/
Автор: Никулин Л. Рыклин Г.
Теги: история история москвы история города издательство московский рабочий
Год: 1939
Текст
В СТАРОЙ МОСКВЕ
В СТАРОЙ МОСКВЕ КАК ХОЗЯЙНИЧАЛИ КУПЦЫ И ФАБРИКАНТЫ МАТЕРИАЛЫ и ДОКУМЕНТЫ Общая редакция предисловие и заключение Л. НИКУЛИНА и Г. РЫКЛИНА Собрали F. БЛОК и А. ТЕРТЕРЯН МОСКОВСКИЙ РАБОЧИЙ 1 9 3 9
К ЧИТАТЕЛЮ Эта книга — о старой, дореволюционной Москве. Здесь собраны документальные сведения о повсе- дневном быте и нравах капиталистического города, де- сятилетиями утопавшего в грязи, не спеша ездившего на допотопных извозчиках, с наступлением сумерок погру- жавшегося в полумрак керосиновых фонарей. Перед чи- тателем пройдет живописная галлерея бездарных и нечи- стых на руку градоначальников и градоправителей купе- ческой Москвы. Здесь убедительным языком документов рассказано, как праздно и разгульно жили буржуазные тунеядцы разных рангов и масштабов и какое безрадостное суще- ствование влачили цинично и беспощадно эксплоатируе- мые ими рабочие и трудящиеся Москвы. Эта книга не ставит перед собой задачу освещения революционных событий, которыми так богата история Москвы: эта тема самостоятельного большого труда. Книгу составляют лишь отдельные эпизоды из био- графии старого города. Но и по этим эпизодам можно восстановить более или менее полную картину былой жизни нашей столицы. Составители этой книги широко пользовались в сво- ей работе комплектами московских буржуазных газет. Москвой управляла купеческая дума. В так называе- мом городском самоуправлении боролись за власть и влияние различные клики московской буржуазии, и каж- дая клика имела в услужении свою газету или газетенку» 3
По существу все эти органы печати по своей «идеоло- гии» друг от друга очень мало отличались. Хозяева этих газет с равным прилежанием перекладывали денежную наличность из общественной кассы в свой широкий кар- ман. «Отцы города» наживались на эксплоатации трудя- щихся, грели руки на городских подрядах и иных подо- зрительных коммерческих махинациях. Отдельные дела и делишки находили некоторое, ра- зумеется, весьма ограниченное, отражение в тогдашней печати. Часть ее, так называемая либеральная печать, типа «Русского слова», в целях уловления читательских душ делала вид, что настроена оппозиционно к существую- щим порядкам. Конечно, критиковать высокое начальство эти газеты не смели. Изредка им дозволялось обличить какого-ни- будь не слишком значительного и явно проворовавшегося чиновника. И либеральная газета в таких случаях метала гром и молнии, старательно выставляя на показ «незави- симость мысли». Отводили душу либеральные газеты на городском са- моуправлении. Тем более, что это даже иногда поощря- лось градоначальником и даже генерал-губернатором. Для высокого начальства была нетерпима и та види- мость общественности, которую изображала городская дума и ее исполнительный орган — городская управа. В какой степени гласные имели основание считать себя «избранниками народа», можно судить хотя бы по тому, что например, в выборах 1904 г. в городскую ду- му участвовало всего 1 838 человек (это в городе с на- селением свыше миллиона!). Нужно ли говорить о том, что избиратели представляли собой московское купече- ство, фабрикантов и банковских дельцов?! Но критика и городских порядков московскими бур- жуазными газетами, — хотя по форме иногда бывала звонкой и размашистой,— по существу была куцой и бледной. Большей частью это были не злые карикатуры на бездарных градоправителей, на воров и мракобесов, а деликатные «дружеские шаржи». Но даже те жалкие крупинки правды, которые наш- ли себе место в этих газетах, ярко рисуют хозяев капи- 4
талистической Москвы, их варварское отношение к го- роду и его жителям. Газетные вырезки — не основное содержание этой книги. Здесь даны и отрывки из воспоминаний старых москвичей. Здесь представлены официальные и архив- ные документы: приказы, распоряжения, статистические сводки, а также протоколы городской думы, в которых зафиксированы речи и резолюции московских «отцов го- рода», убедительно рисующие неприглядный облик ста- рой Москвы и ее правителей. * * * Старинные ампирные дворцы московских бар, пяти- этажные комоды доходных домов, деревянные домишки, купеческие декадентские особняки, одноэтажные флиге- ли, церкви и часовни, загромождавшие проезжие ули- цы, — все это было своеобразным архитектурным сти- лем старой Москвы — заштатной столицы, «большой де- ревни», как полуофициально именовали город. Московские газеты жаловались на эту «архитектурную нелепицу». Купец снимает для своего дела этаж и придает фаса- ду этого дома желательный ему характер. Другой купец, снявший этаж выше или ниже, делает то же самое. И да- же при постройке дома купеческой управой архитектора заставляли считаться с желаниями с'емщика отдельных этажей. Церковь Параскевы-Пятницы стояла посреди Охотно- го ряда, оживленнейшего перекрестка Москвы, затруд- няя уличное движение. По другую сторону находились пропахшие гнилой рыбой и кишащие крысами торговые ряды. Наискось стояла часовня, принадлежавшая благо- творительному «обществу поощрения трудолюбия». Она обслуживала охотнорядское купечество. Ревнители трудо- любия выбрали это бойкое место потому, что оно обес- печивало хороший доход. Городская дума пробовала возражать против загромождения улицы, но «благотвори- тели» победили. Поодаль виднелись Иверские ворота, оставлявшие для проезда на Красную площадь две мы- шиные норы. Из'язвленные, вшивые и заросшие волоса- ми странники сидели и лежали у входа в часовню. 5
Иногда икона Иверской божьей матери путешество- вала в карете через всю Москву. Ее везли к богатой мо- сковской купчихе, которой не помогли разродиться зна- менитые акушерки. Черная стража — монахи — сопрово- ждала выезжавшую на гастроли икону. Параскевы-Пятницы, Спасы у золотой решетки, Спа- сы на курьих ножках, Спасы на Болванах, Николы Мо- крые, десятки мужских и женских монастырей, церков- ные подворья обслуживались армией черного и белого духовенства — тунеядцев и пропойц. Стоимость земель- ных участков, принадлежавших церковникам, по самой скромной оценке равнялась примерно 50 миллионам руб- лей. Епархиальные средства достигали 42 миллионов руб- лей. Теперь в перестроенных церквах разместились клубы. * * * В своей об'яснительной записке к генеральному пла- ну реконструкции Москвы Московский комитет партии и Московский совет дали следующую характеристику до- революционным московским порядкам: «Хозяева капиталистической Москвы не могли приве- сти ее в элементарный порядок, приспособить город к новым экономическим условиям... Вплоть до самой Ок- тябрьской революции Москва, по общему признанию, оставалась «большой деревней». В этом сказались осо- бенности отсталого капиталистического развития крепо- стнической России. Московская буржуазия по существу никогда и не ставила перед собой задачи перестройки Москвы. Городская дума в руках самой богатой верхуш- ки буржуазии в течение десятилетий была лишь оруди- ем эксплоатации трудящихся, прикрывая самые скан- дальные, мошеннические проделки домовладельцев и предпринимателей. Особенно яркие следы дикой, хищни- ческой эксплоатации трудящихся носило жилищное строительство. Все отрасли городского хозяйства, прозя- бали, оставаясь крайне неразвитыми, — грязные, кривые и тесные улицы, варварская булыга и незамощенные окраины, водоснабжение и канализация в центре и ан- тисанитарные рабочие окраины и т. д. 6
Трудящиеся Москвы в самой острой форме вынужде- ны были испытывать на себе результаты хозяйничанья варварского, отсталого российского капитализма. Старые хозяева Москвы не сумели создать современного город- ского хозяйства...» В этой книге можно найти яркие иллюстрации к ха- рактеристике этих старых порядков. В тех же материалах Московского комитета партии и Моссовета мы читаем: «Исключительные антисанитарные условия, в которых жили трудящиеся города, привлекали к себе внимание буржуазной думы только во время довольно частых вспы- шек эпидемий холеры, тифа, чумы. Однако, собственни- ки страшных трущоб, где прозябала половина москвичей, получали миллионные прибыли от этих владений. Поэто- му обычно дело кончалось ничем — эпидемии утихали, трущобы оставались. Вопрос о постройке двух городских ночлежных домов и о ликвидации частных ночлежек на Хитровом рынке обсуждался с 1864 до 1914 г., но так и не был разрешен буржуазной Москвой из-за противодей- ствия заинтересованных домовладельцев». Старая Москва славилась своими узкими и кривыми улицами, улочками и переулками. Вопрос о расширении и выпрямлении узких и кривых улиц серьезно не ставился, да и не мог быть разрешен в тех условиях. Попытки к отчуждению даже небольших участков ча- стной земли наталкивались на бешеную спекуляцию домовладельцев и крайне длительную судебную волоки- ту. Когда, например, для расширения Кузнецкого переул- ка (нынешнего Кузнецкого моста) понадобилось срезать угол одной усадьбы, ее владелец потребовал 100 тысяч рублей за 54 квадратных сажени земли, огородил этот клочек земли железной решеткой и засадил его чахлой растительностью. Потребовались целые годы судебной волокиты, чтобы произвести принудительное отчуждение части участка, причем владельцу все-таки было заплаче- но около 50 тысяч рублей. Разбирая дела городской управы, утопаешь в воро- хах бесплодной канцелярской переписки, касающейся 7
асфальтирования какого-нибудь незначительного клочка мостовой: «Городская управа составила доклад о приведении всей Сухаревской площади в благоустроенный вид. Вви- ду того, что на асфальтирование средней части площади потребуется еще 62 тысячи рублей, управа предлагает думе воздержаться от приведения в благоустроенный вид всей Сухаревской площади, впредь до более благоприят- ного времени». Это «благоприятное время» наступило только в на- шу эпоху. Летом москвичи задыхались от пыли, тучами поды- мавшейся с булыжной мостовой. Осенью московскую грязь месили 20 тысяч извозчиков. Чтобы не забрызгать грязью штиблеты, щеголи нанимали извозчиков, пере- правлявших их через улицу на противоположный тро- туар. Такую картину можно было видеть и в центре, на Неглинной и на Кузнецком мосту. Средняя ширина московских улиц составляла всего 5 саженей, т. е. 10 метров. Ширина одних только тротуа- ров для пешеходов на новых магистралях Москвы те- перь превышает среднюю ширину улиц старой Москвы. При реконструкции одного только Садового кольца было асфальтировано более 103 тысяч квадратных метров мо- стовой. Это составило больше половины площади всей асфальтированной мостовой в дореволюционной Моск- ве. Сейчас усовершенствованных мостовых в Москве в 27 раз больше, чем их было до революции. Серьезной проблемой для приезжего человека было разобраться в путанице переулков, тупиков, проездов. Существовало 15 Александровских улиц, 14 Безы- мянных переулков, 11 Никольских переулков, 9 Лесных, 9 Банных, 4 Алексеевские улицы. Об упразднении неу- добной «одноименности» улиц и переулков в городской думе говорили целыми десятилетиями, но все оставалось попрежнему. Новый Москворецкий водопровод был построен толь- ко через 16 лет после того, как городская управа впер- вые занялась обсуждением этого вопроса. 24 года понадобилось купеческо-буржуазной думе для создания в Москве некоего подобия канализации, 8
На московских улицах вечером царил полумрак. Двад- цать тысяч фонарей освещали город. Из них — девять тысяч керосиновых коптилок. Сейчас Москву освещает более сорока тысяч электри- ческих фонарей. «Смертность в Москве, — писал «Голос Москвы» в апреле 1910 г.,— выразилась в 42 936 случаях. Коэфи- циент смертности по сравнению с прошлым годом под- нялся на 23,3 процента». Далее следовало мало успокоительное об'яснение, что смертность в Москве в 1910 г. появилась главным обра- зом за счет детских заразных болезней. Из общего чис- ла умерших детей исключались те, кто погиб на гран- диозной «фабрике ангелов» — в воспитательном доме: сюда дети доставлялись из деревень и давали громадный процент смертности. На знаменитом Хитровом рынке, рассаднике холеры, являвшейся частой московской гостьей, четыре ночлеж- ных дома: Степанова, Кулакова, Румянцева и Орлова, принадлежали генералам, тайным советникам и денежным тузам. С 1864 г. делались попытки упразднить Хитровку. Каждый раз, когда в Москве вспыхивали эпидемии холе- ры, начинались разговоры о том, что хорошо было бы уничтожить Хитровку; созывались совещания и выраба- тывались планы образцовых ночлежных домов. Летом 1917 г., при Временном правительстве. Хитровка все еще сохранялась во всей своей красе. Ужасающие москов- ские трущобы Хитрова рынка исчезли бесследно только после Октябрьской революции. Язвой столицы была проституция. В труде доктора В. П. Скорова «Возвращение к че- стному труду падших девушек» подробно рассказано о том, как рекрутировались кадры московской проституции, «Достаточно будет сказать, что с одной только Моро- зовской мануфактуры увезено в течение трех лет тор- говцами живым товаром 50 молодых и красивых девушек. Эти торговцы предпринимают путешествия по большим фабрично-заводским центрам...». Газета «Раннее утро» сообщала, что количество про- ституирующих в Москве женщин, судя по регистрацион- 9
ным данным домов терпимости, определяется в 15—20 тысяч. «Общественная инициатива» в деле возвращения к честному труду «падших девушек» ограничилась тем, что на квартире градоначальника 14 апреля 1910 г. состоя- лось учредительное собрание возникающего в Москве отдела «Российского общества борьбы с вовлечением женщин в разврат». Эти «апостолы морали» даже и не помышляли о самомалейшем нарушении «законных» прав публичных домов, существовавших на совершенно офи- циальных началах и всемерно поощрявшихся. И с этой язвой покончила навсегда Москва револю- ционная. В дореволюционных справочниках и путеводителях по Москве можно найти хвалебные статьи, посвященные благотворительной деятельности тароватого московского купечества. Городская управа в своих заседаниях не раз благодарит щедрых москвичей, не оставляющих внима- нием богоугодные заведения. Как издевательски звучат отмеченные в стенографических отчетах думы перечисле- ния этих пожертвований: «От неизвестных—7 рублей деньгами, чай, сахар и икона божьей матери с подсвечником и кружкой». «От Н. И. Гучкова—4 деревянных рамки с метал- лическими сетками на сумму 26 рублей». (Нужно добавить, что Н. И. Гучков был председате- лем Московской городской думы). * * * Градоправители держали Москву на положении «большой деревни». Резкие протесты трудящегося насе- ления против антисанитарных условий, в которых они вынуждены были жить, оставались гласом вопиющего в пустыне. Московские тузы, купцы, домовладельцы, ка- батчики меньше всего считались с нуждами населения. Они думали и заботились только о своих барышах. Все, о чем читатель прочтет в этой книге, теперь ка- жется далеким. Пришел новый хозяин. Большевики пе- ределали и продолжают переделывать город. Обозревая новую красавицу-Москву, Москву советскую, социалисти- 10
ческую, с трудом веришь, что вот здесь, на этой улице, на этой площади, совсем недавно были свалки, грязные ночлежки, болота и «домишки-недоскребы», как называли их московские остряки. Старая, дворянско-купеческая Москва — это был город купеческого разгула, поповского мракобесия, жестокой эксплоатации рабочих и трудящихся. Большевики превратили Москву в прекрасную столи- цу нашей социалистической родины. Москва стала зна- менем великой стройки социализма, лозунгом, зовущим на борьбу против капитализма.
НАЧАЛЬНИКИ И „ОТЦЫ ГОРОДА" БОЛЬШАЯ ДЕРЕВНЯ Старая Москва была большой неблагоустроен- ной деревней. Шли годы, проходили десятилетия. Масляные коптилки, освещавшие московские улицы, уступили место керосиновым фонарям, зажегся газ и вспыхнули электрические лампочки. Старая Москва, как казалось иным современникам, принимала «почти что европейское обличие», но оставалась она все тем же большим захолустьем, глухим и сонным. В Москве тихо, как в сундуке. На улицах ездят извозчики, в домах играют на фортепианах, в редакциях скрипят перьями... В воскресенье на Сретенке одна баба выпустила из рук купленного на Трубе зайца: весь народ и все собаки, бывшие на улице, в пол- ном своем составе, погнались за зайцем, учинили шумную ловлю, но... и это не произвело шума... Театральные кассиры спят, деко- раторы играют в шашки, репортеры зевают вплоть до самого вы- виха нижней челюсти. Кругом сон, бред, почесыванье... (Журнал «Будильник» № 9 зa 1884 г.) Москвич шестидесятых годов без особого восхи- щения описывает и внешний облик второй россий- ской столицы. 12
В непосредственной близости от исторической Крас- ной площади помещалась Толкучка, Толкучий рынок. Между Никольскими и Ильинскими воротами вся внутренняя сторона Китайской стены в два ряда застроена маленькими лавоч- ками, в которых торгуют всякой всячиной. Это торговое место в Москве занимает очень тесную улицу и называется Толкучим рын- ком, в народном прозвании площадкой. Тут еще и поныне не вышли из употребления и процветают слова: сначить, тянутое, клево, чево, стуканцы, журик, лачо и тому подобные выражения площадных офеней... («Русские ведомости» от 31 марта 1864 г.) Приблизительно та же картина наблюдалась на Но- вой и Старой площадях. На «Новой» площади торговали большей частью меховыми товарами, остатками ситца, браком суконных товаров в таких же лавочках, прижатых к Китайгородской стене, вплоть до самых Вар- варских ворот, около которых на башне висела чтимая москвичами икона «Боголюбской божьей матери». На «Старой» площади был развал — толкучка; сюда каждый день с раннего утра сходились скупщики разного старья и разных домашних вещей — старьевщики, которые ходили по дворам, выкри- кивая «старого-старья продавать». (И. А. Белоусов, Ушедшая Москва.) Даже центр Москвы — Красная площадь — являл со- бой мерзость запустения. ...На Красной площади, напротив грандиозного здания рядов, с момента наступления снежного времени происходит нечто невообра- зимое. На середину площади из разных мест города свозятся сотня возов снега. Для уничтожения его возведены две громадные снеготаялки. И вот с утра до позднего вечера Красная площадь положитель- но окутана смрадным дымом от тающего снега и горящих дров в топках снеготаялок... (Московский листок» oт 8 февраля 1913 г.) Вот некоторые подробности, рисующие состояние Китайгородской стены. ...Вполне желательно на площади с'естного рынка устроить об- щественный писсуар, а то арки Китайской стены начинают сильно страдать от неразборчивой рыночной публики, тем более, что по- лоса земли около Китайской стены ничем не замощена... («Известия Московской городской думы» № 6 за 1892 г.) 13
Так было в центре Москвы. Заглянем на окраины: На всем протяжении Большой Серпуховской улицы расположе- ны постоялые дворы. Большинство содержателей этих дворов рас- поряжается улицей, как своим сараем, если не хуже. Вся улица с обеих сторон заставлена телегами, не дающими проезду... («Русские ведомости» от 23 мая 1864 г.) Не в лучшем положении находилось Ямское поле — ныне ул. «Правды», улица, где сейчас выстроены здания замечательного комбината «Правда». В сущности это нельзя даже назвать окраиной, потому что речь идет о «Ямской слободке», или, как еще называют эту местность, о «Ямском поле»... ...По обеим сторонам — деревянные домишки. Тротуаров нет. Кое-где положены узкие дощечки. Улица широкая, но совершенно немощеная... («Московский листок» от 20 октября 1912 т.) Бутырская застава. Нижняя и Верхняя Масловки,— все окраинные улицы Москвы походили друг на друга... На окраине Москвы, у Бутырской заставы, есть обширная и гу- сто заселенная местность — Бутырский проезд... ...Помнится, на одном из предвыборных собраний одним из вы- борщиков говорилось, что в дождливую осень и ранней весной грязь в этом проезде настолько велика, что покойников приходится пере- носить через заборы, минуя улицу. Управа, наконец, вняла воплям обывателей этой местности и, прежде всего, переименовала Бутырский проезд в Нижнюю и Верх- нюю Масловки. Вместо прежних полустертых дощечек появились новые, эмали- рованные, с названиями улиц, и... дальше этого «благоустройство» проезда не пошло... Узкая полоса проезда по правую сторону (для езды) находит- ся в таком невозможном состоянии, что туда решается ездить толь- ко один водовоз, который и берет с обывателей по 5 копеек за ведро... («Русское слово» от 25 июня 1909 г.) Какой была 1-я Мещанская (теперь одна из благо- устроенных магистралей Москвы) четверть века назад? 1-я Мещанская улица является магистралью для большого райо- на 1-й и 3-й Мещанских и отчасти 3-й Сущевской частей города с населением, по данным последней переписи, около 120 тысяч чело- век, что составляет 1/14 часть всего населения Москвы... ...В этом уголке города на сравнительно небольшой территории население живет ужасно густо в невозможных гигиенических усло- виях. 14
...Канализации нет. Очистка нечистот производится примитивным способом. День и ночь по большой проезжей многолюдной улице тянутся обозы, распространяя невозможный смрад, особенно ночью... ...Водопровод есть только по магистральной улице. И какая ирония: рядом в двух шагах Крестовские башни с их водопроводом. Нет освещения... («Московский листок» от 24 июля 1912 г.) Даже незадолго до мировой войны Москва выглядела так: ...Через залитую электрическим светом площадь медленно я равнодушно тащится допотопная «конка», а влекущая ее «пара гнедых» презрительно смотрит на окружающее великолепие. Между двух рядов керосиновых коптилок с треском и грохотом летит мол- ниеносный трамвай. А за Москва-рекой можно наблюдать и такое чудо из чудес: по одному и тому же рельсовому пути ползет конка, а за ней, сдер- живая свою электрическую прыть, покорно тащится трамвай... € залитой электрическим светом Страстной площади они спо- койно ныряют в непроглядную темь Тверского бульвара, где керо- синовые фонарики не столько светят, сколько робко указывают на- правление. Два шага в сторону от блестящей Тверской, и попадешь в за- путанную сеть переулков Бронной, Козихи и Палашей, где харчев- ня чередуется с сомнительными меблированными комнатами, где по вечерам бродят мрачно-загадочные фигуры, и из уважения к ним благоразумнее обходить их на некотором расстоянии... («Голос Москвы» от 16 июля 1910 г.) В заключение довольно пессимистическое заявление фельетониста: — Вообще должен вам сказать, что не позднее чем через 500 лет Москва будет по внешнему виду вполне столичным горо- дом, который сможет выдержать сравнение со своими нынешними зарубежными товарищами... («Раннее утро» от 23 апреля 1911 г.) Незадачливый фельетонист малость ошибся: потребо- вался гораздо меньший срок, чтобы Москва стала не только «вполне столичным городом», но и культурнейшей столицей мира. * * * 15
ГРАДОНАЧАЛЬСТВО И ПОЛИЦИЯ Исполнительно-административную власть в Москве осуществляла полиция — один из главных устоев цар- ского самодержавия. Корреспонденция из ленинской «Искры» дает яркую характеристику порядков и нравов московской полиции. Для охраны царя во время его пребывания в Москве были со- гнаны сюда сыщики из С.-Петербурга, Киева, Варшавы и других мест. Сыщики же составляли банды для встречи царя криками «ура!». В свободное от службы время городовые в рваной босяцкой одежде сновали среди толпы для той же цели. Солдаты и казаки были на- готове и прятались во дворе генерал-губернатора, в Охотном ряду, во дворе губернского правления (близ Иверской) и других местах. Все без исключения чиновники охранного отделения получили после того награду, городовые — месячный оклад жалованья. Теле- граф работал беспрерывно, сообщая из одного, то из другого го- рода о выезде в Москву какого-либо «подозрительного» лица. По приезде в Москву таковое арестовывалось. («Искра» № 41 от 1 июня 1903 г.) Полиция состояла на городском бюджете. Содержание полиции потребовало 1 710 тысяч рублей, жандарм- ского дивизиона — 216 тысяч рублей и генерал-губернаторского управления — 40 тысяч. («Русское слово» от 7 октября 1910 г.) На содержание московской городской полиции министерство внутренних дел испрашивает на 1910 г. 2 442 тысячи, в том числе на содержание сыскной части — 94 320 рублей, адресного стола — 52 170 рублей, участкового управления — 485 750 рублей, полицей- ской стражи — 1 468 420 рублей, полицейского резерва — 75 840 руб- лей, служителей команды—114 880 рублей, конно-полицейской стра- жи —110 200 рублей. Проектируемый штат наружной полиции: по- лицмейстеров — 4, приставов — 48, помощников приставов — 96, око- лоточных надзирателей — 480, городовых — 3 406; кроме того, в со- став полиции резерва входит 24 околоточных надзирателя, 240 го- родовых, конно-полицейская стража состоит из 150 городовых. («Русские ведомости» от 8 сентября 1910 г.) По данным городской управы, расходы города на полицию за десять лет возросли на 365 тысяч рублей, или на 30,5%. («Утро России» от 1 мая 1910 г.) 16
Охотный ряд был как бы символом купеческой Москвы. С'естные лавки, лабазы, ларьки и лотки кишели миазмами. Над Охотным рядом всегда стояло облако едкой ядовитой пыли, И в самой середине оживленнейшего проезда нелепо громоздилась грузная церковь Параскевы Пятницы — высокой покровительницы купецкой мошны...
На снимке — одна из торговых площадей второй российской столицы незадолго до мировой войны.
«Чины» полиции, как их тогда именовали, отнюдь не довольствовались казенным содержанием. Поборы с населения почитались самой благовидной и чуть ли не узаконенной статьей полицейского дохода. Нередки были и попросту кражи, совершаемые блюстителями порядка. ОБВИНИТЕЛЬНЫЙ АКТ о бывшем околоточном надзирателе потомственном, дворянине Бер- нарде Бернардовиче Крживец, обвиняемом в преступлении, преду- смотренном 351 ст. Улож. о наказ. 20 октября 1896 г. содержащийся в московской тюремной боль- нице крестьянин Иевлей Качалин подал московскому обер-полицмей- стеру прошение, в котором об'яснил, что у него, Качалина, при его арестовании 13 июня 1896 г. были отобраны серебряные часы, ко- торые ему обратно не выданы, ввиду чего, он, Качалин, и просил о возвращении ему таковых. При расследовании оказалось, что Качалин был действительно арестован 13 июня 1896 г. и у него были отобраны околоточным надзирателем 2-го участка Пресненской части Бернардом Крживец часы, которые затем пропали. Постановлением 1 отделения Московского окружного суда от 11 ноября 1897 г. Красавец был признан виновным в том, что «не принял надлежащих мер для сохранения означенных часов, вслед- ствие чего они и пропали», и приговорил его к строгому выговору в присутствии суда. (МОАУ, ИА № 2, ф. Моск. окр. суда, 1 отд., 1 стол, д. № 150, св. 16, л. 4.) Дело ограничилось выговором. А вот другому пред- ставителю полиции, сыщику Байструкову, не повезло. Суд оказался к нему менее милостив. Уже давно залы Московского окружного суда не привлекали та- кого громадного количества публики, как в тот день, когда разби- ралось здесь дело о полицейском сыщике мещанине Байструкове, обвиняемом в воровстве... Исполняя самые разнообразные поручения полиции, за что Байструков получал, по его словам, по 200 рублей в месяц (для мещанина, едва знающего грамоту, право, вознаграждение недурное), он, кроме того обложил приличным налогом и некоторые частные учреждения. По словам того же Байструкова, в его «заведывании» находились, между прочим, сад «Эрмитаж» и банкирская контора Юнкера. Сколько платила Байструкову жалованья дирекция сада «Эрмитаж», неизвестно, но контора Юнкера платила ему, как он сам показал на суде, по 35 рублей в месяц. За эту плату Байстру- ков обязался перед конторою «следить» (?) за тем, чтобы не слу- чилось в конторе кражи (?!)... Байструков пользовался неограни- 17
ченным доверием. Доверие это было так велико, что Байструков оставался агентом полиции даже и после того, как обнаружились года два тому назад его весьма двусмысленная роль во время покражи у инженера г. Неронова капитала в 80 тысяч рублей. Деньги эти украл лакей г. Неронова, а впоследствии оказалось, что в определении на место лакея и в уговоре его совершить эту кра- жу принимали довольно деятельное участие как Байструков, так и другие сыщики. Лакей, не выполнив договора, хотел было украден- ными деньгами воспользоваться без раздела, и за сей злостный умысел был немедленно же изловлен сыщиками... По уверению Байструкова, 17 июня 1881 г. он был чрезвычай- но занят исполнением своих служебных обязанностей. В этот день в Москву прибыл высочайший двор, и Байструков будто бы был ко- мандирован генералом Козловым в Кремль с поручением «находить- ся в тех местах, где будет проходить государь император». Свиде- тель Бакастов удостоверяет, что «Байструкова он видел во дворце с самого утра до 3 часов». Но затем Байструков «получил приказа- ние отправиться к храму Христа-спасителя наблюдать за одною лич- ностью»; после этого Байструков едет на Грачевку в тайный при- тон азартной игры и здесь, в виде отдыха, играет в банк. На суде удостоверяли, что о существовании этого притона, содержимого не- ким Цаплею-Орловским, полиция знает, но почему-то скрывает. До- ступ в притон был не легок, так как входная дверь имела особый механизм. Но, как видно, перед Байструковым все двери отворя- лись, и он здесь нередко играл и играл весьма счастливо. 17 июня он «выиграл» здесь 200 рублей... На следующий день, 18 июня, Байструков уже опять при от- правлении своих служебных обязанностей. «Когда я явился 18-го чи- сла в полицию, — показывает Байструков, — мне было дано шесть человек полицейских агентов; так как они были все новые и ниче- го не знали, то я отправился с ними к Петровскому дворцу...» Между тем, пока сыщик Байструков проявлял такую деятель- ность по надзору за подозрительными обывателями, на площади Кремля случилось следующее происшествие: вместе с народом при- шел сюда купеческий сын Тюляев, имея в кармане 5 050 рублей денег и в том числе 77 серий; незаметно платье у него было раз- резано, и все деньги похищены. Это было 17 июня, а на следую- щий день Тюляев заходит в рыбную лавку Егорова, сообщает о совершенной у него краже, говоря, что все нумера похищенных се- рий у него записаны. Егоров вспоминает, что накануне, т. е. в день самой кражи, у него был Байструков и разменял одну серию. Сли- чают нумера, — оказывается, что серия одна из числа похищенных. А так как было известно, что сыщик Байструков исполнял свои «служебные обязанности» именно в том месте, где стоял Тюляев, то и возникло прямое подозрение о прикосновенности самого Байструкова к этой краже. Но сыскная полиция была так уверена в неподкупной честности своего агента, что вместо того, чтобы привлечь Байструкова в каче- стве обвиняемого, ему же поручила делать розыски о покраже де- нег у Тюляева (!!!). Понятно, что по этим розыскам виновных не обнаружено, и украденные деньги пропали бесследно. 18
Но, несмотря на такой приказ, сыщики, фигурировавшие на су- де, были довольно откровенны и «конфузили» друг друга в доста- точной степени. Вот, например, показание сыщика Семена Макси- мова, прочитанное на суде: «Живу в доме Зимина, на Дьяковке, по занятию — слесарь; под судом был два раза и по приговору си- дел в тюрьме. Байструкова знаю: слышал, когда содержался в тюрьме, что Байструков получает от воров долю...» В силу приговора присяжных Байструкова признали виновным и приговорили к лишению всех особенных прав и к заключению в арестантские роты на два года. А затем что? А затем Байструков опять, как прежде, будет приглашен к отправлению своих обычных занятий по сыскной части. Так всегда бывало прежде, и нет осно- вания предполагать, что не повторится то же и теперь. (А. П. Лукин, Отголоски жизни (наблюдения и заметки.) Взятки составляли настолько крупный приработок мо- сковских полицейских, что он соблазнял даже отпрысков высшей аристократии, не гнушавшихся исполнять про- заические обязанности приставов «выгодных» участков. В Зарядье, этом еврейском гетто в Москве, проживали не только евреи с бесспорным правом жительства, не только евреи с сомнительным правом, но и вовсе бесправные... Участок этот счи- тался самым доходным для пристава, который получал мзду от всех, даже и от тех, которые имели несомненное право жительства. Ре- путация этого участка была чуть ли не официально зафиксирована. Здесь приставами часто бывали представители титулованных се- мейств. Это были прокутившиеся сыновья сановников, которых по- сылали сюда нарочно для поправки расстроенного материального положения. (Л. Львов (Л. М. Клячко), За кулисами старого режима.) Так называемый «еврейский вопрос», или точнее го- воря, преследования евреев были едва ли не главным занятием столичной полиции. На этом поприще просла- вился дядя последнего Романова, великий князь Сергей Александрович, выселивший из Москвы около 30 тысяч еврейских семейств. Большое рвение проявил в этом де- ле и пресловутый казнокрад, взяточник, впоследствии преданный суду даже снисходительным царским правосу- дием московский градоначальник генерал Рейнбот. О его подвигах в воспоминаниях Л. Клячко читаем: Незавидна была и доля московского градоначальника генерала Рейнбота. Назначен он был на эту должность в Москву уже после того, как великий князь очистил столицу от евреев, что называется, «до дна»: выселил не только тех, которых возможно было, но и многих, которых по закону нельзя было выселять. 19
Кое-какая работа в этой области, правда, все-таки была, но по масштабу Рейнбота, конечно, она была незначительна. А между тем, согласитесь сами, сидеть в Москве и не козырять еврейским вопросом — это ведь хоронить свою карьеру и пассовать перед другими администраторами. Поэтому, когда сотрудники ему доложили, что в Москве неза- конно проживают еврейские младенцы, он с особым рвением при- нялся действовать. Дело было так. В Москве жило несколько семейств, главы кото- рых, т. е. отцы, правом жительства не располагали, но жены их, зубные врачи, акушерки, имели право жительства, так как занима- лись своей специальностью. Они и проживали вместе с семьей, а мужья их на жительстве в Москве не числились; они жили неле- гально либо в пригородах, где за известную мзду местная власть допускала их жительство, либо за мзду же — в Москве. И вот заве- дующий еврейским столом при Рейнботе указал, что акушерки эти и зубные врачи, раз они занимаются своей специальностью, имеют право жить, но дети их не имеют права жительства, так как право жительства для евреев есть право состояния, каковое они могут иметь лишь по отцу, а не по матери. Так как отцы их в Москве не проживают, не имея на то права, то и дети их не имеют права жить в Москве. Таких младенцев удалось разыскать в четырех се- мействах: Гаузнера, Райцына, Космана и Юделиовича. В первую очередь было предписано выселить Менделя Райцы- на. В полученном официальном извещении, за подписью ген. Рейн- бота, было сказано, что «еврею Менделю Райцыну, трех с полови- ною лет от роду, предписывается выехать в места, где он, как ев- рей, располагает правом самостоятельного жительства». Ретивый генерал, впоследствии переименованный с высочайшего разрешения в генерала Резвого, повидимому, не задавался вопро- сом о том, как можно об'яснить трехлетнему Райцыну, где именно он располагает самостоятельным правом жительства. Какое дело администратору до здравого смысла, раз идет речь о соблюдении еврейского ограничительного закона. Всего Рейнботом было предписано выехать четырем еврейским младенцам, коим в общей сложности всем вместе было около 18 лет. Еще один штрих, характеризующий облик главного московского полицейского: Генерал Рейнбот в Москве высылал всех, неугодных ему и его приятелям. У него, между прочим, был такой классический случай, установленный впоследствии одним из чинов сенаторской ревизии: какая-то девица из аристократической семьи увлеклась молодым че- ловеком простого звания и решила выйти замуж за него, вопреки воле родителей. Они обратились к Рейнботу. Последний вызвал мо- лодого человека и предложил ему отказаться от «неравного» брака. Тот не согласился и был выслан, как угрожающий общественному спокойствию и государственному порядку... (Л. Львов (Л. М. Клячко), За кулисами старого режима.) 20
Любопытно, что «прогрессивная» печать всех толков и оттенков в общем взяла Рейнбота под свою защиту, когда он настолько проворовался и зарвался в своем помпадурстве, что даже видавшее виды царское прави- тельство оказалось вынужденным посадить бравого воя- ку на скамью подсудимых. Кадетствующий либерал и адвокатский златоуст П. Карабчевский выступал в суде официальным за- щитником Рейнбота. И лишь большевистская «Звезда» разоблачила всю позорную сущность «Рейнботиады». До сих пор речь шла о полиции наружной. Освеще- ние деятельности и политической полиции охранного от- деления в Москве потребовало бы самостоятельного тру- да. В особенности, если принять во внимание то обстоя- тельство, что знаменитый охранник Зубатов действовал в Москве, в Московском охранном отделении. Мы ограничимся лишь тем, что приведем выдержку из записок, принадлежащих автору, весьма осведомлен- ному в делах тайной полиции. Несмотря на краткость, эти строки дают представление о методах работы москов- ской охранки. ...Успехи по преследованию революционеров были достиг- нуты отделением с помощью внутренней агентуры, т. е. через тех членов революционных организаций, которые по тем или иным по- буждениям давали политической полиции сведения о деятельности своих организаций и их отдельных членов. Уменьем привлекать из революционных и общественных кругов лиц, которые освещали бы их деятельность, тогда славилось имен- но Московское охранное отделение. Наличностью этих сотрудников и об'яснялись успехи Московского отделения и его популярность... После каждых групповых арестов или ликвидации Зубатов подолгу беседовал с теми из арестованных, кто показался ему интересным. Это не были допросы, это были беседы за стаканом чая о непра- вильности путей, которыми идут революционеры, о вреде, который они наносят государству. Во время этих разговоров со стороны Зубатова делались предложения помогать правительству в борьбе с революционерами. Некоторые шли на эти предложения... (А. Спиридович, Записки жандарма.) Насаждая порядок но знаменитому принципу «тащить и не пущать», московская администрация и полиция не проявляли ни малейшей заботы о жизни и безопасности 21
трудящегося населения. Подлинным памятником царю и царской полиции в Москве является знаменитая Ходынка. Гулянье на Ходынском поле, стоившее жизни тысячам по преимуществу трудящихся людей, было задумано как всенародный праздник «ликования» по поводу корона- ции Николая II. «Ликование» это закончилось тяжелой катастрофой. Ни один современник катастрофы в своих воспоми- наниях не мог пройти мимо Ходынки, символизировав- шей собой ничтожество, тупость и жестокосердие импера- торского строя. Как ни старались высокопоставленные мемуаристы смягчить вину самого царя и его полицей- ского окружения, правда пробивается между строк этих мемуаров. На коронационные празднества были истрачены мил- лионы народных денег. На украшение города пошло ровным счетом миллион аршин одного только кумача, и на самое торжество затрачено около двад- цати пяти миллионов рублей. А для всей страны на министерство народного просвещения — едва ли два миллиона руб. в год. (В. Краснов, Ходынка, Рассказ не до смерти задавленного.) Грохот пальбы, треск фейерверков, гром музыки, звон колоколов и славословия казенной печати по поводу ко- ронации 18 мая 1896 г. были «омрачены тревожным со- бытием». 18 мая в течение дня появилось следующее официальное сооб- щение: Блистательное течение коронационных торжеств омрачилось при- скорбным событием. Сегодня, 18 мая, задолго до начала народного праздника, толпа в несколько сот тысяч двинулась так стремитель- но к месту раздачи угощения на Ходынском поле, что стихийною силою своею смяло сотни людей. Вскоре порядок был восстановлен, но, к крайнему прискорбию, последствие первого натиска толпы — немалое число жертв; точное число будет опубликовано. До четырех часов по сведениям полиции было 331 убитых и 459 раненых. ( Ф. Г. Тернер, Воспоминания жизни.) Единственным царским министром, который «содрог- нулся», был министр иностранных дел... Ему по долж- ности полагалась некоторая деликатность нервов. 22
...Даже теперь, по прошествии двадцати двух лет, я не могу без содрогания вспомнить зрелище, которое я видел, прибыв на Ходынское поле, где должно было состояться празднество. В ожи- дании министра юстиции, который должен был произвести первое расследование, все сохранило свой первоначальный вид, и тела убитых, числом свыше трех тысяч, грудой лежали перед помостом, на котором раздавались подарки... (А. П. Извольский, Воспоминания.) Поведение царя во время ходынской трагедии как нельзя лучше характеризует царские заботы о народном благе. Мы приведем подробное описание ходынской ката- строфы, представляющее собой интереснейший челове- ческий документ, не лишенный литературных достоинств. ...Глубокое взбаламученное людское море глухо и порывисто вздрагивало, движение не прекращалось... Края все росли и шири- лись, — люди прибывали, и прибывали толчки. Они доходили до середины, и толпа колыхалась глубоко и мерно. Чем сильнее рассвет разгорался, тем чаще и глубже станови- лись толчки. Казалось, что земля вздрагивала, а мы перекатывались по ней, как горох по неровному полю. Воздух недвижим — его словно совсем здесь нет... Так зарождалось в толпе озлобленное настроение каждого в отдельности и всех вообще В тесноте люди загораживали друг от друга солнце и горизонт. Каждому казалось, что он — в яме, очень тесной, с сыпучими края- ми, которые вот-вот засосут его и удушат. И он делал усилия вы- лезть, шевелился, хватался за края этой ямы, становился на цыпочки и подпрыгивал, сколько мог, кверху, ловя воздух. Все это создава- ло неописуемое раздражение, озлобление, — и люди зверели невы- разимо. Толпа беспокойно колыхалась по полю, как огромное стадо, понукаемое к движению сверху горячими лучами солнца, как уда- рами бича. А ужасающая теснота сжимала движение и усиливала злобу. Всякий хотел уйти и толкался, а уйти было некуда. И мне хотелось уйти, и я толкал соседей, а они толками меня. И все мы были пленниками друг друга... Еще до солнца я пробрал- ся вперед сколько было можно, поближе к будкам, пока не уперся в плотную, непроницаемую стену из человеческих спин. Это было саженей за двадцать—тридцать до какого-то ряда будок. Становилось все душней и душней. Воздух был неподвижен и невыносимо тяжел, полный зловонных испарений... Некоторых мутило и рвало тут же, в человеческой гуще... Это было ужасно. Поднимался бессильный вой отвращения и озлобления, — кажется подрались бы и насмерть избили друг друга, да разойтись негде. Теснота спасла людей от дикого зверения... ...Все время приходилось шевелить ногами, чтобы не быть смя- тым и сбитым. Плечи были вплотную стиснуты с соседями и непроиз- вольно колыхались общей массой, а ноги должны были поспевать 23
за плечами, как весла за лодкой, не то грозила гибель: соскользнуть вниз и потонуть под ногами. Временами толпою как будто овладевало раздумье, и она зати- хала и замирала ненадолго. Тогда она чуть-чуть редела. И в минут- ном затишье движения начинался странный отбор живых и мертвых. Многие были уже давно полумертвые от обморока и волочились вместе со всеми, плотно сжатые теснотой. А как чуть становилось просторнее и исчезали подпорки, они резко склонялись на плечо соседу, обдавая его лицо и шею крупными каплями холодного пота... Тот брезгливо подергивался и сторонился. А обморочные склонялись все ниже и ниже, увлекаемые собственной тяжестью к земле. 6 начале суматохи недалеко от меня, у будок, виднелись казаки и солдаты, конные и пешие. Кой-где им еще удавалось проникнуть В толщу толпы и уносить вон мертвых и задыхающихся. А потом это стало уже невозможным, и толпа просто выдавила солдат вон, по ту сторону будок. Живые выдавливались толпою из себя кверху, а мертвые вниз... Ужас давки все более и более обнажался. Посиневшие и по- желтевшие соседи, — мертвецы, ходящие по полю, зажатые среди живых, — никого не пугали, не удивляли уж больше. И все мы привыкли и научились ходить через мертвых, не спотыкаясь. ...Перед самой развязкой толпа как бы чутьем разделилась на две неравные по силе стороны. Одна, меньшая, осененная уже безу- мием своей гибели, отчаянно рвалась кверху и назад и долго бо- ролась с изумительной стойкостью и силой. Она стояла впереди ши- роким фронтом вдоль ряда будок и, прижатая к этим будкам, ви- дела свою неминуемую гибель; видела, что своими телами должна будет стереть и снести их — или же будет истерта в порошок дру- гой толпой, несметной, ничего не видевшей и ломившейся издали со страшною силою... Меньшая, близкая к гибели часть толпы вопила смертельно и молила большую «не напирать»... А та все лезла и лезла и сжима- ла ее в смертельной тесноте. Я чувствовал, что силы начинают по- кидать меня, руки висят, как плети, и не защищают больше уже груди от давки... Я все тянулся за воздухом кверху, становился на цыпочки и подпрыгивал, когда можно было. Много раз я делал попытки вы- скользнуть кверху и убежать по головам до будок, и всякий раз ме- ня били и толкали соседи и ссаживали назад. Не один раз прота- скивались над моей головой женщины и старики. Их толпа щадила и давала дорогу по своим головам. Часто они были отвратительно измяты, — внутренности их были до-нельзя взбудоражены и сочились на наши лица вонючей слизью. Они стонали и ползли по головам толпы, как раненые с поля битвы. И детей щадила толпа и пере- давала их любовно с головы на голову, словно раскаиваясь в своей вине за то, что привлекла их с собою сюда... А чуть кто помоложе да поздоровее (вроде меня) выберется кверху, его, почти голого, живо и злобно сдергивали вниз» срывая с него последние остатки платья. Наконец, не помню уже как, я со- всем выбрался было из толпы кверху. Но подоспел новый вздох прилива, шквал опять стиснул толпу, и я остался висеть в возду- 24
хе, по пояс зажатый плечами соседей. Так с ущемленными ногами я и застрял вверху над плечами соседей до самого конца. ...Мне стало видно довольно далеко вокруг. Передо мною колы- халась толпа, страшная в своем множестве вдали и жалкая в своей беспомощности вокруг и вблизи меня... Я увидел перед собой как бы большую площадь, вымощенную человеческими головами. И давило это множество вытянувших кверху лиц, влажных и блестя- щих на солнце, как камни плотно утрамбованной и только что по- литой мостовой. И все вокруг гудело звуками, как море, взбудораженное шква- лом. Потные лица рябили в глазах, и на них или кипели отчаяние и злоба, или застыло холодное равнодушие смерти... Одни барахта- лись и дико орали, отстаивали себя, отталкивались друг от друга и снова сталкивались в этом вынужденном сближении... Руки, у ко- го они были еще не стиснуты, искали опоры и беспомощно опуска- лись на плечи и головы соседей, отталкивались ими, царапались и сбрасывались прочь... А ослабевшие безвольно никли друг к другу, тяжко топтались на месте, как под непосильною кладью на плечах, с застывшим ужасом на лицах, кротко умирали в этом замедленном удушье. ...Страшная и жалкая толпа ломилась вперед. Я висел над нею и смотрел во все стороны бессильно и равнодушно. По ту сторону будок прохаживалась чистая и покойная публика. Уже вся площад- ка была набита ею. У будок стояли кой-где спешенные казаки у барьеров. Вблизи будки были кругловатые, посредине перехвачен- ные тесовыми прилавочками, соединявшими их друг с другом. Из каждой будки и из каждого промежутка между двух будок получа- лись треугольннки-воронки. Треугольники будок одною гранью да- вали подобие острия, и оно было обращено на нас, как бы соби- раясь сейчас разрезать нас, отражая наш напор, а в промежутках граней треугольник лежал к нам широкой, емкой впадиной, как бы приглашая нас доверчиво войти... Впуская человек десять-пятнад- цать, он у самого входа, обращенного от толпы к полю гуляний, видимо суживался, пропуская только одного. При напоре толпы сзади эти будки неизбежно должны были превратиться в мельницы-костоломки, которые стоят, ожидая напора воды, чтобы пристукнуть нас своими жерновами, а то и совсем из- ломать... И миллионная толпа тяжело и грузно шла к этим эшафотам, которые словно и воздвигнуты то были для ее казни... ...В будках стояли артельщики, назначенные раздавать гостин- цы. И они, верно, сидели тут также с ночи и сторожили свое недоброе добро. Мне показалось, что с той стороны, кое-кто из чистой публики, вероятно, за плату, стали разбирать кружки. Вверху мелькнул узе- лок — быть может, для того, чтобы задобрить стоявших у будок по эту сторону. Это были искры, брошенные в кучи пороха, вызов смерти! Страшный взрыв вот-вот громыхнет... С чего началось? Вдруг словно молния возбуждения прошла по толпе, она неистово зашевелилась; склеилась, в одном порыве, за- галдела, 25
Мелькнуло несколько узелков, и пронеслось роковое слово! «Да- ют!»... Его подхватили и стоявшие возле меня. Сзади, из глубины, бешено полезли вперед. Заорали с остервенением: — Дают! Дают! Не зевай, наши! — Ур-рр-а-а!!! Дают! Дают! — А-а-а!.. О-о-о... Дикий сплошной крик и гул. И заработали мельницы-костоломки под напором людского по- тока. Эшафоты не справлялись с обилием жертв, трещали и кряхте- ли под напором толпы. Видимо, из чувства самозащиты артельщики сами начали раз- дачу кружек и узелков на обе стороны сразу. Предоставленные са- мим себе, забытые теми, кто их посадил сюда, плененные толпою с обеих сторон, они, опасаясь за свою участь, стали кидать кружки во все стороны... ...У проходов будок боролись два течения, две толпы. Каждая устилала свой путь наступления трупами. Повторилось и то, что бы- ло еще до раздачи по одну сторону только — до солнца, когда из глубины толпа напирала к будкам, не видя и не зная, что там де- лалось. И чистая, покойно гулявшая публика устремилась к прохо- дам, напирала, загораживала нам выход, не видя, из какого ада мы лезли вон, устраивала отпор нашему напору. Я был совсем уже около будки, попрежнему зажатый, как в тисках, плечами соседей. В ушах стоял звон от неистового оглуша- ющего гама. Мною овладело какое-то предсмертное равнодушие ко всему окружающему: даже мысленно было лень перекреститься за себя, помянуть в молитве мать —- в последний раз. Все равно, что будет, только бы скорее кончалось... Как ни страшен был напор, не скоро еще внесло им меня в воронку между будками, а все относило несколько влево. Только приглядишься к «своей» будке, ан—смотришь—опять несет к дру- гой, рядом. Стоял такой ужасный крик высокими нотами ненависти, отчаяния и плача, что в ушах он отдавался бесконечным пронзи- тельным свистом, от которого ползли мурашки по спине и темнело в глазах... Но вот я и у входа в воронку. Кажется, уже близка и смерть. Прижатые к стенкам люди валились, скошенным сеном. Вот они упираются сперва обеими руками в стену будки, неловко раскоря- чившись. Уже лежали мертвые и торчали руками кверху, опроки- нутые у самой стенки, — первые, стукнувшиеся об нее. За ними, упираясь в стенку руками, стояли и ждали своей участи следующие жертвы. Слышно было, как хрустят кости и ломаются руки, хлопают внутренности и кровь. А у стенки поворачиваются напором с боку на бок люди, хрустят или отрываются одна за другой руки, судорож- но уцепившиеся за стенку, и кувыркаются вверх ногами живые еще, и трутся и колотятся об стенку мертвые, припертые напором в узи- лище, стоймя к ней... Воронка, как пасть, давилась жертвами и мед- ленно их пережевывала. Движение замедлялось, и из треугольника не выходили, а кувырком вылетали, как пыжи из дула... Толпа на миг замирала над поверженными на землю. Она то и дело вздува- 26
лась небольшими бугорками, пока смятые не подминались вплот- ную к земле. А потом эти бугорки опять всасывались в себя тол- пою, оседали здесь, чтобы вздуться и тяжко осесть там и сям рядом. Трещали кости, скрипели в предсмертном содрогании тела, ло- мались бараки; окровавленными руками отдирались доски людьми, стоящими на плечах других и люди ныряли в бараки с крыши, словно в купальне в воду... Дальше я ничего не помню. Упал. Опомнился я, весь в крови, по ту сторону, невдалеке от будок, на лужайке. Донесенный на плечах до самого горлышка воронки- барьера, я, вероятно, упал под ноги по ту сторону, как только ра- зошлись люди, державшие меня между плеч, и меня оттащили даль- ше. Но по мне успели пройтись каблуками, и на левой скуле отпе- чатались два каблука с гвоздями, в виде упавшей горизонтальной цифры 3. Я оглянулся назад, к будкам. Все пространство от меня до бу- док было усеяно павшими, мертвыми или не очнувшимися от об- морока. Некоторые лежали, вытянувшись, как покойники дома—на своих столах, под образами. И были, повидимому, мертвы. У многих из них лежали под головами только что добытые узелки с гостин- цами. Другие держали их на груди в скрещенных руках... А дальше, у самых будок, все еще крутился тот же вихрь ужа- са и смерти. (В. Краснов, Ходынка, Рассказ не до смерти задавленного.) Жертвами ходынской катастрофы явились в огром- ном большинстве рабочие и крестьяне, их жены и дети. После катастрофы, вызванной «нераспорядитель- ностью» властей, первой задачей полиции было по воз- можности незаметно убрать горы трупов. Когда я зашел за балаганы, я увидел ужасную картину: за не- сколько сажен от балагана, вблизи сломанных перил, лежали груды трупов. Несколько рядов тел лежали друг на друге, как сложен- ный штабель дров; таких груд было несколько, и каждая состояла из 5—6 рядов тел. Трупы лежали головами вместе и были так смяты и обесформлены, что нижние ряды казались плоскими, как бы сплющенными, такими, как сардинки, плотно уложенные в ко- робке. Ужасны были лица трупов, вздутые, синие, с пеной у рта и носа, вокруг — лужи черной крови, вероятно вытекшей из легких. Трупы эти разбирали пожарные и добровольцы из публики, за но- ги подтаскивали их по пыли и грязи к платформам. Среди трупов, судя по платью, были люди самого разнообразного социального по- ложения и возраста: были женщины в самых разнообразных костю- мах, молодые барышни, мастеровые, чиновники, гимназисты... (Л. Львов (Л. М. Клячко). За кулисами старого режима.) 27
Наконец, сам Николай II «изволил пожаловать» на место катастрофы. Царь явился на Ходынку из Петровского дворца, где он с утра давал обед волостным старшинам. И не звуки всенародной панихи- ды, не «со святыми упокой» скорбно разносилось по полю, где мно- жество человеческих тел еще остыть не успели, а музыка оперы «Жизнь за царя»... ...Но вся программа увеселений исполнялась наскоро, кое-как. И царь скоро бежал с Ходынки. К моменту его от'езда были экстренно вызваны из лагерей три полка солдат и выстроены караулом вдоль шоссе до Кремля... Царь с женой на паре рыжих коней ехал, окруженный густым эскортом «собственного конвоя», а впереди него, на ечкинской тройке вороных, стоя в коляске лицом к царю, ехал обер-полицмей- стер Власовский. Это было настоящее бегство: ехали быстро, царь не отдавал чести войскам, не кланялся народу... ...Ему кричали из толпы: «Поезжай на панихиду, а не на гу- лянье», «Убери вперед трупы»... А утром 18 мая многие, не жалея своих пожитков, густо пакостили в свои картузы и клали их у цар- ского павильона перед гуляньем, благодаря царя за угощение, тоже навозное... (В. Краснов, тот же источник.) Так кончилась трагедия, получившая нарицательное название «ходынки». В главу, посвященную полиции, мы включаем и неко- торые документы о деятельности «Союза русского наро- да». Эта уголовно-монархическая шайка являлась откро- венно полицейской организацией. Царская администра- ция пыталась создать некую «массовую» базу для само- державия. Добровольные «охранительные» погромные организации: «союз русского народа», «союз истинно русских людей», «союз архангела Михаила» и т. п., со- стояли под особым покровительством властей. Однако, несмотря на покладистость покровителей, московские черносотенцы, так называемые «союзники», нередко при- чиняли беспокойство своим шефам и ставили их в за- труднительное и неловкое положение. Деятельность московских «союзников», поскольку она отрази- лась в приводимых ниже документах, определяется своими особыми, характерными чертами: а) широкой организационной деятельностью как в Москве, так и по всей царской России, вплоть до далеких окраин; московские союзы широко субсидировались не только на квартиры, канцелярии, издательское дело, поездки по всей России, но и на «личную монархическую деятельность», и, наконец, б) вы- 28
текающими из предыдущего пункта, из дележа казенного пирога, раздорами и склоками, в которых, не щадя друг друга, бывшие со- ратники обнажают перед департаментом полиции свои старые и но- вые делишки... Очень многочисленны в Москве мелкие союзнические образо- вания, носившие разнообразные названия (союз русского народа, союз Михаила архангела, русская монархическая партия, отечествен- ный патриотический союз, разные палаты, советы и отделы), во главе которых стоят все те же 5—10 московских активистов: Во- сторгов, Орлов, Кельцев, Снежков, Баскаков. Московские союзы росли, как грибы. И так же были недолговечны и слабы... (Союз русского народа. По материалам чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства 1917 г.) Особенно много хлопот доставляли департаменту по- лиции и высоким покровителям «союзников» склоки и грызня главарей черной сотни. Причем эти, мягко говоря, разногласия возникали не на почве политических взглядов черносотенцев. Дело касалось субсидий и денежных подачек. Нельзя было поделить казенный пирог без драки. По предложению Московского градоначальника, ближайшим по- водом к раздору между о. Восторговым и Орловым послужило, по всей вероятности, то обстоятельство, что Орлову каким-либо обра- зом стало известно содержание совершенно секретного отзыва, дан- ного о нем о. Восторговым по предложению помощника московского градоначальника полковника Модль. В отзыве этом о. Восторгов высказывал, что Орлов принимал участие в денежных операциях «не- чистоплотного» моторо-велосипедного общества, «преступно прикры- вавшегося несуществующими связями с монархическими организа- циями»; что он, невзирая на самые настойчивые требования о. Во- сторгова, не отрешился от общения с означенным клубом, от кото- рого получал не менее б тысяч рублей в год; что, злоупотребляя своими связями с министром внутренних дел и московским градо- начальством, Орлов оказывал покровительство этому клубу, что вследствие сего Орлов утратил всякое уважение в среде учредите- лей русского монархического союза и что поэтому кандидатура его в члены IV Государственной думы не была поддержана монархи- стами. Последовавшее, в связи с этим отзывом, закрытие моторо- велосипедного общества «Россия» еще более могло усилить в Ор- лове неприязнь к о. Восторгову. Назревший таким образом инци- дент и разрешился столкновением, имевшим место 14 ноября ми- нувшего года на общем собрании учредителей союза. На этом соб- рании Орлов выступил с заявлением, что о. Восторгов, отказавшись от председательствования в союзе, лишился права голоса. Это мне- ние Орлова было признано не основательным... («Союз русского народам. По материалам чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства 1917 г.) 29
Б дело вмешивается пресловутый глава черносотен- ных хулиганов — Пуришкевич. Ваше превосходительство, глубокоуважаемый Степан Петрович!1 20 октября открыт в Москве отдел русского народного союза имени Михаила архангела железнодорожных служащих Московского узла (6 дорог), который сейчас уже насчитывает в своих рядах до 600 человек. Я до сего времени не принимал участия в жизни московских монархических организаций, за исключением случаев, когда приез- жал в Москву для чтения докладов, ожидая, что таковые, во главе с протоиереем Восторговым что-либо сами сделают; но, когда в IV Государственную думу Москва снова дала левых и когда я уви- дел, что она с каждым днем левеет, а низы революционизируются, железные дороги грозят повторением забастовки, и когда с уходом протоиерея Восторгова на его место выбран был человек, совершен- но неизвестный по своей политической деятельности и не могущий иметь должного, в качестве председателя русского монархического союза, авторитета, я решился, наконец, союзное монархическое дело в Москве более или менее взять в свои руки и с этой целью от- крыл отдел своего союза... ...С первых же дней существования отдела в Москве начинают замечаться весьма вредные для дела недоброжелательства и интри- ги против главнейшего организатора этого отдела, давно известного с наилучшей стороны в качестве монархического деятеля В. Г. Ор- лова, к которому даже покойный П. А. Столыпин, весьма несклон- ный покровительствовать крайним правым деятелям, питал доста- точное доверие и уважение... Будучи хорошо осведомлен о характере деятельности Орлова в последних событиях забастовок в Москве, когда он особенно про- явил свою деятельность на железных дорогах в противовес левым, я покорно прошу доложить о сем его высокопревосходительству, гос- подину министру внутренних дел и усердно прошу, не найдет ли он возможным лично принять Орлова, дабы убедиться в несправедли- вости и в беспочвенности возводимых на Орлова упреков и инси- нуаций со стороны отдельных лиц и учреждений. Орловых, правых, честных демагогов, в России единицы, и не нам их давить... Глубоко вас уважающий Владимир Пуришкевич... (Письмо В. М. Пуришкевича С. П. Белецкому, от 30 октября 1913 г.) Пуришкевич вступается за своего приятеля, того же Орлова, не поладившего с протоиереем Восторговым. Далее выступает сам протоиерей Восторгов, протежи- рующий некоему полковнику Томилину и ходатайствую- щий за него у царского премьер-министра Горемыкина. Директор департамента полиции Белецкий. 30
Ваше высокопревосходительство, досточтимый Иван Логиновнч! Еще раз осмеливаюсь засвидетельствовать перед вами о сердечной радости всех монархистов по поводу назначения вас на высокий пост председателя совета министров... Очень беспокоюсь за положе- ние русского монархического союза. Я остаюсь в нем теперь по- четным председателем, а фактическим и действительным является полковник В. В. Томилин, человек вполне достойный. Ему я и пе- редал бесплатный билет по железным дорогам, мне присланный из министерства. Министерство отпускает мне б тысяч рублей на газету «Церковность»; вся сумма на издание и выходит; для союза не остается ничего. Я очень прошу ваше высокопревосходительство и одновременно пишу об этом и Н. А. Маклакову—оказать поддержку для полковника Томилина от 4 до 6 тысяч рублей в год... Полков- ник Томилин человек небогатый, и, ввиду недостатка средств, он уже заявил о желании оставить председательство в союзе. Простите, что беспокою вас просьбою... (Письмо протоиерея И. И. Восторгова И. Л. Горемыкину от 28 февраля 1914 г.) Кто же такой полковник Томилин, «человек вполне достойный», по мнению протоиерея Восторгова? Справка департамента полиции. Письмом от 3 декабря 1915 т. на имя товарища министра вну- тренних дел Белецкого главный начальник снабжения юго-западного фронта сообщил, что Томилин состоял заведующим интендантской частью этапно-хозяйственного отдела VIII армии и за предосуди- тельную и преступную деятельность по этой должности привлечен в качестве обвиняемого в лихоимстве... («Союз русского народа». По материалам чрезвычайной следственной комиссии временного правительства 1917 г.) Деятельность черной сотни носила откровенно уго- ловный, бандитский характер. О ней рассказывает коро- тенькая корреспонденция из Москвы в зарубежном боль- шевистском органе «Вперед». Москва. Ждут завтра мобилизации «черной сотни»... Некоторые общественные деятели получили угрожающие письма... грозят им смертью за то, что они, будто, выражали радость по поводу убийства Сергея *. Сегодня с вечера окна многих магазинов на Твер- ской и Кузнецком забиваются деревянными щитами... Говорят, что по рукам ходят прокламации, приглашающие 19 февраля бить «сту- дентов»... («Вперед» от 15 марта 1905 г.) * Речь идет о вел. кн. Сергее -— дяде царя, московском генерал- губернаторе. 31
Полиция и черносотенные громилы, союз которых как нельзя убедительней характеризовал царскую адми- нистрацию, понимали друг друга с полуслова. * * * ГРАДОПРАВИТЕЛИ До революции городским хозяйством и благоустрой- ством Москвы занималось самоуправление — городская дума—и ее исполнительный орган — управа. Начало деятельности Московской думы так отмечено современником-мемуаристом: ...20 марта 1862 г. было утверждено новое положение об общест- венном управлении Москвы, дававшее как городскому обществу, так и отдельным городским сословиям совершенно иное против прежне- го устройство и расширявшее самый круг их деятельности... Выборы по замоскворецкому участку особенно отличались от других веселым настроением избирателей, из коих некоторые с чрезмерным усердием занимались около буфета; так, рассказыва- лось, что одного тамошнего столпа С, пользовавшегося большим почетом в среде купечества, водили под руки для баллотирования; можно судить, насколько сознательным могло быть такое производ- ство выборов... (Н. Найденов, Воспоминания о виденном, слышанном и испытанном, М. 1905 г.) Городская дума была «выборным» органом. Нужно ли говорить, что избирательные права предоставлялись лишь имущим слоям московского населения, а трудящиеся бы- ли решительно отстранены от участия даже в том ку- цом самоуправлении, какое царское самодержавие предо- ставляло «обществу». Лучшим доказательством служит хотя бы социальный состав городской думы в последний период: в нет неизменно верховодили купеческие во- ротилы, фабриканты и торговые тузы. Классовое лицо городской думы наглядно характери- зуется анализом ее состава. Приводим распределение гласных нового состава по званиям, сословиям, профессиям и т. п. В новой думе: крестьян — 14, учитель — 1, артист — 1, потом- ственных почетных граждан — 37, действительных статских совет- ников — б, классных художников — 1, мануфактур-советников — 2, кандидатов коммерции — 1, купцов —14, почетных граждан -—12, 32
Красная площадь... Убийственная булыга... Убогие лавчонки и рундучки у величествен- ной Кремлевской стены... И лихая барская тройка... Типичный тогда московский пейзаж...
На снимке—Серпуховская площадь... Лениво трусят коночные клячи, не спеша напол- няет водовоз свою бочку... Незавидны были коммунальные блага царской Москвы...
Окраина старой Москвы, такою была и 50, и 30, и 20 лег тому назад...
Даже в начале XX века в Москве попадались еще так называемые калибры...
