Русский хоккей с сибирским характером

2010
Хранитель национальных хоккейных ценностей
Первый парень...
Нашёл свою стихию
Деятель всесоюзного масштаба
Испытание на прочность
Утверждая российские приоритеты
На перепутье
Шаг в неизвестность
На подъёме отмечая 100-летие бенди
Обретая международную высоту
Поход в олимпийское будущее
Укрепляя устои народной игры
На мировом уровне
К победам под знаменем России
Первый человек в русском хоккее

Хранитель национальных хоккейных ценностей

Альберт Иванович Поморцев

Дом правительства. Штаб сборной команды страны. Главный тренер В. Янко, тренер С. Ломанов,
менеджер сборных команд В. Спинка, тренер А. Цыганов.

Ни один другой вид спорта так точно и прочно не ассоциируется с самобытным русским
характером, как хоккей с мячом. Не случайно его во всём мире называют не иначе как
русский хоккей.
В этой игре, в которой на просторах большого ледяного поля сходятся, словно стенка на
стенку, две дружины, есть всё то, что необходимо и присуще богатырской недюжинной
русской натуре: бесшабашная удаль, широта души, размах, зажигательный азарт.
Людей, увлекающихся этой исконно русской забавой, - а среди них есть и стар, и млад, и
бравый молодец, и та русская женщина, что коня на скаку остановит, в горящую избу
войдет, чтобы спасти ребёнка, - отличает мужество, стойкость, воля, несгибаемость перед
трудностями; приверженцы хоккея с мячом в честной борьбе стремятся добиться
справедливой победы.
Хоккей с мячом - игра универсальная и общедоступная. Вот почему она так любима в
народе, особенно в той его части, что проживает на Крайнем Севере, в Сибири и на
Урале, на Дальнем Востоке - именно там, где все ещё крепки русские традиции, где
царствует русский дух, где, как говорил поэт, Русью пахнет!
Русскому хоккею от роду не одна сотня лет. Веками русичи, славяне гоняли клюшками
круглые предметы по льду озёр и рек. В нынешнем году поклонники этой игры отметили
110 годовщину с момента проведения в России первого матча по разработанным и
принятым повсеместно правилам, поэтому день 8 марта считается датой рождения
современного хоккея с мячом.
У этой игры в нашей стране сотни тысяч приверженцев, живущих на просторах
государства российского от Архангельска до Хабаровска. Десятки тысяч мальчишек и
девчонок осваивают навыки хоккея с мячом в специализированных спортивных школах,
лучшие из них в составе 220 детских команд выступают во всероссийских соревнованиях
"Плетёный мяч". Наиболее одарённые из юных спортсменов попадают в клубы мастеров,
где защищают цвета 22 команд высшей лиги и 39 команд первой лиги.
Матчи чемпионата страны пользуются громадной популярностью. Не редкость, когда на
встречи хоккеистов в Иркутске, Кемерове, Первоуральске, Нижнем Новгороде,
Архангельске на трибуны стадионов приходят до 30 тысяч зрителей, в течение сезона
понаблюдать за схватками атлетов на ледяных площадках ежегодно собираются в общей
сложности свыше 2 миллионов болельщиков. Вот какая громадная аудитория
поклонников у этого захватывающего зрелища в нашей стране! Она совсем не меньше,
чем у футбола, хоккея с шайбой или баскетбола!
Русская школа хоккея с мячом по праву считается одной из сильнейших в мире. На
планете нет другой такой страны, которая бы имела столь выдающиеся успехи на
международной арене, как Россия. Её спортсмены в составе национальной сборной
становились победителями в 19 из 28 проведённых чемпионатов мира, в том числе и на
последних подобных турнирах, состоявшихся в 2007 году в Кемерове и в 2008 году в
Москве.

Русским духом, которым пропитан русский хоккей, всё стремительнее заражаются
любители спорта всего мира. И это не удивительно. Игра при посредстве
Международной федерации бенди, во главе которой в последние десять лет стоят
представители России, укоренился во многих странах, как вид спорта она была признана
Международным олимпийским комитетом, включена в олимпийскую семью и надеется в
скором времени попасть в программу зимних Олимпийских игр.
Хоккей с мячом активно способствует сохранению российских ценностей, российских
устоев, укрепляет патриотизм и исконно российское самосознание нации, препятствует
экспансии западной спортивной культуры, всё настойчивее захлёстывающей
отечественное спортивное движение в последние годы.
Хоккей с мячом давно уже превратился в явление общенационального масштаба и
значимости! Эта народная игры стала нашим самым настоящим национальным
достоянием!
Сохранить, а затем и приумножить это богатство было совсем не просто, особенно в
конце прошлого века, когда на нашу страну одно за другим обрушилось сразу несколько
социально-экономических потрясений: сначала хаос, связанный с развалом Советского
Союза и созданием демократической России, а затем и финансовый дефолт, вызвавший
серьёзный денежный кризис и, как следствие, повальное обнищание населения страны.
Но в этот сложнейший период нашлись люди, которые сумели противостоять всем
трудностям и бедам, захлестнувшим многие виды спорта, в том числе и хоккей с мячом,
не дали им погибнуть, а, напротив, вывели из тяжелейшего критического состояния,
поставили на ноги, способствовали их процветанию.
Среди тех, кто в последние полтора десятка лет является столпом отечественного хоккея
с мячом, на ком, собственно, все эти годы и держится народная игра, надо в первую
очередь назвать президента Федерации хоккея с мячом России Альберта Ивановича
Поморцева, который бессменно возглавляет эту общественную организацию
непосредственно с момента её фактического создания, с 1992 года. Его смело можно
назвать хранителем общенациональных спортивных ценностей!
Поморцева по праву можно отнести к редкой когорте государственных деятелей, тех
самоотверженных патриотов и беззаветных защитников интересов Родины, которые всем
сердцем заботятся о благосостоянии страны. Он уважаем в своей среде. Его авторитет
непререкаем.
В своём деле Альберт Иванович профессионал, что называется, до мозга костей, каких не
так уж и много среди руководителей отечественного спортивного движения. Он
досконально знает, что делать, как делать, и, главное, умеет делать - хорошо, красиво, на
века! Так, чтобы не подкопаться!
Президент Федерации хоккея с мячом России собрал вокруг себя таких же преданных
этой игре специалистов, как и он сам, тех, чьими приоритетами являются патриотизм и

целеустремленность. Но даже среди своих коллег Поморцев выделяется незаурядным
талантом самобытного организатора и неординарного управленца.
Находясь на капитанском мостике, Альберт Иванович уверенной рукой вёл корабль
отечественного хоккея с мячом сквозь бури и штормы вперёд, успешно преодолев
сначала 100-летнюю, а затем 110-летнюю веху в истории развития этого уникального
вида спорта в нашей стране.
На этом долгом пути в жизни Поморцева произошло немало интересных событий, о
которых он давно хотел рассказать. И вот наконец-то наступила пора это сделать. Есть
уверенность, что с этим повествованием с большим удовольствием познакомятся все те,
кому близок и дорог мир отечественного хоккея с мячом!
Введение
Силу в этом человеке сразу и не разглядишь. Не видно её с первого взгляда. Да это,
впрочем, и понятно. Он не богатырь. Самый обычный с виду человек. Невысок ростом,
без косой сажени в плечах, мягкое рукопожатие, добрые глаза, спокоен, рассудителен,
деловит.
Вся мощь его неуёмной натуры проявляется позже, после близкого знакомства, когда
раскрываются все потаённые уголки его большой души.
Вот тогда становятся очевидными и тонкий дипломатический ум, и недюжинная воля, и
стойкий сибирский характер, и бьющая ключом энергия Альберта Ивановича Поморцева,
президента Федерации хоккея с мячом России. И тут он сразу же вырастает в фигуру
поистине, ну если не мирового, то уж точно - всероссийского масштаба! Да, в общем-то,
таков он и есть - крупный, весьма заметный спортивный деятель сначала Советского
Союза, а затем и России.
А иной и не могла быть личность, благодаря которой после смены социальнополитического строя в нашей стране, после связанных с этим разного рода чрезвычайно
болезненных экономических пертурбаций и катаклизмов, русский хоккей, хоккей с
мячом, бенди - так по-разному зовут замечательную национальную игру на льду, не
только выжил, но и прочно встал на ноги, остепенился, приобрёл авторитет и
популярность, короче говоря, превратился в яркое самобытное явление в российской
спортивной жизни, сравниться с которым по плечу далеко не всем даже любимым и
почитаемым спортивным людом матушки России видам спорта.
Практически вся жизнь Альберта Ивановича Поморцева - а это, без малого, семьдесят
лет, - была тесно связана со спортом. Именно ему отданы лучшие годы детства, юности,
зрелости, да и поныне эти узы неразрывны. Президент Федерации хоккея с мячом России
врос в спорт душой и сердцем. А где скрываются корни этого симбиоза? Давайте узнаем.
А для этого послушаем рассказ самого нашего героя.

Первый парень...
Как известно, все мы родом из детства. А каким оно было у Альберта Ивановича
Поморцева, с какими воспоминаниями ассоциируется?
- Мое детство пришлось на тяжёлые годы Великой Отечественной войны. Родился я 25
сентября 1939 года в очень красивом селе Титово, что находится на берегу реки, в
семидесяти километрах от Кемерова, тогда рядового города Новосибирской губернии,
чуть позже в 1943 году ставшего областным центром. В большой семье нас детей было
пятеро - три брата и две сестры, я среди них младший. Самый старший брат Виктор,
которому в момент моего рождения было уже восемнадцать лет, ушёл на фронт, воевал и
геройски погиб. Отец тоже участвовал в боях Великой Отечественной войны и, к
счастью, остался жив. Его возвращение с войны прекрасно помню - эту бурную радость
не забыть никогда! Конечно, отношение ко мне в семье, как к самому младшему, было
особое. Материнской заботы и ласки мне доставалось поболе, чем другим. Но это совсем
не значило, что меня берегли и не устраняли от домашних хлопот. Совсем нет! Каждая
пара рабочих рук в семье была на счету, всем дел хватало. Как и все мои сверстники, был
занят круглый день - то дров принести, то картошки начистить, то в магазин за хлебом
сбегать. Естественно, та военная пора была не слишком обильной на еду, но мы не
голодали. Спасибо матери, которая работала в больнице - она этого не допускала.
Картошка да капуста, которые мы выращивали сами на своём огороде, у нас практически
были всегда. Лишений я никаких не испытывал, поэтому рос крепким, энергичным,
задиристым пареньком. Сызмальства пристрастился к лыжам, да без них в наших краях,
где снег лежит с октября и по апрель, было просто не обойтись. Куда надо было
добраться - привяжешь веревками эти снегоходы к валенкам и вперёд. Никакой
сибирский мороз нам был не страшен. Даже в школу и то на лыжах частенько
отправлялся, особенно тогда, когда выпадали уроки физкультуры. Это был мой любимый
предмет. Нравилось мне бегать на лыжах, да и получалось у меня все. Вскоре я стал
сильнейшим лыжником не только в школе, но и в районе, а потом заявил о себе и в
области.
- Первым парнем на селе, наверное, были?
- Да не без этого. Первым не первым, но и, само собой, не последним. Пофорсить,
конечно, мог, но нос высоко не задирал - друзья не позволяли. Тем не менее, хочу
подчеркнуть, что именно спорт помог мне воспитать качества лидера. Я был заводилой,
инициатором многих начинаний, комсомольским активистом. После того, как закончил
семилетку в селе Титово, я сам по собственной инициативе переехал на станцию
Падунская, где уже в десятилетке продолжил своё образование: уж очень мне хотелось
получить аттестат зрелости. Вот там-то, сразу же как меня приняли в восьмой класс,
товарищи доверили мне стать их вожаком, избрали секретарём комитета комсомола
школы. У нас был очень спортивный коллектив, под руководством опытного
преподавателя физкультуры В. Розенфельда мы занимали приличные, а подчас и первые

места в областных соревнованиях по лыжам, конькам, футболу, лёгкой атлетике, хоккею с
мячом.
- Надеюсь, увлечение этой игрой не прошло мимо вас?
- Да как же без меня могла существовать команда, когда в ней играли все мои друзья!? Я
был вратарём, причем, вратарем нормальным. У нас коллектив такой сплочённый и
наигранный был, что дай Бог каждой команде! Мы выигрывали даже у взрослых.
Правда, заниматься мне было крайне тяжело - обнаружилось плоскостопие, но я, в
общем-то, старался не обращать на него внимание. И добивался успеха. Был момент,
сразу же после окончания школы, когда меня даже приглашали на стажировку и
просмотр в команду мастеров по хоккею с мячом. Был такой алма-атинский "СКИФ" спортивный клуб местного института физкультуры. Вот туда меня и звали. Предложение,
согласитесь, было весьма заманчивым: меня не только брали в команду, но ещё и с чисто
формальной сдачей экзаменов зачисляли на первый курс высшего учебного заведения. Я
долго думал над предложением, но потом всё же отказался: вся моя родня была против
такого шага, не хотела, чтобы я связывал своё будущее со спортом. Да и я, если честно
сказать, не особенно об этом и мечтал. У меня были совсем иные задумки. Но в
институте физкультуры мне, спустя целых шестнадцать лет, всё же пришлось поучиться,
правда, пошел на этот шаг во многом вынужденно, при очень сложных обстоятельствах,
заставивших меня получить диплом о физкультурном образовании. Однако об этом
расскажу, когда придёт черёд.
- Преодолевать коварные трудности, как выяснилось, вы научились с самых
ранних лет.
- А как же иначе!? Сама собой шла закалка сибирского характера, на который, впрочем, я
и так пожаловаться не мог. В обиду себя никогда не давал, всегда мог постоять за себя,
перед сложностями не пасовал, находил выход из любого, пусть даже самого
критического положения.
- Убеждён, что в качестве секретаря школьного комитета комсомола вам, видимо,
регулярно приходилось заниматься и чисто спортивной работой.
- Действительно, это входило в круг моих обязанностей. Во времена моей далёкой
юности ВЛКСМ - Всесоюзный ленинский коммунистический союз молодёжи - уделял
большое внимание не только духовному, но и физическому воспитанию подрастающего
поколения. Вот, скажем, популярные в ту пору среди детворы традиционные всесоюзные
турниры по хоккею с шайбой на призы клуба "Золотая шайба", по футболу на призы
клуба "Кожаный мяч", а несколько позже и по хоккею с мячом на призы клуба "Плетёный
мяч", постоянно устраивались под эгидой комсомола. Да много ещё чего хорошего в
сфере спорта было на его счету! Мы активно укрепляли дружбу мальчишек и девчонок с

физкультурой и спортом. В те годы я приобретал первые навыки спортивного
организатора, набирался опыта, ума-разума, по крупицам собирал те знания, который
очень пригодились мне в дальнейшем. А школа у нас в спортивном плане была, как тогда
было принято говорить, передовой. О наших достижениях рассказывали не только
местные, районные и областные средства массовой информации, но и всесоюзные. К нам
очень часто приезжали журналисты из Москвы, писали о нас большие материалы, делали
обширные передачи на радио. И нам, скажу вам с гордостью, было что показать.
Отличный пришкольный стадион мы построили сами, своими силами возвели и
школьный спортзал, который содержали в полном образцовом порядке. Зимой сами
заливали лёд на катке, где играли в хоккей с мячом. А сколько соревнований мы
устраивали - каждую неделю были старты то по конькам, то по лыжам, то по хоккею!
Такой энтузиазм у нас был, какой ныне редко сыщешь!
- Встав на комсомольскую стезю, вы после окончания средней школы, наверняка,
пошли именно по ней...
- Не сразу. Мои учителя, и, прежде всего, мой любимый директор Дмитрий Иванович
Мостовщиков, считали, что я непременно должен быть педагогом, прочили мне в
будущем отличную педагогическую карьеру. Да и перед тем, как выдать мне диплом об
окончании средней школы, собирались писать мне характеристики именно в
педагогический вуз. Но судьба распорядилась совсем иначе. Самым престижным в те
годы в Кемерове считался медицинский институт. Вот туда-то я и поступил на
стоматологический факультет с первого же захода. Личность моя тогда уже хорошо была
известна в городе - отличный спортсмен, активный комсомолец. Такие люди нужны были
любому высшему учебному заведению. В первые же дни пребывания в институте меня
незамедлительно избрали комсоргом стоматологического факультета. Передо мной
открывались совсем неплохие перспективы. Но пробыл я в медицинском всего полгода,
один полный семестр. В течении которого выяснил для себя, что с медициной я просто
несовместим: ну не мог я заходить в анатомический центр, и всё тут. Ни палкой, ни
кнутом, ни увещеваниями невозможно было меня туда загнать. Не смог я себя
пересилить. На занятия я перестал ходить, но мне очень долго не отдавали документы в
надежде, что я образумлюсь. Но я и не думал этого делать. Взял перерыв и искал новый
вуз. Но не нашёл. И поэтому по воле тех, кто мне помогал, очутился в другой области за
несколько сотен километров от родного края, в Омске, в школе милиции - она
представляла собой по статусу некий техникум. И там вовсю закипела спортивная жизнь,
оживилась художественная самодеятельность, в которой я тоже принимал активное
участие. Через два года вышел из стен школы лейтенантом милиции, и был направлен в
Кемерово на работу в отделение внутренних дел Кировского района города. Пробыл я на
должности следователя всего каких-то четыре месяца, после чего в 1961 году меня
избрали вторым секретарем Кировского районного комитета комсомола.

А. Поморцев - курсант Омской школы милиции, 1959 г.

Я тогда уже занимался хоккеем с мячом. Станция Падунская, 1959 г.

- Уникальный, надо заметить, случай. Как правило, в те годы происходило всё с
точностью до наоборот - как раз комсомольцев направляли на укрепление рядов
органов внутренних дел.
- Ну, вот видите, как у меня все благополучно вышло. Не успел я как следует освоиться в
своём новом кресле, как меня направили на повышение квалификации в центральную

комсомольскую школу в Москву. Курсы были рассчитаны на семь месяцев. Я их успешно
закончил, а когда вернулся в Кемерово, то лишь месяц был вторым секретарем райкома
комсомола. Меня двинули на повышение и взяли инструктором в обком комсомола, я
стал отвечать за оборонную и спортивно-массовую работу - уж в этих-то вопросах я к
тому моменту очень хорошо разбирался. В те годы отделов по этому направлению ещё не
было, они были учреждены спустя год по инициативе тогдашнего первого секретаря
центрального комитета ВЛКСМ Сергея Павловича Павлова, который позже, как известно,
возглавил Спорткомитет СССР. Так в 1964 году меня утвердили заведующим отделом
оборонной и спортивно-массовой работы обкома комсомола. Мы трудились в самом
тесном контакте со специалистами областного спорткомитета, сообща провернули
немало интересных дел. Если говорить откровенно, то к нам за поддержкой в те времена
обращались гораздо чаще, чем в спорткомитет. Я шаг за шагом поднимался на новый
уровень, осваивал решение всё более сложных задач. В частности, немало усилий
уделялось развитию хоккея с мячом, который и тогда был популярен в Кемерове, да и
сейчас там очень любим. Мне многое удалось сделать за те четыре года, что я был занят в
обкоме комсомола. Я горжусь своей комсомольской юностью!

Центральная комсомольская школа. Москва, 1964 г.

Делегаты XVII съезда ВЛКСМ. Москва. А. Поморцев, заведующий отделом ВЛКСМ, Н. Сизых - первый
секретарь обкома ВЛКСМ, космонавт Б. Волынов, А. Юдтаев

- Но, видимо, пришел черед с ней прощаться...
- Да. Тогда существовал порядок, что долго в комсомоле задерживаться было нельзя только до тех пор, пока позволял возраст: ветеранов там не привечали. Комсомол давал
старт в будущее, но каким оно будет, я, конечно же, не ведал, хотя и предпринимал
некоторые усилия, чтобы определиться с профессией. Уже будучи в обкоме, я поступил
учиться на заочное отделение юридического института. Как только я его закончил, так
моментально возник вопрос о моём трудоустройстве. Предложений поступало немало
самых разных, связанных с моим образованием, - и из милиции, и из прокуратуры. В
общем-то, если быть откровенным, именно в прокуратуру я и наметил направить свои
стопы. До сегодняшнего дня не знаю, как об этом проведал тогдашний первый секретарь
обкома коммунистической партии Афанасий Федорович Ештокин. Потрясающий,
замечательный был человек. Вызвал он меня к себе на приём и говорит: "Вот ты,
голубчик, собрался в прокуратуру, так знай, что дорога тебе туда закрыта. Нечего тебе
там делать. Мы не можем куда не попадя разбрасываться такими кадрами, как ты. Ты у
нас стал крупным специалистом в области физкультуры и спорта, так вот там и
останешься!" При мне снял телефонную трубку, связался с председателем облисполкома
и предложил ему незамедлительно назначить меня председателем областного
спорткомитета. Первый секретарь обкома в те времена был в области и царь, и Бог, и
герой. Его пожелания не обсуждались. Вот так в феврале 1965 года мою кандидатуру и
утвердили на этой должности.
- Этот год, выходит, оказался для вас знаменательным, особым.
- Да. И не только потому, что я окончательно и бесповоротно связал свою жизнь со
спортом. В этом же году я женился. Познакомился со своей будущей женой Мариной в
июле. Она оказалась моей ровесницей, девушкой жизнерадостной, весёлой,
располагающей к себе. Это была самая настоящая любовь с первого взгляда. Через месяц,
уже в августе сыграли комсомольскую свадьбу. А на следующий год 1 августа у нас
родилась дочь Елена. Скажу откровенно, Марине было совсем не просто привыкнуть
жить со мной. Семьи тогдашних комсомольских и советских работников проходили
постоянное испытание на прочность. А всё потому, что дома меня практически не
бывало. В обкоме комсомола в ту пору существовало негласное правило: поменьше
просиживать в кабинетах, почаще окунаться в молодёжную гущу. В командировках
приходилось бывать не меньше 250 дней в году - это считалось обычной нормой. Вот и
судите сами, сколько времени мы виделись с Мариной. Ситуация не изменилась, когда я
перешёл на спортивную работу. Жена, конечно, роптала, но её успокаивала мама,
любимая тёща Ольга Сергеевна, которая всегда была на моей стороне. Да и Леночка нас
крепко связывала. Постепенно всё как-то утряслось, частые разлуки лишь прибавляли
радости при встречах. Я души не чаял в Марине. Вновь ей пришлось пережить трудный
период, когда мы переехали в Москву. В Кемерове, где она работала в областном
Управлении связи, у неё хоть было полно друзей, с которыми она постоянно общалась. А
в столице жена на первых порах оказалась одна с дочкой. Бывало, примчусь домой с

поезда и вижу такую картину: сидит моя Марина с Леночкой на чемоданах и заявляет,
что, мол, все, больше она так жить не может, надоело быть без мужа, уезжает обратно в
Кемерово. Когда я говорил, что без семьи пропаду, то она как-то отходила от боли.
Конечно, если бы у нас не было любви и взаимопонимания, то долго бы мы вместе не
продержались. Полегче Марине стало, когда к нам в Москву переехала тёща. Вместе они
обустраивали квартиру, налаживали быт. Жена работала в Министерстве связи,
начальником отдела. Дочка училась. У них появились друзья. Всё потихоньку вошло в
нормальное русло. В самые трудные для меня моменты Марина всегда была рядом,
всегда душевно поддерживала, благодаря ей я мог выстоять в периоды тяжёлых
испытаний, которых на мою, да и на её долю выпало немало. Жена всегда была далека от
спорта, всю информацию о моих успехах и неудачах получала от Лены и Ольги
Сергеевны, но это совсем не значило, что она отстранялась от моих волнений, нет, она,
как правило, разделяла их, чтобы я не так сильно нервничал, умела снять стрессы.
Важно, что Марина никогда не пыталась навязывать мне своё мнение, никогда не
стремилась повлиять на моё решение. Она не терпела угодников и подхалимов,
отличалась хлебосольством, охотно и радушно принимала у нас дома моих друзей и
товарищей. Сейчас я понимаю, какая же это было безмерно счастливая пора! Мы
прожили с Мариной душа в душу 43 года, и когда 28 февраля этого года после тяжёлой
болезни её не стало, то для меня это было громадной невосполнимой утратой. Так больно
мне не было никогда в жизни. Эта боль, горечь потери не оставляет меня и по сей день.

Моя любимая семья. Жена Марина, дочь Лена, 1985 г.

Нашёл свою стихию
Грусть воспоминаний подчас задевает за живое. Однако для того, чтобы картина жизни
была полной и правдивой, приходиться рассказывать не только о приятном, но и о том,
что в настоящее время бередит сердце. Без этого, увы, не обойтись. Тем не менее давайте
вернёмся к продолжению нашего повествования.
- Альберт Иванович, вся история с вашим выдвижением на пост председателя
Кемеровского областного спорткомитета со стороны выглядит в высшей степени
случайной. Однако не кажется ли вам, что всё произошло достаточно логично, так,
как и должно было произойти. Вы всё время двигались в одном направлении,
практически не отклоняясь никуда в сторону, и пришли к тому, что вам, собственно,
было суждено, было написано, что называется, на роду.
- Да, это действительно так. Я на свою судьбу не в обиде. Раз она таким образом
распорядилась, значит, так тому и быть.
- Если прежде ваша связь со спортом была не прямой, как бы опосредованной,
обусловленной особенностями комсомольской деятельности, то с того момента вы
стали полноправным хозяином большого спортивного хозяйства одной из ведущих
промышленных сибирских областей. Не страшно было?
- Нет. Новое назначение я встретил с воодушевлением. С головой окунулся в ту стихию,
которая мне была родной, хорошо знакомой. Чувствовал в ней себя, как рыба в воде. Мне
тогда всего-то 26 лет было от роду, энергия била, как говорится, через край, хотелось
горы свернуть в своём деле, и мне с моими немногочисленными коллегами по
коллективу, скажу вам откровенно, многое в то время удавалось. Спали по пять-шесть
часов в сутки, а нередко и меньше, крутились, как белка в колесе, но усталости не
чувствовали, когда практически каждый день, включая субботу и воскресенье, а ни один
выходной не обходился без какого-либо соревнования, спешили на работу, от результатов
которой получали громадное удовлетворение. Мы видели реальную пользу от своего
труда, понимали, что приносим людям благо, стараясь всеми силами и средствами
укрепить их здоровье.
- Судя по всему, инициативы, хватки вам было не занимать...
- Да уж никогда не жаловался на отсутствие этих качеств. Они были присущи моей
натуре и очень помогали в работе. Спорт в Кузбассе был на подъёме, слава о нас гремела
на всю страну, о наших достижениях хорошо были осведомлены в Москве, мы ходили,
как тогда было принято говорить, в числе передовиков, и нам действительно было чем
похвалиться.
- Расскажите о том, чем вы особенно гордитесь?

- Спортсмены Кемеровской области по различным видам спорта не раз становились
призерами и победителями не только всероссийских, но и всесоюзных, а также
международных соревнований. Область делегировала немало своих представителей в
сборные команды Советского Союза и России как по зимним, так и по летним видам
спорта. Честь нашего края защищали олимпийский чемпион по тяжёлой атлетике
Александр Воронин, олимпийская чемпионка по спортивной гимнастике Мария
Филатова, которая была подготовлена в знаменитой школе Иннокентия Маметьева,
прославленная олимпийская чемпионка в лыжных гонках Галина Кулакова. Хорошие
результаты показывали чемпионы страны по классической, или, как сейчас говорят,
греко-римской борьбе В. Олейник и В. Манеев, легкоатлет А. Верлан, лыжник Д.
Ярлыков, специалист зимнего двоеборья Н. Наговицын, конькобежка Л. Белодед,
представительницы горнолыжного спорта Л. Хальзова и Н. Тенякова. У нас в Кузбассе
быстрыми темпами создавали современную спортивную базу, причем, такую, какая была
не хуже, чем в столицах. Мы были первыми в России, кто сразу же после Москвы и
Ленинграда, стали строить у себя катки с искусственным льдом. Открытые хоккейные
коробки с таким покрытием появились в Кемерове на стадионе "Строитель" и в
Новокузнецке в 1965 году. Народ сразу же повалил на них валом. Уникальные для тех лет
арены были загружены под завязку - с раннего утра и до позднего вечера. Но хотелось
устроить на этих аренах какой-то необычный праздник.
- Уверен, вы что-то придумали. Что же?
- Мы опять же первыми в России стали ранней весной, после окончания зимнего сезона,
приглашать к себе с показательными выступлениями самых известных отечественных
мастеров фигурного катания. К нам очень часто приезжали с визитами и Ирина Роднина
со своими партнёрами сначала Алексеем Улановым, а затем и с Александром Зайцевым,
и Александр Горшков с Людмилой Пахомовой, и многие другие знаменитые спортсмены.
Для кемеровчан их шоу, правда, тогда эти ледовые спектакли так ещё не называли, были
грандиозным событием. Посмотреть оригинальное зрелище собирались тысячи зрителей.
Вы бы видели, какой был фурор! Ажиотаж творился неимоверный. Вот как вспоминает
об одном из таких посещений Кемерово известнейший наш тренер Татьяна Анатольевна
Тарасова: "Народу вокруг катка было видимо-невидимо, все на ногах. У нас там
проходили показательные выступления на открытом воздухе, иногда при минусовой
температуре. Пурга, всё заносит, а зрители по четыре часа, как вкопанные. И в этот снег,
который наметало на лёд каждые пятнадцать минут, они бросали срезанную герань. Со
своих окон срезанную, других цветов в ту пору тогда не было. Нам организаторы
приносили ведро апельсинов, большую редкость тогда, давали нам полакомиться, а
ребята валялись в перерывах между двумя выступлениями на раскладушках - с этой вот
геранью. Я умирать буду, не забуду это турне". Согласитесь, такие события были лучшей
рекламой нашей деятельности. Что можно придумать ещё более яркого! Мы для
фигуристов устраивали экскурсии на различные предприятия и в шахты. Одевались они
как шахтёры, в ватные штаны, телогрейки, резиновые сапоги на ноги, на голову защитные каски с фонарем, и в клети вниз в забой, туда, где добывали уголёк для всей

страны. Самая авторитетная в то время газета "Правда" помещала репортажи об этих
посещениях на своих страницах. Такой фантастический пиар, как принято сейчас
говорить, а тогда этого слова и в словаре-то не было, никто и не помышлял, что оно
когда-нибудь там появится, помогал нашей кемеровской спортивной организации всегда
быть на виду. А это очень много значило!
- Не заслоняли ли вам все эти хлопоты заботы о развитии, о поддержке хоккея с
мячом?
- Нет. Да и как можно было отодвинуть эту игру на второй план!? В мою бытность
активным действующим спортсменом, а затем и председателем областного
спорткомитета, чемпионат Кузбасса по хоккею с мячом разыгрывался в трех группах, за
первенство боролись больше сотни команд в самых разных возрастных группах, начиная
от фактически малышей до убелённых сединами ветеранов. Популярность этой игры
была невообразимой. Трудно представить, сколько народу собиралось на трибунах
стадионов, чтобы посмотреть ключевые, принципиальные матчи. Массовость была
ошеломительной. Каждый мальчишка чуть ли не с пелёнок мечтал погонять клюшкой
оранжевый мяч. Как только малыш вставал на ноги, так его учили кататься на коньках. В
секции отбоя не было от желающих. Все ребята стремились попасть в команду мастеров,
которая неплохо выступала на всесоюзном уровне. В те времена, как и сейчас,
бесспорным фаворитом считались московские динамовцы, не раз становившиеся
чемпионами Советского Союза. Спортсмены из Кемерова могли посягать лишь на
призовые места. Какой же праздник был в городе, да и в области тоже, когда в 1973 году
наши ребята выиграли бронзовые медали!? Хорошие традиции не были утеряны и
сейчас, к слову, хоккеисты из угольного сибирского края тоже ходят в числе лидеров
чемпионата России, в 2008 году завоевали бронзовые медали, уступив только московским
динамовцам и атлетам из подмосковного красногорского "Зоркого".
- А когда, собственно, была создана команда мастеров по хоккею с мячом в
Кемерове?
Естественно, она существовал ещё до того момента, как я возглавил кемеровскую
областную спортивную организацию. Дружина была основана в далеком 1948 году на
базе спортивного коллектива шахты "Северная" Кузнецкого угольного бассейна и
входила в состав добровольного спортивного общества "Труд". До 1971 года носила
название "Шахтёр", в сезоне 1971-72 годов была переименована в "Кузбасс", с тех пор
так её и величают. В высшей лиге команда выступает с 1956 года. Всегда была на виду.
Мне оставалось лишь укреплять то, что в Кузбассе уже было. И я приложил к этому
немало стараний.
- Сколько же лет вы возглавляли Кемеровский областной спорткомитет?
- Да, считайте, почти десять, до 1975 года.

- Для многих, если не для большинства руководителей вашего ранга, карьерный
рост на этой достаточно высокой для регионального уровня должности
председателя областного спорткомитета благополучно и прекращался. Ну а вы в 35
лет только-только начали расправлять крылья, стремительно рванули наверх,
пошли на значительное повышение, перебравшись на работу в Москву в
Спорткомитет СССР. Для вас это был ожидаемый перевод, вы о нём мечтали?
- Сами знаете, плох тот солдат, который не хочет быть генералом. Я, естественно, тоже об
этом думал.
- Альберт Иванович, скажите откровенно, препонов вам не чинили, преград не
возводили, без задержек отпустили из Кемерова, где вас, несомненно, ценили,
уважали, где вами, убеждён, гордились, - ведь вы приносили спортивную славу
городу, который прежде только и мог похвалиться тем, сколько тонн угля выдал на
гора, да сколько стали выплавлял?
- Вы знаете, никаких трудностей лично у меня не было. А вот у других они возникали.
Руководство области неохотно отпускало в Москву квалифицированных специалистов,
мотивируя это тем, что Кузбассу самому нужны знающие профессионалы, талантливые
организаторы, как их сейчас называют, топ-менеджеры. Порой такие непреодолимые
стены воздвигали, чтобы воспрепятствовать переезду. Ну, а мне никто не мешал.
Напротив, первый секретарь обкома Л.А Горшков, который пришёл на смену Ештокину,
даже напутствовал меня, пожелав удачи на новом поприще.

А. Поморцев - начальник управления зимних видов спорта Спорткомитета СССР, 1975 г.

С вице-президентом ФХМР Валерием Мозговым

Кемерово, 1969 г. Великие фигуристы страны в гостях у Кемеровского телевидения.
Л. Пахомова, С. Четвертухин, А. Горшкова, С. Жук

Деятель всесоюзного масштаба
Кто-то может сказать, что Альберту Ивановичу с новым назначением просто повезло, но
всё же думается, что он в большей степени двигался вперёд благодаря своему таланту
организатора.
- Альберт Иванович, большую роль в вашем выдвижении на первые роли в
руководстве отечественным спортивным движением сыграл Сергей Павлович
Павлов, личность, о которой с благодарностью вспоминаете не только вы, но и
многие ветераны комсомола и спорта. Когда же вы с ним впервые пересеклись?
- Это было ещё в комсомоле, в ту пору, когда учился в центральной комсомольской
школе. Сергей Павлович в качестве первого секретаря ЦК ВЛКСМ частенько
наведывался к нам, тесно общался со слушателями ЦКШ, выступал перед нами с
лекциями. Однажды он приехал в школу вместе с первым космонавтом планеты Юрием
Гагариным. Мне удалось сфотографироваться вместе с ними, очень дорогой для меня

снимок сохранился в моём альбоме. Ну, а по-настоящему познакомились мы тогда, когда
я, как заведующий отделом оборонной и спортивно-массовой работы обкома ВЛКСМ,
стал регулярно приезжать в Москву в центральный комитет комсомола на различные
совещания и встречи, которые проводил Сергей Павлович Павлов. Именно в те годы я
познакомился и с Виталием Георгиевичем Смирновым, а ныне членом Международного
олимпийского комитета и почётным президентом Олимпийского комитета России, - он в
дальнейшем тоже принял самое активное участие в моей судьбе. Наша кемеровская
организация была всегда на хорошем счету у Сергея Павловича Павлова, который с 1968
года возглавил Комитет по физической культуре и спорту при Совете Министров СССР,
или, попросту говоря, Спорткомитет СССР. Скажу откровенно, для меня было большой
честью общаться с Сергеем Павловичем.

А. Поморцев - председатель Кемеровского облспорта, 1965 г.

- Вы, судя по всему, попали в число тех специалистов, которым Сергей Павлович
доверял, на которых опирался.
- Думаю, что именно так все и было. Кемеровчане никогда не подводили. Мы старались
идти впереди всех. И это у нас, скажу без ложной скромности, совсем неплохо
получалось. Ко всему, к тому моменту, когда мне представилась возможность переехать в
Москву на работу в Спорткомитет СССР, я уже был в этом государственным учреждении
своим человеком. Меня там хорошо знали. Очень тесно сотрудничал с руководителями
управлений и с тренерами национальных сборных, особенно с теми, кто отвечал за
подготовку спортсменов по зимним дисциплинам.
- Как же происходило приобщение к этому узкому кругу элитных специалистов?
Наверное, не только во время многочисленных совещаний и собраний,
устраиваемых в Спорткомитете СССР?

- Естественно, хотя и на этих встречах постоянно расширялся круг друзей, круг
единомышленников. В те годы существовала практика, когда комсомольских работников
назначали комсоргами советских спортивных делегаций, отправлявшихся за границу на
крупные международные соревнования. Так вот в этом качестве я стал выезжать за рубеж
уже с 1966 года - вместе со сборной командой страны по хоккею с шайбой. Выехал
комсоргом. Во время первого же выезда наши ребята выиграли престижный чемпионат
мира в Любляне. Тогдашний главный тренер национальной сборной Анатолий
Владимирович Тарасов был азартным, очень взрывным человеком, не дай бог попасться
ему под горячую руку - мог раскритиковать в пух и прах, рассердившись, был готов
послать и по матушке, однако "военных" конфликтов между нами никогда не
происходило. Тарасов очень любил людей, с уважением относился к своим подопечным и
к тем, кто его окружал. Когда я был рядом с Анатолием Владимировичем, то многому у
него научился. В 1968 году в составе национальной делегации, в качестве комсорга
лыжной сборной, я впервые поехал на зимние Олимпийские игры в Гренобль, где
советским спортсменам (а кемеровчане среди них были) досталось всего 5 золотых
медалей. На первый взгляд кажется, что мало. Но с таким багажом сборная СССР заняла
второе общекомандное место в неофициальном зачёте. Нам совсем немного не хватило,
чтобы занять первое. На него вышли норвежцы с 6 знаками высшего достоинства.
Учтите, тогда в целом разыгрывалось 35 комплектов наград.
- Каким образом вы попали во Францию?
- Зима в сезоне 1967-68 годов в России выдалась бесснежной. Нигде не было снега, а у
нас, на счастье, он лежал толстым слоем. Тогда по заграницам на тренировочные сборы,
как сейчас, не ездили, устраивали их на территории страны, вот поэтому наши
сильнейшие лыжники и выбрали местом предолимпийской подготовки Кемерово,
отличающееся завидным хлебосольством. И, как выяснилось позже, нисколько не
прогадали. Условия мы им и для проживания в лучшей гостинице, и для занятий на
трассах наших передовых спортбазах создали просто шикарные, обеспечили
разнообразным и вкусным питанием, профессиональным медицинским обслуживанием,
отдали в их распоряжение прекрасный восстановительный центр с баней и сауной. Ну
сделали всё, что тренеры и спортсмены пожелали. Все были довольны, после чего
наставники и вышли с предложением взять меня комсоргом лыжной сборной на
Олимпиаду в Гренобль. Лыжники там выступили неважно, как сейчас помню, не
завоевали ни одной золотой медали, хотя в составе уже была кузбассовка, прославленная
Галина Кулакова, но её звездный час пробил на следующей Олимпиаде в Саппоро, где ей
досталось три высших награды.
- В те времена, когда Советский Союз от всего остального мира отгораживал
пресловутый железный занавес, который хотя и существовал только в виртуальном
виде, но надёжно закрывал доступ большинству жителей СССР на Запад, особенно
в капиталистические страны, каждая поездка за рубеж расценивалась как манна

небесная, как подарок свыше, на которые очень редко расщедривались партийные
и советские боссы социалистического общества.
- Всё так и было. Рядовым советским гражданам, как правило, негласно было запрещено
выезжать за границу, - чтобы не завидовали той благополучной жизни, которая там
царила, чтобы не сравнивали её с нашей, где появлялись первые признаки дефицита
колбасы, сыра, фруктов, хорошей одежды и обуви. Правда, иногда в качестве поощрения
давали путевки в страны социалистического лагеря, а посетить Францию или Англию
для большинства было просто несбыточной мечтой. Спортсмены международного
класса, конечно, находились на особом положении, но так, чтобы жить на тренировочных
сборах по нескольку месяцев где-нибудь в Скандинавии, такого, естественно, не было.
Валюту не только экономили, её заставляли зарабатывать, и, если атлет получал сотнюдругую долларов за своё выступление, то все эти деньги нужно было возвращать в кассу
Спорткомитета СССР, отчитываясь до последнего цента. На первых порах выезжал за
границу всего один раз в году - больше нельзя было, существовала норма. Потом стал
почаще ездить, но тоже не так, чтобы разгуляться во всю ширь.
- Интересно, а в 1972 году на следующих зимних Олимпийских играх в японском
Саппоро вы побывали?
- А как же!? Поехал в страну Восходящего солнца уже в составе группы поддержки,
состоявшей из тех председателей областных спорткомитетов, которые эффективно
способствовали развитию зимних видов спорта. Мы там были не только зрителями,
болеющими за наших спортсменов, мы выполняли обязанности консультантов,
экспертов, в силу своего опыта помогали находить выходы из кризисных ситуаций.
Помню, действовали сообща, как единая дружина, стремящаяся покорить те вершины,
которые для нас, для нашей сборной прежде были недоступны. И мы таки их одолели. Та
Олимпиада, где на кону было 36 комплектов наград, оказалась удачной для сборной
страны - на нашем счету оказалось 8 золотых медалей, и с ними мы намного обошли
главных соперников из Германской Демократической республики, которым удалось
только четыре раза подниматься на высшую ступеньку пьедестала почета. Разгром
основных конкурентов был очевиден.
- Выходит, вы, образно говоря, лет восемь варились в одном котле с высшими
спортивными функционерами страны, прежде чем они начали задумываться о том,
чтобы допустить и вас в свой круг.
- Работа, действительно, была очень тесной. Тогда централизация управления народным
хозяйством достигла своего апогея. Любую более или менее крупную проблему
приходилось решать в Москве. Все деньги практически тоже были в столице, средства
постоянно приходилось добывать и выбивать. Так получалось, что в те годы я чаще
бывал в Москве, чем в Кемерове. Жил в столице месяцами, лишь на неделю-другую
наведываясь на родину. Сами понимаете, общение с начальством было не только
официальным, по служебной необходимости, но и, как сейчас принято говорить,

неформальным. Так мы ближе узнавали друг друга. Связи, естественно, пригодились мне
тогда, когда понадобилась помощь от друзей, - и они способствовали моему
восхождению по карьерной лестнице.
- На какую же должность вас пригласили в штат Спорткомитета Советского
Союза?
- В 1975 году освободилось место начальника Управления зимних видов спорта. Его
прежде занимал Валентин Лукич Сыч, который пошел на повышение и был назначен
заместителем председателя Спорткомитета СССР. Валентин Лукич специалистом был
знатным. Я оказался не единственным претендентом. Соискателей было человек пятьшесть, в том числе, нынешний президент Федерации фигурного катания России
Валентин Николаевич Писеев - он работал в управлении заместителем, очень дельный
грамотный специалист. Конкуренция между нами была чрезвычайно острой, что,
впрочем, в дальнейшем не повлияло на наше плодотворное сотрудничество, мы и теперь
рады видеть друг друга. Однако чаша весов как будто бы склонялась в мою сторону, но
вдруг совершенно неожиданно возникла серьёзная загвоздка - у меня не было
спортивного образования, которое требовалось по тогдашним правилам. По этой причине
воспротивился моему назначению не кто-нибудь, а заведующий сектором спорта Отдела
пропаганды и агитации ЦК партии Борис Павлович Гончаров. Как я ему не доказывал,
что за плечами у меня уже десятилетний опыт работы в качестве председателя
областного спорткомитета, как ни убеждал, что обойдусь без диплома спортивного
специалиста, а он ни в какую. Нет, и всё тут. Что делать? Пришлось мне дать слово, что я
непременно поступлю в институт физкультуры. Только при этом условии меня в мае 1975
года и утвердили в высокой должности, после чего я стал во всесоюзном масштабе
отвечать за развитие всех зимних видов спорта, включая, естественно, и хоккей с мячом.
Кстати, учился я в государственном центральном ордена Ленина институте физкультуры,
больше известном как ГЦОЛИФК, в одно время на одном курсе и даже на одном
отделении лыжных гонок вместе с моим непосредственным руководителем Сергеем
Павловичем Павловым - и с него, видимо, тоже строго спрашивали за то, что он не имеет
высшего спортивного образования. В музее ГЦОЛИФКа сохранилась фотография, на
которой Сергей Павлович и группа наших товарищей запечатлены на выпускном вечере,
посвящённом вручению дипломов. Сергей Павлов, взяв всю ответственность на себя,
подписал приказ о моём назначении на должность начальника управления, несмотря на
формальный запрет ЦК КПСС. А что касается высшего физкультурного образования, то в
1979 году я уже докладывал в центральном комитете КПСС, что таковое заимел,
продемонстрировав новенький диплом.
- Получается, вы были выдвиженцем с самых низов, прошли по карьерной
лестнице путь от рядового физкультурного организатора до крупного управленца
всесоюзного масштаба. Зависти не было со стороны конкурентов? Как вас приняли
ваши новые подчинённые?

