/
Автор: Р.Т. Де Джордж
Теги: этика общественных институтов и отдельных отраслей жизни и деятельности (специальная мораль) обрядность бизнес-этикет общество социология этика общественные науки межличностные отношения
ISBN: 5-900428-57-5
Год: 2001
Текст
этическая экономия
ИССЛЕДОВАНИЯ ПО ЭТИКЕ, КУЛЬТУРЕ И ФИЛОСОФИИ ХОЗЯЙСТВА
Р. Т. Де Джордж
Деловая
этика
1
этическая экономия
ИССЛЕДОВАНИЯ ПО Э7ИКЕ, КУЛЬТУРЕ И ФИЛОСОФИИ ХОЗЯЙСТВА
Центральная
Городская
Публичная
Библиотека
им. В. В. Маяковского
Ричард Т. Де Джордж является почетным профессоров
философии и делового администрирования
и директором Международного центра этики в бизнесе
в Университете Канзаса. Он получил докторскую степе1
в Йельском университете и был научным сотрудников
в Йельском университете, Университете Колумбии,
Университете Стэнфорда и Общества Гувера, был таю»
профессором имени Чарльза Джей Дирксена по делос
этике в Университете Санта-Клары в 1986 г.
и приглашенным профессором в аспирантуре
Университета Сент-Галлена, Швейцария в 1985 г.
Р. Т. Де Джордж является автором более 160 статей
и автором или редактором восемнадцати книг, включа*
“Деловую этику” (1999), которая выдержала пять
изданий, и “Как честно конкурировать в международн
бизнесе’ (Оксфорд, 1993). Он был президентом
i нескольких академических организаций, включая
Американскую философскую ассоциацию,
Метафизическое общеавс Америки и Общество
деловой этики. Читал лекции во многих университет ^
на всех континентах и выступал с докладами перед
разнообразными организациями, как в США,
так и в других странах - в Токио, Комо, Барселоне, Ри<
де-Жанейро, Перте. Он выступал в качестве
консультанта “Моторолы”, “Холмарк кардз”, “Канзас-
Сити пауэрэнд лайт”, “Кох индастриз” и “Дженерал
моторз”.
В ноябре 1996 г. он получил почетную докторскую
степень в Университете Ниенроде (Нидерланды) вмест
а Билом Гейтсом и Нельсоном Манделой.
В настоящее время Р. Т. Де Джордж является
президентом Международного общества бизнеса,
экономики и этики.
БИБЛИОТЕКА «ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЫКОЛЫ»
Данное издание выпущено в рамках программы
Центрально-Европейского Университета “Books for Civil Sodety”
при поддержке Центра по развитию издательской деятельности
(OSI-Budapest) и Института “Открытое общество.
Фонд Содействия” (OSIAF-Moscow)
Richard T. De George
Business
Ethics
Fifth edition
PRENTICE HALL
' этическая экономия
ИССЛЕДОВАНИЯ ПО ЭТИКЕ, КУЛЬТУРЕ И ФИЛОСОФИИ ХОЗЯЙСТВА
Р. Т. Де Джордж
Деловая
этика
В двух томах
Т0М1
-
Перевод с английского Г. И. Столпера
ИНСТИТУТ "ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ШКОЛА"
ИЗДАТЕЛЬСКАЯ ГРУППА "ПРОГРЕСС"
Санкт-Петербург - Москва 2001
ББК 87.7517
Д42
ЭТИЧЕСКАЯ ЭКОНОМИЯ
ИССЛЕДОВАНИЯ ПО ЭТИКЕ, КУЛЬТУРЕ И ФИЛОСОФИИ ХОЗЯЙСТВА
Выпуск В
Издатели
ИНСТИТУТ .ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ШКОЛА», САНКТ-ПЕТЕРБУРГ
ИЗДАТЕЛЬСКАЯ ГРУППА «ПРОГРЕСС»
Издатели серии
В.С. АВТОНОМОВ
(Институт мировой экономики и международных отношений РАН, Россия)
П. КОЗЛОВСКИ
(Институт философских исследований, Ганновер, Германия)
Издательский совет
М. АЛЬБЕР (Банк Франции, Франция), И.В. БАКШТАНОВСКИЙ
(Тюменский технический университет, Россия), X. ВАТРИН (Инсти-
тут экономической политики Кельнского университета, Германия),
ЛА. ГРОМОВА (Российский государственный педагогический универси-
тет им.А.И. Герцена, Россия), Р.Т. ДЕ ДЖОРДЖ (Канзасский универси-
тет, США), В.С. МАГУН (Институт социологии РАН, Россия), А. СЕН
(Тринити-колледж, Кембриджский университет, Великобритания)
ISBN 0-13-079772-3
ISBN 5-900428-57-5 (том 1)
ISBN 5-900428-59-1
Опубликовано по соглашению с первым издателем, PRENTICE HALL, INC.,
компанией группы «Pearson Education»
© «PRENTICE HALL, INC.», 1999
© Институт «Экономическая школа», 2001
© Издательская группа «Прогресс», 2001
Изготовление оригинал-макета
© Перевод Р.И. Столпера, 2001
ПРЕДИСЛОВИЕ
За много лет, прошедших с тех пор, как вышло первое изда-
ние этой книги, курсы деловой этики прочно вошли в учебные
программы колледжей, школ бизнеса и подготовки магистров
науки об управлении предприятием (MBA). Такие курсы получи-
ли распространение в пост-уотергейтскую эру, и пищей для них
послужил целый ряд разоблачений, связанных со взяточничест-
вом, подкупом, нелегальными взносами в политические фонды,
авиационными катастрофами, продажей дефектных шин, авто-
мобилей и других изделий. Консьюмеризм, т.е. движение в за-
щиту интересов потребителей, все более громкие требования об
усилении правительственного контроля, изменяющееся отноше-
ние множества людей к бизнесу и его социальной ответственнос-
ти сделали проблемы деловой этики предметом всеобщего инте-
реса и повседневной заботы. Этика бизнеса уже не рассматрива-
ется как логическая несообразность, а большинство крупных
корпораций приняли меры к внедрению по крайней мере некото-
рых ее положений в свою практику.
Настоящая книга представляет собой попытку системного и,
насколько это возможно, всеобъемлющего изложения этой дис-
циплины. Сначала рассматриваются методы логических рас-
суждений и аргументации в области этики, необходимые для
анализа моральных аспектов бизнеса. Затем следует характери-
стика основных проблем нравственности экономических сис-
тем, особенно экономической системы Соединенных Штатов.
Далее трактуется ряд современных острых моральных проблем
бизнеса - от прав рабочих до законного использования компью-
теров. Поскольку сам бизнес подвергся изменениям, в настоя-
щем издании предпринята попытка отобразить порожденные
этими изменениями нравственные проблемы, главные из кото-
рых представляют собой вопросы этики, проистекающие из ин-
формационной технологии и глобализации бизнеса.
5
Это не книга о морали вообще, ее содержание не сводится к на-
бору примеров из жизни делового мира. В качестве учебной дис-
циплины этика имеет долгую и почтенную историю. Но чтобы
вступить в сферу нравственной философии, студентам вовсе нет
необходимости знать эту историю, незачем им также вникать во
все спорные вопросы, которыми изобилует эта дисциплина. Про-
блемы морали стучатся в дверь, и люди должны взяться за их ре-
шение, используя для этого самые лучшие доступные им спосо-
бы. Я поэтому пытаюсь ознакомить студентов с чисто техничес-
кой стороной этики в таких пределах, какие им необходимы,
чтобы сознательно оценивать моральные проблемы и принимать
участие в бесконечной дискуссии о нравственных аспектах неко-
торых сфер общественной и деловой жизни. Задача моих первых
глав чисто практическая, вот почему я либо вовсе игнорирую,
либо лишь мимоходом затрагиваю некоторые теоретические про-
блемы, на которых сосредоточено внимание профессиональных
представителей современной этической мысли. Полагаю, что
студенты приступают к изучению курса этики бизнеса, уже имея
довольно солидный нравственный багаж. Это не аморальные су-
щества, которых надо превратить в людей нравственных, это
нравственные люди, которым можно помочь глубоко осмыслить
проблемы морали и убедительно, энергично отстаивать свои
нравственные принципы. Настоящая книга показывает, как
применять обычные нравственные принципы при анализе возни-
кающих вопросов, проблем и конкретных примеров.
Традиционная трактовка этики носит индивидуалистический
характер. Наши представления о нравственности, о моральных
ценностях, о том, что достойно похвалы, а что заслуживает пори-
цания, сложились главным образом на основе восприятия чело-
века как существа нравственного. Мы знаем, что означает на-
звать человека нравственным или охарактеризовать его поступ-
ки как достойные похвалы. В данном издании к рассмотрению
добродетели и нравов добавился анализ двух понятий, которые
приобрели в последние годы все возрастающее значение. Ведь
экономические системы действуют отнюдь не так, как отдельные
люди: корпорации и страны функционируют лишь опосредован-
но, а именно через действия индивидуумов-посредников. Поэто-
му язык морали следует употреблять в высшей степени осторож-
но, когда дело выходит за рамки поведения и поступков отдель-
ных лиц. Особые проблемы возникают при оценке нравственных
аспектов деятельности корпораций, стран и целых народов - это
6
проблемы смыслового значения моральных терминов, пробле-
мы, которые следует не игнорировать, а глубоко уяснить, чтобы
четко определить наши моральные позиции в этих вопросах.
Как я полагаю, нет большой нужды доказывать, что убийст-
во - это зло, что воровство и ложь - это зло или что дискримина-
ция прав человека по признаку пола, расы или вероисповедания
безнравственна в бизнесе так же, как и в других сферах жизни.
Чтобы делать такие заключения или обосновывать их, вовсе не
нужен курс этики бизнеса. Однако ответы на многие вопросы,
касающиеся этики бизнеса, далеко не ясны, и это относится, в
числе прочих, к таким явлениям, как дискриминация наоборот,
правдивость в рекламе, «сигнализаторство» и разглашение све-
дений. Эти проблемы требуют тщательного анализа, сопоставле-
ния соответствующих фактов с надлежащими принципами, что-
бы прийти к обоснованным выводам. В американском обществе
на некоторые из этих проблем точки зрения более ясны, а на
другие менее определенны. Я постарался показать сложность
каждой проблемы и сопоставить противоположные позиции по
каждой из них. В тех случаях, когда я принимал чью-нибудь
сторону, я объяснял почему: когда чей-либо аргумент был не-
убедителен, я показывал, в чем именно заключается его несосто-
ятельность. По самым общим социальным проблемам никакие
аргументы не могут быть окончательными, и я надеюсь, что сту-
денты по прочтении данной книги проникнутся желанием и
смелостью продолжить открытую дискуссию по этим вопросам.
Не думаю, что так уж просто выявить моральные проблемы в
бизнесе, определить, какие действия там правомерны, а какие
нет, и требовать, чтобы люди были всегда морально безупречны.
Если практикуемые бизнесом методы безнравственны, если лю-
ди сталкиваются с необходимостью жертвовать своей работой и
своей безопасностью, чтобы выполнять свой нравственный долг,
то такие методы следует изменить. Я поэтому попытался рас-
смотреть не только вопрос о том, какие нравственные требова-
ния предъявляются человеку, работающему в фирме (рабочему,
менеджеру или члену совета директоров), но также и другой во-
прос, а именно какие организационные структуры благоприят-
ствуют тому, чтобы человек мог принимать на себя моральную
ответственность и выполнять свой нравственный долг. Вопрос о
том, как реорганизовать фирмы таким образом, чтобы исклю-
чить необходимость «сигнализаторства», столь же (если не бо-
7
лее) настоятелен, сколь и вопрос о том, когда человек морально
обязан «сигнализировать».
Бизнес - это общественно полезная деятельность, и, подобно
любому другому виду общественной деятельности, он не может
функционировать, если не созданы определенные моральные
предпосылки. Последние события в некоторых государствах
бывшего Советского Союза четко это продемонстрировали. Я по-
лагаю, что анализ этих предпосылок и свойственных обществу и
бизнесу организационных структур, способствующих соблюде-
нию принципов морали, представляет собой важный и часто
упускаемый из виду аспект деловой этики. Вот почему я на каж-
дом этапе данного исследования ставлю и пытаюсь разрешить не
только вопрос о том, является ли тот или иной метод хозяйство-
вания моральным или аморальным, но также и вопрос о том, ка-
кие альтернативы можно и нужно противопоставить безнравст-
венным методам. Нравственность отдельных лиц не следует от-
делять от моральных принципов деятельности предприятий и
организаций; в этой книге я по мере возможности рассматриваю
их в совокупности.
Каждую главу я начинаю одним или двумя примерами, ха-
рактеризующими проблему, относящуюся к содержанию дан-
ной главы. Я включил также в ряд глав действительные, а ино-
гда и придуманные примеры, чтобы проиллюстрировать опреде-
ленные принципы, показать способы анализа нравственных
проблем и сопоставить различные подходы к той или иной про-
блеме. Для тех, кто пожелает воспользоваться дополнительны-
ми примерами, ежедневные газеты поставляют обильный мате-
риал для анализа, содержат современные и специфические слу-
чаи возникновения нравственных проблем в мире бизнеса.
Хотя книга написана таким образом, что в ее главах последо-
вательно развивается общая идея, каждую главу можно изучать
самостоятельно. Те, кто хочет опустить анализ одних проблем и
сосредоточиться на других, могут это сделать без ущерба для ус-
воения материала.
В конце каждой главы приводятся учебные задания и вопро-
сы, которые в сжатом виде очерчивают материалы данной главы
и могут быть использованы в качестве ориентира. Вопросы к
каждой главе содержат также один или два кратких примера
или контуры проблем, которые недостаточно четко представле-
ны в главе и которые могут быть использованы для дискуссий,
размышлений или для выполнения письменных заданий.
8
В каждом новом издании этой книги предпринимается по-
пытка учитывать серьезные исследования, появившиеся за по-
следние годы, а также соответствующие события, происшедшие
в мире бизнеса и обществе. В данном издании книги мы продол-
жаем эту практику. Кроме того, что касается отдельных приме-
ров и сносок, они во всех главах осовременены, а во многих слу-
чаях существенно пересмотрены. Чередование глав несколько
изменено, а концептуальные проблемы корпораций и их ответ-
ственности я рассматриваю в отдельной главе. Я дополнил мате-
риал об информационной технологии и расширил трактовку во-
просов, касающихся транснационального бизнеса. Несмотря на
эти изменения, цели, подходы и сквозная тема остаются преж-
ними. Американский бизнес можно сделать более нравствен-
ным. Данная книга представляет собой попытку помочь ее чита-
телям поразмыслить над тем, каким образом осуществить эту
задачу.
Я хочу выразить благодарность следующим рецензентам за
их полезные замечания относительно этого издания: Роберту
Л. Каннингхему (Университет Сан-Франциско), Ричарду
Л. Уилсону (Таусонский университет штата), Салли А. Дресдоу
(Университет штата Висконсин в Грин-Бей) и Джою К. Бенсону
(Университет штата Иллинойс в Спрингфилде).
Р.Т. Де Джордж
ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ
РУССКОМУ ИЗДАНИЮ
В 1991 г. советский народ принял историческое решение и
сделал важный шаг, предпочтя демократию, и двинулся от пла-
новой экономики к рыночной. Переход не оказался легким, и он
все еще продолжается. Еще не ясно, что в точности возникнет.
Каждое общество представляет собой различное соединение эко-
номической системы, политической формы правления и соци-
альной структуры. Свободное предпринимательство, каким оно
действует в Соединенных Штатах, в некоторой степени отлича-
ется от того, какое имеется в Германии или Японии. Россия и
другие государства бывшего Советского Союза самостоятельно
ищут свой собственный путь, и, несмотря на схожие черты,
каждый из них будет неповторим.
Лицо капитализма, как его описал Карл Маркс, поразитель-
но изменилось в развитых странах мира. Возник большой сред-
ний класс трудящихся, которые через владение акциями в
пенсионных фондах и на личных счетах являются совладельца-
ми средств производства. Демократия и избирательное право
наделили трудящихся таким влиянием, какого они не имели в
XIX и первой трети XX в. Законодательство укротило самые
грабительские аспекты рынка, защитило потребителей,
признало права трудящихся на труд, заставило крупные пред-
приятия контролировать загрязнение окружающей среды и
уменьшать наносимый ей вред.
По мере того как общества становились более сложными,
мир узнал, что честный и справедливый рынок наиболее эф-
фективно обрабатывает информацию о потребительском спро-
се, о ценах, которые люди готовы заплатитть, о распределении
ресурсов между конкурирующими целями, о наличии рабочих
мест и т.д. Мы также узнали, что широкая доступность инфор-
10
мации необходима для реализации новых идей и разработки
новых товаров. В информационном веке народная демократия
и относительно свободная экономика идут рука об руку, потому
что обе являются наиболее эффективными способами использо-
вания информации. Централизованный контроль и неэффекти-
вен, и подавляет новаторство и творчество, которыми нельзя
командовать.
Деловая этика как сфера научных исследований зародилась в
Соединенных Штатах в 70-х годах. Конечно, этические пробле-
мы существовали со времен возникновения бизнеса. Всегда на-
блюдалось стремление обеспечивать равные права ремеслам, до-
биваться того, чтобы никто никого не обманывал. Но в началь-
ный период индустриализации доминирующую роль играла
власть, а не этика. Работники, конечно, не должны были воро-
вать у своих работодателей, уже возникали дискуссии об уста-
новлении справедливых цен и справедливой заработной платы.
Церковь проповедовала моральные правила, и профсоюзы боро-
лись за лучшие заработки и условия труда. Но поскольку бизнес
обеспечивал занятость и производил товары приемлемого каче-
ства по разумным ценам, многие полагали, что этика фактичес-
ки не применима к обществу, хотя было очевидно, что бизнесме-
нам не следует воровать, обманывать или лгать. Общие мораль-
ные нормы, применимые к обществу, применялись к людям, за-
нимающимся бизнесом. Но эти нормы не воспринимались как
относящиеся к самому бизнесу, к самому предприятию. Я назы-
ваю этот феномен мифом об аморальности бизнеса. Одной из це-
лей этой книги является раскрыть миф как миф и отчетливо за-
явить, что мораль или этика применимы к бизнесу так же, как
и к отдельным людям.
Представление о том, что бизнес аморален, начало изменять-
ся в Соединенных Штатах в 50-х годах. К 60-м годам люди осо-
знали, что с развитием современной науки и технологии промы-
шленность способна драматически и неблагоприятно воздейст-
вовать на окружающую среду, на их жизнь и на будущее плане-
ты. Кроме того, потребители начали организованно выражать
свои права, подобно тому как рабочие это стали делать почти век
тому назад. В результате бизнес в Соединенных Штатах пред-
принял меры, чтобы доказать свою легитимность и защитить се-
бя от нападок, признав свою «социальную ответственность».
Под общественным давлением компании стали рекламировать
свои благотворительные пожертвования, меры, принимаемые
11
для предотвращения вреда окружающей среде, методы обеспе-
чения равного отношения ко всем работникам, отказ от дискри-
минации и т.д.
Следующим шагом для ученых было разработать общий кон-
текст, в котором деятельность бизнеса могла бы быть объектив-
но оценена с этической точки зрения. В результате возникло то,
что известно в Соединенных Штатах как деловая этика.
Хотя сначала такое развитие ситуации было неохотно при-
знано компаниями, но все больше и больше компаний постепен-
но стали воспринимать новые идеи, разрабатывая кодексы эти-
ческих норм, чтобы руководствоваться ими в своей деятельнос-
ти. Различные формы законодательства способствовали ускоре-
нию этого процесса, сюда, например, относится принятый в
США в 1977 г. Закон об иностранной коррупционной практике,
который воспрещал американской компании выплату взяток
любому высокопоставленному государственному чиновнику в
любой стране мира. В 1998 г. подобные законы были приняты в
странах Европейского союза.
Глобализация бизнеса принесла с собой необходимость рас-
ширить понятие деловой этики на все сферы, где осуществляет-
ся бизнес. Первыми объектами этического критицизма были
американские транснациональные компании, чья деятельность
отслеживалась и предавалась гласности правозащитными груп-
пами, сторонниками защиты окружающей среды и теми, кто за-
нимался деловой этикой. Присутствие ТНК в Южной Африке во
время режима апартеида вызвало многочисленные протесты в
Соединенных Штатах против американских компаний, действо-
вавших в Южной Африке, и привело к тому, что компании сами
ограничили там свою деятельность.
Несмотря на то что движение деловой этики началось в Со-
единенных Штатах, потребовалось немного времени, чтобы оно
распространилось в Западной Европе в 80-х годах, а затем и в
Японии, остальной Азии, Латинской Америке и в Африке. В не-
которых странах оно слабее, а в других вовсе отсутствует. Пере-
вод этой книги на русский язык показывает появляющийся ин-
терес к этой области в России; ее перевод на японский и китай-
ский, так же как и на другие языки, демострирует растущее
международное осознание этой области.
Однако эта книга была написана в основном для американ-
ской и канадской аудитории. Это видно из многих примеров, из
рассмотрения американских законов и установившихся поряд-
12
ков и из некоторых обоснованных допущений. Следовательно, в
других странах она не может быть принята полностью. Вместе с
тем основные принципы будут восприняты вне зависимости от
страны. Но детали не всегда будут применимы. Тем не менее од-
на страна может и должна учиться у другой. Те, кто сейчас пере-
живает период перехода к рыночной экономике, могут научить-
ся у тех стран, которые прошли этот процесс, узнать, какие су-
ществуют при этом ловушки и негативные тенденции, какого
рода законодательство оказалось благотворным и эффектив-
ным, какую роль может сыграть общественное мнение в ограни-
чении агрессивных устремлений большого бизнеса. Принципи-
альное значение имеют контракты и законодательство, гаранти-
рующие обязательность их соблюдения. В равной мере важна
роль государства в ограничении монополий, в обеспечении от-
крытого доступа на рынок новых его участников, в контроле над
негативным проявлением того, что экономисты называют
«внешними эффектами». Рынок только лишь частично саморе-
гулируется. Хотя, возможно, в долгосрочном плане коррупция
докажет свою неэффективность, но для этого может потребо-
ваться много времени, и она принесет много вреда, пока это вре-
мя наступит. Для исправления неудач рынка и его несоответст-
вий справедливое законодательное регулирование необходимо.
Развитые страны научились справляться с самыми вопию-
щими злоупотреблениями капитализма и в большинстве случа-
ев покончили с детским и рабским трудом, с опасными и вред-
ными условиями труда при потогонной системе, с заработками
ниже прожиточного минимума и с другими белезненными явле-
ниями, которые капитализм принес с собой. Эти отрицательные
явления сейчас встречаются в развивающихся странах. Но мы
знаем, как устранить эти отрицательные явления. Теперь нуж-
но обеспечить развивающимся странам возможность и стимулы
для борьбы с этими болезненными явлениями.
Новые этические проблемы для бизнеса — это проблемы, ко-
торые принесли с собой Информационный век, Интернет, от-
крывшие возможность новых методов ведения бизнеса, пересе-
кающих все границы.
Деловая этика — это не список правил или статистическая
дисциплина. Она должна быть динамичной, как сам бизнес,
международной, каким стал бизнес, и достаточно сильной, что-
бы противостоять вредным тенденциям, которые питают выгода
и жадность.
13
Никакой бизнес не может быть этичным без наличия нравст-
венных людей. Этические корпоративные структуры, поддержи-
ваемые этически оправданным законодательством, так же необ-
ходимы, как и обязательные к исполнению контракты и законы
и как наказания для их нарушителей. Ни законодательство, ни
этика не достаточны сами по себе. И я надеюсь, что эта книга по-
может тем, кому интересны проблемы этики в бизнесе в России,
понять, как эффективно приводить доводы в пользу своих взгля-
дов и как требовать уровня этики в бизнесе, который они счита-
ют достойным людей в их общественном взаимодействии.
Р.Т. Де Джордж
29 марта 2000 г.
Введение
ГЛАВА 1
Этика и бизнес
Пример: «Джонсон энд Джонсон» и препарат «Тайленол»
30 сентября 1982 г. три человека в районе Чикаго умерли от
цианида, содержавшегося в использованных ими капсулах пре-
парата «Тайленол усиленного действия». Связь между смертью
этих людей и применением капсул была установлена очень быс-
тро, и власти уведомили об этом фирму «Джонсон энд Джон-
сон», производителя «Тайленола». Поскольку число смертей
увеличивалось - в конце концов оно достигло семи, — фирма
столкнулась с кризисом и перспективой полного краха. «Тайле-
нол» - наиболее распространенное обезболивающее средство -
являлся единственной крупной новинкой корпорации «Джон-
сон энд Джонсон», обеспечивавшей 7,4% ее выручки и от 17 до
18% ее дохода1.
Несколько руководителей фирмы, которым надлежало ре-
шать, как реагировать на этот случай, не знали, был ли введен
цианид во флаконы с «Тайленолом» во время производственно-
го процесса или позднее; явились ли ставшие известными
смертные случаи единичными или лишь звеньями в длинной
цепи; ограничивались ли эти случаи лишь районом Чикаго или
они имели место и в других городах. Американское Управление
по контролю за качеством пищевых продуктов и медикаментов
выступило с предостережением об опасности применения «Тай-
ленола» , но правительство не обязало компанию принять какие-
либо специальные меры. Быть может, смертные случаи носили
’ Подробная информация о случае с «Тайленолом» заимствована из: Chicago
Tribune and the New York Times, October 1—10,1982; Business Week, October 18,1982.
17
лишь локальный характер и их число не выйдет за пределы уже
известных семи. Быть может, власти не потребуют снятия пре-
парата с продажи. Быть может, временной приостановки про-
даж до выяснения подлинных причин смертей окажется доста-
точно для того, чтобы предотвратить нанесение вреда людям.
Этим предположениям противостояли вполне определенные
перспективы: снятие препарата с продажи будет означать для
фирмы потерю до 100 млн. долл.; страховые суммы не покроют
эту потерю; известие о снятии препарата с продажи нанесет та-
кой ущерб его репутации, что у руководителей компании уже не
будет уверенности в том, что «Тайленол» когда-либо снова смо-
жет завоевать доверие потребителей и вернуть достигнутую им
37% -ную долю рынка; известие о снятии препарата с продажи и
потери компании неизбежно приведут к резкому падению курса
ее акций (фактически за первую неделю октября он уже снизил-
ся на 15%); конкуренция на рынке анальгетиков очень сильна,
и конкуренты «Джонсон энд Джонсон» постараются обратить
снятие с продажи «Тайленола» в свою выгоду. Таковы были пер-
спективы, все остальное - лишь догадки и предположения.
Как должна поступать компания в подобной ситуации? Не
являются ли благополучие компании и интересы акционеров
главным приоритетом ее руководства? Не защищаются ли они
лучше всего путем соблюдения осторожности, применением
принципа «поживем - увидим», отрицанием вины компании в
смерти людей и утверждением, будто в ней повинны либо дивер-
сант, либо преступник-психопат? Не следует ли вообще основы-
вать деловые решения на фактах и финансовых соображениях?
Многие полагают, что именно так надо поступать. Однако из-
вестно, что, когда фирма «Джонсон энд Джонсон» столкнулась
с фактом семи случаев смерти и возможностью возникновения
новых случаев, она немедленно распорядилась снять с продажи
весь «Тайленол». На первое место компания поставила безопас-
ность потребителей, т.е. поступила так, как предписывает про-
возглашенное ею Кредо1. Неизбежный ущерб для компании, хо-
1 Первый пункт Кредо фирмы «Джонсон энд Джонсон» гласит: «Мы считаем,
что свою главную ответственность мы несем перед врачами, медицинскими
сестрами, пациентами, матерями, а также перед всеми, кто употребляет наши
препараты и пользуется нашими услугами».
18
тя и весьма ощутимый и нежелательный, был поставлен на вто-
рое место.
Этот инцидент превратился в легенду, а реакция на него ком-
пании «Джонсон энд Джонсон» стала хрестоматийным приме-
ром, демонстрирующим, как надо реагировать на трагедию. Дело
не только в том, что решение компании было вполне правильным
с моральной точки зрения, но и в том, что она мастерски справи-
лась с последствиями трагедии. Она предоставила широкой пуб-
лике полную информацию о происшедшем и в течение 18 месяцев
вернула себе 96% прежней доли рынка. Она действительно понес-
ла убытки в 100 млн. долл., а курс ее акций снизился.
Джеймс Берк, председатель совета директоров и главный ди-
ректор-распорядитель корпорации «Джонсон энд Джонсон»,
которого потом хвалили за принятое им решение, прокомменти-
ровал его следующим образом: во-первых, оно фактически было
единственно возможным с позиций Кредо компании, а во-вто-
рых, его удивляет, что люди могли ожидать со стороны компа-
нии иного решения.
Онако он вполне сознавал, что не всякая компания поступи-
ла бы так, как это сделала «Джонсон энд Джонсон», хотя ее ре-
шение и было морально корректно. Несмотря на поданный ею
пример, несколько лет спустя, когда покупатель обнаружил в
банке с детским питанием фирмы «Гербер» осколок керамичес-
кой посуды, эта фирма категорически отрицала свою вину и от-
казалась снять с продажи свою продукцию1, точно так же посту-
пили ряд автомобильных компаний в ответ на жалобы относи-
тельно небезопасных машин.
Несут ли компании моральную ответственность за свои дей-
ствия? Должно ли население заставлять компании придержи-
ваться норм нравственности? Или нам следует просто ожидать
от них соблюдения закона и рассчитывать на то, что в своей дея-
тельности они станут руководствоваться деловыми, экономиче-
скими соображениями и требованиями рынка?
Американский народ уже в течение долгого времени занимает
в этом вопросе двойственную позицию, и хотя ширится согласие
относительно того, что этика должна играть свою роль в бизнесе,
' Patricia Strand. Gerber ignores Tylenol Textbook//Advertising Age, 57 (March
10, 1986), p. 3.
19
представление общества о бизнесе все еще выражается в формуле,
которую можно назвать мифом об аморальности бизнеса.
Миф об аморальности бизнеса
Миф об аморальности бизнеса отражает популярный, широ-
ко распространенный взгляд на американский бизнес. Подобно
большинству мифов, он выступает в нескольких вариантах.
Многие люди верят в него или отчасти верят. Он отражает лишь
долю истины и в то же время значительную долю реальной дей-
ствительности скрывает.
Этот миф показывает, как многие американские предприя-
тия и многие американские бизнесмены воспринимают сами се-
бя и как они воспринимаются другими. Бизнес заинтересован
главным образом в извлечении прибыли. Чтобы получать при-
быль, он производит товары или предоставляет услуги, занима-
ется куплей и продажей. Однако, согласно названному мифу,
предприятия и люди в мире бизнеса не демонстрируют явной
приверженности проблемам морали. Они не являются неэтич-
ными или безнравственными', они, скорее, аморальны в той ме-
ре, в какой считают, что моральные соображения в бизнесе не-
уместны. В конце концов, бизнес - это бизнес. Они против мора-
лизирования. Они не хотят, чтобы моралисты читали им пропо-
веди, и они изо всех сил избегают осуждать даже своих самых
лютых конкурентов. Язык этики, продолжает миф, просто не
является языком бизнеса.
Большинство участников бизнеса не поступают безнравствен-
но или злонамеренно. И в своей частной жизни, и в деловой они
считают себя людьми нравственными. Они просто полагают, что
не дело бизнеса заботиться о морали. Даже в тех случаях, когда
фирма руководствуется в своей деятельности нравственными
принципами, она редко хвастает своей приверженностью мо-
ральным ценностям или публично изображает свою деятель-
ность как нравственную. В этом отношении пример с компанией
«Джонсон энд Джонсон» типичен, хотя средства массовой ин-
формации изображали его как образцовый и поучительный.
Один из интересных вариантов названного мифа заключается
в том, что, поскольку многие фирмы не демонстрируют явной
приверженности нравственным принципам, некоторые из них
действуют безнравственно. Вспомните многие грязные сканда-
лы, о которых кричат газетные заголовки, — репортажи о подку-
20
пе, о предоставлении ложных сведений, о злоупотреблениях
, «белых воротничков», о незаконной практике выплаты «благо-
дарностей», о не гарантирующих безопасность изделиях, о прак-
тикуемых «инсайдерами», располагающими внутрифирменной
информацией, манипуляциях рынками. 80-е годы изобилуют
подобными примерами, как, скажем, с фирмами Майкла Милке-
на и Айвена Боски1, которые продемонстрировали, как не следу-
ет действовать, в отличие от «Джонсон энд Джонсон», наглядно
показавшей, как надо правильно поступать. Вспомните также об
отсутствии у бизнеса заботы о сохранности окружающей среды,
о расположенных на принадлежащей предприятиям территории
поселках, когда местный завод закрывается, и вообще о благе на-
селения в целом. Согласно указанному мифу, фирмы действуют
безнравственно не из желания совершать зло, а просто в силу то-
го, что они стремятся извлекать прибыль и поэтому игнорируют
какие-то последствия своей деятельности.
Миф об аморальности бизнеса выражает не только восприя-
тие бизнеса многими людьми как в самом бизнесе, так и вне его,
но также и представление о бизнесе, которого люди хотели бы
придерживаться. Гораздо легче иметь дело с долларами и цента-
ми, чем с ценностными принципами. Гораздо удобнее рассмат-
ривать проблему в свете бухгалтерского итога, который показы-
вает прибыль или убыток. Легче для участников бизнеса, да и
неучастников тоже, судить о фирме по ее финансовым показате-
лям или по ее продукции. Бухгалтерский итог - это то, что забо-
тит инвесторов и непосредственно влияет на положение рабочих
компаний. А то, что заботит большинство потребителей, — это
конечный продукт.
Как и в случае с большинством народных мифов, миф об амо-
ральности бизнеса отражает весьма распространенную истину.
Тем не менее он также многое скрывает из реальной действи-
тельности. Настоящая книга и общий предмет этики бизнеса
рассматривают как раз то, что долгое время скрывалось или иг-
норировалось и что лишь недавно стало предметом открытого
обсуждения и объектом практических мер. Время от времени
скандалы, обостряющиеся проблемы окружающей среды, про-
' См.: James В. Stewart. Scenes from a Scandal: The Secret World of Michael Milken
and Ivan Boesky//Wall Street Journal, October 2,1991, p. Bl; Karen W. Arenson.
How Wall Street Bred Ivan Boesky//New York Times, November 26,1986, p. 8F.
21
блемы энергетики способствовали выявлению реальных фак-
тов, однако это не приводило к возникновению мифа о морально-
сти бизнеса. Несмотря на некоторый прогресс в создании бизне-
сом кодексов нравственности или распространении учебных
программ по этике, большинство людей еще не верит в то, что
бизнес сделал этическое поведение своей главной заботой и важ-
нейшим элементом своих деловых решений.
В чем же заключается сокрытая от публики реальная дейст-
вительность? Какова подлинная, постоянно выявляющаяся
связь между этикой и бизнесом? Каковы свидетельства ее воз-
никновения?
Обратимся сначала к последнему вопросу. О крушении мифа об
аморальности бизнеса свидетельствуют три очевидных явления:
репортажи о скандалах и реакция публики на эти сообщения; фор-
мирование массовых движений вроде движений защитников ок-
ружающей среды и интересов потребителей; тревога самого бизне-
са, проявившаяся на конференциях его представителей, в жур-
нальных и газетных статьях, в возникновении множества кодек-
сов этического поведения и учебных программ по этике.
Каким образом репортажи о скандалах в сфере бизнеса и мас-
совая реакция на них подтверждают тезис о крушении данного
мифа? Посмотрим, что следует из этого мифа, если принимать
его всерьез. Если верно, что бизнес считают аморальным, что
никто не требует от него поведения, основанного на нравствен-
ных принципах, что все полагают, будто он может делать все,
что угодно, для увеличения своей прибыли, то в таком случае не
было бы никакого переполоха, никакого шока или бурного воз-
мущения по поводу того, что бизнес действует безнравственно.
Раскрытие подкупа и взяточничества не представляло бы собой
сенсации. Разоблачения, касающиеся выпуска в продажу опас-
ных для потребителей изделий и злоупотреблений «белых во-
ротничков», выглядели бы рутинным делом - ожидаемым и бе-
зобидным. Тот факт, что такие явления действительно стано-
вятся сенсацией, что они действительно вызывают обществен-
ную реакцию, что они действительно наносят ущерб имиджу
компании и что они действительно порождают скандалы, слу-
жит свидетельством того, что миф об аморальности бизнеса от-
нюдь не признается всеми беспрекословно.
Предание гласности скрывавшихся прежде фактов говорит о
том, что неправда, будто ничего не меняется. В наше время все
больше людей требует от компаний, чтобы они в своей деятель-
22
ности придерживались правил морали, по крайней мере в опре-
деленных случаях и в определенных пределах. Теперь уже не-
правда, что все сходит с рук (хотя наш миф вовсе не утверждает,
что все сходит с рук, некоторые его разновидности подразумева-
ют именно это). Современные реакции людей на поведение биз-
неса дают основания полагать, что хотя миф о его аморальности
отражает действительное положение вещей, но многие все же
ёчитают, что практика бизнеса должна быть иной, т.е. что пове-
дение бизнеса должно быть нравственным. По меньшей мере две
группы людей - защитники окружающей среды и консьюмери-
сты - четко излагают свои требования и пытаются заставить
предприятия признать существование иных ценностей, помимо
тех, которые сводятся к объему продаж и к статьям балансового
отчета. Поднимаемые этими группами проблемы формулируют-
ся ими не на языке долларов и центов, а на языке других ценно-
стей, например красота ландшафта, сохранение определенных
видов животных и рыб, право людей на надлежащую информа-
цию о качестве покупаемых ими товаров. Эти требования содер-
жат совершенно новые нравственные основания, которые за-
ставляют фирмы, даже отрицательно реагирующие на движе-
ния защитников окружающей среды и интересов потребителей,
внимательно относиться к требованиям, выдвигаемым этими и
другими группами. Если бы все дело сводилось к мифу об амо-
ральности бизнеса, движения «зеленых» и консьюмеристов не
имели бы смысла и бизнес не стал бы на них реагировать. Имен-
но потому, что эти движения имеют значение, и потому, что биз-
нес на них реагирует, рассматриваемый нами миф представляет
собой лишь часть проблемы.
Реакция бизнеса на указанные массовые движения была
весьма энергичной. В одних случаях она принимала форму вы-
ражения недовольства и растерянности. Некоторые фирмы пы-
тались игнорировать требования, выдвигавшиеся от имени сто-
ронников защиты окружающей среды и защитников интересов
потребителей, от имени поборников нравственных принципов в
бизнесе, и действовали в соответствии с мифом об аморальности
бизнеса. Другие фирмы сочли, что игнорирование этих требова-
ний ни к чему не приведет. Еще одна форма реакции заключа-
лась в том, чтобы организовать совет представителей бизнеса,
обменяться мнениями относительно необычайных трудностей,
связанных с тем, как реагировать на все возрастающие требова-
ния публики. Результатом явилось поразительное множество
23
конференций, собраний, симпозиумов, которые организовыва-
лись самими бизнесменами или в которых они участвовали. Те-
мой этих встреч чаще всего служили проблемы ценностей, про-
блемы этики бизнеса, способов осуществления того, что получи-
ло название социальное аудиторство, под которым понимается
инспектирование социального поведения фирм. Структуры биз-
неса не приспособлены к тому, чтобы иметь дело с проблемами
ценностей и нравственности, а менеджеров этому обычно не
учили в школах бизнеса. Опыт хозяйствования еще меньше на-
страивал их заниматься такими проблемами. Вот почему мно-
гие фирмы столкнулись с новой дилеммой. Они теперь начина-
ют понимать, что необходимо реагировать на требования, свя-
занные с социальными ценностями, что необходимо в своих рас-
четах учитывать также и нравственные принципы, но они не
знают, как это делать. Тем не менее все эти конференции, собра-
ния, новые кодексы этики бизнеса и появление так называемых
уполномоченных по корпоративной этике свидетельствуют о
том, что миф об аморальности бизнеса медленно рассеивается.
Система ценностей американского бизнеса
Миф об аморальности бизнеса отчасти отражает, а отчасти
игнорирует тот факт, что американский бизнес является орга-
ническим элементом американского общества и разделяет его
ценности1. Миф этот концентрирует внимание на грубом инди-
видуализме, составляющем основу принципа свободного пред-
принимательства в бизнесе, на негативных аспектах конкурен-
ции и на прагматизме, присущем американскому отношению к
абстракциям. Он признает, что свобода необходима для систе-
мы. Но водораздел между свободой и злоупотреблением ею не
всегда четко очерчен.
Американскую экономическую систему часто называют сис-
темой свободного предпринимательства. Американский бизнес
утверждает, что, в отличие от социализма, в нем отсутствует го-
сударственная собственность и что он свободен от государствен-
ного контроля. Он, конечно, не свободен полностью ни от
1 Другую характеристику системы ценностей американского бизнеса см. в:
Gerald F. Cavanagh. American Business Values, 3rd ed. (Upper Saddle River,
N.J.: Prentice Hall, 1990).
24
правительственного вмешательства, ни от правительственной
поддержки и защиты. Однако свобода - это действительно цен-
ность, которая образует важную основу экономической деятель-
ности в Соединенных Штатах.
Положительная сторона свободы в американском бизнесе за-
ключается в том, что она распространяется не только на вла-
дельцев и менеджеров фирм, но также и на наемных работников
и потребителей. Те, кто защищает от критики систему свободно-
го предпринимательства, обычно подчеркивают значение инди-
видуальной свободы, которая отсутствует в экономических сис-
темах, где действуют планирование, директивы, государствен-
ная собственность и государственный контроль. Аргументы в
защиту свободного предпринимательства усиленно подчеркива-
ют здравый смысл, интеллект и ответственность людей, осуще-
ствляющих свою деятельность в рамках этой экономической си-
стемы. Ценностное значение свободного предпринимательства
хотя и воспринимается американцами как само собою разумею-
щееся, но отнюдь не всеми осознается как таковое. Эта система
предполагает, что все люди стремятся обеспечить собственное
благосостояние, а каждый человек лучше всех других знает, что
именно ему требуется. Система позволяет всем взрослым прини-
мать собственные решения, придерживаться собственного обра-
за жизни и выбирать - в пределах, ограничиваемых правами ос-
тальных людей, — те ценности, которые они хотят исповедо-
вать. Такая свобода затушевывает общие ценности, исповедуе-
мые большинством людей, и обусловливает широкую терпи-
мость к различиям в образе жизни и в способах деятельности.
Миф об аморальности бизнеса отражает эту терпимость.
Система обусловливает то значение, которое каждый из нас
придает вступлению в сделки по собственной воле, стремлению
добиваться собственной выгоды и удовлетворения своих инди-
видуальных потребностей и желаний. Поскольку мы до извест-
ной степени отличаемся друг от друга по своим желаниям и по-
требностям, все мы обладаем свободным правом использовать
принадлежащие нам ресурсы для получения того, что нам жела-
тельно. Одни расходуют сравнительно больше средств на жили-
ще, другие тратят больше на пищу, третьи расходуют больше на
одежду, транспорт или развлечения.
Возможность поступать свободно повышает социальную и ге-
ографическую мобильность индивидуумов, равно как и мобиль-
ность денег и ресурсов. Право менеджера нанимать и увольнять
25
рабочих сочетается со свободным правом рабочих выбирать свой
род занятий, а в определенных пределах выбирать и нанимате-
ля. Однако свобода несет с собой и риск неудачи, причем она, эта
свобода, часто более благоприятствует предприятию, чем инди-
видуальному работнику или человеку, ищущему работу.
Люди, вступающие на рынок, совершают сделки, преследуя
собственную выгоду. Сама система сулит возможность производ-
ства товаров в большом изобилии, удовлетворения потребностей
и желаний людей и обеспечения им более высокого уровня жиз-
ни, чем тот, который когда-либо прежде представлялся реаль-
ным. Хотя свобода служит стержнем свободного предпринима-
тельства, не следует, однако, недооценивать роль прибыли, денег
и товаров. Система свободного предпринимательства делает
ставку на прибыль, ибо именно ради получения прибыли и созда-
ются предприятия. В одном ряду со стремлением к извлечению
прибыли стоят и желание приобретать товары, и тяга к такому
образу жизни, который можно создать с помощью денег. Стрем-
ление обеспечить себе высокий уровень жизни и значение, при-
даваемое такому уровню жизни, не присущи исключительно об-
ществу, где господствует система свободного предприниматель-
ства, но они составляют главные свойственные именно ему цен-
ности. Эти принципы не обязательно делают чрезмерный упор на
владение собственностью и на материалистические меркантиль-
ные ценности вопреки тому, что приписывают системе свободно-
го предпринимательства ее критики, но тенденция к этому, несо-
мненно, существует. Миф об аморальности бизнеса часто концен-
трирует внимание именно на стремлении к получению прибыли,
а не на свободе выбора путей к достижению собственной выгоды.
Между тем оба эти принципа лежат в основе системы.
Однако характеризовать американскую систему как систему
свободного предпринимательства - значит создать о ней несколь-
ко идеализированное представление, поскольку свобода всегда
существовала в рамках, навязанных политическим строем. В
этом контексте свобода в бизнесе ограничена двумя традицион-
ными ценностями, признающимися в качестве идеалов, а имен-
но принципами справедливости и равных возможностей. Поня-
тие справедливости - это типично американская ценность; дело-
вые операции, сделки должны быть справедливыми. Каждая из
сторон вступает в сделку с целью добиться собственной выгоды,
и каждая этого добивается при условии, что сделка справедли-
вая. Справедливость в свою очередь предполагает существование
26
еще двух ценностей - честности и правдивости тех, кто участву-
ет в сделке. Справедливость, разумеется, не всегда реализуется,
но она существует как идеал. Равным образом действует молча-
ливое допущение, согласно которому талантливые люди, жела-
ющие работать, могут делать карьеру и преуспевать. Идеал рав-
ных возможностей формирует, таким образом, условия, опреде-
ляющие движение реальной действительности.
Конкуренция на всех уровнях приводит в действие систему
свободного предпринимательства. Она также функционирует на
всех уровнях. Законы предложения и спроса регулируют из-
держки производства товаров и распределение ресурсов. Потре-
бители своими долларами голосуют за подходящие им товары,
выбирая из конкурирующих сортов и фабричных марок. Суще-
ствует конкуренция между производителями товаров, веду-
щими борьбу за подбор рабочих; существует конкуренция меж-
ду рабочими за лучшую работу, за более высокую заработную
плату, за более быстрое продвижение по квалификационным
разрядам. Миф об аморальном бизнесе предполагает, что конку-
ренция является не только жестокой, но и убийственной. В дей-
ствительности конкуренция несет с собой и выгоды и издержки,
и иногда, хотя и не всегда, она безжалостна.
Несмотря на то что все рассчитывают извлечь выгоду из сис-
темы, неравенство представляет собой ее врожденное свойство.
Одни побеждают в конкуренции, у других дела идут неважно.
Богатство выступает как притягательный стимул, побуждаю-
щий людей развивать свои творческие производительные спо-
собности, но разный уровень вознаграждения образует органи-
ческую часть системы. Однако существует также и вознаграж-
дение за риск; для тех, кто берет на себя наибольший риск, от-
крывается перспектива получения самого большого вознаграж-
дения, но для них не исключена также и возможность неудачи.
Сама система не предотвращает неудачи, она предполагает их
неизбежность. Конкуренция выбраковывает слабых и менее
производительных, сверхосторожных и менее ловких.
Две другие ценности американской системы бизнеса - это
прагматизм и эффективность. Прагматизм оценивает действи-
тельность по результатам практической деятельности. Прагма-
тический принцип американцев подчеркивает превосходство
практического над теоретическим; они не верят в абстракции и
постоянно стремятся выявить результаты. Прагматизм хорошо
согласуется с принципом эффективности, с ценностью, которая
27
отождествляется с американским бизнесом и которая в нем во-
площается. Честная конкуренция вознаграждает самых эффек-
тивных, а именно тех, кто способен производить, причем по бо-
лее низким ценам, товары, качество которых равно или выше
качества товаров конкурента. По мере того, как машины умно-
жают производительность человеческого труда, и по мере того,
как микрочипы с интегральными схемами заменяют машины,
становится возможным ускорять производство товаров более вы-
сокого качества, причем часто с меньшими издержками. Эффек-
тивность позволяет предприятиям увеличивать производствен-
ную мощность и получать наибольшую отдачу от затраченной
энергии. Эффективность машинного производства, технический
прогресс, гений американской организации и изобретательность
позволили американцам создать то богатство и достигнуть того
уровня жизни, какими мы теперь коллективно пользуемся.
Те, кто верит в миф об аморальности бизнеса, склонны не за-
мечать некоторые пороки американской экономической систе-
мы. Недостаточно ограничиваемая свобода поведения на рынке
искушает кое-кого добиваться собственных целей в ущерб инте-
ресам других. Алчность часто ослепляет людей и заставляет их
забывать о принципах справедливости. Многие поддаются иску-
шению получить выгоду любыми средствами, честными или
бесчестными. Нам известна история «баронов-грабителей»1, ис-
тории многих обладателей власти и богатства, которые эксплуа-
тировали людей, лишенных и власти и богатства. Нам известно
также, что множество совершаемых людьми сделок не являют-
ся ни честными, ни свободными, а заключаются вынужденно и
в результате недобросовестных манипуляций. Более того, кон-
куренция отбрасывает в разряд отстающих тех, кто неспособен
конкурировать, а также тех, кого постигла неудача. Как о них
проявить заботу?
Некоторые комментаторы характеризуют американскую си-
стему как материалистическую и недостаточно нравственную.
Они утверждают, что богатство Америки подорвало трудолюбие
и бережливость, проповедуемые протестантской этикой труда, и
заменило их расточительностью и жаждой легкой жизни. Обо-
' «Бароны-грабители» - это принятое в США обозначение крупных предприни-
мателей второй половины XIX в., стремительно создавших себе гигантские
состояния. - Прим, перев.
28
ротной стороной эффективности и быстрого развития выступа-
ют необузданность и потери, порождаемые запрограммирован-
ными расчетами на краткий срок жизни производимой продук-
ции. Продукция изготовляется не для долговечного использова-
ния, поскольку в этом случае окажется сниженной производи-
тельность. Краткосрочные соображения, отражаемые в квар-
тальных отчетах корпораций, преобладают над долгосрочными.
Присущий американскому обществу оптимизм находит отра-
жение в убеждении, что состояние дел неуклонно будет улуч-
шаться, что достигнутое нами изобилие в обозримом будущем
сохранится и что долгосрочные проблемы найдут свое решение
сами по себе, если мы сосредоточим внимание на краткосроч-
ных. Однако такой оптимизм обходится нам дорого, а «буду-
щее», когда оно наступает, не всегда оказывается таким благо-
получным, как мы надеялись.
Итак, система ценностей американского бизнеса представля-
ет собой смесь положительного и негативного. Следует ли де-
лать ставку больше на свободу, чем на безопасность, или больше
на конкуренцию, чем на равенство? Как поставить предел нега-
тивным аспектам одних ценностей и предотвратить нежелатель-
ные последствия, когда придерживаются других? Претерпевает
ли изменения система ценностей? Не являются ли устаревшими
некоторые ценности, например те, которые основываются на
изобилии? Многие ставят эти вопросы в условиях, когда наше
общество борется с реальными проблемами ограниченности ре-
сурсов, когда расширяются требования как экономического,
так и политического равенства, когда возрастает прессинг ино-
странной конкуренции, когда происходят старение многих на-
ших отраслей производства, загрязнение атмосферы, воды, поч-
вы. Какие ценности морально оправданны? И насколько мо-
рально оправданна сама по себе система свободного предприни-
мательства? А если да, то при каких условиях? Именно эти во-
просы и изучает этика бизнеса.
Соотношение бизнеса и морали
Бизнес и нравственность связаны между собой в ряде важных
направлений, которые игнорируются мифом об аморальности
бизнеса. Некоторые из этих связей очевидны, причем настолько
очевидны, что мы их принимаем как само собой разумеющиеся
и поэтому склонны вовсе их не замечать. Другие связи незамет-
29
ны, настолько мало различимы, что мы их также склонны игно-
рировать. Между тем, очевидные или незаметные, они образуют
часть нашей повседневной жизни и практики. Можно осветить
их, сосредоточить на них внимание и вытащить на поверхность
и таким образом отчетливо представить связь между бизнесом и
моралью. Мы рассмотрим пять аспектов этой связи под следую-
щими рубриками: «Нравственные основы бизнеса», «Фунда-
ментальные основы собственности», «Дело бизнеса - это биз-
нес», «Бизнес и право», «Изменяющийся мандат бизнеса».
Нравственные основы бизнеса
Бизнес образует важный составной элемент современного об-
щества. Так или иначе, все мы в него вовлечены. Все мы покупа-
ем товары, необходимые нам для выживания и жизненных
удобств. Все мы зависим от наличия электрической энергии и
бензина. Мы покупаем продовольствие, одежду и услуги. И лю-
ди нам их поставляют. Промышленники изготовляют изделия,
которые нам необходимы и желательны. Другие люди транспор-
тируют эти изделия в магазины, где уже новые люди продают их
потребителям. Бизнес - это не нечто отделенное от общества или
навязанное ему, нет, это составная часть общества и его жизнеде-
ятельности. Мораль состоит из правил поведения людей и уста-
навливает, что определенные поступки являются неправильны-
ми или безнравственными, а другие - правильными или мораль-
ными. Действия людей можно оценивать с позиции нравственно-
сти. Некоторые поступки, например убийство, считаются без-
нравственными. Другие поступки, такие, как оказание помощи
ближнему, обычно считаются нравственными. А такие поступ-
ки, как связывание чьих-либо ботинок шнурками, являются, по
крайней мере в абстракции, морально безразличными. Они при-
обретают нравственное значение лишь в особых случаях, напри-
мер когда их преднамеренно совершают с целью кому-нибудь до-
садить или причинить вред. Всякое действие можно рассматри-
вать с точки зрения его нравственности. Вот почему трудно по-
нять, что подразумевают люди, когда утверждают, что мораль и
бизнес не сочетаются друг с другом или представляют собой про-
тивоположность .
Поскольку экономическая деятельность - это деятельность
людей, ее можно оценивать с позиции морали точно так же, как
и любой другой вид человеческой деятельности. Связь между
бизнесом и нравственностью даже еще более глубокая. Бизнес,
30
подобно большинству других видов общественной деятельности,
изначально предполагает нравственную основу и был бы без та-
кой основы невозможен. Например, предприниматели ожидают,
что нанимаемые ими работники не будут совершать кражи в их
фирме; сторона, заключающая контракт, рассчитывает, что дру-
гая сторона будет соблюдать его условия; покупатель товара рас-
считывает, что, когда он его распакует у себя дома, тот будет
соответствовать параметрам, обозначенным в рекламе. Люди
ожидают от своих коллег по работе, что они, как правило, станут
говорить правду, уважать работающих рядом, а не грубить им и
добросовестно выполнять ту работу, за которую им платят. В
большинстве случаев эти ожидания оправдываются. Если бы все
участники бизнеса - покупатели, продавцы, производители, ме-
неджеры, рабочие, потребители - действовали безнравственно
или хотя бы аморально (не считаясь с тем, являются ли их дейст-
вия моральными или безнравственными), бизнес вскоре застопо-
рился бы. Нравственность - это и смазочный и цементирующий
материал для общественного механизма, а следовательно, и для
бизнеса. Лишь при наличии общей атмосферы нравственности
аморальность может оказаться не только возможной, но и выгод-
ной. Ложь не имела бы успеха, если бы большинство людей не
были правдивы и склонны доверять другим. Злоупотребление
доверием требует наличия атмосферы доверия. Большинство
предприятий не действуют в духе изречения: «Покупатель, будь
бдителен!» Обычно предприятия дорожат своей репутацией. По-
этому в действительности мы живем отнюдь не в мире «волчье-
го» бизнеса. Такой мир был бы невыносим.
Разумеется, бывает, что люди действуют в бизнесе, как и в
других сферах жизни, безнравственно. Имеются многочислен-
ные случаи обмана, надувательства, манипулирования финан-
совыми отчетами, однако нет никаких доказательств того, что
люди в своей хозяйственной деятельности более безнравствен-
ны, чем в своей личной жизни. Институты бизнеса не более
склонны к безнравственным поступкам, чем институты государ-
ственного управления, семьи, просвещения или религии, точно
так же, как крупные, деперсонифицированные предприятия не
являются более или менее безнравственными, чем мелкие пред-
приятия, составляющие индивидуальную собственность.
Бизнес - это часть общества, а поэтому действия людей,
занимающихся бизнесом, подчинены правилам морали. Это по-
ложение настолько очевидно, что его практически все забыва-
31
ют. Большинство взрослых незачем убеждать в том, что ложь и
воровство - это зло или что убийство - это зло. Они представля-
ют собой зло как в бизнесе, так и вне его. Именно потому, что
обыкновенному человеку незачем говорить, что такие действия
неправомерны, они образуют часть атмосферы, в которой функ-
ционирует бизнес. Иными словами, это посылка, которую при-
знают сами участники бизнеса. Следовательно, тезис, согласно
которому бизнес и нравственность несовместимы, невозможно
убедительно подтвердить. Суть этики бизнеса вовсе не обяза-
тельно заключается в том, чтобы изменять чьи-либо нравствен-
ные убеждения, а в том, чтобы полагаться на них.
Фундаментальные основы собственности
Частная собственность - это краеугольный камень капита-
лизма и системы свободного предпринимательства, а обществен-
ная собственность - это краеугольный камень социалистических
экономических систем. Но что же такое собственность? Что
именно делает собственность частной? По какому праву я назы-
ваю собственность моей? Это не экономические вопросы. Юриди-
чески собственность определяется в терминах права. Если вещь
моя, я имею право ее использовать, уничтожить, продать или за-
щитить от присвоения или использования кем-либо другим.
Между тем права могут быть как нравственными, так и законны-
ми. Поэтому вопрос о собственности можно рассматривать как с
нравственных, так и с правовых позиций. Чтобы что-то произво-
дить, людям необходимо сырье для переработки. Но кому же
принадлежит природа? Британский философ Джон Локк, тео-
рии которого оказали влияние на позиции американских «от-
цов-основателей», утверждал, что каждый человек вправе ис-
пользовать даруемое природой. Любой человек может превра-
тить природные ресурсы в свою собственность, если он способен
их использовать и если другие люди в состоянии получить в свое
распоряжение в таком же объеме и такого же качества ресурсы,
остающиеся для использования ими. Первоначальный раздел
земли является фактом. Одни владеют алмазными месторожде-
ниями, другие - нефтяными залежами, третьи — железорудны-
ми и угольными шахтами. Но какое право имеют некоторые лю-
ди устанавливать свою исключительную собственность на при-
родные ресурсы только потому, что им посчастливилось родить-
ся в стране, где эти ресурсы есть? Имеют ли право одни люди вла-
деть этими ресурсами и приносимым ими богатством, тогда как
32
другие, которым суждено жить на бесплодной, лишенной ресур-
сов земле, обречены на нищету и голодную смерть? Можно ли с
полным основанием утверждать, что мировые ресурсы должны
служить на благо всех людей земли, а не только на пользу удач-
ливого меньшинства? Развивающиеся страны мира задают эти
вопросы американцам. Восемь процентов населения земли ис-
пользуют 40% ее природных ресурсов, а остальные 92% спраши-
вают,, какое право они имеют так поступать.
Аналогичные вопросы поднимаются и внутри США. Можно
ли оправдать богатство и роскошь немногих, когда множество
других живет в нищете? Можно ли оправдать людей, которые
утверждают, что нельзя требовать передачи богатства тех, кто
им владеет, тем, кто его не имеет. В Соединенных Штатах такое
перемещение богатства осуществляется главным образом с по-
мощью налоговой системы. Следовательно, налогообложение -
это способ перемещения собственности, а именно денег, от одно-
го лица или от одной группы лиц другому лицу или другой груп-
пе лиц. По какому праву это делается? Ответ требует не только
юридической аргументации, но также и нравственных аргумен-
тов и доводов.
Дело бизнеса - это бизнес
Знаменитое расхожее выражение гласит, что «бизнес бизне-
са - это бизнес». Дело бизнеса - это отнюдь не государственное
управление, не благотворительность, не социальное обеспече-
ние и, конечно же, как следует из приведенного выражения, не
защита морали. Но в чем же смысл утверждения, что «дело биз-
неса - это бизнес»? Кто может определить, каков его смысл?
Чтобы получить более полное представление по этому вопросу,
следует заглянуть за пределы собственного общества. При этом
мы обнаружим, что то, что принято считать бизнесом и кругом
его задач, в разных обществах оказывается разным. В Японии
крупные корпорации считают своей задачей не только произ-
водство товаров, но и заботу о работниках фирмы - фактически
гарантирование им пожизненной занятости. Следовательно, па-
тернализм составляет органическую часть обязанностей бизнеса
в Японии, что отличает его от американского бизнеса. В бывшем
Советском Союзе частная собственность на средства производст-
ва, т.е. на фирмы и заводы, была запрещена законом. Тем не ме-
нее в России существовали заводы, офисы, магазины и товары.
Но бизнес там представлял собой дело государственное, а не ча-
33
стное. Таким образом, содержание бизнеса в разных обществах
разное. Определение бизнеса как такового и круга присущих
ему функций - это вопрос общественный, вопрос, ответ на кото-
рый следует искать в социальном контексте.
В Соединенных Штатах долг бизнеса первоначально пред-
ставлялся весьма простым. Люди хотели, чтобы товары были в
изобилии, чтобы они были возможно более высокого качества и
возможно более дешевые. Тем, кто желал их производить, была
предоставлена относительная свобода рук в условиях конкурен-
ции. По мере возникновения проблем законом устанавливались
определенные правила. Эти законы регулировали условия тру-
да, защищали детей, предотвращали монополистическую прак-
тику, обеспечивали охрану окружающей среды. Вводимые пра-
вила часто выражали моральные принципы американского на-
рода. Круг обязанностей бизнеса определялся и определяется
теперь народом каждой страны. Вопрос о том, какие применяе-
мые бизнесом методы допустимы или недопустимы, не предо-
пределен навечно, так же как и принципиальные оценки того,
что приемлемо или неприемлемо для данного общества. До изве-
стной степени и предоставляемый бизнесу мандат также уста-
навливает границы свойственной ему деятельности и тех мето-
дов деятельности, какие социально недопустимы. Эти границы
устанавливаются не самим бизнесом и не теми, кто ведет бизнес,
хотя кое-кто из последних действует так, будто именно он их оп-
ределил. Установленные бизнесу пределы и предъявляемые ему
обществом требования часто носят нравственный характер.
Фирма может не принимать во внимание моральные требования
индивидуума, но едва ли она может игнорировать нравственные
требования всего общества, поскольку она одновременно и со-
ставляет часть этого общества, и находится в зависимости от не-
го, хотя и обслуживает общество.
Появляется все больше свидетельств тому, что мандат бизне-
са в США претерпевает изменения и что от фирм все настоятель-
нее требуют, чтобы они в своей деятельности руководствовались
не только финансовыми мотивами. По существу то, что образу-
ет круг обязанностей бизнеса, уже само по себе представляет
нравственный выбор, выбор, сделанный обществом и им реали-
зуемый на практике. Поскольку бизнес составляет часть обще-
ства, он вполне правомерно принимает участие в общественном
определении круга обязанностей самого бизнеса. Но чтобы его
участие в этом было эффективным, он должен быть способен
34
вступить в строящуюся на принципах морали общественную
дискуссию, в ходе которой обсуждается его собственное буду-
щее. Курс этики бизнеса помогает уяснить некоторые возникаю-
щие здесь проблемы и предлагает методы эффективного участия
в этой дискуссии.
Бизнес и право
Бизнес - это дело общественное. Его мандат и границы дея-
тельности устанавливаются обществом. Эти границы часто яв-
ляются нравственными, но так же часто определяются и зако-
ном. История развития бизнеса в Америке весьма интересна, не
менее интересна и история отношений между бизнесом и мора-
лью, между бизнесом и законом. На заре истории США боль-
шинство американских предприятий были мелкими. Влияние
протестантской этики труда было велико; она создавала и моти-
вацию, и оправдание для деятельности бизнесмена. Согласно
этическим принципам протестантства, доброго и трудолюбивого
Бог одарит богатством, а ленивый и неумелый будет жить в нуж-
де. Стойкий индивидуализм выступал и как органический эле-
мент этики труда, и как вечная моральная ценность.
В современном обществе этика труда претерпела известные
изменения. Посредством благотворительности общество пыта-
ется проявить заботу о какой-то части бедных и нуждающихся.
Большинство мелких предприятий уступило место гигантским
корпорациям. Крупные фирмы составляют собственность дер-
жателей акций, управляются они менеджерами, которые полу-
чают жалованье, причем весьма щедрое. Чувство частной собст-
венности уже не присуще тем, кто управляет предприятием, а
старинные добродетели также теперь не в чести. Наемные мене-
джеры осуществляют управление деятельностью компаний не
для себя лично, а для акционеров. Они управляют компанией не
обязательно так, как считают нужным, а до известной степени
так, как их к этому обязывают. Они подчинены совету директо-
ров. Они не могут навязывать политике компании свои собст-
венные принципы морали, а поэтому должны управлять фир-
мой, придерживаясь некоей нейтральной позиции.
Отделение управления от собственности произошло в то же са-
мое время, когда резко усилилось законодательство, регулирую-
щее экономические процессы. Вполне естественно, что в резуль-
тате люди, управляющие фирмами, прониклись сознанием того,
что общество и акционеры требуют от них прежде всего соблюде-
35
ния законов. Если они соблюдают законы, они тем самым выпол-
няют свой общественный долг. Соответственно, они начали по-
нимать, что нравственность приобретает личностный характер,
что разные индивидуумы и разные группы могут придерживать-
ся разных принципов морали и что от управляющих предприя-
тиями и от самих предприятий можно требовать только одного, а
именно соблюдения законов. Закон запрещает воровство, обязы-
вает выполнять контракты, устанавливает определенные грани-
цы для рекламы и укрепляет многие нормы нравственности.
Отождествление требований, предъявляемых к бизнесу, с требо-
ваниями закона стало очень удобной и легкой для соблюдения
нормой. Оно сделало предельно ясным долг человека и четко оп-
ределило, с чем именно он должен считаться в своей деятельнос-
ти. Оно обеспечивало весьма подходящее логическое обоснова-
ние для уклонения от требований морали и для следования обра-
зу жизни, созвучному мифу об аморальности бизнеса.
Эта точка зрения несколько ослабляет анализ связи между
правом и нравственностью1.
• Многие законы запрещают безнравственные виды деятель-
ности; безнравственная деятельность - это преимуществен-
но социально пагубная деятельность. Некоторые поступки,
как, например, убийство, воровство и лжесвидетельство,
столь пагубны, что их моральное осуждение подкрепляется
установленными законом наказаниями. Отсюда один из ар-
гументов в пользу принятия закона заключается в том, что
поведение, подлежащее преследованию законом, является
безнравственным и очень вредным для общества. Напри-
мер, дискриминация считалась безнравственной еще до то-
го, как она была запрещена законом.
• Право в основном носит статичный характер. Существует
лаг между моментом обнаружения обществом вредности
применяемой практики и разработкой и принятием зако-
нодательства, объявляющего эту практику незаконной.
' О связи между этикой и правом см.: David Lyons. Ethics and the Rule of Law
(Cambridge: Cambridge University Press, 1984). Великолепное исследование отно-
шения корпорации к праву и этике см. в переизданной кн.: Christopher D. Stone.
Where the Law Ends (Prospect Heights, Ill.: Waveland Press, 1991, reissue).
36
• Не все законы морально оправданны. Примером могут слу-
жить законы, предписывающие применение расовой сегре-
гации и дискриминации. Соблюдать такие законы, практи-
куя дискриминацию, фактически означает поступать амо-
рально. Опасно отождествлять право с тем, как следует мо-
рально, а также легально действовать, поскольку это меша-
ет возможности с нравственной точки зрения доказывать
либо необходимость принятия нового закона, либо необхо-
димость отмены плохого закона.
• Не все, что аморально, можно объявлять незаконным. Если,
например, лгать безнравственно, то это не значит, что нуж-
но принять закон, запрещающий всякое вранье. Такой за-
кон просто оказался бы невыполнимым, широко приме-
нять его не стоило бы и пытаться. И все же отсюда не следу-
ет, что бизнесмены - даже те из них, кто утверждает, что
руководствуется только законом, — вправе, когда им это
заблагорассудится, лгать либо сотрудникам собственной
компании, либо тем, с кем они ведут дела. В большинстве
случаев это считалось бы и плохой манерой вести дело, и
аморальным поведением.
Когда прибегают к закону как к единственной норме, с помо-
щью которой управляют предприятием, это отчасти служит от-
ражением того факта, что большинство менеджеров не знают,
как применять в бизнесе многие нравственные принципы. По-
скольку они отождествляют мораль с собственным мнением,
им, конечно, трудно отстаивать свои нравственные суждения в
объективном свете. Чтобы реализовать моральные ценности и
нравственные принципы в бизнесе, необходимо правильное вос-
приятие места морали в обществе и владение методами обосно-
вания нравственных аргументов. Одной из задач курса деловой
этики и является обучение всему этому.
Меняющееся назначение бизнеса
Общественное назначение бизнеса определяется не только за-
коном. Общий мандат на обеспечение изобилия высококачест-
венных товаров по дешевым ценам фактически также представ-
ляет собой общественный мандат. Этот мандат порожден по-
требностью всего общества и реализуется на многих направле-
37
ниях. Сегодня мандат бизнеса более сложен. Основанные на нем
требования исходят из многих сфер. На одни требования фирмы
реагируют положительно, на другие - отрицательно. Зачастую
они не знают, как расценить противоречивые требования. (Мы
уже отмечали, что часть фирм признает только требования, пре-
дусмотренные законом.) Некоторые компании предпочитают
уклоняться в своей деятельности от соблюдения моральных
принципов.
Формальное следование закону наряду с отказом придержи-
ваться принципов морали часто не является ни выражением
злой воли, ни желанием поступать безнравственно. Нередко оно
объясняется скорее отсутствием внутрифирменных структур
для рассмотрения и оценки вместе с финансовыми также и мо-
ральных позиций компании; оно отражает одновременно и от-
сутствие веры в способность менеджеров и персонала фирмы
участвовать в публичном обсуждении нравственных принци-
пов. Даже фирмы, являющиеся примером с точки зрения следо-
вания морали, неохотно отстаивают свои позиции ссылками на
нравственные принципы.
Отчасти это еще одно отражение мифа об аморальности биз-
неса. Некоторые считают, что экономическая система свободна
от соблюдения нравственных ценностей, что каждый ее участ-
ник стремится лишь к достижению собственной выгоды, а поку-
патели и продавцы заключают взаимовыгодные сделки. Рынок,
таким образом, представляет собой нейтральное поле для совме-
стной деятельности, а общее благо достигается без чьих-либо
преднамеренных действий. Эта точка зрения, представляющая
собой упрощенную форму встречающейся иногда характеристи-
ки системы свободного предпринимательства, в неверном свете
изображает функционирование любой экономической системы.
И совершенно очевидно, что она даже еще менее верна для ха-
рактеристики экономической системы сегодняшней Америки,
чем Америки XIX в.
И США и весь мир пришли к убеждению, что существующие
природные ресурсы ограниченны, что индустриализация была
куплена большой ценой и что экосистема отличается такой
хрупкостью, при которой каждое вносимое нами в нее измене-
ние влечет за собой другие, иногда пагубные изменения, какие
мы и не имели в виду. В результате мы теперь коллективно осо-
знали, что многие из наших действий обусловлены ценностны-
ми суждениями. Например, нужно ли нам иметь больше элект-
38
роэнергии? А если так, то готовы ли мы идти на риск, связан-
ный с эксплуатацией ядерных реакторов? Мы знаем, что, когда
нефти не хватает, необходимо иногда делать выбор между бен-
зином для наших автомобилей и топливом для обогрева наших
жилищ. Если мы хотим иметь мощные вооруженные силы, это-
го достичь невозможно без мобилизации необходимых для их
содержания денег - с помощью налогов.
Люди, занятые в бизнесе, уже не могут действовать по своему
усмотрению. Правительственные правила, решения, указания
регулируют рыночные процессы. Кроме того, корпорациям ре-
комендуют, а иногда и приказывают принимать в расчет влия-
ние их решений и действий на окружающую среду, на население
и на благополучие общества. Воздух и вода - это ресурсы, кото-
рыми уже нельзя пользоваться безоглядно. Сегодня ни один
промышленник не может уклоняться от соблюдения условий бе-
зопасности труда рабочих или игнорировать безопасность своих
изделий для потребителей. Однако большинство предприятий
не приспособлено к тому, чтобы учитывать требования морали
или измерять нравственные ценности в денежном выражении.
А как они могут этого достигнуть? Для этого им необходимо оп-
ределить, какие структуры повышают моральную ответствен-
ность и помогают оценить нравственные и иные ценности, т.е.
изучить темы, которые по праву составляют предмет курса эти-
ки бизнеса.
Деловая этика и нравственность
До сих пор мы только упоминали термин «деловая этика», но
подробно еще не разбирались в том, что именно он означает. Этот
термин употребляется в нескольких разных смыслах, но мы
здесь рассмотрим лишь два из них. Первый - это деловая этика
как движение, и второй - это деловая этика как составной эле-
мент общей сферы нравственности.
Деловая этика как движение
Этика всегда являлась частью бизнеса, и разговор об этике в
бизнесе отнюдь не нов и ничем не отличается от разговора об
этике в любой другой области человеческой деятельности. Тем
не менее можно рассматривать движение за деловую этику как
относительно новое явление. В период до 1960 г. происходили
некоторые дискуссии об этике бизнеса, например о праве рабо-
чих на справедливую заработную плату и на достойные условия
39
найма, о правде в рекламе и о честности в деловых сделках. В
60-х годах в США наблюдался подъем в обсуждении социаль-
ных проблем в бизнесе. В 60-е годы мир явился свидетелем воз-
никновения контркультуры, раздиравшей общество войны во
Вьетнаме, обострения проблем экологии, загрязнения окружа-
ющей среды, ядерных и токсических отходов, развернувшегося
движения протеста против так называемого военно-промыш-
ленного комплекса. Ко всем этим событиям присоединилось за-
рождение «консьюмеризма» и усиление мощи движения в за-
щиту интересов потребителей. Бизнес подвергся атаке за отсут-
ствие социальной ответственности и за нанесение обществу вре-
да множеством способов. Школы бизнеса ответили на это введе-
нием учебных курсов по социальным проблемам, содержавших
анализ выдвинутых обвинений против бизнеса и возможных
способов реагирования на них, а также методов исправления
имеющихся недостатков. Вначале бизнес реагировал с оборони-
тельных позиций, а затем предпринял меры для противодейст-
вия нападкам путем осуществления необходимых изменений.
В 70-е годы наблюдался подъем движения за деловую этику.
К требованиям студенческих групп и движения в защиту инте-
ресов потребителей присоединились более широкие круги насе-
ления. Бизнес вначале реагировал на растущую общественную
тревогу проведением конференций, организуемых различными
группами вроде Национальной торговой палаты. В свою оче-
редь, и университеты созывали конференции, в которых прини-
мали участие представители делового мира и преподаватели
школ бизнеса, философских и религиозных факультетов, юри-
дических школ и другие специалисты. Термин этика бизнеса
был принят по образцу термина врачебная этика, введенного
примерно за десятилетие до этого людьми, занимавшимися ис-
следованием нравственных проблем в медицине. Миф об амо-
ральности бизнеса все еще был широко распространен, и многие
рассматривали само понятие «этика бизнеса» как противоречие
в терминах. Тем не менее учебные программы по этой теме по-
степенно внедрялись, писались учебники, создавались профес-
сиональные общества и журналы, а в колледжах и университе-
тах вводились специальные курсы по этому предмету. Продол-
жалось взаимодействие между специалистами в этой области и
деловыми людьми и общественными группами. Средства массо-
вой информации обратили на нее внимание, а отдельные компа-
нии предприняли пробные шаги по созданию кодексов этичес-
40
кого поведения корпораций, начали принимать внутрифирмен-
ные этические правила и вообще стали все более остро реагиро-
вать на обвинения в аморальном поведении.
К 80-м годам деятельность в сфере деловой этики приобрела
такие значительные масштабы, что ее уже можно было назвать
движением1. К концу 80-х существенно возросло количество тех
из публикуемого журналом «Форчун» списка 500 крупнейших
компаний, которые приняли кодексы этического поведения, от-
крыли «горячие линии» по приему от персонала жалоб, связан-
ных с проблемами нравственности, создали на уровне совета ди-
ректоров специальные комитеты по этике или ввели в практику
учебные программы по соблюдению этических норм. К началу
90-х годов правительство также занялось этой проблемой. Ряд
судей уже стали обязывать вводить у себя учебные программы
по соблюдению этики те компании, которые имеют контракты с
федеральными ведомствами и были уличены в обмане этих ве-
домств или в предъявлении им завышенных данных о произве-
денных затратах.
В 1991 г. конгресс США издал Федеральное уложение о нака-
заниях (Federal Sentencing Guidelines), действие которого рас-
пространяется на корпорации, признанные виновными в нару-
шении целого ряда законов. Важное значение имел раздел Уло-
жения, предоставлявший компаниям возможность сократить
наложенные на них штрафы, если они смогут доказать, что при-
няли меры для осуществления «эффективной программы выяв-
ления и предупреждения нарушений закона»2.
Такая программа должна была включать введение норм и
процедур, которых должны придерживаться работники фирмы;
назначение высокопоставленного чиновника для контроля за
' Подробные сведения об этой деятельности и библиографическую информацию
см. в: Richard Т. De George. The Status of Business Ethics: Past and
Future//Journal of Ethics, 6 (1987), pp. 201—211. Имеются три книги, содер-
жащие библиографию: Donald G. Jones et al. A Bibliography of Business Ethics,
1971 — 1975; 1976—1980; 1981 — 1985, 3 vols. (Charlottesville: University
Press of Virginia, 1977, 1982, 1986). Ряд журналов публикует статьи по этике
бизнеса, а несколько журналов специально посвящены этой теме, иапример:
Journal of Business Ethics, 1, 1982; Business Ethics Quarterly, 1, 1991;
Business and Professional Ethics Journal, 1, 1981.
1 United States Sentencing Commission Guidelines Manual//United States
Sentencing Commission. November 1, 1993, Chapter 8, p. 337.
41
осуществлением программы; принятие мер по оповещению пер-
сонала относительно введенных норм, а также мер по надзору и
контролю за их выполнением; практическое исполнение норм
посредством дисциплинарных механизмов и принятие мер по
изменению программы в случае обнаружения проступков. Хотя
упор в принятом Уложении делался на соблюдение юридичес-
ких норм, оно послужило для многих корпораций толчком к то-
му, чтобы выйти за пределы буквы закона и постараться создать
у себя такой нравственный климат, который бы уменьшил тен-
денции к нарушению закона среди их персонала. Одним из ре-
зультатов этого явилось введение в штат уполномоченных по
корпоративной этике, одной из функций которых был надзор за
осуществлением в корпорациях программ по этике. Деловая
этика таким образом превратилась в составной элемент общей
обстановки в мйре бизнеса.
Следовательно, движение за этику бизнеса представляет со-
бой общественный феномен, имеющий научные, деловые, соци-
альные и правительственные аспекты. В качестве социального
явления его не следует игнорировать. Тем не менее с нравствен-
ной точки зрения это движение носит двойственный характер и
у него имеются свои критики.
Сделало ли это движение предприятия более нравственными?
Ассимилировался ли бизнес с этим движением и не подчинил ли
его своим собственным интересам? Побуждает ли изучение основ
этики бизнеса персонал придерживаться нравственных норм при
оценке деятельности фирмы, на которую он работает, или оно
просто заставляет его не совершать кражи или иные поступки,
наносящие ущерб интересам фирмы? Не привело ли это движе-
ние лишь к признанию корпорациями самих принципов нравст-
венности, но не к изменению их методов деятельности? Это все
кардинальные вопросы, на которые пока еще нет ясных и опре-
деленных ответов1. Тем не менее движение сделало возможным и * 9
1 См.: Kenneth Labich. The New Crisis in Business Ethics//Fortune, 125 (April
20, 1992), pp. 167—176; James M. Gustafson. The Booming Business of
Business Ethics//Business and Society. Review, 81 (Spring 1992), pp. 84—86;
Warner Woodworth. Remoralization of Management//Executive Excellence,
9 (September 1990), pp. 5—7; Richard T. De George. Will Success Spoil
Business Ethics?//Edward Freeman (ed.). Business Ethics: The State of the Art
(New York: Oxford University Press, 1991), pp. 42—56.
42
приемлемым публичную постановку этих вопросов и серьезное
их обсуждение как внутри мира бизнеса, так и вне его. Это уже
само по себе достижение по сравнению с теми условиями, какие
существовали до возникновения этого движения.
Деловая этика как составной элемент нравственности
Деловая этика - это не обособленная этика, которая ограни-
чивает поведение бизнеса таким образом, каким другие виды
индивидуальной и общественной деятельности не ограничены.
Не позволяет она также бизнесу поступать так, как не позволе-
но поступать в других областях жизни. Она образует составную
часть общей концепции нравственности, и только в рамках этой
более широкой дисциплины ее можно правильно понять.
Предмет изучения этики - нравственность. Нравствен-
ность - это термин, употребляемый для характеристики тех
форм поведения и деятельности, которые считаются по суще-
ству правильными и неправильными; он употребляется для
характеристики правил, которыми руководствуются при осу-
ществлении этих форм деятельности, а также для характе-
ристики ценностей, которые внедряются в сознание, обогаща-
ются и реализуются в указанных формах деятельности и пове-
дения. Мораль общества тесно связана с господствующими в нем
нравами или обычаями, признаваемыми обществом в целом или
группой людей в качестве правильных, она связана также с те-
ми действующими в обществе законами, которые вводят юриди-
ческие запреты и санкции на многие виды деятельности, счита-
ющиеся безнравственными. Следовательно, этика предполагает
существование нравственности, а также наличие нравственных
людей, которые в состоянии судить о том, что правильно и что
неправильно, и вообще ведут себя в соответствии с признавае-
мыми ими самими и остальным обществом принципами. Без
признанной системы нравственности не существовало бы ста-
бильного общества, в котором бизнес или любые другие виды по-
зитивной, производительной деятельности могли бы выполнять
свои функции в условиях относительного мира и безопасности.
Общераспространенный нравственный опыт охватывает все
наши моральные убеждения, суждения и ощущения, которые
мы выражаем на языке нравственности. Моральные суждения
включают оценки людей, или поступков, или институтов в каче-
стве хороших или плохих, правильных или неправильных, спра-
ведливых или несправедливых, честных или нечестных и т.д.
43
Они выражают также эмоции, обычно отрицательные эмоции по
поводу неправильных поступков или положительные эмоции по
поводу правильных поступков. Язык нравственности включает
также такие понятия, как одобрение или порицание, стыд и гор-
дость и целый ряд других достоинств и недостатков. Часто язык
морали принимает императивную форму, а иногда форму запре-
тов. В общем, нравственность охватывает все виды человеческой
деятельности, из которых часть морально дозволена, другая -
либо морально обязательна, либо морально недопустима, а еще
одна часть видов деятельности не является нашим долгом и по-
этому особенно похвальна. Последние нередко характеризуются
как нравственные идеалы. Все эти виды деятельности соверша-
ются независимо от того, какое перед нами общество и какие мо-
ральные представления в нем господствуют.
Этику вообще можно определить как систематическое
стремление осмыслить наш индивидуальный и общественный
нравственный опыт таким образом, чтобы установить пра-
вила, которые должны управлять поведением людей, вырабо-
тать ценности, которых стоит придерживаться, а также
чтобы воспитать такие черты характера людей, какие им по-
лезно в себе развивать. Стремление это должно быть постоян-
ным и, следовательно, выходить за пределы того, что думающие
люди склонны делать в своей повседневной жизни, осмысливая
свой нравственный опыт, организовывая его и пытаясь превра-
тить его в логически последовательный и универсальный. Когда
человек воспринимает этику сквозь призму божественного от-
кровения - например, через посредство Библии или религиоз-
ных учений, — речь может идти о теологической или религиоз-
ной этике. Если же трактовать этику, абстрагируясь от открове-
ния и религиозной веры и пользуясь лишь аргументами, бази-
рующимися на рациональных принципах в их приложении к
нерелигиозному опыту людей, можно уже говорить о философ-
ской этике. Поскольку эта дисциплина пытается установить,
каких правил и ценностей должно придерживаться, философ-
скую этику легко отличить от антропологии, психологии и со-
циологии. Последние изображают то, как люди себя ведут, но
они обычно не предписывают, как они должны себя вести. Эти-
ка занимается человеческим поведением, которое здесь означа-
ет человеческую деятельность, осуществляемую сознательно и в
большой степени добровольно. Она не занимается автоматичес-
44
кой'реакцией людей на внешние влияния или, например, дейст-
виями людей во сне или под гипнозом.
Поскольку этика занимается тем, как люди должны посту-
пать, она носит всеобъемлющий характер. При любой системе ме-
тодов практической деятельности, при любых действующих пра-
вилах, при любых совершаемых поступках можно вполне обосно-
ванно задаться вопросом: а этичны ли они? Только потому, что то
или иное считается принятым образом действий, или просто пото-
му, что какая-либо форма деятельности установлена законом,
они вовсе не являются морально оправданными. Некоторые фор-
мы поведения могут быть общепринятыми и все же оставаться
нравственно порочными точно так же, как что-либо может быть
предписано законом, но все же быть нравственно порочным.
Несмотря на то что данное здесь определение этики как дис-
циплины, изучающей нравственность, абсолютно правильно,
сам по себе термин этика употребляется разными людьми во
множестве разных значений. Иногда этика служит синонимом
нравственности-, например, морально правильный поступок на-
зывают этичным. Мы ранее говорили об этике труда, поскольку
это общепринятое выражение, но можно было бы назвать ее и
нравственностью труда. Утвердившиеся в разных профессиях
кодексы морального поведения часто называют этическими ко-
дексами. Хотя, говоря философски, этика бизнеса является раз-
делом общей этики, некоторые люди толкуют выражение этика
бизнеса как означающее нравственность бизнеса. Они его толку-
ют либо описательно, т.е. как мораль, которой фактически при-
держивается бизнес, либо нормативно, как мораль, которой биз-
несу следует придерживаться. Мы здесь не можем предписы-
вать, как употреблять эти термины, но очень полезно знать, что
их употребляют в разном смысле.
Тот, кто занимается этикой как разделом философии, осуще-
ствляет анализ и синтез. Имеется три связанных между собой
стадии исследования этики, которые общеизвестны как описа-
тельная этика, нормативная этика и метаэтика. Эти три стадии
образуют то, что иногда называют общей этикой в отличие от
специальной.
1. Описательная этика тесно связана с антропологией, соци-
ологией, психологией и в большой степени на них и опирается.
• Она охватывает изучение и описание нравственности наро-
да, культуры или общества.
45
• Она сопоставляет и различает разные моральные системы,
кодексы, виды практической деятельности, принципы и
ценности.
• Она дает базисный материал, который нормативная этика
призвана объяснять, и дает также критерий осмысленной
морали народа или общества, с которым нормативная тео-
рия должна более или менее считаться.
Хотя нормативная этика занимает центральное место в пред-
мете этики, она исходит из допущения, что большинство нрав-
ственных правил, норм и ценностей, которых придерживается
общество и которые в деталях рассматривает описательная эти-
ка, оправданно. Однако общество может придерживаться про-
тиворечивых норм, оно способно необоснованно ограничивать
объем своих правил таким образом, чтобы исключить из них
нормы о защите прав рабов, или женщин, или иностранцев; оно
может также декларировать ценности, которых в действитель-
ности не придерживается или которые оно на деле подрывает.
Задача нормативной этики заключается в том, чтобы исправить
эти и другие возможные недостатки общества. Обычно, по мере
того как люди взрослеют, они узнают, какие поступки данное
общество считает правильными, а какие неправильными. Эти
суждения усваиваются настолько прочно, что люди начинают
автоматически или интуитивно осознавать, что такой-то посту-
пок, например сказать правду, правилен, а другой, например
кого-либо убить, неправилен. Однако, когда на людей оказыва-
ют давление, они часто способны обосновать свои суждения о
правильности или неправильности чего-либо лишь ссылками на
то, что они «чувствуют» правоту своих суждений, или на то, что
«все так говорят».
2. Нормативная этика строится на всех тех положениях,
какие выдвигает описательная этика, и пытается представить и
обосновать базирующуюся на ней гармоничную систему нравст-
венности. Она обычно стремится выявить, развить, обосновать
базисный моральный принцип (или принципы) или базисные
моральные ценности нравственной системы, действующей в оп-
ределенном обществе и еще шире и идеальнее - в человеческом
обществе в целом. Задача нормативной этики тройственная:
• Она пытается связать в единое целое различные нормы,
правила и ценности нравственной системы общества. Она
46
\
\ стремится придать им возможно большую последователь-
ность и гармоничность и даже, быть может, выстроить не-
\кую иерархию нравственных норм.
• j Она пытается выявить основополагающие принципы, из
^которых можно вывести специфические нормы морали.
• Юна стремится, используя для этого множество методов,
Обосновать базисный принцип нравственности.
Поскольку нормативная этика представляет собой систем-
ную попытку объяснить и обосновать мораль определенного об-
щества или всего общества в целом, подобные попытки носят на-
звание «этические теории».
Если основополагающий принцип морали достаточно убеди-
телен и действенен, он должен обеспечить возможность для фор-
мирования целой группы совместимых норм, признанных об-
ществом, а также для превращения моральных норм, прежде
лишь подразумевавшихся, в строго определенные. Теория
должна также обеспечить процедурный механизм, с помощью
которого можно было бы примирить противоречащие друг дру-
гу нормы и принимать решения по конкретным случаям их на-
рушения. Теория морали динамически взаимодействует с при-
нятыми в обществе нормами, причем как сама теория, так и
нормы всегда остаются открытыми для корректировки. Теория
морали, диктующая судебные запреты на убийство, воровство,
ложь или совершение других действий, которые общество счи-
тает безнравственными, породила бы к себе вполне обоснован-
ное недоверие. Трудно представить себе, почему общество долж-
но признать или принять на вооружение такую теорию. Вообще
говоря, всякое общество гораздо больше полагается на массу
своих традиционно сложившихся норм нравственности, чем на
какую-либо теорию морали. Возможны, однако, исключения.
Например, общество может подвергнуться обращению в иную
веру и вместе с новой религией принять и проповедуемый ею мо-
ральный кодекс. Но это не является общим правилом.
3. Метаэтика, третий раздел общей этики, тесно связана с
нормативной этикой.
Метаэтика - это изучение нормативной этики, а норматив-
ная и описательная этика в известной степени включают
1 метаэтические исследования. Иногда метаэтику называют
аналитической, этикой, поскольку она занимается анали-
47
зом. Метаэтика имеет дело со значением моральных терми-
нов. Она, например, задается вопросами о том, что в нрав-
ственном смысле означают понятия «добро» и «зло»^ что
означают выражения «моральная ответственность», «Нрав-
ственный долг» и аналогичные им формулы. Значение,
смысл понятий, разумеется, тесно связаны с их лингвисти-
ческим употреблением. Некоторые люди полагают, что
значение понятия идентично такому его употреблению.
Между тем сказать, что означает понятие «добро», — это не
то же самое, что сказать, какие вещи или действия являют-
ся хорошими. Первое обычно считается сферой изучения
метаэтики, второе относится к сфере нормативной этики.
• Метаэтика исследует логику нравственного мышления.
Анализ моральной логики включает объяснение и оценку
постулатов и исследование обоснованности моральных ар-
гументов. Знаменитый и до сих пор полностью не разре-
шенный метаэтический спор касается вопроса о том, мож-
но ли логически вывести нравственное долженствование
или моральную обязанность из простого утверждения «что
есть что», не пользуясь нормативными посылками. Напри-
мер, из того факта, что люди обычно хотят жить, а не уми-
рать, можно ли вывести заключение о праве людей на
жизнь или о запрете их убивать? Можно ли из того факта,
что люди стремятся получать удовольствие, выводить за-
ключение о том, что морально правильно или хорошо стре-
миться получать удовольствие? Если мы не можем решить
некую проблему, опираясь на несколько фактов, то можно
ли ее решить, опираясь на целый ряд фактов, или нам для
этого надо будет также учитывать ценности, или предпо-
чтения, или правила? Если эти последние необходимы, то
почему мы должны поступать, руководствуясь именно
ими? Каковы основы или разумные соображения, предпи-
сывающие, как нам следует поступать? Общий ответ на
этот вопрос метаэтический. Конкретная теория, фактичес-
ки предлагающая упомянутые основы или разумные сооб-
ражения, — это нормативная теория.
Теория общей этики дает обстоятельный и системный подход
к определению нравственности, и именно такой подход, кото-
рый находит свои параллели в обычной жизни и житейской ре-
чи. Она развивает и анализирует те нравственные аргументы,
48
которые используются в обычной речи и повседневной жизни, в
газетах и журналах, в книгах и статьях, посвященных пробле-
мам Дюрали. Отсюда следует, что теория общей этики является
практической дисциплиной, имеющей практическое значение.
Подобно любой другой науке, этика выступает как непрерывное
общественное исследование. Это не завершенная дисциплина,
это постоянно развивающаяся наука, в которой существует ряд
спорных проблем. Однако наличие таких спорных проблем во-
все не означает, что в ней нет согласия или что этика не дала ни-
каких плодотворных результатов. Некоторые результаты явля-
ются отрицательными: какие-то теории, вначале считавшиеся
обоснованными, оказались ошибочными, а какие-то популяр-
ные представления о нравственности на поверку продемонстри-
ровали свою несостоятельность. Последнее слово еще предстоит
сказать, но путь к этому пролегает через длительный, непрерыв-
ный процесс исследования. Тем не менее овладение теорией эти-
ки дает в руки необходимые рычаги для разумного ведения лич-
ного и общественного анализа нравственных проблем.
Специальная этика применяет принципы общей этики (ко-
торая, как уже было сказано, включает описательную, норма-
тивную и метаэтику), во-первых, для решения конкретных про-
блем и, во-вторых, для исследования принципов морали в спе-
циализированных сферах человеческой деятельности.
Первое из этих направлений иногда называют казуистикой.
Казуистика - это искусство разрешения трудных нравствен-
ных проблем, случаев или дилемм путем вдумчивого примене-
ния моральных принципов. Казуистика использует принципы и
нормы, разработанные и обоснованные в общей этике. Это очень
важное искусство или мастерство, но иногда оно пользуется дур-
ной славой. Оно легко может выродиться в технику наблюдения
за тем, насколько близко человек способен подойти к грани, от-
деляющей нравственный поступок от безнравственного. Крити-
ки казуистики считают, что люди нравственные больше заинте-
ресованы в том, чтобы придерживаться в своей деятельности мо-
ральных принципов, нежели в том, чтобы изыскивать способы
минимального соблюдения требований морали. Попытка опре-
делить последние часто приводила к слишком изощренному ра-
ционалистическому толкованию сомнительных поступков.
Второе направление специальной этики охватывает примене-
ние принципов общей этики в специализированных сферах. Сю-
да входят деловая этика, медицинская этика, техническая эти-
49
ка, этика людей свободных профессий и т.д. Деловая этика, Есте-
ственно, относится к бизнесу. Мы здесь будем исходить из того,
что бизнес включает все и всяческие экономические сделки (меж-
ду индивидуумами, между индивидуумами и прибыльйыми
(коммерческими) организациями, между прибыльными и други-
ми такого же рода организациями. Он охватывает различные ви-
ды деятельности в производстве, продаже и покупке товаров и
услуг с целью извлечения прибыли. Это определение достаточно
широко и позволяет включить сюда бизнес людей свободных
профессий, а поэтому и часть той области этики, которая отно-
сится к этим профессиям. Однако границы указанных сфер дея-
тельности отнюдь не отличаются строгой определенностью, да в
этом и нет необходимости.
Этика бизнеса, как особая сфера, определяется взаимодейст-
вием этики и бизнеса. Этика бизнеса является национальной,
интернациональной или всемирной, как, собственно, и сам биз-
нес, и никакими произвольными географическими границами
она не очерчена.
• Если рассматривать этику бизнеса в американском контек-
сте, она на макроуровне концентрирует свое внимание
главным образом на нравственной оценке экономической
системы американского свободного предпринимательства
и возможных ее альтернатив и модификаций.
• Второй уровень анализа этики - а сегодня он привлекает к
себе самое пристальное внимание - это изучение бизнеса
внутри американской системы свободного предпринима-
тельства. Поскольку господствующее место в этой системе
занимают корпорации, на их исследование направлены
главные усилия. Однако и профсоюзы, мелкие предприя-
тия, консьюмеризм и бесконечное множество форм веде-
ния бизнеса и деловых отношений с полным основанием
являются объектами нравственной оценки. Внутри этой
системы, внутри корпораций и других предприятий дейст-
вуют индивидуумы, которые инвестируют в них средства,
управляют ими, работают в них, покупают у них и разнооб-
разными путями подвергаются их влиянию.
• Нравственная оценка индивидуумов и их действий в эконо-
мических и коммерческих сделках образует третий уровень
исследований этики бизнеса. Этика бизнеса охватывает ука-
занные три уровня исследований в их взаимосвязи, но рас-
50
сматривает их и как самостоятельные области изучения.
Корпорация может быть нравственной лишь в той мере, в
Ьакой нравственны люди, которые владеют ею, управляют
дю и работают на нее; но ее организация и методы практиче-
ского функционирования могут оказываться более или ме-
нее благоприятными для этической деятельности, причем
такую деятельность способна поощрять или тормозить бо-
лее крупная система, частью которой является корпорация.
• Наконец, поскольку бизнес становится все более интернаци-
ональным и всемирным, четвертый уровень анализа его
этики носит интернациональный характер и рассматрива-
ет деятельность американских и иных транснациональных
корпораций, а также условия торговли; распределение то-
варов и рабочих мест; использование, порчу и истощение
природных ресурсов; роль бизнеса в глобальном потепле-
нии, в уничтожении тропических лесов и в других видах
деятельности, оказывающих жизненно важное воздейст-
вие на все человечество.
Этика бизнеса, как правило, охватывает пять видов деятель-
ности. Первый представляет собой применение принципов об-
щей этики к конкретным ситуациям или методам хозяйствова-
ния в бизнесе. Определение того, насколько конкретные дейст-
вия безнравственны или морально оправданны, действительно
весьма важно. Но на этом анализ хозяйственных ситуаций не за-
вершается. Принятие решений по конкретным примерам связа-
но с выработкой, а также применением не столько общих, сколь-
ко особых моральных принципов, которые тем не менее могут
получить признание в качестве универсальных. Иногда конкрет-
ные случаи порождают нравственные проблемы, требующие осо-
бого внимания, уяснения и обсуждения. Такие ситуации вызы-
вают необходимость глубокого анализа возможных способов ис-
ключения в будущем возникновения аналогичных ситуаций, а
также способов разработки мер, которые бизнес, если он хочет
быть нравственным, мог бы осуществить или которые прави-
тельство в свою очередь могло бы предпринять. Здесь возникают
вопросы о том, какие требуются изменения в организации бизне-
са, методах управления, в социальных структурах, программах
или принципах. Возникает также вопрос о том, способны ли
нравственные представления, тщательность в оценке будущих
обстоятельств или изменения в умонастроениях предотвратить
51
появление моральных дилемм в бизнесе. Однако деловая этика
отнюдь не ограничивается одним лишь применением нравствен-
ных принципов в бизнесе.
Вторым видом ее занятий является метаэтика. Мы, напри-
мер, будем исследовать, можно ли нравственные категории,
обычно используемые для характеристики индивидуумов и
предпринимаемых ими действий, применять также для харак-
теристики организаций, корпораций, предприятий и других
коллективных институтов. Например, подлежат ли корпора-
тивные образования контролю, являются ли они моральными
или квазиморальными институтами с определенными правами
или же они обладают каким-либо иным статусом? Имеют ли они
совесть так же, как индивидуумы? Приложим ли к ним язык
морали, а если да, применим ли он к ним так же, как к индиви-
дуумам? Теория общей этики, традиционно занимающаяся по-
ступками отдельных личностей, не дает ответы на эти вопросы.
Понятие ответственности должно претерпеть изменения, ес-
ли его надлежащим образом распространить на корпорации в
такой же мере, как и на отдельные личности. Анализ такого ро-
да проблем этики бизнеса нельзя абстрактно выводить из теории
общей этики. Существует взаимная связь между этикой бизнеса
и общей этикой. Однако исследователи деловой этики часто за-
нимаются метаэтическим анализом, которого их работа требует,
но который общая теория не содержит.
Третью сферу исследований этики бизнеса образует анализ
его исходных посылок - как собственно нравственных, так и по-
сылок, базирующихся на моральных позициях. Поскольку биз-
нес функционирует в рамках экономической системы, одна из
коренных задач деловой этики заключается в том, чтобы ста-
вить проблемы нравственности экономических систем вообще и
нравственности, например, американской экономической сис-
темы в частности. При оценке структур бизнеса нам надлежит
также подвергать исследованию значение и обоснование таких
внеэтических понятий, как собственность, эксплуатация, кон-
куренция, основные посылки и направления использования
анализа затрат и результатов, методы анализа хозяйственной
деятельности и т.д.
В-четвертых, вклинивающиеся внешние проблемы иногда
заставляют исследователей этики бизнеса выйти за пределы
этики и обратиться к другим разделам философии и к другим
отраслям науки, например к таким, как «экономике» или тео-
52
рия организации. Однако, когда исследователи выходят за пре-
делы собственного предмета, они обычно делают это, чтобы раз-
решить какую-либо проблему деловой этики или изучить в дру-
гой области то, что первоначально казалось проблемой этики
бизнеса. Такого рода исследования приобретают особенно важ-
ное значение, когда дело касается моральных проблем на мак-
роуровне, скажем, когда речь идет о том, имеют ли какие-либо
обязательства богатые страны перед бедными странами или
транснациональные корпорации перед принимающими страна-
ми. Здесь наша обычная нравственная интуиция не подсказы-
вает нам такие четкие умозаключения, как в наших отношени-
ях с отдельными лицами. Поэтому возникает особая потреб-
ность в тщательном отборе проблем, чтобы определить, какие
из них являются моральными и какие нет, и уяснить себе, ка-
кой здесь уровень нравственного анализа и какими понятийны-
ми категориями при этом следует пользоваться. Иногда задача
заключается в том, чтобы нравственные проблемы свести к уп-
равленческим, организационным или экономическим пробле-
мам, а иногда наоборот.
Пятый вид деятельности, с которым обычно связана этика
бизнеса, заключается в характеристике морально похвальных и
образцовых действий как отдельных деловых людей, так и кон-
кретных фирм. Деловая этика как дисциплина первоначально
возникла в качестве реакции на скандалы, когда к случаям, вы-
зывавшим общественное возмущение, относились именно те, ко-
торые нарушали фундаментальные нормы человеческого досто-
инства. Однако этика бизнеса занимается не только решением
задачи выявления негативных действий, но также и пропаганди-
рованием нравственных идеалов, до которых могут возвыситься
бизнесмены и корпорации. Точно так же, как общество выдвига-
ет моральные образцы, героев, святых, по примеру которых мы
можем строить нашу жизнь и наше поведение, так и одни бизнес-
мены предлагают свои моральные образцы, могущие служить
примером для подражания и целями, к достижению которых мо-
гут стремиться другие бизнесмены.
Деловая этика способна помочь людям рассматривать нравст-
венные проблемы в бизнесе более системно и более надежными
методами, чем они могли бы это делать, не пользуясь нашей на-
укой. Она может помочь им разглядеть такие проблемы, кото-
рые они в своей повседневной практике и не заметили бы. Она
может также побудить их ввести изменения, которые они без
53
нее и не подумали бы вводить1. Но этика бизнеса сама по себе не
делает никого нравственным. Этика бизнеса предполагает - и
это относится ко всей этике вообще, — что те, кто приступает к
ее изучению, уже являются людьми моральными, что они в со-
стоянии отличить правильное от неправильного и что они испы-
тывают желание стать еще более совершенными, более благоже-
лательными, более компетентными людьми, людьми высокой
морали. Этика бизнеса как наука не изменит методы ведения
бизнеса, если те, кто пользуется методами, нуждающимися в
нравственной переоценке, сами не пожелают их изменить. Эти-
ка бизнеса способна выдвинуть аргументы, доказывающие, что
такая-то практика аморальна, но очевидно, что только люди,
располагающие властью производить изменения, окажутся в со-
стоянии их осуществить. Этика бизнеса - это наука большого
практического значения, но только тем, кто ее изучает, надле-
жит применять полученные знания на деле.
Пример с аварией в шахте
Следующий вымышленный пример показывает, (какого рода
вопросы могут возникнуть в деловой этике и какими'разнообраз-
ными способами можно их рассматривать. Возьмем пример с
аварией в вентиляционном стволе шахты. В поселке в Западной
Вирджинии шахтеры добывают уголь в штольне на глубине в ты-
сячи футов под землей. Уже два дня наблюдалось скопление га-
за, инженер по безопасности информировал об этом управляю-
щего шахтой. Накопление газа было достаточно интенсивным,
чтобы приостановить добычу впредь до очистки шахты от газа.
Управляющий шахтой решил, что скопление газа находится в
допустимых пределах, что ему надо выполнить заказы на постав-
ку угля, что он не может позволить себе закрыть шахту и что сле-
дует надеяться на рассеивание газа и на то, что взрыва не про-
изойдет. Он приказал инженеру по безопасности никому не сооб-
щать о возникшей угрозе. И вот два дня спустя произошел взрыв
газа. На одном участке штольню завалило, три шахтера погибли,
Анализ значения курсов по деловой этике см.: Thomas R. Piper, Mary С.
Gentile, Sharon Daloz Parks. Can Ethics Be Taught? (Boston: Harvard Business
School, 1993).
54
а восемь других оказались отрезанными от внешнего мира. Ос-
тальным удалось выбраться на поверхность.
Взрыв оказался громадной силы, а масштабы аварии весьма
значительными. Затраты на то, чтобы своевременно добраться до
попавших в беду шахтеров и спасти им жизнь, должны были до-
стигнуть нескольких миллионов долларов. Перед управляющим
шахтой встал вопрос, а стоит ли затрачивать такую громадную
сумму денег? В конце концов, чего стоит человеческая жизнь?
Кто должен принимать решение и как его принимать? Перед кем
у управляющего больше обязательств - перед замурованными
рабочими или перед акционерами корпорации? Следует ли ему
использовать более медленный, более безопасный и более деше-
вый способ добраться до них и сэкономить при этом значитель-
ные средства или же применить более быстрый, более опасный и
более дорогой способ и, быть может, спасти им жизнь?
Он выбрал второй способ и обратился с призывом к доброволь-
цам. Два десятка человек согласились принять участие в спаса-
тельных работах. Спустя три дня обнаружилось, что эти работы
оказались гораздо более тяжелыми, чем кто-либо мог предпола-
гать. Произошло еще два взрыва, и погибло уже три участника
спасательной операции. Тем временем была восстановлена теле-
фонная связь с заживо погребенными, которым посчастливилось
обнаружить еще функционировавшую телефонную линию. Они
умирали с голоду. Вспомнив прочитанное об аналогичном слу-
чае, они решили, что единственный способ выжить заключается
в том, чтобы бросить жребий, убить проигравшего и съесть его.
Они считали своим долгом сделать все, чтобы хоть некоторые из
них дотянули до спасения; в противном случае три погибших
спасателя отдали бы свою жизнь напрасно.
Спустя двадцать дней семь человек были наконец обнаруже-
ны живыми; своего товарища они съели. Инженер по безопасно-
сти, обнаруживший скопление газа еще до взрыва, сообщил га-
зетам о своем предупреждении. Управляющего шахтой обвини-
ли в преступной халатности, но прежде, чем покинуть свой
пост, он успел уволить инженера по безопасности. В конце кон-
цов эксплуатация шахты была возобновлена.
Все это повествование выдвигает много проблем. Методы их
решения составляют часть того, о чем пойдет речь в последую-
щих главах.
Рассмотрим вопрос об инженере по безопасности. Выполнил
ли он еще до аварии свой моральный долг, когда подчинился
55
распоряжению управляющего вместо того, чтобы информиро-
вать шахтеров, вышестоящее начальство или общественность об
угрожающем положении в шахте? Не было ли его нравственной
обязанностью - уже после взрыва и спасательной операции -
предать гласности тот факт, что управляющему было известно
об угрозе взрыва в шахте? Не следовало ли ему сообщить о про-
исходящем не в газеты, а совету директоров или еще кому-либо
в компании? Все эти вопросы входят в круг представлений об от-
ветственности работника. Перед кем и за что несут ответствен-
ность работники? Не кончается ли их моральный долг уже тог-
да, когда они выполнили полученное распоряжение? Такого ро-
да предание гласности внутренней информации, какое позволил
себе инженер по безопасности, обычно воспринимается как по-
пытка «накапать» на компанию и широко известно под терми-
ном сигнализаторство (whistleblowing). Часто тех, кто «сигна-
лизирует», увольняют, как это и было сделано с инженером по
безопасности. Сам по себе феномен сигнализаторства рождает
серьезные вопросы об обстановке в компаниях, работники кото-
рых вынуждены идти на такие отчаянные меры даже под угро-
зой потери работы. Был ли прав управляющий, уволив инжене-
ра по безопасности?
В нашей истории управляющий является, конечно, злодеем.
Он отправил шахтеров на работу, зная, что положение в шахте
угрожающее. Однако он мог доказывать, что поступил так в
интересах компании. Ему надлежало выполнить условия заклю-
ченных контрактов, а перед владельцами компании у него было
обязательство обеспечить ей прибыль. Он принял неудачное
решение. Но всякому управляющему приходится идти на риск.
Просто случилось так, что ему не повезло. Звучит ли такая защи-
та обоснованно? Имеются ли у управляющего такие же обяза-
тельства перед рабочими, как и перед владельцами компании?
Какие из них важнее и при каких условиях один вид обяза-
тельств становится важнее другого? Кто именно должен это ре-
шать и каким способом?
Управляющий решил попытаться спасти оказавшихся в за-
падне шахтеров более быстрым способом, хотя это должно было
стоить компании дороже, чем если бы он избрал более медлен-
ный способ их спасения. Имел ли он право таким образом израс-
ходовать больше средств компании? Можно ли сравнивать цену
человеческой жизни с количеством израсходованных денег?
Вполне нравственно звучит утверждение, согласно которому че-
56
ловеческая жизнь не имеет денежной стоимости, и в известном
смысле такое утверждение справедливо. Однако существуют
пределы, в которых общество и составляющие его люди могут
определять объем средств, который они желают, способны и
должны израсходовать на спасение жизней. Между тем способ
решения этой проблемы, очевидно, состоит не в том, чтобы сопо-
ставлять цену человеческих жизней с величиной дохода, кото-
рый они могли бы произвести за годы, оставшиеся им дожить до
статистического среднего уровня продолжительности жизни, за
вычетом ресурсов, потребленных ими в этот оставшийся период
жизни. И все же как решить эту проблему? Как поступают лю-
ди, сопоставляя человеческие жизни с денежными расходами, и
как они должны поступать? Когда строят дороги, конструируют
автомобили и производят другие изделия, устанавливается не-
кое компромиссное соотношение между уровнем максимальной
безопасности производимого изделия и его себестоимостью. На-
иболее безопасные автомобили строить дороже, чем относитель-
но менее безопасные. Эту разницу можно выразить в виде срав-
нения числа людей, которые могут погибнуть, управляя менее
безопасными машинами, с числом людей, которые могут погиб-
нуть, управляя наиболее безопасными. Должны ли такие реше-
ния принимать производители, потребители, правительство
или какая-либо иная группа людей?
Управляющий шахтой призвал добровольцев принять учас-
тие в спасательных работах. Трое из этих добровольцев погибли.
Несет ли управляющий такую же ответственность за их смерть,
какую он несет за смерть трех шахтеров, погибших при первом
взрыве? Несет ли ответственность компания за смерть людей в
обоих случаях? Имеют ли в подобных случаях компании обяза-
тельства перед своими работниками и их семьями или такие обя-
зательства имеют лишь управляющие? Если бы управляющий
предупредил шахтеров о том, что скопление газа в шахте являет-
ся опасным, и если бы шахтеры решили все же продолжать рабо-
ту, чтобы получить свою заработную плату за этот день, отвечал
ли бы управляющий за их смерть? Насколько нравственно реше-
ние людей соглашаться на опасную работу только ради того, что-
бы заработать деньги? Является ли система, вынуждающая лю-
дей браться за такую работу за деньги, нравственной системой? В
какой мере компания морально обязана защищать своих рабо-
чих и не допускать их рисковать жизнью?
57
В соответствии с законом управляющий шахтой был обвинен
в преступной халатности. А компания понесла ли за что-нибудь
ответственность? Должен ли был быть предъявлен компании
иск о возмещении ущерба семьям погибших рабочих? Если ком-
пании такой иск был предъявлен и она выплатила семьям ком-
пенсацию, деньги эти были выплачены из прибыли компании, а
следовательно, из прибыли держателей ее акций. Справедливо
ли, что акционеры понесли наказание за несчастный случай, к
которому они никакого отношения не имели? Как вообще де-
лится и распределяется ответственность в компании? Можно ли
считать компании морально ответственными за то, что соверша-
ется от их имени? Являются ли носителями морали лишь от-
дельные лица и не ошибочно ли применять моральные катего-
рии по отношению к компаниям, корпорациям, предприятиям?
Решение попавших в западню шахтеров бросить жребий, ко-
торый определил бы, кого следует убить и съесть, ставит ряд
нравственных проблем. Поскольку это случай неординарный,
наши нравственные институты не в состоянии дать готовый от-
вет на вопрос, было ли решение шахтеров морально оправданно.
Вопрос о том, как следует рассматривать такие проблемы, под-
нимает другой вопрос: как вообще надлежит решать нравствен-
ные проблемы? Это только подчеркивает необходимость в тео-
рии нравственности, с помощью которой можно было бы прини-
мать решения по неординарным случаям. Некоторые принципы
здесь явно вступают друг с другом в противоречие: заповедь «не
убий»; тезис о том, что пусть лучше погибнет один человек, чем
все восемь; тот факт, который приняли во внимание шахтеры,
что три человека уже погибли, пытаясь их спасти. Поднятая
здесь проблема не обязательно относится только к этике бизне-
са; она поставлена потому, что здесь возникает дилемма, для ре-
шения которой требуется какой-то особый метод моральной ар-
гументации.
В изложении приведенного примера не сообщается, как все за-
кончилось для управляющего шахтой или для инженера по безо-
пасности. Зачастую последствия таких случаев просто порази-
тельны. Управляющие часто выходят сухими из воды, их в ко-
нечном счете вознаграждают за соблюдение интересов компании,
но «капалыцика», «сигнализатора» чаще всего заносят в черные
списки всех предприятий отрасли. Безнравственность такого ис-
хода дела очевидна: справедливость отнюдь не всегда торжеству-
58
ет. А что же можно сделать, чтобы она торжествовала чаще? От-
вет на этот вопрос предполагает перестройку самой системы.
Иногда этика бизнеса воспринимается как консервативная
дисциплина и ее используют для защиты статус-кво. В других
случаях ее воспринимают как атаку на статус-кво, и тогда ее счи-
тают радикальной. В идеале она не должна быть ни тем ни дру-
гим. Она должна стремиться к объективности. Когда имеют мес-
то безнравственные порядки, структуры, действия, этика бизне-
са должна быть в состоянии доказать, что они действительно без-
нравственны и почему. Но она также должна быть способна
предложить методы защиты тех порядков и структур, которые
отвечают моральным нормам. Задача этики бизнеса заключается
не в защите статус-кво и не в его радикальном изменении. Напро-
тив, ей надлежит исправлять те аспекты или структуры бизнеса,
которые нуждаются в изменениях, она должна отстаивать те из
них, которые нравственны. Она не является панацеей. Она мо-
жет обеспечить необходимые изменения лишь в том случае, если
люди, располагающие властью, принимают надлежащие меры.
Однако, пока этике бизнеса не будет уделено должного внима-
ния, обсуждение нравственности действующих в нашем общест-
ве порядков и принципов не будет вестись успешно.
Контрольные вопросы и задания
1. s Обязана ли была морально компания «Джонсон энд Джон-
сон» немедленно снять с продажи препарат «Тайленол»?
Допустимо ли было для нее с нравственных позиций выжи-
дать, пока она не удостоверится в том, что же именно про-
изошло, или снять препарат с продажи только в районе Чи-
каго, пока не будут получены сведения о результатах при-
менения препарата в какой-либо другой части страны? В
любом случае приведите обоснования своего ответа.
2. Что такое миф об аморальности бизнеса? В какой мере он со-
ответствует истине? В какой мере он ошибочен? Встречался
ли вам ответ на подобные вопросы и при каких обстоятель-
ствах?
3. Каковы некоторые моральные ценности, постулируемые в
бизнесе? Можно ли было бы вести бизнес при отсутствии та-
ких ценностей? Объясните.
59
4. Кто решает, чем собственно занимается бизнес? Является
ли такое решение лишь приблизительным или точным?
Объясните.
5. Если бизнес функционирует в рамках закона, означает ли
это, что он тем самым действует нравственно? Если да, то
почему; если нет, то почему?
6. Дайте определения следующих понятий: этика, нравст-
венность, описательная этика, нормативная этика, ме-
таэтика, казуистика, этика бизнеса.
7. Объясните, как влияет на этику действий индивидуума вну-
три корпорации этика самой корпорации, а также тот факт,
что корпорация функционирует в рамках американской си-
стемы свободного предпринимательства.
8. Существуют ли в этике бизнеса метаэтические проблемы?
Если да, то каковы некоторые из них? Если их там нет, то
почему? j
9. Правильно ли судить об этике бизнеса по тому, совершает
ли она изменения в американском бизнесе? Если да (нет), то
почему?
10. В примере с аварией на шахте действовал ли управляющий
каким-то образом безнравственно? Аргументируйте ваш от-
вет.
11. Если в примере с аварией на шахте можно было бы заранее
предположить, что кто-то из добровольных спасателей по-
гибнет в попытке спасти семерых выживших шахтеров, ока-
завшихся в западне, допустимо ли было с нравственной точ-
ки зрения призывать добровольцев для спасательных опера-
ций? Почему да или почему нет?
Нравственные
представления
в мире
бизнеса
Глава 2
Конвенциональная* мораль и этический релятивизм
Пример: закупки за границей
Мэри Томпсон занимает посты вице-президента и руководи-
теля отдела стратегического планирования в американской
ТНК. Издавна она руководствовалась правилом «в чужой мона-
стырь со своим уставом не ходят», однако в последние годы
Томпсон вынуждена была пересмотреть свое отношение к этому
правилу. В 1990 г., когда компания рассматривала проект от-
крытия филиала в ЮАР, она в конечном счете решила отказать-
ся от этого проекта из-за действовавших там законов об апарте-
иде, которые предписывали соблюдение расовой сегрегации и
дискриминации черных. Теперь Мэри Томпсон столкнулась с
тремя несколько схожими ситуациями.
Во-первых, компания имела возможность заключить очень вы-
годный контракт на закупку ткани в Китае. Однако Томпсон распо-
лагала сведениями о том, что эта ткань, вероятно, производится на
фабриках, применяющих принудительный труд1. Во-вторых, была
возможность закупить ткани в Пакистане2. Но и в этом случае име-
лась информация о том, что производители ткани используют дет-
* От conventional (лат.) - обыденный, соответствующий устоявшимся традици-
ям. - Прим, перев.
Сведения о применении принудительного труда в Китае см. в: The Last
Gul ag//News week, September 23, 1991, pp. 26-28; Hongda Harry Wu. Laogai: The
Chinese Gulag (Boulder, Colo.: Westview Press, 1992); AM. Rosenthal. Sixteen Million
Slaves//New York Times, June 19, 1992, p. A15. Информацию о рабском или прину-
2 дительном труде в разных странах см. в: Slavery//Newsweek, Мау 4,1992, рр. 30-39.
Шесть оценок примера с применением детского труда см. в: Martha Nichols. Third-
World Families at Work: Child Labor or Child Care?//Harvard Business Review, 71,
January-February 1933, pp. 12-23. Согласно данным Международной организации
труда (МОТ), применение детского труда становится все более острой проблемой.
См.: Danger: Children at Work//The Futurist, 27, January-February 1993, pp. 42-43;
Slavery: By Any Other Name//The Economist, 314, January 6, 1990, p. 42.
63
ский труд, обычно труд девочек в возрасте до 14 лет. Третья воз-
можность заключалась в том, чтобы построить фабрику в Саудов-
ской Аравии. Но здесь Мэри Томпсон предупредили, что для обес-
печения успеха предприятия в этой стране не следует иметь в его
руководстве женщин, так как контрагенты не станут принимать их
всерьез1. Должна ли была Мэри Томпсон руководствоваться амери-
канскими ценностями и американскими взглядами на то, что пра-
вильно и что неправильно, или ей следовало просто закупить наи-
лучшие изделия по наиболее выгодным ценам и не беспокоиться по
поводу того, как и кем эти изделия произведены? В конце концов,
кто такая Мэри Томпсон, чтобы навязывать другим свои представ-
ления о том, что нравственно и что безнравственно?
Многие люди в бизнесе, как и в других областях жизни, пола-
гают, что мораль - дело личное, что у каждого человека свои соб-
ственные нравственные понятия и что никто не должен навязы-
вать свои взгляды на мораль другим. Согласно этому воззрению,
любой человек вправе иметь собственное мнение в вопросах
нравственности. Все члены общества должны строго соблюдать
закон, но сверх этого каждому надлежит руководствоваться
лишь собственной совестью. Многие придерживаются такой же
позиции в отношении других стран и культур. Каждая из них,
утверждают они, обладает собственными взглядами на то, что
нравственно и что безнравственно. Никакая страна или культура
не лучше любой другой. Когда кто-то делает бизнес в другой
культуре, ему необходимо придерживаться местных нравов. Ес-
ли в данной стране взяточничество является общепринятой
практикой, вполне резонно прибегать к этой практике. По мне-
нию сторонников такой точки зрения, было бы высокомерным
полагать, будто мораль своей страны выше морали другой стра-
ны и будто в ведении деловых операций в другой стране обяза-
тельно придерживаться морали собственной страны.
Такая позиция представляет собой популярную форму нрав-
ственного или этического релятивизма. Это весьма распростра-
' Для более подробного изучения этой проблемы см.: Soraya Altorki. Women in
Saudi Arabia (New York: Columbia University Press, 1986); Philip R. Harris,
Dorothy L. Harris. Women Managers and Professionals Abroad//Journal of
Managerial Psychology, 3 (1988), pp. i—ii.
64
ненная позиция, и она заслуживает пристального внимания.
Является ли нравственность лишь делом индивидуального вы-
бора? Обусловлена ли она культурой? Обоснованно ли утвержде-
ние, что существует универсальная мораль, пригодная для всех
людей и для всех времен? Настоящая глава посвящена рассмот-
рению этих вопросов.
Уровни развития нравственности
Покойный американский психолог Лоренс Колберг предпри-
нял обширное исследование проблем нравственного развития и
обобщил полученные выводы1. Результаты его исследования
вполне совпадают, по крайней мере в самых общих чертах, с опы-
том собственного нравственного развития многих людей и поэто-
му получили широкое признание2. Колберг выделяет три важней-
ших уровня морального развития личности. Не всякий достигает
третьего уровня, и никто не придерживается принципов лишь
третьего уровня. Большинство людей действуют иногда на пози-
циях одного уровня, иногда на позициях другого. И тем не менее
указанные уровни характеризуют нравственное развитие инди-
видуумов и служат удобным средством для их классификации.
