Сказки народов мира - Зайко Т.

Автор: Зайко Т.

Теги: фольклор в узком смысле фольклор фольклорист сказки мировая литература

ISBN: 978-5-9603-1188-5

Год: 2025

Похожие

Энциклопедия читателя. Том 3

Ежегодник музея истории религии и атеизма

Собрание сочинений. Том 1. На лыжах через Гренландию. Жизнь эскимосов

Великий санный путь

Текст

Культура каждого народа уникальна, и проявляется она в разных формах. Одна из
них — устное народное творчество, и прежде всего это сказки. В них запечатлена красота традиций народа, его вера, мысли и чувства. Юным читателям сказки откроют двери
в мир героев, королей и волшебных существ, а взрослым дадут возможность бросить
взгляд на то, каким видели мироздание люди много столетий назад. В данном издании
собраны сказки разных народов мира. Среди них — эскимосские, индейские, корейские, японские, китайские, тибетские, русские, швейцарские, голландские, бельгийские, ирландские и валлийские сказки. Это истории, с которыми мало знаком современный отечественный читатель. Они рассказывают о давних событиях, удивительных
чудесах и подлинном благородстве. Книга дополнена самобытными иллюстрациями
американских художников, творивших на рубеже XIX и XX веков.
Джордж Леонард Карлсон (1887–1962) в США известен преимущественно как иллюстратор комиксов и детских книг. Он выполнил множество рисунков к самым разным
текстам не только своих современников, но и классиков американской литературы.
Наибольшую известность ему, тем не менее, принесло произведение, написанное для
взрослых: в 1936 году он оформил обложку для «Унесенных ветром» Маргарет Митчелл.
Рэйчел Робинсон Элмер (1878–1919) появилась на свет в Вермонте в семье иллюстратора и художницы. Рэйчел училась рисовать с детства. Окончив частный колледж, она
начала преподавать в художественной студии. В возрасте двадцати лет Элмер переехала
в Нью-Йорк, где прославилась своими открытками. Городские пейзажи, изображенные в ее уникальной манере, были великолепны. Кроме того, художница занималась
иллюстрированием книг и журналов.
Морис Элликотт Дэй (1892–1983) родился в штате Мэн. Его предки занимались судостроением еще с XVII века, однако он не пошел по их стопам — предпочел рисование.
Дэй обучался в Массачусетском колледже искусств, а завершив учебу, начал карьеру
художника. Он сотрудничал со многими журналами, в том числе The Vanity Fair. Занимался Дэй и мультипликацией. В 1936 году он присоединился к мультипликационной
компании The Walt Disney Studios и стал одним из ее первых и самых известных художников. Одной из его работ был мультфильм «Бемби». Тогда художник провел в лесах
Вермонта и Мэна несколько недель: он фотографировал оленей и дикую среду, чтобы
как можно правдоподобнее изобразить их в мультфильме.
Всех трех художников объединяет любовь к иллюстрированию, стремление к точности
в деталях и безупречное владение разными техниками рисования. Их работы в данном
издании лаконично дополняют друг друга и украшают тексты старинных сказок.

СКАЗКИ
НАРОДОВ
МИРА

Свыше семидесяти иллюстраций
и элементов оформления
американских художников

ББК 82.3
УДК 398.2
С42
Перевод с английского Дмитрия Мочнева
Редактор Татьяна Зайко
Тексты русских сказок печатаются по изданию:«Народные русские сказки
А. Н. Афанасьева». В трех томах. М.: Наука, 1984–1985.
Иллюстрации:
Джорджа Леонарда Карлсона, Мориса Дэя, Рэйчел Робинсон Элмер
и других американских художников.
Первые 100 пронумерованных экземпляров
от общего тиража данного издания переплетены мастерами
ручного переплета ООО «Творческое объединение «Алькор»
Классический переплет выполнен
из натуральной кожи особой выделки растительного дубления.
Инкрустация кожаной вставкой с полноцветной печатью.
Тиснение блинтовое, золотой и цветной фольгой.
6 бинтов на корешке ручной обработки.
Использовано шелковое ляссе, золоченый каптал из натуральной кожи,
форзац и нахзац выполнены из дизайнерской бумаги
с тиснением орнамента золотой фольгой. Обработка блока
с трех сторон методом механического торшонирования
с нанесением золотой матовой полиграфической фольги горячим способом.
Оформление обложки пронумерованных экземпляров
разработано в ООО «Творческое объединение «Алькор»
С42 Сказки народов мира. — Санкт-Петербург: СЗКЭО, 2025. — 552 с.: ил.
В этой книге приведены сказки самых разных народов мира. Добрые и устрашающие, веселые и печальные, эти истории поведают о непостижимых тайнах, старинных обычаях и настоящем волшебстве. Переводы с английского
выполнил Дмитрий Мочнев, тексты же русских сказок взяты из коллекции
выдающегося собирателя русского фольклора Александра Афанасьева. Сказки проиллюстрированы американскими мастерами книжной графики XIX–
XX столетий — Джорджем Карлсоном, Морисом Дэем, Рэйчел Элмер и другими художниками.
© СЗКЭО, 2025
© Д. В. Мочнев, перевод, 2025
© Дизайн кожаного переплета. ТО Алькор
ISBN 978-5-9603-1188-5 (7БЦ)
ISBN 978-5-9603-1189-2 (Кожаный переплет)

КИВИУНГ

маленькой хижине жила старуха со своим внуком. У нее
не было мужа, который заботился бы о ней и мальчике, и они
были очень бедны. Одежда мальчика была сшита из шкурок
птиц, которых они ловили в силки. Всякий раз, когда мальчик выходил
из хижины поиграть, другие мальчишки кричали: «Вот идет мальчикптичка! Улетай, птичка!» — а мужчины смеялись над ним и срывали
с него одежду.
Только один мужчина по имени Кивиунг был добр к мальчику
и пытался защитить его от других, но те не останавливались. Внук
приходил к бабушке и плакал, а она утешала его и обещала сшить новую
одежду, как только они раздобудут птичьи шкурки. Она умоляла мужчин
перестать дразнить ребенка и срывать с него одежду, но они только смеялись над ней. В конце концов старуха рассердилась и сказала внуку:
— Я отомщу твоим мучителям с помощью колдовских сил.
Она вылила воду на глинобитный пол и проговорила:
— Ступи в эту лужу и ничего не бойся.
Мальчик ступил в лужу — тут же земля разверзлась у него под
ногами, и он скрылся из виду, но в следующее мгновение, превратившись в молодого тюленя с удивительно гладкой и блестящей кожей,
вынырнул у берега и поплыл.
Кто-то увидел его и крикнул, что недалеко от берега плавает годовалый тюлененок. Все мужчины побежали к своим каякам1, желая
Кая́к — промысловая лодка для морской охоты у коренных народов Арктики
с побережья Берингова моря. На каяках использовали двухлопастные весла, охотник,
преследуя зверя, бил его гарпуном.
1

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

поймать прекрасное создание. Но мальчик-тюлень усердно плыл прочь,
как велела ему бабушка, а мужчины преследовали его. Всякий раз, когда
поднимался на поверхность, чтобы подышать, он старался всплыть
позади каяков, где плескался и плескался, чтобы заманить их. Как только
мальчик-тюлень привлекал их внимание и они разворачивались, чтобы
преследовать его, он нырял и всплывал еще дальше в море. Люди были
так увлечены его поимкой, что не замечали, как их ловко уводят далеко
в море, все дальше и дальше от суши.
И вот тут-то бабушка и применила свои колдовские силы. Внезапно
поднялся свирепый шторм, море вспенилось и заревело, волны разбили
хрупкие суденышки, и они пошли ко дну. Когда все преследователи
утонули, маленький тюлень снова превратился в мальчика, пошел домой
по воде аки посуху, даже ноги не промочил. Теперь некому было его мучить.
Кивиунг, который никогда не обижал мальчика, отправился вместе
с остальными, но его каяк не пошел ко дну. Он храбро боролся с бурными
волнами и уплыл далеко от того места, где утонули остальные. Стоял
густой туман, и Кивиунг не мог понять, в каком направлении плыть.
Он греб много дней наугад, и однажды сквозь туман увидел темную
полоску, которую принял за сушу. По мере того как Кивиунг приближался к ней, море становилось все более бурным, и он увидел, что место,
которое он принял за скалистый утес на острове, оказалось диким
черным морем с бушующим водоворотом посредине.
Он приблизился к водовороту, и только благодаря огромному напряжению сил его не затянуло в него. Наконец ему удалось выбраться туда,
где волны были не так высоки, как горы. Кивиунг постоянно был настороже, потому что его хрупкое суденышко то взлетало высоко на гребень
волны, то погружалось в глубокую морскую впадину.
Он снова увидел темную полоску, поплыл к ней, надеясь найти сушу,
но и здесь его поджидало разочарование: это был очередной водоворот,
от которого море вздымалось гигантскими волнами. Наконец ветер утих,
и море немного успокоилось, хотя вокруг него все еще плескались белые
волны. Туман рассеялся, и вдалеке показалась суша, на этот раз настоящая.
Кивиунг направился туда и, немного проплыв вдоль берега, заметил
каменный дом. В нем горел свет. Можно себе представить, как он был
счастлив, когда снова оказался рядом с человеческим жильем. Он вылез
на берег, вошел в дом и увидел старуху. Она приняла его ласково, помогла
снять сапоги, мокрые чулки повесила на раму над лампой и сказала:
— Я разведу огонь в соседней комнате и приготовлю хороший ужин.
Кивиунг подумал: «Какая добрая старуха». Он так проголодался,
что с трудом дождался ужина. Ему показалось, что она слишком долго

ЭСКИМОССКИЕ СКАЗКИ

готовит его. Когда чулки высохли, он попытался снять их с рамы. Но как
только Кивиунг дотронулся до рамы, она поднялась, и он не смог дотянуться до нее. Он тщетно проделал это несколько раз, и каждый раз
рама поднималась. Он позвал старуху и попросил ее подать ему чулки.
— Возьми их сам. Вот они, вот они! — сказала она и опять вышла.
Кивиунга удивило ее поведение. Он еще раз попытался достать
чулки — безрезультатно. Снова подозвав старуху и объяснив ей свое
затруднение, он попросил:
— Пожалуйста, подай мне мои сапоги и чулки, а то они ускользают
от меня.
— Сядь туда, где сидела я, когда ты вошел в мой дом, и тогда ты
сможешь достать их, — ответила она и опять вышла из комнаты.
Кивиунг попытался еще раз, но рамка поднялась, как прежде, и он
не смог до нее дотянуться. Теперь он понял: это злая старуха, и подумал,
что большой костер, который она развела, был приготовлен для того,
чтобы зажарить и съесть его.
Несомненно, он попал в дом злой колдуньи. Что же делать? Он
знал, что ему не спастись, если только он не превзойдет ее в колдовском искусстве. Он стал вызывать своего духа-охранителя — огромного белого медведя. Тут же из-под дома раздалось рычание. Женщина
сначала не услышала его, но Кивиунг продолжал вызывать духа, и тот
с громким ревом поднялся прямо через пол. Тогда старая колдунья,
дрожа от страха, вбежала в комнату и отдала Кивиунгу то, что он просил.
— Вот твои сапоги! — закричала она. — Вот твои чулки! Я помогу
тебе надеть их!
Но Кивиунг не хотел больше находиться рядом с ужасной старухой
и не стал ждать, пока она наденет ему чулки и сапоги. Он бросился
вон из дома и едва успел выйти за дверь, как она с силой захлопнулась,
вырвав клок из его куртки. Не оглядываясь, он побежал к своему каяку
и уплыл, быстро работая веслом.
Старуха скоро оправилась от испуга и вышла из дома, в ее руке сверкнул нож, который она уже хотела бросить в него. Кивиунг так испугался,
что чуть не сломал каяк, но оправился, встал на ноги и поднял копье.
— Я убью тебя этим копьем! — крикнул он.
Старуха в ужасе упала, и ее нож сломался (с помощью колдовства она
сделала с его из кусочка льда).
Кивиунг плыл много дней, все время держась берега. Наконец он
добрался до хижины. В ней горел свет. Одежда на нем промокла, он был
голоден, поэтому высадился на берег, вошел в хижину и обнаружил нечто
очень странное. Здесь жила женщина со своей дочерью. Дочь была замужем,

Кивиунг стал вызывать своего духа-охранителя — огромного белого
медведя. Тут же из-под дома раздалось рычание. Женщина сначала
не услышала его, но Кивиунг продолжал вызывать духа,
и тот с громким ревом поднялся прямо через пол.

ЭСКИМОССКИЕ СКАЗКИ

и сейчас зять тоже был в доме. Он представлял собой корягу, которую они
нашли на берегу. У нее было четыре ветки, как ноги и руки. Каждый день
во время отлива женщины выносили корягу на берег, а во время прилива
она уплывала в море. Когда наступала ночь, коряга возвращалась с восемью
большими тюленями, они по двое были прикреплены к каждой ветке.
Так коряга обеспечивала пищей свою жену, ее мать и Кивиунга, и они
жили в изобилии. Кивиунг отдохнул, посвежел после утомительных
странствий, и ему так понравилась эта жизнь, что он оставался здесь
еще долгое время. Но однажды, когда обитатели хижины, как всегда,
спустили корягу на воду, она уплыла и не вернулась.
Тогда Кивиунг стал каждый день ходить за тюленями для себя
и женщин и так преуспел, что они захотели, чтобы он остался с ними
навсегда. Но он не забывал о доме, который давно покинул, и собирался туда вернуться. Ему не терпелось запастись несколькими парами
рукавиц, чтобы согреть руки в долгом путешествии, и каждую ночь он
притворялся, что потерял рукавицы, и женщины шили ему очередную
пару из шкур тюленей. Он прятал рукавицы в капюшоне своей куртки.
Однажды Кивиунг тоже уплыл с приливом и не вернулся. Он греб
много дней и ночей, все время держась берега. Наконец он снова
подплыл к хижине, где горел свет, и направился к ней. Но на этот раз
Кивиунг решил, что, прежде чем войти, нужно выяснить, кто там
живет. Он подобрался к окну и заглянул. На кровати сидела женщина,
ее голова и руки были похожи на больших желто-черных пауков. Она
шила. Увидев темную тень в окне, она сначала подумала, что это облако,
но когда подняла голову и увидела мужчину, то рассердилась, встала
и схватила большой нож. Кивиунг не стал заходить в этот дом, он вдруг
почувствовал тоску по дому и поспешно отправился в путь.
И снова он путешествовал много дней и ночей. Наконец добрался
до земли, которая показалась ему знакомой, а когда поплыл дальше, то
узнал свою страну. Он очень обрадовался, увидев впереди несколько лодок.
Когда Кивиунг встал, помахал им рукой и крикнул, и они поплыли ему
навстречу. (Это китобои буксировали большого мертвого кита к деревне.)
На носу одной из лодок стоял крепкий юноша, который загарпунил
кита. Он пристально посмотрел на Кивиунга, а Кивиунг — на него.
И вдруг они узнали друг друга. Это был родной сын Кивиунга, которого отец оставил маленьким мальчиком, но теперь это был взрослый
мужчина и великий охотник. Жена Кивиунга, увидев мужа, сначала
обрадовалась, а потом опечалилась. Она думала, что Кивиунг погиб,
и нашла нового мужа, но, поразмыслив, вернулась к Кивиунгу.
И с тех пор они жили долго и счастливо.

ПРОДЕЛКИ ЛУННОГО ЧЕЛОВЕКА

авным-давно в одной деревне жил бедный мальчиксирота, у которого не было дома, и некому было его защитить. Все жители деревни обращались с ним жестоко,
унижали его. Ему не разрешали спать ни в одной из хижин, но одна
семья позволила ему лежать в холодном проходе рядом с собаками,
которые были его подушкой и одеялом. Они не давали ему нормальной
еды, но бросали куски жесткой моржовой шкуры, которую скармливали собакам, и мальчик был вынужден грызть ее, как собаки, потому
что у него не было ножа.
Из всех обитателей хижины только одна девушка сжалилась над ним,
дала мальчику небольшой кусок железа, заменивший ему нож, и сказала:
«Спрячь, а то отнимут».
Он совсем не рос, потому что у него было слишком мало еды.
И бедный маленький Кваджак (так звали мальчика) вел жалкое существование. Он не осмеливался присоединиться к мальчишеской игре,
потому что они называли его «маленьким сморщенным мешком
с костями» и постоянно придирались к нему из-за его слабости.
Когда люди собирались в доме и пели, он лежал в проходе и подглядывал за порог. Время от времени кто-нибудь из мужчин хватал его
за нос, тащил в дом и заставлял носить кувшин с водой. Кувшин был
такой большой и тяжелый, что ему приходилось держаться за него
обеими руками и зубами. Его так часто таскали за нос, что он (нос) стал
очень большим, хотя сам мальчик оставался маленьким и слабым.
Наконец Лунный человек, который защищает всех эскимосских
сирот, заметил, как жестоко обращаются с Кваджаком, и спустился

Лунный человек снова ударил Кваджака лучом. После третьего удара
он стал таким сильным, что поднял валун,
как будто это был мелкий камешек.

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

с неба, чтобы помочь ему. Он запряг в сани пятнистую собаку и устремился вниз. Он подъехал к хижине, остановил собаку и позвал:
— Кваджак, выходи!
Мальчик подумал, что это один из тех, кто его донимает, и ответил:
— Не выйду. Уходи.
— Выходи, Кваджак! — настаивал Лунный человек, и его голос
звучал мягче, чем голоса людей.
Но мальчик продолжал колебаться:
— Ты дашь мне затрещину.
— Нет, я не причиню тебе вреда. Выходи! — не унимался Лунный
человек.
Кваджак медленно вышел, но когда увидел, кто это, то испугался
еще больше, чем если бы это был сильный мужчина. Лунный человек
отвел его в то место, где было много больших валунов, заставил лечь
на один из них. «Неужели он собирается меня отхлестать?» — испугался Кваджак, но не посмел ослушаться.
Лунный человек взял длинный тонкий луч лунного света и тихонько
ударил им мальчика.
— Ты чувствуешь себя сильнее? — спросил Лунный человек.
— Да, я чувствую себя немного сильнее, — ответил мальчик.
— Тогда подними валун.
Но Кваджак не смог его поднять, и Лунный человек снова ударил
мальчика лучом.
— А теперь ты чувствуешь себя сильнее? — спросил Лунный человек.
— Да, я чувствую себя сильнее, — ответил Кваджак.
— Тогда подними валун.
Но он снова смог поднять камень не больше чем на фут1 от земли,
и Лунный человек снова ударил его лучом. После третьего удара он стал
таким сильным, что поднял валун, как будто это был мелкий камешек.
— Теперь довольно, — сказал Лунный человек. — За ночь лунные
лучи придадут тебе еще больше сил. Завтра утром я пришлю сюда трех
медведей, и ты покажешь всем, какой силой обладаешь.
Затем он сел в свои сани и вернулся на Луну.
Ночью каждый раз, когда на Кваджака падал лунный луч, он чувствовал, что растет. Сначала у него выросли ноги, они стали огромными,
потом все остальное. А когда Лунный человек покинул его, мальчик
обнаружил, что он великан.
Утром он стал ждать медведей. И в самом деле, пришли три медведя,
они рычали и выглядели так свирепо, что мужчины деревни забежали
1

Фут — мера длины, равная 30,5 см.

ЭСКИМОССКИЕ СКАЗКИ

в свои хижины и закрыли двери. Но Кваджак надел сапоги и побежал
вниз, на лед, к медведям. Люди, выглядывавшие через оконные отверстия, говорили:
— Неужели это Кваджак? Медведи быстро съедят этого глупца!
Но он схватил одного медведя за задние лапы и размозжил ему
голову о льдину, возле которой тот стоял. Второму повезло не больше.
А третьего он взял на руки, отнес в деревню и позволил ему съесть
нескольких своих мучителей.
— Это вам за то, что вы меня обижали! — закричал он. — За жестокое обращение со мной!
Жители, которых он не убил, убежали и больше не возвращались
в деревню. Кваджак пощадил лишь немногих, кто был добр к нему,
когда он был бедным худеньким мальчиком. Среди них, конечно, была
девушка, которая дала ему кусок железа, заменивший нож. Она-то
и стала его женой.

КУСОЧКИ ДНЕВНОГО СВЕТА

а севере континента, в стране полуночного солнца,
в летние дни солнце в полночь только скользнет
за северный горизонт, как тут же появится вновь,
а в долгие зимние ночи дневного света почти не бывает. В долгие
тягостные ночи люди задумывались и размышляли о причинах возникновения и исчезновения света и тьмы, слагали легенды, подобные
следующей.
***
В те времена, когда земля была еще ребенком, на ней был свет
от солнца и луны, как и сейчас. Потом солнце и луну похитили, и люди
надолго остались без света, на небе лишь слабо сияли звезды. Шаманы,
или жрецы, безрезультатно чародействовали, совершая ритуальные
обряды, — ночная тьма длилась и длилась.
В одной деревне в низовьях Юкона1 жил мальчик-сирота. Он всегда
сидел на скамейке вместе со скромными людьми у входа в кашим2.
Юкон (англ. Yukon River) — река на северо-западе Северной Америки, протекающая в основном по территории Юкон (Канада) и штату Аляска (США).
2
Кашим — большое прямоугольное деревянное строение у эскимосов, фактически представлявшее из себя землянку с одним входом и выходом и дымовым отверстием на крыше. Кашим выполнял как социальную, так и религиозную функцию.
Войти в него имели право лишь женатые мужчины; женщинам вход в кашим был
воспрещен. Долгими темными зимами в кашиме изготовляли копья или вязали сети,
готовясь к весеннему лову, принимали гостей, пели песни и танцевали, совещались,
совершали шаманские ритуалы.
1

ЭСКИМОССКИЕ СКАЗКИ

Многие находили его глупым, презирали и плохо с ним обращались.
После того как шаманы, изо всех сил пытаясь вернуть солнце и луну,
потерпели неудачу, мальчик стал высмеивать их.
— Какие же вы шаманы, если не можете вернуть свет, ведь даже
я могу это сделать, — насмешливо сказал он.
На это шаманы очень рассердились, избили его и велели больше
не появляться у кашима. Сирота выглядел как любой другой мальчик,
пока не надевал свой черный плащ, — тогда он превращался в ворона
и оставался в этом облике, пока не снимал плащ. Он пошел к своей тетке
и рассказал ей, за что его избили и прогнали шаманы.
— Скажи мне, куда делись солнце и луна? Я пойду их искать, —
сказал мальчик.
— Они где-то спрятаны, но я не знаю, где именно, — ответила она.
— Я уверен, ты знаешь, где они, ведь одежда, что на тебе, сшита так
аккуратно. Ты не смогла бы сшить ее, если бы не знала, где находится
свет.
После долгих уговоров тетка сказала:
— Что ж, если хочешь найти свет, возьми снегоступы и отправляйся
далеко-далеко на юг. Ты сам узнаешь то место, куда стремишься.
Мальчик надел шубу, взял снегоступы (не забыл и свой волшебный
плащ) и отправился на юг. Он шел много дней, а темнота была все
такой же. Преодолев долгий путь, он увидел далеко впереди один-единственный лучик света. Мальчик очень обрадовался и приободрился.
Он пошел на свет, и тот становился все ярче, а потом вдруг исчез.
Свет то появлялся, то исчезал через определенные промежутки времени.
Наконец мальчик подошел к большому холму, одна сторона которого
была залита ярким светом, а другая была чернее ночи. Неподалеку он
увидел хижину. Какой-то человек разгребал перед ней снег. Старик
подбрасывал снег высоко в воздух, и каждый раз, когда он это делал, свет
исчезал и наступала тьма. Недалеко от дома он увидел огромный пылающий шар — тот самый свет, который он искал.
Мальчик остановился и задумался, как бы ему забрать с собой свет
и отнять лопату у старика. Через некоторое время он подошел к старику
и спросил:
— Зачем ты разбрасываешь снег и прячешь свет от нашей деревни?
Старик прекратил кидать снег, поднял глаза и сказал:
— Я только убираю снег от своей двери. Я не прячу свет. Но кто ты
такой и откуда пришел?
— В нашей деревне так темно, что я не хочу больше там жить.
Я пришел сюда, чтобы жить с тобой, — ответил мальчик.

— Ладно, можешь оставить свет себе, но отдай мне мою лопату!
— Нет! Ты погрузил нашу деревню во тьму,
и я не отдам тебе лопату! — крикнул ворон
и полетел быстрее, оставив старика далеко позади.

ЭСКИМОССКИЕ СКАЗКИ

— Что? Ты собираешься остаться у меня? — удивился старик.
— Да, — ответил мальчик.
— Вот и хорошо. Пойдем в дом.
Он бросил лопату на землю и, пригнувшись, направился по подземному ходу к дому, опустив перед дверью занавеску, так как думал, что
мальчик рядом с ним.
Как только занавеска опустилась за спиной вошедшего, мальчик
подхватил светящийся шар и сунул его в распахнутую шубу. Взяв в одну
руку лопату, он побежал на север и бежал, пока его ноги не устали. Тогда
он накинул свой волшебный плащ, превратился в ворона и полетел так
быстро, как только могли нести его крылья. Позади он слышал страшные
крики и вопли старика, который стремительно несся за ним.
Когда старик обнаружил, что не может догнать ворона, он крикнул:
— Ладно, можешь оставить свет себе, но отдай мне мою лопату!
— Нет! Ты погрузил нашу деревню во тьму, и я не отдам тебе
лопату! — крикнул ворон и полетел быстрее, оставив старика далеко
позади.
Когда мальчик-ворон возвращался домой, он вырвал кусочек из светящегося шара и бросил его вниз — наступил день. Потом он долго летел
в темноте и снова бросил вниз кусочек света — и снова наступил день.
Он продолжал делать это через определенные промежутки времени,
пока не достиг кашима в своей деревне, куда бросил оставшуюся часть
светящегося шара.
Наконец мальчик опустился на землю. Сняв свой волшебный плащ
и приняв человеческий облик, он вошел в кашим и сказал:
— Никчемные шаманы! Теперь вы видите, что я вернул свет? Впредь
будет то светло, то темно, так возникнут день и ночь.
Шаманы ничего не могли на это ответить.

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ВЕТРОВ

одной деревне в низовьях Юкона жили муж и жена. У них
не было детей. Однажды жена сказала мужу:
— Далеко в тундре растет одинокое дерево. Сходи к нему,
принеси кусок ствола и сделай из него куклу. Тогда будет казаться, что
у нас есть ребенок.
Мужчина вышел из дома и увидел на снегу длинную дорожку яркого
света, словно от луны, ведущую через тундру в указанном ему направлении. Это был Млечный Путь. Он все шел и шел по этой дорожке, пока
не увидел перед собой что-то очень красивое, сияющее ярким светом.
Подойдя поближе, он обнаружил, что это то самое дерево, которое он
искал. Дерево было небольшое, поэтому он взял свой охотничий нож,
отрезал кусок ствола и принес его домой.
Дома он вырезал из дерева фигурку маленького мальчика, а жена
сшила для него два костюма и одела его в один из них, отложив второй.
— Этот мы наденем на него, когда он испачкает первый. А теперь,
папочка, сделай для своего сыночка набор игрушечной посуды, —
сказала она.
— Я не вижу смысла в этих хлопотах. Нам будет не лучше, чем
раньше, — проговорил муж.
— Да нет, нам уже лучше, — отозвалась жена. — До появления куклы
нам не о чем было говорить, кроме как о себе. Теперь у нас есть кукла,
о которой можно говорить, и она нас развлекает.
Чтобы порадовать жену, муж смастерил игрушечную посуду, а куклу
усадил на почетное место на скамье напротив двери, поставив перед ней
посуду с едой и водой.

ЭСКИМОССКИЕ СКАЗКИ

Когда супруги легли спать, в комнате стало очень темно и тихо, и они
услышали низкие свистящие звуки.
— Ты слышишь? Это кукла, — сказала жена и стала трясти мужа,
чтобы тот поскорее проснулся.
Они сразу же встали и, посветив, увидели, что кукла съела еду
и выпила воду, а глаза у нее двигаются. Женщина с восторгом подхватила куклу, стала ласкать ее и играть с ней. Когда она устала, то положила
ее обратно на скамейку, и они снова легли спать.
Утром, когда супруги встали, куклы нигде не было. Они искали ее
по всему дому, но не могли найти. Тогда они вышли на улицу, и там обнаружили следы, ведущие от двери. Они прошли по этим следам к ручью
и вдоль берега до определенного места за деревней. Здесь следы обрывались, отсюда кукла отправилась вверх по Млечному Пути, по светлой
тропе, по которой муж ходил искать дерево.
Кукла шла по светлому пути, пока не дошла до края дня, где небо
спускается к земле и закрывает ее от света. Невдалеке, на востоке, она
увидела шкуру, закрывавшую дыру в небесной стене. Шкура надулась,
словно с другой стороны ее толкала какая-то мощная сила.
— Здесь очень тихо. Я думаю, небольшой ветерок оживит обстановку, — проговорила кукла, достала нож и проткнула надутую шкуру.
Тут же подул сильный ветер, время от времени принося с собой
живого оленя. Заглянув в дыру, кукла увидела за небесной стеной другой
мир, похожий на земной. Тогда она снова накрыла ее шкурой.
— Не дуй сейчас слишком сильно, — сказала кукла ветру. — Иногда
дуй сильно, иногда слабо, а иногда не дуй совсем.
Затем она взобралась на небесную стену и пошла по ней, пока
не очутилась на юго-востоке. Здесь была еще одна дыра, закрытая, как
и первая, и здесь шкура тоже сильно надулась. Когда она проткнула
шкуру, налетел шторм, увлекая за собой оленей, деревья и кусты. Она
быстро закрыла дыру и приказала шторму:
— Ты слишком силен. Иногда дуй сильно, иногда слабо, а иногда
вообще не дуй, ведь люди на земле хотят разнообразия.
Пройдя дальше по небесной стене, она подошла к отверстию на юге,
и, когда открыла его, налетел горячий ветер, несший дождь и брызги
с великого моря, лежащего за небесной дырой, с другой стороны. Кукла
закрыла эту дыру и обратилась к ветру с теми же словами, что и раньше.
Затем она направилась на запад, где находилась еще одна дыра,
пропускавшая сильные ливни со снегом и брызгами с океана. Закрыв
ее и дав ветру указания, она отправилась на северо-запад. Там была
еще одна дыра, и, когда она подняла шкуру, оттуда вырвался холодный

Когда кукла проткнула шкуру, налетел шторм,
увлекая за собой оленей, деревья и кусты.

ЭСКИМОССКИЕ СКАЗКИ

ветер, несший снег и лед, так что кукла продрогла до костей и поспешила закрыть дыру, как и все остальные.
Кукла пошла вдоль небесной стены на север, но холод становился все
сильнее и сильнее, и она была вынуждена покинуть стену и сделать крюк
на юг. Кукла вернулась на север только тогда, когда оказалась напротив
нужной дыры. Там холод был настолько сильным, что ей пришлось
подождать некоторое время, прежде чем она набралась смелости и откинула шкуру. Налетел страшный ветер, несущий большие массы снега
и льда и разметающий их по земной равнине. Это было так страшно,
что она быстро закрыла дыру и сказала ветру этого направления, чтобы
он приходил только в середине зимы, дабы люди не были застигнуты
врасплох и подготовились к нему.
Оттуда кукла поспешила вниз, в теплые края, на середину земной
равнины, где, подняв голову, увидела, что небо поддерживают длинные, тонкие, дугообразные столбы, похожие на конические домики,
но сделанные из какого-то неизвестного прекрасного материала. Совершив путешествие, она наконец вернулась в деревню и зашла в свой
дом.
Кукла жила в этой деревне очень долго. Когда ее первые приемные
родители умерли, ее взяли к себе другие жители деревни, потом другие,
и так она жила на протяжении многих поколений, пока однажды
не умерла. После ее смерти родители стали делать для своих детей кукол
в подражание кукле, которая открыла ветровые дыры в небесной стене
и обуздала все шесть земных ветров.

КАК ЗВЕРОПОДОБНЫЕ СУЩЕСТВА
ПРЕВРАТИЛИСЬ В ЛЮДЕЙ

самом начале, рассказывают индейцы зуни, ничего не было.
Потом Великий Отец создал туман из своей сущности,
и туман превратился в Землю и Небо. Затем Отец принял
форму Солнца.
Внизу, на земле, образовались четыре пещеры. Они располагались
ярусами одна над другой, и свет проникал через круглое отверстие,
проделанное вверху каждой пещеры.
Как вы понимаете, в самой нижней пещере было очень темно, сыро
и душно. Но именно в теплых и влажных местах из яиц вылупляются
головастики, рептилии и птицы. И вот в этой темной пещере из яиц
вылупились полузвери-полулюди. Они быстро росли и размножались,
и вскоре в темноте уже ползали друг над другом и друг под другом
всевозможные живые существа. Вскоре пещера заполнилась до отказа,
и там стало невыносимо тесно.
Но некоторые существа были настолько глупы и неуклюжи, что
не знали, что значит тесно. Они довольствовались тем, что живы
и им тепло. Но некоторых это не устраивало, и они постоянно обвиняли других в том, что те на них натолкнулись, и всегда были готовы
подраться.
Но те, кто больше походил на людей, все время смотрели вверх,
на тусклое пятно света и страстно желали добраться до отверстия
и посмотреть, что там наверху. Два полузверя-получеловека все чаще
смотрели вверх и пытались дотянуться до света. Отец Солнце узнал
об этом и поручил им вывести полузверей-полулюдей из тьмы. Этих

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

двоих стали называть Возлюбленная пара или Братья-близнецы
света.
Вы ни за что не догадаетесь, как Братья-близнецы света вывели людей
из самой глубокой пещеры. Что ж, придется рассказать.
Во-первых, они сказали звероподобным существам, что наверху
есть светлая страна. И полузвери-полулюди изо всех сил стали стремиться добраться до отверстия, из которого в их пещеру проникал
свет.
А Братья-близнецы света стали ухаживать за семечком, которое упало
из верхних пещер. Как только из семечка пробился росток, они дышали
на него, оберегали, растягивали, пока растение не достигло отверстия
и не превратилось в большой, крепкий суставчатый кукурузный стебель
с листьями.
— А вот и лестница, — сказали Братья-близнецы света. — Все, кто
может, цепляйтесь передними лапами-руками за стебель, а задними —
за листья с этой и с другой стороны, и вы выберетесь отсюда.
Таким образом более настойчивые звероподобные добрались до пещеры, расположенной выше, а ленивые полузвери-полулюди отступились и остались внизу.
Пещера, до которой первые добрались, была больше, и в ней было
темно, как ночью, но полузвери-полулюди могли передвигаться здесь,
не задевая друг друга.
— Здесь вы должны совершенствоваться в теле и в мыслях, — сказали Братья-близнецы света. — Не смотрите вниз, чаще поднимайте
глаза к отверстию, через которое проникает свет.
Существа повиновались и с каждым днем становились все менее
уродливыми.
Но они размножались, их число снова увеличилось, и им стало тесно.
Тогда Братья-близнецы света снова заставили кукурузный стебель вытянуться вверх, и снова полузвери-полулюди взобрались по нему и оказались в следующей пещере. Но, как и прежде, самые никчемные упали
и остались внизу.
— На этот раз вы не пойдете все вместе, — сказали Братья-близнецы
света. — Вы разделитесь на шесть групп. Самые лучшие из вас станут
вождями шести разных племен и поведут их к свету, в следующую
пещеру.
Таким образом полузвери-полулюди оказались в следующей пещере.
Она была самой большой из трех и напоминала долину, залитую
звездным светом. Братья-близнецы света все время много думали, как
помочь им стать людьми.

ИНДЕЙСКИЕ СКАЗКИ

— Мы знаем, — сказали Братья-близнецы света, — что там наверху
есть земля, где намного светлее, чем здесь. Мы знаем, что высоко-высоко
над землей есть Отец Солнце, которому мы должны поклоняться. Если
мы сможем подняться до земли, то увидим Отца Солнце и будем жить,
освещенные его чудесным светом.
Так Братья-близнецы света беседовали с полузверями-полулюдьми,
стремясь подготовить их к будущему и научить человеческой жизни.
У звероподобных все еще были перепончатые лапы, вытаращенные
глаза и чешуя на теле, но их желание выбраться из пещер на свет становилось все сильнее.
Наконец Братья-близнецы света вывели полузверей-полулюдей
из верхней пещеры на землю, и сделали это ночью, а то они могли бы
ослепнуть от резкой смены тьмы и света. Но, поднявшись на землю
ночью, они увидели Утреннюю звезду1 и, ослепленные ее сиянием,
вскрикнули от радости, ибо подумали, что это Отец Солнце, о котором
им рассказывала Возлюбленная пара.
— Нет, это не Отец Солнце, — ответила Возлюбленная пара, —
это его младшая сестра, которая всегда идет впереди него.
Когда Солнце наконец взошло, полузвери-полулюди, ослепленные,
упали и прикрыли глаза лапами-руками. Они были в восторге от сияния
Солнца и радовались, как дети, поминутно поднимали головы, чтобы
взглянуть на него, и, наконец, обессилели от яркого света.
— Теперь все, кому суждено стать людьми, должны встать на задние
лапы, — сказали Братья-близнецы света.
Ах, как же это было весело, как забавно! Полузвери-полулюди встали
на задние лапы и изо всех сил пытались стоять прямо, но поскальзывались, спотыкались, падали, кувыркались и снова вставали. Им приходилось держаться друг за друга и за кусты, чтобы не упасть, как маленьким
детям приходится держаться за стулья, когда они делают первые шаги.
Некоторые (самые лучшие полузвери-полулюди) попытались сделать
первые шаги, но у них это получалось еще хуже, чем стоять прямо.
В общем, это было настолько нелепое зрелище, что кому-то в голову
пришло нечто еще более странное, — кто-то засмеялся. Это был
странный животный звук, похожий на «ки-и-и-и», но это был первый
смех, раздавшийся на земле.
Ходьба была для полузверей-полулюдей в новинку, она забавляла их,
как забавляет детей новая игра. Но это была тяжелая работа, от которой
Утренняя звезда — устаревшее название планеты Венера. В древности считали,
что Утренняя звезда, видимая по утрам перед восходом Солнца, и Вечерняя звезда,
видимая вечером, — различные планеты.
1

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

ужасно болели ноги и спина, но они все равно старались ходить на двух
лапах-ногах. Всякий раз, когда кому-то из них удавалось сделать шаг
или два в одиночку, он кричал: «Хо! Хо!», чтобы остальные обратили
на него внимание.
Через несколько дней некоторые полузвери-полулюди подошли
к Братьям-близнецам света и показали им свои лапы-ноги, которые
покрылись мозолями и болели, оттого что на них так часто ходили.
— Пойдемте с нами, — сказали Братья-близнецы света и отвели
звероподобных туда, где росла юкка1, и показали им, как расщеплять
длинные стебли на волокна и сплетать из них сандалии, чтобы защитить
ноги.
Затем они показали звероподобным, как плести одежду из коры,
чтобы прикрыть наготу.
Уже тогда некоторые из полузверей-полулюдей учились быстрее
других и показывали, что станут настоящими мастерами. Ибо мудрые
Братья-близнецы света подняли из глубин земли то, что впоследствии
стали называть «сила делания». И эта сила делания, это открытие, что
они могут помочь себе сами, было лучшим, что когда-либо озаряло их
головы.
Земля, как и полузвери-полулюди, еще не созрела и не оформилась.
Она дрожала, и вулканы то и дело извергали лаву и пепел. Горы продолжали подниматься все выше и выше, случались землетрясения, которые
пугали звероподобных.
В те времена никто, даже мудрые Братья-близнецы света, и не предполагал, что Земля — шар. Они думали, что Земля — плоская равнина,
окруженная горами, и, конечно же, у нее есть опора под серединой,
иначе она бы не удержалась. И если добраться до середины и встать
прямо над опорой, то она больше не будет дрожать и качаться вверхвниз, как доска с весом на одной стороне, что заставляет ее наклоняться. Пытаясь найти середину, они подошли к месту, где было
меньше подземных толчков.
— Это будет наше первое пристанище, — сказала Возлюбленная
пара.
Звероподобные остановились здесь. Они стали питаться семенами
трав и ягодами, а спали под кустами и среди камней.
Но через некоторое время произошло страшное землетрясение.
Горы зашатались, равнина вздыбилась и затрещала. Многие полуЮкка (лат. Yúcca) — род древовидных вечнозеленых растений с деревянистым
стеблем.
1

ИНДЕЙСКИЕ СКАЗКИ

звери-полулюди обезумели от ужаса и умерли. Из их тел хлынула кровь
и превратилась в черную лаву, покрывшую всю равнину. Тела их скрутились вместе и превратились в причудливые камни, которые до сих пор
можно увидеть в Саду богов в Колорадо1.
Затем внезапно хлынул необыкновенный ливень, который промыл
глубокие трещины в горах и проложил тропы, по которым оставшиеся
в живых полузвери-полулюди смогли взобраться на горы.
Когда суматоха улеглась и земля высохла, Возлюбленная пара повела
звероподобных ко второму пристанищу.
— Здесь мы остановимся и сделаем из веток шалаши, чтобы укрыться
от жары и ветра, — сказали Братья-близнецы света.
Но едва они соорудили шалаши, как земля снова загрохотала, и полузвери-полулюди перешли к третьему пристанищу.
— Несомненно, здесь середина, и земля больше не будет качаться, —
сказали они.
Здесь звероподобные нагромоздили камни для постройки домов
и остались надолго. С каждым днем они становились смелее, ходили
на задних лапах-ногах все прямее и увереннее и приобретали новые
знания. И, как всегда, любопытные и смелые продвигались вперед,
а ленивые отступали и оставались позади. И с каждым разом те,
которые продвигались вперед, становились все более и более человеко
подобными.
Им было хорошо на третьем пристанище. Когда же снова раздался
грохот, Братья-близнецы света затрубили в раковины и заявили:
— Мы должны двигаться дальше.
Некоторые отказались подчиниться приказу и погибли в землетрясении.
Те, кто двинулся дальше, пришли к реке, у которой Возлюбленная
пара сказала:
— Теперь вам пора стать людьми. Больше вы не должны ходить
с хвостами и перепончатыми передними и задними лапами.
Но когда Братья-близнеца света начали отрезать хвосты и перерезать
перепонки на передних и задних лапах звероподобных, одни закричали
Сад богов (англ. Garden of the Gods) — публичный парк в штате Колорадо
в Соединенных Штатах Америки. Свою популярность он получил благодаря
необычным скалам, получившимся после сжатия тектонических плит и причудливо
разрушившимся в результате выветривания. Эти природные сооружения состоят
из слоев осадочных пород — красного и белого песчаника, конгломерата и известняка, наложившихся горизонтально друг на друга, но со временем оказавшихся
в вертикальном положении.
1

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

от боли, другие испугались вида крови и опрометью бросились прочь,
громко вереща. Они убежали в далекую южную страну, где поселились
на верхушках деревьев и стали «нашими потерянными другими», то
есть обезьянами.
Ставшие людьми, двинулись вперед, взяли семь семян перистых трав
и решили посадить их по семи сторонам света (восток, запад, север, юг,
зенит, надир и середина). Но они не знали, где находятся три последние
точки, а «середина» была для них самой важной.
— Посмотрите на небо и посадите семь семян так, чтобы получилась фигура, подобная семи звездам в Большой Медведице, — сказали
Братья-близнецы света.
И первые люди посадили семена так, как им велели мудрейшие.
Выросли высокие травы. Люди выбрали семь самых красивых дев, и один
из юношей стал танцевать с первой девой вокруг первого растения,
со второй — вокруг второго… пока не прокружился в танце вокруг всех
трав, растягивая стебли и создавая руками суставы и листья, как это было
проделано в самой нижней пещере. И когда танец и вытягивание трав
закончились, юноша воскликнул:
— Смотрите, перед нами семь суставчатых кукурузных стеблей
с листьями!
Племя, посадившее их, стало называться народом семени, ибо кукуруза для индейцев — семя всех семян и их главная пища.
Из семи стеблей кукурузы вырастили семь видов, священных для
каждой части света: красный, белый, желтый, синий, черный, пятнистый и пестрый. Самый красивый — пестрый — соответствовал середине, которую так долго искали люди. На всех стеблях кукурузы росли
(и до сих пор растут) перья или кисточки трав, вокруг которых танцевал
юноша с девами.
Семь раз раздавался грохот, и семь раз Возлюбленная пара трубила
в раковины и призывала людей двигаться дальше, и с каждым разом
им было все труднее повиноваться, потому что теперь они строили
дома и возделывали кукурузные поля. Им было горько покидать насиженные места. Наконец мудрые Братья-близнецы света привели их
в Зуни в Нью-Мексико1 и велели им построить пуэбло2 из семи отсеков
(по одному на каждую сторону света).
Зуни (англ. Zuni Indian Reservation) — индейская резервация, также известная
как Пуэбло зуни, расположенная в штате Нью-Мексико, на юго-западе Соединенных
Штатов Америки. Место проживания индейского народа зуни группы пуэбло.
2
Пуэбло — традиционный дом индейцев пуэбло из высушенного на солнце саманного
кирпича с деревянной крышей. Саман — это смесь песка, воды и соломы или травы.
1

Однажды случилось страшное наводнение,
и людям пришлось бежать в поисках спасения
к грохочущей Громовой горе.

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— А теперь, несомненно, — сказали Братья-близнецы света, — мы
находимся точно в середине, над опорой, которая держит Землю, и она
больше не будет дрожать и шататься.
Возлюбленная пара провела испытания, чтобы убедить людей, что
здесь они в безопасности. И с тех пор скитальцы живут здесь, в середине Земли.
Правда, однажды случилось страшное наводнение, и людям
пришлось бежать в поисках спасения к грохочущей Громовой горе.
И доныне в дни летнего и зимнего солнцестояния (когда Солнце над
горизонтом в полдень находится на максимальной (летнее солнцестояние) или минимальной высоте (зимнее солнцестояние)) жрецы пуэбло
тушат огни в домах и всю ночь дежурят у священного костра, разведенного путем трения палочек друг о друга, как это делали Братья-близнецы света, когда в первый раз добывали огонь, вызывают молнии
и «испытывают середину», как это делала Возлюбленная пара, прежде
чем отправиться по Млечному Пути к Отцу Солнце.

ВАТОГО, СПАСШИЙ СВОЕ ПЛЕМЯ
ОТ ГРОМОВЫХ ПТИЦ

о появления воздушных кораблей в небе летали только
птицы и облака, так что краснокожие, естественно,
считали, что облака — это какие-то огромные птицы,
а черные грозовые тучи — это Громовые птицы, вызывающие гром взмахами крыльев. Зигзагообразные молнии, стремительно проносящиеся
по небу, были похожи на змей, поэтому индейцы считали, что молнии —
это змеи. Одни краснокожие верят, что молния — это вспышка в глазах
громовержца, другие — что она появляется, когда он показывает свой
раздвоенный язык.
Но прежде чем читатели узнают о Ватого, спасшем свое племя
от Громовых птиц, пусть послушают, что говорят о громе и молнии
в разных индейских племенах.
***
Производящий оглушительный грохот громовержец Бадоук живет
на высокой горе со своей сестрой и отцом. Бадоук женился, и у него
родился сын. Дед прикрепил внуку крылья, и с тех пор с их помощью
мальчик издает далекий раскатистый гром, который очень радует старика.
***
Однажды во время наводнения человек по имени Гром-и-молния,
уходя из дома, расстался со своей сестрой и сказал ей, что она больше
никогда не увидит его, но будет слышать его голос. Гром-и-молния обернулся большой птицей и улетел на юго-запад. С тех пор она никогда

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

не видела его, но всякий раз, когда над землей проносится буря, ее
озаряют молнии, которые он мечет из глаз, и его голос громом раздается
среди горных вершин.
***
Громовая птица питается змеями. Она высматривает свою добычу
с высоты и хватает ползущих по земле змей. Громовая птица поджигает
деревья и убивает людей. Громовая птица пожирает людей, которых
убило молнией.
***
По словам индейцев чиппева из Висконсина, Громовая птица —
это бог в образе орла. Он питается змеями и живет в горной пещере,
где откладывает яйца и высиживает птенцов. Однажды один индеец
забрался в его гнездо и обнаружил там змеиную кожу. В другой раз
группа индейцев нашла гнездо Громовой птицы на равнине и убила
птенцов. Тут вернулись птицы-родители и убили всех. Одному индейцу
удалось спастись.
***
Громовой залив в Мичигане называется так, потому что индейцы
племени потаватоми на высокой вершине на берегу залива нашли гнездо
молодых Громовых птиц.
***
Недалеко от Большого Каменного озера в Дакоте было гнездо Громовой птицы, ее яйца превратились в камни и до сих пор лежат в гнезде.
***
Когда мальчики-громовики играют в мяч, повсюду слышны долгие
раскаты грома.
***
Однажды в верховьях Ред-Ривер опустилась на берег Громовая птица.
Трава на том месте была выжжена в виде большой птицы с распростертыми крыльями.
***
Однажды один охотник ранил птицу, которую принял за орла. Она
была настолько свирепа, что он побоялся напасть на нее в одиночку

ИНДЕЙСКИЕ СКАЗКИ

и отправился за помощью. Приблизившись к лощине, где лежала
раненая птица, индейцы услышали раскаты грома и увидели вспышку
молнии. Вспышка молнии ослепила людей, и они не смогли разглядеть птицу. Охотник был сражен молнией. Испуганные индейцы
побежали обратно в деревню. Они поняли, что это была Громовая
птица.
***
Давным-давно в горах вдоль реки Юкон водилось много гигантских
орлов и Громовых птиц, но все они исчезли, кроме одной пары, которая
поселилась на вершине горы. Они парили в небе, как облака, и срывались с вершины вниз. Схватив свою добычу, Громовые птицы уносили
оленей и даже рыбаков с их каноэ в гнездо своим птенцам.
***
Итак, много тысяч лун назад в пещерах Паяса1, близ города Олтон,
в штате Иллинойс, жили два чудовища. Крылья у них были орлиные,
только гораздо больше, когти как у аллигатора, глаза красные, головы
тигриные с оленьими рогами, а лица — человеческие. Их хвосты были
так длинны, что проходили над туловищем, а потом — между ногами
и под туловищем и заканчивались подобно хвосту рыбы. Голос одного
из них был похож на рев буйвола, а другого — на крик пантеры. Эти
ужасные существа дремали на скалах или летали над окрестностями.
Они срывались вниз, уносили в свои пещеры молодых лосей и оленей
и с удовольствием пожирали там добычу.
Но чудовища никогда не беспокоили индейцев, пока однажды
майами и мичигами не стали сражаться в ущелье Пияса. И вот в самый
разгар битвы, когда мичигами были почти побеждены и собирались
бежать, по ущелью пронеслись два чудовища, издавая рев и вопли,
похожие на раскаты грома. Они пролетели над головами сражающихся,
одно из чудовищ схватило вождя майами и унесло его.
Майами так испугались, что не могли больше сражаться. Преследуемые криками мичигами, они покинули ущелье, добежали до реки
Уобаш2 и переплыли ее.
1
Паяса (англ. Piasa) — мифическое существо индейцев, изображенное на скале
у реки Миссисипи. Первоначальное изображение обнаружил французский
священник-иезуит, первопроходец и исследователь Северной Америки Жак Маркетт
в 1673 г.
2
Уо́баш — река в восточной части Соединенных Штатов Америки, самый крупный
правый приток реки Огайо.

Когда разразилась буря, Ватого встал у скалы,
чтобы привлечь Громовых птиц.
Вскоре они прилетели, черные и страшные...

ИНДЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Мичигами торжествовали победу, они догадались, что Великий Дух
послал чудовищ им в помощь, и высекли изображения двух Громовых
птиц на скалах, где произошла битва. Эти изображения (а также, как
говорят, два живых чудовища) все еще находились там, когда французский священник и исследователь Жак Маркетт в 1673 году отправился
в путешествие вниз по Миссисипи.
Но ужасные Громовые птицы не оставили майами в покое. И после
страшного сражения чудовища время от времени похищали храбрецов,
скво1 и папузов2. Женщины все время причитали о потере своих
младенцев, и все племя жило в постоянном страхе.
Их беды стали настолько велики, что вождь Ватого сказал:
— О, народ мой! Больше невозможно это терпеть! У меня есть план,
как избавиться от ужасных Громовых птиц. Когда соберется следующая буря, двадцать самых сильных воинов нашего племени спрячутся
в кустах. Я же встану перед чудовищами, и когда они набросятся на меня,
вы пустите в них свои стрелы.
— Нет! Нет! — закричали майами. — Ведь мы можем попасть в тебя.
Мы не хотим убивать своего вождя!
— Я с радостью умру, чтобы спасти свой народ. Громовые птицы
скоро унесут всех майами. А какой же вождь без племени?! Вы должны
сделать так, как я сказал.
Воины не посмели ослушаться вождя, но все же неодобрительно
зашумели.
Когда разразилась буря, Ватого встал у скалы, чтобы привлечь
Громовых птиц. Вскоре они прилетели, черные и страшные, и только
хотели наброситься на него, как — вжих! вжих! вжих! — их пронзили
в самое сердце стрелы двадцати воинов, затаившихся в кустах.
Ужасные предсмертные крики и вопли Громовых птиц огласили
скалы и ущелья. Но последний их стон растворился в радостных криках
индейцев майами, потому что их храбрый вождь Ватого стоял живой
и невредимый. Ни одна стрела не задела его.
1
2

Скво (англ. squaw) — индианка, женщина.
Папуз (англ. papoose) — ребенок североамериканских индейцев.

ПАНИГВУН,
КОТОРЫЙ ПРЕВЗОШЕЛ КОЛДУНА

анигвун и его младший брат остались одни в хижине
на краю леса, так как их родители почему-то не вернулись домой. Дети съели всю еду, которая была в доме,
а потом отправились в лес собирать ягоды и выискивать растения,
которые могли бы сгодиться в пищу. Углубляясь все дальше в лес, они
заблудились и совершенно растерялись.
Панигвун был храбрым юношей и очень любил брата, поэтому
старался не показывать, что испугался. У Панигвуна был нож, он
выстругал лук и стрелы, чтобы убивать птиц и кроликов, которыми
братья могли бы питаться. Они шли наугад все дальше и дальше,
а по ночам спали на подстилках из листьев.
Наконец они пришли к большому озеру, напились и разлеглись
на берегу. И вот, когда Панигвун собирал на берегу плоды шиповника,
его младший брат взял лук и по неосторожности пустил стрелу в воду.
Старшему брату не хотелось терять стрелу, на изготовление которой
ушло много времени, и он полез в воду, чтобы достать ее. Но как раз
в тот момент, когда он уже собирался схватить стрелу, к нему с невероятной быстротой подплыло каноэ. Управлявший им кривоногий старик
схватил юношу за волосы и втащил в лодку.
Панигвун очень удивился, но прежде всего подумал о брате.
— Любезный дедушка! — обратится он к старику, как его учили
обращаться к старшим. — Возьмите, пожалуйста, и моего младшего
брата. Я не могу отправиться с вами один, потому что он умрет с голоду.

ИНДЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Это был Мишоша, злой колдун с Верхнего озера, но мальчик не подозревал об этом. Мишоша рассмеялся и, хлопнув по каноэ, произнес:
«Чемаун Полл!» — и каноэ понеслось по воде с удивительной
быстротой.
Через несколько мгновений они достигли острова, на котором жили
колдун и две его кривоногие дочери.
— Вот, дочь моя, — обратился он к старшей, — я привез юношу,
который станет твоим мужем.
Панигвуну показалось, что в глазах девушки мелькнуло удивление,
и он решил, что надо быть начеку. Вечером он случайно услышал
разговор девушек.
— Я говорила тебе, — сказала старшая, — что он не удовлетворится
последней жертвой. Он привез еще одну под предлогом, что хочет
найти мне мужа. Этого бедного юношу постигнет ужасная участь еще
до захода солнца.
Панигвун понял, что дочери не любят отца, и решил, что они могут
помочь ему. Он подошел к ним и рассказал, как его похитили и что он
был вынужден оставить младшего брата на берегу одного.
— Подожди, пока наш отец уснет, — сказали девушки. — Тогда
возьми его каноэ, хлопни по нему и скажи: «Чемаун Полл!» — и оно
мигом доставит тебя к брату. Мы дадим тебе еды. Отнеси ее брату,
построй ему домик на берегу и возвращайся, пока отец не проснется.
Панигвун в точности исполнил их приказание. Каноэ повиновалось
заклинанию и благополучно доставило его к брату.
— Вот, брат, еда. Пока я не могу взять тебя с собой, — сказал он. —
Сейчас ты в безопасности. Я приеду за тобой, как только улажу дела
со стариком колдуном.
Панигвун вернулся на заколдованный остров и занял свое место, так
что, когда колдун проснулся, то ничего не заподозрил.
Как только взошло солнце, Мишоша сказал:
— Пойдем, сын мой, я надумал собрать яйца чаек. Я знаю один
остров, где их много. Ты будешь мне помогать.
Юноша не нашелся что ответить и отправился с колдуном на другой
остров. На нем было множество огромных птиц, весь остров был усыпан
яйцами чаек.
— Иди, сын мой, собери яйца, а я останусь сторожить каноэ, —
сказал Мишоша.
Не успел Панигвун сойти на берег, как старик произнес заклинание
и направил свое каноэ в сторону своего острова, призывая чаек полакомиться парнем. Чайки тучей налетели на мальчика, но Панигвун был

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

храбрым парнем и ничуть не испугался. Он схватил первую попавшуюся
птицу, отрубил ей голову, содрал шкуру и повесил на грудь в качестве
трофея.
— Так будет с каждым, кто вздумает напасть на меня! — пригрозил
он птицам. — От этого старого колдуна вам никакого проку. Отнесите
меня на его остров, и я стану вашим другом.
Чайки так и сделали. Дочери колдуна с удивлением и радостью
увидели, как юноша вошел в хижину. Их отец очень рассердился,
но умело скрывал свои чувства. Он заметил шкуру чайки на груди юноши
и недоумевал, как он смог спастись. «Завтра я поймаю его в ловушку,
и никакая храбрость его не спасет», — подумал злодей.
На следующий день он с юношей отправился на другой остров
за орлятами. На этот раз он оставил каноэ и повел Панигвуна в глубь
острова, к подножию высокой сосны.
— А теперь, сын мой, залезь на это дерево и собери птенцов.
Юноша послушался и с большим трудом добрался до гнезда.
— Тянись вверх и стань очень высоким, — шепнул колдун дереву.
По его приказу дерево вытянулось. Тогда старик побежал к каноэ,
бросив Панигвуна на произвол судьбы. Но отважный юноша достал
нож и отрубил голову первому орлу, который напал на него.
— Так будет с каждым, кто вздумает приблизиться ко мне! — крикнул
он, и его голос был подобен воинственному кличу. — Этот старик
в каноэ — трусливая скво. Скоро я стану могущественнее его. Отнесите
меня на его остров.
Свирепые орлы были восхищены его храбростью. Они окружили
Панигвуна, подставили свои спины, он сел на них, как на подушку,
и птицы понесли юношу на заколдованный остров так быстро, что
опередили дремавшего в каноэ старика.
Когда Мишоша снова увидел юношу в своем доме, он с большим
трудом подавил гнев. Он уже начинал бояться таинственной силы,
которой, похоже, обладал этот юноша. «Я все равно его одолею», —
решил колдун.
Он взял юношу с собой на дальний остров на многодневную
охоту. Ночью, когда Панигвун спал, старик бросил в костер мокасин1
и оторванную штанину юноши, надеясь заморозить его до смерти, когда
они отправятся в путь на следующий день.
Когда Панигвун стал одеваться, он догадался о замысле старика.
Достав из костра погасший уголек, он замазал себе ногу до колена
1
Мокасины — мягкая обувь североамериканских индейцев из сыромятной кожи
оленя, лося, бизона, бобра или других животных.

ИНДЕЙСКИЕ СКАЗКИ

и мысленно попросил доброго Маниту1 сделать так, чтобы чернота
послужила ему штаниной и согрела ногу, а также чтобы он помог ему
избавить мир от злого Мишоши.
К досаде колдуна, юноша не обращал внимания на холод, и в этот
день они впервые вернулись на заколдованный остров вместе.
Набравшись смелости от такого удачного исхода, Панигвун решил
попробовать, что он сможет сделать с помощью своей таинственной
силы, и сказал старику:
— Любезный дедушка, я побывал с тобой в опасных путешествиях.
Теперь я прошу тебя, давай отправимся туда, где я оставил своего брата.
Я хочу взять его с собой и увезти на твой остров.
Они поплыли и нашли мальчика там, где его оставили. Два брата
сели в каноэ, и Панигвун сказал:
— Любезный дедушка, для курительной смеси мне нужны ветви
красной ивы, что растут на берегу.
Старик принялся рубить ивы, а Панигвун хлопнул по каноэ
и произнес: «Чемаун Полл», и каноэ мгновенно отчалило от берега
и понеслось к заколдованному острову, где их встретили кривоногие
дочери колдуна.
— Бодрствуй всю ночь, Панигвун, и держи руку на каноэ, — предупредили они, — иначе наш отец заставит каноэ ускользнуть к нему.
Панигвун бодрствовал всю долгую ночь, но к утру его охватила
дремота, а когда он проснулся, каноэ уже ускользнуло к своему хозяину
и несло его на заколдованный остров.
— Ха! — усмехнулся старик. — Сын мой, ты вздумал меня разыграть? Это было очень недурно, но я тебя перехитрил.
Но через некоторое время юноша снова решил испытать свои силы
и сказал:
— Любезный дедушка, я знаю остров, где водятся лоси и олени.
Отвези меня туда, я убью несколько животных для еды.
— Не откажусь, я люблю оленину, — ответил старик.
Когда они разбили лагерь на острове и колдун уснул, Панигвун
бросил в костер мокасин и оторванную штанину Мишоши. Утром
колдун, вспомнив, как поступил Панигвун, когда он проделал с его
одеждой тот же трюк, вымазал ногу углем. Но он не знал, что Панигвун
Маниту́ — термин, аналогичный «душе», «духу» или «силе», принятый
в традиционных анимистических воззрениях индейцев. Маниту наделены растения,
камни и даже механизмы. Маниту может быть представлен как личность и как
понятие. Маниту как личность необходим для установления контакта в первую
очередь с силами природы.
1

Руки Мишоши превратились в ветви, волосы — в листья, и через
несколько мгновений на этом месте вместо колдуна возвышался крепкий
платан. Панигвун превзошел в силе злого колдуна Мишошу
и, вскочив в каноэ, стремительно понесся к заколдованному острову...

ИНДЕЙСКИЕ СКАЗКИ

при этом мысленно обращался к доброму Маниту. У злого колдуна
не было Маниту, ему некого было молить о помощи.
Поэтому, когда они отправились на охоту, его черная нога замерзла.
С каждым шагом он становился все слабее. Они шли и шли, наконец
очутились на берегу острова, где не было ни одного дерева, только тянулась длинная песчаная полоса.
Ноги Мишоши завязли в песке, затекли, ослабли, он уже не мог идти
дальше. Старик оказался прикован к месту. Он чувствовал, как пальцы
ног впиваются в песок, словно корни, но продолжал размахивать
руками и раскачиваться в разные стороны. Он потянулся вверх, пытаясь
вырваться из сковывающего ноги песка, но все было напрасно. Руки
Мишоши превратились в ветви, волосы — в листья, и через несколько
мгновений на этом месте вместо колдуна возвышался крепкий платан.
Так Панигвун превзошел в силе злого колдуна Мишошу (конечно,
без помощи доброго Маниту тут не обошлось) и, вскочив в каноэ,
стремительно понесся к заколдованному острову, где его ждали
брат и дочери старика. Девушки обрадовались, что освободились
от власти жестокого отца, и с готовностью согласились принять облик
смертных и стать женами двух братьев. Все четверо сразу же перебрались на материк, навсегда покинув остров, на котором было совершено
столько злодеяний.
И по сей день на берегу Верхнего озера стоит одинокий платан,
на том месте, где его оставил храбрый Панигвун, и индейцы, проплывая
мимо, говорят: «Это Мишоша склонился над водой и высматривает
свое каноэ, которое никогда больше не услышит его зов».

ДЕВА-ВОИТЕЛЬНИЦА МАКАТАХ

акатах была единственной дочерью вождя
племени сиу. Три ее брата погибли в войнах
с племенем кроу, и отец постоянно рассказывал
ей о храбрых подвигах погибших сыновей. Она решила, что не выйдет
замуж, пока не побывает на могилах братьев в стране врага и не докажет
отцу, что, хотя она и девушка, в ней есть мужество воина.
Она была самой красивой и скромной девушкой в племени, и ей
очень нравилось слушать рассказы о войне. У нее было много женихов,
и одним из самых пылких среди них был индеец по прозвищу Красный
Рог. Но она не хотела выходить замуж и каждый свой день рождения
отмечала, надевая девичье белое платье из оленьей кожи, красиво отделанное бахромой и вышивкой.
Однажды Макатах услышала, что племя сиу (которое еще называли
«перерезающие горло», что на языке жестов показывали движением
руки вдоль горла) собирается напасть на кроу. Она спросила, не собирается ли кто-нибудь из ее сородичей присоединиться к военному
отряду.
— Трое из нас идут с ними, — ответили воины сиу.
— Разрешите мне пойти с вами, — попросила Макатах. — У меня
хороший конь, я не помешаю вам в битве.
— Если наш дядя, твой отец, согласится, ты можешь отправиться
с нами, — сказали воины.
Она пошла к отцу и сказала:
— Отец, у тебя было трое храбрых сыновей. Я той же крови, что
и они, и хочу присоединиться к военному отряду.

ИНДЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Он долго молчал, наконец со слезами на глазах проговорил:
— Доченька, я уже стар, и сердце мое то замирает, то громко
стучит в горле, ибо ты все, что у меня теперь осталось. Три моих сына,
на которых я возлагал надежды, лежат в далекой стране наших врагов.
Ты единственный ребенок, оставшийся рядом со мной на старости
лет. Ты так же храбра, как твои братья. Я боюсь, что если ты уйдешь,
то не вернешься обратно. Но я не могу не дать тебе разрешения.
Когда воины сиу узнали, что дочь вождя собирается в поход, в лагере
поднялось большое волнение, и много молодых храбрецов присоединились к военному отряду. Они нашли кроу — тысячи — там, где Ред-Ривер
впадает в Миссисипи. Накануне каждый воин спел свою военную
песнь и стал хвастать, какой подвиг он совершит на следующий день.
Красный Рог был самым хвастливым, ведь он был тщеславным юношей.
Маленький Орел молчал, потому что у него не было военного опыта.
В разгар бахвальства кто-то вдруг сказал:
— Тише! Приближается дева-воительница!
Все взоры обратились на Макатах, которая ехала на прекрасном коне
и была одета в свои самые красивые одежды, а на голове у нее красовался отцовский роуч, — впервые девушка надела этот головной убор
с перьями. Она была так очаровательна, что воины сиу сразу согласились
позволить ей возглавить поход следующим утром.
— Но только до тех пор, пока мы не подойдем вплотную к врагу.
Тогда ты должна отойти назад, — предупредили воины.
Но когда раздался протяжный вой серого волка (этот вой по общему
согласию был сигналом к атаке), дева-воительница помчалась вперед
на своем великолепном коне, оставляя всех позади. У нее и в мыслях
не было повернуть назад тогда, когда начался серьезный бой. Она сражалась в первых рядах, бок о бок индейцами своего племени, бой был
долгим и тяжелым. Когда воины закричали Макатах: «Возвращайся!
Возвращайся! Назад! Они нас превосходят!» — она не обратила на это
внимания.
Час за часом воины сиу отчаянно сражались с врагом, но после полудня
их оттеснили и начали преследовать. Наконец Макатах развернула коня
и отступила вместе со своим отрядом. Ее конь устал, и она отстала. Многие
из ее возлюбленных пронеслись мимо, не сказав ни слова, желая спастись
от гибели и не попасться в руки врага. Несколько воинов остались позади,
они храбро сражались, прикрывая отступление. Хвастливый Красный
Рог почти не участвовал в бою, и его конь был еще бодр и свеж. Красный
Рог мог бы подхватить коня Макатах под уздцы и увести в безопасное
место, но он даже не взглянул на девушку, галопом пронесся мимо.

...Когда раздался протяжный вой серого волка, дева-воительница
помчалась вперед на своем великолепном коне, оставляя всех позади.
У нее и в мыслях не было повернуть назад тогда,
когда начался серьезный бой.

ИНДЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Вскоре к ней подъехал скромный Маленький Орел.
— Возьми моего коня, — сказал он. — Я останусь здесь и буду
сражаться.
— Нет! Нет! Я не сделаю этого! — закричала она.
Но он уже спрыгнул с коня и, подсадив на него девушку, стегнул его.
Конь стремительно поскакал в сторону отступающих сиу.
Маленький Орел сел на коня Макатах и вернулся к горстке храбрых
защитников. Его военный клич и вид коня девы-воительницы вселили
в воинов сиу новые силы, и они с такой яростью бросились на врага, что
кроу от неожиданности отступили и, в свою очередь, были вынуждены
бежать. Увидев это, сиу вернулись в бой, и к закату кроу были отброшены далеко за реку Йеллоустон. Многие из сиу пали в бою, и среди них
был храбрый Маленький Орел.
Когда сиу собрались у костра, чтобы спеть об убитых, к причитаниям
воинов присоединился женский голос. Это была Макатах, без украшений, с обрезанными до плеч волосами. Она скорбела, как все индейские женщины.
— Храбрый Маленький Орел спас честь моего народа и мою жизнь
ценой своей жизни, — сказала она. — Он был самым честным из людей.
И хотя я никогда не была его женой, теперь заявляю, что я его вдова.
Дева-воительница Макатах дожила до глубокой старости, так
и не вышла замуж, но все знали, что она вдова храброго Маленького
Орла.

НЕВОСПИТАННЫЙ ТИГР

орный Дядюшка — так называли деревенские жители великолепного полосатого тигра, жившего в горах Кымгансан1,
что возвышаются над Японским морем. Охотники редко
видели его, а среди своих собратьев Горный Дядюшка хвастался, что,
хотя в него часто стреляли, он ни разу не был ранен. Что же касается
ловушек, то он знал о них все и смеялся над приспособлениями, которые
использовали люди, чтобы поймать его и лишить шкуры. Летом он жил
на высоких холмах и питался жирными оленями. Зимой, когда сильный
снег, пронизывающий ветер и жуткий холод не пускали людей из дому,
Горный Дядюшка отправлялся в деревни. Там он рыскал по конюшням,
загонам для скота или свинарникам в надежде утащить молодого ослика,
теленка или молочного поросенка. Частенько ему это удавалось, и тогда
он наводил страх и ужас на всю округу.
Однажды осенью Горный Дядюшка бродил среди холмов. Хотя он
и был далеко от деревни, он внимательно следил за ловушками и охотниками, но поблизости их не было. Он был очень голоден и надеялся
кого-нибудь поймать.
Обогнув большую скалу, Горный Дядюшка вдруг увидел впереди,
в нескольких метрах от себя, как ему показалось, большого тигра, очень
похожего на него.
Он остановился, дернул хвостом в знак вызова, продемонстрировал
свой боевой рык и приготовился к прыжку. Каково же было его удивКымгансан (с кор. — Алмазные горы) — горный участок в КНДР, расположенный на восточном берегу Корейского полуострова, на побережье Японского
(Восточного) моря.
1

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

ление, когда он увидел, что другой тигр делает то же самое. Горный
Дядюшка был уверен, что предстоит страшная схватка. Именно этого
он и добивался, так как рассчитывал победить.
Он прыгнул и, весь в ушибах и в полном отчаянии, приземлился
в яму. Тигра нигде не было видно, а вместо него на голову с треском
опустилась тяжелая обрешетка бревен, и он оказался в полумраке.
Горный Дядюшка наконец-то попался. Да, охотник замаскировал
яму палками и листьями, а на приподнятых бревнах, увитых лианами
и хворостом, повесил зеркало. Горный Дядюшка часто видел свое
отражение в воде, когда наклонялся, чтобы напиться, но в этот раз,
не увидев воды, он обманулся, решив, что с ним хочет сразиться
настоящий тигр.
Вскоре появился буддийский священник, он был добр ко всем живым
тварям. Услышав стоны животного, священник заглянул в щель и увидел
на дне ямы Горного Дядюшку, который лизал ушибленную лапу.
— О господин, помогите мне, пожалуйста, выбраться отсюда! Меня
сильно ушибло бревнами, — сказал тигр.
Священник отвязал и приподнял одно из бревен так, чтобы образовался лаз. Тигр вскарабкался по стене ямы и выбрался. Горный
Дядюшка многословно выразил свою благодарность, сказав бритоголовому буддийскому священнику:
— Я очень благодарен вам, господин, поскольку вы выручили меня
из беды. Тем не менее я очень голоден, поэтому вынужден вас съесть.
Священник возмутился и запротестовал против такой подлой
неблагодарности. По меньшей мере это было невежливо и полностью
противоречило законам гор. Он обратился к высокому дереву, чтобы то
решило их судьбу.
Дух дерева, зашелестев листвой, заявил, что человек по праву должен
уйти здрав и невредим, а тигр — неблагодарный и невоспитанный.
Горный Дядюшка не удовлетворился этим ответом, тем более что
священник был необычайно толст и наверняка стал бы для него сытным
ужином. Однако он позволил ему еще раз спросить, теперь у большого
камня.
— Этот человек, конечно, прав, почтенный Горный Дядюшка, а ты
ошибаешься, — сказал дух камня. — Твой хозяин, дух горы, который
ездит на зеленом быке и гнедом коне, чтобы наказать своих врагов, непременно покарает тебя, если ты съешь этого священника. Ты не будешь
достойным посланником горного владыки, если окажешься настолько
неблагодарным, что съешь человека, который спас тебя от смерти. Даже
думать об этом неприлично.

Священник отвязал и приподнял одно из бревен так,
чтобы образовался лаз. Тигр вскарабкался по стене ямы и выбрался.

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Тигру стало стыдно, но глаза его по-прежнему сверкали от голода.
И тогда, чтобы спасти свою жизнь, священник предложил сделать судьей
жабу. Тигр согласился.
Жаба же с золотыми глазами выглядела очень мудрой и, вместо того
чтобы ответить быстро, как это сделали дерево и камень, очень долго
размышляла. Сердце священника сжалось, а тигр зашевелил челюстями,
словно предвкушая пиршество. Он был уверен, что жаба по прозвищу
Пятнистая Спина примет решение в его пользу.
— Я должна пойти и посмотреть на ловушку, прежде чем приму
решение, — торжественно, словно настоящий судья, сказала жаба.
И все трое направились к ловушке. Тигр бежал быстро, поэтому
оказался у ловушки первым, чего и добивалась жаба, которая была
другом священника. Кроме того, Пятнистая Спина старательно искала
расщелину в скалах неподалеку.
Пока жаба и тигр изучали обстановку, священник убежал и спрятался за монастырскими воротами. Наконец Пятнистая Спина приняла
решение против Горного Дядюшки и в пользу человека. Но только она
провозгласила приговор, как прыгнула в расщелину скалы и бросила
вызов тигру, назвав его невоспитанным и неблагодарным грубияном.
Горный Дядюшка словно обезумел от ярости и голода, и, казалось,
его хитрость превратилась в глупость. Он вцепился когтями в камень,
чтобы достать жабу, но Пятнистая Спина, находясь в безопасности,
только посмеивалась. Не в силах причинить никому вреда, тигр пришел
в неописуемую ярость. И чем больше он распалялся, тем больше терял
разум. Просунув нос в расщелину, он так сильно ударился о камень, что
вскоре истек кровью.
Когда на это место пришел охотник, он очень удивился, но обрадовался, что наконец-то разбогатеет, продав тигровую шкуру, кости
и когти, ведь в Корее ничто не ценится так высоко и не продается так
хорошо, как тигр. А что касается жабы, то нескольким поколениям
своих потомков она рассказывала, как перехитрила Горного Дядюшку.

ВОСТОЧНЫЙ СВЕТ И МОСТ ИЗ РЫБ

авным-давно в Северной Корее, за горой Тэбэксан1,
жил король, которому прислуживала красивая молодая
служанка. Каждый день она смотрела, как горная вершина,
хранящая в своем лоне Драконий источник, поднимала к небу белоснежную голову. Когда девушка уставала от ежедневных трудов, то думала
о реке, которая брала свое начало в Драконьем источнике и устремлялась вниз. Она мечтала, что когда-нибудь у нее родится сын и он будет
править страной, которую так обильно орошает эта река.
Однажды, любуясь вершиной горы, девушка увидела приближающееся с востока крошечное сияющее облачко. Оно медленно плыло
в голубом небе и казалось совсем маленьким. Облачко приближалось все
ближе и ближе, пока не поравнялось с ней и не вошло в ее лоно сквозь
платье. Вскоре у нее родился мальчик. Это был очаровательный ребенок.
Ревнивый король очень разгневался, схватил малыша и, не задумываясь, бросил в загон к свиньям. И что же? Свиньи согрели младенца
своим дыханием, и он остался жив.
Когда слуги короля услышали крики мальчика, они вышли посмотреть, что это за шум, и увидели счастливого младенца, которого, казалось,
ничуть не беспокоила странная колыбель. Слуги хотели сразу же накормить его, но разгневанный король приказал бросить ребенка в конюшню.
Слуги схватили мальчика и бросили под копыта лошадям, надеясь, что
лошади затопчут его и он наконец исчезнет с глаз долой. И что же? Лошади
были ласковы и не только не дали малышу замерзнуть, но и вскормили
его своим молоком, так что он стал здоровым крепышом.
1

Тэбэксан — «великая белая гора» (кор.)

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Когда король услышал о таком странном поведении свиней и лошадей,
он поднял голову к небесам, упал на колени и стал молиться. Видно,
такова была воля Великого неба, чтобы малыш выжил и стал мужчиной.
И король внял мольбам матери и разрешил ей принести ребенка
во дворец. Мальчик вырос, его воспитали, как принца. Он стал сильным
и смелым юношей, научился отлично стрелять из лука и овладел искусством верховой езды. В королевских владениях наказывали любого, кто
жестоко обращался с животными. Того, кто осмеливался избить лошадь
до смерти, тут же казнили. Юноша всегда был добр к животным, ведь
свиньи и лошади были его первыми нянюшками и кормилицами.
Король назвал юношу Восточным Светом и сделал его главным
слугой королевских конюшен. Сын Солнца, Внук Желтой реки, как
называли его люди, стал известен во всей округе.
Однажды король взял с собой на охоту молодого лучника и приказал
ему показать свое мастерство. Восточный Свет натянул лук, и стрела
за стрелой со свистом стали вонзаться в цель, поражая и оленей, и птиц.
Все восхищались прекрасным юношей, которому не было равных
в искусстве стрельбы из лука. Король же не промолвил ни слова, затаил
злобу против Восточного Света и с этого дня стал опасаться, что тот
в конце концов займет его место на троне. Что бы и как бы искусно
юноша ни делал, теперь все не нравилось королю.
Восточный Свет, опасаясь, что может лишиться жизни, если останется во владениях короля, с тремя верными друзьями устремился
в горы и добрался до большой реки. Как перебраться через нее, он
не знал. Лодки под рукой не оказалось, а времени на изготовление плота
не было — за ним гнались королевские слуги и были уже близко.
Юноша воскликнул в смятении:
— Неужели меня, Сына Солнца, Внука Желтой реки, настигнут
здесь враги? Неужели я не справлюсь с этой могучей рекой?
И вдруг Отец Солнце шепнул ему, что надо делать. Юноша натянул
лук и выпустил в воду множество стрел, опустошив почти весь колчан.
Вначале все было тихо. Товарищи Восточного Света решили, что
он попусту потратил стрелы. Что у него останется в колчане, когда придется сражаться с преследователями?
Но еще через мгновение воды Желтой реки заволновались. Вскоре
они покрылись рябью, потом вспенились. Отовсюду к Восточному
Свету стали приплывать рыбы. Они высовывали головы из воды,
словно хотели сказать: «Забирайтесь к нам на спины, мы спасем вас».
Рыбы образовали плотную массу, так что из их хребтов вскоре сложился
мост, по которому можно было пройти.

Рыбы образовали плотную массу, так что из их хребтов
вскоре сложился мост, по которому можно было пройти.
— Быстрее! — крикнул Восточный Свет товарищам. — Бежим!

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Быстрее! — крикнул Восточный Свет товарищам. — Бежим!
Смотрите, королевские всадники спускаются с горы, они уже близко.
Четверо юношей побежали по мосту из рыб. Как только они достигли
противоположного берега, мост распался. Но едва они успели перебраться на другой берег, как их преследователи уже стояли у кромки
воды. Напрасно королевские слуги пускали стрелы — до Восточного
Света и его спутников они не долетали, а река была слишком широка
и глубока, чтобы можно было переплыть ее на лошадях. Так что юношам
удалось спастись.
Пройдя некоторый путь, Восточный Свет встретил трех странных
людей, которые, казалось, ждали его прихода. Они радушно поприветствовали его и попросили стать их королем и править их страной.
Первый был с ног до головы покрыт водорослями, второй — обмотан
пеньковыми веревками, на третьем были вышитые одежды. Эти люди
представляли три класса общества: первый — рыбаков и охотников,
второй — земледельцев и ремесленников, а третий — вождей племен.
И вот на этой земле под названием Фую1, богатой пшеницей, рисом,
просом, бобами и сахарным тростником, короля радостно встретили его подданные. Статные и храбрые мужчины королевства были
искусными лучниками и превосходными наездниками, ели палочками
из мисок, а на пирах — из больших круглых блюд, носили украшения
из крупного жемчуга и отшлифованного красного нефрита.
Народ Фую отдал самую прекрасную девушку в жены Восточному
Свету. Она стала милостивой королевой, и у них родилось много детей.
Восточный Свет правил долго и умело. При нем народ Фую стал
цивилизованным и процветающим. Достаточно сказать, что он установил в королевстве законы, научил приготовлять различные блюда
и строить дома, а также ввел в моду мужские прически в виде пучка,
собранного на макушке, которые носили несколько тысячелетий в Фую
и во всей Корее.
Сотни лет спустя после смерти Восточного Света племена, жившие
на полуострове к югу от горы Тэбэксан, объединились и назвали свою
страну в честь Восточного Света — Чосон2, то есть Страна утренней
свежести.
Фую — древнее царство, расположенное на территории современной Северной
Кореи и Южной Маньчжурии, существовавшее примерно со II в. до н. э. до 494 г.
2
Чосон (с кор. — утренняя красота, утренняя свежесть) — одно из названий Кореи.
Первоначально чосон — название племени или группы племен, образовавших союз
племен, государство Чосон.
1

ПУЧОК НА МАКУШКЕ И ШЛЯПА-ПОСУДИНА

авным-давно, за много веков до рождения великого
Конфуция, в Китае жил мудрец Киджа. Он был главным
советником при дворе императора, и все любили и почитали его за доброту и справедливость.
Но когда разразилась война и к власти пришел новый император,
Киджа отказался служить ему и с пятью тысячами своих приближенными ушел на восток и основал там государство.
Многие сожалели и плакали, видя, как добрый и мудрый Киджа
со своими людьми покидают цветущий Китай и отправляются
в восточную глушь, в неизведанный край топких болот и темных лесов,
где не было ни дорог, ни домов, где в лесах водились медведи и тигры —
любители полакомиться человечиной. Говорили даже, что там жили
летающие змеи и леопарды, метающие молнии.
По великим равнинам Маньчжурии Киджа и его отряд шли
все дальше на восток, пока не пересекли реку Ялунцзян1. Еще через
несколько дней они подошли к реке Ханган. Когда взошло солнце,
облака окрасились в золотисто-розовый цвет и стали переливаться
всеми оттенками красного, и Киджа назвал эту страну Чосон. Когда же
солнце устремилось на запад, где лежала его родина, Киджа воспринял
это как доброе предзнаменование. А первый день, проведенный им
в мире и спокойствии на новой земле, он посчитал благосклонным
знаком Неба и доброй волей духа горы Тэбэксан.
Ялунцзян (с кит. — река Утиной Зелени) — пограничная река между Китаем
и Северной Кореей, впадающая в Корейский залив Желтого моря. Древние китайцы
сравнивали прозрачную зелень этой реки с оперением селезня, отсюда и ее название.
1

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Здесь было очень красиво, и Киджа решил заложить на этом месте
город — столицу королевства. Он назвал город Хансон1, что означает
«крепость на берегу реки Ханган».
— Город должен быть похож на лодку, — сказал Киджа. — В его
стенах нельзя рыть колодцы, чтобы лодка не затонула. На западе возвышается скала, к которой город-лодка будет навечно пришвартован.
На помощь Кидже пришли мудрецы, искушенные в литературе,
поэзии, музыке, медицине и философии. Вместе они издали восемь
великих законов королевства:
1. Сельское хозяйство — для мужчин.
2. Ткачество — для женщин.
3. Воры должны быть наказаны.
4. Убийцы должны быть обезглавлены.
5. Вся земля должна быть разделена на девять квадратов, центральный
из которых будет обрабатываться всеми жителями на благо королевства.
6. Простая жизнь для всех.
7. Соблюдение закона о браке.
8. Злые люди должны быть обращены в рабов.
Киджа проложил дороги, установил меры и значения длин и предписал правила вежливости. Он научил дикарей строить дома с соломенными и черепичными крышами. В каждом доме устанавливались
каны — печи для отопления. Типичный кан представлял собой широкую
кирпичную или глиняную лежанку, обычно занимающую бóльшую
часть жилой комнаты в доме, внутри которой по специально проведенным дымовым каналам проходил горячий воздух от печи, одновременно являясь дымоходом. Печь, находившаяся у одного из концов
лежанки, служила также и для приготовления пищи. Сверху кан накрывался бамбуковыми или соломенными циновками. Иногда имел вид
деревянных нар, внутри которых проходили глинобитные трубы,
через которые дым из очага поступал к высокой трубе, стоящей рядом
с жилищем.
Дважды в день, на рассвете и на закате, люди подбрасывали в печь
топливо, и над городом висело облако дыма. Именно в этих дымоходах
и вокруг кухонных горшков разыгрывает свои озорные трюки веселый,
весь в саже шалун Токгаби. Этот парень обожает забавлять или досаждать смертным.
1
Хансон — ныне Сеул (с кор. — столица), столица и крупнейший город Респуб
лики Корея. Это название было окончательно утверждено в Корее в 1946 г.

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

В те далекие времена жители этих земель постоянно участвовали
в жестоких схватках, и убийства были обычным делом. И Киджа решил,
что должен придумать, как примирить их. Он заметил, что драчуны
и грубияны носят длинные волосы, что они неопрятны и неряшливы.
Киджа ввел в стране закон горного бога Дангуна, волосы у него были
собраны в два пучка на макушке. Отныне женатые мужчины должны
были собирать волосы в пучок на макушке, а юноши — заплетать волосы
в косичку. Кроме того, неженатые юноши должны были держать язык
за зубами в присутствии старших.
Но грубый, необразованный народ не понял благих намерений
Киджи. Во время уличных драк дородные мужчины таскали за эти
пучки тех, кто послабее. Кроме того, они проламывали друг другу
черепа дубинками, так что на улицах валялось множество трупов.
Чтобы прекратить эти драки и убийства, Киджа придумал необычную
шляпу, которая должна была держать драчунов на расстоянии метра
друг от друга.
— Я прекращу драки раз и навсегда, — сказал Киджа. — Сделаю
так, что эти забавы будут стоить каждому изрядную связку монет1.
Киджа приказал вылепить из глины большие тяжелые шляпы. Они
достигали метра в диаметре, полуметра в высоту и были очень тяжелыми. Их обжигали в печах, пока они не становились твердыми, как
камень. Шляпы напоминали большие миски, перевернутые вверх
дном.
Каждый, у кого был дурной характер или кто был склонен к ссорам,
должен был носить такую тяжелую шляпу. Когда мужчины собиралась
вместе, это зрелище напоминало поле движущихся грибов. Во время
ссор драчуны разбивали свои шляпы-посудины, и таким образом Киджа
мог легко узнать, кто нарушил закон, и наказывал их. Потом они шли
к гончару и заказывали себе новые шляпы, а одна шляпа стоила половину годового жалованья.
Мудрость Киджи оправдалась. Глиняные шляпы-посудины оказались хорошей защитой для священных пучков на макушках, и мужчинам
это понравились. Драчуны перестали вырывать друг у друга волосы
и разбивать шляпы-посудины. Вместо того чтобы распускать руки
и совершать кровопролитие, вошла в моду привычка грозно сверкать
глазами, скрежетать зубами и корчить страшные рожи. При этом тот,
кому это лучше удавалось, побеждал.
Первые корейские деньги — маленькие круглые монетки с квадратным отверстием
посредине. Отверстие было необходимо, так как монеты использовались обычно
в связках; через отверстие пропускали шнурок, на который они нанизывались.
1

Когда мужчины собиралась вместе, это зрелище напоминало поле
движущихся грибов. Во время ссор драчуны разбивали свои шляпыпосудины, и Киджа мог легко узнать, кто нарушил закон...

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Не прошло и нескольких месяцев, как уличные ссоры превратились
в уродливую пантомиму — жестокое испытание для глаз, зубов и мышц
лица, и раздоры улетучивались, как пар из чайника. Со временем
в стране воцарились мир и спокойствие.
А шляпы-посудины вошли в моду. Даже женщины хотели их носить,
ведь они были незаменимы в хозяйстве. В перевернутом виде служили
чашами для умывания, а хорошие хозяйки брали шляпу мужа, чтобы
постирать в ней белье. Также шляпы-посудины служили корытами для
корма лошадей и крупного рогатого скота, а ослы могли лакомиться
из них бобами.
Для женщин, которым не разрешалось носить шляпы-посудины,
Киджа тоже кое-что придумал: отобрал у драчунов палки и подарил
их женам и дочерям, чтобы те колотили палками одежду в дни стирки
и глажки. Таким образом, корейские женщины овладели искусством
наводить лоск на накрахмаленную одежду членов семьи, особенно
на длинный белый халат главы семьи. Так Киджа превратил палки,
которые раньше использовались для раскалывания черепов, в предмет
для стирки и глажки одежды. Надевая прекрасные одежды, мужчины
стали больше ценить и уважать своих жен и дочерей. Когда же наступала жара и белоснежные одежды могли очень быстро потерять свою
свежесть, по приказу Киджи корейцы надевали нижнее белье из ткани,
изготовленной из стебля бамбука.
Со временем мужчины отказались от тяжелых шляп-посудин. Вместо
них стали носить черные, слегка прозрачные шляпы с высокой тульей,
закрывающие пучок волос на голове. Кат (так называлась корейская
шляпа) изготавливали из конских волос. Такие шляпы, украшенные
бусами из драгоценных камней, носили люди благородного происхождения. Простолюдины носили шляпы, сплетенные из распущенных
стеблей бамбука, напоминающих солому. Так шляпа стала традиционным корейским головным убором.

ЖЕНИХ ДЛЯ ДОЧЕРИ КРОТА

реки Хан стоит огромный каменный истукан Миреук1,
вырубленный из твердой скалы много лет назад. Его основание находится глубоко под землей, а вокруг его гранитной
головы высотой в несколько метров собираются и играют грозовые тучи.
Под землей рядом с могучим колоссом жили супруги в черных
бархатных шубках — крот и кротиха. У них родилась дочь. Это был
самый чудесный ребенок на свете! Крот так гордился своим прелестным
отпрыском, что решил выдать ее замуж только за самое великое существо во вселенной, на меньшее он был не согласен.
Крот-отец долго выяснял, созвав соседей, кто же во вселенной самый
великий и прекрасный. Потом он отправился к Царю кротов и попросил,
чтобы наимудрейшие при его дворе ответили на этот вопрос. Наимуд
рейшие сказали, что выше и могущественнее всех Небо.
И крот отправился к Небу сватать дочь, при этом польстил ему, что
в своем прекрасном лазурном одеянии оно величайшее существо во всей
вселенной, как на земле, так и под землей.
Но, к большому удивлению крота-отца, Небо отказалось.
— Нет, я не величайшее существо во вселенной. — сказало Небо. —
Иди к Солнцу. Оно выше и могущественнее меня, крутит днем и ночью,
как ему заблагорассудится. Я облачаюсь в свои прекрасные одежды,
только когда Солнце восходит. Когда же оно заходит, мир окутывает
тьма и меня заменяют звезды. Лучше сосватай свою очаровательную
дочь Солнцу.
1
Миреук — в корейской мифологии гигантский бог, который отделил землю
от неба, подперев его с четырех сторон медными столбами.

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

И крот пошел к Солнцу и, хотя боялся смотреть ему в лицо, попросил,
чтобы Солнце женилось на его привлекательной дочери.
Но могучее светило, ослепляющее людей и сжигающее траву в поле,
вдруг стало очень скромным и ответило:
— Увы, я не величайшее существо во вселенной. Облако сильнее
меня, оно может сделать меня невидимым на несколько дней и даже
недель. Советую тебе сосватать дочь Облаку.
Крот засомневался, когда ему лучше обратиться к Облаку: когда оно
будет в серебристо-белом одеянии или когда будет черным, грозящим
разразиться бурей? Честолюбивое желание заполучить для дочери
самого могущественного жениха побудило крота-отца дождаться
вспышки молнии и раската грома. Явившись пред грозным черным
Облаком, освещаемым зигзагами молний, он расписал ему и сосватал
свою прелестную дочь.
— Но почему ты пришел именно ко мне? — с черным от гнева лицом
и красными сверкающими глазами спросило Облако.
— Потому что ты доказало на деле всей своей страшной силой, что
ты самое могущественное существо во всей вселенной, — ответил крототец.
Грозное Облако усмехнулось:
— Ты ошибаешься, ведь я не хозяин самому себе. Видишь, как гонит
меня Ветер. Скоро меня вообще не станет, растворюсь в воздухе. Вот
Ветер — повелитель облаков — будет тебе отличным зятем.
Крот подождал, пока Ветер разгонит тучи, успокоится и сосватал
ему свою единственную дочь.
Но Ветер не оправдал ожидания крота-отца — оказался очень
застенчивым, когда признался, что перед огромным каменным истуканом Миреуком он бессилен.
— Я хлещу его по лицу — он и глазом не моргнет, реву ему в уши — он
не обращает внимания, щекочу его ноздри, пытаясь заставить чихнуть, —
он молчит. Как бы сильно я ни бил его — он стоит не шелохнувшись
и улыбается. Увы, я не самое могущественное существо во вселенной,
пока существует Миреук. Иди к нему. Он один достоин твоей дочери.
Наконец крот-отец измучился, приуныл и засомневался: неужели он
не найдет достойного мужа для своей прекрасной дочери?
Немного отдохнув, крот отправился к Миреуку — каменному истукану с гордо поднятой головой, размером с маяк.
Крот-отец щедро рассыпал комплименты истукану как величайшему существу во вселенной, долго расхваливал свою дочь и наконец
сосватал ее. Он чуть было не испортил все дело своей долгой болтовней!

Миреук с каменным терпением внимал гордому отцу.

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Миреук с каменным терпением внимал гордому отцу. Наконец его
губы зашевелились, и он произнес:
— О, любящий отец, я действительно велик. Мне нет дела до Неба
ни днем, ни ночью, ибо мне не страшен ни свет, ни тьма. Солнцу не растопить меня, Ветру не сдвинуть с места. Холод или жара, лето или зима —
мне все нипочем. Надо мною проплывают облака, их угроз, молний
и грома я не боюсь. Да, я велик, потому что неизменен.
— Значит, ты будешь хорошим мужем для моей дочери! Ты ведь
женишься на ней? — спросил отец, когда надежда его окрепла, хотя он
все еще немного сомневался.
— Я бы с радостью, будь я величайшим во вселенной. Но увы! —
ответил Миреук. — У меня под ногами, под землей, живет крот. Он
роет норы своими широкими, лопатообразными передними лапами
день и ночь. Его силе я не могу противостоять. Скоро он подточит мое
основание, я рухну вниз и буду лежать на земле, как обычный камень.
Крот — вот величайшее существо во вселенной, и я покоряюсь ему.
Лучше выдай свою дочь за крота.
После долгих странствий крот-отец больше ничего не искал. Посоветовавшись с Небом, Солнцем, Облаком и Ветром — они были
единодушны, — он наконец понял, что крот — величайшее существо
во вселенной. Жених (причем из знатного рода) для его дочери нашелся
недалеко от дома, в соседней норе. Крот-отец с радостью выдал ее замуж
за красивого молодого крота. О, какая была пышная свадьба! Сколько
было радости и ликования! Новая супружеская пара прожила долгую
и счастливую жизнь.

ЗВЕРИНЕЦ ТОКГАБИ,
ИЛИ КОШКА СОБАКЕ
НЕ ТОВАРИЩ

Корее много собак, а кошек редко встретишь в домах людей.
Даже телят дети ласкают больше, чем кошек, а место табби,
или грималкина1, занимает щенок.
У корейских кошек нет хвоста, так же как у их сородичей из Японии.
Корейцы никогда не определяют время суток по ширине зрачков кошачьих глаз, как это делают в Китае.
Увы, кошки в Корее дикие, да они и не нуждаются в человеческом
обществе. Присутствие собак особенно неприятно корейским кошкам
(впрочем, как и кошкам других национальностей). Мамы-кошки устрашают своих котят, намурлыкивая им жуткие истории о жестокости
собак и о том, почему кошки не ладят с собаками.
Местные крысоловы завывают и орут, выгибают спину, шипят
и царапаются, мурлычут и урчат, вылизывают шерсть и умываются
лапой (как и кошки других национальностей). Они очень искусны
в ловле мышей, охоте за птицами. Корейские кошки ненавидят мочить
лапы, но часто вынуждены заходить в воду, чтобы спастись от преследования собак.
Однажды собака очень разозлилась на кошку. Это произошло,
потому что та рассмеялась, когда этого не следовало делать. И хотя
кошка смеялась вместе с толпой школьников, собака так и не простила
ей столь легкомысленного поведения. Вот как это случилось.
1

Табби, грималкин — старинные названия кошки.

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

***
Как-то раз в Страну утренней свежести с горных вершин спустилась фея. Ее приветливо встретил и приютил старик Тип-пул, который
держал винную лавку. Горная фея вызвала Токгаби и приказала наградить старика драгоценным камнем.
И вот однажды ночью Токгаби бросил драгоценный камень в длинногорлую бутыль Тип-пула, и с этого дня бутыль всегда была полна,
вино в ней не кончалось. Каждый день Тип-пул продавал много вина
соседям, оно было хорошим и дешевым, так что лавочник пользовался
большой популярностью во всей округе. Имея в своей лавке бутыль,
всегда до краев наполненную вином, Тип-пул не боялся нищеты
в старости. У него не было ни жены, ни детей, единственными его
спутниками были собака по кличке Снап и кошка Миён. Все трое
жили мирно и счастливо.
Но однажды бутыль оказалась пустой, и как Тип-пул не тряс ее,
внутри ничего не булькало. Волшебный камень исчез. Нищета теперь
казалась неизбежной. Старик почти обезумел от горя, и все соседи
пришли посочувствовать ему. Они прекрасно понимали, что нигде
больше не смогут купить такого хорошего и дешевого вина, каким они
недавно наслаждались в лавке Тип-пула.
Тем не менее именно потеря волшебного камня помогла Тип-пулу
многому научить своих домашних питомцев. Что касается кошки,
то она стала самой трудолюбивой из всех кошек, которых когда-либо
видели в Чосоне. В поисках пропавшего камня она сразу же принялась
рыться во всех известных ей крысиных норах не только в доме хозяина,
но и во всех домах деревни. От шума, который кошка устраивала
по ночам под крышами, среди стропил и балок, некоторые чуть с ума
не сошли. Они утверждали, что это шалит Токгаби, напившись вина
Тип-пула. Но это была Миён. Кошка опрокидывала коробки с табаком,
раздирала в клочья шляпы, висевшие на стене, скидывала навесные
полки и раскачивала шкафы с посудой над кухонной плитой — одним
словом, совершала проделки, которые корейцы обычно приписывают
Токгаби, шалуну, вымазанному сажей.
Но когда кто-нибудь забирался на чердак и вглядывался в темноту,
то видел лишь пару сверкающих зеленых глаз. Если кто-то тыкал в это
существо удочками или палками, швырял в него ботинки, в ответ раздавалось злое шипение. Убедившись, что это не Токгаби, а всего лишь
кошка, люди снова ложились на рисовую бумагу (ханчжи), пропитанную растительным маслом, на деревянные подушки и вскоре засы-

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

пали. Корейцы не были сквернословами, но в данном случае они (вроде
бы воспитанные люди) осыпали ругательствами всех предков бедной
кошки, вплоть до времен Киджи, — даже вспомнить страшно! Некоторые их высказывания вошли в народные пословицы и поговорки. Тем
не менее Миён как ни старалась, не смогла найти волшебный камень,
наполняющий бутыль вином. А Тип-пул старел и беднел с каждым днем.
Собака не могла лазить по стропилам и крышам, как кошка,
но быстро бегала, обладала острым нюхом, могла учуять тигра за милю.
Снап обéгал всю округу, по льду замерзшей реки даже перешел на другой
берег, сразился со сворой собак, загнал в норы множество крыс, потревожил сотню кошек, раз даже запрыгнул в деревянный сарай и стал
носиться туда-сюда среди коров и лошадей, но так ничего и не нашел.
Когда однажды Снап забежал в стойло, где лошадь наслаждалась
ужином из бобов, злобная скотина, решив, что он пытается украсть
бобы из кормушки, от души ударила его копытом, отчего Снап потом
неделю хромал на одну лапу.
Однажды кошка, гоняясь за крысой по стропилам дома янбана1,
наткнулась на зеленоватую шкатулку из мыльного камня, какие король
часто присылает в подарок понравившимся ему людям. Узнав по запаху,
что внутри находится волшебный камень, который потерял хозяин, она
попыталась зубами и когтями открыть ее.
Однако все попытки Миён были тщетны. Снап также ничего
не мог сделать. Тогда крысы заключили с кошкой и собакой сделку: они
прогрызут шкатулку и достанут волшебный камень, а Снап и Миён
полгода не будут трогать крыс и мышей.
Обрадованные возможностью полгода жить спокойно, в ожидании,
пока созревает зерно, крысы и мыши работали сообща, пока
не прогрызли в шкатулке дыру и не достали волшебный камень. Они
отнесли камень своим бывшим врагам, которые стали на время миролюбивыми. Пес тут же схватил волшебный камень в пасть и помчался
к реке, Миён последовала за ним.
— Теперь, кошка, — сказал Снап, — забирайся ко мне на спину
и крепко держись за шею, пока я не переплыву реку, а камень держи
во рту. Да смотри не разжимай челюсти, не зевай и не смейся, пока мы
не окажемся на другом берегу. Ты все поняла?
Миён вильнула хвостом и крепко зажала камень во рту, намереваясь
доставить хозяину драгоценность в целости и сохранности.
Это был долгое и трудное плавание. Собака переплыла только две
трети реки, а ее силы почти иссякли. Кошка же была счастлива, ведь
1

Янбáн — в средневековой Корее — дворянин, господин.

Когда странная парочка уже была недалеко от противоположного
берега, их заметила стайка веселых ребятишек... Они еще никогда
не видели столь забавного зрелища и разразились громким хохотом.

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

ей нужно было только крепко держаться за шею собаки, она даже лапы
не промочила. Миён не терпелось поскорее выпрыгнуть на берег и,
пока собака будет отряхиваться, прибежать к хозяину первой и таким
образом заслужить его похвалу.
И вот когда странная парочка уже была недалеко от противоположного берега, их заметила стайка веселых ребятишек, возвращающихся
из школы. Они еще никогда не видели столь забавного зрелища и разра
зились громким хохотом. Снап был слишком серьезен, чтобы обращать
на них внимание, а вот Миён, и без того переполненная тщеславием,
повела себя легкомысленно. Она присоединилась к детям и рассмеялась так, что Снап затрясся, чуть не утонул и не утопил кошку. Это еще
больше рассмешило легкомысленную и самодовольную кошку. В конце
концов, разразившись хохотом, Миён выронила изо рта волшебный
камень, и он упал на дно.
Собаке было обидно, что ее труд пропал даром. Думая только о своем
хозяине, верный и серьезный Снап, сбросил со спины Миён и нырнул
на дно реки. Однако кошка доплыла до берега.
Увы, собака не нашла волшебный камень. Оказавшись на берегу,
она отряхнулась и бросилась на кошку, чтобы хорошенько потрепать
ее. Но Миён забралась на дерево и, хотя после ледяной ванны едва
не околела, продолжала грозно шипеть на заливающегося лаем Снапа.
С тех пор корейские кошки и собаки не дружат. Более того, они
вообще не разговаривают друг с другом. Дикая, необласканная кошка —
обитательница зверинца озорника Токгаби, а собака — верный друг
человека.

ЗАМАРАШКА И ЕЕ ЗАВИСТЛИВАЯ СЕСТРА

рушевый Цвет — так звали маленькую корейскую девочку,
которая внезапно осталась без матери. Ее отец, Кан-ван, занимавший высокий пост в городской управе, снова женился
на гордой вдове. Когда у них родилась дочь, ее назвали Фиалка. Мать
и дочь ненавидели работу по дому и заставляли Грушевый Цвет чистить
рис, готовить еду и следить за огнем на кухне. Они возненавидели ее
и прозвали Замарашкой, и девочка часто плакала.
Жаловаться отцу было бесполезно, потому что он всегда был занят:
курил длинную трубку и часами играл в шашки, очевидно заботясь о том,
чтобы его большой белый халат был накрахмален и отутюжен, а не о том,
чтобы его дочь была счастлива. Его халат приходилось бить бельевой
палкой, пока он не блестел, как иней. Когда выходил из дома на улицу
и направлялся в государственную управу, он весь был безукоризненно
белый, за исключением широкополой черной шляпы из конских волос.
Бедная Замарашка, помимо работы на кухне, стирала, накрахмаливала, гладила белье, и стук бельевой палки раздавался в дальней комнате
до полуночи, когда бессердечные мачеха и ее дочь уже давно спали.
В городе намечался большой праздник, и несколько дней в доме шли
приготовления, чтобы отец в лучшем одеянии и прекрасной шляпе,
а женщины в красивых нарядах вышли посмотреть на короля и королевскую процессию.
Бедной Замарашке очень хотелось посмотреть на празднество,
но жестокая мачеха, поставив перед ней огромный соломенный мешок1
1
Мешок (кама) — корейская единица измерения веса, обычно равная 54 кг неочищенного риса или 60 кг шлифованного риса.

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

с неочищенным рисом и большой треснувший кувшин, сказала, что,
прежде чем выйти на улицу, она должна очистить весь рис от шелухи
и наполнить кувшин колодезной водой.
Перебрать мешок риса и наполнить водой треснувший кувшин?!
Разве это возможно?! И Замарашка разрыдалась, развязала мешок,
чтобы высыпать рис на циновку. Вдруг послышалось птичье воркованье и хлопанье крыльями, и на циновку опустилась стая голубей.
Они принялись усердно работать клювами и когтями, и через
несколько минут очищенный, белый, блестящий рис лежал в одной
куче, а шелуха — в другой. Сделав всю работу и простившись
с девочкой, птицы улетели.
Замарашка не знала, как и благодарить милых пташек за чудесную
работу. Но как наполнить водой треснувший кувшин? Как только
девочка взяла кувшин в руки, из печи вылез проказник Токгаби, весь
покрытый сажей.
— Не плачь! — пискнул он. — Я починю кувшин и наполню его
водой.
Он замазал трещину глиной и влил в кувшин дюжину ведер колодезной воды, наполнив его до краев, так что вода даже стекла на пол.
Токгаби поклонился и снова уполз в дымоход, и изумленная девочка
даже не успела поблагодарить своего помощника.
Закончив таким образом порученную мачехой работу, Замарашка
надела свой белоснежный наряд и вышла на улицу. Девочка увидела,
как под развевающимися знаменами прошествовала грандиозная
процессия во главе с самим королем.
Как-то раз мачеха и ее любимая дочь задумали устроить пир на горе.
Замарашка весь день готовила угощение, усердно крахмалила одежду —
кофточки, длинные юбки, кушаки и прочее, — пока чуть не свалилась
от усталости. Но вместо того чтобы отблагодарить, жестокая мачеха
приказала Замарашке выполоть все сорняки в саду и выдернуть всю
траву между камнями на дорожке, и только тогда она может выйти
на улицу.
Лицо бедняжки снова было мокрым от слез. Все, красивые, нарядные,
ушли в горы, чтобы весь день веселиться, а она снова осталась одна,
да еще с грузом непомерной работы.
Вдруг возле дома появилась черная корова. Ее огромные, влажные,
словно от слез, глаза глядели на кухонную невольницу с любовью
и состраданием. В десять приемов корова сожрала все сорняки,
а потом копытами и зубами расправилась с травой между камнями
на дорожке.

Вдруг послышалось птичье воркованье и хлопанье крыльями,
и на циновку опустилась стая голубей.
Они принялись усердно работать клювами и когтями...

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Вытерев слезы, Замарашка пошла за чудесной коровой через луг
в лес. Там она нашла и съела такой вкусный фрукт, какого еще в жизни
не пробовала, и вернулась домой.
Когда завистливая сестра узнала об удивительной черной корове,
она тоже решила насладиться фруктом в лесу. В следующий праздничный день она осталась дома и отпустила кухонную хлопотунью
посмотреть на королевское шествие. Замарашка не могла понять,
почему ее отлучили на несколько часов от кастрюль и чайников, но еще
больше ее удивил подарок мачехи — связка монет, которые можно было
потратить на лакомства. Поблагодарив мачеху, она надела свой лучший
наряд и вскоре уже была на главной улице города и наслаждалась, глядя
на веселых и счастливых людей. Канатоходцы, бродячие музыканты
с барабанами и флейтами, фокусники и акробаты; пантомима, песни,
танцы, дюжина снующих туда-сюда мальчишек, торгующих медовыми
конфетами, ячменным сахаром и другими сладостями, — чего здесь
только не было! Налюбовавшись на все это великолепие, Замарашка
зашла в трактир и хорошенько поужинала — жареной рыбой, вареным
рисом с красным перцем, репой, сушеной хурмой, жареными каштанами и засахаренным апельсином, — объелась, как королева.
Самолюбивая сестра осталась дома не для того, чтобы освободить
Замарашку от работы, а чтобы поглядеть на чудесную корову. Подойдя
к дому, черная корова не увидела Замарашку и поняла, что сегодня для
нее дела не найдется, развернулась и пошла в лес.
Сестра сразу же отправилась за ней, но корова шла очень быстро
и по самым дремучим местам. Вскоре девочка оказалась в болоте,
мокром, грязном, полном колючек. Надеясь отведать чудесный фрукт,
она все шла и шла, пока не устала до смерти, а корова не исчезла из виду.
Грязная, растрепанная, она решила вернуться назад. Девочка исцарапала руки и лицо о непроходимые колючки, одежда ее была изорвана
и висела клочьями. Когда она, чуть живая, добралась до дома, от ее
красоты не осталось и следа.
А Замарашка, наоборот, стала румяной красавицей. Молодой
человек с юга, из хорошей семьи, гостивший в столице, был поражен ее
красотой и захотел жениться. Он нашел свата, который все устроил для
обручения и свадьбы.
Сыграли великолепную свадьбу. Жених, Сувэнь, был в белых
и черных шелковых одеждах, шляпе из конских волос, украшенной
бусами из драгоценных камней, что свидетельствовало о его знатном
происхождении. У него на груди, перекрещенной серебряными лентами,
висел золотой квадрат, расшитый журавлями, летящими над волнами, —

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

символ государственной службы. Он был высок, красив, хорошо образован и известен как поэт.
Прелестная Грушевый Цвет, как ее теперь снова называли, в халате
из парчи, с длинными рукавами нижнего платья из белоснежного шелка
была великолепна. Носки ее изящных красных туфелек были загнуты
вверх. В серебряной перевязи ажурной работы, длинной юбке с высокой талией, с шелковой подкладкой, с обручальным кольцом на пальце,
она выглядела, как принцесса.
Отец спросил Грушевый Цвет, какой свадебный подарок она хочет
получить. Когда же она сказала ему об этом, он от души рассмеялся. Тем
не менее исполнил желание дочери — и по сей день в спальне Грушевого
Цвета, госпожи Сувэнь, стоит глиняная фигурка черной коровы, вылепленная из глины ее родной провинции; а под ее окном, над грушевым
деревом, которое каждую весну распускается и осыпает землю белоснежными ароматными лепестками, кружатся и воркуют голуби.

СОРОЧИЙ МОСТ ЧЕРЕЗ ЗВЕЗДНУЮ РЕКУ

Корее, пожалуй, не найдется другой такой популярной
птицы, как сорока. Весь год они заполняют города и улицы
Страны утренней свежести, кроме седьмого дня седьмого
лунного месяца. В этот день каждая воспитанная и уважающая себя
сорока высоко в небе строит мост для влюбленных через Звездную
реку, которую еще называют Млечный Путь. Крылья служат тросами,
а головы — настилом для моста.
Мальчики и девочки обычно очень добры к сорокам, но, если седьмого
июля хоть одна из них окажется рядом с домом, на крыше или на улице, горе
ей! Всякий чумазый мальчишка бросает палки или камни в бедное создание,
потому что оно не занимается своим делом — строительством моста через
Млечный Путь. К вечеру сороки возвращаются на улицы городов, считается, что они выполнили свою работу — построили сорочий мост.
Чтобы убедиться, что сороки действительно построили мост
и по нему ходили, достаточно взглянуть на лысые птичьи головы — перья
полностью стерлись под ногами толпы приближенных, которые последовали через мост за принцем Звездной страны, спешащим навстречу
своей возлюбленной.
Если утром в этот день встречи принцессы Ткачихи и принца
Волопаса стоит дождливая погода, то все корейцы знают, что капли
дождя — это слезы радости, пролитые влюбленными. Если дождь
пойдет днем — это слезы грусти при прощании принца и принцессы.
Если раздается гром, каждый мальчик и каждая девочка знает, что это
грохот повозок, которые везут багаж принца и принцессы, когда они
разъезжаются каждый на свой берег Звездной реки.

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Итак, вот история о сорочьем мосте, которую корейские матери
и по сей день рассказывают своим детям.
***
Давным-давно в Звездной стране жил король. У него была дочь,
прекраснейшая из всех девушек в королевстве, трудолюбивая, с добрым
нравом и большой силой воли. Она была искуснейшей ткачихой, могла
сшить что угодно. Родители очень любили принцессу, особенно отец,
который пытался во всем угождать дочери.
Однажды красивый молодой принц, приехав по делам ко двору ее
отца, увидел принцессу и влюбился в нее с первого взгляда. С согласия
родителей девушке справили пышную свадьбу.
Теперь, когда принцесса стала женой и у нее был свой дом, о котором
нужно было заботиться, она стала примером для всех девушек Кореи.
Помимо того, что принцесса усердно шила, стирала, гладила, готовила еду,
подавая пример своим слугам, она еще много думала о семейном счастье
и всегда прислуживала супругу, стремясь наполнить его жизнь радостью.
Но принц не ценил стараний прекрасной и бескорыстной супруги,
предавался неумеренности в пище, питии, сне и во всяком другом ублажении тела и сыпал деньгами направо и налево. Став ленивым и рассеянным, он растратил все свое состояние и приданое жены. Продал всех
волов и телят, а все вырученные деньги проиграл в азартные игры. Он
назанимал много связок монет, но не мог вернуть долги и в конце концов
так обнищал, что ему грозило понижение в звании и презрение к его имени.
Король, видя, что зять катится по наклонной плоскости, не раз
грозился лишить его наследства или вовсе изгнать из Звездной страны.
Он особенно разгневался после того, как принц распродал весь скот.
Но когда его дочь, молодая жена, вступилась за мужа, король смилостивился, заплатил за зятя все долги и дал ему еще один шанс исправиться.
Однако, когда никчемный принц вернулся к старым привычкам, король
решил разлучить супружескую пару. Он изгнал принца далеко-далеко,
на расстояние шести месяцев пути от северного берега Звездной реки,
а принцессу — на расстояние полугода пути от ее южного берега.
И хотя королевское сердце ожесточилось даже против любимой
дочери, он разрешил им встречаться на несколько часов в одну ночь
года, а именно в седьмую ночь седьмого лунного месяца.
Молодые люди расстались и отправились в печальный путь,
к противоположным берегам Звездной реки. Но они так любили друг
друга, что, как только каждый добрался до места своего изгнания,
тут же повернул назад, чтобы снова встретиться седьмого июля.

Своими крыльями, словно это были тросы, сороки
образовали огромную арку — дорогу, по которой принцесса
смогла переправиться к мужу со всем своим багажом и вереницей слуг.

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

И вот настал день, когда после шести месяцев изнурительного пути
они достигли северного и южного берегов Звездной реки. Супруги
ловили взгляды друг друга и размахивали руками, но были не в силах
сойтись. И по сей день звездными летними ночами на противоположных берегах широкой Звездной реки можно увидеть супругов,
любящих друг друга, но не могущих соединиться.
Поняв, что преодолеть небесную пропасть невозможно, супруги разрыдались. Их слезы хлынули безудержным потоком с неба на землю, грозя
затопить все: дома, людей, животных. Что же делать? Что предпринять?
Звери, рыбы и птицы собрались на совет и решили, что только те птицы,
у которых сильные крылья и которые умеют высоко летать, могут исправить ситуацию. Под аккомпанемент льстивых речей уладить это дело поручили сорокам, а именно, чтобы те построили мост через Звездную реку.
Когда болтливые птицы услышали о беде влюбленных, они с радостью
согласились помочь им. Оповестив своим стрекотанием всю Звездную
страну о строительстве моста, миллионы сорок взлетели высоко в небо
и под руководством наимудрейших приступили к работе. Крылья
должны были служить тросами, а головы — настилом для висящего
в небе моста, соединяющего северный и южный берега Звездной реки.
Сначала, чтобы сделать настил, они свели свои головы вместе, да так
плотно, что стало казаться, будто мост вымостили белым гранитом.
Затем своими крыльями, словно это были тросы, сороки образовали
огромную арку — дорогу, по которой принцесса смогла переправиться
к мужу со всем своим багажом и вереницей слуг. Вскоре были накрыты
столы, и влюбленные наслаждались пиром, нежно глядя друг на друга.
Вот уже много веков каждый год в седьмой день седьмого лунного
месяца сороки строят мост для влюбленных через Звездную реку.
Звездные влюбленные встречаются лишь раз в году, но они счастливее
смертных, потому что на небе им назначена жизнь вечная.
В сорочьем царстве есть закон, согласно которому ни одна птица
не может уклониться от строительства моста через Звездную реку. Любую
сороку, которая пытается увильнуть от этой работы или слишком ленива,
чтобы внести свою лепту в строительство моста, корейские дети прогоняют
со двора. Разве не мечтает каждая девочка стать такой же доброй и прилежной, как принцесса Ткачиха? Разве не мечтает стать такой же любящей
женой, как прекрасная госпожа, что каждый год в седьмую ночь седьмого
лунного месяца переходит сорочий мост через Звездную реку, чтобы встретиться со своим господином? Что касается мальчиков, то хочется верить,
что они станут такими же любящими мужьями, как покаявшийся принц
Волопас, который вечно ждет свою жену на берегу Звездной реки.

ГОЛОС КОЛОКОЛА

о времена короля Тхэджо — основателя первой корейской
династии Чосон, — город Сеул назывался Ханьян. Вокруг
него была крепостная стена высотой около семи метров
для защиты населения от диких животных, разбойников и вражеских армий, а на каждую сторону света выходили высоченные ворота.
К городу вели все дороги в королевстве.
Однажды рабочие, копая яму под фундамент для Восточных ворот,
наткнулись на колокол. Это было счастливое предзнаменование, и они
сразу же отнесли его королю. Он повесил колокол над входом в свой
дворец.
Но этот колокол только тихонько позвякивал, а Тхэджо мечтал отлить такой колокол, который звонил бы громко и долго, был не меньше
колокола в Кёнджу1 — столице существовавшего на корейских землях
государства Силла, с которым он некогда соперничал, и издавал такие
же звуки, как знаменитые водяные часы2. Тхэджо решил отлить новый
Колокол короля Сондока был отлит в 771 г., в эпоху королевства Силла
(57 г. до н. э. — 935). Размеры его впечатляющие: высота — 3,33 м, диаметр — 2,27 м,
вес — около 20 т.
2
Водяные часы с боем (чагённу) создал корейский ученый-изобретатель Чан Ён
Силь в 1434 г. На циферблате было установлено 12 деревянных фигур, которые
служили индикаторами времени. Часы имели четыре емкости для воды, две
емкости для слива и 12 стрелок, плавающих внутри нижнего контейнера. Когда
вода из верхних контейнеров сливалась вниз по трубе в нижний контейнер, одна
из стрелок наклоняла доску, заполненную небольшими железными шарами; шар
скатывался по трубке в контейнер с более крупными железными шарами. Столкновение приводило к тому, что большие шары начинали двигаться вниз и ударяли по
большой тарелке, сообщая время.
1

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

колокол и установить его на колокольне в центре Сеула, чтобы колокольный звон мог слышать каждый житель города. По сигналу колокола
люди могли бы узнавать, когда им вставать, готовить завтрак, садиться
ужинать или ложиться спать. А его подданным звон колокола возвещал
бы, когда будет проезжать по городу королевская процессия, венчаться
принц или принцесса. (Позже этот колокол возвестил своим печальным
звоном о смерти его величества, и вся страна оплакивала его, корейцы
надели белые одежды в знак траура и не снимали их три дня. Корейцы
до сих пор верят, что в этом колоколе поселился дух — хранитель
города.)
Итак, во все провинции были разосланы гонцы с королевским
приказом для губернаторов и деревенских старост собирать медь
и олово для получения бронзы. Колокол должен был возвышаться на три
метра над землей и иметь три метра в поперечнике, то есть в высоту
и ширину как раз выходила корейская спальня. На вершине, на месте
крепления колокола, нужно было отлить двух драконов. Колокол
должен был весить как пятьсот толстяков, а тяжелые деревянные балки
удерживали бы его на прочной колокольне, которая не сотрясалась бы,
когда в это чудовище будут звонить. Внутри колокола ничего не было,
а снаружи висело длинное бревно, подвешенное на толстых веревках
на определенной высоте. Звонарь раскачивал бревно, и оно ударяло
по колоколу. Это заставляло колокол греметь, рычать, гудеть, квакать
или переливаться сладкой мелодией в зависимости от силы удара
и желания звонаря.
Надо сказать, что, когда огненный бес услышал об этом, он
не поверил, что люди сумеют обработать столько металла, правильно
направить ревущее пламя и отлить огромный колокол. Он только усмехнулся при мысли, что подданные короля Тхэджо смогут бить в колокол
больше тех, что висят в могучих храмах Китая или в пагодах Силлы.
И вот наконец, телеги с медью и оловом, запряженные лошадьми,
быками и ослами, заскрипели по дорогам Сеула. Сто ослов проглотили
четыре тысячи литров бобовой похлебки на постоялых дворах, прежде
чем свалили груз; сто быков истошно ревели под тяжестью хвороста
и древесины для печей, в которых нужно было расплавить металл для
отливки могучего колокола.
Вырыли глубокую яму для отливки, сотни тиглей уже ожидали,
когда хлынет раскаленная струя. Мальчишки со всего города сбежались сюда, чтобы увидеть, как разгорается огонь, поднимается дым,
как ревут мехи, как бежит металл и, наконец, как мастер даст сигнал
к началу работы.