- Нормально. Я, как правило, всегда умел находить общий язык с теми, кто со мной
работал. Сходился с людьми быстро. Мне очень повезло, так как работал с Вячеславом
Колосковым, который занимал должность государственного тренера в отделе хоккея. Там
вместе с ним трудились Андрей Васильевич Старовойтов, Порфирий Шелешнев,
Григорий Епихин, Анатолий Мельников. Никаких трений у меня с ними никогда не
возникало. Да и по определению не могло быть. Люди все в спорте весьма авторитетные,
чуждые всякой фальши. Чуть позже Вячеслав Иванович Колосков переключился на
футбол, был начальником Управления футбола в Спорткомитете, позже в крупного
деятеля международного масштаба, одного из видных чиновников Международной
федерации футбола (ФИФА и УБФА). Культурный, интеллигентный, воспитанный
человек, никогда никому не нахамит, если кого и распекал, то ненормативную лексику не
использовал, матом не обкладывал, чем "баловались" иные начальники. Очень
авторитетный в своей области специалист. У нас с Вячеславом много общего. Нашей
дружбе, прошедшей горнило серьёзных жизненных испытаний, уже не один десяток лет.
Я очень дорожу его вниманием. Он принял большое участие в судьбе моей жены, когда
она заболела, всегда звонил, интересовался. Мы дружили семьями, с женой Татьяной и
двумя сыновьями Константином и Вячеславом.
- В ком ещё вы нашли верных соратников?
- Заместителем у меня был Юрий Курсов, отвечавший за лыжный спорт. В его команду
входили такие знаменитости, как Каменский, Кирилл Раменский, Быстров, Иванов.
Конькобежный спорт вёл Г. Панов. Вадим Мелихов очень умело курировал биатлон.
- Кроме Колоскова, с какими людьми из спортивного мира вы сегодня продолжаете
дружить?
- С Владимиром Славским, президентом Федерации прыжков на лыжах и лыжного
двоеборья России. Мы знакомы ещё с комсомольской молодости, когда он был
заведующим отделом оборонной и спортивно-массовой работы Сахалинского обкома
комсомола. С Юрием Копыловым общаемся с тех далёких дней, когда были
председателями областных спорткомитетов, я в Кемерове, он - в Ростове-на-Дону. Тогда
же сошлись мы и с Владимиром Носовым, который был председателем спорткомитета в
Туле. Оттуда все эти прочные завязки. Не забываю я и о Николае Ивановиче Русаке, с
которым впервые встретился тогда, когда он был начальником управления водных видов
спорта. Добрую память оставил о себе уже ушедший из жизни Левон Георгиевич
Санадзе, бывший начальником Управления легкой атлетики. Мы несколько месяцев жили
с ним вместе в общежитии Спорткомитета СССР, что размещалось на Скатерном
переулке, ждали, когда нам, приехавшим из провинции в Москву на работу, выделят
отдельную квартиру. В нашей компании был и Анатолий Царик. Всегда очень
импонировал мне Анатолий Ковалев, бывший председатель спорткомитета города
Москвы, а затем и вице-президент Олимпийского комитета России. Рад, что судьба свела
меня с Виктором Алексеевичем Хоточкиным, ныне первым вице-президентом
Олимпийского комитета России. А тогда он переквалифицировался из журналиста в

переводчика и ездил с нашими делегациями за рубеж на различные соревнования. Затем
Хоточкин семь лет был генеральным секретарем Международной федерации бенди, когда
эту организацию возглавлял Григорий Петрович Гранатуров. Мне приятно сознавать, что
Виктор Алексеевич является моим давним и близким приятелем, а ко всему ещё и
соратником в Федерации хоккея с мячом России, где он уже третий созыв подряд на
общественных началах исполняет обязанности моего заместителя, вице-президента,
принося немало пользы общему делу.
- Люди, которые попали под ваше начало в тот период, когда вы стали начальником
Управления зимних видов спорта Спорткомитета СССР, были, очевидно, разными
по характеру, по способностям. Вам удалось объединить их в одну команду,
направить усилия и помыслы на эффективный продуктивный труд?
- А что ещё мне оставалось делать!? Времени на раскачку, на притирки в коллективе,
который мне был хорошо знаком, признаться откровенно, у меня не было. Заступил я на
свою должность в мае 1975 года, только что завершился очередной зимний сезон, а уже
нужно было, засучив рукава, оперативно приниматься за подготовку к следующему. Он
был очень важным - олимпийским. Старты должны были состояться в Инсбруке через
девять месяцев - в феврале 1976 года. Задача перед нами ставилась очень ответственная выступить на предстоящей Олимпиаде не хуже, чем в 1972 году в Саппоро. В ЦК партии
высказывались пожелания в форме приказа завоевать столько же золотых медалей,
сколько и тогда. Мы прекрасно понимали, что если наш золотой "улов" будет чуточку
меньше, то с нас особенно спрашивать не будут, а вот если мы проиграем первое
общекомандное место, то головы нам не сносить. Вот на общекомандное первенство мы
и настраивали весь наш коллектив. Обстановка вроде бы складывалась вполне
нормальная. Предварительные подсчёты и прогнозы говорили о том, что наши планы
будут успешно реализованы. Но советские спортсмены их значительно перевыполнили.
Они выдали на гора, говоря языком шахтёров Кузбасса, 13 золотых медалей - больше
трети из тех 37, что разыгрывались в то время. Такого, бесспорно, выдающегося урожая
побед не было ни до, ни после Олимпиады в Австрии. Даже сейчас, когда на зимних
Олимпиадах определяются владельцы порядка 80 комплектов наград, представители
России не в состоянии приблизиться к тому замечательному достижению. На последних
Белых Играх в Турине в 2006 году, где спортсмены оспаривали 84 комплекта наград, в
копилке сборной России было всего 8 золотых медалей, с которыми она оказалась за
чертой призёров в неофициальном командном зачёте. Сравнение показательное. И, как
видите, оно свидетельствует не в пользу нынешнего контингента спортсменов и
тренеров. Если вернуться к событиям Инсбрука, то, безусловно, результатами
выступлений советских спортсменов все были довольны. На нашу долю досталось
немало почестей и наград.
- Вы, наверное, за такие выдающиеся спортивные подвиги получили высокую
правительственную награду?

- Нет. Посчитали, что я ещё слишком молод, что в 35 лет рано ещё меня поощрять, мол,
не за что - мало ещё было заслуг в моём активе. Я, впрочем, не особенно расстраивался,
верил, что все ещё у меня впереди. Первую и единственную правительственную награду
в Советском Союзе мне вручили только через четыре года, в 1980 году, после зимних
Олимпийских игр в американском Лейк-Плэсиде. Это была медаль "За трудовую
доблесть". Я ею очень горжусь.
- Как-то уж больно всё гладко у вас складывалось в карьере, всё шло по
нарастающей без сучка и задоринки. Неужели именно так всё и было?
- Ну, не скажите? Были и накачки, и разносы, и вызовы на ковёр, где ругали так, что пух и
перья во все стороны летели. По полной программе доставалось на орехи. Таков в те
годы был стиль партийного руководства. Управляли чаще кнутом, чем пряником.
Особенно строго спрашивали за выступления мастеров хоккея с шайбой - они тогда были
гордостью всего отечественного спортивного движения. Любой их проигрыш
расценивался не ниже, чем всесоюзная трагедия, общенациональная беда. Никакие
объяснения не принимались - должны выигрывать и все тут. А я, когда пришел в
Управление зимних видов спорта Спорткомитета СССР, то был как раз период, когда
наши хоккеисты выглядели неважно. Уступили первенство на розыгрыше Кубка
"Известий", потерпели поражения ещё в ряде других важных матчей. И это накануне
Олимпийских игр - кто же такое безобразие может вытерпеть. Вызвал нас к себе
тогдашний руководитель Отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС Евгений
Тяжельников. Вышли мы с Борисом Павловичем Кулагиным, который тогда был главным
тренером национальной сборной по хоккею с шайбой, после беседы, и оба держимся
рукой за левую сторону груди. Стоим в просторном коридоре здания ЦК партии на
Старой площади и думаем, как быть. Борис Павлович и говорит мне: "Давай закурим,
полегче станет!". И протягивает мне пачку страшно дефицитного "Мальборо", большая
редкость по тем временам, когда обычную колбасу и ту было не купить, не говоря уже о
заграничных сигаретах. Я ему отвечаю, что в жизни за свои 35 лет никогда не курил, да и
выпивал крайне редко. Ничего, наставил он меня, в такой боевой обстановке научишься.
Так я первый раз по-настоящему закурил. С тех пор сигарету изо рта уже не выпускаю,
знаю, что плохо для здоровья, а ничего с собой поделать не могу. Поехал вместе с
хоккеистами на последние предолимпийские матчи в Прагу и там мы оба матча
выиграли. Вернулся в Москву, встретился с Сергеем Павловичем Павловым, и во время
беседы попросил у него разрешения закурить. А он мне в ответ, мол, ты же никогда
прежде не курил, с чего это вдруг взялся. Я ему на полном серьёзе, не моргнув глазом,
докладываю, что выиграли исключительно благодаря тому, что я закурил. И поведал эту
историю с Кулагиным. Сергей Павлович мою шутку воспринял с пониманием, засмеялся
и сказал, что в таком случае я могу свободно дымить, лишь бы наши ребята побеждали. Я
и на Олимпиаде курил, у всех были большие глаза от удивления. Но хоккейная дружина
Советского Союза и там выиграла. После я бросил курить, но ненадолго.

- Что же помешало поставить крест на пристрастии к никотину?
- Важные обстоятельства. Осенью 1976 года отправились мы за океан на первый
розыгрыш Кубка Канады по хоккею с шайбой. Тогда уже сборной руководил Виктор
Тихонов. У него, да и у меня вместе с ним, было своеобразное и очень суровое боевое
крещение. Обстановка вокруг соревнований складывалась чрезвычайно напряжённой,
нервной. Масло в огонь подливало и то, что сам турнир был организован неважно,
местные арбитры судили в одну сторону, явно зажимая наших хоккеистов . Все в нашей
делегации - и спортсмены, и тренеры, да и мы тоже были страшно недовольны. Я, как
руководитель советской команды, пошел на беспрецедентный шаг, устроив прессконференцию, на которой перед многочисленными журналистами в пух и прах
раскритиковал хозяев розыгрыша Кубка Канады и заявил, что покинем соревнования,
если ситуации не исправят. После появления разгромных публикаций переполох по обе
стороны океана был шумный. По телевидению выступил даже тогдашний премьерминистр Канады господин Трюдо, который заявил, что если мы покинем турнир, то его
страна перестанет поставлять нам зерно. Вот это была угроза оглушительная. Тут я
сильно испугался. Как быть? Нельзя же было поставить страну под удар. Обратился за
советом к тогдашнему послу СССР в Канаде Александру Николаевичу Яковлеву,
будущему соратнику Михаила Сергеевича Горбачева и члену Политбюро КПСС, одному
из авторов перестройки. Он меня успокоил, поддержал, сказав, чтобы я ничего не боялся,
не сдавался и продолжал гнуть свою линию, заверил, что ни на какой демарш Канада не
пойдет, потому что продавать хлеб ей больше некому, а этого добра в стране избыток,
надо от него избавляться. Думаете, меня за отстаивание чести из Москвы поблагодарили?
Ничего подобного! Напротив, устроили по телефону горячую взбучку, дали нагоняй за
несанкционированное самоуправство. Потом в Москве нападки на нас продолжились. И
всё потому, что мы в Канаде, если помните, заняли 3 место. Приходим в центральный
комитет партии для отчёта, а нас прямо на пороге кабинета строго так спрашивают:
принесли с собой партийные билеты? Я отвечаю, что он всегда со мной, в нагрудном
кармане. Нас сразу же и оглушили: так вот мы сейчас рассмотрим, имеете ли вы право
носить гордое имя коммуниста. Лишиться его для нас в то время было хуже смерти,
считайте, досрочный конец всей жизни. И опять, в который уже раз устроили нам самую
настоящую головомойку. Мол, вы что, не понимаете, что вы натворили. Народ и партия
вам доверяют, ждут от вас побед, а вы так всех сильно подвели. Из-за вас народ
расстроился, вся страна взбудоражена, никто не спит и не ест, коллективы фабрик и
заводов встали, работать не хотят, производительность труда резко упала. И так далее, и
всё в том же духе. Как вспомню, так мне и сейчас дурно становится.
- А почему всё же вы тогда после очередной победы на Олимпийских играх
уступили канадцам?
- Вы знаете, пришла пора обновления состава и тренеров, и спортсменов. Почти
полкоманды было новичков, да и Виктор Васильевич Тихонов дебютировал в роли

главного тренера. Правда, и Анатолий Владимирович Тарасов, и его сподвижник
Аркадий Иванович Чернышев ездили в Канаду в качестве консультантов, но разве
Тихонов с его независимым характером к их советам прислушивался, да и сами мэтры,
правда, не особенно стремились помочь, мол, раз взяли Тихонова, так сами с ним как
хотите, так и выкручивайтесь.
- И в такие заковыристые или подобные неприятные передряги вам часто
доводилось попадать?
- Да, регулярно. Тогда такое негласное правило существовало - хвалить как можно реже.
Но вот на нагоняи были щедры. За малейшую оплошность - втык, постановка на вид,
выговор, короче говоря, все возможные наказания, чтобы бдительности не теряли. Вот
почему мы всегда были начеку.
- Ну а русскому хоккею, хоккею с мячом всё-таки удавалось уделять хотя бы
минимальное внимание?
- Вы прекрасно знаете, что эта игра была и до сих пор остается неолимпийским видом
спорта. Поэтому и отношение к её развитию было соответствующим, что называется, по
остаточному принципу. В принципе, иного подхода и не требовалось. Всё у этой игры
тогда было в полном порядке. Организованно, часто при переполненных трибунах
проходили матчи чемпионата Советского Союза, наши ребята, как правило, легко
побеждали на чемпионатах мира, семнадцать раз становились победителями этого
престижного турнира. Беспокоиться за хоккей с мячом не надо было. Мы туда и не лезли
со своими наставлениями.

Испытание на прочность
В карьере любого человека взлёты подчас сменяются падением, за светлой полосой
наступает черная. Нагрянули беды и в жизни Поморцева, причём нагрянули весьма
неожиданно. Впрочем, обо всём по порядку.
- Судя по всему, после весьма успешной для советских спортсменов Белой
Олимпиады в Инсбруке, вы, Альберт Иванович, находились, что называется, на
белом коне, были в фаворе, и хотя партийные начальники вам подчас и докучали,
прищучивали вас, но вы принимали эти нарекания как само собой разумеющееся,
как неотъемлемую часть советского бытия, и не особенно от этого страдали.
- Действительно, по большому счёту четыре года меня не трогали, позволяли работать
так, как я считал нужным. Дали своеобразный карт-бланш с расчётом на то, что все мои
усилия и усилия всего коллектива аппарата управления будут направлены на подготовку
к предстоящей зимней Олимпиаде 1980 года, которая должна была состоятся в
американском Лейк-Плэсиде. Должен заметить, что потрудились мы отменно.

Спортсмены подошли к ответственным стартам в отличной спортивной форме. По
нашим предварительным прикидкам, которые были основаны на точном анализе и
расчёте, наши атлеты должны были завоевать в общей сложности 10-11 золотых медалей,
что позволит им отстоять первое общекомандное место. Планы эти были озвучены и
приняты к сведению в ЦК партии, где с нашими прогнозами полностью согласились.

А. Поморцев с двухкратным олимпийским чемпионом по биатлону Н. Кругловым, 1979 г.

- Итак, вы в отличном настроении отправились в США. Не испортило ли его вам то
обстоятельство, что олимпийская деревня была расположена в новом, только что
возведённом здании будущей тюрьмы?
- А куда нам, да, впрочем, и всем остальным делегациям, прибывшим в Америку, было
деться!? Жили в камерах по двое, теснились, но не роптали на суровые жилищные
условия. Все помыслы были только о победе. И поначалу такое везение нам привалило,
что у некоторых начальников голова кругом пошла от успехов. На третий или четвёртый
день олимпийских соревнований в нашем багаже было уже девять золотых медалей.
Положительных эмоций хоть отбавляй, они бьют через край в победных реляциях,
направляемых в Москву. Собирается очередное оперативное совещание всего
руководство - эти встречи у нас проводились ежедневно. Раздаются бравурные речи. И
тут один из начальников встаёт и предлагает рапортовать в ЦК партии, что советские
спортсмены постараются в оставшиеся дни зимней Олимпиады взять в США ещё
дополнительно 5-6 золотых медалей. Короче, решили соперников шапками закидать! Его
предложение решили поддержать. Вы представляете, после успешного старта у нас с
"золотом" как отрубило! Сумели мы к первоначальным девяти золотым медалям
добавить только ещё одну, в сумме вышло десять! Настроение, сами понимаете, упало.

- Почему? Всё равно ваше достижение было лучше, чем у соперников, занявших
второе место, на счету представителей Германской Демократической республики
оказалось девять высших наград, да и план вы выполнили...
- Как выяснилось, не совсем. И вот почему. Если быть объективным, то никакого
официального командного зачёта ни на летних, ни на зимних Олимпийских играх не
ведётся. Просто подсчитывается количество медалей, завоеванных представителями той
или иной страны. Никто в мире, кроме нас, этому не придает никакого значения! А намто всегда надо было продемонстрировать преимущество советского строя, в условиях
которого вырастают самые лучшие чемпионы и рекордсмены. Для этой демонстрации
нужны были козыри, а одними из самых наглядных были успехи на Олимпиадах. Сейчас
от этих пропагандистских штучек тоже не отказались, но мерилом успеха служит только
количество золотых медалей, пришедшихся на долю той или иной страны. А тогда
учитывалось ещё общее количество всех медалей, включая серебряные и бронзовые, а
так же количество очков, которые подсчитывали по сложной системе. Так вот вышло, что
по этим показателям, которые вдруг стали главными, мы проиграли противникам из ГДР:
у них оказалось на три очка и на одну медаль больше - 9 золотых и по 7 серебряных и
бронзовых. А у нас было 10 золотых и по 6 серебряных и бронзовых. Короче говоря, нам
ясно дали понять, что план мы, к сожалению, провалили. Правда, оргвыводов, как тогда
говорили, сразу не сделали, но наказание было неизбежно, и для меня оно последовало
позже.
- Отношение к вам, вероятно, круто изменилась...
- Увы! На меня стали косо поглядывать, как будто бы именно я один был повинен в этом
поражении. Ко всему навешали всех собак и объявили повинным во всех смертных
грехах. Меня начали потихоньку давить, беспричинно придираться по мелочам. Давили
со всех сторон. И вскоре с должности начальника Управления зимних видов спорта
убрали. Но из Спорткомитета СССР я не ушёл. Не дал Сергей Павлович Павлов. В 1981
году мне поручили возглавить инспекцию по контролю за выполнением постановлений и
распоряжений правительства СССР и ЦК партии. Проработал я на этой должности два
года. Сергей Павлович Павлов, по большому счёту, старался нас в обиду не давать,
защищал, как мог до тех пор, пока был у руля отечественного спортивного движения. В
1983 и его вынудили покинуть пост председателя Спорткомитета СССР, отправив послом
в Монголию. На его место пришел Марат Владимирович Грамов, бывший заместитель
заведующего Отделом, очень ответственный сотрудник аппарата ЦК КПСС,
установивший в подведомственной ему организации совсем иные порядки. Это был
человек совсем иного склада, чем Павлов, полная ему противоположность. Грамов мало
считался с чужим мнением, насаждал исключительно своё, был крут с подчинёнными,
быстр на расправу. Его манера обращаться с нижестоящими, подвластными ему
чиновниками была жестокой и беспощадной. Он не прощал ни малейшей ошибки или
погрешности. Марат Владимирович устроил настоящую чистку руководящего состава, он
оперативно освобождался от тех, кто составлял ближайшее окружение его
предшественника Сергея Павловича Павлова. В итоге были уволены заместители

председателя и начальники управлений. Остались: Анатолий Иванович Колесов, ставший
у Грамова заместителем, а так же начальник Управления прикладных видов спорта Олег
Игнатьевич Чувилин и начальник Управления единоборств Николай Николаевич
Пархоменко. Я тоже оказался не из числа тех, кто был угоден Марату Владимировичу
Грамову.
Понимал, что это ненадолго и всеми силами старался оттянуть неприятный момент
расставания со Спорткомитетом СССР.
- Каким же образом?
- Согласитесь, инспекция по контролю за выполнением постановлений была не лучшим
местом приложения моих уже зрелых сил. Хотелось быть все же поближе к спорту, к
непосредственной деятельности, связанной с подготовкой спортсменов к
международным стартам. Хотя я и находился в некой внутренней ссылке, тем не менее,
связей со сборными командами не рвал. Особенно тесные контакты установились у меня
с Виктором Васильевичем Тихоновым, возглавившим в качестве главного тренера
национальную сборную по хоккею с шайбой. Я написал докладную записку Грамову о
том, что ситуация требует разукрупнения существовавших тогда управлений по зимним
видам. В частности, программа зимних Олимпийских игр постоянно росла, в 1984 году в
Сараево должны были разыграть уже 39 комплектов наград. Росла, соответственно, и
численность команды, управлять постоянно увеличивающимся коллективом становилось
всё сложнее. Разделение со временем произошло. Только уже без меня и моего участия. А
тогда мне поручили руководить совсем другим участком, чем я предполагал.
- Каким же?
- Вызвал меня к себе Марат Владимирович Грамов и говорит, что, мол, ты тут с разного
рода прожектами выступаешь, завариваешь непонятно какую кашу, так вот будь добр,
возьми себе все лыжные дела, будешь начальником Управления лыжных видов спорта. Я
начал возражать, но Грамов ни в какую, упёрся и все тут. Приказ, мол, о моём назначении
уже подписан, никто его переделывать не собирается. Изменить точку зрения Марата
Владимировича было практически невозможно. Пришлось мне идти туда, куда направил
председатель Спорткомитета СССР. Да занимал я эту должность совсем недолго, до
первого конфликта с Грамовым.
- Что же произошло?
- Да на первый взгляд, ничего вроде бы особенного. После долгого периода неудач наши
биатлонисты очень успешно выступили на чемпионате мира. Пришёл довольный и
счастливый доложить Марату Владимировичу, а он меня с ходу огорошил: ты чему
радуешься. И не стал со мной разговаривать. И что-то такая обида на меня накатила, чтото так мне стало не по себе. Окончательно и очень сильно задел он моё достоинство,
самолюбие. Этот случай явился последней горькой каплей, переполнившей мое терпение.
Тогда-то мне стало совсем невмоготу. И как ни тяжело было принимать такое решение, но
я все-таки нашёл в себе мужество написать заявление о добровольном сложении с себя
всех предоставленных мне полномочий.

- Представляю, чего вам это стоило...
- Жутких терзаний было миллион. Однако держался я до последнего. Всё надеялся, что
как-нибудь буря вокруг меня уляжется и всё утрясется само собой. Тогда мне было всего
42 года, как раз период расцвета, и опыт у меня накопился громадный, и авторитет в
советских спортивных кругах успел приобрести немалый. Вели себя по отношению ко
мне крайне иезуитски: никто, вроде бы, приказа увольняться не давал, однако в работе
чинили всяческие препоны. Как кого надо покритиковать, так сразу же всплывало имя
Поморцева: не справился, не обеспечил, провалил. В штатного мальчика для битья я
превращаться не хотел - независимая сибирская натура не позволяла. Дальше терпеть
надругательств и издевательств над собой мочи не было, пресмыкаться не мог, да и не
умел. Нужно было что-то предпринимать, чтобы разрядить обстановку. Честно
признаюсь, уходить особо было некуда, так складывалась ситуация, что никто никаких
приглашений мне не делал, уходил, что называется, в пустоту. Но сейчас горжусь тем,
что все-таки сумел совершить решительный шаг в своей жизни.
- Марат Владимирович подписал ваше заявление, которое, безусловно, вы сделали
по собственному желанию, без всяких колебаний?
- Немножечко покочевряжился. Что, ты мол, себе позволяешь. Партия и руководство
Спорткомитета СССР тебе поручили ответственное задание, так ты его выполняй, а не
изображай здесь из себя униженного и оскорбленного. И в свойственной ему манере
обрушил на меня массу обвинений, мол, вы всё развалили, а теперь не хотите
восстанавливать. Тут уж я взбеленился. И постарался дать ему отпор, ответив, что
упрекать меня не в чем, и лыжники, и биатлонисты стали выступать гораздо лучше, да
только никто этого не замечает, в таких условиях я работать не желаю, да и больше не
хочу. Диалог получился на повышенных тонах. Закончился он тем, что Марат
Владимирович пообещал мне рассмотреть моё прошение. Ну и не прошло недели, как на
еженедельном оперативном совещании он достает моё заявление, зачитывает и
предлагает обсудить. Берёт слово тогдашний секретарь парткома некий Виктор Ильич
Галаев и говорит, что надо мою просьбу удовлетворить. Остальные участники совещания
промолчали. Я их прекрасно понимал и не осуждал. Так всё и закончилось.

Утверждая российские приоритеты
Серьёзное испытание выпало на долю Альберта Ивановича Поморцева. Многие после
столь нервных передряг просто ломались, навсегда исчезая со спортивного небосклона.
Но Поморцев был не таков, чтобы поддаваться превратностям сложной судьбы.
- Да, Альберт Иванович, в непростой и чрезвычайно лихорадочный переплёт вы
попали. Как же из него выкручивались?
- На выручку пришел Виталий Георгиевич Смирнов, с которым я давно был знаком и к
которому всегда испытывал тёплые чувства. Он после того, как фактически шесть лет
отработал в качестве первого заместителя председателя организационного комитета
летних Олимпийских игр, состоявшихся в Москве в 1980 году, возглавил Спорткомитет

России, на эту должность его назначили в 1981 году. При новом руководителе
организация медленно, но верно набирала мощь. Виталий Георгиевич последовательно
расширял аппарат, подбирал себе проверенные кадры специалистов. Встретил он меня в
те тяжёлые дни и говорит со свойственной ему иронией: ну что, бузотёр, доигрался,
наслышен я о твоих подвигах, где же теперь собираешься приложить свои силы? Не
знаю, ответил я ему честно. Ну, заходи, успокоил меня Смирнов, обсудим ситуацию,
возможно, что-нибудь для тебя и подберём. Так я и оказался в Спорткомитете России. Я
очень благодарен Виталию Георгиевичу за то, что тогда он протянул мне руку поддержки
- в таком участии я сильно нуждался, без него было бы совсем худо.
- И какую же должность предложил вам Смирнов?
- Да тут и гадать нечего. Ту, которая была мне ближе всего. Виталий Георгиевич сначала
назначил меня руководить отделом хоккея, а затем доверил возглавить и Управление
хоккея, которое позже преобразовал в Управление хоккея и футбола. Я оказался в своей
стихии.
- Убеждён, что назначение происходило не без трудностей. Так ли это?
- Естественно. Грязи всякой разной на меня немало выливали. Расскажу про один случай.
Вызывает меня как-то Виталий Георгиевичи и спрашивает, что же ты, дорогой друг, не
предупредил, что у тебя полно взысканий по партийной линии. Я ему в ответ, мол, нет у
меня ни одного наказания, одни только благодарности, и в доказательство показал
партийный билет и учётную карточку, где все фиксировалось. А вот Марат
Владимирович позвонил мне и проинформировал о твоих неблаговидных поступках,
рассмеялся Смирнов, давай-ка я с ним сейчас свяжусь и сообщу, что он не прав. Из
трубки я услышал, как Грамов объяснял, что он, видимо, имел в виду не Поморцева, а
совсем: другого человека. Всякое бывало.
- Когда вы пришли в Спорткомитет России, то статус его, надо прямо признать, был
незавидным. Он не то чтобы находился в тени Спорткомитета СССР, а был по сути
придатком к нему, дополнением, в общем-то, не самым заметным, практически ни
коим образом не влияющим на жизнедеятельность организма отечественного
спортивного движения.
- Спорткомитет СССР, будем говорить своими словами, фактически подмял под себя
Спорткомитет России, но такое положение существовало тогда во всех отраслях
народного хозяйства. Самостоятельность российских государственных учреждений была
минимальной, да, впрочем, она никому и не была нужна. Все важнейшие решения
принимали в то время наверху, в Кремле. Но Виталий Георгиевич Смирнов, авторитет
которого стал колоссальным после успешно проведённых в 1980 году в Москве летних
Олимпийских игр, начал очень тактично, дипломатично и целеустремленно
разворачивать ситуацию к лучшему. С российскими спортивными организациями стали
потихонечку считаться, ну а с мнением самого Виталия Георгиевича и подавно.

- Тем не менее, скажем, на зимние Олимпийские игры вас уже не брали, не стали
включать в состав делегаций?
- Да, это действительно было так. Хотя именно спортсмены России составляли костяк
национальной олимпийской команды, но в заслугу это тем чиновникам, которые
непосредственно способствовали подготовке и продвижению атлетов, это не шло,
поэтому в Спорткомитете СССР полагали, что их коллегам из Спорткомитета России на
Олимпиадах делать нечего: опекунов и без вас, мол, хватает. После командировки в ЛейкПлэсид в 1980 году, я на эти всемирные спортивные форумы долго не ездил.
Пропустил Белые игры 1984 года в югославском Сараево, где, кстати, на долю советских
спортсменов пришлось всего 6 золотых медалей - на шесть меньше, чем у основных
конкурентов из ГДР, не был и в 1988 году в канадском Калгари, где у нас было больше
всех высших наград - 11. Вновь меня включили в состав делегации только в 1992 году,
когда после серьёзных политических изменений в нашей стране государства бывшего
СССР представляла "объединенная команда независимых национальных олимпийских
комитетов суверенных стран". Попал я туда потому, что возглавлял коллектив уже
Виталий Георгиевич Смирнов, который и взял меня под своё крыло. Во французском
Альбервилле спортсмены объединенной команды, в которую входили представители
России, Украины, Белоруссии и Казахстана, девять раз поднимались на высшую
ступеньку пьедестала почёта, - на два раза меньше, чем соперники из Германии: к тому
моменту в одну дружину объединились Федеративная республика Германии (ФРГ) и
Германская Демократическая республика (ГДР). Я был в составе делегации по хоккею с
шайбой. На наших спортсменов возлагались большие надежды, и они их с честью
оправдали. Сборная СНГ проявила завидное мастерство и по праву заняла первое место.
Кстати, должен заметить, что с тех пор мы такого успеха на зимних Олимпийских играх
больше не добивались.
- Перейдя из Спорткомитета СССР в Спорткомитет России вы, образно говоря,
ушли с передовой линии отечественного спортивного движения, переместившись в
его глубокие российские тылы. Это было резкое понижение статуса спортивного
чиновника. Как вы воспринимали такое перемещение?
- Если скажу, что без особых волнений, то, конечно же, покривлю душой. Переживал
очень сильно. Несколько месяцев после ухода из Спорткомитета я находился в
длительном отпуске - взял его сразу на полгода, на тот срок, что не успел отгулять, ведь в
отпуск я практически не ходил, все было некогда, да и неохотно отпускали. За этот
период много чего передумал, то отчаяние накатывало такое, что света белого не видел,
то хандра одолевала. Сейчас я думаю, что это был самый тяжёлый момент в моей
трудовой деятельности. Но, в конце концов, я всё-таки пришёл в себя и нашёл силы
выйти из кризиса.

- Я вас прекрасно понимаю. До этого вы непрерывно двигались наверх, а тут
случился обрыв. Неприятно!
- Да ещё как! Но надо было продолжать жить, что я и сделал. По большому счёту, именно
Виталий Георгиевич и спас меня, вновь поставил на ноги, дал возможность снова
обрести уверенность в своих силах, открыл передо мной поле деятельности, на котором я
мог их приложить.
- Если прежде вам нужно было выводить в олимпийские чемпионы советских
спортсменов, то на что вы сделали упор в своей деятельности в те годы?
- Решали те задачи, которые были актуальны. Вы знаете, тогда в отечественном футболе
сложилась такая ситуация, что в высшей лиге не было ни одной чисто российской
команды, не считая, конечно, московских и ленинградских клубов, но они, как говорится,
шли отдельной строкой. Дело в том, что некогда составлявший острую конкуренцию
лидерам, ростовский "СКА" к тому моменту уже давно вылетел из когорты сильнейших.
Так вот Виталий Георгиевич Смирнов поставил перед нами задачу добиться того, чтобы
один из российских футбольных клубов непременно присутствовал в элите
отечественного футбола. Легко сказать, пробиться в число избранных, куда допускались
не столько по спортивному принципу, сколько по партийному. Надо было получить
"добро" в ЦК партии. И оно нам было дано, только после чего мы и взялись, засучив
рукава, за дело. Прежде всего, естественно, прикинули, кто по своим силам достоин
представлять Россию. Взвесив все "за" и "против", остановили свой выбор на
краснодарской "Кубани". Но она смогла удержаться в высшей лиге лишь один сезон 1982
года. Затем такая же участь постигла и ростовских армейцев, которые играли в элитном
дивизионе лишь в сезоне 1985 года. Потом все силы были брошены на подмогу
волгоградскому "Ротору". В 1988 году этот клуб выиграл турнир в первой лиге и долгие
годы выступал в высшей лиге.
- Это летом, а зимой?
- Зимой опекали российские хоккейные клубы. Особенно много внимания уделяли
подмосковному "Химику". Помню, в один из сезонов команда шла в чемпионате страны
впереди с отрывом в восемь очков. И вдруг неожиданно стала проигрывать один матч за
другим. Я отправился с коллективом в турне в Ригу, Ленинград и Ярославль, и во всех
трех встречах ребята уступают. В итоге они на очко отстали от "ЦСКА". Было так жаль!
А ведь могли быть чемпионами! Тянули мы и ярославское "Торпедо", челябинский
"Трактор". Короче говоря, истово, не щадя живота своего, трудились на благо
российского спортивного движения.
- Альберт Иванович, как начальник Управления футбола и хоккея, вы, видимо,
были ответственны и за развитие хоккея с мячом?
- Безусловно!

- А кто всегда был вашей правой рукой в управлении хозяйством хоккея с мячом,
на кого вы опирались?
- Это был и по сию пору остается Валерий Николаевич Мозгов. С этим замечательным
человеком мы знакомы уже более сорока лет. Впервые встретились ещё тогда, когда я
работал в Кемерове председателем областного спорткомитета. Валерий Николаевич практически мой ровесник, младше меня всего на два года. В отличие от меня, у него как
у спортсмена отлично пошли дела в хоккее с мячом. Родился Мозгов в небольшом
подмосковном городе Балашиха. Там и начинал играть в хоккей с мячом. Семнадцать лет
выступал в командах первой и высшей лиги. В 1961 году его взяли в команду ногинского
"Спартака" - была такая дружина в Подмосковье. Защищал ворота клубов "Север" из
Северодвинска, ленинградского "Динамо", а потом четыре года алма-атинского
"Динамо", завершал карьеру игрока в красногорском "Зорком". В составе этих дружин
приезжал он и к нам в Кузбасс. А в 1978 году, после того, как отнес коньки в чулан и
повесил на гвоздь, сразу же пришёл на работу в Спорткомитет РСФРС. Вы знаете, вот
иногда бывает, что два человека со временем приходятся друг другу по сердцу. Так и у
нас все вышло. Никогда не возникало между нами никаких трений, никаких недомолвок,
всегда понимали друг друга. Симпатии между нами возникли ещё в те времена, когда я
трудился в Спорткомитете СССР. Честно скажу, придя в Спорткомитет России, я
искренне обрадовался, что Валерий Николаевич попал уже под моё прямое начало.
Специалист, да и человек он чрезвычайно надёжный, на него всегда можно положиться,
он не подведёт. У меня никогда не болела голова за хоккей с мячом, вполне обоснованно
думал, что со всеми проблемами Мозгов успешно справится сам. Так оно, к счастью, и
было. Валерий Николаевич уверенно руководил процессом, твёрдой рукой вёл
чемпионаты страны, лишь в самом крайнем случае обращаясь ко мне за советом. Я бы
охарактеризовал его как умелого, толкового, коммуникабельного управленца, весьма
талантливого технолога производства, главного инженера того предприятия, которое
называется хоккей с мячом. Вы знаете, говорят, что нет незаменимых людей. А вот
Валерий Николаевич, скажу без лишней патетики, оказался именно незаменимым
специалистом на своём месте, на котором он, наверное, служит уже тридцать с лишним
лет! Вскоре после знакомства мы с Мозговым крепко подружились, и стали товарищами,
что называется, не разлей вода. С тех пор идём с ним в одной связке уже не один десяток
лет. Он очень верный мужик. Ничто нас уже не разлучит. Думаю, совсем не случайно
Валерий Николаевич чуть позже сыграл тоже заметную роль в моей жизни.
- Какую же?
- Именно он в 1992 году предложил мне встать во главе Федерации хоккея с мячом
России.
- Очередной весьма неожиданный поворот в вашей карьере...
- Выходит, что так...

На перепутье
Как же часто в жизни приходиться вставать перед выбором: идти по проторённой
дорожке или свернуть на ещё нехоженную тропу? Вот такая дилемма возникла и перед
Альбертом Ивановичем Поморцевым.
- Прежде чем вы поведаете, как стали президентом Федерации хоккея с мячом
России, расскажите поподробнее о том, какие же события подтолкнули вас к этому
важному решению, которое вы приняли на 53 году вашей жизни?
- Лишь молодежь не помнит тот смутный период в истории России, который мы все
пережили двадцать лет назад. Начался он ещё на излете тоталитарного строя, который
царил в Советском Союзе. До этого было всё ясно и понятно, а тут в 1988 году началась
глобальная реформа под названием перестройка. Правда, предпринятые преобразования
нас мало коснулись - мы как работали, так и продолжали работать, лишь со стороны с
громадным любопытством наблюдая за происходящими социальными и политическими
переменами.
- Что вы почувствовали, когда с нарастанием процессов перестройки появились
первые предвестники краха советского строя?
- Тревогу. Естественно, за будущее советского общества, которое рушилось буквально на
наших глазах. Мы не представляли, что нас ждёт впереди? Что же будет дальше? Никто
не знал, как будут разворачиваться события. Можно было только гадать на кофейной
гуще, чем мы, собственно, и занимались, продолжая честно исполнять свои прямые
обязанности. Спортивная жизнь не замерла, и уж тем более не прекратилась. Как и
прежде, проводились всесоюзные и всероссийские соревнования, национальные сборные
команды готовились к ответственным международным турнирам. Всё шло своим
отлаженным десятилетиями чередом.
- Не было у вас паники, когда в конце концов в 1991 году наступила развязка и
рухнул Советский Союз, оказавшийся в действительности колоссом на глиняных
ногах, как его называли противники?
- Нет. Ничего подобного и в помине не было. Мы, честно сказать, не сразу-то и осознали,
что нет больше могущественного и казавшегося несокрушимым Союза Советских
Социалистических республик, он прекратил своё существование, а на его руинах
возникло пятнадцать самостоятельных государств. Россия - только одно из них, но зато
самое что ни на есть крепкое. Правда, взыграли немножко патриотические чувства,
особенно в тот период, когда стали ликвидироваться всесоюзные министерства и
ведомства и на первый план вышли чисто российские, определившиеся со своей
самостоятельностью. Тогда-то многие коллеги из приказавшего долго жить
Спорткомитета СССР запросились уже к нам в штат: кого-то мы брали, кого-то - нет, всё
зависело от человека. Не скрою, приятно было чувствовать, что теперь именно мы
являемся истинными хозяевами положения, что мы диктуем правила игры, что от нас всё
зависит.

