли зверков в окрестностях имения Северцова в южной
части Бобровского у.
Lutreola lutreola L.—Норка.
Н. Л. Северцов (1. с., 1855, стр. 55, 63) отмечает норку в Донской
долине (бл. с. Колыбельки), а также в пойме р. Битюга.
По собранным нами сведениям, норок довольно много в долине
р. Усмани, в Графском лесничестве Воронежского у. Кроме того норка,
по словам лесников, очень многочисленна в Тавровском лесничестве,
при слиянии р. Воронежа с Доном.
В нашей коллекции имеется экземпляр молодой норки, добытой
1 (14) X 1921 г. на р. Курлаке Бобровского у., А. И. Юриным. Кроме
того, С. А. Северцов любезно доставил нам 3 экземпляра норок, добы-
тых промышленниками около имения Северцова в южной части Бобров-
ского у.
Вот главнейшие измерения черепов наших Lutreola lutreola L.
1 (5 лето 1920 г. Бобровск. у. Воро- нежской губ. С. А. Северцов. cJ Зима 1921 г. Ibidem. subad 1 (1-П/Х1 1921 г. p. Курлак Бобр. у. Вор. г. А. II. Юрин. (j Лето 1920 г. Бобров, у. Ворон, г. С. А. ('сверим.
i Общая длина черепа . i j и 1 65 62,9 59,8 59,2
Кондилобазальная длина •1 65,2 63,2 59.7 59,3
Основная длина . ... :i :i I, 58,7 57,2 55,2 53,7
Ширина скуп .... — 35,7 31,3 81,6
Межглазничный промежуток впереди глазничных отростков . II 13,7 13.2 12,3 11,8
Ширина между заднеглазничными отростками 16,3 17,2 15,2 14,2
Ширина черепа позади заднеглазнич- ных отростков .... ii 12,4 12,3 12,2 12
Наибольшая ширина черепа I: 33 32 28,7 28,7
Вышина черепа i'i || 23 22,8 22,8 20,9
Дл. верхн. ряда зубов . 18,7 19,1 17,3 17,2 1
114
Putorius putorius putorius L.—Хорек обыкновенный.
Обыкновенный темный хорек, в противоположность своему степ-
ному сородичу, попадается преимущественно в селах, близ построек;
придерживается также лесов. Так, 22/V’ll (4, VIII) 1920 г. нами был
застрелен хорь, бежавший через поляну в болотистом березняке, не-
вдалеке от с. Чиглы Бобровского у. По словам П. Баранца (заппскп),
хори нередки бл. лесных кордонов Хреновского бора, где временами
наносят большой вред курятникам лесной стражи.
В Павловском у., по свидетельству И. Д. Тушнева, обыкновен-
ные хорьки встречаются только в деревнях.
29/VIII (11/IX) 1920 г. нам принесли несколько молодых хорей,
пойманных в с. Новом Курлаке; звери были ростом в *;з старого. Это
был довоЛьно поздний выводок.
Большой интерес представляет молоденький экземпляр, в '-з
взрослого, добытый 23/VI (6/VII) 1920 г. в с. Новом Курлаке Бобров-
ского у. У этого хорька ясно намечен частичный альбинизм: верхняя
часть его головы и лопаточная область покрыты бледным пепельно-
серебристым мехом, имеющим темные коричневатые основания.
Putorius eversmanni Less.—Степной хорь.
В степях очень обыкновенен. Мы нашли его в Зыковской и
Старо-Курлацкой степях Бобровского у. и в Каменной степи, где он
особенно распространился.
29 VI (12/VII) 1921 г. был добыт бл. Докучаевской Опытной Стан-
ции (в Каменной степи) степной хорь. Интересно, что за хорем гна-
лись еще три; одного пз этого общества удалось убить.
Относительно редко Putorius eversmanni Less, попадается в селах.
Так, 29/VII (11/VIII) 1919 г. нам доставили <, добытого в. с. Новом
Курлаке.
Очень интересно, что в Шиповском лесу, по данным И. Д. Ту-
шнева, держатся только степные хори. В Тавровском лесничестве, по
свидетельству лесной стражи, изредка встречается светло-желтый
хорь; здесь безусловно преобладает обычный темный.
Хорь ведет скрытную жизнь и редко попадается на глаза. Иногда
он показывается среди дня. Так, 7 (20) VIII 1921 г. невдалеке от
„Каменной Яруги" (в южной части Бобровского у.) наш спутник по
экспедиции А. И. Юрин застрелил старого у. Хорь бежал в степи,
вдоль дороги, по колее, уходя от ехавшей телеги, а затем повернул
в степь, очевидно желая уйти в нору, близ которой и был убит ру-
жейным выстрелом.
115
Vormela sarmatica Pall.—Перевязка.
H. А. Северное (4. c., 1955, стр. 106), отмечает этого редкого
зверка для степей между Битюгом и Йкорцем. Повпдимому занесение
в список сделано на основании расспросных данных (см. стр. 33).
В нашей коллекции имеется шкурка перевязки, переданная нам
А. II. Расторгуевым, который добыл этого редкого хоря в лесу (?)
Битюгской долины, невдалеке от села Нового Курлака, приблизительно
в 1908 году.
О т р. 4. R о d е n t i а.
Из отряда грызунов в исследованной фауне найдено 24 вида и
подвида, из них к под‘отряду Dupliccdentata относятся два вида,
остальные включаются в подотр. HimpUeidentata. Возможно, что помимо
этого довольно подробного списка грызунов у нас будут обнаружены
еще кое-какие виды, особенно вероятны: Ilicrotus ratticeps Keys, et
Blas, новая форма Plhjmys til;>a/iticus, открытая Б. С. Виноградовым
в Харьковской губ.; Rathis ratlin L., которая спорадически попа-
дается в некоторых черноземных г.г. Европейской России.
Подотр. 1. Duplicidentata.
Сем. LEPOR1DAE.
Lepus europaeus tesquorum sbsp. nov.—Русак степной.
(Фот. 1).
Тип: I 4 (17) VI 1922 г. Докучаевская Опытная Станция (Камен-
ная степь), Бобровск. у. Воронежской губ. С. II. О шее. (Кроме типа
25 экземпляров).
Дитноз. Череп сравнительно очень крупный с удлиненным носо-
вым отделом. Общая длина черепа 96,6—108,5; кондилобазальная длина
«5,8—95,7; наибольшая длина носовых костей—42,9—50,9; от узкого
заднего края os prrmaxdlare до основания передних резцов—48,5—60,3.
Окраска летнего меха тусклая буровато-желтовато-сероземлистая
с сильным развитием серо-черноватого тона на голове и на щеках;
грудь и боковые части паховой области тусклые палево-серовато-
ржавые.
В зимней шерсти степной русак резко белеет; землисто-ржаво—
коричневатая окраска сохраняется тогда только в центре спины ок-
руглым островом, на верхней части головы, на ушах и щеках.
Описание. Передняя часть носа тусклая, серо-палевая (тона,
близкого к „drab“, Ridgway, 1912 pl. XLVI); на лбу, в области между
глазами, мы отмечаем обильную примесь черноватых волос; здесь на
116
общем черно-сером фоне только кое-где пробиваются тусклые пале-
вые тона („Arab”). Глаза окружены кольцом серо-белого меха с легкой
палевой примесью; па щеках под глазами заметная примесь чернова-
тых волос, смешанных с серо-палевыми. Волоса в передне-верхнем
отделе шеи тусклые землисто-палевые (оттенка близкого к „drab", но
с легкой ржавой примесью). Спина общего буровато-желтовато-серо-
землистого цвета. Волосы в этой области лишены характерной для бо-
лее северных зайцев волнистости. В основной части волосы серо-белесые,
далее следуют довольно широкие, интенсивные черные пояса и блед-
ные серо-палевые окончания; самые кончики волос нередко черноваты.
В нижней части спины некоторая примесь серого тона. Цвет боков
тусклый палево-серо-землистый (средний между „drab* и „wood-
brown"), с легкой ржаво-красноватой примесью. Нижняя часть горла,
грудь и бока паха ржаво-палево-серые (цвета среднего между wood-
brown и avellaneous). Передние части лап серо-землисто-палевые (тона
близкого к „drab"). Внутренние края ушей одеты черноватыми воло-
сами, по этому краю тянется с каждой стороны довольно широкая
бледно-палево-землистая каемка. Внутри ушные раковины белесые, с
внешней стороны ясные, продольные черные пятна. Тыльные части
ушей серо-палево-беловатые.
От этого основного, наиболее характерного типа окраски мы
имеем многочисленные уклонения или в сторону еще более тусклой
шерсти, или некоторой интенсивности и яркости. Но никогда яркость
ржавых тонов не может равняться с цветом более северных зайцев
L. с. aqullonlus Blas.
Зимний мех значительно длиннее и пышнее летнего. Летний тон
окраски сохраняется только в виде небольшого округлого острова в
центре спины. Бока тела, боковые части спины и ее задний отдел
белые с серо-палевой примесью. Серо-белесые тона широко охваты-
вают собой переднюю носовую область, щеки, горло, грудь. На по-
следней только очень слабо сохраняются ржаво-палевые тона.
Окраска очень молодых зайчат весьма темная черноватая. Волосы
головы и спины имеют очень интенсивные черно-серые основания,
почти черные предвершинные части и палево-желтоватые кончики. Цвет
бЪков и щек существенно не отличается от темной спины. На груди
широкое поперечное поле тусклого буровато-серого меха с легкой
палевой примесью на концах волос... Брюхо грязное палево-серо-бе-
лесое. Для молодых зайчат очень характерны чисто белые пятна на
лбу или ближе к темени. В общем окраска молодых степных русаков
темнее и черноватее, чем у L. с. aqallouhts Bias.
Итак, от средне-русского L. с. aquilonius Blas, степной русак от-
личается резко и наглядно более тусклым, сероватым тоном меха. Ржа-
117
вые глинистые тона более курчавой и волнистой шерсти московских
русаков здесь заменены относительно ровным волосом, в цвете коего
преобладают серые тона, а глинистые оттенки более тусклыми
палево-желтоватыми. Эта резкая разница в окраске оказывается не
только в области спины, но и на голове, особенно на щеках, на лбу
и на ушах. Далее отличия особенно резки в области боков: здесь у
московских зайцев цвет меха интенсивный, яркий, красновато-глини-
стый; этот же яркий красновато-глинистый тон охватывает собой об-
ласть груди и шеи. У воронежских зайцев окраска боков много тус-
клее и серее, ее общий тон бледнее, без заметной диффузной и яр-
кой красновато-глинистой примеси, столь характерной для москов-
ских зайцев.
Далее может быть отмечено, что у воронежских русаков расцветка
фронтальных частей передних лап относительно много бледнее и ли-
шена красновато-глинистого оттенка.
Воронежский русак хорошо отличается от L. е. саорйи Ehreni>.,
который в общем много светлее, ярче и желтее. Кроме того у кас-
пийского русака область груди, и особенно передние конечности крас-
нее и ярче окрашены, чем у воронежских зайцев.
В общем по тону меха воронежские зайцы ближе всего к таври-
ческим L. е. tran*.<ylranicui Matwlw, но эти последние обычно немного
ярче по окраске, мех их более глинистый, на боках лучше выступают
красноватые тона. Кроме того таврические зайцы почти совершенно
не белеют зимою, тогда как воронежские белеют очень сильно. Необ-
ходимо отметить, что среди наиболее интенсивно окрашенных воро-
нежских русаков попадаются экземпляры, не отличимые от тавриче-
ских (мы говорим, конечно, относительно летней шерсти). Однако ди-
ференцировать эти подвиды нам помогают тогда очень значительные
краниологические отличия.
У воронежских зайцев черепа значительно крупнее, особенно
длиннее носовые отделы, при чем верхний контур os pmnaxHlaic
более полого опускается сверху вниз, без образования дугообразного
выгиба; носовые кости относительно длинные; зубы особенно резцы
массивнее и больше.
Особенно резко отличаются от нашего нового подвида западные
экземпляры L. ешораст еигораг.и* Pall.
Необыкновенно ярок и темен по своему красновато-глинистому
Цвету, особенно резко выраженному в области груди, на боках и пе-
редних лапах, замечательно интересный заяц-русак, добытый С. А.
Бутурлиным бл. Везенберга в Эстляндии. Нам кажется, что этого
зайца можно отнести к L. europacus occnb’ntali* Winton, описанному из
Hertfordshire в Англии.
___118___
По свидетельству G. <S. Miller (Catalogue of the Mammal* of Western
Europe, 1912 p. 505), этот заяц встречен не только в Англии, в Шот-
ландии и в Ирландии, но и в Швейцарии, т.-е. водится на материке
Европы.
' Надо думать, что на юге Европы встречаются четыре подвида:
1) L. е. meridlel Hilzh., который распространен в южной и юго-восточ-
ной Франции, в северной Италии п на Корфу;
2) L. е. franwilcanicut Mat*ehle. водится в Румынии, на Балканском
полуострове вплоть до Пелопонеса п на восток—до степей Тавриче-
ской губ. и на Южном берегу Крыма;
3) L. е. tcnqitorum ,*1>*р. пог. встречается в воронежских степях; к
нему относятся зайцы Харьковской губ. и вообще южной черноземной
полосы Европейской России-, в ее восточной и средней части;
4) L. е. casphf* Ehrcnh.—обитает в Астраханских полупустынях.
В пределах степной части Воронежской губ. L. е. fenipiormn *Ь.*р.
nov. очень обыкновенен. Он найден нами в большом количестве в
Бобровском, Павловском и Новохоперском у.у.
По собранным сведениям, русаки обычны в Графском лесниче-
стве, на краях леса, в Воронежском у. п в Таврическом лесничестве.
Там, по словам охотников, попадаются особенно крупные русаки, до-
стигающие 14 ф. веса.
По данным П. Баранца (in. Utt.), русак встречается по всему Хре-
невскому лесу; особенно обычен в южной части, прилежащей к селу
Хреновому (кв. 90, 88, 89, 84), и по восточной опушке, которая подхо-
дит к степям и полям.
В Каменной степи русаки очень обыкновенны, весьма много их в
степях Новохоперского у.
Весенняя линька степных русаков начинается в конце марта (ст.
стиля) и тянется в апреле. Даже в первой половине мая попадаются
зайцы, еще не закончившие липяния(3 (15) V* 1895г. поданным Баранца,
14 (27) V 1919 г.—по нашим наблюдениям).
Молодые родятся с весны до конца лета, в несколько сроков.
„Детей русаки производят очень рано", пишет Баранц (in. lift.), „не
редко можно видеть молоденького зайченка, одиноко путешествующего
в лесу, еще в половине марта, когда лежит много снега. В 20-х чи-
слах марта мне был принесен лесником уже большой зайчеяок, кото-
рый держался в лесу один, без матери.
Наиболее поздних маленьких зайчат, ростом в Ч» взрослого, нам
приходилось видеть 6 (19) и 8 (21) IX 1919 г., в Бобровским у., бл.
села Нового Курлака.
2 2/VI (5. VII) 1922 г. нам пришлось долго наблюдать любовную
игру зайцев. Самец настойчиво преследовал самку. Парочка зайцев
119
то вертелась на одном месте, при чем самка делала сильные прыжки
в стороны, а самец быстро следовал за ней, то неожиданно самка пу-
скалась убегать с очень большой скоростью, а ее ухаживатель несся,
непосредственно за нею, стараясь наскочить на уходившую подругу.
В момент когда самец, нагоняя самку и пытаясь вскочить ей на спину,
издавал какое-то хриплое похрюкивание, самка обычно делала силь-
ный скачек в сторону и уклонялась от своего докучливого преследо-
вателя. Зверки долго носилисьперед нами по поляне между лесными
посадками (в Каменной степи) и были хорошо видны, так как сумерки
еще не сгустились, и взошла луна.
В степной местности, особенно под вечер, интересно наблюдать
русаков; в бинокль ясно видны тогда некоторые характерные особен-
ности их тревожной жизни, полной действительных и мнимых опас-
ностей. „28/VI (11/VII) 1922 г.“, писал С. И. Огнев в своем дневнике,
„я долго наблюдал зайца-русака, вышедшего вечером на кормежку,
на залежь между лесными посадками в Каменной степи. Я старался
подойти к этому зайцу, но тут случилось одно неожиданное, довольно
комичное обстоятельство. Появились две ласточки-касатки, которые,
вероятно, приняв русака за кошку, стали с характерными громкими
криками бросаться на зверка, совершенно с тем же азартом, с каким
они преследуют пробирающуюся открытым местом кошку. Эти напа-
дения на него имели очень определенный результат: заяц принялся
удирать со всех ног; по временам робкий зверок на момент остана-
вливался, но ласточки повторяли маневр преследования, который имел
тот же сильнейший эффект".
„2 (15) VII 1922 г., продолжает С. И. Огнев, я видел вечером в
Каменной степи, как лисица преследовала русака, но вскоре бросила
охоту. Заяц убежал далеко в степь; на мгновение пугливый зверок
присаживался, а затем снова продолжал свое стремительное бегство.
Интересно, что на один момент заяц остановился у сурчины, откуда
вылез крупный старый сурок. Заяц присел от сурка шагах в пяти,
подняв уши и приподняв передние лапки. Некоторое время оба зверка
смотрели друг на друга в молчаливом изумлении, затем заяц снова
пустился в открытую степь, уходя от опасного места".
В степной области, осенью, русаки держатся преимущественно
твердых залежей, так как грунт не размокает, и чернозем не липнет
к пушистым ступням.
Очень любят зайцы степные бурьяны, которые образуются гла-
вным образом из Verbascum lychuith и V. orientals, а также многочислен-
ными видами полыней. Там плотно залегший заяц, словно чувствуя
свою безопасность, иногда подпускает к себе вплотную и, не выдер-
жав, выпрыгивает иногда из-под самых йог проходящего человека.
120
В мягкие зимы зайцы держатся обычно в открытой степи и редко
заходят в кусты или лесные посадки, столь характерные для опыт-
ных участков Докучаевской станции в Каменной степи. В суровые
зимы русаки стараются найти пристанище или в степных кустах или
лесах. Часто они придерживаются деревень, куда ночью отправля-
ются кормиться на гумна.
Осенняя линька начинается в октябре и нормально заканчивается
в последней трети ноября (ст. стиля). Линяющие зайцы крепко при-
держиваются укромных лесных уголков или самых уединенных степ-
ных мест.
Мы держали молодых русаков в неволе; приведем здесь некото-
рые интересные наблюдения. „Один зайченок", пишет С. И. Отев в
своем дневнике 2 (15) VII 1922 г., „жил у нас в неволе несколько дней
и хорошо приручился. Он охотно ел цветы шалфея (Salvia silvestri*),
подорожник, Barbarea vulgaris arcuata, горох, картофель, гусятник;
любил черный хлеб, особенно если последний был смочен молоком.
Интересно, что, поедая какое-нибудь растение, заяц не помогал себе
при процессе захватывания передними лапами, как это делают другие
грызуны, например, байбак. Заяц хватает свою пищу прямо ртом;
какой-нибудь длинный стебель при зтом быстро затягивается в рот,
при чем энергично работают зубы грызуна*. *
„Интересно приходилось поить запченка молоком. Я брал зверка
за все четыре лапы, чтобы он не брыкался п подносил, нагибая тело
грызуна, его голову к тарелке с молоком. Тотчас зайченок начинал
послушно пить молоко, сильно лакая языком". -
В заключение упомяну, что на ряду с обычным степным русаком,
охотники отличают так называемого „ковыльника", обитателя ковыль-
ных целин. По словам А. И. Мальцева, большого любителя охоты и
внимательного наблюдателя, „ковыльник" несколько меньше обычного
русака, но задние лапы соответственно гораздо длиннее. К подобным
показаниям охотников надо относиться со всей внимательностью, так
как всегда возможно образование характерных форм, свойственных
определенным географическим условиям окружающей обстановки. Во-
просы эти могут быть решены только сбором больших серий и иссле-
дованием на месте добытых зайцев.
В морфологическом отношении зайцы, собранные нами, были все
однотипны по своим систематическим особенностям.
В заключение привожу измерения нескольких зайцев, сделанные
по свежим экземплярам, и далее таблицу промеров черепов, где для
сравнения приведены соответствующие цифровые данные и для дру-
гих подвидов русака.
1*21
ИЗМЕРЕНИЯ №16 << 6(19)VII 4 (17) XII— 1 2 4 (17) VII—
1921 г. Камен. 1921 г: Камен. | 1919 г. Новый
Lepus europaeus tesquorum susp. nov. степь Бобров, у. Воронежск. губ. степь Бобров. ; уезда Ворон. j Курлак, Бобров, уез. Ворон, губ.
А. И. Мальцев. губ. | С. И. Огнев.
Длина (по спине) 650 1 1 610 !
(по брюху) — 575 1 595
От конца носа до передн. края глаза. — 65 | —
От заднего края глаза до основания уха. — 38
Длина уха от внешн. основ. . 150 132 140
„ от вырезки 112 . по
Высота крупа в обл. перед, конечностей — 380 —
Длина задней ступни . 185 170 167 *
передней ступни 90 78 —
Хвост с концевыми волосами. 884-47 904-55 j i 130 1
Lepus timidus subsp nov?—Беляк.
По словам H. А. Севериова (1. с. 1855, стр. 72), беляки встре-
чаются В Хреновском лесу. В рукописи Л. Баранца мы находим
следующие интересные данные „Этот заяц", пишет Барани, „менее
русака распространен в Хреновском бору. Он встречается только в
определенных, весьма немногих местах, именно в густолиственных
молодняках, поросших камышами и тальниками (кварталы 76, 66, 65);
держатся также в старых лиственных насаждениях (кв. 63, 64, 65,51,
52, 50). В южной части леса и в восточном его районе беляка никто
не встречал".
„Весною 1889 г. во время полой воды один лесник убил 5 штук
беляков; они были на маленьком островке (в чернолесье), залитом со
всех сторон водою".
В долине Битюга под селом Новым Курлаком беляки киайне
редки; за много лет охоты В. Д. Аристов, сотрудник нашей экспеди-
ции, убил только один экземпляр.
В Шиповом лесу, по словам хорошего охотника лесника Заруд-
нева, беляки держатся в следующих кварталах, где обыкновенны: 15,
16, 36, 37, 47, 48, 50, 51, 52, 53. Типичная станция их там—осиновые
молодняки.
В Графском лесничестве, по данным лесничего Н. Н. Спицина»
беляки местами очень обыкновенны.
К сожалению, за недостатком материала мы не можем сказать, к
какому подвиду относятся воронежские беляки. В своей интересной
122
ИЗМЕРЕНИЯ ЧЕРЕПОВ. Lepus europaeus tesquorum sbsp. nov. № 175 sex? 41173 ХП 1921 г. Камен, степь Бобровск. у. А. И. Мальцев. 1м 154 5/П 22 г. 1 Ibidem. № 257 Ibidem. № 176 4(17)ХП 22 г. Ibidem. Sex? Конец мая 1922 г. Ibidem. № 253 Ibidem. № 168 20/XI (3/XII) 1921 г. Ibidem. № 174 4 (17)ХП 1921 г. Ibidem.
Общая длина черепа 108,5 104,5 103,6 104 105 100 99,8 100 : 1
Основная длина. 82,9 80,9 78,6 81,2 80,2 77,7 77,9 76 j
Кондилобаэальная длина 97,5 92,7 91,2 93,3 92,8 90,2 90,5 87,2'
Кондилобазилярная длина 92,3 88,4 87,5 88,7 89,2 86,7 86,2 83,3
Ширина скул д. ! 1 49 1 д. 48,7 51,2 47,7: 50,2: 49,2 1
Наиболее широкое место в скуловой дуге ..... 9,6 8,6 8,3 9,8 : 10 8,8 9 2 9,6
Ее ширина у переднего края глазницы. 6,5 6,9 6,1 7,7 6,2 6,7
Наибольшая длина носовых костей . 50,9 48 49,8 50 1 50,7 47,5 46,5 48,9'
Ширина между глаэницами непосред- ствен. позади processi postorbitales. 13,2 12,6 12,2 13,7 ! 1 — 13,5 13 13.4 i
От узкого задн. края os praemaxillare до основ, перед, резцов 60 54,2 56,2 57,8 : бо.з 54,2 545 1 54 1
Длина foramina incisiva ! 30,3 27,5 26,7 26,7 1 27 1 26 27,3 6.3: i
Ширина черепной капсулы от боковых частей meatus auditorius externus . д. 39,6 ; 37,6 1 — 1 ! 39,2 88 1 37,6 I
Наибольшая высота нижней челюсти. 47,5 42,3 । 41,S 45,2'. 46,3 i 42,6 i . 43.1 38, s! 1 i
4* 03 ГО Сл *-» 4ь •/ <*/ -1 O' pi 71 Ci IO I4> J» Ci or. p 4* p -1 0 CO CD CD 4ь Ci V- *J’ Vj CO Vo 00 № 169 21/XI (4.Х11) 1921 r. Ibidem.
hD Qi •— 4ь 4ь ~ Q’ О •“* 00 pt cd -I C3 cd co oo cd Vo 4ь CO IO CH •—‘ 4* _ _ 0» Ci CD CD 4- 4* Ci Ci X 0 co V» сг CD Cl CD CD -1 CO JO p< Ci j-l Vo oo V| ел ,/ 20/11 1922 r. Ibidem.
00 CD CD О С© ь- ш- co co Vi ci №275 sei? 22(9) VII 1921 r. Ibidem.
. co to 4» »-* 4ь 4b 00 00 M CD I pt *q JD CO С» СЛ J-l Ci JO X Ci p? Vj co Vo cd "ci Vo Vjo io Ci to x Vo Ъ> Зима 1921 г. Боб- ровск. у. Ворон, г. С. А. Северцов.
4b CO ГО СЛ b- 4b £ X 00 -J • —» -1 4* CO 4b 4b M X Ci CJt jD 00 ВЭ V> Vo Vi ci ел to io to Vo Vo < 1920 г: бл. Нов. Курлака Бобров, у С. И. Огнев.
4b СО ЮСЛ •- 4b 1—» 4b 00 CD M О -1 CD GC to JO CD X О JD M »-» CD IO V» CD 00 "m 'co to CO Vo CD СЛ 1920 г. 6; VI. Каменная степь. С. И. Огнев.
4ь . . 4b — 4ь 4ь CT 00 «М CD 4- J | CD ** JO *4 JD Ci 03 Ci pt CD 4ь Vd го Vo qo Vo co ci o> (? № 5 21/Х 21 г. Нов. Кур. Бобров, у.
4ь CO Ю СЛ •-* 4ь X CD CD Ф 4b CD X Qt CO CD J*4 J0 J3 CO О 4- Vj qc *t co co Vi V— io ’ м "*j о o> Scx76719j’VU 217 Камен, степь. С. И. 1 Огнев.
4ь . Qi ** 4ь 00 00 -.J CD to I I IO pl Ci ID Ci 4b Jbj CD JD сл io сл Vo Vi oo to co Vo m I № 7 2 27/Х 21 г. Нов. Кур. Бобров, у.
4b 00 Ю Oi *- QD CD м CD CO p Jb| ►-* pi JO pl J-1 И *b рэ 00 CD СЛ X Vo CD CO Vd Ci CO CO Ci №135 11/IX 20 г. Борзые бл. Нового Курлака.
48,5 | 48,5 : 60.3 i — 24.7 j. 30.3 j 1 36,1 j 35 1 .49.6 45.2 3S.3 t 47,5 1 ’ i 1 ** 00 X M CD j p Ci X pt CO -I CD Ci V| V] Qi _ Ci СЛ 4b c> № 8 2 27 Х 21 г. Нов. Кур. Бобров, у.
IO jfe jn jbl pi io Vd Vo Vo c> OXO b^ сл • Vd Vo co to CD CD CD JO pt Qi Ci -io bo ci bi Minimum.
CD CD X О JO -1 JO X) Vo Vt Vd сл Maximum.
Таблица 1.
124
ИЗМЕРЕНИЯ ЧЕРЕПОВ. Lepus europaeus transsylvanicus Matschie. L. e. caspius Ehrenb. j L. e. aquilonius Blas. № 2 Ц 28/1 14 г. Инкерман. Крым. Е. В. Мортино. № 3 2 28/1 14 г. Ibidem. № 2 V З/П 14 г. Бель-Бек. Крым. № 6 * 7/П 14 г. Бель-Бек. Крым. № 1 у 28/1. Инкерман. Крым. Sex. IX 1912 г. окрести. Сева- стополя. № 2812 sex. VIII 1912 г. Окр. Сева- стоп. ОС. Щербаков
Общая длина черепа 100,5 97,8 96,7 93 1 100,2 1 1 96,5 ! 1 I 88
Основная длина • . j 75 74,9 75 71 79 74,2 67,2
Кондилобазальная длина . ' 88,2 84,9 85,3 83,2 » 84,2 81,8:
• Кондилобазилярная , . . ; 85 , 82,3 82,2 78,9 82,7 82,6 74.9 i I!
Ширина скул Наиболее широкое место в скуловой ! 47,6 4G,8 46,2 44,2 47,8 1 1 47,5 I 1 47,5 ;
дуге . . . . ! Ее ширина у переднего края глаз- 9,2 10,2 82 7,1 9,8 8,8 7,5 '
ницы ..... 6,3 7,5 6,7 5,8 i 6,3 i 5,4; 1
Наибольшая длина носовых костей , Ширина между глазницами непосред- ственно позади prccessi postorbi- 45,7 44 44,8 44,3 45,9 । 40 ' i
tales . • От узкого заднего края os praemaxillare ! 15.2 14,3 14,2 13,6 15 14,9 13,4 '
до основания передн. резцов 52.4 49 49,2 49 — ! 50,8 44,2
Длина foramina incisiva. Ширина черепн. капсулы от боковой 25,7 26, 23,9 24,2 — 25,3 ; 1 1 23 : 1 ‘1
части meatus auditorius externus . • 35.5 36 36 32 — 35,8 32,7 *
Наибольшая высота нижней челюсти . . 44,4 48,9 46,7 39,9 45,2 45 40,7 •:
Lepus europaeus transsylva
nicus Matschie. Lepus europaeus caspius Ehrenb.
42,4 » 45,7 1 36,5 1 35,3 i 1 - 1 24.3 ! 26 1 49 j 50,1 1 51 3‘5l 1 41,3 ; 42,5 i 1 ст ст со СТ ст 7S.3 | 80,7 Ст 70,5 со №5 J 3/П 1914г. Бель-Бек. Крым. Е. В. Мартино. № 7”9”147il-i47. Инкерман. Крым. Мартино.
ст То «и Тл 1 84,2 *1 IO Ti 95.8
№2811 VII 1912г.
о CO to IO co p 0 р м м •л ст ст -1 ст ст Окр. Симферополя.
M To СЛ Тл То То То 0. С. Щербаков.
co CO co to IO co co 0 СЛ J-1 *— ст 3 СО со Minimum.
Тэ To rf*. 4^ Т—» То То То То
CT co ст to CT СЛ IO »-4 СЛ СЛ ». д О *1 ст СЛ $ со 8 Maximum.
CD СЛ 4^ To CD Тл to СТ То СЛ
№ 1 27/1 13 г. Хох-
СЛ s CT о СЛ ст ст СП со ст ст со р лацкое, Астрахан. г.
to CT Тл >й> Т—* То То То Н. А. Чугунов.
•u co Ю СЛ Дч. '00 ст со >—» о № 2 274 13 г.
p J-l p jU Сл ст ст IO ibidem.
To "X lo '-‘1 . To ~ст То То То То То
co frO 0- ^д ст со № 3 27/1 13 г.
«С» CT СЛ To CT p р р То > JO То р То 00 СЛ со Ibidem.
rfb. СЛ co *1 to СЛ »-* JO •£ СЛ р >и 00 р ст СЛ р со № 4 9 27/1 13 г.
Vi co 00 ft м Тл То Тл То То Ibidem.
co p to tb> U to «ь. СЛ ст СЛ <0 ст со со р Minimum.
CT СЛ To CT ►—к Тл Т—• СО То ст со
p co J-l to *1 СЛ co СЛ е ^д со ст СП ст со ст о to Maximum.
M Tu To U* То ъ> Тл То То То со То
4^ co о Ю СЛ CT co iU со ст 00 ст ст го 1 м р со СЛ Minimum.
Тл т-« То То СЛ То ст
CT о co c? СЛ Oi CT СО м СЛ со IO 1 ст со о ст Maximum.
to 00 CT То •—• ”-1 То То
Таблица 2.
126
работе Н. А. Северцов пишет об этом следующее: „В летнем наряде
(беляки) краснее московских: волосы ярко-рыжие, с черными концами,
что производит блестящий желтобурый цвет: в зимнем без малейшей
желтой примеси.
Мы видели две шкурки беляков, добытых в Шиповском лесу
Павловского у. и хранящиеся в Лесном Институте в Петербурге. К
сожалению, у этих ноябрьских зайцев сохранились только остатки
летней шерсти на средине спины, но тон этого меха был очень яркий
п рыжий.
Лесничий Опытного Шиповского лесничества М. Н. Пащенко
любезно прислал нам две шкурки (с черепами) местных беляков. У
одного добытого 4 (17) XI 1922 г. сохранились остатки довольно рыжег>
п яркого летнего меха.
Измерения черепов этих зайцев таковы:
А» 1. [4 (К) XI]. № 2. [10 (23) ХП|.
Общая длина черепа 100,4 101,0
Кондилобазальная длина ... . 89,3 89,2
Основная длина 79,0 78,5
Ширина скуловых дуг 51,7 49,2
Наиболее широкое место в скудо- вой дуге • 8,7 10,1
Ее ширина у переднего края глаз- ницы 7,0 6,6
Длина носовых костей 41,7 41,0
Ширина непосредственно позади pi’Oec^ni poAorbitalcs...... 15,3 15,6
От узкого заднего края os р,а<та- xillare до основания передних резцов 50,2 49,8
Длина foramina incisica 24,0 24,0
Ширина черепной капсулы от тса- ti auditor ii externi 39,3 37,1
Наибольшая высота нижней че- люсти 51,1 1 50,2
Длина верхнего ряда molars . 19,2 18,8
За недостатком материала трудно говорить что-либо о краниоло-
гических отличиях нашего беляка от северного. У южных беляков,
как кажется, черепа несколько длиннее и уже. Эти признаки только
едва намечаются, и неизвестно, подтвердятся ли они на большом
материале.
127
В коллекции Зоологического Музея Московского Университета
имеются беляки из Кузнецкого у. Саратовской губ; интересно, что
окраска их светлая, рыжая.
Мы надеемся вскоре получить дополнительный хороший материал
по белякам из Воронежской губ., и тогда, думаем, будет возможность
установить особую более яркую, рыжую южную форму этого зайца,
которая изолирована от ореала распространения северного подвида в
лесных островах, окруженных пространствами широких южных степей.
Подотряд 2. Simplicidentata.
Сем. JACUL1DAE. Подсем. S1CISTINAE.
Sicista nordmanni Keys, et Blas.—Южная мышевка.
(Фот. 2).
Ио свидетельству Я. А. Силантьева (1. с. 1898, стр. 20—21), этот
хорошенький грызун очень обыкновенен на твердых залежах Каменной
степи. Первый экземпляр Sicista nordmanni был добыт нами невдалеке
от села Курлака, Бобровского уезда, на просяном поле. У этого зверка
во рту были найдены остатки просяных зерен.
В 1921—1922 годах нам удалось добыть хорошую серию мышевок
в Каменной Степи, где эти грызуны довольно обыкновенны.
В неволе мышевка хорошо и быстро привыкает. Зверка можно
спокойно брать в руку, где он ведет себя сравнительно смирно, но
все обнюхивает и рассматривает. По временам он слегка пробует кожу
рукп зубами. Необыкновенно длинный хвост мышевки сравнительно
подвижен; его конец зверок иногда характерно подгибает и прицеп-
ляется к предметам. Он может также охватывать стебли, палец руки
и прочие предметы, как это делает мышь-малютка. Голос зверка—
громкий, очень тонкий свист, слегка напоминающий свист суслика,
но более высокий и нежный. По временам можно видеть, как мышевка
усаживается на задние лапки и сразу, одновременными движениями
передних лапок, начинает „умывать11 свою мордочку.
Мышевки деятельны и днем, и ночью, но днем выбираются из
своего гнезда не очень часто. Мы устроили им удобное помещение»
положив в клетку старое (зимнее) гнездо полевки (Microtus arvalis Pall.).
Мышевки сделали несколько ходов и устроились в гнездышке видимо
очень удобно.
По нашим наблюдениям, мышевки охотно едят свежую траву,
особенно стебли ее (предпочитая всему стебли одуванчика), а также
картофель, хлеб, молочную пшеннур кашу. Между собой они не де-
рутся. Попытки драться были только сначала совместной жизни в
одной клетке, а затем прекратились.
128
Относительно биологии в неволе А. А. Силантьев (1. с. 1898, стр.
20—21) пишет: „Mbinnta эти весьма нежны; посидев в яшике или
банке с землей, с набросанной туда травою, на другие—третьи сутки
делаются скучными, вялыми, спят на задних лапках, на подобие туш-
канчиков, подняв передние, скорчившись в комочек и дрожа всем те-
лом (не от того ли произошло Эверсманновское название „зябкая
мышь") и скоро издыхают".
. Мы совершенно убедились, что для держания в неволе мышевки
неопределенно долгое время с тем, чтобы зверок чувствовал себя хо-
рошо,—необходимо соблюдать два условия: хорошо кормить мышку и,
главное, держать клетку в большом тепле—от 25—30° Ц., лучше всего
на русской печке. Мы впдели, как совершенно умирающий зверок,
появлявший утром (после ночи сидения в клетке) лишь слабые при-
знаки жизни, ожил и стал весел в какие-нибудь Ч часа после того,
как клетка была поставлена на теплую русскую печь.
ПОДСЕМ. JACULINAE. РОД. ALAGTAGA.
Alaqtaga saliens saliens Gme 1.—Земляной заяц
По словам А. А. Силантьева, земляной заяц встречается в Ка-
менной степи. По нашим наблюдениям, этот грызун здесь почему-то
очень редок. Его норы ыы находили на залежах, на межах, а также
на больших дорогах. В Зыковской и Нечаевской степях (Бобровского
уезда) земляных зайцев встречается много больше. Особенно обыкно-
венны эти зверки, по словам заведующего Никольским Опытным по-
лем близ Воронежа, на защищенной песком второй речной террасе
р. Дона, невдалеке от сада Опытного поля.
В Каменной степи мы разрывали несколько нор, но, к сожалению,
не находили их обитателей. Вот строение норы, разрытой около „Круг-
лого Пруда" в Каменной степи. Около входа в нору была небольшая
кучка земли, плоско рассыпанная и слегка примятая. Вертикаль-
ный диаметр входа в нору был 11 см., горизонтальный был равен
10 см. Нора образовала почти прямоугольный загиб на глубине
54 см., направленный вправо. Предпоследнее колено норы длиною в
43 см. круто шло вниз, сравнительно с относительно пологим первым
отделом норы; последний, слепо завершавшийся, отдел имел в длину
всего 12 см.
Глубина хода у начала концевого участка (в 12 см.) была 61 см-
Невдалеке от этого места вертикальный диаметр хода был—9 см., го-
ризонтальный—8. От второго колена хода (в 43 см.) шел назад не-
сколько поднимающийся кверху узкий побочный ходик (вероятно мы-
шиный). Его диаметр был только 2—3 см., длина—30 см.
129
22 VI (5 VII) 1919 г. нам принесли молодого земляного зайца, пой-
манного близ с. Мохового Бобровского уезда. К сожалению, зверок
прожил в неволе только 4 дня. Как теперь нам совершенно ясно, он
погиб от недостатка тепла. Движения земляного зайца были очень
своеобразны: он передвигался неловкой поступью, сильно опустив пе-
реднюю часть туловища. Пр^ такой поступи хвост был дугообразно
изогнут и волочился по земле. Во время прыжков тушканчик высоко
поднимался на задних лапках, его передние конечности бывали при-
жаты, к груди, а хвост высоко поднят и не дотрагивался до земли.
Вероятно при движении прыжками хвост служит как бы рулем, но не
для отталкивания от земли, т.-е. исполняет ту же роль, как у кенгуру.
Очень интересно земляной заяц чистил свой мех: он ложился на
бок, облизывал мех, а затем характерно тщательно облизывал свой
длинный хвост, подогнув его вперед и медленно подтягивая его по
направлению от основания к концу вплоть до широкой и красивой
концевой кисточки. '
Спал земляной заяц повернув голову назади вниз, при чем вся го-
лова с длинными ушами исчезала под животом спящего зверка. Во
время сна он довольно широко расставлял свои длинные конечности,
тогда как хвост или прямо был вытянут назад, или свернут полу-
кольцом.
Интересно отметить крайнюю доверчивость зверка, который позво-
лял брать себя в руки, гладить. Последнее, видимо, доставляло живот-,
ному большое удовольствие: земляной заяц закрывал глаза и лежал
при этом очень смйрно на руке. Утром он крепко спал до четырех
часов дня, когда начинал возиться некоторое время, ел и снова засы-
пал до вечера. Перед самым заходом солнца зверок становился очень
беспокойным и, выпущеный на двор, прыгал и резвился на песке.
Земляной зайчик ел листья капусты и очень охотно сосал вату,
смоченную молоком.
СЕМ. MUSCARD1N1DAE, Р. DYROMYS.
Dyromys nitedula obolenskii subsp. nov.—Средне-русская
л лесная соня.
Типы-. Хреиовской бор, Бобровский уезд. Воронежской г. (№ 156
z 14 (27) VII 1922; № 161 ; 16 (29) VII 1922 г.; кроме этих еще 4 экз.;
все добыты С. И. Оболенским).
Диагноз: Спина бледно-серо-палевая с слабым коричневато-рыже-
ватым оттенком; на боках окраска бледная серо-палевая; брюшная
сторона белая с легким желтовато-палевым оттенком. Хвост серый
сверху; белесый с легким палевым оттенком снизу.
130
Описание: Передняя часть морды и область между глазами пепельно-
серая с легким палевым оттенком (тона среднего между „light оПп-
дгау* и „olive-gray* (Riilgu-aij. 1!Н2. pl. LI.г, на лбу примешивается
бледный желтовато-палевый тон, средний между „l>uffy-brou'Hu (I. е. pl.
XL.'y и „<1гаЬ“ fpl. Л'Ы7.)Этот цвет делается особенно отчетливым на
спине, где у некоторых старых особей он приобретает более ржавую
окраску. Расцветка отдельных волос спины такова: нх основания темно-
пепельно-серые; окончания бледно-палево-сероватые; среди массы волос,
имеющих подобные концы, попадаются некоторые с более или менее
широкими буро-черноватымп кончиками, придающими общему тону
меха более тусклую окрайку. На боках мех много светлее;* здесь осо-
бенно наглядно выступают очень • бледные серо-палево-желтоватые
концы волос. Основания волос брюшной области бледные свинцово-се-
рые, окончания белесые с желто-палевым оттенком. От переднего от-
дела носа, охватывая собою глаза до уха, тянется полоска чернова-
того меха, довольно контрастно выступающего на сером фоне лба и
палево-белесой расцветке щек.
Хвост одет сравнительно короткими (10—12 м.;м.) волосами об-
щего серого тона. Эти волосы имеют серые основания и белесые вер-
шины, среди них примешивается подавляющее количество волос, име-
ющих черноватые концы, которые придают общему тону хвоста серый
вид. Нижняя часть хвоста по средине палево-белесовая; лапки белые;
когти окрашены в грязно-белый цвет.
Молодые отличаются от старых гораздо более серой спиной, в
цвете которой отсутствуют ржавые тона.
Для сравнения с воронежскими сонями мы могли просмотреть
прекрасную серию этих зверков, хранящихся в коллекции Зоологи-
ческого Музея Академии Наук. Оказалось, что экземпляры из Сара-
това (из Ергеней)—сборов Хлебникова, из Казанской губ.—сборов проф.
Эверсмана, т.-е. из типичных мест описания Dyrowy» niMula Pall,
очень резко отличаются от наших воронежских сонь.
Эти особи гораздо рыжее и ярче окрашены, лоб у них бледнее,
более белесый, полосы около глаз чернее. Особенно отличается по
цвету спина: она яркого ржаво-палево-рыжеватого тона (цвета сред-
него между „cinuaiwup' и „sayal-lhou-n*, llidgiray, pl. XXIX). Этот ры-
жий тон со всей отчетливостью выступает на боках, которые много
цветистее, чем у воронежских сонь.
Интересно далее, что хвосты сонь с нижней Волги много пу-
шистее, чем у воронежских.
Необходимо указать, что в яркой окраске поволожских сонь мы
имеем перед собою не возрастную изменчивость.—Прекрасная серия
шкурок молодых сонь из Ергеней, сборов Хлебникова, наглядно п
131
•отчетливо убеждает, что очень юные особи почти столь же ярко окра-
шены, как старые.
От Dyronuj* nltedula tichomirowi Sahin., которую К. А. Сатунин *)
описал из Закавказья, воронежский подвид отличается несколько бо-
лее бледной окраской и серым тоном хвоста, который у закавказской
•сони имеет довольно явный палево-рыжеватый оттенок.
У просмотренных нами D. п. tiehomiroici Sahin, из Закавказья
'(Л» 23 ‘2 15/VI 1915 г., Мцхет, Б. С.- Виноградов; № 579, 1844 г. Кав-
•каз, Колл. Зоол. Муз. Академии Наук) мы легко могли отметить отли-
чия, которые Сатунин считает особенно характерным.—„Закавказская
лесная соня", пишет Сатунин (I. с., стр. 163), „стоит ближе к пер-
•сидской соне *Dyromys ndcdula pictus Blanf., чем к европейскому под-
виду, от которого ее сразу резко отличают яркие ржаво-рыжие пятна
за ушами и такого же цвета полоса, проходящая по границе между
окраской верхней и нижней стороны тела". По этим признакам закав-
казский подвид хорошо отличается и от воронежских представителей.
Сколько-нибудь прочных краниологических отличий между во-
ронежскими сонями и сонями нижней Волги нам отметить не уда-
лось. Это об'ясняется сравнительно скудным материалом, который был
у нас в руках из Поволжья.
Провизорно мы можем отметить только, что у поволжской ста-
рой сони череп несколько длиннее, чем у старых особей наших сонь,
и что носовые кости также несколько более вытяпуты.
Экземпляры, несомненно принадлежащие к этому подвиду, мы
нашли в коллекциях Зоолог. Музея Академии Наук из разных мест
Европейской России. Так, например, из Змиева Харьковской губ.
