о о
Рассылается по специальному списку
4 2 R
■ ■* in
РОБЕР БОРДАЗ
НОВЫЙ
ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КУРС
СОВЕТСКОГО СОЮЗА
(1953—1960)
ИЗДАТЕЛЬСТВО
ИНОСТРАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Москва, I960

РОБЕР БОРДАЗ
НОВЫЙ
ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КУРС
СОВЕТСКОГО СОЮЗА
(1953—1960)
Перевод с французского
и*л
ИЗДАТЕЛЬСТВ О
ИНОСТРАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Москва, 1960

ROBERT BORDAZ
LA NOUVELLE
ECONOMIE SOVIETIQUE
(1953-1960)
Paris, I960

ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА
Робер Бордаз — видный французский экономист и
правовед, государственный советник, живший в последние годы
некоторое время в Советском Союзе.
В своей книге «Новый экономический курс Советского
Союза (1953—1960)» Бордаз пытается с позиций
буржуазного экономиста проанализировать важнейшие решения
Коммунистической партии и Советского правительства,
принятые после 1953 г. в области промышленности, сельского
хозяйства, строительства и народного образования.
Автор не может не признать крупных успехов Советского
Союза во всех этих областях, роста авторитета
Коммунистической партии, которая, как он пишет, «сейчас более, чем
когда-либо раньше, является фактором единения народа».
В то же время Бордаз выступает как ярый апологет
капитализма, злобно критикуя отдельные стороны хозяйственной
деятельности в СССР (метод начисления премиального
фонда, низкое качество жилищного строительства, организацию
труда в колхозах и т. д.), позволяя себе резкие выпады против
социалистического строя в целом. Он утверждает, что
«колхозный строй неразумен», говорит о каких-то привилегиях
«нового класса», о «глубоких изменениях советского
общества», к которым якобы приведет перестройка управления
промышленностью, кричит о необходимости «экономического
противодействия» Советскому Союзу на международной
арене.
В целях информации Издательство иностранной
литературы направляет читателям полный перевод книги Робера
Бордаза «Новый экономический курс Советского Союза
(1953—1960)».

ПРЕДИСЛОВИЕ
Можно ли забыть прием, оказанный нам однажды в
весенний воскресный день в скромном рабочем жилище
километрах в двадцати от Москвы? Впервые довелось нам тогда
побывать на квартире у советских людей и познакомиться с
их бытом.
Итак, когда мы расположились было прямо на траве,
чтобы закусить, к нам подошел человек лет этак около
сорока. Получив от нас заверение, что «французы — также
сторонники мира», он проникся к нам дружелюбием и
пригласил к себе домой.
Познакомив нас с двумя женщинами и мужчиной, вместе
с которыми он проживал, он поспешил купить для нас
водки и закуску. Хозяйка дома стала угощать детишек
пасхальными яйцами и пирожками с мясом. Как это принято в
подобных случаях, мы обменялись множеством тостов и
пожелали друг другу всяческого благополучия. Вино создало
атмосферу несколько искусственно подогретого веселья.
Через приоткрытую дверь видно было местных жителей,
пристально разглядывавших нас — иностранцев. Наши
гостеприимные хозяева проявили большой интерес к нашему
образу жизни и в то же время не преминули сделать нам ряд
благожелательных наставлений. Как ответственное лицо
нашей группы, я- опасался, что после обмена обычными
любезностями вся эта атмосфера благодушия станет более
натянутой — хозяев начнет коробить наша излишняя
сдержанность, а мы не станем выслушивать без возражений их
высказывания на политические темы.
Но все обошлось очень хорошо, и приблизительно через
час нас отпустили. Не спеша, сопровождаемые
гостеприимными хозяевами, которые стали чуть ли не нашими
близкими друзьями, мы вернулись к своей машине.
Перед нашим уходом они попросили нас рассказать
французским рабочим о благосостоянии русских рабочих.
Однако, несмотря на всю добросердечность их приема, мы
были поражены обстановкой нищеты и обездоленности,
царившей в этом двухкомнатном домике, где проживало чет-
5

веро чужих друг другу людей. Я хотел было пуститься в
рассуждения по этому поводу, но сдержался, ибо рабочим-
французам это не понравилось бы.
Когда я писал эту книгу, я часто вспоминал об этой
встрече. Чувство самоудовлетворенности, подкрепляемое
игнорированием самых неоспоримых фактов, убеждение в
своем превосходстве и в то же время чистосердечность и
великодушие, способное обратиться в ярость, если его
обмануть,—весь этот комплекс впечатлений, которые производит
на французов советская политика, мне удалось сразу же
ощутить, беседуя с этим рабочим. Впоследствии, во время
своих бесед с советскими гражданами — бесед, носивших
более деловой характер, — мне часто приходилось
сталкиваться с подобными противоречиями. В России, этой стране
контрастов, где материализм уживается рядом с мистицизмом,
со времени смерти Сталина происходит эволюция, конец
которой мы не в состоянии пока предвидеть. Скоро будет семь
лет, как начался процесс «десталинизации», проходящий с
переменным успехом. В каком состоянии находится
советская экономика? Куда ведет Россию стремление к свободе и
достатку? Я старался описать пройденный путь,
определить предположительные пределы эволюции
Советского Союза в современных рамках его экономики, но
одновременно также указать и на возможности, которыми мы
располагаем, чтобы содействовать впоследствии новому
прыжку в царство свободы, если только Запад, и в
частности Франция, проявит одновременно со стремлением к
быстрому экономическому прогрессу подлинную приверженность
к общечеловеческим ценностям, взамен которых марксизм
не может ничего предложить.
Несмотря на все трудности, связанные с освещением
столь обширной темы, я счел полезным прибегнуть к
широким обобщениям; надеюсь, что читатель простит недочеты,
неизбежные в подобного рода исследованиях.
Париж, 15 января I960 года

ВСТУПЛЕНИЕ
Основные черты советской экономики в 1953 году
Когда в 1953 году Сталин умер, он оставил после себя
монолитное государство. Сей азиатский властитель,
молчаливый и жестокий, создал общественный строй, который
вплоть до 1941 года успешно противостоял враждебному
миру, а затем одержал победу в войне против Гитлера в
1941 —1945 годах. Сталин, по его собственным словам, лишь
проводил в жизнь учение Ленина. Но коммунистический
режим во многом формировался под влиянием воздействия
самого Сталина на разные стороны конкретной
действительности, а также на основе практики.
Сталин, как и Ленин, проповедовал марксистское
мировоззрение и идеи диалектического материализма в том
виде, как они были изложены Марксом и Энгельсом. Однако,
превзойдя своего учителя, он сумел путем применения таких
методов планирования, которые доселе никогда еще не
практиковались, превратить отсталую страну в крупную
промышленную и военную державу.
До революции Россия была очень бедной страной.
Правда, начиная с конца XIX века в ней наблюдался некоторый
подъем экономики, стимулируемый ввозом иностранного
капитала. Рост промышленного производства достиг 5% в год,
однако это произошло довольно поздно, незадолго до
революции, и не могло серьезно отразиться на уровне жизни.
Россия, эта огромная, преимущественно
сельскохозяйственная страна, все еще отличавшаяся своими восточными
нравами, отвергла капиталистические формы развития
западного происхождения, которые не успели еще пустить
достаточно глубокие корни в мышлении русских. Если исходить из
марксистской теории, то приходится безусловно признать,
что царская Россия не созрела для революции, поскольку,
согласно этой теории, революция и установление диктатуры
пролетариата должны произойти лишь после того, как
промышленность достигнет достаточно высокого уровня
развития. И вот, в этой непромышленной стране, ставшей на путь
автаркии и сделавшей Москву своей столицей, Сталин
насильственным путем создал крупную промышленность по за-
7

падным образцам, обеспечив задним числом условия,
теоретически необходимые для свершения революции. Вся эта
деятельность стала проводиться начиная с 1928 года, после
жарких дискуссий по поводу разных путей планирования и
методов, способных обеспечить выделение из национального
дохода излишков на капитальные вложения в народное
хозяйство. Все эти мероприятия осуществлял Сталин, который
пользовался всякой представлявшейся для этого
возможностью.
Уже начиная с первого пятилетнего плана (1928—1932),
Сталин предусмотрел создание таких крупных предприятий,
как Магнитогорско-Кузнецкий промышленный комплекс:
уголь, добываемый в Кузбассе, перевозится на расстояние
около 2 тыс. км в Магнитогорск, где создается
металлургический комбинат. Одновременно строится ряд
гидроэлектростанций (как, например, близ Днепропетровска). В
конечном итоге основные задания первого пятилетнего плана по
производству успешно выполняются, но интересы
потребления при этом сознательно приносятся в жертву.
В то время как задания второго пятилетнего плана,
охватывающего период времени с 1933 по 1937 год, отличаются
большей умеренностью, давая возможность увеличить
производство промышленных потребительских товаров
приблизительно на 100% (согласно советским данным), в третьем
пятилетнем плане (1938—1942) приоритет тяжелой
промышленности выступает еще резче, чем в первом. Этим планом
вновь предусматривается строительство крупных
металлургических заводов, а с целью развития транспорта, явно не
удовлетворяющего растущие потребности, проектируется
построить 11 тыс. км железных дорог.
Выполнение третьего пятилетнего плана оказалось
сорванным в результате германского нашествия в 1941 году,
но производство вооружения благодаря патриотической
поддержке со стороны населения, подвергшегося жестоким
испытаниям во время войны, продолжалось бесперебойно.
Целые заводы были перебазированы с европейской территории
России на Урал — замечательный подвиг! К 1945 году
Россия оказалась обескровленной, потери в людях и
материальных ресурсах были огромны. В результате, когда в марте
1946 года Верховный Совет устанавливает задания
четвертого пятилетнего плана (1946—1950), уровень производства,
запланированный на последний год этого плана, то есть на
1950 год, оказывается ниже заданий, предусмотренных в
свое время на 1942 год, особенно в области производства
электроэнергии и добычи угля.
В пятом пятилетнем плане (1950—1955) мы снова видим
грандиозный размах. Планом предусматривается широкая
программа капитального строительства, а также программа
8

индустриализации Сибири, где создаются многие
промышленные комбинаты и строятся новые города.
И все это время, невзирая на превратности судьбы,
Сталин неуклонно шел к своей заветной цели, полностью
пренебрегая при этом непосредственными нуждами населения.
В стремлении изменить человеческую натуру и побудить
к деятельности столь беспечный и примитивный народ он
прибегает больше к мерам принуждения, чем убеждения.
Органы информации неустанно занимаются разъяснением
смысла нового плана и знакомят население с достигнутыми
успехами. Однако за всей этой пропагандой скрывается
принуждение. Лицам, занимающим ответственные должности, и
даже тем, кто выполняет лишь скромные функции, угрожает
тюрьма за малейший промах. К концу своей жизни Сталин,
став еще более жестоким и подозрительным, убежденный в
том, что на его жизнь готовится покушение, начинает
раскрывать действительные и воображаемые заговоры,
усиливает репрессии, внушенные ему, как говорили, Берия,
который, видимо, был его злым гением. Министры вводят
железный режим для работающих под их началом
руководителей и директоров предприятий; последние, чтобы добиться
выполнения производственных планов, вводят на своих
предприятиях суровую дисциплину. В течение этого периода
многих руководителей обвиняют во вредительстве
вследствие неудовлетворительности достигнутых ими результатов.
Своими работниками-хозяйственниками, так же как и
политическими работниками, Сталин руководит через
партию. Осуществление на практике диктатуры пролетариата,
которая превратилась в единоличную диктатуру, возлагается
на членов коммунистической партии — правоверных, чье
руководство распространяется на все стороны жизни страны.
Они действуют в тесной связи с органами государственной
безопасности.
Какого бы мнения ни придерживаться об этих методах,
необходимо признать, что не так-то легко было привести в
движение русских, которые, несмотря на все свои
неоспоримые достоинства, по природе своей беспечны и анархичны.
Принуждение позволяет предотвращать все
поползновения производителей к независимости; задачи, стоящие перед
ними, продиктованы им властью. После отмены частной
собственности на средства производства не существует
больше места для решений, принимаемых в децентрализованном
порядке.
Личная собственность в Советском Союзе не дает ее
обладателям какого-либо влияния на экономическое развитие
страны. И надо сказать, что именно на таких условиях
строилось развитие этого вида собственности. Служащие и
рабочие свободно распоряжаются получаемой ими заработной
9

платой. Сбережения поощряются и могут принимать самую
различную форму.
Относительно крупные денежные суммы вложены в
государственные облигации и в сберегательные кассы. Личное
имущество, как, например, движимость, жилые дома и
особенно загородные дачи, достигает иногда значительной
ценности.
После войны, которая знаменовала собою прекращение
тенденции роста революционного духа, было в значительной
мере восстановлено право передачи личной собственности.
Ограничение права наследования суммой в 10 000 руб.,
установленное Гражданским кодексом 1922 года, было отменено
поправкой, принятой 15 февраля 1926 года. Однако налог
на наследство достигал тогда 90% от общей суммы
наследства. Налог этот был отменен в 1943 году. Прогрессивный
подоходный налог не превышает 10%.
В сталинский период создалось неравенство, порой
весьма резкое, между материальным положением отдельных
категорий лиц вследствие большой разницы в получаемой
зарплате, которая достигала 1 : 50. Сталин утверждал,
конечно, что в России существует лишь два класса — рабочих
и крестьян; по его словам, «интеллигенция», то есть
служащие высших категорий и работники литературного труда,
представляет собою лишь общественную прослойку, которая
пополняется из рабочей или крестьянской среды. Так или
иначе, резкое экономическое неравенство должно с течением
времени привести к существенным различиям в образе
жизни и во взглядах на жизнь между руководителями и
народными массами. Также несомненно, что социальное
неравенство должно постепенно приобретать наследственный
характер, а это способствует сохранению социальных групп,
сложившихся на основе профессиональных и дружественных
^связей входящих в них лиц.
Зато почти все средства производства сосредоточены в
руках государственной власти. Промышленность, равно как
и вся товаропроводящая сеть, принадлежит государству, за
исключением незначительного количества кооперативов. В
сельских местностях средства производства, не являющиеся
собственностью государства, составляют собственность
колхозов. Колхозы владеют землей на кооперативных началах,
при усиленном контроле со стороны государства.
Исключение составляют лишь остающиеся в личном владении
колхозников мелкие земельные участки, размер которых
зависит от местности (например, 0,3 га), да несколько голов
скота, которых членам колхозов разрешается иметь.
Именно в деревне осуществление коммунистических идей
встретило наибольшие трудности, ибо здесь партии
пришлось побороть свойственный крестьянам индивидуализм.
10

Задача заключалась в устранении остатков частной
собственности. Наряду с планированием коллективизация
деревни явилась крупнейшей задачей, которую Сталину
приходилось разрешать в 30-х годах. Не имея возможности
заменить частные хозяйства совхозами, он вынудил частных
собственников вступать в колхозы.
Пришлось вести жестокую борьбу, чтобы ликвидировать
кулачество, — решение совершенно в духе Сталина. Он
считал необходимым прибегнуть к такой мере с целью изъять
у крестьян излишки товарной продукции, которых не было у
слаборазвитой промышленности. В партии он выступил
против Бухарина, считавшего подобное мероприятие
неосуществимым. И в самом деле, его проведение требовало железной
воли, сочетания упорства, жестокости и хитрости,
неустанного приспособления инструкций и приказов к требованиям
момента. Чтобы постигнуть, сколько всевозможных
трудностей несла с собою коллективизация, следует прочитать
захватывающий роман Шолохова «Поднятая целина». В нем
описывается сопротивление кулачества, отказывавшегося
сдавать свой скот. И действительно, поголовье скота
уменьшилось вдвое, но поставленная задача была почти
полностью разрешена. В 1917 году из 367 млн. га пахотной
земли 232 миллиона находилось в частном владении. В 1940
году, согласно советским статистическим данным, 99,9% всей
посевной площади находилось во владении крестьянских
коллективных хозяйств. После аннексии Россией ряда
областей, которые не находились раньше под управлением
коммунистического режима, эта цифра несколько снизилась (до
89,4%), но уже в 1953 году она повысилась до 99,97%. Эти
данные, несомненно, несколько преувеличены. Так, в них не
находят отражения некоторые факты, и в частности наличие
небольших приусадебных участков земли у колхозников.
Однако остается несомненным фактом, что ликвидация
кулачества была полностью завершена.
I Хотя число совхозов увеличилось с 1407 в 1928 году до
4857 в 1953 году, из общей площади земли,
обрабатывавшейся в начале 1955 года, — 486 млн. га— совхозам
принадлежали лишь 88 миллионов, а во владении колхозов
находилось 396 миллионов.
Таким образом, налицо компромисс: Сталин сумел
полностью ликвидировать частную земельную собственность
кулаков, но ему не удалось ввести повсюду государственную
собственность на землю. Вот почему он принял меры к
усилению контроля над колхозами.
Каждая МТС опекает от 10 до 15 колхозов. Являясь
собственностью государства, МТС имеют в своем владении все
орудия сельскохозяйственного производства, то есть
тракторы, комбайны и даже грузовые автомобили. Колхозы вы-
11

нуждены арендовать у них все машины, причем арендная
плата вносится натурой. Помимо помощи, оказываемой ими
подобным образом в области ведения сельского хозяйства,
МТС, находящиеся в руках преданных коммунистов,
стремятся также проводить в колхозах линию партии.
Впоследствии с целью ликвидации местнических и
собственнических тенденций среди колхозов и колхозников
партия стала поощрять объединение колхозов. Предполагалось
при этом, что рост числа колхозников в укрупненных
колхозах будет способствовать получению ими больших выгод в
результате объединения их усилий, что в свою очередь
уменьшит приверженность крестьян к своим приусадебным
земельным участкам. Надеялись также, что на более
обширных и земельных массивах урожаи окажутся выше.
Проведение этой политики после войны в 40-х годах привело к
резкому сокращению числа колхозов — с 243 000 в 1940 году
до 123 500 в 1950 году и 93 300 в 1953 году, причем их общая
посевная площадь нисколько не уменьшилась.
Если право собственности осуществляется лишь в той
мере, в какой оно не препятствует решению
общегосударственных задач, то денежные средства находятся в руках
государственной власти и служат орудием проведения
политического курса. Отбросив в сторону наивно-утопические идеи
о ликвидации денежного обращения, Ленин и Сталин,
следуя взглядам Маркса в этом вопросе, сохранили систему
денежного обращения, придав деньгам новую роль.
Всем частным лицам разрешается свободно
распоряжаться внутри страны своими деньгами. Советские деньги —
единственное в своем роде орудие обмена. В 1935 году были
отменены все карточки на нормированное распределение
товаров; карточки были вновь введены лишь на время войны.
В отдельные периоды наблюдалась нехватка тех или иных
товаров, однако СССР не вводил на них карточек. В
результате покупателям приходилось подолгу простаивать в
очередях за дефицитными товарами. С другой стороны,
советские деньги представляют собою единственное в своем роде
мерило стоимости. Помимо государственного рынка,
существует (параллельно, конечно) и колхозный рынок, на котором
цены, устанавливаемые в результате свободного соглашения
между продавцами и покупателями, подвержены
значительным колебаниям и отличаются от цен в государственных
магазинах, которые ниже и более устойчивы. С другой стороны,
оплата труда колхозников производится натурой (в
исключительных случаях — деньгами) по количеству выработанных
условных «трудодней», оплачиваемых в зависимости от
урожая, собранного данным колхозом. Наконец, деньги могут
стать предметом накопления. Говорят, что среди ученых и
артистов встречаются иногда очень состоятельные люди.
12

Однако в общем и целом деньги в СССР лишены своей
обычной господствующей роли: уровень цен не определяется
здесь свободной игрой предложения и спроса, он
устанавливается государством. Начиная с 1947 года, когда был
проведен обмен старых денег на новые из расчета 10: 1, рубль
стал устойчивым, что объясняется проведением весьма
строгой бюджетной и торговой политики. Деньги служат
орудием, посредством которого государство осуществляет
контроль над всеми видами хозяйственной деятельности.
Госбанк занимается денежной эмиссией и предоставляет
краткосрочные кредиты, банки финансирования долгосрочных
вложений выдают долгосрочные кредиты, а Внешторгбанк
обеспечивает финансирование международных торговых
операций. Предприятия производят все расчеты между собой
через свои текущие счета в банке, а наличными деньгами
выдают лишь заработную плату и различные доплаты к ней.
Таким образом, каждая заключаемая сделка обязательно
проходит через Госбанк. Банки финансирования капитала
ных вложений, выдающие долгосрочные ссуды, располагают
всеми необходимыми данными для определения соответствия
заявок на ссуды с программами, утвержденными
правительством, и обязаны следить за строгим соблюдением режима
экономии.
Наконец, денежное обращение носит «замкнутый»
характер. Деньги не подлежат вывозу; вывоз денег
квалифицируется как преступление. Все международные коммерческие
операции проходят через Внешторгбанк и должны
соответствовать общеплановым заданиям и программам,
установленным Министерством внешней торговли. В результате
устраняется всякое влияние со стороны цен на
международных рынках на цены внутри страны. Зато цены на товары,
продаваемые за границу или импортируемые оттуда,
определяются исключительно на основе мировых цен.
Государство, таким образом, располагает всеми
рычагами, необходимыми для руководства экономикой.
Планирование носит всеобъемлющий характер и осуществляется из
Москвы. Права, которые Сталин предоставил отдельным
республикам, в частности в области культуры, не
затрагивают вопросов экономики. Руководство вопросами
государственного управления сосредоточено в Москве. Конечно,
планирование всегда подразумевает наличие какого-то
центрального решающего органа. Однако в условиях
сталинского режима процесс централизации зашел гораздо дальше
этого. Так, наряду с Госпланом руководство крупнейшими
предприятиями страны осуществляют министерства и
главные управления; централизованное планирование находит
свое практическое воплощение в физическом определении
объема подлежащей производству продукции.
13

Планом заранее намечаются все предстоящие
капитальные вложения. В условиях капитализма капиталовложения
осуществляются преимущественно предпринимателями.
Согласно марксистской теории, предприниматель, оплачивая
рабочую силу (то есть расходуя переменный капитал) ниже
стоимости произведенных ею продуктов труда, извлекает
прибавочную стоимость. Эта прибавочная стоимость
является источником предпринимательской прибыли, которая
расходуется на приобретение предметов потребления или идет
на расширение производства. В условиях социалистического
режима рабочий также не получает полной стоимости
затраченного им труда, поскольку всегда существует
необходимость в новых капиталовложениях. Однако здесь
прибавочная стоимость поступает в государственную казну в виде
налога с оборота или прибыли, причем государство же решает
вопрос о дальнейшем инвестировании. Поскольку изъятие
прибавочного продукта производится государством в
интересах всего общества, марксисты считают, что в этих
условиях нет уже больше места для экспроприации рабочих: та
часть продукции, которой лишается рабочий, используется в
интересах всего общества, а стало быть, в конечном счете в
его собственных интересах.
В СССР объем капитальных вложений устанавливается
в принципе в определенном процентном отношении к
национальному доходу и, таким образом, не ставится в
зависимость от колебаний в уровне процентных ставок или
валютных курсов. Напомним прежде всего, что под чистыми
капиталовложениями подразумеваются капиталы,
используемые на цели расширенного воспроизводства, то есть на
оборудование и создание необходимых материальных резервов, и
что при этом не учитываются расходы на амортизацию.
Таким образом, объем фонда накопления определяется
соотношением между суммой чистых капиталовложений и
национальным доходом за данный год.
В СССР считают необходимым, чтобы фонд накопления
достигал в среднем 25% национального дохода за год1.
Согласно советским источникам, именно так обстояло дело
1 Многие западные экономисты опровергают эту цифру. (См.
А. В е г g s о n, Soviet Economic Growth, 1953; Soviet National Income
and Product in 1937, chap. IV.) Большинство американских экономистов
считает, что в предвоенные годы объем валовых капиталовложений в
СССР составлял от 15 до 20% национального дохода и был равен
уровню капиталовложений в США. Зато объем чистых капиталовложений,
составлявший, по мнению тех же экономистов, от 12 до 15% национального
дохода, оказался выше уровня этих капиталовложений в США, поскольку
в США, где ряд предприятий уже устарел, износ основного капитала
был выше, чем в Советской России в начале индустриализации. Следует
добавить, что с ростом производства в СССР объем капитальных
вложений должен был после 1950 года возрасти.
14

при Сталине: 5% фонда накопления уходило на увеличение
оборотного капитала и накопление резервов и 20% в
основном на цели капитального строительства. Объем фонда
накопления в СССР выше, чем в капиталистических странах.
Конечно, необходимо сделать поправку на то
обстоятельство, что советская концепция национального дохода
отличается от западной. В балансе национального дохода СССР
не находит отражения стоимость всякого рода услуг, а
поэтому капиталистические страны при прочих равных
условиях определяют свой национальный доход в более
широком объеме, чем это делается в СССР. Зато стоимость
средств производства была при Сталине весьма
заниженной.
Если пренебречь теми 5% фонда накопления, которые
идут на пополнение материальных резервов, то окажется,
что в принципе четверть всех капитальных вложений
используется на строительство непроизводящих объектов, таких,
как жилища и школы. Весь остаток, то есть около 15%
национального дохода, идет на строительство объектов
непосредственно производственного назначения.
Установление доли фонда накопления в национальном
доходе в размере 25% не оправдывается никакими
теоретическими соображениями. Когда этот вопрос задают
советским экономистам, они отвечают: «Цифра в 25% подсказана
практическим опытом; именно такой объем фонда
накопления обеспечивает необходимые темпы развития экономики».
В действительности же дело идет лишь о приблизительной
оценке, причем следует иметь в виду три фактора,
влияющих на долю фонда накопления в национальном доходе и
обусловливающих колебания этой доли из года в год.
Объем капиталовложений должен обеспечить ежегодный
прирост промышленного производства в России в размере
10%. А как показывает опыт, для обеспечения роста
промышленного производства на 10% фонд накопления должен
достигать 25% национального дохода.
Доля фонда накопления может несколько меняться в
зависимости от тех или иных колебаний в объеме
капиталовложений, необходимых для достижения заданного роста
производства или производительности труда. Следует
учитывать здесь два фактора, действующих в противоположных
направлениях. Первый из этих факторов — технический
прогресс, обеспечивающий получение лучших конечных
результатов при относительно меньших капиталовложениях.
Фактором, оказывающим противоположное действие, может
явиться сокращение выработки ниже определенного уровня
производства; как правило, новое оборудование оказывается
более производительным, чем изношенное, однако это
правило не играет, несомненно, столь существенной роли в такой
15