оставленных при университете — 1, приват-доцентов — 1, присяж- ных поверенных — 4, профессоров — 2, мещан — 4, коллежских советников — 3, тайных советников — 1, надворных советников—2, прапорщиков запаса — 1, ямщиков — 1, статских советников — 4, инженеров путей сообщения — 1, дворян — 6, цеховых — 1, вра- чей— 3, кандидатов прав — 2, окончивших курс университета — 1, инженеров-технологов — 2, инженеров механиков — 4. («Русское слово» от 20 декабря 1908 г.) Под крестьянами сословная статистика разумела лиц из крестьянского сословия. По социально-классовому при- знаку все они являлись капиталистами-предпринимателя- ми разного масштаба: купцами, домовладельцами, содер- жателями трактиров и т. д. Звание почетных граждан, личных и потомственных, обычно скрывало за собой наиболее отличившихся куп- цов и фабрикантов. Некоторые достоверные данные об «отцах города» Москвы можно получить и из алфавитного списка глас- ных: Избраны: Абрикосов Георгий Александрович — состоит директором пра- вления торгового товарищества «А. И, Абрикосова с-ья» и дирек- тором товарищества «Ф. М. Шемякин и К°». Альбрехт Эмануил Иванович — действительный статский совет- ник, по образованию — инженер путей сообщения. Прошел в думу от блока правых и октябристов. Аршинов Василий Федорович — выборный купеческого сословия и присяжный попечитель Московского коммерческого суда. Пред- ставитель торгово-промышленного т-ва «Аршинов и К°» (сукно и мануфактурные товары). Бурышкип Афанасий Васильевич — выборный купеческого со- словия. Директор торгового товарищества «А. В. Бурышкин» (ма- нуфактурные товары). Член о-в Верхних и Средних торговых ря- дов. Гучков Николай Иванович — действительный статский советнику почетный мировой судья. Гласный Московского губернского зем- ства. Директор т-ва чайной торговли П. Боткина с-вей, Дербенев Никанор Иванович — потомственный почетный граж- данин. Директор т-ва мануфактур «Никанора Дербенева с-ья». Катуар Лев Львович — директор виноторговли «Арабажи и К°». Член торгового дома «Катуар А. вдова с с-ми» (выписка из-за гра- ницы вина, шелка, красок). Коновалов Александр Иванович — старшина Биржевого коми- тета. Максимов Александр Павлович — член торгового дома «Братья Максимовы» (бакалейная торговля). 33
Мамонтов Савва Николаевич — гласный Московского губернско- го земства. Директор торгово-промышленного товарищества «Братья А. и И. Мамонтовы». Найданов Александр Николаевич — старшина Биржевого коми- тета и директор Московского торгового банка. Монархист. («Раннее утро» от 28 декабря 1908 г.) Здесь приведены данные о городских «деятелях», крупных промышленниках и купцах. В московских газетах мы находим довольно ядовитые характеристики гласных более мелкого масштаба. Пуговкин И. А.— купец 1-й гильдии (торговля шляпами и кар- тузами), выборный купеческого сословия... Человек очень степен- ный и рассудительный, усердный посетитель думских собраний, г. Пуговкин положительно ничем не выделился в муниципальной работе, и в городских кругах известен более тем, что продал в своей лавке английским гостям восемь хивинковых шапок. Расторгуев П. С.— гласный для собственного почета. Отличает- ся полнейшим безучастием к городским делам и не посещает даже думских собраний: в 1911 г. заехал в думу только один раз, а в нынешнем — ни разу. Октябрист. («Копейка» от 18 ноября 1912 г.) Фалаев Н. Г.— статский советник, гражданский инженер, сверх- штатный преподаватель в Инженерном училище... Прескучный ора- тор и довольно ленивый гласный, г. Фалаев в смысле общественной деятельности ровно ничего из себя не представляет, но зато обна- ружил большую способность устраивать свои личные дела. Ныне он уже член подчиненного городской управе технического совета и по- лучает кругленькое жалованье... («Копейка» от 21 ноября 1912 г.) П. С. Крашенников — сын владельца бань на Селезневской ули- це... Подал два или три заявления, и, между прочим, одно по своей специальности «о прекращении доступа посторонним лицам в об- щие бани при Ермаковском ночлежном доме, где моются ночлеж- ники»... Н. А. Крестовников — купец 2-й гильдии, владелец нескольких мануфактурно-галантерейных магазинов в Москве... («Копейка» от 9 ноября 1912 г.) Ф. Т. Кудрявцев — торговец кондитерским и бакалейным то- варом в Зарядье, владелец конфетной фабрики, староста церкви св. Анны, купеческий сын. В думе он не произнес ни одного слова, для комиссии общественного здравия, куда записывался членом, был бесполезен и никаким влиянием в городских делах не пользовался. 34
Единственно, чем отличался т. Кудрявцев, — это усердным посеще- нием раутов, обедов, встреч и других торжественных собраний с шампанским, которые устраивались городским управлением. На всех этих муниципальных пирах г. Кудрявцев неизменно обращался к корреспондентам с просьбой пропечатать его фамилию в числе присутствовавших. Октябрист. А. И. Кузнецов — инженер-технолог, директор т-ва Переяслав- ской м-ры, — гласный новый... Как общественный деятель и глас- вый, ничего из себя не представляющий. В думе выступал изредка и преимущественно по пустякам. Так, однажды, при учреждении думой должности сторожа при храме в Коронационном убежище, предлагал установить за этим новым должностным лицом контроль. — Сторож будет ходить, — говорил г. Кузнецов, — в епархиаль- ные учреждения, покупать свечки и относить огарки. Кто с этим делом знаком, тот знает, что тут можно многое взять... («Копейка» от 10 ноября 1912 г.) Е. Е. Привалов — купец 2-й гильдии, торгующий веревками, паклей и рогожами... Гласный новый, из числа замоскворецких ок- тябристов... Учившийся всю свою жизнь оперному пению и, судя по неудачным дебютам на сценических подмостках, не научив- шись этому, г. Привалов под старость лет задумал сделаться общественным деятелем, т. е. пробрался в гласные думы, но, пови- димому, сделал это совершенно напрасно... ...Как защитник интересов населения, гласный Е. Е. Привалов выступал однажды в думе с горячей речью в пользу домовладельца Е. Е. Привалова, от которого городская управа требовала устрой- ства наружной пожарной лестницы около дома. («Копейка» от 17 ноября 1912 г.) И. А. Александров — правый по убеждениям, носит звание глас- ного думы с 1897 г., так сказать, по традициям, как старшина ре- месленного сословия, обязанный защищать в городском управлении интересы ремесленников... Голоса его на думских заседаниях никто никогда не слыхал, а какие мысли у него развиваются на заседа- ниях комиссий по жилищным вопросам и о пользах и нуждах об- щественных, куда он изредка заходит, как член их, также никому неизвестно. В общем И. А. Александров в думе совершенно бес- полезен... («Копейка» от 25 октября 1912 г.) А. Г. Голиков — один из директоров электрического общества 1886 г... Состоит гласным с 1901 г., являясь всегда на городские выборы по доверенности от названного общества. Представителем интересов населения этого гласного, конечно, назвать никак нельзя, так как его миссия в думе — защищать прежде всего выгоды уч- реждения, в котором он служит и которое, пользуясь своей моно- полией, бесцеремонно смотрит в карман населения... («Копейка» от 28 октября 1912 г.) 35
Ф. С. Грачев — купец 2-й гильдии, глава известной в Москве колбасной фирмы... во время выборов по 3-му избирательному участку посылавший, как говорят, на свой счет извозчиков в Доро- гомилово за «черносотенцами»... («Копейка» от 2 ноября 1912 г.) А. И. Тучков — директор четырех или пяти коммерческих бан- ков. Всем известный Александр Иванович Гучков состоит город- ским гласным с 1897 г... Как о городском гласном, об А. И. Гуч- кове можно сказать только одно, что он занимал место в думе напрасно. За все четыре года посетил два или три думских засе- дания и не принимал решительно никакого участия в работе ко- миссий. («Копейка» от 3 ноября 1912 г.) Московский городской голова — «мэр» города — заметная фигура на фоне общественной жизни старой Москвы. Несколько характеристик «лорд-мэров» города Моск- вы. Эти характеристики, почерпнутые нами из старых мос- ковских газет, которые «о разрешения начальства» «на- водили критику» на «общественность» — думу, управу и ее руководителей. Князь В. М. Голицын весьма много сделал для народного пред- ставительства. Это был «шеф»: он парадировал перед городским самоуправлением, но не правил. А громадный город в эту «блестя- щую эпоху» погрязал в нечистотах, тонул в полусумраке керосино- вого освещения, обслуживался жалкими «конно-железками»... («Голос Москвы» от 7 декабря 1907 г.) Исполнявший накануне войны 1914 г. должность го- родского головы В. Д. Брянский — личность бесхитрост- ная и неглубокомысленная... Некоторое представление о нем дает следующий документ: На вопрос, с какой мыслью встретил новый год, и. д. москов- ского городского головы В. Д. Брянский ответил кратко, но доста- точно определенно: — Никакой мысли не было. («Голос Москвы» от 3 января 1914 г.) О том, как царское правительство не церемонилось с Московским самоуправлением свидетельствует следующий факт, опубликованный уже после революции журналистом Клячко. 36
...Московским городским головой был избран кадет Катуар. Его избрание не было утверждено. Царь назначил городским головой Штюрмера. Это был первый случай, когда русский царь использо- вал свое право сажать на выборную должность московского город- ского головы лицо по назначению. Беседа со Штюрмером, как с городским головой, была уже у меня в кармане. Когда я принес ему текст беседы для ознакомле- ния, в квартире его все было уложено и запаковано для отправки в Москву. В тот момент, когда он читал беседу, его вызвали к те- лефону в соседнюю комнату. Вернулся он после телефонного раз- говора бледный, с трясущимися руками, и сообщил, что беседа не может быть помещена, так как его назначение, уже опубликованное накануне в «Правительственном вестнике», отменено. Оказалось, что председатель Государственного совета Акимов поехал к дарю и заявил, что считает неудобным такое назначение. ...При всех связях Штюрмера, которому очень протежировал граф С. Д. Шереметьев и в особенности герцогиня Лейхтенбергская, у него было одно слабое место: ему не доверяли, считая его нена- дежным по части денег. Когда состоялось его назначение москов- ским городским головой, несколько членов Государственного совета обратились к Акимову с требованием ликвидировать это назначение. Они указали, что Штюрмер может скомпрометировать Государ- ственный совет. В Москве, ввиду наличия именитого купечества, много соблазна, а Штюрмер падок. (Л. Львов (Л. М. Клячко), «За кулисами старого режима».) Личность Штюрмера, впоследствии царского премьера, виднейшего распутинца и торговца родиной, в доста- точной степени известна и придает всей этой истории особый колорит. Стоит остановиться и на фигуре московского город- ского головы Н. И. Гучкова, брата известного октябри- стского деятеля А. И. Гучкова. Ни для кого не секрет, что Н. И. Гучков при своих трудных обязанностях городского головы находит время директорствовать в чайной фирме «Петра Боткина с-ья» и состоит членом совета в Петербургском международном банке. К этим двум частным должно- стям московского городского головы с минувшей субботы прибави- лась новая; Н. И. Гучков избран членом правления Нижегородско- Самарского земельного банка с окладом в 25 тысяч рублей. («Раннее утро» от 22 февраля 1912 г.) Городская дума, энергичная и непреклонная, как толь- ко дело касалось интересов имущих классов, была хрони- чески болтливой и бездеятельной, когда речь шла о нуж- дах трудящегося населения. 37
Для характеристики неповоротливости городской ду- мы приведем в качестве примера документы о том, как городская дума разрешила вопрос... о резиновых шинах. Эпопея эта длилась около 15 лет. Большой диспут о резиновых шинах был начат еще в 1895 г.; спустя три года, 18 января 1898 г., дума по- святила этому вопросу целое заседание. Председатель (Н. Н. Щепкин). Доклад № 220 городской упра- вы и комиссии по составлению проектов обязательного для мест- ных жителей постановления об устранении неудобств, проистекаю- щих от употребления при езде по городу экипажей с резиновыми шинами. Геннерт А. И... Я не могу согласиться с заключительной частью доклада по той простой причине, что мне кажется, что такое поста- новление, как дозволение ездить экипажам на резиновых шинах после дождя и поливки только шагом, представляется равносильным совершенному запрещению ездить на резиновых шинах... В мотивах доклада говорится, что езда на резиновых шинах имеет, за очень малыми исключениями, только смысл комфорта и составляет рос- кошь, доступную лишь богатым людям; но если установить езду на резиновых шинах только шагом, то, само собой разумеется, это бу- дет комфортом богатых покойников, а не живых людей... Представь- те себе, что кто-нибудь заехал далеко от своего дома и даже, мо- жет быть, с нарядными дамами и должен возвращаться назад после дождя. Ехать на извозчике в известных дамских костюмах неудоб- но, а ехать в своем экипаже погребальным шагом несколько верст еще более неудобно. Поэтому я предлагаю дозволить ездить на ре- зиновых шинах после дождя и сильной поливки легкой извозчичьей рысью... Мамонтов С. Н... Я не езжу в экипаже с такими шинами. Обы- ватели г. Москвы, собравшие массу подписей, предлагают городской думе оградить их интересы, избавить от забрызгивания грязью их платья, что иногда бывает не вполне безопасно для здоровья. Обы- ватели все стрелы свои направили на источник этого неудобства—- на резиновые шины. Но я думаю, что разбрызгивание грязи рези- новыми шинами было бы вполне устранено, если бы в городе были более благоустроенные мостовые. Вопрос о выработке типа мосто- вых давным-давно покрылся густым слоем пыли в управе. Воскресенский Ф. Ф. Пора нам покончить с этими резиновыми шинами. Третий год мы обсуждаем этот вопрос, откладываем, пере- даем в комиссию, опять обсуждаем, и в результате публика все-таки окачивается грязью. Такое безобразие, которое практикуется в Мо- скве, вряд ли где допустимо. Все проходящие, едущие окачиваются грязью с головы до ног, фасады домов портятся, были случаи забо- левания от того, что попадала грязь в глаза, и все-таки в настоя- щее время, сверх всякого ожидания, в думе раздаются голоса за то, чтобы вновь передать вопрос в комиссию, т. е. отложить в дальний ящик... Аркадий Иванович привел такого рода пример, что кто-ни- будь поедет на гулянье на резиновых шинах и после дождя должен 38
будет возвращаться шагом — изображать из себя покойника, кото- рого везут на кладбище; но что же мешает такому лицу взять пер- вого попавшегося извозчика и возвратиться на нем быстро домов;. (Собранце Московской городской думы 13 января 1898 г.) Дебаты о резиновых шинах представляют собой ти- пичный пример переливания из пустого в порожнее, на это гласные Московской думы были великие мастера. Интересно, что вопрос о резиновых шинах чувстви- тельным образом задевал «отцов города», катавшихся в своих экипажах. Продолжение следует: Сальников П. Я. Настоящий доклад является, можно сказать, притчею во языцех... Все те, которые имеют свои экипажи, затра- тили много денег на резиновые шины, и если лишить их права ездить на них, то значит нанести им громадный ущерб. Поэтому я предложил бы решить вопрос таким образом: дозволить владельцам экипажей с резиновыми шинами ездить на них, пока шины не из- носятся, а затем не разрешать их возобновлять. Пржевальский В. М... Допустим, что я возвращаюсь со станции железной дороги, в 2 часа ночи по глухой улице по Садовой, где никого уже не встречается, и все-таки должен ехать шагом, потому что перед тем был дождь. Далее, со всяким может случиться, что он выехал в прекрасную погоду, а затем небо покрылось тучами, гром, молния, град, все спешат домой, чтобы укрыться, а едущий на резиновых шинах, наперекор уму и стихиям, должен двигаться шагом и видеть, как его обгоняют экипажи на железных шинах... Можно было бы сделать известного рода уступку и заменить слово «шагом» другим выражением... Я предложил бы сказать, что допус- кается тихая или медленная езда... Максимов А. П... А. И. Геннерт привел пример неудобств та- кой езды для женщин, одетых в легкие одежды при возвращении с бала. Но это такие случаи, что если и при существовании обяза- тельного постановления кто-нибудь с бала проедет ночью во всю мочь, то никому никакого оскорбления не нанесет. У нас есть обя- зательные постановления о том, чтобы ломовые извозчики ездили шагом, а они постоянно ездят рысью, и даже недавно был случай, что ассенизационный обоз при такой езде наехал один на дру- гой... У нас до сих пор в городе множество незамещенных проез- дов, где в случае пожара могут даже сгореть пожарные инструмен- ты, завязнувшие в грязи... Председатель. Вполне присоединяюсь к мотивам, высказанным С. А. Муромцевым; от имени городской управы считаю долгом за- явить, что она просит ей вновь этот вопрос не поручать, ибо боль- ше по этому вопросу она ничего не может сказать. После трехлет- него рассмотрения этого вопроса, после конкурсов весьма неудач- ных, ибо и последний не привел ни к каким результатам, городской думе остается только окончательно разрешить его. Будем же, гoc- 39
пода, иметь гражданское мужество и выскажем свое решение в той же форме, в которой предлагают комиссия и управа, или в форме более мягкой, как предлагает А. И. Геннерт... (Собрание Московской городской думы 13 января 1898 г.) После четырехмесячного перерыва большой диспут о резиновых шинах возобновляется. Кн. Урусов А. И. Господа, через б дней мы могли бы праздно- вать трехлетний юбилей тщетных усилий предотвратить различные злоупотребления, проистекающие от резиновых шин. Вопрос этот возник в 1895 г., и по настоящее время он не привел ни к чему... Конкурс на приспособления для уничтожения разбрызгивания грязи резиновыми шинами дал множество проектов, но они могут быть разделены на две категории: одни клонятся к изменению формы самих шин — эта мысль старая, а еще инженер Ягна в Петербурге изобрел резиновую шину не плоскую, а имеющую призматическую форму, и уверял, что она не разбрызгивает грязь... Высшую отмет- ку получило приспособление металлического обода призматической формы, который приделан снаружи к резиновой шине. Но затем есть проект г. Аразова, который получил одну из высших отметок по баллам, который заключается в устройстве какого-то щитка, не знаю, какого именно... Если все проекты будут опубликованы, то Это вызовет изобретательность других лиц. ...Совершенно справедливо обложить все экипажи, пользующиеся резиновыми шинами, особым налогом, примерно рублей по 10 с ко- леса. Такой налог дал бы возможность городу приобрести аппараты, снаряды для очистки улиц от грязи и мог бы служить средством для улучшения и замощения улиц Москвы, дать возможность пе- рейти от безобразных булыжных мостовых к мостовым более совер- шенного типа — асфальтовым и другим. (Собрание Московской городской думы 12 мая 1898 г.) Ни «изобретательность других лиц», ни проект нало- га на владельцев экипажей не вывели думу из тупика. И десять лет спустя вопрос оставался столь же нераз- решимым, как в 1898 г. Несколько лет тому назад Московская городская дума была обеспокоена очень серьезным вопросом: как избавить обывателей от обрызгивания грязью резиновыми шинами. Была образована специальная комиссия, в которую чуть не ежедневно поступали различные проекты приспособлений против разбрызгивания шинами грязи, эта комиссия с самым глубокомыс- ленным видом обсуждала эти проекты, а затем каждую весну и осень на Театральной площади происходили испытания этих при- способлений, на которые с таким же глубокомысленным видом взи- рали члены управы, специальные эксперты и нарочито приглашав- шиеся к этой экспертизе представители столичной печати. 40
Из этих испытаний ровно ничего не выходило. Шины с при- способлениями, казалось, разбрызгивали грязь еще усерднее, чем шины без приспособлений. Наконец, окончательно убедившись, что таким путем ничего не добьешься, думой, по настоянию нескольких гласных, и как раз ка- жется тех, которые привыкли обливать грязью прохожих, мчась на собственных экипажах, специальная комиссия по шинному вопросу была упразднена. (Московский листок» от 31 августа 1908 г.) Так закончились многолетние дебаты об «устранении неудобств». Эти горячие споры являются интересной де- талью эпохи и рисуют некоторых «отцов города», «ко- торые привыкли обдавать грязью прохожих, мчась в соб- ственных экипажах». Предметом патетических выступлений и страстных речей в думе неизменно оставался вопрос об открытии в Москве питейных заведений. Председатель (князь Голицын В. М.). Доклад № 221 комиссий о пользах и нуждах общественных — по прошению М. А. Родимце- вой о разрешении ей дальнейшего содержаний ренскового погреба в доме Чулкова, по Земляному валу, 2-го участка Басманной части. Сумбул Л. Н. Комиссия предлагает думе ходатайствовать о том, чтобы разрешено было оставить это заведение на прежнем месте, и говорит, что производились известные местные исследования, на основании которых можно притти к заключению, что это заведение нам необходимо. Что же говорят произведенные исследования? Что в этой местности, где просят оставить существующий — хотел ска- зать «кабак» — питейное заведение, при радиусе в 100 сажен име- ются 14 заведений с раздробительной продажей крепких напитков и надо сохранить еще 15-е... На каком основании ходатайствовать о сохранении пятнадцатого заведения? Может быть, потому, что это нечетное число? Но тогда я предпочел бы ходатайствовать об оставлении лишь 13 таких заведений... Председатель. Если других замечаний по докладу нет, то поз- вольте поставить на баллотировку заключение доклада? (Заключение доклада принято большинством против 7 голосов...) Доклад № 221 той же комиссии — по прошению временного московского 2-й гильдии купца П. И. Мызина о разрешении ему дальнейшего содержания ренскового погреба по Жеребцовскому пе- реулку, Басманной части, 1-го участка, в доме Петровой... Сумбул Л. Н. Случилось ужасное происшествие: дума решила уничтожить в Москве один кабак. Последствия этого оказались ужасные. Комиссия после некоторого перерыва докладов, специаль- но стремящихся защищать права кабаков и сохранять их, разреши- лась докладом за № 158... Но, по мнению комиссии, расстояние 100 сажен от одного питейного заведения до другого — расстояние ужасное. Это составляет ровно 300 шагов ходьбы, пройти которое, можно в 11/2 минуты, следовательно, туда и обратно — 3 минуты... 41
Герье В. И. Господа, когда и вам приходит человек просить защиты, справедливости, то тут не место глумиться над ним и его промыслом. Чем он будет заниматься, если его заведение будет за- крыто?.. Председатель, Мне кажется, вопрос достаточно исчерпан, поз- вольте приступить к баллотировке заключения. (Заключение доклада принято большинством 33 голосов про- тив 30). (Собрание Московской городской думы 19 мая 1898 г.) «Дабы не задерживать открытие трактиров»... Управа позволяет себе к этому докладу присоединить дополни- тельный список, дабы не задерживать открытия трактиров. Прошу выслушать этот список: Разживина Евдокия Николаевна, жена весьегонского купца. Ре- сторан с продажей крепких напитков, с четырьмя кабинетами, в доме Романова, 2-го участка Арбатской части, по проезду Твер- ского бульвара. Куманина Евдокия Ивановна, московская купчиха. Трактир с продажей крепких напитков, с садом в собственном доме, 1-го уча- стка Хамовнической части, на Большой Царицынской улице... Мотасова Евдокия Петровна, крестьянка. Трактир с продажей крепких напитков в доме Львовой... Моисеев Сергей Васильевич, каширский мещанин. Трактир с продажей крепких напитков, с садом, в доме Гудковой и Смирно- вой, 1-го участка Якиманской части, по Сорокоумовскому переулку... Федулаев Егор, крестьянин. Трактир с продажей крепких на- питков, с двором для извозчиков, в доме Кузнецова, 2-го участка Пресненской части, по Малой Грузинской улице... Бурханов Иван Акимович, крестьянин. Трактир с продажей крепких напитков, с тремя кабинетами, в доме Попова, 2-го участка Пресненской части, по Камер-Коллежскому валу... Позвольте баллотировать заключение доклада с таким дополне- нием, что содержание трактирных заведений разрешается также и лицам, поименованным в прочитанном сейчас списке,.. (Собрание Московской городской думы 9 июня 1898 г.) Обсуждался, опять-таки с участием профессора С. А. Муромцева, животрепещущий вопрос о... наморд- никах и ошейниках для собак: Гр. Толстой С. Л. Все мы хорошо знаем, что собаки бегают без намордников, без привязи и без ошейников. Сейчас, имея в ру- ках этот доклад управы, я встретил двух собак не на привязи и без намордников, а вчера встретил трех собак. Я думаю, что и дру- гие гласные видят столько же собак на улицах без соблюдения этих правил. И вдруг такие драконовскне правила, что собаки дол- жны быть на привязи и даже в намордниках. Зачем издавать такие правила, которые не соблюдаются... 42
Щепкин Н. Н... Намордники допущены на случай официально- го об'явления эпизоотии бешенства в городе. Я не могу согласиться, чтобы намордник мог заменить цепочку... Если появится большая собака в наморднике, она может броситься на детей и проходящих и напугать. Намордник при цепочке — мера благоразумная, а на- мордник без цепочки не следует допускать. Муромцев С. А... Вопрос о намордниках и о других признаках бродячих собак подлежал пространному суждению, было много спо- ров, и городская дума остановилась на той редакции, которая есть..» Я позволяю себе сказать, что тогда в думе указывалось, что боль- шая разница между собакой на привязи или не на привязи. Боль- шая собака даже в наморднике может напугать детей и нервных особ, но этот вопрос позвольте отложить... (Собрание Московской городской думы 8 маржа 1905 г.) Вышеуказанное «историческое» заседание происходи- ло в марте 1905 г., в дни русско-японской войны, в то время, когда эскадра адмирала Рождественского прибли- жалась к Цусиме... Рауты, парадные приемы высоких гостей, банкеты, представительская часть были едва ли не основной ра- ботой городской думы. В Петербург прибыла французская эскадра, с адмиралом Герве во главе. Все офицеры этой эскадры (70 человек) приехали по- смотреть Москву. Им была устроена блестящая встреча. Город да- ром взялся их поместить, кормить, поить и развозить по разным московским достопримечательностям. В первый же день их приезда городской голова задал им обед на французской выставке, в цар- ском павильоне, и блеснул московским хлебосольством: икра пода- валась в большой бочке, а мороженое — в корабле, украшенном французскими флагами.. (В. Духовская, Из моих воспоминании.) Трудно было бы справиться с парадным представи- тельством, если бы в думе не было знатоков-гурманов, специалистов по устройству раутов и банкетов. ...Все хлопоты, связанные с ожидаемым приездом в Москву французских гостей, по устройству раута и благотворительного спектакля в Большом театре, все переговоры с ресторанами, деко- раторами, цыганскими хорами и певцами возложены на С. В. Чел- нокова, очевидно, большого мастака по этой части в составе думы. («Русское слово» от 2 февраля 1910 г.) Член управы С. В. Челноков надумал во время раута угостить французов таким вином, какого они даже не пили у себя на ро- 43
дине. Он заказал 6 ящиков шампанского Луи де Барра. Этой марки никто не знает, и поэтому французы должны быть особенно пора- жены... («Русское слово» от 5 февраля 1910 г.) Вслед за французскими — английские гости. Вчера в Москву прибыли из Петербурга английские гости. Встреча происходила в царском павильоне Николаевской желез- ной дороги, на Каланчевском проезде. Особой торжественностью встреча не отличалась... ...Парадный обед от московского городского самоуправления со- стоялся в Белом зале ресторана «Большой Московской» гостиницы... ...Английских гостей кормили чисто русскими блюдами: стерля- жьей ухой, телятиной с гречневой кашей, сибирскими рябчиками, спаржей и московским пудингом с сухарями... ...Известный успех имел «Ухарь-купец», исполненный тенором г. Садовниковым... («Русское слово» от 19 января 1912 г.) «Избранное общество» оказалась не на высоте. Английские гости уехали. Во время их пребывания в Москве, к сожалению, некоторые москвичи отличились своей некультурно- стью. Оказывается, что часть публики, присутствовавшей на город- ском рауте, причинила городу большие убытки, поломав почти все кусты белой сирени. Не осталось ни одного целого куста. Обрыва- лись не только ветки кустов, но и ломались сучья. Ценные кусты обречены на гибель... («Голос Москвы» от 24 января 1913 г.) К «казенному пирогу» со всех сторон тянулись жад- ные руки. Это было тем легче, что «бюджетная книга» велась самым семейным и, разумеется, жульническим об- разом. Та самая книга, которая должна была бы служить для городской управы в течение года своего рода компасом при производстве рас- ходов в рамках притока денежных средств, — эта книга оказалась ничем не лучше кассового «реестра» самого последнего мелкого лавочника. Длинный ряд засаленных страниц книги ежедневно испещряет- ся массой мелких записей расхода. Записи делаются сплошь и ря- дом зря. Перемарываются. Исправляются. И иногда никаких итогов. Впрочем, книга подытоживается, но... спустя слишком год, когда ее берет для сверки главный бухгалтер. Тут начинается всяческая чистка. Одно зачеркивается, другое надписывается. И там, где в 44
конце книги должна была бы стоять одна цифра, на ее месте рож- дается другая. С такой книгой управе, повидимому, живется легко. Книга, не дающая никакого представления о зависимости расходов от источ- ника средств, дает полный простор управе бросать деньги направо и налево. («Раннее утро» от 14 июня 1910 г.) Дефицит был хронической болезнью городского хо- зяйства. В настоящую минуту выяснилось уже вполне определенно, что смета текущего года будет выполнена с дефицитом в сумме свыше 3 миллионов рублей. Такого колоссального дефицита Москва до сих пор не знала. Самый большой дефицит за последние десять лет определялся в сумме всего 1 400 тысяч рублей. Положение признается критическим. («Русское слово» от 12 декабря 1913 г.) Сколько получал городской голова? Геннерт А. И. (Занимал место председателя.) Позвольте огла- сить справку о том вознаграждении, которое получалось москов- ским городским головой до настоящего времени: «Постановлением городской думы 3 января 1909 г. размер воз- награждения по должности городской головы определен в 24 тысячи рублей в год. Ранее размер вознаграждения определялся в сле- дующих цифрах: с 1863 г. — 5 тысяч рублей, с 1872 г.—12 тысяч рублей, на 1897—1900 гг. —12 тысяч рублей жалованья и 18 тысяч рублей на расходы по представительству, на 1901—1904 гг. — 30 ты- сяч рублей жалованья, на 1905—1908 гг. — 30 тысяч рублей жало- ванья»... Ярым защитником интересов городского головы вы- ступил гласный Королев. Его реплика, стиль и литера- турные особенности которой мы оставляем нетронуты- ми, достойна внимания. Королев Т. С... Почему нужно сэкономить от городской голо- вы, а не от служащих и других отраслей? Четыре года назад у го- родской головы убавили жалованья, а на остальных не останови- лись. Следует непременно увеличить жалованье такому труженику и работнику, который отдает время городу от 10 часов утра до 5 часов вечера, а прежде городской голова являлся в 11 часов, я уезжал в 1 час. Я предлагаю дать городскому голове 30 тысяч руб- лей. (Собрание Московской городской думы 8 января 1913 г.) Режим экономии понимался в те времена весьма своеобразно. 45
...Из сметы выкинуты все новые строительные работы, все не- обходимые расходы по благоустройству города... («Раннее утро» от 11 августа 1910 г.) Накануне новых выборов подводились итоги кипучей деятельности Московской городской думы. ...В чем же, однако, выразилась за год положительная деятель- ность думы? Стыдно сказать. Куплена Ноевская дача для летних прогулок москвичей. Под влиянием холерной эпидемии начаты серьезные разговоры об оздо- ровлении Хитрова рынка. Приглашен к участию в жизни Рукавиш- никова приюта К. В. Рукавишников. Возбуждено ходатайство о со- оружении в Москве памятника графу Л. Н. Толстому. Заключен 25-миллионный заем, главным образом на покрытие уже израсходо- ванных ранее сумм. Издано правило, чтобы дамы, садясь на трам- вай, надевали безопасные наконечники на свои шляпные булавки. Вот и все, что сделано в течение 365 дней на благо населе- ния... («Раннее yтpо» от 1 марта 1912 г.) Избранники отчитываются перед избирателями — московскими купцами, почетными гражданами и т. д. Группа правых и беспартийных гласных городской думы реши- ла устроить ряд собраний избирателей для ознакомления последних с ходом городских дел вообще и о своей деятельности в думе, в частности. Первое из таких собраний, как известно, состоялось уже в рай- оне Смоленского рынка. Однако, вчера выяснилось, что оно было неудачным. Дело в том, что собрание было устроено в зале, сдаваемом под свадебные балы, поминальные обеды и прочие семейно-торже- ственные церемонии. Повидимому, ни свадебных пиров, ни поминок давно в этом зале не было, и его не топили. Не вытопили как следует и в день собрания правых избирате- лей, рассчитывая, должно быть на то, что тепла вполне достаточно будет от избирательских тел и от горячих речей ораторов. Расчет не оправдался. Холод был убийственный. У избирателей, ораторов и секретарей не попадал зуб на зуб. Через час после открытия собрания началось массовое дезер- тирство собравшихся. («Копейка» от 15 декабря 1913 г.) Большую активность проявляли московские градопра- вители, когда дело шло о выражении верноподданниче- ских чувств. Приводим несколько документов, характе- ризующих отношение городской думы к «обожаемому монарху» и «августейшему» семейству. 46
Председатель (князь Голицын В. М.). (Приняв от полковника В. С. Гадона копию высочайшего манифеста). Прошу выслушать высочайший Божьей милостью манифест. Об'являем всем верным нашим подданным: В 14-й день сего июня любезнейшая супруга наша государыня императрица Александра Федоровна благополучно разрешилась от бремени рождения нам дочери, нареченной Марией... (Собрание Московской городской думы 16 июня 1899 г.) Сегодня в Малом Николаевском дворце, в 2 часа 30 минут дня, городской голова Н. И. Гучков, почетный гражданин г. Москвы князь В. М. Голицын и два старейших гласных городской Думы принесут икону и богатейший альбом с видами Москвы великой княжне Марии Павловне по случаю предстоящего ее бракосочета- ния со шведским принцем Вильгельмом. («Русское слово» от 7 апрели 1908 г.) Городское управление заказало вчера икону св. Алексея митро- полита для поднесения государю императору по постановлению ду- мы в ознаменование рождения наследника-цесаревича. Икона дол- жна быть изготовлена к 20-м числам этого месяца. («Голос Москвы» от 14 ноября 1909 г.) Московский градоначальник уведомил городского голову, что на всеподданнейшем докладе министра внутренних дел о выражении верноподданнических чувств, заявленных московской городской ду- мой по поводу сооружения обелиска в память 300-летия дома Рома- новых, государь император собственноручно начертать соизволил: «Прочел с удовольствием и искренне благодарю». («Новое время» от 21 июня 1914 г.) Откликнулась городская Дума и на убийство царского министра, известного вешателя и палача Столыпина... На вчерашний вечер было назначено очередное заседание думы. К 7 часам собрался почти полный состав. Приехали даже и те гласные, которые не показывались в думских стенах с ранней вес- ны. Места для публики полны... Заседание открывает Н. И. Гучков следующими словами: — Вчера скончался, пав от руки гнусного убийцы, достойней- ший слуга своего государя и беззаветно любимой родины — пред- седатель совета министров Петр Аркадьевич Столыпин. Приглашаю думу единодушно почтить вставанием память усопшего... Гласные и публика поднялись со своих мест, и на насколько мгновений в зале воцарилась полная тишина. Городской голова продолжал: 47
-- И предлагаю поручить мне выразить от лица думы соболез- нование семье покойного и в знак скорби прервать заседание до пятницы. — Просим, просим!.. — Теперь, — закончил Н. И. Гучков, — приглашаю гг. гласных помолиться об усопшем. («Раннее утро» от 7 сентября 1911 г.) Наиболее отчетливо сказался классовый облик город- ской думы в дни 1905 г. Царская армия терпит неслы- ханные поражения на Дальнем Востоке. 14 мая (в годов- щину коронации Николая II) гибнет в Корейском про- ливе эскадра Рождественского, пять тысяч моряков на- ходят могилу в Японском море. Дискуссии о собачьих намордниках и ошейниках временно прекращаются. В стенах городской думы тревожное настроение. Князь В. М. Голицын (председатель). На очереди стоит пред- ложение московского градоначальника, которое по его требованию* должно быть оглашено без участия посторонней публики. Покор- нейше прошу гласных, не найдут ли они возможным перейти для продолжения заседания в Малую залу... Перерыв. (Заседание продолжалось в Малой зале). Председатель. Мною получено предложение г. московского гра- доначальника следующего содержания: «Вследствие представления от 23 сего мая за № 988 о назна- чении к обсуждению в предстоящем 24 сего мая заседании город- ской думы заявления некоторых гласных по поводу событий на Дальнем Востоке, предлагаю... снять означенное заявление гласных с очереди дел, назначенных к обсуждению в заседании собрания городской думы, и не допускать рассмотрения его... Воскресенский Ф. Ф... Мы толкуем о заявлении гласных, кото- рое г. градоначальник не счел возможным допустить к обсуждению, но гласные, которые не участвовали в подписании заявления, не осведомлены, в чем же заключается это заявление. Заявление столь серьезное, насколько можно судить по газетам, где о нем упоми- нается, заявление это, вопреки обычаю, существующему чуть ли не со времени учреждения Думы, к сожалению, гласным не было сооб- щено. Доклады о покупке одной сажени земли, о постройке зда- ний, заходящих за красную линию, о перестройке окна в дверь,— все это методически сообщается гласным, и гласные являются под- готовленными, а по столь серьезному вопросу это заявление почему- то не было сообщено гласным, и те, которых неблагоугодно было посвятить в содержание этого заявления, таким образом, явились в думу неподготовленными для рассмотрения этого вопроса... ...Я считаю, что дума обязана подчиниться такого рода предло- жению градоначальника; независимо от этого, если коснуться суще- ства заявления, то, конечно, тон его является неуместным. 48
Так выглядела московская «уличная жизнь» в изображении журнала «Будильник» (1913 год).
Деятельность Московской городской думы неплохо охарактеризована в этих двух кари- катуpax (журнал «Будильник» 1899 г. и «Искры» — иллюстрированное приложение к «Русскому слову» — 1901 г.).
Председатель. Вопрос достаточно выяснен, но ввиду того, что есть разногласие, я считаю необходимым разрешить этот вопрос баллотировкой. Не благоугодно ли будет городской думе признать, что предложение о снятии заявления гласных не имеет за собой законных оснований, а потому городская дума признает, что это заявление должно быть заявлено думе. Казначеев К. А. Я заявляю, что не подготовлен был к разре- шению вопроса, поставленного экспромтом, вследствие этого затруд- няюсь участвовать в обсуждении и в баллотировке. Гоппер С. В. Я не могу участвовать в обсуждении этого вопро- са. В повестке сказано, что обсуждается вопрос о войне. Ни в од- ном государстве вопрос о войне и мире не предлагается на разре- шение народных представителей. Так как мне содержание этого заявления неизвестно, в газетах я его не читал, поэтому я прошу меня отстранить и позволить не участвовать в баллотировке. Председатель. Тут существует крупное недоразумение. Я не могу огласить это заявление до тех пор, пока дума не разрешит вопроса, подчиняется она распоряжению административной власти или нет? Казначеев К. А. Это распоряжение относится к Вам, князь, а не к думе. Мы в интересах Ваших говорим о неудобстве обсуждать распоряжение г. градоначальника, потому что ответственность за допущение такого обсуждения ляжет на Вас... Председатель. Я ставлю только первый вопрос... Воскресенский Ф. Ф. Этого баллотировать нельзя. Я отказыва- юсь от участия в баллотировке, как незаконной. Казначеев К. А. Я снова повторяю, что также отказываюсь от участия в баллотировке. Ляпин М. И. Я получил повестку, что есть заявление, а в чем оно, не знаю. Я прямо отказываюсь, это невозможно, совершенный абсурд. (Собрание Московской городской думы 24 мая 1905 г.) И эти трусы еще пытались сохранить некоторое до- стоинство... Московский градоначальник знал, с кем он имеет дело. Как городская дума отнеслась к предложению почти- тельно ходатайствовать о смягчении участи героически восставших в Севастополе матросов? Дувакин Д. Д. (председатель). Настоящее чрезвычайное собра- ние открывается с разрешения московского генерал-губернатора. Позвольте огласить следующее заявление, полученное мною от гласных: «Тяжелое время, переживаемое Россией, омрачилось новым гроз- ным событием, совершившимся в Севастополе. Город, увенчанный славой доблестных подвигов русских войск, стал скорбным свиде- телем ужасов братоубийственной войны... 49
В скорбные дни Москва должна возвысить свой голое и заявить правительству, что ужасы кровопролития измучили страну и что братоубийственное стремление затихнет и страна вернется к созида- тельному труду, если милосердие будет ответом на эти распри. Предлагаем городской думе представить правительству, что в целях предотвращения дальнейшей междоусобной борьбы виновни- кам севастопольских событий должно быть оказано милосердие в виде освобождения от смертной казни...» Шмаков А. С. Всеми силами моей души я протестую против этого заявления... Военный вооруженный бунт, которого все мы яв- ляемся свидетелями, грозит страшными опасностями нашему отече- ству. Этот бунт, к несчастью, уже не единственный, и если мы при- соединимся к этому заявлению, мы совершим измену пред отече- ством... Мы обязаны поступить так же: мы должны выразить нрав- ственную симпатию и материальную поддержку тем, кто стоит за наш домашний очаг, жен и детей... Если мы станем подливать масла в огонь и говорить о снисхождении и милосердии по отношению к тем людям, которые по отношению к нам милосердия не проявили, мы совершим измену перед собственным отечеством. Всякий рус- ский человек обязан протестовать против этого заявления. Геннерт А. И. Только любовь человека к человеку в настоя- щее время и должна быть проповедуема... В этом смысле, в этом заявлении и говорится о милосердии... Здесь никто не говорит о прощении людей, о том, чтобы этот поступок остался безнаказан- ным, — нет! говорится только о минимуме милосердия — о непри- менении смертной казни... Баршев В. С. Я не могу присоединиться к заявлению, которое внесено в думу, не потому, чтобы я стоял против милосердия, что- бы я стоял за беспощадность, а потому, что я считаю это заявле- ние несовершенным... Над этими людьми еще не совершился суд, и наше вмешательство в этом деле я считаю преждевременным. Дайте суду высказать свое мнение, может быть, суд и не присудит их к смертной казни, о чем же мы будем ходатайствовать, когда не знаем приговора суда?... Войска, которые должны были подавить мятеж, находились в ужасном состоянии: итти против своих же братьев тяжело... Найдутся люди, которые будут осуждать эти вой- ска, но мы, господа, едва ли можем причислить себя к числу этих людей, мы здесь люди порядка и должны отдать должное тем вои- нам, которые прекратили мятеж... Шмаков А. С. От генерал-лейтенанта Меллер-Закомельского из Севастополя получена следующая телеграмма: «Военный вооружен- ный мятеж усмирен. Все войска вели себя доблестно и самоотвер- женно несут тяжелую службу. Взятых в плен и арестованных бо- лее 2 тысяч. Настроение жителей, особенно евреев и революционе- ров, тревожное. Оскорбляют и угрожают офицерам...» Лебедев И. А. Мы не желаем проливать крови, но есть прав- да высшая, есть правда, которая судит, есть правда, олицетворение которой у нас — государь. Государь любвеобильный, милосердный, мы все это видим. Ему — право, не нам... Не нам выражать такое мнение... 50
Председатель, Угодно отложить дальнейшее обсуждение настоя- щего предложения до следующего заседания или постановить реше- ние в настоящем заседании? Собрание высказалось за отсрочку. (Собрание Московской городской думы 19 ноября 1905 г.) Здесь проходит во весь рост характерная фигура по- громщика-черносотенца, присяжного поверенного А. С. Шмакова. Из думского отчета красноречиво явствует и отвратительная позиция либералов: взывая о любви к человеку, они уповали на милосердие «любвеобильного и милосердного государя»! Так реагировала городская дума на севастопольское восстание! Было бы наивно, конечно, ожидать от гласных город- ской думы другого отношения к севастопольским собы- тиям. Но буржуазная городская дума, разумеется, ни в какой мере не выражала настроений трудящегося насе- ления столицы. Понятно, трибуна городской думы меньше всего была доступна трудящимся. Однако, рабочие иногда находили способ высказываться во весь голос, даже в стенах этого малопочтенного учреждения. Об одном таком факте пи- сала зарубежная большевистская печать. В знаменательные дни 1905 года после опубликования царского манифеста о «даровании» пресловутой конститу- ции «отцы города» решили собраться, чтобы от имени «всей Москвы» выразить свой восторг и благодарность «любимому монарху»... Городские заправилы по свой- ственной им забывчивости упустили из виду... московских рабочих, которые никак не могли примириться с тем, что господа Шмаковы будут выступать и от их имени. Не дожидаясь приглашения, 60 рабочих по собствен- ной инициативе пришли в думу. В зале оказалось много посторонних — человек 350—400. «Отцы» негласно сове- щались в соседней комнате. Конца этому совещанию не предвиделось. Тогда один из рабочих заявил: — Чего ради мы будем ждать, пока гласные изложат свои верноподданнические чувства? Я думаю, мы можем и без них выразить наше отношение к Государственной думе. Собрания у нас запрещены. Надо пользоваться вся- 51
ким удобным случаем. Предлагаю открыть собрание и вы- брать председателя. В ответ раздались дружные возгласы: — Верно! Будьте вы председателем! Слово взял один из товарищей. Он говорил о роли, какую по замыслу правительства должна сыграть в его руках Государственная дума, как средство подавления ре- волюционного движения в стране, о том, как встретит это сознательный пролетариат. Рукоплескания и возгласы в честь РСДРП. Затем по предложению председателя все товарищи, а за ними зна- чительная часть публики с дружным пением марсельезы покинули зал. Полиция явилась в более чем достаточном количестве, но — поздно. Минут через 15 вышли гласные, прочли в пустом зале верноподданическую резолюцию и разош- лись... Так в затхлую атмосферу городской думы время от времени проникали извне свежие революционные ветры.
УБОГИМ БЫЛО ГОРОДСКОЕ ХОЗЯЙСТВО ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ МОСКВЫ ТАК СТРОИЛИ... Что делали для города те, «кому ведать над- лежит»? Что делала городская управа? Кое- какой ответ на этот вопрос мы находим в старых мос- ковских газетах. Конечно, полным голосом критиковать начальство и московских торгово-промышленных воротил эти газетки не смели. Но иногда и они разрешали себе маловнятный ропот, тем более, что в самой управе бо- ролись за власть и влияние разные группы «отцов го- рода», а каждая группа имела в своем услужении ««свою» газету. Напомнив об этом читателю, расскажем, как в ста- рой Москве производились крупные сооружения обще- ственного значения. ...Работы по сооружению грандиозного виадука у Тверской за- ставы... в настоящее время закончены, но открытие движения по этому виадуку к 15 августа, как раньше предполагалось, состояться не может. Дело в том, что город отказывается на свои средства проложить здесь пути для трамвая, а также водопроводные и кана- лизационные трубы и замостить площадь перед виадуком. На все это потребуется тысяч шесть-десять... Ввиду возникших «недоразу- мений», открытие движения через виадук отложено на неопределен- ное время. («Русский голос» от 5 августа 1907 г.) 53
Таким образом, «грандиозный виадук» не мог быть открыт к сроку, вследствие «недоразумений» по вине городского управления. Открытием Дорогомиловского (Бородинского) моста тоже не слишком порадовали мо- сквичей. Вопрос о разрешении движения по временному Бородинскому мосту неожиданно получил новое осложнение. Один из инженеров, Е. В. Зотиков, приглашенный в качестве эксперта и своевременно подписавший акт осмотра, вдруг спохватился, что испытанию под- верглись только средние пролеты, а не крайние... («Раннее утро» от 18 февраля 1910 г.) Бытовым явлением в старой Москве были обвалы строящихся домов, принимавшие размеры настоящей ка- тастрофы с человеческими жертвами. ...В левом крыле корпуса, там, где только вчера сняли леса и подпорки, державшие просыхавший потолок, в первых верхних эта- жах произошел обвал. Провалился потолок чердака, придавил своей тяжестью потолок следующего этажа, и все это рухнуло в третий этаж, погребая под собой все живое. Вся масса, состоящая из кирпичей, земли, цемента и железных полос, сбилась в общую громадную кучу. Сверху висело скрюченное железо, местами застрявшее около необрушившейся части потолка. Здесь, накренившись, стояли остатки еще не разобранных подпорок, с боков виднелись образовавшиеся при обвале отверстия, а сверху глядело нутро крыши, уже не заслоненной чердаком. Внизу, под этими обломками, были люди, не успевшие в ужасный момент спа- стись... ...У стены увидели старавшегося освободиться старика-рабочего Прохорова. У него придавило ноги... До приезда пожарных раскопки почти не начинались... ...Вначале откопали штукатура Артамонова. Его завалило около стены, и от смерти спасла амбразура окна... ...Далее по указанию рабочих начались раскопки в том месте, где должны были находиться еще два рабочих. Работа была адская. Пришлось разбирать почти по камню. Установилась цепь людей, ко- торые, принимая кирпичи, цемент и другие обломки, передавали их из рук в руки и бросали во двор. Вдруг лопата одного рабочего ударилась во что-то мягкое. Скоро раскрылась страшная безвремен- ная могила. («Раннее утро» от 12 октября 1911 г.) ...Как часто у нас происходят катастрофы при постройке домов. Катастрофы сопровождаются человеческими жертвами... И еще удивительней то, что эти катастрофы постигают не толь- ко частные здания, где возможен не всегда удовлетворительный тех- нический надзор, но и здания, воздвигаемые общественными учре- ждениями, как, например, городским управлением. 54
На печальные размышления наводит нас катастрофа, происшед- шая на Бутырках, где в громадном 5-этажном корпусе, предназна- чавшемся под городское училище, в двух верхних этажах произо- шел обвал потолков. Если бы эта катастрофа, повлекшая за собой кровавые жертвы (два человека было убито и три ранено), представляла из себя слу- чайное, единичное явление, тогда достаточно было высказать собо- лезнование. Но нет, у нас не только в Москве, но и по всей Рос- сии таких катастроф можно насчитать десятки, а то и сотни. И, конечно, страдательным лицом являются те рабочие, жизнь которых ежеминутно подвергается опасности... («Столичная копейка» от 13 октября 1911 г.) Отчего же происходят строительные катастрофы? ...Большинство строительных катастроф в Москве происходит именно оттого, что «леса» строятся с удивительной беспечностью. В этом отношении среди подрядчиков есть положительно ре- кордисты. Один из москвичей-архитекторов рассказывает: — В Москве жизнью строительных рабочих положительно «иг- рают». До сих пор есть подрядчики-маляры, которые заставляют своих рабочих красить «маковки» церквей и колоколен, не трудясь для этого воздвигать каких-либо солидных вспомогательных сооружений. Веревки, закинутые за крест, доски — вот и все «сооружение». И на головокружительной высоте, рискуя каждую минуту сор- ваться, маляры-акробаты босиком производят работы... ...На примитивных люльках с ветхими канатами несчастные ра- бочие с замиранием сердца производят свои работы на высоте 6-го или 7-го этажа. А часто нет даже «люльки». Берется обыкновенное полено, к нему привязывается веревка. Маляр, преимущественно подросток, садится на полено «верхом», и его тащат без всякой лебедки, а попросту «от руки» наверх, на 5-й или 6-й этаж. Любители сильных ощущений стоят внизу на мостовой и спо- рят между собой: — Разобьется мальчонка или нет?... ...Чернорабочие, несущие на своих плечах на «козе» тяжкую ношу кирпичей, карабкаются по крутым мосткам, очень часто со- вершенно не огороженным какими-либо перилами. Стоит «козе» перевесить — человек теряет равновесие и летит в бездну. А дальше — братская могила на «кладбище для бедных». Или долгое заключение в больнице для чернорабочих, и неред- ко — искалеченное тело... («Раннее утро» от 16 июля 1913 г.) В частном строительстве, по выражению московских газет, был «возможен не всегда удовлетворительный тех- 55
нический надзор». Это в равной мере относилось и к строительству небольших домов, и к многоэтажным со- оружениям. ...Грандиозный 8-этажный квадрат с фасадом на три улицы — на Малую и Нижнюю Кисловки и в Калашный переулок сооружал- ся с лихорадочной поспешностью. Кладка его кирпичных стен шла чуть не зимой. Во всяком случае, продолжалась еще глубокой осенью, при сильных заморозках, и возобновилась весной... Вчера в 7 часов утра обращенная в Калашный переулок сторо- на этого каменного великана зашаталась, и через какие-нибудь пять минут на уличной мостовой в облаках пыли лежали горы кирпичей. Упавший фасад дома увлек за собой и значительную часть внутрен- них стен... ...Загромоздившие улицы высокие груды камней, под которыми могли быть погребены не только люди, но и целые экипажи, были безмолвны. — Что это: могильный курган или только куча строительного мусора?... («Копейка» от 23 марта 1913 г.) ...Картина разрушения чудовищная. Москва положительно не ви- дала такой катастрофы. Развалился буквально целый дом в 7 эта- жей... ...На одной из уцелевших стен заметна трещина, шедшая на протяжении всех этажей. Эта трещина носила следы замазывания. Стена, смежная с рухнувшей постройкой, настолько выпучилась, что Грозит разрушением.., («Раннее утро» от 23 марта 1913 г.) О прочности некоторых построек можно судить хо- тя бы по такому факту: Происшедший вчера обвал дома Бровкина, на Красносельской улице, вновь ставит на очередь вопрос об ответственности за та- кого рода «заведомые» катастрофы. Случаи легкомысленных построек в Москве в последние годы зарегистрировываются все чаще и чаще... ...А между тем, виновных, кажется, ни в одном случае не нахо- дили: их не искали... Говорили о слабости технического надзора со стороны город- ского управления, но дальше разговоров не шли. Вчерашняя катастрофа, однако, как нельзя лучше показывает, что наша участковая архитектура — только синекура для круга лиц, имеющих счастье состоять участковыми архитекторами... ...Рабочие говорят, что катастрофа была вызвана сотрясением от свалившейся железной балки. 56
Во какова же была прочность постройки, если дом мог рухнуть от столь незначительной причины! Не от такого ли «сотрясения» образовались и трещины, предшествовавшие обвалу? Впрочем, если Москва могла сгореть от копеечной свечки, то почему же дому г. Бровкина не обвалиться от падения балки? («Русское слово» от 25 июля 1909 г.) Не удивительно, что жильцов домов охватывали самые мрачные предчувствия. ...В Москве, на одной из самых бойких улиц, построили гро- мадный девятиэтажный дом без всякого разрешения городской упра- вы, причем этот дом, если не обрушился теперь, то никто не по- ручится за то, что все его девять этажей могут превратиться в кашу в недалеком будущем, так как этот дом построен с несомнен- ным нарушением технических требований... Рассмотрев представленные планы и чертежи, технический со- вет при городской управе признал, что конструкция дома... указан- ная в чертежах, недопустима, что толщина стен, спроектированная по этим чертежам, внушает несомненные опасения за прочность постройки и что поэтому просимого разрешения г. Лобозеву выдано быть не может. Разрешения г. Лобозеву не выдали, а он, ничтоже сумняшеся, стал строить свой дом без всякого разрешения. Дом строился, рос, вырос... ...Местный участковый архитектор ничего не знал и как стро- ится лобозезский дом не видел... («Московский листок» от 27 июня 1912 г.) Как осуществлялся технический надзор за строитель- ством? ...Чтобы выяснить положение строительного дела в Москве, мы обратились к одному из городских участковых архитекторов... ...Строительное дело при Московской городской управе смело можно назвать «бумажным делом». Ибо все оно построено на «бу- маге» и «отношении». ...В строительное отделение управы подаются чертежи частных построек по всем правилам строительного устава и местных обяза- тельных постановлений. Через месяц, а иногда и дольше, разреше- ние получается, и чертежи выдают на руки владельцу. Этот, в свою очередь, чертежи с подписью своего архитектора представляет уча- стковому архитектору, который ставит на чертежах свою «памятку». После этого чертежи идут к местному приставу, который ставит на них свою подпись... ...Что делается потом, после того, как чертежи прошли все «ин- станции», как производится владельцем стройка, согласно ли выдан- ным чертежам, — в это городская управа не входит. Эти функции 57
возлагаются всецело на... местного околоточного надзирателя. Тот, видя бумажное разрешение, вполне этим удовлетворяется... ...— Ну, а участковый-то архитектор? Он-то что делает? Участковый архитектор не заглянет на постройку до тех пор, пока не получит официального приглашения от местной полиции... ...Все, что я вам сейчас рассказал, относится к более или ме- нее центральным районам столицы. — Неужели на окраинах еще хуже?... — Вы говорите «хуже»? Там почти сплошное нарушение строи- тельного устава. («Раннее утро» от 4 августа 1909 г.) Наконец, этот надзор за строительством был органи- зован. И что же?.. За последнее время в городской управе немало было произне- сено серьезных фраз о необходимости организовать наблюдение за постройкой городских зданий и сооружений, за приемом строитель- ных материалов и пр. Вопрос этот очень важный, затрагивающий больные стороны управского хозяйничанья, давно ожидавший своего разрешения. Наконец, от слов перешли к делу. И что же? Оказа- лось, весь огород городился только затем, чтобы увеличить штат управского контроля двумя архитекторами с жалованьем... по 100 рублей в месяц. Этим двум маленьким чиновничкам отныне по- ручается весь громкий «надзор за городским строительством», в том числе, следовательно, и наблюдение за деятельностью технических генералов управы, получающих оклады по нескольку тысяч рублей. («Раннее утро» от 14 августа 1910 г.) В контроле по сооружению городских зданий заготовлены пе- чатные бланки такого содержания: «представитель контроля... при приеме работ... материалов... присутствовать не будет». Интересно, для чего же учреждена новая контрольная инстан- ция? («Голос Москвы» от 5 сентября 1910 г.) * * * Несравним размах строительства в столице Советского Союза с темпами жилищного строительства в буржуазной Москве даже в годы предвоенного спекулятивного ажио- тажа. На месте старых рабочих казарм, ночлежных домов, коечно-каморочных квартир, пустырей и старомосковских хибарок выросли многоэтажные, светлые жилые здания, оборудованные центральным отоплением, телефоном, га- зом и мусоропроводами. 58
Построены тысячи и тысячи многоэтажных каменных жилых домов... В 1938 г. Москва получила 324 тысячи квадратных метров новой жилой площади. Москвичи по праву гор- дятся многими новыми зданиями, достойными социалисти- ческой столицы: новыми домами на улице Горького, на 1-й Мещанской, на улице Чкалова, гостиницей «Москва» и домом Совнаркома в Охотном ряду, домом НКВД на улице Дзержинского, зданием Военной академии имени Фрунзе на Девичьем поле и др. На бывших окраинах Москвы — на Усачевке, в Дан- гауэровской слободе, в Ленинской слободе, на Красной Пресне, на Благуше, в Измайлове, на Ленинградском шоссе — тонувших при господстве купцов, помещиков и фабрикантов в грязи и темноте, поднялись этажи новых поселков. В 1939 г. в Москве строятся десятки жилых домов, с общей площадью в 1 300 тысяч квадратных метров. Сре- ди них такие гиганты, как многоэтажные и прекрасно от- деланные здания на улице Горького, на участке от Цен- трального телеграфа до Пушкинской площади, дома на Можайском шоссе, на 1-й Мещанской, на Краснопреснен- ской и Новоспасской набережных. В нынешнем году по проекту депутата Верховного Совета РСФСР, арх. Мордвинова, в столице воздвигаются скоростными методами 23 жилых дома общей жилой пло- щадью в 69 тысяч кв. метров. Жилищное строительство в нашей стране пронизано сталинской заботой о человеке. Большинство квартир в строящихся домах —1-, 2- и 3-комнатные, рассчитанные на одну семью. В них предусмотрены все удобства для жильцов, от газа до мусоропровода. Во дворах устраива- ются детские площадки, высаживаются деревья, разбива- ются цветники. По великому сталинскому генеральному плану рекон- струкции Москвы, к 1945 году в Москве будет построено 2 500 жилых домов, площадью в 15 миллионов квадрат- ных метров. К этому времени социалистическая столица удвоит свой жилищный фонд сравнительно с 1935 г. 59
Это будут, как определяет генеральный план рекон- струкции столицы, «жилые дома высотой не ниже шести этажей, а на широких магистралях и в пунктах города, требующих наиболее выразительного и парадного офор- мления (на набережных, площадях и широких улицах), более высокие дома в 7—10—14 этажей». * * * БУЛЫЖНЫЕ МОСТОВЫЕ, КЕРОСИНОВЫЕ ФОНАРИ О городском благоустройстве в дореволюционной Мо- скве можно говорить лишь весьма условно. Скверные никудышные мостовые московских улиц слу- жили вечной темой для фельетонистов и московских ста- рожилов, описывавших прежнюю Москву. Вот уже июль месяц на дворе, а во многих местах мостовые все еще не исправлены; так, например, проехать с Трубы по левой стороне Цветного бульвара к Самотеке почти нет никакой возмож- ности. А между тем, нельзя сказать, чтобы мостовые вовсе не чини- лись. Они чинятся, но только способ починки и мощения чрезвы- чайно плох. Вскопают землю железной лопаточкой и тут же, на рыхлую, начинают плашмя класть камни, затем посыплют песку, и мостовая готова. («Русские ведомости» от 27 июня 1864 г.) ...Глядя на московские мостовые, можно подумать, что в Москве недавно было землетрясение. Улицы, переулки и дворы изображают собой Кордильеры; что ни шаг, то Монблан или Чимборассо; на тротуарах замерзшие реки и озера; на крышах белеют целые гро- мады снега и льда. Ни проехать, ни пройти... Решительно не знаем, как бороться с этой природой. Что делать с ухабами, озерами и сосулями, не знает ни один домохозяин. Снеговые громады и пу- довые сосули срываются с крыш сами, без вмешательства культур- ного человека. (Журнал «Будильник» № 8 за 1884 г.) Приведем сведения общего характера, исторические и статистические данные и некоторые сопоставления (сведения эти относятся к самому концу XIX века). ...Асфальтовые мостовые, площадь которых достигала к 1 янва- ря 1896 г. 5 505 квадратных сажен, устроены почти исключительно на частные средства и расположены небольшими участками перед домами зажиточных обитателей... 60
...Преобладающий рост мостовых в Москве составляют мостовые булыжные, поверхность которых почти в 15 раз превосходит поверх- ность всех остальных, вместе взятых. Если же отнести к булыжной мостовой и шоссе, то на долю остальных видов мостовых придется только 13 558 квадратных сажен, что составляет менее 1 процента всей находящейся под проездами площади, за вычетом тротуаров... (Сборник очерков по городу Москве, М. 1897 г.) Пышные достижения купеческо-буржуазной Москвы спустя 30 лет... В отчетном году вновь устроены переходы из гранитной брус- чатки на песчаном основании: от Ильинских ворот до Лубянского сквера — 18,21 квадратных сажени, на Трубной площади и у Пет- ровских ворот — 45,91 квадратных сажен, всего 64,12 квадратных сажени... Приведение в благоустроенный вид Лубянской площади. Произ- ведены работы по устройству тротуара вокруг фонтана размером 30,57 квадратных сажени, тротуара у Проломных ворот—30,83 квад- ратных сажени, брусчатой мостовой в проезде у Проломных ворот и переходных дорожек через Новую площадь — 58,55 квадратных сажени. («Отчет о деятельности Московской городской управы за 1914 г.») О состоянии московских мостовых красноречиво сви- детельствует хотя бы следующий, взятый наудачу факт: Вчера на Малой Дмитровке, при проезде колымаги городского ассенизатора Хомякова с мусором, произошел провал мостовой. В образовавшуюся яму вместе с колымагой провалилась лошадь и возчик... («Русское слово» от 8 июня 1910 г.) ...Несчастная лошадь оказалась вниз головой. Сверху видев- был только ее круп и хвост... («Голос Москвы» от 8 июня 1910 г.) Серьезным врагом мостовых были постоянные ава- рии водопровода, происходившие из года в год, из ме- сяца в месяц. Приведем несколько примеров за два ме- сяца 1910 г. Вчера в седьмом часу утра близ Москворецкого моста, на под'- еме к нему Москворецкой улицы, против чайного магазина Медве- дева, лопнула большая магистральная водопроводная труба. Водою моментально подмыло мостовую, в которой образовалось несколько промоин. Из них вода начала бить фонтаном и в какие- нибудь 10—15 минут образовала целое озеро, которое, все расши- 61
ряясь, начало доходить до часовни; поднявшись на высоту более полуаршина. Громадный поток из образовавшегося на улице озера устремил- ся по тротуару мимо торговых амбаров к Проломным воротам, в Зарядье. («Русское слово» от 27 марта 1910 г.) Вчера ночью во дворе строящегося дома Северного страхового об-ва на Ильинке, в Китай-городе, лопнула баковая труба, идущая от магистрали водопровода во двор этого владения. Вода забила большим фонтаном и быстро заполнила двор, подвалы, ринулась на улицу и размыла мостовую и часть тротуаров. («Утро России» от 6 апреля 1910 г.) Вчера в первом часу дня на Болотной площади лопнула город- ская водопроводная труба; вода забила огромным фонтаном; вскоре Болотная площадь была затоплена, и вода хлынула в подвал Коко- ревского павильона, где затопила, между прочим, ледник Стельцова. Товар попорчен. («Утро России» от 29 апреля 1910 г.) Вчера в 11 часов утра на Страстной площади публике приш- лось любоваться эффектным зрелищем грандиозного фонтана. Около дома, где помещается гостиница «Россия», из торцовой мостовой, со страшной силой бил фонтан воды высотой до 4 сажен и в диаметре до 2 аршин. Верхушка водяного столба доходила до окон 3-го этажа. Огромные массы воды, выбрасываясь вверх, рассыпались краси- выми струйчатыми каскадами. Широкие потоки разливались по всем окружающим улицам, по Путинковскому проезду, мимо Страстного бульвара, по уклону на Малую Дмитровку... ...Целых полтора часа стоял на одной высоте многоэтажный во- дяной столб. Бессильно копошились вокруг водопроводные мастера. Вода шла все с той же силой. («Утро России» от 26 мая 1910 г.) Как производилась очистка московских улиц? В Москве из общей замощенной площади в размере свыше 1 870 тысяч квадратных метров очищается средствами городского управления не более 242 460 квадратных сажен. Осенью т. г. в городской управе предстоит своеобразный юби- лей, как нельзя лучше характеризующий деятельность управы, 7 октября 1899 г. думой было поручено управе срочно разработать вопрос об очистке всех городских проездов средствами города по соглашению с домовладельцами. Осенью 1903 г. дума постановила просить управу поспешить с представлением доклада по этому во- просу. Текущей осенью исполнится десять лет, как городская упра- ва разрабатывает порученный ей думой вопрос. («Раннее утро» от 25 июня 1908 г.) 62
Крупнейшие московские извозопромышленники» в числе 55 че- ловек, подали московскому градоначальнику телеграмму следующего содержания: «Создавшееся в центре Москвы исключительное бездо- рожье приносит московскому ломовому извозу ежедневные убытки до 30 тысяч рублей, почему убедительнейше просим телеграфного распоряжения вашего превосходительства о немедленной засыпке оголенной мостовой достаточным количеством белого снега со дво- ров и крыш, а также о тщательной уборке тротуарных очисток и сколок во дворы или же в кучи». Извозопромышленники телегра- фировали также городскому голове и председателю отдела россий- ского общества покровительства животных, прося хотя бы ради из- мученных животных поддержать означенное ходатайство. («Утро России» от 6 января 1913 г.) Робкие попытки городской управы кое-как упорядо- чить мостовые подчас натыкались на самые неожидан- ные протесты. Даже управляющий конторой императорских театров позволял себе указывать думе. Городская управа нынешним летом приступила к перемощению Петровки и проезда возле Малого театра асфальтом вместо сущест- вовавшей здесь плохой булыжной мостовой... ...Не понравилось это нововведение только временно исполняю- щему обязанности управляющего московской конторой император- ских театров гр. Растопчину. Он обратился в городскую управу с грозной бумагой, в которой просит приостановить начатые ра- боты... ...Растопчин через неделю шлет новый грозный запрос и тре- бует, чтобы городская управа к 1 августа уничтожила устроенную усовершенствованную мостовую и заменила ее прежней булыжной. («Раннее утро» от 28 июля 1912 г.) Средняя ширина московских улиц составляла 5 са- жен, т. е. 10 метров. В городской управе мечтали до- вести среднюю ширину улиц хотя бы до 10 сажен, а пе- реулков — до восьми. Для этого требовалось приобрести участки у домо- владельцев. Деятельность городской думы в этой области бук- вально анекдотична. Но прежде следует коснуться одной характерной особенности Москвы. ...Собрание городской думы 16 мая 1900 г. Обложение в пользу города арендной платой мест, занятых на тротуарах сходами, крыльцами, иллюминаторами и т. п. Герье В. И. Если бы домовладелец поставил на тротуаре стул, сел на него, протянул ноги и заставил всех проходящих споты- 63
каться или обходить его, то всякий, конечно, признал бы это совер- шенно ненормальным, но то положение, которое сейчас в Москве, еще более ненормально. У нас десятки лет существуют загроможде- ния, которые делают совершенно невозможным правильное хожде- ние по тротуарам. Каждый из нас, кто много ходит пешком, знает, что на расстоянии 10 минут можно встретить двадцать заграждений, из-за которых приходится на тротуарах спотыкаться, перепрыгивать, сталкиваться с другими, что, когда человек спешит, бывает крайне неприятно. Все это есть нарушение самой простой элементарной истины, что тротуары и улицы существуют для свободного пользо- вания ими публики, а не для капризов архитекторов, которые при- думали устраивать крыльца, выступающие без всякой нужды на тро- туары... Невозможно терпеть, чтобы на тротуарах стояли без всякой нужды громадные загромождения, устраивались ямы, в которые не только ночью, но даже днем человек может попасть. Мы споты- каемся на эти препятствия, бранимся, но продолжаем терпеть эти неудобства. Муромцев C. А. Какую же меру предлагает почтенный В. И. Герье? Герье В. И. Принять меры к тому, чтобы тротуары в извест- ный срок были абсолютно очищены от всех заграждений. Я не могу сейчас сформулировать предложение, этот вопрос следует пе- редать в комиссию. Воскресенский Ф. Ф. Предложение В. И. Герье никоим образом не может быть принято. Выступы и сходы, существующие в настоя- щее время, разрешены в давно прошедшее время, а вновь они не разрешаются. Если город получит право требовать уничтожения этих выступов, то придется домовладельцам производить капиталь- ный ремонт, который довольно серьезно отзовется на них, потому что придется перепланировать целый этаж. Герье В. И. ...Если на тротуаре лежат три громадные плиты, образующие ступени, через которые москвичам приходится пры- гать, то неужели нельзя потребовать, чтобы они были уничтожены. Не знаю, как может цивилизованный город терпеть такое само- управство — произвол домовладельцев... (Доклад № 95 комиссии по составлению проектов обязатель- ных для местных экипажей постановлений, 11 апреля и 16 мая 1905 г.). Крылечки, ступеньки и прочие заграждения суще- ствовали в Москве еще много лет. Познакомимся с де- батами в городской думе, касающимися отчуждения ча- стновладельческих участков. Зинт К. К. ...Владение Курниковой выступает вперед и зани- мает верхнюю полосу Новослободской улицы, а владение, находя- щееся ближе к центру, стоит за красной линией. Этот выступ пор- тит всю часть Новослободской улицы, и если тут будет построено большое здание и город пожелает купить эту землю, то это будет сопряжено с крупным расходом... Эта улица имеет важное значение, 64
Кое-как справляясь с обычным кирпичом, московские строители становились втупик перед экзотическим мрамором. При постройке здания Музея изящных искусств па Волхонке (ныне музеи им. Пушкина) для обработки мрамора были выписаны иностран- ные рабочие. На снимке: группа итальянских рабочих во главе с подрядчиками (Снимок относится, примерно, к 1910 году).
Еще в конце XIX века на Театральной площади (ныне — площадь Свердлова) был базар. У самых стен императорских театров, под сенью Аполлона, управляющего колес- ницей, царила базарная сутолока.
и городу нужно быть последовательным: раз он покупал у других владельцев земли, предложить Курниковой ту сумму, которую выс- читал архитектор, — значит, сумму справедливую, — и заплатить деньги... Я поддерживаю предложение Н. Е. Буланова о том, что нужно уплатить 81 тысячу рублей и в то же время войти в пере- говоры с Курниковой о рассрочке платежа этой суммы на несколь- ко лет. Работкин П. А. ...Лучше согласиться с управой и дать Курни- ковой возможность строиться, а не платить такие бешеные деньги, как 81 тысячу рублей. (Примечание: за 67 квадратных сажен). Брянский В. Д. (председатель). Угодно вернуть доклад в упра- ву для новых переговоров с Курниковой? Предложение принято. (Собрание Московской городской думы 20 февраля 1914 г.) Итак, некая госпожа Курникова за 67 квадратных са- жен пожелала получить 81 тысячу рублей. Жаждет сорвать большой куш с юродской управы и госпожа Зубова. Городская управа положительно не знает, что делать с г-жей Зубовой, по владениям которой в Зоологическом переулке протекает речка Пресня, заключаемая ныне в каменную трубу. Г-жа Зубова не соглашается на цену, которую предлагает ей управа за клочок земли, нужный под трубу, несмотря на то, что на такую же цену из'явили согласие все остальные домовладельцы это- го района. Не допуская на своем дворе работ по прокладке труб, г-жа Зу- бова, тем не менее, после каждого ливня приезжает в управу с жа- лобой, что двор ее затопляется... («Русское слово» от 10 июля 1913 г.) Наследники Солодовникова, причт церкви св. Геор- гия и прочие, кому не лень, бойко торговали земельны- ми участками. ...Душеприказчики Г. Г. Солодовникова назначили за землю, от- ходящую за их владения, в количестве 236,5 квадратных сажени, по 50 руб. за квадратную сажень, но непременным условием этой продажи поставили приобретение у них городом, кроме 236,5 квад- ратных сажени, еще и участок мерою в 224,4 квадратных сажени, который отрезается от их владения новым переулком. Причт церкви св. Георгия уведомил городскую управу, что он согласен уступить городу свои 60 квадратных сажен за 3 тысячи рублей, т. е. по 50 рублей за квадратную сажень... (Доклад № 10 Московской городской управы, 23 января 1913 г.) 65
Купец Травин и особенно страховое общество «Якорь» были еще менее сговорчивы. Московская городская управа ведет переговоры о приобретении владений купца Травина для расширения Селезневской улицы. Тра- вин оценивает свои владения в 60 тысяч рублей. («Голос Москвы» от 4 июля 1907 г.) Для расширения Столешникова переулка на углу Петровки ре- шено отчуждить в пользу города 29,10 квадратных сажени земли из владения страхового о-ва «Якорь». Городское управление предло- жило по 400 рублей за сажень. О-во «Якорь» требует по 1 500 руб- лей. Соглашение не состоялось... («Раннее утро» от 21 апреля 1909 г.) Приобретая земельные участки у домовладельцев, управа иной раз наталкивалась на сюрпризы: однажды средь бела дня в Москве украли целый переулок... Городская управа неожиданно сделала открытие. При обмере владения наследников В. Ф. Мозжухина, по Красно- сельской улице, оказалось, что у владения имеются лишние, сверх крепостных мер, 162,3 квадратных сажени земли. Управа заинтересовалась, откуда эта земля могла появиться в мозжухинском владении. Оказалось, что некогда в данном районе было два переулка: «тупик» и «Безыменный». Тупик был приобщен к владениям г. Мозжухина целиком, а от Безыменного переулка часть была оставлена. («Русское слово» от 3 ноября 1912 г.) Китайгородская стена мешала уличному движению. Стена, однако, считалась незыблемой и неприкосновен- ной. Даже в тех случаях, когда расширение проезда могло быть осуществлено за счет перестройки домов ча- стных лиц, господа домовладельцы не желали «осадить назад». Максимов А. П. Как известно, в Городской части сосредоточена много выдающихся зданий как в архитектурном отношении, так и по их доходности. В то же время это самая деловая часть города. Ни один проезжающий через Москву не обойдется без того, чтобы не побывать в центре города, в Городской части. Один из самых существенных недостатков этой части — непроездность Китайской стены. Сколько публика терпит лишений при в'езде и выезде из города! Хотя и возникали предположения регулировать движение ломовых извозчиков в этой части города, но, к сожалению, эти бла- гие начинания не привели ни к чему... При утверждении плана ре- гулирования улиц; в Москве проектировано расширить проезд в Проломные ворота, которые принимают движение со всего Зарядья. 66
Но проектированное расширение производится не по желанию юрода, а только тогда, когда домовладельцы пожелают произвести капитальное исправление своих домов... (Собрание Московской городской думы 28 апреля 1898 г.) Сколько стоило бы городу расширение московских улиц? Средняя ширина московских улиц и проездов равна всего 5 са- женям. Необходимо довести ширину улиц в среднем до 10 сажен и переулков — до 8 сажен. Для этого необходимо на отчуждение до 500 тысяч квадратных сажен земли, что, при минимальной стоимо- сти в среднем по 40 рублей квадратная сажень, потребует до 20 миллионов рублей... («Утро России» от 11 июля 1912 г.) Двадцать миллионов рублей надо было уплатить толь- ко за отчуждение земли! Однако, даже самые скромные попытки расширить московские улицы встречали всяче- ские препятствия. Градоначальником опротестованы все постановления городской думы о позаимствованиях из запасного капитала на сумму 543 125 рублей за отчуждение земельных участков для расширения улиц г. Москвы. («Московский листок» от 29 декабря 1913 г.) Из этого тупика Москву вывела только Великая Ок- тябрьская революция, навечно уничтожившая «священ- ное право собственности» домовладельцев — дворянства и именитого купечества — на земельные участки в сто- лице и на всей территории страны. * * * Как не похожи асфальтированные, широкие и пря- мые магистрали социалистической столицы на узкие, кривые, средневековые улочки, переулки и тупики купе- ческой, булыжной Москвы. За годы сталинских пятилеток неузнаваемо преобра- зился внешний облик города. Асфальт одел реконструи- руемые улицы. К 1939 году свыше 4 500 тысяч кв. метров улиц, пло- щадей, набережных были покрыты асфальтом и брусчат- кой— это в 27 раз больше, чем было в купеческой Мос- кве в 1913 году. Только в 1938 году построено 700 ты- сяч кв. метров усовершенствованных дорог. 67
Проведена реконструкция Садового кольца, многих магистралей. Асфальтом покрылись улицы и площади окраин. Создана кольцевая автомобильная магистрали по склонам Ленинских гор. Одним из самых ярких показателей небывалых еще в истории градостроительства темпов является сооруже- ние в кратчайший срок 11 замечательных новых мостов через Москва-реку и реконструкция набережных. Старые мосты мешали реконструкции столицы, и на их место по сталинскому генеральному плану воздвигну- ты великолепные мосты. Все они уже вступили в строй. Под ними свободно могут проходить волжские суда. 3а последние пять лет в столице сооружено 45 кило- метров новых набережных. Они превращены в одну из основных магистралей города. Яуза и Водоотводный ка- нал оделись в светлосерый гранит. В 1940 году сооружением ногатинской набережной бу- дет завершено строительство всех 92 км. набережных в пределах города. * * * Кромешная тьма на улицах—характерная черта преж- ней Москвы. В течение тридцати лет, с 1867 по 1896 г., дело об- стояло так: Число уличных фонарей в 1867 г. составляло 9 327 (газовых — 3 083, керосиновых —6 244), а в 1889 г. —17 619 (газовых — 8 914, керосиновых — 8 705). ...Постановка новых фонарей прекратилась в 1882 г.; к этому времени газовых фонарей насчитывалось в Москве до 9 тысяч. В последующие 13 лет это число остается почти без перемены. ...Сила света фонаря не достигает даже 9 свечей... ...Вопрос об устройстве электрического освещения в Москве возник 16 лет назад, в 1880 г., но освещение электричеством в Москве все не прививалось. Только в самое последнее время, имен- но в текущем 1896 году, в этом отношении сделан значительный шаг вперед. До 1896 г. на городские средства электричеством осве- щались лишь площадь храма Христа-спасителя, Красная площадь и большой Каменный Мост, всех электрических фонарей насчитыва- лось не более 63. Весною текущего (1896) года электрические фо- нари поставлены, как уже отмечено раньше, на протяжении всей Тверской улицы, от Тверской заставы до Иверских ворот, на этом протяжении находятся 99 фонарей. Таким образом, всех городских фонарей на улицах и площадях Москвы насчитывается теперь до 163. (Сборник очерков по городу Москве, М. 1897 г.) 68
Керосиновые лампы были главным видом уличного освещения даже в предшествовавшие мировой войне годы. ...Простыми керосиновыми лампами освещается, за немногими исключениями, огромная часть города, лежащая между кольцом Са- довой улицы и городской чертой, а также большинство проездов Замоскворечья, от Садовой до Москва-реки (Якиманская и Пятниц- кая части), и все бульвары, парки и скверы. Общая длина улиц с обыкновенным керосиновым освещением простирается до 320 погон- ных верст, не считая городских площадей, занимающих в районе этого освещения 27 524 квадратных сажени. Протяжение же глав- ных аллей, бульваров и парков, освещаемых керосиновыми фона- рями, составляет около 17,5 версты. На указанном пространстве в 1910 г. насчитывалось в среднем 12 444 керосиновых лампы... ...Газовыми фонарями освещается почти весь центр города, вплоть до кольца Садовой, за исключением улиц и переулков Яки- манской и Пятницкой частей, где, как было указано выше, преоб- ладает простое керосиновое освещение. Вне Садовой улицы газовые источники света установлены лишь по некоторым проездам, веду- щим большей частью к заставам. ...Электричеством освещается несколько главных улиц и площа- дей в центре города, а также некоторые проезды с линиями трам- вая за чертой Садовой улицы, всего же 17,5 погонной версты улиц... («Современное хозяйство г. Москвы», под ред. И. А. Вернера, М. 1913 г.) ...До 1873 г. проезды Сокольников вовсе не освещались; в 1873 г. на них было поставлено 127 керосиновых фонарей, число которых в настоящее время увеличилось до 272. Сокольники осве- щаются только в летнее время (в течение всего мая и с 1 июля по 1 сентября); время горения каждого из сокольнических фонарей составляет в продолжение года 622 часа... (Сборник очерков по городу Москве, М. 1897 г.) Однако, и керосиновые фонари далеко не всегда ос- вещали улицы, так как похищение горелок было «обыч- ным делом» в старой Москве. Похищение городских горелок на уличных фонарях сделалось таким же обычным делом, как перерезывание проволоки междуго- роднего телефона, при этом и здесь и там похитители остаются неуловимыми; впрочем, изредка удается задержать похитителя горе- лок, но, тем не менее, кражи их продолжаются, так что возникает предположение об организованной шайке; особенно много краж этого рода совершается в Петровском парке. Наглость похитителей па днях дошла до того, что увезли целую тележку с лампами, ко- торые обычно оставляются фонарщиками на улицах. («Московский листок» от от 6 июня 1907 г.) 69
Обывателям оставалось лишь предаваться горестным размышлениям. Вчера и третьего дня мне пришлось совершать огромные концы по городу. На Щипок я ехал вдоль всей Пятницкой улицы и возвращался с Курского вокзала по Садовой вплоть до Тверской. Ехал ночью и был несказанно удивлен, убедившись, что в Мо- скве и по сей день практикуется система освещения улиц по кален- дарю. По календарю улицы освещают, по календарю и гасят фонари, не справляясь, насколько предполагаемая «луна» отвечает действи- тельности. ...Город погружается в непроницаемый мрак, причем исключе- ние не делается даже для такой важной артерии, как Тверская ули- ца, где уже с наступлением сумерек и вплоть до рассвета происхо- дит бешеная езда автомобилей, лихачей и всяких собственных выез- дов. (Московский листок» от 27 июля 1911 г.) Были, однако, ревнители старины, которым и фонарь у храма Василия Блаженного казался ненужным новше- ством. Московское археологическое общество обратилось в городскую управу с предложением убрать электрический фонарь, поставлен- ный против главного фасада собора Василия Блаженного, находя, что он нарушает цельность впечатления от этого памятника ста- рины... («Русские ведомости» от 4 августа 1913 г.) * * * Город купцов и фабрикантов тонул в полумраке. До- революционная Москва занимала последнее место среди крупных городов Европы по потреблению электроэнер- гии на душу населения. Москву социалистическую по вечерам заливают по- токи электрического света. Жители советской столицы тратят на освещение и бы- товые нужды около полумиллиарда киловатт-часов. Улицы нашей столицы освещает около 40 тысяч электрических фонарей. В Москве купеческой на освещение и бытовые нужды уходило электричества в 20 раз меньше. Только в 1938 году на улицах столицы было установлено 1 700 фонарей. * * * 70
ТЕЛЕФОН —НЕНУЖНАЯ РОСКОШЬ... Замечательные изобретения человеческого гения не сразу получали признание у столпов московского обще- ства. Телефон в Москве прививался чрезвычайно туго. Письма уполномоченного «Международного общества телефонов Белля» Московскому биржевому комитету по- казывают, с каким трудом старая Москва принимала тех- нические новшества. Международное общество телефонов Белля из Нью-Йорка. Контора в Москве. Кузнецкий мост, д. Попова. Москва, мая 25 дня 1882. Милостивый государь! Международная компания телефонов Белля в Москве покорней- ше просит Вас, милостивый государь, принять прилагаемый цирку- ляр и оказать содействие в принятии почтенным Биржевым коми- тетом телефонов, столь несомненно полезного нововведения для ком- мерческих целей. По телефону могут говорить все лица, которые абонируются на телефоны, и все абоненты, таким образом, имеют возможность пере- говариваться между собой. При открытии телефонного действия бу- дет представлен в Биржевой комитет список всех абонентов. Вполне уверенный в Вашем благосклонном внимании и сочув- ствии к новому полезному телефонному делу, осмеливаюсь просить Вас, милостивый государь, не откажите в дозволении разложить прилагаемые циркуляры в Биржевом зале для желающих абониро- ваться на телефоны. Подписанные циркуляры своевременно будут взяты Управлением московских телефонов. Открытие телефонного действия предполагается не позднее 1 июля текущего года. (МОАУ. ИА № 1, Ф. Мос. Бирж. К-та. Д. 400, св. 46, л. 1.) Однако, Московская биржа, невидимому, не ощуща- ла никакой нужды в телефонной связи. Международное общество телефонов Белля из Нью-Йорка. Москва, 17 июня 1886 г. В Московский биржевой комитет. Телефонный аппарат, находящийся на Бирже, до сих пор не был оплачиваем. В настоящее время Телефонное общество не счи- тает более возможным оставить его в пользовании Биржи бесплат- но; ввиду заявления г. председателя комитета о нежелании оста- вить его с платой, имеет честь покорнейше просить сделать распо- ряжение о допущении... механика к снятию означенного аппарата. Директор Международного общества телефонов Белля в Москве (подпись), 71
Резолюция: Уведомить, что Биржевой комитет не препятствует снятию с тем, чтобы одновременно были исправлены все имеющие оказаться через такое снятие повреждения (подпись). (Тот же источник) «Отцы города» попробовали сами заняться телефон- ным хозяйством, но, убедившись в его хлопотности, по- шли по проторенному пути, предоставив шведскому те- лефонному обществу концессию на московскую теле- фонную сеть. ...Концессия на московскую телефонную сеть передана на не- обыкновенно льготных условиях. Московские телефоны дают пред- принимателям около 1 200 тысяч годового дохода и обложены нало- гом только в 3%. И этот валовой доход в будущем несомненно увеличится до 1 800 тысяч рублей. Сверх этих благ, при неизменяе- мой абонементной плате устройство телефонной сети, по окончании концессии, должно быть еще выкуплено... Концессия дана на 20 лет, и москвичам еще много времени придется терпеть иго шведского телефонного общества... Дума весьма неодобрительно относилась к «телефо- нам общественного пользования», т. е. к автоматам. Председатель (кн. Голицын В. М.). Доклад № 109 комиссии о пользах и нуждах общественных — по ходатайству инженера И. В. Попова о разрешении ему устройства павильонов для общественно- го пользования телефонами. Воскресенский Ф. Ф. Когда дума в первый раз высказалась против предложения г. Попова, то указывалось то обстоятельство, что вряд ли возможно рассчитывать на то, чтобы пользование те- лефонами было удобно при тех условиях, которые предлагал г. По- пов. (Собрание Московской городской думы 1 июня 1899 г.) Пятнадцать лет спустя опять вспомнили о телефон- ных автоматах. В городскую управу явились некие предприниматели, предло- жившие поставить на бульварах киоски с телефонами-автоматами... ...Хотя аппараты и автоматические, но к ним, как оказывается, необходимо приставлять сторожей. Иначе ежедневно аппараты будут исчезать. В этом же убедилось телефонное общество при установке своих аппаратов на вокзалах. Теперь аппараты приковываются цепью, и общество вошло в соглашение с сторожами о наблюдении за теле- фонными будками. 72
В'езд на Красную площадь преграждали Иверскне ворота с пресло- вутой часовней, в штатах которой состояла «чудодейственная» икона.
По обе стороны Китай-городской стены от Лубянской площади (ныне площадь Дзержинском) и до Ильинских ворот бурлил толкучий рынок с присущей ему грязью, смрадом и антисанита- рией. Древняя стена, перед которой охотно умилялись ревнители «святой Москвы», была загажена отвратительными лавчонками.
На снимке: Тверская-Ямская улица у Триумфальных ворот (ныне ул. Горького). Ухабистая булыга, развороченные бугристые тротуа- ры, одинокие прохожие и «недремлющий страж порядка»—городо- вой — обычная картина обычной улицы в купеческой Москве. Характерная уличная сценка в старой Москве, На конечной остановке конки у Страстного монастыря.
Вот она, московская конка! На под'емах к двум лошадям, состав- лявшим основную двигательную силу конки, прикрепляли еще четы- рех одров с восседавшими на них форейторами. Вся рта кавалькада шажком карабкалась на гору... На спусках, наоборот, использовались «механические силы» приро- ды. Конки шли под гору па тормозах, повинуясь спасительному закону «земного притяжения».