Н 14'V 1919 г. сбор Б. С. Виноградова), из дол. р. Орчнка, между
дер. Камышеватой и Варваровкой (сбор. И. А. Зарудною), из Гроднен-
ской губ. (Беловежская пуща, А. К.^Мордвилко), из Тверской губ.
(.\d 11.637, Тюлин). Соня этой формы была добыта С. Н. Горбачевым
ш Свенского лесничества Брянского уезда, Орловской губ.; Л. А.
Лл/ртенко доставил пам один экземпляр из Почапинц Звенигор. у.,
Киевской губ. 12/IV 1913 г.). Наконец, С. С. Туров * **) нашел этот
подвид в Раненбургском уезде, Рязанской губ., близ села Дубового.
Интересно, что экземпляры сборов Турова представляют некоторый
переход к более яркой форме Поволожья.
Нам кажется наиболее вероятным, что к описываемому подвиду
Lfyeomy* nitedula оЬо1ен*кн subsp. nov, относятся все сопи, населяющие
часть Европейской России, а также юго-восточную Европу; только,
Млекопитающие Кавказского края, т. П, 1920 г., стр, 161 — 165.
**) Предварительная эаметка о млекопитающих Рязанской п Тульской г.г., Руссы.
Зопд. Журнал, т. II. № 6—7, 1918, стр. 181—192.
132
начиная с Поволжья выступает область распространения основной,.
ТИПИЧНОЙ формы D. milethda nitedida Pallas.
В пределах Воронежской губ. лесная соня впервые найдена
Н. А. Северцевым *) в 1853 году между реками Воронежем и Усманью,
т.-е. вероятно в Усманском лесном массиве. По исследованиям А. А.
Силантьева **), соня обыкновенна в Хреновском и Шиповом лесу,,
в особенности в первом из них.
По Силантьеву сони придерживаются преимущественно дубо-
вых насаждений; однажды только пастух принес зверка, добытого в
березовом дупле. „В Шиповском Лесу", пишет Силантьев, „в 1895 году
несколько сонь под ряд поселилось среди молодняка в психометри-
ческой будке, на высоте 10 метров. За ночь зверки натаскивали
листьев липы, ясени, дуба и мелких прутиков, а днем засыпали.
Каждый день гнездо разоряли, и за ночь зверки снова его устраивали,,
пока их поочередно не переловили. Зимою, по наблюдению Шестакова,
часто был седаем батист на смоченном термометре, что он приписы-
вает проказам этих зверков".
„В Хреновском бору сони живут преимущественно в дубовых
дуплах и, по словам Баранца и некоторых об'ездчиков, любят очень
мед, ради которого пробираются в привешиваемые к стволам деревьев
улья, где их приходилось ловить об'ездчику Журихину“...
„Лесные сторожа хорошо знают соню, так как ее часто ловят и
приносят домой кошки, но не вполне уверены, есть ли это самостоятель-
ный вид или молодая белка; большинство называет сонь „бельчатами",
и только раз, на Вислом кордоне, от об'ездчика Адрианова я услы-
шал особое название „лисичка". „За 1895—96 года у меня перебывало
в руках до десятка сонь, задавленных кошками, словленных в кап-
каны и одна даже добытая живою (G/V11—96 г. в квартале 60) в
дупле дуба, при чем последний случай представляет интерес, так
как в вершине того же дупла помещалась колония летучих мышей
Vesperuyo noetula. Отверстие щелевидного дупла шести вершкового дуба
находилось на высоте 1>/г сажен от поверхности земли; на дне этого
дупла находилось гнездо сони из сухого зеленого мха; выгнать ее из
дупла удалось при помощи длинного прута, благодаря которому она
выскочила из Проклеванной дятлом дырки".
В настоящее время сони, вероятно, значительно реже встре-
чаются в Хреновском лесу; по крайней мере на все расспросы лесники
отвечали полным неведением, совершенно не знали этих зверков,,
между прочим и лесник М. Журихин, сын того самого об'ездчика Жури,
хина, на которого ссылается А. А. Силантьев в своих интересных
*) Северцов II. А. 1. с., 1855, стр. 17.
♦♦) Силантьев Л. А., 1 с., 1898, стр. 18—20.
133
•очерках. Возможно, что обычное похождение сонь в 1895—1896 г.г.
обусловливалось периодическим размножением этого зверка, при чем
некоторый максимум пришелся как раз на этп годы.
Только в 1922 году, благодаря энергичным исследованиям
С И. Оболенского, нам удалось получить ценную серию воронеж-
ских сонь. , '
Они были пойманы невдалеке от Чигольского кордона на сырых
местах бл. Мартыновских болот, в районе, где было много старых
дуплистых осин. Кругом было много дубов, невысокой липы и вязов;
почва в этих местах поросла папортниками, лежало много осиновых
листьев. Две сони попались под кустами ивы в сыром месте
• на берегу болотистого озера, которое по берегам густо поросло
осокой.
Там же на берегу Мартыновского болота была поймана в мыше-
ловку (28(15) VII 1922 г.) молодая соня, прихлопнутая проволокой за
хвост. Когда зверка освобождали и приподнимали проволоку,—он за-
стонал певучим, нежным голосом, раза три—четыре.
В этот же день вечером посаженная в клетку соня оживилась,
и тогда повременам издавала стрекочущие звуки, слегка похожие на
писк летучих мышей, но более мелодичные и глухие. В неволе про-
жила двое суток. Ела яблоки и хлеб. Пшенную кашу, разные травы
не трогала.
29 (16) VII 1922 года в ловушку, поставленной в кусте ивы на
сыром берегу Мартыновского болота, попалась старая соня. Она ве-
роятно была слегка задета дужкой капкана и оглушена. Зверок сидел
около, сжавшись в комочек, у него был поврежден левый глаз.
В клетке эта соня прожила только несколько дней. В течение
недолгой неволи она, повидимому, ничего не ела.
Большую часть времени Зверок лежал свернувшись в клубочек
в вате, обернувшись снаружи своим пушистым хвостиком. Изредка
соня пыталась ходить, но все движения ее были неуверены, вялые, и
тело вздрагивало временами крупной дрожью; к тому, что зверка брали
в руки, он относился безразлично, не пытаясь кусаться, не обнюхи-
вая незнакомой обстановки, как это делают другие мелкие грузуны.
Думается, что эта исключительная вялость обусловливалась поране-
нием, которое, как оказалось, было значительно: у сони обнаружен
при снятии шкурки пролом левой лобной кости и значительные
кровоподтеки.
134
Измерения Dyromys nitedula obolenskii subsp. nov. Длина тела и головы. Хвоста-|-кон- цсвые во- лосы. Ухо (по внешнему краю). Передняя ступня без когтей. Задняя ступня без когтей.
№ 154 <5 ad. 27 (14) VII 1922 г. Хренов, лес. 48 кв I 100 81-J-12 13 12 ! 90
№ 158 <5 29 (16) VII 1922 г. Ibid. -j 89 85 J-16 11 13,5 1 ! 21 .
№ 155 2 26(13) VII 1922 г. Ibid. 37 кв.! 88 80-44 15 12 21 i
.V 156 2 27 (14) Vll 1922 г. Ibid. 36 кв. i : 102 83-413 13 12 i 20
№ 157 Q 29 (16) VII 1922 г. Ibid. .1 87 । 75 14 12 21
.V 161 2 29 (16) VII 1922. г. Ibid. .j ! 96 — , 13.5 1 13 1 20
1 / 1 1 1
Измерение черепов. X nJ tn nJ ан. окрест. 890 г. сов. « t с и м nJ , (14) VII ов. бор. кий. •шэрр ПЛ (31) •шэрь IA (И) 1(16) VI jidem.
Dyromys nitedula nitedula Pall, и О s ! X — ± £ 1 5 з « х : о.с g 102 С 7 г. Г V 27 Хрен олене n он г. It / 27 : г. 1Ь Г О' j ~- 1 г. П
Dyromys nitedula obolenskii Ogn. ?i СО м do 5 о, § 55 922 154 922
2 1^0 №1 192 — — 2 1 —•
Общая длина черепа и !' . ! । i 28 i . ! i i 2u,8 ! 24,9 2G,6 | 25,7 i
Кондилобазальная длина । 24,8 I — 25.2! 23,5 25,2 •J3
Межглазничная ширина. . г 4,3 4,3 4,5 4,2: 4 | 3,8 4Л
Длина ножовых костей . •1 . '1 I1 9.9 9,3 9,5 9,4 9,2 9 9,2
Ширина носовых костей спереди . 1’ 2,8 3 2,7 2,7 2,5 j 3 2.9
Ширина скул . • 1' — — — 16,5 j i 14,9 J 16,2 14,7
Длина bullae nsscae г 7.2 — — 6,7 6,4 7,3 6,7
Ширина каждой bullae . г j * — — 5,2 5,2 ! 6,i 1 5,7
Вышина черепа \ П — — 11,3; 1 Ю,7 i 10,7 : 1,2
Ширина черепа 1 14.1 1 _ I — 13 12.2 ! : 13 । I 13.1
Длина коренных зубоь . 1 3,9 1 4.1 1 4,3 3.7 4,2 ! 3,21 4,1
D. п. nitedula Pall. D. n. obolenskii Ofi^neV*
136
Сем. MUR1DAE. Подсем. CR1CET1NAE.
С ricetus cricetus rufescens Nehr.—Хомяк. .
В рукописных заметках покойного А. А. Силантьева, любезно
переданных мне для просмотра проф. Г. Г. Доппелъмайером, мы нахо-
дим для „Хренового участка", следующую заметку: „Кам. степь 9 IX
1898 г. Ночью кот задавил трех штук, о чем мне сообщили, когда хо-
мяки были уже выброшены, так что я их лично не видал. I X 1898 г.
видали на чердаке дома хомяка, уничтожавшего семена ЕЪаупн*
а;нр<*И/ЬИаи.
Приводим далее интересные наблюдения Г. Г. Доппелъмайера,
который предоставил нам свою рукопись с пометкой 1899 года.
„Хомяк на Каменной степи", пишет Доппелмайер, „в своем
распространении занимает пространство непосредственно примыкающее
к усадьбе. Питомник, ивовый рассадник, лесокультурные полосы у
Круглого пруда и полосы, лежащие непосредственно за метеорологи-
ческой станцией заселены хомякбм. В указанных пределах хомяковые
норы попадались не только в степи вблизи лесокультурных полос, но
и в самых полосах и даже на дорожках, ведущих к опытному ко-
лодцу. Особенно облюбовали хомяки вал, окруженный питомником и
• осаженный вязами. Мягкая, насыпная земля, представлявшая неболь-
шое сопротивление при рыТье норы, предпочиталась хомяками".
„Хомяк с полным правом может быть назван животным много-
численным на Каменной степи, и нет возможности сделать прогулки
по усадьбе, чтобы не натолкнуться на его норы, а в сумерках не
встретить и самого зверка".
„Привлеченный культурными условиями, созданными человеком,
хомяк засепился и размножился приблизительно с 96 по 99 года, т.-е.
<• начала того времени, когда посадки представляли уже крупную по-
росль и придавали местности смешанный характер". „29,V (11/VI)
1900 г. я разрыл нору хомяка, расположенную на площадке опытного
колодца, и добыл из нее самку хомяка с 12 детенышами. Размеры и
расположение норы видны из прилагаемого чертежа.
„Маленькие хомячки были слепы и голы, розовато-телесного цвета
за исключением спины,—пробивавшийся темный пушок придавал ей
легкий синеватый оттенок. Они помещались в гнезде на мягкой под-
стилке из соломенной трухи".
„Длина хомячков колебалась от 49—52 м м. (без хвоста) при длине
хвоста в 6—12м м“.
„В нору вели три отверстия, при чем два близ лежащие соеди-
нялись на глубине 1>,2 дец. в один наклонный ход; к этому ходу
136
на глубине 125 см. примыкал третий. Этот ход был вертикальным на
протяжении 84 см., а затем делался наклонным.
На. глубине 135 см. помещалась служившая гнездом камера
длиною в 45 см., шириною в 30 см. ив 15 см. высотою. Она продол-
жалась в слепой ход, заполненный свежей травой и имевший в длину
40 см. и 6 см. в диаметре; в конце его находились испражнения.
Нора хомяка имеет не менее двух наружных отверстий; из ко-
торых одно входное ведет в вертикальный, а другое выходное—
в наклонный ходы, соединяющиеся на известной глубине. Диаметр
отверстий нормально’ равен 7—8 см. Глубина Хомяковых нор варьи-
рует от 4t арш. до сажени, в зависимости от пола и возраста их оби-
тателей, а также в зависимости от того, предназначена ли нора на
лето или на зиму".
„В какое время года хомяки роют свои норы—вопрос открытый.
Опишу факт, заставляющий думать, что нора роется в осеннее время
самцом и самкой совместно".
„5(18)1Х 1899 г. я гулял в сумерках у посадок, окружающих
Круглый пруд. Сопровождавшая меня собака внезапно стремительно
бросилась в сторону, и тотчас раздалось фырканье и визг хомяка,
храбро сражавшегося с большой дворняжкой".
„Бросившись к месту сражения, я увидал хомяка, скрывавшегося
в нору, тогда как один, вцепившись в ухо собаке, обратил ее в бегство
и намеревался шмыгнуть в нору вслед за своим компаньоном".
„В этот момент он был убит ударом лопаты. Покончив с ним, я
принялся вырывать скрывшееся в пору животное и достал самку
хомяка".
• „Убитый самец имел в длину без хвоста 305 м/м, хвост в 50 м м.
Самка соответственно 245 м м и 45 м м. Хомяков, очевидно, застали за
работой: свежая только что набросанная земля и незначительная,
около аршина глубина хода указывали, что работа рытья только не-
давно была начата".
,,10(23)V 1899 г., возвращаясь вечером с охоты, я пересекал ку-
сок открытой степи за первой посадкой от Круглого пруда и едва не
наступил на небольшого зверка, быстро скрывшегося в нору. Немед-
ленно запустив в отверстие руку и нащупав мягкое живое существо,
я начал вытаскивать его из норы. Несмотря на все усилия, мне не
удалось извлечь зверя. Я отнял руку и услышал знакомое бормота-
ние хомяка, яростно точившего зубы; воспользовавшись свободой, зве-
рок выскочил и скрылся в другой норе".
„Сделав несколько шагов вперед, я наткнулся на хомяков, бе-
гавших с хриповатым визгом по всем направлениям. Они скрывались
и вылезали из нор, при чем, появившись из отверстия, хомяк садился
137
на задние лапки, несколько раз приседал и снова приподымался;
сначала медленно, а затем бегом, начинал шнырять по степи, играя
и прыгая во все стороны. Хомяки подбегали к чужим норам, влезали
туда, но яростное ворчание хозяев прогоняло их немедленно обратно.
Я стоял не шевелясь. Хомяки смело подбегали к самым ногам моим,
и один рискнул влезть на сапог и начал грызть голенище. Я дотра-
гивался до подходивших хомяков стволом ружья; они злились, визжали
ворчали и в полном недоумении дпко подпрыгивали"-
,,12(25)V ходил вечером наблюдать хомяков на прежнее место,
но видал только одного. Судя по числу отверстий, на месте наблю-
дения должны быть 3—4 гнезда; между ними, по различным напра-
влениям, проложены ясно.ваметные дорожки; некоторые из них ведут
далеко в степь, теряясь в траве. Хомяки бегают исключительно по
этим дорожкам, плотно утоптанным; окружающая их трава образует
нечто в роде коррпдора".
„Во время моего пребывания в Каменной степп я держал неко-
торое время в неволе самку хомяка с детенышами. Вынутые из норы
голыми и слепыми, онп были вместе с матерью посажены в ящик с
сеной и. соломой".
„Хомячиха, измельчив и смяв солому, устроила в углу ящика
подобие гнезда, где пища безпомощно копошились маленькие хомя-
чата. Когда мать уходила в противоположный угол ящика, они рас-
ползались по нему и. наткнувшись на мать, припадали к соскам.
Тогда самка, волоча детей за собою, возвращалась в гнездо".
„Когда подходили и заглядывали в ящик, хомячиха волновалась,
садилась на задние лапы и беспокойно ворочала головой, ворчала и с
шипящим звуком точила зубы. Я кормил ее молоком, травой, ово-
щами. Первоначально, ставя пищу в ящик, я загонял самку в угол,
но вскоре она привыкла ко мне, и я свободно залезал в ящик рукою
и брал детенышей, пока мать их занималась молоком или овощами,
Я бросал в ящик живых ящериц, и хомячиха сейчас же бросалась,
на них и загрызала, но мяса не трогала. Между тем она охотно ела
сырое мясо, которое я бросал кусочками. Даже молодые хомяки, успев-
шие подрасти и покрывшиеся шерстью, но еще слепые, скоблили мясо
своими маленькими зубками*.
Сопоставляя эти интересные наблюдения с нашими данными, мы
приходим к заключению, что в последние годы хомяков стало меньше
в Каменной степи. Конечно, редким этого грызуна назвать нельзя, но
особенного обилия его мы не наблюдали. Мы имеем перед собою обыч-
ное явление периодического размножения, столь характерного для
мелких грызунов. В годы наблюдений Г. Г. Доппелъмайера, вероятно,
это размножение имело временное максимальное выражение.
138
/
Довольно обыкновенны хомяки и в других местах Воронежской
губ,, как например, бл. с. Курлака Бобровск. у.
Летом 1922 г. мы держали хомяка в неволе. Приводим выписку
из'дневника С. И. Огнева от 30/VI—(13/VII). „Первые дни своего заклю-
чения в террариуме хомяк проявлял особую злобу: он подпрыгивал,
если нагибались над его клеткой, особенным образом шипел и пых-
тел при втягивании и выдыхании воздуха. В моменты наибольшего
раздражения, хомяк начинал быстро щелкать зубами.
Когда чистили террариум, зверок злился на причиняемое ему
безпоконство и в то же время с интересом присматривался, что делается
кругом.
Слегка привыкнув, хомяк у&е более не подпрыгивал, стараясь
кусаться, но начинал шипеть, если что-нибудь ему не нравилось. Ку-
сается хомяк сильно; ухватив зубами руку, например, палец, зверок
некоторое время висит в воздухе, уцепившись. Требуется усилие, чтобы
стряхнуть злобное животное. Максимальное действие укуса произво-
дится нижними резцами, которые наносят довольно глубокую ранку;
верхние резцы только делают поверхностную надсечку.
Днем хомяк спит или свернувшись в клубочек, или лежа на
спине, забавно подогнув передние лапки и вытянув задние. Сон
зверка крепкий; его глаза в это время плотно закрыты, дыхание мед-
ленное. На первый взгляд, смотря на своеобразную позу спящего
зверка, столь непохожую на положение спящего какого-либо иного
мелкого грызуна—кажется, что хомяк умер.
Он довольно прожорливое животное. Живший у нас охотно ел цветы
шалфея, сурепицу Barbarea, картофель, цветок и недозревшие зерна
подсолнуха', огурцы; но с особенным удовольствием хомяк набрасы-
вался на свежие стручки гороха, быстро и ловко выбирая горошины.
Поевши, хомяк принимается за свой туалет и ловко „умывается*
передними лапками, делая характерные движения, обчищая мордочку,
голову, область за ушами, облизывая лапки и красивое черное
брюшко".
Cricetulus migratorius migratorius Pall.—Хомячок темно-
цветный. (Рис. нор: 21, 22).
Этого хомячка А. Л. Силантьев ошибочно определил за СчМггз
arenarius Pall и впервые включил в список Воронежской фауны (1. с.,
1898, стр. 22—23): Два экземпляра были добыты, по свидетельству
Силантьева, в саду на хуторе В. А. Резцова, в Бобровском у.
По нашим наблюдениям, темпоцветный хомячок довольно обык-
новенен в исследованной местности. Первый экземпляр был добыт
11 (24) IX 1919 г. на гумне села Нового Курлака, Бобровского у..
139
В 1921/1922 г.г. мы достали очень хорошую серию этих зверков. Они
держатся особенно охотно на широких твердых межах ^ежду поля-
нами. Мы тщательнб исследовали несколько гнезд. Первое гнездо было
разрыто С. Й. Оболенским 4(17) УШ 1922 г. на меже около Опытного
поля в Каменной степи. Нора, открытая С. И. Оболенским, довольно
сложная. В камер? С было взято 6 молодых уже зрячих. В ка-
мерах В и А заключалось много ржи, зерен и обрывков колосьев,
шелухи подсолнухов и несколько зерен желтой акации. Интересно,
что до лесной полосы, где растет эта акация, было не менее И версты.
Молодые взяты из гнезда, сделанного из сухих травинок и пе-
рышек. Посаженные в террариум молоденькие хомячки громко кри-
чали и проявляли крайнее волнение, прилагая все усилия, чтобы вы-
скочить из своего заключения. Кусаются зверки сравнительно слабо.
5 (18) УШ 1922 г. С. 11. Огнев и С. И. Оболенский отрыли на
меже скошенного ржаного поля близ Круглого пруда сложное гнездо
хомячка (см. рис.). В кладовых были многочисленные зерна ржи,
желтой акации, какие-то мелкие луковицы. Гнездовая камера,
расположенная довольно высоко, близко от земной поверхности, была
выложена сухими травинками и перьями грача, которые были довольно
сильно изгрызены зверком. При разрывании гнезда взято трое еще
слепых молодых и старая .самка. Интересно то, что у самки,* быдщей
еще при слепых молодых, оказалось семь довольно значительных за-
родышей. Этот факт наглядно показывает интенсивность размножения
темноцветного хомячка.
7 (20) УШ 1922 г. мы отрыли еще одно гнездо (рис.) на меже
бл. Опытного поля. В „кладовой" поймана старая самка, при вскры-
тии которой мы обнаружили 7 зародышей.
В 1921 г. нам удалось сделать довольно много наблюдений над
описываемым хомячком в неволе. Приводим выписки из дневника
С. И. Огнева: „3 (16) УШ мне принесли Cr/etfulue migiatoiiu* *ad.
Хомячок в первый день своего пребывания в неволе был настроен
крайне агрессивно: он громко и скрипуче заливающимся, цикающим
свистом выражал свое гневное и злое настроение, когда в ведро, где
сидел зверок, протягивали руку. Если его трогали, он больно и сильно
кусался, все время сердито крича". „4 (17) УШ нрав хомячка, к мо-
ему. изумлению, стал резко меняться: он поел весь хлеб, который был
положен и ведро; очень уютно и не без удовольствия уселся на не-
скольких кистях поспевшего проса, которое я бросил зверку в ведро,
совершенно не издавая своего злобного возбужденно-испуганного
крика".
„Зверок уже не кидается на протянутую руку, но обнюхивает
ее и даже слегка лижет палец руки. Днем он почти все время спит,
по
свернувшись в очень оригинальный клубочек: подвернув толстую го-
лову к хвосту, подняв ушки и загнув под себя короткий хвостик.
После еды чистится очень ловко и красиво; он делает быстрые движе-
ния передними лапками (от ушей к мордочке),,лижет лапки и опра-
вляет мех на боках. При движении (на бегу и ходу) тело хомячка
довольно сильно вытягивается, расправлен и хвостик; уши при-
подняты, и тогда они ярко и заметно выступают из пушистого,
короткого меха".
- Вскоре этот зверок настолько привык к людям, что позволял
брать себя в руки, лазил по рукам и в рукава, все обнюхивал и ни-
когда не кусался. Если предложить хомячку какой-нибудь вкусной
пищи в большом количестве и па новом месте, вынув зверка из клетки,
то он быстро набирал корм в своп защечные мешки, отчего страшно
надувался, принимая озабоченный деловой вид. •
20/VIII (2, IX) 1921 г., в яму для картофеля, на дворе Бюро по
прикладной ботанике, бл. Опытной станции имени Докучаева, попался
старый темноцветный хомячок; там же сидела упавшая в яму Microtus
arvalis. Хомячок был положен в стеклянную банку, где тотчас при-
нялся есть предложенные ему подсолнухи. Полевку он грыз и бро-
сался на нее так энергично, что ее пришлось отсадить в другое по-
мещение.
Подсем. MICROTINAE.
Evotomys glareolus istericus Miller.—Светлая рыжая полевка.
Впервые эта полевка была найдена в пределах Воронежской губ.
С Д. Лерслешины.», 13 (26) IV 1917 г., в саду, в имении бл. ст. Пе-
релешино (ю.-в. ж. д.) Воронежского у.
В 1920 году эта полевка' обнаружена нами в пойме р. Битюга,
бл. с. Курлака, Бобровского у., а в следующие года работы нашей
экспедиции дайлена: в Хреновском лесу (Бобровского у.), в Шиповом
лесу (Павловского у.), и, что особенно интересно,—в некоторых лес-
ных посадках в Каменной степи. Всего собрана хорошая серия около
20-ти экземпляров.
Тщательное сравнение с московскими рыжими полевками не дало
нам каких-либо стойких отличий. Думается, что в подвидовом отно-
шении эти формы идентичны.
Самарские экземпляры довольно резко отличаются от упомяну-
тых выше более интенсивной, красновато-рыжей окраской шерсти.
Для точного выяснения вопроса о таксономическом положении
рыжих полевок, водящихся в России, необходим просмотр значитель-
ного материала шкурок из разных мест.
141
Вот измерения некоторых из наших экземпляров.
ИЗМЕРЕНИЯ Evotomys glareolus Istericus Miller. № 634 24/VII 1 21 г. Коршевскре лесничеств, Хре- новей. бор, Бобр. у. № 490 sex. 19/VII 1921 г. Каменная степь (Бобров, у.). № 756 О 27/VIII 1921 г. Ibidem. №765 sex. 17/30 VII 1921 г. Майд.Корд. Хреновое (Бобр. у.). О 12/25 VII1922 r. шипов лес, Па- вловского у.
Общая длина черепа 24,2 22,7 । 1 : 1 1 23,1 । I 1 ! 21,6 23,1
Основная длина. - . f 20,8 18,1 20,7 । 21,1 20,2
Кондилобазальная длина 23,4 18,4 22,7 1 1 23,9 । 9 22,5
Ширина черепн. капсулы 10,8 10,7 10,9 । | П,2 10,9
Ширина скул 12,8 11,9 . 12.5 i i3,i 12,7
Межглазничная ширина ; 3,4 3,8 1 J Г».8 | 3,9 3,8
Длина foramina palatina I 5,3 4,7 i 5,3 5
„ верхнего ряда зубов ! 4,7 ' 5.2 i *2 5,2
п носовых костей . 6,7 5,7 1 8,6 I < 6,8
тела 99 90 98 1 — 88
хвоста 50 39 42 — 37
» уха . . 14 12 1 12.5 — 14
передней ступни 9 9 • 10 — 10
п задней ступни . 18 17 1 i 17 1 1 17
Microtus agrestis subsp. ?—Полевка темная.
8 (21) VI 1922 г. С. И. Оболенскому посчастливилось поймать
старую самку этой полевки в 46 квартале Хреновского бора Бобров-
ского у. Нахождение этой, совершенно не изученной у нас в России,
полевки в Воронежской губ. представляет очень большой научный
интерес. »
По общему виду наш воронежский экземпляр весьма напоми-
нает московских ЛГ. rattiwps Keys, et Blas., но мех М. ayrntis subsp. за-
метно гуще и длиннее, хотя экземпляр несомненно в летней шерсти.
Темные основания волос шире, и ржавый тон общей окраски не
столь ясен, как у И. ratiieeps Keys, et Blas.
Спина у нашего экземпляра довольно интенсивно, темыо-буро-
землисто-рыжая. Брюшная сторона серо-белесо-свинцовая. Окраска
отдельных волос верхней стороны тела такова. Их широкие основания
темно-аспидно-серого цвета (тона blackish, slate); за подобными основа-
ниями следуют ржаво-палевые узкие предвершинные части (тона wood—
brown) и черноватые кончики. Среди волос, «окрашенных подобным об-
142
разом, попадается заметная примесь более длинных остей, имеющих
совершенно черные концы. Бока, по’ сравнению со спиной, немного
более ржаво-серые.
Длина спинных волос до 19,5 м/м. Основания брюшных волос до-
вольно глубокого свинцово-серого тона fJ-vp neutrdl gray), окончания
белесые. Эти концевые части не вполне .прикрывают основания волос,
вследствие чего получается свинцово-серо-белесая расцветка низа.
Структурой черепа наш экземпляр невидимому близок к москов-
ским (насколько можно судить по сохранившимся фрагментам: кости
черепа были раздроблены мышеловкой); зубы также не отличаются от
таковых у московских особей.
По общим признакам, как московские, так и воронежские темные
полевки стоят ближе всего к JZ. a. neglecius lea. и 21. a. ballloni de Selys.
Точное взаимоотношение этих форм необходимо выяснить, однако,
путем непосредственного сличения экземпляров. Наша воронежская
полевка по размерам тела несколько больше московских.
Раз меры. L. 119; с. 3S а. 13; ра 11; pl. 18,5 molarrs sup.—6,6; molars
inf. 6,3.
Lagurus lagurus lagurus Pall—Степная пеструшка.
(Рис. норы—23).
Впервые для Воронежской губ. этот интересный маленький гры-
зун отмечен А. А. Силантьевым. „На Каменной степи", пишет этот
автор (1. с., 1898, стр. 25), „я поймал в 1894 году при распашке за-
лежи один экземпляр невдалеке от таксаторского дома, и, приехав
на степь 6 июля 1896 г. в пору сенокоса специально ради добычи
мелких грызунов, я об'явил крестьянам плату в 5 копеек за „куцего
мыша" и в 3—за хвостатого, желая тем самым избежать наплыва
Arricola arralis и обратить внимание мальчишек на Ловлю степной
пеструшки. Результат получился прямо неожиданный — через не-
сколько уже часов сталп появляться с сенокоса, т.-е. о 10—15 летней
залежи, первые партии мальчишек ловцов, кто с кружкой жестяной,
кто с торбочкой, и во всех находились исключительно только пред-
ставители двух видов—короткохвостой Emniomys lagurus и длинно-
хвостой Smlnthus su’/tHls, придерживающихся, очевидно, залежей".
В работе А. А. Силантьева (стр. 119—120) приводятся интерес-
ные данные-о массовом размножении степных пеструшек в 1894 году
йа юге России, в частности в Воронежской губ. Всюду и в полях, и
в усадьбах, наконец, в домах—их было неисчислимое множество.
В 1919 году нам удалось добыть хорошую серию Lagurus lagurus.
Интересно, что стации этого зверка разнообразны. Так, 23—VIII (5—IX)
нами добыта пеструшка и болотистой поросли, бл. водокачки в парке
А. В. Станкевича около с. Курлака, Бобровского у.. Вскоре мы добыли
экземпляры: в мокром лесу, в долине р. Битюга’ на лугу бл. с. Кур-
лака, на ржаном поле, в селе, около дома. В 1921 году в Каменной
степи нам не удалось добыть ни одной Lagurus; в это время они бы-
ли здесь, вероятно, чрезвычайно редки. *
5 (18) VIII 1922 г. на меже между убранными ржаными полями
бл. Опытного поля в Докучаевской станции (Каменная степь) мы раз-
рыли гнездо степной пеструшки. (См. рис. 23). Гнездовая камера была
выложена соломой п травой. Зверок, к сожалению, убежал, но мы его
ясно и хорошо видели. \
13 (26) IX .1919 г. в селе Курлаке (Бобровск. у.) нам попался
очень интересный меланистйческий, черный (с буроватым оттенком)
экземпляр этого интересного зверка ( ' ad.).
Подсем. MURINAE.
Проверяя признаки различных мышей, мы пришли к заключению
о необходимости установления особого нового рода для группы лесных
мышей; мы называем этот род S у I v а е т и s gen nov.
Характерные признаки рода указываем в следующей синопти-
ческой табличке.
Носовой отдел черепа удлиненный: расстояние от gnathion до
заднего края [oramen infraorhitale значительно больше высоты черепа
сейчас же впереди первого коренного зуба. Первая петля т1 образует
равномерно закругленную дугу с тремя бугорками. Междуглазничные
области очерчены с обеих сторон полудугообразными контурами без
образования гребневых оторочек. Сосков 6 (р. 1—1: 1.2—2=6). Черного
ремня вдоль спины нет. р. Syl га е т и s yen nov. (Тип Mas syleaticu* L.).
Носовой отдел черепа короче: расстояние от gnathion до заднего
края- foramen infraorhitaie. обычно равно высоте черепа сейчас же
впереди первого коренного зуба. Первая петля образует дугу,
искривленную к внутреннему краю зубного ряда и несет 3 бугорка.
Межглазничные области очерчены с обеих сторон лишь слабо вогну-
тыми внутрь контурами с образованием ясных гребневидных оторочек.
Сосков 8 (р. 2—2; I. 2—2=8). Черный ремень вдоль спины всегда
хорошо развит, р. Apodcmus Каир. (1829;, тип Л. agraiiu* Pali.
Носовой отдел черепа очень укорочен; расстояние от gnathion
до заднего края foramen infraorhitale меньше высоты черепа сейчас
же впереди первого коренного зуба. Сосков 8 (р. 2—2; I. 2—2=8).
Черного ремня вдоль спины никогда не бывает. Ухо снабжено особым
треугольным клапаном, который может совершенно закрывать слу-
ховой проход; хвост хватающий, способный закручиваться около
разных предметов, р. Miw.mys Dehne (1841,) тип М. agiUs=minufus.
144
Роды Baft us Frisch. и Jftw L. отличаются оба тем, что у их
представителей на внутренней стороне я»‘ и т2 имеется только по
два бугорка; у рассмотренных нами родов по три.
Кроме того количество сосков у этих родов колеблется от 10 до 12
(последнее число у Battus norvegicus Erxl).
Sylvaemus flavicollis samaricus Ogne v.—Б о л ыпая
рыжегорлая мышь.
Эта интересная мышь была описана нами по экземплярам, добы-_
тым В. И. Бостанэюогм) в Бузулукском бору Самарской губ.
, Мы нашли этих мышей в очень большом количестве в Хренов-
ском лесу, где они держатся в сырых местах. Помимо этого назван-
ный подвид встречается в лесах долины Битюга под Курлаком в граф-
ских лесах Воронежского у., в Шиповом лесу Павловского уезда.
Рыжегорлая мышь делает довольно крупные порки, около кото-
рых обычно ясно заметны значительные кучки выброшенной земли.
По деревьям она очень хорошо лазает. Так, 2 (15) VI 1922 г. был за-
стрелен старый самец в дубовом лесу БиткТгскоп долины, сидевший
на сучке дуба на вышине 27з сажен над землей.
Один экземпляр мы держали в неволе, но мышка была зла и не
привыкала.
Всего нами добыто 70 экз. Приводим измерения некоторых из
них (см. стр. 146, 147).
/
Mus musculus пер. к hortulanus Nordm.
Переходные экземпляры от домашней мыши к курганчиковой
были добыты (в числе трех) В. Г. Гентнером невдалеке от Вислого
лесного кордона в Хреновском лесу, в пойме р. Битюга. Мышки по-
падались близко от воды, в кустах тальника, растущего на песчаных
р'ечных наносах.
Эти экземпляры довольно хорошо отличаются от темных в боль-
шинстве случаев темно-брюхих домашних мышей Воронежской губ.
(которых у нас подобрана очень большая серия)—белой окраской
брюха, резко обозначенной от боков и спины. Па границе между белой
окраской брюха и довольно светлой серой с палевой примесью спиной
намечается узкая полоска ржаво-палевого меха, особенно заметная у
мышки, добытой 25/VI (8/VII) 1922 г. ( ;).
Сравнивая этих мышей с типичными JA т. hortulanus Nordm. из
Крыма, Уральской обл. и Терской обл., мы видим, что у этих послед-
них особей хвосты несколько короче, и окраска спиныt еще светлее.
В. Г. Гентнером был, к сожалению, измерен только один свеже
добытый экземпляр 25/VI (8/VII) 1922 г.; его размеры таковы: L. 76;
145
с.—67; а.—12,6; pl.—15,8. *) У других мышек, насколько можно судить
по шкуркам, хвосты длиннее (у одной из них даже около 84 м/м).
Наши тщательные исследования больших серий крымских М. т.
hoiiulanug Ло/<7»г. показали, что у них хвосты не превышают 70,5 м/м.
(обыкновенно они много короче, около 65 м/м).
Сем. SPALACIDAE.
Spalax microphthalmus Gtlidenst.—Слепец обыкновенный.
(Рисунок норы: 24, 25, 26).
Слепец или слепыш встречается в Воронежской губ. довольно
спорадически. По нашим наблюдениям, он очень обыкновенен на за-
лежах бл. Орловской опытной ст. Воронежского уезда, в том же у. он
весьма многочислен бл. ст. Перелешино. Около с. Курлака Бобровского
у. слепыш редок; столь же спорадичен и редок он в Старокурлацкой
и Нечаевской степях, где мы встречаем кучки слепцов, главным обра-
зом, на откосах степных балок. В Каменной степи Бобровского у. опи-
сываемых грызунов немного; они держатся здесь на откосах балки
Таловой и в Хорольском овраге. Зато слепцы крайне многочисленны
на водоразделе между Добринской и Каменной Яругой (в восточной
части Бобровского у. и в Новохоперском у.) В Павловском у. мы отме-
тили очень много кучек слепца в 'Шиповом лесу, а особенно на
суходолах бл. леса. Очень интересно, что мы наблюдали эти кучки на
крайне высоком берегу р. Осереда, глубоко в лесу. Очень обильны
слепыши в Хренрвской степи. Мы видели много кучек также по опу-
шкам Хреновского леса, а также версты на 1И вглубь лесного мас-
сива. Правда, имеются кучки и бл. Майданного Кордона (на 4 версты
вглубь леса), но здесь их значительно меньше.
По данным, сообщенным нам С. II. Оболенским, слепыши очень
многочисленны в Валуйском у. бл. Вейделевской опытной станции. Поле
в 7,2 десят. имело 754 кучек; поле в 9,375 дес.—350 кучек.
По нашим наблюдениям, руководствуясь величиной кучек и рас-
стоянием между ними, можно судить о пути следования слепца, т.-е.
о направлении, по которому зверь копал свои ходы. Каждая кучка
выбрасывается при выкапывании особого отнорка длиной до 30—40 см.,
который острым углом расположен к главному ходу и направлен по
общему пути подземного следования грызуна. Главный ход делается
на глубине 7—20 см. от земной поверхности и имеет поперечный диа-
метр приблизительно в 7—7’/s см.; высота хода около 8 см., т.-е. ход
почти круглый.
*) Эта мышка почти не отличима от типичных М. m. hortulanus Nordm.
не
II < I в о '^«0'0 5» х 1 1 5 s i R = <9 '£е
« X о S *5 2. . . х—ч, х I О О . сч 5 а £ = *§• < W 1 3 -о
ИЗМЕРЕНИЯ, ~ s х 4) Я “-о" СЧ 1- О' . О. ! >2 1
Sylvaemus flavicollis samaricus Ognev. 1 г. бл. Кор. л. С. пеней •с* а U о О ь- ю со 9 (16 1122г ifc Ко । СО J
о о _ О' . Ю сч о СО
Ch СЧ « »Х СЧ О X ”8 2 = О X
l( О' х х о О dp О' S «О
Общая длина черепа -. . : i . I 31,1 30,9 ( 1 30,4 31,7 30,1
4 Кондилобазальная длина . .1 ; зо,1 29,8 29 | 29,6 28,2
Основная длина . . . .! 1 ! I ! 26,2 25,9 24,3 26,2 ’ 26
Ширина скул ... . ' | 14.8 16,2 14.8 15,8 ;15 1
Межглазничная ширина . 1 i 4,6 4Л 4,7 4,6 I 4,3 1
Ширина черепной капсулы . 12,9 12,9 12,7 12,9 1 12,6 i
Длина ossa nasalia 12,3 11,3 13.3 12 । 1 ’ 10,9 i
., верхнего ряда molares. ’ । 1 1 4,2 i 4 —> 4,7 ! 4,3
। Высота в области bullae 10,5 10,3 ,10.7 11,2 I IM
Длина forami^ jugulares I 6,2 । 5,7 i 6,5 61,1
1 1 Длина тела и головы . . 124 133 118 125 108 i
„ хвоста ... i 115 128 115 124 L15 1
. уха. . 19 21 19 19 18
п передней ступни (без когтей). il 15 13 13 13 11
. задней ступни „ „ ! 28 28 27 29 28,7 i i
M CO 00 ►— 4* 5" J— 4- J~* Ю 4- ^D «к lo Vq Ci 24,4 | 24,6 15,2 1 15 1 to co 00 JD "co № 642 (162) rf 27 16/УШ—Vll 1921 r.
»-* HU Ю — K- ►- »- *- »- •4 GO О Ш CD Ci JD JO JO jU tO lo "tO GO *CD Ci to co 00 о Ci 00 № 135 rf 15 (28) 1 VII 1922 г. Xpe- новский бор.
to »-» I— 13 1— I-I •-» 1— IO to co 00 4* *1 00 О Ci О 4* JO tO 4* Qi jU О J— IO ~Ci 5u "co V| to *4* *1 № 134 J 15 (28) 28 VII1922 r. Ibidem
to *- »— о *-* »—»»—. •— to to io Ci IO *J о O’ О’ О 4* JD to 4* J»* to JOi JD Ъ» Vj "go O’ io Vj co «j co № 663 (1831) 30/VII 1922 г VIII 1921 г. fj Ibidem.
to ’-»•-* о CD •— •— *- IO Ю IO *1 to *1 CD CD J3i О CO CD — jt* oc j- Qi j-l V* CD CD Vj 'q> 00 Vj 'ci 4* №607(127) cf 20/VII (2 VIII) 1921 r. Ibidem.
IO ’—»•—• О О ►-• u- »-» t—t to to to Ci »— j-l СО Ш СЛ о jt* О J-* 4^ GO •— Jj’ 00 Ъ’ V| Vj V- V» 4» 4k. 4* bl 1~* 'i- №674(194) 31/VII (13/УШ) 1921 года Ibidem.
I I I I I i-> I-» »-* I»’ to to Ю 1 ’ 1 1 1 J5i o 4* JO io *“ jU jU JD 'cn 'co co Vj 00 Ъо 'Ci Vj 7d № 631 (151) 7 (30) VII 1922 r. Ibidem.
to I-» •— •-» to to IO QiGOCDOOGOQiO^*-1 JO СЛ СЛ *J JD сл V» Ci go V- Io Vj V- V- 'cd № 675(195) Q 31/VII (13,V11J) 1921 r. Ibidem.
to i-k 1— £ »-* I-» •— ь-l to to IO GitOCOGDapOiO^jOtOjUj^GO-JCD GO Vj io 'tn 00 GT IO $g £ S § § 1 1 I 1 1 I 1 1 1 • •№ 643 (163) 27/VII (9/VLLI) 1921 r. 4 Ibidem. № 88 9 10 (23) VII 1922 r. Ibidem.
148
В Хреновом слепцы особенно придерживаются сухих лесных
бугров, на которых массами растет чабёр, полынь (Artemitia au*triaca),
заячья капуста и ковыль. Некоторые кучки здесь огромны. Так мы
нашли одну, диаметр которой был в 1*/а арш. Мелкие кучки обычно
имеют форму Суживающуюся к верцшне; большие кучки плоские
сверху, некоторые ряды кучек тянутся почти по прямой, другие имеют
форму дуги; иногда к одному продольному ряду под углом примыкает
другой.
С. И. Оболенский любезно сообщил нам свои наблюдения над
Spalax mlcrophthalmu* в Валуйском у. По его данным кучи слепцов
бывают следующих родов: 1) конические, 2) столбообразные, 3) гряды,
4) двойные (равно.или неравнокучные), 5) сложные. По величине их
можно классифицировать на: 1) малые (е окружностью основания до
150 см.), 2) средние (до 300 см.), 3) большие (свыше 300 см.). Кони-
ческую форму имеют кучи только что насыпанные, со временем форма
их все более уплощается (см. рис 10).
Высота малых куч около 10 см., средних 12—20 см., больших до
25 см. и больше.
Камеры расположены под землею на глубине до 2 м.
Расстояние между кучами в среднем до 5,5 арш. (4 м.). Чем пря-
молинейнее ряд, тем расстояния между кучами равномернее. В сре-
днем окружность основания кучи равна 264 см. (около 3s,ч арш.). Пло-
щадь основания около 0,55 кв. м. (1,1 арш.). Приблизительная быстро-
та, с которой слепец делает свои кучи: две—три свежпх за день.
Излюбленные места этого животного в Валуйском у. залежи и
выгоны. Встречается также на склонах оврагов, на опушках лесов и
на лесных полянах. Изредка встречаются кучки и по сырым берегам
ручьев и рек. Расселяется слепец нетолько путем подземной работы,
но и выбираясь на земную поверхность. По земле движется медленно,
обнюхивая все кочки и травы на пути. Иод землею бегает по своим
ходам очень быстро.
Вероятно, заканчивает своп наблюдения Обогенский, что суслики
вытесняют слепца.
В заключение мы считаем весьма интересным привести замеча-
тельные данные, полученные по биологии слепца лесным кондуктором
Остерманом, который производил в 1898 г. раскопки нор слепца на
Великоанадольском опытном участке, в степях Мариупольского у. Ека-
теринославской губ. бл. ст. Велико-Анадоль Екатерининской ж. д.
Материалы по этим раскопкам были переданы покойному А. А.
Силантьеву, приготовлялись им к опубликованию, но так и не увидели
света. Об этих работах Остермана лишь бегло упоминает Г. Н. Вы-
соцкий в своей прекрасной статье „Лесные культуры Мариупольского
149
опытного лесничества *), а также в недавно вышедшей маленькой за-
метке о слепце **). Между тем крайне тщательные исследования г.
Остермана настолько ценны, что уже давно заслуживали бы подроб-
ного опубликования. Мы присоединяем его данные к нашим, т. к. ори-
гинальная рукопись Остермана была передана нам для использования
проф. Г. Г. Доппелъмайером. Характер ходов слепца прекрасно пред-
ставлен на схеме 24. В точках а, Ъ, с, а, е, были кучки выброшенной
земли; общая длина хода а-1 была равна 24.17 м. Самый ход был по-
верхностным, имея глубину 17 см. от точки 1, где располагался большой
старый глиняный бугор, имевший диаметр в 80 см. и вышину в 30 см.;-
здесь начинался целый лабиринт главных хрдов, имевших соответственно
с общей системой лишь ничтожное протяжение (от 1-а, см. черт. 24).