огромной стране, как Россия, с ее огромными природными
ресурсами, порою едва используемыми.
Наконец, нельзя полностью пренебрегать и третьим
фактором, а именно: достигнутым уровнем жизни и максимально
возможными изъятиями, которые государство в состоянии
безболезненно производить из фонда потребления. Если для
осуществления поставленных ими перед собою задач
рабочие вынуждены довольствоваться малым и получать лишь
минимально необходимую заработную плату, то существует
также и обратный предел: уровень потребления не должен
повышаться слишком быстро, так как иначе аппетиты
разыграются, что вызовет в свою очередь новые требования.
Коль скоро определен общий объем фонда накопления,
остается распределить все капиталовложения между
отдельными отраслями производства.
Прежде всего приходится делать выбор между
производством средств производства (I подразделение) и
производством предметов потребления (II подразделение). Другими
словами, должны ли новые капиталовложения
способствовать увеличению производства угля, электроэнергии или же
они должны обеспечить рост производства, скажем,
текстильных потребительских товаров? Советские руководители
утверждают, что I подразделение должно пользоваться
приоритетом перед II подразделением, иначе говоря,
производство средств производства следует развивать более
быстрыми темпами, чем производство предметов потребления.
Идея преимущественного развития I подразделения, и
особенно тяжелой промышленности, вытекает из
марксистского учения. Согласно Марксу, в условиях развивающейся
экономики постоянный капитал, то есть стоимость машин и
сырья, растет быстрее фонда заработной платы, то есть
переменного капитала, названного так потому, что только эта
часть капитала является источником прибавочной стоимости.
Из этого несоответствия в росте постоянного и переменного
капиталов Маркс выводит свою теорию экономических
кризисов. В условиях капиталистического строя рост постоянного
капитала приводит с течением времени к перепроизводству:
товары не могут найти сбыт у рабочих, покупательная
способность которых чрезмерно низка. В условиях советского
строя опасности кризиса не существует, так как уровень
потребления определяется государством в соответствии с
достигнутым уровнем производства. Все эти идеи вполне
соответствовали планам на будущее, разработанным
Сталиным, и он проводил эти принципы с неуклонной
последовательностью, обеспечивая непрерывный рост постоянного
капитала «, в частности, рост тяжелой промышленности.
Сознательно принося интересы потребителей в жертву
будущему благосостоянию страны, Сталин осуществляет на
16

практике своего рода «фараоновскую» идею отношения к
людям.
Но сколь бы суровыми ни были тяготы, связанные с
осуществлением плана, конечным результатом является
появление на рынке предметов потребления. На производство каких
именно предметов потребления падает выбор?
На Западе вопрос этот решается сравнительно просто:
для этого достаточно действия закона предложения и
спроса, по крайней мере в принципе. Рост спроса на данный
продукт влечет за собою новые капиталовложения со стороны
предпринимателей.
В СССР существует возможность учитывать вкусы
потребителей. Даже в условиях плановой экономики, совершенно
лишенной соответствующей зарубежной информации,
представляется возможным рассчитывать себестоимость, цены и
регистрировать динамику спроса. Но ведь СССР располагает
также и сведениями об уровне цен в капиталистических
странах. Статистические органы в состоянии в любой момент
дать информацию о бюджете семьи; например, рабочие и
служащие, получающие 600 руб. в месяц, расходуют в среднем
40 руб. на жилище, 400 руб. на питание и 160 руб. на другие
нужды. Статистики устанавливают таким же образом и
бюджет рабочего, зарабатывающего 700 руб. в месяц; если он
также расходует 40 руб. на жилище, то на питание он
тратит уже 420 руб. вместо 400, а остаток уходит у него на
другие потребительские нужды. Если средний уровень
заработной платы, составляющий в начале данного пятилетнего
плана 600 руб., должен подняться к концу его до 700 руб., то
расчет будущего потребительского спроса производится .на
основе структуры нынешнего бюджета рабочего,
зарабатывающего 700 руб. На самом деле вопрос обстоит несколько
сложнее, поскольку при определении необходимых поправок
в производственных заданиях больше исходят из снижения
цен, чем из увеличения ставок заработной платы.
Советская власть сама решает, что именно следует
потреблять отдельным лицам. Так, например, она не
относится благосклонно к увеличению производства легковых
автомобилей. Поэтому, несмотря на значительный спрос, их
производится недостаточно. В результате автомобильные заводы
не в состоянии удовлетворить спрос на легковые
автомобили; люди составляют списки, образуют очереди и
дожидаются пять-десять лет, чтобы приобрести автомашину. В
случае, если государство сочтет такие очереди слишком уж
большими, ему остается лишь одно средство, чтобы восстановить
равновесие, — повысить цены. Несомненно, по этой именно
причине цены на автомобили и были недавно повышены.
Мотивы, которыми руководствуется Госплан, могут быть
самыми различными. Это может быть как опасение затова-
•2 Чак. 85
17

ривания, так и стремление избежать увеличения расходов на
ремонт дорожной сети. Госплан может также
руководствоваться видами на будущее. Один из руководителей Госплана
однажды в шутку сказал, что, зрело поразмыслив, можно
допустить, что в будущем Советской России не понадобится
много автомобилей, эксплуатация которых повлекла бы за
собой необходимость значительных расходов на дорожное
строительство. Никто не может возбранить ему мечтать о
том,- что Советская Россия минует этап усиленного
развития автомобильного транспорта и перейдет прямо к
индивидуальным вертолетам, которые стоят, конечно, намного
дороже, но не требуют зато никаких капитальных затрат на
дорожное строительство.
При всем этом учитываются и другие соображения,
преимущественно политического и морального характера.
Например, СССР стремится развивать просвещение; в результате
издается много книг и цены на них очень умеренны. С целью
увеличить число радиослушателей цены на радиоприемники
сравнительно невысоки. Словом, в плане отдается
предпочтение развитию таких объектов потребления, которые лучше
всего отвечают намеченной в нем общей линии развития.
Но предположим, что принято решение наладить
производство стольких-то сотен тысяч автомобилей. Теперь
возникает вопрос, каким образом это производство
организовать? Путем строительства одного крупного завода или же
многих заводов средней величины? Какие виды сырья
использовать?
В капиталистических странах вопрос о
капиталовложениях в подобных случаях решается, исходя из расчета
общей стоимости всех связанных с этим операций, причем
одним из элементов, учитываемых при этом, являются
проценты на вкладываемый в это строительство капитал.
Советские экономисты также стремятся класть соображения
рентабельности в основу своих расчетов, однако при калькуляции
себестоимости проценты на капитал в расчет ими не
принимаются. Правда, государство платит (или, вернее, платило)
проценты подписчикам на займы, однако общая теория
процентов на капитал рассматривается как теория
капиталистического происхождения. Проценты на затрачиваемый
капитал не могут входить составной частью в экономические
расчеты. Предположим, что нам приходится выбирать между
строительством двух заводов: строительство одного из них
должно обойтись очень дорого, зато он в состоянии
обеспечить крупное производство на длительный срок, причем
себестоимость продукции обещает быть невысокой; строительство
другого сопряжено с меньшими расходами, однако условия
производства здесь будут хуже и оно сможет продолжаться
менее длительное время. Как же решать вопрос в подобных
18

случаях? В течение многих лет инженерно-технические
работники, вдохновляемые примером, который им подавали
сверху, действовали по наитию, что в общем и целом
приводило к положительным результатам. Однако затем решили
как-то упорядочить это дело, и теперь действует следующее
правило: в тех случаях, когда для создания одного и того
же объекта производства возможно несколько различных
вариантов, их относительная рентабельность определяется на
основе срока, в течение которого окупятся данные
капиталовложения. Для расчета этого срока учитывается каждый раз
соотношение между общей суммой капиталовложений,
предусматриваемых каждым из двух представленных
вариантов, и разница между стоимостью эксплуатации каждого из
обоих вариантов с учетом первоначальных издержек. Этим
путем определяют, при каком из имеющихся вариантов
капиталовложения окупятся быстрее всего. Другими словами,
определяется срок амортизации.
Легко констатировать, что в силу многих причин
подобный метод несостоятелен. Так, при этом способе расчета
учитывается лишь срок, в течение которого окупаются
начальные вложения, но не принимается во внимание работа
данного предприятия в дальнейшем х.
Но если неточность подобной методики и могла
казаться весьма опасной экономистам, она, видимо, не особенно
беспокоила в сталинский период тех, кто был всецело
поглощен практической созидательной работой.
Основным принципом, определяющим экономические
связи с зарубежными странами и самым тесным образом
связанным с идеей планирования, является монополия внешней
торговли. Единственной задачей внешней торговли становится
удовлетворение потребностей, определяемых планом. Все
торговые сделки совершаются через посредство особых
централизованных импортных или экспортных государственных
организаций, которые закупают или продают те или иные
товары за границей от имени советского правительства. Торговля
с Советским Союзом представляет собою своеобразный
экран, на одной стороне которого отражаются обязательства,
связывающие зарубежных покупателей и советских
продавцов, а на другой — обязательства, возникающие между за-
11 Советские экономисты могут возразить на это теоретикам западных
стран, чрезмерно уж уверенным в своем превосходстве, что размер
процентных ставок подвержен существенным колебаниям; что в странах,
которым угрожает инфляция, определение этих ставок связано зачастую со
значительным риском, не поддающимся никакому разумному учету.
Критерии, применяемые на Западе, просты лишь в теории. В силу
значительного расхождения между фактическими и «естественными» процентными
ставками искажаются расчеты оптимальных капиталовложений. Однако
все эти неточности менее значительны, чем те, которые допускаются в
условиях советской системы.
2*
19

падными продавцами и советскими покупателями. К тому же
сделки затрудняются из-за того, что они проходят через
аппарат, который не всегда достаточно хорошо информирован
о потребностях одних и возможностях других.
Вполне естественно, что монополия внешней торговли
влечет за собою необходимость соблюдения принципа
взаимности.
Поскольку советское государство через посредство
соответствующих центральных импортных организаций закупает
за границей все, в чем оно нуждается, и поскольку в то же
время оно стремится продавать за границу те или иные
товары (порою импортные и экспортные операции совершаются
одной и той же организацией), то оно склонно закупать за
границей товаров на такую сумму, на какую покупают у
него зарубежные страны. В результате возникает практика
сбалансированных двухсторонних торговых связей, опирающихся
зачастую на торговые соглашения, основанные на началах
взаимности и на клиринговых расчетах. Все сделки по
купле и продаже товаров заносятся соответственно на
клиринговые счета, и через определенные промежутки времени
принимаются меры к тому, чтобы сбалансировать эти счета.
Таким образом, процедура, регламентирующая торговые
связи Москвы с зарубежными странами, носит чисто
технический характер. Зависят же эти связи в основном от
политического положения в мире.
В результате войны 1941 — 1945 годов возник особый
восточноевропейский рынок. В своей последней работе,
написанной в 1952 году и озаглавленной «Экономические
проблемы социализма в СССР», книге, чрезвычайно полезной и
дающей много пищи для размышлений, Сталин указывает, что.
наиболее важным экономическим результатом мировой
войны нужно считать распад существовавшего до этого единого
мирового рынка. Теперь существуют два параллельных
мировых рынка: западный рынок и восточноевропейский рынок.
Последний поддерживает довольно отдаленные отношения с
первым.
Коммунистические режимы, возникшие в
восточноевропейских странах в результате продвижения советских войск
в Европе, строились по сталинскому образцу. Поэтому они
с самого начала придерживались принципа
преимущественного развития тяжелой промышленности. Проникнутые, как
и СССР, подозрительностью к западному миру, эти страны
стали все больше и больше ориентироваться в своей внешней
тарговле на Советскую .Россию, которая уже успела наладить
собственное производство некоторых видов требующегося
этим странам оборудования. Указанная эволюция не
произошла, конечно, мгновенно. Она шла более или менее
быстрыми темпами в зависимости от тенденций, характерных
20

для каждой из этих стран. Так или иначе, к 1952 году мысль
Сталина о двух мировых рынках находит себе
подтверждение в соответствующих статистических данных *.
В истории внешнеторговых связей найдется немного
примеров столь быстрой перестройки. Если в 1948 году внешняя
торговля указанных пяти восточноевропейских стран
ориентировалась преимущественно на свободный мир, то в 1952
году, напротив, она ориентировалась главным образом на
страны коммунистического блока. Тенденция коммунистического
блока к автаркии обозначилась еще резче с тех пор, как
Китай, превратившись в коммунистическую страну, укрепил
собою весь восточный блок.
Ведущей силой этого рынка является, естественно,
Советский Союз. Внешнеторговые обороты каждой из
стран-сателлитов с СССР порой равны сумме ее оборотов со всеми
остальными странами народной демократии вместе взятыми
или даже явно превышают их (так обстоит дело, например,
в Румынии и Болгарии2). В сущности говоря, внутри блока
этих восточноевропейских стран никакого общего рынка не
существует. На самом деле внешнеторговые связи между
отдельными странами народной демократии, например между
Чехословакией и Польшей, исключают какое-либо
действительное разделение труда между ними. Разделение труда
строится всегда в зависимости от того, в чем именно
ощущается недостаток в Москве или что именно Москва в со-
1 Доля важнейших экономических районов во внешнеторговом
обороте отдельных стран Восточной Европы (по годам):
Страны
1
Советский
Союз
1937
1948; 1952
2
Страны народной
демократии
1937(1948 1952
Итого (1+2)
1937
1948'1952
1
Остальные
страны мира
1937 1948
1
1952
Чехословакия
Польша
Венгрия
Румыния
Болгария
1
1
—
1
—
16
22
11
25
54
35
32
29
58
57
10
6
13
17
12
14
12
23
26
20
36
35
42
27
32
11
7
13
18
12
30
34
34
71
74
71
67
71
85
89
89
93
87
82
88
70
66
66
29
26
29
33
29
15
И
Таблица взята из книги S p u 1 b e г g, The Economics of Communist
Eastern Europe, Chapman and Hall, London, 1957, p. 410.
2 Анализ развития этой торговли показывает затруднения,
испытываемые СССР в отношениях со своими сателлитами. В 1952 году на долю
СССР приходилось лишь 29% общего объема внешней торговли Венгрии,
в то время как 42% ее внешнеторгового оборота приходилось на долю
других стран народной демократии. В Польше соответствующие цифры
составляли 32 и 35%.
21

стоянии экспортировать. Эти связи складываются таким
образом, что взаимно дополняющими друг друга становятся,
с одной стороны, советская экономика, а с другой стороны,
экономика одной из стран народной демократии. Таким
образом составляются парные сочетания: Россия — Венгрия,
Россия — Польша, Россия—Чехословакия, и нет общего
ансамбля равноправных государств, стремящихся к
удовлетворению своих общих интересов.
Являясь центром этой системы, Москва извлекает все
выгоды из своих связей с сателлитами. В 1953 году редко когда
говорили о предоставлении кредитов для развития экономики
сателлитов или для облегчения их временных трудностей.
Советский Союз был достаточно силен, чтобы удерживать их в
своей орбите. Помощь со стороны Советского Союза носила
в тот период чисто военный характер. Зато Советский Союз
конфисковал сразу же после окончания войны в качестве
репараций ресурсы в странах своих бывших противников.
Сверх того, советское государство выступает в качестве
крупного совладельца ряда национальных предприятий в
результате присвоения им бывшей немецкой собственности в этих
предприятиях. Речь идет, таким образом, о своеобразной
форме экономического колониализма, насаждаемой в
цивилизованных странах.
Неравноправие в отношениях между Советской Россией
и другими странами находило свое проявление в практике
внешней торговли. Именно такое неравенство во
внешнеторговом балансе было одной из причин недовольства
Югославии в период разрыва отношений между этими странами.
Аналогичные протесты заявляла и Польша во время кризиса
в русско-польских отношениях в 1956 году. Правда, в
доказательство недостаточно высоких цен, уплачиваемых
Советским Союзом за закупаемые им товары, Югославия приводит
несколько сомнительные аргументы. По мнению югославов,
советский принцип, по которому внешнеторговые расчеты
должны базироваться на мировых ценах, выгоден развитым
в промышленном отношении странам, где выработка на
одного рабочего довольно высока и рабочие получают
соответственно более высокую заработную плату за каждый час
своей работы. С точки зрения марксистов, этот довод имеет
известный смысл, однако существуют, конечно, еще и другие
источники несправедливости. Утверждения югославов могут
иметь значение, когда речь идет о торговых связях между
высоко развитой в промышленном отношении Россией и
менее развитой Югославией. Однако Польша, которая
одновременно с Венгрией жаловалась на подобную советскую
практику, не может ведь сказать то же самое, поскольку она
тоже принадлежит к числу промышленно развитых стран. А
ныне уже доказано, что вопреки утверждениям советской сто-
22

роны Советская Россия не расплачивалась за приобретаемый
ею в Польше уголь по мировым ценам.
Затруднения, возникшие у СССР в отношениях с
Югославией, Польшей и Венгрией, общеизвестны. Можно с
уверенностью сказать, что вплоть до 1953 года вся совокупность
торговых связей между Советской Россией и ее сателлитами
характеризовалась неравенством цен. В самом деле, экспорт
товаров из стран-сателлитов в Советскую Россию
производился по менее выгодным для них ценам, чем их экспорт в
другие страны коммунистического блока. Например, Россия
платила меньше, чем Венгрия, за товары, поступающие из
Чехословакии. А товары, импортируемые из России,
обходились соответственно дороже.
Казалось бы, принципы, провозглашенные в области
торговых связей между коммунистическими странами, а именно
стабильность и единообразие цен, должны препятствовать
всяким проявлениям неравенства. Принцип стабильности цен
означает, что в торговых отношениях между
коммунистическими странами цены устанавливаются договорным путем на
много лет вперед, без всяких оговорок о возможности их
пересмотра в дальнейшем. Что же касается принципа
единообразия цен, провозглашенного в 1954 году в заявлении
китайского министра внешней торговли, то им предусматривается,
что наиболее выгодные цены, договоренность о которых
достигнута с какой-либо коммунистической страной,
распространяются на все контракты, ранее заключенные с другими
коммунистическими странами. Китайский министр подчеркивал
при этом, что Китай получил чешские товары по ценам более
низким, чем было предусмотрено ранее по договору,
поскольку Чехословакия согласилась поставить аналогичные товары
другим восточным странам по более низким ценам.
Сомнительно, чтобы при этих торговых связях между
партнерами неравной силы принцип единообразия цен
сковывал свободу действий России. Если Россия приобретала
какие-либо товары у одной из стран-сателлитов и если
цены на эти товары снижались, то Россия получала
соответствующую скидку с цены. Однако, с другой стороны,
сомнительно, чтобы сталинская Россия часто соглашалась снижать
цены, устанавливаемые ею на свои экспортируемые товары,
и предоставлять другим странам подобные же выгоды.
Одновременно с развитием восточноевропейского рынка
наблюдалось значительное сокращение торговых связей
между Москвой и всеми остальными странами мира. В
довоенный период, то есть до 1940 года, внешняя торговля
СССР иногда достигала значительного объема; так, довольно
крупную торговлю с СССР вела Англия. Союз Советской
России со странами Запада во время второй мировой
войны способствовал усилению существовавших торговых свя-
23

зей. Соглашение по ленд-лизу дало возможность направлять
в СССР все необходимые предметы снабжения, в
результате чего приток иностранных товаров в Советскую Россию
усилился. Хорошие отношения поддерживались
приблизительно до переворота в Праге в феврале 1948 года, когда
обозначился разрыв между двумя лагерями.
С 1948 по 1953 год торговля Советской России с Западом
неуклонно сокращалась. Россия не является единственным
виновником этого сокращения торговли. Несмотря на свое
стремление развивать торговые связи с сателлитами, она
была в состоянии продолжать торговлю и с западными
странами. Однако Комитет по координации экспорта
стратегических товаров из стран Североатлантического блока составил
списки товаров, которые запрещено продавать в Россию или
в страны, находящиеся под ее контролем (а также.—как это
было решено в дальнейшем, притом с еще большей
строгостью,— и в Китай), и Запад наложил эмбарго на эти товары.
Две страны находятся до сих пор в тесных торговых
отношениях с Советской Россией: первая из них —
Великобритания, поддерживающая традиционные торговые связи с
Советской Россией, вторая — Финляндия, находящаяся в
слишком близком соседстве с Советской Россией, чтобы не вести
с ней весьма оживленной торговли. Франко-советские
торговые связи весьма слабы.
Набираясь сил и ревниво наблюдая за другими
коммунистическими странами, СССР мало еще проявляет себя
экономически за рубежом. Вплоть до 1953 года не наступило еще
поворота в Связях Советской России со слаборазвитыми
странами, если не считать Китая, хотя Сталин в одной из
своих последних речей и указал, что победа коммунизма во
всем мире будет зависеть от эволюции слаборазвитых стран.
Таков был мир, построенный Сталиным, мир трудный и
суровый. В своих путевых записках «В России и в Китае»
Курцио Малапарте следующим образом описывает
зрелище толпы в Москве в сталинскую эпоху: «Люди быстро и
молча идут по улице. Лица у всех, как у мужчин, так и
женщин, бледные, глаза смотрят с недоверием. В трамваях люди
поднимают время от времени глаза и тихо
переговариваются между собою... То было время страха и взаимной
подозрительности».

Часть первая
ЭТАПЫ «ДЕСТАЛИНИЗАЦИИ»
Глава I
СОВЕТСКАЯ ПОЛИТИКА В 1953 — 1956 годах
1. Новые задачи
После 25 лет эволюционного, постепенного развития
Советский Союз вступил в марте 1953 года, когда умер Сталин,
в период крупных преобразований. Инициаторами последних
явились сперва Маленков, а затем Хрущев, которые во
многих вопросах заняли позиции, противоположные сталинским.
Конечно, Западу трудно разобраться в изменениях,
происходящих в незнакомом ему мире. Но если бы какой-нибудь
советский гражданин погрузился в сон после смерти Сталина,
а затем проснулся лишь в 1960 году, то он и впрямь не узнал
бы Советского Союза. Нет, от основных принципов
коммунизма не отказались, все они остаются в силе:
диалектический материализм, обобществление средств производства,
плановая экономика. Нельзя сказать также, чтобы после
смерти Сталина возникли какие-либо открытые
демонстрации: не было никаких беспорядков, все шло гладко, по
крайней мере внешне. Но изменилась сама жизнь, иначе стали
применяться коммунистические принципы, особое внимание
стало уделяться двум идеям, преданным забвению при
Сталине: социалистической законности и еще более забытому
принципу коллективного руководства.
Правда, после смерти Сталина Маленков заменил его
одновременно как глава правительства и как руководитель
партии, однако очень скоро, через каких-нибудь десять дней,
Хрущев сменяет Маленкова на посту руководителя партии.
Разделение обеих этих функций знаменует собой
ликвидацию единоличной власти. Опасные стороны подобной власти
резко выявятся впоследствии, когда советские граждане
ознакомятся с докладом Хрущева по поводу эксцессов
Сталина. К тому же руководители, оставшиеся после смерти
Сталина, ревниво следят за тем, чтобы никто из них не
добился диктаторской власти. Они полны решимости избежать
какой-нибудь новой единоличной диктатуры. С марта 1953
25

года все принимаемые постановления становятся плодом
коллективной воли партии, находящей себе выражение в
решениях Президиума Центрального Комитета партии или
непосредственно самого Центрального Комитета, то есть в
решениях, принимаемых несколькими сотнями членов данного
Комитета. Какой из этих двух органов является высшим? Чаше
всего важнейшие решения принимаются Президиумом,
однако в принципе, по-видимому, последней инстанцией является
Центральный Комитет; именно к нему апеллировал Хрущев
во время своего спора с антипартийной группой. Во всяком
случае, одно несомненно: вплоть до недавнего ухода Булга-
нина, который в феврале 1955 года сменил Маленкова на
посту главы правительства, политика СССР определялась не
одним человеком, а партией, то есть группой лиц. Место
Булганина занял затем Хрущев, который вновь сосредоточил
в своих руках функции главы правительства и руководителя
партии. Принцип коллективного руководства стал менее
четким, и на него не ссылаются теперь уже так часто, как
прежде. Как бы то ни было, Хрущев проводит иную линию, чем
Сталин. Стиль его руководства другой: он организует
обсуждения, совещается с партийными органами, соприкасается
с массами, и если и не ликвидировал вовсе принуждение, то,
во всяком случае, больше всего прибегает к убеждению.
После смерти Сталина прекращаются аресты. Затем, в
1956 году, правительство освобождает политических
заключенных. Эти массовые освобождения совершаются негласно.
Влившись снова в русло советской жизни, бывшие
заключенные не сетуют открыто на допущенные против них эксцессы.
В этом сказываются странные черты жителей этой страны:
пассивность и отсутствие реакции. Черты эти, несомненно,
столь же стары, как и сама Россия, однако отчасти их
проявление объясняется лишениями военного времени, а в более
широком смысле — годами сталинской диктатуры. В своей
недавно выпущенной книге о путешествии по СССР Мора-
,виа описывает, как люди, обуреваемые безысходным горем,
уже не реагируют больше ни на что.
Не было никаких демонстраций; ни один бюст Сталина не
был разбит, а на его многочисленных статуях не появлялось
никаких надписей. Самое большее, что можно было увидеть,
это — персонажи возвратившихся заключенных в
театральных постановках. В конце 1958 года один из крупнейших
театров в Москве поставил пьесу под названием «Гостиница
«Астория». Действие пьесы развертывается во время
ужасной зимы 1941/42 года: Ленинград окружен немецкими
войсками. Герой пьесы — летчик-коммунист, служивший в свое
время добровольцем в республиканской армии в Испании.
После своего возвращения в Советскую Россию он, как и
многие другие русские, находившиеся на службе за грани-
26

цей, был осужден и выслан на основании ложного обвинения
в умышленной поломке своего самолета. Следует отметить,
что коммунистов, побывавших в Испании, действительно
считали возможными виновниками всех неудач. В 1941 году его
освобождают, дав возможность сражаться за свою родину,
и он оказывается в Ленинграде, своем родном городе. Его
попытки в начале действия пьесы добиться назначения в
авиацию терпят неудачу. Ему не доверяют. Он встречает
затем свою жену, которая развелась с ним в его отсутствие.
Эта сцена насыщена драматизмом, столь свойственным
произведениям русских писателей: герой пьесы обвиняет свою
жену в том, что она отреклась от него, прислав ему просто
извещение о разводе. Она отвечает, вся в слезах: «Но я
была вынуждена расторгнуть брак и написала тебе, чтобы все
объяснить. Письмо не дошло до тебя». Возмущенный, он
прогоняет ее. Наконец, является его сын, которого он не видел
много лет и который бросается ему в объятия. Переживания
действующих лиц подчеркиваются световыми эффектами с
целью сделать эту сцену еще более волнующей. Молодой
человек поверяет вскоре своему отцу, что собирается жениться.
Он встретил недавно некую юную комсомолку и полюбил ее.
Через несколько мгновений является эта девушка, и между
нею и отцом завязывается резкий диалог. Девушка
оказывается рьяной активисткой, исполнена веры в идеалы и
победу коммунизма. Но у него остался гфрький осадок, и под
аплодисменты зрительного зала он восклицает: «Но в конце
концов что такое коммунизм? Меня арестовал коммунист,
меня осудил коммунист, меня посадил коммунист». После
ряда довольно оживленных реплик молодой человек
отправляется на фронт. В последнем акте мы узнаем, что он убит.
Происходит сцена примирения между пережившими его
лицами — между героем пьесы и его супругой (которую
покидает ее второй муж, ответственный работник,
эвакуировавшийся из Ленинграда), а затем и его снохой. Наконец, все
отправляются на фронт. То обстоятельство, что ныне в СССР
идут подобные пьесы, доказывает, что критика эксцессов,
допускавшихся при сталинском режиме, в наши дни там
возможна.
После устранения Берия стали восстанавливаться
принципы социалистической законности. Согласно официальным
заявлениям, нельзя теперь уже больше заключать в тюрьму
или ссылать советских граждан без суда. Поэтому, когда
Жюль Мок прибыл в 1956 году в Россию, министр
внутренних дел заверил его, что в стране нет уже больше ни одного
политического заключенного. Разработка нового уголовного
кодекса, критика в прессе проявлений судебного произвола—
все это заставляет думать, что злоупотреблений стало
меньше, хотя недавнее учреждение товарищеских судов несколь-
27