На бульварах же придется строить при телефонных будках еще в особые помещения для сторожей. Постройка таких помещений обойдется дорого. На представленную модель управа своего согласия не дала... («Раннее утро» от 12 января 1914 г.) * * * Стремительно развивается телефонное хозяйство Мос- квы социалистической. За годы сталинских пятилеток вступили в строй 13 автоматических телефонных станций. Количество аппаратов, обслуживаемых всеми станциями столицы, достигло 202 тысяч. На очереди сооружение це- лого ряда новых автоматических станций и расширение старых. * * * НЕСПЕША ЕЗДИЛИ В СТАРОЙ МОСКВЕ Городской транспорт в старой Москве пребывал в са- мом плачевном состоянии. Первая мысль о конно-железной дороге в Москве принадлежала откупщику Кокореву. В Московских губернских ведомостях сообщают за верное, что г. Кокорев предложил думе мысль о проведении им рельсов желе- 90-конной дороги в Москве как для перевозки тяжестей, так и пас- сажиров. Г. Кокорев не только не требует от города какого-либо обеспечения или денежных сумм, но обязуется, в случае надобности, вознаградить город... так как доходы города могут уменьшиться вследствие понижения сборов от извозчичьего промысла. В собра- нии общей думы 8 октября предложение это было принято общим одобрением... («Русские ведомости» от 24 октября 1863 г.) Что представляла собой «конка» — основной в тече- ние десятилетий вид общественного транспорта в Москве? ...«Конки» начали ходить по Москве только вскоре после поли- технической выставки в 1873—1874 гг. Многие москвичи помнят эти двухэтажные вагоны с нижними и верхними сидениями, запряжен- ные парой лошадей, но когда при под'еме в гору силы этих лоша- дей нехватало, тогда на помощь им припрягались еще одна или две пары, управляемых верховыми форейторами. Стоянки форейторов — 73
обыкновенно мальчиков-подростков — были у под'емов на горы: на Трубной площади, на Вшивой горке, у Дорогомиловского моста и прочих местах. Вагон, под'ехав к под'ему на гору, останавливался, форейторы припрягали своих лошадей и со свистом, выкриками гнали их в гору. На ровном месте вагон останавливался, форейторы отпрягали своих лошадей и снова отправлялись к своим стоянкам дожидаться следующих вагонов. В ненастье и морозы эти мальчу- ганы-форейторы представляли жалкое зрелище: им негде было укрыться от дождя и холода... (И. А. Белоусов, Ушедшая Москва.) ...Безобразнее конки, совершающей рейсы между Сокольниками И Богородским, придумать ничего нельзя... ...Идет вагон из Богородского. Не успел он пройти мост через Яузу, как набежавшая туча разразилась ливнем, причем при ветре дождь хлестал и справа, и слева. Пассажиры, особенно дамы, пере- полошились. —Кондуктор! — возопили они. — Опустите шторы!.. Как известно, для защиты от дождя пролеты открытых вагонов Затягиваются особыми шторами, пристегиваемыми ременными пет- лями. Почти у всех штор ременные петли, которыми они пристегива- ются к особого рода пуговицами, оказались разорванными. ...Идет, например, вагон и начинает немилосердно трещать и подпрыгивать. Это подпрыгивание и этот треск так ужасны, что дей- ствуют на самые крепкие нервы. — Что это за безобразие! Кондуктор! Кучер! Прекратите это безобразие! — несутся со всех скамей крики... ...— Что ж тут поделаешь? Тут тормоз испортился... («Московский листок» от 11 июля 1909 г.) А. Чехонте, в будущем знаменитый писатель А. П. Че- хов, писал о московской конке: Учитель. А что вы можете сказать о конно-железной дороге? Ученик. Конно-железная или попросту называемая конно-лоша- диная дорога состоит из нутра, верхотуры и конно-железных пра- вил. Нутро стоит пять копеек, верхотура три копейки, конно-же- лезные же правила ничего. Скорость равна отрицательной величине, изредка нулю и по большим праздникам двум вершкам в час. За схождение вагона с рельсов пассажир ничего не платит. Учитель. Скажите, пожалуйста, для чего это два вагона при встрече друг с другом звонят в колокола и для чего это контро- леры отрывают уголки у билетов? Ученик. То и другое составляют секрет изобретателей. (Журнал «Будильник» № 23 за 1884 г.) Коммерческое «общество» — хозяин конно-железных дорог — очень мало считалось с претензиями и замеча- 74
ниями «отцов города». Дума никак не могла добиться улучшения связи вокзалов с центром Москвы. Пучков С. В. Подавая два года тому назад в думу заявление о соединении Курского вокзала с общей сетью городских железно- конных дорог, я считал этот вопрос чрезвычайно важным и в на- стоящее время остаюсь при таком же мнении. Сообщение вокзалов г. Москвы с Центром находится в таком невозможном положении, что вряд ли можно это оспаривать. Летом большинству небогатых пассажиров, приезжающих по железным дорогам, приходится путе- шествовать в центр города по образу пешего хождения, потому что конки буквально ничего не делают для удобства приезжающих, а извозчики во время прихода поездов берут чуть ли не вдвое до- роже. Подэрни С. А. (член городской управы). Мне кажется, что об- суждать этот вопрос нам не представляется возможным ввиду того, что общество отказалось затратить какие-нибудь средства для со- единения Курского вокзала с Покровской линией, а город не имеет возможности эксплоатировать сам эту линию; поэтому, мне кажется, вопрос этот должен считаться исчерпанным... Пучков С. В. В контракте сказано, что рельсы до Курского вок- зала остаются. Когда они сняты, на каком основании, почему горо- ду не предоставляется возможности потребовать вновь открытия этой линии, из доклада не видно. Если общество два года не отвечало на запрос управы, то, конечно, может быть, постройка линии осу- ществится только через 10 лет... Председатель. Позвольте к следующему заседанию представить справку по этому делу, а рассмотрение доклада отложить... (Собрание Московской городской думы 19 мая 1898 г.) «Предметом гордости москвича» называли московский трамвай. Вот кое-какие сведения, касающиеся этого «предмета гордости». 10 лет назад московское городское самоуправление приступило к созданию грандиозного предприятия, являющегося ныне предметом гордости каждого москвича... Уже в 90-х годах прошлого столетия стало очевидным, что кон- ка не удовлетворяет потребностям городского населения. Однако, все попытки ввести механическую тягу оканчивались неудачей... В целом ряде городов были уже настроены электрические трам- ваи: в Киеве (1894 г.), Нижнем-Новгороде (1896), Екатеринославе, Риге (1897), Орле, Либаве и др. И лишь по шумным улицам пер- вопрестольной продолжали ползать, дребезжа звонками, тяжелые рыдваны двухярусных конок. В 1901 г. городское самоуправление выкупило линии первого общества и решило немедленно приступить к сооружению электри- ческого трамвая. В 1903 г. была выстроена линия от Петровского парка до Брест- ского вокзала. 75
В 1904 г. общее протяжение трамвайных путей равнялось 14 верстам. В 1905 г. —33 верстам. В 1907 г. Москва уже имела 68 верст собственного трамвай- ного пути. В 1908 г. —108 верст. Постройка трамваев первой очереди была этим закончена. Но все-таки в Москве сохранилась еще сеть конок Бельгийского обще- ства. И рядом с изящными, легко скользящими по рельсам ваго- нами трамвая тащились тесные и грязные клетушки, с чахлыми, разбитыми на все четыре ноги клячами в запряжке. Эти допотоп- ные сооружения обслуживали весьма значительные районы города и, между прочим, такую бойкую линию, как Сухарева башня — Смо- ленский рынок. («Русское слово» от 26 мая 1913 г.) Некоторые подробности, относящиеся к сооружению «грандиозного предприятия», выяснились только впослед- ствии. ...Около четырех лет тому назад городская управа приступила к сооружению городского трамвая. На сооружение затрачено свыше 8 миллионов рублей, и до настоящего времени никаких отчетов по постройке трамвая думе не представлено... («Руль» от 17 марта 190В г.) Городское управление никак не могло справиться с трамвайным хозяйством. Отсюда возникла мысль о сда- че московского трамвая в концессию иностранным капи- талистам. Газета «Утро России» провела анкету среди «наибо- лее видных общественных деятелей г. Москвы по суще- ству этого злободневного вопроса...» Зимин Н. П. Я положительно против концессии!.. Сдать в руки концессионеров трамвайное дело — это значит на много лет зака- балить все население г. Москвы иностранным капиталистам. Запра- вилы городской управы чересчур легкомысленно смотрят на обыва- тельские кошельки, забывая, что все городские предприятия соста- вляют отнюдь не собственность управы, а собственность обывателей, ибо сооружены на их деньги... Концессии — это признак полной неспособности, полной неумелости вести дело городских предприя- тий хозяйственным способом. И нынешняя управа откровенно и равнодушно сознается в этой неспособности, в этой неумелости... Надо всеми силами бороться против концессии. В случае крайней необходимости можно согласиться лишь с предложениями труппы английских капиталистов. Бахрушин В. А. ...С предложением сдать трамвайное дело в руки концессионеров я познакомился случайно.., Наша группа в 76
числе 35 гласных будет горячо бороться против концессии. Вы го- ворите, что большинство гласных за концессию. Но ведь это боль- шинство представляет собой послушное стадо!.. Шмаков А. С. ...Вы говорите, что уже назначено совещание гласных по этому вопросу? Гм!.. Я лично склоняюсь к тому, чтобы передать трамвайное дело концессионерам. Городское хозяйство ве- дется у нас до того отвратительно, что не приносит городу ничего, кроме убытков!.. Только одни убытки и есть... Воскресенский Ф. Ф. Я считаю, что не дело города заниматься трамваями! Я еще 6 лет тому назад доказывал в собрании думы, что у нас нет иного выхода, как передать и постройку и эксплоа- тацию трамваев в руки концессионеров. Только таким путем и можно избавиться от убытков. Но тогда меня не послушали... И что же вышло? Одни только убытки, одни убытки! Как раз по-моему вышло!.. Крестовников Г. А. Да как вам сказать? С одной стороны, дур- но, а с другой стороны, хорошо! А, впрочем, меня это не касает- ся! Мое дело — сторона. Пусть там городская управа что хочет, то и делает!.. Перепелкин Н. М. Нет, простите, я ничего не могу сказать сейчас! Все зависит от обстоятельств! («Утро России» от 9 октября 1907 г.) Почти все мнения сходились на том, что дума не справляется с трамвайным хозяйством. Интересно отме- тить характерный факт: черносотенный погромщик Шма- ков выступил сторонником иностранных капиталистов. Несмотря на сговорчивость гласных и особое уваже- ние к иностранным концессионерам, два года спустя во- круг трамвая разгорелась нашумевшая в свое время вой- на между городским управлением и Бельгийским обще- ством конно-железных дорог. Открытая война между городской управой и Бельгийским обще- ством конно-железных дорог снова привлекла всеобщее внимание к вопросу о выкупе линии второго общества городом. Мы обратились к товарищу председателю правления названного общества Д. П. Резцову, желая выяснить, насколько правление счи- тает нарушающими его интересы действия городской управы при постройке новых линий трамвая... («Раннее утро» от 26 июня 1909 г.) Резцов сообщил газетному репортеру следующее: ...Интересен вопрос о линии по Пречистенскому бульвару. Управление трамваев уже произвело все работы по прокладке здесь путей и сочло нужным известить нас об этом только 28 мая, уве- домляя, что в конце мая оно намерено разобрать наши пути по 77
набережной, у храма Христа-спасителя, так как предполагает экс- плоатировать этот участок по общей с нами линии. Действительно, через несколько дней на наши пути были нава- лены рельсы для временного обходного пути и разобрана мостовая. Я приказал все это убрать и решительно воспротивился всяким са- мовольным действиям городских инженеров, тем более, что только нам принадлежит право эксплоатации линии по Пречистенскому бульвару. Мы готовы отказаться от наших прав на линию по Пречи- стенскому бульвару, но зато мы требуем известного возмещения наших убытков от проведения конкурирующей с нами линии по Остоженке. Мы просим только одного: права выдачи передаточных билетов с Пречистенки до Страстного монастыря и до Болотной площади. Вот и все пункты, по которым у нас возникли конфлик- ты. Мы обязаны защищать интересы наших акционеров. («Раннее утро» от 26 июня 1909 г.) Военные действия на путях конно-железных дорог разгораются. Спор между городской управой и Бельгийским обществом кон- но-железных дорог продолжается. На днях разыгрался скандал на путях Пятницкой линии второго общества. Когда городские инженеры приостановили движение конки вто- рого общества по пятницкой линии для того, чтобы приступить к работам по замене рельсовых путей общества рельсами электриче- ского трамвая, Д. П. Резцов вместе с бельгийским консулом отпра- вились к городскому голове для об'яснения. В результате этой беседы городской голова дал слово, что по Пречистенке работы не возобновятся до конца этого месяца. Что касается пятницкой линии, он никаких определенных обещаний не дал. Через полчаса после этой беседы движение по пятницкой ли- нии было восстановлено. Однако, на следующий день, с 6 часов ут- ра было решено приступить здесь к работам по сооружению трам- вая. («Раннее утро» от 15 августа 1909 г.) Бой по пятницкой линии. На следующее утро несколько агентов и рабочих второго обще- ства были командированы на пятницкую линию, сюда же явились рабочие и по сооружению трамвая во главе с инженером Миглиц- ким. Последний распорядился, чтобы рабочие приступили к сломке путей второго общества. — Вам известно, что эти пути составляют собственность Бель- гийского общества? — спросил контролер Степанов. — Это не ваше дело, — заявил Миглицкий и, обращаясь к ра- бочим, приказал: — Приступайте к работе! 78
— Мы этого не допустим, — с жаром возражали агенты второго общества, становясь на самые пути. Инженер Миглицкий обратился к полиции, и после приказания чинов полиции агенты и рабочие Бельгийского общества сошли с путей и потребовали составления протокола. («Раннее утро» от 15 августа 1909 г.) Один из заправил «общественного мнения» Москвы, «Московский листок», вероятно, воодушевленный соот- ветственной мздой, выражал нежную заботу о загранич- ных капиталистах. Перемирие города с бельгийцами закончилось, и война снова об'явлена... Дело идет не просто о развитии городской трамвайной сети, а о проведении трамвайных линий в таком направлении, чтобы они составили конкуренцию существующим линиям бельгийцев, в видах понижения доходности последних... ...У бельгийцев одною из доходнейших считается линия по 1-й Мещанской, идущая к Виндавскому вокзалу; ввиду этого город намерен провести линию трамвая по 2-й Мещанской и к тому же Виндавскому вокзалу. Бельгийцы имеют очень прибыльную линию, идущую от Серпу- ховских ворот к Серпуховской заставе по Большой Серпуховке; по- этому город проектирует линию трамвая, направляемую по Малой Серпуховке... ...Но мы бы советовали городу прекратить эту войну и подойти к разрешению этого острого вопроса мирным путем... ...Город дешево строить не умеет, и десятка полтора верст трамвайного пути, который будет устроен временно, исключительно для того, чтобы задушить бельгийцев, обойдутся не менее двух, даже двух с половиной миллионов. И затем, когда бельгийцы сда- дутся и отдадут городу свое предприятие за предлагаемую городом цену, эти линии и эти миллионы придется списать... (Московский листок» от 4 сентября 1910 г.) Характерно, что в этих ожесточенных боях городская управа меньше всего заботилась об интересах москвичей. Обе высокие договаривающиеся стороны ни разу не упо- минают о московских жителях, которых ближе всего ка- сались вопросы войны и мира между управой и бельгий- цами. Любопытно проследить, в какой мере городские дея- тели проявляли внимание к нуждам москвичей на трам- вайном, так сказать, фронте. ...Московский городской голова Н. И. Гучков на вопрос, почему городское управление в деле постройки сети электрических трам- 79
ваев игнорирует столичные окраины, а, обслуживая центральные части столицы, направляет чуть не все линии в свои обширные го- родские владения, каковыми являются Сокольники, отвечал: Постройка линий трамваев к окраинам столицы, т. е. в Москов- ский уезд, была бы очень выгодна для средних и особенно для бед- нейших классов населения и весьма разорительна для домовладель- цев центральных частей Москвы и для городского управления. Имея возможность за пятачок или гривенник в любое время приехать в столицу, средний и беднейший обыватель последней пе- рекочевал бы в уезд и, избавившись от городских налогов, имел бы дешевое жилище, обусловленное незначительными земельными сбора- ми. Поредение центра столицы неизбежно повлияло бы на сильное понижение квартирных цен, торговых помещений, а следовательно в домов. Благополучие московского городского управления сильно бы поколебалось. («Московские ведомости» от 15 июли 1907 г.) Этот ответ замечателен своей циничной откровен- ностью. Городской голова признал: что городская управа считала себя выразителем лишь интересов домовладельцев, т. е. состоятельных классов населения; что городское управление рассматривало среднего и беднейшего «обывателя» лишь как доходную статью. А вот иллюстрация к заявлению городского головы Н. И. Гучкова. С 1 нынешнего ноября городская управа прекратила движение конки от Сокольнической заставы до села Богородского, — другими словами, совершенно отрезала богородских дачников от Москвы. Еще минувшей весной городская управа обрадовала как посто- янных жителей, так и дачников села Богородского сообщением, что туда, вместо существующей конки, будет проведена линия трамвая... ...Представьте себе наше отчаяние, когда нам, богородским обы- вателям, не только не дали обещанного журавля в небе — электри- ческого трамвая, но отняли у нас и последнюю синицу — конку, которая, как ни как, поддерживала связь Богородского с Москвой. И теперь мы оказались совершенно отрезанными от Москвы... («Московский листок» от 9 ноября 1910 г.) Но даже и там, где трамвайная линия проходила, жи- тели нередко оказывались в самом затруднительном по- ложении. Вот просьба, на которую вряд ли обратили должное внимание. 80
Замощение мостовых булыгой производилось, разумеется, вручную. Замощение Лубянской площади производилось с несколько большим размахом. На снимке: типичный «строительный пейзаж» старой Москвы — несколько подвод, груженных булыжником, меланхоличные клячи.
Тускло, подслеповато, освещая только самих себя, горели керосиновые фонари на улицах купеческой Москвы. Уже на расстоянии нескольких шагов от них прохожий мог угодить в стандартную уличную лужу.
ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ Не откажите дать место в вашей уважаемой газете следующему заявлению. Жители местности Ямское поле, за Тверской заставой, и всего района, имеющего ближайшую остановку вагонов городского трам- вая в начале Петербургского шоссе, за Тверской заставой, просят обратить внимание заведующих городским трамваем на следующее обстоятельство: площадь, предназначенная для остановки вагонов трамвая в продолжении одного-двух месяцев весны и осени, а так- же после дождей обыкновенно бывает залита водой, которая иногда поднимается до 5—6 вершков, и пассажирам, сходящим на этой остановке, приходится часто сходить в лужу. Необходим самый обыкновенный ремонт мостовой и, если хотите, то даже небольшая насыпь... (По поручению соседей — Л. Т. Степанов). (Московская газета» от 26 марта 1911 г.) Другое дело, когда просьба исходила от купцов. Тог- да на нее, несомненно, обращали внимание. Администрация Торговых рядов просит, чтобы трамвай остана- вливался у Китайской стены, против главного входа рядов, и чтобы от места остановки был проложен асфальтовый переход к Верхним Торговым рядам, через всю Красную площадь. («.Утро России» от 26 июня 1911 г.) Московский трамвай вообще не баловал население удобствами. Положительно ничем не об'яснима бесцеремонность трамвайной администрации, оставляющей по вечерам публику в этих вагонах без всякого освещения... ...Мне пришлось ехать в таком вагоне, битком набитом пасса- жирами, и в совершенной темноте... ...На одной из стенок вагона было сооружено из тонкой прово- локи подобие самодельного подсвечника, где белел стеариновый огарок, величиною около сантиметра. («Русский голос» от 14 июля 1907 г.) Шли годы, но трамвай не только не улучшался, а по- степенно приближался к своей предшественнице — кон- ке. Печати оставалось лишь делать печальные выводы. Городской трамвай в настоящее время далеко не удовлетворяет запросов населения. Кольцевые линии, на которые возлагались надежды, в смысле урегулирования движения, оказались перегруженными и дали колос- сальное количество пассажиров на диаметральные линии, которые положительно не в состоянии с этим справиться. Двенадцативерст- 81
ная норма скорости движения стала быстро понижаться и теперь на некоторых пунктах дошла уже до «конной» скорости — 6 верст. Этого предела трамвай достиг на Театральной площади; к нему приближаются Мясницкая и Красные ворота, скоро подойдет Сре- тенка и т. д. Пройдет еще два-три года, и Москва на трамвае еле в состоянии будет поддерживать скорость умершей «конки»... («Русское слово» от 21 февраля 1913 г.) Однажды руководители трамвайного хозяйства возы- мели намерение проявить заботу о москвичах. Однако, городская управа немедленно пресекла эту попытку. Трамвайное управление выступило на днях в управе с предло- жением устроить на всех линиях трамвая электрические часы, ко- торые показывали бы москвичам во всех частях города самое вер- ное время. Часы эти, по проекту С. В. Челнокова, можно было бы поместить на всех конечных станциях, на площадях, на местах наи- более бойких посадок, на попутных городских зданиях и пр. Стои- мость самих часов (механизмов) определена в 18 тысяч рублей, а прокладка кабеля для приведения их в действие — в 35 тысяч руб- лей. Управа отклонила этот проект за неимением средств. («Раннее утро» от 30 сентября 1910 г.) О внешнем виде обслуживающего персонала трамва- ев дают представление прения гласных на заседании думы 21 декабря 1910 г. Максимов А. П. Я прошу управу обратить особое внимание на приемку аммуниции кондукторов и вагоновожатых. Я думал, на службу принят араб, а оказывается — русский, — настолько у него были грязны руки и лицо. Я спросил, отчего у него такие черные руки и лицо, а он говорит, что нам выдали такие полушубки. Ов- чина так пачкает. Когда полушубок выколачиваешь, то из него ле- тит пыль, и руки и лицо делаются черно-багровыми. Калоши боль- ше месяца не служат, потому что кожа перегорелая; как только намокнет, сейчас же лопается. Пучков С. В. ...В одном заявлении я обращал внимание, что руки кондукторов бывают грязными, кондуктора плюют на них при отрывании билетов. Это продолжается до сих пор. Я указывал на необходимость иметь приспособления на центральных станциях для мытья рук кондукторам. Сделано это управой? Челноков С. В. (член городской управы). Пока не сделано... (МОАУ, ИА, ф. Моск. гор. думы, канц. арх. № 8, св. 455, лл. 205—207.) Московские трамвайщики подвергались жесточайшей эксплоатации со стороны городских властей. Не лучше заботилась управа и о служащих трамвая. 82
Даже в буржуазную печать проникали сведения о тя- желом положении трамвайщиков. 767 стрелочников и метельщиков трамвая подали заявление об улучшении их тяжелого положения. В заявлении было указано на низкое жалованье, работу «сколько придется», отсутствие отпусков и свободных дней и т. д... («Копейка» от 13 марта 1911 г.) 19 сентября 1913 г. началась забастовка трамвайных служащих. Эта забастовка была отзвуком под'ема рабо- чего, революционного движения накануне мировой войны. В забастовке принимают участие свыше 7 тысяч человек: по службе движения — свыше 3 400, службе тяги — 1 750, службе рас- пределения тока — 120, службе производства тока — 250 и в мастер- ских— около 1,5 тысячи человек. Город в каждый день забастовки теряет дневную выручку в 60 тысяч рублей. («Утро России» от 20 сентября 1913 г.) Городская управа принимает меры: Служащих, не явившихся на работу до 2 часов дня 21 сентября, городская управа будет считать уволенными; расчет им будет про- изведен без замедления в местах службы... Забастовка трамваев создала напряженное настроение в Москве. Особенно тревожило власть сочувствие заба- стовщикам со стороны широких кругов рабочего насе- ления, сурово расправлявшихся со штрейкбрехерами. С самого открытия движения вагоны сопровождались полицией. Обыкновенно городовой помещался рядом с вагоновожатым для его охраны, внутри вагона—также представитель полиции. Говорят, вскоре после открытия движения под вагонами в некоторых местах взрывались петарды. В воскресенье на Пресне и в Бутырках два вагона были окру- жены рабочими местных фабрик, и по их требованию вагоновожа- тые должны были возвратиться назад в парки. В понедельник утром на Пресне был остановлен вагон, и пуб- лике предложено выйти из него... ...На Тверской-Ямской толпа стащила кондуктора и чуть не из- била его, а пассажиры разошлись. В начале Малой Дмитровки тол- па напала на вагон, и городовому, охранявшему вагоновожатого, пришлось обнажить шашку. В понедельник около 9 часов утра на Серпуховской площади один из вагонов, направляющийся в центр города и переполненный пассажирами, был окружен толпой бастовавших рабочих типографии т-ва И. Д. Сытина; они потребовали от вагоновожатого прекратить 83
движение. Попытка сопротивления со стороны вагоновожатого и по- доспевших городовых повела к агрессивным действиям, вызвав- шим панику среди пассажиров. В результате в вагоне перебиты ок- на. Явившийся наряд конной полиции рассеял рабочих и окружил пострадавший вагон, который затем был препровожден в парк... («Русские ведомости» от 25 сентября 1913 г.) В ход была пущена охранка. По ордеру охранного отделения 17 сентября в одном из домов в Измайловском зверинце были арестованы 25 делегатов вагоново- жатых и кондукторов. Они будут переданы судебной власти. Аре- стованным будет пред'явлено обвинение в нарушении закона 2 де- кабря 1905 г., о забастовках служащих в общественных учрежде- ниях. Кроме того, делегаты обвиняются в устройстве незаконного сборища... («Раннее утро» от 20 сентября 1913 г.) «Порядок восстановлен». 26 сентября, после недельной забастовки, восстановилось нор- мальное движение городских электрических трамваев... ...На поступившие запросы городская управа раз'ясняет: 1) за время невыхода на работы будет производиться соответствующее удержание по расчету поденной платы... ...Рассмотрение петиции рабочих, а равно возбуждение ходатай- ства о пересмотре дела арестованных и о возможном их освобож- дении городской управой может быть произведено лишь после пол- ного восстановления действий городских железных дорог... (Московские ведомости» от 27 сентября 1913 г.) Основным видом индивидуального транспорта в Мо- скве оставались долгое время извозчики. Приведем некоторые данные, относящиеся к извоз- чичьему промыслу в Москве почти накануне войны. Московские извозчики делятся на два резко отграниченных раз- ряда. «Оседлых» и «кочевников». Оседлые — это те, которые имеют возможность заплатить горо- ду за право постоянно стоять в известном месте города -— на пло- щадях, на углах улиц. Это право дает «оседлым» большие преимущества... ...Это солидные, уважающие себя извозчики. Прежде всего — лихачи, монументальные и презрительно по- сматривающие на снующую у колес их «колесниц» мелкотравчатую публику. Затем «резвые». У этих нет «дутых» шин. Но запряжка и пролетка новые и щеголеватые... 84
...«Кочевники» — это парии извозного промысла. Они никогда не могут рассчитывать, что сегодняшний день даст им возможность выработать хотя бы для хозяина. Люди, целиком зависящие от случая. В участок попадают главным образом «кочевники». Торгуются с «кочевниками» безбожно. Седок знает, что в кон- це концов победит он. Четвертак, двугривенный, пятиалтынный — вот обычный «гоно- рар кочевников». И они не могут выбрать в управе свидетельства на стоянку. Принуждены все слоняться по улицам. Изобретать всякие уловки, чтобы пробраться на центральные улицы. Городовые зорко наблюдают за ними и «беспощадно» изгоня- ют «кочевников» в ближайший переулок. Заплатанные армячишки. Старофасонные, облупившиеся пролетки. Трехногие лошаденки. («Московский листок» от 19 мая 1912 г.) Сколько ломовых и легковых извозчиков в Москве? Число ломовых извозчиков в 1895 г. равнялось 18 185, в 1896 г. —18 792, в 1897 г. —19 940, в 1898 г. —19 861, в 1899 г.— 22 324, в 1900 г. —23 182, в 1901 г. — 22 043, в 1902 г. —20 014, в 1903 г. —22 321, в 1904 г. —19 115. Число легковых извозчиков в 1895 г. равнялось 19 907, в 1896 г. —18 199, в 1897 г. — 15,448, в 1898 г. — 13 575, в 1899 г. — 17 346, в 1900 г. —18 418, в 1901 г.—19 297, в 1902 г. —19 454, в 1903 г. —17 409, в 1904 г. —22 667. (Доклад № 293 комиссии о пользах и нуждах общественных Московской городской управе, 3 октября 1905 г.) Появление трамвая, автомобилей встревожило извоз- чиков. Московские извозчики плачутся. Они с удовольствием бы уничтожили и трамваи, и телефоны, и автомобили, но так как этого сделать не могут, то подают в думу слезную просьбу об уменьшении сбора с лошадей наполовину. Теперь с них берут за каждую лошадь 10 рублей, но они про- сят брать только 5 рублей, так как их заработок упал почти вдвое. Но опять-таки не для всех 17 тысяч московских извозчиков. («Московский листок» от 20 июня 1909 г.) Надо сказать, что плач московских извозчиков был преждевременным. Количество автомобилей в Москве оставалось ничтожным, пассажиры трамвая в огромном большинстве все равно не были в состоянии пользовать- ся услугами извозчиков. 85
Самодвижущиеся экипажи старая Москва встретила весьма подозрительно. Московская полиция с особым вниманием в преду- бежденностью отнеслась даже к такому невинному сред- ству передвижения, как велосипед. В заседании городской думы 16 июня сего года доложено бы- ло сообщение г. и. д. московского обер-полицмейстера от 9 того же июня следующего содержания: «При введении в Москве езды на велосипедах полицией было сделано распоряжение, чтобы езда допускалась только в загород- ив» и отдаленных от центра города местах, так как по улицам, где постоянно бывает большое движение экипажей и скопление публи- ки, езда эта крайне опасна, ибо лошади при встрече с едущими велосипедистами пугаются и бросаются в стороны». (Доклад комиссии по составлению проектов обязатель- ных для городских жителей постановлении Московской городской думы от 30 октября 1392 г.) Изобретательство в автомобильном деле в Москве принимало несколько странный оборот. Очевидец пишет мне, что он видел с управским значком авто- мобиль, который шел по Мясницкой. Номер прикреплен был к осо- бой доске или коже сзади. От него шла бечевка к управлявшему автомобилем, так что, при желании почему-либо скрыть номер, сто- ило только дернуть за веревку, и доска или кожа, приподнимаясь, скрывает номер от наблюдателя. («Московский листок» от 31 мая 1904 г.) В 1907 г. в Москве появляются первые автомобили- грузовики. Вчера на улицах столицы появился новый товаровоз — автомо- биль, значительно превышающий своими размерами все грузовые автомобили других московских фирм. Этот автомобиль принадлежит какой-то молочной фирме. На платформе автомобиля наложена мас- са ящиков с товаром, занимавших пространство более трех кубиче- ских сажен. Поверх ящиков сидели еще 12 человек рабочих... («Русский голос» от 2 августа 1907 г.) Нельзя сказать, чтобы грузовики были благожела- тельно встречены в Москве. Автомобили-грузовики. Некто г. Сворцов подал в думу заявле- ние, в котором доказывает недопустимость обращения на улицах Москвы тяжелых автомобилей-грузовиков. 86
При мягком грунте Москвы, при почве, наслоявшейся тысячеле- тиями, автомобили-грузовики, перевозящие с большой быстротой громадные тяжести, могут не только разрушать такие подземные сооружения, как водопровод и канализация, но и расшатывать зда- ния. («Русское слово» от 24 январе 1908 г.) ...В одном заявлении внимание думы обращается на нежелатель- ность дальнейшего распространения в Москве грузовых автомоби- лей. Автомобили эти настолько большой грузопод'емности и тяже- сти, что при быстром ходе угрожают не только целости городских мостовых, но даже и зданий... («Русское слово» от 20 декабря 1907 г.) Одновременно с грузовиками на улицах появился и дедушка московского такси. Вчера в Москве появился первый извозчик на автомобиле. Ка- кой-то шофер привесил к своему небольшому «ольдсмобилю» пла- кат «Извозчик. Такса по соглашению». Он раз'езжал по улицам, останавливаясь на углах, и, повидимому, не мог пожаловаться на отсутствие седоков. («Голос Москвы» от 2 сентября 1907 г.) Вчера прибыли в Москву автомобили с таксомоторами, предна- значенные для извозчичьего движения по Москве от т-ва автомо- бильного передвижения.,. («Раннее утро» от 10 апреля 1909 г.) Можно ли разрешить езду на автомобилях? Этому во- просу было посвящено специальное заседание городской думы. Председатель (И. Я. Гучков). Доклад... о желательности неко- торых изменений и дополнений действующих обязательных поста- новлений о порядке движения по г. Москве автоматических экипа- жей. Столповский П. А. ...Автомобили — дело новое, и очень многие городские лошади при встрече пугаются, бросаются, прижимаются в земле, вот-вот готовы броситься и не только разбить седоков и кучера, но и броситься на проходящих детей, женщин и причинить массу увечий, а едущий в автомобиле и шофер все видят, но не обязаны, оказывается, остановиться, чтобы предупредить массовое несчастье. Мамонтов С. Н. ...Правило, чтобы автомобили задерживали ход и останавливались, нельзя ввести, потому что при остановке они начинают сильно шуметь, и некоторые лошади пугаются еще боль- ше в несут... 87
Сальников П. Я. ...Как с этим поступить? Разрешить ездить только за чертой города, а если в городе, то ничего сделать нель- зя. ...Почему нельзя... пользоваться рожком «сирены»? Может быть звук его неприятен кому-нибудь, но он отлично дает сигналы... Урусов Л. Н. (член городской управы). Сирена издает чрезмер- но пронзительный звук — вот мотив... Мамонтов С. Н. Я не могу согласиться. Предупреждать несчастье нужно таким звуком, чтобы человек слышал, что едет автомобиль, а не простым криком кучера... Михайлов М. М. Для того чтобы было ясно, что такое сирена, нужно сказать, что сирена — не что иное, как пароходный или па- ровозный свисток, который производит звук чрезвычайно сильный, слышный на очень далекое расстояние... Сальников П. Н. Нельзя ли применить то, что у нас существует на трамваях?.. (Собрание Московской городской думы 9 октября 1907 г.) Так думские «сирены» откликнулись на появление в Москве нескольких десятков автомобилей. ...Об интересном случае говорят в последние дни в городской управе. Не так давно в экспедиторскую часть кем-то был приобретен автомобиль. На этом автомобиле должна была развозиться городская кор- респонденция, доставляться гласным повестки, доклады управы и пр. Едва ли нужно говорить, что это было более чем своевременно. До сих пор пакеты городского управления рассылаются у нас че- рез думских курьеров. Но автомобиль экспедиторской частью почему-то использован не был. Другого применения он не нашел, и его отправили на хране- ние в один из парков. В парке надлежащего присмотра за автомобилем не было. Однажды было обнаружено, что все ценные и медные части его ку- да-то исчезли. Автомобиль пришлось переправлять на склад хранения старья, а отсюда его кому-то продали... за 150 рублей. («Русское слово» от 20 мая 1914 г.) Мы опускаем здесь ряд документов о том, как в ста- рой Москве вознамерились было построить метрополи- тен. В связи со строительством лучшего в мире москов- ского «метро эти документы не раз публиковались в по- следние годы. Это — одна из самых скандальных стра- ниц истории Москвы. 88
Основным видом транспорта в старой Москве были, наряду с конкой, извозчики,— их насчитывалось свыше 20 тысяч. Конкуренция между извозчиками была самая сви- репая. На снимке: извозчики, алчущие заработка.
Так нередко тушили в старой Москве пожары. Не так уж редко можно было встретить на московской улице извоз- чичий «омнибус» — линейку.
Наконец-то в Москве появился электрический трамвай. Многие годы он мирно со- существовал с допотопной конкой.
Первые «механические» экипажи в дореволюционной Москве. Вверху — «извозчичий» автомобиль (1909 г.). Внизу—первый автобус «общественного пользования» (1907 г.).
* * * Разнообразны средства внутригородского движения советской Москвы. На смену извозчичьей армии, обслу- живавшей обывателей купеческого города, пришли мет- ро, автобусы, троллейбусы и таксомоторы. Большевики столицы в невиданно короткий срок вы- строили первую и вторую очереди лучшего в мире мо- сковского метрополитена, этого самого удобного, дешево- го и быстрого внутригородского транспорта. Коренным образом за годы сталинских пятилеток ре- конструировано трамвайное хозяйство. Новые линии пошли к пригородам и окраинам Москвы. По количеству годовых поездок на одного жителя Москва перегнала все столицы мира. В 1937 г. количе- ство поездок па одного жителя составило 700, в 4 раза больше, чем в 1914 г. В 1938 г. московский трамвай перевез 1 777 миллионов пассажиров. В 1939 г. будет построено 39 километров новых трамвайных линий, 100 новых многоместных бес- шумных вагонов, с мягкими сиденьями появятся на мос- ковских улицах. На помощь трамваю столицы в 1924 г. пришли авто- бусы, а в 1933 г. — троллейбусы. Автобусные линии обслуживают районы, недостаточ- но охваченные трамвайной сетью, подходы к пригород- ным шоссе и, наконец, подмосковные поселки. В 1938 г. автобусный парк столицы насчитывал 1 000 машин. В 1939 г. автобусный парк пополнится 300 новых машин обтекаемой формы. В 1938 г. автобусы перевезли 270 миллионов пассажиров. Троллейбус — автобус с электрическим мотором, по- лучающим ток от контактного воздушного провода, впер- вые появился на улицах Москвы в ноябре 1933 г. Преимущества троллейбуса неоспоримы: он легче и быстроходнее трамвая, не боится снежных заносов, зна- чительно дешевле в эксплоатации, превосходит автобусы в скорости в не требует дорогого топлива — бензина. 89
В 1938 г. троллейбусы перевезли 145 миллионов пас- сажиров, в 1939 г. они перевезут 246 миллионов. Столица получит 150 новых троллейбусов. Будет проложено 55 км новых троллейбусных линий. Троллейбус появится у поселка Северянин, у Павелецкого вокзала, вдоль Бутырского вала. К концу этого года троллейбусный парк столицы будет насчитывать 595 ма- шин. Вместе с развитием автобусного хозяйства расширял- ся и реконструировался таксомоторный парк столицы. Сейчас в Москве около 4 тысяч таксомоторов «М-1» и «ЗИС-101» и 1 332 грузовых. В 1935 г. вступила в строй первая линия лучшего в мире московского метрополитена протяжением в 11,6 километра. Вторая очередь, протяжением 14,9 километ- ра, покончена строительством в 1938 г. И, наконец, в 1940 г. будет сдана в эксплоатацию третья очередь, протяжением в 13,8 километра. Линии третьей очереди пойдут до Курского вокзала, под Спар- таковской улицей до стадиона имени Сталина и от пло- щади Свердлова под Новокузнецкой улицей до автозаво- да имени Сталина. С постройкой линии третьей очереди длина подзем- ных путей столицы достигнет 40,3 километра. Линии метро свяжут между собой 7 вокзалов Москвы, 2 стадио- на, 4 крупнейших парка и московский Аэропорт. В 1938 г. поезда первой советской подземки пере- везли почти 213 миллионов пассажиров. В 1939 г. они перевезут 290 миллионов пассажиров. С полным правом товарищ Л. М. Каганович в речи на торжественном заседании 14 мая 1935 г., посвященном пуску первой очереди московского метрополитена, мог заявить: «Московский метрополитен выходит далеко за рамки обычного представления о техническом сооруже- нии. Наш метрополитен есть символ строящегося нового социалистического общества. Наш метрополитен вопло- щает в себе всю силу нового господствующего рабочего класса, строящего и работающего на новых основах, про- тивоположных тем, на которых создавались капиталисти- ческие государства... 90
Московский метрополитен есть один из участков той великой войны, какую мы ведем уже десятки лет и, в особенности, в последние годы. Мы воюем за новое че- ловеческое общество, мы воюем за новые права челове- ка, мы воюем против эксплоатации, против рабства, за добровольный сознательный труд на благо всего кол- лектива, за труд, воодушевляющий людей, за труд, соря- дающий не только новые прекрасные вещи, но и нового человека». 2 351 млн. пассажиров перевез в 1938 году городской транспорт столицы. В период навигации на помощь трам- ваям, автобусам и троллейбусам пришли катера-теплоходы и речные трамваи. За лето прошлого года они перевезли более 5 млн. пассажиров. В 1939 г. городской транспорт столицы перевезет 2 601 млн. пассажиров. * * * МОСКВА ГОРЕЛА ЧАСТО Москва не раз выгорал» дотла. Пожары были как бы одной из неот'емлемых черт Москвы. В конце XIX и в начале XX века пожары в Москве, при которых выгора- ли целые кварталы, также не считались из ряда вон вы- ходящим событием. В таком многолюдном городе, как Москва, население которой в настоящее время можно считать превышающим 900 тысяч жите- лей, пожары, естественно, должны быть явлением обычным... ...В среднем выводе за 15 лет —1880—1894 гг.—в Москве еже- годно возникало 456 пожаров. Среднее годичное число пожаров за 1880—1884 гг. равнялось 391, в следующем пятилетии оно возросло до 441, т. е. увеличилось почти на 13%, а в пятилетие 1890—1895 гг годичное число пожаров возрастает до 536, т. е. почти на 22%... ...Несомненно, что и число, и опустошительность пожаров нахо- дятся в довольно тесной зависимости от материалов построек. Мос- ква в этом отношении находится в очень невыгодных условиях, так как весьма значительное число ее зданий построено из дерева. При переписи 1882 г. оказалось, что в Москве деревянные строения со- ставляют 52,4%, а здания каменные — только 31,2% всего числа строений жилых или же торгово-промышленных... (Сборник очерков по городу Москве, М. 1897 г.) Московские пожары часто принимали грандиозные размеры и причиняли большие убытки. 91
В прежнее время в Москве было много деревянных построек, особенно на окраинах. Случались пожары, которые, благодаря ску- ченности построек, неусовершенствоваиию пожарной команды и не- достатку воды, иногда принимали огромные размеры. Так, помню, выгорела «Новая деревня», «Бабий городок», был большой пожар на «Балканах»; там вытащенную из домов мебель и разные домашние вещи погорельцы спасали в Балканском пруду (в то время этот пруд не был еще засыпан), но огонь, окруживший пруд со всех сторон, зажигал и все сваленное в пруд. Пожарные команды были оборудованы насосами самой простой системы, они выкачивали воду ручным способом из бочек, подво- зимых к пожару; за водой же ездили на Москва-реку, Яузу или брали из близлежащих прудов, а иногда из бассейнов. Среди моск- вичей— любителей пожарных зрелищ — находились такие, которые, как только узнавали о большом пожаре, нанимали извозчиков и ехали туда или шли пешком в довольно отдаленный район от сво- его местожительства. На пожарищах сквозь треск обрушивающихся зданий, грохо- та железа и шипения воды то и дело слышались выкрики: «Рогож- ская, качай», «Пятницкая, качай!»... (И. Белоусов, Ушедшая Москва.) Пожарные команды подчас не столько тушили пламя, сколько демонстрировали свое бессилие против «огнен- ной стихии», как любили выражаться репортеры. Третьего дня пламя грандиозного пожара с человеческими жерт- вами озарило наготу Марьиной Рощи и указало, в каком безвыход- ном положении находятся те 30 тысяч человек, которые населяют ее. У них нет никакого оружия для борьбы с грозным бичом чело- вечества. Правда, у них есть пожарный обоз из четырех бочек, машины, могущие выбрасывать 20 ведер в минуту, есть насосы, кишки, ру- кава, ведра — есть все то, чем тушат огонь водой. Но у них нет воды. За водой нужно ездить целый час. Привезут четыре бочки — сто ведер, машины выбросят их в 5 минут, а затем нужно ждать целый час, пока привезут новой воды... («Русское слово» от 6 февраля 1902 г.) Во время пожара в «Студии», когда пожарные команды броси- лись добывать воду, у первого же колодца городского водопровода оказалась испорченной резьба на стоянке, точно так же как дело было на днях на Ильинке. Надо заметить, что колодцами заведует городской инженер, имеющий в помощь только 23 рабочих, кото- рые должны обслуживать б тысяч колодцев! («Русское слово» от 15 декабря 1908 г.) 92
Легко представить себе, что произошло бы в случае пожара на любом московском вокзале: Управление казенных железных дорог вошло в соглашение с бранд-майором Гартье о том, чтобы он принял на себя осмотр пожарных приспособлений на московских вокзалах. Бранд-майор с особой комиссией уже осмотрел московские вокзалы и признал не- обходимым переменить пожарные краны, так как поставленные здесь краны не подходят к пожарным рукавам городских пожар- ных команд, и в случае пожара на вокзалах эти краны оказались бы бесполезными. («Голос Москвы» от 22 июля 1907 г.) Прозаическим кранам и рукавам Московское город- ское самоуправление предпочитало противопожарные труды генерала Аверьянова. ...Москва не только старается именоваться столичным городом, но старается им и казаться... ...Теперь Московское городское самоуправление принялось за реорганизацию городских пожарных команд — тоже на европей- ский лад. Сперва оно думало произвести реорганизацию каким-то совсем своеобразным путем — путем исторического исследования пожарного дела в Москве. При этом для составления этого исторического об- зора был нанят знаменитый генерал Аверьянов, вся роль которого свелась к получению 3 тысяч рублей в год. Так он получал по 3 тысячи рублей три года, затем растаял в сиянии голубого дня, а Москва осталась и без 9 тысяч рублей, и без исторического обзора. (Московский листок» от 17 июня 1907 г.) Как в Европе... ...Московское городское самоуправление решило перейти к бо- лее реальному способу улучшения пожарного дела. Пожелали взять за образец Европу, в общем, и в частности — Берлин. Так как в Берлине давно уже уничтожены, за отсутствием на- добности при наличности водопровода, бочки с водой, которые со- ставляли внушительную пожарную процессию, но не приносили ни малейшей пользы, решили уничтожить эти допотопные бочки и в Москве. И уничтожили... ...Вспыхнул, например, в Дорогомиловской слободе пожар, при- мчалась пожарная команда, оборудованная по европейскому образ- цу: и пожарные рукава, и краны — все налицо, а водопроводных труб, которые должны подавать воду в эти краны и рукава, и в помине нет. А так как в оборудованной по-берлински пожарной ко- 93
манде бочек не полагается, то пожарным и приходятся только смо- треть, как пожирает деревянные постройки «красный петух»... («Московский листок» от 17 июня 1907 г.) Случай, когда причина пожара не выяснена. Вчера, 28 августа, в 8 часов вечера, начался пожар за По- кровской и Спасской заставами... Не прошло 15 минут, как несколько владений левой стороны Еремеевского переулка были уже об'яты пламенем, а затем начали загораться строения, расположенные по правую сторону названно- го переулка... Причина пожара не выяснена. («Московский листок» от 29 августа 1903 г.) Случай, когда причина пожара ясна: виды на страхо- вую премию. 13 января жильцы деревянного двухэтажного дома С Иванова в Шерупенковом переулке были встревожены криками «пожар». По- жар удалось прекратить домашними средствами. Оказалось, что со- лома и стены были обильно смочены керосином и подожжены. Дом Иванова застрахован в «Русском обществе» в 22 300 рублей. («Московский листок» от 15 января 1903 г.) Кто же страдал от пожаров? Вчера в исходе 5 часа вечера по направлению к Спасской за- ставе и Крутицким казармам показался густой черный дым, кото- рый, высоко поднимаясь клубами, с каждой минутой увеличивался. Дым этот был виден почти со всех концов Москвы. Масса народа направилась по направлению дыма, но на городских каланчах сиг- налов не было... Огонь показался внутри двора владения скорняка Дрындина (Новая Симоновская слобода) в деревянном сарае. Затем начали за- гораться строения соседей... Пожар все более и более разрастается. Сгорело более 15 до- мов, не считая надворных построек. ...В сгоревших домах ютился преимущественно простой рабочий люд. Имущество его, разумеется, не было застраховано, и многие стали положительно нищими. («Московский листок» от 9 июля 1903 г.) Многие районы Москвы были вовсе лишены пожар- ных команд. Московская городская управа уведомила градоначальника, что устройство отделения пожарной команды в Бутырском участке при- знано ею в настоящее время неосуществимым ввиду значительных 94
расходов по оборудованию означенной команды и недостаточности в надежных средствах, а также ввиду не выясненного еще вопро- са об участии земства в этой организации. («Русский голос» от 31 октября 1907 г.) * * * Состояние пожарной охраны в купеческой Москве не идет ни в какое сравнение с технической вооружен- ностью краснознаменной пожарной охраны столицы стра- ны социализма. С огнем, этим страшным бичом старой Москвы, совет- ские пожарные борются при помощи самых совершенных противопожарных средств, механических и химических. В распоряжении всех 27 пожарных команд столицы имеются мощные автонасосы и гигантские механические лестницы, передвижные радиостанции я санитарные ав- томобили, прожекторы и специальные машины химиче- ского тушения, автоматическая сигнализация и газо-ды- мозащитные машины. Гигантские автоматические лестницы, высотой в 45 метров (высота примерно 11-этажного дома), разворачи- ваются в течение 70 секунд. Дыморефулеры — мощные вентиляторы, снабженные широкими трубами, высасывают из горящего помещения по 70 кубических метров дыма в минуту. Мощная техническая оснащенность московских пожар- ных команд дала свои результаты: среднее время, затра- ченное на ликвидацию одного пожара, уменьшилось с 3,1 часа в 1928 г. до 1 часа в 1937 г. В 1939 году в столице будет возведено 4 новых зда- ния пожарных команд, оборудованные по последнему сло- ву современной противопожарной техники. За выполнение задач, поставленных партией и совет- ской властью, и за проявленный героизм Президиум ВЦИК наградил коллектив московских пожарных орденом Трудового Красного Знамени.
ГОРОД УТОПАЛ В ГРЯЗИ «САНИТАРИЯ» Санитарное состояние старой Москвы было по- истине ужасающим. Полвека назад исконную, самобытную московскую грязь пробовали искоренить при помощи вновь создан- ного института санитаров. ...Увы, Москву не спасет я целая армия геркулесов! Москва гибнет в зловонной грязи, и если только холерная «запятая» азиат- ской породы попадет в склады московского гнилья, — тогда ей «и умирать не надо», ибо за нее будут умирать сами обыватели. Мы от души сожалеем новоиспеченных санитаров, которым при- ходится с усердием, достойным лучшего дела, разыгрывать теперь комедию осмотров. Мы хотели бы впасть в ошибку, но, руководст- вуясь опытом прошлых лет, мы плохо верим в благие результаты санитарных походов на московскую грязь. Это — грязь исконная, са- мобытная, веками накопленная; что же могут поделать с ней слабые ручонки санитаров?.. (Журнал «Будильник» № 38 за 1884 г.) Московские мусорные свалки, «сливные станции не- чистот» причиняли уйму беспокойства городской думе. В июле месяце сего года к московскому городскому голове по- ступило заявление от домовладельцев Рогожской части 3-го участ- ка, где г. Гиршем построена сливная станция для нечистот: благо- даря этой станции, местные жители безусловно были лишены вся- кой возможности пользоваться свежим здоровым воздухом и притом не только летом, но и в зимнее время; район местности, прилега- 96
ющей к вышепоименованной станции, буквально заражен; так, на- пример, вследствие открытого окна дом тотчас же наполняется зло- вонием настолько сильным, что от вредно действующих газов про- исходила порча металлических предметов. В летнее время было не- возможно отворять окна, и даже зимние рамы никогда не выстав- лялись... В настоящее время указанная станция и все находящие- ся на ней постройки до основания сгорели. Поэтому они просят совсем уничтожить эту станцию сливки нечистот. Почти одновре- менно с этим поступило на имя городской думы ходатайство Мос- ковского ставропигиального Симонова монастыря о воспрещении возобновления сгоревшей сливной станции или о перенесении ее в более отдаленное от монастыря место, дабы зловоние от станции и обозов нечистот, направляющихся к ней, не проникало в мона- стырь и не причиняло ему вреда... («Известия Московской городской думы», 1895 г.) Домовладельцы нередко пытались протестовать про- тив грязи, против антисанитарии. Однако, действенность этих протестов всецело зависела от удельного веса мош- ны протестантов. ...Городская дума большинством против 11 голосов постанови- ла: ходатайство домовладельцев Рогожской части 3-го участка и Московского ставропигиального Симонова монастыря оставить без последствий... («Известия Московской городской думы», 1895 г.) Жалобы рядовых жителей, в особенности рабочих, никогда и никем не принимались во внимание. ...Вслед за прекращением вывоза нечистот на сливную станцию от дачевладельцев, в местности около станции Люблино Москов- ско-Курской железной дороги, стали поступать словесные жалобы и заявления о невыносимом зловонии, распространяемом Спасской свалкой, вследствие усиления вывоза нечистот на эту свалку... («.Известия Московской городской думы», 1895 г.) Четырнадцать лет спустя обыватели Благуши проте- стуют против близости Семеновской свалки. Близость Семеновской свалки с ее «пронзительным» амбрэ вы- вела из терпения обывателей Благуши. («Раннее утро» от 11 сентября 1909 г.) И снова свалки и споры о свалках... Александровский сад, начинающийся у Воскресенской площади (теперь площадь Революции) и расположенный вдоль Кремлевской стены, вплоть до Кремлевской набе- режной, находился в ведении дворцового ведомства. 97
...Дворцовое ведомство, вопреки параграфов 15 и 16 обязатель- ных постановлений, открыло обширные свалки чистого и частью грязного снега в центре города, в Александровских садах... («Утро России» от 15 января 1910 г.) Однако, спор кончился несколько неожиданно: Сообщением министерства внутренних дел Александровские са- ды признаны «пустопорожним местом». Домашний старый спор, уже взвешенный судьбою, — спор меж- ду дворцовой администрацией и московским городским самоуправ- лением о том, можно ли производить в Александровских садах грязную свалку, разрешился в благожелательном для дворцовой ад- министрации смысле: — Можно... («Руль» от 25 октября 1910 г.) И снова свалки... И снова все та же Семеновская свалка... ...Заявления гг. гласных. Ввиду появившихся слухов, что и. д. московского губернатора Сделано распоряжение о закрытии свалки нечистот, находящейся за Семеновской заставой, честь имеем довести до сведения городской думы следующее: С закрытием в настоящее время до открытия действий канали- зации этой свалки домовладельцы Лефортовской, Мещанской и Яуз- ской частей будут поставлены в совершенно невозможное положе- ние. Ближайшая другая свалка находится за Спасской заставой, в очень отдаленном расстоянии, и вывозка туда нечистот будет обхо- диться крайне дорого... Председательш Второе заявление гг. гласных о том же: Предполагаемое закрытие Семеновской свалки, в случае своего осуществления, ставит в тяжелое положение всех домовладельцев Мещанского, Лефортовского и частью Рогожского районов, так как с закрытием Семеновской свалки стоимость вывозки нечистот на Покровскую свалку возрастет более чем втрое, что в свою очередь отзовется тяжело на санитарном благополучии Москвы, так как многие неимущие домовладельцы силою обстоятельств будут вынуж- дены прибегать к нелегальным способам очистки. Щенков Н. В. Когда будет проведена канализация в этой мест- ности? (Собрание Московской городской думы от 5 марта 1913 г.) На этот вопрос ответа, как видно из стенограммы, не последовало. Сегодня к Н. И. Гучкову через гласного Т. Е. Гоголева посту- пает на имя городской думы целая серия «туземных» ходатайств. Во-первых, о страшном зловонии, распространяющемся с городской свалки, свидетельствуют 50 обывательских подписей. В этом заявле- 98
нии, между прочим, говорится, что, благодаря свалке, тифозные за- болевания получили постоянную оседлость в Измайловской земской больнице. До какой степени ядовито зловоние, — просители указы- вают, что даже белье, развешиваемое после стирки на дворах Бла- гуши, быстро желтеет. Обыватели заканчивают слезницу убедитель- нейшей просьбой перевести свалку в другое место. («Раннее утро» от 11 сентября 1909 г.) Споры о местах свалок продолжаются. Из прений гласных на заседании думы 21 декабря 1910 г. Бурышкин А. В. ...Сохранить свалки около Крымского моста не- возможно. Я знаю из об'яснений большого учебного заведения, ко- торое находится в ведении купеческого общества, что там такое Зловоние, что весной и летом нельзя открыть окон. Я бы просил финансовую комиссию и думу согласиться с предложением управы свалки за Крымским мостом уничтожить... Королев Т. С. А. В. Бурышкин предлагает уничтожить свалку у Крымского моста. Действительно, может быть, она мешает, но если мы отведем ее за заставу, то и там ведь есть жители... Конечно, можно возить снег и за 10 верст, но это будет дорого стоить, а Эта свалка на своем месте. Я бы просил эту свалку погодить за- крывать. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. гор. думы, канц., арх. № 28, св. 455, л. 189) Нынешним жителям Москвы нелегко представить се- бе, что речь пойдет о том месте, где сейчас раскинулся прекрасный Центральный парк культуры и отдыха име- ни А. М. Горького. Т-во гостиницы «Метрополь» отказалось взять в аренду дома в Ноевской даче на Воробьевых горах под устройство первоклассно- го ресторана, так как первоклассный ресторан устроить на Ноев- ской даче нельзя ввиду сильного зловония находящихся неподалеку за Калужской заставой городских свалок. («Утро России» от 22 мая 1911 г.) Больше всего доставалось жителям московских окра- ин: мимо их жилищ пролегали пути следования ассени- зационных обозов. Ходатайство обывателей 2-го участка Якиманской и 1-го участка Серпуховской частей. «За Калужской заставой существуют ассенизационные свалки, к которым конечные пути идут по улицам — Донской, Шаболовке и Конному проезду. Езда по этим улицам чередуется по три месяца, 99
согласно обязательному постановлению думы. Причем ассенизацион- ные обозы непрерывной вереницей по обеим сторонам мостовой едут рысью, причиняя ужасное беспокойство обывателям, особенно в ночное время летом. Улицы заражаются страшным зловонием, что теперь в особенности опасно в ожидании холерной эпидемии. Мы покорнейше просим думу изменить обязательное постанов- ление, заставив ассенизационные обозы ездить по улицам Калуж- ской, Донской, Шаболовке, Мытной, 1-му и 2-му Коровьим проез- дам и по Малой Серпуховской улице, установить месячную езду по каждой улице, чтобы не слишком заражать воздух и не быть в на- пасть обывателям. Также просим обратить внимание на быструю ез- ду ассенизационных обозов, обязав их постановлением непременно ездить шагом... Таковое прошение мы подаем ежегодно, и судьба их оставалась всегда втуне, надеемся, что гласные нового состава обратят внима- ние на этот раз на справедливое наше ходатайство». Однородные с изложенным ходатайства неоднократно в прош- лом поступали на рассмотрение городской думы... (Доклад № 321 комиссии по составлению проектов обязательных постановлений, 4 июня 1914 г.) Городская управа оставляла и эти жалобы без по- следствий, та жители окраин в отчаянии взывали к об- щественности. ...Помойка и выгребные ямы заражают воздух на далекое рас- стояние. Помойка уже давно, года два-три, не чистилась, завалена с верхом. Жильцы два-три года уже ничего в нее не ссыпают — некуда, а рассыпают свои отбросы по всему двору, а иногда — и Это очень поощряется хозяевами — ...прямо на улицу. Помои выли- ваются туда же, и потому улицы и переулки окраин, особенно Зимой, представляют впечатление какой-то вселенской помойной ямы. На улицах этим особенно замечателен Камер-Коллежский вал— главная артерия окраин. На каждом шагу встречаются дохлые жи- вотные: кошки, собаки, даже жеребята и телята... ...Наступает вечер. По улице вскачь несутся обозы выгребных бочек. Иногда одну из многих, как бы ненароком, возчики опроки- дывают и выливают содержимое среди улицы, чаще, проезжая по валу, открывают клапан и, не уменьшая хода, опрастывают бочку постепенно. Между тем, хозяева своими средствами, т. е. ведрами, выливают нечистоты из переполненных ям на улицу, распространяя Зловоние и заразу по всей окраине. Житель окраины. («Русское слово» от 21 августа 1908 г.) Терпели и жители центральной части города. Но в этой части города бывали непредвиденные случаи, когда положение несколько улучшалось. 100
Обер-полицмейстер Москвы предложил городской думе издать обязательное постановление, воспрещающее днем вывоз нечистот в местности, окруженной Садовыми улицами, ввиду предстоящего по- стоянного пребывания в Москве его императорского высочества ве- ликого князя Сергея Александровича. (Журнал Московской городской думы от 19 марта 1891 г.) Это единственно ощутимая польза, принесенная Мо- скве особой генерал-губернатора. Однако, не только ассенизаторы причиняли неприят- ности москвичам. Не лучшие сюрпризы преподносила и канализация. Вот, к примеру, такой случай: ...22 декабря был случай затопления целого района нечистота- ми, которые потоком неслись по Лесной улице, затопив ее до Цар- ского переулка, от пересыльной тюрьмы. Разлившись по мосто- вой, поток зловонной жидкости вместе с водой поднялся на такую высоту, что стал затоплять тротуары и часть их залил. Нечистоты, как оказалось, шли из люков и приемников вследствие засорения канализационных труб в центральной пересыльной тюрьме... («Московский листок» от 28 декабря 1907 г.) Ассенизаторы нередко облюбовывали целую улицу или даже район и превращали их в сплошное море не- чистот. Городские санитарные врачи обратили внимание на крайне ан- тисанитарное состояние поселка Ямское поле, за Тверской заставой, населенного бедным людом... Врачи требуют немедленного удаления из поселка ассенизационных обозов, влияющих весьма вредно на здоровье жителей... («Русский голос» от 21 июня 1907 г.) По причине же бездорожья нечистоты перестали вывозиться на свалку, а выливаются на Бутырках. Это оказывается выгоднее для подрядчиков: вместо двух-трех ездок за ночь они успевают сделать пять. А от этого вся местность, начиная от Бутырок и кончая лини- ей Виндавской железной дороги, превратилась в одну сплошную вы- гребную яму, разлагающуюся и вонючую. ...Местный содержатель ассенизационного обоза Морозов, об- служивающий Тверскую заставу, все Ямское поле, Петербургскую слободку, Новую Стройку на земле Миняева, Башиловку и часть Бутырок, положительно затопил нечистотами прилегающие улицы... («Раннее утро» от 30 мая 1908 г.) 101
Даже прекрасный Екатерининский парк в центре го- рода, и тот был заражен миазмами. Лебедев И. А. (председатель). Заявление гласного И. С. Ио- нова. «В летнее время Екатерининский парк, имея обширную пло- щадь, служит прекрасной местностью для прогулок и отдыха, а так- же служит и украшением города. К сожалению, этот прекрасный по своей растительности парк имеет очень серьезный недостаток, на который до сего времени не было обращено должного внимания. Вдоль 3/4 парка протекает грязная канава, называющаяся реч- кой Неглинкой. С ранней весны, когда деревья начинают распу- скать свои почки, она проявляет свое существование, давая знать о себе зловонием, которое в летнее время доходит до невозмож- ных пределов, заражая прекрасный воздух парка. (Собрание Московской городской думы 8 февраля 1905 г.) Вообще река Неглинка, заключенная в трубу и про- текающая через центральный район, была не только грязной клоакой, но и мрачным местом, скрывавшим следы самых ужасных преступлений. Побывав уже под Москвой в шахтах артезианского колодца и прочитав описание подземных клоак Парижа в романе Виктора Гю- го «Отверженные», я решил во что бы то ни стало обследовать и Неглинку... И вот однажды в жаркий июльский день мы подняли против дома Малютина близ Самотеки железную решетку спускного колод- ца и опустили туда лестницу. Никто не обратил внимания на это,— сделано было все очень скоро. ... Двинувшись дальше, мы наткнулись на возвышение под но- гами. Здесь была куча грязи особенно густой, и, видимо, под грязью лежало что-то... Полезли через кучу, осветив ее лампочкой. Я ковырнул ногой — грязи оказалось на четверть метра, а под ней как будто что-то мягкое пружинило. Мы перешагнули эту кучу гря- зи, дальше началась опять жидкая грязь почти по колено. Иногда ноги спотыкались обо что-то плотное под грязью.. В одном из зано- сов под решеткой над колодцем я наткнулся снова на что-то мяг- кое. При свете лампочки мне удалось рассмотреть до половины засосанный грязью труп громадного дога, повидимому, выброшен- ного через решетку. Особенно трудно было перебраться через по- следний занос перед назначенным нами входом на Трубную пло- щадь, у которого ожидала нас лестница. Здесь была грязь особен- но густа, и ноги скользили по чему-то странному, жуткому... О том, что это такое, даже думать боязно было... Но Федю все-таки прорвало: — Верно говорю: по людям ходим! (В. Гиляровский, Друзья и встречи.) 102
Неглинка все же была упрятана в трубу и скрыта от взоров. Но и открытые всем взорам берега Москва-реки являли собой печальную картину помойной ямы. Неудобство заключается в том, что в наших же краях на берег Москва-реки сваливаются с половины города всевозможные нечисто- ты под именем щебня. В настоящее время, когда река запружена, образовалась помойная яма на всем почти ее протяжения вплоть до Крымского моста; нечего и говорить, каков от нее запах. («Русские ведомости» от 27 июня 1864 г.) Прошло 50 лет, но и накануне мировой войны поло- жение на берегах реки ничуть не изменилось. Москва-река служила сточным местом для множества фабрик и заводов, расположенных на ее берегах. Злово- ние, исходившее от речных вод, достигало такой пронзи- тельности, что даже царская администрация зашевели- лась. Однако, попытки ограничить свободу предпринима- телей пакостить реку, как им вздумается, встречали са- мое деятельное их противодействие. Приведем корреспонденцию большевистской «Прав- ды» по этому поводу. Московские фабриканты оскорблены, московские фабриканты разобижены, они негодуют. — И еще бы! Не какое-нибудь земство, не город даже, а само министерство внутренних дел — вернейший и старый друг промышленников, готовит им в своих канцеляриях измену: министерство хочет сократить права фабрикантов затоплять фабричными нечистотами реки, пруды и озера, министерство изго- товило законопроект об охране воды и воздуха: — Милостивые государи, фабриканты и заводчики! Не пора ли пожалеть бедных рыб и других водяных жителей и перестать вы- ливать к ним всякую дрянь, от которой они дохнут; в противном случае буду штрафовать вас 500 рублями. Или (если вам больше нравится) заменять штраф отсидкой от 1 до б месяцев. — Но это же скандал! — завопили фабриканты: — нас, почтен- нейшую публику, сажать, как каких-то редакторишек! И из-за ка- ких-то рыб. А что такое эти рыбы? Несчастных 136 тысяч в год от них доходу со всего централь- ного района, а наши фабрики — миллионы рублей. Разумеется, фабрикантам и в голову не пришло вспомнить про людей, которые из-за их сточных вод и разных красящих веществ спешат на тот свет под флагом холеры, тифа и сотни других бо- лезней. Туда-сюда рыбы. От них хотя 136 тысяч в год, а какой толк от людей? Стрит ли думать о таких пустяках? 103
Эх, господа! Ну, что вам стоит поумирать еще немножко, пока окрепнет отечественная промышленность! Да ведь и фабриканты хотят не бог знает чего, а свободы... Если рабочие требуют свободы стачек, слова и собраний, то фабри- канты еще скромнее: они хотят всего-навсего полной свободы за- грязнения рек и озер. («Правда» от 1 ноября 1912 г.) Неудивительно, что вода Москва-реки и водоотводно- го канала была загрязнена до предела. Главной поставщицей льда для московских погребов является знаменитая «канава»... ...Одна глыба льда со снежным покровом обнаружила целый ле- гион различных бактерий. Только в одном кубическом сантиметре этого льда анализ об- наружил полмиллиона бактерий. Среди бактерий громадное количество тифозных бацилл... («Раннее утро» от 20 января 1910 г.) Утилизация отбросов была прибыльным делом. Но как и в каких условиях перерабатывался утиль в «доб- рое старое время»? Выехав за Спасскую заставу, вы попадаете в своеобразный мир. Здесь — царство отбросов. Унылая, изрытая равнина, с зараженной почвой, с отравленным воздухом. Даже в морозный день, когда валит хлопьями снег, вы стараетесь поглубже спрятать лицо в воротник, чтобы не слышать этого страшного запаха тления. В царстве отбросов — царство человеческой предприимчивости. Разбросаны по зловонной равнине приземистые заводские здания, высятся красные трубы. Завод альбуминный, клееваренный, утили- зационный— заводы, перерабатывающие отбросы... В зловонной ат- мосфере кипит лихорадочная работа. Здесь же, при заводах, поза- быв о свежем воздухе, живут люди, живут годами, с семьями... ...По пути на утилизационный завод, по обе стороны дороги, высятся горы отбросов, мусора, навоза. И в этих горах роются лю- ди. Целая армия мусорщиков... ...Деревянный мост, перекинутый над канавой. Грязный, запач- канный мост, облепленный длинными, грязными сосульками. На этот мост в'езжают отходники и открывают краны своих бочек. Нечи- стоты льются по желобам в канаву. Теперь, конечно, замерзают, но настанет оттепель, и потекут они на целые версты, заражая почву, отравляя воздух, куда-то в Сучье болото. Но вот и цель путешествия — утилизационный завод. Сюда сво- зят трупы павших животных, сюда же привозят бродячих собак для уничтожения. С трупов снимают шкуры, а туши бросаются в котлы,., 104
...На полу распростертые трупы лошадей, собак. Кучи внутрен- ностей. Кровью залит пол. Окровавленные топоры стоят. Высятся груды отработанных туш. Топится печь. В нестерпимом смраде работают люди... («Столичная молва» от 7 января 1911 г.) ... В ужасном санитарном состоянии находятся тряпичные и му- сорные склады у Крестьянской заставы. Здесь в обширном сарае обыкновенно свалены огромные кучи грязного тряпья, старого же- леза, разных отбросов сапожного и скорняжного промысла, банок, жестянок и издающих гнилостный запах костей... Живодерня Ива- нова, находящаяся близ Калужских свалок нечистот, занимает гро- мадную площадь земли. Близ входа во владение на грязном дворе находится жилой дом владельца заведения. Далее — сушилка для кож с решетчатыми деревянными стенками. В задней части двора помещается самая живодерка с асфальтовыми полами. Вдоль задней стены устроены цементированные ямы для стока крови. В этом зда- нии душно, воздух наполнен зловонными газами, кровь вывозится из ямы в деревянных бочках и зарывается в землю в особом отго- роженном пространстве. Вся земля здесь пропитана продуктами раз- ложения и издает сильное зловоние... («Русский голос» от 21 апреля 1907 г.) Утилизационным предприятиям нужны были постав- щики сырья. Этими поставщиками были мусорщики и тряпичники. Есть в Москве ужасный промысел: это мусорщики и тряпич- ники. На задних грязных дворах, в зловонных помойках, они находят себе заработок, роясь в нечистотах и добывая оттуда все, что мож- но так или иначе использовать: склянки, гвозди, тряпки, Особенно много этих промышленников за заставами, на зло- воннейших свалках. Своими железными крючьями с утра до вечера они разрывают нечистоты и все добытое в грязном виде, нечищен- ное, немытое, сваливают в огромные мешки и на плечах несут в столицу. Все самое гадкое, извергнутое городом, возвращают в город!.. ... Редкие из них имеют квартиры и углы. Большинство живут по ночлежкам и, главным образом, ютятся в «Кулаковской крепо- сти» и «Румянцевке» на Хитровом рынке... Особенно ужасны ночлежки, где ночуют тряпичницы и тряпич- ники, пропитавшиеся на свалках зловонием неотразимым. «Румянцевка» и «Кулаковка» — их излюбленный приют. Да едва ли куда и пустят их еще. — Уж очень они смердят, народ обижается! — аттестуют их с'емщики квартир, народ невзыскательный, равно как и квартиран- ты их... 105
... Скарлатина, дифтерит и холера родятся в трущобах, пере- полняют их и расползаются оттуда... Вл. Гиляровский, («Голос Москвы» от 24 ноября 1909 г.) ... Тряпье... в большом количестве идет на заводы и фабрики для вытирания машин. На некоторых табачных фабриках Москвы существует подобное использование тряпья. Им вытирают машины для выделки папирос и гильз, которые потом потребитель курит, находясь, таким обра- зом, на волосок от возможности заразиться холерой, сифилисом, ча- хоткой, всеми бичами человечества. В дело употребляются тряпки— немытые, непродезинфицированные. Фабриканты папирос не жела- ют тратиться на лучший сорт тряпья или паклю... («Голос Москвы» от 25 ноября 1909 г.) И только городскую думу нечистоты нисколько не тревожили. Предполагалось даже создать вокруг Моск- вы... «тундру из нечистот». Московская городская дума разработала замечательный страте- гический план: — К двадцать первому столетию окружить Москву тундрой ее собственных нечистот. Существующие поля орошения расположены по Московско-Кур- ской железной дороге. Они отрезывают отступление Москвы на юго- восток. Новые, люберецкие, поля орошения, расположенные по ли- нии железной дороги Московско-Казанской, отрежут от Москвы вы- ход на восток. На север эти поля подходят на 31/2 версты к Ни- жегородской дороге. Таким образом, и по этой дороге отступление будет затруднено. Так как Москва растет страшно быстро, то Лю- берецкие поля орошения, может быть, даже при жизни нас, отцов, окажутся переполненными, как переполнены сейчас Перервинские поля. Тогда полк завоевателей-инженеров, под послушным началь- ством городского управления, двинется на Ярославскую, Николаев- скую и Виндавскую дороги, чтобы отрезать Москве отступление с севера... ... И тогда Москва будет лежать в запертом кольце своих от- бросов... («Русское слово» от 14 июля 1910 г.) Не лучше было и в самом городе. Пресловутые над- писи на стенах: «Останавливаться воспрещается», нико- го не останавливали... И вот некий г. Гайо хотел обла- годетельствовать Москву «туалетными павильонами». В декабре 1899 г. поступило от предпринимателя публичных работ Г. А. Гайо... следующее заявление: «Предполагая устроить в некоторых местах г. Москвы «туалетные павильоны» и представляя При сем проект условий, на которых мною могло бы быть приня- 106
то на себя это устройство, я покорнейше прошу ваше сиятельство внести мое настоящее заявление на рассмотрение Московской го- родской думы на предмет разрешения мне устройства означенных павильонов»... ... Заявление г. Гайо возбуждает весьма важный вопрос об уве- личении числа общественных ретирад, которыми Москва так небо- гата. Общественных ретирад имеется в Москве всего лишь 10. ... Комиссия считает необходимым подчеркнуть то обстоятель- ство, что г. Гайо проектируется устройство надземных павильонов Между тем... в распоряжении города не имеется достаточного про- странства свободной земли для возведения таких павильонов. (Доклад № 143 комиссии о пользах и нуждах общественных, 5 мая 1905 г.) Таким образом, судьба этого скромного мероприятия была предрешена. Управа решила: ... Ходатайство Гайо об устройстве в Москве туалетных павильо- нов отклонить... (Доклад № 143 комиссии о пользах и нуждах общественных, 5 мая 1905 г.) Вопрос об общественных уборных еще долгие годы оставался предметом оживленных диспутов. Доклад № 53 городской управы — об устройстве в городе Мо- скве общественных уборных, порядке заведывания ими и штатах служащих при них — с заключением комиссий финансовой и по внешнему благоустройству города. Ижболодин С. Д. Я должен обратить внимание городской думы на этот, довольно оригинальный, доклад... Вот что говорят Комис- сии: «Прежде всего, комиссии усмотрели, что 1) городская управа, помимо надлежащего приговора городской думы, не только само- стоятельно учредила особый отдел по общественным уборным г. Мо- сквы, но пригласила также особый штат высших служащих с уста- новлением определенных окладов... Это явление весьма печальное, и нам часто приходится с этим встречаться... Сейчас требуется сумма в 71 251 рубль, но что же делается и что содержится на та- кую сумму? Оказывается, на эту сумму содержится 19 ретирад и 61 писсуар. Это такая колоссальная сумма, что она достаточна! С января городская управа утвердила штат высших должностей, она завела должность заведующего инженера с окладом жалованья в 3 тысячи рублей и 600 рублей раз'ездных, помощника инженера с окладом жалованья в 1 800 рублей и 300 рублей раз'ездных... Я об- ращаю внимание городской думы на то, что она говорит в докладе: «заведующий отделом инженер является лицом, которое должно вне- сти во вверенное ему дело надзора за существующими уборными и устройства новых то однообразие, планомерность и систему»... Спра- шивается: неужели надо высшее образование для надзора за 19 ре- тирадами и 61 писсуаром?.. (Собрание Московской городской думы 10 июня 1914 г.) 107
Так и не было выяснено, нужно ли высшее образо- вание для надзора за 80 общественными уборными. Ду- ма, очевидно, еще не раз обращалась к этому «наболев- шему» вопросу. С 1874 по 1890 г. городское управление «неустанно» занималось «проектами канализации». Шестнадцать лет потребовалось на обсуждение проектов. Такое затяжное обсуждение об'яснялось не только «сложностью» вопроса. Можно не сомневаться, что кое- кому это было выгодно. Характерны меланхолические рассуждения печати по этому поводу: Сооружение канализации началось в 1892 г. По истечении 10 лет строительных работ думой была избрана ревизионная комис- сия, которая несколько лет выжидала отчетов по постройке и до на- стоящего времени не закончила ревизии сооружения, на которое затрачено было из заемных городских сумм 15 миллионов рублей. Кто может сказать, что в этом деле не было злоупотреблений, пе- рерасходов и расточительной траты городских средств? Мыслимо ли восстановить расходование 15 миллионов рублей по истечении поч- ти двух земских давностей?.. («Руль» от 17 марта 1908 г.) А москвичи тем временем «изнемогали от отсутствия канализации». Домовладельцы Зубовского бульвара, изнемогающие от отсут- ствия в их районе канализации, обратились в думу с ходатайством дозволить им присоединиться к канализации за собственный счет, устроив трубу в существующей сети. («Русское слово» от 26 ноября 1908 г.) Существовали и тайные ассенизаторы. ... В целом ряде огромных владений, как, например, Галалова (бывшая Корзинкина), Васильева, Барнова и др., обнаружена весь- ма искусно замаскированная система тайного спуска нечистот. Интересно отметить, что как раз эти богатые владельцы и вос- ставали против совместного с городом заключения различных про- токов в трубы. Система спуска такого рода, как установлено, существовала очень долгие годы. («Русское слово» от 23 сентября 1910 г.) Канализационная система расширялась убийственно медленно. По данным городской управы, к началу текущего года в Моск- ве фактически пользовались канализацией 4 557 владений. Число 108
вновь присоединяющихся владений сокращается из года в год. В кинувшем 1908 г. было присоединено 202 владения... («Голос Москвы» от 21 августа 1909 г.) Но даже и в тех случаях, когда городское управле- ние проявляло кое-какую заботу о санитарном состоянии Москвы, оно не могло и не хотело обеспечить мало- мальски сносные саннтарно-бытовые условия рабочим, занятым как раз улучшением санитарного положения го- рода. О подобном факте сообщала большевистская «Прав- да». Городское управление, как известно, устраивает около станции Казанской железной дороги «Люберцы» новые поля орошения. На эти поля от Москвы будет проведен грандиозный коллектор для спуска сточных вод из столицы... Сооружение этого коллектора потребовало приглашения ог- ромного количества рабочих. Уже в настоящее время на прорытии канавы при укладке чугунных труб и постройке коллектора рабо- тает свыше 2 тысяч человек. В скором времени число землекопов, каменщиков, чернорабочих и пр. должно превысить 3 тысячи чело- век. В каких условиях находятся занятые на этих работах люди — трудно описать. Нужно лично посмотреть те землянки и дырявые бараки, которые понастроены по пути работ городскими подрядчи- ками. Сырая и холодная весна делает пребывание в этих мокрых землянках и воздушных бараках совершенно невозможным. Городская управа, однако, этой стороной быта своих работни- ков совершенно не интересуется. Мало интересует ее и то, что 2 тысячи рабочих, кроме отвратительного помещения, имеют еще более ужасный стол. Отсутствие санитарного надзора, полное пре- небрежение к положению рабочих со стороны медицинского надзо- ра привели к тому, что уже в данную минуту среди рабочих сви- репствуют всевозможные болезни. Что будет, когда в те же бараки будет втиснуто почти двойное количество рабочих, — не трудно предвидеть... («Правда» от 23 мая 1912 г.). Разрешение вопроса о благоустройстве Москвы в зна- чительной мере зависело от состояния водопроводной сети. Приводим исторические и статистические данные о московском водопроводе. В 1862 г. в Москве приходилось в сутки не более полутора ве- дер воды на 1 жителя... ... В 1876 г. приступлено было к производству изысканий, ко- торые были совершенно закончены только в 1888 г. Изыскания эти 109
показали, что мытищинские источники могут доставлять не более 1,5 миллиона ведер воды в сутки, включая и те 500 тысяч ведер, которыми они снабжали старый водопровод. Так как в 1888 г., при составлении проекта нового устройства водоснабжения Москвы, при- знано было, что для более или менее полного удовлетворения в бу- дущем все расширяющейся потребности жителей в воде необходи- мо, чтобы новый водопровод мог поставлять в сутки не менее 3,5 миллиона ведер воды, то являлся вопрос, откуда получить недо- стающие 2 миллиона ведер. Составители упомянутого проекта при- знали возможным добыть их из местности, расположенной вблизи Сокольников, по течению реки Яузы, т. е. из того же Яузского бассейна, в верхней части которого расположены мытищинские ключи. Но проект этот был отклонен, и решено было начать устройство нового водоснабжения из мытищинских ключей в коли- честве не менее 1,5 миллиона ведер воды в сутки... ... В 1894 г. московскими водопроводами (старым и новым) бы- ло доставлено в город Москву всего 497 233 679 ведер воды, т. е. в среднем по 1 362 285 ведер в сутки (около полутора ведер на 1 жителя), из них за плату было отпущено 265 611 780 ведер (115 661 090 ведер — в домовые ответвления и 149 950 690 ведер — из водоразборов), т. е. в среднем 727 703 ведра в сутки. Остальные 634 581 ведро расходовались ежедневно на бесплатный отпуск во- ды, тушение пожаров, поливку и пр. (Сборник очерков по городу Москве, М. 1897 г.) * * * Старая купеческая Москва была неразлучна со свал- ками, с грязью и мусором. Советская столица сверкает чистотой. В 1938 г. кана- лизацией пользовалось 2 500 тысяч москвичей. Длина ка- нализационной сети в 1939 г. вырастет на 44 километра. Более 50 миллионов ведер сточных вод поступает ежедневно из жилых домов столицы в канализационные трубы. Эти воды по подземным каналам попадают на Люблинские и Люберецкие поля фильтрации и на Кожу- ховскую станцию аэрации. Здесь воды очищаются и воз- вращаются вновь в Москва-реку. Метлу вытеснили новые механические способы очист- ки улиц. В 1938 г. на магистралях столицы работало 189 под- метальных машин и 86 поливочно-моечных агрегатов. Зи- мой для очистки снега были пущены в ход 219 машин для сгребания снега, 58 гигантских снегопогрузчиков и 14 пескоразбрасывателей. В 1939 г. механическим способом будет убираться площадь в 6 млн. кв. м. ПО
Дореволюционная Москва жила на голодном водя- ном пайке. Задача водоснабжения города и обводнения Москва-реки была советской властью блестяще решена. Канал Москва — Волга, сооруженный по гениальной идее товарища Сталина, в 1939 г. дает социалистической Мос- кве около. 50 миллионов ведер волжской воды в сутки. Москва-река превратилась в здоровую, полноводную, су- доходную магистраль столицы. Суточная подача воды уже в конце 1938 г. превысила 60 миллионов ведер. Москвич потреблял в день до 20 ве- дер воды, в два раза больше, чем житель Берлина. 1 января 1939 г. Москва «выпила» 63 миллиона ве- дер волжской, истринской, москворецкой и мытищинской воды — в 8 раз больше, чем до революции. Водопроводная сеть составляет 1 200 километров. В 1939 году водопроводная сеть увеличится почти на 120 км. В 1945 г. пять водопроводных станций Москвы: Руб- левская, Черепковская, Сталинская, Пролетарская и Се- верная, дадут столице 180 миллионов ведер воды в сутки, в 22 papa больше, чем получала в 1913 г. купеческая Москва. Суточная душевая норма москвича достигнет 35 ведер, превысит довоенную в 7 раз. Так Москва становится самым чистым и благоустроен- ным городом мира. * * * КАК ПИТАЛАСЬ МОСКВА Документы, собранные в этом разделе, дадут нам представление о питании москвичей, о фальсификации с'естных продуктов, о санитарном состоянии рынков, скотобоен и с'естных лавок. Московские купцы непрочь были щегольнуть выстав- ками пищевых продуктов. Вчера на городских бойнях состоялось торжественное открытие всероссийской мясной выставки, устроенной мясной биржей... ...Выставка помещается в крытом павильоне и на открытом воздухе. («Раннее утро» от 23 апреля 1910 г.) 111
... Открытие выставки началось с молебствия. К богослужению прибыло много представителей Московской Го- родской думы, московского купечества и промышленности, по пре- имуществу соприкасающейся с мясной биржей и различными отрас- лями мясного дела. После молебствия все присутствовавшие... отправились из глав- ного здания в павильон ресторана, где подано было шампанское. («Русское слово» от 23 апреля 1910 г») Однако экспонаты выставки были не больше как ду- той рекламой, рассчитанной на обман покупателя. Как работали ветеринары, что делали мясники и ка- ковы были результаты? ...За последние годы приходилось осматривать каждому вете- ринару, считая комплект в б человек, по 40—45 тысяч животных в год. Число это нужно признать вообще весьма значительным, осо- бенно же, если принять во внимание, что главную массу убойного скота составляет крупный рогатый скот, исследование которого представляется наиболее трудным, и что убой распределяется край- не неравномерно как по временам года, так и в продолжение не- дели, благодаря чему каждому ветеринару приходится осматривать по 60—80 голов рогатого скота в час, иногда же эта цифра дости- гает 100 и более... ...Органы убитых животных сваливались в одну кучу на полу убойной камеры, что крайне затрудняло осмотр их, позволяло мяс- никам вырезывать поражение и даже скрывать органы и, кроме то- го, отнимало во многих случаях возможность определить, какой ту- ше принадлежит данный пораженный орган... (Сборник очерков по городу Москве, М. 1897 г.) ...В ночь на 10 ноября из гурта в 142 головы от сибирской язвы пала корова. Гурт этот поступил на бойни еще 9 ноября, и из него в тот же день было убито 61 голова без особого осмотра, при- меняемого при убое подозрительных гуртов. 10 ноября из этого же гурта было убито 62 головы также без специального осмотра. Термометрия животных, необходимая в таких случаях, не производилась. Дежурный ветеринарный врач, осматри- вавший 10 ноября 62 головы, не был предупрежден о том, что уби- ваемый гурт неблагополучен и что в нем есть случаи падежа... ...Рано утром 10 ноября в загоне при бойнях перед камерой пал бык из гурта в 35 голов, и, как показало исследование, тоже от сибирской язвы. Из этого гурта 14 голов убито и выпущено на рынок без спе- циального осмотра... («Русское слово» от 26 ноября 1909 г.) Обычные махинации мясоторговцев наглядно иллю- стрирует история тридцати трех свиных туш, зараженных 112
В самом центре Москвы, на Лубянской площади, возле фонтана толпились водовозы со своими бочками. Бесконечная очередь, выстроившаяся у водопроводной колонки, как нельзя лучше характеризует уровень водоснабжения в доре- волюционной Москве.