- Неужели не было никакой кадровой перетряски в рядах самого аппарата
Спорткомитета России?
- Нет. Практически никого не тронули. Если, конечно, не считать смены руководителя
этого государственного органа, которая, правда, произошла не вопреки, а исключительно
по желанию Виталия Георгиевича Смирнова, который задумал осуществить самый
настоящий переворот в структуре управления отечественным спортивным хозяйством.
- Интересно! Расскажите, пожалуйста, об этом поподробнее?
- Начну издалека. В 1991 году, в самый разгар событий, связанных с ликвидацией
Советского Союза, подоспела пора непосредственной подготовки к предстоящим в 1992
году зимним и летним Олимпийским играм. Международный олимпийский комитет
очень хотел, чтобы на этих Олимпиадах выступили и спортсмены, проживающие на
территории бывшего СССР. Но как, в каком качестве и, самое главное, под каким флагом?
Вот этот самый актуальный вопрос был в центре внимания и обсуждения. В спешном
порядке во всех новых государствах создавались национальные олимпийские комитеты,
которым ещё нужно было пройти процедуру аккредитации в МОК. С ней в Лозанне в
штаб-квартире этой организации не затягивали, однако только одной этой меры,
направленной на признание национальных олимпийских комитетов только что
образовавшихся государств, было явно мало. Надо было ещё позаботиться о
формировании команд, о их комплектовании, но вот это было многим, если не сказать,
большинству НОК на тот момент просто не по плечу. А в Москве всё было налажено,
процесс подготовки к Олимпиадам продолжался как бы по инерции, по накатанной
дорожке. Это прекрасно понимал Виталий Георгиевич Смирнов, являющийся, между
прочим, с 1971 года членом Международного олимпийского комитета - сегодня Смирнов
один из старейших членов этой престижной организации. К тому моменту, а именно в
1990 году, Виталий Георгиевич, держа пальцы на пульсе, как бы предугадывая
дальнейших ход исторических перемен, уже покинул кресло председателя
Спорткомитета России и возглавил национальный олимпийский комитет СССР. Именно
он и предложил, чтобы на зимнюю Олимпиаду во французский Альбервилль отправилась
"объединённая команда независимых национальных олимпийских комитетов суверенных
стран". Идея нашла поддержку в официальных кругах Украины, Белоруссии и
Казахстана. Руководство этих государств дало официальное согласие, чем лишь
документально оформило порядок вещей, который существовал в реальности на тот
момент. Этот порядок состоял в том, что сборная СССР по зимним видам спорта
формировалась, за редким исключением, из спортсменов как раз России, Белоруссии,
Украины и Казахстана. Тот же самый коллектив, который прежде назывался сборной
СССР, теперь стали величать "объединенной командой независимых национальных
олимпийских комитетов суверенных стран". Представители объединённой команды
выступали под олимпийским флагом, в их честь звучал олимпийский гимн. Спортсмены
с просторов бывшего СССР и составили конкуренцию соперникам из команды Германии,
также объединившей в своих рядах спортсменов из бывших ГДР и ФРГ. Кстати, чтобы
дать полную картину, замечу, что начиная с Игр в Альбервилле, впервые после Второй

мировой войны самостоятельными командами боролись за олимпийские награды
спортсмены Прибалтики - Эстонии, Латвии и Литвы. В показательных соревнованиях
участвовала спортсменка из Узбекистана - это был дебют представительниц этой южной
страны на Олимпийских играх.
- Как бы там ни было, выходит, что затея Виталия Георгиевича Смирнова
оказалась весьма успешной.
- Именно так. Претворяя её в жизнь, Смирнов полностью переключился на олимпийские
дела. В Альбервилль он уже отправлялся в качестве руководителя делегации
объединённой команды, ещё не будучи в ранге президента Олимпийского комитета
России, - уже после белых игр 6 марта 1992 года он сменил на этом посту олимпийского
чемпиона по прыжкам в воду Владимира Васина. В этом качестве Виталий Георгиевич
возглавлял делегацию объединенной команды и на летних Олимпийских играх в
Барселоне, где наши атлеты записали на свой счёт больше всего золотых медалей, а
именно 45, у США их было всего 37. После этого авторитет Смирнова вырос не только в
международных, но и в российских спортивных кругах. Он, по сути, стал лидером всего
отечественного спортивного движения, и в этой роли захотел сделать Олимпийский
комитет России главенствующей организацией в демократической России, что ему в
конце концов и удалось осуществить.
- Вы по-прежнему продолжали трудиться в государственном ведомстве с новым
названием?
- Да. Во главе него встал бывший председатель Краснодарского областного
спорткомитета, известный мастер акробатики Василий Мачуга! С ним у меня никаких
недоразумений не было - Мачуга не был конфликтным человеком. Он из аппарата никого
не выгонял. Не трогал и меня. Но началась реорганизация самой структуры и системы
управления. Власть от государственных органов переходила как бы к общественным. В
связи с этим упразднялись управления в том виде, в каком они были, в каком
существовали весь советский период, да и функции их были значительно урезаны.
Своеобразным свадебным генералом я быть не хотел. Мне это очень не нравилось. Я бы
мог и дальше продолжать исполнять обязанности, да только самих обязанностей с
каждым днем, образно говоря, становилось всё меньше, они постоянно урезались, как
стремительно сокращались и права. Все большие полномочия передавались Федерациям
по видам спорта, которые, повторюсь, в Советском Союзе существовали лишь
номинально, а теперь становились теми органами, что целиком и полностью отвечали в
стране за развитие конкретной спортивной дисциплины. Именно на федерации были
переведены стрелки. Их вес вырос прямо на глазах. Это, естественно, не могло пройти
мимо моего внимания. Я призадумался над тем, а не взять ли мне под своё начало одну из
таких общественных спортивных организаций.
- Не поверю, если вы мне станете утверждать, что Виталий Георгиевич Смирнов не
звал вас к себе в Олимпийский комитет России.

- Да, он меня приглашал. Разговор был, как сейчас помню, весной 1992 года, как раз
после успешных зимних Олимпийских игр в Альбервилле. Но сразу я перейти не мог,
попросил отсрочки на полгода. Тут мне пришлось поломать голову, как быть дальше.
Необходимо было в оперативном порядке определяться.
- И вы сделали ставку на хоккей с мячом.
- Да. Но, признаюсь откровенно, не сразу.

Шаг в неизвестность
Если все годы советской власти, трудясь в государственных органах управления
физкультурой и спортом, Альберт Иванович Поморцев, заступая на новую должность,
довольно чётко представлял себе круг будущих обязанностей, то, конечно, приход в
общественную спортивную организацию был своего рода решительным шагом в
неизвестность: что-то ждало его впереди? Справится ли он с новым грузом
ответственности? Впрочем, разговор об этом ещё предстоит, а пока давайте разузнаем вот
что:
- Как же произошло Ваше стремительное сближение с миром отечественного хоккея
с мячом?
- Довольно неожиданно. Я тогда, признаюсь откровенно, планировал занять пост
президента Федерации хоккея с ...шайбой. Анатолий Владимирович Тарасов, да и другие
уважаемые хоккейные люди очень настаивали на этом, отказать я им не мог. Начал
баллотироваться на эту должность и вдруг узнаю, что в числе главных моих соперников
находится знаменитый хоккеист Владимир Петров, тот самый, что выступал в одной
тройке с Харламовым и Михайловым. Бороться с ним даже при всемерной поддержке
авторитетнейших специалистов, с мнением которых повсеместно считались, я не стал.
Таким образом, опять оказался на перепутье: по какой дороге дальше двигаться? И тут
как раз подоспело предложение Валерия Николаевича Мозгова. Он в тот критический
момент, когда в конце 1991 года был ликвидирован Союз Советских Социалистических
республик, когда окончательно развалилась Федерация хоккея с мячом СССР, взял на
себя непривычную для него роль "серого кардинала", который не пожелал выставлять
свою фигуру на авансцену, предпочитая оставаться в тени, но, тем не менее, как человек
глубоко неравнодушный, вынужден был позаботиться о будущем бенди в России. Как
сейчас помню, проговорили мы с Мозговым несколько часов кряду, тщательно взвесили
все "за" и "против", дискутировали, спорили, находили общую точку зрения. Валерий
Николаевич привёл мне целый перечень весомых аргументов в пользу того, что именно я
могу и должен сначала помочь рождению новой Федерацию хоккея с мячом России, а
потом наладить её деятельность. В конце концов, мы, что называется, ударили по рукам и
я, не скажу, что с лёгким сердцем, дал согласие баллотироваться на пост главы этого
общественного спортивного сообщества.

- Вы понимали, что вам предстоит совершить некую революцию в стане
отечественного хоккея с мячом?
- Ну, буду откровенен, так высоко в своих мыслях мы не забирались. Ни о какой
революции речи, на наш взгляд, тогда не шло. По нашим представлениям надо было
просто действовать, шагать, что называется, в ногу со временем. Глубину и значимость
всех произошедших процессов мы осознали гораздо позже, когда всё уже, по сути,
свершилось. В те смутные годы была одна мысль, одна цель: не дать погибнуть народной
игре, с которой и сам был связан тесными узами, которую сам любил с детства, которой
увлекался сызмальства, получая удовольствие от этой исконно русской забавы. Мы не
могли допустить, чтобы десятки, если не сотни тысяч поклонников хоккея с мячом
России лишились этого редкостного удовольствия. Вот, собственно, и все помыслы,
которыми мы руководствовались в тот критический момент. Никаких иных мотивов не
было.
- Пришлось ли вам хоть в какой-то мере организовывать свою предвыборную
кампанию, заниматься агитацией, выставлять себя, что называется, на показ,
убеждать людей, причастных к миру бенди, что вы являетесь именно тем
человеком, который способен повести отечественных любителей хоккея с мячом в
совершенно неизвестное, но, безусловно, светлое будущее?
- А как же!? Надо было доказывать свою состоятельность. Впрочем, особых проблем у
меня с этим не возникало: за моими плечами уже был громадный опыт работы на важных
и ответственных должностях в отечественном спортивном хозяйстве, свершённые дела
сами говорили за меня. Но, тем не менее, пришлось немало поездить по стране, тесно
пообщаться с региональными руководителями территорий, с губернаторами, с главами
администраций различных уровней, с директорами крупнейших промышленных
предприятий, со спортивными деятелями областей и краев, заручиться их поддержкой,
без которой нельзя было рассчитывать на успех.
- Вам, думаю, пригодились те связи, которые вы установили с руководством
территорий ещё в то время, когда были начальником Управления зимних видов
спорта в Спорткомитете СССР, а затем и в Спорткомитете РСФСР?
- Безусловно! Фамилия Поморцев была на слуху у губернаторов и мэров городов,
ведущих управленцев промышленных гигантов, никому не нужно было объяснять, кто
это такой. Я был, да и остаюсь с этими людьми одного круга. Во время своих
многочисленных и продолжительных командировок я увидел, что ситуация в целом была
тяжёлой, если не сказать больше, критической. Хоккей с мячом в России находился на
грани краха, он попал в период очень трудных испытаний. Вынести их с честью могла
помочь только неугасимая любовь народа к этой истинно российской игре. И я, не
побоюсь высоких слов, был просто потрясён, когда почувствовал: эта любовь никуда не
исчезла. Она как была, так и осталась крепкой и неизменной. По большому счёту, именно
эта любовь и спасла бенди в России от гибели.

- Альтернатива вашей кандидатуре была, кто-то ещё хотел составить вам
конкуренцию?
- Нет, претендентов больше не было. Не нашлось желающих тянуть тяжеленный, если не
сказать больше, неподъёмный воз, да ещё неизвестно по какой непроезжей дороге. Тогда,
да и сейчас тоже место президента Федерации хоккея с мячом России синекурой никак
не назовёшь. Это в других подобных спортивных организациях пост главы считается
хлебным, доходным, а ко всему ещё и весьма презентабельным, а у нас никаких особых
дивидендов не приносит, а забот - полон рот.
- Короче говоря, на выборы вы шли уверенным в себе, хорошо подкованным,
прекрасно знающим обстановку. Как же проходили сами выборы?
- В 1992 году 22 апреля в Москве состоялась учредительная конференция, на которой
делегатами из 31 региона страны и была создана Федерация хоккея с мячом России.
Сразу же было договорено, что именно она становится правопреемницей Федерации
хоккея с мячом Советского Союза, прежде всего в международных делах. Меня
единогласно избрали президентом новой организации. По моей убедительной просьбе ко
мне в первые вице-президенты определили как раз Валерий Николаевича Мозгова,
которому я очень доверял. Возражений не было. Вот с нас двоих и начинался,
собственно, аппарат Федерации хоккея с мячом России.
- А кто ещё в нём прижился с тех далеких дней?
- Не так уж, кстати, и много людей. Нас поначалу и было-то всего два человека - я да
Мозгов. Чуть попозже приняли в штат Богомазова Евгения Константиновича, он
заканчивал карьеру арбитра, сейчас является ответственным секретарем нашей
организации. Тут же, году в 1994, пришел к нам непревзойдённый Владислав
Анатольевич Спинка, менеджер национальных сборных.
- Кто с вами работает в аппарате в настоящее время?
- Нас всего одиннадцать человек. Коллектив небольшой, но весьма сплочённый. В
качестве исполнительного директора трудится Виктор Александрович Кокрышев. Больше
двенадцати лет распоряжается всеми финансами главный бухгалтер Лариса Борисовна
Панина. Свыше десяти лет возглавляет отдел по работе с резервом Юрий Викторович
Хлопотнов, с которым вместе заботится о подрастающей смене и опытный специалист
Сергей Петрович Судаков. Начальником судейского корпуса служит Алексей Григорьевич
Маркелов. Связь с представителями средств массовой информации поддерживает
Михаил Николаевич Штанько, который ко всему увлекается хоккейной статистикой, и
секретарь-референт Татьяна Юрьевна Богомолова.

Аппарат Федерации хоккея с мячом России, 2006 г.

- Вы хорошо представляли себе всю сложность работы по переустройству
деятельности федерации в новых условиях?
- Естественно! Ведь сам я находился в эпицентре всего происходящего и хорошо видел,
от чего мы ушли и к чему мы пришли. Отечественное спортивное хозяйство в то время
находилось, мягко говоря, в руинах. Была полностью разрушена прежняя советская
структура, основанная на тоталитарных принципах управления общественным
процессом, но ещё не создана новая демократическая система, дававшая большую
свободу самостоятельным действиям. Будущее скрывалось в густом тумане. Не секрет,
что в советский период спортивные федерации имели чисто номинальный характер, да и
как таковых их практически не существовало, если не считать избранного формального
президента, у которого в подчинении не было никакого аппарата. Чего уж там говорить,
если ни одна общественная спортивная организация не располагала своим помещением в
здании Спорткомитета СССР. Единственное исключение - Олимпийский комитет СССР,
имевший свою маленькую комнату, на двери которой красовалась соответствующая
табличка: она была нужна исключительно для демонстрации зарубежным гостям,
наведывающимся регулярно в Москву, таким образом их убеждали в том, что у нас все в
порядке с демократией, о которой тогда в Советском Союзе никто и слыхом не слыхивал,
и видом не видывал. Всеми процессами в олимпийском отечественном движении
управляли исключительно государственные подразделения в "лице" отделов или
управлений одного-единственного государственного ведомства - Спорткомитета СССР,
работавшего под пристальным оком сотрудников центрального комитета
коммунистической партии. Они, в принципе, командовали всем, даже распределением
средств. За счёт государственного бюджета велось целевое финансирование
отечественного спортивного движения, оплачивалась подготовка спортсменов,
устраивались тренировочные сборы на лучших базах, строились и реконструировались, а
затем и содержались самые современные по тем временам спортивные сооружения и
тренировочные базы, проводились всесоюзные и международные спортивные
соревнования, отправлялись команды на зарубежные турниры, на чемпионаты мира и

Европы, на летние и зимние Олимпийские игры. Весь этот устоявшийся в течение
десятилетий порядок вещей в одночасье рухнул, ровным счётом ничего не осталось,
кроме пепелища. Необходимо было возводить новое здание взаимоотношений и в среде
хоккея с мячом.
- Кстати, Альберт Иванович, а до 1992 года существовала Федерация хоккея с
мячом России?
- Да, но только исключительно на бумаге, потому что над ней стояла и довлела
Федерация хоккея с мячом СССР. Но как бы там ни было, Федерация хоккея с мячом
России была создана в 1967 году и поначалу называлась Федерацией хоккея с мячом на
льду и на траве. Её с момента рождения возглавлял Борис Митрофанович Михайлов,
который в период Советского Союза занимал пост президента на протяжении двадцати с
лишним лет, вплоть до 1988 года, когда на смену ему пришел В. Д. Литвинов. Тот
исполнял обязанности два года, в 1990 году президентом был избран Михаил
Константинович Говорков, кстати говоря, журналист, сотрудник редакции журнала
"Спортивная жизнь России". От него формально я и принял все полномочия. Для
полноты рассказа должен сообщить, что в 1979 году Федерация хоккея на траве
выделилась в самостоятельную организацию. С тех пор и появилась вывеска "Федерация
хоккея с мячом России", но кроме неё больше ничего, да, повторюсь, номинального
президента не было. Всей властью как в этом, так и в других видах спорта обладали
исключительно государственные чиновники, к которым относился и я, и Мозгов, и
Александр Гаврилович Стриганов, тоже работавший в Спорткомитете РСФСР. Чем мы
занимались? Да, по правде говоря, исключительно проведением соревнований. Опыт в
этом деле был громадный. Спорткомитет СССР поручал Спорткомитету России
проводить чемпионат страны среди команд первой и второй групп, а также
международный турнир на призы газеты "Советская Россия", который считался малым
чемпионатом мира. Мы собирали и заявочные взносы, которые тоже существовали, но
перечислялись они не в Федерацию, а в управление спортивных мероприятий
Спорткомитета РСФСР, там утверждали смету чемпионата России. Тогда исполнение
всех этих, да и многие других функций новой общественной организации нужно было
взять на себя. Вот именно это в первую очередь я и постарался объяснить делегатам по
сути дела учредительной конференции.
- На что же вы их нацеливали?
- Прежде всего, на самостоятельность, на осознание самих себя хозяевами положения,
которое к тому моменту в хозяйстве хоккея с мячом было чрезвычайно шатким.
Перспективы, будущее было в полном тумане. Если прежде руководители этого вида
спорта не знали иных хлопот, кроме чисто технологических, направленных на
непосредственную организацию турниров чемпионата Советского Союза, то отныне на
них в одночасье свалился целый ком проблем, связанных с тем, что необходимо было, не
откладывая дела в долгий ящик, взять все бразды правления в свои руки. Это означало,
что в первую очередь нам всем надо было побеспокоиться о том, чтобы собрать деньги
для проведения чемпионата России. Никто сверху нам их больше не даст, на это

рассчитывать не приходилось. Посему следовало ориентироваться на принцип: что
найдешь, заработаешь, на то и полопаешь.
- Делегаты наверняка согласились с этим.
- А куда денешься. Иного выхода просто не было, в противном случае мы просто
вынуждены были, как говаривают в народе, прикрыть лавочку. Я представил делегатам
чёткую картину того, сколько денег нам потребуется. Причём, сразу же подчеркнул, что
они нужны будут для покрытия не только неотложных, но и ещё кое-каких актуальных
нужд.
- Поясните, каких же, к примеру?
- На учредительной конференции я выдвинул ряд условий, без соблюдения которых вряд
ли была, на мой взгляд, возможна плодотворная деятельность Федерации хоккея с мячом
России в новых экономических условиях. Первым из них было моё настоятельное
требование дать мне в помощь аппарат толковых специалистов. Я сумел доказать, что
мне вместе с Мозговым, вдвоём тот огромный массив дел, что нам предстояло свершить,
просто-напросто не осилить. И участники конференции по моему настоянию приняли
решение создать дееспособный штаб по управлению развитием хоккея с мячом в
демократической России. С тех пор и поныне регулярно на исполкоме федерации мы
определяем так называемое штатное расписание, численный состав нашей организации,
который насчитывает порядка двенадцати человек, размеры их зарплаты. Хочу
подчеркнуть, что уровень должностных окладов у нас невысок - это объясняется тем, что
жалованье мы выплачиваем из средств, которые приходят к нам в виде заявочных
взносов, поступающих ежегодно перед началом сезона в федерацию от представителей
тех команд, что играют в чемпионате России.
- Видимо, именно эти взносы с самого начала и стали основной статьей доходов
Федерации хоккея с мячом России?
- Безусловно. Других источников финансирования просто не было, как их нет, к
сожалению, и сейчас. Так вот на учредительной конференции мы прикинули все наши
затраты, суммировали их, а затем поделили на число участников предстоящего
чемпионата страны. Вышло в итоге не так уж и много.
- Сколько же?
- 20 тысяч рублей. Скромно. Тогда хватало. Сейчас сумма взносов несоизмеримо
выросла.
- Вы, вероятно, сообща и утвердили величину этих взносов?
- Естественно.
- Были такие клубы, которые бы отказались их перечислять, сославшись на
отсутствие средств?
- Нет, таковых "отказников", к счастью, не оказалось.

- Из взносов была сформирована доходная часть бюджета Федерации хоккея с
мячом России, а затем уже вы же все вместе определили, как эти средства с толком
потратить. Каковы же статьи расходов?
- Из главных назову такие: аренда помещения под офис Федерации, оплата труда
аппарата, оплата труда арбитров.
- Неужели так никто и не пришёл вам на выручку в тот стартовый чрезвычайно
трудный период становления?
- Нет, почему же!? Нашлись люди, которым была не безразлична судьба отечественного
хоккея с мячом. Тут я в первую очередь должен назвать имя одного из видных
спортивных деятелей ещё в СССР, а затем и в России Юрия Николаевича Кокусева. Он
ещё во времена Советского Союза возглавлял одно из ведущих управлений
Спорткомитета России - "Росспортпром", занимавшегося производством спортивного
инвентаря. В демократической России он создал фирму под таким же названием, которая
стала владельцем здания, где прежде находился Спорткомитет России. Практически все
прежние его обитатели из него выехали и перебрались в особняк на Лужнецкой
набережной, где сегодня располагается Олимпийский комитет России и большинство
Федераций по видам спорта. А мы остались в помещениях дома на Фурмановском
переулке. Мы подружились с Юрием Николаевичем Кокусевым, с которым уже давно мы
были, что называется, на короткой ноге. Он как-то проникся нашими тяжёлыми нуждами,
переживал за нас, помогал не только словом, но и делом. Больше десяти лет Юрий
Николаевич Кокусев бесплатно предоставлял нам площади под офис, за что мы ему
чрезвычайно признательны.
- Кто же определяет в настоящее время политику Федерации хоккея с мячом России,
кто ведёт практическую работу?
- Высшим руководящим органом Федерации является отчётно-выборная конференция,
которая собирается раз в четыре года. На конференции избирают президента Федерации,
а также исполнительный орган - исполком. Он, в свою очередь, избирает заместителей
президента, ответственного секретаря и председателей комитетов. Исполком Федерации
осуществляет всю конкретную деятельность по подготовке и проведению чемпионатов
России всех рангов и по всем возрастам, а так же решает другие вопросы. Для
повседневного руководства деятельностью Федерации исполком избирает бюро. Мы
зарегистрировали Федерацию в Министерстве юстиции в качестве всероссийской
самостоятельной общественной организации, стали юридическим лицом. Открыли счёт в
банке, создали при Федерации бухгалтерию, которой прежде не было, и приступили к
работе.
- Думаю, на учредительной конференции вам пришлось тщательно рассматривать
не только глобальные, фундаментальные вопросы дальнейшего существования
Федерации, но и чисто технологические, "производственные", непосредственно
связанные с проведением чемпионата страны.

- Действительно, они так же были в центре внимания. С мест поступило немало
предложений, направленных на изменение как структуры чемпионата страны, так и его
формулы. На коренной реформе настаивали прежде всего представители некоторых из
тех клубов, которые выступали в первой лиге чемпионата Советского Союза. Они вышли
с просьбой заметно расширить состав высшей лиги, куда хотели бы влиться. Своё
желание объясняли так: если мы не будем играть в высшей лиге, то в противном случае
хозяева, те, кто выделял средства, а это были либо руководители территорий, либо
директора крупнейших промышленных предприятий Сибири, Урала и Дальнего Востока,
просто не дадут денег на содержание команды, ну а без финансов им оставалось только,
образно говоря, петь жалобные романсы. Абсолютно никаких споров на этот счёт не
было. Спросили мнение представителей клубов высшей лиги, те были не против.
Поэтому с лёгким сердцем пошли навстречу этим принципиальным пожеланиям
амбициозных учредителей.
- Итак, из чего же вы исходили, когда начали задумываться о нововведениях в
чемпионате страны? Из какого опыта вы исходили?
- Хочу заметить, что чемпионат Советского Союза в высшей лиге по сути являлся
чемпионатом России. Кроме российских команд в нём принимал участие всего одинединственный клуб из ближнего, как бы сейчас сказали, зарубежья, которое тогда
таковым, естественно, не считалось. Это была хоккейная дружина алма-атинского
"Динамо" из столицы Казахстана. Коллектив очень стабильный, сильный, иногда даже
хватавший яркие звёзды с небосклона: дважды ему удавалось стать чемпионом страны, а
в призеры он попадал с исправной регулярностью. В последний раз это случилось как
раз зимой 1992 года, когда завершился первый и единственный чемпионат СНГ Содружества независимых государств в высшей лиге: алмаатинцы завоевали бронзовые
медали. В том турнире выступало 16 команд. Перед этим на протяжении 21 года за
награды в высшей лиге чемпионата Советского Союза боролось всего 14 команд. Они
дважды - дома и в гостях - играли между собой, после чего дружине, набравшей большее
количество очков, присуждалось звание победителя. В общем-то, полагаю, что
четырнадцать участников турнира - оптимальное число. Больше, наверное, и не надо
было по тем временам. Сезон был короткий, он продолжался в течение практически трехчетырех месяцев, когда царили холода, дающие возможность заливать естественные
катки. Искусственных площадок в ту пору ещё не было, об их строительстве
приходилось только мечтать. В общем-то, при трезвом анализе ситуации, и нам не стоило
бы увеличивать количество команд в высшей лиге. Но исключительно чрезвычайные
обстоятельства заставили пойти на этот шаг.
- И что же стала представлять собой высшая лига первого чемпионата России?
- К играм в ней в сезоне 1992-1993 годов было допущено уже двадцать команд. Мы
прекрасно понимали, что если они, как и прежде, будут выявлять лучшего в ходе
двухкругового турнира, то просто не хватит "холодного" времени, чтобы провести все
запланированные матчи. И тогда родилась принципиально новая идея разделить команды
по территориальному географическому признаку на две одинаковые группы - Западную и

Восточную. Кроме чисто организационных, это давало нам и ряд других преимуществ,
скажем, заметно сокращало расходы на переезды команд из одного города в другой, что
было существенно важно как тогда, так и сейчас. Не трудно было сосчитать, к примеру,
сколько денег экономил архангельский "Водник", которому в период регулярного
чемпионата не надо было больше летать в Сибирь или на Дальний Восток, а уж про
хабаровских армейцев и говорить нечего - они были страшно довольны тем, что могли
сберечь миллионы рублей в той ситуации, когда каждая копейка, что называется, была на
счету. В общем, как задумывали, так и решили. На первом этапе соревнований в каждой
из групп десять команд играли по круговой системе - на своём поле и на площадке
соперника. Затем коллективы, занявшие с первого по восьмое места, на втором этапе по
системе плей-офф - сильнейший со слабейшим - разыгрывали места с первого по
шестнадцатое.
- Прижилась ли новая формула проведения чемпионата России?
- Сразу же. Противников у неё не было. Да и не могло быть, ведь всё делалось во благо
команд.
- Итак, какие же конкретно команды вступили в борьбу за звание победителя
первого открытого чемпионата России по хоккею с мячом?
- Назову в первую очередь старожилов, тех, кто играл ещё в высшей лиге чемпионата
СССР. Их, как я уже говорил, было четырнадцать. В смутный период смены социального
строя никто из них не сгинул в небытие. Чтобы никого не забыть, возьму-ка я итоговую
таблицу заключительного сорок второго по счёту чемпионата Советского Союза, который
состоялся зимой 1990 -1991 годов. Вот кто в ней значится в порядке занятых мест красноярский "Енисей", красногорский "Зоркий", московское "Динамо", архангельский
"Водник", сыктывкарский "Строитель", абаканские "Саяны", свердловский "СКА",
иркутский "Локомотив", кемеровский "Кузбасс", новосибирский "Сибсельмаш",
алматинское "Динамо", горьковский "Старт", хабаровский "СКА" и Мончегорский
"Североникель". В следующем сезоне, соревнования которого прошли в рамках
чемпионата СНГ, "костяк" пополнили омский "Полет" и "Вымпел" из подмосковного
города Калининграда. В сезоне 1992-1993 годов на старт первого чемпионата России,
кроме этих команд, вышли "Маяк" из Краснотурьинска, "Север" из Северодвинска,
"Красная заря" из Санкт-Петеребурга и "Уральский трубник" из Первоуральска. В 1991
году Свердловск сменил название на Екатеринбург, к нему и стал приписан местный
"СКА" - спортивный клуб армии. С 1992 года подмосковный Калининград начали
называть Королёвым, к которому и относился "Вымпел". Зимой 1993-1994 годов высшая
лига вновь расширила свои ряды - к элите присоединились "Шахтёр" из ЛенинскКузнецкого, "Арктик-Серсив" из Мурманска, "Агрохим" из Березников и "Восток" из
Арсеньева. В том сезоне, как и ещё в одном, в 1997-1998 годах, в высшей лиге выступало
самое большое количество команд - 24. Потом в сезоне 1994-1995 годов высшую лигу
покинули сразу три клуба - "Динамо" из Алма-Аты, "Восток" из Арсеньева и "Красная
заря" из Санкт-Петербурга. В последующие годы состав элитной группы постоянно
менялся - то увеличивался, то сокращался. Наша несомненная заслуга в том, что мы не

прервали связь времен, ни на год не прекращали проведения чемпионатов страны,
организовывали его, чего бы это нам не стоило. А стоило это больших трудов.
- Явного лидера в отечественном хоккее с мячом тогда не было?
- Нет. Резко сдал свои позиции красноярский "Енисей", который был
одиннадцатикратным чемпионом Советского Союза. Как я уже говорил, первым
чемпионом России стал "Зоркий", на следующий год первенствовали армейцы из
Екатеринбурга, затем первое место занял новосибирский "Сибсельмаш", и только в 1996
году наступила эра архангельского "Водника", которая тянулась вплоть до 2005 года. На
этом отрезке "Водник" лишь однажды в 2001 году уступил звание чемпиона страны
красноярскому "Енисею".
- Как я уяснил, особенно много желающих играть в высшей лиге в дальнейшем не
оказалось. Как в неё можно сейчас попасть?
- Есть одна возможность - чисто спортивная. Надо выиграть чемпионат России в первой
лиге и получить право выступать в элитной группе. Правда, потом надо думать, стоит ли
переходить в высший класс: свои амбиции необходимо сопоставить с материальными
возможностями. Чтобы стать обладателем заветной путевки, за неё, образно говоря, надо
ещё заплатить очень приличные деньги. Ныне величина вступительного взноса равна 2
миллионам рублей - величине вступительного или заявочного взноса. Она, чего уж тут
лукавить, несопоставима с величиной вступительного взноса в первой лиге,
составляющего 75 тысяч рублей. В высшей лиге на порядок, если не на два, выше и
расходы на содержание команды. Всё это должны учитывать претенденты. Некоторым из
них такие затраты были явно не по карману, поэтому они отказывались переходить из
низшего дивизиона в высший.
- Ну, а есть ли ещё один вариант очутиться в высшей лиге? Назовем его чисто
коммерческим. Если у коллектива независимо от того, какие результаты он
показывал в первой лиге, появились солидные спонсоры, обеспечивающие
финансовые возможности для того, чтобы вступить в высшую, и клуб стремится
туда, то может ли получить от вас такое разрешение?
- Исключено! Ни на какие компромиссы мы не идём. Нам этого не нужно. Всегда будем
придерживаться исключительно чисто спортивных принципов. Правда, и прецедентов
таких не было, чтобы у клуба из первой лиги ни с того ни с сего вдруг завёлся толстый
кошелек. Ради истины должен заметить, что в первой лиге, как и в высшей, всё равно в
лидерах ходят преимущественно те дружины, у которых всё в порядке с деньгами.
"Беднякам" наверх, как бы они не старались, вряд ли удастся подняться.
- Когда вы заступили на должность, то как чувствовали себя в новой и
непривычной роли президента общественной спортивной организации?
- Да, в общем-то нормально. Приняли меня не скажу что с распростёртыми объятиями, в
целом довольно сдержанно. Я прекрасно понимал, что мне нужно было доказать свою
состоятельность. И всеми силами старался это сделать. Должен, правда, заметить, что у
меня нашлось немало единомышленников в Совете Федерации. Мы много спорили,

дискутировали, обсуждая те или иные острейшие и актуальнейшие вопросы, но дело до
скандалов, до ругани, до конфликтов практически не доходило. Никаких распрей или
размолвок внутри руководства не было. Иначе мы бы не выжили. Сейчас, признаюсь
откровенно, стало сложнее. Ныне, не буду скрывать, клубы разделись на богатые и
бедные, хоккейные "олигархи" подчас пытаются диктовать моду. Однако мы всегда
старались бедных не обижать, подтягивали их, не выгоняли, давали им поблажки и
льготы. Если мы будем отсекать бедные клубы с хорошими корнями, с крепкими
традициями, то мы в конце концов погибнем, потому что у нас не останется прочной
основы. У нас господствовал и господствует принцип самосохранения. Как мы бились за
то, чтобы сохранить московское "Динамо". Ведь только одно его название было и
остается маркой, известной на весь хоккейный мир брэнд. Когда иностранцы приезжали
к нам в страну в первые годы демократии, то неизменно спрашивали, а как поживает
"Динамо", что с ним происходит? Это многих интересовало. А нам, если прямо сказать,
приходилось уходить от прямого ответа. "Динамо" мы общими усилиями держали на
плаву в высшей лиге целых семь лет. Что только не предпринимали, чтобы не дать им
упасть. Меняли под них структуру чемпионата страны, прощали им финансовые
задолженности. Но и нашему терпению пришел конец, и, когда динамовцы в очередной
раз в 2001 году вылетели из высшей лиги в первую, то больше мы не стали
предпринимать мер, чтобы вернуть их обратно, понимали, что это пользы не принесет.
Однако настойчиво продолжали доказывать руководству московского спортобщества
"Динамо", что так обходиться с некогда лучшей командой страны, участницей ещё
первого чемпионата Советского Союза нельзя.
- Вот только один этот пример свидетельствует о том, что не всё у вас было гладко.
Поэтому хотелось бы узнать от вас, какое хозяйство вы тогда взяли под своё начало,
в каком состоянии оно в тот момент находилось?
- Если сказать одним словом, то в тяжёлом. Держалось на чистом энтузиазме истинных
сподвижников бенди, которых по всей стране, к счастью, оказалось совсем немало. Онито и не дали погибнуть игре, которой пришлось очень туго. Особенно пострадала элита
отечественного хоккея с мячом. Чего скрывать, хотя в Советском Союзе официально
профессионального спорта как бы и не существовало, все атлеты считались любителями
и играли в хоккей или там в футбол вроде бы в свободное от основной работы время, тем
не менее, именно спорт был основным источником их заработков. На срезе социальноэкономических эпох этот источник сильно оскудел, а в некоторых местах и вовсе чуть
было не засох. Короче говоря, спортсмены стали получать такие мизерные деньги, что их
не хватало даже на сносное существование. А нужно было содержать семьи, кормить
детей, родителей. Необходимо было где-то искать средства для этого. Было два выхода.
Первый -сменить род деятельности, профессию, занять более хлебные места, на что
вынуждены были пойти некоторые хоккеисты. Второй - отправиться за лучшей долей за
границу, естественно, в страны Скандинавии, где хоккей с мячом был чрезвычайно
популярен, - туда давно приглашали лидеров советского бенди. Но прежние советские
власти и слышать не хотели о том, чтобы отпустить на заработки за рубеж своих

подданных. Положение коренным образом изменилось после того, как с политической
карты Земли исчез Советский Союз, а вместе с ним рухнул и пресловутый железный
занавес, отделявший всю нашу страну от остального мира. Пожалуйста, уезжай на
заработки куда душа желает.
- Открылись двери западной цивилизации...
- Так выходит. Хотя сам железный занавес имел по сути чисто виртуальный характер, но,
тем не менее, прежде он был вполне ощутимым непреодолимым препятствием,
мешавшим общению между народами. Когда эти барьеры с наступлением демократии
сняли, то в Швецию, Финляндию и Норвегию в одночасье уехало 67 самых лучших
спортсменов - фактически весь цвет отечественного хоккея с мячом. Вы только
представьте себе, команды высшей лиги чемпионата России покинул практически
каждый третий игрок. Мы остались на бобах. За спортсменами из страны потянулись и
опытнейшие квалифицированные тренеры, которых с распростёртыми объятиями
встречали за кордоном. Уж насколько патриотичен один из известнейших наставников
России Владимир Янко, но и он три с лишним года провёл в Финляндии, где трудился в
одном из сильнейших клубов. Поймите меня правильно, я никого не собираюсь
осуждать, каждый поступал так, как считал нужным. Однако отток кадров очень больно
ударил по нашему виду спорта. Передовая бенди в России оголилась настолько, что на
матчи пришлось выставлять неоперившихся новичков из ближайшего или даже дальнего
резерва. Ни о каком высоком качестве игры и речи не могло вестись, зрелищность была
хуже некуда, что сразу же отразилось на уровне интереса болельщиков к поединкам
чемпионата России - он заметно упал. Всё меньше зрителей приходило на матчи - в
сезоне 1992-1993 годов мы насчитали их всего 270 тысяч. Такой низкой посещаемости не
было никогда прежде.
- Полагаю, что упало и мастерство российских спортсменов, они стали хуже
выглядеть на международной арене...
- А иначе и быть не могло. Все происходило вполне закономерно. Если прежде любой
проигрыш сборной Советского Союза расценивался не иначе как трагедия, он был
исключительной редкостью, то теперь поражения стали постоянными. Вот, к примеру, на
чемпионатах мира для нас свыше двадцати лет, начиная с первого турнира, проведённого
в 1957 году и до 1979 года, вообще не существовало другого места, кроме первого.
Потом, правда, мы с перерывами трижды уступали его соперникам из Швеции, но, тем не
менее, на соревнованиях в 1989 и 1991 годах преимущество сборной СССР, ведомой,
кстати, Владимиром Янко, было подавляющим. А вот в 1993, в 1995 и в 1997 годах выше
второго места, теперь уже сборной России, которую последовательно возглавляли
тренеры Евгений Георгиевич Манкос и Валерий Иванович Эйхвальд , подниматься не
удавалось, на первое регулярно выходила команда Швеции. Вроде бы приглашали в
сборную лучших, тех, что играли за границей, но большинство там от безбедной жизни,
образно говоря, обросло жирком, да и чувство патриотизма, которое вело к победе,
пропало. Лишь в 1999 году, когда у руля национальной дружины вновь встал Владимир

Янко, она снова поднялась на высшую ступеньку пьедестала почёта, которую отстояла и
в 2001 году.
- Изначально вам помогали становиться на ноги государственные ведомства,
федеральные органы управления физкультурой и спортом?
- Вспомоществование от Росспорта приходило чрезвычайно редко. Деньги выделялись,
да и то крайне нерегулярно и далеко не всегда, лишь на подготовку национальных
сборных перед чемпионатами мира. Иногда давали средства на организацию юношеских
и ветеранских соревнований. Вот и всё. Как полагались, так и полагаемся только на себя.
- А пытались привлечь спонсоров?
- Конечно! Они появлялись на короткое время и исчезали. Постоянных нет! Ныне, к
сожалению, нет ни одной крупной фирмы, которая бы нас поддерживала. Но надеюсь,
что ведущие отечественные компании когда-нибудь всё же повернутся лицом к нашим
нуждам. А вот практически у каждой команды есть свои спонсоры. И не только
финансовые, но и, как сейчас говорят, информационные. Местные радио и телевидение,
газеты много рассказывают о хоккее с мячом. Всероссийские средства массовой
информации пока не особо балуют нас своим внимание, если не считать популярного
издания "Советский спорт", с которым у нас заключено долгосрочное соглашение о
тесном сотрудничестве.
- Можно ли сейчас говорить о том, что в тот момент, когда вас избрали президентом
Федерации хоккея с мячом России, вам страшно повезло?
- Можно! Но я бы не назвал это фартом. За моими плечами был громадный опыт, знания,
связи в громадном мире отечественного спорта. Я никогда не был конъюнктурным
человеком на службе. Если я оказался нужен именно в хоккее с мячом, значит, так тому и
быть.
- После периода некоей стагнации в Спорткомитете России вновь начался ваш
взлёт, новый стремительный подъём. Вы вновь стали заметной фигурой в
спортивном сообществе. Вы сумели перестроиться на современный лад, вы стали
менеджером капиталистического склада, управленцем нового типа. Вам пришлось
отказаться от чисто административных рычагов.
- Я всегда считал себя государственным человеком. Я воспитанник государственной
системы. Я никогда не плакал. Не опускал руки, когда было тяжело. Проще бы было
сказать: а, это никому не надо, ну, а мне и подавно, зачем лесть на рожон. Но я так не
поступал. Надо идти и доказывать, надо идти и решать актуальные вопросы. Другое дело,
получается или нет. К-сожалению, довольно часто далеко не всё зависит только от меня.
Моя слабость - я так и не смог стать финансистом, ну, нет у меня коммерческой жилки в
крови и всё тут. Не по мне открывать бизнес, раскручивать его, зарабатывать на каком-то
постороннем предпринимательстве. Этого мне, видимо, не дано. Я хочу остаться таким,
каким я есть. Мне к своим семидесяти годам уже поздно меняться. Мы семнадцать лет
прожили и особого горя не знали. Я считаю это своим главным завоеванием. Возможно,
придут новые люди, которым будет по силам взять новые вершины.

Вице-президент МОК В. Смирнов вручает А. Поморцеву госнаграду
за победу на чемпионате мира, 2000 г.

Вручение А. Поморцеву звания "Почётный гражданин Кузбаса", Кемерово, 2001 г.