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Надо вспомнить один случай, когда сборщик меди и олова зашел
в бедный деревенский дом, где жила бедная старуха. У нее не было
ни медных монет, ни оловянной посуды, но она была готова отдать
и себя, и ребенка. Старуха сказала:
— Может, возьмете мальчика?
Сборщик ничего на это не ответил и ушел. Вернувшись в Сеул, он
многим рассказал об этом, но вспомнили этот случай гораздо позже.
Итак, когда все было готово, на раскаленные угли поставили тигли
из огнеупорной глины. Пламя бушевало, пока металл не превратился
в жидкую бронзу. По команде мастера шипящий расплавленный металл
хлынул и заполнил форму. Терпеливо дождавшись, пока металл остынет,
увы, обнаружили, что колокол треснул.
Отливку подняли с помощью мощных дорогостоящих приспособлений, и дородные кузнецы разбили треснувший колокол тяжелыми
молотами. Сделали вторую отливку, но, когда металл остыл, снова обнаружили трещину.
Так повторялось три раза. Истратили сумму, равную стоимости
королевского дворца, а колокола все не было. Король Тхэджо был
в отчаянии. Но он не рыдал, не рвал не себе волосы, не ругал мастеров,
которые сделали все, что могли, а предложил большую награду тому, кто
укажет, в чем кроется проблема. Тут выступил вперед сборщик металла,
он рассказал о старухе и заявил, что колокол будет раскалываться до тех
пор, пока ее предложение не будет принято. Как бы то ни было, сказал
он, эта старуха — колдунья, и если ребенок заколдованный, то вреда
от этой жертвы не будет.
Король послал за ребенком, и, когда жидкий металл наполовину
заполнил яму, мальчика бросили туда, словно в пасть огненному демону.
Когда остывший колокол подняли, оказалось, что отливка прошла
успешно, и все, казалось, забыли о человеческой жертве. Вскоре великая
работа была завершена. Торжественная церемония подвешивания была
очень впечатляющей. Колокол установили в центре города, где сходились широкие улицы, идущие от Южных ворот, и те, что смотрели
на восход и закат. Колокол подвесили за тяжелые железные цепи к скобе
на прочной деревянной опоре на высоте одного полуметра от земли.
Затем вокруг него построили колокольню. На колоколе выгравировали имена главных мастеров, отливавших его, и королевских чиновников, руководивших церемонией подвешивания. Однако решили
не бить в колокол до тех пор, пока он не будет окончательно закреплен
на колокольне и пока не изготовят деревянное бревно толщиной с мачту
корабля, чтобы ударить в колокол первый раз.

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Десятки тысяч людей с нетерпением ждали первых звуков колокола. Все верили, что услышать первый удар колокола — к удаче и долголетию. Мальчики и девочки не хотели ложиться в постель, прежде чем
не услышат колокол.
— Как мы назовем колокол, ваше величество? — спросил советник.
— Назовем его Чонгак1, — ответил король Тхэджо. — Он будет
звонить каждый вечер, в девять часов, и ни один мужчина, за исключением государственных служащих, не должен появляться на улице под
страхом физического наказания. А женщины, наоборот, с этого часа
и до полуночи могут свободно гулять по улицам города.
Совершенно по-особому, как-то радостно-печально сеульский
колокол звучит в девять часов первого вечера седьмого лунного
месяца — месяца звездной принцессы Ткачихи и звездного принца
Волопаса, стоящих по разные стороны Звездной реки. Все мужчины
сидят дома, готовые немедленно раздеться и лечь спать, в то время
как женщины, одетые в свои лучшие наряды, стоят на пороге, каждая
с фонарем в руке, готовые к прогулке на свежем воздухе.
Этот королевский закон провозгласили трубачи. Также был принят
закон ударять в колокол, объявляя об открытии и закрытии четырех
ворот вокруг Сеула. В четыре часа утра он звонил 33 раза, ознаменовывая начало нового дня, и ворота города открывались. В десять часов
вечера он звонил 28 раз, и ворота закрывались.
Имя колокола дало название главной улице корейской столицы —
Чонно (улица Колокола) и центральному сеульскому району, а также
«Чонгак» называется современная станция Сеульского метрополитена
в Южной Корее.
Но пока колокол молчал. И вот наконец настал момент первого
удара в колокол. Четверо крепких мужчин хватаются за веревку, оттягивают бревно на расстояние целого метра, а затем отпускают его. Бревно
ударяет в колокол, и из него льется дивная мелодия, наполняя сладостными звуками все вокруг на многие лиги2. Дети радостно хлопают
в ладоши и танцуют. Они знают, что будут жить долго, ведь они услышали первые удары колокола. Старики улыбаются.
Жители Сеула поняли, что это самый замечательный колокол на всем
белом свете. У него был звучный голос. Колокол пел, смеялся и плакал,
предупреждал и поздравлял, ругал и восхвалял — одним словом, мог
выразить своим голосом любое человеческое чувство.
Чон — «колокол»; гак — «сейчас подходящее время для чего-либо» (кор.)
Лига — общее название ряда исторических единиц измерения расстояния;
равнялась примерно 2,3 км.
1
2

Дети радостно хлопают в ладоши и танцуют. Они знают,
что будут жить долго, ведь они услышали первые удары колокола.

КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ

Но каково же было их удивление, когда они поняли, что колокол
умеет говорить! Да-да, его звуки действительно складывались в слова:
«Эми-лле, эми-лле, эми-лле…»1, которые переходили в детский плач.
И в этом не было никакой ошибки, потому что люди знали страшную
историю отливки колокола.
И по сей день матери в Сеуле, когда слышат этот печальный звон
колокола, крепче прижимают к груди своих малышей и дарят им свое
тепло, любовь и ласку.
1

Эмилле — «из-за матери» (кор.)

ЖЕНИХИ ПРИНЦЕССЫ ХОТАРУ,
ДОЧЕРИ КОРОЛЯ СВЕТЛЯЧКОВ

а южной солнечной стороне рвов замка Фукуи, что
в Этидзэне, вода давным-давно опустилась так низко,
что там разрослись и расцвели пышным цветом лотосы.
В серединке самого большого цветка, чьи лепестки были такими же розовыми, как морская раковина изнутри, жил король светлячков Хай-о, чья
единственная дочь была прекрасной принцессой и звалась Хотару. Будучи
ребенком, принцесса всегда оставалась дома, внутри розовых лепестков
лотоса, она никогда не выходила даже на краешек цветка, разве что проводить отца, улетающего в путешествие. Она послушно ждала, пока ее
собственное тело не начало светиться огоньком и сиять, красиво освещая
лотос, который походил ночью на лампу внутри кораллового шара.
С каждой ночью ее свет становился все ярче и ярче, пока наконец
не стал сверкающим, как золото. И тогда отец сказал:
— Моя дочь достигла совершеннолетия, и теперь она может иногда
вылетать со мной из лотосового дворца. А когда появится подходящий
жених, она может выйти замуж за кого пожелает.
Так Хотару начала летать среди цветов лотоса, что разрослись
в замковом рве, затем навещать богатые рисовые поля и в конце концов
добралась и до синих лугов.
Всякий раз, когда девушка покидала дом, за ней следовала толпа
ухажеров, ибо она обладала необыкновенной способностью привлекать к себе всех ночных насекомых. Но ей не было до них никакого дела,
и, хотя она вежливо разговаривала с каждым, ни одного не удостоила
поцелуем. Кое-кто из крылатых кавалеров называл ее кокеткой.

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Однажды ночью она сказала своей матери-королеве:
— У меня столько поклонников, но ни одного из них я не вижу своим
мужем. Сегодня я останусь дома, и те, которые на самом деле любят
меня, придут сюда и будут здесь ухаживать за мной. Я задам им невыполнимую работу. Если они окажутся мудрыми, то не станут выполнять
ее; а если им своя жизнь дороже любви ко мне, то они мне не нужны.
Любой, кто преуспеет, сможет назвать меня своей невестой.
— Как пожелаешь, дитя мое, — ответила королева-мать и, нарядив
дочь в великолепные одежды, усадила ее на трон в самой середине
лотоса.
Затем она приказала своей охране, чтобы та держала поклонников на приличном расстоянии, дабы какой-нибудь глупый
кавалер — жук-рогач или майский жук, — ослепленный светом,
не подошел слишком близко и не ударил принцессу или не пошатнул
ее трон.
Не успели сгуститься сумерки, как прилетел золотистый жук. Он
опустился на тычинку, с почтением поклонился и сказал:
— Я лорд Грин Голд. Я предлагаю принцессе Хотару свой дом, свое
состояние и свою любовь.
— Пойди и принеси мне огонь, тогда я стану твоей невестой, —
ответила Хотару.
Склонив голову, жук расправил крылышки и с ворчливым жужжанием улетел.
Следующим прибыл блестящий жук, крылышки и тело которого
были черными, как коптильная лампа. Он торжественно поприветствовал предмет своего обожания и получил тот же ответ:
— Принеси мне огонь, и я стану твоей женой.
Жук с гудением улетел.
Вскоре прилетел самец кроваво-красной стрекозы. Он ожидал, что
принцесса, ослепленная великолепием его цвета, не сможет перед ним
устоять.
— Я отклоняю твое предложение, – ответила принцесса, — но если
ты принесешь мне огненную искру, то я стану твоей невестой.
Самец кроваво-красной стрекозы незамедлительно отправился
выполнять поручение, а в это время с грозным жужжанием влетел
другой жук и стал горячо предлагать свою кандидатуру.
— Я скажу «да», если ты принесешь мне огонь, — сказала сияющая
принцесса.
Ухажеры все прибывали и прибывали в дом короля светлячков
Хай-о, пока наконец не облепили все розовые лепестки лотоса. Вот они

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

уже выстроились в длинную очередь. И каждый по-своему — гордо
или скромно, смело или робко, с лестью или хвастовством, а порой
и со слезами — говорил о любви, сообщал о своем положении, разглагольствовал о своем состоянии или клялся в постоянстве, пел песню
или исполнял музыкальное произведение. Каждому из претендентов
в женихи принцесса скромно отвечала одно и то же:
— Принеси мне огонь, и я стану твоей невестой.
И каждый, ничего не говоря соперникам, думал, что это только его
секрет, и спешил за огнем.
Но ни один из них так и не вернулся, чтобы жениться на принцессе.
Бедные, бедные женихи!
Один черный жук, заметив отблеск света, с грохотом влетел
в соседний дом через бумажное окно. Страсть переполняла его, а потому
он, не думая о дереве или железе, ударился головой о гвоздь и упал
замертво на землю.
Другой жук залетел в комнату, где читал бедный студент. Лампой ему
служила глиняная плошка, наполненная рапсовым маслом, с фитилем
из щепки. Ничего не зная о свойствах растительного масла, несчастный
влюбленный жук заполз в плошку, чтобы добраться до пламени, и через
несколько секунд утонул в масле, как в море.
— Что это? — удивилась рачительная хозяйка, сидевшая с иголкой
в руках.
Она увидела, что ее лампа вспыхнула на мгновенье, задымила и затем
затрещала. Убирая угольки, она обнаружила опаленного огнем самца
кроваво-красной стрекозы, у которого сгорели алые крылья.
Обезумевший от любви блестящий бражник, боявшийся пламени,
но полный решимости добыть огонь для принцессы, летал вокруг
горящей свечи, с каждым кругом приближаясь все ближе и ближе.
— Сейчас или никогда, принцесса или смерть, — прожужжал он,
рванулся вперед в попытке схватить искру пламени, но обжег крылышки,
упал и скончался в муках.
— Вот дурак-то! — сказал уродливый самец платяной моли. —
Я добуду огонь. Я заберусь внутрь свечи.
И вот он полез вверх через полый бумажный фитиль и почти добрался до цели, оказавшись внутри голубой части пламени, но мужчина,
чихнувший на фитиль, погубил его.
Печальна была судьба влюбленных в дочь Хай-о. Одни витали
вокруг маяков, что расположены на мысе; другие порхали вокруг
больших восковых свечей, возвышавшихся на два метра над подсвечниками в буддийских храмах; третьи обжигали носики о кончики арома-

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

тических палочек или просто задыхались от дыма; четвертые всю ночь
танцевали вокруг фонарей в святилищах; кто-то оказался в печи, где
сжигают умерших; кто-то в кухне, где готовили пир; а были и такие,
кто пытался догнать искры, вылетающие из дымовых труб. Но никто
не принес огонь принцессе и не получил обещанную награду. Многие
лишились лапок, усиков и носиков, опалили крылышки, но большинство женихов — увы! — на следующее утро были мертвы, их тельца
нашли черными и остывшими.
Священники, поправляя лампы в святилищах, и служанки, осматривая фонари, говорили одно и то же:
— У принцессы Хотару, должно быть, было много ухажеров прошлой ночью.
Бедные, бедные женихи! Некоторые даже пытались выхватить
зеленые огоньки из кошачьих глаз, но были растерзаны на месте. Один
влез в птичий клюв и был проглочен заживо. Жук-могильщик (самый
уродливый ухажер) выполз на берег моря и нашел несколько рыбьих
чешуек, которые светились в темноте. Жук-олень взобрался на гору
и в трухлявом пне нашел что-то светящееся, как огонь. Но расстояние
было так велико, что задолго до того, как они добрались до крепостного рва, уже рассвело и огоньки исчезли, поэтому пришлось выбросить
рыбью чешую и кусочек старого дерева за ненадобностью.
Следующий день был днем великого траура. Похорон было так
много, что Хи-маро, принц светлячков, что жил на северной стороне
крепостного рва, спросил своих слуг о причине этого. Так он впервые
узнал о сияющей принцессе Хотару.
Принц, только что унаследовавший трон отца, влюбился в принцессу и решил жениться на ней. Как того требовали правила этикета,
он послал своего камергера к отцу девушки просить ее руки. Отец дал
свое согласие, но с условием, что принц выполнит задание его дочери —
добудет огонь и лично принесет его принцессе.
Принц во главе своих сверкающих армий светлячков лично явился
в лотосовый дворец, и на него хлынул поток золотого света. Хотару
была так прекрасна, что ее чары не померкли даже перед сияющим
великолепием принца. Визит закончился сватовством, а сватовство —
свадьбой. В назначенную ночь в паланкине1 из белых лепестков лотоса,
окруженная воинами принца светлячков, словно пылающими факелами, Хотару была доставлена в дворец Хи-маро, и там принц и принцесса заключили брачный союз.
1
Паланкин — носилки в виде кресла или ложа, укрепленные на двух длинных
шестах, концы которых лежат на плечах носильщиков.

Девушки ловят светлячков и сажают их в коробочку: они хотят
увидеть битву влюбленных насекомых, надеясь, что их собственные
возлюбленные ради любви отважатся пройти сквозь огонь и воду.

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Много поколений сменилось с тех пор, как Хи-маро и Хотару поженились, но до сих пор по прихоти всех принцесс светлячков их возлюбленные, предлагая руку и сердце, должны принести огонь, иначе они
не получат награды. А случается и так, что просьбы некоторых девушек
способны довести до смерти их великолепных поклонников. Потери
огромны, поскольку, стремясь достать огонь, тысячи и тысячи насекомых, привлеченных светом, сгорают в тщетной надежде выхватить
частичку пламени и растопить тем самым сердце жестокой красавицы,
которую они полюбили. Вот почему каждую ночь насекомые кружат
над горящими лампами, и вот почему каждое утро из лампы приходится убирать множество жертв, утонувших в масле или искореженных
пламенем. Именно поэтому девушки ловят светлячков и сажают их
в коробочку: они хотят увидеть битву влюбленных насекомых, надеясь,
что их собственные возлюбленные ради любви отважатся пройти сквозь
огонь и воду.

ВОЛШЕБНЫЙ ЧАЙНИК

авным-давно в одном храме жил старый священник. Он
был очень беден, сам варил себе рис, кипятил чай, подметал
пол и жил скромно, как и положено честному священнику.
Однажды чайник, в котором он кипятил воду, прохудился, и священник не знал, что делать, ведь у него не было денег на новый. Но на следующее утро перед его дверью появился блестящий латунный чайник.
Обрадованный, он поблагодарил Небеса и развел огонь в квадратном
очаге посреди пола. Веревка и цепь, к которым крепились горшок
и чайник, свисали из прикрытого отверстия в потолке, служившего
трубой. Медные щипцы лежали на золе, а огонь весело горел. Сбоку
очага, на полу, стоял поднос, на котором теснились крошечные чайные
чашечки, оловянная коробочка для чая, бамбуковая мешалка для чая
и маленький черпачок. Священник смахнул небольшой метелочкой
из орлиных перьев золу с краев очага и как раз собирался попить чаю,
когда носик чайника запел: «Суз-з-суз-з». Крышка, подпрыгивая
вверх-вниз, сказала: «Пат-тари-пат-тари», а чайник заплясал на огне.
— Что это значит? — произнес старый священник и тут же охнул,
потому что — о чудо из чудес! — носик чайника превратился в барсучий
нос с большими усами, а другая сторона посудины вытянулась в длинный
пушистый хвост.
— Хо-хо! — воскликнул священник и стал выкрикивать длинные
японские слова, которые покажутся вам странными.
Он уронил коробочку с чаем, рассыпав зеленый чай по циновке, когда
под чайником появились четыре волосатые лапки и странное создание —
полубарсук-получайник — спрыгнуло с огня и начало бегать по комнате.

— Что это значит? — произнес старый священник
и тут же охнул, потому что — о чудо из чудес! — носик чайника
превратился в барсучий нос с большими усами, а другая сторона
посудины вытянулась в длинный пушистый хвост.

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

101

К ужасу священника, оно запрыгнуло на полку, раздуло брюхо и стало
отбивать передними лапами мелодию, словно на барабане. Ученики
старого священника, услышав это, влетели в комнату и после суматошной погони, раскидав горы книг и разбив несколько чайных чашек,
поймали барсука и засунули его в бочонок для хранения маринованной
редьки. Они привязали к крышке тяжелый камень и были уверены, что
сильный запах редьки убьет зверя, ведь ни один человек не смог бы пережить такой запах, да и барсук наверняка тоже не сможет.
На следующее утро пришел деревенский лудильщик, и священник
рассказал ему о странном посетителе. Желая показать ему животное, он
осторожно приподнял крышку бочонка, опасаясь, что барсук все еще жив,
несмотря на крепкий уксусный запах, а там и нет никого, кроме блестящего латунного чайника. Опасаясь, что чайник может снова сыграть ту же
шутку, священник с радостью продал его лудильщику, который, в свою
очередь, подумал, что священнику все это приснилось, и с радостью отдал
взамен другой чайник и немного денег в придачу. Он гордо понес покупку
в свою мелочную лавку, хотя чайник показался ему необычайно тяжелым.
Вечером лудильщик отправился в кровать, где, как обычно, над его
головой висела лампа с бумажным абажуром. Около полуночи, услышав
странный звук, похожий на хлопанье крышки от кастрюли, он приподнялся в постели, протер глаза и тут увидел чайник, покрытый мехом
и с лапками. Короче говоря, чайник снова превратился в мохнатого
зверька.
— Не бей меня и не запирай в бочонок с уксусом, — сказал он, —
ведь я желаю тебе добра.
— Что я могу для тебя сделать? — спросил лудильщик.
— Время от времени корми меня рисом и не ставь в огонь, как тот
глупый священник. Посмотри сюда.
Подойдя к углу комнаты и взяв с вешалки веер, барсук взобрался
на подставку лампы и стал танцевать на задней лапе, размахивая передней лапой с веером. Он проделывал множество других трюков, пока
человек не встрепенулся, и тогда барсук снова превратился в чайник.
Выпрыгнув из угла комнаты и схватив веер с крючка, барсук взобрался на абажур и, поднявшись на задние лапки, начал танцевать на нем,
обмахиваясь при этом веером, который он держал в передней лапе. Так
он проделал множество трюков, а когда лудильщик встал с постели,
барсук снова превратился в чайник.
— Пожалуй, я заработаю кучу денег на этом чайнике, — проснувшись
утром, сказал лудильщик жене. — Это, безусловно, волшебный чайник.
Я назову его каким-нибудь громким именем и буду показывать публике.

102

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Тебе приснилось, — усмехнулась жена. — Это всего лишь обычный
латунный чайник.
— Я заработаю целое состояние. Просто понаблюдай за ним, и сама
убедишься, — ответил лудильщик.
Следующей ночью супруги стали наблюдать вместе, и, конечно, чайник
снова превратился в барсука. И вот лудильщик нанял опытного в таких
делах человека, построил маленький театр и сцену. Затем он велел одному
своему приятелю-художнику нарисовать декорации, где были бы изображены гора Фудзи и журавли, летящие в небе, малиновое солнце, просвечивающее сквозь стебли бамбука, красная луна, поднимающаяся над волнами,
золотые облака, черепахи и тому подобное. Затем он протянул через сцену
туго натянутую веревку из рисовой соломы, по всем городским цирюльням
развесили афиши, а на деревянных билетах написали: «Блестящее выступление волшебного чайника. Одно место», и представление началось. Дом
наполнился людьми, которые приходили целыми компаниями и приносили свои заварочные чайники с чаем и корзины с рисом, яйцами, просяными лепешками, пирогами из жаренной в сахаре сои и другими закусками,
ведь они пришли сюда на весь день. Матери прихватили с собой своих
малышей, потому что детям это должно было понравиться больше всех.
Затем на помост вышел лудильщик, одетый в широкую парадную
одежду, с большим веером в руке. Он отвесил учтивый поклон и поставил
на сцену чудесный чайник. По взмаху веера полубарсук-получайник
запрыгал на четырех лапках, хлопая крышкой и виляя хвостом. А как
закричали дети! Да и мы с вами тоже закричали бы, если бы оказались там!
Затем он окончательно превратился в барсука, выпятил брюхо и заиграл
на нем мелодию, как на барабане. Он танцевал джигу на натянутом
канате и ходил по нему, держа в лапе то веер, то зонтик, стоял на голове и,
наконец, по взмаху веера своего хозяина снова превратился в холодный
латунный чайник. Зрители были в диком восторге, и, по мере того как
слава о волшебном чайнике распространялась, в театр лудильщика стали
приезжать люди издалека, чтобы посмотреть на это представление.
Год за годом лудильщик демонстрировал это чудо, пока не стал невероятно богатым человеком. Тогда он прекратил выступать, а старый
чайник в знак благодарности снова отнес в храм и передал на хранение
как драгоценную реликвию. Старому священнику выделили приличную
сумму денег, чтобы он заботился о нем, и всю жизнь полубарсук-получайник получал столько риса и просяных лепешек, сколько пожелает.
После смерти живой половинки — барсука — чайник окончательно
превратился в обычный, латунный, и с тех пор так и стоит в храме. Если
не верите, зайдите туда — сами увидите.

РАЙКО И ЕГО СЛАВНЫЕ ВОИНЫ

олее восьми тысяч лун назад в горной провинции
Японии жил храбрый молодой самурай и искусный
лучник Минамото-но Ёримицу по прозвищу Райко.
У него на службе состояли три храбрых самурая: Ватанабэ-но Цуна,
Урабэ-но Суэтаке и Усуи Садамицу. Все четверо были так храбры,
так сильны, что каждый в одиночку мог бы сражаться против тысячи
воинов.
Райко был великолепным лучником. За свою воинскую доблесть он
был призван в Киото для охраны императорского дворца. В то время
микадо1 не мог спокойно спать по ночам, потому что его покой нарушало чудовище, которое устрашало даже закованных в броню часовых,
стоявших на страже.
У этого чудовища были крылья птицы, тело и когти тигра, голова
обезьяны, змеиный хвост и блестящая чешуя дракона. Каждую ночь оно
опускалось на крышу дворца и так страшно выло, стучало когтями, что
бедный микадо потерял покой, исхудал и ослаб. Никто из стражников
не осмеливался сразиться с чудовищем, ни у кого не хватало мастерства,
чтобы убить его стрелой в темноте, хотя несколько лучников императора и пытались сделать это. Когда молодой лучник Райко стал охранником дворца микадо, он во что бы то ни стало решил убить чудовище.
Тщательно наточил стрелы, уложил их в колчан и вместе со своим слугой
стал на страже.
Мика́до (от яп. — высокие ворота) — устаревший титул для обозначения императора Японии. Термин означал не только самого монарха, но его дом, двор и даже
государство.
1

104

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Ночь выдалась бурной. Сверкали молнии, демон грома бил в свои
барабаны. Страшно свистел ветер — это демон ветра распускал свои
мешки. Ближе к полуночи во время вспышки молнии зоркий глаз
лучника увидел ужасное чудовище, опустившееся на край дворцовой
крыши. Он велел своему слуге принести факел и держать наготове,
чтобы в любой момент можно было зажечь его, сам же достал лучшую
стрелу и натянул лук.
Вскоре Райко увидел, как чудовище, покачивая головой, поблескивая
то одним, то другим глазом, поползло по огромной крыше и остановилось прямо над спальней микадо.
Такую возможность нельзя было упускать. Он прицелился и пустил
стрелу. Глухой звук, жуткий вой, тяжелый удар о землю и какое-то существо, корчащееся внизу, на гальке, — все это было свидетельством, что
стрела Райко попала точно в цель. В следующее мгновение Райко, размахивая мечом, и его слуга с пылающим факелом подбежали к раненому
чудовищу. Завязалась короткая, но ожесточенная схватка, и отважный
самурай вскоре прикончил чудовище, перерезав ему горло. А на следующее утро шкура чудовища была показана его величеству.
Все восхваляли храброго лучника за доблесть и меткость. Многие
молодые самураи, стали просить Райко обучить их стрельбе из лука.
Микадо подарил ему дорогой меч и отдал в жены самую прекрасную
фрейлину.
Верная служба принесла Минамото-но Ёримицу губернаторство
в ряде японских провинций, а также ряд других высоких государственных должностей. Райко служил командиром полка Императорской гвардии и секретарем в Военном министерстве.
В обязанности воинов, служивших под командованием Райко,
входила охрана ворот императорского дворца. Ватанабэ-но Цуна был
самый отважный из воинов Райко.
Случилось так, что Киото пришел в плачевное состояние, потому
что стража у ворот города пренебрегала своими обязанностями. Участились кражи и убийства, так что люди боялись выходить на улицы
по ночам. Самыми ужасными были сообщения о том, что в темноте
по городу рыщут демоны холмов, хватают людей за волосы, утаскивают
их в горы и сжирают заживо.
Самое страшное место в Киото, где чаще всего появлялись рогатые
демоны, находилось у юго-западных ворот. На этот опасный пост Райко
отправил Цуну, самого храброго своего воина.
Дождливой ночью Цуна, вооруженный до зубов, стал на страже
у ворот. Его надежный шлем был надвинут на лоб, все доспехи зашнуро-

Райко увидел, как чудовище... поползло по огромной крыше
и остановилось прямо над спальней микадо. Такую возможность
нельзя было упускать. Он прицелился и пустил стрелу.

106

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

ваны, сандалии плотно облегали ноги, а за поясом торчал верный меч,
отточенный так, что лезвие его напоминало бритву, и им можно было
разрубить волос, парящий в воздухе.
Приблизившись к красным воротам, Цуна прошелся взад-вперед
по галечной дорожке, оглядываясь кругом и прислушиваясь. Дул
страшный ветер, ревела буря, дождь лил потоками, и вскоре шнуры
доспехов и одежда воина промокли насквозь.
Большой бронзовый колокол храма на холме отбивал час за часом.
Вот пробило час после полуночи.
Прошел еще час, Цуна стоял на страже. Буря стихла, но вокруг стало
так темно, хоть глаз выколи. Пробило три часа, и колокол стих, словно
заставляя воина уснуть вопреки желанию и обету.
Незаметно для себя страж погрузился в дремоту. Но вскоре Цуна
вздрогнул и проснулся. Встряхнулся, зазвенел доспехами, ущипнул себя,
даже вытащил из ножен меч и уколол им ногу, чтобы не заснуть, но все
было напрасно. Одолеваемый дремотой, он прислонился к воротам
и заснул.
Именно этого и добивался демон. Все это время он сидел на верхней
перекладине ворот и ждал удобного случая. И вот он мягко, как обезьяна,
соскользнул вниз, и, схватив Цуну за шлем железными когтями, стал
поднимать вверх.
Цуна вмиг очнулся. Схватив левой рукой демона за волосатую руку,
правой он выхватил меч, взмахнул им и отрубил чудовищу руку. Испугавшись и застонав от боли, чудовище взмыло в облака.
Цуна ждал с обнаженным мечом, опасаясь, что демон появится
снова, но прошло еще несколько часов, и наступило утро. Солнце
взошло над пагодами и садами столицы, и все вокруг засияло. Командир
Райко не преминул выразить свое восхищение подвигом подчиненного.
После этого происшествия слава храброго воина Цуны начала расти
как на дрожжах. Вскоре город на все лады обсуждал битву с демоном
и жуткий трофей самурая.
Считается, что если отрубить демону руку, то она не сможет прирасти
к телу, если в течение недели он не завладеет ею. Поэтому Райко предупредил Цуну, чтобы тот запер руку демона и следил за ней днем и ночью,
дабы ее не украли.
Вернувшись домой, Цуна призадумался. В нем снова проснулся
инстинкт воина, внутренний голос подсказывал ему: «Будь начеку!
Вряд ли демон на этом успокоится и не придет за своей рукой. Будь
осторожен! А руку пока спрячь понадежней». Цуна отправился
к камнерезам, которые вырезывали изображения Будды, ступки для

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

107

измельчения риса и сундуки для хранения денег. Они вырезали крепкий
сундук из цельного камня. Его крышка была очень тяжелая и открывалась только при нажатии на секретную пружину. В сундук он положил
отрубленную руку, спрятал его в углу своей комнаты, решил никому
ничего не рассказывать и уж тем более никому не показывать страшный
трофей.
Прошло шесть дней, и Цуна уже стал подумывать, что трофей
наверняка не пропадет, ведь все окна и двери в его доме были плотно
закрыты. Он поставил сундук посреди комнаты, снял доспехи, облачился в домашнюю одежду и непринужденно уселся на циновку прямо
перед сундуком. Поздно вечером раздался слабый стук в дверь.
— Кто там? — крикнул Цуна.
Скрипучий голос его старой тетушки ответил:
— Я хочу увидеть своего племянника и похвалить за храбрость,
с которой он отрубил демону руку.
Цуна впустил ее и, тщательно заперев за собой дверь, провел старуху
в комнату, где она уселась на циновку прямо перед сундуком с отрубленной рукой. Затем она принялась болтать и расхваливать подвиг
племянника, и Цуна очень возгордился.
Все это время левое плечо старухи было прикрыто одеждой, а правой она жестикулировала, упрашивая племянника дать ей взглянуть
на ужасный трофей. Цуна сначала вежливо отказывался, но тетушка так
настаивала, что он наконец нажал на секретную пружину, и каменная
крышка сдвинулась.
— Это моя рука! — закричала старуха, вытаскивая руку из сундука
и превращаясь в демона.
Демон взлетел к потолку и в мгновение ока оказался в дымовой
трубе. Цуна выскочил из дома, чтобы пустить в него стрелу, но тот
был уже высоко в облаках и страшно ухмылялся. А рука уже приросла
к своему месту, как будто ее и не отрубали.

ВОЛШЕБНЫЕ ЖЕМЧУЖИНЫ
ПРИЛИВА И ОТЛИВА

осударыня Дзингу1 была императрицей Японии, женой
четырнадцатого правителя династии Ямато — Тюая
и матерью пятнадцатого правителя династии Ямато —
Одзина, при котором выступала регентом после смерти мужа.
Это была мудрая и осмотрительная госпожа, которая помогала мужу
управлять государством. Когда микадо выступил с войском против
мятежников, императрица переоделась в мужскую одежду и участвовала
в битве, несмотря на то что была беременна следующим императором
Японии, Одзином, и жила в военном лагере. Однажды ночью императрице Дзингу, спавшей в своем шатре, приснился странный сон. Ей
снилось, что пришел к ней дух и рассказал о чудесной стране на западе,
в которой полно сокровищ — золота, серебра, драгоценных камней
и шелков.
Небесный посланник поведал ей, что эта земля называется Чосон
и что она может принадлежать Японии, если императрица выступит
с войском и завоюет ее.
— Покори Страну утренней свежести! — сказал ей лучезарный дух
и растворился в пурпурном облаке.
Утром императрица Дзингу рассказала сон мужу, но император,
человек бесстрастный и прозаичный, не верил снам. Тем не менее,
поскольку его жена настаивала на том, что ему казалось глупой затеей,
он поднялся на высокую гору, но, посмотрев в сторону заходящего
1

Храм (яп.)

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

109

солнца, не увидел там никакой страны. Микадо Тюай спустился с горы
и заявил жене, что ни в коем случае не даст согласия на завоевание
страны, которая существует только в буйной фантазии императрицы.
Но боги разгневались на императора, и вскоре после того, как был
оглашен запрет, он пал на поле брани.
Став единовластной правительницей, императрица Дзингу
твердо решила идти в ту страну, о которой узнала во сне. Она была
решительно настроена на великие завоевания и обратилась к духу
гор, попросила дать ей дерево и металл для кораблей. Дух полей
дал ей рис и другое зерно для армии, а дух трав подарил пеньку для
канатов. Бог ветра благосклонно отнесся к плану Дзингу и пообещал
попутного ветра для кораблей, идущих к Корее. Все духи оказались
согласны с замыслом императрицы, кроме Исоры, духа морского
побережья.
Исора был ленив и неряшлив. Когда он наконец появился над
морскими волнами, то предстал перед императрицей не в полном
великолепии: небрежного морского духа «украшали» ил, ракушки
и морские водоросли. Он грубо спросил, чего хочет императрица.
— Спустись в свое подводное царство и попроси его величество
Морского дракона отдать мне жемчужины прилива и отлива, — ответила она.
Надо сказать, что в подводном дворце Морского дракона среди
прочих сокровищ были две жемчужины, обладавшие волшебной
властью над приливами и отливами. Они были размером с яблоко,
по форме напоминали абрикос, сверху в них были проделаны дырочки,
чтобы жемчужины можно было подвесить. Они казались хрустальными,
ослепительно сверкали, испускали огненные искры, светились, как глаз
дракона или раскаленная сталь. Одна называлась жемчужина прилива,
другая — жемчужина отлива. Тот, кто владел ими, получал власть
по своему слову мгновенно поднимать или опускать воды, по единому
мановению руки создавать сушу или море.
Исора с чудовищным шумом нырнул на дно, в подводный мир, предстал перед его величеством Морским драконом и передал ему просьбу
императрицы. Дракон достал из ларца сияющие жемчужины прилива
и отлива, положил их в большую морскую раковину и велел Исоре
быстро вернуться к императрице Дзингу с этим дорогим подарком.
Та сразу же спрятала их в свой пояс.
Теперь, когда императрица стала обладательницей жемчужин
прилива и отлива, она построила и спустила на воду три тысячи кораблей и на десятую луну начала свое долгое путешествие. Не успел ее флот

110

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

отдалиться от берега, как начался такой сильный шторм, что суда ударялись друг о друга и, вероятно, пошли бы на дно, если бы не Морской
дракон. Он призвал огромных морских чудовищ отправиться спасать
императорский флот. Одни везли корабли на своих огромных спинах,
другие толкали корму кораблей головами, могучие рыбы-драконы
тащили суда с удивительной скоростью, взяв в рот корабельные тросы,
и так они вынесли их к берегу. Как только шторм утих, морские чудовища и рыбы-драконы исчезли.
Наконец императрица Дзингу и ее армия увидели на горизонте
неясные очертания далеких гор Кореи. Приблизившись к берегу, они
обнаружили, что вся корейская армия с боевыми кораблями, готовыми
к спуску на море, стоит у берега в ожидании команды к бою. Их треугольные знамена с бахромой и изображениями драконов развевались
на ветру. Как только корейские дозорные заметили японский флот, они
подали сигнал к выступлению, и первая линия боевых кораблей бросилась в атаку.
Императрица разместила лучших лучников на носах кораблей
и ждала приближения врага. Когда они оказались на расстоянии
нескольких сотен мечей, она сняла с пояса волшебную жемчужину
отлива и бросила ее в море. Жемчужина вспыхнула в воздухе и только
коснулась воды, как начался отлив, вода опустилась до самых килей
корейских кораблей, и они сели на мель. Корейцы, не подозревая
никакого колдовства и полагая, что они сели на мель из-за обычного
спада воды и что японский флот тоже станет жертвой отлива, попрыгали со своих судов и ринулись в атаку. Их вид был ужасен. Тогда японские лучники натянули тетиву, и туча стрел полетела в воздух, сотни
корейцев были убиты.
Когда корейцы приблизились к японским кораблям, императрица
Дзингу бросила в воду волшебную жемчужину прилива. Тотчас же
нахлынула огромная волна, захлестнула корейскую армию и уничтожила почти всю. Воины, в доспехах, словно налитые свинцом, пошли
на дно морское. Из десяти тысяч осталось лишь несколько человек.
Теперь японцы могли беспрепятственно высадиться на берег и захватить
страну. Король Кореи сдался, а императрица Дзингу со своей армией,
захватив восемьдесят кораблей, нагруженных шелками и драгоценными
камнями, книгами и картинами, тигриными шкурами и изысканными
нарядами, с триумфом вернулась на родину.
Но волшебные жемчужины прилива и отлива, конечно же, тоже
пошли на дно морское. Но Исора сразу же схватил их и вернул своему
повелителю Морскому дракону.

...Могучие рыбы-драконы тащили суда с удивительной скоростью,
взяв в рот корабельные тросы, и так они вынесли их к берегу.

112

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Вскоре после возвращения в Японию у императрицы Дзингу родился
сын. Она назвала его Одзин. Когда Одзин подрос и стал красивым
и умным мальчиком, мать рассказала ему о волшебных жемчужинах
прилива и отлива и выразила желание, чтобы сын завладел ими, ведь
тогда он сможет принести Японии славу и почет.
Надо сказать, что премьер-министром императрицы Дзингу был
почтенный старик. Ему, по слухам, было триста шестьдесят лет, и он
побывал советником у пяти микадо. Высокий и прямой, как стрела,
в то время как другие старики гнулись, как лук, он сражался с врагами
во время войны и преданно нес службу придворного чиновника
в мирное время. Поэтому под длинным атласным одеянием премьерминистр всегда носил доспехи. На нем были унты из медвежьей шкуры,
на поясе — кинжал в ножнах из тигровой шкуры (знак генеральского отличия), а также высокая шапка и длинный, свисающий с пояса
ремешок с бахромой (знаки отличия придворного вельможи). У него
были большие усы, длинная борода, белая, как снег на ветвях сосен горы
Ибуки, ниспадала на грудь, словно пенящийся водопад.
Итак, нужно было вернуть волшебные жемчужины прилива и отлива.
Однажды премьер-министр взял Одзина с собой на императорский
военный корабль. Корабль с парусами из золотого шелка снялся с якоря
и заскользил по морю. Премьер-министр громко позвал Морского
дракона и попросил его отдать юному Одзину жемчужины прилива
и отлива.
Сначала все было спокойно. Зеленое море блестело в лучах солнца,
а вода шумела и волновалась за бортом судна. И все же премьер-министр
прислушивался и терпеливо ждал. И вот, взглянув на сверкающие волны,
он увидел голову и огненные глаза Морского дракона на поверхности.
Премьер-министр крепко прижал к себе Одзина, потому что на этот раз
это был не Исора, а сам грозный Морской дракон.
О, это была великая честь! К императрице Дзингу явился слуга
морского владыки Исора, а к ее сыну соизволил явиться сам повелитель
подводного царства — Морской дракон!
Темно-зеленые волны вокруг корабля зашумели, вспенились, засверкали серебряными колокольчиками и появился… живой шлем Морского
дракона. Это было наводящее ужас чудовище с горящими глазами, длинными сверкающими усами, взъерошенной блестящей зеленой чешуей,
ужасными шипами, из его передних лап вырывалось пламя. Затем
не поверхность всплыл сам повелитель подводного царства, в одеянии,
украшенном царскими драгоценностями, наводящее ужас величие
читалось в его суровом взгляде. Потом на воды показалась огромная

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

113

морская раковина, в глубине которой сверкали волшебные жемчужины
прилива и отлива. И наконец раздался громоподобный голос Морского
дракона:
— Забирайте скорее раковину! Я не намерен долго оставаться здесь,
наверху, в мире смертных. Повелеваю: отныне принц Одзин, славный
продолжатель божественных микадо Страны восходящего солнца,
будет властвовать над морем и сушей, будет неуязвим в бою и доживет
до глубокой старости. В ознаменование сего дарую ему эти волшебные
жемчужины прилива и отлива.
Сказав так, Морской дракон с оглушительным шумом вернулся
в свое подводное царство. Премьер-министр, высокий, прямой, как
стрела, стоял затаив дыхание, а матросы корабля попáдали на палубу
и не могли пошевелиться. Но через минуту премьер-министр отдал
команду, и корабль поплыл к берегу.
Все сбылось по велению Морского дракона. Одзин вырос и стал
великим воином, неуязвимым в бою. Он прожил сто одиннадцати лет
и стал одним из самых знаменитых божественных микадо, когда-либо
восседавших на троне под солнечным флагом Японии1.
1
Флаг Японии (яп. ниссёки — солнечный флаг; хиномару — солнечный круг)
представляет собой белое полотно с большим красным кругом в середине, символизирующим восходящее солнце.

СЫН, ДАРОВАННЫЙ БОГОМ ГРОМА

реди холмов Этидзэна, недалеко от заснеженной горы
Хакусан, жил крестьянин Бимбо. Он был очень беден,
но трудолюбив и бережлив и любил детей, хотя у него самого
их не было. Бимбо очень хотел усыновить мальчика, дать ему свое имя,
о чем он частенько поговаривал со своей немолодой женой. Но, будучи
ужасно бедными, оба решили, что лучше никого не усыновлять, пока
они не улучшат свое положение и не увеличат размер своего земельного
надела. Ведь все, чем владел Бимбо, — это земля в небольшом овраге,
на которой он работал. Ручеек, берущий начало в горах, расположенных
выше, сочился сквозь валуны и спускался в овраг, чтобы там присоединиться к речке в находящейся ниже большой долине. В течение многих
лет Бимбо с огромным трудом создавал каменные террасы, пригодные
для земледелия: он брал плодородный грунт со склонов горы, но чаще
всего они с женой приносили его в корзинах из нижней долины на своих
спинах. В результате изнурительных трудов, продолжавшихся из года
в год, получились небольшие грядки, на которых можно было выращивать рис. Ручеек доставлял туда необходимую воду, ведь рис —
ежедневная пища крестьян — может вырасти только в мягкой почве,
покрытой водой. Ручеек, который когда-то скакал по камням и пробивал
себе путь в долину, теперь спокойно протекал по каждой террасе, преодолевая дюжину спусков, прежде чем достигал полей внизу.
Но, прилагая множество усилий в течение долгих лет, каждый день
приступая к работе с первым карканьем ворона и заканчивая ее, когда появлялись звезды на небе, Бимбо и его жена владели всего лишь тремя танами1
1

Тан — японская единица измерения площади, около 1000 м2.

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

115

земли на каменных террасах. Иногда выдавалось знойное лето, и дождей
почти не было, тогда ручеек пересыхал, и урожаи не удавались. От таких
трудов и забот их спины согнулись, а лбы избороздили морщины. Много
раз Бимбо приходилось трудиться из последних сил, чтобы заплатить
налоги, которые иногда составляли половину его урожая. Частенько он
качал головой и бормотал неутешительную крестьянскую пословицу:
«Не жди от нового поля богатого урожая». Была и другая народная
мудрость: «Век человечий — пятьдесят лет».
Однажды солнечным днем после долгой засухи, когда кончики
молодых ростков риса уже начали желтеть, собрались тучи, сверкнула
молния, послышался сильнейший раскат грома, и хлынул ливень. Бимбо
так обрадовался дождю, а падающие с неба крупные капли казались
такими освежающими, что он продолжал работать своей мотыгой, укрепляя террасу, чтобы противостоять небольшому наводнению, которое
могло вот-вот случиться.
Вскоре гром загрохотал совсем рядом, и он подумал, что ему лучше
поискать укрытие, иначе его убьет ударом молнии.
Бимбо, как и все его соседи, часто слышал истории о Райдзине —
боге грома, который живет на небесах, бьет в свои барабаны и выезжает
в шторм покататься. Иногда он убивает людей, бросая на них с облаков
какое-нибудь ужасное существо вроде волосатой кошки с железными
когтями.
И вот как только Бимбо закинул мотыгу на плечо и собрался идти,
его ослепила страшная вспышка молнии. За ней последовал оглушительный удар грома. Он закрыл глаза руками, но понял, что с ним ничего
не случилось, и потому начал бормотать молитвы Будде, благодаря его
за спасение. Он убрал руки от лица и посмотрел вниз, под ноги.
Там лежал маленький мальчик, розовый и теплый, он оживленно
ворочался и ничуть не боялся дождя. Глаза крестьянина широко открылись, он, счастливый и потрясенный, нежно взял ребенка на руки и понес
домой к старухе жене.
— Это подарок небес, — сказал Бимбо. — Мы усыновим его
и назовем Райтаро1.
Жена была в восторге от хорошенького мальчика и неустанно
о нем заботилась. Мальчик подрос и стал очень прилежным и любящим
ребенком. Он был таким добрым к приемным родителям и таким
послушным, будто родился в их доме. Райтаро не любил играть с другими
детьми и целые дни проводил в поле со своим приемным отцом,
резвясь у ручья и глядя на небо и облака. Даже когда в деревню прихо1

Райтаро c яп. — сын, дарованный богом грома.

Бимбо убрал руки от лица и посмотрел вниз, под ноги.
Там лежал маленький мальчик, розовый и теплый,
он оживленно ворочался и ничуть не боялся дождя.

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

117

дили бродячие актеры, изображали китайских львов1, и все мальчишки
и девчонки, мамки да няньки выходили на улицу, сын, дарованный богом
грома, оставался в поле или забирался на высокие скалы, чтобы понаблюдать за полетом птиц и текущей далеко внизу рекой.
И вот в семью крестьянина пришло большое благополучие, и он
приписал все это милому ребенку, что упал к нему под ноги с неба. Любопытно, но на поле Бимбо часто шел дождь, тогда как в других местах его
не было, поэтому он так разбогател. Он верил, что Райтаро призывает
облака и они проливаются дождем только для него.
Прошло много лет, Райтаро исполнилось восемнадцать, он стал
высоким, красивым юношей. В день его рождения старый крестьянин
и его добрая жена устроили для приемного сына пир. Они ели, пили
и вспоминали грозу, во время которой родился Райтаро. Наконец
юноша торжественно произнес:
— Мои дорогие родители, спасибо вам за любовь, тепло и доброту,
но теперь мы должны проститься. Надеюсь, вы всегда будете счастливы.
Не успели изумленные старики спросить, что он имеет в виду, человеческие черты лица его растворились, и в воздухе появился крошечный белый
дракончик, немного покружил над ними и улетел. Супруги выбежали
из дома взглянуть ему вслед, и им показалось, что дракон становится все
больше и больше, улетая к холмам, где громоздились белые облака, похожие
в летний полдень на серебряные башни и зáмки. К одному из замков и улетел
выросший до огромных размеров дракон и вскоре скрылся из виду.
Крестьянин с женой в благоговении опустились на колени
и со слезами, но с каким-то странным покоем в сердце попрощались
со своим приемным сыном. После этого, уже совсем старые и поседевшие, они оставили тяжелую работу и жили в достатке до конца своих
дней. Когда старики умерли, их похоронили на кладбище при храме,
а их надгробие было высечено в виде белого дракона. Несмотря на мхи
и лишайники, этого дракона и по сей день можно увидеть среди древних
надгробных плит маленького деревенского кладбища.
1
Китайские львы-хранители — традиционное китайское архитектурное
украшение. Истоки его уходят в древние индийские буддийские традиции.
Концепция, которая возникла и стала популярной в китайском буддизме, включает
пару сильно стилизованных львов — часто один самец с шаром, символизирующим
материальные элементы, и одна самка с детенышем, олицетворяющим элемент
духа, — которые, как считалось, защищали здание от вредных духовных влияний
и вредных людей. Используемые в императорских китайских дворцах и гробницах,
львы впоследствии распространились в другие части Азии, включая Японию,
Корею, Филиппины, Тибет, Таиланд, Мьянму, Вьетнам, Шри-Ланку, Индию, Непал,
Камбоджу, Лаос и Малайзию.

ИСТОРИЯ О ДОБЛЕСТНОМ ДЗИРАЙЕ

авным-давно на острове Кюсю1 жил великий правитель.
У него был сын, смышленый малыш, которого в народе
прозвали Дзирайя2. Во время одной из гражданских войн
замок правителя был захвачен, а сам он убит, но мальчика спас слуга,
и они убежали в соседнюю провинцию.
В течение многих лет провинцию преследовала шайка грабителей. Однажды они напали на верного слугу Дзирайи, и он был убит
в жестокой схватке. Юноша, оставшийся один в этом мире, стал кочевать из провинции в провинцию Страны восходящего солнца.
Он хотел восстановить доброе имя своей семьи. Дзирайя был
отважен и храбр, умело владел мечом, но однажды сам стал главарем
разбойничьей шайки и вскоре разбогател. Он быстро освоил «науку
перевоплощения»: переодевался то нищим, то священником, то странствующим лудильщиком, беспрепятственно входил в дома богатых
людей, разнюхивал все, что нужно вору, узнавал, где хранятся сокровища, и таким образом достигал успеха.
Раз, услышав о старике, который жил в горах, и, решив ограбить его,
Дзирайя переоделся паломником. В пути его застала сильная снежная
буря, и он укрылся в маленьком домике у дороги. Дзирайя вошел в дом
и увидел прекрасную женщину, которая обошлась с ним очень любезно.
Однако это не изменило злую натуру разбойника. В полночь, когда все
стихло, он обнажил свой меч и бесшумно пробрался в ее комнату, чтобы
убить женщину, пока она читала.
Кю́сю (от яп. кю — девять; сю — провинция; Кюсю — девять провинций) —
остров на юге Японии.
2
Дзирайя — юный гром (яп.)
1

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

119

Подняв меч, он уже собирался отрубить ей голову, как вдруг
она превратилась в старика. Он схватил тяжелый стальной клинок
и разломал его на куски, словно палку. Отбросив обломки в сторону,
старик сказал ошеломленному разбойнику:
— Я маг и волшебник! Я живу в этих горах уже сотни лет. Мое настоящее обличье — гигантская лягушка. Я могу вмиг уничтожить тебя
здесь и сейчас, однако у меня на уме кое-что другое. Я помилую тебя
и научу магическому искусству. Но прежде пообещай, что не будешь
вести порочную жизнь разбойника.
Дзирайя с почтением поклонился, попросил прощения у старика,
покаялся во всех своих преступлениях, поклялся, что с этого дня
прекратит разбойничать, и попросил принять его в ученики. Он прожил
у мага несколько недель, научился превращаться в лягушку и всем искусствам горных духов: вызывать бурю с ветром и дождем, устраивать потоп
и управлять стихиями по своему желанию.
Он также научился управлять лягушками, по его приказу они достигали гигантских размеров, так что, встав во весь рост на их спины, он
мог переправляться через реки и перевозить тяжелые грузы.
Когда обучение подошло к концу, старик сказал:
— Впредь не грабь и не обижай бедных. Отбирай деньги у нечестивых богачей, которые приобретают имущество преступным путем,
но помогай нуждающимся и страждущим, — превратился в гигантскую
лягушку и ускакал.
Надо заметить, что это случилось в стародавние времена, когда еще
не было ни законов, ни наказаний и люди защищались сами, как могли.
Поэтому Дзирайя с гордым видом вершителя справедливости на земле
и с легким сердцем отправился в путь. «Теперь я могу заставить ветры
и воду повиноваться мне, все лягушки в моем подчинении, — сказал он
себе, — но, увы, даже если я сам превращусь в лягушку, то не смогу справиться со змеей. Надо остерегаться ее яда».
И с этого дня бедные крестьяне, на чье поле пришел неурожай и чей
оброк оказался неуплаченным вовремя, в чьи дома свободно входили
ростовщики, чтобы выгнать их на улицу, присвоить их постели, и татами,
и мерки для риса, и алтари, и статуи, чтобы продать на аукционе за гроши,
могли вздохнуть спокойно.
Всякий раз, когда грабили скрягу, люди радовались и говорили:
«Грянул Юный Гром». Для бедняков в те неспокойные времена его имя
вскоре стало нарицательным.
При этом Дзирайя всегда был готов помочь честным людям, даже
если они были богаты. Однажды одного купца приговорили к смерти,

Дзирайя научился управлять лягушками, по его приказу
они достигали гигантских размеров, так что, встав
во весь рост на их спины, он мог переправляться через реки
и перевозить тяжелые грузы.

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

121

хотя на самом деле он был невиновен. Услышав об этом, Дзирайя отправился к судье и сказал, что это он совершил ограбление. Таким образом,
жизнь невинно осужденного человека была спасена, а Дзирайя был
повешен на большом дубе. Но ночью он превратился в лягушку, ускакал
и скрылся в горах.
В те же времена жила в горах красивая девушка по имени Цунадэ,
трудолюбивая, послушная, добрая. Она каждый день ходила в горы
рубить хворост. Однажды, когда Цунадэ, напевая, собирала хворост,
к ней подошел старик с длинной белой бородой, покрывавшей всю
грудь, и сказал:
— Не бойся меня. Я маг и волшебник. Я живу в этих горах уже сотни
лет. Мое настоящее обличье — улитка. Я научу тебя магическому искусству, и ты сможешь ходить по воде аки посуху.
С великой радостью Цунадэ ежедневно брала уроки у старого мага,
и вскоре уже могла ходить по воде, как по горным тропам. Однажды
старик сказал:
— Теперь я покидаю тебя и принимаю свое прежнее обличье.
Используй свою магическую силу для защиты бедных и уничтожения
злых грабителей. Я советую тебе выйти замуж за прославленного
Дзирайю и объединить ваши силы, — превратился в улитку и уполз.
«Я рада, что волшебная улитка может победить змею, — сказала
себе Цунадэ. — Если бы Дзирайя, который может превращаться в лягушку, женился на мне, мы бы смогли уничтожить страшного разбойника, змеиного сына Оротимару1».
По воле судьбы Дзирайя вскоре встретил Цунадэ и, очарованный
ее красотой и зная о ее волшебной силе, послал к ее родителям свата
с подарками. Родители дали свое согласие на свадьбу, и юные влюбленные поженились.
Раньше, когда Дзирайя хотел переправиться через реку, он превращался в лягушку или с помощью магической силы вызывал лягушку,
которая раздувалась до размеров слона. Теперь благодаря силе Цунадэ
супруги могли вдвоем идти по воде аки посуху.
Вскоре после того, как Дзирайя и Цунадэ поженились, в Японии
разразилась война между двумя известными кланами — Цукикагэ
и Инукагэ. Во время войны Цукикагэ обратились за помощью к Дзирайе
и Цунадэ, которые согласились помочь им в войне, в то время как другой
клан, Инукагэ, обратился за помощью к Оротимару, которого еще
называли Извивающийся Дракон. Оротимару был опасным и злобным
1
Оротимару (ороти с яп. — змей; мару — высшая степень чего-либо) — огромный
змей.

122

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

разбойником, его отцом был человек, а матерью — змея, жившая
на дне озера. Он в совершенстве владел змеиной магией и, извергая яд
на своих врагов, убивал самых сильных воинов. Извивающийся Дракон
собрал тысячную шайку разбойников, которая наводила свои порядки
во всех уголках Японии, грабя и убивая всех: хороших и плохих, богатых
и бедных. Обожая войну и разрушения, Оротимару был рад объединить свои силы с одним из враждующих кланов.
И вот теперь, когда волшебная сила лягушки и волшебная сила
улитки стали помогать одной армии, а магия змеи — другой, сражения
стали крайне кровавыми и страшными, и с обеих сторон было убито
множество воинов.
Однажды во время передышки между столкновениями Дзирайя
отдыхал в монастыре. В этом убежище поселилась прекрасная принцесса Тагото. Она сбежала от Оротимару, который хотел заполучить
ее в жены. Она ненавидела Извивающегося Дракона и не хотела выходить за него замуж. Когда Оротимару, услышав, что Тагото и Дзирайя
находятся в одном монастыре, немедленно направился туда. Он превратился в змея и, набрав в рот побольше яда, прополз по потолку в комнату
Дзирайи и вылил яд прямо ему на голову. Пары яда одурманили всех, кто
находился в это время в монастыре. Затем этот негодяй снова принял
человеческое обличье и похитил принцессу.
Верные слуги Дзирайи постепенно очнулись от обморока и обнаружили, что их хозяин бредит и близок к смерти, а принцесса исчезла.
«Что же делать? Как оживить нашего дорогого господина?» —
читали они на скорбных, заплаканных лицах друг друга. Слуги пригласили почтенного настоятеля монастыря, чтобы тот посоветовал, как
быть.
— Увы, — сказал престарелый священник, — в Японии нет лекарства, способного излечить вашего господина, но в Индии изготавливают эликсир, который является надежным противоядием. Если вы его
достанете, ваш господин поправится.
— О, горе! Горе! — раздался хор стенаний, свидетельствующий о том,
что вся надежда улетучилась, ибо гора в Индии, где делали эликсир,
находилась в пяти тысячах миль от Японии.
Тут один юноша, верный слуга Дзирайи, вышел вперед. Ему было
всего четырнадцать. Он служил своему господину не за плату, а в благодарность, что тот спас жизнь его отца. Он попросил разрешения у настоятеля молвить слово, и тот, увидев напряженное лицо молодого человека,
махнул ему веером в знак согласия.
— Сколько еще проживет наш господин? — спросил юноша.

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

123

— Он умрет через тридцать часов, — вздохнув, ответил священник.
— Если вы позволите мне отправиться в Индию, я достану лекарство, и, если наш господин будет еще жив до моего возвращения, он
выздоровеет.
Надо сказать, что этот юноша научился магии и колдовству у тэнгу —
длинноносых, крылатых духов горных лесов — и умел летать высоко
в небе с невероятной скоростью. Он прошептал заклинание, и у него
выросли крылья тэнгу. Тогда он взлетел на облако и помчался с восточным
ветром в Индию. Там купил эликсир горных духов и на следующий день
вернулся в Японию.
Как только эликсир коснулся губ больного Дзирайи, тот глубоко
вздохнул и уже через несколько минут смог сесть.
Вскоре Юный Гром поправился, Получив неуязвимость к змеиному яду, он сразился с Извивающимся Драконом и убил его. Принцесса Тагото была спасена и вернулась к родителям. За храбрость, отвагу
и добрые поступки Дзирайе были прощены все его прежние злодеяния, и ему вернули отцовское поместье. Там он вместе с красавицей
женой провел оставшиеся дни своей жизни в тишине и покое. Дзирайя
и Цунадэ отказались от магии и воспитали благородных сыновей
и дочерей. Их имена произносят с уважением и любовью во всей Японии
и по сей день.

ТОРЖЕСТВЕННОЕ ШЕСТВИЕ
БАРОНА ДОЛГОНОГА

погожий майский день во время посадки риса барон
Долгоног был уведомлен своим камергером Хоп-Хопом, что
на следующее утро свита его светлости будет готова сопровождать в путешествии в Эдо1. Долгоног был очень богат, владел шестнадцатью танами рисовых полей, а его доход составлял десять тысяч
коку риса2. Его свита насчитывала более шести тысяч кузнечиков (и он
сам был из рода кузнечиков), а его придворными были знатные особы
из разных семейств. Светлячки и стрекозы были у барона Долгонога
на посылках. Божьи коровки, бабочки и жуки-ювелиры прислуживали
его жене-саранче. Иногда с важными поручениями отправлялся куданибудь жук-олень. У глупого парня была привычка натыкаться рогами
на что ни попадя, он так сильно ударялся головой, что тут же забывал,
за чем его послали. Помимо этого, у барона Долгонога было множество
слуг на кухне: личинки, пауки, жабы, черви. Население его владений,
включая простолюдинов, насчитывало несколько миллионов особей,
от оводов и слепней до муравьев, комаров и клещей.
Э́до — старое название Токио, современной столицы Японии, до 1868 г.
Ко́ку риса — традиционная японская мера объема, примерно равна 180 л. Исторически коку определялся как среднее количество риса, потребляемое одним взрослым
человеком в течение года. Вес одного коку риса приблизительно равен 150 кг. Число
коку риса являлось также основной мерой богатства и служило денежным эквивалентом в средневековой Японии. Например, размер жалованья самурая определялся
в коку, доходность провинций тоже определялась в коку. Коку риса также использовался для определения грузоподъемности судна — от 50 коку риса (малые суда) и до
1000 коку риса (большие суда). В современной Японии эта мера объема по-прежнему
используется.
1
2

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

125

Многие семейства его подданных были очень трудолюбивы и изготовляли замечательные вещи. (Но увы, их отнимали у насекомых и использовали в своих целях огромные чудовища — люди.)
Жемчужные гусеницы питались исключительно листьями тутовника
(шелковицы), поедали их без остановки и днем и ночью с большим аппетитом, издавая своими челюстями громкий хруст, похожий на звуки прялки.
Гусеницы-прядильщицы оплетали себя шелковой нитью, создавая вокруг
своего тела толстые коконы. За сутки такой работы длина достигала километра. Бумажные осы использовали для строительства своих гнезд бумагу,
которую делали сами, пережевывая и смачивая клейкой слюной волокна
древесины. Пчелы производили мед. Было еще семейство цикад — громкоголосых певцов, насекомых-барабанщиков. Они ничего полезного не производили, а просто дарили всем красоту: их бескрылые, покрыты белым
восковым налетом личинки распускались белыми цветами на деревьях.
Все они были преданными слугами барона Долгонога и жили в его
огромных владениях.
Итак, следующим утром барон Долгоног должен был отправиться в Эдо.
Надо сказать, что раз в год Долгоног совершал путешествие в Эдо,
чтобы засвидетельствовать свое почтение великому тайкуну1 и провести
несколько недель в Эдо. Не будем испытывать терпение читателей,
рассказывая о суете и приготовлениях, которые происходили в имении
барона в течение целой недели перед отъездом. Достаточно упомянуть,
что его одежда была выстирана, накрахмалена и высушена распяленной
на доске (чтобы не села); сундуки и корзины были собраны; флаги
и зонтики проверены и приведены в полный порядок; лакированные
шкатулки и бронзовые статуэтки протерты; шпаги и копья отполированы до блеска. Каждая мелочь была лично осмотрена главным инспектором — черно-белым долговязым москитом, который благодаря своему
длинному носу мог заглянуть в любую щелочку и делал это лучше, чем
любой другой офицер его высочества. А если что-то шло не так, он
поднимал такой шум, на который никто другой был не способен. Что
касается остальных слуг, то все, вплоть до лакея и кучера, старались
затмить друг друга чистотой и элегантностью своих нарядов.
Шмель смахнул пыльцу с лапок, скромная медоносная пчела позволила
детям пососать лапки, чтобы к ним прилип мед, прихорошилась и стала
вслушиваться в приказы, которые зачитывал руководитель процессии —
самец саранчи. Он очень гордился тем, что ему уже семнадцать, и смотрел
на всех сверху вниз, как взрослый на малых детей. Самец саранчи взял
1
Нихон-коку тайкун (с яп. — великий правитель Японии) — древний японский
титул, использовавшийся сёгунами Токугава.

126

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

в лапки лист бумаги, добытый из гнезда бумажных ос, и громко прочитал
приказ: «Пчелам не разрешается покидать цветы, кроме как во время
путешествия». Синехвостая муха без конца умывалась. Божьи коровки
прослезились, сверчки мрачно застрекотали, потому что те, у кого были
короткие лапки, не мог отправиться в путешествие. Старик Долгоног,
папочка нашего барона, чуть не сделал сальто от радости, когда ему
сказали, что он может присоединиться к торжественному шествию.
Процессия должна была двинуться в путь в шесть часов утра. Время
отправления было поручено объявить хранителю времени — самцу
блохи, чей домик стоял на спине большого черного нэко1, который жил
у домика привратника — жука-ветрячки. Хранитель времени должен
был пристально следить за прорезями зеленых глаз нэко и не пропустить, когда они будут указывать ровно шесть утра. Затем, оказавшись
в несколько прыжков у ворот замка, он должен был сообщить об этом
привратнику — жуку-ветрячке.
И вот точно в назначенный час огромные ворота распахнулись,
и процессия отправилась в путь. Все слуги барона Длиннонога высыпали на улицу, чтобы посмотреть на грандиозное зрелище. Они стояли
на коленях и приговаривали: «Пожалуйста, помедленнее! Идите помедленнее!». Когда паланкин, в котором несли их господина, поравнялся
с ними, все склонили головы в пыль, как и подобает подданным его высочества. Дамы, оставшиеся дома, горько плакали, орошая слезами свои
бумажные платки, особенно много слез пролила светло-коричневая муравьиха, ближайшая родственница барона Долгонога по материнской линии.
Вот в каком порядке они вышагивали. Первым на приличном расстоянии от остальных шел важный, упитанный богомол с длинной травинкой
в правой передней лапке. Он размахивал ею направо и налево, приговаривая: «На колени! На колени!» И все муравьи, жуки и ящерицы разом
подгибали передние лапки, а жабы, сидящие на корточках, утыкались
носами в пыль. Даже грязевые черепахи высовывали головы из воды,
чтобы посмотреть, что происходит. Ни одному насекомому не разрешалось находиться на высоком стебле, чтобы не смотреть на его высочество свысока. Поэтому всем червям и личинкам, жившим на деревьях
или высоких кустах, пришлось спуститься на землю. Даже земляной
червяк замер и перестал рыхлить землю, пока проходила процессия.
А если в гнезде находились личинки или мотыльки в коконе, слишком
маленькие, чтобы вылезти и спуститься на землю, закон обязывал родителей накрывать их листом. (Для барона Долгонога было бы оскорблением, если бы какая-нибудь малявка посмотрела на него свысока.)
1

Кошка (яп.)

Все слуги барона Длиннонога... стояли на коленях и приговаривали:
«Пожалуйста, помедленнее! Идите помедленнее!». Когда паланкин,
в котором несли их господина, поравнялся с ними, все склонили
головы в пыль, как и подобает подданным его высочества.

128

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Следом шли две фонарницы и несли в передних лапках светлячков.
Те смирно сидели в футлярчиках из листьев, которые ночью снимали.
За ними шли шесть огненных мух, у них под крыльями были свои
лампочки, которые они могли включать и выключить, когда им вздумается. Далее строем по четыре в ряд шествовал отряд долгоносиков.
Они несли национальные «зонтики» — утренние цветы, одни были
раскрыты, другие закрыты. За ними шагали четыре зеленых кузнечикакопьеносца с розовыми цветами в лапках.
Перед паланкином его высочества на абсолютно прямых задних
лапках, как на ходулях, чеканили шаг два щеголя-богомола. Статные,
красивые, в поднятых вверх щупальцах они несли знаки отличия своего
господина, барона Долгонога, гордо смотря не вперед, а вверх, в небо
(но не смели споткнуться). Жук-могильщик — замковый капеллан —
торжественно шагал рядом.
Тем временем на пути торжественного шествия барона Долгонога
собралась огромная толпа зрителей. Все стояли на коленях. Лягушки
и жабы непрестанно моргали. Огромные красные ящерицы тегу
выползли из своих нор посмотреть на великолепное зрелище; черви
затаили дыхание; все жуки спустились с травинок и цветочных стеблей,
чтобы смиренно преклонить передние лапки перед бароном Долгоногом. Мамы-жучихи, усадив жучков-малышей на спины, поспешили
к месту торжественной процессии и, присев на корточки, стали учить
своих деток благоговейно складывать передние лапки и кланяться.
Никто не осмеливался говорить вслух, но вдруг сверчок-крот дернул
своего приятеля за крыло и сказал:
— Вы только посмотрите на этого зеленого богомола! Он выглядит
так, словно готов броситься с боевым топором в лапках навстречу колеснице! Как он сурово смотрит на своего товарища!
— Да! А зеленый кузнечик-то каков! Я и сам могу вышагивать не хуже
его! — отозвался приятель.
— Тс-с! — прошуршал сверчок-крот. — Приближается паланкин
его высочества!
Теперь все, прищурившись, сосредоточенно смотрели, как проносят
паланкин. Он был сделан из тонко сплетенных травинок, перевязан
бамбуковыми нитями, покрыт лаком и украшен прозрачными занавесями из крыльев стрекозы, сквозь которые барон Долгоног мог
смотреть на дорогу. Его несли на плечах четыре дюжих жука-скакуна.
Они сильно вспотели, вытирали лбы, время от времени останавливаясь, чтобы сменить плечо. По бокам паланкина шла охрана — восемь
сверчков, вооруженных пестиками и меч-травой. У них также были

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

129

стрелы, пропитанные ядом растений (на случай непредвиденных обстоятельств). За ними следовали четыре носильщика — жуки-усачи. Они
несли регалии барона Долгонога — крупные хризантемы на длинных
стеблях. Далее кружила в воздухе вереница ос. Они жужжали только для
видимости, не более того. Окруженный осиным семейством, в полном
военном обмундировании шел слепень под руку с улиткой, которая
сдерживала слишком быстрый шаг норовистого насекомого.
Затем следовали три неуклюжих шлемовидных жука с тяжелыми
колосьями созревшего риса в лапках.
— О! О! Посмотрите туда! — закричала маленькая гусеница — личинка бабочки. — Видите? Маленький кузнечик едет на спине у своего отца!
— Тс-с! — остановила ее мама-бабочка, кладя лапку на шею своей
малышке, опасаясь, что ее арестуют за шум.
И действительно, маленький кузнечик, устав от долгой ходьбы,
забрался отцу на спину, чтобы прокатиться верхом, держась передними
лапками за его длинные усики.
В конце процессии шли слуги низшего ранга — попрыгунчики,
жуки и всякого рода букашки. Они несли подарки для тайкуна в Эдо,
а также одежду, еду и утварь для своего господина. (Надо заметить, что
по дороге в Эдо встречались только очень бедные гостиницы, а барон
Долгоног любил удобства во время долгого путешествия.)
Процессию замыкали шесть папаш-пауков, нестройно маршировавших парами. Они были подшофе после веселого застолья накануне
вечером. Когда большие ворота замка захлопнулись, один паук зацепился за них лапкой да еле ее вытащил, поэтому прихрамывал до конца
путешествия. Ему приказали идти рядом со стариком Долгоногом,
папочкой барона. Только эти двое были весельчаками во всей процессии
и вызывали много разговоров среди глазеющей толпы. Тем не менее они
всячески пытались пресекать любые оскорбления или неуважительное
отношение к барону Долгоногу со стороны толпы.
После того как процессия его высочества исчезала из виду, насекомые могли пересекать дорогу, и все снова пришло в движение.
— Мамочка, а каков он из себя, этот достопочтенный барон
Долгоног? Я не смогла его разглядеть, — спросила гусеница — личинка
бабочки.
— Не знаю, — ответила мама-бабочка. — Я никогда его не видела, и,
думаю, никто его не видел.
И это действительно было так. Все, что могли видеть насекомые, —
это паланкин барона Долгонога. Но как же прекрасно было это торжественное шествие!

ДАЙБУЦУ И БЕЛЫЙ КИТ

понцы — удивительный народ. Многие их обычаи
и привычки для других наций непривычны, неприемлемы. Так, в Японии единицы измерения металлических предметов и мягких изделий различны. Для последних используют
так называемый «китовый» фут, а для металлических и вообще любых
твердых предметов — «металлический». И разница между ними
всего-то в два дюйма1, но тем не менее она кардинальная.
Чтобы это выяснить, отправимся в Камакуру. В глубокой древности город Камакура являлся столицей Японии. Город был огромен,
в нем проживало свыше миллиона человек. Несмотря на благочестивые помыслы жителей, почитавших Будду, город Камакура дважды
оказывался жертвой разгулявшейся стихии: бури разрушали его почти
до основания. Ныне на местах былой славы растут леса или простираются бескрайние рисовые поля. Впрочем, храм бога войны Хатимана и колоссальных размеров бронзовая статуя Будды, или Дайбуцу2,
выдержали свирепый натиск бурь и устояли. Дайбуцу, некогда стоявший
в храме, в наши дни возвышается над деревьями.
Полая внутри статуя была отлита из отдельных кусочков бронзы,
которые впоследствии спаяли в одно целое, и помещена в храм
Котоку-ин, стоящий на шестидесяти трех столбах из камфорного
дерева, покрытых золотом. На лице этого Дайбуцу отражается абсолютное душевное спокойствие, отречение от всех желаний и страДва дюйма ≈ 5 сантиметров.
Дайбуцу (с яп. — гигантские Будды) — японское неофициальное название
больших статуй Будды.
1
2

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

131

стей. Глаза Будды из чистого золота, локоны на голове — восемьсот
небольших шариков, похожих на завитки раковин улиток. Надо заметить, что японцы не имели никакого представления о вьющихся кудрях,
так как у них гладкие волосы, поэтому о локонах Будды появилась
легенда, будто улитки однажды пробрались на его лысину, чтобы защитить от палящих лучей солнца. В середине лба, немного выше соединения бровей, у Дайбуцу серебряный третий глаз («око мудрости»),
сияющий, как полная луна.
Когда после долгих войн «карающий варваров великий генерал»
Минамото-но Ёритомо основал свое военное правительство (сёгунат)
в Камакуре, он приказал воздвигнуть в столице огромную статую Будды.
Сидящий бронзовый Будда достигает 45 футов в высоту (около 14 м),
и 97 футов в окружности. Лик Будды — длиной в 8 футов, а пальцы —
до 3 футов в диаметре. (Выше этой бронзовой статуи Будды только
Дайбуцу в храме Тодай-дзи в японском городе Нара.)
Все дороги, что вели в город, были забиты до отказа бесчисленными
паломниками со всего мира. Они сгорали от желания увидеть одно
из главных чудес света своими глазами. Тогда все безоговорочно принимали на веру, что изваяния выше этого просто не может существовать
ни на небе, ни на суше, ни на море-океане.
Вполне вероятно, что мореходы, которым хоть однажды посчастливилось лицезреть чудесную статую, обсуждали увиденное с товарищами
в долгие часы слежения за рыболовными сетями, и отголоски этих бесед
могли услышать морские обитатели.
***
В Северном море жил гигантский белый кит. Случилось ему
однажды услышать о бронзовом Будде, что в Камакуре. Кит был до сих
пор уверен, что крупнее его нет никого на земле, а потому был очень
раздосадован появлением соперника. День за днем целые флотилии
кораблей проплывали над его головой. Они были набиты людьми,
стремящимися увидеть золотые глаза Будды. Морские обитатели всех
мастей докладывали ему, что люди только об этом Будде и говорят,
восхищаются красотой и колоссальными размерами величайшего чуда
на мирных берегах Камакуры.
К тому же он просто не допускал мысли, что какие-то людишки
могли сотворить нечто, способное конкурировать с ним своими размерами. Разъяренный и взбешенный, он размахивал хвостом, производя
большой переполох, и поднимался на поверхность, чтобы дышать,
в два раза чаще, чем обычно. Ревнивый, возмущенный и сердитый, он

132

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

уже не казался добродушным, любезным китом, как в прежние дни.
Все морские обитатели оплывали его стороной. Он потерял аппетит,
исхудал от зависти и беспокойства. Наконец кит позвал акулу и стал ее
расспрашивать.
— Неужели человек может воздвигнуть медную гору и изваять
из нее себе подобный образ? — спросил его белое величество.
— Что ж, господин, то, что не может сделать один человек, могут
тысячи. Я и сама хотела бы увидеть великого Будду, о котором все только
и говорят.
— Тогда отправляйся в Камакуру, — приказал белый кит. — Пересеки Северное море и узнай, так ли велик этот знаменитый Дайбуцу,
как я. Обмерь статую Будды и возвращайся с точными результатами
измерений.
Акула пустилась в путь и после нескольких дней и ночей непрерывного плавания добралась до Камакуры. Дайбуцу находился в полумиле от берега, но, увы, акулы не ходят по земле и не умеют летать. Она
поплыла вдоль берега, чтобы найти какое-нибудь существо с крыльями
или лапами, которое могло бы измерить огромное чудо. Заметив
джонку, стоявшую на якоре, акула осторожно подплыла к ней. День был
жаркий, все люди, находившиеся на борту, крепко спали, поэтому акула
не боялась, что в нее попадет гарпун, ее разрежут и выставят на продажу
в рыбной лавке. Но где найти помощника?
К счастью, по низкому фальшборту бегала крыса. Тишина выманила
ее из-под палубы. Акула высунула нос из воды и ласковым, заискивающим шепотом, чтобы не разбудить матросов, проговорила:
— Голубушка крыса, не поможете ли вы мне, дорогая, в одном деле?
С крысой еще никто никогда ласково не разговаривал. Она была
польщена таким вниманием и недоумевала: чем обыкновенная крыса
может помочь большой рыбе? Однако крыса держалась на приличном
расстоянии, потому что была наслышана о рыбе-кошке и не хотела
рисковать жизнью. К тому же однажды она подслушала, как моряки
говорили о людях, умеющих подлизываться, как кошки, и способных
подольститься к кому угодно.
Затем акула шепотом рассказала крысе, зачем она приплыла сюда,
и что для нее высокая честь — служить самому большому существу
в мире, и что, возможно, она спасет его белому величеству жизнь или
хотя бы сохранит здоровье, если узнает точные размеры знаменитого
Дайбуцу.
— Голубушка крыса, не будете ли вы так любезны пойти и измерить
изваяние? — попросила акула.

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

133

— Охотно, — ответил крыса, чувствуя себя на седьмом небе
от счастья, ведь не всем выпадает такой шанс — сослужить службу
морскому великану.
Выпрыгнув из джонки, крыса быстро доплыла до берега и направилась прямо к храму, за воротами которого возвышалась статуя Будды.
Оказавшись в безопасности, крыса перевела дух и стала думать, что же
делать дальше.
По правде говоря, крысу так потрясли величественные размеры
статуи, что она растерялась. «Да тут целая гора металла! Как же измерить эту громадину?» — подумала она и чуть было не чихнула от распространяемого в храме благовония. И вдруг крысу осенило! Она обошла
статую вокруг, насчитав при этом пять тысяч шагов, возвратилась к акуле
и гордо сообщила, что ей удалось точно измерить основание статуи.
Сердечно поблагодарив своего помощника о четырех лапах, акула
резко развернулась, при этом так ударила по воде своим мощным хвостом,
что брызги с шумом полетели во все стороны и разбудили моряков
на джонке. Один из них побежал за гарпуном, но было поздно — акула
была уже далеко. Прибыв во владение его белого величества в Северном
море, она все ему рассказала. Известия, принесенные акулой, подтвердили худшие подозрения белого кита. Как оказалось, статуя бронзового Будды действительно огромна, и все ходившие в народе слухи
о ее размерах — абсолютная правда, длина окружности его пьедестала
составляла ровно 97 футов (около трехсот метров).
Когда кит узнал о подлинных размерах Дайбуцу, его злоба удесятерилась, и он решил убедиться в истинности доставленных ему сведений.
Надев волшебные ласты, которые позволяли ему путешествовать
по суше, кит ночью, когда все люди спали, добрался до храма в Камакуре и постучал в ворота.
— Войдите!!! — подобно удару колокола, прозвучал голос Будды.
— Не могу-у-у! — простонал кит.
— Почему?
— Я такой большой, что в ворота не протиснусь…
— Кто вы?
— Я белый кит Северного моря.
— Что вам нужно?
— Выйдите, пожалуйста, ненадолго за ворота. Я хочу на вас
посмотреть.
Узнав, что к нему пожаловал сам белый кит, Дайбуцу спустился
с пьедестала и неторопливо проследовал за пределы территории
храма. Впервые увидев друг друга, оба великана очень удивились. Кит

Когда священник снял все требуемые мерки, выяснилось,
что кит выше и длиннее бронзового Будды на… целых два дюйма!

ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ

135

от неожиданности грянулся огромной головой оземь. Надо сказать,
что Будда тоже поразился, увидев перед собой живое существо столь
впечатляющих размеров.
В это время проснулся настоятель храма и чуть было не потерял
рассудок, не обнаружив статуи Будды на пьедестале. Когда настоятель немного пришел в себя, до его слуха донеслись странные голоса.
Они раздавались за воротами храма. Настоятель осторожно вышел
за ворота. Его появление не осталось незамеченным. Бронзовый Будда
и белый кит попросили опешившего монаха разрешить их спор. Настоятелю было предложено аккуратно снять мерки сначала с бронзового
Будды, а потом с белого кита.
Других инструментов для измерения, кроме четок, у священника
при себе не было, и ему пришлось использовать их по довольно странному назначению. Когда он снял все требуемые мерки, выяснилось, что
кит выше и длиннее бронзового Будды на… целых два дюйма!
Так разрешился спор гордого белого кита и знаменитого Дайбуцу.
Не поблагодарив ни бронзового Будду, ни священника за хлопоты,
кит снял ласты, скользнул в воду и вскоре уже плескался в своих владениях в Северном море, торжествуя победу. Дайбуцу невозмутимо
проследовал к пьедесталу и принял прежнее положение, словно никогда
и не выходил из храма. Наутро настоятель рассказал эту историю
священникам и прихожанам, но они ему не поверили и заявили, что это,
должно быть, ему приснилось.
Ну а купцы всех мастей, прознав о случившемся, условились между
собой, что отныне, снимая мерку с тканей, они будут использовать одни
футы («китовые»), а измеряя изделия из дерева и металла — другие
(«металлические»). С тех пор все знают, что «китовый» фут на два
дюйма длиннее «металлического». И для японцев в этом нет ничего
удивительного.

НЕВЕСТА ЛУН-ВАНА

огущественный лун-ван1 изнывал от скуки
в своем огромном дворце на дне морском. Он,
как государь, был лишен многих удовольствий,
которыми наслаждаются простые люди. Молодой и красивый, лун-ван
хотел отправиться в путешествие по белу свету. Но как только он заговаривал об этом, его министры качали головами и восклицали:
— О, великий царь! Не забывайте, что простые смертные — неровня
монархам.
Много раз, когда он собирался заняться чем-то более интересным
и радостным, чем управление государством, его предостерегали и останавливали министры. В конце концов лун-вану стало казаться, что эти
люди — его враги, стоящие между ним и радостями жизни. Однажды он
вызвал к себе премьер-министра и сказал:
— Почтеннейший, скажите, почему мой план отправиться в путешествие так пугает вас? Почему бы мне не передать управление государством на время в ваши руки? Вы для меня больше, чем друг, и вы
гораздо мудрее меня. Если я передам власть своему премьер-министру,
ни у меня, ни у моих подданных не будет причин для опасений.
— Дело не в этом, ваше величество, — ответил премьер-министр. —
Не забывайте, я стар и в любой момент могу умереть. Что же касается вас, то вы еще не женаты и у вас нет законного наследника. Если
во время путешествия, которое вы собираетесь совершить, что-то
случится, какова будет судьба вашего царства здесь, на дне морском?
Поэтому я прошу вас отказаться от этого плана, по крайней мере,
1

Лун-ван (лун с кит. — дракон; ван — царь) — дракон-царь.

140

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

сейчас. Уступите доводам ваших министров и выберите себе невесту.
Когда же у вас родится сын и наследник, я перестану вас удерживать,
и вы сможете поступать, как вам заблагорассудится, ведь тогда царство
будет в безопасности.
Лун-ван прислушался к совету старика премьер-министра и пообещал
пока остаться во дворце.
— Однако, — усмехнулся он, — вы должны найти невесту мне
по сердцу. Я не стану жениться только потому, что так принято у царей,
я хочу испытывать самую горячую любовь к женщине.
Старик, весьма довольный успехом своих уговоров, пообещал найти
для лун-вана подходящую принцессу.
— Дайте мне месяц, — сказал он на прощание, — я обещаю, вы
будете абсолютно счастливы.
Но угодить лун-вану оказалось не так-то просто. Многих принцесс
из разных морских царств приводили к нему, но ни одна не нравилась
привередливому дракону-царю.
— Неужели вы хотите, чтобы я, дракон-царь, совершил ошибку,
о которой буду сожалеть всю жизнь? — говорил он самым настойчивым
девушкам, которые начинали роптать, что лун-вану не угодишь.
— Женитесь, женитесь без любви! А если не стерпится, не слюбится,
возьмете в жены другую, — советовали ему министры.
— И вы, преданные мне министры, советуете совершить несправедливость?! — с презрением воскликнул он. — В супружеской жизни
я хочу быть примером для своего народа. Разве можно жениться без
любви?! Нет, уж лучше я никогда не женюсь!
Устав от бесплодных усилий в поисках невесты, лун-ван созвал совет,
и объявил своим подданным, что решил на год покинуть дворец и отправиться в путешествие.
— Отправляясь в путь, — сказал он, обращаясь к премьер-министру, — я прекрасно понимаю, что иду наперекор желаниям моих
приближенных, но и вы должны признаться, что вам не удалось подыскать для меня подходящую невесту. Я все-таки отправляюсь мир посмотреть и себя показать. А через год я вернусь и, надеюсь, стану мудрее.
Что ж, слово государя — закон. С грустью провожали любимого
царя. Несмотря на чудачества лун-вана, подданные преданно любили
его и, расставаясь, молились о благополучном возвращении.
Дракон-царь побывал во многих землях и империях. Обладая
способностью принимать любое обличье, он без труда проникал в любой
дворец. Лун-ван познакомился с обычаями и законами разных стран
мира, и множество новых идей сохранил в памяти, с удовольствием думая

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

141

о том, что сможет возвеличить свой народ, установив нечто подобное
в своих владениях. Но как бы много интересного и полезного лун-ван
ни увидел и ни узнал, он все время думал об одном: «Я должен найти
девушку, которая станет моей женой-царицей». В каждом дворце он
рассматривал красавиц, но так и не мог сказать себе: «Я люблю ее, она
будет моей невестой».
Однажды он случайно оказался у великой реки Хуанхэ1. Желтая вода,
текущая к морю, напомнила ему о родине, дворце в морских глубинах.
Стоя на берегу реки, лун-ван затосковал по дому и, поддавшись желанию
вернуться в родное море, нырнул, превратился в рыбу и поплыл.
Впервые за много лун он был абсолютно счастлив, ведь он снова был
в своей стихии! Но вечером его ждали на царском пиру, и лун-ван начал
подумывать, что нужно снова превратиться в человека и вернуться
на берег, как вдруг резко обо что-то ударился и понял, что попался в сеть
рыбака. Сеть вытащили из воды и задыхающегося ван-луна в обличье
рыбы швырнули в угол небольшой лодки.
— Ну, давай садись, парень! — услышал он грубый голос.
Тотчас же плоскодонка поплыла к берегу. Лун-ван отчаянно бил
хвостом, пытаясь броситься в реку, ведь его магические силы действовали только в воде. «Увы! Нет на свете печальнее зрелища, чем рыба,
вытащенная из воды!» — в отчаянии сказал он себе.
Как только двое мужчин достигли берега, они быстро привязали лодку и отправились домой, прихватив с собой лун-вана и двух
небольших сомов. У ворот их встретила женщина.
— Рыбалка была удачной? — спросила она.
— Не совсем, — проворчал ее муж. — Слишком сильный ветер. Вся
рыба на дне. Мы поймали немного для еды, но ни одной для продажи.
В глинобитном домике, в углу, на кирпичной кровати сидела шестна
дцатилетняя девушка и что-то шила. Когда вошла мать с рыбой в руках,
девушка оторвала взгляд от шитья. Лун-ван, задыхаясь от нехватки
воздуха, с изумлением смотрел на нее, ведь, несмотря на то что девушка
была одета в самую простую одежду, она была краше всех, которых
он когда-либо видел. На мгновение дракон-царь забыл о своих предсмертных муках — так велико было его восхищение этим прекрасным
созданием. О! Как жестоки боги! Он искал повсюду, во всех землях
и морях и не нашел девушку себе по сердцу. И что же? Здесь, в домике
рыбака, когда он на волосок от смерти, перед ним девушка, которую он
хотел бы назвать своей невестой, сделать царицей!
1

Хуанхэ (с кит. — Желтая река) — крупнейшая река Китая.

142

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Всем существом своим он сопротивлялся мысли о смерти, когда
счастье было так близко. О! Если бы он только мог как-нибудь привлечь
внимание девушки! Может быть, она смилостивится над ним? Он дернулся
из последних сил, вырвался из рук жены рыбака и упал к ногам девушки.
— Боже! Мамочка! Красота-то какая! — воскликнула девушка,
отложив работу и наклонившись, чтобы поднять беспомощную рыбу. —
Бедняжка! Она выглядит так, будто умоляет меня спасти ее.
Лун-ван задрожал, услышав слова сострадания, произнесенные
таким сладким и нежным голосом, они звучали, как музыка.
— Тебе ведь не понадобится так много на ужин, правда? — продолжила она. — Я положу эту рыбу в кувшин с водой, может, она и оживет.
Девушка опустила лун-вана в большой глиняный кувшин, стоявший
за дверью, и некоторое время стояла и любовалась ярко-красной окраской рыбы, а лун-ван в обличье рыбы, в свою очередь, с восхищением
смотрел на ее изящную осанку и здоровый румянец на щеках.
Вечером, когда все члены семьи рыбака легли спать, лун-ван услышал
голос мужчины:
— Как жаль, что мы не смогли найти для нашей дочери лучшей пары,
чем сын мельника. Она так красива, что могла бы стать женой принца,
но мы не можем найти никого лучше, потому что бедны. Они приедут
завтра, чтобы договориться о свадьбе.
— Больше всего меня беспокоит, — отозвалась жена, — что этот
человек — пьяница, и я боюсь, что он станет ее бить. Мне невыносимо
думать, что ей придется страдать из-за него.
— Не знаю, чем тут можно помочь. Сейчас у нас нет возможности
выйти из этого положения. Ты же знаешь, попасть в сеть намного проще,
чем выбраться из нее…
«Верно сказано», — улыбнувшись, подумал лун-ван.
— Завтра в полдень они будут здесь, чтобы уладить дело и подписать
бумаги.
— Наша девочка достойна царя, и, если бы мы не были бедными
крестьянами, она могла бы осчастливить его, — добавила жена.
Лун-ван, очутившись в своей стихии, снова обрел магические силы,
превратился в человека, подошел к окну и произнес:
— У той, что достойна его величества, будет царь, которого она
назовет своим мужем. Самую дорогую драгоценность1 я нашел в самой
бедной земле.
В Китае понятие «драгоценность» очень часто встречается в женских именах.
При выборе имени под «драгоценностью» подразумеваются присущие ей качества —
красота, богатство и долговечность.
1

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

143

Услышав эти слова, рыбак и его жена остолбенели и потеряли дар
речи. Опомнившись, рыбак встал и осторожно подошел к окну, но там
никого не было. Тогда, набравшись смелости, он вышел из дома и попробовал открыть ворота, но обнаружил, что они надежно заперты.
— Что бы это значило? — спросил он, вернувшись к жене. — Во дворе
никого, никто не входил и не выходил…
— Наверное, это сказали духи, — предположила его жена.
— Ерунда, — усмехнулся рыбак. — Должно быть, приснилось. У духов ничего не припасено для таких, как мы.
— Но мы же не спали, — настаивала жена.
На следующее утро родители рассказали дочери, что произошло
ночью. Кто же мог произнести такие чудесные слова у окна? Она снова
и снова повторяла про себя: «Самая дорогая драгоценность… в самой
бедной земле». Неужели ее мужем действительно будет царь? Но ведь
это невозможно, ведь сегодня в полдень родители отдадут ее за сына
мельника, которого, как ей казалось, она никогда не сможет полюбить.
Ошеломленную девушку ждал еще один сюрприз. Когда она наклонилась над кувшином с водой, чтобы посмотреть на красную рыбу, то обнаружила, что та исчезла. Это была вторая загадка, которую никто в семье
рыбака не мог разгадать.
— В следующий раз съедим всю рыбу сразу, — заметила практичная
жена рыбака. — Одна рыба на сковороде стоит дюжины в море.
В полдень, когда рыбак и его жена договаривались с мельником о деталях
свадьбы, вдруг у ворот послышался стук копыт и заиграла музыка. Все
выбежали из дома посмотреть, что происходит. На дороге, перед домом
рыбака остановилась кавалерийская колонна, а чуть позади — красивый
молодой человек на великолепном коне. За ним шел слуга и вел на поводу
такого же прекрасного коня, украшенного серебром и золотом.
Благородный господин спешился и, улыбаясь, подошел к невзрачным
воротам. И все собравшие еще раз услышали:
— У той, что достойна его величества, будет царь, которого она
назовет своим мужем.
Юноша взял смущенную девушку за руку. И только он к ней прикоснулся, как ее простое платье превратилось в изысканный наряд
из цветного шелка и чудесных кружев. Через мгновение дочь рыбака, что
по волшебству обернулась прекрасной принцессой, уже была на коне,
и лун-ван снова вскочил в седло.
Поклонившись на прощание родителям девушки, он отдал приказ
трогаться в путь и повторил еще раз:
— Самую дорогую драгоценность я нашел в самой бедной земле.

— Держись крепче! — сказал лун-ван своей невесте.
И, оставив позади изумленных крестьян, они взмыли в небо.
Кони превратились в крылатых драконов...

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

145

Тут же к ногам изумленных родителей посыпался дождь из жемчуга
и рубинов. Этого семье рыбака с лихвой хватило бы на всю жизнь.
— Держись крепче! — сказал лун-ван своей невесте.
И, оставив позади изумленных крестьян, они взмыли в небо. Кони
превратились в крылатых драконов и летели так быстро, что города,
деревни, горы и долины мелькали под ними, как вспышки молний.
Вскоре драконы опустились на берег шумящего моря и снова превратились в коней. Лун-ван и его невеста спешились, сердца их переполняла
радость, ведь дракон-царь по дороге успел рассказал невесте о своем
огромном дворце на дне морском. Влюбленным не терпелось поскорее
войти во дворец, где им предстояло жить и править своим царством
в любви и согласии.
— Идем скорее! — сказал лун-ван. — Видишь, солнце садится в море.
Поспешим же вслед за ним.

ПЕРВЫЙ УРОК ЯО ТО

авным-давно на берегу Желтой реки жила крестьянская
семья. Отец владел прекрасным грушевым садом, славившимся своими плодами. Благодаря этому саду семья уже
несколько лет жила безбедно.
Супруги долго горевали, что боги не посылают им сына. Они оплакивали свой тяжкий жребий, возжигали благовония в деревенском храме,
молились богам, чтобы те избавили их от проклятия, которое должно
было постигнуть их, если у них не родится мальчик.
Могло показаться, что они довольны пятью розовощекими дочками,
наполнявшими их дом светом и радостью. Но на самом деле все было
не так. С рождением каждой девочки их печаль становилась все глубже,
пока наконец супруги не пришли в отчаяние. Как и все их соседи,
они считали, что один мальчик стоит дюжины девочек. Разве девочки
не бесполезное бремя в семье? Разве, когда вырастут, они не выйдут
замуж и не уйдут в другую семью? А вот сын всегда будет жить в своем
доме и работать на благо родителей, пока они живы.
Желание этой пары иметь сына было так велико, что однажды,
молясь в храме, жена поклялась, что приведет в порядок одну из старых,
покрытых пылью статуй, если боги подарят ей сына. Понял ли мрачный
бронзовый бог обещание госпожи Ван, сказать трудно, но точно
известно, что через девять месяцев родился мальчик. Радости родителей
не было предела! Однако они дали ребенку имя, только когда ему исполнился год.
По китайскому обычаю в первый день рождения, незадолго до того,
как был устроен пир в честь радостного события, малыша одели в новую

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

147

одежду, подаренную его бабушкой. Затем усадили на стол, в сито
из бамбука. Рядом положили разные предметы: книгу, медное зеркало,
весы, счеты, перо, чернильницу, нож, золотые украшения и фрукты.
Неподалеку стояли гордые мать и отец, с нетерпением ожидая, что
же выберет малыш. Пять сестер, бабушка, дедушка и другие родственники тоже ждали этого момента. Считалось, что таким образом можно
предсказать его будущее. Если малыш схватит книгу или перо, то, несомненно, станет знаменитым ученым; если счеты, весы или золотые украшения — богачом; если нож — воином; если фрукты — земледельцем.
На мгновение мальчик оторвал взгляд от предметов, разложенных
на столе, и посмотрел на нетерпеливые лица окружающих. Казалось,
он все понимал и знал, чего они ждут. Затем, перегнувшись через обод
сита, он потянул ручки к предметам и сгреб их все в кучу, словно хотел
сказать, что хочет иметь всё.
Родственники и гости весело рассмеялись.
— Он хочет всё! — воскликнул отец. — Назовем его Яо То, что
значит «хочу всё».
Так нарекли маленького Вана, и с того дня родители не раз убеждались в мудрости сделанного ими выбора. Не было ни одного предмета
ни в пределах его досягаемости, ни вне ее, на который бы не претендовал Яо То. У его сестер не было ничего, что они могли бы назвать
своим, потому что, если у девочек хватало смелости ответить отказом
на малейшее желание брата, малыш поднимал такой вой, что они были
только рады уступить его мольбам.
В саду самые мясистые, сочные и сладкие груши всегда доставались ему без всяких возражений. Не раз, когда был не сезон для груш,
малыш протягивал ручки к голым веткам и плакал, потому что сестры
не сорвали ему фрукты.
Мать с отцом постоянно баловали его, как это часто делают легкомысленные родители, не замечая, что поощряют неправильное поведение ребенка. Иногда, когда в доме недоставало еды, девочки страдали
от голода, а миска Яо То всегда была наполнена до краев, так что он
разбрасывал остатки еды направо и налево. Если сестры осмеливались
попросить у него доесть то, что осталось, он отвечал: «Нет, ведь вы
девчонки!»
В школе дела у Яо То шли неважно. Товарищи не хотели уступать ему
первое место в играх, что очень огорчало мальчика. Его эгоистичное
сердце жаждало ярких, разноцветных воздушных змеев, которых запускали в небо его одноклассники, и не раз он приходил в ярость, если
ему не давали подержать бечевку. Дома отец пытался успокоить сына,

148

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

обещая купить воздушных змеев больше и прекраснее, чем у других,
но это Яо То не удовлетворяло. Он хотел иметь все, что было у его
товарищей.
— Яо То не разрешает нам ни к чему прикасаться, — пожаловалась
однажды старшая сестра матери.
— Ну-ну, не придирайся, — примирительно ответила госпожа
Ван. — Ведь он мальчик, а ты девочка и всегда должна уступать ему
во всем.
— Хорошо, — сказала дочка госпожи Ван. — В следующий раз, когда
на меня набросится собака, я отдам ее Яо То.
Только один человек укорял Яо То в эгоизме, его бабушка, но она
делала это так деликатно, что он через пять минут забывал, что она
сказала.
Вскоре Яо То стал прекрасным юношей и, решив, что он уже
взрослый и умный, сказал отцу:
— Если ты будешь держать меня дома, можешь не рассчитывать, что
я хоть что-то заработаю. Дай мне шанс, и ты увидишь, на что способен
твой сын.
Отец Яо То немного огорчился, так не хотелось ему обременять
своего любимчика, но все-таки ему было приятно слышать, что сын
готов помогать ему добывать средства на пропитание.
— Хорошо, мой мальчик, — сказал он, — я разрешаю тебе поработать. Возьми тележку, нагрузи ее самыми лучшими грушами из нашего
сада и отправляйся торговать на дорогу, что пролегает вдоль реки. А там
посмотрим.
Яо То был в восторге. На следующий день рано утром он поспешил
в сад, чтобы собрать груши, и к завтраку его тележка была нагружена
самыми крупными и спелыми плодами.
Была середина августа, день выдался знойный. Казалось, весь мир
жаждет дождя, который все никак не проливался. Спешили на работу
синеблузники1, на рынках уже расхваливали свои товары торговцы —
ранние пташки, другие вели по пыльной дороге своих терпеливых ослов,
спотыкающихся под тяжестью груза.
Яо То уселся на дороге. Заметив, как жадно прохожие поглядывают
на его товар, он понял, что день будет удачным, и решил продавать груши
по бóльшей цене, нежели посоветовал отец.
Мальчик очень выгодно продал почти все груши, и уже много
медяков весело позвякивало в его кошельке. Однако тележка была так
велика, что, когда в полдень он присел отдохнуть на обочине дороги под
1

Синеблузник (устар.) — тот, кто носил синюю блузу; рабочий.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

149

деревом, в ней еще оставалось несколько груш. Рядом, развалившись
в тени, с наслаждением уплетали наливные фрукты те, кто купил у него
груши. Другие, у кого не было денег, с тоской посматривали на груши,
оставшиеся в тележке мальчика.
Яо То похрустывал пшеничной лепешкой и вдруг услышал, как
кто-то подошел к нему сзади. Обернувшись, он увидел согбенного,
печального старика. Жидкая бородка незнакомца была белой как снег,
а волосы были такие редкие, что их едва хватало на тоненькую косичку.
— Что случилось, почтеннейший? — вежливо спросил Яо То. —
Не хотите ли купить у меня груши?
— Конечно, молодой человек, — ответил старик, — но у меня нет
денег.
— О, понимаю, — сказал Яо То, и в его голосе послышался холодок.
— Но, друг мой, я уверен, ты угостишь старика грушей. У тебя их так
много, дай мне только одну.
Яо То ничего не ответил. Наклонившись к тележке, он взял самую
большую грушу. Лицо незнакомца озарилось улыбкой, но Яо То не предложил ему грушу, а сам стал уплетать ее.
— Значит, ты отказываешься дать мне грушу, хотя у тебя их много? —
печально проговорил старик. — Мне уже за семьдесят. Я долго шел,
с самого утра у меня маковой росинки во рту не было.
— А я преодолел долгий путь под палящим солнцем не для того,
чтобы раздавать милостыню, — отрезал Яо То. — Каждый день мимо
ворот нашего дома проходят сотни нищих, они готовы съесть все, что
растет у нас в саду. Если у вас есть деньги, я продам вам грушу, если
нет — незачем меня беспокоить.
Сидевшие под деревом люди все видели и слышали, но не встали
на сторону юного торговца.
— Я умираю от жажды, и ты можешь меня спасти! — умолял старик.
— Дай старику грушу, парень, и покончим с этим, — сказал случайный
прохожий. — Судя по цене, которую ты заломил, ты можешь себе позволить немного благотворительности. Если не хочешь отдать ему самую
большую грушу, отдай самую маленькую, будь же милосердным, не дай
старику умереть от жажды.
Но Яо То не поддавался: не желал отдавать грушу даром, даже самую
маленькую, первому встречному.
— Подумай, сколько пользы ты получишь, совершив добрый
поступок, — сказал один из собравшихся.
— Если ты хочешь, чтобы кто-то получил пользу, — отозвался Яо
То, — купи грушу на свои деньги и отдай нищему.

150

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

При слове «нищий» старик густо покраснел, и, казалось, ему стоило
больших усилий промолчать. Незнакомец, которому Яо То бросил
вызов, искренне сочувствуя старику и в то же время не желая терять
авторитет в глазах окружающих, отсчитал деньги за грушу.
Старик вздохнул и принял подарок с благодарностью. Каждый
откусанный кусочек доставлял ему такое наслаждение, будто это была
не груша, а живая вода. Когда же груша была съедена, он вышел из-под
тенистого дерева, подозвал поближе всех собравшихся вокруг и велел
внимательно наблюдать.
— Смотрите, — сказал старик, взяв семечко груши, — это крошечное
семечко преподаст каждому из вас урок.
Он выкопал ямку и опустил туда семечко. Аккуратно присыпав его
мягкой землей, которая от его прикосновений становилась все темнее
и жирнее, он попросил, чтобы кто-нибудь из собравшихся принес
кувшин с водой. В этом странном деле вызвался помочь маленький
мальчик и побежал исполнять просьбу старика.
Он принес воду, и старик вылил ее на то место, где закопал семечко.
Прошло пять минут.
— Смотрите, смотрите! — закричала изумленная толпа. — Чудо
из чудес! Растет дерево!
Присмотревшись, Яо То и все собравшиеся увидели, как прорастают
стройные побеги грушевого дерева. Все забыли о палящем августовском солнце. Дерево все росло и росло, от главного ствола стали отходить ветви, на изящных веточках появились листья, и вот уже на клочке
бесплодной земли красовалось великолепное дерево.
— Он чародей! — крикнул кто-то из толпы.
— Скорее всего, дух деревьев! — отозвался другой.
— Святой! — воскликнул третий.
Но старик не обратил на это внимания.
— Смотрите внимательно, — сказал он, — я еще не закончил.
Все снова взглянули на дерево: на нем появились тысячи крошечных
бутонов, они друг за другом набухали и распускались, пока груша
не превратилась в сплошное облако из благоухающих цветов. Потом
лепестки осыпались, а вместо них на волшебном дереве выросли груши.
Плоды становились все крупнее и крупнее, пока наконец мощные ветви
не склонились под их тяжестью.
Собравшиеся подумали, что они спят и очутились в самом сердце
сказочной страны. Но раздался голос старика:
— Срывайте! Ешьте! Наслаждайтесь! Как вы были милостивы
ко мне, так и вам вернутся ваши милости.

— Смотрите, — сказал старик, взяв семечко груши, —
это крошечное семечко преподаст каждому из вас урок. —
Он выкопал ямку и опустил туда семечко.

152

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Сорвав самую большую грушу, старик протянул ее тому, кто его
угостил.
Толпа собравшихся вокруг волшебного дерева стала очень велика,
всем не терпелось отведать чудесные груши. И вот на дереве не осталось
ни одного плода.
Старик чародей подошел к дереву и, постучав пальцами по коре,
замер, словно ожидая новых чудес. И тут же дерево начало хиреть,
листья на нем стали коричневыми, высохли и свернулись. Там, где еще
минуту назад благодатная тень охлаждала прохожих, теперь снова
палило солнце.
Когда от дерева остался лишь сучковатая палка, старик чародей
схватил ее, и, ничего не сказав изумленной толпе, опираясь на волшебную трость, зашагал по пыльной дороге.
Люди, изумленные, не могли вымолвить ни слова, они смотрели ему
вслед до тех пор, пока старик не скрылся из виду.
Яо То, словно очнувшись от чудесного сна, вернулся к своей тележке,
решив, что пора заняться делом, и его взору предстало еще одно чудо —
тележка была пуста. С губ мальчика сорвался возглас удивления, но в тот
же миг он понял смысл того, что произошло. Чудесным образом он
получил истинную награду эгоиста.
Так Яо То усвоил свой первый урок.

МАЛЬЧИК, КОТОРЫЙ ЛЮБИЛ ПОСПАТЬ

днажды отец сказал своему маленькому сыну:
— Ло Ли, я отправляюсь к торговцу скотом, на другой
конец города. Присмотри за воротами, проследи, чтобы
не пробрались собаки, потому что, если с нашей хавроньей что-нибудь
случится, мы не переживем зиму. Если мы сойдемся в цене, то я вернусь
с торговцем и он заберет ее.
— Хорошо, — ответил Ло Ли. — Я обо всем позабочусь.
Но не успел отец скрыться из виду, как ленивый мальчуган свернулся
калачиком и уснул на солнышке.
Ло Ли с отцом жили на окраине Пекина, в маленькой глинобитной
хижине с соломенной крышей. В хижине была одна-единственная
комната. В углу стояла кирпичная кровать, несколько потрепанных одеял
валялись прямо на полу, на печке стоял небольшой чугунок, на столе —
несколько тарелок, а рядом — две деревянные табуретки. Что и говорить, Чанги были очень бедны. Единственным богатством их убогого
двора была свинья, которую сейчас должен был сторожить мальчик.
Двор перед домом был так мал, что ей едва хватало места, чтобы улечься,
поэтому добрую половину суток она лежала в хижине, растянувшись
на глинобитном полу.
Ло Ли не знал, как долго он спал, но в конце концов проснулся
и сонно огляделся вокруг. День был теплый, а сон такой приятный,
ему так не хотелось его прерывать. Однако отец мог вернуться в любую
минуту, и мальчику ни в коем случае нельзя было показываться на глаза
отцу сонным, ведь ему поручили охранять свинью. Потянувшись
и протерев глаза, он прислушался: вокруг стояла странная тишина. Он

154

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

не мог вспомнить, когда еще добродушная хавронья была такой молчаливой, ведь обычно, если она не хрюкала и не визжала, то всегда храпела
ровным басом в такт звукам, доносившимся с улицы.
Ло Ли вскочил и огляделся. Но свиньи нигде не было, хижина была
пуста. Он бросился к воротам. Они были закрыты так же плотно, как
и до того, как он уснул. Очевидно, никто не входил и не выходил. Он
взглянул на стены хижины — они были целы; на крышу — там никого
не было. Снова вбежав в хижину, испуганный мальчик обыскал кровать,
развернул и потряс одеяла — свиньи не было. Ло Ли даже заглянул
в чугунок — и ничего не нашел.
Тогда мальчик подумал, что он еще не проснулся и ему снится сон,
как вдруг услышал визг свиньи, который, казалось, раздавался прямо
у ворот. Он выбежал из дома, выглянул за ворота: какой-то старик,
опираясь на посох, медленно ковылял по улице. Не задумываясь (в ушах
все звучал свинячий визг) Ло Ли что есть мочи бросился догонять незнакомца. Наверняка тот что-то знает о семейном имуществе, которое
мальчик, любивший поспать, так плохо охранял.
— Добрый господин! Добрый господин! — закричал Ло Ли. — Если
вы видели нашу хавронью, прошу вас, скажите, где она!
— Какая хавронья, мой мальчик? — спросил старик.
— Да наша, наша хавронья! — завопил Ло Ли. — Отец оставил меня
присматривать за ней, а я заснул.
— Заснул? Что ж, ты отличный сторож! А когда проснулся, свиньи
уже не было? Ты хорошо потрудился, мальчик!
— О, добрый господин! — взмолился Ло Ли. — Если вы что-нибудь
знаете о ней, прошу вас, пожалейте меня и скажите, что делать.
— Что-то ты очень сильно беспокоишься из-за обыкновенной
свиньи.
— Мы умрем с голоду, если ее у нас украдут, — заливаясь слезами,
ответил Ло Ли.
— Ты должен был задуматься об этом, прежде чем ложиться спать.
— Ворота были закрыты, и я не думал, что может что-то случиться.
Я прилег на минутку…
— И проспал два часа. Да, я все знаю.
— Сжальтесь надо мной! Умоляю, скажите, что мне делать!
— Побойся богов, мальчик, не поднимай такой шум. Если ты будешь
так кричать, вокруг нас соберется вся округа, как будто мы похитители
кур. Постарайся вести себя потише.
— Наша хавронья! Наша хавронья! — рыдал Ло Ли, не обращая
внимания на слова старика.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

155

Незнакомец, устав от шума, отвернулся и медленно заковылял прочь.
Но Ло Ли отчетливо расслышал приглушенное повизгивание, доносившееся из-под длинной одежды старика.
— Подлый вор! Ты украл нашу хавронью! — в ярости закричал
мальчик и стал вырывать посох из рук старика.
Как только он прикоснулся к посоху, почувствовал, что с ним
творится что-то странное. Кости затрещали, мышцы стали сокращаться,
и вот он уже стоит не на двух ногах, а на четырех, с копытцами.
— Ло Ли, — сказал старик, — ты был ленивым и нерадивым мальчиком. Сегодня из-за твоей халатности пропала ваша свинья. Сначала
ты попросил меня помочь тебе найти ее, а потом назвал вором. Так знай
же, я Железный Посох, великий чародей, и поощряю только добрые
поступки, а за непослушание наказываю. Я превратил тебя в свинью,
пусть это послужит тебе уроком. Ты займешь место свиньи, которой
лишился твой отец. Он честный человек, и я думаю, не стоит заставлять
его страдать из-за твоего дурного поведения.
Старик исчез, а Ло Ли остался корчиться в грязи. Что же делать? Куда
идти? Ах, если бы он был хорошим мальчиком! Но теперь уж поздно
об этом говорить!
Вдруг на дорогу выскочил пес, оскалил зубы и яростно залаял
на домашнее животное, которое все собаки ненавидят. Бедному Ло Ли
ничего не оставалось, как пуститься наутек так быстро, как только могли
нести его четыре короткие ноги. Подгоняемый злобным псом, он бешено
мчался по улице, пока не увидел родные ворота, распахнутые настежь,
как он их оставил. Мальчик-свинья бросился в свое убежище, прекрасно
зная, что его преследователь не осмелится забежать за ворота.
Пыхтя и отдуваясь, Ло Ли улегся на землю. Он дрожал от страха,
на его задних ногах виднелись следы от собачьих зубов. Немного отдышавшись, он стал кое-что вспоминать: отец может вернуться в любую
минуту, а вместе с ним и торговец скотом, если они договорились о цене
за свинью… И тут в его голове мелькнула ужасная мысль: неужели его,
Ло Ли, купят, отведут к мяснику и продадут на рынке?
Несмотря на усталость, мальчик-свинья вскочил и с громким
визгом бросился к воротам. Возможно, у него еще остался шанс избежать подобной участи. Но в этот момент двое мужчин шагнули во двор
и загнали его обратно.
— Ах ты, недотепа Ло Ли! Зачем открыл ворота? — воскликнул
отец. — Я же поручил тебе ответственное дело… Что?.. Что такое?..
Мальчишки нигде нет!
Отец Ло Ли все оглядывался по сторонам, зашел в хижину, осмотрел…

156

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Его нигде нет, он сбежал. Негодный мальчишка! Если бы мы
не подоспели вовремя, наша хавронья тоже убежала бы. Посмотрите,
разве она не красавица? Толстая и тяжелая, как бык. В этой части города
вы таких не найдете.
Торговец тщательно осмотрел мальчика-свинью, похлопал по бокам,
заглянув в рот, приподнял длинные висячие уши.
Ло Ли хотел закричать и рассказать отцу, кто он на самом деле, но смог
лишь пронзительно завизжать, как любая другая свинья. Сердце мальчикасвиньи сильно забилось, когда он услышал, как мужчины обсуждают его
достоинства как домашнего животного. Неужели отец продаст собственного сына на убой? Ло Ли снова попытался протестовать, но результат
был все тот же — забавный визг, заставивший мужчин расхохотаться.
— Я боюсь, что свинья догадывается, зачем я пришел, — сказал
торговец. — Если она пойдет со мной, я буду вынужден шепнуть ей, что
воины государя заказали у меня десять свиней, которые завтра должны
быть поданы на пиру в честь дня рождения императора.
«Поданы на пиру!.. — У Ло Ли кровь застыла в жилах. — Ох,
почему я был таким ленивым и своенравным?! Почему не послушался
отца и улегся спать?!»
Мужчины торговались.
— Хорошо, я возьму ее, — наконец сказал торговец, — хотя ты
запросил слишком много. Но мы старые друзья, поэтому я согласен
на твою цену.
Тяжелая палка торговца скотом плашмя обрушилась на спину
мальчика-свиньи. «Ох, как больно!» — закричал Ло Ли и бросился
к воротам. Но его надежда улизнуть от торговца оказалась тщетной,
он тут же был зажат двумя собаками, охраняющими других свиней,
выстроенных в ряд.
— Это самая толстая из всех, — сказал помощник торговца, критически осматривая новое приобретение. — Я бы не отказался попробовать кусочек такой свинины!
Торговец отсчитал оговоренную сумму денег (оказалось несколько
связок по тысяче медных монет) — тяжелый, но желанный груз для отца
Ло Ли.
— Куда же подевался этот мальчишка? Сегодня я хотел угостить
его чем-нибудь вкусненьким, а он сбежал. Маленький негодяй такой
ленивый, так что скатертью дорога! — это были последние слова,
которые Ло Ли услышал от отца.
С болью в сердце Ло Ли поплелся по пыльной дороге вместе
с другими свиньями. Пыль, которой славится Пекин, поднималась

Тяжелая палка торговца скотом плашмя обрушилась
на спину мальчика-свиньи. «Ох, как больно!» —
закричал Ло Ли и бросился к воротам.

158

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

тучами, слепила глаз и забивалась в ноздри. Стоило мальчику-свинье
остановиться, чтобы передохнуть, как палка торговца или зубы собаки
заставляли его снова переставлять неловкие ноги и поторапливаться.
И этот путь, он был уверен, станет для него последним. Быть съеденным
в день рождения императора! Какая ужасная участь! Впервые он понял
печальную судьбу домашних животных, которые живут только для того,
чтобы умереть для своих хозяев.
Когда печальная процессия прибыла на место, Ло Ли и его товарищи по несчастью были загнаны в загон, где в грязи барахтались еще
несколько свиней. Он лег, его пробирала дрожь. Ло Ли не знал, как
скоро придут за ним. Запах здесь был ужасный. «О, как же хорошо было
на воле, на отцовском дворе! Как припекало солнышко! Как же хорош
был кусок зернового хлеба на ужин! Ох, еще бы один шанс! Почему,
почему я был таким ленивым? Если бы я помогал отцу, может быть, мы
не были бы так бедны…» — в отчаянии размышлял Ло Ли.
И вот он увидел двух приближающихся мужчин. У одного в руках
была веревка, у другого — нож.
— Давайте сначала зарежем вот эту свинку, — смеясь и указывая
на Ло Ли, сказал один. — Думаю, ей это понравится.
С этими словами он схватил Ло Ли за ногу и потащил, визжащего
во весь голос, из загона. Мужчины оттащили его в боковой отсек,
бросили на пол. Человек с ножом вышел вперед, пробуя остроту лезвия
и острие пальцем.
Ло Ли был уверен, что его час пробил. Он рванулся изо всех сил,
вскочил и закричал во весь голос:
— Пощадите меня! Пощадите! Я не свинья!
В ответ раздался громкий смех отца.
— Ты улегся спать и тебе приснилось, что ты свинья? Что ж, это
пошло тебе на пользу, а, никчемный мальчишка?
Ло Ли приоткрыл глаза. Сначала он ничего не мог разглядеть
из-за слепящего солнца. Он был на родном дворе. Над ним стоял отец,
его лицо морщилось от смеха.
— Наша хавронья здесь? — спросил Ло Ли, дико озираясь по сторонам.
— Да, — ответил отец. — Разве ты не слышишь, как она храпит?
Но это не твоя заслуга.
— Отныне я всегда буду слушаться тебя, отец, — сказал Ло Ли. —
Даю честное слово!
И он сдержал свое слово.

КАША СЫНОВНЕЙ ЛЮБВИ

отни лет назад в древнем городе Фэнду жила семья по фамилии
Фан. Упорным трудом и бережливостью им удалось присоединить несколько акров к своей небольшой усадьбе, и удача
улыбнулась им.
Они наняли слугу и уже начали наслаждаться плодами своего труда,
как вдруг глава семьи заболел и умер, оставив жену и единственного
сына.
Охваченная горем бедная вдова заболела и слегла. Сын постоянно
ухаживал за ней и с надеждой ждал, когда же она начнет выздоравливать. Но иногда ему казалось, что мать не сможет поправиться. Она
отказывалась от еды, ее лоб был горячим от сильной лихорадки.
Однажды, утратив последние силы, она погрузилась в дремоту,
а когда проснулась, подозвала сына к своей постели. Надеясь, что
худшее позади, он поспешил к ней. Несколько минут она молчала, и,
поглаживая спутанные волосы, откинутые с ее разгоряченного лба, он
заметил, что взгляд у нее уже не такой дикий и беспокойный.
Наконец мать заговорила. Она рассказала сыну странный сон. Ей
приснилось, что явилась добрая фея и заверила ее, что если она начнет
следовать учению великих философов и откажется от мяса, то обретет
душевный покой, и это будет проявлением преданности умершему
мужу.
Сын, готовый на все, лишь бы успокоить мать, стал убеждал ее послушаться совета феи, и тогда, возможно, она выздоровеет.
— Хорошо, сын мой, — сказала женщина, — раз этот выбор кажется
тебе правильным, давай позовем священника, и я принесу обет.