Над московскими улицами стояли клубы пыли. Журнал «Будильник» остроумно изобразил мо- сковскую пыль в виде «неукротимой уличной подруги московской думы, не дающей ни про- хода, ни проезда встречным обывателям столицы». Знаменитая Хитровка отравляла своим смрадным дыханием все прилегающие районы. «Будильник» напечатал эту карика- туру с вполне соответствующей истинному положению вещем подписью.
сибирской язвой, но продававшихся беспрепятственно в мясных лавках. Убой шел своим порядком. Владельцы свиней, заподозрив не- ладное и боясь, что свиные туши могут задержать, поспешили, как только туши были разделаны, отправить их в город в мясные лав- ки и на колбасные фабрики. Микроскопическое исследование внутренностей убитой свиньи установило ясную картину заболевания сибирской язвой... («Московский листок» от 8 июня 1910 г.) Владельцы 33 свиных туш избежали «неладного» для себя, т. е. убытка. Что же касается «неладного» для по- требителя,— об этом мало заботились. Слово имеет городская дума: Управа, получив все материалы по вопросу о вывозе с город- ских боен 33 туш свиней, зараженных сибирской язвой, нашла еще способ растянуть вопрос о виновниках. Материалы вполне ясно показывают, кто и в какой степени ви- новен, во управе настоящих виновников наказывать не хочется, слишком они уж свои люди. Отыскать виновных поручено теперь городскому юридическому отделу... «Инцидент исчерпан», как любили выражаться в те времена. Главному боенскому ветеринару Ф. П. Половинкину все не- приятные истории с выпуском сибироязвенных туш, невидимому, нипочем... Вчера Ф. П. Половинкин вновь обратился к управе с просьбой о замещении его в случае отсутствия г. Блаженковым, так блестя- ще доказавшим свою неспособность в должности старшего ветери- нара выпуском с боен зараженных сибирской язвой свиных туш. («Раннее утро» от 2В сентября 1910 г.) К услугам буржуазии были роскошные магазины со всевозможными яствами и заморскими деликатесами. А рядом с Читанным и Бландовым, конкурировавшими совсем на европейский манер, существовали десятки лав- чонок, где бедноте продавали фальсифицированные про- дукты «на копейку». Пища московской бедноты приводи- ла в ужас даже буржуазных журналистов. Из боен, как известно, после убоя скота выпускается в боль- шом количестве так называемая требуха (рубцы, большой желу- док), которая идет в пищу беднейшего населения. До сего време- ни этот предмет продовольствия никогда не промывался до полной 113
очистки и поступал на рынок потребления со всеми желудочными прелестями... ... Очистка эта требует устройства особого помещения и при- способлений с ежегодным расходом на их содержание до б тысяч рублей. («Раннее утро» от 5 марта 1910 г.) С ужасом прочитывает обыватель, что мелкие колбасные заве- дения покупают с боен трупы павших животных. А уверены ли обыватели, что в колбасу не идет мясо кошек и собак?.. («Утро России» от 22 апреля 1910 г.) Вот она—снедь бедняков: Что это за снедь и откуда она добывается? Предо мной — обыватель «Хитровки»... С обрюзглым лицом, не брит, не чесан, одет в рубище, но с умными, выразительными глазами. — Снедь эта — рассказывает он мне, — извлекается непо- средственно из городских свалок и из помойных ведер ресторанов. Кто этому поверит? Но то же подтверждают не только «хит- ровцы», не только потребители этой «снеди», но и лица, занимаю- щие официальное положение, близкие к рынку и хорошо осведом- ленные. Из места свалок нечистот добываются рубцы, легкие, ливер, испорченные яйца и фрукты — «сычуги». Из помойных ведер и ящиков для отбросов извлекаются: — Так называемая «бульонка» (вываренное мясо), об'едки ры- бы, кур, обрезки сыра, колбасы, ветчины и т. п. — Всех лучше по вкусу — это «крошка», — острит сопрово- ждающий меня хитровец. «Крошка» — это кушанье из тех же продуктов в мелком, искрошенном виде. («Русское слово» от 11 декабря 1909 г.) Что представляла собой так называемая «бульонка»? ... Относительно «бульонки»... могу сообщить еще новые дан- ные, проливающие некоторый свет на бытовую сторону дела. С'ест- ной отброс, долженствующий поступить в помойную яму и прода- ваемый на рынке по 4 копейки за фунт, как оказывается, среди антрепренеров «бульонки» имеет большую ценность. Ниже сооб- щаемые сведения получены мною от самих торговцев или их рабо- чих. Гостиница «Эрмитаж» получает в год за отброс 1 200 рублей, французский ресторан в Столешниковом переулке — 780 рублей, «Славянский базар» — 720 рублей, «Стрельня» — 600 рублей, «Кон- тиненталь» — 780 рублей, «Россия» в Петровских линиях — 720 рублей, «Большая московская гостиница» — 720 рублей, ресторан Саврасенкова на Тверском бульваре — 420 рублей... Нормальные столовые, кухни при «лицее цесаревича Николая» и масса дру- гих — по 100—120 рублей в год. Думаю, что достаточно приве- 114
денных цифр, чтобы судить о размерах предприятия, сосредоточен- ного в руках пяти лиц, могущих продавать все эти массы на семи лотках, снятых на площади рынка. Юридическая сторона дела так- же поставлена в точные рамки. Бульонщик с владельцем или адми- нистрацией гостиницы заключают условие на год, принимая на се- бя обязательство брать весь отброс и гарантируя правильное по- ступление срочных платежей залогом. Такое условие мне было пока- зано бульонщиком Никифоровым с товариществом гостиницы «Рос- сии», за подписью кого-то из директоров, причем товариществом был взят залог в 100 рублей, такое же условие я видел с гости- ницей «Континенталь». Предприниматель пирожного промысла, по- добно бульонщику, снимает небольшое помещение с сараем и лед- ником, выбирая местность поближе к Хитрову или Толкучему рын- кам, и через посредство нанятых разносчиков ежедневно сбывает массы пирогов, мясной фарш которых представляет та же «буль- онка»... Базарный смотритель врач Н. Кромарев. («Известия Московской городской думы» № 6 за 1892 г.) Такого же примерно происхождения были и напитки. Об этом свидетельствует хотя бы следующая газетная заметка под многоговорящим заголовком: САМОУБИЙСТВО... КВАСОМ ... Счастлив тот, кому не приходится довольствоваться квасом из мелочных лавочек, кто не знает, что это за продукт. А между тем, летней порой, а в особенности постами квас для большинства бед- няков-рабочих служит не столько напитком, утоляющим жажду, сколько пищевым предметом, в особенности в нынешнее время, ко- гда все так страшно вздорожало. Да и на самом деле, что кушать рабочим людям хотя бы вот Петровским постом? Мясо, молоко, яйца? Невозможно... ... Поэтому единственным за обедом блюдом рабочего семейства является лук с квасом и квас с луком... А квас, который приходится нам покупать, — отрава... Неред- ко уже отмечались в газетах случаи отравления квасом. И немуд- рено. Всякий, кто заглянул бы в грязные конуры, называемые у нас квасными заведениями, и посмотрел бы на самое приготовление кваса, тот навсегда бы получил, кроме рабочих, разумеется, отвра- щение от этого напитка... ... Эта жидкость разливается в грязные бутылки, покупаемые у старьевщиков. А где добывают бутылки старьевщики? Они соби- рают их по дворам, в кучах мусора, по помойным ямам, на свал- ках и т. п. Квасники их совсем не моют... Рабочий. («Русский голос» от 8 июня 1907 г.) 115
Лавочники торговали если не отравой, то фальсифи- катами. Гласные думы не столько возмущались, сколько эпически констатировали факты. Бубнов С. Ф. Я считаю нужным довести до сведения гг. глас- ных, что в Москве довольно сильно развита фальсификация с'ест- ных припасов, пищевых веществ и вообще разных продуктов. О том, что такие подделки постоянно имеют место, указывают луч- ше всего годовые отчеты городской санитарной станции, которые из года в год повторяют это. Из этих отчетов гг. гласные могут усмо- треть, что от 16 до 69% продажного в Москве молока фальсифи- цировано... Совершенно аналогичное указание можно сделать и по отношению масла. Тут подделок до 100%. (Собрание Московской городской думы 13 октября 1898 г.) Через тринадцать лет вопрос о фальсификации про- дуктов попрежнему сохраняет злободневность. ... Молоко фальсифицируется таким образом: сливки снимают, а взамен их прибавляют лошадиные мозги или эмульсию сладкого миндаля... Так называемый пчелиный мед фабрикуется из крах- мального сиропа, пряники — из испорченной муки с добавлением хлористого олова, ваниль — из бензойной кислоты, перуанского бальзама, с добавлением испорченной ванили. Сосиски — из теста, окрашенного анилиновой краской, с прибавлением 25% мяса... Пи- роги пекут, вместо масла, на вазелине, так как вазелин хотя и не усваивается желудком, но дешевле и не портится. В вареньях фрукты заменяются овощами, а фруктовое желе делается из желатина. Большинство имеющихся в продаже конфет подкрашивается анилиновой краской. Коровье масло почти совер- шенно вывелось из употребления, так как по существующим це- нам производство настоящего масла невыгодно... («Утро России» от 18 декабря 1911 г.) ... Одни думают, что это масло сливочное, другие — чухонское, третьи — русское... Снадобье, именуемое коровьим маслом, москов- ские «химики» научились выделывать из действительно коровьего масла с самыми разнообразными к нему примесями — кокосово- го, хлопкового, льняного масел, других растительных жиров и даже простого бычьего и бараньего сала... ... Главные организаторы производства этого масла — «химики» из-под Красных ворот и Мелового ряда, О-к и М-на. Развозят его по городу целыми фургонами и делают отличные дела... («Утро России» от 13 января 1911 г.) Пленительные витрины и, так сказать, парадные ча- сти магазинов нередко скрывали за собою грязь и смрад в подсобных помещениях. Еще хуже выглядели рынки. 116
Вот что писала московская печать о московских рынках. ...О двух палатках с фруктами, квасом, ломтями арбузов, рас- положенных на Тверской улице, против Садовой-Триумфальной, то- же говорить страшно. Квас — сплошная отрава. Подойти близко к палаткам и то опасно. Вонь, несущаяся из-за задней стенки палат- ки, вызывает тошноту. Продавцы, чтобы далеко не ходить, здесь же отправляют свои естественные надобности. В не лучшем виде об- стоит и дело со сквером, находящимся здесь же на площади. Каж- дую минуту возле него можно наблюдать очень откровенные кар- тинки. А мясные лавки, бакалейные, чайные и с'естные, находящиеся в Оружейном переулке, — что в них делается? Пройти мимо них, не закрыв платком плотно носа, решительно невозможно... («Столичная молва» от 1 сентября 1908 г.) ...На Коровью площадку свозится обычно провизия «сортом по- ниже». Та, которая не нашла бы сбыта в Охотном ряду или в других мясных. Под Москвой существуют специальные заведения, поставляющие провизию для Коровьей площадки. По деревням скупается заморенная, никуда негодная живность: гуси, куры, утки, поросята. «Убоинку» обделывают, начиняют соломой, наливают водой и в таком виде замораживают. Получается с виду жирный, пикантный поросенок или гусь. Са- мая опытная хозяйка не узнает на морозе обделанную таким обра- зом провизию. «Секрет» обнаруживается только на кухне. Такая же операция проделывается и с дичью... («Раннее утро» от 15 декабря 1911 г.) Бытовые картины на рынках. Желаете временно перенестись в страну дикарей? В таком случае соблаговолите отправиться на Москворецкую улицу, остановитесь вблизи так называемого Ямского приказа и на- блюдайте. В этом Ямском приказе сосредоточена торговля обувью преиму- щественно для простого класса. Зазывалы, эти вечно пьяные хитровцы, с наглыми физиономия- ми исполняют свои обязанности до того рьяно, что нет буквально возможности пройти по Москворецкой улице, не рискуя нарваться на крупный скандал. Иногда поединки между зазывалами и прохожими кончаются тем, что последние остаются с синяками и с разорванным по всем частям туалетом. («Московский листок» от 14 февраля 1903 г.) На Смоленском рынке есть торговка, имеющая лавку с красным товаром. По отпоре лавки она выносит себе седалище, ставит его 117
близ дверей, садится на оное, занимая чуть не половину тротуара, и всех мимо идущих зазывает в лавку, многих хватает за рукав или за полу. («Московский листок» от 28 августа 1903 г.) Московские старожилы, люди даже среднего возраста, хорошо помнят лабиринт грязных лавчонок в центре го- рода, там, где сейчас самая большая гостиница в Сою- зе— «Москва». Охотный ряд — характерный уголок ста- рой Москвы. Проходили годы, а в Охотном ряду никаких перемен. ...В среде московского населения, как и в думе, неоднократно возбуждались справедливые жалобы на крайнее неустройство город- ских рынков и, прежде всего, важнейшего из них — Охотного ряда. Необыкновенная теснота размещения, грязь и вонь от убоя скота в лавках и быстрой порчи в них с'естных припасов и пр. — вот те условия, при которых производится ныне торговля на центральном, наиболее посещаемом рынке нашей столицы... ...Высшее городское начальство сделало предложение даже о не- обходимости, в видах охранения народного здравия, перевести Охот- ный ряд на другое место... (Доклад № 205 комиссии по эксплоатации Винно-соляного двора, 7 июня 1905 г.) ...У купца Кузьмы Григорьевича Лобачева комиссия осмотрела я куриную бойню и мясную. Стены найдены совсем облупившимися и покрытыми липкой грязью, на полу грязь не меньше как на два вершка; рабочие одеты в грязное платье; в помещении найдено ведро с совершенно испортившейся водой, издававшей сильное зло- воние; лестница, ведущая в верхнее помещение, устроена неудов- летворительно: ступеньки шатаются, и перила угрожают падением; стены в крови, пол — также, никаких приспособлений для стока жидкостей и крови нет, воздух невозможен, нет никакой вентиля- ции. В куриной бойне помещается до 800 индюшек; на полу грязи так много, что нога уходит, как в песок. ...В магазине консервов и зелени Василия Сергеевича Кошова, который, очевидно, не успел в достаточной мере пообчиститься до прихода комиссии, нашли 45 коробок с гнилыми ревельскими киль- ками и две коробки с такими же сардинами... («Московский листок» от 25 мая 1907 г.) ...Курятные лавки полны испражнениями массы птиц, их выделе- ний и крови, при полном почти отсутствии вентиляции, при высо- кой, как бы тропической температуре. Для глаз воздух этих поме- щений представляется не прозрачной средой, а каким-то густым ту- маном. Полы загрязняются кровью, отбросами, пером, пухом, пти- чьим пометом и кормом. Стены во многих местах засалены, потем- нели, покрыты запекшейся кровью и забрызганы кормом и пометом... («Русское слово» от 6 декабря 1911 г.) 118
Внутри Охотного ряда, где некогда помещался Мытный двор, расположен ряд темных амбаров. С смрадными подвалами посредине. Грязный пол влажен от мас- сы теплой, дымящейся крови. Всюду — груды «трупов» кур, гусей, цыплят, уток... («Раннее утро» от 14 сентября 1912 г.) Крысы были бичом московских рынков и Охотного ряда в особенности. Известный московский бытописатель «Дядя Гиляй» (Вл. Гиляровский) красочно описывал борьбу с крысиным нашествием в Охотном ряду. Еще покойный гласный московской думы Д. В. Жадаев требовал уничтожения крыс в Охотному ряду, но с тех пор нарастают все новые и новые поколения крыс. Д. В. Жадаев называл крыс вежливо: — Миазмы. Вышло это так. В одном из заседаний думы он поймал чью-то фразу: — Миазмы Охотного ряда требуют дезинфекции. Жадаев сорвался с места, заговорил: — Какая им дезинфекция, ежели они во какие, рыжие да хво- статые под ногами мечутся! Дезинфекция! Они всех кошек в Охот- ном пожрали, а вы -- дезинфекция!.. И, действительно, Жадаев был прав. В Охотном ряду кошек не держат, потому что крысы крупнее кошек и никакого уважения, а не то, что боязни, кошкам не оказывают. Кошек здесь заменяют собаки: фокстерьеры или простые дворняжки. («Голос Москвы» от 5 сентября 1910 г.) Так выглядел Охотный ряд, от которого ныне только и осталось одно название и который сохранился лишь в воспоминаниях старых москвичей. В торгово-пищевых заведениях старой Москвы цари- ла самая бессовестная и циничная эксплоатация обслужи- вающего персонала. Приведем несколько документов из большевистских органов «Искра», «Звезда», «Правда» и «Рабочий труд», характеризующих положение булочников, кондитеров, сыроваров и служащих мясных лавок. БУЛОЧНИКИ Как живут московские булочники и кондитеры? (письмо из Москвы). На фабрике Эйнем берут обыкновенно пришлых рабочих, пря- мо из деревни — мужчин и женщин. Рабочих, которые бы учились №
* малолетства, мало. На первый год кладут жалованье 6—7 рублей в месяц и на всем хозяйском, исключая стирки и бани. Девушки получают 40 копеек на всем на своем. Работа продолжается с 7 утра до 7 вечера, с перерывом на один час на обед. Фабрика Филиппова. Положение так называемых мальчиков или, точнее, подростков старше 16 лет—прямо ужасное. Получают они 5 рублей на хозяйских харчах и квартире. Спальни помещаются в верхнем этаже, в помещении без вентиляции, где ночует до 300 человек и температура очень высокая. Койки стоят очень тесно, воздух удушливый, и если войти с улицы, то просто задыхаешься. Спят вповалку по 3—4 человека на двух койках. Обращение масте- ров грубое, бьют чем попало по лицу со всего размаха. На фабри- ке работают день и ночь, двумя сменами: денная — 111/2 часов, ночная, по правилам, должна работать 10 часов, а против правил и без всякой доплаты работает 101/2 часов. Подростки работают с 12 часов ночи до 12 часов дня, и так за 13—14 часов непрерывного труда получают 5 рублей с придачей тухлой говядины и кулачной и палочной расправы. Взрослые рабочие получают очень низкую плату, которая доходит иногда до 9 рублей. Девушки конфетчицы в том же положении: мастера и с ними обращаются грубо и бьют по щекам. Работниц обыскивает сторож-мужчина. Управляющие произ- вольно рассчитывают рабочих из вражды друг к другу, когда, на- пример, один наймет без спроса другого. По окончании работы за- ставляют иногда разносить хлеб. Фабрика Реноме. Девушки—старше 16 лет получают 30—45 ко- пеек на своих харчах и квартире. Обращаются с работниками и ра- ботницами крайне грубо. По окончании работ девушки обыскивают- ся сторожами-татарами, которые особенно усердно их обыскивают и позволяют по отношению к ним всевозможные грубые выходки. Обыск у ворот наглядно показывает полное их бесправие; этот обыск — просто наглое надругательство над их честью и совершен- но излишен, так как еще ранее при выходе из мастерской, они обыскиваются «мадамой». Приказчики обыкновенно соблазняют мо- лоденьких обещанием более легкой и выгодной работы. «Мальчики» 16—21 года получают 11—12 рублей на своих харчах и квартире. Взрослые умелые рабочие получают 13—25 рублей: за прогул вы- читают заработок и, кроме того, штрафуют. Обращаются приказчи- ки скверно, а в шоколадном отделении мастер Боярский, не заду- мываясь, пускает в ход кулачную расправу. На фабрике С. Сиу и К° порядки тоже нисколько не лучше. Та же низкая плата, те же возмутительные обыски и пр. («Искра» № 13 от 20 декабря 1901 г.) БУЛОЧНАЯ БРАТЬЕВ САВОСТЬЯНОВЫХ (Арбатская площадь) Вот несколько слов из нашей жизни, жизни угнетенных, терпя- щих все глумления наших хозяев, рабочих булочников. Вот какова жизнь у придворного поставщика Савостьянова. Нас заставляют носить из подвала в пекарню мешки муки. Враз при- 120
ходится носить 3 мешка. А носить-то приходится на первый, второй и третий этаж — на такие расстояния: 45 шагов + 18 ступеней, 60 шагов + 39 ступеней, 72 шага + 59 ступеней. И мы, булочники, не протестуем, а носим. В пекарне во время работ постоянно стоит дым и масса копоти, a о вентиляции или вытяжках и не думай... Хозяину траты не выгод- ны, и мы, рабочие, не требуем. Во время морозов у нас в пекарне так холодно, что разжигаем даже костры на полу. Не приходится говорить о том, что пекарня страшно тесная, и ход в нее тоже не- удобный. Спальня помещается в другом флигеле, в четвертом этаже. Про- ход из пекарни в спальню подвалами. Подвал, конечно, холодный, так же как и лестница, так что простудиться нет ничего легче. Ва- терклозет один, около спальни на четвертом этаже. Каждый раз из пекарни приходится ходить туда. Получка бывает так: мы подаем книжку 1-е и 15-е каждого месяца, а выдают нам наши же заработанные гроши, когда придется. Своих же денег не получаем дней 10 и больше. Утром говорят, ве- чером дадим, а вечером — утром дадим. Дожидаешься, дожи- даешься иногда так и не дождешься хозяина. Так прождем часы сна, и не выспишься, и своих денег не получишь. Но наши булочники еще все терпят, а хозяевам этого и нужно. — Харчи — что помои, хоть не садись обедать. Постом кормят сырой и кислой капустой, щами и кашей. Два раза в неделю варят суп со снятками. Но снятков по счету, навер- но, мало. Голодны эти харчи, хоть и во время мясоеда не лучше, сыт не будешь все равно. Мясо выдают на человека полфунта. Куб с кипятком худой, а исправлять и не думают. На баню выдают по 8 копеек в две недели раз. Кухня помещается вместе со столовой, и здесь же, в столовой, находится пара свиней. Воздух благодаря свиньям еще более ухудшается. Кроме того их визг страшно беспокоит рабочих, но рабочий все терпит и не протестует против такого глумления над ним. А хозяин, пользуясь этой безответностью рабочих, может устраивать из помещения рабочих свиной хлев. Но и этого всего мало. Перейдем теперь к глумлению хозяйки над личностью рабочего. Чуть не ежедневно она называет рабочих ворами. Ничего, и это сносит рабочий. Ежели откроют заднюю дверь (всегда-то она закрыта, а ход через магазин), то при выходе рабо- чих обыскивают. Обязанность эта принадлежит центровому, иногда он передает ее метельщику. Вот некоторые стороны нашей жизни. Вот некоторые картины угнетения, эксплоатации и морального глумления. Вот результат от- сутствия организаций, при помощи которых каждый раз можно бы- ло бы сказать хозяевам — мы тоже имеем свои требования, мы тоже хотим человеческой жизни. («Звезда» от 15 апреля 1912 г.) 121
КОНДИТЕРЫ Существует на свете профессия кондитеров, и название им: «сладкие мастера», но жизнь их сплошная горечь. Уродуют их конфекты, они молоды, но нет зубов, вследствие чего в ранние годы катар желудка его спутник. В Москве кондитеров, по приблизительному подсчету, около 15 тысяч, и дело это развивается очень быстро, и мы свидетели обо- гащения Сиу, Абрикосова, Эйнем, Динг и др., которые строят кор- пуса вроде поселков с тысячами рабочих и имеют свою предприни- мательскую организацию «Хозяева кондитерского производства» для защиты своих нужд. Взглянем, что представляет рабочий-кондитер. Правового поло- жения нет. Личность уничтожена, штрафы: закурил — 1 рубль, закурил за печкой — 15 копеек. Куда ни глянь, только слышно: он ленив, дармоед, мало сработал! Женский труд первенствует: где работают тысячи — половина женщин. С ними тоже церемоний нет. Вот если красива, то дело другое, и работа другая. За все эти адские условия получает рабочий (беру среднее) 20 рублей и на все содержание, а женщина (тоже среднее) — 40 ко- пеек в день. А чтобы не платить при расчете вперед за две недели, Сиу ввел такой порядок: наем только двухнедельный, по истечении это- го срока заключается опять на две недели, и так без конца. Как рабочие ни разбиты, но возмутились и забастовали и про- играли. Когда был у нас профессиональный союз, была связь меж- ду всеми фабриками, даже сверхурочные не работали, а где работа- ли, то деньги шли в союз. Но в настоящее время рабочие только и рады» когда их заста- вят работать. Бывший союз как мог отбивался от нападения жадных шакалов- хозяев, провел забастовки у Савельева и др. Но союз разгромили, арестовали правление, делегатов, и его закрыли. Я обращаюсь ко всем кондитерам г. Москвы, скажите, чем ва- ше положение улучшилось, что вы забыли мысль об об'единении в профессиональный союз, что за рай у вас на фабриках настал, или вас «успокоили»? Товарищи кондитера, будет вам спать, светает. Подадим же ру- ку друг другу и пойдем со всем пролетариатом России к созданию лучшей жизни. ( «Звезда» от 5 февраля 1912 г.) ЖИЗНЬ КОНДИТЕРОВ-ПИРОЖНИКОВ Работа наша очень тяжелая, и работаем мы круглый год без перерыва, а отдыхаем лишь один день на пасху и один день на рождество. 122
Мастера получают у нас 50—60 рублей в месяц, но за это они уже продаются хозяину телом и душой, передают про своих под- мастерьев все, что говорится в мастерской. (Журнал «Рабочий труд» № 3 от 28 июня 1914 г.) НЕПОРЯДКИ В БУЛОЧНОЙ ТИТОВА (На Божедомке) В булочной Титова на Божедомке творится что-то невообрази- мое. Ради экономии и из-за отсутствия надлежащего надзора над по- мещением, несколько десятков рабочих загнаны в одно помещение, всего в 4 квадратных сажени, и при работе круглые сутки букваль- но друг друга давят. Громадные печи, точно раскаленные адские пекла, топятся день и ночь, изрыгая вулканическую жару при отсут- ствии всякой вентиляции. Кухарка, родственница заведующего, не исполняет своих обя- занностей, а является как бы администраторшей. Посуда не моется. Пища не меняется, недоваривается, безвкус- на, и пайки урезываются. А всякие протестанты против этого под- вергаются увольнению. (Журнал «Рабочий труд» № 4 от 5 июля 1914 г.) СЫРОВАРЫ ТОВАРИЩЕСТВА БЛАНДОВЫХ Ужасное положение служащих т-ва Бландовых—мизерный оклад жалованья не дает возможности экипировать себя. Из семисот служащих только пятая часть живет жизнью чело- века, а остальные только лишь прозябают. Сыровары и маслоделы в большинстве получают от 20 и до 32 рублей в месяц на всем своем, т. е. кушанье и квартира. Рабочие же получают от 8 до 16 рублей в месяц, также при своей квартире в кушанье. Лицам, прослужившим 10—15 лет, приходится выжидать по го- ду, иногда больше, вакансии сыровара или маслодела. С вступлением в члены т-ва Бландовых господина Болосова по- ложение служащих значительно ухудшилось. На службу стали при- ниматься с залогом, даже учеников без залога не принимают, так что в настоящее время у т-ва Бландовых находится большинство лиц, совершенно незнакомых с молочным производством, но по- ступить им способствовали не знание и практика, а залог. («Звезда» от 15 марта 1912 г.) А как жилось служащим мясных лавок? На этот во- прос отвечает корреспонденция, напечатанная в больше- вистской «Правде». 123
В Москве имеется до двух тысяч мясных лавок и, следователь- но, целая армия служащих в них. Живется же этой армии очень плохо... большинство из них помещается по 10 человек в темных и затхлых комнатах, спят среди грязи и не редкость на нарах, на- пример у «Лапшина» на Пресне. ...хозяева обращаются с ними дерзко и грубо и, к нашему сты- ду, бьют не только мальчиков, но и старших, напивающихся пьяными, что и было в действительности у Хохловых на Немец- ком... Условия найма и расчета между приказчиком и хозяином нет никакого, а остаются в большинстве на веру к хозяину, который го- ворит: «Живи, платой не обижу». За каждое же возражение хозяи- ну последний грозит тут же за это рассчитать, не уплачивая двух- недельного заработка. Рабочий день, несмотря на изданные постановления, не соблю- дается почти нигде, и служащие приходят в лавки с 6 и даже с 5 часов утра, а торгуют до 8—9 часов, не пользуясь временем на обед, а продолжая даже обедать в лавке, то и дело отрываясь для отпуска покупателей. («Правда» от 28 августа 1911 г.) * * * В 1938 г. в социалистической столице было свыше 3 тысяч столовых, кафе, ресторанов, закусочных, буфе- тов и 16 фабрик-кухонь, этих гигантских комбинатов пи- тания, в которых механизированы все процессы пригото- вления пищи. Мощность каждой из фабрик-кухонь — от 25 до 75 тысяч блюд в сутки. В 1939 г. будут сданы в эксплоатацию 23 кафетерия в новых домах. На крупных предприятиях и в учрежде- ниях Москвы развернута широкая сеть столовых и буфе- тов. Не менее разительны перемены в торговле. 1931 год вошел в историю как год полной ликвидации частнокапиталистических элементов торговли в столице. Из года в год увеличивается розничный товарооборот. В 1931 г. он равнялся 2 781 миллиону рублей, в 1937 т.— 12 с лишним миллиардам рублей, в 1938 т. он достиг 13,5 миллиарда рублей. Систематически повышается заработная плата трудя- щихся, из года в год растет производство товаров широ- кого потребления, и неуклонно снижаются цены на них. Подавляющее большинство магазинов столицы (а их 124
к концу 1938 г. насчитывалось более 2 500) вооружено фасовочными полуавтоматами, циферблатными весами и холодильниками. К 2 500 магазинов надо еще прибавить 4 300 палаток, ларьков и киосков, свыше 3 500 лотошни- ков и сотни передвижных палаток-автомобилей. По генеральному плану реконструкции Москвы в бли- жайшие годы намечено строительство 9 крупных универ- сальных магазинов, 5 холодильников, 3 элеваторов и 5 крупных фабрик для заготовки полуфабрикатов. Широко развернулась в столице колхозная торговля, 40 московских колхозных рынков привлекают своим бла- гоустройством и чистотой. Советская столица — это город социалистического изо- билия! * * * ЭПИДЕМИИ И СОЦИАЛЬНЫЕ БОЛЕЗНИ Читатель уже мог составить себе достаточно четкое представление о грязи, в которой утопала Москва. Что же удивительного в том, что холера была частой гостьей в Москве. На Хитровом рынке появилась холера, и хотя размеры ее поку- да небольшие, нельзя успокаивать себя и ждать более грозных яв- лений... Когда вы входите в коечно-каморочное помещение, первое ваше впечатление — масса тряпьевого хлама; тряпье разложено по нарам, развешено по печке и стенам, валяется горой в углу, как статья дохода по купле и продаже старья, ото всего этого по всему помещению носится в воздухе зловонная пыль... Тряпьем перепол- нены все помещения коечно-каморочных квартир, и это является главным источником я распространителем заразы. Кроме торговли старьем, женское население Хитрова рынка промышляет заверткой конфет на кондитерские фабрики, а условия этой работы таковы, что обратить на них внимание в санитарном отношении необходимо. Среди зловонного тряпья, грязи и сырости, приносимых с улицы на сапогах, сидит женщина, часто совершенно пьяная, сама вся в тряпье, и немытыми руками перебирает тут же в корзине нахо- дящиеся леденцы и завертывает их в бумагу... ...Пьянство, грязь, зловоние и нищета,— как не быть тут веч- ному очагу заразы и как не скрываться тут вечной опасности гроз- ного бича — болезни? («Русские ведомости» от 2 декабря 1909 г.) 125
...После 12 часов дня 26 ноября санитарным бюро городской управы получены были сведения, что по бактериологическим иссле- дованиям оказались больными азиатской холерой еще следующие лица из подозрительных по холере больных, доставленных в Яуз- скую больницу 25 ноября: Бойцов Иван Андреев, 48 лет, доставленный из дома Румянцева на Хитровом рынке; Жигалов Василий Павлов, 23 лет, доставлен- ный из дома Кулакова на Хитровом рынке; Пашков Петр, 34 лет, поступивший в больницу из городского Морозовского ночлежного до- ма в Гончарном переулке; Дмитриев Иван, 56 лет, поступивший в больницу из дома Кулакова на Хитровом рынке и умерший 25 но- ября, Павлова Надежда Павлова, прачка, доставленная в Яузскую больницу из дома Рузского на Хитровом рынке и умершая в тот же день, 25 ноября. Таким образом, холерным районом попрежнему остаются по преимуществу ночлежные дома Хитрова рынка и городской ночлеж- ный дом в Гончарном переулке... («Русские ведомости» от 27 ноября 1909 г.) «Холера пошла гулять по Москве». Итак, холеру в Москву не только пустили, но дали ей осно- ваться. Далн ей свить прочное гнездо... ...Холера появилась на Хитровом рынке. В заботе о том, чтобы эту вспышку подавить сразу, разве не следовало выдержать населе- ние Хитровки в известном карантине, приняв на счет города расхо- ды по его прокормлению за эти инкубационные дни. И, может быть, холера не пошла бы гулять по московским стогнам... И, кто знает, может быть, эта «резкая» мера сразу бы оборва- ла холерную вспышку. Но ее не приняли, и холера пошла гулять по Москве... (Московский листок» от 4 декабря 1909 г.) Тем не менее, «отцов города» холера не смутила. Что касается самого городского головы, то его отноше- ние к этому бедствию видно из помещаемой ниже газет- ной заметки: ...Городской голова был в холерном отделении и... ему там очень понравилось. — Премило, — говорит, — народ все такой бодрый, жизнера- достный. Производят среди нашего всеобщего уныния прямо-таки отрадное впечатление. Ни они боятся, ни за них не страшно. С большим, с большим удовольствием провел время. Больше часа там оставался; потом жаль уходить было. Ходят себе, разговари- вают. Кто разве уж ослабнет, так приляжет. Что же, пускай поле- жит: тут и не болен холерой, а и то, смотришь, приляжешь... Прямо-таки сияет человек. А ведь из ста семидесяти четырех человек, заболевших до 7 де- кабря, восемьдесят пять все-таки благополучно скончались. 126
Ровно половина. Походит-походит человек, порадует-порадует своим бодрым видом начальство, а потом, совсем ослабев, приляжет в отдаст богу свою грешную душу... ...Веселые больные. Будь я композитором, я бы даже польку написал: «Веселая холера», и посвятил ее Н. И. Гучкову... («Русское слово» от 9 декабря 1909 г.) Холерная статистика не давала никаких поводов к оптимизму... 29 ноября в городских больницах было 31 холерных, поступи- ло 14, умерло 5. Подозрительных было 57, отнесено к разряду хо- лерных 14, поступило 18, умерло 2. Вчера холерных поступило 19, подозрительных 18, умерло 10. Состоит холерных 50 и подозритель- ных 45. («Утро Россия» от 2 декабря 1909 г.) Год спустя холера снова посетила Москву. ...С начала эпидемии, с 29 апреля, в Москве заболело 133 ли- ца, из которых скончалось от холеры 60, т. е. около 47%. ...Из числа 133 заболевших холерой в Москве — 90 городских жителей, 24 пригородных и 15 приезжих... («Русское слово» от 7 сентября 1910 г.) В газетах заговорили даже о специальном «холерном сезоне», а самую холеру называли «экзотической гостьей». Понемножку затихает холерный сезон. Холера — птица экзотическая, и, как только наступает в Мо- скве осень, в «теплый край за сине море улетает до весны». («Руль» от 19 сентября 1910 г.) Другие острые заразные заболевания хотя и не поль- зовались такой популярностью, как холера, но, тем не ме- нее, так же были отлично знакомы москвичам. В городе сильно развивается дизентерия. За последнюю неделю число новых дизентерийных заболеваний достигло 537 против 327 предшествующей недели... («Раннее утро» от 5 июля 1911 г.) На днях мы сообщали о вспышке сыпного тифа в Бутырской тюрьме. По полученным нами вчера сведениям, эпидемия сыпного тифа в тюрьме быстро разрастается. За неделю, с 15 по 21 февраля, в тюрьме было отмечено 15 случаев заболевания тифом. За следую- щую неделю, с 22 по 28 февраля, там констатировано уже 44 но- вых случая сыпного тифа... («Русское слово» от 4 марта 1910 г.) 127
Ничуть не утешительные были сведения о социаль- ной болезни капиталистических городов — туберкулезе. Москва — самый ужасный из крупных городов Европы по коли- честву умирающих от туберкулеза. Даже туманный, сырой Петербург в смысле распространения ту- беркулеза является более счастливым городом, чем Москва: в Пе- тербурге коэфициент смертности от туберкулеза — 44,10, а в Мос- кве — 45,68. Эти цифры взяты из данных статистики, относящихся еще к прошлому десятилетию... На 100 смертных случаев в возрасте от 5 до 40 лет в Москве 48% приходится на смерть от чахотки. Половина работоспособного населения в Москве умирает от чахотки... («Русское слово» от 5 декабря 1909 г.) ...Главные бичи беднейшего населения Москвы — туберкулез и острые заразные болезни... ...Попытки ограничиваются одной амбулаторной лечебницей сек- ции по борьбе с туберкулезом, очагом-приютом великой княгини для 20 чахоточных женщин и всего 56 койками при городских больницах... («Русские ведомости» от 3 ноября 1910 г.) Ужасающее распространение имел сифилис. За последние годы во все городские больницы ежегодно поступа- ло до 75 тысяч больных. Из этого общего числа больных сифи- лисом и венерическими болезнями составляли 12%, т. е. около 8 тысяч человек ежегодно. Из них домашняя женская прислуга со- ставляла 22,2%, т. е. около 2 тысяч человек в год... Но при этом необходимо иметь в виду то, что эти статистиче- ские данные касаются лишь стационарных больных, лишь немногих счастливцев, удостоившихся быть принятыми для лечения в пере- полненную всегда городскую Мясницкую больницу... («Утро России» от 28 июня 1912 г.) Больницы, находившиеся в ужасающем состоянии, сами были рассадниками заразы. 7 ноября прошлого года одна учительница привезла в больницу свою дочь-гимназистку, заболевшую корью. Девочка, выздоравливая от кори, заразилась в больнице дифтеритом. Последствием дифтери- та явилось какое-то осложнение на костях, потребовавшее трудной операции. Юная пациентка, переходя от болезни к болезни, осво- бодилась из власти морозовской образцовой медицины только весной. ...В больницу положили девочку с брюшным тифом. Девочка за- разилась там корью и, ослабевшая от первой болезни, второй уже не в силах была перенести и... умерла... 128
Квас и «горячие пышки», как и сами продавцы, были в высшей степени сомнительны с санитарной точки зрения. Недаром одна из московских газет писала о «самоубийстве квасом».
Широко распространенный «семейный» журнал «Нива» напе- чатал эту иллюстрацию с умиленной подписью: «Масленица. Блины в обжорном ряду в Москве».
...На днях привезли в больницу 10-летнего мальчика. Мальчик тотчас же заразился от соседа скарлатиной. Оказалось, оба пили из одной кружки... (Московская газета» от 25 октября 1910 г.) Пучков С. В, Я прошу обратить внимание на приемный покой Николаевской железной дороги. Многим из гласных известно, что этот приемный покой находится в центре Николаевского вокзала в проходном помещении, которое ведет на платформу. Публика в дачное время видит здесь сидящих и лежащих людей, думает, что это утомленные пассажиры, а это больные. Больные бывают и за- разные: были случаи скарлатины и дифтерита. При таком скопле- нии людей происходит заражение, и зараза развозится не только по Москве, но и по всей России... (Собрание Московской городской думы 19 марта 1902 г.) Но и эти грязные больницы были вечно перепол- нены. Стишок в качестве эпиграфа: — Что у нашей есть столицы? Похвалиться можно чем? Очень грязные больницы, Мест в которых нет совсем... («Московский листок» от 22 декабря 1913 г.) Московские городские больницы чрезмерно переполнены. Боль- ным москвичам негде лечиться. Переполнение почти во всех больницах настолько значительно, что самим врачам становится дурно от спертой атмосферы. Нехва- тает воздуха, не говоря уже о кроватях для больных! В одной, на- пример, Басманной больнице за последние четыре месяца стояло сверх положенной нормы 7 940 кроватей. Число отказов в приеме больных из года в год растет. Это только в одной Басманной больнице. Поистине ужасные цифры, если принять во внимание, что эта больница считается не такой переполненной, как, например, Старо-Екатерининская, в кото- рой врачебный персонал буквально задыхается и теряет голову. («Раннее утро» от 13 мая 1909 г.) ...Попасть тяжело больному, но не имеющему «протекции» че- ловеку в московскую больницу невозможно. Вас будут возить из одного конца города в другой, из больни- цы в больницу, будут возить до тех пор, пока вы не отдадите богу душу. Ни в одной больнице для вас не найдется места. — Все занято. Вам могут предоставить только то, что в конце ваших мытарств вам и остается: — Морг. 129
Такого рода положение, поистине отчаянное, побудило москов- скую голь, которая, как известно, хитра на всякие выдумки, изобре- сти особый способ быть положенным в больницу непременно. ...Вот он: Больного везут в какую-либо больницу, оставляют в приемной, и... сопровождающий больного незаметно исчезает. («Вечерние известия» от 2 ноября 1912 г.) Доклад гласного М. С. Зернова познакомил город- скую думу с результатами ревизионного осмотра 1-й го- родской больницы. Кухня в грязном, сыром и мрачном подвале. Рассчитанная на 450 человек, она обслуживает более 1 тысячи человек. Помещения для служащих больницы — тоже в подвале. Иные из них совсем без света. Все помещения сырые, грязные, ветхие и «даже не могут называться человеческими жилищами». В анатомическом театре про- зекторская, где «ежедневно происходит от 3 до 7 вскрытий», нахо- дится в ветхой постройке при часовне, в маленькой полутемной ком- натке, с крошечными оконцами: рядом с нею в конуре хранятся трупы. «Накапливается нередко до 15 трупов», которые лежат по нескольку дней, разлагаясь, распространяя нестерпимое зловоние, в ожидании судебно-медицинских вскрытий. И при этом нет даже лед- ника! По соседству с этой конурой было помещение для заразных трупов холерных, сибирской язвы и т. п. Но два года тому назад это помещение «за ветхостью рушилось, полы провалились и т. д.». За отсутствием в больнице электрической энергии, множество неотложных операций производится вечером и ночью в полутемноте, при свечах и керосиновых лампах, что, конечно, влияет на самый исход операции. («Раннее утро» от 28 мая 1908 г.) Как обстояло дело в других московских больницах? Отнюдь не лучше! ...В Яузской больнице, по заявлению главного врача, в амбула- тории «столько вшей, что они хрустят под ногами». По всей больнице клопы и тараканы... Собственное белье и платье больных не дезинфицируется и лежит кучами. И выздоровевшие, приняв пе- ред уходом из больницы ванну, вынуждены надевать это платье и белье. Ящик для жалоб осматривался за четыре года только два раза... ...В Алексеевской психиатрической больнице холодные помеще- ния. Воздух тяжелый. Сестер милосердия нет. На всю больницу один дежурный врач. «Перегрузка» больницы чрезмерна. Особого помещения для заразных нет. Всюду нищета, на постелях грязное белье.... ...В Морозовской детской больнице пятая палата помещается, в отсутствие другого места, в клозете. В Старо-Екатерининской больнице все старые 14 корпусов пред- ставляют собой мрачные, унылые тюремные камеры. «Перегрузка» 130
больницы достигает 70%. Больные отравляются непригодным для дыхания воздухом. В Мясницкой больнице «перегрузка» достигает 90%. Венериче- ские больные смешиваются с сифилитиками. На 400 больных толь- ко девять ванн. Дезинфекционной камеры нет. «Неизвестно даже, дезинфицируются ли постели больных и когда меняется солома в тюфяках». Сестер милосердия нет... («Утро России» от 28 января 1910 г.) О чутком отношении к больным говорить не прихо- дилось. Вот характерная картинка: Начинается чаепитием скучный больничный день. В это самое время по палатам и коридорам больниц совершают обход представители причта больничной церкви. — Батюшку никто не желает? Появляется в дверях гнусавый, рыжий псаломщик и тут же об- ращается к няньке: — Кто тут у вас слабые? — Больной, — говорит нянька, подходя к одной из кроватей, откуда смотрят на нее лихорадочно блестящие глаза, — приобщать- ся не будешь? Больной вздрагивает, как от удара кнутом. — А что, разве говорили, что помру скоро? Ответы бывают разные. Добрая нянька старается утешить кан- дидата в «жмурики»; более черствая прямо отрежет: — Сказывал доктор, что сегодня... Тебе бы еще в ночь надо помереть... Потом фигурируют носилки. Длинные, похожие на гробы, с чер- ным крестом на крышке... («Копейка» от 23 июня 1913 г.) С рабочими, искавшими врачебной помощи, обраща- лись по-хамски. Привезли мы с женой в Морозовскую больницу больного ребен- ка и хотели итти к доктору. Швейцар со словами: «Иди и жалуй- ся», — вытолкал мать наружу, а меня с ребенком послал в пятую палату, которая оказалась... сортиром. Я там посидел, а потом стало неловко,— входили женщины... Хотел было уйти из этой палаты, но встретился с доктором. Не пустили. Говорит: «Куда ты идешь? Сиди, где указано». Потом взглянул на ребенка. «Отправляйся ты с ним, — говорит, — в Сокольническую больницу, у нас нет таких Заразных палат». Так описывал в газетах свои злоключения недели две назад ра- бочий Родионов. К этому можно добавить, что у маленького трехлетнего Родио- нова врачом лечебницы в Козицком переулке, куда он прежде всего обратился, была обнаружена оспа, затем в «пятой палате» — нату- 131
ральная оспа, а в Сокольнической больнице — и то, и другое, и ребенку отказано в приеме. Во время этих скитаний жена Родионова простудилась, а ребе- нок еще больше расхворался. («Раннее утро» от 18 декабря 1909 г.) Что происходило в стенах психиатрических больниц, на знаменитой «Канатчиковой даче»? ...В больнице имеется «буйное» отделение, где обстановка ничем не отличается от каторжной тюрьмы или захолустной «палаты № б» в полном об'еме. Творятся там ужасы. Но весьма любопытные ве- щи делаются и в 5-м отделении, особенно, в «буйной» его палате... Имеются две фельдшерицы, из которых особенно замечатель- на одна, а именно Анна Григорьевна Умницына. Полномочия этой даме даны большие. Например, по ее распоряжению засаживают больных в изоляторы. Делается это чаще всего за порчу белья, и вот каким способом. Разорвала больная на себе рубашку; доложили г-же Умницыной, и та распоряжается: «Отобрать у нее (у больной) все: подушку, одеяло, и снять с нее рубашку». Распоряжение это исполняется добросовестно и с знанием дела. После этого несчастную голую женщину запирают в изоляционную камеру, которую топят редко и мало... ...Вскоре по приводе Е. Я. в 6-е отделение ее так страшно из- били, что у нее вышел кал. Позвали сиделку и велели вымыть. Та вымыла и суконкой, смоченной в скипидаре, которой мыла пол, ударила Е. Я. по глазам. Та страшно закричала от боли. На крик прибежала фельдшерица. Е. Я. потащили в ванную и промыли гла- за. Но глаза ее болят до сих пор, и больные говорят, что «Фень- ка» — так зовут няньку — «сожгла ей глаза». Когда она была привезена в больницу и, не зная, где она, спра- шивала об этом, ей говорили: «мы в остроге», «в покойницкой», ты сумасшедшая и тут и подохнешь, сгинешь здесь, и никто не узна- ет». Все это приправлялось уличной бранью. («Копейка» от 24 апреля 1912 г.) В старой Москве процветало знахарство. ...Старенький одноэтажный флигелек. На дверях его плакат: «В. Т. Г. ...избавляет от неизлечимых болезней. Являться от 8 часов утра до 8 часов вечера». Я позвонил. Дверь мне открыла средних лет женщина с лицом, сохранившим следы ужасной болезни волчанки... — Много бывает у доктора посетителей? — поинтересовался я у женщины... — Да иногда за день человек сто перебывает... — А имеет он диплом доктора? — Нет... Он — «практик»... 132
НА МЕЩАНСКОЙ, У КИТАЙЦА Я вошел в довольно большую, далеко не чистую комнату с очень непрезентабельной обстановкой. Здесь было битком набито. В воздухе — точно пар. Запах дег- тя и махорки... Китаец впускает больных в свой кабинет — такую же невзрач- ную комнату — партиями по 15—20 человек. Лечение очень ори- гинальное: одновременно у всех обнажается та или иная часть тела, и китаец обходит всех с каким-то инструментом, делает им на теле мелкие уколы, а три его помощника идут сзади и какой-то жид- костью смазывают наколотые места. Всех подряд, одной и той же кистью, из одного и того же ведерка... НА СУХАРЕВКЕ, У ЛЕСНИЧЕГО Близ Сухаревской площади живет тоже знахарь-практик г. К. Он поместился в меблирашках и тоже имеет громадную прак- тику... Приехал он из Казани недавно, привез с собой больных волчан- кой, которым сказал, будто бы его вызывает в Москву один бога- тый купец. Лечит он каким-то пластырем, невидимому, с пиррога- ловой кислотой... («Раннее утро» от 9 января 1914 г.) Были и такие учреждения... ...Кн. Шаховская еще при жизни передала городу учрежденную ею общину сестер милосердия «Утоли моя печали». Город тотчас же решил использовать это учреждение, решил выработать новый устав... Устав, состоявший из 112 пунктов, представляет собой об- разцы мертвого бюрократического творчества... ...Лица, поступающие в общину, должны удовлетворять многим требованиям. Они обязаны быть безбрачными (девицы или вдовы), вполне здоровыми в физическом отношении (на это обращено осо- бое внимание) и безусловно нравственными (как производится рас- следование в этом отношении, в уставе не говорится), иметь некото- рое небольшое образование (на это обращено меньше всего вни- мания)... Поступающие в общину обучаются два года и столько же вре- мени находятся на испытании. Они получают только стол и кварти- ру (а белье они обязаны иметь свое). Платы, конечно, никакой не полагается. Ведь это период ученичества. Но вот наступает период самостоятельной работы. Длинен этот период и тяжел. Двадцать пять лет сестра обязана беспрекословно выполнять все, что ей поручается. И за это время ей опять-таки ни- чего, кроме стола и квартиры, не предоставляется... Деньги могут внести деморализацию в среду сестер, обязанных быть богомольны- ми и добросердечными... 133
Через двадцать пять лет самостоятельной работы, т. е. через двадцать девять лет деятельности в общине, сестры получают пен- сию в размере 360 рублей в год. Мы подходим, можно сказать, к самому гвоздю устава. Для по- ступления в общину необходимо не входить ни в какие профессио- нальные общества и корпоративные организации. («Русское слово» от 19 апреля 1907 г.) Что же произошло в этой общине с «трогательным», по выражению одной газеты, названием. Всех сестер в общине 350. О тяжелом режиме в общине можно судить хотя бы по тому, что в течение одного месяца, с середины мая до середины июня этого года, четыре сестры общины покуша- лись на самоубийство. Так, 10 мая в помещении общины сестра Кравцова, 22 лет, при- няла с целью отравления 17 порошков морфия. Об'ясненная ею при- чина — несправедливое, грубое обращение, притеснения общинного начальства. Она осмелилась без разрешения «начальства» остричь себе волосы. С тех пор она попала в число «испытуемых-поднад- зорных»... («Раннее утро» от 1 ноября 1909 г.) * * * Москва превратилась из города болезней и эпидемий, каким она была при власти помещиков, купцов и фабри- кантов, в цветущий город здоровья и силы. Больниц в Москве в 1938 г. насчитывалось 132. Коли- чество коек в больницах, клиниках и институтах достигло 29 тысяч. При всех больницах открыты рентгеновские кабинеты. Все больничные учреждения располагают лабо- раториями, выполняющими сложнейшие анализы, а 33 больницы — мощными физиотерапевтическими отделе- ниями. Не только лечить болезнь, но и предупреждать ее — таков лозунг советской медицины. Основа советского здравоохранения — это широко разветвленная сеть амбу- латорий, поликлиник, диспансеров и здравпунктов. В 1938 г. в столице насчитывалось около 400 амбула- торий, поликлиник и диспансеров. В 1939 г. Москва по- лучит родильный дом в Филях на 200 коек, 4 детских консультации, 11 яслей на 1 320 детей, 6 инфекционных корпусов, больницу в Таганском районе и поликлинику 134
во Всехсвятском. Кроме того, ряд больниц будет частично реконструирован. За годы второй пятилетки число коек в лечебных уч- реждениях увеличилось на 28 процентов, а в родильных домах и яслях в два с лишним раза. По генеральному плану реконструкции в Москве дол- жно быть выстроено не менее 17 больниц и 27 диспансе- ров. В Москве окончательно ликвидирована натуральная оспа — грозный бич царской России; в 13 раз уменьши- лось количество больных сифилисом по сравнению с 1913 г. В условиях советского строя, предоставляющего нау- ке огромные материальные средства и возможности, при повседневной поддержке партии, правительства и всего народа, советская медицина двинулась вперед семимиль- ными шагами. Советский строй, уничтожил в Москве, как и по всей Советской стране, капитализм, с его спутниками: безра- ботицей, нищетой и голодом, порождавшими эпидемии и тяжелые социальные болезни.
ТАК ЖИЛИ ДВОРЯНЕ, КУПЦЫ, ФАБРИКАНТЫ И ПОПЫ ДВОРЯНЕ В качества сведения к этой главе приведем сло- ва Николая II, обращенные «с «первенствую- щему в России «сословию». Эту речь напечатала больше- вистская «Правда», которая этим документом еще раз подчеркнула перед рабочим классом «сущность россий- ского дворянства, как верного оплота дома Романовых. Москва. Слова государя императора, обращенные 27 августа к дворянам при принятии его величеством стяга: «С чувством глубокого умиления и признательности принял я из ваших рук этот стяг. Он будет всегда служить мне воспомина- нием о живой и неувядаемой связи между российским дворянством— первым сословием России — и его царями. Я уверен, что в дворян- стве будет вечно жить дух верности и преданности к своим госу- дарям и беззаветной любви его и всего народа русского к нашей матушке России. Выражаю в лице вашем первенствующему в Рос- сии сословию мою искреннюю и горячую благодарность». («Правда» от 29 августа 1912 г.) Некоторые представления о политическом миросозер- цании дворянских зубров Москвы дают выступления их представителей на российских дворянских с'ездах. (Кстати, эти; с'езды задавали тон всей царской админи- страции). 136
Б. Н. Шеншин (Москва). Я предлагаю, чтобы совет нашего объединенного дворянства, так сказать, выступил с ходатайством об изменениях закона об евреях в следующих пунктах. Я предлагаю, чтобы евреи крещенные не пользовались абсолютно никакими пра- вами до четвертого поколения рожденного в христианстве (Голоса: «Правильно!»)... (Труды VII с'езда уполномоченных дворянских обществ 37 губерний. С 9 февраля по 13 февраля 1911 г., СПБ 1911 г.) А. С. Шмаков (Москва)... Ни о какой свободе... и речи быть не может. (Труды VIII с'езда уполномоченных дворянских обществ 37 губернии с 5 по 11 марта 1912 г.) С. С. Бутурлин (Москва) (генерал). Мне кажется, во-первых. Выборгскую губернию присоединить и потом, чтобы в корне унич- тожить или, по крайней мере, постараться нанести удар, воспользо- ваться первым случаем, который вероятно представится не раз и не два, а очень скоро,—закрыть этот финляндский сейм с тем, чтобы его больше не открывать. (Голоса: «Правильно».) (IX с'езд, 3—9 марта 1913 г.) Московские дворяне усердно соревновались в низкопо- клонстве и угодничестве. Московский генерал-губернатор претендовал на роль царского наместника в Москве и стремился создать вокруг себя из дворян подобие импе- раторского двора. Московский генерал-губернатор князь Долгоруков живет здесь совсем на правах царька, также окружен своим двором, лестью и низкопоклонством. По воскресеньям в его домашнюю церковь соби- рается к обедне чуть не вся Москва, т. е. высокопоставленная часть ее. Пришлось и мне поехать к нему к обедне, но, по-моему, ездить туда под предлогом молитвы — это только грешить: не церковь это, а скорее салон, в котором дамы осматривают друг друга с ног до головы и взаимно критикуют туалеты. Хорошо, если приедешь рано и займешь место у окна, а то приходится стоять посреди церкви, под перекрестным огнем дамских взглядов. Долгорукова во время обедни не видно; но, как только священник выносит крест, откры- вается потаенная дверь, и Долгоруков мерным шагом к нему под- ходит. Крест целуется обыкновенно машинально, все думают толь- ко о том, что вот сейчас придется здороваться с его сиятельством, всякий надеется, что услышит лишнее любезное слово из генерал- губернаторских уст, и ревниво наблюдает, кого он ими более наде- лит. Затем всех просят в гостиную, где подается шоколад. Девицы сидят отдельно от дам. (В. Духовская, Из моих воспоминаний). 137
Щедринские типы государственных мужей из дворян- ства во всей своей красе процветали в дореволюционной Москве. ...Контора Государственного банка помещалась тогда на Солян- ке в здании опекунского совета; управляющим был д. с. с.1 Нико- лай Ильич Палтов; это был человек, заслуживающий упоминания; попал он сперва в директоры, а затем в управляющие, как переда- валось, по некоторым отношениям к его предместнику Дюклу; он был какой-то эксцентрик или просто чудак, если не признавать его идиотом. Когда он приезжал в контору, то не раздевался в общей передней, чрезвычайно боясь простудиться, а входил наверх и там разоблачался, а затем мерным шагом шествовал мимо всех операци- онных отделений в свой кабинет; за ним один служитель нес верх- нее платье, галоши и шляпу, а другой шел впереди и звонил в колокол; все чины конторы должны были стоять при таком шест- вии... (В. Найденов, Воспоминания о виденном, слышанном и испытанном). Царская цензура особенно рьяно блюла дворянский престиж. Поэтому в современную печать материалы о дворянских нравах просачивались чрезвычайно скупо, но даже они дают более или менее точную картину того распада и буквально морального одичания, которыми было охвачено «высшее» общество Москвы. Ханжеское благочестие и внешний лоск должны были скрыть материальную нечистоплотность, безобразные драки, пьянство и разврат — все, что отличало повсе- дневную жизнь «исконного» дворянства. Введение гласного суда несколько приподняло завесу над бытом великосветской Москвы. ...Одним из первых дел у мирового судьи Пречистенского уча- стка было взыскание портного Крадовиля с блестящего графа Зубо- ва, занимавшего видное положение в Москве, но несчитавшего нуж- ным уплатить портному 250 рублей за то самое платье, в котором он щеголял. Как только явилась надежда на суд скорый и беспри- страстный, портной пред'явил свой иск по счету, не подписанному графом. Последний, явившись в камеру судьи, не замедлил сделать указание на то, что счет не подписан, и стал уверять, что деньги он уплатил умершему брату портного. Когда же мировой судья допу- стил опрос свидетелей, на которых сослался Крадовиль, то сторо- ны до явки последних успели примириться, так как портному вы- дал вексель в 250 рублей родственник графа Зубова, более его кредитоспособный. (Е. И. Козлинина, 3а полвека.) 1 Действительный статский советник. 138
История с графом Зубовым была, в сущности, доволь- но невинной. Дело Долгалова представляло собой более характерный эпизод, иллюстрировавший самоуправство и безнаказанность помещиков, имевших солидные связи. ...Особенную сенсацию среди всех этих дел представляло собой дело Долгалова, обвинявшегося в том, что по его подстрекательству приказчик его Ушаков и кучера Максимов и Игнатьев избили и причинили неизлечимое увечье его соседу по имению, помещику Волохову. Так как Долгалов, к тому же, оказался племянником князя Вл. Андр. Долгорукова, который во время всего процесса присутство- вал в заседании, то и интересовалось этим делом главным образом высшее общество... ...Вследствие повреждения позвонка, Волхов, 32-летний молодой человек, атлетического телосложения, навсегда лишился ног, пре- вратившись в неизлечимого калеку, а, помимо этого, у него в пече- ни получился громадный абсцесс. Это страдание было таково, что, по мнению врачей, перенести его мог только такой атлет, каким был Волхов до болезни. Ввиду этого выделение этого абсцесса демонстрировалось в одном из заседаний Общества русских врачей, и так как никакого сомнения в том, что этот абсцесс произошел от нанесенных Волохову побоев, никем не возбуждалось, то и на пред- варительном следствии спрошенные по этому поводу в качестве экспертов профессора с бесспорностью этот факт установили. Но это было тогда, когда еще никому не было известно, что Долгалов — племянник князя В. А. Долгорукова. Когда же на суде, в самом начале заседания, это обстоятельство выяснилось, г. г. про- фессора тотчас же изменили взгляд на причину болезни, и все еди- нодушно стали колебаться, выражая предположение, что это могло случиться не только от побоев, но и от других! причин: и от про- студы, и от какого-нибудь другого заболевания... (Е. И. Козлинина, За полвека). Многие «сиятельства» и «превосходительства» не брезговали самым заурядным воровством и мошенниче- ством. В Москве проживал некто Зантлебен, занимающийся раздачею денег под векселя «за умеренные проценты» от 30 до 60 в год... Зантлебен, живя на даче в селе Леоново, умер. После смерти мужа его вдова тотчас отправилась к генералу Гартунгу, который хотя и состоял в числе его должников и выдавал ему векселя, но вместе с тем был назначен по завещанию и душеприказчиком умершего. Вследствие этого генерал Гартунг тотчас же отправился со вдовою последнего на дачу для охранения имущества. Явясь сюда, он, по его уверению, посылал будто бы за становым приставом и старши- ной, но, не дождавшись последних, сам взял из письменного стола покойного и увез с, собою как все денежные документы, так и 200 рублей денег, серебряные вещи и несколько записных книг. После 139
от'езда генерала Гартунга приехали дети покойного Зантлебена, и когда узнали, что все имущество их отца увез с собой бесконтроль- но душеприказчик, то это им показалось весьма подозрительным. Подозрение это еще более усилилось, когда они на следующий день получили от генерала Гартунга упорный отказ в возвращении забранных документов, затем возникшее недоразумение перешло уже в уверенность виновности генерала Гартунга, когда у него не оказа- лось ни вексельной книги покойного, ни бывших у него векселей самого генерала Гартунга, ни векселей некоторых других лиц на весьма солидную сумму. По заявлению наследников Зантлебена и возникло дело по обви- нению генерала Гартунга и других лиц в тайном похищении денеж- ных документов и его вексельной книги... (А. П. Лукин, Отголоски жизни.) В Москве обнаружилось покушение на крупное мошенничество. Князь А. Д. Урусов, который уже раньше со своим братом обвинял- ся в злоупотреблениях по делам благотворительности, запродал... некоему Г. лес в Смоленской губернии в имении Фетнера. С по- следним доверенный князя Урусова вел переговоры о покупке этого имения. Князь Урусов имения не купил, а пока лес продал...» («Новое время» от 25 августа 1911 г.) В следующем номере «Нового времени» газеты, осо- бенно низкопоклоннически охранявшей «устои», мы на- ходим подробности: «Князь Урусов вел себя по-хлестаковски и рассказывал Г. все- возможный вздор, будто он владелец нескольких имений, купил еще одно имение, за 31/2 миллиона рублей, что во время послед- него пребывания в Петербурге германского кронпринца он, Урусов, был при нем ад'ютантом и что он воспитывался с высочайшими особами». ЕЩЕ ОДНО ДЕЛО В Московском окружном суде было назначено к слушанию дело о В. Прониной, урожденной баронессе Крюднер-Струве, обвиняе- мой в подлоге на 30 тысяч рублей. Дело это тянется 17 лет, многие свидетели уже давно умерли. Обвиняемая... на судебное разбира- тельство не явилась; суд постановил дело отложить... (Журнал «Судебная летопись» № 62 за 1912 г.) Молодую дворянскую поросль вдохновил пример от- цов и матерей. Золотая молодежь вырождалась в самом прямом смысле этого «слова. Идеалом ее была «красивая жизнь», под которой разумелись безудержные кутежи и разгул. Для достижения этой заветной мечты юные пред- ставители «высшего общества» не брезговали никакими средствами. 140
Дело Н. К. Степанова — это простая кража, я даже не круп* пая, но процесс носит так называемый сенсационный характер. Причина тому в личности обвиняемого. Н. К. Степанов — студент-лицеист... Места для публики переполнены уже с утра. Публика особая, как говорится «своя», преимущественно юнцы, о профессии кото- рых красочно говорят их излишне потрепанные физиономии. Есть лицеисты. Много, слишком много дам... Степанов совсем еще молодой человек: ему только 20 лет... Ста- рательно причесан и даже, кажется, подвит. Словом, кажется — человек заблудился и вместо свадьбы забрел на скамью подсудимых. Держит себя покойно и даже непринужденно... Председатель обращается к нему: — Ваше звание? И Степанов особенно громко отвечает: — Потомственный дворянин... Весь обвинительный акт можно передать в двух словах. В кинематографе познакомился с Фрумсон, по сцене «Анджалло», по амплуа «Королева бриллиантов», которая служила на Дальнем Востоке и, как выражается составитель обвинительного акта, веро- ятно, там «нажила большие деньги». После кинематографа — визит на «королевскую» квартиру. Легкий ужин. Бутылки шампанского. Гость ушел, а на следующий день была обнаружена пропажа бриллиантов на 6 800 рублей... Их захватил с собой лицеист Степанов... В лицее Степанов занимался, по его словам, главным образом спортом. — Но, — говорит он, — не отставал и от кутежей! И как от- стать? У нас из ста человек один не может удержаться от куте- жей... особенно теперь все сильней и сильней кутежи... — Сколько же вы студентом проживали в месяц? — Трудно сказать. Продавал отцовские картины, получал от матери, от дяди... Подсудимый доводит до сведения, что он в лицее был на са- мом лучшем счету, всегда отстаивал традиции лицея, и на этой поч- ве у него даже бывали столкновения с товарищами. — То есть, на какой же именно? — Да вот, к нам... поступали и люди со стороны, люди без лицейских традиций... — Вы, значит, были элементом консервативным? —- Вот именно. — И боролись с либеральными течениями? — Вот именно, боролся... Суд, не пробыв в своей комнате и пяти минут, выносит при- говор: — Нет, не виновен... («Русское слово» от 29 ноября 1913 г.) 141
В 1909 году... 16-летняя девушка А. И. Шелгунова двумя вы- стрелами из револьвера убила наповал своего отца... Мотивы убийства: строгое обращение отца... желание скорей стать «свободной» (и богатой после отца), стремление к подозри- тельным удовольствиям. В результате — выстрелы, смерть, психиатрическая эксперти- за, и Шелгунова помещается в Московскую психиатрическую боль- ницу. Здесь она занимала отдельную комнату с платой по 150 руб- лей в месяц и пользовалась отпусками каждую субботу. Эти «от- пуска» она проводила в ресторанах, театрах, цирках. «Пролечив- шись» таким образом 1 год и 3 месяца, была признана здоровой, выпущена на свободу и... получила 1 миллион рублей наследства после отца... (Журнал «Судебная летопись» № 63 за 1912 г.) Беспримерное мотовство, распущенность и пороки нередко доводили представителей знати до положения «хитрованцев», прототипов барона в пьесе «На дне». Администрация Екатерининского богадельного дома была немало смущена вчера появлением среди призреваемых нового лица — князя Б... Сиятельному призреваемому около 50 лет. Он недавно появил- ся в Москве, а до этого времени занимал должность земского начальника в одной из западных губерний... Он будет жить в пала- те для привилегированных и пользоваться общим с ними столом. Это уже не первый случай помещения в городскую богадельню лиц из хорошего общества, впавших в крайнюю нужду... Правда, князей до сих пор в Екатерининской богадельне не было, но здесь призрева- лись камер-юнкеры и бывший полковник особых поручений при Московском генерал-губернаторе... («Утро России» от 19 ноября 1910 г.) Одни были, так сказать, постояльцами хитровских притонов, другие были пока что сами притоносодержате- лями. Вчера ночью полиция 1-го участка Сущевской части нагрянула в дом Рыбникова, по 2-й Тверской-Ямской улице в квартиру дво- рянина О. А. Кривицкого-Тимченко. Дверь была открыта лишь после угрозы взломать. В квартире находилось 30 мужчин. Некоторые из игроков до того перепуга- лись, что бросились прятаться по другим комнатам... На предложе- ние полиции хозяину квартиры назвать своих гостей тот ответил отказом «из принципиальных соображений»... Обыскать сочли неудоб- ным, и карт так нигде и не нашли... («Копейка» от 6 апреля 1910 г.) Так выглядело «первое сословие» царской России... * * *
ИМЕНИТОЕ КУПЕЧЕСТВО, БАНКИРЫ, ФАБРИКАНТЫ Московское именитое купечество, московская финан- совая знать ярко показаны в пьесах А. Н. Островского и в других литературных произведениях. Это «темное царство» Тит Титычей руководило думой, управой и дру- гими городскими организациями. Как наиболее черносо- тенные элементы купечества, так и наиболее просвещен- ные и либеральные сходились на одном: на эксплоатации, на обмане «простого парода». В этой главе мы показываем быт и нравы московских купцов и денежных воротил. О размерах купеческих капиталов свидетельствует хотя бы следующий факт, отмеченный в свое время «Правдой». МОРОЗОВСКИЕ МИЛЛИОНЫ Казенная палата исчислила пошлины на наследство Морозова. Наследникам придется уплатить в казну 318 117 рублей. («Правда» от 13 ноября 1912 г.) Не следует забывать, что пошлины на миллионные наследства в царской России были более чем скромны- ми, и чиновники, их исчислявшие, обычно получали мзду за их преуменьшение. В 1915 г. в Москве был издан «труд» некоего Иокимо- вича «Мануфактурная промышленность в прошлом и на- стоящем». Издание претендовало на научность. Автор пытался выдать свою книгу за экономический труд. В действи- тельности это был рекламный проспект, воспевавший крупнейших миллионеров — фабрикантов и именитых купцов; портреты их и всех предков любовно размещены на страницах книги, а история некоторых наиболее звон- ких фамилий даже украшена генеалогическим древом. Из этой книги можно почерпнуть много любопытных сведений о капиталах и барышах московских буржуа и их фирмах: Извлечение из отчета «Т-ва Никольской м-ры С. Морозова, сын и К°» за 41-й операционный 1913/14 г. Чистая прибыль за 1913/14 г. 3 390 000 руб. 143
...Товарищество торговли суконными товарами «Петр Митро- фанов» в Москве является в России одной из немногих фирм, которая сосредоточила свои действия на оптовой торговле русскими суконными товарами. В 1905 г. Г. А. Митрофанова с сыновьями... учредила новое товарищество с основным капиталом в 800 тысяч рублей, увеличив- шимся в 1915 г. до 1 500 тысяч рублей. Товарищество является проводником товара всех суконных фабрик Московского района... В 1904/05 г. обороты товарищества простирались до 5 400 ты- сяч рублей, а в 1914/15 г. они поднялись до 9 400 тысяч рублей. Чистая прибыль за 1913/14 г. —251 923 р. 20 к. ...В настоящее время основной капитал товарищества Прохоров- ской мануфактуры равняется 8,1 миллиона... Фабрика дает почти 20% прибыли. Прибыль за 1913/14 операционный год — 1 148 596 р. 79 к. Валовая прибыль товарищества «М-ры Иван Коновалов с сы- ном» за 1913/14 г. —4 313 194 р. 97 к... ...Товарищество «М—р Рябушинского с с-ми» за последнее время вышло из своих прежних рамок хлопчатобумажной промышленности. Оно теперь является главным владельцем известной Локоловской льняной мануфактуры и акционерного общества в г. Ржеве, а так- же имеет писчебумажные, стекольные, типографские и другие заве- дения. Ему принадлежит, главным образом, и известный московский банк, переименованный им в 1912 г. в «Банкирский дом братьев Рябушинских». Основной капитал — 5 миллионов рублей... ...Основной капитал в период существования товарищества А. В. Второва с с-ми несколько раз увеличивался и в настоящее время достиг 10 миллионов рублей. Оборот товарищества — около 30 мил- лионов рублей. Прибыль за 1913/14 операционный год — 1 191 822 р. 94 к. (Е. М. Иокимович, Мануфактурная промышленность в прошлом и настоящем.) Продажный писака из кожи лезет вон, чтобы показать своих работодателей в самом выигрышном свете, сплош- ными благодетелями, радетелями о рабочих и чуть ли не светочами культуры. Директора коноваловской фирмы он, например, атте- стует: «великий благотворитель — гуманист... с девизом «жить и дру- гому дать жить». Однако, и у автора нет-нет да прорываются невольные признания: «по настоящее время смело можно сказать, что положение ра- бочего люда на фабриках Саввы Морозова не улучшилось... Что же касается улучшения быта рабочих на раменских фаб- риках, то за последнее десятилетие там не сделано заметных шагов в этом отношении... 144
Этот снимок изображает публику на трибунах в день скачек. На скачках собирались знать и буржуазия Москвы. Эту иллюстрацию с полным правом можно было снабдить подписью «Кому на Руси жилось хорошо».
Этот снимок был помещен в «Московском листке» с ла- конической подписью «Дерби и группа спортсменов». Даже среди привилегированных классов населения спорт в царской России был развит чрезвычайно слабо. Под «спортсменами» разумелись азартные игроки на тотализаторе. Охотнорядские купчики на бульваре.