Ко настораживает. С эволюцией в области законодательства
изменилось и поведение советских граждан. Они не
опасаются уже, видимо, лишиться свободы. Им удается (хотя
весьма редко и соблюдая осторожность) встречаться с
иностранцами. Этим мы вовсе не хотим сказать, что восстановлено
право свободно выражать свое мнение. Пресса неизменно
продолжает писать в духе партийной линии, на ее страницах
нет места каким-либо оппозиционным взглядам. Она
удручает, как и раньше, своей монотонностью. С другой стороны,
партия продолжает осуществлять свой надзор как на
предприятиях, так и в учреждениях. Хрущев неизменно
полагается на членов партии, когда дело касается освещения
взглядов правительства на ход событий, вмешательства в
дела администрации с целью заставить последнюю
соблюдать линию партии или разоблачения подрывных тенденций.
Однако этот надзор осуществляется ныне в несколько более
либеральной форме, причем санкции, налагаемые на
строптивых или нерешительных, носят менее суровый характер и к
этим санкциям прибегают реже.
После смерти Сталина советские руководители должны
были неизбежно ощутить значительную пустоту, а также в
известной мере страх. Этим и объясняется их стремление
откликнуться на чаяния масс. Дух соревнования между
министрами, неизбежный в условиях режима коллективного
руководства, должен стимулировать у них естественное
стремление предлагать разные, наиболее популярные мероприятия,
и прежде всего мероприятия, направленные на подъем
уровня жизни. По мере ослабления элементов принуждения
представляется возможным удовлетворить в известной мере
желание к наслаждению жизнью, которое в течение стольких
лет удовлетворялось очень плохо. Все это ярко сказывается
в период с 1953 по 1956 год.
После смерти Сталина был принят ряд постановлений,
направленных на подъем уровня жизни рабочих, служащих и
крестьян и на улучшение условий их труда.
Важнейшим мероприятием, способным преобразить
условия жизни рабочих — если учесть жилищные трудности и
суровый климат страны, — является отмена связи между
контрактом рабочего и пользованием жилищем, установленной
во время войны. Отныне рабочий, увольняемый со своего
предприятия, не теряет одновременно и своего жилья. После
1953 года было покончено с еще одним правилом, введенным
в 1940 году для рабочих и служащих, желающих уйти с
работы, которым под страхом уголовной ответственности
вменялось в обязанность испрашивать специальное на то
разрешение у администрации. Отмена этого правила была
подтверждена в 1956 году правительственным указом.
Кроме этого, правительство выносит ряд постановлений
28

о снижении цен на некоторые промышленные изделия.
Одновременно оно уменьшает размеры подписки на
государственные займы. Эти ежегодно выпускаемые займы
распространяются в принципе на добровольных началах, так как подписка
на них не является по закону обязательной, однако на самом
деле она носит обязательный характер, поскольку уклонение
Ьт подписки в размерах, определяемых соответствующими
властями, было бы опасным шагом.
Важнейшим мероприятием, проведенным в интересах
крестьян, явилось сокращение планов обязательных поставок.
Кроме того, в ряде случаев были повышены закупочные цены
на сельскохозяйственные продукты. Доходы колхозников
растут, и улучшение их благосостояния должно повлечь за
собою, как надеются, также и увеличение
производительности их труда. 1 июля 1953 года был изменен принцип
исчисления поставок сельскохозяйственных продуктов: вместо
валовой продукции в качестве основы исчисления взята посевная
площадь, причем нормы поставок дифференцированы по рее-,
публикам и районам. Помимо того, что новый принцип
исчисления поставок представляет собою определенный стимул
к увеличению производства, поскольку на местах будут
пользоваться всеми остающимися излишками, он приведет к
снижению налогового бремени.
Все эти мероприятия столь обширны, что проведение их
вызывает необходимость позаботиться об установлении
должного равновесия между предложением и спросом на те или
иные продукты.
Окончание войны в Корее, прекращение строительства
некоторых наиболее крупных объектов, запроектированных
Сталиным, например больших каналов в Средней Азии и в
Крыму, — все эти факторы в состоянии способствовать
установлению указанного равновесия. В 1953 году отмечался
лишь незначительный рост капитальных вложений. Общий
объем капиталовложений вырос со 113,8 млрд. руб. в 1952
году до 119,2 млрд. руб. в 1953 году, то есть увеличился только
на 5,5 млрд. руб., или на 5% (в предыдущем году было 12%,
а в предшествующие годы эта цифра доходила нередко до
20%). •
Правда, в 1954 году темпы капитальных вложений вновь
возрастают. Объем капиталовложений увеличивается со
119,2 млрд. до 140,3 млрд. руб., то есть на 17%. В 1955 году
этот рост снова замедляется — общая сумма
капиталовложений достигает 149,9 млрд. руб., что лишь на 9,6 млрд. руб.,
или на 6,8%, больше, чем в 1954 году.
Принцип преимущественного развития тяжелой
промышленности остается в силе. Одновременно намечается
стремительный рост производства предметов широкого
потребления, что видно из нижеследующей таблицы:
29

Производство некоторых предметов потребления
Год
1951
1952
1953
1954
1955

Хлопчатобумажные
ткани (млн. м)
4768
5044
5285
5590
5904
Шерстяные
ткани
(млн. м)
175,6
190,5
208,7
243,2
251,0
Кожаная
обувь
(млн. нар)
239,7
237,7
239,7
257,8
274,5
Товары
культурно-бытового назначения (часы,
телевизоры,
холодильники, стиральные машины
и т. п.)
12*
15
18
27
35
* За 1 принят 1913 год.
Производство кожаной обуви, сократившееся было в
1951 —1952 годах, начинает с 1953 года быстро расти. В
1954 и 1955 годах отмечается значительный рост
производства товаров культурно-бытового назначения.
В период 1953—1955 годов увеличивается импорт
сельскохозяйственных продуктов. С целью удовлетворения
потребительского спроса населения, несмотря на плохой урожай,
советский импорт мяса и мясных продуктов достигает .в 1954
году 6% общего объема импорта против 1,9% в 1950 году.
Видимо, речь здесь идет скорее о вынужденном средстве, чем
о сознательно взятом курсе, так как уже в 1955 году СССР
прекращает импорт этих продуктов.
В феврале 1955 года Маленков уходит с поста
Председателя Совета Министров; его письмо с просьбой об
освобождении от этого поста проникнуто духом самокритики.
Маленков признает, что у него недостаточный опыт для
выполнения обязанностей главы правительства, он таюйе признает
свою личную ответственность за критическое положение в
земледелии. Он приветствует программу, выработанную с
целью преодолеть отставание сельского хозяйства, которая
опирается на единственно правильную основу — дальнейшее
всемерное развитие тяжелой индустрии.. Вместо Маленкова
главой правительства становится Булганин. Постановления
правительства все еще являются результатом компромисса
между различными тенденциями, однако с этих пор влияние
Хрущева становится преобладающим.
Приход Хрущева к руководству не положил конец
мероприятиям по улучшению условий жизни. После некоторой,
довольно короткой «передышки» в 1955 году проводятся новые
мероприятия в интересах трудящихся; эти же тенденции
находят свое подтверждение в решениях XX съезда КПСС. Вот
некоторые из новых постановлений: начиная с 1956 года сни-
30

жается плата за обучение в высших учебных заведениях. В
этот же период продолжительность рабочей недели
сокращается с 48 до 46 часов — рабочие в субботу работают
теперь 6 часов. 1 января 1957 года минимальная заработная
плата повышается до 275—300 руб., а минимальный размер
пенсий — до 300 руб. Проводится новое повышение цен на
продукцию сельского хозяйства. Так, в августе 1956 года
нормы оплаты государственных поставок хлопка
повышаются на 45 — 50%. Но если Хрущев, подобно Маленкову,
провозглашает курс на повышение уровня жизни, он
стремится достигнуть этой задачи посредством других методов.
Объяснение этому следует искать в разнице между
характерами обоих государственных деятелей. Маленков много
работал в области промышленности и техники, Хрущев же
провел часть своей жизни на Украине. У него там много
дружеских связей, он очень близок с колхозниками. Хрущев
считает, что для повышения уровня жизни необходимо
улучшить снабжение населения продуктами питания.
Еще до смерти Сталина не было недостатка в оценках
критического положения в животноводстве. Рост поголовья
скота в 1953 году по сравнению с 1930 годом выразился в
следующих цифрах: крупный рогатый скот — 50,6 млн.
голов в 1930 году и только 56,6 млн. в 1953 году; свиней —
соответственно 22 и 28,5 млн.; коз и овец—107 и 109,9 млн.
Рост чрезвычайно незначителен, если учесть увеличение
численности населения.
Что же касается зерновых, то Советская Россия давно
уже утверждала, что она добилась очень хороших результатов
в этой области. В частности, в октябре 1952 года на XIX
съезде партии Маленков, выступивший с отчетным докладом о
работе Центрального Комитета, решительно заявил, что
зерновая проблема, некогда считавшаяся самой неотложной и
острой, разрешена «окончательно и бесповоротно».
После смерти Сталина это утверждение начало
опровергаться. С сентября 1953 года Хрущев стал говорить о
необходимости увеличения продукции всех отраслей
сельскохозяйственного производства. В 1954 году он указал на
необходимость самого срочного разрешения зерновой проблемы не
только в целях улучшения питания населения, но и для
увеличения поголовья скота, также потребляющего большое
количество зерновых.
Правда, общее количество зерновых, полученных
государством, как по обязательным поставкам, так и по свободным
закупкам, увеличилось с 10,3 млн. т в 1926 году до 40 млн. т
в 1952 году, обеспечив снабжение городского населения,
численность которого значительно возросла К Было призна-
1 См. Н. Schwartz, Russia's Soviet Economy, p. 363.
31

но, однако, что статистика сбора зерновых не соответствует
действительности; говоря более конкретно, начиная с 1937
года в советских статистических сводках
сельскохозяйственной продукции фигурировали данные не об убранных уже
хлебах, то есть о действительно собранном урожае, а о хлебах,
находящихся на корню. В результате эти данные
оказывались весьма преувеличенными, так как в Советской России,
и особенно на Украине, зернохранилищ очень мало, потери
зерна, складываемого порой прямо на земле, становятся
весьма значительными, и, таким образом, успехи, отражавшиеся
в предварительных сводках, оказывались фиктивными. Это
обстоятельство было признано впоследствии Хрущевым.
Если принять во внимание только убранный уже хлеб,
то урожай 1953 года (отметим, кстати, что урожай зерновых
в том году не был особенно хорошим) составил около 82 млн. т
(по словам Хрущева) или 86 млн. т (по оценке экономиста
Ясного). Эти цифры лишь немного превышают сбор урожая
в 1913 году — 80 млн. т, однако с тех пор численность
населения увеличилась на 25%.
Вот почему Хрущев, стремясь побудить крестьян
производить больше продукции, стал проводить политику
сокращения обязательных поставок и повышения цен на
сельскохозяйственные продукты. Однако рост покупательной
способности сельского населения не должен приводить просто к
росту спроса на промышленные потребительские товары и
текстиль, что снизило бы эффективность мероприятий,
предпринимаемых в интересах городских рабочих. Этот рост должен
также и прежде всего способствовать усилению закупок
товаров производственного назначения, требующихся в
сельском хозяйстве и не находящихся обязательно в
распоряжении машинно-тракторных станций (мелкий
сельскохозяйственный инвентарь и удобрения). Противовесом роста
покупательной способности крестьян становится некоторый рост
производства средств производства.
Эти новые концепции влекут за собой пересмотр ранее
проводившейся политики. Прежде всего восстанавливается
рост темпов капиталовложений. Шестой пятилетний план
(1955—1960), принятый на XX съезде КПСС,
предусматривает существенный рост фонда накопления, который за пять
лет должен достигнуть суммы 990 млн. руб. против 593 млн.
руб. за период с 1951 по 1955 год. Среднегодовой рост фонда
накопления увеличится, таким образом, на 80 млн. руб.
Стало быть, фонд накопления вновь достигнет около 25%
национального дохода.
В то же время советские руководители все чаще
подчеркивают необходимость преимущественного развития I
подразделения по сравнению со II подразделением. Правда,
разница в темпах их роста в шестой пятилетке несколько
32

меньше, чем во время прежних пятилеток. При общем росте
промышленного производства за 1955—1960 годы на 65%
производство средств производства увеличится за этот
период на 70%, а производство предметов потребления —
только на 60%. В ряде отраслей производство предметов
потребления должно расти весьма быстро; это относится
особенно к синтетическим волокнам (увеличение на 129%) и к
различным товарам бытового назначения.
Большое отличие от планов сталинского периода
наблюдается в развитии отдельных отраслей промышленности,
входящих в I подразделение. Правда, СССР не
отказывается от строительства крупных объектов, которые вряд ли
окупятся в короткий срок. Однако весьма быстро развивается
и производство средств производства, которые будут
способствовать быстрейшему удовлетворению нужд потребителей
и обеспечат ускоренное развитие сельскохозяйственного
производства и строительство жилищ. В I подразделении
фигурируют теперь на видном месте минеральные удобрения,
производство которых должно увеличиться на 104%, и
комбайны, выпуск которых должен увеличиться на 192%.
Наконец, производство цемента должно возрасти на 145%.
Преимущественный рост I подразделения и тяжелой
промышленности сочетается, таким образом, с задачей быстрейшего
удовлетворения потребностей, выросших особенно сильно за
последнее время.
Мы видим, что шестая пятилетка собирается решить
целый комплекс задач: восстановление чрезвычайно быстрых
темпов капиталовложений; обеспечение преимущественного
роста I подразделения; ведение крупного строительства, но
одновременно также и рост фонда накопления, что должно
благоприятствовать дальнейшему развитию сельского
хозяйства и строительству жилищ; развитие производства
некоторых предметов потребления. Короче говоря, данная
пятилетка ставит себе широкие задачи, пожалуй, более широкие,
чем те, которые нашли отражение в предыдущих пятилетках.
Впоследствии план этот оказался неосуществимым,
однако мероприятия, проведенные за этот период в двух
сферах деятельности, имели решающее значение. С 1954 года
начинается в широких масштабах освоение целинных земель
и строительство жилищ.
2. Освоение целинных земель
Годами опровергали западные экономисты возможность
освоения целинных земель, но теперь приходится считаться
с реальными фактами. Успешное освоение этих земель
обеспечило Хрущеву, который выдвинул эту идею и добился ее
осуществления, господствующее положение в коммунистиче-
3 Зак. 85
33

ской партии. Хрущев доказал этим свою изобретательность,
большую смелость в осуществлении задуманных им идей и
одновременно большой реализм. Необходимо было, как мы
видели, выиграть битву за хлеб, и именно здесь советский
руководитель сделал два решающих выбора: первый —
между расширением посевной площади и увеличением
урожайности, второй — между землями, подлежащими освоению.
Нужно было прежде всего решить вопрос о том,
стремиться ли к повышению урожайности или к расширению
площадей под посевами. Следует отметить, что к концу
1953 года ход выполнения пятилетки оказался весьма
поучительным. План предусматривал рост валового сбора
зерновых на 40—50% без увеличения посевной площади.
Намечался значительный рост урожайности; так, урожайность
зерновых должна была подняться с 12 до 18 ц с гектара.
На обширных полях СССР, при той технике и тех
специалистах, которыми располагала советская деревня, подобный
рост оказался неосуществимым. В самом деле, неудачи
первых трех лет пятилетки обнаружили необходимость взять
какой-то другой курс. К тому же если сравнить динамику
урожайности в Советском Союзе и в США, то приходится
констатировать, что даже в стране, располагающей обилием
орудий сельскохозяйственного производства, рост
урожайности не столь уж стремителен. Задания пятилетки по
повышению урожайности были нереальными. Несмотря на то,
что планом предусматривалось увеличить за пять лет
производство удобрений на 74%, количество удобрений на один
гектар пашни все еще оставалось намного ниже, чем в
странах Западной Европы и даже в США. Увеличение
производства удобрений в необходимых масштабах потребовало
бы дополнительных вложений в основной капитал в момент,
когда правительство стремилось ослабить финансовое
напряжение страны. Рост производства суперфосфатов, калийных
удобрений потребовал бы разработки новых месторождений
сырья. Что же касается строительства новых химических
заводов, необходимых для увеличения производства
азотистых удобрений, то оно, несомненно, заняло бы довольно
много времени — от пяти до семи лет. К тому же
недостаточно еще наладить производство удобрений, — необходимо,
кроме того, создать кадры специалистов, способных умело
их использовать. Наконец, повышение урожайности
потребовало бы наличия такой многочисленной техники, какую
промышленность вряд ли могла бы дать.
Именно в этот момент Хрущев принял решение резко
увеличить посевные площади. С этой целью он сознательно
избрал новый путь действий. Вместо того чтобы вступить в
изнурительную борьбу с косностью крестьян, вековыми
привычками и традиционной медлительностью, он открыл вто-
34

рой фронт, на который бросил свежие силы, стремясь
добиться быстрых и внушительных результатов. Для освоения
почти пустынных земель партия мобилизовала 350 тыс.
молодых рабочих, крестьян и инженерно-технических
работников, снабдив их самыми современными машинами.
Но предстояло еще выбрать место, куда бросить все эти
силы, и, таким образом, сделать второй решающий выбор,
учитывая существующие природные условия, и в частности
суровые климатические и почвенные условия, способные
обречь все начинание на неудачу.
Как известно, с точки зрения потребностей сельского
хозяйства климат России следует признать одним из худших
в мире. В самом деле, лишь сравнительно небольшая часть
территории страны регулярно пользуется всеми благами
совместного влияния обоих важнейших факторов,
обеспечивающих высокие урожаи: тепла и осадков. Не лучше обстоит
дело и в отношении почв. По расчетам наиболее
компетентных географов, общая площадь -пахотных земель в
Советском Союзе не превышает 10—11% всей территории страны,
то есть составляет 230—250 млн. га из 2214 млн. га. В
довершение всего отнюдь нельзя сказать, чтобы зоны лучших
земель отличались одновременно и наиболее благоприятными
климатическими, условиями. Значительная часть чернозем-
пых районов подвержена сильным засухам, приводящим к
массовой гибели урожая. Таким образом, географические
условия ставят здесь для человеческой деятельности
чрезвычайно суровые препятствия, которые не следует
недооценивать.
Чтобы смягчить в какой-то мере суровое влияние
природы России и Сибири, Сталин собирался коренным образом
изменить условия для сельского хозяйства в южных районах
России и Средней Азии. В течение 17 лет (с 1949 по 1965 год)
общая площадь орошаемых земель должна была достигнуть
там 28 млн. га, то есть увеличиться в четыре раза, причем
на площади в 6 млн. га в южных донецких степях
планировалось посадить леса и устроить лесозащитные полосы.
Помимо того, что уже по самому своему характеру
подобный проект был рассчитан на длительные сроки,
осуществление его обошлось бы очень дорого. Это была пустая
мечта технократов, игнорировавших соображения, связанные
со стоимостью ее осуществления, и неотложные нужды
населения. В конечном счете Хрущев принял решение бросить
силы на восток. Расширение посевных площадей на востоке,
ставшее уже привычным явлением, не встречало особых
затруднений и обходилось сравнительно недорого.
Намеченные к освоению восточные районы, несмотря на их резко
континентальный климат и скудные осадки, отличались
плодородными почвами, а рельеф местности и ее растительный
3*
35

покров не представляли никаких трудностей для работы
машин. Во всяком случае, немедленное освоение этих земель
не требовало ни производства каких-либо новых типов
машин, ни предварительного увеличения производственной
мощи химической промышленности, ни крупных работ по
распахиванию земли или ее орошению. Достаточно было
мобилизовать людей и машины, всецело делая смелую ставку на
климат.
Правда, в некоторые годы урожай мог оказаться плохим,
но Хрущев рассчитал весь связанный с этим риск. Он
полагал, что из пяти урожаев два окажутся хорошими и три —
плохими и что выигрыш от двух хороших урожаев в
значительной мере компенсирует проигрыш от трех плохих.
Освоение целинных земель принесло еще одну пользу:
оно облегчило задачу снабжения ряда уже существовавших
или быстро развивавшихся промышленных центров, таких,
например, как «второе Баку» вокруг Уфы в Заволжье,
Челябинск, Свердловск и Магнитогорск на Южном Урале, Куста-
найский угольный бассейн и горнорудный район, а также
Акмолинские рудники по добыче меди и других цветных
металлов в Казахстане, Новосибирск, Барнаул и другие
промышленные центры в Восточной Сибири.
С 1954 года, когда было начато освоение целинных
земель, выполнение этой задачи стало принимать все более
широкие масштабы. Если на 23 февраля 1954 года было
поднято 13 млн. га целины, то к XX съезду КПСС эта цифра
увеличилась уже до 28—30 млн. га, а в 1956 году достигла
36 млн. га. В настоящее время эта работа все еще
продолжает как будто развертываться, но она достигает, видимо,
своего предела ввиду преград чисто физического порядка,
связанных с дальнейшим расширением посевных площадей.
С 1957 года упор делается на увеличение урожайности, но
этот новый поворот открывает уже новую главу в
осуществлении курса Хрущева.
Чтобы не отклоняться от затронутого нами вопроса,
укажем на достигнутые Хрущевым результаты. Вот сколько
зерна было засыпано в государственные закрома (речь идет
не просто об убранных хлебах, а тем более о зерновых на
корню): в 1953 году —31 млн. т, в 1955 — 37,6, в 1956 — 54,
в 1957 — 36,6, в 1958—56,8 и в 1959 году — 43,5 млн. т. Что
касается сбора с целинных земель, то мы не располагаем
данными за 1954, 1955 и 1958 годы; в 1956 году сбор
зерновых с этих земель достиг 34,6 млн. г, а в 1957 году—
16,7 млн. т.
Как уже отмечалось, валовой сбор зерновых, по оценке
Хрущева, составил в 1953 году 82 млн. т. По мнению эконо
миста Ясного, занимавшегося тщательным исследованием
проблем советской экономики, Хрущев, подчеркивая благо-
36

приятные результаты освоения целинных земель,
сознательно преуменьшил результаты 1953 года; по оценке самого
Ясного, валовой сбор зерновых составил в 1953 году 86 млн. т\
в 1955— 108, в 1956— 130, в 1957— 103, в 1958— 139 и в
1959 году— 124,8 млн. г.
Итак, можно констатировать, что в 1955 году урожай на
целинных землях.оказался несомненно плохим, хотя
результаты не опубликованы. Зато в 1956 году урожай оказался
небывалым. Сбор 34,6 млн. т с одних только целинных земель
должен был обеспечить создание крупных запасов. В
1957 году целинные земли дали 16,7 млн. г, что все-таки бы-
/ло не так уж мало. Как явствует из заявлений советских
руководителей, значительная часть урожая, собранного в
1958 и 1959 годах, была получена на целинных землях.
Стало быть, проблема зерновых отчасти разрешена, а
угроза голода устранена в результате успехов, достигнутых
в 1956 и 1958 годах. Теперь можно взяться и за увеличение
поголовья скота. Дальнейшее продвижение вперед потребует
ряда других мероприятий, которые будут проводиться уже
в условиях сравнительного изобилия продуктов и высоких
доходов.
3. Вопросы жилищного строительства и городского
планирования
В сталинский период жилищный кризис достиг
катастрофических размеров. Рост городского населения,
увеличившегося с 28 млн. человек в 1913 году до 87 миллионов в
1956 году, огромные разрушения жилого фонда городов во
время войны, такие, например, как в Сталинграде,
Ленинграде и Киеве, — все это привело к ужасному
перенаселению городов. По подсчетам Экономической комиссии для
Европы, на каждого городского жителя СССР в 1955 году
приходилось в среднем 7 кв. м жилой площади. Многие
семьи обитают в одной и той же квартире, некоторые живут
в полуподвалах. Трудности, с которыми сталкиваются
«квартиранты», служат темой одной из пьес, которая идет в
Москве: «Соседи по квартире». Сколько пререканий между
домохозяйками! Сколько драм, разыгрывающихся между
разведенными супругами, вынужденными жить вместе в одной
комнате!
С тех пор как массы получили возможность открыто
проявлять свои стремления к улучшению благосостояния, нужда
в жилищах стала ощущаться с особенной силой и была
признана «одной из насущных человеческих потребностей»,
удовлетворить которую необходимо в возможно кратчайший
срок. Например, в «Известиях» за 12 декабря 1956 года
один архитектор пишет: «Создаются все предпосылки для
37

того, чтобы в течение примерно ближайших десяти лет
каждая семья была обеспечена отдельной благоустроенной
квартирой».
Начиная с 1954 года следует ряд заявлений о
необходимости развертывания жилищного строительства. 7 декабря
1954 года на совещании строителей, архитекторов и
работников ряда отраслей промышленности, имеющих отношение
к строительству, Никита Хрущев публично высказал свои
взгляды по этому вопросу, который впоследствии стал одной
из его излюбленных тем в области развития строительства.
Он говорил об этом на XX съезде КПСС, а также 1 августа
1956 года на собрании московских строителей.
По единодушному мнению участников французских
делегаций, посетивших СССР за последние годы, советские
руководители стремились в первую очередь повести борьбу
пробив медленного развертывания исследовательских работ,
расточительного расходования материалов, плохого
использования фондов, предоставляемых в распоряжение
предприятий, и недостаточной стандартизации.
Намечается новая эволюция взглядов в архитектурной
практике. Вскоре после революции в результате
приверженности к простоте, доведенной до крайности, увлекались
слишком скороспелым строительством домов из материалов
плохого качества. Но в 1931 году эти взгляды изменились.
Вслед за объявленным большим конкурсом на
строительство Дворца Советов Советский Союз стал вводить у себя
архитектурные формы, напоминающие в известной мере —
несмотря на применение новых материалов — общепринятые
декоративные формы. Архитекторы заботились слишком
много о разных украшениях, проявляя при этом
сомнительный вкус, и недостаточно обращали внимание на удобства
жилищ.
С приходом Хрущева к руководству и в этой области
начинает проводиться новый курс. Хрущев выступает против
тенденций к украшательству, имевших место в
предшествующие годы, и высмеивает высотные дома с уходящими в
самое небо шпилями. Новый архитектурный стиль не
исключает некоторого применения украшений и
высококачественной облицовки. Но стиль этот намного проще. Он дал
возможность строить удобные дома, имеющие более
гармоничные пропорции.
Печать критикует архитекторов, разрабатывающих
слишком роскошные проекты и предусматривающих
строительство квартир, стоящих 50, 60 или даже 100 тыс. руб. Она
ставит в пример квартиры, строительство которых обходится
в 15 или 20 тыс. руб. Чтобы добиться такого снижения*
себестоимости жилищ, преимущество должно отдаваться
четырехэтажным домам, не требующим ни больших фундамен-
38