160

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Юноша позвал священника, и женщина поклялась, что впредь
не позволит себе употреблять ничего, кроме растительной пищи. Фея,
видимо, была довольна, потому что через несколько дней женщина
встала с постели и вернулась к своим домашним обязанностям. Сын
был вне себя от радости и решил трудиться вдвойне, чтобы хоть как-то
восполнить потерю отца.
С утра до позднего вечера он работал в огороде: прорывал
между грядками борозды, так чтобы вода могла стекать из колодца
во все стороны, разбивал деревянной мотыгой твердые комья земли. Он
приходил на работу первым, а уходил последним. Казалось, ни в дождь,
ни в зной не было ни часа, когда бы он не занимался чем-нибудь
полезным. Зимой соседи всегда находили оправдания для часов, проведенных в праздности, он же смеялся и качал головой, если ему говорили,
что он погубит себя чрезмерным трудом.
— Разве вы не знаете, что сказал Конфуций? — удивлялся юноша. —
«Хочешь сделать работу хорошо — сначала наточи инструменты». Как,
по-вашему, я смогу это сделать, если не буду работать, когда на земле
лежит снег? Подождите до Нового года, тогда увидите, что я тоже люблю
отдохнуть и вволю повеселиться.
Хотя большинство его друзей смеялись над ним, втайне они восхищались его энергией и называли его Кун-фу1. Все пророчили, что когданибудь он станет богатым и сделает честь всей деревне.
В новогодние праздники Кун-фу, верный своему обещанию, охотно
принимал участие в застольях и увеселениях, которые устраивались
в течение пятнадцати дней первого лунного месяца. Однажды, возвращаясь домой после пиршества, он вдруг с грустью подумал, что его мать
за время новогодних каникул не получила никаких подарков, не испытала удовольствий и, кажется, стала совсем худой и бледной. А мать даже
не выходила из дома, занималась ткачеством, питалась очень скудно,
чтобы только немного утолить голод. В благородном порыве он купил
курицу и другие продукты и решил настоять на том, чтобы мать приняла
угощение.
— Матушка, весь прошлый год я старался быть тебе послушным
сыном. Пообещай же, что не откажешь в моей просьбе!
Добрая женщина взяла Кун-фу за руку. Сердце ее сжалось при мысли,
что, возможно, в своем горе она пренебрегла сыном, ведь он один был ей
небезразличен.
— Ты действительно был верным, преданным сыном, — ответила
она, — и я обещаю сделать все, что ты пожелаешь.
1

Кун-фу (кун с кит. — работа; фу — мастер) — мастер на все руки.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

161

— Замечательно! — весело сказал юноша. — Тогда иди в свою комнату,
а я приготовлю ужин. Я хорошо готовлю, и ты скоро в этом убедишься.
И Кун-фу принялся готовить ужин для матери. Нарезал курицу
маленькими кусочками, смешал с пикантной овощной кашей, приправил
чесноком, а затем слепил из этой смеси небольшие шарики, завернул их
в тесто и приготовил на пару. Было уже очень поздно, когда он с улыбкой
позвал мать к праздничному столу.
Вдова, желая угодить сыну, с удовольствием ела приготовленную им
пищу, не подозревая, что ест мясо. Палочки быстро порхали от миски
ко рту, пока не было съедено все, оба были сытые и довольные. Мать
улыбалась и, казалось, была в самом прекрасном расположении духа,
а Кун-фу, обрадованный успехом своей затеи, решил повторить ее.
Поздно ночью Кун-фу проснулся от чьих-то голосов и смеха, раздававшихся из комнаты матери. Он вскочил и уже собирался войти в ее
комнату, как услышал пронзительный крик и понял, что ей грозит опасность. Затем послышался шум топающих ног, смешанный со стонами
умирающего. Толкнув дверь, он бросился к матери. Представьте себе его
удивление, когда он обнаружил, что комната пуста!
Маленькое окно было по-прежнему затянуто бумагой, железные
решетки — на своих местах. Кун-фу застыл от страха. Выйти из комнаты
можно было только через дверь, и он был совершенно уверен, что мимо
него никто не проходил. Дрожащими руками он зажег лампу и внимательно осмотрел комнату. Одеяла на кровати были скомканы, подушка
смята, но других признаков беспорядка не было. Кун-фу стал с тревогой
заглядывать в каждую щель, стремясь найти хоть какой-нибудь ключ
к разгадке страшной тайны, и заметил на столе красный лист бумаги
размером с визитную карточку. На нем были начертаны странные иероглифы и изображено ужасное чудовище, сжимающее в своих лапах
женщину.
Охваченный ужасом, Кун-фу поспешил в ближайший храм, разбудил
доброго священника, которого однажды уже вызывала мать, и рассказал
ему эту жуткую историю.
— Сын мой, — воскликнул священник, — так ты говоришь, что
вчера вечером приготовил ужин? Теперь припомни-ка, из каких блюд
он состоял.
Тут Кун-фу выложил все начистоту, рассказал о своей жалости
к худой, слабой матери, о своем желании, чтобы у нее был хотя бы один
сытный ужин во время новогодних праздников. Юноша рассказал, что
купил на рынке, и о том, с каким удовольствием она ела то, что он приготовил своими руками, не зная, что это было.

162

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Говоришь, она ела твои цзяоцзы1, сын мой? — спросил священник.
— Да, и с большим аппетитом. Мне было приятно видеть, как она
радуется после долгих дней лишений.
— А разве, принимая эту пищу, она не нарушила клятву, данную
богам, что никогда больше не будет вкушать мясо? Говоришь, в твоей еде
была курица?
— Но, достопочтенный бонза2, — запротестовал Кун-фу, — разве
сейчас не Новый год? Разве не разрешается в новогодние праздники
делать то, что в другое время было бы грехом? Разве не сказано мудрецами,
что в Новый год надо развлекаться, чтобы потом работать еще лучше?
— Да, сын мой, — ответил он любезно, ибо был хорошим священником, — все, что ты говоришь, правда, и все же даже в праздное время
человек не должен нарушать обет. Нет такого праздника, когда бы
священная клятва могла быть нарушена. А того, кто нарушил ее, ждет
наказание. Как явствует из бумаги, которую ты нашел, злые духи схватили твою мать и унесли в недра земли, чтобы там наказать. Здесь есть
магические печати демонов, которые обитают в недрах земли. Увы, сам
того не ведая, ты навлек на нее страшные мучения. Самым страшным
будет медленное голодание, ибо демоны сочтут это лучшим способом
напомнить ей о грехе.
Кун-фу отправился домой с тяжелым сердцем, он горько сожалел
о своей ошибке и представлял, как мать страдает из-за его легкомысленности. Она доверяла сыну и даже не подозревала об уловке, с помощью
которой он заставил ее нарушить клятву. Впрочем, молодой человек
действительно верил, что в Новый год клятву можно нарушить, но это
не могло спасти ее сейчас от мучений в Диюе3.
Юноша понял, что не должен поддаваться горю, что ему надо выяснить, как помочь матери. Если она умирает от голода, почему бы ему
Цзяоцзы — китайские пельмени.
Бонза — буддийский священник в Китае и Японии.
3
Диюй (с кит. — подземное судилище) — в китайской мифологии царство мертвых,
ад, преисподняя. Диюй, как правило, изображается подземным лабиринтом с различными уровнями и камерами, в которых заключены души людей после их смерти для
искупления содеянных грехов. Точное число уровней в Диюе и количество связанных
с ними божеств различаются в буддийской и даосской интерпретациях. Некоторые
говорят о трех-четырех «судилищах», другие упоминают «десять судилищ ада»,
каждым из которых управляет судья (в совокупности они известны как десять царей
(ванов) Ямы — бога смерти и справедливости); в иных китайских легендах повествуется о «восемнадцати уровнях ада». Каждый суд имеет дело с различными аспектами искупления и налагает особые наказания; в большинстве преданий говорится,
что грешники подвергаются ужасным пыткам, «до погибели», после чего они вновь
возвращаются к первоначальному состоянию, и пытки повторяются снова.
1
2

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

163

не накормить ее? «Плох тот сын, который, живя в достатке, не поделится с матерью», — подумал Кун-фу.
В то время в городе Фэнду находился древний храм, который был
соединен длинным туннелем с подземными камерами Диюя, где обитали
злые духи. Все знали об этом подземном ходе, но ни один смертный
не решался пройти по нему, опасаясь страшной участи, которая наверняка ожидала его на другом конце, попадись он в лапы демонов.
Однако Кун-фу поддерживала любовь к матери и чувство вины перед
ней. Страх ему был неведом. «Демоны не могут наказать меня за то,
что я хочу помочь матери. Конечно, они могут помешать мне добраться
до нее, но вреда не причинят. Если не получится пройти этот мрачный
путь с первого раза, буду пробовать еще и еще…» — размышлял юноша.
Он сварил рис, положил его в глиняный горшок и отправился в Диюй.
Кун-фу без труда нашел храм, но, если бы не письмо знакомого
священника, он не смог бы попасть в храм, так как он не был открыт
в любое время суток. Оказавшись внутри, он попросил привратника показать ворота в мрачный туннель и дал ему медную монету.
Привратник, увидев открытое лицо и честный взгляд Кун-фу, провел
его в пещеру и указал на ржавые железные ворота, отделяющие земной
мир от подземного.
— Добрый господин, прошу вас, — протягивая привратнику еще
один медяк, взмолился юноша, — откройте ворота, позвольте мне
пройти в туннель и хоть одним глазком взглянуть на место мучений.
— Нет! Нет! — в ужасе закричал привратник.
Но Кун-фу был так настойчив, что в конце концов тот отпер скрипучие
ворота. Не дожидаясь дальнейшего разрешения, Кун-фу распахнул их
и пошел по мощеному подземному ходу, ведущему в камеру его матери.
Смотритель тщетно звал его, но последовать за ним не осмелился.
Целый день Кун-фу шел в кромешной тьме. Стены были покрыты
ужасными изображениями наказаний и пыток, которым подвергались
люди в Диюе, поэтому он не решался зажечь факел.
Наконец, усталый и измученный, молодой человек опустился на землю,
чтобы немного передохнуть. Сон одолел его, и он проспал несколько
часов. Его разбудили раздавшиеся рядом хриплые голоса и смех, но он
ничего не видел в кромешной тьме, а когда зажег факел, в пещере снова
стало тихо, как в могиле. Полагая, что проснулся от кошмара, Кун-фу
поднял горшок с рисом и с ужасом обнаружил, что горшок пуст! На полу
не оказалось ни рисинки, и было совершенно непонятно, куда исчезла
еда. Голоса и смех принадлежали злым духам, которые ждали, когда он
уснет, чтобы отобрать драгоценную еду, которую он нес матери.

164

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Кун-фу не стал тратить время на напрасные сожаления. Он решил
начать все сначала, попробовать пройти этот туннель еще раз и не собирался отказываться от отчаянных попыток добраться до камеры матери.
Юноша пошел назад, думая лишь о том, что мать в опасности.
Кун-фу благополучно выбрался из подземного хода и второй раз
приготовил рис. Затем снова пришел в храм, но на этот раз привратник
и слушать его не стал, сказав:
— Парень, ты уж раз обманул меня, теперь я тебя не пущу.
Только когда бонза рассказал привратнику, что случилось с матерью
Кун-фу, он передумал и снова открыл ворота в Диюй.
— Когда человек теряет мать, как ты, я ни в чем не могу ему отказать, — смягчившись, сказал привратник. — Иди, и да помогут тебе
боги!
И снова Кун-фу отправился в опасное путешествие по туннелю,
но на этот раз он не позволил себе ни минуты отдыха, опасаясь, что сон
сомкнет веки и сделает его бессильным перед демонами.
Наконец в самом конце подземного хода юноша обнаружил, что
дальнейший путь преграждает гигантская огненная стена. Огонь ревел
и трещал так яростно, что даже самые отважные пожарные остолбенели бы от ужаса. Но бесстрашный Кун-фу накинул на голову плащ,
ринулся в бушующее пламя и вмиг преодолел эту стену, оставшись цел
и невредим. И тут он вспомнил про рис, как бы он не подгорел от сильного огня, и открыл горшок.
Тут же над его головой раздалось жужжание, словно кто-то часточасто взмахивал крыльями, и те же хриплые голоса и смех, что он слышал
в первый раз. Закрыв горшок крышкой, он попытался спасти его содержимое. Но увы, было слишком поздно — прожорливые демоны утащили
все до последней рисинки.
Несмотря на вторую неудачу, упрямый Кун-фу решил попробовать еще раз. До сих пор он полагался только на смелость и упорство,
но теперь надо было действовать хитростью. Всю обратную дорогу он
думал, как же ему перехитрить демонов, и наконец придумал.
На этот раз он не стал готовить рис, как раньше, а засунул в горшок
другие продукты — сушеные финики, клубни таро1 и арахис, — все
перемешал и сварил, так что получилась довольно неприглядная на вид
каша.
Таро (лат. Colocasia esculenta) — тропическое окультуренное многолетнее
растение семейства ароидных, один из видов колоказии. В пищу используют крупные
съедобные клубни таро весом до 4 кг, которые готовят так же, как картофель, употребляют в пищу вареными или жареными.
1

Огонь ревел и трещал.., но бесстрашный Кун-фу
накинул на голову плащ, ринулся в бушующее пламя
и вмиг преодолел эту стену, оставшись цел и невредим.

166

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

С этим угощением для демонов он в третий раз отправился в путь,
надеясь, что на этот раз ему повезет.
Кун-фу без труда попал в храм, миновал пещеру, открыл железные
ворота, шагнул в темный туннель, благополучно преодолел огненную
стену, снова открыл горшок, будто чтобы проверить его содержимое,
и снова услышал хриплые голоса и смех. Но в эти голоса и смех теперь
были подмешаны отвращение и злость. Кун-фу понял, что демоны обманулись, уж очень им не понравилась неаппетитная на вид каша, ведь они
сначала «попробовали» ее глазами. Да, еда в глиняном горшке осталась
целой. Он плотно закрыл его крышкой и поспешил дальше.
Вскоре Кун-фу обнаружил, что Диюй разделен на десять этажей
(судилищ) с камерами, где несчастных узников подвергали страшным
мучениям. Крики жертв оглушили Кун-фу, и, если бы не его стойкое
сердце, он отказался бы от своей затеи, хоть и был у цели. Пройдя три
страшных этажа, он попал на четвертый и увидел на стене надпись
огненными буквами: «Здесь правит голод».
Он был уверен, что именно здесь находится его мать, и переступил
порог одной из камер. Здесь уже никто не пытался его остановить; боги,
оценив по достоинству благородный поступок юноши, уберегли его
от опасностей. Сотни жертв демонов корчились в муках голода. Еды
было ровно столько, чтобы не дать им умереть, а значит, не вырваться
из лап мучителей.
В дальнем углу камеры Кун-фу наконец увидел мать. Он не узнал бы
ее, если бы она не окликнула сына, когда тот проходил мимо. Кун-фу склонился над истощенной фигурой матери и не поверил своим глазам —
как же она исхудала!
Не говоря ни слова, он усадил ее поудобнее, зачерпнул ложкой
немного каши, осторожно положил ей в рот — и их ослепил яркийяркий свет, подхватил стремительный ветер, словно их с огромной
скоростью несла сквозь пространство какая-то сверхъестественная
сила… Когда зрение вновь вернулось к ним, мать и сын с изумлением
огляделись вокруг… Они снова были в своем скромном домике!
На столе лежала бумага, на которой было начертано: «Мать освобождается от ужасных мук Диюя благодаря сыновней любви». Мать
и сын взялись за руки, опустились на колени и поблагодарили богов
за чудесное спасение.
С тех пор в двадцать девятый день первого лунного месяца в Поднебесной все добропорядочные китайцы едят «кашу сыновней любви» —
неаппетитную на вид, но очень вкусную, приготовленную по рецепту
Кун-фу.

БОГИ ЗНАЮТ!

вященный конь с пеной у рта бил копытом землю.
— Ничтожный бродяга! — воскликнул он. — Уже второй
раз за десять дней этот парень забывает накормить меня
бобовым пирогом!
— Не волнуйтесь, добрый господин, — заглядывая за решетку
запертых ворот храма, сказала маленькая девочка с измученным
личиком, — вот вам моя лепешка, это, возможно, утолит ваш голод.
Священный конь с любопытством посмотрел на малышку, которая
осмелилась заговорить с ним. Она протянула грязную ручку с кусочком
грубой зерновой лепешки. Конь недоверчиво обнюхал еду, но съел
угощение.
— Кто ты такая? — спросил он наконец, заметив, что девочка
пристально смотрит на него темными глазами.
— Кто я? — повторила она, словно сомневаясь. — Да я и сама
не знаю. Живу в соседней деревне. Одни говорят, что я дочь каменщика,
другие — что я принадлежу жрецу храма на холме. Иногда я думаю, что
я ничья и упала с луны.
Малышка говорила так серьезно, что конь чуть не рассмеялся.
— А кто о тебе заботится? — продолжил он, когда к нему вернулась
прежняя серьезность.
— Сама! Я уже достаточно взрослая и могу сама о себе позаботиться,
по крайней мере, так говорят. Уже два года, как я сама копаю грядки,
а сейчас мне девять.
— Бедное дитя! Значит, о тебе действительно некому позаботиться,
тебе даже негде спать.

168

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Негде спать? Какой же ты смешной! Я могу спать где угодно:
на пшеничном поле, под деревьями, в храме, если пойдет дождь. Беда
не в том, что негде спать, а, наоборот, в том, что мест слишком много.
А иногда мне очень одиноко, и я думаю, было бы лучше, если бы
я умерла, — по лицу девочки покатилась слеза.
— Ну-ну, не плачь, милая! Ты же храбрая девочка. Знаешь, я вдруг
подумал, как по-разному мы с тобой относимся к свободе. Вот ты
говоришь, что тебе бывает одиноко на свободе, хотя ты можешь
бродить всюду, где только вздумается. Увы, мне неведомо это удовольствие. Пятнадцать лет я провел в этом храмовом дворе, и ради чего?
Чтобы толпа глазеющих простаков разглядывала меня как священное
животное.
— А разве ты не священный? — удивленно спросила малышка.
— Священный?! Да брось, я такой же священный, как ты, добрая
девочка, и у меня нет даже и половины тех богатств, что есть у тебя.
Перед тобой открыты тысячи красот природы, а я, — тут конь замолчал,
словно пораженный своим бедственным положением, — я здесь,
за храмовой решеткой, словно преступник в тюремной камере.
— Разве ты не гордишься тем, что люди пялятся на тебя и воскуряют
благовония с твоим именем на устах? — спросила девочка. — Думаю,
тебе это должно нравиться.
— Не скрою, в первые годы своего заточения здесь я задирал голову,
да и какой жеребенок не возгордится при виде людей, которые приходят
каждый день, чтобы вознести к нему молитвы и склониться перед ним,
словно перед богом? Однако мое тщеславие длилось недолго. Вскоре
я перерос эти глупые чувства и стал страдать от своего рабства. Какое-то
время я отказывался от еды и даже хотел уморить себя голодом, но потом
это показалось мне глупым. Любая жизнь, даже самая никчемная, лучше
смерти. Дважды я пытался сбежать, но мои усилия были тщетны: охранники зорко следили за мной, и оказалось, что шансов на побег у меня
нет. С тех пор я делаю вид, что всем доволен, мне хватает еды, но это
не приносит мне счастья. А теперь парень, который за мной ухаживает, стал обманывать меня. Он недодает мне бобового пирога, а иногда
и вовсе не приносит его. Вчера я видел, как он отломил большой кусок,
чтобы отнести жене и детям.
— Да, но даже и без пирога вам дают много еды, гораздо больше,
чем есть у нас, бедных. Я была бы счастлива, если бы получала в три дня
столько, сколько вам дают за раз.
Конь на мгновение задумался, потом посмотрел в глаза маленькой
прихожанке.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

169

— Если ты действительно завидуешь моей участи, давай поменяемся! Как тебе такая идея? О нет, я не имею в виду волшебные превращения: тебя — в лошадь, а меня — в девочку, — с улыбкой добавил
он. — Все гораздо проще. Ты придешь сюда вечером, отопрешь ворота
и выпустишь меня, а сама займешь мое место. Я вырвусь на свободу
и помчусь на поиски приключений так быстро, как только могут нести
ноги, а у тебя появится шанс убедиться, каково это, когда тебя кормят
досыта и боготворят.
— Но разве служители храма и прихожане не убьют меня за то, что
я выпустила тебя на свободу и притворилась священным ребенком? —
с удивлением спросила девочка.
— О нет, вовсе нет, ты такая же священная, как и я. Когда люди увидят
тебя на моем месте, они просто скажут, что это еще одно чудо, явленное
богами. Может быть, они даже назовут тебя богиней. Ты уверена, что
здесь тебя никто не знает?
— Ни единая душа. До сих пор я никогда не выходила за пределы
Ланьтяня, а это, должно быть, в двадцати ли1 отсюда. Но неужели вы
думаете, что люди будут поклоняться мне, маленькой нищенке?
— Думаю? Да я уверен в этом! Подожди немного и увидишь. Ну, что
скажешь?
— Я согласна, — прошептала девочка, будто боясь, что конь откажется от своего предложения. — Когда мне прийти? Я могу в любой час,
который назовете.
— Тогда давай в одиннадцать. До рассвета я уже буду далеко от этой
долины, там, где люди не признают во мне священного коня. Будет очень
досадно, если они захотят вернуть меня обратно.
Ночью, как только взошла луна, девочка проскользнула через ограду
храма и направилась к стойлу священного коня. Не испытывая ни малейшего страха и не обращая внимания на статуи богов, она подошла
к коню. Тот вгляделся в темноту и, увидев свою новую знакомую, дружелюбно заржал.
— Ты как раз вовремя. Я боялся, что ты проспишь или вовсе
не придешь, когда стемнеет.
— Конечно, нет! Только я должна кое о чем спросить вас. Что
я должна отвечать, если меня станут расспрашивать?
— На все вопросы отвечай: «Боги знают!» — потом молчи с умным
видом. Вот увидишь, очень скоро ты будешь признана богиней или феей,
посланной с небес. Тебя отведут в роскошные покои в полной уверен1
Ли — китайская единицы измерения расстояния, составляет 300 или 360 шагов;
стандартизированное метрическое значение — 500 м.

170

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

ности, что благородный священный конь превратился в другую, более
высшую божественную форму. В этом сундуке ты найдешь дорогие
ткани — это мое одеяние, предназначенное для торжественных случаев.
Накинь их, чтобы скрыть нищенские лохмотья. Думаю, они будут тебе
к лицу.
— О, благодарю! Вы такой заботливый! — отпирая ворота, пробормотала девочка. — Теперь вы свободны. Но куда бы вы ни отправились,
помните, что у вас есть друг, который переживает за вас. Если когданибудь вы устанете от странствий, возвращайтесь сюда, и я смогу вас
утешить.
Девочка обвила руками шею своего единственного друга и нежно
погладила его. Конь с тоской взглянул на нее в последний раз и, заржав
на прощание, рысью помчался прочь со двора. Девочка заперла ворота
и вернулась в стойло священного коня. В углу она обнаружила сундук
с дорогими одеждами. Ей не потребовалось много времени, чтобы
завернуться в тончайшие шелка, так что теперь никто не узнал бы в ней
вчерашнюю нищенку. Предаваясь сладким мечтам о завтрашнем дне,
когда люди придут поклониться ей, девочка задремала.
Через несколько часов после полуночи две темные фигуры незаметно прокрались за ограду храмового двора и приблизились к стойлу,
где спала девочка. Услышав грубые голоса, она вздрогнула и проснулась.
— Дурак! Какая разница, священный это конь или нет. Главное, как
быстро он может передвигаться. Это все, что нам сейчас нужно. Люди,
проникшие в дом мандарина1 и укравшие сокровища, не должны задумываться о том, на каком коне они убегут. Ох и тяжелы же сокровища
мандарина! Мы не сможем долго тащить мешок на себе. Погрузим его
на эту клячу, тогда в два счета выберемся из долины и окажемся в безопасном месте.
— А если конь все-таки священный, что тогда? Боюсь, это может
испортить все дело. Я с самого начала был против твоего плана.
— Не будь трусом, Ву. Одно я знаю точно: конь поможет нам поскорее
скрыться отсюда, даже если он священный. Этой старой, ленивой шкуре
будет полезно прошвырнуться по стране. А сюда посадят другого коня,
и кто заметит разницу?
В этот момент из темноты вынырнула крошечная фигурка, завернутая в шелка, подошла к решетке и встала в двух шагах от воров.
— И кто заметит разницу? — топнув ногой, повторил первый.
— Боги знают! — прозвучал ответ, ясный, как голос с небес.
1
Мандарин — данное португальцами название чиновников в имперском Китае,
позднее также в Корее и Вьетнаме.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

171

И остолбеневшие от ужаса воры увидели прекрасное создание,
которое они приняли за доброго духа, пронзившего их этими словами
прямо в сердце. Истошно крича и дрожа всем телом от страха, воры
бросили мешок с сокровищами и пустились наутек.
Девочка, усмехнувшись, — ну и суматоху же она вызвала! —
с большим трудом волоком втащила тяжелый мешок с сокровищами
в стойло и стала один за другим доставать драгоценности — дорогие
кадильницы, золотые подсвечники, украшения из слоновой кости... Она
разложила их перед собой и при лунном сете невольно залюбовалась,
такая красота ей и не снилась. «Неужели мандарин — бог, — спрашивала она себя, — если в его доме хранилось так много священных предметов?» Но усталость взяла свое, веки девочки закрылись, и она уснула.
Когда она проснулась, ярко светило солнце, и двор был полон народа.
Во главе толпы был мандарин в роскошном одеянии, соответствующем
его званию и должности. За ним стояла рота солдат. Девочка была поражена неожиданным зрелищем, но молчала с умным видом. Мандарин
взглянул на нее, затем на украденные у него сокровища и потерял дар
речи. Опомнившись, он спросил:
— Как ты здесь оказалась, дитя мое?
— Боги знают! — ответила девочка, хорошо усвоив наставления
священного коня.
Все обомлели от этих слов и от сияния, которое, казалось, исходило
от ее лица.
— Но где же священный конь?
Девочка посмотрела мандарину прямо в глаза и повторила:
— Боги знают!
Солдаты побледнели, кто-то даже из благоговения упал на колени.
«Она богиня», —зашептали вокруг.
— Эти сокровища были украдены из моего дома прошлой ночью.
Воров выследили и поймали у ворот храма, — указывая на украденные
вещи, сказал мандарин. — Как эти вещи попали к тебе, крошка?
— Боги знают! — в третий раз проговорила девочка, и лицо мандарина вытянулось под ее проницательным взглядом.
— Поистине, боги знают все, и это чудо, должно быть, сотворили
они! — воскликнул он.
И тут солдаты все как один упали на колени перед девочкой из лошадиного стойла.
По всему миру разнеслась молва, что священный конь, которому
так долго поклонялись в китайском храме, превратился в маленькую
богиню, в присутствии которой воры затрепетали и отказались от злых

172

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

намерений; и люди стали съезжаться сюда со всех концов земли, чтобы
посмотреть на маленькую богиню, посланную с небес, чтобы благословить человечество.
— Она богиня обездоленных! — восторженно говорили люди. —
Если воры проникнут в дом и что-нибудь украдут, пострадавшим достаточно будет обратиться с просьбой к новой бессмертной, и потерянное
будет возвращено.
Вскоре под руководством мандарина, который первым обратил
внимание на девочку, была собрана большая сумма денег, с тем чтобы
возвести дворец, достойный новой богини. Выбрали прекрасный
участок земли и построили такой роскошный дворец, что девочка чуть
не заплакала от радости и подумала: «Ах, если бы добрый конь был
сейчас здесь, чтобы разделить со мной эту радость!»
Каждый день множество прихожан приходили посмотреть на маленькую богиню и, при первом взгляде на нее, падали ниц, касаясь лбом
земли.
Прошло десять лет, десять замечательных лет, но девочка, ставшая
уже взрослой, была далека от счастья. Да, ее все любили и почитали как
богиню обездоленных, но все же она была одинока. Как же она тосковала! Как ей не хватало друга! Однажды ночью, когда девушка гуляла
одна по саду, к ней подбежал слуга и сказал:
— Глубокочтимая госпожа, у ворот замка происходит нечто странное.
— Прошу тебя, расскажи мне все.
— Час назад кто-то подошел к замку, постучал и прервал ужин
привратника. Открыв ворота, он увидел старого белого коня без
наездника и без сбруи. Конь, судя по всему, пытался пройти во двор.
Привратник прогнал животное и только сел за стол, как стук повторился. Он снова прогнал незваного гостя.
— Пустите его во двор, — повелительно взмахнув рукой, сказала
девушка. — Даже коню не должно быть отказано увидеть меня.
Слуга удалился и через некоторое время появился вновь, ведя
за собой белого коня. Конь хромал и явно выбился из сил.
Девушка отпустила слугу и подошла к своему старому другу. Она
сразу узнала его, хотя тот несколько утратил благородную стать, которой отличался во время пребывания на храмовом дворе.
— Мой дорогой священный конь, неужели это ты? — запинаясь,
спросила она. — Ты, которому я обязана своей нынешней роскошью?
— Да, это я, — тихо ответил конь. — Я пришел, чтобы попросить
скромный уголок в твоей конюшне и провести свои последние дни
рядом с обожаемой госпожой, которая, я знаю, пожалеет меня.

— Мой дорогой священный конь, неужели это ты? — запинаясь,
спросила она. — Ты, которому я обязана своей нынешней роскошью?
— Да, это я, — тихо ответил конь. — Я пришел,
чтобы попросить скромный уголок в твоей конюшне...

174

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Но разве ты не наслаждался свободой, которой так жаждал? —
осторожно спросила девушка.
— Нет, ибо свобода — ничто без дружбы, а дружба — ничто без
любви. Когда я был священным конем при храме, все почитали меня
и называли господином. Когда же я стал свободным и пустился странствовать по свету, меня уже никто не называл господином, я стал рабом,
и каждый, кто встречался мне на пути, становился моим господином.
Но и в той, и в другой жизни я был одинок и не мог наслаждаться прелестью и счастьем дружбы. Только ты, кажется, готова дать мне то, чего
я так хочу. Поэтому я и вернулся к тебе.
Девушка обвила руками шею верного коня, прижалась к нему,
и жалостливые слезы потекли по ее щекам.
Конь молча смотрел на нее.
— Неужели ты, — сказал он наконец, — ты, живущая в этом
роскошном дворце, тоже несчастна?
— Боги знают! — был ответ.
Девушка закрыла глаза в надежде избавиться от страшного видения,
навеянного этими роковыми словами. Увы, это была правда — она
несчастна.
Вдруг все ее существо охватил необъяснимый трепет. Измученное
сердце забилось сильнее, и, открыв глаза, она увидела, что священный
конь исчез, а ее руки обвились вокруг шеи прекрасного юноши.
— Ах, любимая! — шептал он. — Поистине, свобода — ничто без
дружбы, а дружба — ничто без любви! Дорогая, теперь ты счастлива?
— Боги знают!
— Да, — добавил он глубоким, исполненным священной любви
голосом, — боги знают!

СУДЬБА СИНА ЛИ

ин Ли был хорошим сыном. С тех пор как умер отец, он
добросовестно помогал своей матушке. Всегда послушный,
ласковый, прилежный, веселый и улыбчивый, он снискал
доброе расположение всех, кто его знал. В деревне, где он жил, родители других детей ставили его в пример своим сыновьям. Неудивительно, что мать гордилась им и неустанно хвалила.
В день восемнадцатилетия мать позвала сына из сада, где он работал,
и попросила присесть на несколько минут рядом, выпить чашку чая
и поговорить о его будущем.
— Сын мой, — глядя на него с любящей улыбкой, сказала мать, —
благодаря твоим сильным рукам и отзывчивому сердцу нам больше
нечего бояться ни голода, ни холода. Сегодня тебе исполнилось восемнадцать, ты уже взрослый. В знак благодарности за твою сыновнюю
любовь я хочу тебя осчастливить.
Син Ли с удивлением посмотрел на мать. Он даже не мог предположить, что она имеет в виду, и его сердце учащенно забилось.
— В награду за твое трудолюбие, доброту и преданность, — продолжала она, — я разрешаю тебе самому выбрать себе жену. Китайские
родители, как ты знаешь, не советуются со своими детьми в таких делах
и выбирают невесту или жениха за них. Ты мудр не по годам. Если у тебя
на примете уже есть девушка, на которой ты хотел бы жениться, назови
ее имя, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы угодить тебе. Пришло
время, чтобы в наш дом вошла женщина помоложе и взяла на себя часть
забот. В твой девятнадцатый день рождения, ровно через год, я хочу
сыграть твою свадьбу.

176

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Син Ли очень обрадовался словам матери. Уже несколько лун он
был влюблен в красивую девушку из соседней деревни. Не раз он видел,
как она набирает воду из колодца, и любовался ее миловидным лицом
и грациозными движениями. Но Син Ли не решался рассказать об этом
матери, опасаясь, что она сочтет, что он слишком рано влюбился, ведь
он не был женат на этой девушке. Надо заметить, что в Китае мужчине
не разрешается влюбляться и даже видеть свою суженую, пока она
не войдет в его дом как жена. Этот обычай должны соблюдать все китайские мужчины, чтобы никто не мог упрекнуть супругов.
— Дорогая матушка! — воскликнул Син Ли. — Твои слова, что
солнце для земли, одаряющей нас своими плодами! Твои слова слаще
музыки, ярче цветов в весеннюю пору! Ты разгадала тайну моего сердца
и, вместо того чтобы пожурить меня, предлагаешь помощь.
— Неужели ты уже выбрал себе суженую? — улыбнулась мать. — Что
ж, очень хорошо. Надеюсь, в девятнадцать ты будешь мудрее и опытнее
девяностолетних мужей. Доверься мне, и я сделаю все, чтобы твои
желания исполнились.
Не раздумывая Син Ли открылся матери. Заботливая женщина
не замедлила позвать подругу и попросила ее помочь организовать
помолвку. Вскоре в честь помолвки Сина Ли с самой красивой девушкой
из соседней деревни устроили пир.
Одиннадцать месяцев радостного ожидания прошли как во сне. Син
Ли сделал небольшую пристройку к дому и посадил под окном цветы
в надежде, что они порадуют его невесту. Чем бы Син Ли ни занимался,
в голове его все время крутились мысли о будущей семейной жизни.
— Если после свадьбы ты останешься таким же усердным и трудолюбивым, твоя жена будет как за каменной стеной, — смеясь, говорила мать.
Однажды Син Ли поехал по делам в город. Он уже собирался
отправиться домой, как его внимание привлек прорицатель во дворе
храма. Вокруг собралось немало любопытных. Старик развлекал толпу
диковинными предсказаниями. Когда Син Ли оказался среди толпы,
прорицатель, сразу догадавшись, что он чужой в городе, окликнул его
и попросил подойти поближе. Толпа тут же расступилась, Син Ли
с недоверчивой усмешкой предстал перед человеком, наделенным даром
предвидения, и подал ему медную монету.
Вглядевшись в лицо молодого человека, прорицатель вдруг помрачнел, погладил бороду, словно о чем-то размышляя, на его лице отразились печаль и сострадание.
— В чем дело? — осторожно спросил Син Ли, заметив замешательство старика. — Что ты видишь? Говори! Я ничего не боюсь.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

177

— Увы! — ответил прорицатель. — Я ясно вижу, что ты обречен
на смерть.
— Ты шарлатан и знаешь о будущем не больше, чем все эти
люди, — указывая на собравшуюся вокруг толпу, усмехнулся Син Ли,
хотя и не смог сдержать дрожи в коленях.
— Мальчик мой, это не шутка. В тот день, когда ты достигнешь
возраста, указанного в этой бумаге, боги заберут твой дух, и ты больше
не сможешь вернуться на землю.
С этими словами он достал пожелтевший лист бумаги и, протянув
его Сину Ли, указал на начертанные на нем иероглифы.
Син Ли схватил лист дрожащей рукой и не поверил своим глазам:
на листе стояла цифра «девятнадцать». Неужели?! Неужели он умрет
в свой девятнадцатый день рождения?!
— Уважаемый господин, это же день моей свадьбы! — воскликнул
он. — Не допустили ли вы ошибку в предсказании?
— Никакой! — торжественно ответил тот. — То, что предначертано
судьбой, ни волей, ни силой человеческой нельзя изменить.
— Значит, мне осталось жить неделю… — прошептал несчастный
Син Ли. — Всего неделю…
— Поскорее отправляйся домой, чтобы успеть уладить все дела и попрощаться с родными и близкими.
— О, бедная, бедная матушка! — жалобно стонал Син Ли, протискиваясь сквозь толпу. — Что же с ней будет?
В тот же вечер Син Ли вернулся домой. Мать сразу поняла: случилось что-то неладное, но никак не могла выпытать у сына, отчего он так
печален.
Син Ли отказался от ужина и сидел, потупив голову.
Когда мать наконец уговорила его рассказать, что случилось, так
расстроилась и была так подавлена страшным известием, что два дня
ничего не ела, две ночи металась по постели и не могла уснуть.
Вскоре весть о скорой смерти Сина Ли разнеслась по деревне.
Родственники и друзья приходили в их дом в любое время, чтобы из его
уст услышать, как прорицатель предсказал ему смерть в тот день, когда
была назначена свадьба.
Одна сухонькая, сморщенная старушка сказала, что грядущее несчастье — это кара богов за то, что мать разрешила Сину Ли самому выбрать
себе жену, а не сделала это за него, как было принято.
Хотя мать юноши не была суеверной, эти слова заставили ее задуматься. «Если я стала причиной несчастья сына, то должна немедля
что-то предпринять, чтобы спасти его», — размышляла она. Мать посо-

Когда Син Ли уже готов был упасть от усталости, он обогнул
огромный валун и оказался на вершине горы. Там, как и говорил
прорицатель, он нашел двух стариков, играющих в шахматы.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

179

ветовала сыну вернуться в город, разыскать прорицателя и засыпать его
вопросами. Может, тот как-нибудь проговорится, и Син Ли узнает, как
ему спастись.
Син Ли так и сделал. Прорицатель сразу узнал его и грустно улыбнулся. Старик внимательно выслушал нетерпеливые вопросы юноши и,
немного помолчав, ответил:
— Мальчик мой, у тебя остаеся единственный шанс. Завтра утром
встань пораньше и отправляйся на вершину вон той горы. Возьми
с собой кусок жареной оленины и флягу старого вина. Когда достигнешь
вершины горы, увидишь двух стариков, играющих в шахматы. Положи
свое угощение рядом с ними, но ни в коем случае не прерывай их игру.
Когда они закончат, подойди и попроси рассказать, как тебе спастись
от скорой смерти. Если они ничего не ответят, ты обречен.
Син Ли поблагодарил прорицателя и ушел. Его сердце учащенно
забилось при мысли, что еще есть надежда на спасение.
На рассвете (оставался только один день до его девятнадцатилетия)
он отправился в путь. Несколько часов юноша упорно поднимался в гору
по крутой тропе. Ему казалось, что он никогда не доберется до вершины.
Наконец, когда Син Ли уже готов был упасть от усталости, он обогнул
огромный валун и оказался на вершине горы. Там, как и говорил прорицатель, он нашел двух стариков, играющих в шахматы.
Син Ли неслышно подошел, положил рядом с ними оленину
и вино, а затем молча стал наблюдать за игроками. У одного старика
лицо было доброе, открытое и светилось радостью, другой же был
мрачный и хмурый, словно ненавидел всех и вся. Они были так увлечены игрой, что даже не взглянули в его сторону. Партия близилась
к концу, и Син Ли с увлечением следил за очередным ходом каждого
игрока.
Надо сказать, что в детстве единственным развлечением Сина Ли
были шахматы, играл он мастерски, это было известно всем его друзьям.
Вдруг мрачный старик скрипуче засмеялся, передвинул ферзя
и торжествующе воскликнул:
— Шах и мат!
— Да, я ожидал этого. Признаться, игра заставила меня понервничать, — улыбнулся его соперник и стал убирать с доски оставшиеся
шахматные фигуры.
Син Ли приметил ход, с помощью которого светлый старик мог
избежать поражения, и взволнованно воскликнул:
— Добрый господин, передвиньте свою оставшуюся пешку, и вы
добьетесь ничьей.

180

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Игроки изумленно посмотрели сначала на дерзкого нарушителя
спокойствия, а затем на шахматную доску.
— Совершенно верно, молодой человек. У вас зоркий глаз и острый
ум, — сказал светлый старик. — Но боюсь, вы поступили опрометчиво,
сказав мне об этом.
— О, все в порядке! — фыркнул его соперник. — Мне надоело постоянно выигрывать. Эй! Что это? Еда и выпивка? Ты пришел вовремя,
дружище. Я прощаю тебя за то, что ты сунул ложку в чужой бульон.
Старики принялись за еду. Они с удовольствием пили вино и закусывали олениной, время от времени обсуждая моменты игры. Иногда
мрачный старик подшучивал над светлым, что тот позволил мальчишке
обучать его игре в шахматы.
Закончив трапезу, они повернулись к Сину Ли, ожидая, что он
скажет, словно знали, что он пришел за советом.
— Достопочтенные старцы, — дрожащим от волнения голосом
начал юноша, — перст судьбы направил меня к вам. Меня нисколько
не интересует шахматная игра, я ищу спасения от смерти, ибо я обречен
завтра умереть.
— Как тебя зовут? — спросил один из них, доставая откуда-то
огромную книгу.
Син Ли назвал свое имя и деревню.
— Да, это действительно так. Твоя смерть назначена на утро, —
проговорили они в унисон, читая иероглифы на открытой странице
огромной книги, — ибо так тебе суждено отпраздновать девятнадцатый
день рождения.
«Это будет печальный праздник…» — вздрогнул Син Ли и рассказал
старцам о своем доме, о матери, предстоящей свадьбе и роковом путешествии в город. Когда он сообщил им о предсказании прорицателя,
мрачный старик прервал его:
— Прорицатель поступил неразумно, сказав тебе об этом. События,
которыми управляют боги, не для людских ушей. Дай нам взглянуть
на бумагу, что дал тебе прорицатель.
Син Ли достал пожелтевший лист бумаги и подал старцам.
— Послушай, юноша, — сказал светлый старик, которому Син Ли
осмелился дать совет по поводу игры в шахматы. — Мне нравится твое
бесстрашие. Ты честный и прямой. Сам того не подозревая, ты сегодня
сделал то, на что не всякий решится. Знаешь, кто мы?
Син Ли в замешательстве покачал головой.
— Так знай, — продолжил добрый старик, — мы владыки: я —
Южного неба, а он — Северного. Я бог жизни, а он бог смерти.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

181

Увидев благоговение на лице Сина Ли, бог жизни весело рассмеялся.
— А теперь, в качестве благодарности за услугу, которую ты оказал
мне сегодня, не позволив моему другу выиграть последнюю партию,
я хочу спасти тебя от ранней смерти.
— И я, — скрипуче засмеявшись, сказал бог смерти, — в качестве
благодарности за услугу, которую ты оказал сегодня моему желудку, хочу
помочь тебе, несмотря на то что ты и предотвратил поражение моего
соперника.
Син Ли пал ниц перед вершителями его судьбы, но они велели ему
подняться и понаблюдать, что они будут делать. Старцы положили
на плоский камень роковой лист бумаги.
— Смотри, — сказал бог жизни, — здесь, где начертана цифра
«девятнадцать», означающая, что ты должен умереть в девятнадцать лет,
мы вставим еще один значок, и получится цифра «девяносто девять».
Живи до глубокой старости. Смело шагай по дороге жизни и твори
добро, где бы ты ни находился.
Син Ли спрятал драгоценный лист бумаги за пазуху, обернулся,
чтобы поблагодарить своих избавителей, а их уж и след простыл.
С легким и благодарным сердцем он спустился с горы и пошел
в родную деревню, где его ждали мать и невеста.

МАЛЬЧИК-СТАРИЧОК И ТИГР

ного веков назад в провинции Хэнань родился
мальчик, который, как гласят старинные
предания, отличался от всех, кто когда-либо жил
на свете. Дело в том, что он родился стариком: с желтой морщинистой
кожей, седыми волосами, кривыми, уродливыми зубами.
Родители так и ахнули от изумления. Отец выбежал на улицу
и позвал соседей посмотреть на это чудо. Но их реакция, когда они
впервые увидели младенца, была не сравнима с той, когда малыш, которому исполнился час от роду, зашевелил губами и на чистом китайском
языке торжественно произнес:
— На земле или на небе — куда бы вы ни взглянули — одна лишь
мудрость достойна вашей похвалы.
Кто-то из соседей закричал, что младенец — бог. Кто-то сказал,
что он дух. Родители же назвали его Мальчик-старичок из-за странной
внешности, и вскоре все жители деревни стали называть его добрый дух
Мальчика-старичка.
Когда он вырос, его внешность почти не изменилась. Но слава о его
мудрости и добрых делах разлетелась по всему миру. Говорят, что жизнь его
длилась несколько столетий и он унес в могилу секрет своего долголетия.
Вот одна из многочисленных историй, что рассказывают о нем в Китае.
***
Уже много дней подряд кровожадный тигр опустошал одну из отдаленных провинций Китая. Его логово находилось в горной пещере.
С наступлением темноты он бесшумно спускался с горы и подстерегал

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

183

отару овец. Загрызть одну-две овцы на ужин ему казалось мало, и тигр
безжалостно убивал почти всю отару. Насладившись запахом крови,
он незаметно, как тень, возвращался в пещеру. Его желто-зеленые глаза
излучали дикий свет, когда он вспоминал о корчащихся жертвах.
Жители деревень прозвали его Шань-ван1, хотя ему подошли бы
и другие прозвища, например, Губитель или Кровожадный.
И так Шань-ван наводил ужас на всю округу. Не было ни одного дома,
который бы не пострадал от его жестокой силы. Домашний скот и даже
люди попадались ему в лапы, и так велико было разорение, которое
он совершал во всей провинции, что они возжигали благовония перед
своими богами и молились о защите от смертоносных набегов тигра.
Мандарин провинции во всеуслышание объявил о богатом вознаграждении тому, кто расправится с душегубом. Были организованы
охотничьи отряды, но ни один человек в долине не владел оружием
так хорошо, чтобы справиться с кровожадным зверем, и никто не мог
придумать, как его убить. И каждый раз, когда кто-то очень хвастливый
и самоуверенный отправлялся на охоту и возвращался без желанного
трофея, натыкался на насмешки товарищей. Зверя пытались выследить в горах, опытные лучники целыми днями простаивали у входа
в пещеру, где находилось логово зверя, но тщетно. Было очевидно, что
существовал еще один выход из пещеры, через который тигр ускользал
от своих врагов.
Наконец один путешественник, оказавшийся в тех краях, предложил местному населению обратиться за помощью к Мальчику-старичку
и рассказал о его невиданной мудрости и добрых делах. Всем понравилось это предложение, и к маленькому мудрецу отправили гонца
рассказать о бедах и попросить о помощи. Мальчик-старичок выслушал
рассказ, лицо его еще больше сморщилось, и он торжественно произнес:
— Возвращайся так же быстро, как пришел сюда. В ваших бедах
не только Шань-ван виноват, — и больше не проронил ни слова.
Гонец был озадачен поведением Мальчика-старичка, но когда он
вернулся в свою деревню, на душе у него стало легко, и он сказал встревоженным жителям, что верит, что добрый дух поможет им.
А тигр продолжал совершать набеги и все убивал скот и людей.
Однажды над долиной нависла черная туча. Все были уверены, что
она прольется дождем. Туча опускалась все ниже и ниже, пока наконец
деревья и дома не очутились в ее влажных объятиях. Но едва черная
туча коснулась земли, как из нее вырвался яркий луч света, и взору изумленных жителей явился маленький забавный старичок.
1

Шань-ван (шань c кит. — горы; ван — царь) — царь гор.

184

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Это добрый дух! — раздались отовсюду возгласы. — Он пришел,
чтобы спасти нас от беды!
— Да, дорогие мои, — ответил Мальчик-старичок (это действительно был он), — я пришел избавить вас от беды. Доверьтесь мне, и все
у вас будет хорошо.
Взволнованные мужчины и женщины столпились вокруг прибывшего, каждому хотелось взглянуть на человека, который был известен
всему Китаю как мудрец и добрый дух.
Сначала люди рассказали ему о своих бедах и что всячески пытались избавиться от Шань-вана. Выслушав их рассказ, Мальчик-старичок
улыбнулся:
— Вы хорошо потрудились, но неудивительно, что у вас ничего
не получилось. Вы не знаете Шань-вана. Сегодня же я отправлюсь
на гору и попытаюсь его поймать.
Собравшиеся одобрительно закивали. Они были наслышаны о том,
что Мальчик-старичок отрицательно относится к кровопролитию,
пусть даже дикого зверя, поэтому опасались, как бы он не отказался им
помочь.
— Друзья мои, — продолжал добрый дух, — кто из вас готов отправиться со мной в горы? Мне нужен проводник и помощник.
Все мужчины охотно согласились пойти с ним, потому что, доверившись доброму духу, были уверены в успехе. Выбрав крепкого молодого парня по имени Ву, Мальчик-старичок попросил жителей деревни
привести недавно отлученного от вымени козленка. Они выполнили
просьбу, решив, что козленок будет приманкой при охоте на тигра.
Через несколько часов Мальчик-старичок и Ву отправились в пещеру.
Ву нес козленка на руках, Мальчик-старичок держал зажженный факел.
Толпа, наблюдавшая, как они удалялись, была в недоумении.
— Они пошли на тигра без оружия!
— Что бы это значило?
— Боюсь, мы их больше не увидим. Старый Шань-ван быстро с ними
расправится.
— Потише, дружище! Разве ты не знаешь, что этот Мальчикстаричок — добрый дух?
И вот Мальчик-старичок и Ву исчезли из виду. Через некоторое
время они оказались в просторной пещере, которая была так хорошо
освещена проемом в скале, что факел не понадобился. Кости овец
и крупного рогатого скота, валяющиеся повсюду, указывали на многочисленные пиры, которые устраивал здесь Шань-ван. В углу они
увидели песчаное ложе хищника. Мальчик-старичок велел Ву поло-

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

185

жить козленка наземь. Свернувшись калачиком, малыш вскоре уснул,
а Ву и добрый дух скрылись в темной расщелине с подветренной
от пещеры стороны.
— Тигр нас не тронет, — сказал Мальчик-старичок. — Запах
козленка — наша защита. Не оглядывайся по сторонам. Не опасайся.
Смотри только на меня, пока я не разрешу тебе обернуться.
Ветер стих и несколько часов все было тихо. Добрый дух оставил
Ву в полном неведении, не рассказав о своих планах. Волнение нарастало. Каждый шорох заставлял гулко стучать сердце Ву. Чувствуя, что
они находятся во власти самого дикого и опасного зверя, который
когда-либо бродил по горам, Ву открыл было рот с мольбой о помощи,
но, увидев невозмутимое спокойствие Мальчика-старичка, решил ему
полностью довериться. Усталость вскоре сморила парня.
Прошел час. Ву почувствовал легкое прикосновение и открыл глаза.
Добрый дух кивнул ему. Ву обернулся в сторону пещеры: перед входом
в нее стоял огромный зверь с молодым оленем в зубах. Тигр увидел
на своем ложе беспомощного козленка, бросил жертву и с диким ревом
прыгнул в центр пещеры. У Ву пробежал мороз по коже.
Казалось, тигр вот-вот проглотит спящего малыша живьем. Но тут
произошло нечто странное. Дикий зверь вдруг затих, ласково лизнул
козленка в нос, а тот, проснувшись, казалось, не испытывал никакого
страха. Затем с довольным урчанием, которое отозвалось в пещере
глухим эхом, Шань-ван улегся рядом с козленком. Вскоре оба уже
крепко спали как ни в чем не бывало. Удивленный Ву перевел взгляд
с тигра на своего спутника и увидел, что добрый дух тоже улегся наземь
и задремал. Тогда Ву решил, что и он может уже спокойно вздремнуть.
Через несколько часов их разбудили необычные звуки. Тигр
и козленок катались по земле, резвясь и играя. Шань-ван, ласковый,
как котенок, притворялся спящим, а козленок набрасывался на него,
как силач. Дикий зверь, изображая ярость, рычал от злости и щелкал
зубами, но бесстрашный козленок не унимался, и поединок продолжался. В конце концов «соперники» помчались наперегонки к входу
в пещеру и выскочили из нее.
Добрый дух улыбнулся и сказал:
— Пока все идет хорошо.
— Ничего не понимаю, — отозвался Ву. — Я думал, мы пришли
сюда, чтобы убить Шань-вана.
— О-хо-хо! — воскликнул Мальчик-старичок. — Разве ты не слышал,
что ловить, например, рыбу, можно разными способами? Разве я хоть
раз обмолвился об убийстве тигра? Пойдем, я тебе кое-что покажу.

Каждый шорох заставлял гулко стучать сердце Ву...
Он открыл было рот с мольбой о помощи, но, увидев невозмутимое
спокойствие Мальчика-старичка, решил ему полностью довериться.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

187

Они направились к входу в пещеру. Снаружи, в нескольких метрах
от них, копошился козленок, а огромный полосатый кот тщательно
вылизывал свои лапы.
— Там, где есть любовь, — добавил мудрец, указывая на них, —
исчезают злоба и ненависть. Возвращайся в деревню. Пусть никто даже
не помышляет об охоте на тигра. Через шесть лун я вернусь. Доверьтесь
мне и ждите.
С этими словами добрый дух уселся на облако, которое незаметно
для Ву опустилось на гору, и, дружески помахав ему на прощание, исчез
так же, как и появился в долине.
Ошеломленный таким неожиданным поворотом событий, Ву
не сразу отправился в деревню. Когда же он наконец вернулся домой,
его окружили жители, которым не терпелось узнать, как прошла охота
на тигра.
— Вы поймали его? — взволнованно спросили они.
Ву подробно рассказал обо всем, что произошло. Жители деревни
были озадачены не меньше его самого.
— Этот старик — мошенник, — глубокомысленно заметил учитель.
— И мой козленок пропал даром, — добавил крестьянин, который
пожертвовал своим домашним животным.
— Давайте подождем, а там увидим, — предложил священник.
И так как они не могли прийти ни к какому разумному выводу, то
решили подождать.
В течение нескольких месяцев в долине творилось нечто необычное.
Через три дня после визита в деревню Мальчика-старичка тигр напал
на стадо скота, но, вместо того чтобы убивать всех поголовно ради
удовольствия, как раньше, задрал только двух телят. Одного съел
на месте, а второго унес в пещеру. А через неделю, к радости всех жителей
деревни, он съел никчемную собаку, которая уже давно досаждала людям.
На третьей неделе только одна овца стала жертвой Шань-вана.
Вскоре настроения в деревне изменились: те, кто раньше посмеивались над добрым духом, теперь стали замечать, что в поведении тигра
произошли чудесные перемены, и повторять слова, сказанные Мальчиком-старичком на горе: «Там, где есть любовь, исчезают злоба и ненависть». Жители деревни, наконец, начали понимать их значение.
Спустя три месяца после достопамятного похода с Мальчикомстаричком в горную пещеру Ву решил вновь отправиться туда. Он, как
и прежде, спрятался в темной расщелине, откуда можно было спокойно
наблюдать, что будет происходить. Через некоторое время он услышал
шаги у входа в пещеру. И перед его изумленным взором предстал…

188

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

полутигр-получеловек: голова, шея и передние лапы были тигриные,
но другие части тела напоминали человеческие. Казалось, что у него
не морда дикого зверя, а вполне себе человеческое лицо, на котором
даже можно было уловить какое-то выражение — то ли жалости, то ли
дружеского участия. Козленок шел рядом с этим звероподобным так
бесстрашно, словно это была его мать. Они вошли в пещеру, улеглись
рядом и вскоре крепко заснули. Ву последовал их примеру и тоже
прикорнул в темной расщелине. Утром, когда Ву проснулся, Шань-вана
и козленка в пещере уже не было.
Юноша поспешил в деревню. Он не сомневался в том, что друзья
назовут его сумасшедшим, когда услышат его рассказ. Вероятно, так бы
и случилось, если бы в то же утро не произошло удивительное событие,
открывшее всем жителям деревни глаза на изменение облика тигра.
Малыш отстал от матери, которая собирала хворост у подножия
горы. Вдруг бедная женщина услышала крик и, обернувшись, с ужасом
увидела, что вокруг тельца ребенка обвилась огромная змея. Еще мгновение — и змея удавила бы малыша, но поблизости раздался страшный
рев, звероподобное существо выскочило из кустов и схватило змею
сильными передними лапами, и ребенок остался цел и невредим.
Женщина рассказала в деревне, что спаситель ее ребенка был наполовину тигром, наполовину человеком.
— Это был не кто иной, как Шань-ван! Я тоже видел его и могу
подтвердить, что это полутигр-поучеловек! — воскликнул Ву и рассказал
о своем походе в пещеру.
— Он превращается в духа, — сказал священник, — потому что
в нем поселилась любовь.
Много удивительных историй звучало теперь из уст пастухов
и фермеров, и все верили, что некогда безжалостный тигр стал превращаться в защитника слабых и страждущих. Он уберегал невинных
от беды, спасал детей, стада и отары. За короткий срок он с лихвой
искупил все злодеяния прежней жизни и, казалось, отныне был намерен
творить только добро.
Шесть лун, которые, должны были пройти до возвращения Мальчика-старичка, истекли, и в полдень последнего дня шестого лунного
месяца в долине собралась огромная толпа. Все были уверены, что вскоре
они станут свидетелями чего-то удивительного, — и не ошиблись. Как
и в первый раз, над долиной нависла черная туча, окутав все вокруг
пеленой тумана. И тут из середины тучи раздался голос:
— Друзья мои! Свершилось чудо! Там, где жили черная злоба, лютая
ненависть и дикая страсть, наполняющие вашу жизнь страхом, воца-

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

189

рился сладостный дух любви! Шань-ван, тигр, самый кровожадный
из хищников, отныне будет духом Западного неба, творящим дела милосердия везде, где бы он ни появился. Знайте, даже после самой темной
ночи наступает рассвет, и нет жизни настолько темной, чтобы в ней
не было лучика света и любви.
Когда голос умолк, появился красивый молодой человек.
— Шань-ван!.. Шань-ван!.. — зашептали в толпе.
Не глядя по сторонам, он уверенным шагом направился к черной
туче. Она засветилась изнутри, и вскоре все увидели Мальчикастаричка, сидящего в колеснице из белых лилий. Прекрасный незнакомец подошел к нему, низко поклонился, улыбнулся и занял место
рядом со мудрецом. И они унеслись в небо.
Сердца всех, кто был свидетелем этого чуда, затрепетали от восторга.
Отныне их попутчиком в жизни был дух любви.

СЫН КРЕСТЬЯНИНА,
СТАВШИЙ ИМПЕРАТОРОМ

отдаленной горной провинции Китая жил мальчик
по имени Ю Шин со своими родителями и младшим
братом. Ю Шин был послушным, но почему-то родители
жестоко с ним обращались. Младшему брату, избалованному и болезненному, они всячески потакали, а бедный Ю Шин радовался, если хоть
один день проходил для него без побоев.
Мальчик давно бы сбежал из дома, если бы не совет мудрого старого
учителя, который учил его заповедям Конфуция, предписывающим
всем китайским мальчикам и девочкам, что бы ни случилось, любить
и слушаться своих родителей. Ю Шин считал, что все родители жестоко
относятся к своим старшим сыновьям и что такой взрослый мальчик,
как он, должен научиться сносить побои и оскорбления без ропота.
А отцов, которые относились к своим сыновьям по-доброму, он считал
странными и смотрел на них с недоумением.
Однажды после очередной несправедливой порки Ю Шин подбежал
к седовласому учителю и спросил, почему отцы так жестоко обращаются со своими сыновьями.
— Мой дорогой мальчик, — печально произнес старик, поглаживая ребенка морщинистой рукой, — это старо, как мир. С тех пор,
как был создан человек, в его сердце поселилось зло. Не все люди
похожи на твоего отца, но, увы, многие, очень многие поднимают руку
на невинных и слабых. Сын мой, ты должен построить свою жизнь так,
чтобы когда-нибудь твоему отцу (если он еще будет жив) стало стыдно
вспоминать о том, как он относился к тебе. Стань выше испытаний,
которые выпали на твою долю.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

191

— Но мой младший брат? — возразил Ю Шин. — Почему они относятся к нему иначе? Он не слушается родителей, отказывается выполнять
их поручения, убегает из дома, и вы хорошо знаете, каковы его успехи
в школе, но родители относятся к нему так, словно он бог, а ко мне так,
словно я убогий.
— Увы, мой мальчик, это правда. Добродетель можно сравнить
с медлительной клячей. А нечестивцы могут быть стремительны, как
ветер, но они когда-нибудь обязательно споткнутся и упадут. Есть такая
поговорка: «Неторопливый и упорный выигрывает гонку». Не унывай
и не завидуй брату. Запомни мои слова: он умрет безвестным, а ты…
Впрочем, нет предела тому, чего ты сможешь добиться и как высоко
подняться.
Ю Шин ушел от учителя успокоенным. Он решил: «Что бы ни случилось, я все выдержу, как подобает мужчине».
В ту самую ночь, когда мальчик принял это решение, он услышал, как
его отец и мать замышляют против него что-то недоброе.
— Я больше не могу видеть этого проклятого мальчишку! — жаловалась мать.
— Я тоже, — отрезал отец. — Ему нет места в нашей семье. Завтра же
мы от него избавимся.
— Почему бы не продать его бродячим актерам? — предложила
мать. — Мы сразу выручим за него деньги и получим еще немного, пока
он будет заниматься этим несерьезным ремеслом.
— Было бы неплохо, если бы мы были уверены, что он не сбежит
и не объявится в самый неподходящий момент…
Дальше, как ни старался, Ю Шин ничего не мог расслышать. Он
лежал на жесткой кровати, дрожа от страха, и изо всех сил старался
придумать план побега. Неужели никто не защитит его? Он возносил
мольбы к богам о помощи и незаметно задремал. Ему приснилось,
что над ним парит добрый дух, тихонько касается его лба и говорит:
«Ю Шин!.. Ю Шин!.. Не бойся!.. У тебя доброе сердце! Ничего
не бойся!..»
Утром мальчик принялся за свои обязанности. Вдруг отец поручил
ему сходить за киркой, которая упала в заброшенный, давно пересохший колодец. Опасаясь, что это приказание как-то связано с заговором против него, Ю Шин не раздумывая спустился в колодец
по веревке, надежно привязав ее к дереву. Не успел он достигнуть
дна колодца, как услышал наверху насмешливый голос и, подняв
голову, увидел, что его младший брат возится с веревкой; и через
секунду на Ю Шина полетел тяжелый каменный жернов. У него даже

192

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

не было времени подумать о спасении; закрыв глаза, он ждал смертельного удара.
И тут он услышал голос:
— Ю Шин! Не бойся! Посмотри вверх!
Он посмотрел и с удивлением обнаружил, что круглый камень
превратился в белого духа, который парил над ним с распростертыми
руками, словно хотел обнять.
— Положи свои руки на мои, и все будет хорошо!
Не успел Ю Шин прикоснуться к рукам белого духа, как оказался
на поверхности земли и увидел, как его брат, перепуганный до смерти,
бросился в хижину. Он обернулся, чтобы поблагодарить своего спасителя, и увидел, что у колодца по-прежнему лежит каменный жернов,
а на нем — прекрасный белый цветок. Ю Шин взял цветок в руки
и прочел на его лепестках: «Будь мужественным!»
Веревка была отвязана от дерева и валялась на земле, где ее бросил
младший брат. Ю Шин схватил веревку и направился к хижине. Когда
он вошел, то услышал, как отец смеется над младшим сыном, что тот так
испугался, а мать накладывает в миски просо.
— В колодце не было кирки, отец, — спокойно ответил Ю Шин,
положил веревку в углу комнаты, как будто ничего не случилось, и занял
свое место за столом.
— И у колодца ты ничего не увидел? — спросил брат, все еще дрожа
от страха.
— Ничего, кроме старого жернова, на котором мы когда-то сидели, —
ответил он. — Я подумал, что он может еще на что-то сгодиться, и оставил
его у колодца.
И хотя Ю Шин не сказал отцу, что поднял со дна колодца огромный
камень, тот поверил словам младшего сына и решил, что старшему,
должно быть, помог демон. Он как никогда был полон решимости
убить мальчика, ведь неизвестно, когда сын вздумает восстать против
отца. Но он и виду не подавал, напротив, говорил тихо, ласково, совсем
не так, как обычно.
В течение нескольких дней Ю Шин занимался повседневными
делами. Он был уверен, что ему больше нечего бояться брата, так как
тот впредь побоится причинить ему вред. Однако он знал, что родители все еще замышляют против него недоброе, потому что теперь, хотя
не ругали и не пороли, они загружали его работой и не давали отдохнуть ни днем ни ночью. Однажды он с раннего утра усердно трудился
в сарае, нарезая солому. Было очень жарко, и Ю Шин был вынужден
время от времени отдыхать. Он прилег на солому и крепко уснул.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

193

Ю Шин проснулся от удушливого жара — сарай объят пламенем.
Проход к единственной двери был весь в огне, а поскольку другого
выхода не было, он понял, что погибнет. Отец и брат (это он прекрасно
понимал) не предпримут никаких попыток спасти его. Более того, он
был уверен, что это они подожгли сарай. Но Ю Шин вспомнил слова,
что прочел на белых лепестках: «Будь мужественным!», и это немного
утешило его.
И вот когда пламя, казалось, готово было охватить мальчика, раздался
голос:
— Ляг, Ю Шин! Огонь не причинит тебе вреда!
Опустившись на землю, он с изумлением обнаружил, что, хотя
воздух в нескольких метрах от него обжигающий, место, где он лежал,
прохладное, как будто его обдувал морской ветер. И снова раздался
голос:
— Спи, Ю Шин, и ничего не бойся!
Мальчик закрыл глаза и заснул словно в огненной печи.
Проснувшись, Ю Шин увидел стоящих над ним отца и брата, охваченных благоговейным страхом, оттого что он все еще жив.
— Что случилось, отец? — холодно спросил Ю Шин. — Здесь был
пожар? Мне снилось, что я лежу на берегу моря, обдуваемый прохладным
морским ветром.
Отец и брат с изумлением смотрели на него. Очевидно, этот
мальчик был сделан из другого теста, очевидно, сами боги хранили
его, поэтому они отказались от своих коварных замыслов убить
Ю Шина.
На следующий день отец подозвал старшего сына и сказал:
— Эта хижина слишком мала, чтобы мы все могли жить в ней безбедно.
Ты уже взрослый, можешь жениться и обзавестись собственным
домом. Я выделяю тебе участок земли у подножия горы. Возделывай его
и получай с него, сколько сможешь.
Хотя Ю Шин знал, что этот надел самый никчемный во всей Поднебесной, он сразу же согласился отправиться туда. Он понял: отец знал,
что на этом участке земли невозможно заработать на жизнь, и надеялся
таким образом быстро избавиться от него. А младшему брату Ю Шина
предназначалось имущество в сто раз больше, чем этот жалкий кусок
земли.
На следующий день, попрощавшись с родителями и братом
и не высказав ни слова недовольства, Ю Шин отправился к убогой
лачужке у подножия горы и обнаружил, что там все гораздо
хуже, чем он предполагал. Даже двадцать крестьян, работая день

Облако приближалось, все ниже и ниже нависала над ним тень,
пока наконец мальчик, к своему изумлению, не различил
в сером облаке стадо слонов, а над ним — стаю черно-белых сорок.

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

195

и ночь, не смогли бы очистить этот участок земли от камней, пней
и корней, чтобы она давала урожай для пропитания одного человека. Но Ю Шин мужественно взялся за работу, безмолвно молясь
доброму духу о помощи.
Вдруг мальчик увидел вдалеке облако пыли и черную тень, нависшую
у него над головой. Облако приближалось, все ниже и ниже нависала
над ним тень, пока наконец он, к своему изумлению, не различил в сером
облаке стадо слонов, а над ним — стаю черно-белых сорок. И тут кто-то
прошептал:
— Вот тебе сильные звери и птицы небесные. Повелевай ими, они
будут служить тебе.
Ю Шин поблагодарил доброго духа и отправился в поле в сопровождении многочисленных помощников. Под его руководством слоны
выкопали из земли огромные камни и сложили их вдоль границы
земельного участка так, чтобы получилась стена. Они выкорчевали все пни и коренья и расчистили поле. И сороки не отставали:
выпололи сорняки, вытащили из земли мелкие корешки и разбили
большие комья земли клювами. Работали без устали, и уже через час
весь участок был превращен в пахотное поле, чтобы его владелец мог
жить и даже процветать.
Когда сильные звери и черно-белые птицы закончили работу,
Ю Шин сердечно поблагодарил их. Слоны медленно, с опущенными
головами прошли мимо мальчика и скрылись из виду, а птицы, покружив
над его головой, исчезли так же быстро, как и появились.
Вознеся благодарственную молитву доброму духу, Ю Шин хотел
было войти в свою скромную лачужку, как вдруг она превратилась
в прекрасный дом! Он ступил на порог и, оглянувшись на только что
возделанное поле, с удивлением заметил, что по тропинке к его дому
приближаются девять крепких юношей, а за ними верхом на коне —
прекрасная девушка. Подъехав ближе, они пали перед Ю Шином ниц,
коснувшись лбами земли.
— Встаньте! — воскликнул изумленный мальчик. — Я не знатный
человек, я простой крестьянин!
— О, могущественный! — выступив вперед, сказал один из юношей. — Прими нас в услужение. Твое поле нужно обрабатывать, а стены
дома укреплять. Прикажи, и мы всё сделаем.
Ю Шин был не в силах вымолвить ни слова от удивления, пригласил
гостей в свой новый дом и щедро накормил.
Вскоре девушка стала его женой, а каждому из девяти юношей
Ю Шин нашел работу.

196

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Много лун прошло с тех пор. В доме Ю Шина царили счастье
и согласие, мудрость и доброта. Слава о его чудесной усадьбе (вот
как преобразилась жалкая лачужка на скудном участке земли!)
и больших урожаях вскоре разнеслась по Поднебесной, и все, кроме
родителей и брата, радовались его процветанию. Трудно представить
их изумление и досаду, но они больше не осмеливались и пальцем его
тронуть.
Однажды к усадьбе подошел большой отряд солдат, и командир
попросил позвать хозяина поместья. Ю Шин представился, и командир вручил ему послание от августейшего императора китайского царства с приказом немедленно предстать перед Троном
Дракона1.
Ю Шин не знал, что его ожидает, но, не дрогнув сердцем, повиновался приказу. В сопровождении жены и девяти слуг он отправился вслед за солдатами, которые оказывали ему всяческие почести
и обращались с ним так, словно он был не простым крестьянином,
а императором.
Они шли и шли, одиннадцать дней и ночей преодолевали реки
и горы, и на двенадцатый день вдали показались стены Имперского
города. Впервые Ю Шин затрепетал, хотя и не совершал никаких
преступлений. Тогда в его сердце снова прозвучали слова доброго
духа: «Успокойся, Ю Шин! Все будет хорошо».
Он уверенно приблизился к императорскому дворцу, вошел
в священные ворота и наконец оказался пред лицом самого императора.
Ю Шин пал ниц перед Троном Дракона. Девять его слуг, тоже упав
на колени, расположились за ним полукругом.
— Ю Шин, — сказал монарх, — я вызвал тебя, чтобы воздать
тебе высшую честь. Я не сводил с тебя своих царственных очей все
твое детство. Твой старый учитель был одним из моих министров.
Я приказал ему найти в Поднебесной мудрого, послушного и трудолюбивого сына. Добрый дух послал тебе в помощь сильных зверей
и птиц небесных, а я — девять своих сыновей и дочь. Так мы хотели
испытать тебя. Ты управлял своим хозяйством так искусно, с такой
мудростью и любовью, что все в моем царстве воспели тебе хвалу
и согласились с моим августейшим решением. Я, правитель китайского царства, уже стар, и теперь государственные заботы для меня
тяжкое бремя. Ю Шин, взойди на Трон Дракона, ибо я решил возлоТрон Дракона — трон императора Китая. Поскольку дракон был эмблемой
божественной императорской власти, трон императора был известен как Трон
Дракона.
1

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ

197

жить на твою голову императорскую корону! Будь мудрым и справедливым правителем страны!
Так сын крестьянина Ю Шин обрел обещанную его учителем славу,
и так его имя стало достойным того, чтобы передаваться из поколения
в поколение наряду с величайшими именами правителей Китая.

УМНЫЙ ПРИНЦ, ЕГО ГЛУПЫЙ БРАТ
И СЕМЬ ЧАРОДЕЕВ

авным-давно на Тибетском нагорье жили два брата —
умный и глупый. Они были принцами, сыновьями великого
хана. Хан пытался хоть чему-то научить глупого ленивца,
но все было бесполезно, и в конце концов он отдал его на обучение
к семи чародеям, которые жили в пещере на окраине его царства. Эти
семь мудрецов знали о магии (белой и черной) всё, но поскольку сердца
у них были злые и жестокие, они практиковали только черную. Они
взялись обучать искусству магии глупого принца только потому, что
так приказал хан, но в глубине души решили: нечего ему углубляться
в тайные знания, пусть будет лишь их пособником. Семь лет глупый
брат занимался с чародеями, и за все это время он не научился ничему,
так что в конце обучения знал не больше, чем в начале. Однажды умный
принц, пошел в пещеру и весь день простоял у входа, наблюдая за братом
и семью мудрецами, и к концу дня сам кое-чему научился. Поняв, что
обучение глупого брата продолжать бесполезно, он приказал ему покинуть магов, и они вместе отправились во дворец.
По дороге умный принц перебирал в голове чудесные секреты,
которые он только что невольно узнал от чародеев, и ему не терпелось
проверить, получится ли у него колдовать. И вот когда братья приблизились к дворцу, он сказал:
— Брат, ступай в старую конюшню, что за холмом. Там ты найдешь
великолепного коня, белого, как молоко. Отведи, пожалуйста, его
на рынок, продай и принеси мне деньги, но помни: ни в коем случае
не приближайся с конем к пещере семи магов!

202

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Хорошо, — сказал глупый брат и отправился в конюшню.
Он слишком медленно соображал и даже не успел удивиться, увидев
прекрасного белого коня, стоящего без привязи в открытом стойле, где
раньше и в помине не было ни одной лошади. Но все-таки подумал:
«Эх, жаль, что придется продать коня, как велел брат. Оставлю-ка я его
себе. Сначала прокачусь верхом, а потом схожу в пещеру и похвастаюсь
мудрецам». Не успел он вскочить на коня, как тот, как ветер, помчался
прямиком к пещере магов. Слишком поздно глупый брат вспомнил,
что умный принц предупреждал его избегать этого места, — он не мог
ни остановить коня, ни повернуть на всем скаку направо или налево,
пока конь сам не остановился прямо перед входом в пещеру. Юноша
спешился и попытался увести коня домой, уговаривал, ругал, даже бил
и пинал бедное животное, но тщетно. И тут появились семь чародеев:
они стояли в ряд и улыбались.
— Бесполезно, — сказал один, — тебе не увести этого коня от нашей
пещеры, так что лучше продай его нам.
— Ладно, — последний раз пнув коня ногой, пробурчал глупый
брат. — Сколько вы за него дадите?
Чародеи знали, что это умный принц, который превратился в коня,
чтобы проверить, может ли он колдовать. Своими чарами и заклинаниями они заманили его в пещеру. Им очень не понравилось, что он узнал
секреты магии, и они решили его уничтожить. Чародеи поторговались
с глупым братом, хорошо заплатили ему за коня и прогнали прочь. Глупый
даже не подозревал, что продал магам своего брата — умного принца.
«Увы! — подумал принц. — Пришел мой последний час! О, великие
маги и волшебники! Услышьте! Заклинаю: пусть появится предо мной живое
существо, в которое я мог бы превратиться и таким образом спастись!»
Рядом с пещерой магов протекал ручей, и только умный принц так
подумал, как мимо него проплыл пескарик. И в тот же миг белый конь
исчез — умный принц превратился в маленькую рыбку и поплыл прочь.
Чародеи, увидев, что добыча уплывает, тут же превратились в семь
больших рыб и пустились в погоню. Среди мелководья и глубоких
омутов мелькали они — пескарик и семь больших рыб, пока самая
большая рыба чуть не заглотнула его.
«Увы! — вздохнул бедный принц. — Действительно, пришел мой
последний час! О, великие маги и волшебники! Услышьте! Заклинаю:
пусть появится предо мной живое существо, в которое я мог бы превратиться и таким образом спастись!»
Едва он успел произнести это про себя, как низко над ручьем
пролетела белая птица, и в тот же миг пескарик исчез — теперь умный

Среди мелководья и глубоких омутов мелькали они —
пескарик и семь больших рыб, пока самая большая рыба
чуть не заглотнула его.

204

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

принц взмыл в небо и полетел над полями в обличье белого голубя.
А семь чародеев превратились в семь больших ястребов и закружили
над ним.
Принц мчался, как ветер, над холмами и долинами, все вперед
и вперед, пока наконец, запыхавшийся и утомленный, не достиг высокой
Сияющей горы1. В сердце горы была пещера, в которой жил добрый
и мудрый отшельник Нагарджуна2. К его убежищу и направился принцголубь. Чародеи-ястребы уже почти настигли его, когда голубь ударился
о грубую деревянную дверь пещеры. Нагарджуна открыл дверь, и голубь
залетел внутрь и, обессиленный, упал наземь.
— Что с тобой, несчастное создание? — спросил отшельник, взяв
в руки белую птицу.
— За мной гонятся! — задыхаясь, проговорил принц. — Моя жизнь
в опасности. Добрый господин, умоляю, выслушайте меня и сделайте
то, о чем я вас попрошу, тогда я буду спасен.
Он замолчал, чтобы перевести дух, и в этот момент раздался стук
в дверь.
— Там снаружи, — продолжал принц, — стоят семь стариков
в белых одеждах. Прежде чем вы откроете дверь, позвольте мне превратиться в самую большую бусину в нитке бус, что у вас на шее. Когда
они войдут, то потребуют бусы. Разорвите нитку, на которую нанизаны
бусины, и они упадут на землю. Если вы послушаетесь меня и сделаете
так, я с помощью магии сделаю остальное.
Тем временем стук в дверь становился все громче и громче,
и, поспешно пообещав сделать все, как сказал умный принц, Нагарджуна открыл дверь. Перед ним стояли семь седых стариков в длинных
Очевидно, имеется в виду гора Кайлас на юге Тибетского нагорья. В древних
текстах на тибетском языке ее называют Канг Ринпоче — Драгоценная снежная
гора. Некоторые древние религии Индии, Непала и Китая считают гору священной,
наделенной божественными силами и поклоняются ей. Верующие четырех религий —
индуисты, буддисты, джайны и приверженцы бон — считают эту необыч- ную гору
«центром мира», «пупом земли».
2
Нагарджуна (ок. II в.) — выдающийся индийский мыслитель, теолог, поэт,
основатель буддийской школы мадхъямаки и ведущая фигура в философии буддизма
махаяны. Нагарджуна подверг критике существовавшие на тот момент трактовки
учения Будды, полемизировал с противниками буддизма, участвовал в миссионерской деятельности, уже при жизни почитался бодхисаттвой («обладающим
просветленной сущностью»), а после ухода стал объектом почитания (в махаяне
он почитается как второй Будда). Труды Нагарджуны изучались и комментировались в течение всего периода индийского буддизма, эта традиция продолжается
в тибето-монголо-российском и в определенной степени в китайско-японском
буддизме.
1

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

205

белых одеждах. На первый взгляд могло показаться, что это мудрецы,
только глаза у них были злые.
— Что вам угодно, господа? — спросил Нагарджуна.
Они вошли в пещеру и, оглядевшись по сторонам, заметили на шее
отшельника бусы. (Белый голубь, конечно, исчез.)
— Умоляю, — сказал самый старый из семерых, — отдайте нам
бусы с вашей шеи! Мы наслышаны о вашей доброте и мудрости,
пришли издалека, чтобы увидеть вас. Мы очень хотим унести с собой
какой-нибудь предмет на память о встрече с вами.
— С радостью отдам, — сказал Нагарджуна, но, снимая бусы,
словно нечаянно порвал нитку, и бусины посыпались и покатились
по земле — все, кроме самой большой, которая все еще болталась
на нитке. Бусины превратились в извивающихся червяков, а семь
стариков в белых одеждах — в семь больших птиц и стали клевать
их, пока не проглотили всех. Наконец наземь упала самая большая
бусина и, едва коснулась земли, превратилась в юношу, умного
принца, высокого и красивого, с посохом в руке. Он быстро одну
за другой убил семь птиц и выбросил их из пещеры, и они приняли
обличье семи чародеев, но те уже были мертвы. Усталый и измученный, принц вернулся в пещеру, но Нагарджуна смотрел на него
холодно и сурово.
— Ты совершил зло, сын мой, — проговорил он, — ты отнял жизнь
у семерых, и мне нелегко будет простить тебя.
Принц смиренно склонил голову перед мудрым Нагарджуной.
— Право, я не желал смерти этим людям, — сказал он, — но они
хотели злодейски убить меня, только поэтому я решился на страшное
преступление.
— Пусть так, — ответил Нагарджуна. — Я знаю, что сердце твое
незлое и ты совершил варварское убийство только потому, что не знал
другого способа спастись. Но благодаря знанию, сын мой, можно
творить добро и избегать зла. Если бы твои знания были совершенны,
ты бы не убил ни одно живое существо, даже спасая свою жизнь.
— Тогда, отец, позвольте мне остаться у вас и научиться истинному
знанию, — попросил принц. — Я сожалею о преступлении, которое
совершил по неведению. Я добросовестно выполню любое ваше поручение, дабы показать свое истинное раскаяние.
— Хорошо сказано! — улыбнулся Нагарджуна принцу и продолжил: — Если ты сохранишь в себе дух смирения, то, когда придет время
править этой страной, будешь добрым и мудрым государем, и твой
народ будет благоденствовать. Пойдем, я расскажу, что ты должен

206

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

сделать, и, когда выполнишь это, я стану учить тебя мудрости и буду
учить до тех пор, пока не придет время тебе стать царем над своим
народом.
Принц и отшельник тут же уселись на грубый пол пещеры, и Нагарджуна рассказал о великом деле, которое предстояло выполнить
принцу.
— В одной далекой стране живет Сиддхи-Кур1. У него золотой торс
и изумрудная грудь, голова переливается перламутром, и на ней сверкает корона. Сиддхи-Кур сотворен добрым волшебником, и страна, где
он поселится, будет благословенна. Если ты сможешь поймать СиддхиКура и привести его ко мне, мы поселим его в прохладной роще на склоне
Сияющей горы, и тогда наш народ станет превыше всех остальных.
У людей будет вдоволь золота, и, что гораздо важнее, огромный запас
мудрости и знаний, а также они будут долгожителями.
— Это поистине благородное дело, — отозвался принц, — и я с радостью возьмусь за него. Только скажи, как добраться до Сиддхи-Кура
и как его поймать.
— Запомни хорошенько все, что я тебе сейчас скажу…
Они беседовали больше часа, Нагарджуна рассказал принцу, как ему
найти Сиддхи-Кура, об опасностях, которые встретятся ему на пути,
и как их преодолеть. Принц задавал мудрецу множество вопросов
и старался запомнить все, что он ему говорил. Наконец Нагарджуна
встал, прошел в темную нишу пещеры и через некоторое время принес
топор, мешок, веревку и корзину.
— В этой корзине, — сказал он, передавая ее юноше, — волшебные
ячменные зерна, которые ты будешь использовать так, как я тебе скажу,
а также несъедаемая лепешка, она не становится меньше, сколько бы
ты ее ни ел. Эта лепешка избавит тебя от голода, а ячменные зерна —
от страха. — Нагарджуна взял топор, мешок и веревку и продолжил: —
Когда найдешь Сиддхи-Кура, не забудь сказать ему, что это — волшебный
топор Белый месяц, вот это — волшебный разноцветный мешок,
в котором, хотя он и кажется маленьким, можно упрятать сотню живых
существ, и, наконец, это — веревка, сплетенная из ста разноцветных
нитей. Каждая нить такая прочная, что ею можно связать и удержать
самого могучего быка. Когда он все это увидит, безропотно подчинится
тебе. Вставай же, сын мой, и отправляйся в дорогу. Да сопутствуют тебе
мир и удача!
Сиддхи c санскр. — удача, счастье, волшебная сила; Кур (с шумер. — гора,
горная страна, чужеземная враждебная страна) — в шумеро-аккадской мифологии
подземный мир, куда попадают души умерших. Сиддхи-Кур — Волшебный Мертвец.
1

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

207

Сердце принца преисполнилось храбрости. Он перекинул мешок,
веревку и топор через плечо, взял в руки корзину и стал прощаться
с Нагарджуной.
— И еще, и это самое главное, — сказал отшельник. — Твердо
запомни: когда ты взвалишь Сиддхи-Кура на спину и будешь возвращаться сюда, что бы ни случилось, не произноси ни единого слова, пока
не откроешь дверь этой пещеры и не передашь мне Сиддхи-Кура из рук
в руки.
Пообещав, что всё твердо запомнил, принц попрощался с Нагарджуной, получил у него благословение и с легким сердцем отправился
в далекое путешествие.

ПРИНЦ И СИДДХИ-КУР

ринц пошел прямо на север, хотя этот путь был трудный
и тернистый и много раз он не мог найти убежище
от бури и ночлег. И вот, пройдя сто миль, он оказался
в долине, глубокой, темной, таинственной. Принц помнил, что это
то самое место, где, как предупреждал Нагарджуна, его ждет первое испытание. Прижав к груди разноцветный мешок, топор и веревку и крепко
сжимая в руке корзину, он стал спускаться по скалистым склонам. И чем
ниже спускался, тем становилось все темнее и темнее. Непрочные камни
выскальзывали из-под ног, послышались звуки бегущей воды. Наконец
он добрался до мутной реки и замер, прислушиваясь к ее шуму и вглядываясь в темноту. Шум усилился, и из реки, из ущелья и, казалось,
из самого воздуха явились призраки, огромные и свирепые. Они набросились на принца, словно желали убить его. «Это призраки великанов,
которые жили много веков назад, — вспомнил юноша слова Нагарджуны. — Я не должен их бояться».
И, прикрыв глаза рукой, он бросил в воздух несколько волшебных
ячменных зерен и стал ждать. Странные звуки, которые издавали
призраки, стали затихать, и даже рев и шум потока как будто отдалились. Через некоторое время шум стал почти неразличимым, принц
огляделся вокруг: он уже не стоял на дне темной долины, и рядом
не было мутной реки — принц оказался на вершине пологого холма,
над головой ярко светило солнце, а по склонам спускался зеленый
луг. Бросив взгляд на мутный, страшный поток, оставшийся далеко
внизу, он с облегчением вздохнул: «Первое испытание пройдено!» —
и зашагал дальше.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

209

Впереди вновь был долгий путь. Несмотря на трудности, принц все
время шел прямо на север. Он прошел еще сто миль, и здесь его, измученного и уставшего, поджидало второе испытание.
Принц очутился на широком лугу, заросшем высокой травой, посредине извивался и тихонько журчал прозрачный ручеек. Он остановился,
огляделся вокруг и удивился, потому что солнечный свет, такой яркий
еще миг назад, словно померк, небо потемнело, вода в ручье помутнела,
громко забурлила, а из высокой травы со всех сторон вынырнула толпа
призраков, маленьких, бледных, с размытыми очертаниями, уродливыми лицами. Они облепили принца, словно хотели задушить его. Он
склонил голову и, хватая ртом воздух, пробормотал:
— Это призраки злых карликов, живших много веков назад.
Я не должен их бояться.
Он, как и в первый раз, прикрыл глаза рукой, бросил в воздух
несколько волшебных ячменных зерен и стал ждать. Шум ручья затих,
звуки, исходившие от маленьких призраков, исчезли. Когда принц
открыл глаза, то обнаружил, что стоит на другом берегу извилистого
ручья, над головой ярко светит солнце, высокая трава колышется у его
ног. «Вот и второе испытание пройдено!» — сказал он себе и зашагал
дальше.
Он по-прежнему шел прямо на север. Теперь его путь стал в десять
раз труднее. Принц карабкался по труднопроходимым скалам, пересекал пустыни, без воды, без отдыха. Его ноги горели от раскаленного
песка и изнурительного ветра. Наконец еще сто миль остались позади,
и юноша увидел впереди прекрасный сад. Принц вошел в сад — никогда
прежде он не видел ничего подобного! Всюду росли диковинные цветы,
наполняя воздух нежным ароматом. Мимо пролетали птицы с ярким
оперением, их сладкозвучное пение смешивалось с плеском воды
в фонтане, расположенном где-то в глубине сада. Принц восторженно
бродил по тропинке, жадно впитывая необыкновенную красоту окружающего пейзажа, звуки, запахи. Наконец он наткнулся на сверкающий
на солнце фонтан. Он был кристально чистый и очень красивый. Рядом
стояла мраморная скамья, располагающая к отдыху. Принц опустился
на нее, так как вдруг почувствовал сильную усталость. Но только он
уселся, как солнце погасло, и его накрыла странная полутьма. К шуму
воды (он становился все громче, но был приятный) примешивались
детский шепот, топот маленьких ножек и шуршание одежды. Принц
встал и огляделся вокруг: из каждого кустика и цветка выглядывал
маленький призрак, едва различимый, мерцающий, но удивительно
прекрасный.

210

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Ах, какие очаровательные создания! — воскликнул принц. —
Но я не должен смотреть на вас, ибо вы, должно быть, дети-призраки,
которые жили и умерли много веков назад, как рассказывал мне Нагарджуна.
Прикрыв глаза рукой, принц неохотно бросил в воздух несколько
волшебных ячменных зерен и стал ждать. Шепоты и шорохи стихли,
шум воды стал еле слышен, и, оглянувшись вокруг, он обнаружил, что
стоит по другую сторону фонтана, за спиной у него сад, а перед ним —
тенистая роща, а у дерева при входе в рощу стоит и смотрит прямо
на него Сиддхи-Кур!
Принц сразу узнал его по золото-изумрудному телу, переливающейся перламутром голове и сверкающей короне. Пока он его
разглядывал, Сиддхи-Кур развернулся и убежал в глубь рощи. Принц
бросился за ним. Сиддхи-Кур добежал до середины рощи, где стояло
его любимое манговое дерево, и взобрался на самую верхушку. Оттуда
Сиддхи-Кур глядел вниз, на запыхавшегося принца и смеялся.
Принц перевел дух, затем схватил Белый месяц, поднял его высоко
над головой и воскликнул:
— О Сиддхи-Кур, спускайся! Ты нужен отшельнику Нагарджуне!
Умоляю, спускайся, или волшебным топором Белый месяц я срублю это
манговое дерево!
— Нет! Не надо! — в ужасе глядя на занесенный над его любимым
деревом топор, вскричал Сиддхи-Кур. — Не руби мое манговое Белым
месяцем, я спущусь к тебе!
— Поторапливайся! — сказал принц, отложив топор и приготовив
разноцветный мешок и веревку.
Увидев эти волшебные предметы, Сиддхи-Кур быстро слез с дерева
и, дрожа всем своим драгоценным телом, подошел к принцу.
— Сопротивление бесполезно. Смотри, — продолжал юноша,
держа мешок нараспашку, — это волшебный разноцветный мешок.
Хотя он и выглядит маленьким, в нем можно упрятать сотню таких, как
ты. Я посажу тебя в этот мешок, завяжу его вот этой веревкой, сплетенной из ста разноцветных прочнейших нитей, и взвалю волшебный
мешок себе на спину. Не бойся, ничего плохого с тобой не случится,
я отнесу тебя на Сияющую гору, к доброму Нагарджуне, и ты с радостью поселишься там в прохладной роще.
Сиддхи-Кур вздохнул:
— Твоя правда, сопротивление бесполезно, раз у тебя есть волшебные топор, мешок и веревка. Полезу в твой мешок. Завязывай его разно
цветной веревкой и взваливай на спину. Что ж, отправимся в обратный

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

211

путь, ибо, как сказал один мудрец, «изменить я этого не могу, остается
извлекать из этого пользу».
Принц был вне себя от радости и очень гордился тем, что ему
удалось так быстро поймать Сиддхи-Кура. Он посадил Волшебного
Мертвеца в мешок, завязал его веревкой, сплетенной из ста разно
цветных нитей, взвалил на спину и, подхватив топор Белый месяц, отправился в обратный путь. Принц откусил от несъедаемой лепешки
и смело зашагал обратно, хотя эта дорога была труднее вдвойне
из-за тяжелой ноши.
И вот когда они преодолели сотню миль в молчании, Сиддхи-Кур
сказал:
— Ох, и длинна дорога! Что-то я притомился. Принц, умоляю,
расскажи сказку, глядишь, и время быстрее пролетит.
Но принц, помня, как Нагарджуна наказывал ему, что бы ни случилось, не произносить ни единого слова на обратном пути, лишь покачал
головой.
— О, принц, ты мудр не по годам! — сказал Сиддхи-Кур. — Ты
хорошо усвоил урок молчания! Тогда оставь свои мысли при себе, но,
если ты готов слушать, я расскажу тебе удивительную историю. Глядишь,
и время быстрее да и с пользой пролетит. Кивни, если согласен, и я начну.
Принц очень устал, и время, казалось, остановилось. «Что ж, —
подумал он, — можно и послушать. Думаю, в этом нет ничего плохого,
напротив, будет и приятно и полезно». Он кивнул в знак согласия,
и Сиддхи-Кур начал так:

ЖЕНА БЕЛОКРЫЛА

древние времена в одной прекрасной цветущей стране
жил старик. У него было три дочери. Жил он довольно
скромно, владел лишь стадом коз, а они были для старика
дороже всего на свете, даже дороже прекрасных дочерей. Сестры
каждый день по очереди ходили пасти коз на склоне холма. Каждый
вечер отец стоял у ворот и пересчитывал коз, ласкал их, нашептывал
нежные слова, которые лучше было бы сказать дочерям, которым он
вообще не оказывал никакого внимания.
Однажды старшая дочь пошла пасти коз, вернулась очень поздно
с красными, опухшими от слез глазами. Одна коза пропала. Отец разгневался, отругал и избил дочь. Бедная девушка, плача и жалуясь, убежала
в свою комнату, легла в постель, но на расспросы сестер не ответила
ни слова, приказав им замолчать. Однако средняя и младшая сестры
догадывались, что случилось нечто непредвиденное, и стали гадать,
что же могло произойти.
На следующее утро средняя дочь отправилась пасти коз и вернулась поздно, как и первая, уставшая и вся в слезах. Пропала еще одна
коза. Отец разозлился вдвойне. Он бил и проклинал бедную девушку,
пока она в ужасе не убежала в свою комнату и не легла в постель. Когда
младшая сестра осторожно спросила, что случилось, ей было приказано,
чтобы она молчала. Так она ничего и не узнала, однако заметила, что
сестры, потерявшие коз, обмениваются понимающими взглядами,
перешептываются и при виде ее сразу замолкают. Младшая сестра всю
ночь не могла уснуть, все думала, что же происходит, почему козы пропадают, не случится ли и с ней нечто подобное.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

213

Рано утром Ананда1 (так звали младшую дочь) отправилась на склон
холма пасти коз и решила, что будет очень внимательна и осторожна,
чтобы не повторить ошибок сестер и избежать неприятностей. Стояла
жара, и к полудню ее стала одолевать дремота. Она прилегла под деревом
в надежде вздремнуть немного, но когда проснулась, то с ужасом обнаружила, что проспала несколько часов. Солнце уже садилось, и девушка
недосчиталась козы. «Ах, какое несчастье! — подумала она. — Отец
убьет меня! Я должна найти козу, даже если придется искать всю
ночь!» Она искала ее повсюду: на пастбище, где обычно паслись козы,
на соседних склонах, в долине, кликала, высматривала следы ее копыт.
Наконец довольно далеко от того места, где паслись другие козы, она
заметила следы копыт, которые тянулись вдоль илистого берега ручья.
Девушка пошла по следам, надеясь вскоре отыскать пропавшую козу.
Следы привели ее к огромным скалам и темным пещерам.
У входа в одну из пещер следы обрывались. Ананда стояла перед
большой красной дверью. Девушка толкнула ее, дверь открылась.
Она вошла и по длинному темному туннелю дошла до следующей
двери, которая была из чистого золота и светилась в темноте. Ананда
толкнула ее, и эта дверь тоже подалась и открылась. Дальше был еще
один туннель, не такой длинный и темный (его освещало сияние,
исходящее от золотой двери). Ананда поспешила вперед, и, к своему
изумлению, обнаружила еще две двери, расположенные одна подле
другой. Одна дверь была из перламутра, другая — изумрудная. О козе
она совсем забыла, так захватило ее любопытство. Не теряя времени,
Ананда толкнула перламутровую дверь, но, как ни старалась ее открыть, дверь не поддалась ни на сантиметр. Вздохнув, она попробовала
отворить изумрудную дверь, та сразу открылась, и девушка очутилась
в большой, ярко освещенной комнате со сводчатым потолком. Было
похоже, что это роскошный зал королевского дворца: мягкие диваны,
диковинная мебель, на полу — кучи золотых монет и бесчисленное
множество драгоценных камней — бриллиантов, рубинов, сапфиров,
изумрудов.
Ананда часто-часто заморгала и протерла глаза, решив, что она спит.
В комнате никого не было, и девушка принялась осматривать все углы
и везде натыкалась на драгоценности, одна была лучше другой. Вдруг
за спиной она услышала голос и вздрогнула.
— Добрый день, прекрасная незнакомка! Что ты здесь ищешь?
Ананда обернулась, но никого не увидела. Только в углу заметила
резной стол искусной работы, на нем — золотая клетка, в клетке — белая
1

Радость, блаженство (санскр.)

214

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

птица. «Кто же это сказал?» — подумала она, продолжая озираться
вокруг. И словно в ответ на ее немой вопрос белая птица зашевелилась
на золотой жердочке и снова заговорила:
— Добрый день, сударыня! Добро пожаловать в мой дом! Но скажи
мне, что ты здесь ищешь?
Ананда в недоумении уставилась на птицу.
— Так это ты говоришь? — воскликнула она. — Как же я не заметила тебя раньше? — И, вспомнив, что ей дважды задали один и тот
же вопрос, она продолжила: — Я ищу потерявшуюся козу моего отца.
Я пришла по следам ее копыт к двери этой пещеры и думала, что найду
ее здесь.
— Меня зовут Белокрыл, и я могу вернуть тебе козочек: и ту, которую
ты потеряла сегодня, и тех, что потеряли твои сестры.
— Ах, ты так добр! Верни же поскорее наших козочек! Я побегу
домой и больше не буду тебя беспокоить.
— Не торопись и выслушай меня, — ответил Белокрыл. — Твои
сестры, ни на минуту не задумавшись, с презрением отвергли мое предложение. Видно, предпочли терпеть издевательства отца.
— Должно быть, это непростое предложение, — сказал Ананда, —
раз они решили вернуться к разгневанному отцу без коз. Говори, белая
птица, я тебя слушаю.
— Вот что я тебе предлагаю, — медленно проговорил Белокрыл. —
Если ты выйдешь за меня замуж и будешь жить здесь, в моем роскошном
дворце-пещере, я верну коз твоему отцу. Более того, у тебя будет все,
что только пожелаешь. Я богат, очень богат. Даю тебе пятнадцать минут
на размышление. Сядь вон на тот диван и подумай.
И белая птица стала деловито клевать зернышки из чашки в своей
клетке, как будто ей больше нечего было сказать.
Ананда медленно подошла к дивану и села. «Если я вернусь домой без
козы, — рассуждала она, — разгневанный отец изобьет меня до смерти.
Выйти замуж за птицу — это, конечно, не лучший выход, но дома жизнь
бедна и скучна, а здесь, — она оглядела ярко освещенную комнату, —
мне будет чем развлечься. Что ж, даже белая птица может стать спутником жизни». Ананда встала и решительно направилась к клетке.
— Я выйду за тебя замуж! — сказала она Белокрылу.
— Хорошо! — ответил тот и, поднявшись на жердочку, захлопал
белыми крыльями.
Тотчас же перед Анандой появился стол, накрытый тонкой скатертью,
с самыми изысканными блюдами — ничего лучше ей еще не приходилось пробовать.

...Белая птица зашевелилась на золотой жердочке и снова заговорила:
— Добрый день, сударыня! Добро пожаловать в мой дом!

216

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Садись и ешь, — продолжал Белокрыл, — ты, должно быть,
проголодалась. Козы уже отправились в обратный путь, к вечеру они
сами вместе со стадом вернутся в загон твоего отца.
Так Ананда вышла замуж за Белокрыла и поселилась в его пещередворце. Протекло много чудесных и радостных дней. Казалось, сокровищам не будет конца, стоило ей только загадать желание, как оно тут
же исполнялось. Но, пресытившись роскошью и богатством, она вдруг
заскучала. Каждое утро Белокрыл улетал (она так и не узнала куда),
и весь день Ананда оставалась одна в большой комнате со сводчатым
потолком. Вечером Белокрыл возвращался, но его присутствие не заменяло ей сестер, и девушка начала жалеть, что вышла замуж за птицу,
и мечтала снова оказаться дома. Белокрыл приносил новости из наземного мира, пытался развеселить жену шутками и сплетнями. Однажды
он рассказал ей о ярмарке, которую завтра хотели устроить в соседней
деревне.
— Как бы я хотела побывать на ярмарке! — вздохнула Ананда. —
Я так давно не видела людей.
— Дорогая, — сказал Белокрыл, — я думаю, тебе не стоит туда
ехать. Сердце мне подсказывает, что это приведет к большой беде. Тем
не менее, если ты этого очень хочешь, если ничто другое не сделает тебя
счастливой, я исполню твое желание. Отправляйся на ярмарку на весь
день. Но пообещай мне, что вернешься не раньше шести часов вечера.
Ананда была в восторге и с готовностью дала обещание.
Рано утром она отправилась в путь и добралась до ярмарки как раз
вовремя. Как же здесь было весело! Она перезнакомилась со всеми,
сорила деньгам направо и налево, ни в чем не отказывая не только себе,
но и другим, увидела все, что только можно было увидеть, купила все,
что только можно было купить — одним словом, Ананда была счастлива. Не успела оглянуться, как утро пролетело.
В полдень на ярмарке появился незнакомец на белой лошади. Это
был высокий, статный молодой человек, в шелках и золоте, как принц.
Все зашептались, кто он да откуда, и вскоре выяснилось, что никто
никогда его не видел и ничего о нем не слышал. Все восхищались его
красотой, величественной осанкой и роскошными одеждами. Толпа
любопытных ходила за ним по пятам и наблюдала за каждым его движением. Ананда взглянула на юношу — и опечалилась, счастье ее погасло.
Она уже жалела, что пришла сюда, она вдруг поняла, что влюбилась
в незнакомца без памяти.
— Что с тобой, дитя мое? — вдруг раздался тонкий, скрипучий голос
у самого ее уха.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

217

Обернувшись, Ананда увидела сгорбленную, дряхлую старуху, ее
лицо было испещрено морщинами.
— Что с тобой? — повторила старуха, постукивая посохом.
И Ананда рассказала ей обо всем.
— Увы, добрая матушка, — вздохнула она, — я влюбилась в знатного
незнакомца!
— А почему это тебя так расстроило? Ты могла бы выйти за него
замуж, ведь ты очень красивая девушка!
— Я уже замужем. Моего мужа зовут Белокрыл.
— Значит, моя дорогая, ты уже замужем за прекрасным незнакомцем! — разразилась задорным смехом старуха.
— Как же это может быть? — рассердилась Ананда, она была совершенно сбита с толку.
— Моя дорогая, прекрасный незнакомец и есть принц Белокрыл
в своем истинном обличье.
Ананда ахнула от изумления.
— Он околдован, вот и весь сказ! — отрезала старуха и пошла прочь.
Но Ананда побежала за ней и, поймав ее за рукав, заставила остановиться.
— Скажи мне! Скажи! — закричала она. — Как разрушить чары?
Неужели нет никакого способа навсегда вернуть ему человеческий
облик?
— Отпусти! — рявкнула старуха. — Разумеется, способ есть! Немедленно отправляйся в пещеру, пока Белокрыл не успел вернуться.
Найдешь в углу комнаты его золотую клетку, жердочку и перья. Сожги
их. И когда он вернется, то не сможет принять обличье белой птицы
и навсегда останется человеком.
Пробормотав слова благодарности, Ананда бросилась к пещере,
и вскоре уже стояла, запыхавшаяся и измученная, перед красной дверью.
Пробежав все туннели, вошла в большую светлую комнату со сводчатым
потолком, отыскала в углу золотую клетку, жердочку и белые птичьи
перья, снова выбежала из пещеры и сожгла их, осталась лишь кучка
пепла. Затем Ананда уселась возле красной двери и стала поджидать
Белокрыла. Вскоре она увидела принца на белом коне, вскочила и побежала ему навстречу. Но он очень печально посмотрел на нее и сказал:
— Ананда, ты нарушила свое обещание, вернулась домой раньше
шести часов вечера. Увы, ничего, кроме беды, это не предвещает!
Принц Белокрыл спешился и долго молча глядел на кучку пепла —
все, что осталось от золотой клетки, жердочки и белых перьев, — затем
поднял голову и проговорил:

218

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Ты сожгла мои перья, золотую клетку и жердочку, не так ли?
— Да, — заплакала Ананда, — но я сделала это для того, чтобы ты
навсегда остался в человеческом обличье.
— Ты сожгла мои перья и тем самым погубила мою душу. Теперь нам
не быть вместе.
— Нет! Нет! Не говори так! — закричал Ананда. — Если по моей
вине ты потерял душу, я верну ее! Я не могу, не могу потерять тебя
теперь, когда обрела в истинном обличье!
Принц Белокрыл ласково посмотрел на нее, но, когда вновь заговорил, в его взгляде не было надежды.
— Сегодня ночью сюда явится толпа добрых и злых духов. Семь дней
и семь ночей они будут бороться за меня, и те, кто победит, унесут меня
с собой, и тогда мы с тобой больше никогда не увидимся. Но есть один
способ. Ты можешь спасти меня, если в течение семи дней и семи ночей,
будешь бить посохом в перламутровую дверь нашего дворца, не останавливаясь ни на минуту. Если по истечении этого времени тебе удастся
проломить эту дверь и вернуть мне душу, добрые и злые духи исчезнут,
и мы с тобой будем вместе навсегда.
— Конечно, я все сделаю, это не такая уж трудная задача, — радостно
воскликнула Ананда, — любовь поможет мне справиться! Дай мне
крепкий посох!
Вечером, когда солнце село, к пещере явилась толпа добрых и злых
духов, как и предсказывал принц. Послышались страшные звуки их
схватки. Но Ананда не обращала на них внимания. Крепким посохом
она била в перламутровую дверь семь дней и семь ночей, не останавливаясь ни на минуту, хотя уже едва могла стоять. В последний час седьмой
ночи дверь наконец начала крошиться под ее ударами. И тут силы
покинули ее, и она упала без сознания, а духи тем временем закончили
схватку, и победители — злые духи — унесли с собой ее любимого мужа.
Когда Ананда очнулась, она все поняла: его больше нет. Ее горю не было
предела, и она горько заплакала. «Рыданиями здесь не поможешь! —
наконец сказала она себе. — Надо отправляться на поиски мужа. Пусть
даже на краю света, но я найду его!»
Осушив слезы, Ананда взяла в руки крепкий посох и отправилась
в путь, хотя и не знала, в какую сторону идти.
Можно долго рассказывать о ее странствиях и невзгодах в пути.
Ананда исходила землю вдоль и поперек в поисках принца Белокрыла.
И вот однажды, оказавшись в глубокой долине, она услышала голос
принца, он окликнул ее с горной вершины. Ананда с трудом, но с радостью поднялась на вершину. Но мужа нигде не было видно, и, уже почти

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

219

отчаявшись, она снова услышала его голос из глубины долины. Ананда,
задыхаясь, поспешила вниз. У ручья стоял принц Белокрыл. Они бросились друг другу в объятия, но их радость была недолгой.
— Дорогая, — сказал принц, — я очень рад нашей встрече,
но теперь мы должны снова расстаться. Злые духи держат меня в своей
власти. Теперь я их водонос. Целыми днями я поднимаюсь из долины
с огромным кувшином воды на вершину горы и потом спускаюсь
обратно. Сейчас я должен нести воду на гору.
— Позволь мне остаться с тобой! — с нетерпением воскликнула
Ананда. — Ведь я обошла всю землю, чтобы найти тебя!
— Это невозможно, — ответил принц. — Но если твоя любовь так
велика, может быть, ты еще сможешь вернуть мне душу.
— Как? О, скажи мне как! Для моей любви нет преград!
— Тогда возвращайся в нашу пещеру, построй золотую клетку
и жердочку, как те, что ты сожгла. Потом сядь перед клеткой и спой
песню, вложив в нее всю свою любовь ко мне. Если твоя любовь будет
сильна, моя душа, обернувшись белой птицей, воскреснет. Тогда я смогу
вернуться к тебе. Волшебные чары падут, и мы, ты и я в человеческом
обличье, будем жить в счастье и любви до конца наших дней.
***
На этом месте своего рассказа Сиддхи-Кур остановился.
— Так она сделала это? Ананда спела песню? Вернула душу Белокрылу? — спросил принц, напрочь забыв о Нагарджуне и его приказе
молчать.
— Конечно, сделала! — ответил Сиддхи-Кур. — Ее песня была так
красива, в ней было столько нежности и любви! Подобной песни никто
по сей день не слышал! Но ты нарушил молчание, сын мой, и я снова
свободен и могу вернуться к своему манговому дереву в прохладной
роще, что рядом с садом детей-призраков. Прощай! И впредь будь
мудрее!
С этими словами Сиддхи-Кур выпрыгнул из мешка и в мгновение
ока исчез.
Принцу ничего не оставалось, как вернуться назад и снова поймать
Сиддхи-Кура, ведь он не осмелится предстать перед Нагарджуной
с пустыми руками. Откусив от несъедаемой лепешки, он снова отправился на север. Принц пошел по той же дороге, встречая те же препятствия и благополучно их преодолевая, пока наконец не добрался
до прекрасного сада детей-призраков и не увидел Сиддхи-Кура, который
сидел на своем любимом манговом дереве и улыбался ему сверху. И вот

220

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

когда он, как и прежде, схватил Сиддхи-Кура, посадил в волшебный
мешок, взвалил себе на спину и когда они отправились в обратный путь,
из мешка снова раздался голос:
— О, сын хана, какое долгое и утомительное путешествие! Умоляю,
расскажи какую-нибудь чудесную историю, чтобы дорога показалась
нам короче и приятнее.
Но поскольку ответа не последовало, он продолжил:
— Раз уж ты намерен хранить молчание любой ценой, то позволь
мне рассказать. Есть у меня на примете хорошая история, и, если ты
не против, я начну.
Выдержав паузу, Сиддхи-Кур начал так:

ОБЕЩАНИЕ МАСАНГА

авным-давно на берегу реки жил бедняк. У него была
только корова, и больше ничего.
«Если бы у меня был еще теленок, — говорил он
себе, — я мог бы продать его, а на вырученные деньги накупить разных
товаров и продавать их подороже, а со временем, может, я даже и разбогател бы…» Он так сильно хотел иметь теленка, что молился всем
богам и произносил множество магических заклинаний. Каждое утро
он с надеждой шел в хлев к своей корове, и все мечтал найти рядом
с ней желанного теленка. И вот однажды утром он услышал какой-то
шум в хлеву и бросился туда, уверенный, что его молитвы наконец-то
услышаны. Каково же было его удивление, когда он увидел, что рядом
с коровой лежит вовсе не теленок, а мальчик, высокий и худой, с растрепанными волосами и блестящими карими глазами. При виде мальчишки его охватили разочарование и гнев.
— Что ты здесь делаешь, жалкий голодранец? Ты хотел украсть мою
корову? — закричал он и, схватив тяжелый посох, бросился на мальчика.
Тот отпрянул к стене.
— Не убивай меня, господин! У меня и в мыслях не было причинить
тебе зло. Я совсем один на этом свете, у меня нет ни родных, ни друзей.
Я пришел, чтобы просить тебя усыновить меня.
Бедняк опустил посох и громко, грубо рассмеялся:
— Сынок! Скажите пожалуйста! Да мне самому едва хватает средств,
чтобы не умереть с голоду, не нужен мне нахлебник! Мне нужен теленок,
а не сынок! Что за наглость! Что за безрассудство!

222

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Но я не буду для тебя обузой, — отступив подальше, пробормотал
мальчик. — Вот увидишь, я принесу тебе богатство и счастье, гораздо
больше того, что может дать теленок.
Бедняк снова рассмеялся.
— Это похоже на сказку! Прочь отсюда! Когда я буду жить
в достатке и процветании, тогда и приходи, но не раньше. Может, тогда
я и усыновлю тебя.
Мальчик скользнул к двери, оглянулся и сказал:
— Господин, ты ожесточился от бедности, но твое сердце не так
жестоко, как твои слова. Меня зовут Масанг1. Я приду снова и принесу
богатства. Обещаю. Прощай!
Бедняк вернулся в хижину, сожалея в душе, что так грубо обошелся
с мальчиком, а Масанга уж и след простыл.
Долго шел мальчик без приключений, никто не попадался ему
на пути. И вот он подошел к зеленому лугу и наткнулся на сидящего под
деревом Зеленого человека. Его одежда, лицо и руки был зелеными, как
трава на лугу.
— Кто ты? — с изумлением спросил Масанг.
Человек наклонил голову набок и лукаво посмотрел на него зелеными глазками.
— Я тот, кто хорошо разбирается, как устроен мир, — ответил он. —
Я родился зеленым, как трава на этом лугу.
— Пойдем со мной, — предложил Масанг. — Ты мне пригодишься.
Зеленый встал и молча последовал за мальчиком.
Через некоторое время они пришли в темный, густой лес. На бревне,
под деревом сидел человек. Его одежда, лицо и руки были черны, как
ночь.
— Кто ты? — обратился к нему Масанг.
Человек сверкнул черными глазами и ответил:
— Я тот, кто хорошо разбирается, как устроен мир. Я родился
черным, как этот черный лес.
— Пойдем с нами, — сказал мальчик. — Ты нам пригодишься.
Дальше они пошли втроем, выбрались из леса и достигли белой
песчаной пустыни. Они шли по белому песку, под палящим солнцем
Масанги — в тибетской мифологии существа, совмещающие функции духовпредков и горного бога. Представляются антропоморфными (старуха в бирюзовой
шапке; герой, вооруженный луком; всадник-богатырь в серебряном, медном
и железном вооружении, в плаще из птичьих перьев) и зооантропоморфными
(быкоголовый человек, сын коровы и человека). Масанг как горный бог — божество
мужчин и почитается теми, кто хочет приобрести большую физическую силу, его
местом обитания считается пик Масанг — гора на границе Сиккима, Бутана и Тибета.
1

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

223

довольно долго, пока не наткнулись на огромную скалу, у подножия
которой сидел человек. Его одежда, лицо и руки были такими же белыми, как песок вокруг.
— Кто ты? — спросил Масанг.
Человек поднял белые, без зрачков глаза и ответил:
— Я тот, кто хорошо разбирается в том, как устроен мир. Я родился
белым, как песок у подножия этой скалы.
— Пойдем с нами, — предложил Масанг. — Ты нам пригодишься.
Вчетвером веселее будет, да и надежнее, — мало ли что может случиться.
Недалеко от этого места они заметили небольшой холм, на котором
стояла добротная хижина, но, судя по всему, давно заброшенная. Здесь
они поселились и спокойно прожили вчетвером довольно долго без
всяких приключений. Каждый день трое отправлялись на охоту, а один
(когда была его очередь) оставался дома и готовил обед.
Однажды утром Масанг, Черный и Белый отправились на охоту,
Зеленый остался дома. В полдень они вернулись, усталые и голодные,
и с ужасом обнаружили, что земля перед хижиной сильно истоптана лошадиными копытами, а Зеленый стоит у двери, растерянный
и испуганный.
— Увы! — воскликнул он. — Друзья мои, сегодня мы остались без
обеда. Я готовил мясное рагу в котелке, на меня налетел отряд всадников и забрал все, что было у нас в доме, даже котелок с едой. Идите
и сами увидите.
Они вошли и, не обнаружив никаких продуктов, были вынуждены
готовить себе еду из утренней добычи, что было довольно затруднительно, так как котелка, в котором можно было бы сварить ее,
не было. Причин сомневаться в рассказе Зеленого не было, так как
на земле перед дверью хижины четко были видны следы лошадиных
копыт. Но Масанг очень внимательно изучил следы и сурово сказал
Зеленому:
— Друг мой, ты обманул нас. Как получилось, что ты лишил нас
обеда, я не знаю, но в одном я уверен: в этот день к нашему дому не подъезжали всадники. Ты сам отпечатал следы копыт, прикладывая подкову.
Расскажи нам всю правду!
Зеленый бросил на Масанга хитрый взгляд, но ничего не ответил.
На следующий день, раздобыв котелок, Масанг, Зеленый и Белый
отправились на охоту, оставив Черного готовить обед и следить
за домом. Когда они вернулись, все было так же, как и накануне: котелок
с едой исчез, земля перед хижиной была истоптана лошадиными копытами, а Черный стоял у двери разводя руками.

224

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Они снова приходили к нам, — сказал он, — конный отряд, они
забрали котелок с тушеным мясом и все остальное, что я приготовил
к обеду. Я не мог с ними бороться, их было слишком много.
Но Масанг усомнился в его словах и, внимательно рассмотрев следы
перед дверью, сказал:
— Друг мой, ты сам отпечатал следы копыт, прикладывая подкову.
Что здесь произошло? Умоляю, расскажи нам всю правду!
Черный мрачно и злобно посмотрел на Масанга и ничего не ответил.
На третий день произошло то же самое. На этот раз была очередь
Белого оставаться дома и готовить обед, но у него дела были не лучше,
чем у других. Когда Масанг, Зеленый и Черный вернулись с охоты, он
рассказал им ту же историю.
— Я рад, — сказал Масанг, тщетно пытаясь выведать у Белого
правду, — что завтра моя очередь готовить обед. Надеюсь, мне удастся
узнать, почему вы меня обманули.
Зеленый, Черный и Белый ничего не ответили, но многозначительно переглянулись.
На следующее утро, раздобыв в ближайшей деревне котелок,
Масанг принялся готовить обед, пока разноцветные были на охоте.
«Пусть теперь и со мной приключится то же, что и с разноцветными, — ставя котелок с мясом на огонь, сказал он себе. — Достанет
ли у меня ума и мужества, чтобы выстоять в этом удивительном происшествии?»
Какое-то время ни в хижине, ни снаружи не было слышно ни звука,
кроме треска огня, но едва мясное рагу закипело, как Масанг острым
слухом уловил шорох за окном. Он застыл как вкопанный, вглядываясь
и прислушиваясь. Через несколько минут на подоконнике показался
верхний край лестницы и раздался тонкий, скрипучий голос:
— Ох, какой крутой подъем! Но мой нос чует, что здесь готовится
вкусное мясное рагу!
Взобравшись по лестнице на подоконник, маленькая старушка, как
колобок, скатилась из окна в дом. Она была не больше метра ростом,
сморщенная и скрюченная, а на спине у нее был узелок размером
с яблоко.
— Ах, сынок, умоляю, дай бедной старушке попробовать твоего
рагу! — сказала она, поглядывая то на Масанга, то на котелок с тушеным мясом. — Только попробовать, и я уйду и больше не буду тебя
беспокоить.
Масанг хотел было дать ей мяса, но, заметив на лице старушки
злую улыбку, остановился. «Вполне возможно, — подумал он, —

...Раздался тонкий, скрипучий голос:
— Ох, какой крутой подъем! Но мой нос чует,
что здесь готовится вкусное мясное рагу! —
...И маленькая старушка, как колобок, скатилась из окна в дом.