Звериная алчность купеческих толстосумов приобре- тала буквально маниакальный характер. Умер в Москве в 80-х годах известный богач И. Фирсанов. Пер- вым делом его наследников было отыскать ключ от шкатулки с деньгами и бумагами, находившийся в спальне умершего купчины. Но ключа, несмотря на всевозможные поиски, нигде найти не мог- ли. Говорили, что ключ был в руках) покойного незадолго до смер- ти, но куда он делся, никто не знал. Послали за слесарем и зака- зали сделать новый ключ. Между тем, когда обмытое тело положили на стол, кто-то из родственников заметил, что одна щека у умер- шего сильно вздулась. Посмотрели — и за щекой у него оказался искомый ключ от шкатулки. Переходя в другую жизнь, он хотел унести с собой хотя бы ключ от нажитых им богатств. (П. К. Мартьянов, Дела и люди века) Колоссальные барыши капиталистов, как правило, до- стигались прямой уголовщиной. В качестве примера приведем «мамонтовскую эпопею», когда целая именитая купеческая династия Москвы очути- лась на скамье подсудимых, несмотря на продажность и снисходительность царского правосудия к «капитал иму- щим». В течение целой недели в стенах Московского окружного суда слушалась длинная эпопея о том, как коммерции советник Савва Иванович Мамонтов со своими чадами и домочадцами геройски бо- ролся с роковыми обстоятельствами, погубившими его широкие ком- мерческие замыслы и предприятия, и как эта борьба постепенно и систематически привела всю эту почтенную компанию на скамью подсудимых... Один из этих свидетелей (г. Михайловский) читает на суде Сав- ве Ивановичу целый панегирик, передавая с пафосом, как он был сильно поражен, узнав об аресте г. Мамонтова, который, по мнению свидетеля, — выдающийся русский человек; «промышленный гений», обладающий сердцем, «умеющий вместить великое» (?!), и, кроме того, «истинный поклонник» искусства, «всеми любимый и уважае- мый!». Такой же панегирик поет и другой свидетель (инженер г. Ло- сев), служивший когда-то на железной дороге, где подсудимый был главным воротилой. И по словам этого свидетеля, Савва Иванович— «тип железнодорожного строителя, преследующего не узко эгоисти- ческие цели, а общегосударственные!». Прислала свое похвальное слово С. И. Мамонтову и г-жа Вин- тер, восхваляя его как мецената. И в этом отношении подсудимый оказался выше всякой похвалы. Во время всероссийской выставки С. И. обратился к ней (г-же Винтер) с предложением устроить нам оперу, причем подарил ей все оставшееся от итальянской оперы театральное имущество. Оно 145
мало пригодилось ей, потому что она ставила оперы исключительно русские. Г-жа Винтер понесла 20 тысяч рублей убытку, и С. И. воз- местил ей эту сумму (?!). Затем она держала русскую оперу в Мо- скве. Савва Иванович заведывал здесь художественною частью поста- новки, был, так сказать, главным режиссером, в чем ему помогали художники Поленов, Васнецов и др. Любовь к искусству переходи- ла у него подчас в увлечение, и г-же Винтер приходилось его сдер- живать. Сезон 1891—1892 гг. опять-таки повлек за собой убыток в 20 тысяч рублей, который Савва Иванович опять покрыл (!!). Ну, разве это не почетное меценатство? Правда, теперь оказы- вается, что все эти убытки Саввою Ивановичем покрывались не из своего личного, а из общественного, не принадлежащего ему ка- питала... Савва Иванович Мамонтов, этот «промышленный гений», пресле- дуя какие-то «общегосударственные цели», стал распоряжаться об- щественными капиталами по своему единоличному усмотрению и, как широкая русская натура, в размерах ссуд и подачек не стеснял- ся. Тому нужно миллион—извольте; другому нужно два — прикажи- те получить. А послушные родственники и посторонние «из дело- вых», удостоенные избрания, с получением хорошего жалованья, в якобы коллективное правление, едва успевают скреплять своими подписями единоличное распоряжение своего главаря — «выдать» и «выдать»... И в этих выдачах не стеснялись, особенно если требовались та- кие выдачи в предприятия, где были замешаны материальные инте- ресы семьи Мамонтовых. Из сумм Архангельской железной дороги передано несколько миллионов для поддержания Невского завода, принадлежавшего членам той же семьи Мамонтовых; из того же ис- точника выдана значительная сумма и Северному лесопромышленно- му обществу, в числе крупных акционеров которого находились все тот же Савва Иванович и его родственники. Не довольствуясь эти- ми, так сказать, более крупными кушами, Савва Иванович не брез- гал, как видно из дела, и мелочами. Так, за счет той же злополуч- ной Московско-Архангельской дороги возили для него в Петербург театральные декорации, устраивали эстраду в Сокольниках, платили деньги за канализационные трубы в доме г. Мамонтова и за кирпич и доставку материалов в его имение, за малярные и кровельные ра- боты, переделку сарая и т. п. Каков размах широкой русской натуры! С одной стороны, из кассы Московско-Аргангельской дороги летят миллионные капиталы, а с другой — из того же источника извлекаются два рубля с полти- ною на уплату маляру за окраску сарайчика в своем имении! Это выходит, как у хлестаковского Осипа: «Давай и веревочку, — и ве- ревочка в дороге пригодится»... ...Несмотря на это, признательные акционеры Московско-Архан- гельской железной дороги, несказанно довольные и своим правлени- ем вообще, и Саввою Ивановичем Мамонтовым в особенности, дела- ют постановление украсить залу их собрания портретом последнего. Ничего нельзя добавить к этому замечательному штриху, рисующему среду деловых людей того времени. 146
Целых семь дней выслушивалась в Митрофаниевской зале Мос- ковского окружного суда мамонтовская эпопея с допросом многочис- ленных свидетелей, показаниями экспертов и с ораторскими упраж- нениями господ защитников, а в восьмой настал черед и присяжным заседателям сказать свое веское слово. Факт миллионной растраты общественных денет ими признан доказанным, но вместе с тем все подсудимые оправданы... ...Не могу, однако, обойти молчанием того, что происходило пос- ле приговора и о чем довольно согласно передают несколько мос- ковских газет. Одна из них, например, торжественную минуту об'явления судеб- ного приговора описывает так: «Савва Мамонтов (в ожидании чте- нии приговора) застыл в своем гордом достоинстве (?), не покидав- шем его в течение всего процесса, а когда приговор был об'явлен, то, «как один человек, встрепенулась присутствующая толпа и, как один человек, облегчила себя вздохом». И дальше: «Послышались поцелуи, радостные восклицания, сотни рук потянулись к оправдан- ным, и даже раздались аплодисменты». По справедливому замечанию журнала «Промышленный мир», «Мамонтов и его подчиненные во всех деталях их операций пред- ставляют, в сущности, не что-либо исключительное, а фотографию с действительности и общих порядков, царящих в наших акционерных предприятиях. Вся суть дела состоит в нашем акционерном законодательстве, которое часто губит людей, того не заслуживших, и открывает самую широкую дорогу к наживе, к богатству и связанному с ним положе- нию всем тем, для кого честь и совесть стали давно пустыми сло- вами».*. (А. П. Лукин. Отголоски жизни.) «Не обманешь — не продашь» — такова была купе- ческая заповедь. Большевистская газета отметила любо- пытный факт, иллюстрирующий эту заповедь. ФАЛЬШИВЫЙ ЧАЙ В последнее время комиссионерами сбывается воинским частям фальсифицированный чай, обернутый в поддельную этикетку тор- гового дома «Солчанов, Печатнов и К0». («Северная правда» от 3 августа 1913 г.) Многострадального трудящегося потребителя со всех сторон обирали, обсчитывали и обвешивали купцы, под- визавшиеся в самых различных отраслях торговли. ...Речь идет о бандитах, прикрывшихся легальным названием мя- соторговцев. Овладев предметом первой необходимости, сосредоточив оптовую продажу его в своих руках, бандиты установили разбойничьи цены, растущие с каждым днем... 147
...Причины грабительских цен — соглашение крупных мясотор- говцев и одного банка, в руках которого также сосредоточивается мясная торговля, а затем полнейшее нежелание городской управы стать на защиту обираемого московского населения... ...Малейший протест против обвеса и цен — и вы рискуете остаться без мяса... («Раннее утро» от 3 июня 1913 г») Московские купчины, обирая и надувая почем зря своих соотечественников, отнюдь не стеснялись продол- жать эти испытанные традиции и в торговле с заграни- цей. В архивах московского биржевого комитета хранятся любопытные документы, показывающие, что даже царское министерство испытывало некоторое смущение по поводу таких жульнических махинаций. В Московский биржевой комитет Наш генеральный консул в Харасане уведомляет, что один из местных крупных торговцев, шемахинский купец Мирза Мехди Али- ев, принес ему жалобу на то, что высланный ему по заказу Москов- ским торговым домом А. Елагин с сыновьями ластик оказался гни- лым, почему и был возвращен обратно персидскими купцами, коим таковой товар был продан... ...Департамент торговли и мануфактур, по поручению г-на ми- нистра финансов, считает нужным обратить на вышеизложенное вни- мание Московского биржевого комитета... К сему департамент дол- гом считает присовокупить, что подобные случаи доставки на азиат- ские рынки недоброкачественного товара могут нанести большой вред нашей отпускной торговле с восточными государствами, вселяя в ме- стных потребителях недоверие к русскому товару... Директор (подпись). Начальник отделения (подпись). (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. бирж. к-та, д. 379, св. 45, л. 15.) В Московский биржевой комитет Антверпенский купец А. Каспари подал в департамент торговли и мануфактур заявление, в коем указывает на то, что в июне... прошлого года заключено им... в Москве с торговым домом «Давыдов и К°» условие на куплю-продажу ему означенным торговым домом всего произведенного заводом «Давыдов и К0» за первые пять ме- сяцев минувшего года количества кокосовых жмыхов. За сим Каспа- ри утверждает, что из полученной им в Антверпене первой партии купленного товара (8 вагонов) три вагона заключали в себе жмыхи с подмесью каких-то ядовитых веществ, вследствие чего 18 коров, коих кормили этими жмыхами, пали жертвою отравы. По поводу сего департамент торговли и мануфактур долгом счи- тает вообще заметить, что за последнее время весьма часто наблю- 148
даются случаи продажи за границу умышленно недоброкачественных продуктов русскими производителями и торговцами, а между тем злоупотребления такого рода, совершаемые с своекорыстными целя- ми, наносят весьма существенный вред нашей экспортной торговле... Вице-директор (подпись). Начальник отделения (подпись). (Тот же источник,) Московские тузы и воротилы, хозяйничая в банках и акционерных обществах, воодушевлялись теми же прин- ципами. Банки лопались один за другим, как мыльные пузыри, и с зло- вещим треском взлетали на воздух, как ракеты, оставляя по себе гнусный след ограбления богачами нищих. И чего только не приду- мывали банковские заправилы, чтобы растратить пофорсистей чужие деньги! Юханцев, кассир общества взаимного поземельного кредита, не только поил своих лошадей шампанским, но и заказывал для них золотые подковы. Скандальная история произошла в коммерческо-ссуд- ном банке. В этой истории был замешан бывший москов- ский городской голова Шумахер и ряд «солидных» ком- мерсантов. Я уверен, что и тайн коммерческо-ссудного банка мы никогда не узнали бы, если бы не натолкнула его судьба на такую ненасыт- ную акулу, как Струсберг. Появись вместо него мелкие хищники, довольствующиеся несколькими сотнями тысяч, — банк попрежне- му занимал бы подобающее ему место в среде наших солидных кре- дитных учреждений, мы попрежнему доверчиво отдавали бы ему свои сбережения, и никто бы даже не подозревал, какой хлам хра- нится в кассе банка в виде обеспечения. При наших банковских по- рядках подобное умеренное воровство могло бы безнаказанно тя- нуться многие годы. Только Струсберг, не знающий умеренности в расхищении чужих капиталов, поставил банк в невозможность спря- тать все концы, и перед публикою открылись все тайники банков- ских портфелей. Благодаря только этому, мы узнали, что для того, чтобы стоять во главе сложного банковского дела, не требуется ни- какой солидной подготовки, а вполне достаточно быть лишь другом такому чиновному тузу, как Шумахер, или роднею такому солид- ному коммерсанту, как Борисовский. ...О простота, простота!.. Вероятно, только за свою простоту Миллиоти получал и свое директорское жалованье, и те 30 тысяч рублей, которые ему выданы из банковских денег на чемодан! Впрочем, с банковскими деньгами здесь никто не церемонится. Как выяснилось на суде, члены совета и правления задавали себе ро- скошные пиршества в Славянском базаре, и все это на счет об- щественных сумм... Я не помню ни одного дела, в котором защитники обвиняемых проявляли бы такое ухарское наездничество по отношению к свиде- 149
телям и экспертам, как это было в банковском процессе. На долю некоторых свидетелей и экспертов выпала несчастная участь выслу- шивать от защиты целый ряд колкостей и в заключение быть отре- комендованными присяжным заседателям то наглыми лжецами, то просто идиотами... (А. П. Лукин, Отголоски жизни). Чтобы замести следы, темные дельцы мобилизовали знаменитого адвоката, московского златоуста Плевако, не отличавшегося кристальной репутацией. Другая наша знаменитость — г. Плевако — в последние дни судебного следствия обнаружил не только мудрость змия, но и свой- ство хамелеона: являясь на суде ярым защитником банковских дель- цов, он, как оказалось из показания свидетеля Лепешкина, весьма долгое время фигурировал как гражданский истец против тех же самых банкокрадов. Несмотря на все усердие целой адвокатской рати, подсудимым не удалось вынырнуть сухими из воды, и суд, на основании вердик- та присяжных заседателей, приговорил главных подсудимых Полян- ского, Ландау и Струсберга к лишению всех прав и преимуществ и к ссылке первых двух на житье в Томскую губернию, а последнего, как иностранного подданного, — к высылке за границу. К такому же лишению прав были приговорены и бывший московский городской голова Шумахер и другой, той же категории делец Борисовский, с заключением первого в тюрьму на месяц, а второго на житье в Олонецкую губернию. Не дожидаясь, пока этот приговор будет приведен в исполнение, один из подсудимых, Ландау, бежал из-под надзора нашей зоркой полиции, и куда перенес свою хищническую деятельность, так и осталось неизвестным; Струсберг благополучно проследовал за гра- ницу, а Полянский, хотя и был сослан на житье в Томскую губер- нию, но вскоре, как можно было убедиться из газетных корреспон- денции, пристроился там весьма недурно и мог на опыте убедиться, насколько был прав Струсберг, заметивший громко после выслу- шания приговора, что с деньгами и в Сибири можно жить недурно... (А. П. Лукин, Отголоски жизни.) Так в общем безнаказанно сходили с рук «солидным дельцам» их жульнические махинации. Наряду с подобными «эпопеями», в порядке вещей бы- ли и более примитивные мошенничества. В контору банкирского дома О. В. Юнкер и К0 явился псков- ский купец, 20-летний А. Синицын и попросил снять со счета 31 тысячу рублей и перевести их в петербургскую контору того же дома... Через Два дня Синицын снова явился в контору Юнкера и возвратил перевод, заявив, что деньги ему не понадобились, и он просит положить их обратно на текущий счет... 150
Уничтожив перевод, московская контора уведомила о том пе- тербургскую, но получала ответ, что накануне 21 тысяча рублей получены каким-то господином. Как оказалось, деньги получил известный вор Сосна, которому поручил это сделать Синицын... Синицын — сын богатых родителей, незадолго до этого выгод- но женился, в два года прожил 200 тысяч рублей приданого жены, имел свою скаковую конюшню, много лошадей, но прокутился. Жена развелась с ним, надежда на новые капиталы пропала, и он решил «поправить» свои дела. Присяжные Синицына оправдали. («Копейка» от 30 апреля 1910 г.) Вчера в биржевых кругах распространился слух о бегстве из- вестного дельца М. Р. Гоца. Передавали, что М. Р. Гоц, проиграв на бирже крупную сумму денег, уехал за границу. Слухи эти подтвердились... Отец М. Р. Гоца состоит директором правления чайной фирмы «В. Высоцкий и К°», и капитал его исчисляется в несколько мил- лионов рублей... М. Р. Гоц увлекся игрой на бирже... («Русское слово» от 19 ноября 1913 г.) Знаменательно выступление на суде в качестве защит- ника одного из мошенников — прославленного думского оратора, одного из лидеров кадетской партии и брата царского министра В. А. Маклакова. В Московском окружном суде слушалось дело по обвинению купца-миллионера А. Ф. Горюшина в требовании денег по заведомо для него погашенным векселям. Защитником выступал пр. повер. Маклаков. Горюшин оправдан. (Журнал «Судебная летопись» № 55 за 1912 г.) Трудно было, конечно, ожидать, чтобы буржуазные газеты, принадлежавшие фабрикантам и купцам, либо со- стоявшие у них на откупе, занимались подлинным разо- блачением своих хозяев. Отдельные факты проскальзывали в печать обычно как следствие борьбы разных купеческих групп за наибо- лее лакомые куски коммерческого пирога, либо в тех слу- чаях, когда еще до опубликования они уже становились достоянием гласности... Блеск легко достающихся в Москве миллионов прель- щал и мелких сошек захолустий. К шальной наживе тя- нулись жадные руки мелких спекулянтов. Скромный 151
председатель Ново-Сошенского кредитного товарищества мечтал о капиталах Шумахера и Мамонтова. АЛЕКСЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ РОГОЖКИН. Острогожск, Воронежской губернии Острогожск, октября 13 дня, 1911 г. В канцелярию Московской фондовой биржи в Москве. Милостивые государи! Желая заняться спекуляцией с процентными бумагами, но в то же время имея самое поверхностное понятие о фондовой бирже, хо- тя и занимаю в общественном положении должность председателя Ново-Сошенского кредитного товарищества и заместителя директора городского общественного банка, обращаюсь к вам с покорнейшей просьбой, не откажите уделить мне несколько строк на нижепостав- ленные вопросы: 1) Не можете ли вы указать мне на литературные источники, откуда бы я мог составить себе определенное и правильное понятие о фондовой бирже и фондовых бумагах, и где эти источники мож- но приобрести? 2) Не издаются ли при вашей бирже годовые хронологические таблицы по всем фондовым операциям в одном сборнике и какая им цена? 3) Нельзя ли спекулировать на разницу непосредственно с са- мой биржей, или с кем-нибудь из ее солидных посетителей, не при- бегая к посредничеству банков. Если возможно, то как это делается и с кем именно? Заранее принося вам глубокую благодарность за ваше любезное сообщение, остаюсь с совершенным к вам почтением и глубоким уважением А. Рогожкин. Две марки на ответ прилагаю. (МОАУ, И. А. № 1, ф. Моск. бирж. к-та, д. № 439, св. 48, л. 31.) И даже сельский попик из медвежьего утла Чурапча тоже охвачен желанием спекульнуть на Московской бир- же. В Московский биржевой комитет, Ильинка, здание биржи. Покорнейше прошу написать, на каких условиях примете от меня 100 рублей, с тем условием, чтобы названные деньги по обо- роте в московской бирже возвращены были мне в непродолжитель- ное время с наросшими процентами... Адрес: Чурапча Якутской области, священнику Сыланской Ми- хайло-Архангельской церкви о. Аврааму Васильеву. Чурапча, Якутской области. Священник Авраам Васильев 3 мая 1913 г. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. бирж. к-та, д. № 439, св. 48, л. 40.) 152
Таково было действие московской биржи — центра купеческих спекуляций и афер. Московские тузы и спекулянты, пользуясь каждым удобным случаем, изливали свои верноподданнические чувства: Петербург. Господину министру финансов. Сегодня отслужена в бирже панихида об упокоении души усоп- шего великого князя Сергея Александровича. Московское биржевое купечество, пораженное совершившимся ужасающим злодеянием, мо- лит бога о даровании государю императору сил на перенесение ни- спосланных тяжких испытаний, о чем почтительнейше просит доло- жить его императорскому величеству. Председатель Найденов, 5 февраля 1905 г. Государь император на всеподданнейшем докладе моем о выра- жении московским биржевым купечеством чувств по поводу кончины великого князя Сергея Александровича собственноручно начертать соизволил: сердечно благодарю московское биржевое купечество за его участие в постигшем нас горе. Статс-секретарь Коковцев. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. бирж. к-та, д. № 376, св. 44, лл. 76 и 78.) Свое преуспевание купцы вменяли в особую заслугу господу богу. Интересную картину представлял «город», т. е. все торговые пункты центра Москвы, включая «Старую» и «Новую» площади, в конце августа и в начале сентября, когда купечество, закончив свои торговые дела на «всероссийском торжище» — Нижегородской яр- марке, возвращалось в Москву; тогда на всех торговых пунктах слу- жились торжественные благодарственные молебны с водосвятием пе- ред иконами, которые висели в каждом торговом пункте, в каждом ряду. На эти молебны привозились московские святыни: огромная икона Иверской божьей матери из часовни у Иверских ворот, такая же большого размера икона спасителя из часовни на Никольской улице; из Успенского собора — икона Владимирской божьей мате- ри и «гвоздь господен», из местных храмов приносились хоругви и чтимые иконы. Специально для установки этих святынь устраивались из белого полотна палатки, украшенные цветами и зеленью, пригла- шались соборные протодьяконы и лучшие хоры певчих. (И. А. Белоусов, Ушедшая Москва.) Большим авторитетом, у московских толстосумов поль- зовались и гадалки. В темных, грязных подвалах Зарядских домов ютилось много гадалок; некоторые из них славились на всю Москву, и к ним при- 153
езжали погадать богатые замоскворецкие купчихи. Такие «извест- ные» гадалки занимали прилично обставленные квартиры. (И. А. Белоусов, Ушедшая Москва.) Проходили десятилетия, но затхлая купеческая среда оставалась верной нравам «темного царства» и даже идеа- лизировала их. Любопытны жанровые зарисовки, достоверно переда- ющие быт московского купечества. Они принадлежат пе- ру А. М. Пазухина, автора популярных романов. ...Степенный зажиточный купеческий дом. Только что рассве- ло, но в кухне затоплена уже печь, кухарка выпаривает и выжари- вает посуду для сегодняшнего постного стола... Хозяйка дома вста- ла. Она зажигает лампадки перед образами, благочестиво вздыхает, сокрушаясь, вероятно, о грехах, а в опочивальне крепко спит и звон- ко похрапывает «сам», глава дома, владыка. Ему снятся сны, он видит и шумный манеж, весь наполненный звуками музыки и песен, весь залитый огнем, и нарядную «Стрельну», и шумный «Яр», и разве- селый театр Омона... В голове хорошо пожившего купца сливаются звуки песен со звоном стаканов и бутылок, с громыханьем бубенцов в ечкинской тройке, да позванивает и хмель. — Квасу! — раздается хриплый бас проснувшегося «самого». — Квасу мне, да приготовить в столовой водочки, селедочки, а пожа- луй, и горяченького чего-нибудь, ну хоть солонины с хреном, что ли... В опочивальню входит «сама». — Не проспался еще? — спрашивает она, укоризненно смотря на мужа. Тот поворачивает к ней глаза,—голову повернуть ему трудно,— смотрит долгим взглядом и сумрачно отвечает: — Не вполне еще... Оченно вчера с иногородним покупателем весело время провели... — О, господи, господи! — с тяжким вздохом произносит «сам» и отдирает от подушки голову. Именно отдирает, — такое впечатле- ние производит вид этого купца, который никак не может поднять свою буйную голову, вертит ею, сокращает шею и пытается припод- няться, словно он приклеился и затылком, и спиною к постели... Наконец, усилия его увенчиваются успехом, он встает, ищет ногами туфли, облекается в халат, чешет всклокоченную голову и снова тяжко, глубоко вздыхает. (А. М. Пазухин, из сборника «Москва на рубеже двух веков»,) ...Вечер «прощенною» воскресенья. Глава дома, крепкий семи- десятилетний старик, суровый и молчаливый, сидит в кругу семьи за чайным столом. Сморщенная старушка в темном платочке и ко- ричневом шерстяном платье разливает чай. Это супруга «главы». Рядом с нею расположилась старшая дочь, недавно выданная за- 154
муж; тут же и муж ее, разухабистый купчик с развязными манера- ми, но при тесте чувствующий себя не совсем ловко. Немного по- дальше — младшая дочь, девица, и сын, юноша, лет двадцати. Тут же различные тетушки, кумушки и свахоньки. — Н-да, прошла масленица, прокатила широкая!—говорит сам, дуя на блюдечко с чаем. — Сколько безобразнее, сколько всякого рода буянства унесла с собой, оглашенная!.. Иной остолоп такую прорву деньжищ за неделю-то просадил, что и сам-то, со всеми по- трохами своими, не стоит этого!.. Широкие купеческие натуры, просаживавшие на свои разгул и прихоти «прорву деньжищ», не любили расста- ваться с деньгами, когда речь шла об уплате долгов: ...В московском суде разбиралось дело, когда после ряда пере- шиваний миллионерша г-жа Стр-ва отказалась платить своей портни- хе на том основании, что она (дама, не портниха) несовершенно- летняя. (Н. Шебуев, Негативы, Избранные фельетоны из «Руси» за 1904 г.) Поведение и повадки купеческих Саврасов определя- лись исконным принципом «моему ндраву не препятствуй». Вчера в камере мирового судьи Лубянского участка разбира- лось любопытное в бытовом отношении дело, возникшее по жалобе кондуктора городской трамвайной сети Николая Григорьева. Дело такого характера. В один из вагонов лннин № 6 вошел какой-то суб'ект и, покач- нувшись, почти упал на сидевшую на скамейке даму, наступив ей на ноги... Какой-то господин купеческой складки всячески протестовал про- тив высадки пьяного и ругал кондуктора... Когда пьяный был высажен, неизвестный господин вышел на площадку и обрушился с площадной бранью на кондуктора. Последний обратился за защитой к стоявшему здесь же кон- тролеру. Господин купеческой складки вдруг размахнулся и ударил по лицу кондуктора. Он оказался домовладельцем, купцом Мановым. Мировой судья предложил оскорбленному кондуктору покон- чить дело миром с тем, чтобы Манов заплатил кондуктору за оскорбление действием. Однако, последний категорически отверг это предложение... Тогда мировой судья постановил дело слушанием отложить... («Копейка» от 7 июня 1913 г.) И действительно, купеческому «ндраву» препятство- вали чрезвычайно деликатно... Личные отношения в купеческой среде преимуществен- но основывались также на сугубо коммерческих расчетах. 155
Любопытно «житейское дело». Некто Иммер совершил с жившей с ним г-жей Ребгардт нота- риальный договор, которым обязывался уплачивать ей при условии сожительства с ним по 2 200 рублей ежегодно, с распространением сего обязательства и на наследников. Однако, после смерти Иммера его наследники возбудили против г-жи Ребгардт иск... Г-жа Ребгардт пред'явила встречный иск об уплате ей ежегодной субсидии. Мос- ковский суд решил дело в пользу Ребгардт. (Журнал «Судебная летопись» № 56 за 1912 г.) Итак, попранная было добродетель восторжествовала... Чревоугодие именовалось «старорусским московским хлебосольством». Еще незадолго до войны московское ку- печество умело поддержать былую славу гостеприимных хозяев-хлебосолов. Торжественный обед, которым московское купечество будет че- ствовать английских гостей, будет обставлен роскошно. Распоряди- телями обеда измышляются особые блюда и соуса; заказаны фигу- ры из двух глыб льда — медведя и льва, в лапах которых будет помещено по пудовой чаше с зернистой икрой, и т. д. Цена вход- ного билета определяется в 60 рублей. Пока записалось на обед до 130 человек. («Русские ведомости» от 13 января 1912 г.) Приведем два меню; между ними промежуток в 27 лет, но искусство обжорства в купеческой среде стояло по- прежнему на весьма высоком уровне. Меню обеда на 3 ноября 1885 г. Уха из стерлядей с налимовыми печенками. Новотроицкие растегаи. Котлеты из барашка, соус Америкен. Дупеля в волованах, соус Перигюль. Пунш Розе. Жаркое: фазаны и молодые индейки. Салат и огурцы в тыквах. Спаржа, два соуса. (Описание празднования юбилея 25-летней коммерческой деятельности в Москве Ал. Конст. Трапезникова 3 ноября 1885 г.) ...Меню обеда было отпечатано на пергаментных свитках и украшено гербом России и Москвы, видом Кремля, а также орна- ментами в древнерусском стиле. Меню заключало в себе следующие блюда: Уха из стерлядей. Растегаи городские. 156
Ланж из телятины по-русски. Жаркое: рябчики сибирские. Салат. Спаржа. Пудинг московский. Десерт... («Московский листок» от 19 января 1912 г.) «Хлебосольная» купеческая Москва любила и умела поесть. Московские храмы чревоугодия запечатлены в ме- муарах старожилов. Загородных мест увеселения было несколько в Петровском пар- ке, и между ними первенствовал «Яр»... Все заведение состояло из небольшого дома, выходившего фасадом в садик, граничивший с шоссе, в котором было две беседки и стояли простые качели... ...Кухня там была образцовая, и пел лучший в Москве хор цы- ган... Постоянной публики «Яра» было мало... пока не наезжала ку- тящая кампания или любители цыганского пения... (И. В. Давыдов, Из прошлого,) В некоторых фешенебельных ресторанах были даже свои штатные поэты. Вот для образца: «Поздравительные стихи с Сырной неделей от слу- жителей Большого Московского трактира». «С неделей Сырной поздравляем Мы дорогих своих гостей И от души мы всем желаем Попировать повеселей. Теперь, забыв тоску, гуляет Весь православный русский мир, — С почтением публику встречает Большой Московский наш трактир». 1884 г., 8 февраля. (И. А. Белоусов, Ушедшая Москва.) Большим успехом у купцов, желавших «развлечься», пользовались рестораны с «нумерами». ...Помещался ресторан Саврасенкова почти против дома обер- полицмейстера и пользовался покровительством местного пристава Раскинда, получавшего с него большой доход. Над рестораном были «нумера свиданий», и, кроме того, в этих номерах собирались шу- лера, и шла крупная карточная игра. Самый ресторан был дешев, доступен и всегда был переполнен, особенно после театров, так как Саврасенкову Раскинд выхлопотал право поздней торговли до 2 ча- сов ночи. Это было заведение вроде «Эрмитажа» Оливье, только де- мократичнее, сорта на три пониже, но с такими же номерами, как 157
в «Эрмитаже», только сюда приходили парочки с Тверского бульва- ра, а в «Эрмитаж» приезжали в каретах... ...Были еще рестораны для «загул» с хорами и эстрадами. Это — «Золотой якорь», и один уже совсем загульный: это «Чепу- ха» за Крестовской заставой, попасть куда было далеко небезопасно. Слишком глухое место, населенное темным людом. Обыкновенно ту- да возили подвыпившую публику после полуночи лихачи и парные извозчики (голубчики) от «Саратова» и «Купеческого клуба» с Б. Дмитровки... ...С конца 80-х годов полезли в «Эрмитаж» московские иност- ранцы-коммерсанты, главным образом немецкая колония, и запол- няли залы «Эрмитажа» в часы завтраков, куда являлись с биржи и англичане, московские заводчики и представители иностранных фирм, всегда чопорные и строгие. А там и русское именитое купечество, только что сменившее родительские сибирки и сапоги бутылками на смокинги и визитки, перемешалось с иностранцами в роскошных залах «Эрмитажа». Ос- лепительные люстры сверкали мерцающим газом на лепных потол- ках и дорогих плафонах. Здесь, тоже после биржи, собирались Морозовы, Лукутины, Ко- новаловы, Коншины, Перловы, Воронины, Кузнецовы, из которых многие уже получили дворянство, а другие его добивались, но ста- рались подражать дворянству, начинавшему исчезать с горизонта «Эрмитажа»... (В. Гиляровский, Москва и москвичи.) По воспоминаниям современников можно восстановить обстановку и кулинарные качества московских ресторанов и трактиров. В Москве всегда любили и умели, что сохранилось и поднесь, хорошо поесть; в описываемое время культ гастрономии стоял тоже высоко, и «трактир» занимал не последнее место в московской жиз- ни; за едой и выпивкой, а то за чаепитием вершились часто круп- ные дела и сделки, главным образом по коммерческой части. Ан- глийский клуб... в кулинарном отношении держал себя высоко, и его субботние обеды с выдающейся закускою и знаменитая, раз в год подававшаяся, уха были вне конкуренции. Из остальных клубов начинал выдвигаться в кулинарном отношении Купеческий, что же касается публичных храмов Ганимеда и Вакха, то они, — я гово- рю про перворазрядные заведения, — делились на два рода: ресто- раны с французской кухней и русские трактиры. Пальма первен- ства, несомненно, принадлежала последним, доведшим именно в эту эпоху дело свое до совершенства. Из трактиров славились: «Боль- шой Московский», Турина, трактир Тестова в доме Патрикеева и «Ново-Троицкий» на Ильинке... (И. В. Давыдов, Из прошлого.) В доме Казанского подворья, по Ветошному переулку, трактир Бубнова занимал два этажа этого громадного дома и бельэтаж с 158
анфиладой роскошно отделанных зал и уютных отдельных каби- нетов,. Это был трактир разгула, особенно отдельные кабинеты, где отводили душу купеческие сынки и солидные бородачи-купцы, загу- лявшие во-всю, на целую неделю. Гостинодворское купечество начинает здесь гулянье свое с друзьями и покупателями с десяти утра. Пьянство, гвалт и скан- далы целый день до поздней ночи. Жарко от газа, душно от та- баку и кухни. Песни, гогот, ругань. Приходится только пить и на ухо орать, так как за шумом разговаривать, сидя рядом, нельзя. Ругайся, как хочешь — женщины сюда не допускались. И все ле- зет новый и новый народ... Никогда полиция не заглянет, и скандалы кончаются тут же, а купцу главное чтобы «сокровенно» было. Ни в одном трактире не было такого гвалта, как в Бубновской дыре... (Вл. П. Гиляровский, Московские трактиры.) А как жилюсь служащим этих «храмов чревоугодия?». Положение официантов в Москве все хуже и хуже. То, чего официанты добились в 1905 г., все это хозяевами поч- ти отобрано обратно во всех ресторанах. Рестораторы весьма обнаглели в своей эксплоатации. Залоговые официантские деньги хозяева превращают в свою неот'емлемую собственность, потому что на внесенные официанта- ми залоги не выдают ни расписок, ни квитанций. Растрата офи- циантских залогов хозяевами — обычное явление. Жалованья официанты почти нигде не получают, а если им платят, то поборов берут в два раза больше, чем они получают. В некоторых ресторанах жалованье существует только на бумаге— в расчетных книжках: официанты только расписываются в расчет- ных книжках: «Получил сполна». В большинстве ресторанов расчетных книжек совсем не имеют. Счета, не оплаченные посетителями, хозяевами не принимаются в некоторых ресторанах совсем, хотя бы посетители были отпущены администрацией ресторана и счета были подписаны этим же посе- тителем. Некоторые хозяева как бы делают милость официантам: счета принимают только в половине за свой счет. Стол в высшей степени плохой во всех ресторанах. В кафе- шантанах стола официантам совсем не полагается, официантам при- ходится питаться об'едками, оставшимися от посетителей, рискуя за- разиться разными болезнями. Столовых почти нет в ресторанах для официантов; если есть, то содержатся антисанитарно и помещаются по соседству с судо- мойней или клозетом; в ресторане, где нет столовой, официанты обедают и пьют чай, стоя в судомойнях и коридорах. Костюм осо- бого образца официантами делается во всех ресторанах за свой счет. За бой посуды, пропажу мельхиора и пропажу белья офи- цианты отвечают полностью. В некоторых ресторанах все это сдано официантам на руки и чего нехватает, официанты, не доводя до сведения хозяина, покупают за свой счет. Следить за пропажей 159
этой посуды официантами нанимаются посудные буфетчики за свой счет. Принуждение брить усы обычное явление. Хозяева дошли до того уже, что заставляют официантов брить головы, — якобы для чистоты, а на самом деле для рекламы. Следует еще прибавить, что хозяева придумали, чтобы рекламы, делаемые ими в газетах о своих ресторанах, частью оплачивали официанты. («Правда» от 8 ноября 1912 г.) МОСКВА. ТЕАТР-РЕСТОРАН «ШАНТЕКЛЕР» (Большая Дмитровка) Много говорится в газетах «Звезда» и «Правда» о тяжелом, без- выходном положении рабочих на заводах и фабриках, только офи- цианты молчат. Но разве официанты не такие же рабочие, что не хотят освещать в рабочей газете факты из своей жизни? Вот, на- пример, в «Шантеклере» условия труда самые ужасные. Работать начинают с 7 часов вечера и до 7 часов утра без всякого отдыха. Жалованья никакого, кроме того, за посуду 20 копеек ежедневно, хотя бы не разбилось ни одной тарелки. Бывали случаи, что офи- циант два или три дня не зарабатывал ни одной копейки, а за битье каждый день платил 20 копеек. Теперь этот ресторан антре- пренером закрыт, и официанты не знают, как получить обратно свои залоги; официантов здесь работало более 70 человек, и каждый при поступлении делал взнос, т. е. залог, по 50 рублей, итого денег официантов уже осталось в кармане антрепренера 3 500 рублей. В общем же всех залогов на 25 тысяч рублей. На днях пришел шантеклерский конторщик узнать, где ему можно будет получить обратно залог, но ему не то что про залог отказали, а даже и к конторе не допустили близко, а когда он стал требовать, чтобы ему вынесли зонтик, оставленный им во время службы, тогда админи- страция выкинула ему зонтик прямо на мостовую. Конторщик воз- мутился таким поступком, позвал дворника и городового и составил протокол, но залога-то он все-таки не получил. Пора бы официан- там подумать о своем союзе, чтобы не так нагло притесняли. («Правда» от 26 августа 1912 г.) Быт и нравы московского «высшего общества» я бур- жуазии наглядно характеризуются их развлечениями. Ча- ще всего эти развлечения сводились к пьяному разгулу. Приведем газетные выдержки, описывающие одну, празд- ничную ночь — традиционную встречу нового года. «МЕТРОПОЛЬ» В «Метрополе» за месяц все столы расписаны, и за столами все такие «тузы», каких не во всякий биржевой день встретишь на Ильинке. 160
Традиционные катаний «бомонда» и крупной буржуазии на Красной площади.
Тип московского купчины в изображении талантливого художника Б. Кустодиева.
Купеческая свадьба. В журнале «Развлечение» эта зарисовка сопровождалась следующей подписью: «Ишь, рожу воротит! Врешь,— полюбишь! Коли рылом не вышел, так у меня ко- ляска есть, всякое такое заведение, да домов не перечтешь с лабазами! Стерпится — слюбится». Характерно, что жениха художник изобразил не в обычной купеческой поддевке, а уже эмансипированным кавалером во фрачном обличье.
Сиделец в трактире. Рисунок Б. Кустодиева. Личность, замет- ная и уважаемая в купеческом быту старой Москвы,
За столиками вся заводская плутократия московского промыш- ленного района. Здесь не только Москва, — здесь Шуя, Серпухов, Подольск, Коломна, Иваново-Вознесенск. Умопомрачающие туалеты, безумные брильянты точно вступили в этот вечер здесь в состязание. Вино льется рекой. Крики, хохот, шум от различных игрушек обратили ресторан в какой-то содом. В белом огромном зале среди присутствующих мы заметили... Рябушинского, князя Вадбольского, Манташевых, графа Татищева, князя Кутузова и др. В «НОВОМ ПЕТЕРГОФЕ» В 12 часов, после гимна, зал преображается. ...Один толстяк надевает на себя абажур от электрической лам- почки. А публика восторженно рукоплещет. Толстяк сваливается со стула. Веселье без конца. «БИЛЛО» Не успели встретить новый год, а у «Билло» уже «выставляют» кого-то. Солидный господин в бумажном колпаке и такой же кофточке, оклеенной бахромой, что-то бессвязно говорит, стоя на стуле. В за- ключение громкое «кукареку», и почтенный господин, взмахнув «крыльями», летит под стол. ...В другом углу почтенная фрау поет шансонетку и канкани- рует. У «МАРТЬЯНЫЧА» Симпатичный подвальчик превратился в маленький подземный уездный городок. ...Москва захлебнулась в ресторанных восторгах... ... Кто-то подает дурной пример, срывая украшения с елки для своей дамы. Это послужило началом: почти в мгновение украшения со всех елок переселяются на головы дам. «АПОЛЛО» В новом кафе-шантане рекой льется шампанское. Счета растут баснословно. Встреча нового года проходит если не с помпой, то с шиком. («Русское слово» от 1 января 1912 г.) В «ЭРМИТАЖЕ» Здесь встречают новый год солидные коммерсанты и большинст- во иностранной колонии... 161
В «ПРАГЕ» Здесь преобладают военные, солидные врачи и адвокатура. В БОЛЬШОЙ МОСКОВСКОЙ ГОСТИНИЦЕ ... Столики все заняты; большинство гостей — присяжные пове- ренные и среднее купечество... «ЯР» За столиками, расписанными еще за месяц, — московская знать, московское именитое купечество. («Голос Москвы» от 1 января 1912 г.) Немножко статистики. Встречавшими новый год в ресторанах выпито 6500 бутылок шампанского. («Московский листок» от 3 января 1912 г.) Так встречал новый год московский «бомонд» и бур- жуазия. Приведем несколько документов о том, как провели эту же праздничную ночь трудящиеся Москвы. 6 ночь на 1 января в ресторане «Белый медведь» среди встре- чавших новый год было много рабочих. Они сидели отдельной груп- пой и мирно беседовали. В начале первого в ресторан явился ме- стный пристав с нарядом полиции и, пред'явив ордер охранного отделения, начал обыск рабочих. («Московский листок» от 3 января 1912 г.) В ЕРМАКОВСКОМ НОЧЛЕЖНОМ ДОМЕ В этом доме встречает новый год многочисленное общество: — 1 110 мужчин, 116 женщин. В большом доме тихо, полумрак. В камерах вздохи, храп, сдер- жанный шопот. По расписанию эта ночь ничем не должна отли- чаться от остальных. В 8 часов уложили спать, погасили огни. На улицу не выпускают: куда пойти ночлежнику? САМОУБИЙСТВА Вчера в доме дамского попечительства о бедных по Дурнову переулку покончил жизнь самоубийством наборщик Н. Н. Цыган- ков. Придя домой, он долго лежал, а затем отравился сильно дей- ствующим ядом. В комнате нашли несколько записок... он пишет о бесцельности жизни. В меблированных комнатах «Иматра», на Каретной-Садовой ули- це квартирантка Н. И. Тумачева, 20 лет, отравилась какой-то ядо- витой жидкостью. 162
В чайной лавке Лукьянова на Калужской улице одна из посе- тительниц, крестьянка С. И. Донская, 23 лет, отравилась нашатыр- ным спиртом. Вчера в приемный покой Якиманской части какая-то дама доста- вила неизвестного мужчину в бессознательном состоянии, с призна- ками отравления серной кислотой. («Раннее утро» от 1 января 1912 г.) Проживающий в доме Любушкина на Коровьем валу крестьянин М. В. Сапаев, 17 лет, отравился уксусной эссенцией. Мотивы об'яс- нить отказался. В Доме № 2 по Б. Дмитровке крестьянин В. Тихомиров, 26 лет, отравился нашатырным спиртом. Причина — безработица. На Домниковской улице крестьянин И. Б. Комиссаров, 37 лет, отравился нашатырным спиртом. Причина — безработица. Кр. Л. А. Бирюков, 53 лет, покушаясь из-за безработицы на самоубийство, бросился с Краснохолмского моста в Москва-реку... В бессознательном состоянии отвезен в Яузскую больницу. Вчера в одной из квартир дома Ечкина на Неглинном проезде отравился нашатырным спиртом квартирант крестьянин В. Я. Каба- нов, 25 лет. («Раннее утро» от 2 января 1912 г.) Хроника. Вчера на вышивальной фабрике Гольдберга на Малой Семеновской улице забастовали рабочие. Пред'явлены экономиче- ские требования. («Русское слово» от 1 января 1912 г.) ДНЕВНИК ПРОИСШЕСТВИЙ В маленькой полутемной каморке старого, полуразвалившегося дома в одном из глухих переулков Пресни 1 января отравился циа- нистым калием студент И. И. Пиневич. В коротенькой записке Пиневич говорит о своем тяжелом ма- териальном положении и просит разбить стакан из-под цианистого калия... Два года назад крестьянин Логинов привел в город своего пле- мянника Фильку, мальчика 10 лет, и определил его к часовому ма- стеру Точилину. Не «приспособился», однако, к ремеслу Филя. Особенно тяжело ему было в праздники, когда вся мастерская уходила со двора. Оставшись один первого января, мальчик решил покончить с собой. Каракулями нацарапал ребенок: «Жисть надоела. В смерти не винитя пожалуста». Лег на кровать, приложил дуло пистолета к груди, зажмурился и выстрелил. («Русское слово» от 4 января 1912 г.) И некоторые общие праздничные итоги. 163
ПЬЯНЫЕ ЦИФРЫ На праздниках поглощаются целые моря самых разнообразных напитков. Неудивительно, что в эти дни у нас переполнены все специальные отделения больницы, приемные покои, полицейские камеры... В Арбатский приемный покой, например, на праздниках было доставлено около 150 человек пьяных. Из них 25 были бесчувст- венно пьяны. Один «сгорел от вина» — скончался. 15 человек пьяных были доставлены с отмороженными частями тела. В Лефортовский полицейский дом на празднике, как мы слы- шали, доставлено было 28 трупов. Из них большая часть «скоро- постижно умерших», т. е. тоже «сгоревших от вина». Приводимые цифры, конечно, приподнимают только один крае- шек завесы, за которой скрываются целые гетакомбы жертв празд- ничного алкоголя. («Раннее утро» от 30 декабря 1911 г.) Даже в сравнительно недавние времена у московской буржуазии большой популярностью пользовались жесто- кие забавы в виде «садков» и петушиных боев. «Садки» на зверей — волков и зайцев — устраива- лись еще незадолго до начала войны. Приводим описание этого «культурного» развлечения купечества. В газетах мне бросилось в глаза об'явление от «Общества пра- вильной охоты», устраивающего «садки» на зайцев и волков и при- глашающего почтеннейшую публику пожаловать на это зрелище с платою по 6 рублей за ложу и по рублю и по полтиннику за места в павильоне и партере... В прежние годы подобные «садки» устраивались на Ходынском поле, на совершенно открытом месте. Там публика вынуждена была все время стоять на ногах и в случае дождя мокнуть под открытым небом, но зато для травленых зверей открытое место представляло то удобство, что те из них, кому удавалось уклониться от алчных челюстей борзых, благополучно, хотя и постыдным бегством, спа- сали свои теплые шкурки и скрывались в Петровском парке или во Всехсвятской роще. Теперь эти знаменитые садки перенесены на круг скакового ипподрома. Но насколько с такою переменою места для «садок» выиграли люди, настолько же проиграли несчастные твари, обреченные на травлю. На открытом поле они еще могли иногда рассчитывать на случайное спасение при помощи ловкости и резвости в ногах, но, очутившись в загороженном наглухо кругу скакового поля, каждый травленый зверь уже заранее был приговорен к неизбежной смерт- ной казни... Итак, начались «садки». От входа в эту загородку, расходясь радиусами под прямым углом, стояли в линию несколько человек с трещотками в руках. Борзых собак по две подводили на сворах к 164
самому этому выходу, откуда по очереди выпускались по одному зайцы и по преимуществу беляки, которые, выбежав из загородки, встречались криком и звуками трещоток стоящих здесь людей; пе- репуганный заяц, на которого уже давно «зазрелись» борзые, пред- назначенные для «состязания», не успевал отбежать и семидесяти шагов, как борзые спускались со своры и, разумеется, победоносно хватали и душили этих тщедушных «зверей». Раздается пронзительный крик зайцев, чрезвычайно похожий на крик плачущего ребенка, к собакам подбегает кто-нибудь из «охот- ников» и или добивает «зверя», ударяя его головою о землю, или полуживого уносит куда-то, чтобы, быть может, вновь его пустить на травлю... (А, П. Лукин, Отголоски жизни.) На птичьей выставке видели мы бой петухов и гусей, — такое неприятное это зрелище! — удивляюсь, как его еще допускают в Москве! Гусям на лапы привязывают шпоры, они ими и дерутся. Гуси не вступают в бой, пока им в клетку не впустят самок (у каж- дого гуся их по две), тогда они начинают молча наступать друг на друга и ожесточенно кусаются за крылья, а самки бегут за своими пашами и кричат благим матом. Ужасно сожалела я также, что попала на травлю волков на бе- говом кругу; до-нельзя бесчеловечно это развлечение. Несчастных волков, с заранее перебитыми и связанными задними ногами при- возят на середину круга в деревянных ящиках; выпускаются они совсем ослепленные дневным светом и огорошенные шумом много- численной толпы. Не успеют сделать два хромых шага, как напу- скают на них целую стаю собак; неудивительно, что они тут же за- грыэают волков, кровь из них так и льется; охотники докалывают волков кинжалами. (В. Духовская, Из моих воспоминаний.) Были у московского купечества и «образовательные» развлечения. К этому виду забав можно отнести зоологи- ческий сад, где, кроме хищных зверей, показывали «ди- ких людей», дикарей-индейцев. Кстати сказать, эти дика- ри перенимали дикие привычки от своих цивилизован- ных зрителей. В Москве появилось 19 диких человек... При встрече американских дикарей на станции Московско-Бре- стской железной дороги собралась громадная толпа народа и обна- руживала явные признаки восторженного состояния. Неоднократно были даже попытки грянуть «ура» и швырнуть вверх шапки, и эти восторги с трудом сдерживались блюстителями порядка, об'яснявши- ми нашим добрым обывателям, что всякой овощи — свое время, и что в настоящем случае не подобает диким индейцам устраивать овации. Толпа хотя и подчинилась такому распоряжению, но все- таки никак не могла понять, почему, встречая восторженно посе- щавших нас когда-то «братьев-славян», «заатлантических друзей» — 165
американцев, «добрых соседей» — персиян, хивинцев и бухарцев, она должна скрывать свои восторги при встрече приехавших к нам новых друзей и приятелей — диких индейцев из штата Небраска?.. Переезд индейцев от вокзала железной дороги в Зоологический сад походил на триумфальное шествие: по обеим сторонам улиц сто- яла публика и, не решаясь выражать свой восторг, старалась хоть улыбками и приветливыми киваниями головами выразить свою ра- дость и удовольствие при виде дорогих гостей. Дорогие гости в свою очередь на улыбки отвечали улыбками. Просвещение дикарей началось с водки. Тайно от надсмотрщи- ков индейцам было передано несколько бутылок «очищенной», и дикари весьма одобрили эту «огненную воду». В одну из темных ночей, в силу предварительного уговора (как известно, русский человек обладает изумительною способностью при посредстве знаков об'ясняться со всякими иностранцами, не зная даже ни одного слова на их языке), несколько человек индейцев перескочили через забор Зоологического сада на улицу, где их ждали коммерсанты в экипажах, и скрылись... Всю ночь происходил генеральный кутеж с ревизией всех более или менее известных трактиров и иных увеселительных заведений. На этот раз дикари ознакомились не только со вкусом водки, но и С букетом более дорогих вин, и, кроме того, познали иные прелести цивилизации, совсем незнакомые дикарям, кочующим по американ- ским степям и горам... Только к утру возвратились индейцы в свои парусиновые па- латки, но возвратились вполне просвещенные, испытав на опыте все преимущество московской цивилизации пред своим невежественным и диким образом жизни. (А. П. Лукин, Отголоски жизни.) Наступление весны отмечалось особыми майскими гу- ляньями купечества. ...Публики «на майском гулянье» в Сокольниках множество. По главным просекам тянутся нескончаемым рядом парные экипажи и гарцуют всадники и амазонки, а по боковым аллеям стоит сплошной стеной — «пешая публика». Ближе всех к просеке протеснились зна- токи и любители лошадей, собравшиеся сюда «ради критики». — Посмотрите, Агафья Степановна, посмотрите! — указывает какая-то кумушка подруге на проезжающую мимо коляску. — Вот парочка-то!.. — Чьи, Агафья Степановна, чьи, такие? — Из Таганки купчиха она, вдова Тетехина, а он бывший при- казчик. В племянниках его держит при себе: «племянник, говорит, мой», а вовсе он ей никакой не племянник, потому она из Серпу- хова, муж ее гуслицкий был, а юноша этот Тверской губернии крестьянин... Гордо выступает пара вороных кровных коней, запряженных в шикарную коляску. Трехобхватный кучер едва сдерживает горячих коней и с олимпийским величием поглядывает кругом на разную «мелкоту», В коляске хорошенькая дамочка в шелку и бархате и 166
толстое купеческое мурло в блестящем цилиндре, рыжее, жирное я самодовольное. — Лесник Колупаев... — А дамочка-то ужли жена его? — Жена. Была у него в опеке сиротка, он ее обобрал и же- нился на ней почти силком... Она было уперлась, так тетка ее да он два месяца мучили ее я довели-таки до точки... (А. М. Пазухин, Из сборника «Москва на рубеже двух веков».) * * * Так «развлекались» московские толстосумы. Газетные об'явления той поры достаточно ярко отра- жают быт и порядки буржуазной Москвы. Об'явление о банкротстве: Тысяча девятьсот четвертого года, августа двадцать пятого дня, по определению Московского коммерческого суда, крестьянин Петр Григорьевич Махин об'явлен несостоятельным должником. Вслед- ствие сего присутственные места и начальства благоволят: 1) нало- жить запрещение на имение недвижимое должника и арест на дви- жимое, буде таковое в их ведомстве находится; 2) сообщить в Московский коммерческий суд о своих требованиях на несостоя- тельного должника или о суммах, следующих ему от оных мест я начальств. («Московские ведомости» от 1 сентября 1909 г.) Об'явление о продаже недвижимого имущества было наиболее характерным типом об'явлений в дореволюци- онной Москве. Продается дом, цена 23 тысячи рублей, доходу 5 тысяч руб- лей. Справиться: Екатерининская улица, домовладение № 6. («Русское слово» от 11 сентября 1905 г.) Земля на Никитской. Большой фасад 991 сажень. Цена 330 тысяч рублей. Предложения только серьезных лиц: Почтамт, коммерческий ящик № 25. * Спешно продается земля... Случайно дешево... ...Редкий случай: по случаю семейного раздела очень дешево и выгодно продается земля... («Русское слово» от 14 сентября 1913 г.) 167
Следующие об'явления, главным образом, были рассчи- таны на состоятельного покупателя. Пара щенков колли... Шарабан шорный с верхом, работы Макарова, малодержаный... Блютнер пианино и Гетуке концертный... Граммофон роскошный и 40 пьес... Гостиная мебель черного дерева с позолотой, 34 предмета... Кабинет 1 тысяча рублей богатому человеку, дубовый, нового стиля, известной фабрики, стоивший 3 тысячи рублей... ...Действительно, случай! Продается очень спешно шикарная столовая. («Русское слово» от 3 сентября 1913 г.) «Деньги для всех» — от 1 до 200 тысяч под заклад домов, фаб- рик, дач. Желаю купить электротеатр... ...Ищут капиталиста-компаньона для солидного дела... продукт первоклассный... Бриллиантовое колье куплю... Роскошные барские квартиры... осталось 4 квартиры. Все куль- турные удобства. Роскошный вид. Масса воздуха и света... Требуйте везде хинную водку Поставщика двора его императорского величества Петра Смир- нова. Москва, у Чугунного моста. Если вы хотите быть здоровым, вы должны каждый день пить целебный напиток изготовления завода П. Смирнова в Москве, под названием; Хинная водка. Этот напиток незаменим во время пу- тешествий. 1) Хинная водка составлена из хинной корки и самого ' луч- шего спирта, приготовленного из ароматных трав и кореньев. 2) Хинная водка действует весьма полезно на человеческий ор- ганизм, что дознано многочисленными опытами. 3) Хинная водка особенно благодетельно действует, как предо- хранительное средство, против лихорадочной болезни и утомления. (Журнал «Студенческая жизнь» № 14—15 от 18 апреля 1910 г.) Заслуживает внимания то обстоятельство, что эта «ода о водке» напечатана в студенческом журнале. ОБ'ЯВЛЕНИЯ ТИПА ИЗВЕЩЕНИЯ-МАНИФЕСТА: Имею честь известить всех, кто меня знает, что я оставил службу в фирме Л. Ф. Пло и торговыми делами этой фирмы бо- лее не заведую. Я перешел в фирму Ив. Ив. Додонова, Николь- ская, д. Греческого монастыря, где буду управлять вновь откры- ваемым техническим отделом фирмы, а потому имею честь покор- нейше просить перенести доверие ко мне па эту фирму. Почетный 168
Состязание «на скорость» между велосипедистом и казаком — тоже «культурное» развлечение.
Типичное рекламное об'явление.
Так неистово рекламировали тот самый квас, которому московские газеты приписывали убийственные свойства.
«Альфред-триумфатор» — реклама, изображающая мод- ного в свое время портного, победоносно попирающего своих конкурентов...
гражданин Михаил Сергеевич Сергеев. Адрес мой: М. Лубянка, д. Французской церкви, 14. («Русское слово» от 17 сентября 1905 г.) Ворожеи-предсказательницы также искали клиентов через газеты. Судьбу предсказывает. Пименовская улица, д. Рогинова, кв. 16. («Брачная газета» № 7 за 1906 г.) Ворожея принимает от 11 до 5 часов дня. Долгоруковская ули- ца, церковь св. Николая, дом дьякона Истрина, кв. 8. («Брачная газета» № 10 до 1906 г.) Ида Англей предсказывает будущее, говорит прошедшее, дает советы. Принимает ежедневно от 1 до 5 часов дня. Моховая, меб- лированные комнаты Чижова, 2. («Брачная газета» № 10 за 1906 г.) Оригинальные об'явления можно было прочесть в мо- сковской черносотенной печати того времени. Нужен мальчик грамотный, из хорошей черносотенной семьи, для посылок. Жалованье 6 рублей, квартира и харчи. Обращаться в контору газеты «Вече». («Вече» от 4 октября 1907 г.) Чрезвычайно красочно характеризуют нравы дорево- люционных господствующих классов объявления из «Брач- ной газеты». Вот образцы творчества поэта «Брачной газеты»: Невесты, вашего вниманья! И вас прошу я, женихи, Иметь немного хоть желанья — Прочесть внимательно стихи. Я, господа, рекомендуюсь: Ваш стихотворный рекламер ! Могу воспеть, не обинуясь, Богатство, связи, стан иль взор... Наследство, ренту иль брильянты. Иль голос, слаще соловья. Характер, милые таланты — В стихах готов прославить я... И так, доверьтесь же поэту, И мигом смастерим марьяж И счастьем прогремим по свету. 169
По примеру французских «свадебных поэтов», принимаю на се- бя составление стихотворных публикаций от женихов и невест для помещения в «Брачной газете». Исполняю заказы скоро и аккурат- но, цены умеренные. Адрес: Москва, Шереметьевский переулок, дом тр. Шереметьева, кв. 61, г. Мариору. Грущу, страдаю, одиночеством томлюсь И святому провиденью я усиленно молюсь: Дай же мне отраду в жизни, утешенье и покой, Чтобы мог иметь я радость, распростившися с тоской. Не поможет мне гитара, мандолина и кларнет, Все противно мне на свете, коль подруги жизни нет. Отзовись же, дорогая, дай свободно мне вздохнуть, Чтоб могли рука с рукою мы пройти житейский путь! Вот такой невесты милой А. М. К. давно уж ждет, Он в Москве, на Красносельской, 38 лет живет. Предложения только серьезные, желательно фотографическую карточку. («Брачная газета» № 10 за 1906 г.) Где ты, доля моя, бродишь, Не докличусь я тебя? Откликнись! молодая, обеспеченная (40 тысяч) старообрядка. Не придется раскаиваться. Тайну гарантирую. Цель — замужество. («Брачная газета» № 14 за 1906 г.) Хотелось бы устроить тихую семейную жизнь торговцу 37 лет, религиозному, не пьющему. Ищет доброго человека. Лета до 35. Приданного тысяч 15. Адресовать: «Брачная газета», № 162. К посредству «Брачной газеты» часто прибегали и ти- тулованные особы, стремясь извлечь из своих титулов всевозможные доходы. Князь, молодой вдовец (29), желает познакомиться в це- лях женитьбы с особой, располагающей средствами. Сословие и воз- раст безразличны. Адрес: «Брачная газета», № 176. Граф, красивой наружности, 30 лет, представительный, желает познакомиться с богатой дамой; сословие и возраст безразличны. В случае обоюдного приятного впечатления готов жениться. («Брачная газета» № 10 за 1906 г.) Титулованные «женихи», как мы видели, не скрывали своих меркантильных намерений. Однако, не все в своих требованиях достигали такой деловитой конкретности, как нижеуказанный претендент. Экстренно, ввиду окончания отпуска, нужна сваха или невеста. Требования следующие: барышня иди вдова 25—30 лет, не урод- 170
левая, воспитанная или образованная, хороший человек. Пять ты- сяч надо на уплату моего долга, а остальной капитал, чтобы состав- лял сумму не менее 100 тысяч, из которых половина должна быть неприкосновенной и тратиться только по взаимному соглашению мужа и жены, а в случае измены после развода перейти к мужу. Я — кавалерийский офицер, красивый, энергичный, хорошей фами- лии. Желал бы остаться в полку, но по желанию жены могу пе- рейти на другую службу. Ко всякому делу способен, а жениться хочу, так как не имею денег на уплату долга, да и решил остепе- ниться и подумать о будущем. Буду верным супругом, лишь бы же- на была хороший человек. Прошу писать возможно скорее по ад- ресу: Главный почтамт, пред'явителю кредитной пятирублевки за № Б. Ч. 605303, до востребования. Прошу также указать свой ад- рес, по которому мог бы ответить. С пустяками прошу не обра- щаться. Свах, не могущих удовлетворить моим требованиям, про- шу не обращаться. Все требуется исполнить в течение б дней, и если будет что-нибудь подходящее, могу немного продлить отпуск. Сословие невесты безразлично. А вот — явная противоположность обстоятельному офицеру. Имею 24 часа свободного времени, средствами располагаю, одинок. Посещаю театры, рестораны, кофейни, наблюдаю публику. Желал бы вступить в переписку с одинокой. Дальнейшее выяснит- ся из писем. Согласен жениться. Адресовать: редакции «Брачная газета», № 149. Кроме установления письменной связи между жениха- ми и невестами, «Брачная газета» брала на себя и дру- гие функции: Лид, справляющих пышные, блестящие свадьбы и желающих, чтобы их торжества были описаны на страницах «Брачной газеты», редакция просит прислать соответствующие уведомления для ко- мандировки специального корреспондента. («Брачная газета» № 3 за 1908 г.) Круг читателей «Брачной газеты» но ограничивался липами, непосредственно, так сказать, заинтересованны- ми. Эту желтую газетенку особенно смаковали, напри- мер... монахини Покровской общины. Расследуя обстоятельства, вызвавшие ходатайство монахинь По- кровской общины об уничтожении стоянки газетчика (продавца га- зет) у ворот общины, городская управа выяснила любопытную кар- тину. Оказывается, что между монахинями стала усиленно за послед- нее время распространяться «Брачная газета». Монахини жадно покупали у газетчика номера этого бульварного листка, чрезвычайно 171
интересуясь помещаемыми в ней об'явлениями. Настоятельница об- щины заметила, каким развращающим образом действует на моло- дых монахинь «Брачная газета», и вот в результате ходатайство об уничтожении стоянки продавца газетами у ворот общины... («Утро России» от 2 февраля 1912 г.) * * * ПОПЫ Попы проповедовали: Москва — «святой город». «Москва златоглавая...» «Москва — колыбель православия». «Сорок сороков церквей, часовен, монастырей» — свы- ше тысячи церковных зданий насчитывала Москва при 9 158 каменных и 65 тысячах деревянных домов в 1912 г. Попы были, разумеется, самыми ревностными верно- подданными и слугами русского царя. Каждый «царский день» — дни рождения и тезоиме- нитства царских особ — и прочие «царские дни», являв- шиеся «праздниками» в старой России, ознаменовывались пышными церковными торжествами. Вчера, в день рождения государя императора, во всех столич- ных храмах были совершены после литургии благодарственные мо- лебствия... На богослужении была вся высшая административная и военная Москва, представители сословий, иностранные консулы и придвор- ные чины. («Русское слово» от 7 мая 1905 г.) В своем раболепстве перед царем земным попы охот- но пренебрегали царем небесным. ...не забыли даже о том, что во время долгого пребывания двор- цовых фрейлин на церемонии коронации им кое-что понадобится, а потому для фрейлин императрицы тут же, в самом древнем Успен- ском соборе (в Кремле), была устроена уборная самого низменного назначения... (В. Краснов, Ходынка, М. 1926 г.) Московское духовенство имело теснейший кон- такт с полицией, черной сотней и правыми партиями. До- статочно выразительно следующее сообщение из больше- вистской «Правды». 172
Москва. Вчера вечером в епархиальном доме происходило пред- выборное собрание московского духовенства под председательством Макария Гневушева. В обширной речи, произнесенной архимандри- том Макарием, он доказывал, что духовенство не должно входить в блок ни с какими партиями, кроме правых. Собрание большинст- вом наметило следующих кандидатов: Анастасия, епископа Серпу- ховского, архимандрита Макария, протопресвитера Успенского со- бора Любимова и миссионера Айвазова. Ввиду того, что епископ Анастасий отрицательно относится к выставлению его кандидатуры, собрание постановило отправить к нему депутацию с просьбой не отказываться. («Правда» от 3 августа 1912 г.) Храм Христа-спасителя был одним из наиболее почи- таемых храмов Москвы. Хоругвеносцы храма и староста хоругвеносцев избирались из числа мелких купцов и со- стоятельных ремесленников, были в числе хоругвеносцев и охотнорядцы, отличавшиеся особой преданностью пре- столу и отечеству. Из приведенного ниже письма чита- тель поймет, кто именно, и какого сорта люди состояли в хоругвеносцах храма Христа-спасителя. Стиль и орфо- графия письма нами сохранены. Его высокопреподобию настоятелю кафедраль- ного храма Xриста - спасителя собора в Москве митрофорному протоиерею Михаил Ивановичу Соболеву. Почетного члена хоругвеносцев храма Христа- спасителя в Москве Ефим Львовича Большакова. ЗАЯВЛЕНИЕ Об обстоятельстве настоящего дела. Со дня освящения собора Храма Христа-Спасителя в Москве я признан обществом хоругвено- сцев за трезвою мою жизнь и за щедрое пожертвование в разное время до 5 тысяч рублей почетным членом. В мое время управление старосты находился у меня помощни- ком Злобин Иван Андреевич. Косвенными способами по подговору одно сторонников его исхлопотал у общества в два раза подарков до 800 сот рублей, а ети деньги пожертвованы на хоругвий, значит они церковные. Я нахожу такое вымогание недобросовестным. После Лебедева был выбран старостою из лакеев газетчик Ла- сточкин Петр Иванович, который растратил общественные деньги и, кроме того, множество захватил чужих денег; брал залоги. Его заключил г. прокурор в острог и суд его осудил сослать на по- селение в Олонецкую губернию. И при Ласточкино был помощником Спиридонов Симен Тимо- феевич... 173
После Ласточкина старосты исправлял должность Спиридонов. Расстратил общественные деньги. Его судил окружной суд» но хо- ругвеносцы из жалости посииейству простили и суд его оправдал. Растрачена была сума до 600 сот рублей. Спиридонов происхожде- нием виноторговец. После Спиридонова исправляющего должность старосты выб- рали в старосты Шахова Сергея Ананьевича. Мастеровой, работал самовары; отчетов обществу не дал; и его один почетный член хо- ругвеносец; крупный жертвователь 67 лет, старик Бобринский, уличал во взятках при заказе мастеру Кузьмичеву хоругвий. Дело было в су- де по жалобе Шахова, но суд старика Бобринского оправдал. Ша- хов, будучи старостою, на требование общества выдать хранившей- ся при соборе сундук с деньгами, выдать ключь Шахов уклонил- ся. Тогда настоятель собора просил великого князя Сергея Алек- сандровича отобрать ключь от Шахова. По предписанию великого князя... полицыя ключь отобрала. Отперли сундук и оказалось де- нег 9 копеек... После старосты Шахова выбрали в старосты Анофриева Ивана Николаевича. От чот неизвестен. И он прежде временно уволился. Он — зеленьщик. Но ропот при кажном кресном ходом навсегда был, анасобра- ний ропот наружу невыходил. (МОЛУ, ИА № 2, ф. храма Спасителя, д. № 44, св. 4 за 1910—1912 гг., лл. 8—10.) В 1905 г. духовенство выступило в качестве охраните- лей порядка. Вот, например, обращение черносотенного «союза по- рядка», вдохновителем которого является московский мит- рополит. Союз этот в первую очередь ставил своей зада- чей разгромить революционные партии и социал-демокра- тов и руководимые ими профессиональные союзы рабо- чих Москвы. В своем послании от 18 мая 1905 г. «Союз порядка» писал: С целью противопоставить необходимые преграды усиленной де- ятельности существующих у нас в России революционных партии, выразившейся в последнее время в целом ряде уличных демонстра- ций и аграрных беспорядков, в Москве образовался кружок людей, имеющих в виду организовать общество друзей порядка для борьбы с революционными партиями. Инициаторы этого дела стремятся со- брать в союз возможно больше членов из рядов интеллигенции и лиц, занимающих официальное положение по службе... Епархиальные средства в царской России достигали почтенной цифры в 42 миллиона рублей, не включая сю- да очень крупных статей — чистой прибыли от свечных 174
доходов и разных капиталов, принадлежавших ведомству. В московской епархии эти капиталы простирались до 12 миллионов рублей. Торговля свечами давала 500 тысяч рублей чистого дохода; в 1905 г. церковное имущество в городе Москве, по скромнейшей оценке, составляло не менее 50 миллионов рублей. Интересно сравнить доход от кружечного, свечного и арендного сбора со «штатной», отпускаемой казначейст- вом суммой. Небольшой московский Богоявленский монастырь имел немалые доходы: В Московскую духовную консисторию Москов- ского Богоявленского монастыря наместника Иеромонаха Илии. ДОНЕСЕНИЕ Сим имею честь почтительнейше довести Московской духовной консистории на указ оной от 26 минувшего июня № 7101, что Мо- сковский Богоявленский монастырь, кроме получаемой из Mocков- ского губернского казначейства штатной суммы в 1 249 рублей 32 копейки, содержится на доходы: свечной, кружечный и аренд- ный, каковые доходы в совокупности простираются до ста тысяч рублей. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., on. 452, II экспед. II стол, арх. № 25, л. 10.) Страшась утраты огромных свечных доходов, попы об'явили священный поход против... электричества. Устройство электрического освещения в домовом храме при Екатерининской богадельне повлекло за собой рассылку консисторией грозной бумаги причтам московских церквей. В консисторском указе говорится: «об'явить всем причтам и церковным старостам, чтобы они отнюдь не осмеливались устраивать в церквах и алтарях элек- трического освещения без разрешения епархиального начальства под опасением строгой ответственности за самовольные устройства». Указ был доставлен и в названную богадельню, а оттуда переслан по начальству, в городскую управу. Управа постановила: «принять к сведению». («Раннее утро» от 29 апреля 1911 г.) ...Журнальным определением консистории, утвержденным его преосвященством, положено: освещение церквей внутри электриче- ством противно правилам церкви... («Раннее утро» от 30 декабря 1910 г.) 175
Несмотря на свои огромные богатства, отцы духов- ные пользовались всяким подходящим случаем, чтобы еще полнее набить свои карманы. Выступая в роли земле- владельцев и арендаторов, церковники проявляли ни с чем не сравнимую алчность. ...Несколько лет тому назад шелковой фабрике Анонимного о-ва необходимо было замостить свою улицу, и она принуждена была платить по 250 рублей в год за то, что она на свои же средства замостила улицу, принадлежащую церкви. Когда город вздумал три года тому назад проложить водопро- вод по церковным улицам и вырыл уже своими рабочими канаву, о. Христофор явился со своими рабочими и зарыл ее... ...Недавно 7 домовладельцев по окончании срока аренды запро- тестовали, когда о. Христофор вздумал брать вместо 40 копеек за квадратную сажень по 1 рублю. Отец Христофор подал в суд, суд назначил их дома на снос. Пришлось смириться... Церковь Рождества богородицы на Бутырках является очень крупным землевладением, и о. Христофор — вершителем судеб мно- гих сотен, даже тысяч арендаторов... («Раннее утро» от б мая 1911 г.) ...Когда трамвайный отдел во главе с членом управы С. В. Чел- ноковым приступил к осуществлению проекта военной ветки и уже собирался укладывать рельсы в намеченном направлении, то на сцену явились непредвиденности. На Мясной улице «мостовая» оказалась собственностью Покров- ского монастыря, пожелавшего взять с города за право воспользо- ваться ею 15 тысяч рублей. («Голос Москвы» от 27 июня 1913 г.) Женские монастыри охотно принимали в своих стенах богатых одиноких старушек, в тех случаях когда гости, разумеется, приносили щедрые дары. Особенно цепко держались монахини за своих благодетельниц, обещав- ших отказать в пользу монастыря после своей смерти часть или все свое состояние. На этой почве происходили уголовные деяния. Господину прокурору Московского окружного суда. Обратите внимание на насильное задержание денег, дорогих ве- щей и личности Надежды Николаевны Кикиной в женском мона- стыре на Девичьем поле в Москве» 176
Типичные представители церковной аудитории. Сборщики на построение «храма», салопница с обязательным зонтиком... (Снимок 1914 года).
На церковной паперти. Кликуша. (Снимок 1914 года).
Г-жа Кикина хотя и доведена монастырским надзором и свое- волием главной келейницы-игуменьи (как ее зовут «вожатки») до полусумасшествия, тем не менее желала бы вырваться из монасты- ря и отобрать свои деньги и вещи, задерживаемые в монастыре. Но надзор монахинь и прислуги, приставленной к Кикиной, лишают Кикину возможности исполнить ее желание. Многие сочувствуют положению Кикиной в тюрьме, т. е. в мо- настыре, но не знают, как помочь ей. Монахини зорко стерегут свою богатую невольницу. Спросите саму Кикину, но без присут- ствия монахинь, которых она боится, и вы узнаете правду. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., I эксп., 1 стол, 1907 г., оп. 371, св. 241, Дело по анонимн. заявлению о насильственном задержании в монастыре Надежды Кики- ной, л. 3.) Отцы-пустынники и жены непорочные отнюдь не от- казывались от земных благ. Кроме председательницы и всех попечительниц, служивших в обществе1, приглашался на него... епископ Леонид, любимец всех этих барынь. На меня возлагалась обыкновенно миссия приглашения его, и я не раз бывал по этому поводу у него в его подворье на Тверской, где всякий раз поражался массою удивительной работы подушек: этими подношениями его поклонниц были завалены у него в два ряда все его диваны... И уже какие же закатывали они ему завтраки! Завтраки эти были, конечно, постные, но приготовленные первоклассными поварами и сервированные на фамильных золотых, серебряных и фарфоровых сервизах, с гербами этих знатных ба- рынь, и лакеями в ливреях, цвета их гербовых щитов, представля- ли, по контрасту со скромной школьной обстановкой, среди которой завтраки эти давались, совсем не обычное и интересное для на- блюдений зрелище. Таких «постных блюд»: кулебяк, стерлядей, осет- ров и пр., как в те ноябрьские дни экзаменов наших женских школ, мне более не доводилось есть... (А. Егоров (Каспаров), Страницы прожитой жизни.) Приводимые ниже документы живописуют «житие и деяние» пастырей святой церкви. О неблагоповедении иеродиакона Московского Сретенского мо- настыря Филарета. Святейшего правительствующего синода члену, высокопреосвя- щеннейшему Владимиру, митрополиту Московскому и Коломенско- му, Свято-Троицкие Сергиевы лавры священно-архимандриту, раз- ных орденов кавалеру Московского Сретенского монастыря архимандрита Димитрия Речь идет о благотворительном обществе и дамах-патронессах. 177
РАПОРТ Во исполнение резолюции вашего высокопреосвященства от 25 января сего 1899 г. за № 198 долг имею довести, что иеродиа- кон Филарет, переведенный в 1897 г. из Знаменского монастыря в Сретенский за неблагоповедение под особый надзор и для испра- вления, при всех мерах к его исправлению нисколько не изме- няется в своем образе жизни. Ежедневно после ранней литургии продолжает наделять женский пол низшего слоя просфорами, про- вожает за монастырь и вносит в свою памятную книжку имя, от- чество и место жительства провожаемых. Те же проводы чинит и после каждого всенощного бдения. Иеродиакон Филарет отличается беспримерною нечистоплотно- стью и неряшливостью. Всегда в засаленной, рваной и ветхой одеж- де, бродя по мирским домам, он собирает там всяческие отбросы: пищевые, одежды, обувные, бельевые и др., несет в монастырь и весь этот хлам складывает в одну кучу в своей келии. Здесь хлам преет, гниет и испускает невыносимый и заразительный запах, кото- рым пропитавшись и сам Филарет оказывается невыносимым в об- ществе. Сослуживцы его, иеродиаконы, входили на него с жалобою, что нет никакой возможности с ним вместе сидеть за трапезою по отвратительному запаху от него, и он был посажен в трапезе от- дельно... Вашего Высокопреосвященства милостивейшего Архипастыря и отца нижайший послушник Сретенского монастыря архимандрит Димитрий. Сентября 30 дня, 1899 г. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., I экспед., I стол, 1899 г., оп. 370, св. 225, д. б/н.) Получено 16 сентября 1883 г. В ночь на сие число городовой вверенного мне участка Михаил Шмелев, значок № 598, стоя на посту на Цветном бульваре, усмот- рел идущего босиком в пьяном виде неизвестного человека в одея- нии духовного лица, который бегал по улице и приставал к прохо- дящим женщинам. Доставленный неизвестный, назвавшийся заштат- ным священником Владимиром Леонтьевым Беляевым, для вытрез- вления был мною препровожден в приемный покой Сретенского по- лицейского дома. Сего же числа по вытрезвлении Беляев звание свое подтвердил и об'яснил, что служит по найму в церкви благо- вещения на Житном дворе в Кремле, сапоги снял на улице и по опьянению не помнит, куда девал. Священник Беляев по доставлении ему обуви освобожден. О чем я имею честь словесно доложить вашему превосходи- тельству. Пристав (подпись). (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. обер-полицм., д, № 6129, л. 1.) 178
Дело дочери капитана Лидии Ломоносовой и иеродиа- кона Феодосия. ...о неблагоповедении иеродиакона Московского Сретенского монастыря Феодосия. Его высокопреосвященству епископу Дмитровскому о. Нестеру. От дочери капитана Лидии Александровой Ломо- носовой, жительствующей Мещанской части, 3-го участка, по 2-й Мещанской улице, в доме Кузне- цовой, № 48. ПРОШЕНИЕ Почтительнейше прошу вас, ваше высокопреосвященство, о привлечении к законной ответственности иеродиакона Сретенского монастыря Феодосия, который, познакомившись со мной в январе месяце 1895 г., склонил меня вступить в связь, которая и произо- шла в его келье. Заболевши после этого от него болезнью, я ему сказала об этом. Он тогда посоветовал мне отравиться, дав мне яд сулему, которую, послушавшись его совета, я и выпила в мае ме- сяце 1895 г. Очутившись после этого в приемном покое Рогожской части, я об этом заявила. Будучи потом отправлена... в Яузскую больницу, я об этом там также заявила судебному следователю г. Ключареву, но, по совету моей сестры Ольги Ломоносовой, про- сила дело это прекратить. Дерзость Феодосия дошла до того, что после всего этого при встрече со мной называет меня словами, не- удобными в печати, и грозит убить, говоря, что доказательств нет, что начальство все за него, что у него влиятельная родня и ему не такие дела сходили с рук и что он любимец архимандрита и пр... Лидия Александровна Ломоносова. Г. Москва, апреля 18 дня 1896 г. (МОАУ, ИА, № 1, ф. Моск. дух. консист., I эксп., 1 стол, 1896 г., оп. 270, св. 225, арх. № 3 по on.) Его высокопреосвященству епископу Дмитровскому о. Нестеру. От дочери капитана Лидии Александровой Ломоносовой... ПРОШЕНИЕ Имею честь почтительнейше просить ваше высокопреосвящен- ство—не оставьте сделать зависящее распоряжение о вызове в Московскую духовную консисторию... по делу иеродиакона Сретен- ского монастыря Феодосия следующих моих свидетелей, которые мо- гут показать под присягою, что Феодосий находился со мною в близких отношениях, именно: 1) банщика Павла, который видел меня с Феодосием, когда я была с ним в Устьинских банях, и ви- дел его обхождение со мной; 2) иеромонаха Сретенского монастыря Геннадия; 3) иеромонаха того же монастыря Иону; 4) иеродиакона 12* 179
Сретенского монастыря, но лицо которого очень хорошо запомнила; он видел меня в келье у Феодосия, причем Феодосии был совер- шенно без всякой одежды; 5) трех дворников Сретенского мона- стыря...; 6) монаха, находящегося при часовне Сретенского мона- стыря; 7) фельдшера Рогожской части... 27-го числа июня сего года... в Кремле встретилась с Феодо- сием, который, пользуясь, что в это время мало было публики, подскочил ко мне с непечатными словами, ударил меня кулаком до того сильно, что у меня было кровохарканье, и во время удара по- темнело в глазах и изо рта пошла кровь. Не довольствуясь этим, схватил меня за руку и тряс ее так сильно, что не могу до сих пор поднять ее, сказал, прибавляя непечатные слова: «Я тебе по- кажу судиться со мной; я служу попрежнему и буду служить; ты ничего не возьмешь; у меня влиятельная родня, и сам архиманд- рит— заступник. Я тебя буду колотить почем попало при каждой встрече». Выше высокопреосвященство! Взойдите в мое положение и за- щитите меня от Феодосия. Г. Москва, 28 июня 1896 г. Лидия Ломоносова. К делу о неисправимом пьянице иеродиаконе Ионе присовокуплена справка (полицейского пристава. Полиция подкрепляет выводы «честного инока — настоятеля Дани- ловского монастыря». Его преосвященству преосвященнейшему Несто- ру, Епископу Дмитровскому, викарию Московско- му и разных орденов кавалеру. Настоятеля Московского Данилова монастыря с старшею братией. ПОКОРНЕЙШЕЕ ПРОШЕНИЕ Иеродиакон нашего монастыря Иона оказывается неисправимым пьяницей. Прежде, два года тому назад, от пьянства он сходил с ума, почему и отправлен был в Преображенскую больницу умали- шенных на излечение. По выздоровлении около года жил хорошо, но потом опять пристрастился к вину и в настоящее время неспо- собен к отправлению иеродиаконских обязанностей не только при совершении божественной литургии, но даже панихид. В штатных монастырях он не может исправиться в поведении, потому что злая его воля употребляет доход только на вино. В нашем монастыре все средства ко вразумлению слабого были употреблены, более мы не в силах исправить его и просим удалить его в пустынную оби- тель. При сем прилагаем записку пристава нашего участка, свиде- тельствующую о неисправимости иеродиакона Ионы. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., I эксп., I стол, 1903 г., оп. 371, св. 233, Дело о неблагоповедении иеродиакона Москов- ского Данилова монастыря Ионы, л. I.) 180
После неисправимого Ионы — неисправимый Арсений. Святейшему правительствующего синода члену, высокопреосвященнейшему Ионникию, митропо- литу Московскому и Коломенскому, Свято-Троиц- кие Сергиевы лавры священному архимандриту и разных орденов кавалеру. Настоятеля Московского Покровского монасты- ря архимандрита Андрея. ПОКОРНЕЙШЕЕ ДОНЕСЕНИЕ Вверенного мне монастыря иеромонах Арсений (из миссионе- ров Камчатской миссии) за последнее время стал предаваться край- ней нетрезвости и в этом состоянии обнаруживает крайне непокой- ный нрав. Выделяющаяся черта в нем та, что он в своем пьяном, безобразном виде всегда ищет случая вырваться из монастыря на волю или старается вторгаться в церковь на торжественные бого- служения, надевать священные облачения и участвовать в торже- ственных выходах. Так, минувшего 31 декабря, под новый год, он вторгся в среду иеромонахов за литиею и стихивной, где кидало его из стороны в сторону, и только милосердие божие спасло его от позорного падения в мантии среди церкви, а по возвращении с литии в алтарь поднял шум, неистовый крик, всевозможную брань и стук от кидания церковных вещей. К исправлению его все до- машние меры были испытаны, но тщетно. В минувшем 1887 г. бо- лее двух третей года в сложности он был пьян... Вашего высокопреосвященства милостивейшего архипастыря и отца нижайший послушник Настоятель Архимандрит Андрей, (МОАУ. ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., I эксп., I стол, оп. 369, 1892 г., Дела монастырские, № I, л. 1.) Иеромонах Арсений, как видно из донесения, по- просту кидал на пол церковные вещи. В донесении же деликатно говорится только о том, что он «поднял стук от кидания церковных вещей». Дела архимандрита Григория Паламы вызвало дли- тельную переписку между русским послом в Константи- нополе, министром иностранных дел, московским гене- рал-губернатором и обер-полицмейстером. Совершенно секретно. Господину московскому обер-полицмейстеру. Исправляющий должность обер-прокурора святейшего синода, препроводив ко мне доставленную к нему управляющим министер- 181
ством иностранных дел в копии секретную телеграмму посла нашего в Константинополе от 28 минувшего июня касательно начальника Иерусалимского подвория в Москве, сообщил, между прочим, что архимандрит Григорий Палама несколько лет тому назад заявил себя не совсем одобрительно, торгуя саванами и другими предме- тами, высланными будто бы со святого града господня, о чем в то же время было опубликовано в некоторых газетах. Вследствие чего, препровождая при сем к вашему превосходи- тельству памятную копию с телеграммы, предлагаю вам, согласно желанию исправляющего должность обер-прокурора святейшего си- нода, учредить строгое секретное наблюдение за поведением архи- мандрита Григория Паламы и за действиями его по содержанию помянутой копии с секретной телеграммы посла нашего в Констан- тинополе и о последующем мне донести. Генерал-ад'ютант К. Долгоруков. Управляющий канцелярией (подпись). (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск., обер-полицм., д. № 13311, св. 172, л. 1.) Торговля саванами (будто бы присланными из «града господня») дала возможность архимандриту Паламе устроить свои сердечные дела и проявить трогательную щедрость в отношении дамы сердца. Совершенно секретно. Его превосходительству господину московскому обер-полицмейстеру. РАПОРТ Вследствие предписания вашего превосходительства от 10 июня За № 2447, имею честь донести, что по собранным секретно сведе- ниям оказалось: архимандрит Иерусалимского подворья Григорий Палама, одевшись в светское платье, нередко гуляет по улицам Москвы; прежде он довольно часто ночью заходил в дом Уханова, где жили мещанин Гольденгер с женою. Гольденгер же этот в то время скрывался от долгов. С переездом семейства Гольденгер на подворье ночные прогулки Паламы прекратились. Дела Гольденгер поправились: он приписался в купечество и открывает торговлю Золотыми и бриллиантовыми вещами. В случае нужды просит жену написать записку к Паламе и получает от него деньги. Кроме того, Палама ищет купить дом тысяч в 15, но для кого — неизвестно. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. обер-полицм., д. № 13311, св. 172, лл. 4—5.) Обстановка внутри монастырей никак не вязалась с «божественным» назначением сих учреждений... 182
Московский Данилов монастырь Июня 7 дня 1899 г. № 92 В Московскую духовную консисторию Благочин- ного монастыря настоятеля Данилова монастыря архимандрита Митрофана. ДОНЕСЕНИЕ Настоятель Знаменского монастыря архимандрит Серапион от 5 сего июня донес мне, что 3 июня между послушниками Знамен- ского монастыря затеялась пирушка и драка, во время которой по- слушник Добротворский получил рану в голову; раненый отправ- лен в больницу. Далее из донесения настоятеля... видно, что по- дравшиеся послушники еще из монастыря не высланы на том яко- бы основании, что драка для московских монастырей — вещь обыч- ная... (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., I экспед., 1 стол, 1899 г., оп. 370, св. 225, оп. арх. 71, л. 13.) В заключение главы о церковниках — любопытный в то же время жуткий человеческий документ, вскрываю- щий внутренний мир опекаемой церковью пасты: духов- ное завещание дочери чиновника. Все предусмотрено в этом документе: стоимость и церемониал похорон, воз- награждение священникам, поминальный обед для нищих, даже качество гроба. Читатель проникает в самую ду- шу богомолки-ханжи, состоятельной мещанки-копеечницы, знающей цену деньгам и за деньги покупающей место в «царстве небесном». Из духовного завещания дочери чиновника XIV класса Матрены Васильевны Лапшиной, составленного в 1896 г. ...Из капитала моего, какой окажется после смерти моей, за- вещаю : 1) Построить в Московском Рождественском девичьем монасты- ре храм или придел во имя Казанской божьей матери и поставить в иконостасе выстроенного храма жертвуемые мною иконы по пра- вую и левую сторону царских ворот... 2) Выдать из капитала шесть тысяч рублей в церковь св. му- чеников Адриана и Наталии... на имя причта непрерывно доход- ным билетом на вечное поминовение рабов божьих боляр Василия и Марфы, девиц Анны и Матрены с тем, чтобы поминать за обед- ней и панихидой каждодневно, вечно исполняя это свято и ненару- шимо. В случае неуплаты мною при жизни администрации чугуноли- тейного завода Доброва и Набгольца пяти тысяч рублей за чугун- ную часовню, которая должна быть поставлена заводом на наших могилах... прошу Рождественский монастырь уплатить эту сумму из 183
оставшегося после смерти моей капитала... и прошу Рождественский монастырь устроить поминальный обед на сто бедных человек: в день моих похорон, в сороковой день и в годовщину. Оставшийся же от постройки храма капитал употребить на содержание странно- приемницы с подачею чая с сахаром и булкою... 5) Принадлежащий мне..., в Москве... на 2-й Мещанской улице каменный дом с полукаменным флигелем, приносящий доходу до четырех тысяч рублей, завещаю Алексеевскому девичьему монасты- рю в Москве и обязываю Алексеевский монастырь в завещанном ему доме дать в пожизненное пользование моей двоюродной сестре Матрене Тихоновне Михайловой бесплатно квартиру под номером девятым, ценою в триста шестьдесят рублей, и двадцать один билет второго внутреннего с выигрышами займа... Капитал в пять тысяч рублей, находящийся у моей двоюродной сестры, употребить на похороны. Именно, из этого капитала я за- вещаю, приобрести два серебряного глазета кованых покрова, ценою оба вместе тысяча двести рублей; гроб чтобы был дубовой колоды, обитый серебряным глазетом. Похороны сделать по первому раз- ряду. Балдахин должен быть запряжен в шесть лошадей в белых попонах с гербами... Похоронить меня прошу в Алексеевском мо- настыре в фамильном склепе. На похороны пригласить отца архи- мандрита и четырех священников и выдать за труды отцу архи- мандриту пятьдесят рублей, а священникам — по двадцать пять рублей. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., I эксп., 1 стол, 1906 г., оп. 371, св. 239, Дело по постройке нового ка- менного храма в Московском Рождественском монастыре, лл. 9—12.) * * * В Советской стране уничтожена эксплоатация челове- ка человеком и навеки положен предел существованию всех эксплоататорских классов — дворянства, буржуазии и их верных слуг — попов всех мастей. Сметены с лица земли все те, кто превращал Москву в город мракобе- сия, бескультурья и грязи.