Колберг не ограничивается идентификацией трех уровней
развития морали, но подразделяет также каждый уровень на
две стадии. Первый уровень он называет доконвенционалъным
уровнем. По мере того как младенцы начинают подрастать, они
проходят через фазу развития, которое еще не является нравст-
' Краткую характеристику уровней морального развития см. в: Lawrence
Kohlberg. The Claim to Moral Adequacy of a Highest Stage of Moral
Judgment//Journal of Philosophy, 70(1973), pp. 630—646. Более подробный ана-
лиз этой темы см. в: Lawrence Kohlberg. The Psychology of Moral Development:
The Nature and Validity of Moral Stages, 2 vols. (New York: Harper & Row, 1984).
2 Тем не менее у Колберта имеются свои критики. Наиболее известный из них,
Кэрол Джиллиген, в своей книге «In a Different Voice: Psychological Theory
and Women’s Development» (Cambridge, Mass.: Harvard University Press,
1982) утверждает, что девочки развиваются не так, как мальчики, и что жен-
щины уделяют больше внимания родственным связям, заботе о других и от-
ветственности за них, чем принципам справедливости, абстрактным прави-
лам или отвлеченным суждениям. Однако здесь для нас важнее не расхожде-
ния между Колбертом и Джиллигеном, а их согласие в том, что происходит
развитие морали и что как мужчины, так и женщины достигают ее обыденной
стадии и способны выйти за ее пределы до некоей критической степени.
65
венным. На первой стадии первого уровня нравственного разви-
тия они реагируют на наказания. Ребенок, только начинающий
ходить, не имеет никакого представления о том, что морально
правильно или неправильно, но он очень быстро усваивает, что,
если он станет расписывать стены комнаты мелом или каранда-
шом, его отшлепают или побранят. Удерживает его от размале-
вывания стен желание избежать шлепков, нагоняя или какого-
либо наказания, которое у него ассоциируется с пачканием
стен. Вторая стадия этого уровня развития характеризуется же-
ланием ребенка получить награду. Здесь он уже добивается по-
хвалы родителей. Он поступает так, чтобы извлечь максимум
удовольствия, хотя, разумеется, действует еще неосознанно. Та-
кая реакция на наказания и вознаграждения учит детей тому,
что один вид поведения нежелателен, а другой вид поведения
разрешен. Так дети узнают, что надо делать и что делать не сле-
дует. Но они еще не понимают, что соблюдают определенные
правила или осуществляют какое-либо действие потому, что оно
правильно; у них еще нет развитого представления о том, что
означает нравственность.
Все мы в той или иной степени реагируем на удовольствие и
боль, на награду и наказание. Следовательно, все мы иногда посту-
паем в соответствии с принципами доконвенционального уровня.
Второй уровень нравственного развития Колберг называет
конвенциональным уровнем, т.е. обыденным. Нравственные прин-
ципы, которых придерживаются на этом уровне, — это мораль
подчинения традиционной норме поведения, соответствующей оп-
ределенной роли личности. Колберг характеризует первую стадию
второго уровня нравственного развития фразой «мораль хороше-
го парня или милой девушки». На этой стадии человек отвечает
ожиданиям своих родителей или сверстников. Мы подчиняемся
нормам, которые усвоили дома, в школе или в церкви. Мотивация
действий здесь более осознанна, чем на первом уровне, мы уже те-
перь начинаем понимать, что собой представляют нормы и прави-
ла морали. Мы узнаем, как должны поступать добропорядочный
юноша или добропорядочная девушка. Все нормы, которые мы ус-
ваиваем в семье, школе или в общении со своими сверстниками,
могут и не совмещаться друг с другом. В однородном обществе
они, вероятно, больше совмещаются, чем в менее однородном; они
имеют свойство больше совмещаться там, где господствуют устой-
66
чивые традиции, чем в динамически развивающемся обществе.
Однако во всех случаях признаваемая нами мораль - это мораль, о
которой мы узнаем от других. Мы узнаем, что от нас ожидают в на-
шей роли в качестве послушного ребенка, подростка и студента.
Традиционное соответствие своей роли на первой стадии - это ре-
акция на ожидания сверстников, родителей или других подобных
лиц или групп. На второй стадии она уже обычно развивается в
подчинение законам того общества, к которому человек принадле-
жит. Колберг называет эту стадию стадией закона и порядка.
Здесь человек обретает более высокую культуру; он уже понимает,
каким должен быть добропорядочный гражданин, что он должен
делать и как он должен жить в соответствии с той ролью, какую он
играет в обществе, и теми традиционными правилами, которые
позволяют выполнять эту роль.
Большинство взрослых живут на уровне конформистской мо-
рали. Некоторые, вероятно многие, никогда не поднимаются над
этим уровнем. Все мы добрую часть нашей жизни пребываем на
этом уровне. Убийство - зло, ложь - зло, воровство - зло. Поче-
му? Потому что каждому известно, что это зло. И хотя совершен-
но непрактично иметь законы против всех видов лжи, ложь в
важных жизненных обстоятельствах объявлена незаконной (на-
пример, лжесвидетельство, ложные показания под присягой), а
убийство и воровство также признаны противозаконными.
Многие взрослые никогда не поднимаются до третьего уровня
нравственного развития, но все же некоторые его достигают. Для
нас здесь третий уровень представляет наибольший интерес. Кол-
берг называет третий уровень постконвенциональным, автоном-
ным или принципиализованным уровнем. Это уровень самолично
признаваемых нравственных принципов. На этом уровне человек
признает принципы морали не потому, что общество считает их
правильными и приемлемыми, а потому, что он сам осознает пра-
вильность принципов и понимает, что именно делает их правиль-
ными. Первая стадия третьего уровня - это стадия соглашения и
индивидуальных прав. Речь идет об осознании нравственности,
базирующейся на правах индивидуумов и на соглашениях, до-
стигнутых между взрослыми. На последней и высшей стадии тре-
тьего уровня человек уже способен логически обосновать нравст-
венные принципы, которыми он руководствуется в своих дейст-
виях. Субъект нравственности осознает закон морали и действу-
67
ет, следуя этому закону, не потому, что ожидает награды или на-
казания, и не потому, что другие люди говорят, что он должен ему
следовать, а потому, что понимает, почему закон нравственности
обязателен для него. Человек признает моральные принципы в
качестве своих собственных принципов, а не в качестве навязан-
ного ему другими внешнего принуждения.
Третий уровень нравственного развития представляет для нас
наибольший интерес потому, что на этом уровне человек задает-
ся вопросом об обоснованности моральных норм, которых он
придерживается. Большинство людей принимают мораль своего
общества не рассуждая. Но можно спросить: действительно ли
правильно то, чтб мое общество считает правильным? А не могут
ли люди моего общества ошибаться? Почему я должен согла-
шаться с тем, что мои родители велели мне считать правильным
или неправильным, или почему я должен соглашаться с тем, что
законодатели предложили мне считать правильным или непра-
вильным? Откуда они знают? Они определенно не в состоянии де-
лать действия правильными или неправильными; если же они
могут это делать, то и я сам могу это делать. Но если никто из нас
не в силах это делать, должны существовать иные причины того,
почему одни действия являются правильными, а другие непра-
вильными, помимо упомянутой выше классификации их людь-
ми. Каковы же эти подлинные причины?
Это и есть те вопросы, на которые стремится ответить этика, и
именно указанный третий уровень служит областью исследова-
ний теории нравственности. Разумеется, то, что конвенциональ-
ная мораль считает безнравственным, вполне может оказаться та-
ковым. Разница между вторым уровнем и третьим не обязательно
заключается в их содержании; разница скорее состоит в мотивах
признания ими действий правильными или неправильными.
Характеристика Колбергом уровней развития морали суще-
ственно помогает нам понять, что такое этика бизнеса. Как мы
уже отмечали выше, люди, занимающиеся бизнесом, часто ут-
верждают, что их обязывает только закон, а не нормы морали,
которые они расценивают как личностные нормы. Большинство
людей предпочитают действовать на втором уровне нравствен-
ности, а поэтому неудивительно, что большинство предприятий
также действует на этом уровне. Конечно, одни методы, практи-
куемые бизнесом, считаются нравственными и достойными, а
68
другие методы считаются предосудительными. Можно просто
признать эти обыденные нормы. Но можно также и задаться во-
просом, почему придерживаются именно этих норм, не являют-
ся ли некоторые из них в действительности предосудительны-
ми, не существуют ли другие виды деятельности, которыми биз-
нес должен заниматься, но не занимается.
Скажем, некогда в США многие жители Юга признавали ин-
ститут рабства. А теперь большинство американцев полагают,
что рабство безнравственно. Было ли оно всегда аморальным?
На этот вопрос можно ответить, что в соответствии с господство-
вавшей в то время на Юге конвенциональной моралью рабство
было явлением нравственным. Однако, если пользоваться треть-
им уровнем Колберга, рабство следовало бы рассматривать как
аморальный институт не только теперь, но и тогда. И в самом де-
ле, многие могут доказывать, что это был безнравственный ин-
ститут, несмотря на то что рабство составляло органическую
часть конвенциональной морали Юга.
Субъективная и объективная мораль
Когда мы говорим о морали, то имеем в виду наши суждения
о правильном и неправильном, о хорошем и плохом. С такими
суждениями обычно ассоциируются три их характерные черты.
• Прежде всего, нравственные суждения о правильности или
неправильности какого-либо действия считаются примени-
мыми везде и всюду. Если я считаю какое-либо действие
! правильным, то и любой другой в равных обстоятельствах
должен считать его правильным. Если вы его считаете не-
правильным, оно неправильно, при тех же условиях, для
любого другого человека. Это представление об универсаль-
1 ности в какой-то мере нашло воплощение в библейской за-
поведи: «Во всем, как хотите, чтобы с вами поступали лю-
ди, так поступайте и вы с ними». Моральное правило о не-
допустимости убийства гласит, что для любого человека
аморально убивать другого человека. Это правило универ-
сально, поскольку распространяется на каждого.
• Вторая черта морали состоит в том, что нравственные суж-
дения имеют важное значение. Они, по существу, столь
важны, что перевешивают всякие другие соображения. Мы
морально обязаны делать то, что иногда делать не хотим.
69
Например, воровать дурно даже и тогда, когда мы хотели
бы украсть. Когда мы говорим, что наш моральный долг со-
вершить какое-то действие, это означает, что на нас лежит
обязанность его совершить, причем перевесить эту обязан-
ность может лишь более веское моральное соображение.
Мотивы личного удобства, личной выгоды и даже требова-
ния закона отступают перед нравственным долгом.
• Третья особенность нравственных суждений состоит в том,
что моральное одобрение вполне правомерно может сопут-
ствовать совершению нравственно правильных действий, а
моральное осуждение может столь же правомерно сопутст-
вовать осуществлению аморальных действий. Когда мы го-
ворим, что кто-то, совершая сделку, поступил безнравст-
венно, мы вполне вправе осуждать этого человека. Напри-
мер, если признано, что брать взятки безнравственно, тог-
да люди, берущие взятки, заслуживают морального пори-
цания или осуждения.
Словарь морали очень богат, и его термины применяются в
разных значениях ко множеству вещей. Можно сделать нашу
мысль яснее, если выделить разные значения употребляемых
терминов. Мы называем нравственными или безнравственными
отдельных лиц; мы называем определенные действия мораль-
ными или аморальными; мы называем моральными или амо-
ральными экономические системы, общественные институты,
методы ведения бизнеса. То, что мы в каждом из этих случаев
подразумеваем, не тождественно, хотя в каждом из них содер-
жится нечто, согласующееся или не согласующееся с законами
морали или с нравственностью.
Когда мы говорим, что люди нравственны или безнравствен-
ны, мы можем подразумевать по крайней мере три разные вещи.
Не всегда ясно, что именно имеет в виду один человек, когда ха-
рактеризует другого как человека нравственного. В одном смысле
человек может считаться нравственным, если он привычно посту-
пает в согласии со своей совестью. Мы можем говорить о нем как
о более или менее моральном человеке в зависимости от того, как
часто он, в допустимых пределах, действует вопреки своей совес-
ти. При этом мы подразумеваем, что он старается делать то, что
ему представляется правильным. Здесь главным мотивом нравст-
венности выступает совесть. Между тем, хотя каждый из нас зна-
70
ет, что такое наша собственная совесть, мы не знаем, какова со-
весть других, а поэтому не можем быть твердо уверены в том, что
они поступают в соответствии со своими убеждениями.
Во втором случае, когда мы расцениваем определенные дей-
ствия как аморальные, мы можем называть человека мораль-
ным, если он поступает в соответствии с нормами морали, если
он делает то, что эти нормы предписывают, или не делает того,
что они воспрещают.
В третьем случае мы понимаем мораль как комбинацию пер-
вых двух значений. Можно остановиться на том, что понятие
нравственный характеризует лишь тех лиц, которые действуют
в соответствии с нормами морали и поступают так потому, что
им известны эти нормы. Они действуют в согласии со своей сове-
стью, которая верно оценивает, что такое правильно и непра-
вильно. Уровень морали в указанном третьем значении - это
именно тот ее уровень, до которого стремится возвыситься нрав-
ственный человек. Он знает, что должен совершать лишь пра-
вильные действия и поступать лишь в соответствии с тем, как
ему повелевает его совесть. Только при этом его действия впол-
не похвальны с нравственной точки зрения. Однако никто из нас
не может с уверенностью утверждать, что знает, что такое пра-
вильно, при любых обстоятельствах. Всем нам свойственно
ошибаться. Следовательно, нам остается пытаться возможно
точнее определить, что в данном случае правильно, и действо-
вать соответственно. Мы можем следовать велению своей совес-
ти и надеяться, что наши усилия сформировать у себя чистую
совесть оказались успешными.
Чрезвычайно важно различие между тем, что человек счита-
ет правильным, и что в действительности правильно. Различие
это можно установить, введя понятия субъективно правильные
(и неправильные) и объективно правильные (и неправильные)
действия. В данном случае мы оцениваем с нравственной точки
зрения не людей, а действия. Действие субъективно правильно,
когда человек считает его нравственным. Действие объективно
правильно, когда оно согласуется с нормами морали.
Если я убежден в том, что говорить правду правильно, и ес-
ли это действительно правильно, тогда говорить правду пра-
вильно и субъективно, и объективно. Но действие может быть
правильным субъективно, но неправильным объективно. На-
71
пример, если я заблуждаюсь в оценке нравственности взяточ-
ничества, я могу считать, что брать взятки для меня морально
правильно, хотя в действительности (объективно) это безнрав-
ственно. И наоборот, некое действие может быть субъективно
неправильным, но правильным объективно. И в данном слу-
чае я могу заблуждаться в оценке нравственности такого дей-
ствия. Допустим, что, беря конфету из коробки, я думаю, что
краду ее; однако в действительности конфета лишь часть вы-
ставки товара и помещена туда именно затем, чтобы любой
желающий мог ее взять. Объективно я не украл, хотя сам я
полагал, что краду. Наконец, действие может быть непра-
вильным и субъективно, и объективно; например, когда я сам
убежден в том, что взяточничество аморально, и оно действи-
тельно аморально.
Одна из ловушек в исследовании морали заключается в том,
что мы обычно мыслим в двух уровнях: от первого лица, когда
мы хотим и оценивать действие и действовать, руководствуясь
своей совестью; и от третьего лица, когда мы хотим судить о дей-
ствиях других с объективной точки зрения, но не желаем знать
или не можем знать о субъективном состоянии человека, осуще-
ствляющего действие.
Некоторые люди не расположены судить о внутреннем со-
стоянии других, и это иногда ведет к их отказу от оценки дейст-
вий других. Однако эти два суждения можно рассматривать
раздельно. Мы вправе судить о преступлениях Гитлера, не
зная, считал ли он сам, что поступает морально правильно,
или нет, когда осуществлял или приказывал другим осуществ-
лять безнравственные акции. Позиции и намерения образуют
часть того, что собственно и представляет предмет нравствен-
ных оценок. Однако многие действия могут рассматриваться и
сами по себе, обособленно от намерений самого субъекта мора-
ли, и их можно оценивать с нравственной точки зрения. По су-
ществу, именно так мы обычно оцениваем такие действия, как
воровство, взяточничество, убийство, обман и т.д. Совершенно
очевидно, что, когда речь идет о нравственности или безнравст-
венности экономической системы, о моральных или амораль-
ных методах ведения бизнеса, мы также судим о них безотноси-
тельно к тому, считают ли их моральными сами участники сис-
темы и бизнесмены.
72
Встречаются люди, которые проявляют моральную терпи-
мость по отношению к другим по следующим причинам: нам
свойственно ошибаться в своих нравственных суждениях; мы
иногда считаем какое-либо действие правильным, когда оно
объективно неправильно; в своих нравственных суждениях
люди часто не соглашаются друг с другом; в плюралистичес-
ком обществе нормы конвенциональной морали иногда быва-
ют нечеткими. Такие люди не только отказываются судить
других, они отказываются оценивать и собственные действия.
Не умея обосновать правильность или неправильность дейст-
вий, они часто занимают такую позицию: «не существует объ-
ективной морали» или «мораль - дело чисто субъективное».
Они считают себя лично нравственными, когда действуют, по
их мнению, как должно. (Но и другие люди могут поступать
по-иному и при этом оставаться нравственными, если они по-
лагают, что поступают нравственно.) Такая позиция смешива-
ет субъективную вину и осуждение с объективной виной и
осуждением. Доведенная до логического конца, она отражает
объективность моральных суждений; из нее следует, что все,
что любой человек считает нравственным, тем самым и являет-
ся таковым. Она поэтому отвергает универсальную характери-
стику нравственности. В литературе эта позиция известна как
этический релятивизм.
Описательный релятивизм
Антропологи и социологи обоснованно доказали тот факт,
что люди в разных культурах, так же как и люди внутри дан-
ной культуры, придерживаются по конкретным вопросам весь-
ма различных нравственных взглядов. Древние греки полага-
ли, что умерщвление новорожденных вовсе не является амо-
ральным, тогда как мы считаем это именно таковым. Одни чле-
ны нашего общества считают аморальными аборты, другие же
полагают, что они с нравственной точки зрения допустимы. Эти
Различия представляют собой примеры транскультурного и ин-
тракультурного релятивизма. Следует, однако, отличать куль-
турный релятивизм, являющийся описательным, от этическо-
го релятивизма, строящегося на нормативных позициях. Но
73
обе позиции можно трактовать как применительно к отдель-
ным лицам, так и применительно к определенным обществам1.
Поскольку является фактом, что некое действие считается
моральным в одном обществе в одну историческую эпоху и амо-
ральным в другую эпоху или в другом обществе, и поскольку яв-
ляется фактом, что люди внутри одного общества в данную исто-
рическую эпоху расходятся в своих нравственных позициях, мы
не в состоянии делать никаких иных заключений относительно
культуры или общества, кроме того вывода, что отмеченные
различия действительно существуют. Возьмем 20 учеников-тре-
тьеклассников, которым задана многочленная задача на сложе-
ние. Предположим, что каждый ученик в этом классе дает раз-
ный ответ на предложенную задачу. Опираясь на наше знание
математики, мы можем утверждать, что правильный ответ на-
шел только один ученик. (Разумеется, возможно, что ни один из
учеников не решил задачу правильно.) Но мы впадем в ошибку,
если, основываясь на полученных разных ответах, придем к за-
ключению, что задача не имеет правильного решения.
Антропология и социология выдают данные, которые подле-
жат анализу и объяснению. Мы же, отправляясь от различий
между обществами по их нравственным взглядам, можем соот-
ветственно исследовать, каковы масштабы указанных расхожде-
ний и каковы их основы. По существу, больший интерес пред-
ставляет выяснение масштабов совпадения, а не расхождения,
хотя, конечно, и совпадение нравственных позиций, и их рас-
хождение заслуживают рассмотрения и объяснения.
Различие во взглядах на нравственность конкретного поступка
или метода деятельности может явиться результатом действия ря-
да факторов. У двух обществ могут быть коренные и абсолютные
расхождения в отношении нравственных принципов. Но такие
расхождения могут существовать также и на многих других уров-
нях. Например, два общества могут придерживаться следующего
1 Идею культурного релятивизма отстаивает антрополог У.Дж. Саммер в
Folkways (Boston: Ginn & Со., 1907); позицию, согласно которой этический ре-
лятивизм основывается на культурном релятивизме, выдвигает Ю. Вестер-
марк в Ethical Relativity (New York: Harcourt Brace, 1932). Другой антропо-
лог, M. Гинзберг, утверждает, что антропологический релятивизм не связан с
этическим релятивизмом, см.: М.Ginsberg. Essays in Sociology and Social
Philosophy, vol. 1. On the Diversity of Morals (New York: Macmillan, 1957).
74
базисного принципа: то, что способствует процветанию общества,
нравственно, а то, что этому препятствует, безнравственно. Одна-
ко, если одно общество живет в теплом климате и обладает обили-
ем воды, оно будет по-иному относиться к одежде и использова-
нию воды, нежели другое общество, которое живет в очень холод-
ном климате и располагает небольшими ресурсами воды. Страна,
в составе населения которой много мужчин и мало женщин, будет,
вероятно, по-иному оценивать моногамию, нежели общество с
примерно равной численностью мужчин и женщин. Следователь-
но, разные условия порождают основания для того, чтобы по-раз-
ному оценивать моральность или аморальность одних и тех же
действий. Фактически господствующие в обществе верования так-
же влияют на то, что в нем считается нравственным или безнрав-
ственным. Общество, которое верит, что вулканы - это боги огня,
требующие человеческих жертв, станет рассматривать такое
жертвоприношение как морально оправданное, как предписанное
божественной властью, а поэтому и необходимое для сохранения
общества. Между тем общество, которое не верит в божественность
вулканов, не будет признавать человеческие жертвоприношения
им ни необходимыми, ни морально оправданными. Фактически
господствующие верования представляют собой важный компо-
нент нравственности любого общества, а различия в понимании
фактов действительности ведут к разному пониманию того, что
считается моральным, а что аморальным.
Некоторые общества верят в то, что действительности не соот-
ветствует. До известной степени это, вероятно, относится ко всем
обществам. Однако большинство обществ отдает себе отчет в том,
что по мере своего развития и прогресса они приобретают все боль-
ше знаний о реальной действительности. Но точно так же, как об-
щество способно ошибаться относительно фактов, оно может оши-
баться и относительно некоторых своих моральных убеждений.
Из истории нам известно, что ряд членов какого-либо общества
осознают ошибочность одного или нескольких нравственных кри-
териев данного общества. В принципе нет оснований отвергать
возможность для членов одного общества выдвигать и отстаивать
претензии к нравственным критериям другого общества.
Описательный транскультурный релятивизм дает харак-
теристику различий между культурами. В ряде случаев эти раз-
личия таковы, что понятия «правильно» и «неправильно» или
75
«лучше» и «хуже» неприменимы к указанным различиям. Все
культуры обладают своим языком, а одни языки более сложны,
чем другие. Вряд ли имеет смысл утверждать, что в каком-то аб-
солютном значении один язык лучше другого. Равным образом
многие специфические черты одной культуры отличаются от
специфических черт другой, но обе культуры могут быть одина-
ково высокоразвитыми.
Многие оспаривают точность антропологических заключений о
нравственности первобытных племен и неизвестных или чуждых
культур на том основании, что характеристика антропологом мо-
рали какого-либо общества может оказаться просто навязыванием
собственных критериев морали данного антрополога, а в результа-
те ошибочным толкованием незнакомого образа жизни. Тем не ме-
нее существуют совершенно бесспорные примеры. Скажем, древ-
ние греки считали, что умерщвление новорожденных допустимо,
а мы это отвергаем. Или на американском Юге, до Гражданской
войны, многие считали рабство морально оправданным, тогда как
на Севере многие считали рабство безнравственным. Доказывают
ли эти различия в убеждениях, что мораль - это категория относи-
тельная? Допускает ли описательный культурный релятивизм су-
ществование нормативного этического релятивизма?
Нормативный этический релятивизм
Нормативный, этический релятивизм утверждает, что,
когда любые две культуры или любые два народа придержива-
ются разных нравственных взглядов на какое-либо действие,
обе или оба могут быть правы. Так, какое-либо действие может
представляться правильным одному человеку или обществу, но
то же самое действие, осуществляемое таким же образом, может
расцениваться другим человеком или обществом как неправиль-
ное, но тем не менее оба эти человека или общества одинаково
правы. Что, собственно, означают эти утверждения? Первое под-
разумевает, что ни одно из указанных двух противоположных
нравственных суждений не является правильным и не является
неправильным, поскольку моральные принципы не являются
правильными или неправильными - они просто представляют
собой констатацию мнений или ощущений. Обоснование этой
формы релятивизма обычно строится на метаэтической трактов-
ке языка морали и на логике нравственных умозаключений.
76
Другая форма релятивизма исходит из того, что суждения о пра-
вильном и неправильном детерминированы культурами и что
транскультурные суждения в вопросах морали столь же бес-
смысленны, как и в суждениях о том, лучше или хуже один язык
по сравнению с другим. Те, кто придерживается этого взгляда,
утверждают, что культурный релятивизм так же применим в об-
ласти морали, как и в других областях культуры, и отстаивают
нормативный этический релятивизм с антропологических пози-
ций. Третья форма релятивизма доказывает, что не следует оце-
нивать любое из двух противоречивых суждений как правильное
или неправильное, так как мы не в состоянии решить, какое же
из них, собственно, правильное. Одно из них может быть пра-
вильным, а другое неправильным; но поскольку нет способа это
доказать, гораздо лучше, мудрее и осмотрительнее не признавать
каждое из них правильным или неправильным1.
Эти формы релятивизма заслуживают определенного внима-
ния, так как они непосредственно связаны с вопросом о том, ка-
ким нравственным принципам должны следовать люди, зани-
мающиеся бизнесом в чужой стране: то ли принципам, действу-
ющим в их собственной стране, то ли тем, какие господствуют в
стране, где они ведут свои деловые операции. Чьей же морали
им придерживаться? Все формы нравственного релятивизма до-
казывают, что существует тесная связь между фактом существо-
вания разных принципов морали и утверждением, что имеется
много моралей и все они в равной мере применимы или достой-
ны. Связующим звеном между культурным релятивизмом и
1 Логически позитивистскую атаку на язык морали как буквально бессмысленный
см. в работе: AJ. Ayer. Language, Truth and Logic. 2nded. Ch. VI (New York: Dover
Publications, 1946). Ему отвечает Бранд Бланшард - см.: Brand Blanshard.
Subjectivism. Ch. V//Reason and Goodness (New York: Macmillan, 1961). Еще две
позиции, отвергающие этический релятивизм, см. в: W.T. Stace. The Concepts of
Morals. Ch. 1 and 2 (New York: Macmillan, 1937); Carl Wellman. The Ethical
Implications of Cultural Relativity//Journal of Philosophy, 60 (1963), pp. 169—
184. Защиту версии этического релятивизма см. в: Gilbert Harman. Moral
Relativism Defended//The Philosophical Review, 1975, pp. 3—22. Интересную
трактовку уровней моральной аргументации см. в: В.М. Hare. Moral Thinking
(Oxford: Clarendon Press, 1981). Полезный сборник статей по интересующей нас
теме см. в: Michael Krausz, Jack W. Meiland (eds.). Relativism: Cognitive and
Moral (Notre Dame, Ind.: University of Notre Dame Press, 1982).
77
нормативным этическим релятивизмом служит теория морали,
или система взглядов на мораль.
Однако самоочевидные формы нормативного этического реля-
тивизма не выдерживают серьезной критики. Возьмем первую
точку зрения, согласно которой нравственные суждения не явля-
ются ни истинными, ни ложными, ни правильными, ни
неправильными только потому, что они представляют собой про-
сто констатацию ощущений или эмоций. Из этой позиции выте-
кает ряд следствий, которые не согласуются с нравственным опы-
том большинства людей. Одно из следствий признания этой точ-
ки зрения состоит в том, что нравственное заключение о каком-
либо поступке, например суждение об аморальности воровства, —
это отнюдь не суждение о воровстве. Это попросту выражение
субъективного представления о воровстве. Допустим, что А отри-
цательно отнесся к тому, что В присвоил его бумажник, и заявил,
что тем самым В совершил безнравственный поступок. В ответил,
что не чувствует за собой никакой вины, взяв принадлежащий А
бумажник; отсюда следует, по мнению В, что его поступок не яв-
ляется аморальным. Если оба просто излагают или выражают
свое ощущение, тогда каждый из них говорит только о себе, о сво-
ем представлении об этом поступке. Но если оба говорят только о
собственном представлении, тогда каждый из них говорит уже не
о поступке В, присвоившего принадлежащий А бумажник. То,
что они по-разному реагируют на этот поступок, вполне возмож-
но, и не содержит в себе какого-либо противоречия. Следователь-
но, каждый из них выражает свои чувства, и поскольку их чувст-
ва различны, то так тому и быть. Не меняет дела и утверждение о
том, что, когда кто-то выносит нравственное суждение, он не
только выражает свои эмоции и чувства, но также добивается,
чтобы и другие разделяли его чувства. Ибо, повторяем, разные
люди испытывают разные чувства. Каждый может считать, что
другие должны испытывать такие же чувства, какие испытывает
он. Можно сказать, что каждый человек просто сообщает кое-что
о себе, но никто не судит о самом поступке.
Второе следствие, вытекающее из указанной точки зрения,
состоит в том, что мы никогда не можем ни с кем разойтись в
оценке нравственности какого-либо действия. Если нравствен-
ное суждение - это просто изложение моих собственных ощуще-
ний, моих собственных реакций или выражение моих эмоций,
78
то в ситуации, когда кто-то другой выражает свои эмоции и они
при.этом отличаются от моих, я, естественно, говорю, что у ме-
ня иные эмоции или что я испытываю иные чувства. Но эмоции
не являются ни истинными, ни ложными; следовательно, по-
скольку мы не претендуем на утверждение истинности или лож-
ности, правильности или неправильности, мы тем самым не рас-
ходимся во мнениях друг с другом.
Третье вытекающее из этой точки зрения следствие заключа-
ется в том, что люди никогда не могут ошибаться в своих нрав-
ственных суждениях. Это потому, что, если кто-то сегодня оце-
нивает какое-то действие отрицательно, а назавтра то же дейст-
вие оценивает положительно, он просто выражает разные ощу-
щения. Однако выражение одного чувства сегодня вовсе не
представляется несовместимым с выражением иного чувства за-
втра. Ни в том, ни в другом случае человек не излагает или не
утверждает факты, здесь нет речи о чем-то правильном или не-
правильном, следовательно, и нет возможности ошибиться.
Четвертое следствие состоит в том, что люди могут изменить
свое суждение о моральности действия, выразив иное отношение
к нему. Если нравственное суждение представляет собой лишь
сообщение о своем ощущении или выражение этого ощущения,
тогда изменение ощущения данного лица к данному действию
изменяет и нравственность рассматриваемого действия.
Эти четыре следствия нормативного этического релятивизма
недостаточно согласуются с нравственным опытом большинства
людей, так как люди обычно выносят свои суждения о действи-
ях, по крайней мере именно это входит в их намерения. Они об-
наруживают, что их оценки нравственности какого-либо дейст-
вия расходятся с оценками других. Люди меняют свои мнения,
часто приходят к выводу, что в прошлом ошибались, признав
какое-либо действие правильным, тогда как сегодня они знают,
что оно неправильно. Они не считают, что могут изменить нрав-
ственную оценку какого-либо действия просто вследствие изме-
нения своих ощущений или путем выражения иных эмоций. И
какие у них основания для отказа от продиктованных здравым
смыслом убеждений, образующих часть их собственного опыта?
До сих пор никто не представил нам убедительных аргументов,
оправдывающих отказ от повседневного опыта. Нам преподнес-
ли лишь теорию о том, чем предположительно являются нравст-
79
венные суждения. Но почему мы должны принять эту теорию?
Ведь мы действительно выражаем наши нравственные чувства,
когда выносим моральные суждения. Мы действительно хотим,
чтобы другие разделяли наши чувства, когда мы выражаем свои
эмоции по поводу какого-либо действия. Однако этим мы не
ограничиваемся. Мы одновременно оцениваем это действие, не
соглашаемся с теми, кто дает ему иную оценку, и т.д.
Рассмотрим еще одну позицию поборника нормативного эти-
ческого релятивизма, доказывающего, что суждения о правиль-
ном и неправильном детерминированы определенной культурой.
Его аргументация сводится к тому, что одно общество может счи-
тать какое-то действие правильным, а другое общество может
аналогичное действие считать неправильным, поскольку обстоя-
тельства, при которых они совершаются, представляют их в раз-
ном свете. То, что в одном обществе кажется жестокостью, может
в другом обществе выглядеть добротой. Например, общество, в
котором существует обычай заставлять престарелых удаляться от
людей, чтобы умереть в одиночестве, может показаться бессер-
дечным кому-то из другого общества, где существующая мораль
требует заботы о престарелых, продления их жизни любыми до-
ступными средствами. Оба эти обычая можно представить как де-
монстрацию уважения к престарелым, хотя такое уважение про-
является разными способами. Однако в этом примере отсутствует
нормативный этический релятивизм; мы здесь просто имеем раз-
ные проявления - на уровне практики - схожей высокой нравст-
венной нормы, которой придерживаются оба общества.
Другое толкование нормативного этического релятивизма
может выразиться в тезисе, согласно которому то, что всякое об-
щество вкладывает в понятие «нравственное», подразумевает
лишь, что в данном обществе некое действие считается правиль-
ным. Отсюда следует, что «нравственное» - это то, что «одобря-
ется данным обществом». В этом случае получается, что ника-
кие два общества не могут разойтись в оценке нравственности
какого-либо действия, поскольку у каждого из них понятие
«нравственное» разное. Вынося суждение о моральности некое-
го действия, член общества А тем самым заявляет, что люди из
его общества считают это действие нравственным. Вынося суж-
дение об аморальности того же самого действия, член общества
В заявляет, что люди из его общества считают его безнравствен-
80
ным. Каждое из этих заявлений может быть правильным. Но из
этой констатации следует, что никакие два общества не могут
разойтись во мнениях относительно нравственности какого-ли-
бо действия. Все, что любой человек может делать, — это изла-
гать мнение его общества о таком действии. Другое следствие из
указанного тезиса заключается в том, что ни один член общест-
ва не может выразить несогласие с оценкой нравственности дей-
ствия, принятой его обществом. Согласно этой точке зрения, за-
являя об аморальности какого-либо поступка, индивидуум фак-
тически заявляет лишь о том, что его общество считает этот по-
ступок аморальным. Когда же его общество в действительности
считает этот поступок нравственным, тогда индивидуум про-
сто ошибается, утверждая то, что не соответствует убеждениям
его общества. Тем не менее остается фактом нравственной жиз-
ни, что иногда люди не разделяют нравственные убеждения дру-
гих членов своего общества, а одни общества расходятся с други-
ми обществами в принципах морали. И здесь следует констати-
ровать, что существует больше аргументов против доктрины
нормативного этического релятивизма, чем в ее пользу.
Некоторые различия культур носят вкусовой характер, кото-
рый не служит основой для заключения о правоте или неправо-
те того или иного общества, да и нет необходимости выводить та-
кие заключения. Например, если одно общество предпочитает
вареную пищу, а другое ее не приемлет, каждое может без ущер-
ба придерживаться своей традиции. Если один человек любит
шоколадное мороженое, а другой не выносит шоколад, но любит
ванильное мороженое, мы не склонны определять, кто из них
прав, а кто не прав. Различия между культурами и индивидуу-
мами, несомненно, существуют. Обычно никто не претендует на
то, чтобы выяснить, что истинно, а что ложно, да и нет основа-
ния или необходимости решать, кто прав, а кто не прав. Почему
же этого правила не придерживаются в сфере морали?
Как свидетельствует опыт нравственной жизни, мы выносим
суждения о моральности или аморальности действий и поступ-
ков, а вынося эти суждения, мы тем самым говорим что-то об
этих действиях, а не просто о самих себе. Опыт свидетельствует
также, что у людей разные подходы к проблемам нравственнос-
ти. Поскольку, по их мнению, они выносят справедливые суж-
дения о том, что истинно или ложно, что правильно или непра-
81
вильно, им не нравится, когда считают, что их суждения не вер-
ны. Их возражений явно недостаточно, чтобы подтвердить пра-
воту своих суждений. Но чтобы доказать им, что они заблужда-
ются в своих оценках, требуется гораздо больше, чем просто
чья-то теория, выдвигающая противоположные оценки.
Более тщательный анализ того, что многие люди думают, когда
выносят нравственные суждения, покажет хотя бы отчасти, поче-
му возникают споры по проблемам морали. Например, рядовой че-
ловек, вынося суждение о том, что убийство аморально, думает,
что акт убийства представляется аморальным всем людям. Он не
считает, что этот акт представляется безнравственным только ему
и что другие, если они придерживаются иного мнения, могут по-
ступить морально правильно, убив человека. Он утверждает, что
этот акт аморален для всех. Не ограничивает он также сферу при-
менения своего суждения лишь обществом, к которому принадле-
жит. Убийство аморально как в его собственной стране, так и во
всех других странах, независимо от того, осознают или признают
это жители той или иной страны. Вынося свое нравственное суж-
дение, он поэтому оценивает характер какого-либо действия, и
этому суждению он придает универсальное значение. Именно это
он имеет в виду, когда говорит, что убийство безнравственно, что
никто не должен убивать и что любой, кто убивает, совершает зло.
Какое-то общество может судить о нравственности действий
лишь своих собственных членов либо потому, что оно игнориру-
ет все другие общества, либо потому, что считает все другие на-
роды варварами, недостойными уважения. Сфера представле-
ний одного общества может быть ограничена в силу его преду-
беждений против других народов. Но когда в такой стране выно-
сится нравственное суждение, оно все же имеет универсальное
значение, так как распространяется на всех людей внутри дан-
ного нравственного сообщества. Когда кто-то считает, что нрав-
ственное сообщество включает все человеческие существа, тогда
нравственные суждения выносятся от имени всех. Если к тому
же нравственное сообщество включает и животных, тогда эти
суждения распространяются и на них.
Однако отсюда вовсе не следует, что, поскольку люди делают
универсальные моральные заключения, эти последние справед-
ливы; отсюда не следует также, что лишь в силу того, что люди
82
придерживаются разных нравственных принципов, можно оп-
ределить, какой из них правильный.
Третье толкование этического релятивизма постулирует, что
не следует считать правильными или неправильными разные по-
зиции по моральным проблемам, так как никто не в состоянии
доказать, что он сам прав, а кто-то другой не прав. Не существу-
ет, мол, способа решать такие спорные проблемы. Согласно этой
точке зрения представляется самонадеянным утверждать, что в
спорах по нравственным проблемам один прав, а другой не прав.
В лучшем случае можно обсуждать наши разногласия, чтобы оп-
ределить, не базируются ли они на разных фактах. Но если это
так, то можно попытаться установить, какие же из приводимых
фактов достаточно убедительны. Можно также постараться вы-
яснить, не разные ли у нас убеждения. Опять-таки можно попы-
таться разрешить наши разногласия. Однако если мы в конце
концов придем к согласию относительно фактов, найдем, что у
нас одни и те же убеждения, но все еще будем расходиться в
оценке нравственности какого-либо действия, то, согласно ука-
занной точке зрения, нет никакого способа установить, кто из
нас прав, а кто заблуждается. Рассматриваемый тезис подразу-
мевает, что принципы морали не являются правильными или
ложными и не могут быть рационально обоснованы; и все же
нравственные принципы часто получают рациональное обосно-
вание, а споры по моральным проблемам ведутся с использова-
нием как рациональных аргументов, так и эмоциональных суж-
дений. Эти дебаты заслуживают того, чтобы вникнуть в их содер-
жание. Но необходимо ясно себе представлять, что полезного
можно из них извлечь, а что в них лишь вводит в заблуждение.
Если выдвинутые здесь аргументы против нормативного эти-
ческого релятивизма убедительны, то возникает вопрос, а что
ему можно противопоставить? То, что ему противостоит, — это
отнюдь не цельная система морали, и мы не утверждаем, что
где-то существует такая цельная система, которую еще предсто-
ит обнаружить. Факт тот, что нравственные суждения - это та-
кие суждения, которые могут и должны быть обоснованы, одна-
ко выдвигаемые в их обоснование аргументы иногда убедитель-
ны, а иногда недостаточно убедительны. Когда мы сталкиваем-
ся с противоречивыми оценками одного и того же действия,
лишь одна из этих оценок может быть правильной. Единствен-
83
ный способ выяснить, какая из них правильна, заключается в
том, чтобы установить, какое суждение лучше других под-
тверждается фактами и представленными в его обоснование ар-
гументами. Таким образом можно в конце концов вывести высо-
кие, абстрактные нравственные принципы. Если они окажутся
несовместимыми, нам придется решать, какой из альтернатив-
ных принципов или подходов более обоснован. Дальнейшие
изыскания могут привести к заключению, что ни одна из изу-
ченных теорий не является вполне логичной и вполне удовле-
творительной. В таком случае потребуются новые исследова-
ния. Вывод о том, что нет удовлетворительной теории, не обяза-
тельно соответствует действительному положению вещей. Мы
не считаем, что нет надежной цельной теории физики просто по-
тому, что мы еще таковую не обнаружили. В обоих случаях пра-
вильно будет продолжать научный поиск, продолжать совер-
шенствовать уже полученные заключения, продолжать исполь-
зовать уже имеющиеся тезисы, несмотря на их недостатки.
Моральный абсолютизм
Одну из альтернатив этическому релятивизму образует мо-
ральный абсолютизм. Поборник морального абсолютизма счи-
тает, что существуют вечные моральные ценности и вечные нрав-
ственные принципы, которые пригодны для всех времен и для
всех стран. Но имеются разные виды абсолютизма. Одни абсолю-
тисты, например, полагают, что большинство общих принципов
морали абсолютны, но что, будучи применены в разных обстоя-
тельствах, некоторые нормы морали более низкого уровня могут
претерпевать изменения. Другие, более крайние абсолютисты
настаивают на том, что все нравственные нормы повсюду и во все
времена одинаковы. Между этими крайними позициями сущест-
вует третья, сторонники которой считают, что самый общий
принцип морали повсюду и всегда один и тот же и что нравствен-
ные нормы повсюду и всегда одинаковы, но что из этих норм име-
ются исключения, которые также везде и всегда одинаковы.
Существует разница между концепцией универсальности и
вечности принципов морали и убеждением теоретиков морали в
том, что они твердо знают, в чем заключаются эти принципы.
Человек может считать, что существуют вечные нравственные
принципы, и в то же время не уметь их сформулировать. Он вме-
84
сто этого способен конструировать разной степени приближения
к определению таких принципов, причем он готов их модифи-
цировать, когда видит, что их формулировка неточна.
Однако абсолютизму противостоит альтернативное течение,
которое не относится к релятивизму. Теоретики этого течения ут-
верждают, что мораль не вечна. Она представляет собой попытку
людей ввести принципы, которыми надлежит управлять челове-
ческим обществом и жизнями членов этого общества, принципы,
которые помогают людям жить совместно и следовать правилам,
признанным всеми ими в разумных и объективных пределах. В от-
личие от абсолютиста сторонник рассматриваемой позиции не на-
стаивает на том, что где-то существует окончательный, абсолют-
ный, вечный нравственный принцип, например воплощенный в
божественном разуме. Он ограничивается лишь утверждением,
что идея такого принципа составляет тот идеал, к которому стре-
мится этика. Он поэтому довольствуется изучением различных
моральных принципов, выдвигавшихся на протяжении истории
человечества, и различных теорий этики, выработанных людьми.
Он может выяснить, какие теории лучше выдерживают его крити-
ческий анализ, какие для него полезнее других и какие больше со-
ответствуют ценностям, которые ему близки. Это не индивидуаль-
ное, а коллективное исследование, поскольку оно может основы-
ваться как на достижениях других исследователей, так и на их
ошибках. В последующих главах мы станем придерживаться по-
зиции этого альтернативного течения в этике. Мы не будем пре-
тендовать на непогрешимость наших заключений или на знание
вечных истин. Мы ограничимся тем, что охарактеризуем наиболее
успешные традиционные подходы к проблемам морали и образцы
нравственных аргументов, ныне используемых в нашем обществе.
Моральный плюрализм
Американское общество многообразно, оно представляет со-
бой комбинацию разных культур и традиций. Оно по своему со-
ставу разнородно, в нем сосуществуют многие этнические и ра-
совые группы населения. Будучи динамичным и изменяющим-
ся, оно плюралистично во многих отношениях. Оно плюралис-
тично по сочетающимся в нем культурам. До известной степени
и господствующая в нем мораль также плюралистична.
85
Можно выделить четыре уровня нравственного плюрализма:
радикальный моральный плюрализм, плюрализм моральных
принципов, плюрализм нравственной практики и плюрализм са-
мовыражения. Радикальный моральный плюрализм характери-
зует то состояние общества, при котором люди придерживаются
взаимно непримиримых взглядов на мораль, на то, что означает
добро и зло, какие поступки правильны, а какие неправильны.
Однако люди, придерживающиеся таких радикально различаю-
щихся воззрений, не образуют общество. Чтобы составить обще-
ство, группа людей должна признать необходимость соблюдения
определенных основных методов практической деятельности и
принципов. Например, на базисном уровне должно быть общее
согласие в том, что жизнь стоит прожить, что жизнь членов обще-
ства должно уважать или что люди будут терпимо относиться к
существующим между ними различиям в той мере, в какой они
не мешают друг другу. Когда некоторым людям все равно, жить
или умереть, а также когда они считают своим моральным долгом
убивать других, может оказаться невозможным убедить их в том,
что они заблуждаются. Но люди с такими воззрениями не в состо-
янии образовать собою общество. В той мере, в какой общество и
мораль сосуществуют, мораль общества должна быть общеприня-
той моралью, а не резко плюралистическим набором противопо-
ложных нравственных позиций. Однако на других трех уровнях
общество способно быть морально плюралистическим.
Плюрализм моральных принципов внутри общества не обяза-
тельно должен означать непримиримые расхождения. Плюра-
лизм на уровне моральных принципов вполне совместим с обще-
ственным согласием относительно нравственности многих основ-
ных видов практической деятельности. Такое согласие не обяза-
тельно предполагает согласие по нравственным принципам, кото-
рыми разные люди пользуются для оценки практических дейст-
вий. Например, громадное большинство членов нашего общества
разделяют убеждение, что убийство - это зло. Одни члены наше-
го общества пребывают лишь на уровне житейской морали и не
задаются вопросом, почему убийство является злом. Другие мо-
гут считать, что оно есть зло, так как Бог, в которого они веруют,
запрещает такие поступки; третьи могут так считать потому, что
убийство попирает человеческое достоинство; еще другие могут
считать убийство злом потому, что оно влечет за собой серьезные
86
последствия для общества в целом, и т.д. Каждая из этих групп
придерживается различных нравственных принципов. Но эти
разные принципы вполне совместимы со сходством нравствен-
ных суждений1.
На уровне практических действий мы встречаемся со множе-
ством разных нравственных мнений относительно некоторых из
них. Этот плюрализм, касающийся нравственности практиче-
ских действий, может иметь своим источником различия в
нравственных принципах, но он может также проистекать из
того, что сами факты разные или что эти факты воспринимают-
ся по-разному, из того, что обстоятельства складываются по-
разному, или из того, что соответствующие ценности истолко-
вываются по-разному. Даже в тех случаях, когда существует
широкое согласие по принципам, не все моральные проблемы
ясны. В изменяющемся, динамичном, развивающемся обществе
существует известный простор для расхождений в вопросах мо-
рали, даже несмотря на единодушное мнение о том, что все то,
что помогает обществу выжить, нравственно. Новые методы де-
ятельности могут восприниматься консерваторами как угрожа-
ющие выживанию общества, а другие могут те же методы дея-
тельности превозносить как необходимые орудия выживания.
Однако плюрализм практических действий вполне совместим с
целыми областями согласия, и обычно именно это имеет место в
реальной жизни.
Четвертый уровень морального плюрализма - это самовыра-
жение, развитие личных способностей. При условии, что члены
общества соблюдают основные нравственные нормы, им, в та-
ком плюралистическом обществе, позволяется свободно выби-
рать и другие ценности и собственный образ жизни. Это создает
разновидность морального плюрализма, так как совершенство-
вание и реализация личных способностей относятся, согласно
некоторым воззрениям, к сфере морали. Общество, допускаю-
щее разные формы саморазвития личности в пределах основной
структуры нравственности, относится терпимо к множеству от-
' Подробный анализ плюрализма в американском нравственном сознании и ар-
гументы в защиту подхода к этике, основывающегося на понятии человечес-
кого достоинства, см. в работе: Alasdair McIntyre. After Virtue (Notre Dame,
Ind.: University of Notre Dame Press, 1981).
87
клонений от общераспространенных норм, которые не были бы
дозволены (или не появились бы) в гомогенном обществе.
Плюрализм и американский бизнес
Вторая, третья и четвертая разновидности морального плю-
рализма существуют в Соединенных Штатах. Эти виды плюра-
лизма не подразумевают признание нормативного этического
релятивизма, они фактически изначально предполагают допу-
щение очень широкой гаммы нравственных действий. Разно-
образие способов практического применения нравственных
принципов столь велико, что мы даже забываем об их сходст-
ве. Однако уважение к человеческой личности, уважение к
правдивости и уважение к чужой собственности являются в
Америке само собой разумеющимися принципами, и это дела-
ет возможным ведение бизнеса. Опираясь на такие позиции
морального плюрализма, американцы приняли законы, кото-
рые регулируют претворение в жизнь общих нравственных
норм, определяют надлежащие сферы терпимости и обеспечи-
вают выполнение арбитражных функций в случаях возникно-
вения моральных споров по социально значимым проблемам.
Следовательно, поднимаемый некоторыми людьми вопрос «а
чьей морали мне надлежит придерживаться?» вводит в заблуж-
дение и предполагает, будто мораль каждого отдельного челове-
ка отличается от морали каждого другого человека. В конечном
счете я должен руководствоваться своей совестью, а в этом
смысле мораль, которой я придерживаюсь, — это моя личная
мораль. Однако как мораль она диктует суждения, которые но-
сят универсальный характер. Хотя мы и представляем собой
плюралистическое общество, мы разделяем огромное количест-
во общепризнанных ценностей и норм. Эти общепринятые нор-
мы и образуют мораль общества. Они ваши, мои и наши, и мы
считаем их применимыми ко всем. Они полностью соответству-
ют и служат опорой нашим законам, нашим рутинным обычаям
и нашей политической системе. В области серьезных расхожде-
ний (которую я охарактеризовал как третий уровень морально-
го плюрализма) столкновение нравственных ценностей внутри
нашего общества преодолевается путем публичного их обсужде-
ния, а быть может, и с помощью законодательства. Моральные
доводы выдвигаются и опровергаются до тех пор, пока не дости-
88
гается ясность или пока не признается наличие разногласии с
целью изыскать способ разрешения проблемы. Подобные спо-
ры, даже когда они становятся газетной сенсацией и порождают
большую озабоченность в обществе, происходят в условиях на-
личия признанных норм и институтов. По существу, без нали-
чия таких общепризнанных норм и институтов споры не могли
бы возникать и вообще вестись. Поэтому, когда я сталкиваюсь с
моральными претензиями ко мне лично или к практикуемым
мною методам ведения бизнеса, с моей стороны было бы непра-
вильно отвергать эти претензии на том основании, что они соот-
ветствуют вашим нравственным принципам, а не моим. По-
скольку моральные нормы носят универсальный характер, они
обоснованно распространяются на поступки других людей, и от
последних можно потребовать оправдания своих поступков или
же эти поступки можно подвергнуть моральному осуждению.
Плюрализм и международный бизнес
Плюрализм, существующий в американском обществе, не
столь многогранен, как плюрализм, действующий во всем мире.
Конечно, моральные кодексы и воззрения, признанные во всех
странах мира, строятся на некоторых сходных базисных принци-
пах. В каждой стране убийство членов общества запрещено, в
противном случае никакое общество не могло бы существовать.
Во всех странах ложь и обман считаются аморальными, в против-
ном случае не было бы никакого надежного общественного взаи-
модействия. Как бы ни определяли собственность, но ее уважают;
в противном случае никто не был бы в состоянии рассчитывать на
обладание тем, что необходимо для жизни. Тем не менее методы,
с помощью которых страны мира образуют интернациональное,
или всемирное, сообщество, в лучшем случае весьма эфемерны.
Национальный суверенитет ограничивает степень желания каж-
дой из них подчиняться наднациональному суду. На междуна-
родном уровне закон не играет такой посреднической, арбитраж-
ной роли, как в США, поскольку не существует общепризнанного
органа, который мог бы такой закон проводить в жизнь. Разделя-
ющие страны различия гораздо глубже, чем различия, разделяю-
щие членов одного и того же общества. Идея единой морали для
всех в мире - плюралистической по существу, но обеспечиваю-
щей рамки, в пределах которых действовать могут все, — это еще
89
не реальность, а цель, которую предстоит достигнуть. Однако
между обществами разных стран существует достаточная степень
согласия, позволяющего вести бизнес в международном масшта-
бе. Но даже и в бизнесе есть множество нерешенных проблем.
Нравственные представления, чувства и убеждения большинства
людей концентрируются главным образом на внутренней жизни
своего общества и на уровне личной морали. В международном
плане их нравственные воззрения на обязательства между стра-
нами еще очень слабо сложились, отчасти потому, что люди вооб-
ще мало уделяли им внимания. Вот почему мы находим так мало
готовых ответов на вопросы, возникающие на этом уровне. Тем не
менее некоторые ответы можно все же дать.
Во-первых, правило «в чужой монастырь со своим уставом не
ходят» имеет лишь ограниченное применение. Когда человек
ведет автомобиль в Англии, ему лучше делать левые повороты,
так как именно такое правило действует на дорогах Англии.
Каждому следует считаться с местными нравами и обычаями,
когда он находится в чужой стране. В этом смысле человеку, бе-
зусловно, необходимо придерживаться правила «в чужой мона-
стырь со своим уставом не ходят». Однако в равной степени оче-
видно, что, когда компания действует в стране, где легально
применяются или широко практикуются рабство, принудитель-
ный труд или апартеид, это не дает ей права поступать так же.
Можно и нужно проводить грань между местными правилами и
обычаями, которые с позиций морали носят нейтральный ха-
рактер, как, например, правило о левостороннем движении, и
такими нравами, которые аморальны или явно воспринимаются
как аморальные, вроде, например, применения рабства. Ни
один человек и ни одна компания не могут морально оправдать
свое участие в деятельности, которую они считают аморальной
или неэтичной. Честный человек и честная компания не только
имеют свои принципы, но и живут в соответствии с ними. Сле-
довательно, ответ на вопрос «чьей морали я должен придержи-
ваться?» на международном уровне будет такой же, как и на на-
циональном уровне, т.е. необходимо соблюдать собственные
принципы. Тем не менее на международном уровне, как и на на-
циональном, это не означает, что моя нравственность лишь чис-
то индивидуальная, что к ней не предъявляются универсальные
требования или что она не является широко признанной.
90
Существует, однако, разница между утверждением, что аме-
риканские честные компании, действующие за границей, долж-
ны придерживаться собственных моральных принципов, и ут-
верждением, будто американским компаниям следует навязы-
вать остальному миру свои методы ведения бизнеса или будто
только американские нормы и американские стандарты явля-
ются этически и морально обоснованными. Первое утверждение
ни в какой мере не предполагает и не оправдывает второе. Суще-
ствует много морально оправданных способов ведения бизнеса и
много морально обоснованных стандартов. Американские стан-
дарты не являются единственно оправданными. В мире функци-
онирует много морально обоснованных норм, но некоторые, та-
кие, как рабство, аморальны, хотя обычно и применяются в ка-
кой-то стране. Именно такие нормы недопустимы.
Как же в таком случае обстоит дело с примером о Мэри Томп-
сон, примером, с которого мы начали настоящую главу? Ее фир-
ма уже открыто признала, что не должна и не будет исполнять за-
коны об апартеиде в ЮАР. Равным образом очевидно, что фирма
не должна участвовать в применении рабства, или поощрять его,
или способствовать ему. Следовательно, с нравственных позиций
она не может выпускать товары, производимые с использованием
рабского или принудительного труда, не должна она также и за-
купать подобную продукцию, так как это, по крайней мере кос-
венно, поощряет или поддерживает такую практику. То, насколь-
ко далеко компания может пойти в выяснении того, произведены
ли получаемые ею изделия фактически с применением принуди-
тельного труда, порождает более сложный вопрос, и отнюдь не та-
кой, который можно было бы просто игнорировать.
Проблема детского труда гораздо сложнее. Несмотря на то
что в США применение детского труда запрещено и обязательно
школьное образование до определенного класса, дети выполня-
ют различные домашние работы или занимаются такими вспо-
могательными видами наемного труда, как, скажем, доставка
газет. В аграрных обществах дети обычно трудятся в поле. Уро-
вень обязательного школьного образования в разных обществах
разный. Есть и другие факторы, которые несколько отличают
проблему детского труда от проблемы рабства или принудитель-
ного труда. Однако в ряде обществ эти проблемы почти равно-
значны. Задача заключается в том, чтобы выяснить реальные
91
условия и возможные альтернативы и лишь затем принимать на
основе полной осведомленности обоснованное решение. Любое
применение детского труда, который оглупляет детей и препят-
ствует их нормальному росту, общему развитию и получению
образования, равносильно применению принудительного труда
и в этом смысле морально неоправданно.
Проблема справедливого и равноправного применения жен-
ского труда также очень сложна. Но каковы бы ни были местные
обычаи, фирма Мэри Томпсон не может легитимно участвовать в
любой практике, дискриминирующей женщин или нарушающей
их право на справедливые и равные условия найма. Насколько та-
кой запрет на дискриминацию женщин реально действует в раз-
ных странах, зависит отчасти от ситуации в каждой стране. В
бывшем Советском Союзе женщины трудились в угольных шах-
тах; в США такого не было. Отсюда, разумеется, автоматически
не следует, что к женщинам лучше относятся или что их права
строже соблюдаются в одной из этих стран по сравнению с другой.
Подходы к теории этики
Когда мы приводили характеристику плюрализма нравствен-
ных принципов, мы видели, что, хотя все люди могут признавать
аморальность убийства, они способны прийти к такому заключе-
нию, руководствуясь разными нравственными принципами. Те-
ории этики пытаются систематизировать расхожие суждения о
морали, выявить и обосновать основные ее принципы.
Большинство нравственных суждений в бизнесе, как и в дру-
гих областях жизни, выносится на основе таких общепринятых
правил, как «не причиняй вреда», «не убивай» или «говори
правду». В таком случае зачем нужна теория этики? Почему не
довольствоваться этими правилами?
Ответ на этот вопрос тройственный. Во-первых, хотя, как пра-
вило, вполне достаточно соблюдать указанные нормы, однако это
не всегда возможно. Как нам быть в тех случаях, когда нравствен-
ные представления оказываются у разных людей разными, или
когда два (или более) общих правила, казалось бы, приходят в
противоречие друг с другом, или когда соблюдение общего прави-
ла морали, казалось бы, приводит к аморальным действиям, или
когда общепринятое правило или действие подвергается сомне-
нию? В бизнесе постоянно возникают новые методы практичес-
92
кой деятельности, рождающие вопросы, на которые правила на-
шей морали не дают четкого ответа. Как следует оценивать эти
новые методы? В каждом случае было бы полезно владеть каки-
ми-то инструментами, которые способствовали бы решению во-
проса о том, какие правила здесь применимы, какие конкретные
правила нравственны, а какие аморальны. Такие инструменты
дает нам теория этики, объясняющая, какие действия правиль-
ны, а какие неправильны, и разработавшая методику решения
трудных или спорных проблем. Кто-то, владеющий теорией эти-
ки, может при этом сформулировать необходимые нравственные
аргументы в соответствии с логикой этической теории. Такие ар-
гументы могут оказаться полезными индивидууму при решении
трудных нравственных проблем, с которыми он сталкивается.
Следовательно, один из мотивов, стимулирующих изучение эти-
ческой теории, состоит в том, что она помогает нравственным лю-
дям выяснить для себя, каковы их моральные ценности, и разум-
но разрешать трудные проблемы, с которыми они сталкиваются.
Во-вторых, владение некоторыми стандартными приемами
выдвижения нравственных доводов позволяет индивидууму,
принимающему решения морального значения, объяснять и
обосновывать эти решения другим людям. Когда менеджер пред-
приятия нанимает или увольняет людей, повышает кого-либо в
должности и при этом оспаривается справедливость его реше-
ния, ему приходится обосновывать свою позицию. Простого за-
явления, что он считает свое решение правильным, явно недоста-
точно. В оправдание своего решения он должен сформулировать,
какими причинами или аргументами он руководствовался. А это
означает вступление в сферу нравственных умозаключений, и
менеджер, искушенный в теории этики, вполне способен с такой
задачей справиться. Владение стандартными приемами нравст-
венной аргументации, умение формулировать свои доводы и оце-
нивать моральные умозаключения других позволяют нам также
компетентно участвовать в дискуссиях, проводимых корпораци-
ями, или в дебатах по проблемам государственной политики.
В-третьих, несмотря на то что житейская мораль служит ис-
ходной позицией теории этики и обычно является общепринятой,
она все же не всегда может быть правильной. Как это нам опреде-
лить, если все, чем мы располагаем, — это нормы и правила обы-
денной, житейской морали? Чтобы оценить состоятельность жи-
93
тейской морали, необходимо иметь другую отправную точку зре-
ния, которая позволяла бы объяснять, почему какие-то признава-
емые нами элементы житейской морали приемлемы, и ставить
под сомнение другие ее элементы, доказывать, почему их следует
отвергнуть или пересмотреть. Такую отправную точку зрения со-
держит теория этики. В этом смысле теория этики является не
обыденной, а критической. Связь между моралью и теорией эти-
ки характеризуется их взаимодействием. Теория этики стремит-
ся обосновать житейскую мораль, иногда корректирует ее, а за-
тем сама теория оценивается по тому, насколько убедительно она
объясняет полученный результат. Это непрерывное взаимодейст-
вие обыденной морали и теории этики продолжается до тех пор,
пока либо достигается по крайней мере временное равновесие, ли-
бо мы оказываемся вынужденными действовать на основе наибо-
лее убедительных представлений, выдвигаемых нашей теорией,
какими бы несовершенными или неполными они ни были.
Процесс выработки совершенно удовлетворительной теории
этики бесконечен. Нет такой теории, с которой все люди или все
философы согласны. И все же здесь нет необходимости излагать
содержание многих различных этических систем, созданных в те-
чение всей истории философии. На протяжении веков преоблада-
ющее место занимали два главных направления нравственной
мысли. Одно строит свою аргументацию на основе последствий
действий (человека). Это направление этической мысли называ-
ется телеологическим, наиболее известной версией которого яв-
ляется консеквенциализм. Оно декларирует, что правильность
или неправильность действий человека определяется последстви-
ями этих действий. Распространенной формой консеквенциализ-
ма, широко представленной в нашем обществе, является утили-
таризм, теория, которую мы будем изучать в следующей главе.
Второе направление нравственной мысли называется деонто-
логическим. Это учение устанавливает, что основной категорией
морали является долг, долженствование и что долг не зависит от
последствий поступков человека. Одно действие правильно по-
тому, что ему присущи определенные свойства или что оно явля-
ется действием определенного рода, и неправильно потому, что
ему присущи иные свойства или что оно представляет собой дей-
ствие иного рода. Традиционный иудейско-христианский под-
ход к морали является деонтологическим. Немецкий философ
94
Иммануил Кант (1724—1804) дал классическое философское
определение деонтологического подхода, влияние которого в на-
шем обществе очень сильно. Большинство дискуссий по пробле-
мам этики бизнеса, так же как и по проблемам социальной эти-
ки (т.е. сферы благотворительности, или нравственности прави-
тельственной деятельности, или нравственности законов), ве-
дутся преимущественно людьми, которые - сознательно или
бессознательно - пользуются утилитаристским, иудейско-хрис-
тианским или кантианским подходом к этике. Деонтологичес-
кий подход включает в себя анализ значения, содержания и
обоснования как справедливости, так и прав. А суждения отно-
сительно честности или справедливости, а также о требованиях
соблюдения прав - будь то права человека, права рабочих или
гражданские права женщин и представителей меньшинств, -
бесспорно, широко распространены в американском обществе.
Философы и другие ученые, желающие быть последователь-
ными, часто пытаются использовать лишь один подход к реше-
нию этических проблем. Те, кто интересуется этикой как чисто
теоретическим предметом, строят свои исследования таким об-
разом, чтобы они позволяли разрешать встречающиеся трудно-
сти и недоумения и обосновывать рациональными доводами
правильность сделанных умозаключений. Тех, кто готов совме-
стить оба направления, иногда называют поборниками плюра-
листической этики, этическими плюралистами. Они придер-
живаются преимущественно одного направления или одной си-
стемы принципов, но соединяют их с другим направлением или
с другой системой принципов. Например, часто выдвигаемое
против утилитаризма обвинение заключается в том, что он не
способен дать объяснение понятию «справедливость». Поэтому
некоторые философы вносят в свои утилитаристские этические
воззрения деонтологическое представление о справедливости.
Сочетание указанных направлений имеет свои преимущества.
Но, конечно, оно имеет и недостатки, так как плюралисту необ-
ходимо руководствоваться каким-то правилом, когда он решает
применить именно этот принцип, а не другой.
Между тем, пока философы дискутируют, и они сами и другие
члены общества должны действовать. При отсутствии строгих
этических теорий мы используем лучшие из тех, какие имеются.
В американском обществе этическая мысль укладывается в ос-
95
новном в названные выше направления. Поэтому в них необходи-
мо разбираться, нужно знать, как применять выдвигаемые ими
принципы, надо хорошо представлять себе их сильные и слабые
стороны. В США этические представления отличаются большой
расплывчатостью. Члены американского общества выносят свои
нравственные суждения, придерживаются моральных ценнос-
тей, но в большинстве своем они слабо владеют искусством отста-
ивать свои нравственные убеждения, они не умеют в сжатом виде
использовать нравственные аргументы при обсуждении государ-
ственной политики, социальных проблем и методов практичес-
кой деятельности бизнеса. Искусство пользования моральными
аргументами составляет важную часть этики бизнеса.
Еще два аспекта морального опыта заслуживают некоторого
внимания, прежде чем мы обратимся к этической теории, - это
нравственное достоинство и нравственные идеалы. Все возраста-
ющее число философов утверждает, что нравственность включает
в себя нечто большее, чем правила морали и логика моральных
умозаключений, и они, безусловно, правы. Она включает в себя
также присущее человеку от природы чувство справедливости,
что связано и с характером человека, и с различного рода поступ-
ками, обусловленными этим характером. То, что нравственно в
данной ситуации, доказывают они, — это не только то, что требу-
ют правила морали, как бы они ни были справедливы, но также и
то, что считает уместным зрелый человек, обладающий высоки-
ми нравственными качествами. Часто это может выйти далеко за
пределы того, что требуют общие правила морали, которые ино-
гда считают нравственным минимумом. Не вызывает сомнения,
что нравственные поступки совершают только нравственные лю-
ди, что моральный образ мыслей очень важен и что такие досто-
инства, как честность, правдивость и нравственное мужество, -
это такие черты человеческого характера, которые надлежит по-
ощрять и развивать. Но эти утверждения вполне совместимы с ут-
верждениями о том, что люди не должны лгать, воровать, убивать
или жульничать. Сосредоточивать все внимание только на прави-
лах, будто только они важны в морали, — это такая же ошибка,
как считать, что никаких правил не существует. Воспитание ха-
рактера представляет собой важный элемент морального просве-
щения, так же как и преподавание моральной логики.
96
Статус идеалов в сфере морали часто игнорируется, а идеалы
иногда путают с нравственным долгом или с тем, что считается
морально необходимым. Нравственные идеалы представляют
собой цель, к достижению которой люди - и, очевидно, предпри-
ятия - должны стремиться, хотя не их вина в том, что они еще
не на высоте этих идеалов. С моральной точки зрения игнориро-
вать нравственные идеалы - это меньший грех, чем пренебре-
гать основными требованиями морали, которые человек может
и должен соблюдать. Нравственные святые и нравственные ге-
рои выходят за пределы того, что строго от них требуется. Всем
нам известно, что с моральной точки зрения мы еще не такие,
какими могли бы быть. Однако, как бы ни были важны нравст-
венные идеалы, ошибочно рассматривать их как нравственные
обязательства. Во многих случаях в личной жизни и в бизнесе
можно говорить о поступках, которые совершать «было бы хоро-
шо» , но которые совершать мы не обязаны. Сфера нравственно
похвального шире, чем сфера морально обязательного. Когда
мы выносим суждения о других людях и суждения о деловых
фирмах, нам не следует порицать их за то, что они не достигли
нравственных идеалов; мы можем считать их ответственными
лишь за то, чтобы они поступали согласно моральным принци-
пам и избегали нравственно недопустимых действий.
Представления о чувстве справедливости, характере и идеа-
лах имеют важное значение. Прежде всего они относятся к инди-
видуумам. Однако как можно, и вообще возможно ли, распрост-
ранять их на корпорации или экономические системы - это спор-
ный вопрос, так же как спорен вопрос о том, следует ли судить о
бизнесе по тому, придерживается ли он минимума нравственных
требований или должен превысить этот минимум.
Но что совершенно бесспорно - это то, что люди способны эф-
фективно и осмысленно участвовать в этих и аналогичных дис-
куссиях лишь при условии, если они владеют стандартными
приемами логического анализа проблем морали, которыми чле-
ны нашего общества осознанно или неосознанно пользуются.
Контрольные вопросы и задания
1. В трех проблемах, с которыми столкнулась Мэри Томпсон,
чем она должна была руководствоваться при принятии по
ним решения? Какие ей следовало выявить дополнительные
97
факты, если вообще это было необходимо? Какие бы вы при-
няли решения, оказавшись на ее месте, и как бы вы обосно-
вали такие решения?
2. Лоренс Колберг устанавливает три главных уровня нравст-
венного развития человека. Он делит каждый из этих уров-
ней на две стадии. Назовите и охарактеризуйте эти три
уровня и две стадии каждого из них. Соответствуют ли при-
веденные им стадии вашим собственным нравственным
представлениям? Если нет, то чем именно ваш опыт отлича-
ется от его обобщения?
3. На каком уровне происходит философский анализ и осмыс-
ленное представление о нравственности? Почему этот уро-
вень выше, чем другие уровни?
4. Каковы три свойства, обычно ассоциируемые с нравствен-
ными суждениями? Можете ли вы представить нравствен-
ное суждение, не обладающее этими свойствами?
5. Какие три значения можно придать нашему умозаключе-
нию о том, что некто является человеком нравственным?
Можем ли мы использовать те же три значения по отноше-
нию к самим себе?
6. Что означает утверждение о том, что какое-то действие яв-
ляется субъективно правильным? Или объективно правиль-
ным? Может ли быть действие субъективно правильным и
объективно правильным одновременно? Объясните. Может
ли действие быть одновременно объективно правильным, но
субъективно неправильным? Приведите оригинальный
пример по каждому из этих случаев.
7. Дайте определение описательного транскультурного реля-
тивизма и нормативного этического релятивизма и охарак-
теризуйте их отличия.
8. Существующие в разных культурах различные воззрения
на нравственность какого-либо действия могут быть следст-
вием ряда факторов. Назовите некоторые из этих факторов
и покажите, как каждый из них может обусловить возник-
новение разных нравственных суждений.
9. Какие выводы следуют из тезиса, согласно которому нравст-
венные суждения не являются ни истинными, ни ложными?
Совместимы ли эти выводы с нравственным опытом боль-
шинства людей? Какие умозаключения вы отсюда выводите?
98
10. Какие следствия вытекают из утверждения, согласно кото-
рому мораль означает лишь то, что «признается правиль-
ным данным обществом»? Совместимы ли эти следствия с
нравственным опытом большинства людей? Какие вы мо-
жете вывести отсюда умозаключения?
11. Показывают ли приведенные выше соображения, что пони-
маемый таким образом нормативный этический релятивизм
может быть ложен? Если да, то почему, и если нет, то почему?
12. Дайте определение морального абсолютизма. Должен ли че-
ловек быть либо моральным абсолютистом, либо релятивис-
том? Если нет, то имеется ли у него иной выбор?
13. Выделите четыре уровня морального плюрализма и охарак-
теризуйте содержание каждого из них.
14. Чем отличается этический плюрализм в США от этического
или морального плюрализма на интернациональном или
всемирном уровне? Какое влияние это оказывает на то, как
должны вести себя предприятия за границей, в отличие от
того, каким должно быть их поведение в США?
15. Почему необходимо изучать теорию этики?
16. Какова связь между конвенциональной моралью и теорией
этики?
17. В чем заключается телеологический принцип этической
мысли? Деонтологический принцип? Дайте определение
каждого из них и охарактеризуйте различие между ними.
18. Является ли иудейско-христианский принцип этической
мысли телеологическим или деонтологическим? Кантиан-
ский принцип? Утилитаристский принцип?
19. Какие преимущества дает владение теорией этики?
ГЛАВА 3
Польза и утилитаризм
Пример с авиастроительным предприятием
Производитель самолетов затратил громадные суммы денег на
разработку новой модели авиалайнера. Его компания остро нуж-
дается в наличных, так как ее финансовое положение критичес-
кое. Если не удастся быстро получить крупные заказы, ей придет-
ся приостановить часть производства. Но это оставит без работы
несколько тысяч рабочих. Последствия такой акции окажутся ка-
тастрофическими не только для рабочих, но и для города, в кото-
ром они живут. Президент компании пытается заинтересовать
правительство некоей иностранной державы в размещении круп-
ного заказа. Он узнает, что один министр этой страны, обладаю-
щий правом окончательного решения, глубоко увяз в карточных
долгах; президент устанавливает с ним конфиденциальный кон-
такт и предлагает ему 1 млн. долл, наличными за предоставление
его фирме контракта на строительство пяти самолетов. Деньги уп-
лачены, и контракт заключен. Президент утверждает, что его по-
ступок оправдан, так как его предприятие, рабочие места и сам го-
род, где они находятся, спасены; министр получил возможность
расплатиться с долгами; иностранная держава приобрела необхо-
димые ей самолеты. Следовательно, польза от совершенной сдел-
ки больше, чем вред отдачи взятки министру. Прав ли президент?
Утилитаризм
Бизнес стремится к получению прибыли. Предприятия ведут
бухгалтерский учет и добиваются превышения своего дохода над
издержками. Перед нами рациональный способ ведения дела, ко-
торый всем понятен; это способ, которым все мы пользуемся в на-
шей собственной жизни. Например, семья имеет доход и устанав-
100
ливает пределы того, что она может израсходовать. Членам семьи
нужно множество разного рода товаров. Люди к тому же хотят
иметь вещи, в которых абсолютной необходимости у них нет. Как
правило, семья выделяет из своих денег некую сумму на удовле-
творение первоочередных потребностей, а затем решает, как рас-
пределить остаток с учетом как нынешних, так и долгосрочных
потребностей и желаний. Составление бюджета помогает семье
планировать разумное употребление своих денег. Хотя довольно
трудно сравнивать желание взять урок музыки с желанием посмо-
треть кинофильм или же сопоставлять эти желания с желанием
приобрести новое платье или провести где-нибудь отпуск, мы зна-
ем, что люди сопоставляют эти желания и делают свой выбор. Мы
знаем также, что люди иногда отказываются зарабатывать больше
денег, чтобы иметь больше свободного времени, которое можно
было бы уделить досугу или посвятить заботам о членах семьи. Хо-
тя можно навесить ярлыки с указанием цены на многие вещи, ко-
торые нам хотелось бы иметь, все же стоимость всех их в денежном
выражении мы не в состоянии подсчитать. Эта общераспростра-
ненная практика исчисления того, что нам нужно, уравновешива-
ния наших желаний с нашими средствами, сопоставления сего-
дняшних желаний с долгосрочными образует основу утилитарно-
го подхода к этике. Утилитаризм - это теория этики, утверж-
дающая, что какое-либо действие правильно, если оно приносит
или имеет тенденцию приносить наибольшее добро для наиболь-
шего числа людей, на которых распространяется влияние этого
действия. В противном случае указанное действие неправильно1.
Утилитаризм не навязывает нам нечто чуждое нашему обычно-
му рациональному образу действий. Он систематизирует и раскры-
1 Классическая характеристика утилитаризма дана в следующих работах: Jегету
Bentham. An Introduction to the Principles of Morals and Legislation (Oxford:
Clarendon Press, впервые издана в 1789 г.); J.S. Mill. Utilitarianism, впервые из-
дана в трех частях в 1861 г. Русский перевод: Утилитаризм. О свободе. 3-е изд.
СПб., 1900. Кроме того, полезное издание работы Милля, двадцать восемь кри-
тических очерков и выборочную библиографию см. в: Samuel Gorovltz (ed.).
Utilitarianism, with Critical Essays (Indianapolis, Ind.: Bobbs-Merrill Co., 1971).
Серьезные современные аргументы в пользу теории утилитаризма см. в кн.:
Henry Sldgwlck. The Methods of Ethics (London: Macmillan, 1874); G.E. Moore.
Ethics (London: Oxford University Press, 1912); Richard B. Brandt. Toward a
Credible Form of Utilitarianism; H.N. Castaneda, G. Nakhnlkian (eds.). Morality
and the Language of Conduct (Detroit: Wayne State University Press, 1963),
PP. 107—140; R.M. Hare. Moral Thinking (Oxford: Clarendon Press, 1981).
101
вает то, что, по мнению его поборников, большинство из нас делает
в соответствии с нашими моральными представлениями, а также и
со многими из других наших представлений. Это вполне естествен-
но для рационально мыслящих существ, способных предвидеть по-
следствия своих действий и выбирать те действия, которые при
прочих равных условиях приносят больше пользы, нежели те, ко-
торые приносят меньше. Предприятия традиционно сводят пользу
к деньгам и исчисляют издержки и прибыль в денежном выраже-
нии. Поскольку цель предприятия состоит в том, чтобы делать
деньги, те действия, которые помогают ему делать деньги, счита-
ются полезными, а те, которые ведут к потере денег, считаются
вредными. Рационально управляемая компания стремится макси-
мизировать свою пользу и минимизировать вредные последствия
своей деятельности с тем, чтобы при правильном соотношении до-
хода и издержек возникла прибыль. Итоговая строка бухгалтер-
ской книги, показывающая прибыль или убыток, — это и есть
окончательный счет, в котором традиционно заинтересован бизнес.
Анализ затрат и результатов представляет собой форму исчис-
ления пользы. Представители теории бизнеса используют кривые
рентабельности для определения возможных результатов различ-
ных действий и выбирают те, которые максимизируют искомые
результаты. Такой утилитарный подход не чужд большинству лю-
дей. Он широко используется во многих формах обычного процес-
са принятия решений и может быть применен не только для стро-
го предпринимательских целей, но и при рассмотрении мораль-
ных проблем. Обоснование утилитаризма как теории этики заклю-
чается в том, что он излагает то, что рационально мыслящие люди
делают, когда принимают решения нравственного характера. Он
открыто формулирует для них методы, которые они интуитивно и
спонтанно используют в ходе своих нравственных умозаключе-
ний. Утилитаристская теория раскрывает то, что неявно присутст-
вует в обычных используемых нами нравственных рассуждениях
и аргументах; мы все это находим в газетных публикациях, мы чи-
таем это в отчетах о дискуссиях по проблемам государственной по-
литики и в решениях Верховного суда, мы постоянно встречаемся
с этим в спорах со своими друзьями по вопросам морали.
Существует, однако, значительное различие между утилита-
ризмом и применяемым бизнесом анализом выгоды. Когда фир-
ма осуществляет анализ рентабельности или анализ затрат и ре-
102
зультатов, она сопоставляет выгодные или невыгодные послед-
ствия какого-либо предпринимаемого действия (обычно измеря-
емые в денежном выражении) применительно к самой себе.
Между тем анализ представителей теории утилитаризма, как
анализ этический, сопоставляет выгодные и невыгодные по-
следствия какого-либо действия для каждого, на кого распрост-
раняется влияние этого действия.
Утилитаризм придерживается телеологического подхода к эти-
ке и утверждает, что о действиях следует судить по их последстви-
ям. Согласно этой точке зрения, действия сами по себе не являются
хорошими или плохими. Действия обретают моральное значение
лишь в том случае, когда их рассматривают в сочетании с результа-
тами, к которым они приводят. Сами по себе действия не обладают
истинным значением. Они просто служат средством достижения
того, что представляет собой ценность. Но что имеет значение, что
обладает ценностью? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо
отделить то, что имеет ценность как средство для достижения чего-
то другого, от того, что воплощает ценность в самом себе и представ-
ляет ценность для себя. Понять это помогут несколько примеров.
Предприятия добиваются получения прибыли. Но в чем заклю-
чается смысл обладания деньгами? Есть ли что-либо подлинно
ценное в кусках бумаги, которые мы используем в качестве денег?
Сама по себе бумага не воплощает какую-либо истинную ценность.
Но ее можно использовать для покупки нужных нам благ. Ее цен-
ность лишь в том, что она служит средством для достижения цели.
Чем большим количеством денег мы обладаем, тем больше товаров
мы можем приобрести. Но представляют ли товары сами по себе
ценность? Ведь пища, кров, книги, одежда служат в свою очередь
также лишь средством для удовлетворения наших потребностей и
желаний. Представляется, что конечным пунктом в этой прогрес-
сии являемся мы сами и другие люди. Именно люди служат средо-
точием ценности, а они считают ценным то, что удовлетворяет их
потребности. Следовательно, само по себе удовлетворение потреб-
ностей и желаний человека, по существу, составляет ценность;
деньги и товары лишь средства, которые обеспечивают это удовле-
творение. Неудовлетворенность, ущерб, боль или несчастье - все
это примеры «отрицательной ценности».
Согласно теории утилитаризма, любое действие следует оце-
нивать по его последствиям, сопоставляя их хорошие и плохие
103
результаты для тех, кого это действие касается. Когда хорошее
перевешивает плохое, такое действие склонны считать положи-
тельным; а если плохое перевешивает хорошее, это действие
склонны оценивать как отрицательное.
Когда мы пытаемся сформулировать, что такое утилитаризм,
а также когда пытаемся его применять, мы сталкиваемся с ря-
дом сложностей, которые уже подробно рассматривались в фило-
софской литературе. Здесь необходимо обратить внимание лишь
на некоторые из них. Один вопрос, лежащий на поверхности, за-
ключается в следующем: как подсчитать последствия, которые
радикально отличаются одно от другого? В бухгалтерии пред-
приятия все получает однозначное выражение в долларах и цен-
тах, что делает подсчет сравнительно легким. Но как оценивать
действия с нравственной точки зрения? На этот вопрос был пред-
ложен ряд ответов. Один из них, называемый гедонистическим
утилитаризмом, состоит в том, что основными человеческими
ценностями являются удовольствие и боль (последнюю иногда
определяют просто как отсутствие удовольствия). Согласно этой
теории, все, что составляет желания, потребности или нужды
людей, можно так или иначе свести к получению удовольствия
или ощущения боли. Здесь исчисление, хотя и нелегкое, возмож-
но, поскольку мы имеем дело с единицами одного и того же.
Полезность этого подхода была поставлена под сомнение те-
ми философами, которые доказывали, что не все истинно цен-
ные блага можно свести к единообразному удовольствию или
единообразной боли. Они полагают, что истинную ценность со-
ставляют не просто удовольствия, которые можно различать и
по качеству, и по количеству, а счастье. Эта вторая теория назы-
вается эвдемонистическим утилитаризмом, поскольку она
предлагает измерять основные ценности человека в единицах
счастья, а не удовольствия.
Третья теория называется идеалистическим утилитариз-
мом. Она утверждает, что исчислять следует не счастье или удо-
вольствие, а все истинно ценные человеческие блага, включаю-
щие дружбу, знания и множество других благ, которые облада-
ют собственной ценностью.
Расхождения между этими разными утилитаристами весьма
тонкие; все они выдвигают интересные и убедительные аргументы.
Но нам здесь нет необходимости разрешать этот спор, так как его
104
участники фактически не ставят под сомнение ценность таких ве-
щей, как знание, красота или дружба; они спорят лишь о том, яв-
ляются ли эти вещи ценностями сами по себе или только в силу то-
го, что доставляют удовольствие или счастье. Большинство подсче-
тов приведет к тем же результатам, независимо от того, будем ли
мы придерживаться идеального утилитаристского подхода, допус-
кающего плюрализм истинных ценностей, или гедонистического
подхода, сводящего все ценности в конечном счете к удовольствию,
или эвдемонистического утилитарного подхода, сводящего их к
счастью. Гедонистическое исчисление может показаться более пря-
молинейным, поскольку здесь мы имеем дело с одними и теми же
единицами, т.е. единицами удовольствия и боли. Но задача сведе-
ния бесчисленного множества благ и ценностей к удовольствию и
боли отнюдь не легкая. Как сопоставить количество удовольствия,
которое нам доставляет любимый напиток, когда мы утоляем им
жажду, с количеством удовольствия, получаемого от усвоения но-
вой теоремы в геометрии, или от чтения увлекательного романа,
или от вручения подарка другу? Независимо от того, сталкиваемся
ли мы с проблемой сравнения параметров различных благ и ценно-
стей или с проблемой приведения их к общему знаменателю удо-
вольствия, проблему все равно надо решать. Следовательно, спор о
различных подходах к интерпретации полезности благ в формуле
утилитаристов хотя и интересен, но не имеет, вопреки ожиданиям,
решающего значения при рассмотрении конкретных случаев.
Необходимо сделать общеизвестными ряд позиций утилита-
ризма. При определении положительных и отрицательных по-
следствий какого-либо действия утилитаристы требуют, чтобы
учитывались все лица, на которых распространяется влияние
данного действия. Эта позиция заключается в том, что благо для
меня имеет не большее значение, чем благо для других, и в свою
очередь благо для других имеет не большее значение, чем благо
для меня. Этот подход не является ни эгоистичным, ни альтруис-
тичным, он носит универсальный характер. Справедливость это-
го принципа подтверждается тем, что он воплощает в себе главное
содержание того, что мы фактически делаем, когда выносим
нравственные суждения. А это такие суждения, которыми мы
оцениваем действия, причем полагаем, что действия правильны
не только для нас, но и для любого другого, оказавшегося в той же
ситуации. С моральной точки зрения, которая беспристрастна,
105
мое благо имеет не большее значение, чем благо любого другого,
и, наоборот, благо любого другого имеет не большее значение, чем
мое благо. Все люди равны, и благо одного человека столь же важ-
но и ценно, как и благо любого другого. Наши нравственные оцен-
ки, следовательно, — это оценки, сделанные с безличной точки
зрения. Они должны быть одинаковыми, независимо от того, кто
их сделал, я, или вы, или любой другой разумный человек, при-
держивающийся объективной точки зрения. То, что сопоставля-
ется, — это полезные или вредные результаты какого-либо дейст-
вия для каждого человека. Это объективное положение дел. Хотя
удовольствие, счастье или другие блага ощущаются субъективно,
сами по себе эти ощущения, этот опыт рассматриваются и сопо-
ставляются объективно, и каждому воздается должное.
Иеремия Бентам (1748—1832), теоретик гедонистического
утилитаризма, доказывал, что, пытаясь оценить удовольствие
или страдание, доставляемое каким-либо действием, ученый дол-
жен учитывать различные их аспекты1. Его анализ можно приме-
нить к любой ценности и любому благу, которые мы рассматрива-
ем. Следует учитывать влияние на каждого человека ряда свойств
данной ценности - силы ее воздействия, ее долговечности, ее ус-
тойчивости или неустойчивости, насколько она человеку близка
или чужда, степени ее плодотворности, ее непорочности. Можно,
например, противопоставить более глубокое наслаждение менее
сильной, но более длительной боли. Делая свои расчеты, мы при-
даем больший вес такому удовольствию или такой ценности, от-
носительно получения которых мы более уверены, и придаем
меньшее значение тем ценностям, в обретении которых мы не
столь уверены. Равным образом мы придаем разное значение тем
благам, которые мы можем получить немедленно, и тем, которые
обретем через какое-то время в будущем. Мы часто готовы вре-
менно претерпеть неудобства и невзгоды, поскольку знаем, что
они необходимы, чтобы получить в будущем нечто стоящее, кото-
рое оправдает неприятные испытания в настоящем. Понятие
«плодотворность» относится к тому, будет ли действие продол-
жать производить такую же ценность, какую оно породило с са-
мого начала. Например, за удовольствием, полученным нами от
1 Jeremy Bentham. An Introduction to the Principles of Morals and Legislation.
106
овладения новой специальностью, могут последовать новые удо-
вольствия в процессе применения этой специальности. Когда за
полученным удовольствием следует противоположное состояние,
тогда такая ценность является порочной. Например, за удовольст-
вием от последнего стакана пива, который человека делает пья-
ным, часто следует болезненное состояние, или похмелье.
В каждом случае мы учитываем хорошее и плохое, вызываемое
каким-либо действием с самого начала, а также в последующем
для тех, на кого оно оказывает непосредственное влияние. Затем
мы все это суммируем. После этого учитываем всех других, на ко-
го данное действие оказало меньшее влияние. Число других мо-
жет быть очень велико, а сила эффекта весьма небольшой. Сделан-
ное всем этим людям хорошее и плохое необходимо подытожить.
Многие из наших действий оказывают влияние на общество в
целом. Когда я нарушаю контракт, это сказывается не только на
мне и на человеке, с которым я заключил контракт, но также и на
множестве других людей - например, на всех тех, кто об этом уз-
нал. Многие станут более осторожны при заключении контрактов
не только со мной, но и с другими. Одни будут после этого испыты-
вать гораздо большую тревогу, чем прежде. Другие могут вовсе от-
казаться от заключения контрактов из-за опасения, что партнеры
нарушат их, как поступил я. Все это весьма реальные последствия
такого поступка, и их следует принимать во внимание в наших
расчетах. После учета всех затронутых лиц мы суммируем хоро-
шее и плохое. Затем результат приплюсовывается к тому итогу,
который мы получили при подсчете влияния на тех, на кого ука-
занное действие повлияло самым непосредственным образом. Ко-
нечный результат наших расчетов определяет нравственность дан-
ного действия. Если оно произвело больше хорошего, чем плохого,
можно считать, что это нравственно правильное действие.
Однако на этом наши расчеты не кончаются, поскольку утили-
тарный принцип гласит, что действие правильно лишь в том слу-
чае, когда оно приносит наибольшее благо наибольшему числу
людей, подпадающих под влияние этого действия. Чтобы устано-
вить, приносит ли данное действие наибольшее благо, необходи-
мо сравнить его с альтернативными действиями. В ряде случаев
оно сравнивается просто с противоположным действием. При рас-
смотрении нравственности нарушения контракта мы должны
подсчитать последствия такого нарушения; но мы также должны
107
узнать результаты противоположного поступка. В данном случае
это не нарушение, а соблюдение контракта. Следовательно, нуж-
но суммировать результаты этого альтернативного поступка в том
же порядке, в каком мы получали первую сумму. После сравне-
ния этих двух итогов окажется, что морально правильное дейст-
вие - это то, которое производит наибольший нетто-объем блага.
Расчеты могут иметь несколько ступеней. Для того чтобы уста-
новить, является ли определенное действие моральным или амо-
ральным, необходимо подсчитать лишь последствия этого дейст-
вия и противоположного ему. Когда указанное действие вообще
приносит больше пользы, чем вреда, а противоположное прино-
сит больше вреда, чем пользы, тогда первое обычно является
нравственным действием. Если же перед нами больше, чем одно
действие и его противоположность, следует подсчитать результа-
ты всех альтернативных действий. Строгое применение принци-
па утилитаризма приведет к выводу, что из всех альтернативных
действий то, которое производит наибольшее количество блага, и
является моральным действием в рассматриваемой ситуации.
Менее строгое толкование утилитаризма просто потребовало
бы остановиться на одном из действий, результатом которого
было бы больше пользы, чем вреда, но отнюдь не всегда на наи-
лучшем из правильных действий. Из любого толкования утили-
таризма следует, что, когда два действия создают равный нетто-
объем блага, тогда с моральной точки зрения они в равной мере
нравственны и мы вправе осуществлять любое из них. Если же
перед нами лишь два альтернативных действия и оба они созда-
ют больше плохого, чем хорошего, мы морально обязаны пред-
принять то из них, которое приносит меньше плохого. Мы тем
самым выбираем наименьшее из зол.
«Утилитаризм действия» и «утилитаризм правила»
В только что изложенном утилитаристском принципе совме-
щаются два варианта утилитаризма. Их называют утилитариз-
мом действия и утилитаризмом правила. Согласно «утилита-
ризму действия», каждое индивидуальное действие, во всей его
конкретности и во всех его деталях, — это то, что следует оцени-
вать по критерию его выгодности. Когда мы имеем дело с иску-
шением нарушить контракт, нас всегда интересует конкретный
контракт, заключенный в специфически сложившихся обстоя-
108
тельствах. Чтобы определить нравственность этого поступка,
необходимо оценить последствия нарушения данного конкрет-
ного контракта. Отчасти эти последствия окажутся аналогич-
ными последствиям нарушения всякого контракта, но в чем-то
они будут от них отличаться. Если, по нашему мнению, то, что
вообще происходит в результате нарушения контрактов, ока-
жется неверным для данного случая, нам придется изучить по-
следствия нарушения именно этого контракта.
Когда мы сталкиваемся с искушением нарушить какой-то
контракт, мы уже знаем, что отрицательные результаты превы-
сят положительные; мы при этом основываемся на нашем зна-
нии того, к каким последствиям приводит нарушение контрак-
тов вообще, а также того, что данный конкретный случай не от-
личается специфическими особенностями, которые могли бы
привести к иным последствиям. Сторонник концепции ♦утили-
таризма действия» знает, что громадное большинство случаев
нарушения контрактов в прошлом приносило гораздо больше
ущерба, чем выгоды. Таким образом, сама практика подсказы-
вает нам вывод о степени нравственности нарушения контрак-
тов. Однако практика - это лишь обобщение результатов про-
шлого, а какой-то особый случай в будущем может оказаться ис-
ключением из правила. В данном особом случае, утверждает по-
следователь концепции ♦утилитаризма действия», нарушение
контракта морально допустимо.
Поборники концепции ♦утилитаризма правила» возражают
против принципа ♦утилитаризма действия». Сторонники ♦ути-
литаризма правила» считают, что понятие полезности относит-
ся к целым классам действий, а не к данным конкретным дейст-
виям. Следовательно, учитывая общие последствия нарушения
контрактов в прошлом, мы можем установить, что нарушение
контрактов безнравственно. Оно аморально потому, что отрица-
тельные последствия перевешивают положительные. Отсюда
делается вывод о существовании правила, согласно которому
нарушение контрактов аморально. Следуя той же логике, при-
верженец концепции ♦утилитаризма правила» устанавливает,
что люди не должны лгать, воровать или убивать. Каждое такое
повеление является результатом наблюдения последствий этих
действий, осуществленных в прошлом, наряду с допущением,
что их последствия в будущем будут аналогичными.
109
Почему следует предпочесть принцип ♦ утилитаризма прави-
ла» принципу «утилитаризма действия»? Ответ заключается в
том, что невозможно знать все последствия конкретного дейст-
вия, как невозможно наперед твердо знать многие специфические
последствия такого действия. В «утилитаризме действия» всегда
присутствует искушение предположить, что данный конкретный
случай может оказаться исключением из правила. Когда мы сами
извлекаем выгоду из нарушения конкретного контракта, мы спо-
собны проявить склонность не считаться с ущербом, нанесенным
другим; мы преуменьшаем значение этого ущерба и предполага-
ем, что последствия окажутся не такими серьезными, какими
они обычно бывают для тех, кто является жертвой нарушения
контрактов. А поскольку выявление отрицательных последствий
нарушения контрактов заставляет других уклоняться от их за-
ключения, мы с готовностью допускаем, что никто эти отрица-
тельные последствия не выявит. У нас возникает искушение раз-
глядеть в будущем то, что нам хотелось бы увидеть, поскольку мы
не можем знать, что произойдет в действительности. Поэтому, ут-
верждает сторонник концепции «утилитаризма правила», нару-
шение нравственной нормы приносит больше вреда, чем пользы,
на которую мог бы рассчитывать нарушитель.
Принцип «утилитаризма правила» не требует заниматься до-
гадками о том, что произойдет. История человечества служит ис-
точником информации. Когда мы хотим узнать последствия
убийства, вранья, воровства или нарушения контрактов, нам до-
статочно вспомнить последствия многих такого рода примеров в
прошлом. Большинство преступников, как мы знаем, думают,
что им удастся скрыться и избежать кары. Но мы знаем также,
что многим из них, если не большинству, это не удается; нам из-
вестно, что даже некоторых преступников, которые сумели из-
бегнуть наказания, всю жизнь терзают угрызения совести. Не
надо быть пророком, чтобы предвидеть не положительные, а от-
рицательные в целом последствия определенного рода поступков
или действий. Человеческий опыт привел нас к пониманию того,
почему люди пришли к необходимости придерживаться тех
нравственных норм, которые стали для них общепринятыми.
Принцип «утилитаризма правила» создает способы определе-
ния нравственной ценности действий, причем как тех, относи-
тельно которых общество уже вынесло свои нравственные сужде-
но
ния, так и тех, по которым общественное мнение еще не сложи-
лось. Он внушает нам необходимость определять, не изменились
ли в обществе условия настолько, что действия, прежде считав-
шиеся аморальными, так как они порождали больше зла, чем до-
бра, теперь уже стали нравственными, поскольку в изменивших-
ся обстоятельствах они приносят больше добра, чем зла. Этот
принцип позволяет также установить, а не ошиблись ли мы в на-
ших прошлых оценках каких-то практических действий. Если
общество в целом ошиблось, теперь можно пересмотреть преж-
ние оценки и исправить допущенную в прошлом ошибку. Делая
открытым принцип утилитаризма, который прежде применялся
лишь неявно, мы получаем в свои руки средство проверить наши
прежние нравственные суждения, отвергнуть ошибочные и пра-
вильно оценить действия, моральная ценность которых претер-
пела изменения в силу возникновения новых обстоятельств.
В нашем собственном обществе имеется ряд спорных нравст-
венных проблем. Отчасти эти споры обусловлены такими послед-
ствиями действий, возникновение которых какая-то одна группа
людей считает возможным, а другая группа отрицает эту воз-
можность. В какой-то мере бизнес сталкивается с поистине новы-
ми проблемами, когда нет легких способов определить реальные
последствия его действий. Выше мы уже отмечали, что оба прин-
ципа - ♦ утилитаризм действия» и ♦ утилитаризм правила» -
применяются для установления нравственности действий. Но
они могут применяться и для определения нравственности зако-
нов, социальных программ, социального строя, экономических
систем. Например, приводит ли утверждение системы свободно-
го предпринимательства к созданию большего добра или больше-
го зла? А по сравнению с социализмом создает ли она больше до-
бра или больше зла? Ответ найти нелегко, так как последствия
Функционирования этих систем очень сложны; не существует
способов заранее узнать, каковы будут реальные последствия
введения новой экономической системы. Установление экономи-
ческой системы не одно и то же, что осуществление очень сход-
ных друг с другом конкретных действий, относительно последст-
вий которых мы располагаем обширной информацией.
Когда дело касается законодательства, часто используются ар-
гументы утилитаристов. Нравственная политическая система -
это такая, которая создает для членов общества намного больше
111
добра, чем зла. Политика морально оправданна, когда создает
больше добра, чем зла, причем она оптимально оправданна, если
создает больше добра, чем могла бы создать любая альтернативная
политика. Но поскольку мы не можем знать, что рассмотрели все
возможные альтернативы, а также поскольку нам не дано знать,
какими окажутся все последствия любой альтернативной полити-
ки, у нас нет уверенности в нравственности политических курсов.
Иногда мы способны предвидеть, что они принесут больше вреда,
чем пользы, и поэтому можем выступить против них, основываясь
на моральных мотивах. В ряде случаев нам представляется, что
они принесут больше пользы, но после их практического осуще-
ствления обнаруживаем свою ошибку. В других случаях мы мо-
жем избрать кажущуюся нам наилучшей политику, а затем выяс-
няется, что она не лучше других, но при этом мы можем посчитать
за благо придерживаться именно ее, чем пытаться начинать все
сначала. Все это образует часть нашего повседневного опыта, и
утилитаристы не видят в этом ничего противоестественного, так
как, по их мнению, утилитаризм - это просто результат открыто-
го обобщения логики наших обычных рассуждений о политичес-
ких курсах, законах и практических действиях.
Поскольку кое-кому иногда представляется, будто некоторые
аморальные поступки могут принести больше пользы, чем вреда,
утилитаристы поддерживают уголовное законодательство. Вор, ко-
торому иногда удается утаить свою добычу, может прийти к заклю-
чению, что воровство приносит больше пользы, чем вреда. Однако,
если воровство объявляется противозаконным и если при этом на-
казание оказывается серьезным, тогда страх, которым сопровожда-
ется воровство, усиливается; поэтому страх перед наказанием за во-
ровство превосходит ожидаемое от него удовлетворение. Согласно
этой точке зрения утилитаристов, одна из целей законодательства
состоит в обеспечении такой строгости судебных наказаний за пре-
ступления, которая сделала бы всякие расчеты относительно по-
следствий совершения преступления явно неблагоприятными для
преступника. Общество защищает себя принятием законов против
тех действий, которые могут нанести вред обществу и его членам.
Вводя наказания за преступления, общество усиливает отрица-
тельные последствия таких действий для тех, кто их совершает.
Приложение этого принципа к бизнесу ничем не отличается от
его применения ко всякой деятельности вообще. Принимая ути-
112
литаристский подход, мы можем оценивать определенные мето-
ды ведения бизнеса по характеру производимых ими последст-
вий. Если они могут принести больше зла, чем добра, они амо-
ральны. Если зло, причиняемое этой хозяйственной практикой
обществу, довольно значительно, можно принять законы, подвер-
гающие ее как судебному преследованию, так и моральным санк-
циям. Чтобы быть эффективными, эти санкции должны переве-
сить пользу, которую совершающий преступление рассчитывает
из него извлечь. Например, обычным наказанием, налагаемым
на корпорацию, которая нарушает закон, является штраф. Но
чтобы служить средством сдерживания, штраф должен быть
больше, чем выгода, которую компания надеялась получить, от-
ступая от закона. Закон применяется для защиты членов общест-
ва в тех случаях, когда одних нравственных увещеваний недоста-
точно. Обоснование такого закона часто является утилитарным,
равно как и сама оценка осуждаемого действия. Закон способен
служить стимулом для нравственных действий тем, кто в отсутст-
вие такого закона не стал бы придерживаться норм морали.
В своих аргументах утилитаристы принимают в расчет также
моральные и иные неюридические санкции. Если какое-либо дей-
ствие причиняет обществу больше вреда, чем пользы, члены об-
щества могут наложить на правонарушителя различные санк-
ции, не прибегая к помощи закона. Потребители могут бойкоти-
ровать фирму, отказываясь покупать ее продукцию, чтобы заста-
вить эту фирму прекратить какую-то неэтичную практику. Если
торговец завышает цены, люди могут прекратить покупать у него
товары и советовать другим его клиентам поступать так же. Они
могут перестать разговаривать с ним, не допускать его участия в
различных видах общественной деятельности, дискредитировать
его, публично подвергать его моральному осуждению и т.д. Те,
кто совершает безнравственные действия, должны знать, что та-
кие санкции могут последовать. Смысл применения этих санк-
ций заключается в том, чтобы предотвратить совершение людьми
действий, способных повлечь за собой такие санкции.
Кое-кто утверждает, что ♦ утилитаризм действия» при надле-
жащем его применении фактически сводится к ♦ утилитаризму
правила». Это утверждение вытекает из масштабов последствий
применения принципа ♦ утилитаризма действия». Если действие,
нарушающее какое-то правило, может быть оправдано в рамках
ИЗ
«утилитаризма действия», оно способно подорвать сам смысл су-
ществования такого правила. При отсутствии правил многие лю-
ди уже не будут знать, как нравственный индивидуум будет или
должен действовать. С позиций «утилитаризма действия» такое
незнание - следствие отрицательное, которое во всех оценках надо
принимать в расчет, поскольку оно способно перевесить мини-
мально полезные результаты предположительно оправданных на-
рушений какого-либо правила. Аргументация здесь следующая: в
огромном большинстве случаев - а может быть, и всегда - человек,
придерживающийся принципа «утилитаризма действия», неиз-
бежно придет к оправданию того же самого, что и человек, следу-
ющий принципу «утилитаризма правила». Когда мы применяем
принцип «утилитаризма действия», мы должны быть совершенно
уверены в том, что не позволяем себе получать неправомерные вы-
годы, что результаты, на которые мы рассчитываем, не являются
просто надуманными и что мы учитываем все последствия пред-
принимаемого действия, включая и влияние его на общество в це-
лом. Более того, чтобы быть морально оправданным, результаты
его должны доказать правильность этого действия не только для
меня, но также и для любого другого в аналогичных обстоятельст-
вах. Если результаты именно таковы, мы уже имеем основания де-
лать исключения из правила или изменять правило, чтобы оно
включало исключение, а это уже приводит к возникновению не-
сколько иного правила. Вот почему общий результат равнозначен
принятию принципа «утилитаризма правила».
Возражения против утилитаризма
Одно из классических утилитаристских положений было вы-
двинуто Джоном Стюартом Миллем (1806—1873) в его труде
♦Утилитаризм», в котором он дает ответы на ряд аргументов, вы-
двинутых против утилитаризма. Согласно одному из таких аргу-
ментов, утилитаризм нечестив, поскольку он в основу нравствен-
ных суждений ставит пользу, а не Библию или Бога. Ответ Милля
был в своем роде очарователен. Милль указал, что, поскольку Бог
был великодушен и любил свои творения, Он желал, чтобы они
были счастливы. А поэтому Он повелевает совершать только такие
действия, которые могут создавать наибольшее благо или счастье
для наибольшего числа людей. А воспрещает Он такие действия,
которые могут создавать больше вреда, чем добра или счастья.
114
Следовательно, утверждал Милль, действия, предписываемые и
запрещаемые утилитаризмом, — это те же действия, какие пред-
писаны и запрещены Богом. Преимущество признания принци-
пов утилитаризма заключается в том, что мы обретаем метод ре-
шения нравственных проблем, по которым не располагаем непо-
средственными указаниями от Бога. Даже Десять Заповедей нуж-
даются в истолковании. Утилитаризм дает нам в руки инстру-
мент, необходимый для принятия решения относительно тех ак-
тов убийства (т.е. самообороны), которые совместимы с заповедью
♦не убий», а также тех, которые несовместимы с этой заповедью.
Второе часто выдвигаемое против утилитаризма возражение со-
стоит в том, что ни у кого нет времени, чтобы заранее рассчитать
все последствия предпринимаемого действия. Часто это отвечает
действительности. Но утилитаризм вовсе не требует, чтобы мы
фактически рассчитывали все последствия, прежде чем действо-
вать, точно так же, как вовсе не требуется, чтобы верующий чело-
век, прежде чем действовать, перечитывал Библию. Как мы уже
убедились, рассматривая принцип «утилитаризма правила», мы
располагаем историей человечества, которой и следует руководст-
воваться. Мы знаем, что убийство - это зло, и нам нет необходимо-
сти определять последствия убийства всякий раз, когда мы кем-ли-
бо возмущаемся. Мы знаем, что злостные последствия убийства пе-
ревешивают добро. Это очевидно и составляет часть наших общих
знаний. Но если мы постоянно задаемся вопросом, почему убийст-
во представляет собой зло, или если мы постоянно всерьез желаем
обсуждать вопрос о том, являет ли собой убийство зло, мы в утили-
таризме имеем и средство для принятия решения о нравственности
убийства, и доказательства того, почему оно представляет собой
зло. Это относится и ко всем другим действиям. Если у нас когда-
либо возникает сомнение относительно моральности какого-либо
действия, мы знаем, как логически рассуждать для решения этого
вопроса; мы не попадаем постоянно в затруднительное положение,
когда стремимся выяснить нравственность того или иного дейст-
вия. Но когда мы сталкиваемся с проблемой очень трудного нрав-
ственного выбора, следует призадуматься, рассмотреть возможные
последствия, взвесить их значение и затем уже сделать наилучшее
из возможных заключение. К тому же расчет обычно весьма прост.
Например, когда ложь кажется выгодной, мы уделяем внимание
собственной выгоде и преуменьшаем ущерб, наносимый в долго-
115
срочном плане либо самим себе, либо другим. Можно, конечно,
противостоять искушению лгать, более точно рассчитав последст-
вия, а это означает применение принципа «утилитаризма прави-
ла» , который гораздо четче определяет ущерб или вред.
Согласно третьему возражению против утилитаризма, мы не
всегда можем установить все последствия какого-либо дейст-
вия, не в состоянии мы также точно определить различные виды
добра и зла, проистекающие из этого действия. Такой расчет,
мол, получается искусственным и непрактичным.
На первую часть приведенного возражения имеется два ответа.
Во-первых, как мы уже видели выше, при оценке большинства дей-
ствий мы обладаем знанием последствий аналогичных действий,
предпринимавшихся в прошлом. Во-вторых, мы часто способны
предвидеть целый ряд возможных, хотя и не обязательно реализу-
ющихся последствий; сюда относятся такие важные последствия,
которые имеют решающее влияние на наши расчеты. Этот довод
справедлив также и для второй части возражения. Например, ути-
литарный подход не требует математически точных расчетов; не-
возможно добиться математической точности в большинстве про-
гнозов, относящихся к моральности действий. В самых обычных
случаях последствия действий вполне очевидны; добро и зло высту-
пают настолько явственно, что большая точность их определения и
не требуется. В трудных случаях, когда наши расчеты не дают яс-
ной картины, невозможно быть уверенным в правильности наших
оценок и необходимо быть готовым к тому, чтобы пересмотреть их,
если первые расчеты оказались ошибочными. Это отнюдь не пороч-
ность теории, а констатация свойств человека и природы самой мо-
рали. Тем, кто утверждает, что мы не в состоянии сравнивать раз-
ные ценности и взвешивать их значение, можно просто ответить,
что все мы производим такие оценки каждый день; мы сопоставля-
ем сегодняшнее благо с будущим благом, мы постоянно производим
сравнения одной ценности с другой. Утверждение, будто это неосу-
ществимо, ложно и противоречит нашему повседневному опыту.
Четвертое возражение против утилитаризма касается толкова-
ния самого его принципа. Последний гласит, что действие пра-
вильно, когда оно ведет к созданию наибольшего блага для наи-
большего числа людей, подпадающих под влияние этого действия.
Но, возражают противники принципа утилитаризма, эта формула
двусмысленна. Следует ли здесь делать упор на наибольшем коли-
116
честве совокупного блага или же на благе для наибольшего числа
людей? Допустим, например, что приходится делать выбор между
этими двумя подходами. Скажем, действие А создает 1000 единиц
блага для 100 человек и 10 единиц блага для 9900 человек. Дейст-
вие В создает 19,9 единицы блага для каждого из 10 000 человек.
В обоих случаях получаем общий итог в 199 000 единиц блага. Ес-
ли данное произведенное благо соответствует уровню жизни насе-
ления, из принципа утилитаризма следует, что между этими дву-
мя случаями нет морального расхождения. Общество, в котором
ничтожное меньшинство живет в условиях очень высокого уровня
процветания, а подавляющее большинство живет в намного худ-
ших условиях, ничем не лучше, чем общество, в котором все люди
живут в условиях вдвое более высокого уровня жизни, чем послед-
няя группа населения в первом случае. Такой вывод, говорят кри-
тики утилитаризма, представляется явно ошибочным. Чтобы еще
резче поставить вопрос, можно добавить одну единицу блага при-
вилегированной части первого общества; поскольку это общество
теперь располагает большим количеством блага, чем другое обще-
ство, действие А морально выше, чем действие В. А это, продолжа-
ют критики утилитаризма, противоречит нашим интуитивным
нравственным представлениям. Не лучше оказывается ситуация,
если сделать упор не на наибольшем количестве блага, а на наи-
большем числе людей, которым это благо достается, поскольку са-
ма проблема продолжает существовать.
Ответ утилитариста на приведенное возражение принимает
две формы, обычно выдвигаемые одновременно. Первая форма
ответа гласит, что возражение критиков хотя теоретически и ло-
гично, но к реальной действительности неприменимо. Приведен-
ный случай надуман, он представляет собой плод воображения
философа; он не может обрести сколько-нибудь конкретные чер-
ты, его нельзя подтвердить историческими фактами. Если бы об-
щество когда-либо оказалось перед таким выбором, оно должно
было бы предпочесть не максимизацию количества блага для
меньшинства населения, а такие действия, которые обеспечива-
ют блага для большего числа людей, так как такой выбор макси-
мизирует блага в долгосрочном плане. Данное соображение долж-
но войти в оценку нравственности действия. Приведенный выше
пример спекулирует на очевидном различии между меньшинст-
вом и большинством населения, а это различие порождает отри-
117
цательные последствия, которые оценка моральности действия в
расчет не принимает. Пример выглядит убедительным, посколь-
ку он сформулирован таким образом, что отрицательные послед-
ствия, возникающие из большого разрыва между двумя группа-
ми населения, полностью не учитываются. Если наши нравствен-
ные представления подсказывают, что оценка ошибочна, это слу-
жит свидетельством неправильности расчетов и игнорирования
какого-то отрицательного компонента приведенного примера. Но
как только такой вывод сделан, утилитарист уже может утверж-
дать, что вполне возможны случаи, когда два разных действия со-
здают равное благо, и что поэтому можно выбрать любое из этих
действий. Это стало ясно уже при изложении принципа утилита-
ризма. Вот почему выдвинутое соображение не является крити-
кой принципа, это вывод, разделяемый самим утилитаристом.
Утилитаризм и справедливость
Даже и при том, что ответы утилитариста на изложенные вы-
ше возражения принимаются как удовлетворительные, некото-
рые критики все же утверждают, что теория утилитаризма не
учитывает принцип справедливости, а в ряде случаев и противо-
речит ему. Это обвинение не ново, так как его уже рассматривал
и опроверг Дж.С. Милль в своем труде «Утилитаризм». Но кри-
тики продолжают стоять на своем, и поныне эта тема служит
предметом оживленных дискуссий. Типичный аргумент крити-
ков утилитаризма таков: возьмем, к примеру, маленький город
на западе США в XIX столетии. Закон и порядок только что уста-
новились. Джим Джеймс пойман с краденой лошадью и обвинен
в конокрадстве. Он же утверждает, что купил коня у повстречав-
шегося ему незнакомца. Конокрадство карается повешением. Го-
родской судья, никем не замеченный, проходил неподалеку и
фактически наблюдал сцену сделки. Его скрывали деревья, и по-
этому Джим его не видел. А судья оказался поблизости по той
причине, что покупал контрабандное виски. Население города
возмущено кражей коня и требует, чтобы Джим был наказан в
назидание другим. Если судья выступит в качестве свидетеля,
ему придется сказать, что он делал в роще; в результате город
сместит его с поста судьи, другого судьи еще некоторое время не
будет и пострадает от этого город. К тому же жители города на-
столько убеждены в виновности Джима, что они его, вероятно,
118
все равно сами повесят. При попытке воспротивиться самосуду
могут быть убиты невинные люди. Приняв все это во внимание,
судья решает, что ему лучше не выступать с показаниями об уви-
денном. Ему приходится осудить Джима и обречь его на повеше-
ние. Джима убьют ни за что. А если бы судья попытался защи-
тить Джима, это принесло бы городу больше зла, чем добра.
Применение принципа утилитаризма, настаивают его крити-
ки, привело бы в данном случае к тому, что было бы сочтено пра-
вильным осудить безвинного человека. Между тем осуждение не-
виновного явно несправедливо. Из этого можно заключить, будто
утилитаризм ведет к признанию явно несправедливого решения
морально оправданным. А отсюда следует вывод, что утилитаризм
не способен строго соблюдать нравственность и не может служить
надлежащим средством для вынесения нравственных суждений.
В своей обобщенной форме аргументация критиков утилитариз-
ма сводится к тому, что справедливость не зависит от последствий
действия. Справедливость заключается в воздаянии должного каж-
дому человеку или в обращении с людьми должным образом. Такое
отношение к людям не зависит от последствий действий. Осуждение
невиновного несправедливо вне зависимости от того, влечет ли за со-
бой такое осуждение более благотворные последствия, чем отказ от
осуждения. А поскольку, мол, последствия действий не имеют отно-
шения к справедливости, последняя не базируется на пользе, а ути-
литаризм поэтому не может служить основой справедливости.
Это возражение отнюдь не убедило всех утилитаристов. Их
стандартный ответ заключается в том, что в приведенном примере
или в других аналогичных ситуациях доводы критиков представ-
ляются правдоподобными только потому, что в них учитываются
не все результаты действия. Приведенный случай не исчерпывает-
ся актом повешения. Здесь следует принять во внимание совесть
судьи и совесть жителей города. Какова может быть реакция, если
раскроется правда? Что произойдет с представлением о справедли-
вости, если судья будет постоянно гадать о возможных последст-
виях его вердикта по каждому рассматриваемому им судебному
делу? Когда мы учитываем все эти факторы, становится очевид-
ным, что в конечном счете осуждение невиновного приносит боль-
ше зла, чем добра, а оправдание его дает противоположный ре-
зультат. Необходимо учитывать все последствия такой практики
судопроизводства, а не последствия лишь некоего изолированно-
119
го, гипотетического действия, результаты которого выбраны про-
извольно в благоприятных для аргументации критика целях.
Многих критиков этот ответ не удовлетворил, их не убедили
также попытки сформулировать утилитаристское представле-
ние о справедливости. В результате некоторые философы стали
применять два совмещенных принципа в определении нравст-
венности действий: принцип пользы и принцип справедливос-
ти. В большинстве случаев приоритет отдается принципу поль-
зы, но, когда этот принцип вступает в противоречие со справед-
ливостью, на первое место выходит принцип справедливости.
Оправдание такого подхода уже само по себе является утилита-
ристским именно потому, что моральность действий оценивает-
ся либо по их наилучшим результатам, либо по наибольшему
количеству приносимого ими блага в целом.
Несмотря на споры между утилитаристами и их оппонентами по
вопросу о справедливости, в большинстве случаев обе стороны при-
ходят к общему мнению о том, какие действия следует считать
справедливыми. Когда речь идет об осуждении невиновного, боль-
шинство утилитаристов признает безнравственность такого по-
ступка и показывает, что такой поступок вовсе не проистекает из
утилитарных требований. Для чисто практических целей это сооб-
ражение очень важно. Оно свидетельствует, что независимо от то-
го, можно ли сформулировать концепцию утилитаризма таким об-
разом, чтобы она давала адекватное теоретическое представление о
справедливости, обе стороны часто способны прийти к согласию от-
носительно оценки справедливости тех или иных действий. По-
скольку с практической точки зрения мы заинтересованы в выне-
сении нравственных суждений относительно конкретных дейст-
вий, мы можем это делать, не дожидаясь окончательного решения
теоретической проблемы. Лишь в тех случаях, когда два подхода -
утилитаристский и деонтологический - фактически приводят к не-
одинаковым нравственным заключениям, нам приходится отдать
одному из них предпочтение. Но когда такие случаи возникают, их
можно рассматривать отдельно, как особые. Между тем чаще всего
утилитаристская и деонтологическая трактовки справедливости,
так же как и моральная оценка действий и применяемой практи-
ки, приводят к одинаковым нравственным суждениям. Этот вывод
не должен вызывать удивления, так как обе теории - утилитарист-
ская и деонтологическая - представляют собой попытки система-
120
тизировать и выработать разумные основания для наших нравст-
венных суждений. Стартовой позицией для обеих теорий служат
как многочисленные действия, которые единодушно признаны
нравственно правильными, так и те действия, которые, по общему
мнению, считаются аморальными.
> Практическое применение утилитаризма
Рассмотрев аргументы в пользу утилитаризма и ответы на не-
которые возражения его критиков, мы теперь можем свести во-
едино все его аспекты и охарактеризовать метод ведения утили-
таристского анализа.
Совершенно очевидно, что в качестве первого шага следует оп-
ределить действие, которое мы намереваемся подвергнуть ана-
лизу. Идентифицировать действие отнюдь не всегда легко. Сле-
дует избегать искушения слишком поспешно охарактеризовать
действие как такое, которое ассоциируется с представлениями о
моральном или аморальном. Сама необходимость анализа вызы-
вается лишь тем, что нравственность действия неизвестна, или
ставится под сомнение, или отрицается. В сложных ситуациях
непременным первым шагом является выяснение того, какое
действие нужно исследовать. Когда такое действие определено,
его лучше всего обозначить на нравственно нейтральном языке.
Например, фраза «умерщвление человека» является нейтраль-
ной по сравнению с фразой «убийство человека». Последняя ха-
рактеризует умерщвление как неправомерное. В то же время до-
бавление к каждой из этих фраз определения в целях самооборо-
ны характеризует указанный акт как оправданный.
Насколько точны должны мы быть в характеристике дейст-
вия? Как мы уже объясняли, «утилитаризм действия» требует
определить все предполагаемые последствия какого-либо дейст-
вия, что явно невозможно сделать сколько-нибудь точно. «Ути-
литаризм правила» требует учесть общие последствия того вида
действий, к которому относится данное конкретное действие, а
это обычно вполне возможно, поскольку накоплен большой объ-
ем общественной информации относительно различных видов
действий. Рассматриваемое действие следует охарактеризовать
не как уникальное, а как такое, которое можно отнести к неко-
ей категории действий, подпадающей под общее правило.
121
Далее следует второй шаг. Установив, какое именно действие
необходимо оценить, мы теперь должны возможно точнее опреде-
лить всех субъектов, на которые это действие оказывает влияние.
Часто существует сильное искушение игнорировать кого-то из тех,
на кого исследуемое действие повлияло, а также игнорировать его
совокупное воздействие на общество в целом. Например, кто-то,
испытывающий соблазн фальсифицировать общий вывод о послед-
ствиях анализируемого действия, может сопоставить лишь собст-
венную выгоду с ущербом, причиненным другим лицам, непосред-
ственно подвергшимся влиянию данного действия. Тех, на кого
оно оказало непосредственное влияние, следует, разумеется, учи-
тывать, но очень редко это влияние распространяется лишь на ис-
полнителя действия и его жертву. Такое может иметь место разве
что на изолированном острове, где живут лишь два человека, обре-
ченные на то, чтобы никогда его не покидать. Между тем нравст-
венность, как объект общественной практики, не может оцени-
ваться в таких условиях. Действия осуществляются обычно в об-
щественной среде, и именно эти действия представляют наиболь-
ший интерес в этике бизнеса. Даже тех, на кого действия оказыва-
ют лишь отдаленное влияние, включая сюда бизнес и общество в
целом, следует идентифицировать, и их всех необходимо прини-
мать во внимание при оценке последствий того или иного действия.
Третьим шагом является обстоятельное и объективное опреде-
ление положительных и отрицательных последствий для всех лиц,
на которых рассматриваемое действие оказывает влияние. Расче-
ты здесь не должны сразу же сводиться к детальному изучению по-
ложительных и отрицательных последствий для каждого индиви-
дуума. На этой стадии следует выявить самые основные результа-
ты. Существует ли какой-нибудь преобладающий результат? Не
являются ли некоторые последствия настолько серьезными, что
отпадает необходимость в детальном анализе всех последствий?