226

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

что это ведьма, и, если я дам ей попробовать рагу, она унесет котелок
и все остальное, как она, скорее всего, и делала, когда каждый из разно
цветных готовил обед. Мне надо быть настороже», — затем, повернувшись к старушке, сказал:
— Добрая матушка, я с радостью дам вам попробовать мясное
рагу. Но оно очень густое, боюсь, подгорит, если его не помешивать
и не подлить в котелок воды. Принесите, пожалуйста, немного воды.
Я подолью в рагу воды, и вы будете есть, сколько пожелаете.
Старушка недовольно хмыкнула, но ведерко, которое протянул ей
Масанг, взяла и тут же исчезла в окне. А свой маленький узелок оставила в доме.
Масанг нарочно дал ей прохудившееся ведерко, чтобы она
подольше его наполняла водой, и как только она исчезла, подошел к ее
узелку и развязал его. В нем лежали клубок кетгута1, железный молот
и железные ножницы. Когда он достал их из маленького узелка, они
увеличились, и тогда он окончательно убедился: это ведьма, и решил,
что с ней надо держать ухо востро. Масанг спрятал эти предметы
в карман, а в узелок засунул клубок обычной веревки, деревянный
молоток и деревянные ножницы, и — удивительно! — все поместилось, потому что, как только эти предметы коснулись узелка ведьмы,
тотчас уменьшились. Затем он вернулся к котелку с мясным рагу, сел
у очага и стал помешивать, как будто никуда и не уходил. Вскоре в окне
показалась маленькая ведьма, бросила пустое ведро и в ярости топнула
ножкой.
— Ну берегись! — крикнула она, и ее тонкий, скрипучий голос
задрожал от гнева. — Смотри, пожалеешь! Мое тело мало, но сила моя
велика! Немедленно дай мне попробовать твое рагу, а то хуже будет!
Масанг спокойно взглянул на нее и даже не пошевелился.
— Я не боюсь твоей великой силы! — наконец сказал он. — Пока
ты не попробовала мою еду, ты не сильнее меня!
— Как же! — прошипела ведьма, снова топнув ножкой. — Неужели
ты так возгордился, что думаешь одолеть меня? Что ж, давай померимся,
кто из нас сильнее. Я устрою тебе три испытания... Ну что, согласен?
Или мужество уже покинуло тебя?
Кетгут (от англ. catgut; сокращение от cattle gut — кишка крупного рогатого
скота) — саморассасывающийся хирургический шовный материал (нити), который
изготовляют из очищенной соединительной ткани, полученной либо из серозного слоя кишечника крупного рогатого скота, либо из подслизистой оболочки
кишечника овец. Также используют в качестве струн для струнных музыкальных
инструментов.
1

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

227

— Ничуть! — ответил Масанг. — Приступим же к испытаниям
немедленно.
Ведьма взяла свой узелок, развязала его и достала клубок веревки
(она не сомневалась, что это волшебный кетгут).
— Сначала я свяжу тебя, и если тебе удастся освободиться, ты
сможешь сделать то же самое со мной, если же нет, — она презрительно
усмехнулась, — ты навеки станешь моим рабом и телом и душой.
Тут она бросилась на Масанга и крепко связала ему ноги и руки
веревкой, но так как это была обычная веревка, а Масанг был очень
силен, он очень скоро освободился от пут. Старуха завыла от ярости,
но он быстро схватил ее и связал волшебным кетгутом, и, хотя ведьма
долго и упорно пыталась освободиться, ей это не удалось.
— Хватит! — задыхаясь, вскричала она. — Отпусти меня! Ты
победил в этом испытании. Но это только первое и самое простое испытание, осталось еще два, они потруднее будут.
Масанг развязал ее, и она вскочила, дрожа и скрежеща зубами
от гнева, а Масангу хоть бы что, словно он выиграл партию в карты.
— Скажи мне, матушка-ведьма, — сказал он, — это ты вот уже три
дня приходишь в нашу хижину и похищаешь котелок с едой?
Старуха разразилась смехом.
— Ага, так и есть, — сказала она. — У твоих разноцветных товарищей не хватило ума уберечь обед! Я только попробовала, и у меня
сразу прибавилось сил, чтобы унести все, что было съестного в доме.
Но я пожалела их глупые головы и не утащила их, чтобы сделать своими
рабами-водоносами! Небось, им стыдно было признаться, что маленькая
старушка одержала над ними верх, и они сочинили сказку. Отряд всадников! Ха! Ха! Ну да ладно, с разноцветными все ясно. Вот тебе второе
испытание. Если ты не справишься с ним, мальчик, — а я уверена, что
не справишься, — то умрешь, не будет тебе никакой пощады!
С этими словами ведьма выхватила из своего узелка деревянный
молоток (она была уверена, что он железный), бросилась на Масанга
и стала бить его по голове, крича:
— Вот так! Вот так! А ну давай взывай о пощаде, пока я не вышибла
тебе все мозги!
Но удары, которые обрушивались на голову Масанга, были что слону
дробина, и он, отбросив деревянный молоток, громко рассмеялся.
Наконец, уставшая и запыхавшаяся, ведьма остановилась.
— А теперь, — сказал Масанг, — я сделаю то же самое с тобой.
Достав из кармана железный молот, он со всего размаха обрушил его
на голову ведьмы.

228

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Старуха пронзительно закричала, схватилась руками за голову,
подпрыгнула до потолка и стремглав бросилась в окно. В эту минуту
в дверях появились вернувшиеся с охоты Черный, Зеленый и Белый.
— Быстрее! Быстрее! — крикнул Масанг, протискиваясь между
ними. — Бежим за маленькой ведьмой! Она ранена и летит в свое
логово! Бежим! Быстрее!
Все четверо пустились за ведьмой вдогонку. Она летела низко над
землей, и время от времени черная кровь капала из раны на голове.
Сначала ведьма летела так быстро, что Масанг со своими разноцветными товарищами с трудом поспевал за ней, но через некоторое время
она стала сбавлять скорость и вилять из стороны в сторону, как самолет
с серьезной поломкой. Тем временем все четверо бежали по неровной
местности и не раз спотыкались и падали, но поскольку полет ведьмы
становился все медленнее, им удавалось держать ее в поле зрения.
Наконец они увидели, что ведьма упала на землю и лежит неподвижно,
и, подбежав к ней, обнаружили, что она мертва.
— У-у-у! Злая ведьма! — воскликнул Масанг. — Но я не желал ее
смерти, хотел только попугать и прогнать.
— И она, не задумываясь, убила бы тебя, — сказали трое разно
цветных в один голос, — и нас тоже, если бы мы стали с ней препираться.
Оглядевшись вокруг, они увидели неподалеку проход в подземную
пещеру.
— Это, должно быть, ее логово, — сказал Масанг, — и, несомненно,
там полным-полно сокровищ. Давайте спустимся туда и посмотрим.
Но спуститься было невозможно: пещера была так глубока, что едва
можно было разглядеть ее дно, а стены ее были крутые и гладкие, как
полированный мрамор.
Однако Масанг вспомнил, что у него в кармане клубок волшебного
кетгута. Он размотал его, и оказалось, что он достает до дна пещеры.
Тогда Масанг велел своим спутникам крепко держать один его конец,
а сам спустился вниз. В пещере было темно, но как только его глаза
привыкли к темноте, он увидел, что на полу лежат кучи золота, серебра,
алмазов, рубинов, изумрудов и других драгоценных камней, названий
которых мальчик не знал. Он радостно крикнул разноцветным товарищам, склонившимся над пещерой:
— Кидайте большие мешки! Я наполню их сокровищами! Потом
тащите мешки наверх на кетгуте, а после тащите меня. Мы разделим
добычу, и всем четверым этого с лихвой хватит до конца дней!
Трое разноцветных побежали в хижину за мешками. Пока их
не было, Масанг бродил по пещере. Она была огромная, и в каждом углу

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

229

были навалены сокровища. Только он закончил осмотр, как услышал,
что Зеленый кричит ему сверху. Ему бросили вниз мешки, и он до краев
наполнил их золотом, серебром и драгоценными камнями. Они трудились до позднего вечера. Масанг наполнял мешки, а трое разноцветных
поднимали их на кетгуте, высыпали из них драгоценности и снова
спускали вниз пустые мешки. Наконец Масанг крикнул, что уже темно
и он ничего не видит, но бóльшая часть сокровищ уже поднята. Он
закрепил кетгут на поясе и велел разноцветным тащить его наверх. Но,
к своему ужасу, мальчик увидел злобную улыбку Зеленого, в его руке
сверкнул нож.
— Масанг, дорогой, — злобно усмехнулся Зеленый, — если ты
думаешь, что мы вытащим тебя и разделим с тобой добычу, то ты сильно
ошибаешься! Нам достанется гораздо больше, если тебя не будет здесь,
наверху! Прощай! Да упокоятся с миром твои кости! Тебе никогда
не выбраться из этой пещеры, так что некому будет рассказывать о нас
небылицы!
С этими словами он перерезал волшебный кетгут и исчез. Масанг
услышал, как разноцветные переговариваются между собой. Их голоса
становились все тише и тише и через некоторое время раздавались вновь.
Всю ночь Масанг слышал, как разноцветные приходили и уходили —
очевидно, перетаскивали мешки с сокровищами. Когда наступило утро,
звуков больше не было слышно, и Масанг понял, что остался совершенно один. Он сел на землю и закрыл лицо руками. Ох, как тяжело
было у него на сердце! Однако через некоторое время он встал и решил
не отчаиваться, пока не поймет, что выбраться из пещеры невозможно.
Внимательно все осмотрев, Масанг убедился, что, кроме пригоршни
золотых монет и трех вишневых косточек, ничего не осталось. Он подобрал их. «Это моя последняя и единственная надежда», — подумал он,
и воскликнул:
— О, великие маги и волшебники! Услышьте! Всеми силами белой
магии заклинаю: да найдется выход из этой пещеры! О, как я хочу
увидеть свет! Как хочу оказаться на свободе!
Затем мальчик закопал вишневые косточки посреди пещеры. Едва он
успел это сделать, как глаза его закрылись и он провалился в глубокий сон.
Когда Масанг проснулся, то, к своему удивлению, обнаружил,
что рядом растут три вишневых дерева, а верхушка самого высокого
из них достигает поверхности земли. Он радостно вскочил и потянулся.
На самом деле он проспал несколько лет, но ему казалось, что прошло
всего несколько часов. Забраться на вишневое дерево и выбраться
из пещеры было несложно, и вскоре Масанг, согреваемый солнечными

230

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

лучами, уже бодро шагал по дороге. Он купил еды (хватило пригоршни
золотых монет, что он успел сунуть в карман в пещере ведьмы) и вернулся
в хижину.
Масанг долго скитался в поисках коварных товарищей, пока однажды
не наткнулся на три богатых дома, окруженных красивой лужайкой. Эти
дома, как он вскоре узнал, принадлежали разноцветным — Зеленому,
Черному и Белому. Все трое были на охоте. Масанг раздобыл крепкий
посох и встал у ворот, через которые они должны были проходить,
возвращаясь домой.
Ему не пришлось долго ждать. Вскоре он заметил вдалеке трех охотников. Они бодро шагали, ничего не подозревая, и даже не заметили
его, пока не подошли совсем близко. Масанг стоял прямо перед ними,
держа в руках тяжелый посох. Зеленый увидел его первым и, вскрикнув
от ужаса, упал к его ногам. Черный и Белый тоже с трепетом упали перед
ним на колени.
— Это Масанг или его призрак! — закричали разноцветные в один
голос. — Он пришел, чтобы отомстить! Мы обречены!
— Встаньте! — коснувшись их посохом, сурово сказал Масанг. —
Встаньте! Я не призрак, я Масанг, которого вы оставили умирать в пещере
ведьмы. Я хотел убить вас этим посохом за предательство и жестокость,
но вы слишком трусливы, и я не хочу с вами связываться.
Все трое по-прежнему стояли перед ним на коленях, дрожа от страха.
— Добрый господин, — вскричал Черный, — мы уже достаточно
настрадались из-за совершенного нами злодеяния. При всем богатстве
мы ужасно несчастны, и нет нам покоя ни днем, ни ночью!
— Это действительно так! — простонал Белый. — Мы отдадим тебе
всё, станем нищими, если ты простишь нас и позволишь уйти.
Зеленый кивнул в знак согласия.
Сердце Масанга смягчилось, и он сказал:
— Встаньте! Давайте все обсудим. Вот что я предлагаю: пусть
каждый из вас возьмет половину своего богатства и пойдет с ним
на берег указанной мной реки. Там вы найдете бедняка. У него нет
ничего, кроме коровы. Отдайте ему сокровища и скажите: «Твой сын
Масанг с любовью посылает тебе эти богатства и желает всяческого
благополучия и процветания». Сделайте в точности так, как я сказал,
и я прощу вас.
Разноцветные с готовностью пообещали сделать все, что велел
Масанг.
Через несколько дней он сам увидел, как они отправились в путь
во главе большого обоза, нагруженного огромными богатствами.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

231

***
На этом месте своего рассказа Сиддхи-Кур остановился.
— Они нашли бедняка, у которого ничего не было, кроме коровы? —
спросил принц. — Продолжай! Ты еще не закончил!
— Да, они нашли его, — усмехнувшись, сказал Сиддхи-Кур. —
И высыпали перед ним огромные богатства. А когда вскоре после этого
пришел Масанг, можешь быть уверен, старик принял его как любимого
сына. Но ты, о сын хана, забыл слова мудрого Нагарджуны! Ты нарушил
молчание на обратном пути, и теперь не имеешь надо мной власти.
С радостным криком Сиддхи-Кур выпрыгнул из волшебного мешка
и умчался прочь. Принц пустился вслед за ним и не сводил с него глаз
до тех пор, пока не преодолел все препятствия, которые встречались ему
прежде, и не встал снова под манговым деревом в прохладной роще, что
рядом с садом детей-призраков.
Сиддхи-Кур, увидев, что принц так упорно выполняет поручение
Нагарджуны, не стал возражать против того, чтобы его снова поймали,
посадили в волшебный мешок, завязали веревкой, сплетенной из ста
разноцветных нитей, и снова взвалили на спину. Они долго шли молча,
оба устали, и Сиддхи-Кур снова вызвался рассказать чудесную историю.
Дождавшись от принца кивка в знак согласия, он начал так:

КАК ШЕСТЕРО ДРУЗЕЙ
ОТПРАВИЛИСЬ НА ПОИСКИ ПРИКЛЮЧЕНИЙ

ного лет назад в одной далекой стране жили шесть
юношей, шесть закадычных друзей. Один был
сыном мага, другой — сыном кузнеца, третий —
сыном лекаря, четвертый — сыном резчика по дереву, пятый — сыном
художника, а шестой — сыном принца. Все шестеро намеревались следовать по пути отцов, но, прежде чем вступить во взрослую жизнь, им
хотелось совершить великое путешествие, полное тайн и приключений.
«Давайте все вместе отправимся в незнакомую страну, — решили
они, — может, с нами случится что-нибудь чудесное и мы найдем сокровища, которых нам хватит до конца дней, или, по крайней мере, у нас
будет что рассказать соседям».
Сказано — сделано. Однажды рано утром шестеро друзей отправились в путь. Они шли несколько дней, выбирая непроторенные дороги
и уходя все дальше и дальше от родной страны. Но с ними ничего
особенного не случалось.
Наконец они пришли к круглому пруду. В него с разных сторон
впадали шесть ручьев.
— Друзья, — сказал сын кузнеца, — вот шесть ручьев, по одному
на каждого. Давайте разделимся, пусть каждый выберет себе ручей
и пойдет по нему к истоку. Может статься, что госпожа Фортуна застенчива и не хочет встречать нас всех вместе, тогда как каждому в отдельности она преподнесет какое-нибудь удивительное событие.
Это предложение понравилось юношам, и они сразу же согласились.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

233

— Более того, — сказал сын мага, — пусть каждый посадит дерево
в устье выбранного им ручья, а я наложу на них чары: если с посадившим
его случится несчастье, мы увидим, что дерево зачахло.
— Великолепно! — воскликнул сын лекаря. — И давайте договоримся вернуться на это место по истечении года и одного дня. Если
кто-то из нас не придет на встречу и его дерево засохнет, мы сразу же
пойдем по течению ручья, который он выбрал, и постараемся спасти его
от гибели.
Так и поступили. Каждый выбрал дерево и посадил в устье своего
ручья. Когда все было сделано, сын мага стал ходить от одного дерева
к другому и читать волшебное заклинание. Затем, обменявшись рукопожатиями и клятвами верности, шестеро друзей расстались, каждый
отправился к устью выбранного ручья.
Вот что произошло с сыном принца. Вдоль берега его ручья были
густые заросли кустарника, так что он шел медленно и с трудом. Весь день
он блуждал, не встречая ни одной прогалины и слыша лишь журчание
воды. Но вот берега ручья стали расширяться, и ближе к закату он
оказался на открытом лугу, посреди которого виднелся старый, разбитый
колодец, а за ним темнел лес. Сын принца устал и вспотел от долгого,
тяжелого пути через заросли, поэтому, добравшись до колодца, присел
возле него отдохнуть и выпить воды. Только он там уселся, как увидел,
что к нему приближается высокая красивая девушка с кувшином
на плече. Сын принца залюбовался ею. Волосы у нее были черные
и длинные, на ней было белое льняное платье, она шла по лугу босиком,
легко и изящно. И что удивительно, везде, где ее нога касалась земли,
распускался белый цветок, так что путь ее расстилался благоуханным
шлейфом. Она подошла к колодцу и поставила кувшин. Сын принца
тут же вскочил, схватил кувшин и вызвался набрать воды. Девушка
не промолвила ни слова, а когда кувшин был полон, пошла обратно через
луг. А сын принца устремился вслед с ее кувшином на плече. Сгущались
сумерки, они прошли через луг и вошли в лес. Девушка шла уверенно
и быстро, пробираясь между деревьями, но сыну принца было трудно
за ней поспевать. Он все время спотыкался в темноте, а кувшин с водой
становился все тяжелее. Наконец в лесу стало так темно, что он не видел
ничего, кроме отблеска белого платья перед собой. Кувшин с водой стал
таким тяжелым, что его плечо едва выдерживало, но он упорно шел
вперед, решив не терять из виду прекрасную спутницу.
И вот они подошли к небольшой бревенчатой хижине. В окне горел
свет. Девушка постучала — дверь открыл дряхлый, сгорбленный, седой
старик, рядом с ним стояла морщинистая старуха.

Девушка не промолвила ни слова, а когда
кувшин был полон, пошла обратно через луг.
А сын принца устремился вслед с ее кувшином на плече.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

235

— Входи, дочка! — сказал старик. — Ты привела сына принца?
— Привела, батюшка, — ответила она, и голос ее был так же
прекрасен, как и ее облик.
Сын принца очень удивился (оказывается, его здесь ждали) и вошел
в хижину.
Не говоря ни слова, старик со старухой поспешили накрыть простой
и сытный ужин, а девушка тем временем скрылась во внутренней
комнате. Когда сын принца покончил с ужином, старик, словно отвечая
на его немой вопрос, сказал:
— Сын мой, тебе, конечно, интересно узнать, кто эта прекрасная
девушка, которая живет у нас и за которой ты шел-шел и дошел до нашей
скромной хижины. По правде говоря, мы немного можем тебе рассказать. Откуда она взялась, мы не знаем, хотя лелеяли и растили ее как свою
дочь. Несколько лет назад мы нашли младенца на пороге нашего дома,
маленькую смеющуюся девочку, прекрасную, как солнце, одетую в самые
богатые одежды. Мы с радостью приютили ее, и она счастливо жила с нами,
но ни разу не произнесла ни слова, по которому мы могли бы понять,
чья она. Должно быть, она дочь короля или какого-нибудь доброго духа.
В последнее время она много говорила о грядущих переменах в ее жизни,
о сыне принца и о многом другом, чего мы не понимали, но сердца наши
опечалились, мы испугались, как бы девушка не напророчила себе замужество и разлуку с нами. А ведь мы любим ее больше всего на свете…
Сын принца нетерпеливо прервал старика:
— Молю тебя, отец, не печалься, а выслушай великое желание моего
сердца. Я действительно сын принца, а девушка в моих глазах прекраснейшее создание во всей вселенной. Я хочу только одного — жениться
и мирно жить с ней здесь, в этом лесу, в доме, который я построю
своими руками неподалеку от этой хижины. Конечно, это госпожа
Фортуна все устроила.
— Да будет так, — сказал старик, — ты, несомненно, предсказанный жених, сын принца, иначе наша дочь никогда бы не привела
тебя к нашему одинокому дому через темный лес. Да снизойдет на тебя
мое благословение!
Так сын принца женился на прекрасной девушке и стал жить с ней
в мире и согласии в бревенчатом домике рядом с хижиной ее приемных
родителей. Проходили дни, недели, а эти двое все сильнее любили
друг друга, и казалось, ничто не может омрачить их счастливую жизнь.
Но увы, однажды их постигло большое горе.
В тот злополучный день было жарко и душно, и они рука об руку
прогуливались по берегу быстрого ручья. Вода в ручье казалась

236

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

такой чистой и холодной, что молодой жене сына принца захотелось
присесть на поросший мхом берег и окунуть ноги в воду. Но вдруг
кольцо соскользнуло с ее пальца и унеслось вниз по течению. Бедная
жена сына принца вскрикнула от ужаса и разразилась горькими
рыданиями.
— Поистине, это ничтожное кольцо не стоит твоих слез, — сказал
он успокаивающе. — Дорогая, когда я поеду в королевство отца,
я куплю тебе дюжину колец, во сто крат лучше, чем то, что ты потеряла. Осуши свои слезы и больше не думай об этом.
Но жена сына принца была безутешна.
— Это кольцо, — проговорила она сквозь рыдания, — волшебное,
и его потеря принесет много горя нам обоим.
И она не ошиблась. Кольцо далеко уносил быстрый поток, в конце
концов оно было выброшено на берег недалеко от ханского дворца
в Городе цветущих садов1. Там кто-то нашел кольцо (а оно было диковинное) и сразу же отнес хану. Властитель долго рассматривал его, потом
созвал своих министров и сказал:
— Эта безделушка обладает магической силой. Я верю, что кольцо
принадлежит красивой девушке, возможно, дочери правителя какой-то
страны. Возьмите кольцо и разыщите его владельца. Если это прекрасная
девушка, захватите ее в плен и немедленно доставьте ко мне, она будет
служить в моем дворце.
Главный министр низко поклонился, взял кольцо и созвал солдат
и слуг, чтобы те сопровождали его во время поисков владельца или
владелицы кольца. Как только он прикоснулся к волшебному кольцу,
почувствовал, что его куда-то влечет неведомая сила, и когда он
поддался этой силе, она вывела его из Города цветущих садов на берег
ручья, а затем прямо к бревенчатой хижине в лесу. И вот спустя совсем
немного времени главный министр и все сопровождавшие его солдаты
и слуги стояли перед дверью бревенчатого домика, где так счастливо
жили сын принца и его жена, и потребовали, чтобы те немедленно
вышли. Супруги не посмели ослушаться, и несчастный муж вывел
прекрасную жену, плачущую так, будто у нее вот-вот разорвется сердце,
и передал ее главному министру великого хана. Ее сразу же увезли,
и бедный сын принца остался один в бревенчатом домике. Старики —
приемные отец и мать его жены — были убиты горем, но ни они, ни сын
принца не решались ослушаться приказа великого хана и что-либо
предпринять.
1

Город цветущих садов — так называют Бахчисарай, столицу Крымского ханства.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

237

Тем временем жену сына принца доставили в ханский дворец. Великий
хан был восхищен ее красотой и очарованием и не обратил ни малейшего внимания на ее слезы и уговоры разрешить ей вернуться к мужу.
Ее назначили начальницей над ханскими слугами, она должна была
жить во дворце под постоянным присмотром хана, и, казалось, не было
никакой надежды на побег. Дни шли за днями, а тоска-печаль по мужу
становилась все сильнее. Жена сына принца стала бледнеть и худеть, и все
вокруг боялись, что она больна и вскоре умрет. Хан тоже заметил в ней
перемену и испробовал все возможные средства, чтобы подбодрить ее,
но все было тщетно. Наконец хан рассердился не на шутку.
— Всему виной ее муж. Это он превращает мою самую красивую
прислужницу в болезненную и невзрачную! — воскликнул он. —
Но если и впрямь тоска по нему срывает румянец с ее щек, я быстро это
исправлю!
Хан подозвал придворного палача и что-то прошептал ему на ухо.
— Ну вот! — затем сказал он молодой женщине. — Когда ты
узнаешь, что твой муж мертв и тосковать по нему больше бесполезно,
тогда, возможно, ты забудешь его и станешь снова улыбаться.
Напрасно бедная женщина умоляла злого владыку сохранить жизнь
ее мужу. Чем больше она плакала и просила, тем сильнее он злился
и настаивал на своем.
Итак, палач отправился в путь, взяв с собой несколько солдат. Он
быстро нашел в лесу бревенчатый домик, без церемоний связал сына
принца и отнес его на луг, где был пересохший колодец. Беднягу опустили
в него, а сверху положили большой камень и оставили умирать. Сын
принца не надеялся на спасение, но жизнь без дорогой, прекрасной жены
была ему не мила.
Так случилось, что на следующий день выпадало условленное время,
когда шестеро друзей договорились встретиться у круглого пруда
с шестью впадающими в него ручьями. И, верные своему обещанию,
пятеро собрались и стали ждать сына принца. День тянулся медленно,
а он все не появлялся, и тогда друзья заметили, что дерево, которое он
посадил, зачахло.
— Наш друг в беде, — сказал сын лекаря. — Не будем терять времени,
возможно, мы уже опоздали и не сможем помочь ему.
Остальные тоже были встревожены этим дурным предзнаменованием
и хотели немедленно отправиться в путь, но сын мага остановил их.
— Минуточку! — сказал он. — С помощью магии я смогу узнать, где
именно находится наш друг, и тогда мы без промедления сможем отправиться к нему на выручку.

238

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Приказав остальным сесть и ждать, он начертил на земле круг
и, встав в центре, стал произносить всевозможные заклинания
и чертить в воздухе магические знаки. Через некоторое время он стер
круг и объявил друзьям, что знает, где сейчас находится сын принца.
— Но мы должны поторопиться, — сказал он, — потому что он
в большой опасности и наверняка умрет, если мы не спасем его.
Друзья пустились в путь, они шли всю ночь без остановки и отдыха.
Ранним утром добрались до колодца, в котором был заточен сын
принца.
— Как же мы отодвинем камень? — отчаялись они, увидев, что
огромный валун полностью закрывает колодец.
— Я расколочу его! — сказал сын кузнеца и, взяв тяжелый железный
молот, который он всегда носил на поясе, принялся за работу. Стукнул
раз, стукнул другой — и огромный камень разлетелся на куски.
Когда колодец был открыт, друзья быстро спустили туда сына лекаря.
Он обнаружил, что сын принца находится при смерти.
— Хорошо, что они выбрали меня, чтобы достать его! — пробормотал он, доставая свой узелок с лекарствами.
Взяв небольшую склянку с красной жидкостью, он влил ее содержимое в горло умирающего друга. Тот зашевелился и приподнялся.
С большим трудом его вытащили из колодца, и шестеро друзей
обнялись с радостью и умилением. Затем сын принца рассказал о своем
приключении и его печальном конце, и остальные пятеро прониклись
к нему с состраданием и вознегодовали против злого хана.
— У меня есть план! — воскликнул сын резчика по дереву. — Я могу
смастерить деревянную птицу, достаточно большую, чтобы она могла
унести в своем нутре человека. Ее крылья будут на шарнирах и пружинах,
и деревянная птица сможет летать.
— А я, — воскликнул сын художника, — раскрашу ее яркими
красками, так что она будет похожа на райскую птицу.
Все они были очень взволнованны и просили сына резчика по дереву
рассказать им весь план.
— Сын принца полетит на моей чудо-птице во дворец хана… —
начал он.
— И когда злой правитель увидит ее раскраску, — прервал его сын
художника, —поднимется на крышу со своими приближенными, чтобы
рассмотреть ее поближе, тогда... тогда…
— Ты сможешь схватить свою жену и унести ее! — закричали все
пятеро разом, обращаясь к сыну принца, который прямо-таки светился
от радости.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

239

Сын резчика по дереву сразу же принялся за работу и в мгновение
ока соорудил чудесную деревянную птицу, большую, крепкую, с широкими крыльями, которые несли ее по воздуху от одного прикосновения
к пружине. А сын художника достал краски и раскрасил ее, так что она
переливалась, как настоящая райская птица. Сын принца сел в нее,
нажал на пружину и под радостные крики друзей взлетел высоко в небо.
Он направился к ханскому дворцу.
Когда над крышей ханского дворца увидели большую яркую птицу,
поднялось большое волнение. Все спрашивали друг друга, что бы это
значило, а хан волновался больше всех.
— Это райская птица! — воскликнул он. — Разве вы не видите
золото на ее крыльях? Несомненно, она летит с посланником богов!
Мы должны встретить его подобающим образом!
Он созвал всех своих слуг и, выбрав жену сына принца, потому что
она была прекрасней всех, велел ей быстро подняться на крышу дворца
и поприветствовать посланника.
Жена сына принца немедленно повиновалась и замерла в ожидании
и изумлении, глядя на приближающееся деревянное чудовище. Представьте себе ее радость, когда оно с жужжанием остановилось, и жена,
обнаружив, что внутри сидит ее любимый муж! В мгновение ока он
подхватил ее, и, прежде чем изумленный хан и его приближенные успели
понять, что произошло, «райская птица» превратилась в маленькое
пятнышко, исчезающее вдали.
***
На этом месте своего рассказа Сиддхи-Кур остановился.
— Ну, удалось ли им сбежать из Города цветущих садов? И были ли
вознаграждены пятеро верных друзей сына принца? — с нетерпением
спросил сын хана.
— Конечно! — ответил Сиддхи-Кур и весело рассмеялся. — Сын
принца, и его прекрасная жена, и приемные отец и мать, и пятеро его
закадычных друзей покинули Город цветущих садов и отправились
в прекрасный край, где все они были счастливы и богаты до конца своих
дней… О, сын хана, ты снова пренебрег повелением мудрого Нагарджуны. Ты нарушил молчание на обратном пути, и поэтому я снова
свободен, как ветер в моем любимом манговом дереве в прохладной
роще, что рядом с садом детей-призраков.
С радостным криком Сиддхи-Кур выскочил из волшебного мешка
и убежал, а принцу ничего не оставалось, как уныло смотреть ему
вслед. Принц пустился вслед за ним и не сводил с него глаз до тех пор,

...Прежде чем изумленный хан и его приближенные
успели понять, что произошло, «райская птица»
превратилась в маленькое пятнышко, исчезающее вдали.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

241

пока не преодолел все препятствия, которые встречались ему прежде,
и не встал снова под манговым деревом в прохладной роще, что рядом
с садом детей-призраков.
Сиддхи-Кур, увидев, что принц так упорно выполняет поручение Нагарджуны, не стал возражать против того, чтобы его снова
поймали, посадили в волшебный мешок, завязали веревкой, сплетенной из ста разноцветных нитей, и снова взвалили на спину. Они
долго шли молча, оба устали, и Сиддхи-Кур снова вызвался рассказать
чудесную историю.
— История, которую я расскажу тебе сейчас, называется «Принц,
изливающий изо рта золото».
Сын хана кивнул в знак согласия, но на этот раз он решил, что
ни одно слово не должно слететь с его уст, как бы ни заинтересовала его
эта история.
Устроившись поудобнее в волшебном мешке за спиной принца,
Сиддхи-Кур начал так:

ПРИНЦ, ИЗЛИВАЮЩИЙ ИЗО РТА ЗОЛОТО

ного-много лет назад в одной далекой стране жил
добрый хан, и народ его очень любил. Но никто
во всем его царстве не любил и не восхищался им
так, как его верная жена и маленький сын. Поистине, не было на свете
семьи счастливей этой. Они делили друг с другом радости и горести,
заботы и секреты, и едва ли можно было увидеть их порознь. В ханстве
была одна общая беда: страна орошалась полноводной рекой, и если она
мелела, то земля высыхала, наступал великий голод, и люди умирали
от голода и жажды. У истоков этой реки жили два змея, отвратительные
чудовища, злобные и уродливые. Из года в год эти страшные твари забирали из страны юношу или девушку, уносили в свою пещеру и пожирали.
Если их требование не выполнялось, они останавливали воду в верховьях реки, она высыхала, и люди начинали страдать, а потом умирали.
Много раз хан и его советники обсуждали этот вопрос ночи напролет,
строили планы, прикидывали, как спасти молодежь страны от этой
страшной участи, но все было безрезультатно. Если змеи не получали
свою ежегодную добычу — несчастного юношу или девушку, погибали
сотни людей.
И вот наступило время ужасного жертвоприношения. В стране
царили печаль и тревога. Отцы и матери не могли уснуть, думая о том,
что настал черед их сына или дочери отправиться в верховья реки и быть
брошенным в пещеру чудовищных змеев. Больше всего расстраивался
хан, ведь он любил свой народ и горевал о каждом юноше или девушке,
как о собственном ребенке. Взирая на тревогу и печаль на лице отца,
сын хана Шалу задумался всерьез и надолго. «Несомненно, — повторял

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

243

он про себя, — должен же быть какой-то способ, чтобы освободить
наш народ от этого страшного проклятия». Но как он ни напрягался,
ничего на приходило ему в голову. Между тем роковой день приближался. И вот змеи прислали гонца с требованием назвать имя жертвы.
Шалу всю ночь не мог уснуть, все думал о предстоящей трагедии.
«Предположим, это буду я, — думал он. — Конечно, они не посмеют
потребовать сына хана, но предположим…» И он представил себе горе
отца и матери и свой ужас перед лицом кровожадной смерти. «А ведь
мы ничем не отличаемся от других, — сказал он себе. — Отцы и матери
из числа наших подданных страдают не меньше, чем хан и его супруга,
а что касается юношей и девушек, они такие же, как я».
Вдруг Шалу сел в постели и уставился в темноту — ему в голову
пришла отличная идея.
— Я сам пойду к этим ужасным чудищам! — взволнованно
воскликнул он. — Я предложу им себя, — сына великого хана, — если
впредь они не будут выдвигать свои страшные требования!
Всю ночь Шалу пролежал без сна, представляя себе, как будет умолять
и спорить со зловещими змеями ради жизни своего народа, и готовился
мужественно встретить свою судьбу, умереть, как подобает принцу.
Рано утром, еще до восхода солнца, он встал, оделся и тихонько
выскользнул из дворца. Не успел принц далеко отойти, как услышал
за спиной шаги и, обернувшись, увидел, что за ним идет Саран, его
верный друг. Саран был слугой во дворце хана. Они были ровесниками,
воспитывались вместе и обожали друг друга как братья.
— О, господин! О, друг мой! — воскликнул Саран, подбегая
к Шалу. — Прости, что я последовал за тобой! Я видел, как ты
был встревожен в последние дни. Когда сегодня утром ты отправился в путь один, у меня сжалось сердце, боюсь, что с тобой может
случиться беда.
Сначала принц был раздосадован, что его обнаружили, но, взглянув
на Сарана, вдруг почувствовал облегчение, оттого что рядом друг,
и рассказал ему о плане самопожертвования. Он опасался, что Саран
станет уговаривать его все бросить и вернуться домой, но верный друг
молча выслушал его и сказал:
— Шалу, у тебя благородное сердце, какое и должно быть у принца!
Я не могу отговаривать тебя от столь поистине благородного поступка.
Только прошу тебя, — знаю, что не откажешь, — позволь мне пойти
с тобой и тоже пожертвовать собой, ибо жизнь без тебя хуже смерти,
и, если мы вдвоем отдадим свои жизни, может быть, змеи быстрее оставят наш народ в покое.

244

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Принц попытался отговорить товарища, но, видя, что это бесполезно, вскоре замолчал, и друзья продолжили путь к верховьям
реки.
Приблизившись к пещере, где обитали змеи, они пошли очень осторожно, так как хотели, если удастся, как следует рассмотреть чудовищ,
пока те их не заметили. Пробираясь ползком через кусты, они вскоре
добрались до лаза. Через него можно было заглянуть в пещеру, и друзья
увидели двух ужасных змеев. Один был длинный, похожий на дракона,
покрыт чешуей цвета тусклого золота; другой — поменьше и, видимо,
помоложе, а чешуя на его спине была зеленой, как изумруды. Змеи
не видели и не слышали двух юношей, и через мгновение золотой змей
заговорил:
— Странно, брат, что люди так невежественны и доверчивы.
— Они думают, что у них нет выхода, не так ли? — ответил младший,
зеленый. — Они знают, что если не принесут юношу или девушку
в жертву, то мы осушим их речку, и тогда все погибнут.
— Верно, — отозвался другой, — но ведь нас так легко убить, если
бы они только знали как.
— Но разве они в былые времена не посылали против нас вооруженных солдат? — сказал зеленый змей, гордо подняв голову. — И разве
мы не убили всех?
— Разумеется, мечи нам неопасны, — презрительно заметил
золотой, — если бы они только знали, что против нас надо сражаться
крепкими дубовыми посохами! Один точный удар по голове таким
посохом прикончит нас на месте. Но, к счастью, они этого не знают.
— И слишком глупы, чтобы догадаться, так что мы в полной безопасности, — добавил зеленый.
— И потом, — усмехнулся старший, разминая складки своего
длинного тела, — подумать только, что обретет человек, убивший
нас! Моя голова, если ее сварить и съесть, стала бы не только вкусным
блюдом, но и дала бы человеку силу изливать золото изо рта, когда ему
захочется!
— А если бы кто-нибудь съел мою голову, — сказал зеленый, — у него
изо рта сыпались бы изумруды, когда бы он того ни пожелал. К счастью,
глупые смертные никогда об этом не узнают!
Шалу и Саран услышали достаточно. Дрожа от волнения, они
выбрались из укрытия и принялись обнимать друг друга, ликуя,
оттого что узнали тайну чудищ. Не теряя времени, они изготовили
огромные дубовые посохи и отправились туда, где на берегу ручья все
еще сидели, лениво переговариваясь, змеи. С криком друзья выскочили

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

245

из кустов и набросились на ничего не подозревающих чудовищ. Бой
был короткий, но жаркий. Огромные чудовища злобно набросились
на юношей и обрушили на них свои драгоценные головы, но друзья
умело уклонялись и наносили врагам удары дубовыми посохами, пока
наконец те не замерли без движения.
— А теперь, — сказал принц Шалу, опираясь на посох и тяжело
дыша, — мы должны развести костер, приготовить и съесть их головы. Если змеи сказали правду, то мы будем богаты до конца наших
дней.
Они отсекли головы страшным врагам, развели костер, хорошо их
прожарили и съели. Шалу съел золотую голову и признал ее восхитительной, а Саран сказал, что никогда не пробовал ничего вкуснее изумрудно-зеленой головы.
— Посмотрим, действуют ли чары, — сказал принц. — Как бы
я хотел, чтобы из моего рта полилось золото!
Как только он это сказал, из его уст излился дождь ярких золотых
монет. Юноши собрали их и спрятали в карманы.
— Теперь дай-ка я попробую! — сказал Саран. — Я бы хотел, чтобы
из моих уст посыпались изумруды!
Тотчас же на землю посыпались изумруды в великом изобилии.
— Как здорово! — воскликнул Саран, собирая их. — А теперь
поспешим во дворец и покажем твоему отцу, чего мы добились!
— Нет, не стоит пока возвращаться домой, — сказал принц. — Одно
приключение лишь ступенька к другому, и я хочу отправиться в путешествие и посмотреть, улыбнется ли нам удача. С таким чудесным
даром — золотом и изумрудами — нас наверняка ждут удивительные
приключения.
Саран с готовностью согласился, и они, радостные, отправились
в путь по неизвестной дороге. Они шли целый день, им встретилось
множество путников, но ничего похожего на приключение не было.
Ближе к вечеру они добрались до пальмовой рощи, откуда доносились
крики, вопли и признаки большого переполоха. Поспешив к месту
беспорядков, друзья увидели полдюжины буйных молодцев, которые
дрались самым жестоким образом.
— Эй, ребята! — воскликнул принц. — Немедленно прекратите
и скажите, из-за чего вы деретесь!
Но юноши не обращали на него никакого внимания.
— Стойте! — снова крикнул Шалу, стараясь перекричать шум
драки. — Остановитесь, и я покажу вам чудо, подобного вы никогда
не видели!

246

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Драчуны уставились на Шалу и Сарана.
— Ты сказал, чудо? — презрительно воскликнул главный. — Ты
не можешь показать нам чудо более великое, чем то, которое есть у нас
здесь и сейчас!
— А у вас тоже есть что-то волшебное? — спросил принц. —
А давайте заключим пари: если мое чудо превзойдет ваше, вы отдадите мне ваше чудо, а если ваше превзойдет мое, я дам каждому столько
золота, сколько вы только сможете унести.
— Ура! — закричали ребята в восторге. — Покажем!
Все собрались в круг, а предводитель поднял с земли потрепанную
шапку.
— Вот из-за чего мы спорили, — сказал он, — потому что каждый
из нас хочет иметь ее у себя. Это волшебная шапка, тот, кто ее надевает,
становится невидимым до тех пор, пока не снимет. Ну, теперь покажите
нам чудо, равное этому!
Прошептав пожелание о золоте, принц открыл рот, и тут же на землю
посыпался дождь монет. Драчуны с жадностью набросились на них,
кричали, выхватывали друг у друга, ругались.
— Пойдем, — сказал Шалу своему другу, — эти ребята недостойны
владеть таким сокровищем, как шапка-невидимка, и к тому же мое чудо
намного превосходит их, я выиграл пари.
Он подхватил потрепанную шапку, надел ее и схватил Сарана за руку.
Тут же они оба стали невидимыми и, незаметно прошмыгнув сквозь
толпу дерущихся, продолжили свой путь.
— Это достойный трофей! — сказал принц, когда они отошли
подальше, и, сняв шапку, спрятал ее за пазуху. — Интересно, каким
будет наше следующее приключение?
Вскоре друзья вышли на перекресток, где стояло большое облако
пыли, и, услышав крики и брань, поспешили посмотреть. Посреди
клубов пыли стояли полдюжины уродливых карликов. Они яростно
сражались, крича и проклиная друг друга.
— Попробуй себя в этом деле! — сказал Шалу своему другу. — Это
будет твое приключение.
Тогда Саран топнул ногой и громко крикнул:
— Стойте!
Но карлики не обратили на него ни малейшего внимания.
— Остановитесь, я вам говорю! — крикнул он еще громче. — Я хочу
показать вам великое чудо!
При слове «чудо» драчуны разом остановились и уставились на двух
друзей.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

247

— Ты сказал, чудо? — воскликнул главный. — Чушь! Мне все равно,
что это за чудо, потому что оно не может быть таким же замечательным,
как наше!
— А какое у вас чудо? — спросил Саран. — Если оно такое же замечательное, как мое, то у каждого из вас будет столько изумрудов, сколько
вы только сможете унести.
Услышав эти слова, карлики презрительно рассмеялись.
— Покажи ему! Покажи! — закричали они своему предводителю. —
И тогда мы отнимем у него все изумруды, если они у него и вправду есть.
Главный повернулся и поднял пару старых, потертых сапог.
— Это волшебные сапоги, — сказал он, — и если кто-нибудь наденет
их и загадает желание оказаться в любом месте под солнцем, то окажется
там в мгновение ока.
— Это действительно замечательно! — сказал Саран. — Вот ваше
вознаграждение, но, по правде говоря, вы не заслуживаете ни сапог,
ни изумрудов!
И тут, к великому изумлению карликов, Саран, прошептав пожелание получить изумруды, открыл рот и оттуда хлынул огромный поток
великолепных изумрудов. С восторженными криками карлики набросились на них, отталкивая друг у друга.
— Быстрее надень шапку-невидимку, — крикнул Саран принцу, —
и возьми меня за руку, чтобы они нас не увидели! Мы найдем гораздо
лучшее применение волшебным сапогам, чем злые карлики.
Каждый из них быстро надел по сапогу, и, став невидимыми, они
покинули карликов, которые всё дрались из-за драгоценностей.
— А сейчас, пока мы в волшебных сапогах, — сказал Саран, — давай
испытаем их силу.
— Прекрасно, — согласился Шалу. — Я хочу, чтобы мы немедленно
попали в страну, которой нужен государь!
Тут же друзья почувствовали, что их подхватило и понесло по воздуху
с такой скоростью, что они ничего не видели и не чувствовали, кроме
ветра, свистящего в ушах. Затем волшебные сапоги мягко опустили их
на землю, и они оказались в незнакомой стране.
Вскоре юноши увидели, что к ним приближается большая процессия из мужчин, женщин и детей, а во главе ее — седой старик с белой
бородой, в длинных белых одеждах. Люди подошли прямо к принцу
Шалу и Сарану и остановились, а старик заговорил с ними торжественно и взволнованно:
— Вы чужестранцы, мы таких и ищем. Умоляю, покажите нам какоенибудь чудо, по которому мы могли убедиться, что вы не простые смертные.

...Друзья почувствовали, что их подхватило и понесло
по воздуху с такой скоростью, что они ничего не видели
и не чувствовали, кроме ветра, свистящего в ушах.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

249

— На самом деле мы ничем не отличаемся от простых смертных, —
начал принц Шалу, — но по счастливой случайности стали обладателями нескольких чудесных предметов.
— Покажите! Покажите! — закричала толпа в великом возбуждении.
— Вот это, — продолжал Шалу, доставая из кармана потрепанную
волшебную шапку, — может сделать ее владельца невидимым.
Он надел шапку-невидимку, взял Сарана за руку, и люди в изумлении и тревоге закричали:
— Где они? Где они? Они исчезли! Найдите их! Они те самые!
— Нет, мы все еще здесь, — сказал принц, снимая шапку-невидимку.
Но почему вы так хотите увидеть наши чудеса?
— Покажи еще! Покажите еще! — кричала толпа, а старик в белом
тщетно пытался успокоить ее.
— Эти сапоги, — продолжал Шалу, — тоже волшебные. Они в мгновение ока могут перенести их владельца, куда он только пожелает. Благодаря волшебной силе этих сапог мы и попали сюда.
— Не испытывай волшебные сапоги! Мы верим тебе на слово! —
крикнул кто-то, словно опасаясь потерять чужаков.
— И наконец, — улыбнувшись, сказал Шалу (он получал удовольствие, глядя на удивленные лица), — у нас с моим другом есть небольшой фокус, который может вас заинтересовать.
Принц Шалу и Саран открыли рты и стали щедро извлекать золото
и изумруды и бросать их горстями в толпу.
Если до этого люди были удивлены, то теперь они обезумели
от радости, и пока они ловили драгоценности, к Шалу подошел седой
старик с белой бородой и сказал:
— О, прекрасный незнакомец, знай, что я волшебник, и с помощью
своего искусства я узнал, что эта земля, которая уже много лет остается
без правителя, найдет справедливого, мудрого и праведного властителя в чужаке-чудотворце. Мы его встретили сегодня. Прими власть
над нашей страной и нашим народом, а мы будем почитать тебя как
нашего хана, а твоего спутника — как великого визиря до конца ваших
дней!
Тем временем толпа затихла, а в конце речи седого старика подняла
такой крик, что он взлетел до самых облаков и отозвался эхом чуть ли
не во всей стране. Подхватив принца Шалу и Сарана на руки, люди
с радостными возгласами и пением понесли их во дворец, где Шалу
был коронован со всей пышностью, а Саран стал его великим визирем. И в этой стране два друга жили достойно и счастливо до конца
своих дней.

250

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

***
Закончив рассказ, Сиддхи-Кур замолчал.
— Но что же стало с несчастными отцом и матерью принца? —
нетерпеливо воскликнул сын хана. — Конечно, Шалу был непутевым
сыном, ведь его родители, наверное, умерли от горя!
— Да нет же! Разве мог он так поступить?! — улыбнулся СиддхиКур. — Не успел он стать правителем, как отправился в обратный путь,
чтобы навестить отца и мать. Только вообрази их радость и счастье всей
страны, когда стало известно, что принц и его верный друг не только
вернулись целыми и невредимыми, но и избавили их от проклятия
ужасных змей, а кроме того, снискали великую славу и богатство.
— Но я боюсь, — продолжал Сиддхи-Кур, тыкая принца в ребра, —
что ты никогда не достигнешь славы и богатства, если не вспомнишь
слова мудрого Нагарджуны и не будешь молчать на обратном пути.
Прощай, я возвращаюсь к своему любимому манговому дереву. Как же
хорошо снова почувствовать себя свободным!
Принц едва мог сдержать слезы гнева и досады, увидев, как
Сиддхи-Кур весело поскакал на север.
— Я все равно приведу тебя к Нагарджуне! — крикнул он.
Но Сиддхи-Кур обернулся и снисходительно улыбнулся:
— На твоем месте я бы отказался от этой затеи. Но если ты действительно решил снова поймать меня, то на обратном пути мне есть
что тебе рассказать. Это удивительная история называется «Судьба
Шриканты».
С этими словами он побежал дальше и исчез вдали.

СУДЬБА ШРИКАНТЫ

авным-давно жил в Индии юноша по имени Шриканта,
сын брахмана1. Он был не беден и не богат, не слишком
хорош и не слишком плох, не очень мудр и не очень
глуп, но у него была самое доброе сердце на всем белом свете. Когда
Шриканта стал достаточно взрослым, чтобы поступать так, как ему
заблагорассудится, он продал все, что у него было, и купил три тюка
ткани, очень тонкой и яркой, с них он намеревался начать торговлю
и сколотить приличное состояние. Он попрощался с родителями
и отправился в ближайший город, где, как он думал, мог бы торговать
с наибольшей выгодой.
Не успел он отойти от дома, как наткнулся на группу жестоких мальчишек, которые мучили мышонка.
— Прекратите! — в гневе вскричал Шриканта. — Мышонок страдает и вскоре умрет! Неужели в ваших сердцах нет жалости?
Но мальчишки только посмеялись над ним и продолжали жестокую
забаву. Поняв, что все слова бесполезны, Шриканта предложил им
тюк красивой ткани в обмен на свободу мышонка. Проследив, чтобы
мышонок убежал, Шриканта вздохнул и продолжил путь, обеднев
на одну треть, но с довольным сердцем.
Чуть дальше он увидел другую группу мальчишек, которые мучили
обезьяну и смеялись, глядя на страдания бедняжки. Шриканта хотел
было пройти мимо, но он не мог, видя боль живого существа, ничего
не предпринять. Поэтому через мгновение он остановился и попытался образумить мальчишек, чтобы они прекратили мучить животное.
1

Брахма́н (брами́н) — священнослужитель, представитель касты жрецов в Индии.

252

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Как и в первом случае, он убедился, что все его слова были напрасны,
и только отдав второй тюк ткани, он избавил обезьяну от мучений.
И теперь у юноши не осталось ничего, кроме тюка красивой ткани, и он
почувствовал себя бедняком. «Не беда, — успокаивал он себя, — если
я буду ловко вести торг, то даже с тюком ткани заработаю состояние.
Благодарный взгляд бедной обезьяны стоил куда больше, чем жалкий
остаток товара».
И он пошел дальше налегке и с веселым сердцем, но, к своему ужасу,
вскоре снова услышал крик боли и увидел еще одну группу мальчишек,
собравшихся вокруг медвежонка и жестоко издевавшихся над ним.
«Увы! — подумал Шриканта. — На этот раз я должен ожесточить свое
сердце и пройти мимо, потому что прекрасно знаю, что слова не помогут,
а я не могу отдать последнее имущество». Он ускорил шаг и попытался
подумать о чем-нибудь другом, но в этот момент бедный медвежонок
так жалобно застонал, что Шриканта не выдержал. Развернувшись, он
поспешил туда, где стояли злые мальчишки, и долго и серьезно разговаривал с ними. Но как произошло в двух предыдущих случаях, так было
и сейчас: Шриканта тщетно упрашивал злых мальчишек и в конце концов, чтобы освободить медвежонка, был вынужден отдать последнее
добро. Оставшись ни с чем, он продолжил путь с пустыми руками.
«Наверное, лучше вернуться к отцу, — подумал он, — но только
не сейчас, — он станет укорять меня за глупую доброту сердца! Я отправлюсь дальше, ибо госпожа Фортуна наверняка возместит мне убытки,
которые я понес в столь благих делах».
Однако Фортуна была настроена иначе.
Дорога привела Шриканту прямо к ханскому дворцу, и едва он
миновал большие ворота, как услышал крики и смятение, и тут же
из ворот выскочил человек.
— Беги! Спасайся! — закричал он, промчавшись мимо.
И Шриканта не задумываясь сделал, как ему велели. Он слышал
за спиной гул голосов и топот ног, поэтому бежал быстрее, чем когдалибо, все дальше и дальше, но преследователи настигали его, он
уже слышал их крики и проклятия и даже чувствовал прерывистое
дыхание.
— Остановись, проклятый вор!
— Остановите нечестивого разбойника!
— Он украл драгоценности хана!
Услышав такие слова, Шриканта еще больше встревожился и, вместо
того чтобы сразу остановиться и объяснить людям, что драгоценности
украл не он, а тот, кто бежал впереди него, по глупости побежал еще

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

253

быстрее, чем прежде. Наконец его дыхание окончательно сбилось,
колени подломились, и он, задыхаясь и хрипя, упал наземь. Через
мгновение преследователи настигли его и, пиная и издеваясь над ним,
связали прочной веревкой. Напрасно он пытался что-то объяснить. Он
задыхался и был не в силах вымолвить ни слова, а его преследователи
были слишком разъярены, не сомневались в его вине и ничего не хотели
слушать. Связанного Шриканту сразу же отнесли в ханский суд. И хотя,
конечно, никаких драгоценностей у него не нашли, и несмотря на то что
он со слезами и молитвами доказывал свою невиновность, его приговорили к ужасной смерти.
На следующий день двое сильных и жестоких мужчин засунули его
в большой деревянный сундук, плотно закрыли крышку и бросили
в реку.
Бедный Шриканта ощущал, как вода бьется о его непроницаемый
сундук, и считал, что госпожа Фортуна приготовила ему погибель.
Но она распорядилась иначе!
Вскоре огромный сундук зацепился за какие-то камни на берегу
острова и застрял там. И кто же оказался на том самом месте?
Мышонок, которого Шриканта спас от жестоких мальчишек! Увидев,
что огромный сундук прибило к берегу его острова, мышонок стал
разбираться, в чем дело, и вскоре обнаружил, что внутри заперт его
друг и спаситель.
— Наберись терпения! — пропищал он ему сквозь щели сундука
и тут же принялся грызть его.
Когда мышонок прогрыз в сундуке дыру, достаточную для того,
чтобы Шриканта, который уже почти задыхался, смог свободно
дышать, он поспешил на поиски обезьяны и медвежонка. Они вскоре
вернулись вместе с мышонком, готовые помочь. Вместе звери вытащили сундук на берег, открыли его и освободили Шриканту. Затем
в течение многих дней три верных живых создания снабжали юношу
орехами и фруктами, так что он нисколько не страдал от недостатка
еды и питья.
Однажды мышонок пришел к Шриканте с маленьким голубым
камешком во рту.
— Возьми это, мой господин, — сказал он. — Это волшебный
талисман, самое дорогое, что у меня есть. Я дарю его тебе в благодарность за то, что ты спас мне жизнь. Возьми его, загадай желание —
и получишь все, что только пожелаешь.
Шриканта удивленно посмотрел на голубой камешек и решил, что
испытает его силу, чтобы покинуть остров. Не успел он об этом поду-

254

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

мать, как остров исчез под его ногами, и он очутился на лугу. Шриканта
очень удивился и обрадовался, снова посмотрел на голубой камешек
и пожелал оказаться в роскошном дворце посреди прекрасного сада
с редкими птицами, деревьями и цветами. Он закрыл глаза и, открыв
их через мгновение, увидел, что стоит уже не на лугу, а в большом саду,
а вдали — великолепный дворец, все именно так, как он пожелал,
только еще прекраснее. Он прошелся по саду, вошел в дворец. Там
Шриканта увидел богато обставленные комнаты, слуг, склоняющихся
перед ним на каждом шагу, и дорогие вещи, разбросанные тут и там.
«Поистине, — подумал он, — сам хан мог бы теперь позавидовать
моему богатству».
— Но я хочу видеть здесь моих верных друзей — мышонка, обезьяну
и медвежонка, — чтобы они вместе со мной насладились этой красотой
и роскошью! — воскликнул Шриканта.
И звери тотчас предстали перед ним.
Шриканта некоторое время жил в роскоши и счастье, и казалось,
что так будет до конца его дней. Но Фортуна распорядилась иначе.
Однажды к дворцу подъехал караван злых, склонных к воровству купцов, и главный подружился со Шрикантой и в злую минуту уговорил его
рассказать секрет своей удачи.
— Увы! — сказал купец, когда Шриканта рассказал ему все и показал
драгоценный голубой талисман. — Как же везет одним и как не везет
другим! Вот ты никогда не торговал и не делал ничего такого, чтобы
заработать богатство, и все же наделен всеми благами, в то время как
у меня, а ведь я всю жизнь много и честно трудился, нет ничего, кроме
горсти дешевых товаров, которые я должен с трудом обменивать на самое
необходимое для своего жалкого существования. — И при этом он так
жалобно вздохнул, что доброе сердце Шриканты растаяло. — Вот если
бы… — продолжил злой купец. — Но я не должен предлагать ничего
подобного.
— Что предлагать? — спросил Шриканта, преисполненный сочувствия.
— Если бы по доброте душевной ты одолжил мне талисман хоть
на минуту, я мог бы пожелать себе уютный дом, мир и покой до конца
дней моих. От этого ты не станешь беднее, наоборот, будешь богаче
благодаря молитвам и благословениям счастливого человека.
Это был такой простой способ помочь бедняге, что Шриканта,
не колеблясь ни минуты, доверчиво вложил в руку купца волшебный
синий камешек. Презрительно усмехнувшись, злой купец выкрикнул
свое желание:

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

255

— Я хочу иметь все имущество, которое есть у Шриканты! Хочу,
чтобы он вернулся туда, где он был в тот момент, когда ему подарили
этот талисман!
В мгновение ока Шриканта снова оказался на речном острове, где
от его былого богатства не осталось и следа. Он сел на землю и стал бить
себя по лбу.
— Какой же я дурак! — повторял он снова и снова.
— Да, ты был глуп, господин, — пропищал на ухо тоненький
голосок. — Но ведь это только по доброте душевной.
Оглянувшись, Шриканта увидел своего друга — мышонка.
— Что толку в том, что у меня доброе сердце, если из-за этой доброты
я потерял все, что у меня было?! — вздохнул он, не желая слушать слова
утешения.
— Ты не все потерял, — поправил мышонок, — у тебя остались три
верных друга, которых ты приобрел благодаря своему доброму сердцу.
И, не сказав больше ни слова, маленький зверек исчез, оставив
Шриканту рыдать на берегу.
Трое друзей — мышонок, обезьяна и медвежонок — встретились
и составили план. Ночью они отправились во дворец злого купца,
пробрались в его комнату, и обезьяна и медвежонок, затаив дыхание,
ждали, пока мышонок пролезет в замочную скважину и украдет
талисман с груди спящего. Они без труда миновали многочисленных
стражников, которые были начеку и караулили людей, а не животных,
способных украсть сокровища их хозяина. Однако, когда звери достигли
реки и увидели на противоположном берегу Шриканту, с ними случилась неприятность. Медвежонок был единственным из троих, кто умел
плавать, поэтому, чтобы перебраться через реку, обезьяна забралась
к нему на спину, посадила на плечо мышонка, а талисман положила
в рот. И вот с тяжелым грузом на спине медвежонок отважно отправился
вплавь на остров. На середине реки в полуметре от его носа проплыла
рыба, и он, глупое создание, нырнул за ней. Обезьяна потеряла равновесие и вскрикнула от испуга, выронив изо рта голубой камешек. Он
пошел ко дну, и зверям ничего не оставалось, как в ужасе наблюдать,
как он исчезает.
— Вот тебе и раз! — запричитал мышонок. — Весь наш труд и время
потрачены впустую! Наш бедный друг на острове умрет от голода
и отчаяния! Что же нам делать? Что же делать?
Медвежонок повернул обратно, и все трое уныло уселись на берегу.
— Какой же ты глупый! Зачем бросился за рыбой?! — с досадой
сказала обезьяна.

256

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Какая же ты глупышка! Почему не держала рот на замке, когда
в нем таилось такое сокровище! — прорычал в ответ медвежонок.
— Не тратьте время впустую, обвиняя друг друга, — примиряюще
проговорил мышонок. — Неважно, кто виноват, талисман пропал, и мы
должны достать его, — вот о чем надо думать.
— Достать?! — проворчал медвежонок. — Хотел бы я знать, как это
сделать! По недосмотру обезьяны он упал на дно реки, и мы никогда
не сможем его достать. Давайте разойдемся, мы уже достаточно сделали
для этого человека, чтобы с лихвой окупить его доброту.
— Да, разойдемся, — согласилась обезьяна. — Нет смысла пытаться
что-либо сделать, если медвежонок гоняется за каждой встречной
рыбой, независимо от важности поручения. А мы и так много сделали
для этого человека.
— Не надо, не надо так говорить! — закричал мышонок. — Вы оба
не хуже меня знаете, что мы никогда не сможем отплатить этому человеку за его доброту! Давайте придумаем план! Должен же быть какой-то
выход!
Мышонок ходил по берегу, размышляя, и наконец воскликнул:
— Придумал!
— Что? — в один голос воскликнули обезьяна и медвежонок, с интересом глядя на него.
— Смотрите на меня и делайте так же, как я, — сказал он и начал
громко рыдать и бегать туда-сюда по берегу реки.
На его крики на поверхности появились любопытные лягушки,
живущие на дне реки. Им не терпелось узнать, в чем дело. Когда их
собралось множество, мышонок воскликнул:
— Скорее, друзья! Скорее! Пока не поздно! Камешки на дне вашей
реки прокляты, и это проклятие вот-вот обрушится на вас! Мы пришли
к вам на помощь. Соберите все камешки со дна реки и принесите нам,
и мы их уничтожим. Поторопитесь! Сделайте все, как мы говорим!
Глупые и доверчивые лягушки поспешили сделать так, как велел
мышонок. Ныряя на дно реки, они один за другим доставали камешки
и передавали их мнимому спасителю, а тот передавал их обезьяне
и медвежонку, приговаривая, чтобы те уничтожили прóклятые камешки.
Собралось множество лягушек, чтобы выполнить великую миссию —
очистить реку от проклятия. Они принесли со дна реки несметное количество камешков. Наконец одна из них принесла драгоценный голубой
талисман. Когда он оказался у мышонка в руках, он подал знак своим
друзьям прекратить работу. Магическим жестом он заставил лягушек
замереть и торжественно воскликнул:

Вместе звери вытащили сундук на берег,
открыли его и освободили Шриканту.

258

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Довольно! Проклятие с вашей реки снято! Вы хорошо поработали и избавили себя (и нас) от многих печалей! Теперь ступайте
и живите в мире!
Лягушки заквакали, немало озадаченные этим представлением,
но медвежонок, обезьяна и мышонок не стали их слушать. Они быстро
перебрались через реку, обезьяна села на спину медвежонку, а мышонок,
зажав в лапках талисман, — на плечо обезьяны. Так они благополучно
добрались до острова и обнаружили...
***
Сиддхи-Кур замолчал и откусил кусочек от манго, которое
прихватил с собой, и некоторое время за спиной принца раздавалось
его похрустывание.
— Что обнаружили? — воскликнул принц, застыв от удивления. —
Я знаю! Они обнаружили, что Шриканта умер от голода, поскольку
очень долго ждал своих друзей!
— Нет, вовсе нет! — сказал Сиддхи-Кур. — Ничего подобного!
Шриканта сидел на берегу и терпеливо ждал возвращения друзей. Как
только мышонок передал ему волшебный голубой камешек, он пожелал
вернуть все, что было у него раньше, а еще — мудрую и красивую жену,
чтобы она наслаждалась всем этим вместе с ним. Без сомнения, как
только они поженились, госпожа завладела талисманом, так что не было
никакой опасности, что они снова потеряют свое состояние, как потерял
его бедный, глупый, добросердечный Шриканта.
— Однако, принц, если хочешь, чтобы моя история закончилась
иначе, можешь закончить ее по-своему. Ну а пока, раз уж ты снова
нарушил молчание на обратном пути, поразмышляй над этой историей
или подумай о чем-нибудь другом. Что же касается меня, то я возвращаюсь к своему любимому манговому дереву в прохладной роще, что
рядом с садом детей-призраков.
Сиддхи-Кур с радостным криком выпрыгнул из волшебного мешка
и снова умчался на север.
Принц не стал ни вздыхать, ни сетовать, а, мрачно стиснув зубы,
повернулся и снова пустился в путь за Волшебным Мертвецом, на ходу
уплетая несъедаемую лепешку. Когда долгий путь на север был завершен,
Сиддхи-Кур слез с мангового, снова устроился на спине принца и без
предисловий сказал:
— Есть у меня на примете история, которая, возможно, самая удивительная из всех, что я знаю. Слушай, мой друг, я начинаю.

СОЛНЕЧНЫЙ СВЕТ И ЛУННОЕ СИЯНИЕ

авным-давно в одной далекой стране жил добрый
и красивый принц по имени Солнечный Свет. Он жил
в великолепном дворце вместе со своим отцом, ханом,
мачехой и сводным братом, которого звали Лунное Сияние. Отец
и брат очень любили его, но мачеха ненавидела пасынка и ревновала
Солнечный Свет к своему родному сыну Лунному Сиянию. И вот
пока братья счастливо жили вместе, не подозревая ничего недоброго,
злая мачеха строила козни, чтобы погубить Солнечный Свет и сделать
своего родного сына наследником престола.
Наконец в один прекрасный день она придумала хитрый план: отправилась в свою комнату, легла на кровать и стала стонать и причитать,
словно была больна и испытывала страшные муки. Хан вскоре узнал
об этом и очень встревожился, увидев жену в столь тяжелом состоянии.
— Дорогая, — воскликнул он, — я немедленно вызову придворного
лекаря, и он даст тебе лекарство.
— Нет, — с трудом ответила ему жена. — Я уже на пороге смерти,
и никто не сможет мне помочь. Я умираю, мой хан, и единственного
средства от моей болезни мне не видать.
— Единственное средство? — повторил государь. — Если есть
на земле хоть что-нибудь, что может вылечить тебя, дорогая, ты получишь это. Я пожертвую своим государством, лишь бы добыть лекарство
для тебя! Только скажи, что это за лекарство?
— Это нечто большее, чем государство, — ответила она с жалобным
стоном. — Но я не смею об этом говорить.
Она застонала и затряслась, словно в страшной агонии, и хан едва
не лишился чувств при виде ее страданий.

260

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Скажи мне, любовь моя! Скажи! — умолял он. — Что бы это
ни было, ты получишь лекарство! Клянусь тебе!
— Твой сын Солнечный Свет, — зловеще прошептала мачеха, —
наложил на меня злые чары, и я непременно умру этой ночью, если
не получу кровь его сердца!
Хан в ужасе отпрянул. Он любил своего старшего сына больше
всего на свете и не мог лишить его жизни. Тем не менее нужно было
срочно что-то предпринимать. «Она, должно быть, сошла с ума, —
подумал хан. — Надо ее успокоить, к тому же я дал священную клятву, ее нельзя нарушить. Прикажу убить козу, отдам жене ее сердце,
и, когда она снова поправится, обрадуется не меньше меня, что я
обманул ее таким образом». Он наклонился к жене и обнадеживающе сказал ей:
— Любовь моя, твоя жизнь для меня дороже жизни моих сыновей!
Этой же ночью ты непременно получишь кровь сердца Солнечного
Света. А пока постарайся уснуть.
Тут в комнату вошел Лунное Сияние. Достаточно было только
взглянуть в лицо юноши, чтобы понять, что он слышал последние
ужасные слова. «Я должен раскрыть ему свой план», — подумал хан,
но в этот момент к нему нагрянул гонец с важными новостями, и он тут
же забыл о пасынке.
Лунное Сияние оцепенел от недоумения и страха. Когда он
подошел к двери комнаты матери, услышал часть разговора, так как хан
с женой разговаривали довольно громко, и, конечно же, понял, что его
брат находится в смертельной опасности. Как только Лунное Сияние
пришел в себя, побежал искать Солнечный Свет и выложил ему все,
что узнал.
Солнечный Свет был удручен таким поведением отца больше, чем
страхом за собственную жизнь, но времени на слезы и причитания
не оставалось, ведь ему нужно было немедленно покинуть дворец
и к ночи укрыться в каком-нибудь безопасном месте.
— Я пойду с тобой! — заявил Лунное Сияние.
— Нет, не надо, — ответил Солнечный Свет. — Я не знаю, с какими
опасностями и лишениями мне придется столкнуться. Ты не должен
думать об этом!
— Я пойду с тобой! — решительно повторил Лунное Сияние. —
Каким будет дом без тебя, дорогой брат? Твоя жизнь — моя жизнь,
какой бы она ни была!
Отговорить его было невозможно, и вскоре юноши незаметно
выскользнули из дворца и пошли куда глаза глядят.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

261

Они шли весь день, шли и второй день, и третий, ночуя везде, где
только могли найти приют. На третий день братья пришли в бесплодную, пустынную землю, где не было видно ни малейших признаков
человеческой жизни и ничего, что могло бы дать им воду или пищу.
Они упорно продвигались вперед, но в конце концов Лунное Сияние,
уставший и измученный, споткнулся и упал.
— Увы, дорогой брат, — сказал он, — я не могу идти дальше. Оставь
меня здесь и иди своей дорогой. Незачем нам двоим умирать! Что касается меня, я так устал, что сама мысль о смерти кажется мне спасением.
Солнечный Свет не стал спорить с братом, устроил его поудобнее,
насколько позволял горячий песок пустыни, и велел не унывать и ждать
его возвращения, пообещав непременно найти и привести помощь.
Затем он внимательно огляделся по сторонам в поисках хоть какогонибудь признака источника или оазиса. Наконец его взгляд привлекло
что-то ярко-красное на склоне скалы. Он поспешил туда и обнаружил, что это огромная красная дверь в скале. Он сразу воспрянул
духом, ведь за дверью может обитать добрый человек. Он подошел
и решительно постучал, после чего ему медленно открыл сгорбленный
старик. Солнечный Свет почувствовал такое облегчение, что готов
был припасть к склоненным плечам и целовать длинную седую бороду.
Сын хана рассказал свою историю и попросил старика оказать помощь
Лунному Сиянию. Отшельник (именно так он себя назвал), не теряя
времени, отправился вместе с Солнечным Светом к его умирающему
брату. Старику удалось вернуть измученному юноше здоровье и силы
благодаря своим знаниям. Юноши поселились у отшельника и жили
с ним как родные сыновья. И в самом деле, вскоре он заявил, что не смог
бы любить настоящих сыновей так же сильно, как Солнечный Свет
и Лунное Сияние. Так проходили недели и месяцы, и все трое счастливо жили в пещере за красной дверью. Но когда год подошел к концу,
их постигла большая беда.
Случилось, что хан, правивший страной, где волею судьбы оказались Солнечный Свет и Лунное Сияние, был злой, вспыльчивый, подозрительный. Больше всего на свете он ненавидел и боялся чужеземцев.
Однажды ему предсказали, что он потеряет и трон и корону из-за
некоего юноши-чужеземца. И тогда он издал закон, согласно которому
каждый юноша, прибывающий в его ханство из другой страны, должен
быть немедленно схвачен солдатами и брошен в пещеру, где жили три
свирепых медведя.
Долгое время никто не знал о появлении Солнечного Света
и Лунного Сияния, потому что очень редко заблудший путник или

Солнечный Свет сразу воспрянул духом, ведь за дверью
может обитать добрый человек. Он подошел и решительно постучал...

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

263

караван проходил мимо красной двери в скале. Но в конце концов
каким-то таинственным образом хан узнал о двух юношах, живущих
у отшельника, и в ярости послал за ними своих солдат.
Старик заметил солдат, идущих через пустыню, и сразу догадался
об их намерениях, поэтому, пока они были еще далеко, он быстро
побежал к братьям и велел им спрятаться. Солнечный Свет забрался
в бочку с манго, а Лунное Сияние залез в мешок с зерном. Когда солдаты
добрались до красной двери, отшельник охотно открыл ее.
— Какие юноши? — спросил он в ответ на их вопрос. — У меня нет
никаких юношей! Я старик и прожил в этом пустынном месте много
лет без жены и детей. Вы, должно быть, ошибаетесь.
Солдаты грубо оттолкнули отшельника в сторону и вошли в пещеру.
— Тебе лучше не лгать солдатам хана! — угрожающе сказал
командир.
— Я не лгу, — ответил отшельник, — но, если вы сомневаетесь
в моих словах, войдите, осмотрите там всё и сами убедитесь.
На мгновение солдаты замешкались, затем, разразившись руганью,
командир схватил отшельника за длинную седую бороду и хорошенько
встряхнул.
— Так ты думал, что заставишь нас искать?! — рассвирепел он. —
Мы не станем этого делать! Я знаю, что у тебя здесь есть юноша. Мне
приказано привести его, так что выводи его немедленно, или я научу
тебя поторапливаться!
Командир занес меч над головой старика, но, прежде чем он успел
опустить его, Солнечный Свет выскочил из своего укрытия, вцепился
в его руку и предотвратил удар.
— Ого! — воскликнул командир и бросился к юноше. — Значит, ты
все-таки здесь, а я уж начал сомневаться!
Сопротивляться было бесполезно. Солдаты окружили Солнечный
Свет, связали ему руки за спиной, усадили на лошадь и, не дав ему
ни минуты, чтобы попрощаться с убитым горем отшельником, ускакали прочь. Только когда они уже скрылись из глаз отшельника,
командир вспомнил, что в пещере живут два юноши. Он резко остановился, пришпорил коня и приказал солдатам немедленно возвращаться. Солнечный Свет догадался, что было на уме у командира,
и сердце его сжалось. «Моему брату не спастись, — подумал он, —
солдаты настигнут Лунное Сияние неожиданно, прежде чем он успеет
спрятаться». И тут он стал прикидывать, не удастся ли ему хитростью предотвратить возвращение солдат в пещеру. Наконец он громко
застонал:

264

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— О, горе мне, горе! Лучше бы я умер вместе с братом до того, как
меня постигла эта злая участь!
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил командир.
— Только то, что сказал, — ответил Солнечный Свет и снова
жалобно застонал. —Когда вы появились у двери нашей пещеры, мы
только вернулись с кладбища, где закопали моего брата. И сейчас,
конечно, бедный старик, наш приемный отец, умирает от горя, потому
что потерял двух сыновей в один день.
Командир натянул поводья, и солдаты за его спиной послушно остановились. В пустыне стояла сильная жара, и у него не было желания
безрезультатно проделывать долгий путь до пещеры с красной дверью.
— Молодой человек, — сурово обратился он к Солнечному Свету.
— Правда ли, что твой брат мертв и что в пещере отшельника нет
другого юноши?
— Да ведь я так и сказал! — нетерпеливо ответил Солнечный
Свет. — По правде говоря, я не знаю, чего желаю больше: чтобы
я умер вместе с моим братом или чтобы он был здесь, рядом со мной,
и разделил мое горе. — Он громко разрыдался.
Командир поколебался, затем медленно повернул коня и хриплым
голосом приказал солдатам следовать к дворцу хана.
Сердце Солнечного Света забилось от радости и облегчения
за судьбу брата, но он все еще продолжал стонать и сетовать, чтобы
солдаты продолжали думать, что его брат мертв.
До ханского дворца было очень далеко, и, когда Солнечный Свет
и его жестокие похитители добрались до ворот, солнце уже садилось. Случилось так, что молодая красивая дочь хана в этот момент
сидела на низкой крыше дворца, наслаждаясь прохладным сумеречным воздухом. Глядя вниз, на улицу, она увидела, как мимо проезжает отряд солдат, а среди них — Солнечный Свет со склоненной
головой и связанными за спиной руками. Он поднял голову, и его
глаза встретились с глазами принцессы. Свет заходящего солнца
падал на его черные волосы, лицо было бледное, а глаза — печальные.
«Никогда, — подумала принцесса, — я не видела такого прекрасного
юноши». А он, взглянув на нее, решил, что она, должно быть, дочь
богов, так прекрасна была девушка.
Принцесса поспешила узнать, кто этот юноша, и вскоре выяснила,
что это чужеземец, осужденный, согласно пророчеству, на страшную
участь быть брошенным в пещеру на растерзание медведям. Тогда она
разыскала своего отца, хана, и, преклонив перед ним колени, стала
умолять пощадить жизнь прекрасного незнакомца.

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

265

Хан жил в ежедневном страхе, что сбудется пророчество о неведомом юноше, поэтому, когда дочь попросила его пощадить юношу,
который мог оказаться тем самым из предсказания, впал в страшную
ярость. Хан созвал своих солдат и, указывая на принцессу, прокричал:
— Уведите ее! Она больше думает об этом чужеземце, чем о безопасности и троне своего отца! Бросьте ее в темницу! А завтра возьмите два крепких мешка, засуньте в один из них юношу-чужеземца,
в другой — мою дочь и бросьте обоих в пещеру к медведям!
Принцесса, хотя и могла бы упасть в обморок от ужаса, не сделала
этого, потому что была слишком гордой, чтобы выказывать свой страх,
слишком благородной, чтобы оплакивать свою жизнь. Она молча позволила грубым солдатам связать ей руки и увести.
На рассвете следующего дня все было сделано, как велел хан: двух
несчастных молодых людей засунули в огромные мешки и затянули
на шеях. Затем их бросили в открытую пещеру на берегу реки, куда
ежедневно приходили напиться медведи.
Солнечный Свет глубоко вздохнул, увидев рядом принцессу, ее
прекрасное лицо и длинные волосы, выглядывающие из мешка.
— Увы! — сказал он. — Десять раз увы! Моя смерть — ничто, ибо
кто я, как не чужак и изгнанник? Но как жаль, что ты, очаровательная
принцесса, тоже должна погибнуть!
— Нет, прекрасный юноша, — сказала дочь хана, — не скорби
обо мне. Я всего лишь несмышленая девчонка, моя жизнь и смерть
ничего не значат для мира. И если умереть такой смертью — воля
моего отца, я готова ему подчиниться. Мне жаль, что ты, человек
благородного происхождения, если только твоя внешность не обманывает, обречен на столь жестокую судьбу, и только потому что ты
чужестранец! Поистине, это больше, чем может вынести мое опечаленное сердце!
Пока эти двое сетовали на тяжелую участь другого, забыв о своей,
три медведя подслушали их разговор, и сердце медведя-вожака смягчилось. Он сказал своим собратьям:
— По правде говоря, бескорыстие этих двух юных смертных вызывает у меня жалость! Если в сердце человека живет такая храбрость,
я готов никогда больше не есть человеческой плоти!
Двое других, также тронутые красотой и благородством узников,
охотно согласились с мнением вожака и решили тотчас превратиться
из страшных врагов людей в их друзей. Когда медведи вошли в пещеру,
то увидели, что Солнечный Свет и принцесса побелели от ужаса,
но вожак успокаивающе проговорил:

266

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Не бойтесь! Сердце медведя не так жестоко, как говорят люди!
Мы пришли не пожрать вас, а освободить. Юноша и девушка, которые
в столь тяжелом положении думают не о себе, а о другом, заслуживают того, чтобы жить долго и счастливо. Я своей магической силой
разрываю ваши узы! Идите и отныне считайте медведей не врагами,
а друзьями!
Ужасные мешки слетели с плеч Солнечного Света и принцессы,
и они встали целые и невредимые, свободные, как ветер.
***
Сиддхи-Кур замолчал, наступила долгая пауза, но принц не произнес
ни слова. Лишь на мгновение он замер и, казалось, что-то неразборчиво пробурчал себе под нос.
— Что ты сказал? — поинтересовался Сиддхи-Кур, наклонившись
вперед.
В ответ раздалось какое-то бульканье, и принц повернул голову.
Сиддхи-Кур разразился веселым хохотом, потому что между зубами
юноши был зажат кусок дерева, лишавший его возможности говорить.
— А ты мудрее, чем я думал, — сказал Сиддхи-Кур, опомнившись
от смеха. — Ты положил этот кусок дерева в рот, прежде чем я начал
свой рассказ, чтобы не заговорить, как бы тебе этого ни хотелось?
Принц кивнул. Сиддхи-Кур вздохнул и уселся поудобнее в волшебном
мешке.
— Ты победил, — сказал он, — и я, пожалуй, смирюсь со своей
участью! Прощай, любимое манговое дерево и прекрасный сад
детей-призраков! Прощай, ибо теперь я должен жить далеко-далеко,
в другой прохладной роще, на склоне Сияющей горы, у пещеры Нагарджуны! — И он продолжил уже более веселым тоном: — Но я полагаю,
ты заслужил, чтобы я рассказал окончание этой истории, хотя, как
она закончилась, ты и сам можешь догадаться. Разумеется, принцесса
вернулась к отцу, который чуть было не умер от раскаяния, когда его
гнев остыл, а Солнечный Свет поспешил в пещеру в пустыне, чтобы
успокоить старого доброго отшельника и Лунное Сияние, своего
любимого брата. А потом, как водится, состоялась великолепная
свадьба, причем двойная, ведь не только Солнечный Свет женился
на прекрасной принцессе, но и Лунное Сияние нашел себе почти
такую же прекрасную невесту — младшую сестру принцессы. Пророчество, которого так долго боялся хан, сбылось, но совсем не так, как он
ожидал. Он действительно уступил свой трон и корону чужеземному
юноше, но отдал их Солнечному Свету по собственной воле, потому

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ

267

что очень полюбил его, а также потому что был стар, устал и не имел
в жизни большего желания, чем видеть своих сына и дочь, спокойно
и благополучно правящих государством. Так они жили долго и счастливо, а вскоре нанесли визит отцу Солнечного Света и обнаружили,
что он постарел и поседел, оплакивая дорогих сыновей. А его жена
тем временем умерла, потому что была слишком злой, а злые долго не
живут. Так что все были счастливы и довольны.
На лице принца появилось выражение глубокого удовлетворения
и облегчения, и он бодро зашагал дальше в направлении Сияющей
горы.
— А теперь, о принц, — сказал Сиддхи-Кур, — мы приближаемся
к концу нашего путешествия. Хорошенько запомни урок молчания,
который ты усвоил с такими муками и усилиями, ибо правитель,
который много думает и мало говорит, является мудрым государем,
и народ под его властью живет в мире, счастье и процветании.

ТРИ ЦАРСТВА —
МЕДНОЕ, СЕРЕБРЯНОЕ И ЗОЛОТОЕ

некотором царстве, в некотором государстве был-жил царь
Бел Белянин. У него была жена Настасья Золотая Коса и три
сына: Петр-царевич, Василий-царевич и Иван-царевич.
Пошла царица со своими мамушками и нянюшками прогуляться по саду.
Вдруг поднялся сильный Вихрь, — что и Боже мой! — схватил царицу
и унес неведомо куда. Царь запечалился-закручинился и не ведает,
как ему быть. Подросли царевичи, он и говорит им:
— Дети мои любезные! Кто из вас поедет — мать свою отыщет?
Собрались два старшие сына и поехали. А за ними и младший стал
у отца проситься.
— Нет, — говорит царь, — ты, сынок, не езди! Не покидай меня
одного, старика.
— Позволь, батюшка! Страх как хочется по белу свету постранствовать да матушку отыскать.
Царь отговаривал, отговаривал, не мог отговорить.
— Ну, делать нечего, ступай. Бог с тобой!
Иван-царевич оседлал своего доброго коня и пустился в дорогу.
Ехал, ехал — долго ли, коротко ли, скоро сказка сказывается, да не скоро
дело делается, — приезжает к лесу. В том лесу богатейший дворец стоит.
Иван-царевич въехал на широкий двор, увидал старика и говорит:
— Много лет здравствовать, старичок!
— Милости просим! Кто таков, добрый мóлодец?
— Я Иван-царевич, сын царя Бела Белянина и царицы Настасьи
Золотая Коса.

272

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Ах, племянник родной! Куда тебя Бог несет?
— Да так и так, — говорит, — еду отыскивать свою матушку.
Не можешь ли ты сказать, дядюшка, где найти ее?
— Нет, племянник, не знаю. Чем могу, тем и послужу тебе. Вот тебе
шарик, брось его перед собою. Он покатится и приведет тебя к крутым,
высоким горам. В тех горах есть пещера, войди в нее, возьми железные
когти, надень на руки и на ноги и полезай на горы. Авось там найдешь
свою мать Настасью Золотая Коса.
Вот хорошо. Иван-царевич попрощался с дядею и пустил перед
собою шарик. Шарик катится, катится, а он за ним едет. Долго ли,
коротко ли — видит: братья его Петр-царевич и Василий-царевич
стоят в чистом поле лагерем и множество войска с ними. Братья его
встренули:
— Ба! Куда ты, Иван-царевич?
— Да что, — говорит, — соскучился дома и задумал ехать отыскивать матушку. Отпустите войско домой да поедемте вместе.
Они так и сделали: отпустили войско и поехали втроем за шариком.
Издали еще завидели горы — такие крутые, высокие, — что и Боже
мой! — верхушками в небо уперлись. Шарик прямо к пещере прикатился. Иван-царевич слез с коня и говорит братьям:
— Вот вам, братцы, мой добрый конь. Я пойду на горы матушку
отыскивать, а вы здесь оставайтеся. Дожидайтесь меня ровно три
месяца, а не буду через три месяца — и ждать нечего!
Братья думают: «Как на эти горы влезать, да тут и голову поломать!»
— Ну, — говорят, — ступай с Богом, а мы здесь подождем.
Иван-царевич подошел к пещере, видит: дверь железная, толкнул
со всего размаху — дверь отворилася; вошел туда — железные когти ему
на руки и на ноги сами наделися. Начал на горы взбираться, лез, лез,
целый месяц трудился, насилу наверх взобрался.
— Ну, — говорит, — слава Богу!
Отдохнул немного и пошел по горам; шел-шел, шел-шел, смотрит:
медный дворец стоит, у ворот страшные змеи на медных цепях прикованы, так и кишат! А подле — колодезь, у колодезя медный корец1
на медной цепочке висит. Иван-царевич взял почерпнул корцом воды,
напоил змей. Они присмирели, прилегли, он и прошел во дворец.
Выскакивает к нему медного царства царица:
— Кто таков, добрый мóлодец?
— Я Иван-царевич.
1

Корéц — ковш.

РУССКИЕ СКАЗКИ

273

— Что, — спрашивает, — своей охотой али неволей зашел сюда,
Иван-царевич?
— Своей охотой. Ищу мать свою Настасью Золотая Коса. Какой-то
Вихрь ее из сада похитил. Не знаешь ли, где она?
— Нет, не знаю. А вот недалеко отсюда живет моя середняя сестра,
серебряного царства царица. Может, она тебе скажет. — Дала ему
медный шарик и медное колечко. — Шарик, — говорит, — доведет
тебя до середней сестры, а в этом колечке все медное царство состоит.
Когда победишь Вихря, который и меня здесь держит и летает ко мне
чрез каждые три месяца, то не забудь меня, бедную, — освободи отсюда
и возьми с собою на вольный свет.
— Хорошо, — ответил Иван-царевич, взял бросил медный шарик —
шарик покатился, а царевич за ним пошел.
Приходит в серебряное царство и видит дворец лучше прежнего — весь серебряный; у ворот страшные змеи на серебряных цепях
прикованы, а подле — колодезь с серебряным корцом. Иван-царевич
почерпнул воды, напоил змей — они улеглись и пропустили его
во дворец. Выходит царица серебряного царства:
— Уж скоро три года, — говорит, — как держит меня здесь могучий
Вихрь. Я русского духу слыхом не слыхала, видом не видала, а теперь
русский дух воочию совершается. Кто таков, добрый мóлодец?
— Я Иван-царевич.
— Как же ты сюда попал — своею охотою али неволею?
— Своею охотою. Ищу свою матушку. Пошла она в зеленом саду
погулять, как поднялся Вихрь и умчал ее неведомо куда. Не знаешь ли,
где найти ее?
— Нет, не знаю. А живет здесь недалечко старшая сестра моя, золотого царства царица, Елена Прекрасная. Может, она тебе скажет. Вот
тебе серебряный шарик, покати его перед собою и ступай за ним следом,
он тебя доведет до золотого царства. Да смотри, как убьешь Вихря —
не забудь меня, бедную, вызволь отсюда и возьми с собою на вольный
свет. Держит меня Вихрь в заключении и летает ко мне через каждые
два месяца. — Тут подала ему серебряное колечко. — В этом колечке все
серебряное царство состоит!
Иван-царевич покатил шарик: куда шарик покатился, туда и он
направился.
Долго ли, коротко ли, увидал: золотой дворец стоит, как жар
горит; у ворот кишат страшные змеи — на золотых цепях прикованы,
а возле — колодезь, у колодезя золотой корец на золотой цепочке
висит. Иван-царевич почерпнул корцом воды и напоил змей; они

274

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

улеглись, присмирели. Входит царевич во дворец. Встречает его Елена
Прекрасная:
— Кто таков, добрый мóлодец?
— Я Иван-царевич.
— Как же ты сюда зашел — своей ли охотою али неволею?
— Зашел я охотою. Ищу свою матушку Настасью Золотая Коса.
Не ведаешь ли, где найти ее?
— Как не ведать! Она живет недалеко отсюдова, и летает к ней Вихрь
раз в неделю, а ко мне — раз в месяц. Вот тебе золотой шарик, покати
перед собою и ступай за ним следом, он доведет тебя, куда надобно.
Да вот еще возьми золотое колечко, в этом колечке все золотое царство
состоит! Смотри же, царевич, как победишь ты Вихря, не забудь меня,
бедную, возьми с собой на вольный свет.
— Хорошо, — говорит, — возьму!
Иван-царевич покатил шарик и пошел за ним. Шел-шел и приходит
к такому дворцу, что — и Господи Боже мой! — так и горит в бриллиантах и самоцветных каменьях. У ворот шипят шестиглавые змеи.
Иван-царевич напоил их, змеи присмирели и пропустили его
во дворец. Проходит царевич большими покоями и в самых дальних
находит свою матушку: сидит она на высоком троне, в царские
наряды убрана, драгоценной короной увенчана. Глянула на гостя
и вскрикнула:
— Ах, Боже мой! Ты ли, сын мой возлюбленный? Как сюда попал?
— Так и так, — говорит, — за тобой пришел.
— Ну, сынок, трудно тебе будет! Ведь здесь на горах царствует злой,
могучий Вихрь, и все духи ему повинуются. Он-то и меня унес. Тебе
с ним бороться надо! Пойдем поскорей в погреб.
Вот сошли они в погреб. Там стоят две кади с водою: одна по правую
руку, другая — по левую. Говорит царица Настасья Золотая Коса:
— Испей-ка водицы, что справа стоит.
Иван-царевич испил.
— Ну что, сколько в тебе силы?
— Да так силен, что весь дворец одной рукой поверну.
— А ну испей еще.
Царевич еще испил.
— Сколько теперь в тебе силы?
— Теперь захочу — весь свет поворочу.
— Ох, уж это дюже много! Переставь-ка эти кади с места на место: ту,
что стоит справа, отнеси по левую руку, а ту, что слева, отнеси по правую
руку.

РУССКИЕ СКАЗКИ

275

Иван-царевич взял кади и переставил с места на место.
— Вот видишь ли, любезный сын, в одной кади — сильная вода,
в другой — бессильная. Кто первой напьется — будет сильномогучим
богатырем, а кто второй изопьет — совсем ослабеет. Вихрь пьет всегда
сильную воду и становит ее по правую руку. Так надо его обмануть, а то
с ним никак не сладить!
Воротились во дворец.
— Скоро Вихрь прилетит, — говорит царица Ивану-царевичу. — Садись ко мне под порфиру1, чтоб он тебя не увидел. А как
Вихрь прилетит да кинется меня обнимать-целовать, ты и схвати его
за палицу2. Он высоко-высоко поднимется, будет носить тебя и над
морями, и над пропастями, ты смотри не выпущай из рук палицы. Вихрь
уморится, захочет испить сильной воды, спустится в погреб и бросится
к кади, что по правую руку поставлена, а ты пей из кади, что по левую
руку. Тут он совсем обессилеет, ты выхвати у него меч и одним ударом
отруби его голову. Как срубишь ему голову, тотчас сзади тебя кричать
будут: «Руби еще! Руби еще!» А ты, сынок, не руби, а в ответ скажи:
«Богатырская рука два раза не бьет, а все с одного разу кончает!»
Только Иван-царевич успел под порфиру укрыться, как вдруг
на дворе потемнело, все кругом затряслось, налетел Вихрь, ударился
о землю, сделался добрым молодцем и входит во дворец; в руках у него
боевая палица.
— Фу-фу-фу! Что у тебя русским духом пахнет? Аль кто в гостях был?
Отвечает царица:
— Не знаю, отчего тебе так сдается.
Вихрь бросился ее обнимать-целовать, а Иван-царевич тотчас
за палицу.
— Я тебя съем! — закричал на него Вихрь.
— Ну, бабка надвое сказала: либо съешь, либо нет!
Вихрь рванулся — в окно да в поднебесье. Уж он носил, носил Иванацаревича и над горами («Хошь, — говорит, — зашибу?»), и над морями
(«Хошь, — грозит, — утоплю?»).
Только нет, царевич не выпускает из рук палицы.
Весь свет Вихрь вылетал, уморился и начал спускаться; спустился
прямо-таки в погреб, подбежал к той кади, что по правую руку стояла,
Порфира (багряница) — верхняя торжественная одежда государей, широкий
длинный плащ из багряного шелка, подбитый хвостатым горностаем.
2
Пáлица (уменьшительное от общеславянского «пала», «палка») — тяжелая
дубина с утолщенным концом, употреблявшаяся в старину как ударное или
метательное оружие.
1

276

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

и давай пить бессильную воду, а Иван-царевич кинулся налево, напился
сильной воды и сделался первым могучим богатырем во всем свете.
Видит он, что Вихрь совсем ослабел, выхватил у него острый меч да разом
и отсек ему голову. Закричали позади голоса:
— Руби еще! Руби еще, а то оживет!
— Нет, — отвечает царевич, — богатырская рука два раза не бьет,
а все с одного разу кончает!
Сейчас разложил огонь, сжег и тело и голову и пепел по ветру развеял.
Мать Ивана-царевича радая такая!
— Ну, — говорит, — сын мой возлюбленный, повеселимся, покушаем,
да как бы нам домой поскорей, а то здесь скучно, никого из людей нету.
— Да кто же здесь прислуживает?
— А вот увидишь.
Только задумали они кушать, сейчас стол сам накрывается, разные
яства и вина сами на стол являются. Царица с царевичем обедают,
а невидимая музыка им чудные песни наигрывает. Наелись-напились
они, отдохнули. Говорит Иван-царевич:
— Пойдем, матушка, пора! Ведь нас под горами братья дожидаются.
Да дорогою надобно трех цариц избавить, что здесь у Вихря жили.
Забрали все, что нужно, и отправились в путь-дорогу. Сначала зашли
за царицей золотого царства, потом за царицей серебряного, а там
и за царицей медного царства; взяли их с собою, захватили полотна
и всякой всячины и в скором времени пришли к тому месту, где надо
с гор спускаться. Иван-царевич спустил на полотне сперва мать, потом
Елену Прекрасную и двух сестер ее. Братья стоят внизу, дожидаются,
а сами думают: «Оставим Ивана-царевича наверху, а мать да цариц
повезем к отцу и скажем, что мы их отыскали».
— Елену Прекрасную я за себя возьму, — говорит Петр-царевич, —
царицу серебряного царства возьмешь ты, Василий-царевич, а царицу
медного царства отдадим хоть за генерала.
Вот как надо было Ивану-царевичу с гор спускаться, старшие братья
взялись за полотна, рванули и совсем оторвали. Иван-царевич на горах
остался. Что делать? Заплакал горько и пошел назад; ходил, ходил
и по медному царству, и по серебряному, и по золотому — нет ни души.
Приходит в бриллиантовое царство — тоже нет никого. Ну, что один?
Скука смертная! Глядь — на окне лежит дудочка. Взял ее в руки.
— Дай, — говорит, — поиграю от скуки.
Только свистнул — выскакивают хромой да кривой:
— Что угодно, Иван-царевич?
— Есть хочу.

РУССКИЕ СКАЗКИ

277

Тотчас откуда ни возьмись стол накрыт, на столе и вина, и кушанья
самые первые. Иван-царевич покушал и думает: «Теперь отдохнуть бы
не худо». Свистнул в дудочку — явились хромой да кривой:
— Что угодно, Иван-царевич?
— Да чтобы постель была готова.
Не успел выговорить, а уж постель постлана — что ни есть лучшая.
Вот он лег, выспался славно и опять свистнул в дудочку.
— Что угодно? — спрашивают его хромой да кривой.
— Так, стало быть, все можно? — спрашивает царевич.
— Все можно, Иван-царевич! Кто в эту дудочку свистнет, мы для
того все сделаем. Как прежде Вихрю служили, так теперь тебе служить
рады. Только надобно, чтоб эта дудочка завсегда при тебе была.
— Хорошо бы, — говорит Иван-царевич, — чтоб я сейчас стал
в моем государстве!
Только сказал — и в ту же минуту очутился в своем государстве
посеред базара. Вот ходит по базару; идет навстречу башмачник —
такой весельчак! Царевич спрашивает:
— Куда, мужичок, идешь?
— Да несу черевики1 продавать. Я башмачник.
— Возьми меня к себе в подмастерья.
— Разве ты умеешь черевики шить?
— Да все что угодно умею, не то черевики, и платье сошью.
— Ну пойдем!
Пришли они домой. Башмачник и говорит:
— Ну-ка смастери! Вот тебе товар самый первый. Посмотрю, как ты
умеешь.
Иван-царевич пошел в свою комнатку, вынул дудочку, свистнул —
явились хромой да кривой:
— Что угодно, Иван-царевич?
— Чтобы к завтраму башмаки были готовы.
— О, это службишка, не служба!
— Вот и товар!
— Что это за товар? Дрянь — и только! Надо за окно выкинуть.
Назавтра царевич просыпается, на столе башмаки стоят прекрасные,
самые первые. Встал и хозяин:
— Что, молодéц, пошил башмаки?
— Готовы.
Черевики (уменьшительно-ласкательно — черевички) — старославянское слово,
обозначавшее кожаную обувь. В более позднее время так назывались женские остроносые башмачки на каблуках, закрывающие ногу до косточки.
1

278

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— А ну покажь!
Взглянул на башмаки и ахнул. «Вот так мастера добыл себе! —
думает. — Не мастер, а чудо!» Взял эти башмаки и понес на базар
продавать.
В эту самую пору готовились у царя три свадьбы: Петр-царевич
сбирался жениться на Елене Прекрасной, Василий-царевич — на царице
серебряного царства, а царицу медного царства отдавали за генерала.
Стали закупать к тем свадьбам наряды, для Елены Прекрасной понадобились черевики. У нашего башмачника объявились черевики лучше
всех. Привели его во дворец. Елена Прекрасная как глянула…
— Что это? — говорит. — Только на горах могут такие башмаки
делать. — Заплатила башмачнику дорого и приказывает: — Сделай мне
без мерки другую пару черевик, чтоб были на диво сшиты, драгоценными каменьями убраны, бриллиантами усажены. Да чтоб к завтраму
поспели, а не то — на виселицу!
Взял башмачник деньги и драгоценные каменья, идет домой, такой
пасмурный.
— Беда! — говорит. — Что теперь делать? Где такие башмаки пошить
к завтраму, да еще без мерки? Видно, повесят меня завтра! Дай хоть
напоследки погуляю с горя со своими друзьями.
Зашел в трактир. Дрýгов-то у него много было, вот они и спрашивают:
— Что ты, брат, пасмурен?
— Ах, други любезные, ведь завтра повесят меня!
— За что так?
Башмачник рассказал свое горе.
— Где уж тут о работе думать? Лучше погуляем напоследки.
Вот пили-пили, гуляли-гуляли, башмачник уж качается.
— Ну, — говорит, — возьму домой бочонок вина да лягу спать.
А завтра, как только придут за мной вешать, сейчас полведра выдую, —
пускай уж без памяти меня вешают.
Приходит домой.
— Ну, окаянный, — говорит Ивану-царевичу, — вот что твои черевики наделали… так и так… поутру, как придут за мной, сейчас меня
разбуди.
Ночью Иван-царевич вынул дудочку, свистнул — явились хромой
да кривой:
— Что угодно, Иван-царевич?
— Чтоб такие-то башмаки были готовы.
— Слушаем!

РУССКИЕ СКАЗКИ

279

Иван-царевич лег спать. Поутру просыпается — башмаки на столе
стоят, как жар горят. Идет он будить хозяина:
— Хозяин! Вставать пора.
— Что, али за мной пришли? Давай скорее бочонок с вином, вот
кружка — наливай, пусть уж пьяного вешают.
— Да башмаки-то готовы.
— Как готовы? Где они? — Побежал хозяин, глянул. — Ах, когда ж
это мы с тобой делали?
— Да ночью, неужто, хозяин, не помнишь, как мы кроили да шили?
— Совсем заспался, брат, чуть-чуть помню!
Взял он башмаки, обернул, бежит во дворец. Елена Прекрасная
увидала башмаки и догадалась: «Верно, это Ивану-царевичу духи
делают».
— Как это ты сделал? — спрашивает она у башмачника.
— Да я, — говорит, — все умею делать!
— Коли так, сделай мне платье подвенечное, чтоб было оно золотом
вышито, бриллиантами да драгоценными камнями усеяно. Да чтоб
заутра1 было готово, а не то — голову долой!
Идет башмачник опять пасмурный, а други давно его дожидают:
— Ну что?
— Да что, — говорит, — одно окаянство! Вот проявилась переводчица роду христианского, велела к завтраму платье сшить с золотом,
с каменьями. А я какой портной! Уж, верно, завтра с меня голову снимут.
— Э, брат, утро вечера мудренее, пойдем погуляем.
Пошли в трактир, пьют-гуляют. Башмачник опять нализался,
притащил домой целый бочонок вина и говорит Ивану-царевичу:
— Ну, малый, завтра, как разбудишь, так целое ведро и выдую, —
пусть пьяному рубят голову! А этакого платья мне и в жизнь не сделать.
Хозяин лег спать, захрапел, а Иван-царевич свистнул в дудочку —
явились хромой да кривой:
— Что угодно, царевич?
— Да чтоб к завтраму платье было готово — точно такое, как Елена
Прекрасная у Вихря носила.
— Слушаем! Будет готово.
Чем свет проснулся Иван-царевич, а платье на столе лежит, как жар
горит — так всю комнату и осветило. Вот он будит хозяина, тот продрал
глаза:
— Что, аль за мной пришли — голову рубить? Давай поскорей вино!
— Да ведь платье готово…
1

Заýтра (устар.) — завтра, завтра поутру, на утро следующего дня.

280

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Ой ли? Когда ж мы сшить успели?
— Да ночью, разве не помнишь? Ты сам и кроил.
— Ах, брат, чуть-чуть припоминаю, как во сне вижу.
Взял башмачник платье, бежит во дворец.
Вот Елена Прекрасная дала ему много денег и приказывает:
— Смотри, чтоб завтра к рассвету на седьмой версте, нá море стояло
царство золотое и чтоб оттуда до нашего дворца сделан был мост
золотой, тот мост устлан дорогим бархатом, а около перил по обеим
сторонам росли бы деревья чудные и певчие б птицы разными голосами воспевали. Не сделаешь к завтраму — велю четверить1 тебя!
Пошел башмачник от Елены Прекрасной и голову повесил. Встречают его други:
— Что, брат?
— Да что! Пропал я, завтра четверить меня будут. Такую службу
задала, что никакой черт не сделает.
— Э, полно! Утро вечера мудренее, пойдем в трактир.
— И то пойдемте! Напоследях надо хоть повеселиться.
Вот они пили-пили; башмачник до того к вечеру напился, что домой
под руки привели.
— Прощай, малый! — говорит он Ивану-царевичу. — Завтра казнят
меня.
— Али новая служба задана?
— Да, вот так и так!
Лег и захрапел, а Иван-царевич тотчас в свою комнату, свистнул
в дудочку — явились хромой да кривой:
— Что угодно, Иван-царевич?
— Можете ль сослужить мне вот этакую службу?..
— Да, Иван-царевич, это служба! Ну да делать нечего — к утру все
готово будет.
Назавтра, чуть светать стало, Иван-царевич проснулся, смотрит
в окно — батюшки светы! Все как есть сделано: золотой дворец словно
жар горит. Будит он хозяина. Тот вскочил:
— Что? Аль за мной пришли? Давай вина поскорей! Пусть казнят
пьяного.
— Да ведь дворец готов.
— Что ты!
Глянул башмачник в окно и ахнул от удивления:
— Как это сделалось?
1
Четверить (разг.) — подвергать четвертованию, средневековому способу казни,
при котором последовательно отсекались руки, ноги и голова; четвертовать.

Побежали Иван-царевич и башмачник в золотой дворец —
там богатство невиданное и неслыханное.

282

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Да разве не помнишь, как мы с тобой мастерили?
— Ах, видно, я заспался, чуть-чуть помню!
Побежали они в золотой дворец — там богатство невиданное
и неслыханное. Говорит Иван-царевич:
— Вот тебе, хозяин, крылышко. Поди обметай на мосту перила,
а коли придут да спросят: «Кто такой во дворце живет?» — ты ничего
не говори, только отдай эту записочку.
Вот хорошо. Пошел башмачник и стал обметать на мосту перила.
Утром проснулась Елена Прекрасная, увидала золотой дворец и сейчас
побежала к царю:
— Поглядите, ваше величество, что у нас делается: нá море золотой
дворец выстроен, от того дворца мост на семь верст тянется, а вокруг
моста чудные деревья растут, и певчие птицы разными голосами поют.
Царь сейчас посылает спрашивать:
— Что бы это значило? Уж не богатырь ли какой к моему государству
подступил?
Приходят посланные к башмачнику, стали его расспрашивать. Он
говорит:
— Я не знаю, а есть у меня записка к вашему царю.
В этой записке Иван-царевич рассказал отцу все, как было: как он
мать освободил, Елену Прекрасную добыл и как его старшие братья
обманули. Вместе с запискою посылает Иван-царевич золотые кареты
и просит приехать к нему царя с царицею, Елену Прекрасную с ее
сестрами; а братья пусть назади в простых дровнях1 будут привезены.
Все тотчас собрались и поехали.
Иван-царевич встретил их с радостью. Царь хотел было старших
сынов расказнить за их неправду, да Иван-царевич отца упросил,
и вышло им прощение. Тут начался пир горой. Иван-царевич женился
на Елене Прекрасной, за Петра-царевича отдал царицу серебряного
государства, за Василья-царевича отдал царицу медного государства,
а башмачника в генералы произвел. На том пиру и я был, мед-вино пил,
по усам текло, да в рот не попало.
Дрóвни — крестьянские сани без кузова для перевозки дров, сена и других грузов,
иногда людей.
1

ПЕРЫШКО ФИНИСТА ЯСНА СОКОЛА

ил-был старик, у него было три дочери: большая
и средняя — щеголихи, а меньшая только о хозяйстве радела. Сбирается отец в город и спрашивает
у своих дочерей: которой что купить. Большая просит:
— Купи мне на платье!
И середняя то ж говорит.
— А тебе что, дочь моя любимая? — спрашивает у меньшой.
— Купи мне, батюшка, перышко Финиста ясна сокола.
Отец простился с ними и уехал в город; большим дочерям купил
на платье, а перышка Финиста ясна сокола нигде не нашел.
Воротился домой, старшую и середнюю дочерей обновами обрадовал.
— А тебе, — говорит меньшой, — не нашел перышка Финиста ясна
сокола.
— Так и быть, — сказала она, — может, в другой раз посчастливится
найти.
Большие сестры кроят, да обновы себе шьют, да над нею посмеиваются; а она знай отмалчивается.
Опять собирается отец в город и спрашивает:
— Ну, дочки, что вам купить?
Большая и середняя просят по платку купить, а меньшая говорит:
— Купи мне, батюшка, перышко Финиста ясна сокола.
Отец поехал в город, купил два платка, а перышка и в глаза не видал.
Воротился назад и говорит:
— Ах, дочка, ведь я опять не нашел перышка Финиста ясна сокола!
— Ничего, батюшка, может, в иное время посчастливится.

284

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Вот и в третий раз собирается отец в город и спрашивает:
— Сказывайте, дочки, что вам купить?
Большие говорят:
— Купи нам серьги.
А меньшая опять свое:
— Купи мне перышко Финиста ясна сокола.
Отец искупил золотые серьги, бросился искать перышко — никто
такого не ведает; опечалился и поехал из города. Только за заставу,
а навстречу ему старичок несет коробочку.
— Что несешь, старина?
— Перышко Финиста ясна сокола.
— Что за него просишь?
— Давай тысячу.
Отец заплатил деньги и поскакал домой с коробочкой.
Встречают его дочери.
— Ну, дочь моя любимая, — говорит он меньшой, — наконец и тебе
купил подарок. На, возьми!
Меньшая дочь чуть не прыгнула от радости, взяла коробочку, стала
ее целовать-миловать, крепко к сердцу прижимать.
После ужина разошлись все спать по своим светелкам; пришла и она
в свою горницу, открыла коробочку — перышко Финиста ясна сокола
тотчас вылетело, ударилось об пол, и явился перед девицей прекрасный
царевич. Повели они меж собой речи сладкие, хорошие. Услыхали
сестры и спрашивают:
— С кем это, сестрица, ты разговариваешь?
— Сама с собой, — отвечает красна девица.
— А ну, отопрись!
Царевич ударился об пол — и сделался перышком; она взяла, положила перышко в коробочку и отворила дверь. Сестры и туда смотрят,
и сюда заглядывают — нет никого!
Только они ушли, красная девица открыла окно, достала перышко
и говорит:
— Полетай, мое перышко, во чисто поле, погуляй до поры до времени!
Перышко обратилось ясным соколом и улетело в чистое поле.
На другую ночь прилетает Финист ясный сокол к своей девице; пошли
у них разговоры веселые. Сестры услыхали и сейчас к отцу побежали:
— Батюшка! У нашей сестры кто-то по ночам бывает, и теперь сидит
да с нею разговаривает.
Отец встал и пошел к меньшой дочери, входит в ее горницу, а царевич
уж давно обратился перышком и лежит в коробочке.

РУССКИЕ СКАЗКИ

285

— Ах вы, негодные! — накинулся отец на своих больших
дочерей. — Что вы на нее понапрасну возводите? Лучше бы за собой
присматривали!
На другой день сестры пошли на хитрости: вечером, когда на дворе
совсем стемнело, подставили лестницу, набрали острых ножей да иголок
и натыкали на окне красной девицы.
Ночью прилетел Финист ясный сокол, бился, бился — не мог попасть
в горницу, только крылышки себе обрезал.
— Прощай, красна девица! — сказал он. — Если вздумаешь искать
меня, то ищи за тридевять земель, в тридесятом царстве. Прежде
три пары башмаков железных истопчешь, три посоха чугунных изломаешь, три просвиры1 каменных изгложешь, чем найдешь меня, добра
мóлодца!
А девица спит себе: хоть и слышит сквозь сон эти речи неприветливые, а встать-пробудиться не может.
Утром просыпается, смотрит: на окне ножи да иглы натыканы, а с них
кровь так и капает. Всплеснула руками:
— Ах, Боже мой! Знать, сестрицы сгубили моего друга милого!
В тот же час собралась и ушла из дому. Побежала в кузницу, сковала
себе три пары башмаков железных да три посоха чугунных, запаслась
тремя каменными просвирами и пустилась в дорогу искать Финиста
ясна сокола.
Шла, шла, пару башмаков истоптала, чугунный посох изломала и каменную просвиру изглодала; приходит к избушке и стучится:
— Хозяин с хозяюшкой! Укройте от темной ночи.
Отвечает старушка:
— Милости просим, красная девица! Куда идешь, голубушка?
— Ах, бабушка! Ищу Финиста ясна сокола.
— Ну, красна девица, далеко ж тебе искать будет!
Наутро говорит старуха:
— Ступай теперь к моей середней сестре, она тебя добру научит.
А вот тебе мой подарок: серебряное донце2, золотое веретенце3; станешь
кудель прясть — золотая нитка потянется.
Просвира (просфора; от греч. προσφοʹρα — приношение) — белый круглый хлебец
из крутого теста, употребляется в православном богослужении.
2
Донце — нижняя горизонтальная часть прялки.
3
Веретено — приспособление для прядения пряжи, при помощи которого
производится скручивание и наматывание нитей, вытянутых из пучка волокон.
Для ручного прядения веретено представляет собой деревянную точеную палочку,
оттянутую в острие к верхнему концу и утолщенную к нижней трети. Длина веретена
составляет от 20 до 80 см.
1

286

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Потом взяла клубочек, покатила по дороге и наказала вслед за ним
идти, куда клубочек покатится, туда и путь держать. Девица поблагодарила старуху и пошла за клубочком.
Долго ли, коротко ли, другая пара башмаков изношена, другой
посох изломан, еще каменная просвира изглодана; наконец прикатился
клубочек к избушке. Она постучалась:
— Добрые хозяева! Укройте от темной ночи красну девицу.
— Милости просим! — отвечает старушка. — Куда идешь, красная
девица?
— Ищу, бабушка, Финиста ясна сокола.
— Далеко ж тебе искать будет!
Поутру дает ей старушка серебряное блюдо и золотое яичко и посылает к своей старшей сестре: она-де знает, где найти Финиста ясна сокола.
Простилась красна девица со старухою и пошла в путь-дорогу;
шла, шла, третья пара башмаков истоптана, третий посох изломан,
и последняя просвира изглодана — прикатился клубочек к избушке.
Стучится и говорит странница:
— Добрые хозяева! Укройте от темной ночи красну девицу.
Опять вышла старушка:
— Поди, голубушка! Милости просим! Откудова идешь и куда путь
держишь?
— Ищу, бабушка, Финиста ясна сокола.
— Ох, трудно, трудно отыскать его! Он живет теперь в этаком-то
городе, на просвирниной1 дочери там женился.
Наутро говорит старуха красной девице:
— Вот тебе подарок: золотое пялечко2 да иголочка. Ты только
пялечко держи, а иголочка сама вышивать будет. Ну, теперь ступай
с Богом и наймись к просвирне в работницы.
Сказано — сделано. Пришла красная девица на просвирнин двор
и нанялась в работницы. Дело у ней так и кипит под руками: и печку
топит, и воду носит, и обед готовит. Просвирня смотрит да радуется.
— Слава Богу! — говорит своей дочке. — Нажили себе работницу
и услужливую, и добрую, без наряду все делает!
А красная девица, покончив с хозяйскими работами, взяла серебряное
донце, золотое веретенце и села прясть: прядет — из кудели нитка тянется,
нитка не простая, а чистого золота. Увидала это просвирнина дочь:
— Ах, красная девица! Не продашь ли мне свою забаву?
— Пожалуй, продам!
1
2

Просвирня — женщина при церкви, занимающаяся выпечкой просвир.
Пялечко — пяльцы, рамка для натягивания ткани для вышивания.

РУССКИЕ СКАЗКИ

287

— А какова цена?
— Позволь с твоим мужем ночь перебыть.
Просвирнина дочь согласилась. «Не беда! — думает. — Ведь мужа
можно сонным зельем опоить, а чрез это веретенце мы с матушкой
озолотимся!»
А Финиста ясна сокола дома не было; целый день гулял по поднебесью, только к вечеру воротился.
Сели ужинать. Красная девица подает на стол кушанья да все на него
смотрит, а он, добрый мóлодец, и не узнает ее. Просвирнина дочь подмешала Финисту ясну соколу сонного зелья в питье, уложила его спать
и говорит работнице:
— Ступай к нему в горницу да мух отгоняй!
Вот красная девица отгоняет мух, а сама слезно плачет:
— Проснись-пробудись, Финист ясный сокол! Я, красна девица,
к тебе пришла; три чугунных посоха изломала, три пары башмаков
железных истоптала, три просвиры каменных изглодала да все тебя,
милого, искала!
А Финист спит, ничего не чует; так и ночь прошла.
На другой день работница взяла серебряное блюдечко и катает по нем
золотым яичком: много золотых яиц накатала! Увидала просвирнина дочь.
— Продай, — говорит, — мне свою забаву!
— Пожалуй, купи.
— А какова цена?
— Позволь с твоим мужем еще единую ночь перебыть.
— Хорошо, я согласна!
А Финист ясный сокол опять целый день гулял по поднебесью, домой
прилетел только к вечеру.
Сели ужинать. Красная девица подает кушанья да все на него смотрит,
а он словно никогда и не знавал ее. Опять просвирнина дочь опоила его
сонным зельем, уложила спать и послала работницу мух отгонять.
И на этот раз, как ни плакала, как ни будила его красная девица, он
проспал до утра и ничего не слышал.
На третий день сидит красная девица, держит в руках золотое
пялечко, а иголочка сама вышивает — да такие узоры чудные! Загляделась просвирнина дочка.
— Продай, красная девица, продай, — говорит, — мне свою забаву!
— Пожалуй, купи!
— А какова цена?
— Позволь с твоим мужем третью ночь перебыть.
— Хорошо, я согласна!

На другой день работница взяла серебряное блюдечко
и катает по нем золотым яичком: много золотых яиц накатала!

РУССКИЕ СКАЗКИ

289

Вечером прилетел Финист ясный сокол. Жена опоила его сонным
зельем, уложила спать и посылает работницу мух отгонять. Вот красная
девица мух отгоняет, а сама слезно причитывает:
— Проснись-пробудись, Финист ясный сокол! Я, красна девица,
к тебе пришла; три чугунных посоха изломала, три пары железных
башмаков истоптала, три каменных просвиры изглодала — все тебя,
милого, искала!
А Финист ясный сокол крепко спит, ничего не чует.
Долго она плакала, долго будила его; вдруг упала ему на щеку слеза
красной девицы, и он в ту ж минуту проснулся:
— Ах, — говорит, — что-то меня обожгло!
— Финист ясный сокол! — отвечает ему девица. — Я к тебе пришла;
три чугунных посоха изломала, три пары железных башмаков истоптала, три каменных просвиры изглодала — все тебя искала! Вот
уж третью ночь над тобою стою, а ты спишь — не пробуждаешься,
на мои слова не отзываешься!
Тут только узнал Финист ясный сокол и так обрадовался, что сказать
нельзя.
Сговорились и ушли от просвирни.
Поутру хватилась просвирнина дочь своего мужа: ни его нет, ни работницы! Стала жаловаться матери. Просвирня приказала лошадей заложить и погналась в погоню. Ездила, ездила, и к трем старухам заезжала,
а Финиста ясна сокола не догнала: его и следов давно не видать!
Очутился Финист ясный сокол со своею суженой возле ее дома
родительского; ударился о сыру землю и сделался перышком. Красная
девица взяла его, спрятала за пазушку и пришла к отцу.
— Ах, дочь моя любимая! Я думал, что тебя и на свете нет. Где была
так долго?
— Богу ходила молиться.
А случилось это как раз около Святой недели. Вот отец с старшими
дочерьми собираются к заутрене.
— Что ж, дочка милая, — спрашивает он меньшую, — собирайся
да поедем. Нынче день такой радостный.
— Батюшка, мне надеть на себя нечего.
— Надень наши уборы, — говорят старшие сестры.
— Ах, сестрицы, мне ваши платья не по кости! Я лучше дома
останусь.
Отец с двумя дочерьми уехал к заутрене; в тé поры красная девица
вынула свое перышко. Оно ударилось об пол и сделалось прекрасным
царевичем.

290

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Царевич свистнул в окошко — сейчас явились и платья, и уборы,
и карета золотая. Нарядились, сели в карету и поехали.
Входят они в церковь, становятся впереди всех. Народ дивится:
какой такой царевич с царевною пожаловал?
На исходе заутрени вышли они раньше всех и уехали домой;
карета пропала, платьев и уборов как не бывало, а царевич обратился
перышком. Воротилися и отец с дочерьми.
— Ах, сестрица! Вот ты с нами не ездила, а в церкви был прекрасный
царевич с ненаглядной царевною.
— Ничего, сестрицы! Вы мне рассказали — все равно что сама была.
На другой день опять то же; а на третий, как стал царевич с красной
девицей в карету садиться, отец вышел из церкви и своими глазами
видел, что карета к его дому подъехала и пропала.
Воротился отец и стал меньшую дочку допрашивать. Она и говорит:
— Нечего делать, надо признаться!
Вынула перышко; перышко ударилось об пол и обернулся царевичем.
Тут их и обвенчали, и свадьба была богатая! На той свадьбе и я
был, вино пил, по усам текло, во рту не было. Надели на меня колпак
да и ну толкать; надели на меня кузов:
— Ты, детинушка, не мешкай, убирайся-ка поскорей со двора.

СКАЗКА ПРО ПЕРСТЕНЬ
О ДВЕНАДЦАТИ ВИНТАХ

ил-был себе в одном селе сын с матерью, а мать была
у него старая-престарая старуха, и звали этого сына
Иван-дурак. Жили они в убогой избенке об одном
оконце и в великой бедности: такая бедность была, что, окромя хлеба
черствого, почитай, и не едали ничего, а иной раз и того еще не было.
Мать сидит, пряжу прядет, а Иван-дурак на печи сидит, в золе копается
да знай сопит себе. Вот только мать и говорит ему:
— Что ты, Иванушка, сидишь да сопишь себе на печи-то в золе? Шел
бы ты куда, к корчме, что ли; авось-либо добрый человек какой попался,
взял бы тебя к себе в батраки — все хоть какой-нибудь кусок хлеба был!
А дома-то кормиться нам нечем.
— Ну ладно, я пойду! — говорит дурак; взял и пошел себе к корчме.
Навстречу ему человек попадается:
— Куда идешь, Иван-дурак?
— В службу иду наниматься.
— Ступай ко мне служить. Вот тебе столько-то я жалованья положу
и все прочее.
Согласился Иван, пошел к нему в службу. А у того человека сука была,
и ощенилася эта сука. Иванушке очень уж понравился один щенок,
и вы́ходил он этого щенка. Проходит год, пора и к расчету за службу.
Дает хозяин Ивану деньги, благодарит его, а Иван и говорит ему:
— Не надо мне ваших денег, а дайте вы мне лучше того щеночка, что
я у вас вы́ходил.