ТАК ЖИЛИ ТРУДЯЩИЕСЯ И ИХ ДЕТИ Старая Москва была крупнейшим промышлен- ным центром царской России. Десяткам тысяч московских пролетариев приходилось работать по 12—14 часов в сутки. Они влачили безра- достное существование. Невыносимые условия труда, нищенский быт рабо- чих, варварская эксплоатация не находили, конечно, да- же приблизительного отражения на страницах буржуаз- ной печати Москвы. Однако, даже по скупым и случайным заметкам мож- но составить себе представление о положении трудя- щихся. Лишь большевистская печать со всей остротой и непримиримостью раскрывала положение рабочих. Неда- ром на нее обрушивались бесчисленные конфискации и штрафы, нередко провинившиеся газеты попросту закры- вали. Знакомясь с документами, нельзя ни на минуту за- бывать о свирепейшей цензурной расправе, которой под- вергались материалы, хотя бы в некоторой мере разобла- чавшие условия жизни пролетариата. Несколько цифр и фактов дадут общее представле- ние о жизненном уровне трудящегося населения Москвы. 185
С 1907 г. в Москве начинает понижаться потребление хлеба. В 1906 г. в Москву было привезено в среднем на одного чело- века 5,11 пуд. пшеничной и 5,79 пуд. ржаной муки, а соответствен- но на одного человека было выпечено 6,6 пуд. белого и 8,6 пуд. ржаного хлеба. Между тем, в 1907 г. муки соответственно было привезено — 3,5 пуд. пшеничной и 6,27 пуд. ржаной, а выпечено хлеба на чело- века — 4,7 пуд. белого и 9,4 пуд. ржаного. Из этих цифр видно, что ржаной хлеб заменил пшеничный, по- требление которого сократилось на одну треть. В то же время потребление мяса не только не усилилось, а, ввиду все возрастающей дороговизны, сократилось. («Русское слово» от 20 декабря 1909 г.) Письма рабочих в большевистской «Звезде» нагляд- но вскрывали механику капиталистической эксплоатации. В настоящее время про тяжелую жизнь рабочих Московского района заговорили: фабричные инспектора, врачи и т. п. прислуж- ники капитала. Большинство из них украшают на словах бес- просветную жизнь рабочих розами и цветами благополучия и, как водится, совершенно умалчивают о целом ряде злоупотреблений, преступных даже с точки зрения нашего тощего закона о рабочих. Молчат даже против таких явлений, как обсчитывание, незаконное удлинение рабочего времени и т. п. нарушений, совершаемых гг. московскими капиталистами. Для примера беру первую попавшуюся фабрику товарищества московской кружевной фабрики (Гивартовского) около самого Де- вичьего поля на левом берегу Москва-реки... Московские капиталисты, особенно текстильной промышленности, перед каждой пасхой рассчитывают всех рабочих, а после пасхи вновь производят наем и стараются нанимать угодных, а не угодных оставляют за воротами. Эти расчеты исторически возникли на почве необходимости от- пускать рабочих на весеннюю пахоту и в настоящее время сохра- нились как пережиток отдаленного прошлого. И хотя современные рабочие, даже рабочие полу-крестьяне, уже больше не нуждаются в этом, но за этот пережиток сильно держатся московские фабри- канты. Для них эти расчеты являются сильным орудием борьбы про- тив рабочих: они без особого труда сразу убивают двух зайцев. Во-первых, этими расчетами они невольно заставляют держаться за землю и все стремление направляют в деревню, где большинство рабочих, из-за отсутствия сносных квартир при фабриках, оставляет свои семьи. Тем самым рабочие дробят свое внимание и отвлекают- ся невольно от непосредственной борьбы в городе. Во-вторых, пасхальные расчеты большую половину года держат рабочих в страхе быть уволенными за ослушание или гру- бость. Эти же расчеты дают возможность московским капиталистам эко- 186
номить десятки тысяч рублей, которые они обязаны были бы упла- тить рабочим, нанятым помесячно. И, в-третьих, наконец, пасхальные расчеты являются сильным орудием против нежелательных рабочих. Эти расчеты есть род усовершенствованного фильтра, через ко- торый пропускают ежегодно московских рабочих, как всегда в по- добных случаях в первую очередь пропускают сознательных и про- тестующих рабочих... За ними идут провинившиеся и неспособные к труду вследствие старости и увечья. И, наконец, беременные женщины. Эти женщины — будущие матери — поднимают такой вой и рыдания, столько проливают слез, что невольный страх охватывает все ваше существо, и вы всю жизнь будете помнить эти отчаянные вопли матерей, которым неизвестно, за что так дико и так варварски мстят и мстят уже много лет московские капиталисты-фабриканты. Но, чтобы понять весь ужас пасхальных расчетов, нужно по- смотреть еще на послепасхальное время. Рабочие в это время имеют такой придавленный и покорный вид и такими приезжают из деревни беззащитными, что всегда со- глашаются, почти беспрекословно, на все, что предлагают капита- листы, и зачастую даже не справляются об условиях найма. По фаб- рике ходят точно ошпаренные, ни с кем не говорят, и о борьбе и союзной работе совершенно не хотят и слушать. Капиталисты на это время готовят всякого рода урезки и ново- введения, готовят к послепасхальному времени: так, в описываемой нами фабрике, где занято около 1 500 человек, из которых две тре- ти женщин, в 1910 г. были отменены для сменных рабочих получа- совые ужины, и тем самым удлинен рабочий день. Сбавлены расцен- ки за простой машин: вместо 1 рубля стали платить 75 копеек в день, а также убавили расценки еще в целом ряде мастерских. Так, в отделении «Пита» челночной мастерской года три тому назад на выдаче бобин и вставке челноков работали мужчины, труд которых заменили женским. Первое время бобины носились и перекладывались по частям на железных прутках, но так продолжалось не долго. На сцену высту- пил «Пит» и его подручный Кондратьич. Было отменено ношение на прутках, заставили работниц носить бобины к стенкам по лестницам целыми ящиками. Работницы первое время отказывались, а некоторые указывали «Питу» и Кондратьичу, что они 51/2 -пудовые ящики носить по лестницам на второй этаж и поднимать их на высоту 2-х аршин не в силах. На это они получили ответ: «не в силах — берите расчет». Рас- чета никто не взял, конечно, но 51/2-пудовые ящики носить стали. Результаты подобного ношения сказались очень быстро. Работ- ницы стали жаловаться на боли в животе, пояснице и т. д. Но одними болями дело не ограничилось: появилось нечто ужас- ное. Одна работница, будучи беременной, подняла ящик и почувст- вовала себя дурно, упала, и тут же на глазах рабочих, как мужчин, так и женщин, у нее начались родовые муки, и она родила мертво- 187
го. Это был первый у работниц преждевременный выкидыш, но за этим выкидышем последовали еще и еще, и скоро преждевременные роды стали явлением обычным... Заработная плата на описываемой нами фабрике мужчин — от 15 руб. до 50 руб. и женщин —от 9 руб. до 20 рублей в месяц. По- ловина рабочих на фабрике работает посменно (рабочий день, как у денных, так и у сменных—10-часовой). Мужчины работают в две смены от 4 часов утра до 12 часов ночи. Женщины работают от 4 часов утра и до 10 часов вечера. Но смены распределены так, что все время рабочие только и де- лают — работают да спят, а встают только затем, чтобы опять итти на работу,— и это продолжается круглые сутки изо дня в день. Что- бы выйти к 4 часам на работу, приходится большинству вставать в 3 часа и работают до 9 часов утра; с 9 часов их освобождают до 1 часа дня. В этот промежуток они должны позавтракать и пообедать и не- значительным количеством дневного сна подкрепить свои силы, что- бы быть в состоянии отработать от 1 часа дня до б часов вечера. С 6 часов вечера они свободны, но тратить вечер для личной жизни им не приходится: трехчасовое вставание скоро приковывает их к постели. Немногим лучше работает и вторая смена: она вступает на ра- боту с 9 часов утра и работает до 1 часа дня; рабочие этой смены свободны до б часов вечера, а с б часов вечера рабо- тают до 12 часов ночи. Женщины работают в том же порядке, но в общей сложности двумя часами меньше. Но так работают не все. Есть еще одна значительная категория ремонтных рабочих, которые должны приходить на работу не с 4 ча- сов, а с 21/2 или с 3 часов, так что у них официально рабочий день уже не 10 часов, а 111/2 и 11 часов. О неофициальном рабочем дне мы говорить не будем—он почти не поддается учету. К этому надо прибавить еще сверхурочные работы, которые сильно развиты среди ремонтных рабочих. Из них в первую очередь возьмем кочегаров, затем не платят За сверхурочную работу слесарям, вместо 10 часов им платят толь- ко за 8 часов. Старожилы рассказывают, что у них было еще хуже. Так, они до 1910 г. по праздникам дежурили с 6 часов утра и до 7 часов вечера, «в особенности кочегары», и за все это время им платили вместо 13-ти часов только за 8 часов. Рабочий. («Звезда» от 22 декабря 1911 г.) В дополнение к тому, что известно читателю из пре- дыдущих глав, приведем еще несколько фактов, рисую- щих условия, в которых жили трудящиеся в дореволю- ционной Москве. Фирма «В. Высоцкий и К°» навербовала своих служащих из го- лодных мест и, пользуясь крайностью положения рабочих, наняла 188
их по изумительно дешевой цене — по 6 рублей в месяц на их харчах и на их квартире!.. (А. П. Лукин, Отголоски жизни.) Сотрудник московских газет ознакомился на месте с положением рабочих фирмы «Высоцкий и К0». Г. Осипов отправился в громадный дом Малюшина, на углу Драчевки и Колосова переулка, где во дворе помещаются квартиры, в которых живут татары артелей товарищества «В. Высоцкий и К°». Описание этих квартир и положение рабочих товарищества Высоц- кого отчасти напоминает картины дантовского «Ада». Судите сами. Приходит Данте, виноват, г. Осипов, в этот вертеп и пригла- шает себе в проводники, вместо Виргилия, домового дворника с медною бляхою на шапке. Спрашивает, где помещаются квартиры рабочих-татар, ему указывают две. Первая под нумером двадца- тым, во втором этаже, состоит из трех крошечных комнат. Венти- ляции никакой, воздух ужасный. Данте, в образе газетного корре- спондента, вступает в беседу с татарином, хозяином этой квартиры, и от него узнает, что в этих грязных клетушках ночуют четырнад- цать человек, в том числе две женщины и две девочки. — Спите все вместе? — любопытствует Данте. — Конечно!—ответствует хозяин.— Да ведь нам живется ху- же скотов — поясняет он: — теснота такая, что повернуться не- возможно: ни постелей, ни коек нет никаких, спят не раздеваясь: в каком платье пришел, в том и на работу идет! — А где они работают? Оказывается, что здесь живут исключительно татары-рабочие товарищества «В. Высоцкий и К0», которые из своего нищенского жалованья уплачивают за ночлег и кормежку по 3 рубля 20 копеек, да за «услуги» прибавляют еще по рублю. — У вас голод на родине?—любопытствует опять Данте. А ему в ответ: «Земля хлеб не родит; если бы родила — на такое жало- ванье никто бы сюда не поехал от своей земли». Данте переходит в другое отделение ада — в квартиру под ну- мером четырнадцать. Тут «хозяйничает» татарка, а квартиру зани- мают тоже рабочие товарищества «В. Высоцкий и К°». Здесь тоже, как оказывается, свирепствовал тиф, и в больницу было отправлено более десяти человек, причем выздоравливающих «на счет Высоц- ких» поспешно отправляли на родину и «так торопили, что и опом- ниться не дали: некоторые хотели здесь остаться, место себе оты- скать, так и не дали!» «А чего домой-то им ехать на голодовку!»— закончила замечанием рассказчица. И здесь рабочие платили за квартиру по 3 рубля 20 копеек: «больше с них не возьмешь — заметила хозяйка, — потому жало- ванья кто по семи, кто по восьми рублей получает. Не много оста- нется!» Чтобы убедиться в количестве заболевших тифом, корреспондент отправился во 2-ю городскую больницу. Здесь доктор Орлов пере- дал ему, что за последнее время в больнице перебывало больше пятидесяти рабочих товарищества «В. Высоцкий и К°», больных ти- 189
фом, причем и теперь в больнице лежит еще восемь таких рабочих. По мнению доктора, в данном случае «надо полагать, что плохие условия жизни отразились на подготовленных долгой голодовкой организмах, и несчастные татары свалились»... В день посещения больницы корреспондентом от Высоцких же доставили в ту же больницу одного больного сыпным тифом. По словам доктора, он болен уже пять дней и только теперь доставлен в больницу. А любопытно было бы знать, где же он провел эти пять дней своей болезни? Лежал ли он в одной из грязных квар- тир, заражая только своих товарищей рабочих, или пребывал в «развесочной» фирмы, раскладывая чай по пакетам для отправки в разные города?!.. (А. П. Лукин, Отголоски жизни.) Фирма «Высоцкий и К°» не была, разумеется, исклю- чением. ...Квартира 18 рабочих-землекопов в доме Авдеева, на Островке, среди которых появилась цынга, помещается в темном, глубоком, сы- ром подвале, куда дневной свет проникает через одно окно, размер которого в вышину около 3/4 аршина. Помещение это сплошь заня- то нарами, на которых рабочие спят без всякой подстилки, т. е. на голых досках. Питаются рабочие «хозяйскими харчами», круглый год состоящими из солонины самого низшего качества, очень часто с сильным запахом порчи. Меню это изменяется лишь в постные дни, когда рабочих кормят «постной пищей». Случаи заболевания цынгой в этой квартире оказались не первыми... Среди рабочих у подрядчика Власова в 3-м Серпуховском проезде в короткое время было 32 возвратных тифозных заболева- ния. Спальни их оказались до такой степени отвратительно грязны- ми, что рабочие, при всей своей невзыскательности и вечной уста- лости, не могут в них оставаться на ночь и ищут мест для сна, где попало. Достаточно сказать, что нары в спальне со времени откры- тия заведения ни разу не чистились и кишат насекомыми... («Раннее утро» от 17 июня 1911 г.) В промозглых надворных постройках сотни квартир и комнат, Занятых всевозможными мастерскими. Пять дней в неделю тихо во дворе, а в воскресенье и понедель- ник все пьяно и буйно; стон гармоники, песни, драка, сотни полу- голых мальчишек-учеников, детишки плачут... Ревут и ругаются уче- ники, ни за что, ни про что избиваемые мастерами, которых и са- мих также в ученье били... Пьянство здесь поддерживалось самими хозяевами: оно прико- вывало к месту, — разутому и раздетому куда итти? Да и дворник в таком виде не выпустит на улицу, и жаловаться некому. Мастеровые в будние дни начинали работу в 6—7 часов утра и кончали в 10 вечера. Вот хоть портные в мастерской, положим, Воз- движенского, у которого было 50 человек. Из них женатые жили с семьями в квартирах на дворе, а холостые с мальчиками-ученика- 190
ми ночевали в мастерских, спали на верстаках и на полу, без вся- ких постелей: подушка — полено в головах или свои штаны, если не пропиты, а одеться и нечем! (Вл. А. Гиляровский, Ушедшая Москва.) ...На наших окраинах громадная армия рабочих людей живет впроголодь, в очагах заразы, вне всякой заботы об их материаль- ных и санитарных интересах. Дети здесь мрут, как мухи... (Московский вестник» от 10 октября 1911 г.) В большевистской печати того времени печаталось немало корреспонденций, рисовавших тяжкое положение московских трудящихся. Вот для примера письмо рабо- чего мастерской Платонова, одной из мелких мастерских, какими кишела старая Москва. Мастерская находится в плохих санитарных условиях — очень грязная, душная, нет вентиляции, если вздумаешь переменить воз- дух — откроешь форточку, то рискуешь своей жизнью — можешь простудиться от холода. Рабочий день — 13 часов. Отношение хозяина к рабочим очень грубое, очень часто при- ходится слышать неприличные слова или названия: мужчины — ху- лиганы, а женщины — содержанки. А когда хозяин приходит пьяный, то на рабочих кричит, как на скотину, хозяйка, как пес сторожевой, целыми днями сидит в ма- стерской и слушает, кто что говорит, и что ей не понравится, хотя это и не к ней касается, то передает хозяину, и рабочих прижима- ют, хозяйка таскает девочек учениц за волосы и называет их хлу- довскими содержанками. Заработки низкие, цена не соответствует работе, если рабочий говорит «дешево» и требует набавки, то хозяин выкидывает его яко- бы за неумение работать, хотя бы этот рабочий и раньше много времени работал у хозяина. Были случаи такие: не поспеешь ко времени сделать, когда хозяин назначил работу, то тоже после бу- дешь выкинут. Харчи очень скверные. Мяса дается рабочим очень мало,—оно не к рабочим попадает, а к хозяину на котлеты.... («Невская звезда» от 17 августа 1912 г.) Фабричная инспекция должна была осуществлять (в самых скромных рамках, конечно) надзор за фабрика- ми и регулировать отношения между рабочими и фабри- кантами. Однако, фабриканты самым категорическим образом выступили против малейших попыток учредить над ними хоть какой-нибудь контроль. Фабрикант Хлудов заявил, что «надзор за фабриками должен быть введен самим 191
фабрикантом». Именитые промышленные тузы: всякие Морозовы, Солодовниковы, Третьяковы, Мальцевы,— все решительно восстали против этой меры и нашли горя- чую поддержку в мануфактурном совете. Записки фабричного инспектора И. И. Янжула ри- суют взаимоотношения между инспекцией и фабриканта- ми, а также условия труда, существовавшие в эпоху учреждения фабричной инспекции. Необходимо подчеркнуть, что И. И. Янжул был че- ловеком для своего времени прогрессивным и среди дру- гих фабричных инспекторов являлся белой вороной. ...Меня поразило то обстоятельство на первой же фабрике, мною посещаемой, довольно больших размеров — фабрике Котова (в Мо- скве, в Хамовнической части), а потом и на других фабриках, каж- дое свое посещение мне приходилось начинать вопросом хозяину или его доверенному в конторе: «Слыхали ли вы что-нибудь о на- мерении правительства ограничить работу малолетних?»; обычно по- лучал в ответ: «Нет, ничего не слыхали!», и вынужден был чуть ли не прочесть им лекцию о законе о малолетних, его важности и предполагаемом выполнении. Некоторые меня слушали с видимым недоверием, иные иронизировали; но огромное большинство, сказать правду, встречало сообщаемое с полнейшим равнодушием, как буд- то дело до них совершенно не относится или касается другой стра- ны, другого государства! Так, один довольно крупный московский фабрикант, в первый раз* по его словам, услыхавши от меня о за- коне о малолетних, в самом же начале моих об'яснений прервал меня: «Вы меня извините, господин, мне пора в город в амбар ехать, а Вы расскажите свое какому-нибудь молодцу в конторе; они мне потом все передадут, будьте спокойны»... Другой был еще на- ивнее и не ссылался даже на деловой предлог, а что ему-де «пора червячка заморить... жена, знаете, -ждет к обеду», что лучше об Этом я бы зашел в другое время потолковать, «как-нибудь утреч- ком»... (И. Я. Янжул, Из воспоминании и переписки фабричного инспектора первого призыва.) Чего стоила вся деятельность фабричной инспекции, показывает типичное дело «либерального» фабриканта Лавина, нещадно рксплоатировавшего детей. ...Всем известна в Москве по хорошему качеству своих про- дуктов и минеральных фруктовых вод и шампанского фабрика Н. П. Ланина, либерального в то время члена думы и издателя либераль- ной же газеты «Русский курьер», которую в описываемый период он даже сам редактировал. Разумеется, как москвич, я хорошо знал Николая Петровича, как и он меня, и когда-то я у него поместил несколько статеек в «Русском курьере». Еще в 1884 г. я посетил его завод, как крупный в своем роде, желая познакомиться с про- 192
Изнуренные 12-часовым рабочим днем московские пролетарии нередко вынуждены были проводить ночи в ужасающих ночлежках, кишевших паразитами...
Тысячи людей в старой Москве были обречены капитализмом на все ужасы безработицы. На снимке: толпа безработных.
изводством, и нашел полное несоблюдение закона о малолетних и даже незнание его, удивительное в редакторе газеты. Я об'яснил ему, как делал всем промышленникам, сущность закона, так как, по опи- санным выше причинам, исполнение закона нами тогда не требова- лось, и предупреждал о будущем. Наконец, 11 сентября 1885 г., ко- гда я явился на его завод в четвертый раз» то опять-таки нашел все по-старому и в том числе целый ряд нарушений закона, а именно: 1) двое малолетних, не достигших 12 лет, противно 1 п. ст. 1 зако- на 1 июня 1882 г., были допущены к работе; 2) малолетние, про- тивно 2 п. ст. 1 того же закона, работают в общей сложности бо- лее 8 часов в сутки, не пользуясь при этом достаточными переры- вами... Мне было в высшей степени неприятно предавать это дело ог- ласке и приступить к составлению протокола, ввиду известности Па- нина в Москве и почета, которым он пользовался, как издатель довольно хорошей газеты. Но г. Ланин все сделал, чтобы вынудить меня применить к нему немедленно и к одному из первых кара- тельную норму нового закона. Указывая на серьезные нарушения Закона у него, мною найденного, я еще раз просил его позаботить- ся о приведении всего в порядок, указывая, что ему стыдно будет, как образованному человеку, если я составлю первый протокол в Москве по нарушению гуманного закона у редактора-издателя гу- манной же газеты. Я предлагал ему раз оказать снисхождение, если он даст мне положительное обещание в течение месяца исправить все указанные мною дефекты и отступления от закона. Вместо того чтобы согласиться на мое предложение и дать требуемое обещание, Ланин вспылил и самым грубым образом лб'явил мне, что он ни- каких обещаний давать не хочет и что я делать могу, что желаю, что он не боится никакого закона и т. д. Всякая снисходительность, очевидно, становилась дальше пре- ступной, и мне ничего не оставалось делать, как отправиться в уча- сток за полицией и понятыми. Затем я вернулся на завод Ланина и составил протокол, который сам Ланин отказался подписать. Далее, по заведенному порядку, протокол мой был пред'явлен, и мировой судья, несмотря на очень ловкую речь присяжного защитника г. Ла- нина, вынес обвинительный приговор с наказанием в виде сторубле- вого штрафа — высшего, допускаемого по закону о малолетних. (И. Я. Янжул, Из воспоминаний и переписки фабричного инспектора первого призыва.) Либералу Ланину был прямой расчет заплатить сто рублей и попрежнему безнаказанно измываться над ребя- тами. Но любопытно, что «либерализм» фабриканта мгно- венно испарился после самого робкого вмешательства фабричного инспектора в его хозяйские дела. Газета «Русский курьер», хозяином которой был фабрикант Н. П. Ланин, так «разоблачила» фабричную инспекцию: 193
Инспекция, ко всеобщему удивлению русских людей, окрасилась вдруг в ярко либеральный цвет. К ней воспылали все интеллигент- ные сердца, в ней стали видеть вовсе не то, что она есть на самом деле (или чем должна была бы быть), именно бодрствующий, дея- тельный орган государства, регулирующий отношения между фабри- кантами и рабочими. В ней увидали только оплот бедствующего пролетария, страдальца-работника против произвола жирного, ди- кого и свирепого угнетателя, фабриканта. Отовсюду несутся хвалеб- ные гимны: там-то и там-то схватили и расказнили бессердечного кулака-эксплоататора. Там явился снова фабричный инспектор и так крутил фабриканта, что тот раздумывает, уже не прекратить ли ему производство? В другом месте, наконец, налегли на малолет- них. Либеральная ревность о меньшем брате, да еще о детях (тут даже евангельские слова в ход пускались) была так велика, что и дети и родители взвыли хором и стали вымаливать и выкупать у волостных писарей подложные свидетельства о возрасте, лишь бы хоть обманом удержаться на работе и провести «недреманное око> фабричного инспектора. Архивы сохранили нам документы, где фабричные инспекторы свидетельствуют о жизни рабочих в эпоху революции 1905 г. Эти документы имеют особую цен- ность, поскольку авторов их нельзя заподозрить в со- чувствии рабочему классу, и предназначались они отнюдь не для опубликования, а для осведомления... властей. ЗАПИСКА ФАБРИЧНЫХ ИНСПЕКТОРОВ 1. Доминирующим пунктом недовольства рабочих оказались жалобы на необеспеченность существования, вследствие крайне низ- кой заработной платы, с одной стороны, и все возрастающей доро- говизны жизни и отсутствия сносных жилищных условий в Москве и Московской губернии — с другой. Действительно, по данным фаб- ричной инспекции, заработок 248 523 рабочих по Московской губер- нии за 1897 г. составлял 42 432 093 рубля, так что на долю каждого рабочего приходилось 170 рублей годового заработка; в 1903 г. 293 178 рабочих заработали 56 504 003 рубля, и на каждого рабочего приходится в год 192 рубля. Комнату, самую плохую, дешевле 6—8 рублей в месяц не найти, за угол с койкой надо заплатить 3—4 рубля, причем о таких комнатах рабочие говорили: «Снимешь на Ночь платье, повесишь на стенку, а утром и надеть нельзя: все мокрое». Таким образом, соответствия между заработком рабочих и стои- мостью жизни в Москве не только не существует, но за истекшие семь лет наблюдается, что при под'еме цен на харчевые продукты первой необходимости на 15—45%, не касаясь возрастания стоимо- сти квартир, заработок рабочих увеличился лишь на 12%... Рабочие спят и живут в общих казармах со всеми. «Лошади на конюшне лучше», — говорили рабочие о своем житье. Необеспечен- ность во время болезней в старости крайне тяготит рабочих; боль- 194
ной, состарившийся рабочий не нужен фабрике, неохотно прини- мается он и в деревне (если таковая есть), как бесполезный, обреме- няющий крестьянскую семью сочлен; «один конец — околевай под забором», — выражаются наши рабочие. Город Москва взимает со всякого прибывшего в город лица по- датного сословия, вместе с пропиской паспорта, больничный сбор (1 рубль 25 копеек) и выдает контрамарку, по которой заболевший имеет якобы право на койку в городских больницах. Рабочие жалуются на свое беспомощное правовое положение: «пойдешь к инспектору, а тебя с фабрики вон»,—говорят они; «хо- рошо, коли упредят за 2 недели, а то и сразу в шею». Жалуются на некультурность мастеров. Общераспространенно и характерно заявление рабочих, что «вся- кие сношения и разговоры по поводу неудовольствий или недоразу- мений с мастерами, порученные группою рабочих выборным для то- го товарищам («депутатам»), влекут за собою неминуемое увольнение этих лиц с фабрики, а часто и административную высылку на роди- ну, как зачинщиков». Примеры: на одной крупной шелко-ленточной фабрике рабочие, выбрав трех депутатов для заявления своих не- удовольствий фабричному инспектору и зная, что эти депутаты бу- дут уволены, собрали между собою по 100 рублей каждому выбор- ному; действительно, после пасхи договор найма с этими депутатами возобновлен не был. На большом механическом заводе депутаты усиленно просили заведующего, фабричного инспектора и исправни- ка, чтобы их не рассчитывали и не смотрели как на зачинщиков забастовки, и в этом им указанными лицами было дано обещание, но жандармский унтер-офицер заявлял при толпе рабочих, указы- вая на одного из депутатов: «ты зачинщик»; рабочие, зная, какая судьба постигает «зачинщиков», в виде протеста продолжали заба- стовку, хотя все недоразумения уже были улажены. На одном круп- ном механическом заводе после того, как все недоразумения были выяснены, и уже спустя полторы недели, как рабочие стали на ра- боты, снова началась забастовка из-за того, что некоторые рабочие были арестованы. Рабочие постоянно заявляют, что им негде поговорить между собою о своих нуждах и претензиях: при казарменной системе жизни рабочих, столь обычной в Московской губернии, не редкость, что 300—500 человек проводят свой досуг в общей спальне; отдох- нуть при таких условиях нет возможности. (МОАУ, ф. канц. Моск. губернатора, д. № 4, общее за 1905—1906 гг., лл. 40—45.) Кто осуществлял врачебный контроль на фабриках? В последнее время усиленно заговорили о пресловутом докторе Гольдберге, одновременно занимающем должность фабричного врача на десятках фабрик, между Москвой и Мытищами. История эта да- леко не нова. Много лет тому назад вопрос об этом докторе был поднят на московском уездном земском собрании. Тогда еще указы- валось, что исполнение доктором Гольдбергом обязанности врача на десятках фабрик — чистая фикция. Хотя и устроены приемные по- 195
кои, но приема больных не бывает... Г. Гольдберг, числясь Врачом на фабрике, дает возможность владельцам освобождаться от доволь- но крупных расходов на лечение больных... («Голос Москвы» от 13 марта 1909 г.) Городская дума не утруждала себя заботами о рабо- чих и служащих: Вчера председатель комиссии по рассмотрению жалоб рабочих, возникших еще в 1905 г., представил городскому голове заявление об окончании работ в комиссии. Четыре жалобы были оставлены без последствий и только по одной действия заведующего признаны не- правильными, семь оставлены без рассмотрения, три прекращены за отсутствием жалобщиков, одна — за кончиной жалобщика и семь— с правом возобновления... («Русский голос» от 29 августа 1907 г.) ...Три недели кряду наша дума оказывалась «сне в числе», когда обсуждался вопрос о нормальном отдыхе торговых служащих, а вче- ра для обсуждения этого вопроса даже совсем не собралась. Заседание было распущено за неприбытием должного количест- ва гласных. («Русское слово» от 16 февраля 1908 г.) Стоит, однако, отметить «заботы» думы о мостовщи- ках— рабочих, занимавшихся мощением улиц. Лет 8 тому назад, именно в октябре 1901 г., несколько гласных правого думского крыла вошли в думу с заявлением или, вернее, с предложением «обратить внимание на крайне неприглядное поло- жение рабочего люда, занимающегося мощением улиц в Москве», Указав на то, что уже давно указывала печать,—на то, что эти ра- бочие и под дождем, и под палящими лучами солнца, в момент от- дыха, как собаки, валяются на мостовой, что отсутствие хотя бы примитивной защиты от сырости, дождя и жары не может не отзы- ваться на здоровье мостовщиков, заявители выражали надежду, «что дума это заявление передаст в комиссию о пользах и нуждах об- щественных на предмет выработки соответствующих мер для устра- нения таких ненормальных условий в труде мостовщиков». Дума приняла это заявление к сведению и в ноябре того же 1901 г. передала его в комиссию о пользах и нуждах общественных. Комиссия обсуждала этот вопрос четыре года, а затем, когда была выбрана специальная комиссия «о наемном труде», что случи- лось в марте 1905 г., она попросила сложить с нее данное поруче- ние, так как улучшать условия труда и быта рабочего люда лежит теперь на прямой обязанности комиссии о наемном труде. Этой ко- миссии ближе затронутый вопрос, и ей, именно ей, следует им за- няться. Вопрос путешествовал из комиссии в комиссию, а тем временем все оставалась попрежнему... 196
Летние работы по замощению и ремонту московских мостовых начались, и снова рабочие городских подрядчиков принуждены «от- дыхать» после завтрака и обеда в самых непринужденных позах под открытым вебом... (Московский листок» от 18 января 1909 г.) Наконец, задача была разрешена, но несколько не- ожиданным образом. Более десяти лет городским управлением усердно разрабаты- вается вопрос о мостовых рабочих. Всевозможные комиссии и вра- чебные совещания исписали горы бумаг и проектов о защите здо- ровья рабочих, безмерно эксплоатируемых подрядчиками... Специ- альное обследование санитарных врачей вскрыло ужасающую кар- тину жизни и труда мостовых и других рабочих, подверженных эпи- демическим заболеваниям... Городская управа, сдающая работы частным лицам, имеет полную возможность оградить рабочих путем включения соответствующих требований в договоры со своими контрагентами... Дума, однако, приняла совершенно неожиданное решение. По- становлено: воспретить рабочим спать на улицах. Все остальное — дело, мол, свободного договора рабочих с хозяевами... Ведь теперь мостовые рабочие окажутся в гораздо худшем положении, чем пре- жде. Спать им на улицах нельзя, ну, а кто же обязан им предо- ставить для этого помещения? Ни подрядчики, ни город... («Раннее утро» от 19 апреля 1909 г.) И действительно, через три года это дело всплывает вновь. Гласный Шамин пробует «тронуть» сердце члена управы, на сей раз, правда, из побуждений особого по- рядка... Само собой разумеется, что такого рода «разре- шение» вопроса ни к чему привести не могло. Наступил сезон летних мостовых работ, и во многих районах города можно наблюдать обычную картину: полуденный отдых ра- бочих-мостовщиков, валяющихся на песке в самых разнообразных позах... ...Теперь гласный Н. А. Шамин в письме на имя члена управы 6. Н. Литвинова указывает на бездействие управы и на то, что нынешним летом в Москву ожидается много иностранцев, приез- жающих к предстоящим майским и августовским торжествам. Вид людей, валяющихся на улице, по мнению гласного, не мо- жет оставить у гостей впечатления пребывания в культурной стране... («Русское слово» от 21 мая 1912 г.) Бесприютность, бездомность — вот удел рабочих того времени. 197
Новинский бульвар. Брызжет мелкий дождик со снегом. Ветер шелестит голыми ветвями деревьев. Неприютно. Холодно. Сыро. Двое работников садятся на скамью и разговаривают о своей горькой доле. — Ночь еще кое-как пробьешься, — говорит один, — а уж когда настанет день, так хоть в омут головой. Переночевал в ночлежке... Потом пошел искать работы... Никому не понадобился... Куда де- ваться... Итти в пивную — нужны деньги, пойти в трактир — еще больше. Нет тебе пристанища... («Руль» от 29 марта 1908 г.) Наступили холодные ночи, а вместе с ними отошло для столич- ного пролетариата счастье (правда, не особенно завидное) ночевать под открытым небом. Весной и летом вам приходилось, наверное, ночью видеть у Кремлевской стены, на дальних дорожках Александровского сада, в глухих тупиках несчастных оборванцев обоего пола... ...Но, тем не менее, столичный пролетариат весной и летом предпочитает спать на сырой земле, чем в душных, пропитанных ужасным запахом, ночлежках. Воздух в них, действительно, таков, что непривычный человек может задохнуться. Нам лично известны два случая, когда с двумя студентами Московского университета при групповом осмотре одно- го ночлежного дома сделалось дурно от невозможного, спертого, проникнутого зловонием воздуха. («Копейка» от 4 октября 1910 г.) Ночующие в ночлежных домах далеко не всегда представляли собой деклассированные элементы. Судя по цифровым данным, можно считать, что в ночлежных домах настоящих типичных «босяков», людей «отпетых» не более 15%. Остальные же 85%—или обыкновенные чернорабочие, иду- щие в ночлежку из-за дешевизны, или же безработные, вынужден- ные по необходимости выбирать между улицей и ночлежным домом... («Раннее утро» от 10 февраля 1911 г.) Ермаковский ночлежный дом вполне оправдал возлагаемые на него надежды в смысле приюта для пришлых рабочих. Дом сейчас обслуживает полный комплект ночлежников (1 300 душ), причем большинство ночлежников составляют рабочие... («Русские ведомости» от 13 мая 1910 г.) Это было «в порядке вещей»: рабочим — ночлежка, администраторам — дворцы. Иногда этот разительный контраст слишком уже бросался в глаза. Мы узнали очень интересный факт об обстановке, в которой живет заведующий городскими водопроводами, имеющий квартиру от города на Алексеевской водокачке. 198
Площадь квартиры этой —150 квадратных саженей... В квартиру заведующего проведено электричество, освещается она 1 200 свечами. Сколько стоит городу освещение этой квартиры, во что обхо- дится отопление этого дворца? Параллельно интересна другая справка. Па этой же водокачке имеется казарма для рабочих — целая казарма. Под казарму отведено 47 квадратных саженей, и освещается она 90 свечами. («Русское слово» от 7 ноября 1908 г.) Надо полагать, что господин заведующий городски- ми водопроводами был завсегдатаем «Эрмитажа», «Яра» и прочих элегантных мест, с которыми ужо познакомили читателя. Для трудящихся и неимущих существовали отврати- тельные «обжорки». Московская беднота — поденные рабочие, безработные, люди, но тем или иным причинам «сбившиеся с пути» и опустившиеся на «дно», а также нищие, как известно, питаются в харчевнях, низко- пробных трактирах, «обжорках» и с лотков. Пища, предлагаемая этому потребителю, в большинстве случаев такова, что есть ее мо- жет только заголодавшийся человек. Уже одна обстановка харчевен способна вызвать чувство брезг- ливости и у человека, видевшего всякие виды. Обыкновенно под них приспосабливаются дешевые, неудобные для жилья помещения, по- лутемные и сырые. Стены покрыты клочками изодранных, грязных и заплеванных обоев, за которыми ютятся тысячи тараканов, мокриц и клопов. Полы грязные, покрыты сором и заплеваны; столы, за которыми едят посетители, только для вида стираются мочалкой и не очи- щаются от наросшей на них толстым слоем грязи, причем в трещи- ны набиваются остатки пищи, разлагаются, издают неприятный за- пах. Кухни же харчевен еще грязнее и зловоннее помещения для посетителей («столовой»); здесь пар оседает на стены, на потолок, течет по ним грязными струйками, падает каплями, попадая в пищу; сотни тараканов-пруссаков ползают по стенам, столам, полкам и де- сятками попадают в кастрюли, котлы с пищей... Обыкновенное «меню» харчевен: щи, каша, «жаркое» студень; бывает жареная и вареная рыба Щи приготавливаются из неболь- шого количества дешевой, а потому часто провонявшей капусты, забалтываются мукой. Щи напоминают помои. Мясо к ним подается по желанию, за особую плату; оно черное, сухое и безвкусное, по- тому что питательные вещества его давно уже успели вывариться. Для «жаркого» употребляется мясо, начавшее издавать «душок». Покупается мясо для харчевен из остатков самых низких сортов; знатоки уверяют, что в некоторых харчевнях не редкость и мясо павших животных. Рыба появляется в харчевнях только в тех слу- 199
чаях, когда она приобретается по очень дешевой цене, т. е. более чем сомнительной свежести; ее варят, жарят, сдабривая крепкими приправами, отбивающими неприятный запах. Студень представляет из себя подозрительную серовато-серую массу, в которой попада- ются и колбасная шелуха, и кусочки рыбы, и мясо неведомого жи- вотного, и тараканы. Однако, несмотря часто на явную недоброкачественность этих кушаний, продаются они не дешево: рабочему, чтобы наесться до- сыта, приходится затратить 20—25 копеек, что при случайном по- денном заработке в 80 копеек (в летнее время) является большим расходом; к тому же, после этой пищи потребитель сплошь и ря- дом страдает расстройством пищеварительных органов, особенно в летнее время, когда такие пищевые продукты, как мясо и рыба, подвергаются быстрой порче. Поэтому-то большинство рабочих ле- том предпочитает питаться всухомятку — таранью, луком и хлебом; хотя это и не так сытно, зато уже не противно. Но кушанья харчевен еще хороши в сравнении с теми «руб- цами», «требушкой», «голубцами», «печенкой» и т. д., которые про- даются бабами с лотков на Хитровке: недаром же местный потре- битель дал этой снеди такие характерные названия, как, например, «собачья радость», «чортова отрава», «антихристова печаль» и т. д. Но и все эти «радости», «печали» и «отравы» при содействии «мер- завчика», «жулика» (полусотки водки) уничтожаются потребителем В общем в большом количестве. Без «мерзавчика» же эти кушанья может есть только очень, очень голодный человек... («Русские ведомости» от 29 июня 1911 г.) Что представляли собой так называемые «ночные чайные» ? ...В Москве насчитывается несколько сот ночных чайных. Зай- дите поздно ночью в любую из них, — и вы ужаснетесь. Узкая, до невозможности грязная лестница ведет в глубокий подвал. Клубы пара вырываются из отворенной двери, и вы в чай- ной. Затхлая, промозглая атмосфера погреба охватывает вас. С не- привычки кружится: голова. Сквозь сизый, нависший дым и полу- мрак, царящий в чайной, вы с трудом разглядываете окружающее. Грязный прилавок, на котором грудами навалены обрезки кол- басы, печеные яйца, селедки, ломти нарезанного хлеба. Один вид этих «с'естных припасов» вызывает тошноту... За столиками, застланными грязными тряпками,— полно. Пьют чай, закусывают, многие спят, спустив головы прямо на залитые чаем столы. ...Стены, потолок, окна — все это покрыто толстым, жирным на- летом грязи. Со стен течет, и струйки воды, стекая, разрисовали грязную поверхность прихотливыми узорами. Проходя между столиками, вы чувствуете, как прилипают к по- лу ваши ноги. Это — опять грязь, липкая, слежавшаяся, никогда не смываемая... («Столичная молва» от 13 февраля 1912 г.) 200
Странный чай продается в трактирах по дороге, идущей от Покровской заставы на Николо-Угрешский монастырь. Проходит эта дорога у Перервинского шоссе влево проселком. На пути есть трак- тир, т. е. чайные лавки, и нет пьянее народа, выходящего из этих лавок, — так опьяняет их продаваемый здесь чай... Такой же стран- ный чай продается в местечках Юрьевка и Блудово по этой же дороге. (Московский листок» от 24 сентября 1903 г.) Безработица была типичным для старой Москвы явлением. Наиболее действительной мерой в борьбе с безработицей считалась биржа труда. Некоторые фак- ты о деятельности Московской биржи труда: Биржа труда продолжает развивать свою деятельность... Начиная с 1 февраля по вчерашний день записалось 1 037 без- работных. Наибольший наплыв был в первый день — 256 человек; в каждый из следующих дней записывалось около 150 человек. Наняты были через биржу за это время 231 человек. Остаются пока без работы 806 человек... ...Обнаружился крупный дефект в постройке биржи: плоха вен- тиляция. Целый день здесь толпится несколько сот человек. От дыма ма- хорки темно. Удушливая, непереносимая атмосфера. Вентиляция настолько плоха, что дым не вытягивается за ночь... («Русское слово» от 8 февраля 1914 г.) Безработные требовали организовать общественные работы. В МОСКОВСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ Совет безработных г. Москвы. Заявление Гг. гласные! Уже несколько месяцев московские рабочие стра- дают от безработицы. Тысячи тружеников, находивших источник су- ществования только в труде, бродят в бесплодных поисках работы и терпят тяжелые муки... Мы — жертвы великой борьбы, которую ведет народ за право и свободу, нам необходима немедленная по- мощь. Лишенный свободы организации, рабочий класс не может при- нять против безработицы даже тех мер, которые принимают в та- кие моменты его западноевропейские братья, так как рабочие орга- низации в России преследуются правительством. Вот почему мы, безработные Москвы, опираясь на явное сочувствие всех рабочих, обращаемся к городскому самоуправлению с требованием организо- вать общественные работы для безработных. Безработные принад- лежат к тому классу городского населения, на который прямо или 201
косвенно падает главное бремя городских налогов. Этот класс к тому же вынес на своих плечах главную тяжесть борьбы за осво- бождение родины. Те классы населения, представителями которых являетесь вы, пользуются в настоящее время более широкими поли- тическими правами, прежде всего, благодаря усилиям рабочих, те- перь выбрасываемых на мостовую. Мы не требуем милости, не к доброму сердцу взываем. Мы пришли к вам не как к благотворителям, мы пришли с требованием немедленной организации общественных работ. Работы, которые мы требуем, нужны самому городу и, прежде всего, его беднейшим слоям. Среди нас много рабочих разных профессий. Много строительных рабочих, — бедному населению нужны удоб- ные, дешевые квартиры. Много рабочих по металлу, пути сообще- ния в Москве, особенно на окраинах, весьма несовершенны. Много чернорабочих, —- на очереди улучшение канализации на окраинах. Вы не можете отказать нам в работе, ссылаясь на отсутствие денег. Их много у вас, но вы тратите их непроизводительно, часто не на пользу, а во вред населению. Не далее как несколько дней тому назад вы ассигновали полтораста тысяч рублей на квартиры городовых и об'явили неотложным делом вопрос о квартирах для околоточных. И это в пору, когда вся городская беднота терпит такую острую нужду. Московский совет безработных. 16 мая 1907 г. г. Москва. (МОЛУ, ИА № 1, ф. Моск. гор. думы, канц. арх. № 69, св. 27, лл. 39—40). И вот общественные работы были организованы... Вчера на Ходынском поле начались общественные работы. Ра- ботало до 100 человек. ...На общественные работы на Ходынском поле записалось уже свыше 1 тысячи человек, в том числе много холостых, которые, со- гласно решению городской управы, не будут допущены к работам... (Московский листок» от 14 июня 1907 г.) Вчера на Ходынском поле на общественных работах было уво- лено 48 безработных. («Русский голос» от 22 июля 1907 г.) Городская управа начинает сокращать штат рабочих на обще- ственных работах... Для холостых общественные работы, согласно приговору думы, не устраивались... («Голос Москвы» от 12 августа 1907 г.) Положение служащих было не лучше. В печати уже появились сведения о трагической участи служа- щих «2-го городского о-ва бельгийской акционерной компании», трамвайные линии которой в ближайшем будущем переходят к го- роду. 202
Служащих 2-го общества насчитывается около 1 500 человек. И всем этим служащим угрожает неминуемый расчет, т.е. безра- ботица. «Отцы города», не подумав об участи 1 500 безработных, из которых большинство, конечно, семейные, распорядились нанять но- вый штат трамвайных служащих с момента перехода линий бельгий- ского трамвая... («Столичная копейка» от 21 сентября 1911 г.) Так называемые «работные дома», созданные «фи- лантропией», были прибежищем людей, потерявших на- дежду получить работу. При Сокольническом отделении устроены следующие мастер- ские: слесарная, кузнечная, меднокотельная, паяльная, столярная, портновская, прядильная, вязальная, обойная, малярная, переплет- ная, коробочная, корзиночная и мочальная. Расценка в мастерских такова, что очень редко превышает 40 копеек в день, нормальный заработок — 15—25 копеек. Занятые по двору и в столовых полу- чают 8 копеек в рабочий день; на кухне —10 копеек; постовые при мастерских и при спальных оплачиваются от 6 до 20 копеек, ста- росты в спальных палатах вознаграждаются 25 копейками в день; цирюльник, обязанный бесплатно стричь приютских мальчиков, но получающий за свой труд от других призреваемых, имеет 15 ко- пеек в день, наблюдающий за посудой —15 копеек и т. д... Все призреваемые делятся на две категории: на добровольцев и на «полицейских». Первые являются сами, ища труда и зара- ботка, вторые — профессиональные нищие и забулдыги-пьяницы, забираемые полицией на улицах. Добровольцы направляются в дом трудолюбия и могут выписы- ваться во всякое время, а «полицейские» сажаются в работный дом на определенный срок в виде наказания. Режим для всех одинаков, и разница только в том, что комитет высчитывает из заработка «полицейских» 25% в срою пользу... («Голос Москвы», 13 июля 1907 г.) Даже в тех уникальных случаях, когда фабриканты жертвовали «от щедрот своих» кое-какие крохи для по- дачек рабочим, изувеченным на их же фабриках, эти суммы застревали в недрах бюрократических учрежде- ний. Товарищество мануфактур Федора Щербакова и сыновей. Прав- ление и амбар: Москва, Биржевая пл., д. Мещериной. Москва, январь 24 дня 1898 г. № 1491. Господину председателю Московского биржевого комитета. М. г. 24 ноября 1882 г. учредителем нашей фирмы Федором Козьми- чем Щербаковым было внесено в Московский биржевой комитет 203
3 тысячи рублей на основание фонда для обеспечения рабочих, изувеченных на фабриках. Ввиду того что для осуществления этого дела ничего не сделано в течение слишком 15 лет, мы просили Московский биржевой комитет заявлениями от 25 июня п. г. и от 12 ноября п. г. возвратить нам деньги. Между тем, Московский бир- жевой комитет не только что не удовлетворил нашей просьбы, но даже и не ответил, почему именно наша просьба не исполнена, и не дал хотя бы каких-нибудь сведений о положении того дела, на которое были внесены деньги. Крайне удивляемся вышеизложенному... Директор правления В. Щербаков. 19 февраля 1898 г. Московский биржевой комитет ответил, что он ожидает разрешения вопроса об ответственности предпринимате- лей за увечья, возбужденного перед министерством финансов в 1884 г. (МОАУ, ИА № 1, Моск. бирж. к-та, д. № 1187, св. 116, лл. 173, 174.) Три тысячи рублей пролежали без всякого употреб- ления шестнадцать лет, и двенадцать лет ожидал бирже- вой комитет решения министерства финансов по вопросу об ответственности предпринимателей за увечья... Безрадостно и тяжко проходила жизнь рабочих в бур- жуазной Москве. Полицейские донесения того времени пестрели лаконическими протоколами следующего содер- жания. 1893 г. января 13 дня... вследствие отношения конторы Старо- Екатерининской больницы... о принятом на излечение отравившемся нашатырным спиртом крестьянине... Шурыгине, помощник пристава 1-го участка Мещанской части... прибыл в больницу для произведе- ния дознания... Шурыгин, 20 лет, об'яснил: ...он проживал у своей родной тетки... не имел никаких занятий и места, тетка же его по- стоянно попрекала хлебом, и он, потеряв всякую надежду найти должность, а вместе и кусок хлеба, решил отравиться... (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., II экспед., I стол, 1893 г., д. № 28, л. 2.) 1893 г. февраля 8 дня... Московский мещанин Хамовнической слободы Сергей Александрович Железное, 32 лет... в бытность... в трактирном заведении Белянцева по Валовой улице... выпил рас- твор, состоящий из пяти коробок серных спичек, разведенных в полоскательнице горячей водой... Спрошенный о причине отравления Железное об'яснил, что в настоящее время находится без дела два месяца и средств к жизни не имеет... (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., II экспед., I стол, 1893 г., д. № 49, л. 3.) 204
1893 г. марта 12 дня... крестьянин... Вологин, 17 лет, принял крепкую водку, отчего почувствовал тошноту, и его, Вологина, тот- час же отправили в приемный покой Мещанской части, а оттуда в Старо-Екатерининскую больницу... Между прочим, высказал, что послужили поводом к покушению лишить себя жизни бедность и трудное жизненное существование... (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., II экспед., I стол, 1893 г., д. № 78, л. 2.) 1893 г. февраля 17 дня... в трактирное заведение купца Кон- стантина Ильина Андрианова пришел неизвестный мужчина и выпил там из стакана разбавленного чаем нашатырного спирта, который и был тотчас же отправлен в приемный покой Мещанской части, а оттуда в Старо-Екатерининскую больницу для чернорабочих... При дознании там... об'яснил, что он, московский цеховой серебряного цеха Леонид Федоров Субботин, 34 лет, постоянного места житель- ства и занятий не имеет; вследствие крайней бедности он решился на самоотравление... (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. дух. консист., II экспед., I стол, 1893 г., д. № 58, л. 2.) Покушавшиеся на самоубийство и оставшиеся в жи- вых предавались суду и по определению духовной кон- систории присуждались к церковному покаянию. Передовые, сознательные рабочие шли по иному пути: они вели непримиримую революционную борьбу против капиталистического строя в рядах партии проле- тариата. Не ставя себе целью осветить в настоящей книге эту борьбу, мы приведем лишь несколько доку- ментов о мерах, которые принимались хозяевами и вла- стью против революционного движения. Железнодорожным служащим, например, «совершенно секретно» предлагалось сделать «совершенно секретный» донос на своих сослуживцев. Вот что по этому поводу сообщало «Русское слово»,—газета, которую вряд-ли можно заподозрить в особых симпатиях к забастовщи- кам. «Молва» воспроизводит «совершенно секретный» циркуляр на- чальникам служб и отделов, преподающий способы расследования причин железнодорожной забастовки Московского узла. Циркуляр преподает способы совершенно новые и до сих пор при производстве следствий не употреблявшиеся. «Имею честь просить, — говорится в циркуляре, — гг. началь- ников служб и отделов, вместо личного, словесного опроса каж- дого служащего с записью их показаний, предложить всем служа- 205
щим подать совершенно секретно показания, в которых правдиво и чистосердечно, не боясь какой-либо огласки, изложить причины за- бастовки 9-го минувшего декабря и все обстоятельства, могущие осветить картину возникновения, течения и прекращения забастовки, причем указать этим служащим, насколько важно для всех вообще служащих, обвиняемых в самовольном примкнутии к забастовке, по- казать дело в настоящем его свете и тем дать возможность при расследовании снять давившее на них обвинение и обнаружить тех лиц, по вине которых пострадала, может быть, большая часть со- вершенно неповинных служащих... («Русское слово» от 24 января 1906 г.) Фабриканты и заводчики имели на этот случай четко намеченную и подробно разработанную программу дейст- вий. Вот какой документ опубликовала большевистская газета «Звезда». «СЕКРЕТНЫЙ» ДОКУМЕНТ Нами получен следующий любопытный документ, который при- водим здесь полностью: «Общество заводчиков и фабрикантов Московского промышлен- ного района Москва, 30 апреля 1912 г., Петровка, Кузнецкий пер., д. 4. Совершенно конфиденциально. Милостивые государи!1 Мы осведомлены, что среди московских рабочих возникло пред- положение потребовать оплаты прогульного дня во время последних демонстративных забастовок, с целью пожертвования означенных денег в пользу рабочих и их семей, пострадавших при ленской ка- тастрофе. ...Общество заводчиков и фабрикантов московского промышлен- ного района считает своим долгом довести до вашего сведения, что всякая оплата забастовочного дня усилила бы брожение в рабочей среде и послужила бы нежелательным прецедентом в будущем, на- пример, в случае забастовки 1 мая и т. п. Наша организация имеет целью защищать всеми мерами прин- цип оплаты работы, а не прогула, по каким бы мотивам тако- вой ни возникал, отступление же от этого принципа теперь будет крушением сложившихся после длительной борьбы существующих нормальных отношений между работодателями и рабочими. 1 Этот циркуляр рассылался фабрикантам и заводчикам. 206
Общество заводчиков и фабрикантов в Петербурге также по- становило за дни забастовки никаких платежей не производить. Мы надеемся, что настоящее сообщение вы не оставите без внимания. С совершенным почтением Вице-председатель о-ва (подпись). («Звезда» от 8 мая 1912 г.) Мелкие хозяйчики подражали крупным капиталистам. Собрание портных-хозяев приняло следующие резолюции: 1) Учредить нормальную расценку работ. 2) В случае, если рабочие не захотят ее принять, об'явить локаут. 3) Хозяева заявляют, что среди рабочих есть агитаторы, перехо- дящие из одной мастерской в другую и подбивающие их на заба- стовки. До настоящего времени хозяевами отыскано 10 таких агита- торов. Решено записать их на черную доску. Список агитаторов пополнять и препровождать всем хозяевам и довести до сведения градоначальника. 4) При переходе рабочих от одного хозяина к другому не при- нимать их без особого аттестата и справляться, где работал раньше и какое впечатление произвел на хозяина. 5) В случае частичных забастовок у отдельных хозяев уволь- нять всех забастовщиков и уведомлять других хозяев о неприеме их на работу. 6) Запретить посторонним лицам входить в мастерские. Для соблюдения своих интересов и покорения рабочих решено об'единиться в особый портновский цех при обществе взаимопо- мощи ремесленников. Для этого добиваться в ремесленной управе цехового самоуправления. Не довольствуясь соглашением между собою, собрание решило обратиться в ремесленную управу с ходатайством о признании по- становлении настоящего собрания обязательными для всей Москвы, Решено установить нормальный рабочий день в 10 часов и на- значить 73 праздника в год. («Звезда» от 10 декабря 1911 г.) Полиция, разумеется, стояла на страже интересов хозяев в их борьбе против рабочих. Нам сообщают из Москвы: «В помещение профессионального общества рабочих-портных г. Москвы со 2 сентября введен наряд полиции, который остается там до сего времени. Арестовано 6 членов общества. Помещение опечатано, документы, печать и дела конфискованы. Деятельность его фактически приостановлена. Поданное заявление г. градоначаль- нику осталось без всякого результата, и наше общество оказалось под надзором охранного отделения, хотя непосредственный надзор за обществом принадлежит столичному общественному присутствию!!» («Звезда» от 5 ноября 1911 г.) 207
«Господам членам общества заводчиков и фабри- кантов» рассылались для сведения «черные списки»... Общество заводчиков и фабрикантов Московского промышлен- ного района. Москва, Мясницкая, 24, тел. 2-47-00 и 2-71-71. Строго конфиденциально. Господам членам общества. Милостивые государи. Для вашего сведения сообщаем вам список рабочих, уволенных после бывшей забастовки на одном из металлических заводов — членов нашего общества: Алексеев Николай — кр. Тверской губ., Старицк. у., Ефимя- нов. в., с-ца Льгово, Богатов Петр Павлов — кр. Владим. губ., Горо- ловецк. у., Красное в., д. Щуклино, Буянов Владимир Парфенов., Владим. губ., Горохов, у., Краснов. в., д. Литовки, Валезев Никол. Ти- хонов.— кр. Калужск. губ., Лихвинск. у., Богдан, в., д. Беляевой, Горшков Павел Иванов.— кр. Москов. губ., Бронницк. у., сельск. д. Григорьеве, Жумаев Степан Никол. — кр. Моск. губ. и у., Вы- хинск. в., д. Хмлетовой, Заказов Никита Петров. — кр. Тульск. губ., Богородиц. у., Огарева в., д. Истленьево, Калугин Андрей Мат- веев.— кр. Москов. губ., Волокол. у., Плоской в., д. Старо-Несы- тово, Климов Васил. Капитои. — кр. Москов. губ., Дмитров. у., Тимо- новск. в., с. Бареново, Кононов Марк Гордеев. — кр. Смолен. губ., Юхнов. у., Бабынов. в., Сидорин Александр Иванов. — кр. Тульск. губ., Чернск, у., Никольско-Вязем. в., с. Богородского, Таба- ков Иван Алексеев. —кр. Москов. губ. Выхинск. в., с. Владычино, Таланов Петр Прокоф.—кр. Тамбов, губ., Козловск. у., Ново-Ни- кольск. в., д. Сестренки, Улитин Иван Игнатов.—кр. Тульск. губ., Богородицк. у., Плесинск. в., д. Павловки, Федонин Иван Федо- ров.—кр. Рязан. губ., Пронск. у., Архангельск. в. и села, Ферапон- тов Васил. Иван.—кр. Рязанск. губ., Раненбургск. у., Ивановской в. и села, Фролов Петр Яковлев.—кр. Владимир. губ., Гороховецк. у., Кожинск. в., д. Мелкиново. Москва, июнь 1913 г. (МОАУ, АНХ № 2, ф. т-ва Симоно, д. № 213, л. 26.) О-во заводчиков и фабрикантов Московского промышленного района. Москва, Мясницкая, 24, тел. 2-47-00 и 2-71-71. Строго конфиденциально. Господам членам общества. Милостивые государи. При сем имеем честь препроводить вам список рабочих, ба- стующих на заводах членов нашего общества — Генеральн. о-ва А. Жако и К°, Торгового дома бр. Гантерн и Т-ва М. Таубер, К. Цветков и К°. 208
Журнал «Будильник» напечатал эту карикатуру под заголов- ком «7 мудрецов, обучающих уму-разуму «меньшого брата» в столицах».
Тысячи детишек и подростков сызмала попадали в клещи самой безудержной и циничной эксплоатации.