Предположим, например, что некто чинит нам препятствия в биз-
несе, мы хотим убрать его с нашего пути, а поэтому подумываем о
том, чтобы этого человека убить. В данном случае нет нужды в том,
чтобы оценивать все последствия убийства. Ведь мы знаем, что
практика устранения мешающих нам людей путем их убийства на-
носит губительный вред не только тем, кого убивают, но также и
всему обществу. Стоит только подумать об этом, как сразу станет
ясно, что такой поступок представляет собой зло и что главным ар-
122
гументом в пользу такого вывода является причинение вреда всему
обществу. Возможность какого-то случая, который допускал бы ис-
ключение из этого вывода, была бы оправдана лишь в высшей сте-
пени чрезвычайными обстоятельствами. Если только не возникают
такие чрезвычайные обстоятельства, как, например, необходи-
мость самообороны, вдаваться в выяснение других последствий
уже незачем. Однако, когда мы хотим кому-то доказать, что убий-
ство конкурента аморально, такие более подробные расчеты можно
делать. Совершенно очевидно, что каждый раз придется повторно
рассматривать аналогичные случаи. Если и дальше анализировать
нравственность этого поступка, можно было бы выяснить лишь в
общих чертах, перевесит ли полученная нами или нашей фирмой
польза тот вред, который был бы причинен убитому и обществу, по-
мня при этом, что если это убийство правомерно для нас, то и для
всех других будет правомерно убивать своих конкурентов (вклю-
чая и нас!). Ответ ясен - этот поступок аморален.
Однако в более сложных случаях приходится оценивать все
положительные и отрицательные последствия рассматриваемого
действия, начиная с последствий для тех, на кого это действие
повлияло больше всего. Но и в этих случаях нужно выявлять
важнейшие аспекты данного действия и его главные последст-
вия. И те и другие помогут нам правильно вести наш анализ.
Иногда возникают расхождения в оценке последствий некото-
рых действий. Возможны также и разногласия относительно
главных последствий конкретного действия и относительно того,
действительно ли они важнее других его последствий. Примене-
ние принципа утилитаризма вовсе не обеспечивает автоматичес-
кое решение каждой возникшей проблемы. Оно требует размыш-
ления, анализа и беспристрастного учета фактов и их последст-
вий. Когда утилитаристы спорят между собой по поводу неясных
случаев, они иногда главное внимание уделяют характеристике
действия, фактов и последствий, иногда - выбору главных ас-
пектов данного случая, а иногда - сравнительному значению,
придаваемому каким-то важным противоречивым факторам.
Мы уже видели, что на математическую точность рассчиты-
вать нельзя. Говорить о соотношении значений, о подсчете долей
добра и зла и их сопоставлении можно лишь в укрупненном пла-
не. Можно, конечно, выводить приближенные величины, и мы
постараемся делать максимально ясные расчеты. Мы знаем, как
123
сравнивать зубную боль с болью, которую причиняет дантист, а
также боль при лечении с будущей болью, если не обратиться к
дантисту, а также с будущим удовольствием, когда зуб уже выле-
чат. Это простейшая модель наших расчетов. Когда мы делаем
анализ для самих себя, надо постараться быть объективным, но,
вероятно, нет необходимости убеждать самих себя в объективнос-
ти нашего анализа. Если же мы применяем изложенный метод,
чтобы убедить других в моральности или аморальности какого-
либо поступка, мы должны не только возможно более четко изло-
жить наши оценки, но также объяснить, почему мы пришли
именно к таким оценкам.
После того как мы установили все положительные и все отри-
цательные последствия какого-то действия для тех, кто глав-
ным образом подвергся его влиянию, мы сопоставляем получен-
ные результаты. Если преобладают отрицательные, нет необхо-
димости в дальнейших расчетах. Но если даже преобладают по-
ложительные последствия, нужно рассмотреть применяемое ос-
новное правило, приведшее к таким результатам. Именно здесь
можно установить определяющий мотив, обусловивший дости-
жение таких результатов. Независимо от того, является ли он
действительно определяющим или нет, положительные и отри-
цательные результаты применения этого правила складывают-
ся с положительными или отрицательными последствиями рас-
сматриваемого действия для тех, на кого оно оказало главное
влияние. Если итог этих расчетов показывает преобладание по-
ложительного или отрицательного, дальнейшие расчеты не
нужны. Если же оказывается, что положительные и отрица-
тельные последствия примерно равны, надо возможно деталь-
нее учесть положение тех, на кого данное действие оказало кос-
венное влияние. Таким образом, анализ становится все более
широким и все более детализированным в зависимости от того,
насколько близки друг к другу величины положительного и от-
рицательного, насколько далеко распространяется влияние
данного действия и какие еще факторы следует учитывать. Ког-
да можно завершить расчеты, подскажет здравый смысл.
Суммировав все положительные и отрицательные результаты
рассматриваемого действия, учтя его последствия для всех, на
кого оно оказало свое влияние, мы уже знаем, нравственно или
безнравственно этого рода действие. Если оно приносит больше
124
вреда, чем пользы, оно обычно аморально. Если же оно приносит
больше пользы, чем вреда, оно в целом морально. Но в нашем ана-
лизе требуется еще один шаг.
Теперь следует рассмотреть вопрос о действии, предпринима-
емом в данном контексте, в данных конкретных обстоятельст-
вах. Каковы в данном контексте другие варианты действия? Ог-
раничен ли выбор лишь тем, совершать ли именно это действие
или не совершать его? Сводится ли выбор лишь к тому, убивать
ли моего конкурента или не убивать его? Если вопрос сводится
лишь к этому, тогда в нормальных обстоятельствах мы знаем,
что надо делать. Убийство - зло, так как оно приносит больше
вреда, чем пользы. Не убивать - значит поступать с моральной
точки зрения правильно, так как в этом случае создается боль-
ше пользы, чем вреда. Следовательно, мы не должны убивать
нашего конкурента.
Однако часто выбор вариантов действия более сложен, мы стал-
киваемся не только с тем, поддаться или не поддаться безнравст-
венному искушению, но также и с рядом альтернативных дейст-
вий. Если выбор не сводится просто к тому, совершать действие X
или не совершать действие X, тогда мы можем и должны оценить
различные альтернативные действия таким же образом, как мы
оценивали первоначальные действия. То действие, которое прино-
сит наибольшее благо, является наилучшим. С моральной точки
зрения мы не вправе предпочесть действие, приносящее больше
плохого, чем хорошего, если у нас есть возможность предпринять
другое действие, приносящее больше хорошего, чем плохого. Как
мы уже видели, если перед нами выбор лишь между двумя дейст-
виями, X и У, которые сулят больше плохого, чем хорошего, сле-
дует выбрать наименьшее из двух зол. Но часто, мобилизуя свои
моральные потенции, мы можем обнаружить существование еще
одной альтернативы, действия Z, а это Z создает больше пользы
или меньше вреда, чем первоначально рассмотренные альтернати-
вы. Утилитаризм заставляет искать эти другие, лучшие альтерна-
тивы, так как убеждает нас в необходимости выбирать наилучшее
из возможных действий. Искушение ограничивать чей-либо вы-
бор, рассматривать слишком мало альтернатив или учитывать
ложные дилеммы часто затемняет тот факт, что метод утилитариз-
ма при правильном его применении не исключает мобилизации
моральных потенций, а, напротив, требует их использования.
125
Применяемые в указанном методе исследования стадии мож
но изобразить так, как показано в рамке 3-1.
Рамка 3-.
Стадии утилитаристского анализа
1. Точно обозначьте действие, которое предстоит оценить.
2. Идентифицируйте всех тех, на кого это действие оказы-
вает непосредственное или косвенное влияние.
3. Выясните, существует ли какая-то доминирующая, оче-
видная особенность этого действия, имеющая такое большое зна-
чение, что оно перевешивает значение других его особенностей.
4. Определите все существенные положительные и отрица-
тельные последствия данного действия для тех, на кого оно
оказывает непосредственное влияние, причем в обозримом
будущем вообразите себе различные возможные его результа-
ты и вероятность их возникновения.
5. Сопоставьте общий объем положительных результатов
действия с общим объемом отрицательных, учтя при этом
количество, длительность, близость или отдаленность их
наступления, благотворность, бесспорность каждого резуль-
тата (вида пользы и вида вреда) и относительное значение
этих результатов.
6. Осуществите при необходимости аналогичный анализ для
тех, на кого действие оказывает косвенное влияние, а также для
общества в целом.
7. Суммируйте все положительные и отрицательные послед-
ствия. Если действие имеет больше положительных последст-
вий, оно нравственно; если оно приносит больше отрицательных
результатов, оно аморально.
8. Мысленно представьте себе, существуют ли другие воз-
можности, кроме как предпринимать или не предпринимать
данное действие, проведите аналогичный анализ для каждого
из других альтернативных действий.
9. Сравните результаты различных действий; из имеющих-
ся альтернатив то действие, которое приносит наибольшее бла-
го (или наименьшее зло, когда ни одно из возможных действий
не приносит больше пользы, чем вреда), — это и есть истинно
нравственное действие, которое надлежит предпринять.
126
Утилитаризм и взяточничество
Большинство людей в Соединенных Штатах охотно призна-
ют, что взяточничество аморально. Тем не менее взяточничест-
во в бизнесе весьма интересно исследовать в свете концепции
утилитаризма, поскольку те, кто дает и берет взятки, часто
оправдывают свою приверженность этой практике аргумента-
ми, несколько сходными с аргументами утилитаристов.
Рассмотрим пример с производителем самолетов, с которого
мы начали настоящую главу. Оправдывая свой поступок, прези-
дент фирмы перечислил все выгоды, явившиеся результатом
взятки: крупный правительственный чиновник оказался в луч-
шем финансовом положении; правительство иностранной дер-
жавы закупило высококачественные самолеты; авиастроитель-
ная компания получила контракт и осталась на плаву, а рабочие
завода не потеряли свою работу. Город, в котором они живут,
также получает свои выгоды. Отсюда президент делает вывод,
что результаты его акции в целом положительны. Единственным
отрицательным моментом было лишь то, что некоторые люди не
одобрили бы предпринятую акцию. Президент фирмы утвержда-
ет, что его действия принесли больше пользы, чем вреда.
Аргумент президента выглядит как утилитарный в том смыс-
ле, что здесь оцениваются результаты акции, сопоставляются
добро и зло и доказывается, что добро возобладало над злом.
Альтернативным действием было бы не давать взятки. Но если
бы ее не дали, фирма могла бы не получить заказ. Если бы заказ
не был получен, тогда возникли бы все перечисленные отрица-
тельные последствия. Ничего хорошего не было бы достигнуто,
а результат явно был бы гораздо худшим.
Аргументы президента могут звучать убедительно. Тем не ме-
нее мы считаем, что взяточничество аморально. Значит ли это,
что в данном случае утилитаризм неприменим? Ответ состоит в
том, что он применим, но использовали его здесь не должным об-
разом. Приведенный выше пример представляет собой явно одно-
стороннюю версию ситуации. Он характеризует ход мыслей пре-
зидента компании, его точку зрения, его интересы, которые вовсе
не совпадают с нравственной точкой зрения, Моральная позиция
объективна и учитывает все последствия действия для всех лю-
дей, которых оно так или иначе коснулось. Нам поэтому следует
Принять во внимание гораздо больше факторов, чем мы это дела-
127
ли до сих пор. Мы должны видеть картину шире, более глубоко
исследовать влияние данного действия на уже упомянутых лю-
дей, а затем включить в поле нашего зрения и тех, кого мы до сих
пор игнорировали.
Прежде всего необходимо точно определить, что именно мы
хотим оценить. Президент компании использовал принцип
утилитаризма действия в усеченном виде. Давайте попытаем-
ся сформулировать правило, которое он косвенно отстаивает.
Означает ли оно, что всем фирмам должно быть дозволено, ког-
да им представляется такая возможность, подкупать правитель-
ственных чиновников? Президент делает большой упор на отри-
цательных последствиях отказа в предоставлении фирме кон-
тракта; отсюда можно сделать вывод, будто правило заключает-
ся в том, что только те фирмы, которые оказались в трудном фи-
нансовом положении, вправе давать взятки правительственным
чиновникам. А если компания попала в трудное финансовое по-
ложение в результате плохого управления, правило, быть мо-
жет, будет заключаться в том, что только плохо управляемым
компаниям нужно позволять давать взятки правительственным
чиновникам. Ни одно из этих правил не выглядит правомер-
ным. Главным критерием при оценке всех таких действий и
правил должен служить вред, причиняемый ими системе веде-
ния бизнеса, принципу честной конкуренции, идее равенства
возможностей в бизнесе, понятию о честности правительствен-
ных чиновников. Когда действие четко охарактеризовано как
укладывающееся в правило для всех фирм, функционирующих
в одинаковых условиях, сразу выясняется, что нет нужды в по-
дробном его анализе.
Впрочем, даже если бы мы согласились с подходом, отстаива-
емым упомянутым президентом фирмы, всестороннее изучение
последствий его поступка показало бы, что такой поступок мо-
рально неправомерен. Прежде всего, каковы последствия взятки
для государственного чиновника? До сих пор мы приняли во
внимание лишь одно последствие: он получает нужные ему день-
ги и предоставляет контракт упомянутой компании. А каковы
шансы раскрытия получения им взятки и какими окажутся по-
следствия его возможного изобличения во взяточничестве? Взя-
точничество преследуется законом. Если факт получения госу-
дарственным чиновником взятки раскроется, ему, по всей веро-
128
ятности, будет предъявлено обвинение в совершении преступле-
ния, его лишат должности, а если суд его осудит, то на него будет
наложен крупный штраф и (или) его заключат в тюрьму. Станет
ли его жизнь лучше? Если же его не изобличат, он может стать
жертвой шантажа. Он также может предаться соблазну жить не
по средствам, а это должно закончиться тем, что он снова ока-
жется в аналогичной ситуации. Ему придется объяснять жене, а
быть может, и другим, где он добыл деньги. Он не внесет свой до-
ход в налоговую декларацию и, таким образом, будет подлежать
наказанию за сокрытие дохода. Можно и дальше перечислять,
что может с ним случиться, пытаться оценить возможность воз-
никновения всех этих обстоятельств и того, насколько серьезно
они на нем скажутся, и т.д.
Добро, сделанное для рабочих, для завода, для города, следу-
ет, конечно, оценить по достоинству. Но во всем этом деле не
упоминаются конкурирующие фирмы. А каково их положение?
Не окажутся ли их рабочие без работы? Не придут ли в упадок
их города? Теперь обратимся к нашему президенту. Как ему
удастся выплатить 1 млн. долл.? Откуда он их возьмет? Как он
эту сумму выплатит без записи в бухгалтерских книгах, без от-
чета Налоговому управлению и аудиторам компании? Очевид-
но, чтобы успешно провернуть это дело, президенту придется
нарушить больше законов, чем один лишь закон против взяточ-
ничества. И все эти его действия будут иметь свои последствия.
В случае раскрытия таких деяний его могут привлечь к ответст-
венности, уволить с занимаемого поста, посадить в тюрьму.
Рассмотрим далее влияние этой сделки на широкую публику.
Правительственный чиновник тратит ее деньги. Когда он поку-
пает не самое лучшее оборудование по не самой выгодной цене,
он таким образом неэффективно расходует государственные
средства и, следовательно, наносит ущерб налогоплательщи-
кам. Если закупленные им самолеты все равно пришлось бы
приобрести, тогда какой смысл имела взятка? Но если бы он да-
же дал заказ именно этой фирме без взятки, он все равно вынуж-
ден был бы как-то добыть пресловутый 1 млн. долл. Либо на эту
сумму пришлось бы увеличить стоимость закупленных самоле-
тов, т.е. отнести ее на счет налогоплательщиков, либо изъять ее
из прибылей фирмы, т.е. у держателей акций. В любом случае
129
эти деньги были бы отняты у тех, кто имеет на них законное пра-
во и кто в этих пределах, следовательно, понес ущерб.
Взяточничество оказывает также отрицательное влияние на
систему предложения и заключения контрактов, на методы веде-
ния конкуренции и на порядочность участников этих процессов.
Как только взяточничество становится признанным способом ве-
дения бизнеса, люди уже не получают за свои деньги наилучшую
продукцию. Перевешивает ли добро, сделанное лицу, получаю-
щему взятку, и лицу, давшему взятку, то зло, которое свалится
на них, если их изобличат? А что сказать об ущербе, причинен-
ном тем, кто вынужден платить больше налогов, или тем, кто по-
лучает меньше прибыли, а также всей системе в целом?
Если возникают сомнения в том, что взяточничество прино-
сит больше вреда, чем пользы, надо только поставить вопрос: а
почему оно не практикуется открыто? Почему дача взятки не
считается законным элементом ведения бизнеса? Совершенно
очевидно, что причина кроется в том, что выгоду от взяточниче-
ства получают немногие за счет потерь для множества других
людей, для общества и бизнеса в целом.
Здесь ход рассуждения утилитаристский. Мы не пытались
дать точное количественное измерение положительных и отри-
цательных результатов поступка. Но мы учли его последствия
для всех, кого он так или иначе затронул, и мы избежали произ-
вольного исключения из анализа каких-либо его последствий.
Между тем сам президент фирмы не учел всех тех, на кого его
поступок оказал влияние. Он прекратил рассмотрение этих по-
следствий на наиболее выгодном для себя месте. Ясно, что при-
менение утилитаристского метода характеристики какого-либо
действия не дает автоматической гарантии нравственной его
оценки. Для осуществления морально оправданного действия
человек, его совершающий, должен искренне стремиться к то-
му, чтобы выяснить его правильность, и беспристрастно учиты-
вать его ближайшие и отдаленные последствия для всех, кого
оно коснется.
Могут возразить, что мы в своем анализе опустили какие-то
важные критерии. Если мы действительно опустили что-то важ-
ное, следует прислушаться к выдвинутому возражению и выяс-
нить, изменится ли конечный вывод при учете опущенных фак-
торов. Споры между утилитаристами относительно проблем го-
130
сударственной политики и общественной морали часто возника-
ют именно в этой связи. Противники могут указывать на не-
учтенные критерии, вроде отдаленных последствий какого-то
действия, либо отмечать недостаточное значение, приданное од-
ному из рассматриваемых критериев, либо посчитать, что ре-
зультат, который предположили маловероятным, в действи-
тельности является вполне реальным.
В середине 70-х годов произошли крупные международные
скандалы, связанные со взяточничеством, выплатой так назы-
ваемых «благодарностей» и незаконными взносами в фонды из-
бирательных кампаний как в США, так и за границей. В числе
прочих корпорация «Локхид» попалась на даче взяток и «ко-
миссионных» в сумме 12,5 млн. долл. В процессе продажи пар-
тии самолетов «Тристар» компании «Олл Ниппон эйруэйз» сто-
имостью 430 млн. долл. Карл Кочиян, впоследствии оправды-
вавший эти выплаты в статье, опубликованной «Сатердэй ре-
вью»1, вынужден был оставить свой пост, когда сведения о них
стали достоянием гласности. Защитники таких выплат утверж-
дали, что в Японии это не только общепринятая практика, там
на них просто заранее рассчитывают. Тем не менее сообщения
средств массовой информации об этой операции потрясли Япо-
нию даже еще больше, чем Соединенные Штаты. Премьер-ми-
нистр Японии Какуэй Танака и четыре министра были вынуж-
дены подать в отставку, и их отдали под суд. И в США, и в Япо-
нии были предложены проекты законов против взяточничества,
некоторые из них были утверждены. Последствия этой акции
взяточничества оказались очень серьезными. Но дело «Локхид»
отнюдь не было простым. Корпорация не предлагала взятку, ее
фактически потребовали. Разве вина тех, кто соглашается дать
взятку, столь же велика, как вина тех, кто ее вымогает? Дейст-
вуют ли те же нравственные принципы, когда имеешь дело с
коррумпированным правительством и когда имеешь дело с чест-
1 Carl A. Kotchlan. The Payoff: Lockheeds 70-Day Mission to Tokyo//Saturday
Review, July 9, 1977, pp. 7—12. Более подробные сведения по этому примеру
см. в: Nell Н. Jacoby, Peter Nehemkis, and Richard Eells. Bribery and Extortion
in World Business. (London: Collier Macmillan Publishers Ltd., 1977); Robert
Shaplen. Annals of Crime: The Lockheed Incident//The New Yorker, 53 (January
23, 1978), pp. 48—50; (January 30, 1978), pp. 74—91.
131
ным правительством? Когда народ страны терпит взяточничест-
во среди своих чиновников, значит ли это, что он фактически со-
глашается с существованием такой системы? Если выплата та-
ких «комиссионных» служит непременным условием ведения
бизнеса с правительством, можно ли считать, что они морально
оправданны? Все это сложные вопросы, ответы на которые не
выводятся из общего утверждения, что взяточничество амо-
рально. Были предприняты попытки установить контроль над
взятками при помощи такого закона, как Акт о коррупции при
заключении сделок с иностранными фирмами и учреждениями,
который запрещает американским компаниям давать взятки
чиновникам иностранных правительств. Другие формы произ-
водимых за границей платежей иногда весьма схожи с вымога-
тельством и не подпадают под действие американских законов.
Как в таких условиях должны поступать американские компа-
нии? Некоторые, как, например, «Галф ойл», уже однажды по-
горевшая на такой операции, решили не производить более по-
добных выплат. К удивлению многих, эта новая политика
«Галф ойл» не повлекла за собой снижения ее продаж или угро-
зы национализации ее нефтеперегонных заводов. Многие стра-
хи оказались беспочвенными, причем, как мы удостоверились,
в ряде стран наблюдается значительно меньшая терпимость к
сомнительным сделкам, чем нам представлялось. Фирмы мно-
гих стран попытались навести порядок на мировом рынке, по-
требовав, чтобы конкуренция между компаниями строилась не
на искусстве производить тайные выплаты, а на способности
предлагать продукцию высокого качества. Все эти факты следу-
ет принимать в расчет в практике применения принципа утили-
таризма к вопросам, которые мы поставили, но на которые отве-
та не дали.
Отнюдь не являясь автоматическим принципом решения
нравственных проблем, утилитаризм требует обстоятельной,
объективной и непредвзятой оценки последствий каких-либо
действий. Он широко используется, хотя часто и неправильно, в
качестве средства выработки моральных оценок. Будучи мощ-
ным инструментом для моральных умозаключений, он пред-
ставляет собой метод, вполне заслуживающий того, чтобы им
овладеть.
132
Контрольные вопросы и задания
1. В примере, с которого мы начали настоящую главу, исполь-
зовал ли президент авиастроительной фирмы утилитарист-
ский анализ для оправдания своего поступка? Проведите
утилитаристский анализ этого примера.
2. Дайте определение утилитаризма. Считаете ли вы утилита-
ризм приемлемым подходом при решении вопроса о нравст-
венности к&кого-либо поступка? Если да, то почему? Если
нет, то почему?
3. Каковы различия между гедонистическим утилитаризмом,
эвдемонистическим утилитаризмом, идеалистическим ути-
литаризмом? Какой вид утилитаризма вы считаете более по-
лезным? Почему?
4. При рассмотрении проблемы сопоставления ценностей ка-
кие их аспекты следует анализировать? Что означают поня-
тия «сила воздействия», «долговечность», «устойчивость»,
«близость реализации», «плодотворность», «непороч-
ность»? Приведите пример того, как можно сопоставлять
эти аспекты ценностей.
5. Каковы различия между «утилитаризмом действия» и
«утилитаризмом правила»? Дайте определение каждого из
них. Какой из них предпочтителен? Почему?
6. Сформулируйте четыре возражения против утилитаризма и
дайте ответ на них.
7. Не приводит ли иногда следование утилитаристским расче-
там к несправедливым действиям? Если да, то почему? Если
нет, по почему? Если да, то приведите пример. Если нет, ка-
ков будет ваш ответ тем, кто с этим согласен?
8. Каковы стадии осуществления утилитаристских расчетов с
целью определения моральности какого-либо действия? Про-
иллюстрируйте эти стадии при оценке моральной проблемы
по вашему выбору.
9. Что подразумевается под понятием «доминирующий крите-
рий» в утилитаристских расчетах? Каково значение этого
понятия?
Ю. Можно ли, исходя из принципа «утилитаризма правила»,
сказать, что взяточничество аморально? Если да, то поче-
му? Если нет, то почему? Можно ли то же сказать об «утили-
133
таризме действия»? Если да, то почему? Если нет, то поче-
му?
11. Объясните различие между взяточничеством, вымогатель-
ством (тем, что можно назвать «выплатами, облегчающими
сделку»), «преподношениями»? Проведите анализ этих
трех видов акций на основе принципа «утилитаризма пра-
вила», подобно тому анализу взяточничества, какой пред-
принят в данной главе.
12. Нужен ли закон против взяточничества? Дайте ответ на этот
вопрос, руководствуясь принципом «утилитаризма прави-
ла» . (Примечание: при этом мы должны оценить последствия
такого рода закона.)
13. Как бы ответил утилитарист на аргументы релятивиста?
Как бы он реагировал на миф об аморальности бизнеса?
14. Существуют ли моральные действия, которые оцениваются
не по их полезности? Если такие существуют и представля-
ют собой исключение в свете концепции утилитаризма, как
бы отнесся к ним утилитарист?
ГЛАВА 4
Нравственный долг, права и справедливость
Пример с фирмой «Джонсон контроле»
Хотя по делу о фирме «Джонсон контроле» был уже вынесен
приговор Верховного суда США, оно продолжает вызывать ряд
вопросов этического характера1. Центральное место в этом деле
занимают различные жалобы, связанные с правами, которые,
по утверждениям деонтологов, не зависят от последствий ка-
ких-либо действий.
Производители батареек уже в течение некоторого времени
знали, что их производственный процесс связан с существен-
ным применением свинца, способного оказать вредные воздей-
ствия на внутриутробное развитие плода у беременных жен-
щин. В результате, с целью уберечь внутриутробный плод от та-
кого вредного воздействия, ряд производителей батареек ввели
запрет на использование труда женщин в условиях, в которых
они могут подвергнутся воздействию свинца.
Поступая так, они признавали следующее: право внутриут-
робного плода на защиту от причинения ему вреда; право компа-
нии на предотвращение ущерба от предъявления ей судебных
исков либо женщинами, развитию внутриутробного плода кото-
рых был причинен вред из-за условий труда, либо выросшими
детьми, которые ощутили на себе вредные последствия работы
их матерей в период беременности в условиях производственно-
1 International Union, UAW v. Johnson Controls Inc., Ill S. Ct. 1196 (1991).
135
го процесса с применением свинца; и право компании диктовать
условия найма.
Поскольку компании не знают, когда женщина может забе-
ременеть, они избавились от этой проблемы, вовсе не допуская
женщин к данному виду труда.
Фирма «Джонсон контролз», производитель батареек, при-
держивалась такой политики до июня 1977 г., когда она пере-
шла к новой политике. Она признала, что не может таким обра-
зом защитить нерожденных детей, не нарушая одновременно
права женщин на равные возможности, гарантированные Зако-
ном о гражданских правах 1964 г. Согласно своей новой полити-
ке в этом вопросе компания предупреждала женщин об опасно-
сти вредного воздействия свинца на нерожденного ребенка и
требовала от них письменного заявления, освобождающего фир-
му от ответственности.
После того как восемь работниц забеременели и анализ их
крови обнаружил превышение допустимого уровня свинца, ус-
тановленного для работниц, имеющих намерение рожать детей,
фирма в 1982 г. снова изменила свою политику: на сей раз она
запрещала женщинам работать там, где применяется свинец,
если они не представят медицинский документ об их неспособ-
ности к деторождению. В результате введения этой новой поли-
тики одна работница, Мэри Крейг, предпочла подвергнуть себя
стерилизации, чем потерять работу, а еще одна, пятидесятилет-
няя и разведенная Элей Нэйсон, была переведена на другую, ни-
же оплачиваемую работу.
Эти женщины вместе с другими предъявили фирме иск, об-
виняющий «Джонсон контролз» в том, что ее политика защиты
нерожденных детей нарушает права женщин и представляет со-
бой дискриминацию по признаку пола, которая выражается в
отказе от найма женщин на работу туда, где используется сви-
нец в процессе производства батареек. Они аргументировали
свой иск тем, что сами несут ответственность за своих нерожден-
ных детей и что, если их надлежащим образом предостерегают
от опасности, которой они подвергаются, они вправе сами ре-
шать, работать им или не работать в указанных условиях. Ни у
кого из детей восьми беременных женщин, о которых сообща-
136
лось с 1977 по 1983 г., не было обнаружено никакой патологии
или выраженных дефектов.
Несмотря на то что Окружной суд США вынес решение в
пользу фирмы «Джонсон контролз» и его вердикт был под-
твержден Апелляционным судом, это решение было отменено
Верховным судом, который счел, что политика фирмы «Джон-
сон контролз» представляет собой нарушение Закона о граж-
данских правах. Трое из членов Верховного суда не поддержа-
ли часть этого решения, заявив, что «узкая интерпретация су-
дом Закона о гражданских правах... означает, будто предпри-
ниматель не вправе отстранить даже беременную женщину от
работы в условиях высокой токсичности для ее плода. Глупо
полагать, что, принимая указанный Закон, конгресс преследо-
вал именно такую цель».
Наша задача здесь заключается не в том, чтобы устанавли-
вать, каковы были намерения конгресса или нарушает ли поли-
тика фирмы «Джонсон контролз» Акт о гражданских правах.
Нам, скорее, следует, оставляя в стороне специфические поло-
жения закона, выяснить, каковы обязанности предпринимате-
ля — если таковые существуют, — связанные с защитой плода
беременной работницы. Обладает ли внутриутробный плод пра-
вами, а если да, то является ли их соблюдение предметом забо-
ты лишь самой беременной женщины или также и других лиц?
Имеет ли компания право оградить себя от возможного предъяв-
ления судебного иска со стороны своей работницы или позднее
со стороны выросшего ребенка, здоровью которого был нанесен
вред, когда он еще был в утробе матери, вследствие неблагопри-
ятных условий труда последней? Допустимо ли отвергать это
право — за исключением тех случаев, когда специфический род
занятий имеет решающее значение, — или это право может
быть перекрыто применением других прав? Как следует сопо-
ставлять противоречащие друг другу права? Могут ли конкрет-
ные последствия перевешивать права?
Деонтологический подход к этике
Вообще деонтологический подход к этике отвергает ут-
верждение утилитаристов о том, что нравственность действия
137
зависит от его последствий. Деонтологи считают, что дейст-
вия являются морально праведными или неправедными неза-
висимо от их последствий. Нравственная праведность и не-
праведность представляют собой базисные и первичные мо-
ральные категории. Они не зависят от добра, от сотворения
добра, от нежелания или неспособности творить добро. Долг
человека в том, чтобы поступать морально правильно и избе-
гать действовать аморально независимо от последствий своих
деяний.
Деонтологическая позиция общепринята и имеет долгую
историю. В современном американском обществе она ассоции-
руется как с иудейско-христианской традицией, так и с фило-
софской традицией, восходящей к греческим философам-стои-
кам. Концепция деонтологов охватывает и теорию априорных
форм немецкого философа Иммануила Канта, а также теории
многих современных философов, которые развивают свои
нравственные взгляды, опираясь на понятия справедливости и
прав человека.
Иудейско-христианская мораль
На протяжении веков иудейско-христианская традиция фор-
мировала мораль Запада, американского государства — с само-
го его возникновения. Эта традиция до сих пор обладает мощ-
ным потенциалом. Иудейско-христианская мораль включает не
только целый набор нравственных норм, но также и представле-
ние о том, что значит быть человеком и иметь систему ценнос-
тей. Эти нравственные правила, понятие о человеке и его ценно-
стях глубоко пропитали светскую жизнь Запада вообще и Со-
единенных Штатов в частности. Мораль, проповедуемая с ка-
федр и церковных амвонов, весьма близка к той морали, кото-
рую преподают ученикам государственных средних школ, а так-
же к распространенной в американском обществе обыденной
морали.
Те аспекты иудейско-христианского нравственного насле-
дия, которые явно относятся к религии и к долгу человека перед
Богом, можно отличить от других аспектов морали, т.е. тех, ко-
торые связаны с отношением человека к своим собратьям.
138
Именно последние были главным образом восприняты общест-
вом Запада — восприняты и в большой степени секуляризирова-
ны, введены в светский обиход.
Десять Заповедей, или по крайней мере последние семь из
них, до сих пор пользуются широким признанием как обобща-
ющие все то, что с нравственной точки зрения мы должны де-
лать (например, «чти отца и мать своих») или не делать (на-
пример, «не убий»). Сюда присовокупляется христианское
повеление возлюбить своего ближнего и во всем действовать
исходя из этой заповеди. Тем самым христианское чувство до-
брожелательности, милосердия дополняет иудейское чувство
справедливости. За этим следуют другие добродетели. По-
скольку мораль иудейско-христианской традиции на протя-
жении длинного ряда веков покоилась на фундаменте веры,
возникли большие опасения, что с ослаблением религиозных
верований усилится безнравственность. Однако в действи-
тельности с ослаблением религиозных верований произошло
совсем иное, добродетели и заповеди, покоившиеся на вере,
получили другую основу, как светскую, так и философскую.
Мы уже видели, как утилитаристы проявили полную готов-
ность принять и объяснить христианскую мораль, используя
принцип утилитаризма. Философы-деонтологи также подве-
ли светский базис под содержание христианских моральных
норм и добродетелей.
Христианская теологическая этика, или теория нравствен-
ности, основывается на теологии, а следовательно, на божест-
венном откровении. В этой теории выделяются два доминирую-
щих тезиса. Один из них гласит, что божественное вдохновение
(наитие) нисходило не только в далекие прошлые века через по-
средство пророков, Христа и авторов Нового Завета, но продол-
жает даже ныне нисходить и может овладевать всеми верующи-
ми. Согласно этому тезису совесть — это слово Господне, и те,
кто пребывает в согласии с Богом, знают, что есть добро, а что
зло. Выступая в качестве этической теории, этот тезис утверж-
дает, что сама сущность добра и зла определяется Богом и что
Бог ниспосылает знание добра и зла непосредственно самим ве-
рующим в него. Второй тезис приписывает Богу право опреде-
лять, что есть добро, а что есть зло, сам Бог открывает это через
139
посредство своих пророков, Христа и авторов Нового Завета, но
при этом откровение Господне нуждается в истолковании. В од-
них христианских религиях истолкование слова Божьего осу-
ществляется каждым человеком, в других оно осуществляется
либо коллективно церковью, либо особыми лицами, представ-
ляющими церковь и выносящими авторитетные суждения о мо-
ральности действий.
Согласно изложенным позициям, нравственность в конечном
счете исходит от Бога и соблюдается она в силу ниспослания от-
кровения Господнего. Хотя члены нашего общества часто руко-
водствуются в своей жизни такого рода этикой, проповедуемый
религией моральный принцип нередко отвергается теми, кто не
придерживается той веры, которую представляет поборник дан-
ного принципа. Поскольку главной характеристикой какого-то
морального повеления является вера в Бога и в определенного
рода откровение, те, кто не верует в Бога или кто верит в иного
рода откровение, логически не обязаны следовать данному пове-
лению. Верующий, цитирующий Коран, едва ли окажет какое-
либо влияние на человека, не признающего Коран в качестве ру-
ководства в области нравственности.
Начиная еще с древних греков, люди всегда задавались вопро-
сом, является ли действие нравственным потому, что Бог объяв-
ляет его таковым, или же Бог объявляет действие моральным по-
тому, что оно действительно морально. В первом случае Бог мо-
жет, если пожелает, объявить нравственным убийство, кражу,
ложь. Во втором случае Он этого сделать не может. Богу извест-
но, какие действия аморальны, и Он, с помощью своего открове-
ния, помогает и нам это узнать. Между тем праведность и непра-
ведность действий неподвластны Ему. Поскольку Бог сотворил,
нас определенным образом, нравственные нормы, которыми мы
должны руководствоваться в своей жизни, были изначально вне-
сены в наше естество как человеческих существ. В конечном сче-
те они зависят от Бога; но нам не следует постоянно вопрошать
или подозревать, а не передумал ли Бог и не является ли то, что
Он некогда объявил аморальным, сегодня уже моральным.
Здесь необходимо внести ясность по трем пунктам. Во-пер-
вых, если кто-то полагает, что ему известно в результате непо-
средственно ниспосланного ему Божьего откровения, какие дей-
140
ствия праведны, а какие неправедны, то ему вовсе не нужна ни-
какая философская теория этики, если только он не намеревает-
ся отстаивать свои нравственные суждения перед теми, кто с
ним не согласен или кто не верит в прямые указания Бога.
Во-вторых, те, кто не верит в ниспосылаемые непосредствен-
но самим Богом моральные нравоучения каждому человеку,
должны дать толкование Десяти Заповедей и повеления возлю-
бить своего ближнего. Какие конкретные действия эти повеле-
ния и проскрипции диктуют или запрещают? Является ли убий-
ство в порядке самообороны оправданной формой убийства? Оп-
равданно ли убийство, совершенное в процессе защиты своей
собственности? Оба эти действия представляют собой формы
убийства. Допускает ли какие-либо исключения заповедь «не
убий»? Как мы оправдываем исключения, если мы вообще это
делаем? Правила, с помощью которых мы вводим и оправдыва-
ем исключения, образуют часть теории нравственности, а поэто-
му и составляют часть этической системы. Если эти правила
обосновываются лишь Священным Писанием, то такие обосно-
вания адресованы только верующим в Бога.
В-третьих, то, что диктуется моралью, основывающейся на
религии, можно также обосновать с помощью нерелигиозных
аргументов. Содержание религиозной морали может быть при-
емлемо, по крайней мере в большой своей части, и для неверую-
щих. Как верующие, так и неверующие могут найти философ-
ские аргументы, вполне достаточные для признания хотя бы ча-
сти морали, не являющейся специфически религиозной. В исто-
рии философии такую позицию отстаивали многие, включая
столь выдающуюся личность, как Фома Аквинский (1225—
1274). И Милль, и Кант полагали, что создали философскую
этическую теорию, которая способна подкрепить христианскую
мораль.
Церкви весьма эффективно внедряли нравственные нормы,
преподавали и проповедовали мораль как в рыночной сфере, так
и в других областях жизни. Они подчеркивали значение добро-
детели, добродетельных нравов и создавали для своих прихо-
жан типичные образы людей, примеру которых надлежит сле-
довать. Они также вырабатывали и проповедовали религиозные
идеалы, идеалы добродетели, до которых верующие могут и
141
должны возвыситься. Занимающиеся бизнесом люди могут,
конечно, быть религиозными, их религиозные убеждения могут
ими руководить в их практической деятельности. Нравствен-
ные люди, соблюдающие свои религиозные принципы и придер-
живающиеся своих нравственных ценностей, могут делать свой
бизнес нравственным. Тем не менее нравственное обоснование
методов ведения бизнеса обычно не выдвигается в форме рели-
гиозных канонов перед теми, кто не придерживается какой-то
собственной религии; в свою очередь и проблемы государствен-
ной политики, связанной с бизнесом, также не дискутируются
для вящей убедительности с помощью религиозной риторики.
Когда доводы имеют своей целью убедить широкие слои населе-
ния, они обычно излагаются на таком языке, что их посылки до-
ступны для всех людей, а не только для верующих.
Десять Заповедей и повеление возлюбить ближнего своего яв-
ляются по форме деонтологическими: это предписания осуще-
ствлять одни действия и воздерживаться от других. Указанные
заповеди не ориентируют нас на то, чтобы представить себе по-
следствия наших действий, прежде чем удостовериться в их
праведности. Следовательно, они предписывают действовать, не
заботясь о последствиях. Можно ли было бы к ним прийти путем
заблаговременного изучения последствий, как считают утили-
таристы, — это уже другой вопрос. Здесь важно отметить, что
они представлены в такой форме, которая является не консек-
венциалистской, а деонтологической.
Разум, долг и нравственный закон
Типичный деонтологический подход к современной фило-
софской этической теории получил свое классическое выраже-
ние в трудах Иммануила Канта1. И современный деонтологиче-
1 Наиболее доступное изложение философии Канта, см. в его Foundations of the
Metaphysics of Morals (Indianapolis: Bobbs-Merrill Co., 1969). Великолепным
изданием, посвященным философии Канта и содержащим также девять кри-
тических очерков, является книга: Robert Paul Wolff (ed.). Foundations of the
Metaphysics of Morals, with Critical Essays (Indianapolis, Ind.: Bobbs-Merrill
Co., 1969). Хорошо известный комментарий см. в кн.: H.J. Paton. The
Categorical Imperative ( Chicago: University of Chicago Press, 1948).
142
ский подход, и подход Канта вполне совместимы с Десятью За-
поведями. Но почему должны мы выполнять эти повеления?
Почему должны мы делать то, что велят нам наши праотцы,
наши современные наставники или наше общество? Возмож-
но, конечно, что Бог, наши праотцы, наши наставники, наше
общество верно осведомляют нас о том, как правильно следует
поступать. Но причины того, что наши действия являются
правильными, не заключаются в том, что наши праотцы, на-
пример, повелели нам их осуществлять. Мораль и моральный
долг не могут быть предписаны нам другими; только мы сами
можем возложить на себя такие обязательства. Если мы нрав-
ственные люди, мы возлагаем на себя обязанность действовать
определенным образом, поскольку понимаем, что означает
быть существом нравственным и какого рода действия допус-
тимы для такого существа. Для человека, исповедующего кан-
тианскую философию, быть нравственным значит то же самое,
что быть разумным. Точно так же, как никто не может прину-
дить нас быть разумными, никто не может заставить нас быть
нравственными. С этой точки зрения, когда мы предпочитаем
быть разумными, мы вместе с тем предпочитаем быть нравст-
венными. Невозможно объяснить, почему мы должны быть ра-
зумными еще до того, как сами решили быть таковыми; давать
объяснения, требовать их или быть убежденными ими — все
это виды разумных действий и, следовательно, уже предпола-
гают признание разума. Чтобы более четко представить себе,
что означает быть нравственным и какие требования предъяв-
ляет нам мораль, необходимо предпринять тщательный ана-
лиз того, что означает быть разумным и как должна сказаться
на наших действиях наша способность быть разумными. По-
скольку нравственность заключается в том, чтобы поступать
разумно, она свойственна только разумным существам. Перво-
причину нравственности следует искать в нас самих и в нашем
разуме, а не в чем-то, существующем вне нас. В каждом из нас
один и тот же разум, а поэтому то, что разумно и нравственно,
равнозначно для всех нас. Согласно этой точке зрения, мы по-
ступаем нравственно, когда сознательно выбираем способ дей-
ствия, диктуемый нам разумом. Формула, содержащая требо-
вания разума в сфере действий человека, — это и есть нравст-
143
венный закон. Анализируя приложение разума к действиям,
что можно назвать практическим разумом, мы находим ключ
к нравственности.
Согласно деонтологической традиции то, что делает действие
правильным, — это не сумма его последствий, а тот факт, что
оно согласуется с законом нравственности. Кантианская провер-
ка соответствия моральному закону, которой действие должно
подвергнуться, сводится к установлению его формы. Действие
признается правильным, если оно принимает определенную
форму; если оно осуществляется не в такой форме, оно считает-
ся аморальным. Закон морали наивысшего и самого общего
уровня устанавливает форму, в которой должно осуществляться
действие, чтобы быть нравственным. Но закон морали этого
уровня, или высший принцип нравственности, не определяет,
каким должно быть содержание действия, чтобы это действие
считалось правильным. Он утверждает лишь то, в какой форме
должно осуществляться действие. Такой подход поэтому назы-
вается формалистическим этическим подходом.
Что же собой представляет форма, которую действие должно
принимать, чтобы быть нравственным? Как можно сформулиро-
вать закон морали? Ответ кроется в самой природе разума. По-
скольку быть нравственным — это то же самое, что поступать
разумно, можно вывести формулу закона морали путем анализа
природы самого разума, анализа рациональной деятельности и
анализа того, что означает быть разумным существом.
Посмотрим, что именно мы знаем о разуме, изучив ход на-
ших рассуждений, когда мы занимаемся математическими
расчетами. Возьмем простой процесс сложения: к двум
прибавим два и получим в итоге величину четыре. Два плюс два
равно четырем отнюдь не потому, что так утверждают наши
учителя. Два плюс два равно четырем совершенно независимо
от наших учителей. Два плюс два равно четырем для всех
разумных существ — даже и в том случае, если они этого не
знают, даже и при том, что они, сложив два и два, получат не
четыре, а другое число. Раскрывая основы математики, мы
приходим к пониманию того, почему два плюс два равно четырем.
Но, даже и не понимая этого, мы знаем, что два плюс два равно
четырем для всех и каждого, что правильность этого сложе-
144
ния зависит не от нашего практического опыта складывания
двух вещей с двумя другими вещами и получения в итоге четы-
рех вещей, а от логической последовательности математичес-
кого действия.
Так как нравственный закон — это определение формы ра-
зумного действия, необходимо выяснить самые важные свойст-
ва разума. Одно из них — это присущая ему логическая последо-
вательность. Нравственные поступки не должны содержать в
себе внутреннюю противоречивость, а в тех пределах, в каких у
нас существует система морали, нравственные поступки не
должны вступать в противоречие друг с другом. Вторая харак-
терная черта разума — это его универсальность, всеобщность.
Поскольку разум един для всех, то, что разумно для меня, ра-
зумно также для всякого другого, а то, что разумно для любого
другого, разумно также и для меня. Третье свойство разума, ко-
торое мы установили на математическом примере и которое мы
сочли также характерным и для закона морали, — это то, что он
априорен, или что его истинность не основывается на опыте.
Нравственный закон обращается к опыту, но он не проистекает
из него, а его истинность не зависит от него. Вот почему нравст-
венность действия не зависит от его последствий.
Поскольку нравственный закон — это закон, он отдает ко-
манду или диктует императив — нечто, что должно быть сдела-
но. Императив — безоговорочное повеление. Он устанавливает,
что каждый должен делать, поскольку это повеление разума.
Придерживаясь несколько технической терминологии Канта,
можно сказать, что нравственный закон повелевает категориче-
ски, а не гипотетически. Гипотетический императив устанавли-
вает, что действие должно быть осуществлено, если человек же-
лает (или основываясь на гипотезе, что он этого желает) достичь
определенной цели. Отсюда выражение «если хочешь преуспеть
в школе, учись» — это гипотетический императив. Не от всяко-
го требуется, чтобы он посещал школу, и не от всякого требует-
ся, чтобы он учился. Между тем нравственный закон излагается
не в гипотетической форме. Это отнюдь не нечто такое, относи-
тельно чего мы можем выбирать, придерживаться этого или нет
в зависимости от того, желаем ли мы достичь ту или иную цель.
Высшее повеление обязывает нас быть нравственными, хотим
145
мы этого или нет. Нравственный закон обязывает нас безогово-
рочно. Кант называет форму нравственного закона, или высше-
го принципа нравственности, категорическим императивом.
Мы уже заметили, что Десять Заповедей также изложены в ка-
тегорической форме. Заповедь «не убий» диктует нравственную
норму, распространяющуюся на всех и безоговорочно обяза-
тельную для всех. Но это содержательный императив. Вот поче-
му, согласно сторонникам формального подхода, эта заповедь не
является высшим нравственным принципом; это принцип, им-
ператив, норма, образующие именно нравственный принцип
только потому, что они согласуются с нравственным законом, но
они не представляют собой именно принцип моральности. Это
принцип второго порядка, второстепенного уровня. Высший
моральный принцип — категорический императив — диктует
присущую моральным поступкам форму и служит критерием
для проверки того, является ли действие или вторичный прин-
цип нравственным. У Канта имеются три формулировки катего-
рического императива. Они представляют три его аспекта, или
три формальных признака, которыми действие должно обла-
дать, чтобы быть моральным.
Чтобы действие было нравственным, оно должно: (1) оказать-
ся подходящим для превращения его в последовательно универ-
сальное, всеобщее; (2) уважать разумные существа как самоцен-
ные личности и (3) проистекать из автономии и уважать автоно-
мию разумных существ. Эти три формальных условия, или при-
знаки нравственности действия, выводятся из анализа разума и
из того, что значит быть разумным существом.
Последовательность в универсализации
Строго говоря, действия представляют собой специфические
преднамеренные физические движения, которые люди осуще-
ствляют в определенных ситуациях и с определенной целью.
Следовательно, действие само по себе индивидуально, а не все-
обще. Оно само по себе. Равным образом одно действие не может
противоречить другому. Можно, однако, говорить об описании
действия, о правиле, или принципе действия, или о максиме
действия. Когда мы хотим определить, является ли действие
нравственным, мы проверяем его правило, принцип или макси-
146
му. Максима действия — это обстоятельная характеристика
или подробное описание его существенных особенностей. Когда
максима выражена в форме императива — это правило дейст-
вия. Содержание правила можно считать принципом действия
второго порядка, предписывающим нам, что должно или что не
должно делать.
Априорные продукты разума универсальны и самопоследо-
вательны. Чтобы быть моральным, действие должно принимать
разумную форму. Это означает, что правило, принцип или мак-
сима действия должны обладать способностью быть последова-
тельно универсальными. Если действие морально для меня, оно
должно также быть моральным для всех других. Нам всем пред-
писано делать то, что нравственно, а поэтому всякое действие,
которое всем нам предписано осуществлять, должно быть та-
ким, чтобы, выполняя его, никто из нас не мешал или не пре-
пятствовал другим его выполнять. Действие, которому такая
форма не присуща, — это аморальное действие.
Важно отметить, что, выясняя, может ли данное действие
быть последовательно универсализированным, мы вовсе не
спрашиваем, как того требует консеквенциалистский подход,
какими окажутся последствия, если все будут это действие вы-
полнять. Между тем вовсе нет необходимости предполагать, что
все станут его выполнять.
Во многих случаях люди, которые поступают безнравствен-
но, извлекают выгоду из того, что не все поступают как они. Мы
лишь выясняем, является ли правило, принцип или максима
этого действия внутренне логичными, когда оно становится все-
общим.
Поскольку такое выяснение носит логический или концепту-
альный характер, оно не зависит от конкретного вопроса, выпол-
няют ли или станут ли выполнять это действие все и каждый.
Рассмотрим некоторые примеры, чтобы выяснить, как мож-
но проверить нравственность действия. Является ли убийство
злом?
Представляет ли собой ложь зло? Убийство — это умерщвле-
ние человека без оправдывающей такое действие причины. Это
определение, естественно, с самого начала характеризует его
как не имеющее оправдания. Поэтому возьмем другой при-
147
мер — убийство человека в приступе гнева. Если его сформули-
ровать в виде правила, последнее будет гласить: «Убивай дру-
гих, когда на них разгневаешься». Может ли такое правило
стать универсальным? Проверка заключается в том, имеет ли
это правило внутреннюю последовательность, если его приме-
нить ко всем и каждому. Поскольку вполне вероятно, что когда-
нибудь любой из нас сердится на кого-то, и поскольку вполне ве-
роятно, что когда-нибудь кто-то гневается на любого из нас, то,
если все будут следовать этому правилу, мы все друг друга по-
убиваем. Если все мы будем соблюдать это правило, никто из нас
не останется в живых, чтобы продолжать его соблюдать. Поэто-
му, если его сделать всеобщим, оно приведет к его самоликвида-
ции, и в этом заключается его несообразность, его внутренняя
непоследовательность. Возьмем противоположный пример —
проявление уважительного отношения к человеческой жизни.
Здесь правило гласит: «Береги человеческую жизнь». Если это
правило сделать универсальным, каждый будет беречь жизнь
другого. Данное правило последовательно, так как мы в состоя-
нии беречь чужие жизни бесконечно. Следование этому правилу
не ведет к его самоуничтожению.
Теперь обратимся к проблеме лжи. Правило гласит: «Лги».
Можно ли его сделать всеобщим, последовательным? Ответ —
отрицательный. Если бы лгали все, никто никому бы не верил.
Но если бы никто никому не верил, сама возможность лжи ис-
чезла бы. Таким образом, ложь нельзя сделать последовательно
всеобщей. Между тем правило «говори правду» каждый всегда
способен соблюдать. Если бы мы все говорили правду, то все
могли бы верить друг другу. Правду можно говорить бесконеч-
но. В этом правиле, превращенном в универсальное, непоследо-
вательности нет.
Кант следующим образом сформулировал свой категоричес-
кий императив относительно этого условия последовательной
универсализации: «...поступай только согласно такой максиме,
руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать,
чтобы она стала всеобщим законом»1.
1 I.Kant. Foundations of the Metaphysics of Morals, p. 44.
148
Уважение к разумным существам
Разумное существо понимает необходимость последователь-
ности, логичности в выполнении действия. Разумное существо
также осознает себя как личность, как самоценную сущность,
как существо, составляющее цель в себе. Поэтому разумное су-
щество имеет ценность, обладает достоинством и заслуживает
уважения. Отсюда следует, что каждый человек должен обра-
щаться с каждым другим человеком как с вершиной творения, с
уважением и достоинством.
Все мы используем предметы для своих собственных нужд в
качестве средств для достижения собственных целей. Мы ис-
пользуем также людей в качестве средства для достижения сво-
их целей, например когда они обслуживают нас в магазине или
ресторане или когда мы нанимаем их для выполнения таких ра-
бот, какие, как мы считаем, должны быть выполнены. Но даже
и тогда, когда мы обращаемся с людьми как со средствами, мы
не должны забывать, что они всегда остаются самоцелью. Так,
Кант дает другую формулу категорического императива: «...по-
ступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем
лице, и в лице всякого другого так же, как к цели, и никогда не
относился бы к нему только как к средству»1.
Согласно Канту, эта формула категорического императива
представляет собой просто иное изложение высшего нравствен-
ного закона, содержащегося в первой формуле. Следовательно,
она предписывает и запрещает те же действия, что и первая
формула. Возьмем два действия, рассмотренных выше. Когда
мы во гневе убиваем людей или убиваем их, чтобы устранить с
нашего пути, мы явно не обращаемся с ними с уважением. Мы
используем их исключительно в качестве средств для достиже-
ния своих целей, а отнюдь не как самоцель. Когда мы им лжем,
намереваемся их обмануть, мы отвергаем постулат, согласно
которому разумное существо заслуживает правды, и мы стара-
емся достигнуть собственных целей за их счет. Мы относимся к
ним как к средству для достижения того, чего мы желаем, или
для того, чтобы избежать неприятностей или наказания. Ложь,
Ibid., р. 54.
149
кража и убийство — все это означает отношение к людям как к
средствам, а не как к самоцели, и поэтому мы обращаемся с ни-
ми без того уважения, какого они заслуживают в качестве ра-
зумных существ.
Тот вид обращения с ними, какого заслуживают разумные
существа в качестве самоцелей, иногда толкуется в категориях
прав личностей. Так, люди имеют право на жизнь, и это право
возлагает на других обязанность не лишать их жизни, а при оп-
ределенных условиях и помогать им ее сохранить. Право чело-
века на собственность возлагает на других обязанность не отни-
мать у него эту собственность. Эта трактовка прав исходит из то-
го, что люди обладают правами именно потому, что они пред-
ставляют собой разумные существа; она при этом отвергает
принцип, согласно которому наличие у человека прав зависит от
последствий действия.
Автономия
Поскольку быть нравственным — это то же самое, что дейст-
вовать разумно, мораль не навязывается людям извне. Она со-
ставляет часть их натуры. Нравственный закон признается ими
постольку, поскольку они осознают, что являются разумными
существами и принадлежат к царству существ, которые пред-
ставляют собой цель в себе. Нравственный закон люди сами при-
нимают и сами признают необходимость его соблюдения. Это
положение вовсе не исключает ни того, что люди поступают без-
нравственно, ни того, что многие люди действуют лишь на уров-
не конвенциональной морали. Когда они действуют в соответст-
вии с этой моралью, они одновременно могут действовать также
в соответствии с тем, как предписывает высший нравственный
закон. Но чтобы люди могли обладать личными нравственными
достоинствами, их действия должны не только соответствовать
нравственному закону; их действия должны также осуществ-
ляться при условии, что они понимают нравственный закон и
осознают тот факт, что они ему следуют.
Существуют три аспекта морали, которые воплощены в пред-
ставлении об автономии: свобода, добровольное подчинение
150
нравственному закону и универсальная приемлемость нравст-
венного закона.
Разумные существа являются единственными существами,
способными входить в качестве полноправных членов в нрав-
ственное сообщество, поскольку нравственность требует как
возможности постигать и понимать нравственный закон, так и
возможности сознательно и добровольно действовать в соответ-
ствии с ним. Животные не являются нравственными существа-
ми, так как они не способны ни к тому, ни к другому. Они не в
состоянии постигать нравственный закон и не в состоянии из-
бирать способ действий в соответствии с этим законом. Живот-
ные поступают, руководствуясь инстинктом, реагируя на не-
посредственные ощущения. Человеческие существа способны
подавлять и контролировать свои инстинкты, страсти, побуж-
дения, они способны представить себе свои действия еще до то-
го, как они их выполнят. Делать это им позволяет их разум.
Способность действовать разумно влечет за собой обязанность
действовать именно так и образует свободу разумного сущест-
ва. Не обладающие разумом существа, которые действуют
лишь инстинктивно, реагируя на непосредственные побужде-
ния, не являются свободными. Их действия обусловлены их
инстинктами и внешними раздражителями. Способность по-
давлять инстинкты и раздражители составляет свободу разум-
ного существа. Эта свобода, которую можно назвать разумной
свободой самоопределения, самоанализа, превращается в нрав-
ственную свободу, когда мы решаем действовать в соответст-
вии с нравственным законом. А нравственную свободу можно
назвать разумной свободой самосовершенствования. Первый
тип свободы — это способность человека решать, как ему дей-
ствовать — нравственно или безнравственно. Но поступает он
нравственно лишь тогда, когда действует, руководствуясь тре-
бованиями разума. Действуя именно таким образом, он реали-
зует свою нравственную свободу и — с моральной точки зре-
ния — совершенствует себя.
Второй аспект автономии подчеркивает тот факт, что нравст-
венные люди сами себе предписывают нравственный закон. Бу-
дучи самоценными личностями, нравственные люди не подчи-
нены никому другому. Каждый определяет нравственный закон
151
для себя в соответствии со своим разумом. Каждый принимает
для себя этот закон и возлагает на себя обязанность следовать
его предписаниям. Это просто функция свободы разумного су-
щества и его достоинства как самоценной личности. Но хотя
каждый отдельный человек принимает нравственный закон
лично для себя, он не может пользоваться им, как ему заблаго-
рассудится. Каждый человек должен следовать разуму и его ве-
лениям. А поскольку разум одинаков для всех разумных су-
ществ, каждый из нас принимает для себя одинаковый нравст-
венный закон. Категорический императив один и тот же для
всех нас, хотя каждый из нас и принимает его, и признает его
для себя лично. Третья формула категорического императива у
Канта гласит: «Поступай только так, чтобы твоя воля, действу-
ющая через свои максимы, могла сознавать себя одновременно и
как универсальное законоположение»1.
Третий аспект автономии, универсальная приемлемость
нравственного закона, — это функция того факта, что нравст-
венные существа сами вырабатывают для себя нравственный
закон. Этот аспект автономии служит третьим тестом нравст-
венных правил или принципов. Когда мы хотим узнать, явля-
ются ли правило, принцип или максима нравственными, мы
должны поставить вопрос, окажется ли то, что предписывает
данное правило, приемлемым для всех разумных существ, дей-
ствующих разумно. Вот почему, оценивая убийство, ложь, кра-
жу и т.д., следует рассматривать это действие не только с точки
зрения субъекта действия, но также с точки зрения его объек-
та, т.е. того лица, которого убили, кого обманули или обокра-
ли. Все разумные существа признают, что не желают того, что-
бы убийство, ложь и воровство оказались всеобщими законами,
применимыми к ним самим так же, как к другим. Они не хотят
быть убитыми, обманутыми или обворованными. Однако речь
здесь идет не только просто о нарушении их собственного благо-
получия, хотя и об этом тоже. В качестве разумных существ
они приемлют также для себя определенные ограничения отно-
сительно того, что они могут позволить себе делать, так как по-
1 Ibid., р. 59.
152
нимают, что живут в сообществе людей. Они понимают необхо-
димость ограничения своих собственных действий точно так
же, как рассчитывают, чтобы и другие ограничивали свои дей-
ствия. Проверка моральности правила заключается вовсе не в
том, чтобы установить, действительно ли люди его приемлют.
Проверка состоит в том, чтобы выяснить, все ли человеческие
существа, мыслящие разумно, приемлют его, независимо от то-
го, являются ли они субъектами или объектами соответствую-
щих действий.
Применение нравственного закона
Согласно господствующему деонтологическому подходу, ка-
тегорический императив, или высший принцип нравственнос-
ти, требует, чтобы любые правила морали или нравственные
максимы второго порядка поддавались последовательной уни-
версализации, чтобы они уважали достоинство людей и чтобы
они были приемлемы для разумных существ. Всякое действие,
отвергаемое по одному из этих критериев, должно быть отверг-
нуто и по двум другим. Но иногда один из тестов оказывается
более убедительным и более четко определяет нравственную
оценку. Поэтому, проверяя, является ли максима действия мо-
ральной, целесообразно использовать все три теста. Если мак-
сима благополучно проходит все три теста, она моральна; ес-
ли она отвергается хотя бы одним из трех тестов, она без-
нравственна.
В процессе применения такого теста к действиям возникают
две трудности. Одна связана с определением уровня всеобщнос-
ти правила, на котором основывается действие; вторая связана с
противоречием между действиями, которые предписываются
двумя нравственными правилами второго порядка.
Уровень всеобщности
Вернемся к примеру с владельцем авиастроительной компа-
нии, который хочет спасти свою фирму и полагает, что для это-
го он должен дать взятку потенциальному иностранному поку-
пателю. Каково правило, которым он руководствуется? Можно
предположить, что это правило гласит: «Давай взятку!» Если
153
мы попытаемся универсализировать данное правило, то быст-
ро обнаружим, что оно внутренне противоречиво. Если бы взя-
точничество было возведено во всеобщее правило, оно переста-
ло бы быть взяточничеством и превратилось бы в универсаль-
ный способ ведения бизнеса. Взяточничество практикуется
лишь на фоне неподкупности, поскольку оно является методом
получения особых преимуществ. Если бы все постоянно полу-
чали таким образом преимущества, сами преимущества пере-
стали бы быть особыми. Всеобщее взяточничество внутренне
противоречиво. Следовательно, оно аморально. Взяточничест-
во не проходит также второй и третий тесты. Оно не проходит
второй тест потому, что при даче взятки мы явно, если и не от-
кровенно, не считаемся с тем, что произойдет с другими людь-
ми, в сравнении с которыми мы оказываемся в особенно пре-
имущественном положении. Мы рассматриваем этих людей не
как цели в себе или как достойных уважения, а лишь как сред-
ства для достижения цели, которой мы добиваемся. Взяточни-
чество не проходит и третий тест, так как, если бы мы тща-
тельно взвесили его значение, мы бы не пожелали, чтобы оно
приобрело характер универсального закона. Если бы взяточ-
ничество стало универсальным законом, мы часто попадали бы
в невыгодное положение, когда другие люди дают взятки и по-
лучают особое преимущество над нами. Следовательно, взя-
точничество не проходит все три теста. Однако и одного не-
удачного теста достаточно, чтобы сделать очевидным амораль-
ный характер взяточничества.
Впрочем, авиапромышленник может возразить, что он вовсе
не руководствуется правилом «давай взятку». Он вовсе не реко-
мендует всем всегда подкупать всех других. Напротив, он защи-
щает взяточничество лишь при определенных особых обстоя-
тельствах. Правило, таким образом, может принять следующий
вид: «Давай взятку, только если надо спасать свою компанию от
банкротства!» Отсюда следует, что критерий всеобщности требу-
ет, чтобы только те компании, которым угрожает банкротство,
занимались взяточничеством, а не чтобы все без исключения
компании так действовали. Поскольку другие компании не
практикуют взяточничество, они создают необходимую обста-
новку, при которой взяточничество приносит успех. Но рассмо-
154
трим это правило более обстоятельно. Сочтут ли разумные суще-
ства такое правило допустимым? Согласятся ли все с тем, что
компания, которой угрожает банкротство, должна действовать
именно таким образом? Почему компания, которая управля-
лась так плохо, что оказалась перед угрозой банкротства, долж-
на иметь особые преимущества? Любая фирма, конкурирующая
с другими фирмами, вряд ли признает такое правило, не
признают его и члены общества, которым впоследствии придет-
ся расплачиваться за взятку более высокими ценами. Совершен-
но очевидно, что это правило не проходит третий тест, а потому
аморально.
Однако позиция авиапромышленника отчасти правильна.
Максиму действий мы можем сформулировать более или ме-
нее широко. Когда мы обсуждали веление «убивай других че-
ловеческих существ», мы убедились, что его невозможно сде-
лать всеобщим и вместе с тем непротиворечивым. Но значит
ли это, что самооборона аморальна? Большинство людей со-
чтет, что она нравственна. Правило самообороны гласит:
«Убей злодея, если это единственный способ защитить невин-
ную жизнь, то ли твою собственную, то ли чью-либо еще!» Та-
кое правило может стать всеобщим. Оно больше уважает не-
винную жизнь, нежели жизнь злодея, и, по зрелом размышле-
нии, будет одобрено всеми. Поэтому оно составляет исключе-
ние из общего запрета «не убий». Таким образом, веление, ко-
торое нам в конечном счете следует подвергнуть проверке, —
это веление не убивать, а также и все исключения из этого
правила. В результате получим полную формулу правила, от-
носящегося к убийству. Однако при рассмотрении частных
случаев вполне достаточно проверять отдельные его элемен-
ты. Не всегда легко точно сформулировать максиму действия
или проверить ее. Не всегда легко также оставаться совершен-
но честным перед самим собой при формулировании правила,
которым руководствуешься в своих практических действиях.
Нас часто искушает желание выдумать правило, которое поз-
волит нам делать все, что мы пожелаем, вместо того чтобы
точно определить максиму или принцип, лежащий в основе
наших фактических действий.
155
Коллизии нравственных правил
Категорический императив, или высший принцип морали,
сам по себе не содержит противоречий, а согласующиеся друг с
другом принципы или максимы вполне могут стать всеобщими.
Но существуют обстоятельства, когда два правила или принци-
па второго порядка, каждый из которых внутренне логичен, тем
не менее приходят в противоречие друг с другом. Такие противо-
речия ставят нас перед нравственной дилеммой. Когда мы не мо-
жем придерживаться одного из правил, не нарушая другое, мы
неизбежно одно из них нарушаем. Вынуждены ли мы в подоб-
ных случаях поступать безнравственно? Но мы ведь не вправе
брать на себя моральное обязательство поступать аморально.
Это явилось бы противоречием, так как на нас одновременно ле-
жала бы моральная обязанность осуществлять данное действие
и воздерживаться от него. Как избежать такой дилеммы?
Предположим, что в рабовладельческом обществе мы укры-
ваем беглого раба. Является к нам рабовладелец и спрашивает,
не прячем ли мы этого раба. Следует ли нам солгать и таким об-
разом выступить против безнравственного института рабства?
Или же следует сказать правду и тем самым способствовать это-
му аморальному институту?
Пытаясь найти решение в этом и подобных случаях, нужно
прежде всего убедиться в том, что перед нами действительно ди-
лемма. Существует ли какой-нибудь третий способ действий,
который позволил бы избежать выполнения любого действия,
нарушающего категорический императив? Можем ли мы вмес-
то ответа на вопрос рабовладельца просто упасть в обморок? Ус-
транит ли обморок необходимость дать ответ и позволит ли он
тем самым защитить беглого раба? Если таким образом пробле-
ма не решится, нам не останется ничего другого, как признать
наличие дилеммы и попытаться ее разрешить.
Имеется два общепринятых способа разрешения таких ди-
лемм, причем оба приводят к одинаковому результату. Один
способ заключается в том, чтобы выстроить такое правило на-
шего действия, которое позволило бы сделать исключение из
него, необходимое для нахождения решения в данном конкрет-
ном случае. Точно так же, как мы построили правило, позволя-
ющее прибегнуть к убийству как к самому крайнему средству в
156
случае самообороны, мы можем попытаться выстроить универ-
сальное правило о лжи, предусматривающее какие-то исключе-
ния из него, в частности исключение, подходящее к данному
случаю. Но как установить, делать ли исключение из запрета
на ложь или же из запрета на рабовладение? Если ответ не са-
моочевиден, можно попытаться выработать правила, допуска-
ющие исключения из каждого из этих правил. Затем мы ставим
вопросы: какое действие может стать всеобщим, какое выража-
ет уважение к человеческим существам, какое может получить
всеобщее одобрение разумных существ? Поскольку ответ не
всегда лежит на поверхности, следует обратиться к доказатель-
ствам. Например, кто-то может утверждать, что рабовладелец
не имеет права узнавать, где находится его раб, так как рабство
аморально. Отсюда следует, что, отказывая рабовладельцу в
требуемой информации, мы вовсе не отказываем ему в том, че-
го он, как человек, по праву заслуживает. Мы, таким образом,
не отказываем ему в уважении и не рассматриваем его только
как средство. Этот ход рассуждения подразумевает, что, хотя
заявление, сделанное рабовладельцу, неверно, оно не представ-
ляет собою ложь, так как оно не нарушает чье-либо легитимное
право на информацию. Отсюда фактически совершается изме-
нение понятия лжи и аморального характера предоставления
ложных сведений. Другой ход рассуждений признает, что не-
верное сообщение — это ложь, но доказывает, что она допусти-
ма, так как все разумные люди примут в качестве правила лож-
ную информацию в тех случаях, когда она необходима для за-
щиты кого-нибудь от неправедного попрания свободы челове-
ка, каким является рабство.
Другой подход к столкновению правил второго порядка рас-
сматривает каждое из правил морали как нравственное правило
prima facie, т.е. самоочевидное. Правило prima facie — это та-
кое правило, которое обычно является обязывающим1.
Когда в каком-то конкретном случае применимо лишь одно
нравственное правило prima facie, оно предписывает наш долг
именно в этом случае. Но когда применимы несколько мораль-
’ См.: W.D.Ross. The Right and the Good (Oxford: Clarendon Press, 1930).
157
ных правил prima facie и когда все их соблюсти невозможно,
они все не могут быть морально обязывающими. Наш мораль-
ный долг в данном конкретном случае состоит в том, чтобы
следовать тому моральному правилу prima facie, которое под-
ходит именно к данному случаю. Как же установить, какой
долг prima facie является нашим нравственным долгом в дан-
ном случае? Один ответ, отстаиваемый некоторыми философа-
ми, заключается в том, что, если тщательно сравнивать проти-
воречивые обязанности, можно понять, какая из них важнее.
Однако можно и, как правило, нужно, выдвигать аргументы,
доказывающие, почему одна обязанность важнее другой. Эти
аргументы создают оправдание для нарушения того или иного
нравственного правила prima facie. Допуская такое наруше-
ние, мы вовсе не действуем безнравственно, поскольку прави-
ла prima facie не представляют собой абсолютные нравствен-
ные обязательства.
В примере с укрывательством беглого раба мы сталкиваем-
ся с двумя моральными правилами prima facie. Одно из них
«не лги». Другое — «не будь рабовладельцем и не способствуй
рабовладению». Каждое из этих правил надлежит соблюдать.
Но если они противоречат друг другу, а соблюдать оба одновре-
менно невозможно, мы вынуждены решить, какое из них в
данном случае важнее другого. То правило, которое важнее, и
определяет наш моральный долг в этом случае. Сопоставляя
эти два правила, мы можем доказать, что рабство по сравне-
нию с ложью представляет собой большее зло и в большей ме-
ре подрывает уважение к человеку. Применяя при оценке обо-
их правил критерий уважения к людям, мы отсюда заключа-
ем, что наш долг помешать кому-то оставаться рабом выше на-
шей обязанности не лгать рабовладельцу, добивающемуся по-
имки беглого раба.
Использование понятия обязанностей prima facie позволяет
включить в деонтологическую этическую концепцию значи-
тельную долю утилитаризма. Повеление, гласящее «создавай
наибольшее количество добра для наибольшего числа людей,
подпадающих под влияние какого-то действия», можно рас-
сматривать как моральную обязанность prima facie. Она опре-
деляет правило или принцип, который можно универсализиро-
158
вать, который диктует уважение к человеку как к самоценной
личности и который может получить сознательное всеобщее
одобрение. Однако, с точки зрения деонтолога, такое правило
или принцип не является высшим нравственным принципом.
Поэтому, если то, что это правило предписывает, приходит в
противоречие с каким-то другим правилом морали (скажем, с
принципом справедливости), оно, вероятно, должно перестать
действовать. Этот подход оказывается неприемлемым для ути-
литаристов, так как они полагают, что утилитаризм исповеду-
ет высший нравственный принцип. Тем не менее указанный
подход удовлетворяет многих, которые считают, что, хотя ути-
литаризм устанавливает определенный нравственный прин-
цип, вполне допустимо существование и других моральных
принципов.
Когда происходит столкновение нравственных принципов,
трудно решить, какой из них важнее. В подобных случаях как
отдельные люди, так и общество в целом должны очень обстоя-
тельно и объективно рассматривать различные доводы в пользу
противоположных позиций. Когда не удается вынести четкое
суждение, приходится действовать, руководствуясь наиболее
убедительными аргументами.
Десять Заповедей можно считать моральными обязанностя-
ми prima facie. Эти и другие нравственные обязанности можно
также рассматривать как правила морали второго порядка. Бу-
дучи однажды установленными, правила морали второго поряд-
ка могут применяться и часто применяются при решении кон-
кретных проблем. Поэтому нет необходимости в каждом случае
обращаться к категорическому императиву. Но можно и обра-
титься к нему, когда возникают сомнения в пригодности второ-
степенных правил морали, можно подвергнуть их проверкам,
которых требует категорический императив. Именно в этом
смысле категорический императив представляет собой основ-
ной критерий нравственности, хотя в повседневной жизни мы
склонны решать нравственные проблемы, применяя правила
или принципы морали второго порядка.
Этот подход к принятию нравственных решений можно пред-
ставить в виде пяти стадий, как показано в рамке 4-1.
159
Рамка 4-1
Стадии анализа по принципу долженствования
1. Точно обозначьте действие, которое предстоит оценить,
причем старайтесь не трактовать его слишком узко.
2. Можно ли отнести данное действие к какому-либо обще-
признанному (prima facie) существенному долгу, как, скажем,
не убивай, не лги, не кради?
а) Если это возможно и налицо лишь один долг, этот долг
применим.
б) Если речь идет о действиях, вызывающих сомнения,
переходите к стадии 3.
в) Если на действие распространяется более чем одно из ука-
занных повелений, переходите к стадии 5 или охарактеризуй-
те действие как поддающееся универсализации исключение и
переходите к стадии 3.
3. Подвергните действие трем тестам:
а) Может ли действие быть выполнено без какого-либо про-
тиворечия, препятствующего его постоянному осуществле-
нию? Если нет, то такое действие аморально. А если да, то
б) выражает ли данное действие уважение к людям как к са-
моцели, а не только как к средствам? Если нет, то такое дейст-
вие аморально. А если да, то
в) является ли данное действие таким, какое, по мнению
любого разумного человека — осуществляющего его или полу-
чающего его результаты, — должны выполнять все другие лю-
ди? Если нет, то такое действие аморально. Если да, то оно
prima facie морально.
4. Если данное действие prima facie морально, вступает ли
оно в противоречие или кажется вступающим в противоречие с
другими общими prima facie обязанностями, в результате чего
оба долга не могут быть исполненными одновременно? Если
нет, то определите моральность данного действия. Если да, то
переходите к стадии 5.
5. Рассмотрите аргументы в защиту или против каждой из
prima facie обязанностей: является ли какая-либо из них дейст-
вительно долгом человека в данной ситуации? Та из них, в
пользу которой аргументы наиболее убедительны, и является
действительным долгом человека.
160
Неабсолютные обязанности, особые обязанности
и нравственные идеалы
Универсальные второго порядка или среднего уровня обязан-
ности prima facie, как мы уже видели, обычно подлежат выпол-
нению в том смысле, что они диктуют наши непосредственные
действия, за исключением тех случаев, когда они должны усту-
пать место более важным обязанностям. «Отрицательные» обя-
занности предписывают не делать то, что ими запрещено. Так, не
следует убивать, или красть, или давать взятки, поскольку все
эти действия возбраняются нравственным законом. Такого рода
обязанности можно назвать абсолютными обязанностями, по-
скольку они четко определяют как действия, которые запреще-
ны, так и тех лиц, к которым относится запрет (а именно ко
всем). Между тем существуют и такие обязанности, которые не-
возможно определить с такой же точностью или выполнения ко-
торых нельзя требовать так же строго. Этого рода обязанности
называются неабсолютными обязанностями. В ряде случаев
объект данного действия не поддается точному определению; в
других случаях не поддается определению мера соблюдения пра-
вила; бывает и так, что невозможно определить ни то ни другое.
Возьмем для примера обязанность оказывать помощь тем,
кто в этом нуждается. Долг помогать нуждающимся отвечает
всем трем требованиям категорического императива. Во-пер-
вых, обязанность помогать другим внутренне последовательна,
так как мы можем оказывать друг другу помощь бесконечно
долго. Помощь другим не содержит никакого внутреннего про-
тиворечия. Во-вторых, само по себе действие по выяснению то-
го, достойны ли другие оказания им помощи, обусловлено отно-
шением к людям как к самоценным личностям. Помогая дру-
гим, мы не относимся к ним лишь как к средству. В-третьих, все
мы хотели бы получить помощь, когда в ней возникает нужда, а
поэтому, рассуждая рационально, все мы хотели бы, чтобы те,
кто в состоянии это сделать, оказали бы нам помощь. В этом
смысле мы хотели бы, чтобы правило взаимопомощи было все-
общим. Так как данное правило удовлетворяет всем трем требо-
ваниям (категорического императива), оно является нравствен-
ным правилом. Но оно не уточняет, кому именно следует помо-
161
гать и меру такой помощи. Поскольку в мире так много людей,
нуждающихся в помощи, а каждый из нас располагает лишь ог-
раниченными средствами, совершенно очевидно, что ни один
человек не в состоянии помочь всем нуждающимся. Вот почему
веление оказывать помощь нуждающимся представляет собой
ограниченную, неабсолютную обязанность. Она неабсолютна
потому, что мера помощи, предписываемой нам этим универ-
сальным правилом, зависит от нашей возможности помогать
другим, и потому, что мы не обязаны помогать всем другим, а
лишь некоторым из них. Таким образом, это правило предостав-
ляет нам известную свободу в степени его соблюдения.
Пределы нашей обязанности помогать другим обусловлены
двумя факторами. Во-первых, общее правило морально обязы-
вает нас делать лишь то, что в наших возможностях. Общее пра-
вило в его кантианской формулировке гласит: «Долженствовать
означает мочь». Мы обязаны делать лишь то, что в наших силах.
Отсюда следует, что, когда мы по какой-то причине — нехватка
ресурсов, возможностей или денег — не в состоянии оказать по-
мощь другим, мы от этой обязанности освобождаемся. Во-вто-
рых, когда мы в состоянии оказать помощь другим, мы не обя-
заны так поступать, если это причиняет или угрожает причи-
нить такой ущерб, размер которого равен размеру помощи, пре-
доставляемой нуждающемуся. Я обязан помочь утопающему,
если я могу это сделать без угрозы для собственной жизни. Я не
обязан это делать, если попытка спасти утопающего грозит мне
самому опасностью утонуть.
Трудно точно определить неабсолютные обязанности. Поэто-
му часто возникают споры о том, в какой мере они нас обязыва-
ют, о точном времени или об условиях их выполнения. Напри-
мер, пределы обязанности каждого человека помогать бедным
зависят, хотя бы отчасти, от размеров богатства самого этого че-
ловека. На состоятельных людях лежит большая обязанность
помогать бедным, чем на тех, кто сам не очень обеспечен. Никто
не обязан превратиться в бедного, оказывая помощь нуждаю-
щимся. Кроме того, поскольку никто не в состоянии помогать
всем, вопрос о том, кому помогать, также зависит от многих об-
стоятельств. Так как нуждающихся людей гораздо больше, чем
каждый отдельный человек может охватить помощью, мы вы-
162
полняем наш долг, оказывая помощь хотя бы немногим из них,
в пределах наших возможностей. Наш общий долг помогать
нуждающимся не обязывает нас оказывать помощь какому-то
конкретному лицу, если на нас не лежит специальная обязан-
ность по отношению именно к этому лицу. В этом смысле неаб-
солютная обязанность носит недетерминированный характер.
Недетерминированность неабсолютных обязанностей имеет
свою положительную сторону и выполняет в морали положи-
тельную функцию. Отрицательные абсолютные обязанности ус-
танавливают нравственный минимум, ниже которого в мораль-
ном плане никто не может опускаться. Неабсолютные обязанно-
сти, будучи неограниченными, создают атмосферу, позволяю-
щую опускаться ниже этого минимума. Например, хотя на всех
нас лежит нравственный долг помогать бедным, мы высоко це-
ним поступки людей, делающих в этом отношении гораздо боль-
ше, чем, как все считают, они морально обязаны делать. Неко-
торые призванные историей человечества святые, хотя они во-
все не были обязаны обрекать себя на лишения, поступали
именно так. Равным образом, хотя мы не обязаны рисковать
своей жизнью для спасения жизни других, те, кто так поступа-
ет, считаются нравственными героями. Они выходят за пределы
чувства долга.
Вполне очевидно, что абсолютные обязанности надлежит вы-
полнять в бизнесе точно так же, как и в любой сфере жизнедея-
тельности; а вот по поводу неабсолютных обязанностей ведутся
большие споры относительно того, применимы ли они в бизнесе
и если применимы, то в какой степени. Несомненно, что ни лю-
дям, занятым в бизнесе, ни фирмам непозволительно убивать,
красть у кого-либо или обманывать других. Но в каких разме-
рах отдельные бизнесмены или фирмы должны выделять посо-
бия для бедных или оказывать помощь другим? В условиях кон-
куренции люди не склонны помогать конкуренту конкуриро-
вать, никакая фирма не обязана помогать конкурирующей фир-
ме выжить. Предприятие, едва сводящее концы с концами, не в
большей мере обязано оказывать помощь бедным, чем отдель-
ные люди в аналогичной ситуации. Обязано ли предприятие, ко-
торое получает умеренную прибыль и финансовое положение
которого благополучное, делать взносы в благотворительные
163
фонды или финансировать социальные программы? Поскольку
менеджеры корпорации чаще всего не являются ее владельца-
ми, допустимо ли с моральной точки зрения, чтобы они исполь-
зовали деньги корпорации в благотворительных целях? Можно,
конечно, воздать хвалу отдельному человеку, продавшему все,
чем он владел, чтобы раздать вырученные деньги бедным, но мы
не похвалим менеджера, который, чтобы помочь бедным, довел
свою фирму до банкротства и таким образом нанес ущерб держа-
телям акций. Даже если признать, что на фирмах лежит неабсо-
лютное обязательство помогать нуждающимся или обществу в
целом, остаются неопределенными масштабы такой помощи,
время такой помощи и получатели этой помощи. Поскольку
фирмам предоставлено право самим решать, как выполнять
свои неабсолютные обязанности, трудно винить какую-либо
фирму, если она их не соблюдает, по крайней мере в краткосроч-
ном плане.
Особые обязанности
Как на человеческих существах, на всех нас лежат одинако-
вые общие моральные обязанности. Но сверх того у нас может
оказаться множество особых моральных обязанностей. Это об-
щие или универсальные обязанности не в том смысле, что они
распространяются на всех людей вообще, а в том смысле, что их
должны соблюдать все люди, находящиеся в сходных условиях.
Некоторые из этих обязанностей относятся к таким, от выпол-
нения которых мы можем уклониться. Например, на всех нас
лежит обязанность выполнять свои обещания. Но если мы обе-
щание не давали, мы ничем не связаны. Если же обещание дано,
мы обязаны выполнить его полностью.
Особые обязанности можно подразделить на множество ви-
дов; наибольшее значение имеют три из них. Один вид — это
обязанности, вытекающие из особых отношений. Другой их
вид — это обязанности, вытекающие из выполняемых нами
конкретных действий. Третий их вид — это обязанности, кото-
рые налагают на нас выполняемые нами функции.
К обязанностям, обусловленным особыми отношениями, от-
носятся, например, семейные узы. Мужья и жены имеют такие
особые обязанности по отношению друг к другу, какие они по
164
отношению к другим людям не имеют, а именно любить друг
друга, соблюдать верность друг другу, заботиться друг о друге.
Отказаться от выполнения этих обязанностей можно, только
прервав брачные отношения. У родителей имеются особые обя-
занности по отношению к своим детям, каких у них нет по отно-
шению к чужим детям. Они обязаны воспитывать своих детей,
заботиться о них, обеспечивать им в меру своих возможностей
пищу, кров, одежду, окружать их любовью, давать им образова-
ние. Избежать выполнения родительских обязанностей можно,
только если не иметь детей. Но и дети имеют обязанности по от-
ношению к своим родителям или родным братьям и сестрам.
Равным образом возникают и иные обязанности по отношению к
другим, которые могут включать обязанности, обусловленные
чувством дружбы, любви, общей религиозной верой, соседст-
вом, совместной работой, гражданством или иными связями.
Мы, например, обязаны помогать родственникам в большей ме-
ре, чем людям, с которыми у нас родственных связей нет, или
мы можем быть обязаны помогать первым, если оказываемся
перед необходимостью выбирать между их бедой и бедой тех, с
кем у нас нет родственных связей.
Мы уже отмечали особую обязанность, которая может воз-
никнуть в результате предпринятого нами какого-то конкретно-
го действия. Если мы обещаем кому-то что-то сделать, мы вооб-
ще обязаны это сделать. Когда мы берем взаймы деньги и обеща-
ем их вернуть, мы морально обязаны их вернуть, как обещано.
Можно, конечно, избежать таких обязательств, просто не давая
обещаний их выполнить, но уклониться таким способом от вы-
полнения всех особых обязанностей нельзя. Например, мы обя-
заны возместить причиненный другим ущерб даже и в том слу-
чае, если не имели намерения причинить этот ущерб. Если, уп-
равляя автомобилем, мы ударили другую машину, мы обязаны
возместить расходы по ремонту этой машины, хотя мы вовсе не
хотели ударить или повредить ее. Точно так же и фирма, причи-
нившая ущерб другим, должна им его возместить. У нас может
также возникнуть обязанность выразить благодарность людям,
если они оказывают нам одолжение или делают все, что в их си-
лах, чтобы помочь нам, когда мы в этом нуждаемся. Поэтому та-
165
кие обязанности, как выполнение обещаний, возмещение ущер-
ба или выражение благодарности, — это особые обязанности.
Обязанности, проистекающие из выполняемых нами функ-
ций, имеют особенно важное значение в бизнесе. Люди, нанима-
ющиеся на работу, берут на себя определенные функции и обя-
заны выполнять ту установленную деятельность, какую требует
их положение внутри организации и за какую они получают со-
ответствующую плату. Обязанности президента фирмы отлича-
ются от обязанностей уборщика. Но каждый из них несет ответ-
ственность за выполнение обязанностей, предусмотренных за-
нимаемым им положением в компании. Очевидно, что люди
принимают на себя осуществление самых разных должностных
и профессиональных функций. Президент Соединенных Шта-
тов принимает на себя такие обязанности, каких ни у кого из
нас, кроме него, нет. Это обязанности, обусловленные положе-
нием или ролью президента страны. Когда нашу роль в органи-
зации мы приняли на себя добровольно, мы таким образом доб-
ровольно взяли на себя обязанности, вытекающие из этой роли.
С разными профессиями связаны особые обязанности, которые
берут на себя лица этой профессии как индивидуально, так и
коллективно. Особые обязанности не заменяют собой общие мо-
ральные обязанности, лежащие на всех людях, они представля-
ют собой дополнительные моральные обязанности, возникаю-
щие у человека в силу его отношений с другими, его действий,
или функций, или служебного положения. Характеристика осо-
бых моральных обязанностей, обусловленных принятием на се-
бя и выполнением определенных функций в фирме или в про-
фессии, образует часть того, что мы называем этикой бизнеса и
профессиональной этикой.
Нравственные идеалы
Моральные идеалы и нравственное самосовершенствова-
ние — это цели, к достижению которых мы можем стремиться.
Когда мы не выполняем свои моральные обязанности, мы заслу-
живаем порицания. Но мы не заслуживаем порицания, когда не
выходим за пределы нашего нравственного долга, однако при
этом не удостаиваемся и какой-то особой моральной похвалы. А
заслуживаем мы такую похвалу лишь тогда, когда выходим за
166
пределы своего нравственного долга и устремляемся к достиже-
нию нравственных идеалов. Это же относится и к моральному
самосовершенствованию. Никто из людей не может быть абсо-
лютно совершенной личностью. Вот почему нас невозможно
обязать быть совершенными. Правило, требующее стремиться к
совершенству, — это неабсолютное правило. Но мы можем ста-
раться делать больше, чем просто выполнять свой долг. Напри-
мер, можно стремиться в максимальной степени использовать
свои возможности. Как это делать, зависит от нашего таланта и
способностей, а также от обстоятельств.
Понятие нравственных идеалов важно для любой этической
теории, если обретает смысл признание нами того факта, что
некоторые люди делают больше, чем от них требуется, и что
они являются с точки зрения морали святыми или героями.
Большинство людей в душе признают, что могут делать больше
того минимума, который от них требуется, идти на самопо-
жертвование, помогать другим, отдавать свое время и свою
энергию, причем все эти поступки считаются добрыми и нрав-
ственными. И все же мы не виним ни себя, ни других в том, что
не совершаем такого рода поступки, несмотря на возможность
их совершать.
Вопрос о том, как далеко могут отдельные сотрудники фир-
мы пойти в своем стремлении реализовать нравственные идеалы
и сделать больше того минимума, который от них требуют нор-
мы морали, убедительно решается в их пользу по сравнению с
тем, что могут позволить себе являющиеся коллективной собст-
венностью фирмы. Причиной тому служит то обстоятельство,
что средства фирмы принадлежат акционерам и что использова-
ние этих средств менеджментом не на соблюдение минималь-
ных моральных правил, а на осуществление некоего более высо-
кого нравственного идеала обычно требует какого-то экономиче-
ского (а не просто морального) обоснования, а иногда и согласия
держателей акций. И все же отсюда вовсе не следует, что люди и
фирмы в бизнесе нисколько не связаны неабсолютными мораль-
ными обязательствами или что в этике бизнеса полностью ис-
ключены нравственные идеалы.
Некоторые компании довольно далеко выходят за пределы,
требований морали и стремятся к достижению нравственных
167
идеалов, выраженных либо в усилиях по улучшению качества
своей продукции, либо в обязательствах не допускать увольне-
ния своих работников, либо в сознательном размещении своих
предприятий в пришедшем в упадок городе, чтобы помочь его
возрождению. Каждый из этих идеалов выходит за пределы
морального минимума, и компании, действующие подобным
образом, выделяются из остальных, так же как отдельные лю-
ди, совершающие поступки, намного превышающие требова-
ния морали1.
В обоих случаях они становятся образцами или примерами,
которым могут подражать или следовать другие.
Права и справедливость
Деонтологи утверждают, что права и справедливость не опре-
деляются на основе утилитаристских расчетов и что они не зави-
сят от сравнительной оценки последствий действий и поступ-
ков. С точки зрения выгоды предоставление людям того, что они
заслуживают, или того, что им причитается, может и не являть-
ся наилучшим использованием средств. Однако этот факт не
уменьшает их право на то, что они заслуживают, или не ставит
под сомнение справедливость предоставления им того, что они
заслуживают.
Права
Многие социальные вопросы и проблемы этики бизнеса рас-
сматриваются с точки зрения прав* 2.
Моральные права — это важные, нормативные, обоснован-
ные требования или предписания. Право на жизнь (или право
не быть убитым другими людьми) — это обоснованное требова-
ние, базирующееся на нашем статусе существ разумных, до-
стойных уважения, являющих собой самоценность. Предостав-
' Например, «Бизнес энтерпрайз траст» ежегодно выделяет премии как фирмам,
так и их служащим в знак признания их выдающихся заслуг в мире бизнеса.
2 Обзор литературы о правах см. в: Rex Martin, James Nickel. Recent Work on the
Concept of Rights // American Philosophical Quarterly, 19 (1980), pp. 165—180.
Обстоятельное изложение прав приведено в работе: Ronald Dworkin. Taking
Rights Seriously (Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 1978).
168
ляет ли нам статус разумных существ какие-либо другие права?
Какие это права и как их можно защитить? В Декларации неза-
висимости американские «отцы-основатели» писали о естест-
венных правах на жизнь, свободу и стремление к счастью. Еще
раньше английский философ Джон Локк (1632—1704) говорил
о естественном праве на собственность. Сегодня мы говорим не о
естественных правах, а о правах человека. Одни из них — это
права, которые должно охранять государство, другие — это пра-
ва людей по отношению друг к другу. Юридические права уста-
навливаются законом и защищаются им. Моральные права ко-
ренятся в нравственности и в природе членов морального сооб-
щества. В справедливом обществе моральные и юридические
права в значительной степени перекрывают друг друга.
Нравственные права коренятся в морали и в природе членов
морального сообщества. Их можно рассматривать как вторую
формулу категорического императива, которая подчеркивает,
что человеческие существа представляют собой цель в себе, са-
моценность, что они достойны уважения и что к ним следует от-
носиться как к таковым. Права — это конкретизация наиболее
важных способов, какие следует применять в отношениях с че-
ловеческими созданиями.
Остается, конечно, спорным, можно ли права надежно защи-
тить, пользуясь утилитаристским подходом. Но так или иначе,
важный аспект самой «темы прав» заключается в том, что основ-
ные права человека нельзя отвергать лишь по соображениям по-
лезности или выгоды. В правовом обществе какое-либо одно право
может быть перекрыто другим или другими, более фундаменталь-
ными правами. Обозначение определенных прав в качестве «прав
человека» имеет своей целью подчеркнуть их важность с тем, что-
бы их не рассматривали как просто еще одно требование в ряду
других, какие могут быть выдвинуты в том или ином случае. На-
пример, если мы признаём право человека на жизнь, мы тем са-
мым исключаем возможность рассматривать вопрос, а не следует
ли кого-то убить, чтобы обеспечить большее благо для других лю-
дей. Равным образом, если человек имеет право не подвергаться
дискриминации, совершенно недопустимо доказывать, будто дис-
криминация кого-либо приносит больше выгоды, чем отсутствие
дискриминации, а поэтому морально оправданна. (Сомнительно,
169
чтобы в реальной жизни кто-нибудь мог убедительно отстаивать
убийство или дискриминацию, основываясь на принципах ути-
литаризма.) Как утилитаристы, так и неутилитаристы, хотя и
руководствуются разными мотивами, признают права человека
как важные права, которые следует соблюдать.
Права человека иногда подразделяют на отрицательные и
положительные. Отрицательные права требуют от других,
чтобы они воздерживались от определенного рода действий и
позволяли носителю права действовать без помех. Право на
жизнь не позволяет другим убивать носителя этого права.
Право на свободу слова не позволяет другим препятствовать
кому-либо произносить речи в нормальных условиях, когда
такая речь вполне уместна. Отрицательные права защищают
человека от вмешательства как со стороны правительства, так
и со стороны других людей.
Положительные права, напротив, требуют, чтобы прави-
тельство или другие люди предоставляли носителю права опре-
деленные положительные блага или возможности. В качестве
положительных прав часто выступают экономические права.
Право на средства существования требует не только того, что-
бы государство и другие люди не препятствовали человеку до-
бывать все необходимое для жизни, оно требует также, чтобы
государство или кто-то другой обеспечили всем необходимым
для существования того человека, который сам не в состоянии
себя обеспечить. Право на образование требует не только чтобы
детям не препятствовали посещать школу, но также чтобы об-
щество обеспечивало их возможностью получать образование.
Разграничительная линия между положительными и отрица-
тельными правами не всегда четко различима. Например, го-
сударство может принимать положительные меры для защиты
отрицательного права его граждан на жизнь. Поскольку право
на жизнь обусловливает возникновение положительного права
на средства существования, кое-кто считает, что право на
жизнь следует относить к положительным правам. Тем не ме-
нее, если не заходить слишком далеко в делении прав человека
на указанные две формы или не придавать этому слишком
большого значения, само такое их деление на положительные
и отрицательные может оказаться полезным.
170
Моральные права влекут за собой также и моральные обязан-
ности. Например, наше право на жизнь, понимаемое как отри-
цательное, возлагает обязанность на всех других (включая госу-
дарство) не убивать нас, оно к тому же возлагает на государство
обязанность обеспечивать надежную защиту от возможных по-
пыток других людей нас убивать. Оно возлагает также обязан-
ность на других людей и на государство — в случае необходимо-
сти и по возможности — помогать нам поддерживать свою
жизнь, когда мы сами не в состоянии добывать себе средства су-
ществования. Но прежде чем претендовать на такую помощь,
мы обязаны делать все зависящее от нас, чтобы самим себя со-
держать. Лишь в тех случаях, когда мы неспособны это делать,
другие обязаны оказывать нам помощь. Таким образом, наши
права возлагают обязанность их уважать не только на других,
но также — по крайней мере когда дело касается экономических
прав — и на нас самих, заставляя нас предпринимать соответст-
вующие действия и делать все, что в наших возможностях, для
самих себя.
Точно так же, как мы говорим, что имеются обязанности
prima facie, можно говорить и о существовании прав человека,
обозначаемых как права prima facie. И как одна обязанность
prima facie может вступить в противоречие с другой такой же и
оказаться перекрытой этой другой, точно так же одно право
prima facie может вступить в противоречие с другим правом
prima facie и оказаться перекрытым этим другим. Например,
право на жизнь человека, который злостно покушается на
жизнь другого, перекрывается правом невинной жертвы, если
Убить нападающего остается для жертвы единственным спосо-
бом спасти свою жизнь. Вообще говоря, право на жизнь важнее,
Чем право на собственность, и, когда эти два вида права прихо-
дят в столкновение, преимущество на стороне первого. Хотя
Можно убедительно доказывать, что одни основные права важ-
нее других основных прав, все же не всегда удается ранжиро-
вать права или четко определять, какие из них в тех или иных
Конкретных случаях имеют преимущество перед другими. Ког-
да возникает коллизия прав, лишь тщательный анализ конкрет-
ного случая и обстоятельные моральные доводы могут помочь
Решить проблему.
171
В ситуации, описанной Виктором Гюго в его романе «Отвер-
женные», Жан Вальжан крадет каравай хлеба, так как он уми-
рает с голоду и так как это единственный доступный ему способ
выжить. Оправдан ли его поступок? Пример этот содержит в се-
бе противоречие прав: право пекаря на его собственность и пра-
во Вальжана на жизнь. Какому из этих прав следует отдать
предпочтение? Какие здесь существуют аргументы в пользу
применения прав?
В данном случае и право собственности и право на жизнь об-
щепризнаны в качестве моральных и человеческих прав. Обычно
люди взывают к этим правам и не нуждаются в их обосновании,
хотя, оказавшись под давлением, мы можем аргументировать их
тезисом об уважении каждого человека как самоценности (вто-
рая формула категорического императива). Имея перед собой два
вида прав, какому из них следует отдать предпочтение? Очевид-
но, что право на жизнь важнее, поскольку без жизни нет нужды
в собственности. Но такое утверждение недостаточно, чтобы оп-
равдать присвоение каравая хлеба, принадлежащего другому че-
ловеку. В данном примере, чтобы отдать предпочтение праву на
жизнь перед правом на собственность, необходимо доказать, что
Вальжан действительно не в состоянии был выжить, не украв
хлеб, тогда как пекарь не был в такой же ситуации и не нуждал-
ся в хлебе, чтобы выжить. Если бы пекарь оказался в такой ситу-
ации, его право на жизнь было бы предпочтительнее права Валь-
жана. Поскольку пекарь не был в положении Вальжана, этот вы-
вод можно исключить. Ключевым же становится второе: было ли
присвоение хлеба единственной альтернативой для Вальжана?
Отсутствовала ли у него возможность трудиться, чтобы зарабо-
тать либо хлеб, либо деньги, на которые можно было бы купить
хлеб? Мог ли он пойти в местную церковь и получить там пищу?
Существовали ли какие-либо общественные учреждения, предо-
ставляющие пищу? Если бы у Вальжана имелся выбор, тогда
присвоение хлеба нарушало бы право пекаря на его собствен-
ность и представляло бы собой воровство. Но если у него иного
выбора не было и если он был обречен на голодную смерть, не ук-
ради он хлеб, тогда его право на жизнь оказывается предпочти-
тельнее права пекаря на собственность.
172
В данном примере условия, необходимые для того, чтобы од-
но право оказывалось предпочтительнее другого, очень строги,
и вполне обоснованно. Весьма трудно выявить предпочтение од-
них моральных прав или прав человека перед другими правами
только потому, что они представляют собой оправданные требо-
вания. Отчасти задача обозначения их в качестве прав заключа-
ется в том, чтобы определить их в качестве таких важных требо-
ваний, которые легко не перекрываются другими правами. Суть
истории с Жаном Вальжаном состоит не столько в оправдании
его кражи хлеба, сколько в осуждении несправедливого общест-
ва, которое делает для людей невозможным осуществление сво-
его положительного права на жизнь путем участия в какой-либо
деятельности, позволяющей им поддерживать свою жизнь. В
любом достойном обществе, которое уважает людей как само-
ценных личностей, люди не поставлены перед крайней альтер-
нативой: либо умереть с голоду, либо воровать, чтобы выжить,
тогда как другие преуспевают.
Нравственные права или права человека не являются единст-
венным видом прав. Гражданские права — это юридические
права, но они обычно распространяются лишь на граждан, а не
на всех людей. Например, в США избирательным правом поль-
зуются лишь граждане страны. Некоторые другие гражданские
права, гарантированные гражданам законом, например право
на свободу вероисповедания, — это также права человека. Неко-
торые права рабочих — это нравственные права, другие являют-
ся и нравственными и гражданскими, еще одни — только граж-
данскими, и наконец, права, которые не являются ни мораль-
ными, ни гражданскими, а такими, какие предоставляются слу-
жебным положением.
Точно так же, как можно говорить об особых моральных обя-
занностях, проистекающих из наших отношений с другими, из
наших действий или занимаемого нами положения, можно го-
ворить и об особых правах, проистекающих из наших отноше-
ний с другими, из наших действий или занимаемого нами поло-
жения. Например, президенту и другим высокопоставленным
чиновникам корпорации можно, по занимаемому им положе-
нию, предоставлять право приобретать определенное количест-
во акций по привилегированному курсу. Такое право предостав-
173
ляется не каждому работнику корпорации, а служащие корпо-
рации, занимающие низшие посты, не могут обоснованно на не-
го претендовать. Но если в рамках принятой ею политики кор-
порация решила даровать такое право лицам, занимающим оп-
ределенные посты, то любое лицо, занимающее такой пост, мо-
жет претендовать на это право, основываясь на моральном пра-
ве на равное с другими обращение. Отнюдь не все особые права
носят в любом смысле нравственный характер, к таким относят-
ся лишь те, какие можно обосновать моральными принципами.
Языком прав человека часто злоупотребляют. Люди претен-
дуют на множество самых разнообразных прав. Решающим
здесь является вопрос об их обоснованности. Способ обоснова-
ния моральных прав заключается в выдвижении такого рода
нравственных аргументов, какие мы рассмотрели в данной и
предыдущей главах.
Справедливость
Справедливость, согласно одному из ее самых общих определе-
ний, заключается в том, чтобы воздавать каждому по его заслу-
гам, чтобы со справедливым обращаться справедливо, а с неспра-
ведливым соответственно. Однако существует много методов оп-
ределения того, чего, собственно, заслуживает каждый человек.
Отдельным лицам можно воздавать причитающееся в соответст-
вии с затраченным ими трудом, с их способностями, их достоин-
ствами, их нуждами и т.д. Каждый из этих критериев может ока-
заться уместным для определенных целей и при определенных
условиях. Когда мужчина — глава семьи был в обществе типич-
ным лицом, получающим заработную плату, обычно считалось,
что ему следует платить больше за одинаковую работу, чем одино-
кому мужчине или одинокой женщине. Основанием для этого
служил тот аргумент, что мужчине — главе семьи приходится
кормить больше ртов, а поэтому ему нужно больше денег. Но с из-
менением социальной структуры общества и с вступлением в со-
став рабочей силы все большего числа женщин оказался справед-
ливым принцип равной платы за равный труд, независимо от обя-
занностей мужчины или женщины содержать семью.
Существуют разные виды справедливости. Компенсаторная
справедливость заключается в компенсации кому-либо за со-
174
вершенную по отношению к нему в прошлом несправедливость
или в возмещении причиненного ему в прошлом ущерба. Возме-
здная (или карательная) справедливость имеет в виду наказа-
ние, которому подлежит нарушитель закона или преступник.
Процедурно-правовая справедливость — термин, употребляе-
мый для обозначения честно разработанных процедур, методов
практической деятельности или честно достигнутых соглаше-
ний. Коммутативная (обменная) справедливость относится к
справедливости сделок. Распределительная справедливость
предусматривает распределение — обычно государством —
льгот, пособий и бремени их финансирования.
Поскольку коммутативная справедливость относится к спра-
ведливости сделок или обменов, она имеет огромное значение в
бизнесе. Коммутативная справедливость требует, чтобы равное
обменивалось на равное. Так, товары должны продаваться по
цене, равной их подлинной стоимости. Требовать больше, чем
они фактически стоят, — значит обманывать покупателя, а сле-
довательно, несправедливо. Например, монополии, если их ка-
ким-то образом не регулировать или не контролировать, созда-
ют такую ситуацию, где существует лишь один продавец, и стре-
мятся поставить продавца в такое положение, при котором он
может использовать преимущество, обусловленное острой по-
требностью покупателя, и назначить гораздо большую цену за
изделие, или товар, или услугу, чем они действительно стоят.
Следовательно, нерегулируемые монополии склонны осуществ-
лять несправедливые сделки на рынке. Коммутативная спра-
ведливость требует назначения справедливых, или честных,
цен, исходящих из подлинной стоимости всего того, что прода-
ется или обменивается. Однако стоимость чего-то не всегда лег-
ко определить, и разные люди с разных позиций оценивают это
что-то по-разному. Вообще, обмен или сделка справедливы или
честны, если обе стороны сделки
;. • имеют доступ ко всей необходимой информации, относя-
щейся к сделке;
,, • заключают сделку свободно и без всякого принуждения;
>, • получают от сделки выгоду.
175
Конкуренция между поставщиками — это один из способов
предотвращать принуждение и побуждать поставщиков прода-
вать свою продукцию по справедливой цене, а не по наибольшей
цене, какую рынок выдержит. Если труд или рабочая сила так-
же считаются товаром, который покупается и продается, тогда
коммутативная справедливость распространяется и на заработ-
ную плату и определяет, насколько справедливо и честно она ус-
танавливается.
В то время как коммутативная справедливость играет реша-
ющую роль в деловых сделках, распределительная справедли-
вость играет главную роль в действиях государства. Для того
чтобы общество, состоящее из людей, придерживающихся раз-
ных вероисповеданий и несколько разных нравственных взгля-
дов, было стабильным, государство такого общества должно вос-
приниматься его гражданами как действующее справедливо по
отношению ко всем ним. Но как же оно может восприниматься
таким образом, если члены этого общества придерживаются
разных и даже противоположных взглядов на то, какие требова-
ния предполагает справедливость?
Современный американский философ Джон Роулс1 сформули-
ровал получившую широкое признание теорию справедливости,
которая дает ответ на этот вопрос. Применяемые им методы ее
обоснования носят кантианский характер и могут рассматри-
ваться как способ применения третьей формулы категорическо-
го императива. Роулс пытается выработать такие принципы рас-
пределительной справедливости, какие могут быть приемлемы
для всех рационально мыслящих людей. Эти принципы, следо-
вательно, должны быть универсальными, они должны вопло-
щать в себе уважение ко всем людям и должны быть сознательно
одобрены всеми. Чтобы вывести такие принципы, он предлагает
проделать воображаемый эксперимент. Представим себе, что все
1 J. Rawls. A Theory of Justice (Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 1971.
Более сжатое и более раннее изложение его позиции см. в его же работе —
Justice as Fairness // The Philosophical Review, 57 (1958), pp. 525—533. Сборник
критических очерков см.: Norman Daniels (ed.). Reading Rawls (New York: Basic
Books, 1975). Позиции Роулса часто противопоставляется позиция либертариан-
цев, изложенная в кн.: Robert Nozick. Anarchy, State, and Utopia (New York: Basic
Books, 1974). В этой книге также содержится подробная критика взглядов Роулса.
176
люди пребывают в «царстве незнания». В этом «царстве» мы бы,
конечно, знали, что мы разумные существа и что дорожим собст-
венным благом. Но мы не знали бы, богатые мы или бедные, при-
надлежим ли мы к высшим или низшим классам, одаренные мы
или бездарные, являемся ли мы физически и умственно неполно-
ценными или же здоровыми, белые мы, черные или принадле-
жим к какой-нибудь другой расе, мужчины мы или женщины и
т.д. Вот вопрос, который мы сами себе должны задать: какие
принципы мы сочли бы справедливыми или честными, если бы
не знали, какое место занимаем в обществе? Этот метод весьма
полезен, если мы желаем обеспечить объективность наших нрав-
ственных суждений. Это метод, с помощью которого можно де-
лать обобщения более широкие, чем делал сам Роулс. Он спосо-
бен помочь нам применить кантианское тестирование автоном-
ной приемлемости любого принципа или правила, которые мы
хотим проанализировать. Однако, чтобы дать ответ на наш во-
прос, мы должны — для тех, кто находится в «царстве незна-
ния», — иногда внести больше знаний, чем это допускает Роулс
в своей системе основных принципов справедливости.
Рассмотрим пример с медицинским училищем, которое же-
лает увеличить число представителей меньшинств в составе
своих студентов. Справедливо ли или честно ли применять при
приеме в училище двойной критерий, один для белых мужчин
и другой, менее строгий, для представителей меньшинств? Да-
вайте поместим всех студентов, желающих поступить в меди-
цинское училище, в «царство незнания», в котором они не зна-
ют, к какой расе принадлежат и каковы их способности. Им из-
вестно, что число абитуриентов, желающих поступить в меди-
цинское училище, превышает число имеющихся у училища
мест и что поэтому необходим какой-то метод определения то-
го, кого следует принять в училище. Все они желают, чтобы ус-
ловия приема были равными для всех. Все они согласны с сис-
темой приема абитуриентов на основе количества набранных
очков и других установленных критериев при условии, что по-
следние, в свою очередь, считаются справедливыми. Если учи-
лище прежде принимало 100 новых студентов, то согласятся ли
абитуриенты из «царства незнания» на закрепление за предста-
вителями меньшинств десяти мест из ста имеющихся вакан-
177
сий? Поскольку никто из абитуриентов, пребывающих в «Цар-
стве незнания», не отдает себе отчета в том, к какой расе он
принадлежит, им придется задать себе указанный вопрос с по-
зиции каждой из разных рас. Если абитуриент окажется вне
«царства незнания» и если он является представителем расы
меньшинства, он получит по сравнению с другими преимущест-
венное право на поступление в училище. Следовательно, с ко-
рыстной точки зрения у него не будет возражений против такой
системы приема в училище. Но если вне «царства незнания»
окажется белый абитуриент, его шансы на прием в училище со-
кращаются на десять мест. В результате у него появятся осно-
вания отвергать такую систему приема. А поскольку абитури-
енты, пребывающие в «царстве незнания», не имеют представ-
ления о том, являются ли они белыми или представителями
меньшинств, и поскольку они предполагают, что окажутся в
самом невыгодном положении, они также отвергнут указанную
систему. Таким образом, система приема в училище не являет-
ся справедливой.
Если же верно, что используемые при приеме в училище кри-
терии отбора абитуриентов несправедливы для всех или что тес-
ты или иные критерии искажены в пользу белых, тогда эти кри-
терии несправедливы. Но исправление этих критериев с помо-
щью системы, которая также несправедлива, не представляет
собой правильное решение. Честное или справедливое реше-
ние — это такое, с которым согласятся все пребывающие в «цар-
стве незнания».
Следовательно, по существу, изложенная методика подска-
зывает нам, что применяемая практика, или программа, спра-
ведлива для всех заинтересованных сторон, если все стороны со-
знательно и объективно с ней соглашаются. «Царство незна-
ния» помогает нам обрести необходимую объективность.
Если бы медицинское училище добавило 10 вакансий к чис-
лу принимаемых на первый курс и зарезервировало их для
представителей меньшинств, было ли бы это справедливо?
Нам снова пришлось бы прибегнуть к методу «царства незна-
ния», чтобы ответить на этот вопрос. В этом случае, поскольку
положение белых абитуриентов не ухудшилось бы, поскольку
положение абитуриентов — представителей меньшинств улуч-
178
шилось бы, и при условии, что никто не знал бы, кто из абиту-
риентов белый, а кто черный, такая система приема оказалась
бы предпочтительной. Следовательно, при использовании ука-
занного метода такую систему, в отличие от прочих, можно
считать справедливой. Хотя указанный метод может быть ис-
пользован при анализе многих проблем справедливости, Роулс
применяет его специально в качестве основы для решения про-
блем распределительной справедливости. Роулс утверждает,
что в «царстве незнания» люди согласятся признавать лишь
два специфических принципа справедливости, которые они
могут применить при создании справедливой конституции. В
своей книге «Теория справедливости» Роулс в упрощенной
форме следующим образом излагает эти принципы:
• Первый: каждый человек должен обладать равным правом
на самые широкие основные свободы, совместимые с аналогич-
ными свободами для других.
• Второй: социальные и экономические неравенства надле-
жит привести в такую систему, при которой они отвечали бы
двум условиям: а) чтобы их сознательно рассматривали как слу-
жащие к выгоде каждого; б) чтобы они относились к професси-
ям и должностям, открытым для всех1.
Первый принцип гарантирует каждому человеку равную сво-
боду, в максимальной степени совместимую с такой же свободой
для любого другого человека. Индивидуумы стремятся распола-
гать возможно большей свободой для достижения своих целей;
свобода — это функция рациональности, а поэтому уважение к
свободе означает уважение к людям. Согласно этому правилу,
каждый человек заслуживает равного обращения с ним. Отсюда
следует, что первый принцип отвечает требованиям нравствен-
ного закона, что он морально обоснован и окажется приемле-
мым для всех разумных людей. В политической сфере этот
принцип гарантирует каждому политическую свободу, защиту
закона и равенство перед законом.
J. Rawls. A Theory of Justice, р. 60.
179
Второй принцип менее бесспорен. Его вторая часть предус-
матривает равенство возможностей и свободный доступ к про-
фессиям и должностям. Это общепризнано. Первая его часть
допускает неравенства богатства и дохода, влиятельности и
престижа. Но она утверждает, что такие неравенства приемле-
мы для всех лишь в том случае, если наименее обеспеченная
группа населения улучшает свое положение в результате влия-
ния этих неравенств. Например, предположим, что надо сде-
лать выбор между двумя обществами. В обществе А уровень
жизни всех его членов равен 100, а в обществе В уровень жизни
его членов неодинаков и колеблется от 150 до 200. Каждому ра-
зумному человеку следовало бы предпочесть общество В. Не-
смотря на то что положение всех членов этого общества неоди-
наково, все они более состоятельны, чем члены общества А. Хо-
тя вторая часть рассматриваемого принципа требует равных
возможностей для всех, первая его часть допускает неравенства
в преуспевании при условии, что все от них выигрывают. Ино-
гда именно таким образом аргументируется оправдание капи-
тализма. Поскольку все могут свободно конкурировать, одни
преуспевают больше других, но конкуренция повышает произ-
водительность, поднимает уровень жизни каждого. Поэтому
все живут лучше, чем в случае отсутствия такого условия.
Второй принцип подвергается нападкам как со стороны тех,
кто считает выдвинутое условие слишком жестким, так и со
стороны тех, кто считает его слишком мягким. Первые утверж-
дают, что, поскольку существуют равные возможности, не воз-
никает никакой несправедливости, когда кто-то извлекает вы-
году из своей квалификации, усердной работы, мастерства или
из того, что берет на себя риск в каком-то деле. Они заслужива-
ют большего вознаграждения, чем другие, но их выгоду не сле-
дует обусловливать тем, что она приносит выгоду также и менее
преуспевающим группам населения. А критики, объявляющие
принцип слишком слабым, доказывают, что допускаемые нера-
венства могут оказаться настолько глубокими, что явно станут
несправедливыми. Указанный принцип, утверждают они, поз-
воляет очень, очень богатым становиться еще более богатыми,
тогда как очень, очень бедные становятся лишь чуть-чуть менее
бедными. Это, настаивают они, неприемлемо.
180
Подразумевается, что принципы Роулса следует применять
при определении справедливых базисных структур общества.
Их можно также использовать для того, чтобы судить, насколь-
ко фундаментально справедливы существующие общества. В
качестве принципов распределительной справедливости они не-
применимы к другим категориям справедливости. Тем не менее
мы можем воспользоваться примененным Роулсом методом так-
же для выявления принципов определения других категорий
справедливости.
Именно то, какие принципы или методы практической дея-
тельности сочтут для себя приемлемыми люди, пребывающие в
«царстве незнания», может служить и служит предметом спора.
Но существуют какие-то принципы, с которыми согласятся все
разумные люди, а применение метода, учитывающего «царство
незнания», весьма плодотворно для непредубежденного и объ-
ективного выбора моральных принципов.
Рассмотрим проблему дискриминации. Когда мы сталкиваем-
ся с вопросом о том, является ли справедливой практика дискри-
минации при найме на работу, можно отправиться в «царство не-
знания» и спросить: если мы не знаем, кого она коснется, муж-
чин или женщин, черных или белых, предпочтем ли мы систему,
где существует дискриминация, или такую, где ее нет? Ход рас-
суждений здесь таков: если бы наше место в обществе определял
наш злейший враг, какую из этих двух систем выбрали бы мы?
Ответ вовсе не зависит от того, занимаемся ли мы гаданием или
готовы идти на риск: дело здесь заключается в том, признаем ли
мы выбранную систему или общественную структуру справедли-
вой еще до того, как нам станет известно, какое место мы в ней
займем. Если все разумные люди примут эту систему и применя-
емую практику, следовательно, она справедливая.
Ясно, однако, что если бы мы не знали, к какому полу или к
какой расе мы принадлежим, мы бы не испытывали желания
иметь систему, в которой существует дискриминация. Мы пред-
почли бы систему, где нет дискриминации. Следовательно, сис-
тема, в которой практикуется дискриминация по признаку пола
или расы, несправедлива. В этом смысле такое общество, в кото-
ром дискриминация дозволена или диктуется, — несправедли-
вое общество.
181
В данном случае, поскольку проблема затрагивает базисные
структуры общества, приемлемые для нас два принципа Роул-
са можно также применять непосредственно, и мы получим та-
кой же ответ. Дискриминация нарушает второй принцип спра-
ведливости. В наименее выгодном положении в данном случае
оказываются те, кто подвергается дискриминации. Поскольку
мы относимся к тем, кто вполне может оказаться объектом
дискриминации, для нас становится очевидным, что от дис-
криминации мы не получаем никакой выгоды и что при суще-
ствовании дискриминации мы не можем обеспечить свое бла-
госостояние. Напротив, наше положение, несомненно, ухуд-
шается. К тому же профессии и должности также не всем до-
ступны. Они закрыты для тех, кто подвергается дискримина-
ции. Следовательно, дискриминация, подразумевающая не-
равное отношение к людям, не может быть оправдана вторым
принципом справедливости, и, таким образом, дискримина-
ция несправедлива.
Поскольку два принципа Роулса не охватывают все пробле-
мы справедливости, нам не следует ожидать от них большего,
чем они могут дать. Например, эти принципы не в состоянии
помочь нам определить, что собой представляет справедливая
заработная плата или что можно считать честным или справед-
ливым в отношении внутренних структур корпорации. Корпо-
рация отличается от общества как такового; справедливое об-
ращение с ее работниками, например, необязательно означает
предоставление всем им наиболее широкой свободы. Справед-
ливость необязательно требует, чтобы неравенства внутри
фирмы трактовались так же, как и неравенства в обществе в
целом. Тем не менее теория Роулса предлагает подход и созда-
ет базу для плодотворной общественной дискуссии о справед-
ливости экономических систем, различных социальных ин-
ститутов и практических методов социальной деятельности, а
придуманное им «царство незнания» обеспечивает способ ана-
лиза ряда проблем, связанных с вопросами справедливости
или честности.
Применение общих принципов прав и справедливости можно
свести к следующим стадиям:
182
Рамка 4-2
Стадии применения принципов прав и справедливости
1. Четко сформулируйте подлежащую решению нравственную
проблему и выясните, связана ли она с требованиями справедливос-
ти или прав.
2. В ряде случаев наличествуют оба вида анализа. Если это так, мо-
жете ли вы перевести моральную норму, выраженную на языке прав, на
язык справедливости, или наоборот? Если да, то сделайте это.
3. Если права являются доминирующим аргументом, определите
для каждого права:
а) широко ли оно принято и признано в качестве права? Если нет,
то как его можно отстоять?
б) кому принадлежит это право и против кого оно осуществляет-
ся в данном случае?
в) какую обязанность оно возлагает на того, против кого оно реа-
лизуется?
г) существует ли в данном примере более чем одно право, и если
да, то противоречат ли они друг другу?
4. Если права вступают в противоречия друг с другом, определи-
те, какое из них в данном случае важнее и должно получить предпо-
чтение, приведите обоснования такого приоритета.
5. После определения доминирующего в данном примере права
имеются ли какие-либо основания полагать, что оно может быть пе-
рекрыто иными аргументами? Если да, то рассмотрите эти аргумен-
ты, если нет, примените это право на практике.
6. Если доминирующим аргументом является справедливость, оп-
ределите, какого рода справедливость в данном случае более подходит.
7. Если речь идет о распределительной справедливости или про-
блемах устройства общества или законодательства, примените два
принципа Роулса.
8. Когда дело касается других видов справедливости, обратитесь
к воображаемому «царству незнания» и задайтесь вопросом, все ли
заинтересованные стороны — если им неведомо, получат ли они вы-
году от действия (или сделки, или метода практической деятельнос-
ти), если они располагают адекватной информацией и если они мыс-
лят как разумные люди — станут рассматривать предложенное дей-
ствие как приемлемое? Если да, то такое действие в этих рамках
справедливо, если нет, то оно несправедливо.
9. Определите, существуют ли иные суждения, последствия или
обстоятельства, которые ослабляют или изменяют применение этого
суждения. Если да, то абстрагируйтесь от этих факторов, чтобы ре-
шить, справедливо ли данное действие. Если таких факторов не су-
ществует, то предыдущее заключение остается в силе.
183
Долг (или моральная обязанность), права и справедли-
вость — это общераспространенные термины, которые люди ис-
пользуют при обсуждении правильности или неправильности
действий, политических программ и экономических систем. Это
очень определенные термины, и их использование подразумева-
ет строгие требования. Подобно любым нравственным требова-
ниям, они нуждаются в обосновании. Понимание того, как мож-
но обосновывать суждения, в которых используются эти терми-
ны, позволяет нам принимать разумное и эффективное участие
в дискуссиях об этих суждениях у себя дома, на работе или в об-
щественной жизни. Без такого понимания мы просто сводим все
к простой констатации нашей уверенности в том, в чем, как мы
надеемся, другие будут согласны с нами. Чисто эмоциональное
положение наших представлений несопоставимо с четким изло-
жением наших убеждений и редко является ему заменой. Овла-
дение мастерством нравственной аргументации — как деонтоло-
гической, так и утилитаристской — служит ключом к участию
в происходящих дискуссиях по проблемам этики, включая и
проблемы этики в бизнесе.
Контрольные вопросы и задания
1. Полагаете ли вы, что принятая в 1982 г. фирмой «Джонсон
контролз» программа защиты плода в утробе матери мо-
рально оправданна? Если да, то почему? Если нет, то поче-
му? Можно ли ее обосновать утилитаристскими принципа-
ми? Существует ли для фирмы «Джонсон контролз» какой-
либо способ одновременно обеспечивать защиту плода в ут-
робе матери и не нарушать право женщин на доступ к такой
же работе, какую выполняют мужчины при производстве
батареек? Если да, то каким он должен быть?