292

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Тот и рад, что денег-то платить не надобно, отдал ему щенка.
Пришел Иван домой. Мать как узнала, давай на него плакаться:
— Все люди как люди, один ты у меня дурак! И то есть было нечего,
а теперь еще одна лишняя душа — чем кормить собаку-то будем?
Иван-дурак ничего не отвечает, сидит себе на печи, сам сопит да знай
только в золе копается; и собачка его с ним. Проходит мало ли, много ли
времени, опять мать говорит ему:
— Что сидишь-то без толку? Шел бы к корчме, авось-либо добрый
человек какой попался, взял бы тебя в батраки.
— Ну ладно, я пойду! — говорит дурак, взял собачку свою и пошел.
Навстречу другой хозяин ему:
— Куда идешь, Иван-дурак?
— В службу, — говорит, — наниматься.
— Ступай ко мне служить!
— Ладно!
Договорились они, и пошел дурак опять в батраки. А у хозяина
у этого кошка была; вот она и окотилася. Полюбился дураку один
котеночек, он и вы́ходил его. Приходит время к расчету. Иван-дурак
и говорит хозяину:
— Не надо мне ваших денег, а отдайте мне того котеночка.
— Изволь! — говорит.
Вот пришел дурак домой. Мать еще пуще того стала плакаться:
— Все-то люди как люди, один ты у меня дурак уродился! И то есть
было нечего, а теперь еще две лишних души кормить надобно.
Горько стало Ивану слушать это, взял он свою собачку да кошечку
и пошел себе в поле. Видит: посеред поля костер горит, и большущий
костер такой, пребольшущий! Как подходит он ближе к этому самому
костру, видит: в нем змея корчится и горит на каленых угольях. Горит,
а сама кричит ему человеческим голосом:
— Эй, Иван-дурак, спаси ты меня! Я тебе большой выкуп дам
за свою душу.
Взял Иван палицу и палицей той выкинул змею из костра. Как
выкинул он ее, глядит: а перед ним не змея, а красная девица стоит,
и сама говорит ему:
— Ну, спасибо тебе, Иванушка! Сослужил ты мне великую службу,
сослужу я тебе еще и больше того! Пойдем, — говорит, — к моей
матери. Будет она тебе давать медные деньги — ты не бери, потому это
уголья, а не деньги; будет давать серебряные — также не бери, то будут
щепки, а не серебро; будет выносить тебе золото — и того не бери,
потому что вместо золота там будет черепье да кирпич; а проси ты у нее

РУССКИЕ СКАЗКИ

293

в награду перстень о двенадцати винтах. Тяжело ей будет отдать, одначе
ты не сумлевайся, потому что она за меня отдаст его.
Вот все так и случилось. Хоть и важно озлилась старуха, только
отдала ему перстень.
Вот идет Иван полем и думает себе: «Что же я теперь с этим перстнем
буду делать?» Только глядит, догоняет его эта самая дочка и говорит:
— Ты, Иван, чего только ни пожелаешь, все это тебе будет. Стань ты
только вечером на пороге, отвинти все двенадцать винтов — и явятся
перед тобою двенадцать тысяч человек. Что захочешь, то им и приказывай, все тебе будет исполнено!
Пришел Иван домой, ничего не сказал матери, а сам сел себе на печь,
сопит да в золе копается. Вот пришел вечер, легли они спать. Иван
выждал время, выходит на порог, отвинтил в перстне все двенадцать
винтов — и явились перед ним двенадцать тысяч человек:
— Ты — наш господин, мы — твои люди. Приказывай нам, чего
душа пожелает!
И говорит им Иван:
— Сделайте вы мне, чтобы на этом самом месте стоял дворец, какого
и в свете нет, и чтобы я спал на золотой кровати, на лебяжьей перине,
и мать моя то же само, и чтобы кучера, и форейторы1, и лакеи, и всякие
сильные и важные люди ходили бы у меня по двору и служили бы мне.
— Ложись себе с Богом, — говорят ему люди, — все будет по слову
твоему исполнено.
Просыпается Иван-дурак наутро и даже сам испугался; смотрит:
спит он на золотой кровати, на лебяжьей перине, и стоят тут высокие
хоромы, и такие богатые, что даже и у царя-то ихнего нет таких,
а по двору ходят кучера, и форейторы, и лакеи, и всякие сильные
и важные люди и служат ему. Подивился дурак, думает: «Ладно!»
Глянул в зеркало — самого-то себя не узнать: стал таким красавцем, что
ни в сказке сказать, ни пером описать; как следует, по хоромам и господин!
Вот только просыпается тем часом и царь (а в том месте царь ихний жил),
смотрит: стоят супротив его дворца высокие хоромы, и стоят они —
сами словно жар горят золотом. Посылает царь проведать: чьи такие?
И пускай, мол, ко мне приедет показать себя, каков он такой есть.
Докладывают Ивану.
— А сказать ему, — говорит, — что Ивана-царевича хоромы. А коли
хочет видеть меня, так невелик господин, пускай сам приедет!
Форейтор (нем. Vorreiter; от vor — впереди, и reiten — ехать верхом) — человек,
сидящий, при езде четверкою или шестеркой, верхом на передней лошади и управляющий передней парой.
1

294

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Нечего делать, поехал царь к Ивану-дураку. Познакомились они,
и опосля этого поехал и Иван-дурак к царю-то. А у царя распрекрасная
дочка-королевишна была. И она, эта дочка, угощения Ивану подносила, и тут больно уж полюбилась ему. Стал просить царя, чтобы замуж
за него отдать.
Вот теперь и царю в свой черед тоже поломаться захотелось.
— Отдать-то, — говорит, — отчего и не отдать. Только ты, Иванцаревич, сослужи мне прежде того службу. Дочь моя роду непростого,
и потому венчаться ей надо как ни на есть лучше во всем народе. Сделай
ты мне, чтоб от твоего дворца до моего дворца золотая дорога легла;
а через реку чтобы был у меня мост, да не простой, а такой, чтобы
одна сторона была золотая полоса, а другая сторона — серебряная
полоса, и на реке чтобы плавали всякие птицы редкие, гуси и лебеди;
а по ту сторону реки пускай церковь стоит, да не простая, а вся восковая,
и вокруг нее пускай зацветают восковые яблони и спелые яблоки родят.
Коли ты мне, — говорит, — сделаешь все это, быть дочери за тобою,
а не сделаешь — на себя пеняй!
Думает царь, что ну вот теперь уже вволю насмеялся над Иваном,
а Иван и в ус себе не дует.
— Ладно, — говорит, — извольте. Готовьте к завтраму свадьбу!
С тем и уехал.
Вечером, как все спать улеглись, стал он на пороге, отвинтил
в перстне все двенадцать винтов — встали перед ним двенадцать тысяч
человек:
— Ты — наш господин, мы — твои люди. Приказывай нам, чего
душа пожелает!
— Так и так, — говорит, — нужно мне то-то и то-то.
— Ладно, — говорят, — ложись себе с Богом.
Просыпается царь наутро, подходит к окну, а глаза ему так и ослепило — ажно отскочил на три сажени1: это, значит, мост-то, одна полоса
серебряная, другая золотая, так и горит, так и светится; на реке гусилебеди и всякая птица редкая, а на том берегу — церковь белая восковая,
и вокруг церкви яблони стоят, только без листьев, голые прутья торчат.
«Ну, — думает царь, — дело-то неладное, надо снаряжать дочку
к венцу».
Снарядили и поехали. Выехали из дому — а на яблоньках почки
проступили; едут по мосту — а яблоньки листвою одеваются; подъезжают к церкви — а на яблоньках белые цветочки распускаются; как
только что время выходить им от венца — а тут встречают их слуги
1

Сажень — старинная русская мера длины, равная 2,1 м.

РУССКИЕ СКАЗКИ

295

и всякие люди и на золотом блюде подают спелые яблоки. Так они
и стали свадьбу справлять и пиры да балы задавать, и был там пир у них
три дня и три ночи.
После того мало ли, много ли времени прошло, стала королевишна
приставать к Ивану:
— Скажи ты мне, супруг мой любезный, как ты все это делаешь, что
и мост в одну ночь строишь, и церковь восковую ставишь?
Иван-дурак долго не хотел говорить ей; одначе так как
уж очень ее любил и очень она у него просила, так он и сказал ей, что
у меня-де перстень о двенадцати винтах и так-то вот надо обходиться
с ним. Ну, вот так и живут они. Только, на беду, полюбился королевишне один лакей ихний, из себя видный, здоровый и красивый такой.
Она с ним и сговорилася, чтобы обокрасть мужа своего и перстень
у него унести, а самим уйти бы жить зá море. Вот только как пришел
вечер, вынула она потихоньку перстень, стала на пороге, отвинтила все
двенадцать винтов — и явились перед нею двенадцать тысяч человек:
— Ты — наша госпожа, мы — твои люди. Приказывай нам, чего
душа пожелает!
Она говорит им:
— Возьмите вы этот дворец и как есть со всем перенесите его зá
море, а на сем месте пускай станет прежняя избушка с моим муженьком
Иваном-дураком.
— Ложись себе с Богом, — говорят ей люди, — все будет по слову
твоему исполнено.
Наутро Иван просыпается, смотрит: лежит он на рогожке, дырявым
зипуном покрыт, а хоромам и следа нет. Горько восплакался он и пошел
к царю, своему тестюшке; приходит во двор, просит доложить, что
пришел-де зять. Тот как увидал его:
— Ах ты, такой-сякой, беспорточный! Какой ты мне зять? У меня
зятья в золотых хоромах живут, в серебряных каретах катаются. Взять
его и замуровать в каменный столб!
Сказано — сделано. Взяли и замуровали Ивана в каменный столб;
а собачка с кошечкой от него не отстают, тут же сидят вместе с ним,
и прорыли они себе лазейку и через нее поесть ему пищу приносят.
Только вот раз и вздумали они себе:
— Что ж это мы с тобою, собачка, сидим здесь сложа руки! Сбегаем-ка
мы зá море да достанем перстень.
Как надумали они себе это, так и сделали. Переплыли через море,
видят: стоит ихний терем, и королевишна с тем лакеем пó саду гуляет,
мужа своего судачит.

296

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Ну, собачка, пообожди ты пока здесь, а я проберуся в терем
да кольцо достану, — говорит кошечка и пошла себе.
— Мяу-мяу! — под дверью.
Услыхала королевишна.
— А, это кошка того мерзавца, — говорит, — впустите да накормите ее!
Вот ее впустили и накормили, а она все ходит по комнатам да высматривает перстень, видит: стоит печка, а на печке стеклянная банка,
а в банке той перстень. Обрадовалась кошечка. «Ну, — думает, —
слава Богу! Теперь только бы дождаться ночи, а там достану перстень —
и домой». Только как все улеглись, она вскочила на печку и свалила
оттуда банку, банка упала и разбилась, а кошечка подхватила перстень
в рот и притаилася под дверью. В доме все проснулись, сама королевишна встала; увидала, что банка-то разбита.
— Ах, — говорит, — это, верно, кошка того мерзавца разбила.
Выгнать ее вон!
Выгнали кошечку вон, а она и рада, бежит к собачке:
— Ну, собачка, достала перстень! Теперь только поскорей бы домой.
И поплыли они через море; плывут, плывут себе, долго плывут. Коли
устанет собачка — сядет она на кошечку, а коли кошечка устанет —
сядет на собачку; так они и обходятся. Уж недалеко и до берега им осталось, только собачка стала изнемогать; кошечка видит это и говорит ей:
— Садись ты на меня, ты уж устала!
Как сказала она это, а перстень-то изо рта у ней бултых в воду! Что
тут делать? Доплыли до берега, ходят себе да слезно плачут, а сами уж тем
часом и проголодалися. Собачка бегает пó полю, ловит птичек-воробышков, и кошечка ходит по берегу, ловит мелкую рыбицу, которую
волной выбивает; тем они и кормятся. Только вдруг кошечка и кричит:
— Ой ты, собачка, ступай скорее ко мне! Я-то ведь перстень нашла!
Поймала рыбку, стала ее есть, а в рыбке-то и был этот перстень.
Ну, вот обрадовались они сильно, побежали к Ивану и принесли ему
перстень.
Иван дождался вечера, отвинтил все двенадцать винтов — и явились
перед ним двенадцать тысяч человек:
— Ты — наш господин, мы — твои люди. Приказывай нам, чего
душа пожелает!
— Разнесите, — говорит, — сейчас же этот каменный столб, чтобы
и праху от него не осталось, а из-за моря перенесите мои хоромы
со всеми, кто там есть и как, кто там спит, и поставьте их на прежнее
место!

И поплыли они через море; плывут, плывут себе, долго плывут.
Коли устанет собачка — сядет она на кошечку, а коли
кошечка устанет — сядет на собачку; так они и обходятся.

298

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Тотчас же все так и случилось. Наутро едет Иван к своему тестюцарю. Тот его встречает, на первое место сажает:
— Где, любезный зятюшка, побывать изволил?
— Я, — говорит Иван, — был зá морем.
— То-то, — говорит, — зá морем! Видно, по спешному делу,
что к тестю и проститься даже не заехал… А тут без тебя приходит
ко мне какой-то голоштанник и называется моим зятем. Я его приказал
в каменный столб замуровать, там он, — говорит, — и сгинул, верно! Ну,
а ты, любезный зятюшка, где побывать изволил, какие виды видывал?
— А видывал я, — говорит, — разные виды. Зá морем одно такое
дело было, что никто не знает, как и рассудить.
— Какое ж такое это дело?
— А вот какое! И коли ты теперича умный человек, так вот и рассуди
по своей царской мудрости. Была у мужа жена, от живого мужа завела
себе душеньку, обокрала с этим душенькой мужа-то и ушла было с ним
зá море, а теперь спит с ним на одной кровати. Что, по-твоему, надо
сделать с такою женой?
— По своей царской мудрости я, — говорит, — скажу такое слово:
взять их обоих, привязать к конским хвостам и пустить в чистое поле —
тут им и казнь!
— Ну коли так, так ладно же! — говорит Иван. — Поедем ко мне
в гости, я тебе покажу другие виды и другое диво.
Поехали они, входят в спальню — а там королевишна, обнявшись
с тем лакеем, спит на золотой кровати, на лебяжьей перине, и знать
ничего не знает. Ну, уж тут нечего делать, по царскому слову взяли
привязали их к конским хвостам и пустили жеребцов в чистое поле —
тут им и казнь была!
А Иван опосля женился на той красной девице-раскрасавице, которую он из огня спас, и стали они жить-поживать да добра наживать.

ПОДИ ТУДА — НЕ ЗНАЮ КУДА,
ПРИНЕСИ ТО — НЕ ЗНАЮ ЧТО

некотором государстве жил-был король, холост-неженат,
и была у него целая рота стрельцов; на охоту стрельцы
ходили, перелетных птиц стреляли, государев стол дичью

снабжали.
В той роте служил стрелец-молодец, по имени Федот; метко в цель
попадал, почитай — николи промаху не давал, и за то любил его король
пуще всех его товарищей.
Случилось ему в одно время пойти на охоту рано-ранехонько,
на самой зóре; зашел он в темный, густой лес и видит: сидит на дереве
горлица. Федот навел ружье, прицелился, выпалил — и перешиб птице
крылышко; свалилась птица с дерева на сырую землю.
Поднял ее стрелок, хочет оторвать голову да положить в сумку.
И возговорит ему горлица:
— Ах, стрелец-молодец, не срывай моей буйной головушки, не своди
меня с белого света; лучше возьми меня живую, принеси в свой дом,
посади на окошечко и смотри: как только найдет на меня дремота,
в ту самую пору ударь меня правой рукою наотмашь — и добудешь себе
великое счастье!
Крепко удивился стрелок. «Что такое? — думает. — С виду совсем
птица, а говорит человеческим голосом! Прежде со мной такого случая
никогда не бывало…»
Принес птицу домой, посадил на окошечко, а сам стоит-дожидается. Прошло немного времени, горлица положила свою головку
под крылышко и задремала; стрелок поднял правую руку, ударил ее

300

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

наотмашь легохонько — пала горлица наземь и сделалась душойдéвицей, да такою прекрасною, что ни вздумать, ни взгадать, только
в сказке сказать! Другой подобной красавицы во всем свете не бывало!
Говорит она добру молодцу, королевскому стрельцу:
— Умел ты меня достать, умей и жить со мною. Ты мне будешь нареченный муж, а я тебе богоданная жена!
На том они и поладили. Женился Федот и живет себе — с молодой
женой потешается, а службы не забывает; каждое утро ни свет ни заря
возьмет свое ружье, пойдет в лес, настреляет разной дичи и отнесет
на королевскую кухню.
Видит жена, что от той охоты весь он измаялся, и говорит ему:
— Послушай, друг, мне тебя жалко. Каждый божий день ты беспокоишься, бродишь по лесам да по болотам, завсегда мокрехонек домой
ворочаешься, а пользы нам нет никакой. Это что за ремесло! Вот я так
знаю такое, что без барышей не останешься. Добудь-ка рублей сотнюдругую, все дело поправим.
Бросился Федот по товарищам: у кого рубль, у кого два занял
и собрал как раз двести рублей. Принес к жене.
— Ну, — говорит она, — купи теперь на все эти деньги разного
шелку.
Стрелец купил на двести рублей разного шелку. Она взяла и сказывает:
— Не тужи, молись Богу да ложись спать, утро вечера мудренее!
Муж заснул, а жена вышла на крылечко, развернула свою волшебную
книгу — и тотчас явились перед ней два неведомых мóлодца:
— Что угодно? Приказывай!
— Возьмите вот этот шелк и за единый час сделайте мне ковер,
да такой чудный, какого в целом свете не видывано; а на ковре бы все
королевство было вышито, и с городами, и с деревнями, и с реками,
и с озерами.
Принялись они за работу и не только в час, а в десять минут изготовили ковер — всем на диво; отдали его стрельцовой жене и вмиг
исчезли, словно их и не было! Наутро отдает она ковер мужу.
— На, — говорит, — понеси на гостиный двор и продай купцам,
да смотри своей цены не запрашивай, а что дадут, то и бери.
Федот взял ковер, развернул, повесил на руку и пошел по гостиным
рядам. Увидал один купец, подбежал и спрашивает:
— Послушай, почтенный! Продаешь, что ли?
— Продаю.
— А что стоит?
— Ты торговый человек, ты и цену уставляй.

РУССКИЕ СКАЗКИ

301

Вот купец думал, думал, не может оценить ковра — да и только!
Подскочил другой купец, за ним третий, четвертый… и собралась их
толпа великая, смотрят на ковер, дивуются, а оценить не могут.
В то время проезжал мимо гостиных рядов дворцовый комендант,
усмотрел толпу и захотелось ему разузнать, про что толкует купечество. Вылез из коляски, подошел и говорит:
— Здравствуйте, купцы-торговцы, заморские гости! О чем речь у вас?
— Так и так, ковер оценить не можем.
Комендант посмотрел на ковер и сам дался диву.
— Послушай, стрелец, — говорит он, — скажи мне по правде,
по истине, откуда добыл ты такой славный ковер?
— Моя жена вышила.
— Сколько же тебе дать за него?
— Я и сам цены не ведаю. Жена наказала не торговаться, а сколько
дадут — то и наше!
— Ну, вот тебе десять тысяч!
Стрелец взял деньги и отдал ковер, а комендант этот завсегда при
короле находился — и пил и ел за его столом. Вот он поехал к королю
обедать и ковер повез:
— Не угодно ль вашему величеству посмотреть, какую славную
вещь купил я сегодня?
Король взглянул — все свое царство словно на ладони увидел; так
и ахнул!
— Вот это ковер! В жизнь мою такой хитрости не видывал. Ну,
комендант, что хочешь, а ковра тебе не отдам.
Сейчас вынул король двадцать пять тысяч и отдал ему из рук в руки,
а ковер во дворце повесил. «Ничего, — думает комендант, — я себе
другой еще лучше закажу».
Сейчас поскакал к стрельцу, разыскал его избушку, входит в светлицу и как только увидал стрельцову жену — в ту ж минуту и себя
и свое дело позабыл, сам не ведает, зачем приехал; перед ним такая
красавица, что век бы очей не отвел, все бы смотрел да смотрел! Глядит
он на чужую жену, а в голове дума за думой: «Где это видано, где это
слыхано, чтобы простой солдат да таким сокровищем владáл? Я хоть
и при самом короле служу и генеральский чин на мне положóн, а такой
красоты нигде не видывал!»
Насилу комендант опомнился, нехотя домой убрался. С той поры,
с того времени совсем не свой сделался: и во сне и наяву только и думает,
что о прекрасной стрельчихе; и ест — не заест, и пьет — не запьет, все
она представляется!

302

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Заприметил король и стал его выспрашивать:
— Что с тобой подеялось? Аль кручина какая?
— Ах, ваше величество! Видел я у стрельца жену, такой красоты
во всем свете нет; все об ней думаю; и не заесть, и не запить, никаким
снадобьем не заворожить!
Пришла королю охота самому полюбоваться, приказал заложить
коляску и поехал в стрелецкую слободу. Входит в светлицу, видит: красота
невообразимая! Кто ни взглянет — старик ли, молодой ли, — всякий без
ума влюбится. Защемила его зазноба сердечная. «Чего, — думает про
себя, — хожу я холост-неженат? Вот бы мне жениться на этой красавице.
Зачем ей быть стрельчихою? Ей на роду написано быть королевою».
Воротился король во дворец и говорит коменданту:
— Слушай! Сумел ты показать мне стрельцову жену — красоту
невообразимую; теперь сумей извести ее мужа. Я сам на ней хочу
жениться… А не изведешь, пеняй на себя; хоть ты и верный мой слуга,
а быть тебе на виселице!
Пошел комендант, пуще прежнего запечалился; как стрельца порешить — не придумает.
Идет он пустырями, закоулками, а навстречу ему Баба-яга:
— Стой, королевский слуга! Я все твои думки ведаю. Хочешь,
пособлю твоему горю неминучему?
— Пособи, бабушка! Что хочешь, заплачу?.
— Сказан тебе королевский указ, чтобы извел ты Федота-стрельца.
Это дело бы неважное: сам-то он прост, да жена у него больно хитра!
Ну да мы загадаем такую загадку, что не скоро справится. Воротись
к королю и скажи: за тридевять земель, в тридесятом царстве есть
остров; на том острове ходит олень — золотые рога. Пусть король
наберет полсотню матросов — самых негодных, горьких пьяниц,
и велит изготовить к походу старый, гнилой корабль, что тридцать лет
в отставке числится; на том корабле пусть пошлет Федота-стрельца
добывать оленя — золотые рога. Чтоб добраться до острова, надо плыть
ни много ни мало три года, да назад с острова — три года, итого шесть
лет. Вот корабль выступит в море, месяц прослужит, а там и потонет:
и стрелец, и матросы — все на дно пойдут!
Комендант выслушал эти речи, поблагодарил Бабу-ягу за науку,
наградил ее золотом и бегом к королю.
— Ваше величество! — говорит. — Так и так — можно наверно
стрельца извести.
Король согласился и тотчас отдал приказ по флоту: изготовить
к походу старый, гнилой корабль, нагрузить его провизией на шесть лет

РУССКИЕ СКАЗКИ

303

и посадить на него пятьдесят матросов — самых распутных и горьких
пьяниц. Побежали гонцы по всем кабакам, по трактирам, набрали таких
матросов, что поглядеть любо-дорого: у кого глаза подбиты, у кого нос
сворочóн набок.
Как скоро доложили королю, что корабль готов, он в ту же минуту
потребовал к себе стрельца:
— Ну, Федот, ты у меня молодец, первый в команде стрелец;
сослужи-ка мне службу, поезжай за тридевять земель, в тридесятое
царство — там есть остров, на том острове ходит олень — золотые
рога; поймай его живого и привези сюда.
Стрелец задумался; не знает, что и отвечать ему.
— Думай не думай, — сказал король, — а коли не сделаешь дела,
то мой меч — твоя голова с плеч!
Федот повернулся налево кругом и пошел из дворца. Вечером
приходит домой крепко печальный, не хочет и слова вымолвить. Спрашивает его жена:
— О чем, милый, закручинился? Аль невзгода какая?
Он рассказал ей все сполна.
— Так ты об этом печалишься? Есть о чем! Это службишка,
не служба. Молись-ка Богу да ложись спать, утро вечера мудренее, все
будет сделано.
Стрелец лег и заснул, а жена его развернула волшебную книгу —
и вдруг явились перед ней два неведомых мóлодца:
— Что угодно, что надобно?
— Ступайте вы за тридевять земель, в тридесятое царство —
на остров, поймайте оленя — золотые рога и доставьте сюда.
— Слушаем! К свету все будет исполнено.
Вихрем понеслись они на тот остров, схватили оленя — золотые
рога, принесли его прямо к стрельцу на двор; за час до рассвета все дело
покончили и скрылись, словно их и не было.
Стрельчиха-красавица разбудила своего мужа пораньше и говорит ему:
— Поди посмотри, олень — золотые рога на твоем дворе гуляет.
Бери его на корабль с собою, пять суток вперед плыви, на шестые назад
поворачивай.
Стрелец посадил оленя в глухую, закрытую клетку и отвез на корабль.
— Тут что? — спрашивают матросы.
— Разные припасы и снадобья. Путь долгий, мало ли что понадобится!
Настало время кораблю отчаливать от пристани, много народу
пришло пловцов провожать, пришел и сам король, попрощался
с Федотом и поставил его над всеми матросами за старшего.

304

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Пятые сутки плывет корабль пó морю, берегов давно не видать.
Федот-стрелец приказал выкатить на палубу бочку вина в сорок ведер
и говорит матросам:
— Пейте, братцы! Не жалейте, душа — мера!
А они тому и рады, бросились к бочке и давай вино тянуть, да так
натянулись, что тут же возле бочки попадали и заснули крепким сном.
Стрелец взялся за руль, поворотил корабль к берегу и поплыл назад;
а чтоб матросы про то не сведали — знай с утра до вечера вином их
накачивает: только они с перепоя глаза продерут, как уж новая бочка
готова — не угодно ль опохмелиться.
Как раз на одиннадцатые сутки привалил корабль к пристани,
выкинул флаг и стал палить из пушек. Король услыхал пальбу и сейчас
на пристань: что там такое? Увидал стрельца, разгневался и накинулся
на него со всей жéсточью:
— Как ты смел до сроку назад воротиться?
— А куда ж мне деваться, ваше величество? Пожалуй, иной дурак
десять лет в морях проплавает да путного ничего не сделает, а мы
вместо шести лет всего-навсего десять суток проездили, да свое дело
справили: не угодно ль взглянуть на оленя — золотые рога?
Тотчас сняли с корабля клетку, выпустили златорогого оленя.
Король видит, что стрелец прав, ничего с него не возьмешь! Позволил
ему домой идти, а матросам, которые с ним ездили, дал свободу на целые
шесть лет; никто не смей их и на службу спрашивать по тому самому,
что они уж эти года заслужили.
На другой день призвал король коменданта, напустился на него
с угрозами.
— Что ты, — говорит, — али шутки со мной шутишь? Видно, тебе
голова твоя недорогá! Как знаешь, а найди случай, чтоб можно было
Федота-стрельца злой смерти предать.
— Ваше королевское величество! Позвольте подумать; авось можно
поправиться.
Пошел комендант пустырями да закоулками, навстречу ему Бабаяга:
— Стой, королевский слуга! Я твои думки ведаю. Хочешь, пособлю
твоему горю?
— Пособи, бабушка! Ведь стрелец вернулся и привез оленя —
золотые рога.
— Ох, уж слышала! Сам-то он простой человек, извести его
нетрудно бы — все равно что щепоть табаку понюхать! Да жена у него
больно хитра. Ну да мы загадаем ей иную загадку, с которой не так скоро

РУССКИЕ СКАЗКИ

305

справится. Ступай к королю и скажи: пусть пошлет он стрельца туда —
не знаю куда, принести то — не знаю что. Уж этой задачи он во веки
веков не выполнит: или совсем без вести пропадет, или с пустыми
руками назад придет.
Комендант наградил Бабу-ягу золотом и побежал к королю. Король
выслушал и велел стрельца позвать.
— Ну, Федот! Ты у меня молодец, первый в команде стрелец.
Сослужил ты мне одну службу: достал оленя — золотые рога; сослужи
и другую: поди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что!
Да помни: коли не принесешь, то мой меч — твоя голова с плеч!
Стрелец повернулся налево кругом и пошел из дворца. Приходит
домой печальный, задумчивый. Спрашивает его жена:
— Что, милый, кручинишься? Аль еще невзгода какая?
— Эх, — говорит, — одну беду с шеи свалил, а другая навалилася.
Посылает меня король туда — не знаю куда, велит принести то —
не знаю что. Через твою красу все напасти несу!
— Да, это служба немалая! Чтоб туда добраться, надо девять лет
идти, да назад девять — итого восьмнадцать лет. А будет ли толк
с того — Бог ведает!
— Что же делать, как же быть?
— Молись Богу да ложись спать, утро вечера мудренее. Завтра все
узнаешь.
Стрелец лег спать, а жена его дождалась ночи, развернула
волшебную книгу — и тотчас явились перед ней два мóлодца:
— Что угодно, что надобно?
— Не ведаете ли: как ухитриться да пойти туда — не знаю куда,
принести то — не знаю что?
— Нет, не ведаем!
Она закрыла книгу — и мóлодцы с глаз исчезли.
Поутру будит стрельчиха своего мужа:
— Ступай к королю, проси золотой казны на дорогу — ведь тебе
восьмнадцать лет странствовать, а получишь деньги, заходи со мной
проститься.
Стрелец побывал у короля, получил из казначейства целую кису1
золота и приходит с женой прощаться. Она подает ему ширинку2
и мячик:
Кисá (устар.) — кожаный или суконный мешок, затягивающийся шнурами,
обычно использовавшийся как кошелек.
2
Ширинка — небольшое полотенце из льняной ткани, украшенное вышивкой,
бахромой, кружевом.
1

306

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Когда выйдешь из города, брось этот мячик перед собою. Куда
он покатится — туда и ты ступай. Да вот тебе мое рукоделье: где бы
ты ни был, а как станешь умываться — завсегда утирай лицо этой
ширинкою.
Попрощался стрелец с своей женой и товарищами, поклонился
на все на четыре стороны и пошел за заставу. Бросил мячик перед
собою; мячик катится да катится, а он за ним следом идет.
Прошло с месяц времени, призывает король коменданта и говорит
ему:
— Стрелец отправился на восьмнадцать лет по белу свету таскаться, и по всему видно, что не быть ему живому. Ведь восьмнадцать лет
не две недели; мало ли что в дороге случится! Денег у него много;
пожалуй, разбойники нападут, ограбят да злой смерти предадут.
Кажись, можно теперь за его жену приняться. Возьми-ка мою коляску,
поезжай в стрелецкую слободку и привези ее во дворец.
Комендант поехал в стрелецкую слободку, приехал к стрельчихекрасавице, вошел в избу и говорит:
— Здравствуй, умница! Король приказал тебя во дворец представить.
Приезжает она во дворец; король встречает ее с радостию, ведет
в палаты раззолоченные и говорит таково слово:
— Хочешь ли быть королевою? Я тебя замуж возьму.
— Где же это видано, где же эта слыхано: от живого мужа жену отбивать! Каков ни на есть, хоть простой стрелец, а мне он законный муж.
— Не пойдешь охотою, возьму силою!
Красавица усмехнулась, ударилась об пол, обернулась горлицей
и улетела в окно.
Много царств и земель прошел стрелец, а мячик все катится. Где
река встретится, там мячик мостом перебросится; где стрельцу отдохнуть захочется, там мячик пуховой постелью раскинется.
Долго ли, коротко ли — скоро сказка сказывается, не скоро дело
делается, — приходит стрелец к большому, великолепному дворцу;
мячик докатился до ворот и пропал.
Вот стрелец подумал-подумал: «Дай пойду прямо!» Вошел по лестнице в покои; встречают его три девицы неописанной красоты:
— Откуда и зачем, добрый человек, пожаловал?
— Ах, красные дéвицы, не дали мне с дальнего походу отдохнуть,
да начали спрашивать. Вы бы прежде меня накормили-напоили, отдохнуть положили, да тогда бы и вестей спрашивали.
Они тотчас собрали на стол, посадили его, накормили-напоили
и спать уложили.

РУССКИЕ СКАЗКИ

307

Стрелец выспался, встает с мягкой постели; красные дéвицы несут
к нему умывальницу и шитое полотенце. Он умылся ключевой водой,
а полотенца не принимает.
— У меня, — говорит, — своя ширинка, есть чем лицо утереть.
Вынул ширинку и стал утираться. Спрашивают его красные дéвицы:
— Добрый человек! Скажи, откуда достал ты эту ширинку?
— Мне ее жена дала.
— Стало быть, ты женат на нашей родной сестрице!
Кликнули мать-старушку; та как глянула на ширинку, в ту ж минуту
признала:
— Это моей дочки рукоделье!
Начала у гостя расспрашивать-разведывать; он рассказал ей, как
женился на ее дочери и как царь послал его туда — не знаю куда,
принести то — не знаю что.
— Ах, зятюшка! Ведь про это диво даже я не слыхивала! Постой-ка,
авось мои слуги ведают.
Вышла старуха на крыльцо, крикнула громким голосом, и вдруг —
откуда только взялись! — набежали всякие звери, налетели всякие
птицы.
— Гой есте1, звери лесные и птицы воздушные! Вы, звери, везде
рыскаете; вы, птицы, всюду летаете, не слыхали ль, как дойти туда —
не знаю куда, принести то — не знаю что?
Все звери и птицы в один голос отвечали:
— Нет, мы про то не слыхивали!
Распустила их старуха по своим местам — по трущобам, по лесам,
по рощам; воротилась в горницу, достала свою волшебную книгу,
развернула ее — и тотчас явились к ней два великана:
— Что угодно, что надобно?
— А вот что, слуги мои верные! Понесите меня вместе с зятем
на окиян-море широкое и станьте как раз на средине — на самой
пучине.
Тотчас подхватили они стрельца со старухою, понесли их, словно
вихри буйные, на окиян-море широкое и стали на средине — на самой
пучине: сами как столбы стоят, а стрельца со старухою на руках держат.
Крикнула старуха громким голосом — и приплыли к ней все гады
и рыбы морские, так и кишат! Из-за них синя моря не видно!
Гой естé — приветственно-величальная формула в значении «будьте живы!»
или «будьте здоровы!» (гой — повелительная форма глагола «гоить» — жить,
здравствовать; есте — устаревшая личная форма глагола «быть» во втором лице
множественного числа).
1

Стрелец сел на лягушку и прижал ее к земле; начала лягушка дуться;
дулась, дулась и сделалась такая большая, словно стог сенной.

РУССКИЕ СКАЗКИ

309

— Гой есте, гады и рыбы морские! Вы везде плаваете, у всех островов
бываете, не слыхали ль, как дойти туда — не знаю куда, принести то —
не знаю что?
Все гады и рыбы в один голос отвечали:
— Нет! Мы про то не слыхивали!
Вдруг протеснилась вперед старая, колченогая лягушка, которая
уж лет тридцать как в отставке жила, и говорит:
— Ква-ква! Я знаю, где этакое диво найти.
— Ну, милая, тебя-то мне и надобно! — сказала старуха, взяла
лягушку и велела великанам себя и зятя домой отнесть.
Мигом очутились они во дворце. Стала старуха лягушку допытывать:
— Как и какою дорогою моему зятю идти?
Отвечает лягушка:
— Это место на краю света, далеко-далеко! Я бы сама его проводила, да уж больно стара, еле ноги волочу, мне туда и в пятьдесят лет
не допрыгать.
Старуха принесла большую банку, налила свежим молоком, посадила в нее лягушку и дает зятю:
— Неси, — говорит, — эту банку в руках, а лягушка пусть тебе
дорогу показывает.
Стрелец взял банку с лягушкою, попрощался со старухой и ее
дочками и отправился в путь. Он идет, а лягушка ему дорогу показывает.
Близко ли, далеко ли, долго ли, коротко ли, приходит к огненной
реке; за тою рекой высокая гора стоит, в той горе дверь видна.
— Ква-ква! — говорит лягушка. — Выпусти меня из банки; надо
нам через реку переправиться.
Стрелец вынул ее из банки и пустил наземь.
— Ну, добрый мóлодец, садись на меня, да не жалей, небось
не задавишь!
Стрелец сел на лягушку и прижал ее к земле; начала лягушка
дуться; дулась, дулась и сделалась такая большая, словно стог сенной.
У стрельца только и на уме, как бы не свалиться: «Коли свалюсь,
до смерти ушибусь!» Лягушка надулась да как прыгнет — перепрыгнула через огненную реку и сделалась опять маленькою.
— Теперь, добрый мóлодец, ступай в эту дверь, а я тебя здесь
подожду. Войдешь ты в пещеру и хорошенько спрячься. Спустя некое
время придут туда два старца; слушай, что они будут говорить и делать,
а после, как они уйдут, и сам то ж говори и делай!

310

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Стрелец подошел к горе, отворил дверь — в пещере так темно, хоть
глаз выколи! Полез на карачках и стал руками щупать; нащупал пустой
шкап, сел в него и закрылся. Вот немного погодя приходят туда два
старца и говорят:
— Эй, Шмат-разум! Покорми-ка нас.
В ту ж минуту — откуда что взялось! — зажглись люстры, загремели
тарелки и блюда, и явились на столе разные вина и кушанья. Старики
напились-наелись и приказывают:
— Эй, Шмат-разум! Убери все.
Вдруг ничего не стало — ни стола, ни вин, ни кушаньев, люстры все
погасли.
Слышит стрелец, что два старца ушли, вылез из шкапа и крикнул:
— Эй, Шмат-разум!
— Что угодно?
— Покорми меня!
Опять явились и люстры зажженные, и стол накрытый, и всякие
напитки и кушанья. Стрелец сел за стол и говорит:
— Эй, Шмат-разум! Садись, брат, со мною; станем есть-пить вместе,
а то одному мне скучно.
Отвечает невидимый голос:
— Ах, добрый человек! Откудова тебя Бог принес? Скоро тридцать
лет, как я двум старцам верой-правдой служу, а за все это время они
ни разу меня с собой не сажали.
Смотрит стрелец и удивляется: никого не видать, а кушанья
с тарелок, словно кто метелочкой подметает, а бутылки с вином сами
подымаются, сами в рюмки наливаются, глядь — уж и пусты!
Вот стрелец наелся-напился и говорит:
— Послушай, Шмат-разум! Хочешь мне служить? У меня житье
хорошее.
— Отчего не хотеть! Мне давно надоело здесь, а ты, вижу, человек
добрый.
— Ну, прибирай все да пойдем со мною!
Вышел стрелец из пещеры, оглянулся назад — нет никого…
— Шмат-разум! Ты здесь?
— Здесь! Не бойся, я от тебя не отстану.
— Ладно! — сказал стрелец и сел на лягушку.
Лягушка надулась и перепрыгнула через огненную реку; он посадил
ее в банку и отправился в обратный путь.
Пришел к теще и заставил своего нового слугу хорошенько угостить
старуху и ее дочек. Шмат-разум так их употчевал, что старуха с радости

РУССКИЕ СКАЗКИ

311

чуть плясать не пошла, а лягушке за ее верную службу назначила по три
банки молока в день давать. Стрелец распрощался с тещею и пустился
домой. Шел, шел и сильно уморился; прибились его ноги скорые,
опустились руки белые.
— Эх, — говорит, — Шмат-разум! Если б ты ведал, как я устал;
просто ноги отымаются.
— Что ж ты мне давно не скажешь? Я б тебя живо на место
доставил.
Тотчас подхватило стрельца буйным вихрем и понесло по воздуху
так шибко, что с головы шапка свалилась.
— Эй, Шмат-разум! Постой на минутку, моя шапка свалилась.
— Поздно, сударь, хватился! Твоя шапка теперь за пять тысяч верст
назади.
Города и деревни, реки и леса так и мелькают перед глазами… Вот
летит стрелец над глубоким морем, и гласит ему Шмат-разум:
— Хочешь — я на этом море золотую беседку сделаю? Можно будет
отдохнуть, да и счастье добыть.
— А ну, сделай! — сказал стрелец и стал опущаться нá море.
Где за минуту только волны подымалися — там появился островок,
на островку — золотая беседка. Говорит стрельцу Шмат-разум:
— Садись в беседку, отдыхай, на море поглядывай. Будут плыть
мимо три купеческих корабля и пристанут к острову, ты зазови купцов,
угости-употчевай и променяй меня на три диковинки, что купцы
с собой везут. В свое время я к тебе назад вернусь!
Смотрит стрелец — с западной стороны три корабля плывут.
Увидали корабельщики остров и золотую беседку:
— Что за чудо! — говорят. — Сколько раз мы тут плавали, кроме
воды, ничего не было, а тут — нá поди! — золотая беседка явилась.
Пристанемте, братцы, к берегу, поглядим-полюбуемся.
Тотчас остановили корабельный ход и бросили якори; три купцахозяина сели на легкую лодочку и поехали на остров.
— Здравствуй, добрый человек!
— Здравствуйте, купцы чужеземные! Милости просим ко мне, погуляйте, повеселитесь, роздых возьмите, — нарочно для заезжих гостей
и беседка выстроена!
Купцы вошли в беседку, сели на скамеечку.
— Эй, Шмат-разум! — закричал стрелец. — Дай-ка нам попитьпоесть.
Явился стол, на столе вина и кушанья, чего душа захочет — все
мигом исполнено! Купцы только ахают.

312

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Давай, — говорят, — меняться! Ты нам своего слугу отдай, а у нас
возьми за то любую диковинку.
— А какие у вас диковинки?
— Посмотри — увидишь!
Один купец вынул из кармана маленький ящичек, только открыл
его — тотчас по всему острову славный сад раскинулся, и с цветами,
и с дорожками, а закрыл ящичек — и сад пропал.
Другой купец вынул из-под полы топор и начал тяпать: тяп да ляп —
вышел корабль! Тяп да ляп — еще корабль! Сто разов тяпнул — сто
кораблей сделал, с парусами, с пушками и с матросами; корабли плывут,
в пушки палят, от купца приказов спрашивают… Натешился он, спрятал
свой топор — и корабли с глаз исчезли, словно их и не было!
Третий купец достал рог, затрубил в один конец — тотчас войско
явилося: и пехота, и конница, с ружьями, с пушками, со знаменами;
ото всех полков посылают купцу рапорты, а он отдает им приказы;
войска идут, музыка гремит, знамена развеваются… Натешился купец,
взял трубу, затрубил с другого конца — и нет ничего, куда вся сила
девалася!
— Хороши ваши диковинки, да мне не пригодны! — сказал
стрелец. — Войска да корабли — дело царское, а я простой солдат.
Коли хотите со мной поменяться, так отдайте мне за одного слугу-невидимку все три диковинки.
— Не много ли будет?
— Ну как знаете, а я иначе меняться не стану!
Купцы подумали про себя: «На что нам этот сад, эти полки
и военные корабли? Лучше поменяться; по крайней мере, без всякой
заботы будем и сыты, и пьяны». Отдали стрельцу свои диковинки
и говорят:
— Эй, Шмат-разум! Мы тебя берем с собою. Будешь ли нам служить
верой-правдою?
— Отчего не служить? Мне все равно — у кого ни жить.
Воротились купцы на свои корабли и давай всех корабельщиков
поить-угощать:
— Ну-ка, Шмат-разум, поворачивайся!
Перепились все допьяна и заснули крепким сном. А стрелец сидит
в золотой беседке, призадумался и говорит:
— Эх, жалко! Где-то теперь мой верный слуга Шмат-разум?
— Я здесь, господин!
Стрелец обрадовался:
— Не пора ли нам домой?

РУССКИЕ СКАЗКИ

313

Только сказал, как вдруг подхватило его буйным вихрем и понесло
по воздуху.
Купцы проснулись, и захотелось им выпить с похмелья:
— Эй, Шмат-разум, дай-ка нам опохмелиться!
Никто не отзывается, никто не прислуживает. Сколько не кричали,
сколько не приказывали — нет ни на грош толку.
— Ну, господа! Надул нас этот маклак1. Теперь черт его найдет!
И остров пропал, и золотая беседка сгинула.
Погоревали-погоревали купцы, подняли паруса и отправились,
куда им было надобно.
Быстро прилетел стрелец в свое государство, опустился возле синего
моря на пустом месте.
— Эй, Шмат-разум! Нельзя ли здесь дворец выстроить?
— Отчего нельзя! Сейчас готов будет.
Вмиг дворец поспел, да такой славный, что и сказать нельзя, вдвое
лучше королевского. Стрелец открыл ящичек — и кругом дворца сад
явился с редкими деревьями и цветами.
Вот сидит стрелец у открытого окна да на свой сад любуется. Вдруг
влетела в окно горлица, ударилась оземь и оборотилась его молодой
женою. Обнялись они, поздоровались, стали друг друга расспрашивать, друг другу рассказывать. Говорит стрельцу жена:
— С той самой поры, как ты из дому ушел, я все время по лесам
да по рощам сирой горлинкой летала.
На другой день поутру вышел король на балкон, глянул на сине
море и видит: на самом берегу стоит новый дворец, а кругом дворца
зеленый сад.
— Какой это невежа вздумал без спросу на моей земле строиться?
Побежали гонцы, разведали и докладывают, что дворец тот
стрельцом поставлен, и живет во дворце он сам, и жена при нем.
Король пуще разгневался, приказал собрать войско и идти на взморье,
сад дотла разорить, дворец на мелкие части разбить, а самого стрельца
и его жену лютой смерти предать.
Усмотрел стрелец, что идет на него сильное войско королевское,
схватил поскорей топор, тяп да ляп — вышел корабль! Сто разов
тяпнул — сто кораблей сделал. Потом вынул рог, затрубил раз — повалила пехота, затрубил в другой — повалила конница.
Бегут к нему начальники из полков, с кораблей и ждут приказу.
Стрелец приказал начинать сражение. Тотчас заиграла музыка, ударили
1

Маклак — посредник при торговой сделке, плут.

314

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

в барабаны, полки двинулись; пехота ломит королевских солдат,
конница догоняет, в плен забирает, а с кораблей по столичному городу
так и жарят пушками.
Король видит, что его армия бежит, бросился было сам войско останавливать — да куда! Не прошло и полчаса, как его самого убили.
Когда кончилось сражение, собрался народ и начал стрельца
просить, чтобы взял в свои руки все государство. Он на то согласился
и сделался королем, а жена его — королевою.

ЗАКОЛДОВАННАЯ КОРОЛЕВНА

некоем королевстве служил у короля солдат в конной
гвардии, прослужил двадцать пять лет верою и правдою;
за его честное поведение приказал король отпустить его
в чистую отставку и отдать ему в награду ту самую лошадь, на которой
в полку ездил, с седлом и со всею сбруею.
Простился солдат с своими товарищами и поехал на родину; день
едет, и другой, и третий… вот и вся неделя прошла, и другая, и третья —
не хватает у солдата денег, нечем кормить ни себя, ни лошадь, а до дому
далеко-далеко! Видит, что дело-то больно плохо, сильно есть хочется;
стал по сторонам глазеть и увидел в стороне большой зáмок. «Ну-ка, —
думает, — не заехать ли туда? Авось хоть на время в службу возьмут —
что-нибудь да заработаю».
Поворотил к замку, взъехал на двор, лошадь на конюшню поставил
и задал ей корму, а сам в палаты пошел. В палатах стол накрыт, на столе
и вина и явства, чего только душа хочет! Солдат наелся-напился.
«Теперь, — думает, — и соснуть можно!»
Вдруг входит медведица:
— Не бойся меня, добрый мóлодец, ты на добро сюда попал.
Я не лютая медведица, а красная дéвица — заколдованная королевна. Если ты устоишь да переночуешь здесь три ночи, то колдовство разрушится — я сделаюсь по-прежнему королевною и выйду
за тебя замуж.
Солдат согласился, медведица ушла, и остался он один. Тут напала
на него такая тоска, что на свет бы не смотрел, а чем дальше — тем
сильнее; если б не вино, кажись бы, одной ночи не выдержал!

316

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

На третьи сутки до того дошло, что решился солдат бросить все
и бежать из зáмка; только как ни бился, как ни старался — не нашел
выхода. Нечего делать, поневоле пришлось оставаться.
Переночевал и третью ночь. Поутру является к нему королевна
красоты неописанной, благодарит его за услугу и велит к венцу снаряжаться. Тотчас они свадьбу сыграли и стали вместе жить, ни о чем
не тужить.
Через сколько-то времени вздумал солдат об своей родной стороне,
захотел туда побывать. Королевна стала его отговаривать:
— Оставайся, друг, не езди! Чего тебе здесь не хватает?
Нет, не могла отговорить. Прощается она с мужем, дает ему
мешочек — сполна семечком насыпан, и говорит:
— По какой дороге поедешь, по обеим сторонам кидай это семя: где
оно упадет, там в ту же минуту деревья повырастут; на деревьях станут
дорогие плоды красоваться, разные птицы песни петь, а заморские коты
сказки сказывать.
Сел добрый мóлодец на своего заслуженного коня и поехал в дорогу;
где ни едет, по обеим сторонам семя бросает, и следом за ним леса подымаются, так и ползут из сырой земли!
Едет день, другой, третий и увидал: в чистом поле караван стоит,
на травке, на муравке купцы сидят, в карты поигрывают, а возле них
котел висит; хоть огня и нет под котлом, а варево ключом кипит. «Экое
диво! — подумал солдат. — Огня не видать, а варево в котле так и бьет
ключом. Дай поближе взгляну». Своротил коня в сторону, подъезжает
к купцам:
— Здравствуйте, господа честны́е! — А того и невдомек, что это
не купцы, а всё нечистые. — Хороша ваша штука: котел без огня кипит!
Да у меня лучше есть.
Вынул из мешка одно зернышко и бросил наземь — в ту же минуту
выросло вековое дерево, на том дереве дорогие плоды красуются, разные
птицы песни поют, заморские коты сказки сказывают. По той похвальбе
узнали его нечистые.
— Ах, — говорят меж собой, — да ведь это тот самый, что королевну
избавил. Давайте-ка, братцы, опоим его за то зельем, и пусть он полгода
спит.
Принялись его угощать и опоили волшебным зельем. Солдат упал
на траву и заснул крепким, беспробудным сном, а купцы, караван и котел
вмиг исчезли.
Вскоре после того вышла королевна в сад погулять; смотрит: на всех
деревьях стали верхушки сохнуть. «Не к добру! — думает. — Видно,

РУССКИЕ СКАЗКИ

317

с мужем что худое приключилося! Три месяца прошло, пора бы ему
и назад вернуться, а его нет как нету!»
Собралась королевна и поехала его разыскивать. Едет по той дороге,
по какой и солдат путь держал, по обеим сторонам леса растут, и птицы
поют, и заморские коты сказки мурлыкают.
Доезжает до того места, что деревьев не стало больше — извивается дорога по чистому полю, и думает: «Куда ж он девался? Не сквозь
землю же провалился!» Глядь — стоит в сторонке такое же чудное
дерево и лежит под ним ее милый друг.
Подбежала к нему и ну толкать-будить — нет, не просыпается;
принялась щипать его, колоть под бока булавками, колола, колола — он
и боли не чувствует, точно мертвый лежит — не ворохнется. Рассердилась королевна и с сердцóв проклятье промолвила:
— Чтоб тебя, соню негодного, буйным ветром подхватило,
в безвестные страны занесло!
Только успела вымолвить, как вдруг засвистали-зашумели ветры,
и в один миг подхватило солдата буйным вихрем и унесло с глаз
королевны.
Поздно одумалась королевна, что сказала слово нехорошее, заплакала
горькими слезами, воротилась домой и стала жить одна-одинехонька.
А бедного солдата занесло вихрем далеко-далеко, за тридевять
земель, в тридесятое государство, и бросило на косе промеж двух морей;
упал он на самый узенький клинышек; направо ли сонный оборотится, налево ли повернется — тóтчас в море свалится, и поминай как
звали! Полгода проспал добрый мóлодец, ни пальцем не шевельнул;
а как проснулся — сразу вскочил прямо на ноги, смотрит: с обеих
сторон волны подымаются, и конца не видать морю широкому; стоит
да в раздумье сам себя спрашивает: «Каким чудом я сюда попал? Кто
меня затащил?»
Пошел по косе и вышел на остров; на том острове — гора высокая
да крутая, верхушкою до облаков хватает, а на горе лежит большой
камень.
Подходит к этой горе и видит: три черта дерутся, кровь с них так
и льется, клочья так и летят!
— Стойте, окаянные! За что вы деретесь?
— Да, вишь, третьего дня помер у нас отец, и остались после него
три чудные вещи: ковер-самолет, сапоги-скороходы да шапка-невидимка, так мы поделить не можем.
— Эх вы, проклятые! Из таких пустяков бой затеяли. Хотите, я вас
разделю; все будете довольны, никого не обижу.

318

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— А ну, земляк, раздели, пожалуйста!
— Ладно! Бегите скорей по сосновым лесам, наберите смолы по сто
пудов и несите сюда.
Черти бросились по сосновым лесам, набрали смолы триста пудов
и принесли солдату.
— Теперь притащите из пекла самый большой котел.
Черти приволокли большущий котел — бочек сорок войдет! —
и поклали в него всю смолу.
Солдат развел огонь и, как только смола растаяла, приказал чертям
тащить котел нá гору и поливать ее сверху донизу. Черти мигом и это
исполнили.
— Ну-ка, — говорит солдат, — пихните теперь вон энтот камень;
пусть он с горы катится, а вы трое за ним вдогонку приударьте: кто
прежде всех догонит, тот выбирай себе любую из трех диковинок; кто
второй догонит, тот из двух остальных бери — какая покажется; а затем
последняя диковинка пусть достанется третьему.
Черти пихнули камень, и покатился он с горы шибко-шибко; бросились все трое вдогонку; вот один черт нагнал, ухватился за камень —
камень тотчас повернулся, подворотил его под себя и вогнал в смолу.
Нагнал другой черт, а потом и третий, и с ними то же самое! Прилипли
крепко-накрепко к смоле!
Солдат взял под мышку сапоги-скороходы да шапку-невидимку, сел
на ковер-самолет и полетел искать свое царство.
Долго ли, коротко ли, прилетает к избушке, входит — в избушке
сидит Баба-яга — костяная нога, старая, беззубая.
— Здравствуй, бабушка! Скажи, как бы мне отыскать мою прекрасную королевну?
— Не знаю, голубчик! Видом ее не видала, слыхом про нее не слыхала.
Ступай ты за столько-то морей, за столько-то земель — там живет моя
середняя сестра, она знает больше моего; может, она тебе скажет.
Солдат сел на ковер-самолет и полетел; долго пришлось ему по белу
свету странствовать. Захочется ли ему есть-пить, сейчас наденет на себя
шапку-невидимку, спустится в какой-нибудь город, зайдет в лавки,
наберет — чего только душа пожелает, на ковер — и летит дальше.
Прилетает к другой избушке, входит — там сидит Баба-яга —
костяная нога, старая, беззубая.
— Здравствуй, бабушка! Не знаешь ли, где найти мне прекрасную
королевну?
— Нет, голубчик, не знаю; поезжай-ка ты за столько-то морей,
за столько-то земель — там живет моя старшая сестра; может, она ведает.

Солдат... наконец прилетел на край света; стоит избушка,
а дальше никакого ходу нет — одна тьма кромешная,
ничего не видать! «Ну, — думает, — коли здесь
не добьюсь толку, больше лететь некуда!»

320

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Эх ты, старая хрычовка! Сколько лет на свете живешь, все зубы
повывалились, а доброго ничего не знаешь.
Сел на ковер-самолет и полетел к старшей сестре.
Долго-долго странствовал, много земель и много морей видел,
наконец прилетел на край света; стоит избушка, а дальше никакого ходу
нет — одна тьма кромешная, ничего не видать! «Ну, — думает, — коли
здесь не добьюсь толку, больше лететь некуда!»
Входит в избушку — там сидит Баба-яга — костяная нога, седая,
беззубая.
— Здравствуй, бабушка! Скажи, где мне искать мою королевну?
— Подожди немножко; вот я созову всех своих ветров и у них спрошу.
Ведь они по всему свету дуют, так должны знать, где она теперь проживает.
Вышла старуха на крыльцо, крикнула громким голосом, свистнула
молодецким посвистом; вдруг со всех сторон поднялись-повеяли ветры
буйные, только изба трясется!
— Тише, тише! — кричит Баба-яга.
И как только собрались ветры, начала их спрашивать:
— Ветры мои буйные, по всему свету вы дуете, не видали ль где
прекрасную королевну?
— Нет, нигде не видали! — отвечают ветры в один голос.
— Да все ли вы налицо?
— Все, только южного ветра нет.
Немного погодя прилетает южный ветер. Спрашивает его старуха:
— Где ты пропадал до сих пор? Еле дождалась тебя!
— Виноват, бабушка! Я зашел в новое царство, где живет прекрасная
королевна. Муж у ней без вести пропал, так теперь сватают ее разные
цари и царевичи, короли и королевичи.
— А сколь далеко до нового царства?
— Пешему тридцать лет идти, на крыльях десять лет нестись;
а я повею — в три часа доставлю.
Солдат начал со слезами молить, чтобы южный ветер взял его и донес
в новое царство.
— Пожалуй, — говорит южный ветер, — я тебя донесу, коли дашь
мне вволю погулять в твоем царстве три дня и три ночи.
— Гуляй хоть три недели!
— Ну хорошо. Вот я отдохну денька два-три, соберусь с силами,
да тогда и в путь.
Отдохнул южный ветер, собрался с силами и говорит солдату:
— Ну, брат, собирайся, сейчас отправимся. Да смотри не бойся, цел
будешь!

РУССКИЕ СКАЗКИ

321

Вдруг зашумел-засвистал сильный вихорь, подхватило солдата
на воздух и понесло через горы и моря под самыми облаками, и ровно
через три часа был он в новом царстве, где жила его прекрасная королевна.
Говорит ему южный ветер:
— Прощай, добрый мóлодец! Жалеючи тебя, не хочу гулять в твоем
царстве.
— Что так?
— Потому — если я загуляю, ни одного дома в городе, ни одного
дерева в садах не останется, все вверх дном поставлю!
— Ну, прощай! Спасибо тебе! — сказал солдат, надел шапку-невидимку и пошел в белокаменные палаты.
Вот пока его не было в царстве, в саду все деревья стояли с сухими
верхушками; а как он явился, тотчас ожили и начали цвесть.
Входит он в большую комнату, там и сидят за столом разные цари
и царевичи, короли и королевичи, что приехали за прекрасную королевну свататься; сидят да сладкими винами угощаются. Какой жених
ни нальет стакан, только к губам поднесет — солдат тотчас хвать кулаком
по стакану и сразу вышибет. Все гости тому удивляются, а прекрасная
королевна в ту ж минуту догадалася. «Верно, — думает, — мой друг
воротился!»
Посмотрела в окно — в саду на деревьях все верхушки ожили, и стала
она своим гостям загадку загадывать:
— Была у меня шкатулочка самодельная с золотым ключом; я тот
ключ потеряла и найти не чаяла, а теперь тот ключ сам нашелся. Кто
отгадает эту загадку, за того замуж пойду.
Цари и царевичи, короли и королевичи долго над тою загадкою
ломали свои мудрые головы, а разгадать никак не могли. Говорит
королевна:
— Покажись, мой милый друг!
Солдат снял с себя шапку-невидимку, взял ее за белые руки и стал
целовать в уста сахарные.
— Вот вам и разгадка! — сказала прекрасная королевна. — Самодельная шкатулочка — это я, а золотой ключик — это мой верный муж.
Пришлось женихам оглобли поворачивать, разъехались они
по своим дворам, а королевна стала с своим мужем жить-поживать
да добра наживать.

УДИВИТЕЛЬНЫЙ АЛЬПИЙСКИЙ РОГ

огда мальчики и девочки, которые нынче читают эти
швейцарские сказки, вырастут и отправятся путешествовать по Швейцарии, они будут слушать, как звучит
альпийский рог и наслаждаться его звуками.
Почти каждый пастух в горах умеет управляться с этим рогом. Он
сделан из дерева и примерно в два раза длиннее обычной метлы. Его
раструб, тяжелый конец, опирается на землю. Когда человек дует в этот
рог, вылетающие из него звуки поначалу, когда находишься слишком
близко, не кажутся слишком приятными. Лишь расстояние придает
им истинное очарование. Не торопитесь, подождите минутку, прислушайтесь! Звуки рога разносятся далеко по долине. Они улавливаются
скалами и возвращаются от горных вершин эхом. При этом музыка
альпийских рогов начинает звучать так, словно многоголосый хор ангелов спустился с самих Небес, чтобы воспеть славу Богу и передать
привет всем добрым душам на земле. Нигде в мире нет такой дивной
музыки, которая порождается эхом.
Иногда случается и двойное эхо — словно одна радуга появляется
внутри другой. Второе эхо напоминает хор маленьких ангелочков,
которые затягивают мелодию, когда первый небесный хор уже умолк.
О том, как швейцарцы впервые получили альпийский рог в подарок
от волшебников, рассказывает история славного пастушка по имени
Перрод. Ему приходилось усердно трудиться целыми днями напролет,
ухаживая за коровами, которые паслись на высокогорных пастбищах.
Местные жители называют их Альпами (когда иностранцы говорят
об Альпах, они имеют в виду сами горные хребты). Зимой эти ровные

326

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

участки земли покрыты снегом и льдом, но к июню становится достаточно тепло, чтобы на них начали появляться трава и первые цветы.
Тогда пастухи и сыроделы отправляются на высокогорные пастбища
вместе со своим скотом. Так поступал и Перрод. Вечерами он доил
своих коров, снимал с молока сливки, подвешивал большой котел над
огнем и начинал делать сыр.
И вот однажды, когда было уже далеко за полночь, смертельно
уставший Перрод прокричал «спокойной ночи» своей возлюбленной
Люкетте, которая жила на другой стороне долины. Услыхав в ответ
ее отклик, он поднялся по лестнице на чердак и растянулся на своей
кровати. Это была всего лишь куча соломы, но он мгновенно заснул
на ней, как только вытянул ноги. Перрод ведь был здоровым парнем, —
кровь с молоком, — а горный воздух действует лучше любого снотворного. Перрод спал крепко, но он знал, что должен встать спозаранку,
на восходе солнца, чтобы вывести своих коров и коз на пастбище.
А потом их колокольцы будут позвякивать целый день напролёт.
Однако этой ночью, вместо того, чтобы посапывать до рассвета,
Перрод сомкнул веки всего на три часа, а потом его разбудило какое-то
потрескивание. Сначала он подумал, что это сильный ветер свалил
несколько тяжелых камней с крыши его горной хижины, и теперь постукивают полосы коры, которыми она была покрыта. Но когда паренек
увидел на стенах и потолке отражение языков яркого пламени, он
тихонько сполз со своей лежанки и прильнул глазом к щели в дощатом
полу, чтобы посмотреть, что творится внизу.
А там вокруг огня находились трое мужчин. Один, самый рослый
из них, подвешивал котел на железный крюк. Второй подкладывал
дрова в очаг, а третий грел руки перед ярким пламенем.
Все трое выглядели очень странно и по-разному. Рослый мужчина
казался настоящим великаном. Рукава его были закатаны, и было
видно, что у него очень загорелые руки. Наверняка он долго находился
на солнце. Когда этот незнакомец брался за котел, чтобы повесить его
или снять с огня, под его кожей вздувались мускулы. Они были похожи
на толстые канаты.
Справа от очага на деревянном табурете, который используют для
дойки, сидел второй незнакомец. Он совсем не походил на первого —
был меньше ростом, кожа у него была светлая, а волосы золотистые.
Рядом с ним на полу покоился длинный рог.
Человек слева от камина, по-видимому, был лесорубом или охотником. По крайней мере казалось, что он чувствует себя в горах, как дома.
На дворе стояла темень, но он знал, где лежат сложенные дрова — под

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

327

карнизом хижины. Когда огонь догорал, он выходил из дома и возвращался с охапкой хвороста. Он складывал его в очаг, и огонь начинал
пылать и трещать так сильно, что парню на чердаке казалось, что сгорит
сам дом.
Хотя от этой странной копании по спине у Перрода пробегала
дрожь, он старался храбриться. Парень решил не сидеть сиднем, если
эта троица попытается стащить его сыр, который должен был кормить
зимой всех домочадцев юноши.
Пока Перрод размышлял, хватит ли еды его сестрам и старому отцу
в течение долгой холодной зимы длиной в восемь месяцев, которая
должна была вскоре наступить и засыпать снегом горные пастбища,
произошло нечто любопытное. Он услышал приятные звуки. Таких
Перрод не слыхивал с тех давних пор, когда он лежал в колыбели, а его
мать что-то ему напевала.
Причиной этих звуков был белокурый незнакомец, который в этой
компании казался самым воспитанным. Сначала он что-то передал
великану, и тот бросил полученное в котел. Затем, прихватив свой рог,
белокурый исчез за дверью. Оказавшись снаружи, он поднес рог к своим
губам и начал в него дуть.
Однако Перрода сейчас больше интересовал не человек снаружи
и не звуки, которые он издавал, а то, что происходило внутри хижины.
А там охотник в это время вытащил флягу из своего кармана и передал
ее рослому мужчине, который стоял у большого железного котла, висевшего над огнем. Великан вылил в него из фляги какую-то кровавокрасную жидкость. Затем он подхватил половник, который был
шириной с добрую лопату, а длиной с ружье, и стал им в котле помешивать. Потом на стол были поставлены три чаши, которые напоминали кубки. К этому времени мужчина с золотистыми волосами уже
закончил издавать странные звуки снаружи. Казалось, они плыли вниз
по ущелью в долины, струились по пастбищам и проникали через леса.
Получившаяся мелодия становилась всё нежней, но звучала она всё
громче и громче. Создавалось впечатление, что ее, как огонь, раздувает нежный ночной ветер, а все горы просыпаются, и, превращаясь
в ангелов, возвышают свои голоса. Наконец нежная мелодия замерла
на длинной грустной ноте. Казалось, на всех певцов напала какая-то
грусть. Вскоре наступила тишина.
И тут произошла еще одна странная вещь. Все коровы и козы пробудились, и со всех сторон, со всех пастбищ, далеких или близких, стал
доноситься перезвон их шейных колокольцев. Бедные создания подумали, что настало время вставать и доиться, однако они были озада-

328

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

чены, обнаружив, что еще темно, да и сами они все еще были сонными
и шевелились крайне медленно.
А потом произошло нечто еще более чудесное. Перрод, послушав
звуки рога, подумал было, что его музыка совсем прекратилась. И вдруг
внезапно эти звуки снова зазвучали, и с еще больше силой. Они множились, и было похоже, что тысяча отзвуков сливалась в один трубный
глас, которому вторили сами небеса. Перрод был очарован. Он даже
закрыл глаза, чтобы в полной мере насладиться этим звучанием, которое
напоминало хор поющих ангелов.
Когда последние звуки снова стихли, Перрод открыл глаза. Белокурый музыкант вернулся в хижину и снова устроился на табурете
справа от огня, в то время как охотник поставил три стеклянных кубка
на грубый деревянный стол, за которым Перрод обычно ел.
Все три незнакомца молча наблюдали за котлом, в котором кипела
какая-то жидкость. Так обычно и происходит, когда делают сыр. Великан
продолжал помешивать в котле своим огромным половником. Наконец
он снял котел с огня и вылил его содержимое в три стеклянных сосуда.
К изумлению Перро, в каждом кубке жидкость оказалась совершенно
разного цвета.
В первом наполненном до краев кубке она была красной, как кровь,
и дала сверху обильную пену. Она спадала на дощатый стол, оставляя
на нем красные пятна.
Постукивая по котлу своим огромным половником, рослый незнакомец плеснул во второй сосуд, но на этот раз кипящее варево оказалось
зеленым — цвета сочной травы.
Великан еще раз громко постучал половником по котлу, и из него
потекла струя, которая казалась холодной, как талая вода. Она оказалась белой, как эдельвейс! На сей раз жидкость вела себя в кубке тихо
и спокойно, как молоко, и можно было заметить, что сверху ее затянула
ледяная корочка.
Наполнив кубки до краев, великан потряс своим огромным
черпаком, который он держал в правой руке, приложив левую ко рту
и зычно крикнул:
— Эй, парень! Спускайся вниз и выбери один из этих трех кубков.
Каждый принесет славный дар тому, кто его выпьет. И поторопись, ибо
скоро наступит рассвет!
Перрод понял — незваные гости знают, что он лежит наверху. Однако
он был храбрым юношей. Ноги у него слегка подкашивались от страха,
но парень старался держаться браво, тем более, что белокурый мужчина
кивнул ему и подбадривающе подмигнул.

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

329

Поэтому пастушок тут же спустился вниз и подошел к столу,
на котором стояли три кубка.
— Мой юный друг, выпей до дна любой из них, — предложил
великан. — Знай, что если ты осушишь кубок, в котором находится
красная жидкость, ты станешь таким же сильным, как и я. — При этом
рослый мужчина согнул руку, чтобы показать свои мощные мускулы. —
Тогда ты сможешь победить любого силача или одолеть самого свирепого зверя. Кроме того, я подарю тебе сотню упитанных коров, каждая
из которых будет давать много жирного молока. Осуши эту чашу,
и завтра ты увидишь этих коров у себя на пастбище.
После вперед вышел охотник.
— Лучше выпей из моего кубка этой зеленой влаги, — сказал он. —
Тогда у тебя будет столько золота, сколько ты пожелаешь, да еще и целая
куча монет в придачу. Ты наконец сможешь жениться и легко содержать
своих престарелых родителей.
Сказав это, охотник начал швырять пригоршнями золотые монеты
на пол, и у ног парня быстро выросла целая куча золота. Перрод в ответ
лишь вытаращил глаза от удивления, ведь это было не голословное
обещание, а вполне реальные монеты, которые он видел воочию!
Перрод уже собирался протянуть руку и взять кубок с зеленой
жидкостью, как тут к нему обратился белокурый незнакомец.
— Я не могу пообещать тебе ни коров, ни денег, — молвил он, —
но если ты выпьешь из белого кубка, ты сможешь использовать мой рог.
Его звуки будут разноситься по горам и пробуждать твоих коров так,
как их только что разбудил я. Таким образом твои стада также разделят
с тобой мой дар.
Перрод не колебался ни минуты, чтобы принять верное решение.
— Звуки музыки меня интересуют больше, чем деньги или сила, —
сказал он, а затем поднес третий кубок к губам и выпил его до дна.
«И какова была на вкус эта белая жидкость?» — спросите вы. Так
вот, это было то, что коровы давали парню каждый день — свежайшее
молоко, которое, впрочем, было холодным, как ледниковая вода.
— Отлично! — воскликнул человек с золотистыми волосами. —
Любой другой выбор привел бы тебя к гибели! Вот тебе мой рог. Протруби в него на рассвете, и увидишь, что произойдет!
Парень почувствовал себя окрыленным. Он схватился за рог
и услышал при этом, как открылась, а потом захлопнулась входная
дверь. Трое таинственных мужчин покинули его горную хижину, и двое
из них были мрачны. Затем огонь в очаге догорел и погас. Перрод снова
заснул, мечтая о том времени, когда в церкви он поведет к алтарю свою

Пастушок... подошел к столу, на котором стояли три кубка.
— Мой юный друг, выпей до дна любой из них, — предложил великан.
— Знай, что если ты осушишь кубок, в котором находится красная
жидкость, ты станешь таким же сильным, как и я.

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

331

невесту, свою прекрасную возлюбленную Люкетт. Он женится на ней,
и у них будет свой собственный дом.
Тем утром Перрод проснулся очень рано. Розовый свет восходящего солнца уже заставил горы покраснеть, но долины внизу все еще
скрывала тьма, а его сестры в деревне крепко спали. Парень бросился
из хижины на луг, сделал глубокий вдох, приложив губы к рогу и дунул
в него изо всей силы. Раздался громкий протяжный звук. Перрод
жадно прислушивался к его далеким отголоскам. Его ждали приятные
сюрпризы.
Тут же на всех пастбищах, высоко в горах, вдоль горных склонов,
и ниже в долинах, сразу же послышался перезвон множества козьих
и коровьих колокольчиков. Он также расслышал треньканье металлических бубенчиков, прикрепленных к сбруям ослов и лошадей. Вскоре
этот перезвон колокольцев стал поистине чудесным.
«Очень хорошо, но это всё?» — подумал Перрод.
И тут его ожидал еще один сюрприз! Из большого оврага или,
может, расщелины появилась его возлюбленная Люкетта. Она бежала
босая, накинув лишь шаль на плечи. Невеста Перрода посылала ему
воздушные поцелуи и кричала, что безмерно счастлива!
Затем случилось настоящее чудо. С высоких вершин, которые
теперь алели в лучах восходящего солнца, звуки музыки вернулись,
умноженные многократном эхом. Было похоже, что запели все заснеженные хребты Альп! Парню эти чистые нежные звуки напомнили
пение церковного хора, когда он выводит строки псалма на заутренней
службе.
С тех пор на протяжении многих веков и по сей день альпийский
рог звучит, чтобы созывать вместе коров, чтобы заставлять коз отрывать взгляды от травы и возвращаться домой, чтобы путник мог найти
ночью убежище. Он созывает мужчин для вечерней молитвы и благодарственных песнопений, подает сигналы при защите от врагов, открывает праздничные танцы или трубит о новой свадьбе. Этот рог дарует
швейцарцам радость. Он подобен бельгийским карильонам, курантам
нормандцев, башенной музыке голландцев или волынкам шотландцев.
Когда швейцарцы бывают на чужбине, звуки этого рога звучат в их
душах, напоминая о родном доме.

ЛАВИНА-СУДЬЯ

ногда судьи и адвокаты советуют поссорившимся людям
уладить дело во внесудебном порядке. Когда человек
может таким образом разрешить спор между двумя несогласными, говорят, что у него аналитический склад ума и судейские
способности. Однажды в Швейцарии сошла Лавина, которая сделала
то, чего не смогли добиться миротворцы и честные судьи, поэтому ее
назвали Лавина-судья.
Так вот, когда начала сходить огромная Лавина, на ее пути оказалась округлая скала, которую назвали Кривая Пагода. А назвали ее так,
потому что она напоминала перевернувшиеся вверх полозьями сани.
Издалека она была похожа на одну из крыш, которые строят в Пекине,
Сучжоу и других китайских городах. Время от времени жительницы деревни, расположенной на нижнем склоне, устраивали на ней
чаепития, распивая чай из китайских фарфоровых чашек. Девушки
притворялись знатными китаянками, воображали, что у них маленькие
ступни1, ели засахаренный имбирь и втыкали в волосы цветки груши.
Обычай, практиковавшийся в Китае (особенно в аристократической среде)
с начала X до начала XX в., когда девочкам ломали кости ступни, после чего полоской
ткани привязывали к ступне все пальцы ноги, кроме большого, и заставляли ходить
в обуви малого размера, отчего ступни значительно деформировались, иногда лишая
возможности ходить в будущем. Такие ноги традиционно назывались «золотыми
лотосами». От размера ступни зависел престиж невесты, к тому же считалось, что
принадлежащей к высокому обществу даме не следует ходить самостоятельно. Это
бессилие, неспособность к передвижению без посторонней помощи составляло,
по литературным свидетельствам, одну из привлекательных черт женщины-аристократки; здоровые и недеформированные ноги ассоциировались с крестьянским
трудом и «подлым происхождением».
1

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

333

А мальчишки привязывали к шляпам косички из конских волос и стреляли из хлопушек, воображая себя китайскими мандаринами.
Однажды летним днем эта огромная Лавина с грохотом сошла
со склона горы, и Кривая Пагода оказалась прямо на ее пути. Когда она
ударилась о выгнутую скалу, изгиба скалы не хватило, чтобы остановить Лавину, только снег подбросило вверх, к небу. Затем большой ком,
который на мгновение оказался высоко в воздухе, завис в ста метрах над
домами.
Люди, живущие в дорфе1, где это случилось, издавна были большими
поклонниками Вильгельма Телля2 — знаменитого стрелка, который
сбил яблоко с головы своего сына, поэтому они назвали дорф Яблоко
Телля. Большинство домов стояло на ровном месте, среди гор, которые
возвышались вокруг, словно часовые в ледяных доспехах. Место, где
находились загоны для свиней, назвали Гесслер3.
Так вот, в дорфе Яблоко Телля стояла уродливая, обветшалая
церковь, возведенная несколько сотен лет назад и готовая вот-вот
развалиться. Долгое время вопрос о том, чтобы снести старую церковь
и возвести на ее месте новую, так мучил жителей дорфа, что разгорелась
безобразная распря. Молодежь хотела поскорее увидеть на этом месте
новое здание. Они надеялись, что вскоре из Цюриха приедет архитектор, их земляк. У него уже был готов проект, который, по словам
девушек, был «просто прекрасен». Старики же придерживались иного
мнения — сохранить старую церковь, особенно почтенную башню; они
даже хотели покрыть ее новой краской, за что, разумеется, не проголосовала молодежь.
В тот день в церкви собрался хор, чтобы попрактиковаться в исполнении воскресных гимнов. Органист поставил ногу на педаль и ударил
Дорф (нем. das Dorf ) — деревня, селение.
Вильгельм Телль — легендарный народный герой Швейцарии, уроженец кантона
Ури, живший в конце XIII — начале XIV в., искусный стрелок, борец за независимость Швейцарии от Австрии и Священной Римской империи.
3
Согласно наиболее распространенной версии легенды о Вильгельме Телле,
жестокий наместник германского императора в Швейцарии Альбрехт Гесслер
на площади города Альтдорфа водрузил на шест шляпу австрийского герцога
и отдал приказ, чтобы всякий проходящий кланялся ей. Молодой крестьянин
Телль, известный как отличный стрелок, не исполнил этого приказания, и Гесслер
в наказание заставил его стрелять из арбалета в яблоко, положенное на голову сына
стрелка. Телль успешно справился с задачей, но затем признался, что если бы промахнулся и попал в мальчика, то другой стрелой убил бы Гесслера. По другой версии,
в случае неудачи Телль убил бы себя второй стрелой. Его отправили в тюрьму, но он
убежал в горы, где подстерег Гесслера на дороге между скалами и застрелил его.
Считается, что это было в 1307 году.
1
2

334

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

по клавишам, и только сопрано открыла рот, как на нее обрушилась
Лавина! О! Это было гораздо неприятнее, чем когда ей в рот залетел
июньский жук, как это случилось в воскресный вечер за несколько недель
до этого. Она, естественно, рот закрыла, а лицо стоящего рядом тенора
побелело как снег, как будто он услышал голос незримого рока. Пономарь находился снаружи. Он сидел на ступеньках храма и курил трубку,
когда кусок льда выбил трубку у него изо рта, разметав табак и пепел
по его жилету и лучшим брюкам. Затем раздался грохот — на брусчатку
улицы полетели камни, кирпич и громоотвод.
Все подумали, что наступил конец света, но, когда подняли глаза,
чтобы оценить ущерб, то увидели, что это была самая услужливая
и предусмотрительная Лавина, которая когда-либо посещала эти края.
Она просто снесла старую башню и церковные стены, которые необходимо было отстроить заново.
Могучая Лавина пронеслась по деревне, повалила фермерский сарай,
но никому не причинила никакого вреда, кроме злого кота с куцым
хвостом. Кот всегда дрался с собаками, и одна, которую он сильно поцарапал, откусила ему хвост, и он стал такой короткий, что даже кролик
устыдился бы того жалкого обрубка, который остался у кота, потому
что он больше походил на пушистую пробку.
Так вот, этот старый плут, известный как Обрубок, как раз в ту минуту
подкрадывался к скворечнику, где сидели четыре очень голодных птенчика. Мамаша-птица вылетела на поиски червячков на обед для своих
малышей. Обрубок как раз собирался просунуть переднюю лапу через
маленькое круглое отверстие в скворечнике, надеясь когтями вытащить
четырех птенцов одного за другим и съесть всех, как вдруг на него обрушился краешек Лавины, словно десять миллиардов кирпичей. Она лишь
задела скворечник, не причинив вреда птенцам, но расплющила кота,
так что тот еле жив остался, уполз, хромая, жалобно мяукая и с одним
ухом (другое оторвало острым осколком льда). Тем временем вернулась
мамаша-птица, увидела кота, закружила вокруг него, защебетала что-то
похожее на японское «арубеки» (так тебе и надо).
В последний раз Лавину видели, когда она неслась по долине
в направлении виноградников, очевидно, с целью завалить их снегом.
Но по пути она снова ударилась о выступающую скалу на склоне горы,
что заставило ее покатиться в другом направлении.
Что касается церковного вопроса, то он был решен. Было построено
новое здание. Оно стало украшением всего дорфа. На собрании
жителей дорфа один легкомысленный юноша попросил объявить
Лавине благодарность, но его предложение было отклонено. Тогда

Лавина просто снесла старую башню и церковные стены,
которые необходимо было отстроить заново.

336

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

настойчивый юноша потребовал объявить благодарность Провидению,
что поспособствовало установлению церковного мира среди жителей.
Это предложение было принято большинством голосов, вся молодежь
проголосовала за.
Действия Лавины-судьи вызвали скандал среди Ледяных великанов. По старой привычке они сбрасывали ослов и их погонщиков
в ледниковые расщелины, в холодильные камеры глубиной в триста
метров; крушили дома, убивали скот и хоронили за день больше людей,
чем гробовщики могли уложить в гробы за месяц. Кроме того, старые
лавины сводили на нет фруктовые сады, плодородные поля и портили
виноградники.
Поведение этой Лавины, которая, казалось, должна была разрешать ссоры, больше напоминало поведение монахини, священника или
набожной старушки. Это было как раз в то время, когда великий Наполеон, подобно политической лавине, расшатывал мир, а императрица
Жозефина прикрывала красные руки крестьянских девушек, ставших
теперь женами генералов, белыми лайковыми перчатками, доходившими до самых подмышек.
В одном доме Яблока Телля старомодная мать ругала свою легкомысленную дочь Анжелет, что та подражает парижским модам. Мать заметила, что дело дошло до того, что юной пигалице понадобилась кожа
целого козла, чтобы прикрыть руки. Отец тоже решил высказаться
по этому поводу, но только для того, чтобы выйти из себя. От его резких
движений у курительной трубки отвалился конец, и горячий пепел посыпался на подол платья дочери. Искры заставили ее подпрыгнуть, а кожа
на шее покраснела даже сильнее, чем была на ее крестьянских руках,
теперь прикрытых длинными перчатками. Анжелет переодевалась для
вечерних танцев на лужайке и была совершенно выбита из колеи случившимся. Когда мимо проносилась Лавина, отец схватил дочь за кончик
среднего пальца ее перчатки и сдернул модный аксессуар с руки
на полметра. Лавина швырнула кусок скалы, как болт арбалета, прямо
в окно, подхватила перчатку, пронесла через всю комнату и, грязную
и порванную, выбросила в другое окно.
Решив, что настал его последний день, отец упал на колени, чтобы
помолиться, но тотчас же опомнился, услышав во дворе амбара
обычный концерт. Снаружи блеяли ослы, ржали лошади, кукарекали петухи, гоготали гуси, кудахтали куры, лаяли собаки — и всё
от радости. А старый козел встал на задние ноги и начал выделывал
такие кульбиты, что сбежалась вся детвора и, взявшись за руки, принялась подражать ему.

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

337

Там, где за минуту или две до этого царила зловещая тишина, в мгновение ока грянул взрыв ликования в животном мире. Как будто всех
тварей Ноева ковчега1 выпустили на свободу, и они устроили концерт.
Так животные обычно проявляют свою радость, когда опасность миновала и пришло избавление.
В другом доме невеста, дочь самого богатого человека в дорфе, наряжалась к свадьбе. Все девушки из ее окружения наперебой доставали
башмаки и запасались рисом, чтобы бросить его на счастье вслед карете
молодой пары.
Белые лайковые сапожки невесты, заказанные в Париже, стоили
несколько десятков фанков. Почтовая повозка, прибывшая с письмами
и солью на почту, как раз остановилась перед домом невесты и вручила
долгожданную посылку. Служанка несла наверх коробку с прекрасными белыми сапожками с пуговицами, и тут с грохотом обрушилась
Лавина. По обычаю лавин она отбрасывала в стороны камни, гравий,
лед и грязь. И вот ком мокрого снега размером со слона обрушился
на служанку: сбил ее с ног, башмаки слетели, а ноги взлетели в воздух, так
что стал виден цвет ее чулок от пальцев до колен. Что касается коробки
из Парижа, то она, словно пушечное ядро при бомбардировке, полетела в загон для свиней. Невеста вскрикнула, но никто не пострадал.
Горничная быстренько пригладила ей волосы, поправила платье, надела
туфельки, и вскоре невеста была в полном порядке.
Прошло несколько недель после возвращения супружеской пары
из свадебного путешествия, когда в свином стойле нашли остатки того,
что когда-то было парой белых лайковых сапожек из Парижа. Попробовав их на зуб, свиньи решили, что это дешевле пареной репы. Один
поросенок, не прожевав, попытался проглотить сапожки, но, обнаружив, что это не подходят для свиного рациона, с хрюканьем бросил
их и затоптал копытами. Когда чья-то рука с вилами на длинной ручке
вытащила то, что осталось от модной французской обуви, по двум
белым пуговицам, которые не успели почернеть в свином стойле, узнали
сапожки, присланные из Парижа.
Тем временем Лавина, начавшая свой суд с разрешения спора
о старой церкви, совершенно распустилась. Шатаясь то тут, то там, как
человек с квартой2 бренди в желудке, Лавина могучим шаром покатилась
по длинной дороге, ведущей в соседний дорф. «Теперь, — подумали
наблюдавшие за ней с высоты Ледяные великаны, — она, несомненно,
Ноев ковчег — судно, которое, согласно Библии, построил Ной по повелению
Бога для спасения от Потопа своей семьи и всех животных.
2
Кварта — единица измерения объема, примерно равная 1 л.
1

338

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

поддержит репутацию семьи и будет поступать подобно другим лавинам,
превращая деревни в кладбища, фермы и виноградники — в пустыни».
Но это была тщетная надежда.
Резвая Лавина неслась по дороге, чтобы свалить в канаву несколько
пьяных парней, только что вышедших из харчевни и бредущих домой.
Лавина расплющила этих парней так, будто погладила утюгом, как
одежду. Они несколько часов пролежали на обочине лицом вниз, отсыпаясь от пьянства. Проснувшись как после холодной ванны, они стряхнули с себя снег и побрели домой, чтобы получить от своих острых
на язык жен заслуженную порцию брани.
Много чего повидала на своем пути Лавина-судья. Она пронеслась мимо других дорфов, но не задела почти ничего, обходя леса,
фермы и виноградники, и наконец достигла ледника, по которому
и покатилась.
Она пыхтела, скрежетала, трещала, разбрасывая грязь, камни
и гравий, словно землечерпалка. Высыпала свое содержимое, заполняя
большие, глубокие зеленые расщелины во льду, пока наконец не достигла
большого открытого пустыря, на котором не было ничего, кроме камней
и кустов. Здесь Лавина рассмеялась и вмиг распалась, разлетелась,
оставив после себя множество камней и глыб льда.
Затем прилетел отряд фей, оседлавший горячий, сухой южный ветер.
Они подули на снежную массу и растопили ее, да так быстро, что люди
долго не переставали дивиться полноводию далеких рек и озер.
В прекрасной Швейцарии образовалась новая почва, сегодня там
расположены фермы и виноградники. Когда приходит время урожая,
с выросших здесь кустов собирают миллиарды пурпурных гроздьев,
и все желающие, проходя по тому месту, где когда-то Лавина-судья так
сильно рассмеялась, что лопнула, с удовольствием пьют виноградное
вино как лекарство.

ПРИЧУДЫ ЛАВИНЫ

Швейцарии часто случается, что огромные массы снега
и льда, иногда размером с Капитолий в Вашингтоне1
и высотой с монумент Банкер-Хилл2, без всякого предупреждения сходят с горных склонов. Они уничтожают огромные леса,
погребают под собой деревни, разбивают скалы на части, отбивают
целые куски с горных склонов и убивают тысячи людей, коров, коз
и лошадей.
Лавины так велики, что могут поглотить целую армию или линкор,
но, когда только рождаются в Альпах, очень малы. Из небольшого
снежка лавины очень быстро увеличиваются и наконец становятся
огромными. Затем они катятся на многие мили, круша все на своем пути,
пока не падают в пропасти или не достигают ровной низины, именно
поэтому они так и называются3. Причин схода лавин много, и запустить этот ужас может любая мелочь. Неравномерное таяние льда под
Капитолий в Вашингтоне (англ. United States Capitol) — комплекс монументальных зданий в Вашингтоне, место заседаний Конгресса США, идейно-градострои
тельный центр округа Колумбия. Расположен на плато на высоте 27 м над уровнем
реки Потомак. Неоклассическое здание, возвышающееся на 88 м; его размер впечатляет: 229 м в длину, 107 м в ширину.
2
Монумент Банкер-Хилл — обелиск, установленный на месте битвы при БанкерХилле, в Бостоне, Массачусетс, которая была одним из первых крупных сражений
между Красными мундирами и патриотами в Войне за независимость США.
Гранитный обелиск высотой 67 м был установлен между 1825 и 1843 гг. в Чарльз
тауне, Массачусетс. До вершины 294 ступени.
3
Слово «лавина» заимствовано в XIX в. из немецкого языка. Немецкое Lawine
в свою очередь передает латинское lavina (labina), суффиксальное производное
от labor —падаю, ползу, качусь вниз.
1

340

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

лучами утреннего солнца, падение сосульки, камня или обломка скалы,
даже выстрел из ружья, сотрясающий наваленный снег, — все это может
привести снежный ком в движение.
В стародавние времена швейцарцы считали, что Лавина живая
и весело проводит время, скатываясь и кувыркаясь, прыгая и мчась
по горным склонам в своей безумной гонке с вершины горы на равнину.
Она проживает короткую и веселую жизнь. Лавина растет быстрее, чем
что-либо другое на свете. Если леднику требуется тысяча лет, чтобы
превратиться из снежинки в километры сплошного льда, то Лавине
достаточно нескольких минут, чтобы из младенца вырасти в сильную
великаншу.
Лавина — дочь Ледяного короля. Новорожденная, всего пять
сантиметров в диаметре, вскоре превращается в снежную деву, растет
с ужасающей быстротой и берет пример со своего отца. Лавина любит
расщеплять деревья, расплющивать дома и крушить все подряд. Зимой
никто не решается взбираться на вершины гор, где живут Ледяные великаны, — так пугает Лавина людей, собак, кошек и крупных животных.
Никто не знает, когда именно сойдет Лавина, будет ли она из легкого,
сухого снега или из тяжелого, мокрого, который мальчишки называют
«промокашкой». И все же в Швейцарии есть старики, которые могут
предсказывать сход лавин, подобно тому как наши метеорологи предсказывают погоду.
***
Было это давным-давно. У Ледяного короля родилась дочь.
От нее все ждали великих свершений, даже когда она была еще размером
со снежинку. Но когда девочка выросла и превратилась в настоящую
Лавину, то повела себя совсем не так, как все остальные. Это ужасно разочаровало ее отца и его подданных. Ледяные великаны любят вредничать
и устраивать всякие пакости, а эта Лавина, наоборот, хотела помочь
людям и поставила новый рекорд в истории колоссальных снежков.
Однажды летним днем Ледяные великаны в снежных шубах, с длинными бородами из сосулек собрались на вершине горы, чтобы отпраздновать день рождения своего короля. Он, со своей стороны, должен был
порадовать их необыкновенным зрелищем — своим чудо-ребенком.
Дочь Ледяного короля должна была предстать перед Ледяными великанами в виде снежка, превратиться в огромную Лавину, уничтожить
большой лес, две деревни со всеми людьми и скотом, а затем скатиться
в долину. Там она должна была погубить зерновые поля и виноградники, перекрыть дороги, умножить число похорон и растратить много

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

341

денег, так что прошли бы годы, прежде чем снова настали бы хорошие
времена. У Ледяного короля была карта маршрута, по которому должна
была пройти юная Лавина, и он показывал ее всем желающим (Ледяные
великаны ненавидели цветы и бабочек, коров и людей, поэтому с радостью одобрили маршрут).
Ледяной король пригласил их на край пропасти, под зазубренную
вершину, которую не раз раскалывали и дробили молнии. Затем он велел
им посмотреть на лежащий внизу пейзаж и указал путь, по которому,
как он ожидал, должна была пройти его дочь Лавина и выполнить свою
работу по уничтожению лесов, деревень и виноградников. Используя
разлапистую ладонь в качестве схемы, а пять пальцев — в качестве
указателей, он рассказал им, что должно произойти. В итоге, достигнув
долины, колоссальный снежный ком должен был разлететься, накрыть
и уничтожить зерновые поля и виноградники, — тогда солнечным лучам
и теплому южному ветру понадобится не менее двух-трех лет, чтобы
растопить эту массу, а тысячи людей будут оплакивать своих погибших
родственников и, доведенные до нищеты, свою никчемную жизнь. Если
бы вы слышали, как при этом Ледяной король цокал языком и как
сосульки его бороды взлетали вверх и вниз и, соприкасаясь, звенели, вы
бы подумали, что Лавина, которая должна была начаться сегодня, была
самой знаменитой из когда-либо известных.
Ледяной король взял в руки немного мокрого снега, ставшего
мягким под воздействием солнечных лучей (был полдень середины лета,
стояла сильная жара), слепил снежок (Ледяным великанам он показался не больше таблетки) и, лаская и поглаживая снежок, как ребенка,
воскликнул:
— Я нарекаю тебя, дочь моя, Всесокрушительницей! Дочь моя,
сотвори самое грандиозное разрушение, которое когда-либо было
известно людям! Солнце — мой враг, и благодаря тебе я уничтожу его
благие дела и заставлю долго трудиться, чтобы восстановить все живое!
Ступай! Вперед! А теперь смотрите!
С этими словами он бросил снежок, и он покатился…
Сначала Всесокрушительница скорее рыхлила снег, чем катилась
по сугробам, поскольку уклон был небольшим. Затем, по мере увеличения крутизны склона, путь Лавины становился все более стремительным, пока примерно в полукилометре от исходной точки малышка
Лавина не выросла настолько, что уже была размером с амбар. Она
стремительно неслась вперед и вдруг, вместо того чтобы нестись прямо,
как планировал ее отец Ледяной король, налетела на округлую скалу,
изогнутую, как крыша пагоды, похожую на перевернувшиеся вверх

342

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

полозьями сани. Она вильнула вправо и взвилась в воздух, словно
какой-то Ледяной великан ударил по футбольному мячу, защищая
свои ворота.
А дальше стали происходить очень забавные вещи. Ледяные великаны были ужасно разочарованы, увидев, что Лавина, не успев вырасти
даже наполовину, взмывает в воздух, как мяч, отскочивший от ноги
первоклассного голкипера. Ее поведение совершенно не совпадало
с тем, о чем говорил его отец, — это было непростительное поведение. А ведь эта Лавина была дочерью Ледяного короля! Вместо того
чтобы катиться прямо по долине, набирая силу для последнего рывка
на каждом метре, она, похоже, пыталась достать до луны.
— Эта девушка слишком умна, — прошептал один Ледяной великан
другому.
За секунду или две до того, как Лавина, казалось, потеряла голову
и отклонилась от назначенного ей пути, на одной стороне ущелья
появился охотник. Он взобрался на высокие скалы, чтобы подстрелить
серн, спокойно кормившихся на другой стороне. Там были самец, четыре
серны-матери и четыре маленьких симпатичных малыша, которым
не исполнилось и двух месяцев. Был не охотничий сезон, подстреливать животных в горах было запрещено, поэтому серны-матери могли
спокойно выкармливать и воспитывать своих детенышей.
Но парень по имени Эрни был жесток и не считался с законами. Он
прихватил с собой подзорную трубу и, вытащив ее, стал осматривать
дальние склоны скал в поисках дичи. Как только в поле зрения Эрни
попала эта многообещающая семья — самец, гарем из четырех самок
и столько же детей, — его фантазия разыгралась. Законно это или нет,
но он решил стрелять. Отложил подзорную трубу, навел ружье, прицелился, надеясь одним выстрелом завалить сразу двух серн, и нажал
на курок.
Надо заметить, что с этим ружьем все было по принципу «на одном
конце огонь, на другом — дурак».
Но увы, надежды людей рушатся! Между прицелом и дичью часто
возникают разногласия. В голове жестокого охотника уже мелькали
мысли о пироге с олениной и бифштексе из серны. Он даже грезил
о двух прекрасных парах рогов, украшающих стены его гостиной.
Но за секунду до этого отец семейства серн повел носом, уловив
вблизи запах человека. В тревоге подняв голову, он увидел над собой
огромный снежный ком. Издав особый свист, как это делают серны,
все семейство, будто подгоняемое ветром, бросилось бежать, чтобы
укрыться под нависающей скалой.

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

343

Пуля уже летела по своей траектории, и одна или две серны могли бы
быть убиты, но движение лавины так сгустило и уплотнило воздух, что
это было похоже на попадание свинцовой дроби в патоку — так медленно летела пуля. Это был так называемый «ветер лавины», который
иногда убивает людей и зверей.
Вместо сердца серны пуля попала в центр чудовищного снежного
кома, но это причинило лавине не больше боли, чем укус блохи на конце
слоновьего хвоста.
Мы не можем здесь передать, что сказал Эрни, разъяренный охотник.
Он потратил целый день на восхождение, и теперь, усталый,
голодный и разочарованный, поплелся обратно. Когда Эрни вернулся
домой, его жена молчала, дети держались от него подальше, в ту ночь он
даже не молился.
В лесном доме серн, напротив, царило ликование, ведь они слышали
выстрел и видели его вспышку, но все остались целы и невредимы.
И все благодаря причудам Лавины, которую отец тщетно прозвал
Всесокрушительницей.

ФЕЯ И ЧАСЫ С КУКУШКОЙ

ак правило, большинство фей считают людей очень
глупыми созданиями. В волшебной стране за ними давно
сохраняется репутация весьма тугодумных и медлительных существ.
Прежде чем сотворить нечто новое, и мужчины, и женщины долго
всё обдумывают. Они много говорят о причинах и следствиях, в то
время как у фей всё происходит как бы само собой. А если перед ними
встает какая-нибудь задачка, они тут же ее решают.
Кое-что, разумеется изменить нельзя: есть солнце и луна, земля
и небо, лето и зима… Тем не менее, феи могут творить множество
чудес, которые людей поражают. Порой они разыгрывают такие штуки,
которые невероятно озадачивают.
Сто лет назад в Швейцарии еще не было туристов, альпенштоков,
отелей, трамваев и других глупых новинок, а горные проводники и все
деревенские жители верили в существование фей. Тогда люди были
так же уверены, что на свете живут великаны и гномы, эльфы и драконы,
как сегодня они верят, что на свете жили додо и птеродактили, туры
и пятипалые предки лошадей, хотя они их в глаза не видели.
Вы не поверите, но было время, когда у людей в домах не было
настенных часов, а девушки не носили на поясе красивые золотые или
никелевые часики, как они это делают в наши дни. Огромные колокола
на башнях не отбивали время; на этих башнях не светились огромные
циферблаты. Жившие в замках Швейцарии богачи или дворяне
ничего не знали об измерении часов или минут с помощью маленького круглого диска, на котором нарисованы цифры. Отмерять часы

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

345

можно было, например, с помощью свечи, в которую на равном расстоянии были помещены пары маленьких медных шариков, соединенных
ниткой. Когда пламя опускалось, скажем, на сантиметр или на другой
фиксированный отрезок, шарики высвобождались и падали в медный
таз. Возникавший громкий, звенящий звук говорил о том, что прошел
час. Или маленький молоточек мог ударять в колокольчик; именно
поэтому мы и говорим до сих пор «пробило восемь часов». На кораблях в рынду звонили каждые полчаса, и моряки до сих пор так поступают. У них свой отчет времени.
Феи, как и люди, всегда могли определить время по солнцу, но их
больше интересовали луна и звезды, потому что феи привыкли веселиться ночью. Обычные люди никогда не говорили о минутах или
секундах, или любых других отрезках времени меньше часа. Они
знали, когда солнце встает утром на востоке и когда оно вечером
садится на западе. Они определяли время суток по положению солнца
на небосклоне.
После альпийского заката, который озарял горы розовым цветом
и походил на девичий румянец, феи выходили танцевать на горные луга.
При этом они всегда исчезали на рассвете, потому что если на танцующую фею попадали солнечные лучи, она превращалась в камень, а для
феи это даже хуже, чем для альпиниста, который взбирается на высокую
заснеженную гору, получить смертельный солнечный удар. Не случайно
одни местные горные цветочки называются предутренниками.
Впрочем, со временем люди узнали, что можно поставить две палки
вдоль линии «север-юг», и когда тень от одной палки коснется другой
тени, настанет полдень — двенадцать часов. Старики также замечали,
что в длинные летние дни тени от полуденного солнца короче, чем
зимой. Таким образом они могли считать дни, не дожидаясь появления
первых цветов. Так они определяли, когда начинать горланить свои
песни и гнать коров на высокогорные пастбища.
Наблюдая за полуденными тенями от солнца, люди додумались
до солнечных часов. Они помещали круглый диск или сделанную
из латуни или меди пластину на камень или на столбик, потом закрепляли с одной стороны металлический штифтик и смотрели, как тень
от него проходит по диску. По рискам на нем можно было отмерять
часы. Вскоре почти у всех в садах появились солнечные часы. Устраивать
их стало модно.
Всё это время феи лишь подсмеивались над людьми. Они говорили друг другу — если бы мы могли жить на земле в дневное время,
мы определяли бы время по цветам и по положению солнца на небе.

346

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Поэтому, просто ради забавы, всякий раз, когда они замечали установленные в саду новые солнечные часы, медные или каменные, они
неизменно устраивали бал и танцевали вокруг них на протяжении всей
ночи. Порой они даже заходили по ночам в церкви, когда там никого
не было, и резвились вокруг песочных часов, установленных на кафедре
пастора.
В полной глупости некоторых людей феи окончательно и бесповоротно убедились, когда однажды ночью собрались вместе для
веселого танца вокруг новых солнечных часов. Они были установлены в тот день в саду, принадлежащем старику, которого все соседи
считали очень умным человеком. И вот феи начали водить свои хороводы в этом саду, и вдруг их остановил громкий крик дозорной феи,
которая была оставлена ими на всякий случай у калитки. Она увидела
странное зрелище.
Тут надо заметить, что у этого забавного старичка было имя; перевести его на английский можно было как Пудинг. Он был простодушным созданием — любил птиц, своих домочадцев и детей, а также
слыл невообразимо рассеянным чудаком. Выходя на улицу, он никогда
не мог припомнить, куда положил недавно свою шляпу, поэтому
жена привязывала ее веревочкой к одной из его петель для пуговиц.
Похоже в свое время она поступала и с варежками своих малолетних
детей — связывала их лентой, пропущенной через рукава. Впрочем,
этот старичок был восхитительным отцом и дедом, и все малыши его
очень любили.
И вот этот господин Пудинг с радостью оплатил свою новую игрушку — солнечные часы. Он был так рад, что теперь сможет определять
время по тени, что говорил об этом без конца. В итоге он так заболтался,
что совершенно позабыл о солнце — о том, что оно должно светить,
иначе его солнечные часы окажутся совершенно бесполезными.
Поэтому в ту прохладную осеннюю ночь старикан Пудинг накинул
на себя плащ, зажег фонарь и вышел в сад, чтобы посмотреть, который
час! При этом он обнаружил — когда он меняет положение фонаря, его
лучи каждый раз отбрасывают тень в другом направлении. Вот чудак!
Его солнечные часы каждый раз показывали другое время! Тогда-то
до него дошло наконец, что его солнечные часы могут работать только
в светлое время суток.
«Кто бы мог подумать?» — восклицал он, возвращаясь домой
и надеясь, что его жена не узнает, зачем и куда он ходил, и не станет над
ним потешаться. Он ничего ей не сказал, а она подумала, что он пошел
присмотреть за коровами.

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

347

Впрочем, фей вся эта история не развеселила. Настроение у них
было испорчено — ведь этот старикан помешал их танцам! Раздосадованные, они лишь посмеялись над его глупостью.
— Такое впечатление, что у него дубовая голова, — сказала одна фея
другой.
— Или она сделана из тыквы, — поддакнула ее приятельница. — Всё
это лишь доказывает, как глупы эти людишки.
— Не стоит так уж сердиться и насмехаться над стариком, —
возразила им пожилая фея, которая была их предводительницей. —
Хотя он и глуповат, но и он сам, и его жена всегда были добры к нам,
феям. Давайте я займусь этим старичком и вложу ему в голову одну
идею. Ради блага его народа я научу этого старика, как можно перевернуть циферблат и положить его на запястье так, поместив под него
разные колесики. Тогда он всегда сможет сделать то, что хотел сделать
сегодня в саду — определять время как днем, так и ночью.
Более того — я заставлю другое новое приспособление звучать.
Больше не надо будет бить на башне в колокол, чтобы обозначать время.
Я посажу внутрь этой штуки птицу, чтобы она вылетала и говорила,
который час.
И вот следующей ночью предводительница фей посоветовалась
с самой мудрой из всех птиц — Совой. Говорят, эта птица так же справедлива ко всем, как неподкупный судья, но ее никто при этом не любит.
Сова решила, что для задуманного лучше всего подойдет кукушка.
На нее в этом деле можно положиться — когда надо, она вылетит,
помашет крыльями и прокукует нужное количество часов.
Предводительница фей была несколько удивлена таким решением.
— Как вы можете, госпожа Сова, советовать мне кукушку? — сказала
она. — У этой птицы дурная репутация. Всем известно, что она разбойница — откладывает свои яйца в гнезда других птиц, а потом выбрасывает из них яйца или птенцов законных владельцев, отчего несчастные
пташки погибают!
— Я думала об этом, — ответила Сова. — Однако кукушка — птица,
которая поедает мохнатых гусениц, которых другие птицы не трогают — она помогает деревьям расти, а плодам созревать. Таким образом
кукушка помогает людям взращивать сады, в которых феи могут водить
свои хороводы. Кроме того, в апреле, мае и июне кукушка кукует так
сладко. Мы же все любим слушать ее незатейливую любовную песню:
ку-ку, ку-ку.
Предводительница фей обдумала этот ответ. Мудрость Совы произвела на нее должное впечатление. Кроме того, она хотела, чтобы всем

348

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

феям было где повеселиться. Поэтому предводительница фей решила
пригласить кукушку поработать в ее новых часах, которые должны были
сделать Швейцарию богатой и знаменитой. Нет сомнений, что такие
часы станут покупать и в других странах.
В Швейцарии много ореховых деревьев, а значит, предостаточно
темной и красивой древесины, которая прекрасно подходит для резьбы.
Поэтому предводительница фей явилась во сне старине Пудингу
и сказала ему следующее:
— Мы, феи, славно посмеялись над тобой, когда увидели, как ты выходишь из своего дома ночью с фонарем, чтобы узнать время по солнечным
часам. Тем самым ты прерывал наше веселье, но поскольку ты всегда был
добр к птицам, любил моих фей и детишек, я не сержусь. Более того —
я покажу тебе, как сделать совершенно новые часы. Они не только станут
показывать время на своем циферблате без помощи солнца. Каждый час
из них будет вылетать кукушка и трепетать крыльями от восторга. Затем
эта деревянная пичуга будет кричать свое «ку-ку, ку-ку», словно настоящая птица в лесу. Ты же понимаешь, что эти любовные призывы усилят
взаимную привязанность и в твоем собственном доме, и в других домах,
как здесь, так и за океаном.
— Уверен, так оно и будет. Сердечно благодарю вас, — ответил
господин Пудинг.
Затем предводительница фей вытянула руку и показала старику во сне
прекрасные часы с кукушкой, сделанные из черного ореха, и со стрелками и цифрами, вырезанными из белой березы.
Когда господин Пудинг проснулся рано утром, он протянул руки,
чтобы получить обещанный подарок, но обнял лишь солнечный луч;
фея исчезла. Хотя старик видел такие лучи много раз в жизни, но сегодня
утром он вселил в него истинное счастье. Он тут же взялся за работу,
чтобы сделать часы, которые привиделись ему во сне.
В течение недели он выполнид все необходимые детали. Затем он
поместил их в корпус из черного ореха. Фигурки на циферблате были
вырезаны из слоновой кости. После нескольких попыток ему удалось
сделать деревянную кукушку, которая появлялась, хлопала крыльями,
куковала нужное число раз и скрывалась за закрывающимися дверцами.
Стрелки на циферблате в это время указывали на нужные цифры.
Затем утром, когла минутная стрелка уже приближалась к отметке
«двенадцать» на циферблате, старик подвел всех своих домашних
к сделанным им часам. Каково же было их удивление, когда из маленького черного домика, который был установлен на стене, без всякого
принуждения со стороны выпорхнула из дверец кукушка. Похлопав

Предводительница фей вытянула руку и показала старику во сне
прекрасные часы с кукушкой, сделанные из черного ореха,
и со стрелками и цифрами, вырезанными из белой березы.

350

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

крыльями, она прокуковала десять раз. Затем деревянная птичка
поклонилась, удалилась в свой домик, а маленькие дверцы за ней
закрылись.
Все дети захлопали от восторга в ладоши, а мать семейства радостно
обняла своего талантливого супруга. Чуть позже вместо слоновой кости,
которая была очень дорогой, господин Пудинг для стрелок часов стал
использовать древесину березы.
Затем он основал фабрику, которая дала работу многим жителям
его деревушки: мужчинам и женщинам, мальчикам и девочкам. Вскоре
старичок-изобретатель разбогател, и теперь никто уже не называл его
Пудингом; все приветствовали его с огромным уважением.
Когда его жизнь подошла к концу, он оставил всё свое богатство
семье. И по сей день его кукушки хлопают крыльями и считают часы
во многих странах мира. Поскольку и сами деревянные часы, и кукушка
были черными, игрушечную птичку, которая порой крепится к барометру, называли «дождевой вороной». Вот так, начиная с этих часов
с кукушкой, Швейцария и стала страной наручных часов и музыкальных
шкатулок.

ЯСТРЕБИНЫЙ ЗАМОК

тица ястреб относится к отряду соколиных и семейству
ястребиных. Известна она также под устаревшим названием «ястреб-тетеревятник». У ястреба изогнутый
клюв, сильные лапы, на которых расположены длинные пальцы
с мощными когтями, и довольно длинный хвост. Ястреб также имеет
свою отличительную особенность в виде белых «бровей», находящихся непосредственно над глазами, которые обыкновенно соединяются в области затылка. Глаза у взрослых ястребов большие и обычно
красные или темно-коричневые, лапы — желтые. Ястребы встречаются
на всех континентах Земли, кроме Антарктиды.
Издревле эта зоркая хищная птица слыла очень жестокой и пожирала маленьких птичек. Птенцы на птичьем дворе боятся даже тени
ястреба и, чуть завидят его, быстро убегают в укрытие. Ястреб способен
взлететь очень высоко, он выжидает момент, потом летит, как стрела,
нападает на маленьких или домашних птиц, сразу убивает их и уносит
с собой. Маленьким цыплятам лучше сразу бежать под крыло матери.
Случается, мама-курица очень храбро и упорно сражается с ястребом,
спасая свой выводок, пока не придет человек с ружьем и не отгонит
этого воздушного пирата.
В Швейцарии большого ястреба называют горным кондором,
или птицей-разбойником. Он похищает ягнят и щенков. Гнезда свои
кондоры обычно располагают на скалистом обрыве, на большой
высоте, в труднодоступных местах. Обычно высота гнездования составляет 3–5 километров над уровнем моря. Большинство кондоров вовсе
не строят гнезда, а откладывают одно яйцо на голом выступе утеса.

352

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

На Востоке до изобретения ружей ястребов и соколов держали,
кормили, тренировали и учили охотиться на журавлей, голубей,
уток, гусей, дворовых птиц и мелких пернатых, живущих в лесах
и на болотах. Мужчины заходили в камыши или кусты и выгоняли
из укрытий как мелких, так и крупных птиц. В полях или на холмах их
поджидал сокольничий, который выпускал обученных птиц со смертоносным клювом и острыми когтями. Один из охотников носил
на ремне широкий обруч на расстоянии полуметра от тела, который
удерживался ремнем на плечах. На этом обруче сидели несколько
ястребов, их глаза были закрыты маленькими шапочками или капюшонами, надвинутыми на голову. Как только жертва была обнаружена,
охотник снимал капюшон с головы обученной птицы и выпускал ее.
Ястреб взмывал высоко в небо, потом стремительно пикировал вниз,
поражал свою жертву в шею острым клювом и приносил дичь охотнику, и так до тех пор, пока охотничья сумка не заполнялась полностью. Соколиная охота была очень популярна как среди мужчин, так
и среди женщин. Это было поистине великолепное зрелище: кортеж,
состоящий из дам и кавалеров, верхом на лошадях важно выезжал
из замка на охоту, сокольничьи с ястребами и соколами и загонщики
с собаками следовали за ними, далее шли слуги с копьями на случай
встречи с медведем или кабаном. По возвращении охотники устраивали в замке пир.
Орел и ястреб занимают почетное место в мифах и преданиях
разных народов мира, где они зачастую отождествлялись с посланниками богов.
Древние египтяне поклонялись образу этого пернатого, считая,
что глаза ястреба символизируют луну и солнце, а крылья — небесную
гладь.
Славянские дружины помещали изображение птицы на знамена,
что означало отвагу, мощь и абсолютную безжалостность к врагам.
В Японии девочкам давали имя Така, что означает «ястребиха»,
из-за их дурного нрава или жестокости по отношению к щенкам или
котятам. Однако иногда это имя носило положительную коннотацию —
«быстрая и ловкая, как ястребиха».
В Азии существовало поверье, что хороший человек после смерти
перерождается в другом мире и становится ангелом. А плохой человек,
если он был болтуном или лжецом, после смерти превращается в змею.
Если он был глуп, то может превратиться в овцу, или осла, или мула;
если же был слишком горд, то перерождался в павлина, а если жесток —
в тигра или ястреба.

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

353

***
В стародавние времена жил очень жестокосердный человек по имени
Чикша, который избивал своих детей. Когда он злился, то швырял в жену
посудой и проклинал слуг. Однажды в порыве гнева он упал и умер.
Никто не сожалел о его смерти, а некоторые даже обрадовались.
После этого случая, когда люди видели сокола со страшными блестящими глазами, клювом, острым, как бритва, и когтями, похожими
на стальные крюки для мяса, они говорили: «Это, должно быть, переродившийся Чикша».
Наблюдая за ястребом, они однажды заметили, как хищная птица
широко раскинула крылья и полетел на запад. Через некоторое время
ястреб взлетел так высоко, что стал лишь пятнышком на горизонте,
а потом и вовсе исчез за горами. При этом все захлопали в ладоши
от восторга, некоторые, из наиболее благочестивых, отправились в деревенский храм и возблагодарили Великого Бога за то, что он избавил
окрестности от зловредного чудовища.
На крыльях, которые, казалось, не ведали усталости, злобная птица
летела все дальше и дальше, пока не очутилась в чужой стране и, уставшая
и голодная, не опустилась на высоченную скалу, под которой находился
величественный замок.
В этом замке жили граф с графиней, а во дворе обитал искусный
сокольничий, чье кольцо соколов было самым известным во всей стране.
Прилетев к соколам, Чикша, переродившийся после смерти в птицуразбойника, сразу же почувствовал себя как дома среди этих крылатых
созданий, питающихся кровью своих собратьев.
Когда Чикша охотился, мало кто, даже из самых сильных ястребов
и соколов, мог превзойти его, и никто не мог сравниться с ним в убийстве тех, кого святой Франциск Ассизский называл «нашими меньшими братьями и сестрами в воздухе». Так Чикша стал любимцем
своего хозяина — графа.
Но однажды, порядком устав от пребывания в капюшоне и бездействия в клетке, когда ему не давали возможности убивать и причинять
страдания, ястреб Чикша выпорхнул из рук сокольничего, когда тот
снял с него колпак, и улетел. Вырвавшаяся на свободу птица летела
не останавливаясь, пока не опустилась на вершину крутого холма
Вюльпельсберг, высотой около 500 метров над уровнем моря на правом
берегу реки Аре, в Швейцарии.
Тем временем граф, которому не хотелось терять лучшую птицу,
отправился на поиски своего любимца. Он поднимался все выше в горы

354

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

и углублялся в лес. Наконец на зазубренной скале он увидел своего
ястреба. Он подкрался, протянул руку, поймал птицу и быстро накинул
ей на голову капюшон.
Когда граф оглянулся вокруг, перед ним открылся величественный
пейзаж. Это была долина Аре с ее чудесным ледником, горной рекой
и огромным водопадом, с ее романтическим диким и скалистым
ущельем, где ныне расположены деревни и отели.
Благородный граф сразу же почувствовал, что это именно то место,
где он должен построить замок. Вернувшись домой, он позвал архитектора, разработал план и принялся за дело. Когда он закончил строительство, то назвал свое величественное сооружение Габсбург1. Отсюда берет
начало одна из самых известных монархических династий Европы —
Габсбурги. Они взяли себе в качестве эмблемы двуглавую хищную птицу,
тем самым показывая, что могут захватить вдвое больше земель и угнетать вдвое больше людей, чем обычные правители. Удивительно, что
правители выбирали хищных птиц и зверей в качестве символов своего
правления, — все это так непохоже на слова и дела Доброго Пастыря.
С течением веков семья из Ястребиного замка обрела большую
власть и распространила свой скипетр на большее количество стран,
чем любая другая. Однако сделано это было в большей степени за счет
браков дочерей, принцесс, с королями и принцами, чем за счет военных
побед. Так что эта монаршая династия прославилась свадьбами,
о которых матери и бабки могли многое порассказать.
Вот пришла пора молодому принцу из Ястребиного замка искать себе
невесту, и он отправился в страну, которая теперь называется Бельгия,
и добился руки прекрасной принцессы Элеоноры. Принц, вызванный
в Рим по делам, которые нельзя было отложить, был вынужден сначала
жениться по доверенности, то есть один из его офицеров должен был
совершить путешествие в Бельгию и занять его место на торжественной
свадебной церемонии.
Она, обещанная невеста, была самой красивой из княжеских
дочерей во всей Европе и самой богатой наследницей; он, жених, был
одним из самых бедных титулованных правителей. В те времена нищие
принцы были не прочь сразу же использовать часть денег из приданого,
Замок Габсбург был построен в 1020–1030 гг. графом Радботом. Название замка,
согласно легенде, первоначально было Хабихтсбург (нем. Habichtsburg) — Ястребиный замок — в честь ястреба, которого граф нашел на холме. Граф Радбот по имени
его замка стал называться графом Габсбургом. Он стал прародителем династии
Габсбургов, которая спустя несколько веков стала одним из ведущих монархических
родов Европы и сохраняла свои позиции до конца Первой мировой войны. Сам
замок, однако, был потерян Габсбургами в начале XV в.
1

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

355

чтобы расплатиться с долгами. Поэтому он и послал одного из своих
офицеров в Бельгию.
Церемония была великолепной и напоминала спектакль. Она проходила в самом большом дворцовом зале. Стены были увешаны яркими
гобеленами, горели сотни свечей. Подружка невесты ввела принцессу, одетую в роскошные одежды и украшенную драгоценностями.
Затем в зал вошел офицер принца. В великолепном парадном мундире,
с короной на голове, со шпагой на боку, в сапогах со шпорами, с орденами и медалями на груди, он выглядел как настоящий принц. Офицер
встал справа от невесты. В каждом углу зала стоял часовой в доспехах
и с мечом наголо. Появился нотариус. Он был в алой мантии, с юридическими документами в руках, чтобы заверить подписи. Свидетели
заняли места по краям зала. Свадьбу узаконили. Верный офицер ответил за своего августейшего господина, а нотариус составил протокол,
заверенный свидетелями.
На следующий день в сопровождении фрейлин, служанок, поваров
и прочей прислуги принцесса отправилась к Рейну. В большом доме,
стоявшем на границе Бельгии и Франции, были проведены обряды
с переодеванием, после которых княжеская дочь уже не была бельгийкой, а была женой швейцарца, ибо в это время Габсбурги правили
Швейцарией. В одной комнате принцесса Элеонора оставила весь свой
бельгийский гардероб. Затем перешла в следующую комнату, швейцарскую по интерьеру. Здесь было полно нарядной одежды: пушистой
и легкой — для лета, времени цветов; теплой, на меховой подкладке —
для зимы. С прекрасным платьем, белым, как эдельвейс, и пурпурной,
как альпийская роза, накидкой в руках ее встретили служанка-швейцарка и девушки, которые завершили туалет.
И наконец Элеонора предстала как невеста, готовая к следующей церемонии — обряду венчания в соборе. Там принц встретил
прекрасную принцессу, и под звон колоколов епископ благословил этот
священный союз особой молитвой. Так они поженились и жили долго
и счастливо, окруженные желанными и любимыми детьми.

ПОДВОДНЫЙ ХРУСТАЛЬНЫЙ ДВОРЕЦ

ичто не вечно под луной. Впрочем, непостоянство свойственно не только смертным, но и сказочным персонажам.
Швейцарские ундины1 временами уставали от жизни
на дне озера. Когда им становилось скучно, они рвались на деревенские
посиделки — послушать оживленные беседы, песни парней и девушек,
полюбоваться их танцами. Больше всего им нравились вальсы и котильоны2 при лунном свете.
В такие ночи ундины выходили на берег озера, превращались
в девушек и юношей, надевали сине-зеленые одежды цвета морских волн.
Проскользнув среди танцующих пар, они присоединялись к веселью
и забавам. Таким образом, многие юноши резвились с ундинами и даже
целовали их, думая, что это их возлюбленные, ведь при тусклом лунном
свете не всегда можно было разглядеть лицо партнерши. А девушки
принимали объятия или поцелуи бойкого нового танцора. Они думали,
что просто его не очень хорошо знают в деревне, хотя юноша был красив
и изящен в сине-зеленых, как морская вода, одеждах.
Но как бы ни старались ундины высушить свою одежду, никогда
не могли полностью выжать из нее воду. Если они слишком быстро
меняли обличье, с их одежды капала вода, и на полу или на земле оставались мокрые пятна. Часто деревенские жители замечали, что у них
Ундина (от лат. unda — волна) — мифологическое человекоподобное существо.
Часто ундины — прекрасные девушки, иногда с рыбьими хвостами, которые выходят
из воды и расчесывают волосы, пением и красотой завлекая путников в глубины.
2
Котильон (фр. cotillon) — бальный танец французского происхождения. Первоначально так называлась нижняя юбка. В дальнейшем это название закрепилось
за танцем, во время которого были видны нижние юбки.
1

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ

357

ни с того ни с сего — мокрые ноги, однако не задумывались об этом, ведь
они думали только о развлечениях и приятном времяпрепровождении.
Иногда ундины выходили на берег озера уже поздним вечером. Боясь,
что танцы вскоре закончатся и люди разойдутся по домам, они торопились превратиться в смертных и надеть человеческий наряд. Однажды,
когда они присоединились к танцующим, один остроглазый парень,
игравший на скрипке, заметил: что-то не так. Он был так поражен, что
вдруг перестал играть. Все мгновенно опустили руки, замерли и посмотрели на музыканта. Через мгновение стало тихо, как в церковном приделе,
когда священник читает молитву. Глаза скрипача расширились от удивления. Он указал на девичий сине-зеленый подъюбник, с него капала
вода. Потом, окинув взглядом другую, третью девушку, он воскликнул:
— Земляки! Разве вы не видите, что среди вас ундины? Посмотрите
туда, и туда, и туда! — Он указал смычком скрипки на самых красивых
танцовщиц. — Потрогайте подолы их юбок, и вы узнаете, что за гости
танцевали с вами сегодня.
Каждый молодой человек повернулся к своей партнерше, и некоторые
самым неприличным образом провели руками по нижним юбкам своих
дам. Почувствовав, что они мокрые, четверо или пятеро юношей тут же
подняли руки и стряхнули капли. Один смельчак зашел сзади и ухватился
за шлейф нижней юбки своей партнерши (она была самой красивой из всех
присутствующих) и выжал из сине-зеленой ткани полпинты1 воды. В ту же
минуту высокий красивый парень, предводитель полудюжины ундин, сунул
два пальца в рот и издал что-то вроде свиста. Ундины ринулись к воде. Они
замерли на мгновение у кромки озера, потом прыгнули под воду и исчезли.
Звук был такой, словно шесть больших тюленей разом нырнули в воду.
Один житель деревни под видом ундины побежал за ними и увидел,
как почти у самой воды они сбросили зеленые одежды и из прекрасных
девушек снова превратились в ундин. Когда же он рассмотрел оставленные ими одежды, то обнаружил, что, ткань, блестящая при лунном
свете, на самом деле и не ткань вовсе, а морские водоросли.
В подводном хрустальном дворце ундин встретил разгневанный
Морской царь. Он пожурил ундин за то, что они, во-первых, были
невнимательны и оставили на берегу свои одежды, когда возвращались
домой, а во-вторых, за то, что поторопились с превращением в смертных.
Что же касается остальных обитателей озера, то Морской царь строгонастрого запретил им появляться на берегу.
С той поры в лунные ночи, когда деревенские парни и девушки собирались танцевать вальс или котильон, они внимательно осматривали
1

Пинта — старинная французская мера объема жидкости, равная примерно 0,9 л.