Этот лабиринт прекрасно изображен на схемах 25 и 26 в различ-
ных проекциях. В точке 1 ход слепца почти под прямым углом сво-
рачивал влево и круто углублялся в землю до точки 2-ой. Протя-
жение этого хода 2,31 м. В точке 2 ход расширялся до 13 см., имея
18 см. вышины и образуя яйцеобразную камеру. От точки 5 ход раз-
дваивался и в точке 8 оканчивался большой камерой-сяальнег» выши-
ной в 20 см., шириной в 23 см. Дно спальни было рыхло заполнено
мягкой подстилкой из коры и корней дубовых сеянцев с близлежа-
щего питомника, а также и кожурой желудей. Вскоре при работе был
обнаружен ход 58—59, длиной в 80 см. Он представлял из себя кла-
довую пищевых запасов. Первоначально этот ход был принят за
систему нор другого слепца, и к раскопке хода было немедленно при-
ступлено. Оказалось, что все пространство между 59, 58, 60, 51, 52
было заполнено кладовой (эту кладовую мы называем А). Ход 52—49
имел длину 88 см., длина хода 49—57 была равна 2 м. 57 см. Ходы
49, 53, 54, 56, 55, 57 были заполнены запасами из корней дуба, клубней
картофеля и проч, (вторая кладовая В). Третья кладовая (0) находи-
лась в системе ходов 43, 44, 45, 46, 47; вся длина этой извилистой
кладовой была равна 2 м. 48 см. Далее расстояние от точки 41 до
большой камеры 34 было 1 м. 42 см. Сама камера имела ширину 22см.
п вышину 19; она была пустая, в ней были только обнаружены оста-
тки некоторых костей и большой резец грызуна. От камеры 34 вскоре
начиналась целая система ходов, из коих один вел в большую камеру
31, при чем расстояние 33—31 было в 1,06 м: длиной, сама камера 31
имела 20 см. в ширину и 19 в вышину. От этой камеры снова начи-
*) См труды опыт», лесничества, 1901, СПБ, изд. Млн. Землед. и Гос. Имуществ,
стр. 38—41.
**) Г. И. Высоцкий „О слепыше'* (Spalax sp.) и кротовинах (The Ukrainian Zoological
Magazine, Kiev. 1921 г.)стр. 16—19. (К сожалению, эта интересная статья написана на укра-
инском наречии, столь мало подходящем к научному языку).
150
налась крайне запутанная система ходов, прекрасно исследованная
Остерманом. От точки а ход снова поднялся до высоты 15—17 см,, и
раскопка его пошла очень быстро.
Отметим некоторые главнейшие данные. В точке f (см. черт. 25)
была спальня в виде камеры, шириной в 18 см., вышиной в 16 см;
здесь лежалд мягкая подстилка. Ход oz длиной в 1,42 м. был сплошь
заполнен корнями дубовых сеянцев; эта четвертая по счету кладовая
отмечена буквой Д. Длина хода hu—25,41 м. Между буквами уг по-
мещался ход длиной в 1,06 м., заполненный корнями дубовых сеянцев
(пятая кладовая Е). Ход y-z имел 42, 32 м. длиной; ход zx—5,85 м.
В точке g найдена была через >/г часа по окончании раскопок куча
земли, заново нарытая слепцом; сейчас же приступили к откапыванию
и догнали зверка на глубине 88 см.
Деятельность слепца при разрывании его ходов была хорошо
заметна. „Еще в точке 49", пишет Остерман, „я заметил присутствие
зверка в ходе во время перерыва работы; когда умолк стук лопат,—
палочка, задвинутая в ход для определения его направления, начала
заметно выталкиваться, при чем толчки следовали почти с равными
промежутками в 1 $£—2 минуты. Через 10 минут палочка была совер-
шенно вытолкнута, чему отчасти способствовал и я, немного припод-
нимая ее; когда палочка была совершенно выдвинута, из хода начала
выталкиваться земля,—влажная, даже сырая глина, толкаемая зверком
довольно сильно, так что нужно было сделать большое усилие, чтобы
рукой удержать землю. Внимательно прислушавшись, я отметил в
момент толкания земли глухое сопение и ворчание, о4ень похожее на
ворчание щенка, когда его дразнят, сопровождаемое царапанием' о
стенки хода. Очевидно животное, услышав подозрительный шум в
районе его ходов, решило оградить себя от предполагаемой опасности
и стало быстро забивать ход, при чем благодаря значительной влаж-
ности земли п силе самого слепца, ход оказался забитым до того туго,
что его невозможно было расчистить пальцами руки, что заставило
прибегнуть к помощи ножа".
„Все пять кладовых слепца были заполнены преимущественно
корнями дубовых сеянцев с ближайшего питомника. Средняя длина
отгрызенных корней равнялась 20 см. Кроме корней дуба в кладовых
слепца были найдены: клубни картофеля, клубни Lathip-u* tubero?»*
(повпдимому, одно из любимых блюд слепца), желуди, начинающие
только прорастать, взятые им из семянных гряд питомника, и корешки
других растений".
„В прилагаемой таблице обозначены все сорта запасов слепца,
отдельно по кладовым, их вес и количество. Чем глубже кладовая,
тем больше в ней припасов'*.
151
В кладовой Д, лежащей на глубине 0,17 м. вес запаса—0,63 кгр.
w » Е „ „ 0,17 „ •• » 1,37 99
99 А „ „ „ 0,35 „ >» » 2,98 99
и V В И МП 0,62 „ » и 4,43 j.
и С w „ „ 1 »69 п г* » 4,81 99
Ниже мы даем подробную таблицу.
| Глубина 1 Длина за-
Клало от поверх. Наименование материалов. Число Вес в полненных
вые. вемлн в штук. килограм. кладовых
метрах. в метрах.
к. 1 ! 0,35 Корней дубовых сеянцев. . . 670 1,45 2,34
1 Клубней Lathyrus hibcrosus. . 51 0,50
Клубней картофеля 8 0,70
Жолудей дуба 10 0,10
Корней других растений. . . — 0,21
Итого. . . . — 2,98
в. 0,62 Корней дубовых сеянцев. . . 2366 2,59 3,27
Клубней картофеля 86* 1,09
i Жолудей дуба 24 0,60
। Шелухи стар, картофеля и сору. — 0,10
1 Корней друг, растений . . . — 0,05
! j Итого.... — 4,43
С. 1,59 ' | Корней дубовых сеянцев. . . 1150 2,05 3,20
, Клубней картофеля .... 85 1,77
I j Жолудей дуба 246 0,99
j Итого.... — 4,81
д. 0,17 ! Корней дубовых сеянцев. . . 178 0,63 2,12
Е. 0,17 i Корней дубовых сеянцев. . . 547 1,37 1,06
1 ! Всего в кладовых . — 14,28 11,99
। । 1 Корней' дубовых сеянцев. . . 4911 8,11
1 1 ! Клубней картофеля 179 3,56
1 1 1 Жолудей дуба 280 1,69
1 i ’ Клубней Lathyrus fnberosus . . 1 Шелухи старого картофеля и 1 51 0,56
1 I сора 0,10
। । Корней других растений. . . 0,26
। Итого. . . . —— 1 14,22
152
Как видно по чертежам, в некоторых местах ходы животного
образуют камеры; во многих из них найдены подстилки. Размеры
камер обычно близки между собой; в среднем вышина каждой 20 см.,
ширина 21 см.
Диаметры ходов слепца находятся в прямой зависимости от
глубины, угла наклона и плотности грунта. Средняя вышина ходов,
по Остерману, 11 см., ширина 9 см. Горизонтальные ходы в глубоких
слойх глинистых подпочв имеют ширину 8 и вышину 7 см. Ходы,
шедшие под семянными грядами питомника, гораздо шире, чем таковые
проложенные на глубине. Средняя высота этих сделанных в рыхлой
почве ходов 14 см., ширина 12 см.
„Способ рытья земли у слепца", пишет Остерман, „существенно
отличается от рытья у другого землероя—крота. В то время, как у
крота главным орудием рытья служат выгнутые по сторонам лопато-
образные лапы, у слепца эту роль выполняют сильно развитые резцы,
которыми он действует с большой силой и ловкостью".
„Пойманный мною слепец, пущенный на тонкой веревочке на
землю, полазив некоторое время по земной поверхности и найдя,
невидимому, подходящее место, начал своей клиновидной мордой и
резцами понемногу врываться в землю, задними лапами отбрасывая
кусочки почвы. Вкопавшись на длину туловища, слепец ударом головы
проломил бывший над ним тонкий слой почвы, и, отступив немного
назад, начал вкапываться вертикально, выталкивая землю в проло-
манное им отверстие на поверхность. По мере того, как слепец вгры-
зался глубже, выталкиваемая им земля приподымала стенки пролома
и поднималась вверх цилиндрообразноп массой, имея сверху несколько
первых, не развалившихся цилиндриков земли, первоначально вытолк-
нутой из хода. Впоследствии цилиндрики разрушаются от действия дождя,
солнца и ветра, и бугор слепца представляется кучей рыхлой земли".
„Из наблюдений над копательной деятельностью слепцов можно
заметить", продолжает Остерман, „что главный период его усиленной
работы в верхнем слое почвы происходит осенью, когда зверку надо
заботиться о приискании пищи не только на данное время, но запасать
и на зиму, и весною с оттаиванием почвы, когда запасы кладовых Уй;е
истощились. Зимой слепец почти не роет, хотя в некоторых случаях
и бывают исключения: может быть, недостаток запаса кладовых заста-
вляет его выходить из глубоких подпочвенных ходов, где ему должно
быть тепло. Очень редко выходит слепец из земли на поверхность, но
бывает период, именно с мая по июнь, когда эти грызуны попадаются
вышедшими наружу довольно часто".
Относительно жизни в неволе Остерман сообщает следующее:
„Пойманный слепец был посажен в деревянный ящик, куда ему было
153
насыпано немного земли и положена его собственная постель, взятая
из камеры. В пищу ему было дано 15 шт. корней дубовых сеянцев
из его же склада и 4 шт. картофеля.
Сначала пленник чувствовал себя в ящике очень плохо и все
время урчал и грыз стенки, но через день-два уже освоился,—ел кар-
тофель, жолуди и корни дубков, при чем оживленную грызню подни-
мал ночью, днем же лежал, цодвернув под себя голову и лапы, так
что сверху получался продолговатый овал, в котором положительно
невозможно было различить голову от задней половины тела. Слухом
он обладал очень плохим. Днем, когда он спал, я пробовал вблизи от
него крикнуть, произвести шум, но он не обращал на это почти ни-
какого внимания; достаточно было его легонько тронуть, чтобы он с
урчанием моментально оборачивался в сторону врага и хватал своими
острыми зубами все, что ему попадалось под морду. Этого страшного,
злого зверка никто не решался погладить".
Сем. SCIUR1DAE.
Sciurus vulgaris fuscoater Altum.—Белка южная.
. Характерную особенность южной белки—ее окраску—отметил в
своей работе Н. А. Северцов (1. с., 1855, стр. 379), замечая, что „белка
летом у нас рыжая, бурых и чернобурых нет (за исключением боров
по р. Воронежу, где встречаются белки с чернобурыми хвостами и
ушами); на боках просвечивают серые корни волос. Зимой спина,
кисточки на ушах и хвост рыжие; бока серые, брюхо белое*. Северное
нашел белку в Хреновом лесу, в Графском—где она сохранилась и
поныне, а также в Шиповом и Липовском лесах, где она, повидимому,
совершенно исчезла.
В настоящее время белки стали исключительно редки в Хренов-
ском лесничестве. В течение долгих и постоянных экскурсий нам
удалось только однажды добыть молодую белку (22/VII (4/VIII) 1921 г.);
кроме того один старый зимний экземпляр был передан нам в впде
шкурки лесником Майданного кордона. В Графском лесничестве С. И.
Отеву удалось застрелить 9 белку 22/IX (5/Х) 1920 г. невдалеке
от ст. Графской. Зверок оказался типичной <S'. v. fuscoater Altum с ры-
жим хвостом и ушами, еще в полной летней шерсти. В том же году
весною 27/V (9/VI) С. Д. Перелеишн видел белку невдалеке от дома
лесничего.
По свидетельству графского лесничего Н. Н. Спицына, белки
прежде были гораздо обильнее в лесах под Воронежом; их резкое
уменьшение, повидимому, обусловливается увеличением численности
куниц. Относительно Шипова леса И. Д- Тушнев определенно гово-
151
рил нам, что белки истреблены здесь сильно размножившимися ку-
ницами.
Очень интересно сопоставить данные, приводимые IJ. Баранцом
(in. litt.) о Хреновом лесе, относящиеся к 1895 году, с тем, что мы
имеем теперь по вопросу о распространении там белки.
„Этот зверок в Хреновом бору очень обыкновенен", пишет Баранц,
„держится в чистых сосновых насаждениях и в старом чернолесьи—
близ реки. За последние годы белок стало гораздо меньше, чем было
в предшествующее десятилетие (в конце 8О-х п в начале -90-х г.г.);
их было очень много по всему лесу. В настоящем же 1895 году,
хоть приходится видеть белок, но мало. Мне приходилось видеть
гнезда белок в дуплах крепких, толстых деревьев (сосен, дубов, реже
березы)".
„Дно гнезда всегда бывает выстлано сухими листьями и травой,
остатками с'естных припасов: скорлупой жолудей, орехов, частями
сосновых шишек и проч."
„Зимой часто на снегу приходится видеть следы белок, когда
они перебираются с одного дерева на другое или спускаются на землю
в бурьяны с целью полакомиться кое-какими семенами трав".
„В сентябре (или конце августа), когда в чернолесьи поспевают
жолудп, орехи,—белки держатся там целыми семьями, в особенности
по окраинам лиственных насаждений, к которым прилегают хвойные;
в эти последние белки перебираются на ночлег, отдыхая в зелени
сосен".
„Идешь, бывало, по глухой дорожке, проходящей по границе
старого соснового леса и лиственного густого молодняка (например,
в 66 кв.). День тихий, солнечный, осенний день юга. Чуть-чуть колы-
шатся начинающие желтеть большие лопастные листья клена. Из зе-
лени листьев раскидистых кустов орешника выглядывают серые,
пушистые пучки орехов. На каждом почти шагу из таких кустов вы-
бегает белка и, нехотя, лениво перебегает дорожку".
По свидетельству А. А. Силантьева (1. с. 1898 г., стр. 11) белки
в течение трех лет исследований попадались единично и сравнительно
редко; было убито всего 5 штук.
Ci tell us suslicus suslicus Gue Id.
(Фот. 4).
1770. инАна. (JA. 1., Novi Comment. Academ. Scient.
Imp. Petropolit, t. XIV. p.p. 389—402.
М/.сто описания типа: Воронеж. („Habitat, animal frequenter in
campis vastissiniis tanaicensibus, praecipue urbes Woronesch et Tambov").
Еще в 1770 году Гюльдснштедт обстоятельно описал крапчатого
суслика по экземплярам из окрестностей Воронежа, а также между
155
этим городом и Тамбовом и из дол. р. Дона. Это описание было снаб-
жено довольно наглядной таблицей (pl. VII). Большинство позднейщпх
авторов придерживалось названия .guttatusa, которое было дано Нал-
ласом (Descriptiones quadrupedum et avium, Novi Comment. Academ.
Scient. Petropol., t. XIV, 1770,p.548—573) особому, по мнению этого автора,'
вариетету Mus‘ (ItЩus tar. guttatus. Типичным местом нахождения Пал-
ласовской формы надо считать долину р. Пьяны и Суры, т.-е. сред-
нее Поволжье.
Мы просмотрели очень большую серию воронежских сусликов
(35 экз.), сусликов из Харьковской губ, из Звенигород, у., Киевской
губ., а также из Рязанской, Тульской, Орловской и Нижегородской
губерний.
Тщательное сличение этих серий показало нам, что воронежские
экземпляры в общей массе более бледно окрашены. Мех цх серее,
более желтовато-серых оттенков; белая пятнистость ярче, и самые белые
пятна крупнее; особенно светлее и белесее лбы воронежских зверков.
С другой стороны, у более северных экземпляров особенно типичны
черновато-каштановые тона между пятнами; самые пятна мельче, но
вследствие окружающей их окраски контрастнее выступают; в области
между глаз, па лбу и затылке у этих зверков гораздо больше черно-
ватых волос. В расцветке нижней стороны мы не обнаружили какой-
либо разницы.
Необходимо указать, что среди многочисленной серии воронеж-
ских экземпляров в меньшем количестве попадаются переходные
формы к более темным северным; некоторые не отличимы от этих по-
следних. Но, повторяем, на серии цветовые отличия достаточно резки.
Интересно, что очень молодые воронежские суслики также серее,
тусклее северных, и пятнистость на спине их не так ярко и отчетливо
обозначена.
Прп просмотре серий обозначилось, что с воронеясскими сусли-
ками идентичны харьковские, а также добытые в Звенигородском у.
Киевской губ.; рязанские, тульские, нижегородские, орловские отно-
сятся к более интенсивно окрашенной форме.
Таким образом, намечаются два подвида суслика: 1) основной,
немногими страницами ранее описанный „Nova Acta Academ Petropol.",
южный Cft/ llus s-uslt'cuK я-нкНеня Gueld:, 2) более темный, северный Cjtelhts
susk'cux g»ttatuv Pall.
Между этими формами имеются многочисленные переходы, осо-
бенно в области соприкосновения подвидов. Между прочим, из Орлов-
ской губ. у нас имеется один бледный суслик, не отличимый от юж-
ных особей.
156
Общее посветление окраски южного крапчатого суслика, слабая
контрастность пятнистости, отчего сама пятнистость делается менее
заметной,—все это как бы приближает по общему виду Cittilus .«. su-
sl/'си.ч Gueld. к С. musieus planicola Satun.
Было бы интересно проследить, где проходит северная граница
одноцветного суслика. Весьма возможно, что он будет встречен в Бо-
гучарском у. С другой стороны, для нас почти не подлежит сомнению,
что в северных частях Воронежской губ. (Землянский и Задонский у.у.)
преобладает Citellus suslieus yuttatus Fall. Изредка не отличимые от
него особи встречаются и южнее, в Бобровском у., но здесь это сра-
внительно редкие исключения.
Мы нашли крапчатых сусликов в довольно большом количестве
в Старо-Курлацкой, Нечаевской и Зыковской степях Бобровского у.
В Каменной степи сусликов довольно много (10—20 нор на десятину).
Особенно обильны эти вредные грызуны в Валуйском у. Здесь, по сло-
вам С. Н. Оболенского, нередко приходится видеть до 300 нор на де-
сятине. Необходимо указать только, что около 80% нор оказывается
часто незанятыми.
В степи много чаще, чем в другое время года, можно наблюдать
сусликов весною; тогда эти зверки охотно выбираются из своих норок,
становятся на задние лапки, усиленно свистят. Нам много раз случа-
лось видеть, как суслик, буквально из-под самых пог, с большой бы-
стротой стремительно удирает и спасается в близлежащую норку.
В период поспевания хлебов много сусликов перебирается с за-
лежей на поля, где нередко делают себе временные неглубокие норы.
Около некоторых нор мы находили огромное количество колосьев пше-
ницы. Так, около одной норки С. И. Оболенский при нас сосчитал
400 колосков. Часто близ нор намечаются как бы вытоптанные про-
странства, на которых валяется очень значительное количество напо-
ловину с’еденных, испорченных колосков. Кое-где мы находили близ
нор сусликов остатки жестокрылых Gcotrupes и Blaps; ясно, что гры-
зуны не брезгают и этим животным кормом.
Характер и строение нор, виденных нами, вполне соответствуют
описанным в литературе. Нам удалось сделать довольно много
наблюдений над жизнью сусликов в неволе. Что касается до степени
приручаемости зверка, то много зависит здесь от индивидуальности
характера: некоторые привыкают хорошо и быстро, другие злы и пу-
гливы, несмотря на все усилия приручить к себе подобных сусликов.
16 (29) V 1922 г. нам доставили очень молодого, вероятно, не-
дельного суслика.
20/V (2 VI) 1922 г. С. И. Огнев писал в своем дневнике: „мелкие
грызуны необыкновенно чувствительны к холоду и погибают, если им
157
не достает тепла. Так сегодня едва не погиб маленький суслик, ко-
торый каким-то образом умудрился выбраться из клетки, стоящей на
печке. Зверок пополз, свалился на пол и был найден на полу со сла-
быми признаками жизни. Этот зверок, которого мы сочли было совер-
шенно погибшим, быстро оправился, посаженный обратно в гнездо из
ваты, помешенное вместе с клеткой на теплую русскую печь".
„Маленький суслик производит странное впечатление. У него
проявляется какое-то неукротимое побуждение бежать по прямому на-
правлению. Когда суслика сажают на стол для кормежки молоком,—
зверок пускается тотчас в свое беспорядочное путешествие; он ковы-
ляя бежит, слегка волоча еще очень слабые задние* лапки, перекаты-
вается через спину, снова подымается и куда-то устремляется. Когда
ему дают гигроскопическую вату, смоченную молоком, суслик схва-
тывает ее, сильно сосет, слегка закрывая глазки и делая судорожные
движения передними лапками, которыми он охватывает протянутый
к нему пинцет. Получается впечатление, что подобными движениями
лапок зверок производит в естественных условиях механический на-
жим на область сосцов своей матери".
По нашим наблюдениям, суслики в неволе особенно охотно ели
стебли и цветы одуванчиков (Тапиасит tnh/агс).
1 (14) VI 1922 г. один из молодых сусликов, живших у нас в
террариуме, вследствие недостатка ппщи, с’ел другого, сидевшего с
ним вместе. Он с‘ел всю переднюю часть тела зверка, вою голову, при
чем от некоторых частей остались тщательно очищенные от мяса кости,
например, нижние челюсти.
М a rm ota bobacPalla s.—Б а й б а к, сурок, аксачок
(молодое животное). (Фот. 3.).
До настоящего времени сурки местами спорадически сохранились
в довольно большом количестве в пределах Воронежской губ.
Особенно много их в Каменной степи, именно, около Бюро по
прикладной ботанике, где редкие зверки охраняются. Здесь вся твер-
дая степная залеж изрыта их норами. В меньшем обилии сурки дер-
жатся по всей Каменной степи, понимаемой в смысле Н. А. Северцева,
обнимающей собою водораздел между р.р. Битюгом и Хопром (восточ-
ную часть Бобровского у. и западную часть Новохоперского).
В степях между Битюгом, Доном и Икорцем байбаки, по Север-
цеву, исчезли уже в 30-х годах прошлого столетия, и норы их были
заняты лисицами.
Печальная участь исчезновения ждет этих грызунов в большей
части занимаемой ими области. Правда, в 1918—1919 г.г., когда почти
прекратилась всякая охота, сурков стало больше. Мы находили тогда
158
их в большом количестве на степях гр. Орлова-Давыдова, на землях
Станкевичей, в Нечаевской, Зыковской степи, бл. границы Бобровского
и Борисоглебского у.у. Но уже с 1920 г. началась беспорядочная и
настойчивая охота за сурками. Нередко грызунов били .на мясо"
изголодавшиеся люди в период этих страшных голодных лет.
Кроме того опять появились и настоящие „сурчатники"—охот-
ники за шкурой и особенно—за очень ценным салом этого интерес-
ного зверка. Вряд ли надо говорить, что это преследование ведется
по русскому обычаю, беспощадно и варварски не рационально, без
соблюдения каких бы то ни было сроков.
Постараемся дать здесь краткий биологический очерк животного,
который мог бы дополнить прекрасное и верное описание биологии
сурка, • составленное А. А. Силантьевым, в его известном сочинении
„Фауна Налов", 1894 г.
Своими станциями сурки преимущественно избирают твердые
степные залежи, сравнительно реже их можно видеть на дерезняковой
степи, где их холмики обычно выше и заметнее. На мягких залежах
сурков мало; еще реже и временно можно наблюдать их в полях. Это
происходит в тех случаях, когда распашка степи захватила сурковую
колонию, и обитатели ее пли не истреблены еще, или не успели вы-
селиться в более покойное место.
Очень интересно, что сурки часто делают свои норы в колеях
степных дорог; приходится очень осторожно ехать по таким местам,
чтобы не поломать колес экипажа. Эти норы на дорогах преимуще-
ственно принадлежат молодым животным, но попадаются между вход-
ными отверстиями в нору столь крупные, чго, без сомнения, они сде-
ланы старыми зверями.
Интересно, что заставляет их выбирать такие в сущности неудоб-
ные места.
Быть может, что в особенности вероятно, их привлекает твердость
почвы на дорогах (сурки любят для устройства нор именно твердый
грунт); быть может, для них заманчиво значительное количество сор-
ных растений, свойственных степным дорогам, особенно столь люби-
мого грызунами спорыша (Polygonum avicalorc)\ наконец, их, быть мо-
жет, привлекает на эти места—большая площадь открытого простран-
ства, образуемого пролегающей по степи дорогой.
От своего долгого, зимнего сна, сурки пробуждаются довольно
рано: нормально в средних числах марта старого стиля. Вот сроки,
любезно сообщенные нам А. И. Мальцевым. В 1918 г. первое весеннее
появление—26/Ш; в 1919 г.—25/Ш; в 1920 г.—11/Ш; в 1921 г.—П/Ш
(ст. стиля).
lt>9
В 1922 году вследствии теплой погоды и сильнейших оттепелей,
которые имели место в феврале, сурки, по данным А. Л. Мальцева,
показались 26/11 (11/III).
1 марта (14'111) сурки, несмотря на мороз и снова выпавший
снег, опять выходили на поверхность. В дневнике С. И. Оболенского
мы находим следующее интересное сообщение: „2/111 (15/Ш) только у
одной сурчины вход открыт, остальные занесены снегом. Около дру-
гой—видна кучка свеже-выброшенной земли, которая затем смер-
злась и присыпалась снегом*4. Сообщение о выходе сурков, вероятно,
основано на появлении двух-трех проснувшихся от временного тепла
•семей.
Уже для 15 (28) III 1922 г. мы ’Лтаем в дневнике Оболенского'.
„Сурки свистят и бегают. При выходе весною из нор они отбрасывают
землю при откапывании внутрь, так как кучек выброшенной земли
не видно. Работы по расширению старых нор не производятся".
„23/Ш (5 IV) 1922 г.“, писал С. И. Оболенский, „сурки начали
выбрасывать землю из нор; видно несколько новых начатых нор, гла-
вным образом на старых сурчиных холмиках"..
В этот ранний период происходит расселение молодых сурков,
которых старые, быть может, выгоняют из своих вор. Молодые зверки
начинают деятельно рыть себе новые норы.
А. И. Мальцев тщательно отметил начало этого .активного образа
жизни у молодых зверей. В его записках мы находим следующие при-
близительные сроки: 1918 г.—1 (14) IV; 1919 г.—4 (17) IV; 1920 г.—
20;Ш (2/IV).
Спаривание сурков происходит в первые дни после их весеннего
пробуждения, т.-е. вскоре после первого апрели. Само совокупление
продолжается недолго, при этом самещ’по словам А. И. Мальцева,
который наблюдал этот процесс, как бы „воркочет" и кряхтит.
Весною сурки появляются из своих нор в сильно поношенной,
истертой шерсти. Линька происходит в первой половине лета, и только
к концу июля старые звери получают свежий, полный, более темный
мех. Таким образом, как правильно отметил еще 11. А. Северцов,
сурок линяет только раз в год.
Мы не знаем точного срока рождения молодых, но первое появ-
ление аксачков на поверхность земли из нор хорошо отмечено—8 (21)
V 1922 г. Продолжительность беременности по этому сроку мы опреде-
ляем приблизительно .равной месяцу.
В мае юные аксачки, впервые увидевшие веселое степное раз-
долье, подолгу целыми выводками сидят на песчаных буграх около
нор. Зверки очень доверчивы и подпускают к себе иногда на несколько
шагов. Однажды аксачек подпустил нас шага на два и, смотря под
IGO
конец уже из норы буквально вплотную, оглашал воздух громким
цыкающим свистом. В этот весенний период и старые сурки чаще и
охотнее выбираются из своих нор, что очень оживляет степь. Летом
цх видно уже реже, осенью очень старые экземпляры появляются
иногда раз в два, три дня и то лишь на зорях.
Суточная жизнь сурка не сложна: обычно при восходе солнца
то здесь, то там появляются в степи фигуры сурков. Нам не прихо-
дилось замечать, чтобы первыми вылезали старые; иногда выбираются
аксачки, а затем медленно вылезают и старики. Сурки кормятся
до 9—10 часов утра, затем в жару их не видно, снова они выбираются
из своих нор после четырех дня и кормятся в степи до сумерек.
Обычно зверок появляется из «всей норы не сразу; он высовывает
сначала только голову и осторожно осматривается по сторонам.
Если нет подозрительных предметов, то сурок, медленно выбирается
из подземного жилища. Первое время он сидит, несколько согнувшись,
упираясь на все лапки и только слегка приподняв переднюю часть
своего толстого тела.
Еще раз осмотревшись, зверок садится на задние лапки, прижав
передние. Будучи испуган, сурок смотрпт в сторону появившейся
угрозы его спокойствию, вздрагивает своим толстым телом, забавно в
такт взмахивает хвостом, издавая громкий, звонкий покрик. Последний
двусложен; А. А.. Силантьев удачно передает его, как „кухи“, при чем
первый слог издается слегка хрипло и тихо, второй во всю силу
голоса. Часто эти крики следуют друг за другом, и зверок быстро
выкрикивает .кухи-кухи-кухп“.
Трудно сказать, что представляет собою этот крик: в нем можно
внять и предупреждение своих собратий, и желание отметить свою го-
товность встретить опасность, и страх перед нею. Если испугавший сурка
предмет, например, идущий человек, продолжает приближаться,—сурок
усиливает свои крики, явно выражая все возрастающее волнение и возбуж-
дение. Через несколько моментов зверок опускается на передние лапки,
делает движение к норе; еще момент, и он с последним отрывистым
криком, взмахнув хвостом, скрывается в норе. Если подходить медленно,
лечь в траву, то часто слышно, что зверок не ушел глубоко в нору,
а только сидит в ее начале; через короткий срок можно услышать
его более тихий голос: тот же, но очень смягченный покрик. Пройдет
еще немного времени, и из травы медленно поднимается осторожная
фигура; но вот он снова близко увидал человека: опять раз-
дается резкий отчаянный крик, и грызун скрывается уже надолго.
В местах, где сурки мало пуганы, например, на степном запо-
веднике около Бюро по прикладной ботанике (в Каменной степи),
зверки подпускают к себе иногда довольно близко: старые—шагов на
161
50—100, молодые—гораздо ближе. Скрывшись в нору, сурок, если не
пуган,—скоро появляется снова на поверхность земли; обычно через
К—Yt часа.
Кроме громкого, звонкого крика у байбака имеется еще один,
звучащий, как хрипловатое похрюкивание. Этот своеобразный голос
нам приходилось слышать неоднократно. Зверок издает его, когда
сильно напуган какой-нибудь неожиданностью, крайне близкой опа-
сностью.
Особенно отчетливо и ясно слышал этот крик С. И. Огнев, когда
лежал близ сурчины, спрятавшись в густой траве и поджидая наго-
няемых дроф. В это время буквально в двух шагах появился из норы
очень старый сурок. В первые моменты он не увидел тщательно при-
таившегося охотника, затем, неожиданно заметив столь близкую опас-
ность, байбак характерно хрипло захрюкал и быстро скрылся в норе;
некоторое время уже из-под земли раздавалось несколько раз такое
же сердитое похрюкиванье.
* В весенний период сурка довольно хорошо скрывает от врагов
ярко зеленая поросль Sisymbrium sophia, которая образует словно са-
дик около каждой сурчины. Позднее сурчины порастают беленой Нуо-ч-
damns nlyer и жминдой Blitum vlrgatum. Осенью эти растения превра-
щаются в желтые бурьяны, которые своей окраской прекрасно скры-
вают байбака.
Как правильно отмечает А. А. Силантьев (1. с. 1898, стр. 15),
сурчины в Каменной степи не типичны: они сравнительно не высоки
и не очень заметны на степной равнине. От норы к норе ведут хорошо
примятые, широкие тропы; отдельные норы располагаются иногда
близко одна от другой. Часто где-либо • на холмике, среди поросли
Sisymbrium, хорошо намечается овальная ямка в - виде лунки—место,
где лежит и отдыхает сурок; немного в стороне мы замечаем слабую
впадину, где видны экскременты чистоплотного зверка.
Часто около сурчин мы находили многочисленные норки сусли-
ков; мы неоднократно наблюдали даже, как испуганные суслики уди-
рают в нору к сурку. В некоторых случаях сурки живут в тесном
соседстве с лисами, наблюдали даже, что из нор ряддм с сурчинами
выползали молодые лисенята.
Движения сурка сравнительно быстрые, особенно если принять
во внимание неуклюжесть и толщину тела грызуна. Очень забавно
смотреть на сурков, когда опасность застает их вдали от норы: зверь
бежит со всех ног, почти волоча свой толстый живот по земле. Инте-
ресно наблюдать, как потягивается и зевает сурок; при этом он совер-
шенно распластывается, отодвигая назад задние лапки и простирая
вперед передние; спина выгибается, и он длительно и широко зевает.
162
Пищей байбаку служат разные растения, особенно Festuca sukata,
Polygonum aviculare, цветы и стебли одуванчиков. Если вблизи распо-
лагается хлебное поле, грызуны любят полакомиться поспевающей
пшеницей. Нам пришлось наблюдать в Каменной степи, что в одном
месте байбаки сильно попортили подсолнухи; грызуны поели не только
листья, но на половину перегрызли и стержни, а диски с цветами и
семенами очевидно утащили к себе в норы.
Ближе к осени все реже и реже видно сурков, выбираются на-
ружу чаще молодые экземпляры.
Нормально скрываются в своих норах сурки в первой половпне
сентября (ст. стиля).
В дневнике А. И. Мальцева были следующие записи: 1918 г.—
7 (20) IX; 1919 г.—3 (16) IX; 1920 Г.—1 (14) IX; В 1921 г.—8 (И) IX.
В дневнике А. А. Силантьева мы нашли указание, что в 1898 г.
байбаков видели в теплый осенний день 18.1Х,(1/Х).
Нами сделано довольно много интересных наблюдений над со-
держанием байбака в неволе. Приводим выписки из дневников С. И.
Огнева. ,,20/V (2/VI) 1922 г. принесли молодого аксачка вывода этого
года. Байбак был ужасно испуган, когда его несли, чтобы посадить
в ящик; зверь кричал, не переводя голоса. В это время его крик не
напоминал уже сурочьего „свиста",—это был какой-то сплошной прон-
зительный визг поросенка. Как только сурок оказался в ящике, тот-
час забился в дальний угол, повернулся лицом ко всем нам, стал на
задние лапки и, встряхивая хвостом, помахивая лапками, принялся
отчаянно „свистать".
„Во время сильного крика и, очевидно, при сильном волнения,
при окончании каждого покрика из анального отверстия сурка выда-
вались белевшие тремя бугорками анальные железки. Крик носил
явно тревожный характер, но вместе с тем и выражал угрозу. При
этом выражение зверка было крайне злое и раздраженное".
„Когда ему положили траву и мягкую постилку, сурок, ре-
шив вероятно, что пришел его последний час, лег на спину, сильно
махал передними лапками, словно желая ими кого-то ударить, свистал,
а по временам характерно шипел, показывая свои очень большие
резцы*.
„22/V (4/VI) сурок не привыкает: он по прежнему пуглив и
зол. Из мягкой ветоши, которую бросили ему в клетку, он сделал
себе хорошее, округлое гнездо, где спит целыми днями. Охотно ест
пшено (в виде каши), хлеб, свежую зелень ВагЪагеа vulgaris, стебли и
цветы одуванчика, цветы шалфея, гусятник. При приближении к
ящику, где сидит сурок, он теперь уже не кричит свое „кухи-кухи",
но молча лежит на спине, недоверчиво следя за движениями подо-
1СЗ
ше дшего человека. Если, дать сурку какую-либо пишу, то он начи
нает сначала шипеть и хрюкать, махая передними лапками и скаля
зубы, а если испуг его увеличивается, то он снова принимается за-
отчаянный крик, махая не хвостом, так как лежит на спине, а задней
лапкой".
„Свои экскременты сурок оставляет в самых углах ящика".
Вскоре сурок выбрался из ящика и стал жить у нас в лабора-
торной комнате.
йб/V* (8/VI) сурок, который свободно бегал по лаборатории,
продолжает С. И. Огнев, ухитрился забраться снова в свой ящик;
влезая туда он, вероятно, приоткрыл крышку соседнего террариума
с сусликами, один из которых вслед за сурком перебрался в ящик.
Там суслик забился под сурка, который почти прикрыл его толстым
животом своим, и спал, свернувшись клубком".
Способность к приручению варьирует у сурка индивидуально.
Приведем здесь интересный очерк, составленный на основании личных
наблюдений проф. Г. Г. Доппелъмайером, который любезно предо-
ставил'нам свои неопубликованные рукописные заметки.
„Во время моего пребывания на Каменной степи, пишет tipoji.
Доппельмайер, мне принесли в начале мая маленького сурка. Он
имел помятый, несчастный вид и найден был при несколько загадоч-
ных и исключительных условиях на берегу Татьянина пруда, в зна-
чительном расстоянии ог сурковых нор. Я поместил сурка в ящик с
сеном, стоявший в занимаемой мною палатке, и кормил его хлебом с
молоком. Первоначально сурок не умел пить из блюдечка и, комично
фыркая, постоянно захлебывался, но, освоившись с течением времени,
он выпивал три раза в день по полному блюдцу молока, так что
брюхо его раздувалось на подобие шара".
„Кроме того он с*едал несколько ломтиков черного или белого
хлеба, при чем эту пищу заметно предпочитал траве, до которой
почти не дотрогивался, Сухари и хлеб он ел, садясь на задние лапки,
поднося кусок ко рту и обгрызая его своими острыми зубами".
„Когда он стал подрастать, то сделал несколько удачных поши-
тое вылезти из ящика, но ни разу не ушел дальше палатки. В конце
концов мне пришлось прикрывать ящик досками, и сурок, соску-
чившись иля проголодавшись в заключении, заслышав мои шаги,
принимался свистать, и, когда я опускал руку в ящик, обхватывал
ее передними лапами и с легким ворчанием прижимал к груди так
крепко, что я свободно вынимал его из ящика. Иногда я уносил сурка
в степь и, улегшись на траве, предоставлял ему свободу действий.
Как бы ослепленный ярким днем, он медленно прогуливался среди
травы и, удалившись на несколько шагов, приподнимался, осматри-
164
вался кругом, а затем галопом бросался бежать ко мне, чтобы спря.
таться в складках сюртука. Он никогда не пытался убежать и, когда
я поднимался и уходил, то следовал за мною, как маленькая собачка-.
„В июне я перевез его в имение Воронцовку и поселил в ком-
нате. В углу стоял ящик с песком, и сурок, отличаясь замечательной
чистоплотностью, испражнялся в назначенном месте. Он начал есть
овощи, особенно любил капусту, подрос и разжирел до того, что
сильно страдал от жары и, набегавшись, постоянно ложился плашмя
на полу. Он любил, когда его гладили и брали на руки, при чем
нередко засыпал на коленях. Если его беспокоили, он вырывался и
выражал свое неудовольствие визгом, напоминающим визг поросенка.
Так как он ел только мягкую пищу, то постоянно стачивал зубы на
мебели или карнизах печки, при этом он ободрал штукатурку и в
некоторых местах обточил кирпичи. Шерсть его делалась все гущей
гуще, приобретая более темный оттенок, и красиво отливала на солнце".
„В сентябре я переехал в Петербург и перевез с собой сурка.
К сожалению, у меня не было подходящего помещения, и я не мог
доставить ему условий, необходимых для нормальной спячки; он жил
в ящике, в кухне, и под конец, разрушив зубами ящик, спал на полу,
на коврике. Кухня соединялась со столовой длинным корридором, за
обедом отворяли двери, п сурок прибегал галопом, громко стуча
отросшими когтями по полу, получить какое-нибудь лакомство".
„В комнатах он был очень неудобен; грыз мебель, книги, у си-
дящих за столом—сапоги и рвал дамские платья. Характер его начи-
нал портиться, и несколько раз он кусал моих знакомых за руки".
„Приблизительно с октября сурок начал линять, все брюхо об-
лезло и стало голым, переносица облезла тоже, а шерсть спины
сильно поредела *). Всю зиму сурок бодрствовал, и только во время
сильных морозов днями безвыходно сидел в ящике и спал, свернув-
шись клубком. Иногда он спал на боку или на спине, раскинув лапы,
и тогда удивительно напоминал маленького ребенка".
„К марту месяцу сурок стал поправляться и обрастать новой
Шерстью. Передняя часть морды покрылась блестящими черными во-
лосами, спина пожелтела от множества длинных черных волос на
песочно-буром подшерстке".
„В средине мая я перевез моего сурка из городской квартиры ва
дачу в Лесной и поместил его в саду, в ящике, выпуская гулять не-
сколько раз в день. Сурок быстро ориентировался в саду, облюбовал
себе местечко и пытался убежать во двор, отделенный от сада решет-
чатым забором".
♦) Это лпняние в неволе было несомненно аномально ранним. С. О.
165
„Отлучившись из Лесного на несколько дней в город, я вернулся
20-го мая и был очень обрадован, когда мне сообщили, что сурок
с 18/V* роет нору. Выбрав место на ровной, заросшей травой пло-
щадке. с легким песчаным грунтом, сурок очистил необходимое про-
странство от травы и принялся за работу. К 20/V длина норы уже
достигла двух аршин и приблизительно аршина глубины. Перед вы-
ходом возвышался холмик выброшенного песка в ‘/4 аршина высоты
и в Р/2 аршина в диаметре".
„Зверь оживленно работал над постройкой своего жилища.
Скрываясь под землею, он через несколько минут снова выходил на
поверхность. Из глубины показалась обсыпанная землей морда и по-
степенно появлялось все животное, выталкивая наружу нарытую в
глубине землю. Действуя грудью и передними лапами, сурок про-
талкивал до выхода кучку рыжего сырого песку, выходил наружу и
обернувшись, очищал вход в нору. Широко расставив задние лапы и
упираясь спиной и лапами в стенки норы, он выбрасывал под собою
передними лапами землю и затем отбрасывал ее задними. Выполнив
эту работу, сурок выходил на холмик где отдыхал, тяжело дыша,
после чего снова принимался за прерванное занятие. Над устройст-
вом норы зверок трудился около двух педель и, как только его вы-
пускали из ящика, бегом направлялся к ней, тотчас принимаясь за
работу. Он стал немного дичать, прятался в нору, когда его ловили,
гонялся по саду за кошками, а встретившись с маленькой собакой,
поднялся на задние лапы, ощетинился и в этой воинственной позе по-
шел на нее. В то же время сурок бросался на чужих и укусил подо-
шедших к нему детей, так что пришлось водворить его в сарай и
выпускать только под присмотром. В сентябре сурок проявил ожив-
ленную деятельность, приготовил нору для зимней спячки и устроил
внутри норы, у входа вал, оставив узкую щель для входа, и, наконец,
17 сентября закопал изнутри нору и больше не показывался. В настоя-
щее время он спит, погребенный под снежным покровом".
Этот полный живого интереса очерк проф. Доппелъмайера дати-
рован 3 февраля 1903 года.
В заключение мы рассмотрим, от кого терпят сурки преследова-
ния. Из хищных птиц для них, в сущности, страшны только орлы-
могильники; из млекопитающих за ними охотятся лисица, преиму-
щественно за аксачками, иногда их ловят также бродячие собаки.
Самый главный враг байбака—человек. В некоторых местах, на-
пример, в Каменной яруге (на границе Бобровского и Новохопер-
ского у .у.) за ними существует постоянный промысел. А. И. Мальцев
сообщал нам, что видел у некоторых „сурчатников" до 150 экземп-
ляров байбаков.
166
6 (19) VIII 1921 г. мы видели около Степного пруда, невдалеке от
Каменной Яруги, становище сурчатннка. Близ шалаша были натянуты
на шестах шкуры зверков (18 экз.); кроме того по близости валялось
много хвостов и лапок несчастных байбаков, а в особо сделанной
земляной печи, в большом котле, вываривалось сало. По следам на
шкурках было видно, что все байбаки были убиты в горло около са-
мой головы пулей. Надо отметить, что в г. Павловске выделывались
особые ружья для охоты за сурками: одностволки с длинным дулом,
внутренний канал которого делался не круглым, а граненым. В та-
кой ствол металлическим шомполом вгонялась мягкая картечина, кото-
рая плотно втискивалась в граненный ствол, принимая при давлении
о стенки ствола соответствующую форму. Курок этих шомполок бе-
зобразен, ложе—в виде некрасивой деревяшки, а между тем ружья
бьют очень точно и верно: охотники стреляют зверка в голову почти
без промаха; они не признают другого оружия для этой охоты.
В заключение мы считаем интересным сообщить об оригиналь-
ном способе изгнания суроков из районов, близких к полям, о кото-
ром нам рассказывал А. И. Мальцев.
Перед норой байбака делается из четырех палочек-рогулек род
навеса. Зверь выбирается из норы и неожиданно видит странное со-
оружение, которое его пугает. Долго раздумывает сурок, что делать.
Наконец, он решается и бросается через это сооружение из палочек,
часто его сшибает и еще более напуганный удирает далеко. После
этого, по словам А. И. Мальцева, зверок уже не решается возвра-
титься в свою старую нору. Сурок слишком хорошо знаком с раз-
ными петлями и ловушками, а это невиданное, все еще стоящее у
входа в его нору сооружение наводит на него страх и не допускает
вернуться в брошенную квартиру.
В заключение мы даем измерения черепов вполне взрослых бай-
баков нашей коллекции (см. стр. 167).
Сем. CASTORIDAE.
Castor fiber L.—Б о б р.
В своем замечательном исследовании „О прежнем и нынешнем
распространении бобра" (1902 г.) Ф. Л. Кеппен говорит об интересую-
щей нас губернии: „что касается Воронежской губ., которая на всем
своем протяжении, от севера к югу, прорезывается Доном, то нет ни-
какого сомнения, что бобры водились там в прежнее время. Уездный
город Бобров на р. Битюге, преобразованный из села Бобровского, наз-
ван по этому животному, которое изображено и в поле герба этого
города. К сожалению, нельзя точно определить время, когда это село
Измерение черепов Marmota bobac Pall. |№54^ 10.VII 20г. | Старс-Курлацкая степь, Бобрсвск. у., i Ворон, г. С. И. Oi- ! нее. |№ 24 г* 13(26) VII 11921 г. Каменная । степь, Бобровск.у., i Ворон, г. С. И. Ог- нев. I 10 V 1921 г. * Зыковская степь, : Бобров, у., Ворон, г. 1 Аристов, /Орин.