На подъёме отмечая 100-летие бенди
Казалось бы, в той обстановке, когда страна только-только оправилась от страшного
социально-экономического кризиса, вызванного переменой общественного строя, когда
ещё как следует не были залечены весьма болезненные раны, регулярно дававшие о себе
знать, когда ещё весьма актуальным оставался дефицит денежных средств, вроде бы
спортсменам было не до больших праздников. Однако президент Федерации хоккея с
мячом России Альберт Иванович Поморцев думал совсем иначе. Ну не мог этот
государственный человек в силу склада своей сибирской души не отметить широко и

раздольно знаменательное событие, которое должно было произойти в "жизни"
всенародно любимой игры, а именно, 100-летие со дня рождения в России этой
уникальной спортивной забавы, - а этот день, как зафиксировали историки, выпал на 8
марта 1898 года, когда в Санкт-Петербурге был сыгран первый официальный матч по
только что разработанным и утверждённым правилам.
Когда Альберт Иванович Поморцев в 1992 году возглавил Федерацию хоккея с мячом
России, то до юбилея оставалось всего шесть лет. В тот момент возникало немало
сомнений в том, стоит ли придавать предстоящему празднику всероссийское "звучание",
но глава отечественного бенди твёрдо стоял на своём: круглая дата в истории русского
хоккея не должна остаться незамеченной спортивной общественностью страны. Когда в
федерации поинтересовались мнением руководителей клубов высшей и первой лиг
насчёт того, как быть, то подавляющее большинство высказалось "за".
Было много раздумий насчёт того, как встретить юбилей. Идеи возникали самые разные.
Они выплескивались как в устном виде во время разговоров и бесед, так и в письменном,
на бумагу, в виде пожеланий от всех заинтересованных лиц. От задумок и сопоставлений
мнений постепенно перешли к составлению планов, за претворение которых в
действительность инициативная группа взялась где-то года за два до празднования.
- Мы точно знали, чего не хотели, - рассказывает Альберт Иванович Поморцев. - Мы не
хотели, чтобы празднество свелось к скучному дежурному протокольному мероприятию
с речами и докладами, или, напротив, к пышному застолью с разухабистым гуляньем.
Торжества, на наш взгляд, не стоило сводить к какому-то одному, пусть и
представительному собранию. Мы считали, что они обязаны соответствовать значимости
юбилея, в них должен принять участие каждый истинный любитель хоккея с мячом. С
этой целью Федерация объявила, что любое соревнование, начиная с дворового турнира
и заканчивая всероссийским, будет посвящено столетию бенди. Мы обратились в
редакции газет и журналов, радио и телевидения с просьбой как можно шире и
разнообразнее осветить юбилей отечественного хоккея с мячом, на что в большинстве
случаев последовала положительная реакция. Таким образом, немало жителей России, по
крайней мере, те из них, кто относил себя к любителям спорта, как бы присоединились к
нашему празднику, размах которого стал поистине всенародным.
- А где был пик празднеств?
- Мы серьёзно задумались над тем, где отмечать юбилей. Прикидывали все "за" и
"против". Не скрою, "напрашивалась" кандидатура Москвы, но, в конце концов, мы всё
же решили, что мегаполис для этих целей не подходит. Во-первых, потому, что хотя это и
столица государства, но к рождению хоккея с мячом она имела косвенное отношения. А,
во-вторых, и это самое главное, город, его спортивные организации тогда фактически
отвернулись от нужд и забот единственной оставшейся на плаву команды московского
"Динамо", которая хирела прямо на глазах. Ну не устраивать же в мегаполисе, образно
говоря, пир во время чумы!? К сожалению, отпадала и родина отечественного бенди,
северная столица Санкт-Петербург, где в тот момент на хоккей с мячом тоже обращали

мало внимания - город не был даже представлен своими игроками в высшей лиге
чемпионата России, местная команда "Красная заря" вылетела из неё после провального
сезона 1993-1994 годов. Мегаполису на Неве было явно не до приятных хлопот
отечественного хоккея с мячом.
- И куда же вы направили свои взоры в этой непростой ситуации, с кем связали
свои надежды?
- Естественно, с регионами, на которые во всём опирались в последние годы.
Поразмышляли, кому же отдать предпочтение, и остановили свой выбор на Нижнем
Новгороде. В этом городе на Волге хоккей с мячом имел тоже практически столетнюю
историю. Ещё в начале прошлого века там появились первые хоккейные секции, которые
тогда назывались кружками. В 1903 году они объединились в хоккейный клуб, который
вёл постоянные ледовые сражения со спортсменами Санкт-Петербурга и Москвы.
Нижний Новгород всегда активно способствовал развитию хоккея с мячом в стране, имел
хорошие традиции в спортивном движении: на тот момент завидной массовостью
отличалось областное первенство, проводимое сразу в нескольких возрастных группах,
пять команд региона участвовали в чемпионате России. Местная дружина "Старт",
выступавшая в высшей лиге, всегда считалась очень крепким, мастеровитым, на многое
способным коллективом. В 1995 году он стал серебряным призером чемпионата России,
в следующем сезоне - бронзовым, и на точно такое же место претендовал и в сезоне
1997-1998 годов, которое в итоге успешно и завоевал сразу же после завершения
праздничных торжеств, связанных со столетним юбилеем отечественного хоккея с
мячом. Сами понимаете, лучшего места нам было не найти. Ну, а потом Юрий Ефимович
Фокин, именно он уговорил нас проводить юбилей у них.
- Как отнеслись к вашей идее в областной и городской администрации?
- Весьма положительно и благосклонно. Когда мы ещё только начинали переговоры, то во
главе региона стоял молодой, но очень яркий, популярный в массах политик Борис
Ефимович Немцов, человек спортивного склада. Он сразу же оценил ту пользу, которую
может принести Нижнему Новгороду участие в организации полномасштабных
торжеств, и дал своё согласие. Немцов поддерживал нас и позже, когда уже стал первым
вице-премьером правительства России. К счастью, не остался в стороне от решения
наших вопросов и пришедший на смену Борису Ефимовичу новый губернатор
Нижегородской области Иван Петрович Скляров. Он самым решительным образом
способствовал тому, чтобы оперативно устранять все возникающие организационные и
материальные трудности.
- Вам же, видимо, пришлось взяться и за детальную разработку программы
предстоящего праздника?
- Ну, я был не один, действовал вместе с большой группой единомышленников. Конечно,
предусмотрели устроить торжественное собрание, где намеревались подвести итоги,
наметить планы на будущее. Но изюминкой всех празднеств должен был стать XIV

традиционный международный турнир на призы правительства Российской Федерации,
посвящённый 100-летию русского хоккея. Кстати, оргкомитет по его подготовке и
проведению возглавил как раз губернатор Нижегородской области Иван Петрович
Скляров.
- Кто вам ещё помогал?
- Прежде всего, я обратился за поддержкой к тогдашнему председателю
Государственного комитета по физкультуре и спорту при Правительстве России Леониду
Васильевичу Тягачёву, - рассказывает Альберт Иванович Поморцев. - Он меня очень
внимательно по-доброму выслушал. Сказал, что сделает всё от него зависящее, чтобы
праздник получился на славу, и пообещал, что непременно выйдет в правительство с
ходатайством о награждении наиболее выдающихся деятелей отечественного хоккея с
мячом высокими государственными наградами. Кроме того, дал слово, что и Госкомспорт
будет щедр на всякого рода поощрения и знаки отличия. Без всяких сомнений согласился
помочь и тогдашний президент Олимпийского комитета России Виталий Георгиевич
Смирнов.
- Когда же произошло само это событие?
- Нам, естественно, хотелось, чтобы оно состоялось именно 8 марта, но тогда в Нижнем
Новгороде ещё не было катка с искусственным льдом, мы побоялись, что весной тепло
или, наоборот, ненастье возьмут, да испортят нам приподнятое настроение, и поэтому,
как обычно, провели турнир в начале февраля. Пригласили на него в качестве почётных
гостей не только официальных лиц, но и практически всех заслуженных мастеров спорта,
ветеранов, спонсоров, меценатов, функционеров, руководителей команд как высшей, так
и первой лиг. Знатного и почётного народу собралось превеликое множество, всего
человек триста, а то и четыреста, для нашего вида спорта, не избалованного особым
внимание, очень много. На открытии соревнований присутствовали первый вицепремьер правительства России Борис Ефимович Немцов, председатель Государственного
комитета по физической культуре, спорту и туризму Российской Федерации Леонид
Васильевич Тягачёв, губернатор Нижегородской области Иван Петрович Скляров.
Участие таких высокопоставленных деятелей придало колоссальный вес нашему
событию, которое отличалось поистине русским удалым размахом. Сами понимаете,
какие возвышенные чувства меня охватывали в те знаменательные дни?!
- Альберт Иванович, не будем скрывать, что всю свою сознательную жизнь вы
стремились к признанию. Своей личности. Своего таланта организатора. Своего
авторитета. Авторитета к тому моменту очень известного деятеля как
отечественного, так и международного спортивного движения. Получили ли вы
тогда столь ожидаемого вами признания?
- Сполна. Не буду лукавить, к 58 годам я наконец-то осознал, что наступил мой час. Даже
не час, а год! Сначала я принимал поздравления по случаю избрания меня в 1997 году
президентом Международной федерации бенди. А потом - по случаю награждения

орденом Почета, которого был удостоен в числе большой группы деятелей российского
хоккея с мячом вместе с Николаем Дураковым, Сергеем Ломановым, Валерием
Масловым и Владимиром Плавуновым. Указ подписал первый президент России Борис
Николаевич Ельцин. Резонанс был громадным. Вручали нам ордена во время
торжественного заседания, состоявшегося в Нижнем Новгороде. Помню великолепный
зал на нижегородской ярмарке, наплыв народу, улыбки, поздравления. Тогда Родина
высоко отметила заслуги 51 человека из мира хоккея с мячом - кто получил ордена, кто
медали разного достоинства. Даже футболистам, тоже отпраздновавшим свой 100-летний
юбилей, не досталось столько почестей, сколько нам. Таким достижением можно было с
полным правом гордиться, что мы, не буду скрывать, и делали.

100-летие русского хоккея. С мэром г. Красногорск Б. Рассказовым и его заместителем Н. Хаткевичем.
1998 г.

- За всю вашу долгую и верную службу на различных высоких постах в спортивных
учреждениях это была ваша первая награда такого ранга?
- Действительно, прежде орденами меня не награждали. Напомню, что в 1980 году я был
удостоен медали "За трудовую доблесть". Вот всё, что я получил от государства в
советское время. В демократической России мой труд ценили более высоко и
уважительно. В 1992 году мне присвоили звание заслуженного работника физической
культуры России. Через десять лет в 2002 году я стал кавалером "ордена Дружбы" а в
2007 году, после победы на очередном чемпионате мира, состоявшемся в Кемерове, меня
удостоили ордена "За заслуги перед Отечеством IV степени".

- В общем, государственными регалиями вы не обделены, сейчас, при полном, что
называется параде, вы выглядите совсем неплохо, когда предстаете перед
коллегами во всем великолепии?
- Не без этого!
- Как отразилась царящая в 1998 году праздничная атмосфера на духе
отечественного хоккея с мячом?
- Нечего и говорить о том, что он был на подъёме. К примеру, именно в этом году нам
удалось преодолеть кризис, который долгие годы преследовал наши национальные
сборные на международных турнирах. Скажем, на протяжении десяти лет отечественным
хоккеистам не удавалось завладеть призом правительства Российской Федерации.
Напомню, что в советское время этот приз учреждала редакция газеты "Советская
Россия". После того, как в 1988 году в Абакане он достался сборной СССР, больше он в
руки наших хоккеистов не попадал. И в 1990 году в Новосибирске, и в 1992 году в
Красноярске, и в 1994 году в Москве и подмосковном Красногорске, и в 1996 году в
Архангельске и Северодвинске его завоевывали соперники из Швеции. И лишь в 1998
году как раз в Нижнем Новгороде российские хоккеисты сумели переломить ситуацию в
свою пользу.
- Как же это вышло?
- В финале наши ребята выиграли у своих главных соперников шведов с убедительным
преимуществом в счёте - 9:2. Да и в товарищеских встречах перевес был на стороне
российских хоккеистов, которые добились побед в трёх играх из пяти при одной ничьей.
- Любопытно, что в то время за российскую сборную, если мне не изменяет память,
выступало сразу десять "легионеров", играющих за те же шведские клубы.
Памятуя историю с футбольной сборной страны, где следовал один скандал за
другим, связанный с отказом играть за национальную команду, как удалось найти с
нашими хоккеистами общий язык?
- Проблем не было. Весной 1997 года главным тренером сборной вновь был назначен
Владимир Янко, который, повторюсь, уже приводил своих подопечных к успеху на
чемпионатах мира в 1989 и в 1991 годах. После этого он три года работал за границей,
там поднабрался ценного опыта, в том числе и такого, что необходим для более тесного
контакта с игроками. Сложностей в общении с ними у него, на мой взгляд, не было,
сотрудничество было весьма плодотворным, что было видно и по результатам
соревнований на призы правительства России.
- Засилье легионеров в сборной вас тогда не сильно волновало?
- Не особенно. Я считал это на тот момент нормальным явлением. Что поделаешь, если
все сильнейшие российские спортсмены в те тяжёлые годы выступали за пределами
родины!? Правда, меня радовало, что всё явственнее обозначался обратный процесс,
когда россияне стали возвращаться в родные коллективы. Так, за архангельский "Водник"

начал выступать покинувший Швецию один из сильнейших форвардов Игорь Гапанович.
За ним потянулись другие. Если прежде за границей находилось порядка 70 наших
спортсменов, то тогда их оставалось чуть больше 30. Ни один из них не отказался играть
за сборную России, напротив, не было отбоя от желающих. Для них попасть в сборную
было большой честью. И нас это, признаюсь откровенно, искренне радовало. Класс игры
с возвращением настоящих мастеров заметно повысился. А от этого выигрывали
болельщики. Если матчи первого чемпионата России посетило порядка 300 тысяч
болельщиков, то в сезоне юбилейного года их было свыше 1 миллиона 100 тысяч
человек. Наметившийся процесс обратного "звездопада" вполне понятен. Многие наши
клубы выровняли пошатнувшееся было финансовое положение, нашли поддержку у
солидных спонсоров, промышленников, губернаторов, людей любящих этот исконно
русский вид спорта.
- Владимир Янко, ухватив жар-птицу удачи за хвост в 1998 году, не упустил её и в
следующем.
- Да, в 1999 году, после того, как сборная России дважды занимала вторые места на
чемпионатах мира, она вновь вернула себе первенство на планете. Заслуга Янко в этом
была очевидной.
- А что тогда огорчало президента Поморцева?
- Как раз те случаи, когда после встреч с деятельными неравнодушными людьми,
натыкался на тех, от которых разило апатией и безразличием. Возмущало поведение
иных руководителей клубов, которые со спокойной совестью могли не командировать
команду на ту или иную встречу, турнир. Так поступил Мончегорский "Североникель",
"Шахтёр" из Ленинск-Кузнецкого, ряд других дружин. Даже архангельский "Водник",
триумфатор
двух
последних
чемпионатов
России,
и
тот
проявил
недисциплинированность, не явившись на игры второго этапа розыгрыша Кубка России.
И "Водник", и последовавшая плохому примеру ульяновская "Волга", были оштрафованы
на 50 миллионов ещё неденоминированных рублей Настораживало и то, что в
чемпионате страны среди команд первой лиги не было сыграно около пятидесяти встреч.
Когда спрашивал, почему это происходило, то многие отмахивались модной фразой "Изза финансовых трудностей...". Мы эту причину никогда не воспринимали всерьёз. Ряд
клубов стали отказываться от содержания детско-юношеских спортивных школ,
перестали готовить резерв, пополняя состав за счёт приглашенных хоккеистов.
Федерации такая политика тоже не нравилась. Мы на исполкоме прямо заявили, что так
дело дальше не пойдёт. Нам не нужны клубы для галочки, мы никого не намерены были
тянуть за уши в светлое будущее, и снисхождений и поблажек никому не будет. Мы
никогда не занимались увещеваниями. Стремясь к укреплению дисциплины, строго
наказывали провинившихся, выносили суровые штрафные санкции. Тогда исполком
Федерации справедливо, на мой взгляд, решил внести изменения в положение о
чемпионате страны в высшей лиге. По итогам сезона 1998-1999 годов группу
сильнейших покинули сразу пять команд, а не две, как было раньше. А пополнили

высшую лигу, как и прежде, две команды. Мы тогда уже боролись не за количество
команд, а за качество чемпионата России, и были чрезвычайно требовательны в своих
притязаниях. Но от этого здоровый костяк отечественного хоккея с мячом только
выиграл. Нам в итоге удалось существенно повысить уровень чемпионата России.
- Это как раз убедительно свидетельствует о том, что все равно хорошего было
больше.
- Естественно. Мы надеялись всколыхнуть спортивные массы, вызвать ну если не бурю,
то, по меньшей мере, всплеск эмоций, а за ним и интереса к нашему виду спорта. И
громадные усилия не пропали даром. В связи со столетием в стране разразился самый
настоящий бум хоккея с мячом. Сколько мальчишек и девчонок захотели играть клюшкой
с оранжевым мячом! Вновь обрел былую популярность всероссийский детский турнир
под названием "Плетёный мяч", проводимый по аналогии с такими известными
соревнованиями, как "Золотая шайба". Мы тогда получили отличное пополнение юных
хоккеистов. Повсеместно укреплялась материальная база. В передовых регионах
наконец-то началось строительство катков с искусственным льдом, на юбилейных
торжествах мы смогли отрапортовать, что в стране появилось уже три подобных
спортсооружения. Очевидный прогресс был налицо.
- Каким, на ваш взгляд, было главное достижение юбилейного года?
- Мы обрели полную уверенность в себе! Не буду скрывать, после развала Советского
Союза ходило немало досужих разговоров о том, что в новой демократической России
без солидной государственной поддержки отечественному хоккею с мячом долго не
протянуть, что он в скором времени загнётся. Действительно, сознаюсь, порой было
очень тяжело, но эти периоды воспринимались как временные, проходящие, никто не
поддавался пессимизму. Повсеместно царил стойкий оптимизм. И всё потому, что судьбу
отечественного хоккея с мячом решали не в высоких кремлевских кабинетах, где о нём на
первых порах просто забыли, а, как говорится, в самой гуще народной, в провинции, в
регионах, там, где всегда любили погонять мячик клюшкой. И пламя этой любви нельзя
было угасить. Мы выстояли, не сломались, больше того, постепенно расправили плечи,
крепко встали на ноги, показали всю свою молодецкую удаль, русскую несгибаемую
стать. Нас навсегда покинули мысли о том, что какие-либо кризисные обстоятельства
могут помешать развитию русского хоккея, что он навсегда исчезнет со спортивной
карты России. Мы добились того, чтобы прогресс пошел по нарастающей. Перед нами
открывались новые дали, новые горизонты. А перспективы были такие, что просто дух
захватывало. Душевный подъём двигал нас на завоевание ещё непокорённых вершин.

Обретая международную высоту
Встав в 1992 году во главе Федерации хоккея с мячом России, Альберт Иванович
Поморцев сразу же решительно и бесповоротно взял курс на укрепление позиций
россиян в международных спортивных кругах, связанных с миром бенди. Эти позиции,

увы, к тому времени были не столь прочны, как хотелось бы новому российскому
спортивному руководству. Если говорить откровенно, то эти позиции ни в коей мере и не
могли его удовлетворить, потому что явно не отвечали тому лидирующему положению,
которое занимали отечественные хоккеисты на мировой арене, выигравшие на тот
момент первое место в четырнадцати из шестнадцати проведённых чемпионатов мира.
Ну, разве мог мириться с ролью статиста в крупной игре Альберт Иванович Поморцев,
человек деятельный, амбициозный, всегда и во всем стремящийся к первенству,
прекрасно знающий цену и себе и отечественному хоккею с мячом?! Нет, конечно! И,
засучив рукава, со свойственными ему энергией и напористостью он стал
предпринимать меры для исправления ситуации. Что же он сделал? Впрочем, пусть об
этом подробно расскажет сам Поморцев.
- Альберт Иванович, убеждён, что когда вам пришлось заняться международными
делами, то коллеги из других стран, с которыми вы начала общаться, не
воспринимали вас как новичка, как человека, свалившегося в их сообщество
неожиданно с небес невесть откуда, словно снег на голову в июле.
- Естественно, такого не было. Ещё работая начальником Управлений в Спорткомитетах
СССР и РСФСР, я часто выезжал в составе спортивных делегаций на международные
соревнования, в том числе и по хоккею с мячом. Там, безусловно, встречался со всеми
функционерами, причастными в той или иной мере к бенди. Впрочем, и самих-то этих
функционеров было не так-то уж и много. Напомню, что к 1992 году в состав
Международной федерации бенди входили представители всего девяти стран - СССР,
Швеции, Финляндии, Норвегии, Голландии, США, Канады, Венгрии и Германии,
которая, правда, вскоре вышла из состава ФИБ. Круг, как видите, был крайне узок,
поэтому не составило особого труда познакомиться со всеми деятелями, что отвечали за
развитие бенди на нашей планете. Встречался с ними и в официальной, и в
неформальной обстановке, как у нас говорили, за рюмкой чая. Во время этих подчас
длительных конструктивных бесед наводили мосты дружбы. С кем-то дружба заладилась,
с кем-то так и не установилась. Как бы там ни было, но чужеродным телом я в их
компании точно не был, с первых же дней вошел в курс дела, поэтому у нас сразу же
завязалось весьма плодотворное сотрудничество.
- Как бы вы охарактеризовали этих людей?
- Добрые и милые западные буржуа. Вы знаете, никого не хочу обижать, но, тем не менее,
должен заметить, что особым тщеславием, в хорошем смысле этого слова, они не
отличались и были целиком и полностью довольны тем, что имели. Их помыслы о
будущем бенди не заходили слишком далеко, они жили по принципу: минул день, и слава
Богу, пусть и следующий будет не хуже, а точно таким же. Все их устремления были
связаны с одним: раз в два года провести чемпионат мира, на что, собственно, и уходили
все основные силы и средства. Международная Федерация бенди по сути представляла

собой местечковую местническую организацию, этакий конклав любителей, в котором
абсолютно ничего не менялось на протяжении тридцати с лишним лет. О
профессионализме и речи, на мой взгляд, не шло, всё было обставлено по-домашнему,
без всяких притязаний на высокие материи.
- Так, наверное, было всегда до вас. Поэтому интересно было бы узнать об истории
возникновения Международной федерации хоккея с мячом (ФИБ), о её уставе и
принципах построение, структуре и правилах деятельности.
- ФИБ была создана 12 февраля 1955 года на конгрессе в Стокгольме странамиучредителями: Норвегией, СССР, Швецией и Финляндией. С тех пор официальными
языками организации являются английский, русский, финский и шведский. Тогда же был
принят и Устав этой организации. Согласно ему перед ФИБ ставились следующие цели:
способствовать всестороннему развитию хоккея с мячом в различных странах мира;
пропагандировать его значение и пользу; утверждать форму международных
соревнований, правила игры и правила поведения игроков на поле; организовывать
официальные чемпионаты мира и другие международные соревнования; способствовать
привлечению в федерацию новых членов. ФИБ состоит из национальных союзов и
федераций, которые занимаются развитием хоккея с мячом и признают устав ФИБ. Все
организации, входящие в ФИБ, признают друг друга главной организацией по данному
виду спорта в соответствующей стране. Организация, желающая вступить в ФИБ, подаёт
заявление о приёме, которое должно сопровождаться подтверждением о том, что
организация в любом случае будет выполнять устав и правила ФИБ. Приём в члены ФИБ
производится правлением и утверждается на конгрессе ФИБ. Конгресс - высший орган
ФИБ, созываемый ежегодно, преимущественно во время проведения чемпионатов мира.
Внеочередные конгрессы созываются по требованию не менее чем половины членов
федерации или согласно решению правления. Председателем правления является
президент Федерации или - в его отсутствие - один из вице-президентов. Конгресс
рассматривает различные предложения об изменениях в уставе и утверждает их,
анализирует отчеты, представленные правлением и комитетами, утверждает или
отменяет принятые ими решения, утверждает отчёт правления и устанавливает срок его
полномочий, избирает из предложенных кандидатур правление федерации, а из числа
членов правления - президента сроком на четыре года, рассматривает вопросы членства,
принимает решения по изменению правил игры, устанавливает программу и место
проведения соревнований, устраиваемых федерацией. Кроме правления, состоящего из
двух представителей каждой страны, на конгрессе избираются также члены следующих
комитетов: исполнительный, технический, женского хоккея, по правилам и судейству, по
развитию. В состав правления в обязательном порядке включается генеральный
секретарь ФИБ. Федерация проводит чемпионаты мира для мужских, женских,
юниорских и юношеских сборных команд стран - членов федерации, розыгрыши Кубка
европейских чемпионов.

- Кто-либо из представителей Советского Союза когда-нибудь входил в руководящие
органы Международной федерации бенди?
- Практически всегда в обязательном порядке. Немалый вклад в организацию и создание
Международной федерации бенди внёс Михаил Васильевич Канунников. К хоккею с
мячом он имел косвенное отношение - лишь постольку, поскольку служил во всесоюзном
Комитете по физкультуре и спорту начальником отдела массовых видов спорта. Однако
он был прекрасным организатором, управленцем, который отлично ориентировался в
разного рода директивных актах. Не случайно, именно Михаилу Васильевичу было
поручено участвовать с советской стороны в подготовке учредительной конференции
Международной федерации бенди. Канунников великолепно справился со своей задачей,
он занимался разработкой устава, его основополагающих положений. Михаил
Васильевич представлял нашу страну на учредительном конгрессе в Стокгольме в 1955
году, где был избран вице-президентом. Через два года на этот пост заступил Борис
Митрофанович Михайлов. Этот человек был спортсменом до мозга костей. В хоккей с
мячом он начал играть в школьные годы, в Саратове, в команде железнодорожников. В
1932 году стал студентом московского института физкультуры и выступал за команду
этого вуза на городских соревнованиях. Мастерство его было настолько высоко, что
молодого атлета пригласили в команду ЦДКА - центрального дома Красной Армии.
Играл в коллективе рядом с Ореховым, Виноградовым, Веневцевым, Зенкиным, был
свидетелем расцвета таланта Боброва, Никанорова, Тарасова, Петрова и других
выдающихся игроков. Когда Борис Митрофанович завершил карьеру спортсмена, то уже
в качестве организатора взялся за развитие бенди. Он способствовал принятию многих
очень важных решений, направленных на развитие мирового бенди. Очень яркой
фигурой в его стане был Григорий Петрович Гранатуров, который занимал кресло вицепрезидента целых двенадцать лет - с 1959 по 1971 год. Заслужив доверие и авторитет у
коллег, Гранатуров в 1971 избирается президентом ФИБ. Во главе Международной
федерации он находился два периода: сначала с 1971 по 1978 год, а затем с 1983 по 1991
год, до момента окончательного распада некогда могущественного Советского Союза. С
именем Гранатурова была связана наиболее активная деятельность советских
специалистов в Международной федерации бенди, этот человек немало сделал для
пропаганды бенди во всем мире, по его инициативе был расширен календарь
международных соревнований, стали проводиться чемпионаты мира среди юношей и
юниоров, розыгрыш кубка европейских чемпионов, международный турнир на призы
газеты "Советская Россия".
- Гранатуров - имя известное в отечественном спортивном движении. Оно всегда
было на слуху. Почему?
- Прежде всего, наверное, потому, что Григорий Петрович был одним из немногих
спортивных деятелей Советского Союза, который на протяжении десятилетий возглавлял
международное спортивное объединение. Таких специалистов как он в нашей стране
можно было пересчитать буквально по пальцам одной руки. Кроме Гранатурова, если мне

не изменяет память, в советское время ещё Юрий Титов был у руля Международной
федерации спортивной гимнастики, да, кажется, Денисов-Никифоров очень долго
руководил Международной федерацией бокса. Больше, пожалуй, никому не удавалось так
высоко подняться в международном спортивном сообществе, не считая, правда, Виталия
Георгиевича Смирнова, который является членом Международного олимпийского
комитета с 1971 года. Такие специалисты всегда были в чести в центральном комитете
КПСС, их особо выделяли, относились к ним с подчёркнутым уважением. Их имена
очень часто мелькали на страницах спортивных изданий, да и в центральной прессе,
таких газетах как "Правда", "Известия" или "Труд", тиражи которых составляли десятки
миллионов экземпляров. Этих деятелей, как сейчас говорят, пиарили со страшной силой,
вот почему их имена знали многие в Советском Союзе.
- Вам, естественно, доводилось тесно общаться с Григорием Петровичем
Гранатуровым?
- Конечно! Человек он контактный, охотно шел на разговор, делился своим богатым
опытом. Я у него почерпнул многое из того, что потом мне очень пригодилось во время
работы в Международной федерации бенди. Да и сам Григорий Петрович никогда не
отказывался мне помогать. Ему сейчас уже под девяносто лет, но он бодр и активен,
иногда приезжает в офис Федерации, живо интересуется текущими делами, дает
полезные советы, к которым мы прислушиваемся. Федерация, в свою очередь, чем может,
поддерживает Григория Петровича, выделяет средства для оплаты расходов на лекарства,
предоставляет деньги на другие нужды. Мы таких людей, как Гранатуров, стараемся не
забывать. Ныне Григорий Петрович является почетным президентом Международной
федерации бенди.
- Когда вы возглавили Федерацию хоккея с мячом России в 1992 году, то в
руководстве Международной федерации бенди уже не было ни одного представителя
нашей страны?
- Почему же!? После отставки Григория Петровича Гранатурова в течение двух лет, а
именно в 1991 и 1992 годах, пост вице-президента занимал Вячеслав Соловьев,
выдающийся игрок и тренер, а затем отменный руководитель, который с 1987 по 1992 год
был президентом Федерации хоккея с мячом СССР - эту должность он занимал вплоть до
того, как рухнул Советский Союз. Короче говоря, я пришёл на смену Вячеславу
Соловьеву и в отечественном хоккее с мячом, и на международной арене, став в 1993
году первым вице-президентом ФИБ.
- Как это случилось?
- Да очень просто. Как только меня избрали президентом Федерации хоккея с мячом
России, так я сразу отправился в Финляндию на встречу с тогдашним президентом
Международной федерации бенди Карлом Фогельбергом, который пришёл на смену

Григорию Петровичу Гранатурову. Фогельберг оказался мужиком что надо. У меня с ним
сразу же завязались чисто дружеские отношения. Я пригласил его в Москву, устроил
встречу с некоторыми государственными руководителями отечественного спортивного
движения, а так же с президентом Олимпийского комитета России Виталием
Георгиевичем Смирновым, который тогда одновременно занимал пост вице-президента
Международного олимпийского комитета. Эти деятели дали своеобразное
поручительство за мою состоятельность, оно было весьма солидным, что сразу же
понравилось Карлу Фогельбергу. Ко всему, из Москвы я вместе с ним отправился в
столицу Казахстана, где у меня ещё не угасли контакты с динамовцами из Алма-Аты,
игравшими в открытом чемпионате России, и уговорил местных энтузиастов хоккея с
мячом создать свою казахскую Федерацию хоккея с мячом и вступить в Международную
федерацию, что и произошло официально уже 6 февраля 1993 года. Именно Фогельберг и
рекомендовал меня на пост первого вице-президента. Скажу откровенно, Карл всячески
проявлял к нам симпатии, постоянно высказывался в поддержку хоккеистов из новой
демократической России. Это не понравилось многим из его скандинавских коллег,
которые в отместку, образно говоря, прокатили его на очередных выборах президента
Международной федерации, которые тогда, напомню, проходили раз в два года. На его
место пришел швед Стефан Седерлунд, который до этого восемь лет был генеральным
секретарем ФИБ. У нас с ним не было особых противоречий, конфликтов,
недоразумений, поэтому он не стал мешать моему выдвижению на должность его
первого заместителя. Забегая вперёд, скажу, что наше сотрудничество со Стефаном
Седерлундом проходило в обстановке практически полного взаимопонимания в течение
четырёх лет, которые теперь мне кажутся безоблачными.
- Возражений против вашего назначения первым вице-президентом, надеюсь, ни у
кого из присутствовавших на конгрессе не было?
- Нет! Все участники этого высокого собрания с пониманием восприняли те глобальные
социальные, экономические и политические перемены, что произошли после развала
СССР. Россию по праву признали правопреемницей Советского Союза в составе
Международной федерации бенди, а меня, соответственно, полномочным
представителем России. Против моей кандидатуры никто не выступал. За меня
голосовали, как говорится, единодушно.
- Какими полномочиями вас наделили?
- На конгрессе я выступил с программной речью, в которой в мягкой дипломатичной
форме указал на то, что Международная федерация бенди как организация закостенела,
закоренела, её члены стали неисправимы в проявлении своих склонностей к аморфности,
закоснели в отсталых взглядах, и в итоге оказались на обочине международного
спортивного движения, если не сказать больше, за его пределами. По моему твёрдому
убеждению, так дальше жить было нельзя. Необходимо было направить усилия на то,
чтобы коренным образом изменить ситуацию, доказать свою значимость на
международной спортивной арене. Честно признаться, на меня смотрели как на чудака,

мол, говори, говори, да не завирайся, скептики в кулуарах злословили, что всё это утопии
и фантазии. Я не обращал внимание на выпады недоброжелателей и продолжал
настойчиво гнуть свою линию. Инициатива как у нас в стране, так и за рубежом, всегда,
как говорится, наказуема. Вот мне и поручили вести все международные дела, отвечать за
международные отношения.
- Вы как бы стали "министром" иностранных дел в "правительстве" мирового
хоккея с мячом.
- Если хотите, то да! Всё было логично и закономерно, и я с радостью взялся
реализовывать свои планы.
- С чего же начинали?
- С подготовки, образно говоря, плодородной хорошо унавоженной почвы. А затем и с
устройства фундамента, с которого можно было осуществить рывок вперёд, реализовать
олимпийские амбиции, которые вызревали в моём сердце. На это ушло целых четыре
года, как раз тот довольно продолжительный срок, что я находился в ранге первого вицепрезидента Международной федерации бенди.
- Было трудно работать?
- Как вам сказать... Когда у тебя за спиной находилась такая могущественная держава как
Советский Союз, то решать даже очень сложные каверзные вопросы было гораздо проще.
Позволить не считаться с нашим мнением никто не мог. СССР задавал тон, ну а
представители бывших социалистических стран всегда были на нашей стороне. Мы
всегда действовали смело и напористо, постоянно достигая намеченной цели. Когда
ситуация в мире коренным образом изменилась, то одной голой силой никого задавить
мы были уже не в состоянии. Пришлось применять другие методы и способы, приводить
в действие исключительно меры дипломатии, оперировать такими аргументами, против
которых нечего было возразить. Не буду скромничать, мы и на такой стезе тоже
преуспели.
- Результаты вашей бурной международной деятельности, судя по всему, были
налицо. Но, вероятно, для того, чтобы вы могли делать более решительные шаги,
вам нужны были более солидные, более высокие полномочия. Понимали ли это
ваши зарубежные коллеги?
- К счастью, да! Помню, ещё на чемпионате мира в 1995 году Стефан Седерлунд впервые
в минуты отдыха завёл со мной разговор о том, что мне пора брать бразды правления в
федерации в свои руки. Я ему ответил, что мне надо подумать и посоветоваться с
товарищами в Москве. Друзья меня не отговаривали. Поддержали мои намерения и в
Федерации хоккея с мячом России, где не сомневались, что я смогу совмещать две
должности. Через два года Седерлунд уже прямо предложил мне занять его место. Я
согласился. В Москве было принято решение пригласить участников очередного

конгресса в России. Он и состоялся в 1997 году в Санкт-Петербурге, куда охотно
приехали гости со всех уголков земли. В городе на Неве 22 августа меня и избрали
президентом Международной федерации бенди. В помощники ко мне были определены
норвежец Арне Гивинг, финн Ристо Сувес, швед Сеппо Вайкела. В состав различных
комитетов Международной федерации вошли российские представители: в технический Вячеслав Соловьев, в судейский - Евгений Богомазов, в комитет по ринк-бенди и
женскому хоккею - Валерий Мозгов, в комитет развития, финансов и рекламы - Борис
Скрынник.
- Где вы решили обосноваться с офисом ФИБ?
- Ну не уезжать же мне было работать за границу!? Да и смысла особого это никакого бы
не имело. Всеми текущими делами, коих было не так-то уж и много, я мог совершенно
свободно заниматься и в Москве, где собственно и продолжал трудиться. Единственное,
что сделал, так это укрепил на дверях своего кабинета в Федерации хоккея с мячом
России ещё одну табличку, гласящую, что там находится и месторасположение
президента Международной федерации бенди. Весь аппарат этой организации состоял из
меня, да моего верного помощника, референта Леонида Пенчука, который был по сути
исполнительным директором ФИБ. Он готовил различные бумаги, поддерживал связь с
деятелями Международной федерации бенди. К тому моменту, когда я возглавил ФИБ, в
структуре её аппарата не было ни одной оплачиваемой должности. Никто, включая меня,
денег за свой труд не получал, работали на общественных началах. Даже генеральный
секретарь, который ведал финансовыми вопросами. Когда я стал президентом
Международной федерации хоккея с мячом, то на пост генерального секретаря
переизбрали шведа Арно Гивинга. Он осуществлял финансовые операции через один из
скандинавских банков, где как находился, так до сих пор и находится счёт
Международной федерации бенди. Так было удобно до поры до времени, пока я доверял
Гивингу. Но потом он перестал меня устраивать по своим деловым качествам, и я
потребовал сместить его с должности. За него горой встали ряд членов правления, но я
всё же настоял на своём мнении. Я совершенно справедливо полагал, что в моём
окружении должны были быть одни сторонники, единомышленники, а противникам там
делать нечего. И выдвинул в качестве генерального секретаря тоже шведа Чека. Он
поступал в полном соответствии с моими правилами и принципами. Федерация
располагала совсем небольшими суммами, складывающимися из ежегодных взносов,
которые платили члены ФИБ. Размер этих взносов на сегодняшний день не превышает
четырех тысяч долларов для ведущих стран из группы А, и пятисот долларов для стран
из группы В. Сами можете посчитать, сколько выходит на круг. Крупных солидных
спонсоров у Международной федерации бенди, к сожалению, было мало, поступления от
фирм случаются, но они носят эпизодически характер.
- Ну, а от телевидения вам никогда ничего не перепадало?

- Нет! По телевидению игры по хоккею с мячом основательно показывают только в
России и в Швеции, транслируют некоторые матчи в Финляндии и Норвегии. А больше нигде. С какими бы выгодными предложениями я куда не обращался, везде натыкался на
отказ. Забегая вперёд, скажу, что был один момент, когда мы могли завязать тесное
сотрудничество с телеканалом Евроспорт. Представители этой известнейшей кампании
сами пошли на контакт с нами после того, как бенди получило олимпийское признание.
Мы было воспрянули духом, однако запала телевизионных менеджеров, увы, хватило
ненадолго. Как только они узнали, что им для трансляции игры по хоккею с мячом
потребуется не меньше восьми камер, они тут же заявили, что замучаются таскать по
стадионам столько аппаратуры, что такие затраты для них чрезвычайно накладны, что
они не потянут столь неоправданно высокие расходы. На этом весь наш диалог и
завершился. А без телевидения невозможно развернуть широкую рекламу фирм, которые
бы потенциально могли бы нам помогать. Вот беда в чем. А она отражается на наших
потенциальных взаимоотношениях со спонсорами. Нам как-то удалось выйти на контакт
с одной солидной швейцарской компанией. Предварительные переговоры шли весьма
успешно, но только до тех пор, пока мы не затронули тему общения с телевидением. И
упёрлись в неё. Когда предприниматели узнали, что хоккей с мячом практически не
показывают на западные страны, то реакция их была однозначной: никаких контрактов с
нами не заключать.
- На том всё и закончилось?
- Со спонсорами - да. Ну а с Евроспортом мы поддерживали, мягко говоря, вялотекущее
дружеское сотрудничество. Если в мировом бенди происходило что-либо значимое, то по
нашей просьбе журналисты делали небольшие сюжеты, которые потом
демонстрировались зрителям. Этим всё и ограничилось. Добиться большего мы, к
сожалению, так и не смогли
- Сколько лет вы занимали пост главы Международной федерации бенди?
- Восемь! До меня президента избирали всего на два года. Я сумел доказать, что за такой
короткий срок ничего толком не успею сделать. К моим аргументам прислушались и
внесли в устав изменение, гласящее, что президент будет работать четыре года. Начиная с
1997 года, все руководители трудятся именно этот период. В 2001 году мои полномочия
на конгрессе были продлены ещё на четыре года. И в 2005 году мне предлагали
продолжить мою деятельность в качестве мирового лидера хоккея с мячом, но я из-за
семейных проблем отказался, передав эстафету своему преемнику, тоже россиянину
Борису Скрыннику. С тех пор являюсь почётным президентом ФИБ.
- На что вы сделали упор в своей деятельности на посту президента Международной
федерации бенди?
- Всего себя я посвятил, образно говоря, походу в олимпийское будущее.

А. Поморцев и Президент FIB Б. Скрынник, 2005 г.

Поход в олимпийское будущее
Одну из самых ярких страниц в биографии Альберат Ивановича Поморцева занимает
олимпийская эпопея. Именно ему принадлежит честь начать поход в олимпийское
будущее, развернуть на широком фронте энергичную борьбу за то, чтобы хоккей с мячом
включили в программу зимних Олимпийских игр.
Альберт Иванович самым активным образом стал раскручивать свои действия в этом
направлении с 1997 года, с первых же дней своего пребывания на посту президента
Международной федерации бенди. Как же происходили события в этой многолетней
кампании, у которой ещё не видно финиша? Об этом подробно рассказывает сам Альберт
Иванович Поморцев.
- Прежде всего, хотелось бы понять, что же, собственно, побудило вас взяться за это
дело?
- Самое обычное желание сделать хоккей с мячом достоянием любителей спорта не
только небольшой группы северных стран, представители которых увлекались этой игрой
к тому моменту на протяжении уже почти ста лет, но и всей мировой спортивной
общественности. Мне очень хотелось, чтобы русский хоккей нашёл новых приверженцев
повсюду на планете, ведь с каждым годом для этого появлялось всё больше предпосылок.
Скажем, не стоял на месте технический прогресс. Он позволял строить более дешёвые
катки с искусственным льдом даже там, где о зиме, о холодах никогда ничего не
слышали, где всегда царило лето. Сейчас базу для развития хоккея с мячом можно

создавать практически повсюду, абсолютно никаких материальных препятствий для этого
нет, не существует и иных, кроме, пожалуй, одного: это естественной потребности
любителей спорта разных стран приобщаться к этому замечательному виду спорта. Но
эту надобность можно и нужно воспитывать, на что мы и обратили своё особое
внимание. Международная федерация бенди всегда очень активно занималась агитацией,
пропагандой нашей самобытной игры, заботилась о её популяризации. Эксперты хорошо
осознавали, что их хлопоты, связанные с распространением хоккея с мячом по всей
земле, были бы более плодотворными, более эффективными, если бы наша спортивная
забава приобщилась к "полноводному" и многоликому, имеющему громадный вес и
авторитет во всем мире олимпийскому движению. Оно само по себе обладает той
мощной живительной силой, обладание которой позволяет распуститься, словно цветку в
погожий весенний день, любой спортивной дисциплине. Олимпийское движение, на мой
взгляд, в состоянии поспособствовать и хоккею с мячом обрести, как говорится, новое
свежее дыхание. Вот, собственно, какими мыслями я и поделился со своими коллегами на
конгрессе Международной федерации бенди в Санкт-Петербурге, где меня избрали
президентом этой организации. Ко всему, изложил своё видение того, как, какими путями
следует двигаться к намеченной цели.
- Ваша инициатива сразу же нашла верных сторонников, или среди зарубежных
специалистов оказались и противники?
- Когда с моей программой познакомились члены Международной федерации бенди, то
их мнения разделились. Ну, явных противников практически не было, а вот скептиков хоть отбавляй. Их, впрочем, хочу подчеркнуть, и сейчас вполне хватает, но это нам
нисколько не мешает потихоньку идти вперёд. Короче говоря, оппоненты в кулуарах
шептались, что вся эта затея смахивает на утопию, что это явные фантазии нового
президента, который таким образом хочет громко заявить о себе, а на большее он просто
не способен, что эти прожекты неосуществимы. Пессимистов можно было понять: тогда
в наших рядах насчитывалось всего восемь национальных федераций, у подавляющего
большинства из них финансовая и материальная база была очень слабой, сотрудничества
с телевидением, как и с другими средствами массовой информации фактически никакого
не было, что сказывалось на популярности игры. В общем, куда ни кинь взгляд, всюду,
как говорится, один клин. Обстановка многим казалась бесперспективной, но я так не
считал. К счастью, у меня среди членов Международной федерации бенди нашлось и
немало союзников, разделивших мои взгляды на будущее хоккея с мячом. Вместе мы
приступили к осуществлению планов.
- Кто входил в команду, которая вместе с вами отважилась на такое серьёзное и
ответственное дело?
- Назову прежде всего Виктора Алексеевича Хоточкина, нынешнего первого вицепрезидента Олимпийского комитета России, а так же вице-президента Федерации хоккея
с мячом России. Он издавна тесно связан с нашим видом спорта, существенно
поспособствовал его продвижению на мировую арену. Дело в том, что Виктор

Алексеевич является видным специалистом в области международных спортивных
отношений. В 1971-1978 годах он был генеральным секретарем Международной
федерации бенди, его опыт нам очень пригодился, когда мы включились в олимпийскую
эпопею.
- С чего же всё начиналось?
- С неофициальных консультаций и бесед с членами Международного олимпийского
комитета, которые помог организовать один из старейших и влиятельнейших ныне
членов этой элитной общественной организации, представитель России Виталий
Георгиевич Смирнов, к мнению которого в МОК всегда прислушивались. Бесед и с
оппонентами и с "соратниками" было немало, но когда мы уяснили, что нам пойдут
навстречу, что наши усилия не пропадут, как говорится, понапрасну, втуне, что наши
шансы очутиться в олимпийской семье не так уж и малы, то ещё более энергично стали
добиваться своей цели, к которой приближались поэтапно, преодолевая один рубеж за
другим.
- Что же было потом?
- Группой специалистов было подготовлено несколько серьёзных документов, дававших
технико-экономическое и социальное обоснование нашему предложение включить
хоккей с мячом в большую семью олимпийских видов спорта. Эти акты были
подкреплены специальным посланием руководству МОК правительства России, целиком
и полностью поддерживающем наше стремление придать новый, более весомый
международный статус русскому хоккею. Все эти документы долго и тщательно
изучались, анализировались в Лозанне, в штаб-квартире МОК, несколько раз Виталий
Георгиевич Смирнов, который всегда был очень близок с тогдашним президентом
Международного олимпийского комитета испанским маркизом Хуаном Антонио
Самаранчем, устраивал конфиденциальные встречи с главой МОК как в штаб-квартире
этой организации, находящейся в Швейцарии, в Лозанне, так и в Москве, где большой
друг нашей страны частенько бывал. Во время аудиенций мы неоднократно разъясняли
свою позицию, при этом видели, что нас слышат, что есть положительная ответная
реакция. Во многом такое благожелательное отношение Самаранча к бенди, наверное,
объяснялось тем, что он не понаслышке знал о русском хоккее, а был достаточно близко
знаком с ним. Во-первых, Самаранч в молодости сам играл в хоккей, а, во-вторых, он был
поклонником бенди, которое полюбил, когда частенько наблюдал за игрой на матчах в
Москве, где он с 1977 по 1980 год пребывал в качестве посла Испании перед своим
избранием на пост президента Международного олимпийского комитета. Это,
согласитесь, не могло нас не радовать. На переговоры и беседы ушло долгих четыре года,
прежде чем появились первые результаты.
- В чём же они выражались?
- Сейчас расскажу. В мае 2001 года меня как президента Международной федерации
бенди официально пригласили в штаб-квартиру МОК на аудиенцию с Хуаном Антонио

Самаранчем. Когда обратился за разъяснениями к Виталию Георгиевичу Смирнову, то он
промолчал, только при этом загадочно улыбнулся. Сами представляете, как у меня от
волнения забилось сердце. Я понял, что случилось что-то важное, экстраординарное. И
не ошибся в своих предположениях.
- Интересно! Расскажите, пожалуйста, поподробнее, как проходила аудиенция у
президента Международного олимпийского комитета?
- Глава мирового олимпийского движения принял меня и моих друзей Андрея Сельского
и Г. Казмина в своей резиденции в роскошном здании штаб-квартиры МОК в Лозанне кабинет у него сравнительно небольшой, но очень уютный. Присутствовал при нашей
беседе руководитель Департамента спорта МОК господин Джильберт Фелли. Встреча
продолжалась около часа. Началась она с того, что мы обменялись тёплыми
рукопожатиями, затем я вручил президенту МОК подарки, после чего мы уселись за стол
и киномеханик показал привезённый нами короткий четырехминутный рекламный ролик,
давший наглядное и образное представление об игре, о её зрелищности, о её доступности
для широких слоёв любителей спорта. Президент МОК внимательно посмотрел фильм и
затем задал несколько вопросов касательно нынешней ситуации в хоккее с мячом и
перспектив его дальнейшего развития в мире. Чувствовалось, что он делал это не
формально, а с искренней любознательностью.
- Интересно, что же вы ему ответили?
- Практически то же самое, что говорил ему не раз прежде. Хоккей с мячом, на мой
взгляд, чрезвычайно перспективный вид спорта, который за последние годы находит всё
больше приверженцев как среди мужчин, так и среди женщин на трех континентах - в
первую очередь в Европе, а так же в Азии и в Америке. Круг почитателей постоянно
расширяется. Более трёх миллионов человек увлекаются этой игрой. Кроме того, бенди очень зрелищная игра, привлекающая в Скандинавии и в России на трибуны десятки
тысяч зрителей.
- Вы, Альберт Иванович, наверняка приводили примеры из опыта России.
- Естественно. У нас хоккея с мячом распространен по всему северу страны, собирает
полные стадионы в Сибири и на Урале. В целом на матчи российского первенства
приходит ежегодно от полутора до двух миллионов человек. Одну игру в среднем
посещает больше народу, чем встречи по хоккею с шайбой и футбольные поединки. По
моему глубокому убеждению, хоккей с мячом, безусловно, украсил бы программу зимних
Олимпийских игр, обогатил бы её "палитру", которая включает на сегодня пока всего
один командный игровой вид - хоккей с шайбой. Придание бенди олимпийского статуса
несомненно повысило бы интерес к этой замечательной игре в тех странах, скажем,
Китае, Японии, Северной Корее, которые хотя ещё и не являются членами
Международной федерации бенди, однако уже стали внедрять хоккей с мячом в
спортивную повседневность. О своих намерениях попробовать поиграть в бенди уже
заявили представители Словакии, Австрии, Чехии, Югославии, Германии. На подходе к

такому шагу находятся и спортсмены во многих других странах мира. Я убеждён, что как
только наш вид спорта станет олимпийским, так моментально он обрастёт новыми
друзьями даже там, где наша игра пока в диковинку.
- Произвела ли впечатление ваша речь на президента МОК. Разделил ли он ваше
мнение?
- Мне кажется, да! Хуан Антонио Самаранч - человек очень широких взглядов, прекрасно
образован, он не мог не почувствовать силы хоккея с мячом. Пользуясь случаем, я
отметил тот громадный вклад, который президент МОК внёс в развитие всего мирового
спорта, в процветание зимних видов спорта за те двадцать с лишним лет, что возглавляет
Международный олимпийский комитет. При этом высказал надежду, что Хуан Антонио
Самаранч окажет самую серьёзную поддержку и бенди, который во всем мире по праву
называют русским хоккеем.
- Как отреагировал на ваши слова испанский маркиз?
- Он улыбнулся, а затем рассказал о том, ради чего, собственно, и приглашал меня в
Лозанну. Господин Хуан Антонио Самаранч высказал удовлетворение тем, как идут дела
в мировом хоккее с мячом, пожелал нам дальнейших многогранных успехов, а потом
сообщил самое главное известие...
- Ну, не томите, скажите, какое же?
- Президент МОК проинформировал меня, что 16 мая 2001 года на очередном заседании
исполкома Международного олимпийского комитета обсуждалась возможность
признания этой организацией Международной федерации хоккея с мячом, и принято
позитивное решение. Согласно хартии МОК, оно должно быть утверждено на
предстоящей в июле, в Москве 112-й сессии Международного олимпийского комитета.
Директору Департамента спорта МОК господину Джильберту Фелли при мне было дано
поручение сделать представление хоккея с мячом на международном олимпийском
форуме в столице России. Вероятнее всего, именно в исконно русском городе русский
хоккей получит статус олимпийского вида спорта, о чём давно мечтает многомиллионная
армия любителей этой спортивной дисциплины.
- Не складывалось ли у вас впечатление, что Хуан Антонио Самаранч, который в
Москве собирался уйти в отставку с поста президента МОК, захотел на излёте своей
выдающейся и безупречной карьеры сделать как можно больше позитивного для
будущего прогресса международного олимпийского движения. Как вы полагаете,
Альберт Иванович?
- Я действительно пришёл к такому выводу. Ситуация была чрезвычайно благоприятная
для хоккея с мячом. Не воспользоваться ею было грешно и непростительно. Мы
использовали её на все сто процентов. Тем более, что и сам Хуан Антонио Самаранч был
расположен к тому, чтобы помочь бенди обрести должный вес в мировом спортивном
сообществе. В заключение встречи президент МОК сказал, что ему самому очень

нравится хоккей с мячом, который, несомненно, должен быть непременно представлен в
программе зимних Олимпийских игр. Он выразил надежду, что его мнение разделят и все
члены Международного олимпийского комитета на приближающейся 112-й сессии МОК
в Москве. На сём мы дружески пожали друг другу руку и любезно распрощались.