358

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

и ощупывали партнера или партнершу, прежде чем позволить ему или
ей начать танец под музыку. Некоторым девушкам очень не нравилась
такая предусмотрительность, но это вошло в обычай, и они вынуждены
были с этим смириться.
Но ундины не унимались и иногда все же присоединялись к ним.
Ведь когда все оживлены и идет бурное веселье, никто не обращает
внимания на одежду друг друга, чтобы определить, кто есть кто, даже
неважно видеть лицо партнера.
Однажды ночью дочь владельца большого замка принцесса Баби
выскользнула за ворота замка вместе с несколькими служанками и присоединилась к веселящейся деревенской молодежи. В самый разгар
танцев ее партнером в вальсе стал молодой человек, элегантно одетый,
с изысканными манерами. Хотя юноша ничего не говорил и изъяснялся
только жестами, принцессе понравилось, как он танцует, ее партнер
был ловким и грациозным.
Однако за танцующими зорко следила старуха, которая привела сюда
трех племянниц. Она, как рысь, разглядывала каждого парня на вечеринке. Старуха заметила необычайно красивого юношу, который очень
отличался от деревенских парней. Ее подозрения полностью оправдались, когда танцующая молодая пара оказалась рядом с ней, особенно,
когда партнер развернулся к ней лицом. Лунные лучи упали на подол
его сюртука, он засеребрился, как может сиять только мокрая одежда;
а при тусклом свете его одежда была сине-зеленой, как морская волна.
Старуха решила, что этот прекрасный юноша не кто иной, как сам
Морской царь из подводного хрустального дворца. Когда она увидела,
что его партнерша — принцесса Баби, дочь хозяина замка, она уже
собиралась поднять шум, чтобы разоблачить юношу в сине-зеленом
сюртуке, но не смогла открыть рта, ее словно парализовало.
Прекрасная девушка улыбалась и кружила в вальсе в его объятиях.
Все, о чем она думала, — веселье и радость. Танец был таким стремительным и захватывающим, что все зрители (в том числе и старая тетка трех
племянниц), наблюдавшие за молодежью, онемели от восторга. Они видели,
как прекрасный юноша в сине-зеленом сюртуке кружит свою партнершу
и подводит ее все ближе и ближе к краю озера. А она, казалось, была вне
себя от восторга и не замечала ничего, кроме упоительного движения.
Достигнув кромки воды, он мгновенно прыгнул с ней в воду, серебряную от лунных лучей и подернутую рябью от дуновения ветерка.
Прекрасную вальсирующую пару накрыла сине-зеленая волна, и они
очутились в хрустальном дворце Морского царя, ведь это был именно
он. Принцесса Баби стала его женой и больше не вернулась на землю.

Прекрасную вальсирующую пару накрыла сине-зеленая волна,
и они очутились в хрустальном дворце Морского царя,
ведь это был именно он. Принцесса Баби стала его женой
и больше не вернулась на землю.

360

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

В подводном царстве, среди огромных коралловых деревьев, рощ
из золота и серебра, среди груды сверкающих драгоценных камней,
в окружении множества служанок, камердинеров, лакеев и слуг диковинного вида, с едой, богатой и обильной, радующей глаз и вкус, с самой
чарующей музыкой, которую принцесса когда-либо слышала, жена
Морского царя была на верху блаженства, так что годы пролетали для
нее словно дни.
Когда же ее охватывала тоска по дому и тем, кого она оставила
на земле, она чувствовала, что за ней зорко следят и охраняют. Врата
подводного царства из изумрудов и сапфиров закрывались сами собой,
с помощью какой-то тайной пружины, и она никак не могла пройти
через них. Однажды, отведав кушанья ундин и приняв дары мужа, она
больше никогда не могла покинуть ни дворец, ни подводное царство.
Хрустальный дворец стал для нее тюрьмой. Раз, посмотревшись в зеркало, принцесса Баби увидела, что зубы ее стали зелеными, — она превратилась в ундину.
В деревне, где случилась эта история, говорят, что в тихие ночи, когда
луна светит ярче обычного, с озера доносится восхитительная музыка.
А рыбаки уверяют, что в безветренные летние дни, когда солнечные
лучи освещают озеро до самого дна, они видят стены и башни подвод
ного хрустального дворца.

МЕЧТА ЛЮБИТЕЛЯ СЫРА

венадцатилетний мальчик Клаас ван Боммель жил
в голландский деревне, где держали много коров. Ростом
он был чуть выше полутора метров, а весил меньше 50 килограммов. У него всегда были румяные щеки и хороший аппетит; мать
уверяла, что у ее сына бездонный желудок. Густые, как камыш на болоте,
желто-рыжие волосы были ровно подстрижены от уха до уха.
Клаас носил деревянные башмаки, которые ужасно громыхали, когда
он бежал за кроликом или тащился в школу по мощеной дороге. Летом
Клаас носил синюю льняную блузу, а зимой надевал шерстяные штаны,
широкие, как кофейные пакеты. Их прозвали «штаны-колокольчики»,
потому что они напоминали пару коровьих колокольчиков, перевернутых вверх. Они натягивались на толстую теплую куртку и застегивались на пуговицы. До пяти лет Клааса одевали так же, как сестер. Потом
на день рождения ему подарили мальчишескую одежду с двумя карманами, которой он очень гордился.
Клаас был сыном крестьянина. На завтрак у него был ржаной хлеб
и свежее молоко. На обед, помимо сыра и хлеба, ему давали тарелку
вареной картошки. Сначала он вонзал вилку в картошину, а затем
окунал каждый круглый белый шарик в миску с горячим растопленным
маслом, проглатывал его, и очень скоро в миске ничего не оставалось.
На ужин он ел хлеб с молоком, с которого были сняты сливки. Сливки
лежали на блюдечке и дожидались своего часа, когда из них начнут взбивать масло. Дважды в неделю дети Боммелей с наслаждением съедали
по миске творога, посыпанного тростниковым сахаром. В этой семье
к каждому приему пищи полагался сыр, обычно нарезанный тонкими

364

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

ломтиками, но мальчику хотелось, чтобы куски были потолще. Вечером,
когда Клаас ложился в постель, он обычно засыпал сразу, как только его
желто-рыжие волосы касались подушки. Летом спал до рассвета, пока
не начинали петь птицы. Зимой, когда постель была теплой, а Ледяной
Джек1 вовсю резвился на улице, он, прежде чем спрыгнуть с мешка
с соломой, служившего ему матрасом, слушал, как коровы переговариваются между собой. Боммели были небогаты, но в их доме всегда было
вдоволь еды.
Длинные стеллажи в прохладном, выложенном камнем подвале
были заполнены ржаной мукой. Тесто для хлеба отправлялись в печь
раз в неделю. В день выпечки хлеба мужчин на кухню не допускали,
если только их не звали помочь. Что касается молочников и кастрюль,
которые каждый день наполняли или опорожняли, мыли или выставляли на солнце сушиться, а также сыров, сложенных в кладовке, то
иногда казалось, что их хватит, чтобы накормить небольшую армию.
Клаас был послушным мальчиком, всегда был готов помогать дома
и работать на ферме, неплохо учился в школе. Но когда он садился
за стол, ему всегда было мало еды, особенно сыра, хотелось больше.
Иногда отец посмеивался над ним и спрашивал, нет ли у него под
курткой бездонного колодца.
У Клааса было три младшие сестры — Тринтье, Аннеке и Саартье.
Мать ласково называла их «мои апельсинки» (они, как и их брат, были
рыжие). А когда за ужином Клаас макал картошины в горячее масло,
мать смеялась и называла его «мой лютик». Мальчик ничего не мог
с собой поделать — ему всегда было мало еды, особенно хотелось еще
сыра. Видя необычайную ненасытность сына, мать ругала его: «Да ты
хуже, чем „масло и яйца“!»2.
Ледяной Джек, или Джек Фрост (англ. Jack Frost) — персонаж англо-саксонского
и германо-скандинавского фольклора, олицетворяющий собой зиму и все ее проявления — мороз, лед, снег и холод. Согласно традициям, Ледяной Джек оставляет
морозные узоры на окнах холодным зимним утром и щиплет конечности в холодную
погоду.
2
Льнянка обыкновенная, или дикий львиный зев (лат. Linaria vulgaris) — травянистое многолетнее растение с желтыми цветками и глубоким корнем, сильно
досаждающий полеводам и огородникам. Льнянка является обычным сорняком,
тем не менее она иногда выращивается для срезки в букеты. За свою желтую окраску
цветок получил довольно интересные названия, и большинство из них связано
с едой: «масло и яйца», «хлеб и масло», «яйца и бекон», «сливочное сено»,
«коровье масло». В Европе в раскрывающемся цветке люди видели рот жабы.
Отсюда и названия — «льняная жаба», «желтый жабий лен». Народные названия
«фальшивый лен», «ложный лен», «сорный лен», «дьявольский лен» связаны с
тем, что листья льнянки похожи на узкие листья льна.
1

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

365

Раз летним вечером после хорошей взбучки, которую он вполне
заслужил, Клаас впал в уныние и, чуть не плача, отправился спать. Он
подговорил сестер, чтобы те отдали ему свои ломтики сыра, и от этой
добавки его желудок стал тяжелым, как свинец.
Клаас спал на чердаке. Когда строили дом, одну из красных черепиц
с крыши заменили стеклянной. Утром в это окошечко проникал свет,
и мальчик мог спокойно одеться, а ночью, в хорошую погоду, если это
окошечко было открыто, на чердаке было свежо и прохладно.
Из соснового леса, расположенного неподалеку на песчаном склоне,
дул легкий ветерок. Клаас забрался на табурет, чтобы вдохнуть сладкий
аромат хвои, и ему показалось, что под деревом пляшут огоньки. Один
огонек приблизился к окошечку в крыше и заплясал вокруг дымохода,
потом пролетел туда-сюда прямо перед глазами мальчика. Клаасу послышалось, что он что-то шепнул ему на ухо. И вот сотни светлячков объединились в большой шар, напоминающий лампу. Клаасу почудилось, что шар
стал растягиваться и принял очертания прекрасной девушки, но потом он
только усмехнулся своей богатой фантазии. Однако вскоре шепот превратился в голос, и мальчик так весело рассмеялся, что позабыл об унынии и что
его отругала мать. Его глаза заблестели от восторга, когда он ясно услышал:
— У нас много сыра! Пойдем с нами!
Чтобы убедиться наверняка, что не ослышался, Клаас протер глаза
и навострил уши. Огонек снова заговорил:
— Пойдем!
Неужели это правда? Он слышал, как старики рассказывали о лесных
девах, которые шептались и заманивали заплутавшихся путников
в непроходимую глубь леса и оставляли там на погибель. Да и сам он
не раз видел круг фей1 в сосновом лесу. И вот теперь девушка, сотканная
из светлячков, приглашает его к себе.
Сотни светлячков снова закружили над черепичной крышей,
которую взошедшая над дымоходом луна перекрасила из красной в серебряную. По мере того как лунный диск поднимался все выше, девушка,
сотканная из светлячков, становилась все менее различима, но голос —
уже не шепот, как вначале, — теперь звучал еще отчетливее:
— У нас много сыра! Пойдем с нами!
Круг фей (ведьмин круг, кольцо эльфов) — это грибы, прорастающие сквозь траву
и образующие дугу или кольцо. Одни говорят, что увидеть такой круг — к несчастью,
другие же утверждают, что это хорошая примета. В стародавние времена считалось, что
причиной появления кольца являются потусторонние силы. Круги из грибов появлялись быстро и незаметно, а самое главное — они могли непонятным образом менять свое
местоположение. Из поколения в поколение люди передавали сказания о таинственных
кругах, принадлежащих темным силам. О них существует множество преданий и легенд.
1

366

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Во всяком случае, я посмотрю, что там такое, — сказал Клаас,
натягивая толстые шерстяные чулки.
Он спустился по лестнице, не разбудив ни души, у двери обул деревянные башмаки. В этот момент кошка замурлыкала и потерлась о его
ноги. Мальчик подпрыгнул, потому что очень испугался, но, посмотрев
под ноги, увидел два зеленых светящихся шарика и понял, что это всего
лишь кошка. Он вышел на улицу и помчался в сосновый лес, к тому
месту, где он видел круг фей.
Какое же это было удивительное зрелище! Сначала Клаас подумал,
что это круг больших светлячков, но потом рассмотрел десятки
прелестных существ. Они были не больше куколки, но такие же живые,
как светлячки. У них были крылья, они светились и, взявшись за ручки,
порхали и кружились в воздухе. Это было похоже на хоровод живых
лампочек.
Едва Клаас оправился от изумления, как вдруг почувствовал, что
окружен феями. Самые сильные из них покинули круг и приблизились
к нему. Он почувствовал, что его тянут за собой их изящные пальчики.
Одна из них, самая прекрасная, прошептала ему на ухо:
— Пойдем! Потанцуй с нами!
Затем дюжина прелестных созданий проговорили в один голос:
— У нас много сыра! У нас много сыра! Пойдем! Пойдем!
И в тот же миг пятки Клааса оторвались от земли, и он стал легким,
как перышко. Держась обеими руками за прелестные ручки фей, он
закружился с ними в танце. Это было так же весело, как на ярмарке,
когда вереница юношей и девушек рука об руку сновала по торговым
рядам на ярмарочной неделе.
Клаасу было так хорошо и его так захватил танец, что он не разглядел
фей как следует. Он танцевал всю ночь, пока небо на востоке не стало
светлеть и не окрасилось в розовый цвет. Клаас рухнул на землю от усталости и заснул. Его голова лежала на краю волшебного круга, а ноги —
в его центре.
Клаас не осознавал, спит он или нет. Он видел, как феи, которые
танцевали с ним, принесли сыр, нарезали золотым ножом и накормили
его из своих рук. О! Как было вкусно! Вот теперь наконец-то он может
съесть столько сыра, сколько захочется! Здесь не было ни мамы, которая
отругала бы его, ни папы, который погрозил бы ему пальцем. О! Это
было восхитительно!
Он все ел и ел желанный сыр, но время от времени ему хотелось остановится и немного передохнуть. Его челюсти очень устали, желудок,
казалось, был набит пушечными ядрами, ему стало трудно дышать…

Он все ел и ел желанный сыр, но время от времени
ему хотелось остановится и немного передохнуть…
Но феи не давали ему остановиться...

368

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Но феи не давали ему остановиться, ведь голландские феи никогда
не устают. С неба — с севера, юга, востока и запада — они все несли
и несли сыры. Феи складывали сыры вокруг мальчика, пока не завалили
его. Здесь были красные головки сыра из Эдама, розовые и желтые —
из Гауды, серые бруски сыра из Лейдена. Он посмотрел через просвет
в окружающей его сырной стене в сосновый лес, — о ужас! — самые
высокие и сильные феи катили по тропинкам огромные круглые
плоские сыры из Фрисландии. Каждый был размером с колесо телеги,
и им можно было накормить целый полк. Феи катили тяжелые круги,
как будто играли с обручами. Они уморительно кричали, подталкивая
сыры сосновой палкой. Сыр фермерский, сыр фабричный, алкмарский
сыр и в довершение всего сыр из Лимбурга, который Клаас терпеть
не мог из-за противного запаха. Вскоре вокруг мальчика нагромоздили
столько сыров, что он почувствовал себя лягушкой в колодце. Клаас
застонал, когда ему показалось, что высокие сырные стены вот-вот
рухнут на него, потом закричал, но феи решили, что он сочиняет музыку
(ведь феи не люди, и им неведомо, что чувствует человек).
В одной руке мальчик держал толстый кусок, в другой — огромную
горбушку сыра, но есть больше не мог, боялся, что лопнет. А феи, во главе
со своей королевой парившие над его головой, уговаривали откушать
еще немного. И вот груда сыров размером с дом опрокинулась и рухнула на Клааса. В этом кошмаре мальчик только успел подумать, что
его спрессовало, как фрисландский сыр…
Но это было не так! Проснувшись и протерев глаза, Клаас ван
Боммель увидел красное солнце, поднимающееся над песчаным склоном.
Пели птицы, наперебой кукарекали петухи, будто приветствуя его. Как
раз в этот момент деревенские часы пробили утренний час. Мальчик
пощупал свою одежду. Она была мокрой от росы. Он приподнялся,
чтобы осмотреться. Фей не было, а во рту у него оказался травинки, он
с жадностью жевал их.
Клаас никогда никому на рассказывал, как он провел ночь с феями,
потому что так и не понял: покинули ли он круг фей, потому что сырный
дом его мечты рухнул или потому что наступил рассвет.

КОШКА В КОЛЫБЕЛИ

давние времена, когда наши далекие предки жили в лесах,
ели желуди, спали в пещерах и одевались в шкуры диких
животных, у них не было ни лошадей, ни коров, ни кошек.
Единственными их питомцами и помощниками были собаки. Надо
заметить, что раньше люди и собаки были похожи друг на друга намного
больше, чем сейчас.
Впрочем, они еще знали о пчелах. Женщины собирали мед и варили
из него медовуху. Не имея сахара, дети больше всего на свете любили
лакомиться медом, и это была единственная доступная им сладость.
Мало-помалу в Голландию стали завозить коров, и поскольку
тамошняя почва хороша для выращивания трав, у коров еды было
вдоволь. Когда эти животные размножились, люди стали пить молоко
и научились делать сыр и масло, так что голландские мальчишки
и девчонки росли толстыми и здоровыми.
Волы были настолько сильны, что могли таскать бревна или тянуть
плуг. Так постепенно леса были вырублены, и на их месте появились
разнотравные луга с яркими цветами. Люди стали строить дома и жить
в достатке и счастье.
Но в стране по-прежнему было много злых и жестоких людей.
Иногда случались наводнения, поля заливало водой, и они покрывались песком, скот и люди умирали от голода. В такие времена невозможно было прокормить всех детей в больших семьях, поэтому не всех
родившихся младенцев оставляли в живых. Участи умирать от голода
подвергались в основном девочки; мальчики были нужны в будущем как
сильные воины, ибо войны были обычным делом.

370

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

По обычаю семьи собирались на совет и решали, оставить ли ребенка
в живых или нет. Если кто-то давал младенцу хоть каплю молока или
меда, тот оставался жить. Как бы сильно мать ни любила своего ребенка,
ей не разрешалось подносить молоко или мед к его губам, если бабка
или старейшины голландской общины запрещали. Главой семьи была
бабка. Молодая невестка, приходя в дом мужа, всегда должна была
слушаться его мать, ведь теперь она была ей как дочь. Все жили вместе
в одном доме, и бабка, как старшая в доме, командовала всеми женщинами и девушками, которые жили под одной крышей. Мать злилась,
как огонь, когда сын приводил в дом жену и у них рождалась девочка,
в то время как она ждала внука, который должен был стать воином.
Красавице невестке приходилось несладко с матерью мужа, если у нее
вскоре не рождался мальчик.
Когда во Фрисландию пришли добрые миссионеры, одной из первых
семей, принявших христианство, была семья Альтфридов. Глава семьи
помог миссионерам построить церковь. Вскоре у Альтфридов родился
младенец, родители были счастливы.
Когда кто-то сказал бабке-язычнице, что родилась девочка, та пришла
в ярость и хотела сразу же убить ребенка. Да вот беда, хромота не давала
ей выйти из дома, и она никак не могла найти свой костыль. Повитуха,
зная дурной нрав бабки, нарочно спрятала его, чтобы, если родится
девочка, спасти ей жизнь. Повитуха была доброй женщиной и знала, что
Великий Творец любит одинаково и мальчиков и девочек. А старухаязычница злилась, она не хотела, чтобы в ее доме, где и так было много
голодных ртов, появились новые женщины. Она намеревалась забрать
новорожденную и бросить ее на съедение волкам. Старуха ненавидела новую религию, потому что та учила миру и добру, и поклонялась
жестоким богам, которые разрешали убивать.
Когда повитуха услышала, как бабка бушует и беснуется в поисках
костыля, первым делом побежала к банке с медом, сунула в нее палец
и капнула несколько капель меда в ротик младенца, потом осторожно
взяла девочку и передала ее через окно своим подругам. Она знала
обычай: если кто-то даст младенцу каплю молока или меда, тому будет
позволено жить.
Добрые женщины забрали малышку к себе и заботливо выкормили ее. Бутылочкой для молока служил коровий рог с проделанным
в нем отверстием. И через это отверстие теплое молоко от только что
подоенной коровы капля за каплей попадало в рот младенца. Через
несколько дней малышка уже могла сама высасывать из рога завтрак,
обед и ужин, а одна из женщин придерживала его. Девочка с каждым

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

371

днем становилась все крепче и здоровее. Все это время ее тщательно
прятали.
Злая старуха так и не смогла узнать, где находится ребенок. Отец
тайно сделал для нее колыбель, и родители часто приходили навестить
дочку, которую все называли Хонигдже1.
Примерно в это время в страну завезли кошек, и дети так полюбили
их, что некоторые коровы, казалось, завидовали, что кошке с котятами
люди уделяют больше внимания, чем им. Глядя на кошачьи зрачки, люди
научились определять время суток — утро, день или ночь. Кошачьи
зрачки расширялись и сужались, словно закрывающиеся и открывающиеся двери в доме.
Однажды в дом, где жила Хонигдже, принесли большую кошку.
Она так понравилась девочке, что они вскоре подружились и почти
все время проводили вместе. Даже стали говорить, что кошка любит
девочку так же, как своих котят. Все называли это ласковое животное
Дуббельдже2, потому что кошка любила своих котят вдвое больше,
чем большинство матерей-кошек. Когда ее пушистые малыши были
совсем маленькие, она брала их зубами за шкирку и переносила с места
на место. Но перетаскивать таким же способом девочку она не пробовала и часто удивлялась, почему человеческие детеныши рождаются
такими голыми и беспомощными, ведь в то время, как ее котята уже
могли сами есть, бегать и играть со своими хвостами и друг с другом,
Хонигдже еще не умела ползать.
Однажды, когда мужчины были на охоте, а женщины отправились
в лес собирать орехи и желуди, случилось наводнение. Вода смыла дома,
и все имущество поплыло в большую реку, а затем вниз, к морю. «Где же
наша малышка? Что с ней случилось?» — думали родители Хонигдже,
когда обнаружили, что все дома смыло мощным потоком воды, а их
маленькой дочурки нигде нет. Дуббельдже, ее котята и все коровы тоже
пропали.
Когда хлынула вода и дом рухнул, малышка крепко спала. Кошка,
оставив своих уже подросших котят, запрыгнула в детскую колыбель. Колыбель с девочкой Хонигдже и кошкой Дуббельдже поплыла.
Они остались одни, и ничего знакомого вокруг не было, кроме одной
забавной вещицы. Это был деревянный башмак. В нем плыл пушистый желтый цыпленок, которому было всего четыре дня от роду. Когда
хлынула вода, он сидел в башмаке, и его унесло из-под самого клюва
мамы-курицы, которая вместе со всеми остальными птенцами утонула.
1
2

От нидерл. honige — мёд.
От швед. dubbelt — дважды, вдвойне.

Колыбель с девочкой Хонигдже и кошкой Дуббельдже поплыла.
Они остались одни, и ничего знакомого вокруг не было,
кроме одной забавной вещицы. Это был деревянный башмак.
В нем плыл пушистый желтый цыпленок...

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

373

Бушующий поток уносил девочку и кошку в колыбели все дальше
и дальше. Опустилась темная ночь. Еще несколько часов они плыли
по течению, пока, к счастью, колыбель не занесло в водоем перед
какой-то деревушкой. Там она кружилась и кружилась, и ее могло
унести в большой поток, который ревел все громче по мере подъема
воды. Однако кошка ночью видит лучше, чем днем. При ярком
солнечном свете, в полдень, кошачьи зрачки узенькие, как щелки,
а ночью они расширяются, вот почему в те времена, когда еще не было
часов, люди определяли время суток, глядя на кошачьи зрачки. Иногда
они называли кошку Глаз-часы или Глаз-колокол, потому что колокола
старше часов с циферблатом, а еще потому что в Голландии есть колокола, отбивающие и полный час, и четверть часа.
Кошка Дуббельдже подняла голову и увидела в темноте церковную
башню. Она принялась изо всех сил мяукать и орать в надежде, что
в каком-нибудь доме на берегу реки услышат эти звуки. Но никто,
казалось, не слышал. Наконец, когда кошка выдохлась, в одном окне
зажегся свет. Это поднялся мальчик по имени Дирк. Тогда кошка
снова открыла рот и издала обычный кошачий визг. Это разбудило
всех ее родственников в деревне, и каждый Том и каждая Китти
ответили ей, пока не зазвучал целый кошачий концерт из мяуканья
и визгов.
Дирк бросился вниз по лестнице, открыл дверь, прислушался.
Ветер задувал свечу в его руке, но храбрый мальчишка все-таки
пошел на звуки, издаваемые кошками. Достигнув берега, он сбросил
деревянные башмаки, бесстрашно вошел в бурлящую воду, схватил
колыбель и вытащил ее на берег. Потом он разбудил мать и показал
ей свою находку. Как смеялась малышка, как похлопывала она своей
ручонкой по рожку с молоком и с восторгом шевелила пальчиками
на ногах, когда ей принесли теплое молоко! Как радостно было
смотреть на нее! Возле очага, на полу, кошке Дуббельдже постелили
немного соломы, и она, радостно мурлыча, вскоре крепко уснула, как
и малышка.
То, что кошка разбудила мальчика, а тот спас маленькую девочку,
было в их семье очень кстати, потому что у Дирка были только братья.
И вот Хонигдже выросла, стала прекрасной, как принцесса. Вскоре
Хонигдже и Дирк обвенчались в церкви. Был апрель, и все вокруг
цвело и благоухало.
А на следующий год, сразу после новогодних праздников, в той же
колыбели посапывал маленький мальчик. Когда младенца во время
обряда крещения окунули в купель, добрая бабушка назвала его

374

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Людгер1. Он вырос и стал великим миссионером, чье имя во Фрисландии и сегодня, спустя тысячу лет, помнят и чтут. Именно он изгнал
из страны ведьм, злых духов и страшные болезни, усмирил непослушных эльфов и призраков, а самое главное — помог людям избавиться от вредных суеверий о порче и сглазе, которые считались
воздействием черной магии.
С тех пор добрые духи надолго поселились в Голландии. Что же
касается зверей, то волки были изгнаны, а поголовье скота в домашних
хозяйствах увеличивалось, и вскоре у каждого голландца появилась
шуба из овчины и своя корова.
Но люди по-прежнему страдали от наводнений, которые время
от времени уничтожали скот и сносили дома. Людгер научил людей
строить береговые дамбы, земляные валы по берегам рек, которые
не давали бурному потоку прорваться в страну. Наводнения становились все реже и реже и наконец совсем прекратились. А вскоре в страну
прибыл Синтерклаас2, чтобы навсегда сохранить в сердцах людей дух
любви, доброты и радости.
И вот прошло почти сто лет. Умерла Хонигдже, когда-то малышка,
потом прекрасная девушка, а потом добрая старушка. Вместе с ней
умерла и кошка Дуббельдже, прожившая девять жизней. Старушку
похоронили под полом церкви, а из умершей кошки — всеобщей любимицы — сделали чучело. Когда шерсть и хвост чучела кошки облезли,
ушки отвалились, а стеклянные глаза выпали, искусный скульптор высек
статую Дуббельдже, которая до сих пор стоит в церкви над могилой
Хонигдже.
Каждый год в день Синтерклааса — 5 декабря (в Нидерландах),
6 декабря (в Бельгии) — дети надевают ей на шею новый ошейник
и рассказывают о кошке в колыбели, которая когда-то спасла жизнь
маленькой девочке.
1
Святой Людгер (ок. 742–809) — католический и православный святой, миссионер
в Нидерландах и Северной Германии, основатель монастырей и первый епископ
Мюнстерского епископства.
2
Синтерклаас (нидерл. Sinterklaas) — святой Николай, Санта-Клаус в Нидерландах и Бельгии. Дети и взрослые отмечают День Синтерклааса 5 декабря (в Нидерландах), 6 декабря (в Бельгии), хотя национальным праздником он не считается.
Каждый год все дети в Нидерландах ждут Синтерклааса. Он прибывает на пароходе
в конце ноября из Испании, чтобы привезти всем подарки.

БОГ ЗИМЫ
И ЕГО ОЗОРНОЙ ВНУК

далекие времена все земли Северной Европы были
едины, ведь глубокие моря еще не разделяли их. Тогда
наши предки считали духов богами. Они строили
храмы в их честь и молились им. В местечке, где сейчас находится
городок Ульрум, в нидерландской провинции Гронинген, обитал бог
зимы Улль1.
Улль был сыном Сив2 и пасынком Тора3. Его отцом, не упоминавшимся никогда в древнескандинавских сагах, должно быть, был один
из ужасных инеистых великанов, и, видимо, поэтому Улль любил холод
и с удовольствием разъезжал зимой на своих широких лыжах или сверкающих коньках. Этот бог также обожал охоту и преследовал дичь
в лесах севера, не обращая внимания на лед и снег, так как хорошо был
защищен от них мехами, которые всегда надевал.
Как бога охоты и стрельбы из лука, его изображали с большим
колчаном, полным стрел, и огромным луком. Так как тис давал самую
лучшую древесину для изготовления этого оружия, утверждают, что
он был самым любимым деревом Улля. Чтобы всегда иметь под рукой
подходящую древесину, бог поселился в Идалире, долине тисов.
Улль (др.-сканд. Ullr) — божество в германо-скандинавской мифологии, непревзойденный стрелок из лука, бегун на лыжах, охотник.
2
Сив (Сиф) — в германо-скандинавской мифологии златовласая богиня плодородия, супруга Тора, жительница Асгарда (мира асов — богов-творцов, богов-созидателей и богов-воинов).
3
Тор — в германо-скандинавской мифологии один из асов, бог грома и молний,
защищающий богов и людей от великанов и чудовищ.
1

376

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Особенно он славился быстротой в передвижении, и, так как
лыжи, используемые в северных регионах, иногда делали из кости,
они были загнуты вверх, словно нос у корабля. В мифах говорится, что
Улль умел заговаривать кость, превращая ее в корабль, несший его над
землей и морем по его желанию в любом направлении. Так как лыжи
имели форму щита и лед, которым бог ежегодно сковывал все вокруг,
считался щитом, оберегающим землю, Улль также именовался асом
(богом) щита, и к нему обращались с молитвой все, кто намеревался
сразиться в бою.
Он стал покровителем первого месяца в году, начинавшегося
22 ноября и продолжавшегося до тех пор, пока солнце не пройдет
созвездие Стрельца (Лучника). Считалось, что Улль излучает великолепное северное сияние, освещающее небо длинной полярной ночью,
поэтому он еще был олицетворением света.
В Северной Европе в честь Улля были воздвигнуты многочисленные
храмы. На его алтарях, так же как на алтарях других богов, лежало
священное кольцо, над которым давались клятвы. Говорили, что это
кольцо обладало свойством сжиматься, ломая палец того, кто давал
ложную клятву. Люди посещали места поклонения Уллю, особенно
в ноябре и декабре, с просьбами покрыть землю толстым слоем снега
и обеспечить тем самым хороший урожай.
Древние скандинавы утверждали, что Улль был женат на бывшей
жене Ньёрда, Скади1, богине зимы и охоты. Их желания всегда совпадали, и поэтому они жили в полной гармонии.
Скади была очень сильной и ловкой и носилась по холмам и долинам
с удивительной быстротой. Люди сравнивали охотницу со снежной
горной лавиной, которая срывается с вершины и низвергается в долину.
Она была прекрасна, как морозная зима, когда Ледяной Джек одевает
деревья во все белое и разрумянивает девичьи щечки. На ней была
короткая белая юбка (это предоставляло ей большую свободу движений)
и белые меховые штаны. Ее лыжи были тоже белые, как цвет зимы. Серебряный шлем, сверкающее копье, лук и острые стрелы в серебряном
колчане, перекинутом через плечо, довершали этот прекрасный образ.
Она любила бродить по горам и лесам, слушать грохот лавин, стон ветра
в соснах, даже вой волков был для нее желанной музыкой.
Скáди (сканд. Skade) — в скандинавской мифологии инеистая великанша, покровительница охоты. Ее атрибуты (так же, как и бога Улля) — лук и лыжи. Интересно
заметить, что имя Скади встречается в старейших скандинавских топонимах.
Некоторые исследователи полагают, что от этого имени произошло само название
Скандинавия.
1

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

377

Неудивительно, что многие боги, духи и люди влюблялись в нее.
Говорят, что у Скади было несколько мужей, прежде чем она вышла
замуж за Улля.
От таких родителей можно было ожидать чудесных детей. Так
и вышло, но все дети Улля и Скади были девочками. Их назвали
Ледник, Холод, Снег, Сугроб, Снежный Вихрь и Снежная Метель.
Старшая была самой крупной и выносливой, остальные легче поддавались влиянию солнца и ветра. Все они были похожи друг на друга, люди
называли их Шесть белых сестер. Дочери Улля и Скади были сильны
и могущественны. Никто не мог остановить их своенравные деяния или
прогнать, кроме Одина1. Однако зимой даже он оставлял управление
миром, и трон верховного бога занимал Улль. Когда наступало лето,
Улль и Скади отправлялись на Северный полюс или жили, не покидая
своего дома в Альпах, где они могли охотиться на лыжах и зимой и летом.
Холодные вершины Альп очень полюбились Шести белым сестрам,
и их родители были счастливы. Пока дочери были маленькие, в семье
Улля все шло хорошо, ведь сестры всегда находили занятия по душе.
Но когда девочки подросли и в их головы стали закрадываться мысли
о юных великанах, которые частенько наведывались к ним в гости, начались семейные неурядицы.
Молодой великан Вуур2 частенько приходил повидаться со всеми
шестью дочерями Улля. Но никто не мог сказать, в кого из сестер он
влюблен, или назвать наиболее понравившуюся ему девушку, даже он
сам. О его характере и достоинствах мало кто знал, ведь Вуур много
раз перевоплощался и появлялся в разных местах. Однако считалось, что он уже натворил немало бед и, скорее всего, еще натворит,
ибо питал страсть к разрушению. Тем не менее он часто помогал каботерам3 совершать великие дела, а это свидетельствовало о его полезÓдин (Вóтан, Вóдан) — верховный бог в германо-скандинавской мифологии,
отец и предводитель богов (асов), сын Бора и Бестлы, внук Бури. Он описывается
как обладающий великой мудростью, тайными знаниями и поэтическим искусством,
покровительствующий воинам. Один стоит во главе божественного войска, состоящего из асов, бойцов света и валькирий — дев-воительниц, что уносят души падших
героев в царство умиротворения и красоты — Вальхаллу. Этот бог является властителем древа жизни, могучего Иггдрассиль.
2
Огонь (нидерл. vuur).
3
Каботер (нидерл. Kabouter) — персонаж голландского фольклора, аналог
ирландского лепрекона, норвежского ниссе, шотландского брауни, немецкого
кобольда, русского домового. В голландском фольклоре каботеры представлены как
крохотные люди, ростом от 15 до 45 см, живущие в домах людей, на мельницах или
грибах. Каботеры имеют длинные бороды и носят высокие остроконечные красные
или зеленые шляпы. Как правило, стесняются людей.
1

378

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

ности. Некоторые утверждали, что он дух огня. Вуур ухаживал за всеми
шестью сестрами еще долго после наступления мая, пока от жары все
они не растаяли и не превратились в воду. Так сестры стали одним
целым.
Улль очень разгневался, что Вуур так долго медлил с выбором невесты
и что его дочери утратили формы, и заставил Вуура жениться на всех
сразу, назвав их одним именем — Реген1.
Когда же у Вуура и Реген родился ребенок, он оказался и внешностью, и характером именно таким, какого и ожидали от удивительных
отца и матери. Его назвали Стоом2. Он быстро вырос и вскоре показал,
что он такой же сильный, как и его родители. Стоом не любил, когда
его держали взаперти и не позволяли свободно летать по воздуху. Он
был мастер на всевозможные проказы и фокусы. На кухне он заставлял
железную крышку чайника с шумом подпрыгивать вверх-вниз. Если
его запирали в каком-нибудь сосуде, железном или глиняном, то, когда
ставили на огонь, он разносил кастрюлю или чайник вдребезги, лишь
бы выбраться на свободу. Считая себя великим певцом, он издавал
довольно приятные звуки, когда мать позволяла ему вырываться
из носика чайника.
Иногда Стоом проникал в недра земли и пускал поток воды
навстречу магме — расплавленной массе под твердой земной корой.
Тогда происходило страшное землетрясение, потому что Стоом стремился выбраться наружу, а земная кора удерживала его. Иногда Стоом
проскальзывал в жерло вулкана. Тогда гора, чтобы спастись от удушья,
выплевывала Стоома, и на земле оставалась ужасная каша, которую
люди называли лавой. Стоом любил погостить в кратере вулкана
и изредка тихонько выходил наружу, пуская горячие клубы пара.
Стоом хулиганил, когда в домах царил Ледяной Джек и замерзали
трубы или вода в кастрюлях, сковородках, чайниках и бутылках превращалась в лед. Если замороженный чайник или закрытый сосуд ставили
над плитой или у огня и лед на дне таял слишком быстро, Стоом
разрывал их. Таким образом, жизнь людей подвергалась опасности, или
они лишались имущества.
Никто не знал, как справиться с этим озорным духом. Однако,
наслаждаясь своими проделками и веселясь, он словно подсказывал
людям, как его приспособить к колесам и извлечь из этого пользу. Он
был готов помогать людям — тащить, везти, поднимать, опускать,
толочь или качать, то есть делать все, что потребуется.
1
2

Дождь (нидерл. regen).
Пар (нидерл. stoom).

Иногда Стоом... пускал поток воды навстречу магме —
расплавленной массе под твердой земной корой.
Тогда происходило страшное землетрясение.

380

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Пока люди не умели с ним обращаться — не выпускали его
на свободу, — Стоом взрывался и крушил все вокруг. Он пел, шипел,
визжал, свистел — в общем, издавал всевозможные звуки, когда сдерживающие его ремни были недостаточно крепкими. Если его отец
Вуур становился слишком горячим или мать не давала ему достаточно
питья, он выходил из себя, тогда железные трубы раскалялись докрасна
и взрывались. А еще Стоом ненавидел прохудившиеся котлы и ленивых
пожарных.
Но если научиться им управлять, кормить его такой же пищей,
какую дает мать, и заставить слушаться отца, то Стоом станет сильнее
всех великанов и духов, которые когда-либо существовали на земле. Он
сможет управлять кораблем, паровозом, подводной лодкой или аэропланом, такими же быстрыми, как вепрь, конь или корабль Фрейра1.
Сегодня во всем мире любят Стоома как лучшего друга и благодарны
ему как незаменимому помощнику.
Фрейр (др.-сканд. Freyr — господин) — в германо-скандинавской мифологии
бог плодородия, мира и процветания, солнечного света и доброго урожая. Гуллинбурсти — стремительно передвигающийся вепрь с золотой щетиной, принадлежащий
богу Фрейру. Он был выкован темными эльфами (духами природы, живущими под
землей). Блодугхофи — летающий конь Фрейра, который может проходить сквозь
огонь и воду. «Скидбладнир» — парусный корабль Фрейра. «Скидбладнир» мог
вместить все воинство Асгарда и плавал как по морю, так и по суше. Паруса его всегда
наполнялись попутным ветром. Корабль был изготовлен из множества маленьких
частей и столь искусно, что его можно было сложить, как ткань, и засунуть в мешок.
1

КАБОТЕРЫ И КОЛОКОЛА

огда десятилетняя королева Вильгельмина1 ездила
в Брабант и Лимбург, ее развлекали представлениями,
в которых играли и показывали фокусы маленькие человечки — каботеры. В представлениях участвовали и другие карлики —
гномы. Каботеров часто путают с гномами. Основное различие между
коботерами и гномами сводится к местам их обитания: каботеры
обитают в жилищах людей, на мельницах или грибах, в то время как
гномы живут преимущественно в лесах, пещерах, под землей.
Гномы занимаются добычей драгоценных камней и минералов, а каботеры (как и домовые у славянских народов) — хранители голландских
домов, они обеспечивают нормальную жизнь семьи, плодородие, здоровье
людей и животных, но любят и похулиганить, и помечтать на досуге.
Каботеры — крохотные человечки, ростом от 15 до 45 см. Они, как
правило, стесняются людей, и увидеть их почти невозможно. У них
длинные бороды, одеваются они в лохмотья и носят высокие остроконечные красные или зеленые шляпы. Каботеры — существа пусть и работящие, но глуповатые: могут случайно перепутать соль и сахар, испортив
только-только приготовленное хозяйкой дома блюдо. Они считаются
отличными плотниками — вырезают из дерева игрушки для детей и ложки
для взрослых. Каботеры помогают добрым и мудрым людям, а глупых,
бестолковых и непослушных наказывают или подшучивают над ними.
Вильгельмина Елена Паулина Мария (1880–1962) — королева Нидерландов,
царствовавшая с 1890 по 1948 г., после отречения носившая титул принцессы
Нидерландов.
1

382

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

***
В древности в Голландии не было церковных шпилей и колоколен,
как сейчас, когда их там тысячи. В страну пришли добрые миссионеры
с юга и рассказали людям о Небесном Отце, Который любит всех как
Своих детей, и прощает людей, когда те раскаиваются в своих грехах.
Они убеждали людей забыть о жестоких языческих богах и привычке
мстить друг другу.
Когда предводители гномов и каботеров услышали о новых людях
в стране, они собрали совет и решили:
— Мы будем помогать людям, которые пришли к нам с добром,
а если среди них окажутся грубияны, будем их наказывать и изводить.
Всем карликам шахт, лесов и голландских домов разослали письма
с указаниями, как они должны себя вести и что делать.
Некоторые из учителей-чужеземцев, не зная обычаев страны, вели
себя очень грубо: презрительно смеялись над священными колодцами
и родниками; порочили людей, когда те молились великому Одину
с его черными вóронами1, или прекрасной Фрейе2 с мягким и нежным
сердцем, сочувствующим страданию каждого живого существа; ругали
детей за игры, поэтому их родители чувствовали себя несчастными;
срубали священные деревья.
Так вот на этих чужаков-невеж обрушилось множество бед. Хлеб,
когда его вынимали из печи, получался горьким; молоко, как только
его наливали в горшки, скисало; кровати переворачивались сами
собой, в камины с грохотом падали камни, пропадали головные уборы
и обувь — в общем, жилось им очень плохо, и они хотели поскорее
вернуться домой. Когда каботер имеет на кого-нибудь зуб, он знает,
как ему насолить. Надо заметить, что, помимо запасов золота, серебра
и драгоценных камней, которые гномы и каботеры, работающие
в шахтах, держали наготове, чтобы подарить добрым людям, у них
были пыточные инструменты, с помощью которых можно было запугивать или мучить жестоких, злых или ленивых.
Мудрые и кроткие миссионеры не испытывали никаких проблем.
Они убеждали людей добрыми словами, и, как младенец постепенно
Вóроны Хугин (Мысль) и Мунин (Память) — спутники Одина. Каждый день
вороны Одина облетают мир и сообщают верховному богу обо всем, что увидели.
Некоторые исследователи считают, что Хугин и Мунин — олицетворение умственных
сил Одина.
2
Фрейя (др.-сканд. Freyja — госпожа) — в германо-скандинавской мифологии
богиня любви.
1

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

383

приучается есть самостоятельно и другую пищу, так и голландцы
мало-помалу отучались от язычества и политеизма. Многие приходили послушать миссионеров и с радостью помогали им строить
церкви.
С чужаками-добродеями случались чудеса: хлеб и молоко в их
жилищах никогда не заканчивались, их постели всегда были заправлены по струнке, одежда чистой, сады — цветущими, и еще много
чего хорошего происходило само собой, без их ведома и участия.
Когда они строили церковь в деревне, дивились: откуда взялось
дерево и гвозди, железо, необходимое для балок, медь и бронза для
священных сосудов? Всего было в изобилии. А если иногда ночью
они задумывались, где взять еду, то утром, проснувшись, обнаруживали, что завтрак на столе и непременно с чем-нибудь вкусненьким.
Так в Голландии было построено много церквей. А вместе с этим строительством росло поголовье скота, расширялись зерновые поля, люди
становились богаче и счастливее.
Гномы и каботеры были не прочь поработать для хороших людей.
Когда они услышали, что добрым миссионерам нужны церковные колокола, чтобы созывать народ на богослужения, то решили помочь чужеземцам. Они изготовили не один колокол и даже не звонницу, а целый
оркестр из множества колоколов.
Гномы не любили добывать металл для мечей, копий и прочего
оружия, что может причинить вред людям, а вот для церковных колоколов — другое дело, ведь колокола указывали путникам дорогу в лесу,
усмиряли разрушительные бури, а также созывали людей в церковь —
помолиться и послушать проповедь священника. Они знали, что добрые
миссионеры бедны и не могут купить колокола во Франции или Италии.
А если бы и купили, то не смогли бы доставить их в Голландию через
густые леса или по бурным морям, потому что колокола были слишком
тяжелые.
Так вот, гномы и каботеры собрались вместе и стали днем и ночью
работать в шахте. Киркой и лопатой, ломом и зубилом, молотом
и киянкой они разбивали камни, содержащие медь и олово. Потом
они разожгли большие печи, чтобы переплавить руду в слитки. Этим
они хотели показать миссионерам, что голландские карлики умеют
делать колокола не хуже людей из южных земель. Забавные коротышки,
в крошечных курточках, спускавшихся чуть ниже бедер, в маленьких
красных шапочках, похожих на чулки с кисточкой на конце, или
в высоких остроконечных зеленых шляпах, в ботинках с длинными
острыми носами, без шнурков, оживленно сновали туда-сюда, как

384

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

обезьянки, а когда огонь разгорался, они работали долго, упорно и, надо
сказать, намного усерднее, чем люди.
Были ли они похожи на светлых или темных эльфов? Конечно, нет!
Ведь у них не было ни крыльев за спиной, ни красивых одежд, ни звезд,
ни корон, ни светящихся жезлов! Вместо них — молотки, кирки
и зубила. Но какими же прекрасными были эти трудяжки в простых
грубых одеждах у тиглей и печей с углем и дровами! Они были чумазыми от дыма и угольной пыли, пот струился по их лицам и телам.
Однако в шахте всегда было много воды, и, когда тяжелая работа заканчивалась, они мылись и выглядели чистенькими и опрятными.
Когда каботеры-отцы развели костры для изготовления колоколов,
их жены и сынишки не могли оставаться в стороне и тоже спустились
в шахту. Они перестали хулиганить и выкидывать фокусы в домах:
дразнить доярок, спутывать льняные нитки, рвать рыбацкие сети,
завязывать узлы на коровьих хвостах, опрокидывать горшки, сковородки и посуду на кухне, прятать шляпы и бросать камни в дымоходы,
даже перестали прятаться за камнями и отвечать детям «му-у-у!»
вместо коров, которых они гнали домой. Они берегли дыхание, чтобы
раздувать печи. В деревнях и городах ничего не происходило, в домах
было тихо, как в младенческом сне. Все недоумевали: куда подевались
каботеры?
Дни шли за днями, неделя за неделей, а карлики всё трудились под
землей, пока их кожа, и без того темная, не покрылась копотью, как
стропила в домах наших предков. Наконец, когда все было закончено,
предводителей гномов и каботеров пригласили в шахту, чтобы они
оценили работу.
Что это было за зрелище! Здесь было около сотни колоколов, самых
разных размеров, как в семье, где есть папа, мама, старшие, младшие
сыновья и дочери, малыши и младенцы (двойняшки и даже тройняшки). Здесь были большие колокола — больше головы борова,
размером с бочку, с большой горшок и так далее, — они висели в первом
ряду. Во втором ряду выстроились десятки колоколов не больше коровьих колокольчиков. И наконец третий ряд составляли маленькие
колокольчики, размером не больше пальца. Кроме многочисленного колокольного семейства, здесь находились железные стержни
и прутья, болты, гайки, винты, проволока и вилки, на которых подвешивались колокола.
Отряд самых сильных каботеров был послан в лес, что находился
неподалеку от деревни. Там несколько голландцев по приказу доброго
миссионера начали рубить деревья для строительства колокольни. Они

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

385

оставили свои инструменты в лесу, а ночью каботеры взяли топоры и,
не поднимая шума, срубили все деревья. Затем обструганные и обтесанные бревна принесли и положили у входа в шахту.
Для испытания колоколов был выбран мудрый седобородый
каботер с громким званием клоккеншпилер1, или мастер колокольного звона. Все колокола подвесили на больших рамах в длинный ряд.
Каждая из этих рам называлась «вешалка-сушилка», так как они были
похожи на те, на которых рыбаки раскладывают сети для просушки
и починки.
И вот когда все были готовы, умыты и одеты в чистую одежду,
из членов семейства каботеров — отцов, матерей и детей — выстроили
хоровые ряды. В первом ряду стояли высокие мужчины и дородные
женщины (если, конечно, можно так говорить о карликах). Во втором
ряду было сорок-пятьдесят певцов — юноши и девушки, дети обоих
полов и младенцы, которые только-только научились ходить и едва
могли стоять на ногах. На них были надеты слюнявчики, и ласковым
мамашам приходилось придерживать малюток, дабы они не упали.
Младенцы визжали, пищали, лепетали без всякого повода, но на расстоянии их голоса сливались, и шум, который они производили, был
похож на звон.
Мужские тенора и баритоны, женские сопрано и контральто,
детские трели и писк малышей, даже младенческий лепет должны были
оценивать строгие каботеры-судьи. Важный клоккеншпилер (звонарь)
должен был выбрать певцов с наилучшим тембром и звучанием и по ним
выстроить голоса колоколов.
И вот в первом ряду сборного хора раздались гул и писк, звон и лязг,
звяканье и бряканье. Это больше походило на грохот, чем на музыку.
Хормейстер был обескуражен, и все время просил начать заново;
отругал папашу в первом ряду за то, что тот пел слишком низко; нахмурился, услышав бычачий рев крепкого молодого парня во втором ряду;
пригрозил пальцем девушке, которая умудрялась строить глазки стоящему рядом с ней красавцу; подбодрил малышей, чтобы те попадали
в ноты. И вот наконец хор зазвучал так, как надо. Потом они упражнялись, пока клоккеншпилер не отдал приказ настроить колокола.
К восторгу всех гномов, каботеров и эльфов, приглашенных на этот
необычный концерт, колокольные ряды — от огромных колоколов
до маленьких колокольчиков — зазвучали в полной гармонии. Подвешенные один над другим, теперь они могли передавать веселье или
грусть в соло, переливах, перезвонах, каскадах.
1

Klok с нидерл. — колокол; klokkenspel — колокольный звон.

В первом ряду сборного хора раздались гул и писк, звон и лязг,
звяканье и бряканье. Это больше походило на грохот, чем на музыку.
Хормейстер был обескуражен, и все время просил начать заново.

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

387

Так случилось, что в тот день епископ построил большую церковь
с великолепным шпилем, прекрасно обставленную внутри, но без
единого колокола. (Он даже не подозревал, что каботеры приготовили ему сюрприз.) Епископ собирал вещи, чтобы отправиться верхом
в Реймс1. В этом городе останавливались караваны из Индии и Китая,
привозившие на ежегодную ярмарку ковры, пряности и драгоценные
камни и всякие восточные диковины, а купцы Реймса купались в золоте.
Здесь епископ решил выпросить денег для приобретения колокола
и колокольчиков.
Это было ночью. Вдруг в округе раздалась такая музыка, какой
епископ никогда не слышал ни в одной из семнадцати провинций
Нидерландов.
Даже в далеких землях — во Франции, Испании, Италии, — где
издавна трудились христианские учителя, строители и певцы и звучали
колокола, не было такого созвучия сладостных звуков. Здесь, в этих
северных краях, раздавалось не соло, не перезвон, даже не переливы
колоколов, — это была непрерывная волна истинной музыки, звучали
и простые мелодии, и полифония, какую мог создать только многоголосый хор или огромный оркестр.
Для того чтобы выполнить эту грандиозную работу — повесить
колокола на колокольню — за одну ночь, да еще успеть до рассвета,
потребовался целый полк фей, которые трудились, как пчелы. Ведь
если хоть один солнечный лучик попадал на гномов, которые жили под
землей, или каботеров, побывавших в шахте, они тут же окаменевали.
К счастью, задача была выполнена до крика петухов. А пока было темно,
и музыка, зазвучавшая на колокольне, заполнила всю землю. Люди
в своих постелях слушали с упоением.
— Laus Deo!2 — благоговейно воскликнул епископ. — Это хор
ангелов! Херувимы и серафимы, конечно же, здесь! Исполнилось
обещание псалмопевца: «Все поющие и играющие скажут: „Все источники мои в Тебе“3».
И с этого момента, загадочного для грубых учителей, но понятного для тактичных, добрых и терпеливых, колокольные звоны распространились по всему региону между Арденнским лесом и островом
в Северном море. Нидерланды стали страной симфоний и колокольных звонов. Такая музыка не раздавалась ни в одной другой стране,
какой бы богатой или древней она ни была. Ни один город не обзаРеймс (фр. Reims) — город на северо-востоке Франции.
Слава Богу! (лат.)
3
Псалом 86, стих 7.
1
2

388

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

велся своим карильоном1. Каждые четверть часа воздух Малина оглашался торжественным гимном или сладкой песенной мелодией, а при
ударе часов благочестивые люди склоняли головы, рабочие, услышав
призыв к отдыху, радовались, потому что их дневной труд закончился.
На восходе, в полдень или на закате солнца звучал благовест, а ночью —
«Вечерний звон».
Вошло в моду в определенные дни устраивать большие конкурсы
и концерты, длившиеся более часа, на которых исполнялись музыкальные произведения великих композиторов, а знаменитые исполнители на карильонах съезжались со всех концов Нидерландов,
чтобы посостязаться и получить призы. В Нидерландах появилась
знаменитая школа, в которой обучали клоккеншпилеров (звонарей)
по партитурам.
В наши дни никто не вспоминает о маленьких человечках, обитавших когда-то в домах людей, лесах, пещерах или под землей. В новом
мире с паровыми двигателями, телеграфом и беспроводной связью,
автомобилями, аэропланами и подводными лодками гномы и каботеры уже никому не интересны. Сегодня химики, шахтеры, инженеры
и ученые владеют секретами, которые когда-то принадлежали только
этим карликам.
И все-таки художники и архитекторы, часовщики и литейщики
колоколов помнят и чтут далекую старину. Именно поэтому на многих
знаменитых часах, на циферблате или рядом с маятником, изображены
фигурки каботеров-мечтателей или каботеров, мастерящих карильон.
Карильон — механический музыкальный инструмент, представляющий собой
набор неподвижно закрепленных колоколов, языки которых соединены с клавиатурой при помощи проволочной передачи (как вращающийся вал в оргáне). Родиной
карильона считается Фландрия, а центром карильонного искусства — город Малин
(с чем связано выражение «малиновый звон»). В XV–XVII вв. за пределами исторических Нидерландов карильоны практически не встречались. Лишь в XVIII в. они
получили распространение в других странах Западной Европы (преимущественно
в Германии и Франции). До начала XX в. область распространения карильонов
ограничивалась Западной Европой. В XX в. карильон превратился в концертный
инструмент.
1

ЛЕГЕНДА О ДЕРЕВЯННЫХ БАШМАКАХ

давние времена, слишком давние, чтобы о них можно
было прочитать в старинной книге, миллионы добрых фей
спустились с солнца и ушли под землю. Они превратились
в корни и листья и стали деревьями. Они покрыли всю землю, но главными были сосна, береза, ясень и дуб, которые и создали Голландию1.
Природные духи, поселившиеся на деревьях, назывались моховые девы
и древесные эльфы.
Дуб был любимым деревом голландцев. Основной пищей были
желуди. Их ели жареными, вареными, в виде пюре или делали из них муку,
из которой пекли хлеб. Корой дуба дубили шкуры и выделывали кожу,
а из его древесины строили лодки и дома. У подножия дуба люди укладывали больных, надеясь на помощь богов. Под его кроной воины приносили клятву быть верными своим владыкам, женщины обхватывали его
могучий ствол руками в надежде родить прекрасных детей. На покрытых
листвой ветвях дуба укладывали новорожденных, прежде чем они
занимали колыбели, как другие дети. Чтобы ребенок вырос сильным
и здоровым, матери подносили его к расщепленному саженцу или молодому деревцу дуба. Как ни удивительно, но дуб мог исцелять саму землю,
которая иногда страдала от болезни, называемой вал (или падение). Когда
подступал вал, земля погружалась под воду. Люди, дома, церкви, амбары
и скот пропадали навсегда в водном потоке. Но дуб своими могучими
корнями прочно удерживал почву. Истории о мертвых городах, ушедших
под воду, и о знаменитом Тростниковом лесе, покрывавшем сотню деревень и исчезнувшем в одну ночь, были хорошо известны по всей стране.
1

Название Голландия происходит от нидерл. holt land — древесная страна.

390

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Под березой встречались влюбленные, произносили свои клятвы,
а на ее гладкой черно-белой коре часто вырезали два сердца. Летом лес
давал тень, а зимой — тепло от дров в камине. Весной в лесу появлялись новые листья, а осенью свиньи толстели, поедая упавшие на землю
желуди.
Так на протяжении тысячелетий люди жили в лесу, и, кроме деревьев, им ничего не требовалось.
Но со временем леса пришлось вырубить. Мужчины были так
заняты рубкой, что через несколько лет Древесная страна исчезла.
В новой Голландии появились коровы, размножились овцы и лошади,
стало больше открытой земли для пастбищ, лугов и зерновых полей.
Голландцы стали сажать фруктовые деревья, дающие яблоки и груши,
персики и вишни, выращивать пшеницу, рожь и ячмень, строить дома
с красными крышами, ветряные мельницы и дамбы. Но многие все еще
ходили босиком или обматывали ноги кусками грубой кожи.
Жил в тех местах добрый человек, искусный плотник. Он, как и все
голландцы, очень любил дуб и взял себе, потом передал своим детям имя
ван Эйк1. Когда, согласно голландскому обычаю, он на глазах у соседей
кликнул младшую дочь, чтобы та заложила краеугольный камень нового
дома, все услышали ее имя — Нилтье ван Эйк.
Отец-плотник оплакивал потерю леса. Он боялся, что вскоре
в стране не останется ни одного дуба. Кроме того, его пугала мысль, что
новая земля, укрепленная дамбами, может снова погрузиться под воду,
тогда люди и весь их домашний скот утонут. Голландцы, по его мнению,
слишком быстро отвоевали акры земли у моря.
Однажды, когда ван Эйк сидел на пороге своего дома и грустил,
появились моховая дева и древесный эльф. Они смеялись и весело
подпрыгивали, взявшись за руки. Древесные духи подскочили к нему
и сказали, что у его родового дуба есть послание для него, и убежали.
Ван Эйк отправился в лес и встал под величественным старым дубом.
Этот дуб очень любил его отец и никому не позволял срубать. Когда
плотник поднял голову, листья зашелестели, и с огромной ветки, что
свешивалась прямо над его ухом, он услышал шепот:
— Не горюй, ибо твои потомки увидят больше, чем ты. Я и мои
собратья-дубы умрем, солнечный свет прольется на землю и высушит ее.
Тогда еда, вместо того чтобы падать вниз, как с нас желуди, будет расти
из земли. Там, где сейчас простираются зерновые поля, а на месте лесов
вырастают города, мы возродимся, но в ином обличье. Мы обеспечим
тебя, твоих детей, внуков и правнуков теплом и светом, мы обогатим
1

Дуб (нидерл. eik).

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

391

вас. Не бойся, что земля уйдет под воду, ибо мы — дубы, березы, ясени,
сосны — будем оберегать всех вас по землей. Мы будем поддерживать
ваши дома, чтобы они не упали в трясину, а вы станете ходить и бегать
по нам, ибо мы полностью уйдем под землю вниз верхушками, и это
так же верно, как если бы мы только укоренились в земле, как теперь.
Поверь мне и будь счастлив.
— Как же может такое случиться? — недоумевал ван Эйк.
— Не бойся, мои слова сбудутся.
Еще мгновение шелестели листья на ветке. Потом все стихло,
и появились моховая дева и древесный эльф. Они, как и прежде, взявшись за руки, вприпрыжку подошли к нему.
— Мы поможем тебе и попросим наших друзей-эльфов сделать
то же самое. Возьми дубовой древесины и отпили два куска длиной
в треть метра каждый. Проследи, чтобы они были хорошо высушены,
и сегодня вечером, когда отправишься спать, положи их на кухонный
стол.
Сказав это, древесные духи посмотрели друг на друга, весело рассмеялись и исчезли.
Размышляя, что все это значит, ван Эйк отправился в сарай и отпилил
два дубовых бруска длиной в треть метра, а вечером, когда жена убрала
посуду после ужина, положил их на стол.
Ночью ему приснилось, как в кухонное окно влетели два эльфа.
Один, каботер, темный и уродливый, держал в руках ящик с инструментами. Другой, светлый, похоже, был провожатым. Каботер сразу же
достал пилу, топор, бур, длинный, похожий на стамеску, нож и рубанок.
Поначалу казалось, что эльфы ссорятся и никак не могут решить,
кто из них главный. Но потом они спокойно и уверенно принялись
за работу. Каботер взял брусок и придал ему форму башмака, то же
он сделал с другим бруском. Затем выдолбил пару башмаков изнутри,
а светлый эльф выровнял и отполировал их. Светлый эльф вставил
в них свои маленькие ножки (башмаки были ему чуточку великоваты) и хотел было сделать несколько танцевальных па, но поскользнулся на гладком полу, и его нос сплющился. Но тут подбежал каботер
и выпрямил ему нос, так что все обошлось. Два эльфа разом вставили
свои ножки в деревянные башмаки закружились в танце, потом сняли
их, поставили на стол и выпрыгнули в окно.
Утром ван Эйк вспомнил свой сон и не одеваясь поспешил
на кухню. На столе стояла пара красивых, добротных деревянных
башмаков. Не было видно ни инструментов, ни стружки, но запах
дерева приятно радовал. Плотник стал разглядывать деревянные

Каботер взял брусок и придал ему форму башмака,
то же он сделал с другим бруском.
Затем выдолбил пару башмаков изнутри...

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

393

башмаки и обнаружил, что они идеально гладкие как снаружи, так
и внутри. У них были небольшие каблучки и заостренные носки. Ван
Эйк примерил их и обнаружил, что они ему впору. Он попробовал
пройтись. Пол на кухне его жена постоянно чистила и полировала,
и для ван Эйка это было все равно что ступать по льду. Поскользнувшись, но удержав равновесие и чуть не разбив нос о стену, он снял
деревянные башмаки и больше не надевал их в доме. Однако, выйдя
на улицу, он понял, что его новая обувь очень легкая и удобная,
да и ходьба уже на была для него скольжением на коньках, как
на кухне.
И ван Эйк стал носить деревянные башмаки. В поле, в грязи,
в труднопроходимых местах такая обувь была как раз то, что нужно.
Башмаки не застревали в грязи, защищали гораздо лучше, чем кожа,
не пропускали воду, и ноги не уставали даже после многочасовой
ходьбы.
Когда фру1 ван Эйк и дети увидели, как доволен папочка, каждому
захотелось иметь такие же башмаки. Потом они спросили, как они их
назвал.
— Кломпы, — ответил ван Эйк. — Я сделаю на этом целое состояние! Я немедленно открою мастерскую по изготовлению кломпов.
Утром он отправился в деревенскую кузницу и попросил кузнеца
изготовить для него точно такие же инструменты, какие он видел во сне
у каботера и светлого эльфа. Затем плотник повесил на своем доме
табличку с надписью: «Деревянные башмаки». Он делал кломпы для
малышей, только научившихся ходить, для мальчиков и девочек, для
мужчин и женщин — для всех, кто выходил из дома. Вскоре в каждой
деревне можно было увидеть подобные таблички на мастерских по изготовлению деревянных башмаков.
Кломпы вошли в моду во всех голландских деревнях. Хорошим
тоном было, входя в дом, снимать деревянные башмаки и оставлять их
у двери. В больших и малых городах знатные дамы тоже носили деревянные башмаки, особенно когда гуляли или работали в саду.
Вслед за кломпами в Голландии стали популярны мягкие носки
и чулки из овечьей шерсти. Тысячи спиц замелькали в руках мастериц.
Женщины вязали, даже когда шли на рынок или сплетничали на улицах.
Разбогатев сверх всяких мечтаний, ван Эйк снова увидел вещий сон.
Утром на его лице сияла улыбка, и люди на улице приветствовали его:
Фру (швед. fru — жена, супруга) — употребляется как обращение или форма
вежливого упоминания по отношению к замужней женщине в Скандинавских
странах; обычно присоединяется к фамилии или имени.
1

394

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Доброе утро, минхер Блаймодиг1! Как плавается?
(Именно так звучит приветствие у голландцев, оно равносильно
нашему: «Как поживаете?»)
Ван Эйк поздоровался с соседями и рассказал им свой сон.
Ему приснились моховая дева и древесный эльф, радостные, счастливые, танцующие.
— Что на этот раз? — с улыбкой спросил башмачник ночных гостей.
Едва этот вопрос слетел у него с языка, как появился каботер, весь
перепачканный кузнечной копотью. В одной руке он держал ящик
с инструментами, в другой — диковинную машину. Это был большой
кусок железа, вставленный в раму, с веревками, чтобы тянуть ее вверх
и с грохотом опускать вниз.
— Что это? — спросил ван Эйк.
— Это машина для забивания свай в твердый грунт или на большую
глубину, — сказал каботер и показал, как ею пользоваться.
— Когда завтра на улице тебя спросят: «Как плавается?» —
рассмейся в ответ, — сказала моховая дева и сама засмеялась. — Теперь
ты можешь рассказать людям, как строить города с церквями, могучими башнями и высокими домами, как в других странах. Нужно взять
деревья, обрезать ветви, заострить верхушки, перевернуть их вверх
ногами и вбить глубоко в землю. Разве не обещал тебе древний дуб, что
деревья полностью уйдут под землю вниз верхушками? Разве не говорил
он, что вы сможете ходить и бегать по ним?
Ван Эйк все спрашивал, спрашивал и так долго не отпускал древесных
духов из своего сна, что моховая дева уже начала с тревогой поглядывать
в окно. Увидев, что наступает рассвет, она вместе с древесным эльфом
и каботером поспешила скрыться, чтобы не окаменеть от солнечных лучей.
— На этом я заработаю еще одно состояние! — воскликнул счастливый ван Эйк.
А утром, выйдя на улицу, он снова услышал:
— Доброе утро, минхер Блаймодиг! Как плавается?
Ван Эйк сразу же открыл фабрику по изготовлению коперов —
машин для забивания свай. Он послал в лес людей, которые выбрали
высокие и прямые деревья, отрубили ветви и заострили стволы с одного
конца. Затем с помощью копера стволы вбили глубоко в землю. Так
в мягкой и рыхлой почве появился фундамент, не уступающий каменному, и тысячи добротных домов поднялись ввысь. Даже самые высокие
стены и шпили церквей устояли во время урагана.
1
Mynheer Blijmoedig (mynheer с нидерл. — господин; blijmoedig — радостный,
веселый) — господин Весельчак.

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

395

В старой Голландии не было ни плодородных земель, как во Франции,
ни огромных стад овец, дающих шерсть, как в Англии, ни множества
ткачей, как в бельгийских землях. Однако вскоре здесь выросли большие
города с великолепными особняками и ратушами. Кирпичные церкви
возносились в небо так же высоко, как соборы и крепости, построенные
на холмах в других странах. Дамбы и плотины, возведенные поверх
деревьев, вбитых глубоко в песок и глину, не пропускали морскую воду.
Так вместо прежних двух тысяч квадратных миль в Голландском королевстве со временем стало двенадцать тысяч, богатых зелеными полями
и скотом.
С тех пор все мальчишки и девчонки, путешествуя по Голландии,
восторгаются ее удивительными легендами и обычаями.

СИНТЕРКЛААС И ЧЕРНЫЙ ПИТ

то такой Синтерклаас? Где он живет? Вы когда-нибудь
видели его? Эти вопросы дети часто задают взрослым.
До того, как Синтерклаас появился в Нидерландах
и Бельгии, его называли разными именами в странах, где он побывал:
Санта-Клаус, Николай Чудотворец, Николай Мирликийский. Одни
говорят, что он родился в городе Мира древней страны Ликия1 много
сотен лет назад, когда у голландцев еще не было ни дамб, ни ветряных
мельниц, ни деревянных башмаков. Другие рассказывают, как в голодные
времена добрый святой нашел на рынке трех маленьких мальчиков,
замурованных в кадке. Их засолили, чтобы потом продать. Добрый
Николай Чудотворец оживил этих детей. Говорят также, что однажды
на Никейском соборе Николай Мирликийский потерял самообладание
и отвесил пощечину некоему Арию. Но это, скорее всего, выдумка. Как
мог святой потерять самообладание?
А вот еще история о святом Николае. Три прекрасные девицы очень
хотели выйти замуж. Отец промотал все деньги, и его дочери не могли
купить свадебные платья. Святой Николай сжалился и над ними,
подошел к их дому и положил на подоконник три мешка золота. Этого
хватило сестрам не только на свадебные наряды, но и на всю оставшуюся семейную жизнь. Так три девицы обрели мужей и с тех пор жили
долго и счастливо и никогда не ругались. Три мешка золота со временем
превратились в символы. Ювелиры, банкиры и ростовщики стали
вешать три покрытых золотом шара (два над одним) над дверями своих
1
Ли́кия — в древности страна на юге Малой Азии, находилась на территории
современных турецких провинций Анталья и Мугла.

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

397

лавок. Это означало: «Два к одному, что вы не получите это обратно»,
когда люди закладывали в этих лавках кольца, меха, одежду, часы или
ложки.
Невероятно, сколько историй рассказывают об этом добром человеке, Николасе, который, как говорят, был архиепископом, управлял
церковным имуществом и следил за порядком. Преподобный Николай
много странствовал по миру, моряки и путешественники строили в его
честь церкви в разных странах. А чтобы путешествовать, нужно иметь
корабль, или лошадь, или оленя.
В Голландию Синтерклаас впервые прибыл на парусном корабле
из Испании, а затем торжественно ехал со своей свитой на лошади.
Теперь он прибывает на большом пароходе, а в будущем, возможно,
будет прилетать на аэроплане.
В канун дня Синтерклааса голландские дети засовывают в каминную
трубу башмачок или подвешивают к каминной полке чулок (Синтерклаас и его помощник пробираются в дом через каминную трубу),
кладут в него клочок сена или морковку, чтобы накормить лошадку
путешественника. В каждой стране, куда прибывает святой Николай, он
кладет в детские башмачки и чулки то, что им обязательно понравится
или может пригодиться в жизни. Например, в Гренландии он дарит
малышам тюленью ворвань1 и рыболовные крючки. Однако для непослушных мальчиков и девочек, в какой бы стране они ни жили, он может
оставить башмачки или чулки пустыми или положить туда упаковкуобманку.
Чтобы успеть заполнить все башмачки и чулки подарками, доброму
святому, конечно, нужна лошадь, и у него появился быстрый белый
конь по кличке Слейпнир. В стародавние времена, когда на нем ездил
великий Один, у этого чудесного животного было восемь ног — для
пущей стремительности. Со временем четыре ноги у него отпали, так
что конь Синтерклааса теперь не похож на сороконожку (когда быстро
скачет), по внешнему виду он такой же, как другие лошади.
Синтерклаас — величественный розовощекий старик с белой
бородой и волосами. Но по манерам и поведению он совсем мальчишка,
ибо его сердце и чувства родились в один день с материнской любовью
и отцовской заботой, а они не стареют.
Одежда Синтерклааса происходит от епископской, но имеет
несколько значительных отличий. Накидка или плащ, который обычно
носит Синтерклаас (в католичестве — ряса, сутана или тога — длинная
1
Вóрвань (устар.) — жидкий жир, добываемый из сала морских млекопитающих
(китов, тюленей, белух, моржей, дельфинов), а также белого медведя и рыб.

398

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

священная одежда епископов сиреневого цвета, имеющая 33 кнопки,
символизирующие количество лет Христа), имеет упрощенную
форму. Под накидкой — стихарь. Стихарь отделан кружевом и заканчивается между коленями и лодыжками. На стихарь надет красный
палантин и пояс с кистями на концах. Самый яркий элемент его
одежды — красная мантия с золотой бахромой, которая свисает с плеч
почти до земли. Обратная сторона мантии обычно золотисто-желтая
или белая. Синтерклаас носит эту мантию поверх всей остальной
одежды. На голове Синтерклааса красная митра. Она отличается как
по форме, так и по цвету от митры епископов (красные митры не носили
в католической церкви, как правило, они белые). Посох у Синтерклааса с завитком, символизирующим змею (знак мудрости и бесконечности). Он также, как правило, носит черные ботинки и длинные белые
перчатки (иногда фиолетовые). На безымянном пальце у него золотой
епископский перстень с рубином, обычно на правой руке.
Когда святой Николай отправляется на север, в холодные края,
он переодевается. Вместо длинной красной мантии и митры надевает короткую куртку, отделанную белым, как снег, мехом горностая, меховую шапку и откладывает свой посох. Там, где много снега,
на лошади не проедешь, да и колеса не годятся, поэтому там он передвигается на санях, запряженных двумя оленями с большими рогами.
Из своих путешествий по странам и континентам Синтерклаас всегда
что-нибудь привозит в Голландию. Когда он впервые приехал в Америку,
то увидел кукурузу, картофель, тыкву, кленовый сахар и то, чем можно
набивать трубки для курения, а еще диковинных птиц и животных,
таких, как индюки и еноты, и множество новых цветов. Из Америки он
привез растение коровяк1, которое там считается сорняком. В Европе его
стали называть златоцвет, царский скипетр и считали очень красивым.
Но самое главное — Синтерклаас нашел в Америке мальчиканегра. Черный Пит (так он назвал мальчика) стал его верным
помощником. Однажды отец Черного Пита привез в Америку
арахис из Африки, и иногда Синтерклаас подбрасывает пакетик
арахиса как диковинку в башмачки и чулки голландских ребятишек.
Посещая дома и школы в Новых Нидерландах2, Синтерклаас узнал
Коровяк обыкновенный (лат. Verbáscum thápsus) — двулетнее травянистое
растение высотой до 2 м и более, покрытое войлочным опушением, с собранными
в колосовидное соцветие желтыми цветами и плодом в виде коробочки.
2
Новые Нидерланды — исторический регион на атлантическом побережье
Северной Америки, существовавший в XVII в. на территории американских штатов
Нью-Йорк, Пенсильвания, Нью-Джерси и Делавэр.
1

В Голландии Черный Пит исправно служит своему хозяину,
разносит подарки не только хорошим, но и непослушным детям
(среди желанных подарков нет-нет да и встретятся
розги из березы и ротанга и кожаные ремни).

400

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

о капитане Кидде1 и его друзьях-пиратах в полосатых рубашках,
красных банданах, с косичкой за спиной. Эти парни носили серьги,
кинжалы на боку и пистолеты за поясом, грабили корабли, а потом,
как некоторые утверждают, закапывали сокровища. С тех пор, начитавшись романов о пиратах, мальчишки роются в земле в поисках
сокровищ капитана Кидда. Но Синтерклаасу такие люди не по душе.
В Голландии Черный Пит исправно служит своему хозяину,
разносит подарки не только хорошим, но и непослушным детям (среди
желанных подарков нет-нет да и встретятся розги из березы и ротанга
и кожаные ремни). А подарки сыплются из рук Черного Пита, как
из рога изобилия: куклы, лодки, трубы, барабаны, мячи, игрушечные
домики, флажки, животные из Ноева ковчега, строительные блоки,
игрушечные зáмки и линкоры, книжки со сказками и картинками,
паровозики, машинки, аэропланы, лошадки-качалки, ветряные мельницы, а также печенье, конфеты, шарики, вертушки, веера, кружева
и еще много-много всякой всячины — невозможно и сосчитать.
Черный Пит заботится о коне Синтерклааса по кличке Слейпнир,
который скачет так быстро, что его именем стали называть торпедоносцы и подводные лодки. Когда Синтерклаас идет пешком, Черному
Питу тоже приходится идти и нести тяжеленные сумки с подарками.
Синтерклаасу нет никакого дела до того, из какой семьи, богатой или
бедной, мальчик или девочка. Мальчик, которого поймали за кражей
варенья или печенья, или девочка, стащившая кусок сахара или съевшая
слишком много сахарной помадки, — злые, скупые, эгоистичные дети
заслуживают наказания, а не подарков. Синтерклаас поручает Черному
Питу хорошенько отлупить таких детей. Иногда он ловит непослушных
мальчишек и девчонок, сажает их на полчасика в мешок или запирает
в темном чулане, или отправляет спать без ужина, или вместо положенных на завтрак одиннадцати гречишных пирожков ограничивает
их пятью.
Когда Синтерклаас покидает Голландию, чтобы вернуться в Испанию
или съездить куда-нибудь еще, Черный Пит присматривает за Слейпниром и не показывается людям на глаза до следующего года, когда
Синтерклаас приедет снова.
Уильям Кидд (1645–1701) — шотландский моряк. Известен благодаря громкому
судебному разбирательству его преступлений и пиратских нападений, итоги
которого оспариваются и по сей день. Фактические деяния Уильяма как пирата
заметно уступали славе других пиратов того времени, но благодаря интересу
писателей к приключениям «ужасного разбойника» капитан Уильям Кидд стал
одним из самых известных пиратов в истории.
1

ГОБЛИНЫ, ПРЕВРАТИВШИЕСЯ В КАМНИ

огда в Голландии появились коровы и зерновые поля
заняли место лесов, люди стали лучше и разнообразнее
питаться, вместо желудей и мяса дичи теперь они наслаждались молоком и хлебом. Коровы были счастливы, потому что их содержали в чистоте, хорошо кормили, регулярно доили и заботились о них.
Мало-помалу голландцы научились делать сыр. Они ели его почти
каждый день и в любом виде — вареным, жареным, нарезанным
тонкими ломтиками или поданным с другими продуктами. Даже лисы
и дикие животные полюбили запах и вкус вареного сыра. По ночам они
пробирались в кладовые и воровали сыр. Когда лису не могли поймать
в ловушку никакой другой приманкой, кусочек жареного сыра обязательно привлекал ее, и она попадалась, а ее мех шел в дело.
Когда люди не могли раздобыть мяса или рыбы, они ели сырные
тосты, или поджаренный хлеб с сыром. Потом они шутили и называли
это блюдо тем словом, на что оно было похоже, так же как лакомства
из муки и сахара называли «орешками», «птичками», «телятами»
и «ягнятами». Взрослые были не прочь поиграть в эту детскую игру.
Вскоре вошло в моду устраивать сырные посиделки. Мужчины
и женщины часами просиживали у камина, хрустя еще теплыми тостами
с расплавленным сыром. Они ложились спать далеко за полночь. Надо
заметить, что сны после сырных посиделок обычно их не радовали.
Один из поедателей сырных тостов увидел во сне, как к нему на кровать
забралась большая лошадь и уселась ему на живот. Животное жутко
ухмылялось, храпело и давило копытами ему на грудь, так что тот не мог
ни дышать, ни говорить. Он уже подумал во сне, что ему конец пришел,

402

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

но вдруг спрыгнул с огромной высоты и, пролетев довольно большое
расстояние, приземлился в незнакомой местности (кобылы уже не было)
и проснулся.
Это называли ночным кошмаром1. В страшном сне это была не маленькая или молодая лошадь, а огромная кобыла, и она всегда садилась
человеку на живот.
В те времена вместо того, чтобы искать причину бед в себе или спрашивать, есть ли какая-то связь между ночными кошмарами и слишком
обильным поеданием сыра, голландцы сваливали все на гоблинов2.
Голландские гоблины — уродливые коротышки, очень сообразительные и способные за секунду преодолевать большие расстояния. Гоблины — двоюродные братья каботеров. У них длинные уши,
страшные, похожие на кошачьи, глаза, большие носы, напоминающие
клюв, огромные рты, способные на самые озорные ухмылки, длинные
когти на руках, а на ногах — раздвоенные копыта, как у коров. Уши
гоблины прячут под шапку, когти — в перчатки, а вот глаза им никак
не скрыть, поэтому узнать их можно по глазам. Они настолько уродливы,
что им предписано жить под землей и никогда не выходить на поверхность днем. Если они это сделают, то превратятся в камни.
Гоблины слывут озорниками. Им нравится подшучивать над людьми.
Они любят подслушивать разговоры и повторять последнее слово,
сказанное каждым из собеседников, вот почему эхо Голландии называют еще «болтовня карликов».
Поскольку гоблины маленького роста, они всегда завидовали людям
и хотели сравняться с ними в росте. Они пробирались в дом и похищали
из колыбели ребенка. На место украденного младенца клали одного
из своих чахлых детей. Именно поэтому многих бедных малышей,
которые вырастали тщедушными и худенькими, называли подменышами. Когда больной ребенок не поправлялся, лекарства и уход не помогали, мать думала, что гоблины похитили ее настоящее дитя.
Только гоблины женского пола могли превращаться в «ночных
кобыл» и садиться на тело спящего. Обычно они проникали в дом через
дыру или трещину. Но если человек, проснувшись от кошмара, успевал
заткнуть дыру или трещину, он мог покорить гоблиншу и делать с ней
все, что ему заблагорассудится, даже жениться на ней. Пока дыра, через
которую гоблинша проникла в дом, была заделана, она была ему хорошей
Nachtmerrie — ночной кошмар, страшный сон (nacht с нидерл. — ночь; merrie —
кобыла).
2
Гоблин — мифическое человекоподобное создание, живущее, согласно западноевропейской мифологии, в подземных пещерах и не переносящее солнечного света.
1

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

403

женой. Как только дыра или трещина появлялась вновь, гоблинша исчезала навсегда как из дома, так и из кошмарных снов его обитателей.
Повелитель гоблинов живет под землей, в золотом дворце, сверкающем драгоценными камнями. Богатств у него не счесть. Ему подчиняются все гоблины и каботеры, которые работают в шахтах, в кузницах,
на наковальнях, изготавливают мечи, копья, колокола и колокольчики
или драгоценные украшения.
Эти карлики могли становиться невидимыми для глаз любого смертного с помощью красного колпака, который действовал как гасильник
для свечи или как шапка-невидимка.
***
Однажды ночью одна старуха лежала на своей постели, ее мучила
бессонница. Гоблин, надев красный колпак, незаметно проник через
щель в комнату и встал у ее кровати. Он хотел подшутить над бедной
старушкой и снял колпак. Увидев его, та громко закричала:
— Прочь! Прочь, бесовское отродье! Убирайся подобру-поздорову!
Разве ты не знаешь, что я принадлежу Господу?
Но гоблин только ухмыльнулся своим огромным ртом и уставился
на нее страшными зелеными глазами.
Позвав свою дочь Алиду, старуха шепнула ей на ухо:
— Принеси мои деревянные башмаки.
Приподнявшись на кровати, старуха обрушила тяжелые кломпы
на голову гоблина. Тот кинулся в щель, но не успел он вылезти и наполовину, как Алида выхватили у него красный колпак и воткнула иглу в его
когтистую руку. Гоблин застонал от боли. Алида осмотрела трещину,
через которую он выбрался, и обнаружила, что она вся в саже. Девушка
повертела красный колпак на указательном пальце, и вдруг ей в голову
пришла блестящая мысль: если в ближайшую лунную ночь собрать
в одном месте сотню мужчин и всех гоблинов, обитающих в Дренте,
снять с них красные колпаки и продержать так до восхода солнца, то они
окаменеют. Таким образом можно будет истребить весь их род.
Зная, что гоблин вернется в их дом за своим красным колпаком,
она оставила у щели записку, в которой велела ему привести в полночь
сотни гоблинов на большую пустошь. Там он найдет красный колпак
и сможет отпраздновать его возвращение со своими спутниками.
В обмен на красный колпак Алида попросила гоблина принести ей
золотое ожерелье.
Наступила лунная ночь, и сотни мужчин Дренте собрались
на большой пустоши. Они были вооружены подковами, а также ветками

Люди... пустились вдогонку за нечистью в разных направлениях...
Многие гоблины лишились красных колпаков и стали видимыми.
При первых лучах солнца все оставшиеся
на поверхности земли гоблины превратились в камни.

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

405

ведьмина ореха1 и другими растениями, которые для гоблинов сродни
яду. Кроме того, у них были куски пергамента, испещренные древними
рунами и заклинаниями, которые должны были магически подействовать на гоблинов. Было решено встать в круг и двигаться к центру, где
Алида должна была повесить красный колпак гоблина на куст. Мужчины
должны были быстро отобрать красные колпаки у всех гоблинов
(видимых и невидимых), какой бы странной им не казалась эта облава.
Когда круг сузился, мужчины начали хватать гоблинов (видимых)
и воздух (невидимых) и отбирать и срывать с них колпаки. Через
несколько минут сотня красных колпаков была у них в руках, и уродливое воинство гоблинов стало видимым. Однако другая сотня сбежала
в красных колпаках, и эти гоблины по-прежнему оставалась невидимыми. Гоблины разбились на группы, но обнаружили себя, потому что
в каждой группе были один-два видимых гоблинов, без колпаков. Тогда
люди тоже разделились на группы и пустились вдогонку за нечистью
в разных направлениях. Это была самая странная ночная битва из всех,
что случались когда-либо не земле. Многие гоблины лишились красных
колпаков и стали видимыми.
Удивительная схватка продолжалась до тех пор, пока небо на востоке
не стало светлеть. Если бы все гоблины разбежались, то спаслись бы.
Одни так и поступили, но другие так спешили на помощь к своим собратьям или попытались вернуть свои колпаки, опасаясь позора предстать
перед своим повелителем с обнаженной головой и получить хорошую
взбучку, что не заметили, как взошло солнце. При первых лучах солнца
все оставшиеся на поверхности земли гоблины превратились в камни.
На безлесной пустоши, которая еще мгновение назад была полна
сражающихся гоблинов и людей, стало тихо, как в ясном небе. Лишь
множество округлых камней, расположенных группами, отмечали
место, где произошла бескровная битва гоблинов и смертных.
Эти камни, большие и маленькие, лежат на пустоши и по сей день —
летом среди цветущей гречихи, осенью под серыми тучами, проливающимися дождями, зимой заметенными белым снегом. Рядом с одними
выросли вековые дубы, рядом с другими появились крестьянские поля,
дома и амбары. Среди этих камней бродят коровы и даже не догадываются об их происхождении.
С тех пор гоблины больше не тревожат людей.
«Ведьмин орех», «волшебный орех», «колдовской орех» — обиходные
названия листопадного кустарника гамамелиса.
1

ЗОЛОТОЙ ШЛЕМ

ричудливый аксессуар oorijzer1 является частью традиционного женского костюма Нидерландов, особенно
в северных провинциях и юго-западной Зеландии, изначально имел исключительно утилитарное назначение. В Нижних землях2
ветрено: невесомый чепец так и норовит слететь с макушки. А оказаться
на улице простоволосой для уважающей себя дамы стало бы настоящим позором. С конца XVI в. в моду вошло так называемое «железное
ухо» — обруч для крепления шляпы или чепца. Изначально «железное
ухо» было узким, со слегка расширенными концами, ближе всего к оригиналу его форма сохранилась в Зеландии. Концы с декорированной пуговицей упираются в слегка прижатую при этом щеку, и чепец сидит как
влитой. «Железные уши» от века к веку становились все шире, постепенно закрыли почти всю голову целиком. В каждой местности они
имели разные названия и со временем выглядели все наряднее и богаче.
Традиционный для Фрисландии (Фризии) женский головной убор
состоял из четырех частей: больших тонких золотых боков и двух
насадок в форме лепестка на каждом виске. Его надевали поверх белой
хлопчатобумажной шапочки или черной шелковой шапочки и называли
«золотой шлем». По этому головному убору узнают женщин и девушек
свободной Фризии3.
Oorijzer с нидерл. — железное ухо.
Nederlanden с нидерл. — нижние земли.
3
Под Фризской свободой понимают отсутствие феодальных отношений
и крепостного права во Фрисландии, где у фризы не управлялись графом или
герцогом, но пользовались самоуправлением.
1
2

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

407

***
В стародавние времена, когда в лесах, покрывавших землю, водилось много медведей и волков, люди во Фрисландии были язычникам,
поклонялись верховному богу фризов Фосите и верили в магические
свойства священных деревьев. Когда заболевал ребенок или взрослый
страдал от неизлечимой болезни, больного клали у подножия священного дерева, надеясь на скорое выздоровление. Если же больной умирал
под деревом, то скорбящие радовались, когда листья дерева падали
на его труп. Смертью карался тот, кто прикасался к священному дереву
топором или заготавливал хворост из его ветвей.
Однажды к диким фризам, которые ели желуди и одевались
в звериные шкуры, пришел из христианских южных земель певец
с арфой. Приглашенный к королевскому двору, он пел сладкие песни.
Королевна слушала их с восторгом, пока слезы, сначала от горя, а потом
от радости, не покатились по ее прекрасным щекам.
Отец любил ее за добрый нрав, а люди восхищались ее красотой.
Глаза у нее были цвета безоблачного неба. Ни один весенний цветок
не мог сравниться с розовым цветом ее щек. Ее губы были похожи
на красные кораллы, что моряки привозили с далеких берегов, а длинные
локоны отливали золотом. Король поклонялся Фосите, богу справедливости. Его дочь всегда была справедлива по отношению ко всем своим
подружкам по играм, и он назвал ее Фостедина, то есть любимица
Фосите, или Госпожа Справедливость.
Певец с юга заиграл на арфе и запел новую песню. Она была тихая,
печальная и трогала душу. Как же эта песня была непохожа на те, что
обычно исполняли для воинов весельчаки-арфисты при дворе короля!
В ней говорилось не о доблестных героях и битвах, не об охоте на волков,
медведей, оленей и вепрей, в ней пелось об исцелении больных и помощи
слабым. Чужеземный певец не вспоминал ни о сражающихся богах,
ни о валькириях — девах-воительницах, которые реют на крылатых
конях над полем битвы и решают, кому из воинов, павших в бою, попасть
в Вальхаллу — царство умиротворения и красоты. Он воспевал любящего Отца Небесного, Который послал на землю Сына Своего, чтобы
Тот научил людей истине и пожертвовал жизнь Свою, чтобы освободить всех от греха и смерти. В завершение певец рассказал в своей
песне о терновом венце, как злые люди пригвоздили Доброго Пастыря
к кресту и что, когда сердобольные женщины заплакали, Учитель из Назарета велел им плакать не о Нем, а о себе и детях своих. В час смерти Он
проявил величие, вспомнив о Матери и простив врагов Своих.

Традиционный для Фрисландии (Фризии) женский головной убор
состоял из четырех частей: больших тонких золотых боков
и двух насадок в форме лепестка на каждом виске.
Его надевали поверх белой хлопчатобумажной шапочки
или черной шелковой шапочки и называли «золотой шлем».

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

409

— Что?! Простить врагов?! Даже датчан простить?! Что за ужасное
наставление! — закричали воины. — Давайте убьем этого певца с юга!
И они принялись стучать мечами по металлическим щитам, пока эти
звуки не слились в оглушительный грохот, который гулко раздавался
во всех залах королевского дворца, словно в преддверии битвы. Языческие жрецы аплодировали гневу воинов.
Но Фостедина бросилась вперед, чтобы заслонить арфиста, и ее
длинные золотистые волосы закрыли его.
— Нет! — сказал король своим воинам. — Этот человек — мой
гость, и здесь он в безопасности.
Угрюмые и озлобленные жрецы и воины покинули зал с местью
в душе и желанием убить певца. Вскоре все в королевстве уснули, ибо
час был поздний.
Почему приближенные короля-язычника так разозлились на певца?
Дело в том, что за три дня до этого в лесу воины фризов захватили
в плен группу датчан-христиан. Они пришли во Фрисландию с миром,
без оружия, ибо хотели рассказать людям о новой религии, которую
приняли сами. Замерзнув ночью в лесу, они нечаянно срубили несколько
засохших веток со священного дерева, чтобы разжечь костер.
Лазутчик, внимательно наблюдавший за ними, побежал и рассказал
об этом своему вождю. Так датчане-христиане стали пленниками фризов,
и их должны были бросить на растерзание голодным волкам и медведям, —
таково было наказание за кощунство над священными деревьями.
Надо заметить, что некоторые фризы бывали в Вечном городе, и там
научились у жестоких римлян строить загоны для диких зверей, но не
из камня, а из дерева. В своей стране они глумились над пленниками,
натравливая на них кровожадных хищников на виду у тысячи зрителей.
Фризы не могли поймать ни львов, ни тигров, потому что эти хищники
живут в жарких странах, но они посылали сотни охотников в леса, раскинувшиеся на много миль вокруг. Смельчаки пригоняли оленей, медведей,
волков и вепрей к ловушкам — специально вырытым глубоким ямам,
прикрытым ветками и листьями. Когда звери попадались в эти ловушки,
их вытаскивали наверх на веревках. Оленей сразу забивали на мясо,
а волков и медведей держали в загонах. Обезумевшие от голода хищники
набрасывались на датчан-христиан и пожирали их, а разъяренные вепри
забивали несчастных жертв острыми, как стрелы, копытами до смерти.
Прекрасная Фостедина, услышавшая песню о вере в единого Бога
и любви к Его созданиям, была глубоко тронута и решила освободить пленников. Как истинная дочь короля, она была храбра и бесстрашна. В полночь
вместе со своей верной служанкой Фостедина тайно пробралась к клетке

с пленными, открыла дверь и во имя их Бога велела датчанам вернуться
в родные края. Волки в загоне зарычали, учуяв чужаков. Они так надеялись
на поживу, но теперь поняли, что пленные не достанутся им на съедение.
На следующее утро, собравшись на кровавое зрелище, как
на праздник, воины обнаружили пропажу и разбушевались, раскричались. Они пришли к королю и потребовали наказания для его дочери.
Языческие жрецы заявили, что боги оскорблены и что их гнев обрушится на всех фризов, ибо священное дерево пострадало. Воины поклялись, ворваться на землю датчан и сжечь все их храмы.
Фостедину вызвали на совет жрецов, чтобы решить, какое наказание ей
назначить. Поскольку она была королевной, они не могли предать ее смерти,
бросив на съедение волкам и медведям. Пока седобородый верховный
жрец держал речь, прекрасная девушка слышала вой свирепых хищников,
от страха у нее стыла кровь в жилах, но она не отреклась от того, что сделала.
Напрасно жрецы угрожали девушке и призывали на нее гнев своих богов,
она заявила, что скорее будет страдать, как Господь, чем отречется от Него.
— Да будет так! — воскликнул верховный жрец. — Ты сама выбрала
себе наказание. Отныне ты будешь носить терновый венец.
Фостедину отпустили, а жрецы еще долго сидели и размышляли, что
им предпринять. Они боялись своих богов, а также не хотели вызвать
гнев короля. В конце концов жрецы решили, что девушка останется жива,
но целый день, от восхода до заката, будет стоять на рыночной площади
с венцом из ветвей растения с шипами (терния). Толпе разрешалось
хулить ее за то, что она христианка, при этом никто не будет за это наказан,
но не допускались сквернословие, швыряние в нее камнями и палками.
Фостедина не стала молить о пощаде, облачилась в белые одежды,
сшитые из шкур оленей, распустила золотистые волосы и гордо
и уверенно направилась на рыночную площадь.
— Принесите терновый венец для хулительницы Фосите! — крикнул верховный жрец.
Принесли и передали ему терновый венец. Королевна опустилась
на колени; разгневанный старик с пылающими, как огонь, глазами медленно
и сильно надавил острыми шипами на лоб девушки. На ее золотистых
волосах проступили капли крови. Узкими струйками кровь потекла по лицу,
вдоль шеи, багровые пятна стали видны на спине, на ее белой одежде.
Но храбрая девушка не дрогнула и весь день простояла на виду
у глумящейся толпы. Фостедина молчала и терпела, как ее Великий
Предшественник. В душе она молила Отца всего сущего о помиловании
и прощении. Но среди толпы было немало тех, кто жалел девушку
в жестокой короне, с запятнанными кровью золотистыми волосами.

Прошли годы, и в стране фризов многое изменилось. Шрамы на лбу
Фостедины смягчили сердца людей, и они услышали добрых миссионеров и поверили им. Стали строиться церкви с сияющими крестами
на шпилях, идолы были отвергнуты, а деревья, некогда почитаемые как
священные, срублены. Там, где раньше в лесах бродили медведи и волки,
зазеленели луга, на которые стали выгонять коров. Более того, христианский принц из южных земель влюбился в Фостедину, ставшую королевой Фрисландии. Он покорил ее сердце, попросил ее руки. Назначили
дату свадьбы. Это был великий день для свободной Фризии. Свадьба
должна была состояться в новом храме, построенном на том месте, где
когда-то стояла Фостедина в терновом венце.
Утром к храму прибыла процессия из множества прекрасных девушек
в белых одеждах. У одной из них в руках был золотой венец. Он был
сделан так, что, подобно шлему, полностью закрывал шрамы на голове
королевы. Так Фостедина вышла замуж в золотом шлеме.
— Но что было более великолепным: ее длинные золотистые локоны
или сияющий венец над ними? — спрашивали друг друга очарованные
зрители. Мало кто мог с уверенностью ответить на этот вопрос.
Вместо хора, распевавшего гимны, пригласили арфиста, который когдато играл и пел в зале королевского дворца, теперь уже старика. Он с радостью исполнил на фризском языке Великое славословие, прославляющее
Бога — Творца, Промыслителя, Искупителя, Спасителя и Жизнодавца.
Затем наступила торжественная тишина, и в церковь вошла невеста.
Фостедина была прекрасна. Хотя на ней совсем не было украшений,
золотой шлем на ее голове так сиял и был так уместен, что другие
девушки тоже захотели надеть такой же в день свадьбы.
Ювелиры одобрили новый головной убор невесты, и со временем это
золотое украшение стали носить все девушки и женщины Фрисландии.
Золотой шлем, с которым связана легенда о терновом венце храброй фризской королевны, в том или ином виде носят и по сей день во всех семнадцати
провинциях Нидерландов. В головных уборах или костюмах голландских
и фламандских женщин и сегодня можно разглядеть элементы старины.
Нужно добавить, что, когда у Фостедины родился первенец, счастливые родители назвали его Вильгельмом1.
А когда королева Нидерландов Вильгельмина посещает древнюю
северную землю, которой так дорожили ее отцы, она в знак уважения
к свободной Фризии надевает старинный костюм, а ее голову венчает
золотой шлем.
1
Вильгельм (нем. Wilhelm) — мужское имя германского происхождения. Сложено
из древненемецких слов willio — воля, решительность, и helm — шлем, защита.

ДЕВЫ-ЛЕБЕДИ
И СЕРЕБРЯНЫЙ РЫЦАРЬ

ва герцогства, Гельдерланд и Брабант, расположены
по соседству, но их реки протекают далеко друг от друга.
Когда-то на берегу Шельды, на которой стоит брабантский город Антверпен, возвышался замок. Однако, вместо того чтобы
наполнять весельем и радостью всех, кто находился в его стенах, там
держали в плену принцессу Элсье.
Отец и мать принцессы умерли, когда она была еще совсем маленькой,
и граф стал ее опекуном. Этот знатный аристократ был корыстолюбивым злодеем и надеялся заполучить земли, переданные принцессе
по наследству, поэтому и заточил ее в замке. Элсье, конечно, мог бы
освободить какой-нибудь рыцарь, если бы сразился с негодяем графом
и победил его, но поскольку граф был очень силен и искусен в военном
деле, никто никогда не пытался сразиться с ним.
У принцессы Элсье был добрый нрав. Даже находясь в неволе,
она умудрялась общаться с птицами. Девушка очень полюбила семь
лебедей, которых кормила каждый день. Лебеди были совсем ручные
и брали корм у нее из рук. Элсье придумала им имена: Пушистик,
Жужик, Трубач, Шустрый, Алмаз, Белянка и Черноглазка. Лебеди
стали ее лучшими друзьями, ведь принцесса не имела возможности общаться с людьми. Элсье даже не подозревала, что эти семь
лебедей были только на вид птицами. Злая фея превратила в лебедей
прекрасных девушек.
Произошло это так. Однажды, когда добрый король Гельдерланда
отправился в лес на охоту со своими приближенными, он, преследуя

416

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

оленя, ускакал вперед. Король так отдалился от своих спутников, что
заблудился. Подъехав к одной из хижин в лесу, чтобы спросить, как
ему вернуться в свой замок, он встретил старуху. Она пообещала показать ему дорогу домой. Король тут же достал кошелек, чтобы протянуть старухе золотую монету, но та презрительно отмахнулась от денег
и сказала:
— Ты должен жениться на моей дочери и сделать ее королевой. Если
ты этого не сделаешь, то никогда больше не попадешь в свой замок.
Король не решался дать обещание, пока не увидит девушку,
ведь у него было семеро дочерей, оставшихся без матери. Их мать
на смертном одре взяла с мужа обещание, что дети всегда будут в его
жизни на первом месте. И если теперь он снова женится, будет ли его
новая жена хорошо относиться к ним? Он бы предпочел, чтобы сначала
будущую мачеху увидели его дочери и оценили ее, прежде чем он снова
женится. Но сейчас, когда он очень устал и был готов упасть в обморок
от голода, медлить было нельзя. К тому же старуха отрезала:
— Если ты откажешься, то никогда не выберешься из этого леса
и умрешь с голоду. Заходи в мою хижину, я тебя накормлю.
Король вошел и увидел сидящую у огня прекраснейшую девушку.
Он никогда в жизни не видел такой красавицы, и все же она ему
почему-то не понравилась. Девушка встала и подошла поздороваться, как будто ждала его. Стол был накрыт самыми разнообразными
блюдами. Король сел за стол, девушка стала ему прислуживать. Временами он вздрагивал от страха (девушка все больше не нравилась ему),
даже подумал, что девушка может оказаться каким-то злым существом
в прекрасном человеческом обличье. Однако он дал старухе слово, что
женится на ее дочери, а королевское слово — закон. Ему ничего не оставалось, как посадить красавицу на своего коня и поскакать обратно
к замку, ибо конь, казалось, знал дорогу домой.
В тот же вечер сыграли пышную свадьбу. Самое удивительное, что
все придворные дамы и кавалеры были уверены, что король специально
покинул их накануне, чтобы привезти новую жену. И вот все подданные
короля в своих лучших платьях и драгоценностях собрались в парадном
зале замка, чтобы поприветствовать его невесту. Все восхищались ее
красотой, но король по-прежнему опасался, что его новая жена злая
и жестокая, и сердце его замирало.
Чтобы быть уверенным в безопасности дочерей, он отвез их в замок,
расположенный в чаще леса, и найти их там было нелегко. Он сам
с трудом находил дорогу к лесному замку. Но однажды одна мудрая
старушка подарила ему волшебный клубок. Если бросить его на землю,

БЕЛЬГИЙСКИЕ СКАЗКИ

417

он разматывался сам собой, и идущий за ним находил в лесу нужные
тропинки. Таким образом король мог уверенно добираться до лесного
замка и каждый день навещать своих маленьких дочерей.
Новая жена заметила, что он часто уезжает, и стала ревновать
и бранить его, сетуя на то, что он не любит ее. Наконец она узнала
у придворных, где он проводит время. Тогда мачеха сшила семь плащей
и в каждый вплела злые чары, которым научила ее злая старуха мать.
Блуждая по лесу, она добралась до замка и, притворившись, что рада
видеть девочек, сказала, что принесла каждой подарок. Сестры были
в восторге и решили, что их мачеха очень милая и добрая. Они надели
новые плащи и, взявшись за руки, радостно закружились в танце,
но через несколько мгновений вдруг ощутили нечто странное: на месте
рук выросли крылья, шеи удлинились, а ноги укоротились, и на них
появились перепонки. Сестры превратились в лебедей и улетели.
Король больше не видел своих дочек.
Летая высоко в небе, семь лебедей наслаждались свободой и вскоре
присоединились к большой стае, принадлежавшей королю Брабанта,
где в замке на берегу Шельды томилась принцесса Элсье. Королевский
смотритель лебедей, хотя на его попечении находилось больше тысячи
птиц, при подсчете заметил прибавление — семь прелестных незнакомок — и удивился: откуда они взялись?
Семь лебедушек вскоре познакомились с другими лебедями, ведь
эти птицы очень общительны и разговаривают друг с другом на своем
языке. Так они узнали историю заточенной в замке брабантской
принцессы, так обрели имена, а также любовь доброй красавицы.
Иногда девы-лебеди заставали принцессу в слезах и слышали, как она
молилась о крыльях, чтобы вырваться на свободу и улететь. Как же
они хотели помочь принцессе Элсье! И как же они хотели, наоборот,
скинуть с себя лебединое обличье и снова стать такими же, как прежде!
И все же они вынуждены были согласиться, что лучше оставаться
девами-лебедями, свободно летать и делать все, что им заблагорассудится, поднимаясь в небо или плавая по воде, чем всю жизнь сидеть
взаперти. Даже если бы это был открытый замок с садом и озером,
они предпочли бы остаться свободными птицами, а не девами-пленницами. Их переполняла жалость к несчастной принцессе, тоскующей в одиночестве.
Самый старший и самый младший из семи лебедей, Пушистик
и Черноглазка, особенно старались помочь девушке. Из семи птиц они
были самыми сильными. Каждый день Пушистик и Черноглазка заявляли своим сестрам и настоящим лебедям, что когда-нибудь найдут

418

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

способ освободить принцессу. Старые лебеди только посмеивались
над этой идеей и презрительно шипели:
— Кьор-р! Кьор-р! Разве люди могут летать? У них нет крыльев, как
у нас! А вы, хвастуны, не можете подарить ей свои!
И все же эти семь лебедушек отличались от других птиц: каждую
неделю они совершали долгий перелет в Гельдерланд, в замок в чаще
леса, чтобы взглянуть на любящего отца, которому, однако, и в голову
не приходило, что эти крылатые создания — его дочери. Во время этих
визитов в лесной замок (но только пока они там находились) чары
не действовали (но только четверть часа). В течение этих минут сестры
играли вместе в обличье девочек, как в былые счастливые дни, когда их
отец навещал их. Но они не могли играть в человеческом образе в саду
королевского замка, где гулял их отец, потому что, как только находили
тропинку, чтобы выбраться из чащи леса, тут же снова превращались
в лебедей.
И девы-лебеди решили поступить так. Они прилетели в сад королевского замка, покружили над головой отца и подали ему знак — бросили
на землю по перу. Король заметил это и строго-настрого приказал,
чтобы никто не пускал стрелы, не ставил сети, не устраивал ловушек
для этих птиц, которых он радостно приветствовал как гостей. Однако
злая королева знала все об этих лебедях, но никогда ничего не рассказывала мужу, а предоставила ему оплакивать своих дочерей месяц
за месяцем, год за годом.
Пока девы-лебеди думали, как спасти принцессу Элсье, она, узнав
о злых чарах, захотела вернуть им человеческий облик. На реке Лек
жила добрая фея. Она ненавидела злую мачеху дев-лебедей и знала, как
разрушить ее чары. Эта речная фея обладала своей силой только на воде,
но она придумала вот что: привязала к шее самого старшего лебедя —
Пушистика — послание, в котором рассказывала принцессе, как снять
чары. В нем говорилось, что принцесса должна сшить семь плащей
из лебединых перьев, а затем в течение семи месяцев не разговаривать
ни с одной живой душой, не произносить ни единого слова. По истечении этого срока она должна надеть плащи на дев-лебедей, тогда они
снова примут человеческий облик.
В это же время в Гелдьерланде жил прекрасный молодой рыцарь,
храбрый, как лев. Он всегда спасал бедных людей от разбойников
и помогал всем, кто попадал в беду. Он облачался в доспехи из посеребренной стали со сверкавшим на солнце шлемом, увенчанным
плюмажем из белоснежных перьев, поэтому его прозвали Серебряный
рыцарь.

БЕЛЬГИЙСКИЕ СКАЗКИ

419

Однажды во время охоты он случайно наткнулся на замок в чаще
леса, где король ранее поселил своих дочерей и куда каждую неделю
прилетали семь лебедей. Он натянул лук и только собрался пустить
стрелу, как птицы сбросили перья и перед ним предстали семь
прекрасных принцесс.
— Ах, добрый господин, не убивай нас! — закричали они. — Мы
приняли человеческий облик только на четверть часа, а потом снова
превратимся в лебедей. Иди за нами! Мы приведем тебя к принцессе.
Она попала в беду, и ты спасешь ее.
Услышав эти слова, Серебряный рыцарь очень обрадовался, ведь это
было как раз то, о чем он мечтал. Не успели принцессы рассказать свою
историю, как снова превратились в лебедей. Было решено, что Пушистик и Черноглазка, самые сильные из семи лебедей, будут проводниками рыцаря к хорошо охраняемому замку, где томилась принцесса.
Пять лебедей улетели обратно в королевскую стаю.
Серебряный рыцарь, направляемый парой белоснежных лебедей,
которые летели низко над его головой, пробирался через леса и деревни,
пока не оказался у реки Шельды. Течение было быстрое, река —
широкая, и ни одной лодки. Как же перебраться на другой берег?
— Ох, как же нам помочь рыцарю перебраться через реку? — спросил
Пушистик у Черноглазки.
Пока Серебряный рыцарь думал да гадал, из речных зарослей вышла
добрая фея, та, что придумала, как отправить послание принцессе
Элсье. На голове у нее была корона, сверкающая звездами, а в руке —
золотая волшебная палочка. Она сказала рыцарю:
— Возьми мертвый ствол дерева, весь увитый лианами, что лежит
на земле, и брось его в реку, ибо моя власть простирается только на воде.
Поскольку ты слывешь героем, я прикажу этим лебедям доставить тебя
в замок. Но на том берегу ты будешь сражаться сам. Пообещай, что
спасешь принцессу Элсье.
Серебряный рыцарь поклялся на эфесе своего меча, что сделает это.
Затем речная фея прикоснулась волшебной палочкой к бревну, брошенному в реку, и оно превратилось в красивую лодку в форме раковины.
Добрая фея велела двум лебедям занять свои места впереди, затем
прикоснулась золотой палочкой к диким лианам, обвивающим ствол,
они оказались на длинных изогнутых белоснежных шеях и — о, чудо! —
превратились в серебряные сбрую и уздечку.
Рыцарь поблагодарил речную фею и помахал ей на прощание.
— Доброй дороги и успеха! — воскликнула фея. — Ты найдешь
принцессу, исполняющую мое поручение.

Пока Серебряный рыцарь думал да гадал, из речных зарослей
вышла добрая фея, та, что придумала, как отправить послание
принцессе Элсье. На голове у нее была корона, сверкающая звездами,
а в руке — золотая волшебная палочка.

БЕЛЬГИЙСКИЕ СКАЗКИ

421

Итак, предстояла битва со злом. Добрая фея очень хотела снять
чары, которые злая мачеха, жена короля, наложила на принцесс, однако
на суше она ничего не могла сделать без помощи храброго рыцаря. Она
долго ждала такого героя. И вот он явился.
Чтобы вернуть девам-лебедям человеческий облик, принцессе Элсье
необходимо было выполнить два условия: первое, речной феи — сшить
семь плащей из перьев для дев-лебедей и не произносить ни слова, пока
плащи не будут закончены и лебеди не примут человеческий образ;
второе, Серебряного рыцаря — не спрашивать его, кто он и откуда,
даже когда рыцарь станет ее мужем. И она поклялась, что исполнит это,
иначе добрая фея ничего не смогла бы сделать.
Юный рыцарь в сверкающих доспехах смело шагнул в запряженную
парой лебедей лодку. Неутомимо бултыхая перепончатыми лапами
по речным волнам, две сильные птицы потащили лодку-раковину
по реке, пока не оказались возле брабантского замка.
В этот день в Брабанте проходил рыцарский турнир, и сотни дам
и кавалеров собрались посмотреть, как рыцари на конях будут сражаться
в жестокой, как война, игре, в которой иногда кто-нибудь погибал.
Глашатай затрубил в трубу, призывая выйти на поединок в защиту пленницы. Кто победит жестокого графа, получит замок и богатые земли
принцессы Элсье — таково было условие состязания. Прекрасная принцесса, увенчанная венком из роз, сидела на почетном месте и ни разу
ни с одной живой душой не обмолвилась словом.
Эхо первого трубного призыва стихло. Никто не вышел на поединок.
Прозвучал второй призыв. Снова никто не вышел.
Не успела стихнуть третья труба, как рыцарь в доспехах из посеребренной стали выступил вперед. Он спросил принцессу, согласится
ли она выйти за него замуж, если он одолеет графа. Она не произнесла
ни слова, лишь кивнула, и ее лицо озарилось радостью, которая вдохновила рыцаря на поединок.
Серебряный рыцарь бросил перчатку в знак вызова.
Снова зазвучала труба, и два рыцаря бросились друг на друга. Все
ожидали, что граф, такой большой и сильный, победит, но вскоре
исход битвы был решен — Серебряный рыцарь одержал победу. Графа,
бесчувственного, с проломленной головой, унесли с поля боя.
Рыцарю было велено не ждать, что невеста заговорит с ним до свадьбы, а довольствоваться кивком головы и выражением ее глаз. Глаза
принцессы Элсье сказали ему многое, чему рыцарь несказанно обрадовался. Даже когда он попросил ее руки, она, не спрашивая, кто он
и откуда, ответила кивком головы и низким поклоном, положив одну

422

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

руку на сердце, а другую подняв к небу. Этого было достаточно. Сереб
ряный рыцарь был счастлив.
Отпраздновали пышную и веселую свадьбу. Много недель подряд
молчаливая принцесса не расставалась с иглой, шила плащи из лебединых перьев. Муж, казалось, одобряет это, он хвалил свою трудолюбивую жену.
И вот в тот день, когда семь лебедей из Гельдерланда, как всегда,
прилетели в лесной замок, не успели они выйти из воды и расправить
крылья, как принцесса назвала каждого по имени и попросила подойти
к ней. Затем в присутствии Серебряного рыцаря она накинула на них
плащи из перьев, которые так долго и усердно шила. Мгновенно исчезли
крылья, длинные изогнутые шеи и перепончатые лапы, и перед ними
предстали семь прекрасных девушек. Теперь, когда отец умер, сестры
попросили разрешения остаться в Брабанте и служить принцессе при
дворе. Она с радостью согласилась.
Но едва Элсье вновь заговорила, как ее охватило любопытство, которого она раньше не испытывала. От радости, что выполнила обещание,
данное речной фее, она забыла об обещании, данном рыцарю, ее мужу.
Ее желание узнать, кто он и откуда, все возрастало, пока однажды
принцесса не разразилась вопросами. Серебряный рыцарь напомнил
ей о клятве, которую она дала ему, прежде чем он рискнул ради нее
жизнью. Когда она возразила, что его любовь не может быть настоящей
и глубокой, если у него есть от нее секреты, он ответил:
— Это не я перестал любить, не я нарушил клятву, а ты.
Серебряный рыцарь выбежал из замка, вскочил на коня и исчез
в лесу. Он ускакал обратно в Гельдерланд.
Принцесса Элсье стала богатой и свободной. И хотя она больше
не была пленницей, всю оставшуюся жизнь тосковала по Серебряному
рыцарю и страдала от одиночества.

ОГР В ОРЕХОВОМ ЛЕСУ

ного веков назад в мрачном лесу Лимбурга жил
громогласный огр1 Тувер Хек. Хотя лес был
очень густой, через него тянулось множество
тропинок, потому что не было другого способа попасть из Бельгии
в Голландию, Германию и Францию. Огр Тувер Хек обычно поджидал
путников там, где тропинки пересекались и расходились, хватал их
и убегал, а потом вместе с женой-людоедкой пожирал несчастных
в своей пещере.
Огр Тувер Хек пожирал всех, кто попадался ему на пути. Страшные
истории рассказывали и о его жене, которая, по слухам, была еще
более жестокой, чем муж-великан. Говорили, что она была двоюродной
сестрой другой людоедки, Гекаты2, которая когда-то жила на востоке,
в Греции. Обе они были изгнаны святыми угодниками и пришли в бельгийские земли, где одна из них вышла замуж за огра Тувера Хека.
Иногда дети называли этого великана Длинный, потому что он был
высоченным и у него были очень длинные ноги. Однажды его жена1
Огры (фр. ogre) — мифические великаны-людоеды. В мифах огров часто изображают нечеловечески крупными, сильными, с непропорционально большой головой,
густыми волосами, необычного цвета кожей и неуемным аппетитом. Их образ
вобрал в себя черты как мифических великанов, так и вполне реальных каннибалов.
В отличие от схожих с ними троллей, обитают огры не в горах, а в лесах, преимущественно в болотистой местности. У них внушительный рост, от 2 до 4 м. Их выдающееся качество — невероятная сила. Они часто носят тяжелые дубины для охоты или
в качестве оружия.
2
Геката — древнегреческая богиня луны, преисподней, магии и колдовства; внучка
титанов.

424

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

людоедка нашла в лесу немного меда и принесла домой. Муженек ел
мед, причмокивал губами от удовольствия и ласково называл жену «моя
любимая» или «мой медовый букетик».
В окрестностях Лимбурга поселился крестьянин по имени Генрих.
Этот смелый парень не боялся ни людоедов, ни великанов. Единственной слабостью Генриха был гороховый суп, а его жена прекрасно
его готовила. Все соседи говорили, что у нее получается самый густой
и вкусный гороховый суп во всем Лимбурге. Для Генриха гороховый
суп был и едой и лакомством. Он также считал, что вода, молоко
и хороший суп — это те жидкости, которые по замыслу госпожи
Природы должны проходить через человеческую глотку, но не
признавал крепкие напитки, от которых люди пьянели и уподоблялись животным. Долгое время Генрих жил среди людей. Те, отмечая
праздники, так напивались, становились такими грубыми и сыпали
непристойностями, что однажды Генрих не выдержал, и они с женой
ушли жить в лес.
Убедившись, что почва в лесу плодородная и достаточно орехов,
чтобы откормить свиней, Генрих и Гритье (так звали его жену) зашли
в ореховые заросли. Он усердно махал топором, рубил деревья и вскоре
построил хижину. Здесь они и поселились, назвав это местечко
Хасселт1.
Вскоре его козы, свиньи и куры так размножились, что их трудно
было удерживать в хижине. Тогда Гритье уговорила мужа распилить
дверь поперек на две половинки и поставить их на две петли. Это называлось заслон, или чертова дверь2, как обычно называли кормушку
в сарае или хлеву.
Таким образом, верхняя часть двери, будучи открытой, пропускала свет и воздух, и дом всегда выглядел милым и веселым. Нижняя
часть двери, или заслон, когда ее закрывали, не пропускала коз, свиней
и цыплят. Наклонившись над нижней половиной, добрая фру могла
высыпать зерно, чтобы накормить уток, гусей, поросят, кур и петухов
и подбросить лакомства поросятам. Крестьянину Генриху так понравилась эта идея с двойной дверью, благодаря которой у его жены
всегда было хорошее настроение, что даже стал обращаться к чертовой
двери, чтобы та стала свидетельницей какого-нибудь его поступка, или
Ныне Хáсселт (с нидерл. hasaluth — ореховый лес) — столица бельгийской
провинции Лимбург, которая располагается на востоке северной части Бельгии —
Фландрии.
2
Игра слов: hek с нидерл. — забор, ограда; heck с англ. — черт, черт возьми, черт
побери.
1

БЕЛЬГИЙСКИЕ СКАЗКИ

425

клясться ею, как будто эта полудверь была чем-то священным. Гритье
часто слышала, как он говорил: «Черт возьми, это прекрасный лесной
орех!», или: «Черт побери, какая жирная свинья!», или: «Черт, гороховый суп хорош!»
Страстно обожая густой гороховый суп, Генрих разбил большую
грядку, посадил горох и каждый день наблюдал, как он растет. Когда
урожай можно было собирать, он, помимо ежедневного блюда
из зеленого горошка или большой миски густого горохового супа,
насушил достаточно гороху, чтобы всю зиму готовить на очаге густой
суп. Генрих выращивал все известные на тот момент сорта гороха:
раннеспелый, среднеспелый, позднеспелый, морщинистый, гладкий
и расщепленный.
Однажды вечером, намахавшись топором в лесу, Генрих рассказал
жене о страшном огре, которого он мельком увидел на холме. В руках
у чудовища была огромная еловая дубина. Генрих выглядел очень взволнованным, с жаром описывал Длинного (как он его называл) и в конце
каждой фразы добавлял: «Черт возьми, он такой высоченный, настоящий Тувер Хек!», или: «Черт побери, ну и дубина же у него!»
С этого дня Генрих и Гритье опасались, что не смогут защититься
от великана, если он их разыщет. Однако они отнюдь не собирались
превращаться в отбивную для огра. Они знали, что у Тувера Хека
большой желудок, в котором может поместиться целая бочка еды,
и решили, что лучший способ отвлечь или обмануть его — это наполнить его желудок. Самой надежной едой будет бочка густого горохового супа, он в доме не переводился и был всегда горячий. Стоит
наполнить его желудок, и он забудет обо всем на свете. Супруги
договорились: как только кто-нибудь из них увидит, что Тувер Хек
приближается к хижине, сразу же должен разогреть гороховый суп
и выставить его на порог. Затем закрыть дверь на засов, а снаружи
повесить что-то вроде объявления, приглашающего огра угоститься
бесплатным обедом.
Генрих и Гритье также рассчитывали загнать коров, свиней, коз
и домашнюю птицу в сарай и запереть их там. Разумеется, они не должны
были шуметь, тогда петухи и куры, а также четвероногие подумают, что
наступила ночь, и уснут.
На самом деле, эти двое всерьез полагали, что чем больше у огра тело,
тем меньше мозгов.
— Так уж распорядилась госпожа Природа, — утверждала
женщина, — сколько она вложила в тело какого-либо существа, столько
же и вынула из его черепа, будь то дракон, бык, обезьяна или огр.