2. Какова деонтологическая концепция этики? Приводят ли
неизбежно деонтологический подход и утилитаристский
подход к решению какой-либо проблемы к разным резуль-
татам?
3. Является ли иудейско-христианская этика деонтологичес-
кой или теологической?
184
4. Каково различие между этикой, базирующейся на теоло-
гии, и этикой, базирующейся на философии? Обязательно
ли различаются они по содержанию? Можете ли вы предло-
жить пример, в котором они способны привести к противо-
положным нравственным характеристикам какого-либо
действия?
5. Какова, согласно кантианской традиции, связь между разу-
мом и нравственностью?
6. Почему кантианская трактовка этики называется формаль-
ной?
7. Каковы три черты нравственного закона, когда он представ-
ляет собой утверждение формы разумного действия?
8. Что такое категорический императив? Что такое гипотети-
ческий императив?
9. Каковы в изложении самого Канта три кантианские форму-
лы категорического императива? Изложите их своими сло-
вами.
10. Что означает утверждение, согласно которому нравствен-
ные действия или правила способны универсализироваться,
т.е. стать всеобщими? Подразумевает ли это, что каждый
человек станет фактически осуществлять данное действие?
Объясните.
11. Как аморальные действия подрывают уважение к отдель-
ным людям?
12. Что означает автономия по отношению к нравственности?
13. Каким образом можно, используя категорический импера-
тив, проверить, является ли действие нравственным? Про-
иллюстрируйте это на оригинальном примере.
14. Что такое моральное правило prlma faciei Какова связь
между обязанностью prlma facie и фактической обязаннос-
тью в конкретной ситуации?
15. Укажите различие между абсолютными и неабсолютными
обязанностями. Приведите пример тех и других.
16. Каковы три вида особых обязанностей? Приведите пример
каждого.
17. Какова функция моральных идеалов и нравственности?
Объясните.
185
18. Что означает моральное право? Приведите пример такого
права.
19. Как обосновываются моральные права?
20. Когда моральные права противоречат друг другу, как следу-
ет сделать между ними выбор?
21. Каково соотношение моральных прав и моральных обязан-
ностей?
22. Укажите различия между компенсаторной, возмездной и
распределительной справедливостью. Какая из них преиму-
щественно применяется в принципах Роулса?
23. Что подразумевал Роулс под термином «царство незнания».
Каково назначение этого термина? Покажите, как этот ме-
тод можно применить при решении какой-либо проблемы
справедливости.
24. Точно изложите выдвинутые Роулсом два принципа спра-
ведливости. Как их можно применить? Проиллюстрируйте
применение этих принципов на примере по вашему собст-
венному выбору.
ГЛАВА 5
Моральная ответственность, добродетель
и нравственный образ мыслей
Пример с делом «Лав кэнэл»
В 90-х годах XIX в. Уильям Дж. Лав решил построить канал в
районе Ниагарского водопада, чтобы обеспечить энергией город,
который он намеревался построить1. Проект не был реализован,
но длинный ров, вырытый в глинистой почве, сохранился как
свидетельство затраченных усилий. В 40-х годах XX в. «Хукер
электрокемикл компани» (ныне «Хукер кемикл энд пластике
корпорейшн», входящая в состав «Оксидентл петролеум компа-
ни») начала легально использовать этот ров для сброса в него
контейнеров с токсическими отходами и к 1952 г. закопала в нем
около 22 тыс. тонн таких отходов. Различные предприятия феде-
рального правительства также сбрасывали химикалии в этот ка-
нал. Департамент просвещения города Ниагара-Фолз заинтере-
совался земельным участком и выразил желание выкупить его у
компании «Хукер». Вице-президент этой компании заявил, что
«мы не захотели продать им этот участок земли»* 2.
Однако, когда Департамент просвещения пригрозил юриди-
ческими акциями с целью признать участок непригодным к ис-
пользованию, компания «Хукер» продала его за один доллар.
' Подробности от этом деле см. в: Business Week, August 28,1978, р. 32; New York
Times Magazine, January 21, 1979, pp. 23 ff; Christian Science Monitor, August
17, 1990, p. 7; New York Times, May 15, 1990, pp. Bl, 4; Peter Neushul. Love
Canal: A Historical Review//Mid-America, 69 (October 1987), pp. 125—138.
2 Business Week, p. 32.
187
Компания предупредила Департамент просвещения и отметила
в контракте о продаже участка, что там захоронены токсиче-
ские отходы и что его нельзя использовать для строительства
школьных или жилых зданий. Тем не менее Департамент про-
свещения приступил к строительству на этом участке школы,
передав право собственности на нее городу Ниагара-Фолз, а не-
понадобившийся остаток земельного участка продал фирме-за-
стройщику.
Школу на участке построили, так же как жилые дома и доро-
ги, явно не посчитавшись с тем обстоятельством, что там захоро-
нены токсические отходы. Городские рабочие использовали
стенки канала для прокладки канализационных труб, а часть
защитного верхнего слоя почвы, созданного компанией «Ху-
кер» для укрытия отходов, была снята в процессе строительства
дороги к школе. В 70-х годах, после обильных дождей, обнару-
жилось, что контейнеры протекают. Жидкие химикалии вытек-
ли на поверхность школьного двора, просочились в подвалы
жилых домов и затопили канализационные колодцы. Число
смертей в районе возросло, а количество раковых заболеваний и
новорожденных с физическими отклонениями оказалось непо-
мерно большим. В 1978 г. правительство объявило район опас-
ным для здоровья людей. Было снесено две сотни домов. 21 мая
1980 г. президент Картер ввел в районе «Лав кэнэл» чрезвычай-
ное положение, и 2500 человек были из него переселены. Феде-
ральное правительство и правительство штата израсходовали
150 млн. долл, на очистку района и еще миллионы на выкуп до-
мов, подлежавших сносу. Представители «Оксидентл петроле-
ум компани» не переставали утверждать, что они не контроли-
ровали использование земельного участка после того, как фир-
ма «Хукер» его продала, что эта фирма не скрывала факт нали-
чия там захороненных токсических химикалий, что «Хукер»
продала участок, лишь когда ее фактически принудил к этому
Департамент просвещения, и что «Хукер» предупреждала о не-
допустимости строительства на этом участке.
В августе 1990 г. Управление по охране окружающей среды
объявило значительную часть района вокруг канала пригодной
для проживания, и люди начали приобретать там дома. Несмот-
ря на то что в отдельных случаях конфликты удалось уладить, в
188
судах, включая и нью-йоркские суды, все еще находились на
рассмотрении иски с требованием обязать «Оксидентл петроле-
ум корпорейшн» возместить расходы на очистку территории
участка. В 1998 г. эта корпорация согласилась выплатить горо-
ду 250 тыс. долл, на проведение работ по устройству участка, и
дело было окончательно урегулировано.
При наличии такой информации о деле «Лав кэнэл» считаете
ли вы «Хукер электрокемикл компани» (и/или «Оксидентл пе-
тролеум») морально ответственной за тяжелые последствия от
захоронения отходов, которое она производила? Обязана ли бы-
ла одна из этих корпораций возмещать расходы на очистку зе-
мельного участка? Поскольку, как утверждала фирма «Хукер»,
она предупреждала Департамент просвещения об опасности на-
личия на участке токсических отходов и продала участок лишь
под давлением, не несут ли ответственность за вред, причинен-
ный людям, город и Департамент просвещения, которые постро-
или на участке школу, а часть его перепродали?
Для обсуждения данного дела решающее значение имеют
факты. Кроме того, нам необходимо уточнить, что мы понимаем
под ответственностью и обязанностью и как они вменяются или
возлагаются.
Моральная ответственность
Понятия «обязанность» и «ответственность» между собой
тесно связаны. Вообще говоря, на нас лежит обязанность или
долг отвечать за свои действия, и мы несем ответственность за
выполнение своих обязанностей. Тем не менее обязанность и от-
ветственность не одно и то же.
Существует много видов ответственности. Родители ответст-
венны за своих детей - за то, чтобы их вырастить, прокормить и
воспитать. Вот почему мы говорим о родительской ответствен-
ности. Существует гражданская ответственность - ответствен-
ность, связанная с занимаемыми государственными постами и
руководящими должностями. Есть также виды ответственнос-
ти, обусловленные выполняемой работой по найму и занимае-
мой в организации должностью. Некоторые из этих видов ответ-
ственности носят юридический характер, другие - моральный,
189
а есть и такие, которые лишены и юридического и морального
значения.
Вообще говоря, каждый из нас несет ответственность за свои
действия и поступки1. Если я, например, будучи в гостях у свое-
го друга, нечаянно уронил и разбил дорогостоящую вазу, я несу
ответственность за то, что ее разбил. Если на дорогу перед моим
автомобилем внезапно выскочил ребенок и я его сбил, не успев
притормозить, я несу ответственность за то, что сбил его. Ни в од-
ном из этих случаев я не могу быть морально ответственным; тем
не менее, если спросят, кто разбил вазу или кто сбил ребенка,
всякий ответит, что это сделал я. Но в каком смысле ответствен-
ность ложится на меня? В каждом из этих случаев моя ответст-
венность причинно обусловлена. Я оказался причиной уничто-
жения вазы, и я оказался причиной нанесения увечья ребенку.
Причинно обусловленная ответственность - это составной
элемент как моральной, так и юридической ответственности.
Причинный ряд иногда может оказаться длинным. Если я от-
даю команду, а ряд людей последовательно передает эту коман-
ду дальше до тех пор, пока она не будет исполнена, то как те, кто
команду исполняет, так и я сам (человек, отдавший команду)
несем за нее ответственность, хотя ответственность каждого из
нас в этом причинном ряду разная. Обычно нас интересует
прежде всего непосредственная причина в этом ряду, лицо, ко-
торое выполняет данное действие. Однако, особенно когда воз-
никает вопрос об изначальном толчке, первое звено в причин-
ном ряду также несет ответственность за совершенное действие.
Чтобы действие было нравственным, оно должно выполнять-
ся сознательно и добровольно. Например, хотя я сам казуально
ответственен за поступки, совершаемые мною во сне, я не несу
за них моральную ответственность. Действия, совершаемые во
сне, не являются ни моральными, ни аморальными. Когда гово-
Существует обширная литература, посвященная проблеме ответственности.
См. два полезных сборника статей: John М. Fischer (ed.). Moral Responsibility
(Ithaca, N.Y.: Cornell University Press, 1986); Ferdinand Schoeman (ed.).
Responsibility, Character, and the Emotions (Cambridge: Cambridge University
Press, 1987).
190
рят, что я морально ответственен за какое-то действие, то име-
ется в виду:
• что совершил его я (т.е. что я являюсь причиной последст-
вий этого действия),
• что я его совершил сознательно,
• что я совершил его добровольно.
Вместо того чтобы сказать, что я выполнил это действие со-
знательно и добровольно, можно также сказать, что я его совер-
шил преднамеренно. Здесь важно, что меня никто не принуж-
дал его предпринимать, что у меня был выбор, что я знал, что де-
лаю, и что сделал я это умышленно. Я могу также нести ответст-
венность за то, что не сделал того, что морально обязан был сде-
лать; но и в этом случае мой поступок должен был быть предна-
меренным. Человека, принимающего на себя ответственность за
свои поступки, часто называют человеком ответственным, а та-
ких людей характеризуют как действующих ответственно. Су-
ществуют разные степени сознательности и разные степени
преднамеренности; соответственно, существуют также разные
степени ответственности.
Оправдывающие обстоятельства
Моральная ответственность может быть разными способами
уменьшена или смягчена. Обстоятельства, уменьшающие нрав-
ственную ответственность, называются оправдывающими об-
стоятельствами. Такие обстоятельства служат основанием
для смягчения или снятия моральной ответственности, они так
или иначе связаны с условиями, предопределяющими соверше-
ние нравственного действия или поступка. Оправдывающие об-
стоятельства возникают в трех случаях: когда они препятству-
ют возможности совершения действия; когда они исключают
или преуменьшают необходимые для его совершения знания и
когда они исключают или ограничивают необходимую для его
совершения свободу.
191
Обстоятельства, препятствующие
возможности совершения действия
Чтобы быть морально обязывающим, действие должно быть
осуществимым. На нас не лежит обязанность делат'ь невозмож-
ное. Равным образом мы не можем нести моральную ответствен-
ность за совершение неосуществимого действия. В тех случаях,
когда мы не в состоянии сделать то, что от нас требуют, мораль-
ная ответственность с нас снимается. Невозможность выпол-
нить действие может проистекать из самого характера данного
действия, из конкретных обстоятельств и из неспособности его
выполнить. Мы освобождаемся от моральной ответственности,
если (а) само данное действие осуществить невозможно, (б) мы
не обладаем способностью, требующейся для данного случая,
(в) отсутствует возможность его выполнить или (г) необходимые
для этого обстоятельства находятся вне нашего контроля. На-
пример, при условии, что я вел автомобиль осторожно, внима-
тельно и в установленных пределах скорости (т.е. при условии,
что я вел машину ответственно), я не несу моральной ответст-
венности за ребенка, внезапно оказавшегося перед моей маши-
ной, если я уже был лишен возможности затормозить перед тем,
как его сбить. Если я не умею плавать, я не несу моральной от-
ветственности за то, что позволил человеку утонуть, когда един-
ственная возможность спасти его состояла лишь в том, чтобы до-
плыть до него. Даже если я умею плавать, могу ли я нести мо-
ральную ответственность за его спасение, если я не находился
на месте происшествия и если у меня вообще не было оснований
там оказаться. Равным образом, если я, умея плавать, бросился
бы этому человеку на помощь, но меня опередила бы акула и
убила его, это явилось бы не зависящим от меня обстоятельст-
вом, которое сняло бы с меня моральную ответственность за его
смерть. Я привел лишь четыре примера оправдывающих обсто-
ятельств, связанных с возможностью совершения действия.
Обстоятельства, исключающие или преуменьшающие
необходимые знания
Поскольку знания и воля являются необходимыми условия-
ми для совершения нравственных действий, моральная ответст-
192
венность смягчается или снимается, когда эти свойства ограни-
чены или полностью отсутствуют. Что касается знания, то мож-
но установить два оправдывающих обстоятельства: (а) извини-
тельная неосведомленность и (б) глубокое невежество. И то и
другое - это отсутствие знания. Мы морально ответственны за со-
вершаемые нами действия и за их последствия. Однако мы не мо-
жем знать всех последствий наших действий. За какие из них мы
несем моральную ответственность? Мы морально ответственны
за самые непосредственные и очевидные последствия, а также за
другие последствия, которые поддаются обоснованному предви-
дению. Отсутствие знаний относится либо к таким обстоятельст-
вам, которые создают какую-то конкретную ответственность, ли-
бо к последствиям наших действий. Незнание оправданно в тех
случаях, когда мы не по своей вине не знаем обстоятельств или
последствий совершаемых действий. Однако незнание не осво-
бождает нас от моральной ответственности, если мы могли или
должны были знать обстоятельства и последствия. Обычная про-
верка оправданности незнания заключается в том, чтобы уста-
новить, мог ли средний благонамеренный человек знать все об-
стоятельства или учитывать возможность последствий рассмат-
риваемого действия. Глубокое невежество, или невежество, ко-
торое мы не в состоянии преодолеть и за которое нас нельзя ви-
нить, — это оправдывающее обстоятельство, поскольку никто не
вправе от нас требовать, чтобы мы знали то, что нам знать невоз-
можно. До того, как людям стало известно, что асбест вреден для
здоровья, те, кто применял его в строительстве жилых зданий,
не могли знать - при тогдашнем уровне знаний, — что он опасен;
следовательно, они не несли моральной ответственности за не-
предвидимые в то время вредные последствия его использова-
ния. Но как только появились сведения о вредности асбеста, лю-
ди, продолжавшие его использовать до тех пор, пока это не было
запрещено законом, не вправе были оправдываться незнанием,
поскольку они уже могли и должны были располагать сведения-
ми о вреде, который асбест причиняет.
Несут ли все люди, связанные с производством атомной бом-
бы, ответственность за ее применение в прошлом и возможное
использование в будущем? Разработка атомной бомбы в США
происходила таким образом, что многие участвовавшие в ней
193
люди и не знали, над чем они работают. Разные специалисты от-
вечали за разработку отдельных ее компонентов и не имели
представления о характере проекта в целом. Многие сотрудники
лабораторий отвечали лишь за производство компонентов бом-
бы. Им говорили, что их работа является секретной и что им не-
зачем знать, каково будет конечное изделие, части которого они
создают. В ряде случаев их заверяли, что выполняемая ими ра-
бота поможет Соединенным Штатам одержать победу во Второй
мировой войне. Хотя можно утверждать, что в казуальном
смысле они частично несли ответственность за производство
атомной бомбы, но в нравственном смысле они за это не ответст-
венны. Адекватной информацией они не обладали, а ее отсутст-
вие считалось морально приемлемым. Как же охарактеризовать
позицию руководителей проекта? Должны ли ученые, разрабо-
тавшие бомбу, нести ответственность за ее использование? Мог-
ли ли они с достаточной уверенностью предвидеть последствия
применения бомбы? Они определенно знали, что, когда бомба
будет создана, ее можно будет использовать для уничтожения
как городов, так и их населения. Допустим, что в ходе Второй
мировой войны использование бомбы могло считаться закон-
ным. Но предположим, что завтра какая-то страна, создавшая
бомбу, использует ее для поражения и разрушения соседней
страны или в качестве орудия вымогательства. А несут ли уче-
ные, разработавшие бомбу, ответственность за ее аморальное
применение впоследствии другими? Могли ли они и должны ли
были предвидеть такое ее применение? На эти вопросы нет лег-
кого ответа. Многие ученые размышляли на тему о своей мо-
ральной ответственности в этой области. Можно сказать, что те
из них, кто не ведал о характере атомного проекта в целом, не
несут моральную ответственность за производство бомбы. Мож-
но также утверждать с известной долей уверенности, что никто
из них не мог предвидеть все последствия, к которым могла при-
вести разработка атомной бомбы. Моральная ответственность за
аморальное применение этого оружия в гораздо большей мере
ложится на тех, кто принимал решение о его применении, чем
на тех, кто его с самого начала разрабатывал. Мы ведь не счита-
ем тех, кто изобрел порох, морально ответственными за все то
зло, которое было содеяно путем его применения, причем прак-
194
тически это невозможно было даже вообразить себе тогда, когда
порох был изобретен. Степень моральной ответственности - это
функция нашего знания, а отсутствие знания может уменьшить
или вовсе снять с нас моральную ответственность.
Обстоятельства, исключающие или уменьшающие
необходимую свободу
Третья группа оправдывающих обстоятельств включает пре-
пятствия или помехи, не позволяющие нам осуществлять сво-
бодный выбор соответствующего действия. Можно выделить че-
тыре таких препятствия: (а) отсутствие альтернативных реше-
ний; (б) отсутствие самоконтроля; (в) внешнее принуждение;
(г) внутреннее принуждение.
(а) Когда для меня существует лишь одно возможное дейст-
вие и нет никаких ему альтернатив, нет даже возможности его
не предпринимать, меня нельзя обвинять в том, что я сам вы-
брал это действие, независимо от того, был я с ним согласен или
нет. Можно добавить, что, когда нет разумной альтернативы
осуществляемому мною действию, моя моральная ответствен-
ность за него уменьшается.
(б) Отсутствие самоконтроля принимает самые различные
формы. В ряде случаев оно ликвидирует у человека всякое чув-
ство моральной ответственности; в других случаях оно его ос-
лабляет. Например, действия, совершаемые мною во сне, — это
действия, над которыми я не властен и за которые я не несу мо-
ральной ответственности. Равным образом, если я упаду в обмо-
рок и при этом опрокину зажженную лампу, в результате чего
возникнет пожар, я за возникновение пожара моральной ответ-
ственности не несу.
(в) Внешнее принуждение либо уменьшает моральную ответ-
ственность, либо избавляет от нее, в зависимости от характера
принуждения и различных его форм. Если я работаю в банке
кассиром и грабитель приставляет мне к виску револьвер и тре-
бует отдать ему имеющиеся в кассе наличные, я отдаю ему день-
ги по принуждению и не несу моральной ответственности за то,
что отдал деньги банка. Существуют, однако, более изощренные
способы принуждения, с которыми связаны весьма трудные
проблемы. Предположим, что мой босс приказывает мне фаль-
195
сифицировать отчет фирмы и добавляет, что, если я этого не сде-
лаю, меня уволят. Предположим также, что я залез в долги из-
за болезни жены и что я вряд ли смогу получить другую работу
с такой же оплатой. Освобождает ли меня угроза моего шефа от
моральной ответственности за отказ фальсифицировать отчет?
Прежде чем найти удовлетворительный ответ на этот вопрос, не-
обходимо данный случай изучить более детально. Но даже и
приведенная скудная информация о нем позволяет сделать вы-
вод, что, если бы я и выполнил приказание и подписал искажен-
ный отчет, на мне лежала бы меньшая моральная вина, чем в
случае, если бы я фальсифицировал отчет без внешнего принуж-
дения. Внешнее принуждение может выражаться также в фак-
тическом употреблении физического насилия, в угрозе смертью
или применением насилия к данному лицу или к другим либо в
угрозе использования или фактического применения иных ви-
дов принуждения. Не все такого рода принуждения могут слу-
жить оправданием аморальных действий. Характер и степень
внешнего принуждения следует очень тщательно оценивать,
иногда нам предпочтительно пользоваться критерием того, ка-
кие требования обычный разумный добропорядочный человек
предъявляет сам себе.
(г) Внутреннее принуждение можно подразделить на две ка-
тегории. К одной относятся объективно ненормальные состоя-
ния человека, к другой - вполне нормальные его свойства. До-
пустим, что клептоман вынужден красть под воздействием ка-
кой-то внутренней силы, с которой он не в состоянии справить-
ся. Поскольку он действительно вынужден красть и перед ним
нет иного выбора, он не несет моральной ответственности за
свои действия. Существуют и другие анормальные психологиче-
ские факторы, заставляющие человека совершать аморальные
поступки и уменьшающие его ответственность за них. И нор-
мальные люди иногда также подвержены страстям, которые, по
их словам, они не в состоянии подавить в себе, как, например,
скорбь или гнев, вожделение или ненависть. Всякий человек
морально обязан контролировать свои страсти и уметь сдержи-
вать их. Однако возможны случаи, когда чувства человека не по
его собственной вине берут над ним верх и заставляют его совер-
шать некий аморальный поступок. Подобный внутренний по-
196
рыв служит оправдывающим обстоятельством и уменьшает мо-
ральную ответственность данного лица. Закон также признает
такого рода состояния в качестве до известной степени смягчаю-
щего обстоятельства; например, убийство в состоянии аффекта
рассматривается как менее серьезное преступление, чем предна-
меренное убийство.
Оправдывающие обстоятельства позволяют использовать
вполне допустимые методы уменьшения или освобождения от
моральной ответственности. Но если мы хотим правильно оце-
нить моральную ответственность, и свою собственную, и других
людей, эти методы следует использовать весьма осмотрительно.
Например, если бы я беспечно управлял своим автомобилем и
сбил ребенка, то уменьшил ли бы мою моральную ответствен-
ность за это тот факт, что я был пьян? Если я напился сознатель-
но и добровольно, то ответ на этот вопрос будет отрицательным.
Ибо, хотя, будучи в состоянии опьянения, я хуже справлялся с
машиной, чем если бы был в трезвом состоянии, и хотя, в опре-
деленном смысле, я не мог предотвратить наезда на ребенка, я
должен был, когда решился выпить и затем управлять автомо-
билем, предвидеть, что одним из следствий этого мог явиться
именно такой несчастный случай. Я несу моральную ответствен-
ность за предвидимые последствия моих действий.
На вопрос о том, в какой мере люди способны предвидеть по-
следствия своих действий в бизнесе, а также предвидеть, как
могут быть употреблены их изделия, не всегда легко ответить.
Многих инженеров и ученых тревожит возможность безнравст-
венного применения их исследований, открытий и изобретений.
Они несут ответственность за создаваемые ими изделия даже и
при том, что контролировать практическое употребление этих
изделий не в их власти. Такой же вопрос возникает в связи с
проблемой определения степени моральной ответственности
промышленника за употребление производимой им продукции.
Когда при ограблении магазина применяется оружие и убивают
его владельца, вооруженный грабитель несет ответственность за
его смерть. Но несут ли также ответственность человек, продав-
ший грабителю ружье, компания, изготовившая ружье, и чело-
век, который его изобрел? Как далеко можно продвигаться
вдоль этого причинного ряда? Какова здесь роль сталелитейной
197
компании, поставившей сталь фабриканту оружия, или железо-
рудной компании, снабдившей сталелитейную фирму рудой?
Совершенно очевидно, что чем дальше продвижение по этому
ряду, тем отдаленнее причина и тем менее вероятна возмож-
ность для человека сознательно предвидеть конкретные резуль-
таты своей деятельности и тем с меньшим основанием можно
считать его ответственным за эти результаты. Употребление ле-
карственного препарата талидомида привело к рождению боль-
шого числа уродливых детей, и многие родители предъявили су-
дебные иски изготовителю этого препарата. Мы полагаем, что
врачи, выписывавшие данный препарат, поступали так, не ве-
дая о тяжких последствиях его применения, а аптекарю, его
продававшему, и женщинам, его принимавшим, они также бы-
ли неизвестны. Поскольку и те и другие при этом действовали,
не имея никакого представления о вредных последствиях упо-
требления препарата, моральная вина с них снимается. На во-
прос о том, могла ли и должна ли была фармацевтическая ком-
пания знать о тяжелых последствиях применения талидомида,
ответить без детального расследования невозможно, хотя она и
обязана была отвечать за эти последствия.
Кое-кто использует доктрину оправдывающих обстоятельств
таким образом, что полностью снимается моральная ответствен-
ность за определенные аморальные поступки или что вообще со
всех снимается моральная ответственность. Например, защит-
ники обвиненных в убийстве утверждают, что всякий, соверша-
ющий убийство, очевидно, находится в состоянии невменяемос-
ти, по крайней мере временно. Такие люди, мол, не отвечают за
свои поступки, поскольку они не ведают, что творят, или не вла-
деют собой. А те, кто полагает, что люди все свои действия осу-
ществляют совершенно сознательно и с полной решимостью,
иногда утверждают, что все мы действуем под влиянием внут-
ренних импульсов и что в силу самого характера таких импуль-
сов мы никогда фактически не церемонимся в выборе своих дей-
ствий. Согласно этой точке зрения, любые наши действия мы
предпринимаем вынужденно; представление о возможности вы-
бора - это иллюзия; все то, что мы делаем, мы фактически вы-
нуждены делать, точно так же, как клептоман вынужден
красть. Этот взгляд в должной мере не учитывает совместный
198
опыт людей, нашу способность видеть разницу между поступка-
ми клептомана и преднамеренным воровством. Способность ус-
мотреть такого рода различия вполне достаточна для классифи-
кации разного рода действий, определения разных степеней об-
щего согласия и понимания, а отсюда и разных степеней мо-
ральной ответственности.
Обязательство и отчетность
Помимо представлений о долге и обязанности, о возможнос-
ти, знании, свободе и выборе действий, моральная ответствен-
ность тесно связана и с рядом других понятий. К ним относятся
обязательство, отчетность, исполнительность, восхваление, по-
рицание, умысел, гордость, стыд, раскаяние, совесть, характер
и нрав. Обязательство, вытекающее из действий человека, озна-
чает, что его можно по праву заставить возместить ущерб, нане-
сенный его действиями другим людям. Например, страхование
обязательств водителей автомобилей имеет своей целью возме-
щение издержек в связи с ущербом, причиненным людям или
имуществу. На нас лежит обязательство производить такие пла-
тежи в тех случаях, когда мы являемся причиной нанесения
ущерба. Когда мы случайно сталкиваемся с другим автомоби-
лем, мы не делаем это намеренно, но тем не менее мы отвечаем
за нанесенный ущерб. Следовательно, обязательство отнюдь не
всегда предполагает моральную ответственность за совершенное
действие. Мы морально (а также юридически) обязаны возмес-
тить причиненный другим ущерб, хотя за сам поступок мы мо-
ральную ответственность не несем. Однако во многих случаях
оправдывающие обстоятельства, которые принимаются во вни-
мание при определении моральной ответственности, учитыва-
ются также и при определении морального обязательства. Нас
могут наказать, осудить или порицать за действие, совершенное
сознательно и добровольно, но не за аналогичное действие, осу-
ществленное непреднамеренно или случайно.
Юридическое обязательство укладывается в аналогичную
схему анализа по отношению к отдельным лицам. Между тем
Деятельность предприятий часто определяется законами, преду-
сматривающими обязательства. Строгое обязательство означа-
199
ет, что никакие оправдывающие обстоятельства не принима-
ются во внимание и не учитываются. Например, недавно не-
сколько человек умерли от пищевого отравления. Причиной их
смерти явился ботулизм, возникший в банках с консервирован-
ными морепродуктами, в крышках которых оказались мельчай-
шие дырочки. Фабрика, изготовляющая консервные банки, во-
все не желала кого-либо отравить, и никто преднамеренно не
прокалывал крышки. Тем не менее по правилам строгого обяза-
тельства фабрика была признана юридически ответственной за
происшедшее, и предъявленный родственниками умерших иск
за нанесенный ущерб был удовлетворен. Корпорации образовы-
ваются в числе прочего и для того, чтобы ограничить обязатель-
ства владельцев или держателей акций лишь их долевым учас-
тием в собственности корпорации. Личные активы акционеров
не подлежат конфискации. Вопрос о пределах строгого обяза-
тельства, налагаемого на корпорации за ущерб, причиненный
неправильным употреблением их продукции, весьма спорен.
Должен ли завод, изготовляющий душевые установки, нести от-
ветственность, если кто-то включит одну только горячую воду в
душе и ошпарится? Пятый апелляционный суд США утвердил
положительный ответ жюри на поставленный вопрос, хотя это,
казалось бы, противоречит здравому смыслу. Спор сводится к
тому, где проходит та черта, за которой начинается применение
строгого обязательства.
Отчетность - это обязанность предоставлять (или готов-
ность по первому требованию предоставлять) отчет о своих дей-
ствиях. Отчет должен содержать обоснование разумности, уме-
стности, правильности, законности и нравственности действия.
Отчетность может быть юридической или моральной. Человеку
надлежит отчитываться за свои действия и за их последствия.
Человек подотчетен самому себе и соответственно подотчетен
другим за действия, влияющие на них. Агент, выступающий от
имени других, также обязан отчитываться за свои действия, за
невыполнение порученных ему действий в оговоренных преде-
лах. Когда дело касается бизнеса, финансовая отчетность явля-
ет собой всем известный способ, при помощи которого агент
обосновывает свои действия или отчитывается за них перед
предприятием.
200
Моральная отчетность заключается в нашей готовности
представлять нравственный отчет за действия, предпринятые
нами для себя или для других в качестве их агента. Естественно,
что мы отчитываемся лишь за то, за что мы несем ответствен-
ность. Нравственный отчет за наши действия не всегда выража-
ется в чисто моральных терминах. Например, мы можем пред-
ставить отчет в финансовом выражении в виде финансового до-
клада, в котором приводим данные о доходе и расходах (которые
мы можем по первому требованию подтвердить). Доклад - это
отчет о том, как мы распоряжаемся деньгами, при условии, что
он точен, содержит полные, надлежащим образом сбалансиро-
ванные данные о доходах и расходах.
В рамках фирмы или организации нравственная отчетность
может быть структурированной или неструктурированной. От-
четность в организации часто структурирована иерархически,
там нижестоящие отчитываются только перед вышестоящими,
но никак не наоборот. Однако нравственная отчетность опреде-
ляется не только организационной структурой. Каждый чело-
век морально ответственен перед тем, на кого его действия ока-
зывают влияние, и лишь очень редко от него требуют отчета за
всякие действия, поскольку большинство его действий оказыва-
ется в приемлемых рамках. Эти действия не нуждаются в ка-
ком-то специальном обосновании, так как они образуют обшир-
ный класс общепринятых действий.
Мы морально ответственны в том смысле, что на нас лежит
обязанность отчитываться за наши действия или за их неиспол-
нение. В широком смысле мы несем ответственность за все наши
поступки; в более узком смысле мы отвечаем за выполнение на-
ших обязанностей. Мы ответственны перед самими собой, так
как являемся разумными существами и придерживаемся зако-
нов морали. Именно поэтому мы считаем себя морально ответст-
венными, и, если мы хотим быть людьми нравственными, мы,
следовательно, принимаем на себя моральную ответственность.
Вместе с тем мы можем принимать на себя особые виды мораль-
ной ответственности в результате заключения контрактов, со-
глашений, установления особых отношений, или подписания
предварительных обязательств, или когда мы занимаем опреде-
ленные посты. Если мы поступаем безнравственно, мы, естест-
201
венно, испытываем чувство моральной вины. Действуя безнрав-
ственно, мы поступаем вопреки своим моральным принципам и
в результате испытываем чувство стыда. Угрызения совести,
раскаяние - это ощущения сожаления по поводу совершенных
нами аморальных поступков, сопровождающиеся намерением
не предпринимать впредь таких действий. Эти чувства возника-
ют из самооценки человеком своих действий, независимо от то-
го, как оценивают мои действия другие.
Поскольку все мы принадлежим к одному нравственному со-
обществу, мы можем также возлагать моральную ответствен-
ность и на других людей; мы считаем их морально обязанными
и, естественно, требуем морального отчета за их действия, когда
эти действия как-то влияют на нас самих, на организацию или
группу, к которой мы вместе принадлежим, или на общество в
целом. Хотя мы и можем возлагать моральную ответственность
на кого-либо другого, отсюда не следует, что этот последний обя-
зательно примет ее на себя или согласится отчитаться за свои
поступки. Мы можем выразить одобрение или порицание дейст-
виям других, но вызывать чувства моральной вины, стыда или
раскаяния можем лишь пытаться.
Совесть - наряду с системой ценностей, восприятий и склон-
ностей — это способность осмысливать нравственность дейст-
вий. Совесть - это нечто такое, чем обладает каждое разумное
существо, причем в той мере, в какой оно разумно. Однако мы
можем поступать не только по совести, но и против нее, заглу-
шать ее. Хотя мы и предписываем себе нравственный закон,
всем нам свойственно ошибаться, а поэтому совесть следует про-
свещать, совершенствовать, воспитывать, исправлять. Мы мо-
рально обязаны действовать в согласии со своей совестью, но
равным образом обязаны мы и вырабатывать в себе объективно
правильную совесть.
Несоблюдение человеком своих обязанностей иногда имеет
следствием не только порицание, стыд и раскаяние, но также и
наказание. Мы подлежим наказанию, когда мы совершаем оп-
ределенные действия и не можем представить достаточные оп-
равдывающие их объяснения. Угроза наказания - это следствие
для побуждения людей действовать нравственно, ответственно и
принимать на себя ответственность. Однако справедливость тре-
202
бует, чтобы наказанию подвергались лишь те, кто отвечает за
аморальные действия. Невиновные или те, кто не несет ответст-
венность за такие действия, не подлежат за них наказанию. Те,
кто несет большую ответственность, заслуживают большего на-
казания, чем те, на ком лежит меньшая ответственность. Сни-
жение ответственности в силу оправдывающих обстоятельств
влечет за собой смягчение суровости наказания, соответствую-
щего данному действию.
Исполнительская и функциональная
моральная ответственность
Выше мы видели, что цепь причиннои связи совершения ка-
кого-то действия может быть длинной. Когда один человек дей-
ствует по поручению другого, можно зачастую сделать правиль-
ное заключение, что второй человек выступает в качестве аген-
та первого, его исполнителя. Следовательно, речь здесь может
идти об ответственности исполнителя. Такую ответствен-
ность можно часто наблюдать в бизнесе; она нередко весьма
сложна и порождает ряд специфических категорий проблем.
Возьмем для начала простейший случай действия по поруче-
нию, когда один человек действует от имени другого. Скажем,
юрист составляет для своего клиента контракт. Он выступает в
качестве агента этого клиента и делает то, что клиент считает
нужным сделать, но сам сделать не может. Юрист составляет
именно такой проект контракта, какой желателен клиенту и ко-
торый предусматривает условия, желательные клиенту. Клиент
несет моральную ответственность за содержание контракта, по-
скольку оно отвечает его желаниям. Юрист здесь выступает про-
сто в роли агента, исполнителя воли своего клиента. Но и юрист
несет моральную ответственность за свои действия, которую он
не может снимать с себя только потому, что выступает в качест-
ве агента другого лица. Он морально не вправе делать то, что без-
нравственно, только потому, что действует в качестве агента
другого лица.
В крупной организации такая цепь поручительства часто ох-
ватывает много людей, иерархически связанных друг с другом.
Здесь возникают проблемы моральной ответственности как для
203
тех, кто находится наверху иерархической лестницы, так и для
тех, кто оказывается на идущих вниз ступенях.
Допустим, что президент корпорации предлагает своему ви-
це-президенту обеспечить снижение издержек производства в
каком-то отделении корпорации. Он не говорит, как и где до-
биться такого снижения себестоимости, и предоставляет это ре-
шать самому вице-президенту. В свою очередь вице-президент
решает, что снижение издержек следует осуществить на опреде-
ленном производственном участке, и отдает распоряжение под-
чиненному ему менеджеру выполнить намеченную задачу. Это
продолжается до тех пор, пока распоряжение не дойдет до непо-
средственных исполнителей, которые настолько упрощают про-
изводственные операции, что ставят под угрозу жизнь людей.
Рабочие, находящиеся в конце производственной линии, счита-
ют, что они вынуждены делать то, что им велят. Они получили
распоряжения, и их выбор ограничен. Они могли и не желать
вносить в производственный процесс те упрощения, какие они
ввели; они сочли, что ответственность за эти операции лежит на
тех, кто стоит выше их на служебной лестнице. Они не сами
предприняли это действие, они не по своей инициативе измени-
ли технологический процесс, они просто выполнили получен-
ные распоряжения. Президент компании не видит конкретных
последствий отданного им вице-президенту указания, посколь-
ку он очень далек от практического воплощения в жизнь этого
указания. Он полагает, что его подчиненным следует предоста-
вить право принимать практические решения, он не считает
своей обязанностью предугадывать их последствия. В его наме-
рения вовсе не входило создать угрозы, которым могли подверг-
нуться рабочие в конечном звене технологической цепочки. Он
вовсе не предполагал, что может произойти нечто безнравствен-
ное или несправедливое. Те, кто в конце цепочки, утверждают,
что у них не было иного выбора, что они просто выполняли рас-
поряжения; не они явились инициаторами предпринятых мер
и, следовательно, не несут моральной ответственности за их по-
следствия. Таким образом, люди, занятые на обоих концах тех-
нологической цепочки, убеждены, что предпринятые ими дей-
ствия - это такие действия, за которые они не несут моральной
ответственности.
204
Однако отсутствие чувства моральной ответственности от-
нюдь не свидетельствует об отсутствии самой такой ответствен-
ности. Делегирование права выполнять распоряжения или осу-
ществлять какие-то меры не освобождает делегирующего это
право от моральной ответственности за то, как его распоряжение
выполняется. Мы морально ответственны как за наши собствен-
ные действия, так и за предвидимые последствия, к которым они
приводят. Ослабление чувства моральной ответственности пси-
хологически понятно, но это его не оправдывает. Равным обра-
зом и те, кто находится в конце технологической цепи, могут по-
считать, что они вынуждены были делать то, что они по собствен-
ному разумению делать бы не стали. Они могут отрицать свою
моральную ответственность за совершенные действия, они не
считают себя морально ответственными за них. Тем не менее они
являются нравственными субъектами и поэтому не вправе сни-
мать с себя моральную ответственность за свои действия.
Моральная ответственность исполнителя, особенно в круп-
ных организациях, порождает множество проблем, часть кото-
рых мы рассмотрим в следующих главах.
Тесно связана с моральной ответственностью исполнителя и
часто перекрывает ее ответственность функционера. Ответст-
венность функционера - это обычно результат занятия опреде-
ленного поста, принятия на себя некоей функции или роли в об-
ществе или организации или вступления в какую-либо профес-
сию, класс или группу, которая принимает на себя особые обяза-
тельства. Не на всяком человеке лежат родительские обязанно-
сти, но, когда люди становятся родителями, они принимают на
себя обязанности, связанные с этим их новым положением или
ролью. Их ответственность за своих детей неизмеримо отличает-
ся от ответственности за них других людей. Равным образом,
когда человек занимает должность в фирме, он принимает на се-
бя ответственность за выполнение функций и задач, связанных
с этой должностью. Президент корпорации берет на себя функ-
ции, выполнения которых требует этот пост. Менеджеры при-
нимают на себя ответственность за исполнение той работы, ради
которой их наняли; это относится и ко всем остальным работни-
кам. В каждом случае от человека требуется, чтобы он подчинил
свои желания, свою волю требованиям, вытекающим из той ро-
205
ли, какую он играет в данной организации. Человек, занимаю-
щий пост в корпорации, обязан надлежащим образом различать
свою личную ответственность и ответственность корпорации.
Он должен видеть различие между его личными целями и целя-
ми корпорации; он не вправе подменять вторые первыми.
Обычно фирма вырабатывает правила, которыми руководст-
вуются в своей деятельности ее служащие и которые определя-
ют круг обязанностей каждого из них в фирме. Чем конкретнее
и строже определены эти правила, тем меньше служащие, вы-
полняя свои служебные функции, могут себе позволить посту-
пать по своему усмотрению. В общем, можно утверждать, что
человек осуществляет свои моральные обязательства перед на-
нимателем путем соблюдения правил и выполнения функций,
обусловленных его ролью или занимаемой должностью в фирме.
Таким образом, он действует обезличенно в том смысле, что де-
лает то, что ему предписано его должностью, или то, что ему
приказывают те, кто стоит над ним. «Я соблюдал правила» или
«Я делал то, что мне было велено делать» - вот вполне удовле-
творительное оправдание человека, от которого требуют отчета
о его действиях на определенном должностной инструкцией по-
сту, при условии, что сама инструкция не требует аморальных
действий или что этот человек не получил распоряжения совер-
шить аморальные действия. Ибо, хотя на каждом человеке ле-
жит моральная обязанность выполнять ту работу, на которую
его наняли, предполагается, что сама эта работа не является
аморальной. Те, кто определяет функции работника или отдает
ему распоряжение, морально ответственны за характер обязан-
ностей или задач, возлагаемых на работника, и за отдаваемые
ему распоряжения. Однако это не освобождает лиц, занимаю-
щих определенные посты, от ответственности за аморальные
действия, которые они совершают при выполнении своих слу-
жебных функций.
Представители какой-либо профессии или определенных
групп (например, религиозных) часто принимают на себя особые
нравственные обязательства данной профессии или группы. В
силу его специального образования и полученных знаний врачу,
например, вменяется большая обязанность оказывать помощь
пострадавшим в катастрофе, чем человеку без медицинского об-
206
разования. Более того, как представитель профессии, выполняю-
щей в обществе определенную функцию, врач разделяет ответст-
венность всей медицинской профессии за заботу о здоровье насе-
ления страны, за содействие тому, чтобы другие медики и все ме-
дицинское сообщество строго выполняли свой долг. Когда лица
свободной профессии - врачи, юристы, конструкторы и т.п. - за-
нимают должности в организациях, они, помимо выполнения
связанных с этим функций в фирме, должны также продолжать
выполнять и свой профессиональный долг. Такая двойная ответ-
ственность не рождает никаких нравственных проблем, посколь-
ку функциональная служебная ответственность всегда подчине-
на нормам общей моральной ответственности. Мы не можем оп-
равданно выполнять функцию, которая аморальна. Однако не
все наши функциональные обязанности представляют собой
нравственные обязанности, а приверженность человека своему
служебному долгу может вступить в противоречие с его профес-
сиональным долгом или с его обязанностями в качестве члена се-
мьи. Когда возникает противоречие между различными видами
моральной ответственности, его следует разрешать таким же об-
разом, как разрешаются противоречия между другими кажущи-
мися правомерными обязательствами.
Добродетель
До сих пор мы рассуждали главным образом о действиях и их
оценке, мы видели, как применять стандартные приемы нравст-
венных умозаключений при определении того, какие действия
морально дозволены, какие запретны, а какие обязательны. Мы
отмечали выше, что моральные умозаключения и оценки рас-
пространяются не только на действия. Мы говорили не только о
хороших и плохих, правильных и неправильных, моральных и
аморальных действиях, но также и о хороших и плохих, мо-
ральных и аморальных людях. Мы видели, что речь должна ид-
ти также о хороших и плохих, моральных и аморальных корпо-
рациях, официальных организациях, социальных и экономиче-
ских системах и целых странах. Какова связь между нашим
анализом действий и оценками людей и их характера?
207
Личности - добродетели
В последние годы ряд философов выступают с предложением
разработать теорию морали, базирующуюся на понятии добро-
детели и дополняющую или заменяющую собой распространен-
ные до сих пор деонтологический и утилитаристский принци-
пы1. Обычно они обращаются к трудам древнего греческого фи-
лософа Аристотеля и черпают в них вдохновение2. Но каковы бы
ни были позиции участников этой дискуссии, остается фактом,
что люди осмысленно оценивают действия и что существует
много поступков - таких, как убийство, воровство и ложь, — ко-
торые представляют собой самоочевидное зло. Тем не менее в
подходе Аристотеля к этике содержится много поучительного,
дополняющего то, о чем мы уже рассуждали до сих пор.
Аристотель в своем анализе нравственной жизни подчерки-
вает значение здравого смысла, добродетели и свойств человека.
Каждое из этих понятий заслуживает более подробного рассмо-
трения.
Несмотря на то что действия можно характеризовать как в
общем илиprima facie правильные или неправильные, хорошие
или плохие, моральные или аморальные, часто наблюдаются
сложные ситуации и пограничные случаи. Убийство - это зло,
но является ли оно в конкретных обстоятельствах преднамерен-
ным злом, или самообороной, или непреднамеренным убийст-
вом или его можно охарактеризовать еще как-нибудь иначе? Не
существует общих правил, которые можно применять для на-
хождения верной характеристики этого поступка. Погранич-
ные случаи потому и пограничные, что общее правило может
быть применимо, а может быть и неприменимо. В подобных слу-
чаях приходится принимать какое-то решение. Однако такое ре-
шение не должно быть произвольным. Должны быть убедитель-
ные основания для его принятия, причем это решение должно
быть убедительным и для других. Искусство принятия правиль-
' См., например: Afasdair MacIntyre. After Virtue (Notre Dame: University of
Notre Dame Press, 1981).
2 Aristotle. Nicomachean Ethics/Translated by Terence Irwin (Indianapolis:
Hackett Publishing Company, 1985).
208
ных или неоспоримых решений предполагает использование
здравого смысла. Здравые суждения проистекают из тщатель-
ного осмысления, опыта и хорошо развитого чувства нравствен-
ности. Человек должен быть чувствительным к нюансам морали
и сопоставлять противоречивые нравственные требования. Од-
ни моральные суждения людей лучше, нежели другие. Однако
каждый человек, сталкивающийся с нравственными проблема-
ми, должен выносить моральные суждения в меру своих способ-
ностей. Те, кто отстаивает принцип добродетели, утверждают,
что нравственные правила сами по себе еще не разрешают реаль-
ные проблемы, поскольку эти правила следует применять посто-
янно, а любое их применение нуждается в осмыслении, которое
не может быть автоматическим и которое требует от доброде-
тельного лица вынесения правильного суждения1.
Что же в таком случае представляет собой добродетель и как
формируется добродетельный человек? Аристотелевская теория
добродетели оказала чрезвычайно сильное влияние на нахожде-
ние ответов на эти вопросы, хотя в разных обществах по-разно-
му трактуют свойства, оцениваемые как добродетели. Аристо-
тель начинает с понятия совершенства человека, которое реали-
зуется при стремлении к какой-нибудь цели. Например, то, что
делает человека талантливым флейтистом, — это его умение хо-
рошо играть на флейте. Это совершенство в осуществлении кон-
кретного вида деятельности. Равным образом то, что делает че-
ловека достойным, — это его выдающаяся способность вести
подлинно человеческий образ жизни. Черты, характеризующие
ведение такого образа жизни, он называет добродетелями.
Аристотель подразделяет добродетели на два основных вида,
которые он обозначает как интеллектуальные добродетели и
нравственные добродетели. Интеллектуальные добродетели, из
коих высшая - это мудрость, проистекают из надлежащего
функционирования высших интеллектуальных свойств челове-
ческих существ. По Аристотелю, человеческие существа - это
существа разумные, и то, что отличает их от других живых су-
См.: Edmund Pincoffs. Quandries and Virtues (Lawrence: University Press of
Kansas, 1986).
209
ществ, — это их разум. Отсюда надлежащее функционирование
разума образует высшее совершенство, которого человеческие
существа способны достигнуть, а для Аристотеля наивысшая
добродетель - это мудрость.
В то же время нравственные достоинства представляют собой
результат контроля разума над физическими пристрастиями и
склонностями. Эти пристрастия и склонности являются врож-
денными, и в этой мере они нормальны и естественны для чело-
веческих существ. Однако их следует контролировать, так как,
если их не контролировать, они могут оказаться избыточными и
пагубными для данного человека или для других членов общест-
ва. Надлежащий контроль за пристрастиями и склонностями
обычно заключается не в том, чтобы их совершенно подавлять,
и не в том, чтобы давать им беспредельную волю. Человек, ско-
рее, должен стремиться к середине между крайностями. Так,
например, хотя у всех у нас имеется естественное желание есть
и пить, нам следует контролировать обе эти склонности при по-
средстве разума. Золотая середина в приеме пищи состоит в том,
чтобы, с одной стороны, избегать обжорства, а с другой - не мо-
рить себя голодом. Что касается употребления горячительных
напитков, середина здесь кроется между пьянством и полным
воздержанием. Перед лицом опасности храбрость представляет
собой среднее между безрассудством и трусостью. В каждой слу-
чае - хотя мы и стремимся к середине между крайностями, ко-
торые являются пороками, — мы соблюдаем благоразумие в осо-
знании наших склонностей и при необходимости избегаем край-
ностей, к которым склонны.
К общим нравственным добродетелям можно добавить свойст-
ва, которые способствуют достижению совершенства в любом ви-
де человеческих деяний, какому такие добродетели соответству-
ют. Более того, по Аристотелю, мы являемся не только разумны-
ми существами, но также и общественными созданиями и наше
стремление к счастью, или к исполнению своего долга, или к са-
мосовершенствованию всегда реализуется именно в рамках на-
шего общества. Добродетели являются не только индивидуаль-
ными способами достижения человеком совершенства и счастья,
они также общественно благотворны и в качестве таковых полу-
чают общественное признание. Добродетели представляют собой
210
способность к самосовершенствованию в искусстве совместно
жить в обществе с другими.
Добродетельными мы не рождаемся. Мы становимся добро-
детельными, опираясь на наш практический опыт. Лишь когда
наши поступки превращаются в привычку и мы уже твердо на-
строены придерживаться золотой середины, нам присуща та
или иная добродетель. Испытывая искушение поступать как не
должно, добродетельная личность располагает привычной спо-
собностью противостоять искушению. Честный человек честен
по привычке и в состоянии преодолеть возникающее искушение
воровать даже и в том случае, если ему не грозит изобличение.
Эти свойства, когда их рассматривают в совокупности, ино-
гда называют характером. Характер личности - это сумма его
добродетелей и пороков. Человек, который привычно стремится
поступать как должно с моральных позиций, обладает хорошим
характером. Если он противостоит сильным искушениям, у не-
го сильный характер. Если он привычно поступает аморально, у
него нравственно плохой характер. Если, несмотря на добрые
намерения, он часто поддается искушению, у него слабый ха-
рактер. Поскольку характер формируется в результате созна-
тельных действий, люди, в общем, морально ответственны за
свойства своего характера так же, как и за свои индивидуаль-
ные поступки.
Эта трактовка понятия добродетели и того, что формирует до-
бродетельную личность, не противоречит суждениям о том, что
определяет правомерность или неправомерность действий, а так-
же утверждениям, согласно которым правильность или непра-
вильность действий обусловлены определенными причинами.
Честный человек - это тот, кто привычно воздерживается от во-
ровства; правдивый человек - это тот, кто привычно воздержива-
ется от лжи; порядочный человек - этот тот, кто привычно дела-
ет лишь то, что считает правильным. Моральная оценка личнос-
ти не равнозначна моральной оценке ее действий. Но они взаимо-
связаны. Благонамеренные люди являются таковыми потому,
что они поступают так, как им должно поступать. Если они со-
вершили кражу, или мошенничество, или убийство, их нельзя
считать благонамеренными или добродетельными людьми.
211
По Аристотелю, благонамеренные или добродетельные лю-
ди не становятся таковыми просто сами по себе. Детей следует
воспитывать, а что именно собою представляет добродетель,
им должны внушать добродетельные люди. Их учат на приме-
рах, рассказах, на образцах нравственности; их воспитывают
на традициях, на повествованиях о героях - исторических
или мифологических; им необходимо общество, в котором до-
бродетели почитаются, в котором добродетельные личности
пользуются уважением и служат примером для подражания.
Аристотель охарактеризовал свое общество и добродетели это-
го общества.
Хотя аристотелевский город-государство Афины IV в. до на-
шей эры не похож на то общество, в котором мы живем, многое
из того, что Аристотель писал об этике и добродетели, примени-
мо и к современным обществам. Но, как утверждают теоретики
добродетели, учение Аристотеля может быть предано забвению,
если мы сосредоточим внимание исключительно на правах и за-
конах. Мы склонны делать упор на юридический подход к нрав-
ственному образу мыслей вместо того, чтобы рассматривать по-
следний в виде способа совершенствования людей, в свою оче-
редь помогающего реализации нашего потенциала в качестве
человеческих существ и достижению счастья, проистекающего
из такого совершенства и соблюдения принципов нравственнос-
ти. В той мере, в какой этика и добродетель будут преданы заб-
вению, общество и составляющие его люди будут терять свои до-
стоинства.
Примерно аналогичную позицию занимают философы, ут-
верждающие, что стандартные подходы к этике, делающие
упор на правила и беспристрастность, порочны, так как они
не принимают в расчет добродетель, или необходимость вос-
питания, или тесные семейные узы, или моральный долг не
быть равнодушным, а быть участливым по отношению к се-
мье и близким друзьям1. В той степени, в какой указанные
1 См.: Carol Gilligan. In A Different Voice: Psychological Theory and Women’s
Development (Cambridge: Harvard University Press, 1982); and Nel Noddings.
Caring: A Feminine Approach to Ethics and Moral Education (Berkeley:
University of California Press, 1984).
212
принципы игнорируются, эта критика обоснованна. Широко
признано, что справедливость в необходимых случаях хоро-
шо сочетается с милосердием; каждому, безусловно, извест-
но, что нам следует относиться к членам наших семей и к на-
шим близким друзьям иначе, чем к посторонним людям. В
кругу семьи справедливость тоже имеет место и выражается в
том, что члены семьи должны относиться друг к другу честно
и с уважением. Но в этих отношениях любовь играет или
должна играть главную роль и служить побуждающим моти-
вом. Можно универсализировать это в качестве общего прави-
ла. Однако любовь не руководствуется правилами. Жертвы,
которые приносят друг другу члены семьи, не укладываются
ни в какие рамки правил и строгих обязанностей. Вполне объ-
яснимо, что родители отдают предпочтение своим собствен-
ным детям, а не неизвестным им детям. Уже стало общим ме-
стом положение о том, что в случаях, когда требуется приме-
нять принципы справедливости, тесно связанные друг с дру-
гом люди не считаются объективными судьями. В семейном
предприятии вполне ожидаемы семейственность и фавори-
тизм по отношению к членам одной семьи; в фирме, составля-
ющей публичную собственность, семейственность обычно
считается неуместной, поскольку она подрывает одинаково
честное обращение со всем персоналом, которое признается в
качестве нормы.
Все сказанное не означает, что мы не можем или не должны
оценивать действия с нравственных позиций, хотя оно в самом
деле служит нам предупреждением о том, что такие оценки еще
не охватывают всю систему морали.
Системы и организации - ответственность
и добродетель
Недавно некоторые авторы начали применять подход Ари-
стотеля к проблеме добродетели в бизнесе1. Они стремятся
1 См. среди прочих: Robert С. Solomon. Ethics and Excellence: Cooperation and
Integrity in Business (New York: Oxford University Press, 1992); Thomas V.
Morris. If Aristotle Ran General Motors (New York: Henry Holt & Co., 1997).
213
подчеркнуть необходимость добродетелей в бизнесе и разви-
вают представление о бизнесе как сфере человеческой дея-
тельности, в которой люди должны обрести возможности и
для реализации своих способностей. Корпорация - это место,
где люди проводят большую часть своей взрослой жизни. Ес-
ли они хотят добиться счастья и развиваться в качестве пол-
ноценных человеческих существ, они должны суметь осуще-
ствлять эти цели у себя на работе, так же как и в других сфе-
рах жизни. Более того, личная порядочность требует, чтобы
они не замыкались в своей области деятельности, а применя-
ли ценности, в какие они верят, и человеческие добродетели
во всех областях своей жизни. Более того, мы видели, что
Аристотель подчеркивал общественную природу добродете-
лей. Это касается не только общественной жизни в целом; это
же можно отнести и к тому, что мы обычно называем корпо-
ративной культурой. Как общество содействует и помогает
людям в их стремлении развивать в себе добродетели, точно
так же могут и должны поступать корпоративные культуры.
В той мере, в какой они это^о не делают, они далеки от совер-
шенства, которого могли бы достичь, и заслуживают за это
порицания. Подход к бизнесу с позиций добродетели - это
ценное напоминание о том, что бизнес является органической
частью человеческой жизни, а следовательно, частью нравст-
венной жизни.
Придерживаемся ли мы аристотелевской, кантианской
или иной терминологии, главными объектами, которым адре-
сован язык этики и морали, являются человеческие существа.
Именно человеческие существа являются нравственными или
безнравственными, именно люди поступают морально или
аморально, именно люди добродетельны или порочны. Тем не
менее мы применяем присущие морали термины для характе-
ристики экономических и политических систем, мы применя-
ем их для характеристики корпораций и иных организаций,
мы применяем их для оценки действий корпораций и органи-
заций. Однако, применяя эти термины, мы должны учиты-
вать тот факт, что многие из них не могут и поэтому не долж-
ны означать одно и то же, когда их применяют к отдельным
людям и когда их используют по отношению к системам или
214
организациям. Люди представляют собой цель в себе, само-
ценность, тогда как общества и организации таковой не яв-
ляются. Люди обладают правами человека, а общества и орга-
низации, коль скоро они/не являются человеческими сущест-
вами, такими правами не обладают. От людей моральная
ответственность требует, чтобы они действовали сознательно
и добровольно. Требования осознанности и свободного воле-
изъявления применительно к обществам или организациям
должны интерпретироваться по-иному, чем те же требования,
обращенные к людям.
Мы рассмотрим нравственный статус экономических систем
и корпораций в последующих главах. Но на данной стадии мож-
но вывести два умозаключения. Первое состоит в том, что серд-
цевиной этики являются люди и что этическая характеристика
систем и организаций в конечном счете всегда зависит от того,
какое влияние они оказывают на людей. Второе умозаключение
состоит в том, что, хотя системы и организации создаются людь-
ми, каждый человек рождается в уже существующем обществе,
строящемся на экономической, политической и социальной си-
стеме и на базе множества организаций, которые все оказывают
свое влияние на личность человека.
На вопрос о том, необходимы ли нам нравственные законы и
нравственные общественные или деловые структуры или же не-
обходимы нравственные люди, ответ будет: необходимы и те и
другие. Аморальные структуры и законы толкают людей на
аморальные действия, тогда как моральные структуры и зако-
ны стимулируют людей поступать морально.
Благонамеренное в нравственном смысле общество, или ор-
ганизация, или предприятие являются таковыми потому, что
сами они благонамеренны и благонамеренны люди, их состав-
ляющие. Для создания и функционирования нравственных
структур необходимы нравственные люди. И те и другие под-
крепляют друг друга. Совершенно очевидно, что, когда струк-
туры аморальны и когда они поддерживают и вознаграждают
безнравственную деятельность, их могут изменить лишь люди,
которые признают их таковыми и обладают силой, способнос-
тью и волей для их изменения. В этом смысле для нравствен-
215
ных обществ, организаций и корпораций необходимы нравст-
венные люди.
Применение нравственного образа мыслей
Мы не только несем ответственность за наши собственные
действия, но также отвечаем и отчитываемся за наши действия
перед другими людьми, кого эти действия затрагивают. Оцени-
ваем ли мы сами свои действия, оценивают ли их другие, оцени-
ваем ли мы действия других - во всех случаях методы мораль-
ной оценки остаются одинаковыми. Хотя верно, что мотивы на-
ших собственных действий нам известны лучше, чем другим,
но, когда наши действия носят общественный характер, они
подлежат общественной оценке. Хотя верно также и то, что нам
следует совершенствовать и осуществлять разного рода доброде-
тели, мы это делаем с помощью надлежащих поступков. Это от-
части предполагает осознание того, какие действия вообще пра-
вильны, а какие неправильны и как нам следует соответственно
^действовать.
Действие - решение нравственных проблем
Одни предпочитают применять к нравственным проблемам
деонтологический подход, другие - утилитаристский подход, а
есть и такие, кто пользуется обоими. Но какой бы из них ни вы-
бирать в качестве основного, необходимо понимать оба, если мы
хотим осмысленно участвовать в обсуждении этических про-
блем в бизнесе, так же как и в других сферах жизни, если мы хо-
тим правильно оценить, а быть может, и опровергнуть аргумен-
ты тех, с кем не согласны, и если мы хотим доказать правиль-
ность наших собственных позиций.
Философы расходятся во мнениях относительно абсолютно
убедительной основы для этики, да и о том, существует ли та-
ковая вообще. И все же, несмотря на многие утверждения об
обратном, не существует неопровержимых доказательств то-
го, что как деонтологический, так и утилитаристский прин-
ципы этики в основе своей непоправимо порочны. Более того,
можно с успехом отделить спор о том, какой из них отличает-
ся большей фундаментальностью, от проблемы плодотворнос-
216
ти методов применения каждого из них. Таким образом, если
даже утилитаризм и не представляет собой высший этический
принцип, из этого вовсе не следует, что утилитаристской аргу-
ментации нет места в этическом мышлении. То же самое мож-
но сказать и о категорическом императиве Канта. Довод про-
тив совместного использования утилитаристского и деонтоло-
гического подходов сводится к тому, что в ряде случаев они
имеют свойство приносить различные результаты. Утвержда-
ют, что в таких случаях человек должен суметь сделать выбор
между ними, а следовательно, и знать, какой из них важнее
другого. Один из способов преодоления этой трудности заклю-
чается в том, чтобы одному из этих подходов отдать предпо-
чтение. Однако люди, применяющие оба принципа, отвергают
необходимость всегда отдавать предпочтение какому-нибудь
из них и вполне довольствуются решением таких проблем, ес-
ли и когда они возникают, на основе наиболее убедительных
аргументов, подсказываемых применением того или другого
принципа. Иногда первый из них берет верх как наиболее ра-
зумный и уместный, в другом случае - второй, а бывает и так,
что просто не существует сколько-нибудь четкого способа де-
лать выбор.
Несмотря на расхождения и нерешенные фундаменталь-
ные проблемы, философские дискуссии принесли больше пло-
дотворных результатов, чем это осознают некоторые критики.
Как деонтологический, так и утилитаристский подходы к во-
просам морали были развиты и уточнены отчасти в ходе спо-
ров из-за них; в результате возникли надежные и широко ис-
пользуемые методы нравственной аргументации. Происходя-
щие на предприятиях, на страницах газет, в деловой, фило-
софской и популярной литературе дискуссии по этике бизне-
са - будь то на уровне индивидуальных действий, практики
деятельности корпораций или государственной политики -
ведутся главным образом вокруг проблем их последствий (по-
лезности), прав, справедливости и нравственного долга. Фи-
лософские дебаты по теории этики усовершенствовали кон-
цептуальные приемы, которые люди обычно применяют в
таких дебатах, выявили свойственные каждому подходу за-
блуждения и недостатки, способствовали уяснению некото-
217
рых возникающих здесь вопросов, например рассмотрению
проблем, связанных с дискриминацией. Более того, все тео-
рии этики исходят из широко распространенных нравствен-
ных представлений о том, какие действия правильны, а какие
неправильны; по мере того как различные философские кон-
цепции обосновывали правомерность таких представлений и
вторичных нравственных норм, эти правила становились еще
более твердыми.
Для большинства практических проблем этики бизнеса нет
необходимости искать решения всех философских споров меж-
ду утилитаристами и деонтологами. Несмотря на то что их под-
ходы различаются, в подавляющем большинстве случаев каж-
дый из этих методов, если его осмотрительно, искусно и добро-
совестно применять, приведет к одним и тем же моральным за-
ключениям относительно нравственности практической дея-
тельности или поступка.
Как же нам, следовательно, разрешать практические мораль-
ные проблемы в бизнесе? Ответ состоит в том, что мы должны
использовать все имеющиеся в нашем распоряжении методы
нравственного анализа и нравственные аргументы. Приступая к
вынесению решения по любому случаю, мы прежде всего долж-
ны выявить все относящиеся к этому случаю факты и постарать-
ся учесть все аналогичные им факты. Если невозможно устано-
вить все аналогичные факты, тогда нужно найти правдоподоб-
ные допущения, которые можно сделать о недостающих фак-
тах, и признать, что это лишь предположения. Любое заключе-
ние, к которому мы придем применительно к такому случаю, бу-
дет условным. Иначе говоря, заключение окажется правиль-
ным, лишь если правильны сами допущения.
Установив факты, мы затем должны возможно точнее выяс-
нить, в чем здесь заключается моральная проблема. Если обна-
руживается несколько нравственных проблем, необходимо по-
пытаться их классифицировать, четко определить, какая из них
главная, какие второстепенные или отдаленно относящиеся к
данному случаю. Где это только возможно, лучше всего старать-
ся решать каждую проблему по отдельности.
После этого мы должны спросить себя, какие вторичные
моральные нормы здесь представляются применимыми. Если
218
случай вполне очевиден (например, когда дело касается во-
ровства, лжи, искаженной информации или прямого причи-
нения вреда другим), тогда, вероятно, достаточно применения
обычных нравственных критериев. Наш ответ может быть чи-
сто интуитивным. Если быть достаточно внимательным и су-
меть доказать, что ответ вполне обоснован и что нет причин
полагать, будто данный случай составляет явное исключение
из общего правила, на вопрос может быть дан прямой ответ.
Если же проблему нельзя так легко и непосредственно ре-
шить, следует определить, какой более обстоятельный этичес-
кий подход здесь уместен.
Иногда вопросы или проблемы с самого начала формулиру-
ются в понятиях последствий, справедливости, прав или дол-
га, и сама такая формулировка уже предопределяет, какой
принцип применить. Когда речь идет о фактическом или угро-
жающем причинении вреда и о пагубных последствиях, мы
почти буквально вынуждены ставить перед собой вопрос о том,
каковы же возможные положительные результаты, которые
надлежит принять в расчет. Тем не менее, прежде чем пред-
принять утилитаристский анализ, необходимо также задаться
вопросом, не оказались ли под угрозой или не нарушены ли
чьи-либо права, а также не возникла ли здесь проблема спра-
ведливости. Когда мы имеем дело со случаем, в котором, веро-
ятно, затронуты права, естественно спросить, не возникают ли
здесь еще другие последствия, которые надо учесть. Иногда
один подход применить легче или он приносит более очевид-
ные результаты, чем другой. Некоторые люди предпочитают
один подход другому. Не существует процедуры или алгорит-
ма, которые можно применять автоматически и быть уверен-
ными, что они приведут к удовлетворительному решению. Ре-
шение нравственных проблем требует известной дозы практи-
ческого здравого смысла, умудренной рассудительности, доб-
рожелательства и применения имеющихся в нашем распоря-
жении разнообразных методов нравственного анализа и мо-
ральных аргументов.
Если после надлежащего его рассмотрения обнаружится,
что случай поддается утилитаристскому анализу, то мы уже
знаем, чтб из этого следует и как действовать дальше. Равным
219
образом мы уже знаем, как действовать, руководствуясь раз-
личными деонтологическими концепциями. После того как мы
применим любой из названных подходов к конкретному слу-
чаю, полезно поинтересоваться, не пришел ли кто-нибудь, об-
стоятельно и объективно использовавший иные подходы, к
другому заключению. Если произошло именно это, можем ли
мы предложить убедительные основания для того, чтобы счи-
тать наше заключение предпочтительным? Как мы уже отмеча-
ли, очень часто разные подходы приводят к одинаковым нрав-
ственным суждениям. Когда разные подходы приводят к раз-
ным нравственным оценкам или к столкновению вторичных
моральных принципов, необходимо тщательно проверить точ-
ность и полноту каждого анализа. Если при этом окажется, что
заключения все еще не совпадают, нужно окончательно ре-
шить, какое из них служит основой для более четкого доказа-
тельства, а также какой из результатов лучше согласуется с
другими нашими нравственными суждениями. Когда мы вы-
нуждены действовать, следует это делать, отдавая себе отчет в
том, что не исключена и ошибка.
Пытаясь решить моральную проблему, мы иногда можем,
помимо стандартных методов, прибегнуть также и к методу
аналогии. Аналогичен ли данный случай другому, по которо-
му решение очевидно? А если так, то в чем состоят характер-
ные различия? Насколько велики эти различия и как их пре-
одолеть? Если случай сложен, можно попытаться выяснить,
как бы мы решили проблему при аналогичном, несколько ме-
нее сложном случае. Проливает ли свет это последнее решение
на то, как нам рассуждать в нашем случае? При решении та-
ких проблем необходимым фактором выступает воображение.
Нужно избегать слишком скоропалительных заключений по
представляющимся неразрешимыми дилеммам. Вместо того
чтобы признать ситуацию как содержащую неразрешимую
дилемму, нужно сначала убедиться, а нельзя ли найти реше-
ние данного случая, мобилизуя свое воображение. Игнориро-
вать очевидные альтернативные суждения иногда просто зна-
чит обращаться к людям, которые, как мы, быть может, оши-
бочно предполагаем, станут действовать определенным обра-
220
зом или вообще откажутся выслушать разумные альтернатив-
ные аргументы.
При рассмотрении проблем в бизнесе нужно помнить, что
возникают они здесь на трех уровнях - на индивидуальном, на
уровне корпораций и на национальном, или системном, уровне.
Иногда решение, которое выглядит как дилемма индивидуума,
фактически следует искать на корпоративном уровне, или на-
оборот. Не надо также забывать, что правила морали предусма-
тривают лишь некий нравственный минимум. А не следует ли
вопрос, который мы перед собой ставим, рассматривать не по
критерию нравственного минимума, а по критерию нравствен-
ного идеала? А если это так, то сколько от человека требуется,
сколько ему позволено, а сколько с моральной точки зрения ему
возбраняется?
Когда мы уже вынесли свое моральное суждение и реши-
ли, как надлежит действовать, мы можем спросить себя:
вполне ли нас устраивают это суждение и это решение? Со-
гласуются ли они с другими нашими ценностями и убеждени-
ями, с нашим представлением о благонравной моральной
жизни и с нашими взглядами на добродетели? Насколько
удобно мы бы себя чувствовали, если бы охарактеризовали
предпринимаемое действие друзьям или семье или если бы
оно было предано гласности в газете? Ответы на эти вопросы
вовсе не являются окончательным критерием моральности
наших действий, но иногда они служат хорошую службу на
протяжении всего процесса их оценки. Если мы намереваем-
ся поступить вопреки нашим нравственным убеждениям и
интуитивным ощущениям, то мы должны отдавать себе от-
чет, почему мы намерены так поступить; кроме того, мы
должны быть уверены, что заранее не оправдываем свое не-
благовидное поведение.
Можно представить стадии общего морального анализа сле-
дующим образом:
221
Рамка 5-1
Стадии общего морального анализа
1. Соберите все факты, относящиеся к данному примеру.
2. Определите этическую проблему или проблемы, которые надлежит
решить.
3. Мобилизуйте свое моральное воображение с целью рассмотреть воз-
можные альтернативы.
4. Определите всех тех, на кого действие окажет влияние и кого следует
учитывать в вашем анализе.
5. Установите, является ли рассматриваемое вами действие морально
необходимым или представляет ли оно собою идеал, к которому вы стре-
митесь. Если последнее, то действие является благонамеренным, но не
обязательным.
6. Если оно обязательно, применимы ли при этом такие наиболее пози-
тивные и самоочевидные обязанности, как не убивай, не кради, не лги? Ес-
ли да, то примените их.
7. Остается ли еще какая-либо нравственная проблема? Если да, перехо-
дите к стадии 8.
8. Если при этом налицо две или более обязанности, которые могут быть
применимы и которые противоречат друг другу, является ли одна из них
явно предпочтительной? Если да, действуйте согласно этой обязанности.
Если нет, переходите к стадии 9.
9. Можно ли к данному примеру, или практическому методу, или проблеме
применить утилитаристский анализ или деонтологический подход при ха-
рактеристике обязанностей, прав или справедливости? Используйте наиболее
очевидно подходящий к данному случаю принцип.
10. После применения этого метода установите, не являются ли не ис-
пользованные в стадии 9 соображения о последствиях, долге, справедли-
вости или правах подходящими для данного анализа. Если да, то исполь-
зуйте их.
11. Предположите, как некто, не согласный с вашим анализом, может ар-
гументировать противоположное нравственное умозаключение. Поясните,
как такое возражение может быть основано на применении подхода, отлича-
ющегося от использованного вами в стадии 9. Скорректируйте ваше умоза-
ключение, если обнаружите ошибку или оплошность в вашем предыдущем
анализе; в противном случае ответьте на возражение и покажите, что анализ
вашего критика ошибочен или некорректен.
12. Соответствует ли рассмотренное вами действие вашим представле-
ниям о моральной состоятельности, об образце нравственной добродетели,
т.е. такому действию, какое осуществил бы кто-то, кого вы считаете образ-
цом нравственности? Если нет, корректируйте свой анализ до тех пор, по-
ка не найдете альтернативное действие, соответствующее вашим указан-
ным выше представлениям.
13. Установите, почувствовали бы вы себя спокойно и уверенно, если бы
ваше действие, подобное проанализированному вами выше, было бы пре-
дано гласности. Если нет, установите почему и определите, как прими-
рить ваш дискомфорт с проведенным вами анализом. Если вы почувствуе-
те себя комфортно, поступайте соответственно.
222
Процесс нравственного обоснования действий и поступков —
это непрерывный умственный труд индивидуумов и общества,
находящий применение в бизнесе так же, как во всех других
сферах жизни. Многие из этических проблем в бизнесе сложны,
требуют глубокого осмысления и решаются отнюдь не легко.
Последующие главы этой книги будут иллюстрировать ход
нравственной мысли. Иногда мы будем применять один метод,
иногда другой, а иногда и несколько сразу. В этих главах мы
ставим своей задачей не навязывать выводы или отстаивать ка-
кую-либо определенную этическую концепцию или точку зре-
ния, а изложить некоторые из общепринятых аргументов, отно-
сящихся к обсуждаемым проблемам, и осветить ход этических
рассуждений в практической деятельности.
Контрольные вопросы и задания
J,,,., Установите различия в разных видах ответственности, вы-
явленных в примере с фирмой «Лав кэнэл», и дайте свои со-
ображения о том, кто несет какой вид ответственности и ка-
ковы рамки этой ответственности.
2. Что такое причинно обусловленная ответственность? Мо-
ральная ответственность? Приведите примеры, показываю-
щие различие между ними.
3. Что такое вообще оправдывающие обстоятельства? На ка-
кие три категории они подразделяются? Что именно они оп-
равдывают?
4. Что подразумевают понятия «извинительная неосведом-
ленность» и «глубокое невежество»? Приведите пример
каждого.
5. Что такое обязательство? Строгое обязательство? Отчет-
ность? Моральная отчетность?
6. Что означает понятие «ответственность исполнителя»? Кто
выступает в роли исполнителя и каким образом этот вид от-
ветственности на него возлагается?
7. Можно ли делегировать моральную ответственность? Если
да, то почему? Если нет, то почему?
223
8. Что такое функциональная ответственность? Приведите
пример такой ответственности. На кого ложится такая от-
ветственность?
9. Какова роль умозаключений при принятии моральных ре-
шений?
10. Что такое добродетель?
11. Определите различия между интеллектуальными доброде-
телями и нравственными добродетелями.
12. В чем состоит доктрина золотой середины?
13. Что означает понятие «характер»?
14. В чем состоит различие между использованием языка мора-
ли по отношению к людям и по отношению к корпорациям?
15. Может ли предприятие обладать нравственным характером,
быть добродетельным или считаться нравственным идеа-
лом, превосходящим моральный минимум, предписывае-
мый правилами морали? Объясните, что вы подразумеваете
своим ответом и на чем он основывается.
16. Каковы стадии общего нравственного анализа какого-либо
действия?
17. Вы возглавляете отдел, и в вашем подчинении 60 служа-
щих. Вы не считаете квалификацию каждого из них ниже
средней. Из них некоторые работают в фирме уже давно.
Другие приняты недавно, это женщины или*представители
национальных меньшинств, которые получили место в ре-
зультате попытки исправить практиковавшуюся в прошлом
дискриминацию при найме на работу. Вы получили распо-
ряжение о том, что в связи с финансовыми трудностями
фирмы вам (так же как и всем другим руководителям отде-
лов) надлежит сократить штат своего отдела на 10% . Какой
вы намерены избрать нравственно обоснованный способ вы-
полнения полученного распоряжения?
Моральные
проблемы
в бизнесе
ГЛАВА 6
Справедливость и экономические системы
Пример с двумя рабовладельцами
Представьте себе двух соседей-рабовладельцев на американ-
ском Юге до Гражданской войны в США. Первый рабовладелец,
Джек Гуд, обращается со своими рабами совсем не плохо. Он
знает их по именам, обеспечивает крышей над головой и бьет их
лишь в тех случаях, когда они нарушают установленные им для
них правила. Хотя он заставляет их много работать, но выделя-
ет им также и некоторое свободное время. Никто из его рабов не
пытался бежать. В общем, они считают своей удачей иметь тако-
го хозяина, как м-р Гуд. Второй рабовладелец, Саймон Л., резко
отличается от первого. Он кормит своих рабов помоями, не забо-
тится об их жилье, заставляет работать по шестнадцать часов в
день. В своих отношениях с ними он капризен, жестоко их нака-
зывает, обращается с ними грубо. За малейшее отступление от
установленных им правил он их избивает. Он упорно разыски-
вает бежавших рабов и, поймав, подвергает их, в назидание дру-
гим, безжалостным телесным наказаниям.
Какого из этих двух рабовладельцев можно считать более
нравственным?
Возникает сильное искушение признать первого рабовладель-
ца более нравственным, так как он добрее, честнее и более спра-
ведлив в обращении со своими рабами. Напротив, Саймон Л.
применяет жестокие наказания и несправедлив в обращении со
своими рабами. Если не выходить за пределы рабовладельческой
системы, то можно выносить суждения о честности и справедли-
вости, это имеет смысл.
226
И все же в обоих случаях говорить о нравственности рабовла-
дельцев довольно странно. Если иметь рабов аморально (т.е. ес-
ли владеть в качестве собственности другим человеческим суще-
ством, а следовательно, не признавать его как самоценность,
дурно), тогда рабовладельческая система глубоко несправедли-
ва. Хорошее обращение рабовладельца со своими рабами лучше,
чем плохое обращение с ними, но такое обращение не оправды-
вает саму практику рабовладения, не служит основанием для
того, чтобы с ним можно было мириться. Оба рабовладельца
участвуют в аморальной практике, хотя один из них добрее дру-
гого. Можно, конечно, представить себе, что, по-видимому, ни
один из этих рабовладельцев не считает рабство аморальным.
Это вполне возможно. Однако то обстоятельство, что они счита-
ют рабство морально дозволенным, отнюдь не делает их убежде-
ние в этом объективно правильным. Рабство аморально незави-
симо от того, каким они субъективно его считают
А теперь уже мы можем по такой же схеме рассмотреть наше
собственное общество. Представьте себе двух работодателей.
Один из них проводит дискриминацию в отношении женщин и
негров, не заботится о безопасности условий труда своих рабо-
чих, платит им минимальную заработную плату, заменяет их
другими, как только они состарятся, точно так же, как он заме-
няет свои машины. Другой предприниматель не практикует
дискриминацию, где только возможно устанавливает оборудо-
вание, обеспечивающее техническую безопасность на производ-
стве, платит заработную плату значительно выше минималь-
ной, реализует пенсионную систему. Какой из этих двух пред-
принимателей более нравственен? Ответ очевиден и прост. Но
возникает вопрос, который мы не часто задаем: можно ли срав-
нивать предпринимателей нашей системы с рабовладельцами
системы рабства? Присуща ли какая-то порочность сегодняш-
ней экономической системе Соединенных Штатов, подобно тому
как она была присуща экономической системе Юга США до
Гражданской войны? Тот факт, что большинство из нас не видит
несправедливости в нынешней системе оплаты труда или в эко-
номической системе вообще, как-то характеризует нас самих,
хотя этот факт вовсе не обязательно дает нам какое-то представ-
ление о нравственности системы, в которой мы существуем. А
227
нравственна ли наша система? Мы мучаемся над вопросами о
том, является ли «дискриминация наоборот» надлежащим ме-
тодом устранения пороков прошлой дискриминации, оправдан-
но ли морально «сигнализаторство», не представляет ли собой
адресуемая маленьким детям реклама способ их обманывать,
однако не ставим ли мы под сомнение нравственность методов,
практикуемых внутри системы, вместо того чтобы ставить под
сомнение саму систему в целом? Является ли наша система в ос-
нове своей справедливой?
Моральная оценка экономических систем
Обычно мы говорим о нравственности или аморальности лю-
дей и их действий. Но можно ли также квалифицировать эконо-
мическую систему как аморальную? Ответ напрашивается явно
утвердительный, поскольку подавляющее большинство амери-
канцев - впрочем, как и большинство других людей - сразу же
скажут, что рабовладение аморально. А рабовладение представ-
ляет собой экономическую систему. И все же полезно рассмот-
реть и поставленный вопрос, и наш ответ несколько более обсто-
ятельно.
Характеризуя систему рабства как аморальную, мы употреб-
ляем термин «рабство» в двух разных значениях. В первом зна-
чении этого термина мы подразумеваем саму практику рабства.
В данном случае определяются отношения между людьми и спо-
соб обращения с людьми. Можно проанализировать как эти от-
ношения, так и обусловливаемые ими действия. Во втором
смысле мы под рабством подразумеваем экономическую систе-
му, в которой отношение рабства выступает как основное произ-
водственное отношение. А поскольку оно основное, мы и систе-
му характеризуем этим отношением. Если, например, перед на-
ми в основном капиталистическая или социалистическая систе-
ма, в которой незначительное число людей внутри самой систе-
мы владеет рабами, мы могли бы утверждать, что практика ра-
бовладения безнравственна. Но это отнюдь не означало бы, что
система, внутри которой обнаружены случаи рабства, амораль-
на, так как рабство не является здесь основным или определяю-
щим отношением системы.
228
Экономическую систему рабства можно оценить двумя раз-
ными способами. Один из них заключается в оценке нравствен-
ности основного экономического отношения, на котором зиж-
дется система, и затем в анализе действий, проистекающих из
этого отношения. Это - структурный анализ. Он подразумева-
ет исследование основных структур и методов деятельности сис-
темы, поскольку эти структуры и методы деятельности опреде-
ляют характер системы. Они неизбежно выступают в форме от-
ношений между людьми и в форме практической деятельности,
включающей сделки между людьми. Являются ли эти отноше-
ния и сделки честными и справедливыми?
Второй способ оценки экономических систем предполагает
подход с позиции конечного результата. Он заключается в ис-
следовании того, что делает система в целом для людей, вовле-
ченных в сферу ее воздействия. Помогает ли им система прояв-
лять свои способности и реализовать свой потенциал в качестве
субъектов нравственности? Приводит ли формирование систе-
мы к созданию некоего гуманного общества, демонстрирующего
или воплощающего нравственные чаяния человеческих су-
ществ? Как структурные оценки, так и оценки по конечным ре-
зультатам можно делать либо с утилитаристской, либо с деонто-
логической позиций.
Рассмотрим экономическую систему, основанную на рабст-
ве. Мы определяем ее как систему, в которой основное произ-
водственное отношение состоит в том, что одно человеческое
существо, раб, находится во владении другого человеческого
существа, хозяина. Раб работает на хозяина и производит не-
обходимые обществу основные блага. Эти блага включают про-
дукты, которые потребляют в пищу члены общества, одежду,
которую они носят, утварь, которой они пользуются, орудия и
инструменты, которые они применяют, здания, в которых они
живут, и все прочее, что нужно для поддержания определенно-
го образа жизни. Сами хозяева могут создавать предметы ис-
кусства, литературу, философию и другие произведения, кото-
рые обычно требуют досуга и времени для размышлений. Раб
не только работает на хозяина, он ему принадлежит точно так
же, как имущество принадлежит его собственнику. Раб, по-
скольку он именно раб, не считается человеком, обладающим
229
правами или достойным морального обращения. Он представ-
ляет собой предмет, который надлежит использовать, равно-
сильно тому, как животные являются предметами, которые
нужно использовать. Главная функция рабов состоит в работе,
хотя их можно использовать не только для работы, но и для
других целей, точно так же, как главная функция рабочего
скота заключается в работе, хотя некоторых животных могут
использовать для развлечений, для размножения и улучшения
породы или для других целей.
Указанное основное производственное отношение может
быть определено и введено в какие-то рамки законом. Но здесь
нас интересует прежде всего экономическое отношение, а не
юридическое. Мы можем исследовать моральные свойства само-
го отношения. Мы можем также давать моральную оценку дей-
ствиям, обычно проистекающим из этого отношения.
Во-первых, рассмотрим моральные свойства самого отноше-
ния. Является ли оно нравственным отношением? С деонтоло-
гической точки зрения ответ явно отрицательный. Это отноше-
ние не признает за рабом свойства быть самоценностью, быть
достойным уважения. Воплощенная в этом отношении макси-
ма - а именно «обращайся с людьми, оказывающимися в поло-
жении раба, как с имуществом» - находится в прямом противо-
речии со второй формулой категорического императива, кото-
рая предписывает, чтобы мы рассматривали все разумные су-
щества как цель в себе, как самоценность, а не только как сред-
ство. Если бы мы оказались в «царстве незнания» и не ведали,
кем мы станем, рабом или хозяином, и если бы мы захотели за-
щитить себя от предназначения в жизни, которому угрожает
наш злейший враг, что бы мы предпочли: принадлежность к
рабовладельческому обществу или к обществу, в котором все
люди свободны? Очевидно, что мы выбрали бы последнее. Раб-
ство нарушает сформулированный Джоном Роулсом первый
принцип справедливости; следовательно, по этому критерию
оно несправедливо. Утилитаристский подход потребовал бы ис-
следования результатов действий, а не только отношений. Но
даже и с утилитаристских позиций не нужно иметь большое во-
ображение, чтобы понять, какой большой вред причиняет ра-
бам их рабский статус, независимо от того, как бы хорошо с ни-
230
ми ни обращались1. В своем положении в качестве рабов они не-
избежно теряют чувство собственного достоинства, причем это
такая потеря, которую невозможно ничем возместить, даже хо-
рошим обращением. Поскольку в рабовладельческом обществе
численность рабов преобладает, страдания, причиняемые им
их статусом, огромны и, несомненно, намного больше, чем удо-
вольствия и благо, испытываемые рабовладельцами. Поэтому,
в общем, рассматриваемое отношение само по себе имеет тен-
денцию причинять тем, на которых оно распространяется,
больше зла, чем добра.
Во-вторых, рассмотрим действия, которые проистекают из от-
ношения рабства. Моральны ли они или аморальны? Ответ, разу-
меется, зависит от того, какие действия мы намереваемся оцени-
вать. Производительный труд раба не аморален, необязательно
также аморальна и отдача распоряжений хозяином. Труд и рас-
поряжения не являются отличительными признаками рабства.
Существуют ли действия, проистекающие из рабства как таково-
го? Нет нужды отрицать, что хозяева могут хорошо обращаться с
рабами. Но если бы хозяева всегда обращались с рабами так же,
как они обращаются со свободными людьми, тогда, по существу,
не было бы и самого рабства. Действия, подлежащие оценке с мо-
ральных позиций, — это такие действия, в которых хозяева об-
ращаются со своими рабами как с имуществом, как с животны-
ми, как с существами, не являющимися самоценностью. Как де-
онтологический, так и утилитаристский анализы охватывают
названные выше действия, но утилитаристский анализ включа-
ет такие действия, последствия которых поддаются оценке. И ре-
зультаты этих анализов тождественны. Выводы, которые отсюда
можно сделать, заключаются в том, что практика рабовладения
аморальна и что экономическая система, строящаяся на практи-
ке рабовладения, в основе своей безнравственна. Ее нельзя сде-
лать нравственной, не изменив коренным образом практику раб-
ства, на которой она базируется. Система рабства может созда-
1 Обстоятельный анализ аморальности рабства с утилитаристских позиций см.
в: flJVf. Hare. What Is Wrong with Slavery//Philosophy and Public Affairs, 8(1979),
pp. 103—121.
231
вать в одном обществе более терпимые условия для рабов, чем в
другом, один хозяин может добрее обращаться со своими рабами,
чем другой, но ни в том, ни в другом случае это не меняет мораль-
ной характеристики рабства.
Наши заключения останутся такими же, если мы попытаем-
ся оценить рабство с позиции «конечного результата» действий.
Деонтологическая оценка существенно не отличается от приве-
денной выше. Рабство сохраняется, а поскольку оно является
главным элементом системы, сама система продолжает оста-
ваться безнравственной. Но может ли рабство быть аморальным
только prima facie? Может ли она быть несправедливой, но все
же предпочтительнее других реально существующих систем?
Скажем, с утилитаристской точки зрения не может ли так ока-
заться, что результаты применения рабства в действительности
лучше, чем результаты применения другой системы?
Предположим, что в результате всемирной ядерной войны
большая часть населения Земли истреблена. Огромное большин-
ство выживших подвержено лучевой болезни того типа, которая
поражает мозг, делает людей слабоумными и лишенными ини-
циативы. Сохранилось немного счастливых людей, которые ос-
тавались под защитой свинцовых стен банковских хранилищ
или находились глубоко под землей. Когда эти люди выходят на-
ружу и оценивают ситуацию, то осознают: чтобы человеческий
род выжил, им необходимо себя воспроизводить. Между тем они
не в состоянии обеспечить удовлетворение всех своих потребнос-
тей. Но массы облученных можно обратить в рабство и заставить
работать. Работая по принуждению, все они оказываются в луч-
шем положении, чем если бы их не принудили работать, так как
альтернатива такому труду - смерть. Работая по принуждению,
они сохраняют собственную жизнь и одновременно жизнь тех,
кто обладает способностью возродить человеческий род. Вот по-
чему немногие счастливцы вводят систему, которую мы называ-
ем рабством. Они оправдывают это тем, что все члены общества
будут в лучшем положении при рабстве, чем каждый из них без
рабства; альтернатива - смерть для всех. Поэтому хотя рабство
аморальноprima facie, но по сравнению с еще худшей перспекти-
вой вымирания человечества и ужасных страданий, на которые
232
люди обречены, оно - рабство - представляет собою меньшее из
двух зол и, таким образом, морально оправданно.
Что следует сказать по поводу такой аргументации? Первый
ответ состоит в том, что это плод воображения, философская го-
ловоломка, а не реальное положение дел. А мораль, можем мы
настаивать, имеет дело с реальными альтернативами. У нас нет
достаточных оснований судить о том, что было бы правильно
или неправильно в изображенной ситуации, которая выходит
далеко за пределы нашего житейского опыта. Но таким ответом
не следует ограничиваться. Рассмотрим приведенный пример
по существу. В нем утверждается, что пораженные радиацией
люди слабоумны и лишены инициативы и, если их предоста-
вить самим себе, они умрут. Насколько они слабоумны? Способ-
ны ли они соображать, чтобы представлять себе последствия
своих действий? Обладают ли они разумом и способностью де-
лать выбор из альтернативных решений? Есть ли у них желание
жить и считают ли они, что жить стоит? Как объяснить тот
факт, что их можно принудить работать лишь при системе раб-
ства, а не в иных условиях? Чем подтвердить довод о том, что ре-
альной альтернативы рабству нет? Кто это установил? Приве-
денный пример строится на слишком многих нечетких и сомни-
тельных утверждениях. Если принять все эти утверждения за
чистую монету, можно прийти к заключению, что рабство, хотя
оно с первого взгляда выглядит аморальным, является наимень-
шим из возможных зол, а поэтому морально оправданно. Если
исходить из наших знаний истории человечества, трудно пове-
рить, что рабству действительно нет альтернатив, что немногие
избранные, превращающиеся в рабовладельцев, делают это во
благо всем и что в такой системе рабам живется лучше, чем они
жили бы, если бы были какие-то другие средства, побуждающие
их работать. Нет также и сколько-нибудь серьезных оснований
полагать, что система рабства, утвердившись, не станет вырож-
даться, что с людьми станут обращаться хуже, а не лучше и что
с течением времени хозяева не станут все энергичнее и энергич-
нее сопротивляться отмене рабства. Мы не в состоянии решить
этот спор, так как он носит умозрительный характер. Однако
мы не должны безусловно соглашаться с аргументацией, кото-
рая недостаточно обоснованна.
233
История может дать нам лучший пример. Мы знаем, что во
множестве обществ, по мере того как они выходили из перво-
бытно-племенного строя, складывалась система рабства. Вели-
кие столпы западной цивилизации - Греция и Рим - были воз-
двигнуты на фундаменте рабства. Если для нас рабство было ис-
торически необходимо, чтобы мы достигли такого состояния об-
щества, в котором каждый человек свободен, не оправдана ли в
таком случае древняя система рабства как этой необходимос-
тью, так и своими результатами?
Очень трудно решать споры, не базирующиеся на реальных
фактах. Можно ли знать, какие альтернативы рабству могли су-
ществовать в Древней Греции и Риме и что бы произошло, если
бы рабство тогда не получило развития? Ведь из того факта, что
в древних обществах рабство было реальностью, вовсе не следу-
ет, что нельзя себе представить древнее общество без рабства.
Утверждать, что оно было исторически неизбежно, — значит
выдвигать двусмысленное утверждение. Конечно, логически
оно не было неизбежно. Оно могло возникнуть вследствие есте-
ственной склонности некоторых людей к господству, или вслед-
ствие слабости многих по сравнению с силой немногих, или
вследствие стремления к роскоши или легкой жизни тех, кому
предстояло стать рабовладельцами, или в силу множества дру-
гих причин. Ни одна из этих причин не служит оправданием
для рабства, хотя в известном смысле они объясняют, почему и
как оно возникло. Историческая необходимость, если ее тракто-
вать так, будто все, что произошло в истории, являлось истори-
ческой необходимостью, делает все на свете моральным. Точнее,
такая трактовка делает все на свете нравственно нейтральным,
так как все, что происходило, должно было неизбежно произой-
ти; отсюда следует отрицание одного из постулатов нравствен-
ности, а именно возможности свободного выбора. Если в нашу
эру уничтожение Гитлером миллионов евреев было исторически
неизбежно просто потому, что это произошло, тогда мы можем
оправдать все и вся. В результате мы лишились бы основы для
оценки всего, чего угодно, и нам бы оставалось лишь констати-
ровать происшедшее.
Другим историческим обоснованием рабства является ут-
верждение о том, что оно было необходимо, но лишь до опреде-
234
ленного времени, после чего оно перестало быть необходимым и
его нужно было ликвидировать. По мнению сторонников этого
тезиса, рабство в Соединенных Штатах не являлось необходимо-
стью. Человечество уже открыло способы производительной ор-
ганизации общества без системы рабства. Последнее представ-
ляло собой анахронизм, который и был искоренен в результате
Гражданской войны. Между тем древняя система рабства, на-
стаивают авторы этой концепции, служила этапом на пути к фе-
одализму, который в свою очередь привел к становлению того
общества, в котором мы живем. Мы не в состоянии были бы со-
здать наш производственный потенциал, не пройдя через ста-
дию рабства. Отсюда делается вывод, что оно было оправданно
тогда, хотя и не оправданно теперь.
Даже если эту аргументацию признать в качестве образца
утилитаристского подхода, она все же представляется сомни-
тельной. Центральным здесь является утверждение, что вообще
не существовало реальной альтернативы древней системе рабст-
ва. Как доказать это утверждение - вот в чем суть проблемы.
Можно допустить, что, если бы действительно не существовало
лучшей альтернативы рабству, последнее было бы оправданно в
качестве наименее плохой из плохих альтернатив, но это совсем
не то же, что признать тезис, согласно которому фактически не
было других альтернатив.
Но каковы бы ни были наши заключения относительно древ-
него рабства, можно с уверенностью утверждать, что в современ-
ном мире рабство аморально. Разумеется, существуют альтерна-
тивы, и нет оправдания выбору аморальной системы, когда име-
ются нравственные системы.
Проведенный анализ позволяет сделать обобщение. Посколь-
ку нам удалось исчерпывающе доказать, что рабство безнравст-
венно и что сегодня оно представляет собой аморальную альтер-
нативу, мы тем самым доказали, что возможно, по крайней ме-
ре на примере рабства, вынести моральную оценку экономичес-
кой системе. Мы видели, как можно вообще рассматривать во-
прос о нравственности экономических систем и какие при этом
можно выдвигать специфические аргументы. А теперь что мож-
но сказать о современных системах?
235
Моральная оценка современных систем
Анализируя рабство, мы имели дело с экономически одно-
родной системой, для которой характерно господство производ-
ственного отношения между хозяином и рабом. Мы при этом не
исследовали особенности политической системы, с которой свя-
зано рабство. Политическая система греческих городов-госу-
дарств отличалась от политической системы Римской империи,
а эти две отличались от политической системы древнего Египта.
Но какие бы в те времена ни существовали политические систе-
мы, они не могли скрыть аморальность рабства, не могли они
также создать условий для таких внутренних изменений систе-
мы рабства, которые позволили бы сделать его нравственным и
вместе с тем сохранить его как рабство.
Моральный статус современных экономических систем не-
легко четко охарактеризовать. Есть искушение упрощенно гово-
рить о капитализме. Но следует иметь в виду различия между
капитализмом XIX в. в Англии и существующим сегодня капи-
тализмом в Соединенных Штатах. Рассматривая современный
капитализм, мы должны видеть его особенности не только в
США, но также и в других странах, скажем в Японии и Южной
Африке. В последнем случае он до недавних пор сочетался с
апартеидом, радикальной формой расовой сегрегации и дискри-
минации, тогда как в США и Японии этого не наблюдается. В то
же время в Японии капитализм сочетается с определенной фор-
мой патернализма, отсутствующего в США. В свою очередь и все
социалистические системы не идентичны. Социализм в Китае
тесно связан с централизованной и господствующей коммунис-
тической партией. В Англии социализм переплетался с демо-
кратической формой государственного управления. В каждом
случае капитализм и социализм в известной мере претерпевают
изменения под влиянием разных политических систем и струк-
тур, в рамках которых они функционируют. Более того, капита-
лизм в чистом виде и социализм в чистом виде не существуют ни
в одной стране. В каждой стране мы наблюдаем нечто вроде сме-
шанной экономической системы, хотя одни системы можно ха-
рактеризовать как более отчетливо капиталистические, а дру-
гие - как более определенно социалистические. Коммунизм как
236
экономическую систему еще предстоит осуществить, хотя стра-
ны с коммунистическими правительствами утверждают, что
они движутся в этом направлении.
Поскольку апартеид действовал в Южной Африке, а не в Со-
единенных Штатах, он не образовывал составной элемент капи-
тализма. Это нечто присовокупленное к капитализму, ингреди-
ент особого рода капитализма. Социализм в СССР, при Сталине,
существовал наряду с тоталитаризмом, но социализм в Англии
свободен от тоталитаризма. Отсюда следует, что тоталитаризм не
составляет необходимый элемент социализма. Хотя экономичес-
кие и политические системы переплетаются, для аналитических
целей их можно в какой-то мере отделять друг от друга. Однако
способ реального функционирования любой специфической эко-
номической системы практически невозможно отделить от меха-
низма политической и правовой системы, в рамках которой она
действует. Например, некоторые моральные изъяны экономиче-
ской системы может исправить политическая система. И наобо-
рот, политическая система способна внести безнравственные эле-
менты в функционирование экономической системы.
Кратко рассмотрим капитализм и социализм как экономиче-
ские системы, абстрагируясь в аналитических целях от любой
конкретной политической системы. Подходящим для этого ме-
тодом анализа служит построение модели. Можно создать мо-
дель капитализма и модель социализма, а затем изучить эти мо-
дели и установить их обязательные компоненты. Выделив обя-
зательные компоненты моделей, мы можем оценить их с мо-
ральных позиций. Обнаружив какие-либо структурные амо-
ральные элементы, мы можем затем попытаться выяснить,
нельзя ли изменить эти элементы и при этом сохранить систему,
которую мы хотим называть капитализмом. Если же мы не об-
наружим никаких структурно аморальных элементов, попыта-
емся выяснить, приведет ли принятие этой системы к такому
конечному результату, который можно будет охарактеризовать
как нравственный или как морально нейтральный. То же самое
можно проделать и с социализмом. Выводы, полученные в про-
цессе такого анализа, будут относиться только к данной модели.
Затем необходимо выяснить, в какой степени данная модель
действительно соответствует какому-либо реально существую-
237
щему обществу. Очевидно, что нас интересуют такие модели,
которые в известной мере сходны с существующими общества-
ми. Когда выявляется какая-то моральная порочность или ка-
кое-то моральное несовершенство модели, следует определить,
можно ли превратить ее в моральную, сохранив ее основные эле-
менты. Если это осуществить невозможно, делается вывод о
том, что система в основе своей аморальна. Выявление такой си-
стемы в какой-то конкретной стране обусловливает необходи-
мость замены системы другой, моральной. А возможно ли это
реализовать, сохраняя существующую форму государственного
управления, — это вопрос, который нельзя решить без изучения
конкретных случаев. Замена системы часто предполагает ко-
ренные и драматические социальные изменения, обычно назы-
ваемые революцией, насильственной или мирной.
Экономические модели и игры
Некоторые считают «экономике», экономическую науку,
своего рода игрой. Следуя этой аналогии с играми, можно обна-
ружить ее сильные и слабые стороны. Возьмем для примера
шахматы. Чтобы играть в шахматы, надо иметь шахматную до-
ску и определенное количество фигур. Фигуры подразделяются
на две противостоящие группы, или две армии. На каждой сто-
роне король, королева, два коня, два слона, две ладьи и восемь
пешек. Честная ли эта игра? Ответ, само собой разумеется, по-
ложительный, так как обе стороны располагают равным коли-
чеством и одинаковым набором фигур и обе стороны обязаны
придерживаться одних и тех же правил. Но такова оценка чест-
ности игры с точки зрения самих игроков. А если посмотреть на
это с точки зрения пешки? Представьте себе пешку, противосто-
ящую королеве. По правилам игры королева может сделать мно-
жество разных ходов, тогда как пешке разрешается каждый раз
сделать ход прямо из одной клетки в другую. Честно ли это? От-
вет состоит в том, что неправомерно рассматривать шахматную
игру с точки зрения фигур. Если вы хотите играть в шахматы,
то должны следовать правилам этой игры. Честность здесь за-
ключается в соблюдении ее правил, а не в изменении возмож-
ных ходов.
238
Если вы предпочитаете равенство сил, вам лучше подойдет
игра, называемая китайскими шашками. Здесь оба участника
игры располагают одинаковым количеством шашек. Все шашки
равного достоинства, и все могут делать одинаковые ходы. Та-
ким образом, в этой игре все шашки равны и ее условия являют-
ся честными для играющих.
Обратимся теперь к игре в «экономике». В одной системе мы
имеем рабов и хозяев. В другой мы видим богатых собственни-
ков промышленных предприятий и фабричных рабочих. Еще в
другой мы имеем комиссаров и рабочих. Если каждую из этих
систем рассматривать как разновидность игры с ее собственны-
ми правилами, можно показать, как она функционирует. Если
каждую из них, взятую в целом, считать моделью, то можно ее
описать во всех подробностях. Можно определить место и роль в
экономике каждого человека. Можно показать, как цены повы-
шаются и падают, как предложение покрывает или не покрыва-
ет спрос и как это сказывается на ценах; что происходит, когда
налоги возрастают, когда сокращается денежная масса или ког-
да повышаются процентные ставки; как можно обеспечить пол-
ную занятость. В нашей модели все это можно показать с извест-
ной степенью точности, вероятно, можно также достаточно точ-
но предсказать, как среагируют некоторые сектора экономики
на какие-то действия в других ее секторах.
При таком подходе «экономике» - это не нечто такое, чему
можно дать моральную оценку. Это игра. Шашки - это одна иг-
ра, шахматы - другая. Но глупо пытаться доказывать, будто
одна из них более нравственна, чем другая. Правила разные,
участники игры разные. Игра в шахматы сложнее и интерес-
нее, так как и фигуры и ходы здесь многообразные. Игра в
шашки менее сложна, все фигуры одинаковые, и сам процесс
игры сравнительно более скучный. Одни предпочитают игру в
шахматы, так как она требует большей изобретательности, дру-
гие предпочитают игру в шашки, потому что она проще. Рав-
ным образом некоторые люди считают, что система свободного
предпринимательства более привлекательна и интересна, чем
система полного равенства. С экономической точки зрения
можно дать характеристику разных систем; законы или прави-
ла, управляющие функционированием различных переменных
239
внутри системы, можно выявить. Каждую систему можно смо-
делировать. Но модели не являются моральными или амораль-
ными точно так же, как большинство игр не являются ни мо-
ральными, ни аморальными.
Хотя «экономике» можно рассматривать в виде игры, ре-
ально функционирующие экономические системы - это вовсе
не игры. Часто «экономике» изучают так, будто она ничего об-
щего не имеет с людьми, будто она представляет собой просто
изучение абстрактных категорий - предложения и спроса де-
нег, цены и прибыли. В конечном счете, однако, экономичес-
кие системы - это механизм, с помощью которого осуществля-
ются связи между людьми. Эти связи опосредствуются через
деньги и товары, цены и заработную плату, предложение и
спрос. И все эти связи - это в конечном счете способы изобра-
жения того, как люди взаимодействуют друг с другом. Их
жизни формируются под серьезным воздействием системы, в
которой они обитают, под влиянием правил, в рамках кото-
рых эта система функционирует. Отсюда следует, что в конеч-
ном счете экономические системы не являются нравственно
нейтральными и что их надлежит тщательно изучать с мо-
ральных позиций. Шахматная фигура - не человек. Но сол-
дат, сражающийся за своего короля, — это нравственное су-
щество, цель в себе, а не просто пешка, которую можно ис-
пользовать по своему усмотрению. Можно поэтому с успехом
оценивать экономическую систему как по критерию ее конеч-
ного результата, так и на основе анализа ее честности, спра-
ведливости или нравственности ее институтов и правил функ-
ционирования. Однако для нас в аналогии с играми интерес
представляет то, что мы считаем их честными, когда все уча-
стники имеют равные стартовые позиции и соблюдают одни и
те же правила. Мы допускаем, что один выигрывает, а другие
проигрывают. По существу, в этом и состоит смысл игры.
Придерживаемся ли мы такого же мнения об игре, которую
представляет собой вся жизнь? Должны ли все в этой игре
иметь равные стартовые позиции и соблюдать одни и те же
правила? А если это так, то справедливо ли, чтобы одни выиг-
рывали, а другие проигрывали?
240
Капиталистическая модель
Мбдель не обязательно должна соответствовать какой-либо
социальной реальности. Модель капитализма также не являет-
ся копией какой-то экономики, существующей в обществе. Но
модель способна помочь внести концептуальную ясность в неко-
торые проблемы.
В своей долгой истории капитализм прошел через ряд ступе-
ней и стадий развития. То, что называют классическим капита-
лизмом, — это модель, которую часто одни критикуют, а другие
защищают. Сегодня она нигде в мире в чистом виде не существу-
ет, да вряд ли когда-либо и соответствовала реальной экономи-
ке, но тем не менее ее главные элементы получили признание и
часто используются в анализе капитализма.
Большинство экономических систем производит и обменива-
ет товары, применяет деньги в качестве средства обращения, оп-
лачивает труд. Каковы специфические определяющие особенно-
сти модели классического капитализма? Мы здесь рассмотрим
три из них, неотъемлемых от нее. Хотя каждый из этих трех
признаков можно обнаружить в других разновидностях эконо-
мических систем, именно сочетание этих трех отличает данную
модель от других моделей. Это следующие три элемента: реали-
зуемое накопление промышленного капитала, частная собст-
венность на средства производства, система свободного рынка.
Реализуемое накопление промышленного капитала
Капитализм получил свое название на том основании, что он
представляет собой систему, базирующуюся на накоплении про-
мышленного капитала. В бартерной экономике не происходит
накопления капитала. Товары там обмениваются на товары рав-
ной стоимости; остатка не возникает. Капитал, который мы мо-
жем себе представить в виде крупных масс денег, предназначае-
мых для вложения в производство товаров, должен быть накоп-
лен. До капитализма короли могли накапливать большие состо-
яния, но, как правило, они не употребляли эти состояния на
производство товаров. Торговцы и ремесленники могли накап-
ливать какое-то богатство (хотя редко очень большое), но они
обычно также не использовали его для производства товаров.
241
В нашу модель капитализма встроен ряд элементов, которые
тесно связаны с его историческим развитием. Одним из таких эле-
ментов является накопление больших объемов богатства, кото-
рые могут быть направлены на производственные цели. Однако
одних крупных сумм денег для этого недостаточно. Необходима
также индустриализация. До промышленной революции не было
капитализма. Вот почему в качестве обязательного элемента на-
шей модели выступает крупномасштабная индустриализация.
Между тем ни наличие богатства для производственных це-
лей, ни крупномасштабная индустриализация не являются уни-
кальными особенностями капитализма. Любому большому со-
временному обществу, независимо от того, какая в нем принята
экономическая система, необходимо и то и другое. Но индустри-
ализации присущи и определенные проблемы, одна из кото-
рых - это загрязнение окружающей среды. Индустриализация
связана с использованием машин, которые в случае аварии мо-
гут оказаться опасными. Кроме того, машины изнашиваются,
устаревают и требуют замены. Для индустриализации харак-
терно довольно глубокое разделение труда. Одни работы при эф-
фективном использовании машин монотонны и однообразны;
другие требуют большой специализации и обучения рабочих.
Все эти аспекты и функции капитализма свойственны не только
капитализму. Всякое индустриальное общество сталкивается с
этими потенциальными проблемами и трудностями. Но индуст-
риализация обладает также и определенными преимуществами,
крупнейшее из которых заключается в том, что она умножает
производительную способность человека и тем самым позволяет
производить гораздо большее количество товаров, что без роста
производительности было бы невозможно.
Модель классического капитализма включает индустриали-
зацию и капитал. Она не объясняет, откуда взялся капитал и
как он создавался. Поскольку модель является не изложением
исторических событий, а аналитическим инструментом, нали-
чие капитала дано, оно служит предпосылкой построения моде-
ли капитализма. То же самое верно и в отношении других совре-
менных экономических систем, включающих капитал и индус-
триализацию. Но каково происхождение капитала, действую-
щего в этой системе?
242
Вопрос о том, как был первоначально накоплен капитал, а
также о том, как он возрастает в экономической системе, подни-
мает нравственные проблемы. Хотя с моральных позиций мож-
но изучать совершающиеся процессы внутри модели системы,
но исследовать процесс предшествующего образования и накоп-
ления капитала невозможно, поскольку модель уже предпола-
гает наличие такого капитала, а процесс образования и накопле-
ния капитала не входит в состав модели.
Частная собственность на средства производства
< Иногда утверждают, что частная собственность на средства
производства составляет отличительную особенность капита-
лизма. Однако она является такой его особенностью лишь в со-
четании с первым и третьим компонентами модели. В рабовла-
дельческом обществе или в феодальном обществе также может
существовать частная собственность на средства производства.
Характерная черта капитализма состоит в том, что ему присуща
частная собственность на средства крупного промышленного
производства.
Частную собственность на средства производства не следует
смешивать с частной собственностью на имущество. Например,
личное имущество может и в социалистической экономике быть
в частной собственности. Личной собственностью владеет инди-
видуум, и она обычно не используется для производства това-
ров, хотя инструменты, составляющие личную собственность,
для этого могут использоваться. Но инструменты, находящиеся
в личной собственности, не являются преобладающим видом
орудий производства при капитализме. Говоря о частной собст-
венности на средства производства, мы имеем в виду частную
собственность на фабрики, заводы, корпорации и другие пред-
приятия, средства транспорт# и связи, сырье и крупные земель-
ные площади, на которых ведется товарное сельскохозяйствен-
ное производство.
Частная собственность в данной модели противопоставляется
общественной или государственной собственности. Существует
ряд трудностей, которых можно избежать путем четкого опреде-
ления компонентов нашей модели. Некоторые авторы утверж-
дают, что существует вариант капитализма, называемый госу-
243
дарственным капитализмом, при котором государство прини-
мает на себя все функции, обычно свойственные частнымсобст-
венникам в негосударственно-капиталистической системе.
Здесь, для наших целей, государственный капитализм пред-
ставляет собой совсем иную модель. В нашей модели собствен-
ность в руках государства не является частной собственностью;
частная собственность противоположна государственной собст-
венности. Частная собственность противоположна также обще-
ственной собственности; но частную собственность не следует
противопоставлять публичной (групповой) собственности. Фир-
мой может владеть отдельный человек или небольшая группа
людей. Такая собственность - это частная собственность. Одна-
ко фирмой могут владеть и много людей, из которых каждому
принадлежит небольшая ее часть в виде акций, т.е. долей ее соб-
ственности. Владельцами акций могут быть индивидуумы, или,
быть может, другие фирмы, или группы, инвестирующие свои
пенсионные фонды, и т.д. Такие фирмы, акции которых пуб-
лично продаются и покупаются, составляют публичную (груп-
повую) собственность. Но поскольку акции членов такой груп-
пы являются их частной собственностью, такие фирмы также
составляют частную собственность. В нашем исследовании под
общественной собственностью понимается собственность всех
членов общества вообще, поскольку они являются членами дан-
ного общества. Кооперативы или фирмы, находящиеся во вла-
дении рабочих, здесь нами признаются частной собственностью,
но, поскольку они представляют собой второй компонент част-
ной собственности, мы рассматриваем их как маргинальный
случай; они не образуют господствующую форму собственности.
Вторая характерная для капитализма черта частной собст-
венности состоит в том, что не все владеют средствами производ-
ства. Большинство людей в нашей модели капитализма индиви-
дуально не владеют используемыми ими средствами производ-
ства; их нанимают другие люди, и они работают за заработную
плату. Для огромного большинства людей в нашей капиталис-
тической модели главным источником дохода служит заработ-
ная плата. Рабочие продают свой труд, чтобы заработать деньги
на поддержание собственной жизни и жизни своих семей и что-
бы приобретать на свой доход, остающийся после уплаты нало-
244
гов, еще другие товары, помимо самых необходимых средств су-
ществования.
В нашей модели частная собственность сочетается с управле-
нием фирмами как их собственниками, так и специалистами.
Фирма, составляющая частную собственность, может управ-
ляться ее владельцами. Последние могут одновременно и вла-
деть и управлять компанией или предприятием. Однако вла-
дельцы могут также нанимать профессиональных менеджеров
для управления их предприятиями. Отделение собственности от
управления порождает особые проблемы нравственного харак-
тера. Но, рассматривая эту модель в целом, не следует выносить
по этому вопросу окончательных и поспешных суждений. Если
для аналитических целей полезней различать эти две формы уп-
равления, можно просто применить две модели. В одной собст-
венность и управление совмещаются, в другой они действуют
раздельно. Наша модель представляет собой третий вид, вклю-
чающий обе предыдущие.
С частной собственностью на средства производства связан
ряд нравственных проблем. Одна из них заключается в следую-
щем: нравственна ли сама по себе частная собственность на сред-
ства производства? Иногда спрашивают, по какому праву неко-
торые люди индивидуально или коллективно заявляют свое
право на естественные ресурсы? Земной шар - это обиталище
всего человечества. Его богатства - уголь, железо, медь, нефть и
все другие ресурсы - должны быть доступны всем и использо-
ваться на благо всех. Справедливо ли, что некоторые люди про-
сто в силу того, что им или их предкам довелось поселиться в
данном районе, присваивают себе исключительное право на ре-
сурсы этого района? Подобные вопросы образуют один из эле-
ментов нравственного анализа частной собственности.
Вторая группа вопросов, касающихся частной собственнос-
ти, связана с общественным характером знаний и культуры.
Каждый народ наследует накопленный запас знаний - как изго-
товлять железо и стекло или как изготовлять машины и инстру-
менты и т.д. Промышленность основывается на огромном запа-
се накопленной информации и ноу-хау, изобретений и откры-
тий, которые не являются собственностью отдельных лиц, по-
скольку они представляют собой плод общественного труда.
245
Способы производства также носят общественный характер. Ни
один человек не строит автомобили сам или с помощью откры-
тий, которые он лично сам сделал. Частная собственность ис-
пользует для своей выгоды то, что создало все общество. Зна-
ния, технологии, производственные процессы - все это вырабо-
тано обществом. По какому праву они присваиваются отдельны-
ми лицами и используются к выгоде отдельных лиц, а не всего
общества?
Третья группа вопросов относится в нашей модели к рабо-
чим. В рассматриваемой здесь капиталистической модели гро-
мадное большинство людей не владеет средствами производст-
ва, а зарабатывает на жизнь, трудясь на других. Их средства к
существованию зависят от других. По какому праву одни люди
имеют такую власть над жизнью и смертью других? Рабочие от-
дают свой труд за заработную плату. А что составляет честную
или справедливую заработную плату? Что есть эксплуатация?
Если товары обмениваются по своей реальной стоимости, то не
является ли источником прибыли владельца частной собствен-
ности обкрадывание рабочих путем невыплаты им того, что им
причитается? Как должны строиться отношения между собст-
венником и рабочим? Мы уже убедились в том, что отношения
между рабом и его хозяином аморальны. А каков моральный
статус отношения между собственником и рабочим?
Система свободного рынка
Третья характерная черта нашей капиталистической моде-
ли - это свободная, конкурентная рыночная система. Система
рыночного типа может сочетаться с другими видами экономиче-
ских моделей. В нашей модели система свободного рынка высту-
пает как господствующий механизм.
Свободным является такой рынок, который не контролирует-
ся ни государством, ни какой-либо небольшой группой лиц. На
свободном рынке государство
• не устанавливает цены на товары;
• не устанавливает заработную плату;
• не контролирует производство.
246
Отсутствие государственного контроля и вмешательства со-
четается с отсутствием контроля со стороны любой небольшой
группы лиц. Это означает отсутствие монополий (т.е. исключи-
тельной собственности или контроля над предложением това-
ров) и монопсоний (исключительного контроля со стороны спро-
са, т.е. наличия на рынке только одного покупателя).
Цены и заработная плата устанавливаются в нашей модели
механизмом рынка. Они являются результатом взаимодействия
предложения и спроса. Квалифицированный труд, когда его
предложение ограниченно, обеспечит более высокую заработ-
ную плату, чем когда его предложение велико. Вообще, предло-
жение неквалифицированной рабочей силы больше, чем квали-
фицированной, а последняя оплачивается выше. Цены также
устанавливаются предложением и спросом.
Конкуренция выступает как второй необходимый компонент
нашей модели. Свободная конкуренция означает возможность
для всех желающих принять участие в рыночной структуре в
качестве покупателей или продавцов. Доступ на рынок при этом
не ограничивается никакой властью, правительством или груп-
пой лиц. Свободная конкуренция отчасти приводится в движе-
ние мотивом прибыли. Конкуренция поощряет многих людей
производить товары, на которые спрос велик, поскольку имеет-
ся емкий рынок на такие товары. Покупатели предпочитают
платить менее высокие цены за товары одинакового качества, а
поэтому конкуренция стимулирует у предпринимателей эффек-
тивность производства и побуждает конкурирующие фирмы
снижать цены, чтобы завоевать большую долю рынка.
В-третьих, чтобы инвесторы могли, даже с риском, добивать-
ся больших доходов от своих вложений, ресурсы должны иметь
возможность свободно передвигаться внутри системы на те ее
участки, где они принесут наибольшую отдачу. Это относится и
к природным ресурсам, и к капиталу, и к рабочей силе. Рабочие
вольны по собственному усмотрению выбирать себе вид занято-
сти, добиваться таких заработков, на которые они способны.
В нашей модели система свободного рынка отличается рядом
достоинств. Она поощряет эффективность - эффективное произ-
водство и эффективное использование ресурсов. И что даже еще
важнее, она высоко ценит свободу. Любой индивидуум волен в
247
рамках этой системы принимать свое решение в каждой сделке,
которую он заключает. Конкуренция стимулирует снижение
стоимости товаров для потребителей, которые, решая вопрос о
том, как расходовать свои деньги, тем самым определяют, что
должно быть произведено. Рынок диктует не производить то,
что не продается, и производить то, на что есть спрос. На изме-
нение спроса рыночный механизм реагирует поощрением соот-
ветствующих изменений в распределении капитала и ресурсов.
Рабочие свободны договариваться об условиях найма и о роде
работы, которую им предстоит выполнять. Если условия, на ко-
торых заключается каждая отдельная сделка, справедливы,
каждая сторона свободно вступает в такую сделку, чтобы до-
биться собственной выгоды и собственных целей. Все при этом
выгадывают.
При анализе свободно-рыночной системы возникает много
нравственных вопросов. Каждая сделка, в которую вступают
люди, должна быть честной и свободной. Из чего складывается
честность? Чтобы сделка была свободной, каковы должны быть
ее предпосылки? Одно из условий честности заключается в том,
что оба участника сделки должны обладать необходимыми зна-
ниями по существу дела. Лишь в том случае, если обе стороны
знают, что они делают, они способны правильно оценить усло-
вия сделки. Образует ли девиз caveat emptor («покупатель, будь
осмотрителен») часть нашей системы? Означает ли свобода
сделки возможность того, что одна сторона может поставить в
невыгодное положение другую сторону или что одна сторона мо-
жет получить преимущество над другой? Если честность состав-
ляет неотъемлемый элемент системы, тогда в системе допуска-
ются лишь честные сделки. Однако эффективность или инициа-
тива, готовность рисковать или какие-то иные качества вполне
способны дать одной стороне преимущество над другой. Может
ли рабочий свободно заключить договор о заработной плате, ес-
ли, кроме голодной смерти, у него нет другой альтернативы, как
согласиться с предложенной заработной платой? Действуя ин-
дивидуально, вступают ли потребители в сделки на равных ос-
нованиях с крупными корпорациями?
Кроме вопросов о честности и свободе сделок, люди задаются
также вопросом, а что с моральной точки зрения делает с ними
248
конкуренция. Поступает ли она с ними как с самоценностью?
Не подрывает ли она их склонность быть полезными для дру-
гих? Не разделяет ли она их на противостоящие друг другу
классы и группы? Не препятствует ли она общественному со-
трудничеству? Не делает ли конкуренция людей эгоистичными,
своекорыстными, скаредными, не желающими считаться с дру-
гими?
Присущи ли рынку естественные тенденции, толкающие его
к монополии или поощряющие людей добиваться несправедли-
вых преимуществ с целью повысить свои шансы на успех? А ес-
ли такие силы существуют, то можно ли их устранить в рамках
самой системы или для этого требуется воздействие других сил,
например политической и юридической системы, с которой со-
четается свободно-рыночная модель?