Общая длина черепа 95,8 97,5 93,8
Основная длина , 82,5 83,3 81,1
Кондилобазальн. длина 93,3 94,3 92,1
Кондилобазилярн. длина . 87,7 88,4 85,8
Длина носовых костей 38,8 40,6 37,4 л
Скуловая ширина. 65,7 , 62 64,3
Ширина между глазницами впереди processi post or- bit ales 23,9 22 22
Ширина между концами process i post orbit ales . 44,5 42,5 41,7
Ширина позади process! post orb Hales 14,9 15,3 17,2
Слуховая ширина. 48,2 47,4 47,2
Длина верхнегорядазубо в 22,2 23 22,8
ё 19/IV 1921 г. Ibidem. Аристов. №119 x 3 (16)VI— 21 г. Кам. степь, Бсбров.у., Ворон, г. С. И. Оболе некий. Ле 33 15'VII 19г. v Зыковская степь, Бобров, у. I . £ 19/IV 21г. Ibidem. V/1922г.Кам.степ ь C. IL Оболенский, №519 Кам. степь. С. И, Оболенский. Я’ 281. Ibidem.
d. 99 06,3 d. 93,1 95,3 92,6
82,1 88,7 84 d. 82,5 88,3 82,3
93,1 98,3 94,4 d. d. 97,5 92,9
87 92,3 88,9 d. d. 90,8 87,1 %
39,3 39,5 40,5 37,2 d. d. d.
d. d. G5,l d. G4.9 63,3 G5,9
22,1 d. 22,3 21,2 22,8 22,9 23,2
45,4 d. 46,7 44,6 44,9 46,9 44,5
16,6 15,2 15 17,9 16,7 15,7 17,2
46,9 50,3 47,6 d. 47,2 48,3 47.2
d. 23,7 22,2 23,7 21,2 d. d.
168
было основано, и когда, следовательно, бобры жили еще в этой мест-
ности. Г. Веселовский считает вероятным, что Бобровское село про-
изошло от „ватаги бобровых гонов". Такие „ватаги" заведены были
здесь переселенцами черкасами, перекочевавшими на воронежскую
Украину в половине XVII века, при царе Алексее Михайловиче, и
русскими выселенцами из ближайших городов: Воронежа, Ельца и
Коротояка" (стр. 76, 77).
Н. А. Северное (1. с. 1855, стр. 17) в своей книге ограничился о
бобре только кратким упоминанием—„истреблен", без указаний ка-
ких-либо сроков.
В своем обстоятельном „Обзоре промысловых охот в России"
(1898 г.) А. А. Силантьев (стр. 374) отмечает, что в 1886 году в име-
нии „Рамонь" принцессы Е. М. Ольденбургской были привезены и
впущены в старицу близ р. Воронежа 5 живых бобров *), из коих в
первое же половодье четыре уплыли за пределы имения и рассели-
лись выше и ниже по течению р. Воронежа и ее притоков. Часть
ушедших основалась выше имения верстах в 20 по р. Воронежу, в
непроходимых ни летом, ни зимой осиновых и таловых чащах, а дру-
гие перебрались на р. Усманку в глухие, недоступные места.
Относительно воронежских бобров, живущих в Усманском лесном
массиве, появлялись отдельные небольшие заметки**).
В 1915 году проф. И. К. Тарнани был командирован Имп. Аакад.
Наук для исследования па месте условий жизни бобра. Из работ
проф. Тарнани ***) мы узнаем следующее. „В настоящее время", пи-
шет проф. Тарнани, „следы бобров и обитаемые хатки я наблюдал в
лесничествах Тамбовской (Куликовское, Прпусманское, Фещеевское) и
Воронежской (Графское лесничество) губерниях".
„Бобры поселились на р. Воронеже, протекающей возле Фаще-
евского лесничества, и на мелких ее притоках—Крив ке, Мещерке п
Бобровке, проходящих через Куликовское лесничество, на р. Усманке,
протекающей через Прпусманское и Графское лесничества. Бобры во-
дятся как в казенных лесах, так и в частных, соседних с упомяну-
тыми казенными лесничествами".
*) Ф. П. Кеппен (1. с. 1902, стр. 77) говорит, что эти бобры были привезены »з
Минской губернии.
**) A’. 1L Коренев, Бобры в Графском лесничестве, Лесопромышленный Вестник,
1906, А? 10; П. К.—Бобры в Прп-Усманском Лесничестве, Лесная Жизнь и хозяйство,
1914, А? 8, стр. 32—34; см. также: Л; Charlemagne, Beaver of the past and present, The
Ukrainian Zoological Magazine, 1921 p.p, 5—15.
***) К охране природы. Бобр в Тамбовской губ. Бюллет. Харьк. О-ва любителей При-
роды, 1915, А° 2, стр. 58—66. Бобры в Тамбовской и Воронежской г.г. и охота на нпх,
Охот. Вестпик М. 1915, А? 13. стр. 194—198.
169
Н. С. Гардения (in litt.) любезно сообщает нам о бобрах следую-
щие сведения: „Бобры, как местными жителями, так и лично мною на-
блюдались на р. Воронеже в ее течении между селами Троицкое и
Белоколодезь (Круглые горы) Липецкого у. Тамбовской губ. (в 20—25 в.
от г. Липецка). В этом месте река, благодаря плотине в с. Белоколо-
дезь, имеет глубокое и узкое русло с тихим течением и твердыми
берегами; левая сторона^ поросшая ольхой, вербой и осинником, и слу-
жит главным местом обитания бобров".
„Расстояние между селами (считая нзвилпны реки) равно при-
близительно 15—18 в., и на всем протяжении мне приходилось встре-
чать бобров. Так как берега слишком доступны для врагов, бобры в
этом месте роют исключительно норы, длиной до 15 арш. с двумя вы-
ходами (надводным п подводным). Наибольшее количество бобров во-
дится вверх по течению от с. Белоколодезь в 6—7 в. Об общем коли-
честве живущих в этой местности бобров сказать трудно, но, говоря
грубо, считаю, что их не меньше 50 штук. Количество нор очень велико,
и большинство из них пустующие. Характерно, что при таком значи-
тельном бобровом населении сравнительно мало встречается попор-
ченных пми деревьев. Лично я об'ясняю это тем, что бобры не пыта-
ются строить плотин и хаток и срезывают деревья только для еды".
„Лично мне приходилось видеть бобров почти каждый тихий ве-
чер (во время рыбной ловли), плавающих по средине реки. Наиболь-
шее количество виденных за одну зорю было три. Ночью часто слы-
шал сильные удары, производимые бобрами хвостом о воду".
„В 7 верстах от с. Белоколодезь, на торфяном болоте Борпн-
ского сахарного завода, наблюдались 10—12 бобров, живших в так
называемых карьерах. Их жизнь здесь была схожа с речной жизнью
бобров, и только при спуске воды из карьеров бобры энергично стро-
или плотины в дренажных канавах. Там же пми было построено 3—5
характерных хаток. Зимой лично мне наблюдать бобров не приходи-
лось, но, судя по рассказам, они делают отдушины, куда и вылезают
для отдыха".
IL С. Гардения полагает, что бобры в описываемые им места
попали только в 1905 году из Рамони. Первое время бобров местное
население принимало за выдр, которые также здесь водятся. Ма-
ксимальное количество бобров встречалось в 1912—1913 г.г.; к этим
годам и относятся сообщенные Н. С. Гардениным сведения. Позднее,
вследствие начавшейся охоты, число бобров очень поубавилось; в на-
стоящее время Гардения опасается, что бобры исчезли здесь совер-
шенно.
Переходим теперь к рассмотрению собранных нами сведений.
В 1920 г. воронежский препаратор И. А. Хоръкевич любезно сообщил
170
одному из наших помощников, что в 1913 году ему пришлось сни-
мать шкуры с двух бобров, один из которых был добыт в окр. Валуек.
другой бл. ст. Дрязги, невдалеке от ст. Грязи. В Хреновской «Лесной
школе заведующий школой А. II. Султанов показал нам образчики
деревьев, попорченных бобрами. Эти образчики (кусок молодой березы
и более старой осины), по словам г. Султанова, были найдены лет 13
тому назад в Хреновском лесу и доставлены в музей лесной школы-
Факт этот чрезвычайно интересен.
В. Д. Аристов сообщил нам (in. litt.) со слов одного охотника,
что около села Марок (в 15 в. от ст. «Лисок) в затоне р. Дона живут
бобры; местные охотники знают этих животных и иногда бьют. Далее
нам удалось узнать, что лет 15 тому назад один бобр был убит
в болотистом урочище „Мордва", в долине р. Потудани, в 7 верстах от
г. Коротояка.
Главное место обитания воронежских бобров—Усманские леса.
Этот лесной массив состоит из следующих лесничеств: Графского,
Усмано-Борского, Углицкого и Рамоньского. К этому лесничеству при-
легают тамбовские леса—Усманского и Студенского лесничеств. В od-
щем весь лесной массив занимает до 30-ти тысяч десятин. В этом
массиве протекают речки: Усманка, Ивница и Медведица (в Усман-
ском и Усмано-Борском лесничествах), Студенка в Студенском лесни-
честве.
По приблизительным данным графского лесничего Н. Н. Спицына,
в Графском лесу держится более 50 бобров. В квартале 11—3 шт.,
кв. 71—20 шт., кв. 92—5 шт., кв. 133—3 шт., кв. 8 (Толшевской лес-
ной дачи)—ю шт., кв. 4—12 шт.
Нами осмотрены в сентябре 1922 г. места обитания бобров. Очень
близко от дома лесничего расположена интересная бобровая „хатка" у
болотистого окончания пруда бл. „Чистозерского кордона". Эта хатка
находится всего шагах в 400 от домов кордона. Она прекрасно сохра-
нилась, и ее можно было хорошо рассмотреть благодаря низкому стоя-
нию воды. Надо думать, что подобными хатками бобр пользуется вес-
ною при высоком' стоянии воды, а летом перебирается в .коблы’, к
местам непосредственно прилегающим к реке.
„Хатка" (см. фот. 5) имела форму конуса с закругленной,
слегка сплющенной вершиной. Наиболее широкое место основания
„хатки" около 17 футов (надо заметить, что вода здесь к осени очень
спала, и потому основная часть сооружения обнажилась более нор-
мальных пределов). Высота хатки была приблизительно около 21/? аРш-
Хатка была завалена палками и отрезками древесных сучьев, которые
покрывали ее не сплошь: некоторые части крыши были прикрыты зем-
лей. Интересно отметить, что с одной стороны основания хатки, изгя-
171
баясь снизу и продолжаясь до вершины, тянулась покрытая землею
полоса, по которой, как по дорожке, зверь мог взбираться на свой до-
мик. Эта земляная дорожка тянулась вверх по хатке от воды.
Перед входом в хатку был довольно значительный по глубине
плёс, искусственно вырытый бобром в болотистом, трясущемся грунте.
Самый вход в верхней его части очерчивали нависающие палки. Вход
был довольно широк; при переходе в нору он делался узким. В об-
щем ход этот был довольно короток; он кончался расширением, обра-
зующим небольшое пространство под сводом стенок хатки. В это вод-
ное пространство (внутри хаткп) впадала подводная нора, распола-
гавшаяся под главным входом. От правой части пространства камеры,
заполненной водой, отходил вправо еще один такой же подводный ход.
Длина и протяжение этого хода точно не были выяснены, но возможно,
что он тянулся довольно далеко к издали видимым от хатки подзем-
ным ходам бобра.
Ширина описываемого входа была 13>/2Дюйм., далее вход сужи-
вался до п д. в вышину и 91z4 д. в ширину (на расстоянии 9 д. от
входа). Длина основания главного ходз (от входа в хатку)—18 д.
Палки, прикрывавшие хатку, были различной величины и диа-
метров. В среднем длина палок была до 1 арш. Некоторые палки
были срезаны конусом с обеих сторон. Тонкие хворостины были обре-
заны словно острым ножом. Кора на большинстве палок была срезана
п обчищена.
Ходы, тянувшиеся от хатки, были довольно широкие и достигали
глубины *'2—1 арш. Некоторые ходы имели вид настоящих зем-
ляных коридоров с пологими стенками. Эти оригинальные ходы от-
части напоминали дренажные канавы, которые делаются человеком
для осушки болот. Думается, что бобр, в зависимости от стояния
воды, то жил в хатке, то перебирался в подземные норы, быть может
непосредственно связанные с самой хаткой. К району расположения
бобрового домика, среди болотистой низины, облесенной и заболочен-
ной части Чистозерского пруда, прилегал сосновый бор, растущий
на песках, с другой (южной) стороны начинался тальник, камыш,
кусты.
Интересно, что бобровые ходы простирались даже до песков бо-
лее возвышенного места, у края соснового бора, куда в весенний пе-
риод доходит вода. Эти ходы были очень длинны и сложны.
Кроме описанной хатки, мы осмотрели еще несколько. Одна из
них помещалась в очень глухом месте поймы .Усманки, невдалеке от
Старого Крутовского кордона. II у этой хатки был обнаружен особый
помост из грязи, не покрытый сучьями, по коему бобр перебирался
па крышу стройки.
172
Несколько далее в 50 квартале мы видели свеже-надрезанное бо-
брами толстое дерево черной ольхи, диаметром около 7 вершков. Дру-
гое дерево, диамететром около 5 вершков, было срезано совершенно;
с него были сделаны фотографические снимки (см. фот. 6).
Следы деятельности бобров попадались нам на всем пути нашей
экскурсии пор. Усманке. Интересно, что в одном месте мы обнаружили
в реке на небольшом, искусственно сделанном бобром плёсе—много
мелких веток и прутьев лозняка, плавающих на воде. Возможно, что
эти ветви были продовольственной заготовкой зверя и лежали здесь
прп входе в его нору.
В 92 квартале мы посетили прошлогодние стройки. Из нпх хорошо
сохранилась только одна. На грязи особой дорожки, по которой бобр
взбирается на свой домик, лежало несколько свеже-надрезанных вод-
ных растений, которые ясно говорили, что хатка не оставлена ее обла-
дателем. Другая постройка, которую мы осматривали до этого весной
1921 года,—совершенно обвалилась, при этом обнажились ее внутрен-
ние полости, подпертые вместе с землею массой срезанных палок раз-
личной толщины. Вблизи от этой хатки на грязи видны были свежие
следы бобра и найдено много наполовину подгрызенных и, очевидно,
частью с'еденных стволов Апд<Шса.
Осматривая эти интересные места, мы могли отметить, что бобр
особенно любит подгрызать осины, черную ольху, иву, реже березу.
Только в исключительных случаях трогает он вяз, также растущий
в болотистой пойме в большом обилии. Наш спутник по экспедициям
студент В. Г. Гентнер видел два вяза, подгрызенные бобрами.
По словам лесничего Н. И. Спицына бобров наблюдать легко. Ik
можно видеть каждое утро, если до зари в полумраке начинающегося
рассвета, тихо ехать на лодке. Тогда можно видеть плывущих бобров
очень близко, на расстоянии нескольких шагов. Н. Н. Спицын наблю-
дал даже, как бобр нырнул под лодку п выплыл наводную поверхность
шагах в трех от лодки. Молодых бобров лесник Чаркин наблюдал в
конце июня 1921 г., когда видел старую самку, за которой плыло 5
молодых, каждый из которых был меньше >/з старой особи.
По свидетельству лесника Чаркина, бобры проявляют деятельность
п зимой. В это время, а также под осень звери подгрызают особенно
много деревьев. Бобров не видно лишь в сильные морозы. Повпдимому
эти звери иногда переходят пз одного места в другое, более удобное.
Так, Н. Н. Спицын рассказывал нам, что сравнительно не так давно
один бобр переходил полотно железной дороги невдалеке от Н. Кру-
товского кордона и, к сожалению, был убит стрелочником.
Теперь, благодаря энергии Н. И. Спицына, охота за бобрами пре-
кратилась. В недавнее время этих интересных грызунов истребляли,
173
главным образом, в весенний период водополья. Тогда грызуны дово-
льно открыто выбираются из своих затопленных убежищ и часто можно
видеть, как они лежат на каком-либо кобле, греясь на ярких лучах ве-
сеннего солнца.
Бобров ловили также в особые проволочные вентеря, так как
обычные веревочные не могут удержать зверя.
Выше мы отмечали уже настоятельную необходимость решитель-
ными мерами запрета и постоянно организованной охраны защитить этих
интересных животных от бессмысленного уничтожения, к которому
русские люди имеют такую определенную наклонность.
О т р. Ungulata.
Сем. Cervidae.
Се г v us elaph us subsp.—Олень благородный.
Благородные олени жили в зверинце в имении Рамоиь. После
революции они разбрелись по лесу, где живут и теперь. По словам
лесничего Н. Н. Спицына, зимой 1921—1922 г.г. в Графском лесни-
честве держалось И оленей в кварталах 87—88; весной 1922 года 5
экземпляров земечено в квартале 127.
В 1922 году у оленей был молодой приплод. Так, одного теленка
наблюдали в мае в так называемом „Городище Кудеяра"—очень глу-
хом и овражистом месте леса. Осенью 1922’года олени, по словам
Н. Н. Спицына, держались в том месте, где год тому назад был по-
жар, а теперь выросла чрезвычайно высокая трава, почти в рост че-
ловека, образовав мало проходимые крепи.
Capreolus capreolus capreolusL.—Дикая коза,
козуля.
По собранным сведениям, дикая коза спорадически очень редко
встречается в лесах исследованной губернии.
Лет 30 тому назат козуль было, по словам бывшего лесничего
Графского лесничества А. А. Демского, очень много в Усманском ле-
сном массиве. В настоящее время, по данным Н. Н. Спицына, дикие
козы постоянно живут в кв. 245 Графского леса (зимой 1921—1922 г.
их было отмечено там две). Временами козы бывают в кварталах
246 И 223.
В Шиповском лесу дикие козы были отмечены в Воронежско-Сло-
бодском лесничестве под Лаптевским кордоном. По собранным сведе-
ниям, недавно дикая коза была убита в Хреновском лесу.
Наконец, один из участников Хреновской лесной школы сообщил
нам, что в Ново-Хоперском казенном лесничестве в 1918 году наблю-
дали трех диких коз. Одну-из них он видел лично. Это была самка.
УШ Птицы.
(Обзор наиболее интересных форм).
COLYMBIFORMES.
Из представителей отряда Cohiuibiformes, которых нам удалось
констатировать в пределах Воронежской губернии, большой интерес
представляет нахождение нами на гнездовья малой поганки, Тас/н^ар'^
iHf'icollix raficollis Pall., ранее совершенно не указанной для губернии.
Таким образом, с нахождением этой формы все пять видов Fam. PotU-
cipidae, свойственные Палеарктике, относятся и к фауне Воронежской
губернии. Наиболее обыкновенна, широко распространена в губернии
ушастая поганка, ч Podiceps niyricollis Brehm, которую мы наблюдали в
качестве гнездящейся птицы на степных прудах Бобровского уезда.
Выводки этой поганки наблюдались нами 4 17 VII 21 г. на Цветков-
ском пруду в Каменной степи. Осенью, 17,30 УШ 22 г., на одном из,
степных прудов, удалось нам добыть пять птиц этого вида, из стайки,
состоящей из И экземпляров, среди которых был один старый , в
брачном еще оперении (линька у данного экземпляра только что на-
чиналась). Мы видели здесь, как на поганок бросался сокол чеглок,
Hypotiiurchiii subbuteo (L.), нападая под ряд то на одну, то на другую
птицу. При его нападениях поганки стремительно и ловко ныряли.
Когда над плавающими поганками с шумом проносилась большая
стая турухтанов, Machetes puynas L., они также каждый раз, словно
по команде, мгновенно ныряли.
Из представителей Fam. Colymlddae. мы имеем данные о нахож-
дении в пределах губернии только одного вида Colymbus arcticus L.
В записной книжке Н. А. Северцова (хранящемся у проф. JZ. Л. Мен-
збира) этот вид, добытый 11/Х 84 г. на Битюге, приводится со знаком
вопроса. Несомненно, что при дальнейшем исследовании фауны Воро-
нежской губернии будут отмечены в качестве пролетных птиц и дрУгпе
виды этого семейства.
Tachibaptus ruficollis ruficollis (Pall.).—Поганка малая.
Нахождение этой западно-палеарктической формы в> пределах
Воронежской губ. представляет, как мы уже сказали, значительный
интерес. Здесь по всей вероятности и проходит в настоящее время
восточная граница распространения этого подвида.
175
Летом 1921 года в Хреновском бору Бобровского уезда нам уда-
лось констатировать гнездованье Tachybaptus ruficollis ruficollis на
„Моховом озере* Коршевского лесничества. 18,'31 VII было найдено
гнездо, и здесь же наблюдался выводок малой поганки, состоящий из
четырех еще очень маленьких птенцов, по всей вероятности, день-два
тому назад выведшихся из яиц. Когда их стали преследовать на лодке,
они, характерно мотнув головками, сразу, словно по команде, нырнули
и проплыв под водою около сажени, снова показались; но на этот раз
был виден только самый кончик клюва каждого птенца, выставленный
из воды. Поразительна была способность птенчиков вести себя совер-
шенно как старые птицы—нырять и плыть глубоко погрузившись в
воду, выставив только клювик, и таким образом очень ловко уходить
от преследования.
Здесь же держался d, который особым тихим односложным по-
криком, резко отличавшимся от обычной громкой и звучной трели,
сзывал расплывшихся врозь птенцов. После довольно долгого пре-
следования d одного из птенцов удалось добыть, d имел довольно
ясно выраженное наседное пятно; семенники, как показало анатоми-
ческое вскрытие, были еще сильно развиты. Окраска птенца была
следующая: вешняя сторона, голова, шея, крылышки и бока черного
цвета с немногими тонкими, белыми на голове и рыжими на спине,
полосками. Нижняя сторона грязновато-белая. Клюв был нежно-розо-
вой окраски с ярко-белым концевым яичным зубчиком. Такой-же
нежно-розовой окраски били и около-глазные кольца. Ноги темно-
серого цвета. Длина птенца 85 м.м. Недалеко от того места, где на-
блюдался выводок, было найдено и гнездо этой пары (см. фот. 7),
представлявшее довольно массивную постройку пз различных водяных
трав, главным образом пз Sparyanium minimum, с очень небольшим
лоточком посредине. Гнездо пловучего типа, т.-е. сделано на воде,
около заросли куги и тростника, под полузасохшим кустом, частью
прикреплено к ветке куста, благодаря чему оно неподвижно стояло
на одном месте. Диаметр его 38 см. В гнезде лежали 3 сильно наси-
женных яйца (с готовыми к выклевыванию птенцами). Из одного из
этих трех яиц, которые все были взяты в коллекцию, на следующий
день выклюнулся птенец.
Одноцветные, желтовато-песочной окраски яйца от долгого ле-
жания в гнезде сильно загрязняются, а мелкие частицы растительной
подстилки гнезда, прилипая к скорлупе, оставляют бурые отпечатки,
различной формы и величины, придавая яйцу несвойственную ему,
пятнистую окраску.
Размер яиц: 1) 41,4X27,7 м.м.
2) 41,4X27,4 м.м.
176
На следующий год летом нам опять пришлось наблюдать в Хре-
новском бору на „Лебяжьем озере* малых поганок. Таким образом
гнездованье данного вида в губернии не случайно, ж носит более или
менее постоянный и в то же время, по всей вероятности, спорадический
характер.
ARDEIFORMES.
Фауне Воронежской губернии принадлежат 7 видов отряда
Ardeiformes. Кроме форм, широко распространенных в Европейской
России, сюда относятся виды, характеризующие природу Южной России,
например, Garzetta garzetta L., Herodias alba L„ Nycticorax nycticorax L.
11 Ardea purpurea L.
В то время, как первые два вида только залетают осенью в пре-
делы губернии, два последних гнездятся у нас. Осенью (31/УШ—13/IX,
1/14 IX) 1922 года мы наблюдали два экземпляра Ardea purpurea L.
в долине реки Воронежа (близ впадения ее в Дон).
К очень обыкновенным, широко распространенным видам губернии
принадлежат Ard-'a cinerea L., Hotaurus ЖHaris L. и Ard>ttaminuta L.
CIGONIIFORMES
Все представители этого отряда, отмеченные до спх пор в Воро-
нежской губернии, должны рассматриваться как более или менее
редкие залетные птицы в пределы нашей губернии. II. А. Северцов
в своем списке (Периодические явления, ст. 28) приводит только
Ciconia nigra (L.) и Plcgadis falcinellus (L.), отмечая их как залетных
птиц.
Проф. J/. А. Мензбир в последнем издании „Птицы Россни'
(Москва, 1918 г., вып. перв.) относит Ciconia nigra к гнездящимся пти-
цам губернии. В центральной части ее, т.-е. в Бобровском уезде,
черный аист определенно не гнездится: за четыре года исследований
нам ни одного раза не пришлось наблюдать этого вида или даже слы-
шать о его залете сюда. Может быть, в южной части губернии Ciconia
nigra встречается несколько чаще.
Нам известно несколько случаев залета белого аиста, Ciconia ci-
conia (L.), в пределы Воронежской губ.; в конце 90-х годов один бе-
лый аист был застрелен в Бобровском уезде Н. А. Севериовым. В мае
1916 г., по сообщению С. Д. Перелешина, этот вид два раза наблю-
дался в Воронежском уезде (1/У 1915 г., 19/V 1915 г.). Может быть,
залеты Ciconia ciconia в 1915 году были вызваны военными действи-
ями на Западе, которые несомненно оказывали значительное влияние
на случайные залеты птиц и появление их часто далеко за преде-
лами своей гнездовой области.
177
В 1921 году мы получили ноги белого аиста, который был за-
стрелен в селе Новая Чигла 7/VI 19^1 года. Затем, 1 (14) VIII 1921 г.,
один белый аист наблюдался членами экспедиции Ь'. Г. Габричевским
и Н. В. Шибановым в Каменной степи близ Красного пруда.
Относительно залета колпицы, Plat aka leucorodia L., нам известно,
по сообщению В. Д. Аристова, что весной 1921 г. местный охотник
наблюдал близ Мордовского озера, в долине р. Битюга (Бобровский у.),
большую белую птицу с длинным, плоским, расширенным на конце
клювом. Это показание охотника несомненно могло относиться только
к данному виду; к сожалению, птица не была добыта и мы вносим её
в список с знаком вопроса.
PHOEN1COPTER1FORMES. .
Phoenicopterus roseus Pall.—Фламинго.
Относительно залета фламинго в пределы Воронежской губер-
нии А. И. Мальцев сообщил нам, что весной 191S года в долине
р. Битюга, близ г. Боброва, была застрелена одна птица этого вида,
которая потом демонстрировалась в Обществе правильной охоты в
Боброве.
ANSERIFORMES.
В работе Н. А. Северцова мы находим интересные данные о гне-
здовье лебедей (Cyynus eygnus) и гусей (.4н<<т ав пределах Во-
ронежской губернии.
В настоящее же время эти два вида встречаются здесь на про-
лете, и, может быть, только одиночные пары их остаются у нас на
гнездовье.
Серые гуси правильно гнездились в течение последних лет в
урочище „Мордва", в долине р. Потуданн бл. г. Коротояка.
ИаМ почти совершенно не удалось проследить пролет лебедей и
гусей и выяснить видовой состав пролетающих стай. 1L А. Северцов
рисует перед нами грандиозную картину осеннего пролета этих птиц,
происходившую в 5О-х годах прошлого столетия в устье р. Икорца/
Он пишет: „Всего более оживляются озера пролетной птицей, и пре-
имущественно чистые, широкие Песковатские озера и мельничный
пруд, Став Икорца. Там являются мимолетными гостями стада лебе-
дей, Cygnus musicus, живут всю осень бесчисленные казарки, Anser
segetutn, Anser allnfrons и, в меньшем количестве, -1. Lvrnicla (A.torqua-
tus). Тысячные и десятитысячные стада казарок—вот что прежде
всего, осенью, бросается в глаза на устьях Икорца; нигде мы их не
встречали в таком множестве".
178
FALC0N1F0RMES.
•
В настоящее время мы имеем для фауны Воронежской губ. 31
вид из представителей отряда Falconifonner, из них 24 вида относятся
к гнездящимся птицам губернии, среди которых есть целый ряд форм,
характеризующих фауну Южной России. Сюда мы должны отнести
такие виды, как например: Astur brevipi-s. Hlerofalco cheriug. HleraaVtux
реппаЫя. Aquila nqtalcnxi* orientals. Aquila heli аса.
С другой стороны целый ряд форм относится лишь к редким
залетным птицам нашей губернии, являясь случайным элементом изу-
чаемой фауны.
Для видов, представляющих наибольший интерес в системати-
ческом или фаунистическом отношении, мы даем здесь отдельные, более
или менее полные очерки, включая в них собранный нами биологи-
ческий материал.
Pandion haliaetus (L.).—Скопа.
’’ В центральной части губернии, где, главным образом, происхо-
дили наши исследования, скопа довольно редка, хотя несомненно она
гнездится в долине р. Битюга. Летом мы только два-три раза наблю-
дали скопу, осенью же, начиная с августа, количество особей этого
вида увеличивается, и тогда этот хищник встречается здесь несколько
чаще. Точно такой же характер распространения и пребывания Pandion
haliaiitus отмечает Н. Н. Сомов для Харьковской губ. (Орнитолог, фауна
Харьков, губ, 1897 г., ст. 359).
Aesalon aesalon reguius (Pall.).—Дербник.
Один экземпляр этого сокола, молодой <5, был добыт А. И. Юри-
ным 24 II (9/III) 1922 года в окрестностях с. Нов. Курлак Бобровского
уезда. Птица была еще в первом пере и только на надхвостье появи-
лось несколько пепельно-серых перышек взрослого наряда. Д1о всей
вероятности дербник у нас правильно периодически пролетная, а может
быть, и зимующая птица.
* Чрезвычайно интересный факт представляет собой гнездовье дерб-
ника в Южной России, в частности в ольховых лесах Харьковской гу-
бернии, где он был найден на гнездовье Н. А. Зарудным. Может быть,
более тщательные и детальные исследования фауны ольховых лесов
Воронежской губернии дадут нам возможность также отнести этого
сокола к спорадически гнездящимся птицам нашей Губернии.
Falco peregrinus peregrinus Tunst.—Сапсан.
Несколько десятков лет тому назад сокол-сапсан принадлежал к
более или менее обыкновенным гнездящимся птицам Воронежской гу-
179
•бернии; в'Настоящее время, этот вид повпдимому здесь уже больше не
гнездится, будучи вытеснен отсюда балобаном, Hierofalco cherrug, бы-
страя колонизация которого и поступательное движение на север, быть
может, заставили сапсана покинуть южные пределы своей гнездовой
области. Аналогичную картину мы можем легко проследить на протя-
жении всей Южной России.
За четыре года мы только осенью несколько раз наблюдали
сапсана. Одна молодая птица (d), представляющая по окраске переход
к F. р. leucoyenys, была застрелена .4 (17) IX "1921 г. на плотине степ-
ного пруда в Каменной степи. У сокола полный зоб был набит свежим
мясом и перьями, по всей вероятности, сороки.
Кроме типичной формы, фауне Воронежской губернии принад-
лежит еще F. р. leucoyenys Brhm. (Мензбир, Фауна России. Falconifo*-
mes, 1916, вып. I, ст. 116).
Hierofalco cherrug (Gra у).—Б а л о б а н.
(Фот. 11).
' В пределах всей губернии балобан широко распространенным
вид. Во всех лесных массивах, которые нам удалось осмотреть здесь,
он на гнездовье обыкновенен. Обширные лесные массивы, расположен-
ные среди открытых пространств, характерная станция для этой
птицы.
Время весеннего прилета, а также время отлета Hierofalco cherrug
из Воронежской губ., нам проследить не удалось. Но невидимому с
первых чисел сентября (ст. ст.) начинается уже движение на юг, вслед
за пролетными стаями отлетающих пернатых. В это" время балобаны
чаще наблюдаются в степи, далеко от леса; здесь, на степных прудах,
собираются тогда многие пролетные 11тицы, доставляя балобану обиль-
ную добычу.
Летом 1922 года в Хреновском бору Бобровского у. нам удалось
собрать целый ряд наблюдений, относящихся главным образом к
•гнездовому периоду этого сокола. Все четыре гнезда балобана, най-
денные К. А. Воробьевым в Хреновском бору, располагались на самых
вершинах старых сосен и по всей вероятности были старыми гнез-
дами Aquila heliaca, который на гнездовье здесь довольно обыкновенен.
Интересно отметить, чтовт^ех гнездах Hierofalco cherrug было только
по одному птенцу (количество птенцов в четвертом гнезде выяснить
не удалось); такое количество, конечно, ненормально; обыкновенно
полная кладка балобана содержит 4—5 яиц. Гнездится балобан как
на опушке, так и в глубине леса, выбирая всегда более или менее
высокие места с большим открытым горизонтом. В гнезде, найденном
3 (16) VI на опушке соснового бора на берегу’ р. Битюга, был один,
еще маленький птенец, по всей вероятности 10—12-ти дневного воз-
180
раста-. Под гнездом лежала скорлупа от яйца. Первое время после
вывода птенцов, добычу для них приносит повидимому только cf; 9
же держится около гнезда. 11 (24) VI около гнезда мы наблюдали
который с добычей в когтях (кажется это была Sylvaemus flavicollis}
сидел па вершине сосни и громко кричал; через некоторое время к
нему подлетела я, взяв принесенную добычу, полетела к гнезду.
17 (30) VI мы взяли из гнезда молодого балобана (<5 и 9 были застре-
лены накануне), который уже совершенно оперился,.и только маховые
и рулевые перья немного еще не отросли. Общий тон окраски дан-
ного экземпляра был значительно темнее окраски старых птиц. Этот
прекрасный сокол прожил у нас в неволе два месяца, после чего был
отпущен.
В 1922 году молодые балобаны покинули гнезда в начале два-
дцатых чисел июня (ст. ст.). Добычей балобана во время гнездового
периода, а, может быть, также и в течение всего лета, служат главным
образом суслики (Cltellus nuriicus susiicus Guekl.), которых хищники ловят
в окрестных степях. В гнезде, к которому удалось добраться леснику
и под сосной, где сидел обыкновенно молодой, вылетевший из гнезда
балобан, оказались только остатки сусликов. Также в зобу и желудке
двух добытых у гнезда балобанов (<< и 9) были остатки сусликов.
Из птиц добычей балобана служат в большинстве случаев, многочис-
ленные здесь Columba <icuai> L., Turtur turtur L., GaYrulu* ylandarlns L.
ii Coracias garrula L. У гнезда, найденного 6 (19) VI 1920 г. в обшир-
ном дубовом лебу, в окрестностях с. Курлака Бобровского у., мы об-
наружили остатки грачей, которые вероятно и служили здесь главной
добычей балобанов.
16 (29) VI 1922 г. одно гнездо, сделанное на старом дубу, на вы-
шине аршин 20-ти над землей, было найдено в Шиповском лесниче-
стве (Павловский у.). В гнезде находилось, повидимому, 5 птенцов,
трех из них удалось добыть. Птенцы были совершенно оперены, и
только рулевые и маховые перья еще не вполне отросли.
Интересная биологическая особенность балобана — сильная
привязанность его к старым гнездам; спустя некоторое время
после вывода птенцов, иногда уже осенью балобаны (обыкновенно
с* и $) долго, держатся у какого-нибудь старого опустевшего гнезда.
Они по долгу сидят в нем, чистятся и отдыхают, сюда же приносят
добычу и часто с криком гоняются друг за другом, как делают это '
весной. Подобную привязанность к старым гнездам приходилось нам ви-
деть не только у птиц данного вида.—Однажды осенью 14 (27) IX 1919 г.
С. И. Огневу удалось сделать интересное наблюдение над самкой
пустельги, Thinunculus tinnunculus, которая садилась в старое гнездо-
л довольно долго сидела в нем. (См. выше, стр. 41).
181
Однажды мы наблюдали, как балобан нападал на Aquila heUaca-.
последний, увертываясь от энергичных и смелых ударов сокола, с кри-
ком старался скрыться от ожесточенного преследования. Hlerofalco
cherrug можно отнести к видам, расширяющим свою гнездовую область
поступательным движением все далее и далее на север.
В пашей коллекции имеется 8 экземпляров этого вида, добытых
в Бобровском у. Из пяти старых птиц, две (d ц ; добытые у одного
гнезда 16 (23) VI 1922 г.) принадлежат к типичной форме (птицы во
втором пере), при чем оперение их находится в интенсивной линьке.
Остальные три экземпляра относятся к форме clniiamommea (21. Л.
Мензбир, Фауна России. Falconlformes, 1916 г. Вып. 1, ст. 169).
1) d 20/IV (3/V) 21 г. Перо поношено, следов' линьки еще не
заметно.
2) <3 16 (29) VII 22 г. Птица в свежем пере.
3) 9 3(16) IX 21, г. Птица в свежем лере; линька закончена.
I /
Haliaetus albicilla (L.).—Орлан-белохвост.
По наблюдениям Н. А. Северцева, произведенным в 40-х годах
прошлого столетия, орлан-белохвост принадлежал к обыкновенным
гнездящимся птицам губернии.
В своем очерке (Период, явлен., 1855, ст. 175) Каменной степи
Бобровского у. он дает прекрасное описание - общественной жизни
этих орлов, которое мы приводим здесь: „Hallaetus albicilla", перелетев-
шие после вывода детей в эту обширную степь, где есть места, уда-
ленные верст на 60. от ближайшего леса и обильный корм,—живая
добыча и падаль, бродят по степи, не вылетая из нее. Они многочис-
ленны, и на крупную падаль их набирается до 15 вдруг; но эти стада
собираются и опять рассыпаются, смотря по обилию и свойству корма.
Так как общественная жизнь этих орлов не была еще описана и я
наблюдал ее только раз, то опишу сперва подробно то, что видел, по
заметкам, составленным на месте. 6-го сентября, утром, выехавши на
охоту,—я заметил орла, поднимающегося вверх широкою спиралью,
между тем, как в два предшествовавшие дня не впдал ни одного, и
стал следить за ним. С полчаса он летал молча; потом вдруг раздался
его частый и пронзительный крик. Судя по кажущейся величине (он
уже казался только черной точкой), он тогда был на высоте 15—20.000 ф.
Вскоре показался и откликнулся другой орел, потом третий, четвертый
и до десяти, столпились и скрылись. Под вечер, возвращаясь с охоты,
я поехал в ту сторону, куда скрылись орлы, подозревая, что они там
высмотрели добычу. Действительно, я увидел двух орлов на стогу, и,
пользуясь волнообразной поверхностью степи в этом месте, под'ехал
к ним не приметно шагов на 150. Выезжая из-за последнего бугра,
182
скрывавшего меня от этих орлов, я увидел все собравшееся стадо.
Два, сперва замеченные на стогу, были старые, белохвостые,—и на
их крик откликнулись другие, сидевшие на соседних стогах, тоже
белохвостые, все поднялись, а за ними и остальные, молодые, клевав-
шие между тем дохлую лошадь, вместе с стадом вороньев (С. сотах).
Судя по тяжелому полету, старые были уже сытр. Остались только-
два, насытившиеся до бесчувственности; я убил одного из них, дру-
гой поднялся от выстрела и едва мог лететь. Оба были одинакового-
цвета, и, судя по перу убитого, трехлетние, может быть и 4-х лет.
Слетевшее стадо расселось по стогам ночевать. На -следующий день
я их опять около полудня застал на той же падали, но уже в мень-
шем количестве; опять были часовые на стогах, так что нельзя было-
под'ехать на выстрел".
Теперь же, HaUactus alliicilJa в Воронежской губ. стал значительно-
реже; нам только два—три раза пришлось наблюдать здесь этого
орла. В коллекции Зоологического Музея Лесного Института имеется
один экземпляр белохвоста, доставленный туда А. А. Силантьевым,
из Хреновского бора. Орел был найден еще нелетающим, летом 1899 г.,
в окрестностях Чигольского кордона и жил некоторое время в неволе..
Aquila chrysaetos chrysaetos (L.)—Орел беркут.,
Беркут, которого мы наблюдали здесь несколько раз, встречался
нам всегда только осенью. 31/V’ll (13/V’lll) 1922 г. одни Aquila chrysaetos
chrysaetos наблюдался нами в Жировской даче Тавровского лесниче-
ства, расположенной при впадении р. Воронежа в Дон. Местный охот-
ник сообщил нам, что все лето он видел парочку белохвостых орлов
как раз в том Месте, где был замечен беркут. Может быть, данное
сообщение относилось к Aquila chryxai’tos chry^aVtox, но, с другой стороны,
возможно, что наблюдаемые охотником орлы были Haliaetu* alhicilla.
Мы предполагаем, что в настоящее время Aquila chrysaeto»
chrysaetos только очень редко гнездится в пределах Воронежской гу-
бернии. Быть может, он вытеснен отсюда могильником, который, встре-
чаясь здесь в значительном количестве, несомненно представляет для
беркута сильного конкурента. Нам кажется, что мы имеем явление,
аналогичное по своему характеру с вытеснением на севере Falco
peregrinus близкой к нему формой Hhi-ol'alco cherrug из южной части
его гнездовой области. Изучая распространение видов не только на
поверхности, но и во времени, и наблюдая последовательную смену
фауны той или иной области, мы видим, что фактором расселения с
одной стороны и сокращения коренной области вида—с другой, слу-
жат не только внешние условия, но, главным образом,—результаты той
конкуренции, которую встречают виды в лице своих близких сородичей-
183
Aquila heliaca heliaca Sav.—Орел могильник.
(Фот. 13).
Орел-могильник более или менее обыкновенная гнездящаяся
птица губернии. Во всех лесных . массивах, которые нам удалось
осмотреть, этот орел встречен нами на гнездовье, особенно же много-
числен он в Хреновском бору Бобровского уезда. Здесь, в этом пре-
красном обширном лесном массиве, ежегодно гнездятся несколько пар
могильников. Нам нередко приходилось находить их громадные гнезда,
заложенные на вершинах вековых сосен и дубов. Красивую, замеча-
тельно эффектную и мощную картину представляет гнездо могиль-
ника, когда вечерней зарей два грозных хищника, вернувшись с охо*гы
в степи, сидят на гнезде, чистятся, отдыхают и смотрят в голубую
даль... *
Почти всегда гнездо закладывается на самой вершине, покрывая
собой крону дерева, и только иногда нам приходилось видеть гнезда
этого орла, сделанные на боковых ветвях .около ствола, несколько
ниже вершины; но, может быть, эти гнезда первоначально принадле-
жали не могильнику,' а белохвосту.
В дневнике О’. И. Огнева за 192Q г. мы имеем ряд интересных
наблюдений, произведенных у гнезд Aguila heliaca heliaca, которые мы
и приводим здесь. ,,23/Vl (7/VII) 1920 г. в окрестностях с. Чиглы
Бобровского уезда были найдены два гнезда могильника, располо-
женные приблизительно в 1 верстах друг от друга. Одно из гнезд,
сделанное в 10 саж. от земли, помещалось на старом дубе, который
благодаря своим колоссальным размерам был виден уже издали, доми-
нируя над всем лесом. В стенках гнезда' ютились в большом коли-
честве полевые воробьи, Pa^er montanus. В гнезде было два довольно
больших птенца; в бинокль ясно было видно их красивой, глинистое
оперение и отрастающие маховые и рулевые перья. Другое гнездо
орла-могильника, найденное в том же лесу, помещалось на самой
вершине огромной сосны, на высоте 13—14 саж. над землею. В гнезде
так же оказалось два начавщдх оперяться птенца. Мне пришлось
сделать многочисленные наблюдения, подолгу карауля орлов-могиль-
ников у их гнезд. Орлы, и самец, и самка, таскают корм своим птен-
цам приблизительно каждый час, при- чем перед появлением старых
птиц с гнезда слышится нетерпеливый крик птенца, заметившего
рдалеке кого-нибудь из родителей, возвращающихся с добычей к
гнезду. Крик орлят состоит из высокого, довольно красивого клекота,
звучащего вроде порывистого „иклё, иклё, иклё“. Скоро вдали слы-
шится отрывистый зов старого орла: громкое и хриплое „хлё“, „хлё",
„хлё“ (иногда орел кричит хрипло и сильно „гха-гха-гха"), и вот
между деревьев появляется прекрасная птица, уверенно и смело ле-
184
тит она прямо к гнезду. Теперь с вышины доносится слабый, хрип*
лый клекот старой самки и характерная трель „тюрр-тюрр“ молодых
орлят. Между тем с гнезда слышится треск, с которым старая птица
рвет и терзает добычу. Повременам орлица перестает щипать добычу,
она осматривается и озирается кругом. Случайно ее сверкнувший
глаз устремился между порослями дубняка, где я сидел с приго-
товленным к выстрелу ружьем. Мгновение, и птица шумно и быстро
слетела с гнезда, а пойманная добыча—грач, у которого орлица уже
оторвала голову и растерзала бок,—упал на землю. Часто, в то время
как самка кормит птенца, подлетает самец; он садится где-нибудь
поблизости, клекочет, перекликается с самкой, котбрая иногда долго
сидит в гнезде, особенно если пойманная добыча была велика. Так
однажды я наблюдал, как самка пробыла в гнезде и кормила птенца
около двух часов. Все это время' птенцы с небольшими перерывами
кричали; надо впрочем отметить, что птенцы могильника не так кри-
кливы, как у большого .подорлика, Aquila maculata.
В высшей степени интересно, что в стенках гнезда держится
много Passer montanus; назойливые воробьи, совершенно не боящиеся
грозных обладателей гнезда, толкутся и снуют тут же, залезают в
свои паразитические гнезда, почти шныряя под хвостом или крылом
орла. Тут же почти рядом, несмотря на близость ‘ старого орла, са-
дятся горлицы, Turtur turtur, при чем, самец спокойно воркует, делая
повреме'нам свои воздушные эволюции. Иногда к гнезду ‘ подлетают
удоды, Upupa epops, и чернолобые сорокопуты, Lanius minor; послед-
ние, повидимому, так же гнездятся на этом дереве. Птицы садились
в ближайшем соседстве с орлом, не выражая никакого страха., Надо
думать, что хищник берет преимущественно крупную добычу и не
трогает своих ближайших соседей даже тогда, когда размеры их под-
ходят для его стола. Когда орел улетел, появились сойки, (Jarruhis
glandarius. Одна из них взлетела на самую вершину, села выше
гнезда и начала издавать оглушительные тревожные крики, увидав
спокойно сидевшего там молодого орла. Этот старый, гигантский дуб,
на котором было огромное гнездо составлял как бы сборное место,
куда слетались со всех сторон различные птицы"...