А. Поморцев с Президентом МОК Х. Самаранчем и референтом FIB Л. Пенчуком. Лозанна, 2001 г.

- Президент МОК, как известно, сдержал своё слово, а вы, в свою очередь, не
обманулись в ваших чаяниях.
- Вы не представляете, с каким нетерпением мы ждали открытия 112-й сессии
Международного олимпийского комитета. Чуть не разболелись от волнений. Но всё
прошло в высшей степени гладко. Хуан Антонио Самаранч вручил мне на сессии
специальный сертификат, свидетельствующий о том, что МОК признает бенди
олимпийским видом спорта. Таким образом, на прощание президент сделал всему
мировому хоккею с мячом прекрасный подарок. Именно по инициативе испанского
маркиза члены МОК проголосовали за то, чтобы бенди вошло в состав многолюдной
семьи олимпийских видов спорта, получило статус временного члена МОК. Это к тому
моменту была громадная победа, значение которой трудно переоценить. Перед нами
открылась широкая дорога в будущее. Но мы прекрасно понимали, что сделан только
первый, правда, весьма заметный шаг, усилия в этом направлении нужно предпринимать
с утроенной энергией.
- Помнится, Альберт Иванович, как раз после 112-й сессии МОК в Москве я брал
интервью у вас, полного воодушевления и радостных надежд, и спросил, как скоро
соревнования по хоккею с мячом можно будет увидеть на олимпийских аренах? Не
забыли, что вы мне тогда сказали?
- Забыл, но думаю, что-нибудь радужное, хорошее?
- Естественно! Но, тем не менее, не хотите ли, чтобы я вам напомнил, что вы
говорили семь лет назад?
- Пожалуйста! С удовольствием послушаю.

- Цитирую по тексту вашего выступления в спортивном приложении к газете
"Московская правда". Итак, внимание: "Если всё будет хорошо, то буквально через
полгода, а именно в начале 2002 года на очередных зимних Олимпийских играх в
американском Солт-Лейк-Сити появится и хоккей с мячом. У нас имеется
предварительная договоренность с организаторами этой Белой Олимпиады о том,
чтобы во время этих игр провести показательную встречу между сильнейшими
спортсменами России и США. Ну а в борьбу непосредственно за олимпийские
награды шесть сильнейших мужских команд мира - четыре из Европы и по одной
из Америки и Азии - на наш взгляд, могли вступить уже на зимних Олимпийских
играх 2006 года в итальянском Турине. К этой цели мы теперь и будем стремиться".
- Ну что тут можно сказать... Что написано пером, то, как гласит народная поговорка, не
вырубишь топором. Что было, то было. Не собираюсь отказываться от своих слов,
какими бы наивными с высоты нынешнего знания вещей они ни казались. Тогда мы
находились в таком состоянии эйфории, что старались выдать желаемое за
действительное. Дорога бенди на олимпийские арены оказался гораздо сложнее и
тернистее. К сожалению, не было хоккея с мячом на Белых Олимпиадах ни в Солт-ЛейкСити, ни в Турине. Дело прошлое, но хочу заметить, что в Италии мы практически
договорились с директором спортивных программ оргкомитета о проведении
показательного матча. Возник вопрос, где его устроить? В Турине было негде. Тогда я
предложил: давай организуем в Кортина-д'Ампеццо, на льду озера, где в своё время
прошел олимпийский турнир по хоккею с шайбой. Идея была принята, но в последний
момент наш замысел сорвался. К сожалению, не будет бенди, вероятнее всего, и в
канадском Ванкувере в 2010 году, хотя для того, чтобы он был там представлен,
Международная федерация бенди предпринимает немало неимоверных усилий. На
трудном пути бенди к олимпийским вершинам возникло и возникает немало подчас
кажущиеся непреодолимыми преград, которые, тем не менее, наши специалисты очень
успешно штурмуют. Мы последовательно покоряем одну вершину за другой и двигаемся
вперёд.
- Короче говоря, 2001 год стал переломных для всего мирового хоккея с мячом,
бенди перешло из одного состояния в совершенно иное.
- Да, можно с полным правом утверждать, что для бенди наступила новая эра. Это
почувствовали все, кто причастен к развитию нашей игры. Нам необходимо было быстро
и оперативно перестраивать всю свою деятельность. Вот почему тема перестройки была
главной в повестке дня очередного конгресса Международной федерации бенди, который
состоялся в Будапеште всего через несколько месяцев после завершения 112-й сессии
МОК в Москве. Там были приняты важнейшие решения.
- В чём же они заключались?
- Вступление в олимпийскую семью заставило нас, прежде всего, привести устав
Международной федерации бенди в полное соответствие с рекомендациями МОК.
Прежде всего, нам предложили изменить название федерации, которое на общепринятом

английском языке звучало как The International Bandy Federation, сокращенно IBF. К
сожалению, точно такую же аббревиатуру имела и Международная федерация бобслея,
которая уже была признана МОК. Поэтому нам пришлось взять наименование The
Federation International Bandy, сокращенно FIB, или по-русски ФИБ. От нас потребовали,
чтобы все национальные федерации прошли процедуру признания и регистрации в своих
национальных олимпийских комитетах (НОК). Кроме того, попросили, чтобы отныне
президент ФИБ избирался на четыре года, а не на два, как было прежде. Именно в
столице Венгрии мне продлили полномочия главы федерации на следующие четыре года.
Расширился состав исполкома: мы ввели в него американца Магнуса Шельда. Кроме
того, решено было создать Совет старейшин, работать в котором предложили таким
известным в мире бенди людям, как бывший президент ФИБ - швед Стаффан Седерлунд,
Карл Фогельберг из Финляндии, наш Вячеслав Соловьёв. На конгрессе была утверждена
программа развития хоккея с мячом на следующие четыре года.
- На что она была нацелена?
- В первую очередь на оказание всесторонней помощи национальным федерациям,
делающим первые шаги. Россия, Швеция, Финляндия, Норвегия взяли своеобразное
шефство над другими странами, желающими приобщиться к миру хоккея с мячом.
Мэтры обязались проводить показательные матчи, организовывать открытые тренировки
ведущих наставников, выделять нуждающимся спортинвентарь. Каждая страна,
входящая в Международную федерацию, получила конкретное поручение по опеке
кандидатов. Так, норвежцы сотрудничают со спортивными организациями
Великобритании, ассоциация бенди США наладила тесные контакты с японцами, финны
крепко подружились с эстонцами, шведы - со швейцарцами. Мы приняли на себя
обязательства позаботиться о становлении хоккея с мячом в Монголии, Корейской
народно-демократической республике, в Китае и в ряде других азиатских государств.
- На какие нововведения вы тогда ещё пошли?
- Мы изменили структуру и порядок проведения чемпионата мира. Если до 2001 года
звание лучшего разыгрывалось в одной группе, то с 2003 года - в двух. Сильнейшие
коллективы выступают в группе А, слабейшие - в группе В. Победитель соревнований во
второй группе сейчас должен играть переходной матч с аутсайдером элитного
"подразделения" - тому, кто окажется сильнее, и вручается одна-единственная путёвка в
группу А. Таким образом, возобладал принцип справедливости. Забегая вперёд, укажу,
что после 2003 года Международная федерация бенди стала организовывать чемпионаты
мира ежегодно, а не раз в два года, как было прежде. Эта мера тоже, на наш взгляд,
способствовала прогрессу хоккея с мячом.
- Женский хоккей с мячом не остался в стороне от ваших глобальных хлопот?
- Нет. В МОК нас специально предупредили, что без женского хоккея нам олимпийской
"прописки" не видать, как своих ушей. Вот почему было решено проводить и

чемпионаты мира по хоккею с мячом среди женщин. Они регулярно устраиваются с 2005
года.
- Изменилось ли у мировой спортивной общественности отношение к бенди после
того, как было принято историческое решение сессии МОК в Москве?
- Естественно. Национальные олимпийские комитеты начали активно проявлять интерес
к бенди. С каждым годом появляется всё больше желающих встать под наши знамена.
Когда я занял кресло президента ФИБ, то в рядах этой организации было всего девять
членов. Это, прежде всего, те страны, которые 12 февраля 1955 года в Стокгольме и
учредили Международную федерацию бенди, - Швеция, Норвегия, Финляндия и СССР,
правопреемницей которого с 6 июня 1992 года стала Россия. 22 февраля 1973 года членом
ФИБ стала Голландия, 11 февраля 1981 года - США, 6 июля 1983 года - Канада, 4 февраля
1989 года - Венгрия, 29 января 1990 года - Германия, правда, в марте 1991 года она
добровольно вышла из состава ФИБ, 6 февраля 1993 года - Казахстан. 5 февраля 1999
года к этой "девятке" прибавилась ещё и Белоруссия. После 2001 года процесс пошёл
гораздо активнее. 5 июля 2002 года к ФИБ присоединились Индия, Монголия и Эстония,
26 октября 2003 года - Италия, 3 февраля 2005 года - Киргизия. Когда в 2005 году я сдал
бразды правления в Международной федерации бенди, то там числилось уже пятнадцать
членов.
- Получили ли вы от преемника Хуана Антонио Самаранча, нынешнего главы МОК
Жака Рогге, такой же вотум доверия, какой вам был дан прежним руководителем
Международного олимпийского комитета?
- Жак Рогге, к счастью, не отошёл от той идеи, которую проводил в жизнь Хуан Антонио
Самаранч, он стал подлинным последователем своего выдающегося предшественника.
Впрочем, иного поведения мы от Жака Рогге и не ждали. Никто другой так хорошо не
понимал наших чаяний и стремлений, как он. И вот почему. Дело в том, что до своего
избрания на пост президента Международною олимпийского комитета Жак Рогге был
вице-президентом Генеральной ассоциации международных спортивных федераций
(GAISF), которая объединяет все признанные МОК виды спорта. В этой организации, в
составе которой насчитывается свыше ста федераций, Жак Рогге как раз отвечал за
развитие тех дисциплин, которые не входили в программу Олимпийских игр.
Руководствуясь необходимостью распространения принципов олимпизма и поддержки
всех развивающихся видов спорта, в полном соответствии с основополагающими
положениями Олимпийской хартии, Жак Рогге вложил весьма заметный вклад в то,
чтобы, к примеру, вышли на олимпийские арены фристайл, сноубординг, шорт-трек.
Естественно, рассчитывали мы и на расположение президента МОК к хоккею с мячом. И,
к счастью, не ошиблись в своём предположении.
- У вас были возможность убедиться в этом лично?
- Конечно! В 2007 году, когда Жак Рогге был с визитом в Москве, была устроена
специально для него презентация хоккея с мячом на искусственном льду поля в

спорткомплексе в Крылатском. Сильнейшие российские атлеты продемонстрировали
великолепное мастерство, от которого президент МОК пришел в истинный восторг. Мне
кажется, что нам удалось убедить Жака Рогге, что наш вид спорта заслуживает того,
чтобы стать олимпийским. В целом в МОК есть уже немало почитателей хоккея с мячом,
не буду скрывать, сложилось некое лобби, которое способствует прогрессу бенди.
- До каких же высот оно уже добралось?
- Прогресс в нашем хозяйстве был очевиден, поэтому совсем не случайно 12 августа 2004
года на очередной сессии Международного олимпийского комитета в Афинах нашей
организации, Международной федерации бенди был предоставлен статус постоянного
члена олимпийского движения, имеющего полное право использовать олимпийскую
символику и быть включённым в программу Олимпийских игр. Таким образом, мы
заметно продвинулись к намеченной цели.
- Всё достигнутое можно с полным правом поставить в заслугу именно вам, как
президенту Международной федерации бенди.
- Это не мне судить, пусть скажут люди. Мне немалого удалось добиться на посту главы
мирового хоккея с мячом, который я занимал почти девять лет. Сейчас Борис Скрынник
принял от меня своеобразную эстафету и теперь успешно продолжает дело, начатое
мною. Но я, как почётный президент ФИБ, естественно, в курсе всего того, что
происходит, внимательно слежу за теми процессами, которые идут. Мне, как вы сами
прекрасно понимаете, не безразлично, как продолжается олимпийская эпопея.
- И как же она проистекает в настоящее время?
-Довольно-таки активно! Чтобы получить от членов Международного олимпийского
комитета окончательное разрешение вступить в борьбу за олимпийские медали,
необходимо выполнить ряд серьёзных условий, выдвинутых МОК. Эти условия,
прописанные в хартии МОК, едины для всех организаций, мечтающих укорениться в
олимпийском движении.
- Каковы же они?
- Прежде всего, необходимо, чтобы бенди культивировалось в не менее чем 25 странах на
трёх континентах. Ко всему надо, чтобы в бенди играли не только мужчины, но и
женщины. А так же требует сделать зрелищность игры таковой, чтобы она была
привлекательная для телевидения, для других средств массовой информации. На
решение всех этих, скажу вам совершенно откровенно, сложнейших задач и была
нацелена разработанная и принятая к реализации обширная программа развития хоккея с
мячом во всём мире.
- Как же она осуществляется?

- FIB практически выполнил и даже перевыполнил все условия. В настоящий момент в
рядах Международной федерации бенди насчитывается как раз 25 членов,
представляющих три континента - Европу, Азию, Америку.
- Какие же страны влились в Международную федерацию бенди? Перечислите,
пожалуйста, кто же они?
- Охотно это сделаю. 31 января 2006 года наш коллектив пополнили атлеты Латвии и
Польши, 4 июня 2006 года - Австралии, Швейцарии, Сербии и Ирландии, в феврале 2008
года на очередном конгрессе ФИБа, состоявшемся в дни чемпионата мира в Москве, в
члены ФИБа были приняты Украина, Литва, Армения и Аргентина. На очереди - другие
страны. У меня была идея привлечь в наши ряды прежде всего северные государства.
Исландия, к примеру, подтвердила, что будет создавать у себя Федерацию бенди. Пока
никак не можем добиться согласия у Великобритании, где лет сто назад хоккей с мячом
был страшно популярен. Чего мы только не предпринимали, чтобы склонить англичан на
свою сторону. Однажды в пригороде Лондона в коробке для хоккея с шайбой устроили
показательный матч по хоккею с мячом, где играли наши игроки. Пригласили
журналистов с телевидения, представителей других СМИ, они откликнулись, дали
положительные материалы, но массы любителей, энтузиастов, деятелей это, к
сожалению, так и не всколыхнуло, они не поднялись, чтобы дать новый толчок к
развитию нашей игры на туманном Альбионе. Но мы настырные, уверен, своё возьмем в
дальнейшем, когда укрепятся олимпийские позиции бенди.
- Действуете по принципу: капля воды камень точит?
- И так тоже. Вот, скажем, никак не поддавалась на наши уговоры вернуться в состав
Международной федерации бенди Германия. Упиралась и все тут. До тех пор, пока бенди
не получило олимпийское признание. Тут же президент НОК Германии прислал мне
официальное письмо, в котором заверил, что будут организовывать Федерацию хоккея с
мячом. В этой стране чиновники всегда держат ухо востро, они чутко улавливают, куда
ветер дует, и не чураются новых веяний в зимних видах спорта. Как только бенди обрело
иной статус, так и отношение к нему стало другим. Я нисколько не сомневаюсь в том, что
при высочайшем уровне развития зимних спортивных дисциплин в целом, в Германии
очень быстро поднимут на ноги и хоккей с мячом, и национальная команда окажется в
числе сильнейших в мире, а, значит, будет на Олимпиадах приносить зачётные очки,
которые очень нужны любой сборной. Вот такая простая диалектика, которой, убеждён,
будут следовать многие страны, претендующие на Олимпийских играх ну если не на
неофициальное общекомандное первенство, то хотя бы на то, чтобы просто выглядеть
достойно.
- Среди таких стран надо в первую очередь выделить Китай, но он пока что-то не
спешит приобщиться к бенди...
- Дайте, как говорится, только срок и представители этой мировой державы будут
членами Международной федерации бенди.

- Вы гак уверенно говорите об этом. На чём основывается ваша стойкая
убеждённость?
- На тех твёрдых гарантиях, которые дали руководители спорта этой страны. В своё
время бывшая тогда вице-премьером правительства России Валентина Матвиенко
наносила официальный визит в Китай, в ходе которого было заключено
межправительственной соглашение и по спорту. Согласно этому документу китайцы
обещали развивать у себя хоккей с мячом, создать соответствующую федерацию,
вступить в Международную федерацию, а мы, в свою очередь, будет активно
способствовать продвижению на мировую арену одного из видов восточных единоборств
- ушу. Китайская сторона была верна своему слову. На всех олимпийских мероприятиях,
которые проходили в Пекине в канун летних Олимпийских игр 2008 года, были устроены
презентации нашей игры. Были так же открыты специальные экспозиции, на стендах
размещалась различная литература - буклеты, журналы, книги, там же раздавались
видеокассеты с фильмами о бенди. И, вы знаете, местные любители спорта проявили к
нашей игре большой неподдельный интерес.
- Ну, с ушу вроде бы всё в порядке, эта борьба была представлена на Олимпиаде в
Пекине, а вот Китай всё ещё не член ФИБ.
- Китайцы просили подождать, пока закончат все дела, связанные с летними
Олимпийскими играми. Мы ждём. Китай для нас очень важен. Как только он вступит, так
немедленно весь Восток будет в рядах ФИБ. Не сомневаюсь, что моментально
подтянуться Северная и Южная Корея, Япония.
- Активные усилия по расширению представительства стран в ФИБ, на ваш взгляд,
будут продолжены?
- Безусловно. На очередном конгрессе Международной федерации бенди было принято
решение о создании Азиатской ассоциации хоккея с мячом - в этом регионе бенди имеет
огромные шансы на подъём. Уже известно, что в программу Азиатских игр 2011 года
включён хоккея с мячом. Такой шаг даст серьёзный толчок развитию нашему виду спорта
на этом континенте. Зная как подходят к любому делу в Азии, не сомневаюсь в
успешности всех начинаний. В качестве ещё одного яркого факта, свидетельствующего о
заинтересованности к популяризации бенди в этой части мира, могу сказать, что
телеканал "Аль-Джазира" в 2008 году транслировал финальные матчи розыгрыша Кубка
европейских чемпионов и встречи чемпионата мира в Москве, в котором, напомню,
участвовало две азиатские команды - в сильнейшей группе "А" из Казахстана, и в группе
В - из Монголии. На чемпионате мира 2009 года, который обязалась организовать
Швеция, их должно стать больше.
- Как выполняются другие обязательные условия Международного олимпийского
комитета, то, например, что напрямую связано с непременным развитием женского
хоккея с мячом?

- Эмансипация женщин в спорте происходит быстрыми темпами. Уж если они освоили
такие сугубо мужские виды спорта, как тяжёлая атлетика или борьба, то нечего говорить
о том, что прекрасная половина человечества полюбит хоккей с мячом, как в своё время
полюбила хоккей с шайбой. Впрочем, в России просто вспомнили хорошо забытое
старое, ведь в начале прошлого века женщины уже предавались такой зимней забаве, как
бенди. В 2004 году с большим успехом был проведён первый чемпионат мира среди
женщин. На сегодняшний день уже состоялось три подобных турнира.
- Какие были предприняты меры, чтобы увеличить зрелищность хоккея с мячом,
чтобы игра "понравилась" телевидению?
- Хотя бенди имеет давние традиции, складывающиеся на протяжении не одного уже
столетия, хотя среди его руководителей немало пожилых специалистов, но никто не
назовет нас консерваторами, чуждыми новым веяниям. На что только не пойдёшь ради
любимой игры. Мы пошли на беспрецедентные реформы исключительно ради того,
чтобы "угодить" телевидению. Прежде всего, нам пришлось увеличить диаметр
плетёного мяча. Если прежде он равнялся 56-57 миллиметрам, то теперь - 63
миллиметрам. Прибавка составила каких-то 6-7 миллиметров, но эффект был
поразителен. За эталон признаны мячи, которые изготавливаются в России. Кстати,
именно нашим специалистам принадлежит идея заменить прежний цвет мяча оранжевый
на нынешний ярко-розовый. Сама история с этой переменой имела прямо-таки
анекдотичный оттенок. Всё произошло по известному принципу: не было бы счастья, да
несчастье помогло. В конце прошлого века, когда экономическая ситуация в нашей
стране была хуже некуда, один из отечественных производителей мячей Игорь Перхунов
приехал на завод красителей за очередной полагающейся ему партией продукции и не
обнаружил там оранжевой краски. Ну не было её на складе, хотя она, согласно
подписанному договору, должна была там быть. Ко всему выяснилось, что и делать её в
ближайшее время никто не собирался. Как быть, если краситель нужен был позарез:
стояла линия по выпуску мячей. И тогда Игорь Перхунов на свой страх и риск решил
попробовать использовать розовую краску, которая имелась в наличии. Страшно боялся,
что мячи с новым окрасом будут отвергнуты потребителями, их никто не возьмет,
придется терпеть убытки. А получилось всё с точностью до наоборот. Розовые мячи
пришлись по вкусу и вратарям, и полевым игрокам, и зрителям - эти "шарики" было
видно гораздо лучше на поверхности льда. Кроме того, всех игроков обязали обматывать
крюк клюшки только белой укрепляющей лентой: на её фоне розовый мяч смотрится
очень ясно и чётко. Сначала новыми изделиями заиграли в России, а потом и во всём
мире. В 2001 году они уже применялись на чемпионате мира, после изучения мнения
придирчивых экспертов розовые мячи отечественного производства были единодушно
признаны членами Международной федерацией бенди лучшими в мире.
- Вот ведь как бывает!? Наверное, и правила вы немножко подправили?
- А как же!? Скажем, вратарям запрещено выбрасывать мяч на половину поля соперника,
он может улететь не дальше линии, обозначающей середину площадки: только в этом

случае глаз телекамеры успевает уследить за траекторией полёта мяча. Для удобства
наблюдения за действиями игроков, спортсмены обязаны иметь игровой номер не только
на фуфайках, но и на брюках Все эти новшества, утверждённые на специальном
конгрессе Международной федерации бенди, уже успешно прижились. Хоккеистам они
пришлись по душе. Но, самое главное, что "телевизионщики" остались довольны, теперь
у них претензий нет.
- Короче, энтузиасты бенди стараются не отставать от быстро меняющихся
требований времени?
- Естественно. Но нам приходится очень туго, потому что мы действуем фактически в
"одиночку", без столь необходимой сейчас поддержки крупного капитала. Не секрет,
скажем, что именно ведущие мировые производители спортинвентаря и формы
продвигали на олимпийские арены такой вид спорта как фристайл. Чего скрывать,
финансовые вложения были колоссальными, но и отдача получена не менее
впечатляющая. Тут как раз можно говорить словами известного русского выражения, что
все затраты окупились сторицей. У бенди, увы, пока такого "толкача" нет. Больше того, в
настоящее время вообще очень трудно добиться хотя бы обычной спонсорской помощи
от тех фирм, которые заняты изготовлением защитного снаряжения, одежды, обуви,
коньков, клюшек, мячей.
- Согласно хартии Международного олимпийского комитета, государство,
организующее Олимпийские игры, имеет право по своему собственному
усмотрению включить в программу соревнований новый вид спорта. Однажды
наша страна уже воспользовался таким правом: в 1980 году с подачи тогдашнего
президента
Международной
федерации
спортивной
гимнастики
Юрия
Евлампиевича Титова, очень известного в прошлом спортсмена, олимпийского
чемпиона, она представила всему миру художественную гимнастику, которая с тех
пор стала неотъемлемой частью программы олимпийских состязаний, в которых,
кстати, все эти годы блестяще выступали советские и российские спортсменки,
завоевавшие немало золотых медалей. Подобным образом, впрочем, поступали
многие организаторы как летних, так и зимних Олимпиад. Так, действительно, на
Олимпийских играх 2008 года в Китае по настоянию хозяев впервые разыгрывали
олимпийские медали среди мастеров ушу, своеобразного вида единоборств, бешено
популярного в Поднебесной. Есть ли надежды увидеть русский хоккей либо в
качестве основного, либо в качестве показательного вида в программе зимних
Олимпийских игр 2014 года, которые, как известно, будут проведены в России, а
именно на черноморском курорте Сочи?
- Есть! Это был бы очевидный прорыв, который FIB и ФХРМ сейчас готовит. Хочу
напомнить, что однажды хоккей с мячом уже был представлен в программе зимних
Олимпийских игр. Произошло это более полувека назад, а точнее в 1952 году в Норвегии,
на Белой Олимпиаде в Осло. Тогда это хорошее начинание не имело должного
продолжения. Однако с тех пор много воды утекло и снегов сошло. Сейчас ситуация

совсем иная. Хочется верить, что ещё одна попытка бенди добиться олимпийского
признания будет гораздо успешнее.
- Что-то делается для этого сейчас? Скажем, в настоящий момент полным ходом
завершается разработка планов строительства в Сочи будущих олимпийских
объектов. Эти планы находятся в стадии утверждения. Есть ли среди
предполагаемых для возведения спортивных сооружений каток с искусственным
льдом, пригодный для игры в хоккей с мячом?
- Да, этот вопрос активно изучается.
- А если не получится?
- Тогда надо добиваться того, чтобы хоккей с мячом был включён хотя бы в программу
соревнований культурной программы Олимпиады и хотя бы в этом виде присутствовал
на зимних Олимпийских играх в Сочи.
- Останется лишь совсем немного - необходимо заручиться поддержкой
организаторов Белой Олимпиады в Сочи, их доброй волей, и добиться от них
решения, чтобы они дали зеленый свет бенди, которое должно в конце концов
появится на олимпийских аренах.
-Да!
- В последнее время российским атлетам достается всё меньше золотых медалей на
зимних Олимпийских играх. Так, в 2002 году в американском Солт-Лейк-Сити
было добыто всего 5 высших наград, а в 2006 году в итальянском Турине чуть
больше - 8. Но этого явно не хватало для того, чтобы бороться за первое место в
неофициальном командном зачёте. А ведь в Сочи сборная России только к этому и
будет стремиться. И ей, безусловно, была бы совсем не лишней ещё одна золотая
медаль, которую, несомненно, у себя на родине сумели бы завоевать российские
мастера хоккея с мячом. Как вы полагаете?
- По крайней мере, мы бы приложили для этого все силы и подарили Родине столь
желанное "золото". Это было бы для всех нас верхом счастья!

Укрепляя устои народной игры
Какой бы активной ни была деятельность Альберта Ивановича Поморцева на посту
президента Международной федерации бенди, она ни в коем случае не мешала его
плодотворной работе в должности главы Федерации хоккея с мячом России. Напротив,
глубокое проникновение в зарубежную жизнь, знакомство с её достижениями давали
возможность значительно расширить собственные горизонты представлений о том, каким
в идеале должно быть подведомственное ему хоккейное хозяйство.
Когда Альберт Иванович брал его под своё начало в 1992 году, то оно было далеко не
безукоризненным. Прежде всего, оставляла желать лучшего материальная база, которая

заметно отставала от требований времени. Команды играли исключительно на площадках
с естественным льдом, состояние которого было напрямую подвержено изменчивым
капризам погоды.
А она на необъятной территории России, как известно, отличается непредсказуемостью и
вздорностью. Зимой очень часты оттепели, превращающие ледяные поля в бескрайние
озера, где, сами понимаете, при всём желании не погоняешь мяч хоккейной клюшкой. Не
приносили никакой радости и сильные морозы, перемежавшие оттепели. Холода не
позволяли не то что на коньках покататься, а и носа на улицу высунуть: моментально
палец отморозишь. Из-за постоянного ненастья приходилось отменять немало матчей
чемпионата страны, подчас переносить их проведение из мегаполисов, расположенных в
центре страны, особенно страдающих от непогоды, в северные города, сезон хоккея с
мячом в целом был короткий, что никак не способствовало усилению популярности игры
в народе. Очень долго такое положение воспринимали как само собой разумеющееся, но
настала пора, когда его надо было менять. Как раз за это дело с утроенной энергией и
взялся Альберт Иванович Поморцев как человек, расположенный ко всему новому. С чего
же он начал? Давайте узнаем у самого главы Федерации хоккея с мячом России.
- Мы на одном из первых заседаний исполкома сразу ребром поставили вопрос о том, что
нам необходимо быстрыми темпами создавать катки с искусственным льдом. Некоторые
моё предложение встретили в штыки, мол, отечественному хоккею с мячом не до жиру,
быть бы живу, как-нибудь свести концы с концами. Но я прекрасно понимал, что если мы
будем рассуждать именно так, то долго не протянем: нас затянет болото безысходности, а
вслед за этим неизбежна и гибель. Нам наоборот нужно было показать всю свою
амбициозность, жизнелюбие, состоятельность, нацеленность на светлое будущее,
необходимо было продемонстрировать всем, что мы как раз не живём только
сегодняшним днём, а на полном серьёзе думаем о завтрашнем. В общем, мы во
всеуслышание заявили о своих намерениях.
- Удивительно, что вам столь настойчиво пришлось доказывать свою правоту. Ведь
за примерами того, насколько нужны площадки с искусственным льдом, далеко
ходить не надо было. Достаточно было вспомнить о катке в московском
спорткомплексе "Олимпийский", который очень успешно действовал ещё с 1980
года, когда 19 июля в самый канун летних Олимпийских игр был ввёден в
эксплуатацию.
- Действительно, этот каток под крышей на десятилетие стал настоящей Меккой для
отечественного хоккея с мячом. Мы страшно гордились, да и сейчас гордимся тем, что ни
у кого в мире не было подобного спортивного сооружения. Впрочем, аналогов ему нет до
сих пор. По крайней мере, в Европе - точно! В Соединенных Штатах Америки и Канаде,
насколько мне известно, существуют более вместительные Дворцы спорта, на трибунах
которых может разместиться свыше шестидесяти тысяч зрителей, тогда как в
"Олимпийском" во время хоккейного матча в состоянии установить для посетителей не
более тридцати пяти тысяч кресел, однако за океаном ни на одной из арен не заливают

искусственный лед на площадке такого размера. Уникальное ледяное озеро создается
только у нас. Впервые ледяное искусственное "покрывало" заморозили на поле
"Олимпийского" перед началом зимнего сезона 1980-1981 годов. Тогда ещё не утихли
отголоски очень успешной и победной для нас летней Олимпиады, состоявшейся в июле
в Москве. Пространство спорткомплекса "Олимпийский" на Олимпийских играх
использовалось как ристалище для состязаний гимнастов, представителей игровых видов
спорта. Как сейчас помню, очень жаркие битвы кипели под сводами великолепного
помещения. Прошло каких-то полгода, и представители летних видов спорта уступили
место мастерам зимних дисциплин. Преображение спортсооружения произошло без
дополнительной и хлопотной реконструкции: её не надо было делать. Ведь об
универсальности объекта архитекторы позаботились ещё на стадии разработки проекта.
Многофункциональность спорткомплекса стала одним из его главных достоинств. Там
можно проводить соревнования по более чем двадцати видам спорта. Быстрая
трансформация помещения способствует тому, что сводится к минимуму пауза,
необходимая для приспособления арены для той или иной спортивной дисциплины,
поэтому её загрузка всегда предельная. Так было и в тот момент, когда туда пришёл
хоккей с мячом.
- Выходит, бенди получило прописку в спорткомплексе "Олимпийский" с первого
же года его эксплуатации?
- Конечно! Это стало наглядным свидетельством и доказательством того, с каким
вниманием в те годы относились к развитию народной игры в нашей стране. Она не
числилась во второстепенных и малозначимых, ей отводили достойное место, что
называется, прямо под самым солнцем. Мало кто из представителей других зимних
дисциплин мог похвастаться в то время тем, что располагает такими замечательными
условиями для развития.
- Каков был эффект от "внедрения" в быт хоккеистов новой современной
спортивной базы?
- Весьма и весьма существенный! Ну, вы представьте себе, если прежде полноценный
тренировочный процесс нельзя было начинать раньше ноября, то тогда к занятиям
приступили уже в сентябре, а завершились они в апреле. Играли и при весенней капели,
и при осеннем дожде! Соответственно и соревновательный цикл удлинился на два-три
месяца, теперь его не надо было укладывать в сжатые сроки. Появление искусственного
льда позволило перед стартом чемпионата страны разыгрывать Кубок СССР, что прежде
являлось громадной проблемой. А вы бы видели глаза иностранных спортсменов, когда
они впервые попадали под своды нашего московского архитектурного чуда: они горели
от восхищения! И гостей столицы можно было понять: ничего подобного они в своей
жизни никогда не видели. Не удивительно, что зарубежные атлеты прямо-таки рвались
приехать к нам в столицу и поиграть на поле "Олимпийского"! И когда выходили на лед
прекрасного качества, то испытывали высшее удовольствие! Даже, несмотря на то, что,
как правило, терпели жестокое поражение: советские хоккеисты в те годы заметно

превосходили их по силам. Это было видно во время проведения в Москве розыгрыша
Кубка европейских чемпионов, других международных турниров клубных команд. А
сколько лестных отзывов мы получили после проведения в спорткомплексе
"Олимпийский" в 1989 году чемпионата мира по хоккею с мячом! Эти соревнования
вызвали громадный интерес у болельщиков, которые в комфортных условиях наблюдали
за встречами сильнейших коллективов планеты. Наиболее престижные матчи собирали
внушительную аудиторию. К примеру, на финальном матче чемпионата мира 1989 года,
который, кстати, выиграли советские спортсмены, присутствовало около двадцати двух
тысяч болельщиков, а на финалы розыгрыша Кубка европейских чемпионов между
красноярским "Енисеем" и шведским "Болтиком" приходило до пятнадцати тысяч
зрителей. Вот сколько фактов в пользу того, какова отдача от использования
спортсооружений подобного типа. Думаю, что нисколько не преувеличу, если скажу, что
спорткомплекс "Олимпийский" стал в те уже далекие годы основой для бурного
прогресса отечественного хоккея с мячом.
- К сожалению, после завершения предварительного турнира розыгрыша Кубка
СССР, который прошел в спорткомплексе "Олимпийский" осенью 1991 года,
русский хоккей надолго покинул гостеприимное сооружение. Он вернулся туда
только в 2008 году, когда на той же самой площадке вновь состоялся чемпионат
мира, который опять же выиграла наша сборная.
- Увы, на то были свои основательные причины. Аренда этой арены стала настолько
дорогой, что оказалась не по карману ни одному из клубов. Поэтому они больше не
могли позволить себе такой роскоши, как поиграть на искусственном льду под крышей
Дворца спорта. Не буду скрывать, нас это обстоятельство сильно беспокоило, но в той
обстановке мы никак не могли повлиять на то, чтобы его изменить. Настроение,
естественно, было не из лучших. Однако это совсем не значило, что мы поставили крест
на своих планах строительства катков с искусственным льдом. Эта идея неотступно
пульсировала в наших головах.
- Альберт Иванович, если говорить откровенно, то надо прямо признать одну
существенную вещь: если бы даже каток в "Олимпийском" по-прежнему оставался
зимой в распоряжении мастеров отечественного бенди, то он всё равно не позволил
бы решить всё возрастающего кома проблем, которые с увеличивающейся силой
обрушивались на российский хоккей с мячом. "Олимпийский" был отличным
образцом и не больше того. Но нельзя было бесконечно опираться в своём развитии
только на его весьма ограниченные возможности. Не стоит забывать о том, что этот
спорткомплекс не был специализированным, предназначенным только
исключительно для игры в хокке с мячом. Вашим спортсменам приходилось делить
площадку ещё как минимум с представителями двадцати видов спорта, а ко всему
во Дворце спорта часто устраивались концерты, митинги, массовые праздники. Всё
указывало на то, что хоккею с мячом нужны были специализированные катки,
которые бы целиком и полностью принадлежали профессиональным клубам. Вы
согласны с этим?

- Безусловно! В том, что надо предпринимать именно такие шаги, нас убеждал и опыт
других стран, прежде всего наших соседей из Швеции. Там практически каждая команда
сегодня имеет поле с искусственным льдом, в общей сложности их насчитывается около
девяноста. Эти катки появились не по прихоти богатых предпринимателей, а благодаря
правильной разумной политике правительства этого северного государства,
направленной на поддержку бенди. Прежде, а точнее в конце прошлого века,
государственные органы не взимали никаких налогов с финансовой деятельности клубов.
Естественно, эти организации процветали. Не случайно, когда в 1991 году рухнул
Советский Союз, то наши игроки отправились на заработки именно в Швецию, где в их
услугах нуждались прежде всего в клубах-середнячках. Класс этих дружин сразу же
резко повысился, а вместе с ним вырос и уровень чемпионата Швеции, что привлекло на
трибуны стадионов дополнительное количество болельщиков, заполняемость аудитории
стала почти стопроцентной, трудно было достать лишний билетик. В Швеции начался
самый настоящий бум хоккея с мячом. И бенди по популярности в народе обошел хоккей
с шайбой. Этого ему, увы, не простили. Тогда президент шведской федерации хоккея с
шайбой обратился в правительство с требованием, уравнять в правах его федерацию и
федерацию бенди. И министры вынуждены были пойти на эту меру. В результате клубы
бенди лишили всяческих льгот. Денег сразу же стало гораздо меньше, и руководство
команд уже не могло покупать столько русских игроков, сколько прежде, да и платить им
большие суммы были тоже не в состоянии. Россияне моментально отреагировали на
изменившуюся ситуацию, начали потихоньку перебираться обратно к себе на родину,
которая экономически пошла на подъём: в России игрокам стали предлагать условия не
хуже, а подчас даже и лучше, чем за границей. Теперь элита шведского хоккея с мячом
выступает за ведущие российские дружины. Ну а что касается катков с искусственным
льдом, то они как были, так и остались в распоряжении шведских клубов, которые в
новых экономических условиях продолжают развивать хоккей с мячом.
- История в высшей степени поучительная!
- Естественно. Но рассказал я её вам совсем не для того, чтобы поведать о превратностях
судьбы российских спортсменов, а совсем с иной целью. Мне хотелось лишний раз
показать, какую роль может и должно играть правительство страны в развитии хоккея с
мячом. К сожалению, нам на такое участие наших федеральных государственных органов
в силу сложившихся кризисных обстоятельств рассчитывать пока не приходилось.
- Ну, хорошо, федеральным российским властям в те годы, как, впрочем, и сейчас,
было явно не до хоккея с мячом. А вы не пробовали привлечь на свою сторону
правительство Москвы или мощные финансовые и промышленные структуры,
базирующиеся в столице, ведь именно в этом мегаполисе сегодня сосредоточены все
основные капиталы российского бизнеса?
- Конечно же, пытались и пытаемся. Больше того, у динамовцев появились финансовые
возможности арендовать довольно дорогую ледяную площадку, расположенную в здании
спорткомплекса в Крылатском, где они проводили тренировки и домашние матчи.