Капитализм и государство
Структурным компонентам капитализма и конечным резуль-
татам, достигаемым в капиталистическом обществе, можно
дать моральную оценку, но пытаться делать это в вакууме было
бы нереалистично, так как капитализм всегда гнездится в ка-
кой-то культурной и политической среде. Основа для определе-
ния допустимых с этической точки зрения отношений между
бизнесом и государством кроется в самих целях государства и
бизнеса и в условиях, необходимых обоим для морального оп-
равдания их деятельности. Тем не менее границы, которые мо-
раль устанавливает для отношения «бизнес—государство», до-
вольно подвижны, чтобы допустить существование множества
разных типов государств, действующих в богатых и бедных об-
ществах с просвещенным и непросвещенным населением и со
множеством разного рода предприятий. Нельзя сколько-нибудь
плодотворно рассматривать вопрос о связи между предприятия-
ми и государством абстрактно, поскольку существует слишком
много факторов, которые следует принимать в расчет при ана-
лизе этой связи. Тем не менее истории известны по крайней ме-
ре шесть типов отношений между государством и капитализ-
мом, которые позволяют построить шесть вариантов нашей ос-
новной модели капитализма. В любом данном обществе может
249
существовать сочетание нескольких моделей капитализма. Раз-
дельное рассмотрение каждой из указанных шести моделей по-
может внести некоторую ясность в отношения между бизнесом
и государством.
1. Первый вариант - это модель капитализма laissez-faire, ка-
питализма, свободного от государственного вмешательства. Это
тот вариант основной модели капитализма, который отстаивали
либералы XIX в. Сегодня его в Соединенных Штатах отстаивают
либертарианцы и некоторые анархисты правого толка1. По их
мнению, надлежащая функция государства заключается в том,
чтобы сохранять мир (а отсюда защищать бизнес от внешних и
внутренних угроз) и разрешать споры между участниками эко-
номических сделок. Только эти функции и образуют морально
оправданные виды деятельности государства. Ни налогообложе-
ние, ни разного рода правительственное регулирование бизнеса
не имеют морального оправдания. Возникающая таким образом
модель подразумевает, что, по словам Адама Смита, некая «не-
видимая рука» сделает индивидуальные сделки, заключаемые с
целью получения личной выгоды, более полезными для общест-
ва в целом, чем любая попытка непосредственно приносить
пользу обществу. Чтобы быть морально оправданной, эта мо-
дель допускает также, что конкурирующие предприятия будут
действовать в рамках морали, а в тех случаях, когда они будут
нарушать моральные нормы, сам рыночный механизм станет
действовать как корректирующий инструмент.
Эта модель, однако, имеет серьезные недостатки. Она не при-
нимает в достаточной степени в расчет благо общества в целом,
попросту противопоставляя его благу тех, кто вступает в эконо-
мические сделки. Существует также много данных, свидетель-
ствующих против изложенных выше двух допущений. Следова-
тельно, чтобы система, основывающаяся на этом варианте моде-
ли, была морально оправданной, она должна надлежащим обра-
зом ответить на вопрос о том, как члены общества, которые не
1 Обоснование этой модели см. в: Murray Rothbard. For a New Liberty. 3rd. ed.
(San Francisco: Fox & Wilkes, 1985); Robert Nozick. Anarchy, State, and Utopia
(New York: Basic Books, 1974).
250
могут участвовать в экономической деятельности, будут полу-
чать хотя бы самые необходимые средства к существованию и
как можно экономическую деятельность вести справедливо и
честно, несмотря на искушения и тенденции применять в ней
прибыльные, нечестные методы.
2. Вторая модель изображает государство в качестве защитни-
ка капиталистов за счет других членов общества. При этом вари-
анте модели, если государством фактически не руководит весь
капиталистический класс, им руководят его представители, пре-
следующие выгоды капиталистического класса. Согласно этой
концепции, функция государства заключается в защите корыст-
ных интересов собственников средств производства вопреки ин-
тересам рабочего класса. Правительство защищает прибыли, ус-
танавливает, что рабочим позволительно делать и чтб им делать
не позволено, облагает предприятия более низким налогом, чем
рабочих, гарантирует прибыль посредством правительственных
субсидий и контрактов и принимает любые другие меры, направ-
ленные на обеспечение выгоды бизнеса. В ряде случаев посты
членов правительства занимают сами предприниматели. Незави-
симо от того, реализуется ли она или нет, целью правительства
является способствование интересам бизнеса - часто крупного
бизнеса - за счет интересов остальной части общества.
Марксистские критики утверждают, что при капитализме в
этом и состоит отношение «государство—бизнес» вопреки ста-
раниям этих двух групп как-то закамуфлировать такое отноше-
ние. Если правительство действительно строит свою деятель-
ность по описанной схеме, его политика по отношению к бизне-
су не может быть морально оправданной. Надлежащая функция
легитимного правительства состоит именно в том, чтобы способ-
ствовать интересам всех членов общества. Защищать и поддер-
живать одних за счет других - это отступление от его главной
цели.
Рассматриваемый вариант модели, несомненно, реализуется
на практике некоторыми правительствами в каких-то капита-
листических обществах. Однако любой сторонник концепции
моральной оправданности .капитализма должен быть способен
доказать, что охарактеризованное выше отношение «государст-
во—бизнес» не является господствующим в обществе.
251
3. Третий вариант модели - государственный протекцио-
низм. Согласно этой модели, настоящая функция государства
состоит в том, чтобы помогать бизнесу, защищая его от ино-
странной конкуренции путем введения квот, импортных пош-
лин или других аналогичных мер. Функция государства состоит
также в том, чтобы иногда, когда какие-либо отрасли экономи-
ки переживают трудности, оказывать им финансовую помощь.
С моральной точки зрения рациональной основой такой прави-
тельственной деятельности служит то обстоятельство, что ука-
занные отрасли приносят обществу пользу, производя товары и
обеспечивая занятость или же - во время войны - способствуя
сохранению независимости. Поэтому вполне естественно для го-
сударства оказывать таким отраслям помощь. Хотя одобрение
этой деятельности государства представляется правомерным,
она вполне морально оправданна лишь в том случае, если члены
общества действительно получают от нее пользу и если они не
становятся жертвами отраслей, защищенных от конкуренции,
к выгоде тех, кто владеет этими отраслями. Однако такой ответ
отражает точку зрения лишь того общества, чьи отрасли оказа-
лись защищенными, и игнорирует последствия такого протек-
ционизма для других стран и народов.
4. Четвертый вариант модели возлагает на государство ряд
разных обязанностей по отношению к бизнесу, причем все эти
задачи ориентированы на защиту общих интересов граждан. Од-
на из них заключается в том, чтобы обеспечивать честность кон-
куренции и соблюдение всеми предприятиями одних и тех же
правил деятельности, установленных законом. По этому вари-
анту модели государство занимается определением правил
функционирования капиталистической системы, выступает в
роли третейского судьи по отношению к участникам системы.
Оно также мобилизует - посредством налогов - деньги, необхо-
димые для обеспечения обществу таких благ, как дороги и шко-
лы. Кроме того, государство берет на себя обязанность заботить-
ся о нуждающихся, о тех, кто не в состоянии участвовать в эко-
номической деятельности и кого классическая экономическая
модель вовсе игнорирует.
Каждый из этих видов деятельности требует морального
обоснования. Все они носят вполне легитимный характер и по-
252
лучили широкое признание. Трудным, однако, остается вопрос
о том, как определить степень соответствия фактических дейст-
вий правительства моральным принципам - как на деле, так и в
их внешнем восприятии.
5. В пятом варианте модели государство и бизнес сотруднича-
ют во имя блага и бизнеса и общества в целом. Правительство
выступает здесь не только в роли внешнего арбитра, но также и
в роли действующего внутри системы помощника. Лучший при-
мер такой модели демонстрирует нам современная Япония. Дей-
ствующая там модель прямо признает пользу общества как ис-
тинную нравственную цель и бизнеса, и государства; здесь оба
института действуют совместно во имя достижения этой цели.
Модель допускает острую конкуренцию внутри всех отраслей,
она позволяет добиваться высокой эффективности и техничес-
кого прогресса. Она позволяет предприятиям обанкротиться в
результате конкуренции. Но государство оказывает поддержку
преуспевающим крупным предприятиям, в чьем успехе оно
усматривает тесную связь с общим благосостоянием общества в
целом. В этой модели надлежащая задача государства в его от-
ношениях с бизнесом заключается в том, чтобы помогать преус-
певающим предприятиям, особенно в области развития экспор-
та и в обеспечении внешней конкурентоспособности. Такое со-
трудничество бизнеса и государства, когда оно действительно
приносит пользу всем членам общества, вполне совместимо с ле-
гитимными целями как правительства, так и бизнеса. Насколь-
ко справедливо такое сотрудничество по отношению к междуна-
родной конкуренции, зависит от того, как себе представлять эту
конкуренцию и международную систему, в которой она реали-
зуется.
6. Шестой вариант модели тесно примыкает к социализму.
Он допускает, чтобы государство принимало на себя руководст-
во теми отраслями, которыми частное предпринимательство не
в состоянии успешно управлять, или теми отраслями, где кон-
куренция оказывается неэффективной, где первостепенную
роль играет массовое производство или где неизбежно коорди-
нирование деятельности некоторых отраслей хозяйства. Напри-
мер, государство часто управляет транспортной системой, при-
чем зачастую неся убытки. Оно может управлять телефонной и
253
телеграфной сетью, иногда радио, телевидением, другими сис-
темами средств связи и т.д. Это совместимо с существованием
других отраслей в частных руках, это совместимо также с тем,
что государство применяет по отношению к указанным отрас-
лям иные подходы. Нет оснований полагать, что государство,
управляющее отраслью, должно быть более нравственным или
безнравственным, чем частные предприниматели. Имеет значе-
ние лишь то, как осуществляется на деле такое управление.
Все шесть моделей иллюстрируют возможные и реальные от-
ношения между государством и бизнесом в рамках капиталис-
тической системы. Что именно государство с полным основани-
ем позволяет или запрещает, в разных обстоятельствах зависит
от множества факторов. В богатой стране, где уровень жизни ра-
бочих довольно высок и где бизнес занимает весьма прочные по-
зиции, правительство имеет моральное право требовать созда-
ния на предприятиях лучших условий труда, чем это возможно
в бедной стране, где прибыль предприятий держится на нижнем
пределе. Этот общий принцип применим во всех случаях: госу-
дарству надлежит защищать рабочего от несправедливости i^.
эксплуатации. Но как именно он реализуется на практике, зави-
сит от многих специфических аспектов конкретной социальной
и экономической ситуации. Когда основные условия охраны
труда рабочих уже созданы, вполне резонно задаться, напри-
мер, вопросом о том, принесет ли в долговременном плане требо-
вание об установке еще одного защитного устройства больше
пользы или больше вреда обществу в целом. То же самое спра-
ведливо и в отношении потребителей. Разумные, нравственные
люди могут придерживаться разных взглядов на то, какие
именно масштабы государственного регулирования и какой
именно вид регулирования морально оправданны в той или
иной специфической ситуации. Равным образом разумные,
нравственные люди могут выражать сомнения относительно
обоснованности отношений между государством и бизнесом,
хотя многие формы этих отношений могут считаться вполне
оправданными.
В 1991 г. коммунистический режим в Советском Союзе был
свергнут, а составлявшие СССР государства стали независимы-
ми. История перехода крупнейшего из этих государств, России,
254
к чему-то приближающемуся к системе свободного предприни-
мательства, или капитализму, весьма поучительна. К 1998 г.,
хотя многие из крупнейших предприятий все еще оставались в
государственной собственности и хотя земля еще не была прива-
тизирована, большое число предприятий уже было приватизи-
ровано, а страна стала пытаться создавать систему свободной
рыночной экономики.
Однако одна из трудностей при этом заключалась в том, что
лидеры страны осуществляли приватизацию и экономические
реформы без предварительного или одновременного создания
государственного механизма, необходимого для обеспечения ус-
пешного функционирования свободного предпринимательства.
Во всяком случае, для успешного функционирования капита-
лизма необходимо, чтобы государство обеспечивало обязатель-
ное соблюдение условий контрактов, защиту частной собствен-
ности, разрешение конфликтов в области экономики так же,
как и в других сферах жизни. В переходный период Россия ока-
залась не готова к осуществлению ни одной из этих форм дея-
тельности государства1.
Одним из результатов этого явились жалобы на несправедли-
вость или нечестность в осуществлении приватизации государ-
ственных предприятий. Другим результатом стали жалобы на
то, что прежние правительственные чиновники и руководители
предприятий оказались в привилегированном положении и ис-
пользовали переходный период для собственного обогащения
путем применения коррумпированной практики. Третий ре-
зультат состоял в образовании криминального элемента, про-
званного «мафией», который обложил данью возникающие мел-
кие предприятия под предлогом обеспечения их защиты.
Все это некоторые комментаторы оправдывали просто тем,
что, мол, исторически капитализм проходил через такую ста-
дию и что страны, вводящие у себя капитализм, также должны
ее пережить. В этом утверждении отсутствует признание того
1 Характеристику переходного периода в России см. в кн.: Joseph R. Blasi, Maya
Kroumova, Douglas Kruse. Kremlin Capitalism: Privatizing the Russian
Economy (Ithaca and London: Cornell University Press, 1997).
255
обстоятельства, что общества могут учиться на опыте других об-
ществ и на опыте истории. Коррупция и несправедливость не яв-
ляются неизбежным элементом капиталистической системы,
оба эти фактора подрывают нормальное функционирование та-
кой системы. Урок, который преподала нам история и который
подтвержден российским опытом, заключается в том, что госу-
дарство непременно должно играть определенную роль в любой
капиталистической модели или системе.
Социалистическая модель
Не существует классической модели социализма, изобража-
ющей чисто экономическую систему. Исторически сложилось
так, что мы наблюдаем ряд очень разных обществ, которые яв-
ляются, или называются, социалистическими. Поскольку соци-
ализм предполагает преобладание государственной собственнос-
ти, очень трудно, если вообще возможно, отделить социализм
как экономическую систему от социализма как политической
системы. Вместе с тем социализм не следует идентифицировать
или путать с коммунизмом. Коммунизм, как экономическая си-
стема, никогда не был реализован, хотя некоторые страны, как,
например, бывший Советский Союз, и утверждали, что создают
такую экономическую систему. До 1989 г. в Советском Союзе и
многих странах Восточной Европы действовали экономические
системы социалистического типа. В этих странах социализм
был тесно связан с существованием авторитарных прави-
тельств, какие и сегодня действуют в Китае и на Кубе. Но тот
вид социализма, какой функционирует в этих странах, не явля-
ется единственным видом социализма, и, естественно, не следу-
ет все типы социализма сваливать в одну кучу1.
Частичную, неполную модель социализма, изображающую
социализм в виде экономической системы, можно охарактери-
зовать тремя признаками, каждый из которых в какой-то мере
параллелен компонентам нашей модели капитализма. Перечис-
1 Например, современную аргументацию в защиту концепции неавторитарного
социализма см. в кн.: Michael Harrington. Socialism: Past and Future (New York:
NAL—Dutton, 1992).
256
лим их: индустриальная база, общественная собственность на
средства производства и централизованное планирование. Это
лишь одна из многих моделей; она не изображает все социалис-
тические общества, но она отчасти изображает некоторые из ис-
торически наиболее значительных.
Индустриальная база
Социализм как новейший феномен появился на историчес-
кой арене позднее, чем капитализм. В трудах Маркса он пред-
ставлен в качестве стадии, следующей за стадией капитализма.
Французские социалисты XIX в. видели в нем альтернативу ка-
питализму. Можно говорить о социализме в аграрном обществе,
но модель, которую мы здесь используем, изображает социа-
лизм лишь в индустриальных обществах. Это означает, что там
главной формой производства является промышленное произ-
водство. Поэтому социалистические хозяйства должны сталки-
ваться с теми же проблемами индустриализации, с какими стал-
киваются капиталистические экономики. Индустриализация
несет с собой проблемы отходов и загрязнения окружающей сре-
ды, с которыми надо справиться. Одни проблемы решаются так
же, как и при капитализме, решения других могут быть иными.
Недовольство рабочих, тягость и монотонность труда и другие
проблемы, порождаемые производственным процессом, специа-
лизацией и разделением труда, — это проблемы, которые при-
ходится решать как в социалистической, так и в капиталисти-
ческой экономике.
Общественная собственность
на средства производства
Общественную собственность на средства производства чаще
всего упоминают в качестве специфической черты социалисти-
ческой экономики. Такая общественная собственность не отвер-
гает частную собственность на предметы личного потребления;
личная собственность совместима с социализмом. В нашей мо-
дели общественная собственность может выступать либо в фор-
ме государственной, либо в форме (коллективной) собственнос-
ти рабочих. Можно построить модель, в которой фигурирует
лишь государственная собственность либо только (коллектив-
257
ная) собственность рабочих. Вполне допустимо также сочетание
в нашей модели этих двух форм собственности. Общественная
собственность в том смысле, что средствами производства владе-
ет весь народ, в нашу модель не входит. Причина ее исключения
из модели заключается в том, что нет (и не было) социалистиче-
ского общества, которому можно было бы приписать наличие
такой формы собственности. Неясно также ни то, что собствен-
но означает такая форма собственности, ни то, как бы она могла
функционировать в масштабе целого общества. Государствен-
ная собственность предполагает управление ею правительством.
Правительство страны может, конечно, представлять народ, оно
может действовать от его имени, но правительство, даже если
оно законное, — это не народ.
Центральная нравственная проблема социализма - отноше-
ние государства к народу. Государство выступает работодателем
для всех. Возможно ли, чтобы государство платило людям мень-
ше стоимости того, что они произвели? Возможно ли, чтобы госу-
дарство проявляло несправедливость в распределении благ и от-
давало предпочтение одним за счет других? Совершенно очевид-
но, что все это может иметь место. Государственная собствен-
ность не служит препятствием для подобных явлений. Равенство
возможностей при этом отнюдь не гарантируется, как не обяза-
тельно исполнение желаний людей или стремление с ними серь-
езно считаться. С другой стороны, возможно, что их желания се-
рьезно учитываются, что об их нуждах проявляется забота, что с
ними могут обращаться честно и справедливо. Однако нет ника-
кой гарантии, что государственная собственность обязательно
приведет к созданию такого общества, если мы эти добродетели
не встроим в саму систему. Трудность включения таких досто-
инств в модель заключается в том, что такая модель непримени-
ма к реальному обществу, если эти достоинства еще не существу-
ют. Социализм в виде модели часто изображают именно с такими
встроенными в нее преимуществами; однако наша модель при-
держивается на этот счет нейтральной позиции.
Собственность рабочих - это относительно новое явление и
обычно в известной степени сочетается с государственной собст-
венностью. Собственность рабочих сравнима с собственностью
кооператоров. Что их различает - так это вся система, или мо-
258
дель, в которой они существуют. Если, например, все фабрики
составляют собственность рабочих, то функционируют ли они в
условиях конкуренции или нет? Следует ли рассматривать кон-
курирующие между собой фабрики, принадлежащие рабочим,
как составную часть социализма или нет? Поскольку существо-
вание фабрик в собственности рабочих возможно и при капита-
лизме, разница между этим компонентом социалистической мо-
дели и таким же компонентом капиталистической модели мо-
жет заключаться в том, что собственность рабочих при социа-
лизме представляет собой господствующую форму, а не допол-
нительную.
Централизованное планирование
Централизованное планирование образует необходимый эле-
мент нашей модели социализма, по крайней мере это относится
к отраслям тяжелой промышленности, к транспорту и связи. В
данной модели допустимо, конечно, и тотальное централизован-
ное планирование, но оно не является обязательным ее компо-
нентом. Без централизованного планирования, во всяком слу-
чае в важнейших секторах экономики, трудно было бы отли-
чить модель социализма от модели капитализма. Если бы, на-
пример, предприятиям, составляющим собственность рабочих,
было позволено свободно конкурировать на рынке ресурсов, ес-
ли бы они могли в условиях свободной конкуренции решать, что
и как им производить, они бы в большинстве своих черт сущест-
венно не отличались от аналогичных предприятий в капиталис-
тической модели.
Централизованное планирование подразумевает правитель-
ственное планирование. Именно правительство, как правило,
осуществляет планирование в социалистическом обществе. Эту
задачу может выполнять и какая-то другая группа лиц, но в ко-
нечном счете такая группа была бы равнозначна правительству.
Его функция заключается в распределении ресурсов и в управ-
лении производством ресурсов и товаров и их распределением. В
идеале его назначение состоит в том, чтобы покончить с анархи-
ей и расточительством рынка.
Централизованное планирование исключает многие - хотя и
не все - виды свободно-рыночных решений. Рынок может все
259
еще служить индикатором потребностей людей. Центральные
плановые органы могут принимать в расчет такого рода инфор-
мацию, как данные о неудовлетворенном спросе и о превыше-
нии предложения над спросом. Однако суть централизованного
планирования заключается в замене конкуренции. Отсюда сле-
дует, что конкурентные аспекты рынка также исключаются.
Чтобы система могла работать, центральным плановым органам
явно требуется огромный объем информации и много времени,
чтобы использовать эту информацию при принятии решений о
распределении ресурсов и о производстве и распределении това-
ров. Плановикам необходимо располагать какими-то способа-
ми, чтобы узнавать, каковы потребности людей и общества, а
также какими-то способами определять, каким товарам и по-
требностям следует отдавать приоритет. Обычно это требует на-
личия огромного правительственного аппарата, причем бюро-
кратического по своему характеру.
Может ли правительство располагать всеми сведениями, не-
обходимыми для успешного управления такой системой? Чем
более централизованным и всеобъемлющим является контроль,
тем труднее достигнуть успеха. Чем меньше отраслей, которы-
ми приходится управлять, тем вероятнее успех.
Сравнение моделей и систем
Хотя мы уже поставили некоторые нравственные проблемы,
кроющиеся в капиталистической и социалистической моделях,
мы все же не определили, является ли одна из них (или обе) по
своей природе безнравственной. Если бы анализ обнаружил, что
какая-то из этих моделей содержит структурные элементы, ко-
торые носят безнравственный характер, тогда система, описы-
ваемая моделью, оказалась бы аморальной. По мере того как мо-
дель материализуется в обществе, члены этого общества долж-
ны для себя уяснить, что необходимо сделать для устранения
выявленной безнравственности, какую иную систему можно
ввести и как наилучшим образом совершить эту перемену.
Мы еще не рассмотрели вопрос о том, как экономические мо-
дели переплетаются с политическими и правовыми системами.
Ослабляют ли определенные правовые и политические системы
260
негативные тенденции капитализма или социализма? Не служат
ли они помехой для позитивных тенденций? Можно ли комбина-
ции этих систем смоделировать и подвергнуть моральной оцен-
ке? Разумеется, особые случаи требуют и конкретного анализа.
Подходя абстрактно, поборники капитализма часто перечис-
ляют следующие его ценности: он поддерживает индивидуаль-
ную свободу; он поощряет и вознаграждает инициативу, инно-
вацию и готовность рисковать; он имеет своим результатом эф-
фективное производство множества товаров, повышение произ-
водительности общества и тем самым приносит пользу всем чле-
нам общества. Критикуют же капитализм за эксплуатацию ра-
бочих, за создание ложных потребностей, за расточительство ре-
сурсов, за допущение резкого неравенства.
Защитники социализма подчеркивают такие его свойства,
как равенство, социальная защищенность и отсутствие эксплуа-
тации. Большое неравенство богатства и дохода при социализме
уменьшается, хотя какие-то различия все же существуют. Рабо-
чим гарантируется занятость, и всем гарантируется попечение
об их повседневных нуждах - пища, кров, медицинская по-
мощь, одежда, образование. Отсутствие эксплуатации обуслов-
лено тем фактом, что ни один человек не нанимает на работу
других людей. Государство выступает главным, если не единст-
венным, работодателем, причем государство не эксплуатирует
рабочих с целью извлечения прибыли, как это склонны делать
частные работодатели. Отсутствие полного равенства, труднос-
ти с надлежащим распределением ресурсов и рынков, в целом
более низкая производительность - в той мере, в какой эти фак-
торы имеют место, — рассматриваются не как пороки самой си-
стемы, а как поддающиеся исправлению недостатки.
В течение XV столетия разные страны выбирали себе различ-
ные модели. Молодые государства Африки часто придержива-
лись модели социализма, принятой в Китае, т.е. преимущест-
венно сельскохозяйственной социалистической модели. Другие
страны избирали модель социализма, действующую в Совет-
ском Союзе. Некоторые решили следовать Швеции в качестве
социалистической модели. Другие же, например Япония после
Второй мировой войны, избрали в качестве образца систему,
действующую в США. В каждом случае экономические модели
261
сочетались с самыми разными политическими системами; их
принимали народы со своей особой историей и своими традици-
ями, располагающие своими особенными природными ресурса-
ми и имеющие своих особенных друзей и врагов в мире. Хотя
нравственные проблемы в каждом случае несколько различают-
ся, некоторые базисные проблемы носят общий для всех харак-
тер. Из этих проблем какие-то представляют собой функцию
экономических систем, в которых они решаются.
Экономические системы и справедливость
Нельзя быть нравственным и в то же время выбирать или одо-
брять экономическую систему, безнравственную в своей основе.
Но если мы допускаем, что существует больше чем одна эконо-
мическая система, которая по сути своей не аморальна, то нет
такого нравственного императива, который предписывает вы-
бор той, а не иной системы. Если же мы предположим, примера
ради, что ни капиталистическая, ни социалистическая модель
не является в основе своей аморальной, выбор одной из них вме-
сто другой подразумевает выбор одних определенных ценностей
вместо других. Комбинация свободы, социальной защищеннос-
ти и риска очень различается в этих двух моделях. Какая же
комбинация лучше с моральной точки зрения? Поскольку обе
модели не являются аморальными, любая из них, если она вы-
брана свободно, морально приемлема. Однако безнравственные
методы практической деятельности могут возникнуть в любой
из них. Если такие методы находят применение, их следует от-
вергать и, по возможности, искоренять. Каждое общество спо-
собно самосовершенствоваться и должно к этому стремиться.
Самого лучшего общества не существует.
Тем не менее любая экономическая система, равно как и вся-
кая политическая, должна в значительной мере воплощать в се-
бе справедливость. Распределительная справедливость, т.е.
справедливость в общественном распределении выгод и тягот,
часто расценивается как самый важный нравственный компо-
нент каждой экономической системы. Является ли справедли-
вость функцией любой системы? Существуют ли капиталисти-
ческое понятие справедливости и социалистическое понятие
262
справедливости, каждое свойственное своей системе? А не суще-
ствует ли вечная, нейтральная по отношению к системе, кон-
цепция справедливости, на основе которой можно было бы оце-
нить любую экономическую систему?
Выше, рассматривая справедливость, мы отмечали, что она
заключается в том, что следует воздавать каждому по заслугам,
со справедливым обращаться справедливо, а с несправедливым
соответственно. Мы видели также, что справедливость в распре-
делении благ, т.е. в зависимости от заслуг, может быть выраже-
на во множестве разных формулировок.
В капиталистической системе справедливость требует соблю-
дения принципа равных возможностей; она не требует равных
результатов. Наилучший способ определить, кто из бегунов са-
мый быстрый, — это обеспечить равные условия состязания для
всех бегунов. Кто-то придет к финишу первым, кто-то послед-
ним, а остальные в промежутке между ними. Капиталистичес-
кая система вознаграждает тех, кто рискует, а остальных нака-
зывает. Вот что значит идти на риск. Награда часто пропорцио-
нальна степени риска. Капитализм вознаграждает также ряд
других свойств человека - труд, инициативу, энергию, ум и то-
му подобные качества, находящие применение на свободном
рынке. Внутри системы одни могут быть удачливы, а другие
нет. Но пока существует равенство возможностей, пока вознаг-
раждения достаточны, чтобы генерировать производительную
деятельность, справедливость соблюдается. Если требуется
краткое определение, можно сказать, что каждому воздается со-
ответственно его вкладу в экономику. Можно сформулировать
следующий лозунг: «От каждого по его желанию участвовать в
экономической деятельности, каждому по его положительному
вкладу в эту деятельность».
В социалистической системе справедливость не сводится
только к равенству возможностей; она признает также пропор-
циональность в дифференциации вознаграждений. Она гаран-
тирует всем какое-то вознаграждение, но стремится ограничи-
вать объем вознаграждения, которое люди могут получать. Об-
щеизвестный лозунг, используемый для характеристики социа-
лизма, звучит так: «От каждого по способностям, каждому по
труду». Ленин, в числе других, указывал, что этот лозунг не
263
представляет собой общественный идеал. Общественным идеа-
лом, воплощающим справедливость, служит лозунг, характери-
зующий коммунизм: «От каждого по способностям, каждому по
потребностям».
Мы уже рассматривали выдвинутый Джоном Роулсом тезис,
согласно которому мы выбираем принципы справедливости,
пребывая в «царстве незнания». Выведенные в таких условиях
два принципа справедливости совместимы, утверждает Роулс,
как с капитализмом, так и с социализмом.
Совершенно очевидно, что концепция справедливости, про-
возглашающая принцип равенства результатов, оказывается
несовместимой с капитализмом; в свою очередь концепция
справедливости, требующая соблюдения принципа дифферен-
цированного вознаграждения в зависимости от заслуг, затрат
труда и вложенных средств, также оказывается несовместимой
с системой, декларирующей принцип равного вознаграждения.
Возможно множество формул справедливости, применимых к
разным обстоятельствам. Например, в состязаниях в беге неле-
по требовать, чтобы все участники заняли первое место. Когда
мы хотим провести такое состязание, почетное первое место
должно присуждаться тому, кто побеждает. Если нас интересу-
ет не скорость как таковая, а соблюдение и ряда других условий,
мы можем ввести такие показатели, как преодоление препятст-
вий, вес, рост, физическая подготовка и т.д. Но как только эти
критерии утверждены, мы все равно ожидаем победы одного из
участников состязания. Справедливость не противоречит веде-
нию состязания, не требует она также, чтобы победитель состя-
зания не получил своей награды. Однако она может по ряду при-
чин требовать, чтобы победителю не вручали определенные ви-
ды премий, а именно премий, не соответствующих тому, что со-
стязание - это игра или спорт. Но все же принцип справедливо-
сти здесь отличается от того ее принципа, который действует,
когда все бегуны бегут в равных условиях по одинаковой дорож-
ке или когда какие-то из них имеют гандикап.
Такой же подход применим по отношению к справедливости в
функционировании экономических систем и к справедливости
самих экономических систем. Единственного представления о
справедливости, которого следует придерживаться, не существу-
264
ет; имеется ряд разных ее формул, причем одна подходит для од-
ной цели и для одного рода деятельности, а другая применима к
другой ситуации и к другому роду деятельности. Каждую форму-
лу справедливости можно принять как формуprima facie, как до-
стоверную, если она ничем не опровергается. Если ее примене-
ние правомерно, ею следует пользоваться. Если же два или более
подхода кажутся пригодными и если при их применении они
взаимно противоречат друг другу, тогда следует определить, ка-
кие аргументы можно выдвинуть в пользу каждой из этих фор-
мул. Какие здесь заявлены несправедливости? Каково их соотно-
шение с другими заявленными несправедливостями? Существу-
ет ли какой-нибудь способ примирить разноречивые утвержде-
ния? Как обосновываются выдвигаемые утверждения? Какие до-
воды в данном конкретном случае наиболее убедительны?
Кое-кому решение может показаться неудовлетворитель-
ным, особенно тем, кто считает, что его концепция справедливо-
сти исчерпывающая, безупречная и безоговорочно применимая.
Но, сталкиваясь с противоположными утверждениями, мы в та-
ком случае можем решить спор, лишь подвергнув анализу эти
разные утверждения и выдвигаемые в их обоснование аргумен-
ты. Можно и не прийти к решению, которое всех удовлетворит,
и сам спор может оказаться незавершенным. Все это верно. Но
это вовсе не означает, что мы не должны продолжать свои уси-
лия по установлению справедливости в наших экономических
системах или что нам следует довольствоваться тем, что наша
собственная концепция справедливости представляет собой ис-
тину в последней инстанции. Мы должны быть постоянно гото-
вы признать несправедливость там, где мы прежде ее не осозна-
ли, и мы не должны уклоняться от того, чтобы, когда убедитель-
ные доводы этого требуют, пересмотреть суждение о справедли-
вости экономической системы, в которой мы живем.
Контрольные вопросы и задания
1. Какими двумя способам можно оценить нравственность эко-
номической системы?
265
2. Что означает подход на основе структурного анализа в оцен-
ке экономических систем? Проиллюстрируйте использова-
ние такого подхода.
3. Почему экономическая система, основанная на рабстве,
аморальна? Аморальна ли она как с позиций структурного
анализа, так и с позиции конечного результата? Оцените си-
стему, применяя два принципа справедливости Роулса.
4. Назовите некоторые страны, где действуют капиталистиче-
ские экономические системы. Имеют ли они все одинаковые
политические системы? Чем отличаются тоталитаристские
системы друг от друга?
5. Назовите некоторые страны, которые являются или были
преимущественно социалистическими по своим экономиче-
ским системам. Имеют ли они все одинаковые политичес-
кие системы? Чем отличаются тоталитаристские системы
друг от друга?
6. Чем отличаются современные социалистические системы от
советской модели?
7. Являются ли модели систем нравственными или амораль-
ными? Если да, то почему, если нет, то почему? Является ли
модель рабовладельческой системы аморальной?
8. Каковы три специфические определяющие черты модели
классического капитализма? Покажите, как эти черты про-
являются в ряде разных капиталистических обществ. Су-
ществует ли капиталистическое общество, не обладающее
этими тремя чертами?
9. Укажите различие между личной собственностью и частной
собственностью.
10. Что означает понятие «свободный рынок»? Может ли ры-
нок быть частично свободным?
11. Каковы три необходимые компоненты свободного рынка?
12. Как образуются цены в свободно-рыночной системе? Зара-
ботная плата?
13. Оправданна ли конкуренция морально? Если да, то почему,
если нет, то почему?
14. Каковы минимальные действия правительства, необходи-
мые для успешного функционирования капитализма?
266
15. Каковы три определяющие черты социалистической моде-
ли? Покажите, как эти черты проявляются в ряде разных
социалистических обществ. Существует ли социалистичес-
кое общество, не обладающее этими тремя чертами?
16. Что означает социалистическая собственность на средства
производства?
17. Почему централизованное планирование образует необхо-
димый компонент модели социализма?
18. Каковы ценности капитализма в определении его поборни-
ков?
19. Каковы ценности социализма в определении его поборни-
ков?
20. Одинаково ли действует справедливость при капитализме и
социализме?
21. Какие разные принципы и формулы справедливости мы об-
наруживаем в экономических системах?
22. Можно ли оправдать капитализм, пользуясь принципами
справедливости, которые сформулировал Роулс? Можно ли
таким же образом оправдать социализм? В каждом случае
дайте аргументацию, используя принципы Роулса.
23. Какая модель экономики - капиталистическая или социали-
стическая - предпочтительнее с нравственной точки зрения?
ГЛАВА 7
Американский капитализм:
моральный или аморальный?
Пример с Биллом Гейтсом
В 1980 г. Уильям Гейтс III покинул Гарвардский университет,
не окончив его. Казалось бы, чего можно было ожидать от недо-
учки? Между тем к 1993 г. в 37-летнем возрасте он уже стал глав-
ным директором-распорядителем компании «Майкрософт», вла-
дел активами в сумме 6,7 млрд, долл., большую часть которых
заработал в течение семи лет1. К 1999 г. стоимость пакета акций
фирмы «Майкрософт» превысила 50 млрд. долл. «Майкрософт»
была еще в младенческом возрасте, когда в 1980 г. корпорация
ИБМ поручила ей разработать операционную систему для своего
нового персонального компьютера. Созданный фирмой «Май-
крософт» продукт, MS-DOS, все еще занимает господствующее
положение среди действующих во всем мире операционных сис-
тем. Кроме того, компания «Майкрософт» разработала системы
Windows, Word, Excel и Internet Explorer и является теперь ве-
дущим в мире производителем средств программирования. В
1992 г. персонал компании насчитывал 11 500 человек. Хотя за-
работная плата работников «Майкрософт» ниже, чем у некото-
рых ее конкурентов, многие рабочие получают премиальные ак-
1 Подробнее о компании «Майкрософт» и Гейтсе см. в: The Billionaires List//
Fortune, June 28, 1993, p. 45; Robert Levering, Milton Moskowitz.
Microsoft//The 100 Best Companies to Work for in America (New York:
Doubleday, 1993), pp. 285—290; James Wallace, Jim Erickson. Hard Drive: Bill
Gates and the Making of the Microsoft Empire (New York: Wiley, 1992).
268
ции. В результате, по оценке одного аналитика, около одной пя-
той всех рабочих фирмы «Майкрософт» стали миллионерами, ес-
ли учесть стоимость акций, которыми они владеют.
Головокружительный взлет Билла Гейтса до положения,
быть может, богатейшего человека в США напоминает карьеру
героев Горацио Элджера и является отражением блеска капита-
лизма в Америке, где возможность подняться из грязи да в кня-
зи издавна признавалась американской мечтой. Гейтс заработал
свои миллиарды вполне законным путем и в рамках действую-
щей в США системы, соблюдая принципы нравственности. Вы-
двигались какие-то обвинения в нарушении антитрестовского
законодательства, но, по состоянию на 1998 г., никакие судеб-
ные дела против компании не возбуждались
Как может человек зарабатывать в среднем в год 2 млрд,
долл.? У некоторых людей этот факт порождает вопрос о строе-
нии самой системы. На самом деле жалованье Билла Гейтса
плюс премии составили в 1996 г. лишь 562 588 долл. - это зна-
чительно меньше, чем годовое вознаграждение многих других
высших менеджеров. Громадное увеличение его богатства про-
истекает из феноменального роста стоимости акций компании
«Майкрософт», причем от такого повышения их курса выгадал
также любой владелец акций «Майкрософт».
Оправданна ли морально система, допускающая, чтобы от-
дельные лица накапливали такое огромное богатство, тогда как
многие люди в стране живут ниже уровня бедности? Здесь воз-
никает вопрос о проблеме конечного результата.
Наиболее яростная атака на капитализм вообще исходит от
Карла Маркса, утверждавшего, что капиталистическая система
неизбежно предполагает эксплуатацию рабочих, которая явля-
ется основным способом извлечения прибыли преуспевающими
предпринимателями. Его аргументация - структурный ана-
лиз - весьма проста. Допустим, что вообще изделия или товары
обмениваются на изделия или товары равной стоимости. Могут,
правда, возникать и особые ситуации, когда дело обстоит иначе
(например, в условиях господства монополии). В целом, однако,
нет оснований считать, что кто-либо станет в свободно заключа-
емой сделке обменивать товар большей стоимости на товар
меньшей стоимости. Теперь введем деньги как средство обраще-
269
ния. Товары все еще продаются по их реальной стоимости. Отку-
да же в таком случае проистекает прибыль? Традиционный от-
вет - производитель включает определенный процент прибыли
в стоимость товара и таким образом устанавливает его конечную
цену - не состоятелен, поскольку, как утверждает Маркс, то,
что один выигрывает в качестве продавца, другой теряет в каче-
стве покупателя. Следовательно, товары продаются по их реаль-
ной стоимости, которая равна затратам рабочего времени на их
производство (включая, конечно, труд, необходимый для изго-
товления машин, производящих товары, и для добычи сырья
для этих машин и т.д.).
Если бы предметы продавались по их реальной стоимости, не
возникало бы никакой прибыли. Следовательно, существует не-
что такое, что должно продаваться по стоимости ниже реальной.
Согласно Марксу, это нечто представляет собой рабочую силу
человека. Поскольку рабочие вынуждены продавать свою рабо-
чую силу, чтобы выжить, они стараются продать ее по наилуч-
шей цене, которую за нее можно получить. Но работодатели не
станут нанимать рабочих, которым им придется выплачивать
эквивалент стоимости производимого рабочими продукта. А по-
чему, собственно, работодатели должны так поступать? Напро-
тив, они используют труд рабочих лишь в том случае, если мо-
гут платить им меньше стоимости производимого ими продукта.
Разница между стоимостью производимого ими продукта и пла-
той за их труд образует прибыль. Если вы хотите разбогатеть,
создайте фирму, которая имеет перспективу стать очень круп-
ной. Лишь когда она очень велика и использует труд многих лю-
дей, она способна зарабатывать крупные суммы денег. Если сто-
имость рабочей силы становится слишком высокой, перемести-
те свое производство туда, где она ниже. Чем меньше вы плати-
те рабочим, тем большую прибыль вы получаете, когда продаете
свой продукт. Формула Маркса, казалось бы, совпадает со схе-
мой деятельности большинства компаний.
Отсюда вытекает, что последователь Маркса придет к заклю-
чению, будто Уильям Гейтс достиг поразительного успеха либо
потому, что продукт фирмы Гейтса продается по цене, превыша-
ющей его стоимость (а это возможно, и этот аргумент служит ос-
новой для утверждений некоторых конкурентов Гейтса об уста-
270
новлении его компанией монополии на средства программиро-
вания типа MS-DOS), либо потому, что «Майкрософт» выручает
гораздо больше денег за свои продукты, чем платит своим рабо-
чим, которые являются единственным источником увеличения
стоимости этих продуктов. Согласно такому анализу, никакого
другого источника прибыли существовать не может. Разумеет-
ся, большая часть денег Гейтса вложена в акции компании
«Майкрософт» (его доля в этом пакете акций составляет 20,8%),
но курс акций отражает ту их стоимость, какую признает ры-
нок. «Майкрософт» может, конечно, хорошо обращаться со сво-
им персоналом, но это, по Марксу, уже не относится к делу точ-
но так же, как не относится к делу то, что рабовладелец хорошо
обращается со своими рабами.
Как же нам следует трактовать американский капитализм?
Американская экономическая система
С самого своего возникновения американский капитализм
рос, развивался и изменялся. Свести его к одной из охарактери-
зованных выше моделей было бы очень большим упрощением.
Несмотря на то что он продолжает содержать общие черты капи-
тализма, определяющее место в изменениях, происшедших в
американском капитализме, занимают его меняющиеся отно-
шения с государственным управлением, с правительством. Аме-
риканская экономическая система тесно связана с политичес-
кой, культурной и социальной системой Соединенных Штатов;
следовательно, адекватная моральная оценка их экономической
системы должна принимать во внимание эти связи. Поэтому ис-
следуемая нами американская экономическая модель должна
включать воздействующие на нее акции государства.
Государственное вмешательство образует составную часть аме-
риканской экономической системы; поэтому полное оправдание
всей политико-экономической системы США подразумевает и за-
щиту легитимности американской системы государственного уп-
равления. Однако здесь, для наших целей, достаточное мораль-
ное оправдание государственного вмешательства заключается в
том, что оно обеспечивает внутреннюю справедливость экономи-
ческой системы и что такое вмешательство имеет своей целью за-
271
щищать и повышать благосостояние управляемого правительст-
вом народа, не нарушая при этом никаких его основных прав и не
причиняя ему неправомерного ущерба. Если государственное
вмешательство приносит выгоду лишь лидерам страны, лишь чи-
новной бюрократии, лишь богатым или если оно приносит выго-
ды перечисленным группам за счет благосостояния всего населе-
ния, оно морально неоправданно. Для коррумпированного прави-
тельства, которое эксплуатирует свой собственный народ в целях
обогащения лидеров страны, может оказаться приемлемой как
капиталистическая, так и социалистическая система. В каждом
из этих случаев возникающую таким образом политико-экономи-
ческую систему можно подвергнуть моральному осуждению; от-
сюда, однако, не следует, что все капиталистические или социа-
листические системы являются в своей основе безнравственны-
ми. При оценке моральности американской экономической сис-
темы нам придется изучить ее структурные компоненты, леги-
тимность государственного вмешательства и общее воздействие
системы на население в целом. Чтобы система могла быть мораль-
но оправданной, в ней должны отсутствовать органически прису-
щие ей аморальные компоненты; она, как система, включая сюда
и роль, которую в ней играет правительство, должна приносить
выгоду как народу в целом, так и отдельным людям, осуществля-
ющим в ее рамках экономическую деятельность.
Поскольку мы убеждены, что каждое человеческое сущест-
во - это личность и в этом своем качестве обладает определенны-
ми основными правами и заслуживает уважения, нет никаких
морально обусловленных законных причин обращаться с теми,
кто подвластен правительству, просто как со средством для до-
стижения каких-то целей (обогащения правителей), как с раба-
ми или как с предметами. Легитимность правительства заклю-
чается в том факте, что люди приемлют власть правительства не
потому, что их принуждают ее принять, а потому, что она слу-
жит их интересам и способствует повышению их благосостоя-
ния. Настоящая цель правительства совпадает с причиной, по
которой оно приемлемо для народа.
Могут, однако, возразить: поскольку свободное предпринима-
тельство есть результат легитимной деятельности свободных
граждан в рамках сообщества, их деятельность имеет своей це-
272
лью обеспечение выгоды тем, кто этой деятельностью занимает-
ся. Почему же такая деятельность должна приносить выгоду об-
ществу в целом? Ответ: бизнес возможен лишь в определенной об-
щественной среде, образуемой различными институтами, согла-
шениями, договоренностями, общими ценностями и другими
факторами социальной атмосферы. Те, кто занимается бизнесом,
должны, конечно, рассчитывать на непосредственную выгоду, в
противном случае они не станут заниматься этой деятельностью.
В свою очередь и общество с полным основанием может одобрять,
санкционировать и поддерживать бизнес как вид частной дея-
тельности лишь в том случае, если оно само также получает выго-
ду от этой деятельности; поступать иначе было бы неразумно.
Очевидно, что общество и все его члены необязательно извлекают
непосредственную пользу от каждой конкретной хозяйственной
сделки; но все его члены должны получать от всей системы бизне-
са какую-то выгоду - либо непосредственную, либо косвенную. В
противном случае для членов общества было бы целесообразно,
насколько возможно, перестроить систему экономической дея-
тельности, чтобы они могли получать от нее выгоду. Выгода, по-
лучаемая обществом, в типичных случаях заключается в повы-
шении уровня жизни всех его членов, несмотря на то что для од-
них выгода оказывается больше, а для других меньше. Смысл
включения государства в рамки экономической системы сводит-
ся к тому, чтобы людям, которые не в состоянии успешно конку-
рировать с другими, тем не менее обеспечить гарантированную
защиту их прав как человеческих существ, включая сюда право
на существование и удовлетворение их насущных потребностей.
Американскую экономическую систему иногда называют си-
стемой свободного предпринимательства. Подобно классичес-
кой модели капитализма, свободное предпринимательство под-
разумевает отсутствие государственной собственности, государ-
ственного контроля, регулирования и планирования, оно пред-
полагает свободу людей по своему собственному усмотрению
вступать в хозяйственные сделки. Такая свобода очень важна с
моральной точки зрения. Американская разновидность свобод-
ного предпринимательства постулирует зрелость, знания и от-
ветственность тех, кто осуществляет свою деятельность в рам-
ках экономической системы. Она исходит из того, что каждый
273
человек стремится к собственной выгоде, что каждый человек
лучше других знает, что, собственно, ему нужно. Система ут-
верждает, что, позволяя каждому человеку принимать собст-
венные решения и выбирать собственный образ жизни, она тем
самым уважает его как самостоятельную взрослую личность и
ответственное нравственное существо. Она, далее, подразумева-
ет, что каждый человек стремится к максимальной свободе и
что, будучи полноправным взрослым и моральным существом,
он такой свободы заслуживает при условии, что эта свобода сов-
местима с такой же свободой для всех других людей.
В своем классическом труде, посвященном защите капита-
лизма, Адам Смит утверждает, что каждый человек, преследуя
собственную выгоду, косвенно и помимо своего сознания спо-
собствует также и общественной пользе. Общее благо, настаива-
ет он, таким образом достигается лучше, чем если бы какая-ли-
бо группа людей пыталась обеспечить благоденствие для всех
через посредство каких-то мер всеобщего планирования и кон-
троля. Американское свободное предпринимательство применя-
ет модифицированный вариант этой концепции.
Свободное предпринимательство, превозносящее эффектив-
ность, тем не менее настаивает на том, что сделки между взрос-
лыми людьми должны быть честными. Честность здесь может
характеризоваться не в сущностном, а в процессуальном смыс-
ле. Сделка считается честной, когда обе стороны - обычно по-
купатель и продавец - вступают в нее свободно (без принужде-
ния) и когда обе стороны обладают адекватным и надлежа-
щим знанием конкретных аспектов сделки. Предполагается,
что ни одна из сторон не станет участвовать в сделке, если при
этом не получит определенную выгоду. Если одна из сторон
скрывает необходимую информацию, каким-то образом пред-
ставляет сделку в ложном свете или шантажирует другую сторо-
ну, тогда сделка не является честной. В подобных сделках одна
сторона получает неоправданное преимущество перед другой.
Честность сделки не выражается в стоимости изделия или пре-
доставленной услуги, поскольку одни люди могут оценить изде-
лие или услугу выше, чем другие. Если они готовы купить изде-
лие по более высокой цене - при условии, что они это делают со-
знательно и без принуждения, — тогда сделку нельзя считать
274
нечестной. Именно так работает рынок. Тем не менее отсутствие
принуждения исключает как несправедливые ситуации, когда
острая потребность одного человека в базисном товаре и неогра-
ниченный контроль другого человека над таким товаром, сопро-
вождающийся установлением сильно завышенной цены на него
(по сравнению с той, какая была бы предложена рынком в нор-
мальных условиях), практически ведут к вынужденному за-
ключению сделки.
Отношение американского государства
к американской экономической системе
Каково отношение государства к системе? Экономическая си-
стема способна функционировать лишь в более широкой обще-
ственной системе, гарантирующей достаточную безопасность и
стабильность.
Традиционно государство обеспечивало народу страны безо-
пасность и стабильность, создавая средства для общей обороны,
для защиты личности и собственности одних членов общества от
посягательств других его членов, для строгого соблюдения кон-
трактов и для облегчения условий обмена товаров и услуг. Так,
национальное правительство обычно создает вооруженные силы
для защиты страны, обеспечивая народу безопасность от втор-
жения извне. С помощью своих законов, полицейских сил, су-
дов и системы наказаний оно защищает членов общества, их
личность и собственность. В результате люди имеют возмож-
ность чувствовать себя уверенно, приобретая товары, и ощу-
щать себя в безопасности, потребляя их. Законы и суды страны
делают возможным заключение и соблюдение юридически обя-
зывающих контрактов и создают приемлемые процедуры для
мирного разрешения споров. Правительство также печатает бу-
мажные деньги и чеканит монеты - эти общепризнанные сред-
ства обращения, которые облегчают совершение сделок внутри
экономической системы.
Однако отношения между государством и экономической си-
стемой в США не ограничиваются этими минимальными функ-
циями. Возникло по меньшей мере еще пять других обязаннос-
тей, которые государство взяло на себя.
275
Становление системы социального
вспомоществования
Даже если система свободного предпринимательства дейст-
вует именно так, как это утверждают ее поборники, она вознаг-
раждает лишь тех, кто вносит свой вклад в экономику, и лишь
пропорционально этому вкладу. Она не вознаграждает тех, кто
не вносит никакого вклада в экономику. Тех, кто не в состоянии
вносить свою лепту, просто игнорируют или оставляют вне ра-
мок деятельности на рынке. Никого не вынуждают вступать на
рынок, а тех, кто уже действует на нем, не заставляют считать-
ся с другими, кто на него не вступает. Но что же делает система
свободного предпринимательства для больных, инвалидов, не-
дееспособных, для тех, кто не в состоянии позаботиться о себе,
или для тех, кто потерпел катастрофическую неудачу? С точки
зрения классической модели капитализма их просто не прини-
мают в расчет. Очевидно, однако, что страна не может прене-
бречь тяжкой долей части своих граждан. Нельзя допускать,
чтобы они голодали или умирали вследствие отсутствия заботы
о них просто потому, что они не в состоянии вносить свой вклад
в экономику. Другие члены общества, побуждаемые щедростью
или добротой, могут оказывать таким людям помощь посредст-
вом благотворительности. Но исторически сложилось так, что
подобная филантропия была и недостаточной, и зачастую уни-
зительной. Вот почему государство обязали или оно само обяза-
лось создать систему гарантий существования для каждого и
оказывать помощь тем, кто сам себя не в состоянии обеспечить.
Управлялась ли эта система государственного вспомоществова-
ния достаточно мудро и была ли такая помощь достаточной? Не
злоупотребляли ли люди созданной государством системой бла-
готворительности? Эти и подобные вопросы можно изучать; де-
батировать, а быть может, и находить на них ответы. Но пред-
ставляется очевидным, что на обществе лежит моральное обяза-
тельство, когда для этого имеются финансовые возможности, не
допускать голодания и смерти своих членов из-за нехватки эле-
ментарных средств к существованию. Если свободное предпри-
нимательство как система не принимает в расчет тех, кто не вно-
сит свой вклад в экономику, очевидно, что общество в целом
276
Должно найти какой-то способ устранить этот недостаток; если
фно этого не делает, оно поступает безнравственно.
' Обеспечение общественными товарами
Государство вступило на рынок с целью обеспечения такими
общественными товарами, какие надлежащим образом не могут
быть обеспечены (во всяком случае, не обеспечивались) участни-
ками экономической системы. Примером такого вида общест-
венной деятельности государства служит создание сети автомо-
бильных дорог в США. Однако, как и во многих других облас-
тях, правительство США само фактически не строит дороги; оно
лишь финансирует их строительство, осуществляемое частны-
ми подрядчиками. И в прошлом оно также лишь помогало раз-
вивать железнодорожную сеть, а не само строило железные до-
роги, не владело ими, не управляло ими. Оно устанавливало оп-
ределенные рамки ответственности тех, кто желал строить
атомные электростанции, и допускало такое строительство ча-
стными предпринимателями, связанное с большим риском,
лишь под государственным контролем. Правительства страны и
штатов, местные власти содержат государственные учебные за-
ведения, национальные заповедники, водохранилища и плоти-
ны. Правительство стремится держать под наблюдением и за-
щищать общественные товары в тех случаях, когда им угрожа-
ет производственная деятельность частных лиц и фирм.
Регулирование экономических циклов
На протяжении своей истории капитализм переживает цик-
лические кризисы. Экономическая система США проходила че-
рез периоды резкого подъема и повышения производительнос-
ти, за которыми следовали периоды спада и депрессии. Цикли-
ческий характер капиталистического производства, очевидно,
образует составной элемент естественного его развития. Однако
периоды спадов и депрессии оборачиваются бедами и нищетой
для множества людей. С сокращением спроса предприятия со-
кращают выпуск продукции. А это в свою очередь приводит к
снижению потребности в рабочей силе; рабочих увольняют, и
они не в состоянии найти работу в другом месте. Растет безрабо-
тица, а с нею приходит бедственное положение безработных и
277
их семей. Эта ситуация относится к таким, которые защитники
капитализма готовы признать в качестве элемента естествен-
ных механизмов рынка с его тенденцией к самокоррекции. Но
такие бумы и спады тяжело сказываются на положении членов
общества, которые явно предпочли бы систему, основанную на
более стабильном их благополучии и на менее резких цикличес-
ких колебаниях. Правительство Соединенных Штатов включи-
лось в сферу экономики как с целью облегчить тяжкую долю
безработных, так и с целью способствовать смягчению резкости
циклических колебаний, которые составляют тенденцию дви-
жения свободного рынка. Государство пытается не допускать
слишком резкого подъема или падения в динамике циклов. Это
очень сложная задача, и правительству еще не удавалось с нею
справиться. Но оно продолжает свои попытки с помощью бюд-
жетной и монетарной политики, посредством контроля над сво-
ими расходами и аналогичных мер. Выполняя эту задачу, госу-
дарство Америки оказалось в большой степени втянутым в
функционирование экономической системы.
Исправление нечестных тенденций и недостатков рынка
в системе свободного предпринимательства
Предпосылкой системы свободного предпринимательства
служит то обстоятельство, что каждая сторона вступает в сделки
свободно и с надлежащим знанием специфических особенностей
каждой данной сделки. Однако исторически сложилось так, что
ряд тенденций в американском свободном предпринимательстве
вел к нарушению честности сделок. В каждом из таких случаев
государство было призвано ввести регулирование условий сдел-
ки, чтобы попытаться обеспечить ее справедливость.
Одним из примеров таких попыток служит антитрестовское
законодательство. При любой форме капитализма капитал обла-
дает тенденцией накапливаться в руках немногих, которые в ре-
зультате становятся богатыми и всесильными. Когда они получа-
ют возможность установить свое господство в определенной от-
расли, они приобретают также способность препятствовать сво-
бодному доступу других в эту отрасль, а тем самым и определять
условия, на которых продается их продукция и производится на-
ем рабочей силы. Такое могущество явно изменяет условия сдел-
278
ки; это уже сделка не между равными ее участниками, которые
свободно в нее вступают ко взаимной выгоде. Тот, кто обладает
монополией, может устанавливать свои условия торговли, огра-
ничивать свободу предпринимательства в отрасли, где он зани-
мает доминирующее положение, в его власти диктовать условия
сделки. Другой участник сделки, которому нужно определенное
изделие, не имеет иной альтернативы, кроме как вступить в
сделку с монополистом на условиях, продиктованных послед-
ним. Если первому участнику сделки это изделие или рабочее ме-
сто необходимы, чтобы иметь возможность существовать, тогда
сама сделка не является свободной. Дабы воспрепятствовать воз-
никновению подобной ситуации и сохранить условия свободного
и честного рынка, антитрестовские законы вводят запрет на мо-
нопольные ограничения свободы торговли.
Другим примером попыток государства обеспечить честность
сделок служат регулируемые отрасли, такие, как средства связи
и электроэнергетика. Во многих странах эти отрасли составля-
ют собственность государства, управляются им и рассматрива-
ются как благо общественного пользования. В Соединенных
Штатах электрические компании находятся в частной собствен-
ности. Было сочтено, что в общих интересах нецелесообразно
иметь много мелких конкурирующих производителей электро-
энергии. Крупные производители электроэнергии в определен-
ном регионе, связанные с другими производителями, способны
благодаря своим масштабам обеспечить экономичность и эффек-
тивность производства. В этом регионе допускаются монополии.
Но правительство регулирует деятельность электрокомпаний,
чтобы не позволить им злоупотреблять зависимым положением
их клиентов.
Государство действует так же еще в двух сферах - в производ-
стве пищевых товаров и лекарств. Во многих сделках покупа-
тель, взглянув на товар, может решить, желает ли он его купить
и согласен ли он с запрошенной продавцом ценой. Однако про-
стой человек едва ли может знать, каков эффект от приема мно-
гих видов лекарств (ему для этого потребовалось бы иметь собст-
венную химическую лабораторию, чтобы произвести анализ ле-
карства, прежде чем его принять). Вот почему люди оказывают-
ся в чрезвычайно невыгодном положении, когда вступают в
279
сделки, связанные с покупкой фармацевтических изделий.
Сделка является честной лишь при условии, что оба ее участни-
ка обладают надлежащим знанием предмета сделки. Покупате-
лей здесь легко обмануть, причем во вред их здоровью. Вот поче-
му люди потребовали вмешательства правительства для защиты
их интересов и обеспечения гарантии честности соответствую-
щих сделок. Правительство теперь проводит тестирование воз-
действия лекарств или заставляет фармацевтические фирмы са-
мим производить такое тестирование, а затем осуществляет кон-
троль за продажей лекарств. Оно контролирует также содержа-
ние пищевых продуктов, предписывает оснащение их этикетка-
ми с описанием качества продукта и устанавливает, какой дру-
гой информацией производитель обязан снабжать покупателя,
чтобы обеспечить честность сделки.
Налогообложение
Пятый вид вмешательства государства в экономическую сис-
тему представляет собой функцию указанных выше четырех, а
также других подобных видов деятельности. Посредством нало-
гообложения правительство перераспределяет доходы, регули-
рует деятельность бизнеса и финансирует свою собственную де-
ятельность. Оно перекачивает деньги в частный сектор по кана-
лам программ социального обеспечения, а также посредством
заключения специальных контрактов. Оно выступает также
как самостоятельный генератор занятости, используя огромное
число людей в вооруженных силах и в гигантском бюрократиче-
ском аппарате, необходимом для претворения в жизнь много-
численных государственных программ.
Модель свободного предпринимательства американского ка-
питализма не остается статичной. На разных этапах его истории
переплетение бизнеса с государством оправдывалось необходи-
мостью обеспечивать честные и справедливые условия функци-
онирования рынка, исправлять недостатки системы, а также
укреплять саму систему. Можно и впредь ожидать государст-
венного вмешательства в сферу экономики, хотя предсказать
конкретный характер этого вмешательства мы не в состоянии.
Учитывая все сказанное выше, какую же нравственную оцен-
ку можно дать америжанской системе свободного предпринима-
280
тельства? Является ли она в своей основе безнравственной? А ес-
ли нет, присущи ли ей какие-либо аморальные свойства, которые
можно и нужно устранить? Мы уже отмечали, что многие марк-
систы утверждают, будто капитализм аморален, а поэтому мы
сначала рассмотрим их обвинения. Далее мы проанализируем об-
винения ряда немарксистов, которые также осуждают капита-
лизм и его практическое воплощение в Соединенных Штатах
трактуют как безнравственное. Затем мы обратимся к позитив-
ной оценке американской системы свободного предприниматель-
ства. Наконец, мы рассмотрим с нескольких позиций моральные
альтернативы капитализму, выдвинутые его критиками.
ц J Марксистская критика
С крушением коммунизма в Восточной Европе многие побор-
ники капитализма утверждали, что история доказала превосход-
ство капитализма над социализмом и коммунизмом. Это утверж-
дение представляет собой преувеличение, так как тот тоталитар-
ный вариант социализма, который был установлен в Советском
Союзе и был навязан его восточноевропейским соседям, являлся
нежизнеспособным лишь до известной степени. Он мог оказать-
ся полезным для индустриально отсталой страны на пути к обес-
печению ее быстрого развития, но централизованное планирова-
ние не способствовало инициативе и инновациям, необходимым
для следующей стадии развития. Однако даже это вовсе не гово-
рит о том, что социалистические идеалы равенства для всех, от-
сутствия глубоких разрывов в благосостоянии разных слоев об-
щества, заботы о благе всех членов общества не являются теми
идеалами, к достижению которых следует стремиться и которые
предпочтительнее противоположных им идеалов.
Карл Маркс анализировал капитализм XIX в., причем глав-
ным образом тот капитализм, который он наблюдал в современ-
ной ему Англии1. Хотя при описании пороков капитализма
1 Классическую атаку на капитализм предпринял Маркс, см.: К. Маркс и Ф. Эн-
гельс. Соч., т. 23-25. М.: Политиздат, 1960-1962. Более позднюю критику ка-
питализма см. в: Richard С. Edwards, Michael Reich, Thomas E. Weisskopf
(eds.). The Capitalist System: A Radical Analysis of American Society, 2nd ed.
(Englewood Cliffs, N.J.: Prentice Hall, 1978).
281
Маркс часто пользовался языком морали, комментаторы расхо-
дятся во мнениях относительно того, действительно ли он осуж-
дал капитализм с нравственной точки зрения. Для Маркса капи-
тализм представляется необходимой стадией экономического и
общественного развития, причем такой стадией, которую долж-
на была сменить более высокая стадия коммунизма. Однако мно-
гие последователи Маркса придали его осуждению капитализма
нравственную форму и тем самым утверждали, что капитализм -
во всех его вариантах - по существу своему аморален.
Мы исследуем три главных утверждения этих марксистов:
1) капитализм по сути своей аморален, поскольку он не в состо-
янии существовать без ограбления рабочего, без лишения его то-
го, что ему причитается; 2) капитализм в основе своей аморален,
так как он непременно подразумевает отчуждение человеческих
существ; и 3) капитализм имманентно аморален в настоящее
время потому, что он защищает корыстные интересы немногих
и препятствует многим создать лучшее, более справедливое, бо-
лее равноправное общество.
Эксплуатация рабочей силы
Первое обвинение гласит, что капитализм основывается на
эксплуатации рабочего, т.е. на том, что рабочему не выплачива-
ется фактически заработанное. Как мы уже видели, рабство в ос-
нове своей безнравственно. Согласно марксистским критикам,
капитализм предполагает наемное рабство. Капитализм не мо-
жет существовать без эксплуатации рабочего. Отсюда следует,
что исправить это зло нельзя при сохранении капиталистичес-
кой системы. Поскольку капитализм по своей сути аморален,
его следует заменить социализмом, а в конечном счете и полным
коммунизмом.
В основе утверждения о неизбежности эксплуатации лежит
Марксова трудовая теория стоимости. Мы уже видели этот те-
зис в анализе фирмы «Майкрософт», с которого начали настоя-
щую главу. Общим свойством всех товаров является то, что все
они представляют собой продукт труда человека, и именно изме-
рение количества труда человека позволяет нам сравнивать сто-
имость одного товара со стоимостью другого товара. Единствен-
ный товар, который продается ниже своей реальной стоимос-
282
ти, — это рабочая сила человека. Разница между стоимостью,
которую рабочие производят, и размером оплаты их труда и со-
ставляет прибыль или, по Марксовой терминологии, прибавоч-
ную стоимость. Поскольку рабочие вынуждены продавать
свою рабочую силу, чтобы выжить, эта система означает своеоб-
разное рабство, маскируемое заработной платой. Единственным
основанием для того, чтобы один человек нанимал других лю-
дей на работу, служит возможность получать в результате боль-
ше денег. Отсюда следует, что все работодатели эксплуатируют
своих рабочих или что они платят им меньше, чем стоит произ-
веденный ими продукт. У рабочих же остается только выбор:
подвергнуться эксплуатации работодателем А или работодате-
лем Б. Система делает всех предпринимателей эксплуататора-
ми, она эксплуатирует всех рабочих.
Поскольку предприниматель создает прибыль тем, что платит
своим рабочим меньше стоимости ими произведенного продукта,
он стремится увеличить прибыль, снижая заработную плату, по
возможности до самого низкого уровня. Если он платит им по-
денно, то постарается, чтобы они работали не десять, а двенад-
цать часов или не восемь, а десять часов в день. Если у него прак-
тикуется почасовая оплата, он захочет, чтобы они в течение часа
изготовили не четыре изделия, а пять или четыре, а не три. Ког-
да работы для всех нуждающихся в ней не хватает, возникает
рынок покупателей, в результате чего рабочим приходится рабо-
тать за более низкую заработную плату, чем при большем спросе
на рабочую силу. Собственники средств производства заинтере-
сованы в том, чтобы существовал избыток рабочей силы, т.е. ее
резерв в виде массы безработных. Им выгоден высокий уровень
безработицы, а не низкий или вовсе отсутствие ее. В свою очередь
рабочие добиваются более короткого рабочего дня или меньшей
интенсивности труда в течение рабочего дня. Они добиваются
также более высокой оплаты своего труда с целью повышения
жизненного уровня. Борьба между администрацией и рабочими
проистекает из того факта, что администрация желает платить
возможно меньше с целью увеличить прибыль, а рабочие хотят
получать возможно больше за свой вложенный труд.
В XIX в. Маркс выявил определенные тенденции капитализ-
ма. Он охарактеризовал присущую предпринимателям тенден-
283
цию платить рабочим все меньше и меньше, вынуждая женщин
и даже детей пополнять состав рабочей силы с тем, чтобы помо-
гать содержать свои семьи. Он охарактеризовал растущую ар-
мию безработных и предсказал все более и более жестокую экс-
плуатацию, которая в конце концов заставит рабочих завладеть
средствами производства, захватить заводы и фабрики, поло-
жить конец эксплуатации и капитализму, создать новый обще-
ственный строй - коммунизм (первую стадию которого он на-
звал социализмом).
Нарисованный Марксом сценарий не реализовался. Рабочие
объединились, образовали союзы, отчасти, по иронии судьбы,
именно под влиянием деятельности Маркса. В результате рабо-
чие смогли добиться более высокой заработной платы, сокраще-
ния рабочего времени и улучшения условий труда. Предсказан-
ный стимул к восстанию и захвату заводов и фабрик ослабел.
Интересы рабочих стали отождествляться с сохранением систе-
мы, а не с ее уничтожением. Впоследствии марксисты задались
вопросом, как такое оказалось возможным и не означает ли это,
что капитализм уже перестал быть аморальным.
Ленин дал ответ на оба вопроса. По его мнению, рабочие За-
пада были умиротворены увеличением их заработков и возмож-
ностью приобретать на эти доходы больше товаров. Их уровень
жизни повысился, а американские рабочие стали жить лучше,
чем любые другие массы населения в истории человечества. Од-
нако, утверждал Ленин, это вовсе не означает, что рабочего уже
не эксплуатируют. Его все еще эксплуатируют, хотя он это и не
осознает. Источником прибыли все еще служит выплата рабоче-
му меньшей стоимости, чем он производит. Но производствен-
ные мощности возросли в такой степени, что рабочий может
вполне довольствоваться плодами производительности своего
труда, хотя и подвергаясь при этом эксплуатации. Более того,
рабочие уже не эксплуатируются так беспардонно, как в XIX в.
Причем это не результат щедрости менеджмента, а результат
перехода капитализма в стадию империализма. Американские
корпорации могут хорошо оплачивать своих рабочих потому,
что они способны эксплуатировать народы других стран, глав-
ным образом слаборазвитых стран мира.
284
Марксисты отсюда делают вывод, что капитализм все еще оз-
начает эксплуатацию, а поэтому все еще имманентно аморален.
Американских рабочих продолжают эксплуатировать, хотя они
и достигли высокого уровня жизни. Они могли бы быть более
обеспеченными, чем теперь. К тому же частичной причиной то-
го, что они достигли нынешнего уровня жизни, служит тот
факт, что американские компании эксплуатируют другие наро-
ды мира. Капитализм, утверждают марксисты, неизбежно под-
разумевает эксплуатацию.
Что можно сказать по поводу этого утверждения? Ответ зави-
сит от верности Марксовой трудовой теории стоимости. Эта эко-
номическая теория пытается объяснить не только прибыль, но
также цены, заработную плату, экономические циклы и множе-
ство других проблем, которые изучает экономическая наука.
Большинство западных экономистов не признало Марксову вер-
сию трудовой теории стоимости. Эта теория не придает должно-
го значения ни знаниям, ни творчеству, ни инициативе в произ-
водственном процессе, ни роли изобретений и эффективности в
увеличении экономического пирога, который подлежит деле-
жу. Она, эта теория, не принимает в расчет роль риска и роль
предпринимателя. Она не подходит для анализа современного
американского капитализма, так как эта система резко отлича-
ется от системы, описанной Марксом. Через посредство пенси-
онных и страховых фондов американские рабочие фактически -
в значительной степени - являются собственниками средств
производства. Рабочих не угнетают. Эксплуатация может иметь
место, но эта эксплуатация заключается в том, что рабочему
платят меньше предельной его производительности. Она не
встроена в саму систему.
Утверждение, что рабочему должна принадлежать вся стои-
мость того, что он производит, не является само собой разумею-
щимся и не согласуется с собственным идеальным представле-
нием Маркса о справедливом распределении, которое требует,
чтобы каждый трудился по способностям, а получал по потреб-
ностям. Более того, какую бы концепцию справедливости мы ни
приняли, марксистская теория эксплуатации не может быть
применена, так как - за исключением очень немногих случаев -
285
невозможно определить точную стоимость того, что каждый от-
дельный рабочий производит.
Не очень убедителен также тезис о том, что американский ка-
питализм продолжает существовать лишь потому, что он экс-
плуатирует слаборазвитые страны. Было время, когда многие
европейские страны владели колониями, но это время ушло в
прошлое. Более того, развивающиеся страны не продавали Со-
единенным Штатам готовые товары или сырье по более низким
ценам, чем они продавали те же самые товары социалистичес-
ким странам. Американские фирмы также рассматривают раз-
вивающиеся страны как потенциальный обширный рынок сбы-
та и крупный источник сырья, а отсюда следует, что эти страны
должны располагать ликвидными доходами, на которые можно
закупать товары в США. Поэтому рабочие должны получать за-
работную плату, превышающую минимум, необходимый для
поддержания своего существования. Американские компании
платят рабочим страны, где уровень жизни ниже уровня жизни
в США, меньше, чем они платят американским рабочим. Мож-
но ли такую практику считать эксплуатацией? Это сложный во-
прос, ответ на который требует сравнения покупательной спо-
собности, квалификации и разных структур заработной платы.
Мы рассмотрим этот вопрос в одной из следующих глав. Здесь,
однако, необходимо отметить, что американские транснацио-
нальные корпорации иногда подвергаются критике за то, что
они платят своим рабочим по более высоким ставкам, чем пла-
тят предприниматели в развивающихся странах. Но главное
при этом заключается в том, что развивающиеся страны имеют
выбор. Они могут отказаться иметь дело с американской индус-
трией и обратиться к другим странам, если сочтут невыгодным
для себя вести бизнес с Соединенными Штатами.
Из этого краткого анализа можно сделать вывод, что сущест-
вуют убедительные ответы на марксистское обвинение в эксплу-
атации. Ответы не удовлетворили марксистов, а попытки марк-
систов осовременить Марксову теорию в свою очередь не удовле-
творили и большинство западных экономистов. Атака марксис-
тов на капитализм оказалась по меньшей мере неубедительной,
если не сказать — вовсе ложной.
286
Отчуждение людей
Второе Марксово обвинение заключается в том, что капита-
лизм в основе своей аморален, ибо от отчуждает человеческие су-
щества. Он не рассматривает их как цель в себе, как самоцен-
ность; он разъединяет их, помещает в антагонистические лагери
и натравливает друг на друга; он отупляет рабочих; он предпола-
гает господство одних над другими; и он оказывает ряд других
отрицательных воздействий на всех тех, кто живет в его системе.
Отчуждение - это понятие негативное. Оно постулирует та-
кое состояние человека, при котором он неправомерно отделен
от чего-то такого, с чем должен быть соединен, или при котором
над ним господствует нечто, сотворенное им самим. Состояние
или характер отчуждения может быть осознанным, когда чело-
век сам ощущает себя отчужденным; но кто-то может оказы-
ваться отчужденным, не ощущая этого состояния.
Существуют разные формы отчуждения. Люди могут испыты-
вать отчуждение от своего государства. Государство - Это инсти-
тут, создаваемый людьми для служения их нуждам. Когда люди
не обладают контролем над ним и когда государство господству-
ет над ними вместо того, чтобы нести пред ними ответственность
и служить их интересам, они от такого государства отчуждены.
Религиозное отчуждение верующий может трактовать как обо-
собление от Бога в результате совершения греха, а неверующий -
как господство идеи Бога над человеком, идеи Бога, сотворенной
его собственным воображением. Маркс, однако, утверждает, что
в основе всех видов отчуждения лежит экономическое отчужде-
ние. Он определяет его как отчуждение рабочего от продукта его
труда, от процесса производства и от других людей.
При капиталистической системе, отмечает Маркс, вещи при-
обретают власть над людьми. О людях судят не по тому, что они
собой представляют, а по тому, чем они владеют. Люди работа-
ют и живут ради обладания собственностью. Имущество вместо
того, чтобы выступать в качестве предметов, используемых для
удовлетворения потребностей людей, обретает над ними власть.
При капитализме, утверждает Маркс, труд обычно носит ха-
рактер отупляющий, рутинный, нетворческий. Вместо того что-
бы труд позволял рабочему самореализоваться, развивать все
стороны своей личности, он ограничивает, сужает возможности
287
рабочего, отупляет его. Люди живут лишь тогда, когда они не
работают, а когда они работают, то едва ли можно считать, что
они живут. Они с нетерпением предвкушают наступление сво-
бодного времени, уик-эндов, отпусков и даже коротких переры-
вов в работе, т.е. того времени, когда они могут принадлежать
самим себе. Они отделены от своего труда, который продали сво-
ему нанимателю. Они отчуждены от своего труда, который они
вынуждены продавать, чтобы жить.
Наконец, капиталистическая система, основывающаяся на
конкуренции, отделяет людей друг от друга. Вместо того чтобы
все человечество могло жить сообща в гармонии и мире, капита-
листическая система стравливает рабочих с предпринимателя-
ми. Она стравливает друг с другом конкурентов так же, как она
вынуждает рабочих бороться друг с другом за рабочие места. Ка-
питализм покоится на разделении общества на классы, на собст-
венников средств производства, с одной стороны, и на рабочих -
с другой. Общество разделено, а государство, законы, суды, по-
лиция, школы, церкви и средства массовой информации - все
находятся под контролем правящего класса. Господствующий
класс использует все эти общественные институты, чтобы дер-
жать рабочих в своей власти, держать их в подчинении, обеспе-
чивать сохранение института частной собственности. Таким об-
разом, рабочие во многих отношениях отчуждены от собствен-
ной жизни. В свою очередь и собственники средств производст-
ва также живут в отчужденном обществе; их также оценивают
по размерам их собственности, они также отделены друг от дру-
га и находятся во власти принадлежащей им собственности.
Маркс считал, что капитализм неизбежно создает отчужде-
ние, поскольку отчуждение представляет собой функцию част-
ной собственности и разделения труда. Отчуждение невозможно
уничтожить, не ликвидировав частную собственность, а послед-
нюю нельзя ликвидировать, не ликвидировав одновременно ка-
питализм. Поэтому капитализм имманентно аморален.
Защитники капитализма выдвинули против обвинений
Маркса разные доводы. Один из них состоит в том, что нарисо-
ванная Марксом картина представляет собой карикатуру на ка-
питалистическое общество. В Америке, утверждают сторонники
этого тезиса, рабочие свободнее, чем в любом другом обществе на
288
Земле. Они оказывают большое влияние на правительство, кото-
рое часто отстаивает их права и защищает от произвола предпри-
нимателей. Хотя все еще сохраняется много монотонных видов
труда, автоматизация приняла на себя значительную их часть и
высвободила людям время для более творческого труда. К тому
же монотонный труд, являющийся функцией обрабатывающей
промышленности, вовсе не свойствен только капитализму; он
налицо повсюду, где осуществляется индустриализация.
Другой довод против обвинений Маркса сводится к тому, что
Марксова характеристика капиталистического общества как
общества, раздираемого классовыми противоречиями, могла
быть справедлива лишь для Англии XIX в. Между тем история
Соединенных Штатов продемонстрировала большую подвиж-
ность классов. Фактически иногда люди затрудняются опреде-
лить, к какому классу они принадлежат. Классы здесь четко не
очерчены, и деление людей на пролетариат и буржуазию не
столь очевидно применимо к населению Соединенных Штатов.
Марксово описание капитализма игнорирует также дух сотруд-
ничества, характеризующий многие стороны американской
жизни. Приверженность к материальным благам, к вещам, не-
сомненно, свойственна многим американцам. Но в последнее
время даже эта приверженность несколько ослабла вследствие
большего внимания к проблеме качества жизни.
Еще один подход к оценке обвинения Марксом капитализма
в отчуждении заключался в том, чтобы выяснить, действитель-
но ли отчуждение было ликвидировано в тех странах, где покон-
чили с частной собственностью. Главным примером такого об-
щества служил Советский Союз. Совершенно очевидно, доказы-
вают защитники капитализма, что в период царствования Ста-
лина советский народ был гораздо более угнетен и отчужден от
своего государства, чем когда-либо были американцы. Тем са-
мым отрицается тезис о том, что причина отчуждения кроется в
частной собственности.
Существуют и другие аргументы в защиту американского ка-
питализма; те, какие мы здесь привели, лишь характеризуют
их общее направление. Вся эта критика не убедила марксистов;
тем не менее она в определенной мере обоснованна. Марксова
характеристика отчуждения рабочего в XIX в. не дает точного
289
портрета рабочего современной Америки. Однако некоторые
элементы Марксова обвинения все же имеют основания. Многие
американцы жалуются, что государство находится вне их кон-
троля, что они фактически не могут влиять на то, как ими уп-
равляют; другие жалуются на чрезмерное увлечение американ-
цев материальными благами; а некоторые и вовсе признают
факт отчуждения. И все же никто не привел убедительных дока-
зательств тому, что все эти пороки имманентно присущи совре-
менному американскому капитализму. Следовательно, вопрос о
том, действительно ли обвинение капитализма в имманентно
свойственном ему отчуждении, все еще остается открытым.
Корыстные интересы
Третье марксистское обвинение состоит в том, что капита-
лизм защищает корыстные интересы немногих и не позволяет
огромным производительным силам общества по-настоящему
служить массам. Естественная тенденция процесса производст-
ва ведет к общественной собственности, а не к частной собствен-
ности на средства производства. Между тем те, кто принадле-
жит к капиталистическому классу, отстаивают свои собствен-
ные позиции и интересы, противодействуя превращению част-
ной собственности в общественную. Тем самым они задержива-
ют неизбежный переход к общественной собственности и не поз-
воляют народу достичь такого уровня удовлетворения своих по-
требностей, какой вполне возможен при имеющихся у США ог-
ромных ресурсах и производственных мощностях. В соответст-
вии с этой критической концепцией капитализм может не все-
гда оставаться в основе своей аморальным. Но теперь он амора-
лен, поскольку препятствует переходу к морально более высо-
кой стадии общественного развития. Этой теории можно при-
дать и утилитаристское толкование. Защита корыстных интере-
сов богатых за счет рабочих обусловливает производство мень-
шего в целом объема благ, нежели тот, который был бы возмо-
жен в результате установления социализма или коммунизма.
Отвечая на это обвинение, поборник капитализма отрицает,
что американская система защищает богатых в ущерб рабочим.
Она защищает всех членов общества и обеспечивает выгоду
всем, хотя одни при этом получают большую выгоду, чем дру-
290
гие. Затем сторонник капитализма ссылается на ныне существу-
ющий или существовавший в мире социализм, будь то такой де-
мократический социализм, какой существовал в Англии, или
такой коммунистический социализм, какой был в Советском
Союзе. Обе страны являют собой пример общества с высоким
уровнем развития производства. Тем не менее ни одно из этих
обществ не превосходит американское ни в нравственном отно-
шении, ни в материальном. Отсюда критики марксистской кон-
цепции заключают, что утверждение, будто американская сис-
тема препятствует созданию более справедливого общества, не
имеет под собой достаточных оснований. К тому же рабочие
США (которые, согласно марксистским критикам, больше всех
выиграли бы от перехода к социализму) не обнаруживают при-
знаков желания осуществить марксистскую революцию.
Таким образом, и третье обвинение капитализма в имманент-
но присущей ему аморальности не было убедительно подтверж-
дено. Капитализм, быть может, в основе своей аморален, но
марксистские обвинения не сумели это доказать.
Немарксистская критика моральных позиций
американского капитализма
Хотя марксисты проявили себя самыми громогласными, по-
следовательными и основательными критиками капитализма,
они оказались не единственными его критиками. Немарксист-
ские критики не всегда выступают с одинаковых позиций; не
всегда ясно также, являются ли недостатки, на которые они
указывают, имманентно присущими капитализму пороками
или же вполне устранимыми его побочными проявлениями. Мы
здесь рассмотрим три критических тезиса, которые так или ина-
че связаны со всеми другими замечаниями: 1) капитализм по-
рождает потери и ложные потребности; 2) капитализм содержит
военно-промышленный комплекс за счет всего населения; 3) ка-
питализм создает глубокое и несправедливое неравенство.
Ложные потребности и перепроизводство
Обвинение в том, что капитализм расточителен, принимает
самые разные формы. Верно, конечно, что американцы выросли
291
в условиях относительного изобилия. Они обладают огромными
земельными площадями, несметными природными ресурсами и
высоким уровнем жизни. В результате функционирования в
США конкурентной системы они мало заботились о сохранении
своих природных ресурсов или ресурсов, которые они могут по-
купать у остального мира. Нерациональные потери очевидны во
многих сферах. Особенно расточительно в США потребление
энергии и бензина. Американцы постепенно присоединяли к
своим городам все новые и новые пригороды, не обеспечив при
этом соответствующий общественный транспорт, а затем стали
пользоваться исключительно большими, поглощающими много
горючего автомобилями, места в которых редко заполняются.
Они стремились большинство своих изделий изготовлять с зара-
нее запланированным коротким сроком годности. Они предпо-
чли производить изделия одноразового пользования вместо из-
делий со сменяемыми частями. Перечень этот можно продол-
жать бесконечно.
Во многих случаях, продолжают критики капитализма, аме-
риканцы могли бы все делать гораздо лучше. Их расточитель-
ность - национальный позор.
Эти нападки в большой мере справедливы. Американцы рас-
плачиваются за ошибки, допущенные ими прежде. Однако их
расточительность в прошлом не является результатом капита-
лизма, не представляет собой она и обязательный элемент капи-
тализма. Например, многие европейские страны, где господст-
вует капиталистическая экономика, вовсе не предались пороку
расточительности. Отнюдь не очевидно также то, что централи-
зованное планирование устраняет расточительность; здесь рас-
точительность зачастую просто другого рода. Дублирование
производства одинаковых товаров - это часть цены, которую
приходится платить за конкуренцию. Но защитники конкурен-
ции с некоторым основанием утверждают, что конкуренция бо-
лее эффективна, чем централизованное планирование.
Другая часть указанной критики капитализма делает упор
на создание ложных потребностей. Предприниматели произво-
дят изделие (скажем, электрическую зубную щетку), пользова-
ние которым прежде не считалось необходимым или желатель-
ным. Развертывая энергичную рекламную кампанию, промыш-
292
ленник убеждает людей, что именно это изделие им необходимо
для чистки зубов. В результате возникает и удовлетворяется
ложная потребность, поглощающая ресурсы, которые с боль-
шей пользой можно было бы израсходовать на производство
других изделий.
Защитники системы свободного предпринимательства дока-
зывают, что понятие ложных потребностей надуманно. Кто, соб-
ственно, может определить, какая потребность реальна, а какая
потребность ложна? Потребители, утверждают они, сами долж-
ны решать, как следует тратить свои деньги. Их, мол, никто не
заставляет покупать этот продукт, а не другой. Неверно также,
что промышленники могут продавать все, что они производят,
просто с помощью рекламы. Многие товары не находят сбыта,
поскольку потребители отвергают рекламу и игнорируют такие
товары. Приведенное критическое замечание допускает предпо-
ложение, будто кто-то лучше других знает, чем должно распола-
гать население страны. А в ответ на него говорят, что люди
должны обладать правом производить и продавать то, что они
хотят, без указания со стороны какой-то группы, которая будто
бы располагает особыми знаниями.
Эта критика, независимо от ее обоснованности, недостаточно
убедительна, чтобы можно было сделать заключение об имма-
нентной капитализму безнравственности. Она, однако, указы-
вает на сферу, требующую контроля, внимания или реформы.
Военно-промышленный комплекс
Несмотря на прекращение «холодной войны», второе направ-
ление критики, которое обращено против военно-промышленно-
го комплекса, продолжается и принимает различные формы. Од-
ни утверждают, что правительство посредством налогов высасы-
вает из населения соки с целью содержать те отрасли, которые
производят продукцию для войны. Другие полагают, что в долго-
временном плане система может существовать лишь при условии
периодического ее поддержания с помощью войн и разрушений,
которые затем требуют восстановительных работ. Если бы по-
следнее утверждение было справедливо, тогда вполне можно бы-
ло бы согласиться с обвинением капитализма в присущем ему
элементе аморальности. Третьи доказывают, что военно-промы-
293
шлейный комплекс контролирует правительство и что он лишил
народ власти, если народ вообще когда-либо ею обладал.
Отвечать на эти обвинения нелегко, но некоторые соображе-
ния необходимо высказать. Во-первых, войны не начались с воз-
никновением капитализма. Они существовали во все времена, о
которых нам известно из истории. Капитализм не является един-
ственным источником войн, если он вообще служит их причи-
ной. Во-вторых, военные расходы не являются исключительной
особенностью того капитализма, какой существует в США. Бо-
лее того, США с полным основанием утверждают, что они на-
правляют на военные нужды большие средства в ответ на угрозу,
исходящую от других стран. Каждая из этих стран имеет своих
ястребов и своих голубей. В-третьих, США расходуют большие
средства на военные цели, но отнюдь не очевидно, что их эконо-
мика придет в упадок, если военный бюджет будет переориенти-
рован на мирные цели. Есть даже основания полагать, что про-
изойдет как раз обратное. Наконец, утверждение о том, что воен-
но-промышленный комплекс лишает население возможности
оказывать свое влияние на политический процесс, — это боль-
шое преувеличение. Население, конечно, обладает меньшим
влиянием, чем многие хотели бы, однако какое-то влияние оно
оказывает; оно, кроме того, получает некоторые выгоды за счет
военно-промышленного комплекса, и нет никаких неустрани-
мых препятствий к тому, чтобы оно, в рамках этой системы, про-
должало получать эти выгоды. Все дело в том, чтобы сохранить
демократию и воспрепятствовать сползанию к диктатуре.
Неравенства, органически присущие системе
Третье направление критики обвиняет капитализм в том, что
он порождает глубокие и несправедливые неравенства. Разрыв
между очень богатыми и очень бедными в США огромен. Ни-
чтожная доля населения контролирует громадную долю нацио-
нального богатства и дохода. Система налогов, которая должна
бы облагать богатых прогрессивным налогом, столь изобилует
лазейками, что налоговое бремя ложится главным образом на
средний класс. Многие из тех, кто получает самые большие до-
ходы, либо вовсе не платят налоги, либо платят очень незначи-
тельные. Невозможно, продолжают критики, оправдать поло-
294
жение, когда одни люди настолько состоятельнее других, что
разрыв в их доходах достигает, скажем, 1 млн. долл, в год про-
тив 10 тыс. долл, в год.
Согласно сформулированным Роулсом принципам справед-
ливости, разница в доходах оправданна лишь при том условии,
что возможности открыты для всех и что группы, обладающие
наименьшими преимуществами, все же получают некоторую
выгоду при возникающей разнице в доходах. Здесь трудно по-
нять, каким образом группы с наименьшими преимуществами
получают выгоду от большого разрыва в доходах; сомнительно
также и то, что, даже если они и извлекают такую выгоду, она
сколько-нибудь соразмерна выгоде, получаемой богатыми. При
этом бедные не только существенно не улучшают свое матери-
альное положение, но по сравнению с роскошью богатых они
ощущают себя униженными. Вся эта проблема осложняется еще
и тем, что многие из самых богатых семей нашей страны нако-
пили свои состояния весьма сомнительными и аморальными
способами. История «баронов-грабителей» ознаменовала собой
печально известный период в жизни Америки.
Кампания в пользу большего уравнивания богатства и дохо-
дов имеет много сторонников. Требование о необходимости пе-
рестроить налоговую систему получило широкое признание. Ут-
верждение о том, что разрыв между богатством очень богатых и
нищетой очень бедных чрезмерно велик, отнюдь не лишено ос-
нования. Тем не менее остается вопрос, а является ли эта про-
пасть, даже будучи результатом капиталистической системы,
неизбежным свойством американского капитализма. В конку-
рентной системе и в системе, в которой денежное вознагражде-
ние служит главным стимулом для реализации творческих спо-
собностей в производстве, естественно, возникает разница в до-
ходах. И все же вся система в целом может сократить разрыв
между самыми высокооплачиваемыми и самыми низкооплачи-
ваемыми или же посредством введения иной структуры налого-
обложения способна более существенно, чем она это делает сей-
час, выравнивать доходы этих двух групп. Такого рода неспра-
ведливости могут быть устранены в рамках самой системы. По-
этому выдвинутое критиками обвинение вовсе не обязательно
295
требует изменения системы, хотя именно в этом многие видят
путь к достижению большего равенства доходов.
Моральная защита американской системы
свободного предпринимательства
Можно ли обосновать моральную защиту американской разно-
видности капитализма?1 Хотя никто из ее поборников не утверж-
дает, что она морально совершенна, все они доказывают, что она
не безнравственна. Для тех, кто верит в миф об аморальности биз-
неса, этого вполне достаточно. Однако некоторые сторонники сво-
бодного предпринимательства идут дальше и доказывают, что эта
система в основе своей нравственна, а кое-кто даже заявляет, что
она самая нравственная из существующих систем.
В ответ на утверждения об имманентно присущей американ-
ской системе свободного предпринимательства аморальности
мы уже привели ряд аргументов в ее защиту. Тем не менее необ-
ходимо набросать основные тезисы, оправдывающие эту систе-
му. Обычно защита американской системы свободного предпри-
нимательства включает следующие положения: 1) акцентирова-
ние ее ценностей, особенно свободы и эффективности; 2) ее исто-
рические достижения в производстве и распределении богатства
и 3) ее предпочтительность по сравнению с фактически сущест-
вующими социалистическими обществами.
Свобода и эффективность
Защитники американской системы свободного предпринима-
тельства делают самый главный упор на значение и ценность
свободы человека, которую, как они считают, она изначально
подразумевает, развивает и обогащает. С точки зрения морали
значение свободы личности едва ли есть необходимость отстаи-
вать. Каждый человек представляет собой самоценность, цель в
См.: Н.В. Acton. The Morals of Markets; An Ethical Exploration (London:
Longman Group Ltd., 1971); Robert Benne. The Ethic of Democratic Capitalism
(Philadelphia: Fortress Press, 1981) (обосновывается с религиозных позиций);
Michael Novak. The Spirit of Democratic Capitalism (New York: A Touchstone
Book, 1982) (представляет теологическую позицию).
296
себе и достоин уважения. Система свободного предприниматель-
ства начинается с признания этого постулата, а затем пытается
его материализовать. Система предоставляет каждому человеку
величайшую свободу действий и выбора, сочетающуюся с такой
же свободой для всех. Эта свобода гарантируется не только пра-
вовой и политической системой, но также весьма эффективно
реализуется в экономической сфере. Потребители могут свобод-
но покупать все, что пожелают, и своими покупками «голосо-
вать» за предлагаемые товары. Производителям открыт свобод-
ный доступ на рынок, где они конкурируют в условиях, чест-
ность которых обеспечивается государством. Некоторым везет
больше, чем другим, но это морально вполне допустимый ре-
зультат конкуренции. Система, утверждают ее защитники, вы-
полняет свой моральный долг, создавая обстановку безопаснос-
ти и уверенности для всех и обеспечивая заботу о тех, кто сам не
в состоянии позаботиться о себе.
Политическая свобода, подчеркивают поборники свободного
предпринимательства, возможна лишь тогда, когда ее непремен-
ным спутником является экономическая свобода. В отсутствие
индивидуальной экономической свободы государство не только
принимает все экономические решения, но принимает их так,
как ему заблагорассудится. Если государство контролирует и
экономическую и политическую сферы, оно обладает широчай-
шими возможностями для ничем не ограниченных действий.
Концентрация власти, скорее всего, способна развратить тех, кто
ею обладает. Политическая свобода имеет смысл и реализуется
лишь тогда, когда мы строим свою жизнь на основе принимае-
мых нами самими решений, — это и образует часть того, что
означает политическая свобода. Политическая свобода требует
ограничения сферы государственного вмешательства в нашу
жизнь, так же как и обеспечения свободы выборов и выражения
наших взглядов на то, чем государство должно заниматься.
Согласно теории справедливости Роулса, американская сис-
тема свободного предпринимательства вполне отвечает - по
крайней мере в основном - первому принципу справедливости.
Каждый человек в рамках этой системы обладает правом на на-
иболее полную базисную свободу, совместимую с такой же сво-
бодой для других. Американцы не пользуются безграничной
297
свободой; какие-то ограничения свободы необходимы, чтобы
каждый человек мог жить в мире и безопасности. При этом все
равны перед законом. Все граждане пользуются одинаковыми
базисными правами и одинаковой базисной свободой. На тот
случай, когда это не соблюдается, существуют процедуры ис-
правления несправедливостей, о чем свидетельствуют движение
в защиту гражданских прав и движение женщин.
Поскольку признание свободы личности составляет обяза-
тельный элемент нравственного обращения с человеком, систе-
ма свободного предпринимательства нравственно обоснована.
Она ценит и расширяет все стороны свободы личности и превра-
щает эту свободу в главное моральное оправдание своего собст-
венного существования.
Эта защита свободы ведет в свою очередь к моральному опра-
вданию частной собственности. Поскольку люди по праву и по
природе своей свободны, они также свободно могут принимать
необходимые меры для своего выживания и развития. Это
включает и надлежащее использование ресурсов Земли. Однако
эффективное их использование предполагает право исключать
возможность их использования другими, так же как и право на
продукцию, получаемую в результате использования этих ре-
сурсов. Но эти заявки на право исключительного использования
ресурсов и составляют непременный элемент частной собствен-
ности. Отсюда следует, что свобода и право человека на самораз-
витие образуют моральную основу частной собственности.
Другая ценность - эффективность - также имеет нравствен-
ное обоснование. Эффективность подразумевает использование
ресурсов Земли, включая и труд человека, таким образом, что-
бы оно было наименее расточительным и наиболее продуктив-
ным. В той мере, в какой мы считаем бессмысленные потери
аморальными, так как они лишают нас и других потенциаль-
ных благ, по крайней мере в долгосрочном плане, эффектив-
ность является нравственной. Капитализм, утверждают его за-
щитники, ценит и поощряет эффективность. Американский
опыт отнюдь не совершенен, есть области экономики и повсе-
дневной жизни, где эффективность далеко не очевидна и где яв-
но имеет место расточительность. Но в целом, доказывают по-
борники системы, конкурентный процесс, определяющий аме-
298
риканское свободное предпринимательство, в долгосрочном
плане у нас более эффективен в распределении и использовании
благ, чем в любой другой системе. Это правильно, утверждают
они, потому что поставщики реагируют на спрос. Если рынок не
используется в качестве показателя спроса, товары производят-
ся или способности оцениваются каким-то принимающим реше-
ния центральным органом - обычно государством - на основе го-
раздо меньшей информации и намного менее точной, чем ин-
формация, поступающая от свободного рынка.
Производство богатства
Даже критики капитализма не могут отрицать, что при нем
человечество добилось громадных успехов в своей способности
производить блага. С появлением машин и наступлением инду-
стриальной эры произошло многократное увеличение произво-
дительности человеческого труда. В результате намного больше
необходимых для жизни разнообразных товаров стало доступ-
но, причем в огромных количествах и по ценам, которые могут
позволить себе платить широкие массы. С XVII по XIX в. подъ-
ем уровня жизни американцев затмевает собой такой подъем в
любой другой период истории. Простой человек стал обладать и
рассчитывать на обладание тем, чем не обладали в предыдущие
века даже богатейшие люди. Массовое производство расширило
круг доступных товаров, причем как необходимых для жизни,
так и просто благ, которые удовлетворяют стремления к досугу,
комфорту или наслаждениям.
Более того, потрясающее развитие машинной эры продолжа-
ется до настоящего времени. За промышленной революцией по-
следовал не менее внушительный технический прогресс второй
половины XX в. Детская смертность сократилась, а средняя
продолжительность жизни возросла. Улучшилось здравоохра-
нение. Материализовались возможности всеобщего образова-
ния. Люди теперь располагают бблыпим временем для досуга и
культурного развития. Перечень сфер, где достигнут прогресс,
где увеличились знания и где облегчены страдания людей, мож-
но продолжать почти бесконечно.
Все это, утверждают защитники капитализма, является ре-
зультатом свободного предпринимательства. Никто не может
299
отрицать, что в историческом плане капитализм умножил и усо-
вершенствовал производительные силы людей. Даже Карл
Маркс признает капитализм как неизбежную стадию в разви-
тии производительных сил человечества, и в этом отношении он
положительно оценивает капитализм. Но между тем защитни-
ки последнего идут дальше. Они полагают, что капитализм не
только освободил людей от тяжкого труда в прошлом; он и сего-
дня продолжает способствовать повышению уровня жизни.
Пользуются выгодами от этого не только богатые. Даже самые
бедные члены американского общества живут теперь несравнен-
но лучше, чем огромное число американцев жило еще несколь-
ко поколений назад, не говоря уже о столетиях тому назад. Ка-
чество и доступность безопасной питьевой воды, санитарные ус-
ловия, наличие дорог - это лишь малая часть общественных
благ, которыми пользуются все и которые способствуют созда-
нию более высокого уровня жизни.
С моральной точки зрения можно оценить результаты эконо-
мической системы Соединенных Штатов во времени. Она, бес-
спорно, повысила качество жизни и благосостояние людей, при-
чем не только американцев, но также и многих людей в других
странах посредством экспорта американских ноу-хау, техноло-
гии и товаров; она послужила для других народов примером, а
также дала прибежище людям из многих стран всего мира. Все
это определенно является ее моральной заслугой. Более того, ут-
верждают ее защитники, ее положительные черты намного пе-
ревешивают ее отрицательные стороны и неоспоримые негатив-
ные побочные влияния.
Следовательно, американская система свободного предпри-
нимательства отвечает второму принципу справедливости Роул-
са. Хотя неравенства в ней действительно существуют, они в ко-
нечном итоге ведут к обеспечению выгоды для всех членов обще-
ства и проявляют себя в системе, в которой имеются равные воз-
можности - по крайней мере в принципе - для всех. Выстроены
ли эти неравенства таким образом, чтобы все получали выгоду
от каждого из них, — вопрос спорный. Без сомнения, не все они
выстроены подобным образом. Тем не менее в принципе, а не
фактически, не существует препятствий к тому, чтобы изменять
те неравенства, какие не приносят выгоды всем.
300
Если обратиться снова к примеру с Биллом Гейтсом, с кото-
рого мы начали эту главу, то, без сомнения, Гейтс накопил ог-
ромное богатство. Однако в этом процессе он обеспечивал рабо-
чие места в своей фирме, а ее изделия оказались чрезвычайно
полезными. Именно это в значительной мере обусловило гро-
мадный успех компании. Такое потрясающее увеличение лич-
ного богатства в течение короткого периода - явление исключи-
тельное. Но оно отнюдь не говорит о том, будто стимулы к полу-
чению прибыли не приносят в конечном счете выгоды всем; в
данном случае это подтверждается тем, что указанные стимулы
способствуют созданию продуктов, которые так или иначе, в
большей или меньшей степени полезны для общества в целом.
Если допустить, что данный случай отражает такое увеличение
разрыва между богатыми и бедными, которое наносит ущерб
обществу, то система располагает способами уменьшения этого
ущерба, а главным из этих способов выступает перераспределе-
ние богатства через налогообложение. В случае с компанией
«Майкрософт», где каждый пятый работник стал миллионе-
ром, обвинение в эксплуатации рабочей силы вряд ли право-
мерно, поскольку многие рабочие разделили успех компании,
владея ее акциями.
Предпочтительность американской системы по сравне-
нию с фактически существующими социалистическими
Третий аргумент моральной защиты американского капита-
лизма начинается с признания, что он не совершенен. Совер-
шенной системы на Земле не существует. Любую систему мож-
но улучшать, из чего следует, что перед американским свобод-
ным предпринимательством стоит задача постоянного преодоле-
ния его аморальных аспектов и дальнейшего повышения народ-
ного благосостояния. Поборники американского капитализма
считают, что свобода, имманентно присущая системе, делает
возможным ее реформирование. Кроме того, механизм «ограни-
чителей и противовесов», созданный разделением властей среди
множества людей, делает более реальной возможность положи-
тельных изменений, чем в случае, если бы власть была центра-
лизована в руках государства. Если демократию кто-то считает
наихудшей из всех других известных человечеству государст-
во 1
венных систем, тогда и американское свободное предпринима-
тельство можно назвать наихудшей политико-экономической
системой из всех других систем, какие знало человечество. Од-
нако, утверждают поборники этой системы, лучшей системы не
предвидится.
Со времен Маркса социализм превозносился как следующая
стадия развития человеческого общества, причем такая ста-
дия, которая морально предпочтительнее, чем капиталистиче-
ская. В качестве теории социализм морально чрезвычайно
привлекателен. Кто может отрицать желательность создания
такого общества, в котором все живут в полной гармонии, в ко-
торое каждый вносит все, на что он способен, в котором он по-
лучает все, что ему необходимо, и в котором богатство произра-
стает в изобилии? А именно это проповедует социализм. Но за-
щитники американского свободного предпринимательства на-
стаивают на том, чтобы мы сравнивали американскую систему
не с идеалом социализма, а с теми реальными социалистичес-
кими обществами, которые созданы людьми, совершавшими
революции во имя социализма. Социализм, утверждают сто-
ронники свободного предпринимательства, теперь уже не иде-
ал, ждущий своего воплощения. Уже свыше семидесяти лет
можно наблюдать результаты великих социалистических экс-
периментов. Сопоставьте положение в Соединенных Штатах с
положением в бывшем СССР, или в бывших социалистических
странах Восточной Европы, или в Китае, или на Кубе. Более
высокий уровень жизни американского народа отрицать нель-
зя. Но посмотрите также на политическую свободу, которой
пользуется население США, в сравнении с политическими ус-
ловиями, в которых жило или живет население перечислен-
ных стран. И в данном случае защитники американской систе-
мы считают положение не поддающимся сравнению. Все име-
ющиеся исторические примеры свидетельствуют, что социа-
лизм принес с собой ужасные человеческие страдания, а
участь простых людей оказалась явно не лучшей, чем она мог-
ла бы быть без социализма. Отсюда следует заключение, что
американская система, при всех своих недостатках, нравст-
венно предпочтительна моделям социализма, демонстрируе-
мым реальными обществами XX столетия. Более того, опыт со-
302 \
циалистических стран не дает большинству американцев сти-
мула к тому, чтобы следовать по пути, на который стали соци-
алистические страны.
Народы бывшего Советского Союза и бывших социалистиче-
ских республик Центральной и Восточной Европы свергли свои
коммунистические режимы соответственно в 1991 и 1989 гг.
Опыт указанных государств убедительно свидетельствует, что
положение, к которому в конечном счете их привели эти режи-
мы, оказалось нестерпимым. Народы бывшего СССР и стран
Центральной и Восточной Европы теперь повернулись к капита-
лизму. Что именно и сколько они сохранят от социализма - это
все еще вопрос открытый, и в разных странах ответ на него, бес-
спорно, будет неодинаков. Насколько успешно они сумеют со-
здать жизнеспособные и производительные общества, зависит
не от того, в какой мере они станут скрупулезно следовать при-
меру США, а от того, как им удастся сформировать свои собст-
венные социополитические и экономические системы, обеспе-
чивающие их нужды. Их опыт служит американцам убедитель-
ным предостережением против того, чтобы вступить на социа-
листический путь, на который в свое время вступили эти стра-
ны. Вывод, к которому пришло большинство американцев, за-
ключается в том, что американская система свободного пред-
принимательства, хотя она и несовершенна и может быть улуч-
шена, тем не менее на сегодня является для США наиболее под-
ходящей. Риск, связанный с введением какой-либо иной систе-
мы, не стоит той цены, которую неизбежно пришлось бы запла-
тить за такой эксперимент.
Несоциалистические альтернативы
современному американскому капитализму
Если мы допускаем, что принятая в США система несовер-
шенна и что социализм не представляет собой реальный выбор
для большинства населения этой страны, то возникает вопрос,
что и как следует изменить в американской системе. Существу-
ет три подхода к изменению нынешней американской системы,
отстаиваемые различными группами. Эти три альтернативы
необязательно взаимно исключают друг друга. Одна из них -
303
либертарианская, движение правых. Вторая - это рабочая де-
мократия, движение левых. Третья предполагает постепенные
перемены, когда и где это возможно, без какой-то цельной про-
граммы. Первые две альтернативы в некоторых отношениях
совместимы с третьей. Как либертарианцы, так и поборники
рабочей демократии жалуются на чрезмерную власть и влия-
ние государства. Сторонники рабочей демократии - независи-
мо от того, называют ли они себя социалистами или нет, —
стремятся покончить с противостоянием большого бизнеса и го-
сударства и внести в рыночные отношения демократию. В аме-
риканских условиях ни одна из этих двух групп не стремится к
насильственной революции, обе отстаивают глубокие перемены
внутри системы.
Либертарианская альтернатива
Либертарианцы, как это следует из самого их названия, при-
дают большое значение свободе. Они не только видят в ней глав-
ное достоинство системы свободного предпринимательства, но и
считают, что только государство с минимальными функциями
совместимо со свободой. Они поэтому протестуют против того,
что государство вмешивается в рыночный механизм со своими
законами, правилами и налогами в ущерб свободе американско-
го гражданина и бизнесмена1.
Их критика принимает разные формы и включает не только
позиции по проблемам экономической науки, но также и опре-
деленный взгляд на роль государства. Типичный либертариа-
нец, не будучи анархистом (т.е. человеком, отрицающим необ-
ходимость всякого государства), является минималистом по от-
ношению к роли государства. Легитимная функция государст-
ва, считает он, состоит в том, чтобы защищать людей и собствен-
ность от иностранного нападения и внутреннего насилия, чтобы
обеспечивать разрешение споров и соблюдение контрактов. Сле-
1 Развернутое изложение этой позиции либертарианцев см. в ки.: Robert Nozlck.
Anarchy, State, and Utopia (New York: Basic Books, 1974). Более умеренный
либертарианский взгляд и энергичное отстаивание нормальных связей между
капитализмом и свободой см. в труде: Milton Friedman. Capitalism and
Freedom (Chicago: University of Chicago Press, 1962).
304
довктельно, вооруженные силы, полиция, юстиция и пенитен-
циарная система допустимы, но за этими пределами деятель-
ность государства неуместна.
Либертарианцы, в частности, подвергают нападкам перерас-
пределительную функцию государства. По их мнению, оно не
должно ни облагать людей налогами, ни перераспределять дохо-
ды через систему благотворительности и иные аналогичные про-
граммы. Критика налогов особенно громогласна. Государствен-
ное налогообложение, утверждают либертарианцы, — это во-
ровство. Если кто-то остановит вас на улице и под дулом писто-
лета заставит отдать 25% вашего заработка с тем, чтобы потом
отдать эти деньги бедным, вы, несомненно, запротестуете и за-
явите, что вас ограбили. Но то же самое делает государство сво-
им налогообложением. Более того, продолжают либертариан-
цы, государство не только просто передает бедным деньги, кото-
рые оно забирает в виде налогов. Значительную долю налоговых
поступлений оно использует для обеспечения деятельности сво-
его собственного аппарата и гигантской бюрократии. Государст-
во не только отбирает у всех нас деньги, но использует их на та-
кие цели, какие многие из нас не одобряют. Оно растрачивает,
проматывает, растранжиривает чудовищные суммы денег. То,
что оно так поступает, не должно удивлять. Вы и я очень эко-
номно распоряжаемся своими деньгами, так как мы вынужде-
ны обходиться ограниченными средствами. Государство расхо-
дует не свои собственные деньги, а ваши и мои и перерасходует
их безнаказанно - повышая налоги, когда ему требуется боль-
ше денег, или печатая их больше, или выпуская займы. Возни-
кающая в результате инфляция еще больше сокращает уже уре-
занный налогами наш реальный доход.
Другая энергичная атака либертарианцев обращена против
государственного регулирования бизнеса. Они рассматривают
капиталистическую систему как систему, основанную на сво-
бодной конкуренции. Если ей позволить функционировать так,
как она на это способна, не будет необходимости в государствен-
ном регулировании. Конкуренция сама излечит пороки, кото-
рые государство безуспешно и неэффективно пытается устра-
нить. Государству свойственна склонность к перегибам, к чрез-
мерному регулированию даже и тогда, когда оно исполнено са-
305
мых благих намерений. К тому же многие правила, относящие-
ся к большому бизнесу, постепенно распространяются на мел-
кие предприятия. Правительственных правил так много и они
столь сложны, что мелкий бизнесмен вынужден тратить гораздо
больше времени и денег, чем он может себе позволить, чтобы
следить за их изданием и составлять требующиеся отчеты. Госу-
дарство гарантирует займы таким гигантам, как «Локхид» и
«Крайслер», когда им грозит банкротство, но не оказывает ни-
какой помощи мелкому бизнесмену. Между тем либертарианцы
не добиваются того, чтобы государство помогало мелким пред-
принимателям; государство, по их мнению, вовсе не должно
вмешиваться в функционирование частного сектора, оно не
должно оказывать помощь ни большому, ни мелкому бизнесу.
Либертарианские взгляды покоятся на представлении о свя-
щенности частной собственности. Частная собственность, рас-
суждают они, принадлежит индивидууму. Если он трудился,
чтобы получить ее, он заслуживает права на то, что он зарабо-
тал. Если он рисковал, если он оказался удачлив, если он рабо-
тал не щадя сил, если он был изобретателен, рынок его вознагра-
дит. Честно полученные вознаграждения по праву принадлежат
ему; они не принадлежат государству. Об истинно нуждающих-
ся следует позаботиться посредством систем благотворительнос-
ти и страхования; ленивые и никчемные люди вынуждены либо
изменить свое поведение, либо терпеть последствия собственно-
го образа действия.
Следовательно, концепция либертарианцев имеет мораль-
ную основу. Она защищает свободу как нравственную доброде-
тель, достойную человеческих существ. Она обвиняет государст-
во в аморальной деятельности, когда оно облагает людей налога-
ми, осуществляет программы благотворительности и многие
иные программы. Она требует перемен. Тем не менее либертари-
анцы категорически отстаивают демократию в политической
сфере, точно так же как они защищают свободное предпринима-
тельство в сфере экономики.
Концепция либертарианцев не получила широкой поддерж-
ки, но некоторые ее положения нашли у части населения живой
отклик. Одним из примеров такой реакции может служить со-
временное возмущение американцев чрезмерным налогообло-
306
жением. Калифорнийский бунт против грабительских налогов
на собственность распространился и на другие регионы страны.
Нарастающая инфляция и закостеневшая структура налогов
побуждают все больше и больше людей применять европейскую
практику самовольного уменьшения своих налоговых платежей
в расчете на то, что это не обнаружится.
В историческом плане бизнес не был настроен либертариан-
ски. Предприятия добивались и получали защиту государства в
виде установления тарифов и ограничения определенных видов
импорта. Они доказывали, что Соединенным Штатам следует
придерживаться политики самообеспеченности. Индустрию
США приходится ограждать от перспективы прекращения им-
порта в результате войн. Фермеры добивались и добились пра-
вительственного поддержания цен на их продукцию. Они наста-
ивали на том, что такое поддержание цен необходимо, чтобы
можно было успешно продолжать вести сельское хозяйство. В
этих и других областях бизнес принимал защиту и помощь госу-
дарства. Либертарианцы утверждают, что такое регулирование
бизнес окупил.
И все же, чтобы быть последовательным, либертарианец не
может пожаловаться на людей, если они предпочитают, чтобы
ими управляли определенным образом (т.е. если они голосуют
за налоги и за правительственные расходы), и если они добро-
вольно выбирают вместо свободы экономическую защищен-
ность. Он, однако, утверждает, что государство по-настоящему
не реагирует на нужды людей, что люди вовсе не выбирают сво-
бодно ту политику, какую правительство проводит, и что те, кто
не согласен с определенными политическими мерами, не долж-
ны быть ими связаны. Проблему того, как достичь целей, пред-
лагаемых либертарианством, еще предстоит решить. В качестве
альтернативы существующей системе оно в лучшем случае мо-
жет служить указателем, стрелкой, показывающей возможное
направление перемен. Однако это не завершенная альтернатив-
ная система, лишь ждущая своей реализации в качестве пана-
цеи для решения проблем и преодоления аморальности сущест-
вующей системы.
307
Рабочая демократия
Другая альтернатива нынешней системе проходит под раз-
ными названиями1. Иногда ее называют рабочей демократией,
иногда - социализмом. Но этот проповедуемый вид социализма
не следует ни советской модели, ни британской модели, по-
скольку он не требует, чтобы государство национализировало
производство и управляло им. Сторонники системы рабочей де-
мократии так же энергично, как и либертарианцы, атакуют го-
сударство, но по разным причинам.
Рабочая демократия считает, что государство нерасторжимо
переплетено с большим бизнесом. Наши выборные лидеры, по-
лагают поборники этой системы, необязательно или непредна-
меренно ставят своей целью поддержку интересов бизнеса за
счет интересов рядового гражданина, но структуры общества та-
ковы, что интересы государства и интересы бизнеса чаще всего
совпадают. У государства громадный бюджет. Поскольку у него
нет собственной индустрии, оно расходует много средств на за-
ключение контрактов с частными фирмами. Интересы Америки
за границей - это преимущественно интересы бизнеса. Мы за-
щищаем их интересы в других странах и поддерживаем их в соб-
ственной стране; мы ведем войны из-за естественных ресурсов в
отдаленных странах; все большее число людей легко перемеща-
ются из правительственных кабинетов в офисы большого бизне-
са, без особого труда сменяя свои посты.
Капитализм создал для американского рабочего лучшую
жизнь. Американские рабочие имеют теперь больше благ,
удобств и роскоши, чем рабочие любой другой страны в мире и в
любой период истории, но американская система свободного
предпринимательства стала менее свободной и более обремени-
тельной. Однако ее можно сделать более свободной. Подлинная
демократия теперь возможна, если ее распространить на сферу
экономики и возродить в сфере политики.
' См.: Michael Harrington. The Twilight of Capitalism (New York: Simon & Schuster,
1976); Robert L. Heilbroner. Between Capitalism and Socialism (New York: Vintage
Books, 1970).
308
Поборники рабочей демократии отмечают, что решения,
принимаемые в Америке крупными корпорациями, оказывают
на жизнь всего населения большее влияние, чем решения, при-
нимаемые конгрессом. Мы выбираем наших представителей в
конгресс, но не имеем абсолютно никакого влияния на то, что
решит совет директоров «Дженерал моторз», «Экссон» или лю-
бой другой крупной корпорации. Распределение ресурсов, стро-
ительство или закрытие заводов, создание или ликвидация ра-
бочих мест - все это решения, непосредственно затрагивающие
большое число людей, которые не обладают правом голоса при
принятии подобных решений. И государственное регулирова-
ние не меняет этого положения, поскольку правительство тесно
переплетено с большим бизнесом.
Надлежащий ответ американского народа хоть и с запозда-
нием, но был дан. Возникли группы потребителей для защиты
своих интересов и для какой-то реакции на действия большого
бизнеса. Сторонники защиты окружающей среды также органи-
зовались с целью борьбы против предпринимаемых корпораци-
ями строек, которые они считают экологически вредными.
Профсоюзы, разумеется, выступали в качестве представителей
рабочих в их отношениях с администрацией и вели борьбу за бо-
лее высокую заработную плату и за улучшение условий труда.
Но поскольку они были связаны своей ролью противников по от-
ношению к администрации, они, как правило, не добивались
участия рабочих в управлении предприятиями, рабочего кон-
троля над производственным процессом или установления рабо-
чей демократии. Представляется маловероятным, чтобы в обо-
зримом будущем рабочая демократия в Соединенных Штатах
могла превратиться в нечто большее, чем какое-то незначитель-
ное движение.
Постепенные изменения
Если главная цель либертарианства - это свобода для бизнес-
мена, то главная цель рабочей демократии - это концентрация
управления судьбой рабочих в их собственных руках. В извест-
ном смысле обе позиции сходны. Обе требуют больше свободы
для членов общества, чем они обладают теперь. Обе направлены
против государства и взаимопереплетения государства и бизне-
309
са. Но отстаиваемые ими способы достижения своих целей рез-
ко отличаются друг от друга.
В условиях рабочей демократии рабочий принимал бы учас-
тие в решениях о том, что производить и как это производить.
Исчез бы барьер между рабочими и администрацией. Рабочие
непосредственно участвовали бы в прибылях фирмы. Конфрон-
тационные отношения между работодателем и работником были
бы заменены совместными, кооперационными отношениями
тех, кто занят на одном и том же предприятии. Действенное уча-
стие в принятии предпринимательских решений было бы равно-
сильно действенному участию в принятии правительственных
решений. Согласно рассматриваемой концепции, демократию,
которую мы взрастили в политической сфере, следует допол-
нить и распространить на сферу производства.
Отделение управления от собственности уже произошло в
большинстве крупных фирм. Менеджеры являются точно таки-
ми же наемными работниками, как и рабочие у конвейера. Питер
Дракер писал о «невидимой революции», в результате которой
рабочие через посредство профсоюзных пенсионных фондов и
фондов социального страхования превратились в крупнейших
собственников предприятий1. Менеджмент работает на них как
на держателей акций, и это новое отношение следует теперь при-
знать свершившимся фактом. Нужно покончить с тезисами о гос-
подстве над рабочими, об их эксплуатации, об их отчуждении.
Движение на пути к рабочей демократии развивается мед-
ленно, хотя консьюмеризм и экологические организации рас-
пространились очень быстро. Требования о представительстве
рабочих в советах директоров были удовлетворены в Германии,
но в Соединенных Штатах такое представительство встречается
редко. По иронии судьбы среди самих рабочих призывы к рабо-
чей демократии находят слабый отклик.
И либертарианство, и рабочая демократия - это еще лишь за-
родышевые явления. Они лишь служат показателем недовольст-
ва многими аспектами «большого правительства» и «большого
1 Peter F. Drucker. The Unseen Revolution (New York: Harper & Row Publishers,
1976).
310
бизнеса». Это лишь идеи, в которых находят выражение недо-
вольство и предлагаемые пути изменений. Оба движения придер-
живаются принципа изменений внутри существующей системы,
которые в будущем могут привести к изменению самой системы.
Они не призывают к насильственной революции или к внезап-
ным, резким переменам. Исповедуемый ими принцип постепен-
ности вполне совместим с принципом постепенного подхода к ис-
правлению аморальных методов деятельности внутри системы.
Незначительное меньшинство придерживается мнения, что
американской системе не присуща безнравственность, что она
достаточно справедлива и что исправлять ее незачем. Но боль-
шинство населения понимает, что в стране нет еще полностью
справедливого общества, что имеющиеся структуры могут быть
улучшены, что война с бедностью еще не выиграна, что все еще
предстоит решить проблемы целесообразного использования
энергии и что американцы еще только-только начали сталки-
ваться с моральными требованиями, предъявляемыми им бед-
ными и слаборазвитыми странами мира1. Тем не менее в Амери-
ке существует согласие в том, что им не нужна другая система.
Никакая другая система не является морально предпочтитель-
ной, и никто не жаждет ее применения. Народ может и должен
произвести морально необходимые перемены в американском
капитализме, усовершенствовать его и трудиться ради достиже-
ния еще не реализованного оптимального сочетания свободы и
справедливости. Реальную альтернативу современной системе
США вовсе не образует полнейшее ее изменение. Что, скорее
всего, удастся, так это постепенные изменения: устранение бед-
ствий где только возможно, объявление аморальных методов де-
ятельности вне закона, осуществление структурных изменений
с целью стимулирования нравственного поведения. Американ-
ский капитализм можно сделать более нравственным, чем он яв-
ляется теперь, и на всех американцах лежит долг совершить не-
1 См. интересный документ, вызывавший довольно широкую дискуссию:
National Conference of Catholic Bishops, Economic Justice for All: Pastoral
Letter on Catholic Social Teaching and the U.S. Economy (Washington, D.C.:
U.S. Catholic Conference, 1986).
311
обходимые перемены там, где это возможно и насколько это в их
силах. Одна из функций этики бизнеса заключается в том, что-
бы тщательно исследовать с моральных позиций практикуемые
методы деятельности и существующие структуры внутри аме-
риканской экономической системы, чтобы выявить из них амо-
ральные и предложить, где возможно, предпочтительно мораль-
ные их альтернативы.
Контрольные вопросы и задания
1. Компания «Майкрософт» постоянно изменяет программ-
ную систему MS-DOS. Затем на основе этих изменений она
изменяет свои прикладные программы, такие, как Word.
Последние же изменения компания может вносить в про-
грамму непосредственно перед самым представлением ее
публике. Некоторые конкуренты утверждают, что это дает
компании «Майкрософт» несправедливое преимущество
для ее прикладных программ, так как другие компании мо-
гут внести изменения в свои прикладные программы лишь
после выпуска в свет новой версии MS-DOS. Является ли это
обвинение морально оправданным?