тов, ни лифтов. Фасады будут проще, потолки будут
делаться высотой 2,5 м вместо прежних 3,0—3,2 м. Словом, речь
идет о широком введении в Советском Союзе, несмотря на
сопротивление архитекторов, строгих мер экономии,
применяемых во Франции уже в течение нескольких лет.
С целью быстрейшего удовлетворения потребностей в
жилье архитекторы должны избегать строительства
многокомнатных квартир, а также слишком больших комнат.
Нельзя представлять себе дело таким образом, что эти
огромные квартиры соответствуют нормальным
потребностям одной семьи, и ожидать их заселения членами одной
семьи. В цитированной нами статье из «Известий»
подчеркивается, что если строить квартиры такого типа, то пройдет
много десятилетий, пока поставленная цель будет
достигнута.
Банки должны осуществлять финансовый контроль над
руководством строительными организациями. В передовой
статье одного из номеров журнала «Финансы СССР»
указывается, что банки, предоставляющие долгосрочные ссуды
строительным организациям, должны в равной мере следить
и за правильным использованием этих средств и за
соблюдением экономии.
Этими же реалистическими соображениями продиктован
и призыв к индивидуальному строительству жилищ. В
течение уже многих лет государство призывает колхозников и
индивидуальных застройщиков в городах самим строить
себе жилища. Теперь же прямо указывается, что, если люди
хотят обеспечить себя жильем, они должны сами
позаботиться об этом, так как государство не в состоянии само
справиться с этой задачей. В «Правде» за 14 декабря 1956 года
члены одного из рабочих жилищных кооперативов пишут по
поводу опыта своей работы в городе Молотове, что, по их
мнению, «без участия самих трудящихся государству трудно
в короткие сроки обеспечить жильем всех нуждающихся».
Чтобы представить себе все значение финансирования
индивидуального жилищного строительства, вспомним, что к
1955 году на долю индивидуальных застройщиков
приходилось уже 25% общего количества жилой площади,
построенной в городах, и почти 100% жилищ, построенных на
селе.
Будущим домовладельцам предлагается строить дома
самим. С целью помочь индивидуальным застройщикам в
обеспечении их строительными материалами принимаются
срочные меры.
Городские жилищно-строительные кооперативы,
развитию которых вновь было оказано содействие в 1958
году, будут получать все необходимые им материалы,
включая стеновые блоки, изготовленные в заводских условиях,
39

готовые двери и оконные рамы. Кроме того, предприятия, к
котором будут прикрепляться соответствующие
кооперативы, предоставят в случае надобности имеющуюся у них
технику в распоряжение рабочих, строящих эти жилища.
Рабочие, присутствие которых на предприятии в какое-то
время дня не является необходимым, смогут отлучиться оттуда
для работы на стройке. Также и в селах колхозники,
строящие жилые дома за свой собственный счет или прибегающие
для этого частично к ссудам от колхоза, смогут
пользоваться механизмами, которые колхоз в состоянии будет им
предоставить.
Таким образом, кадров строителей, занятых в настоящее
время на строительных площадках, должно целиком, или
почти целиком, хватить для выполнения расширенной
программы строительства, что позволит избежать нового
притока людей в уже перенаселенные города.
Сверх того, льготы, предоставляемые в области
индивидуального жилищного строительства, могут способствовать
установлению необходимого равновесия между объемом
производства и доходами населения. По существу, они
побуждают частных лиц использовать свои свободные
средства на иные цели, чем закупки потребительских товаров,
цены на которые, отметим кстати, не были снижены ни в
1955, ни в 1956 годах.
Крупные ссуды, предоставляемые застройщикам
местными банками и колхозами и достигающие порой 90% всей
стоимости строительства, не избавляют этих лиц от
необходимости усиленных сбережений, поскольку указанные ссуды
должны погашаться в сравнительно короткие сроки (в
течение 7 лет, если не ошибаюсь, когда дело касается
банковских ссуд, и в течение 5—10 лет, когда средства
авансируются колхозами). Если допустить, что сумма
предоставляемых таким образом кредитов не увеличивается из года в год,
то получится, что общий «дефляционный» эффект всех этих
частных сбережений, взятых в целом, по крайней мере в
некоторых областях потребления, будет соответствовать общей
стоимости индивидуального строительства приблизительно
за пятилетний срок1. В 1959 году намечалось построить в
порядке индивидуального строительства 500 тыс. квартир в
одних только городах.
Рост числа домовладельцев и квартировладельцев в
стране, где рабочая сила и так уже обнаруживает неохоту к
перемене местожительства, чреват серьезными последствиями.
1 Указанная общая стоимость может быть определена в сумме
50 млрд. руб., исходя из строительства ежегодно 1250 тыс. жилых домов
и квартир средней стоимостью 40 тыс. руб. (Для сравнения укажем, что
ежегодная сумма поступлений в бюджет по государственным займам,
ныне отмененным, составляла около 32 млрд. руб.)
40

Растущая оседлость рабочей силы может привести к
некоторому окостенению экономики. Даже если и представится
возможность продать дома или квартиры, их владельцы
могут оказаться столь привязанными к ним, что не захотят
переселиться куда-либо в другое место.
В советской печати утверждается, с другой стороны, что
развитие собственности на недвижимость в СССР не
представляет собою отступления от принципов коммунизма,
поскольку дома являются такими же предметами личного
потребления, как велосипеды, автомобили и т. д. На это
можно было бы возразить — хотя вопрос этот, пожалуй,
несколько спорен, — что такие предметы длительного
пользования, как жилые дома, несколько отличаются от других
предметов потребления и что обладание ими нередко меняет
все поведение людей.
Все эти разнообразные мероприятия, все эти
реалистические тенденции обеспечили широкое развертывание
жилищного строительства и чрезвычайно быстрый рост городов.
Планы жилищного строительства систематически
увеличиваются из года в год. XX съезд КПСС утвердил план
строительства государством и местными Советами в 1956—
1960 годах 205 млн. кв. м жилой площади. Однако уже в
1957 году принятый ранее план был увеличен. Согласно
решению XXI съезда КПСС, предусматривается построить в
городах в течение ближайших семи лет 650—660 млн. кв. м
жилой площади, или около 15 млн. квартир.
К этому следует добавить жилищное строительство в
сельской местности. Если с 1951 по 1955 год там было
построено 2,1 млн. жилых домов, то, согласно семилетнему
плану, на селе должно быть построено за счет колхозников
и сельской интеллигенции 7 млн. жилых домов.
Мы попытались объединить в одной таблице основные
данные, относящиеся к жилищному строительству, которые
нам удалось извлечь из различных публикаций или
подсчитать на основе этих публикаций. Отметим, что в данные о
жилой площади, построенной после второй мировой войны,
входит вся площадь квартиры, включая площадь кухни и
санузла К
Число жилищ, построенных в сельской местности,
приводится на основании итоговых данных соответствующих
пятилеток и ежегодных данных о ходе выполнения плана.
1 Timothy Sosnovy, The housing problem in the Soviet Union,
Research Program on the USSR, New York, 1954. Перед последней войной
в статистических данных учитывалась лишь собственно жилая площадь
квартиры (то есть без кухни и санузла).
41

Жилищное строительство в СССР
Год
1954
1955
1956
1957
1958
1959
I960
Города.
гос.
организации и
местные Советы
23
23,9
27
33
38
51
Жилплощадь, млн. кв. м

индивидуальные
застройки
8,1
8,4
9
13
23
29
всего
31,1
32,3
36
46
61
80
95
число
квартир
•
725 000
750 000
850 000
1 100 000
1 450 000
1 900 000
2 100 000
Сельская
местность
(число
жилищ)
500 000
500 000
600 000
700 000
750 000
900 000
950 000
Общее
число жилищ
1225 000
1 255 000
1 450 000
1800 000
2 200 000
2 800 000
3 050 000
Что касается жилищного строительства в городах, то
общий объем выполненного строительства сообщается
ежегодно. Данные, относящиеся к 1959 году, приведены Кучеренко,
председателем Государственного комитета по делам
строительства в газете «Известия» от 3 апреля 1959 года. В этом
же заявлении Кучеренко сообщил, что в 1960 году
предполагается построить 100 млн. кв. м жилой площади. Мы
полагали более благоразумным указать цифру 95 млн. кв. м,
считаясь с трудностью превышения, начиная уже со второго
(года семилетки, темпов плана, предусматривающего
строительство 650—660 млн. кв. м. Распределение жилищного
строительства между государственными организациями и
индивидуальными застройщиками на 1954—1955 годы
приводится на основе данных сборника «Народное хозяйство
СССР» (1957 год). На все другие годы оно выведено на
основании соответствующих расчетов. Так, например,
«Правда» за 3 апреля 1959 года высказывает предположение, что
общий объем индивидуального строительства в 1959 году
составит 29 млн. кв. м.
При расчете числа построенных квартир мы исходим из
средней площади одной квартиры в 33—44 кв. ж, как это
предусмотрено семилетним планом.
Чтобы дать должную оценку этим мероприятиям,
проводимым в Советском Союзе, следует сделать сперва
несколько общих замечаний.
Прежде всего данные эти показывают, что в 1959 году
объем жилищного строительства превысил в 2,5 раза
соответствующие показатели за 1954 год.
С другой стороны, оказывается, что в 1960 году будет
строиться в среднем 15 квартир на каждую тысячу жителей,
что, несомненно, представляет собою определенный рекорд.
Необходимо, однако, внести некоторую поправку в эти
расчеты и принять во внимание метраж советских жилых
42

квартир, который весьма незначителен. И тем не менее, если
сравнить количество квадратных метров жилой площади,
строящейся в СССР и в западных странах, то мы убедимся,
что в расчете на душу населения в Советском Союзе
строится больше жилой площади.
Во Франции в 1960 году должно быть построено 300 тыс.
жилищ площадью в среднем 65 кв. м. Таким образом,
всего должно быть построено 19,5 млн. кв. м при населении в
44 миллиона, то есть в среднем 0,44 кв. м на одного жителя.
В СССР в 1960 году будет построено 95 млн. кв. м
жилой площади в городах и 35 млн. кв. м в сельской местности
(следует учесть, что метраж жилых домов >в деревне еще
меньше, чем в городе). Всего, таким образом, получается
130 млн. кв. м на 210 млн. жителей, или в среднем 0,62 кв. м
на одного жителя, что приблизительно на 41% больше, чем
во Франции. Из всех западных стран только в Западной
Германии ведется столь же широкое строительство.
Не удивительно, что СССР ориентируется на всемерную
индустриализацию строительства. Согласно опубликованным
сообщениям, СССР ввел в эксплуатацию с 1956 года
600 предприятий по серийному производству крупных
блоков и панелей.
В своем докладе XXI съезду КПСС Хрущев расхваливал
все выгоды применения индустриальных методов в
строительстве. Согласно плану, общий объем крупноблочного
строительства жилых домов достигнет в 1965 году 25 млн.
кв. м жилой площади в год, что составляет приблизительно
одну пятую всей строящейся жилой площади.
Индустриализация строительства сокращает расход
цемента. Расход цемента в домах, строящихся из крупных
блоков, не превысит количества цемента, требующегося для
строительства кирпичных домов. Сократится расход
металла, который СССР предпочитает применять для других
целей. Наконец, потребуется значительно меньше рабочей
/силы.
С другой стороны, в результате роста производства
железобетона получится экономия в листовом железе и
уменьшится потребность в ремонте зданий.
Добавим, что большой объем жилищного строительства
в крупных городах облегчает задачу индустриализации
этого строительства. Многочисленные четырех- и
восьмиэтажные дома, воздвигаемые на окраинах Москвы, являются
достаточно крупными объектами, позволяющими
предприятиям строительной промышленности специализироваться на
выпуске ограниченного числа строительных деталей.
Напротив, во Франции, где комплексные программы не имеют
подобного размаха, изготовление в заводских условиях
сборных деталей домов вызывает нередко необходимость сборки
43

на одном и том же предприятии максимального числа
деталей дома, примером чего служат методы Камю.
Посещение советских фабрично-заводских предприятий
оставляет лучшее впечатление, чем посещение строительных
площадок. Как только уходишь с территории завода, где
соблюдается строгая дисциплина, и попадаешь на
строительную площадку, то сразу же замечаешь недостаточный
уровень квалификации и некоторую нерадивость рабочих.
Поэтому, несмотря на все успехи в области
индустриализации строительства, его себестоимость все еще очень
высока. В 1958 году строительство квадратного метра жилой
площади обходилось в среднем в 1454 руб., считая по всей
стране в целом. При этом в отдельных республиках
стоимость квадратного метра жилой площади достигает 1546,
1700 и даже 1832 руб., в то время как в районе Москвы и
Ленинграда она составляет 1000—1200 руб. Если сравнить
эту цифру с заработной платой неквалифицированного
рабочего, то получится, что эта сумма равна его
двухмесячному окладу, в то время как во Франции она равна лишь
месячному окладу такого рабочего.
Стоимость строительства в СССР представляется тем
более высокой, если учесть, что качество его до сих пор
посредственно. Стало уже обыденным явлением слышать, что
полы настилаются неровно, лестничные марши делаются
неодинакового размера, а санитарные узлы действуют
неисправно. Однако квартирная плата достаточно низка и
определяется в зависимости от заработка квартиросъемщиков,
составляя в среднем 1,32 руб. за 1 кв. м в месяц. Таким
образом, плата за квартиру в 40 кв. м составит
приблизительно 50 руб. (однако очень мало семейств занимают всю такую
квартиру целиком). Если принять во внимание, что строят
дома недостаточно хорошо и качество некоторых материалов
низкое, то невольно сразу же возникает жгучая проблема
расходов на содержание жилого фонда. Не вынуждено ли
.государство, учитывая низкий уровень квартирной платы,
выделять крупные дотации на поддержание домов в годном
для жилья состоянии?
Окажется ли действительно осуществленной, по крайней
мере в 1965 году, мечта советских граждан: каждой семье —
отдельная квартира? По данным Жилищного комитета
Экономической комиссии для Европы, к концу 1955 года в
стране насчитывалось 17 400 тыс. квартир (в одних только
городах). К этому необходимо добавить около 3500 тыс.
квартир, построенных в 1956, 1957 и 1958 годах, и 15 млн.
квартир, которые должны быть построены в течение семилетки.
Однако из этих итоговых цифр следует вычесть большое
число квартир в обветшалых или деревянных домах, которые
нужно сносить, чтобы на их месте построить новые дома.
44

Если допустить, что за десять лет будет таким образом
потеряно 4 млн. квартир, то получится, что к тому времени на
НО с лишним млн. городских жителей придется свыше
31,8 млн. квартир К Принимая во внимание, что семьи,
насчитывающие более двух или трех детей, представляют
собою исключительное явление в советских городах, следует
полагать, что указанная выше цель вряд ли будет
полностью достигнута, однако бесспорно, что будет сделан
весьма значительный прогресс на пути к ее достижению.
В результате осуществления столь широкой программы
строительства города в значительной своей части станут, по
существу, совершенно новыми городами. Прибывающий на
самолете в Москву житель Запада, направляясь в город с
аэродрома, поражается открывающемуся перед ним виду.
По обеим сторонам-автострады простираются еще
зеленеющие, но уже изрытые экскаваторами поля — признаки
начинающегося здесь крупного строительства. Затем вдруг
вырастают очертания совершенно нового города, протянувшегося
на большом расстоянии и состоящего из домов в 8—10
этажей. Каждый месяц вырастают новые жилые кварталы,
наглядно свидетельствуя о широком размахе жилищного
строительства.
Место расположения этого строительства служит целям
советской пропаганды, но в то же время указанные
новостройки являются прототипом того, что создается ныне в
России. Через несколько лет число жилищ, построенных в
СССР после 1955 года, превысит число жилищ,
существовавших до этого. Каким же будет новый облик городов
России?
В известной мере он обретает формы, традиционные для
русского градостроительства. Уже в предыдущем веке, если
не со времен Петра Великого, наметилось строительство
весьма привлекательных городских комплексов, навеянное
отчасти классическими образцами Италии и Франции, но
осуществляемое в более широких масштабах.
Стремление Сталина к величию и к широкому размаху
нашло себе благоприятную почву в градостроительстве.
Перед жилыми домами располагаются обширные участки
общественного пользования. Во вновь создаваемых кварталах
проезжая часть улицы достигает нередко 50 ж в ширину.
Очень много зеленых насаждений; их несомненно больше,
1 Естественный прирост населения в городах невелик. Кроме того,
заново обосноваться ныне в Москве или в других крупных городах
европейской части Советского Союза без каких-либо весьма серьезных на то
оснований невозможно. С другой стороны, следует учитывать быстрый
рост городов Сибири.
45

чем на Западе. Нельзя также не признать умения советских
архитекторов использовать рельеф местности.
Что касается самого расположения жилых массивов, то
здесь нет почти ничего нового. Тенденция к простоте не идет
вразрез с общепринятой практикой. Дома в новых
кварталах располагаются, как правило, в шахматном порядке.
Через определенные промежутки делаются широкие проезжие
пути для транспорта, но устройство стоянок для
автомобилей не предусматривается. Вокруг жилых домов
оставляются просторные дворики. Мы не встречали расположения
жилых домов по диагонали, как это практикуется в Финляндии
или Швеции.
В течение долгого времени в СССР не занимались
реставрацией памятников старины. Но за последние годы
начали усиленно производиться реставрационные работы.
Характерным примером в этом отношении может
служить Ленинград. По случаю празднеств, посвященных
250-летию этого города, Зимний дворец и Эрмитаж —
великолепный архитектурный ансамбль, несущий свою
молчаливую вахту на берегах Невы, — были целиком заново
окрашены в светло-зеленый цвет. Подобная же забота начинает
проявляться и в Москве, где были восстановлены в своем
прежнем виде Манеж, превращенный в выставочный зал, и
многие старинные церкви. То же самое происходит в
провинции. Так, например, в Ярославле были весьма искусно
реставрированы фрески в церкви Ильи Пророка.
С целью улучшить бытовые условия стремятся избежать
слишком усиленной концентрации населения в крупных
городах. Советские исследователи полагают, что идеальным с
точки зрения его населенности был бы город в 200 — 300 тыс.
жителей: в этих условиях можно было бы лучше всего
обеспечить удобства населения и добиться наиболее
экономичного его обслуживания. Вот уже много лет советское
правительство, желая затормозить рост крупных городов, не
разрешает создавать ;в них новые фабрики и заводы и
расширять уже существующие предприятия, за исключением тех
случаев, когда речь идет об удовлетворении нужд городских
жителей.
Где только возможно, промышленные предприятия
переводятся в менее крупные пункты. Так было сделано со
многими предприятиями Москвы, включая крупный химический
завод.
Наконец, создаются города-спутники. В Крюково, близ
Москвы, в 38 км по дороге в Ленинград, будет построен в
1959—1963 годах город на 65 тыс. жителей.
Разрабатываются планы строительства трех городов-спутников близ
Ленинграда, каждый приблизительно на 60 тыс. жителей,
которые возникнут в Горской, в 27 км к северу от города, в Со-
46

сновой Поляне, к юго-западу от города, и в Отрадном, 6
30 км от Ленинграда, на Неве. Город Волжский, близ
Сталинграда, на Волге, будет иметь около 50 тыс. жителей.
Этим путем крупнейшие центры страны предполагается
превратить в образцовые города. Русские часто приводят в
качестве примера Сталинград, ныне восстановленный на
протяжении 60 км по берегу Волги. Благодаря отдаленности
промышленных предприятий все жители пользуются
благами, которые дает им близость реки. Подобные же тенденции
находят свое выражение в практике строительства Москвы,
Киева и Ленинграда.
Крупнейших нововведений следует ожидать, несомненно,
не в самом Ленинграде, который, кстати сказать, испытал на
себе много превратностей судьбы. В середине XIX века в
связи с развитием промышленности город оказался опоясанным
множеством верфей, депо и заводов, которые создали новый
промышленный город, принявший вид полукруга. Пять
железнодорожных линий разделили город на несколько районов.
Во время революции центральные районы города
оказались покинутыми представителями прежних имущих
классов, и там поселились рабочие семьи — 300 тыс. человек.
Численность населения города резко снизилась — с 2,4 млн.
в 1916 году до 740 тыс. в 1920 году. Едва лишь успела
закончиться реконструкция этой бывшей столицы, как началась
новая война, нанесшая Ленинграду огромнейший ущерб.
Было разрушено 3 тыс. и повреждено 7 тыс. зданий.
Бедствовавшее население разбирало на дрова деревянные дома, а
каменные здания власти превращали в оборонительные
сооружения для защиты города от вторгшихся в страну
захватчиков.
В настоящее время в городе насчитывается 3,3 млн.
жителей. Власти решили приостановить его дальнейший рост, и
после того как численность населения достигнет 3,5
миллиона, переселить все избыточное население в города-спутники.
В процессе обеих реконструкций города была сохранена
его прежняя планировка, но магистрали, идущие от центра
города, были продолжены на значительные расстояния.
Московский проспект, проходящий через ряд площадей и
крупных парков, застроен высокими зданиями, нередко
украшенными пилястрами. Фасад некоторых домов облицован.
Новый Ленинград, с его большим и прекрасным
стадионом, расположенным в живописном месте, несомненно
олицетворяет собой красивейший архитектурный ансамбль новой
России.
Город Киев, безусловно, преобразился значительно
больше, чем Ленинград. Население его растет очень быстро. С
700 тысяч в 1948 году оно выросло до 1 миллиона в 1956
году. Очень быстро увеличивается также и число жилищ: в
47

1956 году было построено 200 тыс., а в 1957 году — 300 тыс.
кв. м жилплощади.
Дома строятся высотой от 7 до 9 этажей. Архитектурный
стиль их весьма спорен и не в состоянии удовлетворить ни
любителей модернизма, ни приверженцев классических
форм. Вновь построенные общественные здания
представляют собой беспорядочное сочетание различных стилей.
Но город совершенно обновился и производит весьма
яркое впечатление. Так же, как и в Ленинграде, улицы очень
широки. В результате перепланировки ширина улиц
увеличилась с 35 до 75 м. Магазинов здесь, думается, больше, чем
в других городах. А многочисленные кафе с террасами
открыты до поздней ночи.
Улицы нередко имеют очертания дуги, как, в частности,
большая улица Крещатик, находящаяся в самом сердце
города. Высота и самый вид домов различны, расположены они в
некотором беспорядке, что объясняется рельефом местности.
В Киеве построен стадион им. Н. С. Хрущева,
занимающий 53 га. Улица Крещатик тянется вплоть до холма,
возвышающегося над Днепром. Туннель, строящийся под этим
холмом, выйдет прямо на новый мост длиной в 1542 м,
перекинутый через Днепр.
С холмов над Днепром, на которых устроены обширные
парки, открывается прекрасный вид на новые городские
кварталы.
Москва, несомненно, наименее привлекательный из этих
трех крупнейших городов России, но именно здесь
градостроители прилагают максимум усилий. Московские
архитекторы утверждают обычно, что через 10 лет Москва станет
самым красивым городом Европы. Подобные заявления,
конечно, несколько преувеличенны, но облик Москвы, безусловно,
изменится.
Мы не будем повторять известные всем цифры; отметим
лишь, что из общего количества 299 млн. кв. м жилой
площади, строительство которой было намечено планом 1955—
1960 годов, в Москве предполагалось построить 11,5 млн.
кв. м, или около 300 тыс. квартир, что составляет 4%
общего объема жилищного строительства в городах. Этот процент
ниже процентного отношения населения Москвы ко всему
городскому населению страны. Но он представляется все же
достаточно высоким, если принять во внимание большое
количество новых городов, возникающих в Советской России.
К тому же такой размах нового строительства обеспечивает
возможность снести деревянные дома общей площадью
3 млн. кв. м, которые можно встретить сейчас даже в
центральной части города и которые должны полностью
исчезнуть к 1966 году.
Новые кварталы Москвы сооружаются как в центральной
48

ее части, так и на окраинах. Несмотря на строительство
города-спутника, площадь Москвы значительно увеличится.
Если в настоящее время общая площадь Москвы равна 40
тыс. га, то, согласно разработанному ныне генеральному
плану, она достигнет около 62 тыс. га.
В центре города жилищное строительство развернется в
основном близ больших, расположенных концентрическими
кругами бульваров. Новые дома вырастут на Новом Арбате,
который будет проложен параллельно современному Арбату,
этой наиболее привлекательной и оживленной торговой
улице Москвы, но слишком узкой для уличного движения.
На южной, юго-западной и северо-западной окраинах
города намечается построить много жилых кварталов.
Подобное расположение кажется резонным, поскольку ветры в
Москве дуют в основном с запада. В наиболее крупных
масштабах жилищное строительство развертывается близ
нового здания университета, построенного в 1953 году.
Новая Москва будет, безусловно, отличаться своим
величественным видом. Над излучиной Москвы-реки с
грандиозной чашей большой спортивной арены в Лужниках,
примечательной своей гармоничной простотой и окруженной
разными спортивными сооружениями, возвышается здание
университета. Справа от него виднеются кремлевские церкви.
Слева, в 7 или 8 км от университета, выросла недавно
построенная гостиница «Украина», архитектура которой
соответствует еще идеям, бывшим в почете во время правления
Сталина. Весьма живописен проспект, пролегающий вдоль
Москвы-реки и соединяющий здание университета со
зданием гостиницы «Украина». Сады, простирающиеся вдоль
реки, перемежаются с очень крупными зданиями. А ночью
иллюминация подчеркивает все величие этого ансамбля.
Внутри города, близ жилых массивов, будут устроены
зеленые зоны. Генеральным планом предусматривается
создание крупных парков и прудов. С 1955 года во всей
Московской области, то есть в радиусе 200 км вокруг Москвы,
запрещено строить какие бы то ни было новые заводы и
фабрики или расширять существующие. Кроме того, советские
власти предполагают вывести за пределы города 120
предприятий, производство которых вредно для здоровья населения.
При посещении нами новых жилых кварталов мы вынесли
впечатление, что в этих кварталах будет больше торговых
предприятий, чем в старых районах.
Строятся также культурные учреждения. В 1956—1960
годах будут построены кинозалы и театры в общей
сложности на 25 тыс. мест. Однако в этой области все еще
наблюдается отставание от Запада К
1 Кинотеатры департамента Сены имеют 419 тыс. мест.
4 Зак. 85
49

Можно с полной уверенностью сказать, что Россия
обретет вскоре новый облик. Условия в больших городах станут
более здоровыми, здания в них будут окружены зеленью.
Через десять лет Москва станет грандиозным, хотя и
несколько унылым городом. Иной приезжий с Запада загрустит
здесь, несомненно, по оживленным улицам крупных
европейских городов, по их отточенной законченности и хорошему
вкусу. Но зато он получит возможность сравнить на досуге
достижения коммунизма и капитализма.
С другой стороны, можно предвидеть, что условия жизни
в сельских районах останутся трудными, несмотря на то, что
мероприятия по улучшению жилищных условий будут
проводиться не только в одних городах. В связи с необходимостью
осуществления в" сельских районах общественных работ в
крупных масштабах, работ по устройству водопровода и
жилищному строительству потребуется (особенно если принять
во внимание трудности, связанные с климатическими
условиями) больше 7— 10 лет, чтобы достигнуть здесь
«западного» уровня жизни. Советская Россия будет всегда страной
контрастов. К тому же большая часть советского населения
все еще проживает в сельских районах.
В то же время нельзя недооценивать значения усилий
Советов в области строительства. Если учесть при этом все
то, что Советская Россия стремится осуществить и
осуществляет в области науки, оснащения передовой техникой
промышленности и сельского хозяйства, то убеждаешься в
чрезвычайном напряжении советской экономики. России
приходится все время соразмерять удовлетворение военных и
гражданских нужд. Все это может осуществляться лишь
путем обеспечения дальнейшего роста производительности.