426

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Она не сказала «мужчина», вероятно, полагая, что умная девушка
или шустрая принцесса часто не уступала великану и могла перехит
рить любого мужчину.
Все случилось так, как и предполагали Генрих и Гритье. Однажды,
когда крестьянин выдергивал сухие стебли гороха и вскапывал грядку,
Гритье увидела вдалеке Тувера Хека. Огр спускался с холма, направляясь прямо к их хижине.
Она сразу же поставила котел на огонь, чтобы разогреть гороховый
суп, выбежала на улицу, загнала коров, свиней, коз и домашнюю птицу
в сарай и заперла дверь. Затем Гритье вылила горячий гороховый суп
в бочку, что стояла у двери, повесила рядом ковш в качестве приглашения на обед, закрыла и заперла обе створки двери. Она могла наблюдать за огром в замочную скважину. Он пыхтел и отдувался после
долгого пути.
Тувер Хек, казалось, издалека учуял вкусный обед. Он отложил
огромную еловую дубину, подошел к бочке с гороховым супом, высунул
язык и попробовал, потом с наслаждением зачмокал губами и издал
такой звук, что Генриху на дальней гороховой грядке показалось, что
прогремел гром.
Огр не обратил внимания на ковш, а может быть, и не увидел его,
но, подняв обеими руками бочку с супом, влил все ее содержимое в свой
огромный рот, как будто это была всего лишь чашечка. Затем он облизнулся, потирая раздувшийся живот, и вскоре ушел, не причинив никому
вреда, даже жабе, что преспокойно сидела на пороге и наблюдала за всем
происходящим.
Генрих и Гритье поздравили друг друга, что не оказались в желудке
Тувера Хека и, как им казалось, избежали дальнейшей опасности.
Но на следующий день огр Тувер Хек пришел опять. К счастью,
для него была готова бочка густого горохового супа, и он снова одним
глотком опустошил ее, а в завершение обеда высунул язык, который,
по словам Гритье, был длиной в целый метр, и громогласно причмокнул.
Затем великан поспешил к своей жене-людоедке рассказать о счастливой находке.
Но она только отругала его за то, что он не привел домой сочного
мальчугана, пухленькую девчушку, женщину-толстушку или худого
мужичка, каким бы костлявым он ни был, — ведь такой лакомый кусочек
был бы в сто раз вкуснее, чем ежедневный обед из вонючего сыра, кореньев, ягод и диких животных. Что касается людоедки, то она была очень
голодна. Ей до смерти надоел лимбургский сыр, который она поглощала
ежедневно. Кроме того, его сильный запах нравился ей гораздо меньше,

Огр не обратил внимания на ковш, а может быть,
и не увидел его, но, подняв обеими руками бочку с супом,
влил все ее содержимое в свой огромный рот,
как будто это была всего лишь чашечка.

428

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

чем раньше. Она обзывала мужа зубром, медведем, кабаном за то, что
он не вспомнил о ней и не принес ей хотя бы ведро горохового супа.
Как он мог забыть о ней?!
В доме Генриха тоже атмосфера накалялась. Разве можно в течение
нескольких месяцев ежедневно готовить целую бочку густого горохового супа? И хотя огра можно было перехитрить, обмануть его безмозглую голову, неизвестно, что он может натворить, если в его желудок
больше не вливать бочку густого горохового супа, чтобы отвлечь
от домашнего скота, птицы и людей (его любимого лакомства). Генрих
опасался, что огр Тувер Хек скоро съест его самого, а потом примется
за жену и напоследок прикончит всех домашних животных.
— Думаю не стоит экономить и разбавлять гороховый суп. Он
догадается и своей огромной дубиной разнесет все наше хозяйство
вдребезги, — сказал Генрих жене, после того как она предложила сэкономить, добавив в бочку побольше воды и поменьше гороха, а потом,
когда горох закончится, приготовить капустный суп.
Генрих был неглуп и знал, что пытаться обмануть голодного великана опасно.
— Человек и огр похожи, когда дело касается еды, — рассуждал он. —
Туверу Хеку надо давать густой гороховый суп, иначе он нас съест.
Сказав это, Генрих стукнул кулаком по столу. Он любил жену,
но хотел, чтобы она не забывала, кто здесь главный. Но Гритье только
посмеивалась про себя, ведь она знала, что, если захочет, может обвести
вокруг пальца своего «милого ослика».
И вот как раз в тот момент, когда корзина с горохом опустела,
последний бушель1 гороха был извлечен для приготовления густого
супа, а Тувер Хек снова влил в свой желудок целую бочку, первые жители
Хасселта, Генрих и Гритье, неожиданно спаслись от страшного огра.
А случилось это так. Один храбрый рыцарь, уставший спасать
прекрасных принцесс от драконов, жестоких графов и старых ведьм,
был наслышан о бедах Генриха и его жены и отправился в ореховый лес.
Он жаждал сразиться с прожорливым огром. Рыцарь дал Пресвятой
Деве клятву, что если Она поможет ему, то он сделает тропинки в лесу
безопасными для путников.
И вот рано утром он пришел в Хасселт, дождался, пока огр Тувер
Хек вольет в себя бочку густого горохового супа и его станет клонить
в сон. Людоед объелся и не мог передвигаться. По правде говоря, огр
Бýшель (англ. bushel) — единица объема, используемая в английской системе мер,
равная примерно 35 л. Применяется для измерения сыпучих товаров, в основном
сельскохозяйственных, но не для жидкостей.
1

БЕЛЬГИЙСКИЕ СКАЗКИ

429

Тувер Хек до смерти боялся возвращаться домой, потому что снова
забыл о жене и съел весь суп. Он уже пожалел, что взял с собой ведро,
но вскоре справился с угрызениями совести и окончательно отупел. Огр
и в самом деле выглядел так, словно искал поблизости удобное местечко,
где можно было бы вздремнуть.
Как только рыцарь заметил это, бросился на него с мечом. Он уклонился от огромной дубины, которая с треском обрушилась на землю,
не причинив рыцарю вреда, лишь сбив несколько орехов с лещины
и сделав большую вмятину у подножия кустарника. Тогда рыцарь приблизился к длинным ногам противника и стал сечь мечом по коленям. Огр
Тувер Хек упал как подкошенный, рыцарь подбежал и отрубил ему
голову.
Потом победитель достал охотничий рог и затрубил в него, созывая
своих оруженосцев. Они быстро соорудили из жердей грубые сани,
положили на них голову огра Тувера Хека и потащили к рыцарскому
замку. Перед воротами огромную голову огра надели на деревянный
кол. Целую неделю она была предметом всеобщей радости и веселья,
парни и девушки танцевали и пели, ребятня водила вокруг нее хороводы. Через неделю голову огра сняли с кола и прикопали у ручья, так
что образовался небольшой холм. Безмозглая голова Тувера Хека пошла
в дело: теперь женщины могли стоять на ней на коленях, когда стирали.
Со временем прачки так отполировали череп своими коленями, что он
заблестел на солнце.
Дубина огра Тувера Хека, сделанная из ствола ели, тоже пригодилась. Генрих запряг четыре упряжки быков и, обвязав ствол железной
цепью, притащил его на свой двор и там разрубил. Из дубины вышла
куча дров, их хватило на всю зиму.
Теперь, когда дороги стали безопасными для путников, Генрих
и Гритье, а также рыцарь в благодарность Пресвятой Деве вырезали ее
образ из ствола дерева. Вскоре о подвиге рыцаря узнали во всем мире,
и паломники стали приходить в Хасселт, чтобы помолиться деревянной
статуе Пресвятой Девы с Сыном и набраться смелости. В Бельгии эту
статую все называют Вирга Джесси1.
Джесси, или Иессей (англ. Jesse) — это отец царя Давида, и, согласно пророку
Исаие, прародитель Девы Марии и Ее Сына — Иисуса Христа. «И произойдет
отрасль из корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его» (Ис. 11:1). На первых
порах ветвью принято было считать самого Иисуса, но потом пророчество подкорректировали, поменяли «ветку» на «цветок» («...и цветок произрастет от корня
его»), и все встало на свои места: корень — Иессей, ветвь (virga с лат. — ветка;
virgо — дева) — Мария, и цветок — Христос.
1

430

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Слава об этой удивительной святыне разнеслась по всей стране,
и богатые люди приходили к ней, наряжали ее в пышные одежды,
а также делали пожертвования деревенской церкви. Даже Римский
папа прислал подарок Пресвятой Деве — украшенную драгоценными
камнями корону.
Со временем на месте крестьянского хозяйства Генриха и Гритье
вырос город, который тоже назвали Хасселт, или Ореховый лес.
Сейчас деревянная статуя Вирга Джесси хранится в одноименной
базилике, в Хасселте. Каждые семь лет 15 августа в честь праздника
Успения Пресвятой Богородицы статую проводят парадом по улицам
города. Движение перекрывают, улицы празднично украшают, в каждом
окне зажигают свечи. Все жители города выходят на улицы со своими
стульчиками и заранее рассаживаются, готовясь к главному событию
в жизни города. Они с упоением рассказывают легенду о Генрихе и его
жене, как женская смекалка свела на нет злодейские замыслы прожорливого огра, как храбрый рыцарь убил его и избавил страну от Длинного.
Что стало с женой огра, никто не знает, да это никому и не интересно.
Что ж, бочка с густым гороховым супом не подвела, оказалась
на высоте. С тех пор все жители Хасселта обожают гороховый суп.

ПРОДЕЛКИ ДЛИННОГО ВАППЕРА

сли вы вздумаете путешествовать по Бельгии, то не найдете
места интереснее, чем старый Антверпен. Прогуливаясь
вечером по узким улочкам и проходя через почерневшие
от старости каменные ворота, через которые проезжал великий Карл V1,
вы можете встретить настоящих фей и забавных гномов и представить
себе, как в старину принцы и принцессы триумфально въезжали в королевский замок. А название городу подарил знаменитый герой Сильвиус
Брабо, отрубив руку злому великану Антигону2.
В городе вы увидите много скульптур Девы Марии с Младенцем
на фасадах угловых зданий на перекрестках улиц. Если вы спросите
у жителей, почему в их городе так много изображений Богоматери, они
обязательно расскажут о Длинном Ваппере — худом великане на длинных ногах.
В давние времена Длинный Ваппер ночью бродил по улицам Антверпена. Он поджидал людей в темных закоулках и нападал на них. Никто
никогда не слышал, чтобы Длинный Ваппер похищал мальчиков или
1
Карл V Габсбург (1500–1558) — король Испании, король Германии, император
Священной Римской империи, обладатель 27 корон. Он родился и вырос во владениях отца, в городе Генте — столице и самом большом городе Восточной Фландрии.
2
Название города Антверпен пошло из легенды о мифическом великане Дрюоне
Антигоне, который жил у моста через Шельду и брал плату с тех, кто пересекал реку.
Тех же, кто отказывался платить, ждала ужасная участь: великан отрывал им руки
и бросал в воду. Но однажды великан был побежден римским воином Сильвиусом
Брабо, который отрубил ему руку и бросил ее в Шельду. По народному поверью,
именно это событие предопределило название города: hand werpen в переводе
с нидерландского — «бросать руку».

432

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

девочек, а вот пьяницы, возвращавшиеся из питейных заведений домой
за полночь, часто оказывались у него в руках. Ваппер хватал беднягу
за волосы, крутил-вертел в разные стороны, а потом швырял в сточную
канаву или в реку Шельду. Иногда пьяницу находили в свинарнике,
спящим со свиноматкой и поросятами. Проснувшись около полудня,
несчастный не мог сказать, как он оказался в свинарнике, а Длинный
Ваппер хранил свой секрет.
Этот озорник мог превращаться в кого угодно и управлять своим
телом, как ему заблагорассудится: мог вытягиваться до крыш домов или
сжиматься до комара, как будто был сделан из индийского каучука.
Иногда он садился на мосту через реку, свешивал ноги, начинал их
тянуть и тянул до тех пор, пока они не становились тоненькими-тоненькими и напоминали черные нити или провода. Если Ваппер бродил
в воде, он казался длинным, как громоотвод, но как только выходил
на берег, его ноги укорачивались до мальчишеских.
Он мог превращаться в кота или собаку, в священника или богача.
Ваппер очень любил молоко и, поглощая его, превращался в сливовый
пудинг или мешок с овсом. Он мог уменьшиться до комара, проткнуть жалом, как шприцем, кожу какого-нибудь толстяка, отчего тот
еще больше округлялся и краснел, и можно было подумать, что толстяк
вот-вот лопнет.
Часто Ваппер на длинных ногах дотягивался до больших церковных
окон, старался раздразнить прихожан ругательствами и святотатством.
В другой раз он стучал в окна второго и даже третьего этажа, чем
наводил на жителей страх. Если он видел какую-нибудь кружевницу
или других мастеров или мастериц, засидевшихся допоздна за работой,
то обычно кричал им: «Ночь для меня, день для вас!»
В богатых домах он обычно появлялся под видом какого-либо знакомого хозяев дома и усаживался вместе со всей семьей за стол, потом
внезапно раздавалось: «Ха-ха-ха!» — и он исчезал.
Иногда Ваппер участвовал в карточной игре, проигрывал большие
деньги и отказывался платить. Если после этого возникала ссора, он
обычно вызывал остальных выйти, чтобы разобраться, после чего кто-то
обычно расставался с жизнью.
Но больше всего ему нравилось изображать из себя младенцаподкидыша. Однажды кормящая мать, оставившая своего ребенка
дома на несколько минут, чтобы сбегать за покупками, увидела, как она
думала, оставленного родителями ребенка. По доброте материнского
сердца женщина взяла его на руки и дала ему немного подкрепиться,
ласково поглаживая его по спинке и напевая песенку. Но через пять-

...Пьяницы, возвращавшиеся из питейных заведений домой
за полночь, часто оказывались у него в руках.
Ваппер хватал беднягу за волосы, крутил-вертел в разные
стороны, а потом швырял в сточную канаву или в реку Шельду.

434

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

десять минут, когда мнимый младенец опустошил обе груди, женщина
вспомнила о собственном малыше, лежащем в колыбели дома, и задумалась, не придется ли ее любимцу голодать. И тут она заметила, что
живот странного младенца-подкидыша раздулся и стал круглым, как
большой шар. Ребенок выскользнул из ее рук — но не упал, просто
скатился вниз, и за ее спиной раздалось: «Ха-ха-ха!» Женщина обернулась и услышала: «Спасибо, добрая женщина! Я отлично позавт
ракал». Она удивилась, попыталась найти говорящего и обнаружила
неподалеку Длинного Ваппера — его голова поднималась выше крыш
домов.
Обычно в вечерние сумерки мальчишки, придя из школы и пообедав,
принимались за игры. Одной из их любимых игр была «пни шляпу».
В этой игре один из мальчиков, на которого падал жребий, давал свою
шляпу. Другие эту шляпу пинали друг к другу, как мяч, пока хозяин
ее не перехватит. Игра шла весело до тех пор, пока жребий не падал
на мнимого мальчика (Ваппера), — горе тому, кто первый пинал его
шляпу! Его кломпы разлетались на куски, а большой палец разбивался
в кровь, поскольку шляпа оказывалась тяжелым железным горшком.
После этого можно было услышать громкое: «Ха-ха-ха!» Все бросались
искать проказника, но нигде не могли найти.
Или же Ваппер ходил по городу под видом рыбака и продавал домохозяйкам мидий. Но стоило какой-нибудь покупательнице поднести
двустворчатую ракушку моллюска к губам, как из нее выползал паук
или в рот сыпался морской песок. Когда домохозяйки понимали, кто
такой этот торговец мидиями, они пускались за ним в погоню со щипцами, скалками, даже со стульями и табуретками, но, почуяв опасность,
обманщик удлинял ноги и убегал так быстро, что никто не мог его
поймать.
Но со временем люди стали замечать, что всякий раз, когда Длинный Ваппер приближался к образу или статуе Девы Марии, он боялся
пройти мимо и поворачивал назад.
И тогда сразу же вошло в моду создавать или покупать изображения
Пресвятой Богородицы и выставлять их перед домами, в окнах или
вешать над дверями. Вскоре церковные лавки стали процветать. Мало
того, когда проектировался новый дом, архитектор устраивал в углу нишу
для святыни. Особенно хорошо были оборудованы угловые здания,
расположенные на перекрестках, так как образы Девы Марии охраняли
сразу две улицы, и Длинный Ваппер был вдвойне обескуражен, а значит,
лишен возможности разыгрывать свои трюки. Так в Антверпене избавились от Длинного Ваппера.

БЕЛЬГИЙСКИЕ СКАЗКИ

435

В наши дни никто не видел этого худого, длинноногого великана.
Предполагают, что сегодня его можно встретить только среди песчаных
холмов Кампина. Современные жители Антверпена даже не подозревают о старинных проделках Длинного Ваппера, в честь которого
в городе был назван мост, судно технического флота, возведен памятник
у входа в Замок Стен (теперь там расположен Музей археологии),
назван театр кукол. Длинный Ваппер — это еще и крупный щукомопспреследователь, который ловит добычу скоростным броском из засады.
Известно также, что он схватывает морских птиц с поверхности воды.
На самом деле, репутация Длинного Ваппера подпортилась. Многие
фламандцы считают, что его племя выродилось и место Длинного
Ваппера занял Клудде.
Этот злой лесной дух-оборотень часто превращался в дерево,
которое поначалу выглядело довольно маленьким и хрупким, но скоро
поднималось на огромную высоту, так что его вершина терялась
в облаках, а всё на земле приходило в смятение. Временами Клудде
принимал облик кота, лягушки, летучей мыши или какого-нибудь
другого животного.
Убежать от Клудде трудно — даже если бежать изо всех сил или
делать зигзаги, поскольку, подобно змее, он поворачивается в любом
направлении, не теряя скорости. Когда этот дух бросается в погоню, он
кричит: «Клудде! Клудде!» — отсюда и его имя.
Чаще всего Клудде являлся в виде старой, отощавшей лошади.
Конюхи и пастухи рассказывали, что, когда они выгоняли своих лошадей
в ночное, часто оказывалось, что вместо хорошо знакомой лошади
они сидят на Клудде, который уносил перепуганного всадника стремительным галопом к ближайшему водоему, сбрасывал его туда, а сам
плюхался на брюхо и разражался ехидным смехом.
Некоторые утверждают, что Клудде чаще всего можно встретить там,
где много магазинов с алкогольными напитками. Ну чем не родственник
(хоть и дальний) Длинному Вапперу?!

БЕЛЬГИЙСКИЙ КРОЛИК,
ИЛИ ПОЧЕМУ У КРОЛИКА ТРИ ГУБЫ

адолго до того, как в бельгийских землях появился церковный шпиль или засиял крест в закатном воздухе, там жила прекрасная богиня Эостра1. Она была так прекрасна, что люди
считали ее владычицей воздушного дворца, сотканного из света в той
части неба, откуда ежедневно появлялись первые солнечные лучи.
Однажды, прибыв с востока в Бельгию, богиня Эостра привезла
подарок. Это было не золото, не жемчуг и не цветы, а пара кроликов.
Куда бы ни поехал человек, он обязательно встречал господина
и госпожу Банни2 и их детей. На холмах, или в Валлонии, где растут
березы и сосны, а дома каменные, или в низинах Фландрии, где растут
липы и ивы, а многие дома деревянные, — везде обитали предки
и потомки Банни, и их было очень много.
Эостра, или Остара (др.-англ. Ēastre, др.-в.-нем. Ôstara) — древнегерманское
божество, предположительно связанное с приходом весны и пробуждением природы.
Имя Эостры (Остары), в рамках этой концепции, носил месяц апрель в древнеанглийской и старогерманской традиции (др.-англ. Easter-mōnaþ, др.-в.-нем. Ōstar-mānod).
Ряд исследователей возводят ее к общеевропейской богине рассвета и связывают ее
имя с востоком (east с англ. — восток), где восходит солнце. Христианская Пасха (англ.
Easter) получила свое название в честь праздника, посвященного Эостре, во время
которого богине приносили крашеные яйца и сладости. Многие ученые пытались
связать народные пасхальные обычаи с дохристианскими традициями почитания
Эостры. Часто утверждается, что обычай красить яйца на Пасху имеет языческое
происхождение и связан с культом Эостры. С Эострой связывается и образ пасхального кролика. Некоторые утверждают, что кролики, вероятно, были священными
животными Эостры, подобно тому как кошки были животными богини любви Фрейи.
2
Кролик (англ. bunny).
1

БЕЛЬГИЙСКИЕ СКАЗКИ

437

Большинство этих пушистых созданий были довольно кроткими
по характеру и воспитанными. Дети держали их в курятниках или
открытых коробках как домашних животных. Им особенно нравились длинные уши, за которые мягких пушистиков можно было
поднимать и переносить с места на место. Кролики не визжали, не кусались и не брыкались, хотя иногда сильно извивались и вырывались
из рук. Мальчишки и девчонки давали своим питомцам странные имена:
зимой — Молли Хлопкохвост, Мистер Пушистик, Месье Снежок или
Минхер Пух-Пух, а летом — Попрыгунчик Хоп или Трехгубый (это
имя объяснялось тем, что верхняя губа у кролика разделена посередине
на две части).
Никто не знал, почему у господина или госпожи Банни раздвоенная
верхняя губа, но все замечали, что и у маленьких, и у больших кроликов
рты одинаковые. От этого создавалось впечатление, что эти милые
создания все время (конечно, если не спят) что-то жуют. В те времена
еще не было жевательной резинки, и люди не могли постоянно жевать,
как кролики. Сегодня, когда бельгийские девочки и мальчики могут
купить жвачку в любом магазине, они работают челюстями не хуже
кроликов и становятся похожими на верблюдов или ослов.
Когда бельгийцы построили церкви, назвали именем богини
утренней зари великий христианский праздник Пасхи, стали дарить
друг другу крашеные яйца и весенние цветы, стало известно, почему
у кролика три губы.
***
Давным-давно в Лунной стране жила прекрасная фея. Принц Банни
влюбился в нее без памяти и захотел жениться. Он часто смотрел в небо
на лунный лик, и ему казалось, что он видит свое отражение. И Банни
решил, что он очень красив. Особенно сильное волнение охватывало
его в марте, ведь в те далекие времена именно в этом месяце заканчивался старый год и за ним начинался новый. Почти в это же время земля
начинает подумывать о том, чтобы нарядиться в новое платье из цветов.
Только спустя много тысячелетий в странах Западной Европы изменили календарь, и наступление нового года стали отмечать, как и сейчас,
в январе1.
Со времен Древнего Рима до середины XVIII в. Новый год отмечался на разных
этапах и в разных частях христианской Европы 25 декабря (день рождения Иисуса
Христа), 1 марта (по старому римскому стилю), 21 марта (день весеннего равноденствия), 25 марта (день Благовещения Пресвятой Богородицы) и в переходящий
праздник Пасхи.
1

438

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Принц Банни любил Лунную фею все сильнее, и в конце концов она
решила избавиться от назойливого принца и позволила ему подняться
на небо, в свой сияющий дворец.
Но не успел он там появиться, как она наложила на него заклятие,
превратила в кролика и сделала своим слугой. Лунная фея дала ему
несколько камышей и заставила полировать свой лик, чтобы, когда она
смотрела на землю, он заливал ее своим сиянием и люди могли читать
даже в полночь, а старушки — вдевать нитку в иголку.
Отполировав лик Лунной феи до идеального блеска и приумножив
ее красоту, принц Банни решил, что госпожа снова превратит его в человека и позволит ему жениться на ней.
Однако, какими бы ни были намерения красавицы, она заболела
и позвала одного из знаменитых врачей небесного мира. Он пощупал
у нее пульс, положил руку ей на лоб, заставил открыть красивый ротик,
высунуть язычок и заключил, что никто и ничто не сможет ее вылечить, кроме эликсира жизни. Готовят его из истолченных листьев
кассии1, и давать лекарство следует очень часто. В сущности, принцу,
превращенному в кролика, ничего другого не оставалось, как отправиться на планету Венера, раздобыть там дерево кассии и посадить его
в Лунной стране. Затем в течение тысячи лет по календарю, которым
в те далекие времена пользовались на Земле, листья кассии нужно было
толочь в ступке, а из их сока получать эликсир жизни.
Разумеется, никто не мог пойти и добыть это чудесное дерево, кроме
Банни. Он также должен был посадить его, срывать листья и толочь
в ступке до тех пор, пока не добудет чудодейственный эликсир. Лунная
фея, одарив принца-кролика своей милой улыбкой, сказала:
— Я думаю, тебе будет приятно оказать мне эту услугу, ведь ты так
любишь меня. Беги же, и побыстрее!
Банни отправился на Венеру, нашел дерево кассии и вырвал его
с корнем. Вернувшись в Лунную страну, он посадил его, ощипал листья
и принялся толочь в ступке, чтобы приготовить эликсир. Лунная
фея пила его и поправлялась, а принц-кролик все работал и работал.
Миллионы смертных, увидев с земли, как усердно и добросовестно он
трудится и что из ухажера он превратился в аптекаря, восхищались его
преданностью и восклицали:
— Ах! Как он любит ее!
1
Кассия, или коричник китайский (лат. Cinnamоmum aromаticum) — вечнозеленое дерево семейства лавровых. О кассии упоминается в книгах Библии. О кассии
также пишет Геродот, упоминающий о том, что феникс строит гнезда из корицы
и кассии.

Вернувшись в Лунную страну, Банни посадил дерево касии,
ощипал листья и принялся толочь в ступке,
чтобы приготовить эликсир. Лунная фея пила его
и поправлялась, а принц-кролик все работал и работал.

440

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Земные девушки вздыхали, надеясь, что у них будет такой же пылкий
возлюбленный и такой же верный супруг.
Для Лунной феи не существовало такого понятия, как время, ведь
Луна никогда не бывает в тени, как Земля, и в Лунной стране не бывает
ночи. Поэтому она вряд ли заметила отсутствие Банни во время путешествия на Венеру и вряд ли могла сосчитать, сколько времени он провел
за изнурительной работой.
Проведя тысячу лет (по земному календарю) в беспрерывных трудах
по изготовлению эликсира жизни, Банни был совершенно уверен,
что Лунная фея наконец станет его женой. Но она, почувствовав себя
здоровой и бодрой, подозвала его к себе и сказала:
— А теперь, когда у бельгийцев есть церкви, я хочу, чтобы ты отправился в их страну и передал мое послание богине Эостре, а она уже
объявит это людям.
Вот что было в послании Лунной феи:
«Смертные! Несколько дней подряд вы на земле видите, как я умираю на небесах, но потом я снова оживаю и радуюсь новой жизни. Вы
тоже умрете и воскреснете после смерти. Помните об этом и будьте
счастливы!»
Банни был в ярости. Его терзали три обиды: во-первых, Лунная
фея слишком долго заставляла его работать; во-вторых, она не желает
возвращать ему прежний человеческий облик; в-третьих, она не хочет
быть его женой. Будучи в дурном расположении духа, он, ничего
не передав богине утренней зари Эостре, так изложил послание Лунной
феи жителям Бельгии:
«Смертные! С вами случится то же, что со мной: вы все умрете».
Увы, люди поверили Банни и долго горевали, а принц-кролик только
посмеивался.
Когда Банни вернулся в Лунную страну, фея, услышав плач на Земле,
спросила, что он сказал людям. Набравшись наглости, принц-кролик
похвастался, что перехитрил людей, которые зачастую плохо обращались с кроликами. Он полагал, что Лунная фея похвалит его за сообразительность и наконец выйдет за него замуж.
Но Лунная фея очень рассердилась и потеряла самообладание.
Увидев лежащий неподалеку топор, которым Банни рубил ветки кассии,
она подняла его и бросила в принца-кролика. Лезвие топора рассекло его
верхнюю губу надвое. Банни отправился к врачам, что жили в Лунной
стране и на звездах, потом к врачам, живущим на Земле. Ни один не смог
помочь ему зашить рану на верхней губе. С тех пор все кролики стали
похожи на него, у всех три губы.

БЕЛЬГИЙСКИЕ СКАЗКИ

441

Что касается жителей Бельгии, то они вскоре узнали, как обманул
их принц-кролик. Они назвали день славного праздника Воскресения
Христова в честь лучезарной богини восходящего солнца, которую так
любили и почитали их предки. До сих пор этот самый счастливый день
в году называется Пасха.
Однако люди решили, что, несмотря на злую выходку принцакролика, не стоит наказывать всех кроликов (они и так уже были наказаны — раздвоенной верхней губой). Поэтому символом Пасхи стал
настоящий кролик, резвящийся на четырех лапах, а также крашеные
яйца и вкусные булочки, отмеченные знаком креста. Такая булочка была
у каждого ребенка, и называлась она «горячая крестовая булочка».
Но это еще не все. Не каждая семья могла себе позволить крестовые
булочки или пасхальные яйца. Один бедный крестьянин долго болел.
Не имея возможности зарабатывать деньги, он очень печалился,
поскольку в день Пасхи не мог купить ни булочек, ни яиц для трех
маленьких дочерей.
Однако, будучи человеком верующим и очень любившим своих
малышек, он велел им свить гнездо и молиться доброму Отцу Небесному, Который создал и солнце, и луну, и землю, и цветы. В ту ночь
маленькие девочки рано легли спать. Им так хотелось поскорее встать
утром, так что они забрались под одеяло не раздеваясь. Мать нашла их
на рассвете крепко спящими и сильно вспотевшими, потому что ночь
была необычайно теплая.
Она разбудила их, умыла и послала в амбар посмотреть, нет ли
чего-нибудь в гнезде, которое они сделали накануне. Взявшись за руки,
сестренки добежали до амбара и распахнули дверь.
Что за потрясающее зрелище им открылось! В амбаре сидел огромный кролик и взмахивал передними лапами вверх-вниз, словно приветствуя их и радуясь вместе с ними. Судя по всему, этот кролик был
счастлив. А в гнезде лежали разноцветные яйца.
Многие жители Бельгии думают, что этот пушистый здоровяк
в амбаре был не кто иной, как принц Банни, который раскаялся в своем
дурном поступке и попросил разрешения ненадолго вернуться на землю
в первое полнолуние после весеннего равноденствия, которое наступает
двадцать первого марта.
А вот где кролик достал яйца к пасхальному завтраку? На этот вопрос
и по сей день никто не может ответить.

КУЗНЕЦ ЭЛИН ГОУ ИЗ ЭРИНА
И ЧУДО-КОРОВА ГЛАС ГАЙНАХ

днажды король подводного царства отправился с дружеским
визитом к королю Испании. Тот жаловался и очень сожалел,
что в его королевстве недостаточно масла, хотя и много
коров, говорил, что он был бы самым счастливым человеком на свете,
если бы у него было столько масла, чтобы его хватало ему самому, его
детям и всем жителям королевства.
— Не бери в голову, — сказал король подводного царства. — Я отдам
тебе Глас Гайнах — самую лучшую корову, ее молоко такое жирное, что
почти полностью состоит из масла.
Испанский король обрадовался и поблагодарил гостя. Король
подводного царства сдержал свое слово — прислал Глас Гайнах, вестника с указаниями, как ухаживать за коровой, и предупредил, что если
она будет чем-то недовольна, то уйдет с пастбища. И вот по всему миру
пошла молва, что у короля Испании есть чудо-корова.
Король пообещал в качестве приданого за своей единственной
дочерью отдать Глас Гайнах, ведь корова считалась огромным богатством в ту далекую пору. Король сказал, что его дочь и корова в придачу
достанется тому, кто победит на поединке или будет пасти корову
и исполнит все его приказания.
Со всех концов света съехались претенденты на руку принцессы,
каждый хотел попытать счастья. За короткое время тысячи женихов лишились головы. Тогда король постановил: принцесса достанется тому, кто прослужит у него семь лет и каждый день вечером
будет приводить в замок корову в целости и сохранности. Ухаживая

446

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

за коровой, нужно было всегда следовать за ней и не удерживать. Останавливаться можно было только вместе с коровой, если она захочет
есть или пить. (Надо заметить, что в день она преодолевала самое
меньшее шестьдесят миль, переходя с одного места на другое, пока
не наедалась досыта.)
Король никогда не говорил женихам, как правильно ухаживать
за коровой, — он хотел, чтобы они лишались головы, ведь тогда ему
не придется платить за службу. Один жених присматривал за коровой
в течение одного дня, другой ходил за ней два дня, третий — неделю.
Будущий муж принцессы должен был быть подвижным и расторопным,
чтобы не отставать от Глас Гайнах.
В Эрине1, в деревне Клуэрт, жил кузнец Элин Гоу, лучший мастер
по изготовлению мечей и другого боевого оружия. Со всех концов
Эрина да и из других земель к нему приезжали за мечами принцы,
которые хотели попытать счастья и сразиться на поединке за руку
дочери испанского короля. Три ночи подряд Элину Гоу снилось, что
он ухаживает за чудо-коровой Глас Гайнах. Наконец кузнец сказал себе:
«Я поеду в Испанию и стану пасти эту корову. Я пройду испытание».
Он отправился в порт Трамор, где стояло несколько судов. Затем
пошел к королю Манстера и попросил одолжить ему корабль. Король
с готовностью согласился, ведь Элин Гоу выковал для него немало мечей.
Элин Гоу взошел на корабль с запасами на год и один день, развернул
его и, пока не достиг Испании, бороздил просторы океана один так
же успешно, как если бы у него было три лоцмана. Он позволил ветру
направлять корабль, и тот вошел в гавань провинции, где находился
королевский замок.
Элин Гоу бросил два якоря со стороны океана и один со стороны
берега и поставил корабль так, чтобы ни волна не ударяла в борт,
ни ветер не раскачивал, ни ворона не опускалась на мачту. Корабль мог
так простоять год и один день, хотя кузнец мог отсутствовать и не более
часа.
Он покинул корабль около полудня и пошел дальше пешком, не зная,
где он находится, в каком королевстве. Ни человека, ни зверя не встретил
Элин Гоу в этих местах. Вечером он увидел посреди широкого зеленого
поля прекрасный замок, самый величественный из всех, которые ему
когда-либо доводилось видеть. Перед замком четыре доблестных воина
упражнялись в боевом искусстве. Их мечи, скрещиваясь, отбрасывали
искры, и ни один удар не коснулся человеческого тела. Когда Элин
Гоу подошел поближе, то обнаружил дом на обочине дороги и увидел
1

Э́рин (англ. Erin) — древнее кельтское название Ирландии.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

447

старика. Тот стоял в дверном проеме, уперев руки в косяки. Старик
высунул голову и окликнул его. Элин Гоу остановился.
— Входи! — сказал старик. — Может, хочешь поужинать? Вижу, ты
ничего не ел в дороге.
— Это моя оплошность, — отозвался Элин Гоу, — ведь на корабле
полно съестных припасов.
— Не бери в голову, здесь они тебе не понадобятся. — Он подошел
к сундуку, достал скатерть, расстелил на столе — и в тот же миг на нем
появились разнообразные кушанья и напитки, как будто здесь встречали не простого кузнеца, а короля или героя. Элин Гоу никогда так
не ужинал в Эрине.
— Как тебя зовут и откуда ты? — спросил старик.
— Из Эрина, а зовут меня Элин Гоу. Что это за страна и что за замок
перед нами?
— Слышал ли ты когда-нибудь об Испании? — спросил старик.
— Да, именно в Испанию я и хотел попасть.
— Ну так это и есть Испания, а вон там королевский замок.
— А чудо-корова Глас Гайнах здесь, в замке?
— Да. Из-за нее ты покинул Эрин?
— Так и есть, — ответил Элин Гоу.
— Лучше бы ты остался дома и думал о чем-нибудь другом,
а не приезжал сюда за этой коровой, — сказал старик. — Тысячи людей
потеряли из-за нее голову, и я боюсь, что тебя ждет та же участь.
— Что ж, я попытаю счастья. Корова часто снилась мне.
— Жаль мне тебя, тем более что ты из Эрина. Моя мать была
из Эрина. Знаешь, как залучить эту корову?
— Не знаю. Я вообще ничего о ней не знаю.
— Недолго тебе оставаться в неведении. Я расскажу тебе о ней и о том,
какие условия поставит перед тобой король. Он обяжет тебя в течение
семи лет каждый вечер приводить корову в целости и сохранности в свой
замок. Если ты ее не приведешь, тебе отрубят голову в тот же вечер. Так
были убиты многие принцы и воины, прибывшие в Испанию со всех
концов света. Вокруг замка стоят пики, и на каждой — голова. Завтра,
когда отправишься в замок, ты сам увидишь это страшное зрелище,
ибо голов, которые там торчат, не счесть. Я еще никому ничего не советовал, а тебе дам один совет, ибо наслышан о твоем искусстве от своей
матери. Ты великий мастер, кующий мечи и другое военное оружие.
Твоя страна многое потеряет, если лишится такого кузнеца. Король
никогда не скажет тебе, как нужно обращаться с Глас Гайнах, но я скажу.
Ходи за коровой как можно быстрее, всегда поспевай за ней. В день,

448

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

когда она надумает пройти наименьшее расстояние (тридцать миль
туда и тридцать обратно), ты сможешь отдохнуть в то время, когда она
будет есть (несколько минут в одном месте и несколько минут в другом).
Не мешай ей, куда бы она ни свернула или ни пошла, не ходи впереди
нее и не подгоняй. Если ты в точности будешь следовать моему совету,
тебе нечего опасаться, конечно, если ты везде поспеешь за Глас Гайнах.
— Я не собираюсь отставать от коровы, — заявил Элин Гоу.
— Тогда все будет в порядке.
Ночевать Элин Гоу остался в доме старика. Утром старик расстелил
на столе скатерть — и в тот же миг появились королевские кушанья
и напитки. Элин Гоу с аппетитом подкрепился, пожелал старику
здоровья и отправился в замок. У короля был слуга по имени Говорун,
который встречал у ворот незнакомцев и докладывал о каждом королю.
— Кто ты и зачем пришел сюда? — спросил он Элина Гоу.
— Я хочу поговорить с королем о корове Глас Гайнах.
— О, вот ты-то нам и нужен! Прошло уже три дня с тех пор, как
последний пасший ее принц лишился головы. Пойдем, я покажу тебе
его голову на пике, боюсь, что вскоре и твоя голова окажется рядом.
— Что ж, — сказал Элин Гоу, — двум смертям не бывать, а одной
не миновать. Я сделаю все, что в моих силах.
Тогда Говорун прошел в покои короля и сказал:
— У ворот стоит человек. Он пришел пасти Глас Гайнах.
Король вышел и спросил Элина Гоу, что его привело к нему. Кузнец
ответил, что он пришел за коровой.
— Ты можешь попытаться добыть корову в бою или мирным путем,
нанявшись ко мне пастухом. Выбирай!
— Мирным, хочу наняться к тебе пастухом.
— Хорошо. Договоримся так: в течение семи лет ты должен каждый
вечер приводить в мой замок Глас Гайнах в целости и сохранности, а если
не справишься, то лишишься головы. Видишь вон те головы на пиках?
Это из-за Глас Гайнах они там. Если ты будешь возвращаться в замок
с коровой каждый вечер, она по прошествии семи лет станет твоей.
Обещаю исполнить это.
— Я согласен.
На следующее утро Глас Гайнах выпустили пастись, и весь день чудокорова и Элин Гоу ходили вместе. Глас Гайнах шла так быстро, что кузнец
вспотел и сбросил шапку. Вечером он привел корову в замок в целости
и сохранности. Вышел король и радушно проговорил:
— Сегодня ты хорошо заботился о Глас Гайнах. Много людей пасли
ее и не сумели привести в замок в первый же день.

И в этот день, и в последующие Элин Гоу...
проделывал длинный путь и к вечеру приводил корову в зáмок.

450

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Да здравствует жизнь! — воскликнул Элин Гоу. — Я сделал все,
что мог. Я знаю, что меня ждет, если не приведу корову.
И в этот день, и в последующие король угощал Элина Гоу отменными
блюдами и напитками, так что он скорее поправлялся, чем терял силы,
ведь каждый день он проделывал длинный путь и к вечеру приводил
корову в замок.
Прошло семь лет, и Элин Гоу сказал королю:
— Срок моего испытания истек. Теперь я могу получить корову?
— Конечно, можешь! — ответил король. — Ты честно заслужил ее.
Ты сделал больше, чем любой другой, кто приходил до тебя. Посмотри,
сколько принцев и воинов лишились головы — не счесть. Ты лучше
любого из них. Я не отказываюсь от своего слова. Ты честно следил
за ней семь лет, и теперь я должен отдать ее. Корова твоя, но, если она
вернется обратно, ты ее больше не получишь.
— Понятно, — сказал Элин Гоу. — Я позабочусь о том, чтобы она
не вернулась в твой замок.
— Что ж, я в тебе не сомневаюсь.
В то утро корову кормили в замке, не выпуская наружу. Элин Гоу
связал ее, чтобы доставить на корабль. Затем он поднял два якоря
со стороны океана и подтянул судно, чтобы поднять корову на борт.
Развернув судно, он переплыл широкий океан, пока не прибыл в Трамор,
порт в Эрине, откуда он семь лет назад отправился в Испанию. Кузнец
вытащил Глас Гайнах на берег, отвез в Клуэрт и стал ухаживать за коровой
так же тщательно, как когда-то у испанского короля.
Элин Гоу был в Эрине лучшим мастером по изготовлению мечей
и другого военного оружия. У короля Манстера было четыре сына,
третьим по старшинству был Киан. Днем и ночью он думал только
о подвигах. Его дед, Арт Мак-Куин1, был великим воином, очень любил
Киана и частенько говаривал: «Он весь в отца и деда, не то что три его
брата».
Когда Киану исполнилось двадцать, он заявил:
— Отец, я уезжаю, хочу попытать счастья. У тебя здесь достаточно
наследников. Я хочу побывать в других королевствах. Вот если бы у меня
был крепкий меч...
— Ты можешь взять мой, — сказал отец.
Киан опробовал отцовский меч, и при первом же испытании он
сломался.
— Ни один меч не устроит меня, — сказал Киан, — если я не смогу
согнуть клинок так, чтобы его острие коснулось моего локтевого сустава
1

Приставка Мак- в ирландских именах означает «сын».

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

451

с верхней стороны, затем отвести его назад и снова согнуть так, чтобы
острие коснулось моего локтевого сустава с нижней стороны.
— Только один человек в Эрине можем выковать такой меч, Элин
Гоу, — отозвался отец. — И я уверен, что сейчас он его не изготовит,
потому что заботится о Глас Гайнах. Он семь лет ее завоевывал и будет
беречь. Идти к нему бесполезно, ведь он ни разу не работал в кузнице
с тех пор, как привез Глас Гайнах в Эрин, и он не позволит ей уйти
обратно. Если бы не корова, Элин Гоу наверняка выковал бы меч, ведь
он изготовил для меня так много военного оружия.
— А я все-таки попробую, — сказал Киан. — Пойду к нему и попрошу
выковать меч.
Киан отправился в путь и не останавливался до тех пор, пока не предстал перед Элином Гоу в Клуэрте.
— Сто тысяч приветствий1! — сказал Элин Гоу и добавил: —
В юности мы с твоим отцом были добрыми друзьями. Я часто ковал для
него мечи и другое оружие. Что привело тебя сюда?
— Я хочу отправиться на поиски счастья в чужие края, и мне нужен
крепкий меч. Отец говорит, что ты единственный человек в Эрине,
который может его выковать. — Киан рассказал, каким должен быть меч.
— Мне жаль, но сейчас я не могу изготовить такой меч, ибо ухаживаю
за Глас Гайнах, за ней нужен глаз да глаз, — сказал Элин Гоу. — Эх, если
бы не корова… Я не хочу, чтобы сын моего друга остался без меча.
Я отправлю тебя к пяти-шести кузнецам, которые делают мечи вместо
меня, с тех пор как я отправился за Глас Гайнах.
Он назвал их имена, и принц ушел.
Никто не мог сделать меч для Киана. Тогда он вернулся к Элину Гоу.
— Ты всех кузнецов обошел? — спросил Элин Гоу.
— Да, но напрасно, — ответил Киан, — никто не взялся выковать
такой меч, как я описал.
— Что ж, я рискну.
— Замечательно! Завтра, пока ты будешь ковать меч, я пойду пасти
Глас Гайнах. Если вечером я не приведу корову, можешь отрубить мне
голову.
— Идет. Конечно, я боюсь тебе доверять корову, ведь многие
из-за нее уже поплатились головой, но я рискну, сделаю меч, который
ты просишь.
Принц остался на ночлег у кузнеца. Элин Гоу угостил его лучшими
блюдами и напитками, какие только были у него в доме, а наутро отпу1
Céad míle fáilte с ирл. буквально: «сто тысяч приветствий»; традиционное
ирландское приветствие, что соответствует русскому «добро пожаловать».

452

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

стил с ним Глас Гайнах и дал ему кучу наставлений, как за ней ухаживать. Киан делал все так, как ему было сказано. Корова продвигалась все
дальше и дальше и наконец оказалась у подножия горы Каэр, что к югозападу от города Трали. Это было лучшее в графстве Керри местечко,
где растет сочная трава. Наевшись досыта, корова повернула к дому.
Киан целый день шел за нею. Когда они были в пяти милях от Трали,
у водоема в Дерриморе, где Глас Гайнах обычно пила, Киан увидел, что
она приблизилась к глубокой воде. Он подошел к корове и потянул ее
назад. И что же? Глас Гайнах подпрыгнула, взлетела, как птица, и унеслась за море, оставив принца одного. Глубоко опечаленный, юноша
отправился обратно, к дому Элина Гоу. Кузнец спросил, где корова,
Киан ответил:
— Нет коровы. Все было хорошо, пока мы не пришли в Дерримор
и она не подошла слишком близко к глубокой воде. Я испугался, как бы
она не утонула, остановил ее, а корова взлетела, как птица, и скрылась
за морем.
— Да поможет нам Бог, — сказал Элин Гоу, — но с этим несчастьем
ничего не поделаешь.
— Я всему виной, — проговорил Киан. — Можешь отрубить мне
голову.
— Чему быть, того не миновать. Но это большая потеря для меня.
— Я с радостью отдам тебе свою голову! — воскликнул Киан. — Ты
выковал меч?
— Да.
Киан взял клинок, повертел его в разные стороны, проверил и понял,
что это тот самый меч, который он хотел. Принц поклялся Элину Гоу,
что без промедления отправится на поиски чудо-коровы, не станет
нигде отдыхать ни днем ни ночью, пока не вернет Глас Гайнах пусть
даже ценой собственной жизни.
— Боюсь, твои труды будут напрасны, — вздохнул Элин Гоу, — ты
не сможешь вернуть корову. Я и сам не смог бы ее залучить, если бы
не совет одного старика, которого я встретил недалеко от замка испанского короля.
Киан отправился в Манстер, к отцу. Король увидел, что сын идет
с мечом, и сказал:
— Вижу, что Элин Гоу не отказал тебе.
— Не отказал. Он выковал этот меч, но ценой большой потери —
он лишился Глас Гайнах. Я пообещал отдать свою голову, если вечером
не приведу ее к нему домой в целости и сохранности, пока он будет
ковать меч. Весь день все было хорошо, пока корова не дошла до места,

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

453

где обычно пила воду. Я увидел, что она приблизилась к глубокой воде,
подошел к корове и потянул ее назад. Я сделал это инстинктивно,
позабыв на минуту наставления кузнеца, ведь он предупреждал меня
не трогать ее. И как только я дотронулся до коровы, она вспорхнула, как птица, и унеслась за море. Утром я поклялся Элину Гоу, что
если не приведу корову, то отдам ему свою голову. Но кузнец сказал:
«Я никогда не отрублю голову сыну моего друга, даже за такую большую
потерю». Я не успокоюсь, пока не отправлюсь на поиски Глас Гайнах,
не найду ее и не верну Элину Гоу, или лишусь головы. Так что подготовь
лучший корабль, отец.
— Лучший корабль, — сказал король, — тот, на котором Элин Гоу
сам плавал за коровой в Испанию.
Принц загрузил на корабль провизию на год и один день. Он отправился в путь один, и не останавливался, пока не очутился в гавани, где
причаливал корабль кузнеца. Киан, как когда-то Элин Гоу, бросил два
якоря со стороны океана и один со стороны берега и поставил корабль
так, чтобы ни волна не ударяла в борт, ни ветер не раскачивал, ни ворона
не опускалась на мачту.
Дальше он пошел пешком и не останавливался до самого вечера,
пока не увидел вдалеке самый прекрасный замок, какой только когдалибо встречал. Когда принц приблизился к замку, то увидел четырех
доблестных воинов, упражнявшихся в боевом искусстве. Он шел той же
дорогой, что и Элин Гоу, и проходил мимо того же самого дома. Старик
увидел его и окликнул. Принц остановился.
— Заходи в дом, отдохни с дороги, — пригласил старик. — Из какой
ты страны и что тебя привело к нам?
— Я сын короля Манстера, что в Эрине. А теперь скажи мне, что это
за место?
— Ты в Испании, а вон там королевский замок.
— Очень хорошо. Я покинул Эрин, чтобы увидеть испанского
короля, — сказал Киан.
— Полагаю, ты здесь из-за Глас Гайнах, — отозвался старик. — Все
попытки завладеть ею бесполезны. Ты никогда не сможешь забрать ее
у короля. Элину Гоу заполучить ее было во сто крат проще. Теперь
не то, только силой и храбростью можно ее отвоевать. Мне жаль тебя,
ты лишишься головы, как многие принцы и воины до тебя.
— Я должен попытаться, — сказал Киан, — ведь это из-за меня Элин
Гоу потерял Глас Гайнах. Мне был нужен меч, чтобы попытать счастья,
а в Эрине, кроме Элин Гоу, нет ни одного кузнеца, который мог бы
выковать такой меч, какой я хочу. Элин Гоу согласился с условием, что

454

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

я буду охранять чудо-корову. Я заявил ему, что отдам свою голову, если
вечером не приведу к нему корову в целости и сохранности. Я усердно
следил за ней, пока по дороге домой она не подошла слишком близко
к глубокой воде, чтобы напиться. Я оттащил ее от воды, а корова вспорхнула, как птица, и скрылась за морем.
— Боюсь, что заполучить ее — это сверх твоих сил, — сказал
старик. — Видишь вон тех четырех воинов? Ты должен сразиться с ними
и победить их, прежде чем получишь Глас Гайнах.
Старик расстелил скатерть, и они поели.
— Мне все равно, что будет дальше, — проговорил принц. — Я готов
лишиться головы, если не смогу вернуть корову.
— Что ж, попробуй, — отозвался старик.
Утром старик приготовил завтрак для Киана. Принц встал, умылся,
помолился о спасении и даровании сил, поел и, подойдя к тренировочному столбу на дворе перед замком, ударил по нему своим мечом. Это
был самый сильный удар, который Киан когда-либо наносил.
— Сбегай посмотри, кто там шумит, — приказал король Говоруну.
— Чего ты хочешь? — выбежав за ворота замка, спросил Говорун Киана.
— Дочь короля в жены и корову Глас Гайнах в придачу, — ответил
принц.
Говорун поспешил в замок и сообщил об этом королю. Тогда вышел
сам король и спросил:
— Это ты хочешь заполучить мою дочь в жены и корову Глас Гайнах
в придачу?
— Да, — ответил Киан.
— Их надо еще заслужить.
— Если я их не заслужу, то мне не нужны ни дочь, ни корова.
Король приказал четырем доблестным воинам (тем самым, что
упражнялись на дворе перед замком в боевом искусстве) убить принца.
Киан был так же хорошо обучен, как и они, ибо тренировался с двенадцати лет и был более подвижным. Сражались на мечах целый день,
но ни один удар не коснулся тела принца. Если бы кто-нибудь вздумал
отправиться с Востока на Запад, чтобы посмотреть на первоклассных
бойцов, он остановился бы здесь и смотрел именно на них. Киан проголодался, ведь был уже поздний вечер, изо всех сил подпрыгнул и, прежде
чем приземлиться, снес головы всем своим врагам.
Молодой победитель утомился за день и пошел к старику. Тот
спросил:
— Что ты сделал сегодня?
— Я снес головы четырем отважным воинам.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

455

Старик очень обрадовался, что первый день прошел для Киана так
удачно, и взглянул на его меч.
— О, тебе не страшна никакая опасность! — воскликнул он. —
У тебя лучший меч, который я когда-либо видел, и он тебе пригодится,
потому что завтра против тебя встанет еще больше воинов.
Ночью старик и Киан сначала ели и пили, потом рассказывали друг
другу разные истории (между прочим, старик рассказал, как в былые
времена он защищал Испанию с оружием в руках, а когда состарился,
король подарил ему этот дом), пели песни и только после этого крепко
заснули.
На следующее утро Киан умылся, помолился о спасении и даровании сил, позавтракал со стариком, вышел к тренировочному столбу
и ударил по нему своим мечом еще сильнее, чем прежде.
— Чего ты хочешь сегодня? — спросил Говорун, когда снова увидел
Киана у ворот замка.
— Триста человек по правую руку от меня, триста — по левую,
триста — впереди меня, триста — позади.
Король прислал своих воинов. Построившись по четыре в ряд, они
прибыли через четверо ворот. Киан с мечом наголо двинулся прямо
на них и стал рубить головы справа и слева, спереди и сзади. Хотя королевские воины храбро сражались, к вечеру все двенадцать сотен были
повержены. Киан покинул поле боя и отправился к старику.
— Что ты сделал сегодня? — спросил старик.
— Я убил двенадцать сотен королевских воинов.
— Ты неплохо справляешься.
Старый воин расстелил на столе скатерть — и в тот же миг появились
королевские кушанья и напитки. И этой ночью старик и Киан сначала
ели и пили, потом рассказывали друг другу разные истории, пели песни
и только после этого крепко заснули.
На следующее утро Киан так сильно ударил своим мечом по тренировочному столбу, что король в своих покоях содрогнулся.
— Чего ты хочешь на этот раз? — спросил Говорун.
— Столько же воинов, что и вчера.
Король прислал воинов, и их постигла та же участь, что и предыдущие двенадцать сотен, а Киан вернулся цел и невредим к старику.
На следующее утро Киан разнес своим мечом тренировочный столб
вдребезги.
— Ну, чего ты теперь хочешь? — спросил Говорун.
— Чего бы я ни пожелал, в любом случае я не хочу терять время.
Выставляйте против меня все свои силы.

456

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

В то утро король прислал все военные силы, какие были в его
подчинении. Битва была страшнее трех предыдущих, вместе взятых.
Киан смело двинулся сквозь королевские войска, и на закате в живых
не осталось ни одного воина. Принц снова остался цел и невредим,
он никого не подпустил к себе ближе, чем на расстояние вытянутого
меча.
— Как прошел день? — спросил старик, когда Киан вошел в дом.
— Я убил всех королевских воинов.
— Я думаю, что ты истощил его последние силы. Но это ничто
по сравнению с тем, что ждет тебя впереди. Король завтра выйдет
и скажет, что ты не получишь его дочь в жены и корову Глас Гайнах
в придачу, пока не съешь столько намазанного на печенье масла,
сколько есть в его хранилищах, а они все заполнены до отказа. Ты
должен справиться с этим за четыре часа. Король подаст тебе печенье.
Спрячь его, а возьми то, которое я тебе дам. Намажь на него столько
масла, сколько сможешь съесть, и в течение часа все масло, какое есть
в королевских хранилищах, исчезнет без следа.
Киан очень обрадовался и пообещал, что все в точности исполнит.
Эту ночь они провели так же, как и предыдущие.
На следующее утро Киан умылся, позавтракал, помолился и отправился в замок. Король, увидев принца в окно, сам вышел к нему.
— Чего ты хочешь сегодня? — спросил король.
— Твою дочь в жены и корову Глас Гайнах в придачу, — ответил
Киан.
— Что ж, ты получишь мою дочь в жены и корову Глас Гайнах
в придачу, если за четыре часа съешь столько намазанного на это
печенье масла, сколько есть во всех моих хранилищах. А если ты этого
не сделаешь, то вечером твоя голова будет торчать вон на той пике.
Король подал ему печенье. Киан подошел к первому хранилищу,
незаметно сунул королевское печенье в карман, достал то, что дал ему
старик, намазал его маслом и съел. Через час в королевских хранилищах
от масла не осталось и следа.
Эту ночь Киан и старик провели как обычно, но, прежде чем они
улеглись спать, старик сказал:
— Завтра тебе предстоит тяжелая работа, но я научу тебя, как нужно
поступить. Король скажет, что ты не получишь его дочь в жены и корову
Глас Гайнах в придачу, если за четыре часа не выделаешь все шкуры
в Испании так же хорошо, как кусок кожи размером с ладонь, которую
он тебе даст. Вот кусок кожи, похожий на тот, что даст тебе король.
Положи его на первую попавшуюся шкуру, и все шкуры в Испании

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

457

за один час будут выделаны и станут такими же мягкими и гладкими,
как королевский кусок кожи.
На следующее утро король увидел, что идет Киан, и вышел к нему
сам.
— Чего ты хочешь сегодня? — спросил король.
— Твою дочь в жены и корову Глас Гайнах в придачу.
— Ты получишь мою дочь в жены и корову Глас Гайнах в придачу,
если за четыре часа сделаешь все шкуры в Испании такими же мягкими
и гладкими, как эта кожа, — король протянул Киану кусок кожи
размером с ладонь. — А если ты этого не сделаешь, то вечером твоя
голова будет красоваться вон на той пике.
Киан взял кусок кожи из рук короля, незаметно сунул в карман,
достал ту кожу, что дал ему старик, положил ее на первую попавшуюся
шкуру. За час все шкуры в Испании были выделаны, они стали мягкими
и гладкими.
Старик и Киан провели эту ночь так же, как и предыдущие, но, прежде
чем они улеглись спать, старик сказал:
— Завтра тебе предстоит самая трудная работа.
— Какая? — спросил юноша.
— Принцесса подойдет к окну на самой высокой башне замка. У нее
в руках будет мяч, она бросит его в окно, а ты должен поймать мяч
на клюшку для херлинга1 и удерживать его два с половиной часа, мяч
ни в коем случае не должен упасть на землю. Сто соперников будут стремиться отнять у тебя мяч, но ты должен следовать моему совету. Участники, не зная, откуда полетит мяч, брошенный принцессой, соберутся
у ворот замка. Встань подальше, и у тебя будет больше шансов удержать мяч. Но у тебя нет клюшки. Что ж, нужно отыскать мою. В юности
я отлично играл в херлинг, и не было игрока, который мог бы сравниться
со мной. Должно быть, моя клюшка где-то в доме.
Старик обыскал весь дом и наконец нашел клюшку, всю в пыли,
на чердаке. Киан повертел, покрутил ее, смахнул пыль, и клюшка стала
как новенькая.
— Хорошо, что я нашел ее, потому что из всех, что есть в королевстве, тебе подойдет только эта клюшка.
Оба очень обрадовались и провели ночь как обычно.
На следующее утро Киан встал, умылся и помолился. После завтрака
он отправился в королевский замок. Вскоре у ворот собрались соперХёрлинг (англ. hurling — швыряние, бросание) — ирландский хоккей на траве.
В херлинг играют деревянными клюшками и мячом; распространен преимущественно в Ирландии.
1

458

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

ники Киана. Король, увидев принца, вышел к нему сам и спросил, чего
он хочет сегодня.
— Твою дочь в жены и корову Глас Гайнах в придачу, — был все тот
же ответ.
— Ты получишь мою дочь в жены и корову Глас Гайнах в придачу,
если выполнишь мое задание. В полдень принцесса бросит в окно мяч,
ты будешь удерживать его в воздухе два с половиной часа, а по истечении этого времени ты должен бросить (и не промахнуться!) мяч в то
же окно, через которое он вылетел. Если не справишься, то вечером твоя
голова будет насажена вон на ту пику.
— Да поможет мне Бог! — воскликнул Киан.
Соперники принца столпились у ворот замка и стали внимательно
следить, откуда полетит мяч. Киан по совету старика стоял в стороне
от всех. В полдень принцесса бросила мяч в окно на самой высокой
башне замка. И конечно же, Киану посчастливилось заполучить его
первым. Он поймал мяч на свою клюшку и два с половиной часа удерживал его в воздухе, никому не позволяя до него дотронуться. По истечении этого срока он прицелился и запустил мяч в окно, из которого
его бросила принцесса.
Король внимательно следил за мячом, а когда тот влетел в окно,
подбежал к Киану, горячо пожал ему руку и не отпускал до тех пор, пока
не привел его в покои своей дочери. Та расцеловала его с превеликим
удовольствием, ведь ему удалось совершить то, что не удавалось никому
другому.
— Теперь я заслужил твою дочь и корову Глас Гайнах? — спросил
Киан.
— Да, — ответил король, — они твои. Ты честно заслужил их. Кроме
того, я отдаю тебе половину королевства, а после моей смерти ты получишь вторую половину.
Киан и испанская принцесса поженились. Вся Испания собралась на свадьбу, которая продолжалась семь дней и ночей, к всеобщему
удовольствию и величайшей радости короля. Киан остался жить в королевском замке, и через некоторое время жена родила ему прекраснейшего
сына. Он рос не по дням, а по часам, и для него всегда светили солнце
и луна. Мальчика назвали Кормак в честь отца Киана, Кормака Мак-Арта.
Киан оставался в Испании до тех пор, пока Кормаку не исполнилось
полтора года. Тогда он вспомнил о своем обещании Элину Гоу вернуть
чудо-корову Глас Гайнах.
Киан погрузил вещи на корабль, на котором прибыл в Испанию,
отнес туда крепко-накрепко связанную Глас Гайнах, развернул судно

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

459

и поднял паруса. Принц благополучно переплыл широкий океан
и добрался до Трамора — лучшего порта для высадки в Эрине. Глас
Гайнах осторожно перенесли на берег, и Киан вместе с чудо-коровой
отправился в деревню Клуэрт, в дом кузнеца Элина Гоу.
Из Трамора в Клуэрт вела только одна дорога, и на ней разбойничали три брата. Они владели всеми видами магического искусства и волшебным посохом. Надо заметить, что Киан привез из Испании много
золота в подарок отцу. Братья-разбойники, прознав об этом, остановили Киана на дороге, учтиво поздоровались и спросили, не сыграет ли
он с ними на золотые монеты. Тот согласился. К вечеру братья-разбойники выиграли все золото и сказали Киану:
— А теперь поставь корову против золота, которое ты проиграл,
и мы поставим вдвое больше.
Принц поставил корову и проиграл ее.
Один из братьев-разбойников ударил Киана волшебным посохом —
и принц превратился в каменный столб, ударил Глас Гайнах — и корова
превратилась в земляной холм. Так заколдованные принц и корова
и остались стоять на обочине дороги.
Сын Киана, Кормак, который до сих пор жил в Испании, слышал,
как мать и дед частенько разговаривали об отце, и думал: «Нет на земле
человека, который мог бы победить моего отца. Клянусь, я буду странствовать и искать его, пока не найду, живого или мертвого». Поскольку
Кормак знал, что его отец родом из Эрина, в эту страну он и направился в первую очередь. Мать опечалилась и стала отговаривать сына
от странствий.
— Твой отец, должно быть, мертв, иначе он давно был бы здесь, как
пообещал мне.
— Бесполезно меня отговаривать, никто и ничто меня не остановит.
Я должен узнать, что случилось с отцом, — сказал Кормак.
Мать не могла остановить его и в конце концов смирилась. Тогда
внук обратился к деду:
— Приготовь для меня самый лучший корабль.
Вскоре корабль был готов, на нем было провизии на год и один день
и две тысячи золотых монет. Кормак сел на корабль и поплыл через
великий океан быстрее, чем когда-то его отец. Высадившись в порту
Трамор, он пошел по единственной дороге, ведущей в Клуэрт, и около
полудня наткнулся на братьев-разбойников. Они учтиво поздоровались
и, надеясь, что у него есть золото, спросили:
— Не сыграешь ли с нами на золотые монеты?
— Отчего же не сыграть? — отозвался Кормак. — Сыграю!

460

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Они играли целый день, пока братья-разбойники не выиграли
последнюю монету из двух тысяч золотых, что были у Кормака. Проиграв все, что у него было, он задумался и немного растерялся. Наконец
Кормак сказал себе: «Старинная поговорка права: сила победит
любые чары», вскочил, схватил двух братьев-разбойников, по одному
в каждую руку, опрокинул наземь и, удерживая, чтобы те не вырвались,
уперся в них коленями. Третий хотел было помочь братьям, но Кормак
схватил и пригнул к земле и его.
— Я отрублю голову каждому! — решительно проговорил он.
— Ради Бога, не делай этого! — взмолились они. — Кто ты? Мы
сделаем все, что захочешь.
— Я ищу своего отца, Киана Мак-Кормака. Он покинул Испанию
восемнадцать лет назад вместе с чудо-коровой Глас Гайнах.
— Пощади! — завопили братья-разбойники. — Мы вернем тебе
золото и воскресим твоего отца и Глас Гайнах.
— Как вы можете это сделать? — спросил Кормак. — Где мой отец?
— Твой отец — вон тот столб напротив.
— А Глас Гайнах?
Братья-разбойники указали ему на земляной холм.
— И вы можете вернуть им прежнее обличье?
— У нас есть волшебный посох, — ответили братья-разбойники
и рассказали, где они его спрятали.
Узнав, где находится волшебный посох, Кормак выхватил свой меч,
отрубил головы трем братьям-разбойникам и проговорил:
— Вы никогда больше не ограбите никого, кто пойдет этим путем.
Затем Кормак нашел волшебный посох, подошел к каменному
столбу, ударил по нему — и перед ним предстал отец, живой и невредимый.
— Кто ты? — спросил Киан.
— Я твой сын Кормак.
— Ах, дорогой сын! Сколько тебе лет?
— Двадцатый год пошел, — ответил Кормак. — Я слышал, как мать
и дед говорили о твоей храбрости, и поклялся искать тебя до тех пор,
пока не найду, живого или мертвого. Я решил сначала поехать в Эрин,
ведь именно туда ты отправился с чудо-коровой Глас Гайнах. Утром
я высадился в порту Трамор и пошел в Клуэрт, по дороге встретил трех
братьев-разбойников, и они, используя свои магические чары, забрали
все мое золото. Я рассвирепел, поймал их и поклялся, что убью. Они
спросили, кто я такой. Я ответил. Братья-разбойники сказали, что ты
превращен в каменный столб, а корова — в земляной холм, что у них

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

461

есть волшебный посох, который воскресит тебя и Глас Гайнах. Они
рассказали, где прячут посох. Узнав это, я отрубил им головы, нашел
волшебный посох и воскресил тебя.
Кормак ударил посохом по земляному холму — и появилась
Глас Гайнах. Теперь все было, как прежде. Киан немедля отправился
в деревню Клуэрт. Он шел днем и ночью, пока не привел чудо-корову
к дому кузнеца Элина Гоу. Увидев Киана и Глас Гайнах, Элин Гоу чуть
не лишился чувств от радости. Киан, держа корову за рог, проговорил:
— Я сдержал свое обещание. Ты поступил мудро, пощадив мою
голову, несмотря на то, что велика была потеря, которая случилась
по моей вине.
Киан рассказал все, что произошло за восемнадцать лет, как он,
пройдя все испытания испанского короля, заслужил Глас Гайнах и как
потом потерял, встретив на дороге, ведущей из Трамора в Клуэрт, трех
братьев-разбойников.
— Кто этот храбрый юноша, что рядом с тобой? — спросил Элин
Гоу.
— Это мой сын, и, если бы не он, я бы навсегда остался каменным
столбом, в который меня превратили братья-разбойники на целых
восемнадцать лет. Если бы не они, чудо-корова давно была бы с тобой.
А чем ты занимался все это время? — спросил в свою очередь Киан.
— Ковал мечи и другое оружие. Но я не смог бы выжить без
поддержки твоего отца.
— Он пообещал, что будет помогать тебе, перед тем как я уехал
из Эрина, — сказал Киан.
— Да, и он сдержал обещание! — воскликнул Элин Гоу.
Отец и сын покинули Элина Гоу в добром здравии и, больше нигде
не останавливаясь, добрались до замка отца Киана. Старый король
думал, что его сын умер, ведь он столько лет не получал о нем никаких
известий. Как же велика была его радость! Как велик был пир, который
он устроил в честь возвращения сына и внука!
Киан и Кормак гостили в Манстере целый месяц. Киан нашел
разбойничий притон, вынес оттуда все сокровища и запер его так,
чтобы никто не смог открыть. Он отдал половину богатств отцу, другую
половину увез в Испанию и поселился там вместе с сыном.
Элин Гоу постарел. Его охватил страх, что у него не хватит сил следовать за Глас Гайнах, и он послал весточку в деревню Круа, Каолу, самому
быстроногому воину в графстве Лимерик. Каол приехал. Элин Гоу предложил ему работу пастухом за определенную плату и очень обрадовался,
когда тот согласился. Кузнец подробно рассказал Каолу, как пасти чудо-

462

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

корову. Глас Гайнах совершала свободные прогулки, как прежде, и всегда
была дома до наступления ночи.
Молока у Глас Гайнах хватало на всех. Когда кто-нибудь приходил
ее доить, не оставалось ни одного сосуда, который не был бы наполнен
ее жирным, как масло, молоком. Однажды, когда Глас Гайнах подошла
к реке напиться, одна женщина принесла сито и стала доить чудо-корову.
Когда корова увидела, что река стала белой от молока, она подняла ногу,
ударила глупую женщину копытом по лбу, и та упала замертво.
Каола из Круа хорошо справлялся с обязанностями пастуха, все
время присматривал за коровой, пока однажды вечером Глас Гайнах
не прошла между двумя столбами, у которых она, когда была сыта,
обычно почесывалась. Но вдруг чудо-корова заревела, Элин Гоу услышал
ее и подумал, что Глас Гайнах решила вернуться домой. Но вместо того,
чтобы повернуть домой, она спустилась по реке возле развалин — там
она иногда пила. Каол из Круа не знал этого. Он решил, что корова идет
прямо в реку, и схватил ее за хвост. В тот же миг Глас Гайнах вспорхнула,
как птица, и полетела за море. Каол крепко держал ее за хвост. Корова
неслась с такой быстротой, что вскоре вместе с пастухом оказалась
в Испании и опустилась на землю прямо у ворот королевского замка.
Радости короля не было предела, ведь, пока Глас Гайнах не было,
в его королевстве так недоставало масла.

СЫНОВЬЯ МОР

стародавние времена на юго-западе Эрина жила женщина
по имени Мор1. Она была очень бедна, когда со своим
мужем Лиром впервые появилась в Данкуине. В то время
в Данкуине, кроме дома Мор, не было ни одного, и так продолжалось
много лет. Говорят, Мор пришла в Данкуин по воде, и вообще куда бы
она ни направлялась, путь ее пролегал всегда через моря и реки.
Супруги построили небольшой дом, и их состояние стало понемногу увеличиваться. Через некоторое время Мор родила троих сыновей,
они стали прекрасными мальчиками, а затем крепкими юношами.
Однажды два старших сына отправились в далекое путешествие
попытать счастья. Они снарядили корабль, пустились в плавание
по морю и не останавливались, пока не прибыли в королевство Белая
Земля, что на Востоке. Там они прожили семь лет в радости и веселье.
Король пожелал, чтобы юноши остались в его стране навсегда. Старшие
сыновья Мор, здоровые и сильные, стали великими воинами.
Младший сын все это время жил с матерью и вырос таким же сильным,
как его братья. Однажды он вышел в поле, засеянное пшеницей, и обнаружил, что оно сильно пострадало.
— Матушка, — сказал он, — наше поле испорчено. Кто-то приходит,
топчет и пожирает пшеницу.
— Сын мой, понаблюдай за полем сегодня ночью.
— Матушка, приготовь мне поесть, это прибавит мне сил и принесет
удачу этой ночью.
1

Старший, большой, великий (ирл. mór).

464

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Мор испекла хлеб и сварила мясо, накормила сына и велела ему
следить за полем не смыкая глаз в надежде, что ему удастся увидеть, кто
портит их пшеницу.
Юноша глядел в оба и сразу после полуночи увидел, что в поле полно
коров разных цветов — синих, красных, желтых, белых. Он, как зачарованный, смотрел на них. Юноша захотел погнать их домой, чтобы показать матери коров, которые портят пшеницу. Когда он вывел их с поля
на дорогу, перед ним встал пастух.
— Оставь животных в покое.
— Не оставлю. Я отведу их к своей матушке.
— Я не позволю тебе забрать коров.
— А мне плевать, я все равно погоню их домой, — заявил сын Мор.
У него была крепкая зеленая дубинка, у пастуха была такая же. Они
сошлись лицом к лицу и стали биться. Пастух был слишком силен для
сына Мор, и ему удалось угнал скот в море. Уходя, пастух сказал:
— Твоя мать вчера вечером плохо сварила мясо и испекла хлеб.
Хлеб слишком зажарился, а мясо переварилось, поэтому, съев их, ты
был недостаточно силен. Если твоя мать научится готовить, тебе, может
быть, и удастся победить меня.
Когда сын Мор вернулся домой, мать спросила:
— Сын мой, ты видел, кто портит нашу пшеницу?
— Видел, матушка. В поле было полно цветных коров. И когда
я повел стадо домой, чтобы показать тебе, мне преградил путь пастух.
Мы бились дубинками. Он одолел меня, погнал коров в море и сказал,
что мясо, которое ты для меня приготовила, переварено, а хлеб слишком
зажарен. Сегодня вечером, когда будешь варить мясо и печь хлеб, убавь
огонь наполовину, оставь всю силу в мясе и в хлебе.
— Я так и сделаю, — отозвалась мать.
За ужином юноша съел вдвое больше мяса и хлеба, чем накануне
вечером. Примерно в то же время, сразу после полуночи, он отправился
в поле, так как теперь знал, когда там появятся коровы. В поле было
полно разноцветных коров. Сын Мор вывел животных с поля на дорогу
и погнал домой. Пастух появился не сразу, но снова подошел к нему
и сказал:
— Я не позволю тебе забрать коров.
— А мне плевать, я все равно погоню их домой. Зачем ты выпускаешь
своих коров на наше поле? Если я не могу увести твоих коров, значит,
и я не позволю тебе уничтожать нашу пшеницу! — разозлился сын Мор.
Пастух стал гнать коров в одну сторону, а сын Мор — в другую,
потом они набросились друг на друга с дубинками и стали биться.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

465

Сражались два часа, и на этот раз сын Мор оказался слабее. Пастух,
отгоняя скот к морю, сказал:
— Твоя мать варила мясо и пекла хлеб на слишком сильном огне,
тем не менее ты был сильнее, чем вчерашней ночью.
Сын Мор, потупив голову, отправился домой.
— Ну, сынок, есть новости о цветных коровах и пастухе? — спросила мать.
— Я видел коров, матушка.
— А что же пастух?
— Он и во второй раз оказался сильнее меня и угнал коров в море.
— Что же нам теперь делать? Если он будет продолжать в том же духе,
мы скоро станем нищими и нам придется покинуть деревню.
— Уводя скот в море, пастух сказал: «Твоя мать варила мясо
и пекла хлеб на слишком сильном огне, тем не менее ты был сильнее,
чем вчерашней ночью». Что ж, матушка, если ты вчера готовила ужин
на сильном огне, то сегодня убавь его еще немного, и на этот раз я либо
паду на нашем пшеничном поле, как на поле боя, либо приведу цветных
коров домой. Если я не одолею пастуха, то сегодня ночью он заберет
и своих коров, и нашу пшеницу.
Мор приготовила ужин. На этот раз она позволила воде, к которой
варилось мясо, только закипеть, а к хлебу — слегка подрумяниться. Сын
Мор съел мяса и хлеба вдвое больше, чем накануне, и ощутил такой
прилив сил, что с уверенностью сказал:
— Сегодня ночью я приведу коров.
Он отправился на поле, и вскоре после полуночи на нем было полно
разноцветных коров, а вся пшеница испорчена. Юноша вывел животных
на дорогу и погнал домой. Сын Мор вместе с коровами прошел почти
половину пути, но пастух опять встал на его пути и погнал разно
цветных коров к морю.
— На этот раз ты не заберешь коров, — сказал сын Moр.
— Посмотрим, — отозвался пастух.
Они бились долго, в упорной схватке сын Мор уже стал побеждать
пастуха.
— Думаю, на этот раз ты возьмешь надо мной верх, — проговорил
пастух. — И это моя вина, не надо было язык распускать. Сегодня
ночью ты, конечно, можешь увести коров с собой, но все-таки позволь
мне забрать их.
— Нет! Теперь эти коровы мои! — воскликнул сын Мор. —
Я наконец-то порадую матушку.
Он пригнал разноцветных коров домой и сказал:

466

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Матушка, теперь у нас есть коровы. Делай с ними все, что пожелаешь.
Следом за сыном Мор пришел пастух.
— Зачем ты выгонял коров на наше поле и портил пшеницу? —
спросила Мор.
— Отпусти коров со мной в море, и, я обещаю, на твоем поле будет
расти лучшая в деревне пшеница.
— Что нам делать, сынок? Отпустить коров и поверить пастуху?
— Как скажешь, матушка, так и будет.
— Мы отдадим ему коров, — сказала Мор.
— Что ж, — проговорил сын Мор, — матушка отдаст тебе коров, дабы
ты сдержал свое обещание. Забирай! Забудем обиды и станем друзьями!
— Спасибо тебе! — отозвался пастух. — Отныне в вашем доме будет
столько коров и пшеницы, что хватит до конца дней. Я вижу, что ты
добрый человек, поэтому, прежде чем покинуть ваш дом, я хочу отблагодарить тебя, но ты должен в точности исполнить все мои указания.
Единственную дочь короля графства Мейо завтра похитят феи. Четверо
мужчин пронесут на плечах гроб с девушкой через Дэнган в замок фей
в Нокнахини. Завтра около двух часов ночи будь на перекрестке дорог.
Когда гробоносцы будут проходить мимо тебя, подставь плечо под
гроб, и четверо мужчин исчезнут, а гроб останется на дороге. Вытащи
из гроба то, что найдешь там, и принеси домой.
Сын Мор в точности исполнил указания пастуха. Поздно вечером
он отправился в Дэнган, так как хорошо знал дорогу. После полуночи
притаился на перекрестке и стал ждать. Вскоре он увидел, что к нему
приближаются четыре гробоносца с гробом на плечах. Когда они поравнялись с ним, юноша подставил плечо под гроб — и в тот же миг четверо
мужчин опустили гроб и оставили на дороге, а сами исчезли. Сын Мор
снял крышку с гроба — внутри лежала прекрасная девушка, теплая
и румяная, словно она спала в своей постели. Он вытащил ее, взвалил
на спину, а гроб оставил на дороге.
Сын Мор принес девушку домой. Мать открыла дверь, и он усадил
ее в уголок. Девушка не могла ни стоять, ни говорить.
— Кого это ты принес? Что я буду с ней делать?
— Не бери в голову, матушка. Может статься, она принесет нам удачу.
Они накормили и напоили ослабшую девушку. Только к полудню она
немного окрепла и смогла говорить. Первые слова, которые она произнесла, были:
— Сейчас я очень слаба и ничем не могу вам помочь. Но если ты
храбрый и если сделаешь все так, как я скажу, то завтра ночью тебе улыбнется удача. Ночью все феи соберутся на пир в замке в Нокнахини.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

467

В большом зале на столе ты увидишь рог с вином. Если принесешь этот
рог сюда, я сделаю из него три глотка и стану здоровой и сильной, как
прежде, а ты станешь богатым, как король в Эрине.
— Мне уже приходилось сталкиваться с этими коварными феями, —
ответил сын Мор. — И на этот раз я не испугаюсь, сделаю все так, как
ты говоришь.
— Между часом и двумя ночи ты должен пойти в замок, — продолжала девушка, — и в руке у тебя должна быть волшебная рябиновая
палочка.
Юноша отправился в крепость фей, бережно и крепко держа палочку
в руке. На прощание девушка предупредила:
— Пока у тебя в руках рябиновая палочка, они не смогут причинить
тебе никакого вреда, но без нее неизвестно, что они могут натворить.
Сын Мор добрался до Нокнахини, вошел в ворота волшебного замка
и увидел множество огоньков, мигающих тут и там. В большом зале
стоял стол со всевозможными яствами и напитками, а вокруг него —
толпа маленьких человечков. Когда юноша подошел к столу, то услышал,
как один из них пропищал:
— От девушки сыну Мор будет мало пользы. Пусть сидит себе
в уголке в доме Мор, в ней ведь ни здоровья, ни силы. Вот если бы она
выпила три глотка из рога, что стоит здесь, на столе, то стала бы здоровой
и сильной как никогда.
Молодой человек схватил со стола рог и проговорил:
— Она скоро сделает три глотка из этого рога!
Человечки только переглянулись, когда сыну Мор удалось проскочить в дверь и исчезнуть. У него была рябиновая палочка, и они ничего
не могли с ним поделать, но все-таки стали ругать друг друга, что у них
не хватило смелости схватить юношу и отобрать у него рог.
Сын Мор благополучно добрался до дома.
— Ну, матушка, — сказал он, — теперь у нас есть лекарство!
Девушка сделала три глотка из рога и проговорила:
— Ты силач из силачей, которые когда-либо рождались в Эрине.
Теперь отнеси рог обратно в Нокнахини. Я здорова и бодра как никогда.
Он отнес рог в крепость фей, поставил на стол в большом зале и поспешил домой. Феи только пожали плечами, они ничего не могли поделать, ведь в руке у сына Мор была волшебная рябиновая палка.
— Девушка теперь в полном порядке, она здорова, но мы ее потеряли.
На следующий день девушка сказала сыну Мор:
— Теперь я выздоровела. Я дам тебе одну вещицу. Отнеси ее моим
родителям в графство Мейо.

468

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Нет, я разыщу графство Мейо и сначала сам заберу что-нибудь
у твоего отца.
Сын Мор отправился в путь, долго искал и расспрашивал, пока не нашел
королевский замок в графстве Мейо, забрал весь скот и вернулся к матери
в Данкуин со всеми четвероногими тварями, принадлежавшими королю.
— Ну, матушка, — сказал он, — вот это удача! Теперь во всей деревне
будет полно скота.
Девушка не успокоилась и попросила еще раз:
— Ты должен пойти и передать моим родителям одну вещицу.
— Давай немного подождем, — отозвался сын Мор. — Твой отец
пошлет пастухов на поиски скота, и когда они придут, то увидят тебя.
И конечно же, люди короля, обойдя все холмы и долины, обнаружили,
что в течение дня скот пасся то на одном месте, то на другом. Наконец они
наткнулись на дом Мор и увидели, что скот пасется неподалеку, на горе.
— Один из нас войдет в дом, — решили пастухи, — и узнает, что
за силач перегнал весь королевский скот на такое огромное расстояние.
И что же? Войдя в дом, пастух увидел королевскую дочь! Он знал, что
девушку похоронили два месяца назад в замке ее отца в Мейо. Пастух
остолбенел и не мог вымолвить ни слова, он забыл, где находится и зачем
его послали. Наконец он пришел в себя, подбежал к пастухам и воскликнул:
— В этом доме живет королевская дочь!
Пастухи не поверили ему и решили сами посмотреть. Они узнали
принцессу и чуть не лишились чувств от страха, но, набравшись
храбрости, спросили:
— Где тот человек, что пригнал сюда королевский скот?
— Спит, — ответила принцесса. — Он устал после долгого путешествия. Если хотите, я разбужу его.
Она разбудила сына Мор, он вышел к пастухам и спросил:
— Что привело вас сюда?
— Мы ищем скот нашего короля, уже обошли всю страну. Мы видели,
скот пасется неподалеку, на горе, и, похоже, сюда его пригнал ты.
— Ступайте и скажите своему королю, что скот угнал я, что Лир —
мой отец, Мор — моя мать и что его дочь жива-здорова и поселилась
в нашем доме.
— Бесполезно, — сказала девушка, — отец не поверит им. Если они
пойдут к моему отцу с этой вестью, он убьет их. А вот если я дам им одну
вещицу...
— Что за вещица?
— Вот это кольцо. На нем выгравировано мое имя, имя моего
отца и имя моей матери, — и, повернувшись к пастухам, она

Человечки только переглянулись, когда сыну Мор удалось проскочить
в дверь и исчезнуть. Они... стали ругать друг друга, что у них
не хватило смелости схватить юношу и отобрать у него рог.

470

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

сказала: — Не показывайте кольцо, пока не расскажете отцу обо всем,
что видели. Если он не поверит вам, тогда отдайте кольцо.
Пастухи ушли, не взяв ни одного животного, и, если бы явились все
воины Мейо, сын Мор не позволил бы им увести скот, ибо он был самым
сильным во всем Эрине. Королевские пастухи отправились в Мейо
самой короткой дорогой и добрались до королевского замка за половину времени, потраченного на поиски скота.
— Есть ли у вас новости после столь долгого путешествия? —
спросил король.
— Мы нашли принцессу. Она живет с сыном Мор в Данкуине, что
на юго-западе Эрина, и весь скот тоже у него.
— Может, вы и нашли мой скот, но вы не могли найти мою дочь.
— О государь! Веришь ты или нет, но мы еще и еще раз готовы
рассказать тебе то же самое.
— С тем же успехом вы могли бы молчать. Я не верю ни единому
слову из того, что вы тут наплели о моей дочери.
— Вот вещица от принцессы, — сказал один пастух, доставая
льняную сумку.
(Надо заметить, что льняная нить — лучшая защита от коварных
фей. Если носить на шее льняную нить, а в кармане — стальной нож
с черной рукояткой, то не страшны самые крепкие замки фей на всем
белом свете.) Он вытащил из сумки кольцо и отдал его королю.
Король послал за королевой. Она тут же явилась. Он подал ей кольцо
и проговорил:
— Посмотри, дорогая, на эту вещицу. Узнаешь ли ты ее?
— Конечно, узнаю! — ответила королева. — Откуда у тебя это
кольцо?
Король рассказал все, что услышал от своих пастухов.
— Это кольцо нашей дочери. Оно было на ее пальце, когда мы хоронили ее, — сказала королева.
— Это так, — отозвался король. — И то, что говорят мои пастухи,
должно быть, истинная правда.
На следующее утро король и королева отправились в путь верхом
на лошадях и не останавливались, пока не прискакали в Данкуин. Король
узнал свой скот, как только увидел на горе, и был полностью уверен
в правдоподобности всей истории, рассказанной пастухами. Конечно,
столь знатные родители огорчились, что нашли дочь в маленьком доме,
но их радость перевешивала все, ведь принцесса была жива. В дом
послали вестника сообщить о прибытии короля и королевы.
— Король и королева уже на пороге! — доложил вестник.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

471

Принцесса вышла к ним. Отец и мать при виде живой дочери чуть
не лишились чувств, но она подбежала, подхватила их под руки и сказала:
— Входите смелее, я жива-здорова, я не призрак, и за это вы должны
благодарить человека, который спас меня.
— Приведи его к сюда! — воскликнули они.
— Он спит, но я его разбужу.
— Разбуди, — сказал отец, — потому что это именно тот человек,
которого мы хотим видеть немедля.
Принцесса разбудила сына Мор и сказала:
— Мои родители здесь, в доме. Иди поздоровайся с ними.
Он радушно поздоровался с родителями принцессы. Они стали
расспрашивать, как в доме Мор оказалась их дочь, ведь они похоронили ее в королевском замке два месяца назад. Юноша рассказал всю
историю от начала до конца: как морской пастух рассказал о принцессе,
как он отправился в Дэнган, увидел на перекрестке дорог гробоносцев,
вытащил девушку из гроба, принес домой, как потом оживил ее чудодейственным вином из кубка, который ему удалось добыть в замке фей
в Нокнахини.
После долгого путешествия король с королевой провели чудесную ночь в доме Мор, Король прихватил с собой из замка много
всякой всячины, поэтому в маленьком доме все было по-королевски.
На следующее утро родители хотели забрать дочь домой, но она
наотрез отказалась:
— Я никогда не оставлю человека, который спас меня, никогда
не выйду замуж ни за кого другого, только за него! Он самый сильный
и самый смелый! Во всем Эрине такого не сыскать!
— Раз он пришелся тебе по сердцу, так и быть, оставайся. Мы
пришлем вам вдвое больше скота и золото в придачу.
Сын Мор женился на принцессе. Родители оставили ее в Данкуине,
а сами, счастливые, отправились домой.
Вскоре младший сын Мор разбогател, но он не мог успокоиться, пока
не нашел двух своих братьев, покинувших дом много лет назад и живущих
в королевстве Белая Земля, что на Востоке. Он смастерил прекрасный
корабль, нагрузил его провизией на год и один день и поплыл по широкому океану, пока не прибыл в главный порт королевства Белая Земля.
Когда корабль младшего сына Мор пристал к берегу, король, увидев его,
подумал, что он храбрец, раз приплыл один в его королевство.
— Должно быть, это силач из силачей, — сказал он своим слугам. —
Пусть кто-нибудь из вас устроит ему испытание, прежде чем он появится
в моем замке.

472

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Король так испугался чужеземца, что из всех воинов выбрал для
состязания самых сильных — двух сыновей Мор. Они взяли три
клюшки для херлинга — две для себя и одну для чужеземца — и мяч.
Сначала средний сын Мор предложил чужеземцу сыграть в херлинг,
и тот оказался лучшим в игре.
Тогда король пригласил чужеземца отужинать и заночевать в его
замке. А утром, когда он позавтракал, старший сын Мор предложил
ему сыграть в херлинг. Они снова взяли три клюшки и мяч для херлинга
и отправились на берег. Старший брат сказал среднему:
— Постой здесь, посмотри, как мы будем состязаться.
Они предложили чужеземцу выбрать клюшку, и игра началась. Невозможно было определить, кто из двух братьев играл лучше, и в полдень
старший брат сказал чужеземцу:
— Давай побьемся врукопашную, тогда и узнаем, кто из нас
лучший.
— Меня это устраивает, — согласился чужеземец.
И они схватились врукопашную. Старший пытался несколько раз
ударить чужеземца, а тот все время уворачивался.
— Ну, если так, — сказал старший, — значит, ты мой брат, потому
что, когда мы дрались дома, я все время наносил удары, а ты уворачивался. Ты мой младший брат, ибо никто, кроме тебя, не мог увернуться
от меня в рукопашной схватке, когда я жил в Данкуине.
Братья узнали друг друга и обнялись. Каждый рассказал свою
историю.
— Возвращайтесь домой, — сказал младший сын Мор, — проведайте
нашу матушку. Я богат, как король, и могу обеспечить вам безбедную
жизнь, полную радости и счастья.
Три брата отправились к королю Белой Земли и все ему рассказали.
Старший и средний попросили разрешения отправиться домой, к отцу
и матери. Король дал им разрешение и загрузил их корабль разной вкуснятиной, а те пообещали вернуться.
И вот три брата отплыли от берега Белой Земли и через семь дней
причалили у Данкуина. Старшие сыновья Мор увидели, что их брат
действительно богат, как король. Долго наслаждались они пребыванием дома, имели все, что только могли пожелать. Но однажды братья
увидели проплывающий мимо Данкуина корабль, он направлялся
в Дэнган. На следующий день у корабля собралась толпа народа, но ни
один человек не мог подняться на борт.
На палубе сидел хозяин корабля — зеленый кот размером с человека. По поселку разнеслась весть, что зеленый кот никого не подпу-

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

473

скает к кораблю, и через три недели об этом уже знали жители всего
Эрина. Сыновья Мор, прослышав о зеленом коте и корабле в Дэнгане,
решили:
— Давайте сходим в Дэнган, поглядим на корабль и на зеленого кота.
Мор велела им оставаться дома.
— Послушайтесь меня, не ходите, не обращайте внимания ни на корабль, ни на кота.
Но сыновья не послушались и ушли, несмотря на уговоры матери.
Когда зеленый кот увидел трех сильных юношей, сразу понял, кто
они. Он выскочил на берег, встал на задние лапы и пожал братьям
руки. Кот был дружелюбен, как самый добрый человек на свете. Братья
обрадовались, что им была оказана такая честь, которой не удостоился
ни один человек, прибывший в Дэнган посмотреть на чудо-кота.
— Проходите на корабль, спускайтесь в каюту и попробуйте мою
стряпню, — любезно пригласил хозяин.
Они взошли на корабль и спустились в каюту. На столе стояли самые
изысканные блюда и напитки, каких никто не пробовали ни в Данкуине,
ни в королевстве Белая Земля. Когда братья сели за стол и стали с превеликим удовольствием вкушать удивительные яства, зеленый кот незаметно вышел на палубу, задраил люки, поднял паруса, и корабль отчалил
от берега. Братья были уверены, что ужинают на набережной в Дэнгане,
а между тем корабль уже плыл на всех парусах в открытом океане. Когда
с ужином было покончено, они решили:
— Поднимемся на палубу, поблагодарим хозяина и выйдем на берег.
И что же? Братья увидели, что корабль вышел в открытый океан!
Зеленый кот не успокоился, пока не приплыл в королевство Белая
Земля, ибо он и был король Белой Земли. Он знал, что братья никогда
не вернутся к нему по своей воле и никому не мог доверить отправиться
за ними, поэтому приплыл сам. Королю нужны были воины, а эти были
самые лучшие. Вернув двоих, он забрал и третьего.
Вечером Мор узнала, что корабль уплыл, а на нем трое ее сыновей.
— О, горе мне! — зарыдала она. — Я вырастила трех сыновей, а они
покинули меня.
Мор так и не узнала, кем был зеленый кот и что стало с ее сыновьями.
Жена младшего сына Мор уехала к отцу в Мейо и забрала с собой все
богатства. Муж Мор, Лир, умер, его похоронили на мысе Данмор-Хед.
Мор сошла с ума и вскоре умерла.
Сегодня, когда две женщины бранятся, то частенько одна в сердцах
говорит другой:
— Пусть дети покинут тебя, как уплыли сыновья Мор с зеленым котом!

САУДАН ОГ
И ДОЧЬ ИСПАНСКОГО КОРОЛЯ.
КОНАЛЛ ОГ
И ДОЧЬ ЖЕЛТОГО КОРОЛЯ

дин турецкий король много лет прожил в Эрине, где у него
родился сын, Саудан Ог1, прекраснее которого не было в целом
свете. Принцу исполнилось двадцать лет. Король очень хотел
найти для него жену, непременно королевскую дочь, и стал расспрашивать всех в своем королевстве, богатых и бедных, знатных и простых,
где найти такую невесту, но никто не мог ему ничего ответить.
Наконец король позвал старика друида2 и спросил:
— Знаешь ли ты, где найти принцессу для Саудана Ога?
— Не знаю, — ответил друид, — но прикажи своим стражникам
останавливать всех, проезжающих мимо твоего замка, и спрашивать
у них, где проживает такая девушка.
Как друид посоветовал, так король и сделал. Однажды мимо королевского замка проезжал старый капитан корабля, и стражники привели
его к королю.
— Не знаешь ли ты, где можно найти подходящую жену для моего
сына? — спросил король.
— Знаю, — ответил капитан, — но послушайся моего совета: ищи
жену для сына в той стране, где он родился, а не за границей. В Эрине
много хороших девушек.
В ирландском языке для различения отца и сына, являющихся тезками, используются прилагательные «старший» (ирл. mór) и «младший» (ирл. óg).
2
Друид — жрец у древних кельтов.
1

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

475

— Хорошо, — сказал король, — только сначала скажи, кто та девушка,
которую ты имеешь в виду.
— Это дочь испанского короля.
Король тут же приказал повесить на обочине дороги объявление,
чтобы в замок больше не приносили вестей о невестах для его сына.
Увидев это объявление, Саудан Ог сразу понял, что король наконец
нашел для него невесту. На следующее утро сын отправился к отцу,
чтобы расспросить обо всем.
— Что сказал тебе старый капитан? — спросил юноша.
Король ничего не ответил, потому что, помня совет старого капитана, побоялся, что принц может попасть в беду.
— Завтра я отправлюсь на поиски принцессы, — заявил Саудан Ог. —
Если я не найду ее, то больше не вернусь к тебе, так что лучше расскажи
мне все.
— Эта девушка — дочь испанского короля, — проговорил отец. —
Но мой тебе совет: оставайся лучше дома, в Эрине.
На следующий день Саудан Ог оделся в великолепные одежды, сел
на белого коня и, обгоняя ветер, поскакал прочь из родного дома. Он
добрался до морского берега, здесь заканчивался сухопутный путь.
Саудан Ог обернулся к лесу, увидел большой ясень, схватил его, выдернул из земли с корнями и бросил в море. Оставив коня на берегу, он
оседлал могучий ясень и не останавливался, пока не приплыл в Испанию. Высадившись на берег, он послал королю весть, что из Эрина
прибыл Саудан Ог и желает его видеть. Принц получил ответ: не приезжать, пока король не подготовит свой замок к приему знатного гостя.
Когда замок был готов, испанский король разослал по стране глашатаев с приказом:
«Жители Испании! Мужчины, женщины и дети!
Семь дней и семь ночей все вы должны бодрствовать — петь, плясать
и веселиться в честь прибытия чужеземного гостя. Кого найдут спящим,
тот тотчас лишится головы».
Испанский король пировал семь дней и семь ночей и ни разу не спросил, зачем принц из Эрина прибыл сюда. Вечером седьмого дня Саудан
Ог сказал королю:
— Ты не спрашиваешь, что привело меня сюда.
— Если бы ты пробыл здесь двадцать лет, я бы и тогда не спросил.
Неудивительно, что такой принц, как ты, путешествует по всему свету.
— Я приехал не для того, чтобы мир посмотреть да себя показать, —
отозвался Саудан Ог. — Я прослышал, что у тебя есть прекрасная дочь.
Я хочу жениться на ней если не с твоего согласия, то вопреки тебе.

476

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Ты получишь мою дочь в жены и сто тысяч радушных пожеланий
в придачу, — сказал испанский король, — но прежде покажи свою силу.
Затем король отправил гонца в Эрин, к трем королям — Ри Фохину,
Ри Лаяну и Коналлу Гулбану — с просьбой помочь ему.
Короли были готовы отплыть в Испанию.
Коналл Гулбан позвал трех своих сыновей и сказал им на прощание:
— Оставайтесь здесь и позаботьтесь о королевстве, пока меня не будет.
— Я не останусь, — возразил старший сын. — Ты стар и немощен,
а я молод и силен. Позволь мне поехать с тобой.
Средний сын ответил отцу так же. А младший, который носил имя
отца — Коналл Ог, — ответил:
— Я сделаю все, что ты прикажешь.
— Теперь я могу отправиться в путь со спокойной душой, — сказал
король. — Управлять королевством станешь ты. Запомни мой совет:
никогда не позволяй бедным обвинять тебя в том, что ты берешь взятки
у богатых. Суди о людях по их делам и всегда поступай с ними справедливо, тогда и богатые, и бедные будут уважать и любить тебя так же, как
меня. Оставляю тебе двенадцать советников. Если мы не вернемся через
год и один день, значит, нас уже нет в живых. Если советники уговорят
тебя жениться на высокородной принцессе, у тебя будет две силы, и это
поможет тебе защитить королевство.
Прошел год и один день, а от старших братьев и отца Коналла Ога
не было никаких вестей. Тогда двенадцать советников объявили, что
выбрали для него невесту — очень красивую принцессу. Коналл Ог испустил три вопля, от которых камни посыпались из стен старых построек,
что находились за много миль от королевского замка. Старик друид,
служивший у его отца двенадцать лет назад, услышал эти вопли и сказал:
— Коналл Ог в большой беде. Отправлюсь-ка я к нему и узнаю, могу
ли я ему чем-то помочь.
Одним прыжком друид преодолел гору, одним прыжком — долину,
одним прыжком — двенадцать миль, так что, миновав все горы, долины
и лощины, на закате был уже у ворот замка. Коналл Ог в это время сидел
на скамье в саду и думал: «Отец и братья в Испании, и, возможно, их нет
в живых». Уже начала выпадать роса, он решил вернуться в свои покои
и увидел у ворот замка старика. Друид, не зная Коналла Ога в лицо,
воскликнул:
— Кто ты такой, что приходишь сюда беспокоить ребенка? Сидел бы
дома и не будил Коналла Ога своими дикими воплями!
— Ты, верно, тот самый друид, — отозвался Коналл Ог, — который
двенадцать лет назад служил у моего отца?

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

477

— Тот самый. А ты, должно быть, Коналл Ог?
— Да, — ответил Коналл Ог. — Сто тысяч приветствий!
— Я находился на севере Эрина, — сказал старик, — когда услышал
три вопля. Я понял: что-то случилось с тобой или с твоим отцом в чужой
стране, и поспешил сюда. Я слышал, что двенадцать твоих советников
выбрали для тебя невесту и что завтра ты женишься. Выкинь из головы
эту принцессу, она тебе не ровня ни по крови, ни по силе. Прислушайся
к моим советам, как это делал твой отец. Подходящая жена для тебя —
дочь Желтого короля, надменного и сильного. Если король не отдаст ее
добром, завоюй ее в честном бою, как твои предки заполучали королев.
На следующее утро советники разбудили Коналла Ога и сказали:
— Собирайся. Отправляемся к принцессе, которую мы для тебя
выбрали.
Коналл Ог сел на коня и поскакал вместе с советниками. И вот они
оказались на перекрестке дорог. Коналл Ог, заметив, что советники
собираются свернуть в сторону, пришпорил коня, поскакал прямо
и не останавливался, пока не отдалился от советников на семь миль. Но,
словно вспомнив о чем-то, он развернулся и помчался обратно, подъехал к советнику, которого уважал и ценил больше других, отдал ему
ключи от замка и проговорил:
— Возвращайся и властвуй, пока не вернусь я, мой отец или братья.
Вот тебе совет, который некогда дал мне отец: никогда не позволяй
бедным обвинять тебя в том, что ты берешь взятки у богатых. Суди
о людях по их делам и всегда поступай с ними справедливо, тогда
и богатые, и бедные будут уважать и любить тебя. Если бы вы, советники, не заставили меня жениться, я, может быть, и до сих пор бегал
бы по траве с клюшкой и мячом, как подобает моему возрасту. А теперь
я отправляюсь искать по свету свою судьбу.
Они распрощались, и Коналл Ог поскакал дальше, к замку Желтого
короля.
Вокруг замка возвышались семь высоких крепких стен, в каждой
стене — ворота. Стражники у семи ворот были довольно странные:
у первых ворот — семьсот слепых; у вторых — семьсот глухих;
у третьих — семьсот калек; у четвертых — семьсот мудрых женщин;
у пятых — семьсот дураков; у шестых — семьсот бедняков; у седьмых —
семьсот воинов. Стражники спали полчаса перед восходом солнца
и полчаса после заката. На семи воротах сидели семь чибисов.
Если кто-нибудь подходил к воротам, птицы кричали: «Чьи-вы?
Чьи-вы?» — и вмиг будили заснувших стражников. Эти меры предосторожности Желтый король предпринял, потому что однажды ему

478

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

предсказали, что Коналл Ог, сын Коналла Гулбана, женится на его
дочери и отрубит ему голову.
Дочь Желтого короля жила на верхнем этаже замка. Ей прислуживали двенадцать служанок. Им было приказано строго следить за принцессой и никуда не выпускать ее из замка. Однажды ранним утром она
сказала служанкам:
— Меня заперли здесь, словно преступницу, я даже не могу прогуляться по саду. Ах, если бы прискакал прекрасный принц на белом коне!
Я бы не задумываясь сбежала с ним!
Как раз в это время приехал Коналл Ог. Увидев, что все стражники
спят, он пришпорил коня и вмиг преодолел все стены, прежде чем
закричали чибисы и проснулись охранники. Во дворе замка его никто
не трогал. Он пустил коня пастись недалеко от замка, где увидел три
пики, на две из них были насажены отрубленные головы. «Это головы
двух принцев, которые пришли, чтобы заполучить в жены дочь Желтого
короля, — сказал себе Коналл Ог. — Видимо, на третьей пике будет моя
голова. Но даже если так, я после смерти окажусь в хорошей компании».
Тем временем двенадцать служанок бросили жребий, кому выйти
во двор и посмотреть, не прибыл ли кавалер, достойный принцессы.
Служанка, на которую пал жребий, быстро вернулась и воскликнула:
— О! Это самый прекрасный юноша из всех, какого я когда-либо
видела! Молодой, статный, красивый! Если есть на свете мужчина,
достойный вас, то это именно он.
— Сходи еще раз, — приказала принцесса, — и посмотри ему в лицо.
Не говори ни слова. А если он заговорит с тобой, скажи, что я прислала
тебя и что он должен встать под моим окном.
Служанка пошла и трижды преградила путь Коналлу Огу, но он
не заговорил. Когда она встала перед ним в четвертый раз, он проговорил:
— Ох, не к добру ты встретилась мне на пути ранним утром1!
— Моя госпожа желает, чтобы ты встал под ее окном.
Коналл Ог встал под окном принцессы. Та только взглянула — и тут
же влюбилась в него без памяти.
— Я слишком высоко, — крикнула сверху дочь Желтого короля. —
Если мы заговорим, нас услышат во всем замке. Я спущу из окна золотую
веревку и постараюсь поднять тебя сюда, чтобы мы могли сказать друг
другу хоть несколько слов.
— С моей стороны было бы невежливо утруждать тебя, — отозвался
Коналл Ог, воткнул меч в землю и одним прыжком оказался на подоконнике, рядом с дочерью Желтого короля.
1

Встретить женщину ранним утром — считалось плохой приметой.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

479

Принцесса обняла его, расцеловала и предложила изысканные яства
и напитки.
— Ты видел стражников у семи ворот? — спросила дочь Желтого
короля.
— Да, — ответил Коналл Ог.
— Они уже проснулись. Я спущусь и пройду с тобой через ворота.
Увидев меня, стражники не остановят нас.
— Я этого не сделаю. О Коналле Оге из Эрина никогда не скажут, что
он украл дочь у отца. Я завоюю тебя в честном бою или не получу вовсе.
— Боюсь, тебе не справиться с огромным королевским войском, —
сказала принцесса.
Эти слова разгневали Коналла Ога, и он, одним прыжком выскочив
из окна во двор, подошел к тренировочному столбу и ударил по нему
своим мечом с такой силой, что затрясся замок со всеми окрестными
землями, проснулась старая ведьма на Востоке. Проснулся и Желтый
король, упал с кровати, стукнулся лбом об пол, и у него выскочила
огромная шишка. Он так испугался, что сказал старику друиду, прибежавшему на помощь:
— Много я повидал на своем веку, но ничего подобного этому удару
слышать не доводилось. Должно быть, во дворе замка силач из силачей.
Он наверняка перебил всех моих людей у ворот.
Послали стражника посмотреть, не осталось ли кого-нибудь в живых
возле замка. Он вышел во двор и не увидел мертвых — все были живы,
а перед ними стоял силач с мечом в руке. Стражник поспешил назад
и доложил королю:
— Перед замком стоит юноша, молодой, статный, красивый.
— Пойди к нему и спроси, со сколькими моими воинами он хочет
сразиться, — приказал король.
Стражник спросил.
— Семьсот воинов по правую руку от меня, семьсот — по левую,
семьсот — впереди меня и столько же — позади. Пусть они построятся по четыре в ряд и выйдут из ворот. Король не должен участвовать
в битве. Я хочу посмотреть, как он вознаградит меня, если я одержу
победу, — был ответ.
Стражник все передал королю, и тот сказал:
— Этот юноша, должно быть, безумец или великий воин. Я хочу
взглянуть на него, прежде чем отправлю к нему своих людей.
Король вышел во двор замка и спросил:
— Ты тот силач, что хочет сразиться с моими воинами?
— Да, — ответил Коналл Ог.

480

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Среди них нет ни одного, кто не убил бы дюжину таких, как ты, —
сказал король. — Ты еще молод и неопытен в боевом искусстве. Будет
лучше, если ты уйдешь отсюда так же, как пришел.
— Ваше величество, не стоит обо мне беспокоиться, — ответил
Коналл Ог. — Выпускайте воинов. Чем больше людей, тем быстрее они
сделают свою работу. Если один может убить меня вмиг, то множество
воинов сделают это еще быстрее.
Выпустили толпу воинов. Коналл Ог прошел сквозь их ряды, как
ястреб сквозь птичью стаю. Когда один воин падал мертвым, он сбивал
с ног следующего и отрубал ему голову. К вечеру все воины Желтого
короля были обезглавлены. Коналл Ог сложил тела в одну кучу, головы
в другую, оружие в третью, а сам, весь израненный, растянулся на траве,
одежда его была изорвана в клочья.
— Ох, тяжелая была битва! Как хочется перед смертью еще раз взглянуть на принцессу! — проговорил Коналл Ог.
Истекая кровью, он подполз под окно принцессы, чтобы сказать ей,
что умирает ради нее. Принцесса увидела его и велела не двигаться, пока
она не поднимет его на золотой веревке и не позаботится о нем.
— С моей стороны было бы невежливо утруждать тебя, — поднявшись на ноги, сказал Коналл Ог и одним прыжком оказался на подоконнике, рядом с дочерью Желтого короля.
Она подхватила его под руки и втащила в свои покои.
Во дворе замка был волшебный колодец. Дочь Желтого короля
искупала юношу в воде из этого колодца — Коналл Ог стал таким же
сильным, как перед битвой.
— Теперь нам нужно бежать из замка, — сказала она.
— Нет, я не уйду, пока есть хоть что-то, что может запятнать мою
честь, — ответил Коналл Ог.
На следующий день он ударил своим мечом по тренировочному
столбу с удвоенной силой, так что король затрясся от страха в своей
опочивальне. Теперь у Желтого короля не было других сил, кроме
слепых, глухих, калек, мудрых женщин, дураков и бедняков, и ему
ничего не оставалось, как самому сразиться с Коналлом Огом в честном
поединке. Соперники заставили дрожать горы, долины и ущелья. Они
сражались три дня и две ночи. Вечером третьего дня король попросил
у Коналла Ога передышку, чтобы подкрепиться.
— Любое дело я всегда довожу до конца, — заявил Коналл Ог. — Давай
закончим поединок, а потом можешь отдыхать сколько душе угодно.
Соперники снова вступили в поединок и сражались семь дней
и шесть ночей без еды, питья и отдыха, и каждый старался получить

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

481

преимущество над другим. Вечером седьмого дня Коналл Ог своим
мечом отсек королю голову.
— Что ж, не моей голове красоваться на пике близ замка. А дочь
Желтого короля будет моей, — сказал Коналл Ог.
Принцесса спустилась вниз и спросила:
— Ты останешься здесь или заберешь меня в свое королевство?
— Я заберу тебя, — ответил Коналл Ог.
Тут Коналл Ог увидел одного стражника и спросил:
— Разве ты не участвовал в битве?
— Нет.
Коналл Ог обратился к принцессе:
— Пусть этот стражник женится на самой преданной твоей служанке,
и они позаботятся о королевстве до нашего возвращения.
На следующее утро Коналл Ог оседлал коня и вместе с принцессой
отправился в обратный путь. Когда они оказались у подножия горы,
Коналла Ога стало клонить в сон, и он сказал принцессе:
— Я слезу с коня и немного посплю.
Место было пустынное, едва ли можно было отыскать два дома
на двадцать миль вокруг. Дочь Желтого короля посоветовала:
— Давай доедем до какого-нибудь жилища, там и выспишься, а это
место слишком дикое.
— Не могу, я очень устал от долгого поединка. Я посплю здесь
немного, и потом снова смогу сражаться семь дней и семь ночей.
Он спешился, и принцесса уселась на мягкой зеленой траве. Положив
голову ей на колени, Коналл Ог уснул, а его конь ушел пастись на склоне
горы. Так прошло три дня. Вечером третьего дня принцесса увидела
огромного человека, он шел к ней по морю с корзиной за спиной.
Море не доходило ему до колен, а голова доставала до неба. Это был
Верховный король мира. Великан подошел к Коналлу Огу и его невесте
и трижды поцеловал им руки.
— Как же мне повезло, что я встретил тебя, — сказал Верховный
король мира, восторженно глядя на принцессу. — Моя невеста, дочь
Желтого короля, в заточении. Она ждет, когда я освобожу ее. Но ты
во сто крат лучше ее.
— Ступай к ней, ибо она лучшая принцесса на свете, а я простая
девушка и принадлежу другому.
— О! Горе мне, если я не возьму тебя с собой! Ты должна стать моей
женой!
Принцесса пыталась разбудить Коналла Ога, но он не просыпался.
Когда она поняла, что великан непременно заберет ее с собой, она

482

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

стала умолять, чтобы он поклялся жениться на ней только через год
и один день.
— Это худшая клятва, которую я когда-либо давал, — сказал
Верховный король мира, — но я сдержу ее.
— Если бы этот юноша проснулся, он бы остановил тебя, — сказала
принцесса.
Верховный король мира поднял спящего Коналла Ога двумя пальцами и подбросил на пять миль вверх. Когда Коналл Ог упал наземь,
у него изо рта вырвались три струи крови, но он не проснулся.
— Как думаешь, этого достаточно? — спросил король принцессу.
— Подбрось его еще раз, — сказала дочь Желтого короля.
Верховный король мира подбросил его еще выше. Когда Коналл
Ог упал наземь, у него изо рта вырвались еще три струи крови, но он
не проснулся.
— Этого достаточно?
— Попробуй третий раз.
Третий раз Верховный король мира подбросил его выше неба.
Когда Коналл Ог упал наземь, у него изо рта вырвались три струи крови,
но он не проснулся.
Пока Верховный король мира подбрасывал Коналла Ога, принцесса
успела написать записку:
«Любимый!
Я ушла с Верховным королем мира в неведомые края. Я взяла с него
клятву не жениться на мне три года и один день. Я уверена, что за это
время ты найдешь и спасешь меня.
Твоя невеста, дочь Желтого короля».
Король взял ее на руки и отправился гулять по морю. Время от времени
он ловил рыбу и бросал ее в корзину за спиной.
Коналл Ог спал богатырским сном семь дней и семь ночей. Когда
он проснулся, невесты рядом не было, и, взглянув в сторону горы, он
не увидел своего коня.
— Как долго я спал! Что же мне теперь делать?! — воскликнул опечаленный юноша.
Неподалеку мальчишки пасли коров. Они стали подшучивать над
Коналлом Огом, что он за соня, проспал семь дней и семь ночей. (С тех
пор о любителе поспать говорят, что он спит, как Коналл Ог у подножия
Бен-Балбена1.)
Бен-Балбен (англ. Ben Bulben) — столовая гора в северо-западной части Ирландии.
Высота Бен-Балбена составляет всего 527 м. Главная особенность массива — его
необычная форма: эта столовая гора имеет плоскую срезанную вершину и отвесные
1

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

483

— Я не виню вас, что вы смеетесь надо мной, — сказал Коналл Ог. —
Не знаете ли вы, где моя невеста и мой конь? Может, их кто-нибудь
похитил? Вы никого здесь на видели?
Мальчик, что был постарше и поумнее, ответил:
— Твой конь сейчас пасется на склоне горы. Семь дней подряд он
приходил сюда и обнюхивал тебя, пока ты спал, потом снова уходил.
Четыре дня назад по морю пришел великан. Он трижды подбрасывал тебя
в воздух. Мы думали, что ты разобьешься насмерть, а госпожа, которая
была с тобой, тем временем написала записку и засунула ее тебе за пояс.
Коналл Ог прочитал записку, понял, что принцессу похитили,
и решил биться с великаном. Он спросил у мальчишек, можно ли найти
поблизости корабль, на котором он мог бы выйти в море.
— Здесь нет подходящего корабля, но вон там, в бухте, есть старое
судно, некогда потерпевшее крушение, — сказал старший мальчик.
Мальчишки пошли с Коналлом Огом и показали ему корабль.
— Теперь прижмитесь к борту и помогите мне спустить его
на воду, — попросил Коналл Ог.
Мальчишки рассмеялись, ведь они знали, что даже двести человек
не смогут сдвинуть корабль с места. Коналл Ог нахмурился, и тогда они
стали побаиваться его и вместе вытолкнули корабль в море, но вода
просачивалась сквозь прорехи в старом судне. Поблизости не было
леса, но юноша не растерялся. Он зарезал семь коров, снял с них шкуры
и обмотал корабль. Мальчишки запричитали:
— Как же мы появимся дома без коров?!
— Не расстраивайтесь, — сказал Коналл Ог, — вместо одной коровы,
у каждого из вас будет две, — и заплатил за каждую корову вдвое больше. — А теперь идите домой и расскажите родителям, что случилось.
Вскоре Коналл Ог отчалил от берега. Когда его корабль оказался
в открытом океане, он пустил его по ветру. На третий день пополудни он
увидел три острова, на берегу одного из островов — толпу народа. Он
бросил два якоря со стороны океана и один со стороны берега, поставил
корабль так, чтобы ни волна не ударяла в борт, ни ветер не раскачивал,
ни ворона не опускалась на мачту, воткнул меч в палубу и ступил на берег.
Он поздоровался с красивым юношей и спросил:
— Что это за страна? Почему здесь толпа народа?
— А ты кто и откуда?
вертикальные склоны с северной, южной и западной стороны (восточный склон
пологий). Склоны густо заросли травами, что издалека смотрится как сплошной
зеленый ковер. Кстати, прозвище Коналла — Гулбан — произошло от названия горы
Бен-Балбен (ирл. Binn Ghulbain).