2. Есть ли что-либо аморальное в том, что один человек зараба-
тывает на своем бизнесе 1 млрд. долл, в год? Если да, то по-
чему? Если нет, то почему?
3. Соответствует ли изображенная в гл. 6 модель американско-
го капитализма действующей теперь в Америке экономиче-
ской системе? Если да, то в чем это выражается, если нет, то
в чем вы видите отличия? Есть ли различия между капита-
лизмом и свободным предпринимательством?
4. При каких условиях морально оправданно свободное пред-
принимательство? Соблюдаются ли эти условия в США?
5. Что собою представляет честная сделка? Аргументируйте
утверждение, что условия этой сделки честные.
6. Каковы традиционные функции государства? Выполняются
ли эти функции всеми государствами, или лишь определенны-
ми типами государств, или лишь в определенные периоды?
312
7. Как поступает государство с людьми, которые не вносят
свой вклад в экономику? Как оно должно с ними поступать?
Существуют ли различные категории таких людей?
8. Как государство выходит на рынок? Оправдан ли морально
выход государства на рынок?
9. Почему правительство практикует фискальную и монетар-
ную политику?
10. Как правительство пытается обеспечивать честность рыноч-
ных сделок? Является ли это легитимной функцией госу-
дарства? Вправе ли государство благоприятствовать, под-
держивать или иным образом поощрять одни фирмы в отли-
чие от других?
11. Оправданно ли морально налогообложение? Если да, то объ-
ясните почему. Если нет, объясните почему.
12. Изложите и оцените марксистское утверждение о том, что
капитализм основывается на эксплуатации. Что понимает-
ся под эксплуатацией? Что подразумевает трудовая теория
стоимости?
13. Дайте определение понятия «отчуждение». Изложите и
оцените марксистскую концепцию, согласно которой капи-
тализм отчуждает человека. Представляет ли собой отчуж-
дение специфическую особенность капитализма?
14. Изложите и оцените марксистское утверждение, согласно
которому капитализм препятствует тому, чтобы производи-
тельные силы общества служили массам.
15. Изложите и оцените марксистский тезис о том, что капита-
лизм приводит к растрате ресурсов и создает ложные по-
требности. Если этот тезис верен, то свидетельствует ли он о
том, что капитализм по сути своей аморален? Если да, то по-
чему? Если нет, то почему?
16. Изложите и оцените марксистское утверждение о том, что
капитализм подкармливает военно-промышленный ком-
плекс за счет всего населения. Делает ли он это в меньшей
степени теперь, когда «холодная война» прекратилась?
17. Изложите и оцените тезис, согласно которому капитализм
порождает глубокие и несправедливые неравенства. Явля-
ются ли все глубокие неравенства в богатстве несправедли-
выми? Если да, то почему? Если нет, то почему?
313
18. Охарактеризуйте и оцените либертарианскую альтернативу
американскому корпоративному капитализму.
19. Изложите и оцените альтернативу, содержащуюся в кон-
цепции рабочей демократии.
20. Что собой представляет альтернатива, подразумевающая
постепенные изменения? Совместима ли она с либертариан-
ской моделью или (и) с моделью рабочей демократии?
21. Докажите, что неубедительность критики нравственности
американской системы свободного предпринимательства не
равнозначна признанию моральной оправданности этой си-
стемы. Набросайте схему аргументации, которая потребова-
лась бы для доказательства того, что система морально оп-
равданна.
ГЛАВА 8
Корпорации и нравственность
Пример с фирмой «Молден милз»
Пожар, начавшийся, вероятно, в результате взрывав котель-
ной, быстро охватил одно здание, перекинулся на другое, а за-
тем и на третье. В ночь на 11 декабря 1995 г. главные производ-
ственные здания компании «Молден милз» были обращены в
пепел1.
Компания «Молден милз» была основана в 1906 г. Генри
Фейерстайном, дедом ее нынешнего владельца, Аарона Фейер-
стайна. В 1956 г. предприятие было переведено из Молдена в Ло-
ренс, штат Массачусетс. К 1995 г. большинство других промыш-
ленных предприятий в Лоренсе закрылись или переместились
на Юг и за границу, чтобы выгадать на более дешевой рабочей
силе. В 80-х годах «Молден милз» оказалась перед перспекти-
вой банкротства в результате падения спроса на производивши-
еся ею искусственные меха. Но, продолжая производство оби-
вочной ткани и ткани с начесом, компания, кроме того, разрабо-
тала новый продукт - полартек, позволивший ей успешно вос-
становить свои позиции на рынке. Полартек представляет собой
синтетическую ткань, изготовляемую из переработанных пласт-
массовых бутылок, легкую, теплую и эластичную, которая ис-
пользуется в производстве спортивной и верхней одежды таки-
' Наиболее полный отчет о пожаре и его последствиях приведен в работе: Bruce
D. Butterfield. Test By Fire: The Story of Malden Mills - four parts//The Boston
Globe, September 8, 9, 10, 11, 1998. См. также: Pater Michelmore. One Boss in
a Million//Reader’s Digest, October 1996, pp. 94—99.
315
ми фирмами, как «Эдди Бауэр», «Нортфейс», «Л.Л. Бин», «Па-
тагония» и «Лэнде энд».
В ночь пожара Аарон Фейерстайн праздновал свое семидеся-
тилетие и узнал о беде по возвращении домой. Он поспешил на
место пожара и с помощью пожарных и некоторых своих работ-
ников сумел спасти часть одного из оставшихся производствен-
ных зданий. Он был полон решимости как можно быстрее вос-
становить производство. Некоторые его советники предлагали
ему либо закрыть компанию, выйти на пенсию и выручить что
можно из страховки, либо заново построить предприятие где-
нибудь в другом месте. Фейерстайн отверг эти предложения и
решил, вопреки советам своих менеджеров, не только немедлен-
но восстановить производство, но также выплатить каждому ра-
бочему рождественскую премию в размере 275 долл., как это
планировалось ранее, и объявить им, что за ними сохраняется
заработная плата по крайней мере на 30 дней.
Фабрика была застрахована на 300 млн. долл. Однако страхо-
вая компания не захотела выплачивать страховку до выяснения
причин возникновения пожара и того, не был ли такой причи-
ной поджог. Фейерстайну страховые суммы были необходимы
для восстановления фабрики, и он не мог ждать, пока завершит-
ся процесс расследования. Поэтому он взял кредиты на сумму в
100 млн. долл., добавил собственные деньги и немедленно при-
ступил к восстановительным работам. Когда истекли первые 30
дней, он гарантировал рабочим заработную плату еще на 30
дней, независимо от того, будут ли они работать. И проделал это
еще и в третий раз. Заработная плата его рабочих была одной из
самых высоких в отрасли и составляла 25,5 долл, в час.
В течение трех месяцев Фейерстайн настолько восстановил
свою фабрику, что не потерял своих главных покупателей полар-
тека и вернул к работе большинство рабочих. Но ему не удалось
восстановить цех по производству обивочных материалов и при-
шлось уволить 400 человек из занятых у него 3100 (из этого чис-
ла 2320 человек работали в Лоренсе). Однако даже и тогда он про-
должал еще в течение трех месяцев выплачивать четыремстам
уволенным медицинскую страховку, открыл для них рабочий
центр вспомоществования и гарантировал им первоочередное
право возвращения на работу, как только это станет возможным.
316
Обращение Фейерстайна со своими рабочими получило офи-
циальное признание. Президент Клинтон пригласил Фейер-
стайна на церемонию оглашения «Послания о положении стра-
ны», и его посадили рядом с первой леди. О поступках Фейер-
стайна писали газеты. Иешивский и Бостонский университеты
присвоили ему почетные ученые степени. В статье, опублико-
ванной в журнале «Форчун», был дан следующий комментарий:
«Владельца компании «Молден милз» Аарона Фейерстайна и
высмеивали и превозносили, когда после пожара, уничтожив-
шего его фабрику, он продолжал выплачивать заработную пла-
ту тысяче рабочих. Но сегодня он доказывает, что хорошее обра-
щение с рабочими - это просто хороший бизнес»1.
Неизвестно, говорили бы о нем то же самое, если бы его ком-
пания не преуспела, а потерпела бы крах, хотя его обращение с
рабочими было бы таким же. В течение какого-то времени не
было никакой уверенности, что ему удастся успешно восстано-
вить предприятие. К февралю страховая компания выплатила
ему лишь аванс в сумме 9 млн. долл. Выплата заработной платы
рабочим, несмотря на то что для многих из них не было работы,
обошлась ему в 13 млн. долл. За первый квартал после пожара
«Молден милз» понесла убыток в 50 млн. долл. Фейерстайну
удалось сохранить своих главных покупателей полартека, но он
потерял часть покупателей обивочных материалов. Однако он
все же добился успеха. 6 июня 1997 г. страховая фирма наконец
согласилась полностью выплатить ему страховку за потери от
пожара в сумме 300 млн. долл. Оснащение фабрики новейшим
оборудованием обошлось еще в 40 млн. долл. Новая фабрика бы-
ла торжественно открыта уже 16 сентября 1997 г., продажа про-
дукции увеличилась на 40% по сравнению с ее объемом до пожа-
ра, а производительность труда на фабрике выросла на 25%. В
течение нескольких месяцев последние 70 человек из уволен-
ных были снова приняты на работу. К тому же компания «Мол-
ден милз» получила широкую известность и богатую рекламу,
приобрела бесценное доброжелательное отношение не только со
1 Thomas Teal. Not a Fool, Not a Saint//Fortune, November 11, 1996, p. 201.
317
стороны своих рабочих, но также и со стороны своих клиентов и
широкой публики вообще.
Фейерстайн утверждал, что поступил так, как должно было
поступать. Он говорил, что не мог бросить в беде ни своих рабо-
чих, ни город Лоренс. Его обращение с работниками фирмы за-
воевало ему их глубокую преданность, и они чрезвычайно усерд-
но трудились, помогая ему в рекордные сроки восстановить фа-
брику. Несмотря на то что его решение продолжать платить ра-
бочим заработную плату в течение трех месяцев после пожара,
независимо от того, работали они или нет, кое-кем было сочтено
неразумным, теперь оно превозносилось как хороший бизнес.
Был ли поступок Фейерстайна, как он утверждает, правиль-
ным не только по деловым соображениям, но также и по сообра-
жениям моральным? Был ли он морально обязательным или вы-
ходил за пределы нравственных требований? Способна ли была
бы акционерная компания повторить такой широкий жест в по-
добной ситуации и сочли ли бы ее акционеры и аналитики с
Уолл-стрит такой жест мудрой деловой практикой?
Поступок фирмы «Молден милз» представляет собой во мно-
гих отношениях исключение из обычной практики крупных
фирм. Она находится в личной собственности, не является акци-
онерной компанией, управляется она ее владельцем лично. Эти-
ческие оценки применяются ко всем деловым сделкам, ко всем
предприятиям, большим и малым. Но в большинстве дискуссий
о деловой этике, и в данной книге тоже, упор делается на этику
корпораций, причем наиболее крупных. Причин тому много.
Небольшие предприятия обычно управляются их собственника-
ми. Они, следовательно, отражают нравственные представления
владельцев, которые управляют своим предприятием, руковод-
ствуясь теми же нормами, что и в своей личной жизни. Если у
них есть наемные работники, они стараются хорошо их узнать,
а отношения с ними, хотя и носят деловой характер, не могут не
быть личными, так как они повседневно сталкиваются лицом к
лицу. Одним из следствий этого является то, что в большинстве
случаев поступки владельца предприятия по отношению к сво-
им работникам им совершенно ясны. Работникам известны ус-
ловия, в которых они работают, им ясно, честно с ними обраща-
318
ются или нет, а если с ними обращаются несправедливо, они
знают, кого в этом винить и кому жаловаться. Равным образом
и сделки с клиентами носят такой же прозрачный характер. По-
стоянные клиенты требуют к себе неизменно честного отноше-
ния со стороны фирмы, в противном случае они станут вести де-
ло с другими предприятиями.
По американским законам корпорации обладают особым ста-
тусом в том смысле, что несут ограниченную ответственность. В
этом кроется одна из причин, почему к ним следует подходить
по-иному: владельцы акций компании отвечают лишь за то ко-
личество денег, которое они вложили в предприятие. Личное до-
стояние акционеров здесь роли не играет. Но главная причина,
почему мы здесь уделяли основное внимание крупным корпора-
циям, заключается в том, что они обычно носят безличный ха-
рактер, что они могущественны и способны приносить как боль-
шую пользу, так и большой вред. Они безличны потому, что
обычно управляются менеджерами, которых для этой цели на-
нимают акционеры. Поскольку корпорации очень велики, выс-
шие управляющие не в состоянии знать лично всех работников,
причем между рабочими и главным директором-распорядите-
лем имеются различные промежуточные управленческие зве-
нья. Следовательно, здесь личное управление рабочими заменя-
ется организационными структурами, правилами и специфиче-
скими особенностями функционирования предприятия. Нрав-
ственный тон в корпорации задает ее высшее руководство; но
управляющие опять-таки представляют собой наемный персо-
нал, в отличие от управляющих-владельцев, у которых своя осо-
бая и личная заинтересованность в судьбе компании.
В крупных корпорациях занято большое число людей, кото-
рые оказываются от них в зависимости. В свою очередь, и мно-
гие города, в которых корпорации размещают свои заводы, так-
же попадают в зависимость от них. Массовое производство боль-
шинства продуктов создает большое количество отходов, часто
токсических. Огромная власть влечет за собой и большую ответ-
ственность. Одна из задач деловой этики заключается в том, что-
бы определить, какую ответственность за свои действия несут
корпорации перед обществом, перед своим персоналом, перед
319
акционерами, перед потребителями и перед всеми другими, ко-
го эти действия затрагивают.
Моральный статус корпораций и других
официальных организаций
Корпорация - это образование особого рода. В 1819 г. предсе-
датель Верховного суда Маршалл в деле «Дартмутский колледж
против Вудворда» вынес следующее определение: «Корпора-
ция - это искусственное образование, невидимое, неосязаемое и
существующее лишь в юридическом смысле. Будучи не более
чем порождением закона, она обладает только теми свойствами,
какими ее наделил учредительный устав, — свойствами, либо
четко определенными, либо подразумеваемыми в силу самого ее
существования. Это такие свойства, какие предположительно
наилучшим образом отвечают целям, ради которых она созда-
на». Корпорация может действовать, владеть собственностью и
быть объектом судебного иска. Важнейшая особенность корпо-
рации, служащая главным мотивом для ее учреждения, состоит
в том, что она несет лишь ограниченную ответственность. Это
избавляет акционеров корпорации или ее собственников от пер-
сональной ответственности. Те, кто помещает свои средства в
корпорацию, могут потерять лишь такое количество денег, ка-
кое они вложили. Их личные активы неприкосновенны.
Моральная ответственность обычно приписывается отдель-
ным лицам и принимается на себя ими же. А имеет ли смысл ве-
сти речь о моральной ответственности государств, или корпора-
ций, или других официальных организаций?1 А если смысл
есть, то подразумеваем ли мы в этих случаях под термином «мо-
ральная ответственность» то же самое, что и в приложении его к
отдельным лицам?
1 Современную дискуссию о моральном статусе корпораций и официальных ор-
ганизаций см. в: John Ladd. Morality and the Ideal of Rationality in Formal
Organizations//The Monist, 54 (1970), pp. 488—516. Великолепный сборник
статей на эту тему см. в: Hugh Curtler (ed.). Shame, Responsibility and the
Corporation (New York: Haven Publishing Corp., 1986). См. также: Peter A.
French. Collective and Corporate Responsibility (New York: Columbia University
Press, 1984).
320
Если мы обратимся к обыденной речи, то увидим, что люди
четко характеризуют некоторые действия стран как амораль-
ные; они говорят о моральной ответственности богатых стран
перед бедными; они утверждают, что корпорации, продающие
небезопасные или вредные изделия, поступают безнравственно.
И все же весьма серьезную точку зрения по этому поводу выдви-
нули такой специалист, как Милтон Фридмен1, и такой теоре-
тик проблем организации, как Герберт Саймон2. По их мнению,
корпорации и другие официальные организации не относятся к
субъектам морали, в лучшем случае они являются юридически-
ми лицами. Такие организации могут быть связаны юридичес-
кими обязательствами, их деятельность регулируется законом.
Лишь человеческие существа являются субъектами нравствен-
ности, лишь человеческие существа несут моральную ответст-
венность. Кто-то может считать, будто на корпорациях или
предприятиях лежат моральные обязательства, но они просто
заблуждаются. Указанная концепция далее утверждает, что,
когда люди работают на компанию, они действуют для компа-
нии и от имени компании. В рамках этой деятельности их дейст-
вия образуют часть действий фирмы; следовательно, эти дейст-
вия, мол, нельзя оценивать с моральных позиций. Когда же они
действуют против интересов фирмы или когда они нарушают за-
кон, воруют у компании или присваивают ее деньги, тогда они
действуют по собственному почину и их с полным правом мож-
но судить с нравственных позиций. Общий вывод названной
концепции состоит в том, что предприятия не являются субъек-
тами морали, не несут моральной ответственности и их не следу-
ет оценивать с позиций морали.
Организационный взгляд на корпорации
Эта точка зрения, которую я стану называть «концепцией ор-
ганизации», представляет собой вариант мифа об аморальности
бизнеса. Отчасти она возникла в качестве реакции на ряд выдви-
1 Milton Friedman. The Social Responsibility of Business Is to Increase Its
Profits//New York Times Magazine, September 13, 1970.
2 Herbert A. Simon. Administrative Behavior, 2nd ed. (New York: The Free Press,
1965).
321
гавшихся группами потребителей и защитников окружающей
среды требований о введении практики социальной ответствен-
ности бизнеса. Милтон Фридмен в ответ выдвинул утверждений,
что функция бизнеса состоит в создании прибыли и что социаль-
ные реформы, благотворительность и тому подобное - это дело
не бизнеса, а государства.
«Концепция организации» уже подвергалась энергичным
атакам, однако с ходу от нее отмахнуться нельзя. Она справед-
ливо устанавливает, что организации, корпорации и государст-
ва не являются субъектами нравственности в том же смысле, в
каком ими выступают отдельные лица. Вот почему, когда нам
приходится рассматривать их в качестве субъектов морали, мы
должны быть очень осмотрительны в пользовании терминами и
четко определять, что мы под ними подразумеваем.
Взгляд на корпорацию как на моральный субъект
Аргументация против утверждения, что официальные орга-
низации не являются субъектами морали, весьма проста. Мо-
раль направляет действия разумных существ постольку, по-
скольку они оказывают влияние на другие разумные существа.
Официальные организации, например корпорации, осуществ-
ляют какую-то деятельность. «Форд мотор компани» произво-
дит автомобили; она также строит заводы, нанимает и увольня-
ет работников, платит им заработную плату, выплачивает нало-
ги, изымает из эксплуатации дефектные модели и т.д. Предпри-
ятия не только действуют, они действуют разумно, руководству-
ясь рациональным методом принятия решений. Поскольку их
разумные действия сказываются на людях, эти действия можно
оценить с нравственной точки зрения. Если дискриминация од-
ним человеком других людей безнравственна, столь же безнрав-
ственна и дискриминация, практикуемая корпорацией. Если
для отдельного лица весьма похвально делать пожертвования,
столь же похвально это и для корпорации. Если дурно, когда во-
руют отдельные люди, столь же дурно, когда воруют предприя-
тия. Действия можно оценивать морально независимо от того,
осуществляются ли они отдельным человеком или таким субъ-
ектом, как компания, корпорация или государство. В против-
ном случае получалось бы, что совершать убийство для отдель-
322
ных людей дурно, а для предприятий это не безнравственно или
что эксплуатация одним человеком другого аморальна, а экс-
плуатация человека корпорацией с моральной точки зрения не-
существенна. Такой подход явно неприемлем, так как убийство,
воровство, эксплуатация и ложь порочны независимо от того,
прибегают ли к ним отдельный человек, корпорация или госу-
дарство; эти действия порочны в любом случае, кто бы их ни
осуществлял.
Однако на этом спор не кончается, ибо составным элементом
♦концепции организации» является утверждение, что офици-
альные организации сами по себе не действуют. Не действуют,
мол, сами по себе ни корпорации, ни клубы, ни компании или
государства. В них действуют люди, а организация как таковая
представляет собой не что иное, как формальную структуру. Са-
ма эта структура ничего не делает. Что бы в ней ни делалось, де-
лают это люди. Несомненно, в утверждении, что формальные
структуры сами не действуют, а действуют в них лишь люди, со-
держится нечто правильное. Тем не менее, как уже отмечалось,
мы часто говорим о фирмах и государствах как о действующих
субъектах. Кто прав? И как это установить.
Взгляд на корпорацию как
на морально действующий субъект
Ответ на оба вопроса можно найти при помощи более тща-
тельного анализа употребляемого нами языка. Когда мы гово-
рим, что ♦Форд» строит автомобили, то вовсе не подразумеваем
при этом, что они возникают словно по волшебству; мы знаем,
что ни один автомобиль не будет произведен, если кто-нибудь не
сделает это. Огромное число людей, применяющих разнообраз-
ные инструменты и машины, вкладывают свой труд в создание
фордовского автомобиля. И все же мы можем использовать имя
Форд для обозначения всех этих людей, их отношений и их сов-
местной деятельности. Мы знаем, что в фирме имеются рабочие
и менеджеры, президент, совет директоров, акционеры. Тем не
менее, даже не зная, кто в фирме что конкретно делает, мы мо-
жем говорить, что ♦Форд» производит автомобили. Это вполне
понятное утверждение людей за пределами корпорации, относя-
щееся к ней как к целому. Когда ♦Форд» изымает из эксплуата-
323
ции дефектные автомобили, кто-то в фирме должен принять ре-
шение об их изъятии и либо этот кто-то, либо другие люди долж-
ны послать клиентам соответствующие уведомления. Они дей-
ствуют не от собственного имени, а в качестве служащих или
представителей фирмы.
В нашем житейском языке мы вполне уместно используем
название фирмы для обозначения всех, кто с нею связан, для
обозначения изделий, которые эти люди производят, или для
обозначения хозяйственного субъекта, к которому можно
предъявить претензии. Поэтому, когда мы выносим нравствен-
ное суждение о действиях фирмы (или государства), нам вовсе
нет необходимости знать, кто тот человек или кто те люди в фир-
ме, на ком лежит ответственность за ее продукцию. Как с мо-
ральной, так и с юридической точки зрения мы вправе считать
ответственной фирму как таковую. Но, признав возможность
вынесения нравственных суждений о действиях фирмы или
страны, мы еще должны выяснить, а почему, собственно, это на-
до делать. Искомый ответ кроется в определении того, чего
именно мы хотим добиться такими суждениями. Вынося мо-
ральные суждения о действиях фирмы или государства, мы са-
ми совершаем много действий. Мы выражаем наши чувства,
оцениваем действие, побуждаем других людей реагировать на
это действие так же, как и мы. Формулируя свою моральную
оценку, мы либо одобряем, либо порицаем. Морально осуждая
какое-то действие, мы можем тем самым желать побудить дру-
гих наложить моральные санкции или оказать давление с целью
заставить исправить зло или изменить политику, обусловив-
шую данное действие.
Одним из методов осуществления такого влияния служит ор-
ганизуемый потребителями бойкот товаров; так, например, се-
зонные рабочие в Калифорнии бойкотировали салат, производи-
мый фирмой «Сэйфвей сторз», а объединение «Инфэкт» органи-
зовало бойкот продукции компании «Нестле»1. Посредством
бойкота пытаются оказать давление на компанию с целью заста-
вить ее изменить свою хозяйственную практику и политику,
1 Подробно о бойкоте фирмы «Нестле» см. в гл. 11.
324
признаваемые аморальными. Люди, призывающие к бойкоту,
могут и не знать, кто в фирме несет ответственность за порочную
практику, да им это и ни к чему. Бойкот может привести к со-
кращению объема производства фирмы, а следовательно, и к
увольнению рабочих, которые никак не причастны к разработке
политики фирмы или к ее практическому осуществлению. Но
бойкот объявляется не для того, чтобы уволили конкретных лю-
дей, ас целью добиться изменения политики фирмы. Для людей
за пределами компании совершенно безразлично, кто отвечает
за разработку этой политики и кто ее практически осуществля-
ет. Организаторы бойкота видят свою задачу в том, чтобы дока-
зать безнравственность производства опасной продукции, при-
влечь внимание людей к такой практике и объединить их уси-
лия для оказания морального давления с целью прекратить по-
рочную практику выпуска недоброкачественных продуктов.
Такой же анализ можно провести и применительно к госу-
дарствам. Когда Соединенные Штаты осудили Ирак за вторже-
ние в Кувейт, сам акт осуждения осуществили от имени США их
официальные представители. Хотя мы говорим, что Ирак вторг-
ся в Кувейт, мы фактически имеем в виду, что вторглись туда
иракские солдаты. Мы видим в них исполнителей, получающих
приказы от главы государства. Но сам глава государства физи-
чески во вторжении не участвовал. В одних случаях мы прово-
дим различие между тем, что делают лидеры страны, и тем, что
делают обыкновенные люди, в других случаях мы этого не дела-
ем. Когда одна страна устанавливает блокаду другой, военно-
служащие первой препятствуют экспорту товаров из другой или
импорту товаров в нее. Какая-то страна может объявить войну
другой и осуществляет это через посредство своего правительст-
ва; но война объявляется не против отдельных людей той стра-
ны. Когда речь идет о предприятии, мы констатируем, что этот
собирательный термин выполняет много функций; точно так
же, говоря о государстве, мы утверждаем, что ни одно государ-
ство не может функционировать, если от его имени не действу-
ют люди.
Дело не в том, что какое-то действие можно с полным основа-
нием приписать корпорации (или формальной организации или
государству) или что более уместно его приписать отдельному
325
лицу или лицам внутри корпорации, которые принимают реше-
ния и практически их осуществляют. Возложение ответственно-
сти за действие, а следовательно, и моральной ответственности
за это действие именно на корпорацию вполне разумно, а с прак-
тической точки зрения может оказаться эффективным. Равным
образом дело не сводится и к тому, чтобы решить, на кого следу-
ет возложить ответственность - на корпорацию в целом или же
на лиц внутри корпорации. Здесь нет необходимости в таком вы-
боре. Можно возложить ответственность только на корпорацию,
или на корпорацию и на одно лицо, или на ряд лиц, работающих
в корпорации, или только на одно или несколько лиц, работаю-
щих в корпорации1. На кого мы возлагаем ответственность, зави-
сит в каждом отдельном случае от конкретных фактов.
Однако ясно одно: ответственность всегда должны нести лю-
ди независимо от того, берут ли они ее на себя лично или, в силу
занимаемой ими должности, возлагают ее на корпорацию. Мо-
ральную ответственность за действия корпорации могут взять
на себя члены совета директоров, президент, менеджеры разных
уровней или рабочие. Каждый из них может считать себя мо-
рально ответственным за выполнение возложенной на него зада-
чи; они могут считать других морально ответственными за вы-
полнение порученной им работы; некоторые из них или все они
могут не признавать за собой моральной ответственности.
Моральные обвинения, предъявляемые извне, моральная от-
ветственность, приписываемая корпорации или государству из-
вне, могут быть отвергнуты, оспорены, опровергнуты или про-
игнорированы. Такое происходит, когда никто внутри корпора-
ции или государства не признает приписываемой ей или ему от-
ветственности .
Корпорации - это не люди. Различие между отдельными
людьми, с одной стороны, и корпорациями, другими официаль-
ными организациями, государствами - с другой, весьма важно
как с моральной точки зрения, так и с точки зрения моральной
1 Анализ проблем коллективной ответственности см. в кн.: Larry May. The
Morality of Groups (Notre Dame, Ind.: University of Notre Dame Press, 1987);
Peter A. French (ed.). Individual and Collective Responsibility, 2nd ed.
(Rochester, VT: Schenkman Books, Inc., 1998).
326
ответственности. Корпорация как таковая не обладает собствен-
ной совестью, чувствами, самосознанием1. Она обладает совес-
тью лишь в той мере, в какой те, кто входит в ее состав, действу-
ют от ее имени таким образом, что это демонстрирует нечто
сравнимое с совестью. Поскольку корпорация функционирует
лишь через посредство людей, работающих на нее, именно по-
следние должны нести моральную ответственность за корпора-
цию. Правда, не всегда можно четко определить, кто внутри
корпорации должен принимать на себя эту ответственность.
Когда фирма неправомерно наносит ущерб человеку, на ней
лежит моральная обязанность возместить этому человеку причи-
ненный ущерб. Например, практически не имеет значения, про-
должает ли еще служить в фирме конкретное лицо, которое сис-
тематически платило женщинам меньшее жалованье, чем муж-
чинам, за одинаковую работу. Если женщины заслуживают ком-
пенсацию за проявленную к ним несправедливость, на фирме ле-
жит моральная обязанность восстановить справедливость. Чело-
век, который ничего общего не имеет с совершением в прошлом
этой несправедливости, но который теперь служит в фирме, мо-
жет быть морально обязан принять меры для возмещения ущер-
ба, нанесенного ранее дискриминацией в оплате труда женщин.
Если фирма морально ответственна за причиненный ущерб, она
также морально ответственна за его возмещение. Но кто и что
именно должен сделать для этого внутри фирмы, часто можно
определить лишь путем анализа каждого конкретного случая.
Мы можем употреблять и практически употребляем язык мо-
рали по отношению к действиям предприятий, официальных
организаций и стран. Но в любом анализе, когда мы переходим
от действий отдельных лиц к действиям организаций, нам сле-
дует хорошо понимать различие значения и практического при-
ложения употребляемых терминов.
Поскольку корпорации действуют сознательно, их можно
считать морально ответственными за их действия. Они, таким
образом, являются субъектами морали. Но так как корпорации
См.: Kenneth Е. Goodpaster, John В. Matthews, Jr. Can a Corporation Have a
Conscience?//Harvard Business Review, 60 (January-February 1982), pp. 132—141.
327
не представляют собой самоцель, они не являются и нравствен-
ными личностями. Отсюда следует, что можно с моральных по-
зиций определять цели, во имя которых корпорация создается.
А коль скоро корпорации не являются человеческими существа-
ми, они не могут претендовать на присвоение себе нравственных
прав людей, например права на жизнь или права на продолже-
ние своего рода. Попытка распространения всех прав человека
на корпорации имеет своим источником путаницу в определе-
нии морального статуса корпораций.
Поскольку моральный статус корпораций отличается от мо-
рального статуса людей, моральные обязательства корпораций
также отличаются от моральных обязательств людей. Это раз-
личие обусловлено тем фактом, что корпорации - это ограни-
ченные образования и организуются они лишь для определен-
ных целей. То обстоятельство, что корпорация существует и со-
здана для определенных целей, вовсе не служит доказательст-
вом необходимости ее существования или моральной оправдан-
ности ее целей. Но коль скоро цели, для которых корпорации
образованы, не аморальны и коль скоро средства, с помощью ко-
торых эти цели достигаются, не аморальны, корпорации не свя-
заны целой серией моральных правил, какой связаны живые
люди.
Как и все другие субъекты морали, корпорации обязаны не
причинять вред другим. Это «отрицательное» повеление пред-
ставляет собой очень сильное ограничение деятельности корпо-
раций. Между тем «положительные» обязательства корпораций
зависят от целей, какие они ставят перед собой, от конкретной
ситуации, в которой они оказываются, от их юридического ста-
туса и от социополитической среды, в которой они организова-
ны и действуют. А поскольку корпорации не являются субъек-
тами морали, весьма сомнительно, чтобы от них можно было
ожидать действий, диктуемых нравственными мотивами. Но
чего следует от них ожидать - это чтобы они не предпринимали
действий, противоречащих морали. Мы можем хвалить их за
действия, согласующиеся с законами нравственности, и осуж-
дать за нарушение этих законов. Корпорации не обладают чисто
личностными свойствами, присущими человеку. Поэтому их
действия, а не побудительные мотивы служат законным пред-
328
метом нравственной оценки. Корпорации - это не машины и не
животные. Это организации, управляемые людьми, и как тако-
вые имеют моральный статус, который делает их подлежащими
нравственной оценке, хотя они по существу и не являются мо-
ральными личностями.
Концепция корпорации:
акционеры против других заинтересованных групп и лиц
Классическая концепция корпорации определяет ее как ор-
ганизацию, существующую главным образом для служения ин-
тересам акционеров. Корпорация предоставляет персоналу ра-
бочие места и производит товары или оказывает услуги. Но это
лишь средства для достижения цели, заключающейся в увели-
чении богатства акционера. У корпорации нет обязательства
максимизировать богатство своих акционеров. Она не может
брать на себя такое обязательство, так как не в состоянии его вы-
полнить. Тем не менее некоторые акционеры видят обязанность
менеджеров корпорации в том, чтобы стремиться обеспечивать
в рамках закона возможно большую выгоду для акционеров.
Они поэтому утверждают, что совет директоров корпорации на-
нимает менеджеров и руководит ими с тем, чтобы последние
приумножали богатства акционеров; они полагают, что на мене-
джерах лежит неписаная обязанность перед акционерами ис-
пользовать все свои способности для достижения этой цели. С
этой точки зрения интересы акционеров имеют первостепенное
значение и стоят выше всех других интересов.
Однако эта позиция оспаривается. Возражения против нее
основываются на двух различного рода соображениях. Первое
заключается в том, что акционеры, хотя они и являются юриди-
ческими собственниками, очень часто играют роль сторонних
наблюдателей, не проявляющих подлинного интереса к долго-
временному благополучию компании. Они заинтересованы
прежде всего в наибольшем текущем доходе от своих вложений,
даже и в том случае, когда это в конечном счете может привести
к долгосрочному ухудшению положения компании. Как только
курс акций компании начинает снижаться, они продают свои
акции и вкладывают деньги куда-нибудь еще. Управление ком-
329
панией в интересах таких акционеров в долгосрочном плане ста-
вит под угрозу само ее существование. К тому же имеется много
владельцев акций, которые приобретают их через посредство
инвестиционных фондов открытого типа, инвестиционных про-
грамм или полисов страховых фирм и которые даже не знают,
что являются владельцами акций конкретной компании. Гово-
рить, что компания должна управляться преимущественно, а то
и исключительно в интересах акционеров, по меньшей мере не-
сколько странно.
Второе соображение заключается в том, что, хотя акционеры
компании технически являются ее владельцами и обладают со-
ответствующими правами, включая право требовать надежного
управления компанией, существуют и другие правомочные
субъекты, гораздо более заинтересованные в успехе фирмы, бо-
лее тесно с ней связанные, играющие гораздо более важную роль
в ее функционировании, в большей мере зависящие от продол-
жения и успеха ее деятельности. Из всего этого напрашивается
вывод, что, управляя корпорацией, следует учитывать интере-
сы не только акционеров, но и всех других групп и лиц, заинте-
ресованных в благополучии компании, т.е. так называемых
стэйкхолдеров*. Корпорация управляется в интересах не только
лишь акционеров, а в интересах всех ее «стэйкхолдеров». Пер-
сонал фирмы, безусловно, чрезвычайно заинтересован в ее дея-
тельности. Здесь ее работники проводят наиболее важную часть
своей жизни. Все свое время и энергию, свои способности и твор-
ческий потенциал, свои идеи, физическую силу они отдают кор-
порации, которая им за это платит. Без них не было бы и фирмы.
Они, без сомнения, столь же важны для компании, как и ее ак-
ционеры, и поскольку они вкладывают в нее не деньги, а самих
себя, они заслуживают того, чтобы к ним относились с уважени-
ем и с ними считались при принятии фирмой решений, затраги-
вающих их интересы.
Жители населенного пункта, в котором размещается корпо-
рация, также находятся под ее непосредственным влиянием и в
этом смысле являются ее «стэйкхолдерами». Аарон Фейерстайн
* Раскрытие понятия «стэйкхолдер» (stakeholder) см. ниже, с. 332. - Прим, перев.
330
понимал, что и его работники и жители местности, где располо-
жена его фабрика, видят в его компании свою опору, и он поэто-
му считал себя перед ними обязанным. Фирма «Молден
милз » — это владение частного лица, поэтому у Фейерстайна не
было акционеров, перед которыми следовало бы отчитываться.
Но если он был прав, считая себя обязанным перед своим персо-
налом и местным населением, тогда тот факт, что его компания
представляет собой его личную собственность и не является ак-
ционерным обществом, не имеет значения. Акционерное обще-
ство несет те же обязанности или, если кто-то предпочитает дру-
гую формулировку, акционеры - владельцы компании имеют
те же обязанности, даже и при том, что они не проявляют боль-
шой заинтересованности или осведомленности по отношению к
компании, частичными собственниками которой они юридичес-
ки являются. Их обязанности реализуются менеджментом ком-
пании точно так же, как и обязанности самой компании перед
покупателями, поставщиками и вообще перед широкой публи-
кой, поскольку успех или неудачи компании оказывают на нее
влияние, например в вопросе о защите окружающей среды от за-
грязнения производственными отходами.
«Стэйкхолдерский» подход к фирме вовсе не снимает с ее ме-
неджеров обязанности обеспечивать держателям акций возмож-
но большие доходы. Но реалистическая трактовка этого подхо-
да подразумевает возможно большие доходы в длительной пер-
спективе, причем они должны сочетаться с выполнением обяза-
тельств компании перед всеми другими «стэйкхолдерами». Оз-
начает ли это, допустим, что надо выплачивать заработную пла-
ту всем работникам в течение трех месяцев после того, как по-
жар уничтожил фабрику, на которой они работали, — вопрос
спорный. Но если то, что сделал Аарон Фейерстайн, является
морально обоснованным и вместе с тем хорошим бизнесом, тог-
да и для любой другой компании, являющейся личной собствен-
ностью или акционерным обществом, это должно быть правиль-
ным деловым решением. Могут возразить, что Фейерстайн по-
шел на риск и поставил на кон свои собственные деньги. Посту-
пив подобным же образом, менеджеры компании, являющейся
собственностью акционеров, рисковали бы их деньгами, а не
собственными. Хотя это и правильное соображение, но если
331
принимаемое решение этически обоснованно и вместе с тем яв-
ляется хорошим бизнесом, высшие менеджеры могли бы оправ-
дать такое решение перед акционерами. Менеджерам платят за
то, чтобы они принимали наилучшие решения из возможных,
взвешивая и соразмеряя свои обязательства перед всеми своими
♦ стэйкхолд ерами». В конце концов, преданность рабочих спо-
собствует повышению производительности труда, а удовлетво-
рение требований клиентов способствует увеличению объема
продаж, а следовательно, и прибыли.
Управление корпорацией с позиции честного признания и
учета интересов всех «стэйкхолдеров» предполагает отказ от
традиционного подхода компании, при котором либо учитыва-
ются только интересы акционеров, либо эти интересы призна-
ются первостепенными. «Стэйкхолдерский» подход корпора-
ции создает совсем иное представление о том, чем является кор-
порация и как она должна управляться, — представление, от-
личное от того, какого придерживаются акционеры. Тем не ме-
нее «стэйкхолдерский» подход отнюдь не нов и его негласно
придерживаются многие менеджеры, считающие, что наилуч-
ший и самый надежный способ извлекать прибыль и повышать
курс акций компании заключается в том, чтобы создавать ло-
яльный и компетентный персонал, обеспечивать клиентам про-
дукцию наивысшего качества по наиболее выгодным конку-
рентным ценам. Компании, стремящиеся извлекать прибыль за
счет ущемления интересов своих рабочих и клиентов, редко спо-
собны очень долго получать прибыль
Все те группы или слои, перед которыми корпорация несет
какие-то моральные обязательства, коллективно считаются ее
«стэйкхолдерами», т.е. субъектами, так или иначе заинтересо-
ванными в деятельности, положении и судьбе корпорации.
«Стэйкхолдерский» анализ1 заключается в оценке и сопоставле-
нии всех разноречивых моральных требований, предъявляемых
к фирме со стороны тех, кто вправе их предъявлять, с целью вы-
1 R. Edward Freeman. Strategic Management: A Stakeholder Analysis (Boston:
Pittman, 1984); Kenneth Goodpaster. Business Ethics and Stakeholder
Analysis//Business Ethics Quarterly, 1 (January 1991), pp. 53—72.
332
явить моральную ответственность фирмы в каждом конкретном
случае. «Стэйкхолдерский» подход хорош тем, что заставляет
нас тщательно учитывать все обязанности корпорации, напри-
мер, в случае закрытия завода, рассматривать этот случай не
только с точки зрения прибыльности завода, т.е. с точки зрения
акционеров. При закрытии завода в число «стэйкхолдеров» вхо-
дят не только держатели акций, но также и рабочие, поставщи-
ки, потребители, местное население, а возможно, и еще кто-то.
Как мы уже отмечали выше, «стэйкхолдерский» анализ не ис-
ключает преобладания интересов акционеров над интересами
других «стэйкхолдеров», но обеспечивает учет интересов всех,
на кого повлияло закрытие завода. Иногда права одной группы
«стэйкхолдеров» перевешивают интересы других групп, а ино-
гда интересы и этой группы перекрываются интересами или
правами еще какой-то группы. «Стэйкхолдерский» подход
вполне совместим с утилитаристским и деонтологическим под-
ходами, так же как и с использованием нравственных суждений
второго порядка. Он просто требует, чтобы справедливо учиты-
вались интересы всех, кого затрагивает данное действие.
Моральная ответственность внутри корпорации
Общие обязанности корпораций проистекают из самой при-
роды как корпорации, так и общества и подразумеваемого со-
глашения между ними. Первая обязанность гласит: «не навре-
ди». Это общая обязанность, возлагаемая и на отдельных лиц, и
на корпорации. Иногда ее называют «нравственным миниму-
мом», обязательным для любой корпорации. Вред, которого сле-
дует избегать, — это прежде всего вред, причиняемый людям,
коих следует уважать и относиться к ним как к самоценности.
Это всеобъемлющая обязанность, которая распространяется на
все направления деятельности корпорации. Она оказывает вли-
яние на характер отношений корпораций со своим персоналом,
населением местностей, где размещаются предприятия корпо-
раций, с клиентами, с обществом в целом; она определяет и их
позицию в вопросе о защите окружающей среды.
Вторая их общая обязанность проистекает из природы систе-
мы свободного предпринимательства, в которой функционирует
333
корпорация. Корпорация зависит от целостности, от гармонич-
ности системы, и, следовательно, на ней лежит моральная обя-
занность не подрывать свободу и ценности системы. Это также
охватывает многие стороны деятельности корпорации - от обя-
занности не допускать взяточничества до обязанности не участ-
вовать в монополистической практике, ибо оба эти отрицатель-
ные явления подрывают систему свободной конкуренции.
Третья общая обязанность корпорации - соблюдать чест-
ность в выполнении заключаемых контрактов. Честность со-
блюдения контрактов очень важна для сохранения жизнеспо-
собности системы. Без соблюдения честности контракты просто
не будут заключаться или не будут возобновляться. Нечестные
контракты влекут за собой неэффективные и непроизводитель-
ные трансакционные издержки, с помощью которых каждая из
сторон будет пытаться оградить себя от последствий ожидаемой
несправедливости. Альтернатива принудительного навязыва-
ния сделки влечет за собой подрыв долгосрочных сделок, по-
скольку стороны, считающие себя несправедливо ущемленны-
ми, принимают все доступные им меры, чтобы противостоять
несправедливости или прекратить действие сделки. Честность
охватывает широкий круг проблем, от справедливой компенса-
ции ущерба, правдивости рекламы до обеспечения высокого ка-
чества предлагаемых товаров или услуг.
Четвертая общая обязанность состоит в соблюдении свободно
заключаемых контрактов. Контракты - это кровеносные сосуды
системы свободного предпринимательства. Чтобы функциони-
ровать эффективно и производительно, стороны, заключившие
контракт, должны иметь возможность рассчитывать на надеж-
ность своих контрагентов, они должны быть уверены в том, что
обязательства, предусмотренные в контракте, будут контраген-
тами соблюдены. Система свободного предпринимательства
включает в себя в качестве необходимого компонента законы о
принудительном выполнении контрактов. Но правовое принуж-
дение должно лишь подкреплять, но не заменять собою этичес-
кое соблюдение контрактов. Подобно другим обязанностям дан-
ная обязанность очень широка, как широк круг проблем, охва-
тываемых контрактами.
334
Эти четыре общие обязанности проистекают из самой систе-
мы свободного предпринимательства. Их также можно легко
обосновать в качестве этических принципов второго порядка в
рамках как утилитаристского, так и деонтологического подхо-
дов. Это обязанности, которые присущи всем корпорациям. В
последующих главах мы рассмотрим специфические обязаннос-
ти, которые эти общие обязанности возлагают на корпорации.
Однако, как мы уже отмечали, корпорации функционируют
только через посредство тех, кто их создает, а поэтому уже на
данном этапе исследования мы попытаемся более подробно оха-
рактеризовать обязанности различных субъектов, образующих
корпорацию. Последние мы можем определить как обязанности
внутри корпорации.
Корпорации представляют собой результат свободных согла-
шений, хотя большинство их собственников и не знает, что
именно делает администрация. Они, эти собственники, покупа-
ют акции, заведомо зная, что они не смогут контролировать кор-
порацию, и твердо зная, что они либо получат выгоду, либо по-
несут потери в зависимости от того, насколько эффективно ад-
министрация будет вести дела корпорации. Акционерам извест-
но, что корпорации могут быть предъявлены судебные иски,
они знают, что она может получать прибыль или нести убытки,
и они в общем плане знают, как это происходит. Акционеры со-
знательно решают вложить в нее деньги, и они понимают, с чем
это связано. Держатели акций корпорации юридически пред-
ставлены советом директоров, в чью обязанность входит, в чис-
ле всего прочего, заботиться об интересах акционеров. Совет ди-
ректоров осуществляет надзор за деятельностью администра-
ции. Менеджмент имеет своей задачей так организовать дея-
тельность корпорации, чтобы она могла реализовать свою цель,
а именно производить и продавать свою продукцию и в резуль-
тате получать прибыль1.
1 Две критические дискуссии по проблемам моральной ответственности внутри
корпорации см. в: S. Prakash Sethi, Paul Steidlmeier. Up Against the Corporate
Wall, 6th ed. (Upper Saddle River, N.J.: Prentice Hall, 1996); Christopher D.
Stone. Where the Law Ends: The Social Control of Corporate Behavior (Prospect
Heights, HI: Waveland Press, 1991, reissue).
335
В крупной корпорации ответственность за то, что корпора-
ция делает, так же как и за ее провалы, ложится в конечном сче-
те на ее правление, на совет директоров. Члены совета директо-
ров являются законными контролерами деятельности аппарата
управления корпорации. Члены совета директоров отвечают
перед держателями акций за подбор честных, энергичных ме-
неджеров и особенно за выбор президента корпорации. Они мо-
гут также отвечать за подбор первого вице-президента (распоря-
дителя) и других вице-президентов. Они морально ответственны
за весь стиль корпорации и за главные направления ее страте-
гии; они могут установить нравственную атмосферу, но могут
также закрыть глаза на аморальные методы деятельности. Они
могут и должны следить за тем, чтобы компанией управляли че-
стно и чтобы менеджмент не игнорировал интересы акционеров,
а отстаивал их.
Члены совета директоров должны также утверждать важней-
шие решения о стратегии корпорации и отвечать за ее общее
благополучие. Члены правления морально ответственны за при-
нимаемые ими решения, так же как за решения, которые следо-
вало принять, но которые приняты не были. Чтобы эффективно
выполнять свою роль в качестве защитников интересов держа-
телей акций и в качестве лиц, оценивающих практическую дея-
тельность менеджмента корпорации, они должны быть отделе-
ны от ее управленческого аппарата. Члены совета директоров не
могут сохранять объективность в оценке деятельности менедже-
ров, если они сами одновременно входят в состав управляющих.
Например, если посты президента и председателя совета дирек-
торов сочетаются в одном лице, едва ли можно ожидать, что
правление окажется достаточно объективным в своих отноше-
ниях с менеджментом корпорации. Нельзя также рассчитывать
на беспристрастную оценку деятельности управляющих, когда
состав совета директоров формируется из людей, назначаемых
или рекомендуемых менеджментом на основе взаимных связей.
Вместе с тем мы не можем рассчитывать на эффективное выпол-
нение советом директоров своих функций, если управленческий
аппарат не информирует его о своей практической деятельнос-
ти, если совет не имеет доступа ко всей необходимой ему инфор-
мации и если его члены не располагают временем для изучения
336
того, что подлежит расследованию. Возрастающие масштабы
слияний корпораций создают особые проблемы для советов ди-
ректоров. Но какие бы сложные ситуации ни возникали, совет
директоров морально и юридически несет ответственность за
интересы акционеров и обязан противостоять искушению руко-
водствоваться личными интересами и личной выгодой, которые
могли бы причинить ущерб держателям акций.
Менеджмент несет ответственность перед советом дирек-
торов. Он должен информировать совет о своих действиях, о
принимаемых решениях и о предстоящих решениях, о финансо-
вом положении фирмы, о ее успехах и неудачах и т.п. Менедж-
мент, через посредство совета, отвечает и перед держателями
акций. Он несет перед акционерами ответственность за честное
и эффективное управление фирмой. Менеджмент морально не
отвечает за максимизацию прибыли, за увеличение стоимости
капитала компании или за обеспечение более высокого квар-
тального объема продаж продукции или более высокого уровня
прибыли. Хотя все это вполне разумные задачи, решать которые
менеджеры должны стремиться, акционеры не вправе требовать
их выполнения; если менеджмент действует насколько возмож-
но успешно в рамках своих установленных моральных и юриди-
ческих правил, его, строго говоря, нельзя обвинить в невыпол-
нении указанных задач. Если менеджеры не справляются с та-
ким объемом производства, какой совет директоров считает не-
обходимым, их могут уволить или заменить. Но это не имеет ни-
чего общего с выполнением или несоблюдением ими своих мо-
ральных обязанностей. Акционеры знают, что стоимость акти-
вов корпорации может как возрасти, так и сократиться и что
размер прибыли может увеличиться или уменьшиться. Они так-
же должны знать, что задача максимизации прибыли не может
в моральном плане оказаться выше соблюдения фирмой своих
нравственных и юридических обязанностей. Хотя акционеры и
могут желать получения прибыли в кратчайшие сроки, они не
вправе этого требовать, а менеджеры должны управлять фир-
мой, имея в виду обеспечение ее выгод как в долгосрочном, так
и в краткосрочном плане.
Менеджмент отвечает за создание в фирме атмосферы нравст-
венности. Если высшие управляющие не требуют этического по-
337
ведения персонала, если не наказывают работников за неэтиче-
ское поведение и не поощряют этическое поведение, корпора-
ция в целом станет функционировать, абстрагируясь от мораль-
ных критериев.
Менеджмент несет ответственность также и перед рабо-
чими. Он и нанимает их и обеспечивает им надлежащие условия
труда. При найме рабочих администрация обязана придержи-
ваться принципов, которые получили название «справедливые
методы найма». Эти принципы включают условия справедливо-
сти и недопустимости дискриминации при найме по расовой при-
надлежности, полу, религии, по другим признакам, не имею-
щим отношения к самому содержанию работы. Когда рабочий
уже нанят, должно действовать постоянное обязательство соблю-
дать справедливость в оценке его труда, справедливость в про-
движении по квалификационным разрядам, справедливость в
обращении с ним. Это все моральные вопросы, которые могут
быть включены или не включены в контракты, но которые само
собой разумеются при найме на работу одного человека другим
человеком. Аморально со стороны администрации игнорировать
существование опасных условий труда. Например, администра-
ция не вправе подвергать рабочих опасности, не установив там,
где это необходимо, ограждения вокруг машин, способных нане-
сти рабочим увечья; она обязана обеспечивать рабочих защитны-
ми очками там, где попадание в глаза осколков или стружки мо-
жет привести к слепоте; она обязана обеспечить надлежащую
вентиляцию рабочего места; и вообще администрация не вправе
игнорировать нужды рабочих как человеческих существ.
Работодатели не могут произвольно, по своему усмотрению,
устанавливать любые условия занятости. На них лежат мораль-
ные обязанности перед работниками даже и тогда, когда эти обя-
занности и не оговорены в контрактах или в правительственных
правилах. Установленные государством правила, такие, напри-
мер, как Закон о безопасности и здоровых условиях труда
(Occupational Safety and Health Act - OSHA), четко определяют
многие условия, которые предприниматели морально и юриди-
чески обязаны соблюдать для обеспечения безопасности труда и
охраны здоровья своих работников. Иногда введенные этим за-
коном правила не подходят для каких-то фирм или базируются
338
на стандартах, неприменимых на каких-то конкретных пред-
приятиях. Там, где правила не подходят, их необходимо изме-
нить. Но если бы предприниматели следовали моральной обязан-
ности обеспечивать своим рабочим надлежащую технику безо-
пасности и здоровые условия труда, то не было бы нужды во вве-
дении правил, предусмотренных упомянутым выше законом.
Рабочие, в свою очередь, также отвечают за добросовестное
выполнение работы, на которую их наняли. Эта обязанность
выражена в формуле «за добросовестную работу - справедливую
плату». Невыполнение этой обязанности служит достаточным
основанием для увольнения. С моральной точки зрения работа
человека не может по праву быть связанной ни с нарушением за-
кона, ни с совершением чего-либо безнравственного, даже и в
том случае, если этому человеку приказано такую работу выпол-
нять. Но в пределах, предусмотренных спецификацией данного
вида работы, рабочие должны выполнять указания тех, кто сто-
ит над ними. Их нанимают для выполнения определенных рабо-
чих операций, и они должны совершать эти операции в меру
своих способностей наилучшим образом - тщательно, квалифи-
цированно и в установленный срок.
Корпорации отвечают перед своими поставщиками и конку-
рентами за справедливое обращение с ними. Корпорации имеют
дело как с другими фирмами, так и с широкой публикой. Они
могут покупать у других сырье, полуфабрикаты, комплектую-
щие изделия или еще множество необходимых для производст-
ва вещей. В своих деловых отношениях - как в поставках дру-
гим, так и в получении от других товаров и услуг - они обязаны
действовать честно. Когда практикуются торги, эти торги долж-
ны быть честными для всех их участников. Когда цены согласо-
ваны, их следует придерживаться. Когда утверждены специфи-
кации, их следует соблюдать. Когда достигнуто соглашение о
сроке платежа, этот срок следует соблюдать. Все это, казалось
бы, само собой разумеется, но не всегда реализуется. Постоянно
наблюдается искушение надувать клиентов, завышать стои-
мость, совершать махинации на торгах, стремление добиться
особых преимуществ; придерживающаяся этических норм фир-
ма должна неизменно избегать подобных отступлений от них
339
путем четко провозглашенной и реализуемой на деле политики
компании.
Требуется также и честность по отношению к конкурентам.
На конкурентном рынке ни одна фирма не обязана оказывать
помощь конкурирующей компании, часто конкуренция обус-
ловливает стремление добиться большей доли на рынке за счет
конкурента, нанимать лучших рабочих и менеджеров, чем те,
какими располагает конкурент, продавать аналогичные товары
по более низким ценам, производить товары более высокого ка-
чества и т.п. Все это с нравственной точки зрения вполне прием-
лемо. Если в результате честной конкурентной борьбы конкури-
рующая фирма вытесняется из отрасли, удачливая фирма не не-
сет моральной ответственности перед потерпевшей поражение.
Однако ключевое слово здесь честность. Честность не допуска-
ет распространения лжи о конкуренте или о продукции конку-
рента; она не допускает кражи производственных секретов, ди-
версий и иного прямого вмешательства в деятельность конкури-
рующей фирмы. Принцип честности в отношениях с конкурен-
том отвергает также тайный сговор с другими конкурирующи-
ми компаниями, в том числе сговор об уровне цен, спекулятив-
ные махинации на рынках и другие действия, направленные на
подрыв честной конкуренции за счет массового потребителя.
Корпорация отвечает за свою продукцию перед потребите-
лем. Производимые товары должны обладать достаточной безо-
пасностью. Это означает, что рядовой потребитель может под-
вергаться при потреблении продукта лишь определенному, в
приемлемых пределах, риску, о котором ему, потребителю, за-
ранее известно. Например, при включении электроприборов
люди не должны испытывать удар электрическим током. Они не
станут покупать прибор, если знают, что такой риск существу-
ет. Прибор, который при включении ударяет током, представ-
ляет собою брак, причиняет вред потребителю, и, таким обра-
зом, продажа его производится в нарушение самого контракта,
действие которого подразумевается при совершении покупки.
Покупатели должны иметь сведения о товарах, на товарах
должны быть этикетки, маркировка товаров должна быть чет-
кой, чтобы покупатель знал, что он покупает. Поскольку надле-
жащая информация составляет один из важных элементов чест-
340
ной сделки, производитель обязан информировать покупателя о
тех существенных свойствах изделия, какие сам покупатель вы-
явить не может. Например, покупателя следует осведомить о
том, из какого материала сшит костюм или какова мощность
двигателя автомобиля. Далее, товары должны обладать доста-
точным сроком их использования; они не должны выходить из
строя после первого же их употребления. Гарантии должны
быть безоговорочными и неукоснительно соблюдаться. Клиент
покупает изделие по определенной цене. Он хочет знать, что
именно он приобретает, и имеет моральное право рассчитывать,
что его определенные ожидания оправдаются. Совершенно оче-
видно, что имеются товары различных сортов и с разными свой-
ствами. Одни товары дороже других, они могут быть соответст-
венно более безопасными в употреблении, более прочными, бо-
лее надежными, внешне более привлекательными, они могут
быть изготовлены из деталей более высокого качества, чем де-
шевые товары. Чтобы любая сделка была честной, потребитель
должен получить достаточную информацию, изделие должно
оправдать его обоснованные ожидания; иногда потребителя сле-
дует специально уведомить, что в данном конкретном случае его
обычные ожидания могут не оправдаться. Поврежденные изде-
лия можно продавать лишь с маркировкой об их дефектности.
«Второсортные» товары можно продавать лишь как второсорт-
ные, но продавать их как «первосортные» безнравственно.
Приведенные примеры не исчерпывают ответственность кор-
пораций перед потребителями. Мы здесь не рассматривали во-
просы о моральности выпуска заведомо устаревшей продукции;
о преднамеренном уклонении от стандартизации применяемых
деталей, что привязывает потребителя лишь к определенным
видам изделий; об отказе от совершенствования каких-то изде-
лий или о недопущении производства предметов, которые ока-
зались бы выгодными для потребителя, но нанесли бы ущерб от-
дельной отрасли или отдельному предприятию. Однако мы при-
вели здесь достаточно иллюстраций моральных обязательств
корпорации перед потребителем, чтобы показать, в чем они за-
ключаются и как их можно установить.
» Наконец, корпорация несет моральную ответственность
за свои действия перед широкой публикой или перед обществом
341
в целом. Она, в частности, морально обязана не причинять вре-
да тем, на кого ее действия оказывают влияние. Такого рода обя-
занности можно подразделить на три группы.
К первой следует отнести обязанность не наносить ущерба сре-
де, в которой она пребывает вместе со своими соседями. Она обя-
зана не загрязнять атмосферу и водные бассейны сверх общест-
венно допустимых норм, она обязана также не допускать шума,
превышающего установленные пределы. Она должна избавлять-
ся от токсических и коррозионных отходов таким образом, что-
бы не причинять вред людям. Если ее производственная деятель-
ность разрушает окружающую среду, она обязана ее восстано-
вить и рекультивировать до общественно приемлемого уровня.
Вторая группа обязанностей перед широкой публикой каса-
ется безопасных условий обитания для тех, кто проживает на
территории, которая подвергается воздействию производствен-
ной деятельности корпорации. Компания не вправе подвергать
опасности здоровье людей, проживающих вблизи ее предприя-
тий, вследствие возможных взрывов или радиации. Некоторые
работы связаны с большим риском, и труд людей, сознательно
идущих на такой риск, следует оплачивать соответственно. Но
завод не имеет права подвергать риску своих соседей, даже отда-
ленных, без их согласия. Равным образом корпорация несет от-
ветственность перед широкой публикой за безопасность своей
продукции. Например, некондиционные шины подвергают
опасности не только тех, кто их покупает для своих машин, но и
тех, кого этот покупатель может убить или изувечить в аварии,
причиной которой способны явиться такие шины.
К третьей группе обязанностей корпорации перед населением
относятся размещение, открытие и закрытие заводов, особенно
в небольших населенных пунктах и в городах с однопрофиль-
ным производством. Такого рода действия сказываются не толь-
ко на корпорации и ее рабочих, но также и на населенных пунк-
тах, где расположены ее заводы. Открытие завода или его за-
крытие может оказать положительное или отрицательное влия-
ние на населенный пункт. В таких случаях корпорация должна
взвесить с моральных позиций последствия своих действий для
местного населения. Это не значит, что с точки зрения морали
никогда нельзя закрывать или строить заводы. Как при введе-
342
нии в строй, так и при закрытии завода корпорация должна све-
сти к минимуму связанный с этим ущерб для населения, а для
достижения этой цели ей необходимо рассмотреть ряд возмож-
ных программ.
Открытие завода может быть связано с крупными обязатель-
ствами со стороны властей населенного пункта, где завод разме-
щается. Например, может возникнуть необходимость в расши-
рении канализационной системы, в увеличении персонала по-
жарной охраны и полиции, в расширении сферы социального
обслуживания населения. Строительные фирмы должны по-
строить жилые дома для возрастающего населения в результате
возникновения дополнительных рабочих мест в связи с откры-
тием завода. Возникают новые предприятия сферы услуг. Могут
строиться школы для детей рабочих. Город или графство (округ)
начинает рассчитывать на возросшую налоговую базу, которую
создаст завод. Все это является результатом открытия нового за-
вода. Корпорация не всегда обращается к местной власти с
просьбой осуществлять перечисленные меры, но она, во всяком
случае, ожидает, что ее рабочие в ответ на увеличение рыночно-
го спроса на жилье и услуги будут ими обеспечены.
Можно, следовательно, сказать, что местная власть оказыва-
ет косвенную помощь заводу. А поэтому и корпорация, когда
она рассматривает вопрос о закрытии завода, не должна игнори-
ровать вклад местной общины в развитие его производства. У
корпорации может и не быть юридической обязанности считать-
ся с населенным пунктом, с которым она была связана; но мо-
рально на ней лежит долг считаться с последствиями своих дей-
ствий и свести к минимуму ущерб, который закрытие предпри-
ятия нанесет местному населению.
Если задаться вопросом, а кто, собственно, должен отвечать
за все это, то ответом будет - корпорация. Главную роль здесь
должно играть управление корпорации. Тем не менее и члены
совета директоров, и рабочие должны иногда почувствовать, что
на них лежит нравственная обязанность предпринять опреде-
ленные меры, чтобы обеспечить соблюдение ответственности
корпорации перед населением.
* Поскольку корпорация несет ответственность перед большим
Количеством различных субъектов или «стэйкхолдеров», было
343
бы неточно утверждать, что она обязана соблюдать лояльность
только по отношению к владельцам или акционерам фирмы. С
моральной точки зрения отнюдь не следует, что интересы дер-
жателей акций всегда стоят выше других интересов. Например,
моральная обязанность фирмы обеспечивать безопасные усло-
вия труда рабочих, охрану окружающей среды и интересы по-
требителей в действительности выше ее обязанности увеличи-
вать прибыль.
Фирма, которая стремится функционировать морально, ста-
нет создавать структуры, поощряющие и облегчающие этичес-
кое поведение всего своего персонала. Она создаст каналы и про-
цедуры для обеспечения отчетности снизу вверх, сверху вниз и
по горизонтали. Она организует пункты приема информации,
куда работники фирмы, потребители, акционеры и представите-
ли широкой публики смогут обращаться и ставить фирму в из-
вестность о своих опасениях, требованиях и представлениях о
законных обязанностях фирмы. Наконец, она разработает соот-
ветствующие механизмы, способные предвосхищать и разре-
шать возникающие моральные проблемы; это могут быть: аппа-
рат специальных должностных лиц по рассмотрению жалоб,
этические «горячие линии», отдел по вопросам этики, комитет
по этике или иные органы для достижения указанных целей.
Нравственность и социальный контроль
В ходе изучения моральной ответственности корпораций мы
отмечали обязанность не причинять вреда. Если загрязнение ок-
ружающей среды причиняет вред здоровью людей, корпорация
морально обязана не допускать загрязнения среды их обитания.
Эта обязанность существует независимо от того, требует ли обще-
ство ее выполнения или нет. Но эта обязанность может быть вы-
ражена и в форме общественного требования либо через посред-
ство законодательства, либо путем разного рода общественного
давления. Сама по себе мораль может и не уточнять, каким обра-
зом компании следует контролировать и предотвращать нанесе-
ние ею вреда, тогда как общество вправе в таких случаях выра-
жать свое мнение вполне определенно. Общество может также
предъявлять гораздо большие требования, нежели нравствен-
344
ность. Отсюда следует, что нравственный долг корпорации мож-
но и нужно отличать от того, что получило название ее «социаль-
ной ответственности», хотя они часто перекрывают друг друга.
В известном смысле социально ответственной корпорацией
считается такая, которая соблюдает требования закона и тем са-
мым выполняет свои юридические обязательства. В этом она
сходна с социально ответственным индивидуумом, поступаю-
щим таким же образом. Но иногда социально ответственным ин-
дивидуумом считается не только тот, кто просто соблюдает зако-
ны, но и тот, кто принимает активное участие в общественных
делах, в социальных реформах, в политической жизни общест-
ва и в деятельности различных местных организаций; поэтому
кое-кто стал употреблять выражение «социальная ответствен-
ность корпораций» в аналогичном смысле. Следовательно, по-
нятие «социальная ответственность» допускает двоякое толко-
вание. Иногда оно шире собственно юридических обязательств
корпорации и распространяется на ее ответственность за выпол-
нение социальных обязанностей. Иногда под ним подразумева-
ют, собственно, такие обязанности, какие возлагает на корпора-
цию общество. Часто оно толкуется как забота корпорации об
обществе или как учет корпорацией влияния ее деятельности на
общество, независимо от того, отвечает ли такая забота требова-
ниям общества.
Человеческие существа - это многогранные личности, тогда
как корпорации создаются для решения ограниченных задач и
их организационная структура преследует определенные цели.
Мы видели, что, хотя индивидуумы и корпорации морально
обязаны не причинять вреда, количество благ, которые они спо-
собны производить, колеблется. В частности, вовсе само собой
не разумеется, что действительной задачей каждой корпорации,
кроме ее производственной деятельности, является повышение
всеобщего благосостояния. Это верно лишь в том случае, если
подразумевать под таким повышением благосостояния то, что
корпорация вместо решения своих собственных задач или в до-
полнение к ним должна непосредственно заниматься изменени-
ем общества, изменением распределения богатства внутри об-
щества. Существует, однако, различие между утверждением,
что на корпорации не лежит моральная обязанность заниматься
345
добрыми делами и общественной благотворительностью, т.е.
тем, что входит в обязанности индивидуумов и правительст-
ва, — и утверждением, что корпорация не несет никакой мо-
ральной ответственности перед обществом за то, что и как она
производит или как она обращается со своими рабочими, свои-
ми клиентами и теми, на кого оказывают влияние ее действия.
В гл. 1 мы обратили внимание на изменяющийся мандат биз-
неса, мы видели, что он не только дан в законах, но что он проис-
текает также из настроений широкой публики и выражается
множеством способов. Поскольку решения крупных корпораций
самыми разными путями влияют на жизнь нашего общества и
его членов, уже недостаточно просто требовать, чтобы корпора-
ции обеспечивали обильное предложение высококачественных
товаров по умеренным ценам, хотя на деле некоторые фирмы по-
лагают, что только в этом и заключается их моральная обязан-
ность. На передний план теперь выступили тревоги за экосисте-
му, опасения, связанные с ограниченностью естественных ресур-
сов, и заинтересованность в качестве жизни рабочих и служа-
щих. Однако, пытаясь определить характер изменяющегося
мандата бизнеса, мы можем выделить три разные категории пре-
тензий или требований. Они взаимно не исключают друг друга и,
по существу, в большой степени друг друга перекрывают.
Моральные требования проистекают из нравственного зако-
на. Примеры тому - обязанности не красть, не мошенничать, не
лгать. Мы, кроме того, должны относиться к людям как к само-
ценным существам и не причинять им вреда, а когда мы занима-
ем руководящие посты в корпорации, то должны следить за со-
блюдением безопасных условий труда. Подобные моральные
обязанности сохраняются независимо от того, предписаны они
законом или нет, воплощены они в общественном мандате или
нет. Когда фирмы не обеспечивают надежной охраны труда, та-
кой общественный мандат иногда принимает форму газетных
кампаний, протестов на заседаниях совета директоров, призы-
вов к принятию соответствующих законов и т.п. Если фирмы ре-
агируют на такие публичные требования, можно считать, что
они реагируют на социальные требования, которые представля-
ют собой также и нравственные требования. Когда законода-
тельные органы принимают законы, устанавливающие опреде-
346
ленные правила техники безопасности, тогда социальные требо-
вания означают уже юридические требования и корпорации
обязаны их соблюдать. Можно усматривать различие между мо-
ральными, социальными (но не юридическими) требованиями и
требованиями юридическими, которые, конечно, являются так-
же и социальными. Некоторые социальные требования могут
быть не моральными, не юридическими, а другие социальные
требования могут быть моральными, но не юридическими. В
свою очередь некоторые требования могут быть и теми и други-
ми. К тому же некоторые социальные требования могут быть
выражены в форме социальной ответственности, но это могут
быть требования, или декларации интересов, лишь небольшой
прослойки общества.
Нравственные обязанности иногда вполне правомерно изобра-
жаются как социальные обязанности, поскольку их может и
должно предъявлять нравственное общество. Выполнения таких
моральных требований, как обязанность не причинять вреда (на-
пример, загрязнение окружающей среды), общество может доби-
ваться самыми разными методами. То, чего в данном случае об-
щество требует от фирм, — это действительно социальные требо-
вания. Они нравственно обоснованны как потому, что реализуют
моральное требование, так и потому, что общество вправе предъ-
являть конкретные требования корпорациям в качестве условия
допущения их деятельности, разумеется, в том случае, когда вы-
полнение таких требований служит всеобщему благу.
Общество может также возлагать на бизнес определенные
обязанности, которые не носят нравственного характера. На-
пример, мораль требует, чтобы корпорации управлялись чест-
но. Но она вовсе не требует, чтобы определенную долю членов
совета директоров составляли люди не из данной компании.
Корпорацию нельзя считать аморальной на том основании, что
большинство состава ее правления образуют представители ме-
неджмента этой компании (хотя, как мы уже отмечали, нали-
чие в правлении большинства внешних директоров предотвра-
щает столкновение интересов). Тем не менее в последние годы
наблюдалось усиление социального требования об изменениях в
составе правлений корпораций. Это нашло выражение, в част-
ности, в заявлениях на заседаниях правлений, в предложениях
347
на собраниях акционеров, в газетных передовицах и статьях. В
результате к 1980 г. более чем в 90% крупнейших американ-
ских корпораций большинство правлений составляли уже
внешние члены, тогда как в 1970 г. такое большинство имелось
лишь в правлениях 66% крупнейших корпораций. Законом
США это не предусмотрено, но Нью-Йоркская фондовая биржа
требует, чтобы большинство членов аудиторских комиссий за-
регистрированных на этой бирже компаний состояло из незави-
симых внешних директоров. В Германии закон предписывает
корпорациям, чтобы внешние директора составляли большин-
ство в их правлениях. Это отнюдь не означает, что в Германии
советы директоров более моральны, чем их американские кол-
леги, поскольку нет никаких гарантий, что внешние директора
могут делать решения совета директоров более моральными. Но
сам по себе факт существования в Германии такого закона пока-
зывает, что германское общество как таковое более остро вос-
принимает эту проблему, чем американское. Хотя нравствен-
ные требования к корпорациям не признают национальных гра-
ниц и схожи повсюду (т.е. на всех корпорациях лежит мораль-
ная обязанность не наносить вред), социальные и юридические
требования могут отличаться большим разнообразием.
Социальные требования могут сначала выступать как требо-
вания, предъявляемые одним человеком или небольшой груп-
пой людей. Но не все такие требования действительно являются
социальными; лишь некоторые из них выражают интересы
большого слоя общества, и лишь часть их представляет собой са-
мостоятельные моральные обязанности. Например, в разных об-
ществах применяются разные требования к безопасности авто-
мобилей или к технической безопасности на производстве. В
большинстве решений о технической безопасности имеют место
уступки и компромиссы. Американское общество, которое из-
давна предъявляет большие требования к безопасности в ком-
мерческой авиации, тем не менее продолжает терпимо относить-
ся к автомобилям, обладающим меньшей безопасностью, чем
позволяют обеспечить возможности современной техники. Те,
кто гласно потребовал добиться большей безопасности автомо-
билей, сначала вроде бы и не представляли общественное мне-
ние, хотя явно демонстрировали заботу об общественном благе.
348
Американская публика проявляла медлительность в выдвиже-
нии требований о безопасности автомобилей, обеспечить кото-
рую технически вполне возможно, но весьма дорого. Однако те-
перь требования общества об обеспечении большей безопасности
автомобилей усиливаются.
Зачастую трудно провести различие между корыстными ин-
тересами определенных групп, выражаемыми в виде социаль-
ных требований, и легитимными, но юридически не оформлен-
ными обществом требованиями. Появляющаяся во множестве
литература по проблемам социальных требований к корпораци-
ям включает множество обязанностей, из которых одни являют-
ся моральными, а другие таковыми не являются. Некоторые хо-
тели бы, чтобы в обязанности, принимаемые на себя корпораци-
ями, входили забота о бедных, уничтожение трущоб и застрой-
ка этих районов, борьба с незаконной торговлей наркотиками,
благотворительная деятельность, материальная поддержка
университетов, финансирование культурных программ. Выпол-
нение любого из этих требований не является моральной обязан-
ностью корпораций. Представители самых разных слоев населе-
ния требуют, чтобы корпорации снижали цены на свою продук-
цию, увеличивали свои прибыли, повышали заработную плату
рабочих, обеспечивали большие гарантии занятости, предавали
большей огласке данные о своих операциях, осуществляли про-
граммы, направленные на оказание помощи в разрешении про-
блем бедности, устранения расовой и прочей дискриминации,
упадка городов. Одни из этих требований отрицают другие или
противоречат им. Какие из них моральные, какие только соци-
альные и какие представляют собой лишь заявления групп ко-
рыстных интересов? Компании часто не знают, как реагировать
на это обилие требований, а некоторые просто игнорируют их и
продолжают вести свой бизнес по-прежнему до тех пор, пока за-
кон не обяжет их внести в него изменения. Часть из них указы-
вают, что согласились бы выполнять законные требования, если
бы только знали, как это сделать. Однако, жалуются они, требо-
вания расплывчаты, иногда противоречат друг другу, и никто,
кроме правительства, четко не излагает их. К тому же многие
фирмы заявляют, что изменили бы образ своих действий только
в том случае, если бы все их конкуренты поступили бы так же,
349
поскольку в противном случае они оказались бы на конкурент-
ном рынке в невыгодном положении.
Термин «социальная обязанность» означает, что общество
предписывает корпорациям действовать определенным обра-
зом. Это понятие подразумевает также угрозу: если, мол, корпо-
рации не станут выполнять такие обязанности, общество зако-
нодательным путем заставит их выполнять, а быть может, и
прекратит существование непослушных корпораций. Угроза
может оказаться вполне реальной. Но, выступая как общество в
целом, мы должны постараться точно определить, что именно
мы требуем от корпораций. Нужно четко сформулировать про-
блемы: какие социальные требования морально обоснованны?
Какие из них морально необоснованны, но большинством насе-
ления считаются правомерными? Какие из них корпорациям
хорошо было бы выполнять, если они располагают для этого воз-
можностью? А какие социальные требования просто отражают
корыстные интересы каких-то групп?
В Соединенных Штатах перестройка городов, попечение о
бедных, благотворительная деятельность представляют собой со-
циальные задачи, которые традиционно решаются на обществен-
ных началах. Корпорации, если желают, могут жертвовать день-
ги на осуществление таких программ. Они, вероятно, делают это,
имея в виду улучшить свой общественный имидж, добиться ши-
рокой известности или по каким-либо иным подобным мотивам.
Государство поощряет такие пожертвования, освобождая многие
из них от обложения налогом. Однако социальная благотвори-
тельность и социальные программы вполне правомерно пред-
ставляют собой сферу деятельности правительства, а не бизнеса.
Предприятия облагаются налогом, и эти налоги могут использо-
ваться для решения социальных задач. Между тем целью корпо-
рации является прибыльное производство и распределение, а не
социальная благотворительность. Промышленная корпорация
формируется отнюдь не для обеспечения благосостояния общест-
ва. Более того, весьма опасно требовать, чтобы корпорации взяли
на себя задачу создания общественного благосостояния, так как
они уже обладают огромной властью и не несут за ее использова-
ние ответственности перед широкой публикой. Политические де-
ятели избираются населением, и от них ждут, что главной целью
350
своей деятельности они будут ставить всеобщее благо. Мы не
вправе рассчитывать, что корпорации станут делать то, для чего
они не обладают ни компетентностью, ни необходимой организа-
цией, но мы должны добиваться того, чтобы они выполняли свои
моральные обязанности.
Если мы в качестве общества в целом решаем, что надо заста-
вить корпорации перестроить центр города, что им следует за-
претить закрывать убыточные заводы или что их следует обя-
зать обучать новой квалификации безработных, потерявших на-
дежду найти работу по прежней квалификации, то такие требо-
вания нужно глубоко продумать, обсудить на политическом фо-
руме, а затем облечь их в четкие законы. Все это весьма спорные
требования, и их не следует смешивать с моральными требова-
ниями.
Некоторые корпорации начали публиковать социальные ау-
диты (social audits)1 с целью информировать публику о позиции,
которую они занимают по отдельным социальным проблемам,
разъяснять свою политику и ее воздействие на общество. Кое-где
уже предлагают сделать такие «социальные аудиты» обязатель-
ными. Однако надо помнить различия, которые мы уже устано-
вили между тем, что требует мораль, и смыслом понятия «соци-
альная ответственность корпораций». В настоящее время не су-
ществует согласия относительно того, что должен содержать «со-
циальный аудит» или как его лучше построить и как его предста-
вить публике. Гораздо большей ясности цели можно было бы до-
стичь, если бы общество обязало корпорации представлять не * 4
' Первой так поступила в 1980 г. компания «Атлантик ричфилд», см.:
Participation III: Atlantic Richfield and society. Первую книгу на эту тему см.:
RA. Bauer, D.H. Fenn, Jr. The Corporate Social Audit Russell Sage Foundation,
1972. Ряд организаций осуществили аудит по собственному почину, сделав его
•< базой для определения рейтинга компаний, например, см.: Steyen D.
. Lydenberg, Alice Tepper Marlin. Sean O’Brien Strub, and the Council on Economic
Priorities. Rating America’s Corporate Conscience (Reading, Mass.: Addison-
•^Wesley Publishing Company, 1987); Amy L. Domini, Peter D. Kinder. Ethical
4 Investing (Reading, Mass.: Addison-Wesley Publishing Company, 1986);
. Shopping for a Better World (New York: Council on Economic Priorities, 1992).
См. также: Meinolf Dierkes, Ariane Bertholn Antal. Whither Corporate Social
Reporting: Is It Time to Legislate?//California Management Review, 28 (Spring
;; 1986), pp. 106—121.
351
только «социальный аудит», но и «моральный аудит», хотя со-
держание обоих аудитов перекрывало бы друг друга. «Социаль-
ный аудит» - в широком смысле - теперь включает данные о раз-
личных формах благотворительности (не являющихся мораль-
ными обязанностями), причем обычно в нем отсутствуют какие-
либо принципы, определяющие, что «аудит», собственно, дол-
жен содержать и что в него включать не следует. Поэтому «соци-
альный аудит» часто представляет собой либо произвольно со-
ставленный, либо саморекламный документ службы связей с об-
щественностью. А «моральный аудит» образует ту часть «соци-
ального аудита», которая может иметь своим источником нрав-
ственные принципы и рассматриваться как готовность выпол-
нять моральные обязанности. «Моральный аудит» не следует
смешивать с другими разделами «социального аудита», которые
включают благотворительные взносы и не исходящие из нравст-
венных требований меры, представляющие собой реакцию на
требования борцов против загрязнения окружающей среды, за-
щитников первозданной природы или других групп.
Зачем нужен «моральный аудит» и как его составлять? Нрав-
ственность направляет взаимодействие разумных существ. Дея-
тельность корпораций оказывает влияние на людей. Широкая
публика, так же как и фактические и потенциальные инвесто-
ры, вправе знать моральные установки, финансовое положение
и деловую репутацию корпораций. Техника составления аудита
о нравственном облике корпорации сходна с техникой составле-
ния «социального аудита», но до сих пор попытки их формиро-
вания носили лишь рудиментарный характер. Между тем пра-
вительство уже теперь требует от корпораций представления от-
четов о производственных травмах, об уровнях загрязнения ок-
ружающей среды, о мерах по избавлению от токсических отхо-
дов производства и других сведений, имеющих отношение к
«социальному аудиту»; следовательно, много необходимых дан-
ных уже существует.
Выше мы отмечали, что на корпорациях лежит моральная
обязанность не причинять вреда людям. Эта обязанность вполне
очевидна, когда речь идет о многих видах продукции. Если за-
грязнение среды обитания причиняет вред, корпорации, разу-
меется, морально обязаны не допускать ее загрязнения. Это
352
нравственная, а не только социальная обязанность. Это мораль-
ная необходимость, а не какое-то чрезмерное требование, т.е.
выполнение его не обязательно, но нравственно похвально. Од-
нако как именно корпорации надлежит претворять его в
жизнь - это уже проблема социального решения.
«Моральный аудит» относительно мер против загрязнения
окружающей среды должен включать сведения об объеме вред-
ных выбросов, об их допустимых пределах, а также и иную не-
обходимую информацию, на базе этих данных можно судить,
выполняет или не выполняет корпорация свои обязанности по
борьбе с загрязнением среды. Статистика несчастных случаев на
предприятиях корпорации показывает, применяет ли она доста-
точные меры по обеспечению безопасных условий труда своих
рабочих; данные о возврате или снятии с продажи дефектной
продукции служат показателем контроля над качеством и безо-
пасностью ее изделий; информация о предъявляемых корпора-
ции судебных исках и о внесудебном урегулировании претензий
дает представление о том, как она выполняет некоторые из сво-
их моральных обязанностей по отношению к клиентам. Для
каждого вида моральной ответственности можно выработать
свой метод представления информации, а в совокупности все та-
кие сведения и образуют надлежащий «моральный аудит».
Хотят они того или нет, но корпорации имеют моральные
обязанности. Одни фирмы стараются выполнять эти обязаннос-
ти, другим удается уклоняться от их выполнения. Свободный
рынок позволяет потребителям «голосовать за» компанию, по-
купая ее изделия, или «голосовать против» компании, отказы-
ваясь покупать ее продукцию. Если бы «моральный аудит» со-
ставлял компонент репутации каждой компании в глазах широ-
кой публики, люди могли бы учитывать его при таком «голосо-
вании». Регулярное представление «моральных аудитов» было
бы чрезвычайно полезно. А публикация таких сведений послу-
жила бы также стимулом к установлению большей моральной
ответственности в деятельности корпораций.
Разумеется, люди могут покупать изделие корпорации, если
оно наилучшее из имеющихся на рынке, даже и тогда, когда им
известно, что компания действует аморально. Однако едва ли
они станут игнорировать безнравственность компании, если та-
353
кая безнравственность причиняет им вред. Но даже и это воз-
можно. Защитникам системы свободного рынка не следовало бы
отказываться от поддержки идеи внедрения в практику «мо-
ральных аудитов», так как это побудило бы открытое акционер-
ное общество, т.е. корпорацию, владельцами которой являются
множество акционеров, предоставлять своим потенциальным
клиентам и держателям акций информацию, которой те право-
мерно желали бы располагать, прежде чем решать, иметь дело с
этой фирмой или нет.
В гл. 1 данной книги мы исследовали миф об аморальности
бизнеса. Миф этот затушевывает вопрос о моральных обязанно-
стях корпораций, его надо отбросить. На корпорациях действи-
тельно лежат моральные обязанности, корпорации можно и
нужно считать морально ответственными за их выполнение. Ес-
ли бы «моральный аудит» требовали от всех крупных корпора-
ций, мы далеко продвинулись бы по пути замены мифа об амо-
ральности бизнеса ясной и открытой трактовкой проблемы мо-
ральных обязанностей корпораций.
Корпоративные кодексы
В последние годы кодексы этического поведения получили
широкое распространение1. Многие подобные кодексы пресле-
дуют цель помогать работникам корпорации вести себя этично,
уточняя или объясняя, как общие принципы морали примени-
мы к деятельности фирмы или к ее продукции. Несмотря на свое
название, они фактически не являются моральными кодексами,
так как ни один человек или группа людей не могут в приказном
порядке поступать нравственно или безнравственно. Поэтому
каждый кодекс следует должным образом оценивать с мораль-
ной точки зрения. В некоторых корпоративных кодексах просто
1 Подробнее о кодексах этического поведения см. в: Gary R. Weaver. Corporate
Codes of Ethics: Purpose, Process and Content Issues//Business & Society, 32,
№ 1 (Spring 1993), pp. 44—58; Bodo B. Schlegelmilch, Jane E. Houston.
Corporate Codes of Ethics//Management Decision, 28, № 7 (1990), pp. 38—43,-
George C.S. Benson. Codes of Ethics//Journal of Business Ethics, 8 (May 1989),
pp. 303—319; A Study of Corporate Ethical Policy Statements (Dallas, Tex.:
Foundation of the Southwestern Graduate School of Banring, 1980).
354
перечисляются законные требования, которые могут быть неиз-
вестны работникам, но которые им надлежит знать. Другие ко-
дексы излагают конкретные требования о недопустимости та-
ких злоупотреблений, как взяточничество и нелегальные поли-
тические взносы. Некоторые фирмы разработали кодексы, слу-
жащие в качестве руководства для применения принятых в дан-
ной организации методов деятельности. Одни компании счита-
ют недопустимым принимать от поставщиков подарки, другие
допускают принятие подарков стоимостью до 25 или 50 долл.
Некоторые фирмы запрещают делать подарки поставщикам или
клиентам. Другие ограничивают размер взносов в фонды поли-
тических партий, приобретение акций компаний, с которыми у
них есть хозяйственные связи, и другие методы деятельности,
могущие вызвать или выглядеть как столкновение интересов.
Тем не менее кодексы могут выполнять важные функции и
способствовать решению специфических проблем, с которыми
сталкиваются представители определенной профессии или работ-
ники внутри фирмы. Если, например, в компании точно установ-
лено, какого размера подарок можно принимать, тогда работник
знает не только то, что взяточничество аморально и недопустимо,
но также и то, что именно его работодатель считает взяткой.
Даже когда кодексы ставят своей целью установление мо-
ральных норм, типичным недостатком кодексов является то,
что они не дают работнику представления о том, как был сфор-
мулирован кодекс, какие моральные принципы он выдвигает
или как решать проблемы толкования его положений или кон-
фликты, не нашедшие отражения в кодексе. Обычно кодексы
разрабатываются и публикуются неким советом или комитетом
данной профессии или конкретной компании; многие кодексы
выглядят как Десять Заповедей. Между тем подразумевается,
что Десять Заповедей исходят от Бога, который, как многие ве-
рили и все еще верят, обладает либо знаниями, либо полномочи-
ями диктовать людям, что морально правильно, а что морально
недопустимо. Занимают ли комитеты по этике или советы ди-
ректоров такое же положение, обладают ли они таким же да-
ром? Большинство людей считают, что это не так.
Хотя нельзя ожидать, чтобы корпоративные кодексы содер-
жали подробное изложение моральных посылок, они все же мо-
355
гут включать ссылки на общие принципы нравственности. Ре-
комендация работникам (обнаруженная в кодексе одной корпо-
рации) поступать таким образом, чтобы им не было стыдно при
предании этого поступка огласке, например в заголовках мест-
ной газеты, — это шаг в правильном направлении. Кодекс мо-
жет надлежащим образом и с большой пользой сослаться на
принципы, лежащие в его основе, на принципы справедливости
и честности. Он может также, сославшись на эти принципы,
объективно охарактеризовать последствия поступков сотрудни-
ка для всех тех, кого они затронут, призвать уважать права дру-
гих и т.д.
Могут возразить, что мы здесь слишком многого требуем от
кодекса. Он, мол, не может и не должен содержать общие нрав-
ственные принципы, поскольку подразумевается, что все люди
придерживаются этих принципов. Люди, дескать, должны уз-
навать эти принципы от своих родителей, от учителей этики, от
священников, а не от своих профессиональных организаций
или от своих работодателей. Это возражение имеет под собой не-
которые основания. Но если кодекс не воспринимается в поня-
тиях моральных принципов, он сведется просто к изложению
механически выученных правил или, что еще хуже, к изложе-
нию недостижимых идеалов. Чтобы члены профессии усвоили
правила своей профессии или чтобы работники усвоили правила
своей фирмы, они должны понимать, как возникли эти правила
и как в этих правилах реализуются моральные принципы. Толь-
ко в этом случае могут люди, которые должны соблюдать ко-
декс, придерживаться одинакового образа мыслей в конфликт-
ных ситуациях, а также в ситуациях, не предусмотренных ко-
дексом. В идеале каждый человек, обязанный соблюдать ко-
декс, должен понимать его моральные принципы, так же как и
характер своей профессии или фирмы. Вместо механического
заучивания кодекса наизусть каждый может сам для себя уяс-
нить его требования путем честного и объективного осмысления
моральных принципов, с которыми обычно сталкиваются люди,
обязанные его соблюдать.
Тем не менее кодексы корпораций в известной мере полезны.
Но они недостаточны, чтобы выполнять как роль руководства
для морального поведения, так и роль гарантии служения про-
356
фессии или фирмы на благо общества, они не могут помешать
членам профессии и работникам фирмы действовать в ущерб ин-
тересам населения. Часто это все же лучше, чем ничего, и суще-
ствует несколько аспектов пользы от них. Во-первых, сам по се-
бе опыт их разработки полезен, особенно когда он вынуждает
большое число людей в фирме по-новому осмысливать свое
предназначение и свои важные обязанности в качестве группы и
в качестве индивидуумов по отношению к фирме, по отношению
друг к другу, к своим клиентам или покупателям и к обществу в
целом. Во-вторых, будучи принятым, кодекс может быть ис-
пользован для широкого обсуждения его достоинств и недостат-
ков, а возможно, и для его усовершенствования. В-третьих, он
может внушить новым работникам всех уровней представление
об их ответственности, о необходимости осмысливать свои дей-
ствия в нравственном плане, о важном значении выработки ка-
честв, соответствующих занимаемому ими положению. В-чет-
вертых, кодекс может быть использован в качестве документа,
на который работники вправе ссылаться, когда им велят делать
что-то противоречащее положениям кодекса. В-пятых, кодекс
может быть использован для подтверждения клиентам и широ-
кой публике того факта, что фирма придерживается моральных
принципов, он способен служить критерием, на основе которого
можно судить о реальной деятельности фирмы.
В лучшем случае кодекс корпорации может служить не
только руководством при рассмотрении юридических проблем
и улаживании противоречия интересов, он способен также по-
мочь работникам и менеджерам оценивать в моральном плане
цели, практические методы и действия самой фирмы, быть уве-
ренными в том, что фирма действует, сообразуясь с кодексом.
Когда менеджмент придерживается положений кодекса, по-
следний способен помочь созданию в корпорации нравственной
атмосферы.
Культура корпорации и нравственные фирмы
Оценивая отдельных людей, мы говорим об их нравственном
характере. А есть ли у фирм и других официальных организа-
ций, у государств нравственный характер? Некоторые полага-
357
ют, что фирму, которая всерьез воспринимает свои моральные
обязанности, пытается справедливо обращаться со своими рабо-
чими, служащими и клиентами, учитывает последствия своих
действий и т.д., правомерно называть нравственной фирмой. По
отношению к ней можно сказать, что она обладает нравствен-
ным характером в том же смысле, как этот термин применяется
к отдельному человеку. Характер фирмы формируется ее во-
шедшими в норму действиями в прошлом. Она вырабатывает
для себя определенные методы и модели практической деятель-
ности. Она воспитывает у своего персонала определенный образ
мыслей и образ действий. Так возникает традиция: прививается
гордость за осуществляемую фирмой практику, а каждый ра-
ботник помогает формировать у других работников фирмы пре-
данность ее традициям. Следовательно, в этом смысле фирму
или страну можно называть моральной или аморальной, можно
говорить, что она обладает нравственным или безнравственным
характером, можно считать, что она имеет или не имеет совесть.
Но такое представление возникает лишь по аналогии; оно не
идентично указанным понятиям, применяемым по отношению
к отдельным людям.
Можно, однако, с полным основанием говорить о культуре
корпораций, корпоративной культуре и о том, что последняя
способна либо усилить, либо ослабить моральный характер дей-
ствий персонала корпорации. Культура корпорации тождест-
венна культуре общества, народа или страны. Она воплощает в
себе господствующую в корпорации атмосферу, ее ценности,
убеждения, принятые в ней методы практической деятельнос-
ти; отношения сотрудников корпорации друг к другу; их чувст-
ва по отношению к фирме; историю корпорации, степень, в ко-
торой нынешние ее сотрудники отождествляют себя с ее истори-
ей, с прошлыми и сегодняшними традициями корпорации. Не-
которые фирмы обладают развитой корпоративной культурой,
специфической и уникальной. Нанимаемые фирмой работники
приобщаются к корпоративной культуре. Такое приобщение,
которое иногда занимает ряд лет, может принять форму изуче-
ния истории фирмы, ознакомления с ее идеалами и методами
практической деятельности, а быть может, и участия в особых
видах ее деятельности. Некоторые компании даже имеют свои
358
фирменные гимны, многие проводят официальные собрания и
неофициальные встречи с целью обсуждения перспектив фир-
мы, ее проблем или идеалов. Культура компании может форми-
роваться сознательно или развиваться стихийно. В качестве сво-
его составного элемента культура фирмы может иметь позитив-
ную или негативную позицию по отношению к моральным про-
блемам и моральным акциям как отдельных ее сотрудников,
так и фирмы в целом, по отношению к ее собственным работни-
кам, к клиентам и к другим фирмам.
Хотя корпоративная культура компании формируется с тече-
нием времени, она, как на начальной стадии, так и постоянно в
дальнейшем, подвержена воздействию, особенно со стороны
высшего руководства. Высшее управление задает тон, а осталь-
ной персонал фирмы следует примеру своих менеджеров. Те,
кто не воспринимает этот настрой и не вписывается в господст-
вующие порядки, долго в фирме не задерживаются. Высшее ру-
’ ководство имеет возможность утверждать определенную мораль
во всех подразделениях фирмы. Оно может рассчитывать на
нравственное поведение всех работников фирмы, оно может со-
здать в ней модель, а затем и традицию моральных действий са-
мой фирмы и ее аппарата. Поэтому нет ничего удивительного в
том, что в фирме, которая не производит увольнений в периоды
циклических спадов, ее работники испытывают глубокое чувст-
во лояльности и удовлетворения своей работой; рабочие и слу-
жащие гордятся фирмой, которая строит свою деятельность на
моральных принципах. Высокая эффективность корпорации не
тождественна корпоративной морали, так как необходимо так-
же компетентное управление фирмой. Но весьма сомнительно,
чтобы корпоративная эффективность могла быть совместима с
корпоративной безнравственностью или с корпоративной куль-
турой, которая позволяет своим работникам или даже поощряет
их действовать аморально или безнравственно при выполнении
своих служебных обязанностей.
Моральная фирма, или фирма, действующая с соблюдением
норм честности, поступает ответственно и выполняет свой долг.
Она помогает своим работникам действовать ответственно,
разъясняя им их обязанности, она поощряет их брать на себя от-
ветственность. Лишь тогда, когда все занятые в фирме принима-
359
ют на себя надлежащую моральную ответственность, фирма
способна в полной мере выполнять свои моральные обязаннос-
ти. В конечном счете моральную ответственность, и мораль как
таковую, люди и организации должны сами на себя брать и сами
утверждать.
Контрольные вопросы и задания
1. Аарон Фейерстайн отстаивал свои действия, руководству-
ясь как утилитаристской, так и деонтологической позиция-
ми. Изложите правило утилитаристского анализа, которым
воспользовался Аарон Фейерстайн сразу после возникнове-
ния пожара. Затем изложите соответствующее правило де-
онтологического анализа.
2. Почему теория деловой этики сосредоточивает свое внима-
ние на крупных корпорациях? Правильно ли это? Если да,
то почему? Если нет, то почему?
3. Можно ли считать корпорации и государства морально от-
ветственными? Как отвечает на этот вопрос «концепция ор-
ганизации»? Имеются ли недостатки в ответе «концепций
организации»? Если да, то каковы они?
4. Что собой представляет взгляд на корпорацию как на мо-
ральную личность? Имеются ли у него недостатки? Если да,
то каковы они?
5. Что собой представляет взгляд на корпорацию как на мо-
рально действующий субъект? Удовлетворительно ли в нем
отражены сильные и слабые стороны двух предыдущих кон-
цепций? Если да, то каким образом? Если нет, то почему?
6. В каком смысле можно считать, если это вообще возможно,
что корпорации присуща совесть?
7. В чем смысл, если таковой есть, применения языка морали
по отношению к корпорации, в чем смысл формирования
нравственных суждений о корпорациях? Приведите пример
использования языка морали по отношению к корпорации.
8. Каково различие между возложением моральной ответст-
венности на корпорацию извне и признанием ее моральной
ответственности изнутри?
360
9. Изложите концепцию корпорации, исповедуемую акционе-
ром.
10. Каковы некоторые недостатки представления акционера о
корпорации?
11. Какова концепция корпорации, исповедуемая «стэйкхолде-
ром»?
12. Кто является «стэйкхолдерами» корпорации? Какие инте-
ресы «стэйкхолдеров» важнее других? Объясните.
13. Покажите, как совмещается представление «стэйкхолдера»
о корпорации с утилитаристским и деонтологическим под-
ходами к деятельности корпорации, рассматриваемой с мо-
ральной точки зрения.
14. Каковы четыре общие обязанности корпорации?
15. Что собой представляет корпоративный «моральный мини-
мум»? Покажите, как эту общую обязанность можно опре-
делить с помощью утилитаристского анализа. То же с помо-
щью деонтологического анализа.
16. Каковы обязанности совета директоров корпорации?
17. Перед кем и за что несут ответственность менеджеры корпо-
раций?
18. Какую ответственность несет корпорация перед своими
клиентами? Перед широкой публикой? Перед обществом в
целом?
19. Каковы некоторые пути, которые корпорация, стремящая-
ся соблюдать принципы морали, должна использовать в по-
строении собственной организации, чтобы она могла прини-
мать на себя моральную ответственность?
20. Охарактеризуйте различие между моральной ответственно-
стью и социальной ответственностью в их применении к
корпорациям. Приведите примеры, когда они совпадают,
когда они обособлены и когда они противоречат друг другу.
21. Как связаны между собой обязанности индивидуумов кор-
пораций и экономической системы в целом, например в во-
просе о причинении вреда обществу?
22. Что собой представляют кодексы корпораций?
23. Какие полезные функции может выполнять кодекс корпо-
рации?
361
24. Что такое культура корпорации? Какова ее роль в мораль-
ном облике корпорации?
25. Вы входите в состав совета директоров крупной автомобиль-
ной компании. Главный инженер по технике безопасности
утверждает, что подготавливаемая к производству новая мо-
дель имеет дефект, чреватый потенциальной опасностью для
пассажиров, если машина получит удар сзади. Этот техниче-
ский дефект можно устранить, увеличив себестоимость про-
изводства машины на 10 долл. Данная модель еще не доведе-
на до такого совершенства, какое демонстрируют автомоби-
ли такого же класса, выпускаемые другими автомобильны-
ми фирмами. Президент компании в свою очередь утвержда-
ет, что издержки на производство автомобиля с такими же
характеристиками безопасности, как у конкурентов, ока-
жутся настолько высокими, что фирме дешевле будет удов-
летворять иски семей погибших в авариях, а поэтому он раз-
решает запустить модель в серийное производство. Главный
инженер по технике безопасности обращается через голову
президента к совету директоров и требует поставить вопрос о
серийном производстве данной модели на голосование. Вы
знаете, что большинство членов правления поддержит пре-
зидента, а если вы выступите против позиции президента,
вас уже не введут в совет директоров на следующий срок. Ка-
кова мера вашей ответственности в этом случае и как вы
должны поступить?
ГЛАВА 9
Безопасность, риск и защита окружающей среды
Пример с полистролом фирмы «Макдоналдс»
За последние пятнадцать лет в Соединенных Штатах резко
возросло понимание остроты проблем окружающей среды. Все
больше и больше людей стали осознавать опасность токсичес-
ких отходов, загрязнения окружающей среды, гор мусора на
свалках, уничтожения лесов. Примечательный пример загряз-
нения окружающей среды продемонстрировала компания
«Макдоналдс», владеющая крупнейшей в мире сетью рестора-
нов быстрого обслуживания.
В течение ряда лет «Макдоналдс», подобно большинству дру-
гих аналогичных фирм, использовала для своих гамбургеров по-
листроловую упаковку - знаменитые ракушки с «биг-маком».
Эта упаковка была легкой, не впитывала жир и сохраняла гам-
бургеры теплыми. Фирма «Макдоналдс» предпочла полистрол
картону и вместе с другими компаниями включилась в програм-
му строительства и размещения по всей стране семи заводов по
переработке полистрола; на эту программу было намечено израс-
ходовать!^ млн. долл. Но к концу 1990 г. фирме пришлось отка-
заться от этого проекта1. Вследствие своих размеров и господст-
вующего положения на рынке компания «Макдоналдс» стала
мишенью для «Фонда защиты окружающей среды», который ут-
1 Подробные сведения об этом деле взяты из упомянутых ниже источников; см.
также: New York Times, November 1, 1990, p. Al; November 2, 1990, p. Al;
December 31, 1990, p. A3; and April 17, 1991, p. A14.
363
верждал, что при производстве полистроловых ракушек выделя-
ются токсические испарения, что оно требует больших площадей
под отходы и что разложение этих отходов происходит в течение
слишком длительного времени. Кроме того, созданная произво-
дителями картона лоббистская организация под названием « Со-
вет по экологически чистой упаковке» развернула в школах кам-
панию с целью доказать вредное воздействие полистроловых из-
делий. Вскоре «Макдоналдс» столкнулась с инициативой, кото-
рую журнал «Форбс мэгэзин» назвал «крестовым походом де-
тей»: с кампанией «откажитесь от этого», с письмами от лица це-
лых школьных классов и с угрозой бойкота1. 2 ноября 1990 г.
фирма «Макдоналдс» объявила, что в шестидесятидневный срок
она прекратит использование полистроловых ракушек и заменит
их коробками из облицованного картона.
Это объявление было провозглашено победой экологов и де-
монстрацией силы общественного мнения. Передовые газет всей
страны поздравляли «Макдоналдс» с тем, что она взяла на себя
ведущую роль в деле защиты окружающей среды, и требовали
от других аналогичных фирм последовать ее примеру.
Хотя никто не отрицал важности опасений экологов, все же про-
звучало (но едва ли было услышано) несколько голосов, ставивших
под сомнение разумность решения фирмы «Макдоналдс». Эдвард
Г. Рэнси, глава операций «Макдоналдс» в США, издавна отстаи-
вавший использование ракушек, заявил: «Хотя некоторые науч-
ные исследования указывают, что пенопластовые упаковки эколо-
гически безвредны, наши клиенты их опасаются»* 2. Джей Бейя,
ученый из Национального общества им. Одбона, отмечал, что в ре-
зультате замены упаковки резко возрастет объем потребляемой бу-
маги, а «потребление гораздо большего объема бумаги означает го-
раздо большее загрязнение окружающей среды»3. Оно означает
также более интенсивную вырубку лесов. В докладе Стэнфордско-
го института научных исследований отмечается, что нет достаточ-
но веских оснований для утверждений об экологическом превос-
' См.: McDonald’s Caves In//Forbes, February 4, 1991, pp. 73-—74.
2 Fortune, June 3, 1991, p. 92.
'John Holusha. Packaging and Public Image: McDonald’s Fills a Big Order//New
York Times, November 2, 1990, p. Al.
364
ходстве применения бумажных изделий над использованием поли-
строловых или других пластмассовых материалов1. Не скажется
эта замена и на проблемах свалок, так как пластмассовые материа-
лы составляют лишь одну треть процента всего объема отходов.
Линн Скарлет, вице-президент «Ризон фаундейшн», отметил, что
при производстве полистрола расходуется на 30% меньше электро-
энергии, чем при производстве картона, и что загрязнение атмо-
сферы при этом ниже на 40%, а водной среды на 42%2.
В конечном счете экологи выиграли - или одержали лишь не-
которую победу по сравнению с той большой победой, которую
одержали крупные целлюлозно-бумажные фирмы? Обществен-
ное мнение своего добилось. Но кто информировал школьников о
фактах, которые вызвали нехарактерную для них напористость
в этой проблеме, и получили ли они полную информацию о ней?
Учитывая сложившуюся ситуацию и давление, которому под-
вергалась фирма «Макдоналдс», переход ее на картонную упа-
ковку являлся, быть может, удачным деловым решением. Но бы-
ло ли это наилучшим экономическим решением? Была ли ком-
пания морально обязана прибегнуть к такому решению?
Каков бы ни был ответ на эти вопросы, пример с фирмой «Мак-
доналдс» показывает, что широкая публика озабочена воздейст-
вием бизнеса на окружающую среду и на общество. Он отражает
растущее требование к корпорациям проявлять большую соци-
альную ответственность; он доказывает, что соблюдение социаль-
ной ответственности означает хороший бизнес; и он поднимает
вопрос о том, может ли существовать различие между социальны-
ми обязанностями корпорации и ее моральными обязанностями.
Корпорации, товары и услуги
Как мы уже видели, общество допускает существование кор-
пораций потому, что получает от них выгоду. Корпорации про-
1 Benjamin Zycher. Self-Flagellation Among the Capitalists//Regulation 14
(Winter 1991), pp. 25—26.
* Cm.: Lynn Scarlett. Make Your Environment Dirtier - Recycle//Wall Street
Journal, January 14, 1991, p. A12.
365
изводят товары и услуги, необходимые обществу, они же обеспе-
чивают занятость членам общества. Обычно причина создания
корпорации, для которой прибыль не является самоцелью, за-
ключается не в том, чтобы творить добро в некоем абстрактном
смысле, не в том, чтобы помогать обществу в некоем альтруис-
тическом смысле, а в том, чтобы делать деньги для тех, кто ее
учредил, и для тех, кто инвестирует в нее свои средства. Корпо-
рация делает деньги, производя и продавая товары и услуги.
Тем не менее юридические правила и принципы морали не поз-
воляют корпорации получать прибыль, причиняя ущерб другим
своим «стэйкхолдерам».
Поскольку главной функцией корпорации, помимо извлече-
ния прибыли, является производство товаров или услуг, мы мо-
жем начать наш моральный анализ с того, что именно произво-
дится и как производится. Примерно такой же, хотя и не иден-
тичный, анализ мы применим и к услугам.
Совершенно очевидно, что предоставлять услуги наемных
убийц безнравственно. Поскольку убивать людей еще и незакон-
но, трудно себе представить некую группу, открыто объединяю-
щуюся для осуществления подобной задачи. Следовательно, ус-
луга или изделие, производимые или намечаемые к производст-
ву, вполне могут служить предметом изучения как с этических,
так и юридических позиций. Большинство производимых кор-
порациями изделий и услуг, безусловно, этически дозволены.
Очевидно, среди них нет и противозаконных, в противном слу-
чае корпорация не была бы учреждена на юридических основа-
ниях. Но все же существуют отдельные виды товаров и услуг,
которые вызывают, по крайней мере у некоторых лиц и групп
граждан, сомнения морального характера. Наиболее известные
среди этих товаров и услуг - дешевое ручное огнестрельное ору-
жие («Saturday night specials»), сигареты и другие табачные из-
делия, алкогольные напитки, особенно крепкие. Все эти три ви-
да продукции являются легальными в США и во многих других
странах мира. Нет противоречия в том, что производство и про-
дажа этих товаров аморальны и вместе с тем легальны, посколь-
ку, как мы видели выше, не все, что безнравственно, неизбежно
следует считать или даже объявить незаконным. Некоторые
скажут, что производство противопехотных мин или другого во-
366
оружения, включая производство ядерного оружия, безнравст-
венно. Им ответят, что безнравственно не само производство та-
кого оружия, а некоторые виды его применения или его прода-
жа определенным лицам, например: несовершеннолетним - в
случае с табачными изделиями и алкогольными напитками; лю-
дям с криминальным прошлым - в случае с ручным огнестрель-
ным оружием; террористам и странам, населенным дикаря-
ми, — в случае с вооружением вообще.
Можно, конечно, усмотреть различие между продуктами, ко-
торые сами по себе не являются ни хорошими, ни плохими, и
опасным или безнравственным их применением какими-то
людьми. Этот аргумент в их защиту подразумевает, что другие
люди могут применять их вполне законно. С утилитаристских
позиций можно попытаться выяснить, какое их применение
встречается чаще всего, в какой мере доступ к ним приносит
больше вреда, чем пользы, возможно ли контролировать их опас-
ное применение с помощью законодательства, общественного по-
рицания и давления или иными способами. В таком духе обычно
ведутся дебаты по проблемам, связанным с упомянутыми про-
дуктами. При этом предполагается свобода их производства и
применения при условии, что не будет доказана возможность по-
следующего нанесения людям серьезного вреда. Ограничения
применяются только в той мере, в какой этого требуют необходи-
мость и целесообразность. Большинство стран договорились о за-
прещении производства некоторых видов биологического и хи-
мического оружия и об условиях контроля за соблюдением этого
запрета международными инспекционными бригадами или уч-
реждениями. В подобных условиях аморально производить та-
кие виды оружия после введения на них запрета. Было ли без-
нравственным их производство до заключения международных
соглашений, зависит от того, какова была главная цель этого
производства: использовать указанное оружие как фактор сдер-
живания или как оружие для возможного нанесения первого
удара. Здесь нам нет необходимости решать эти проблемы, к то-
му же они продолжают оставаться предметом постоянных дис-
куссий. Однако можно утверждать, что производство или предо-
ставление ряда товаров и услуг недопустимо, производство дру-
гих остается предметом спора, производство некоторых может
367
быть признано допустимым при условии их ограниченного рас-
пределения, а производство большинства из них определенно
этически допустимо, даже и при том, что они могут быть непра-
вильно применены или иным способом причинить вред.
Если дело обстоит таким образом, тогда главная этическая
проблема, относящаяся к большинству продуктов, заключается
не в том, что производится, а в том, как это производится. Про-
изводимые товары должны быть безопасными, не причинять за-
ведомого вреда; их следует производить в условиях, не причиня-
ющих вреда тем, кто занят в производственном процессе; и их
следует производить таким образом, чтобы минимизировать ка-
кой бы то ни было вред, наносимый окружающей среде.
Не навреди
Заповедь «не навреди» широко признана в качестве второго
порядка prima facie морального долга, обязывающего как от-
дельных лиц, так и корпорации. Вред, который не следует допу-
скать, в большинстве случаев представляет собой вред, причи-
няемый людям, иногда эту заповедь применяют также с целью
предотвратить причинение вреда животным и окружающей сре-
де. Злонамеренное, беспричинное и неоправданное причинение
боли или страдания животным морально недопустимо, оно про-
тивопоказано даже тем, кто не признает наличия прав у живот-
ных. Вред, причиняемый окружающей среде, по меньшей мере
косвенно причиняет также вред людям, которые составляют
элемент природы и благополучие которых зависит от чистоты и
безопасности среды их обитания.
Правило, предусматривающее непричинение вреда дру-
гим, — это центральный принцип, обусловливающий обязанно-
сти корпораций как в отношении защиты окружающей среды,
так и в отношении обеспечения безопасности рабочих и произво-
димой ими продукции.
Эти две группы обязанностей имеют много общего. Поскольку
в обоих случаях обязанности заключаются в том, чтобы не при-
чинять вреда другим, по каждой группе таких обязанностей не-
обходимо четко уяснить и определить значение понятия «вред» и
условия, при которых эти представляющиеся очевидными обя-
368
занности могут выполняться. Не только прямое причинение вре-
да, йо и косвенное его причинение не следует допускать, по край-
ней в^ере в той степени, в какой его можно предвидеть.
В обоих случаях - охраны окружающей среды и обеспечения
безопасности продукта и создающих его рабочих - возникает
возможность того, что люди обоснованно приемлют некоторый
вред во имя получения большей пользы и что они практически
согласны пойти на риск какого-то вреда с целью приобрести не-
кую гарантированную пользу. Поэтому этические параметры
контроля за загрязнением окружающей среды и за безопаснос-
тью изделий и рабочих включают оценку риска, а моральная
оценка приемлемости риска жизненно важна при рассмотрении
обязанностей корпорации в этих областях.
Безопасность продуктов и приемлемый риск
Хотя нет разумных оснований настаивать на том, чтобы все
продукты изготовлялись максимально безопасными, независи-
мо от затрат, все же существуют рациональные нормы безопас-
ности, которые промышленники могут соблюдать. Электричес-
кий прибор, который при каждом его включении ударяет чело-
века током, неприемлем для потребителей отчасти потому, что
всем уже известно, что возможно изготовление приборов, кото-
рые не бьют током при их включении. На компаниях лежит обя-
занность изготовлять изделия по крайней мере с такими харак-
теристиками безопасности, какие достигнутый уровень техники
(явно неопределенное понятие) позволяет и требует при произ-
водстве данного продукта.
С моральной точки зрения можно выделить три разных этапа
при оценке безопасности продукта1.
1 Обстоятельные дискуссии по проблемам безопасности и риска см. в: William
W. Lowrance. Of Acceptable Risk (Los Altos, Calif.: William Kaufmann,
1976); Nicholas Reseller. Risk (New York: University Press of America, 1983);
K. S. Shrader-Frechette. Risk and Rationality: Philosophical Foundations for
Populist Reforms (Berkeley: University of California Press, 1991).
369
• Первый заключается в определении того, какая степени бе-
зопасности достижима и как ее достичь в изготовлении данного
продукта. Речь идет о технических знаниях, которыми предво-
дители должны обладать или которые они должны приобрести.
• Второй состоит в том, чтобы решить, какая степень безопас-
ности необходима для конкретного изделия или вида деятельно-
сти. Здесь уже возникает вопрос о приемлемом риске. Это не
технический вопрос, а проблема ценностная, проблема сопос-
тавления ценностей. Правильно его решают те, кто подвергает-
ся риску, — конечные потребители, широкая публика или пра-
вительство, действующее по поручению населения.
• Как только такое решение принято, наступает третий этап,
заключающийся в том, чтобы выяснить, соответствует ли кон-
кретное изделие или конкретный вид деятельности установлен-
ному обществом стандарту безопасности. Можно ожидать, что с
прогрессом знаний и техники уровень приемлемого риска будет
снижаться. Когда автомобили были новинкой и являлись еще
экспериментальными, за руль садились лишь люди, готовые ид-
ти на определенный риск. Этот риск пришлось снижать до того
уровня, который мог оказаться приемлемым для обыкновенно-
го человека. Степень риска, которую публика приемлет при
вождении автомобиля, отличается от допускаемой степени рис-
ка полета на аэроплане, а последняя в свою очередь отличается
от степени риска, которую американская публика готова при-
нять в программе челночных космических аппаратов.
Американцы осознают, что в управлении автомобилем они
идут на некоторый риск, но они все же не рассчитывают на от-
каз тормозов, на то, что в коробке передач соскочит шестерня,
что педаль акселератора заклинит или что машина, оставленная
на десять минут без присмотра, загорится. Это все примеры
вполне законной уверенности, хотя такие гарантии вовсе не
предписаны законом. Американцы считают, что они почти ни-
чем не рискуют, входя в гостиницы и высотные здания или про-
езжая по мостам. Они не предполагают, что здания и мосты мо-
гут рухнуть на них или под ними, за исключением разве случа-
ев разрушительных землетрясений, но даже и в таких случаях
они рассчитывают на высокую степень безопасности.
370
Для того чтобы люди могли принять разумное решение пой-
ти нА какой-то риск, должны быть соблюдены четыре условия.
Во-первых, они должны прежде всего знать, что подвергают-
ся риску. Точно так же, как люди имеют право на то, чтобы им
не причиняли вреда, они имеют право знать, когда существует
риск причинения им вреда. Отсюда следует, что на промышлен-
ной фирме лежит обязанность информировать потребителей о
вреде, который им причиняет или может причинить использо-
вание их изделий, если это не самоочевидно. Информировать о
риске возможного вреда обязаны также химические и другие
предприятия, производящие опасные или токсические продук-
ты, причем такие предприятия должны уведомлять работников,
находящихся вблизи их производственного оборудования, о по-
тенциальном риске, которому эти люди подвержены.
Во-вторых, люди должны знать не только то, что они подвер-
гаются риску, но также характер и источник такого риска, что-
бы они могли разумно оценить его степень. Если риск кроется в
самом продукте, они должны знать, при каких условиях риск
возникает. Без такой информации они не знают, как оценить
степень риска и готовы ли они себя ему подвергнуть. Если риск
носит постоянный характер и исходит от обычного употребле-
ния изделия, как, например, при использовании цепной пилы,
тогда потребитель знает, что он должен соблюдать большую ос-
торожность при пользовании им. Если же опасность возникает
лишь при определенных условиях или при неправильном ис-
пользовании изделия, потребитель вправе знать это, чтобы он
мог решить, избежать ли риска, вовсе отказавшись от использо-
вания такого изделия, или идти на риск с полным осознанием
существующей опасности.
В-третьих, чтобы оценить риск, потребитель должен знать и
какова его степень, и как с ним справиться, например вовсе избе-
жать риска или минимизировать его. Если человек покупает ши-
ны, рассчитанные на максимальную скорость 80 миль в час, он
может предотвратить их разрыв, если станет вести свою машину
на скорости менее 80 миль. Если вероятность разрыва при скоро-
сти выше 80 миль составляет один из десяти и возрастает с уве-
личением скорости, езда со скоростью выше 80 миль на таких
шинах представляется безрассудной. Если человек знает, каков
371
риск и как его избежать (т.е. всегда вести машину со скоростью
меньше 80 миль), для него может иметь смысл покупать именно
такие шины. Если производитель не предупреждает клиентов о
такой опасности, он подвергает их риску, так как они не знают,
как его избежать. А это равносильно тому, что производитель со-
знательно подвергает клиента опасности аварии.
В-четвертых, чтобы разумно оценить риск использования из-
делия, человек должен знать, какие существуют и существуют
ли вообще альтернативы. Те, кто желает избежать риска летать
самолетами, знают, что существуют альтернативные виды
транспорта - поезда, автомобили, велосипеды, конный и иной
живой транспорт, пешее передвижение, да и вообще что можно
оставаться на месте. Риск, связанный с покупкой ненадежного
автомобиля, можно минимизировать, купив другой, несколько
более надежный. Но вождение любого автомобиля обусловлено
известным риском, и вовсе избежать его можно, только вообще
отказавшись водить автомобиль. Мы можем предпочесть избе-
гать какие-то виды риска, но есть другие его виды, которые ос-
таются вне нашего контроля, и мы учимся жить с ними, прини-
мать посильные предосторожности, чтобы минимизировать
риск. Совершенно очевидно, что было бы неразумно подвергать
себя большому риску получить телесные повреждения, когда
его можно легко избежать. Имеет смысл идти на некоторый
риск, когда это необходимо для достижения очень важной цели,
но даже и в этом случае разумно пытаться свести его по возмож-
ности к минимуму.
Хотя нельзя дать простой ответ на вопрос «насколько безо-
пасна безопасность? », но во всяком случае критерий разумного
риска и уклонения от него требует, чтобы потенциальные поль-
зователи изделий были информированы о возможном риске.
Производитель продукции несет моральную ответственность за
изготовление таких продуктов, какие отвечают ожиданиям по-
требителей, и за осведомление публики, когда дело обстоит ина-
че. Шины, не выдерживающие высоких скоростей, с этической
точки зрения нельзя продавать, выдавая их за шины, выдержи-
вающие большие скорости. Нравственная порочность созна-
тельной продажи продуктов, которые менее надежны, чем рас-
считывает рядовой покупатель, заключается в кроющемся в та-
372
кой сделке настоящем обмане и в нарушении негласного кон-
тракта или соглашения с публикой о том, что предприниматели
оправдают ее ожидания. Когда дефекты изделия не являются
очевидными или когда изделие не соответствует общему уровню
качества, какой публика считает само собой разумеющимся для
потребительских товаров, о существующем риске следует четко
заявить.
Степень приемлемого риска должна быть определена инфор-
мированной публикой и ее выборными и назначаемыми пред-
ставителями. Например, в отношении безопасности автомоби-
лей проблема их выбора решается введением набора стандартов
безопасности, установленных неким ведомством, вроде Нацио-
нального управления по безопасности движения на автостра-
дах, при условии, что такое ведомство не контролируется авто-
индустрией и что оно по-настоящему действует в интересах все-
го населения. Такое ведомство должно располагать сведениями
об уровне технического развития соответствующих отраслей
промышленности и о технических аспектах тех проблем, кото-
рые оно решает. Следует разработать обязательные нормативы
безопасности для автомобилей и других изделий с тем, чтобы
публика знала, на какой риск она идет, какие существуют аль-
тернативы для соответствующих изделий и как защитить себя
от опасностей, которые ей грозят. Сверх предписанных стандар-
тов производители могут конкурировать друг с другом в обеспе-
чении дополнительных гарантий безопасности и в уменьшении
риска, связанного с использованием их продукции. Вполне нор-
мально рассчитывать, что постепенно такого рода технические
усовершенствования будут признаны в качестве стандартов и
что высокие уровни приемлемого риска станут снижаться.
Таким же образом можно рассматривать, например, и про-
блему строительства атомных электростанций1. Проживание
непосредственно вблизи таких станций, естественно, связано с
' Две дискуссии относительно атомных электростанций см. в кн.: K.S. Shrader-
' Frechette. Nuclear Power and Public Policy: The Social and Ethical Problems of
* Fission Technology (Boston: D. Reidel Publishing Company, 1980/' Bernard L.
» Cohen. The Nuclear Energy Option: An Altertnative for the 90s (New York:
Plenum Press, 1990).
373
известным риском, и население должно знать, какому риску оно
подвергается, прежде чем согласиться на него. Многие населен-
ные пункты с радостью соглашаются на этот риск, поскольку та-
кие станции обеспечивают им занятость. Люди, проживающие в
некотором отдалении от атомных электростанций, подвергают-
ся несколько меньшему риску. Кто вправе приостановить стро-
ительство таких станций и при каких условиях? Казалось бы,
совершенно очевидно, что решение должны принимать те, кто
подвергается риску, но ответ на этот вопрос усложняется, когда
подавляющее большинство населения высказывается за строи-
тельство АЭС, а меньшинство выступает против него или когда
за строительство высказываются люди, проживающие вблизи
него, а против - проживающие в отдалении. Для решения воз-
никающих здесь проблем необходима вся относящаяся к ним
информация. К несчастью, очень трудно оценить риск, связан-
ный с эксплуатацией АЭС, при наличии острых споров, когда
одни специалисты считают, что этот риск меньше, чем при экс-
плуатации альтернативных энергетических предприятий, вро-
де электростанций, использующих обычные энергоносители, а
другие специалисты доказывают, что, хотя вероятность утечки
радиоактивных элементов невелика, вред, который может быть
причинен, когда такая утечка все же произойдет, столь велик,
что рисковать не стоит.