Глава II
ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИЕ СВЯЗИ
СОВЕТСКОЙ РОССИИ ПОСЛЕ 1953 года
СССР, придерживавшийся некогда политики автаркии,
стал ныне державой с широкими экономическими связями.
Последствия перемен в советской экономике сказываются во
многих странах. Прежде всего следует отметить, что уже
одно известие о таком событии, как смерть Сталина, нашло
глубокий отклик в странах-сателлитах. Долго сдерживаемые
стремления народа получили, наконец, возможность
претвориться в жизнь. Чехословакия, Восточная Германия,
частично Польша и Венгрия являются странами, достигшими
высокой степени экономического развития. Вынужденные
мириться с режимом, который они не выбирали себе
добровольно, и поставленные в подчиненное положение по отношению
к стране, превосходства которой они не признавали — ни в
техническом, ни в духовном отношении, — они воспринимали
советское владычество с чувством большой досады, если не
гнева, особенно принимая во внимание бремя, которое оно
налагало на их экономику.
Строгое применение принципа преимущественного роста
тяжелой промышленности в этих странах с давно
сложившейся экономической структурой наталкивалось на еще большее
сопротивление, чем в Советской России. Осуществление
программы капитального строительства влекло за собой
снижение уровня заработной платы рабочих и служащих, а в
сельских районах стремились проводить ускоренными темпами
коллективизацию, несмотря на противодействие крестьян.
Когда умер Сталин, критиков, которые не осмеливались
раньше высказываться публично против установившегося
режима, стало так много и они начали выступать столь
резко, что это привело к восстанию в Восточном Берлине,
трагическим событиям в Венгрии, а также к кризису в Польше.
Советские руководители сразу же поняли критический
характер создавшегося положения. И начиная с 1954 года, то
есть в то время, когда начали происходить экономические
преобразования в странах-сателлитах, отношения между
Москвой и этими странами приобретают новый характер.
Дабы сохранить сплоченность восточного блока в военном и
4*
51

дипломатическом отношении, Россия, не будучи больше в
состоянии влиять на ход событий, вынуждена согласиться на
очень многие изменения в навязанной ею этим странам
экономической дисциплине и отказаться от львиной доли своих
выгод.
Что же касается отношений с крупнейшими западными
державами, то линия развития этих отношений определилась
после первых же заявлений новых советских руководителей.
Маленков заговорил о необходимости разрядки
международной напряженности, а Хрущев — о необходимости мирного
сосуществования. Если обе системы вступят в экономическое
соревнование, то сама жизнь покажет, кто же из них
окажется победителем.
Советские руководители идут на риск открытия своих
границ, полагая, что путем передачи некоторого числа
заказов крупнейшим иностранным промышленникам им удастся
нейтрализовать враждебность западного мира. По словам
Ленина, капиталисты готовы продать все, что покупается,
вплоть до гвоздя, на котором их можно было бы повесить.
К тому же в условиях мирного сосуществования особенно
необходимо поднять уровень жизни. Несмотря на большой
технический прогресс, достигнутый за 40 лет, СССР —
страна, весьма заинтересованная в обмене тех товаров, которые
достаются ей дешево, на те, производство которых обошлось
бы ей очень дорого. Советский Союз понимает, что ему
предстоит еще учиться у Запада и что он в состоянии путем
заимствования у Запада технического опыта или даже закупки
целых агрегатов ускорить процесс своего развития. Так
экономические цели сочетаются с требованиями политического
характера.
После длительных дискуссий руководители
западноевропейских стран также склоняются, видимо, к мысли о
необходимости развития экономических связей с СССР. Подобно
советским руководителям, они считают, что развитие
международных экономических связей знаменует собой прогресс и
способствует ослаблению политической напряженности. Они
полагают также, что открытие границ пойдет на пользу не
одной только Советской России, которая достигла высокого
уровня научного развития 1, но также и на пользу западным
странам, их экономике, технике и главным образом
престижу. Торговые связи неизбежно влекут за собой увеличение
взаимных поездок, хотя и строго ограниченных рамками этих
связей, лучшее ознакомление с особенностями обеих систем.
Западным государствам нечего бояться подобных сравнений,
1 Следует отметить, что в некоторых отраслях экономики СССР,
закупая оборудование у западных стран, в состоянии предложить
слаборазвитым странам более разнообразный ассортимент такого же
оборудования.
52

поскольку их граждане — если не сами советские граждане—
в состоянии обнаружить этим путем существенную разницу
между уровнем жизни в России и на Западе и почувствовать,
несмотря на перемены, происшедшие недавно в СССР,
возможности, которые открывает перед людьми режим свободы.
Так, в силу ряда причин, порой аналогичных, порой
противоречивых, создается некое общее согласие, несколько
двойственного или «неясного», как написал бы Стейнбек,
характера, которое приводит к развитию торгового обмена.
Объем внешнеторгового оборота СССР весьма незначителен
по сравнению с объемом продукции в самой стране. Однако
этот оборот систематически растет. Если с 1953 по 1958 год
общий внешнеторговый оборот СССР значительно уступал
внешнеторговому обороту Франции, то в 1958 году он достиг
почти таких же размеров.
Внешняя торговля крупнейших стран в 1958 году
Страны
США
Великобритания
ФРГ
Франция
СССР
Общий объем внешней
торговли (млн. долл.)
30 611
18 987
16168
10 722
8 647
Являясь высокоиндустриальной и в то же время
развивающейся страной, СССР экспортирует значительное
количество сырья, горючего, нефти. Импортирует СССР также
большое количество сырья, чтобы затем реэкспортировать его в
виде готовых изделий. Реэкспорт постепенно увеличивается.
В тот период уже крепнут экономические связи со
слаборазвитыми странами и с Китаем. Эти связи значительно
усиливаются за последние годы, и с течением времени выявится
все их значение. Изменения в советской экономике,
вызвавшие соответствующие изменения во внешнеэкономических
связях СССР со странами-сателлитами, постепенно
преобразуют во все более широких масштабах характер
международной экономики.
1. Экономические связи со странами-сателлитами
С 1953 года Советская Россия неоднократно возвещала,
особенно после возобновления своих отношений с
Югославией, что она отказывается от всех выгод, вытекающих из ее
отношений со странами социалистического лагеря. Эта новая
53

позиция была подчеркнута с особой силой в Декларации от
30 октября 1956 года, которая представляет собой основной
документ, регулирующий взаимоотношения между
социалистическими странами как в экономической, так и в военной
областях. В этом документе декларируется, что
экономические связи между социалистическими странами должны
строиться на началах взаимной выгоды и равноправия в
отношении цен. Предусматривается, что все инженеры,
агрономы, научные работники, а равно и военные советники,
которых Советская Россия направляла в страны Восточной
Европы, будут отозваны, так как благодаря советской помощи
в странах-сателлитах сложились свои инженерно-технические
кадры, столь же квалифицированные, как и советские.
Эволюция экономических связей со
странами-сателлитами характеризуется прежде всего ликвидацией смешанных
акционерных обществ. Вскоре после окончания войны
Советская Россия принялась насаждать в других странах
смешанные акционерные общества, поскольку после 1917 года
она сама имела опыт в этой области. Тогда в целях
разработки некоторых месторождений полезных ископаемых она
создала ряд смешанных обществ с участием иностранных
компаний и даже иностранных правительств; доля участия
советского правительства в таких обществах должна была
достигать не менее 50% их основного капитала.
С момента окончания войны и вплоть до 1953 года
Россия применяла тот же самый режим смешанных
акционерных обществ и к странам-сателлитам. Воспользовавшись
унаследованными ею акциями немецких компаний, Россия
оказалась в состоянии играть роль, аналогичную роли
экспортера капитала.
Важнейшими из этих обществ явились, несомненно,
общества, созданные в Венгрии. Чтобы описать все сферы
деятельности, в которых Советская Россия осуществляла свое
влияние, потребовалось бы слишком много места.
Существовала, например, советско-венгерская «Дунайская компания»,
располагавшая портовыми сооружениями и складским
хозяйством и обеспечивавшая навигацию на Дунае. Существовали
также советско-венгерская компания гражданской
навигации, а также различные смешанные промышленные компании
по добыче нефти и разных других полезных ископаемых, в
частности бокситов.
В Румынии 397 смешанных компаний и предприятий
занимались в основном изысканиями и эксплуатацией
месторождений нефти, которая была в то время важнейшим
элементом румынской экономики, каким, впрочем, она является и
сейчас, хотя и в несколько меньшей мере. Укажем также на
многочисленные советско-румынские компании по речным,
морским и воздушным перевозкам, по добыче угля и т. д.
ЪА

В Болгарии, где отношения с Советской Россией были
всегда достаточно удовлетворительными, деятельность
смешанных обществ была ограничена определенными областями
(судостроение и др.).
В Югославии положение стало вскоре напряженным в
результате создания двух смешанных обществ, одно из
которых занималось навигацией на Дунае, а другое —
воздушными перевозками. Эти общества, созданные в 1947 году, в
1949 году были ликвидированы в связи с разрывом
отношений между СССР и Югославией. В опубликованных
впоследствии югославских документах эти компании
характеризуются как пример экономической кабалы, навязанной Югославии
Советским Союзом.
Но Югославия представляла собой исключение; в других
странах такие акционерные общества все время развивались.
На первый взгляд некоторые из них казались
малозначительными по сравнению с местными предприятиями, однако
они пользовались весьма важными преимуществами:
освобождались, в частности, от налогов, обладали широкими
возможностями по использованию иностранной валюты и
установлению выгодных для себя цен и т. д., так что стали
важнейшими элементами экономики соответствующей страны.
Они были в то же время очагами, куда, естественно,
стекались русские инженерно-технические кадры. Эти общества
представляли собой удобную мишень для нападок всех
оппозиционно настроенных кругов, воспринимавших такой
оборот вещей как попытку колонизации их стран.
После смерти Сталина и в связи с трудностями,
возникшими в 1953 году, советские руководители наконец поняли,
что вся эта система не может дальше существовать в таком
виде. В результате осенью 1954 года был-заключен ряд
двусторонних соглашений между СССР, с одной стороны, и
Румынией, Болгарией и Венгрией — с другой, о ликвидации
большинства смешанных акционерных обществ. Несколько
таких смешанных обществ, просуществовавших еще
некоторое время, были ликвидированы в 1955 и 1956 годах, и акции
Советов были переданы правительствам соответствующих
стран-сателлитов. По этому случаю, конечно, всячески
превозносилась услуга, оказанная странам-сателлитам
Советским Союзом, который снабдил их оборудованием новейших
типов, направил туда квалифицированные кадры и т. д. Но,
поскольку эти общества выполнили уже задачи, ради
которых они были созданы, дальнейшее их существование,
дескать, не вызывалось уже больше необходимостью. Довольно
занятно сравнить подобные заявления с речами, которые
произносились за несколько лет до этого, в частности по
случаю годовщины основания указанных обществ. Согласно
тогдашним утверждениям, эти смешанные общества являли
55

собой замечательный пример сотрудничества, основанного
на равенстве социалистических стран! И вдруг, в мгновение
ока, делается заключение, что эти общества уже не нужны
больше для осуществления указанного сотрудничества.
Когда акции советской стороны передавались странам-
сателлитам, соответствующими соглашениями
предусматривалось, что эти государства должны в течение определенного
долголетнего срока выплатить компенсацию советской
стороне. Указанные условия кредита казались достаточно
выгодными. Однако была ли эта компенсация выплачена на
самом деле? Ведь впоследствии отношения между Россией и
странами-сателлитами вступили в новый этап. После периода
репарационных поставок натурой и создания смешанных
обществ наступило время выкупа акций, а затем и отказа от
взыскания долгов. Выгоды, которые Россия получала от
стран-сателлитов, стали все больше уменьшаться. После
восстановления равноправных условий торгового обмена и
особенно в связи с финансовой помощью, которую Россия
вынуждена оказывать этим странам, они стали, по всей
видимости, обузой для нее.
Соглашение, заключенное 18 ноября 1956 года с Польшей,
является ярким свидетельством восстановления
равноправных условий торгового обмена. СССР недвусмысленно
отказывается в этом соглашении от взыскания задолженности с
Польши, учитывая потери, понесенные этой страной по ее
прежним поставкам угля ниже мировых цен. Чтобы оценить
все значение уступок, сделанных Польше, необходимо
отметить, что общая сумма аннулированных Советами долгов —
2,1 млрд. руб., подлежавших уплате с 1957 по 1965 год,—
доставляет около 2/з общего годового объема импорта
Польши.
Подобному же пересмотру подверглись и отношения с
другими странами коммунистического блока, с той лишь
разницей, что соответствующие соглашения не предусматривали
аннулирования столь крупных долговых обязательств.
Сверх того СССР согласился признать положение, при
котором Москва не является больше единственным центром
паутины, опутывающей коммунистические страны. Это
означает более широкое применение принципа равноправия в
сфере торгового обмена. Конечно, Россия не отказывается от
сохранения своих постоянных связей с социалистическими
странами. Она признает равенство, но не полную свободу.
Она стремится превратить узы подчинения, которые
удерживали страны-сателлиты в ее орбите, в связи, основанные на
доброй воле и отвечающие подлинным интересам обеих
сторон. Она не требует больше предоставления привилегий сво-
56

им специалистам. Провозглашая необходимость развития
торговли внутри социалистического лагеря, она заботится
столько же о торговом обмене между отдельными странами-
сателлитами, сколько о своей собственной торговле с
каждой из этих стран, и этот момент является уже новым.
В «Правде» от 27 июля 1956 года некто Никитин
излагает советскую точку зрения на новые формы
координированного развития экономики этой группы стран. Специализация
производства позволит сократить количество стран,
выпускающих однотипную продукцию, а также количество типов
машин и оборудования, выпускаемых в каждой стране. Так,
оборудование для угольной промышленности европейских
стран народной демократии будет производиться в
Восточной Германии, Польше и Чехословакии; угольные
комбайны — в Польше; вагоны-холодильники — только в Восточной
Германии; оборудование для производства алюминия —
только в Венгрии; производство оборудования для цементной
промышленности будет развиваться в основном в Восточной
Германии, а для кожевенной и обувной промышленности —
в Чехословакии.
Орудием проведения этой новой политики является Совет
экономической взаимопомощи, сфера деятельности которого
ограничена, по сути дела, европейскими странами.
Созданный 27 января 1949 года для борьбы с последствиями
ограничений экспорта из США в страны восточного блока, он играл
поначалу весьма скромную роль, если не считать вопросов
технического сотрудничества, и способствовал развитию
автаркических тенденций.
После смерти Сталина сотрудничество между
социалистическими странами должно было распространиться на сферу
планирования производства. Однако координация планов
стала осуществляться по слишком широкому ассортименту
продукции. Поэтому на конференции в Варшаве в июне
1957 года было решено сосредоточить внимание на
важнейших видах продукции и координировать планы на
ближайшее пятнадцатилетие под углом зрения дальнейшего
развития разделения труда. Через определенные промежутки
времени происходят заседания совета с определенной повесткой
дня. Так, например, с 31 марта по 2 апреля 1959 года в
Москве заседала постоянная комиссия Совета экономической
взаимопомощи, рассматривавшая вопросы развития черной
металлургии. Комиссия решила увеличить в период 1959 —
1965 годов производство черных металлов, а также добычу
железной руды. Особо отмечалась необходимость
увеличения производства листового проката и труб. Кроме этого, 3—
4 апреля 1959 года комиссия рассматривала вопросы,
связанные с угольной промышленностью, и в частности с
коксованием углей.
57

Характерным для нового духа в отношениях Советского
Союза со странами-сателлитами является другое
важнейшее решение, принятое в Варшаве: Совет экономической
взаимопомощи постановил ввести систему многостороннего
клиринга с целью обеспечить торговое сотрудничество
внутри коммунистического блока, принимая во внимание
неравный объем торгового обмена между двумя отдельно взятыми
странами. Но пока что это решение, видимо, полностью не
претворено в жизнь.
Но одного равноправия было еще недостаточно, и вот
здесь путь, на который вступил Советский Союз,
напоминает собою, как это ни странно, практику западных стран.
Чтобы сохранить хорошие отношения со странами-сателлитами,
СССР пришлось не только ликвидировать смешанные
акционерные общества, восстановить равноправие в отношении цен
на импортируемые и экспортируемые товары, но также
предоставить начиная с 1955— 1956 годов крупные кредиты. До
1955 года кредиты предоставлялись преимущественно на
военные цели. С 1956 года, напротив, СССР был вынужден
предоставлять весьма значительные кредиты таким странам,
угрожавшим выходом из коммунистического блока, как
Польша и Венгрия. Мы уже упоминали раньше о положении
польско-советского соглашения, предусматривающего
возмещение Советской Россией несправедливо причиненных ею
Польше убытков по поставкам польского угля. По этому же
соглашению Польша получила от СССР кредит в сумме
700 млн. руб. на товары, подлежащие поставке в 1958—1960
годах, с погашением долга в 1963—1965 годах. СССР
согласился также предоставить Польше взаймы 1,4 млн. т
зерновых, подлежащих поставке с декабря 1956 до июня 1957
года, с возвратом в натуре Польшей в 1961 —1962 годах.
Стоимость этих 1,4 млн. т зерновых составляла около 400 млн.
руб., следовательно, в общей сложности Польша получила
товаров на сумму 1,1 млрд. руб.
Несколько месяцев спустя в совместной
советско-венгерской декларации от 28 марта 1957 года СССР выразил
согласие экспортировать в Венгрию больше чем на 1 млрд.
руб. товаров (450 тыс. т пшеницы, 200 тыс. г фуражного
зерна, 1,2 млн. т угля, 150 тыс. т стального проката и др.).
Чтобы помочь венгерскому правительству, Советы
предоставили Венгрии долгосрочный кредит на сумму 750 млн. руб..
в том числе 200 млн. руб. в свободной валюте из 2%
годовых с погашением в течение 10 лет начиная с 1961 года.
Кроме того, советское правительство предоставило Венгрии
отсрочку в погашении долговых обязательств на сумму
свыше 150 млн. руб. по ранее предоставленным кредитам и
56

освободило венгерское правительство от погашения
задолженности в 1 млрд. форинтов за переданное Советским
Союзом бывшее немецкое имущество в прежних смешанных
обществах.
Предоставляя все это ненадежным и строптивым
союзникам, СССР тем более не мог отказать в таких же услугах
своим верным друзьям. Через несколько недель после
заключения соглашения с Польшей было опубликовано
совместное румынско-советское соглашение о предоставлении
Румынии кредита в 270 млн. руб. Советская пресса,
стремясь как можно меньше раскрыть русским истинные
масштабы жертв, приносимых Советским Союзом, ограничилась
этим единственным сообщением. Однако несколько дней
спустя из заявлений румынской стороны стало очевидно, что
Советская Россия не только предоставила этот заем в
270 млн. руб., но отказалась также от права взыскания
долгов на сумму, соответствующую стоимости бывшего
немецкого имущества в смешанных акционерных обществах, а
именно 4,2 млрд. лей. Затем в начале 1957 года было
заключено соглашение с Германской Демократической
Республикой о предоставлении ей кредита в свободной валюте на
сумму 340 млн. руб. Благодаря этому ГДР получила
возможность закупать за границей оборудование или товары,
которые впоследствии могли быть переуступлены Советской
Кредиты, предоставленные восточноевропейским странам
Чехословакия
Польша
Венгрия
Румыния
Болгария
Югославия
ГДР
Год
1948
1947
1948
1950
1956
1957
1948
1956
1957
1947
1956
1948
1956
1957
1947
1947
1956
1956
1956
1957
Сумма кредита
(млн. руб.)
92
112
1800
400
500
1100
?
125
750
40
270
44
370
200
56
540
336
440
1740
340
59

России. Помимо этого, Советская Россия согласилась,
видимо, и на значительное сокращение платежей по
оккупационным расходам. И наконец, в силу соглашения с Болгарией
последней были предоставлены значительные выгоды, а
также было предусмотрено весьма широкое сотрудничество в
области сельского хозяйства.
Приведенная выше таблица показывает сумму кредитов,
предоставленных Советским Союзом странам Восточной
Европы с 1947 года по июль 1957 года.
Необходимо тут же отметить, что на отношения с
Югославией наложил определенный отпечаток политический
климат и что обещанные поставки оборудования, в частности
для электростанций и алюминиевого завода, не были на
самом деле осуществлены.
Вот цена, которую Россия вынуждена платить, чтобы
иметь возможность избежать затруднений или
неприятностей в Восточной Европе и развивать в то же время
торговлю со своими сателлитами. В самом деле, торговый оборот
со странами Восточной Европы продолжал увеличиваться и
уже в 1958 году достиг 60% общего объема внешней
торговли СССР. ГДР и в меньшей степени Чехословакия
продолжают поставлять много машин и оборудования. Менее же
развитые страны, такие, как Румыния, Болгария, Албания,
продают, по примеру Китая, текстильное и минеральное
сырье, металлы и приобретают советское оборудование.
2. Экономические связи с Западной Европой
В то время как Соединенные Штаты Америки
воздерживаются до сих пор от развития торговли с Советским
Союзом, торговый обмен между СССР и Западной Европой
развивается быстрыми темпами. Согласно таблице,
составленной Дж. Фрэнком Гастоном и помещенной в английском
переводе статистического сборника СССР, снабженного
примечаниями Гарри Шварца, общий объем советского импорта
из стран Западной Европы поднялся с 79,8 млн. долл. в
1950 году до 170,8 млн. долл. в 1955 году. А общий объем
советского экспорта в страны Западной Европы вырос с
50,6 млн. долл. до 226 млн. долл.
Данные официальной статистики советской внешней
торговли за 1958 год свидетельствуют о дальнейшем росте
внешнеторговых оборотов с этими странами, и не только в
стоимостном выражении, но и в процентном отношении к
общему обороту внешней торговли СССР (берутся данные
за 1956, 1957 и 1958 годы). В 1958 году торговый оборот со
странами Западной Европы достиг около 12% общего
объема внешней торговли СССР. Крупнейшими контрагентами
60

но торговле с Советской Россией — кроме Финляндии,
которая имеет с ней общие границы, — являются прежде всего
Англия, а затем Франция, Западная Германия и Италия.
Внешняя торговля СССР в 1958 году
(в млн. руб.)
Страны
Финляндия
Великобритания
Франция
ФРГ
Экспорт
468
582
349
263
Импорт
549
292
322
288
Всего
1017
874
671
551
Со всеми этими странами Советская Россия заключила
торговые соглашения. Соглашения с Францией и Италией
были заключены уже много лет тому назад, соглашение с
Западной Германией было подписано в 1958 году, а с
Англией— в мае 1959 года. Смысл торговых соглашений,
заключаемых между коммунистическим государством и
свободными странами, не совсем ясен. Советское государство
обязуется закупать ряд товаров, занесенных в списки,
приложенные к соглашениям, в той мере, в какой они будут
предложены по мировым ценам. Государства свободных
стран могут лишь давать разрешение своим гражданам на
закупку тех или иных товаров, поскольку сами государства
непосредственно ничего не покупают.
Заключаемые таким путем соглашения частично
устраняют основное препятствие к расширению торгового обмена
с Россией. Советская Россия идет неохотно на оплату
наличными своего импорта. Советские централизованные
импортные организации, которые зачастую являются и
централизованными экспортными организациями, стремятся к
тому, чтобы другие страны, продающие им свои товары,
покупали взамен у них советские товары. Но на Западе
покупатели не являются в то же время и продавцами. Поэтому для
развития торговли, или по меньшей мере для создания
наиболее благоприятных для нее условий, необходимо
заключение торгового соглашения, с которым часто связано и
клиринговое соглашение. Торговые соглашения дают
возможность стране-импортеру зачитывать на соответствующую
сумму закупки, производимые у нее
странами-поставщиками. Отдельные сделки труднее сбалансировать путем
выплаты соответствующей разницы, чем все расчеты между
двумя странами в их общей совокупности. К тому же путем
предоставления-кредитов или выплаты различных
компенсаций можно обеспечить равновесие на более
продолжительные периоды времени.
61

В рамках основного торгового соглашения,
заключенного в 1953 году, Франция подписала недавно два новых
торговых соглашения- с Советской Россией. Одно из этих
соглашений от 11 февраля 1957 года определяет условия
торгового обмена между обеими странами в 1957, 1958 и 1959
годах. Новое торговое соглашение, подписанное в ноябре
1958 года, вновь касается торгового обмена в 1959 году, а
равно и в 1960, 1961 и 1962 годах. Благодаря тому, что эти
соглашения заключаются на три или четыре года вперед,
представляется возможным заблаговременно вступать в
переговоры о заключении соответствующих сделок, уточнение
и реализация которых требует ряда лет, поскольку дело
касается поставок оборудования. Обеспечение необходимого
баланса в расчетах достигается путем распределения
поставок по срокам.
Долгосрочное соглашение, заключенное в феврале
1957 года, обеспечило быстрое развитие франко-советских
торговых связей. Так, если в 1955 году общий торговый
оборот (то есть импорт и экспорт вместе взятые) равнялся
29 млрд. фр., то в 1959 году он достиг уже 90—95 млрд. фр.
Торговый обмен осуществляется в рамках клиринга,
урегулирование расчетов по которому следовало в принципе
произвести к концу 1959 года. Соглашение предусматривало в
основном поставку различного оборудования Францией и
поставку сырья Советской Россией. Однако заключение сделок
на поставку оборудования требовало довольно длительных
сроков, в результате чего в течение свыше одного года
Франция оставалась в долгу у советских поставщиков. Но
постепенно соглашение было реализовано самым лучшим
образом, и крупные закупки оборудования сбалансировали
внешнеторговый оборот. Россия разместила у нас один за
другим заказы на 50 электровозов, на оборудование для
крупнейшего в мире цементного завода в Сибири и для ряда
сахарных заводов, а также заказы на различное
электротехническое оборудование. Предполагается также продажа
оборудования для трех углемоек и для нескольких крупных
химических заводов. Весь этот экспорт представляет интерес
одновременно и технический, и коммерческий. Поставки
достигают небывалых масштабов, поскольку Советская Россия
собирается вести широкое строительство.
Обе страны стремятся увеличить в ближайшие годы
торговый обмен. Правда, с течением времени, когда наши
поставки в СССР превысят определенный уровень, будет
весьма трудно найти эквивалентные товары для нашего импорта
оттуда. Вначале наблюдался рост закупок угля, и особенно
антрацита, а также марганца и хрома. Однако наши
потребности ограниченны, и думается, что закупки угля у
Советского Союза уже достигли возможного предела. Долгое вре-
62

мя мы намеревались увеличить импорт нефти. Следует
отметить, что Советская Россия, с большим успехом ведущая
поиски новых нефтяных месторождений, намеревается
добыть в 1965 году около 250 млн. т нефти. Но в связи с
открытием нефтяных месторождений в Сахаре, которые через
несколько лет с излишком покроют потребности Франции,
возможность крупных закупок нефти в СССР исключается.
Необходимо изыскать возможности, имеющиеся в других
областях. Франция могла бы увеличить импорт целлюлозы
и леса. Мы закупали бы также больше хлопка, если бы
СССР согласился поставлять нам его в больших
количествах. Но мы не можем, как Западная Германия, закупать в
Советской России продукты сельского хозяйства или, как
Англия, лес и лесоматериалы в значительных количествах.
Для дальнейшего развития франко-советской торговли в
ближайшие годы мы можем оказаться вынужденными в
ожидании дальнейшего расширения закупок сырьевых
материалов продавать в кредит оборудование, не
предусмотренное соглашениями.
Советская Россия заключила соглашения и с рядом
других западных стран, в частности с ФРГ. Торговля между
СССР и ФРГ растет очень быстрыми темпами; русские,
восхищающиеся немецкой техникой, разместят там, в
частности, заказы на большое количество оборудования для
химической промышленности. Италия также заключила
соглашение с Советской Россией, однако ее торговля с последней
меньше по объему, чем торговля Франции.
До настоящего времени развитие советской внешней
торговли не приводило к каким-либо кризисам на мировых
рынках. Однако в ближайшие годы это развитие может
поставить перед Западом ряд проблем. СССР систематически
продает золото на лондонском рынке (в 1958 году им было
продано 6 тыс. унций на сумму 210 млн. долл., что равно
5% его экспорта). Быть может, Советский Союз стремится
компенсировать таким путем общий дефицит своего
торгового баланса, обеспечить себе средства для оказания
помощи странам-сателлитам и слаборазвитым странам или
накопить валютные запасы? Этого мы не знаем. Однако
маловероятно, чтобы СССР, эта крупная золотодобывающая
держава, вызвала в один прекрасный день резкое падение цен
на золото путем продажи по низкой цене крупных партий
золота. С таким же успехом можно было бы строить
аналогичные предположения и в отношении других важнейших
рынков свободного мира. Все равно, идет ли речь о нефти,
олове, алюминии или удобрениях (продажа олова и
алюминия на лондонском рынке достигла за последние годы боль-
63

ших размеров и вызвала значительное падение цен на эти
металлы), СССР в состоянии экспортировать их в столь
больших количествах, что это может серьезно отразиться на
мировых ценах, если только не будут приняты необходимые
меры предосторожности. Быть может, возникнет
необходимость в каких-то соглашениях, официальных или тайных,
между советскими внешнеторговыми организациями и
крупными международными организациями? Во всяком случае,
следует полагать, что СССР изберет благоразумный курс.
Он не может быть заинтересован в длительном обесценении
товаров, которые ему приходится экспортировать, даже
когда он и стремится завоевать себе рынки, с которых его хотят
вытеснить. Кроме того, систематическая политика демпинга
неизбежно приведет к новому разрыву торговых связей
между Востоком и Западом. А все говорит за то, что СССР
добивается как раз обратного.