Минуло ещё несколько лет. И вот, к счастью, наступила пора, когда динамовское
руководство серьёзно задумалось о том, чтобы обзавестись собственным
специализированным стадионом с искусственным льдом. И вот лишь теперь появились
конкретные планы его строительства. Лично у меня нет никаких сомнений в том, что он
будет возведён в кратчайшие сроки.
- Выходит, москвичи только сейчас активно взялись за выполнение тех
грандиозных планов, которые вы наметили ещё шестнадцать лет назад?
- Так получается! Причем, приступили они к этим делам одними из последних в высшей
лиге. Московских динамовцев заметно опередили представители региональных клубов,
многие из которых давно уже обладают современными катками с искусственным льдом.
- Кто же был в числе первопроходцев? Кому принадлежит почётная пальма
первенства?
- Архангельску! Именно там зерна наших неимоверно напряжённых организационноагитационных усилий упали, что называется, на благодатную почву, как раз в среде
областных руководителей мы нашли единомышленников, которые разделяли наши
взгляды на перспективы развития хоккея с мячом. Все эти люди были большими
бескорыстными энтузиастами нашего вида спорта, готовыми вложить в его становление
всю свою душу. Не скажу, что с первого же захода нам удалось убедить их в
безотлагательной необходимости строить поле с искусственным льдом. Потребовалось
несколько обстоятельных встреч на самом высоком областном уровне, прежде всего, с
главой областной администрации, бывшим первым секретарем областного комитета
КПСС Павлом Николаевичем Балакшиным, чтобы, как говориться, ударить по рукам.
- Интересно, какие же "козыри" вы выложили во время переговоров?
- Как и любые другие руководители областного масштаба, местные власти очень хотели,
чтобы представители их региона хоть в чем-то, но отличались от других, где-то были
первыми. Естественно, стремились они к первенству и в чемпионате страны. Но
завоевать его им никак не удавалось. Архангельский "Водник" постоянно ходил в
подающих надежду, но подняться на пьедестал почета так и не мог, лишь однажды в
сезоне 1992-1993 годов, как раз после завершения первого чемпионата России став
бронзовым призером, а затем, как и прежде, вынужденный довольствоваться то
четвёртым, то пятым, то седьмым местами. В северном городе никак не могли взять в
толк, что же препятствует их спортсменам подняться на самый верх турнирной таблицы?
Часто обращались ко мне с этим вопросом. Я называл немало причин, но в числе первых
- отсутствие должной материально-технической базы. Доказывал, что она поможет
сдвинуться с мертвой точки, стремительно рвануть вперёд и выйти наконец-то в лидеры.
Забегая вперёд, скажу, что со своими пророчествами как в воду глядел: с 1996 года, после
того, как каток с искусственным льдом вступил в строй действующих, в отечественном
хоккее с мячом наступила эра архангельского "Водника", который за десять лет девять

раз становился чемпионом страны, лишь однажды, в сезоне 2000-2001 годов уступив этот
титул спортсменам красноярского "Енисея".
- Но об этих успехах на тот момент, когда вы вели интенсивные переговоры с
руководством Архангельской области, можно было только мечтать. А чтобы их хоть
каким-то образом приблизить, необходимо было, засучив рукава, безотлагательно
браться за дело.
- Действительно, как показали дальнейшие события, мало было договориться.
Архангельским властям необходимо было изыскать достаточно весомые материальные
ресурсы, на которые область была не слишком богата. Деньги там нашли. Но нужно было
ещё убедить население в целесообразности их расходования именно на сооружение катка
с искусственным льдом. Тогда, если помните, было столько нерешенных социальных
проблем, связанных с образованием, медицинским обслуживанием, транспортом,
коммунальным хозяйством. На их устранение требовались значительные средства, а тут
захотели миллионы рублей направить на создание какого-то там катка. Скептики
возражали, но их, к счастью, было не так-то уж и много. Сторонников оказалось гораздо
больше. В целом город поддержал это начинание. С большим скрипом, но дело всё же
пошло.
- Долго ли продолжалось строительство?
- Нет. Всего два года. В качестве поощрения мы предоставили Архангельску право
провести в 1996 году традиционный популярный международный турнир на призы
правительства России. Эти соревнования все специалисты в те годы называли малым
чемпионатом мира. Фактически по своему "качеству", если так можно сказать, он
таковым и был. Состязания проводились раз в два года, тогда, когда не устраивались
чемпионаты мира. В турнире на призы правительства России по традиции принимали
участие сильнейшие сборные мира из Швеции, Финляндии и Норвегии. Борьба на нём
всегда разгоралась точно такая же, как и на чемпионате мира. Архангельску, конечно,
было очень приятно принять у себя сильнейших спортсменов планеты. Их в городе не
видели с 1974 года, когда там состоялся точно такой же турнир, в котором тогда, правда,
разыгрывались призы газеты "Советская Россия". Архангелогородцы не ударили лицом в
грязь, не подвели, сдержали своё слово, создав отличные условия для участников
соревнований.
- Удобства включали в себя не только непосредственно каток?
- Естественно. Вся сопутствующая инфраструктура заметно подтянулась. Был
капитально отремонтирован и реконструирован стадион "Труд", там, кроме главной
площадки с искусственным льдом, заливали ещё несколько полей с естественным, там
оборудовали отличные раздевалки, туалеты, душевые, комнаты отдыха, медицинские
кабинеты, восстановительный центр. Была приведена в полное соответствие с
международными требованиями самая лучшая гостиница города "Пур-Наволок", где
размещались гости и участники соревнований на призы правительства России; навели

порядок на дорогах, по которым ездили спортсмены и тренеры, улучшили освещение
транспортных артерий и пешеходных тротуаров. Центральная часть Архангельска
заметно преобразилась, похорошела, заиграла новыми красками. Этого не могли не
отметить жители приморского города, радующиеся таким прекрасным переменам.
Горожане великолепно понимали, что после завершения соревнований всё это богатство
достанется им. Они, в общем-то, нисколько не прогадали, когда давали своё согласие на
основательную подготовку к международном турниру на призы правительства России.
Для них все весьма солидные затраты из городского и областного бюджетов обернулись
очевидными приобретениями, видимыми, как говорится, и невооруженным взглядом. Кто
же будет этому не рад!?
- Ну а эмоции любителей хоккея с мячом, наверное, вообще перехлестывали через
край?
- Конечно, но иной реакции мы, правда, и не ожидали. Архангелогородцы первыми в
стране стали хозяевами самого современного центра по развитию хоккея с мячом,
который сразу же приобрёл всероссийское значение. Ничего подобного в России больше
не было. Совершенная на тот момент база давала возможность готовить мастеров
высокого класса, начиная с новичков, с тех, кто впервые брал в руки клюшку и мяч.
Среди мальчишек считалось престижным заниматься хоккеем с мячом. Детвора валом
валила в специализированную детскую спортивную школу, в которой одновременно
обучалось несколько сотен подростков самого разного возраста. Архангельская ДЮСШ
считалась самой настоящей кузницей кадров для команд высшей и первой лиги, из её
стен вышло немало прославленных спортсменов. Такого отменного резерва, какой был у
архангельского "Водника", в те годы не было ни у кого. Говорю это с полной
ответственностью. У тренеров команды был громадный выбор игроков и не только
местных. Как только спортсмены узнали о тех условиях, что создали в Архангельске, так
туда потянулись охотники за славою. Наставникам было из кого составлять
боеспособную дружину, которая громко заявила о себе в сезоне 1995-1996 годов. С
предыдущего седьмого места в чемпионате России она сразу же взлетела на первое.
Рывок был воистину космический. А потом, повторюсь, "Водник" десять лет
удерживался на такой высоте, достичь которой было по силам буквально единицам.
Сравниться с ними в выверенной постановке работы так и не сумела ни одна
региональная организация, а опередить в итоге смогли лишь московские динамовцы,
которые после продолжительного перерыва вновь обрели силу высоты.
- Впрочем, о возрождении столичного "Динамо" разговор особый, а пока давайте
вернемся в Архангельск, где зимой 1996 года успешно завершились международные
соревнования на призы правительства России.
- Пожалуйста. Организаторы турнира зарекомендовали себя с самой лучшей стороны,
заслужив лестные отзывы в свой адрес. В Архангельске почувствовали вкус к
проведению соревнований столь высокого ранга. Руководство города обратилось в
Международную федерацию бенди с просьбой предоставить им право принять у себя

чемпионат мира. Федерация хоккея с мячом России поддержало эту просьбу. Отказа не
последовало. Не случайно, именно Архангельску затем дважды доверяли проводить и
чемпионаты мира - в 1999 и в 2003 годах. И в городе, накопившем большой опыт по
организации крупных международных состязаний, справлялись со своими
обязанностями на "отлично". Во многом способствовал этому уже новый губернатор
Анатолий Ефремов, большой энтузиаст хоккея с мячом. И он внёс весомый вклад в
укрепление устоев хоккея с мячом как в городе, так и в области. Специально в канун
чемпионата мира 2003 года были открыты двери нового корпуса гостиницы "ПурНаволок", где гости пользовались всеми благами цивилизации, местные умельцы
изготовили для участников немало оригинальных сувениров. Хочу отметить огромный
вклад в развитие архангельского хоккея Б. Скрынника.

А. Поморцев с В. Колосковым на чемпионате мира в Архангельске, 2001 г.

- Архангельск стал своеобразным законодателем мод в строительстве открытых
площадок с искусственным льдом для игры в хоккей с мячом. Хороший пример,
как говорят у нас в народе, всегда заразителен. Убеждён, что у архенгелогородцев
незамедлительно нашлись последователи.
- А как же! Игроки и тренеры из Сыктывкара насмотрелись на эту красоту, и тоже
захотели заиметь подобное спортсооружение. Желание специалистов вскоре обрело в
республике Коми силу закона, который без всяких проволочек стал претворяться в жизнь.
В результате и в столице этого северного края возник ещё один всероссийский центр
хоккея с мячом. Сыктывкар - не самый крупный и промышленно развитый город России,
у него не было таких финансовых возможностей, как у Архангельска, но, тем не менее,
он успешно справился со всем объёмом работ, доказав, что решение подобных задач
вполне по силам не только богатым мегаполисам, но и любому мало-мальски крепкому
областному центру. Мы тоже, со своей стороны, постарались активизировать действия

руководства Сыктывкара в этом направлении, предоставив право проведения
международного турнира на призы правительства России при непременном условии
строительства катка с искусственным льдом.
- Кто же в ряду "первооткрывателей" был третьим?
- От "забойщиков" решил не отставать и Красноярск. Ему, как говорится, сам Бог велел
это сделать - негоже было такому сосредоточению промышленных гигантов
довольствоваться, что называется, старыми "одежками". Игроки местной команды
"Енисей" долгие годы никак не могли взобраться на пьедестал почёта. Успехи резко
пошли в гору после того, как там открыли каток с искусственным льдом. Уже в сезоне
1998-1999 годов сибиряки оказали достойную конкуренцию архангельскому "Воднику",
заняв в чемпионате России второе место. Оно осталось за ними и в следующем
чемпионате. А уже в сезоне 2000-2001 годов красноярцы прервали многолетнюю
гегемонию "Водника", опередив его и заняв первое место. С тех пор и поныне "Енисей"
представляет собой грозную силу.
- Возможности у команд росли, поэтому закономерен вопрос: когда же в России
вслед за катком в московском спорткомплексе "Олимпийский" появилась вторая
площадка с искусственным льдом под крышей?
- Минуло почти четверть века, прежде чем произошло это знаменательное событие. Вот
насколько опередили своё время создатели великолепнейшего спортсооружения
"Олимпийский". Лишь в 2005 году был запущен ледяной дворец в Крылатском, под
сводами которого на искусственном льду стали играть московские динамовцы.
Появлению этого катка предшествовала целая эпопея. Первоначально спортсооружение
предназначалось исключительно для использования "ледяными" скороходами, ведь
возводили его по распоряжению мэра столицы Юрия Михайловича Лужкова специально
для чемпионата мира по конькобежному спорту. Нам пришлось немало пооббивать
пороги городского правительства, чтобы убедить его в необходимости оборудовать не
только конькобежные дорожки, но и поле для игры в хоккей с мячом. В конце концов,
Юрий Михайлович дал своё согласие, благо мощности холодильных установок
позволяли замораживать лёд на огромном поле. Насколько мы были правы, стало ясно
ещё в первый же год эксплуатации нового спорткомплекса. Я не говорю уже о том, какие
удобства получили конькобежцы, у которых, кстати, до того тоже не было в России ни
одной дорожки с искусственным льдом под крышей. Комфортно чувствовали себя и
мастера хоккея с мячом, и мастера хоккея с шайбой, и фигуристы, и специалисты шорттрека, для которых в случае необходимости устанавливали коробку. Площадка стала
доступной для всех любителей, кто просто хотел покататься на коньках в своё
удовольствие. А отряд таковых после трансляции в телеэфире таких популярных шоу, как
"Танцы на льду" или "Ледниковый период", сыгравших весьма заметную
пропагандистскую роль, вырос неимоверно буквально на глазах.
- Теперь крытых катков, на которых можно играть в хоккей с мячом, у нас в России
уже два?

- Нет, четыре! В канун чемпионата мира по хоккею с мячом, который проводился в
Кемерово в 2007 году, там возвели просторный специализированный Дворец спорта.
Таким образом, в столице Кузбасса есть уже два катка с искусственным льдом - один
открытый, другой - под крышей. В Челябинске имеется прекрасный закрытый
конькобежный центр, где по аналогии с Крылатским, созданы условия и для игры в
хоккей с мячом. Нам очень бы хотелось, чтобы на этой великолепной базе выросла когданибудь хоккейная команда.
- Сколько же в целом на сегодняшний день в России имеется больших катков с
искусственным льдом?
- Семнадцать. Уверен, что это не предел.
- Давайте их все перечислим.
- С удовольствием. О спортсооружения в Архангельске, Сыктывкаре и Красноярске вы
уже знаете, по одной подобной арене есть в Кирове, Нижнем Новгороде, Новосибирске,
Иркутске, Красноярске, Челябинске, по две в Москве, Московской области, в Казани и
Кемерове.
- Не считаете ли вы, что по сравнению со Швецией, страной, по размерам
территории значительно уступающей России, страной, где, напомню, действует
порядка девяноста катков с искусственным льдом, а естественных площадок ещё
больше, всё равно мало.
- Безусловно. А кто спорит!? Но дело, как вы убедились, существенно сдвинулось с
мертвой точки, дело пошло, прогресс налицо. И поэтому сейчас мы очень серьёзно
ставим вопрос о том, чтобы в ближайшие 5-6 лет все команды высшей лиги обзавелись
катками с искусственным льдом и с трибунами, рассчитанными на не менее чем десять
тысяч зрителей , в противном случае "отстающие" клубы вынуждены будут покинуть
элитную группу. В Хабаровске собираются взяться за возведение подобной арены. Как я
уже упоминал, московское "Динамо" намерено обзаводиться своей собственной
современной базой. Решён вопрос строительства в Первоуральске, Ульяновске.
- А кто-нибудь из команд первой лиги отважился на строительство катка с
искусственным льдом?
- Пока нет! Но я думаю, что не за горами то время, когда и в этом нашем "подразделении"
у большинства будут современные спортсооружения. На их возведении мы тоже
настаиваем. Возможно, "пионерами" станут в оренбургском "Локомотиве", который,
кстати, долгое время играл в высшей лиге. Там, убеждён, есть все возможности для того,
чтобы достичь намеченной цели. Думаю, что со временем мы перестанем принимать в
высшую лигу те команды из первой лиги, у которых нет перспектив по строительству
катков с искусственным льдом.

На мировом уровне
Когда в 1992 году Альберт Иванович Поморцев приступил к выполнению обязанностей
президента Федерации хоккея с мячом России, то в первую очередь он должен был
позаботиться о том, чтобы в целости и сохранности пребывало подведомственное ему
хозяйство. С этой задачей, преодолевая неимоверные трудности, как нам кажется, он
успешно справлялся.
Но об эффективности работы главы спортивной организации в нашей стране всегда
судили не по достижениям в развитии собственного хозяйства, а прежде всего по
результатам выступлений национальной сборной на престижных международных
турнирах, главным из которых считается чемпионат мира. Альберту Ивановичу и тут не
хотелось, что называется, ударить в грязь лицом. Ему нужно было продолжать и
укреплять победные традиции, которых добивались советские спортсмены на
международной арене.
Первые контакты отечественных хоккеистов с иностранными относятся ещё к далёкому
1926 году. Тогда 21 февраля в Ленинграде на стадионе имени Ленина состоялась первая
международная встреча, в которой сборная города обыграла представителей рабочих
спортивных организаций Латвии со счётом 19:0. В следующем сезоне была
сформирована сборная РСФСР, которая 13 февраля 1927 года в Ленинграде одержала
верх над командой, составленной из рабочих Швеции, со счётом 11:0. Ещё через год была
создана сборная СССР, которая приняла участие в первой Международной рабочей
спартакиаде в Норвегии, где в финале нанесла поражение хоккеистам Швеции - 6:1.
Однако вскоре сборная Советского Союза была расформирована.
Национальную команду возродили лишь в 1954 году, когда стал приподниматься
пресловутый "железный занавес", который на протяжении четверти века препятствовал
общению советских и зарубежных атлетов. Развитие и совершенствование хоккея с
мячом в нашей стране требовало расширения международных связей, выхода на
мировую арену. Против установления тесного сотрудничества не возражали и наши
ближайшие соседи из Скандинавии, где хоккей с мячом был очень популярен. Однако
быстрому сближению мешали существенные различия в правилах игры. Но преодолеть
барьеры, сгладить "противоречия" не составляло большой сложности в царящей
обстановке единодушия, когда все заинтересованные стороны оперативно стремились
прийти к консенсусу, найти общий язык. В конце 1953 года начались переговоры с
представителями скандинавских стран об унификации правил. Обсуждения шли в
быстром конструктивном темпе и успешно завершились уже в начале следующего года.
Между руководством хоккея с мячом Советского Союза, с одной стороны, и Швеции,
Финляндии и Норвегии, с другой стороны, была достигнута договорённость о том, что
наши спортсмены будут играть по правилам, принятым в Скандинавии. В частности, нам
пришлось увеличить размеры ворот, их высота стала 2,1 метра вместо 1,2 метра, а
ширина 3,5 метра вместо 3,04 метра, уменьшить средний вес мяча, штрафной удар стали
пробивать с 11-метровой отметки, а не с 9-метровой.

Таким образом, были устранены все препоны, не позволявшие меряться силами
советским и зарубежным хоккеистам. Не прошло и нескольких недель, как они
встретились в первых международных официальных соревнованиях, инициатором
проведения которых выступил Советский Союз. С 24 по 28 февраля на льду Малой
спортивной арены стадиона "Динамо" состоялся первый московский международный
турнир, в котором приняли участие сборные СССР, Швеции, Финляндии и Норвегии.
Они сыграли между собой в один круг. Наша команда, которой руководил заслуженный
мастер спорта Василий Дмитриевич Трофимов, уступила со счётом 1:2 по неопытности
только соперникам из Швеции, но зато выиграла у противников из Финляндии -2:1 и
Норвегии - 8:0. Вот так успешно прошло опробование новых единых правил игры,
завершившееся их корректировкой.
Представители ведущих хоккейных держав, образно говоря, стали разговаривать на
одном общем "хоккейном" языке. Благодаря этому стало возможно дальнейшее
объединение, венцом которого явилось создание 12 февраля 1955 года Международной
федерации бенди. Её учредителями как раз и выступили делегаты от Советского Союза,
Швеции, Финляндии и Норвегии. Вполне логично, что они наметили провести в 1957
году первый чемпионат мира.
Подготовка к этим соревнованиям велась два года. На пути к ним соперники ещё раз
встретились на московском международном турнире, который вновь прошёл в Москве на
льду Малой спортивной арены "Динамо". Отсутствовали только норвежские спортсмены,
зато выступали две сборные Советского Союза. И вторая оказалась сильнее первой. Обе
команды, ведомые заслуженным тренером Советского Союза Всеволодом Алексеевичем
Виноградовым, уверенно обыграли и шведов, и финнов.
Именно Всеволод Алексеевич Виноградов привёл затем сборную СССР к победе и на
первом чемпионате мира, в котором участвовало всего три команды. Соревнования в
Хельсинки проводились по круговой системе. Нашим хоккеистам с большим трудом
удалось завоевать первенство. Они нанесли поражение хозяевам со счётом 6:1, но
сыграли вничью со шведами - 2:2. И лишь то обстоятельство, что финны выиграли у
шведов со счётом 4:3, позволило советским хоккеистам выйти на первое место. Нельзя не
вспомнить с благодарностью имена тех спортсменов, что положили начало целой череде
блистательных побед сборной СССР на чемпионатах мира. Это были А. Мельников, Е.
Климанов, В. Атаманычев, Н. Дураков, Г. Водянов, А. Зайцев, А. Измоденов, М. Осинцев,
А. Панин, Е. Папугин, М. Туркин, В. Чигирин, Л. Шунин, Н. Назаров, А. Филатов.
Вторым тренером команды был В. Меньшиков.
После столь блистательного старта наша национальная команда ещё десять раз подряд
становилась сильнейшей на планете. При этом дважды, в 1961 и в 1963 годах, её
возглавлял заслуженный тренер СССР Иван Иванович Балдин, а затем Василий
Дмитриевич Трофимов.
Второй чемпионат мира был проведён через четыре года после первого. Но уже в 1961
году конгресс Международной федерации бенди принял решение устраивать подобные

турниры один раз в два года - по нечётным годам. В 2003 году на конгрессе единогласно
постановили организовывать чемпионаты мира каждый год.
Формула розыгрыша со временем претерпевала существенные изменения. Первые десять
лет соревнования проводились в один круг, с 1969 по 1981 годы - в два круга. С 1983 по
1989 годы состязания проходили в два этапа: сначала предварительные игры в один круг,
затем финальные встречи. Команды, занявшие первое и второе места на предварительном
этапе, на следующей стадии боролись за золотые и серебряные медали, а бронзовые
награды оспаривали те, кто довольствовался третьим и четвёртыми местами. С 1991 года
на второй стадии соревнований дополнительно стали устраивать полуфинальные игры, в
которых состав двух пар определялся по жребию. Предпринимались самые различные
меры для того, чтобы сделать более напряжённой и зрелищной борьбу за награды
чемпионата мира.
Нововведения до поры до времени нисколько не влияли на изменение доминирующих
позиций советских спортсменов в мировом хоккее с мячом. Но в 1981 году на
двенадцатом по счёту чемпионате мира, который состоялся не где-нибудь, а в
Хабаровске, произошла первая осечка. Именно дома, где, как говорится, и стены
помогают, всё тот же Василий Дмитриевич Трофимов не сумел вывести команду на
первое место, довольствовавшись только вторым. А все места, кроме первого, тогда
оценивались только одним баллом - "двойкой", поэтому выступление было признано
провальным. Пришедший на смену Трофимову в прошлом выдающийся игрок, а тогда
уже отличный тренер Вячеслав Евгеньевич Соловьёв на следующем чемпионате мира в
Финляндии тоже ничего не смог противопоставить в финале главным соперникам
шведам, которые во второй раз подряд стали чемпионами мира.
Долгие годы советская школа хоккея с мячом была сильнейшей в мире. Наши команды,
как сборные, так и ведущие клубные, наглядно демонстрировали своё превосходство на
международной арене. Но основные противники из Швеции не дремали, активно
перенимали всё лучшее у лидеров: внимательно и скрупулезно просматривались игры,
большинство из них записывалось на появившееся тогда видео, изучались особенности
техники и тактики наших команд. Шведы оказались прилежными учениками. В конце
концов, они сумели превзойти своих учителей. Теперь уже советским тренерам пришлось
досконально изучать манеру и стиль игры грозного соперника, чтобы найти
"противоядие". И оно было применено в 1985 году, когда команда Вячеслава Евгеньевича
Соловьёва вновь поднялась на высшую ступеньку пьедестала почёта на чемпионате
мира, состоявшемся в Норвегии.
Увы, радоваться пришлось недолго. В1987 году у себя дома шведы опять сумели
опередить всех соперников. Советские спортсмены, действиями которых управлял всё
тот же Вячеслав Евгеньевич Соловьёв, умудрились проиграть не только хозяевам со
счётом 2:3, но уступили ещё и финнам - 2:4, и в итоге заняли третье место. За всю
историю проведения чемпионатов мира наши хоккеисты так низко опускались в
турнирной таблице только ещё один раз - на соревнованиях в Швеции в 2004 году!

После такого оглушительного поражения руководство Спорткомитета СССР вынуждено
было предпринять кадровые перестановки в тренерском штабе национальной сборной.
Его возглавил молодой, энергичный, честолюбивый Владимир Владимирович Янко,
которому не было ещё и сорока лет. Он сумел мобилизовать боевой дух коллектива,
который сражался на льду московского спорткомплекса "Олимпийский", не щадя живота
своего. На предварительной стадии советские спортсмены, как ни старались выиграть, но
всё же уступили шведам со счётом 2:3, но те, в свою очередь, проиграли финнам 2:4.
Перед матчем со сборной Финляндии сложилась такая ситуация, что если наши победят,
то сразу три дружины набирали равное количество очков. Но только две из них могли
оспаривать "золото". В любом случае определять пару финалистов нужно было по такому
показателю, как разница забитых и пропущенных мячей. Начали считать. И вышло так:
чтобы нам выйти в финал на удобного соперника, а именно опять на финнов, нужно было
на предварительном этапе выиграть у них с разницей в два мяча. Любой другой крупный
победный счёт подопечных Янко над финнами выводил бы в финал шведов. Произошло
то, чего больше всего опасались представители "Тре крунур". Наши ребята взяли верх
над финнами со счётом 6:4. Шведы, естественно, были недовольны и устроили
обструкцию нашему тренеру, на что тот парировал: "Никак не пойму, в чём обвиняется
моя команда. Мы выиграли встречу со счётом, который нас вполне устраивал". А в
борьбе с финнами за золотые медали преимущество было на стороне хозяев, они
победили с разгромным счётом 12:2.
В 1991 году на чемпионате мира в Финляндии после предварительных игр многим, и не
только скептикам казалось, что дружине Янко ни за что не повторить свой успех
двухгодичной давности. Уж очень невыразительно она выглядела, проиграв и шведам 3:4, и финнам - 1:2. Неизвестно, какие меры воздействия на своих подопечных применил
Владимир Владимирович, но уже буквально в полуфинале они преобразились и
коренным образом переломили ситуацию. Советские спортсмены вырвали победу у
сборной Финляндии - 2:1, а затем в финале одолели и команду Швеции со счётом 4:3.
Вот такой багаж побед и поражений был у национальной сборной, когда Альберт
Иванович Поморцев в 1992 году возглавил Федерацию хоккея с мячом России.
- Вы, наверняка, сызмальства следили за успехами советской сборной на
международной арене?
- Не то слово! В детстве мы вместе со своими друзьями, тоже увлекающимися хоккеем с
мячом, буквально ловили на страницах различных печатных изданий и из сообщений
радио любую информацию о выступлениях за рубежом советских мастеров хоккея с
мячом, собирали вырезки из газет и журналов, систематизировали их, складывая в папку.
А потом сколько было обсуждений, разговоров, горячих споров. У каждого из нас были
свои кумиры, на которых мы так хотели быть похожими как в игре, так и в жизни,
стремились подражать им во всём.
- Кто был вашим кумиром в детстве и юношестве?

- Лучшие игроки кемеровского "Шахтёра" - так тогда назывался нынешний "Кузбасс".
Мы с мальчишками, бывалочи, соберёмся большой гурьбой и айда на автобусе в
областной центр, чтобы побывать на матче любимой команды. Созданная в 1948 году, в
годы моей юности она выступала в классе "Б" чемпионата страны, поэтому сильнейшие
спортсмены из класса "А" к нам не приезжали. Мы их и в глаза не видели, даже на экране
телевизоров, которых в наших краях тогда и в помине не было. Единственное, чем
располагали, так это газетными фотографиями. Я тогда и предполагать не мог, что когданибудь со многими выдающимися спортсменами, истинными мастерами хоккея с мячом,
а также с великими наставниками познакомлюсь лично, буду довольно часто встречаться.
- Вы были знакомы с теми тренерами, что в разные годы возглавляли
национальную сборную?
- За редким исключением - да! Все - незаурядные личности, талантливые организаторы,
выдающиеся педагоги, способные методисты, толковые "технологи", применявшие
новые схемы тактики и стратегии. Они были самыми настоящими "полководцами",
которые умели разбираться в сложных хитросплетениях, заранее подготовленными
противниками. Их практически невозможно было провести вокруг пальца. Они сами
могли кого угодно обвести вокруг пальца. А какой изобретательностью отличались!
Постоянно придумывали что-то новое, необычное, что ставило противника в тупик,
приводило его в недоумение, заставляло отступать и терпеть разгромные поражения.
Одним словом, умельцы! Эти специалисты высочайшего класса во многом определяли
ход и суть развития хоккея с мячом, были фантастически мощной движущей силой
прогресса.
- Но, думаю, когда вы в 1965 году стали председателем Кемеровского областного
спорткомитета, постоянно бывали в Москве, то вам часто приходилось общаться с
наставниками сборной. Вот интересно, были ли вы знакомы со Всеволодом
Алексеевичем Виноградовым, главным тренером нашей национальной команды,
выигравшей золотые медали в далеком 1957 году на первом чемпионате мира?
- К сожалению, нет. Увы, в моей памяти не осталось ни одного свидетельства о том, что
мы с ним тесно общались или просто пересекались. Правда, я был много наслышан об
этом замечательном человеке. Всеволод Алексеевич был участником Великой
Отечественной войны, очень мужественным и волевым мужчиной, который своим
высоким ростом выделялся из толпы. Но он отличался не только физическими данными.
Как игрок действовал смело, напористо, агрессивно, в качестве надежного защитника
являлся стержнем обороны. Став наставником, проявил яркие педагогические
способности, талант "полководца", которые и позволили ему привести сборную СССР к
победе на первом чемпионате мира. К сожалению, Всеволод Алексеевич Виноградов
очень рано, в возрасте 52 лет, в 1967 году ушел из жизни.
- Полагаю, что с Иваном Ивановичем Балдиным, пришедшим на смену
Виноградову на посту главного тренера национальной сборной, контакты у вас
были.

- Да, я был с ним знаком. Шапочно. Возможно, мы виделись на каких-нибудь крупных
всесоюзных совещаниях, регулярно проводимых в Москве. Но не больше того.
Объяснения этому есть. Иван Иванович сам был из Свердловска, ныне Екатеринбурга.
Там защищал цвета местного СКА - спортивного клуба армии, в составе которого в 1950
и в 1953 годах становился чемпионом СССР. Считался очень техничным игроком, его
"оружием" были хитроумная обводка и точный, почти без замаха удар. Ещё будучи
активным спортсменом, он в 1949 году стал помощником главного тренера своего
родного клуба, а в 1954 году после завершения спортивной карьеры, возглавил команду
и, как главный тренер, в течение двенадцати лет семь раз приводил её на высшую
ступеньку пьедестала почёта чемпионата страны. Сами понимаете, совсем не случайно
именно ему доверили руководить сборной Советского Союза, костяк которой составляли
как раз его свердловские подопечные. Ивана Ивановича по праву называют одним из
крупнейших теоретиков хоккея с мячом современности. В пятидесятые годы прошлого
века он разработал систему игры в атаке сдвоенным центром спортсменов (Валентин
Атаманычев - Михаил Осинцев, Валентин Атаманычев - Николай Дураков), что
позволяло команде вчистую громить соперников как у нас в стране, так и за рубежом.
Наработками Балдина, его "открытиями" и "изобретениями" наставники пользуются до
сих пор, что свидетельствует о высочайшей одарённости этого человека, благодаря
которому хоккей с мячом заметно шагнул вперёд.
- Ну а уж с Василием Дмитриевичем Трофимовым вы, видимо, сотрудничали очень
плотно.
- Безусловно! Больше того, мы дружили, хотя назвать дружбой мои отношения с
убеленным сединами мудрым патриархом, старше меня ровно на двадцать лет. Я даже
бывал у него дома, хорошо знал семью, жену, деятельную женщину, кстати, не чуждую
хоккея с мячом.
- По масштабу личности, по той выдающейся роли, которую Василий Дмитриевич
Трофимов сыграл в развитии русского хоккея с мячом, его, я полагаю, вполне
можно сравнить с такой яркой фигурой отечественного спортивного движения, как
признанным патриархом хоккея с шайбой Анатолием Владимировичем Тарасовым.
- Безусловно. У них, кстати, есть много общих черт в биографии. Василий Дмитриевич,
как и Анатолий Владимирович, был одним из пионеров хоккея с шайбой в нашей стране.
Одновременно Трофимов увлекался и хоккеем с мячом. В составе команды "Динамо"
дважды, в 1951 и в 1952 годах, становился чемпионом Советского Союза. Будучи
разносторонним, физически очень крепким атлетом, он прославился и как футболист.
Василий Дмитриевич - единственный спортсмен в истории отечественного спортивного
движения, защищавший цвета сборных СССР по трем игровым видам спорта: хоккею с
шайбой, хоккею с мячом и по футболу. И везде он был к месту. Небольшого роста,
юркий, необычно устойчивый на коньках, с отличной стартовой скоростью, сочетал
великолепное техническое мастерство индивидуального обыгрывания с безупречным
тактическим мышлением, благодаря которому четко взаимодействовал с партнерами,
успешно завершая комбинации в нападении. Большую известность получил и как тренер

по хоккею с мячом. За долгие годы его "правления" московское "Динамо", которому он
был верен всю жизнь и как игрок, и как наставник, четырнадцать раз становилось
чемпионом СССР, дважды завоёвывало Кубок СССР и трижды - Кубок Европейских
чемпионов. Самыми яркими чертами его тренерского кредо были чёткие и глубокие
представления о возможностях игроков, постоянный творческий поиск, создание
деловой, доброжелательной и одновременно требовательной атмосферы в коллективе.
Полагаю, что вполне закономерно национальная сборная под руководством Трофимова
восемь раз становилась чемпионом мира. За свой плодотворный труд на благо Родины
Василий Дмитриевич был награждён орденами Трудового Красного Знамени и "Знак
Почета", а эти знаки отличия тогда кому ни попадя не доставались, вручались только
самым достойным людям, истинному цвету российской нации, к коему по праву был
причислен и Трофимов.
- По вашим словам можно понять, что вы, не побоюсь этих слов, преклонялись
перед гением Василия Дмитриевича?
- Естественно! Мое личное уважение к нему было просто безграничным. Достаточно
было заговорить с ним, чтобы почувствовать, насколько велик был этот человек.
Интеллигентный, начитанный, высокообразованный. Он брал умом, а не силой, и своих
подопечных учил в первую очередь на ледяной площадке работать головой, а не ногами
или руками. "Думать надо!" - вот было его любимое обращение к игрокам. Он и сам
много думал, изобретая замысловатые тактические схемы обороны и нападения. И
постоянно находился на гребне нового. Трофимов был по своей натуре истинным
новатором в самом широком понимании этого слова. На каждый чемпионат мира
Василий Дмитриевич приезжал с какими-то новичками, которыми сильно озадачивал
соперников. Те, образно говоря, не могли узнать нашу команду и не представляли, как с
ней бороться. Если бы наша дружина под руководством Трофимова действовала по
старинке, то разве сумела бы она на протяжении пятнадцати лет восемь раз выиграть
чемпионат мира!? Да никогда такому бы не бывать!
- Преемник Трофимова, его воспитанник как в рядах национальной сборной, так и
в составе команды "Динамо" Вячеслав Евгеньевич Соловьёв рос как спортивный
специалист прямо на ваших глазах.
- Действительно. Он возвысился из плеяды тех выдающихся игроков, которые блистали
на льду в шестидесятые-семидесятые годы прошлого века. Я имел удовольствие увидеть
его как спортсмена в деле. Он был великолепным полузащитником, надёжно и стабильно
действовал как в обороне, так и в нападении. Умел нейтрализовать действия сильнейших
соперников, причём всегда это делал корректно, за счёт технико-тактического
обыгрывания. Одновременно был организатором и вдохновителем острейших атак, как
правило, завершавшихся голами. Благодаря высокой культуре поведения как на
хоккейном поле, так и в жизни, пользовался большим уважением у товарищей по спорту.
Рекордсмен советского хоккея по числу завоеванных золотых медалей. За двадцать лет
выступления за московское "Динамо", а именно с 1956 по 1976 годы он одиннадцать раз
становился чемпионом страны, за это время провел 424 матча, забил 103 гола. 13 раз

входил в список лучших игроков сезона. Пять раз - в 1963, 1967,1969, 1973 и 1975 годах в
составе сборной СССР становился чемпионом мира. Обладатель специальной медали
Международной федерации бенди "За выдающиеся заслуги в развитии хоккея с мячом".
Я стал решать различные вопросы с Вячеславом Евгеньевичем ещё тогда, когда в 1976
году после завершения спортивной карьеры начал делать административную: его
назначили заместителем начальника отдела футбола и хоккея московского городского
совета спортобщества "Динамо". Он проявил себя способным организатором. Вполне
логично ему поручили руководить национальной сборной. Он многое перенял у своего
учителя Василия Дмитриевича Трофимова, хотя и сам отличался самобытным
тренерским почерком. Уникальные личные качества, думаю, и позволили ему проторить
путь нашей команде к высшей ступеньке пьедестала почета чемпионата мира 1985 года.
- О взаимоотношениях с Владимиром Владимировичем Янко, видимо, особый
разговор.
- Да, это отдельная страница в моей жизненной истории. Наши судьбы тесно переплелись
в последние пятнадцать лет, хотя знакомы мы с ним гораздо раньше.
- Где же произошла ваша первая встреча?
- Думаю, что на чемпионате мира в 1973 году, который состоялся на ледяных площадках
Москвы и подмосковного Красногорска. Ещё работая в Кемерове председателем
областного спорткомитета, я не преминул воспользоваться возможностью побывать на
таких крупных соревнованиях, да ещё устроенном в Советском Союзе. Именно там
Владимир Янко впервые защищал цвета нашей национальной сборной. Возможность
заблистать его звезде на мировом небосклоне дал как раз Василий Дмитриевич
Трофимов, который был мастак на открытие новых способных игроков. Отношения
между известным мастером и в то время ещё только подающим надежды подмастерьем
складывались, насколько мне известно, совсем непросто. Трофимов заприметил
семнадцатилетнего паренька в столичном "Текстильщике", и в 1966 году пригласил к себе
в московское "Динамо", в команду чемпионов, в которую в те годы мечтал попасть любой
молодой амбициозный игрок. Казалось бы, это должно было быть верхом счастья для
Янко. Наверное, так и было до поры до времени. Но затем между маститым педагогом и
его учеником пробежала злая собака, и через два года непокладистый, ершистый, с
безграничным норовом юноша ушел от сверх требовательного наставника в
подмосковный "Зоркий", который тогда ходил, что называется, в записных середнячках.
Предполагаю, что Янко с его непоседливым норовом просто надоело сидеть на скамейке
запасных, всё время находится в резерве и кормиться одними обещаниями, что его
выставят на поле в основном составе. Не выдержал томительного и долгого ожидания. А
в "Зорком", куда он ушёл, кстати, вместе со знаменитым игроком Евгением
Михайловичем Папугиным, закончившим карьеру игрока в московском "Динамо" и
вставшим на тренерскую стезю, Владимир был в числе тех, на кого наставники делали
основную ставку. Но пробыл он в подмосковном клубе всего три сезона и вновь вернулся
в столичное "Динамо". Трофимов приложил немало усилий, чтобы вывести своего
подопечного в настоящие хоккейные люди. Янко, выступая на ключевой позиции

полузащитника, выделялся невероятной выносливостью, хорошим владением клюшкой,
тактической грамотностью и дисциплинированностью, умением отбирать мяч у
соперников, после чего он незамедлительно организовывал острейшие атаки на ворота
противника. Под руководством Василия Дмитриевича Трофимова талантливый игрок в
составе московского "Динамо" становился чемпионом СССР в 1972, 1973, 1975, 1976 и
1978 годах, а в составе национальной сборной был чемпионом мира в 1973, 1975, 1977 и
1979 годах. Вот какой у Янко, как у спортсмена, был послужной список, прежде чем он
попробовал свои силы и как тренер.
- Ну а как же, интересно, каким образом у него пробудились качества педагога,
наставника?
- С подачи всё того же Василия Дмитриевича Трофимова. Именно он наставил Янко на
тренерскую стезю.
- Как же это случилось?
- Доподлинно знаю историю, которая произошла незадолго до того, как Василий
Дмитриевич в связи со своим возрастом вынужден был уйти на пенсию. Как-то Янко
пришел к нему домой, чтобы поздравить с очередным днём рождения, и между ними
завязался прелюбопытный разговор. Василий Дмитриевич посетовал на то, что стал стар,
ему уже тяжело работать, а вот достойного специалиста, который смог бы продолжить
его дело на этом посту, в "Динамо" пока нет. Янко, не понимая, куда гнет Трофимов,
естественно, возьми, да и спроси, для чего это ему все говорится и кого тот хотел бы
увидеть в качестве преемника. И получил неожиданный ответ: "Тебя! Складывается у
меня впечатление, что у тебя на этом поприще должно всё выйти!". Пророческими
оказались те слова. О них Янко и сегодня с благодарностью вспоминает очень часто.
- Трофимов, вышло, как бы передал эстафету в надежные руки. Владимир
Владимирович, как известно, тоже достиг в своей тренерской карьере
поразительных успехов. Вы наверняка видели, как он впервые в своей
педагогической практике в 1989 году на ледяной площадке московского
спорткомплекса "Олимпийский" управлял командой Советского Союза, которая в
итоге после довольно-таки продолжительного перерыва вновь стала чемпионом
мира.
- Естественно! Владимир - человек по натуре очень горячий, энергичный, заводной. Во
время игры он не может усидеть на месте, скамейка запасных, где находятся и тренеры,
становится для него своеобразным лобным местом, с которого он постоянно срывается,
пытаясь у кромки поля своими криками и размахиванием рук помочь спортсменам,
подсказать им, как надо исправить ошибки, направить их действия в правильное русло.
Янко очень сильно переживал, когда на предварительном этапе его подопечные уступили
принципиальным соперникам из Швеции. Однако руки не опускал, делал все от него
зависящее, чтобы настроить ребят на победную игру. По нынешним понятиям его
назвали бы кризисным менеджером, специалистом, который умеет и способен выводить
коллективы из критического состояния. Именно благодаря воздействию Янко наша

национальная сборная воспрянула духом, преобразилась и в финале разгромила дружину
из Финляндии.
- Ещё в больше степени Владимир Янко проявил свои недюжинные, прямо-таки
выдающиеся качества кризисного менеджера через два года на чемпионате мира в
Финляндии, где на предварительном этапе его "бойцы" потерпели обиднейшие
поражения с минимальным "недовесом" всего в один гол и от шведов, и от финнов.
- Согласен. В такой трудной ситуации, когда на дальнейших успехах наших спортсменов
в следующих встречах чемпионата мира ставили жирный крест, оставалось только
кричать "Караул!". Но Владимир не делал этого. У него психология такая - никогда не
поддаваться панике, не поддаваться упадническим эмоциям, в любых, пусть даже самых
сложных и напряжённых ситуациях держать себя в руках. Он снова нашел средства,
способные заставить ребят открыть в себе дополнительные резервы. Своё кредо Янко
излагал так: "Я пытаюсь создать такую команду, которая была бы непредсказуема для
соперников, приносила радость и болельщикам, и мне. Я против так называемого
рельсового хоккея, даже в его шведском исполнении. Это когда каждый игрок должен
действовать от сих до сих. Мне такой хоккей не интересен. Нельзя, чтобы хоккеист
выходил на лёд со связанными руками и ногами. Я говорю ему: иди и твори! Конечно,
тоже в рамках какой-то игровой концепции и схемы. Но живой, творческой!" Нужно было
видеть, как у наших хоккеистов горели глаза, когда они расправлялись с соперниками - в
полуфинале с финнами со счётом 2:1, а в финале - со шведами со счётом 4:3. Те победы,
добытые на пределе возможного, не побоюсь высоких слов, стали истинным триумфом
Янко.