Но и это не единственная трудность. Атомные электростан-
ции могут принести пользу множеству людей, которые не под-
вергаются риску, так как они проживают в большом отдалении
от станции: как согласовать их интересы и потребности с инте-
ресами тех, кто подвержен риску? Хотя обязанность не причи-
нять вреда продолжает оставаться высшим нравственным прин-
ципом, степень риска, на который люди готовы согласиться в
обмен на получение определенных выгод, не является только
этической проблемой. Как правило, подобные проблемы нахо-
дят свое решение в политическом процессе, который не сводит-
ся просто к диктату большинства, а включает в себя как органи-
ческий элемент защиту прав людей.
Анализ проблем безопасности продуктов и риска применим и
к продуктам, и к их производству, и к экологическому наруше-
нию и загрязнению окружающей среды.
374
Безопасность продуктов и обязанность корпораций
Использованный выше принцип анализа проблемы безопас-
ности атомных электростанций применим также и к анализу
проблемы безопасности изделий и продуктов. Так же как АЭС не
должны причинять вред людям в результате утечек или отказов
оборудования, так и предприниматели не должны причинять им
вред своей продукцией. Но степень риска, который общество же-
лает принять на себя в процессе использования изделий, может
неофициально устанавливаться техническим уровнем производ-
ства конкретного вида продукции, или - в более сложных случа-
ях - она может устанавливаться правительством. Но, так или
иначе, нарушение таких стандартов аморально, хотя противоза-
конным оно является лишь в последнем случае1.
Многие проблемы безопасности продукции можно проиллюс-
трировать на примере ставших предметом острых споров авто-
мобилей. Все мы знаем, что совершенно безопасного автомобиля
не существует. Мы знаем также, что одни автомобили по некото-
рым техническим параметрам безопаснее других. Машина боль-
шого размера явно безопаснее малогабаритного автомобиля при
лобовом столкновении их друг с другом. Малогабаритный авто-
мобиль, ударивший большой грузовик, скорее всего, больше по-
страдает от столкновения. Фирма «Мерседес-Бенц» утверждает,
что она строит свои автомобили, ориентируясь на их безопас-
ность; покупатель оплачивает дополнительные конструктор-
ские издержки на ее машины. Мало вероятно, чтобы малогаба-
ритный недорогой автомобиль можно было сделать столь же на-
дежным, как и большую дорогую машину. Но если дело обстоит
так, то вопрос сводится к тому, насколько безопасным должен
О безопасности продуктов см.: Verne L. Roberts. The Origins of Product
Safety//Journal of Product Liability, 7 (1984), pp. 19—30; Harvey M. Sopolsky.
Consuming Fears: The Politics of Product Risks (New York: Basic Books, 1986);
John Kolb, Steven S. Ross. Product Safety and Liability: A Desk Reference (New
York: McGraw-Hill, 1980); Sharon Coffin. Product Hazards: A Case History
Guidebook (Washington, D.C.: Washington Business Info, 1981). Хорошо изве-
стную критику опасности автомобилей см. в: Ralph Nader. Unsafe at Any
Speed (New York: Grossman, 1965); Lee P. Strobel. Reckless Homicide? Ford’s
Pinto Trial (South Bend, Ind.: And Fooks, 1980).
375
быть автомобиль, чтобы быть «безопасным», и кто должен этот
вопрос решать.
Любую модель можно сделать более надежной, чем она фак-
тически оказывается. Однако мы вовсе не желаем водить авто-
мобили, которые по весу сравнимы с танками, хотя они были бы
безопаснее, чем те машины, которыми мы сейчас пользуемся.
Мы заинтересованы также в уменьшении расхода горючего на
милю пробега, в доступной для нас цене на автомобили и в опре-
деленной их комфортности. Поэтому любая автостроительная
компания должна обеспечить известное компромиссное сочета-
ние веса машины, ее скорости, цены, безопасности, комфортно-
сти и других факторов.
В первом приближении вопрос о параметрах безопасности ав-
томобиля сводится к тому, что инженеры называют «современ-
ным уровнем техники». Мы не ожидаем что при умеренной ско-
рости автомобиль загорится от удара сзади; мы не ожидаем, что
при умеренном дожде у автомобиля заглохнет мотор во время
движения по шоссе; мы не ожидаем, что шины станут лопаться
при скорости 55 миль в час. Но у нас есть определенные ожида-
ния, поскольку автомобили конструируются таким образом,
чтобы удовлетворять эти ожидания. Поэтому между производи-
телями автомобилей и населением США существует подразуме-
ваемый контракт, .согласно которому стандарты безопасности,
обычно отвечающие современному уровню техники, должны
быть гарантированы в каждом автомобиле соответствующего
ценового класса. До того как аварийные предохранительные по-
душки стали обычным явлением и превратились в стандартную
принадлежность автомобиля, их предлагали за дополнитель-
ную плату. Теперь, когда их отнесли к стандартам безопасности,
потенциальных покупателей следует информировать не об их
наличии, а об их отсутствии.
Если предприниматель создает очень недорогую модель авто-
мобиля, которая не обладает отвечающими современному уров-
ню техники стандартами безопасности, клиента об этом следует
информировать. Если автомобиль не отвечает современным тре-
бованиям безопасности от удара сзади, клиентов об этом следует
информировать. Но едва ли производители стандартных автомо-
билей, не соответствующих современному уровню техники безо-
376
пасности, станут рекламировать этот недостаток, не объявляя
при этом о значительном снижении цены на машину. Если поку-
патель добровольно соглашается на несколько больший риск,
чтобы сэкономить деньги, и если он принимает такое решение
после получения надлежащей информации, производителю ав-
томобиля нельзя вменить в вину что-либо. Однако производите-
лей машин можно винить в том случае, если риск является нера-
зумным для любого получившего соответствующую информа-
цию водителя или если производитель не предоставил потенци-
альному покупателю информацию о дополнительном риске.
Если производителю известен дефект, повышающий для по-
купателя риск, а он не исправляет этот дефект и не информиру-
ет о нем покупателя, ему может быть предъявлено обвинение в
преступной халатности. На производителе лежит обязанность
перед покупателями обеспечивать их безопасность, и если он не
гарантирует надлежащее качество своей модели, то он, следова-
тельно, не соблюдает указанную обязанность.
Но на ком лежит ответственность за определение «парамет-
ров безопасности»? Ложится ли она только на производителей и
покупателей? В США задача определения этих параметров воз-
ложена также на Национальное управление по безопасности
движения на автострадах (НУБДА); но со времени своего созда-
ния в 1966 г. оно ввело не слишком много новых стандартов. В
1977 г. были введены стандарты безопасности бензобаков, а так-
же, в числе прочих, стандарты безопасности от неустойчивости
машин и от ударов сзади. Предписываемые этим ведомством
стандарты безопасности отражают объем риска, который обще-
ство может допустить, они должны явиться результатом некое-
го компромиссного сочетания издержек на обеспечение большей
надежности с уже достигнутой степенью надежности, с техниче-
ским уровнем производства и желаниями покупателей. Однако
даже при отсутствии государственных стандартов производите-
ли морально обязаны не причинять вреда и поэтому несут нрав-
ственную ответственность за изготовление своих продуктов на-
столько безопасными, насколько позволяет достигнутый техни-
ческий уровень производства.
Широкая публика не ожидает от обычных автомобилей та-
кой же безопасности, как от коммерческих самолетов. В отно-
377
шении последних мы рассчитываем на более строгие стандарты
безопасности, так как полеты на них сопряжены с большим ри-
ском гибели или увечья в случае отказа какого-либо вида обору-
дования, когда самолет находится в воздухе. Но для наших ав-
томобилей мы рассчитываем на разумную безопасность, а дости-
жения конструкторской мысли способствуют созданию их все
более и более безопасными. Когда наши разумные ожидания не
оправдываются, тогда возмущение населения вполне предсказу-
емо и обоснованно.
То, что правомерно относится к продукции автостроителей,
можно распространить и на все изделия вообще - от мелких
предметов вроде консервного ножа до таких гигантских соору-
жений, как небоскребы. Степень безопасности, ожидаемой нами
от мелких предметов, очень высока, и не потому, что они могут
причинить большой вред, а потому, что их гораздо легче сделать
безопасными. Уровень безопасности электроприборов обычно
должен устанавливаться законом. Все мы повседневно пользу-
емся электрическими приборами и при этом просто предполага-
ем, что они безопасны. То же относится к механическим прибо-
рам. Когда безопасность является проблемой не только для от-
дельных пользователей, но для большого числа людей, тогда
ожидаемый уровень безопасности, обычно предписываемый за-
коном, очень высок.
Когда мы входим в здание, то ожидаем, что оно безопасно и не
рухнет нам на голову. Эти наши ожидания подкрепляются нали-
чием строительных уставов и строительных инспекторов, в чью
обязанность входит надзор за соблюдением строительных стан-
дартов, гарантирующих безопасность жильцов дома. В случае
очень сильного землетрясения здания иногда рушатся. Но даже
и здесь мы рассчитываем на то, что для предотвращения таких
последствий все возможное и необходимое было сделано в соот-
ветствии с тем уровнем знаний в области строительной техники,
который существовал на момент строительства здания. Недо-
статки в строительстве, вызванные ошибками в проектировании
или использованием материалов низкого качества, обычно явля-
ются следствием неэтичного поведения одного или более лиц, на
которых и следует возложить вину за причиненный вред.
378
Строгая ответственность
Производители несут ответственность за производимые ими
изделия и за причиняемый ими вред. Что касается потребитель-
ских товаров, потребители рассчитывают, что покупаемые ими
товары честно рекламируются и отвечают предъявляемым им
требованиям. Потребители рассчитывают, что купленный ими
предмет не выйдет из строя при первом же его применении, что
он будет действовать и что он будет делать то, для чего он изго-
товлен. Если же предмет действовать не будет, потребитель име-
ет законное право предъявить претензии. Производители обыч-
но продают свою продукцию с гарантией, и даже если такая га-
рантия отсутствует, существует подразумеваемая гарантия то-
го, что изделие соответствует своему назначению и обладает по
крайней мере средним качеством. Если изделие не выполняет
своих функций или если оно сразу же выходит из строя или об-
наруживаются какие-либо другие дефекты, гарантия обеспечи-
вает покупателю ремонт или замену изделия. Это по меньшей
мере то, на что потребители могут рассчитывать в рамках спра-
ведливой сделки при покупке ими товаров. Однако они не впра-
ве требовать компенсацию за случайный ущерб или вред, напри-
мер за потерю времени, которую повлек за собой обмен товара,
или за то, что продукт вовремя не был использован.
Однако ущерб, причиненный в результате небрежного произ-
водства товара, — это уже другое дело. В подобных случаях ком-
пенсационное право требует полного возмещения покупателю
его затрат, а также компенсации за причиненный вред.
Американский закон пошел дальше компенсаторной спра-
ведливости и считает производителей ответственными за причи-
ненный вред даже и в том случае, когда он не объясняется ха-
латностью. При анализе проблемы ответственности мы видели,
что корпорации могут нести юридическую ответственность за
причиняемый их продукцией вред даже и в том случае, когда
они не знают о дефектах этой продукции или когда они не пред-
видят причинение ею вреда. Несколько лет тому назад какое-то
число пожилых людей умерли, отравившись рыбными консер-
вами. В крышках консервных банок возникли очень маленькие
дырочки, сквозь которые туда проникал воздух, что привело к
379
развитию микробов, оказавшихся смертельными. В судебном
процессе производитель консервов был признан юридически ви-
новным в соответствии с доктриной строгой ответственности за
причиненный вред.
Обоснованна ли морально доктрина строгой ответственности
или она несправедливо карает компании за неправильное упо-
требление покупателем их продукции или за возникновение не
поддающихся их контролю условий? Доктрина строгой ответст-
венности не оценивает вину, она сама по себе не требует установ-
ления халатности компании или ее вины за недостаточный кон-
троль за производством своей продукции или за то, что она не
исправила известные ей дефекты продукции. В последних слу-
чаях законы США часто позволяют пострадавшим сторонам не
только предъявлять судебные иски за вред, причиненный упо-
треблением такой продукции, но требовать также и каратель-
ного возмещения ущерба. «Карательное» возмещение ущерба
может многократно превосходить фактический размер возме-
щения, выплачиваемого истцу. Такое превышение размера воз-
мещения имеет своей целью наказать предпринимателя за ха-
латность или недобросовестность при производстве продукции и
таким образом отбить охоту как у данного производителя, так и
у других производителей такой же продукции впредь поступать
халатно или недобросовестно.
Существуют три главных аргумента в пользу концепции
строгой ответственности. Согласно первому, строгая ответствен-
ность обосновывается доктриной «глубокого кармана», доктри-
ной «богача». Нанесен ущерб, и субъект, обладающий наиболь-
шей возможностью его возместить, — это производитель данно-
го продукта, поскольку считается, что производитель распола-
гает достаточными для этого средствами. Хотя это предположе-
ние может оказаться и неверным, но, как следует из данного ар-
гумента, всякая компания, производящая продукцию, обладает
наилучшей возможностью возместить ущерб, нанесенный ее
продукцией, так как компания фактически способна застрахо-
вать себя на случай необходимости возмещения ущерба. Она мо-
жет либо приобрести страховой полис у страховой компании,
которая обязуется отвечать по иску за причиненный вред, либо
несколько повысить цену каждой единицы продаваемой про-
380
дукции, чтобы покрыть издержки, могущие возникнуть в слу-
чае предъявления исков, связанных с требованиями о строгой
ответственности.
Второй аргумент заключается в том, что доктрина строгой от-
ветственности производителей за качество их продукции создает
для них большие стимулы делать свою продукцию более надеж-
ной, чем они бы ее делали при отсутствии такой ответственности.
Поскольку они знают, что их можно привлечь к строгой ответст-
венности за вред, причиненный их продукцией, у них есть сти-
мул делать свою продукцию как можно более безопасной с уче-
том уровня себестоимости и других ограничительных факторов.
Согласно третьему аргументу, предприниматели располага-
ют наилучшей способностью производить испытания своей про-
дукции и предвидеть возможное неправильное ее употребление.
Доктрина строгой ответственности создает для предпринимате-
лей стимулы производить более тщательные тесты и уделять
большее внимание вредным последствиям, к которым может
привести неправильное употребление их продукции. Следова-
тельно, эта доктрина поощряет производство более надежной
продукции и, будучи заранее известной, не создает чрезмерные
трудности для предпринимателей, которые могут при определе-
нии цен учесть возможность затрат на возмещение ущерба.
Однако существует ряд трудностей с применением доктрины
строгой ответственности; можно услышать жалобы на то, что су-
ды заходят слишком далеко в трактовке понятия строгой ответ-
ственности. Критики доктрины полагают, что люди должны от-
вечать за собственные действия, они должны соблюдать осто-
рожность при пользовании изделиями, которые они покупают.
Ни одна компания не может предвидеть все случаи неправиль-
ного использования ее продукции. Например, человек, ошпа-
рившийся горячей водой из душа, оснащенного смесителем с
единственным вентилем, предъявил иск предприятию, выпус-
кающему такие смесители, и выиграл дело. Критики, анализи-
ровавшие это дело, утверждают, что любому человеку известно,
что не следует поворачивать вентиль до деления, указывающего
самую горячую воду, и становиться под душ, чтобы проверить
температуру воды. Защитники доктрины доказывают, что в ре-
зультате этого судебного процесса на некоторые смесители те-
381
перь помещаются предупреждения относительно угрозы ошпа-
риться, а другие смесители сконструированы таким образом,
что автоматически отключают воду, температура которой до-
стигла определенного предела. Реальный спор вращается во-
круг вопроса о том, должны ли сами потребители нести какую-
либо ответственность за неосторожное или невнимательное
пользование изделием или же просто потому, что им причинен
вред, кто-то другой - предпочтительно некая крупная корпора-
ция - должен возмещать им причиненный вред.
Ответственность за качество выпускаемой продукции - это не
просто этическая проблема, которую можно решить чисто теоре-
тически. Производители морально обязаны выпускать продук-
цию достаточно безопасную и соответствующую стандартам, на
которые публика вправе рассчитывать при данном техническом
уровне производства. Производители морально обязаны не под-
вергать - сознательно - опасности потребителей их продукции.
Производители морально обязаны предупреждать потребителей
о возможной опасности в процессе использования или в резуль-
тате неправильного использования их продукции. Примеры
преднамеренной недобросовестности, умышленного обмана, со-
знательного производства опасной продукции - это не примеры
нравственных дилемм, а примеры неэтичных действий, осуще-
ствляемых корпорациями. Однако не все случаи вреда, причиня-
емого продукцией предприятий, относятся к этой категории. В
оценке надежности продукции и ответственности корпораций
определенное место занимает понятие приемлемого риска. Стро-
гая ответственность и «карательное» возмещение ущерба - это
юридические доктрины, способные также сыграть свою роль в
стимулировании производства безопасной продукции, хотя воз-
можны и злоупотребления как той, так и другой доктриной.
Поскольку в американской системе производство продукции
представляет собой конкурентное предпринимательство, совер-
шенно очевидно, что в ряде случаев обеспечение безопасности
изделия ставит какие-то предприятия в невыгодное положение
по сравнению с конкурентами. Так происходит тогда, когда по-
требители не хотят доплачивать за дополнительную степень на-
дежности, а конкуренты неспособны достигнуть такого же уров-
ня безопасности. В подобных случаях не представляется очевид-
382
ным моральный долг предпринимателя производить более на-
дежное изделие, хотя это служит высшим интересам общества:
если покупатель не станет платить за более высокий уровень на-
дежности, производитель окажется не в состоянии в сложив-
шихся условиях конкуренции успешно продавать свою продук-
цию. В результате либо общество смиряется с более низким, чем
он мог бы быть, уровнем безопасности, либо, чтобы сохранить
честные условия конкуренции, правительство должно предпи-
сать достижимый уровень безопасности, который все произво-
дители обязаны обеспечивать. Однако надлежащий баланс меж-
ду издержками и безопасностью — это не такой вопрос, на кото-
рый имеется единственный морально правильный ответ, или не
такой вопрос, который можно решить с помощью одних только
этических принципов. Умышленное производство продукции с
более низкими стандартами надежности, чем общество прием-
лет и на какие общество рассчитывает, достойно морального по-
рицания, но сами по себе эти стандарты могут быть различными
для разных видов продукции и для разных обществ.
Безопасность производственного процесса
Мы видели, что ожидаемый или требуемый обществом уро-
вень безопасности изделий может изменяться в зависимости от
того, какой уровень можно достигнуть и какой уровень безопас-
ности может себе позволить общество; то же самое справедливо и
в отношении ожидаемых и требуемых условий безопасности про-
цесса производства. Только здесь на карту поставлена безопас-
ность рабочих или служащих, а не покупателей или потребите-
лей. Как и в случае с безопасностью изделий, существует мини-
мум, ниже которого уровень обеспечения безопасности рабочего
места считается этически неприемлемым. К опасностям на рабо-
чем месте относятся любые опасности, которые легко устранить,
и любой вред, который легко предотвратить. Например, ожида-
ется надежная вентиляция и нормальная температура на рабо-
чем месте, равно как и наличие противопожарных мер (скажем,
запасные выходы на случай пожара), защитные ограждения
опасных машин и защита от токсических веществ и отходов.
383
Некоторые рабочие места сами по себе опасны, и здесь возни-
кает проблема общих правил, определяющих уровень приемле-
мого риска. Пожарная служба представляет собой опасный род
занятий. Однако даже и тут пожарники могут рассчитывать на
обеспечение их таким спасательным снаряжением, какое уже
существует и какое может себе позволить приобрести муници-
пальная администрация. Они могут также рассчитывать на со-
ответствующее обучение и браться за борьбу с огнем, будучи хо-
рошо осведомленными о рисках, с которыми она связана, и о
способах их минимизировать. За принятый на себя риск они
должны получать надлежащую плату. Но размеры такой платы
на самом деле могут сильно колебаться.
Трудовой контракт, с моральных позиций, не может быть за-
ключен без предусмотренного в нем минимума условий безопас-
ности рабочего места. Равным образом нельзя считать контракт
справедливым, если у рабочего нет альтернативы из-за высоко-
го уровня безработицы или из-за острой нуждаемости. Рабочих
следует информировать об опасностях и риске там, где эти фак-
торы присутствуют. Но опасности и риск необходимо как можно
решительнее устранять. Когда работодатели узнают о прежде
неизвестных им угрозах здоровью и безопасности их персонала,
они обязаны устранять эти угрозы или осведомлять о них работ-
ников, чтобы последние могли вполне осознанно решать, оста-
ваться им на этой работе или нет.
В США Закон о безопасности и здоровых условиях труда
очень подробно определяет, какие меры безопасности предпри-
ниматели должны обеспечивать. В ряде случаев Закон выходит
за пределы моральных требований; не во всех индустриально
развитых странах существуют такие же требования к соблюде-
нию здоровых и безопасных условий труда, как в США. В неко-
торых странах эти требования более строгие, в других менее
строгие. Но так или иначе, во всех этих странах предусмотрены
базисные минимальные уровни безопасности, которые предпри-
ниматели должны обеспечивать. Так называемые потогонные
мастерские, в которых рабочие трудятся в условиях неимовер-
ной тесноты, невыносимой жары и духоты, явно оказываются
ниже морально допустимого уровня обеспечения здоровья и бе-
зопасности труда. Тем не менее уровни безопасности и приемле-
384
мого риска в разных профессиях и в разных обществах различ-
ны. Работа секретаря явно безопаснее, чем работа водителя гру-
зовика, работа служащего безопаснее работы строительного ра-
бочего. Несмотря на существующую систему обеспечения безо-
пасности и принимаемые меры предосторожности, аварии и не-
счастные случаи все же возникают из-за халатности, сбоев в ра-
боте оборудования или из-за его неизвестных дефектов.
Предприниматели обязаны обеспечивать безопасные условия
труда и несут ответственность за увечья, которые рабочие полу-
чают из-за дефектного оборудования или из-за опасных условий
труда. В США компенсация рабочим представляет собой вид
страховки, которая охватывает и нанесение рабочим увечий на
рабочем месте. Кроме того, предприниматели несут ответствен-
ность за причинение вреда в результате халатности и непредос-
тавления рабочим известной менеджменту информации о рис-
ке, которому они подвергаются.
И безопасность продукции, и безопасность производственного
процесса, и защита окружающей среды, строго говоря, предпо-
лагают как общественные, так и индивидуальные решения, аль-
тернативные возможности выбора, оценку риска и тщательную
классификацию сложных проблем. В решении этих проблем эти-
ка играет важную роль. Хотя этические факторы вступают в дей-
ствие уже при определении стандартов безопасности как для
продукции, так и для среды обитания, этика начинает играть да-
же еще большую роль тогда, когда стандарты уже установлены.
Умышленное их занижение представляет собой явно аморальное
действие и нарушение заповеди о том, чтобы не причинять вреда.
Нанесение ущерба окружающей среде
Кому надлежит решать, насколько чистыми должны быть
воздух и вода? Коль скоро воздух и вода представляют собой об-
щее достояние, решение должны принимать все те, кто ими
пользуется. А поскольку это вопрос государственной политики,
население в целом должно решать его политическими средства-
ми. Однако избиратели часто получают мало информации отно-
сительно компромиссов, на которые они как общество фактиче-
ски идут. Американцы обычно предоставляют правительству
385
право решать, какая степень загрязнения среды опасна, а какая
его степень приемлема, устанавливать наказания за превыше-
ние допустимого уровня загрязнения среды. Публику редко
призывают голосовать за те или иные альтернативные решения,
ее редко информируют о том, какие, собственно, альтернативы
существуют или в чем заключаются компромиссные решения
относительно допустимых норм загрязнения. В некоторых шта-
тах избирателям предлагали голосовать по конкретным вопро-
сам - например, согласны ли они со строительством атомных
электростанций или с созданием центров по уничтожению ток-
сических отходов. Вообще говоря, населению не предлагали го-
лосовать за какую-нибудь всеобъемлющую программу защиты
окружающей среды. Правила устанавливались различными
правительственными ведомствами в каждом отдельном случае.
Могут, конечно, сказать, что проблема носит технический ха-
рактер и ее решение лучше всего предоставить техническим спе-
циалистам, но, как мы видели, выбор допустимых уровней за-
грязнения среды связан с ценностными суждениями, и едва ли
имеются основания полагать, что технические специалисты вы-
ражают или разделяют те же ценности, что и большинство об-
щества. Многие вполне логично считают, что люди как разум-
ные существа имеют право принимать решения по вопросам, ко-
торые их непосредственно касаются.
Вину за ухудшение окружающей среды часто возлагают не-
посредственно на бизнес. Заводы загрязняют атмосферу; пред-
приятия спускают токсичные отходы в реки и речки, закапыва-
ют ядовитые вещества, часто не считаясь с безопасностью обще-
ства; алчные дельцы сводят леса, обезображивают земельные
площади, беззаботно уничтожают все больше видов живых су-
ществ. Бизнес оказывал серьезное и часто пагубное воздействие
на окружающую среду. Однако тот факт, что социалистические
страны обращались со своей окружающей средой не лучше, а ча-
сто еще хуже, чем страны свободного предпринимательства, по-
казывает, что экологический ущерб в большей степени порож-
ден распространением современной технологии и злоупотребле-
нием ею, нежели одной только алчностью бизнеса.
С развитием новейшей химии и возрастающей индустриали-
зацией открылось и реализовалось множество возможностей
386
для производства продукции без надлежащего учета его побоч-
ных эффектов, а иногда и для сокрытия его фактических издер-
жек. Например, пестициды и гербициды оказались великим
благом для фермеров, повысив урожайность и избавив растение-
водство от вредителей, на протяжении столетий являвшихся би-
чом сельского хозяйства. Но пестициды и гербициды способны
также повлечь за собой и пагубные последствия. Они могут про-
никнуть глубоко в почву и в конечном счете загрязнить подпоч-
венные воды и водоемы. Они могут просочиться в ручьи и реки,
убивая или заражая рыбу. Постепенно они через пищу проника-
ют в организм людей, вызывая рак, врожденные уродства и дру-
гие болезни. Цена создания новых продуктов часто обусловлена
известным риском. Во многих случаях причиняемый вред, по
крайней мере на начальной стадии, был непреднамеренным или
не обнаруживался. Лишь после того, как болезни и врожденные
уродства приобрели распространенный характер, ученые стали
доискиваться причин их возникновения и установили их хими-
ческое происхождение. Возможно ли создать такие пестициды и
гербициды, которые не будут служить косвенным источником
причинения вреда людям? Ответ, очевидно, может быть утвер-
дительным; стимулирование их разработки представляет собой
одну из задач государственной политики контроля за примене-
нием удобрений. Осведомленность фермеров о том, что сущест-
вуют более безопасные и столь же эффективные альтернативные
удобрения, лишает их стимула идти на большой риск и причи-
нять людям вред вследствие применения запрещенных удобре-
ний-
Так же можно охарактеризовать и другие виды деятельнос-
ти1. Разрушение почвенного покрова и уничтожение лесов - это
’ Среди ранних работ по проблемам загрязнения окружающей среды см.: John
Passmore. Man’s Responsibility for Nature. 2nd ed. (London: Suckworth
Publishers, 1980); William T. Blackstone (ed.). Philosophy and Environmental
Crisis (Athens, Ga.: University of Georgia Press, 1974). Существует обширная ли-
тература по проблемам защиты окружающей среды, см. два полезных сборни-
ка: Тот Began (ed.). Earthbound (New York: Random House, 19847,' Michael E.
Zimmerman (ed.). Environmental Philosophy: From Animal Rights to Radical
Ecology (Upper Saddle River, N.J.: Prentice Hall, 1993).
387
близорукое хозяйственное поведение людей. Известно, что вы-
рубка леса без восстановительных посадок ведет к потере пахот-
ного слоя и переувлажнению почвы, а все это наносит ущерб, и
все это можно предотвратить. Однако в развивающихся странах
лес служит единственным для местного населения топливом и
материалом для строительства жилищ. Там нет ресурсов для
восстановления лесов, там люди озабочены выживанием, а не
долгосрочными последствиями своих деяний. У крупных бу-
мажных фабрик меньше оправданий для сведения лесов, но и
они приносят известную пользу своей деятельностью, посколь-
ку производимая ими продукция достается обществу с меньши-
ми издержками.
Проблемы загрязнения окружающей среды порождают серь-
езную озабоченность в связи с причиняемым людям вредом. Дру-
гие экологические проблемы менее ясны. Для одних проблемы
обращения с животными являются очень важными, для других
они имеют гораздо меньшее значение, а вопрос о том, каким
должно быть это обращение, служит предметом споров. Следует
ли открыть лесозаготовительным компаниям доступ к вечнозеле-
ным лесам Западного побережья США, следует ли и сколько нуж-
но площадей девственной природы оставлять в качестве заповед-
ных и запретных для хозяйственной деятельности - это вопросы,
по которым не существует согласия. Равным образом спорным ос-
тается вопрос о том, какой вред приносят индустриальные про-
цессы и развитие промышленности, которые так или иначе ведут
к уничтожению видов животного мира. Одни доказывают, что
животные имеют право на жизнь, другие утверждают, что права-
ми в собственном смысле слова обладают лишь человеческие су-
щества. Спор часто переключается на темы о том, можно ли дока-
зать, что вырубка вечнозеленых деревьев приносит вред людям;
или о том, что такая деятельность людей ставит под угрозу суще-
ствование различных видов животных, насекомых или расти-
тельности; или о том, можно ли добавлять в корм животных гор-
моны и другие препараты или содержать их в тесных помещени-
ях и загонах, в которых они едва способны двигаться.
Во многих случаях экологические нарушения вовсе не при-
чиняют чрезмерного вреда и даже приносят некоторую пользу.
С утилитаристской точки зрения следует задаться вопросом, а
388
не приносят ли они больше пользы, чем вреда, если учесть все
связанные с ними факторы воздействия на людей, причем не
только в сиюминутном плане, но и в долговременной перспекти-
ве. Руководствуясь деонтологическим подходом, вовсе нет нуж-
ды выяснять, нарушает ли такого рода деятельность права лю-
дей. Но при любом подходе надо помнить, что хотя нарушение
окружающей среды представляет собой зло, по крайней мере в
той степени, в какой оно непосредственно или косвенно причи-
няет вред людям, сама деятельность, приводящая к экологичес-
кому нарушению, часто дает также и положительный эффект,
например в случае с пестицидами, существенно способствующи-
ми поддержанию жизни населения вследствие повышения уро-
жайности сельскохозяйственных культур, которого без их при-
менения достигнуть было бы невозможно.
Поэтому при решении проблемы экологических нарушений
задача заключается в том, чтобы минимизировать наносимый
ими вред и максимизировать пользу от них на основе увеличе-
ния научных знаний и углубления технического прогресса, од-
новременно соблюдая права тех, на кого они оказывают свое воз-
действие.
Нет необходимости подробно доказывать, что прямой, пред-
намеренный и поддающийся предотвращению вред морально
недопустим. Промышленники, которые сознательно сбрасыва-
ют ядовитые отходы и химикалии в водоемы или почву, винов-
ны в умышленном причинении вреда другим людям. Те, кто
связан с производством радиоактивных отходов, отлично пони-
мают, какой вред могут нанести такие продукты и какие меры
предосторожности им следует принимать при их захоронении.
Не принимая такие меры, они сознательно причиняют вред дру-
гим. То же относится и к фермерам, злоупотребляющим приме-
нением пестицидов и гербицидов, и к лесопромышленникам, не
производящим восстановительные посадки на вырубленных де-
лянках, и к снявшим почвенный покров предпринимателям,
которые не рекультивируют оголенные земельные участки.
Однако проблема экологических нарушений и загрязнения
окружающей среды намного сложнее, чем это обрисовано выше.
Хотя вопрос о загрязнении является лишь одним из аспектов
этических проблем, возникающих в связи с защитой окружаю-
389
щей среды, этот вопрос в свою очередь порождает ряд других во-
просов, иллюстрирующих подход к решению экологических
проблем.
Загрязнение окружающей среды и борьба с ним
Можно различать умышленное и непреднамеренное загряз-
нение, сильное и слабое загрязнение. Во всех случаях то, что мы
подразумеваем под загрязнением среды, имеет ключевое значе-
ние и определение его масштабов представляет собою нелегкую
задачу. Если речь идет о природных явлениях, строгого понятия
загрязнения не существует. Когда в мае 1980 г. произошло из-
вержение вулкана на горе Св. Елены в штате Вашингтон, оно
разрушило 220 тыс. акров леса, загрязнило реки Тутл, Каулитс
и Колумбия, выбросило огромное количество серы и распростра-
нило значительные ее массы во всей атмосфере Соединенных
Штатов. В определенном смысле извержение загрязнило атмо-
сферу страны. Но это извержение было естественным, и увели-
ченное количество серы в воздухе было не более противоестест-
венным, чем меньшее ее количество в воздухе до извержения. В
буквальном смысле природе не было никакого дела до количест-
ва серы в воздухе. Но людям было дело, так как они подверглись
вредному воздействию. То, что мы часто подразумеваем под по-
нятием «загрязнение», — это, по существу, заражение воздуха,
воды и почвы веществами, которые причиняют нам вред или на-
носят ущерб нашим интересам, а контроль над загрязнением
среды заключается главным образом в том, чтобы предотвра-
тить вред, который можно не допустить и который является
следствием деятельности человека. Это единственный вид дея-
тельности, который можно определить либо как нравственный,
либо как безнравственный.
Более того, «загрязнение» иногда представляет собой поня-
тие относительное. Одни газы и химикалии не представляют
опасности в малых количествах, но опасны в больших. Когда
они присутствуют в малых дозах, их обычно не считают загряз-
нителями, они становятся загрязнителями, лишь когда их ко-
личество достигает определенного опасного предела. Другие ве-
щества являются ядовитыми даже в мельчайших дозах и счита-
390
ются загрязнителями, когда они присутствуют в любом количе-
стве. То, что считается загрязнителем в питьевой воде, может не
рассматриваться как загрязнитель в речной воде.
Поскольку загрязнение среды связывается с причинением
вреда, мы стремимся предотвратить именно тот вид загрязне-
ния, который наносит вред. В течение многих лет люди исполь-
зовали различные вещества, которые вследствие малых доз их
применения фактически не причиняли вреда или которые лю-
дям, по неведению, не были известны как источники вреда. На-
пример, асбест длительное время употреблялся и в качестве ог-
неупорного и в качестве изоляционного материала, но люди не
знали, что асбест может вызвать раковые заболевания. Когда
было установлено, что он способен служить источником рако-
вых заболеваний, его признали загрязнителем, подлежащим в
максимально возможной степени изъятию из среды обитания
людей. Те, кто вел строительство с использованием материалов
из асбеста и не ведал о его пагубном воздействии, вовсе не имели
намерения причинять другим людям вред. (Когда именно они
начали подозревать о наличии таких свойств у асбеста, когда
они в этом окончательно убедились и что они после этого пред-
приняли - все это вопросы, имеющие важное моральное значе-
ние.) Можно привести и другой пример. Многие промышленни-
ки использовали реки для сброса в них отходов своего производ-
ства, и во многих случаях доза этих отходов в воде была доволь-
но небольшой и никакого вреда они не причиняли. Экосистема
оказывалась способной естественным образом ликвидировать
эти отходы. То же самое можно сказать о первых автомобилис-
тах, которых было ничтожно мало, выхлопные газы тогда не
представляли опасности и уносились ветром.
Загрязнение среды обитания превратилось в крупную про-
блему, когда неограниченное использование земли, воды и воз-
духа для удаления отходов начало оказывать явно вредное воз-
действие на людей. Это произошло вследствие усиливающейся
токсичности отходов, углубления знаний относительно связи
между отходами и человеческими болезнями, возрастания ко-
личества источников ядовитых отходов. Выхлопной газ от одно-
го автомобиля может быть безвредным, но газ от миллионов ма-
шин в большом городе способен причинить большой вред. Суще-
391
ствует порог, за которым определенные вещества становятся
ядовитыми. Установление этого порога - дело ученых. Задача
же общества — удерживать насыщенность атмосферы ядовиты-
ми веществами ниже опасного уровня. А те, кто умышленно та-
кие вещества производит в таком количестве, которое вредит
здоровью людей, несут моральную ответственность за причине-
ние вреда другим.
Один из возникающих здесь вопросов заключается в том, ка-
кое количество данного вещества способно причинить вред. Этот
уровень иногда служит предметом споров, и ученые, так же как
и страны, могут расходиться в оценке того, какое количество
какого-либо вещества представляется опасным. Но как только
оно определено, следующим шагом являются меры по недопу-
щению превышения данного предела. Трудность здесь обуслов-
лена тем, что очень часто такой опасный уровень загрязнения
создается не одним лицом или не одной фирмой. Когда вред при-
чиняют отходы производства лишь одной фирмы, тогда реше-
ние проблемы относительно просто, оно сводится к тому, чтобы
предотвратить загрязнение, производимое этой фирмой. Вопрос
о том, как именно это сделать, может оказаться трудной пробле-
мой как в техническом, так и в политическом плане, но ситуа-
ция резко осложняется, когда загрязнение исходит из множест-
ва источников.
Поскольку загрязнение причиняет вред другим людям, оно
имеет нравственное значение, но так как его можно разными
способами контролировать или устранять, оно приобретает и со-
циальное значение, параметры которого могут колебаться от го-
рода к городу, от штата к штату, от страны к стране.
Рассмотрим следующий пример. В Джейсон-Сити, городе с
населением в 150 тыс. человек, действует пять заводов в промы-
шленной зоне в восточной части города. Один завод гораздо ста-
рее других и выбрасывает в атмосферу в три раза больше серни-
стого газа, чем четыре более новых завода, каждый из которых
выбрасывает примерно равное количество сернистого газа. Ат-
мосфера города способна справиться с определенным количест-
вом вредных газов и развеять их без пагубных последствий для
населения или для имущества. Следовательно, городу не было
необходимости что-либо предпринимать относительно завод-
392
ских выбросов, а сами заводы не тратились на оборудование,
контролирующее загрязнение атмосферы. Но вот построен шес-
той завод. Он выбрасывает столько же сернистого газа, сколько
и другие четыре новых завода, однако этот дополнительный вы-
брос приводит к тому, что возникает возможность достижения
опасного уровня загрязнения атмосферы города. Теперь уже вы-
бросы газа могут причинять людям вред. Выше мы отмечали,
что корпорации морально обязаны не причинять вреда людям
или имуществу. Кто морально обязан в связи с возникшей новой
ситуацией что-либо предпринять и что именно? Владельцы са-
мого старого завода утверждают, что их завод первым стал дей-
ствовать в городе и, хотя он создает наибольшее загрязнение, он
не причинял вреда до тех пор, пока не был построен шестой за-
вод. Другие четыре завода доказывают, что они создают наи-
меньшее загрязнение и что они не причиняли бы вреда в том
случае, если бы не был введен в строй шестой завод или если бы
первый завод снизил свои выбросы до того же уровня, какого
придерживаются другие заводы. Владельцы шестого завода ут-
верждают, что он имеет такое же право на выбросы газов, как и
другие заводы, а поэтому не должен нести какие-то особые из-
держки. Сам по себе этот завод, говорят его владельцы, не при-
чиняет вреда.
Ясно, что все шесть заводов вместе взятые причиняют вред,
хотя каждый по отдельности не причинял бы вреда. Моральная
обязанность не причинять вреда подразумевает, что все шесть
заводов должны коллективно сократить и ограничить общий
объем своих выбросов. Но это не дает ответа на вопрос, что дол-
жен делать каждый завод в отдельности. Сама по себе этика не
дает нам такого ответа, поскольку существует много этических
способов сокращения выбросов до приемлемого уровня. Рассмо-
трим некоторые из них.
Власти Джейсон-Сити могут счесть, что загрязнение не очень
большое, что вред, причиняемый жителям и имуществу, незна-
чителен и что польза городу от работы шести заводов достаточно
велика и, таким образом, нет необходимости предпринимать
особые меры. Власти могут также прийти к заключению, что,
если кто-нибудь жалуется на причиняемый ему вред, пусть этот
человек предъявляет иск о возмещении ущерба одному заводу
393
или всем шести. Власти города могут ввести для каждого завода
ограничение на выброс вредных газов. Они могут запретить
строительство новых заводов. Они могут разрешить строитель-
ство новых заводов лишь при условии, что последние вообще не
будут загрязнять атмосферу, и таким образом сохранить суще-
ствующий уровень загрязнения. Городские власти могут даже
взять на себя оснащение заводов оборудованием для регулирова-
ния выбросов и тем самым за счет города регулировать сами ис-
точники загрязнения. Они могут также уведомить все шесть
компаний, что они загрязняют атмосферу, что они обязаны сни-
зить объем выбросов под угрозой наложения на них штрафов,
предоставляя, таким образом, заводам договориться между со-
бой о том, как снизить загрязнение до приемлемого уровня.
У Джейсон-Сити нет какого-либо единственно правильного и
справедливого способа решить проблему загрязнения атмосфе-
ры сернистыми газами, но существует много способов прибли-
жения к ее решению. Однако вполне логично ожидать, чтобы са-
ми заводы, производящие выбросы газов, регулировали эти вы-
бросы, поскольку сернистый газ принадлежит им самим. Им
разрешали использовать атмосферу, чтобы избавляться от своих
отходов в условиях, когда они никому не причиняли вреда, но
когда выбросы стали представлять опасность для населения,
вполне правомерно требовать их уменьшения. Утверждение о
том, что, поскольку воздух принадлежит нам всем, любой из нас
может выбрасывать в него все, что ему заблагорассудится, нель-
зя считать правильным.
Отходы принадлежат тем, кто их производит. То обстоятель-
ство, что людям не нужны производимые ими отходы, не осво-
бождает их (или фирмы) от обязанности избавляться от этих от-
ходов таким образом, чтобы не причинять вреда другим. Этот
принцип получил всеобщее признание в связи с проблемой бы-
тового мусора. В одних городах жители вносят особую плату за
вывоз мусора, в других оплата этой услуги учитывается в нало-
гообложении, в сельских местностях людям иногда разрешают
сжигать мусор или самим отвозить его на специальные свалки.
Между тем загрязнители воздуха и воды - это промышленные
отходы, которые принадлежат производящим их заводам, точно
так же как бытовой мусор принадлежит домохозяйствам. Спо-
394
собы удаления этих отходов в разных населенных пунктах раз-
личны. Но принцип, согласно которому отходы принадлежат
тем, кто их производит, а производители отходов не вправе при-
чинять этими отходами вреда другим людям, представляет со-
бой твердую нравственную основу для установления пределов
того, какие загрязнители допустимы, в каком количестве, а так-
же для решения вопроса о том, как контролируется превышение
указанных пределов или как производится ликвидация отхо-
дов, превышающих допустимые нормы.
Джейсон-Сити иллюстрирует лишь некоторые характеристи-
ки проблемы загрязнения среды. Но самой этой проблеме свой-
ственны многие другие особенности; они зачастую чрезвычайно
сложны и противоречивы. Существует также много неясностей
относительно фактических обстоятельств, степени опасности
загрязнителей и возможных последствий предлагаемых реше-
ний этой проблемы.
Загрязнители, создаваемые во многих химических и индуст-
риальных технологических процессах, высокотоксичны. По-
бочные химические продукты, несомненно, способны причи-
нить вред. На тех, кто их производит, лежит моральная обязан-
ность ликвидировать их безопасными методами, в противном
случае такие производители несут моральную ответственность
за причинение вреда другим людям. Их обязанность - обеспе-
чить надлежащую и безопасную ликвидацию ядовитых отхо-
дов - представляла собой моральный долг даже еще до того, как
были введены государственные правила ликвидации таких от-
ходов. После ряда получивших широкую огласку докладов о не-
удовлетворительном уничтожении этих отходов и возникших в
результате пагубных последствиях федеральное правительство
США приняло закон, предписывающий проведение «докумен-
тальных проверок», охватывающих весь процесс решения про-
блемы отходов - от производящего их предприятия до их окон-
чательного помещения в надлежащие хранилища. Вплоть до
вступления этого закона в силу ряд компаний - и производите-
ли отходов и фирмы, занимающиеся их вывозом, — сбрасывали
токсичные отходы на обочинах открытых дорог, стремясь сэко-
номить издержки на перевозку отходов в соответствующие мес-
та их уничтожения. Ясно, что подобные действия угрожали здо-
395
ровью и безопасности людей, на которых могли пагубно повли-
ять стоки отходов в почву и в источники питьевой воды. Такие
действия были аморальны и легли темным пятном на репута-
цию совершавших их фирм.
Проблему загрязнения окружающей среды можно, как мы
отмечали, этически решать многими методами. Один из этих
способов заключается в том, что те, кто наносит ущерб, возме-
щают его тем, кому причинен вред. В данном случае вступает в
действие компенсационное право уже после свершившегося
факта. Когда причиняемый вред и серьезен, и поддается предот-
вращению, такое загрязнение обычно не представляется мо-
рально оправданным, хотя возмещение людям нанесенного им
ущерба и предпочтительнее, чем невозмещение его. Однако в
ряде случаев причиненный вред незначителен и компенсация за
него служит удовлетворительным решением. Стороны могут да-
же еще до причинения вреда договориться между собой об опре-
деленной компенсации тем, кому вред будет причинен. Это уже
форма лицензирования вреда путем возмещения его тем, кому
он причиняется. Таковой может быть, например, практика ре-
шения проблемы «шумового загрязнения», создаваемого аэро-
портами и воздействующего на жителей прилегающих к ним
районов. Владельцы аэропорта могут купить у этих жителей
право на создание шума. (Причина: стоимость земельных участ-
ков и жилых зданий снижается, а жители страдают от шума
пролетающих над их головами самолетов.) Как свидетельству-
ют эти примеры, один из способов решения проблемы загрязне-
ния среды заключается в том, чтобы допускать загрязнение, но
выплачивать людям компенсацию за причиняемый им вред,
причем либо до, либо после свершившегося факта причинения
вреда.
Другой подход к решению этой проблемы состоит в том, что-
бы позволить фирме производить загрязнение, но пытаться уст-
ранить загрязнение или очищать отходы от ядовитых веществ
до того, как они причинят кому-либо вред. Такая очистка может
осуществляться фирмой, производящей эти отходы, или фирма
нанимает другое предприятие для организации процесса очист-
ки, или очистка может производиться каким-либо правительст-
венным ведомством или органом. В последнем случае очистка
396
может осуществляться либо за государственный счет (т.е. в этом
случае налогоплательщики субсидируют отрасль, производя-
щую загрязнение), либо за счет самих предприятий, производя-
щих загрязнение.
Третий подход к решению проблемы заключается в изна-
чальном предотвращении загрязнения. Это означает, что при-
нимаются меры, не допускающие возникновения загрязнения.
Осуществление таких мер может предписать правительство,
или сами фирмы могут решить, что предпочтительнее предот-
вратить причинение вреда, чем впоследствии расплачиваться за
него. Если правительство издает предписания о недопущении
загрязнения, оно может либо указать методы реализации тако-
го процесса, либо просто потребовать, чтобы предприятия ис-
ключали возможность создания определенного рода отходов,
предоставив самим фирмам изыскивать способы выполнения
правительственных требований. Многие фирмы предпочитают
последний путь, поскольку полагают, что он создает для них
больше стимулов для поисков наиболее экономичных методов
предотвращения загрязнения. Предписываемые правительст-
вом методы обычно не приспособлены к технологии производст-
ва конкретных предприятий и поэтому неэкономичны. Одним
из вариантов указанного подхода является установление опре-
деленных пределов допустимого загрязнения и требование не
превышать эти пределы.
Загрязнение, вызываемое автомобильным транспортом, по-
рождает ряд весьма интересных аспектов общей проблемы за-
грязнения среды. Одним из них является вопрос о том, какую
степень и какого рода загрязнения от выхлопных газов автомо-
билей можно допускать. Это вопрос общественный, и решать его
следует всем обществом. Он не может должным образом решать-
ся лишь автоиндустрией или лишь водителями автомобилей,
поскольку от вредного воздействия выхлопных газов страдают
все, хотя одни (например, болеющие эмфиземой или астмой)
страдают больше, чем другие. Разумеется, количественные па-
раметры загрязнения воздуха, оказывающие вредное воздейст-
вие, — это технический вопрос. Однако степень загрязнения,
которую общество готово терпеть, — это социальный вопрос,
подлежащий решению общества политическими средствами.
397
Общество способно контролировать вред, причиняемый авто-
мобилями, целым рядом мер. Оно может вовсе запретить ис-
пользование автомобильного транспорта - решение слишком
крутое, чтобы оно оказалось приемлемым, учитывая огромную
пользу от автомобилей. Оно может ограничить использование
автотранспорта либо законодательными актами, либо введени-
ем таких налогов, которые исключат использование автомоби-
лей теми, кто платить их не сможет. Общество способно предпи-
сать производство автомобилей такой конструкции, при кото-
рой они вовсе не будут загрязнять воздух или при которой сте-
пень загрязнения будет соответствовать определенным стандар-
там. Любая из указанных ограничительных мер повысит стои-
мость автомобилей. Она потребует удаления из бензина свинца и
других веществ, т.е. удаления из него этих загрязнителей и т.д.
Однако любая мера, принятая обществом, ограничивает свободу
водителей, автостроительных компаний и покупателей, она уве-
личит стоимость эксплуатации автомобилей или повысит дру-
гие издержки, связанные с дополнительными удобствами авто-
мобилей или денежными затратами. Таким образом, общество
может решить, сколько оно желает заплатить за определенный
уровень чистоты воздуха, который можно установить, пользу-
ясь различными способами. Ни одно общество не в состоянии
обеспечить одновременно и чистый воздух и неограниченное ис-
пользование громадного количества автомобилей, загрязняю-
щих воздушный бассейн.
Если поставить вопрос, а кто, собственно, несет ответствен-
ность за загрязнение атмосферы, производимое автотранспор-
том, ответ будет следующий: автостроители, производители
бензина и люди, пользующиеся автомобилями. Кто-то может
возложить вину за это также и на муниципальные власти, не
обеспечивающие население общественным транспортом, и на
правительственную политику, которая субсидировала произ-
водство бензина и тем самым привела к зависимости Америки от
автомобилей. Однако трудно сказать, что какое-либо отдельное
лицо или группа лиц несет за это моральную ответственность
или что они действовали аморально при принятии какого-либо
конкретного решения. Вред от автомобильных загрязнений не
был преднамеренно причинен каким-нибудь человеком или
398
группой лиц, он явился непреднамеренным и в значительной
степени непредвиденным результатом множества различных
решений и действий, каждое из которых в момент их принятия
и осуществления казалось разумным и оправданным. При та-
ком положении дел моральная проблема заключается в том, а
кто и что именно должен предпринять?
Проблему загрязнения от автотранспорта от проблемы за-
грязнения, производимого промышленными предприятиями,
отличает то обстоятельство, что фактическое загрязнение от
первого производят не компания или фирма, а отдельные авто-
мобили и, следовательно, отдельные водители. В небольшом го-
роде автомобили могут не представлять ни для кого угрозы, но
те же автомобили, попадающие в Лос-Анджелес, усиливают за-
грязнение атмосферы Лос-Анджелеса, а такое загрязнение, если
его не регулировать, может причинить серьезный вред множест-
ву людей. Поэтому ни степень загрязнения, производимого от-
дельным автомобилем, ни километраж его пробега здесь не мо-
гут служить критерием неприемлемости уровней загрязнения.
Почему покупатели автомобилей во всей стране должны пла-
тить дороже за машины, создающие меньше загрязнения, если
эта проблема возникает лишь в определенных районах? С дру-
гой стороны, как можно запретить людям ездить на автомобиле
там, где они желают? В США штат Калифорния первым принял
законы, строго регулирующие загрязнение воздуха автотранс-
портом. Он решил ввести более строгие, чем в других штатах,
экологические стандарты для автостроителей и тем самым по-
высил стоимость автомобилей, производимых с учетом этих
стандартов. Должны ли все автомобили в США строиться в соот-
ветствии со спецификациями, установленными в Калифорнии?
Совершенно очевидно, что многие с этим не согласятся и при
этом отнюдь не будут не правы.
Национальные стандарты для строительства автомобилей
представляют собой предмет государственной политики и уста-
навливаться должны в порядке, принятом для решения подоб-
ных проблем. Некоторые страны довольствовались иными стан-
дартами, чем принятые в США. Мы не можем без досконально-
го изучения проблемы утверждать, что те или иные стандарты
предпочтительны с нравственной точки зрения. Возможно, что
399
в каждой стране принятые там стандарты оправданны. Во всех
странах должно быть достигнуто компромиссное соотношение
между допустимым уровнем загрязнения и затратами на его ре-
гулирование. В подобной ситуации нельзя считать неэтичным,
когда автостроительная компания придерживается установлен-
ных правительством стандартов вместо того, чтобы по собствен-
ной инициативе ввести для своих автомобилей более жесткие
стандарты за счет увеличения их цены для покупателя. Авто-
строительные фирмы могут, конечно, пойти по второму пути, но
это не является их нравственным долгом. Если только у них не
возникают основания считать установленный правительством
стандарт слишком низким, их моральный долг заключается в
том, чтобы придерживаться предписанных обществом стандар-
тов, и в этом случае этическая и социальная ответственность ав-
тостроителей совпадают.
В Америке некоторая моральная ответственность возлагает-
ся также и на индивидуального владельца автомобиля. Все но-
вые и новые машины оснащаются каталитическим дожигате-
лем выхлопных газов, который требует использования неэтили-
рованного бензина. Такой бензин дороже обычного. Но указан-
ные дожигатели эффективны в регулировании загрязнения до
достижения установленного уровня чистоты, лишь если приме-
няется неэтилированный бензин. Когда человек сознательно за-
грязняет воздух, используя обычный бензин, он таким образом
преднамеренно способствует причинению вреда людям и их
имуществу. Так происходит, когда умышленно подправляют
приборы, контролирующие состав горючего, или не заменяют
вышедшие из строя приборы. Разумеется, вред, приносимый от-
дельным человеком, невелик, но сам по себе принцип непричи-
нения вреда тем не менее нарушается. Если так станут посту-
пать много людей, вред окажется серьезным и каждый винов-
ный в этом человек разделит вину за этот вред.
Когда бремя ответственности за снижение загрязнения вы-
хлопными газами ложится на автостроительные компании, они
стараются переложить издержки, связанные с регулированием
загрязнения воздуха, на покупателей автомобилей. Это вполне
нормально и справедливо. Поскольку регулирование загрязне-
ния воздуха составляет часть производственных издержек,
400
справедливо, чтобы реальные издержки отражались в цене про-
изводимого продукта. Если в результате продукт становится
слишком дорогим для покупателя, тогда нам предстоит решить,
чего мы\как общество в целом хотим больше: иметь этот продукт
или име^ь чистый воздух. Это проблема государственной поли-
тики, а не проблема свободного предпринимательства. Такой
подход заставляет тех, кто получает пользу от употребления
продукта, брать на себя издержки его производства вместо того,
чтобы частично и тайно субсидировать его производство за счет
всей массы налогоплательщиков, как это происходит, когда
правительство оплачивает ремонт общественных зданий, под-
вергшихся разрушительному воздействию сернистых газов от
частных автомобилей или заводов. Этот подход, однако, требу-
ет, чтобы правила были одинаковыми для всех. Например, все
автостроительные компании обязаны придерживаться одинако-
вых стандартов состава выхлопных газов, в противном случае
окажется, что государство возлагает на одних несправедливое
бремя издержек, а другим создает конкурентные преимущест-
ва. Вместе с тем требование о соблюдении всеми предприятиями
определенных стандартов вполне совместимо с разрешением
каждому предприятию самостоятельно решать вопрос о том,
как обеспечить установленные стандарты.
Проблема загрязнения окружающей среды весьма сложна и
может решаться различными способами. Существуют споры о
приемлемых уровнях загрязнения, о неизбежности производст-
ва определенных видов отходов, об относительных выгодах, свя-
занных с производством радиоактивных отходов, для удаления
которых еще нет согласованных методов, и т.д. Все эти вопросы
затрагивают принцип корпоративной, общественной и мораль-
ной ответственности. Но решать их не всегда так легко, как это
полагают некоторые критики поведения корпораций. При ре-
шении проблемы загрязнения окружающей среды, как и при
решении других проблем социальной ответственности, полезно
устанавливать различие между тем, что в моральном плане обя-
зательно, что желательно, но необязательно, что следует решать
политическими методами и как следует достигать поставлен-
ных целей. Нравственный контроль - или общественный кон-
троль, составной частью которого является моральный кон-
401
троль, — может быть построен таким образом, чтобы включать
оценку действий корпораций в экологической области, Все мы
выиграем, если инструменты такого контроля помогут ч^тко оп-
ределить, в чем состоит проблема, какие существуют варианты
ее решения и какие компании выполняют свой нравственный,
юридический и общественный долг в этой области.
Контрольные вопросы и задания
1. Обязаны ли морально все фирмы быстрого обслуживания
перейти от использования полистроловых упаковок к кар-
тонным? Обязаны ли это сделать школы? Обязаны ли это же
сделать отдельные лица?
2. Предположим, что нет разницы в издержках при использо-
вании полистроловых и картонных упаковок. Предполо-
жим, что использование картонных упаковок в целом нано-
сит несколько больший вред окружающей среде, чем ис-
пользование полистроловых. Предположим, что клиенты
компании «Макдоналдс» ошибочно полагают, будто исполь-
зование картонных упаковок менее вредно. Какова мораль-
ная обязанность фирмы «Макдоналдс» в вопросе о том, ка-
кую упаковку ей следует использовать? Какова ее социаль-
ная ответственность? Как она должна поступить?
3. Предположим, что Совет по экологически чистой упаковке
получает финансовую поддержку от производителей бумаж-
ной продукции. Оправданно ли с моральных позиций подст-
рекать детей бойкотировать те фирмы быстрого обслужива-
ния, которые используют полистроловую упаковку, а не
картонную?
4. Каковы требования заповеди «не навреди» в отношении про-
дуктов, производственного процесса и окружающей среды?
5. Каковы три этапа в моральной оценке безопасности продук-
ции? Кто правильно их реализует? Приведите пример.
6. Каковы четыре условия оценки разумного риска? Примени-
те все четыре условия в оригинальном примере, связанном с
риском.
402
7. В\чем заключаются некоторые нравственные проблемы, воз-
никающие в связи со строительством атомных электростан-
ций?
8. Обязаны ли морально предприниматели делать свою про-
дукцию возможно более безопасной? Если да или нет, то по-
чему?
9. Какова моральная ответственность автостроителей в облас-
ти загрязнения окружающей среды? То же владельцев авто-
мобилей?
10. Каковы обязанности предпринимателя перед обществом в
области безопасности его продукции? На какую степень бе-
зопасности электроприборов вы рассчитываете? Приведите
пример с электроприбором, который вы сочтете не отвечаю-
щим достигнутому уровню техники.
11. Что такое преступная халатность?
12. Какой должна быть степень безопасности автомобилей? Кто
и как это определяет?
13. На что распространяются гарантии?
14. Что такое строгая ответственность? Оправданно ли с мо-
ральных позиций возлагать на компании строгую ответст-
венность за неправильное использование их продукции? Ес-
ли да, то почему? Если нет, то почему?
15. Что такое «карательное» возмещение ущерба? Оправданно
ли оно морально? Если да, то почему? Если нет, то почему?
16. Каков тот предел, ниже которого риск на рабочем месте мо-
рально неприемлем?
17. Аморально ли использовать территории девственной приро-
ды в США для хозяйственных целей - это вопрос, который
служит предметом споров. Как бы вы обосновали свою точ-
ку зрения по этому вопросу?
18. Сформулируйте понятие загрязнения среды обитания, при-
емлемое для его анализа с моральной точки зрения.
19. В каком смысле контроль за загрязнением окружающей
среды представляет собой моральную проблему? Или соци-
альную проблему?
20. Как трактовать в этическом плане проблему загрязнения
среды обитания? Каков, по вашему мнению, наиболее спра-
403
ведливый способ решения проблемы загрязнения в Джей-
сон-Сити? Дайте обоснованный ответ.
21. Научно-исследовательский отдел компании «XYZ петроле-
ум» изобрел способ очистки автомобильного бензина, кото-
рый обеспечивает меньший выброс загрязнителей воздуха,
чем ныне применяемые методы очистки, и существенно со-
кращает количество кислотных дождей. Но новый способ
очистки повышает стоимость бензина на 6 центов за галлон.
Компания полагает, что конкурентная обстановка не позво-
лит ей продавать бензин по такой цене. Она готова продать
лицензию на использование нового метода очистки другим
нефтеперерабатывающим фирмам, однако мало вероятно,
что другие фирмы согласятся применять этот метод, если
только их не принудит к этому правительство. Каков мо-
ральный долг компании «XYZ петролеум» в связи с откры-
тием нового способа очистки бензина?
22. Фирма «АВС клининг» изобрела новый процесс эффектив-
ной очистки верхней одежды от грязи, в результате чего эту
одежду уже больше никогда не нужно подвергать химичес-
кой чистке. Между тем новый процесс токсичен и может
привести к трем случаям раковых заболеваний среди ее ра-
бочих на каждые 100 тыс. часов производственного процес-
са. Следует ли разрешить компании применять этот про-
цесс, а если следует, то при каких условиях?
23. Насколько безопасными должны быть детские игрушки?
Должны ли они быть безопаснее, чем ручные инструменты?
Насколько безопасными должны быть фармацевтические
препараты? Как бы вы ответили на эти вопросы?
ГЛАВА 10
Сигнализаторство
Пример с моделью «Пинто» компании «Форд мотор»
В конце 60-х годов американские автомобили теряли долю
рынка в пользу японского импорта малолитражных машин.
Тогдашний главный директор-распорядитель «Форд мотор
компани» Ли Якокка хотел, чтобы фордовская модель 1971 г.
могла противостоять конкуренции со стороны японских ма-
шин. Как сообщают, он распорядился о выпуске новой модели,
а также о том, чтобы ее вес был менее 907 кг и чтобы ее цена
была ниже 2000 долл. Это означало, что модель «Пинто» сле-
довало сконструировать и запустить в производство в течение
25 месяцев вместо 43 месяцев, обычно отводившихся для под-
готовки к продаже новой модели. В результате появилась мо-
дель «Пинто»1. Из-за ускоренного графика производства мо-
дель «Пинто» не прошла испытания на безопасность от удара
сзади до ее запуска в производство. Тогда еще не было стандар-
та безопасности от удара сзади, введенного впоследствии На-
циональным управлением по безопасности движения на авто-
страдах. Но конструкторы компании знали, что испытания на
безопасность от удара сзади являются обязательной процеду-
1 См. следующие источники информации о модели «Пинто»: Richard Т. De
George. Ethical Responsibilities of Engineers in Large Organizations: The Pinto
Case//Business and Professional Ethics Journal, 1, № 1 (1981), pp. 1 —14; Lee
P. Strobel. Reckless Homicide? Ford’s Pinto Trial (South Bend, Ind.: And Books,
1980); Mark Dowie. Pinto Madness//Mother Jones, Sertember/October 1977,
pp. 24—28.
405
рой. Испытания были проведены уже после запуска модели в
производство, и она их не выдержала, а это означало, что мо-
дель не соответствовала уже достигнутому техническому уров-
ню машин такого размера.
В конструкции машины было заложено такое размещение
бензобака, что при наезде на нее сзади на скорости свыше 20
миль в час болт от бампера мог пробить бензобак и машина мог-
ла загореться. Компания провела расследование и установила,
что, если бы между бампером и бензобаком был помещен щиток
(стоимость которого оценивалась в сумме от 6,65 долл, до 11
долл.), модель «Пинто» была бы сравнима с другими автомоби-
лями аналогичного класса по уровню безопасности от загорания
при ударе сзади. Компания «Форд» провела анализ издержек и
выгод, которые обусловливают стоимость внесения изменений в
модель, и подсчитала, что ей пришлось бы заплатить по искам
за «излишек» смертей и увечий меньше, чем оказались бы ее за-
траты на внесение изменений. В результате в период с 1971 по
1978 г. компания не вносила изменения в конструкцию маши-
ны. К тому же компания не информировала покупателей о том,
что модель менее безопасна, чем другие аналогичные автомоби-
ли, по периметру безопасности от удара сзади; она не предложи-
ла им также возможность приобрести указанный предохрани-
тельный щиток.
Только в течение 1976 и 1977 гг. у модели «Пинто» произо-
шло тринадцать загораний вследствие удара сзади, что вдвое пре-
вышало количество таких аварий у других машин аналогичного
класса. Как оказалось, иски, предъявленные компании «Форд»,
и суммы, которые ей пришлось выплатить (по оценке, свыше
50 млн. долл.), намного превысили экономию (20,9 млн. долл.),
которой она добилась своим отказом внести в конструкцию не-
обходимые изменения, не говоря уже о потерях вследствие
ухудшения репутации фирмы.
Тем не менее даже после того, как стали появляться сообще-
ния о загорании «Пинто» при ударе сзади, сбыт этой модели дер-
жался на высоком уровне вплоть до 1978 г., когда фирма стала
изымать «Пинто» из эксплуатации, чтобы приварить щиток для
защиты бензобака от пробивания при ударе машины сзади. Ког-
да власти штата Орегон продали на открытом аукционе свой
406
парк автомобилей модели «Пинто», опасаясь за их недостаточ-
ную безопасность, их скупили даже по 1800 долл, за машину.
Очевидно, покупатели сочли, что этот риск вполне компенсиру-
ет подходящая для них цена за такой автомобиль.
Действия компании «Форд» в связи с моделью «Пинто» под-
верглись широкой критике. Бывший администратор и конст-
руктор фирмы Харли Копп с самого начала критиковал модель
«Пинто». Он покинул компанию и публично выступил со свои-
ми критическими замечаниями, которые подхватили затем
Ральф Нэйдер и другие.
Разумеется, конструкторам фирмы не поручали создать опас-
ный автомобиль и руководство компании также не имело таких
намерений. То обстоятельство, что модель «Пинто» явно оказа-
лась ниже достигнутого в отрасли технического уровня безопас-
ности, могло явиться следствием ускоренного графика произ-
водства. А то, что дефект не был устранен уже после первого го-
да эксплуатации машины, явилось результатом принятого ад-
министрацией решения.
Повинен ли кто-либо в компании «Форд» в происшедшем?
Был ли кто-либо из работающих там обязан информировать пуб-
лику о фактах, которые компании были известны, но о которых
она умолчала? Если это так, то кто и почему?
Сигнализаторство
Мы видели, что на корпорациях лежит моральная обязан-
ность не причинять вреда. Эта обязанность лежит на корпора-
ции как таковой, но внутри фирмы ее должны соблюдать преж-
де всего те, кто управляет корпорацией. И все же другие работ-
ники корпорации, например инженеры и рабочие сборочных
конвейеров, также не вправе участвовать в любой аморальной
деятельности. Следовательно, они с нравственной точки зрения
не должны принимать участие в любом виде деятельности, кото-
рая приносит вред, включая сюда и производство изделий, кото-
рые, как им заранее известно, причинят вред. Возникает во-
прос, лежит ли на них моральный долг воспрепятствовать при-
чинению вреда, если они в состоянии это сделать?
407
Как общее правило, на всех людях лежит моральный долг
препятствовать причинению серьезного вреда другим, если
они способны это делать и могут это сделать без большого
ущерба для себя. Однако с возрастанием такого ущерба сама
обязанность уменьшается. Если человек может спасти жизнь
другого человека только ценою собственной жизни, он мораль-
но не обязан это делать, а жертвование собственной жизнью
ради спасения другого обычно оценивается как акт героизма и
проявления высочайшей нравственности. Каковы же обязан-
ности человека как работника помешать своей компании при-
чинить вред другим людям? Вопрос этот сложный и заставля-
ет нас рассмотреть проблему, которая получила название сиг-
нал изаторство1.
Виды сигнализаторства
Сигнализаторство - это термин, употребляемый для обозна-
чения целого ряда видов деятельности, которые с нравственной
точки зрения весьма отличаются друг от друга. Иногда этот тер-
мин относится к разоблачительным заявлениям работников, ад-
ресованным руководителям фирмы и касающимся, скажем, не-
достойного поведения коллег или непосредственных начальни-
ков, которые представляют фальшивые счета расходов либо за-
1 Некоторые общие работы о сигнализаторстве см.: Gerald Vinten (ed.).
Whistleblowing: Subversion or Corporate Citizenship? (New York: St. Martin’s
Press, 1994); Ralph Nader, Peter J. Petkas, Kate Blackwell (eds.). Whistle
Blowing: The Report of the Conference on. Professional Responsibility (New
York: Grossman Publishers, 1972); Myron Peretz Glazer, Penina Migdal
Glazer. The Whistle-blowers (New York: Basic Books, 1989); Marcia P.Micely,
Janet P. Near. Blowing the Whistle: The Organizational and Legal Implications
for Companies and Employees (New York: Lexington Books, 1992); о защите сиг-
нализаторства см.: Kenneth D. Walters. Your Employee’s Right to Blow the
Whistle//Harvard Business Review, July-August 1975; рекомендации о том,
как следует сигнализировать, см.: Peter Raven-Hanson. Do’s and Don’ts for
Whistleblowers: Planning for Trouble//Technology Review, May 1980, pp. 34—
44; некоторые подробности о сигнализаторстве см.: Paul Eddy, Elaine Potter,
Bruce Page. Destination Disaster: From the Tri-Motor to the DC-10: The Risk of
Flying (New York: Quadrangle/New York Times Book Company, 1976); Alan F.
Westin (ed.). Whistle Blowing! Loyalty and Dissent in the Corporation (New
York: McGraw-Hill, 1981).
408
нимаются мелким или крупным воровством. Говорят, что сту-
денты иногда «доносят» на своих однокашников, которых они
уличили в жульничестве на экзаменах. В этих случаях сигнали-
заторство сводится к сообщению соответствующему лицу о пре-
досудительных действиях других лиц. Это можно назвать внут-
ренним сигнализаторством, так как сообщение или заявление
о недостойном поведении адресуется лицу внутри организации
или системы. Обычно человек полагает, что за его сообщением
последует расследование и нарушитель моральных правил поне-
сет наказание. В ситуации с учебной аудиторией, когда студен-
ты выполняют письменную работу без надзора со стороны пре-
подавателя, они практически согласились сообщать об обмане и
морально обязаны это делать. Когда же студенты выполняют за-
дания под наблюдением преподавателя, такие доносы допусти-
мы, но обычно не считаются обязательными. Подобный прин-
цип применим также и на рабочем месте.
Человека, сообщающего о сексуальных домогательствах дру-
гого, также иногда считают сигнализатором, жалующимся на
оскорбителя; это часто объясняется тем, что простая попытка
убедить последнего в неблаговидности его притязаний не дает
желаемого результата. В этом случае выдвигается обвинение в
преступлении не против организации или системы, а против са-
мого обвиняющего; такое сигнализаторство можно назвать лич-
ным в противовес безличному сигнализаторству, при котором
речь идет о потенциальном или фактическом вреде, причинен-
ном другим или организации, а не самому сигнализатору. Вооб-
ще говоря, личное сигнализаторство морально допустимо, но
морально необязательно, если только данный случай не связан с
обстоятельствами, представляющими непосредственную угрозу
для других.
Поскольку работники имеют право не подвергаться сексуаль-
ным домогательствам, они должны также иметь способы сооб-
щать о таких домогательствах, если простые словесные возра-
жения домогателю оказываются тщетными. Равным образом
работники, другие права которых также нарушаются, должны
располагать каналами, обеспечивающими им возможность об-
ращаться с законными жалобами и добиваться принятия по ним
надлежащих мер. Личное сигнализаторство обычно осуществ-
409
ляется внутри организации. Однако, когда сигнал носит доста-
точно серьезный характер, сигнализатор, недовольный реакци-
ей на его сообщение внутри организации, может обратиться к
кому-нибудь за ее пределами. Лишь близорукая фирма станет
допускать внешнее сигнализаторство; рационально управляе-
мая фирма создает у себя такие структуры, которые рассматри-
вают подобные случаи внутри фирмы. Это в высших интересах
не только самой компании, но также и ее работников, посколь-
ку способствует сохранению нормальной нравственной атмосфе-
ры в фирме.
Иногда сигнализаторство приписывают служащим государ-
ственного аппарата, которые раскрывают перед каким-либо ре-
гулирующим или расследовательским государственным ведом-
ством безнравственные методы деятельности в своем отделе или
офисе. Иногда дело касается таких вещей, как сообщение коми-
тетам конгресса или разглашение в средствах массовой инфор-
мации сведений о перерасходе средств. (Сигналы, адресованные
вышестоящим государственным ведомствам, считаются внеш-
ним сигнализаторством в силу того, что они выходят за рамки
отдела или офиса с целью насторожить кого-то другого на дру-
гом уровне правительственной системы.) Иногда под сигнализа-
торством понимается организуемая государственными служа-
щими утечка сведений в средства массовой информации. Можно
обозначить эти виды разглашения сведений сигнализаторст-
вом из правительственных ведомств.
Такого рода сигнализаторство отличается от сигнализаторст-
ва в частном секторе, которое представляет собой сигналы наем-
ных работников о действиях их работодателей. Обязательства
человека перед своим правительством отличаются от его обяза-
тельств перед неправительственным работодателем. Это объяс-
няется тем обстоятельством, что государственные служащие
связаны со своим правительством одновременно и как граждане
страны, и как наемные работники, а вред, причиняемый госу-
дарственными служащими, может повлиять не только на кон-
кретный отдел, в котором они работают, но также на правитель-
ство или страну в целом. Закон признает такое различие, и кон-
гресс принял специальные акты, регулирующие и защищаю-
щие права определенного рода сигнализаторов из государствен-
410
ного аппарата1. Законодательство не защищает тех, кто наруша-
ет закон, разглашая секретную информацию, но ограждает от
увольнения тех, кто разоблачает растраты, перерасходы, проти-
возаконную деятельность или коррупцию внутри государствен-
ной бюрократии. Такое законодательство приводилось в дейст-
вие лишь спорадически, и те, кто сигнализировал, если и сохра-
няли свою должность, все же подвергались дискриминации в
продвижении по служебной лестнице. Ни одно правительство до
сих пор не демонстрировало стремления вознаграждать и делать
примером для подражания таких людей, искренне действовав-
ших в высших интересах страны.
Здесь мы ограничимся характеристикой специфической раз-
новидности сигнализаторства, а именно внеправительственно-
го, безадресного, внешнего сигнализаторства, В этих рамках
мы рассмотрим действия работающих в ориентированных на со-
здание прибыли фирмах работников: 1) которые сигнализируют
по моральным соображениям, в надежде и расчете на то, что
производимый в компании продукт будет сделан безопасным
или что применяемый метод производства или хозяйствования
будет усовершенствован; 2) которые делают достоянием гласно-
сти информацию об изготавливаемом фирмой продукте или о
применяемом фирмой производственном методе, свидетельству-
ющую о несовершенной конструкции, или об употреблении ма-
териалов низкого качества, или об отступлении от предписан-
ных норм безопасности, или о нарушении иных технологичес-
ких процессов, или об отказе выхода на уже достигнутый в от-
расли технический уровень производства; 3) которые таким об-
разом предостерегают об угрозе причинения серьезного вреда
широкой публике или индивидуальным потребителям продук-
та. Мы ограничимся анализом этого вида сигнализаторства, во-
первых, потому, что условия, оправдывающие сигнализаторст-
1 U.S. Merit Systems Protection Board. Whistle Blowing and the Federal
Employee. Washington: U.S. Government Printing Office, 1981. В 1986 г. кон-
гресс пересмотрел Закон о ложных донесениях. Этот Закон не только защи-
щает тех, кто сигнализирует о мошенничестве подрядчика, но вознаграждает
сигнализатора в размере до 30% суммы, полученной в результате успешного
удовлетворения судебного иска (Miceli and Near, pp. 247—248).
411
во, в каждом конкретном случае различны. Во-вторых, нанесе-
ние финансового ущерба может существенно отличаться от при-
чинения вреда здоровью человека. Аморальная практика, повы-
шающая стоимость продукта на незначительную величину, мо-
жет не нанести серьезного ущерба отдельному человеку, хотя
при сложении всех этих величин может образоваться огромная
сумма, или прибыль. (Такие случаи следует рассматривать осо-
j бо, не смешивая их со случаями нанесения телесного вреда.) В-
третьих, как внутреннее, так и адресное сигнализаторство со-
здает для фирмы такие проблемы, которые главным образом от-
носятся к людям, работающим внутри фирмы. Внешнее, безад-
ресное сигнализаторство представляет интерес для широкой
публики, так как здесь речь идет уже об угрозе причинения вре-
да не фирме, а населению.
В качестве примеров мы приведем ряд совершенно бесспор-
ных случаев, а именно таких, в которых серьезный вред здоро-
вью, а быть может и смерть, грозит либо потребителям продук-
та, либо вообще случайным людям из-за несовершенной техно-
логии производства этого продукта, или из-за его конструктив-
ного дефекта, или из-за неправильных действий какого-либо
лица или каких-то лиц внутри фирмы. (Многие знаменитые
случаи сигнализаторства служат примером именно таких ситу-
аций.) Мы займемся совершенно ясными случаями, когда при-
чиняется серьезный, поддающийся предотвращению вред, если
компания не вносит изменения в производимый ею продукт или
в свою хозяйственную практику.
Менее ясные случаи, вероятно, более многочисленны и по-
рождают проблемы, которые решать трудно: например, в какой
мере серьезный вред серьезен или как определить серьезность
данной ситуации? Мы предпочитаем не решать такие проблемы,
а сконструировать модель, содержащую ряд признаков, кото-
рые позволят нам очертить моральный статус сигнализаторст-
ва, а этот последний в свою очередь создаст основу для выработ-
ки принципов анализа более сложных случаев.
Наконец, единственным побудительным мотивом сигнализа-
торства, который мы здесь рассмотрим, служит только нравст-
венный мотив. Те, кто сигнализируют, движимые чувством ме-
сти и т.п., нас здесь не интересуют.
412
Корпорации - это сложные организмы. Иногда стоящие там,
наверху, не желают знать в деталях трудности, с которыми
сталкиваются те, кто внизу. Они хотят, чтобы менеджеры низ-
шего уровня сами успешно разрешали эти трудности в меру сво-
их способностей. С другой стороны, менеджеры низшего уровня
часто представляют вышестоящим менеджерам только благо-
приятную информацию, причем даже и тогда, когда их руково-
дители желают получать сведения о трудностях. Иногда млад-
шие менеджеры надеются, что все уладится без осведомления
начальников о возникших неполадках. Например, зачастую
производственный график составляется таким образом, что
многим работникам по всей технологической цепочке очевидна
его невыполнимость. Менеджер каждого уровня, стремясь про-
демонстрировать вышестоящему отличные сроки выполнения
задания на своем производственном участке, срезает несколько
дней из фактически необходимого для этого времени. Посколь-
ку это происходит на каждом уровне, окончательный производ-
ственный график отличается от реального на недели, если не на
месяцы. Когда перебои возникают непосредственно в производ-
ственном процессе, каждый менеджер еще более сжимает гра-
фик и готов сократить некоторые операции, чтобы не выйти из
общего графика. Это может выразиться в том, чтобы не устра-
нять дефекты в конструкции или чтобы пропустить дефектную
деталь, хотя и начальнику участка и рабочим этого участка оче-
видны негативные последствия для потребителя. Иногда пропу-
щенная дефектная деталь может привести к неприятным, а ино-
гда даже и к опасным последствиям. Если возможно последнее,
внешнее сигнализаторство может оказаться просто морально
обязательным.
Иногда производители оправдывают выпуск заведомо дефект-
ной продукции или изделий, которые могут быстро выйти из
строя, тем, что их изделие имеет гарантию и будет отремонтиро-
вано потребителю бесплатно. Они считают, что лучше обеспе-
чить покупателю свой товар к рождественской распродаже, а для
автолюбителей - к открытию сезона новой модели или к какому-
либо иному установленному сроку (даже и в том случае, если это
изделие впоследствии придется отозвать для исправления), чем
отложить выпуск его за пределы установленного срока.
413
Когда изделие обладает такими дефектами, которые делают
его опасным, ситуация с моральной точки зрения гораздо серь-
езнее, чем когда дело касается лишь удобств. Если опасность от
этих дефектов столь велика, что людям грозит даже смерть, из-
делие, бесспорно, должно быть приведено в исправное состояние
еще до его продажи. Были, однако, случаи, как, например, с мо-
делью «Пинто», когда компании, зная, что их изделие опасно,
тем не менее занимались анализом затрат и результатов. Управ-
ляющие этих компаний определяли, сколько людей могут по-
гибнуть и каковы будут затраты компании, если некий процент
родственников погибших предъявит ей иски и добьется их удов-
летворения. Затем они сопоставляли найденную сумму с затра-
тами на исправление дефекта либо до продажи изделия, либо
впоследствии, после истребованного возврата его компании.
Они оценивали также затраты компании не только на удовле-
творение исков, но и на штрафы. Когда оказывалось, что стои-
мость предпродажного устранения дефекта существенно превы-
шает сумму удовлетворения исков и штрафов, они продолжали
производство изделия без устранения дефекта.
На первый взгляд такой анализ затрат и результатов может
показаться схожим с утилитаристским расчетом. Однако утили-
таристский подход не преминул бы учесть воздействие указан-
ной ситуации на все стороны. Анализ затрат и результатов про-
изводится исключительно с точки зрения компании. Но мы обя-
заны спросить, сколько же стоит человеческая жизнь? Если де-
фектная деталь изделия способна повлечь за собой смерть пяти-
десяти или шестидесяти человек, можно ли просто определить
вероятное число людей, которые предъявят компании иски, а
затем сопоставить затраты на удовлетворение этих исков с из-
держками на замену дефектной детали? Надлежащий нравст-
венный утилитаристский подход учел бы число погибших и ра-
неных плюс беспокойство всех покупателей и сопоставил бы эти
факторы с суммой сэкономленных компанией долларов. Урав-
нение это нетрудно решить. Мы знаем, что на всех нас лежит
долг не причинять вред другим, когда этого можно избежать. В
подобных случаях уравнение «смерти-доллары» - это уравне-
ние, которое всегда решается в пользу спасенных жизней. Осо-
414
знание этого вывода часто порождает моральную мотивацию
для сигнализаторов.
Многие виды деятельности корпораций побуждали людей
публично разоблачать внутренние порядки в своих компаниях.
В ряде случаев компании сбрасывали токсичные отходы произ-
водства в источники водоснабжения, зная, что такая практика
приносит вред людям, проживающим вблизи этих источников.
В других случаях работники фирм подписывали документы,
удостоверяющие, что опасные дефекты их продукции были уст-
ранены, тогда как в действительности ничего подобного сделано
не было. В компании «Бэй эриа рэпид транзит» три инженера
обнаружили опасный дефект в эксплуатируемой фирмой систе-
ме. Когда их предостережения сознательно игнорировались и
им было предложено держать язык за зубами, они сочли своим
моральным долгом поведать публике об опасности1.
Как уже отмечалось выше, обычно сигнализатору весьма
сильно достается от своей компании. Чаще всего его увольняют.
В ряде случаев сигнализаторы попадают в черные списки, рас-
пространяемые во всей отрасли. Если их даже не увольняют,
при наступлении срока повышения в должности относительно
их решение часто откладывается, с ними обращаются как с па-
риями. Поэтому люди, которые решаются на то, чтобы публич-
но разоблачить злоупотребления в своей фирме, должны знать,
что их могут уволить, могут подвергнуть остракизму, могут осу-
дить коллеги по работе. Они могут лишиться шанса на повыше-
ние по должности и на сохранение своего благополучия, они мо-
гут превратить себя в мишень для мести. Лишь в редких случа-
ях фирмы хвалили и повышали в должности таких людей. И это
неудивительно, так как сигнализатор вынуждает компанию де-
лать то, что делать она не желает, несмотря даже на то, что с
нравственной точки зрения он поступает совершенно правиль-
но. Это позорное явление. И столь же нелепо, что людей, винов-
ных в создании угрозы для жизни других, даже в косвенном их
1 Robert М. Anderson, Robert Perruccl, Dan E. Schendel, Leon E. Trachtman.
Divided Loyalties: Whistle-Blowing at BART (West Lafayette, Ind.: Purdue
University, 1980).
415
убийстве, компании часто повышают в должности в благодар-
ность за увеличение их прибыли.
Поскольку последствия для сигнализатора часто оказывают-
ся столь губительными, он не должен действовать необдуманно.
К тому же в некоторых случаях сигнализаторство может быть
оправдано морально, но не являться при этом морально обяза-
тельным. Мы здесь будем придерживаться умеренной оценки
этого явления, избегая двух крайних позиций - как той, кото-
рая признает сигнализаторство морально оправданным во всех
случаях, так и той, которая считает сигнализаторство вообще
морально недопустимым.
Морально не дозволенное сигнализаторство
Сигнализаторство можно охарактеризовать либо в таком ду-
хе, что оно всегда морально дозволено, либо в таком духе, что
оно во всех случаях морально обязательно. Однако сначала уме-
стно расценить поступок работника, публично предающего
огласке применяемые внутри фирмы производственные опера-
ции, практические методы и политику, которые сказываются
на безопасности ее продукта, как нравственно нейтральный. В
ряде случаев сигнализаторство может быть морально недопус-
тимо, в других - морально дозволено, а еще в других - мораль-
но обязательно.
Каждая из двух крайних оценок сигнализаторства хотя и
ошибочна, но тем не менее поучительна. Более распространена
точка зрения, согласно которой сигнализаторство вообще не
дозволено. Ее придерживаются не только большинство менед-
жеров, но также и большинство работников. В американских
нравах традиционно господствует настроение против «доноси-
тельства», против ябедничания. Мы действительно наблюдаем
такое настроение у детей как в школе, так и вне ее и находим его
выражение в народной мудрости: «Не выноси сор из избы». Су-
ществует множество свидетельств тому, что, когда человек сиг-
нализирует о действиях своей фирмы - даже побуждаемый
нравственными мотивами и с положительными последствиями
для общества, — его обычно подвергают осуждению не только
администрация, но и его коллеги по работе. Сигнализатора вос-
416
принимают как предателя, как человека, который нанес ущерб
фирме, т.е. трудовой семье, к которой он принадлежит. Своим
поступком этот человек причинил вред, нанес оскорбление тем,
кто работает в фирме.
Весьма редко коллеги по работе видят в сигнализаторах геро-
ев. Одно из возможных тому объяснений заключается в том, что
своим поступком сигнализатор подразумевает, будто его колле-
ги, не просигнализировавшие об известном дефекте, тем самым
виновны в аморальности, в соучастии в злоупотреблениях ком-
пании или в трусости. Сигнализатор сделал то, что обязаны бы-
ли сделать и другие, но не сделали. Его присутствие в коллекти-
ве служит, таким образом, напоминанием об их моральной несо-
стоятельности. Такой сценарий может быть характерен для си-
туации в некоторых фирмах, но, независимо от сценария, обыч-
но коллеги по работе не считают сигнализатора героем.
Как оправдать распространенное среди большинства работ-
ников и менеджеров убеждение в том, что работник не должен
публично критиковать фирму, в которой он работает? Не при-
держиваются ли они двойного морального кодекса, когда жела-
ют обезопасить себя от вреда, причиняемого другими компания-
ми, одобряя действия сигнализатора из другой фирмы?
Наиболее сильный и наиболее распространенный аргумент
против сигнализаторства содержится в понятии лояльности к
фирме и к коллективу ее работников. Принято считать, что, ког-
да люди поступают в компанию, они становятся частью органи-
зации, образуемой коллегами по работе. Это не просто автома-
ты, установленные на определенные позиции. Это обладающие
сознанием и чувствами люди, занятые трудом на едином пред-
приятии. Соглашаясь наняться на работу, работники каждого
уровня возлагают на себя какой-то долг как по отношению к на-
нявшей их фирме, так и по отношению к тем, с кем они работа-
ют. Работники принимают на себя обязанность не только выпол-
нять какой-то объем работы, но также и обязанность соблюдать
известное позитивное отношение как к самой работе, так и к'
коллегам по работе. Без соблюдения такого позитивного отно-
шения (которое грубо можно определить понятием лояльности)
работник либо безразличен, либо нелоялен. Равнодушный и не-
лояльный работник явно не принимает на себя роль игрока ко-
417
манды и обычно выполняет только такой объем работы, кото-
рый достаточен, чтобы его не уволили. При первой возможности
такой работник может с радостью покинуть фирму, чтобы на-
няться в другую компанию. Такие работники не испытывают
лояльности по отношению к своему работодателю.
Следовательно, когда безразличный или нелояльный работ-
ник сигнализирует о неправильных действиях своего работода-
теля, у людей возникают сомнения в том, что его поступок про-
диктован благородными или нравственными мотивами. Люди,
конечно, могут ошибаться, подозревая сигнализатора в низмен-
ных мотивах, но они вполне естественно могут считать источни-
ком сигнализаторства безразличие или нелояльность работни-
ка. Вот почему не следует ожидать, что работники, испытываю-
щие чувство долга или лояльности по отношению к фирме, ста-
нут доброжелательно воспринимать сигнализатора или сигна-
лизаторство.
Все это приводит нас к необходимости охарактеризовать ло-
яльного работника. Что лежит в основе этой лояльности и како-
ва ее степень по отношению к компании или работодателю? Со-
гласно одной точке зрения, в основе лояльности лежит простое
чувство благодарности. В конце концов, фирма или предприни-
матель дают человеку работу, что имеет немалое значение в об-
ществе, где уровень безработицы в 4% считается нормальным и
где среди некоторых групп безработица в последнее время до-
стигает 18% . Проявлять нелояльность к своему работодателю -
это все равно что кусать руку, которая тебя кормит, а это едва ли
достойное и похвальное занятие. Но даже и в том случае, когда
работник не испытывает чувства благодарности, и он, и пред-
приниматель выгадывают от своего взаимного контракта, tqk
как, если работники желают представлять собой нечто большее,
чем простые винтики в неодушевленной машине, они начинают
считать компанию своей. Во всяком случае, работники заинте-
ресованы в судьбе фирмы, в которой они работают. Эта заинте-
ресованность соответственно реализуется если и не в полном
отождествлении себя с ней, то в подлинной заботе о престиже
фирмы, в заботе, которая отчасти является тем, что люди обо-
значают понятием лояльность.
418
Но даже если мы допускаем, что работник действительно ис-
пытывает чувство лояльности к фирме или к тем, кто в ней рабо-
тает, мы все же не можем согласиться с тем, что такая лояль-
ность предполагает или требует, чтобы работник непосредствен-
но участвовал в аморальной деятельности фирмы. Нет также ос-
нований признавать, что в действиях работников главным моти-
вом служит преданность своей фирме. Слабость аргументов тех,
кто считает, будто сигнализаторство всегда аморально, заклю-
чается в том, что они превращают лояльность фирме в высшую
обязанность работника, неизменно занимающую первостепен-
ное место в ряду иных обязанностей.
С другой стороны, те, кто считает сигнализаторство по край-
ней мере нравственно допустимым во всех случаях, обычно оце-
нивают его с позиций права на свободу слова. Нанимаясь на ра-
боту, люди не отказываются от своего права на свободу слова,
т.е. от права гражданина. Они при этом обычно и не дают обет
соблюдать лояльность; претендовать на обязанность работника
быть преданным своей фирме - это выдавать желаемое за дейст-
вительное, это служащий собственным интересам предприни-
мателей вздор, которым они пытаются обмануть простодушных
работников. Не существует никакой обязанности соблюдать
преданность фирме - ни в силу контракта, ни в силу подразуме-
ваемого условия найма. Но существует право на свободу слова.
Разумеется, право на свободу слова - это ограниченное право
человека. Человек не должен кричать «пожар» в переполнен-
ном театре, когда в действительности пожара нет. Человеку за-
коном запрещено делать клеветнические заявления. Но челове-
ку не запрещено делать правдивые заявления - будь то о своем
работодателе или о других людях. Американские граждане сво-
бодно критикуют свое правительство и своих избранных лиде-
ров. Было бы странно, если бы они не обладали таким же правом
критиковать своих работодателей. Далее, по этой логике, если
действия их предпринимателей или некоторых сотрудников
компании позволяют усомниться в их нравственности, или если
действия фирмы могут в какой-то степени причинить вред по-
требителям, работникам или другим людям, или если эти дейст-
вия угрожают интересам акционеров либо иных заинтересован-
ных сторон, в таком случае работники явно вправе заявлять об
419
этом по своему усмотрению любым способом, на любом форуме.
Поступая так, они не нарушают никаких обязательств о лояль-
ности, поскольку таких обязательств в природе не существует:
они просто реализуют свое право на свободу слова. Иногда быва-
ет опрометчиво выступать с такими заявлениями, они могут по-
страдать от зачастую несправедливой реакции других людей,
однако сигнализаторство или высказывания о применяемой в
компании практике не аморальны; это во всех случаях мораль-
но оправданные поступки.
Такая крайняя позиция содержит в себе много положитель-
ного, заслуживающего поддержки. Но все же это крайняя пози-
ция, поскольку она превращает право на свободу слова во всех
случаях в главное право, она не учитывает вред, причиняемый
работником своей фирме или коллегам по работе, когда он ис-
пользует обычную форму сигнализаторства. Отрицая всякую
обязанность соблюдать лояльность, эта позиция подспудно от-
вергает какой бы то ни было учет вреда, причиняемого тем, с
кем сигнализатор связан совместной работой, она не учитывает
возможности наличия нравственно предпочтительных альтер-
натив, а быть может, даже и морально обязательных альтерна-
тив.
Каждая из двух позиций, охарактеризованных нами как
крайние, заключает в себе один и тот же недостаток. Каждая аб-
солютизирует один аспект сложного явления и игнорирует про-
тиворечия между долгом, правами и ответственностью, которые
обычно возникают в условиях, порождающих сигнализаторст-
во. Поскольку ни лояльность, ни право на свободу слова никог-
да не являются главными факторами и поскольку ни один из
этих факторов не предопределяет нравственность данного по-
ступка, постольку иногда берет верх лояльность, а иногда преоб-
ладает право на свободу слова; поэтому возможно, что иногда ни
один из этих факторов не окажется главным, а оба они должны
будут уступить какому-то другому мотиву для решения пробле-
мы. Отсюда следует, что иногда сигнализаторство может ока-
заться аморальным, в частности когда лояльность занимает
ключевое место, а иногда сигнализаторство морально оправдан-
но, в частности когда берет верх право на свободу слова.
420
На ком лежит ответственность за оправдание того или иного
выбора? Следует ли предположить, что сигнализаторство вообще
морально оправданно, и требовать, чтобы всякий, кто утвер-
ждает, что данный акт сигнализаторства аморален, должен был
доказать справедливость своего утверждения? Или же следует
предположить, что сигнализировать вообще аморально, и требо-
вать морального оправдания для поступков, которые морально
дозволены и обязательны? Традиция возложила ответствен-
ность на тех, кто оправдывает сигнализаторство, тогда как об-
щее настроение склоняется к тому, что оно морально недопусти-
мо. Мы уже отмечали общую позицию большинства работников
относительно сигнализаторства, их негативную реакцию на не-
го. Более того, отнюдь не обвиняя большинство работников в мо-
ральной трусости, мы должны признать, что относительная ред-
кость случаев сигнализаторства свидетельствует о том, что боль-
шинство работников не считает своим моральным долгом поль-
зоваться этим приемом. Хотя эти соображения сами по себе не
доказывают, что работники считают сигнализаторство безнрав-
ственным, они все же демонстрируют склонность возложить от-
ветственность за него на тех, кто считает его морально обяза-
тельным. Наконец, литература по проблеме сигнализаторства
развивалась таким образом, что те, кто его оправдывает, сочли
свою позицию справедливой.
Тезис о необходимости оправдания сигнализаторства имеет
смысл еще и в том случае, если его рассматривать как проявле-
ние неповиновения корпорации или организации. Часто на-
чальники сигнализаторов фактически велят им не совать свой
нос не в свое дело. Сигнализировать - значит выходить за преде-
лы того, за что тебе платят заработную плату, это значит игно-
рировать распоряжение, отданное законным начальником внут-
ри фирмы или организации. Чтобы быть морально оправдан-
ным, неповиновение обычно требует какого-то обоснования,
будь то гражданское неповиновение, неповиновение корпора-
ции или неповиновение ребенка своим родителям. В надлежа-
щих условиях считается, что повиновение - это моральный об-
раз действий. Неповиновение может быть морально оправданно,
но в этом случае неповинующееся лицо или его представитель
обязаны доказывать свою правоту.
421
Признание того, что сигнализаторство часто представляет со-
бой пример неповиновения корпорации и что по крайней мере
иногда одной стороне (т.е. корпорации) обязаны повиноваться,
приводит нас к заключению, что по крайней мере иногда сигна-
лизаторство морально недопустимо. Тезис о том, что иногда сиг-
нализаторство представляет собой моральное прегрешение, об-
щепризнан в американском обществе, и нет оснований оспари-
вать это согласие. Но иногда сигнализаторство все же морально
дозволено, а иногда и морально обязательно; поэтому вполне
уместно возложить на себя бремя определения и обоснования
тех условий, при которых оно является таковым.
Сигнализаторство как морально дозволенное действие
Рассматриваемый здесь вид сигнализаторства предполагает
работника, который каким-то образом обращается к публике,
раскрывает сведения или выражает тревогу относительно дейст-
вий своей фирмы в надежде, что фирма внесет изменения в свою
продукцию, производственную практику или в направление
своей деятельности, которые, по мнению сигнализатора, причи-
нят или уже причиняют вред другим людям и которые необхо-
димо исправить. Мы можем принять, что, когда человек сигна-
лизирует, он поступает так не с согласия фирмы, а против ее же-
лания. Следовательно, это форма нелояльности, неповиновения
корпорации. Можно, далее, предположить, что этот вид сигна-
лизаторства наносит ущерб фирме. Оно влечет за собой либо не-
благоприятную для нее огласку фактов, либо какое-нибудь рас-
следование, либо и то и другое. Если мы придерживаемся того
принципа, что человек не вправе без достаточных оснований
причинять вред, то из этого следует, что в случае, когда сигна-
лизирование морально дозволено, оно должно принести какую-
то пользу, которая перевесит нанесенный ущерб.
Существует пять условий, которые, при их соблюдении, из-
менят моральный статус сигнализаторства. Если из них соблю-
даются первые три, поступок сигнализатора окажется морально
оправданным и дозволенным. Если соблюдаются и два других
условия, действие сигнализатора морально обязательно.
422
Сигнализаторство морально дозволено в следующих случаях.
1. Фирма своей продукцией или хозяйственной практикой
причиняет серьезный и значительный вред своему персона-
лу или обществу - будь то потребитель продукта, случай-
ный человек или население вообще.
Поскольку сигнализаторство наносит ущерб фирме, этот
ущерб должен быть восполнен равным количеством пользы,
чтобы сам по себе акт сигнализаторства был допустимым. Мы
уже подчеркивали, что причиняемый другим потенциальный
или фактический вред должен быть серьезным и значительным.
Такое требование может быть расценено некоторыми людьми и
как слишком жесткое, и как слишком неопределенное. Почему,
мол, употребляется выражение «серьезный и значительный»,
вместо того чтобы сказать «влечет за собой больше вреда, чем
вред, причиняемый сигнализаторством фирме»? Кроме того, на-
сколько серьезен «серьезный» вред? И насколько значителен
« значительный » ?
Есть несколько доводов в пользу утверждения, что потенци-
альный вред должен быть серьезным и значительным. Во-пер-
вых, если вред несерьезен и незначителен, если он причинит
лишь несущественный ущерб обществу или пользователю про-
дукта, и основание для сигнализаторства окажется по меньшей
мере проблематичным. Сам по себе случай не будет четким. Оце-
нить размер ущерба, наносимого фирме, трудно; но хотя этот
ущерб может быть недостаточно определенным, он тем не менее
вполне очевиден. Когда вред, которым грозит использование
продукта, несущественен или неясен, он не может быть больше,
чем вред, причиняемый сигнализаторством фирме. В конце кон-
цов, использование многих продуктов связано с некоторым рис-
ком. Даже хорошо сработанным молотком человек может раз-
бить себе палец. Какой-то риск связан с эксплуатацией автомо-
биля, так как совершенно безопасного автомобиля нет. Всегда
существует известное соотношение между безопасностью и сто-
имостью изделия. Например, нельзя считать безнравственным
отсутствие стремления построить самый по возможности безо-
пасный автомобиль; при решении вопроса о том, насколько дол-
жен быть безопасен автомобиль, приходится учитывать множе-
ство факторов. Работник фирмы может считать, что безопас-
423
ность автомобиля несколько возрастет, если модифицировать
какую-то деталь, он может предложить такую модификацию;
однако непринятие его предложения обычно не служит основа-
нием для сигнализации. Если нет угрозы серьезного вреда, то
незначительный вред, причиняемый, скажем, при использова-
нии продукта, может быть устранен и после продажи этого про-
дукта (например, по жалобе клиента). Наше общество распола-
гает множеством способов устранения мелких дефектов, и ис-
пользование этих способов представляется по крайней мере бо-
лее убедительным выходом, чем обращение к практике сигна-
лизаторства.
К этому соображению следует добавить еще одно. Сигнализа-
торство часто - и по праву - считается необычным явлением, ге-
роическим деянием. Если бы практика сигнализирования об от-
носительно малозначительном вреде стала обычным явлением,
ее эффективность ослабла бы. Когда грозит серьезный вред, к
сигнализаторам прислушиваются, например, средства массовой
информации, поскольку это настоящие новости. Между тем от-
носительно несущественный вред - это уже не новости. Если бы
к средствам массовой информации обращались с мелкими обви-
нениями и опасениями, реакция публики вскоре перестала бы
быть такой, какой ее теперь ожидают от разоблачительных вы-
ступлений. То же самое произошло бы, если бы жалобы обо вся-
кого рода предполагаемом или ожидаемом незначительном вре-
де поступали бы в правительственные ведомства, тогда как
большинство людей полагает, что эти ведомства прежде всего
станут принимать меры по серьезным случаям и лишь затем по
жалобам относительно случаев несущественного вреда.
Есть еще и третье соображение. Всякий раз, когда работник
выражает опасение по поводу возможного вреда обществу от ис-
пользования какого-либо изделия или от применения каких-то
методов деятельности, мы не в состоянии признать, что этот ра-
ботник выступает с правильной оценкой, не можем мы также
заключить, что всякая жалоба относительно возможного вреда
нравственно мотивирована. Процесс отделения претензий и опа-
сений недовольных фирмой работников от подлинных преду-
преждений и опасений работников, руководствующихся мо-
ральными мотивами, представляет собой чисто практическую
424
проблему. Могут сказать, что эта проблема ничего общего не
имеет с нравственной допустимостью акта сигнализаторства.
Однако сигнализаторство само по себе есть практическое дело.
Если его рассматривать как способ изменения политики или де-
ятельности фирмы, оно будет оправданно лишь в том случае, ес-
ли окажется эффективным. Можно отнестись к нему как к мело-
чи. Но тогда вполне возможно допустить, что оно наносит фир-
ме лишь незначительный ущерб и, следовательно, оно дозволи-
тельно. Но если его считать мелочью, оно лишается смысла.
Чтобы рассматривать сигнализаторство как серьезное деяние с
серьезными последствиями, его практику нужно ограничивать
лишь раскрытием потенциально серьезного вреда, и лишь в та-
ком случае оно будет морально оправданным.
Понятие «серьезный», конечно, расплывчато. Является ли
серьезным рост уровня вероятной гибели людей в автомо-
бильных авариях в течение одного года с 2 на 100 000 до 15 на
100 000 человек? По этому вопросу возможны вполне законные
дискуссии, но совершенно очевидно, что проблема угрозы жиз-
ни людей явно серьезная. Когда устранение грозящей опасности
требует увеличения стоимости изделия на несколько центов или
когда грозящая опасность заключается в том, что дефектная де-
таль или все изделие причинят лишь пустяковое неудобство, та-
кой вред, даже помноженный на тысячи или миллионы случаев,
никак не соответствует серьезности гибели пользователя изде-
лия или случайного прохожего.
Например, вред, причиненный дефектными шинами, прода-
вавшимися как высококачественные, но лопавшимися при ско-
рости 60 или 70 миль в час, — это серьезный вред, так как такие
шины вполне могут послужить причиной гибели людей. Сброс
металлических емкостей с токсичными отходами в реку, где эти
емкости проржавеют и из них отходы попадут в воду, вызывая
раковые и иные заболевания у людей, пьющих из этой реки во-
ду или использующих ее в иных целях, угрожает причинить се-
рьезный вред. Употребление нестандартного бетона при строи-
тельстве зданий, в результате чего такие здания могут обру-
шиться и убить людей, представляет собой серьезную опасность.
Дефектные фитинги, соединяющие арматуру при строительстве
атомных электростанций, способны привести к утечке радиаци-
425
онных материалов, а это влечет за собой серьезный вред, по-
скольку грозит жизни и здоровью множества людей.
Понятие «серьезный» можно расширить и включить в него
серьезный финансовый ущерб, а также другие виды ущерба, по-
мимо гибели и серьезной угрозы здоровью людей. Но, как уже
отмечалось выше, мы здесь ограничимся характеристикой изде-
лий и методов деятельности, которые причиняют серьезный
вред или подвергают опасности жизнь и здоровье людей. В при-
водимых нами примерах различие между причинением вреда и
угрозой серьезной опасности для людей не имеет существенного
значения.
2. Как только работники фирмы выявляют наличие в изде-
лии серьезной опасности для его пользователя или для ши-
рокой публики, они должны доложить об этом своему непо-
средственному начальнику и предать огласке свою нравст-
венную озабоченность. Если они этого не делают, то сам по
себе акт сигнализации четко не обоснован.
Почему не обоснован? Почему недостаточно одной лишь
оценки источника вреда? Отчасти ответ уже дан выше. Чтобы
быть эффективной, практика сигнализаторства не может при-
меняться в рутинном порядке. Существуют также и другие при-
чины. Во-первых, сообщение о своих опасениях представляет
собой самый непосредственный и, как правило, самый быстрый
способ добиться изменения, которого желает сигнализатор.
Обычно полагают, что большинство фирм не желает привести к
гибели или увечьям людей, что они вовсе сознательно не стре-
мятся причинить вред пользующимся их изделиями. Существу-
ет вполне нормальное и обоснованное предположение, что, ког-
да обнаруживаются дефекты, угрожающие жизни людей, фир-
ма заинтересована в их устранении если и не по моральным со-
ображениям, то по крайней мере по соображениям целесообраз-
ности, хотя бы чтобы избежать судебных исков, неблагоприят-
ной огласки и отрицательной реакции потребителей. Если суще-
ствует угроза причинения серьезного вреда и работник может
предотвратить ее своим сообщением о ней, он обязан это сде-
лать. Довод о соблюдении лояльности к фирме также подкреп-
ляет требование о том, чтобы ей была предоставлена возмож-
426
ность исправить методы своей деятельности, существующие в
ней порядки и проводимую ею политику, прежде чем публично
предъявлять ей обвинения. Кроме того, поскольку сигнализа-
торство наносит фирме ущерб, он обычно сводится к минимуму,
' когда ее информируют о возникшей проблеме и позволяют эту
проблему решить. Таким образом, фирме причиняется меньше
вреда, а если при этом предотвращается также и вред обществу
или пользователям продукции, такой механизм устранения не-
достатков и в целом причиняет наименьший вред.
Условие, согласно которому работник излагает свои опасе-
ния своему непосредственному начальнику, подразумевает на-
личие в фирме иерархической структуры. Хотя обычно фирмы
организованы именно таким образом, но существуют исключе-
ния. В компании, где все ее сотрудники находятся в равном по-
ложении, человек должен выражать свои опасения внутри ком-
пании.
Против этого условия можно выдвинуть ряд возражений. До-
пустим, работнику известно, что его непосредственный началь-
ник уже знает о дефекте изделия и об опасности его использова-
ния. В этом случае информировать начальника уже излишне, и
второе условие может быть соблюдено. Однако работнику не
следует без достаточных оснований предполагать, что его на-
* чальнику известно о дефекте. Что может быть очевидным для
одного, вовсе не является очевидным для другого. К тому же
оценка риска часто дело весьма сложное. То, что человек на од-
ном уровне может счесть недопустимым риском, человек на бо-
лее высоком уровне, способный видеть дело в более широком
свете, обладающий знанием компенсирующих факторов и т.д.,
может признать вполне закономерным риском.
Однако не исключает ли сообщение работника своему на-
чальнику о возникших у него опасениях возможность аноним-
ного сигнализаторства и не ставит ли его карьеру под угрозу?
Такое, конечно, может произойти, и в этом заключается одно из
соображений, которое человек должен учесть, прежде чем сиг-
нализировать. Мы эту проблему рассмотрим ниже. Если к тому
же информирование начальника о подозреваемом дефекте осу-
ществляется тактично и если эта проблема очевидна для дру-
гих, такое сообщение может указывать на стремление работни-
427
ка трудиться в фирме и таким образом рассеять возможное подо-
зрение о том, что он способен сигнализировать анонимно.
Сообщая о своих опасениях непосредственному начальнику
или другому надлежащему лицу, работник оберегает и соблюда-
ет обычно действующую в фирмах практику, которая, в общем,
укрепляет в них порядок и повышает их эффективность; это ук-
ладывается в рамки выполнения работником своего долга мини-
мизировать вред фирме и предотвращает опрометчивое сигнали-
заторство.
З.Если непосредственный начальник работника ничего суще-
ственного не предпринимает в ответ на высказанное опасе-
ние или жалобу, работник должен исчерпать все способы и
возможности внутри фирмы для принятия мер по его заяв-
лению. Это обычно связано с продвижением его заявления
вверх по административной лестнице, а если необходимо, и
вплоть до совета директоров.
Здесь ключевым требованием является исчерпание внутрен-
них каналов и возможностей в компании. В иерархически орга-
низованной фирме это означает прохождение заявителя снизу
доверху по инстанциям. Но работник может так поступать либо
с разрешения, либо без разрешения должностного лица на каж-
дой ступени иерархической лестницы. А что означает исчерпа-
ние внутренних каналов в фирме? Это часто вопрос спорный.
Однако, поскольку публичное высказывание работником своих
опасений за пределами фирмы означает более серьезный акт как
для самого работника, так и для фирмы, в большинстве случаев
предпочтительнее делать это, пользуясь иерархической лестни-
цей. Это третье условие соблюдается, конечно, если по той или
иной причине действительно невозможно перешагнуть через ка-
кую-то ступень административной лестницы.
Здесь также можно выдвинуть ряд возражений. У работника
может не хватить времени, чтобы пройти через все бюрократи-
ческие ступени в данной фирме; угроза вреда может реализо-
ваться прежде, чем работник исчерпает все возможности внутри
фирмы. К тому же, пока работник проходит по всей цепочке до
самого верха и никто ничего не предпринимает, очень много
времени растрачивается впустую. Опять же, следует придержи-
ваться здравого смысла. Можно, например, исчерпать все внут-
428
ренние каналы очень быстро несколькими телефонными звон-
ками или посещениями кабинетов должностных лиц. Вовсе не
следует полагать, что никто из должностных лиц любого уровня
ничего не сделает. Однако, если действительно нет возможности
внутри фирмы для устранения возникшей опасности, тогда тре-
тье условие следует считать соблюденным.
Как уже отмечалось, основной смысл трех перечисленных ус-
ловий заключается в том, что сигнализаторство нравственно до-
пустимо, если угрожающий людям вред серьезен и если внутри
фирмы добросовестно принимавшиеся меры к устранению этой
угрозы не дали удовлетворительных результатов. В подобных
случаях работник имеет моральное право попытаться предот-
вратить угрожающий, по его мнению, вред всеми результатив-
ными способами, включая сигнализирование.
Здесь можно не рассматривать не имеющие непосредственно-
го значения вопросы о том, обязан ли морально работник сооб-
щать своим начальникам о мелких недостатках и выполняет ли
он свой долг, сообщая о них соответствующим лицам.
Эти три случая могут служить основой для анализа мораль-
ной обязанности доводить информацию об угрозе вреда до тех,
кто может ее предотвратить. Мы уже отмечали, что на каждом
человеке лежит моральная обязанность предотвращать серьез-
ный вред другим людям, когда он может это сделать без чрез-
мерного ущерба для себя. Поскольку собственное благополучие
столь же важно, сколь и благополучие другого человека, не су-
ществует общей обязанности жертвовать собой во имя другого.
Такой поступок общепризнан как выходящий за пределы долга.
Когда поступок может обойтись человеку слишком дорого, обя-
занность его совершать обычно уменьшается, если, конечно, уг-
роза вреда не очень велика. Опять-таки человек должен, опира-
ясь на здравый смысл, определить, насколько велик будет
ущерб для него самого по сравнению с серьезным ущербом для
других людей. Тем не менее общее правило применимо к случаю
угрозы нанесения серьезного вреда людям со стороны компа-
нии, в которой человек работает, и, если он может этот вред пре-
дотвратить, он обязан это сделать, приняв для этого все доступ-
ные ему меры. Следовательно, можно утверждать, что на работ-
никах фирмы лежит общая обязанность сообщать своим началь-
429
никам об обнаруженной ими угрозе вреда и доводить эту инфор-
мацию вплоть до самого верха. Обязанность таким образом по-
ступать уже вплотную приближается к обязанности сигнализи-
ровать за пределы фирмы.
Если три перечисленные меры приняты и если компания не
осуществила никаких действий для предотвращения вреда, тог-
да работник компании уже исчерпал все внутренние возможно-
сти исправить положение. Исчерпание этих возможностей слу-
жит для работника фирмы достаточным оправданием для того,
чтобы сигнализировать вовне. Использовав все доступные ему
внутренние механизмы предотвращения вреда, работник вы-
полнил все законные требования о лояльности к фирме, предо-
ставил ей возможность без огласки предотвратить угрозу вреда
и таким образом не нанести ущерб ее репутации. С моральной
точки зрения работнику, безуспешно принявшему указанные
три меры для исправления положения, дозволено выйти за пре-
делы компании, сигнализировать вовне с целью предотвратить
угрозу вреда.
Сигнализаторство как морально обязательное действие
Утверждение, что внешнее сигнализаторство в этих условиях
морально дозволено, отнюдь не возлагает на работника обязан-
ность прибегать к внешнему сигнализаторству. Если два других
условия не соблюдены, работник морально не обязан это делать.
Поступать так, когда человек морально не обязан это делать и
когда он все же делает это по нравственному побуждению (т.е.
из чувства заботы о ближнем своем) и с риском для собственно-
го благополучия, означает совершать акт, превышающий требо-
вания долга. В этом случае сигнализатора можно признать нрав-
ственным героем. Иногда его таким и признают, иногда нет.
Когда заявления или опасения человека оказываются необосно-
ванными, его моральный статус может быть таким же достой-
ным, как и в том случае, если они подтверждаются, но этого че-
ловека редко похвалят за его поступок.
Чтобы человек был обязан сигнализировать, должны быть
соблюдены, кроме предыдущих трех, еще два условия.
430
4. Работник должен располагать документальными данными
или иметь доступ к таким данным, которые убедили бы ра-
зумного, беспристрастного публициста в том, что его оцен-
ка ситуации правильна и что изделие компании или осуще-
ствляемая ею практика представляют собой серьезную и
вероятную опасность для населения или для пользователя
изделия.
Человек не обязан подвергать себя серьезному риску без рас-
чета на достижение для себя в виде компенсации какого-то пре-
имущества. Если работник не располагает документальными
свидетельствами, которые были бы убедительны для разумного,
беспристрастного публициста, его обвинения или утверждения,
будучи опубликованными, базировались бы, по существу, лишь
на его словах. Такие основания могут оказаться достаточными
для субъективного ощущения доверия к его обвинениям, но они
недостаточны для других людей, чтобы принимать меры по
этим обвинениям. Например, газета едва ли опубликует матери-
ал, основанный просто на чьем-либо не подтвержденном доку-
ментами сообщении.
Здесь возникает ряд трудностей. Не обязаны ли средства мас-
совой информации, соответствующее регулирующее агентство
или правительственное ведомство проводить расследование по
высказанной человеком жалобе? Или же этим заниматься ра-
зумно лишь в случае, когда имеются какие-то данные, под-
тверждающие жалобу или обвинение? Вред еще не причинен,
ущерб жалобщику также, по всей вероятности, нанесен не бу-
дет. Если речь идет о преступном деянии фирмы, тогда расследо-
вание правоохранительным ведомством вполне уместно. Однако
обвинения, выдвигаемые сигнализаторами, часто не относятся
к криминальным случаям. А газеты или правительственные ве-
домства не станут вести расследования всякий раз, когда чело-
век заявляет о вреде, который может причинить продукт или
применяемая фирмой практика. Исключая те случаи, когда
вред неминуем и очень серьезен (например, угроза взрыва бом-
бы), имеет смысл принимать меры лишь при наличии данных,
подтверждающих обвинение. Обычно, когда приступают к рас-
следованию или рассмотрению жалобы, прежде всего устанав-
ливают контакт со стороной, которую обвиняют.
431
Человек, не располагающий свидетельствами и документаль-
ными данными, морально не обязан сигнализировать лишь на
основании подозрения, догадки и личной оценки возможной
опасности. Если существует угроза серьезного вреда, он, конеч-
но, может считать себя обязанным попытаться получить необхо-
димые доказательства. Но если их у него нет или их невозмож-
но добыть без применения незаконных или аморальных средств,
он вовсе не обязан сигнализировать.
5. У работника должны быть серьезные причины считать, что
в результате его публичного выступления будут произведе-
ны необходимые изменения. Шансы на успех этого выступ-
ления должны соответствовать тому риску, на который он
идет, и той опасности, которой он себя подвергает.
Даже когда потенциальный сигнализатор располагает каки-
ми-то документами и данными, его все же могут и не принимать
всерьез или ему не удастся добиться положительной реакции в
средствах массовой информации или в правительственном ве-
домстве. Как далеко должен пойти работник, насколько настой-
чиво ему следует действовать? Чем серьезнее ситуация, тем
больше настойчивости от него требуется. Но если у человека нет
трезвого расчета на успех, он не обязан брать на себя большой
риск. Прежде чем выступить публично, потенциальному сигна-
лизатору следует узнать, кто (например, правительственное уч-
реждение, газета, журналист, репортер телевидения) использу-
ет его информацию и как ее используют. У сигнализатора долж-
ны быть достаточные основания рассчитывать на то, что его по-
ступок приведет к тем изменениям или последствиям, какие он
считает морально подходящими.
Одним эти четвертое и пятое условия могут показаться слиш-
ком либеральными, а другим слишком жесткими. Эти условия
представляются слишком либеральными тем, кто желает, что-
бы любой человек был готов сигнализировать всякий раз, как
возникает возможность причинения вреда населению. В конце
концов, вред населению более серьезен, чем ущерб самому сиг-
нализатору; в долговременном плане всем нам лучше, если каж-
дый станет считать для себя обязательным сигнализировать и
без соблюдения последних двух условий. Если же четвертое и
432
пятое условия должны соблюдаться, тогда люди лишь в редких
случаях будут морально обязаны сигнализировать.
Между тем, если бы сигнализаторство было всегда обязатель-
но при соблюдении только первых трех условий и если бы, кро-
ме того, существовала обязанность сигнализировать при первом
возникновении подозрения относительно опасности продукции
или при несогласии в чем-то с начальником или с коллегами, ра-
ботник был бы обязан выступать публично всякий раз, когда он
не может добиться своего по возникающим опасениям внутри
фирмы. Но четвертое и пятое условия слишком много требуют
от работника по уже приведенным выше причинам. Могут быть
выдвинуты и другие, более мягкие условия. Однако всякое усло-
вие, делающее сигнализаторство обязательным, во множестве
случаев вполне может ослабить действенность сигнализаторст-
ва. Если бы именно это произошло и практика сигнализаторст-
ва получила бы широкое распространение, весьма сомнительно,
чтобы общество оказалось в более благополучном положении.
Наконец, утверждение о том, что многие люди очень часто
обязаны сигнализировать, противоречит общераспространенно-
му представлению о сигнализаторе как о нравственном герое, а
также общему мнению, согласно которому сигнализаторство
лишь в редких случаях морально обязательно. Это мнение мо-
жет быть не всегда справедливо. Но требуются очень убедитель-
ные аргументы для доказательства того, что, хотя мнение широ-
кой публики морально ошибочно, утверждение ученого морали-
ста совершенно верно.
Из принятия изложенных четвертого и пятого условий следу-
ет, что строгие рамки нравственной обязанности сигнализиро-
вать отвечают общему представлению большинства людей по
этому вопросу. На людей, занимающих в фирме высокие посты и
должности специалистов, в большей степени ложится обязан-
ность производить перемены в ее политике или исправлять де-
фекты в ее продукции - даже в результате сигнализаторства, —
чем на начальников низшего ранга или рядовых работников. На-
пример, у инженеров больше доступа к техническим и конструк-
тивным характеристикам изделия, чем у рабочих на сборочном
конвейере. Менеджеры обладают более широким видением дея-
тельности фирмы и большим доступом к конкретным данным,
433
чем неуправленческий персонал. На менеджерах лежит мораль-
ная обязанность следить за тем, чтобы выраженные их подчи-
ненными нравственные опасения надлежащим образом проверя-
лись и чтобы фирма сознательно не причиняла вред людям.
Четвертое и пятое условия покажутся слишком жесткими
тем, кто полагает, что сигнализаторство во всех случаях выхо-
дит за рамки обязанностей работников, что оно всегда представ-
ляет собой акт героизма и что оно никогда не является нравст-
венно обязательным. Они могут утверждать, что, хотя мы не
вправе поступать безнравственно, у нас нет общего морального
долга мешать всем другим поступать безнравственно. А именно
это пытается делать сигнализатор. Однако здесь можно возра-
зить, что сигнализаторство представляет собой деяние, пресле-
дующее цель предотвратить причинение вреда третьей стороне.
Правомерны также и следующие два тезиса: мы морально обяза-
ны воспрепятствовать причинению вреда другим при относи-
тельно малом ущербе для себя; мы морально обязаны воспрепят-
ствовать причинению большого вреда множеству других людей
даже при значительном ущербе для самих себя.
Изложенные пять условий могут быть использованы челове-
ком в помощь себе при решении о том, дозволено ли ему или обя-
зан ли он сигнализировать. И третьи стороны могут воспользо-
ваться этими условиями при попытке оценить сигнализатор-
ские поступки других, хотя им может оказаться трудно опреде-
лить, мотивировано ли морально то или иное сигнализирова-
ние. Возможно и результативное анонимное сигнализирование.
Однако анонимным сведениям или сообщениям редко уделяют
серьезное внимание. Человек может довериться правительст-
венному чиновнику или репортеру при условии, что его имя не
будет предано гласности. Но этот прием также часто не прино-
сит ожидаемых результатов. Чтобы его сигнал был эффективен,
человек обычно должен согласиться назвать себя, публично да-
вать показания, предъявить достоверные данные и подвергнуть
себя определенному риску. Как и в случае с гражданским непо-
виновением, на сознание других людей действует готовность
сигнализатора переносить страдания ради блага других и ради
того, что он считает справедливым.
434
Хотя мы сосредоточили внимание на специфическом виде не-
правительственного, безадресного, внефирменного сигнализа-
торства, который раскрывает угрозы причинения серьезного
физического вреда населению, наш анализ предлагает модель
реагирования также и на другие разновидности сигнализаторст-
ва. Как должны поступать работники фирмы, когда существует
угроза не физического вреда, а финансового - покупателям, по-
ставщикам или вообще населению? Насколько серьезным дол-
жен быть такой грозящий ущерб? Как обстоит дело с необосно-
ванным завышением компанией стоимости правительственных
контрактов, или с уклонением от уплаты налогов, или с иной
противозаконной деятельностью компании? В каких случаях
работнику запрещено сигнализировать, в каких это ему позво-
лено, а в каких это от него требуется?