Глава III
ТРУДНОСТИ 1956 года
В интервью, опубликованном в «Правде» 17 марта
1951 года, Сталин заявил, что государство не может
приниматься за все сразу. Его преемники, вероятно, не слишком
задумывались над этим советом: уж очень честолюбивы
были выдвинутые ими планы экономического развития.
Коллективное руководство, в котором находят свое отражение
различные противоречивые тенденции, пожелало одновременно
достигнуть слишком многих целей: по советам одних —
продолжать индустриализацию, в соответствии с желаниями
других — удовлетворить ряд новых требований рабочего
класса.
Следует отметить бесспорный рост потребления. Для
города это является результатом проведенных в 1953 и 1954
годах снижений цен на промышленные товары; для
деревни — результатом повышения закупочных цен на продукцию
сельского хозяйства. XX съезд КПСС принял решение
предоставить новые ассигнования на социальные нужды на
1956 год в размере 35 млрд. руб.; было также решено
провести новое повышение закупочных цен на
сельскохозяйственные продукты. Русские могут законно гордиться такой
программой.
Несомненно и то, что в 1956 году аграрный сектор не
принес обычного разочарования. Отмечалась, правда,
нехватка мяса, овощей, картофеля. Зато было произведено
много молока, хорош был и урожай хлопка. Рекордной
цифры достигла сдача зерна государству: объем заготовок,
который ранее составлял 33—35 млн. т в год, в 1956 году
достиг 54 млн. г. Несмотря на постоянные трудности с
перевозками и хранением, значительное увеличение сдачи зерна
государству могло лишь способствовать улучшению
конъюнктуры в 1956 году.
Но выполнению намеченной программы помешали
неожиданные трудности, на которые советское правительство
никак не рассчитывало. Волнения, возникшие в октябре—
ноябре 1956 года в странах-сателлитах, потребовали
дорогостоящих мер по мобилизации и вызвали перегрузку желез-
5 Зак. 85
65

подорожной сети. К тому же, вместо того чтобы
по-прежнему вывозить из стран-сателлитов сырье, Советы были
вынуждены начиная с 1953 года предоставлять им все
большую помощь. Конечно, было бы преувеличением утверждать,
что эти внешнеэкономические обязательства СССР являются
для него чрезмерными. Они составляют лишь
незначительную часть национального дохода, но в отдельные периоды и
в отдельных отраслях экономики могут стать источником
ощутимых затруднений. Именно так и случилось в 1956
году. Советская Россия не получила поставок, на которые она
могла рассчитывать, в частности бокситов и урана. А рынок
двух основных товаров — угля и зерна — испытал сильное
потрясение.
В 1956 году Польша не смогла экспортировать в страны
советского блока столько угля, сколько вывозилось в
предыдущие годы. В результате Советской России не хватило 5
или 6 млн. т угля. Здесь сыграли роль два фактора:
уменьшение польских поставок и непредвиденное увеличение
вывоза угля из Советской России, которой пришлось вместо
Польши самой поставлять уголь Восточной Германии,
Румынии и Болгарии.
Дефицит в 6 млн. т угля, незначительный для страны,
производящей сотни миллионов тонн, становится очень
тяжелым, если учесть вынужденную перегрузку ее
железнодорожной сети. Советы должны перевозить на Восток и на
Запад значительные количества угля; недостаток подвижного
состава ощущается на многих магистралях, особенно
ведущих из Донбасса. Об этих трудностях в те годы сообщалось
в специальных журналах.
Урожай зерна был хорош, но в силу ряда обстоятельств
СССР был вынужден направить в Польшу и Румынию
несколько миллионов тонн зерна. Эти поставки еще более
усилили нехватку вагонного парка.
Следствием этих событий внутри страны и в меньшей
степени за рубежом явилось напряжение экономики СССР,
которое в Западной Европе оценили бы как положение,
близкое к инфляции. Но советская экономика в подобных
случаях реагирует не так, как западная, и если
правительство принимает решение сохранить прежние цены, то
избыток находящихся в обращении денег проявляется в иных
явлениях, чем общее повышение цен. Цены возросли лишь
на существующем в СССР свободном рынке.
Статистический сборник «Народное хозяйство СССР», изданный в
1956 году, следующим образом подытоживает эволюцию цен
на колхозном рынке в 1950—1955 годах (см. таблицу).
Согласно наблюдениям, которые могли сделать тогда
западные экономисты, и в той мере, в какой неустойчивость
цен на колхозном рынке позволяет проследить определенную
об

Индекс цен колхозного рынка (по годам)
Все товары
В том числе:
зерновые
картофель
мясо и сало
молоко и молочные продукты
1940
100
100
100
100
100
1950
104
128
77
93
92
1.54
107
109
109
105
ПО
1955
111
114
105
114
113
тенденцию, отмеченное в 1955 году повышение цен должно
было продолжаться и в 1956 году.
В примечании к упомянутому статистическому сборнику
было указано, что данные за 1955 год являются
предварительными. Действительно, в новом статистическом сборнике,
появившемся в 1957 году, индексы 1955 года были
значительно изменены. И все же из опубликованных индексов
1956 года вытекало, что цены по сравнению с 1955 годом
снизились.
Индексы цен колхозного рынка (по годам)
Все товары
Зерновые
Картофель
Мясо и сало
Молоко и молочные продукты
1940
100
100
100
100
100
1950
104
128
77
93
92
1955
107
108
102
111
109
1956
98
95
92
101
96
Эта таблица свидетельствует о недостоверности
статистических данных, особенно когда речь идет об исчислении
индексов, а не об абсолютных цифрах. Возможно, считали
неудобным показать рост цен? По-видимому, первоначально
опубликованные данные вернее отражают подлинную
эволюцию цен. Прибавим, что развитие торговли ценными
вещами через комиссионные магазины подчеркивает
тенденцию к инфляции.
Часть излишка доходов могла быть' тезаврирована;
другая часть — помещена в сберегательные кассы. С некоторых
пор пропаганда вкладов необычайно усилилась: в центре
городов и в отдаленных деревнях висят плакаты,
призывающие советских граждан вносить свои сбережения в
сберегательные кассы. Эти деньги приносят доход и могут быть
получены по первому требованию. С 1953 года происходит бы-
5*
67

стрый рост частных вкладов; в 1956 году ежемесячный
прирост в сберкассах достиг около 1 млрд. руб., а это не так
уж мало.
Кроме того, развитие индивидуального строительства
отвлекло из сферы потребления значительную часть доходов.
Число строящихся ежегодно индивидуальными
застройщиками жилищ в указанный период достигало примерно
800 тысяч и требовало около 35 млрд. руб. (в год.
Но все эти стихийные явления в сфере экономики
Советской России носят побочный характер; основным фактом по-
прежнему остается то, что цены устанавливает государство,
а объем производства планируется. Поскольку государство
поддерживает цены на одном уровне, в Советской России
невозможно автоматическое сокращение спроса из-за
нехватки денег у населения.
Существуют «физические» трудности: в ряде случаев
физически невозможно выполнить план либо потому, что
некоторые потребительские товары являются слишком большой
редкостью (например, автомобили), либо потому, что
производится недостаточно средств производства, как это было в
1956 году. Так определяет положение ЦК КПСС в
постановлении от 20 декабря 1956 года. Центральный Комитет
заявляет, что задания плана не могли быть выполнены, так как
запланированный объем капиталовложений был слишком
велик.
Отсюда кризис, абсолютно непохожий на то, что под этим
подразумевается в капиталистических странах. При том
положении, которое создалось в стране, население городов
могло без серьезных затруднений снабжаться
промышленными товарами, а излишек покупательной способности
городского населения шел на приобретение
сельскохозяйственных продуктов. Но и крестьяне, чьи доходы возросли
одновременно и от повышения закупочных цен и от обильного
урожая, увеличили закупки машин и материалов. Этот
возросший спрос на материалы иногда приводит к истощению
запасов на заводах, к остановке производства. Впрочем,
партийные руководители признают, что общественный строй
переживает кризис. «Капиталистический строй, — говорят
они, — уже очень стар, но и он подвержен кризисам. Наш
же строй еще очень молод. Пусть мы совершили ошибку, но
мы сумеем покончить с этим кризисом и избегнуть его
повторения».
В нижеследующей таблице приводятся данные по
отдельным видам продукции, по которым план 1956 года не
был выполнен (источник—«Правда» от 31 января 1957 года):
Объем государственного жилищного строительства в
городах увеличился приблизительно на 12,5% против
запланированных 14%.
G8

Уголь
Сталь
Цемент
Деловая древесина
Металлургическое оборудование
Химическое оборудование
Нефтеаппаратура
Турбины для тепловых электростанций
Турбины для гидроэлектростанций
Станки металлорежущие
Автомобили
Тракторы
Прирост
по
сравнению с
предыдущим ]
(1955 г.=
107
107
111
104
103
98
101
104
106
104
104
112
годом
100)
Средний
годовой процент
прироста
по плану
8,6
8,7
20
—
0,5
13
10
21
21,5
14
7,9
14,5
Имелись, конечно, и более удовлетворительные
результаты. Так, по добыче нефти, а также по производству
гидроэлектроэнергии Советская Россия в 1956 году достигла, по-
видимому, больших успехов. Но многие отрасли в целом не
выполнили плана.
Согласно заявлению Центрального Комитета, в декабре
1956 года состоялось совещание самых высоких советских
инстанций.
Для борьбы с кризисом были приняты срочные меры по
сокращению капиталовложений; пришлось отказаться от
строительства многих промышленных комплексов. Кроме
того, Верховный Совет принял постановление о сокращении
производственных заданий на 1957 год по сравнению с
первоначальными наметками пятилетнего плана. В то время как
в 1953 году рост производства достигал 11%, в 1957 году он
должен был составить 7,1%. Эта цифра складывается из
7,8% по I подразделению и 5,9% по II подразделению и
представляет собой самый низкий уровень ежегодного прироста
промышленного производства из всех, которые
планировались начиная с 1928 года для мирного времени; впрочем,
надо отметить, что достигнутый в действительности уровень
был выше.
Таким образом, речь идет о бесспорной неудаче советской
экономики. Страна не могла оставаться в подобном
положении; необходимо было найти выход. Поэтому Хрущев
предложил провести децентрализацию и реорганизовать управление
промышленностью, чтобы добиться роста
производительности. В советской экономике наметился великий поворот.
А тем временем приходилось прибегать к различным
уловкам, чтобы удовлетворять интересы рабочих. Несколько ме-
69

сяцев спустя Хрущев предложил отсрочить платежи по
государственным займам и отменить займы на будущее.
Хрущев—человек энергичный. Прежде всего он дал стране
большую свободу и безопасность. Тем не менее 10 апреля 1957
года он без колебаний поставил перед Центральным
Комитетом вопрос о займах и добился того, что 19 апреля было
решено отложить на 20 лет выплаты по государственным
займам, что было равносильно признанию в банкротстве. Печать
вслед за Хрущевым утверждала, будто бы эта мера вызвала
энтузиазм многих профсоюзных организаций, в частности в
Ленинграде и в Одессе. Как указывает Хрущев, сознание,
проникнутое капиталистической идеологией, неспособно
понять побуждений советских людей. Поэтому необходима
некоторая смелость, чтобы предложить возможные объяснения
указанной меры.
Отсрочка выплат по госзаймам распространяется на все
непогашенные займы, держателями которых являются
частные лица, за исключением трехпроцентного займа,
выпущенного 13 декабря 1947 года, облигации которого свободно
продаются и покупаются сберегательными кассами, а количество
облигаций, находящихся в обращении, с течением времени
увеличивается.
Следует сказать, что, кроме займа 1947 года, подписка, по
форме являвшаяся добровольной, была по существу
обязательной. Под давлением партийных, профсоюзных и
комсомольских организаций трудящиеся были вынуждены
ежегодно подписываться на сумму, равную почти трехнедельному
заработку. По истечении 20 лет облигации, за исключением
займа, выпущенного 11 апреля 1948 года, превращались в
выигрышный заем. Сумма выигрышей по займам 1955 и 1956
годов ежегодно равнялась 2% против 3% по займам 1953 и
1954 годов и 4% по займам за период с 1947 по 1952 год,
которые были выпущены после денежной реформы. Выигрыши
от 200 до 5000 рублей, которые обычно выпадают на четверть
всех облигаций, разыгрывались начиная с первого' года
займа. После определенного срока невыигравшие облигации
оплачивались по нарицательной стоимости, то есть
погашались.
Ежегодные доходы государства от займов были довольно
значительны — около 30 млрд. руб. В 1956 году в проекте
бюджета сумма займов была установлена в размере 32 млрд.
руб., а подписка достигала 34 млрд.
Сумма платежей, которые правительство обязалось
произвести в течение предстоящих 20 лет, составила бы 260 млрд.
руб. Теперь государство не будет платить эти 260 млрд. руб.
По мере выпуска новых займов бремя долга все
возрастало бы. Выплата выигрышей и погашение облигаций
потребовали бы 16 млрд. руб. в 1957 году, 18 млрд. в 1958 и 25 млрд.
70

в 1967 году. Так что средства, получаемые государством от
займов, становились бы все меньше; с течением времени
бремя выплат по госзаймам превысило бы доходы от новых
выпусков.
Отмена выплаты процентов и введение отсрочки
позволили упразднить новые займы. Будут выплачены только
выигрыши по займу 1957 года, причем сумма этого займа была
сокращена до 12 млрд. руб. вместо 26 млрд.,
предусмотренных в проекте бюджета. В 1958 году поступлений от займов
в бюджет не было.
Возобновление в 1977 году выплаты долга кажется нам
проблематичным. В тексте постановления предусмотрено
впоследствии ежегодное погашение облигаций этих займов
равными частями в течение 20 лет, но ведь и тогда ничто не
помешает советскому правительству принять решение о новой
отсрочке платежей.
Стремясь оправдать эту меру, Хрущев настойчиво
подчеркивал, что необходимость выплат по займам приводит ко
все усиливающейся утечке средств из бюджета, а по его
мнению, эти деньги желательно бы направить на более
полезные дела — например на социальные нужды, чтобы тем
самым способствовать быстрейшему построению
коммунистического общества.
Этот тезис Хрущева, если подумать о будущем,
достаточно убедителен. Увеличение государственного долга на 15—
20 млрд. руб. в год, учитывая ежегодные выплаты по займам,
привело бы в конце концов к тому, что займы превратились
бы в тяжкое бремя для советского бюджета; а частные лица,
к которым облигации займов нередко переходят по наследству,
получали бы доходы. Сумма долга в 260 млрд. руб.,
возмещение которого было отсрочено, составляет почти одну
пятую национального дохода СССР.
Если подходить с позиций сегодняшнего дня, то
аргументация Хрущева представляется менее убедительной, ибо
вплоть до 1967 года суммы выпускаемых займов должны
были превышать выплаты, необходимые для погашения
долга. Как бы то ни было, в результате принятого Хрущевым
решения ежегодные доходы государства в период с 1958 по
1967 год сократятся на 10 млрд. руб., а в последующие
годы — на несколько меньшую сумму. Но если взглянуть на
это дело шире, то станет ясно, что истинная цель Хрущева
состояла в том, чтобы повысить жизненный уровень молодых
рабочих, на которых он особенно рассчитывает в области
увеличения производительности; и действительно, годовая
заработная плата возросла в среднем на сумму
трехнедельного заработка. Таким путем он рассчитывал завоевать
симпатии новых поколений трудящихся, с которыми
коммунистический режим желает сохранить контакт. Чем дольше этот
71

режим существует, тем больше революционная власть
сближается с представителями .нового поколения. В одном из
своих выступлений Хрущев указал, что государство уже
пыталось ранее«уменьшить бремя займов, возложенное на
трудящихся, однако оно не могло это сделать без ущерба для
капиталовложений до тех пор, пока ему приходилось
производить выплаты держателям облигаций.
Таким образом, интересы нынешнего поколения советские
государство принесло в жертву благополучию будущих
поколений. Имелись случаи, когда недобросовестные лица
скупали за бесценок и накапливали облигации займов; было
проведено несколько судебных процессов, привлекших внимание
к этой подпольной деятельности. Но в большинстве случаев
речь шла, по существу, о «конфискации» — именно так
говорили об отмене выплат по займам рабочие со средним
достатком. Руководящие работники, артисты и известные ученые
хранили молчание. Некоторые из них давно достигли столь
высокой степени материального благосостояния, что могли
легко примириться с этим, в то время как другие, несмотря
на свою преданность коммунистическому идеалу, думали про
себя, что они не слишком хорошо вознаграждены за свою
преданную службу.
Верно ли будет предположить, что уже в 1957 году
решение Хрущева свидетельствовало об отрицательном отношении
к сохранению привилегий высокопоставленных лиц,
привилегий, которые имели тенденцию стать наследственными?
Некоторые другие шаги, предпринятые впоследствии, позволяют
думать, что это именно так; но в том же 1957 году Хрущев,
которому для проведения децентрализации была необходима
поддержка технических специалистов, сохранил
коммерческий заем 1947 года. Если он и нанес значительный ущерб
обеспеченным лицам, являвшимся в основном держателями
облигаций трехпроцентного займа, то, во всяком случае, он
не имел намерения ограбить их окончательно.
В общем через 40 лет после революции советским
гражданам все еще не обеспечена стабильность жизни, на
которую они вправе рассчитывать; коллективное руководство
сократило масштабы произвольных арестов, оно открыло
двери тюрем, однако коммунистический режим полностью не
отказался от проведения мер, глубоко ущемляющих законные
права граждан. Несмотря на недовольство, вызванное
прекращением платежей по государственным займам,
продолжался быстрый рост вкладов в сберегательные кассы. В 1947
году вклады составили 14 млрд. руб. против 10 млрд. руб. в
1956 году. А подписка на заем достигла в 1958 году суммы
в 4,6 млрд. руб. Несмотря на решение Хрущева, не
посчитавшегося с обязательствами коммунистического государства
даже перед коммунистами, это стремление накапливать сбе-
72

режения объясняется, быть может, постоянно
циркулирующими слухами о планах предполагаемой денежной реформы.
Но главное объяснение всего происходящего следует искать
в покорности советских людей. В этот трудный период
прекращение выплат по займам могло обеспечить лишь
некоторую передышку. Ибо решение основных проблем требовало
мер иного порядка. Чтобы увеличить потребление, сохранив
в то же время прежний уровень капиталовложений,
необходимо расширить выпуск продукции. Но так как невозможно
увеличить продолжительность рабочего времени, остается
одно — поднять производительность труда. Именно в этом
направлении и действует, не колеблясь, Хрущев, и действует
методами, абсолютно отличными от сталинской практики.

Глава IV
РЕОРГАНИЗАЦИЯ
УПРАВЛЕНИЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬЮ
30 марта 1957 года был опубликован первый доклад
Хрущева, в котором он предложил изменить организацию
управления промышленностью Советской России. 7 мая
Верховный Совет после всенародного обсуждения одобрил этот
доклад, а с 1 июля 1957 года проект реформы получил силу
закона. Такая поспешность свидетельствует о том, что
советские руководители старались как можно быстрее
реорганизовать управление промышленностью.
Решение о реформе было принято после исключительно
трудной зимы 1956/57 года, что указывает на ее особую
экономическую важность. В политическом отношении реформа
имела очень большое значение, так как в связи с ней
наиболее ярко проявились разногласия между Хрущевым и его
сторонниками, с одной стороны, и так называемой
антипартийной группой Маленкова, Молотова, Кагановича, а также,
как мы знаем теперь, Булганина — с другой. В Президиуме
ЦК КПСС уже, несомненно, были разногласия по вопросам
о политике сближения с Югославией и об уступках
сателлитам. Вероятно и то, что некоторые из оппозиционеров были
обеспокоены предложениями, сделанными Хрущевым
западному миру, а также его стремлением к экспансии в
слаборазвитых странах. Во всяком случае, есть все основания
полагать, и это подтверждают заявления самого Хрущева, что,
когда была принята реформа, которая, по мнению
оппозиционеров, должна была поколебать сами основы советского
планового хозяйства, последние пришли к выводу о
необходимости смены руководства.
Нам известно, что во время существования министерств
управление всей советской экономикой строилось сверху
вниз. Сущность реформы состояла в том, чтобы поставить во
главе экономических районов совнархозы, которые
непосредственно должны были руководить хозяйством данного
экономического района.
Мотивы этого решения были пространно изложены
Хрущевым и всеми ораторами, выступившими на сессии
Верховного Совета в поддержку его тезисов. Советская экономика,
74

по мнению Хрущева, достигла достаточно высокого уровня
развития и слишком сложна, чтобы планирование,
исходящее из единого центра, могло предусмотреть все детали
экономической жизни. Известное поле деятельности, известная
инициатива должны быть предоставлены местным органам.
Такую инициативу и призваны проявлять новые
экономические советы, а также, ибо это является одним из следствий
реформы, директора предприятий. Это своего рода
«демократический централизм», который должен способствовать
улучшению методов управления и повышению
производительности.
Что же такое эта реформа — кризис роста или разрыв с
прошлым? И как примирить установленные реформой
основы хозяйственной деятельности с социалистическим
планированием, с декретируемым сверху уровнем производства и
потребления и, в более общем плане, всем направлением
экономического развития? И даже если реформа не подорвала
принципов советского планирования, то разве зароненное ею
зерно не способно вызвать новые перемены в советском
строе, еще менее допустимые с точки зрения его принципов?-
До 1957 года более 200 тыс. промышленных предприятий
и свыше 100 тыс. строек, разбросанных по огромной
территории Советского Союза, управлялись из Москвы 35
специализированными министерствами, которые в свою очередь
подразделялись на главки; компетенция последних
распространялась на отдельные отрасли промышленности.
Существовали главки в угольной, лесной, нефтяной промышленности
и других отраслях. В результате реформы 25 министерств
были упразднены; предприятия, которыми они руководили,
перешли в ведение советов народного хозяйства, стоящих
во главе экономических районов.
Только предприятия местного значения (например,
коммунальные предприятия, общественный транспорт и т. д.),
управляемые местными Советами, а также ремесленники,
объединенные в артели, остались вне ведения совнархозов.
Границы экономических районов не всегда совпадают с
территориально-административными границами. Верховный
Совет установил деление, согласно которому в РСФСР
было создано 68 совнархозов, на Украине— 10 и по одному в
остальных республиках. Но республиканские Советы,
пользуясь властью, предоставленной им Верховным Советом,
часто прибегали к иному, чем это было предусмотрено,
делению. Так, в Российской Федерации было создано 70
совнархозов, в Узбекистане — 4 и т. д. В результате территория
страны была разделена на 104 совнархоза.
Среди 25 упраздненных министерств было 10 министерств
общесоюзного значения, то есть 10 министерств, компетенция
которых распространялась непосредственно на всю страну з
75