А. Поморцев с мэром г. Москвы Ю. Лужковым, 2004 г.

К победам под знаменем России
Все успехи советских спортсменов на мировых чемпионатах Поморцев, несомненно,
держал в уме, когда в 1992 году занимал пост президента Федерации хоккея с мячом
России. К тому моменту сборная страны, а она состояла исключительно из российских
спортсменов, находилась как будто бы на гребне успеха. За её плечами, повторимся, были
две подряд труднейшие победы на предыдущих чемпионатах мира, всем хотелось
продолжения череды блистательных успехов.
- Наверняка, Альберт Иванович, вы ставили перед сильнейшими игроками и
тренерами цель любыми силами удержаться на пике, не правда ли?
- Действительно, нам всем очень хотелось доказать, что после перемен в социальноэкономическом устройстве страны с нашей сборной ничего страшного не произошло, что
она находится в боевой форме и, как прежде, полна энергии и желания побеждать. Вот с
такими радужными, вполне оптимистичными настроениями делегация отправилась в
феврале 1993 года на чемпионат мира в Норвегию. Сборная по традиции формировалась
на базе игроков сильнейшего отечественного клуба, которым в тот момент оказался
подмосковный "Зоркий". Именно его спортсмены выиграли чемпионат СНГ в 1992 году,
а затем в 1993 году и первый открытый чемпионат России. Тренировал команду из
Красногорска Евгений Георгиевич Манкос, который, кстати, был помощником Янко,
вторым тренером в национальной сборной в 1991 году. Мы полагали, что он накопил
достаточно опыта и знаний, чтобы поработать самостоятельно на посту главного тренера
национальной сборной. Поэтому с лёгким сердцем и отдали ему бразды правления в
основной команде страны, надеясь, что он полностью оправдает наше доверие.
- Какую бы характеристику вы дали Евгению Манкосу и как тренеру, и как
человеку?
- Человек он был удивительный, отличный товарищ, мягкий, добрый, очень отзывчивый,
расположенный к людям. Практически никогда не повышал голоса, старался
воздействовать на игроков другими, более щадящими методами. Образно говоря, лично
поднять полки в атаку под шквальным огнем противника ему, наверное, было бы трудно,
но зато как выдающийся штабной работник он оказался незаменим, силён был и в
стратегии, и в тактике, придумывая очень смелые планы. А вот непосредственно на поле
боя на рожон никогда не лез, несколько осторожничал, отдаваясь полностью стихии игры
и воле случая: как игра пойдет, так и хорошо, переломить ход поединка, если он
складывался не в его пользу, ему было чрезвычайно сложно. В этом Евгений Георгиевич
Манкос был во многом похож на своего коллегу, только по хоккею с шайбой, Бориса
Павловича Кулагина. Тот перед игрой особых накачек своим подопечным не устраивал,
бывало, он вместе со мной приходил в раздевалку и говорил ребятам примерно
следующее: вы, мол, прекрасно знаете, как надо играть, атаковать и забивать, а остальное
вам скажет Альберт Иванович Поморцев, как начальник Управления. И передавал мне
эстафету с целью, чтобы я психологически настраивал ребят. Я и делал это, как мог. Не
исключаю, что в советские времена такие меры играли свою роль, но тогда они уже

перестали приносить пользу, о чём я прямо и заявил Манкосу. Нельзя тренерам
перекладывать ответственность на плечи чиновников. Мы призваны совсем не для того, а
для совершенно иного. Свою задачу я, например, вижу в том, чтобы создавать должную
благоприятную дружескую атмосферу в большом и разноликом коллективе,
предоставлять все необходимые условия для тренировок и выступления в соревнованиях,
стимулировать членов национальной сборной к активным и целенаправленным
действиям, но определять, как конкретно играть, а уж тем более направлять действия
игроков, я просто не имею никакого права. Это ведь входит в обязанности как раз
главного тренера, в дела которого я никогда не позволял себе вмешиваться. Только он и
никто другой должен, образно говоря, во время поединка стоять на капитанском мостике
и управлять кораблем. Увы, Манкос иногда пасовал. И в этом мы, к сожалению,
убедились на чемпионате мира.
- Этот турнир, состоявшийся в Норвегии, как явствует статистика, сложился для
нас крайне неудачно.
- Увы, действительно, первого места ведомой им команде не досталось. Хотя поначалу
ничего не предвещало такого печального исхода. События на этом турнире
разворачивались по обычному сценарию, какой бывал и на предыдущих подобных
соревнованиях. На предварительно этапе наша дружина одолела финнов и
представителей Норвегии, но зато с минимальным разрывом проиграла шведам - 1:2.
Вроде бы, ничего страшного. Тем более, что полуфинал, где ребята встречались с
хоккеистами Финляндии, прошёл без особых осложнений и завершился успехом со
счётом 8:5, хотя специалистов насторожило то, что вратарь пропустил больше мячей, чем
за все предыдущие игры. Ну а финал поверг нас в полное уныние. Так и не знаю, что
произошло с российскими хоккеистами, но они действовали совершенно безвольно,
боролись, если так можно сказать, спустя рукава и совершенно неожиданно проиграли
сборной Швеции с разгромным счётом 0:8. Такого жуткого шока мы давно не
испытывали. Это поражение явилось самым настоящим холодным душем, остудившим
наши горячие оптимистичные надежды на выигрыш, которыми мы были полны накануне
старта. Сказать, что мы были разочарованы - мало, мы были просто растоптаны,
подавлены. Никто не ожидал такого печального исхода.
- Думаю, что на последовавшем затем на заседании исполкома Федерации разборе
"полетов" на ледяных площадках Норвегии, результаты были признаны
неудовлетворительными.
- Естественно! Евгений Георгиевич Манкос добровольно подал в отставку. Больше он к
работе со сборной не привлекался. Увы, этот тренер тоже рано ушёл из жизни. Но
фамильные традиции, к счастью, не увядают. Дело отца продолжил его сын Вячеслав
Евгеньевич Манкос, который пошёл по стопам своего уважаемого родителя. Да ещё как
мощно пошел! Ныне он является одним из наставников команды клуба "Зоркий",
составленной из перспективной молодёжи, выигравшей, кстати, чемпионат мира среди
юниоров. Если так и дальше пойдет, то совсем не исключаю такого поворота событий,

что через несколько лет Вячеслав Евгеньевич Манкос будет командовать и взрослой
национальной сборной.
- В те времена, когда чемпионат мира разыгрывался раз в два года, какая
существовала практика назначения главного тренера команды: непосредственно
перед стартом турнира или загодя, за несколько месяцев или даже за два года до
начала соревнований?
- Я уже рассказывал о том, что Федерация хоккея с мячом России никогда не располагала
досаточным количеством средств. Они у нас всегда были в ограниченном объёме,
поэтому, скажем, мы не могли позволить себе содержать освобождённого тренера
национальной сборной, который бы сосредоточил все свои усилия на одном - на
селекции и подготовке спортсменов к ответственным международным стартам.
Наставник, как правило, совмещал две должности - в сборной и в клубе, который, как
правило, являлся одним из лидеров чемпионата России, поэтому внутрироссийским
хлопотам, если так можно выразиться, специалисту в основном и приходилось уделять
внимание. Имя руководителя подготовкой хоккеистов сборной России мы обычно
называли в канун или в начале сезона, во время которого устраивался чемпионат мира.
Это давало возможность тренеру в ходе чемпионата страны хорошо присмотреться к
ведущим игрокам других клубов, составлять расширенный список кандидатов, затем из
них отбирать лучших, проверять их боевые качества в ряде международных
соревнований и в спарринг-играх с ведущими соперниками, а потом уже сформировать
сборную в полном соответствии со своим видением, какой должна быть ведомая им
дружина. По такому же принципу к работе с национальной командой привлекались и
второй тренер, и все специалисты из обслуживающего персонала - менеджеры,
хозяйственники, врачи, массажисты.
- Что же, никто из них не получал никакого вознаграждения за свой
самоотверженный труд?
- Почему же?! Непременно получали. Но только по итогам чемпионата мира. От
результата зависела и сумма премиальных. Заранее оговоренные финансовые
"ориентиры" становилось своеобразным стимулом в их работе, хотя, естественно, и
далеко не самым важным. Безусловно, каждому наставнику прежде всего хотелось
заявить о себе, как о самом авторитетном специалисте в среде коллег, доказать, что наша
школа воспитания классных игроков мирового уровня является самой передовой на
планете.
- Удалось ли это доказать преемнику Евгения Манкоса, который пришел ему на
смену?
- К сожалению, нет! Вместо Манкоса члены исполкома Федерации, посовещавшись,
выбрали на пост главного тренера сборной Валерия Ивановича Эйхвальда, очень, по
нашим меркам, молодого специалиста, которому в тот период только-только перевалило
за сорок лет. Он сам с Урала. Учился в спортшколе в Среднеуральске, где в 1966 году

четырнадцатилетним пареньком и пристрастился к хоккею с мячом. С 1969 года связал
свою судьбу со свердловским СКА, цвета которого долгий период защищал в качестве
игрока. В составе этой команды был в 1971 и 1974 годах чемпионом Советского Союза.
Трижды в 1975, 1977 и 1979 годах Василий Дмитриевич Трофимов брал его в сборную,
вместе с которой он становился чемпионом мира. Был Эйхвальд нападающим
чрезвычайно самоотверженным, громадной работоспособности, мог запросто отыграть
два полных периода по сорок пять минут без замены. Спортсмен с великолепным
игровым мышлением, особо тонко, даже где-то изощренно, с выдумкой, нетрадиционно
действовал у ворот противника, взламывал оборону соперников, проходя сквозь его
заградительные ряды, словно нож в масло, забивал мячи с любых позиций и из любого
положения, выступая за сборную, записал на свой счёт 39 голов. Отличался завидной
результативностью, которая была одной из самых высоких в нашей дружине. Завершив
карьеру спортсмена, стал тренером в своём родном клубе. Весной 1994 года его
подопечные, екатеринбургские армейцы, уверенно завоевали золотые медали чемпионата
страны. Задора, пыла и азарта ему было не занимать. Мы видели, что Валерий Иванович
находился на подъёме, и нам захотелось поддержать его в этот момент, дать ему
возможность во всей своей красе проявить себя и на более высоком, теперь уже
международном уровне. Как мне казалось, он воспринял свое назначение как подарок
судьбы, как некий акт доверия, который нужно было оправдать. Вот с таким желанием
Эйхвальд вместе с национальной сборной и отправился в 1995 году на очередной
чемпионат мира, который состоялся в Соединенных Штатах Америки.
- Как же там складывались дела?
- Да поначалу всё шло вполне нормально. На предварительном этапе только игра с
финнами сложилась для нас весьма напряжённо, наши ребята выиграли её с
минимальным преимуществом со счётом 5:4. Шведов одолели достаточно легко - 6:2, а
норвежцев так просто разгромили, забив в их ворота десять мячей и получив в свои лишь
два. Полуфинал тоже миновали без происшествий, расправившись с хоккеистами из
Казахстана со счётом 11:3. Задел был сделан вроде бы хороший, но расхолаживаться
было нельзя, мы прекрасно осознавали, что это ровным счётом ничего не будет значить в
финальном матче со шведами. Так оно, к сожалению, и вышло. Как сейчас помню, битва
на американском льду была жёсткой и бескомпромиссной, победа была близка, но, как
говорится, близок локоть, да не укусишь. Вот и сборной России в Америке не суждено
было дотянуться до успеха. Противник всё же сумел взять верх со счётом 6:4. Увы,
разочарованию нашему не было предела.
- И вы сделали, как было принято говорить в советское время, соответствующие
жесткие организационные выводы по кадровому составу тренерского штаба
национальной сборной, освободив Эйхвальда от обязанностей главного ...
- Как ни странно, этого не произошло. На исполкоме было принято решение оставить его
в покое, дать ему возможность поработать с российской командой и дальше.

- Непонятно. Ведь взлет армейцев из Екатеринбурга в чемпионате России был
мимолетным, одноразовым. Уже в 1995 году они скатились в турнирной таблице на
пятое место, а в 1996 году опустились и того ниже, на весьма скромное девятое
место. На мой взгляд, ни о каком росте Эйхвальда, как специалиста, не могло быть
и речи, тем не менее, вроде бы совершенно неоправданно вы оказываете ему такое
большое доверие. Ко всему, в 1996 году в отечественном хоккее с мячом началась
эра архангельского "Водника", которая с кратковременным перерывом
продолжалась целых десять лет. Исходя из принципов проверенной практики,
логичнее было бы выдвинуть на первые роли в тренерском штабе национальной
сборной именно наставника архангелогородцев.
- На сей раз мы пошли вопреки практике. Наверное, поступили так по инерции.
Повторюсь, Эйхвальд был достаточно молод, мы выдали ему своеобразный кредит
доверия, который, как полагали члены исполкома, он нам всё же сполна вернёт.
- И с этими мыслями и отправились в 1997 году в Швецию на очередной чемпионат
мира.
- Конечно!
- И вы по-прежнему ставили самые высокие цели несмотря на то, что ваши
главные соперники выступали у себя дома. Неужели вас нисколько не пугало это
обстоятельство?
- Естественно, на него нельзя было не обращать внимания, но, тем не менее, всё равно в
наших планах было завоевать первое место. Об этом, естественно, были поставлены в
известность не только наставники, но и все хоккеисты, выехавшие в Скандинавию.
- То есть они прекрасно знали, что спрос с них предстоит по самому большому
счёту?
- Безусловно!
- Ну и как же российские спортсмены выглядели на ледяном поле?
- Поначалу вполне прилично. На первом этапе уверенно справились со всеми
соперниками, включая и сборную Швеции, которая сколько не сопротивлялась, но всё же
вынуждена была сдаться нам со счётом 5:7. И полуфинал не вызвал осложнений: легко
была повержена сборная Казахстана - 12:3. Все с нетерпением ждали финала.
- Все ваши планы нарушили шведы?
- Они самые. Всё-таки на их игре сказался фактор своего поля, на котором хозяевам
"помогали" не только привычные условия, но и горячая поддержка многотысячных
трибун. Их вал атак на ворота россиян, казалось, не прекращался ни на минуту, они
прочно закрепились на нашей половине площадки и десять раз поразили ворота
Вячеслава Рябова. Российские хоккеисты не складывали своего "оружия",
сопротивлялись, как умели, изредка переходя в контратаки. Но всё, чем смогли ответить,

так это только пятью голами. После финального свистка и на заполненных до отказа
трибунах, и в стане шведской команды царил праздник, в нашем - уныние.
- Когда вы в кругу специалистов занимались анализом причин неудачи, то искали
ли виновника поражения?
- А зачем? Всю жизнь в оценке результатов исхожу из одного хорошо известного
принципа: сражения выигрывают солдаты, а проигрывают генералы. Этому принципу я
никогда не изменял, до сих пор остаюсь ему верен. И, в общем-то, весьма негативно
отношусь к тем "командирам", которые пытаются опровергнуть эту расхожую и
общепринятую точку зрения. Представьте себе, каково же было моё возмущение, когда
Валерий Иванович Эйхвальд стал обвинять в поражении и во всех смертных грехах
одного вратаря Вячеслава Рябова. Короче говоря, Эйхвальд взял и свалил всё с больной
головы на здоровую. Это-то как раз ему было непростительно. Конечно, я понимал, что
тогда у него от волнения просто сдали нервы, но руководитель такого уровня всегда, на
мой взгляд, должен держать себя в руках, должен знать меру своей ответственности и не
перекладывать её на чужие плечи. Делать это по-человечески было некрасиво.
- Короче говоря, Валерий Иванович на определённом этапе перестал
соответствовать тем требованиям, которые вы предъявляли к главным тренерам
национальной сборной?
- Да, это так.
- И тут наконец-то вспомнили о Владимире Янко.
- О нём невозможно было не вспомнить. Он сам очень громко заявил о себе, когда
возглавил архангельский "Водник". Ведь стремительный взлёт этой команды в лидеры
отечественного хоккея с мячом связан непосредственно с именем Янко. До того, как
дружина попала в руки Владимира Владимировича, она имела давнюю историю. Дата её
создания относится к январю 1925 года, когда при клубе водников возник коллектив
"Северный водник". В 1938 году он получил нынешнее своё название. В высшей лиге
выступал с перерывами с 1950 года. И до 1993 года ни разу не смог подняться на
пьедестал почёта чемпионатов страны, хотя в непосредственной близости от него
находился неоднократно, занимая, скажем, почётные четвёртые места в 1991 и в 1992
годах. Но бронзовые медали, завоёванные в 1993 году, оставались единственными
наградами вплоть до 1996 года, когда представители Архангельска наконец-то сумели
оттеснить всех соперников и выйти вперёд.
- Чем можно объяснить такой стремительный рывок наверх, произошедший как
будто бы в одночасье?
- Руководство области сконцентрировало все усилия в развитии спорта высших
достижений как раз на хоккее с мячом. По сути, Архангельск на глазах стал
превращаться в столицу российского бенди. Власти города мечтали о том, что хотя бы на
неделю превратить его в столицу мирового бенди. Областные и городские власти подали

в Международную федерацию бенди заявку на проведение очередного чемпионата мира
1999 года. Эта просьба охотно была удовлетворена. Архангельск отлично подготовился к
важным соревнованиям, всем командам-участницам были предоставлены равные
условия тренировок, проживания, питания, обслуживания, что в полной мере было
оценено спортсменами, тренерами, специалистами, выразившими свое искреннее
восхищение приемом. Для нас эти мнения были особенно важны, ведь мы впервые
устраивали чемпионат мира в демократической России, причём, не в признанных
мировых спортивных центрах, таких, как Москва или Санкт-Петербург, а в одном из
российских областных городов, не самом, кстати, большом и не самом промышленно
развитом, но, тем не менее, успешно справившемся с поставленной перед ним
ответственной задачей, в полном соответствии со своими обещаниями выполнившим
почти все свои обязательства. Правда, не всё задуманное удалось тогда осуществить. Так,
планировалось, как и в московском спорткомплексе "Олимпийский", подвести под крышу
каток на стадионе "Труд". Согласитесь, как было бы здорово устраивать матчи в таком
здании в трескучие морозы или в оттепель. Однако все карты спутал губительный
экономический кризис, разразившийся в России в 1998 году. Возведение перекрытия изза отсутствия средств пришлось отложить до лучших времен. Тем не менее, оба стадиона
- "Труд" и "Динамо", где проходили игры, находились в отличном состоянии. Они были
реконструированы, модернизированы, отремонтированы, приведены в должный порядок.
В Швеции были закуплены две современные машины для заливки и уборки льда, его
качество не вызывало никаких нареканий. Короче говоря, принимающей стороной были
обеспечены все необходимые условия для проведения турнира такого масштаба.
- Ажиотаж среди архангельских почитателей бенди, как явствует из ныне уже
исторических хроник, действительно царил страшный. С чем, на ваш взгляд, он
был связан?
- Возросшая любовь архангельского народа к хоккею с мячом была вполне объяснима.
Начиная с 1996 года местный "Водник" громил всех соперников не только на своём поле,
но и на выезде. Команда уже трижды была чемпионом страны и уверенно шла к победе в
четвёртый раз. Вел её за собой к успеху находящийся в расцвете творческих сил
Владимир Янко, вернувшийся на родину после трёхлетней "эмиграции" в Финляндии,
при постоянной поддержке Б. Скрынника. Янко, как и ведущие игроки клуба, стал самым
настоящим кумиром архангельской молодёжи. Владимир Владимирович нравился ей
своей заряженностью на победу, искромётностью, энергичностью, умением добиваться
поставленной цели. Он доказал всем, что вновь может возглавить команду России. Когда
мы его назначили, то это только подлило масла в огонь болелыцицких страстей. Они в
Архангельске разгорелись не на шутку. Ещё бы! Мало того, что чемпионат мира впервые
устраивается в Архангельске, так ещё национальной сборной руководит свой, уже
ставшим по всем статьям архангелогородцем, тренер, а ко всему, в сборной под началом
Янко собралось немало представителей "Водника", составлявших костяк коллектива.
Одно дело, когда удается легко "положить на обе лопатки" российских противников, а

совсем другое - сделать то же самое с зарубежными. Всем хотелось посмотреть на это
замечательное зрелище.
- И они его увидели?
- А как же! Причём пыл болельщиков нисколько не охладили страшенные морозы,
навалившиеся на Архангельск в начале февраля. Этот край холодом не удивишь, но
такую стужу, которая тогда нагрянула, не могли припомнить даже старожилы. Столбик
термометра ночью опускался до минус сорока, а днём поднимался только до минус
тридцати.
- Мешала ли непогода сборной России?
- После стартовой ничьей со шведами, наши ребята на предварительном этапе нанесли
поражение командам Финляндии, Норвегии, Казахстана и США, в полуфинале вновь
одолели норвежцев, ну а в финале опять схватились с финнами. К 7 февраля морозы
заметно спали и матч проводился по полной программе - два тайма по 45 минут. За это
время россияне забили пять безответных мячей в ворота соперника. Триумф команды
России и Владимира Янко был полным и безоговорочным. Всеобщему ликованию не
было предела.
- Дела у российских хоккеистов пошли как по хорошо накатанной дороге, и они не
сдали завоёванных позиций и через два года на следующем чемпионате мира,
проведённом в 2001 году одновременно на катках двух стран, Финляндии и Швеции.
Как, кстати, вышло, что хозяевами этих соревнований стали сразу два государства?
- Вынужденно. Первоначально за его организацию бралась одна Финляндия. Матчи
должны были состоятся в двух городах - Оулу и Торнио, который находится в ста
километрах от Полярного круга. Но всего за несколько месяцев до старта выяснилось,
что в Торнио не успевают построить каток с искусственным льдом. Когда мы обсуждали
эту проблему на правлении Международной федерации бенди, то на выручку своим
соседям пришли представители Швеции. Они выступили с благородной инициативой
заменить Торнио на щведский город Хапаранда, который от соседнего Торнио отделяет
только река. Вот таким образом и был найден удовлетворяющий всех выход.
- У шведов появилась возможность в родных стенах взять реванш у сборной России.
- Да. Но они ею в полной мере так и не воспользовались. На предварительном этапе
хоккеисты Швеции все-таки задавили наших ребят со счётом 4:2. Но в финале Владимир
Янко и его подопечные всё поставили на свои законные места: соперники были
повержены со счётом 6:1. Владимир Владимирович вновь, образно говоря, был на белом
коне победителя.
Там бы ему и оставаться и на следующем чемпионате мира, тем более что он вновь
состоялся в Архангельске, который вошёл во вкус проведения подобных соревнований.
Казалось бы, сам Бог велел Владимиру Владимировичу и дальше пополнять "багаж"
своих побед. Но увы!

- Почему?
- Почему покинул пост Владимир Янко, надо спросить у него самого. Сразу оговорюсь,
что ничего плохого в такой манере поведения специалиста я не вижу: ну если душа
просит перемен, так и не надо наступать на горло собственной песне. Каждому, как
говорится, своё. Необходимо заметить, что к тому моменту Владимир Владимирович
покинул не только ряды сборной, но и расположение архангельского "Водника", который,
тем не менее, и без него продолжал свою чемпионскую поступь. Поэтому даже чисто
формально Янко не мог претендовать на то, чтобы "забронировать" за собой прежнюю
должность. Он, повторюсь, и не изъявлял желания. Нам пришлось искать ему замену. Из
небольшого числа кандидатов, чьи имена рассматривались на исполкоме Федерации, мы
выбрали Александра Кирилловича Цыганова.
- Что же определило ваш выбор?
- Прежде всего, то, что он имел опыт работы с национальной сборной на протяжении
двух циклов в качестве помощника Владимира Янко. Цыганов отлично знал и тех наших
спортсменов, которые выступали в зарубежных клубах, и тех, кто играл дома. После
ухода из "Водника" Янко именно Цыганов на короткий срок встал у руля этого клуба,
который делегировал в национальную сборную сразу девять человек. Мы резонно
полагали, что Александр Кириллович сумеет их сплотить под знаменами России, создать
боеспособный отряд, который сокрушит любого противника. Но оказалось, что одного
желания мало, необходимо ещё и умение, а его Александру Кирилловичу как раз-то и не
хватало. Он был хорош в качестве второго тренера. Однако стаж самостоятельной работы
у Цыганова был короткий, поэтому в сложных ситуациях он порой принимал неверные,
спорные решения. Они-то и оказались роковыми для нашей команды. В общем-то, в 2003
году состав национальной сборной изменился ненамного по сравнению с тем, что был в
2001 году. Вроде бы с такой мобильной дружиной можно было побороться и за первое
место. Но оказалось, что даже с талантливыми ребятами далеко не у всех тренеров
получается выиграть.
- Это выяснилось как раз на чемпионате мира?
- Да. Погода в Архангельске тогда не подвела, было в меру морозно. Условия для
соревнований стали ещё лучше, о чем позаботился большой поклонник хоккея с мячом
губернатор Анатолий Ефремов. Играй себе на здоровье. Но у наших хоккеистов не
заладилось с самого начала. Хотя поддержка переполненных трибун и на сей раз была
очень мощной, но россиянам это не помогло. Они уже на предварительном этапе
выглядели слабее шведов во многих компонентах игры и уступили им со счётом 2:6. Тут
бы Цыганову как-то перестроить наши ряды, внедрить новые комбинации, дать
российским атлетам заряд бодрости, но он на это оказался неспособен. Команда в игре не
прибавила. И вполне закономерно, что в финале произошла досадная и обидная осечка.
Битва на ледяном поле была знатной, соперники обменивались голами, никто не хотел
уступать, но в итоге это вынуждены были сделать хозяева. Гости оказались удачливее,
они первенствовали со счётом 5:4. Праздника у архангельских, да и у российских

болельщиков в тот год не было. Что касается Александра Кирилловича, то он вскоре
покинул Россию и уехал на постоянное местожительство в Швецию, где
преспокойненько и пребывает по сию пору.
- Времени на передышку, которая выпадала прежде, когда чемпионат мира
проводился раз в два года, теперь не было. Очередной турнир в полном
соответствии с решением конгресса Международной федерации бенди должен был
состояться уже следующей зимой в Швеции. Необходимо было безотлагательно
разворачивать подготовку к нему. Какие же шаги в поисках главного тренера
национальной сборной вы предприняли?
- Вы знаете, это только со стороны может показаться, что назначение наставников
сборной - дело простое и необременительное, не связанное с чрезвычайными нервными
волнениями. Многие полагают, что любой тренер должен считать за честь откликнуться
на предложение поработать с сильнейшими хоккеистами страны с целью сделать из них
лучших в мире. Однако на поверку всё выходит далеко не так. Бывает, что эти вроде бы
лестные приглашения отвергаются. По разным причинам: кто-то боится ответственности,
кого-то не устраивают условия, кому-то не хватает полномочий. А ещё нередко
возникают такие ситуации, когда та или иная кандидатура вызывает массу нареканий
членов исполкома. Случается, что сойтись во мнениях на каком-то одном конкретном
лице просто невозможно. И тогда возникают нейтральные фигуры, устраивающие всех. К
таковым специалистам я отнес бы и Юрия Ефимовича Фокина, который был выдвинут на
должность главного тренера национальной сборной в сезоне 2003-2004 годов.
Возглавляемая им команда "Старт" из Нижнего Новгорода особо ярких звёзд с
хоккейного небосклона не хватала, хотя, скажем, и была в чемпионате страны третьей в
2000 году и второй в 2002 году. Правда, в 2003 году она оказалась уже пятой, но это
обстоятельство репутации Фокина как квалифицированного специалиста нисколько не
портило, коллеги его по-прежнему уважали, поэтому и согласились с решением
исполкома назначить Юрия Ефимовича командующим российской дружины. Правда,
должен сказать откровенно, совсем по-иному восприняли это решение сами игроки. Ряд
из них, в основном те, что выступали за архангельский "Водник", остававшийся в
лидерах чемпионата страны, не прибыли в расположение сборной. И Фокин очутился в
очень тяжёлом положении. Мягкий, деликатный, дипломатичный человек, он несколько
растерялся в этой кризисной ситуации. И выбраться из неё не смог, так и не сумев
собрать под свои знамёна всех сильнейших, тех, кого хотел. Команда выступала в сильно
ослабленном составе. Отсюда и результат.
- Каким же он был?
- Тот турнир получился в высшей степени неординарным. Для нас он был просто
провальным. Наши ребята умудрились проиграть не только шведам на предварительном
этапе, но и дважды, подчёркиваю, дважды финнам: на предварительном этапе и в
полуфинале с одинаковым счётом 3:4. Хорошо ещё, что в матче за третье место мы
одолели друзей из Казахстана и благодаря этому завоевали бронзовые медали. Так низко

мы пали всего второй раз за всю историю проведения чемпионатов мира, впервые нас
оттеснили на третью ступеньку пьедестала почёта в далёком 1987 году. Провалились и
хозяева, которые поначалу расправлялись со всеми, как хотели. Перед финалом они
громогласно заявляли о том, что непременно завоюют первенство, но в самом
ответственном матче были посрамлены финнами, которые, правда, лишь в
дополнительное время вырвали победу со счётом 5:4. Поражение шведов несколько
отвлекло внимание спортивной общественности от нашей неудачи, но нам от этого, как
вы понимаете, было не легче. Самочувствие было просто удручающим. Юрий Ефимович
запросился в отставку, и мы удерживать Фокина, естественно, не стали, его просьба была
удовлетворена.
- Каким был следующий ваш шаг?
- Мы поняли, что экспериментировать с назначением наставниками национальной
сборной не самых наших выдающихся отечественных тренеров больше не имеем права, и
поэтому вновь обратились к Владимиру Янко, зарекомендовавшему себя в качестве
непобедимого хоккейного "полководца ". Увы, как говорится, и на старуху бывает
проруха. К сожалению, проиграл Владимир Владимирович эту "битву". Терпеть
поражения всегда обидно и неприятно, но на сей раз неприятно было, что называется,
вдвойне. Уступил Янко в самый неподходящий момент.
- Интересно, почему?
- Дело в том, что турнир проводился в Казани в 2005 году, когда жители республики
отмечали тысячелетие Татарстана. О том, какое громадное значение придавалось этому
событию на государственном уровне, свидетельствует хотя бы тот факт, что
председателем оргкомитета праздника являлся президент России Владимир
Владимирович Путин. Чемпионат мира по хоккею с мячом стал частью программы этого
всенародного праздника, растянувшегося на год. Причем, надо заметить особо, нам
удалось с большим трудом добиться того, чтобы турнир прошёл именно в Казани.
Первоначально планировалось, что он состоится в США, с этой страной уже имелись
определённые договорённости на сей счёт. В Соединенных Штатах, где разразился
самый настоящий бум бенди, приступили к подготовке к соревнованиям, были истрачены
немалые средства, которые по расчётам организаторов должны были окупиться сторицей.
Международной федерации бенди тем не менее удалось уговорить представителей США
уступить права Казани, правда, при условии, что за океан будет отправлена
соответствующая денежная компенсация. Президент Татарстана Минтимер Шарипович
Шаймиев и правительство республики изыскали необходимые суммы. Кроме того,
миллионы рублей были израсходованы на то, чтобы гостеприимно встретить всех
участников чемпионата, навести порядок на спортивных аренах, которые заметно
преобразились. Повсюду царила приподнятая праздничная атмосфера. Все в Казани
желали нашей сборной только одного - победы, а она внезапно ускользнула из рук.
- Как же это произошло?

- Ничего не предвещало трагедии до самого финала, к которому команда России подошла
без единого поражения. Правда, у нас оказалось очень много травмированных
спортсменов, но мы надеялись, что обойдемся и без них. К сожалению, не обошлись! В
решающем матче ребята опять "погорели" на шведах, которым не терпелось нанести нам
болезненное поражение. Такого рвения в атаке, какое тогда проявили наши постоянные
соперники, я у них давненько не замечал. Да и защитники наши дрогнули, не сумели
погасить пыл противника, который обрушил на ворота россиян град ударов, пять из
которых оказались точными. Мы ответили только двумя голами. Шведы тогда укололи
нас, можно сказать, в самое сердце. До сих пор эта рана ноет. Испортили такой праздник.
- Через год на чемпионате мира в Швеции Владимир Янко исправился, преодолел
затянувшуюся полосу неудач.
- Да, закусил он тогда удила. Уж очень хотел доказать, что осечка, которая, надо сказать
откровенно, несколько "подпортила" его спортивную биографию, была случайной. И
доказал. Правда, очередное сражение в финале со шведами выдалось на редкость
напряжённым. Соперники постоянно сходились стенка на стенку, не жалея живота
своего. И всё-таки крепче нервы оказались у наших ребят, которые на глазах у
изумлённых местных болельщиков вырвали победу со счётом 3:2.
- Следующий чемпионат мира проходил у вас на родине, в Кемерове. И вы
наверняка мечтали о том, чтобы он прошел без неприятных сюрпризов, на что и
настраивали главного тренера национальной сборной. Кого же вы определили на
эту должность на сей раз?
- Нет, не Владимира Янко, как вы могли предполагать, а его друга Сергея Ивановича
Ломанова. Ему давно уже было пора выходить из тени своего старшего товарища, у
которого он на четырёх чемпионатах мира был вторым тренером и в этом качестве
зарекомендовал себя с самой лучшей стороны. Сергей всегда находился как бы под
опекой Владимира - ещё с тех пор, как они в составе команды СССР завоёвывали звание
чемпионов мира в 1977 и 1979 годах. И это, в общем-то, понятно. Ломанов на восемь лет
младше Янко. Сергей родился в Красноярске и десятилетним подростком начал играть в
родном "Енисее", пройдя длительный путь от новичка до зрелого мастера. Сейчас уже
мало кто помнит, что свой первый матч за "Енисей" в составе взрослой команды он
провёл 16-летним пареньком. Тогда, 24 февраля 1974 года, в домашней встрече против
"Уральского трубника" вместе с ним дебютировали Андрей Пашкин и Виталий Савлук.
Чуть позже в красноярскую команду пришли Виталий Ануфриенко, Виктор Шакалин,
Юрий Першин, Юрий Лахонин... Все эти первоклассные игроки составили костяк той
действительно непобедимой дружины, которая начиная с 1980 года десять лет подряд
господствовала в отечественном хоккее с мячом, становясь чемпионом Советского
Союза. А мирового превосходства клуб "Енисей" в те времена добивался исключительно
за пределами родного Красноярска - ведь тогда город из соображений сохранения
неведомых государственных тайн был закрыт для въезда иностранцев. И где только
енисейцы не выигрывали Кубок европейских чемпионов: в Абакане, в Кемерове, за

границей. И везде их поддерживали переполненные трибуны, восхищённые мастерством
самых ярких представителей поистине русского хоккея.
- Сергея Ломанова можно с полным правом назвать бриллиантом в среде золотых
парней "Енисея".
- Отличная метафора, со смыслом которой я целиком и полностью согласен. Даже среди
настоящей россыпи талантов Ломанов выделялся своей неповторимостью и
самобытностью. Его называли королем нападения. Он всегда находился в центре, на
самом острие атак, безжалостно сокрушая ворота противника. Обладая исключительно
высокой скоростью, Сергей выполнял сложнейшие, технические приемы, умело
используя обманные движения. Равных ему на пике спортивной карьеры невозможно
было отыскать не только у нас в стране, но и в мире. Вот почему он постоянно
призывался в ряды национальной сборной, за которую выступал на протяжении
пятнадцати лет. В его богатой коллекции пять золотых медалей чемпиона мира. Две
последних он завоевал под руководством Владимира Янко, который не забывал о Сергее,
когда формировал свою победную сборную в 1989 и в 1991 годах, и Ломанов вносил
заметный вклад в успех команды.
- А как же и где Сергей Иванович приобщился к тренерской профессии?
- После победы на московском чемпионате мира в 1989 году Ломанов надолго уехал в
Швецию, где шесть лет играл в составе не самой лучшей команды "Сириус", которая
дальше полуфинала в чемпионате своей страны не добиралась. Вернувшись на родину,
сразу же переключился на педагогическую деятельность в родном красноярском
"Енисее". В 2001 году в качестве тренера поднялся вместе со своими воспитанниками на
высшую ступеньку пьедестала почёта чемпионата России. По всему было видно, что
Сергей Иванович Ломанов состоялся и как наставник, которому вполне можно было
доверить управление национальной командой. Так он вышел на авансцену мирового
бенди уже как руководитель сборной России.
- И он оправдал ваше доверие?
- Тогда - да! Не буду скрывать, к подготовке чемпионата мира в Кемерове я относился с
особым трепетом. Как никак, а Кузбасс - моя Родина. Я не из числа тех Иванов, которые
своего родства не помнят. Праздник удался благодаря личному участию губернатора
области Амангельды Гумеровича Тулеева, мэра города Владимира Михайлова,
президента клуба "Кузбасс" Андрея Сельского. Турнир был организован на высочайшем
уровне.
- Его результаты не омрачили праздничного настроения, которое царило ещё и в
связи с тем, что соревнования были приурочены к славному юбилею в истории
нашего хоккея с мячом - пятидесятилетию первой победы отечественной сборной на
чемпионатах мира.

- Конечно. Мы не забыли о этой дате. В канун открытия чемпионата мира состоялась
дружеская встреча главы Федерального агентства по физической культуре и спорту
Вячеслава Фетисова с родоначальниками победных традиций в отечественном хоккее с
мячом. К сожалению, из тех, кто полвека назад был впервые удостоен звания чемпиона
мира, в живых оставалось только шестеро человек. Это Николай Дураков, Александр
Измоденов, Михаил Осинцев, Геннадий Водянов, Александр Зайцев и Михаил Туркин.
Все они были награждены Вячеславом Фетисовым почётным знаком Федерального
агентства по физкультуре и спорту "За большой вклад в развитие физической культуры и
спорта в Российской Федерации".
- Действительно, в такой возвышенной атмосфере наши хоккеисты просто не имели
никакого права проигрывать, в противном случае их никто бы не понял.
- Согласен. Однако не скажу, что победа досталась нам легко. Совсем нет! Дружина,
костяк которой составляли сильнейшие на тот период московские динамовцы, всё-таки
заставила нас изрядно поволноваться. На предварительном этапе россияне сыграли
вничью 3:3 с соперниками из Швеции, но в финале уверенно взяли верх со счётом 3:1.
Так в споре, кто сильнее, были расставлены все точки над i.
- После того, как Сергей Ломанов добился успеха в Кемерове, вы, вероятно, были
намерены укреплять сотрудничество с этим специалистом.
- Да, такие планы у Федерации существовали. По крайней мере, мы в 2007 году не
разрывали контракт с Ломановым, который должен был руководить командой России и на
чемпионате мира, состоявшемся в начале 2008 года в Москве. Поначалу он дал своё
согласие, а потом вдруг ни с того ни с сего отказался, чем поставил нас в сложнейшее
критическое положение. Такое поведение просто не поддается никакому объяснению: дал
слово, так держи его. Вообще Сергей Ломанов как личность остаётся для меня большой
загадкой. Скажу откровенно, я очень сильно переживал. Нам пришлось бы туго, если бы
на выручку, отбросив в сторону всяческие обиды, не пришёл Владимир Владимирович
Янко.
- Давайте вспомним о событиях чемпионата мира в Москве. Совсем непросто
складывался путь наших ребят к вершинам этих соревнований. Как известно, в
предварительных играх они уступили своим извечным соперникам из Швеции при
довольно странных обстоятельствах. Ведя после первого периода со счётом 4:1,
россияне умудрились проиграть 5:4. Признайтесь откровенно, не дрогнуло тогда у
вас сердце, не закрались ли сомнения в том, что команде в конце концов всё же
удастся завоевать первое место?
- Нет. Понимаю, что сегодня скептики могут усомниться в искренности моих слов,
сказанных по прошествии времени, но это действительно было так. Не скрою, было
неприятно, но поражение не посеяло в наших рядах никакой паники. Не было её и тогда,
когда перед чемпионатом мира наши ребята на выезде проиграли тем же шведам два
очень серьёзных контрольных матча. В спокойной обстановке была проанализирована

сложившаяся ситуация, сделаны соответствующие выводы, суть которых заключалась в
том, что нашим ребятам нужно перестроиться, включить все резервы, использование
которых даст возможность ни в коем случае не проиграть в финале. К счастью, всё так и
получилось. Мы учинили разгром шведам со счётом 6:1 и завоевали столь желанные
золотые медали.
- Короче говоря, лёд "Олимпийского" оказался для вас счастливым...
- Да, это действительно так. Накануне турнира было много опасений, связанных с
качеством льда: выдержит ли он громадную нагрузку, ведь за день на нём проводилось
как минимум по три игры. Все страхи оказались напрасными, лёд к вечеру, когда на поле
выходила сборная России, был точно таким же, как и утром, потому что готовился он по
специальной технологии, разработанной буквально накануне соревнований. Не подвёл
нас генеральный директор спорткомплекса "Олимпийский" Владимир Михайлович
Чурилин, который обещал, что всё на его арене будет в полном порядке. Особая
благодарность и генеральному директору олимпийского спорткомплекса "Лужники"
Владимиру Владимировичу Алешину, который позаботился о том, чтобы вторая открытая площадка, на которой проходили матчи команд группы В, соответствовала всем
международным требованиям.
- Организация самого турнира, судя по всему, не вызвала никаких нареканий...
- И за это нужно сказать большое "спасибо" главе Дирекции по проведению спортивных
и зрелищных мероприятий Мосспорта Александру Григорьевичу Полинскому.
Коллектив, которым он руководит, постарался на славу. Причём, ему пришлось
преодолеть немало трудностей, связанных с аварией в спорткомплексе "Крылатское".
Прежде всего, нужно было оперативно подыскать другую арену для игр команд группы
В. Решили эту задачу очень быстро, остановив свой выбор на открытом катке в
Лужниках. Но и его следовало в кратчайшие сроки приспособить для проведения матчей
чемпионата мира. И с этим справились без лишних хлопот. Как следствие, меняли
маршруты передвижения сборных, график питания. Благодаря усилиям Александра
Григорьевича и его многочисленных специалистов, участники турнира никаких проблем
не почувствовали.
- В общем, ещё раз есть повод подчеркнуть, что такому спортивному городу, как
Москва, вполне по плечу оказалась организация такого масштабного соревнования,
как чемпионат мира по хоккею с мячом.
- А иначе и быть не могло. Каких других результатов можно было ожидать, если
организационный комитет возглавлял мэр Москвы Юрий Михайлович Лужков, а его
правой рукой был заместитель мэра в городском правительстве Валерий Юрьевич
Виноградов. Они взяли на себя весь груз ответственности и внесли весомый вклад в то,
чтобы всё у организаторов получилось так, как надо. Без их поддержки нам, несомненно,
пришлось бы туго.