Мы надеемся, что из чувства солидарности вы не отвяжетесь с своей стороны воздержаться от приема означенных лиц на работу на ваш завод впредь до урегулирования забастовок на названных заводах. С совершенным почтением За вице-председателя о-ва Ф. Кубацкий, Москва, июнь 1913 г. (МОАУ, АНХ № 2, ф. т-ва Симоно, д. № 213, л. 23.) После бурного 1905 г., в дни черной реакции, бур- жуазия вкупе с меньшевиками надеялась, что уже все «покончено», что рабочий класс затих и смирился. Но в 1912 г.. после ленских событий, в Москве, как и в дру- гих промышленных центрах, начинается под'ем рабочего движения. Классовое самосознание рабочих росло. Обострялась борьба с хозяевами-капиталистами и со всем царским строем. О таких фактах все чаще сообщала большевист- ская «Правда» в своих корреспонденциях из Москвы. Приведем сообщения всего лишь за несколько дней. СЕГОДНЯ БАСТУЮТ ОДНИ, ЗАВТРА —ДРУГИЕ. Москва. Забастовки-протесты против ленских событий продол- жаются, приняв форму перекатывающейся водны: сегодня бастуют одни, завтра — другие. 18 апреля бастовали шесть типографий. Раньше бастовали за- вод Берлизова, «Блейхерт и Эйхнер», «Труд» и др. Вообще бастуют многие предприятия, но так как в газетах не печатают об этом, то точных сведений нет. 19-го бастовали также некоторые предприятия. («Правда» от 22 апреля 1912 г.) ЗАБАСТОВКА РАЗРАСТАЕТСЯ. Москва. 23 апреля среди части московских рабочих состоялась однодневная забастовка по поводу ленских событий. Забастовка захватила самые крупные московские, по преиму- ществу металлические заводы и мастерские. На московском металлическом заводе, бывшем Гужона, около 8 часов утра в сталелитейном отделении состоялся митинг, на ко- тором решено забастовать на один день. Вынесена резолюция, ко- торую постановлено послать депутату М. В. Захарову и социал- демократической фракции Государственной думы. Пятитысячная толпа рабочих вышла на Камер-Коллежский вал с пением «вечной памяти» и «Вы жертвою пали». Затем демонстранты мирно разошлись по домам. 209
Состоялся также десятиминутный митинг протеста на дворе за- вода Бромлей. Все 1 700 рабочих покинули завод. Бастовали также рабочие кузнечно-слесарного и механического завода Лемана и Шульц на Новослободской улице, механического чугунолитейного завода «Перепуд», у Рогожской заставы, механиче- ского завода Штальге, на Камер-Коллежском валу, кузнечно-слесар- ного и станкостроительного завода Морберга, на Бахметьевской ули- це, машиностроительного завода Гутман, у Покровской заставы, эки- пажной фабрики Веллер и К° (150 человек) и фабрики Гольберт (100 человек). Рабочие завода Шульц вышли из помещения завода и пытались запеть «вечную память», но были быстро рассеяны по- лицией. Прошла также забастовка в двух промышленных заведениях в Мытищах: на Мытищинском вагоностроительном заводе (1 600 чело- век) и фабрике искусственного шелка «Вискоза» (350 человек). Рабочие вагоностроительного завода прекратили работу в 91/2 часов утра и с пением «вечной памяти» ушли с завода. Рабочие фабрики «Вискоза» работали только до обеда, а после обеда на фабрику не явились. («Правда» от 26 апреля 1912 г.) Москва. 24 апреля на многих московских фабриках и заводах была об'явлена забастовка по поводу ленских событий. Отмечаем наиболее крупные предприятия: три завода фирмы «Густав Лист» (1 тысяча рабочих), Сущевский металлический завод (200 рабочих), завод императорского технического училища, Люберецкий завод жатвенных машин (1 800 рабочих), металлический завод Штангауер и Кейгер (600 рабочих), типография т-ва Мамонтова, механический завод «Добров и Набгольц» (1 200 рабочих), механический завод Устрицова (400 рабочих), фабрика металлических изделий Бонакер, парфюмерная фабрика т-ва Ралле (500 рабочих), заводы Вестингау- за (700 рабочих), Бари (300 рабочих), чайная-развесочная Губкина и Кузнецова (600 рабочих), и т. д. Бастовало также несколько де- сятков мелких предприятий. Забастовочное движение коснулось я строительных рабочих. 120 каменщиков, работающих на постройке фабрики Борисова, забастовало. Везде вынесены постановления об отчислении однодневного заработка в пользу семейств погибших на Лене рабочих. Наборщики типографии Лиснер постановили отчи- слить половину своего полумесячного жалованья. («Правда» от 27 апреля 1912 г.) ПО ТЕЛЕФОНУ ИЗ МОСКВЫ Сегодня в Москве бастуют преимущественно мелкие ремеслен- ные заведения. Всего около 10 тысяч человек. Из крупных фабрик бастует табачная фабрика «Дукат». Утром в Зарядье, где живут преимущественно ремесленники кошелечники, подмастерья во всех мастерских прекратили работу, собрались в Знаменском переулке и с пеняем «вечная память» двинулись по улице. К демонстрантам 210
быстро присоединилась громадная уличная толпа. Вскоре прибыла конная полиция и рассеяла демонстрантов. Шесть человек аресто- вано. Днем состоялись собрания наборщиков в типографиях «Русских Ведомостей», «Утра России», «Голоса Москвы», «Копейки», «Раннего утра». Всюду принято постановление об'явить забастовку. Завтра в Москве газеты не выйдут. («Правда» от 27 апреля 1912 г.) ГАЗЕТЫ НЕ ВЫШЛИ Не работали наборщики «Русского слова», «Раннего утра», «Го- лоса Москвы» и «Московского листка», почему эти газеты 28 апреля не выйдут. Однодневные забастовки были сегодня на многих фабри- ках и заводах. Прежде бастовавшие работы не возобновили. («Правда» от 28 апреля 1912 г.) Сегодня в Москве вышли только три бастовавшие вчера газеты: «Русские ведомости», «Раннее утро» и «Копейка», в типографиях всех остальных газет однодневная забастовка... Говорят о предстоящей однодневной забастовке во всех круп- ных булочных. («Правда» от 29 апреля 1912 т») Самые строгие полицейские меры не вносили «успо- коения» в рабочую среду. Наоборот, большевистская «Правда» все чаще сообщала о политических выступле- ниях московских рабочих. ЗАБАСТОВКА ПРОТЕСТА В МОСКВЕ 5 ноября бастовали однодневно: механический завод Карл Флор (150 рабочих), мебельная фабрика Балакирева (90 рабочих), фа- брика металлических изделий и военно-офицерских вещей Збук (260 рабочих), механический завод Шварцкопф (250 рабочих), пар- кетно-столярное заведение Силаунова (30 рабочих), механический завод «Добров и Набгольц» (1 200 рабочих) типография Черны- шева и Кобелькова (100 рабочих), переплетная Филатьева (20 ра- бочих), механический завод Ефимова (80 рабочих), типография Со- прыкина (100 рабочих), гильзовая фабрика «Викторсон» (200 рабо- чих), гильзовая фабрика Андреева (200 рабочих), типография «Труд» (35 человек), типография Мориель и Майер (20 человек), механический завод Людвиг и Смит в Садовниках (150 рабочих), механический завод Красновых (100 рабочих), типография Шейбель (30 человек), фабрика металлических кроватей Крымова (100 рабо- чих), механический и меднолитейный завод Отт и Вегер (75 рабо- чих), завод Кротова (200 рабочих), завод механического производ- ства дерева Клерх (70 рабочих), типография «Русского товарище- 211
ства печатного дела» (600 рабочих), мебельная фабрика Левиссон (200 рабочих), запасной штат служащих Общества электрического освещения (180 рабочих), Московская типография (50 рабочих), типография Чулкина (60 рабочих) и завод Л. Шмидта (150 человек). Забастовки носили мирный характер; демонстративных выступ- лений не было. б ноября забастовка-протест была об'явлена большинством портновских мастерских, двумя крупными механическими заводами, типографией Рябушинского. В 3 часа дня на Театральной площади стали собираться забастовавшие портные, но были разогнаны наря- дом полиции. Вскоре у памятника первопечатника Федорова собралась толпа в 3 тысячи человек; один из толпы прочитал резолюцию протеста против севастопольского приговора и против преследования профес- сиональных союзов, и затем с пением похоронного марша толпа мирно разошлась. В 4 часа была попытка собраться. Толпа в 200 человек была разогнана полицией. 6 ноября бастовали однодневно 900 рабочих Московского меха- нического завода близ ст. Гривна. В тот же день бастовали однодневно 30 рабочих столярной ма- стерской Дукэля. («Правда» от 8 ноября 1912 г.) Сегодня, 8 ноября, в Хамовниках произошла крупная рабочая демонстрация. Рабочие обойных фабрик Котова и Александрова утром бросили работу и, собравшись в количестве нескольких сот человек в Знаменском переулке, после летучего митинга выбросили красный флаг и с пением революционных песен двинулись по ули- цам. Вскоре прискакал наряд конной полиции и оттеснил демонст- рантов. Рабочие разбились на несколько групп и разошлись с пени- ем по мелким переулкам. Полицией арестовано пять рабочих. («Правда» от 9 ноября 1912 г.) АРЕСТЫ ЗА ЗАБАСТОВКУ После вторичной забастовки рабочих завода «Свет», потребовав- ших освобождения товарища, арестованного в связи с забастовкой протеста, арестовано при выходе из завода еще 9 человек, из ко- торых четыре выпущены, а Ал. Попов, Дергачев, Соколов, Петров я Смирнов содержатся в Арбатском полицейском доме. («Правда» от 10 ноября 1912 г.) АВИАЦИОННО-ВЕЛОСИПЕДНЫЙ ЗАВОД «ДУКС». 11 ноября прекратили работу рабочие шлифовочного и столяр- ного отделений московского завода «Дукс». Требования были пред'- явлены исключительно экономические: сохранение прежних расце- нок, улучшение санитарных условий, вежливое обращение, отмена табельной системы и др. 212
Между прочим, о расценках на заводе «Дукс» рабочие сооб- щают следующее: в течение последних пяти лет расценки понижа- лись пять раз. 6 результате получилось—за шлифовку рамы пять лет тому назад платили 23 рубля, теперь же платят 2 рубля 50 ко- пеек, т. е. расценка уменьшилась почти в 10 раз. Но рабочие не мечтали о возвращении к расценкам, которые существовали пять лет тому назад, об'явили же забастовку они толь- ко потому, что расценки были снова понижены. Рабочие обоих цехов собрались утром 11-го во дворе фабрики и пред'явили требования, упомянутые выше, администратору фабри- ки Ю. А. Меллеру. — Это вся фабрика? — спросил Меллер. — Нет, только два цеха. — Ну, так я и разговаривать с вами не желаю!.. 16-го можете получить расчет. Оба цеха оставили работу. Представители забастовавших рабо- чих отправились к фабричному инспектору 18-го участка и просили его приехать на фабрику завтра утром, чтобы совместно с админи- страцией и рабочими принять участие в разборе конфликта. Утром следующего дня бастовавшие рабочие собрались, ожидая фабричного инспектора. Последний не явился. Рабочие разошлись. Вся фабрика глухо заволновалась... Главной причиной послужил арест двух рабочих из среди стачечников и поведение фабричного инспектора, не явившегося во-время на вызов рабочих. 15 ноября брожение приняло определенную форму, остальные шесть цехов решили поддержать забастовавших и пред'явили также те требования, которые уже были известны администрации. Спустя два часа на фабрику приехал фабричный инспектор. Посоветовавшись прежде всего с администрацией фабрики, он вышел к рабочим. — Ваши требования удовлетворены быть не могут. Я правомо- чен лишь в области, касающейся лишь санитарных условий... В остальном ни в чем пособить вам не могу. — Так кто же вы — фабричный инспектор или ассенизатор?..—» раздались возгласы среди рабочих. И сейчас же на завод был введен усиленный наряд полиции. — Бей их в рыло! — раздался крик пристава, — гони! Трое рабочих были тут же арестованы, и многие избиты. Тогда 16 ноября все рабочие фабрики «Дукс» взяли расчет. («Правда» от 20 ноября 1912 г.) И ни на один день не прекращалась борьба рабочих против (капиталистов до тех пор, пока не грянула Вели- кая Октябрьская социалистическая революция, навеки покончившая с классом эксплоататоров. В советской Москве население не знает нищеты, безработицы и лищений. В социалистической столице, 213
как и во всей Советской стране, труд стал из бремени делом чести, делом славы, доблести и геройства. Право на свободный, творческий труд закреплено за всеми со- ветскими гражданами великой Сталинской Конституцией. С каждым годом неуклонно растет заработная плата тру- дящихся. В Москве за годы второй сталинской пятилетки сред- няя заработная плата выросла в 2,1 раза. В дореволюционные годы картофель и селедка вы- тесняли мясо и хлеб из меню рабочей семьи, что пока- зывало все растущее обнищание масс. За вторую пятилетку потребление картофеля в столи- це возросло всего в 1,3 раза, а потребление продуктов, считавшихся ранее «предметом роскоши», — фруктов и сдобных изделий — возросло в 6 раз. В 1938 г. трудящиеся столицы истратили на мясо- продукты на 200 миллионов рублей больше, чем в 1937 г., на шелковые ткани — на 30 миллионов рублей больше, чем в 1937 г. Советское государство заботится о каждом трудящем- ся и материально обеспечивает его в случаях болезни и инвалидности, а женщин — и во время беременности, после родов и при многодетности. Вот бюджет социального страхования на 1938 г. од- ного из предприятий столицы, фабрики «Буревестник». Смета соцстраха этой фабрики составляет 1 513 тысяч рублей. В 1938 году 840 рабочих фабрики провели отпуск в санаториях и домах отдыха. В прошлом году для детей рабочих были выстроены ясли на 180 коек. По бюджету соцстраха автозавода имени Сталина на приобретение пу- тевок в санатории и дома отдыха в 1938 г. было ассиг- новано 1,5 миллиона рублей. 7 тысяч рабочих завода про- вели свой прошлогодний отпуск в домах отдыха и на ку- рортах. 360 работниц-матерей отдыхали вместе со своими трудными детьми. Автозаводовцы послали 1 100 детей на лето в пионер- ский лагерь. Дореволюционная Москва не знала общественного питания в прямом смысле этого слова. Общественное пи- тание в советской Москве прошло замечательный путь 214
от кустарных столовых до оборудованных новейшей тех- никой фабрик-кухонь. Новый мощный мясокомбинат имени Микояна ничем не напоминает старых боен купеческой Москвы. В про- сторных, сверкающих чистотой цехах все процессы вы- полняют машины и механизмы. Каждый день стадо в 5 тысяч голов сгоняется сюда на убой. В холодильни- ках мясокомбината могут храниться туши общим весом в 15 миллионов килограммов. Одно перечисление продукции, выпускаемой мясо- комбинатом, заняло бы несколько страниц. И потребите- лями всех этих обильных яств являются сотни тысяч трудящихся, а не десятки тунеядцев — эксплоататоров и их прихлебателей. * * * Нищенский заработок, хроническое недоедание и голод, гнетущие жилищные условия болезненно сказыва- лись на пролетарской семье и в первую очередь на детях. ...По специальным исследованиям 40% всех рождающихся в Москве детей умирает до года почти исключительно от желудочных заболеваний, причем половина маленьких мертвецов приходится на июнь и июль месяцы... («Раннее утро» от 9 июля 1911 г.) ...Статистика говорит, что одной трети родившихся в Москве не суждено прожить даже одного года! Особенно опустошительные размеры детская смертность прини- мает в низах общества. Здесь, в тисках нужды, в сырых подвалах, по темным каморкам и углам, — извечное царство смерти. Чахлые, рахитичные дети подвальной, каморочной Москвы об- речены на смерть едва ли не с момента зачатия. («Раннее утро» от 5 февраля 1912 г.) ...Многие москвичи умирают, только что успев родиться. Новая больница для грудных москвичей и москвичек создается, конечно, на счет частной филантропии. Москва — гигантская фабрика ангелов... 6 ней дети мрут, словно мухи на листе ядовитой бумаги... («Раннее утро» от 15 марта 1912 г.) Уже при самом рождении детей из «низов общества» встречала суровая действительность родильных домов. 215
У города родильных приютов десять. Сюда с разных концов города стекаются матери за помощью, и нельзя сказать, чтобы шли они сюда с веселыми мыслями. Ибо попасть в родильный дом не легко. В 1910 г. было отказано в приеме 1 140 матерям, в 1911 г. — 1 285. Каждые четыре матери из ста получали отказ за недостатком места... ...Заняты штатные кровати, заняты все запасные. Мало того. Роженицы положены везде, где только возможно: на полу... на соломенных матрацах, в коридоре, в пеленальной ком- нате. В помещении, рассчитанном на 30 кроватей, клали 70 больных и уже затем отказывали. В Морозовском родильном доме лишних рожениц, по сведениям последнего отчетного года, принято 806, в Бахрушинском — 369, Лепехинском — 1 104. Теснота, недостаток воздуха, спешная, напряженная работа, свя- занная притом с необходимыми по ходу дела операционными рабо- тами,—вот та обстановка, при которой происходит первое появление на свет будущих граждан... («Раннее утро» от 26 июня 1913 г.) «Родильными домами» пользовалась только трудя- щаяся часть населения Москвы. ...В огромном большинстве матери — люди труда. Одни занима- ются ведением нехитрого домашнего хозяйства, другие служат в прислугах, занимаются ремеслом, служат на фабриках. Им дорог каждый лишний день. Неудивительно, что вместо де- вятого дня они выписываются на шестой. Уходят с слабым, невосстановленным организмом для тяжелой повседневной работы. А дети? Один из тридцати только что родившихся умирает тут же в приюте. («Раннее утро» от 26 июня 1913 г.) Но и те, что оставались в живых, по сути дела не жили, а медленно и мучительно умирали. ...Любопытно, хотя и страшно бывать на приемах в детских больницах. В пестрой волнующей массе матерей, приносящих своих больных детей на врачебный осмотр, можно уловить вереницу раз- нообразных картин самой ужасной бедности, несчастья и отчаяния. Христом-богом молят женщины взять у них детей на лечение. — Я — поденщица. Мужа нет. Что делать мне с больным ре- бенком? Некоторых берут, но многим отказывают... ...Особенное горе с больными костным туберкулезом, 216
В обстановке вечной нужды, сырых подвалов, голода, отсут- ствия света эта страшная болезнь развивается невероятно среди де- тей. Тысячи, десятки тысяч живых «трупиков» лежат в московских углах и коечно-каморочных квартирах! С гнойными свищами, часто уже без движения, становясь от истощающей болезни все более и более прозрачными, они лежат, к ужасу родителей, целыми годами в таком положении. Около них грязь, смрад. «Трупики» гниют и от болезни, и от нечистоты, заражая воздух... ...Но-—страшно сказать!—у нас в Москве до сих пор нет средств для лечения таких больных. В детские больницы больных костным туберкулезом не прини- мают... ...Костный туберкулез лечат исключительно санаторным спосо- бом— питанием, воздухом и солнцем. И город Москва — огромная столица с миллионным населением, культурный центр России — до сих пор не имеет такого санато- рия... («Русское слово» от 21 февраля 1913 г.) Хроника московского дня пестрила сообщениями о подкидышах и оставленных без присмотра детях. 2 января в банях в доме Эмерик, в Доброй слободке, на пло- щадке лестницы кем-то оставлен младенец мужского пола, недель трех от рождения. У дома Хахарова на Большой Спасской улице, на тротуаре прохожими найден младенец мужского пола, около недели от рож- дения. В сенях черного хода дома Борщова, на Сивцевом-Вражке, на- шли младенца мужского пола нескольких дней от рождения. (Московский листок» от 4 января 1903 г.) Некоторые случаи причиняли беспокойство непо- средственно городской управе и полиции. Вчера в городскую управу подкинуто было еще четверо детей, которых пришлось отправить в участок. За нынешнее лето это уже, кажется, пятый случай оставления детей в здании городской думы, и все группами — по-трое, четверо. («Русское слово» от 25 сентября 1909 г.) Вчера в городской управе были оставлены какой-то женщиной двое детей, мальчик и девочка, в возрасте от 2 до 4 лет. При оставленных детях была записка, в которой сообщается, что у де- тей матери нет, а отец пьяница. Тетка, у которой они жили, не имеет средств к существованию, и потому она оставила детей в го- родской управе, надеясь, что отсюда их поместят в приют. Подоб- ные случаи наблюдаются в городской управе не в первый раз, и всегда, прежде чем поместить детей в какой-либо из городских при- 217
ютов, управа через сыскную полицию пытается разыскать родите- лей или родственников оставленных детей, но это редко удается. Оставленные дети отправлены в приют при городском рабочем доме. («Русский голос» от 16 мая 1907 г.) 16 мая у нас было сообщено о брошенных детях, которых ка- кая-то женщина оставила в здании городской управы. Дети эти — Даниил Иванов 7 лет и сестра его Ирина 5 лет. Предполагалось, что дети эти будут помещены при городском рабочем доме. В дей- ствительности оказалось совсем другое. Город для детей ничего не сделал и ни в какой приют их не поместил. В настоящее время брошенные на произвол судьбы малютки содержатся при приемном покое Арбатского полицейского дома. Ныне приставом 2-го участка Тверской части возбуждено ходатайство перед московским градона- чальником о помещении этих обездоленных детей в какой-либо приют. («Московский листок» от 22 мая 1907 г.) В старой Москве была широко распространена дет- ская беспризорность. Это об'яснялось причинами, коре- нившимися в самом быту, социальными условиями того времени. Данные о выборочном обследовании беспризорных детей. При- чины потери работы мальчиками: оставил место в надежде на луч- шее; работа показалась тяжела; не понравилась; в учении били; были больны; были обобраны и раздеты на Хитровке; не имеет паспорта; босяк-родственник одежду продал, а деньги истратил; хо- зяин стал притеснять; отец взял и никуда не определил; отец и мать заболели; уволился, чтобы ехать домой, обобрали в ночлежке; жить грязно; заработок прекратился; жить плохо; земляки посове- товали ехать; отказали от места; за воровство; за пьянство; долго ходил за товаром; забрал в лавке за счет хозяина; за ругань; от'- езд хозяина; за неимением обуви или одежды; разбил чайник; за сокращением штата, вместе с отцом за пьянство брата; уволили. За прекращением хора, за дурное поведение; не пригоден; чайная закрылась; несколько дней ходил на суд по поводу убийства отца; потерял голос; определили в приют; бежал; причина еще не выяс- нена; окончил ученье и места еще не нашел. Всего 100 человек. (Доклад № 225 Московской городской думы об организации деда призрения детей в Москве, 30 апреля 1914 г.) Тысячи детей были вынуждены служить на фабриках и заводах, тянуть лямку в подмастерьях. Их жестоко эксплоатировали. Обращение с ними было самое бесче- ловечное. Служащий у картузника Жарова мальчик 14 лет Иван Муражев был послан своим хозяином купить на рубль подкладки, Дорогой 218
мальчик рубль потерял. Боясь наказания хозяина, мальчик купил на имевшийся у него собственный гривенник нашатырного спирта в весь флакон выпил. Положение его безнадежное. («Правда» от 15 июня 1912 г.) Сегодня на Арбате поднят в бессознательном положении с при- знаками отравления 13-летний мальчик. Ребенок решился умереть, потеряв несколько рублей хозяйских денег. («Звезда» от 5 апреля 1912 г.) Самым характерным и страшным явлением было истязание детей хозяевами. Лишь отдельные факты ста- новились достоянием гласности. Обстоятельства этих страшных дел рисуются бесстрастным языком судебных документов. Обвинительный акт о мещанке города Саратова Марии Фран- цевой Смирновой. 23 июля 1902 г., в Москве, крестьянка Наталья Васильевна Трунина, 13 лет, служившая в то время прислугой у мещанки Ма- рии Францевой Смирновой, заявила приставу 2-го участка Яузской части, что хозяйка крайне жестоко с ней обращается, морит голо- дом и бьет. На возникшем по сему поводу предварительном следствии осви- детельствованием Труниной было установлено, что все тело ее по- крыто множеством кровоподтеков, ссадин и рубцов, происшедших, по заключению освидетельствовавшего ее врача, от нанесенных ей в разное время побоев разными твердыми предметами и сечения. Из показаний Труниной выяснилось, что она поступила к Смир- новой за два года до обращения ее к полиции из приюта общест- ва попечения о бедных и что Смирнова с первого и до последнего дня ее жизни у нее постоянно била ее чем придется — палками, ве- ревками, розгами, кулаками и ногами, таскала за волосы, запрещая при этом кричать и затыкая ей иногда рот тряпками, плохо ее кор- мила, мучила работой, заставляла спать на полу кухни на тряпье, которое на день уносилось в отхожее место, и выгоняла ее зимой раздетую в холодные сени. Приведенные заявления Труниной нашли себе полное подтвер- ждение в показаниях жильцов дома, где проживала Смирнова. Все они, а равно и местный дворник подтвердили, что Трунина посто- янно была вся в синяках, часто плакала и жаловалась на бесконеч- ные побои. Некоторые из жильцов, ввиду того, что она голодала, кормили ее потихоньку от хозяйки. Смирнова, между прочим, не позволяла Труниной спать на подушке, которую ей было дала одна из жилиц. Как Смирнова била Трунину, почти никто не видел, но многие видали, что Трунина подолгу простаивала зимой в холодных сенях, будучи выгнана хозяйкой из квартиры, а на глазах жилиц Ивановых, Смирнова как-то раз тащила Трунину за волосы по полу сеней в свою квартиру. 219
Во время производства предварительного следствия по сему делу возникло предположение, что Смирнова так же жестоко обра- щается и с новой своей прислугою Билинской, 14 лет, поступившей к ней летом 1902 г., вследствие чего в ночь на 5 декабря в квар- тиру Смирновой прибыл пристав 2-го участка Яузской части, за- ставший Билинскую спящей на полу кухни на разном тряпье, кото- рое и было им отобрано. Решением суда присяжных от 14 января 1904 г. Смирнова была приговорена к аресту на 3 месяца. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. окр. суда, II отд., I стол, д. № 141, св. 19, л. 2.) Трудно обвинить судей в жестокосердции по отноше- нию к истязателям. Еще одна пострадавшая «в качестве прислуги». В настоящее время в Яузской больнице, в палате № 42, уже около двух недель находится на излечении девочка А. Г. Голубева. Больничные врачи лечат девочку от тяжелых истязаний, кото- рым она подверглась, находясь на службе в качестве прислуги в одной из квартир дома Абемелек-Лазарова, по Армянскому переул- ку. ...Насколько жестоки были эти истязания, можно судить хотя бы по тому, что, по словам обитателей этого дома, у девочки на голове волосы были вырваны. Врач Яузской больницы подтвердил нам, что истязания были очень серьезны и что волосы на голове только теперь начинают отрастать. («Русское слово» от 15 ноября 1909 г.) Но едва ли не самые страшные истязания происхо- дили на кухне популярного в Москве ресторана «Эрми- таж». ОБВИНИТЕЛЬНЫЙ АКТ. На поданной 25 июня 1874 г. на имя прокурора Московского окружного суда жалобе крестьянка Ярославской губернии, Углич- ского уезда, деревни Заозерья Раиса Алексеевна Филатова заявила, что старший повар гостиницы «Эрмитаж» (5-го квартала Тверской части), французский подданный Эжень Марселья, пользуясь бесси- лием и малолетством сына ее Петра Тимофеева Филатова, находив- шегося там в учении поварскому делу, причинял ему тяжкие и же- стокие побои. Так, в мае 1874 г. он ударил ночью сына ее весьма сильно в правый бок под ребра; 16 июня наказал его сильно роз- гами, нанеся ему до 30 ударов... При этом она представила меди- цинский осмотр, из которого видно, по освидетельствовании сына ее на верхней передней части правого бедра и отчасти на мошонке оказалось несколько поперечных узких красноватых полос..» 220
На возникшем по сему предмету предварительном следствии мальчик Петр Тимофеев Филатов, 12 лет, подтверждая заявление матери, показал, что Марселья обращается с учениками вообще весьма жестоко; его самого, как и других учеников, он бил посто- янно как за вину, так и без вины, и руками и ногами, по чем ни попало. Кроме того, у него были в большом ходу в виде наказания розги и кайенский перец, которым он намазывал губы задремав- шему ученику. В последнее время до возникновения этого дела об- ращение Марселья стало невыносимым. В мае месяце 1874 г. Марселья нашел, что он, Филатов, стоит возле него неправильно, и за это так сильно ударил в правый бок под ребра, что он не помнит, что с ним после того было. ...Сек он тогда Филатова весьма больно, до крови. В присут- ствии всех учеников, заставив некоторых из них держать его, и на- вес ему до 28 сильных ударов, так что у Филатова показались рубцы и кровь, и по окончании наказания он упал со скамейки. ...С учеником Журавлевым Марселья сделал раз следующее: приказав держать его, он взял красильную кисть, раскрасил ему лицо разными красками и не велел умываться, обещав в противном случае его высечь; так он и ходил, а Марселья над ним потешался. Спрошенный в качестве обвиняемого французский подданный Эжень Марселья, не признавая себя виновным в истязаниях своих учеников, об'яснил, что он действительно наказывал Филатова роз- гами... и что ему случалось иногда давать ученикам толчки... но что с ними без этого обойтись нельзя и наказывать их розгами он счи- тает себя вправе... Акт утвержден Московскою судебного палатою 23 января 1875 г. Член палаты (подпись). На вопрос о виновности Марселья в избиении Филатова при- сяжные ответили: «Да, виновен, но сек не до крови и истязания не причинял». Аналогичные ответы даны и на вопросы о виновности в избиении каждого из остальных семи учеников. Марселья был приговорен к аресту при полиции на один месяц. (МОАУ, ИА, № 2, ф. Моск. окр. суда, д. № 50, св. 6, лл. 2—4.) О том, что происходило за стенами московских приютов, дает представление факт, вошедший в историю старой Москвы под названием «Убийство в исправитель- ном приюте имени Рукавишникова». В стенах исправительного приюта убит его воспитанник, 16-лет- ний Затевахин. Убит швейцаром Савельевым. Орудие убийства — кочерга. («Раннее утро» от 21 января 1911 г.) Даже в те времена, даже на столбцах бульварной газеты это краткое сообщение прозвучало жутко, и эта 221
жуткая заметка не затерялась на столбцах бульварной газеты среди обывательской чуши и сенсационной уго- ловной хроники. Уже с утра 18 января среди воспитанников приюта обнаружи- лось брожение, принявшее острые формы недовольства. Шум, крики, бросание табуретов, битье оконных стекол... Слышались жалобы на нестерпимо строгое обращение с учени- ками в слесарной мастерской. Названо было имя одного мастера, затем другого. Дядьке приюта было поручено отвести в изоляционную комна- ту (карцер) двух воспитанников, в том числе Затевахина. Это происходило около семи часов вечера. («Раннее утро» от 21 января 1911 г.) Далее в том же увлекательном бульварном тоне опи- сывался убийца Затевахина — швейцар Савельев: «косая сажень в плечах, человек страшной физической силы», и, наконец, был описан самый момент убийства шестнад- цатилетнего мальчика. Воспитанники приюта сопротивлялись, и швейцар Савельев взялся помогать дядьке. Савельев схватил кочергу и железной ее частью ударил вос- питанника Затевахина в область сердца. Мальчик упал. Нагнулись к нему — он едва дышал... («Раннее утро» от 21 января 1911 г.) Убийство в Рукавишниковском приюте нашло отклик в тот же день и в других газетах. ...Вскрытие констатировало, что смерть мальчика произошла от травматического разрыва сердца. ...Кроме разрыва сердца обнаружен обширный кровоподтек, в мягких покровах груди, в области сердца и перелом двух ребер. Из трех ударов, нанесенных мальчику Затевахину, один был ему нане- сен по труди, а два по спине... («Русское слово» от 21 января 1911 г.) Как ни крепки были нервы у москвичей того време- ни, но убийство в Рукавишниковском исправительном приюте вызвало негодование в общественных кругах, и гак называемая «прогрессивная» печать в течение не- скольких дней занималась «ужасами Рукавишниковского приюта». Это дает нам возможность восстановить и пока- зать читателю быт этого благотворительного учреждения. 222
...Дли характеристики приютского режима не лишне привести «скалу» наказаний, установленных здесь, и «скала» эта такова: кар- цер до 7 дней, лишение пищи (перевод на хлеб и воду), стоять у стены, лишение чаю и сахару и высылка в швейцарскую. («Русские ведомости» от 21 января 1911 г.) Иначе говоря, если бы на месте Затевахин был па- рень покрепче, он бы выжил и перенес бы даже такую исправительно-дисциплинарную меру, как «высылка в швейцарскую». Толки в Москве не утихали, и возмущение росло. Москвичи искали виновников покрупнее швейцара Са- вельева, физического убийцы юноши Затевахина. И, на- конец, было названо имя директора исправительного приюта. Убийство воспитанника Рукавишниковского приюта невольно заставляет вспомнить об общей атмосфере, царящей в приюте, и остановиться на личности директора приюта г. П. Э. Неандера, со- здателя знаменитой «воспитательной системы». ...Вместо исправительного учреждения, режимом г. Неандера приют был обращен в тюрьму. Его личное отношение к воспитан- никам ярко рисуется в характерной и в свое время нашумевшей истории о том, как он приспособил детей приюта к охоте на собак. («Утро России» от 21 января 1911 г.) Было бы невероятно даже для того (времени, если бы после такого шума в печати Неандер остался сидеть на своем месте: Вчера злобой дня всей Москвы была давно ожидаемая и в то же время неожиданная отставка директора Рукавишниковского при- юта, который, под давлением всеобщего протеста против его дей- ствий, смирился и вчера прислал на имя городского головы заявле- ние об отставлении от занимаемой им должности. («Копейка» от 2 марта 1911 г.) И тут же вы внезапно узнаете о настоящей профес- сии палача и садиста: «П. Э. Неандер, по упорным слухам, уходит опять в пасторы». («Копейка» от 2 марта 1911 г.) Таким образом, этот садист был духовной особой. Но духовная особа, однако, не возвратилась к своей пастве. Бывший директор московского городского Рукавишниковского приюта П. Э. Неандер получил назначение от главного тюремного 223
управления — назначение начальником отряда каторжан на построй- ке Амурской дороги с окладом в 6 тысяч рублей. Каторжан жалко. ( «Русское слово» от 14 мая 1911 г.) С тех пор эта фамилия исчезает со страниц газет. И здесь, собственно, можно закончить без всяких ком- ментариев историческую справку о методах воспитания несовершеннолетних в московских городских исправи- тельных приютах. Савельеву дали на суде снисхождение. Неандеру — выгодную должность в тюремном ведомстве. * * * В дореволюционной Москве был всего-навсего один детский сад, да и то рассчитанный на детей имущих ро- дителей. В Москве социалистической уже в конце 1938 г. на- считывалось около тысячи детских садов. В подарок к двадцатилетию Великой Октябрьской социалистической революции москвичи получили 41 новые ясли. К концу 1938 г. число ясельных коек достигло 30,3 тысячи. В 1939 г. вступят в строй 9 детских садов, 11 яслей и 4 детских консультации. Для счастливой детворы в Москве построено 11 дет- ских санаториев. К услугам маленьких граждан театры и кино, парки, площадки и стадионы, дворцы пионеров и красные уголки во многих домах. В 1939 году для детворы строится два дома художе- ственного воспитания, два районных дома пионеров и три агротехнические базы. В Москве 9 детских театров и 2 кинотеатра, Стадион юных пионеров, 29 детских парков и городков во всех районах столицы. В московском Центральном парке культуры и отдыха имени Горького, так же как и в других парках столицы, к услугам маленьких граждан детский городок с аттрак- ционами, площадки отдыха, павильоны науки и техники, спортивные площадки, беговая дорожка, волейбольное и баскетбольное поля, городошные и крокетные площадки, гимнастические военные городки, скэтинг-ринк и водная станция. 224
Большой любовью у счастливой московской детворы пользуется замечательный Дворец пионеров. Советские архитекторы, художники, скульпторы, строители потратили много сил и творческой выдумки, чтобы отделать помещение Дворца пионеров. Нигде в мире дети не окружены такой любовью и заботой, как в Советской стране. * * * Убеги были развлечения трудового народа Москвы. Бродячие шарманщики и музыканты и так называе- мые «народные гулянья»—вот и все виды развлечений, доступных трудящимся дореволюционной Москвы. Приведем документы, относящиеся к третьей чет- верти девятнадцатого века. По улицам невозбранно ходили, проникая во дворы домов, шар- манщики, иные со старого фасона шарманкой-шкафчиком и танцую- щими в нем куклами, другие же с большим и тяжелым, громко, трубными звуками ревущим ящиком; большинство шарманщиков бы- ли иностранцы, всего чаще итальянцы, подпевавшие шарманке арии; в числе таких уличных артистов часто во дворы заходили парочки- подростки — девица и мальчик с арфою и скрипкой — и пиликали что-то до того жалостнее, а сами были так похожи друг на друга, белобрысы, худы и наивны, к тому же, видимо, немецкого проис- хождения, что добродушные хозяйки редко отказывали в пятачке такой молодой паре; ходили шарманщики и с учеными собачками, одетыми кавалерами и дамами в шляпках и смешно, а в то же время возбуждая жалость забитым видом, прыгавшими по мостовой, быстро мигая глазами и мотая мордочкой. Показывались бродячие акробаты в трико, скрываемом под пальто, с ковриком для подстил- ки во время их упражнений, тоже подростки или дети, еще более печалившие несчастным видом, да и самой профессией сердоболь- ных москвичей. Наконец, хотя и реже, появлялись «петрушки». (И. В. Давыдов, Из прошлого.) Гулянье под Новинским состояло из неизбежных каруселей, вращающихся качелей, лавок со сластями и балаганов, из которых некоторые, сбитые из теса, уподоблялись театру и давали обычно обстановочные пантомимы батального характера... Вообще что- либо сопровождающееся военными эволюциями и отчаянной паль- бой из ружей и даже деревянных пушек, наполнявших весь зри- тельный зал пороховым дымом. (И. В. Давыдов, Из прошлого.) Шли годы, но программа народных увеселений ничуть не менялась. 225
Четыре «действующих» и два пустых балагана, «американская» фотография, несколько каруселей, «русские горы», качели, десятка полтора палаток с лакомствами и игрушками и, наконец, невообра- зимая, не поддающаяся описанию грязь. Это — традиционное гу- лянье на Девичьем поле... ...Один балаган посвящен «известному сыщику Шерлоку Холм- су», другой—12-му году, третий — «электротеатр». Вывеска послед- него интригует публику: «Новое зрелище здесь. Прошу убедиться». Но желающих убедиться, видимо, не находится. Работают одни карусели, и то плохо... («Русское слово» от 1 апреля 1909 г.) Помимо сомнительного удовольствия, которое эти гулянья доставляли самим гуляющим, они причиняли бес- покойство и страдания «и в чем неповинным жителям прилегающих к месту гулянья районов. Из заявления директора психиатрической клиники В. Сербского, директора клиники нервных болезней В. Рота и др. в Московскую городскую управу от 28 февраля 1911 г. «Мы, нижеподписавшиеся, обращаемся в городскую управу с просьбой уничтожить воскресные и праздничные гулянья и не раз- решать устраивать частных палаток на Девичьем поле. Безостановочно в течение целого дня и вечера «музыка», визг шарманок и органов, барабаны, паровые гудки, залпы выстрелов в балаганах, крики — все это создает прямо непереносимое терзание для всех живущих вокруг гулянья. Послушать эту «музыку» в те- чение 1—2 часов и иметь возможность хотя с ошеломленной голо- вой все-таки уйти — это одно, а каково слушать это целыми днями, а на рождестве, масленице и пасхе — целыми неделями? При этом даже двойные рамы в окнах не могут вполне оградить от этого ужаса звуков. На гуляньях собирается если не большинство, то множество пьяного народа. Все проезды Девичьего поля, прилегающие улицы и переулки со второй половины дня до полночи и даже за пол- ночь оглашаются дикими криками пьяных; здесь разыгрываются постоянно скандалы и драки, подчас и весьма серьезные, в кото- рых участвует иногда большое число лиц и пускаются в ход раз- ные орудия, иногда булыжник, вынутый из мостовой. В дни гуляний у окружающих дома заборов, под деревьями, насажденными у тротуаров, и на самом бульваре толпы народа, за недостатком мест в городском отхожем месте, стояли огромными ве- реницами в несколько рядов и совершали открыто свои естествен- ные потребности организма: обильные потоки извергаемой влаги, пропитывая немощеные тротуары и бульвары, текут на мостовую, и летом, разлагаясь, производят нестерпимую вонь и миазмы, ко- торыми вынуждаются дышать обитатели Девичьего поля...» МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. гор. думы, канц., арх. № 72, св. 315, л. 29.) 226
Усиленно насаждались такие зверские «забавы», как кулачные бои. В местностях, заселенных мастеровым и фабричным людом, по- чти каждый праздник, особенно по зимам, происходили «стенки»; в них принимали участие большей частью мальчики-подростки: взрос- лые же находили удовлетворение в кулачных боях на Москва-реке. Я помню, как происходили кулачные бои на льду Москва-реки, у Бабьегородской плотины, между фабричными Бутиковской фабри- ки и рабочими завода Гужона. Были большие бои и у Пресненской заставы. В этих боях участвовали сотни людей. А с той и с дру- гой стороны были известные, испытанные бойцы. (И. А. Белоусов, Ушедшая Москва.) Выдающиеся представители русского искусства — Станиславский и Немирович-Данченко (будущие народ- ные артисты СССР) мечтали о создании общедоступного театра и встречали равнодушие и косность в тех кругах, от которых зависело осуществить эту идею. Сегодня городская дума может праздновать десятилетний юби- лей ходатайства, поступившего к ней 12 января 1898 г. от Алексе- ева (по сцене Станиславского) и Немирович-Данченко. Десять лет назад эти лица подали городскому голове, князю В. М. Голицыну, докладную записку об открытии в Москве драматического общедо- ступного театра и просили о присвоении проектируемому театру на- именования «Городского» и об ассигновании ежегодной субсидии для обеспечения театрального помещения. Комиссия о пользах и нуждах общественных, под председатель- ством медлительного в делах народного просвещения профессора Герье, в течение целых семи лет не успела войти в городскую ду- му с соответствующим докладом... ...Теперь думская комиссия предлагает гласным оставить юби- лейное прошение без рассмотрения. Все — честь честью. («Раннее утро» от 14 марта 1908 г.) Это случилось уже в то время, когда слава Художе- ственного театра гремела на весь мир. Гласные городской думы как-то высказали свои суж- дения о народных развлечениях. Алексеев Н. А. Я не позволю себе утомлять думу, но скажу только следующее. Два года тому назад гласные получили доклад г. Кирпичникова в виде брошюры, в которой указывалось, что в Одессе был построен народный театр, который стоил 200 рублей... Из этого можно видеть, что при незначительных затратах можно устроить для народа разумные развлечения. Два года тому назад дума постановила ограничить доступ рабочих в Сокольнический парк. Куда же остается итти рабочему, как не в кабак или трактир, и те 227
10 копеек, которые он отдал бы за вход в театр, он понесет в кабак... Геннерт А. И. ...Таким образом, главная воспитательная задача театра полагается в том, что с развитием театральных представле- ний в г. Москве пьянство должно сократиться. Эта идея, мне ка- жется, неверна. Предположение, что театр, в каком бы виде и ка- кими бы силами ни исполнялись в нем представления, будет слу- жить отвлечением народа от пьянства, представляется надеждой не- сбыточной. Это орудие в высшей степени опасное, и часто может быть достигнута цель диаметрально противоположная. За примером Ходить недалеко. Заведение Омона называется тоже театром, но ни- кто не усомнится, что такое заведение неспособно отвлечь от пи- тейных заведений; каждый, напротив, знает, что оно наиболее при- мыкает к питейным заведениям, что для этой цели как внутри зда- ния, так и вне его устроены разные приспособления... Рассчиты- вать, что в городе Москве, в тех бараках, которые предполагает устроить комиссия, имеющих мало импонирующего влияния на пуб- лику, возможно собрать 10 хороших трупп под руководством опыт- ных режиссеров, немыслимо... (Собрание Московской городской думы 17 марта 1898 г.) В чем выражалась просветительная деятельность го- родской управы в области народного театра? Городская управа решила прекратить устройство спектаклей в городском работном доме, так как каждый такой спектакль связы- вался с необходимостью выносить из помещения кровати для при- зреваемых. («Русское слово» от 25 августа 1907 г.) Ремесленники Рогожской части «даже не мечтали об устройстве народного дома-театра». Желания были куда скромнее, но и эти желания так и не были осуществлены городской думой. Председатель (Н. И. Гучков). Заявление Н. А. Шамина: «Не признает ли Московское городское управление возможным устроить постоянное народное гуляние на принадлежащей городу пустопорожней земле, находящейся в районе названной части, по ту и другую сторону Спасской заставы... Ремесленники Рогожской части не мечтают об устройстве на- родного дома-театра, стоящего больших денег, они только желают, чтобы для них, их учеников и детей были на площади устроены в этой местности карусели, качели, гигантские шаги, различные под- вижные игры и т. п. Затрата на это была бы пустая, а для ремесленников в этой удаленной от центра местности таковое гулянье я нахожу крайне желательным и необходимым... Позвольте передать это заявление на распоряжение управы». 228
Граф Толстой С. Л. Лучше в комиссию о пользах и нуждах общественных. Шубинский Н. П. Следует передать в комиссию по народным развлечениям. Если угодно поручить комиссии о пользах и нуждах, я приму; в комиссию передают такую массу поручений, что это не прибавит ничего. Председатель. Угодно передать в комиссию о пользах и нуж- дах общественных? Голоса: В управу. Председатель. Граф, Вы настаиваете? Граф Толстой С. Л. Я отказываюсь. Председатель. Позвольте передать в городскую управу? Сделанное предложение принято... (Собрание Московской городской думы 21 марта 1906 г.) Разумеется, желанию ремесленников так и не сужде- но было осуществиться. Именно на этой рабочей окраи- не, в Рогожско-Симоновском районе, на месте Симонова монастыря, воздвигнут сейчас грандиозный Дворец куль- туры. В старой Москве театр был и оставался местом раз- влечения лишь для буржуазной и отчасти мелкобуржуаз- ной публики. Документы этой главы показали, какие развлечения московские градоправители считали приемлемыми для трудящихся. Но сами трудящиеся были на этот счет иного мне- ния. Замечательный пример приводила большевистская «Правда». РАБОЧИЙ ТЕАТР У московских рабочих возникла мысль организовать рабочий художественный театр. Инициаторами в этом деле являются пресненские рабочие Про- хоровской мануфактуры, которые организуют сейчас драматический кружок, хотят его легализовать и, в зависимости от средств, хотят открыть рано или поздно свой театр. Сейчас же идет подготови- тельная работа: составляется репертуар, разучиваются роли и репе- тируются пьесы. В основы составления репертуара рабочие кладут принцип бодрого стремления вперед, художественного удовлетворе- ния и искания красоты и правды. Мощный голос жизни должен раздаваться на их сцене и пробуждать желания и стремления, звать вперед, осмеивать и критиковать ложное, лицемерное и трусливое, чтобы зритель выходил из рабочего театра не приниженным, а чув- ствовал бы бодрость, радость, веру в жизнь и надежду на нее, и, окрыленный, сознавал бы себя творцом жизни. 229
Эти общие положения и кладутся в основу репертуара рабоче- го театра. Труднее обстоит дело с подбором пьес, соответствующих этим идеалам. На первый год рабочие артисты, не имея еще своего гнез- да, будут устраивать спектакли на фабриках, в снятых залах и т. п. И в этом году они решили поставить следующие пьесы: две пьесы М. Горького «На дне» и «Мещане», Островского—«Женить- ба Бальзаминова», «На бойком месте» и «Снегурочка», Гоголя — «Женитьба», Чехова — «Свадьба», Гауптмана — «Извозчик Геншель». На второй же год: Островского — «Бедность не порок», «Василиса Мелентьевна», Гоголя — «Ревизор», Чехова — «Дядя Ваня», Молье- ра — «Жорж Данден», Шекспира — «Отелло», «Виндзорские кумуш- ки», Л. Толстого — «Власть тьмы». Этот репертуар пока не окончательный, могут быть, конечно, изменения, добавления я перестановки. Это только первоначальный план, по которому должна итти их работа. Берутся они за эту ра- боту с большой любовью, и в их художественной работе выявляет- ся много сценического дарования. И так как они подходят к этому делу не как к развлечению, а как к искусству, которое требует ра- боты и мастерства, то результаты должны получиться достойные их Энергии. («Правда» от 8 июня 1912 г.) * * * В дореволюционной Москве трудящиеся были фак- тически лишены права на отдых. Право советского граж- данина на отдых гарантировано великой хартией побе- дившего социализма — Сталинской Конституцией. К услугам москвичей многочисленные театры, парки культуры и отдыха, кинотеатры, цирки, стадионы и спор- тивные площадки. Только 4 парка культуры и отдыха по- сетило в 1938 г. 20 миллионов человек. 2,5 миллиона человек побывало в Зоопарке и почти миллион — в Пла- нетарии. Площадь московских парков в 1938 г. дошла до 4 тысяч гектаров. Трудящаяся Москва любит и умеет культурно отды- хать и веселиться. Традиционными стали массовые летние карнавалы в Парке культуры и отдыха имени Горького, балы в Колонном зале Дома союзов и дворцах культуры, массовые гулянья на площадях столицы в дни револю- ционных празднеств. Десятки тысяч юношей и девушек участвуют еже- годно в физкультурных парадах, в этих незабываемых демонстрациях силы, здоровья и красоты советской мо- лодежи. 230
В выходные дня стадионы Москвы заполняются оживленной, нарядной публикой. Стадион «Динамо» вме- щает 90 тысяч зрителей. Стадион физкультурного обще- ства «Сталинец» рассчитан на 25 тысяч человек. Строится огромный Измайловский стадион имени Сталина. Его территория — около 300 гектаров. На три- бунах его смогут разместиться 150 тысяч человек. По самым скромным подсчетам, свыше 50 тысяч мо- сквичей занимаются самодеятельным искусством. Многие самодеятельные ансамбли и коллективы широко извест- ны населению столицы. В социалистической Москве — расцвет культуры и искусства!
КАК БЫЛО ПОСТАВЛЕНО НАРОДНОЕ ПРОСВЕЩЕНИЕ ГОСПОДА БЛАГОТВОРИТЕЛИ Нищета, голод, эпидемии захлестывали Москву. Понятно, речь идет об окраинах, о глухих за- коулках, где ютился рабочий народ, где жили неимущие. Жалкие крохи, отпускавшиеся приличия ради город- ской думой, разумеется, никак не могли помочь вопию- щей нужде огромных масс населения. Дело помощи нуждающимся фактически было предоставлено попече- нию не слишком щедрой частной благотворительности, заботам лицемерных и своекорыстных «благодетелей» из светских дам и филантропствующих толстосумов. По традиции, в конце думских заседаний председа- тель оглашал списки пожертвований в пользу городских богоугодных заведений. Председатель (кн. Голицын В. М.). Список пожертвований. ...В пользу городских больниц: Яузской: От Соловьева —15 женских и 11 мужских сорочек для покой- ников. От неизвестных — 3 савана, 3 покрова для покойников, 160 плюшек, 3 фунта чаю, 97 яиц и 200 розанчиков. Б. Щербатовский: От Д. И. Филиппова — 40 розанчиков... (Собрание Московской городской думы 10 декабря 1902 г.) 232
...В пользу городских больниц: 1-й городской: От Константинова — хлебы и от неизвестных — 7 рублей день- гами, чай и сахар и икона божьей матери с подсвечником и круж- кой, ценой до 150 рублей... ...Преображенской: Хлеб на сумму 3 рубля... Председатель: Позвольте эти пожертвования принять и благо- дарить жертвователей? Сделанное предложение принято... (Собрание Московской городской думы 10 января 1906 г.) А вот неожиданный дар, заслуживающий внимания в связи со скромным рационом больных в городских больницах. Брянский Б. Д. Об'являю собрание открытым. ...Ее императорское высочество великая княгиня Елизавета Фе- доровна пожертвовала в Старо-Екатерининскую и 1-ю городскую больницу по пятидесяти бутылок коньяку. Позвольте благодарить ее императорское высочество за ее по- стоянные заботы о бедных и нуждающихся. Предложение принято. (Собрание Московской городской думы 4 марта 1914 г.) Рубашки для покойников, иконы, розанчики — щед- рые дары человеколюбивых благотворителей. Не щедрее был и сам городской голова — Н. И. Гучков. ...От Н. И. Гучкова — 4 деревянных рамки с металлическими сетками на сумму 20 рублей... (Собрание Московской городской думы 13 февраля 1907 г.) С помощью частной и городской благотворительно- сти было создано несколько крайне убогих приютов и так называемых работных домов. Писатель Под'ячев оставил подробное описание учреждений подобного рода. ...Наконец двери отперли... толпа зашумела и» толкаясь, хлы- нула туда, как лавина... Вместе с другими я очутился в огромной полутемной «камере»... Двойные нары занимали ее всю, оставляя узкие проходы около стен и посредине... Черный сводчатый пото- лок мрачно висел над головами, придавая необычайно угрюмый и дикий вид всей обстановке... Гулкий, какой-то странный хаотический шум и гам несся со всех сторон... Дверь, беспрестанно визжа и хлопая, отворялась, впуская все новых и новых ночлежников... Люди, испитые, полуодетые, молодые, старые и совсем дети, ругаясь, толкаясь, крича, спешили занять ме- 233
ста на нарах... Вскоре все места на нарах были заняты, а люде все шли и шли... Стали ложиться на полу, в проходах, полезли под нары... Крик и гам усиливался с каждой минутой и, наконец, слился во что-то хаотически-страшное... ...Наконец явился надзиратель... нас опять пересчитали, «погна- ли» наконец в баню... ...У бани нас остановили, построили опять по порядку, один за другим, и стали пускать по череду... Кроме нас, как оказалось, в бане в этот же вечер мылись солдаты. Теснота, давка, ругань, крик, стук были невозможны... Баня казалась каким-то адом... Голые те- ла, возбужденные, озлобленные, красные лица, пар, запах мыла, ду- хота, едва горевшие в туманной мгле лампы — все это вместе взя- тое представляло фантастически-мрачное и грустное подобие ада... ...После докторского «осмотра» нас опять загнали в столовую. Было поздно — десятый час вечера... Пора было отдохнуть и по- кормить измучившихся и изголодавшихся за этот бестолковый день людей. Но не тут-то было! Оказалось, что нас сейчас же погонят в Сокольники... ...По узкой вонючей лестнице я вслед за другими взобрался на третий этаж, вошел в помещение спальни и... остановился, пора- женный картиной, которую увидал. Па меня пахнула целая волна затхлых, вонючих испарений и дыма, смешанных с шумом и криком множества людских голосов. Сквозь густой туман глаза мои с трудом могли разглядеть огромную длинную камеру со сводчатым потолком, поддерживаемым деревян- ными столбами, разделенную на три помещения. По обеим сторонам этой камеры, оставляя проход посредине, стояли сдвинутые вплотную койки. На койках, под койками, на по- лу, в проходах —- везде, где только было свободное место, валялись люди... ...Я нигде не видывал, чтобы так много и жадно курили, как здесь... К обмусоленному, жгущему уже губы, брошенному на пол окурку бросалось несколько человек разом, стараясь завладеть им и хоть как-нибудь, рискуя обжечь губы, затянуться, или, как здесь говорили, «хватнуть» разочек... ...На столе уже стояли и дымились чашки со щами — каждая на восемь человек — лежали ложки, похожие скорее на деревенские чумички. Есть не начинали, дожидаясь, когда соберется полный ком- плект, т. е. когда будут заняты все столы... Наконец все столы на- полнились... — На молитву! — закричал служащий. Люди встали и пропели «Очи всех на тя, господи, уповают». Не успели еще окончить последнего слова, как ложки с изумитель- ной быстротой опустились в чашки, захватывая там мутную воду с запахом капусты... ...В палате «лежали» два мальчика, по-здешнему «малявки», ко- торые особенно интересовали меня... ...Оба они старались изображать из себя больших. Оба курили, пили водку, играли в карты, ругались гадкими словами... У них по- стоянно водились деньжонки, не переводились махорка, яйца, сит- 284
ный... В карты они играли с особенным азартом. Странно было ви- деть их детские лица ночью, при тусклом свете лампы, среди за* взятых, отчаянных картежников... (Журнал «Русское богатство» № 8 и 9 за 1902 г.) Излюбленным способом мобилизации средств на вся- кие благотворительные затеи являлись базары и балы с отчислением чистого сбора «в пользу»... Базары эти устраивались главным образом для развлечения дам-пат- ронесс и отличались разорительной роскошью, в резуль- тате чего «чистый сбор» обычно выражался в крайне мизерных цифрах. Вчера в 6 часов вечера в Благородном собрании открылся вербный базар. В этом году открытие сразу привлекло массу публики. Все гро- мадное помещение собрания буквально — море зелени, красок, света и жизнерадостной, шумящей толпы. Из залы в залу катится волна посетителей; на лицо представители «всей Москвы»: роскошные на- ряды женщин, сюртук, фрак, военный мундир и скромный демокра- тический пиджак смешались в одну плотную оживленную массу. Де- корации зала в этом году положительно роскошны. («Копейка» от 16 марта 1911 г.) Дамам-патронессам было лестно увидеть свое имя в печати. Сегодня в 6 часов вечера состоится открытие вербного базара московских городских попечительств о бедных. Базар нынешнего года, как и предыдущие годы, устроен во всех залах Российского Благородного собрания... Грандиозная лотерея-аллегри в нынешнем году переселяется с насиженного места в красивом Екатерининском зале в Большой зал. Для аллегри отводятся две грандиозные горки на месте кон- вертной эстрады. В центре зала устроена большая эстрада для бара, где хозяй- ничать будут А. А. Андрианова и Ю. М. Лопатина. ...В Крестовом зале размещается буфет А. Г. Найденовой... В «кабаре» явится хозяйка Б. П. Чудакова-Горелина... («Русское слово» от 31 марта 1911 г.) О составе и деятельности Московского благотвори- тельного общества достаточно красноречиво повествует помощник правителя дел канцелярии этого заведения. Из дам-патронесс Московского благотворительного общества я припоминаю следующих: кавалерствениую даму генеральшу Черто- ву, Стрекалову, княгиню Трубецкую, графиню Олсуфьеву, фрейлину Тютчеву, Ершову... Барыни были попечительницами над находив-
шимися в ведении нашего общества женскими рукодельными шко- лами... Для меня самым приятным временем посещения этих школ был ноябрь месяц, когда в них происходили экзамены. Тогда каждая из поименованных барынь устраивала в своей школе роскошный зав- трак... (А. Каспаров, Страницы прошлой жизни.) Существовала в Москве такая благотворительная организация — Общество попечения о молодых девицах. При обществе был организован клуб работниц. Что из этого получилось? Ответ на этот вопрос дает обширное письмо в редакцию большевистской «Звезды» (приводим его в выдержках). Мы, группа работниц, хотим сообщить о тех порядках, которые установились в клубе работниц при Обществе попечения о молодых девицах. Клуб помещается в Б. Трубном переулке, дом № 9... За- ведует и все дела ведет правление дам-сотрудниц, а всеми домами управляет одна дама — г-жа Аннараут... Как первый шаг, г-жа Аннараут предложила выбрать из среды работниц правление, которое совместно с дамами-сотрудницами об- суждало бы клубные дела. ...Таковы были слова, поглядим теперь дела. Очень скоро вы- яснилось, что правление работниц — чистая комедия; собиралось оно после того, как правление дам-сотрудниц решит все дела, за прав- лением работниц оставалось одно право — слушать и принимать го- товые решения... ...Со всеми же работницами, как было, так и осталось обра- щение, как с малыми детьми: послушны — гладят по головке, осме- лятся противоречить — так г-жа Аннараут живо остановит окриком: «молчать!» да еще в придачу ударит кулаком по столу... ...Мало того, что отказом встречалось всякое предложение со стороны работниц, г-жа Аннараут спешила уничтожить свои же собственные начинания, как только замечала, что работницы могут использовать их для своего действительного развития. Так прошлой зимой г-жа Аннараут предложила работницам, ес- ли найдутся желающие, читать рефераты. Группа работниц при- няла предложение, и трое из них написали по реферату: 1) Причи- ны проституции, 2) Знание—сила, 3) О смысле жизни. Этой осенью по возобновлении деятельности клуба г-жа Аннараут заявляет, что отныне, прежде чем читаться перед работницами, рефераты будут поступать на просмотр в особую цензурную комиссию. Дело в том, что работницы пишут слишком «резко», «односторонне», а это не- приятно звучит для благородных дамских ушей, к тому же «опас- но». К этому средству запугивания и застращивания очень часто прибегает г-жа Аннараут, чтобы заставить замолчать неугодные ей голоса работниц. «Здесь есть уши, берегитесь ушей, берегите клуб», — поднимает она рояль, и многих устрашает. 236
Конечно, те из работниц, которые видели противоречие ее хо- роших слов и плохих дел, старались уяснить это и всем осталь- ным, за что против этой группы работниц г-жа Аннараут повела настоящую травлю, чтобы только выжить их из клуба. Все пустила она в ход: высмеивание, окрики, клевету, бойкот, вплоть до отказа отвечать на их вопросы по существу ее лекции: «С вами не разго- вариваю, на ваши вопросы об'яснения давать не желаю», — так от- вечала она, учительница, на своих лекциях нам, ученицам. Нако- нец, теперь она решила прибегнуть к позорному средству — сыс- ку, докопаться, нет ли среди работниц — не-работниц. В это гряз- ное дело г-жа Аннараут вовлекла и некоторых из приближенных своих работниц. Они ходили по данным г-жей Аннараут адресам членов клуба и справлялись, живут ли там таковые; они обходили отделения фабрик, осматривали и опрашивали, работают ли деви- цы с указанными фамилиями. Нравы охранной полиции внесла г-жа Аннараут в общественную организацию работниц. К ее вели- кому прискорбию, все оказались работницами и ремесленниками, профессия одной лишь осталась невыясненной. Но г-жа Аннараут твердо положила выжить неугодных ей ра- ботниц. Как же это сделать? Приближенными к г-же Аннараут ра- ботницами составляется просьба, чтобы она освободила их от «смутьянок», «скандалисток», нарушающих мирную жизнь клуба. Пе- речисляется ряд фамилий, подлежащих изгнанию. И вот правление дам-сотрудниц, вместе с безголосым правлением работниц постанов- ляет, не оповещая, не спрашивая согласия остальных работниц, исключить намеченных работниц, причем к одной изгоняемой при- меняется грубое физическое насилие, с помощью приглашенного для этого случая мужчины из прачечной. Когда одна из работниц возмутилась учиненным над товарищем насилием, г-жа Аннараут подошла к ней и заявила: «Молчите, или я позову полицию, и нас избавят от вас...» («3везда» от 31 декабря 1911 г.) Таков был облик буржуазных благотворителей без маски, в их истинном виде. Московская городская дума кичилась перед другими российскими городами количеством городских школ и постановкой преподавания в этих школах. Как выглядели московские школы в действительности, показывают пред- лагаемые документы. Тысячи детей из года в год оставались «за порогом школы». 237
Регистрация отказов в приеме в московские городские школы началась в 1876 г.; в первый же год регистрации по недостатку мест в школы не могло быть принято 611 детей. В последующие годы, несмотря на открытие новых школ и отделений в них, число отказов продолжало увеличиваться... ...Годичное число отказов в последнее время держится около 2 300. Из отдельных годов по числу отказов особенно выделяются два: 1885 — с 2 609 отказами и 1890 — с 2 659 отказами... (Сборник очерков по городу Москве. М. 1897 г.) ...Перепись 1903 г. зарегистрировала среди детей школьного возраста (8—12 лет) в Москве 12 189 детей совершенно неграмот- ных, т. е. не умеющих ни читать, ни писать... Если взять только детей 9 и 10 лет, и то окажется, что из общего числа 23 599 де- тей — б 986 не посещали никаких учебных заведений; часть их за- регистрирована как совершенно неграмотные... («Русские ведомости» от 13 мая 1908 г.) Городская управа, как могла, стремилась сокращать число учащихся. Училищное отделение городской управы разослало всем учите- лям и учительницам городских школ циркуляр, обязывающий их по вечерам, после занятий обходить квартиры учеников своей школы, дабы удостовериться, действительно ли они проживают по указан- ным ими адресам. Мера эта предпринята с целью изловления де- тей, являющихся в городские школы из пригородов, от обучения которых городское управление решило избавиться. («Раннее утро» от 26 ноября 1910 г.) Анкета газеты о постановке школьного дела показа- ла, что особых иллюзий насчет постановки школьного дела не было. Д. И. Тихомиров... Обучение в большинстве городских школ носит формальный характер, в зависимости от экзаменационных тре- бований, городская управа не имеет средств не только руководить, в образовательном отношении, школами, но и наблюдать за ними... Учителя и учительницы не имеют возможности вести дело, как на- ходили бы желательным и правильным, и неволя заставляет их за- ботиться лишь о том, чтобы приготовить своих учеников к экзамену. Н. В. Чехов... Большое зло в жизни московских школ — это глубоко пустившая корни система «протекций» при замещениях ва- кантных учительских мест. Лица с педагогической опытностью, с высшим образовательным цензом, успевшие зарекомендовать себя уже на деле, нередко остаются за бортом, уступая место более сча- стливым. 238
А. С. Вишняков... Школы выпускают своих питомцев с жалки- ми обрывками знаний... ...Крупным злом также считаю отсутствие правильно организо- ванного врачебного надзора и помощи... («Русское слово» от 21 октября 1910 г.) Школы ютились б жалких хибарках. В женском Замоскворецком училище от ветхости помещения об' рушился потолок (хорошо, что не во время занятий) и растреска- лись печи. («Раннее утро» от 28 июня 1908 г.) Инспекторы народных училищ меньше всего забо- тились о постановке учебного дела. ...Новый инспектор народных училищ г. Романовский начал об'- езд школ, повидимому, с каким-то предвзятым намерением: являясь в школы, он тотчас же направляется к шкафам, где хранятся учеб- ники и книги, для розыска «неразрешенных». Г. Романовский очень интересуется поведением учительниц и в одном случае, не застав учительницы, которая отправилась в упра- ву за жалованьем, произвел в присутствии детей настоящий допрос прислуги: когда ушла, как ушла и т. д. («Русское слово» от 29 октября 1910 г.) Что считалось выдающимися событиями в школьной жизни? Отчет по городскому женскому профессиональному училищу имени П. Лепешинской имеет, между прочим, главу: «Выдающиеся события в жизни училища». Как вы думаете, что случилось «выдающегося» в жизни этого училища? Только то, что это училище... посетил член управы, заведую- щий училищным отделом Г. А. Пузыревский. («Русское слово» от 8 июня 1914 г.) Физическое воздействие, порой доходившее до чле- новредительства, являлось одним из основных воспита- тельных средств. Такой метод, если не поощрялся от- крыто, то во всяком случае легко сходил с рук некото- рым рьяным педагогам. Миша Васильев, сын бедного обойщика, единственного кормиль- ца семьи, поступил в городское Владимиро-Долгоруковское училище при городском работном доме. Но учиться ему пришлось недолго, и вместо здорового и силь- ного работника он вышел из школы калекой. На уроке арифметики, слушая учителя, бедняга имел несчастье подпереться лицом на руку. 239
Учитель не мог стерпеть подобной «вольности» и приказал Ва- сильеву стать на колени. Перепуганный мальчик стал просить прощенья. — Простите, Сергей Михайлович, больше не буду. — Вот как у нас прощают, — загремел Троицкий, нанося со всего размаха удар по уху злополучному ученику. Мальчик упал на пол и пролежал без сознания около часу. Оч- нувшись, он почувствовал, что плохо слышит и что левое ухо его нестерпимо болит. Тотчас же обратились к врачу. Последний уста- новил разрыв барабанной перепонки. С тех пор, вот уже два меся- ца, ребенок плохо слышит, страдает невыносимыми головными бо- лями, по ночам стонет и иногда бродит, как лунатик. Родители по- дали заявление мировому судье, и результатом явилось... исключе- ние Миши из школы... («Русское слово» от 13 ноября 1908 г.) Отчет двухклассной церковноприходской школы ри- сует постановку дела в школах, руководимых церковни- ками. Основной своей задачей эта школа, оказывается, считала подготовку своих питомцев... к загробной жизни! ...Зная, что вся наша земная жизнь есть приготовление к веч- ной загробной жизни, а науки, заимствуя свой свет от света боже- ственного откровения, — светильники, освещающие этот трудный земной путь, Преображенская двухклассная церковно-приходская школа, основанная в 1889 г. в Москве около Преображенской за- ставы, исполняя программу училищного совета при св. синоде для церковно-приходских школ, во все время своего существования за- ботилась о приготовлении к вечной загробной жизни не только своих учеников, но и их семейных, постоянных и непостоянных при- хожан нашего прихода — рабочих 65 фабрик и заводов, приходя- щих из разных губерний России. Для этого она развивает ум, серд- це, волю, руки и все члены человека по христианскому православ- ному учению у всех людей, не различая возраста и пола. Она ста- рается о том, чтобы все в человеке прославляло своего творца и приносило плоды, добрые, необходимые для царства небесного. Школа приучает жить всех внутреннею, духовною, христианскою — подвижническою жизнью, а не рассеянною по веку мира сего, по внушению и власти князя воздушного, злого духа... На небе все святые и ангелы воспевают хвалу богу, чем и мы будем заняты, если будем в раю. Здесь, на земле, мы должны учиться хвалить бога в песнопениях. Ни один предмет, ни одно физическое явление, ни одно исто- рическое событие, ни один факт государственной жизни не оставля- ет школа без внимания, без об'яснения и освещения от св. писа- ния, толкования св. отцов и учителей церкви православной, для на- шего спасения написавших многие книги. (МОАУ. Арх. охр. отд., д. № 1909— 910 г., т. 6, лл. 236—254.) 240
Эта карикатура из дореволюционного московского журнала довольно метко разоблачает «размах» купеческой благотворительности. Этот снимок «новой школы» вызовет улыбку у сегодняшних москвичей, восхищающихся десятками новых великолепных школ, выстроенных в советской столице за какие-нибудь два- три года. Надо отметить, что в царской Москве строительство даже такого убогого здания для школы было редкостным явлением.
Десятки тысяч детей трудящихся были лишены возможности учиться. Нужда заставляла родителей отдавать ребят в уче- ники, «мальчики» и т. д., где хозяева их нещадно эксплоати- ровали. На снимке: подросток — трактирный слуга.
Однако, деятельность церковно-приходской школы не ограничивалась подготовкой учеников к «потусторонней» жизни... Школа старалась подковать их и на случай бо- лее реальной земной деятельности. Там обучали отвечать против социалистов, штундистов и дру- гих сектантов и врагов России — изменников батюшки-царя пра- вославного... (Тот же источник.) Школа на фабрике Миуоси хвастала своими достиже- ниями. Начнем сразу с седьмого достижения. ...7) Помогала образовать хор певчих для пения церковных пес- нопений. 8) Своими беседами расстроила хор (200 человек) песенников, ибо песни страшно развращают людей. 9) Сильно сократила с помощью божиею гулянье, хороводы и много еще худшее... 10) Своими беседами расстроила и отстранила желание театра и представления на фабрике. (МОАУ, арх. Моск. охр, отд., д. № 1909—1910 г., т. 6, лл. 236—254.) Не случайно оба приведенных отчета хранились в архиве московской охранки. Школьное начальство зна- ло, перед кем ему надлежало отчитываться. Чрезвычайно поучительны итоги анкеты о дальней- шем образовании оканчивающих народную школу. ...В 1910 г. городское управление произвело анкету среди роди- телей учеников и учениц городских начальных школ, чтобы выяс- нить положение самого населения по вопросу о том, какие нужно устраивать училища для детей, оканчивающих начальную школу. Было разослано более 40 тысяч опросных карточек; из них 34 237 вернулись с ответом. Дальнейшего образования для мальчиков хотят 92% родите- лей, для девочек — 90% (часто, впрочем, с оговорками: «если пла- та будет не больше 20 рублей» или если обучение будет бесплат- ное). На вопрос о возрасте, до какого родители могут оставить де- тей в школе, большинство высказалось за возраст 17—20 лет... («Современное хозяйство гор. Москвы», под редакцией И. А. Вернера. М, 1913 г.) Итоги этой анкеты доказывали стремление трудя- щихся к тому, чтобы их дети обязательно получили обра- зование. Но в огромном большинстве случаев это стрем- ление в условиях старого режима не могло осущест- виться. 241
В связи с полувековым юбилеем «освобождения кре- стьян», думские златоусты затеяли ни к чему не обязы- вавшую их болтовню о введении общедоступного про- фессионального образования. Из прений гласных на заседании 17 декабря 1910 г. по вопро- су о введении в Москве общедоступного профессионального образо- вания. ...Прокунин М. П. Если бы подобное предложение прошло, то понадобились бы громадные миллионы, чтобы ввести это в жизнь. А так как их нет, то это желание должно быть отвергнуто. Катуар Л. Л. Я по существу не возражал, так как мысль сим- патична, но мне думается, что в том виде, как предлагает комис- сия, это неосуществимо... (МОАУ, ИА № 7, ф. Моск. гор. думы, канц. арх. № 8, св. 455, лл. 95, 97, 102, 103, 104 и 110.) Городская дума, конечно, относилась с полнейшим пренебрежением к нуждам учителей. Ходатайство Учительского института о пособии в 4 тысячи руб- лей на постройку учительского дома в думской комиссии о поль- зах и нуждах общественных не встретило сочувствия. Большинство комиссии высказалось за отказ в пособии... («Раннее утро» от 27 апреля 1911 г.) На пятнадцать учительских вакансии было подано тысяча пятьсот прошений. В городскую управу поступило до полутора тысяч прошений от желающих получить место городских учительниц, свободных же вакансий не больше пятнадцати. («Голос Москвы» от 10 июля 1907 г.) Идеальной учительницей почиталась злобная старая дева)—образец чопорной и бездушной классной дамы. Н. И. Гучков... Моя 25-летняя близость к школьному делу вы- нуждает меня быть на стороне тех, кто за безбрачие учительницы. Учительница-девушка представляет особую ценность в школьном де- ле как человек с совершенно свободной душой, имеющий возмож- ность без всяких помех отдавать всю себя чужим детям... Нельзя того же сказать об учительнице-женщине, — здесь я разумею, ко- нечно, женщину-мать, — у школьной учительницы-матери сердце и мысли уже заняты своими детьми. Она о них главным образом ду- мает, рвется к ним ежеминутно... («Раннее утро» от 28 ноября 1910 г.) Таково было положение учащихся и учителей началь- ных московских школ. 242
Не большими симпатиями городского управления пользовались и средние школы. ...Отношение попечителя Московского учебного округа от 9 фе- враля 1905 г. на имя городского головы: ...Честь имею покорнейше просить ваше сиятельство не отка- зать мне в сообщении сведений о том, какое участие может при- нять Московское городское общественное управление в расходах по устройству и содержанию проектируемого к учреждению в горо- де Москве второго реального училища... Финансовая комиссия, признавая давно существующий в горо- де Москве недостаток в средних учебных заведениях общеобразо- вательного типа... Без малейших колебаний и единогласно пришла, тем не менее, к заключению, что ни принципиальные, ни част- ные соображения не дают ровно никаких оснований для того, что- бы город принял участие в расходах по устройству и содержанию в Москве казенной средней школы... (Доклад № 36 финансовой комиссии 1 марта 1905 г.) Преподавателям и наставникам гимназий навязыва- лись полицейские функции. Впрочем, некоторые из преподавателей и наставников выполняли их и без ука- заний свыше. Полицейские обязанности, исполняемые учителями, были воспеты в газете поэтом-фельетонистом. Во тьму уставив мутный взор, Кто бродит, жизнь кляня? Убийца дерзкий или вор, Не ведающий дня?.. Поднявши зябко воротник, Усталый и больной, Свою добычу он привык Во тьме искать ночной?.. О, друг-читатель, я готов Поведать тайну вам: Они в дела учеников Вникают по ночам... Учитель пусть устал от дня,— Он должен быть готов И ночью, свой удел кляня, Ловить учеников... («Раннее утро» от 7 декабря 1910 г.) Удушливая атмосфера средней школы все же не могла умертвить движение протеста среди учащихся. Весьма характерна корреспонденция из зарубежного большевистского органа «Вперед». 243
Москва, Надеюсь вскоре сообщить вам более подробно об очень интересном политическом движении среди учащейся молоде- жи средних школ. И туда проникли «крамольные» мысли, и там зреет посильный политический протест. Между прочим в некоторых гимназиях ученики демонстративно отказались послать венки на гроб Сергея Александровича. Гимназисты, реалисты и гимназистки усиленно стали издавать журналы (по преимуществу, старшие и средние классы). Обыден- ный тип таких журналов совершенно изменился. Вышедшие после январских событий номера переполнены сообщениями, статьями и обозрениями на современные политические темы. Тут вы встретите и «русскую марсельезу», и стихотворение, посвященное «памяти погибших борцов». Здесь вы прочтете серьезные статьи, критику- ющие современный порядок вещей и деятельность политических партий. Начальство гоняется за этими журналами, стараясь раскрыть организацию, но в большинстве случаев безуспешно. Среди учащей- ся молодежи средних школ ходит много прокламаций и вообще не- легальщины. Некоторыми гимназиями поставлен на очередь вопрос о забастовке и о закрытии средних учебных заведений до сентября. («Вперед» от 15 марта 1905 г.) Несколько сообщений из журнала «Студенческая жизнь» познакомит читателя с буднями московских сту- дентов из среды трудящихся. Как и где жили неимущие студенты? Среди домов одной из главных московских улиц... находится дом небезызвестных благотворителей — братьев Ляпиных. Самое здание и есть знаменитое среди учащихся общежитие имени братьев Ляпиных; в шутку его прямо называют «Отель де- Ляпин». Редко найдется такой, кто бы не знал этого учреждения. Здание общежития имеет тридцать жилых номеров, устроенных следующим образом. Вдоль двадцатисаженного коридора тянется тонкая деревянная перегородка, на аршин не доходящая до потол- ка, где пестрит редкая решетка из тонких точеных столбиков. Один номер от другого отделены точно такими же перегородками с ре- шетками вверху. Эти перегородки очень напоминают конюшни. Все перегородки желтого, казенного цвета. Полы некрашены; оконные рамы белого цвета. Но все это уж давно приняло грязный вид. В толстой каменной стене каждого мрачного коридора находится по четыре небольших круглых оконца, запыленных и потускнев- ших, сквозь которые едва-едва временами пробирается солнечный луч. А в самые номера солнце никогда но заглядывает. Поэтому в них почти всегда стоит неприятный тусклый свет. Особенно мрачно в нижнем этаже. Там сырость и холод — неизменные условия, осо- бенно зимой. В двух верхних этажах воздух несколько суше. Население Ляпинки очень разнообразно: студенты университе- та, студенты технического училища, ученики школы живописи, вая- ния и зодчества, лазаревцы, ученики консерватории, филармонии и Строгановского училища — все здесь находят приют. Состав насе- ления в общем непостоянен... 244
Нужда, порождающая болезни, нужда, толкающая на преступ- ления и самоубийства, никогда не выходит из стен Ляпинки. И здесь нужда толкала не раз даже на воровство у своих же това- рищей. Благодаря этому у некоторых подозрительность развита до болезненности. Иной ни за что не позволит постороннему или ма- ло знакомому войти к себе в номер. Зато есть и такие, у которых как бы все на распашку. Да у них ничего и нет, и потому не за что опасаться. Бывают даже та- кие, у которых не имеется перемены белья. Носит одну пару це- лый месяц, потом как-нибудь добывает денег, покупает новое, а старое грязное выбрасывает... ...«Ляпинская» жизнь настолько засасывает молодые жизни, что они часто и очень часто преждевременно гибнут или губят в себе те лучшие силы и дарования, которые они, будучи поставлены в лучшие условия, могли бы применить с более высшим назначением для общественного служения. (Журнал «Студенческая жизнь» № 14—15 от 18 апреля 1910 г.) СТУДЕНЧЕСКИЕ СТОЛОВЫЕ Всякие... предприниматели, конечно, изо всех сил стараются со- блюсти свои интересы, свои выгоды... Все их внимание сосредото- чивается на одном: дешевле приобрести, дороже продать. Вот по- смотрите, что пишет нам корреспондент по поводу ведения дел в столовой межевого института. «С 1907 г. столовая, бывшая до того в руках студенческой ор- ганизации, передана младшему воспитателю института г. А. Особенно студенты недовольны той жидкостью, которая по- дается под видом супа. Химический состав этого продукта, иссле- дованного одним студентом, дает Н2О плюс нечто, не поддающееся анализу. Название этому продукту Wasser-Suppe." Еще хуже обстоят дела в столовой при обществе вспомоществования студентов Ком- мерческого института. Столовой управляет специальный комитет. До настоящего года в этом комитете состояли также и представители студентов, кото- рые особенно тщательно следили за качеством продуктов, но по- степенно этих представителей вытеснили, и дела пошли совершен- но иначе. Качество пищи ухудшилось, обеды вздорожали... По ви- ду столовая напоминает очень плохую харчевню, до того в ней все грязно: плохо вымытая посуда, ножи, вилки — даже у самого не- притязательного человека возбуждает чувство брезгливости. Ничуть не лучше обстоит дело и в столовой технического учи- лища, которая находится в ведении «специального дамского коми- тета». «Что ни день, то столовая становится все хуже и хуже. Пер- вое блюдо — горячее — есть совершенно почти стало невозможным. Обеденные приборы подаются не вымытыми, на них всегда блестят остатки жира и сала. Несмотря на неоднократные жалобы студентов, «дамский коми- тет».., властно и лаконически заявляет; 245
— Студентам надо учиться, а не вмешиваться не в свои дела, относящиеся к хозяйству». (Журнал «Студенческая жизнь» № 44 от 1 января 1911 г.) 15 февраля закончился срок приема прошений в общество по- собия нуждающимся студентам о взносе платы в пользу универси- тета. Подано 700 прошений. Тяжелое время приходится переживать обществу, и перед ним встает призрак голодного, уволенного студента. 15 марта заканчивается срок взноса платы и записи на лекции. Запись на лекции идет туго, ибо, прежде чем записаться, не- обходимо внести 25 рублей в пользу университета. В конце марта повторится обычное печальное явление: будет выброшено за борт несколько сот студентов. (Журнал «Студенческая жизнь» № 6 от 21 февраля 1910 г.) Последние дни взноса платы за учение были для многих студентов крахом мечтаний о высшем образова- нии. Вчера в Московском университете наблюдалась картина, кото- рая могла бы привести в восторг князя Мещерского. На стене висело грозное об'явление проректора: «Напоминаю, что последний день взноса платы — 25 октября. Предупреждаю, что никаких отсрочек не может быть дано». Канцелярия работала во-всю: кто мог, вносил деньги. Триста человек, протянувших восемь лет гимназической лямки, поступивших в университет, вчера должны были расстаться с меч- той о высшем образовании. Не так давно один из членов комитета пособия нуждающимся студентам, посещая квартиры обратившихся за помощью, набрел на такую веселенькую картинку: «Квартирою» студента оказался угол в кухне. Койка, отделен- ная занавесочкой. — Имеете какие-нибудь средства к жизни? — спрашивает член комитета. — Имею. — Какие же именно? — Занимаюсь починкой сапог. Действительно, оказалось, что студент кормится тем, что чи- нит обувь таким же обитателям углов, как и он сам. Из года в год приходят два страшных для студенчества дня: 25 октября и 25 марта — дни избиения вифлеемских младенцев... («Русское слово» от 26 октября 1908 г.) В «заботах» об учащейся молодежи, как и во всем другом, отличалась городская дума. 246
В Москве существовал льготный проезд для студен- тов. Хозяева же города — думские заправилы предложи- ли его отменить. Увеличение доходов с городских железных дорог, по предло- жению финансовой комиссии, с 8 975 тысяч рублей до 9 125 тысяч рублей ввиду проектируемой отмены льготных билетов для учащих- ся в высших учебных заведениях Москвы, вызывает крайне обо- стренные прения, которые затягиваются до полуночи, благодаря пе- тициям студентов и слушательниц высших женских курсов. («Утро России» от 10 декабря 1909 г.) Глубокомысленные соображения по этому поводу высказал гласный А. П. Максимов. — Если студентам плохо живется, — так кто же просил их ехать в Москву? И какой толк от них, когда из десяти тысяч вы- ходит каких-нибудь 20 ученых? Остальные же только желают раз- ных привилегий. Трамвай—коммерческое предприятие и не должен заниматься благотворительностью. Ежели студенты желают учиться, так могут и пешком ходить.». ОТМЕНА ЛЬГОТ ...Дума большинством 46 против 27 голосов постановила отме- нить с 1 июля 1910 г. льготный тариф для проезда по трамваям учащихся высших учебных заведений города Москвы. И еще один пример неясной отзывчивости городской думы... ...Отношение совета общества вспомоществования учащимся женщинам в Москве от 5 сентября 1905 г.: «Совет общества вспомоществования учащимся женщинам в Мо- скве имеет честь обратиться с покорнейшим ходатайством в Мо- сковскую думу об отводе ему участка городской земли безвозмезд- но или же, в случае невозможности сделать это, на возможно льгот- ных условиях для возведения дома для учреждения этого обще- ства...» ...Получение образования в России было сопряжено, да, ве- роятно, и многие предстоящие годы будет сопряжено, со многими лишениями для желающих получить его... Приезжая большей частью в Москву без всяких средств, в надежде добыть себе какую-нибудь работу, русская девушка попадает нередко в самые ужасные, ска- жем больше, отчаянные условия существования. Достав в лучшем случае за какое-нибудь ничтожное вознаграждение работу, требую- щую много времени, русская учащаяся женщина, лишая себя пищи, ютясь в сырых, холодных помещениях, без теплой одежды, продол- жает с героическим самоотвержением в течение нескольких лет про- ходить курсы и, изнеможенная в этой непосильной борьбе, окончив их, уезжает, добившись цели, куда-нибудь в глухую деревню, где 247
в самое короткое время надорванные непосильной борьбой силы из- меняют, и в расцвете своей деятельности она погибает, не достиг- ши своей цели...» (Доклад № 286 комиссии о пользах и нуждах общественных 13 сентября 1905 г. После вполне справедливых рассуждений о тяжелом положении общества вспомоществования учащимся жен- щинам следовал несколько неожиданный вывод. ...Нельзя не признать, что задачи, преследуемые обществом вспомоществования учащимся женщинам в Москве, являются крайне почтенными и что деятельность этого общества вызывает самое глубокое сочувствие к себе. Тем более грустным представляется факт сильного сокращения в 1904 г. числа учащихся, воспользовавшихся пособиями и ссудами... ...Извлечение из денежных отчетов общества за 1903 и 1904 гг. неопровержимо свидетельствует об отсутствии в настоящее время у общества каких-либо средств для постройки дома. Имеющийся у об- щества крайне ограниченный (не свыше 4 500 рублей) запас налич- ными деньгами необходим Для текущих оборотов... Если бы обще- ству и удалось приискать в скором времени покупателя и продать свое недвижимое имущество в Столовом переулке, то вырученная от продажи сумма (не свыше 50 тысяч рублей) была бы, как оче- видно, крайне недостаточной для постройки дома ценностью в 160 тысяч рублей (проект которого утвержден обществом)... Пока на постройку дома не притекут крупные пожертвования, и поступив- шее от совета общества ходатайство об отводе городской земли под постройку нельзя не признать при существующих обстоятельствах преждевременным... ...Ходатайство... общества признать не подлежащим удовлетво- рению. Председатель комиссии о пользах и нуждах общественных Ал. Вишняков. (Доклад № 286 комиссии о пользах и нуждах общественных 23 сентября 1905 г.) Городской голова Н. И. Гучков однажды решил облагодетельствовать неимущих студентов и привлек их к участию в переписи. Счетчики-студенты не могли удовлетвориться нищен- ской оплатой их труда. В Москве сейчас идет всеобщая перепись населения г. Москвы, Контингент переписчиков—главным образом студенты и курсистки различных высших учебных заведений г. Москвы. Перепись эта од- нодневная. Но это никак нельзя понимать, что перепись продол- жается всего один день, — работы требуется неделя не меньше, у большинства же 8 и 9 дней. 248
...В некоторых местах заработок счетчиков доходил до смеш- ного. Один счетчик, в участке которого оказались пассажи и круп- ные торговые помещения, заработал всего-навсего от 2 до 21/2 руб- лей. Работа затруднялась и тем, что вопросы написаны суконным языком, раздроблены, дело все сведено и материал расположен так, чтобы гг. Гучковым, Щенковым, и компании можно было видеть, где лучше поставить доходный дом, попридержать продажу пусты- рей, благодаря ускользанию от обложения, приносящих громадный доход, и т. п. Все вместе взятое и заставило большую группу счет- чиков, не успевших сдать работы и имевших перед собой горький опыт товарищей из других отделов, к коллективному протесту — к забастовке в виде непредставления добытого материала. В настоя- щее время доставили переписной материал 140 участков. («Русские ведомости» от 11 сего марта). Управа же грозит скорпионами. («Русское слово» от 12 марта 1912 г.) Характерно в данный момент поведение нашей так называемой «прогрессивной» прессы. «Русские ведомости» до самого 11 марта, т. е. в самый острый момент протеста счетчиков против означенного надувательства их — точно в рот воды набрали, когда же, наконец, обрели дар слова, то заговорили кадетско-официальным языком—все спокойно, а вол- нуются так-де единицы, да и то потому, что изнервничались от ра- боты, а об истинном значении этого протеста и кулаческом пове- дении управы — ни звука. Да оно и понятно, что в думе и управе немало своих разных Челноковых, Астровых и др., как же «буди- ровать» против своих. «Русское слово» сочло свою миссию оконченной, поместив пись- мо протестующих счетчиков; отношения же газеты мы так и не знаем. («Звезда» от 18 марта 1912 г.) История университета Шанявского, основанного на частные средства, представляет «собой поучительную эпо- пею гонений и репрессий, которым подвергался этот на- родный университет. Народный университет имени Шанявского городу никак не удается открыть... ...Проект устава университета имени Шанявского в настоящее время с замечаниями министра народного просвещения передан на рассмотрение в министерство внутренних дел. После этого проект пойдет в городскую думу, а затем обратно в министерство и толь- ко тогда может быть внесен в Государственную думу... («Русское слово» от 21 марта 1908 г.) Заботу о народном просвещении один из черносо- тенных столпов назвал «психозом». 249
...Идет вопрос о пособии народному университету имени Ша- нявского. А. С. Шмаков, конечно, против пособия: — 6 1905 г. мы приняли пожертвование Шанявского, находясь в особых условиях. Тогда это был психоз... («Копейка» от 25 ноября 1912 г.) Полиция ставила просветительной деятельности на- родных университетов препоны на каждом шагу. Общество народных университетов получило уведомление от железнодорожной жандармской администрации о запрещении лекций в аудитории мастерских Курской ж. д. Жандармская администрация не считает возможным допустить чтение лекций без присутствия офицера, а в настоящее время в распоряжении жандармского уп- равления свободных офицеров не имеется. В аудитории слушали лекции свыше 400 рабочих. («Звезда» от 19 февраля 1911 г.) НЕ РАЗРЕШЕН С'ЕЗД НАРОДНЫХ УНИВЕРСИТЕТОВ. Сегодня московское общество народных университетов получило уведомление от министра внутренних дел, что предполагавшийся с'езд деятелей народных университетов не разрешен. С'езд предпо- лагалось созвать 27 декабря нынешнего года. («Правда» от 14 ноября 1912 г.) Познакомим читателя также с несколькими коррес- понденциями из Москвы в большевистской «Правде», ри- сующими, так сказать, учебные будни московских вузов. ЗАБАСТОВКА В УНИВЕРСИТЕТЕ. Забастовка в Московском университете продолжается. Сегодня до 12 дня не состоялось ни одной лекции. После 12 часов на юри- дическом факультете были прочитаны две лекции, на которых при- сутствовало не свыше 50 человек. На остальных факультетах со- стоялось несколько отдельных лекций в присутствии небольшой группы академистов. Около университета весь день дежурил боль- шой наряд полиции. За весь день никаких инцидентов не было. («Правда» от 10 ноября 1912 г.) ВОЛНЕНИЯ В КОММЕРЧЕСКОМ ИНСТИТУТЕ. В Коммерческом институте происходят крупные волнения. Вче- ра была созвана сходка для выражения протеста по поводу смерт- ной казни. 6 институт была введена полиция, которая вошла внутрь помещения, и сходка была разогнана. Сегодня в институте опять лекции не состоялись. Созвана была новая сходка, на которой, од- нако, никакой резолюции вынесено не было. Администрация немед- ленно вызвала полицию. И после того, как на предложение дирек- 250
тора разойтись студенты ответили отказом, в здание института бы- ла введена полиция. Студенты разошлись, несколько человек аре- стовано. («Правда» от 14 ноября 1912 г.) КОНФЛИКТ В ЧАСТНОМ МЕДИЦИНСКОМ ИНСТИТУТЕ. На днях в Москве был устроен бал в пользу недостаточных слушательниц частного медицинского института. Бал дал необычай- но малый сбор. Сегодня состоялась на курсах сходка, на которой устроители бала об'яснили неудачу непопулярностью директора курсов профессора Статкевича. Сходка согласилась с мнением уст- роителей бала и вынесла резкую резолюцию против директора кур- сов, стяжавшего себе всеобщую непопулярность. Профессор Статке- вич, узнав о постановлении сходки, требует уничтожить резолюцию В случае отказа, он грозит уволить слушательниц первых двух кур- сов. По слухам, слушательницы категорически отказываются испол- нить требование директора. Конфликт разрастается. («Правда» от 14 ноября 1912 г.) ЗАБАСТОВКА СТУДЕНТОВ КОММЕРЧЕСКОГО ИНСТИТУТА. Забастовочное движение протеста против смертной казни над матросами и против избиений в тюрьмах захватило и Коммерческий институт. На днях вечером в институте наблюдалось довольно силь- ное оживление. Там и сям шныряли уже городовые. Лекции при незначитель- ном числе слушателей шли в двух или трех аудиториях, а в осталь- ных пришлось увидеть только профессоров, сидящих за кафедрой с газетою в руках. Когда пришли сорвать лекцию профессора Гольдштейна, он после колебаний сошел с кафедры, но минут че- рез 15 он уже снова появился на кафедре, под охраною городо- вых. Когда же ему еще раз предложили прекратить чтение, он прямо заявил: «Кто не желает слушать, прошу выйти вон и не ме- шать тем, которые хотят слушать». В здании института появилась полиция и потребовала или разойтись по домам, или по аудитори- ям. Студенты, столпившись у кабинета директора (П. И. Нового- родцев), хотели с ним переговорить; но к нему не впускала поли- ция, и сам он к студентам не вышел. Тогда студенты, собравшись в нижнем этаже и приняв резолюцию об однодневной забастовке протеста, всей массой двинулись с пением «вечная память» к выхо- ду, прекращая пение с приближением к выходной двери. Вдруг с улицы донесся шум. Выходившие бросились назад в здание. Разнесся слух, что на улице избивают нагайками выходя- щих. Несколько студентов было арестовано на улице, а оставшиеся в здании тоже были об'явлены арестованными; но минут через 5— 10 стали выпускать между двумя шеренгами городовых, направляя почему-то движение только на Серпуховскую улицу. Около Серпу- ховской площади встречаются группы возбужденных студентов; под- нимают вверх калоши, фуражки, разыскивая их владельцев. Оказывается, что шагах в ста от института на студентов, мир- 251
но расходившихся по домам, набросились конные городовые и на- чали бить нагайками. Многих сильно побили; двум курсисткам ис- полосовали лица; одного студента измяли лошадьми. («Правда» от 15 ноября 1912 г.) СХОДКА СТУДЕНТОВ. Москва. Вчера днем около анатомического театра собралась значительная группа студентов, в том числе было много студентов, у которых отобраны билеты. Администрация пропустила только имеющих билеты. Остальные же устроили сходку здесь же, во дво- ре театра. Немедленно явилась полиция и всех студентов разогна- ла. Канцелярия университета в настоящее время занята разборкой билетов, отобранных у студентов во время сходки в анатомическом театре. Одновременно выясняется виновность каждого студента. Все- го отобрано свыше 200 билетов. («Правда» от 18 ноября 1912 г.) В 1911 г. царское {правительство буквально разло- мило Московский университет. Из его стен было изгнано свыше 100 профессоров и приват-доцентов, в том числе такие крупнейшие ученые, как Е. А. Тимирязев, Д. И. Петрушевский, Ф. А. Рейн, А. А. Эйхенвальд, П. К. Ху- дяков, Н. М. Кулагин, П. Н. Сакулин, Россолимо. Руководил разгромом знаменитый мракобес и души- тель науки— царский министр Л. Кассо. Начало событий и причина их освещены в коррес- понденции из Москвы в большевистской «Звезде». Москва, 28 января. В университете и на высших женских кур- сах студенты и слушательницы собирались группами, которые сры- вали занятия, вызывая протесты профессоров и части слушателей. Вечером созвано экстренное заседание университетского совета. К забастовке не присоединились слушательницы математического отделения высших женских курсов. Сегодня с утра на высших курсах было вывешено об'явление коалиционного совета, приглашающее курсисток присоединиться к забастовке. Ввиду невозможности устроить на курсах общей сходки коалиционный совет предлагает собраться по факультетам. К 12-и ча- сам на всех факультетах состоялись сходки; всюду громадным боль- шинством голосов вынесены резолюции о присоединении к забастов- ке и координировании своих действий с остальными высшими учеб- ными заведениями. У входов на курсы дежурила полиция. Никто не был арестован. В университете забастовка распространяется даже на экзамены, за исключением государственных. Лекции читаются при пустых ау- диториях. Согласно постановлению коалиционного совета, студенты к обструкции не прибегают. Практические занятия происходят толь- ко у небольших групп студентов в лабораториях медицинского фа- 252
культета. Студенты медики, занимающиеся в клиниках, постановили примкнуть к забастовке. Сегодня с утра в канцелярии университе- та масса народу: большинство студентов раз'езжается и берет от- пускные билеты. Сегодня, около 12 часов дня, все коридоры императорского тех- нического училища были переполнены студентами. Повсюду было вывешено об'явление коалиционного совета. На состоявшейся сход- ке громадным большинством голосов была принята резолюция о прекращении занятий до осени. Сходка продолжалась две минуты, после чего студенты быстро разошлись. Вечером распространился слух, что совет профессоров намерен закрыть институт до 4 марта. Сегодня вечером назначено заседание совета профессоров мо- сковского университета, на котором советская комиссия сделает под- робный доклад о последних событиях. Группой профессоров внесено предложение закрыть университет на некоторое время. На заседа- нии совета ректор университета профессор Мануйлов, его помощник профессор Мензбир и проректор профессор Минаков сделают за- явления по личному вопросу. Упорно циркулирует слух, что заявле- ния эти — о безусловном выходе в отставку всех названных про- фессоров. В Коммерческом институте вывешено об'явление учебного коми- тета, в котором студенты призываются воздержаться от об'явления забастовки, которая пагубно отразится на правовом положении ин- ститута. В настоящее время в институте происходит референдум. Сегодня около 2-х часов дня полицией был произведен обыск в помещении бюро труда высших женских курсов. Ничего предосуди- тельного не найдено. В ночь на сегодня был произведен целый ряд обысков на квар- тирах студентов высших учебных заведений; арестовано 10 человек. Между прочим, произведен обыск в редакции газеты «Голос сту- денчества». Произведена выемка рукописей, редактор Петров аре- стован. («Звезда» от 29 января 1911 г.) Дальнейшие события отражены в хронологическом порядке в сообщениях «Русского слова». Вчера с утра во всех помещениях университета и входах от имени ректора были расклеены об'явления с предупреждением о тех строгих карах, которые грозят всем участникам незаконного со- брания. «Ректор, осведомившись о готовящихся собраниях студентов, — говорилось в этом оповещении,— считает долгом напомнить о со- стоявшемся по этому поводу постановлении совета министров». В первом часу дня в нижнем коридоре юридического корпуса собралась группа студентов. К этой группе скоро стали примыкать и другие студенты. Об- разовалась порядочная толпа. Само собой, начались разные разго- воры о событиях в петербургских учебных заведениях. Кто-то стал читать воззвание коалиционного комитета. Как будто готова была открыться сходка. 253
Вскоре в университет была введена полиция... Все участники собрания были переписаны и затем освобожде- ны, кроме двух. («Русское слово» от 28 января 1911 г.) До полудня университет имел вчера обычный вид. В 12 часов звонит звонок. Из всех аудиторий толпами выхо- дят студенты. Заполняют коридоры, становится шумно. То там, то сям собираются значительные группы оживленно спорящих сту- дентов. ...Кто-то из студентов громко читает резолюцию, предлагаю- щую прекратить занятия на весенний семестр. Резолюция принята... ...Группа студентов направилась к аудиториям математического факультета, где происходила лекция профессора Э. Г. Лейста. Здесь студенты обратились к его слушателям с предложением по- кинуть аудиторию. Слушатели покинули аудиторию, и профессор Э. Г. Лейст лекцию прервал. Далее студенты отправились на лек- цию приват-доцента Коваленского. После бурного об'яснения с ним и с его слушателями эти последние покинули аудиторию. Дальней- шее срывание лекций было прекращено усиленными нарядами поли- ции. Группа студентов была окружена в верхнем этаже здания. Участники переписаны. («Русское слово» от 29 января 1911 г.) Вчера в университете студентов было не много. Тем не менее, снова были попытки срывать лекции. После полудня в университет был введен наряд полиции. Во всех коридорах нового корпуса против аудиторий были по- ставлены городовые. («Русское слово» от 30 января 1911 г.) Вчера... после полудня студенты сорвали лекцию профессора А. П. Елистратова, и это послужило как бы сигналом. Студенты пы- тались сорвать лекцию П. И. Новогородцева, но в это время в уни- верситет был введен наряд полиции. («Русское слово» от 1 февраля 1911 г.) Поздно ночью из Петербурга получено известие, что ректор Московского университета А. А. Мануйлов, помощник ректора М. А. Мензбир и проректор П. А. Минаков уволены от занимаемых ими должностей. («Русское слово» от 2 февраля 1911 г.) Та же газета от 4, 5 и 6 февраля приводит обшир- ный список профессоров и приват-доцентов, которые по- дали в отставку. 254
События нарастали. А царское правительство шло по испытанному пути репрессий, не остановившись перед полным разгромом Московского университета. Пустынно вчера было в университете. На юридическом факуль- тете большинство лекций не состоялось. Студентов совсем мало. Пустуют швейцарские. Несколько сту- дентов в пальто толпится в вестибюле университета. В коридорах одинокие скучающие фигуры. ...6 университет была введена полиция, которой было сообщено, что в университете снова готовится обструкция. («Русское слово» от 5 декабря 1911 г.) Вчера в университете было еще пустыннее... Десятка два студентов праздно бродили по большим коридорам нового здания. Большинство в пальто. Состоялось всего две-три лекции на юридическом факультете. Часам к трем дня университет опустел окончательно. * Судьба арестованных за беспорядки студентов их учебным на- чальством пока не решена, и вообще никакого суждения о них не было. («Русское слово» от 6 февраля 1911 г.) Вчера за весь день в университете перебывало всего десятка полтора студентов. Лекций почти нигде не было. Обычно такой вид университет имеет лишь в каникулярное время. * Вчера подали прошение об отставке 7 приват-доцентов. Всего подало в отставку 90 профессоров и приват-доцентов. * Министр народного просвещения по телеграфу затребовал фа- милии подавших в отставку профессоров. Требование это было ис- полнено по телеграфу же. * В клиниках жизнь совершенно замерла. За отсутствием слуша- телей вчера не состоялось ни одной лекции. Не видно студентов и на приемах, обходах и кураторствах. («Русское слово»» от 9 февраля 1911 г.) Вчера подали прошения об отставке 5 приват-доцентов. Всего... вышло в отставку 95 профессоров и приват-доцентов. («Русское слово» от 10 февраля 1911 г.) Всего подало в отставку 103 профессора и приват-доцента. («Русское слово» от 11 февраля 1911 г.) 255
Студенты массами покидают Москву. По вчерашний день в кан- целяриях факультетов было в общем до 700 отпусков. В университете пусто. («Русское слово» от 12 февраля 1911 г.) По распоряжению Л. А. Кассо, исключено за беспорядки из Московского университета 370 студентов. («Русское слово» от 17 февраля 1911 г.) В заключение приведем еще сообщение об универ- ситетских событиях из большевистской «Звезды» (от 5 февраля 1911 г.). Сегодня стало известно, что к 35 профессорам, подавшим про- шение об отставке, присоединился заслуженный профессор Ключев- ский, заслуженный профессор медицинского факультета Зернов и профессор Фохт. Настроение среди профессоров страшно угнетен- ное. Всех волнует вопрос, что будет дальше. Особенно поразила отставка профессоров попечителя Москов- ского округа Тихомирова. Тихомиров сам профессор и хорошо зна- ком с каждым уходящим профессоров. Ему более чем кому ясно, что заменить уходящих никем нельзя. Опрошенный по поводу последних событий в высших учебных заведениях профессор Вернадский, бывший член государственного совета, заявил корреспонденту «Утро России», что в настоящее вре- мя происходит разгром Московского университета. Выхода из со- здавшегося положения нет. Сегодня с утра в университете полиция. В коридорах масса сту- дентов. Однако на лекциях слушателей ничтожное количество. Про- фессор Лейх читал лекцию перед одним студентом под охраной двух городовых. Профессор Челпанов был встречен свистом и кри- ками «долой». Профессор заявил, что его мало смущают эти крики и что он будет исполнять свой долг. Явилась на помощь полиция и арестовала 12 студентов. В Коммерческом институте полиция находится круглые сутки. Студенты впускаются в здание при строгом контроле билетов. Меж- ду забастовщиками и академистами происходят стычки. На одной из лекций слушатель обратился к профессору с заявлением: «Про- фессор! Об'явлена забастовка, мы просим лекции не читать». «Я это хорошо знаю и прошу вас удалиться», — ответил профессор. Символическая картина: буржуазный профессор, вы- гоняющий студентов из аудитории! Великая Октябрьская социалистическая революция широко распахнула перед трудящимися двери учебных заведений. Право советского гражданина на образование гарантировано Сталинской Конституцией. 256
«Нравственность» среди юных питомцев гимназий в царской Москве насаждалась испытанными полицейскими мерами. Эта иллюстрация — карикатура из «Будильника» (1913 г.). Но можно ля ее нарвать карикатурой, если эпиграфом к ней служило сообщение, что попечитель московского учебного округа приказал организовать отряд педагогов для надзора за учениками с привлечением «чинов полиции для оказания содействия».