целом. Это министерства: автомобильной промышленности,
машиностроения, приборостроения и средств автоматизации,
станкостроительной и инструментальной промышленности,
строительного и дорожного машиностроения, строительства
предприятий нефтяной промышленности, тракторостроения и
сельскохозяйственного машиностроения, транспортного
машиностроения, тяжелого машиностроения,
электротехнической промышленности.
Министерство электростанций СССР и Министерство
строительства электростанций были объединены в
общесоюзное Министерство электростанций СССР, а Министерство
оборонной промышленности и Министерство общего
машиностроения — в общесоюзное Министерство оборонной
промышленности СССР.
Кроме того, были упразднены 15 союзно-республиканских
министерств, так же как и соответствующие министерства в
республиках, ибо в каждой союзной республике имелись
аналогичные республиканские министерства: бумажной и
деревообрабатывающей промышленности, городского и сельского
строительства, легкой промышленности, лесной
промышленности, нефтяной промышленности, промышленности мясных
и молочных продуктов, промышленности строительных
материалов, рыбной промышленности, строительства,
строительства предприятий металлургической и химической
промышленности, строительства предприятий угольной
промышленности, угольной промышленности, цветной металлургии и
черной металлургии. Значительная часть дискуссии была
посвящена вопросу о целесообразности сохранения некоторых
промышленных министерств, таких, как Министерство
металлургии. В конце концов, несмотря на возражения,
выдвинутые Хрущевым в его первоначальных выступлениях,
Верховный Совет решил сохранить 8 министерств: авиационной,
судостроительной, радиотехнической, химической
промышленности, среднего машиностроения, транспортного
машиностроения и два объединенных министерства — электростанций и
оборонной промышленности. Верховным Советам республик
предоставлено было право решить, нужно ли сохранить
соответствующие республиканские министерства. Сохранение
указанных выше министерств объясняется соображениями
национальной обороны. Отметим, что министерство среднего
машиностроения в действительности ведает атомной
промышленностью и производством управляемых снарядов.
Упразднение министерств и укрепление местного
руководства являются скорее мерами деконцентрации, чем
децентрализации. Они не сопровождаются, в частности, значительным
расширением прав профсоюзов. Здесь не может быть
никакого сравнения между нынешним советским опытом и
югославским. В СССР неодобрительно говорят о том, что в Мос-
76

кве страшно много профсоюзных чиновников, но никто и не
думает о рабочем управлении на местах или в масштабе
предприятия. В докладе от 30 марта 1957 года Хрущев
призывал профсоюзы своими предложениями содействовать
техническому прогрессу и совершенствованию методов
управления.
Чтобы понять колоссальный размах и значение реформы,
проведенной в Советском Союзе, надо представить себе, что
в стране примерно таких же размеров, в США,
ликвидированы крупные металлургические тресты, коммерческие банки,
производящие операции в масштабе всей страны, с тем чтобы
освободить местные предприятия от их руководства.
В результате проведенной в СССР перестройки сотни
тысяч инженеров и техников были посланы в провинцию,
направлены в совнархозы и на промышленные предприятия.
И сами они и их семьи страдают от этой ссылки. Впрочем,
эта мера лишь дополнила ранее принятые решения, когда
многие сотни тысяч служащих были направлены на
производство.
Совнархозам предоставлены широкие полномочия. Они
должны организовать необходимое сотрудничество между
соседними предприятиями, обеспечить технический прогресс
производства и вербовку рабочей силы, устранить
встречные перевозки и т. д. Но все же их роль ограничивается
управлением, тщательно отделенным от определения плановых
заданий и контроля за снабжением — функций,
осуществляемых Госпланом. Совнархозы участвуют в выработке плана
лишь на консультативной основе; они в предварительном
порядке изучают наметки плана, вырабатывают предложения
о необходимых капиталовложениях, но не имеют права
принимать решения по этим .вопросам. Принято много мер
предосторожности с целью ограничить роль совнархозов
исключительно вопросами управления производства. Совет
совнархоза состоит из председателя, нескольких заместителей и
руководителей главных управлений. В руководство
совнархозов, кроме местных работников, входят бывшие служащие
центрального аппарата, освобожденные от должности в
Москве. Эти служащие принесли с собой дух дисциплины.
Кроме того, правительство противодействует созданию
слишком многочисленных управлений и ведомств. Новая
система управления не должна воспроизводить деление по
различным отраслям производства. Административные барьеры,
присущие централизованному аппарату, не должны быть
перенесены в органы местного управления. Аппарат
совнархозов не очень многочислен, в малых республиках он состоит
всего из нескольких сот человек.
Наконец, чтобы совнархозы не испытывали разнородных
влияний, они не подчиняются местным Советам; в предписа-
//

ниях этих последних совнархозы могли бы находить предлог
или даже причину для сопротивления решениям Госплана.
Во время обсуждения в Верховном Совете многие ораторы
требовали, чтобы совнархозы подчинялись местным Советам.
Хрущев решительно воспротивился этому, считая, что у
местных Советов уже есть важнейшая задача — контролировать
местную промышленность и взяться за подъем сельского
хозяйства. Представители местных Советов вместе с
представителями партии будут лишь присутствовать на пленарных
заседаниях совнархозов, которые ограничатся тем, что будут
держать их в курсе своей деятельности. Таким образом,
управление промышленностью по территориальному принципу на
базе определенных экономических районов не нанесет
ущерба полномочиям Госплана, на который была возложена
задача текущего и перспективного планирования. Раньше
вопросами планирования ведали две организации:. Комиссия по
перспективному планированию народного хозяйства
(Госплан) под председательством Байбакова и Комиссия по
текущему планированию (Госэкономкомиссия) под
председательством Сабурова (до декабря 1956 года), а затем
Первухина (до мая 1957 года). В мае 1957 года обе комиссии были
слиты, и председателем Госплана СССР стал Кузьмин. Но
уже 21 марта 1959 года его заменил Косыгин, специалист по
планированию, давнишний член высших руководящих
органов партии.
Председатель Госплана — лицо очень важное и занимает
высокое место в советской иерархии: по положению он
является заместителем Председателя Совета Министров.
В помощь Госплану СССР на местах имеются Госпланы
союзных республик, которые являются его филиалами и
выполняют в масштабе республики функции обобщения
экономических показателей и арбитража, которые Госплан СССР
осуществляет по отношению к самим республикам.
Процедура подготовки нового семилетнего плана в период
с сентября 1957 года по сентябрь 1958 года была
следующей.
После того как Госплан был проинформирован о
политических решениях Центрального Комитета и правительства,
начался сбор основной экономической информации. Госплан
получает сведения об экономическом развитии страны от
соответствующих организаций. Он подытоживает
существующие производственные мощности, определяет возможности и
потребности, возникающие в каждой отрасли, а также
напряженность, могущую возникнуть на рынке средств
потребления. Доведенные до его сведения политические, социальные,
военные соображения сопоставляются с этими данными и
дают возможность Госплану предложить Совету Министров
СССР общие директивы по народнохозяйственному плану.
78

Тогда Совет Министров утверждает эти директивы; затем
после новой консультации с местными органами управления
вырабатывается предварительный вариант плана. В нем
содержатся задания по физическому объему основной
продукции, а для готовых изделий задания выражаются через их
стоимость в постоянных ценах.
В предварительной разработке плана определяются
также показатели занятости рабочей силы, производительности,
себестоимости, объема капиталовложений, уровня
потребления, а также наметки в области внешней торговли.
Подготовка предварительной разработки плана требует
многочисленных консультаций.
Затем все эти наметки передаются Госпланам союзных
республик, которые их тщательно изучают и уточняют. В
качестве примера укажем, что на уровне Госплана СССР
планирование распространяется на 1500 видов или групп
продукции. На республиканском уровне планирование уже
несколько шире и распространяется на 2500 видов продукции;
затем Госпланы республик передают план совнархозам,
которые его еще более детализируют, так как на уровне
совнархоза планирование распространяется уже на 50—60 тыс.
видов продукции. И наконец, после того как совнархоз уточнил
задание, он направляет его предприятиям, которые приводят
эти цифры, и в частности те, которые касаются
капиталовложений, в соответствие со своими собственными расчетами.
Затем происходит обратное движение — уточненные
данные возвращаются в Госплан. Как мы видели, местные
руководители дважды были осведомлены о намерениях Госплана:
первый раз — до составления общих директив, второй —
после составления, но до окончания работы над
предварительным вариантом плана. Тогда они имели возможность вносить
предложения как по общим директивам, так и по
предварительному варианту. Но на рассматриваемой нами стадии
период взаимной информации остался позади — теперь речь
идет уже об осуществлении совнархозами и предприятиями
принятых решений, и предприятия обязаны представить
совнархозам проекты своих планов, составленные на основе
полученных общих заданий. Совнархозы контролируют
соответствие планов предприятий с направленными им заданиями.
То же самое происходит, когда совнархозы передают проекты
своих планов Госпланам республик, которые, суммируя
планы различных совнархозов, проверяют соответствие их
заданиям, полученным из Москвы. Затем из Госпланов союзных
республик уточненные данные поступают в Госплан СССР,
где и составляется документ, подлежащий ратификации в
высших партийных инстанциях.
На заключительной стадии речь идет в основном о
детализации заданий, данных центральными властями; какие-либо
79

поправки в планы не могут быть внесены без разрешения
вышестоящих органов. Так, даже при новых методах
управления промышленностью, после упразднения министерств,
определение заданий остается функцией центра и может
осуществляться, по крайней мере теоретически, лишь в условиях
тесной связи с совнархозами.
В документах, разрабатываемых Госпланом, не
определяется порядок снабжения, в них не устанавливается ни
список поставщиков для каждого предприятия, ни объем
взаимных поставок. Но при переходе к выполнению плана
руководящие органы различных инстанций устанавливают
программы поставок и снабжения предприятий с поименным
указанием клиентов и поставщиков, а также сроков поставок.
Общее правило таково, что промышленные предприятия сами
не выбирают себе поставщиков и клиентов — этот выбор
производится специализирующимися по группам продукции
органами сбыта, которые занимаются одновременно
снабжением и сбытом. Эти органы теперь не подчиняются
министерствам, как это было раньше. При каждом совнархозе
существует орган, который занимается сбытом продукции,
выпускаемой на территории совнархоза. На республиканские
органы сбыта возложен обмен между совнархозами, а на
общесоюзный орган сбыта при Госплане в Москве — обмен между
республиками. После уточнения плановых заданий органы
сбыта определяют отношения между заводами, указывая, ка
кие заводы должны доставлять продукцию и какие —
получать ее, а также условия продажи.
При такой системе все поставки носят обезличенный,
недифференцированный характер. Если предприятие
заинтересовано в получении какого-либо специального оборудования,
ему остается в виде исключения обращаться к заказам по
смете. Такой порядок может применяться, например, в
отношении усовершенствованных машин. В этом случае между
предприятиями допускаются прямые контакты, а обсуждение
технических вопросов ведется без участия органов сбыта.
Когда предприятиям бывает нужно специальное оборудование,
они могут непосредственно через своих представителей
обсуждать характер поставки с предприятиями,
изготовляющими это оборудование. При новой организации управления
промышленностью осуществление этого права заметно
облегчено.
В будущем такие контакты могут стать более частыми: в
странах с быстрорастущей техникой становится все 'больше
специализированных предприятий и директора иногда
проявляют нетерпение в отношении организаций, которые, не
обладая необходимой компетенцией для всестороннего
рассмотрения технических проблем, являются барьером между
производителем и потребителем продукции. Но в настоящий мо-
80

мент центральная власть удерживает в своих руках всю
совокупность средств, обеспечивающих составление и
выполнение плана, в особенности если учесть, что контроль Госплана
сочетается с тщательным .надзором Госбанка и Стройбанка
над кредитованием предприятий и оборотным капиталом.
И все же думается, что вся эта система не так уж хороша.
Возьмем, например, порядок установления заработной
платы и цен. В принципе розничные цены устанавливаются
централизованно; таким образом, центральная власть
осуществляет строгий контроль над потреблением. Но в области
определения оптовых цен правительство вмешивается только
тогда, когда речь идет о широких категориях товаров; здесь
некоторые права были предоставлены экономическим
районам, в частности право определения цен на новые товары в
период освоения их производства. Поэтому цены могут
изменяться и, таким образом, может меняться общее денежное
равновесие, установленное планом. Но, судя по имеющимся
сведениям, предоставление такого рода инициативы весьма
ограниченно. Так что колебания местных цен не могут
достигать размеров, при которых общее равновесие оказалось бы
под угрозой. Прибавим, что вопрос о заработной плате
рабочих и служащих решается в централизованном порядке.
Сложнее обстоит дело с капиталовложениями.
Общегосударственным планом для Госпланов союзных республик
устанавливается лишь общий лимит капиталовложений, которые
они должны освоить, но при этом не указывается
распределение их по отраслям промышленности. Каковы же
способы, с помощью которых Госплан впоследствии может
заставить экономические районы придерживаться
распределения капиталовложений между отдельными отраслями
промышленности, запланированного в общегосударственном
масштабе? Делегация французских экономистов, побывавшая в
1958 году в СССР, считает, что цифры, установленные на
местах, не окончательны и что в дальнейшем происходит
некоторый пересмотр. Советские эксперты все чаще говорят о
необходимости создания органов планирования, которые
охватывали бы десяток совнархозов и давали бы возможность
лучше изучить проблемы создания крупных промышленных
комплексов. В своем докладе от 30 марта 1957 года Хрущев
выразил опасение, что такие организации будут стремиться,
по существу, руководить отраслями хозяйства и,
следовательно, возникнут все неудобства прежнего централизованного
руководства. Тем не менее он поддержал мнение о том, что
предоставление экономическим районам более широких прав
позволит им точнее распределять капиталовложения.
Самая серьезная из стоящих перед русскими проблем —
это вопрос организации научных исследований.
По-видимому, необходимо, чтобы центральные власти еще более тща-
6 Зак. 85
81

тельно, чем капиталовложения, контролировали этот фактор,
определяющий будущее страны. Пользуясь советской
терминологией, можно сказать, что если и необходимо поощрять в
этой области местную инициативу, созидательную
деятельность масс, то планировать чрезмерно децентрализованную
организацию было бы опасно. Научные изыскания в наше
время требуют очень крупных и разнообразных
капиталовложений. В то же время для них требуется объединение
большого числа квалифицированных специалистов,
вспомогательных и технических работников, услуги которых могут
оплачивать лишь крупные организации.
Прежние министерства разрабатывали большие
программы исследований и экспериментов широкого масштаба.
Чтобы представить себе возможности, которыми располагают
исследовательские институты в Советской России, достаточно
посетить атомный центр в Дубне. Если цель реорганизации
управления промышленностью заключалась в ' упразднении
крупных организаций типа министерств, чтобы дать всю
власть в этой области местным органам, то для научных
исследований'преимущество работ крупного масштаба было
потеряно.
Печать в многочисленных выступлениях пыталась-
привлечь внимание к этому важному вопросу. С самого начала
восторжествовала тенденция к централизации; с помощью
Государственного научно-технического комитета у
министерств были отняты права контроля над важнейшими
институтами и переданы специализированным отделам
Госплана.
Вмешательство Госплана сделает возможной более
гибкую, чем прежняя, организацию научно-исследовательской
работы. Опыт показывает, что методы технических
исследований должны непрестанно совершенствоваться. На смену
университетским лабораториям начала нынешнего века
.пришли научно-исследовательские институты более
специализированного типа; затем появились приданные министерствам
институты промышленных исследований. Но за последнее
десятилетие научные проблемы приобрели новый характер и
могут быть полностью решены только с помощью целого
комплекса специальных институтов. А ведь исследовательские
институты министерств не всегда охотно сотрудничали друг
с другом, хотя этого требовала природа проводимых ими
исследований. Напротив, централизация, осуществляемая через
Госплан, сделает возможным создание новых организаций,
нередко временных, которые объединяли бы в случае
необходимости уже существующие институты К
Как бы то ни было, «отдаление» исследовательских работ
1 Л. Капица, Некоторые вопросы организации научной работы,
«Правда», 4 мая 1957 года,.
82

от руководящих органов, ответственных за управление
промышленностью, вредно. Неслучайно многие высказывали
недовольство этой тенденцией к централизации. На XXI
съезде КПСС Аристов ратовал за тесную связь между
производством и наукой и за объединение внутри совнархоза всех
средств, необходимых для эффективного подъема
промышленности. Он поставил в пример совнархозы Российской
Федерации, объединяющие более 200 исследовательских
центров. Но он с иронией рассказал о случае с директором
Всесоюзного института сельскохозяйственного машиностроения,
который отказался покинуть Москву. «Тов. Красниченко
предложили перебазироваться со своим институтом в г.
Ростов — крупнейший центр сельскохозяйственного
машиностроения. В ответ тов. Красниченко заявил, что он сам
ростовчанин, любит Ростов с его хорошим климатом, любит
Дон, что там живут многие его родственники и он рад был бы
с ними встретиться, но поехать работать в Ростов он все же
не может, так как, оказывается, там масштабы не те по
сравнению с Москвой. (Оживление в зале.) Но в интересах дела
тов. Красниченко вместе со своим коллективом, видимо,
придется все-таки поехать к родным берегам Тихого Дона.
(Аплодисменты.)»
Республиканские академии наук, стремящиеся взять под
свой контроль некоторые исследовательские институты,
также, по-видимому, поддерживают тенденцию к
децентрализации, что нередко находит отклик в печати \ — вопрос о
разделении функций между центральными и местными властями,
кажется, еще не полностью урегулирован. Только из
повседневной практики взаимоотношений между совнархозами и
Госпланом можно будет уяснить, дал ли новый порядок
возможность избегнуть двух подводных рифов. Отнимет ли
Госплан полностью инициативу у совнархозов или, напротив,
совнархозы освободятся от опеки центра и превратятся в
конкурирующие экономические единицы? В данный момент риск
экономического раскола страны, по-видимому, устранен.
Председатели совнархозов подчиняются установленной
дисциплине. Правда, в печати имелись сигналы о невыполнении
некоторыми совнархозами поставок другим совнархозам.
Бывали случаи, когда местные власти самовольно оставляли в
своем распоряжении ресурсы, дающие возможность
развивать местную промышленность, проявляя известную
тенденцию к партикуляризму, по центральные органы, видимо,
пресекали подобные попытки без особых трудностей. Впрочем,
для председателей совнархозов за невыполнение плана и
местнический подход предусмотрены суровые меры
наказания, вплоть до уголовной ответственности.
1 «Правда», 10 августа 1959 года.
6*
83

Но, как видно, совнархозы достаточно активны и даже
проявляют некоторую инициативу, о чем немало говорится
в печати. Совнархозам удалось избежать непроизводитель-х
ных встречных перевозок одних и тех же материалов,
которые осуществлялись ранее различными министерствами; они
сумели наладить сотрудничество соседствующих
предприятий, использование субпродуктов одного предприятия для
нужд другого. И все же конфликты между Госпланом и
совнархозами не исчезли, и еще слишком часты случаи, когда
совнархозам из-за плохой организации снабжения
приходится выполнять производственные задания, установленные
Госпланом, не получая необходимых для этого материалов.
Заместитель председателя Горьковского совнархоза Е. Ру-
биичик пишет в «Правде» от 28 декабря 1958 года:
«Наши плановые органы до сих пор не отрешились от
неправильной практики утверждения совнархозам
производственных планов, не полностью обеспеченных материально-
техническим снабжением. С момента получения
дополнительного плана прошло 4 месяца, а наш совнархоз так и не
имеет еще значительной части материалов под это задание...
. В. план материально-технического снабжения,
установленный нашему совнархозу на текущий год, ввиду его
неувязки с планом производства Госплан РСФСР вынужден
•был внести свыше 60 дополнений и изменений...»
В первые месяцы 1959 года руководители совнархозов и
отдельных предприятий довольно активно критиковали
Госпланы республик. Местные руководители упрекают низшие
инстанции Госплана в неудовлетворительном планировании
работы предприятий и в незнании реальных возможностей
увеличения производительности. И хотя при разработке
плана его несколько раз спускают для обсуждения на места и
возвращают вверх по инстанциям, практически предложения,
внесенные его будущими исполнителями, недостаточно
учитываются органами, которым предоставлено право
окончательного решения.
С такой оговоркой справедливо будет сказать, что
реформа, по всем данным, прошла успешно, инициативе
предоставлен больший простор, а производительность возросла.
В настоящий момент равновесие заработной платы и цен, а
также общее экономическое равновесие в стране,
по-видимому, становится все более прочным.
Итак, реформа прошла успешно... Но не приведут ли
новые методы, несмотря на принятые меры
предосторожности, — а мы видели, что меры эти весьма многочисленны, —
к дальнейшим преобразованиям? Не придает ли реформа, и
в частности возросшая роль известной прослойки
специалистов, некоторые новые черты советскому обществу, которые
смогут в будущем глубоко его изменить?
84

Правда, технические специалисты, занимавшие посты в
министерствах, несколько пострадали. Посланные в
провинцию, они чувствуют себя ущемленными. Напротив, власть
специалистов, возглавляющих заводы, возросла: директора
предприятий, так же как и руководители совнархозов, могут
проявлять более широкую инициативу. Они расцвели в своей
провинции. Поскольку назначением на такие посты ведают
теперь сами совнархозы, то есть местные же руководители,
эти люди могут рассчитывать занять видные места.
Психология этой новой верхушки может явиться предметом
беспокойства для марксистов, заботящихся о будущем.
На протяжении последних двух лет часто встает вопрос
об одном проекте, который пока еще не увидел света. А
между тем его осуществление изменило бы метод начисления
премиального фонда предприятиям. В настоящее время
часть прибыли предприятия идет государству, другая часть
в соответствии с директивой Госплана вкладывается в
данное предприятие или же в отрасль экономики, к которой это
предприятие относится; третья часть — фонд предприятия —
остается в его распоряжении и идет на улучшение
социально-бытовых условий трудящихся, а также на
усовершенствование методов производства. ' В 1957 году фонды
предприятий составляли в общей сложности 2400 млн. руб.
Размеры премиального фонда зависят от
производственных и финансовых показателей К Прежде всего предприятие
обязано выполнить производственный план и произвести
определенные виды продукции, которая не может быть
заменена другой. Ассигнования, предоставляемые на
капиталовложения, а также поставки сырья должны обеспечивать
предприятию возможность выполнить, а если удастся, то и
перевыполнить производственный план. Свобода действий
распространяется только на второстепенные вопросы
производства и набор рабочей силы.
Деятельность предприятия находит свое выражение еще
и в смете, которая также согласована с планом. Объем
сметы зависит не только от успешного выполнения
установленных планом производственных заданий, но также и от
экономии на использовании средств производства. При
выполнении предприятиями производственных планов они
получают премиальные в размере от 1 до 6% предполагаемой
прибыли, а в случае убытка — от записанной в плане экономии.
Если же план и предусмотренное им снижение
себестоимости перевыполнены, то в фонд предприятия поступает
значительная часть полученного излишка прибыли.
1 David Gr a n i с k, An Organisation Model of Soviet Industrial
Planning, «The Journal of Political Economy», April, 1959.
85

Эти усложненные формы поощрения часто подвергаются
критике. Они не всегда побуждают предприятие действовать
в направлении общественных интересов. Самое важное при
плановом хозяйстве — это получать как можно более точные
данные о производственной мощности предприятий. Но ведь
в интересах руководителей предприятий давать заниженные
данные о производственной мощности, так как они получают
премии, если предприятие перевыполнит производственное
задание. Поэтому для осторожного директора сообщение
заниженной по сравнению с реальной мощности
предприятия — гарантия спокойной жизни. А существующий метод —
ежегодно увеличивать производственный план на один и тот
же процент по сравнению с прошлогодним уровнем —
слишком примитивен. Установленный порядок спорен также и с
точки зрения повседневной практики. Премии
предоставляются предприятию, когда оно выполняет или перевыполняет
определенные показатели. А если, например, предприятие в
данный момент не может выполнить установленный план,
оно перестает интересоваться текущим производством и все
свои усилия направляет на обеспечение выполнения плана в
последующий период К Вполне возможно поэтому, что в
дальнейшем советское правительство примет более простые
критерии для определения премиального фонда. Но можно
ли добиться этого, не ослабляя обязательного характера
производственных планов и не расширяя свободу действий
директоров?
Предоставленное директорам предприятий право в
отдельных случаях устанавливать прямые контакты с другими
предприятиями по вопросам специальных поставок может
привести к возникновению новой общности интересов.
Между ответственными работниками возникнут деловые
контакты и привычка к сотрудничеству, а может быть, и
дружеские связи. В некоторых статьях восхваляются такие свяли
между предприятиями, помогающие установлению
длительных и плодотворных контактов.
Не приведет ли в конце концов реформа к тому, что
директора предприятий, освобожденные от опеки, лучше
поймут свои возможности и попытаются руководить хозяйством
по собственному разумению? В то же время они осознают и
свои права. Эта новая ситуация может вызвать глубокое
изменение режима, появление новых привилегированных групп
и деформацию диктатуры пролетариата. В этом случае
коммунистическая партия утратила бы свое руководящее
положение в обществе, а его движущей силой стали бы сотруд-
1 Joseph S. Berliner, Manageral Incentives and dec'sion
making a comparison of the United States and Soviet Union в сборнике
«Comparison of the United States and Soviet Economies», part I, p. 49.
86

ничество и деловые связи, сложившиеся между
хозяйственными руководителями. Чтобы сохранить единство страны, а
также воспрепятствовать возникновению новых
привилегированных классов, которые считали бы себя единственными
компетентными выразителями высших интересов страны,
коммунистическая партия, представленная во всех советских
органах, играет роль опекуна и координатора. На каждом
заводе рядом с директором предприятия находится
руководитель партийной организации. Исход повседневного
соперничества этих двух руководящих сил определит будущее
коммунистического режима.
До тех пор пока члены партии будут сохранять веру в
успех социализма и бдительно следить за тем, чтобы
ответственные лица старались преодолевать трудности без
слишком серьезных уступок неолиберализму, есть большие
шансы на то, что принципы Октябрьской революции сохранятся.
Сейчас партия, более чем когда-либо раньше, является
фактором единения народа. В этом смысл призыва Хрущева к
партийности и единству, к неустанной активности членов
партии, который прозвучал в его докладе о перестройке
управления промышленностью.
Но по мере того, как будут проходить годы и
обновляться кадры, не ослабеет ли единство членов партии, не
потускнеет ли вера, которую они все еще сохраняют? Если же
партия, как это часто бывает в истории, не будет воодушевлена
идеалом и превратится в группу лиц, связанных лишь
интересами взаимной поддержки, сможет ли она спасти
принципы коммунизма и противостоять новым стремлениям
директоров предприятий? Иногда режимы, утратившие своих
искренних адептов, еще долгие годы продолжают существовать
силою привычки. И когда наступает критический момент,
ьосходит заря нового опыта.