- Как вы думаете, даст ли прошедший чемпионат мира толчок для популяризации
хоккея с мячом в столице и в России?
- Несомненно. Во время финального матча на трибунах "Олимпийского" присутствовало
около 21 тысячи болельщиков - приблизительно столько же, сколько их было на подобной
встрече в 1989 году, когда в Москве в последний раз проводился чемпионат мира по
хоккею с мячом. И что отрадно, среди них было немало любителей бенди, приехавших
специально на чемпионат мира из городов Сибири и Урала, где очень любят бенди. Да, на
предварительные матчи ходило народу поменьше. Но это вполне объяснимо. С тех пор
столько воды утекло! И, конечно же, московские любители спорта отвыкли от нашей
исконно русской игры. Пройдет ещё немало времени, прежде чем сформируется новая
армия поклонников бенди. Но она непременно вырастет. Уже сейчас у московского клуба
"Динамо", который является лучшим в стране, есть внушительный отряд поклонников.
Несомненно, с каждым годом его ряды будут увеличиваться. Будет расти и число тех, кто
сам непосредственно будет играть в хоккей с мячом. Этому способствуют усилия,
которые предпринимает нынешний президент Федерации хоккея с мячом Москвы
Владимир Михайлович Малышков. Принята программа строительства катков с
искусственным льдом, которых в городе пока три. А там, глядишь, появятся и
специализированные спортивные школы, в которых будут воспитывать мастеров хоккея с
мячом.
- Победа сборной России была по достоинству оценена высшими государственными
лицами...
- Действительно, бывший тогда президентом России Владимир Путин поздравил
сборную команду России с успехом на 28-м чемпионате мира по хоккею с мячом. В
поздравительной телеграмме, в частности, отмечалось: "На московском льду вы ярко
продемонстрировали своё спортивное мастерство, командный дух, подарили настоящий
праздник всем российским болельщикам".
- Если прежде существовала какая-то очерёдность в проведении чемпионатов мира,
то ныне эти турниры всё чаще поручают устраивать представителям России. За
последние десять лет на её территории, в российских городах состоялось пять
подобных соревнований. Чем это объяснить?
- Проведение чемпионатов мира - дело весьма хлопотное и затратное. Средств для
организации этих турниров необходимо немало. Увы, у международной федерации бенди
на эти цели денег нет. Их должна изыскать федерация той страны, которая приглашает к
себе чемпионат мира. Решать столь сложные финансовые задачи сейчас по силам в
основном представителям Швеции и России, которые в последнее десятилетие
практически поочередно и тянут этот нелёгкий воз. В нашей стране со взятыми на себя
обязательствами справляются достойно. И вот что примечательно. Если прежде принять
состязания такого высокого ранга на хорошем уровне могла только Москва, то ныне
конкуренцию ей составляют многие областные города. Уже Архангельск, Казань и
Кемерово встречают спортсменов со всего света совсем не хуже, чем в столице России.

Это свидетельствует о том, что многие региональные центры потихоньку, медленно, но
верно подтягиваются к Москве, во многих компонентах инфраструктуры ни в чём ей не
уступая, а иногда даже и превосходя. Это меня очень радует. Процесс, что называется,
пошёл. Изъявляют желание принять у себя чемпионат мира в Иркутске. Кирове,
Новосибирске. Убеждён, что когда-нибудь и в этих городах увидят игры сильнейших
хоккеистов планеты, что послужит хорошим толчком, мощным стимулом для
дальнейшего развития хоккея с мячом как на местах, так и в нашей стране в целом.
- Альберт Иванович, за время вашего правления Федерацией хоккея с мячом
России на посту главного тренера национальной сборной побывало в общей
сложности шестеро наставников. Как бы вы по отдельности к ним не относились,
но в основном это были самые достойные, самые профессиональные, самые
знающие специалисты своего времени. Как вы считаете?
- Это действительно так. Мы, как правило, приглашали возглавить команду России
лучших. Знакомясь с биографиями главных тренеров сборной страны, невольно
обращаешь внимание на одну характерную деталь: все они за редким исключением
прежде чем стать наставниками, имели за плечами громадную чисто игровую практику,
причем в подавляющем большинстве своём - на очень высоком уровне, в составах
команд-чемпионов всесоюзных и всероссийских первенств и национальных команд,
защищавших честь Родины на самых крупных международных турнирах. Люди изнутри
познали суть хоккея с мячом. Говорят, что великими тренерами нельзя стать, не убив в
себе спортсмена. Эти наставники и через это прошли. Все они - фигуры большого
масштаба, личности, отлично послужившие делу прогресса хоккея с мячом как у нас в
стране, так и во всём спортивном мире.

А. Поморцев с главой г. Кирова В. Быковым и Президентом федерации хоккея с мячом
Кировской области А. Маури. Киров, 2008 г.

Первый человек в русском хоккее
Никто не оспаривает той громадной роли, которую в развитии отечественного хоккея с
мячом с самого начала своей деятельности на посту президента Федерации хоккея с
мячом России играл и продолжает играть Альберт Иванович Поморцев. В противном
случае его вряд ли бы ещё три раза - в 1996, в 2000 и в 2004 годах на безальтернативной
основе вновь не переизбирали на эту должность.
Четыре срока подряд, в общей сложности шестнадцать лет во главе не самой простой
общественной спортивной организации - это, знаете ли, великолепное достижение для
отечественного спортивного движения, где не так-то просто доказывать свою
состоятельность за длительный срок в качестве руководителя столь высочайшего ранга.
Трудно представить хоккей с мячом в России на рубеже XX и XXI веков и второго и
третьего тысячелетий без Поморцева. Его вклад в укрепление позиций игры как в
российском, так и в мировом спортивном мире весом и громаден. Казалось бы, хватит его
приумножать. Но нет! Альберту Ивановичу всё мало. Он прилагает новые усилия, чтобы
способствовать прогрессу бенди. И поэтому по-прежнему в гуще событий. Что его
особенно волнует в год 110-летия хоккея с мячом, о чём он беспокоиться, что радует, чем
гордится?
Давайте сначала о хорошем, о том, что греет душу. Вы только посмотрите, как глубоко
укоренился хоккей с мячом на необъятных спортивных просторах России, насколько
крепко прижился на нашей спортивной ниве. Ничто и никто не в состоянии лишить этих
корней народную игру, особенно любимую в российской провинции. Безусловно, хоккей
с мячом, как и любой другой вид спорта, нуждается в постоянном уходе. Примечательно,
что заботу о нём, о том, чтобы он не зачах, а, напротив, процветал, взяли на себя
региональные власти многих областей и краёв страны. Огромное им за это спасибо!
Причём, вот что любопытно. Руководители в большинстве своём не рассматривают себя
меценатами, они просто действуют в интересах спортивного люда, а такого народу
немало, который любит хоккей с мячом.
- Кого из руководителей вы бы хотели особо отметить, кто, на ваш взгляд, оставил
самый заметный след в истории российского хоккея с мячом?
- В первую очередь тут нужно сказать о высокопоставленных болельщиках
архангельского "Водника". Для меня очевидно, что если бы в конце прошлого столетия
администрация области во главе с Павлом Николаевичем Балакшиным не уделяла
столько внимания этой команде, то она вряд ли, начиная с: 1996 года, стала выигрывать
один чемпионат России за другим, в общей сложности девять раз поднявшись на высшую
ступеньку пьедестала почета. Напомню, что по инициативе Балакшина был построен
первый в России, естественно, за пределами Москвы, искусственный каток для игры в
хоккей с мячом. Достойным преемником Балакшина на посту главы администрации
Архангельской области был и Анатолий Ефремов, очень азартный любитель игры, сам не
раз выходивший на лёд с клюшкой в руках.

Не самые благостные времена переживает ныне и красноярский "Енисей", который в
пору его расцвета активно поддерживал губернатор Александр Иванович Лебедь, очень
известная личность в России. Увы, он погиб, а после него первым лицам края было не до
хоккея с мячом. Исключение составляет лишь мэр Красноярска Петр Иванович
Пимушков, который не давал хоккейному "Енисею" окончательно обмелеть все
последние годы. Теперь появились надежды, что в предстоящем сезоне 2008-2009 годов
"Енисей" вновь станет полноводным. Уверенность в этом вселяют действия губернатора
Александра Геннадьевич Хлопонина и вице-губернатора Александра Новака, которые
договорились с руководством нефтяной компании "Роснефть", что фирма станет
спонсором клуба, в результате чего перед дружиной, наверняка, откроются новые
горизонты и перспективы.
При губернаторе Борисе Всеволодовиче Громове расправил свои плечи подмосковный
клуб "Зоркий", который почти на равных спорит с лидером последних трёх чемпионатов
России - московским "Динамо". Да и в целом в Московской области принята обширная
программа развития хоккея с мячом, которая, в частности, включает планы по
строительству сразу нескольких катков с искусственным льдом, где прежде всего будут
заниматься дети и подростки, юноши и девушки, ближайший резерв команды мастеров.
Много сделали для хоккея с мячом мэр г. Красногорска Б. Рассказов и Генеральный
директор завода "Зоркий" А. Гоев.
Конечно, не могу не сказать несколько добрых слов о руководстве Кемеровской области,
с которым я, начиная с 1965 года, всегда поддерживал самые тёплые дружеские
отношения. Ни для кого не секрет, что я часто бываю на своей родине, и в каждый свой
приезд непременно захожу в администрацию области, чтобы пообщаться с начальством в
официальных кабинетах, но довольно часто наши встречи происходят и в неформальной
обстановке. Так вот, кто бы за сорок с лишним лет ни был во главе нашего региона,
никого не приходилось уговаривать позаботиться о хоккее с мячом, все делали это, что
называется, по велению души и зову сердца. Полное взаимопонимание установилось у
меня с нынешним губернатором Кемеровской области Аманом Гумировичем Тулеевым.
Этот человек с государственным мышлением, масштабная личность, при всей своей
внешней суровости очень благожелателен, охотно откликается на все наши просьбы. В
первую очередь благодаря именно его усилиям клуб "Кузбасс" превратился в один из
самых крепких форпостов отечественного хоккея с мячом. За тем, чтобы не снизился
уровень выступлений команды, пристально следит и мэр Кемерова Владимир Васильевич
Михайлов, давний и преданный поклонник хоккея с мячом. Он взял своеобразное
шефство над хоккеистами с тем расчётом, чтобы они не испытывали никаких проблем ни
в спортивном, ни в житейском плане.
Очень любит хоккей с мячом и губернатор Кировской области Николай Иванович
Шаклеин, с которым мы давно знакомы. Заботе о развитии спорта в своём регионе он
придаёт особое значение. Это чувствуют все, кто причастен к игре. Вы бы знали, с каким
воодушевлением местные любители бенди восприняли решение губернатора о

возведении катка с искусственным льдом и получении хорошего стадиона. Он его
построил. Провёл чемпионат мира.
Личное участие президента Республики Татарстан Минтимера Шариповича Шаймиева в
подготовке чемпионата мира по хоккею с; мячом, который прошёл в Казани в 2005 году,
когда там праздновали тысячелетие Татарии, способствовало бурному прогрессу нашего
вида спорта как в регионе, так и непосредственно в столице, где благодаря хлопотам мэра
города Камиля Шамильевича Исхакова, местная "Ракета", образно говоря, пошла на
взлёт.
К счастью, проникся насущными заботами хоккея с мячом губернатор Хабаровского края
Виктор Иванович Ишаев, давший добро на строительство катка с искусственным льдом.
Местные армейцы получат в своё распоряжение прекрасную арену!
Большим энтузиастом хоккея с мячом, истинным приверженцем игры можно с полным
правом назвать председателя Верховного совета республики Хакасия Владимира
Николаевича Штыгашева, который лично курирует состояние команды "Саяны" из
Абакана.
Сдвинулись с мертвой точки хоккейные дела в Москве, когда во главе Федерации хоккея
с мячом столицы встал член городского правительства Владимир Михайлович
Малышков. Его опека много значит для нашего вида спорта, который вновь обрёл крылья
для полёта. Следует отметить и других людей, причастных к фактическому возрождению
хоккея с мячом в Москве. Громадная заслуга в том, что три года назад на хоккейном
небосклоне опять заблистала московская команда "Динамо", которая многие годы после
развала Советского Союза находилась в плачевном состоянии, принадлежит
председателю городского совета спортобщества Виктору Николаевичу Захарову и его
заместителю Владимиру Ивановичу Михалевскому, и президенту хоккейного клуба
Николаю Николаевичу Барышникову. Они нашли средства, которые помогли динамовцам
вновь крепко встать на ноги. Больше того, возвысить свою голову над всеми. И в итоге
клуб к своим 15 титулам чемпионов Советского Союза прибавил ещё три титула
чемпионов России. Такого замечательного, поистине выдающегося достижения нет ни у
одной другой команды в нашей стране.
Федерации хоккея с мячом России очень бы хотелось, чтобы точно так же, как и в
передовых регионах, относились к нашему виду спорта и руководители других областей
и краёв страны, чтобы они во всём поддерживали настоящих энтузиастов, таких, к
примеру, как директор ведущего в стране предприятия по производству алюминия
Анатолий Васильевич Сысоев, который на протяжении многих лет содержал команду
"Маяк" из Краснотурьинска Свердловской области.
- Альберт Иванович, от представителей властных структур всех уровней в хоккее с
мячом действительно очень много зависит, но нельзя умалять и роли
непосредственных руководителей клубов, начальников команд, тех, кто конкретно
занимался хозяйственной деятельностью.

- А никто и не собирается этого делать. Здесь я в полной мере с вами солидарен. Ведь
именно эти руководители не только определяют, но и направляют политику развития
вида спорта на конкретной территории. Именно они держат руку на пульсе того
организма, головой которого по сути являются, именно они пекутся о том, чтобы пульс
был нормальный, а значит и здоровье было в полном порядке. Убедился, очень важно,
чтобы эти люди были не со стороны, чтобы относились к делу не формально, а с душой,
заинтересовано, чтобы болели за состояние своего хозяйства, отдавая ему все силы.
- И таких сподвижников, убеждён, в вашем мире немало!
- Конечно. Вот к таким неравнодушным специалистам я в первую очередь причислил бы
все того же Анатолия Васильевич Сысоева. Эта личность, на мой взгляд, - знаковая
фигура в отечественном хоккее с мячом. Анатолий Васильевич фактически появился на
авансцене отечественного хоккея с мячом в далёком уже 1992 году, заявив свою команду,
до этого соревновавшуюся в первой лиге, для выступлений в высшей лиге первого
чемпионата России. Когда многие полагали, что впереди нас ждёт длительный период
смуты и разрухи, когда преимущественно рассуждали о том, что "не до жиру - быть бы
живу", когда думали, что лучше скопить на чёрный день, чем безрассудно тратиться на
казавшуюся тогда оппонентам явно бесперспективную затею "выбиться в люди" в
отечественном хоккее с мячом, Сысоев, вопреки повсеместно господствующему
пессимистическому мнению, решил не то чтобы рискнуть, нет, я бы так не сказал, он
решил доказать, что не нужно ждать наступления светлых времен, а надо, не откладывая
в долгий ящик, активнее приближать их, что можно и должно добиваться успеха и в
новых социально-экономических условиях, возникших в России. Со стороны вся его
затея казалась самым настоящим безумием. Краснотурьинск - город маленький. Ну зачем
ему тягаться с гигантами? Но Сысоева эти возражения не только не останавливали, а,
напротив, подстёгивали к энергичным действиям. Как тогда говорили, градообразующим
предприятием в Краснотурьинске как раз и является алюминиевый завод. Ничего не
скажешь, мощнейший промышленный комплекс, его финансовые возможности обширны,
но всё же не безграничны, имеют предел. Тем не менее Анатолий Васильевич,
загоревшийся идеей, изыскал все необходимые средства, необходимые для
существования команды в высшей лиге. Это был своеобразный вызов и ответ всем тем,
кто нёс пессимистические настроения, кто вещал о закате спортивного движения. И
"Маяк" не затерялся среди грандов отечественного хоккея с мячом. Он регулярно
будирует спортивную общественность победами над фаворитами, хотя ему очень сложно
на равных бороться с лидерами. Клуб в основном опирается на собственный резерв,
который вместе с ветеранами успешно отстаивает честь Краснотурьинска на
всероссийских соревнованиях. В спортшколе "Маяка" подготовлено немало прекрасных
молодых атлетов, которые выступали за национальную команду. Анатолий Васильевич удивительный, широчайшей души человек, очень внимательный и отзывчивый. Не раз в
самые тяжелейшие периоды он откликался на наши просьбы помочь и Федерации хоккея
с мячом, и сборной России. Сысоев показал многим наглядный пример, что в состоянии
сделать настоящий специалист, энтузиаст нашей игры. Я горжусь знакомством с этой

замечательной личностью. Вот такие люди прежде всего и нужны отечественному
хоккею с мячом.
- Уверен, они есть.
- Естественно. Как же нам без них обойтись!? Ну как не сказать добрые слова о
Владимире Матиенко, бывшем президенте иркутского клуба "Сибскана", ныне взявшего
название "Байкал-Энергия". Для этого специалиста работа в спортивном учреждении
была абсолютно новым делом, но насколько же энергично и толково он взялся за него. Не
только у меня складывалось впечатление, что он всю жизнь был связан с хоккеем с
мячом. С его приходом иркутяне обрели новое дыхание. А как же вдохновенно они
играли! И это не проходило мимо внимания любителей спорта. Матиенко я бы назвал
мастером пиара, он умел привлечь на трибуны стадиона массы народа. На домашние
игры в течение сезона приходило 160-170 тысяч болельщиков, на принципиальные матчи
собиралось до 30 тысяч зрителей. Трибуны битком забиты. Посещаемость запредельная. Ни один другой клуб высшей лиги не мог, да и сейчас не может
похвалиться такими яркими достижениями.
Отличным организатором проявил себя и В. Журавлёв, несколько лет руководивший
новосибирским клубом "Сибсельмаш". В юности он был великолепным игроком, а затем
превратился в хорошего, дельного администратора, сумевшего сплотить спортсменов в
борьбе за первенство. При нём команда в 1995 году стала чемпионом России, а потом
несколько раз была серебряным призёром.
Все прежние значительные успехи архангельского хоккея с мячом, когда "Водник" девять
раз становился чемпионом страны, несомненно, тесно и неразрывно связаны с именем
Бориса Ивановича Скрынника. Конечно, во всю ширь ему позволила развернуться та
громадная поддержка, которую Скрыннику предоставили руководители области и города,
но и сам он, как говорится, умел проявить инициативу, пробить, что называется, в верхах
идею, довести проект до реализации. При всей благожелательной атмосфере, царившей в
области, не так-то просто было построить первый в России стадион под открытым небом
с площадкой с искусственным льдом для игры в хоккей с мячом. Именно Борис Иванович
был фактически исполнительным директором двух чемпионатов мира и нескольких
крупных международных турниров, состоявшихся в Архангельске. Все эти соревнования
прошли на высочайшем уровне. Опыт, который получил Скрынник в архангельском
"Воднике", очень пригодился ему в Москве, где он стал одним из руководителей
столичного "Динамо", которое, как известно, теперь является фаворитом чемпионата
страны.
А сколько сил и энергии вложил в красноярский "Енисей" его президент Валерий
Александрович Грачёв. Обстановка вокруг команды в крае была не столь
благожелательной, как, скажем, в Архангельской области. Грачёву пришлось убедить
властные структуры пойти навстречу хоккею с мячом. Да и сам он, как достаточно
влиятельный в Красноярске бизнесмен, внёс свою посильную лепту в укрепление
позиций клуба, который многие годы находится в числе лидеров.

Самой высокой похвалы, на мой взгляд, заслуживает сподвижническая деятельность
А.Рушкина, много лет возглавлявшего ульяновскую "Волгу". Воле и мужеству этого
человека можно только позавидовать. Он сумел вытащить команду из такой глубокой
ямы, в которой та очутилась в начале девяностых годов прошлого века, что просто диву
даёшься, откуда у этого специалиста взялось столько сил своротить горы проблем.
"Волга" увядала прямо на глазах, ни шатко ни валко играла в первой лиге, и нам казалось,
что она должна прекратить своё существование. Но не тут-то было! С приходом
А.Рушкина ульяновский хоккей восстал, можно сказать, из пепла как знаменитая птица
Феникс. И расправил свои крылья! Добившись права в 1995 году после пятилетнего
перерыва вновь выступать в высшей лиге, "Волга" неожиданно сразу же заняла в
чемпионате страны почётное пятое место, а в 1997 году даже завоевала бронзовые
медали. Представляете, какой стремительный, поистине космический скачок совершили
ульяновские спортсмены под руководством А. Рушкина. Его авторитет и сейчас
достаточно крепок.
Очень своеобразный человек президент подмосковного клуба "Зоркий" Владимир
Статкевич. Энергия бьет ключом, эмоции перехлёстывают через край, что совсем не
мешает ему работать плодотворно и результативно. Он - один из редких долгожителей на
посту президента клуба. Когда брал под своё начало красногорское хозяйство, то, надо
прямо сказать, было оно далеко не в лучшем состоянии. А посмотрите, как оно выглядит
сейчас! Загляденье! В Подмосковье создан один из лучших в стране центров хоккея с
мячом.
Сказать несколько строк - значит ничего не сказать о своём земляке, президенте
спортклуба "Кузбасс" Андрее Сельском. Он на моих глазах вырос в руководителя
большого масштаба. Вы бы видели, как он воевал за хоккей с мячом, на позиции которого
в Кемеровской области активно наступали хоккей с шайбой и футбол. И отбил таки свои
"бастионы", доказав и губернатору области, и мэру города, что для нашего региона нет
ничего важнее, чем хоккей с мячом. А затем Андрей создал для игры такие условия,
каких нет больше ни в одном другом городе страны. Вполне закономерными стали
постоянные успехи "Кузбасса" на всероссийской спортивной арене.
- Альберт Иванович, командирам хоккейного производства, какими по сути и были
президенты клубов, нужны были квалифицированные опытные "технологи", то
бишь тренеры, те, кто выстраивал хоккейный "производственный" процесс,
ведущий к успеху на ледяном поле. Наш спорт, в том числе и хоккей с мячом, всегда
были богаты на талантливых, одарённых наставников. О самых лучших из них,
тех, кому Федерация доверяла возглавлять национальную сборную, вы уже
подробно рассказали в главе, посвящённой выступлениям российских спортсменов
на чемпионатах мира. А кого из тренеров клубных команд вы бы хотели ещё
отметить?
- Назову прежде всего тех, кого в разные годы приглашали на должность второго тренера
национальной сборной. Это В. А. Петровский, Н. Н. Соловьёв, В. Я. Плавунов, И. В.

Гапанович, В. Н. Грачёв, С. А. Мяус. Кроме них стоит упомянуть также С. Михалёва, А.
Рушкина, М. Быкова, А. Казаковцева. Лично мне очень импонировал их стиль работы.
- Вы уже говорили о том, что хоккей с мячом прочно укоренился в отечественном
спортивном движении, сохранил свою жизнеспособность на всех уровнях.
Интересно, "захватывает" ли игра своим влиянием новые регионы, продолжается
ли её экспансия на неосвоенные территории страны?
- А как же! Непременно! Отрадно отметить, что география нашего вида спорта постоянно
расширяется. И вот наглядные свидетельства этому. Если в 1992 году на первой
учредительной конференции Федерации хоккея с мячом России присутствовали
представители 31 региона, то в работе четвёртой отчётно-выборной конференции
принимали участие делегаты из 48 регионов. Теперь выходит, хоккей с мячом
культивируется уже в более чем половине из 89 областей и краёв Российской Федерации.
Только за последние годы изъявили желание заняться развитием нашего вида спорта в
республике Саха, Карелии, Туве, Усть-Ордынском автономном округе, Вологодской,
Сахалинской, Тульской, Волгоградской, Брянской областях. Там были созданы местные
федерации хоккея с мячом, которые вскоре стали полноправными членами Федерации
хоккея с мячом России.
- А кто-то из новичков пробивался в элиту отечественного хоккея с мячом,
выступал в высшей лиге?
- Были такие примеры. Скажем, заявляли о себе команды "СКА-Забайкалец-Энергия" из
Читы и "Локомотив" из Оренбурга, но продержаться в когорте лучших им, к сожалению,
удалось недолго. Больше повезло "Металлургу" из Братска, но и для него, судя по всему,
уже в предстоящем сезоне могут наступить тяжёлые времена.
- С чем это связано?
- С переменой настроения и отношения к хоккею с мячом в руководстве РУСАЛа,
крупнейшего промышленного объединения по выпуску алюминия. Прежде оно
финансировало сразу три команды - "Саяны" из Абакана, "Металлург" из Братска и
"Маяк" из Краснотурьинска. Теперь вроде бы отказывается их содержать, правда,
оговариваясь, что будет поддерживать детский хоккей. И всё. Мы с таким мнением не
согласны, пытаемся переубедить, доказать, что бенди является любимой игрой в широких
слоях любителей спорта, популярным зрелищем у народа. Нас беспокоит, что хуже стало
"здоровье" и у клуба "Динамо-Сыктывкар".
- Пока не нашли вы взаимопонимания и в Санкт-Петербурге,
отечественного хоккея с мячом, где игре приходиться крайне туго.

родине

- Увы, это действительно так. Команда уже много лет назад вылетела из высшей лиги. В
городе на Неве пока некому поддерживать давние хорошие традиции.
- Хотя проблемы, как мы видим, ещё остались, но, как вы считаете, ситуация в
целом меняется к лучшему?

- Естественно. Понимаете в чем дело. Мы начинали в период разрухи, экономической
нестабильности. После этого прошло целых шестнадцать лет, страна окрепла, поднялась
на ноги, приобрела уже небольшой "жирок", им обросли даже в тех регионах, что живут
за счёт федеральных дотаций и особо разгуляться не могут, но, тем не менее, уже в
состоянии позволить себе совсем по-другому подходить к содержанию команд.
Большинство из них ныне не испытывают никаких материальных трудностей. Сейчас
приблизительно процентов шестьдесят команд полностью обеспечены, и не испытывают
никаких трудностей. Сорока процентам приходится подчас потуже затягивать пояса,
чтобы не разориться. Но, к сожалению, остались ещё коллективы, которым приходиться
сводить концы с концами.
- Какова же величина вступительных взносов сегодня? Она, вероятно, выросли за
последние шестнадцать лет? Насколько же?
- Сейчас команды высшей лиги вносят по 2 миллиона рублей, а первой - всего по 75
тысяч рублей. Причем, у иных коллективов нет возможности сразу же их перечислить,
переводят в течение сезона, иногда, с большим трудом. Предусмотрены даже наказания в
виде лишения очков за отказ платить, никакие причины, пусть даже весьма
существенные, мы во внимание не принимаем - если будем входить в положение каждого
неимущего, то быстро разоримся. Лучше с таким клубом распрощаться, чем тянуть лямку
неизвестно сколько времени: увы, новые правила "игры" диктует новая экономическая
политика. Впрочем, как я уже упоминал, мы не берём себе ничего лишнего, экономия
предельная, скажем, уровень зарплаты у сотрудников аппарата высоким язык никак не
повернется назвать. Все энтузиасты, все мирятся с этим. А как же иначе!? Вот,
предположим, с благими намерениями как следует развернуться мы сейчас установим
размер заявочных взносов в сумме 5 миллионов рублей, и двадцать команд из двадцати
двух тут же прекратят выступления в высшей лиге. Сами понимаете, мы на это никогда
не пойдем.
- Самые богатые клубы уже могут позволить приглашать к себе зарубежных
легионеров и платить им побольше того, чтобы они могли бы получать у себя на
Родине.
- Действительно, вектор передвижения мировой элиты теперь изменился на сто
восемьдесят градусов. За границей уже никто из российских игроков не выступает,
напротив, лучшие спортсмены Скандинавии рвутся отвоевать место в составе любого
обеспеченного российского клуба, где можно заработать приличные деньги.
- Но таковых на сегодняшний день не так уж и много. Сколько же у нас играет
зарубежных спортсменов?
- Всего - двенадцать человек. Действительно, лишь "Зоркий", "Динамо", "Кузбасс",
"Трубник", ну ещё два-три клуба располагают реальной возможностью, будем прямо
говорить, прикупить действительно классных легионеров, заманить их к себе.
- На какие гонорары?

- В каждом клубе они разнятся, но могу сказать, что суммы в несколько десятков раз
меньше, чем, скажем, в отечественном хоккее с шайбой, где оплата труда игроков
фактически уже не уступает той, что существует в НХЛ - Национальной хоккейной лиге
США.
- Вы лично относите себя к противникам присутствия в наших командах
иностранных игроков?
- Да! Хотя вынужден соглашаться с этим явлением по той простой причине, что нужно
уважать права человека на свободу выбора и свободу передвижения, и поэтому не
препятствовать возможности трудиться там, где он хочет. Ко всему разумный приток
свежей "крови" от иностранцев в наш хоккей тоже идёт во благо. Но в душе я всегда был
против.
- Почему?
- Да у нас в России своих великолепных игроков больше чем предостаточно, зачем же
нам приглашать со стороны?! Наши спортсмены уже не раз доказывали, что они не хуже,
а лучше большинства иностранных коллег. Вы посмотрите, какова польза от присутствия
легионеров? Она минимальна. Мне некоторые президенты клубов указывали на то, что с
появлением зарубежных спортсменов в команде повысится посещаемость матчей, мол,
зритель пойдет на яркую звезду. Но искушённого болельщика, как ни старайся, не
обманешь. Настоящих звёзд-то нет! Вот в чём беда! Наши ребята мастеровитее и
талантливее. И в большинстве своём не идут ни в какое сравнение с иностранцами. Взяли
к себе, к примеру, по одному легионеру в Первоуральске и в Хабаровске, и что от этого
изменилось, класс игры команд повысился? Нисколько! Каким был, таким и остался! И в
турнирной таблице они наверх не поднялись, а, наоборот, опустились. От того, что в
подмосковном "Зорком" сейчас выступает семь или восемь заезжих хоккеистов, клуб не
стал чемпионом страны. Он все равно уступил это звание московскому "Динамо", где
был всего один игрок из-за кордона, да и тот не из первого состава. В этом случае
возникает законный вопрос: а для чего тогда брать пришлых спортсменов, если
предостаточно своих? Вот, возьмем, скажем, тот же "Зоркий". В его распоряжении есть
молодые девятнадцатилетние игроки из фарм-клуба, большинство из которых стали
чемпионами мира среди юниоров. Все ребята как на подбор, кровь, что называется, с
молоком, рвутся в бой, рвутся доказать, что их успехи не случайны. Они подтвердили
это, убедительно выиграв чемпионат России в первой лиге, получив право выступать в
элитной группе. Казалось бы, делай ставку именно на них. Но нет! Я считаю это в корне
неправильным. Полагаю, что наставники должны с ними ещё поработать, довести их до
нужной кондиции с таким расчётом, чтобы они не казались инородными телами в
главной дружине, стали в один ряд с сильнейшими и вместе с ними выиграли чемпионат
России. Уверен, достижение этой цели им вполне по силам.
- Короче говоря, вы считаете, что нашим тренерам при формировании состава
нужно в первую очередь опираться на свой собственный резерв, на доморощенных
способных игроков?

- Безусловно! Именно поэтому Федерация поставила перед всеми клубами высшей лиги
в качестве неотложной задачи укрепление детско-юношеского спорта. На наш взгляд,
именно на её оперативное и всестороннее решение нужно направлять как можно больше
средств, а не тратить их ради сиюминутной выгоды на приобретение иностранных
легионеров, проку от которых практически нет, а если и есть, то он минимален, так, кот
наплакал.
- Ныне при всех двадцати командах элитного дивизиона существуют детскоюношеские спортивные школы?
- Да. Причём, специализированные ДЮСШ входят либо непосредственно в структуру
профессионального клуба, либо спортивные' школы действуют в тех городах и областях,
где базируется дружина. Вот, скажем, давайте посмотрим, где в Архангельской области
ребята могут научиться играть в хоккей с мячом. Прежде всего, конечно, в ДЮСШ
спортклуба "Водник", где, кстати, занимаются свыше четырёхсот мальчишек самого
разного возраста. Для юных энтузиастов бенди открыта и ДЮСШ, принадлежащая
местному департаменту образования. Кроме областного центра, тренеры воспитывают
юных хоккеистов в отделениях ДЮСШ в Северодвинске, Плесецке, Котласе, Коряжме и
в Тойме. В Свердловской области есть центры по подготовке юных спортсменов как
непосредственно в Екатеринбурге, так и в Краснотурьинске, Первоуральске, Карпинске,
Богдановичах, Верхних Серьгах и Полевском. Ещё более впечатляет география
распространения школ и отделений по хоккею с мячом в Иркутской области: они
прижились не только в Иркутске, но и в Усть-Илимске, Ангарске, Шелехове, УсольеСибирское, Черемхове, Слюдянке, Саянске, Байкальске, Усть-Куте, Железногорске,
Еланде и Бугульдейки. В Московской области в распоряжении детворы, увлекающейся
хоккеем с мячом, есть ДЮСШ и отделения в Красногорске, Королеве, Обухове, ЛикиноДулево, Балашихе, Томилино, Павлово-Посаде, Шатуре. В Ульяновской области при
спортшколах работают восемь отделений как в областном центре, так и в Димитровграде,
поселках Муловка, Ишеевка и Мирный.
- Намного ли отстали от "старших" собратьев команды первой лиги?
- Таких коллективов у нас сейчас насчитывается 39. И, увы, у немногих есть детскоюношеские спортивные школы. Они функционируют в Абакане, Саяногорске, Абазе
республики Хакасия, в Сызрани Самарской области, в Омске, в Воткинске республики
Удмуртия, в Боровичах Новгородской области, в Нерехте Костромской области, в Чите,
поселках Холбон, Харанор и Мочога Читинской области, в столице Башкортостана Уфе, а
так же в Ленинградской области - в Санкт-Петербурге и во Всеволжске. Нас такое
положение не устраивает. Поэтому мы требуем от тех клубов, где нет детско-юношеских
спортивных школ, создавать кузницы кадров мастеров бенди.
- Какова же ныне в целом армия воспитанников специализированных ДЮСШ?
- Она составляет свыше пятнадцати тысяч человек. Они занимаются в 29 спортшколах и
52 отделениях, где трудятся свыше 300 квалифицированных тренеров-преподавателей. 85

молодёжных и юношеских команд участвуют в первенствах страны по четырём
возрастным группам. Наставники в спортшколах регулярно открывают таланты, а затем
дают путёвку в жизнь выдающимся мастерам российского хоккея с мячом, которые
сейчас блистательно выступают на чемпионатах мира и других крупных и престижных
международных турнирах как у нас в стране, так и за рубежом.
- Кто-то отвечает за отбор перспективных ребят, прослеживает, как они
продвигаются к вершинам мастерства?
- А как же!? В структуре федерации создан специальный отдел, сотрудники которого во
главе с Юрием Хлопотновым этим занимаются. Селекция ведется тщательная. Наши
селекционеры много ездят по стране, просматривают ребят в клубах, на различных
соревнованиях, лучших берут на заметку. В электронной картотеке собраны данные на
несколько сотен самых одарённых молодых игроков. Никто из них не выпадает из нашего
поля зрения, за всеми ведётся тщательное наблюдение, контроль за ростом и прогрессом.
Все ребята постоянно находятся на глазах. Самые лучшие подрастают и постепенно
переходят из одной сборной в другую: попадают сначала в команду для
пятнадцатилетних, которая участвует в первенстве мира, затем в дружину для
семнадцатилетних, далее - девятнадцатилетних. "Сливки" по логике вещей оказываются
во взрослых командах мастеров. Другое дело, как в клубах используют свой собственный
резерв - в этом, как мы уже говорили, есть проблема.
- Молодая поросль прекрасно выглядит и на чемпионатах мира, которые
проводятся для атлетов разных возрастных категорий. Как правило, наши ребята
постоянно завоевывают первые места. Кто же готовит их к этим международным
турнирам?
- Тренеры, которые находятся на ставках Росспорта - Николай Соловьёв и Андрей
Рушкин, они как раз у нас отвечают за воспитание достойного и боеспособного
пополнения для взрослой сборной.
- Несмотря на явные успехи в подготовке резерва, с повестки дня не снимается
вопрос о подъёме массовости хоккея с мячом, которую мы по большому счёту
утратили после развала Советского Союза.
- Не скрою, что нам очень бы хотелось, чтобы в хоккей с мячом играли в каждом дворе
крупных городов, в посёлках, в производственных коллективах. Увы, чего, по большому
счёту, нет, того нет.
- Мешает громадная конкуренция со стороны хоккея с шайбой и футбола?
- Не без этого! Хотя, должен заметить, у нас есть свой круг стойких юных почитателей.
Но если они не ощущают заботы о себе, то их пыл быстро угасает. Трудно даже
представить себе, что два-три десятка лет назад на многих промышленных гигантах
Урала и Сибири проводились собственные заводские чемпионаты, в которых участвовало
до тридцати команд. Сейчас таких коллективов практически не осталось, всё, что есть,

можно пересчитать по пальцам. Да что там заводские чемпионаты! Во многих регионах
прекратили устраивать первенства городов, областей, краев. Правда, к счастью, упадок
произошел далеко не везде. Практически во всех городах, где существуют команды
высшей и первой лиги вновь стали организовывать чемпионаты городов и областей. Ко
всему, там берутся и за проведение всероссийских турниров. Среди них я бы отметил
ставшие традиционными соревнования памяти заслуженного мастера спорта А.Н.
Никитина в Нижнем Новгороде, мемориалы И.Г. Бухарева в Казани, В.А. Баранцева в
республике Хакасия, состязания, в которых разыгрываются Кубки мэров городов и
губернаторов регионов. Всё большую популярность приобретает и всероссийский турнир
на призы клуба "Плетёный мяч", который отметил сорокалетие со дня своего рождения.
Отрадно, что Росспорт включил хоккей с мячом в программу Всероссийской
спартакиады школьников, что тоже немаловажно для популяризации игры.
- Насколько мне известно, в хоккей с мячом всё активнее играют и
представительницы прекрасной половины человечества.
- Да, девчонки оказались не чужды нашему виду спорта, хотя в этом ровным счётом нет
ничего странного. История женского хоккея с мячом в нашей стране насчитывает многие
десятилетия. Он переживал периоды и расцвета, и стагнации, и кризиса. А сейчас вновь
находится на подъёме. Правда, пока лишь в семи регионах, а именно в Мурманске,
Архангельске, Красногорске, Уфе, Казани, Курске и Кемерове открыты секции для тех
девочек, кто хочет приобщиться к нашей игре. Но, уверен, с каждым годом таких мест на
территории России будет становиться всё больше.
- Испытываете ли вы сейчас трудности с обеспечением всем необходимым
инвентарём и оборудованием, а так же спортивной формой?
- Нет, таких трудностей нет. Бытовавший в годы советской власти дефицит спортивных
товаров исчез. Теперь о нём никто и не вспоминает. Но даёт о себе знать другая проблема
- дороговизна хоккейных изделий, большинство из которых к нам привозится из-за
границы, в первую очередь из Швеции. Несмотря на свою высокую стоимость, зачастую
отменным качеством они не отличаются. Но приходится пользоваться тем, что есть в
наличии. Мы считаем такую ситуацию постыдной для отечественной промышленности,
которая в состоянии, на наш взгляд, выпускать первоклассную продукцию, в чём мы
убеждались уже не раз. Скажем, я уже указывал на то, что наши мячи считаются
лучшими в мире. В Кемерове наладили выпуск отличных лезвий для коньков. В продаже
можно увидеть отечественные клюшки, краги, свитера. Как-то мы устраивали
всероссийскую выставку товаров отечественного производства, предназначенных для
игры в хоккей с мячом. Экспонаты предоставили семь фирм, все они отвечали самым
взыскательным требованиям. Короче говоря, я убеждён, что наша промышленность
может в полной мере удовлетворить растущий спрос на изделия, без которых не
поиграешь в хоккей с мячом.
- Как вы полагаете, не утратил ли своей актуальности международный турнир на
призы правительства России, который прежде был известен как турнир на призы

газеты "Советская Россия"? В тот период, когда чемпионат мира проводился раз в
два года, а наши соревнования в промежуток между ними, то их значение было
невозможно переоценить, вот почему эти состязания ещё нередко называли малым
чемпионатом мира. А как теперь, когда чемпионаты мира устраиваются каждый
зимний сезон?
- На мой взгляд, турнир до сих пор не потерял своего веса. Да, сейчас он ни в коем случае
не конкурирует с чемпионатом мира, что на практике было в прошлые годы. Но он попрежнему важен. В любом случае два турнира такого уровня и масштаба идут только во
благо мировому бенди. А, кроме того, он даёт возможность отечественным любителям
хоккея с мячом ежегодно видеть у нас в стране лучшие национальные команды планеты,
сильнейших атлетов. Ко всему, турнир на призы правительства России всегда был неким
инструментом, с помощью которого мы способствовали прогрессу хоккея с мячом в том
регионе, где он организовывался. Практически каждый раз при подготовке к нему
капитально обновлялась материально-техническая база, реконструировались стадионы,
строились поля с искусственным льдом. Пользу он приносит громадную, поэтому мы не
собираемся прекращать его проведение.
- В 2008 году исполнилось 110 лет современному хоккею с мячом. Но, насколько я
помню, 8 марта 2008 года никаких торжеств не было.
- Это действительно так. Мы решили перенести торжества.
- Альберт Иванович, в заключение хочу вас спросить, о чём вы мечтаете, чего бы
ещё хотели добиться для отечественного хоккея с мячом?
- Владимир Владимирович Путин, будучи ещё президентом России, на одном из
заседаний совета по физической культуре и спорту, назвал русский хоккей поистине
народной игрой, причислив её к самому настоящему национальному достоянию! Какими
ещё словами можно выразить значение хоккея с мячом для русского народа!

А. Поморцев, В. Захаров, Б. Скрынник с представителем православной церкви, 2007 г.

Однако, несмотря на это, популярнейший вид спорта существует в нашей стране
исключительно за счёт поддержки региональных властей, которые вносят весьма
весомый вклад в развитие этого вида спорта. Так, за последние десять лет введено в

строй действующих 17 катков с искусственным льдом, в стадии строительства находятся
ещё 4 спортсооружения, отвечающих всем международным требованиям. Открываются
новые детско-юношеские спортивные школы, проводятся сотни соревнований, начиная
со школьных и районных и заканчивая всероссийскими и международными.
Федерация хоккея с мячом России многие годы упорно добивается того, чтобы такое же
пристальное и эффективное внимание поистине всенародному виду спорта уделялось и
на федеральном уровне, но пока наши усилия практически не приносят должных
результатов. Увы, особой заботы мы со стороны государства так и не ощущаем. Всё, чем
Федеральное агентство по спорту помогает нашей Федерации, укладывается в сумму
порядка 7,8 миллиона рублей, которые выделяются исключительно для подготовки
национальных сборных к международным соревнованиям, включая чемпионаты мира.
Государственное бюджетное финансирование чрезвычайно скудное, его не хватает даже
для покрытия самых острых неотложных нужд.
Поэтому основное финансовое бремя расходов ложится на плечи Федерации хоккея с
мячом России. Её бюджет незначителен и составляет сумму порядка 44-45 миллионов
рублей, которая складывается исключительно из заявочных взносов хоккейных клубов
высшей и первой лиг, сиречь, опосредованно, всё тех же поступлений от региональных
властей. Других полноводных источников средств у отечественного хоккея с мячом в
настоящее время нет. К сожалению, сложилась такая ситуация, что у Федерации хоккея с
мячом не имеется постоянных спонсоров и надёжных финансовых партнёров. Усилия,
направленные на создание Всероссийского фонда развития хоккея с мячом, где бы
аккумулировались все денежные поступления, оказались безрезультатными. Поэтому
наша общественная организация испытывает хронические трудности в реализации
планов по дальнейшему развитию и совершенствованию в стране столь популярного в
российском народе зимнего вида спорта.
В последние годы наше государство, заметно упрочившее свои позиции в социальной
сфере, концентрирует громадные усилия на реализации так называемых национальных
проектов. На наш взгляд, мощная и всесторонняя поддержка национальных видов спорта
со стороны федеральных властей могла бы стать одним из таких национальных проектов.
Если бы он был в полной мере осуществлён, если бы, скажем, всё тот же хоккей с мячом
во всю ширь развернул свои плечи, получив должную помощь и от государства, и от
спонсоров, то от этого только бы выиграла многомиллионная армия любителей спорта
нашей страны, укрепилось здоровье нации.
Уверен, что отечественный хоккей с мячом вправе рассчитывать на такое внимание!
В. Саливон