Будни неимущих студентов в царской Москве. На верхнем снимке—четверо студентов, ютящихся в одной ка- морке, причем на каждую кровать приходится по два по- стояльца. На нижнем снимке — очередь у студенческой столовой.
Каждый третий москвич учится. До революции в Мо- скве было почти 390 тысяч неграмотных. В 1938 году в 181 школе для взрослых училось свыше 50 тысяч чело- век. Неграмотных обучалось около 25 тысяч и малогра- мотных — 66,7 тысячи. В 1938—39 учебном году в пятых и седьмых классах обучалось 223 тысячи, а в восьмых—десятых — 71 ты- сяча учащихся. В средней школе в 1938 г. обучалось 608 тысяч детей. Советская власть расходует колоссальные средства на народное образование. За последние три года вступило в строй 278 новых школ. В 1939 г. будут построены 30 школ. По генеральному плану реконструкции столицы за 10-летие будет построено 530 школьных зданий. В Москве купеческой насчитывалось 11 высших учеб- ных заведений. А в столице Советского Союза 92 выс- ших учебных заведения и 143 техникума, в которых обу- чается 38 тысяч человек. Если в царской России во всех вузах обучалось 125 тысяч студентов, то в 1939 г. в высших учебных заведе- ниях только одной Москвы учится около 90 тысяч сту- дентов. Высшие учебные заведения столицы во второй пяти- летке окончило 63 тысячи человек. Вузы и институты выпустили за эти годы около 30 тысяч специалистов для промышленности, около 8 тысяч инженеров транспорта и связи, свыше 4 тысяч врачей, около 10 тысяч педаго- гов и 5,5 тысячи агрономов. Люди различных национальностей, со всех концов Советского Союза приезжают в столицу, чтобы получить высшее образование. Только в одном Московском госу- дарственном университете учатся представители 48 на- циональностей. В Москве находится Академия наук СССР с ее 26 научно-исследовательскими институтами. Всесоюзный институт экспериментальной медицины (ВИЭМ), Академия сельскохозяйственных наук имени Ленина, Всесоюзная 257
промышленная академия имени Сталина и др. В Москве происходят всемирные научные конгрессы. Столица трудящихся всего мира — признанный ми- ровой центр передовой наука и культуры. * * * Культурные учреждения в дореволюционной Москве являлись в большинстве случаев либо частными коммер- ческими предприятиями, либо детищами купеческой фи- лантропии. Все они были обречены на провал или, в луч- шем случае, на жалкое прозябание. Правительство было в стороне от этих дел. Разве не может служить общей характеристикой за- бот царской администрации о культурном уровне столич- ных граждан следующее сообщение большевистской «Правды»? НЕСОСТОЯВШЕЕСЯ СОБРАНИЕ Вчера должно было состояться общее собрание общества гра- мотности. Собралась масса членов, но ввиду отсутствия разрешения градоначальника, собрание пришлось распустить. («Правда» от 25 апреля 1912 г.) Начнем с библиотек. «Рабочее население сравнительно мало пользуется ими», — констатировали отчеты библиотекарей. Да и дру- гим слоям населения они были мало доступны. ...Интересам массового читателя служат библиотеки... которые из официальном языке носят название «публичных библиотек и каби- нетов для чтения, разрешенных на общем основании». Таковы преж- де всего библиотеки, содержимые частными лицами в качестве ком- мерческих предприятий... Всех библиотек... на 1 января настоящего года насчитывалось 48... Каждая из этих 48 библиотек приходится в среднем почтя на 26 тысяч жителей... ...За небольшим исключением, все эти библиотеки содержатся частными предпринимателями, преследующими если не исключитель- но, то преимущественно коммерческие цели. Таких библиотек к на- чалу текущего года было 34, что составляет 77% общего числа их... При подписке на чтение... абоненту приходится платить большей ча- стью 15 рублей в год, в некоторых же библиотеках эта плата воз- растает до 24 рублей. При этом необходимо еще внести залог, рав- ный обыкновенно 10 рублям и очень редко спускающийся ниже б рублей... ...Третью категорию библиотек составляют «бесплатные народ- ные читальни»... 258
...На 1 января нынешнего года общее число их равнялось 28. Таким образом, одна народная читальня приходится в среднем на 37 тысяч населения... (Журнал «Известия Московской городской думы» № 19 за 1902 г.) В старой Москве количество библиотек и читален не только не росло, но, напротив, наблюдалось «сокращение деятельности читален». Интересны причины этого явления. ...В Москве в настоящее время существуют две городские бес- платные читальни: имени И. С. Тургенева и А. Н. Островского; благодаря их широкой деятельности, они имеют весьма важное зна- чение в деле народного образования. ...К 1 января 1895 г. читальня имени И. С. Тургенева распола- гала 3 322 названиями различных сочинений в количестве 5 004 то- мов, в читальне Островского сочинений меньше, а именно 2 008 названий в количестве 3 224 томов... ...В некоторые годы (например в 1891) число посещений обеих читален превысило 100 тысяч. К сожалению, в последние годы за- мечается сокращение деятельности читален. Так, например, если взять число посещений Тургеневской читальни за 1888 г., когда ха- рактер этого учреждения уже вполне определился, и сравнить с чис- лом посещений 1894 г., то оказывается, что в течение 6 лет число посещений сократилось слишком на 18 тысяч (на 21,2%). Значи- тельное сокращение посещений наблюдается и в читальне имени Островского. Это явление обусловливается, вероятно, тем, что с из- данием правил 1890 г. о народных читальнях в московские город- ские бесплатные читальни прекращена выписка некоторых газет и так называемых «толстых» журналов; в то же время из читален из'яты и некоторые сочинения общего и специального характера. («Сборник очерков по г. Москве», М. 1897 г.) Сообщение черносотенной газеты, рассчитанное на внимание властей предержащих, дает нам возможность ознакомиться с таким «культурным начинанием», как биб- лиотека при доме дешевых квартир. При доме дешевых квартир Г. Г. Солодовникова открылась, на- конец, библиотека, которую ждали ровно три года. В первые же дни после открытия библиотеки обитатели дома, принадлежащие к неучащейся молодежи, устроили здесь целый скандал. Они, видите ли, оказались недовольны подбором книг в библиотеке. В ней нет сочинений Маркса, Лассаля и других экономистов; нет также кон- фискованных изданий... («Русская земля» от 11 декабря 1910 г.) 259
Одним из видов «культурных», правда, в непремен- ных кавычках, начинаний в дореволюционной Москве являлись народные чтения, духовные и светские. Остановимся на них несколько подробнее. «Я очень рад успеху общеобразовательных чтений для рабочих», — радовался успеху чтений для рабочих Николай II, осчастлививший этими словами преосвящен- ного Пар фения в 1903 г. Далее, этот любитель просве- щения добавил: «Надеюсь, что дело это, ведущееся под покровом св. церкви и при участии! ее служителей, и впредь будет иметь такой же успех». Народные чтения были отданы под покровительство святой церкви. Подробные и исчерпывающие сведения о народных чтениях мы находим в делах непосредственно заинтере- сованного в «просвещении» народа Московского охран- ного отделения. ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ЧТЕНИЯ для фабрично-заводских рабочих города Москвы (1902—1905 гг.) Общеобразовательные чтения для фабрично-заводских рабочих г. Москвы были открыты 16 июня 1902 г. по инициативе в бозе по- чившего великого князя Сергея Александровича и при ближайшем содействии бывшего московского обер-полицмейстера Д. Ф. Трепо- ва. С этого времени и до сих пор, в течение слишком трех лет, они велись в двух аудиториях по воскресным дням неопустительно, за исключением лишь обычных в учебном деле каникулярных пере- рывов. Организация и ведение их были возложены на особую ко- миссию из духовных и светских лиц, во главе со старшим викарием Московской митрополии, преосвященным Парфением. В руковод- ство комиссии даны были особые «Временные правила по органи- зации чтений», утвержденные г. министром внутренних дел. Соответственно этому плану, религиозно-нравственные чтения по количеству учебных часов поставлены на первом месте и равняются всей совокупности чтений по другим предметам: из двух чтений в каждой аудитории одно непременно бывает посвящено последова- тельному изложению истин христианского веро- и нравоучения. На- ряду с этим, по четыре раза в неделю ведутся занятия с желающи- ми из рабочих по церковному пению, под руководством известного духовного композитора. Составившийся, таким образом, мощный хор рабочих в каждый лекционный день исполняет в аудитории целый ряд церковных песнопений, что, по наблюдению комиссии, имеет бесспорное и глубокое воспитательное влияние на рабочих... Лекторами по богословию выступали в течение трех лет до 25 представителей московского духовенства и духовной школы, из- 260
вестиые большей частью духовно-литературными трудами и препо- давательской опытностью. В числе их были: преосвященный Парфе- ний, архимандрит Анастасий, профессоры богословия протоиерей Боголюбский, С. С. Глаголев и др. В числе лекторов по другим предметам можно указать на таких лиц, как бывший ректор Мо- сковского университета А. А. Тихомиров, Д. И. Иловайский, В. В. Наэаревский, Е. В. Барсов, князь А. Г. Щербатов. (МОАУ, ф. Истпроф. — МГСПС, д. № арх. оп. 160, лл. 209—297.) Скромные иереи, нанятые фабрикантами и заводчи- ками, «предлагали народу религиозно-нравственные собе- седования». Его преосвященству преосвященнейшему Алек- сандру, епископу Дмитровскому, викарию Москов- скому и разных орденов кавалеру. Директора фабрики Товарищества шелковой ма- нуфактуры в Москве, французского гражданина Петра Антоновича Миусс и, живущего в Преобра- женском по Генеральной улице, в собственном доме. ВСЕПОКОРНЕЙШЕЕ ПРОШЕНИЕ Священники московской Преображенской, что в Преображенском, церкви Сергей Соколов и Воскресенской при Екатерининском бога- дельном доме Петр Воздвиженский и учителя Преображенской цер- ковно-приходской школы Петр Лавров и Алексей Остроумов из'- явили желание на моей фабрике в воскресные дни предлагать на- роду религиозно-нравственные собеседования, исторические и обще- образовательные чтения для просвещения и поддержания нравствен- ности живущего у меня рабочего люда... Сознавая нужду и великую пользу устроения таких чтений, я принимаю на себя все расходы по устройству их и всепокорнейше прошу ваше преосвященство оз- наченным лицам... (дозволить) проводить каждый воскресный день у меня на фабрике внецерковные чтения по брошюрам, разрешен- ным святейшим синодом и учебным комитетом для публичных чтений... 1892 г., мая 2 дня. Петр Антонов Миусси. (МОАУ, Арх. моcк. охр. отд., № 1090—901 г., т. 6, лл. 232, 233, 234, 235.) Вопросы науки, вообще говоря, не исключались из программы чтений. Но подавались они рабочей аудито- рии в соответствующей обработке, целью которой бы- ло — «вести к пониманию творца», как деликатно выра- зился один из лекторов, приват-доцент Богданов. 261
Вчера состоялись чтения для заводско-фабричных рабочих Мо- сквы в доме епархиального ведомства, в Лиховом переулке, в Ка- ретном ряду, и в Историческом музее. 6 аудиториях епархиального дома читались две лекции: одна — духовно-нравственного содержания на тему «Спасение рода челове- ческого через посредство православной веры, исповедуемой русски- ми людьми». Лектором выступил священник о. Иоанн Полянский. Вторая лек- ция была прочитана по географии. ...В Историческом музее богословскую лекцию прочитал прото- иерей Н. Воздвиженский — «О крещении, как таинстве, чрез кото- рое человек получает благодать божию и незримое сошествие св. духа на крещаемого». Вторую лекцию прочитал приват-доцент Богданов—о законах, открытых Ньютоном. «Вообще, — говорил лектор, —- наука должна вести к пониманию величия творца, а не отрицанию его». Слушателям-рабочим во время перерыва была роздана прислан- ная из Петербурга генералом Богдановичем брошюра «Русскому на- роду на добрую память», в которой помещены портрет государя им- ператора и речь императора Александра III волостным старшинам 21 мая 1883 г. («Московский листок» от 20 января 1903 г.) Как относились рабочие и работницы к так называе- мым «народным чтениям»? Приводим в отрывках письмо работницы в больше- вистскую «Звезду». ...Нам, русским работницам, очень плохо живется: низкий за- работок, фабричные казармы, плохое питание, 10-часовой рабочий день очень утомляют. В Москве много воскресных школ, вечерних классов; работницы не могут свободно посещать их и читать книж- ки, так как преследует фабричная администрация... ...Крайне необходимо Побольше сведений для работниц об их положении. Вместо необходимых знаний работнице часто предлага- ют лекции, которые нисколько не выясняют ей ее положение, а только дают ряд сухих фактов. Укажу пример. Была устроена лек- ция «О положении женщины в промышленности». Лекция была прочитана Кузьминым-Ваниным, фабричным инспектором Хамовни- ческого района. Пригласили нас, работниц, на эту лекцию. Мы все с удовольствием согласились пойти на эту лекцию послушать ин- спектора и рассказать ему про житье-бытье наше. Однако, вышло полное разочарование. Этот господин с большим удовольствием чи- тал, но что он нам сказал? Показал одни мертвые цифры. С та- ких-то до таких-то лет работает работница. С 30-летнего возраста она начинает исчезать с фабрики, у нее упадок сил. Но отчего упадок сил и куда она девается, господин инспектор не сказал. Можно подумать, что она благополучно устроилась, но нет, она попадает на Хитровку и там под забором умирает, или ее отправляют этапом в деревню, и там она добирается. 262
Показал диаграмму, сколько работница с'едает капусты, гороху а мяса. Мяса он указал, что она с'едает 1000-ые доли, т. е. очень мало. Но не об'яснил, отчего это происходит, не указал на нищен- ский заработок работницы. Так же ничего не сказал, как устроены фабричные столовые. Фабричная еда не вкусна и не здорова. Работницы едят по 8 че- ловек, как свиньи из одной лоханки. Потом он говорил о заработке работниц: шелковщица получает в месяц 17 рублей с копейками, т. е. в час выходит 43/4 копейки; но он не сравнил заработок рус- ской работницы с заграничной, американской, английской работни- цей, которые получают в час от 18 до 32 копеек. Он не пояснил, отчего их заработок выше. А он выше потому, что американские и английские работницы более сознательны. Фабричный инспектор еще рассказал, что в 1904 и 1905 гг. за- работок работниц повысился на 17%, но господин инспектор не сказал, что все подорожало... выходит, что заработок понизился в не- сколько раз. Фабричный инспектор почему-то не счел нужным ничего ска- зать о фабричном помещении, о рабочих фабричных спальнях, о их санитарных условиях и о их удобствах для работниц. А, между тем, условия фабричных казарм тяжелы для работниц: нельзя ни отдох- нуть, ни почитать и свободно нельзя поговорить. Не упомянул ничего об отношении администрации к работни- цам, которая их совсем не считает за людей. Даже своя сестра-ма- стерица ругается площадными словами, и нельзя ничего на это ска- зать, так как останешься без хлеба. Мы, работницы, узнали только одно полезное для себя от фаб- ричного инспектора, что родильницам выдаются штрафные деньги, т. е. деньги, взысканные с самих же рабочих. Вот каковы наши привилегии. Еще господин инспектор упомянул, что предприниматели охот- нее берут грамотных, так как они не портят машин и материала и с ними легче сговориться. Но он не сказал, что не на всех фаб- риках так обстоит дело. На ткацких фабриках набирают больше не? грамотных работниц и притесняют грамотных. Да это и понятно; не? грамотный человек слабее, его легче обмануть. Вот какими лекциями угощают... работниц. А между тем, много хороших слов слышим мы от буржуазных дам-благотворительниц. Но это только — слова, дела же нет. Да, впрочем, ведь не от них нам спасение. Нам, работницам, самим надо пробуждаться и развивать свое классовое самосознание. («Звезда» от 23 апреля 1911 г.) Другим «культуртрегерским» учреждением было так называемое «общество трезвости», насаждавшее чайные и также устраивавшее чтения. О том, как были «обору- дованы» и приспособлены для просветительных целей эти чайные, свидетельствует хотя бы -следующая инвен- тарная запись; 263
...Иконы в киотах — 10, иконы в иконостасе — 50, иконы без киот — 3, иконостас — 150, лампад разных — 10... ...Портрет отца Иоанна Кронштадтского—1, портрет государя и государыни — 6, портрет казначея отделения —10, картина в раме — 3, картина в раме (разные виды) — 2, стереоскоп с кар- тинами—25... (Второй годичный отчет Кожевнического отделения первого Московского общества трезвости за 1900 г.) Отчеты обществ трезвости не носят особо оптими- стического характера. ...Минувший год обнаружил крупное препятствие на пути даль- нейшего роста общества, а именно, безграмотность и малограмот- ность многих членов... (Третий годичный отчет первого Московского общества трезвости за 1898 г.) «Признать нецелесообразным» и «отклонять»—вот два типичных заключения думской комиссии «о поль- зах и нуждах общественных». Будь то спортивное общество, или какое-нибудь общество акклиматизации животных и растений (имею- щее благонамеренное звание «императорского»),—всякое ходатайство встречало одинаковый прием комиссии о пользах и нуждах. Председатель. Доклад комиссии о пользах и нуждах обществен- ных — по ходатайству императорского Русского общества акклима- тизации животных и растений об ассигновании обществу пособия на содержание Зоологического сада по 5 тысяч рублей ежегодно. Калашников П. М. Комиссия пишет: «Крайне напряженное со- стояние городского бюджета служит совершенно решающим сооб- ражением против удовлетворения рассматриваемого ходатайства». Лебедев И. А. Почему Зоологический сад захиреет и даже за- кроется, если город не отпустит 5 тысяч рублей, я не знаю... Надо соразмерить средства со своими добрыми пожеланиями. Я сочув- ствую Зоологическому саду, но нет возможности отпустить 5 тысяч рублей, поэтому надлежит присоединиться к заключению комиссии. Щепкин Я. Я. Я, собственно, по существу, при данном поло- жении вещей, высказываюсь за принятие заключения доклада, но только потому, что нет достаточных данных для того, чтобы моти- вировать субсидию... Может быть, там будут процветать кафе-шан- таны... ...Заключение комиссии принято... (Собрание Московской городской думы 4 марта 1908 г.) 264
Отдельные гласные специализировались на изобли- чении общественных начинаний, преследовавших какую бы то ни было общественную пользу. Гласный городской думы А. В. Шуренков приобрел в город- ских кругах своеобразную известность. Он считает своим долгом выступать в думе по всем обсуждаю- щимся, хотя бы совершенно ему незнакомым, вопросам. Он выступил с предложением не разрешать женским педагоги* ческим курсам общества воспитательниц, и учительницам открытие столовой для курсисток. Они, мол, в столовой и чай подают. Стало быть, это — трактирное заведение, а городу Москве не пристало покровительствовать обществам, занимающимся не своим делом. («Русское слово» от 18 октября 1909 г.) Дума отказывала в деньгах, полиция запрещала, «тащила и не пущала». И та, и другая занимались своим прямым делом: глушением общественной (инициативы. В архивах Московской думы хранится замечательный до- кумент, рисующий «отзывчивость» думы к экспедиции лейтенанта Седова. Справка. В 1912 г. начальник экспедиции к Северному полюсу лейтенант Седов обращался в городскую думу с прошением о ма- териальной поддержке экспедиции. По докладу комиссии о поль- зах и нуждах общественных № 255, 1912 г., прошение лейтенанта Седова городской думой было отклонено. Соображения. Принимая во внимание, что задачи комитета для снаряжения экспедиции к Северному полюсу и по исследованию по- лярных стран имеют общегосударственное значение, прямого же от- ношения к московским пользам и нуждам не имеют, комиссия не находит возможным предложить городской думе сделать какое-либо ассигнование из городских средств на означенную цель. На основании изложенного комиссия предлагает городской ду- ме следующее: Заключение. Ходатайство комитета для снаряжения экспедиции к Северному полюсу и по исследованию полярных стран о назна- чении субсидии отклонить. (Доклад № 258 комиссии о пользах и нуждах об- щественных по ходатайству комитета для снаряже- ния экспедиции к Северному полюсу и по исследо- ванию полярных стран о субсидии 13 мая 1914 г.) Поистине, факт, не нуждающийся в комментариях! Он исчерпывающе характеризует тупость попечителей о народном просвещении, хваставших своей культурностью и «европейским образованием» и в меру сил своих на- саждавших ханжество, бескультурье, тьму и невежество! 265
* * * Интересно сравнить немногочисленные культурные учреждения Москвы дореволюционной с широко развет- вленной сетью музеев, выставок, галлерей, библиотек со- циалистической столицы. В 1938 г. в Москве насчитывалось около 3 тысяч библиотек. В гигантском книгохранилище нашей страны— Всесоюзной библиотеке имени Ленина— хранятся 10,8 мил- лиона томов. Свыше 800 тысяч томов в библиотеке Института Маркса — Энгельса — Ленина. Немногим мень- ше в библиотеке Московского государственного универ- ситета. Около миллиона книг в Государственной истори- ческой библиотеке. В социалистической Москве 58 музеев. Их посетило в 1938 г. более 8 миллионов человек. Трудно найти москвича, который не побывал бы в за- лах Центрального музея В. И. Ленина, в Музее Револю- ции СССР. Немало в столице историко-бытовых музеев. Крупней- ший из них — Государственный исторический музей. Выдающееся место в плеяде художественных музеев за- нимает Третьяковская галлерея — сокровищница русской живописи. Многие выставки в Москве превращаются в постоян- ные культурные учреждения. Таковы выставки, посвя- щенные А. С. Пушкину, А. М. Горькому, и Всесоюзная строительная выставка. В Москве существует свыше 250 клубов, больше, чем было так называемых «народных домов» во всей царской России! Многие московские клубы расположены в специ- ально построенных зданиях. Крупнейшим из них является Дворец культуры автозавода имени Сталина в Ленинской слободе. Несколько клубов обслуживает работников раз- личных отраслей науки, техники и искусства: это Клуб инженера и техника, Клуб мастеров искусства, Централь- ный дом журналиста, Дом ученых, Дом архитектора, Дом советского писателя, Дом кино. Бурлит культурная жизнь в социалистической сто- лице!
ДНО КАПИТАЛИСТИЧЕСКОГО ГОРОДА ТРУЩОБЫ О московских трущобах, о Хитровке, Грачевке вспоминали обычно в связи с эпидемиями и о переписью населения Москвы. ...Городская дума вспоминала о Хитровке только тогда, когда оттуда начинал греметь гром. Так, еще в 1864 г. представлялась полнейшая возможность упразднить Хитровку. В этом году тогдашний московский генерал- губернатор запросил Московскую городскую думу, «не пожелает ли она принять на свое попечение содержание домов для ночлеж- ников ввиду негигиенических условий, в каких находятся эти до- ма, помимо зла нравственного, от которого терпит все население столицы». Но дума отрицательно отнеслась к этому предложению, считая, что устройство чистых и удобных приютов для ночлежни- ков должно быть делом частной благотворительности... ...Когда «грянул первый гром», дума вспомнила о Хитровке. Это было в 1879 г. Грозный призрак «черной смерти» — чумы пе- реполошил всю Россию, всполошил он и Москву, и московское об- щественное управление. И, как результат этого, вырос в скором вре- мени первый городской ночлежный дом на 850 человек, как начало оздоровления Хитрова рынка. Чума Москву не посетила, страхи за- былись, и о Хитровке перестали думать. («Московский листок» от 16 апреля 1910 г.) Что же представляли собой Хитровка, ночлежные до- ма и их обитатели? 267
...Двух- и трехэтажные дома вокруг площади все полны таки- ми ночлежками, в которых ночевало и ютилось до 10 тысяч чело- век. Эти дома приносили огромный барыш домовладельцам, каж- дый ночлежник платил пятак за ночь, а «нумера» ходили по дву- гривенному. Под нижними нарами, поднятыми на аршин от пола, были логовища на двоих, они разделялись повешенной рогожей, и пространство в аршин кверху и полтора аршина между двумя ро- гожками и есть самый «нумер», где ночевали без всякой подстилки, кроме собственных, снимаемых на ночь отрепьев, пары соединив- шихся на ночь. На площадь приходили артели приезжих прямо с вокзалов в становились под огромным навесом, для них нарочно выстроенным. Хитрованцы толпами бродили по площади и не смели подходить к ним. Сюда по утрам являлись подрядчики и уводили нанятые ар- тели прямо на работу. После полудня навес окончательно поступал в распоряжение хитрованцев и барышников, последние скупали все, что попало. Бедняки, продававшие с себя платье и обувь, тут же снимали с себя и переодевались вместо сапог в лапти или опор- ки, а из костюмов — в «сменку до седьмого колена», сквозь кото- рую тело видно... ...Полицейские протоколы подтверждают, что большинство бег- лых из Сибири уголовных арестовывается в Москве именно на Хитровке... ...В надворном флигеле в доме Степанова, в третьем этаже, жила партия «театральных переписчиков». Они переписывали пье- сы и расписывали их на роли для театральных библиотек и ан- трепренеров. Тяжелый, дармовой труд и всегда экстренный. Вокруг большого грязного стола с закоптевшей лампой сидело их семеро: переписывали роли. Копеек по 40 на человека заработок в ночь. А утром снаряжают одного из своих, повернее, — кто обует, кто оденет, кто шапку даст,— и отправят к заказчику с работой за деньгами. Плата — 50 копеек с акта за расписку всех ролей! ...Бывало, что до самых седых волос рожденные на Хитровке на ней и доживали, исчезая на время на отсидку в тюрьму ила дальнюю ссылку... Это мальчики. Положение девочек еще ужаснее. Им остается одно: продавать себя... Они ютились больше в «вагончике». Это был крошечный одно- Этажный флигелечек в глубине владения Румянцева, прозванный так за свою наружность. Там жили «марухи». (Вл. Гиляровский, Трущобы Хитрова рынка). Чтобы характеристика ночлежных домов Хитрова рынка была яснее, обратимся к официальному докумен- ту, датированному 1885 г. По словам врачей, производивших ночные осмотры, ночлежни- ки спят на полу под нарами и вообще везде, где только предо- ставляется возможность лечь, а в некоторых квартирах буквально не было свободного пространства на полу, которое бы не было за- 268
нято ночлежником. Относительно пьяных ночлежников существует даже правило не класть их на нары, а под нары. Подстилками слу- жат грязные рогожи и дерюги. Отдельные помещения для мужчин и женщин из 148 квартир отмечены только в пяти. В доме Румян- цева для 6 квартир служит отхожее место, находящееся на дворе в расстоянии 31/2 сажен. Сомнительно, чтобы ночлежники пользо- вались так далеко отстоящими ретирадами; вероятно, они отправ- ляют свои естественные надобности где-либо поблизости, и, следо- вательно, загрязняют дворы. (МОАУ, ИА № 1, ф. Моск. гор. думы, канц. арх. № 25 св. № 146, лл. 4—5.) Спустя 25—30 лет положение ничуть не улучшилось. Вчера ночью при обследовании ночлежных домов Хитрова рын- ка выяснено крайнее переполнение ночлежек. В каждой квартире ночует вдвое, иногда и втрое больше нормального числа. В доме Кулакова при 828 местах ночует 1 865 человек, в доме Ярошенко при 642—1 487, в доме Румянцева при 847—1661 человек, в до- ме Рузской при 305 — 592 человека. Хитровское население, ютя- щееся в ночлежках, достигает сочти 6 тысяч человек, а в ночлеж- ных квартирах всего 2 500 мест. Ночлежные дома в других частях города тоже переполнены... («Голос Москвы» от 23 декабря 1909 г.) При осмотре дома Кулакова всех поразило сходство обстанов- ки с декорациями в Художественном театре в пьесе «На дне»; там же отметили экскурсанты дороговизну арендной платы: за неболь- шую квартиру в три комнаты — 80 рублей в месяц. Такая плата существует только в центральной части города. С'емщик квартиры выбирает за нее с ночлежников до 120 рублей в месяц. («Голос Москвы» от 7 мая 1913 г.) Перепись 1911 г. увековечила следующие цифры. По данным переписи, в ночлежных домах Хитровки оказалось 5 448 человек. Из этого числа 4 303 мужчин и 1 145 женщин. («Голос Москвы» от 10 марта 1911 г.) Хозяева ночлежек. ...На Хитровом рынке существуют четыре ночлежных цитадели: в домах Степанова, Кулакова, Румянцева и Орлова. Все это имена или тайных советников, или денежных тузов... («Утро России» от 10 января 1910 г.) Трущобы — неот'емлемый спутник любого крупного капиталистического города — сохранились в Москве вплоть до Великой Октябрьской революции. 269
Все эти злачные места существовали в Москве из- давна. Трудно чему-нибудь быть своеобразно-грязнее столичных домов, заваленных разными русскими мастерскими. Выстроенные спеку- ляцией на манер всех вообще столичных громад, т. е. на манер большого квадратного сундука, они до жильцов некоторое, весьма недолгое, время ничем не отличаются от своих соседей, составляю- щих вместе с ними длинную улицу. Но вот вниз переехало экипаж- ное заведение Трифона Рыкова, рядом с ним, в двухкомнатной квартире, поселился сапожный мастер Самсон Соловьев, в бельэта- же— какая-то толстая баба с страшным рубцом на лбу, словно от сабельного удара, и с шестью молоденькими горничными; в под- вальной квартире, через двор, — извозчичьий содержатель и какие- то старые отставные солдаты, вечно дерущиеся на дворе и крича- щие караул; третий, самый верхний, московский этаж гостеприимно принял в свои невыразимо воняющие приюты орду комнат с ме- белью... ...Печальными такими и расслабленными замарашками смотрят Эти дома, как-то особенно врастают в землю их фундаменты и ско- собочиваются, точно бы какой человек слабый, голова которого скривилась набок от первой жизненной тукмачки... (М. А. Воронов и А. Н. Левитов, Московские норы и трущобы.) Знаменитая Грачевка (она же Драчевка) если и от- личалась от Хитровки, то лишь местоположением. ...Не знаете ли вы, что такое Грачевка?.. В ряду различных характерных закоулков Москвы, известных здесь под скромными именами Щипка, Козихи, Большой и Малой Живодерки, Собачьей площадки, Балканье и пр., Грачевка (Дра- чевка тож, от церкви Николы на Драчах), как кажется, занимает самое почетное место. Это исконная усыпальница всевозможных бедняков, без различия пола и возраста; это какая-то большая мо- гила, доверху наваленная живыми трупами, заеденными бедностью, развратом и тому подобными бичами немощного человечества. Тип российского мизерабля, во всем его величии, можно встретить толь- ко здесь, на Грачевке, потому что нигде в другом месте нет такой поразительной совокупности всевозможных гнусных условий, заби- вающих русского человека. И — боже мой! — каким жалким, исключительным людом набита наша Грачевка! Спившиеся с кругу дворовые и иные люди, воры, жулики всевозможных категорий и рангов, дотла промотавшиеся купеческие и чиновничьи дети, погиб- шие и погибающие женщины, шулера, нищие, старьевщики, тряпич- ники, шарманщики, собачники, уличные гаеры и пр... ...Грачевка для каждого свежего смертного необходимо должна показаться чем-то вроде обширной картинной галлереи, в которой собраны лучшие произведения величайших мировых мастеров — бедности, невежества и безнравственности!.. ...Вот завизжал блок, отворилась кабацкая дверь, на улицу вы- рвались клубы промозглого теплого воздуха, а вместе с вам Гра- 270
чевка огласилась пронзительным воплем: «дери с нее карналин!»— я женщина, оборванная, грязная, тяжело рухнулась на землю с кри- ками: «батюшки, режут!». И опять наступило прежнее однообразное хляскание и прежний глухой говор... (М. Воронов и А. Левитов, Московские норы и трущобы.) Прошло примерно двадцать лет, но Грачевка не толь- ко не захирела, но даже достигла «наибольшего рас- цвета». Особенно всякие притоны стали процветать в годы реакции, после марта 1881 г., и достигли наибольшего расцвета в 1883 г., ко времени коронации Александра Ш. Тогда содержательницы при- тонов, укрывательницы их обитателей, считались самыми благона- меренными в политическом отношении людьми и пользовались осо- бым попустительством полиции, щедро ими оплачиваемой, а охран- ное отделение не считало их «опасными для государственного строя» и даже покровительствовало им вплоть до того, что содержатели притонов и «мельниц» попадали в народную охрану при царских поездах. Тогда полиция была занята только выслеживанием «не- благонадежных», революционно настроенных элементов, которых арестовывали и ссылали сотнями. И блаженствовал трущобный мир на Грачевке и Цветном. Как раз против Малого Колосова переулка стояла полицейская будка,— она уцелела до сих дней, где жили два городовых с семьями, в это был единственный пункт по надзору за Цветным бульваром, переполненным с сумерек до рассвета преступным миром, но и он был глух и нем. — Пришьют, а то спалят, — совершенно справедливо рассуж- дали городовые и в сумерки, погасив огни и заперев двери в будке, отвечали молчанием на то и дело доносившиеся с бульвара или из переулка стоны избиваемых или «казенную песню»: — Караул!.. Грабят!.. Ни звука не слышалось из будки. Только на полицейский сви- сток выходил будочник, зная, что полиция требует помощи, или какой-нибудь новый пристав, еще не окончательно поддавшийся полицейским традициям, гарунальрашидствует из ревности к службе. (В. Гиляровский, Друзья и встречи.) Шли годы, а в Грачевке все оставалось без перемен. Московский градоначальник, как известно, довольно решитель- ным образом задумал оздоровить и привести в благоприличный вид пресловутую Драчевку. Как известно, эта милая улица в праздничные и предпразднич- ные дни совершенно непроходима, так как на обоих тротуарах тол- пами разгуливают оборванные, погибшие создания самого низшего разбора и ведут себя, как победители в завоеванной местности. А происходит это оттого, что Драчевка, как это ни странно, является филиальным отделением Хитровки. Все ее дома перепол- нены коечными квартирами, в которых ютится всевозможный сброд. 271
И для того, чтобы превратить Драчевку в благоприличное ме- сто, не напоминающее нынешнюю клоаку, необходимо, прежде все- го и главнее всего, выселить этот сброд, которому место никак не в центре города, а исключительно в хитровских крепостях... Между тем, получился курьез. В городскую думу ныне одно- временно поданы два прошения от домовладельцев одной и той же Драчевки, и оба прошения взаимно исключают друг друга. В одном прошении домовладельцы одной части Драчевки просят думу высе- лить с этой улицы лавчонки, торгующие подержаным платьем, так как, по их мнению, в этих лавчонках заключается главное зло, ме- шающее оздоровлению «зараженной» улицы. А в другом — владель- цы домов, в которых эти лавчонки помещаются, хлопочут о том, чтобы их не выселили, так как это выселение обесценит их вла- дения. (Московский листок» от 19 апреля 1907 г.) Не следует думать, что трущобы и притопы находи- лись на окраинах города, вдали от полицейского ока. На Тверской, напротив генерал-губернаторского дворца, стоял четырехэтажный дом Олсуфьева. Ряд надворных флигелей были сплошной трущобой, а в доме на улице четвертый этаж занимали «меблирашки», известные всей Москве под именем «Чернышей» — комнаты с низкими потолками, с маленькими окнами, с подоконни- ками на треть метра от полу; чтобы посмотреть в окно, надо было согнуться в три погибели. Этим огромным домом управлял квар- тальный из бывших городовых, состоявший при генерал-губернато- ре князе В. А. Долгорукове для личных услуг. Полиция перед ним трепетала и не смела сунуть носа в Олсуфьевскую крепость — ни в ее трущобы, ни в меблирашки «Черныши», которые десять лет содержала старуха Чернышева. Управляющий не интересовался, кто и как в них живет, вполне полагаясь на «Чернышиху», крестив- шую с десяток его детей, причем каждому новому крестнику она клала на зубок по выигрышному сторублевому билету. И хозяйка оправдывала доверие: в меблирашках всегда было тихо, ни шума, ни скандалов, а половина жильцов была не прописана. (В. Гиляровский, Сожженная книга.) Наряду с трущобными притонами, в Москве процве- тало множество домов терпимости. Их деятельность ре- гламентировалась полицией и санитарным надзором точ- но так же, как деятельность, например, любого питейного заведения. Приведем статистические данные о публич- ных домах, относящиеся к сравнительно позднему вре- мени. ...К 1 марта того же года в Москве состояло домов терпимости 111. Из них в течение истекших 10 месяцев закрылось 13. В тот же период времени открылось вновь 6. К 1 января 1890 г. до- мов терпимости осталось 105... 272
Быт знаменитой московской трущобы — Хитровка. Хитрованцы в ожидании ночного постоя.
«Обувной магазин» для хитрованцев.
В означенных домах, по спискам Врачебно-полицейского коми- тета, к 1 марта 1889 г. числилось проституток 942, при снятии же с них фотографий оказалось налицо 902 женщины. В течение 10 месяцев вновь поступило в дома терпимости 376 женщин. В то же время выбыло: а) Исключено г. обер-полицмейстером из списков 39 женщин. б) умерло б женщин. в) поступило в приют св. Марии Магдалины 4 женщины. г) перешло в одиночную проституцию 57 женщин. д) скрылось неизвестно куда 265 женщин. К 1 января 1890 г. в домах терпимости состоит публичных жен- щин 907... ...К 1 января 1890 г. квартирных проституток числится 271. Кроме того в тот же период времени было доставлено поли- цией женщин, подозреваемых в тайной проституции, 825. Всего же как квартирных проституток, так и приводных поли- цией женщин в течение 10 месяцев было 1 136. (Отчет о деятельности центрального санитарного бюро и городских амбулатории г. Москвы для осви- детельствования проституток, 1890 г.) Еще некоторые статистические сведения о проститу- ции в Москве. В текущем году из домов терпимости являлось на осмотр 882 женщины; в данное же летнее время, как это повторяется еже- годно, население домов терпимости значительно ниже, и на 9 ав- густа проживает в домах терпимости 574 женщины. Домов терпимости в Москве открыто, с разрешения полицей- ской власти, 74, которые расположены в 1-м и 2-м участках Сре- тенской части. (Доклад № 245 комиссии о пользах и нуждах общественных 1 сентября 1905 г.) Армия проституирующих в Москве женщин должна исчисляться приблизительно, судя по регистрационным данным со времени су- ществования в Москве домов терпимости, в 15—20 тысяч прости- туток... («Раннее утро» от 16 июля 1911 г.) Заботы полиции об общественной нравственности сво- дились лишь к, сохранению внешних приличий. ...О принятии мер к устранению уличных проявлений развра- щенности. На бульварах и в центральных местностях, как-то на Кузнец- ком Мосту, Театральной площади, Неглинном проезде, в Алексан- дровском саду и на улицах, где имеются бани, постоянно, как днем, так и в особенности в вечернее время, появляются женщины, промышляющие развратом, которые, бывая нередко в пьяном со- стоянии, ведут себя крайне неприлично и тем обращают на себя общее внимание. 273
Предписываю полиции иметь наблюдение за тем, чтобы проститутки, публично выказывающие свой промысел, не были до- пускаемы к хождению по бульварам и улицам, и принять вообще меры к устранению уличных проявлений развращенности, оскорб- ляющих общественную нравственность... (Журнал «Известия московской городской думы» № 2 за 1892 г.) В фешенебельные рестораны полиция не заглядыва- ла. Здесь промысел проституток, повидимому, не оскорб- лял «общественную нравственность». ....Мы приехали в «Яр» около 12 часов ночи. Для «Яра» это был еще очень ранний час. Я в первый раз в жизни видел «Яр». Я из- бегал вообще подобных учреждений и о шантанах имел весьма смутное представление... Зал постепенно наполнялся. Вдруг, слов- но по сигналу, целая вереница женщин, двумя длинными лентами, стала спускаться по боковым, огромным лестницам зала, с высоких антресолей. Женщины эти произвели на меня потрясающее впе- чатление... Полуголые, голодные, раскрашенные и хищные, они рас- сыпались по огромному залу между бесчисленными столиками в ожидании добычи... (А. А. Мгебров, Жизнь в театре, т. 1.) Одним из центров одиночной проституции была все та же Хитровка. Несмотря на утро, вдоль панели городского навеса посреди рынка фланируют уже взад и вперед несчастные... Вид изможден- ных, морщинистых лиц этих женщин с яркими пятнами наложен- ных румян производит при дневном свете потрясающее впечатле- ние. И со всех сторон из окрестных каменных мешков к этому центру Хитровки плетутся все новые полураздетые, озябшие фи- гуры. («Русские ведомости» от 2 декабря 1909 г.) Притоны в переулках Грачевки были предметом до- кладов, ходатайств и жалоб домовладельцев и обывате- лей, живущнх в этом районе. ...От домовладельцев и обывателей Сретенской части 1-го и 2-го участков, 1 апреля 1905 г. ...Позволяем себе вторично просить рассмотреть наше прошение, поданное 16 апреля 1903 г., добавляя при этом следующее: при благоприятном результате нашего ходатайства просим переименовать как улицу Драчевку, а также и прилегающие переулки, занятые всевозможными вертепами. Мы получили сведения, что полиция противится этому, извлекая себе выгоды от нахождения в этой ме- 274
стности известных вертепов: так бывшие полицейские чины в этой местности приобрели дома, населив их публичными заведениями... На подлинном 10 подписей... (Доклад № 245 комиссии о пользах и нуждах обще- ственных и городской управы, 1 сентября 1905 г.) Но комиссия думы о «пользах и нуждах обществен- ных» имела особое мнение о судьбах притонов Гра- чевки. ...Дома терпимости в районе Сретенской части существуют уже долгие годы, к ним приспособились как местные домовладельцы, так и обыватели. Громадное большинство домовладельцев приобре- тало недвижимость в Сретенской части, зная и имея в виду близ- кое соседстве домов терпимости; при покупке домов и цена уста- навливалась в зависимости от близости покупаемого владения от публичных домов... Конечно, и цены за квартиры установлены по совокупности тех удобств и неудобств, которые находятся налицо при с'емке квартирных помещений. Другими словами, местные жи- тели Сретенской части 1-го и 2-го участков совершенно приспособи- лись к близкому к ним соседству как домов терпимости, так в окружающих их вертепов. Выход остается один: оставить все по- старому впредь до закрытия публичных домов... ...Впредь до разрешения высшим правительством означенного вопроса признать как перевод домов терпимости, так и перемеще- ние врачебного осмотра проституток из 1-го и 2-го участков Сретен- ской части невозможным, вопрос же о переименовании улицы Дра- чевки с прилегающими к ней переулками — несвоевременным. Городской голова кн. В. Голицын. (Доклад № 245 комиссии о пользах в нуждах об- щественных и городской управы 1 сентября 1905 г.) «Оставить все по-старому впредь до закрытия пуб- личных домов». Так все и оставалось по-старому вплоть до уничтожения самого строя, насаждавшего проститу- цию. Жители сретенских переулков все же не могли успо- коиться. Еще раз в 1906 г. их ходатайство обсуждалось городской думой. Перед нами достойная увековечения речь думского защитника института публичных домов, защитника интересов содержателей домов терпимости. Содержательницы... опровергают следующим заявлением. «Жа- луется лишь крайне ограниченное число обывателей—жители сосед- них переулков, все же остальное население Москвы, наоборот, этим довольно. Соседние обыватели Сретенской части будут довольны, а прочая Москва будет протестовать против нас». После этого нечего говорить. (Собрание Московской городской думы 18 апреля 1906 г.) 275
При каких условиях, каким образом, из какой среды вербовались девушки в московские дома терпимости? Группируя тех же девушек перед их поступлением в публич- ные дома по степени их материальной обеспеченности, мы находим, что они находились в этот момент в крайне тяжелом положении, потерявши прежний источник средств к жизни и не находя в тече- ние довольно продолжительного времени нового заработка (причем девушки перед тем вышли из больниц, где им пришлось проле- жать около полугода и, следовательно, истощить все свои сбере- жения) ... ...Оказывается, что подавляющее большинство поступило в до- ма разврата, имея 16 и 17 лет, т. е. в таком возрасте, когда сооб- разить все последствия своего шага они не имели возможности... ...Торговля позором падших девушек есть настоящая отрасль промышленности, дающая большие барыши предпринимателям. На это предприятие затрачивается капитал, нанимается более или ме- нее обширное помещение, отделываемое по возможности роскошно. Раз соблюдены все формальности, раз помещение готово, начинает- ся покупка «товара» — это технический термин, который употреб- ляют в своих взаимных сношениях продавцы девушек и их покуп- щики — хозяева публичных домов... (Д-р В. П. Окороков, Возвращение к честному труду падших девушек.) Таким образом, проституция в дореволюционной Мо- скве являлась настоящей отраслью торговли, находив- шейся под полным покровительством начальства. * * * ПОСЛЕСЛОВИЕ Перед нами лежит газета «Русское слово» от 24 ок- тября 1917 г. Самая распространенная буржуазная газе- та располагала всесторонней информацией о жизни стра- ны, о зарубежных странах, но она преподносила питате- лю только то, что по ее мнению могло его интересовать. Как и вся буржуазная печать, «Русское слово» изо дня в день вело разнузданную и подлую травлю больше- виков и революционного народа. И в самый канун Вели- кой социалистической революции газета старалась вну- шить своим читателям, что капиталистические устои непоколебимы. 276
Из этoгo номера «Русского слова» мы узнаем: «Союз русской интеллигенции» (сознательных граж- дан) извещает Москву и Россию о том, что знакомство с его программой и запись в члены производится еже- дневно в меблированных комнатах на Сретенке». Партия народной свободы (кадеты) сообщает, что в Алексеев- ском народном доме состоится доклад А. П. Давыдова «Текущий политический момент и предстоящее Учреди- тельное собрание». Мы находим в номере от 24 октября большое об'явле- ние правления акционерного общества курорта «Кавказ- ская Ривьера» (Сочи). Правление извещает «господ акционеров о том, что дивиденд за 1916 г. по акциям ку- рорта Сочи будет оплачиваться Русско-Азиатским бан- ком». «Ввиду настойчивых просьб, сим уведомляем, что акции курорта второго выпуска давно полностью распро- даны». Какие политические события привлекали внимание чи- тателей «Русского слова» накануне Октябрьской рево- люции? Истекающая кровью армия все еще держала фронт. Из Ставки сообщали: «Северный, западный, юго-западный и румынский фронты — перестрелка и действия разведывательных партий. Кавказский фронт — ничего существенного. Балтийское море — без перемен». Другие новости: Морской бой в Каттегате. Керенский о помощи союз- никам. Вот что сообщало «Русское слово» о положении на фронтах. В «Совете Российской республики» происходили пре- ния о внешней политике. Речи Пешехонова, Потресова, Соколова, Терещенко. Из Петрограда сообщали, что «петроградские советы делают все усилия, чтобы подчинить своему влиянию петроградский гарнизон». «Вчера Военно-революционный комитет совета разо- слал в военные части предписания не подчиняться рас- 277
поражениям военного начальства, не подписанным коми- тетом, и назначил во все части комиссаров». «Ввиду нерешительности, проявляемой начальником военного округа полковником Полковниковым, Керенский вызвал начальника штаба округа полковника Багратуни, которому даны были инструкции потребовать от петро- градских советов аннулировать телефонограммы Воен- но-революционного комитета о неподчинении штабу». Тревогу среди читателей «Русского слова» могла вы- звать заметка под заголовком «Законодательство москов- ских большевиков». Газета сообщала, что в соединенном заседании советов рабочих и солдатских депутатов при- нят «проект революционного декрета № 1». Об'являлось о подписке на акции общества железоде- лательного, сталелитейного и механического заводов Сор- мово. Правление акционерного общества «Скороход» приглашало пайщиков на чрезвычайное общее собрание. «Предметы занятия: вопрос об увеличении основного ка- питала». Некий Иорданов сообщал о том, что ему нужна земля «до 5—6 тысяч квадратных саженей для построй- ки фабрики». И обо всем этом — 24 октября, за день до вооружен- ного «выступления петроградского пролетариата! В Московском драматическом театре шел «Павел I». В Камерном — «Фамира Кифаред». В театрах легкого жанра — «Зеркало девственниц», «Игривые воспомина- ния дедушки», «Политические беседы извозчиков», «Рос- сийский Наполеон», «Шпанская мушка», «Принцесса дол- ларов», «Король веселится», «Ко всем чертям», «Блудлив, как кот», «Дон Померанцо и дон Помидоро», бенефис Вертинского... Именно таким, в изображении буржуазной газеты, вы- глядел московский день 24 октября 1917 г. — последний день и последняя ночь московской и российской буржуа- зии. Старая Москва умерла... Каким незаметным и хрупким кажется Дом союзов — бывшее «Благородное собрание» — рядом с монументаль- ным зданием Дома Совнаркома в Охотном ряду. Но ве- личественный Колонный зал навсегда останется в памя- ти современников Октябрьской революции. 278
Здесь происходили конференции и с'езды; здесь в студеные январские ночи, под сенью боевых знамен, с боевым орденом на груди лежал Ленин. Лютый мороз, суровое дыханье московской зимы врывались в этот строгий траурный зал вместе с тыся- чами и сотнями тысяч людей, пришедшими сюда, чтобы проститься с Лениным. Дом генерал-губернатора на прежней Тверской пло- щади, выстроенный в 1780 г. фельдмаршалом графом Чернышевым. Этот старинный дом, построенный из кам- ней Белого города, обновился и пламенеет алыми краска- ми. Здесь был штаб революции в октябрьские дни, Мос- ковский совет рабочих и солдатских депутатов. Этому зданию как бы грозил обнаженной саблей бронзовый ска- чущий генерал Скобелев. Теперь здесь возвышается обе- лиск Свободы, и на том месте, где была гауптвахта, под- нимается строгий массив здания Института Маркса — Энгельса — Ленина. В залах бывшего Английского клуба, где играли в вы- сокую политику опальные вельможи, — Музей Револю- ции. Цитадель московской аристократии превратилась в собрание редчайших документов и реликвий той самой революции, которая свергла владычество русских поме- щиков и буржуазии. Те, кто помнит старое здание городской думы, его казенный и унылый облик «присутственного места» цар- ского времени, особенно остро воспринимают высокое значение той перемены, которая произошла в этих сте- нах. Здесь находится Музей Ленина — гордость Москвы и всей нашей страны, — место, куда стекаются со всех концов земли агитаторы, пропагандисты, молодые уче- ные. Какую притягательную силу имеет Москва для всех народов нашей страны! Как рвется сюда молодежь, в ка- ком волнении она покидает вагоны дальних поездов и впервые в жизни спускается в сверкающие мрамором и огнями подземные залы метрополитена. И все расписано по часам, по минутам: Музей Ленина, Музей Революции; сокровищница русского искусства — Третьяковская гал- лерея; и деревянный особнячок в прежних Хамовниках, 279
на улице Льва Толстого, где коренастый старик с остры- ми, видящими человека насквозь, глазами писал за про- стым рабочим столом «Отца Сергия». Правду сказать, всегда завидуешь всем, приезжаю- щим в Москву, которые впервые видят столицу с ее пре- красной новью. * * * Прочитав эту книгу, читатель совершил путешествие в недалекое прошлое нашей родины, в былые дни на- шей столицы. И законной гордостью дышали слова товарища Сталина на XVII с'езде партии: «Изменился облик наших крупных городов и промыш- ленных центров. Неизбежным признаком крупных горо- дов буржуазных стран являются трущобы, так называе- мые рабочие кварталы на окраинах города, представляю- щие груду темных, сырых, большей частью подвальных, полуразрушенных помещений, где обычно ютится неиму- щий люд, копошась в грязи и проклиная судьбу. Рево- люция в СССР привела к тому, что эти трущобы исчез- ли у нас. Они заменены вновь отстроенными хорошими и светлыми рабочими кварталами, при чем во многих случаях рабочие кварталы выглядят у нас лучше, чем центры города». Если читатель молод и память его не обременена воспоминаниями, то, читая эту книгу, он, вероятно, не- редко изумлялся: — Неужели так жила Москва? Неужели оно так и было?.. Как хорошо, что это далеко от сегодняшнего дня, что это безвозвратно миновало! Как хорошо жить и ра- ботать в сегодняшней Москве, в замечательной столице великого Советского Союза! 10 июля 1935 г. за подписями товарищей Сталина и Молотова было опубликовано постановление Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) «О генеральном плане реконструк- ции города Москвы». В этом постановлении читаем: « Стихийно развивавшаяся на протяжении многих веков, Москва отражала даже в лучшие годы своего развития характер варварского российского капитализма. Узкие и кривые улицы, изрезанность кварталов множеством пе- реулков и тупиков, неравномерная застройка центра и 280
периферии, загроможденность центра складами и мелки- ми предприятиями, низкая этажность и ветхость домов при крайней их скученности, беспорядочное размещение промышленных предприятий, железнодорожного транс- порта и других отраслей хозяйства и быта — мешают нормальной жизни бурно развивающегося города, в осо- бенности городскому движению, и требуют коренного и планомерного переустройства. ЦК ВКП(б) и СНК СССР устанавливают, что на ос- нове решений июньского пленума ЦК ВКП(б) 1931 г. широко развернуты работы по реконструкции городского хозяйства Москвы, благодаря чему жизненные условия трудящихся города значительно улучшены, — строитель- ство метрополитена и канала Москва—Волга, расширение важнейших центральных улиц и площадей, сооружение гранитных набережных и усовершенствованных мосто- вых, общественных, жилых домов и школ, фабрик-кухонь и столовых общественного питания, заводов механизиро- ванного хлебопечения и холодильников, развитие тепло- фикации и упорядочение снабжения населения топливом, рост водоснабжения, улучшение дела очистки города и т. д... ЦК ВКП(б) и СНК СССР считают, что во всей рабо- те по перепланировке города должно быть достигнуто целостное архитектурное оформление площадей, магист- ралей., набережных, парков, с использованием при строи- тельстве жилых и общественных зданий лучших образ- цов классической и новой архитектуры, а также всех до- стижений архитектурно-строительной техники. Холмистый рельеф Москвы, Москва-река и Яуза, разрезающие город в разных направлениях, богатейшие парки города — Ленинские горы, парк им. Сталина, Сокольнический парк, Останкинский, Покровско-стрешневский с Химкинским водохранилищем, — все это позволяет об'единитъ все раз- нообразие отдельных частей города, создать подлинно социалистический город». В основу плана реконструкции Москвы положена сталинская забота о человеке, забота о нуждах и удобст- вах населения, о том, чтобы человек жил хорошо, удобно и красиво. 281
«...строить и создавать высококачественные сооруже- ния для трудящихся, чтобы строительство столицы СССР и архитектурное оформление столицы полиостью отра- жали величие и (красоту социалистической эпохи». Население всей страны встретило с большим вооду- шевлением постановление о реконструкции советской сто- лицы. С огромным энтузиазмом начали московские боль- шевики работу по реконструкции своего города. В июле 1935 г. об'единенный пленум МГК ВКП(б) и Моссовета выразил настроение московских большеви- ков и всего трудящегося населения столицы в следующем постановлении: «Смелые и величественные задачи, поставленные ге- неральным планом реконструкции столицы Советского Союза, являются новым торжеством генеральной линии партии и доказательством неистощимой жизненной силы нашей страны, могущества ее индустрии и социалистиче- ского земледелия, являются выражением невиданных в истории и возможных только в пролетарском государ- стве величайших забот об улучшении жизни народа... Гением нашего Сталина создан новый величайший до- кумент победоносного социализма, зажигающий огнем творческого энтузиазма миллионные массы трудящихся и поднимающий их на завоевание новых высот социализ- ма, на борьбу за превращение Москвы в образцовую столицу социалистической родины». Заклятые враги социализма пытались сорвать, замед- лить, остановить чудесное преображение Москвы. Гнус- ные происки этих выродков советский народ пресек бес- пощадной рукой своей разведки. Поражает быстрота, с какой меняется облик Москвы. С каждым днем обновляется столица, с каждым днем стираются вековые морщины на лице старой Москвы. У большевиков слова не расходятся с делом. То, что еще недавно многим казалось неосуществи- мой мечтой, то, что еще недавно было сухими деловыми проектами, докладными записками, резолюциями и по- становлениями, — теперь стало реальной жизнью и прочно вошло в быт. У нас теперь есть метро. Лучшее в мире метро. Заме- чательное сооружение страны социализма. И под древ- 282
Хитровские обжорные ряды.
Брадобрей на Хитровке.
Дети Хитровки.
Уличная сценка в старой Москве.
ним городом, где в извечной темноте протекали древние речонки, продолжает кипеть работа: прокладываются но- вые линии подземной дороги. У нас теперь есть канал Москва — Волга. И с весны до поздней осени красивые, комфортабельные теплохо- ды плывут по тем местам, где еще недавно куры пере- ходили вброд, где еще недавно было сухое поле и мел- кий кустарник. Новые мосты гигантскими арками уже легли над Москва-рекой, радуя москвичей и всех советских граж- дан своей мощностью, простором и красотой. И розовый гранит новых набережных на протяжении десятков кило- метров окаймляет полноводную реку, принявшую волж- скую воду. Мы энергично проводим сталинскую реконструкцию столицы. Посмотрите на улицу Горького, на Охотный ряд, на Садовое кольцо, на 1-ю Мещанскую и Калужскую улицы, и вы увидите, как преображается Москва. Можно ли было прорубить широкие магистрали в старой Москве, где за каждый клочок земли надо бы- ло платить домовладельцам, где монахи требовали от го- родской управы плату за то, что на принадлежавшей мо- настырю земле прокладывали трамвайную ветку?! Как быстро привыкаешь к новому облику города! Трудно вообразить палисадники, откосы, спускавшиеся к тесной, замощенной булыжниками Садовой-Черногряз- ской, Садовой-Сухаревской, Садовой-Кудринской и др. Точно всегда бежали по этой широкой асфальтовой лен- те советские лимузины, мощные грузовики и троллей- бусы. Автомобиль влетает в тоннель. Над ним, как во сне, проплывает белоснежный теплоход канала Москва — Волга. Даже самую природу изменили большевики. Но- вые озера — водохранилища канала открываются проез- жему человеку на Ленинградском шоссе. Легкая стальная дуга моста переброшена через канал, зеленые рощи от- ражаются в созданных рукой человека озерах и реках. И высоко в небе сверкает золотая звезда на шпиле про- зрачного, как бы светящегося насквозь, речного вокзала в Химках. 283
В этой книге вы читали о московских трущобах, о мрачных, угарных ночлежках, притонах, о Хитровке, Гра- чевке и т. д. В социалистической Москве их нет и в по- мине. Они сметены с лица земли. На их месте выросли большие, многоэтажные, солнечные дома. Великие перемены произошли в рабочих районах, там, где тускло мигали керосиновые коптилки. Разве теперь эти улицы чем-нибудь отличаются от центра? Загляните в кварталы, окружающие шарикоподшипниковый завод имени Л. М. Кагановича и автозавод имени Сталина... Не осталось и следа от «прохоровских спален» на Трехгорке, где тяжко маялись рабочие семьи. И прочно и незыблемо вошла в быт рабочей семьи квартира в но- вом доме, чистый и светлый клуб и место в ложе орде- ноносного Большого театра. Но это, конечно, еще далеко не все. Каждый москвич знает, что наша столица с каждым месяцем, с каждым годом растет, все более и более хорошеет. Мы видим кон- туры будущей Москвы, ее новые проспекты, улицы, зда- ния, тоннели, памятники искусства, Дворец Советов — этот величавый памятник Ленину. И мы знаем, что это будет! В праздничные дни миллионы людей идут по обнов- ленным, нарядным улицам на Красную площадь. Там, у мавзолея, у гробницы друга и учителя своего, они встречают человека, мудростью которого растет и процветает наша страна, ее города и села, ее столица, именем которого названа величайшая эпоха в истории че- ловечества.
БИБЛИОГРАФИЯ Амвросии, епископ Дмитровский. Два публичных чтения о свободе печати с точки зрения пра- вославной церкви в зале Московской городской думы 17 и 18 марта 1882 г., М. 1882 г. Белоусов И. А., Ушедшая Москва. Записки по личным воспомина- ниям с начала 1870 г., М. 1927 г. Воронов М. А. и Левитов А. Н., Московские норы и трущобы, т. I—II, 1866 г. Гиляровский В., Друзья и встречи, М. 1934 г. Гиляровский В., Москва и москвичи (воспоминания), М. 1926 г. Давыдов Я. В., Из прошлого, 1914 г. Духовская В., Из моих воспоминаний, СПБ. 1900 г. Егоров (Конспаров А.), Страницы прожитой жизни (1840—1882), т. I—II, Одесса 1913 г. Извольский А. П., Воспоминания (бывш. министра иностранных дел), П. М. 1924 г. Иокимович Е. М., Мануфактурная промышленность в прошлом и на- стоящем. Козлинина Е. И., За полвека. Воспоминания (1862—1912), М. 1913 г. Краснов В., Ходынка (рассказ не до смерти растоптанного), М., 1926 г. Лукин А. П., Отголоски жизни (наблюдения и заметки), т. I—II, 1900—1901 гг. Львов Л. (Л. М. Клячко), За кулисами старого режима (воспоми- нания журналиста), Л. 1926 г. Мартьянов Я. К., Дела и люди века, т. I—II, СПБ. 1893-—1896 гг. Мгебров А. А., Жизнь в театре, т. I, M.—Л. 1932 г. Михневич И., Наши знакомые. Фельетонный словарь, СПБ. 1884 г. 285
Найденов Н., Воспоминания о виденном, слышанном и испытанном. М. 1905 г. Окороков В. П., Возвращение к честному труду падших девушек. (Сфера деятельности учреждений Марии Магдалины в Москве), М. 1888 г. Отчет о деятельности центрального санитарного бюро и городских амбулаторий г. Москвы для освидетельствования проституток, М. 1890 г. Пазухин А. М., Из сборника «Москва на рубеже двух веков», 1902 г. Сборник очерков по городу Москве. Общие сведения по городу и обзор деятельности Московского городского общественного управления. М. 1897 г. Соболева В., Петушиные бои, М. 1874 г. Современное хозяйство гор. Москвы, под редакцией И. А. Вернера, М. 1913 г. Союз русского народа. По материалам чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства. 1917, Сост. А. Черняв- ский, М.—Л. 1929 г. Спиридович А., Записки жандарма, Харьков (год не указ.). Стено- графические отчеты о собраниях Московской городской ду- мы — 1898, 1899, 1901, 1902, 1906, 1907, 1908, 1913, 1914 гг. Тернер Ф. Г., Воспоминания жизни, т. I—II, СПБ. 1910—1911 гг. Труды с'ездов уполномоченных дворянских обществ: VIII с'езд—5—11 марта 1912 г., IX с'езд—3—9 марта 1913 г., XII с'езд—9—13 февраля 1916 г. Шебуев Н., Негативы. Избранные фельетоны из «Руси» за 1904 г., СПБ. 1905 г. Янжул И. И., Из воспоминаний и переписки фабричного инспекто- ра первого призыва, СПБ., 1907 г. «Вперед» — 1905 г. «Звезда» — 1910, 1911, 1912 гг. «Искра» — 1901, 1903 гг. «Невская звезда» — 1912 г. «Правда» — 1912 г. «Пролетарий» — 1905 г. «Рабочий труд» — 1912, 1914 гг. «Северная правда» — 1913 г. «Библиотека для чтения» —1864 г. «Брачная газета» — 1906 г. «Будильник» — 1884, 1893 гг. «Вече» —1907, 1908 гг. «Вечерние известия» — 1912 г. «Голос Москвы» — 1907, 1908, 1909, 1910, 1911, 1912, 1913, 1914, 1915 гг. «Журнал заседаний Московской городской думы» — 1891 г. «Зритель» —1881 г. «Известия Московской городской думы» — 1892, 1895, 1902, 1903 гг. 286
«Исторический вестник» —1897, 1883 г. «Копейка» —1910, 1911, 1912, 1913, 1914 гг. «Минувшие годы» — № 5—6 за 1908 г. «Московские ведомости» — 1892, 1904, 1907, 1908, 1909, 1913 гг. «Московский вестник» — 1911 г. «Московский листок» — 1903, 1907, 1908, 1909, 1910, 1911, 1912, 1913 гг. «Московская газета» — 1910, 1911, 1912 гг. «Накануне» — 1907 г. «Новь» — 1914 г. «Новое время» —1906, 1914 гг. «Раннее утро» —1908, 1909, 1910, 1911, 1912, 1913, 1914 гг. «Руль» —1908, 1910, 1911 гг. «Русская земля» — 1910 г. «Русские ведомости» —1863, 1864, 1865, 1907, 1909, 1910, 1911, 1912, 1913 гг. «Русский голос» — 1907 г. «Русское богатство» — 1902 г. «Русское обозрение» —1896 г. «Русское слово» — 1902, 1905, 1906, 1907, 1908, 1909, 1910, 1911, 1912, 1913, 1914 гг. «Столичная копейка» — 1911 г. «Столичная молва» —1908, 1910, 1911, 1912, 1913 гг. «Студенческая жизнь» —1910, 1911 гг. «Судебная летопись» —1912 г. «Утро России» — 1907, 1909, 1910, 1911, 1912, 1913, 1914 гг. Доклад № 45 комиссии по составлению проектов обязательных по- становлений для городских жителей Московской городской думы за 1892 г. Доклад комиссии по составлению проектов обязательных для город- ских жителей постановлений Московской городской думы от 30 октября 1892 г. Второй годичный отчет Кожевнического отделения первого Москов- ского общества трезвости за 1900 г., 3-й годичный отчет 1898 г. Доклад № 36 финансовой комиссии от 1 марта 1905 г. Доклад № 143 комиссии о пользах и нуждах общественных 5 мая 1905 г. Доклад № 95 комиссии по составлению проектов обязательных для местных экипажей постановлений 11 апреля и 16 мая 1905 г. Доклад № 205 комиссии по эксплоатации Винно-соляного двора 7 июля 1905 г. Доклад № 245 комиссии о пользах и нуждах общественных 1 сен- тября 1905 г. Доклад № 345 комиссии о пользах и нуждах общественных 1 сен- тября 1905 г. Доклад № 286 комиссии о пользах и нуждах общественных 13 — 23 сентября 1905 г. Доклад № 293 комиссии о пользах и нуждах общественных и городской управы 3 октября 1905 г. Доклад № 10 Московской городской управы 23 января 1913 г. 287
Доклад № 32 Московской городской управы по вопросу о соору- жении обелиска в память 300-летия воцарения дома Рома- новых 8 февраля 1913 г. Доклад № 321 комиссии по составлению проектов обязательных постановлений и Московской городской управы 4 июня 1914 г. Доклад № 345 комиссии о пользах и нуждах общественных 25 ав- густа 1914 г. Доклад № 437 соединенного совещания городской управы и комис- сии гласных по мероприятиям, вызванным войной 1914 г., 22 октября 1914 г. Доклад № 53 городской управы об устройстве в городе Москве общественных уборных, порядке заведывания ими и штатах служащих при них, с заключением комиссии финансовой и по внешнему благоустройству города. Отчет о деятельности Московской городской управы за 1914 г. Письмо В. Г. Орлова товарищу министра внутренних дел В. Ф Джунковскому от 30 ноября 1913 г. Письмо В. М. Пуришкевича С. П. Белецкому от 30 октября 1913 г. Письмо протоиерея И. И. Восторгова И. Л. Горемыкину от 28 фев- раля 1914 г. Протокол допроса редактора—издателя газеты «Маяк» А. Н. Грена 20 июля 1906 г. Протокол допроса редактора газеты «Вече» В. В. Оловенникова 20 июля 1906 г.
ОБОЗНАЧЕНИЕ СОКРАЩЕННЫХ СЛОВ МОАУ — Московское областное архивное управление. ИА 1 ИА 2 Исторический архив № 1, 2, 3. ИА 3 ф. — фонд. д. — дело. св. — связка. л. — лист. в. — вязка. АНХ — Архив народного хозяйства № 1. Канц. — канцелярский. арх. — архив.
СОДЕРЖАНИЕ Стр К ЧИТАТЕЛЮ 3 НАЧАЛЬНИКИ И «ОТЦЫ ГОРОДА» 12 УБОГИМ ВЫЛО ГОРОДСКОЕ ХОЗЯЙСТВО ДОРЕВОЛЮ- ЦИОННОЙ МОСКВЫ 53 ГОРОД УТОПАЛ В ГРЯ^И 96 ТАК ЖИЛИ ДВОРЯНЕ, КУПЦЫ, ФАБРИКАНТЫ И ПОПЫ 136 ТАК ЖИЛИ ТРУДЯЩИЕСЯ И ИХ ДЕТИ 185 КАК БЫЛО ПОСТАВЛЕНО НАРОДНОЕ ПРОСВЕЩЕНИЕ . 232 ДНО КАПИТАЛИСТИЧЕСКОГО ГОРОДА 267 ПОСЛЕСЛОВИЕ 276 БИБЛИОГРАФИЯ 285 ОБОЗНАЧЕНИЕ СОКРАЩЕННЫХ СЛОВ 289
Отв. редактор А. ШПАЕР Техн. редактор Н. ТИХОНОВ Переплет, форзац, титул и заставки худ. И. Кричевского Сдано в производство 2/III 1939 г. Подписано к печати 16/IX 1939 г. Московский рабочий № 63. Мособлгорлит Б-7359 Формат бумаги 82X1101/32. Уч.-изд. л. 27. Объем 181/4+31/8 п. л. Тираж 8 000. Заказ 251. Цена 8 руб. Переплет 2 руб. Набрано в тип. изд-ва „Московский рабочий", Петровка 17. Отпечатано на ф-ке юношеской книги изд-ва ЦК ВЛКСМ „Молодая гвардия", ул. Фрид- риха Энгельс!, 46. Заказ № 1254