Во всех гнездах орла-могильника, найденных нами в Бобровском
уезде, было по одному или по два птенца. Очень часто гнездо распо-
лагается вблизи от жилья, вблизи лесных кордонов, так что стук то-
пора и даже голос людей отчетливо доносятся сюда. Интересно отме-
тить, что около гнезда могильника почти всегда есть сухое дерево,
на которое вероятно любит садиться орел. В конце июля (ст. ст.)
молодые орлы вылетают из гнезд; в это время количество могильни-
ков значительно увеличивается, и теперь часто можно видеть паря-
185
щих над лесом одновременно несколько этих орлов. Добычей могиль-
ников служат как крупные, так и мелкие птицы и звери; в желуд-
ках убитых орлов, а также на их гнездах, мы находили остатки сур-
ков, зайцев, хомяков, сусликов, грачей, крякв, перепелов. Несколько
раз приходилось нам встречать этих орлов на падали. Однажды
11/VIII 1921 г., когда мы экскурсировали в Хреновском бору, нам
принесли молодого могильника (4), который был пойман руками на
дворе Солдатской слободы, куда он залетел из ближайшего леса.
Оригинально было появление старушки-крестьянки, которая несла
под мышко# огромного орла, предлагая купить его у ней. У данного
^экземпляра еще не вполне развились первостепенные маховые перья,
при чем кровяные стержни их были еще хорошо заметны.
4/VI1I 1920 г. под гнездом орла могильника был найден выва-
лившийся птенец с еще белой от пуха головою п с кровяными стерж-
нями маховых перьев. Для окончательного развития этого птенца
надо было бы еще по крайней мере месяц.
„Летом 1920 года", пишет в своем дневнике С. И. Огнев, „у нас
жили в неволе молодые Aquila heliaca heliaca-, наблюдения, сделанные
над ними, представляют несомненно значительный интерес. Мы дер-
жали трех молодых орлов этого вида. Один из них был взят из
гнезда 7/VII 1920 г. около села Чиглы Бобровского уезда. Несколько
позднее, 12/VII, нами были Добыты два живых птенца в Хреновском
лесу. • К сожалению, один из них вскоре погиб при переезде на глав-
ную стоянку нашей экспедиции—в село Новый Курлак. Птенец, взя-
тый около с. Чиглы, был уже довольно хорошо оперен, но между про-
бивавшимся пером было много белого пуха, особенно на голове и
шее, что придавало орлу какое-то сходство с грифом. Орлы, найден-
ные нами несколькими днями позднее, были'оперены немного более.
Радужина молодых могильников голубовато-серого цвета".
„Очень интересны различия характеров, которые обнаружились
у наших орлов в первые же дни наблюдений над ними. Первый пте-
нец—было мрачное, угрюмое Существо. В течение первых дней своей
неволи молодой орел тихо и угрюмо полулежал или приподнимался
и, неуклюже раскрывая свой непомерно большие крылья, бродил по
двору, сердито поглядывая по сторонам. Пищу он отказывался брать;
его приходилось кормить насильно, при чем орленок дрался очень
энергично. Вскоре однако выяснилось, что подобное насильственное
питание было излишне: подозрительная птица не хотела есть лишь на
глазах людей. Стоило только уйти или спрятаться, и орел немедленно
принимался за предложенную еду. Два других орла также резко
отличались по нраву. Один из них, самый яркий и крикливый из
всей компании, был смирен и кроток: он не сделал ни разу ни одной
186
попытки драться. При приближении к нему он каждый раз пугливо
ложился на землю, совершенно распластывая свои крылья. Его сото*
варищ, взятый*из того же гнезда, имел резко отличавшиеся привычки.
Когда над ним нагибались, чтобы взять прижавшуюся к земле птицу,
орел мгновенно, в последний момент, опрокидывался на спину и дрался
острыми когтями так неожиданно и так удачно, что почти всегда
ранил руки неосторожных людей. Вскоре мы узнали горьким опытом
этот предательский маневр и были очень осторожны с- описываемым
орлом. Орлы могильники жили у нас прямо на дворе, в небольшом
палисаднике. В средине июля (17/V‘ll ст. ст.) птицы уже сильно опе-
рились, в особенности экземпляр из Хренового; у этого орла горло
оделось довольно густым красивым пером. Большие маховые перья
были еще в кровяных чехликах".
„Мрачный Но своему нраву чигольский молодой могильник (») стано-
вился все сердитее. Временами он бывал довольно агрессивен. Так
однажды он смело бросился на барана и прогнал его из беседки, где
орел люб пл сидеть; другой раз он столь же успешно прогнал оттуда
зашедшую к нему свинью. Вскоре он стал бросаться и на людей без
всякого повода с их стороны. Помню, как он сделал очень энергичное
нападение на моих четырех знакомых, которых я привел посмотреть
орла".
„Полураскрыв крылья, с самым решительным видом орел бро*
сался на всех поочереди и обратил нас в стремительное бегство. В
то время, как нрав описываемой птицы так заметно портился,—другой
орел становился все ручнее. Он позволял себя трогать и громко
клекотал, когд^ ему приносили еду. Особенно охотно он начинал кри-
чать, когда при виде принесенной пищи клекотали большие подорлики,
жившие у нас,—птицы вообще гораздо более крикливые по сравнению
с орлами могильниками. Интересно было полное равнодушие к курам
у этого орла. Нередко можно было видеть, как куры лежали у него в
ногах, чистились и грелись на солнце, нисколько не смущаясь сосед-
ством могучей птицы. В жару и могильники и подорлики забирались
под дом, где лежали в тени вместе с курами".
„Однажды описываемый мною более кроткий и тихий могильник
пробрался в кдменный подвал под домом. Это укромное место орел
выбрал из-за сильной жары. Вперевалку добрался могильник до самого
отдаленного угла, но неожиданно застал там отдыхавшего барана.
Не долго думая, орел перешел в нападение, он несколько раз клюнул
барана и решительно бросился на него. Баран стремительно - рети-
ровался; долго стоял он в раздумьи, а затем, словно что-то сообразив,
наклонил голову и бросился на орла, который уже спокойно устроился
в темном углу.—Началось настоящее сражение; орел отбивался отчаянно.
187
баран нападал упорно, разбегаясь- и стараясь ударить птицу лбом,
Положение орла становилось все хуже и хуже,—видимо птица расте-
рялась. Мне невольно пришлось прервать этот странный поединок и
прогнать барана, так как я опасался за целость нашего питомца
орла".
Aquila nipalensis orientalis Cab.—Орел степной.
Проф. М. А. Мензбир говорит (Птицы России, т. 2, 1898 г., ст. 135)’
что степной орел гнездится в Воронежской губернии.
В нашей коллекции нет ни одного экземпляра этого орла; не-
сколько раз приходилось нам видеть И степях Бобровского уезда
крупных, несколько массивнее, чем Aquila maculata, орлов, которые по
всей вероятности и принадлежали к этому виду. Летом 1920 г., один
мальчик пастух говорил нам, что в этом году он нашел гнездо орла,
сделанное прямо на земле, на кургане, близ дороги, идущей от с.
Хлебородного к Мильцыиу Хутору (Бобровского уезда).
В гнезде было два очень больших яйца. Нет сомнения; что это
гнездо принадлежало Aquila nipalcn*i* oriintaH*. В работе Н. А. Север-
цева (Период, явления, 1855 г.) мы имеем интересные, хотя и не пра-
вильно истолкованные данные о гнездовье этого орла в пределах
Воронежской г. На 183 ст., говоря о суточных перелетах птиц, автор
отмечает, что Aquila сланца иногда гнездится в новых для себя усло-
виях: яа старых стогах Каменной степи. Конечно, эти наблюдения
известного натуралиста относятся не к Aquila c'anqa (=таси’.а'а), а к
степному орлу, Aquila iiipa'cnsi* oriental;*, описанному.. С'аАй.'.Д’о.и в
1854 г. из степей Южной России.
Aquila maculata (Gm.).—Большой подорлйк.
> (Фот. 12).
Большой подорлик один из наиболее, обыкновенных хищников
Воронежской губернии. Мы встречали этот вид на гнездовье как в
сосновом бору, так и в сырых ольховых'лесах (коблах), расположен-
ных в речных долинах. Все гнезда этого орла, осмотренные нами,
заключали обыкновенно по одному или по два птенца. Мы приводим
здесь спйсок гнезд Aquila maculata, найденных нами в Бобровском
уезде. Этот перечень наглядно показывает сроки периодических явле-
ний в гнездовый период у большого подорлика.
I. 12 (25/VI) 1920 г. В гнезде один, еще пуховой, птенец, далеко
не достигший И роста старой птицы, с едва пробивающимися стерж-
нями пера на общем фоне пухового покрова. (
II. 23/VI (6/VII) 1920 г. Гнездо помещалось в высокоствольных
черных ольхах, оно было расположено на сухой ольхе, на высоте
около в сажен над землею. В гнезде один птенец.
188
III. 28/VI (10/VII) 1920 г. В Хреновском бору найдено гнездо
подорлика, сделанное на сосне, от земли 5 И—6 саж. В гнезде один
пуховой птенец.
IV. з (16/IX) 1920 г. Гнездо сделано на сравнительно небольшой
вышине, на иве, среди коблов, в лесу из черной ольхи. Один молодой
подорлик сидел около гнезда; здесь же вблизи держались и старые
птицы. Очень интересно столь позднее нахождение неразбившегося
выводка этих орлов.
V. 18 (31/VII) 1921 г. В сосновом лесу (Хреновский бор, 15 кварт.)
.гнездо сделано на высокой старой сосне, в 9-ти сажен, от земли.
Невдалеке наблюдался один громко кричавший птенец, несомненно
очень недавно вылетевший из гнезда. Другой невидимому еще
слабый, птенец сидел в гнезде; 29/VII (11 VIII) ин наблюдался сидящим
на дереве близ гнезда и был застрелен; маховые перья его находились
еще в кровяных пленках. '
VI. f25/VII (7/VIII) 1921 г. В сыром лиственном лесу, состоящем
из вяза и черной ольхи, найдены два гнезда большого подорлика.
Из одного гнезда молодой вылетел, невидимому, очень недавно; в
другом гнезде сидел один птенец с не отросшими маховыми перьями;
он мог бы покинуть гнездо не раннее как через дней 10—12.
VII. 17 (30) VI 1922 г. В Шиповском лесу, на очень старом Jiy6e,
гнездо помещалось па высоте приблизительно 32—35 арш. В гнезде
было (судя по голосам) два птенца в белом пуху, со слабым разви-
тием пробивающегося пера.
VIII. 20/VI (3) VII 1922 г. В сыром ольховом лесу в долине р.
Битюга. Гнездо сделано на старой ольхе, от земли 21 арш. В гнезде
был один птенец. Интересно отметить, что однажды, когда мы стояли
у дерева под самым гнездом и громко разговаривали, подлетел с до-
бычей подорлик и, несмотря на наше присутствие, он некоторое время
оставался в гнезде.
IX. 10 (23) VII 1922 г. В сыром лиственном лесу, состоящем из
вяза и черной ольхи, найдено гнездо подорлика, сделанное на вязе,
от земли 20 арш. В гнезде был один довольно хорошо оперенный
птенец. „
В желудках убитых Aquila maculata мы находили ужей, ящериц,
лягушек и остатки (шерсть, кости) млекопитающих. Один раз в зобу
застреленной 2 оказались лягушки в количестве «21 экземпляра.
Интересное наблюдение пришлось нам сделать летом 1921 г. в
Хреновском бору. Здесь на лесном болоте (Журавлиное озеро) в конце
дня, еще до захода солнца, собирались в большом количестве орлы,
главным образом Aquila maculata, которые прилетали сюда для охоты
на обитателей болота (амфибий, рептилий). Вечером они рассаживались
189
по засыхающим деревьям и оставались здесь ночевать. Мы специально
ходили на вто болото, чтобы стрелять там орлов.
Осенний пролет этого вида происходит, повидимому. с сейтября.
17 (30) IX 1920 г. наблюдался интенсивный пролет подорликов, кото-
рые держались в степи, и буквально на каждой сурчине тогда можно
было видеть этих орлов.
22/VII (4/VIII) 1921 г. С. И. Огнев наблюдал в Хреновском бору
парочку Aquila maculata, в которой 2 была обычной темной окраски,
a J принадлежал к хорошо выраженному типу Aquila maculata aberr.
fulvescens Gray.
Летом 1р20 г. мы держали в неволе молодых, ,взятых из гнезд
подорликов; биологические наблюдения, произведенные над ними, мы
даем в этом очерке. '
13 (26) VI 1920 г. намй был добыт молодой подорлик из гнезда,
Помещавшегося на огромном старом дубу, в урочище „Стрелицах" (лес
At В. Станкевича).
Птенец был еще пуховой, далеко не достигший роста & старой
птицы, с едва пробиваюхцимися стержнями пера на общем фоне пухо-
вого покрова. Цвет пуха этого птенца был довольно своеобразен; общий
тон его был пепельно-серый с легким коричневато-лиловатым оттенкрм.
Пух темнее и длиннее на голове, в области лба и затылка; на щеках
и подбородке примешивались более белесые тона. Область спины свет-
лее головы; здесь яснее выражены пепельно-лпловатые тона. Над-
хвостье, хвост, бока крыльев и плюсна более белесые; здесь пух
серее, с коричневато-серым оттенком. Восковица и лапы светло-желтые;
когти черные; клюв темно-роговой; радузйпна очень красивая темно-
коричневая.
Птенец был очень криклив; он кричал подолгу, если подойти к
нему. Его крик звонкий, высокий, скрипучий, звучал вроде „гиак-
гиак-гиак". Ел птенец жадно и уверенно, садясь при этом на плюсны
необыкновенно сильно развитых и длинных лап.
Оперение птенца шло довольно быстро. 17,VI (I/V11), по нашим
записям, у подорлика стали хорошо намечаться перья растущих
крыльев. Эти перья быстрее всего пробивались на плечах и среди
второстепенных маховых; кроме того слабо пробивались кроющие
перья крыла, а также контурные перья спины и боков зоба. Голова
и брюхо были в это время еще в чистом, белом пуху. 17 (30) VII наш
птенец почти совершенно оперился: у него остались очень слабые
следы пуха только на нижней части шеи и на горле. Основания боль-
ших маховых были в кровяных стержнях, и птица не могла еще летать^
23/VI (6/VII) мы достали в лесу под с. Чиглою еще одного живого
молодого орленка.
190
Птицы воспитывались вместе. Они жили дружно, никогда не дра*
лись, а когда подросли и стали летать, держались преимущественно
вместе. Орлы жили у н^с на полной свободе и так привыкли к людям,
постоянно их кормившим, что, увидев кого-нибудь из нас в-те часы,
когда мы обычно кормили орлов—с шумом, -стремительно летели к нам
rf садились где-либо поблизости.
По характерам оба подорлика резко отличались друг от друга.
Один из них (взятый в Стрелицах) был гордой, смелой и ловкой пти-
цей (см. фот. 12); он позволял себя гладить, не дрался, но чувство-
валось, что орел сможет за себя постоять. Другой был оч’ень добро-
душен, позволял .брать себя в руки, ласкать и кроме того был исклю-
чительно жаден. Однажды, очень голодный, он ворвался в нашу лабора-
торию и старался стянуть застреленную птицу, приготовленную для
препарирования. Мы прогнали орла и заперли дверь. Через минуту он
стал биться в окно так сильно, что пришлось бросить докучливой
птице кусок мяса, чтобы она успокоилась.
Первое время орлы совершенно нс трогали кур. Более того, мы
часто наблюдали, как в жаркие дни орлы забивались вместе с курами
под балкон и лежали в тени. Неожиданно у нашего подорлика про-
будились охотничьи инстинкты. Однажды ему показали подстрелка-
скворца; орел был очень заинтересован и со страшной быстротой
поймал выпущенного скворца. После этого мирное добродушие по от-
ношению к населению птичника сразу было нарушено. Орел . стал
систематически охотиться на кур, сначала смешно и неумело бегая
за ними вперевалку по двору (особенно комичен был при этом второй
птенец, помогавший своему смелому собрату, но так и не поймавший
ни одной курицы). Впоследствии хищник стал охотиться с полным
искусством и ловкостью. Приходилось наблюдать, как орел неожи-
данно появлялся где-лпбо на крыше, пристально смотрел на беспечно
бродивших кур, а затем с шумом бросался . в их средину; подни-
мался страшный гвалт, слышалось хлопанье крыльев, кудахтанье,
еще момент, и орел сидел на схваченной курице, гордо озираясь по
сторонам.
К этому очерку интересно добавить, что мы держали,’правда, не
долго, еще третьего молодого подорлика, но этот был настолько зол
и дик, что .совершенно не поддавался приручению.
Мы имеем здесь еще одно лишнее подтверждение ясно выражен-
ной индивидуальности характера птиц, которые в этом отношении
стоят почти наравне с млекопитающими.
Изучая Aquila maculata, собранных нами в Воронежской губернии
(17 экземпляров), мы просмотрели параллельно серию Aquilapomarina
Brehm, из коллекции С. И. Огнева, добытых в Московской губ.
191
Малый подорлик сравнительно легко отличаетря от всех красоч-
ных вариаций наших воронежских Aquila maculata. Общий тон пера
Aquila pomarinaзначительно светлее; темно-бурый тон спины Aquilamacu-
lata заменен более бледным буро-землистым. На затылке ясно обозна-
чается пятно, образованное ржаво-палево-рыжеватыми перьями. Вся
спина, малые и средние кроющие крыла и большая часть плечевых
без пятен. Пятна имеются на больших кроющих, но пятна эти очень
мелки и узки.
Окраска взрослых воронежских Aquila maculata сильно варьи-
рует. Перо некоторых птиц, например, 2 ad. (№ 184, 28/VI 1920 г.
Хреновский бор) отличается очень темным коричнево-буро-шоколад-
ным тоном, очень интенсивным и сверху, и снизу. Другая старая
птица, 2 (№ 88 12, VI 1920 г. Стрелицы—лес на р. Битюге), имеет
бледную коричневато-ржаво-землистую окраску, с более светлой голо-
вой, концы перьев которой поношены и приобрели бледный палевый
оттенок. Сравнивая подобные светлые воронежские экземпляры со
старыми птицами Aquila pomarina из Московской губ., можно отметить
их очень большое сходство. Вообще надо заметить, что у обоих близ-
ких видов подорликов существуют словно параллельные ряды личной
изменчивости, протекающие по определенному шаблону вариаций.
Укажем только, что у каждого вида преобладают различные типы
этих вариаций, что особенно наглядно сказывается при сравнитель-
ном обзоре молодого пера, наиболее отличающегося у описываемых
орлов.
Что касается до лйньки Aquila maculata, то наш материал дает
следующие результаты. Старая самка, добытая у гнезда 12 (25) VII
1920 г. (№ 88), находится в довольно поношенном пере. Интересно от-
метить, что линька мелкого пера еще не начиналась, сменплись только
большие маховые (за исключением очень немногих) и некоторые из
плечевых перьев. Старая самка (№ 150. 23/VI 1920 г. окрести. Чиглы),
застреленная у гнезда, находится в довольно сильной линьке. Линяют
плечевые перья, первостепенные и второстепенные маховые, которые
частью заменились новыми, рулевые, а также мелкие перья спины,
кроющие крыльев и контурные перья брюха. У подорлика ад. № 183,
28/VI 1920 г. Хреновской бор) также заметна сильная линька. Сменя-
ются первостепенные и второстепенные маховые, рулевые и мелкое
перо. Резкая линька может быть отмечена и у самки, добытой из од-
ного выводка с упомянутым самцом. (2 № 184).
Кроме размеров* Aquila pomarina отличается от Aquila maculata
более слабым, сжатым с боков клювом, более слабыми лапами и ког-
тями, а также небольшими вырезками на внешних опахалах 7-х махо-
вых, которые много меньше, чем соответствующие вырезки на 6-х ма-
192
ховых. У Aquila maculata вырезки на 7-ых маховых почти столь же
резю^ как и на шестых.
Здесь мы приводим таблицу измерений Aquila maculata и Aquila
jiomai'ina.
1 Крыло. i Хвост. 1 Средн, па-1 Плюсна 1 Клюв от’ 1 воско- 1 вицы. L
лец без ! могтя. | 1 измерен, спереди. ।
Aquila maculata. Ki 150. z3,VI 1920 r. J Бобровск. у., окр. Чиглы. .... 500 260 57t5 98 37
№ 92. I/VIII 1920 г. ; Бобровск. у., Хреновое. 530 290 58,2 103 i | 39.5
?Г2 124. 9 VIII 1921 г. Q Ibid.. 525 290 59,5 100 37>5
№ 271. 12 (26) VII 1922 г. ж Ibid. . 500 1 285 । 52 145 ' 35
№ 272. 8 (21) VII 1922 г. £ Ibid I 500 1 1 1 265 1 1 58 99 39,5
№ 132.- 11 VIII 1921 г. 2 Ibid.. . I 1 495 [ 270 55 105 36
X? 88. 12/VI 1920 г. Воронежск г., ’ пойма р. Битюга. . . . j 1 550 ’ 295 4 55 100 39,2
№318. 14 (27) VII 1922г. ; Воронежск. 1 губ., Бобровского у., Хреновое . • 1 1 510 270 52 101 36,8
№ 311. 9(22) VII 1922 г. Ibid . . j J 495 260 58 107 35.4
№ 240.’ 15 (28) VII 1922 г. Ibid . j 490 265 55 97 . 34,5
Xs 123. 9, VII 1921 г. J Ibib. . . : । 500 270 54 98 85,5
Aquila pomarina. Q 3/VIII 1910 г. Моск, губ., Можайск, у., Огнев. .... i । 470 250 i 49. 90 31,4
7 11/VII 1909 г. 480 250 48,6 92 32
S 12 VIII1906 г. Гродн. г. Беловежск. | ~ пуща. Огнев. . . . : ! j 465 250 47,2 -99 30,3
22'VI1I 1909 г. Моск, г., Можайск. |1 " у., Огнев.. . . . . :| 450 12/VII 1909 г. Ibid . • . |1 470 и II 255 50 99 28,5
255 1 50 * 96 28,2
193
Hieraaetus pennatus (Gm.).—Орел карлик.
В настоящее время орел-карлик принадлежит к обыкновенным
широко распространенным птицам Воронежской г. В тех лесных мас-
сивах, в которых этот орел находит для себя благоприятные условия,
он гнездится в большом количестве и обыкновенен.
Изучая распространение Hleeaaetus pennatus в пределах Пале-
арктики, в частности в пределах Европейской России, можно отметить
поступательное движение этого вида все далее и далее на север.
В 50-ых годах прошлого столетия Н. А.' Северцов отнес этого
орла к редким птицам Воронежской губернии, теперь же Hieraaetus
pennatus здесь один из наиболее обыкновенных хищников. Далее на север,
мы имеем наблюдения профёс. 3/. А. Мензбира в Тульской губ., который
только один раз, в конце июля 1878 г., наблюдал здесь этого орла.
В настоящее время, как показали исследования студента Москов.
Университета О. А. Харузина, этот вид не представляет в Тульской
губ., по крайней мере в южной ее части, большой редкости, встре-
чаясь здесь в качестве гнездящейся птицы.
Ниже мы даем краткое описание нескольких гнезд Hieraaetus
pennatus, найденных нами в Бобровском уезде.
I. 17 (30) VII 1921 г. Хреновской бор, близ Царского кордона.
Гнездо сделано на очень большой сосне, около ствола, от земли
21 арш. Птенцы уже вылетели и держались около гнезда; мы наблю-
дали, как старая птица подлетела с добычей к птенцу. Здесь мы за-
стрелили старую самку (светлой окраски) и одну молодую птицу (9)
темной окраски.
И. 25/VII (7/VIII) 1921 г. Хреновской бор, окрестности Соловьи-
ного кордона. Гнездо помещалось на огромном вязе, на высоте при-
близительно 10—11 саж. над землею. Около гнезда сидел молодой
орел, который был нами застрелен (9 juv. темной окраски); на вы-
стрел подлетела старая птица, которая также была добыта (2 ad.
темной окраски).
III. 16 (29) VI 1922 г. Шипов лес, окрестности Чернявского кор-
дона. На большом дубу найдено гнездо орлов карликов, около кото-
рого держались парочка орлов; в темной окраски, $ светлой.
IV. 4 (17) VI 1922 г. Хреновской бор, близ Царского кордона.
Это гнездо в прошлом году также было занято орлами-карликами
(см. Л® 1). Орел сидел на гнезде. Около гнезда вертелись Passer
montanus, которые вероятно гнездились в стенках большого гнезда.
j и 9 были темной окраски.
V. 20/VI (3/VII) 1922 г. Хреновской бор. Пойма р. Битюга. Гнездо
сделано на большой ольхе, от земли 21 арш. Интересно отметить, что
194
в 70 шагах от этого гнезда было расположено гнездо Aquila maculata.
В гнезде два маленьких птенца, еще в белом пуху, 3 (16) VH. Птенцы
сидели еще в гнезде. Когда лесник залезал к гнезду, орлы с гром-
ким криком летали над лесом, садясь по временам на соседние де-
ревья. На гнезде лежал об'еценный наполовину суслик. И (24) VII
был застрелен орел (•/ ad), который подлетел с добычей к гнезду.
13 (26) .VII добыт один молодой орел, перебравшийся уже из гнезда
на соседние ветви. Другой молодой летал уже довольно хорошо, и до-
быть его не удалось.
Орлы карлики этого выводка были окрашены следующим образом:
J ad очень светлая, < .ad. темный и два молодых темной окраски.
VI. 10 (23) VII 1922 г. Хреновской брр. Пойма р. Битюга. Гнездо
сделано в сыром ольховом лесу (с примесью вяза и других листвен-
ных пород), на огромном вязе, от земли приблизительно 20 арш. Орлы
карлики, невидимому, предпочитают гнездиться в сыром ольховом
лесу, нежели в сосновом бору. 12 (25) VII один птенец, вполне опе-
ренный, рыжевато-глинистой окраски, сидел близ гнезда.
Отлет происходит в сентябре; 3 (16) IX 1920 г. мы наблюдали
8 пролетных орлов-карликов; птицы кружили и постепенно подвига-
лись на юг.
Собранная, нами серия вносит некоторый свет в запутанный во-
прос о систематических соотношениях светлого и темного орлов-кар-
ликов.
В таксономической оценке этих орлов мнения орнитологов очень
различны: одни (Северное, Мензбир, Сомов) считают их отдельными
видами, другие (напр., английские и немецкие орнитологи) соединяют
в одну форму, полиморфную в смысле личной, широкой изменчивости.
Известны факты, что при одном гнезде находили разноцветных роди-
телей, а в самом гнезде—различно окрашенных птенцов. Такой слу-
чай отмечает ещё Howard Saunders (The Ibis, 1871. p. 63); он нашел
в Испании (Гренада) гнездо орла карлика с разнотипными старыми
птицами и различными по окраске птенцами. Подобные наблюдения
были сделаны и Гебелем .(Journal fur Omithologie, 1872. р. 457). Отно-
сительно аналогичных случаев профес. М. А. Мензбир замечает: *)
„Вообще различие возрастных изменений между Aq. pennata и Aq. minuta
так резко, что его нельзя не считать видовым, хотя темнейшие моло-
дые Aq. pennata и трудно различимы от Aq. minuta; видовое различие
затемняется еще тем, что оба вида способны гнездиться уже после
первого линянья, задолго до достижения окончательной окраски,
являющейся не раньше 4-го или 5-го линянья. А потому у гнезд Ад.
*) Орнитодогпческ. география Европ. России, 1882, стр. 409.
195
pennata иногда встречается то, что один из родителей старый, с бе-
лым брюхом, другой моложе, еще с темным, и молодые—один с бу-
рым брюхом (var. pennata), другой с рыжеватым (rar. guttata)".
Нами найдены два разноцветных выводка этих орлов 10 (23) VIII
1920 г. Застрелены бл. Жернавского озера (устье р. Курлака, Бобров-
ского у.) две молодых птицы, при чем самец был темной окраски,
самка же светлой. Самец темной черновато-бурой окраски;
на перьях спины, малых кроющих и плечевых красивый карминный
блеск. На затылке, начиная от заднеглазничных областей, кольцом
поперек шеи тянется широкая коричнево-ржавая полоса, при чем от-
дельные перья этой полосы имеют темно-бурые наствольные пятна.
Лоб?'темя и ушные перья особенно интенсивно черно-бурого цвета.
Подхвостье светлее брюха серовато-палево-бурое; штаны с очень слабо
заметным рыжеватым оттенком. „Самые нижние перья подхвостья,
большие плечевые и большие кроющие крыльев довольно светлые,
серо-буроватые. Эти перья образую? красивый узор вместе с очень
темными спинными птерилиями. У плечевого сгиба крыла красивые
чисто-белые „эполеты". Подмышечные перья, а также испод крыла и
передний край margo carpal™, интенсивного черно-бурого цвета, со-
вершенно без всякой светлой пестрины. Последние признаки особенно
характерны для Aquila minuta, (см. Мензбир, Орнитолог, география,
1882, стр. 409 и Птицы России, 1895, стр. 112). Добытые из одного
выводка с описанным экземпляром молодая самка очень красивой
бело-палево-ржавой окраски снпзу, с легкой штриховкой пятнистостью,
на шеи, груди и боках и с черно-бурыми ушными перьями, среди
коих намечается буровато-ржавый узор. Задняя часть шеи и затылка
с ржаво-красновато-буроватым тоном. Спина темной, серо-шоколадно-
бурой окраски. Плечевые и большие кроющие крыла палево-серые с
ржавым оттенком. Окраска „штанов" и подхвостья палево-белая; испод
крыльев белый, при чем среди белого пера видна очень слабая и рез-
кая коричневатая наствольная штриховка.
8 (21) VIII 1920 г. в долине р. Битюга О. А. Хлрузиным добыты
из одного выводка очень интересные экземпляры.
Молодой самец темный, похожий на застреленного 10 (23) VIII
(Х2 484), но на затылке этой птицы рыжее пятно почти не заметно; слабо
видны лишь тусклые серобуровато-рыжие концы темного пера шеи.
Таким образом здесь ясно сказывается широкая личная измен-
чивость окраски затылочной области описываемых орлов. Испод крыльев
и margo carpalis у данного экземпляра без всякого следа светлой пят-
нистости. Убитый вместе с описанным, взрослый самец (№ 473) нахо-
дится в относительно свежем пере. Вся нижняя сторона тела этой
птицы довольно светлая буровато-ржаво-серая с заметной темно-бурой
196
наствольной штриховкой и белесой пятнистостью у оснований перьев.
На штанах, общий тон которых еще светлее и рыжее, ярко выступает
указанная пятнистость, по общему расположению напоминающая соот-
ветственную окраску у обыкновенного канюка (Buteo tulpinus Licht.).
Ушные перья—темно-бурые; на задней части шеи обрисовывается
ржаво-коричневатая полоса с черно-бурыми наствольными пятнами.
Спина рыжевато-коричнево-буроватая, большие кроющие крыла и пле-
чевые с бледными серо-белесо-палевыми краями и хорошо заметными
черными стержнями. Надхвостье светлое ржаво-серо-буроватое; хвост
темно-бурый с слабо отмеченными сероватыми поперечными штрихами
и широкой черно-бурой предвершинной полосой. Подмышечныя перья
темно-буровато-коричневые с легким белесым узором, особенно вено
выраженным на внешнем крае крыла (тагдо carpalL). У плечевого
основания каждого крыла небольшие чисто белые „эполеты**.
Наконец, 13(26) VIII 1920 г. близ Жернавского озера добыт тем-
но-брюхий орел-карлик, на кистьевом сгибе крыла которого заметна
светлая пестрина, а рыжий цвет на затылке развит очень сильно.
Итак, мы видим, что в двух первых выводках добыты типичные
Aquila pennata вместе с характерными Aquila minuta, но не темными
формами Aquila pennata. Затем в том же районе , добыт одиночный тем?
ный экземпляр типа Aquila pennata, в его темной фазе молодого пера.
Все эти факты наводят на глубокое сомнение в видовой самосто-
ятельности двух орлов-карликов.
Вопрос этот, однако, все же требует дальнейшего исследования,
главным образом изучения биологических особенностей птицы, так
как, по словам некоторых авторов, мелкие черты биологии этих орлов
различны. Например, по данным Н. Н. Сомова, *) Aquila minuta не-
сет несколько более мелкие и шарообразные яйца.
Что касается до линьки, то наш материал дает нам некоторое
понятие об ее течении.
У старого самца орла карлика, добытого нами 9 (22) VII 1918 г.,
оперение довольнб обношенное; линька началась на спине, на плече-
вых перьях и на подхвостье; сменились некоторые из первостепенных
и второстепенных маховых; рулевые перья еще не линяют, но сильно
поношены. У орла (Лв 473, d ad), застреленного 8 (21) VIII 1920 года,
линька выражена сильнее. У этого экземпляра многие спинные перья
заменились уже новыми. Перелиняли малые кроющие хвоста и часть
плечевых перьев; сменились некоторые первостепенные маховые, на-
чиная с четвертого на каждом крыле, и некоторые второстепенные ма-
ховые. Линька еще не коснулась очень изношенных перьев головы,
особенно задней части шеи и затылка.
♦) Н. Н. (.'омов, Орнитолог, фауна Харыговск. г., 1897 г., ст. 336.
197
На просмотренных нами экземплярах можно уловить известную
последовательность хода линьки, протекающую более или менее по-
стоянно, в определенном порядке.
Circaetus gallicus (Gm.).—Орел змееяд.
Орла змееяда мы встречали в Хреновском бору Бобровского уезда
под селом Чиглою (Бобр, у.) и в Шиповом лесу Павловского уезда.
Несмотря на тщательные поиски, нам ни разу не удалось найти гнезда
этого орла. По словам лесника П. Заруднева, в лесном участке, при-
легающим к Чернявскому кордону (Шипов лес), в 1921 году на самой
вершине огромного дуба гнездился орел змееяд. Птенец, уже хорошо
летавший, был застрелен тогда лесником. Однажды П. Заруднев видел,
как орел нес в лапах к своему гнезду какую-то змею. Этот крупный,
красивый хищник очень осторожен; заметив еще издали приближа-
ющегося человека, он сейчас же слетает, избегая опасности. Нам при-
ходилось наблюдать как темно-окрашенных птиц, так и светлобрюхих
особей—Circaidus gallicus aberr. hypolcuca (Pall.).
Aerchibuteo lagopus lagopus BrUnn —3 и м н я к.
Первые пролетные зимняки появляются у нас еще в сентябре
(5 18) IX 21 г.). Осенью 1919 г. первые птицы этого вида были за-
мечены 22/X (4/XI). С этого времени количество пролетных зимня-
ков все увеличивалось, и к началу ноября (ст. ст.) они стали здесь
чрезвычайно многочисленны. Это время нужно считать за период вало-
вого пролета, т. к. позднее зимняки снова стали убывать.
Н. А. Северное в своей работе (Периодпческ. ялен., 1855 г., стр.
257) говорит, что осенью Archibuteo lagopus является одновременно с
отлетом Bnteo rulpiuus; весной улетает при появлении этого послед-
него вида.
Мы имеем один экземпляр этого вида (ad 3: ), добытый А. И. Юри-
ным 27/X (9/XI) 1921 Г.
Archibuteo lagopus pallidus Menzb.—Зимняк сибирский.
Прекрасный экземпляр этой формы был добыт в марте 1920 г.
В. Д. Аристовым в окрестностях с. Садового, Бобровского уезда. В
это время Archibuteo lagopus pallidus держались здесь в большом ко-
личестве, и часто можно было видеть в Битюгской долине этих кра-
сивых хищников, неподвижно сидевших на кочках.
Astur brevipes Se v.—T ю в и к.
Ястреб тювик был описан в 1850 г. Н. А. Северновым из Воронеж-
ской губ.
. В пределах данной губернии мы имеем северную границу рас-
пространения этого вида. Строго придерживаясь своих излюбленных
198
стаций—сырых пойменных лесов нз черной ольхи, тювик распростра-
нен здесь более или менее спорадически. За все четыре года нам
только несколько раз пришлось наблюдать AAur brevipes и добыть два
экземпляра этого интересного хищника,
Летом 1920 г. мы наблюдали этого ястреба, охотившегося за
щурками Merops «piaster L. и ласточками Hiruudo rust lea L., при чем,
обладая очень быстрым и ловким полетом, он старался бить добычу
в угон. В зобу 2, добытой 18 (31) VII 1920 г. в долине р. Битюга, ока-
зались остатки Apodemus ayrariu*.
Оперение J ad., застреленного 10 (23) VII 1920 года,
следующее: вся нижняя сторона с интенсивной красновато-
ржавой поперечной ' полосатостью, при чем на груди эта полоса-
тость сливается в сплошные, пятна красновато-рыжего тона. Посреди
горла проходит очень слабо заметная срединная полоска пепельно-се-
рого цвета. Тон верха довольно интенсивный аспидно-пепельно-голу-
боватый. Описываемый ястребок почти закончил линьку. Не перели-
няли лишь некоторые из первостепенных маховых и рулевых перьев.
Второй экземпляр, самка ad., добытая 18 (31) VII 1920 г., находится
еще в довольно сильной линьке. У этой птицы линяют перья спины
и головы, плечевые перья еще не сменились, во перелиняли второ-
степенные маховые и самьнь внутренние из первостепенных. Нижняя
сторона, горло, особенно грудь и бока, покрыты широкими, интенсивно
окрашенными коричневато-буро-ржавыми, поперечными полосами, тесно
расположенными одна около другой; подхвостье в слабых буроватых
поперечных штрихах. В коллекции Зоологическ. Музея Московск. Уни-
верситета имеется старый d Astur brevipes 5<-г., добытый E. Г. Габри-
чевским 5 (19) VII 1911г. в имении Курлак Бобровского у. Этот экзем-
пляр тювйка по окраске груди очень близок к нашему описанному
выше экземпляру (^).
Размеры воронежских птиц таковы:
Astur brevipes Sev. । 1 Крыло. 1 Хвост. । Culmen den. । Клюв от внешн. края ноз- дри. Плюсна. Средн, па- лец без когтя.
। № 250. ad. 10 (23) VII 19120 г. Воронежск. г., Бобровск.у.,Жернавское озеро 217 170 i 18.6 11,5 43,5 • 30,4 мм.
№ 305. 2 ad. 18 VII 20 г. Воронежск. губ., Боб- ровск. у., долина р. Би- • тюга. - . . j 2зз 191 1 j 21,8 : 18,8 1 56 28,1 Мм.
199
Circus aeruginosus aeruginosas (L.).—Лунь камышевый.
Болотный лунь обыкновенная гнездящаяся птица. Он встречается
как в долинах рек, по их старицам,, заливам и озерам, так и на
степных прудах. Одна гнездящаяся пара наблюдалась на Лебяжьем
озере, расположенном среди лесного массива (Хреновской бор). Все
наблюдения, относящиеся к этому виду, сделаны нами главным обра*
зом в пределах Бобровского уезда.
Весной 1922 года кладка яиц началась в первых числах мая (ст.
ст.) В постройке гнезда принимают участие как <5, так и 2- В неко-
торых случаях стройка, повидимому, продолжается уже после кладки
яиц. В период спаривания, а также первое время после того, как 2 2
сядут на гнезда, приходится часто наблюдать воздушные игры <5 <5 .
Птицы красиво парят, производя по временам замечательно эффектные
воздушные эволюции и сопровождая их криком. Насиживание яиц
начинается 2 2 после снесения первого яйца. Полная кладка содержит
4—5 яиц, и только однажды нам пришлось найти гнездо, в котором
было 6 яиц. Здесь мы даем описание шести гнезд, найденных К. А. Во-
робьевым весной 1922 года в Каменной степи.
I. 5 (18) V. На берегу степного пруда, в ивовом кустарнике. Гнездо,
имевшее по сравнению с птицей очень небольшой размер, помещалось
очень низко, на корнях кустарника; оно было сделано из прутьев, су-
хого тростника и листьев. В гнезде было одно яйцо; 2 сидела на гнезде.
II. 9 (22) V. На степном пруду, среди заросли тростника (Phrag-
mites communis.). Гнездо помещалось довольно далеко от берега; сде-
лано оно на тростнике, среди воды, Из прутьев и сучьев в основании
и более мягкого материала сверху (стебли сухого тростника). Лото-
чек едва заметный. Размеры гнезда были приблизительно ТаковЫ: общий
диаметр 95 см., собственно гнездо 57 см., лоточек 19 см. 2 сидела
на гнезде; когда мы шли по берегу, она слетела и начала летать над
прудом, издавая по временам свой крик. В гнезде было 6 яиц, в раз-
личной степени насиженности; два из них были еще совершенно не-
насижени, остальные же были насижены, при чем в некоторых обра-
зовался з'же значительный зародыш. Это хорошо показывает что наси-
живание начинается самкой после снесения первого яйца. Цвет яиц
белый с слабым голубовато-зеленоватым оттенком. Размер их в m.m.
и вес в тр.
50,2X33,0 2 50,0X39,4 50,8X37,9
3,10 гр. 3,20 гр. ’ 3.02 гр.
50,9X39,6 47,6X37,4 51,6X39,7
3,13 гр. ' 2,95 гр. 3,15 гр.
200
III . 11 (24) V. На степном пруду, в заросли куги (Scirpue lacustris).
Гнездо помещалось на значительном расстоянии от берега, среди воды;
оно сделано почти исключительно из сухих стеблей кучи. Размеры
его приблизительно таковы: общий диаметр 57 см., собственно гнездо
38 см., лоточек 19 см.
Надо отметить, что .здесь же находились еще два недостроенных,
или может быть прошлогодних, гнезда. * сидела на гнезде довольно
крепко; несмотря на наши выстрелы на этом пруду, близ гнезда, она
не слетала с него, и только когда мы были в нескольких шагах от
гнезда, снялась и с криком начала летать над прудом, налетая повре-
менам даже на ружейный выстрел.
В гнезде было 4 яйца, обычной окраски, два из них оказались
еще совершенно не насижены, в двух же других образовались только
кровяные пленки. Размер яиц в пыл. и вес в гр.
J 49,8X37,3 2 49,2X37,0 50,0X36.6 50,0X36,3
3,12 гр. ‘ 2,86 гр. ' 3,07 гр. ' . 2,90 гр.
IV . 23/V (5/VI). На степном пруду, в заросли тростника. Гнездо
было сделано из стеблей сухого тростника с немногими прутьями. Ло-
точка почти совершенно не было. Размеры гнезда таковы: общий диаметр
54 см., собственно гнездо 37 см. Сидящая на гнезде 9 слетела, когда
мы были шагах в 30 от гнезда. В гнезде было только одно яйцо. По
всей вероятности это вторая кладка той же парочки луней, у кото-
рых 9 (22) V мы взяли первую кладку, состоящую из 6 яиц. Когда
29/V (п/VI) мы опять коллектировали на этом пруду, в гнезде было
уже 3 яйца. Надо отметить, что два из них были очень сильно пере-
мазаны кровью при прохождении их в яйцеводе.
Размер яиц в m.m. и вес в гр.:
* 49,3X37,3 о 50,5X37,2 51,2X38,2
2,86 гр. ‘ 2,85 гр. ' 3,13 гр.
V. 26/V (8/VI). На степном пруду, в заросли тростника. Гнездо
помещалось среди воды, в нескольких шагах от берега; оно сделано
из сучьев и сухих стеблей (Phragmites communis), лоточек выложен
сухой травой. Размеры его следующие: общий диаметр 60 см., собст-
венно гнездо 37 см., диаметр лоточка 18 см. Слетевшая с гнезда 9
была застрелена, она имела большое наседное пятно. В конце яйце-
вода у ней было почти готовое к сноске яйцо, чистого бледно-зелено-
ватого цвета. Яичник же содержал 5 сильно развившихся желтков,
два из которых достигали почти нормальных размеров. В гнезде было
2 яйца. Размер и вес их:
51,4X37,8 о 49,6X38,2
3,27 гр. *" 3,37 гр.
В то время когда мы были у гнезда, J с криком летал над прудом.
201
VI. 26/V (8/VI). На степном пруду, в заросли куги (Seirpus lacu-
*tri). Постройка гнезда довольно массивная; оно было сделанр почти
исключительно из сухих стеблей куги с примесью болотных трав
(Nasturtium amphibium}. Размеры гнезда таковы: общий диаметр 54 см.,
собственно гнездо 36 см., диаметр лоточка 16 см. В гнезде было 2 яйца,
и слетевшая с гнезда у с криком летали над прудом, пока мы смо-
тр ели гнездо.
Молодые оставляют гнезда, повидимому, в конце июня (ст. ст.).
6 (19) VII 1922 г. мы наблюдали уже разбившийся выводок этих
луней. В конце лета камышевые луни совершают правильные суточ-
ные миграции: нам часто приходилось видеть большое количество этих
хищников, возвращающихся поздно вечером из степи, где они прово-
дили день, на ночевку к прудам и болотам.
Circus aeruginosus несомненно принадлежит к нашим наиболее
вредным хищным птицам; в этом отношении его можно рассматривать
как ястреба-тетеревятника, Aslur palumbarius, который производит свои
разбойничьи набеги и делает опустошения среди пернатых в лесу,
между тем как лунь проявляет аналогичную деятельность в степи, по-
лях, болотах.
Однажды, 13 (26) VIII 1920 г., один камышевый лунь был застре-
лен нами на падали. В желудках убитых птиц мы находили остатки
коростелей и сусликов.
GALL1FORMES.
В настоящее время из представителей отряда Galliformes в Воро-
нежской губ. встречаются только три вида: Lyrurus tetrix tetrix. Coturnix
coturnix coturnix и Perdix perdix robusta. Из них два последних вида
относятся к обыкновенным, широко распространенным птицам, тете-
рев же в очень небольшом количестве сохранился только в самой
северной части губернии.
Lyrurus tetrix tetrix (L.).—Тетерев.
В интересной работе Гмелина *) мы впервые находим очень цен-
ные сведения относительно распространения тетерева в Воронежской
губернии. Во время своего путешествия по России, в 1768—1769 г.г.,
Гмелин встречал тетеревей в большом количестве в окрестностях гор.
Воронежа.
В работе Н. А. Северцова (Периодическ. явления, 1855 г.), а позд-
нее в Птицах России, 1895 г. проф. М. А. Мензбира, нет никаких ука-
заний на распространение тетерева в пределах изучаемой губернии.
В прекрасной монографии охотничьих птиц, проф. М. А. Мензбир **)
*) Gmcl»n, Reise durch Russland zur Untersuchung der drey Natur-Reiche, 1768—1769.
*) M. А, Мензбир, Оыяъпчъв и промысловые птицы, 1902 г., т. П, ст. 61.