Внутрифирменное сигнализаторство
Безадресное внешнее сигнализаторство представляет собой
наиболее драматичный и чаще всего публично оглашаемый вид
сигнализаторства. Не менее волнующим является безадресное,
внутреннее, внеправительственное сигнализаторство. Анализ
условий, при которых первый вид сигнализаторства запрещен,
дозволен или обязателен, к внутреннему сигнализаторству авто-
матически неприменим. Когда серьезный вред угрожает персо-
налу фирмы, тогда вступают в силу первые три условия и анализ
приводит к заключению об обязанности сигнализировать внут-
ри фирмы. Но во многих случаях внутрифирменного сигнализа-
торства речь не идет о выходе за пределы компании, поскольку
ущерб наносится не ее персоналу или широкой публике, а самой
компании.
Внутреннее сигнализаторство скорее демонстрирует лояль-
ность к корпорации, чем наоборот. Однако в то же время оно пред-
полагает нелояльность или непослушание по отношению к непо-
средственному начальнику или по отношению к своим сослужив-
цам. Если сигнализаторство совершается по моральным мотивам,
его цель заключается в том, чтобы пресечь бесчестные действия
или какую-то аморальную практику, дабы защитить интересы и
репутацию компании или повысить прибыли компании.
435
От менеджеров обычно ждут, чтобы они требовали от своих
подчиненных соблюдения надлежащих правил и политики ком-
пании. Но обязан ли подчиненный сигнализировать о том, что
какой-то его начальник подделывает отчеты о своих служебных
расходах, или получает «благодарность» от поставщиков за раз-
мещение у них заказов, или тайно принимает от них крупные по-
дарки? Большинство компаний предпочитает знать о подобных
действиях и их пресекать. Однако если только такое осведоми-
тельство не будет объявлено обязанностью, скажем в корпора-
тивных инструкциях, если осведомители не будут в любых усло-
виях застрахованы от обвинений в пособничестве, трудно себе
представить, как подчиненные могут оказаться морально обя-
занными сигнализировать о подобной деятельности. Своими со-
общениями они способны помочь компании, но могут в то же
время поставить под угрозу собственное положение, свою работу
или перспективу продвижения по служебной лестнице. Рабочих
обычно нанимают не для того, чтобы они шпионили за своими
коллегами по работе или за начальниками. Сомнительно также,
чтобы требования к работникам поступать подобным образом со-
здали благоприятную деловую атмосферу в компании. Не суще-
ствует общей моральной обязанности для каждого работника со-
общать обо всех мелких проступках, которые ему становятся из-
вестны. Такое требование невозможно было бы выполнить, и оно
принесло бы больше вреда, чем пользы. Оно превратило бы нор-
мальное общество в полицейское государство или создало бы у
граждан менталитет, присущий полицейскому государству, где
каждый следит за всеми другими и доносит на них. Речь здесь
идет не о противозаконных действиях или о причинении вреда
людям вне корпорации, а поэтому подобные случаи улаживают-
ся надлежащим образом внутри корпорации, к тому же они свя-
заны с относительно незначительным ущербом для фирмы. Это
вовсе не оправдывает указанные проступки, но касается обязан-
ности подчиненных доносить о таких проступках.
Хотя работники и не обязаны сигнализировать о неправиль-
ных действиях своих начальников, дозволено ли им, с мораль-
ных позиций, так поступать? Бывают ли случаи, когда мораль-
но им это воспрещено?
436
Анализируя внешнее сигнализаторство, мы признали право-
мерность требования пытаться воспрепятствовать угрозе причи-
нения вреда сначала путем информирования об этой угрозе в
пределах самой фирмы. Существует ли наряду с ним требование
о том, что, прежде чем доносить о проступках начальника, сле-
дует обратиться к нему самому? Хотя такой образ действий час-
то может быть предпочтительным - при условии, что сигнализа-
тор будет действовать тактично и сможет рассчитывать на отно-
сительную личную безопасность, — все же он не является об-
щим требованием. В тех примерах, которые мы здесь рассмат-
риваем, проступок уже совершен и вред причинен. Поскольку
лица, совершающие указанные запрещенные поступки, дейст-
вуют в ущерб фирме, они не могут претендовать на право сохра-
нения своих поступков в тайне и на иммунитет от их огласки.
Их начальники, несомненно, имеют право, а часто и обязаны
прекратить такую деятельность. Следовательно, подчиненный,
хорошо сознающий аморальность того или иного поступка,
вправе о нем сигнализировать. Не существует общего морально-
го запрета сообщать о проступках; не существует такого запрета
и тогда, когда проступки совершаются внутри фирмы. Анало-
гичный анализ применим и к сигнализаторству по поводу про-
ступков сотрудников и товарищей по работе.
Наши заключения резко меняются, когда речь идет о проти-
возаконной деятельности или действиях, причиняющих вред
отдельным лицам или наносящих серьезный ущерб компании.
Сообщение о подобной деятельности морально дозволено. Явля-
ется ли оно морально обязательным, зависит от размеров вреда,
от положения сигнализатора в фирме, от его должностного по-
ложения по сравнению с положением совершившего проступок,
от действующих в фирме общих правил и от других относящих-
ся к делу факторов. Вопрос не в том, чтобы выискивать какое-то
автоматическое правило, а в том, чтобы научиться в каждом
случае сопоставлять и взвешивать соответствующие факторы.
Компания, желающая создать среди своих работников атмо-
сферу коллегиальности и честности, станет помогать работни-
кам строго соблюдать свою ответственность в вопросах, связан-
ных с нарушением этических норм их начальниками и товари-
щами по работе.
437
Предотвращение необходимости сигнализаторства
Потребность в нравственном героизме говорит лишь о несо-
вершенстве общества и несовершенстве корпорации. Гораздо
важнее изменить правовые и корпоративные структуры, порож-
дающие необходимость сигнализаторства, чем убеждать людей
проявлять нравственный героизм.
Поскольку легче изменить закон, чем изменить практику
всех корпораций, следует законодательно запретить любому ра-
ботодателю увольнять или иным образом наказывать работни-
ка, соблюдающего первые три указанных выше условия и сиг-
нализирующего о неблагополучии в компании, причем такой
запрет должен распространяться как на момент сигнализирова-
ния, так и на последующее время. Поскольку соблюдение этих
условий морально оправдывает акт сигнализаторства, закон
должен защищать работников, когда они действуют по велению
своей совести. Если сигнал оказывается ложным, существен-
ный ущерб компании не наносится. Если же сигнал обоснован,
компания должна испытать на себе последствия оглашения ее
негативной практики. Но защитить сигнализатора принятием
соответствующего закона - дело отнюдь не легкое. Предприни-
матели способны сделать жизнь невыносимой для сигнализато-
ра, даже и не увольняя его. Существует много способов распра-
виться с работником. Можно человека загнать на задворки фир-
мы или перевести его на неприятную работу. Предприниматели
всегда могут подыскать основания для того, чтобы не продви-
гать работника по служебной лестнице или не повышать ему в
надлежащее время заработную плату. Не все такие меры можно
предотвратить по закону, но некоторые, наиболее вопиющие
приемы можно все же запретить.
Во-вторых, законом можно ввести наказания для лиц, ответ-
ственных за решение продолжать выпуск дефектной продукции
и применять негодную практику. Но законодатели проявили не-
желание вмешиваться в оперативную деятельность компаний. В
результате те люди в фирмах, которые были виновны в осуще-
ствлении аморальных и незаконных методов, вышли сухими из
воды, несмотря на то что сами корпорации были оштрафованы
за свою осужденную законом деятельность.
438
Третья возможность заключается в том, чтобы каждую ком-
панию определенного размера закон обязал иметь генерального
инспектора или внутрифирменного ревизора, в задачу которого
входило бы раскрытие аморальных и незаконных методов дея-
тельности. Ему вменялась бы также обязанность выслушивать
моральные опасения работников всех уровней относительно при-
меняемых фирмой методов деятельности. Это лицо должно быть
независимо от менеджмента компании, должно отчитываться
перед ревизионной комиссией ее правления, которая, в идеале,
должна состоять из внешних членов совета директоров. Инспек-
тору или ревизору должно быть предписано жалобы, в случае их
неразрешения внутри фирмы, предавать огласке. Уклонение ин-
спектора от принятия надлежащих мер по жалобе работника, ко-
торую работник в силу этого вынужден сам предавать огласке,
должно безоговорочно служить доказательством попытки
скрыть опасные методы деятельности или дефект изделия, и
против этого инспектора следует возбудить уголовное дело.
Кроме того, компания, желающая оставаться в рамках нрав-
ственности, т.е. не желающая применять вредные методы про-
изводства или выпускать опасную для людей продукцию, может
принимать и иные меры для предотвращения необходимости
сигнализаторства. Она может создать каналы, по которым ра-
ботники, испытывающие моральные опасения, могли бы быть
выслушаны, не страшась угрозы своему положению в компании
или увольнения. Более того, выражение таких опасений следу-
ет расценивать как демонстрацию преданности компании и со-
ответственно награждать. Компания может учредить пост упол-
номоченного по жалобам, который выслушивал бы такие жало-
бы и нравственные опасения, или независимую комиссию сове-
та директоров для той же цели. Кому-то компания может даже
платить жалованье за изложение позиции потенциального сиг-
нализатора, за обоснование того, что компании следует делать,
исходя из моральных соображений, а не за то, что рекомендуют
люди, заинтересованные лишь в соблюдении производственного
графика и извлечении прибыли. Успешная деятельность такого
служащего в компании может зависеть от его способности как
предотвращать само сигнализаторство, так и устранять усло-
вия, его порождающие.
439
Профсоюзы и организации лиц свободных профессий должны
проявить интерес к проблеме сигнализаторства. Им следует под-
держивать своих членов, чувствующих себя обязанными сигна-
лизировать о недостатках в своей компании. Им следует отстаи-
вать и защищать работников, решающихся сигнализировать, не
допуская их увольнения и дискриминации на работе. Они могут
также создавать собственные каналы, через которые их члены
могли бы высказывать свои опасения, а затем прослеживать за
реакцией на них и добиваться принятия надлежащих мер.
Поскольку сигнализаторство подразумевает нелояльность и
неповиновение на каком-то уровне, мы во всех случаях начинам
с требования обоснованности сигналов и не мыслим себе допус-
тимость необоснованных сигналов. Распознание различных ви-
дов сигнализаторства, определение условий, делающих их мо-
рально дозволенными или морально обязательными, весьма по-
лезно в качестве руководства к действию. В адресном сигнализа-
торстве наблюдается много случаев, когда оно позволительно,
но не обязательно. Многие люди могут предпочесть скорее сме-
нить работодателя, чем прибегать к сигнализаторству, и это
вполне может быть оправданно. Во всех случаях человек дол-
жен сопоставлять причиняемый людям вред с пользой, прино-
симой сигнализаторством, и с правами людей, которых необхо-
димо защищать.
Сигнализаторство - это сравнительно недавний феномен на
рабочих местах. Это еще одно доказательство ложности мифа об
аморальности бизнеса. Сигнализаторство призвано также побу-
дить корпорации делать то, что можно и что должно, если они
хотят быть нравственными и уважаемыми. Когда корпоратив-
ные структуры предотвращают необходимость сигнализаторст-
ва, они защищают и права работников и благо населения.
Контрольные вопросы и задания
1. Каково ваше мнение: виновны ли «Форд мотор компани»
или кто-либо в этой компании в нарушении этических
норм? Обоснуйте ваш ответ, применяя принципы утилита-
ристского анализа.
440
2. Был ли кто-либо в «Форд мотор компани» обязан сигнали-
зировать? Дайте обоснование вашего ответа.
3. Определите понятия: сигнализаторство, внутрифирмен-
ное сигнализаторство, внефирменное сигнализаторство,
адресное сигнализаторство, безадресное сигнализаторст-
во, правительственное сигнализаторство, неправитель-
ственное сигнализаторство. Проиллюстрируйте каждое
понятие примером.
4. Как аргументируют моральную недопустимость всякого
сигнализаторства? В чем ошибочность такой позиции?
5. Какой должна быть степень лояльности работника по отно-
шению к фирме, если вообще такая лояльность нужна? Дай-
те обоснование вашего ответа.
6. Как аргументируют моральную допустимость всякого сиг-
нализаторства? В чем ошибочность этой позиции?
7. При каких трех условиях сигнализаторство морально дозво-
лено? Как вы докажете правомерность этих трех условий?
8. Почему в приведенных в данной главе видах сигнализатор-
ства угрожающий людям вред должен быть серьезным и
значительным? Приведите примеры вреда, который, по ва-
шему мнению, серьезен и значителен. Какие виды вреда вы
сочтете несерьезными и незначительными?
9. Почему при внефирменном сигнализаторстве необходимо
сначала попытаться использовать возможности урегулиро-
вания возникающих конфликтов внутри фирмы?
10. При каких условиях сигнализаторство морально обяза-
тельно?
11. Обязаны ли подчиненные сигнализировать внутри фирмы о
подделке начальниками отчетов о своих служебных расхо-
дах? А об их растратах? В каждом случае: если да, то поче-
му, если нет, то почему?
12. Охарактеризуйте основные правила адресного сигнализа-
торства. Обоснуйте эти правила.
13. Что может сделать правительство для защиты сигнализато-
ров? Насколько эффективной эта защита может быть?
14. Как могут фирмы предотвращать необходимость сигнализа-
торства?
441
15. Как сигнализаторство доказывает ложность мифа об амо-
ральности бизнеса?
16. Используя в качестве модели анализ внефирменного, безад-
ресного, неправительственного сигнализаторства, опреде-
лите, при каких условиях морально допустимо внефирмен-
ное, адресное, правительственное сигнализаторство и при
каких условиях оно морально обязательно.
17. Джейн Фейнсел работает в авиастроительной фирме и имеет
доступ к данным, свидетельствующим о том, что компания
в пять раз завышает стоимость заказываемых правительст-
вом запасных частей и что сумма превышения составляет
примерно 1 млн. долл. Обязана ли она что-либо предпри-
нять в связи с этим? Если да, то что именно?
ГЛАВА 11
Маркетинг, правдивость и реклама
Пример с фирмой «Мэй департмент сторз»
Все любят распродажи. Американцы настолько привыкли к
магазинам сниженных цен и вообще к сниженным ценам, обус-
ловленным ценовой конкуренцией, что многие теперь не склон-
ны платить полную цену за любой предмет. В результате распро-
дажи стали обычным делом. Но понятие «распродажа» подразу-
мевает, что прежде предмет продавался по более высокой цене.
Как долго этот предмет должен продаваться по исходной цене и
должен ли магазин действительно сначала продавать какой-ли-
бо предмет по этой цене, чтобы иметь законное право затем объ-
явить его «распродажу»? Каковы при этом ожидания покупате-
ля и что собой представляет жульничество? Это вопросы, на ко-
торые найти ответ нелегко. Принятая в 1964 г. Федеральной
торговой комиссией Инструкция против применения фальсифи-
цированного ценообразования гласит, что прежде, чем магазин
сможет объявить о распродаже определенного предмета по сни-
женной цене, этот предмет должен продаваться по исходной це-
не «в течение разумно длительного периода времени... честно и
добросовестно, а не с целью установления фиктивной завышен-
ной цены»1.
1 См.: Francine Schwadel. Store’s Concept of ‘Sale’ Pricing Gets Court Test//Wall
Street Journal, May 15, 1990, p. B7. Другие подробности по этому вопросу см.
в: May Unit Cited in Suit for Ad, Sales Practices in Its Colorado Stores//Wall
Street Journal, June 23, 1989, p. B12; James P. Miller. May Stores Ads Ruled
Deceptive by StateCourt//Wall Street Journal, June 28, 1990, p. B2.
443
«Мэй Д энд Ф» принадлежит компании «Мэй департмент
сторз», которая управляет четырнадцатью сетями универмагов.
«Мэй Д энд Ф» не был единственным из них, привлеченным к
суду по делу о фальсифицированных ценах, но в отличие от всех
других, которые предпочли уладить дело без судебного разбира-
тельства, «Мэй Д энд Ф» предпочел в суде отстаивать свою пра-
воту. Еще до того, как ему было официально предъявлено обви-
нение, он почти в течение года обсуждал свою практику ценооб-
разования и выражал несогласие с обвинениями, выдвигавши-
мися юридическим департаментом штата. Официально обвине-
ние универмагу было предъявлено в июне 1989 г. Оно содержа-
ло три пункта: указание завышенных цен на ярлыках; завыше-
ние цен с тем, чтобы при распродаже скидки выглядели более
значительными; и затягивание сроков продажи товаров по их
исходной цене. Например, набор ножей был в продаже в течение
двух лет; чемоданы слишком долго продавались по «специаль-
ной исходной цене»; постельные принадлежности оставались в
продаже в течение восьми месяцев.
Универмаг «Мэй Д энд Ф» утверждал, что его политика со-
стояла в том, чтобы предлагать товар к продаже по крайней ме-
ре в течение десяти первых дней каждого шестимесячного пери-
ода. Тогда и устанавливалась исходная цена. По этой цене про-
давались лишь немногие товары, которые обычно не являлись
конкурентными. Затем универмаг выставлял товар на продажу
в течение оставшихся 170 дней, иногда предлагая кратковре-
менные снижения исходной цены. В конце 180-дневного цикла
цена повышалась до исходного уровня на период в 10 дней, а за-
тем цикл повторялся. В августе 1989 г., спустя два месяца после
возбуждения судебного дела, универмаг пересмотрел свою прак-
тику и стал применять исходные цены в течение первых 28 дней
из каждого 90-дневного периода. «Мэй Д энд Ф» далее утверж-
дал, что, как показали данные специального опроса, 90% его по-
купателей нисколько не интересовало, действительно ли товар
продается по его исходной цене.
28 июня 1990 г. судья Лэрри Дж. Нэйвс из суда штата Коло-
радо вынес решение против «Мэй Д энд Ф», объявив, что явный
расчет «Мэй Д энд Ф» заключался в том, чтобы продавать все,
444
или практически все, товары по их «распродажной» цене. Судья
оштрафовал компанию на 8 тыс. долл.
При существующей практике ценообразования и повсемест-
ном распространении магазинов по сниженным ценам считаете
ли вы практику универмага «Мэй Д энд Ф» - либо до, либо по-
сле августа 1989 г. — вводящей покупателей в заблуждение, а
следовательно, аморальной?
Пример с детским питанием фирмы «Нестле»
Молочная смесь для детей - это обычный, полезный, попу-
лярный продукт, широко применяемый в США и Европе в каче-
стве заменителя материнского молока. Она представляет собой
порошок, который разводят в определенной пропорции в стери-
лизованной воде. Это полезный продукт, служащий дополнени-
ем к материнскому молоку, когда у женщины не хватает собст-
венного, или заменой материнского молока, когда женщина не
может или не хочет кормить своего ребенка грудью. Стремясь
увеличить сбыт своего продукта, фирма «Нестле», так же как и
другие производители детского питания, распространила его
продажу во многих странах Африки. Все эти компании при этом
частично применяли ту же технику маркетинга, которую они с
успехом, без жалоб со стороны покупателей, использовали во
всех других странах.
Одним из общепринятых приемов этой техники была рекла-
ма, размещаемая на досках для объявлений и в журналах. Вто-
рой прием заключался в распространении бесплатных образцов
питания в родильных домах как среди рожениц, так и среди
врачей. Сами по себе эти приемы не были ни противозаконны-
ми, ни аморальными. Однако их использование вызвало обвине-
ния в применении аморальной практики и семилетний всемир-
ный бойкот всех продуктов фирмы «Нестле».
Причина жалоб коренилась в неправильном употреблении
молочной смеси. Многие женщины, получавшие бесплатные
образцы питания, были бедны. Когда они возвращались в свои
деревни, они не в состоянии были покупать достаточное коли-
чество детского питания. Между тем их собственное грудное
молоко исчезало. В результате они стали слишком сильно раз-
445
бавлять детское питание. К тому же они использовали мест-
ную, нестерилизованную воду для разбавления порошка. В ко-
нечном счете это привело к росту случаев недокормленности и
смертности детей.
Критики возложили вину за все это на производителей дет-
ского питания, в частности обвинив их в применении агрессив-
ного маркетинга1. Критики отмечали, что реклама детского пи-
тания часто изображала белых женщин, кормящих своих детей
искусственным молоком из бутылочки, тем самым внушая жен-
щинам представление о том, будто, чтобы быть современными
матерями, им следует кормить детей не собственной грудью, а
искусственным молоком из бутылочек. Между тем с точки зре-
ния здоровья кормление грудью предпочтительнее. Если у мате-
ри достаточно собственного молока, утверждают критики, ей
нечего беспокоиться о покупке и экономии искусственного мо-
лока или об угрозе заражения ребенка в результате применения
неочищенной воды. К тому же, говорят они, при кормлении гру-
дью она может передавать часть своих антител ребенку и таким
образом помогать ему бороться с болезнями, а не вызывать у не-
го заболевания зараженной водой.
Далее, матери, получавшие бесплатные образцы искусст-
венного молока сразу же после рождения ребенка, были более
склонны кормить новорожденных искусственным молоком
из бутылочки, чем собственной грудью. Компании было изве-
стно, что материнское молоко в этом случае пропадет и что
матери по возвращении домой окажутся в зависимости от ис-
кусственного детского питания. К тому же представители
компании, посещавшие родильные дома и раздававшие об-
разцы детского питания, надевали белые халаты, и матери
легко принимали их за медицинских сестер. Поэтому они
скорее соглашались принимать и использовать детское пита-
ние, чем в том случае, если бы они видели перед собой просто
продавцов.
1 Подробности этого дела см. в: John Dabbing (ed.). Infant Feeding Anatomy of a
Controversy 1973—1984 (London: Springer-Verlag, 1988); The Dilemma of
Third World Nutrition: Nestle and the Role of Infant Formula, 1985 (доклад,
подготовленный и распространенный компанией «Нестле»).
446
Поскольку приемы, применявшиеся распространителями дет-
ского питания, не были противозаконными, группа лиц, назвав-
шая себя «Инфэкт» (INFACT), организовала бойкот с целью ока-
зать моральное давление на компании, производящие детское пи-
тание, и заставить их отказаться от своей практики маркетинга.
Эта группа избрала своей главной мишенью «Нестле корпо-
рейшн», всемирно известную компанию, базирующуюся в Швей-
царии. Группа «Инфэкт» призвала потребителей отказаться от
покупок любых продуктов фирмы «Нестле» до тех пор, пока по-
следняя не изменит практикуемые ею методы сбыта. Бойкот,
длившийся семь лет, был прекращен в январе 1984 г. Тем време-
нем Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) разработала
Кодекс сбыта заменителей материнского грудного молока, кото-
рый «Нестле» и другие компании согласились соблюдать1.
Если допустить, что приведенные выше сведения точны, воз-
никает вопрос, была ли фирма «Нестле» морально обязана изме-
нить практиковавшиеся ею методы сбыта своей продукции? По-
скольку эти методы были законными и принятыми в развитых
странах, почему их нельзя было применять и в развивающихся
странах? Были ли американские потребители обязаны присое-
диниться к бойкоту?
Маркетинг
Когда продукт производителем изготовлен, последний ста-
вит своей целью продать его. Этот процесс реализуется марке-
тингом. Технология маркетинга предназначена для решения
ряда проблем, связанных с продажей продукта или услуги, ко-
торые компания производит или предоставляет. Маркетинго-
вые исследования имеют цель определить покупательский
спрос и наиболее эффективные и прибыльные способы, посред-
ством которых можно удовлетворять этот спрос. Часто необхо-
димые данные либо недоступны, либо ненадежны. Кроме того,
1 Вопрос о том, действительно ли они соблюдают этот Кодекс, продолжает оста-
ваться предметом споров. См.: Nancy Gaschott. Babies at Risk: Infant Formula
Still Takes Its Toll//Multinational Monitor, October 1986, pp. 11 — 13; New York
Times, October 5, 1988, IV, p. 2.
447
существуют конкуренты, которые могут быть заинтересованы в
том же рынке, и их потенциальные действия также следует
принимать в расчет. Хотя многие участники маркетингового
бизнеса и маркетинговых исследований хотели бы считать мар-
кетинг наукой или превратить его в науку, он далеко не дотяги-
вает до такого определения. Состояние рынков можно лишь в
редких случаях достаточно точно прогнозировать, а способ-
ность манипулировать рынками и рыночным спросом отнюдь
не столь велика, как утверждают многие критики рыночной си-
стемы. Тем не менее у некоторых представителей бизнеса часто
возникает искушение попытаться манипулировать рынками,
сократить вероятность убытков с помощью противозаконных
или аморальных приемов. Мы рассмотрим лишь несколько из
тех областей, где искушение действовать безнравственно до-
вольно сильно и где некоторые методы деятельности с мораль-
ной точки зрения сомнительны1. К этим областям относятся
конкуренция, ценообразование, торги и маркетинг потреби-
тельских товаров.
Конкуренция
Мы уже видели, что конкуренция составляет органическую
часть системы свободного предпринимательства. Конкуренции
свойственна тенденция создавать эффективность рыночного ме-
ханизма и приносить пользу массовому потребителю, порождая
разнообразие товаров по наиболее выгодным ценам. Однако кон-
курентный рынок функционирует к выгоде покупателя лишь
тогда, когда конкурентный процесс совершается честно. Здесь
определенную роль играет государство, стремясь поддерживать
честные формы конкуренции. Но одного государственного регу-
лирования недостаточно. Если участники конкурентного про-
цесса действуют несправедливо и нечестно, подрывается сама
система. Свою роль здесь должны играть нравственные нормы,
причем действовать они должны постоянно. Однако постоянно
1 См. следующие два полезных сборника статей по проблемам этики и маркетин-
га: Gene R. Laczniak, Patrick Е. Murphy. Marketing Ethics (Lexington, Mass:
Lexington Books, 1985); N. Craig Smith, John A. Quelch. Ethics in Marketing
(Homewood, Ill.: Irwin, 1993).
448
существует также искушение нарушать нормы честности и
справедливой конкуренции в интересах личной выгоды или вы-
годы фирмы.
Одним из главных способов подрыва конкуренции служит со-
здание монополии. Когда фирма в состоянии создать и поддер-
живать в каком-нибудь регионе монополию, у нее не остается
никаких ограничителей на установление цен на свою продук-
цию. Она, следовательно, может назначать цены по своему ус-
мотрению, пока существует рынок, готовый покупать продук-
цию или услуги этой фирмы по продиктованной ею цене. Но как
может фирма установить монополию? Существует ряд распрост-
раненных методов, из коих некоторые носят сомнительный ха-
рактер. Один из таких сценариев начинается с того, что круп-
ный производитель продукта становится господствующим в сво-
ей отрасли. Часто этот производитель является лучшим в отрас-
ли и честно завоевывает свою долю на рынке. Но затем он либо
скупает другие фирмы, либо подрывает конкуренцию. Само по
себе приобретение других фирм не является аморальной прак-
тикой. Но если при этом преследуется цель устранить конкурен-
цию, тогда такое намерение носит по меньшей мере сомнитель-
ный характер, так как это ведет к подрыву самой рыночной сис-
темы. Подрыв конкуренции может осуществляться рядом спо-
собов. Один из них заключается просто в том, чтобы сбывать
свою продукцию по цене ниже, чем у конкурента. Если это ста-
новится возможным в результате того, что фирма отличается
более высокой эффективностью, более высокой производитель-
ностью и, следовательно, способна обеспечить более низкую
себестоимость своей продукции или довольствоваться более низ-
кой нормой прибыли, тогда этот процесс вполне честный. Это со-
ставная часть конкурентной системы, и она ведет к ее эффектив-
ному функционированию, в чем и заключается ее предназначе-
ние. Однако крупный производитель может подорвать позиции
более слабого конкурента, продавая свою продукцию ниже ее
себестоимости, на короткое время мирясь с убыточностью с целью
захвата рынка. Он таким образом вынуждает конкурента также
продавать в убыток или терять свою долю на данном рынке. Если
же более слабый конкурент не в состоянии работать в убыток
или продавать свою продукцию по таким же низким ценам, он в
449
конечном счете терпит крах. Крупная корпорация может ориен-
тировать свою конкуренцию по географическим районам; она
может поддерживать определенный уровень прибыли на одном
географическом или товарном рынке и за этот счет субсидиро-
вать убытки на другом рынке, где она намерена вытеснить кон-
курента. Альтернативным методом вытеснения конкурента (в
смысле доведения его до банкротства) служит выкуп конкурент-
ной фирмы накануне ее банкротства на более выгодных услови-
ях, чем это возможно было бы ранее. Оправдан ли такой метод
морально? Не составляет ли это просто элемент конкурентного
рыночного процесса?
Если мы допускаем, что монополии ограничивают свободу
рынка и тем самым оказывают пагубное влияние на положе-
ние населения и что они поэтому морально неоправданны, тог-
да практические приемы, применяемые с целью создания мо-
нополий, также являются неоправданными с нравственной
точки зрения. В Соединенных Штатах поглощения крупными
компаниями более слабых фирм часто осуществляются только
с одобрения правительства; это должно препятствовать образо-
ванию монополий. Вытеснение конкурента путем продажи то-
варов ниже себестоимости, без поглощения при этом конку-
рентов, по меньшей мере дело сомнительное, хотя не запре-
щенное законом.
Второй способ регулирования конкуренции заключается в
том, что небольшая группа производителей продукта организу-
ет сговор к выгоде его участников. Они могут, например, догово-
риться в ряде районов не конкурировать друг с другом, поделив
между собой рынок. Они могут также договориться о размерах
назначаемых цен; такая практика известна под названием фик-
сированных цен. Подобный сговор вообще незаконен, поскольку
подрывает конкурентную систему в ущерб покупателю. Он так-
же и безнравственен. Сговор может быть осуществлен настолько
ловко, что нельзя доказать, что это и есть именно сговор. Это мо-
жет предотвратить возможность судебного преследования, но
аморальность его при этом не устраняется.
Распространение гигантских корпораций привело во многих
сферах к тому, что конкуренция стала обходиться очень дорого.
Развитие супермаркетов, начавшееся в 40-х годах, привело к
450
вытеснению с рынка большинства мелких торговцев бакалей-
ными товарами, овощами и фруктами. Супермаркет оказался в
состоянии устанавливать более низкие цены, чем могли уста-
навливать мелкие торговцы за аналогичного качества товары.
Крупные цепи магазинов смогли устранить оптовых посредни-
ков, закупать крупные партии товаров по более выгодным для
себя ценам и, введя систему самообслуживания, сумели сокра-
тить издержки на рабочую силу. Большой объем операций поз-
волил им также снизить норму прибыли. Следствием такого
процесса явилась постепенная ликвидация большинства мел-
ких торговцев. Этот процесс нельзя считать ни противозакон-
ным, ни аморальным, поскольку цепи магазинов после вытесне-
ния мелкого конкурента не повысили цены в ущерб потребите-
лю, они продолжали торговать, как и прежде. Следовательно,
мелкий торговец уступил место более эффективному супермар-
кету. К тому же конкуренция вовсе не была ликвидирована. Те-
перь конкурируют между собой крупные продовольственные це-
пи магазинов. Мелкий торговец не в состоянии конкурировать с
ними по уровню цен, и, чтобы выжить, он должен предлагать
покупателю услуги, кредит или нечто такое, что крупные цепи
магазинов не предлагают. Кое-кто ставит под сомнение нравст-
венность системы, допускающей конкуренцию только между
богатыми или между теми, кто финансирует крупные предпри-
ятия. Но в той мере, в какой широкая публика выгадывает от
этой системы, не существует серьезных оснований возражать
против нее.
Способов, посредством которых компания может пытаться
подавить конкуренцию, множество. Многие из них представля-
ют собой часть самой системы и морально состоятельны, если
только они не преследуют цель образования монополии. Неко-
торые связаны с применением явно нечестных методов, а поэто-
му здесь их рассматривать нет нужды. Ложь, воровство у конку-
рента секретов и планов фирмы, шпионаж и диверсия в конку-
рирующих компаниях, нарушение контрактов, демпинг, взят-
ки, так называемые «благодарности» и т.п. - все это нечестные
приемы, составляющие часть конкурентной системы. Однако
они не являются жизненно необходимым ее элементом, они ве-
дут к ее подрыву и морально неоправданны.
451
Ценообразование
Важным элементом процесса маркетинга служит ценообра-
зование. Производитель желает продать свой продукт с прибы-
лью и, чтобы добиться этого, должен назначать на продукт над-
лежащую цену. Производитель должен быть в состоянии регу-
лировать стоимость своего продукта. Но конкуренция, если она
честная, заставляет производителя назначать на него цену по
его истинной стоимости. Если он назначает слишком высокую
цену, рынок сбыта может сократиться в такой степени, что объ-
ем продаж окажется меньше требуемого для обеспечения при-
были или товар окажется недостаточно привлекательным для
покупателя, который может купить у конкурента аналогичный
товар по более низкой цене. Если только фирма не занимает мо-
нопольного положения, установление цен является результатом
функционирования рынка, и успех фирмы отчасти зависит от
знания рыночных условий.
Мы здесь займемся лишь двумя аспектами ценообразования:
во-первых, завышением цен, во-вторых, наценками и скидками.
Завышение цен представляет собой особую проблему в марке-
тинге. Вообще говоря, конкурентная система призвана предот-
вращать возможность завышения цен, когда оно означает на-
значение производителем намного более высокой цены, чем
продукт в действительности стоит, и когда производитель из-
влекает в результате чрезмерную прибыль. Могут утверждать,
что завышение цены является следствием ошибки, поскольку
не существует какого-то предела обоснованной прибыли. Но та-
кое утверждение подразумевает конкурентные цены, тогда как
в действительности они не всегда конкурентны. Мы уже отмеча-
ли возможность того, что производитель, занимающий моно-
польную позицию, может назначать более высокую цену, чем в
противном случае. Однако существуют и иные возможности за-
вышения цен. В каждом случае они связаны либо с монополь-
ным положением фирмы, либо с принуждением, либо с невеже-
ством покупателя. Одно из обвинений, предъявляемых торгов-
цам в районах бедноты, в гетто, в трущобах, заключается в том,
что они дерут со своих покупателей непомерные цены. Они фак-
тически являются монополистами; их покупатели недостаточно
452
мобильны, чтобы отправляться в другие районы города и поку-
пать там нужные им товары по конкурентным ценам. Им необ-
ходимы товары, имеющиеся лишь в единственном доступном
для них источнике - местной лавке. В такой лавке ее хозяин на-
ходится в положении, при котором он может брать с покупате-
лей более высокие цены, чем те, что действуют в других райо-
нах, в ущерб покупателю. Некоторые владельцы лавок в таких
местностях признают, что назначают более высокие, чем в дру-
гих районах, цены, но при этом утверждают, что их страховые
издержки, скажем страховки от пожара, грабежа, их личный
риск выше, чем в других местах. Эти факторы, настаивают они,
оправдывают завышение цен. Служит ли это достаточным осно-
ванием для завышения цен, зависит от соотношения размера
указанных издержек с размером завышения цен на продавае-
мые ими товары.
Вторая область, где возникают чрезмерные ставки, — это ссу-
да денег. С тех, кто не в состоянии получать в кредит деньги по
обычным конкурентным каналам, заимодавцы-«акулы» взима-
ют ростовщические проценты. Хотя эти «акулы» утверждают,
что они просто оказывают услугу людям, которые в ней нужда-
ются и которую они не могут получить в другом месте, эти заи-
модавцы просто пользуются нуждой своих клиентов, и обычно
такие сделки нельзя считать честными.
Помимо случаев острой нужды в товарах и отсутствия конку-
рирующих поставщиков, завышению цен часто способствует не-
вежество покупателя. Такая возможность возникает главным
образом в среде малообразованных людей, но иногда она возни-
кает и среди высокообразованных. Методы завышения цен мно-
гообразны - от назначения на товары более высокой цены, чем
те, которые действуют в других местах, до назначения на пред-
мет более высокой цены, чем он в действительности стоит, ког-
да торговец рассчитывает, что покупатель сочтет этот предмет
лучшим по качеству, поскольку его цена выше, чем у аналогич-
ного конкурирующего предмета. Во всех этих случаях продавец
рассчитывает на невежество покупателя. Такая практика озна-
чает злоупотребление доверием покупателя и морально не-
оправданна. В долговременном плане подобная практика под-
453
рывает систему, сеет недоверие ко всем товарам и ценам и лиша-
ет людей должного уважения.
Наценки представляют собой специфическую форму ценооб-
разования. Вместо простого установления цены, по которой
производитель продает товар оптовикам, он может подсчитать
все наценки для всех оптовых посредников и розничного тор-
говца и на этом основании продиктовать или предложить роз-
ничную цену. Эта цена служит розничному торговцу ориенти-
ром, руководствуясь которым следует продавать тот или иной
предмет. Поборники такой практики считают, что, если пред-
мет не будет продаваться по одинаковой цене во всех рознич-
ных лавках, покупатель не будет иметь представления о реаль-
ной стоимости этого предмета. В Соединенных Штатах дикто-
вавшаяся производителем розничная цена в течение ряда лет
защищалась как честная рыночная цена и при этом предприни-
мались попытки объявлять незаконными скидки. Однако раз-
личие между этой практикой и практикой установления фик-
сированных цен не получило признания в судебных инстанци-
ях. Конкуренция привела к возникновению торговых домов и
фирм, доставляющих товары по почте по более дешевым ценам,
чем традиционные розничные торговые заведения. Продикто-
ванная производителем цена принимает в расчет многие факто-
ры: наценки оптовика, маклера, розничного торговца, а также
различные скидки, которые может сделать розничный торго-
вец в сезонные и иные распродажи. Установление такой цены
допустимо. Но если торговец, исключив некоторые промежу-
точные звенья, снижает конечную цену и все еще обеспечивает
себе прибыль, ему нельзя это воспретить. Многие продавцы
сохраняют заинтересованность в продаже товаров по продикто-
ванным розничным ценам, чтобы получать свой уровень
прибыли. Они могут также оказать нажим на производителя,
требуя, чтобы он не продавал те же самые товары дилерам, тор-
гующим со скидкой. Однако, когда этот дилер платит произво-
дителю ту же цену, что и обычный розничный торговец, у про-
изводителя часто нет стимула уступать такому нажиму. Хотя
указанное выше исчисление и предложение розничной цены не
является аморальным деянием, все же попытка навязать такую
цену подавляет конкуренцию и не служит интересам потреби-
454
теля. Отсюда переход от указанных соображений до объявле-
ния практики установления продиктованных цен амораль-
ной - лишь короткий шаг.
Мы приняли, что разного рода наценки являются по мень-
шей мере оправданными. Но совершенно безнравственна - в си-
лу того, что она основана на обмане, — практика установления
более высокой цены на товар, чем та, по которой он всегда про-
дается, в результате чего его можно продавать якобы со скид-
кой. Это является обманом потому, что продажа со скидкой под-
разумевает скидку с реальной цены товара, а не скидку с искус-
ственно завышенной цены.
Хотя не допускать практику скидок противозаконно, в 1997 г.
Верховный суд США постановил, что производитель может - в
соответствии с условиями, разработанными в дальнейшем на ос-
нове решения какого-либо дела Федеральным судом, — устано-
вить потолок розничной цены, какую разрешается назначать
торговцам. Например, производитель автомобиля может запре-
тить дилеру продавать машину по цене выше прейскурантной
даже и в том случае, когда автомобилей у него мало, а спрос на
них велик. Станут ли производители устанавливать такие огра-
ничения, еще не известно. Но если станут, они смогут приоста-
новить накрутку цен на свою продукцию розничными продавца-
ми, если те захотят извлечь выгоду из недостаточного запаса то-
го или иного продукта и образовавшихся в связи с этим длин-
ных очередей. Верховный суд своим решением преследовал
цель защитить потребителя от завышения цен.
Торги
Торги - это общераспространенная практика. Иногда ее при-
меняет продавец, например на аукционе, чтобы получить более
высокую цену. Чаще ее использует покупатель, чтобы добиться
наименьшей цены. Ее применяют в строительной индустрии, к
ней прибегают правительство и крупные фирмы при закупке
материалов большими партиями, а также фирмы, подбирающие
субподрядчиков и поставщиков. Торги представляют собой мо-
рально оправданную процедуру при условии, что они проводят-
ся честно. Не всегда легко обеспечить их честность.
455
Не все торги^йосят закрытый характер, о чем свидетельству-
ет пример аукциона. Но многие из них все же проводятся сек-
ретно. Чем оправдываются закрытые торги? Почему не все тор-
ги должны проводиться открыто? Ответ заключается в том, что
секретность позволяет проводить более честные торги и пони-
жать цену для покупателя. Для этого существует два пути. Во-
первых, если бы процесс был открытым, фирма могла бы из-
влечь прибыль, заключая контракт по цене несколько ниже
той, которую предлагает конкурент, но лишь не намного ниже,
ровно настолько, чтобы выиграть контракт. Эта цена вполне
могла бы быть выше, если бы он не знал условий конкурентов;
он действовал бы просто по схеме «издержки плюс», при кото-
рой он ожидает приемлемый, конкурентный уровень прибыли.
Во-вторых, если бы конкуренция была открытой, фирма могла
бы начать с заявки, достаточно низкой, чтобы вытеснить конку-
рентов с торгов, однако же не столь низкой, как в том случае, ес-
ли бы фирму вынудили подать ее секретно. Поэтому закрытость
сама по себе не является морально неоправданной. Но если про-
цесс торгов закрытый, он должен по справедливости быть закрыт
для всех ее участников. Любое нарушение секретности любым из
участников подрывает честность условий торгов. Часто прави-
тельство или компания не соглашаются предоставить контракт
свыше определенной стоимости. Если нет предложений ниже это-
го уровня, торги не состоятся и правительство или компании пой-
дут на поиски новых возможностей. При этом они могут надеять-
ся заключить контракт по более низкой стоимости, чем самая
высшая, на которую они готовы были согласиться вначале. Со-
вершенно очевидно, что сумма, которую они готовы были запла-
тить, должна держаться в секрете, чтобы торги были честными.
Всякая утечка информации нарушает процедуру торгов.
Помимо простого обмана, использования материалов, не от-
вечающих предусмотренному контрактом качеству, осуществ-
ления других явных нарушений принципов справедливости, че-
стности, порядочности, на торгах применялись и другие сомни-
тельные приемы. Два из них, связанные с правительственными
контрактами и часто встречающиеся, заслуживают того, чтобы
их здесь рассмотреть. Один касается дорожного строительства и
456
крупных строительных проектов, а другой - военных и анало-
гичных контрактов.
Одна проблема, с которой сталкиваются в США многие шта-
ты, заключается в том, что в них имеется лишь несколько стро-
ительных компаний, способных взять на себя выполнение круп-
ных строительных работ в штате, будь то строительство дорог
или сооружение крупных зданий. К тому же некоторые штаты
связаны своими же законами, предписывающими предоставле-
ние контрактов штата только компаниям, размещенным в том
же штате. Допустим, что штат намерен построить новую дорогу,
а в штате имеются только три компании, способные ее постро-
ить. Каким образом штат может заключить наиболее выгодный
контракт? Обычно применяется процедура закрытых торгов. Но
в штате, где в наличии только три крупные строительные ком-
пании, все их менеджеры или владельцы друг друга знают. Ру-
ководители этих компаний испытывают искушение договорить-
ся между собой, например, о том, что одна из них возьмет на се-
бя строительство дороги, другая - какой-нибудь иной строи-
тельный объект, а третья - следующий объект. В их интересах
не конкурировать друг с другом, поделить между собой кон-
тракты, договориться об условиях каждого из них и обеспечить
каждой фирме достаточно выгодные условия, гарантирующие
всем щедрую прибыль. Такой сговор был бы, по существу, и не-
законным и аморальным. Но поскольку такое соглашение до-
стигнуть очень просто, искушение столь велико, сговор так
трудно доказать, все это вполне может иметь место. Каким обра-
зом может штат защитить свои интересы?
Закрытый процесс торгов - это лишь один из их способов про-
ведения, но ему свойственны только что охарактеризованные
недостатки. Штат, однако, пользуется независимыми оценками
своих собственных экспертов относительно разумной стоимости
проекта, а затем уже заключает контракт по этой стоимости или
ниже ее. Между тем, поскольку оценки стоимости крупных про-
ектов представляют собой лишь догадки, прогнозы (они, напри-
мер, должны включать неизвестные темпы инфляции), в этом
процессе возникают существенные отклонения. Необходимость
соблюдения честности очевидна, но юридические и совершенно
457
эффективные способы предотвращения злоупотреблений сфор-
мулировать трудно.
Другая область проведения торгов связана с государственны-
ми контрактами, например в военной индустрии. Здесь два ас-
пекта порождают проблемы нравственности. Один из них - это
превышение стоимости заказа; другой - привязка правительст-
ва к единственному поставщику. Допустим, что правительст-
венный контракт на новый самолет заключен с фирмой, предло-
жившей самую низкую цену на честных, секретных торгах. Од-
нако именно эта фирма на деле оказывается неспособной создать
предусмотренный контрактом самолет по договоренной цене.
Между тем, включившись в процесс разработки самолета, пра-
вительство уже не может сменить производителя по причине
увеличения стоимости его производства или просто по той при-
чине, что оно уже затратило на этот проект значительное время
и большие деньги, не может оно также допустить, чтобы фирма
потерпела банкротство и не завершила выполнение взятой на се-
бя работы. Следовательно, правительство, казалось бы, вынуж-
дено смириться с перерасходом средств, выплатить большие
суммы, чем предусмотрены контрактом, или согласиться на
продление срока его выполнения. При этом существует также
фактор ограниченности числа возможных поставщиков. Когда
компании предлагают на торгах низкие цены, чтобы получить
контракт, заранее зная, что возникнет необходимость перерас-
хода предусмотренной им суммы, тогда они получают контракт
в результате умышленного обмана. Такая практика безнравст-
венна, но и в данном случае часто трудно доказать обман и, сле-
довательно, трудно предъявить фирме юридический иск.
Техника создания для покупателя безвыходного положения
может применяться как в отношении правительств, так и в от-
ношении индивидуальных потребителей. Она заключается в
том, чтобы при оценке крупного предмета или контракта запро-
сить меньшую цену, чем фактическая производственная стои-
мость продукта, будучи уверенным, что стоимость запасных ча-
стей и сменных узлов или стоимость материалов, необходимых
для эксплуатации продукта, можно затем оценить достаточно
высоко, чтобы в конечном счете гарантировать себе прибыль.
Так, авиастроительная фирма может предложить контракт на
458
самолет по цене, меньшей, чем прогнозируемая стоимость его
разработки, зная, что на запасные части или сменные узлы она
сможет получить такие завышенные цены, которые обеспечат
ей общую прибыль. Покупатель вынужден приобрести продукт
у компании, если эта компания единственная, которая изготов-
ляет запасные части или другие предметы, необходимые для
эксплуатации продукта. Аморальность проявляется в форме за-
вышения цен на запасные части. При заключении правительст-
венных контрактов это приводило к возникновению скандалов.
Например, за шуруп стоимостью несколько центов платили
15 долларов, за детали стоимостью лишь в несколько долларов
платили сотни долларов. Пытаясь предотвратить такую практи-
ку, правительство может потребовать включения в основной
контракт цены на запасные части или оговорки о предоставле-
нии спецификаций на запасные части для того, чтобы заказать
их другим возможным поставщикам.
Третий вид торгов связан с закупкой товаров государством
или крупной фирмой. Возьмем фирму или государственное ве-
домство, желающее приобрести пишущие машинки. Какие спе-
цификации она включает в свою заявку на торгах? Здесь обыч-
но встречается несколько ловушек. Всегда существует возмож-
ность утечки информации к потенциальному поставщику, т.е.
возможность нечестной практики. Иногда это проделывается с
помощью взятки или предложения ♦комиссионных». И то и
другое явно аморально. Существует также возможность пред-
ставления таких узких и детализированных спецификаций, что
лишь один поставщик способен выполнить такой заказ, а это
подрывает само по себе назначение процедуры торгов. Прямые
переговоры с поставщиком имели бы больше смысла и привели
бы к лучшим результатам, чем торги, поскольку у поставщика,
знающего, что он единственный на торгах, нет стимула предла-
гать низкую цену.
Торги - это морально оправданная практика в бизнесе. Одна-
ко они открывают возможность для многих злоупотреблений, и,
чтобы они проводились честно, их следует тщательно контроли-
ровать.
459
Рынок потребительских товаров
Возможности обмана, надувательства, безнравственных при-
емов бесконечны. Но большинство таких приемов явно амораль-
но и не создает никаких этических проблем. Реклама выдвигает
особые проблемы, которые мы рассмотрим отдельно. Однако
ряд проблем, занимающих нас здесь, включает правдивость в
практике кредитования, ценообразования на штучные товары,
маркировку и обозначение срока годности. Все эти вопросы ста-
ли волновать население и оказались в центре внимания движе-
ния потребителей. Последнее можно по крайней мере отчасти
рассматривать как реакцию на сбытовую практику, восприни-
маемую либо как нечестную, либо как не такую справедливую,
какою ей надлежало бы быть.
Правдивость в практике кредитования касается истинной
суммы, уплачиваемой теми, кто покупает в рассрочку, кто берет
ссуды для финансирования закупок или кто покупает товары по
кредитным карточкам. Один из методов продаж заключается в
том, чтобы объявить, сколько потребуется платить в месяц за
предмет, приобретенный в рассрочку или в кредит. Когда при
продаже неточно или вовсе не указывается, какова фактическая
стоимость покупки, условия ссуды или подлинный годовой ее
процент, тогда потребители вступают в юридически обязываю-
щую сделку, не имея ясного представления о том, на что именно
они дают согласие. Люди слишком поздно обнаруживают, что
при просрочке платежа они могут быть вынуждены вернуть
приобретенный продукт или что они фактически платят в два
или три раза больше первоначальной цены за предмет в виде
процентов или иных платежей.
Эти методы не являются незаконными, но разумный и преду-
смотрительный покупатель мог бы понять точное содержание
контракта, который он заключил. Однако это часто требует зна-
чительных расчетов и изучения, т.е. больших усилий, чем обыч-
но привык прилагать средний потребитель. Поэтому правди-
вость в практике кредитования стала одним из требований по-
требителей в качестве условия заключения честных сделок.
Вместе с тем такого рода моральные требования воплотились и в
юридические обязательства.
460
Цены на штучные товары представляют собой попытку поз-
волить покупателям делать точные сопоставления цен. Напри-
мер, большинство покупателей полагают, что платят меньше за
унцию стирального порошка при покупке его на вес, чем за то
же количество порошка, покупаемого в мелкой упаковке. Но
так дело обстоит не всегда. Если количество содержимого упа-
ковки и размер цены не приведены в круглых цифрах, иногда
трудно определить, что же выгоднее покупать. То же самое от-
носится и к конкурирующим товарам различных сортов. И все
же один из способов реализации конкуренции в нашей системе
основывается на сравнении цен. Методы ценообразования, за-
трудняющие сравнение цен, не являются обманными или амо-
ральными, но они не помогают потребителю принимать свои
решения на основе сопоставления цен. Ценообразование на
штучные товары заключается в указании, например, на то,
сколько стоит 1 унция мыла в каждой упаковке каждого сорта
из имеющихся в магазине. Потребителю, желающему сделать
выбор на основе сравнения цен, приходят таким образом на по-
мощь. Требование о ценообразовании на штучные товары - это
требование о честности торговых сделок и потому морально оп-
равданно. Хотя сбытовая техника может оправдать упаковку в
порциях по 1 унции, такая практика вводится явно не с одной
лишь целью способствовать сопоставлению покупок или конку-
ренции на основе цен.
Маркировка товаров и указание срока их годности - это так-
же выдвинутые потребителями требования, имеющие целью до-
биться честности в заключаемых ими сделках. Когда человек
покупает предмет одежды, ему часто трудно точно определить,
изготовлен ли он из синтетического волокна, из натурального
волокна или из смеси, а также пропорциональный состав смеси.
По существу, человек покупает вслепую, если не получает необ-
ходимую информацию. Надлежащая информация обоих участ-
ников сделки представляет собой необходимое условие ее чест-
ности. Следовательно, требование о такой маркировке товаров
морально обоснованно.
Если ингредиенты готовых пищевых продуктов не перечис-
лены в нисходящем порядке по количеству содержимого в каж-
дой упаковке, покупатель точно не знает, что именно он покупа-
461
ет. Когда на упаковке скоропортящегося продукта не поставлен
штамп с указанием срока его годности, у покупателя нет воз-
можности узнать, насколько свеж продукт и как долго можно
его хранить. Во всех этих случаях требования потребителя за-
конны; удовлетворение этих требований не только предотвра-
щает обманные и вводящие в заблуждение методы торговли, но
способствует также обеспечению честности сделок и, таким об-
разом, нормальному функционированию системы свободного
рынка.
Реклама
Несмотря на то что моральные проблемы свойственны и дру-
гим аспектам маркетинга, внимание общества и правительства
сосредоточилось на рекламе потребительских товаров, адресо-
ванной широкому населению. Считается, что корпорации сами
способны позаботиться о своих собственных потребностях, они
сами в состоянии квалифицированно определить, что именно
им нужно. Хотя и им обеспечена юридическая защита от обма-
на, их в меньшей степени, чем рядового потребителя, может вве-
сти в заблуждение реклама, им не так легко продать то, что им
не нужно1.
Когда производитель изготовил товар, его цель заключается
в том, чтобы его продать. Но чтобы его продать, он должен ин-
формировать потенциальных покупателей о наличии этого това-
ра, о назначении товара и почему этот продукт им желателен
или необходим. Такую информацию реклама предоставляет гро-
мадным массам людей. Продукт можно разрекламировать непо-
средственно по почте или используя средства массовой инфор-
мации - газеты, журналы, телевидение. Следовательно, рекла-
ма - это часть процесса продажи чьих-то товаров. Поскольку
любая продажа - это сделка между покупателем и продавцом,
1 Среди многих работ, посвященных этике и рекламе, см.: John Т. Lucas,
Richard Gurman. Truth in Advertising (New York: American Management
Association, 1972); Charles W. Baird. Advertising by Professionals (Ottawa, Ill.:
International Institute for Economic Research, Green Hills Publishers, 1977).
Проблемам этики в рекламе посвящен иомер журнала: Business and
Professional Ethics Journal, 3, nos. 3 & 4 (1984).
462
сделка честна тогда, когда обе стороны располагают надлежа-
щей информацией о продукте и когда они вступают в сделку до-
бровольно и без принуждения. С нравственной точки зрения,
поскольку реклама помогает достичь своей цели и продавцу и
покупателю, она морально оправданна и допустима при усло-
вии, что она не лжива, не фальшива и не принудительна. Рекла-
мой можно злоупотреблять, но по существу своему она не амо-
ральна.
Прежде чем приступить к подробному исследованию некото-
рых форм злоупотребления рекламой, необходимо отвергнуть
выдвигаемые против рекламы три несостоятельных обвинения.
Первое обвинение сводится к тому, что реклама не нужна в со-
циалистической экономической системе и что она образует амо-
ральный элемент капитализма, что она туманна и в большинст-
ве случаев недостоверна. В любой экономической системе дол-
жен существовать какой-то способ осведомления потенциаль-
ных покупателей о наличии товаров. Чтобы люди знали о суще-
ствовании товара, который они могут купить, любой производи-
тель должен уведомить их об этом. Демонстрация предмета в ви-
трине - это такая же форма рекламы, как и размещение товаров
на магазинных полках. В обществе, которому присущи относи-
тельная редкость ресурсов, где доступны лишь предметы первой
необходимости, люди могут постоянно искать нужные им про-
дукты и обнаружить их, лишь когда они попадают на полку ма-
газина. Они могут тогда устно сообщить друг другу информацию
о наличии товара. Вскоре возникают очереди за этим товаром в
ожидании открытия его продажи, и товар быстро распродается.
Те, кому продукт не достался, снова ждут его появления. Если
же это продукт массового потребления и обычно имеется в про-
даже, люди знают, где его можно купить, и просто отправляют-
ся за ним в лавку. В таком обществе реклама играет сравнитель-
но незначительную роль.
Американское общество - это не общество относительной
редкости ресурсов, это общество относительного изобилия.
Здесь множество предметов, доступных потребителю. К тому же
конкуренция поощряет производителей выходить на рынок, на
котором существует потребительский спрос. Когда компания
обладает монополией на какой-то предмет, ей нет большой необ-
463
ходимости его рекламировать, если люди уже знают о его нали-
чии. Поэтому конкуренция в Соединенных Штатах обусловли-
вает объем рекламы, а в бывшем Советском Союзе положение
складывалось по-иному. Например, американская автоиндуст-
рия производит огромное количество разных марок автомоби-
лей - разного дизайна и конструкции, с разным набором допол-
нительного оборудования и вилок цен. Если бы выпускалась
лишь одна модель автомобиля, совершенно очевидно, что объем
рекламы автоиндустрии был бы меньшим. А не лучше было бы
иметь лишь одного производителя автомобилей, скажем госу-
дарственного производителя? Типично американский ответ на
этот вопрос отрицательный. Поскольку мы допускаем конку-
ренцию - а ее аморальность не доказана, — реклама представля-
ет собой рациональный сопутствующий элемент системы, и в
качестве такового она в сущности не безнравственна.
Второе обвинение, которое мы можем отвести по моральным
соображениям, часто приписывается ее дурному вкусу: он, мол,
оскорбляет тончайшие чувства человека. Против этого обвине-
ния едва ли можно возражать. Но дурной вкус не безнравстве-
нен. В качестве членов общества мы можем выразить наше недо-
вольство такой рекламой - в устной или письменной форме или
просто не покупая рекламируемый предмет. Однако следует ви-
деть различие между дурным вкусом и аморальностью.
Согласно третьему обвинению, реклама пользуется слабос-
тью людей, либо вынуждая их покупать то, чего они не желают,
либо, более изощренно, психологически манипулируя их волей
и заставляя их покупать то, что им не нужно1. Из этого обвине-
ния следует, что люди не способны противостоять соблазну, по-
рождаемому огромными возможностями, которыми обладают
создатели рекламных кампаний. Манипуляция сознанием и
принуждение посредством рекламы, конечно, безнравственны,
и мы эту проблему подробно рассмотрим в дальнейшем. Но само
указанное обвинение представляет собой явное преувеличение,
если оно означает, что все члены общества легковерны, наивны
1 Критику рекламы и ложных потребностей см. в: John Kenneth Galbraith. The
Affluent Society, 3rd ed. (New York: Houghton Mifflin Company, 1976).
464
и поддаются манипулированию со стороны рекламы в средствах
массовой информации. Рекламу можно было бы считать амо-
ральной, если бы она всегда и неизбежно манипулировала со-
знанием людей, если бы она всегда вынуждала людей приобре-
тать рекламируемые товары, но реклама не всегда это делает.
Трудность здесь заключается в определении, что является мани-
пуляцией, а что нет, кого следует защищать от некоторых видов
рекламы, а кто в такой защите не нуждается. Представление о
защите от рекламы тесно связано с государственным патерна-
лизмом. В какой степени можно позволять людям самим прини-
мать собственные решения и в какой степени государство долж-
но защищать их от самих себя потому, что государство обладает
высшим знанием их реальных нужд и потребностей? Федераль-
ная торговая комиссия и Управление по контролю за качеством
пищевых продуктов и медикаментов - это два американских ве-
домства, несущих главную ответственность за надзор за рекла-
мой. Предписываемые ими стандарты более ограничительны и
патерналистичны, чем того требуют принципы морали. Иногда
они выносили заключение, согласно которому реклама вводит
людей в заблуждение уже при 5 процентах населения, которых
она обманула. Действительно ли принципы нравственности тре-
буют такой защиты людей - это проблема, входящая в состав
тем, которые мы изучим.
Мы рассмотрим пять областей, в которых нравственные па-
раметры рекламы имеют первостепенное значение: 1) амораль-
ность фальшивой, вводящей в заблуждение или обманной рек-
ламы; 2) аморальность манипулирования волей людей и при-
нуждения их к покупке средствами рекламы, включая сюда и
проблему целевой аудитории; 3) моральность патернализма в
отношении рекламы; 4) аморальность недопущения некоторых
видов рекламы; 5) разграничение и распределение моральной
ответственности в отношении рекламы.
Правдивость и реклама
Важнейшая функция рекламы - содействовать продаже то-
варов. Но это не единственная ее цель, да и не достигается она
лишь одним только предоставлением информации. Реклама мо-
465
жет также просвещать население или формировать обществен-
ное мнение. Пропаганду можно считать формой рекламы поли-
тической партии, религиозной секты или какой-либо особой со-
циальной группы. Давайте, однако, ограничимся здесь рассмот-
рением рекламы в бизнесе, имеющей целью способствовать про-
даже товаров. Информирование населения о наличии продук-
та - это лишь часть задач рекламы. Промышленник желает так-
же побудить людей купить именно его продукт. Следовательно,
рекламные публикации не только информативны, они также
имеют целью убеждать. Через посредство рекламы некоторые
компании желают получить известность и признание в общест-
ве; они считают, что люди склонны покупать товары знакомой
им фирмы. Целью других рекламных публикаций служит со-
здание доброжелательного отношения к производителю, кото-
рый полагает, что общественное благорасположение в дальней-
шем будет способствовать продаже его продукта.
Трактовка рекламы лишь в качестве средства предоставле-
ния информации слишком узко рассматривает ее цели и ведет к
ее оценке в слишком узком моральном плане1. Если бы ее факти-
ческой функцией служило бы исключительно предоставление
информации и если бы информация всегда излагалась лишь в
декларативных выражениях, тогда мы могли бы заняться ис-
ключительно проблемой правдивости рекламы. Когда реклама
правдива - она морально дозволена; когда она фальшива - она
аморальна. Для начала мы именно в этом свете подойдем к рас-
смотрению рекламы. Тем самым мы обнаружим недостатки та-
кого подхода.
Начнем с некоторых контрастных определений, которые по-
могут уяснить сложную проблему правды в рекламе. Чему про-
тивоположна правда в рекламе? Она может быть противополож-
на либо выдумке, либо лжи. Ложь безнравственна; выдумки не-
обязательно аморальны. Допустим, например, что некто расска-
зывает какую-то историю. Он может при этом поведать вещи,
1 Защиту тезиса о том, что реклама - это информация, см. в: Phillip Nelson.
Advertising and Ethics//R. De George and I. Pichler (eds.). Ethics, Free
Enterprise, and Public Policy (New York: Oxford University Press, 1978),
pp. 187—198.
466
которые фактически не соответствуют истине; тем не менее он
не лжет1.
Понятия правда и выдумка могут быть закономерно изложе-
ны в форме предложений или утверждений. Лишь утверждение
может быть правдивым или выдуманным. Восклицание, во-
прос, междометие не могут быть правдивыми или фальшивыми.
Сообщение или утверждение содержат подлежащее и сказуе-
мое. Подлежащее обладает собственным содержанием или же
связано с чем-то другим, изложенным в сказуемом. Сообщение
или утверждение правдивы, грубо говоря, в случае, если провоз-
глашенная связь между подлежащим и сказуемым действитель-
но соответствует той связи в реальном мире, которая обозначена
или объявлена между подлежащим и сказуемым. Поэтому пред-
ложение «Эта страница данной книги имеет напечатанные на
ней слова» правдиво, когда на этой странице данной книги дей-
ствительно имеются слова, напечатанные на ней. Предложение
«Эта страница зеленого цвета» не соответствует действительно-
сти, если данная страница не зеленого цвета. Приведенная гру-
бая характеристика правды и фальши вполне достаточна для
наших целей.
Однако ложь заключается не просто в том, чтобы делать недо-
стоверные сообщения. С нравственной точки зрения ложь - это
вид деятельности. Ложь заключается в том, чтобы делать сооб-
щение, которое сам сообщающий считает фальшивым, другому
лицу, которое, как первый имеет основания считать, поверит в
правдивость этого сообщения. Ложь заключается в том, что я
говорю то, что я сам считаю неверным и чему, как я полагаю,
другой поверит, хотя в действительности я лгу. Я не только
говорю то, во что сам не верю, но я намереваюсь обмануть или
ввести в заблуждение человека, которому я это говорю.
Используя это определение, фальшь не является необходи-
мым элементом лжи. Допустим, например, что Том считает, что
1 Широкое обсуждение темы лжи в различных ее контекстах см. в: Sissela Bok.
Lying: Moral Choice in Public and Private Life (New York: Pantheon Books,
1978). Критику дутой рекламы см. в: Ivan L. Preston. The Great American
Blow-up: Puffery in Advertising and Selling (Madison: University of Wisconsin
Press, 1975).
467
в кварте четыре пинты. Его друг, выпекающий пирог, спрашива-
ет, сколько в кварте пинт. Том отвечает, что «в кварте четыре
пинты». В действительности, однако, в кварте оказалось лишь
две пинты. То, что ответил Том, неверно. Но он не солгал, он про-
сто ошибся. Предположим другой вариант. Том, как и прежде,
считает, что в кварте четыре пинты, и то же лицо задает ему тот
же вопрос в той же ситуации. Том хочет, чтобы пирог не удался и
чтобы в результате его друг больше не тратил времени на изготов-
ление пирогов. Итак, намереваясь дать другу неверную информа-
цию, Том говорит, что «в кварте две пинты». С нравственной точ-
ки зрения Том виновен во лжи, хотя случайно то, что он сообщил,
оказалось правдой. Это ложь, поскольку Том полагал, будто то,
что он сообщил, было неправдой; он ее высказал с намерением об-
мануть друга, рассчитывая, что тот поверит в сказанное.
Является ли сообщение или утверждение истинным или не-
верным, зависит от реальной действительности; является ли со-
общение лживым, зависит от намерения сообщающего.
Не все неверные сообщения тех, кто полагает, что они фаль-
шивы, являются ложью. Предположим, например, в холодный
зимний день друг говорит: «Я замерз и обратился в айсберг». То,
что он сказал, буквально неверно. Температура его тела около
98,6 градуса (по Фаренгейту), даже когда ему холодно. Но его
заявление не ложь. Он не намеревался кого-либо обмануть, ког-
да это сказал, да и едва ли мог в данном случае кого-либо обма-
нуть. Мы используем язык самым разнообразным способом.
Часть употребляемого нормальным человеком языка можно
воспринять по контексту, фразеологии, интонации и иным тон-
ким различиям между буквально истинным предложением и об-
разным, преувеличенным, таким, которое не воспринимается
буквально. Метафора, сравнение, гипербола - все это речевые
образы. В обыденной речи мы не употребляем только деклара-
тивные сообщения, а когда мы употребляем такие сообщения,
мы не всегда выдаем их за буквальные. Когда человек говорит:
«Я так голоден, что готов медведя съесть», он вовсе не рассчиты-
вает, что люди укажут ему на то, что медведь весит больше его
самого, что он не сможет съесть целого медведя или что ему, ве-
роятно, даже и не понравится медвежатина. Все это верно, но
это не имеет отношения к делу. Он просто сказал, образно выра-
468
жаясь, что он очень голоден. Нет никаких моральных основа-
ний не пользоваться образным языком, когда мы не намерева-
емся кого-либо обмануть, даже если наши высказывания бук-
вально и не соответствуют действительности.
Обратимся теперь к рекламе. Некоторые рекламные публика-
ции содержат предложения - четкие утверждения, которые впол-
не можно оценить в понятиях правдивости и фальши. Если рек-
лама содержит фальшивое утверждение, о котором рекламода-
тель или автор рекламы знает, что оно фальшиво, и в котором он
преследует цель ввести в заблуждение, дезинформировать или об-
мануть потенциальных клиентов, в этом случае данная реклама
аморальна. Она безнравственна потому, что в этой рекламе ее со-
здатель лжет, а лгать безнравственно. Проблема правдивости в
рекламе, однако, на этом не исчерпывается. Вполне можно обма-
нывать, вводить в заблуждение людей и не делая фальшивые за-
явления; возможно также, как мы уже видели, не обманывать, не
вводить в заблуждение и вместе с тем давать сообщения, которые
буквально не соответствуют действительности.
Возьмем следующий лозунг, использовавшийся корпораци-
ей «Эссо» несколько лет тому назад: «“Эссо” помещает в ваш
бензобак тигра!» Разумеется, это утверждение буквально невер-
но. Но разве кто-нибудь воспримет его буквально? В самом деле,
придет ли нам в голову, что человек, заполнивший бак бензином
«Эссо», испугается того, что этот бензин превратится в тигра?
Что, собственно, имела в виду корпорация внушить клиенту
своим лозунгом — это предмет для размышления. Она вовсе не
хотела, чтобы ее лозунг был воспринят буквально, она хотела,
чтобы он был воспринят образно. Семантика рекламы вполне
допускает употребление образного языка. Ограничивать рекла-
му сообщениями, которые верны буквально, — значит не пони-
мать семантику рекламы, да и языка вообще. Не существует, од-
нако, четкой грани между допустимым образным языком и ло-
жью. Явное преувеличение едва ли воспринимается буквально.
Но то, что явно для большинства людей, не всякий может вос-
принять как очевидное преувеличение. Следует ли защищать
тех, кто может быть обманут преувеличением, заставлять рек-
ламу быть буквально правильной в своих публикациях? С мо-
ральной точки зрения представляется вполне достаточным, что-
469
бы подавляющее большинство тех, кому адресована реклама, не
было ею введено в заблуждение.
Когда мы рассматривали проблему ответственности, мы ссы-
лались на правило, согласно которому люди морально ответст-
венны за предсказуемые последствия своих деяний. Критерием
предсказуемости служит то, что обыкновенный добропорядоч-
ный человек может предвидеть в конкретных обстоятельствах.
Аналогичный подход можно применить и к рекламе. Рекламода-
тель знает, намеревается ли он своей публикацией обмануть лю-
дей. Если он намеревается, тогда он поступает безнравственно,
публикуя свою рекламу. Но когда он не намеревается обманы-
вать клиентов, а мы должны оценивать рекламу по ее достоинст-
ву, по ее содержанию, а не по намерениям рекламодателя, тогда
рекламная публикация морально дозволена, при том условии,
что рядовой человек, которому она адресована, не подвергается
обману. Некоторые рекламные публикации, обращенные к вла-
дельцам автомобилей, могут ввести в заблуждение детей. Однако
здесь не возникает проблемы морали, поскольку такие публика-
ции адресованы не детям, а владельцам автомобилей.
Существующие во многих городах Бюро по совершенствова-
нию практики бизнеса, Федеральная торговая комиссия, Управ-
ление по контролю за качеством пищевых продуктов и медика-
ментов - все они занимаются проблемой точности в рекламных
публикациях. Создателям рекламы запрещено распространять
фальшивые публикации. К тому же, когда создателям рекламы
предъявляют претензии, им должна быть предоставлена воз-
можность документально подтверждать содержащиеся в публи-
кациях факты, которые могут быть восприняты буквально. Как
показывает наш анализ, эти правительственные ведомства ино-
гда выходят за пределы морально необходимого. Даже в случа-
ях, когда очень малая доля клиентов может быть введена в за-
блуждение, рекламная публикация запрещается. В этих случа-
ях моральная обоснованность действий правительственных ве-
домств зависит не от ложности рекламы, а от легитимных пара-
метров государственного патернализма. Мы этот вопрос рассмо-
трим впоследствии.
Даже и не делая фальшивых сообщений, рекламная публика-
ция может вводить в заблуждение или обманывать. Вводящая в
470
заблуждение реклама - это такая, которая не содержит явного
обмана или ложных утверждений, но которая выдвигает ут-
верждения в такой форме, что нормальный человек или по
крайней мере многие обыкновенные люди прочитывают их быс-
тро, без большого внимания и обдумывания, и делают из них
ложные допущения или неверные заключения. Люди, оправды-
вающие подобную рекламу, считают, что ошибку допускает сам
читатель или зритель и что ответственность за формирование
неверного вывода ложится на самого читателя или зрителя, а не
на создателя рекламы. Строго говоря, это правильно, но совер-
шенно очевидно, что зачастую такие рекламные публикации
преднамеренно вводят в заблуждение. Они сформулированы
или изображены таким образом, что их эффект вполне предска-
зуем. Такого рода рекламные публикации безнравственны, по-
скольку имеют целью обмануть, хотя в буквальном смысле их
содержание и не является ложным. Это же относится и к упа-
ковкам. Если большая коробка заполнена лишь наполовину, по-
требитель способен ошибочно предположить, что он получит
большее количество товара в большой коробке, нежели в ма-
ленькой. Конечно, это ошибка самого потребителя. Но в мораль-
ном плане вина ложится на создателя продукта.
Обманная реклама - это либо такая, которая содержит фаль-
шивое утверждение и, следовательно, лжет, либо такая, кото-
рая и без какого бы то ни было утверждения все же неверно ха-
рактеризует рекламируемый продукт1. Обман зрения или вос-
приятия возможен не только через посредство сентенций или
утверждений, но и с помощью изображений, или отдельных
слов, или определенных сравнений разных предметов. Такой об-
ман рассчитан на продиктованные опытом общераспространен-
ные ожидания людей. Мы привыкли к тому, что на коробке изо-
бражено ее содержание. Мы рассчитываем, что изображение до-
вольно точно характеризует содержимый в коробке продукт, а
когда такой расчет не оправдывается, изображение обманчиво.
Если продукт назван «куриный бульон», а затем оказывается,
1 Об обманной рекламе см.: Frederick Stuart (ed.). Consumer Protection from
Deceptive Advertising (Hempstead, N.Y.: Hofstra University, 1974).
471
что ничего куриного он не содержит и изготовлен не из кур, са-
мо название обманчиво, несмотря на то что сопровождающий
текст никаких ссылок на нечто куриное не делает. Если рекла-
ма утверждает, что товар продается за полцены, хотя его никог-
да не продавали за некую полную цену, а всегда продавали по
цене, названной «полценой», такая реклама обманывает.
Однако семантика рекламы допускает для отдельных про-
дуктов известные варианты. Примером тому служат косметиче-
ские товары. Мы привыкли к тому, что косметические изделия
продаются в красивых флаконах, коробках или упаковках. За-
пах духов был бы так же приятен, если бы их поместили в банку
для горчицы, но покупали бы их не так охотно. Крем для лица
без аромата духов очищал и смягчал бы кожу столь же эффек-
тивно, но и его покупали бы не так охотно. Косметические това-
ры - это предмет роскоши и должны продаваться в соответству-
ющей упаковке. Их покупают не только за их химический со-
став, но и за то, что они сулят покупателю. Обыкновенный шам-
пунь, оттеночный шампунь, фены и другие предметы ухода за
волосами не сделают волосы рядового человека точно такими
же, как у моделей, утверждающих в рекламах, что они употреб-
ляют именно эти предметы. И употребление других косметичес-
ких изделий не сделает обыкновенного человека похожим на
модели, их употребляющие. Вводит ли такая реклама в заблуж-
дение? Действительно ли люди верят в то, что какое-то космети-
ческое изделие изменит их внешность, их личность, их жизни?
Большинство людей знает, что семантика рекламы косметичес-
ких товаров является явным преувеличением, и не воспринима-
ет буквально ни рекламные картинки, ни содержащиеся в рек-
ламах обещания. Люди надеются, что косметическое изделие
сделает их более привлекательными, и иногда косметика дейст-
вительно вселяет в потребителей чувство уверенности в себе.
Вот за что, собственно, покупатель и платит. Многократность
покупки таких продуктов служит свидетельством того, что кли-
ента не обманывают.
Рекламные публикации не только содержат утверждения; их
цель заключается в том, чтобы убеждать людей покупать рекла-
мируемый продукт. Убеждение может принимать и форму ут-
верждения, но не обязательно именно такую форму. Многие
472
рекламные публикации просто порождают ассоциации в уме по-
купателя. Реклама дорогого шотландского виски может просто
показать пару в вечерних костюмах, с бокалами в руках, в ши-
карном зале, рядом с изображением бутылки виски. Все, что
стремится донести до зрителя такая реклама, - это ассоциацию
шотландского виски с шиком и изысканностью.
Некоторые рекламные публикации попросту дают изображе-
ние продукта; целью таких реклам является лишь опознание
продукта клиентом, чтобы потребитель мог разглядеть его на
полках в супермаркете среди восьми других сортов того же това-
ра. Знакомое название оказывает влияние на процесс покупки.
Это не лишено смысла. Покупатель, мало осведомленный о де-
вяти предметах на полке, узнает по крайней мере рекламируе-
мый один из них. Это хотя бы просто информация о продукте.
Предмет, не находящий сбыта, очень долго рекламировать не
станут. Товар, успех сбыта которого зависит от многократности
его покупки, должен привлекать довольно большой контингент
потребителей, когда его рекламируют в течение длительного
времени. Все это вовсе не означает, что данный продукт самый
лучший из аналогичных товаров, но именно широкая информа-
ция делает выбор его покупателем менее случайным.
Последний аспект о правдивости в рекламе, который мы
здесь рассмотрим, — это вопрос о полуправде. Информация о
продукте может быть правдивой, может не вводить в заблужде-
ние, может не обманывать, но она тем не менее может быть не-
удовлетворительной в моральном смысле. Иногда то, о чем
умалчивает реклама, столь же важно, сколь и то, о чем она со-
общает. Безнравственно рекламировать и продавать опасный
продукт без указания на его опасность. Если, покупая опреде-
ленный продукт, потребитель знает из опыта, что такого рода
продукты безопасны, а данный рекламируемый продукт все же
не является безопасным, в таком случае реклама или упаковка
должны содержать соответствующее предостережение. Нам из-
вестно, что щелок - это едкое вещество, а поэтому, когда рекла-
ма щелока подчеркивает его едкие свойства, она может уже не
уточнять, что щелок обжигает кожу, хотя на банке следует по-
мещать такую информацию. Но мы обычно не предполагаем,
что краска для волос содержит щелок или что она обладает ед-
473
кими свойствами, а поэтому отсутствие в рекламе подобного
продукта указания на его необычную потенциальную опасность
аморально.
Общие правила, касающиеся правдивости рекламы, можно
суммировать следующим образом: аморально в рекламных пуб-
ликациях лгать, вводить в заблуждение и обманывать; амораль-
но не сообщать в них об опасностях, которые люди обычно не
предвидят; не является безнравственным применять метафоры
и образную речь, если нормальные люди станут их восприни-
мать именно в качестве образных выражений; не аморально так-
же убеждать людей и информировать их.
Манипуляция и принуждение
Реклама не только информирует, она часто преследует также
цель убеждать людей. Убеждение само по себе не является амо-
ральным действием. Все мы пытаемся убеждать других делать
то, что нам желательно, — пойти с нами в кино, отправиться
вместе обедать. Если то, что мы убеждаем других людей делать,
не аморально, если мы при этом не используем аморальных
средств убеждения, такое убеждение не является аморальным
действием. Убеждение, однако, отличается от манипуляции ре-
шениями людей и от принуждения к принятию решения, хотя
все это способы заставлять других делать то, что нам желатель-
но. Но манипуляция и принуждение явно представляют собой
аморальные приемы. Они безнравственны и в бизнесе, и в рекла-
ме. Причину этого определить нетрудно. В кантианском смысле
и принуждение, и манипуляция означают обращение с другим
человеком лишь как со средством для достижения цели и отри-
цают уважение его свободы. Принуждение предполагает наси-
лие или угрозу насилием - либо физическим, либо психологиче-
ским. Манипуляция не употребляет силу, она подразумевает на-
вязывание человеку своей воли путем надувательства или путем
применения хитрых, нечестных, коварных средств. И то и дру-
гое подразумевает обман человека, а использование каждого из
этих приемов делает сделку между двумя сторонами нечестной
или несправедливой. Поэтому принуждение и манипуляция в
рекламе аморальны.
474
Но что, собственно, представляют собой в рекламе принужде-
ние или манипуляция? Способен ли создатель рекламы действи-
тельно принуждать потребителей или манипулировать их волей?1
Явно принудительной формой манипулятивной рекламы слу-
жит реклама, действующая на подсознание людей. Создатель
рекламы может таким образом включить информацию свою в
музыкальный клип, звучащий в магазине, в кинофильме или на
телевидении, что зритель сознательно не считает его рекламой,
хотя подсознательно отпечатывает его в своей памяти. Это воз-
можно потому, что, прежде чем мы начинаем сознательно вос-
принимать кинокартину, должен быть превышен определенный
порог восприятия. Киноленту следует крутить, соблюдая опреде-
ленное количество кадров в минуту. Когда информация включа-
ется между кадрами при низком пороге сознательного восприя-
тия, мы осознанно не усваиваем информацию. Несмотря на тот
факт, что мы осознанно не воспринимаем ее, тесты показали, что
мы усваиваем информацию помимо нашего сознания. Такие рек-
ламные публикации получили название «сублиминальных»,
действующих на подсознание, поскольку они демонстрируются
ниже предела нашего сознательного восприятия.
«Сублиминальная» реклама манипулятивна, так как она воз-
действует на нас помимо нашего сознания, а следовательно, без
нашего согласия. Когда реклама появляется на телеэкране, мы
можем выключить телевизор или сменить станцию, если не же-
лаем оказаться под ее влиянием. Когда реклама публикуется в
журнале, мы не вынуждены ее смотреть. В любом из этих случа-
ев, если мы решаем ее смотреть или слушать, мы можем созна-
тельно оценить то, что мы видим или слышим. Если мы желаем,
то можем проявить критическое отношение к рекламе. Все это,
однако, невозможно по отношению к «сублиминальной» рекла-
ме, так как мы не осознаем, что подвергаемся влиянию данной
информации. Создатель информации навязывает нам свою ин-
формацию без нашего ведома и согласия. Мы не можем ее вы-
ключить, поскольку не знаем о ее существовании, и вовсе не мо-
1 См.: Тот L. Beauchamp. Manipulative Advertising//Business and Professional
Ethics Journal, 3 (Spring/Summer 1984), pp. 1—22.
475
жем занять по отношению к ней критическую позицию. «Субли-
минальная» реклама может просто высветить на экране наиме-
нование продукта или простое обращение, как, например, «по-
купайте такой-то сорт мыла». Такие обращения несложны. Тем
не менее они, как свидетельствует опыт, оказывают влияние.
Они манипулятивны, и использовать их аморально.
Некоторые универмаги и супермаркеты включали в свои му-
зыкальные клипы обращение «неворуй». Исследования показа-
ли, что в магазинах, применяющих этот прием, наблюдается бо-
лее низкий уровень воровства, чем в таких же магазинах, его не
применяющих. Даже и в том случае, когда рекламное обраще-
ние отстаивает нравственное поведение, применение «сублими-
нальных» приемов все же аморально. Поскольку нам неведомо
содержание обращения или обращений, под воздействием кото-
рых мы оказываемся, не существует способа гарантировать
нравственность обращения. Поскольку мы не способны контро-
лировать содержание «сублиминального» обращения, сам этот
прием манипулятивен; он скорее приносит вред, чем пользу, и с
нравственной точки зрения он неприемлем.
Другим вполне очевидным примером манипулирования слу-
жит реклама, рассчитанная на детей дошкольного возраста. В
этом возрасте дети очень впечатлительны. Они верят всему, что
видят и слышат, они не умеют отличить правду от фантазии и
обладают очень малыми критическими способностями или опы-
том. Поэтому они очень восприимчивы к телевизионной рекла-
ме. Какую цель преследуют создатели рекламы своим обраще-
нием к детям дошкольного возраста? Очевидно, что такие дети
сами не покупают товары, но они в состоянии оказать давление
на своих родителей, чтобы те покупали привлекающие их пред-
меты. Например, на телевидении успешно рекламируется ка-
кой-то детский витамин, дети могут предпочесть именно этот
витамин, а не другой. Родитель, заинтересованный в том, чтобы
его ребенок принимал витаминные таблетки, может легче до-
биться своего, если ребенку хочется принимать именно этот вид
витамина, и по этой причине он станет покупать именно этот ви-
тамин. Дети могут также приставать к родителям с требованием
купить определенные сорта засахаренных зерен или другие про-
476
дукты, рекламируемые для детей. Является ли такая реклама
манипуляцией?
На это дают два ответа. Один сводится к тому, что в семье по-
купки совершают взрослые. Если они сочтут, что продукт поку-
пать не следует, они должны поступать соответственно. Они, а не
дети принимают окончательное решение. Если они не в состоя-
нии отказывать детям, это уже проблема не создателя рекламы,
а проблема самих родителей. Другой ответ заключается в том,
что, поскольку покупателями выступают родители, реклама дет-
ских товаров должна быть адресована родителям, а не детям.
Реклама, обращенная к детям, недобросовестна, так как за-
ставляет детей желать продукт, в свойствах которого они не раз-
бираются (например, витамины). Цель такой рекламы заключа-
ется в явном манипулировании сознанием детей, она побуждает
их требовать от родителей покупки рекламируемого продукта.
Хотя окончательное решение остается за родителями, детьми
все же манипулируют в интересах создателя рекламы. Такая
реклама намеренно злоупотребляет доверчивостью детей, а те,
кто создает эту рекламу, заслуживают морального осуждения за
манипулирование и за использование детей в качестве орудия
для достижения своих целей.
Ситуация с подростками более сложна. Многие рекламные
публикации, адресованные этой группе людей, играют на их со-
циальной необеспеченности. Им говорят, что, если они не осве-
жат рот определенным продуктом, они не будут нравиться, что,
если они не станут пользоваться таким-то сортом дезодоранта,
они не будут привлекательны для юноши или девушки; им гово-
рят, чтобы завоевать друзей, надо употреблять такие-то сорта
шампуня или мыла. Каждый из таких продуктов дает какой-то
результат: ликвидирует запах изо рта, запах пота или очищает
волосы и кожу. Каждый из них способен в известной степени де-
лать человека более привлекательным для других. Однако весь-
ма сомнительно, чтобы какой-то из этих продуктов или все они
вместе могли служить основой для завоевания подростком попу-
лярности или друзей. Подростки это знают; тем не менее часто
столь социально не обеспечены, что реклама играет на их стра-
хах, тревогах, надеждах и мечтах. Вынуждает ли такая реклама
подростков поступать соответственно, манипулирует ли она их
477
поведением? Ответ на этот вопрос можно дать лишь в каждом
конкретном случае. Потенциал для манипулирования здесь на-
лицо, хотя не всегда такая реклама манипулятивна.
Важную роль играет адресность рекламы. Продажа некото-
рых продуктов, например алкогольных напитков и табачных
изделий, разрешается без ограничений лишь взрослым. Эти и
аналогичные предметы не следует рекламировать в детских
журналах или в журналах, рассчитанных на подростковую ау-
диторию. Более сложную проблему представляет собой незначи-
тельное меньшинство населения, люди легковерные или люди с
интеллектом ниже среднего уровня, т.е. люди, сознанием кото-
рых реклама может легче манипулировать, чем сознанием
обыкновенного взрослого человека. С моральной точки зрения
общее правило заключается в том, что безнравственно адресо-
вать рекламу именно указанной группе населения с целью ма-
нипулировать ее поступками, но для рекламы, адресуемой ши-
рокой публике, обычным моральным критерием служит нали-
чие манипулирования средним читателем или зрителем. Обще-
ство в данном случае вправе принимать более жесткие меры, и
Федеральная торговая комиссия именно так и действует. Одна-
ко аргументы в пользу более жесткой политики связаны с про-
блемой патернализма.
Патернализм и реклама
Главный медицинский инспектор США решил, что курение
опасно для здоровья человека. Мы знаем, что употребление опь-
яняющих алкогольных напитков приводит к алкоголизму, ко
многим автомобильным авариям в результате управления авто-
мобилями нетрезвыми водителями, к возникновению ряда бо-
лезней. Должны ли правительство Соединенных Штатов и аме-
риканское общество поощрять распространение потребления
этих продуктов под влиянием рекламы? Следует ли запретить
рекламу порнографии? Должны ли мы разрешать рекламу ма-
рихуаны и других наркотиков? А как относиться к продаже де-
шевых карманных пистолетов и других видов оружия? Сущест-
вуют ли какие-либо пределы тому, чтб можно с моральной точ-
ки зрения рекламировать?
478
Хотя и существуют четкие ограничения, но продолжаются
ожесточенные споры относительно того, где именно должна
проходить граница. Все, что законом запрещено производить и
продавать широкой публике, не может законным образом рек-
ламироваться для населения. Это не создает никаких реальных
проблем, так как всякий, рекламирующий запрещенный про-
дукт, ставит себя вне закона. Если, например, кто-то продает за-
прещенные законом наркотики, рекламирование этих наркоти-
ков влечет за собой полицейский арест. Мы видели также, что
аморально рекламировать для детей продукты, которые закон
запрещает им покупать. Однако, если отвлечься от этих ясных
примеров, в обществе нет согласия по поводу других случаев.
Если предмет можно законно продавать, почему же нельзя его
рекламировать? Какова надлежащая роль государства в защите
людей от того, что причинит им вред? Вопрос этот политичес-
кий. В такой демократической стране, как Соединенные Шта-
ты, ответ заключается в том, что патерналистическая роль пра-
вительства должна определяться самим народом через его пред-
ставителей, причем на основе правила большинства голосов,
ограниченного лишь правами индивидуумов и меньшинств.
Управление по контролю за качеством пищевых продуктов и
медикаментов действует в интересах населения, когда по закону
требует, чтобы на упаковках пищевых товаров печатались пере-
чень ингредиентов этих товаров и их количественная доля по
нисходящей. Такая информация позволяет покупателю узнать,
что именно он покупает, и обеспечивает честность сделки. В от-
ношении медикаментов Управление также защищает интересы
потребителя. Оно запрещает продажу определенных видов ле-
карств, разрешает другие их виды продавать лишь по рецептам
врачей и требует установления периода тестирования, прежде
чем разрешить продажу лекарств. Оно устанавливает при этом
высокие стандарты - такие высокие, что некоторые люди и фар-
мацевтические фирмы считают их чрезмерными.
Федеральная торговая комиссия запретила рекламу на теле-
видении табачных изделий и алкогольных напитков. Она не за-
претила рекламу этих предметов в журналах и газетах, хотя в
рекламу сигарет обязательно включение предостережения глав-
ного медицинского инспектора. Некоторые утверждают, что
479
употреблять алкогольные напитки безнравственно и что куре-
ние следует запретить, так как оно вредит здоровью курильщи-
ка. Они утверждают также, что, даже если и можно законно
продавать такие продукты, их производителям надо запретить с
помощью рекламы поощрять людей курить и пить.
Философия либерализма, красноречиво изложенная Джоном
Стюартом Миллем в XIX в. в его книге «О свободе»1, отстаивает
принцип, согласно которому государству не следует вмешивать-
ся в действия индивидуумов, если результаты этих действий
сказываются главным образом лишь на них самих. При куре-
нии и потреблении алкогольных напитков результаты сказыва-
ются в основном на самом потребителе, а посему правительство
не должно вмешиваться в употребление этих продуктов индиви-
дуумами. Правительство выходит за пределы требуемого, когда
настаивает на том, чтобы на пачках сигарет печаталось предо-
стережение главного медицинского инспектора. Позицию либе-
ралов расширительно можно толковать и в отношении рекламы
указанных продуктов: поскольку они законно и открыто прода-
ются, то тем, кто желает их покупать, не следует препятство-
вать. А тех, кто не желает их покупать, никто не вынуждает это
делать только потому, что эти продукты рекламируются. Каж-
дый может взвесить положительные и отрицательные последст-
вия лично для себя и принять собственное решение. Если ку-
рильщик чувствует, что на протяжении двадцати пяти или
тридцати лет получает большое удовольствие от выкуривания
ежедневно пачки сигарет, хотя и сокращает при этом свою
жизнь на четыре или пять лет, правительство законно не вправе
утверждать, что он поступает неправильно. Другие люди могут
счесть, что продлить жизнь на четыре или пять лет предпочти-
тельнее, чем получать удовольствие от курения. Ни один из этих
ответов нельзя считать верным или ошибочным, каждый из
них - это просто вопрос выбора или предпочтения. Здесь допус-
тимы разные мнения.
Установленные Федеральной торговой комиссией параметры
ограничения любого вида рекламы, который способен ввести в
1 См.: John Stuart Mill. On Liberty (New York: Appleton-Centure-Crofts, 1947).
480
заблуждение даже очень малую долю населения, превышают
пределы того, что мораль требует от создателей рекламы. Феде-
ральная торговая комиссия именно так широко понимает свой
патерналистский мандат. Пока нет свидетельств тому, что насе-
ление считает, будто Комиссия зашла слишком далеко. Посколь-
ку масштабы осуществляемого государством патернализма пред-
ставляют собой как политическую проблему, так и нравствен-
ную, можно выявить различие между тем, что требует мораль, а
что политика, и не рассчитывать на их постоянное совпадение.
Прежде чем завершить вопрос о роли государства и патерна-
лизма, следует рассмотреть еще одно критическое соображение
относительно рекламы. Некоторые утверждают, что реклама со-
здает у людей ложные потребности. Производители, мол, реша-
ют изготовлять не то, что люди желают или что им требуется, а
то, что сами производители хотят производить, исходя из того,
какие продукты принесут им наибольшую прибыль. Производи-
тели, следовательно, производят предметы, создают спрос по-
средством мощных и дорогостоящих рекламных кампаний и
фактически манипулируют волей широких слоев населения. Ес-
ли такую практику можно правильно назвать манипулировани-
ем волей людей, она аморальна.
Эта критика не лишена справедливости. Американские про-
изводители иногда предпочитают производить то, что они жела-
ют, а не то, что желают широкие слои населения. Когда они по-
ступают таким образом, не всегда удается убедить людей поку-
пать производимые предметы. Иногда именно так и происходит.
Трудно себе представить, что людям действительно нужны эле-
ктрические зубные щетки. Скорее всего, сам промышленник ре-
шил их изготовлять, а затем стал рекламировать этот товар. Со-
мнительно также, чтобы американцы действительно хотели
иметь большие автомобили, рассчитанные на длительный срок
эксплуатации, но в течение многих лет у покупателей почти не
было иного выбора. Детройт сам решил, какие автомобили про-
изводить, а американцы выбирали из того, что имелось на рын-
ке. Лишь когда иностранные автомобилестроительные фирмы
захватили значительную долю рынка, американские автострои-
тельные корпорации переключились на производство машин
меньших габаритов.
481
Какой отсюда следует вывод? Вывод о том, что реклама мо-
жет способствовать сбыту любого товара, слишком категоричен;
она этого не может. Но она в состоянии способствовать продаже
некоторых продуктов, которые люди не считали необходимыми
или желательными до того, как они были произведены. Однако
трудно представить себе решение такого рода проблемы - если,
конечно, здесь существует проблема. Люди могут покупать
все, что желают. Если они не хотят покупать электрические зуб-
ные щетки, реклама не заставит их делать это. Если они не хо-
тят покупать автомобиль модели «Эдсэл», никакая дорогостоя-
щая рекламная кампания не принудит их его купить. Но если
люди хотят покупать малогабаритные автомобили, а на рынке
имеются лишь крупногабаритные, они могут скорее предпо-
честь купить большой автомобиль, чем вовсе не покупать авто-
мобиль. Но даже и в этом случае возможность свободного досту-
па на рынок иностранных автостроителей свидетельствует, что
система свободного рынка обладает тенденцией в долгосрочном
плане сама себя корректировать. Альтернативой этой системе
мог бы быть какой-то централизованный механизм принятия
решений - то ли государственный, то ли частный. Такой орган,
очевидно, решил бы, что электрические зубные щетки произво-
дить не следует или что надо производить не крупногабаритные,
а компактные автомобили. Но каким образом люди из этого ве-
домства узнавали бы, что нужно, а что не нужно производить?
Разве они знали бы больше, чем индивидуальный потребитель,
чего именно желает этот потребитель? Это представляется мало-
вероятным. В странах, где существует такое централизованное
планирование, потребитель вообще обслуживается гораздо ху-
же, чем в Соединенных Штатах.
Американская система может быть в известной степени рас-
точительна. Возможно, она производит и ненужные товары.
Она, может быть, без необходимости дублирует затрату усилий.
Все это верно. Но лучшая система взамен нынешней не была до-
статочно разработана или аргументирована. К тому же вина за
наши недостатки ложится не на рекламу. Мы видели, что госу-
дарство в состоянии до известной степени ограничивать рекла-
му в тех случаях, когда она наносит вред населению. Но этот
вред следует более четко определить, а не просто сваливать вину
' 482
за него на рекламу, которую некоторые считают ненужной. Эта
сфера правительственных решений гораздо шире характера и
масштаба патернализма, мандат на который американский на-
род дал государству.
Запрет рекламы
Запрет рекламы в ряде случаев противоречит свободе слова,
гарантированной Первой поправкой к Конституции. Мы виде-
ли, что иногда государство - с согласия народа - может осуще-
ствлять в известном объеме патернализм. Но вправе ли оно это
делать, нарушая права создателей рекламы? Имеют ли право со-
здатели рекламы, руководствуясь положениями Первой по-
правки, рекламировать товары и услуги? Вопрос этот не строго
моральный, а юридический. Права, воплощенные в Первой по-
правке, как и другие гражданские права, могут быть при опре-
деленных обстоятельствах ограничены. Между тем представле-
ния о незаконности правительственных ограничений на рекла-
му табачных изделий и спиртных напитков не получили под-
держки в судах.
Другая область рекламы выдвигает иную моральную пробле-
му. Нравственно ли запрещать рекламу деятельности врачей,
юристов и других лиц свободных профессий? Совершенно оче-
видно, что каждый врач или юрист в отдельности морально не
обязан себя рекламировать. Но следует ли Американской меди-
цинской ассоциации (АМА), Американской ассоциации юрис-
тов (ААЮ) или другим организациям специалистов запрещать
рекламу лиц, которых они объединяют? До недавних пор про-
фессиональные организации ограничивали рекламу входящих
в их состав лиц свободных профессий. Реклама считалась дур-
ным вкусом, вульгарным, непрофессиональным делом. К тому
же многие специалисты утверждали, что их деятельность невоз-
можно надлежащим образом рекламировать. В качестве причи-
ны выдвигался тот довод, что форма услуг, оказываемых лица-
ми свободных профессий, индивидуальна для каждого клиента,
для каждого пациента, а складывающиеся с ними отношения
носят личный характер, причем свой «продукт», т.е. услугу,
они продают не по установленной цене.
483
Однако практика запрета на рекламу услуг врачей и юристов
подверглась критике на том основании, что она, мол, преследу-
ет чьи-то своекорыстные интересы и наносит ущерб населению.
Эту практику охарактеризовали как запрет, который ограничи-
вает конкуренцию и свободу торговли. Поэтому недавно соот-
ветствующие статьи уставов профессионального поведения,
действующих в АМА и ААЮ, были объявлены незаконными и в
них были внесены изменения.
Аргументов в пользу изменения указанных статей несколь-
ко. Один из них можно сформулировать в утилитаристском ду-
хе. По существу, выгода, получаемая под влиянием рекламы
юристами, врачами и другими аналогичными специалистами,
меньше, чем зло, причиняемое их потенциальным и нынешним
клиентам и пациентам. Потенциальные клиенты и пациенты не
способны сравнивать квалификацию врачей или юристов так
же, как мастерство сантехников и плотников. Последние могут
конкурировать друг с другом с помощью рекламы, сообщая кли-
ентам о своей специальности, об уровне мастерства и другие не-
обходимые сведения. Выбирая себе врача или адвоката, человек
обычно располагает только их перечнем в телефонном справоч-
нике. Частнопрактикующим юристам, готовым обслуживать
беднейшее население за очень низкие гонорары, часто в районах
гетто, старый устав ААЮ запрещал себя рекламировать. Это не
отвечало интересам людей, которые могли бы воспользоваться
их услугами, но которые не могли обращаться в типичную юри-
дическую фирму.
Другой аргумент против старого порядка базируется на праве
индивидуального врача или юриста уведомлять людей о своих
услугах, конкурировать с другими за потенциальных клиентов,
предлагая собственные гонорарные ставки и объем услуг. Запре-
щение индивидуальному врачу или юристу рекламировать по
его желанию свои услуги представляет собой нарушение права
на свободу слова, ограничение этого права не государством, а
профессиональной организацией. Отсутствие права на такое ог-
раничение было успешно доказано в судебных инстанциях.
Согласно новым правилам, юристам все еще предписывается
соблюдать хороший вкус в своих рекламах, чтобы не подрывать
репутацию самой профессии. Однако «хороший вкус» — это до-
484
вольно широкое понятие, чтобы его можно было применять в са-
мых различных рекламных публикациях.
Важный принцип, подчеркиваемый в новых правилах о рек-
ламе лиц свободных профессий, заключается в том, чтобы вос-
препятствовать появлению рекламных публикаций, причиняю-
щих вред населению, поскольку, как часто встречалось, такие
публикации скрывают информацию, которая нужна людям и
которую они могут выгодно использовать; речь идет о публика-
циях, которые за счет клиентов отстаивают интересы членов
данной профессии. Монополиям нет нужды в рекламе по той
простой причине, что они контролируют рынок. А рынок, разре-
шающий свободный доступ на него, соответственно допускает и
рекламу с тем, чтобы любой из конкурентов мог осведомлять по-
требителей о своем продукте или услуге, информировать публи-
ку об их наличии, пытаться убедить население покупать про-
дукт или услугу.
Мы поэтому приходим к заключению, что в одних случаях
запрещать рекламу аморально, а в других именно мораль требу-
ет ограничения или запрета определенных видов рекламы.
Разделение моральной ответственности в рекламе
В каждом из предыдущих разделов главы мы видели, что не-
которые методы рекламы аморальны. Кто именно несет мораль-
ную ответственность за рекламу? Можно определить пять таких
групп: 1) производитель или промышленник, 2) рекламное
агентство, 3) средства массовой информации, в которых появля-
ется реклама, 4) граждане страны и 5) государство и правитель-
ственные ведомства.
1. Главная ответственность за рекламу лежит на том, кто яв-
ляется инициатором и кто руководит созданием рекламы. В
большинстве это сам производитель продукта. Предприниматель
решает, что и как рекламировать. Решения могут приниматься
главным директором-распорядителем корпорации, отделами
маркетинга, информации, рекламы или связи с общественнос-
тью, а иногда совместно этими и другими отделами. Но, кто бы
ни принимал решения о рекламе внутри фирмы, компания в це-
лом несет ответственность за создание рекламы или за задание
485
рекламным агентствам; компания несет ответственность за ее со-
держание и точность, за избранное агентство и т.п. Если она ад-
ресует рекламу дошкольникам, она за это отвечает; если реклама
вводит в заблуждение, компания за это отвечает. Но хотя глав-
ная ответственность ложится на компанию или производителя,
моральная ответственность падает не только на них.
2. Рекламные агентства способствуют продвижению на ры-
нок множества товаров. Они часто генерируют идеи рекламных
кампаний, которые рекомендуются их клиентам, утверждаются
фирмами-производителями.
Какова ответственность рекламных агентств?
Поскольку рекламные фирмы не производят сам продукт,
они за него как таковой не отвечают, но они должны быть ин-
формированы о качестве продукта и условиях его продажи. Ра-
ботники рекламных агентств часто тесно сотрудничают со свои-
ми клиентами. Они в курсе того, что есть правда о продукте, а
что нет, что вводит в заблуждение, что есть обман. Иногда не
производитель, а сам автор рекламы предлагает такую ее фор-
му, которая вводит в заблуждение или обманывает покупателя
к выгоде производителя. В подобных случаях у автора рекламы
возникает искушение считать, что ответственность падает на
производителя. Автор рекламы - это просто агент, получающий
плату за выполнение задания клиента. Между тем производи-
тель товара полагает, что ответственность несет непосредствен-
ный автор рекламы. Он, мол, в конечном счете является здесь
специалистом. В действительности отвечают обе стороны и ни
одна из них не может избежать моральной ответственности.
Часто ни производитель, ни рекламное агентство не испыты-
вают трудностей в изначальной рекламе продукта. Хороший
продукт, удовлетворяющий потребности людей, имеет широкий
сбыт, если его представить покупателю в привлекательном ви-
де. Однако с обострением конкуренции возникает напряжение.
По мере того как продукт конкурента оказывается все более по-
хожим на продукт данного производителя, становится все труд-
нее изыскать нечто отличительное, создающее преимущество
при продаже. Когда первое место компании на рынке подверга-
ется угрозе или когда она оттесняется на второе место, возника-
ет искушение сохранить или вернуть себе первое место с помо-
486
щью более изощренной рекламы. Возрастает искушение преуве-
личивать достоинства товара, создавать вводящие в заблужде-
ние рекламные публикации и предпринимать иные аморальные
акции. У человека возникает искус мыслить лишь категориями
блага только для фирмы, отстаивания интересов только акцио-
неров, увеличения прибыли, сохранения своего служебного
кресла, а отсюда - оправдывание методов, которые он обычно не
стал бы практиковать или поощрять.
Рекламные агентства несут моральную ответственность за то,
чтобы не лгать, не вводить в заблуждение, не обманывать. Они
обязаны также производить проверку, когда у них возникает
подозрение, что им предлагают лгать, обманывать, вводить в за-
блуждение покупателя относительно качества продукта. Нео-
сведомленность здесь не служит оправданием, когда специалист
по рекламе подозревает нечто неладное в информации о продук-
те, который ему предстоит рекламировать. Специалисты по рек-
ламе не должны принимать участия во лжи, во введении публи-
ки в заблуждение, они должны стараться убеждать своих кли-
ентов не прибегать к такой практике. Даже если им не удается
убедить в этом своих клиентов, их долг все же состоит в том, что-
бы не принимать участия во лжи или обмане. Добропорядочно-
му агентству нет нужды прибегать к неэтичным методам прода-
жи продукта.
3. Когда реклама или программа рекламной кампании уже
разработаны, их можно представить публике в самых различ-
ных формах. Крупнейшими из них являются телевизионная
реклама и реклама в печати (в газетах и журналах). Товары спе-
циального назначения обычно рекламируются в специализиро-
ванных журналах, в отраслевых журналах или непосредственно
по почте. Товары общего назначения, как правило, рекламиру-
ют на телевидении, в журналах, газетах.
Все телевизионные станции, журналы и газеты несут мораль-
ную ответственность за то, что появляется на их экранах или
страницах. Они получают от производителя или рекламного
агентства текст или фильм. Имеют ли они право ставить под со-
мнение, подвергать цензуре или запрещать публикацию или по-
каз того, за что им заплачено? Да, имеют. Более того, они мо-
рально обязаны не показывать и не печатать рекламу, которая,
487
как им известно, лжива, вводит в заблуждение или обманчива.
Они могут даже пойти еще дальше и не выпускать в эфир или не
сдавать в печать рекламу, которая, по их мнению, оскорбитель-
на или выдержана в дурном вкусе. Если они считают, что публи-
кация определенной рекламы может оскорбить чувства читате-
лей, они могут отказаться ее публиковать, хотя с моральной
точки зрения они и не обязаны от этого отказываться. Однако
аморальную рекламу они морально обязаны не публиковать.
Показывать или печатать безнравственную рекламу означает
участвовать в совершении безнравственного поступка. Мы не
вправе ни действовать аморально, ни участвовать в аморальных
деяниях других, выступая в качестве их агентов. Но такая обя-
занность должна соблюдаться в рамках разумного. Нельзя рас-
считывать, что каждый редактор журнала станет проверять лю-
бую представленную публикацию, чтобы установить, не лжива
ли она, не вводит ли в заблуждение читателей. Основная ответ-
ственность ложится на производителя товара и на агентство, со-
здавшее ему рекламу. Но даже если работающий в журнале ря-
довой сотрудник заподозрит, что какая-то реклама лжива или
вводит в заблуждение, необходимо эту рекламу проверить, что-
бы установить ее моральную обоснованность. Главный принцип
здесь сводится к тому, что для тех, кто контролирует телевизи-
онную рекламу и рекламу в печати, аморально передавать в
эфир или публиковать то, что, насколько им известно, является
безнравственным. И в данном случае возникает искушение воз-
ложить ответственность на производителя или рекламное агент-
ство, особенно когда плата за рекламу высокая. Однако телеви-
зионные станции, газеты и журналы не вправе столь легко сни-
мать с себя моральную ответственность.
4. А что можно сказать о населении? Граждане не поступают
безнравственно, когда смотрят на вводящую в заблуждение рек-
ламу (а как бы они узнали, что реклама вводит в заблуждение,
если бы не видели ее?). Они морально не обязаны также прини-
мать какие-либо практические меры в отношении такой рекла-
мы. Но когда у них вызывает сомнение правдивость или точ-
ность рекламной публикации, если они считают, что данная
реклама вводит в заблуждение или содержит обман, они могут
сослужить обществу службу, открыто заявив о своих соображе-
488
ниях и ощущениях. Они могут написать компании-производи-
телю и пожаловаться на рекламу или, если им известно создав-
шее рекламу агентство, обратиться со своими претензиями не-
посредственно к нему. Они могут написать в местное или феде-
ральное Бюро по совершенствованию практики бизнеса (БСПБ),
в ФТК, или Управление по контролю за качеством пищевых
продуктов и медикаментов, или в Национальное бюро по надзо-
ру за рекламой (НБНР). Последнее было образовано в 1971 г.,
спонсорами его являются Американская ассоциация реклам-
ных агентств, Американская федерация рекламы, Националь-
ная ассоциация рекламодателей и Совет БСПБ. Цель НБНР за-
ключается в том, чтобы обеспечить саморегулирование деятель-
ности создателей рекламы. Оно расследует жалобы, запрашива-
ет у создателей рекламы подтверждения их публикаций, сооб-
щает о результатах их расследования каждому жалобщику и
публикует эти результаты в ежемесячных пресс-релизах.
Давление общественности может способствовать поддержа-
нию ответственности в рекламе. Когда создатели рекламы зна-
ют, что граждане не только станут жаловаться на вводящую в
заблуждение или безнравственную рекламу, но будут также
бойкотировать рекламируемый таким путем товар, у них появ-
ляется мощный стимул к тому, чтобы сохранять моральный
уровень своей рекламы.
5. Правительство играет активную роль в регулировании и
мониторинге рекламы. Однако ФТК и Управление по контролю
за качеством пищевых продуктов и медикаментов применяют
лишь установленные законом нормы. Они не обязаны и не долж-
ны применять нравственные нормы, когда последние расходят-
ся с юридическими. В американской политической системе го-
сударство не уполномочено выступать в роли окончательного
арбитра в области морали, хотя с помощью закона оно иногда
может юридически разрешать проблемы, относительно которых
возникают моральные споры. Однако своим законодательством
государство не делает моральными или аморальными какие-то
действия, политику и практику фирм. Законодатели и прави-
тельственные ведомства могут, конечно, прислушиваться к мо-
ральным доводам. Нравственные аргументы, разумные доводы
и юридические прецеденты учитываются должным образом.
489
Правительство и его ведомства не должны действовать безнрав-
ственно, но они не способны и не уполномочены законодательно
регулировать моральное поведение.
Роль государства в области рекламы состоит в том, чтобы за-
щищать интересы населения. Оно эту роль осуществляет разны-
ми способами, часть которых мы здесь рассмотрели. В той мере,
в какой создатели рекламы регулируют собственное поведение,
в специальном законодательстве необходимости нет. Однако,
когда создатели рекламы стремятся обеспечить собственные ин-
тересы за счет широких слоев населения, государство играет ле-
гитимную регулирующую роль.
Роль государства в качестве регулятора не лишена своих ис-
кушений. Персонал регулирующих ведомств иногда комплекту-
ется из людей, работавших в тех самых областях, которые регу-
лируются, или рассчитывающих в будущем работать в таких об-
ластях. Возможное столкновение интересов вполне очевидно. А
кто регулирует регуляторов? К тому же регуляторы иногда бе-
рут на себя роль весьма широких интерпретаторов законода-
тельства, хотя это и не входило в намерения законодателей. Ре-
гулирующие ведомства могут сами превратиться в малых зако-
нодателей, разрабатывая инструкции по проведению в жизнь
принятых законов. Они по своему желанию могут распростра-
нить на какую-то отрасль свои собственные моральные принци-
пы. Они могут неправильно толковать масштабы патерналист-
ской защиты, которые желательны или необходимы населению.
Регуляторы, конгресс, президент страны, ее народ должны осо-
знавать опасности, кроющиеся в практике государственного ре-
гулирования.
В Соединенных Штатах реклама представляет собой чрезвы-
чайно широкое поле деятельности. Большинство людей по мере
своего взросления осваивают семантику рекламы. Они учатся от-
брасывать некоторые рекламные утверждения, обнаруживать
дутую рекламу; они учатся распознавать в рекламе различные
уловки и толковать их неоднозначно. Они узнают, что создатели
рекламы образуют свои ассоциации и что некоторые из этих ас-
социаций ничего не сообщают населению о продукте. Когда ки-
нозвезда или чемпион бейсбола утверждают, что употребляют
или не употребляют такой-то вид косметики или овсянку на зав-
490
трак, это больше говорит людям о самой звезде или чемпионе,
чем о рекламируемом продукте. В семантике рекламы присутст-
вуют элементы лжи, недомолвок, обмана, манипуляции и другие
сомнительные приемы. Все такие приемы аморальны, и их сле-
дует признавать таковыми. Давление общественности и надле-
жащее государственное регулирование обещают принести эф-
фективные результаты в обуздании главных эксцессов рекламы.
Контрольные вопросы и задания
1. Каковы некоторые аморальные методы формирования мо-
нополий? Почему они безнравственны?
2. Что такое установление фиксированных цен? Какую цель
оно преследует? Дозволено ли оно морально? Если да или
нет, то почему?
3. Что означает завышение цен? Как может возникать такое
явление, как завышение цен, если каждому производителю
дозволено устанавливать свои собственные цены?
4. Что такое ростовщичество? Аморально ли оно? Если да или
нет, то почему?
5. Каковы некоторые нравственные проблемы ценообразова-
ния? Приведите примеры некоторых из них.
6. Оправданны ли морально закрытые торги? Если да или нет,
то почему?
7. Насколько могут быть безнравственны перерасход издер-
жек производства и «отсутствие выбора у покупателя»?
8. Что такое правдивость в условиях ссудных контрактов? В
ценообразовании на штучные товары? В маркировке и дати-
ровке? Требуется ли соблюдение правдивости во всех этих
случаях морально, или просто социально, или юридически?
9. Аморальна ли сама по себе реклама? Если да или нет, то по-
чему?
10. Манипулятивна ли вся реклама? Если да или нет, то почему?
11. Определите понятие «ложь». Представляет ли собой ложь
то же самое, что выдумка? Если да или нет, то почему? Про-
иллюстрируйте свой ответ примерами.
12. Надо ли воспринимать буквально образную речь? Является
ли она ложью? Приведите примеры образной речи в рекламе.
491
13. Что такое вводящая в заблуждение реклама? Приведите
один пример.
14. Что такое обманная реклама? Приведите один пример.
15. Может ли реклама без всякого текста быть аморальной? Ес-
ли да, то каким образом?
16. Аморально ли убеждение само по себе? А манипуляция? А
принуждение?
17. Позволительна ли морально «сублиминальная» реклама?
Если да или нет, то почему?
18. Что такое патернализм? Какое место он занимает в спорах о
рекламе? Какие параметры патернализма морально оправ-
данны?
19. Позволительно ли с моральной точки зрения ассоциациям
лиц свободных профессий запрещать своим членам рекла-
мировать себя? Если да или нет, то почему?
20. На ком лежит главная моральная ответственность за рекламу?
21. В чем состоит нравственный долг рекламных агентств в от-
ношении рекламы? А средств массовой информации? А го-
сударственных регулирующих ведомств?
22. Фирма, производящая витамины, выпустила в продажу для
дошкольников витамины, по внешнему виду и вкусу похо-
жие на конфеты. Фирма развернула энергичную рекламную
кампанию в телевизионных передачах для детей. Хотя в
этой рекламе и отмечается значение витаминов для здоро-
вья детей, главное место в ней занимает восхваление вкуса
и яркая упаковка витаминов, на что положительно реагиру-
ют дети дошкольного возраста. Оправданна ли морально та-
кая реклама? Если да или нет, то почему?
23. Обдумайте следующее утверждение: «Если вообще этично
производить определенный товар, если вообще этично пре-
доставлять определенную услугу, то этично также и рекла-
мировать их». Согласны ли вы с этим утверждением? Если
да или нет, то почему?
24. Больница публикует рекламу, утверждающую, что в ней
«процент излечения» от рака груди выше, чем в местной му-
ниципальной больнице. Фактически это утверждение вер-
но. Оправданно ли морально для первой больницы публико-
вать такую рекламу? Если да или нет, то почему?
492
Содержание
Предисловие.........................................5
Предисловие к первому русскому изданию.............10
Введение
Глава 1. Этика и бизнес ...........................17
Пример: «Джонсон энд Джонсон» и препарат «Тайленол» 17 •
Миф об аморальности бизнеса 20 • Система ценностей американ-
ского бизнеса 24 • Соотношение бизнеса и морали 29 • Деловая
этика и нравственность 39 • Пример с аварией в шахте 54 • Кон-
трольные вопросы и задания 59
Нравственные представления в мире бизнеса
Глава 2. Конвенциональная мораль
и этический релятивизм...............................63
Пример: закупки за границей 63 • Уровни развития нравственно-
сти 65 • Субъективная и объективная мораль 69 • Описательный
релятивизм 73 • Нормативный этический релятивизм 76 • Мо-
ральный абсолютизм 84 • Моральный плюрализм 85 • Плюра-
лизм и американский бизнес 87 • Плюрализм и международный
бизнес 89 • Подходы к теории этики 92 • Контрольные вопросы и
задания 97
Глава 3. Польза и утилитаризм ......................100
Пример с авиастроительным предприятием 100 • Утилитаризм
100 • «Утилитаризм действия» и «утилитаризм правила» 108 •
Возражения против утилитаризма 114 • Утилитаризм и справед-
ливость 118 • Практическое применение утилитаризма 121 •
Утилитаризм и взяточничество 127 • Контрольные вопросы и за-
дания 133
Глава 4. Нравственный долг, права и справедливость...135
Пример с фирмой «Джонсон контроле» 135 • Деонтологический
подход к этике 137 • Иудейско-христианская мораль 138 • Разум,
долг и нравственный закон 142 • Применение нравственного за-
кона 153 • Неабсолютные обязанности, особые обязанности и
нравственные идеалы 161 • Права и справедливость 168 • Кон-
трольные вопросы и задания 184
493
Глава 5. Моральная ответственность,
добродетель и нравственный образ мыслей .............187
Пример с делом «Лав кэнэл» 187 • Моральная ответствен-
ность 189 • Оправдывающие обстоятельства 191 • Обязательство и
отчетность 199 • Исполнительская и функциональная моральная
ответственность 203 • Добродетель 207 • Применение нравствен-
ного образа мыслей 216 • Контрольные вопросы и задания 223
Моральные проблемы в бизнесе
Глава 6. Справедливость и экономические системы .....226
Пример с двумя рабовладельцами 226 • Моральная оценка эконо-
мических систем 228 • Моральная оценка современных сис-
тем 236 «Экономические модели и игры 238 «Капиталистическая
модель 241 • Капитализм и государство 249 • Социалистическая
модель 256 • Сравнение моделей и систем 260 • Экономические си-
стемы и справедливость 262 • Контрольные вопросы и задания 265
Глава 7. Американский капитализм: моральный
или аморальный?......................................268
Пример с Биллом Гейтсом 268 • Американская экономическая
система 271 • Отношение американского государства к американ-
ской экономической системе 275 • Марксистская критика 281 •
Немарксистская критика моральных позиций американского ка-
питализма 291 • Моральная защита американской системы сво-
бодного предпринимательства 296 • Несоциалистические альтер-
нативы современному американскому капитализму 303 • Кон-
трольные вопросы и задания 312
Глава 8. Корпорации и нравственность.................315
Пример с фирмой «Молден милз» 315 • Моральный статус корпо-.
раций и других официальных организаций 320 • Концепция кор-
порации: акционеры против других заинтересованных групп и
лиц 329 • Моральная ответственность внутри корпорации 333 •
Нравственность и социальный контроль 344 • Корпоративные ко-
дексы 354 • Культура корпорации и нравственные фирмы 357 •
Контрольные вопросы и задания 360
Глава 9. Безопасность, риск и защита
окружающей среды ....................................363
Пример с полистролом фирмы «Макдоналдс» 363 • Корпорации,
товары и услуги 365 • Не навреди 368 • Безопасность продуктов и
494
приемлемый риск 369 • Безопасность продуктов и обязанность
корпораций 375 • Строгая ответственность 379 • Безопасность
производственного процесса 383 • Нанесение ущерба окружа-
ющей среде 385 • Загрязнение окружающей среды и борьба с
ним 390 • Контрольные вопросы и задания 402
Глава 10. Сигнализаторство..............................405
Пример с моделью «Пинто» компании «Форд мотор» 405 • Сигна-
лизаторство 407 • Виды сигнализаторства 408 • Морально не доз-
воленное сигнализаторство 416 • Сигнализаторство как морально
дозволенное действие 422 • Сигнализаторство как морально обяза-
тельное действие 430 • Внутрифирменное сигнализаторство 435 •
Предотвращение необходимости сигнализаторства 438 • Кон-
трольные вопросы и задания 440
Глава 11. Маркетинг, правдивость и реклама..............443
Пример с фирмой «Мэй департмент сторз» 443 • Пример с дет-
ским питанием фирмы «Нестле» 445 • Маркетинг 447 • Рекла-
ма 462 «Правдивость и реклама 465 • Манипуляция и принужде-
ние 474 • Патернализм и реклама 478 • Запрет рекламы 483 •
Разделение моральной ответственности в рекламе 485 • Кон-
трольные вопросы и задания 491
Р.Т. Де Джордж
Д42 Деловая этика / Пер. с англ. Р.И. Столпера. - СПб., «Эко-
номическая школа», М., Издательская группа «Прогресс»,
2001. Т. 1. 496 С. ISBN 5-900428-57-5
« Деловая этика» - американский учебник. Курсы деловой этики давно входят
в учебные программы колледжей и университетов. Настоящая книга представля-
ет собой попытку системного и, насколько это возможно, всеобъемлющего изло-
жения этой дисциплины. Рассматриваются методы логических рассуждений и
аргументации в области этики, необходимые для анализа моральных аспектов
бизнеса. Далее следует характеристика основных проблем нравственности эконо-
мических систем, особенно экономической системы США. Трактуется ряд совре-
менных острых моральных проблем бизнеса - от прав рабочих до законного ис-
пользования компьютеров. Автор распространяет общие принципы нравственно-
сти на различные сферы практики бизнеса. Поскольку сам бизнес подвергся изме-
нениям, в настоящем издании предпринята попытка отобразить порожденные
этими изменениями нравственные проблемы, главные из которых представляют
собой вопросы этики, проистекающие из информационной технологии и глобали-
зации бизнеса. В конце каждой главы приведены учебные задания и вопросы, ко-
торые могут быть использованы в процессе обучения.
Книга адресована преподавателям и студентам, а также всем, кто интересует-
ся проблемами ответственности перед обществом.
Р.Т. Де Джордж
ДЕЛОВАЯ ЭТИКА в 2-х томах
Том 1
Редактор: О.М. Фролова
Художники: С.О. Цветков, Г.О. Вельте
Технический редактор: В.В. Ничипорук
Корректоры: В.В. Евтюхина, О.Е. Косова
Подписано в печать 09.10.01. Формат 60x84/16.
Печать офсетная. Бумага офсетная. Гарнитура Школьная.
Усл. печ. л. 28,83. Уч.-изд. л. 27,05. Доп. тираж 2000 экз.
Заказ № 1811.
«Экономическая школа».
192241, Санкт-Петербург, ул. Пражская, д. 30, корп. 1.
Лицензия № 061692 от 19 октября 1997 г.
Отпечатано с диапозитивов в ФГУП «Печатный двор»
Министерства РФ по делам печати, телерадиовещания
и средств массовых коммуникаций.
197110, Санкт-Петербург, Чкаловский пр., 15.