484

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Я чужеземец, — ответил Коналл Ог, — и только что прибыл
на этот остров.
Островитянин указал Коналлу Огу на сидящего на берегу человека
размером с двенадцать крупных мужчин.
— Видишь его?
— Вижу, — ответил Коналл Ог.
— На этих трех островах живем мы, трое братьев, у каждого свой
остров. Этот — младший брат, и он стал таким сильным и злым, что
мы боимся, он прогонит нас с наших островов. Я и мой старший брат
приплыли со своими людьми на этот остров, который принадлежит
нашему младшему брату. Нам предстоит сыграть в херлинг с его людьми.
Если мы выиграем, то он оставит нас в покое. На чью сторону ты встанешь, молодой силач?
— Если я буду играть на твоей стороне, кто-то может сказать, что
я боюсь твоих людей, а если на стороне твоего младшего брата, вы —
средний и старший — можете сказать, что я боюсь вашего младшего брата.
Пусть в игре участвуют люди с трех островов. Я буду играть против всех.
— А какова твоя ставка? — спросил островитянин.
— Вон те два острова в океане, — ответил Коналл Ог.
— Они и так наши.
— Что ж, если я проиграю, то встану посреди вашего острова,
и каждый человек с трех островов сможет ударить меня клюшкой для
херлинга, а если выиграю, то ударю каждого, кто играл против меня.
Но сначала я должен выбрать клюшку. Сложите все клюшки в кучу,
и я выберу.
Коналл Ог взял самую крепкую клюшку. Мяч был брошен примерно
посередине острова, ворота находились на расстоянии четырнадцати
миль друг от друга. Коналл Ог поймал мяч и, не давая ему коснуться
земли, ловко отправил в ворота соперников.
— Это был честный бросок? — спросил он.
Некоторые сказали, что это был фол, потому что Коналл Ог все
время удерживал мяч в воздухе.
— Что ж, я сделаю вторую попытку, отправлю мяч в противоположные ворота.
Он ударил клюшкой по мячу с середины острова и послал его
в сторону других ворот с такой силой, что тот, кто пытался его отбить,
упал замертво, а все, мимо кого он пролетел, были отброшены на двести
метров в одну или в другую сторону. Коналл Ог находился в нескольких
метрах от мяча и двумя ловкими ударами отправил его в ворота, расположенные на расстоянии семи миль от середины острова.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

485

— Это честный бросок? — опять спросил Коналл Ог.
— Трудно сказать, — ответил один человек, и никто не возразил ему.
— Встаньте в две шеренги, и я нанесу удар по каждому.
Все встали в две шеренги, и никто не мог устоять под ударом Коналла
Ога. Мужчины, женщины и дети бросились врассыпную и не останавливались, пока не оказались в своих домах. Первыми пустились наутек три
брата-островитянина. Добравшись до своего замка, они посетовали, что
оскорбили силача, но не знали, кто он и откуда взялся.
У трех братьев-островитян была сестра. Она увидела, как они
горюют, и спросила:
— Что за беда с вами приключилась?
— Мы убежали от силача, и все пустились вслед за нами.
— И никто из вас, милые братья, не пригласил его в замок, — сказала
сестра. — Теперь он так разозлится, что за час на ваших островах не останется ни одного живого человека. Если бы мне было с кем пойти, я бы
пригласила его в замок, и островитяне были бы спасены.
— Я пойду с тобой, — отозвалась старшая служанка.
Они вышли из замка, приблизились к Коналлу Огу и бросились
перед ним на колени. Он спросил, кто они и что им нужно.
— Братья прислали меня. Они просят у тебя прощения и приглашают в свой замок. — проговорила сестра трех братьев-островитян.
— Что ж, спасибо за приглашение, — сказал Коналл Ог. — Если бы
вы не пришли сюда, я бы не оставил в живых ни одного человека на трех
островах.
В замке Коналл Ог увидел старика. Тот встал перед ним в полный
рост и воскликнул:
— Сто тысяч приветствий Коналлу Огу из Эрина!
— Кто ты и откуда знаешь меня, ведь я никогда прежде не был на этом
острове? — удивился Коналл Ог.
— Я друид Донах из Эрина. Я часто бывал в замке твоего отца. Это
хорошее местечко для богатых и бедных, ибо они там были равны.
А теперь я надеюсь, что ты отвезешь меня туда. Судьбе было угодно,
чтобы ты оказался на этом острове и встретил меня.
— Так и сделаю, когда отправлюсь в Эрин. Расскажи, как ты попал сюда.
— Однажды меня унесло порывом буйного ветра и выбросило
на этот остров. С тех пор я живу здесь. Я уже стар и хочу вернуться
домой и умереть в родном Эрине.
И вот Коналл Ог, сестра и три брата-островитянина сели ужинать.
Они с аппетитом поели и выпили, потом разговорились. Три брата
спросили Коналла Ога, куда он держит путь. Тот не сказал, что ищет

486

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

свою невесту, но сказал, что направляется в родное королевство. Старый
друид, три брата-островитянина и их сестра в один голос заявили:
— Мы поедем с тобой, будем служить тебе верой и правдой, пока ты
не доберешься до Эрина.
Они спустили на воду лодку и подплыли к кораблю. Коналл Ог поднял
три якоря, и корабль отчалил от берега. Два-три дня все было спокойно.
На четвертый день они увидели вдалеке остров. Когда приблизились,
то увидели трех силачей, все трое сражались на мечах и копьях. Коналла
Ога очень удивило, что трое сражаются одновременно.
— Вот это да! — воскликнул он. — Два силача на поединке —
пустяки, но сразу три — это удивительно. Сойду-ка на берег и узнаю,
почему они сражаются.
Он бросил якорь и закрепил корабль. Коналл Ог велел друиду Донаху
встать на носу корабля, а сам встал на корме, потом бросился вперед,
схватил друида и одним прыжком оказался на берегу, в семи милях
от корабля. Коналл Ог предстал перед соперниками и, обратившись
к тому, кого считал лучшим, спросил о причине их боя. Силач сел и сказал:
— В семи милях отсюда стоит замок, в нем живет самая прекрасная
девушка на свете, и мы все трое влюблены в нее. Она говорит, что
женится только на самом достойном, вот мы и пытаемся узнать, кто
из нас лучше, но ни один не может одержать верх. Мы можем убить
любого, кто попадет на этот остров, но не можем победить друг друга.
Услышав это, Коналл Ог предложил им сразиться с ним. Трое силачей
набросились на Коналла Ога. Он снес головы двум из них, третий (его
звали Крепыш-Коротыш) не поддавался, но в конце концов Коналлу
Огу удалось сильным ударом сбить его с ног, а друиду Донаху связать его
крепкими волшебными путами.
Тогда Коналл Ог обратился к друиду Донаху:
— Разруби ему грудь, вынь сердце и печень и отдай на съедение
моей молодой гончей. — И, повернувшись к Крепышу-Коротышу,
спросил: — Был ли ты когда-нибудь так близок к страшной смерти, как
в этот миг?
— Мне трудно говорить, — сказал он, — я крепко связан твоим
друидом, будь он проклят.
— Развяжи его, — сказал Коналл Ог. — Пусть ответит спокойно,
был ли он когда-нибудь так близок к страшной смерти, как в этот миг.
— Да, был, — ответил Крепыш-Коротыш. — Тогда я еще не знал, что
умру в один миг, когда из моей груди вынут сердце и печень. Однажды
судьба преподнесла мне более длительную пытку. Несколько месяцев
назад я плыл на своем корабле в открытом океане и вдруг увидел огром-

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

487

ного человека. Вода не доходила ему до колен, а голова доставала
до неба. Он нес на руках прекрасную девушку. Как только я ее увидел,
влюбился без памяти и поплыл к Верховному королю мира, ибо это был
он. Но стоило мне это сделать, как он пропустил мой корабль между
своих ног, развернулся и пошел обратно. Я тоже развернул корабль
и снова поплыл за ним, затем взобрался на верхушку мачты и стал ждать.
Ветер был попутный, мой корабль приблизился к Верховному королю
мира, и, оказавшись почти на такой же высоте, как женщина в его руке,
я ухватился за нее. Он снова пропустил мой корабль между своих ног,
а я успел трижды поцеловать девушку. Король рассвирепел. Он подошел
к кораблю, связал меня крепкими пеньковыми веревками, взял двумя
пальцами, швырнул в море и пустил корабль по ветру. Я знал магическое заклинание, поэтому не утонул. Когда мне попадались маленькие
рыбки, я заглатывал их, таким образом насыщался и не терял силы. Так
я провел много дней, пеньковые веревки начали подгнивать и рваться.
По несчастью или к счастью, меня выбросило на этот остров. Я изо всех
сил тянул за веревки, пока одна рука не высвободилась, тогда смог развязать все узлы. Птица по имени Отважные Когти свила гнездо на высокой
изрезанной скале. Птица спикировала с вершины скалы, схватила меня
и поднялась высоко в небо. Затем разжала острые когти, и я полетел вниз,
ударился о воду, отскочил, как мяч, неподалеку от берега. Я притворился
мертвым, мое тело то поднималось, то опускалось на волнах. Я боялся,
чтобы птица не схватила меня снова. Вскоре она опустилась на воду
и приникла ко мне, чтобы узнать, жив я или нет. Я затаил дыхание,
и птица, подумав, что я мертв, улетела. Я поднялся и побежал искать
хоть какое-нибудь жилище. Неужели тогда я не был ближе к смерти,
чем теперь? Отважные Когти подарила бы мне страшную медленную
смерть, а ты хочешь лишить меня жизни в один миг.
— Крепыш-Коротыш, — выслушав его рассказ, сказал Коналл
Ог, — девушка, которую ты видел с Верховным королем мира, — моя
невеста. То, что я встретил тебя и друид Донах связал тебя волшебными путами, — к счастью. Теперь ты непременно должен отвести меня
к замку Верховного короля мира.
— Эй, друид! — закричал Крепыш-Коротыш. — Свяжи мне руки
и ноги, разруби грудь, вынь сердце и печень и отдай на съедение гончей
Коналла Ога! Ни за что не пойду к этому королю. Я уже достаточно
от него натерпелся.
— Поверь, все, что мне от тебя нужно, — чтобы ты управлял моим
кораблем. Обещаю, ты вернешься цел и невредим, — проговорил
Коналл Ог.

488

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Я пойду с тобой, если ты спрячешь меня под балласт корабля,
когда увидишь, что он приближается.
— Сделаю, — пообещал Коналл Ог.
Все трое поднялись на корабль и отправились в путь, лоцманом был
Крепыш-Коротыш. Они плыли уже пятый день, и вот наконец показался остров, а нем — огромный замок.
— Это замок Верховного короля мира, — сказал КрепышКоротыш. — Но каким бы силачом ты ни был, тебе не под силу вызволить свою невесту. Замок вращается и выбрасывает яд. Если хоть одна
капля яда упадет на тебя, плоть отделится от твоих костей. Но сейчас
Верховного короля мира нет дома, ибо завтра исполнится год и один
день с тех пор, как он украл у тебя невесту. Я владею волшебной силой,
я доставлю девушку сюда, на твой корабль.
Крепыш-Коротыш одним прыжком оказался на берегу и направился прямо к замку, где томилась в заточении дочь Желтого короля.
Крепыш-Коротыш знал, что в замке есть подземный ход, поэтому яд
не коснулся его тела. Он нашел принцессу, накинул на нее волшебный
плащ, вывел по подземному ходу из заточения. Добежав до берега, он
одним прыжком оказался на палубе корабля вместе с дочерью Желтого
короля.
Как только принцесса увидела Коналла Ога, она испустила такой
крик, что Верховный король мира, отправившийся на Запад, чтобы
пригласить всех высокородных особ на свою свадьбу, услышал его.
В ту же минуту король вернулся в замок и обнаружил, что принцесса
исчезла.
— Куда подевалась моя невеста? Ее похитили? Кто?! — прорычал
король.
— Пришел человек с корабля и забрал с собой госпожу.
— Тысяча смертей! Что делать мне и всем высокородным особам,
приглашенным на свадьбу?
Король схватил дубину и перебил половину своих слуг, потом
бросился к берегу и, увидев, что корабль все еще стоит на якоре, заорал,
вызывая Коналла Ога на битву. Когда Крепыш-Коротыш услышал
голос короля, закричал, чтобы его поместили под балласт корабля. Его
уложили туда, скрыли от посторонних глаз.
— Если я свистну, ты придешь на помощь? — спросил Коналл Ог.
— Приду, даже если мне суждено погибнуть, — ответил КрепышКоротыш.
Коналл Ог очень обрадовался, что его невеста на корабле, а ему предстоит сразиться с Верховным королем мира. Он велел друиду Донаху

— Это замок Верховного короля мира, — сказал Крепыш-Коротыш. —
Я владею волшебной силой, я доставлю девушку сюда, на твой корабль. —
Крепыш-Коротыш одним прыжком оказался на берегу...

490

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

встать на носу корабля, а сам встал на корме, потом бросился вперед,
схватил друида и одним прыжком оказался на берегу, в одиннадцати
милях от корабля.
Верховный король мира потребовал свою невесту.
— Она не твоя невеста, а моя, — сказал Коналл Ог. — Я завоевал
ее своим мечом, а ты похитил ее, как вор, пока я спал. Я готов еще раз
сразиться за нее в честном поединке.
— Что ж, если желаешь сразиться, изволь!
Они сошлись в бою. Король был очень высоким, поэтому имел
преимущество. «Мне бы сделать его пониже», — подумал Коналл Ог
и одним ударом отрубил королю обе ноги по колено. Верховный король
мира упал, друид связал его крепкими волшебными путами. Коналл
Ог свистнул, и Крепыш-Коротыш одним прыжком оказался на берегу.
Когда он подошел к Верховному королю мира, Коналл Ог сказал:
— Разруби ему грудь, вынь сердце и печень и отдай на съедение моей
молодой гончей.
— Как бы крепко он ни был связан твоим друидом, я все же боюсь
поднимать на него руку.
Тогда Коналл Ог выхватил свой меч и одним ударом отсек Верховному
королю мира голову. Затем все — Коналл Ог, друид Донах и КрепышКоротыш, три брата-островитянина и их сестра — отплыли в Эрин.
Где же им было плыть, как не вдоль побережья Испании? С корабля Коналл Ог увидел три огромных замка, а неподалеку паслось стадо коров.
— Кто из вас пойдет и узнает, почему эти три замка построены так
близко друг от друга? — спросил Коналл Ог.
— Я пойду, — сказал старший брат-островитянин.
Он ступил на берег, подошел к пастуху и спросил:
— Почему эти три замка находятся так близко друг от друга?
— Я расскажу, — ответил пастух, — но прежде подойди ко мне
и коснись кончиков моих пальцев.
Не успел он так сделать, как пастух ударил его волшебным посохом, —
и островитянин тотчас превратился в каменный столб.
Коналл Ог видел это с корабля и спросил:
— Кто теперь пойдет?
— Я пойду, — сказал средний брат-островитянин. — Я не боюсь.
И его пастух превратил в каменный столб.
— На этот раз я сам пойду, — сказал Коналл Ог.
Дочь Желтого короля, друид Донах и Крепыш-Коротыш старались
удержать Коналла Ога, но тщетно.
— Пусть я умру, но мои друзья будут отомщены! — воскликнул он.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

491

Он ступил на берег, подошел к пастуху и задал ему тот же вопрос, что
и братья-островитяне.
— Подойди и коснись кончиков моих пальцев, — последовал тот же
ответ.
Коналл Ог подошел, отнял посох, повалил пастуха наземь и, выхватив
меч, сказал:
— Я отрублю тебе голову, если ты не скажешь, почему эти три замка
расположены так близко друг от друга.
— Я скажу, но помнишь ли ты, Коналл Ог, как в замке нашего отца
я нанес тебе первый удар?
— Ты мой брат?! — изумился Коналл Ог.
— Да, — ответил пастух.
— Почему ты убил моих друзей?
— Как убил, так могу и оживить.
И, подойдя к двум каменным столбам, он ударил по ним волшебным
посохом, и они снова превратились в братьев-островитян, живых
и невредимых.
— Теперь о трех замках, — сказал брат Коналлу Огу. — Саудан Ог
прибыл в Испанию за день до нас и захватил треть королевства. На следующий день мы выступили против него и удержали его в пределах этой
трети. С тех пор мы не потеряли и не получили ничего. Здесь был
замок испанского короля. Наш отец, Коналл Гулбан, построил замок
рядом с этим. Саудан Ог возвел третий, для себя и своих подданных.
Вот почему здесь три замка, и они находятся так близко друг от друга.
С тех пор мы враждуем: Саудану Огу принадлежит одна треть, а нам —
остальная часть Испании.
На следующее утро Коналл Ог снарядился как воин, ударил по тренировочному столбу так, что содрогнулось все королевство, и отправился
к замку Саудана Ога. В тот же день Саудан Ог и все его воины были
повержены.
Старший брат Коналла Ога женился на дочери испанского короля.
Второго брата Коналл Ог женил на сестре братьев-островитян и подарил
ему три острова. Владения Желтого короля были отданы Крепышу-Коротышу. Три брата-островитянина взяли себе в жены эринских принцесс.
А Коналл Ог вернулся в родной Эрин, женился на дочери Желтого
короля и стал править своим королевством, не забывая отцовский совет,
поэтому все уважали и любили его.
Все они жили долго и счастливо. А если нет, мы сделаем это за них.

АМАДАН МОР
И ГРУАГАЧ ИЗ ДУН-АН-ОЙРА

днажды король Ленстера решил пойти войной на короля
Манстера и послал к нему гонца с вестью, чтобы тот был
готов к битве в указанный день. Когда этот день настал,
войска с каждой стороны подняли флаги и встали лицом к лицу. И вот
они сошлись в жестокой схватке и бились до тех пор, пока воины короля
Ленстера не уничтожили всех воинов короля Манстера. Король тоже
пал в бою.
После удачного сражения король Ленстера решил остаться
в Манстере и перебрался в королевский замок.
Жена короля Манстера в спешке убежала в лес. Это было нетрудно,
ведь в те времена весь Эрин был покрыт лесами. У королевы родился
сын, но у нее не было никакой одежды ни для себя, ни для ребенка.
Однако мать и сын не страдали от холода, потому что их тела обросли
волосами, как у диких зверей. Семь лет они прожили в лесу. На восьмой
год королева наконец вышла из леса и, увидев замок погибшего мужа,
заплакала, запричитала. Вокруг замка, где она когда-то жила, собралась толпа народа. Королева решила посмотреть, что там происходит. Это было голодное лето, и король ежедневно раздавал людям
еду. Человек, раздававший еду, протянул и ей лепешку, но очень
удивился, увидев ее, а вечером рассказал королю, что никогда в жизни
не встречал такого: женщина с головы до ног была покрыта шерстью,
как лесной зверь.
— Когда завтра она придет снова, — сказал король, — спроси, кто
она и где ее жилище.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

493

На следующий день королева опять отправилась к замку, раздатчик
еды снова подал ей лепешку и последовал за ней. Когда он приблизился, королева, застыдившись, так как на ней не было одежды, присела
на обочине дороги и закрыла свое нагое тело руками.
— Не бойся, — сказал человек. — Я только хочу узнать, кто ты?
Живая или восставшая из мертвых?
— Я живая, хотя и кажусь восставшей из мертвых.
— Где ты живешь?
— В лесу, в жалкой лачуге, а тело мое покрыто шерстью, потому что
я питаюсь плодами, листьями и сочной травой.
Раздатчик еды пошел к королю, все рассказал ему, и тот сказал:
— Завтра, когда эта странная женщина снова придет, скажи ей, что
что я выделю ей дом для проживания.
И мать с сыном снова стали жить в своем королевстве, в бедняцком
доме. Семилетний мальчик не умел ни ходить на двух ногах, ни говорить,
хотя и был большой, как великан. Мать назвала его Микки, и вскоре
он стал известен как Микки Мор1. Некоторое время она жила в доме
вместе с сыном и получала еду, как любой бедняк в королевстве. В один
прекрасный летний день она села на пороге дома и заплакала.
— Отчего ты плачешь? — спросил мальчик, который до этого
момента не произнес ни слова.
— Слава Богу, — ответила мать, — наконец-то ты заговорил!
— Матушка, отчего ты так плачешь и сокрушаешься?
— Долго рассказывать, дитя мое. Вон трое рыбаков, они только что
вернулись на берег. Как бы я хотела пригласить их и угостить вкусным
горячим ужином!
— Матушка, пойди и пригласи их на ужин.
— А что же я для них приготовлю, бедное мое дитя?
— Если тебе нечем их угостить, все равно пригласи, хоть поболтаем
с ними до утра. Матушка, привяжи мои руки к балке, что над очагом,
чтобы я не упал в огонь, пока тебя не будет.
Перед уходом мать пропустила ему под мышки веревку, привязала
к поперечной балке и поставила под ноги табуретку. Через несколько
минут после ухода матери Микки Мор отшвырнул табуретку и стал
раскачиваться так, чтобы огонь не задевал его ноги. Балка затрещала
и прогнулась под его весом. Но вдруг его ноги выпрямились, он встал
и пошел к двери.
— Слава Богу! — обрадовалась мать, вернувшись. — Удивительно,
ты заговорил и пошел в один день!
1

Micky Mór с ирл. — Большой Микки.

494

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— А разве так не бывает, что говорить и ходить ребенок начинает одновременно? Но нам пора приготовить что-нибудь для гостей,
которые придут сегодня вечером.
Микки Мор ушел и попросил человека, который носил торф с болота
в королевский замок, дать ему немного торфа, чтобы разжечь огонь.
— Уходи, — сказал торфозаготовщик, — я не дам тебе и горстки
торфа без разрешения моего господина короля.
— Я не побегу к королю за разрешением, а возьму торфа сколько,
сколько захочу!
Потом Микки Мор набрал большую корзину торфа и даже не поблагодарил хозяина.
— Ну, матушка, торфа теперь вдоволь, разжигай очаг.
Он пришел к мельнику:
— Матушка послала меня за мукой. Вечером у нас будут гости, а если
что-то останется, я принесу тебе утром.
— Какой же ты дурак! Иди к моему господину королю. Если он
разрешит, я дам тебе муки сколько угодно.
Микки Мор схватил мельника за руку:
— Я посажу тебя в мельничный бункер, если будешь мне мешать.
Мельник задрожал от страха и убежал. А Микки Мор ухватился
за крепкую, тяжелую цепь, привязал к ней большой мешок с мукой
и взвалил его на спину, но не мог пройти через дверной проем
и подумал: «Стыдно оставлять мешок там, где добыл его». Затем он
отступил на несколько шагов и так рванулся вперед, что вынес дверь
вместе с косяками.
— Ну, матушка, теперь у нас есть и огонь, и мука. Можно печь хлеб
для гостей.
После этого он подошел к доярке:
— Мы ждем к вечеру гостей, и матушка послала меня к тебе
за молоком и маслом. Если что-то останется, я принесу утром, и всю
следующую неделю буду помогать тебе.
— Убирайся отсюда, дурак неотесанный! — прошипела доярка. —
Какую помощь ты можешь оказать, чтобы расплатиться за мое молоко
и масло?
— Не говори так, добрая женщина, — сказал Микки Мор, — иначе
я вытрясу из тебя всю душу.
Она испугалась и убежала, а он понес домой кувшин с молоком
и горшок с маслом.
— Теперь, матушка, у тебя есть огонь, мука, молоко и масло. Хорошо
бы еще раздобыть немного мяса.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

495

И он ушел и не останавливался, пока не добрался до склона холма,
где паслись откормленные королевские овцы. Он поймал одну из них
и принес домой.
На следующий день торфозаготовщик, мельник, доярка и пастух
пошли к королю жаловаться на проделки Микки Мора.
— Так дальше продолжаться не может! — грозно заявил король,
пошел к старику друиду и рассказал ему о проделках Микки Мора.
— Вот такого страшного человека мы поселили у себя. Скажи мне,
как от него избавиться, — закончил король.
— В лесу, за горой, бродит бешеная гончая, — сказал друид. —
Скажи Микки Мору, что однажды на охоте ты потерял эту гончую,
и если он приведет ее, то ему хорошо заплатят.
Король послал за Микки Мором и рассказал ему все, как посоветовал друид.
— Ты пошлешь со мной кого-нибудь, кто покажет дорогу? —
спросил мальчик.
— Конечно, — ответил король.
Вскоре Микки Мор и провожатый отправились в сторону горы.
Микки Мору показалось, что его спутник идет слишком медленно, и он
спросил:
— Ты можешь идти побыстрее?
— Нет, я устал, — ответил тот, — именно потому что я быстро устаю,
меня и послали с тобой.
Микки Мор схватил провожатого и сунул его под мышку, так они
дошли до леса.
— Отпусти меня, — сказал провожатый, — и будь осторожен
с собакой.
— Если эта гончая принадлежит королю или высокородному вельможе, то она, должно быть, хорошо обучена и спокойно последует за мной.
Если же она не захочет идти со мной, я быстро найду на нее управу.
Микки Мор углубился в лес, гончая бросилась на него и разорвала
бы на куски, если бы он вовремя не увернулся и не отбросил собаку
в сторону. Гончая рассвирепела и бросилась на него еще раз.
— Поистине, ты слишком дерзкая для королевской гончей! — сказал
Микки Мор и, схватив длинную, крепкую палку, ударил ее в бок, отчего
та взлетела в небо.
Гончая, спикировав на землю, бросилась наутек так быстро, как только
могли нести ноги, а Микки Мор устремился за ней. От быстрого бега
и от удара палкой собака скоро стала задыхаться, а Микки все приближался и приближался, пока наконец не настиг ее и не загнал в канаву.

Микки Мор схватил провожатого и сунул его под мышку,
так они дошли до леса.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

497

Когда гончая пыталась убежать в одну сторону, он тряс перед ней палкой,
а когда она пыталась броситься в другую — тряс ее саму. И так продолжалось до тех пор, пока собака, кроткая и послушная, не вышла на дорогу
и не пошла рядом с ним, как любое прирученное животное.
Когда Микки Мор показался из-за горы, кто-то увидел его и рядом
бешеную гончую. Гонец примчался и сообщил королю, что Микки Мор
и бешеная гончая приближаются к замку. Король приказал закрыть все
двери — боялся, что гончая сожрет всех его подданных до единого.
Когда Микки Мор подвел гончую к закрытым воротам замка, король
высунулся из окна и крикнул:
— Эта гончая долго блуждала по лесам и совсем озверела, теперь она
мне ни к чему! Отведи ее к своей матери, пусть она присмотрит за ней!
Микки Мор отвел собаку домой. Она оказалась такой верной
и бдительной, что ни одна курица, ни одна утка, ни один гусь, принадлежащие королю, не могли приблизиться к дому.
Король пошел к старику друиду второй раз:
— Скажи, как избавиться от Микки Мора?
— В чаще леса живет разъяренный дикий кабан, он точно разорвет
его на куски, — сказал друид. — Скажи Микки Мору, что твой слуга,
возвращаясь из города, потерял свинью и что она где-то лесу. Пусть
приведет ее в замок.
Король послал за Микки Мором. Когда тот явился, он сказал ему:
— Мой слуга потерял свинью, когда возвращался из города, она вон
в том лесу. Если ты пойдешь в лес и приведешь свинью сюда, я хорошо
заплачу тебе.
— Хорошо, — сказал мальчик. — Ты отправишь со мной когонибудь, кто покажет дорогу?
Король дал Микки Мору другого провожатого. Этот устал, как
и первый, потому что лес был слишком далеко от королевского замка.
Микки Мор схватил провожатого и сунул под мышку, так они продолжили путь и дошли до леса. Провожатый взмолился:
— Отпусти меня! Я боюсь, и я тебе не помощник. В чаще леса
бешеный дикий кабан. Будь же настороже, иначе он разорвет тебя
на куски.
— Ступай с Богом! — сказал Микки Мор. — Несчастный ты человек,
раз испугался такой ерунды.
Микки Мор углубился в лес, и перед ним предстал дикий кабан,
из его пасти шла пена. Поскольку проводник предупредил его быть
настороже, Микки одним прыжком подскочил к кабану и так ударил его
ногой, что раздробил челюсть и разорвал грудь. Дикий кабан упал безды-

498

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

ханным, и Микки отправился в королевский замок. Но тут он остановился и сказал себе: «Если я вернусь без кабана, король не поверит, что
я его встретил в лесу», вернулся назад, схватил кабана за ноги и взвалил
на плечи.
Тем временем король думал: «Как в первый раз он привел бешеную
собаку, так и теперь может привести сюда дикого кабана». Он приказал
расставить стражу на всех дорогах, ведущих к замку. На одной из дорог
стражники увидели, что Микки Мор приближается к замку с кабаном
на плечах. Они подумали, что кабан жив, забегали туда-сюда, стали
закрывать все двери, окна, дыры и дырочки, щели и щелочки, чтобы
даже мышь не проскочила, — так испугались, что кабан разорвет их
на куски.
Микки Мор подошел к замку и постучал в закрытые ворота. Король
высунулся из окна и спросил:
— Дикий кабан у тебя?
— У меня. Я убил его.
— Мертвый кабан мне ни к чему. Отнеси его своей матери, и, поверь
мне, вы будете надолго обеспечены мясом.
Король снова отправился к старику друиду.
— Так и быть, дам тебе еще один совет, — сказал друид. — Мальчишка таких же хороших кровей, как ты, и лучшее, что ты можешь
сделать, — это отдать ему в жены свою единственную дочь, Эйлин Ог.
Король послал за мальчишкой. Когда тот явился, он сказал:
— Отдаю тебе в жены свою единственную дочь.
— Если ты отдаешь свою дочь в знак примирения, — сказал Микки
Мор, — я согласен.
Микки Мору выдали прекрасную одежду, он приоделся и стал таким
красавцем, что мог жениться на любой принцессе. После свадьбы он
целую неделю не появлялся дома, не виделся с матерью. Когда же в конце
недели он пришел домой, она воскликнула:
— Что это ты целую неделю не появлялся?
— Дорогая матушка, — ответил он, — мне крупно повезло. Я женился
на королевской дочери.
— Убирайся с глаз моих долой и никогда больше не приближайся
ко мне!
— Отчего же, матушка, ты так говоришь? Что с тобой? Разве королевская дочь не лучшая жена для меня?
— Дорогой сын, она принцесса, но ведь и ты принц по крови, значит,
так же знатен, как и она.
— Если я принц, сын короля, то почему мы с тобой так бедны?

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

499

И королева рассказала ему, что нынешний король Манстера убил
его отца и всех его воинов и что замок и все королевство принадлежали
некогда отцу Микки Мора.
— Почему ты не рассказала мне об этом раньше?
— Я бы никогда не рассказала тебе, — ответила она, — если бы ты
не женился на дочери убийцы.
Услышав эти слова, Микки Мор бросился прочь из дома с выпученными от ярости глазами и диким криком, что он убьет всех, кто живет
в королевском замке. Обитатели замка увидели, что он приближается,
по его виду стразу поняли, что мать все рассказала сыну, и закрыли все
двери и окна. Микки Мор уперся плечом в ворота замка, и они распахнулась. Он не останавливался и нигде не задерживался, убивая всех, кто
попадался ему под руку, пока не оказался в покоях короля и королевы.
— Пощади и помилуй! — взмолился король.
— Я не стану убивать тебя своими руками, дам тебе шанс, который
ты дал некогда моему отцу, когда пустил в него копье.
С этими словами он схватил короля и вышвырнул в окно. Когда
Микки Мор убил всех, кому не удалось спастись бегством, он стал искать
свою жену, но нигде не мог найти. Вернувшись домой, он сказал:
— Матушка, я убил всех, кто был в замке, но не нашел свою жену.
Они вместе отправились на поиски и нашли жену Микки Мора
в отдаленных покоях замка, в сундуке. Когда они открыли сундук, принцесса дико закричала.
— Не бойся, — успокоил ее Микки Мор, — ты же знаешь, что
я женился на тебе не для того, чтобы лишить тебя жизни.
Микки Мор и Эйлин Ог стали жить в замке. Так принц получил обратно королевство своего отца. Однажды он с женой отправился на прогулку.
Вдруг навалился густой туман, небо потемнело так, что, казалось, наступила ночь. Но супруги не остановились и пошли наугад, пока не добрался до большой мрачной долины. Микки Мора стал одолевать сон.
— Эйлин Ог, давай здесь остановимся, — сказал он. — Сон одолевает меня.
— Здесь что-то не так, ведь ты еще ни разу не был в этой мрачной
долине.
— Эйлин Ог, садись скорее.
Она села, Микки Мор положил голову ей на колени и задремал.
Когда он проснулся, голод и жажда стали одолевать его со страшной
силой. Вмиг перед ним появилось блюдо с едой и кувшин с питьем.
— Не бери в рот ни кусочка и не делай ни глотка, пока не узнаешь,
что это за место, — сказала ему жена.

500

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Эйлин Ог, я должен сделать хотя бы один глоток, иначе умру
от жажды.
Микки Мор глотнул из кувшина — и у него отвалились ноги ниже
колен. Эйлин Ог зарыдала, запричитала.
— Успокойся, Эйлин Ог! Успокойся! Я верну назад свои ноги! —
стал успокаивать жену Микки Мор.
Туман рассеялся, и небо просветлело. Микки Мор понял, куда надо
идти, и, положив нож, копье и жену на плечо, двинулся в путь. Сила
и скорость его возросли, на коленях он передвигался во сто крат быстрее, чем на целых ногах. Вдруг Микки Мор увидел, что к нему приближаются охотники. Мимо пронесся олень. Он бросил в него копье — оно
вошло в оленя с одной одной стороны и вышло с другой. За оленем
бросилась белая собака. Микки Мор поймал оленя и собаку. Первым
из охотников за оленем и собакой устремился Груагач.
— Микки Мор, — сказал он, — отдай мне собаку и оленя.
— Я убил оленя, — ответил Микки. — Давай сразимся в честном
поединке, кто окажется сильнее, тот и заберет оленя и собаку.
— Микки, — сказала Эйлин Ог, — отдай ему оленя и собаку.
— Отдам даже больше, если ты попросишь, дорогая, — отозвался
он. — Ведь если бы я послушался тебя в долине, мои ноги были бы
сейчас целы.
Охотник, Груагач из Дун-ан-Ойра1, так обрадовался такому повороту дела, что тут же пригласил Микки Мора и Эйлин Ог отобедать
в своем замке.
Все трое направились по берегу гавани Ард-на-Кейтне к замку Груагача. Вдруг им навстречу великан. Увидев Эйлин Ог, он остановился
и спросил:
— Кто эта девушка? В целом свете не найти такой красавицы!
— Это моя жена, Эйлин Ог, — ответил Микки Мор.
— Я здесь, чтобы забрать ее, невзирая ни на тебя, ни на ее отца, —
заявил великан.
— Я не отдам ее ни за что на свете! — сказал Микки Мор. — Кто ты
такой?
— Я Марагач Зеленые Перчатки с Великого острова. Я дважды
обошел весь мир и не встретил ни одного человека, который мог бы
соперничать со мною. Ни одно оружие еще не коснулось моего тела.
Доставай же свое оружие, Микки Мор!
— Все мое оружие — два кулака, которые родились вместе со мной.
1

Dún an Óir с ирл. — Золотой зáмок

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

501

— Я нарекаю тебя Амадан Мор1, — сказал Марагач. — Да будет так
отныне и вовеки!
— Не пустая болтовня совершает подвиги, а крепкие кулаки. Давай
сразимся, тогда и узнаем, кто из нас сильнее. Ничтожный Марагач, я ударю тебя так, что у тебя вылетят челюсти и каждый зуб в отдельности.
Они сцепились, как Луг с Балором2, или два кабана времен Финна
и фениев3, или два ястреба с Холодного утеса, или две выдры из Голубого
озера, в жестокой, яростной схватке с таким визгом, какого не издает
и тысяча смертных. Они перевернули все вокруг: горы превратились
в долины, а низменности — в холмы. Комья земли летели из-под их
рук и ног во все стороны и на такие расстояния, что выбили глаз старой
ведьме на Востоке, а ведь она в это время пряла пряжу.
Марагач достал свой остро отточенный меч. Если этот меч не разрубал
кого-то с первого удара, то со второго поражал наверняка. Но на этот раз
не было такого удара, от которого бы не уклонился Амадан Мор. Когда
солнце стало садиться, меч в руках Марагача рассыпался в прах. Обезоружив великана, Амадан Мор отсек ему голову своим острым ножом.
Справившись с этой маленькой неприятностью, Амадан Мор, Эйлин
Ог и Груагач наконец добрались в Дун-ан-Ойра и с аппетитом отужинали. За трапезой они беседовали, рассказывали разные истории. Жена
Груагача, заметив, что ее муж время от времени кидает восхищенные
взгляды на Эйлин Ог, спросила:
— Кто тебе больше нравится — дочь Негила Ога или жена Амадана
Мора?
— Этого человека зовут не Амадан Мор, ибо он герой, сильный
и решительный, он господин мира, — вмешалась Эйлин Ог.
Большой Дурак (ирл. Amadan Mór).
Балор (др.ирл. Balor) — в ирландской мифологии хтонический противник бога
Луга и предводитель фоморов, противостоящих древним жителям Ирландии. Балор
имел прозвище Дурной Глаз, потому что взгляд его единственного глаза мог убить
подобно молнии. Он мог сразить целое войско своим смертоносным взглядом.
О поединке Луга с Балором рассказывают сохранившиеся до наших дней ирландские предания. В них говорится, что побежденный Балор предложил Лугу отрубить
ему голову и поставить ее на свою, чтобы тот смог перенять его силу. Луг водружает
голову Балора на камень, и камень раскалывается на четыре куска, — такой сильный
яд вытекал из головы предводителя фоморов, а на месте, где стоял камень разлилось
озеро.
3
Фении (англ. fenians; от ирл. fianna) — в мифологии ирландских кельтов полунезависимая дружина воинов, которая жила в лесах и занималась торговлей, разбоем
и охотой, но могла быть призвана Верховным королем Ирландии в случае войны.
Одно время их предводителем был Финн Мак-Кул — легендарный герой кельтских
мифов III в., воин, мудрец и провидец.
1
2

502

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Если это так, то почему он потерял ноги до колена?
— Он обладает великими достоинствами и силой, и только
из-за напитка, который ему поднесли в мрачной долине, он потерял
ноги до колена.
Груагач испугался, что такие разговоры могут разозлить Микки
Мора, и тогда волшебные чары не справятся с его силой, и сказал:
— Не слушай женскую болтовню, Микки Мор, а охраняй мой замок
и мою жену, пока я не вернусь с охоты.
— Если кто-нибудь войдет в замок в твое отсутствие, то он не уйдет
отсюда до тех пор, пока ты не вернешься, — заверил хозяина Микки Мор.
Груагач ушел и с помощью волшебных чар снова наслал на Микки
Мора сон.
— Эйлин Ог, — сказал Микки, — сон одолевает меня. Сядь, я положу
тебе голову на колени.
Она села, Микки Мор положил голову ей на колени и задремал.
Вскоре Груагач вернулся в другом обличье, но жена хозяина Дун-анОйра поцеловала его.
— Ох, как жаль, что ты спишь в самое неподходящее время, — проговорила Эйлин Ог.
Микки Мор услышал ее сквозь сон, вскочил, подбежал к двери
и запер ее снаружи на замок. Было проще сломать кузнечную наковальню, чем оттолкнуть Микки Мора от двери.
— Микки Мор, — сказал перевоплощенный Груагач, — выпусти
меня.
— Я не выпущу тебя, пока Груагач не вернется в Дун-ан-Ойр, тогда
тебе придется объясниться и ответить за поцелуй его жены.
— Я дам тебе ногу, такую же быструю и крепкую, какая была у тебя
прежде. Эту ногу я отнял у Рыцаря креста, когда тот садился на корабль.
— Если ты вернешь мне мою ногу, быструю и сильную, как прежде,
возможно, я позволю тебе выйти.
В тот же миг нога приросла.
— Теперь другую ногу, или я снесу тебе голову! — крикнул Микки
Мор.
Груагач с помощью волшебного заклинания вернул ему другую ногу,
и Микки Мор вскочил на ноги.
— Это же мои ноги, сильные и быстрые! Но все-таки ты не выйдешь
отсюда, пока не вернется Груагач и ты не расплатишься за поцелуй его
жены.
— У меня нет желания драться с тобой, — сказал Груагач и принял
прежний облик. — Теперь ты видишь, что я тот самый охотник, который

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

503

отнял у тебя ноги, когда ты сделал глоток из кувшина в темной долине,
и я твой брат.
— Где ты был, когда нашего отца и всех его воинов убили? — спросил
Микки Мор.
— В то время я был на Востоке, учился колдовству и магии.
— Если ты мой брат, — сказал Микки Мор, — то нам с тобой
по пути. Пойдем в лес и там сразимся с четырьмя великанами, которые
уже много лет мучают наш народ.
— Дорогой брат, — отозвался Груагач, — это безумие — идти
против четырех великанов, они слишком могучи и сильны и запросто
убьют нас.
— Хорошо, я сражусь с тремя, — сказал Микки Мор, — и от них
мокрого места не останется, а ты расправишься с четвертым.
Груагач вывел из конюшни великолепного ездового жеребца. Конь
трижды заржал — жалобно, преданно и радостно. Надо заметить, что
этот конь обладал: тремя качествами гнедого скакуна прославленного
Финна Мак-Кула — резво мчался в гору, быстро бежал по равнине,
высоко подпрыгивал; тремя качествами лисицы — был горд и независим, когда смотрел прямо перед собой, то охватывал все, что было справа
и слева, тихо, почти бесшумно ступал по дороге; тремя качествами
быка — глаза его были широко раскрыты, шея толстая, лоб широкий.
Братья вскочили на коня и прискакали к лесу. Как только они вошли
в лес, великаны почуяли их, и один закричал:
— Чую запах людей из Эрина! Их тела будут моим главным блюдом
на ужин, кровь — выпивкой, а голени сгодятся на клюшки для херлинга.
Думаю, эти людишки слишком большие для одного укуса и слишком
маленькие для двух, но рано или поздно мы одолеем их.
Микки Мор и три великана набросились друг на друга. Они бились
не на жизнь, а на смерть, и вскоре от великанов не то что костей, мокрого
места не осталось. А Груагач стоял и смотрел то на брата, то на четвертого великана, с которым ему предстояло драться.
— Дорогой брат! — взмолился он. — Помоги мне, а то великан
сживет меня со свету!
— Я сейчас ему так врежу, — отозвался Микки Мор, — что у него
голова оторвется и взлетит под облака!
Он подбежал к четвертому великану, ударил его с такой силой, что
голова оторвалась от тела и пустилась в свободный полет. Так никто
до сих пор и не знает, где приземлилась та голова и приземлилась ли
вообще.

ДАЙЕРМУД УЛЬТА
И КОРОЛЬ ЮЖНОГО ЭРИНА

огда-то в Южном Эрине жил один король. У него была
дочь необыкновенной красоты. Однажды принцесса
заявила, что выйдет замуж только за того, кто приплывет
прямо к замку на трехмачтовом корабле, а королевский замок находился в двадцати милях от глубокой воды. А отец добавил, что даже если
бы дочь захотела, то он никогда не отдал бы ее ни за кого, кроме как
за приплывшего на корабле.
В деревне Килкар жил Дайермуд Ульта, внук знатного человека
из Испании, поселившегося в Эрине. Дайермуд, прослышав о желании
дочери короля Южного Эрина, решил раздобыть такой корабль или
найти человека, который его построит. Он вышел из дома и направился в сторону гавани Киллибегс, поднялся на утес, вдруг видит:
плывет над землей ему навстречу корабль, а на корабле — краснокожий великан.
— Куда путь держишь? — спросил краснокожий великан Дайермуда.
— Я иду к королю Южного Эрина попытать счастья, — ответил
Дайермуд. — Принцесса заявила, что выйдет замуж только за того, кто
приплывет на корабле прямо к замку, и король не отдаст ее на за кого
другого.
— Садись на мой воздушный корабль, — сказал краснокожий, —
и отправимся в замок вместе.
Дайермуд сел на корабль, и они поплыли по воздуху, пока не прибыли
в деревню Клун, что на милю выше Киллибегса. Там они увидели тринадцать мужчин: двенадцать срезали дерн, а тринадцатый пожирал его.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

505

— Ты, должно быть, странный человек, раз ешь дерн, — сказал
Дайермуд. — Как тебя зовут?
— Пожиратель Дерна.
— Мы отправляемся в замок короля Южного Эрина, — сказал
Дайермуд. — Хочешь с нами?
— Что ты мне за это дашь?
— Пять золотых, — ответил Дайермуд.
— Я поплыву с вами.
И они поплыли втроем, пока не добрались до приморской деревни
Кинвара, что на милю ниже Киллибегса. Здесь они увидели странного
человека. Широко расставив ноги, так что одна нога стояла на одном
берегу реки, а другая на другом, он жадно пил воду и не пропускал
ни одной струйки, ни одной капельки.
— Скажи, что за жажда мучает тебе, если ты можешь выпить целую
реку? — спросил Дайермуд.
— Когда я был мальчиком, мать посылала меня в школу, а я не хотел
идти. Она порола меня каждый день, а я так плакал и причитал, что
у меня на сердце появилось черное пятно, — вот почему сейчас меня
мучает такая жажда.
— Как тебя зовут? Не хочешь ли отправиться с нами к королю
Южного Эрина? — спросил Дайермуд.
— Меня зовут Глотающий Реку. Я поплыву с вами, если ты мне
заплатишь.
— Я дам тебе пять золотых, — ответил Дайермуд.
И они поплыли вчетвером к реке Хаулинг, что в миле от деревни
Данкинили. Здесь они увидели человека, который, заткнув одну ноздрю
пробкой, из другой дул на воду против течения реки.
— Зачем ты дуешь из одной ноздри? — спросил Дайермуд.
— Если бы я дул из двух, я бы отправил тебя вместе с твоими спутниками и кораблем на небо, да так высоко, что вы вряд ли когда-нибудь
вернулись бы на землю, — ответил незнакомец.
— Как тебя зовут? Хочешь ли служить у меня?
— Меня зовут Неудержимо Дующий. Сколько ты мне заплатишь,
если я соглашусь?
— Пять золотых. — ответил Дайермуд.
И они поплыли впятером в деревню Бунлаки, что в миле от Данкинили. Здесь они увидели человека, который разбивал камни своим задом.
— Как тебя зовут? Что ты делаешь? — спросил Дайермуд.
— Меня зовут Железный Зад, — ответил незнакомец. — Я разбиваю
камни, чтобы сделать из них мельницу, мост и дорогу.

506

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Поплывешь с нами? — спросил Дайермуд.
— А сколько ты мне заплатишь?
— Пять золотых, — ответил Дайермуд.
И они поплыли дальше вшестером и через некоторое время оказались в полумиле от деревни Маунтчарлс. Им навстречу быстрее ветра
мчался человек на одной ноге, другая была привязана к плечу.
— Куда ты так спешишь? И почему на одной ноге? — спросил
Дайермуд.
— Я ищу своего господина, — ответил незнакомец. — Если бы
я бежал на своих двух ногах, ни один человек не смог бы меня увидеть.
— Что ты умеешь делать?
— Я очень хороший гонец. Меня зовут Нога-на-плече.
— Пойдешь ко мне на службу? Поплывешь с нами? — спросил Дайермуд.
— А сколько ты мне заплатишь?
— Пять золотых, — ответил Дайермуд.
Они поплыли дальше всемером и не останавливались, пока в миле
от графства Донегол, в деревне Килленард, не увидели человека, лежащего на траве и прижимающего ухо к земле.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Дайермуд.
— Слушаю, как трава растет.
— У тебя, должно быть, хороший слух. Как тебя зовут?
— Всеслышащее Ухо.
— Хочешь поступить ко мне на службу? Поплывешь с нами?
— Сколько ты мне заплатишь?
— Пять золотых.
Добравшись в деревни Лахи в графстве Донегол, попутчики (их
было уже девятеро) встретили человека по имени Мудрец. Он сидел
на обочине дороги и кусал большой палец.
— Что ты здесь делаешь, Мудрец? — спросил Дайермуд.
— Я кусаю большой палец, чтобы знать все на свете.
— Поступай ко мне на службу и поплывем с нами.
Мудрец согласился на тех же условиях, что и остальные, и корабль
больше ни разу не останавливался, пока они (все десятеро) не добрались
до замка короля Южного Эрина. Они простояли у ворот три дня и три
ночи, и никто так и не заговорил с ними. Наконец король послал гонца
спросить, кто они и что их сюда привело.
— У ворот замка юноша по имени Дайермуд Ульта, он приплыл
на воздушном корабле, — доложил королю гонец.
Король понял, что Дайермуд Ульта приплыл за принцессой, и очень
испугался, потому что ему очень не хотелось расставаться с дочерью.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

507

Он отправился к одной старухе птичнице, что жила неподалеку от замка,
чтобы узнать, можно ли как-нибудь избавиться от этого жениха.
— Пригласи завтра всех с этого корабля в замок на пир, — сказала
старуха. — Пусть твои слуги положат острые отравленные шипы под
подушки сидений, отведенных для свей компании. Они сядут на шипы,
раздуются до размеров лошади и к концу дня умрут все до единого.
Всеслышащее Ухо слышал разговор между королем и старухой птичницей и пересказал его своим спутникам.
— Будет лучше, если ты сначала пошлешь Железный Зад проверить
наши места, — посоветовал Мудрец Дайермуду.
Сказано — сделано.
Король отправил к Дайермуду гонца с приглашением: «Приходи
со своей компанией завтра в мой замок на пир. Я всегда рад гостям, и все
будут вам рады».
— Премного благодарен, — ответил Дайермуд. — Мы придем.
Прежде чем Дайермуд с друзьями явились в пиршественный зал,
вошел Железный Зад, осмотрел все, сел на каждое сиденье, и они разлетелись в щепки.
— От этих сидений никакого проку, — сказал Железный Зад. —
Они не лучше капустных кочерыжек.
Король приказал принести прочные железные сиденья, и Дайермуд
и его друзья не пострадали на пиру от коварного короля.
Король снова отправился к старухе птичнице и рассказал ей, что
сиденья были сломаны.
— Что мне теперь делать? — спросил он.
— Скажи им, что, прежде чем Дайермуд Ульта получит в жены принцессу, его компания должна за один присест съесть все продукты, что
есть в твоем замке.
На следующий день Дайермуд отправился в замок и спросил короля:
— Теперь я могу забрать твою дочь?
— Нет. Прежде тебе с компанией нужно съесть все продукты, что
есть в моем замке, за один присест.
— Хорошо, — сказал Дайермуд. — Готовь обед.
Король приказал принести из подвалов сто пятьдесят тонн провизии,
полностью готовой к употреблению. Пришел Дайермуд с друзьями,
и Пожиратель Дерна принялся за дело. Слуги короля старались приносить еду так же быстро, как он ее поглощал. Пожиратель Дерна не остановился, пока от ста пятидесяти тонн не осталось ни грамма.
— Это все, что у вас есть? — спросил Пожиратель Дерна. — Я могу
съесть в три раза больше.

508

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— У нас больше ничего нет, — сказали слуги.
— А где же наш обед? — спросил Дайермуд.
У короля не осталось никакой еды для гостей, да и для себя тоже.
Всем пришлось уйти голодными, и в замке воцарилось всеобщее недовольство. Королю ничего не оставалось, как в третий раз обратиться
к старухе птичнице за советом.
— В твоих подвалах хранится триста пятьдесят бочек вина, — сказала она. — Если жених и его компания не смогут выпить все до капли,
не отдавай ему дочь.
На следующий день Дайермуд снова отправился в замок.
— Теперь я могу забрать твою дочь? — спросил он короля.
— Я не отдам тебе принцессу, — сказал король, — пока ты и твоя
компания не выпьете триста пятьдесят бочек вина, которые есть в моем
замке.
— Выносите вино из подвалов, — сказал Дайермуд. — Мы придем
завтра и выпьем все до последней капли.
На следующий день Дайермуд и его друзья отправились в замок.
Дайермуд дал попробовать вино Глотающему Реку. Ему так понравилось,
что он опустошал одну бочку за другой до тех пор, пока в трехстах пятидесяти бочках не осталось ни капли. Вино только усилило жажду Глотающего Реку, и он выпил воду во всех королевских колодцах, осушил все
источники по соседству и озеро в трех милях от замка, так что вечером
во всей округе не осталось ни капли воды для людей и животных.
Королю ничего не оставалось, как отправиться к старухе птичнице
в четвертый раз.
— Ох, все бесполезно, ни едой, ни питьем ты не избавишься от Дайермуда, — сказала она. — Пошли его тотчас же на Восток, чтобы он достал
склянку с лекарством у трех сыновей Шона Мак-Глинна и чтобы завтра
до полудня она была в замке.
— Теперь я могу забрать твою дочь? — спросил Дайермуд короля.
— Ты не получишь принцессу, — сказал король, — если завтра
до полудня не принесешь мне склянку с лекарством, которое хранится
у трех сыновей Шона Мак-Глинна на Востоке.
Дайермуд отправился на свой корабль и все рассказал друзьям.
— Пошли меня, — сказал Нога-на-плече. — Я принесу тебе склянку
с лекарством гораздо раньше назначенного срока.
— Что ж, отправляйся, — согласился Дайермуд.
Нога-на-плече помчался на одной ноге и через минуту был уже на берегу
моря. Из своей шапки он сделал корабль, из палки — мачту, из рубахи —
парус. Он плыл по морю не останавливаясь, пока не достиг Востока.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

509

Через пять часов Нога-на-плече прибыл в замок, окруженный стенами
высотой двадцать метров и толщиной пятнадцать метров. Три сына
Шона Мак-Глинна играли в мяч на узкой площадке на вершине стены.
— Отдайте мне склянку с лекарством, — сказал Нога-на-плече, —
или я заберу ваши жизни.
— Мы не отдадим тебе склянку с лекарством, а если ты поднимешься
сюда, то через пять минут отыскать твои мозги будет так же трудно, как
глину от хижины, разрушенной сто лет назад.
Нога-на-плече сделал один прыжок и поднялся сразу на два метра.
Братья испугались и закричали:
— Ты получишь все, что хочешь, только пощади, не убивай нас! Ты
самый достойный из всех, кого мы когда-либо видели. Ты сделал то, что
до тебя не мог сделать ни один человек. Ты получишь склянку с лекарством, но вернешь ли ты ее обратно?
— Не могу обещать, — сказал Нога-на-плече. — Может, верну,
а может, нет.
Братья отдали ему склянку, он сел на свой корабль и отплыл в Эрин.
На следующее утро старуха птичница нарядилась музыкантом и, взяв
с собой волшебный посох, отправилась в путь-дорогу. Вскоре старуха
добралась до холма, который Нога-на-плече должен был пересечь, чтобы
добраться до замка. Она думала, что тот остановится послушать музыку,
а потом она ударит его волшебным посохом, и он превратится в камень.
И вот она заиграла на холме, как любой бродячий музыкант, зарабатывающий себе на жизнь. Всеслышащее Ухо уловил звуки музыки
и рассказал об этом Дайермуду. Мудрец стал кусать свой большой палец
и узнал, что старуха, переодетая музыкантом, некогда была невестой
короля, и раскрыл все ее карты.
— Ох, если ты не избавишься от нее, — сказал Мудрец Дайермуду, —
она принесет нам немало бед.
— Неудержимо Дующий, ты можешь разделаться со старухой, переодетой музыкантом, на холме? — спросил Дайермуд.
— С превеликим удовольствием! — ответил Неудержимо Дующий,
подбежал к подножию холма, дунул разок из обеих ноздрей — старая
карга взлетела под облака и унеслась так далеко, что о ней больше
не было ни слуху ни духу.
Нога-на-плече прибыл к королевскому замку за полчаса до полудня
и передал склянку с лекарством Дайермуду. Тот в ту же минуту отправился в замок и предстал перед королем.
— Вот склянка с лекарством, которую я получил от трех сыновей
Шона Мак-Глинна с Востока. Могу я теперь забрать твою дочь?

510

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Я пришлю ответ на твой корабль, — ответил король.
Куда же было идти королю, оказавшемуся снова в затруднительном
положении, как не к старухе птичнице. Но ее не оказалось дома. Он
послал слуг на поиски старухи, но в тот день не дождался никаких
сведений. И на следующий день она не объявилась. Тогда король послал
всех своих слуг и воинов на поиски. Они обошли все королевство, заглянули в каждый уголок, в каждую щелочку, провели в поисках девять дней
и девять бессонных ночей, но все было тщетно, старухи и след простыл.
Наконец король, как ему ни хотелось расставаться с дочерью, согласился отдать принцессу за Дайермуда Ульту, и принцесса с первого
взгляда влюбилась в Дайермуда без памяти.
Свадьба длилась год и один день. Дайермуд с женой стал собираться
в родные края. Вместе с десятерыми спутниками они сели на корабль
и приплыли в Килкар. Там Дайермуд Ульта, как и обещал, заплатил
каждому пять золотых, и они пошли своей дорогой.
Краснокожий великан некоторое время оставался в Килкаре, и в один
прекрасный день он схватил жену Дайермуда, посадил ее на корабль
и уплыл с нею. Принцесса взяла с него слово, что он не женится на ней
в течение года и одного дня.
Дайермуд был на охоте, когда краснокожий великан украл его жену.
Он не знал, где искать краснокожего, горе его было безграничным.
Наконец он додумался отправить послание королю Испании. Пришел
ответ:
«Где живет этот человек, на всем белом свете знают только двое —
король света Великий Хромой и повелитель тьмы Черный Шип. Я написал
этим двоим и попросил отправиться к тебе».
Великий Хромой и Черный Шип приплыли на воздушном корабле
в Килкар, к Дайермуду Ульте.
— Я не знаю, где сейчас может скрываться краснокожий, — сказал
Черный Шип, — возможно, в Киршроте1, поплывем туда.
Корабль поплыл именно туда, куда им было нужно. У двух королей —
света и тьмы — было больше власти, чем у краснокожего воина, и они
могли направить свой корабль куда угодно.
Через пять дней и пять ночей они прибыли в Киршрот. Воздушный
корабль подплыл прямо к дому краснокожего воина. Черный Шип
ударил в дверь, и она распахнулась. Краснокожий взял королей за руки
и сердечно поприветствовал.
— Надеюсь, вы здесь не для того, чтобы причинить мне вред.
— Мы здесь для того, чтобы добиться справедливости.
1

Киршрот (нем. Kirschroth) — община в Германии, в земле Рейнланд-Пфальц.

Неудержимо Дующий, подбежал к подножию холма,
дунул разок из обеих ноздрей — старая карга взлетела под облака
и унеслась так далеко, что о ней больше не было ни слуху ни духу.

512

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Что же это за справедливость, ради которой вы прибыли сюда? —
спросил краснокожий.
— Жена Дайермуда Ульты, — ответил Черный Шип. — Ты был
не прав, когда похитил ее, и должен вернуть жену законному мужу.
— Я не отдам ее и готов драться, — заявил краснокожий.
— Это тебе не поможет, — сказал Черный Шип, — лучше отдай ее
по-хорошему.
— Семь тонн золота. Если вы принесете мне золото, я отдам принцессу, если нет, то схватки не избежать.
— Мы принесем тебе золото через семь дней, — сказал Великий
Хромой.
— Идет.
Великий Хромой и Черный Шип поднялись на борт воздушного
корабля и двинулись в путь.
— Однажды я плыл на корабле. Он потерпел крушение у берегов
Испании, на борту было сорок пять тонн золота. Я знаю, где это золото,
мы достанем его, — сказал Великий Хромой.
Они поплыли туда, где было золото, отвесили семь тонн и на седьмой
день привезли его в Киршрот, прямо к дому краснокожего. Короли —
света и тьмы — пошли искать жену Дайермуда. Она томилась за девятью
толстыми дверями, каждая была заперта на железный засов. Краснокожий открыл по очереди все двери, за последней короли увидели жену
Дайермуда Ульты. Принцесса вышла первой, за ней — краснокожий. Он
схватился за дверь, чтобы закрыть ее перед Великим Хромым и Черным
Шипом, но Черный Шип оказался проворнее, удержал дверь ногой
и выстрелил в краснокожего из пистолета дважды — сначала золотой,
потом серебряной пулей.
Краснокожий воин упал замертво на пороге.
— Я знал, что он замышляет коварное злодеяние, — сказал Черный
Шип. — Когда мы отдали ему золото, он так ехидно засмеялся.
Короли — света и тьмы — отвезли принцессу и золото Дайермуду
Ульте. Девять дней и девять ночей пробыли они в Килкаре, ели, пили
и веселились. Они пили за короля Испании, за весь Эрин, за свою удачу,
за друзей. Вы не представляете, как всем было весело рядом с ними все
эти девять дней и ночей! Так пусть же их никогда не покидают удача,
радость и счастье!

ФУАРКОЗА
И КОРОЛЕВА ОДИНОКОГО ОСТРОВА

авным-давно в Эрине жила одна женщина. Ее дом стоял
на северо-восточном склоне горы Брэндон. У нее никого
не осталось на всем белом свете, кроме сына Шона
по прозвищу Фуаркоза1. Как только он родился, стал расти не по дням,
а по часам. Когда мальчику исполнилось семь лет, ему не стало хватать
места в доме матери. Ночью он вытягивался на постели, так что голова
находилась в доме, а ноги (сначала ступни, потом до колен, а через некоторое до бедер) за дверью, и, конечно, были холодными, особенно зимой.
Поэтому мальчика и прозвали Фуаркоза. Когда ему исполнилось пятнадцать, он мог засунуть в дом только голову и, можно сказать, жил на улице.
Продуктов, которые мать припасала на год, едва хватало сыну на день —
настолько он был крупным и к тому же отличался отменным аппетитом.
Шон должен был сам добывать себе еду, он приносил домой овец
и быков отовсюду, где только встречал. Так они и жили, точнее, влачили
жалкое существование, и однажды Шон сказал:
— Матушка, я должен отправиться в большой мир, а то умру с голоду,
да и тебе вряд ли смогу чем-то помочь.
На следующее утро он встал рано, умылся, помолился о спасении
и даровании сил, пожелал матери здоровья, простился с нею и отправился
в путь-дорогу. Фуаркоза преодолевал горы и долины, не останавливаясь
и не отдыхая, ночевал где придется, пока наконец не вышел к огромному замку. Он вошел в ворота, и хозяин замка спросил, не ищет ли он
работу.
1

Cosa Fuar с ирл. — Холодные Ноги.

Когда мальчику исполнилось семь лет, ему не стало хватать
места в доме матери. Ночью он вытягивался на постели,
так что голова находилась в доме, а ноги за дверью,
и, конечно, были холодными, особенно зимой.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

515

— Да, ищу, — ответил Фуаркоза.
Он согласился пасти коров за свое содержание и небольшую плату,
а срок его службы составлял год и один день.
На следующее утро, когда Фуаркоза гнал коров на пастбище, хозяин
вышел в поле и сказал:
— Ты должен остерегаться четырех великанов, которые живут неподалеку от моих пастбищ. Они убили всех пастухов, которые служили
у меня до тебя. У одного из этих великанов четыре головы, у другого —
шесть, у третьего — восемь, а у четвертого — двенадцать.
— Клянусь своей рукой! Я пришел сюда не для того, чтобы быть
убитым такими, как они. Не бойся, они не причинят мне вреда, —
ответил Фуаркоза.
Фуаркоза стал спокойно пасти коров и дошел с ними до земли
великанов. Один из великанов уловил чужой запах, бросился к нему
и закричал на бегу:
— Чую запах человека из Эрина! Его тело будет моим главным
блюдом на ужин, кровь — выпивкой, а голени сгодятся на клюшки
для херлинга. — Когда великан подошел к пастуху вплотную, то
воскликнул: — А, это ты, Фуаркоза! Что за наглость прийти сюда
со склона горы Брэндон и пасти скот на нашей земле! Хочешь нам
досадить?
— Я здесь не для того, чтобы доставить тебе удовольствие, а чтобы
выбить его из твоих гнусных костей, — ответил Фуаркоза.
Великан набросился на пастуха, и они сцепились в яростной схватке
и бились до заката. Они перевернули все вокруг: сломали старые деревья
и погнули молодые; горы превратили в долины, а низменности —
в холмы, осушили реки и заставили воду сочиться сквозь серые камни.
Наконец Фуаркоза оторвал великану голову.
В следующие три дня, выгоняя коров на землю великанов, он бился
с остальными великанами, и тоже оторвал им головы. Когда был повержен последний, Фуаркоза положил четыре огромные головы в грязевые
канавы, чтобы выровнять дорогу для коров.
На пятый день Фуаркоза снова пришел на землю великанов. Его
встретила разгневанная старая ведьма. На руках и на ногах у нее были
стальные когти, каждый весил по четыре килограмма.
— Ах ты, наглый злодей! — закричала она. — Проделать такой путь
от горы Брэндон только для того, чтобы убить моих сыновей!
— Я здесь не для того, чтобы доставить тебе удовольствие, старая
ведьма, а чтобы выбить его из твоих гнусных костей! — ответил
Фуаркоза.

516

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

— Я бы с радостью разорвала тебя на куски, — сказала ведьма, —
но сначала хочу получить от тебя пользу. Я наложила на тебя заклятие —
ты не сможешь есть дважды за одним столом и спать две ночи в одном
доме, — от которого ты не избавишься, пока не доберешься до Одинокого острова и не заберешь у королевы Меч света, несъедаемую буханку
хлеба и невыпиваемую бутылку с водой.
— Где находится Одинокий остров? — спросил Фуаркоза.
— Чутье и смекалка помогут тебе найти его, — ответила ведьма.
Вечером Фуаркоза пригнал коров к замку и сказал хозяину:
— Великаны больше никогда не причинят тебе вреда, их огромные
головы лежат в грязевых канавах, что тянутся до самого пастбища,
теперь будет ровная дорога для твоих коров. Я пробыл у тебя пять
дней, но другой не сделал бы этой работы за год и один день. Заплати
мне жалованье. У тебя больше никогда не будет проблем с поиском
пастухов.
Хозяин заплатил юноше за работу, дал ему хорошую одежду, еды
и благословил.
И вот Фуаркоза отправился в путь-дорогу. Он преодолевал горы
и долины, не останавливаясь и не отдыхая, ночевал где придется, пока
к вечеру третьего дня не вышел к дому. В нем обитал старик, который
прожил семьсот лет, и все это время не покидал своего дома и не видел
ни одной живой души.
Фуаркоза поздоровался и получил в ответ сто тысяч приветствий.
— Ты приютишь меня на ночь? — спросил юноша.
— С удовольствием, — ответил старик. — Ты не сочтешь невежливым, если я спрошу, куда путь держишь?
— Я ищу Одинокий остров.
— Завтра рано утром ты продолжишь путь, и если поторопишься,
то ночью придешь к дому, в нем — такой же старик, как я, только постарше. Он приютит тебя на ночлег, а утром скажет, куда идти дальше.
На следующее утро Фуаркоза встал очень рано, умылся, позавтракал,
помолился о спасении и даровании сил, пожелал старику здоровья,
получил его благословение и отправился в путь-дорогу. Юноша преодолевал горы и долины, и если кому-нибудь вдруг захотелось бы увидеть
выдающегося бегуна, то на Фуаркозу стоило бы посмотреть. Он обогнал
зайца, бегущего впереди, а заяц, бегущий сзади, не смог догнать его.
Он не отдыхал и не останавливался, пока под вечер не подошел к дому,
в котором обитал старик.
Фуаркоза поздоровался, получил в ответ сто тысяч приветствий
и приглашение на ночлег.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

517

— Зачем ты пришел и куда путь держишь? — спросил старик. —
Тысячу четыреста лет я живу в этом доме, и ни одна живая душа не заходила ко мне до сего дня.
— Я ищу Одинокий остров.
— Я ничего не знаю об этом месте, но если ты поторопишься, то
завтра вечером придешь к такому же старику, как я, только постарше.
Он расскажет тебе все, что нужно знать, и покажет дорогу на остров.
На следующее утро Фуаркоза встал очень рано, умылся, позавтракал,
помолился о спасении и даровании сил, пожелал старику здоровья,
получил его благословение и отправился в путь-дорогу. В этот день он
шел еще быстрее, чем в предыдущие два дня, и в сумерках был на пороге
дома третьего старика.
— Сто тысяч приветствий! — сказал старик. — Я живу один в этом
доме уже две тысячи сто лет, и ни одна живая душа не заходила ко мне
до сего дня. Ты первый человек, которого я здесь вижу. Неужели ты
пришел, чтобы остаться у меня?
— Нет, — ответил Фуаркоза. — Утром я отправлюсь в путь-дорогу.
Я не могу есть дважды за одним столом и спать две ночи в одном доме,
пока не доберусь до Одинокого острова. Но я не знаю, где он находится.
— О, от моего дома до Одинокого острова долгий путь, но я скажу,
как туда добраться. Дорога к нему лежит прямо от двери моего дома
до берега моря. Но по морю до острова еще ни один человек не добирался — его забирала с собой королева. Если в тебе есть сила и мужество,
ты можешь попытаться добраться до Одинокого острова. Я дам тебе
волшебный посох. Когда дойдешь до моря, брось посох в воду, и у тебя
будет лодка, которая доставит тебя без паруса и весел прямо к острову.
Вытащи лодку на берег, и она снова превратится в посох. Замок королевы все время вращается. В нем только одна дверь и та на крыше. Если
опереться на волшебный посох, то можно вмиг очутиться на крыше
и попасть в покои королевы.
Королева спит только один день в году, и именно завтра она будет
спать. Меч света висит у изголовья ее кровати, несъедаемая буханка
хлеба и невыпиваемая бутылка с водой — на столе, что стоит рядом.
Хватай меч, хлеб и бутылку и уходи, потому что на все про все у тебя
только один день, и ты должен быть на этой стороне холмов до наступления ночи. Сможешь это сделать?
— Я сделаю это или умру, — заверил юноша.
— Если ты отправишься в это путешествие, сделаешь то, чего еще
не совершал ни один человек, — сказал старик. — До того как я поселился в этом доме, великаны, силачи и сотни принцев предприни-

518

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

мали попытки отправиться на Одинокий остров, но ни у одного из них
не хватило сил и мужества, чтобы дойти до берега моря, а это лишь половина пути. Все погибли, и, если их черепа еще не рассыпались в прах,
завтра ты их увидишь. Днем дорога свободна и безопасна, но с наступлением ночи королева Одинокого острова посылает зверей истреблять всех людей, которых они смогут найти до рассвета. Ты должен
попасть на Одинокий остров завтра до полудня, покинуть его сразу
после полудня и оказаться на этой стороне холмов до наступления ночи,
иначе погибнешь.
На следующее утро Фуаркоза встал очень рано, позавтракал и стремительно помчался по горам и долинам, где не дует ветер и не кричит
петух. И хотя накануне он шел очень быстро, в этот день шел в пять раз
быстрее, потому что волшебный посох добавлял скорости каждому,
кто владел им.
Фуаркоза добрался до моря, бросил посох в воду — и перед ним оказалась лодка. Он отплыл от берега на лодке без паруса и весел и до полудня
уже был в покоях королевы Одинокого острова. Все было так, как сказал
старик. Схватив Меч света, несъедаемую буханку хлеба и невыпиваемую
бутылку с водой, он ринулся к двери, но вдруг остановился, повернул
назад, подошел к спящей королеве, взглянул на нее, — о, как она была
прекрасна! — сердце его сильно забилось, и он на мгновение потерял
голову. Опомнившись, Фуаркоза сдернул с ноги королевы золотую
подвязку и убежал прочь.
Возвращался с острова Фуаркоза еще быстрее, чем добирался
туда. Он мчался по горам и долинам, где не дует ветер и не кричит
петух. Когда солнце уже близилось к закату, он увидел последнюю
горную гряду и, вспомнив, что смерть может настигнуть его и дорога
каждая минута, помчался что было сил и в сумерках перевалил через
холмы.
В ту же минуту вся земля, что осталась позади, наполнилась дикими
зверями.
— Да ты настоящий герой, — сказал старик, — я боялся, что ты
не выдержишь этого путешествия и умрешь, к тому же у тебя, по моим
подсчетам, не было лишнего времени.
— И правда, не было, — отозвался Фуаркоза. — Вот твой посох.
Большое спасибо, он здорово мне помог.
Они провели вместе вечер и улеглись спать.
На следующее утро Фуаркоза получил благословение старика
и пошел к ведьмину дому. Он только дважды остановился на ночлег
у знакомых стариков. И вот наконец Фуаркоза добрался до ведьмина

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

519

дома. Она, позвякивая стальными когтями на руках и на ногах, встретила его на пороге.
— Ну что, добыл Меч света, несъедаемый хлеб и невыпиваемую
бутылку? — спросила она.
— Да, — ответил Фуаркоза. — Вот они.
— Отдай их мне, — сказала ведьма.
— Я должен был принести эти три вещи, — сказал Фуаркоза, —
но не обязан отдавать их тебе. Я оставлю их у себя.
— Дай сюда! — выпуская когти, заревела ведьма, готовая наброситься и растерзать его.
Тогда юноша выхватил Меч света, отсек старой карге голову и запустил ее, как мяч, в небо. Ведьмина голова взлетела так высоко, что
неизвестно, в какой части света она приземлилась и приземлилась ли
вообще. Затем Фуаркоза сжег ее тело, развеял пепел по ветру и пошел
своей дорогой. «Прежде всего отправлюсь к матушке», — решил
юноша. Когда он наступал на камешки, которые встречались на дороге,
они отскакивали и летели из-под его ног так, что скидывали шерсть
с прялок старых ведьм на Востоке. Вечером он подошел к одному дому
и попросился на ночлег.
— Я с удовольствием пущу тебя переночевать, — сказал хозяин, —
но мне нечем тебя попотчевать.
— У меня хватит еды на двоих, даже на десятерых, — проговорил
Фуаркоза и положил буханку хлеба на стол.
Хозяин позвал своих домочадцев. Все наелись досыта, а буханка была
все такой же большой, как до ужина. Ночью хозяйка испекла такой же
хлеб, и, пока Фуаркоза спал, подменила буханки. На следующее утро
юноша, ничего не подозревая, отправился в путь. Вечером он подошел
к другому дому и попросился на ночлег.
— Конечно ночуй, — сказала хозяйка, — но у нас нет воды, чтобы
приготовить тебе ужин. Источник далеко, и сходить за водой некому.
— У меня воды в избытке, — сказал Фуаркоза и поставил бутылку
с водой на стол.
Хозяйка взяла бутылку, наполнила одну кастрюлю, потом другую,
наполнила все емкости на кухне, а в бутылке воды не убавилось
ни на капельку. И неудивительно, ведь бутылка-то была невыпиваемая,
и никто за всю жизнь не смог бы осушить ее.
В тот вечер жена сказала мужу:
— Если бы у нас была такая бутылка, нам не пришлось бы гробить
свое здоровье, бегая за водой.
— Было бы неплохо, — отозвался муж.

520

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Ночью, когда Фуаркоза спал, хозяйка подменила бутылки. Утром
юноша, ничего не подозревая, ушел. Он так спешил домой, что, когда падал
на бегу, катился по земле кубарем, пока на пути не вставали горы и не заставляли его снова подняться на ноги. На закате он увидел еще один дом.
Фуаркоза радушно приняли и разрешили остаться на ночлег.
— Мы живем в кромешной тьме, — сказал хозяин. — У нас нет
ни масла, ни свечей, чтобы осветить дом.
— Я могу осветить дом, — сказал Фуаркоза и обнажил меч, и в доме
стало ясно, как на вершине холма при свете дня.
Когда все легли спать, юноша вложил меч в ножны, и дом снова
погрузился в темноту.
— Вот если бы нам такой меч, — сказала жена мужу, — в доме всегда
было бы светло. У нас на чердаке есть старый меч. Сейчас же достань его
и вложи в ножны вместо меча этого юноши.
Муж так и сделал.
На следующее утро Фуаркоза, ничего не подозревая, ушел и не останавливался, пока не оказался у дома своей матушки, у подножия горы
Брэндон. Бедная мать плакала и причитала изо дня в день. Она была
уверена, что ее сын погиб, ведь за все это время она не получила от него
ни одной весточки. Мать сытно накормила сына, но сама почти ничего
не съела.
— Матушка, ешь. У нас теперь столько хлеба, что на всю жизнь хватит.
С этими словами он положил буханку хлеба на стол, отрезал кусок
для матери и принялся есть сам. Он был голоден и не успел опомниться,
как буханка исчезла.
— В доме есть немного продуктов, — сказала мать. — Я схожу
за водой и приготовлю похлебку.
— У меня воды вдоволь, — сказал Фуаркоза. — Принеси кастрюлю.
Бутылка опустела в один миг, а котелок и наполовину не наполнился.
— Значит, старая ведьма успела перед смертью заколдовать эти три
вещи, она лишила их волшебной силы.
С этими словами Фуаркоза вытащил меч, и тот даже не сверкнул; он
был как любой старый, ржавый клинок.
Матери и сыну снова пришлось жить по-старому. Но теперь Фуаркоза был гораздо сильнее, чем прежде, люди во всей округе не могли
остановить сильного юношу и уберечь свой скот. Теперь в их доме была
говядина и баранина, и они жили себе припеваючи у подножия горы
Брэндон.
Через три четверти года у королевы Одинокого острова родился
сын, самый прекрасный мальчик, какого только могли освещать солнце

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

521

и луна. Он рос не по дням, а по часам. Когда ему исполнилось два года,
он был уже великаном.
Королева все время горевала о несъедаемом хлебе и невыпиваемой
бутылке, и с того дня, как пропал Меч света, в ее покоях царила тьма.
И вдруг она подумала: «Эти три вещи взял отец мальчика. Я не смогу
ночевать дважды в одном доме, пока не найду его».
И королева Одинокого острова с сыном отправилась в путь-дорогу.
Переплыла море, преодолела горы и долины, где не дует ветер и не кричит петух, переночевала в доме самого древнего старика, которому
было две тысячи сто лет, потом у второго — которому было в два раза
меньше лет, потом у третьего — которому было в три раза меньше лет.
Затем королева Одинокого острова остановилась в доме женщины,
которая украла у Фуаркозы волшебную буханку хлеба. Когда королева
села ужинать, хозяйка принесла хлеб, стала отрезать ломтик за ломтиком,
а буханка все не уменьшалась.
— Откуда у тебя эта буханка хлеба? — спросила королева.
— Испекла.
«Она врет, это мой хлеб», — сказала себе королева.
Вечером следующего дня она вошла в другой дом. За ужином хозяйка
наливала воду из бутылки, но она все была полная.
— Откуда у тебя эта бутылка?
— Она досталась мне в наследство от деда, — ответила хозяйка.
«Она врет, это моя бутылка», — сказала себе королева.
Следующую ночь она провела в доме, где меч, висящий на стене,
освещал все вокруг.
— Где ты нашел этот прекрасный меч? — спросила королева.
— Прадед оставил его мне, — ответил хозяин. — В нашем доме он
всегда висит на этом месте.
«Он врет, это мой меч», — сказала себе королева.
Рано утром королева с сыном отправилась в путь-дорогу. Она все шла
и шла, пока не оказалась у подножия горы Брэндон. Вдалеке она увидела
человека, спускавшегося с холма с жирными быками под мышками.
Он нес животных так же легко, как другой нес бы пару гусей. Юноша
завел быков в загон, вышел к королеве и поприветствовал ее. Вдруг сын
вырвался из рук матери и подбежал к незнакомцу.
— Странно, — сказала королева, — ребенок узнал тебя.
Она позвала мальчика, но тот не пошел к ней.
— Ты всегда жил в этом месте? — спросила королева.
— Я родился в этом доме и вырос у подножия этой горы. Однажды
я ушел из дома и убил четырех великанов — с четырьмя, с шестью,

522

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

с восемью и с двенадцатью головами. Их мать — старая ведьма —
решила мне отомстить. Сначала она хотела убить меня, но потом передумала и велела мне отправиться в замок королевы Одинокого острова,
чтобы я принес ей Меч света, несъедаемую буханку хлеба и невыпиваемую бутылку с водой. Я так и сделал.
— Как же ты попал на Одинокий остров?
— Я долго странствовал, ночевал где придется, пока не пришел
к дому старика, которому семьсот лет. Он отправил меня к другому
старику, вдвое старше его, а второй — к третьему, который был втрое
старше первого.
Третий старик показал мне дорогу к Одинокому острову и дал
волшебный посох. Когда я добрался до моря, бросил посох в воду, и он
превратился в лодку, которая доставила меня без паруса и весел прямо
к острову. Когда я вытащил лодку на берег, она снова превратилась
в посох.
Я запрыгнул (снова с помощью волшебного посоха) на вершину
вращающегося замка королевы, вошел в покои, где она спала, схватил
Меч света, несъедаемую буханку хлеба и невыпиваемую бутылку
с водой и уже хотел было уйти, но обернулся и посмотрел на королеву…
Никогда в жизни я не видел такой красоты. Сердце мое сильно забилось, я подошел к ней… Я успел сорвать с ее ноги золотую подвязку
и поспешил прочь из замка. Побежал к воде, снова бросил волшебный
посох в воду, и снова появилась лодка. Я переплыл на другой берег
и помчался что было сил. Едва я перевалил через горную гряду и оказался у двери дома старика, которому две тысячи сто лет, как земля
позади меня наполнилась дикими зверями. Я избежал смерти, хотя
был от нее на волосок. Принес старой ведьме три волшебные вещи,
но не отдал их, оставил у себя. Потом я отрубил ей голову, но перед
смертью она успела лишить эти три вещи волшебной силы. Когда
я вернулся домой, они оказались бесполезными.
— Покажи золотую подвязку.
— Вот она.
— Как тебя зовут?
— Фуаркоза.
— Да, это ты. Давным-давно мне предсказали, что юноша по имени
Фуаркоза явится в мой замок на Одиноком острове, что у нас будет
сын и он озарит своей славой весь мир. Пойдем со мной на Одинокий
остров.
Королева подарила матери Фуаркозы прекрасную одежду и сказала:
— Ты будешь жить в моем замке.

ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ

523

Они все вместе покинули дом у подножия горы Брэндон и отправились к Одинокому острову. Ночью они подошли к дому, где находился
Меч света. Снаружи было темно, но в доме от меча, висевшего на стене,
было светло как днем.
— Где ты нашел этот меч? — схватившись за рукоять, спросил Фуаркоза у хозяина.
— Это меч моего прадеда.
— Врешь! Я убью тебя! Ты украл его у меня, когда я останавливался
у вас на ночлег! — воскликнул Фуаркоза, вложил меч в ножны и засунул
за пояс.
Потом они добрались до дома, где была невыпиваемая бутылка
с водой. Фуаркоза отобрал у хозяев и ее. Следующей ночью он вернул
себе несъедаемую буханку хлеба. По пути они навестили трех стариков.
Они обрадовались, увидев Фуаркозу живым и здоровым, да еще в такой
замечательной компании. Особенно обрадовался самый старый, ведь он
всем сердцем полюбил юношу.
Королева с сыном и Фуаркоза с матушкой благополучно добрались
до Одинокого острова. И зажили они в счастье и согласии. Может быть,
и до сих пор живут.

ДВЕ ВЕДЬМЫ-КОШКИ

старину считалось, что если в семье, где были одни
сыновья, родится седьмой сын, то он непременно будет
волшебником и непревзойденным лекарем.
Рассказывали, что седьмой сын, волшебник, мог вылечить даже
опоясывающий лишай — очень неприятную болезнь. Ее латинское
название — Herpes zoster — происходит от древнегреческого ἕρπω,
что значит «ползать, пресмыкаться». В народе опоясывающий лишай
называют «змеиная болезнь», потому что воспаленные красные пятна
на коже обвивают тело больного, словно змея. В природе на ядовитую
змею может напасть и победить ее только орел. Чтобы обрести такую же
силу, как у орла, волшебник Хью стал питаться орлиным мясом. Если он
хотел вылечить человека от «змеиной болезни», то произносил заклинания, которые действовали как лекарство. Смочив выступившую
на теле больного красную сыпь своей слюной, он бормотал: «Орел
и орлица, летите за девять морей, и за девять гор, и за девять трясин,
где ни собака не залает, ни корова не промычит, ни птица не взлетит
в небо!» После этого больной был уверен, что непременно поправится.
Однажды вечером Хью зашел в трактир поужинать. Четверо мужчин
сели за стол вместе с ним. Благодаря своим магическим способностям
Хью понял, что это разбойники и они намереваются ограбить и убить
его этой ночью.
Чтобы отвлечь их внимание, Хью сотворил что-то вроде ветвистых
рогов, растущих прямо из деревянного стола, и наложил на разбойников заклятие, чтобы они всю ночь смотрели на диковинку, а сам лег
в постель и крепко заснул.

528

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Рано утром он встал, оплатил счет и ушел, а зачарованные разбойники все еще смотрели на выросшие прямо из стола рога. Они пришли
в себя, только когда прибыли полицейские и арестовали их.
Был еще такой случай. В местечке с милым названием Бетс-и-Койд,
которое наводит на мысль о студентке по имени Бетти, две почтенные
дамы, две сестры, содержали гостиницу. Перед входом висела вывеска:
«Три бочонка», которую украшала позолоченная виноградная
гроздь.
Однажды ночью у постояльцев этой гостиницы пропали деньги.
Они спали, поэтому не могли ни обвинить кого-либо, ни рассказать,
как было совершено преступление. Постояльцы точно помнили, что
закрыли дверь на ключ, и были уверены, что ночью в комнату никто
не входил. В саду они не обнаружили никаких следов, замок на двери
был на месте, ни малейших признаков взлома. Одним словом, все было
в порядке.
Некоторые решили, что постояльцы гостиницы все выдумали. Когда
же они обратились к волшебнику Хью, тот поверил им, вызвался разгадать тайну и поймать вора любой ценой.
Волшебник остановился в «Трех бочонках» на ночлег. Почтенные
дамы с изысканными манерами радушно приняли его. Весь вечер
за ужином они весело болтали. Надо заметить, что у Хью в запасе было
много новостей и сплетен. Он мог бы рассказывать до утра о людях
и многочисленных странах, в которых якобы побывал, хотя его нога
не ступала за пределы Уэльса.
Наконец он собрался ложиться спать и сказал хозяйкам:
— Я привык ночью спать со светом, но свечи приносить не надо,
до рассвета мне хватит своих.
Пожелав сестрам спокойной ночи, Хью вошел в свою комнату,
запер дверь, разделся и положил одежду рядом. Вынув из ножен свой
верный меч, Хью тоже положил его рядом, на кровать, чтобы в случае
чего, можно было быстро схватить его. Потом он притворился спящим
и даже захрапел.
Вскоре сквозь полузакрытые веки Хью увидел, как по дымоходу
в комнату тихо спустились две кошки. Они стали резвиться, бегать
по комнате. Затем они стали гоняться друг за другом по кровати,
словно пытаясь выяснить, спит ли Хью. Мнимый спящий не шевельнулся. Вскоре кошки подобрались к его одежде, и одна запустила лапу
в карман, где лежал кошелек. Хью одним взмахом меча ударил кошку
по правой лапе. Раздался истошный визг, кошки бросились к дымоходу
и исчезли так же, как появились.

Кошки подобрались к его одежде, и одна запустила лапу в карман,
где лежал кошелек. Хью одним взмахом меча ударил кошку
по правой лапе. Раздался истошный визг,
кошки бросились к дымоходу и исчезли так же, как появились.

530

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Утром за завтраком присутствовала только одна сестра. Хью вежливо
осведомился, что случилось с другой хозяйкой.
— Ей нездоровится, — ответила сестра.
— Очень жаль, — притворно вздохнул Хью.
После завтрака волшебник заявил, что должен попрощаться
с обеими сестрами, чьим обществом он наслаждался накануне вечером.
Как хозяйка ни пыталась его отговорить, Хью все-таки вошел в комнату
больной.
После вежливых приветствий и взаимных любезностей Хью
протянул руку, чтобы попрощаться. Больная улыбнулась и протянула
левую руку.
— О нет, — усмехнулся волшебник. — Я никогда никому не пожимаю
и не целую на прощание левую руку — только правую. Как бы ни была
прекрасна ваша ручка, я не стану менять свои привычки, да это было бы
и невежливо с моей стороны.
Больная сестра неохотно протянула ему забинтованную правую руку.
Тайна была раскрыта: сестры могли оборачиваться кошками с помощью чар злых фей и стали настоящими ведьмами.
Хью схватил правую руку второй сестры и резанул по ней ножом.
Выступила кровь —злые чары были разрушены.
— Отныне вы не принесете людям вреда, — сказал волшебник, —
и я верю, что вы станете честными женщинами.
С того дня они не отличались от других женщин. Две сестры содержали одну из лучших гостиниц в Уэльсе, чистую, опрятную, уютную
и по умеренным ценам, и больше никогда не обкрадывали постояльцев
ни в обличье кошек с загребущими лапами, ни в роли хозяек, вынуждающих посетителей оплачивать огромные счета.

ЗОЛОТАЯ АРФА

орган — одна из древнейших фамилий
в Камбрии1, означающая «морской». Как верно
то, что каждый день на протяжении многих
веков десятки тысяч валлийцев смотрят на огромную голубую равнину
соленых вод, так же справедливо и то, что Морганы бывают разные.
Один из них, Тэффи Морган, был похож на многих валлийцев, так
как очень любил петь. Но вся беда была в том, что никто, кроме него,
не любил слушать его пение. Никто не мог убедить Тэффи Моргана, что
его мелодии чудовищны, а голос грубее некуда. Но он наотрез отказывался заниматься музыкой, потому что сам восхищался своим пением.
В Уэльсе бард, или бродячий музыкант, — очень важная персона,
и обижать такого джентльмена нехорошо. По-французски такого человека называют очень длинным словом — импровизатор. У этих стихо
творцев острый язык, они часто говорят неприятные вещи о людях,
которые им не нравятся. Если бы барды пользовались точильными
камнями или шлифовали языки, как мужчины делают это с кожей, когда
бреются, их слова не могли бы резать сильнее.
Однажды бродячий музыкант, проходя мимо дома Тэффи Моргана,
услышал странные звуки: кто-то пытался петь сначала в нижнем регистре, потом в верхнем, пока не перешел на визг.
Кто-то спросил барда, понравилось ли ему пение.
— Пение? — усмехнулся он. — Сначала я подумал, что это мычание
старой коровы, а потом — что визг слепой собаки, которая не может
1
Камбрия (англ. Cumbria) — это название Уэльса, являющееся латинизированной
формой валлийского названия страны, Кимру.

532

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

найти дорогу домой. Неужели то, что пытается изобразить Морган,
называется пением?!
Дело в том, что горе-певец напился крепкого эля, его мозги затуманились, и было трудно понять, какие звуки он издает. Наверное, только
мудрец смог бы уловить в этих звуках мелодию, если таковая вообще
имелась.
Однажды вечером, когда Морган размышлял о том, как прекрасно
он поет, и сожалел, что его никто не слушает, раздался стук в дверь.
Вместо того чтобы подойти к двери и поинтересоваться или поприветствовать посетителя, он, не вставая с места, крикнул:
— Войдите!
Дверь открылась, и на пороге появились три усталых странника.
Судя по всему, они были приезжими. Один из них сказал:
— Добрый господин, мы устали, голодны и были бы рады хоть
кусочку хлеба. Если ты дашь нам немного поесть, мы уйдем и не будем
тебя больше беспокоить.
— И это все? — отозвался Морган. — Видите на столе хлеб и сыр,
а рядом — нож. Ешьте, сколько хотите, и наполняйте свои сумки. Никто
никогда не скажет, что Тэффи Морган отказал кому-то в еде, когда она
у него имелась.
Странники сели к столу и принялись за еду, а Морган запел. Трое
незнакомцев были переодетыми феями. Они переходили от дома к дому,
навещали людей — вознаграждали тех, кто был добр и гостеприимен,
а скупых, и недоброжелательных старались разозлить или разыграть.
Перед тем как уйти, один незнакомец сказал Тэффи:
— Ты добрый малый, и мы хотим отблагодарить тебя. В нашей
власти исполнить любое твое желание. Скажи, чего ты хочешь больше
всего на свете.
Тэффи вгляделся в лица странников — нет ли среди них барда, что
сравнил его голос с мычанием старой коровы и визгом слепой собаки?
Не обнаружив знакомых черт, он набрался храбрости и проговорил:
— Если вы не смеетесь надо мной, я приму от вас арфу, — Морган
замолчал и снова подозрительно взглянул на незнакомцев, — не смеются ли они над ним? — затем продолжил: — И еще… если, конечно,
возможно, это тоже касается музыки…
— Говори, мы исполним любое твое желание, — сказал странник,
который, по-видимому, был главный.
— Я хочу иметь такую арфу, которая, как бы плохо я на ней ни играл,
всегда издавала бы самые веселые мелодии…
— Ни слова больше, — прервал его главный и взмахнул рукой.

ВАЛЛИЙСКИЕ СКАЗКИ

533

Сверху хлынул поток света, на полу лежала золотая арфа, а три странника исчезли в мгновение ока.
Изумленный юноша только теперь понял, что у него в гостях побывали феи.
Морган сел за арфу и коснулся струн. Зазвучала ритмичная, зажигательная мелодия. С каждым мгновением пальцы Тэффи все быстрее
бегали по струнам, мелодия становилась все стремительнее, даже посуда
зазвенела на шкафу, словно желая присоединиться к словно сошедшей
с ума золотой арфе, а стул стал подпрыгивать на месте, как будто собирался пуститься в пляс.
В этот момент в дом вошли жена Моргана и соседи. И все, кто был
в этой компании, начали танцевать. Несколько часов длился их веселый,
задорный танец. Тэффи был счастлив!
Ни один телеграф не разносил новости по округе так быстро, как
из уст в уста разлетелась весть, что у Моргана появилась удивительная
арфа.
Лужайка перед его домом вскоре была вытоптана толпой пришедших послушать и потанцевать. Как только Тэффи касался струн арфы,
ноги собравшихся вокруг сами начинали притопывать, и никто не мог
остановиться, пока Морган играл. Даже старые, хромые и одноногие
присоединялись к толпе и пускались в пляс. Несколько старушек, которых долгое время никто не мог заставить встать, излечились от ревматизма. Конечно, танцевальные па были для них сложны, но, похоже,
полезны для здоровья.
Один проницательный монах, управляющий делами расположенного неподалеку монастыря, хотел купить дом Моргана, устроить в нем
санаторий и убедить всех, что это святое место. Таким образом он
рассчитывал привлечь паломников к этому месту, исцеляющему хромых
и немощных, парализованных и ревматиков, и монастырь обогатился бы, а монахи растолстели. Но Тэффи не интересовали деньги,
он не хотел продавать дом, потому что со своей арфой он наслаждался
и весельем, и славой.
Однажды в толпе, стоявшей у дверей дома в ожидании музыки
и танцев, Морган разглядел того самого барда, который сравнил его
голос с мычанием старой коровы и визгом слепой собаки. Бродячий
музыкант пришел проверить, правда ли то, что говорят о золотой арфе.
К его разочарованию, слухи подтвердились. Как только зазвучала
арфа, он начал притопывать, а потом дрыгать ногами и кружиться.
Чем дольше Морган играл, тем безумнее становилась пляска. Бард
не мог устоять на месте и присоединился к пляшущим. И вот обезу-

Чем дольше Морган играл, тем безумнее становилась пляска.
Бард не мог устоять на месте и присоединился к пляшущим.

ВАЛЛИЙСКИЕ СКАЗКИ

535

мевшая толпа закружилась, сломала садовую ограду и влетела в дом
Моргана, опрокинула стол, стулья, кровать. Пляшущие стали биться
головами о стены и подпрыгивать до потолка, а некоторые даже забрались на крышу и скатывались вниз по дымоходу. Безумцы, в том числе
и бродячий музыкант, не могли остановиться…
У барда подкосились ноги, и он свалился на кучу рухнувших от усталости людей.
О, как сладка была эта месть! Морган торжествовал! Он хохотал,
пока не заболели челюсти и мышцы живота. Но едва Тэффи убрал
пальцы со струн, чтобы немного передохнуть, как золотая арфа исчезла.
Что ж, он не смог достойно распорядиться подарком фей, вот они
и забрали арфу обратно. Морган и монах очень расстроились.
Когда этот чудо-арфист и горе-певец перестал оглашать воздух
своими веселыми переборами и нестройным пением, трава возле его
дома снова выросла и зазеленела. А в тишине и дышать стало легче.

МАЛЬЧИК,
ПОБЫВАВШИЙ В СКАЗОЧНОЙ СТРАНЕ

Уэльсе можно встретить много курганов. Это искусственные насыпи над древними могилами или занесенные
землей руины погребальных сооружений, деревянных,
каменных или земляных. Среди них пасутся овцы, ревут ослы,
жуют жвачку коровы. Руины древних кромлехов1, кимрских2 крепостей, римских военных лагерей, часовен и монастырей говорят
о том, что здесь побывали люди разных народностей. Они однажды
пришли сюда и ушли в свое время, но из года в год, из века в век
здесь по-прежнему распускаются цветы, сюда по-прежнему прилетают птицы.
Много веков назад у добрых монахов церкви Святого Давида3 была
школа, где детей учили латыни и хорошим манерам. Одним из учеников
этой школы был мальчик по имени Элидир. Он плохо учился, ненавидел книги, прогуливал уроки, или, как назвал это один из монахов,
«ездил в Багдад». Поэтому некоторые мягкие части его тела, видимо
Крóмлех — древнее сооружение, как правило, позднего неолита или раннего
бронзового века, представляющее собой несколько поставленных вертикально
в землю продолговатых камней, образующих одну или несколько концентрических
окружностей.
2
Кимры (англ. Cymry) — древнее название валлийцев, имеющих кельтские корни,
родившихся и живущих в Уэльсе.
3
Собор Святого Давида (валл. Eglwys Gadeiriol Tyddewi, англ. St David’s
Cathedral) — средневековый храм в городе Сент-Дейвидс, Уэльс. Собор посвящен
национальному покровителю Уэльса — святому Давиду.
1

ВАЛЛИЙСКИЕ СКАЗКИ

537

предусмотренные природой именно для этой цели, частенько чрезмерно разогревались от ударов отца.
Мать очень любила своего сынишку и пыталась подействовать
не него укорами и уговорами, но он не слушался ее и убегал. Монахи
не жалели березовых розог, и за каждый невыученный урок ему полагалась порка.
Однажды мальчик, хотя ему было всего двенадцать лет, отправился
на дальнюю прогулку, за город. Чем дальше он уходил от дома и ненавистной ему церкви, тем счастливее становился.
Вечером, утомившись, мальчик забрался в пещеру. Утром, когда он
проснулся, то подумал, как здорово быть свободным, как дикие ослы.
И, подобно им, он утолил жажду у ручья. К полудню Элидир не нашел
ничего съестного, и его пустой желудок, казалось, все увеличивался
и увеличивался, при этом чувство голода усиливалось каждую минуту.
Тогда он подумал, что для его королевского стола вполне подойдет
кусочек овсяной лепешки, лук-порей или миска овсяной каши.
Он не осмелился уйти далеко и набрать ягод, потому что знал, что
его ищут. Мальчику так не хотелось возвращаться к книгам и розгам,
но день казался длиннее недели. К вечеру он обнаружил, что его
желудок — огромная ноющая пустота. Элидир обрадовался, что наконец
наступили сумерки и зашло солнце. Он снова забрался в пещеру и улегся
на камень, который служил ему подушкой. Однако ему не снились сны,
подобные сну Иакова1.
Когда рассвело, в его голове все еще крутился вопрос: остаться и помереть с голоду или пойти домой и получить две порки — одну от отца,
другую от монахов? Но как быть с той ноющей внутри него штукой,
которая казалась живым существом и которую могло успокоить только
что-нибудь съестное? Наконец он принял решение: «Вернусь назад,
пусть лучше будет две порки, а не одна смерть от голода». Но в тот день
ему не суждено было вернуться домой, ибо у входа в пещеру он встретил
двух гномов.
— Пошли с нами в страну, полную веселья, игр и вкусной еды! —
сказали они.
Голод моментально отступил, и Элидир напрочь забыл, что хотел
что-то проглотить. Исчезли и желание вернуться домой, и страх показаться на глаза монахам и получить очередную порку.
«Иаков же… пришел на одно место, и остался там ночевать, потому что зашло
солнце. И взял один из камней того места, и положил себе изголовьем, и лег на том
месте. И увидел во сне: вот, лестница стоит на земле, а верх ее касается неба; и вот,
Ангелы Божии восходят и нисходят по ней» (Книга Бытие 28:10–12).
1

538

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Все трое вошли в пещеру, прошли подземным ходом и вскоре
очутились в прекрасной стране. Как же там пели птицы и благоухали цветы! Повсюду слышались радостные голоса. Маленькие
человечки бегали, играли, веселились! Как же здесь было прекрасно
и удивительно!
Они шли по широкой дороге, и вот впереди показался великолепный дворец — с роскошными воротами, башнями с остроконечными серебряными верхушками, которые, казалось, доставали
до самого неба.
— Что это за здание? — спросил мальчик своих проводников.
Гномы ответили, что это дворец короля Сказочной страны, провели
его в тронный зал, где восседал король, величественный, с благородным лицом, с золотой короной на голове, облаченный в роскошные
одежды. Его окружали придворные в богатых нарядах, а вокруг царило
такое великолепие, о каком Элидир даже не мечтал. Но все было таким
маленьким, что больше напоминало Страну игрушек, и двенадцатилетний мальчик чувствовал себя великаном, хотя гномы были уже
достаточно взрослыми, под носами у них красовались усы, а на подбородках — бороды.
Король ласково заговорил с Элидиром, спросил, кто он и откуда
пришел. Когда они беседовали, появился принц, единственный
сын короля. На нем был белый бархатный кафтан, шитый золотом,
а на шляпе развевалось длинное перо. Принц взял Элидира за руку
и сказал:
— Очень рад тебя видеть! Пойдем поиграем.
Как же Элидиру было приятно услышать именно это!
— Ну, пойдешь играть с моим сыном? — улыбнулся король
и взмахнул рукой — это был знак мальчикам идти играть.
Они весело провели время, ведь у них было много маленьких друзей для игр. Гномы, с которыми играл Элидир, были едва ли больше
младенцев (по обычным меркам) и уж точно не доставали до колен
его матери. В их глазах мальчик выглядел великаном, и ему доставляло огромное удовольствие, когда гномы (даже те, у которых были
усы и бороды) смотрели на него снизу вверх. Они играли с тяжелыми
желтыми мячами и катались на лошадках с блестящими седлами
и уздечками. Эти милые животные были не больше маленьких
собачек.
На столах жителей Сказочной страны никогда не было мяса,
но всегда было много молока. Они никогда не врали и не сквернословили. Они говорили о простых смертных с презрением, потому что

Гномы... провели его в тронный зал, где восседал король...
Все было таким маленьким, что больше напоминало Страну игрушек,
и двенадцатилетний мальчик чувствовал себя великаном.

540

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

те трудились, а это казалось человечкам глупым и бессмысленным. Два
гнома-проводника сказали Элидиру по секрету, что человечки всегда
были недовольны, даже когда получали то, что хотели.
Все в этой стране было прекрасно, но почему-то всегда пасмурно —
днем не было солнца, а ночью звезд и луны. Но гномы, казалось, не обращали на это внимания и веселились изо дня в день. Играм не было конца,
и это очень нравилось Элидиру.
Но со временем он устал от игр и забав и очень затосковал по дому.
Ему захотелось увидеть матушку, и Элидир попросил короля разрешить
ему посетить свой старый дом. Он торжественно пообещал вернуться
через несколько часов. Его величество разрешил, но велел ничего
не брать из Сказочной страны и идти в той одежде, которая была на нем,
когда он только появился здесь.
Те же два гнома, которые привели его в Сказочную страну, провожали его обратно. Они превратили мальчика в невидимку, пока проходили через подземный ход и пещеру и пока он не добрался до своего
дома.
Матушка очень обрадовалась, увидев сынишку живым и здоровым
и убедившись, что ни волк не разорвал его на куски, ни дикий бык
не столкнул в пропасть, она долго расспрашивала его, и сын рассказал
ей все, что увидел, узнал, почувствовал.
Когда Элидир собрался уходить, мать стала умолять его еще ненадолго остаться, но он сказал, что должен сдержать свое слово. Кроме
того, Элидир боялся, что монахи или отец высекут его, если он задержится. Он взял с матери слово ничего никому не рассказывать, даже
отцу, и вернулся в Сказочную страну.
Король очень обрадовался, что мальчик сдержал слово и быстро
вернулся, и разрешил ему навещать матушку, когда он пожелает. Король
даже приказал двум гномам не охранять его постоянно и отпускать
одного, когда он захочет, потому что убедился: мальчик умеет держать
слово.
Элидир теперь часто навещал матушку. Он пробирался к ней то
одной, то другой дорогой, но при этом всегда оставаясь невидимым
до тех пор, пока не оказывался в своем доме. Кроме матушки, он ни с кем
не встречался — убегал, когда кто-то появлялся на пороге, будь то отец,
монахи или соседи.
Однажды, рассказывая матери о том, как ему весело живется
в Сказочной стране, он упомянул о тяжелых желтых мячах для игр, как
они перекатываются по земле. До своего ухода из дома мальчик никогда
не видел золота, но его мать догадалась, что это драгоценный металл,

ВАЛЛИЙСКИЕ СКАЗКИ

541

из которого делают монеты, называемые соверенами1, и попросила его
принести ей один мяч в подарок.
Элидир сначала подумал, что он не должен ничего приносить
из Сказочной страны, ведь он дал королю слово, но, поскольку матушка
убедила его, что среди сотен королевских мячей никто не заметит
пропажи одного-единственного, решил порадовать ее.
И вот однажды, когда никто не смотрел в его сторону, Элидир
схватил желтый мяч и отправился по подземному ходу домой. Но как
только он вышел из пещеры на солнечный свет, то услышал позади
себя шаги и понял, что его обнаружили. Элидир оглянулся — это
были два гнома, которые впервые привели его в Сказочную страну
и раньше были его охранниками. Они уставились на него с таким
злобным видом, словно были готовы откусить головки десятипенсовых гвоздей. Мальчик побежал домой, гномы бросились за ним
в погоню.
Однако ноги у Элидир были вдвое длиннее, чем у гномов, и он
первым добрался до двери своего дома. Он подумал, что опасность
миновала, но, толкнув дверь, споткнулся о медный порог, и мяч
выскочил у него из рук, покатился по глиняному полу и остановился
у ног матери. Ее глаза широко раскрылись при виде сверкающего золотого шарика.
Мальчик растянулся на полу, один гном перепрыгнул через него,
вбежал в дом и выбил мяч из-под ног матушки Элидира. Вошел
другой гном, и они, брызгая слюной, стали осыпать мальчика бранными словами: «предатель», «негодяй», «вор», «лживый смертный», «лиса», «крыса», «волк», — затем развернулись и умчались
прочь.
Хоть Элидир и был озорным мальчишкой, часто своевольничал,
ленился и ненавидел книги, он всегда говорил правду и держал слово.
Он чуть с ума не сошел от стыда и укоров совести, ведь первый раз
в жизни не сдержал слово. Мальчик снова вышел из дома, чтобы найти
пещеру, где когда-то уснул на камне, который служил ему подушкой.
Он хотел вернуться к королю гномов и попросить у него прощения,
даже если его величество не позволит ему остаться в Сказочной стране.
Однако, как Элидир ни пытался найти тайный ход в пещере, все было
напрасно.
И вот, полный раскаяния и решимости жить правильно, он вернулся
в школу, к монахам церкви Святого Давида. Элидир прилежно учился,
1
Соверен (англ. sovereign — монарх) — английская, затем британская золотая
монета; впервые была выпущена в 1489 г. во времена короля Генриха VII (1457–1509).

542

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

много читал и со временем стал одним из самых известных ученых
в Уэльсе.
Элидир попросил, чтобы после смерти его похоронили не на монастырском кладбище, а вместе с отцом и матерью, на церковном дворе.
На его могиле не было выбито ни имени, ни эпитафии, только вот эти
слова:
МЫ НИЧЕГО НЕ МОЖЕМ СДЕЛАТЬ ПРОТИВ ИСТИНЫ,
НО ТОЛЬКО РАДИ ИСТИНЫ1.
1

Второе послание апостола Павла к Коринфянам 13:8.

ОЗЕРНАЯ ДЕВА

валлийскими феями познакомиться несложно, поскольку
почти все они добрые и обожают музыку. Они готовы помочь
добрым, приветливым людям, которые всегда подадут им
стакан молока или блюдце со сладостями. Но какие проделки они устраивают со злыми, скупыми, сварливыми людьми! Запутывают упряжь
лошадей, доят коров, заливая молоком весь пол в хлеву, и завязывают им
узлы на хвостах, надевают замок на собачью пасть, когда в дом крадутся
разбойники. Так что лучше не злить и не обижать фею, даже если она
не больше наперстка.
Любимое место обитания валлийских фей — озерных дев —
пресноводные горные озера. Говорят, что озерные девы любят подплывать к берегу, чтобы насладиться ароматом трав и цветов, которые так
нравятся коровам.
Возле одного из таких озер жила вдова с единственным сыном,
Гвином. Однажды он взял обед, ячменный хлеб и сыр, и, как обычно,
отправился пасти коров. И вдруг он увидел, как из воды поднялась
девушка с длинными, пышными волосами, самая прекрасная, которую
он когда-либо видел. В руке у нее был золотой гребень, озерная гладь
служила ей зеркалом, девушка причесывалась.
Гвин сразу же влюбился в нее и протянул ей угощение — ячменный
хлеб и сыр (все, что у него было). Озерная дева выскользнула на берег
и покачала головой:
— Эх ты, на черствый хлеб меня не поймаешь!
Огорченный, что упустил такой шанс, Гвин пришел домой и все
рассказал матери. Она задумалась — есть ли у фей зубы, чтобы жевать? —

В руке у девушки был золотой гребень, озерная гладь
служила ей зеркалом, девушка причесывалась.
Гвин сразу же влюбился в нее и протянул ей угощение —
ячменный хлеб и сыр (все, что у него было).

ВАЛЛИЙСКИЕ СКАЗКИ

545

и посоветовала сыну в следующий раз взять мягкое сырое тесто. Тогда,
возможно, девушка появится снова.
В ту ночь юноша не сомкнул глаз. Еще до восхода солнца он с сырым
тестом в руках пришел на берег озера. Проходил час за часом, Гвин
совсем позабыл о коровах и жадно глядел в воду, но, увы, кроме нагоняемой ветерком ряби, ничего не было видно. Он даже придумал красивую речь, с которой обратится к деве, но в конце концов устал ждать
и пошел пасти коров.
Вечером, когда деревья на холмах стали отбрасывать длинные тени,
он перестал наблюдать за озером, так как был уверен, что она больше
не появится. Гвин уже собрался идти домой, но, оглянувшись, увидел
ту же девушку. Она выглядела еще прекраснее, чем вчера. Юноша вмиг
позабыл все слова, которые собирался ей сказать, словно у него язык
отнялся, и протянул руку с тестом.
Но озерная дева снова покачала головой и рассмеялась:
— Эх ты, принес сырое тесто! Я никогда не буду твоей!
Прежде чем нырнуть под воду, она мило улыбнулась, и Гвин решил,
что девушка еще вернется и, возможно, примет его угощение.
Мать посоветовала сыну в следующий раз предложить девушке хлеб,
испеченный наполовину, нечто среднее между хлебом с хрустящей
корочкой и сырым тестом.
Взволнованный, хотя на этот раз с радужными надеждами, Гвин лег
спать, но всю ночь не сомкнул глаз. На рассвете он с полуиспеченным
хлебом в руке снова пришел на берег озера. Весь день то светило солнце,
то шел дождь. Девушка не появлялась. Стемнело. И вот, когда Гвин уже
собрался идти домой, он невольно еще раз взглянул на озеро, но, увы,
кроме нескольких коров на берегу, ничего на увидел. А через несколько
минут прекрасная озерная дева поднялась из воды и направилась
к берегу.
Гвин бросился ей навстречу с умоляющим видом, держа в руке
полуиспеченный хлеб. На этот раз озерная дева милостиво приняла
угощение и, взяв Гвина за руку, вышла на берег. Он потерял дар речи,
но заметил, что на ногах у нее сандалии, причем одна, на правой ноге,
была завязана довольно необычным образом. От ее лучезарной улыбки
он наконец вновь обрел способность говорить и выпалил:
— Я люблю тебя больше всего на свете! Станешь моей женой?
Поначалу она, казалось, совсем не желала этого, но любовь рождает
любовь. Уступив его мольбам, озерная дева торжественно проговорила:
— Я согласна стать твоей женой, но только при одном условии: если
ты трижды ударишь меня без причины, я уйду из твоего дома навсегда.

546

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Эти слова засели у Гвина в голове, и он мысленно поклялся никогда
не давать любимой жене повода уйти от него. Когда же он поклялся, что
скорее отрубит себе правую руку, чем обидит ее, она вдруг метнулась
прочь, словно стрела, выпущенная из лука, нырнула в озеро и исчезла.
Столь неожиданный удар по радужным надеждам и чувствам
привел Гвина в такое уныние, что ему захотелось покончить с собой.
Он взбежал на вершину скалы, нависавшей над самой глубокой частью
озера, и уже собирался прыгнуть в воду, как вдруг услышал позади
себя голос:
— Постой, юноша! Подойди сюда!
Он оглянулся и увидел, что внизу, на берегу озера, стоит почтенный
старик с длинной белой бородой. По обе стороны от него — две
прелестные девушки. Это были его дочери.
Дрожа от страха, юноша осторожно спустился со скалы и подошел
к старику. Тот сказал скрипучим голосом:
— Смертный, ты хочешь жениться на одной из моих дочерей?
Покажи мне ту, которую ты любишь, и я дам свое согласие.
Обе девушки были так прекрасны и в то же время так похожи друг
на друга, что Гвин не мог заметить никаких различий. Разглядывая их,
он начал сомневаться, что каждый из трех вечеров из воды поднималась
одна и та же девушка. Он оглянулся, чтобы убедиться, нет ли где третьей
девушки. Не увидев еще одной, он совсем растерялся. Гвин боялся, что
может выбрать не ту, которая обещала стать его женой.
От отчаяния он уже хотел было бежать прочь, как вдруг заметил,
что одна девушка выставила вперед правую ногу и ее сандалия завязана
необычным способом, точно так же, как у его возлюбленной. Поэтому
он смело подошел и взял ее за руку.
— Вот моя избранница!
— Ты прав, — ответил старик. — Это моя дочь Нелферч. Возьми ее
и в приданое столько коров, овец, лошадей, свиней и коз, сколько она
сможет сосчитать, не переводя дыхание. Но предупреждаю: три незаслуженных удара — и она вернется ко мне.
Пока Гвин подтверждал свою клятву, его невеста стала считать:
— Раз, два, три, четыре, пять. Раз, два, три, четыре, пять…
В конце каждого счета от оного до пяти, она вдыхала воздух, и из озера
поднималось столько коров, овец, лошадей, свиней и коз, сколько она
насчитала.
Так случилось, что юноша, ушедший утром из дома бедным, вернулся
к матери богачом за руку с самым прекрасным созданием, которое когдалибо доводилось видеть простым смертным.

ВАЛЛИЙСКИЕ СКАЗКИ

547

Что же касается старика и другой его дочери, то их больше никто
никогда не видел.
Вскоре Гвин купил ферму, и они с женой стали на ней работать. Как
же они были счастливы! Нелферч была очень добра к беднякам, обладала даром целительства, знала все травы, которые годились для приготовления лекарств, и исцеляла больных от недугов.
Трижды в их доме в колыбели появлялся младенец, и каждый раз
мальчик. Прошло восемь счастливых лет. Супруги так любили друг друга
и были так счастливы, что клятва совершенно выветрилась из головы
Гвина и он больше о ней не вспоминал.
На седьмой день рождения старшего сына их пригласили на свадьбу
в другую округу, и супруги пошли через поле, где паслись лошади.
Поскольку идти пешком для Нелферч было слишком далеко, муж отправился в дом за седлом и уздечкой, а она должна была поймать лошадь.
— Пожалуйста, принеси мои перчатки, они лежат на столе, — крикнула она мужу вслед.
Но когда он вернулся в поле, то увидел, что жена даже не пошевелилась. Прежде чем вручить жене перчатки и спокойным жестом указать
на лошадей, он слегка ударил ее перчатками по плечу. Она глубоко вздохнула и, печально глядя на него, с укоризной сказала:
— Помни свою клятву, Гвин. Это первый удар без причины. Пусть
никогда не будет другого.
Дни и годы проходили так счастливо, что мужу и отцу больше никогда
не приходилось вспоминать о клятве, данной жене и ее отцу. Но когда
их пригласили на крестины младенца, все, кроме Нелферч, были преисполнены радости и веселья. Женщины, особенно старухи, часто плачут
на свадьбах, но плач жены на крестинах очень озадачил Гвина.
Похлопав Нелферч по плечу, он спросил, почему она плачет:
— Потому что этот слабый младенец будет страдать всю свою жизнь
и умрет в муках, — сказала она. — И, дорогой, ты снова ударил меня без
причины. Будь начеку и больше не нарушай свою клятву.
С тех пор Гвин днем и ночью бдительно следил за собой, как часовой,
которому грозит смертный приговор, если он заснет на посту. Он постоянно был настороже, чтобы невзначай не ударить любимую жену.
Младенец, которому Нелферч предсказала мучительную смерть,
вскоре скончался; к счастью, жизнь его была недолгой. Супруги присутствовали на скорбных обрядах, ибо валлийцы всегда устраивают пышные похороны и поминки, даже если в гробу младенец.
Однако в самый торжественный момент погребальной службы Нелферч расхохоталась. Она смеялась так громко и долго, что все поразились.

548

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА

Муж, смущенный таким неподобающим поведением жены, нежно
прикоснулся к ее плечу и сказал:
— Тише, Нелферч! Почему ты смеешься?
— Потому что младенец освободился от боли. И ты трижды ударил
меня! Прощай!
Она побежала, как лань, на ферму, позвала всех животных из хлева,
с поля, даже тех, что были запряжены в плуг. Вся процессия перевалила
через холм и двинулась к озеру. Они вошли в воду и исчезли, как будто
их и не было. Только след от плуга, что тянули волы, до сих пор виден
на берегу того озера.
С разбитым сердцем, обезумевший от горя Гвин бросился в озеро,
и больше его не видели. Трое сыновей, оплакивая утонувшего отца,
много дней бродили по берегу озера, надеясь еще раз увидеть одного
или обоих родителей.
Сыновняя любовь была вознаграждена. Отца они больше не видели, но однажды их мать, Нелферч, вдруг показалась из воды. Она
сказала детям, что ее земная миссия — облегчать боль и страдания,
и повела их к тому месту у озера, где росло множество лекарственных
растений. Потом она часто приходила туда и рассказывала сыновьям о лечебных свойствах корней и трав, а также учила, как лечить
и ухаживать за больными.
Три сына Нелферч стали знаменитыми врачами. Их потомки
на протяжении многих веков тоже славились умением облегчать боль
и спасать жизни.

ЭСКИМОССКИЕ СКАЗКИ
Кивиунг. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 7
Проделки Лунного человека . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 12
Кусочки дневного света. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 16
Происхождение ветров . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 20
ИНДЕЙСКИЕ СКАЗКИ
Как звероподобные существа превратились в людей. . . 27
Ватого, спасший свое племя от Громовых птиц. . . . . . . . 35
Панигвун, который превзошел колдуна . . . . . . . . . . . . . . 40
Дева-воительница Макатах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 46
КОРЕЙСКИЕ СКАЗКИ
Невоспитанный тигр . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 53
Восточный Свет и мост из рыб. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 57
Пучок на макушке и шляпа-посудина. . . . . . . . . . . . . . . . . 61
Жених для дочери крота. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 66
Зверинец Токгаби, или Кошка собаке не товарищ. . . . . 70
Замарашка и ее завистливая сестра . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 75
Сорочий мост через Звездную реку. . . . . . . . . . . . . . . . . . . 80
Голос колокола . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 84
ЯПОНСКИЕ СКАЗКИ
Женихи принцессы Хотару, дочери короля
светлячков . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 93
Волшебный чайник. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 99
Райко и его славные воины. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 103
Волшебные жемчужины прилива и отлива. . . . . . . . . . . 108

Сын, дарованный богом грома . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
История о доблестном Дзирайе. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Торжественное шествие барона Долгонога . . . . . . . . . .
Дайбуцу и белый кит . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

114
118
124
130

КИТАЙСКИЕ СКАЗКИ
Невеста лун-вана. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Первый урок Яо То. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Мальчик, который любил поспать. . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Каша сыновней любви. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Боги знают! . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Судьба Сина Ли . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Мальчик-старичок и тигр . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Сын крестьянина, ставший императором. . . . . . . . . . . .

139
146
153
159
167
175
182
190

ТИБЕТСКИЕ СКАЗКИ
Умный принц, его глупый брат и семь чародеев . . . . . .
Принц и Сиддхи-Кур. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Жена Белокрыла . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Обещание Масанга . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Как шестеро друзей отправились на поиски
приключений . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Принц, изливающий изо рта золото. . . . . . . . . . . . . . . . .
Судьба Шриканты. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Солнечный Свет и Лунное Сияние. . . . . . . . . . . . . . . . . .
РУССКИЕ СКАЗКИ
Три царства — медное, серебряное и золотое. . . . . . . .
Перышко Финиста ясна сокола . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Сказка про перстень о двенадцати винтах . . . . . . . . . . .
Поди туда — не знаю куда, принеси то —
не знаю что. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Заколдованная королевна. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

201
208
212
221
232
242
251
259
271
283
291
299
315

ШВЕЙЦАРСКИЕ СКАЗКИ
Удивительный альпийский рог . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 325
Лавина-судья . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 332

Причуды Лавины. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Фея и часы с кукушкой. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Ястребиный замок. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Подводный хрустальный дворец . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

339
344
351
356

ГОЛЛАНДСКИЕ СКАЗКИ
Мечта любителя сыра. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Кошка в колыбели. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Бог зимы и его озорной внук. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Каботеры и колокола . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Легенда о деревянных башмаках . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Синтерклаас и Черный Пит. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Гоблины, превратившиеся в камни . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Золотой шлем . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

363
369
375
381
389
396
401
406

БЕЛЬГИЙСКИЕ СКАЗКИ
Девы-лебеди и Серебряный рыцарь. . . . . . . . . . . . . . . . .
Огр в ореховом лесу . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Проделки Длинного Ваппера . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Бельгийский кролик,
или Почему у кролика три губы. . . . . . . . . . . . . . . . . .
ИРЛАНДСКИЕ СКАЗКИ
Кузнец Элин Гоу из Эрина и чудо-корова
Глас Гайнах. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Сыновья Мор. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Саудан Ог и дочь испанского короля.
Коналл Ог и дочь Желтого короля. . . . . . . . . . . . . . .
Амадан Мор и Груагач из Дун-ан-Ойра. . . . . . . . . . . . . .
Дайермуд Ульта и король Южного Эрина. . . . . . . . . . . .
Фуаркоза и королева Одинокого острова. . . . . . . . . . . .
ВАЛЛИЙСКИЕ СКАЗКИ
Две ведьмы-кошки. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Золотая арфа . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Мальчик, побывавший в Сказочной стране. . . . . . . . . .
Озерная дева . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

415
423
431
436

445
463
474
492
504
513
527
531
536
543

СКАЗКИ НАРОДОВ МИРА
библиотека мировой литературы
Том 326
На основании п. 2.3 статьи 1 Федерального закона № 436-ФЗ от 29.12.2010
не требуется знак информационной продукции, так как данное издание
классического произведения имеет значительную историческую,
художественную и культурную ценность для общества
Верстка: Андрей Кутковой
Обработка иллюстраций: Сергей Козлов
Корректура: Надежда Павленко, Александр Субботин
Дизайн обложки, подготовка к печати
А. Яскевича
Гарнитура Гарамонд Премьер Про
13 кегль
Сдано в печать 27.12.2024
Объем 34,5 печ. листа
Тираж 3000 экз.
Заказ №
Бумага матовая мелованная
Омела 105 г/м2

ООО «СЗКЭО»
Телефон в Санкт-Петербурге: +7 (812) 365-40-44
E-mail: info@szkeo.ru
Интернет-магазин: www.сзкэо.рф
Отпечатано в соответствии с предоставленными материалами
в ООО «ИПК Парето-Принт»,
170546, Тверская область, Промышленная зона Боровлево-1, комплекс №3А,
www.pareto-print.ru

СКАЗКИ
НАРОДОВ
МИРА

Свыше семидесяти иллюстраций
и элементов оформления
американских художников