202
пишет: „...Еще далее к западу тетерева уже в очень небольшом коли-
честве встречаются спорадично в южной части Тамбовской губ. (так
назыв. „Черная Дача" около Усмани) и в северной части Воронежской,
но что касается южных частей Воронежской губ. и, повпдимому, всей
Земли Войска Донского, то теперь тетерева здесь уже нет, а в 50-х
годах он жил здесь постоянно в небольшом количестве и появлялся
иногда большими стаями зимою".
В Графском лесничестве (Воронежский у.) нам удалось собрать
кое-какие сведения по данному вопросу. Лесничий И. И. Лисицын
говорил нам, что в Графском лесничестве в настоящее время тетерева
сохранились в очень небольшом количестве; весной 1921 г. он слышал
пх токованье в 188 и 189 кварталах. Токуют в большинстве случаев
одиночными экземплярами, больших токовищ теперь'уже нет, между
тем как в прежние годы, по словам лесничего, токовало по 30—50
особей.
Тетерева стали убывать в количестве уже давно. Осенью
1922 г., лесничий Н. Н. Спицын сообщил нам, что вследствие боль-
шого количества лисиц тетерева с каждым годом становятся здесь
все реже и реже. В данном случае уменьшение тетеревей, конечно, за-
висит не только от истребления их лисами; несомненно здесь оказы-
вают свое влияние и другие факторы, например, сильное изменение
окружающих условий, происходящее от вмешательства человека в
жизнь природы. Таким образом в северной части Воронежской губ.
проходит в настоящее время южная граница распространения этого
вида. Но пройдет еще несколько десятков лет, и можно почти с уве-
ренностью сказать, что тетерев исчезнет из Воронежской губернии;
за это говорит возрастающая прогрессия, в которой в настоящее время
уменьшается количество птиц этого вида в южной области его распро-
странения, в частности в пределах пашен губернии.
Perdix perdix robusta Hom.-Тапсгё.—Серая куропатка.
Серая куропатка здесь довольно обыкновенна. В Бобровском уезде
мы встречали ее по степным балкам, в зарослях бурьяна пли у лес-
ных посадках, часто прямо па возделанных полях.
Однажды в Каменной степи, 25/V (7/VI) 1922 г., пастух показал,
нам гнездо куропатки, сделанное близ посадки под кустом лоха, средн
довольно густой травы.
Размеры гнезда были таковы: диаметр 22 см., диаметр лоточка
16 см., глубина лоточка 4,5 см. В гнезде оказалось 21 уже насижен-
ных яиц (образовался зародыш).
203
- •
Размер яиц в m.m. щвес в гр.:
35,0X27,3 36,0X27,2 36,2X27,4
МММ. « *
1,51 1,55 1,55
3^,9 Х25,8 35,3X27,0 35,7X27,3
1,43 1,54 1,54
34,5X27,2 35,3X27,1 _35)3><:2^_
1.42 1,57 1,50
_35,8X27,3 35,7X27,5 35,2X27,4
1,62 1,59 1,60
34,9X27.2 35,6X27,0 35,0X27,3
1,55 1,55 1,56
34,7X26,6 35,1X27,4 34,8X27,0
1,24 1,60 1,52
3^0X27^2 35,7X27,3
"" 1,41 1,57
Интересно отметить, что высиживающая самка так крепко сидела
на гнезде, что была поймана пастухом руками.
GRUIFORMES.
Megalornix grus (L.).—Ж у р а в л ь.
В половине марта (ст. ст.) прилетают к нам первые журавли
(15 (28) III 1922 г.); осенью же с середины августа (ст. ст.) начинается
уже движение на юг; последний пролетный журавль был застрелен
из пары 1 (14) X 1919 г. В глухих болотах Хреновского бора мы встре-
чали журавлей на гнездовье. Однажды летом, 8 (21) VI1922 г., К. А.
Воробьев на небольшом пересохшем болоте, поросшем кустарником и
осокой, среди соснового леса, наблюдал выводок журавлей.—„Когда
Я, пишет К. А. Воробьев, неожиданно вышел из-за группы кустов,
То увидел двух журавлей, спокойно ходивших шагах в 30-тн от того
места, где я стоял. Заметив меня, осторожные птицы начали отбегать
в разные стороны и, громко закричав, поднялись на крылья и улетели
в лес, при чем по временам где-то .поблизости был слышен их тре-
вожный крик. Я тщательно обыскал все болотце и, наконец, нашел
одного птенца, который лежал на сухом месте под деревом, плотно
прижавшись к земле. Когда я стал ловить его, журавленок с тихим
шипеньем начал очень храбро и энергично защищаться клювом, при
чем, что особенно интересно, он даже сам старался нападать и сиро-
стью, которую трудно было ожидать от столь слабого еще существа,
клевал мою руку. Журавленку было, повидимому, еще только 5—в дней;
сверху он был покрыт желтовато-рыжеватым, а снизу сероватым пуш-
ком".
204
В отчете о зоологических исследованиях в Хреновском бору, произ-
веденных в 1894—1895 г., лесной кондуктор П. Баранц приводит сле-
дущее наблюдение: „26 мая, в сосновом старом лесу (кварт. 25), близ
заросшего березняком и тальником болота, встретил я старого жура-
вля с двумя молодыми. Заметив меня, один молодой бросился бежать
к болоту, а другой присел в сосновых ветках, вытянув ноги по земле.
Самка, подпустив на ружейный выстрел, молча улетела. Пойманный
мною журавленок был еще в желтом пушку; он барахтался в руках,
издавая жалобный писк, при чем вытягивал вверх шею и пугливо
озирался кругом. Но защищался все же по геройски, ожесточено кле-
вал мои руки и пальцы..."
Интересно отметить здесь, что однажды, проходя по лесу, спугнули
мы двух журавлей, сидящих на высокой сухой сосне. В конце лета иногда
приходится видеть в степи близ прудов отдыхающие стаи журавлей.
В нашей коллекции имеются три летних экземпляра Meyalerni*
(p us, оперение которых находится в следующим состоянии:
1) <5 ad. 12 (25) VII 1920 г. Перо очень сильно потрепано, но
линька только еще начинается. Сменяются некоторые плечевые перья,
кое какие из кроющих крыла, средние рулевые и немногие перья
спины; маховые еще не начали линять.
2) * ad 21,'VII (8/VIII) 1920 г. Линька продвинулась вперед зна-
чительно более, чем у предыдущего экземпляра. У этой птицы сме-
няются многие перья спины, большие и малые кроющие крыла, мно-
гие из плечевых перьев (кроме самых длинных), многие рулевые (кро-
ме крайних) и перья нижней стороны. Большие маховые еще все оста-
лись старые.
3) * 28/VI (11,VII) 1922 г. Линька рулевых уже закончена, кон-
чается смена верхних кроющих хвоста, линяют плечевые перья, ниж-
ние кроящие крыла и подмышечные. Перья спины, нижней части тела,
а также маховые остались еще старые.
Принадлежат ли воронежские птицы к типичной форме или к
восточной (lilfordi), благодаря отсутствию сравнительного материала,
нам выяснить пока не удалось. .
RALLIFORMES.
Из представителей отряда Rolli formes, в пределах губернии мы
имеем следующие виды: Fulica atraatraL. Gallinula chloropus (L.).Crex
cecx (L.) Porzana porzana (L.) Porzana parra Scop, u Ratios ai/uaticus
aipiaticus L. Все перечисленные здесь формы очень обыкновенны, не-
которые даже многочисленны. Особенно обычны лысухи; осенью, во
второй половине августа (ст. ст.), несколько выводков часто собираются
вместе, и тогда приходится наблюдать большие стаи птиц, состоящие
из 150—200 особей.
205
Rallus aquaticus aquaticus L.—Па с т у ш о к.
В Бобровском у., пастушок не представляет большой редкости,
встречаясь на гнездовье в зарослях степных прудов.
23/VI (7/VII) 1922 г. на одном из степных прудов в Каменной
степи С. И. Отеоым было найдено гнездо этого вида, содержащее
10 яиц. Гнездо, расположенное в густой поросле осоки, среди камыша
(в 10 арш. от берега), на воде, доходившей до колена, сделано было
исключительно из сухих стеблей и листьев камыша, при чем в осно-
вании -гнезда материал был более грубый, сверху же более мягкий
и нежный. Размер гнезда: длина 25, ширина 19, высста 8 см.
Обе птицы держались поблизости от гнезда, так как с обеих сто-
рон раздавались их визжащие крики, звучащие необыкновенно громко
и резко и очень напоминавшие визг поросенка. Такой сильный и чрез-
вычайно резкий голос у сравнительно мелкой птички прямо уди-
вителен. Самку удалось добыть.
Яйца оказались уже насиженными (довольно сильно развит заро-
дыш), размер пх в ш.ш. и вес их в гр. следующий: (
1. 35,2X24,4 2. 36,2X25,9 3. - 38,2X25,6
0,72 0,82 0,84
4. _3/ЛХ_25,7 5. 36,8X25.8 6. - 36.2X25.5
" 0,83 0,82 о,si
7 36,4X25,5 8. 36,9X26,0 9. - 37,0X26,1
< • 0,79 0,83 0,84
10. 36,7X26,0 0,85
18 (31) VIII 22 г. на берегу степного пруда, среди заросли куги,
осоки и других болотных^ трав К. А. Воробьев наблюдал выводок.
Птицы перебегали иногда в нескольких шагах от него, по заметить их,
благодаря густой траве, было почти невозможно. Птенцы, повипимому,
еще очень маленькие, все время тихо пищали, следуя за старой птицей.
Последняя была очень осторожна и лишь только замечала нас, сейчас
же издавала свой очень резкий, предостерегающий крик и быстро скры-
валась с птенцами в густую заросль. Интересно отметить этот поздний,
неразбившийся еще, выводок.
Fulica atra a t к a L.—Л ы с у х а.
На всех степных прудах, имеющих более пли менее значительные
площади зарослей тростника, куги или рогоза (Typha), лысухи обыкно-
венные гнездящиеся.птицы. Гнездо, будучи довольно хорошо замас-
206
кировапо нависшими над ним травами, всегда помещается на воде.
Строительный материал его очень однообразен, он всегда находится
в связи с теми растительными формами, которые окружают гнездо.
Если гнездо находится среди зарослей тростника {Phragmites communis),
,то оно бывает сделано только из стеблей и листьев последнего; если
же оно помещается среди осоки, то материалом для гнезда служит
исключительно осока и т. д.
Размеры гнезд, имеющиеся в наших записках, следующие:
I. диаметр 38 см., лоточек 19 см., высота гнезда 12 см. II. диаметр
26 см., лоточек 17 см., III. диаметр 27 см., лоточек 18 см. Интересную
особенность в постройке гнезд, представляющую, по всей вероятности,
уклонение от обычного типа гнезд этого вида, пришлось наблюдать нам
у воронежских птиц. Все четыре гнрзда, найденные К. А. Воробьевым
ца степном пруду в Каменной степи весной и летом 1922 г., имели
особый помост, отходящий от гнезда и служащий несомненно для
более удобного вхождения на гнездо.
Помост состоит из того же строительного материала, из которого
сделано все гнездо, т.-е. обычно из длинных стеблей тростника, ко-
торые одним концом вплетены в толщу гнезда, другой же конец их
остается свободным. Эти помосты всегда отходят в сторону пруда, а
не в сторону берега.ч Интересно отметить, что одно из найденных
гнезд имело два помоста, отходящие в противоположные стороны.
Однажды было найдено гнездо лысухи, сделанное в 15-ти шагах
от гнезда Circus aeruginosus. 4 х
В конце апреля (ст. ст.) начинается кладка яиц. Уже насиженные
яйца нам приходилось находить 9/22 и 14/27 мая. Если первая кладка
погибла, лысухи приступают ко второй. Полные, уже насиженные,
кладки содержали обыкновенно 7—9 яиц.
Исследование яиц дали следующие результаты:
I. 23/V (5/VI) 1922 г. 7 сильно насиженных яиц; птенцы достигли
значительных размеров и дня через четыре вывелись бы из яйца.
Размер яиц: 1. 54,0X35,6, 2. 54,7X36,7, 3. 54,7X36,0, 4. 55,0X36,1,
5. 50,6X36.4, 6. 52,6X36,7 М.М.
II. 9/22 V 1922 г. 7 слабо насиженных яиц; образовались крова-
вые пленки. Размер и вес яиц:
1. 49,3X36,0 46,8X32,9 52,1X36,8 о. Л
3,44 гр. 2,80 гр. 3,эо гр.
л 53,2X36,1 53,Z6Х35.7 52,7X36,1
*х. 3,70 гр. 3,47 гр. 3,30 гр.
53,2X36,5
3,62 гр.
207
III. 14/27 V 1922 г. 9 насиженных яиц; образовался зародыш.
Размер и вес яиц:
t 52,1X36,8 54,0X37,2 49,0X35,8
3,52 gr. ' 3,47 gr. ' 3,24 gr.
50,2X36,7 50,8X36,4 49,1X35,0
3,42 gr. ' 3,47 gr. ' 3,15 gr.
53,1X36,9 51,1X37,0 53,0X37,2
3,42 gr. ‘ 3,57 gr. ‘ 3,49 gr.
OTIDIFORMES.
В пределах Воронежской губ. мы имеем двух представителей отряда
Otidiforntes, характеризующих фауну степей Южной России.
Otis tarda tarda L.—Дрофа.
В степях Бобровского уезда дрофа не представляет большой
редкости, встречаясь здесь в качестве гнездящейся птицы весной и
летом. В 1922 г., когда мы специально предпринимали охоты на дроф,
нам всегда приходилось наблюдать табунки этих прекрасных степных
птиц, состоящие обыкновенно из 4—10 старых дрофичей; самки же в
это время сидели на гнездах. Однажды, 13/26 VII 1920 г., близ степ-
ного леса „Липняков" в окрестностях с. Мохового, Бобровского уезда,
пришлось нам видеть выводок уже хорошо летающих, дроф.
Замечательно красивую, чрезвычайно эффектную картину пред-
ставляет собой группа пасущихся дрофичей, на зеленом фоне обшир-
ной далекой степи. •
Невольно вспоминаются нами охоты за дрофами. Рано утром, еще
до восхода солнца, выезжали мы на охоту. Хорошо в эту пору в степи....
Перед восходом солнца вся безбрежная равнина окутана густым тума-
ном. Получается впечатление, сходное с морем в туманную погоду:
клубы тумана, едва видное, только что взошедшее солнце, словно
бледный диск, тишина в воздухе, а перед глазами исчезающая в белых
клубящихся облаках даль и бесконечная ширь, невольно ощущаемая,
но закрытая от взора тусклой завесой. Особенно причудливо в этом
тумане звенят и переливаются трели жаворонков, которые не реша-
ются подыматься в высь, а поют, носясь во всех направлениях
над землею.
Но вот солнце подымается выше, и теплые лучи его как то сразу,
неожиданно разгоняют тусклую туманную завесу. Степь оживает..
Показались кобчики, луни, пустельги; вылезли на сурчину байбаки,
суслики где-то свистят в траве. Но вот далеко, далеко на горизонте
кто-нибудь из охотников замечает дроф: громадные птицы кажутся
4 208
белыми точками—так велико расстояние. Смотришь в бинокль и долго
наблюдаешь прекрасных птиц. Дрофы спокойно пасутся, и только
один старый дрофпч обыкновенно стоит где-нибудь в стороне и зорко
следит—не грозит ли опасность....
По сообщению местных жителей, в благоприятные, т.-е. теплые
и малоснежные зимы отдельные особи дроф остаются здесь зимовать.
Весенний прилет дроф за последние пять лет, по наблюдениям А. И.
Мальцева в Каменной степи Бобровского уезда, происходил замеча-
тельно регулярно, падая на последние числа марта (ст. ст.), 26,'Ш 918 г.,
24/Ш 1919 Г., 24,Ш 1920 Г., 24/Ш 1921 Г., 26/Ш 1922 Г.
Мы получили одно яйцо, найденное весной 1921 г. в Каменной
степи. Размер его 81,1X56,4 м.м. В нашей коллекции имеется два
экземпляра старых дрофичей в брачном наряде, добытых нами 12/25 V
1822 г. в Каменной степи. В желудках данных экземпляров были
растительные остатки и кроме того у одной особи были найдены еще
степные копры (С^г/л), при чем некоторые жуки были заглочены
целиком.
Otis tarda tarda.
i сб Л
a з
№ / 12 25 V 22 г. Воронежской губ. |
Бобровск у. Экспедиция С. 11. Uiiteea. 20 ф.! 1020
I
№ г .21 ф.| 1000
i
1 I
565 2220: 158.5
550: — I 146
I I
71 |26 мм.
07 [26 мм.
Microtis tetr ах (L.).—С трепет.
Эта столь типичная и характерная для черноземных степей птица,
которая в 40-х годах прошлого столетия была здесь очень многочи-
сленна, встречается еще сравнительно часто, но количество особей
данного вида сильно сократилось в числе вследствие целого ряда
неблагоприятных условий, которые обыкновенно несет с собой куль-
тура для животного мира. Заселение и распашка степей вот факторы,
которые так губительно отражаются на существовании стрепетов, на
их распространении и биологии, вытесняя из области гнездовья эту
прекрасную птицу вольных целин.
В воронежских степях стрепет избегает очень густых и высокых
травянистых зарослей, которые образуются, например, пыреем.
Птица придерживается разрыхленных пространств травяного покрова,
особенно свойственного солончаковой области с ее полынями (Arte-
209
misia maritima) и лебедою (Atriplex litorale). А. И. Мальцев думает,
что в таких местах стрепет питается семенами этого вида лебеды.
Известно, что стрепеты очень любят держаться около пасущихся
стад рогатого скота, подпуская к себе сравнительно близко. В это
время можно слышать, как птицы перекликаются между собою харак-
терным покриком* звучащим, как довольно тихое: „пуль-пуль-пуль“.
7 (20/VIH) 1920 г. в степях Бобровского уезда (на границе с
Новохоперским у.) в районе нашей охоты держалось повидимому
8—10 стрепетов; один экземпляр был застрелен тогда С. И. Огневым.
Стрепета были довольно осторожны и поднимались обыкновенно
вне выстрела. Взлет птицы, удивительно красив: из выгоревшей, сильно
побуревшей залежи вдруг неожиданно, с характерным, сильным тре-
ском вырывается, серебрясь и сверкая своей белизной, прекрасная
птица, поднимается вверх, при чем словно вся дрожит и покачивается
в стороны от могучей быстроты своего полета.
Н. А. Северцов в своей работе (Периодическ. явления, 1855 г.,
ст. 179) дает нам яркую картину огромного количества стрепетов,
которые собирались перед наступлением осеннего отлета несколько
десятков лет тому назад в пределах нашей губернии. Вот это описа-
ние: „Из степных птиц, собирающихся здесь для отлета, мы заметили
только стрепетов (Otis Ыгал). Стада стрепетов бесчисленны. На прост-
ранстве 8 верст, в углу между Чпглой и впадающей в нее Сухой
Чиголкой, около устья последней, мы встретили три стада в несколько
тысяч каждое, и 8 стад от 100 до 500. Я следил за каждым подни-
мающимся стадом и замечал его присест, чтобы не ошибиться в счете.
Для приблизительного расчета числа стрепетов в одном собравшемся
для отлета стаде, замечу, 'что это стадо паслось на степи в три ряда,
которые занимали в длину до 100 саженей. Стрепета шли очень
близко друг от друга, так что в каждой линии можно положить до
600, по 6 на саж., а во всем стаде около 1800, или можно положить
хоть 15G0; но это стадо было еще меньшее из трех, тогда замеченных.
Чем более стадо, тем труднее к нему под'ехать на выстрел, а к стаду,
уже сомкнувшемуся для отлета, и совершенно невозможно. В это
время стрепета уже не ложатся в полдень, а летают или пасутся.
Мелкие стада собираются в большие на лету".
CHARADR1IFORMES.
Из 30 видов отряда Charadriiformes, отмеченных до сих пор в
Воронежской губ., приблизительно только одна треть относится к
гнездящимся птицам; огромное же большинство куликов встречается
здесь только на пролете.
210
Осенью 1921 и 1922 г. г. нам удалось хорошо проследить пролет
куликов на степных прудах Бобровского уезда (Каменная степь). В
течение лета, на гнездовье мы наблюдали на этих прудах только
Vanellus vanellus, Actitis hypoleucos, Gallinago gallinago, Totanus glareola \i
Totanus ochropus. В конце июля пруды начали оживляться; первыми
появились большие улиты (Totunus nehularius), которые небольшими
стайками держались по открытым илистым берегам и, будучи очень
осторожными, еще издали, завидев приближающегося охотника,
поднимались и с громким красивым криком, улетали прочь, часто
увлекая за собой других, мепее осторожных, обитателей пруда. В
это время здесь можно было встретить еще Aegialitis duhius, Totanus
totanus, Totanus fuscus. С первых чисел августа (ст. ст.) начался пролет
более северных видов,—главным образом представителей р. Tringa,
которые появляются здесь в большом количестве, и можно хорошо
наблюдать, как стайки этих северных куличков, прилетев на пруд,
держатся здесь день-два, затем летят дальше на юг, а на место нх
прибывают с севера все новые и новые стаи... Но надо заметить, что
не каждый год пролет бывает выражен здесь так резко, вернее не
каждый год можно проследить его течение во всей полноте и силе;
это зависит от состояния водоемов, на которых останавливаются пере-
летные стаи. Так, например, осенью 1921 года степные пруды сильно
пересохли, и обнажившиеся из-под воды илистые берега их представ-
ляли чрезвычайно удобные места для остановок многочисленных про-
летных куликов.
Осенью следующего 1922 года эти же пруды, благодаря несколь-
ким сильным дождям, совершенно не сократили своей площади, а
берега их, получая избыток влаги, поросли болотными травами, пред-
ставляя таким образом совершенно неподходящие и неудобные места
для остановок пролетных птиц. В этом году пролетных куликов было
много меньше.
Но продолжим начатый нами обзор последовательности пролета.
С первых чисел августа появились здесь турухтаны(1ГлсЛс^ ридпах),
плавунчики (Phalaropus lolxitus), краснозобики (Tringa ferruginea}, песоч-
ники (Tringa ntinuta и Tringa tennnimkii), при чем надо отметить, ЧТО
первый вид встречался на пролете в большом количестве, между тем
как последний здесь очень редок, и нам только несколько раз приш-
лось наблюдать этого куличка, при чем почти всегда одиночными
особями. Немного позднее, приблизительно в половине августа (ст. ст.),
появляются чернозобики, (Tringa alpina*); эти кулички пролетают здесь
♦) Интересно отметить, что одиночные, а иногда по 2—3 вместе, чернозобики и
краснозобики начинают попадаться уже с первой половины июля (ст. ст.) Вероятно, это
особи или рано закончившие свои гнездовые дела на севере, пли почему-либо не гнездив-
шиеся и потому столь рано откочевавшие на юг (см. ниже).'
211
-в большом количестве. Затем мы наблюдали на пролете грязовиков
(Limicola platyrhyncha), зуйков-галстушников (Aegialites hintinda) п
мородунок (Terekia cinerea); все эти виды здесь крайне редки и за
исключением A. hiaticula только по одному разу были отмечены нами.
На этих же прудах останавливаются болшие стаи чибисов (Vanellus
anellus), состоящие иногда из нескольких сотен экземпляров; кроме
того осенью 1921 г. нам приходилось довольно часто встречать про-
летные стаи туркушек (Glarcolu nordmanni), которые часто соединяются
с чибисами в одну общую стаю.
В течение всего августа (ст. ст.) пролет куликов идет очень
интенсивно; в первых числах сентября он- заметно ослабевает и вскоре
заканчивается совсем.
Степные пруды, на которых осенью собирается много пролетных
птиц, представляют в это время наиболее интересную стацию, по
разнообразию видов и по огромному количеству особей, которые дер-
жатся здесь. Кроме многочисленных куликов, на прудах держатся
цапли (Ardea cinerea), журавли {Megalornix grus), многие ВИДЫ уток
(Anas boschas, Querquedula querquedula, Mareea penelope, Spatula clypeata И
друг.) гагары (J’odiceps nigricollis), чайки (Laius ridibundus) и крачки
(Hydrochelidon nigra и H. fissipes).
Lymnocryptes gallinula (L.).—Г a p ш н e n.
Гаршнепа встречали мы только на осеннем пролете. В октябре
1919 г. гаршнепа попадались нам ежедневно по несколько экземпля-
ров до первых сильных утренних заморозков.
Tringa alpina alpina L.—Чернозобик.
На осеннем пролете, как мы уже сказали, этот вид очень обык-
новенен. Интересно отметить, что в некоторые годы чернозобики по-
являются здесь уже в начале июля; так, например, четыре экземпляра
этого вида наблюдались нами 5 (18) VII 1922 г. на степном пруду,
близ Хреновского бора. В это время попадаются только старые птицы
еще в летнем пере. Аналогичную картину раннего появления Tringa
alpina L. на юге, находим мы и у Н. Н. Сомова для Харьковской
губ. *).—Надо заметить, что иногда кроме Tringa alpina L. очень рано
появляются у нас краснозобики, Tringa fcrruginea', так, например, две
-старых птицы были добыты А. А. Силантьевым 1 (14) VII 1895 г.
Tringa temminckii Leisl.—Куличек-воробей.
Этот куличек на осеннем пролете встречается здесь очень редко, меж-
ду тем, как Tringa minuta попадается на пролете в большом количестве.
Н. Н. Сомов, Орнптологическ. фауна Харьковск. губ., ст. 583.
212
Tringa temminckii мы наблюдали всего только четыре раза;
13 (26) VIII 1921 г.; 4 (17) VIII 1922 Г.; в (19) VIII 1922 г.; 7 (20)
VIII 1922 г.
Limicola platyrhyncha platyrhyncha (Temm.).—
Грязовик.
5 (18) VIII 1921 г. на степном пруду в Бобровском уезде наблю-
далась одна стайка, состоящая из 6 экземпляров, из которых пять
было добыто С. И. Отевым.
Machetes pupa/ (L.).—Т у р у х т а н.
Турухтаны появляются здесь в первых числах августа; этих ку-
ликов нам приходилось встречать на пролете не только на прудах, но
также и среди степи, вдалеке от каких бы то ни было водоемов. •
Интересно отметить, что один старый -5 в брачном наряде был
добыт И (24) VI 1922 г., на пруду близ села Орловки Бобровского у.
Птица была со следами начавшейся линьки. Может быть, единичные
пары спорадически гнездятся в Воронежской губ.; в этом предпо-
ложении, нам кажется, нет ничего невероятного, так как, по иссле-
дованиям студента Л. А. Нортенко, турухтан довольно обыкновенен
на гнездовье в Киевской губернии.
Terekia cinerea (GUI d.).—M ородунка.
Этот куличек был добыт 6 (19) VIII 1921 г. Н. В. Шибановым
на степном пруду в Бобровском уезде.
Totanus stagnatilis Bechs t.—П оручейник.
Поручейник встречается здесь очень редко. В нашей коллекции
оказалось только два экземпляра, добытые близ села Чиглы 22—23/VII
1920 г. (ст. ст.). Один куличек / ad. (№ 138, 22,VI) в довольно поно-
шенном пере, без следов линьки. Второй экземпляр—молодая птица
148, 23/VI), уже хорошо летала, хотя первостепенные маховые
находились еще в кровяных. пеньках и кое-где среди свежего пера
были заметны слабые остатки пуха.
Totanus totanus (L.).—Т р а в н и к.
Этого улита мы наблюдали на гнездовье, на болотах в Бобров-
ском у. (близ села Курлака). 17 (30) VI 1920 г. на большом болоте у
Жернавского озера мы застали совершенно оперившихся молодых»
которые уже поднялись на крылья.
213
Glareola nordmanni Nord m.—T и p к у ш к а.
Тиркушек наблюдали мы несколько раз в первой половине августа
1921 г. (ст. ст.) на прудах в Каменной степи. Иногда нам приходи-
лось видеть довольно большие стаи этих птиц, состоящие из 40—60
экземпляров.
Aegialites hiaticula (L.).—Северный галстушник.
Две птицы этого вида были застрелены 20/VIII (2/IX) 1921 года
К. А. Воробьевым на пруду в Каменной степи. Кроме того, зуек-гал-
стушйпк наблюдался нами на р. Воронеже 30/VIII (12/IX) и 1 (14) IX
1922 г.
LARIFORMES.
Список видов отряда Lari formes, представленных в Воронежской
губ., мы можем дополнить еще двумя, ранее не указанными видами:
Larus glaucus 0. Fab г.—Б ольшая полярная чайка.
С. А. Резцов, сообщил нам, что он имел молодую птицу этого
вида, купленную на базаре под Воронежем осенью 1903 г. Определе-
ние было проверено проф. М. А. Мензбиром.
Larus minutus Pall.—Малая чайка.
Эта чайка впервые приводится нами для фауны Воронежской
губ. Одна молодая птица ( у) была добыта 3 (16) VIII 1922 г. И. В.
Шибановым на „Осиновых прудах" в Каменной степи (Бобровский у.).
Чайка держалась одна, среди Hydrochelldon nitjra. Кроме того, 12 (25) VI
1922 г. С. И. Огнев наблюдал в степи близ с. Орловкп пять пролетав-
ших Larus minutus.
PTEROCLIDIFORMES.
Syrrhaptes paradoxus (Pall.).—Саджа.
В записной книжке Н. А. Северкова (хранящейся у проф. М. А.
Мензбира), мы находим указание на залет саджи в Воронежскую губ.
в 1863 г.
Интересно отметить здесь, что последний залет Syrrhaptes para-
doxus в пределы Европейской России был в мае 1920 г. (ст. ст.). Сту-
дент Е. П. Спангенберг, доставивший в Зоологическ. Музей Москов-
ского Университета экземпляр саджи (/), добытый им из небольшой
стайки, в 7-ми верстах от г. Александровска, Екатеринославской губ.
22/V (2/VI) 1920 г., сообщает нам, что саджи наблюдались здесь
два-три дня в количестве нескольких стаек. Тогда, по словам Е. П.,
местными охотниками было добыто здесь несколько птиц этого вида.
214
COLUMBIFORMES.
Все четыре вида данного отряда, свойственные Европейской Рос-
сии, найдены в Воронежской губ. Горлицы здесь очень обыкновенны;:
интересно отметить, что они держатся даже в самом Воронеже и несом-
ненно гнездятся здесь в садах. Среди многочисленных гнезд этого вида,,
найденных нами, значительный интерес представляет одно, сделанное
в старом гнезде Lantus collurio', оно помещалось в дубовом кусте, при-
чем на старое гнездо жулана было положено лишь немного тонких
веточек. Нам случалось находить чрезвычайно поздние кладки Turtur
turtur turtur (вероятно запоздавшие вторые); самая поздняя кладка,
содержавшая одно еще совершенно не насиженное яйцо, была най-
дена нами 27/VII (9/VIII) 1922 г. Клинтух здесь также очень обык-
новенен: особенно в большом количестве мы встречали этого голубя
в Хреновском бору. В конце лета (во второй половине июля ст. ст),
нам приходилось наблюдать здесь большие стаи, состоящие птиц
из 70-тп. '
Вяхирь встречается в Воронежской губ. значительно реже. Инте-
ресно отметить нахождение нами этого вида на гнездовье в лесных
посадках Каменной степи. Эти посадки, возникшие в конце 90-х годов
прошлого столетия, постепенно заселяются различными лесными ви-
дами, которые находят здесь для себя благоприятные условия. Заме-
чательно интересно было бы проследить с самого начала всю картину
заселения этих искусственных лесных насаждений, проследить ту
последовательность, с которой шло это заселение и, наконец, устано-
вить те факторы, которыми обусловливается известная последователь-
ность в заселении различными видами одной и той же стации.
CUCULIFORMES.
Cuculus canorus canorus L.—К у к у ш к a.
Прилет кукушек в сильной степени зависит от хода весны, т.-е.
от целого ряда факторов, влияющих на пробуждение природы. Весной
1922 г. пёрвые кукушки были замечены в окрестностях с. Нов. Курлак
Бобровского уезда 19/IV (2/V); последняя же птица этого вида на
осеннем пролете отмечена у нас 15/IX (8/Х) 1919 г. Нам удалось со-
брать целый ряд биологических наблюдений над размножением Сиси-
hut canorus canorus, которые мы и приводим здесь. 2 (15) VI 1920 г.
застрелена », в яйцеводе которой было почти готовое к сноске яйцо
белого цвета с коричневыми пятнами. 10 (23) VI 1920 г. найдено
гнездо Sylvia communis, в котором сидел довольно хорошо оперенный
птенец кукушки.При приближении к нему, птенец резко поднимался
на ногах, приподнимал и расправлял крылья и делал крайне отры-
вистые движения головой, широко раскрыв при этом свои внутри
215
красновато-оранжевый клюв. Получалось очень оригинальное впечатле-
ние: казалось, что птица не просила корма, а словно принимала угрожаю-
щую позу. Это обманчивый облик еще усиливается тем, что перья головы
птенца приподнимались, а глаза смотрели крайне озабоченно и жадно.
JL Баранц, в своем отчете о зоологических наблюдениях в Хре-
новском бору пишет: „Весной 1894 года в гнезде ' белой трясогузки,
Motacilla alba, сделанном на крыше Лебяжьего кордона и содержащем
4 яйца, было обнаружено яйцо кукушки. Спустя несколько дней после
вылупления из яиц, птенец кукушки в одно утро выпихнул своих
маленьких собратьев из гнезда, которые упали на крыльцо кордона-
Теперь жестокий птенец остался один; он сидел на гнезде совершенно
закрыв его собою... И странно было видеть, как маленькая птичка пи-
хает в широкий желтый рот прожорливого птенца какую-нибудь
бабочку или кузнечика; как тот, трепеща крыльями, проглатывает
насекомое и жадно просит еще... После вылета из гнезда, птенец
долгое время жил под навесом сарая, летая невдалеке от кордона".
20/VII (2/VIII) мы наблюдали хорошо летавшую молодую кукушку,
которую кормила Motacilla alba. Летом 1922 г. К. А. Воробьеву удалось
сделать интересное наблюдение, показывающее продолжительность
времени, в течение которого молодые кукушки находятся под опекой
своих приемных родителей.* Первый раз молодая кукушка и кормившая
ее белая трясогузка были замечены 21/VI (4/VII) на берегу р. Битюга
близ Вислого кордона. После этого, эта парочка часто наблюдалась
на кордоне в течение 36 дней, когда трясогузка все еще кормила
кукушку. Последний раз их видели здесь 26/VII (8/VIII).
25/VU (7,'VIII) 1922 г. наблюдалась еще одна, хорошо летавшая,
молодая кукушка, которую также кормила MotaciUa alba. Однажды,
7 (20) VIII мы видели на скошенной степи, вдалеке от каких бы то
ни’было древесных насаждений, молодую кукушку, которая вероятно
ловила кобылок, встречавшихся здесь в большом количестве.
CORACIIFORMES.
Следуя Бианки, мы принимаем отряд Coraciiformes, рассматривая
его как комплекс более или менее разнородных обособленных групп,
возведенных на степень subordo (подотрядов). Сюда относятся совы,
козодои, стрижи, удоды, ракши, зимородки и дятлы. Может быть, все
эти группы заслуживают выделения в отдельные отряды, как это
делает, например, Hartert (Die Vogel der palaarktischen Fauna, Bd. II,
1912), но мы, придерживаясь схемы,предложенной Бианки*), считаем,
что до окончательного решения данного вопроса нужны более обшир-
ные и детальные сравнительно-анатомические исследования, на осно-
*) В. Л. Бианки, Фауна России. Птицы Т. I. 1913 г.
216
вании которых можно было бы создать то или иное таксономическое
подразделение в пределах столь разнотипной группы, как Coraciiformes.
Bubo bubo bubo (L).—Филин обыкновенный.
Bubo bubo ruthenus But. et Shitkov.—Филин поволжский.
Все наши наблюдения, относящиеся к данному виду, произведены
главным образом в Хреновском бору, где ежегодно гнездится не-
сколько пар филинов.
Летом 1922 г. (4,17 VI) лесной об'ездчик доставил нам двух
пуховых птенцов филина, которых он нашел в сосновом участке леса
(кварт. 9). Птенцы сидели у ствола большой сосны, на песке. Старых
птиц замечено не было. Филинята, которым было вероятно еще только
дней 8—10, были в серовато-дымчатом пуху, с слабым желтоватым от-
тенком. Надо заметить, что один из них был значительно больше дру-
гого, при чем у старшего начали уже появляться перья на шее.
Этих птенцов мы довольно долго держали у себя в неволе; по-
мещаясь на террасе нашего домика и следовательно находясь боль-
шую часть дня около людей, они замечательно скоро привыкли к нам.
Стоило только показать им кусок мяса или тушку препарированной
птицы, как сейчас же птицы резкими движениями головы выражали
свое любопытство и, пристально всматриваясь, начинали медленно,
вперевалку подходить к протянутой пище. Однажды более крупный
птенец, будучи вероятно сильно голоден, напал на маленького журав-
ленка, который жил у нас и как-то неосторожно зашел на террасу; с
большим трудом удалось отнять у филина несчастного журавленка и
если бы мы опоздали на несколько минут, то последнему пришлось
бы очень плохо. Другой филин однажды очень ловко поймал молодую
варакушку, которая случайно выбежала из клетки; интересно отметить,
что маленькая птичка сжатая в огромной лапе филина осталась жива
и совершенно невредима, т. к. страшные когти хищника не задели ее.
25/VI (8/VII) 1920 г. нам принесли из окрестностей села Чиглы
молодого филина, хорошо уже оперившегося, но со следами пуха.
26/VI (9/VII) 1920 г. лесник показал нам в Хреновском бору
гнездо филина, уже оставленное птенцами. Собственно говоря, гнезда
здесь никакого не было; филин вывел молодых на пригорке очень
старого соснового бора, у сваленного обрубка старой сосны. На том
месте, где сидели филинята, осталось много перьев и костей птиц,
преимущественно грачей. Лесник рассказывал нам, что когда он на-
шел гнездо и рассматривал филинят, то совершенно неожиданно на
него с криком налетел филин и сшиб шапку. Теперь же мы застали
выводок уже разбившимся; он держался в глухом сосновом бору с
глубокими колдобинами и густым подседом. Мы видели только одного
217
филина, который громко кричал, перелетая по вершинам огромных
деревьев и был очень осторожен.
В своем отчете о зоологических наблюдениях в Хреновском бору,
лесной кондуктор Барана дает описание двух гнезд филина, которое
мы и приводим здесь:
I. „... 1889 г. Гнездо найдено в густом старом сосновом лесу
(кварт. 80), на склоне холма, близ старого дерева; оно представляло
из себя небольшое углубление в песке, совершенно ничем не при-
крытое. В нем было два совершенно белых яйца. При моем прибли-
жении филин тяжело поднялся с земли и скрылся в лесу"...
II . „... 1891г. Гнездо найдено в 43 квартале, тоже в старом со-
сновом лесу, на вершине крутого холма, под густой веткой, отходя-
щей от суковатой соспы. В гнезде было два уже больших птенца.
При моем приближении они нехотя встали, отошли немного в сторону
и с любопытством стали смотреть на меня. Старых филинов в это
время здесь не было видно. Молодые филинята страшно неуклюжи п
неповоротливы; они долго не могут летать, благодаря чему вероятно
подвергаются большим опасностям, попадая в зубы лисы и волка пли
же в руки человека".
Летом в 1921 г., в конце июля (ст. ст.), во время экскурсий в
Хреновском бору, нам часто приходилось слышать по вечерам крики
филинов. Часто вместе с криком филина где-нибудь в лесной трущобе
раздавался заунывный волчий вой; далеко разносятся тогда в непо-
движном воздухе наступившей ночи переливы заунывных звуков...
Один прекрасный экземпляр фплппа( ad.), добытый С. И. Огневым
15 (28) VII 1922 г» в Хреновском бору, оказался принадлежащим к
восточной форме—ВиЪо bubo ruthenus. Размер его: длина птицы 64,
длина крыла 45, размах крыльев 168, дл. хвоста 28 см.
В коллекции Зоологического Музея Академии Наук хранится
филин из Бобровского у. Воронежской г. ( '« XII 1897 г.), который,
по словам проф. Л. П. Сушкина, относится к типичной форме.
Otus scops (L.).—3 о р ь к а.
А. А. Силантьев в своей работе *) приводит этот вид для Хре-
новского бора. Нами Otus scops в Воронежской губернии не наблюдалась.
Tyto alba (S с о р.).—С и п у х а.
Выводок этих сов наблюдался летом 1911 г. Е. Г. Габричевским
в каменной башне водокачки в старом парке А. В. Станкевича, близ
с. Курлака, Бобровского у. Нахождение здесь Tyto alba значительно
расширяет на восток границу распространения этого вида.
*) А. Силантьев, Зоологяческ. исследован, на участках экспедиции лесного депар-
тамента. 1894—96 г. СПБ. 1898 г.
218
Dryobates major major (L.).—Большой пестрый дятел.
Dryobates major brevirostris (Reichen b.).—Сибирский
большой пестрый дятел.
Тщательный просмотр и сличение воронежских больших пестрых
дятлов с экземплярами пз разных мест Средней России (главным
образом, пз Московск. губ.) показал нам их полное тождество. У воро-
нежских п*гиц, также как и у московских, весьма часто встречается
довольно заметный грязно-палевый налет на всей брюшной области.
Попадаются (правда, редко) особи, у которых этот налет выражен
чрезвычайно ярко, почти как у Dryobates major poelzami (ВодЛ.), напри-
мер, у № 386 ? (9 (22) VIII1919 г.). Более или менее резкое выражение
буроватого налета на нижней стороне тела, характерное как для во-
ронежских, так и для московских дятлов, не позволяет относить их к
Dryobates major sibiricus Buturl. (=brevirostris Beichenb.), как делает эта
С. А. Бутурлин *).
Просмотр очень большой серии дятлов (около 100 экземпляров),
позволяет нам прийти к заключению, что светлобрюхий сибирский
дятел встречается в Средней России, а также и в Воронежской губ.,
главным образом во время своих осенних миграций, аналогичных,
повидимому, с передвижением из Сибири в течение осени длинноклю-
вой ореховки. Так, из Московской и Костромской губ. мы имеем пре-
красные зимние экземпляры, безусловно относящиеся к сибирскому
подвиду.
Размеры сибирской формы, как показали наши исследования, не
отличаются сколько-нибудь существенно от наших дятлов. Не отли-
чаются также и Dryobates major kirghizorum (Buturl.) (1. с. стр. 202),
описанные С. А. Бутурлиным по сборам Г. С. Карелина. Ни • непо-
средственный просмотр, ни сличение промеров этой, по Бутурлину
шпрококлювой формы не дали нам каких-либо реальных отличий, на
основании которых было бы рационально отделять эту форму от си-
бирского светлобрюхого дятла. Наконец, южный тонкоклювый дятел
Dryobates major pinetorum (Brehm.) (=tcnuirostris Buturl.) легко отли-
чается от наших птиц своим тонким, сжатым клювом. К этому дятлу,
помимо кавказских особей, относятся и экземпляры из Крыма. Надо
отметить, что между более северными дятлами очень редко попада-
ются особи с тонким клювом (напр., один экземпляр из Онежской губ.),
но подобные экземпляры редки и выражение их признаков не столь
ясно и резко, как у типичных Dryobates major pinetorum (Brehm.).
•) С. Л. Бутурлин, Предварительный список больших пестрых дятлов. Орнитолог.
Вестник, 1910 г. № 8.
219
Как известно, у молодых самок (в первом пере) верх головы
красный, не отличимый от молодых самцов. Это красивое перо сохра-
няется у самок не долго; оно начинает исчезать уже со средины
августа, когда среди красной окраски появляется много черного пера.
Этот процесс замены черным пером идет очень быстро, и уже в конце
августа попадаются самки, у которых от красных головных перьев
остались лишь слабые следы. Присутствие красного пера на голове
самок—имеет очень большое биологическое значение и интерес. Ве-
роятно, красное головное перо является для дятлов древним призна-
ком, б. м. прежде характерным для обоих полов. Этот красный цвет
совершенно исчезает у самки, а у самца развивается новый признак—
красная перевязка на затылке, не существующая в молодом наряде.
Оба пола—и самец, и самка—в смысле дальнейшей специализации при-
знаков, ушли далеко от первоначального основного типа. Исчезнове-
ние красного цвета на голове в первом пере у других дятлов (Xylo-
copus minor, Dryobates leticonotus) продвинулось еще далее; у моло-
дых самок этих видов красная окраска головы совершенно не встре-
чается или встречается иногда в виде отдаленного намека (у Xylo-
copus minor). Интересно указать, что у Dryobates medius красная окраска
головы свойственна обоим полам в молодом возрасте и сохраняется
даже у взрослых самок.
У данного вида эти основные признаки окраски головы сохра-
нились более, чем у других близких форм.
Dryobates major major L.
23 эквемпл.
Maximum...................
Minimum...................
Dryobates major brevirostris
Reichenb. 7 экзем.
Maximum...................
Minimum...................
Dryobates m^or pinetorum
Brehm. 13 экзем.
Maximum...................
Minimum...................
151 103[ 34,8
136 90 27,3
147 98
137 85
•) 137 •) 100
' 130 90
82,1
28,2
’) 32
27
i
29,8 28,11 11 9,3
22,9 21,1 8,8 8,2
26,7 25 10,1 9,1
24 22,2j 8,8 8,2
I
28,7 *)25,3 9,7 ») 9,2
25 21,1 8,3 7.6
12,5
9,2
12
10
9
8,8
10 22,8
8,2 17,3
10,2 23,8
8,5 19,8
8 *) 21
7,7 19,2
*) В рубрике измерений, помеченных, ♦) включены максимальные и минимальные
промеры D. т. pinetorwn по работе В. Б. Банковскою (Известпц Кавк. Музея, т. VII,
1913 г., стр. 649), полученные этим автором при просмотре 10 экземпл. тонкоклювого
дятла из равных мест Закавказья.
220
Dryobates medius medius (L.).—Средний пестрый дятел.
Впервые отмечается нами для фауны Воронежской губ. Нахож-
дение здесь среднего дятла значительно расширяет на восток область
его распрострапения. Несомненно, что в настоящее время в пределах
Воронежской губ. Цроходит восточная граница этого вида. Очень
может быть, что за последние 20—30 лет он расселился несколько
на восток, дойдя, таким образом, до Воронежской губ. Этот дятел осо-
бенно любит лиственные леса из вяза, дуба и черной ольхи в пойме
речных долин. Мы встречали его в пойме р. Битюга (напр., у Хренов-
ского бора), особенно же в большом количестве пришлось нам наблю-
дать Dryobates medius medius летом 1922 г. в Шиповом лесу. Здесь он
встречается не реже, чем Dryobates major и Dryobates leuconotus. Био-
логически эта птица довольно резко отличается от Dryobates major;
стацией среднего дятла служит исключительно лиственный лес; крик—
очень часто повторяемое—„кпк-кик-кик-кик“; он сравнительно редко
и слабо долбит дерево, и, наконец, будучи исключительно непоседлив,
он все время перелетает с дерева па дерево.
Alcedo ispidasub р.—3 имородок средне-русский.
Зимородок здесь очень обыкновенен. Мы встречали его на сте-
пных прудах, по лесным озерам в Хреновском бору п на всех реках»
особенно же в большом количестве на р. Битюге.
Целый ряд гнезд Alcedo ispida, найденных нами, а также биоло-
гические наблюдения позволяют установить сроки периодических
явлений в гнездовий период у данного вида. Весьма интересно, что
почти одновременно встречаются гнезда с яйцами, птенцы разных
возрастов, и, наконец, уже хорошо летающие молодые особи.
Здесь мы приводим выписки пз наших дневников, относящиеся
к гнездовому периоду Alcedo ispida.
I. 8 (21) VI 1919 г. На обрывистом берегу р. Курлака найдено
гнездо, содержавшее одно яйцо.
II. 9 (22) VI 1919 г. На берегу р. Битюга найдено гнездо, в ко-
тором было 6 еще голых птенчиков.
III. 11 (24) VII1919 г. На берегу р. Битюга найдено гнездо с
3 яйцами.
IV. 11 (24) VI 1919 г. Застрелен молодой Alcedo ispida (</), вы-
вода настоящего года.
V. 9 (22) VIII 1919 г. Наблюдались только что вылетевшие из
гнезда зимородки.
VI. 3 (16) VI 1920 г. Добыт молодой, хорошо оперенный зиморо-
док вывода этого года.
221
х VII. 17 (30) VI 1920 г. Выводки зимородков уже разбились, и
молодые птицы ведут самостоятельную жизнь.
VIII. 12(25) VI 1922 г. В одном из заливов р. Битюга К. А. Во-
робьев наблюдал спаривание Alcedo ispida— происходившее на ветке,
около свеже-вырытой норы. 7 (20) VII нора была раскопана, и в ней
оказалось 7 сильно насиженных, яиц (с совершенно сформировавши-
мися птенцами). Яйца шарообразной формы, имеют чрезвычайно тон-
кую скорлупу чисто белого цвета. Размер яиц в m.m.:
1) 23,0X19,4 2) 22,9X18,8 3) 23,0X19,5
4) 22,6X19,0 ' 5) 23,6X19,8 6) 22,5X19,3
7) 22,6X19,4
Нора сделана под пеньком, на отвесном берегу, от воды около
2-х аршин. Длина норы от входного отверстия до гнезда собственно
50 см. В конце нора значительно расширяется, образуя довольно боль-
шую камеру, дно которой покрыто довольно толстым слоем мелких
рыбьих косточек, служащих подстилкой для яиц.
Просмотр очень большой серии Alcedo ispida пз разных мест Ев-
ропейской России и Азии приводит нас к некоторым новым выводам
о таксономическом положении наших зимородков. Сравнивая промеры
русских зимородков с промерами д-ра Хартерта, мы приходим к
положительному выводу, что экземпляры, добытые в равнине Евро-
пейской России, безусловно мельче западных.
По Хартерту крыло западно-европейских птиц равно 76—81 пыл.,
чаще всего 77—79 m.m., На нашей большой серии получилась ве-
личина крыла 68—73,2 m.m., чаще же около 69 m.m.
Также несколько короче и хвост. У наших зимородков клюв не
достигает таких больших размеров, как у западно-европейских птиц,
т. е. до 47 m.m.
Сравнение с экземплярами из Савойи (коллекц. Зоологического
Музея Московск. Университета) показало, что эти последние ярче на-
ших, особенно ярок по интенсивности и густоте окраски тон низа.
Кроме того особи из Савойи крупнее наших.
Итак, средне-русский зимородок, являясь более мелким и более
бледным по окраске, несомненно заслуживает выделения в особый
подвид. Нам стало известно, что эта форма уже описана в рукописи
проф. П. П. Сушкиным. Наши среднерусские зимородки резко отли-
чаются от крымских, кавказских и туркестанских, которые относятся
к Alcedo ispida pallasii Rchl>. Странно, что Г. И. Поляков, сравнивая
своих иртышских зимородков с особями из Европейской России и
Туркестана, не мог найти никаких цветовых отличий между европей,-
222
скими и туркестанскими особями *). Эти отличия очень наглядны и
притом во всяком пере. Старые самцы Alcedo ispida pallasii отличаются
от цаших очень красивым, более светлым и ярким кобальтово-синим
тоном верхней стороны тела. Этот цвет на спине охватывает у тур-
кестанских особей большую область, захватывая собою и плечевые
перья, которые у средне-русских особей имеют значительную зелено-
вато-сероватую примесь. Далее у туркестанских птиц окраска низа
бледнее с более желтовато-ржавым оттенком, вместо коричневато-ржа-
вого, свойственного нашим особям.
Интересно отметить, что половой диморфизм у туркестанских зи-
мородков выражен яснее, чем у наших. Самка туркестанского подвида
значительно бледнее сверху и зеленее самца. Плечевые перья самки
с сильным развитием серо-зеленого тона; крылья серее и зеленее, пят-
нистость тусклая и бледная. Нижняя сторона самки желтее и ярче,
чем у самца.
Молодое первое перо наших и туркестанских птиц резко раз-
нится. У наших особей гораздо сильнее развиты ржаво-красноватые
и коричневатыд тона низа. У туркестанских зимородков белый цвет
горла занимает большую площадь, охватывая собою грудь. На гра-
нице между грудью и брюхом тянется поперечная широкая полоса
пепельно-серовато-зеленоватых перьев, переходящих на брюхе в блед-
ный желтовато-палевый тон и несколько более яркий коричневато-
ржавый на боках. У многих наших молодых зимородков, например, у
воронежских, па границе между грудью и брюхом также замечается,
иногда довольно интенсивная, поперечная зеленовато-серая полоска.
Цвет спины молодых туркестанских зимородков несколько тусклее,
чем у средне-русских.
Размеры Alcedo ispida pallasii повидимому несколько крупнее
средне-русских. Как было упомянуто выше, к Alcedo ispida pallasii
мы относим, кроме туркестанских особей,—зимородков с Кавказа и
Крыма.
На дальнем востоке распространена очень мелкая и при том
длинноклювая форма—Alcedo ispida bengalensis Gm. по окраске очень
близкая к нашим средне-русским птицам. Таким образом мы имеем
здесь один из многочисленных и очень интересных примеров сходства
по внешности восточно-сибирских птиц с нашими центрально-рус-
скими, тогда как формы Западной Сибири резче и ярче отличаются
от этих последних.
В высшей степени интересно, что у молодых, только что выведи
шихся зимородков нижняя челюсть значительно массивнее и длиннее
*)Г. И. Поляков, Поездка па озера Зайсан-Нор и Марка-куль в 1909 г. 19121г., ст. 161
223
верхней. Уравнение в длине челюстей происходит приблизительно на
10-тый день жизни молодого птенчика.
По данным В. Н. Сомова *), в Харьковской губ. старые зимо-
родки начинают линять с половины июля, и часто уже в начале ав-
густа замечается у них свежее оперение. Просматривая большую се-
рию воронежских птиц (около 40 экз. нашей коллекции), мы придер-
живаемся мнения покойного Н. А. Северцова **), что старые зимородки
линяют на зимовках, так как при всем старании не могли обна-
ружить смену пера у наших Alceda isipida L. (См. табл, на стр. 224).
Merops a pi aster L.—Щ урка золотистая.
Щурки принадлежат к обыкновенным гнездящимся птицам Во-
ронежской губ. Гнездовые колонии их мы встречали на обрывистых
берегах р. Битюга, а также по берегам степных прудов. 5 (18) VIII
1919 г. нам принесли пять молодых щурок, которые еще плохо ле-
тали и сидели в гнезде. В августе 1921 г. нам приходилось наблюдать
большое количество Merops apiasler в долине реки Битюга; птицы ле-
тали во всех направлениях, оглашая окрестность своим громким кра-
сивым криком. Последние отлетные стаи щурок наблюдались нами
11 (24) IX 1920 г.
Просмотр очень большой серии воронежских щурок дал нам сле-
дующий материал по окраске различных нарядов у данного вида.
Окраска молодых птиц в неразвившемся первом пере, с кровяными
стержнями маховых перьев и с неотросшими рулевыми, такова: у са-
мок верхняя сторона переливчатого зеленовато-серо-палевого тона,
при чем верх головы более темный аеленовято-серый с небольшой при-
месью коречневато-каштановых перьев. Надхвостье бледно-зеленоватое
с голубоватым оттенком. Самцы в общем похожи на самок, но у них
оттенок спины более палево-ржавый, особенно на плечевых перьях:
голова с большей примесью коричневато тона; надхвостье голубое;
горло обычно ярче, т.-е. желтее и золотистее; грудь с более сильно
выражённым синевато-голубым тоном. У молодых птиц в первом пере,
у которых уже совершенно отросли маховые и рулевые перья, окраска
подвержена гораздо большей изменчивости. У самок цвет спины пе-
реливчато-зеленый с легким серовато-ржавым оттенком. Окраска пле-
чевых удивительно варьирует—у одних птиц она с палево-золотистой
примесью; у других тон их зеленоватый с легкой бирюзовой примесью;
у немногих особей бирюзовый узор очень ясен и красиво выражен в
виде поперечных оторочек на краях плечевых перьев, резко высту-
*) Н. Н. Сомов. Орнитологическ. фауна Харьковск. губернии. 1897 г., ст. 279.
**) Н. А. Северцов, Периодяческ. явления в жизни зверей, птиц п гад Воронежской
губ. 1855 г., ст. 343.
224
Крыло. Хвост. । Culmen. c. d. Клюв от ноздри. Плюсна.
Alcedo ispida L. subsp. 1 i
№ 93 14/VI 1920 г. Воронежск. губ..Бобровского уезда . . . 70,9 I 36,3 • 41,7 ! 36,3 32,3 10
№ 15 rf 27/VI 1919 г. Ibid. . . 71,2 38 j 42,8 j 36,9 34,2 9,3
№ 186 J 17/VH 1919 r. Ibid . . 71,1 34,4 ; 43,2 ! 38.2 36 2 9,3
№ 191 23/VI 1920 r. Ibid . . 69,3 36,2 j 43,2 37,5 33,5 8
Ks 94 rf 14 VI 1920 r. Ibid . . 69,5 35,2 43 ! 39.1 35,7 8
№ 44 / 5, VI 1920 r. Ibid . . . 71,7 35 ! I 38,9 35,2 31,9 8,8
№ 19 C 3/VI 1920 r. Ibid . . . 69,2 : 34,9 i 38.3 33,2 32,2 9.7
Xs 301 C 31/VII 1919 r. Ibid. . 70,2 | 36,2 i 1 43.7 I 38,7 । 32.9 8.7
№ 9 : 2/VI 1920 r. Ibid . . . 70,а 35,o I 1 44,7 39.9 j 36.9 10,1
1 26 VI 1903 г. Калужская губ., p. Протва. C. JI. Огнев . . . 70,5 1 1 40,0 ; 43,2 ’ 38,7 I 34,2 ! 7 1 ; . 10
16 VIII 1903 года Орловская губ., Малоарханг. у., Богородицкое . 1 73,2 34,7 : -1 38,7 ’. 38,7 i 34 10,5
16 VII 1914 года Московская губ., Можайск, у. С. JI, Oince. . . 1 72 ! 35,2 38.7 i 34 31,2 9,6
.V 4497 9/VIII 1911 г. Харьков. губ.. Кочеток 70,6 32,8 ’ i 41,5 i 1 36,8 34,8 10,1
Alcedo ispida ispida L. 1 I 1 I i
Франция, Савойи 75,5 42 42 37,7 33,3 10,7
; Ibid 73,8 40,7 42,3 i 37,9 ' 1 i 34,2 1 9.8
Alcedo ispida pallasii Reichenb. 1 1
/ 12 VI 1675 г. Кульджа . . . 74 39 41 36,7 33,7 9,9
9 15/1 1869 г. Туркестан, Фед- ченко 75,2 38,2 1 40 36,3 33,3 9,5
Alcedo ispida bengalensis Gmel. i
У (?) Владивосток. Исаев . . . 65,2 31,5 : 48,3 44.9 38,5 । 8,9
30/VI 1913 г. Уссурийск, край, Иманский у. И. Любке . . . 68,4 30,6 35,6 31 1 29 8.9
225
пающих на бледном зеленоватом фоне. Надхвостье с ярким бирюзово-
зеленым оттенком; на голове почти нет зеленого пера, оно сменилось
буро-каштановым.
Молодые самцы в соответственном наряде хорошо отличаются от
самок. ИменЬо у самцов замечается очень красивый изумрудно-зеле-
ный тон спины, который в области плечевых сильно варьирует. Над-
хвостье молодых самцов более изумрудное, и только у немногих осо-
бей оно бирюзовое, как у самок. Окраска груди с более интенсивным
синевато-голубым тоном, иногда с примесью изумрудного оттенка.
Окраска старых самцов и самок легко отличается между собою.
У самцов все тона ярче; особенной яркости достигает золотисто-ржаво-
коричневатая окраска спины, которая резко отделяется от каштаново-
бурой головы. Плечевые перья самцов ржаво-желто-золотистые. У са-
мок на спине и плечах заметная зеленоватая или зеленовато-бирюзо-
вая примесь. Надхвостье самцов ржаво-золотистое; у самок зеленовато-
бпрюзовое с золотистым оттенком.
Итак у щурок мы имеем как бы три различных ф^зы пера:
1) перо гнездовое, когда маховые и рулевые перья ещё не отросли,
2) окон’йтельно развившееся гнездовое перо, 3) перо взрослой птицы.
Линька старых щурок начинается в конце июня, при чем ли-
няет только мелкое перо; рулевые и маховые сменяются, повидимому,
на зимовках.
Caprimulgus europaeus europaeus L.—К о з о д о й.
Во всех лесах Воронежской губ. козодой очень обыкновенен; осо-
бенно в большом количестве мы встречали его в Хреновском бору.
Здесь, после захода солнца, со всех сторон несется урчанье козодоев,
а на лесных, полянах и просеках молено одновременно наблюдать не-
сколько летающих птиц. Обыкновенно урчанье козодоев слышится
только вечером, но в разгар брачного периода приходится слышать
песню / (5 даже и днем. Время весеннего прилета, а также время
отлета из Воронежской губ. нам проследить не удалось. 23/IV (6/V)
1922 г. К. А. Воробьев, стоя на тяге в Графском лесничестве, уже
слышал трели козодоев.
Чтобы более рельефно представить себе сроки периодических
явлений в гнездовий период у данного вида, мы даем здесь описание
гнезд, найденных нами в Бобровском уезде.
I. 29/VI (12/VII) 1923 г. В сосновом лесу. Два яйца лежали на
земле без всякой подстилки. Слетевшая самка стала отводить от яиц,
при чем птица ползала по земле, слегка опустив крылья и издавая
при этом слабый хрип.
226
П. 30/VI (13,VII) 1920 г. Найдено гнездо с двумя пуховыми
птенцами.
Ш. 17 (30/VII) 1921 г. На опушке соснового леса с примесью
дуба. В гнезде, которое представляло лишь едва заметное углубление
в почве, был один пуховой птенец и яйцо, оказавшееся болтуном;
размер его—28,9 X 22,7 м.м. Около гнезда валялись скорлупа от
яйца, из которого вышел птенец, и экскременты. Несмотря на то, что
птенец и яйцо были несколько часов тому назад взяты из гнездаЛ
2 еще держалась на том же месте.
IV. 6 (19) VI 1922 г. В дубовом лесу с примесью осины. Два
яйца лежали прямо на земле. Сидящая на яйцах 2 слетела у нас
из-под ног, и отлетев несколько шагов, опустилась опять. Яйца были
слабо насижены, начинал образовываться зародыш, размер их в м.м.
и вес в гр.
29,5 X 22,4 31,2 X 22,6
' 0,52 gr. ’ 0,55 gr.
V. 8 (21) VI 1922 г. В сосновом лесу. Два еще очень малень-
ких птенца спделн прямо на земле, без всякой подстилки; птенцы были
в сероватом пуху; маховые и рулевые в пеньках. Слетевшая 9 начала,
отводить от птенцов, порхая в нескольких шагах; она билась об землю
и, широко раскрыв клюв, издавала шипящие звуки, d сидел на земле
поблизости от птенцов; слетев, он сейчас же заурчал свою трель.
VI. 9 (22) VI 1922 г. В сосновом лесу. Два птенца сидели на.
земле. Надо отметить, что с ними сидел d; 2 же около гнезда не было.
Один из* птенцов, заметив нас, сейчас же поднялся и, отбежав 2—5
шага, опустился опять, плотно прижавшись к земле. Птенцы были еще
маленькие; на боках, плечах, надхвостье и верхних кроющих крыла
стали появляться перья; маховые и рулевые были в пеньках. Сле-
тевший с гнезда d» летая вокруг нас, всячески старался отвести от
птенцов; он садился в нескольких шагах на землю или на сучок и
начинал биться и трепыхать крыльями, при чем шипел и шелкал
клювол.
VII. 10 (23) VI 1922 г. Среди соснового леса. В гнезде было одно
„ г» 29,8X22,6-
совершенно еще не насиженное яйцо. Размер и вес его——
Интересно отметить, что* d сидел на земле рядом с высиживающей -
Слетевшие при нашем приближении птицы сели на соседние деревья
и молча наблюдали за нами. От гнезда с яйцами козодои обыкновенно
не отводят и относятся к похищению их весьма равнодушно, между
тем как от птенцов отводят очень старательно, совершенно забыва.я
при этом свою безопасность.
227
VIII. И (24) VI 1922 г. Наблюдался молодой, довольно хорошо
летавший, d ad держался здесь же и пытался отвести нас от птенца.
IX. 16 (29) VI 1922 г. В сосновом лесу. Найдено гнездо с двумя
сильно насиженными яйцами. На гнезде сидела 9. 20. VI (3/VII) в 7 час.
утра одно яйцо было уже надклевано, и из него слышался тихий писк.
В 12 час. дня в гнезде был уже один птенец, довольно густо покрытый
пушком; он тихо пищал и пытался подняться на ноги. 9 сидела на
гнезде. Второе яйцо было уже надклевано. На следующий день гнездо ока-
залось покинутым. Самка, обеспокоенная нашим частым посещением, оста-
вила дальнейшее насиживание яйца и перенесла птенца в другое место.
Просмотр большой серии козодоев приводит нас к заключению,
что воронежские экземпляры по окраске и размерам не отличаются
сколько-нибудь существенно от московских.
По Хартеру *), козодои из Крыма принадлежат к подвиду Capri-
niulgus europaeus meridionalisHart. Вряд ли это верно. Так, экземпляры
коллекции С. И. Огнева из разных частей Крымского полуострова со-
вершенно не отличаются и по окраске, и по размерам от северных и
средне-русских птиц.
Большой интерес представляет загадочный козодой, которого до-
был покойный Г. И. Радде на соленом озере близ Тифлиса 23/VII 1880 г.
Радде склонен был считать его за Caprimulgus inomafus, с чем согла-
сился и др. Кабанис. Проф М. А. Мензбир **) предполагал, что этот ко-
зодой относится к Caprimulgus nubicus. Мы осмотрели загадочный
экземпляр Г. И. Радде и должны отметить некоторую близость этого
козодоя к Caprimulgus nubicus, от которого он довольно резко отличается
большими размерами: крыло экземпляра Г. И. Радде 161 м.м., у
Caprimilgus nubicus крыло, по Хартеру, только 143—150 м.м. Просма-
тривая описание Caprimulgus inomatus, данное др. Хартертом в
Catalogue of the Birds of В ritish Museum, г. XVI. 1892, p.p. 5Э6—557, мы
приходим к заключению, что экземпляр, добытый Радде, действительно
стоит ближе всего к этой птице, к которой и должен быть отнесен.
Помимо аналогичной окраски, размеры козодоя также подходят к
Caprimulgus inomatus (крыло этого вида, по Харте рту, 6,2—6,5 дм.)
Хартеит замечает, что распространение Caprimulgus inomatusвероятно
шире, чем известно по фактическим сведениям. Вероятно эта птица
встречается в северо-восточной Африке, что делает залет в пределах
Закавказья не столь проблематичным и странным, как думал Мензбир.
JK. Т. Blanford (Eastern Persia, Lond., 1876, p. 128—129). упоми-
нает о козодое, добытом близ Шираза, по признакам очень близкого
именно к Caprimulgus inomatus, но несколько более крупного.
*) Hurtcrt, Die Vdgel der palaarktischen Fauna, 1912. Bd. II. a. 848.
♦*) „Птицы России'* т. II. 1895 г., стр. 409.
228
Заметим, что туркестанские Caprimulgus europaeus unwtni Ните.
и Caprimulgus europaeus plumipes Przew. отличаются, помимо прочих
резких признаков окраски и размеров крыла—гораздо меньшими и
слабыми клювами. На этот признак как-то не обращали должного вни-
мания.
PASSERIFORMES.
Теперь мы переходим к рассмотрению последнего, пожалуй, са-
мого интересного и многочисленного по количеству видов отряда,
к которому только в одной палеарктической области принадлежит
около 1500 форм. Фауна Воронежской губ. имеет из представите-
лей отряда Passeriformes 112 видов. Здесь кроме широкораспростра-
ненных форм мы встречаем целый ряд видов, характерных для запад-
ной, восточной и. наконец, южной России. Мы находим их здесь, с одной
стороны, благодаря их расселению, поступательному движению в том
или ином направлении или же в случае их залетов в пределы нашей
губернии.
Из общего числа найденных форм 82 относятся к гнездящимся
птицам, 5 к пролетным, 7 к случайно залетным и, наконец, 21 вид
является зимним элементом изучаемой фауны.
Изучая качественный состав отряда Passeriformes, представлен-
ных в Воронежской губ., мы видим, что северный элемент, который
характеризует лесную область России, выражен здесь очень слабо,
имея лишь отдельных немногочисленных представителей; наоборот,
виды южной России здесь доминируют, придавая фауне Воронежской
губернии своеобразный южный отпечаток. Сюда мы относим такие
формы, как например: Oalerida cristata, Pastor roseus, Miliaria calandra.
Coccothraustes coccothraustis nigricans, Lanius minor, Anthus campestris.
Budytes flava heema, Locustella luscinioid.es, Acroaphalus aquaticus, Acro-
cephahis arundinuceus, AdOCephalus streperus intermedius и целый ряд
Других.
Переходя к краткому обзору некоторых, более интересных в си-
стематическом или фаунистическом отношении видов, мы должны ука-
зать на отсутствие в Воронежской губ. дубровника, Emberiza aureola
Pall. Эта характерная птица речных долин, принадлежащая фауне во-
сточной России, в настоящее время здесь определенно не встречается.
Отсутствие этого вида в Воронежской губернии красноречиво говорит
за то, что расселение Emberiza aureola шло сначала с востока в север-
ной части России, а затем, дойдя до западного предела возможного
распространения, птица начала подвигаться к югу, и теперь в Туль-
ской и Тамбовской губ. мы находим повидимому южную границу совре-
менного распространения дубровника в пределах Центральной Россия.
229
Otocorys alpestris flava (G m.).—P ю м.
В нашей коллекции есть три экземпляра этого вида, добытых в
январе 1921 и 1922 г. Время появления рогатого жаворонка, а также
характер его пребывания здесь нам выяснить пока не удалось. С. А.
Резцов сообщал нам, что в 1893 г. он ежедневно встречал этих птиц
с 22/П по 2/IV (ст. ст.).
Melanocorypha yeltoniensis (Forst.).—Черный жаворонок.
Один черный жаворонок наблюдался С. А. Резцовым 9/II 1895 г. в
Бобровском у.; птица сидела близ дороги и близко подпустила к себе.
Несколько экземпляров Melanocorypha yeltoniensis из Воронежской губ.
хранятся в коллекции Зоологического Музея Академии Наук; два из
них добыты Н. А. Северцовым в декабре 1875 г. в Бобровском уезде.
Таким образом Melanocorypha yeltoniensis в своих зимних кочевках за-
ходит в Воронежскую губ. и в зависимости от целого ряда различных
причин часто поднимается далеко к северу, доходя до Московской
губернии.
Melanocorypha sibirica (Gm.).—Белокрылый жаворонок.
Проф. М. А. Мензбир говорит, что белокрылый жаворонок спо-
радически гнездится в Воронежской губ. (Птицы России, т. II, 1895 г.,
ст. 433). С. А. Резцов, сообщивший нам результаты своих долголет-
них исследований в названной губернии, наблюдал Melanocorypha si-
birica в Бобровском и Новохоперском уездах. Птицы в большинстве
случаев держались на старых залежах с порослями полыни. 28/V
1893 г. в Бобровском у. им наблюдались d и *, гонявшиеся друг за
другом; яичник добытой 2 оказался очень сильно развитым. В июле
того же года наблюдалась самка, несомненно отводившая от гнезда.
За несколько лет С. А. Резцовым было добыто тогда до 12 птиц этого
вида *).
Нами этот жаворонок здесь не наблюдался.
Alauda arvensis cantarella Bp.—Южный полевой
жаворонок.
Просмотрев собранный нами материал по воронежским полевым
жаворонкам параллельно с экземплярами коллекции Зоологического
Музея Московского Университета, мы пришли к следующим резуль-
татам. Воронежские Alauda arvensis отличаются от средне-русских (мы
♦) К сожалению, вся^коллекция С. А. Резцова, а также его научная библиотека, по
гибли во время революции от рук некультурных людей.
/
230
изучали весенние экземпляры) главным образом окраской верхней
стороны, при чем несколько ржавые тона средне-русских Alauda ar-
vensis заменены у воронежских птиц бледными палево-серыми, вслед-
ствие чего общий тон их светлее, т.-е. серее, чем у более север-
ных особей. То же самое наблюдается и в окраске груди; экземп-
ляры из Воронежской губ. имеют слабо развитый рыжевато-бурый
налёт в сравнении с весьма интенсивным налётом средне-русских
Alauda arvensis. Аналогичный характер окраски оперения дает для жа-
воронков Тургайской области II. П. Сушкин в своей работе „Птицы
Средней Киргизской степи", 1908 г., ст. 509.
Размеры воронежских птиц совершенно не отличимы от разме-.
ров жаворонков средней России.
Нам кажется, что воронежские птицы, отличаясь от типичных
Alauda arvensis arvensis и в то же время приближаясь по своей окраске
к subspecies cantarella, должны рассматриваться как переходные особи
между данными формами.
Pica pica pica (L.).—С о p о к a.
Относительно систематических особенностей различных сорок в
настоящее время имеется большая литература, касающаяся преиму-
щественно взаимоотношений обычной сороки и так называемой бело-
крылой ее формы.
Мы просмотрели большие серии разных Pica, хранящиеся в кол-
лекции Зоологического Музея ^Московского Университета, а также
параллельно сборы из Воронежской губ., и приходим теперь к следую-
щим выводам:
1) Как Pica pica (L.) и Pica bactriana Bonap. {=leucoptera Gould).
должны быть соединены в один вид, по приоритету называемый Pica
pica (А).
В этом наше заключение вполне совпадает с выводом А. Н. Ка-
рамзина (См. Орнитолог. Вести., 1916 г., X® 1, ст. 45).
2) При очень большой изменчивости белого поля на ма.ховых
перьях, гнездовые птенцы встречаются исключительно темнокрылого
типа окраски, т.-е. с возрастом площадь белого цвета на маховых
перьях значительно увеличивается. Это доказывается рядом сопо-
ставлений линяющих птиц, а также убедительно подтверждается
нахождением отдельных экземпляров, у которых в период линьки
ясно видна смена перьев темного типа и появление нового пера,
свойственного белокрылой форме *).
*) См. С. Л. Отсв, К вопросу о систематическом положении белокрылой сороки
(Pica Icucoptera Gould), Орнитолог. Вести. 1913 г., .V 2, стр. 112.
231
3) Кроме увеличения белого поля утоньшается и несколько уко-
рачивается при дальнейших линьках первое маховое перо, приобре-
тающее узко-саблевидную форму.
4) Развитие белого цвета на пояснице подвержено большой из-
менчивости. Поэтому, как правильно отмечает С. А. Бутурлин *), при-
сутствие белого поясничного пояса не может служить сколько-нибудь
надежным диагностическим признаком „восточных белокрылых сорок",
как думает это др. Хартерт (Die Vogel der palaarktischen Fauna, H.
I, 1903, p. 21).
5) Данные, приводимые H. А. Зарудным **) в подтверждение
подвидовой самостоятельности Pica pica bactriana Бопар.,, кажутся
нам совершенно не убедительными. Более того, подробный очерк
линьки сороки, который приводится этим автором, говорит в пользу
наших предположений.
6) Мелкие размеры западных сорок, приводимые в работе д-ра
Хартерта (дл. крыла 155—193 м.м.), не подтверждаются данными
С. А. Бутурлина, промерявшего шведских птиц; эти измерения по-
казали совершенно иные результаты.
Так, длина крыла одной шведской птицы=204 м.м. (2).
7) Между европейскими сороками, с одной стороны, и сороками
из разных мест Сибири (Томская губ., Туркестан) различий в разме-
рах нет.
8) Pica pica bottanensis Deli-ss. (Pica megaloptera Blyth, Pica tibetana
Hocly»<>n.) должна быть выделена в хорошо двференцированпый подвид.
9) В Воронежской губ. (а также, вероятно, и по всей Европей-
ской России) сороки в первую осень своей жизни сохраняют рулевые
и маховые перья своего первого наряда. Во второе лето эти перья
впервые сменяются, при чем смена идет от самых внутренних из второ-
степенных маховых последовательно к самым крупным внешним, ко-
торые сменяются последними. Одновременно сменяются и рулевые
перья. Из них самыми последними заменяются средние, хотя необхо-
димо отметить, что линька рулей идет весьма интенсивно, и в этот
период жизни старые сороки имеют „куцый" вид, что по первому
взгляду может повести к смешению их-с молодыми особями. В Воро-
нежской губ. подобная линька имеет место в начале и средине июля
(5—13/VII 1919 г. ст. ст.). В это же время попадаются молодые сороки
вывода текущего года. К началу августа сменяются первостепенные
маховые за исключением еще не совсем отросших первых маховых
*) А. Я. Тугаринов и С. А. Бутурлин, Материалы по птицам Енисейской губ.
Красноярск. 1911 г., ст. 130.
**) Н. А. Зарудный, О самостоят. белокрылой сороки (как отдельн. подвида). Ории-
тол. Всстн. 1915 г., № 2, ст. 182.
232
(9/VIII 1920 г. ст. ст.). К концу этого месяца линька может считаться
совершенно законченной.
Nucifraga caryocatactes macrorhynchos Brehm.—
' Сибирская ореховка.
В Зоологическом Музее Московского Университета хранятся две
птицы этой формы, добытые Е. Г. Габричевским 14 (27) VIII 1911 г.
близ села Хлебородного Бобровск. у. Ореховки, j и *, держались
в степных кустах, между которыми были разбросаны сохранившиеся
кое-где одиночные деревья.
С. А. Резцов сообщил нам, что летом 1886 г. одна ореховка была
убита палкой в Новохоперском у. на реке Татарке.
Pastor roseus (L.).—Розовый скворец.
Тот материал, который нам удалось собрать относительно рас-
пространения розового скворца в пределах Воронежской губ., заста-
вляет рассматривать названный вид не только в качестве залетной, но
также и редкой гнездящейся птицы нашей губернии.
Кроме А. А. Силантьева *), который два раза наблюдал стайки
Pastor roseus летом 1895 г., в записках ДоппельмаЛера, любезно пере-
данных нам для обработки, мы находим интересное сообщение, что в
начале августа 1899 г. стаи молодых розовых скворцов встречались
на степи в имении Воронцовка, Павловского уезда. Затем С. А. Резцов,.
несколько раз наблюдавший розовых скворцов в Новохоперском и
Бобровском уездах, говорил нам, что .одна пара Pastor roseus в тече-
ние 3—4 лет гнездилась в камнеломнях в южной части Бобровского
уезда. Наконец, по сообщению В. II. Попова, несколько лет тому на-
зад около с. Ясырок регулярно весною появлялись розовые скворцы,
которые держались в саду, но повидимому здесь не гнездились.
Нами этот вид в Воронежской губ. не наблюдался.
Sturnus vulgaris intermedius Pra z.—С к в о p e ц.
Среди нашей большой серии (около 75 экземпляров), относящихся
к данной форме, оказалось несколько экземпляров, представляющих
переход к сибирскому подвиду—Sturnus vulgaris nunzhicri Sharpe.
Carduelis carduelis nikolskii Moltschanov.—Южный щегол.
Сравнивая воронежских 'щеглов с типичными птпцами, главным
образом с экземплярами из центральной России, нам удалось конста-
*) Л. Силантьеву Зоологическ. исследован, на участках экспедиции Лёёного Депар-
тамента. 1898 г.» ст. 43.
233
тировать их довольно заметное отличие от Carduelis carduelis carduelis L.
По своей очень бледной окраске спины воронежские щеглы должны
быть отнесены к слабо дифференцированной географической расе—
Carduelis carduelis nikolskii, описанной в 1916 г. Л. А. Молчановым из
Крыма *).
Acanthis linaria holboellii (Brehm).—Длинноклювая чечетка.
В нашей коллекции есть один экземпляр этой формы (J ad.),
добытый А. И. Юриным 24/П (9/1П) 1922 г. в окрестностях с. Новый
Курлак, Бобровского уезда.
Coccothraustes coccothraustes n’igricans Buturl.—Темный
дубонос.
Дубонос относится к обыкновенным гнездящимся птицам Воро-
нежской’губернии; особенно в большом количестве мы встречали его
в Шиповом лесу (Павловский у.). 15 (28) VI 1922 г. мы наблюдали
здесь неразбившиеся выводки дубоносов, при чем старые птицы про-
должали еще кормить молодых.
Сравнение хорошей серии воронежских дубоносов (31 экземпляр)
с дубоносами из разных мест Европейской России (губернии: Москов-
ская, Смоленская, Орловская, Тульская, Гродненская, Минская), а также
из Западной Европы показали нам, что воронежские экземпляры зна-
чительно темнее. Бурый цвет их спины чернее, достигая черно-серо-
вато-бурого оттенка, резко контрастирующего с светлым тоном головы.
По этим особенностям окраски, воронежские дубоносы относятся
к Coccothraustes coccothraustes nigricans Buturl. **).
Необходимо отметить, что в нашей серии не все особи имеют
этот характерный признак темной окраски и, приближаясь к типич-
ной форме, они представляют собой как бы переходные экземпляры
между данными подвидами.
Среди нашей коллекции представляет некоторый интерес один
экземпляр (№158 <5 ad. 15 (28) VI 1922 г.), который резко отличается
от остальных своей очень светлой окраской головы, почти с совер-
шенно белесым лбом. На нашей большой серии можно хорошо про-
следить ход линьки дубоносов. Молодые птицы в совершенно свежем
пере попадались нам в конце июля (20/VII 1920 г. ст. ст.). В ту же
осень начинается линька в следующее перо. Так 13 (26) VIII 1919 г.
добыт J juv., у которого на груди и брюхе среди нестрого наряда
молодой птицы красиво выступают винно-розоватые перья. У экзем-
*) Л. Л. Молчанов, Эндемизм Крымской орнитофауны.—Ежегодник Зоологического
Музея Академии Наук. 1916 г. № 1, ст. 40.
**) Бутурлин, Интересные находки. .Наша Охота-. 1908 г., кн. IX, ст. 7.
234
пляра (2 ), убитого 24/VIII (в,IX) 1919 г., эти перья выражены также
достаточно ярко. Дубонос х juv., добытый 31/VIII (13/IX) 1920 г., почти
перелинял в следующее перо. От гнездового наряда остались сравни-
тельно слабые следы.—Так, горло этой птицы ржаво-желтоватое, жел-
тизна резко заметна и на голове, * а на боках осталась еще легкая
крапчатость; у таких молодых птиц цвет спины тусклее, чем у взрос-
лых. Наконец, 6 (19) IX 1920 г. нами добыт дубонос, у которого на-
чинают пробиваться черные перышки на подбородке. Повидимому их
смена заканчивает собой процесс осенней линьки молодых.
Линька старых птиц завершается в начале сентября; последними
сменяются первостепенные маховые перья.
Относительно подвидовой самостоятельности Coccothraustes соссо-
thraustes tatjanae,—формы, описанной кн. Кудашевым из юго-западной
России *), нужно отметить, что просмотр большой серии дубоносов
заставляет нас рассматривать эту форму лишь в качестве синонима
темного дубоноса.
Hedymela collaris (Bechst.).—Мухоловка-белошейка.
Не представляет большой редкости для Воронежской губернии,
но, строго придерживаясь своих излюбленных стаций, она распростра-
нена здесь спорадически. В довольно большом количестве мы встре-
чали этот вид в Шиповом лесу (Павловский у.) в июне 1922 г. Два'
экземпляра (х х ad.), добытые здесь С. И. Огневым 15 (28) VI, нахо-
дятся в сильной линьке. У первого экземпляра меняются внутренние
первостепенные маховые перья, второстепенные маховые частью пере-
линяли, частью остались старые; очень интересна одновременная линька
всех рулевых перьев, которые.достигают еще только 1И см. длины,
вследствие чего птица на первый взгляд, кажется совершенно безхво-
стой. Также интенсивно идет смена и контурных перьев. Линька
второго экземпляра продвинулась значительно вперед; закончена смена
рулевых п второстепенных маховых; начали линять первостепенные
маховые; интенсивно линяют перья головы. .
Hedymela atricapilla atricapilla (L.).—Мухоловка
пеструшка.
Встречается здесь, повидимому, только на пролете; в качестве
гнездящейся птицы, мухоловка-пеструшка, если и водится где-либо
в северной части губернии, то несомненно представляет большую
редкость. 23/VI (6/VII) 1921 г. один поющий <5 наблюдался К. А.
Во])обьевым в Графском лесничестве (Воронежский уезд).
*) Кн. Кудашев, О русских формах рода Coccothraustes. Орпитологическ. Вестник.
1916 г. А? 2, стр. 96.
235
Осенью 1919 г. нам довольно хорошо удалось проследить пролет
пеструшки.—Начиная с первых чисел августа (ст. ст.), появились
первые экземпляры; пролет шел в течение всего месяца, при чем наи-
большей интенсивности он достиг в средине августа.
Lanius excubitor L.—Серый сорокопут.
Время осеннего появления серых сорокопутов в пределах Воро-
нежской губ. нам неизвестно, но повидимому они начинают попадаться
здесь не раньше второй половины октября. Эта птица встречается у
нас в течение всей зимы; в марте начинается уже обратное движение
на север, и в первой половине апреля (ст. ст.) они пропадают совсем.
Самое позднее время нахождение этого вида в Воронежской губ. из-
вестно нам 13 (26) IV 188Д г.
Средн наших орнитологических сборов, а также в коллекции
Зоологического Музея Академии, Наук оказалось 10 серых сорокопутов,
добытых в пределах Воронежской губернии. Из них 5 экземпляров
относятся к типичной форме Lanius 'excubitor excubitor L\ 4 принад-
лежат к Lanins excubitor major Pall, и один, правда не совсем типич-
ный, экземпляр может быть отнесен к восточному подвиду Lanius
excubitor homeyeri Cab.
Здесь мы даем список этих экземпляров с датой и показанием
места добычи их.
Lanius excubitor excubitor.
1. j 13, IV 1884 г. Бобровский у., долина р. Битюга, Н. А. Север-
ное, Зиологич. Музей Академии Наук.
2. j 13/Ш 1885 г. Окрестности Боброва, Н. А. Северное, Зоологич.
Музей Академии Наук.
3. d 27/Ш 1893 г. Новохоперский у., коллекция Мензбира, Зооло-
гпческ. Музей Академии Наук.
4. С. 6. XII 1894 г. Новохоперский у., С. А. Резцов, Зоологическ.
Музей Академии Наук.
5. с< 30'1 1922 г. Бобровск. у., окрестности с. Новый Курлак,
экспедиция С. И. Отева.
Lanius excubitor major.
1. / 20,'HI 1877 г. Бобровск. у., долина р. Битюга, Н. А. Северцов,
Зоологическ. Музей Академии Наук.
2. d 1/1 1885 г. Ibid.
з. 18.,'Ш 1895 г. Бобровск. у., окрестности с. ст. Чиглы, С. А.
Резцов.
4. 2 4/XI 1921 г. Бобровск. у., окрестности с. Новый Курлак,
экспедиция С. И. Сшева.
236
Lanius excubitor homeyeri.
1. 14/XI 1897 г. Павловский у.. Шипов лес, А. А. Силантьев,
Зоологическ. Музей Московского Университета.
Anthus campestris (L.).—Конек полевой.
Встречается очень редко. За четыре года мы только несколько
раз наблюдали этого конька в Бобровском у. Надо отметить, что он
попадался нам всегда только в августе, обыкновенно держась по
степным дорогам.
Budytes flava (L.).—Ж е л т а я п л и с к а.
Не давая здесь критического обзора представителей рода Budytes
и деталей распространения их в Палеарктике, мы затронем в этом
кратком очерке лишь те формы, которые нам удалось констатировать
в пределах Воронежской губернии.
Просмотр большой серии желтых трясогузок, в количестве 74
экземпляров, собранных нами в Воронежской губ., приводит нас к
следующим результатам.
Фауне изучаемой губернии принадлежат шесть форм (л«7мр<сЬ)
рода Budytes', по характеру пребывания их можно рассматривать как
элементы трех отдельных, более или менее обособленных групп. К нор-
мально гнездящимся птицам относятся Budytes flava /lava (А.) и Budytes
fllava dombrorskii (Tschusi.), более южная форма—Budites flava beema (Syk.)
встречается здесь очень редко; Budytes flava borealis (Sund.), глав-
ным образом пролетная форма, и только очень немногие особи их
остаются здесь на гнездовье. Наконец, Budytes fiava leucocephala Przev.
и Budites fiava campestris (Pall) должны рассматриваться, как редкие,
случайно залетные формы.
Чтобы более рельефно представить себе характер пребывания
вышеназванных подвидов, мы даем здесь список Budytes flava, пред-
ставленных в нашей коллекции, с указанием количества экземпляров,
принадлежащих той или иной из данных форм. Исключив из общего
числа (74) 15 экземпляров самок и молодых птиц, мы имеем из Воро-
нежской губ. 59 экземпляров (-J сГ ad.), которые распределяются сле-
дующим образом:
1. Budytes flava flava . . .33 экземпл.
2. Budytes flava dombvovskii . .16 „
3. Budytes flava borealis . • . .5 „
4. Budytes flava beema . .3
5. Budytes flava lencocephala 1 „
6. Budytes flava campestris . . 1 „
237
Некоторые экземпляры этой большой серии являются переходными
особями между близкими подвидами, и тогда мы относим их к тем
формам, к которым они ближе стоят по целому ряду признаков.
Надо отметить, что большинство воронежских Budytes flara flara
заметно отличаются от средне-русских (наир. Московских) сильным
развитием белого цвета в области головы. У воронежских птиц обы-
кновенно хорошо выражена белая полоска, ограничивающая снизу
ушные перья, и кроме того несколько более развита область белого
цвета на горле.
К Budytes flara dombrorskii мы относим экземпляры с более те-
мной, чем у типичной формы, головой, с темными (часто почти чер-
ными) ушными перьями и в то же время хорошо выраженной бровью
и белой полосой, проходящей под глазом. Эта форма, как видно из вы-
шеприведенной таблицы, встречается здесь сравнительно часто, так
как 1А всех добытых птиц принадлежат к Budytes flara dombrorskii.
Budytes flara borealis для изучаемой области преимущественно
пролетная форма, так как только очень незначительная часть особей
этого подвида встречается у нас на гнездовье.
В нашей коллекции есть один экземпляр (.К° 138, с' ad. 7 (20) VI
1922 г.), представляющий по своей очень темной окраске верха голо-
вы и совершенно черным ушным перьям, при полном отсутствии све-
тлой брови, замечательно резко выраженный тип borealis, совершенно
не отличимый от колымских экземпляров коллекции С. А. Бутурлина.
Остальные четыре экземпляра Budytes flara borealis, добытые в гнездо-
вий период, уже не столь типичны, т.-е. признаки, характеризующие
эту форму, выражены не так резко и ярко, как у первого экземпляра.
Из всей серии воронежских желтых трясогузок только три птицы
относятся к светлоголовой Budytes flara Ьеета\ несомненно, что в южной
части губернии, откуда, к сожалению, у нас нет экземпляров, эта фор-
ма встречается несколько чаще, может быть даже доминирует среди
остальных представителей рода Budytes.
Наконец, Budytes flara leucocephala и Budytes flara campestris пред-
ставляют собой залетный, случайный элемент изучаемой фауны. Два
экземпляра, относящиеся к данным подвидам, были добыты К. А. Во-
робьевым в мае 1922 г. в Каменной степи Бобровского у. Кроме того в
коллекции проф. П. П. Сушкина мы видели один экземпляр Budytes
flara leucocephla , добыт 8/VII 1892 г. в Бобровском у.
Наш экземпляр Budytes flara campestris (Mi 30 d 9 (22) V 1922 г.)
имеет следующее оперение: верх головы травянисто-зеленого цвета,
по окраске почти не отличается от спины и даже, приближается к
более ярко-зеленому надхвостью. Вся нижняя сторона интенсивного
желтого цвета, причем белый цвет на горле совершенно не разви-г-
238
брови также желтого цвета; от клюва через глаз проходит черная
полоса.
Нахождение здесь Budytes flava campestris значительно расширяет
на запад границу распространения этой формы. Несомненно, что
В. f. campestris расселяется все далее и далее на запад.
Budytes citreola verae Buturl.—Желтоголовая плиска.
Нам известны два случая наблюдений этого вида в пределах
Воронежской губ.: 8/1V* 1893 г. одна птица была замечена С. .4. Резцо-
вым близ его хутора, в 7 верстах от ст. Таловой; один экземпляр
Budytes citreola verae наблюдался С. Д. Перелетиным 16, IV 1915 г. на
дороге близ ст. Маза Воронежского у.
Sitta europaea europaea L.—Поползень.
Просмотр хорошей серии воронежских поползней, а также Sitta
коллекции Зоологическ. Музея Московск. Университета, дал нам кое-
какие новые результаты относительно средне-русских форм этого
рода.
Прежде всего, сравнивая воронежских поползней с московскими,
мы обнаружили слабые, но достаточно заметные на сериях различия.
Воронежские птицы в своей общей массе ярче, белее снизу москов-
ских. Их нижняя сторона (у ad.) блестяще-чисто-белая, бока с
сильным развитием интенсивного буро-красновато-коричневого тона.
На верхней же стороне особенно ярок серо-голубоватый тон. Среди
московских поползней, даже среди старых самцов, попадаются особи
с легким развитием палево-красноватого тона на брюхе—признака,
свойственного более западному Sitta europaea sztolcmani Domau<vsl-i *).
Итак, воронежские поползни представляют крайне яркое выра-
жение интенсивной, контрастной окраски, вероятно свойственной ти-
пичному шведскому Sitta europaea europaea L. (к сожалению, мы не
имели для сравнения экземпляров типичной формы). Что касается до
московских особей, то, как сказано, между ними не редки переходы
к более западному .S’, е. sztolcmani. Типичных птиц этого последнего
подвида мы имели из Минской губ. Эти поползни отличаются наряду
с остальными признаками, указанными Я. Б. Доманевским, еще одним
весьма существенным не упомянутым этим автором; у & е. sztolanani
клюв слабее и меньше, чем у типичных 8. с. europaea L.
В своей интересной статье Я. Б. Доманевский отмечает, что в
Петроградской губ. гнездится типичная форма. В коллекции Зоологи-
•) Я. Б. Доманевский, К географнческ. распространению рода Sitta Linn- Орни-
толог. Вести. 1915 г. № 2, стр. 141.
239
ческого Музея Московок. Университета имеются два экземпляра из
Лужского у., относящиеся к западному поползню (.S'. е. szolcmani) и
совершенно не отличимые от минских птиц.
*
Относительно Ковенской и Гродненской губ. у Я. В. Доманевского
нет никаких указаний. Считаем поэтому не безынтересным сделать
некоторые добавления.
Из Ковенской губ. в коллекции С. И. Огнева имеется один экзем-
пляр, представляющий по окраске сравнительно слабо выраженный
бледный тип 8. е. eztolcmani, но отнюдь не .S’, е. homeyeri Hart. Тоже
можно сказать и о поползнях Беловежской пущи. Следует указать,
что в Лифляндской губ. препаратором А. К. Цельминым добыты для
Зоологическ. Музея Московск. Университета поползни, принадлежащие
к довольно слабо выраженному 5. е. sztolcmani, т.-е. к бледным и
светло окрашенным снизу экземплярам. Наконец, в интересных сборах
.1. А. Портенко из Киевской губ., оказалось шесть поползней,
из которых один экземпляр относится к 5. е. homey eri, остальные же
принадлежат к .S', е. sztolcmani, при чем у некоторых признаки дан-
ного подвида выражены более рельефно и ярко, у других же сравни-
тельно слабо.
Среди нашей, в общем довольно однотипной серии, большой ин-
терес представляет самка, добытая 12 (25) VII 1920 г. близ Жериав-
ского озера Бобровского у. У этого поползня совершенно нет корич-
невато-красно-бурого тона на боках, он заменен здесь бледным па-
лево-рыжеватым, слабо выраженным на всей брюшной стороне тела
этой птицы. Интересен также d, застреленный 3 (16) VIII 1920 г. в
Хреновском бору. У этого экземпляра бока очень бледные охристо-
ржаво-палевые без всяких следов интенсивной коричневой окраски.
Что касается до сроков линьки поползней, то в первой половине
июля (11/VII 919 г. ст. ст.) нам попадались очень сильно линяющие
экземпляры, позднее всего сменяется перо головы. Как показали много-
численные экземпляры нашей коллекции, линька старых птиц совер-
шенно заканчивается в средине августа, когда начинают попадаться
очень красивые старые поползни в совершенно свежем, ярком пере.
Cyanistes cyanus cyanus (Pall.).—Белая лазоревка.
Проф. М. А. Мензбир относит Cyanistes cyanus к гнездящимся
птицам Воронежской губ. (Птицы России, т. II, 1895 г., ст. 812).
В нашей коллекции есть один экземпляр этого вида (d ad.), до-
бытый В. Д. Аристовым 20/П 1921 г. в окрестностях села Нов. Кур-
лак, Бобровского у. В коллекции П. П. Сушкина хранятся несколько
Cyanistes cyanus, добытых в различное время года под Бобровым.
240
Вот список этих экземпляров:
• 1) <5 juv. IX 1895 г. почти одевший наряд взрослой птицы.
2) d ad. 9/VI 1901 г. птица со следами заметной линьки.
3) 2 juv. 31/VII 1892 г. в гнездовом пере.
4) 9 ? 20/VII 1888 г. в гнездовом пере.
5) juv. 3 'IX 1895 г. со следами желтизны на брюхе, груди и
горле.
6) ad. 15.1 1898 г.
7) ad. 12/1 1898 г.
Remiza pendulinus pendulinus (L).—Ремез.
H. Л. Северцов относит ремеза к гнездящимся птицам Воронеж-
ской губ.; он встречал гнезда, принадлежащие этому виду, в сырых
ольховых лесах в долине р. Битюга. В коллекции проф. JI. II. Сушкина
есть две молодых птицы данного вида, добытые 16 VIII 1892 г. в
Бобровском уезде. Нам не приходилось встречать ремеза или находить
его гнезда в пределах изучаемой области.
Locustella luscinioides luscinioides (Savi.).—Камышевка •
соловьиная.
Этот вид в исследуемой нами части губернии довольно редок;
в нашей коллекции есть только два экземпляра:
1)’ Бобровск. у., окрести, с. Садового—31/VIII (13/IX) 1919 г.
Птица в совершенно свежем пере.
2) г Павловский у., р. Осеред. 19/V1 (2, VII) 1922 г. Перо очень
сильно поношено; линька еще не начиналась. Несомненно, что в юж-
ной части губернии Locustella luscinioides luscinioides встречается зна-
чительно чаще.
Locustella naevia naevia (Bodd.).—Камышевка сверчок.
Нами в пределах Воронежской губ. не найдена; повидимому эта
птица здесь не гнездится. С. А. Резцов сообщил нам, что однажды
весной 26/IV 189... г. он застрелил в Бобровском у. одну птицу этого
вида, которая сидела на земле в открытой степи; несомненно это был
пролетный экземпляр.
Близкая к данному виду—Locustella puriatilis (Volf.) встречается
здесь довольно часто.
Acrocephalus aquaticus (Gm.).—Вертлявая камышевка.
Эта камышевка здесь очень редка; в нашей коллекции есть
только один экземпляр (9 juv.), добытый С. И. Отевым 1 (14) VIII
241
920 г. на степном болоте, близ Солдатского озера, расположенного у
Хреновского бора. Н. Н. Сомов (Орнитолог, фауна Харьковской губ.
1897 г., ст. 73) относит этот вид к редким гнездящимся птицам Харь-
ковской губ.
Acrocephalus streperus intermedius Stantshinski.—
Тростниковая камышевка.
Тростниковую камышевку мы встречали здесь не часто; может
быть это об'ясняется ее весьма скрытным образом жизни и мало до-
ступными местами, где она обитает.
Acrocephalus streperus intermedius по образу жизни резко отли-
чается от близкой формы—Acrocephalus palustris: она придерживается
исключительно тростниковых и камышевых зарослей, куда болотная
камышевка попадает более или менее редко и повидимому только слу-
чайно.
22/VII (4/Л’Ш) 919 г. С. И. Огневым было найдено гнездо Acro-
cephalus strejierus intermedius, сделанное в тростнике на берегу неболь-
шого пруда в усадьбе бл. села Садового. В гнезде было 3 еще слабо
оперившихся птенца. Интересно столь позднее нахождение этого гнезда.
Здесь же наблюдалось довольно много летающих выводков. 7 молодых
птиц этого вида добыты нами в июле (13/VII—22/VII ст. ст.) 1919 г.
в зарослях тростника в долине р. Битюга; кроме того один старый
самец застрелен 11 (24) VI 1920 года; последний экземпляр в
довольно изношенном пере, линька еще не начиналась. По окраске
этот экземпляр совершенно не отличим от орловских A. s. intermedius,
коллекции С. И. Огнева. Общий тон спины довольно интенсивный
буро-коричневатый; надхвостье немного рыжее спины,—признак хара-
ктерный для мелкой географической расы, установленной В. В. Стан-
чинским *).
Молодые птицы A. s. intermedius слабо отличимы от молодых А.
palustris. Окраска последних все же с большей оливковой примесью,
без ясного рыжего тона; особенно надхвостье не так ярко окрашено,
как у A. s. intermedius.
Сравнительные измерения A. palustris и A. s. intermedius, которые
мы приводим здесь, показали, *что у первого вида клюв короче, и кроме
того меньше плюсна и хвост по сравнению с таковыми у A. s.
intermedius.
*) В. В. Станчинекий, Новая форма тростниковой камышевки. Орнитолог. Вестник
1913 г., № 1, ст. 34.
242
Acroceph. strep, tntermedlus. « Culmen. Culmen denudat. ОЙ о X Крыло. Хвост. Плюсна.
• № 78 J ad. 11 (24) VI 920 г. Бобровой, у.. . 17,6 10,1 9.7 68,3 63,2 23,2
(j 1/VIII 905 г. Орлов, губ. Малоарх. у. . . . 17,1 12,6 9,9 65,1 62,6 22,1
(3 6/VII1 905 г. Ibid 16,9 12,4 10 67,5 61,7 23,2
Acrocephalus palustris.
№77 (5 11 (24) VI 920 г. Бобровск. у. Воро-
неж. губ 15,9 11,5 8,8 67,0 60,7 19,9
№ 117 cJ 16 (29) VI 920 г. Ibid 16,1 11,1 9,0 65,8 59,2 21,7
№ 91 rf 14 (27) VI 920 г. Ibid 16,0 10,9 9,1 64,3 59,8 20,0
№ 51 (J 6 (19) V4 920 г. Ibid 15,2 11,2 8,9 65,0 58,2 20,3
№ 64 J 3 (16) VI 919 г. Ibid 16,2 H,2 9,1 66,2 — 20,2
№ 5 (J 25 VI 919 г. Ibid 16,8 11,8 9,8 66,2 — 21,1
№ 30 J 4 VI 920 г. Ibid 15,2 12,0 8,8 65,8 55,6. 22,0
№ 6 9 25 VI 919 r. Ibid 16,0 11,5 8,8 65,6 59,0 20,6
Acrocephalus dumetorum Blyth.—Камышевка садовая.
Относительно распространения Acrocephalus dumetorum в пределах
Воронежской губ. мы имеем очень скудные сведения. Только два раза
пришлось нам встретить здесь эту камышевку; 14 (27) Y 919 г. в до-
лине р. Курлака наблюдалось несколько' поющих самцов, затем один
поющий самец был замечен нами 2 (15) VI 920 г. на р. Битюге. По
позднему времени нахождения можно заключить, что Acrocephalus
dumetorum гнездится в Воронежской губ.
Phylloscopus viridanus Blyth. Пеночка зеленая.
Наблюдалась нами в Бобровском у. всего только несколько раз.
Два экземпляра были добыты, при чем надо отметить, что один из них,
поющий самец был застрелен С. И. Огневым 15 (28) 922 г. в лесной
посадке Каменной степи (Таловская балка).
243
Этот вид несомненно гнездится б Воронежской губ.; 13 (26) Д'
919 г. в саду села Курлака Бобровск. у., мы наблюдали парочку
Phylloscopus viridanus", <3 пел, а ж строила гнездо, таская в кусты ма-
териал для гнезда.
Cyanecula svecica svecica (L).—Варакушка.
В пределах всей губернии варакушка довольно обыкновенная
гнездящаяся птица. Она придерживается, главным образом, речных
долин с их богатой и буйной растительностью, с зарослью трав и ку-
старника и часто с массою мелких озер, заливов и стариц.
Мы встречали ее, часто в очень большом количестве, по берегам
Дона, Воронежа, Битюга и Усманки. Кроме того нам приходилось
наблюдать варакушек на Лебяжьем озере в Хреновском бору Боб-
ровского у.
Нам не известно времени весеннего прилета варакушек в пре-
делы воронежской губ., но весной 1922 г., в последней трети апреля
{ст. ст.) эти птички наблюдались здесь уже в большом количестве;
интенсивное пение самцов и сильное развитие testiculi у добытых экзем-
пляров показывали, что птицы прилетели более или мене» давно. Да-
лее мы приводим выписку из дневника К. А. Воробьева, сделавшего
ряд интересных наблюдений над Cyanecula svecica svecica.
„Особенно большое количество варакушек пришлось наблюдать
мне в долине р. Битюга у Хреновского бора. Здесь, среди разбросан-
ных групп кустарника, в зарослях полыни (Artemisia procera), у не-
больших речных заливов держалось их очень много. Кроме Cyanecula
svecica svecica мне приходилось несколько раз наблюдать здесь и С. s.
cyanecula (Wolf). Когда в начале июня 1922 г. (ст. ст.) я приехал сюда,
пение варакушек еше продолжалось. Их было слышно, главным об-
разом, только утром и на вечерней заре: весной же они поют и днем.
Поющий* самец садится обыкновенно более или менее открыто, на сухую
ветку или на вершину куста, и часто в самый разгар пения птичка,
продолжая петь, поднимается кверху и вскоре снова опускается в
кусты, напоминая в этом отношении Sylvia communis и Acrocephalus
schoenobaenus.
Интересно отметить, что в свою характерную песенку варакушки
часто вплетают отрывки из песен и криков других птиц. Так, напри-
мер, мне приходилось слышать в их песне отдельные колена Anthus
trivialis, Parus major, Acrocephalus palustris и Phylloscopus collybita.
В гнезде, найденном мною 14 (27) VI в пойме реки Битюга, было
5, сильно насиженных яиц (образовался зародыш). Самка сидела па
гнезде, самец держался около. Гнездо было сделано на земле под
244
прикрытием небольшого кустика травы. Постройка гнезда довольно-
основательная; сделано оно на сухих стеблей, листьев и корешков;
глубокий лоточек выложен, тонкими мягкими корешками и травинками.
Размер его: диаметр 12 см., высота 6,8 см., диаметр лоточка 6,9 сайт.,
глубина лоточка 4,8 см.
Яйца по зелёному фону слабо покрыты рыжевато-буроватым ва-
летом, при чем наиболее интенсивно на тупом конце.
Размер и вес яиц следующие: ,
. 19,2 X 14,6 mm.
oTiTgE
20,0 X 14,5 mm. 19,3 X 15,0 mm.
1}---c-=----- 2)------6j2~gE--
c. 20,3 X 15,2m.m.
6)—oJFgE—
19,2 X Н,7 mm
' 0,11 gr.
Молодых птиц, державшихся совершенно самостоятельно, мне
приходилось встречать также уже в половине июня (ст. ст.). 3O/VI
(13/VII) 1922 г. на одном из лесных озер Хреновского бора я наблюдал
выводок Cyanecula svecica svecica. Варакушки держались на берегу,
на песчанном бугре, поросшем крапивой и репейником; птенцы, с
остатками пуха на голове, покинувши вероятно очень недавно гне-
здо, только едва перепархивали. и : кормили их. Когда я ловил
одного из птенцов, родители проявили сильное беспокойство; инте-
ресно отметить, что <5 волновался при этом значительно более, не-
жели 4; птичка с тревожным криком порхала в двух шагах от меня,,
совершенно забывая свою обычную осторожность".
Cyanecula svecica cyanecula (Wolf.) Белозвездная
варакушка.
Среди большой серии воронежских варакушек (26 экз.) оказалось,
два прекрасных экземпляра Cyanecula svecica cyanecula, добытых
К. Л. Воробьевым в пойме р. Битюга. Эта форма встречается значи-
тельно реже, чем С. s. svecica: в то время, как последняя держится в
пойме Битюга в большом количестве, белозвездная варакушка была
отмечена нами здесь только четыре раза. 13 (26) VI 1922 г. на берегу
Битюга, среди густой заросли полыни (Artemisia procera), было найдено
гнездо, сделанное на земле под кустом полыни из сухой травы,
корешков и сухих листьев, при чем снаружи был материал более
толстый и грубый, внутри же более тонкий и мягкий. В гнезде было
только два не совсем еще оперившихся птенца. Родители с пищей
в клюве тревожно перелетали около. Когда на следующий день мы
пришли посмотреть гнездо, оно было уже пустое; несомненно, что-
какой-то хищник похитил птенцов.
IX. Пресмыкающиеся и земноводные.
(Обзор наиболее интересных форм).
Reptilia. Пресмыкающиеся.
В Воронежской губернии мы насчитываем 10 форм пресмыкаю-
щихся: 1) Emys orbicularis L., 2) Anguis fragilis L., 3) Lacerta agiljs
exigna Eichw. 4) Lacerta viripara Jaca, 5) Eremias arguta Pall, 6) Natrix
matrix L., 7) Coronella austriaca Laur., 8) Coluber renardi Christ., 9) Co-
luber berus prester Pall., 10) Coluber berus berus L. Остановимся на рас-
смотрении наиболее интересных.
Emys orbicularis L. Болотная черепаха.
Н. А. Северцов (1. с., 1855, стр. 32) отмечает черепаху в списках
воронежских животных.
По А. А. Силантьеву (1. с., 1898, стр. 44—45) обыкновенная речная
черепаха водится во многих больших озерах, как в заливной части
долины р. Битюга, так и в несообщающихся с Битюгом озерах пере-
ходной полосы Хреновского бора.
По собранным нами сведениям черепаха спорадически распро-
странена в Воронежской губ. В графском лесничестве Воронежского
у. она довольно редка; несколько лет тому назад ее было очень много
около Черепахинского Кордона в 15 вер. от г. Усмани. В долине р.
Битюга под селом Курлаком она редка. Нам передавалп, что в 1918 г.
на Безымянном озере в долине р. Битюга была среди лета добыта
одиночная черепаха. Несмотря на усиленные экскурсии в мокрых
лесах—.коблах" в этом районе долины Битюга, мы черепах не встре-
чали. Под Чиглою Бобровского уезда, черепахи, .как мы слышали,
местами не редки.
В Хреновском лесничестве мы находили черепах близ Майданного
кордона на озерах Рыбном и Журавлином, близ Чигольского кордона
на озере Моховом. Одна черепаха была найдена на степном Солдатском
озере, близ лесной опушки. Кроме того черепахи встречаются в реч-
ной пойме бл. Вислого и Соловьиного кордонов; больше всего этих
животных в окрестностях кордона Гнилецкого. Относительно образа
жизни и распространения черепахи в Хреновском лесу, мы имеем инте-
ресные наблюдения нашего сотрудника по экскурсиям В. Г. Гептнера.
246
„По моим наблюдениям в Хреновском бору и обследованной части
долины Битюга", пишет Гептнер, „черепаха встречается довольно
равномерно, но всюду она немногочисленна. Ее излюбленные стации—
лужи и маленькие озерки в коблах, а также старицы, канавы, ямы в
ольховых и вязовых лесах речной поймы".
„В центре леса, вдали от долины Битюга, черепаха встречается
гораздо реже, но такие водоемы, как озера Моховое, Рыбное и Марты-
новские болота (около Чигольского кордона),—служат ее нормальным
местом пребывания. Черепаха попадалась также в маленьких болотах
и лужах междюнных понижений, но главным образом в части леса,
смежной с долиной р. Битюга".
„В быстро-текущих водах черепах решительно нет: неуклюжему
и тяжелому животному трудно бороться с течением; но тех мест они
не избегают, где Битюг разливается шире, и где течения почти нет
(например, близ Вислого кордона)".
„По словам местных рыбаков, черепахи нередко попадаются в
ставныя снасти рыбаков, при чем самые крупные особи имеют щит
до 6—7-и вершков. Мне лично не пришлось видеть черепахи со щи-
тами длиннее 3—3 И вершков".
„Днем черепахи подолгу просиживают на пеньках, кочках среди
болот и западинок или на берегу заводи, часами греясь на солнце, и
камнем, с громким всплеском, сваливаются в воду при приближении
человека. В мелких водоемах, где вода едва покрывает соларах жи-
вотного, черепаха, упавши в воду, остается неподвижной у основания
какой-нибудь кочки; реже, когда верх щита торчит наружу,—пы-
тается спастись бегством. В более или менее глубоких водоемах чере-
паха тотчас же уходит на дно".
„Движения черепахи в воде довольно тяжелы и неуклюжи. При
плавании она держит голову полувытянутой и работает одновременно
правой передней и левой задней лапой и наоборот, при чем* заметно
старается пользоваться всяким случаем придержаться и оттолкнуться
о твердые предметы в воде (камни, коряги, кочки и пр.). При не-
осторожном движении наблюдателя, черепаха сразу делает несколько
быстрых гребков всеми четырьмя лапами и по наклонной линии спу-
скается на дно".
.Кладка яиц в 1922г. приблизительно началась 4 —5 (17—18) VI *).
Для зарывания яиц обычно выбирается вершина песчаной не задер-
нованной дюны, при чем яйца кладутся часто у самой дороги. Надо
отметить, что всегда выбирается дюна, стоящая открыто, не затенен-
ная деревьми и сильно нагреваемая июньским солнцем. Иногда, чтобы
♦) В Киевской губ. Л/ирп* наблюдал кладку яиц 28 мал 1849 г. (см. Bullet. Soc.
Imp. natur d. Moscou, II. 1857, p. 482).
247
добраться до подходящего места, черепаха должна преодолевать до-
вольно крутые под'емы, небольшие обрывы и песчаные осыпи".
„Непосредственно на воле процесса кладки мне наблюдать не
пришлось. Однако г. Скубский, наведывающий лесопильным заводом
Коршевского лесничества, сообщил мне следующие сведения, полу-
ченные им от старых лесников. По этим данным, черепаха, добравшись
до вершины песчаного холма, упирает конец хвоста в песок. Производя
хвостом вращательные движения, она образует ямку, которую, быть
может, расширяет еще лапами. В эту ямку последовательно отклады-
ваются яйца. По окончании кладки, черепаха брюшным щитом заравни-
вает песок над яйцами и отправляется в болото, откуда раза два при-
носит „под щитом" воду *) для поливания места кладки, которое нахо-
дит очень точно. К сожалению, проверить этих наблюдений не удалось*.
.Лисицы, которых в бору много, правильно охотятся за чере-
пашьими яйцами. Часто по следам на песке, особенно после вечер-
него дождя, можно видеть, что ночью лисица бродила по песчаным
дюнам, во многих местах доскребывала лапкой землю, иногда выры-
вая маленькую ямку. Не найдя ничего, лиса шла дальше, снова рыла,
пока, наконец, не находила желанного гнезда. Таких разрытых гнезд
мне приходилось находить много. Разрывая гнездо, лиса делает ямку
площадью почти в 4 вершка. В продольном сечении подобная ямка
треугольна. Передняя стенка ямки отвесна и обычно имеет глубину в
8—3^ вершков. Из такой ямки лиса достает от 10 до 12 яиц. Это наи-
более обычное количество яичек. Лишь раз мне пришлось найти скор-
лупки 14 яиц; иногда удавалось встречать кладки в 8—9 яиц".
„Очень интересен способ выпивания яиц. Часть яиц, очевидно,
давится при разгрызании, скорлупа их бывает бесформенно измята и
частью искрошена. Наибольшее количество яиц выпито чрезвычайно
своеобразно. Зверь, совершенно не ломая скорлупы, делает резцами
сбоку яйца правильное ’овальное отверстие и через него выпивает
содержимое".
„Яйца зарываются черепахой обычно недалеко от водоема, где
она живет, в среднем шагах в 60—100. Наибольшее из отмеченных
расстояний места кладки от водоема равнялось 450—500 шагам".
„На двух черепахах, живших у нас в неволе на Вислом кордоне
(в Хреновом), пришлось наблюдать и самый процесс откладки яиц.
К сожалению обе черепахи содержались вместе в условиях сильно
отличавшихся от нормальных, поэтому не удалось с точностью выяс-
нить ни последовательности кладки, ни промежутков между откладкой".
*) По данным г. Мирама (1. с. 1857), черепахи для размягчения почвы выпускают
небольшое количество мочи. В рассказах хреяовекях лесников неясно, как черепахи могли
приносить воду „под щитом". ’
248
„4 (17) VI 1922 г. черепахи жили на балконе. С 7 часов вечера
до 8 час. 30 мин. обеими было отложено 10 яиц; они были разбро-
саны по полу в разных местах; часть раздавлена самими черепахами.
У меньшей из двух черепах процесс откладки был таков.—Животное
сидело на полу, выставив ноги и спрятав голову. Неожиданно у спо-
койно сидевшей дотоле черепахи задние лапы резко вытянулись на-
зад и напряглись; все время черепаха то медленно вытягивала шею,
то также втягивала ее. Животное поднимало заднюю часть туловища,
то снова опускала ее; все тело колыхалось медленно и мягко. Вдруг
туловище напряглось, шея вытянулась и почти легла на полу; зад-
няя лапы, как в судорогах, подняли тело кверху; хвост был напряжен
и приподнят. Внезапно тело опустилось, задние лапы из напряжен-
ных стали вялыми, хвост опустился, и между задними конечностями
забелелось яйцо. Весь описанный процесс продолжался не более
2И — 3 минут. Потревоженное животное, де обращая никакого внима-
ния на отложенное яйцо, поползло в свой угол".
„Промежуток между откладкой .двух яиц удалось установить
только однажды; он был равен семи минутам".
В нашей коллекции имеется всего в яиц этого вида. Приводим
их измерения и вес.
37,9X20,6 Ш.Ш. 4. 37,4X20,8 m.m.
0,94 gr. 0,90 gr.
2 37,2X20,8 m.m. 5. 36,3X20,3 m.m.
0,92 gr. 0,90 gr.
37,2X20,8 m m. A 36,7X20,6 m.m.
0,91 gr. V • 0,91 gr.
В зависимости от величины животного варьирует и величина яиц,
при чем эти колебания довольно значительны. Самые мелкие чере-
пашьи яйца,- по В. Г. Гептнеру, имели следующее измерение: 25Х
ХЗО ш.ш.
Anguis fragilis L. Веретенница.
Веретенница встречена нами в мокрых лесах долины р. Битюга
около с. Курлака, где она редка. Кроме того она добыта в сухом
сосновом высокоствольном лесу невдалеке от Рыбьего озера в Хреновом
(Коршевское лесничество) и в мелком дубняке близ ст. Графской
(Воронежского уезда).
Lacerta agilis exigua Eichw. Ящерица прыткая.
Очень обыкновенна в степях Бобровского уезда, а также по пес-
чанным местам сухих сосновых боров, например,—в Графском лесни-
честве (Воронежского у.) и в Хреновском (Бобровского у.).
249
Lacerta vivipara lacq.—Ящерица живородящая.
Найдена в небольшом количестве Л. Л. Российским в мокрых и те-
нистых лесах долины реки Битюга близ села Курлака Бобровского у.
Eremias arguta Pall.—Песчаная ящерица.
В работе Н. А. Северцова (1. с., 1855, стр. 32) мы находим сле-
дующие данные, касающиеся этого вида,—„На песках, поросших мало-
чаем (Euphorbia), древних насосов Битюга встречается ящерица
Щироким телом и коротким, хвостом, копает себе норы в песке. Мы
ее видели вскользь, но не удалось поймать и определить. Нам пока-
залось, что есть перехват между головою и туловищем. Цвет серо-
ватый.—Вероятно Eremias variabilis, а может быть какая нибудь Адата.—
Редка".
После этих интересных сведений, к сожалению, только гадатель-
ных,—никому больше не пришлось констатировать нахождения инте-
ресной ящерицы.
4/VIII 1920 г. С. И. Огневу удалось обнаружить на широком
песчаной „Царской дороге" в Хреновском лесу, невдалеке от Майдан-
ного кордона, место, где песчаные ящерки встречались не редко.—
За несколько экскурсий было поймано шесть экземпляров. •
В 1921 г. 26/VII (8/VIII) один старый экземпляр этого интерес-
ного вида наблюдался С. И. Огневым близ кордона Соловьиного в
Хреновском бору (также на песчаной, залитой солнцем дороге). В
1922 г. В. Г. Гептнер наблюдал этих ящерок близ кордона Вислого
в том же Хреновском лесу. Нет сомнения, что Eremias arguta Pall.
спорадично распространена в Воронежской губ., выбирая песчаные
места сосновых боров,
„Биологически эта ящерица довольно резко отличается от обыч-
ной прыткой", писал С. И. Огнев, „Eremias arguta Pall, живет на песча-
ных холмах, поросших редкой, чахлой землею. Она любит сильный
солнечный припек и бегает чрезвычайно быстро, словно стрела,
всегда по прямому направлению, не виляя в стороны, как это делает
L. agilis exigna. Во время бега поймать песчаную ящерицу почти
невозможно. Пробежав некоторое расстояние, она останавливается
и словно затаивается. В эго время можно без труда поймать юркое
животное. Насколько я наблюдал, прыткая ящерица обычно не
останавливается, будучи преследуемой; несмотря на более тихий бег,
поймать этот вид поэтому труднее, чем L. agilis. В некоторых случаях
эта последняя ловко и быстро закапывается в рыхлый песок, крупинки
которого летят по сторонам зарывающегося животного небольшими
фонтанами. Самое зарывание происходит с такой уверенной стреми-
тельностью, что крайне трудно поймать ящерицу в этот момент".
250
Natrix natrix L.—У ж обыкновенный.
Встречается в огромном количестве в долине р. Битюга бл. Кур-
лака. Обыкновенен в Хреновом лесу. Очень много ужей мы наблюдали в
Графском лесничестве в долине реки Усманки. За все экскурсии нам
пришлось видеть черную форму Natrix natrix atra Eichw. лишь
два—три раза.
С о г о n е 11 a austriacaLau г.—М е д я н к а.
Впервые в Воронежской губ. медянка была найдена А. А. Силан-
тьевым, по словам которого она нередко встречается по песчаным
местам Хреновского бора. Силантьеву удавалось неоднократно нахо-
дить ее на Царской просеке и в квартале 60-м, по так называемому
Рыбьему протоку,—сухой ложбинке, по которой вешние воды со степи
стекают в Рыбное озеро.
Мы несколько раз находили медянок.—Два экземпляра были
пойманы в сухом сосновом лесу около полотна железной дороги в
Графском лесничестве. Одна из этих медянок, добытая 25/V (7/VII)
1920 г., оказалась беременной самкой. В долине р. Битюга близ Кур-
лака Coronella austriuea редка: нам только раз удалось добыть здесь
в дубовом’лесу одну.змею этого вида 8 (21) VIII 1920 г. В Хренов-
ском лесу одна змея была поймана С. И. Оболенским 17 (30) VII1921 г.
Наконец, мы добыли ее и в Каменной степи на степной дороге близ
Бюро по Прикладной Ботанике 8 (21) VII 1921 г.
Coluber renardi Chris t.—Г адюка степная.
По словам Н. А. Севериова, гадюка встречается в степях по Икор-
цу, а также между Битюгом, Доном и Икорцем. А. М. Никольский *)
предполагает, что указания Севериова для воронежских степей, а также
аналогичные данные Силантьева, относятся к виду С. renardi Christ.
Вероятно, что эта гадюка не редка в самой южной части Воронежской
губ., например, в степях Богучарского уезда. В Каменной степи, несмо-
тря на все поиски, нам С. renardi Christ не попадалась.
Coluber berus berus L.—Обыкновен ная г адюка и Colu-
ber berus morpha prester Pall. Черная гадюка.
В Воронежской губ. гадюка местами очень обильна. Она встре-
чается в сырых лесах долины р. Битюга, близ Курлака, в сырых ле-
сах Хреновского и Коршевского лесничества, в Графской лесничестве.
В Шиповом лесу эта змея значительно реже. Всюду безусловно пре-
обладает черная форма; только она встречается в сырых тенистых
*) А. М. Никольский. Пресмыкающиеся, Фауна России, т. II, стр. 221, 1916.
251
местах. Помимо связанности с определенной стацией—сырым тенистым
лесом,—темная гадюка имеет несомненное доминирующее преоблада-
ние в Воронежских лесах. Между тем, в Московской губ. в одних и
тех же местах можно находить гадюк совершенно черных, а также
серых и коричневых с характерным черноватым зигзагообразным спин-
ным узором. Несмотря на то, что доказана возможность рождения
черной гадюкой пестрых особей, мы, основываясь на безусловном пре-
обладании этой формы в определенных стациях воронежской природы,—
считаем ее по крайней мере за ясно обозначенную форму. Безусло-
вно, темная окраска не характеризует собою отличий какого-нибудь
пола, так как наш сотрудник А. А. Российский встречал черных га-
дюк и самцов, и самок.
Весьма интересно, что В. Г. Гептнеру удалось находить светло
окрашенных гадюк серо-желтоватого основного тона с темным зигза-
гообразным рисунком на сухих, песчаных дюнных местах Хреновского
бора. По структуре пластических признаков, эти гадюки оказались
принадлежащими к С. berus L., а не С. renardi Christ.
„В Хреновском бору", пишет В. Г. Гептнср в своем зоологиче-
ском дневнике,—„гадюка очень обыкновенна. Она преимущественно
придерживается влажных, сильно затененных мест с богатой кустар-
никовой и трявяной растительностью. Чаще всего она встречается в
коблах и в густых лесах речной поймы. В сосновом бору опа значи-
тельно реже и придерживается мест смежных с долиной Битюга. На
Рыбном, Моховом и Журавлином болотах гадюка обыкновенна".
„Днем гадюки лежат, греясь на солнце, на отдельных коблах; к
вечеру частью выбираются из сырых лесов в сухие лиственные. Здесь
они очевидно охотятся за Syltaemus flaticollis samaricus".
„ 19/VI (1/V’ll) 1922 г. я проходил по дороге среди дубового леса,
когда услышал подозрительный шелест сухих листьев. Сразу остано-
вившись, я стал взглядываться по направлению непрекращавшегося
шума. Наконец, мне удалось рассмотреть большую гадюку, до 14 вер"
шков в длину, державшую лесную желтогрудую мышь Syltaemus fid-
vicollis samaricus), которая как потом выяснилось, была очень крупным
старым самцом".
„Змея ухватила зверка за шею, около самой головы, так что он
не мог причинить ей никакого вреда. Зверок с громадным трудом,
вяло и измученно сопротивлялся, стараясь оттащить змею ближе к
дороге. Гадюка, извивая свои черные кольца, то сматываясь в клубок,
то вытягиваясь, старалась стащить мышь более к склону в коблы,
расположенные всего в шагах 10 от места драмы".
„От времени до времени зверок делал отчаянные движения и то-
гда ему удавалось тащить гадюку за собою на протяжении нескольких
252
вершков, но затем змея снова медленно и упорно оттаскивала мышь
назад. Наконец, мышка сделала резкое, последнее движение и вместе
с невыпускающей свою жертву гадюкой скатилась в маленькую ямку
около И ’аршина глубины, всю выстланную сухим листом. Там борьба,
очевидно, продолжалась. В то время, я сделал несколько шагов, чтобы
видеть происходящие в глубине ямы. Мое движение увидала гадюка
и, шипя, спешно стала уползать в коблы, бросив мышь. Последняя
пыталась, покачиваясь и тыкаясь носом в землю, выбраться из ямы;
еле перебирая лапками, она вскоре осталась недвижимой на земле. Я
взял ее в руки, она лежала, как мертвая, хотя сердце еще билось.
Менее через минуту мышка кончила свои дни и глаза ее широко вы-
катились из орбит".
A m р h i b i а,—3 емноводные.
Нами найдено 9 видов амфибий. Весьма интересно, что в иссле-
дованных нами частях Воронежской губернии совершенно отсутствует
Rana temporaria L., которая здесь целиком заменена Rana arvalis
arvalis Nilss. Мы не сомневаемся, что Н. А. Северцов, отметивший для
Воронежской губ. только Rana temporaria L., смешал ее с близким бо-
лее мелким видом, который он совсем не указал (1. с., 1855 г., стр. 33).
Между тем, Rana artalis arralis Nilss. очень обыкновена.
Рассмотрим распространение некоторых интересных форм.
Rana esculenta lessonai Gamer.—Зеленая лягушка.
Если подтвердятся данные II. В. Терентьева *), то. по его работе
в Воронежской губ. должны встречаться R. е. lessonai Сатег.
Эта лягушка всюду очень обыкновенна и водится в одних
водоемах с более крупным видом R. ridibunda Ball.
Rana ridibunda Pall.—Большая водяная лягушка.
Наш спутник по експедиции В. Г. Гсптнер сделал следующее
интересное наблюдение над биологией этого вида.
„15 (28/VI) 1922 г., одеваясь после купанья в Битюге, близ Вис-
лого кордона в’Хреновском лесу, я услышал", пишет в своем днев-
нике Гептнер, „негромкий отчаянный птичий писк. Долго я не мог
определить, откуда он исходит; наконец, всего в двух аршинах от
меня, в воде, у самого берега, я увидал огромную Rana ridibunda Pall.,
которая лежала, расправившись на воде и держала во рту воробья,
♦) К систематике велепых лягушек, Русси. Гидробиолог. Журнал, т. I, № 11 — 12,
1922 г.
253
захватив его за крестец сбоку и сзади. Птица была вся мокрая, клюв
раскрыт, глаза были широко открыты от ужаса. В попытках вырваться
от державшего чудовища, воробей делал отчаянные усилия, хлопал
крыльями по воде, подымая водяные брызги. Страшными усилиями
совершенно измученный воробей продвинулся к берегу на 2—3 вершка;
не выпуская добычи, лягушка спокойна ждала, и лишь обессиленная
птица прекращала свои попытки к спасению, снова оттаскивала ее
назад. Гибель воробья была неизбежна: он совершенно обессилел и
через несколько минут был бы увлечен под воду.
„Чтобы положить конец этой сцене и достать интересную парочку
для нашей коллекции, я ударил по лягушке палкой, но промахнулся
на каких-нибудь два вершка. Птичка снова забилась, а лягушка про-
должала спокойно лежать на воде, не выпуская своей жертвы. Вдруг,
вероятно, испугавшись, лягва бросила воробья и метнулась на дно.
Воробей не двинулся с места и не шелохнулся даже, когда я взял
его в руки. Это была старая самка Passer domestic^.
Bufo viridis Laur.—Зеленая жаба.
Крайне обыкновенный вид, широко распространенный, как в до-
линах рек, так и на степных прудах. Вне периода размножения мас-
сами держатся в степи. Днем эти жабы обычно скрываются в старых
норах сусликов, хомяков и земляных зайцев, в сумерках массами выпол-
зают на земную поверхность. А. А. Российский совершенно правильно
считает эту жабу наиболее выносливой по отношению сухости и сол-
нечных лучей. Так, молодые вывода настоящего года, покинув водоем,
где они впервые появились на свет, начинают свое расселение, путе-
шествуя среди дня, не смущаясь ярким блеском солнца.
Вероятно меньшей световыносливостью объясняется большая ред-
кость в Воронежской губ. серой жабы..
Bufo bufo bufo L.—Серая жаба.
В 1919 г., летом А. А. Российскому удалось добыть только один
старый экземпляр этой жабы в сыром лесу долины р. Битюга, невда-
леке от с. Курлака.
В 1920 г. С. И. Огнев нашел этот вид в тенистом низинном бо-
лоте Хреновского леса (Бобровск. у.), а в 1921 г. близ Чистозерского
пруда в Графском лесничестве (Воронеясской губ.).
Molge cristata Laur.—Гребенчатый тритон.
По словам В. И. Попова, этот вид местами обыкновенен в Задон-
ском уезде.
254
Molge vulgaris vulgaris L.—Тритон обыкновенный.
Несмотря на все поиски, Н. А. Севериову не удалось найти три-
тона в Воронежской губ. По данным А. А. Силантьева, тритон не-
редок в озерах переходной полосы Хреновского бора, например, в Ла-
герном, в озерке у Майданного кордона, а, вероятно, и в других.
А. А. Российский нашел тритона в Бирюченском у. (близ д. Та-
раканово). В 1919 г. А. А. Российский добыл несколько экземпляров
в пойме р. Битюга и Курлака близ с. Курлака, Бобровского у. По
словам С. Д. Перелешина, тритоны в изобилии встречались в его име-
нии близ ст. Перелешино, Воронежского у. Они преимущественно по-
падались в кбпанке, находящейся около сада и в канавах, а также в
болотах. Интересно, что в этой местности совершенно нет змей: ужей
и гадюк. А. А. Российский нашел очень много тритонов в Козлов-
ском у., Тамбовской губ. (в части этого уезда, прилегающей к Рязан-
ской губ.); стоит отметить, что и здесь, по данным Российскою, змей
совершенно нет.
В 1920 г. мы нашли тритонов в Графском лесничестве (Чистозерский
пруд); в большом обилии отметили их для озер Хреновского леса, а также
обнаружили в нижнем и верхнем Хорольских прудах, в Каменной
степи (Бобровского уезда).
Наконец, В. И. Попов говорил нам, что тритоны довольно редки
близ с. Ясырок, Бобровского уезда.
РИСУНКИ
1, Молодой гстеп ной русак (Lepus europ aeus tesquorum
Ognev) июль 1922 г. Каменная степь, Бобровского у.
2. Южная мышевка (Siclsta nordmanni Blas.), июнь
1922 г. Каменная степь, Бобровского у.
3. Сурок или байбак (Маг m о t a bobac Pall.) у своей
сурчины. Июнь 1922 г., Каменная степь, Бобровского у,
4. Суслик (Citellus suslicus suslicus Gueld)
в степи; май 1922 г. Каменная степь, Бобровского у.
5. Бобровая яхатка* в Графском лесничестве у Чистозерского
кордона. 27 VIII (9 IX) 1922 г.
6. Черная ольха, свеже подгрызенная бобром. 50-ый квартал
Графского лесничества, долина реки Усиани; 28 VIII (10IX) 1922 г.
7. Гнездо (с яйцами) малой поганки (Tachybaptus
ruficollis) 18 (31) VII 1921 г. Моховое озеро в Хреновском
бору Бобровского у.
8. Молодая малая выпь (Ardetta m i n u t а) 23 VII (5 VIII)
1919 г. Долина р. Битюга Бобровского у.
9. Кобчики (Erythropus vespertinus) греющиеся
на солнце; июль 1919 г. Новый Курлак, Бобровского у.
10. Кобчик (Erythropus vespertinus) .в момент
сильного крика; июль 1919 г. Бобровского у.
11. Молодой балобан (Hlerofalco cherrug); VIII1922г.
Экземпляр из Хреновского бора Бобровского у.
12. Большой подорлик (Aquila maculata) схвативший
добычу. Конец августа 1920 г. Бобровского у.
13. Молодой орел-могильник (Aquila heliaca). Конец
августа 1920 г. Бобровского у.
14. Гнездо серой куропатки (Perdix perdix robusta); 25 V
(7 VI) 1922 г. Каменная степь Бобровского у.
15. Птенец кукушки (Cuculus са no г us) в гнезде серой
славки (S у 1 v a communis); 10 (23) VI 1922 г. Новый
Курлак Бобровского у.
16. Молодой филин (Bubo bubo) 10 (23) VII 1922 г. Хреновской
бор Бобровского у.
17. Молодые сычи (Athene п о с t u а) 22 VII (5 VIII) 1919 г.
Бобровского у.
18. Молодой дятел седоголовый (Р i с и в canus) 6 (19) VI
1920 г. Лес бл. Жерновского озера Бобровского у.
19. Молодая сивоворонка (Coracias garrula). Начало
июля 1919 г. Бобровского у.
20. Молодая щурка (Merops ар aster) 5 (18)VIII 1919г.
Бобровского у.
Рис. 21. Схема норы темноцветного хомячка (Cricetulus mlgratorius
Pall.). Измерения в см.; об’яснение в тексте.
Рис. 22. Схема норы темноцветного хомячка (Cricetulus mlgratorius Pall.).
Об’яснения в тексте.

Рис. 23. Схема норы степной пеструшки (Lagurus lagurus Pall.),
а.—гнездовая камера. Измерения в см. Об’яснения в тексте.
Рис. 24. Схема нор слепыша (Spalax microphthalums Ciield.). По чвр^*те
Остермана, сделанным в Великоанадольсхом опытном участке Мариупольского у.
ринославской губ. Общее расположение и направление ходов с указанием плана прилег
опытных посадок. Об’я с нения в тексте.

Ряс. 25. Вертикальная проекция нор слепыша (Spalax micropht'halmus GQeld.). По чертежам Остермана, сделанным в
Великоанадольском опытном участке Мариупольского у. Екатерииославской губ. Об'яснения в тексте.
5
ОГЛАВЛЕНИЕ.
Стр.
Предисловие............................................III—VI
Введение...............................................VII—XI
I. Биологическая характеристика стаций, типичных для живот-
• кого и растительного мира.........................• • • 1
II. Обзор .некоторых периодических явлений в жизни животных
Воронежской губ..........................................‘. 24
III. Общие списки зверей, птиц и гадов Воронежской губ...... 43
IV. Главнейшие фаунистические районы Воронежской губ. • , 76
V. Развитие современной фауны Воронежской губернии и связь ее
с прошлой, жизнью страны 81
VI. СЪхранение памятников природы............................. 91
VII. Млекопитающие.............................................. 93
VIII. Птицы ....................* /. ........................ 174
IX. Пресмыкающиеся и земноводные . .................*. . . 215
Издательство Наркомзема
„НОВАЯ ДЕРЕВНЯ"
i
1
Новые книги:
1. Соловьев, Д. К.—Основы охотоведения.
Выпуск I. Исторический очерк и сущность охоты'; охот-,
ничьи ввери и птицы. 159 Отр., 1 карта. Цена 70 к.
Выпуск 2. Охотничье оружие; охотничьи ообакн; спо-
собы добывания охотничьих животных. 324 стр., 68 рис.
Ц. т р. 10 к.
2. Справочная книжка охотника. 67 стр., зз рио. Ц. 45 к.
8 Каррайский, А. М.—Киргизская лошадь.. 58 стр. Ц. 80 к.
4. Прк дорогин, М. И.—Конские породы. 244 стр., 45 рис.
Ц. 1 р. 50 К.
СКЛАДЫ ИЗДАНИИ:
Книжные магазины „НОВАД ДЕРЕВНЯ":
МОСКВА, 1) угол Тверской в Моховой. Тел. 75-71/
2) Болып. Златоустпнский пер., д. 6, Центральными Дом
Крестьянина.
ПЕТРОГРАД, Пр. 25 Октября (6. Невский), 54.