Глава V
РЕОРГАНИЗАЦИЯ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА
Когда было принято решение о реорганизации
управления промышленностью, в Москве говорили: «Это
революция». А через несколько месяцев те же люди заявляли, что
предложенная Хрущевым перестройка сельского хозяйства
будет иметь еще более серьезные последствия.
Мероприятия, проведенные в деревне начиная с 1955
года, а именно повышение заготовительных цен на
сельскохозяйственные продукты, освоение целины, а затем отмена в
1957 году обязательных поставок с приусадебных участков
колхозников, видимо, дали известные результаты; об этом
свидетельствуют нижеследующие статистические данные:
Продукция
Мясо и сало (млн. т)
Молоко (млн. т)
Шерсть (млн. т)
Яйца (млрд. шт.)
1953 г.
5,8
36,5
235
16,1
1957 г.
7,4
54,7
289
22,3
1958 г.
7.9
57,8
321
23,5
% в 1958 г.
по
сравнению с 1953 г.
135
158
137
146
% в 1958 г.
по
сравнению с 1957 г.
i
106
106
111
105
Эти цифры фигурируют в докладе о выполнении плана,
опубликованном в 1958 году. Однако совершенно очевидно,
что проблема еще далеко не разрешена. Чтобы достигнуть
обещанных результатов, необходимы коренные
преобразования.
Когда в 1929 году, в самом начале коллективизации,
создавались первые машинно-тракторные станции, перед ними
ставились две задачи: во-первых, максимальное
использование небольшого количества имевшихся машин, о передаче
которых в неумелые руки 50 млн. крестьян не могло быть и
речи; во-вторых, забота о том, чтобы обеспечить
коммунистической партии эффективные опорные пункты в деревне. МТС,
как государственное предприятие, давала возможность
коммунистической партии осуществлять свой контроль над кол-
88

хозами. Тридцать лет спустя, когда Хрущев принял решение
ликвидировать, или, вернее, преобразовать
машинно-тракторные станции, он также исходил из политической и
экономической необходимости.
В самом деле, во главе колхозов сейчас стоят настоящие
коммунисты, влияние коммунистической партии в колхозах
очень сильно. Поэтому ничто не мешает предоставить
колхозам больше прав.
С другой стороны, приходится констатировать, что
организация сельскохозяйственного производства в виде колхоза,
находящегося под опекой МТС, дает неудовлетворительные
результаты; показатели совхозов всегда выше, чем колхозов.
Увеличение оплаты труда колхозников не может дать
надлежащий эффект из-за противоречий, которые проявляются в
колхозах на различных ступенях производства.
Отношения между государственными МТС и колхозами,
которые являются кооперативными организациями, были
неудовлетворительными, так как критерии производительности
труда в МТС и в колхозе различны. Колхоз заинтересован в
увеличении производства зерна. В противоположность этому
служащие МТС получают оплату в зависимости от площади
обработанной земли. Во многих случаях МТС использовали
свои машины для операций, направленных не на повышение
урожая в колхозах, а на увеличение собственных прибылей.
Нередко машины, прежде чем приступить к работе,
совершали весьма длинный путь по плохим дорогам.
В самом колхозе работа на приусадебном участке
привлекает колхозника больше, чем коллективный труд на
землях колхоза. Заготовительные цены таковы, что колхозная
земля приносит очень слабый доход; в то же время работа
на приусадебном участке, особенно в результате мер по
поднятию животноводства, более прибыльна. МТС же
обрабатывает своими машинами только колхозные земли, а не
приусадебные участки. Худшее использование средств
производства трудно придумать.
Наконец, не урегулирована и проблема
капиталовложений. Колхозник не использует свои доходы (от трудодней и
от торговли на рынке) для приумножения средств
производства, так как количество последних, могущее находиться в
его распоряжении, ограничено законом. Что касается
колхоза, то он не приобретает орудия производства, так как ими
владеют МТС. Область его полезных капиталовложений
ограниченна (скот, инвентарь, грузовики). Богатые колхозы
не знают, куда вложить деньги, за исключением расходов на
социальные и культурные нужды.
Колхозный строй неразумен, и это уже давно известно.
При Сталине некоторые теоретики предлагали упразднить
МТС или произвести такую их перестройку, при которой ма-
89

шины и орудия производства находились бы в руках
колхозов. Но Сталин всегда этому противился !: преобразовать
колхозы, передав им орудия производства, значило, по его
мнению, идти против коммунизма; укрепление кооперативно-
колхозной собственности за счет подлинно коллективной,
государственной собственности казалось ему недопустимым
отступлением. И тем экономистам, которые осмелились
поддержать эту идею, был сделан строгий выговор.
Чтобы добиться большей производительности труда,
некоторые теоретики предлагали преобразовать колхозы в
совхозы, причем в случае необходимости сделать это в
принудительном порядке. Но это значило идти на новые
крестьянские восстания.
Проведенная в области сельского хозяйства реформа
разрешает основное противоречие между личной
заинтересованностью колхозника, который дорожит своим приусадебным
участком, с одной стороны, и его интересами как
кооператора, работающего на колхозной земле, — с другой. Благодаря
этой реформе колхоз становится хозяином организации
своего производства и своих капиталовложений.
До реформы было 8 тыс. МТС, то есть одна машинно-
тракторная станция обслуживала в среднем 10 колхозов.
Колхозов было 78 тыс. против 82 тыс. в 1932 году; в МТС
работало 3 млн. человек, в колхозах — 33 млн. Мы точно не
знаем, каков уровень заработной платы в МТС, но для
постоянных кадров он, несомненно, близок к среднему
заработку промышленных рабочих, то есть от 8 до 10 тыс. руб. в
год. В отличие от этого колхозник получал натуральную
оплату и денежный доход, который в 1957 году мог
достигать в среднем 3 тыс. руб. в год.
В начале 1958 года МТС использовали около 680 тыс.
тракторов, 264 тыс. зерновых комбайнов и 104 тыс.
грузовиков. На один колхоз в среднем приходилось 1950 га
обрабатываемой земли и 370 голов рогатого скота, в том числе
135 коров (колхозное стадо). В собственном владении
колхозов находилось в общей сложности 53 тыс. тракторов,
35 тыс. зерновых комбайнов. Неделимые фонды колхозов
достигали 100 млрд. руб.
Постановлением от 31 марта 1958 года было решено
произвести продажу колхозам техники машинно-тракторных
станций общей стоимостью около 20 млрд. руб. Был принят
следующий порядок выкупа: богатые колхозы должны
расплатиться с государством в течение 1—2 лет, средние — в
2—3 года, а бедные — в течение 5 лет. По имеющимся у нас
сведениям, цена на машины была относительно невысока. В
1 В «Экономических проблемах социализма в СССР» Сталин
критикует предложения Саниной и Венжера о передаче техники колхозам.
90

ней в значительной степени учитывалась амортизация,
продажа машин была освобождена от налогов.
В результате реформы МТС были превращены в РТС;
они теперь не получают субсидий и работают на основе
хозрасчета. Колхозы же стали подлинно кооперативной формой
хозяйства, оснащенного современным оборудованием и
квалифицированными кадрами; технический персонал,
высвободившийся из МТС, был принят в колхозы в качестве новых
членов. Заводы, выпускающие сельскохозяйственные
машины, утратив гарантированный рынок сбыта в виде МТС,
отныне должны будут считаться с требованиями более
взыскательных клиентов. И, наконец, цены на
сельскохозяйственные машины, как и цены на все средства производства, по-
видимому, возрастут. Колхоз, став полновластным хозяином,
должен для покупки машин увеличить расходуемую на эти
цели часть своих капиталовложений. Помощь банков в
увеличении оборотного капитала колхозов будет способствовать
более интенсивному использованию удобрений.
Эта реформа в принципе не коснулась совхозов. Тем не
менее и здесь имеются перемены: им будет предоставлена
большая свобода в приобретении машин и вообще в
использовании капиталовложений.
Указанная реформа, насколько нам известно, оставляет
неясным и нерешенным ряд важнейших вопросов.
Первый и наиболее важный из них касается
использования персонала бывших МТС. Часть этого персонала остается
на месте и продолжает выполнять прежние функции в штате
ремонтных станций. Однако большинство вступило в
колхозы. Если этот вклад рабочей силы и знаний встречен
колхозниками в общем благожелательно, то есть все же основания
полагать, что в некоторых случаях этот процесс должен был
натолкнуться на некоторые трудности. В самом деле, с
1953 года рабочим предоставлено право свободно покидать
предприятия, и они, естественно, стремятся переходить туда,
где лучшие условия труда и большая заработная плата.
Между тем средний заработок колхозника был ниже
заработка рабочего МТС, и даже внутри одного района
различия между колхозами были весьма значительны. Впрочем,
рабочим МТС не обеспечивалась минимальная
гарантированная заработная плата. Разрыв между уровнем
технической подготовленности кадров в различных колхозах,
который был весьма ощутим уже в 1953 году, теперь вновь
увеличился в результате притока работников МТС в колхозы с
высоким уровнем доходов.
Затронув отношения между различными
сельскохозяйственными организациями, реформа отразилась также и на
91

более общей проблеме обмена между промышленностью и
сельским хозяйством. Перестройка колхозов вызвала к
жизни постановление от 20 июня 1958 года, которым отменяется
натуроплата и обязательные поставки колхозов, а также
коренным образом изменяется режим цен К
До реформы колхозы должны были производить
обязательные поставки сельскохозяйственных продуктов
государству по ценам, установленным для всей России
(заготовительные цены). Кроме того, они имели право продавать
государству продукты по ценам несколько более высоким, чем
заготовительные. В то время как заготовительные цены
устанавливались в общем ниже себестоимости, что являлось
вкладом крестьянства в индустриализацию, закупочные
цены, напротив, достигали уровня, близкого к себестоимости, а
иногда и выше.
Наконец, колхозы могли продавать свои излишки (а
колхозники — продукты своих приусадебных участков) на
колхозных рынках, где в известные периоды цены, нередко
неустойчивые, значительно отличались от заготовительных цен.
Несмотря на существование свободного рынка, можно
сказать, что строгий режим, навязанный сельскому хозяйству,
привел его в упадок. При установлении размеров поставок
свойства почвы учитывались недостаточно. Да и цены тоже
не соответствовали урожайности почвы и игнорировали
различия между отдельными районами, между богатыми и
бедными колхозами. Богатый колхоз, сдав продукцию в счет
натуроплаты МТС и выполнив обязательные поставки, имел
иногда еще весьма значительный остаток для продажи либо
на свободном рынке, либо государству. И напротив, у
бедного колхоза после выполнения обязательств не оставалось
ничего для продажи государству или на колхозном рынке.
Постановление от 30 июня 1958 года отменило
натуроплату МТС, что было логическим следствием перестройки
работы МТС. Кроме того, и это главное, обязательные
поставки государству были заменены новой системой
заготовок.
Отныне нормы заготовок будут устанавливать областные
организации, а Госплан СССР ограничится определением
объема заготовок для фондов продовольственного
снабжения страны, который является резервом, предназначенным
для больших городов, армии и неурожайных областей.
По новой системе от тех областей, где по природным
условиям производство некоторых видов продуктов
невозможно, требовать их обязательной поставки под видом
заготовки не будут.
1 Apremont, La reforme des prix agncoles et de la collecte en
URSS, «Revue de l'Europe de l'Est et Union Sovietique», № 7, 1958.
92

Заготовки проводятся по «экономически обоснованным»
ценам. В определение «экономически обоснованной» цены
входят сложные понятия, во многом еще неясные.
Практически — это стоимость производства данного вида
сельскохозяйственной продукции в совхозах, оснащенных более
современным оборудованием, продукция которых дешевле, чем
продукция колхозов. Однако немедленно и повсеместно
применить совхозные цены к колхозному производству
невозможно. <
Для второстепенных продуктов установленные цены
должны быть близки к ценам, получаемым совхозами.
Разница сохраняется для основных товаров: за продукты
растениеводства колхозы получают очень высокие цены, за
продукты животноводства — низкие. Стоимость производства в
совхозе остается своеобразным эталоном, к которому
должны прийти колхозы, так как в результате реформы методы
их производства непрерывно улучшаются.
Теперь уже нет единообразных цен, они вырабатываются
с учетом местных условий, реальной стоимости
производства. Цены устанавливаются различные в зависимости от
области, чтобы предоставить колхозам, где хорошо ведется
хозяйство, возможность получать разумную норму прибыли
(около 3%).
В России сейчас популярна такая теория: цены должны
устанавливаться с расчетом обеспечить прибыль умело
руководимому предприятию и ударить по отсталым
предприятиям. Колхозы могут, таким образом, выделить на покупку
новых машин от 10 до 12 млрд. руб., то есть сумму, равную
той, которую государство ежегодно вкладывало в МТС.
Цены, по которым колхозы продают свои товары, дадут им
возможность приобретать машины.
Реформа цен распространяется также на товары,
необходимые сельскому хозяйству, такие, как удобрения, горючее,
сельскохозяйственные машины. До 30 июня 1958 года
колхозы покупали эти товары по розничным ценам, в то время
как совхозы и МТС в качестве государственных организаций
приобретали их по оптовым ценам, которые иногда были
ниже себестоимости. Отныне цены для колхозов и совхозов
одни и те же.
Большие изменения порядка закупок и реорганизация
МТС затрудняют оценку новых условий обмена между
сельским хозяйством и промышленностью. Судя по тому, что об
этом известно, создается впечатление, что реформа не
внесла существенных изменений в прежнее равновесие. При
старой системе, суммируя все государственные кредиты,
удавалось выделить известную сумму на покупку
сельскохозяйственных продуктов. Новые цены установлены с таким
расчетом, чтобы, учитывая необходимость надбавки в 10—12 млрд.
93

руб. для покупки сельскохозяйственного инвентаря,
достигнуть в итоге той же суммы. Если бы правительство
намечало изменение цен на сельскохозяйственные продукты, то,
учитывая повышение урожайности, оно скорее склонилось
бы к их снижению. В предшествующие годы цены на
продукты сельского хозяйства были повышены в целях
содействия росту сельскохозяйственного производства. Теперь
советские руководители думают о повышении жизненного
уровня жителей города.
Сельскохозяйственная реформа была встречена в России
с известным волнением. Через 40 лет после революции
Хрущев, вместо того чтобы превратить колхозы в совхозы, за что
ратовали многие, решил, напротив, сделать главной формой
кооперативы, поставить их в условия, довольно близкие к
тем, которые существуют в наших, капиталистических
странах. Этот шаг имеет важное значение. На что могут
надеяться коммунистические руководители? Их конечная цель
остается прежней: добиться всеобщей коллективизации
сельского хозяйства. Усилия Сталина по созданию колхозов за
счет ликвидации частной собственности должны были
создать условия для продвижения вперед по пути к
коммунизму. А как достигнуть этого теперь? Проблема эта очень
сложна, и на сей счет существуют две противоречивые точки
зрения.
По мнению одних 1, включение в состав колхозов
персонала МТС приближает колхозы, по существу, к совхозам, и
указанная реформа, таким образом, является логическим
шагом по пути развития сельского хозяйства в целом.
Бывшие прежде отстающими и получавшие малый доход
колхозы теперь будут иметь возможность осуществить
модернизацию хозяйства. Подчиненные в результате реформы
строгой опеке райисполкомов, эти колхозы со временем станут
приносить доход и тогда их можно будет превратить в
совхозы. Даже на Западе некоторые здравомыслящие люди
поддерживают эту теорию. На протяжении последних лет
многие колхозы были превращены в совхозы 2. Ликвидация
МТС в общем и целом представляет собой маневр, цель
которого — ускорить этот процесс.
Однако такая мысль кажется мне весьма спорной.
Правда, колхозы станут более доходными, но это произойдет
путем обращения к личной заинтересованности. Приусадебные
участки в колхозах не были уменьшены; скот, находящийся
в личном владении, также был оставлен колхозникам, хотя
1 D. N а с о u, Le sens reel de la reorganisation des S. M. T. et de
kolkhozes sovietique, «Revue de l'Europe de TEst et Union Sovietique»,
№ 6, 1958.
2 На Кубани вместо существовавших в 1953 году 430 колхозов в
течение последних лет образовано 149 колхозов и 110 совхозов.
94

некоторые, довольно робкие, ограничения ! и были введены
(при этом крестьян обвиняли в том, что они скармливают
скоту хлеб)/Вместе с тем к участию в руководстве
хозяйством теперь шире привлекаются все члены колхоза.
Поэтому можно предвидеть и иную перспективу развития.
Несмотря на проявляемую ныне заботу об уравнении
условий деятельности различных колхозов, об установлении
дифференцированных цен, соответствующих средней
себестоимости производства для данной области, надо думать,
что разрыв между богатыми и бедными колхозами еще
более возрастет. Либеральные теории, хоть они и старомодны,
имеют свои достоинства. Они учат нас тому, что
производственные кооперативы либо обогащаются и идут путем
капиталистических предприятий, либо, наоборот, терпят крах,
так как ими плохо руководят. Благодаря реформе
передовые колхозы, несомненно, смогут использовать
предоставленную им свободу действий для укрепления своих
квалифицированных кадров и увеличения своей
производительности. Так может возникнуть некий вид крестьянской
аристократии. В противоположность этому другие колхозы, даже
несмотря на то, что подсчет стоимости производства
продукции теперь стал более гибким, останутся бедными, ибо
ими плохо руководят, они не имеют хороших специалистов и
не могут их получить. И в том и в другом случае
превращение колхозов в совхозы невозможно без новых реформ.
Экономист Струмилин, труды которого всегда содержат
умные предложения и свидетельствуют о плодотворной
работе мысли, выдвинул другую теорию. Через несколько
месяцев после реформы он писал:
«Идея о том, что современный колхоз должен со
временем превратиться в самостоятельную
производственно-потребительскую коммуну, мне представляется в корне
несостоятельной. Подлинный коммунизм не построишь на базе
слишком большого числа якобы независимых друг от друга
хозяев общественного производства; чтобы действовать
бесперебойно, как часы, оно все в целом должно управляться
одним хозяином. И таким единым хозяином всех средств
производства может быть только весь всенародный
коллектив» 2.
Освобождая колхозы от слишком жесткой
государственной опеки, нынешняя политика в то же время рискует
обострить противоречия между различными колхозами,
областями и зонами. Чтобы преодолеть эти трудности, Струми-
1 После постановления от 10 января 1959 года рабочие, живущие в
городах, не могут разводить скот. Кроме того, скот, принадлежащий
рабочим совхозов, в ближайшие годы, но не позже 1965 года, перестанет
им принадлежать.
2 «Литературная газета», 25 марта 1958 года.
95

лин выдвигает идею -сотрудничества между колхозами. Он
высказывает пожелание, чтобы кооперативы объединялись в
местные союзы, затем в областные и республиканские с тем,
чтобы прийти в конце концов к общесоюзной организации.
На каждом из этих этапов кооперативы будут объединять
свои неделимые фонды. Слияние неделимых фондов
позволит, по мнению Струмилина, финансироьать следующие
статьи расходов, предусматриваемые соглашением о
совместной деятельности:
а) производственные капиталовложения;
б) сельскохозяйственное страхование;
в) мелиорация земель и строительство;
г) заготовки и продажа товаров.
Речь идет не только об укреплении организационной
структуры сельского хозяйства, но и о том, чтобы создать ему
наилучшие возможности для борьбы за наивыгоднейшие
условия обмена своей продукции на продукцию всей остальной
страны. Все более расширяя сферу своей деятельности,
межколхозные союзы смогут гораздо лучше организовать работу
колхозов и в то же время будут способны эффективнее
защищать интересы сельского хозяйства.
В своем докладе на XXI съезде Хрущев, описывая этапы
коммунистического строительства, занял позицию, близкую
к позиции Струмилина. Сначала он провозгласил, что
«колхозный строй полностью отвечает уровню и потребностям
развития современных производительных сил в деревне». В
дальнейшем колхозная собственность будет постепенно
сближаться с общенародной собственностью, ьо-первых,
благодаря неуклонному росту неделимых фондов колхозов, во-
вторых, благодаря росту коллективного производства,
которое во всех отраслях превзойдет продукцию
индивидуального хозяйства. После достижения этих двух целей
производственные связи и межколхозные формы сотрудничества
разовьются, по мнению Хрущева, еще шире. А это и есть тезис
Струмилина. И на заключительном этапе в результате
развития электрификации и автоматизации произойдет слияние
кооперативно-колхозной собственности с общенародной
собственностью на средства производства.
Пленум Центрального Комитета партии, происходивший
в декабре 1959 года и посвященный вопросам сельского
хозяйства, наметил различные виды межколхозного
сотрудничества. Будет поощряться совместное создание соседними
колхозами предприятий перерабатывающей
промышленности и постройка культурных учреждений. И все же значение
проведенной реформы ограниченно. Каждый колхоз
сохранит свою независимость внутри вновь создаваемых
организаций. К тому же создание их возможно лишь в масштабе
района, а не области.
96

Центральный Комитет озабочен менее отдаленным
будущим. Сейчас возвращаются к идее замены оплаты труда по
трудодням в конце года гарантированным месячным
заработком. Закупочные цены для колхозов еще больше
сближаются со сдаточными ценами совхозов; то же наблюдается и
в отношении оплаты труда колхозников и рабочих совхозов
данной области. В некоторых случаях эта мера вызовет
снижение доходов колхозников и увеличение части, отчисляемой
в неделимый фонд. Таким образом, предоставляя
руководителям колхозов большую свободу, их более строго
заставляют подчиняться закону конкуренции.
' г»вь. 8Е

Глава VI
ПЕРЕСТРОЙКА СИСТЕМЫ НАРОДНОГО
ОБРАЗОВАНИЯ
Хрущев не дает никакой передышки политическим
деятелям, любящим спокойную жизнь. В середине 1958 года он
объявил о третьей важной реформе, которая затронула
систему народного образования. Хотя непосредственные
результаты ее менее важны, чем последствия описанных ранее
преобразований, реформа системы народного просвещения
все же имеет громадное значение для развития общества.
Как инициатор перестройки промышленности и сельского
хозяйства Хрущев мог бы опасаться обвинений в том, что он
отказался от некоторых целей коммунизма. Однако если
Хрущев стремится предоставить руководителям большую
свободу действий, если он добивается роста производства
путем повышения материальной заинтересованности, то, с
другой стороны, он пытается, насколько это возможно,
бороться против привилегий избранных представителей
«нового класса», состоящего в основном из ответственных
работников, интеллигенции и артистов. Эта горстка
избранных не только имеет высокую заработную плату, но,
живя в замкнутом кастовом кругу, практически изолирована
от народа. Иногда вечером в театре или в воскресенье во
время утренней прогулки в окрестностях Москвы можно
встретить представителей этих высокопоставленных семей,
сдержанных, скромных на вид, знакомых с великими
произведениями литературы и искусства, но стоящих в стороне от
экстравагантных новшеств. Матери семейств проникнуты
сознанием важности служебного положения их мужей (что
вовсе не исключает их доброжелательности) и главным
образом озабочены благосостоянием своих детей. Все они в
общем весьма приветливы.
После смерти Сталина Маленков, который не менее, чем
Хрущев, олицетворял стремление русского народа к лучшей
жизни, не хотел, однако, противодействовать
установившимся порядкам, которые обеспечивали ему преданность
руководящих работников.
Этим объясняются новые черты учащейся молодежи,
которая, по словам некоторых газет, забыла о жертвах, прине-
93

сенных предыдущим поколением; отсюда и либерализм и
даже скептицизм студентов, их тяга к развлечениям
западного образца и вообще ко всему заграничному. Поскольку
эта молодежь ведет образ жизни, сильно отличающийся от
образа жизни молодых рабочих и крестьян, она
превратилась в прослойку избранных, которой власти имеют все
основания не доверять. Конечно, образуемая семьями этих
молодых людей социальная группа не обладает стабильностью,
присущей зажиточным классам у нас на Западе. Ее новые
контуры менее определенны, сохранение приобретенных
привилегий долгое время оставалось ненадежным. И только
переход к менее грубым полицейским методам после смерти
Сталина внушил, несомненно, «новому классу» надежду на
безмятежную жизнь.
Русскому народу хорошо известны привилегии
«интеллигенции». Он часто издевается над отцами семейств, которые
противятся браку своих детей с простыми рабочими или
работницами. Расскажу, кстати, случай, свидетелем которого
был один мой друг. Прогуливаясь у кассы, где продавались
билеты на концерт Ива Монтана, он увидел длинную
очередь; прошло несколько минут, и администратор объявил:
«Билетов нет, все места забронированы». Тогда в толпе
раздался смех и послышалось восклицание: «Что же, только
слуги народа могут идти на концерт?». И в самом деле, все
места оказались забронированными для ответственных
работников.
Такого рода привилегии «нового класса» могли, в конце
концов, создать трудности для существующего строя. И
Хрущев осторожно и постепенно начал выражать новый
образ мыслей.
По своему темпераменту он склонен противодействовать
наиболее явным злоупотреблениям. Его побудили к этому
также события в Венгрии и Польше, которые открыли глаза
советскому руководству. Китай, где революция еще свежа в
памяти, также оказывает влияние, являя собой пример более
сурового образа жизни.
Весь этот комплекс реформ в промышленности и
сельском хозяйстве в различной степени затронул интересы
руководящих работников и технических специалистов. В
результате реорганизации управления промышленностью
технические специалисты получили большую свободу и
самостоятельность. Расширились полномочия директоров
предприятий, они теперь чаще имеют контакты с поставщиками
и клиентами, но многочисленные московские ответственные
работники, посланные в провинцию, не обладают прежней
властью. Перестройка сельского хозяйства также влечет за
собой отправку рабочих МТС в колхозы, где они будут
получать меньшую оплату. Но реформы эти преследовали глав-
7*
99

ным образом не социальные, а политические и
экономические цели.
Были приняты и другие постановления, которые имели не
столь всеобъемлющее значение, но также затронули
интересы привилегированной верхушки. Настойчивое их
проведение в жизнь не оставляет никаких сомнений в подлинных
намерениях партии и правительства. Таковы, например,
решения об упорядочении заработной платы, о ценах и о
государственных займах.
Вот уже много лет, как снижения цен стали редким
явлением, а рост производства сопровождается повышением
личных доходов. Эта новая политика объясняется нажимом
трудящихся. Как бы то ни было, этот курс ведет к
сокращению разрыва между жизненным уровнем руководителей и
народа.
В последние два года наблюдается повышение цен на
предметы роскоши, в частности на автомобили. Нам было
сказано, что прежние цены устанавливались ниже
себестоимости и что данное повышение цен призвано сократить
очередь. Но нет ли здесь у советских властей и других целей?
С января 1958 года цены на советские автомобили почти
удвоились. «Москвич» теперь стоит 25 тыс. руб. вместо прежних
16 200 руб.
В то же время Хрущев критикует излишества в расходах.
Он восстает против строительства слишком большого
количества государственных дач, театров и т. д.' В 1957 году
были снижены оклады руководящим работникам и директорам
предприятий. По имеющимся данным, высокие оклады в 15—
20 тыс. руб. в месяц были урезаны, и нынешний максимум
достигает 7 — 8 тыс. руб. Правда, повышение различного
рода дополнительных выплат техническим специалистам и рост
директорского фонда в известной мере компенсируют
произведенное сокращение окладов.
Отмена государственных займов при одновременном
прекращении тиражей выигрышей и погашения
благоприятствовала трудящимся, и особенно представителям молодого
поколения. Объявляя об отмене займов, Хрущев указал лишь
на причины финансового порядка, но затем он подчеркнул,
что эти меры затронули главным образом интересы лиц,
получающих самые высокие доходы.
Но самой главной привилегией «нового класса» являются
разного рода льготы, предоставляемые их детям в области
образования. Большинство детей рабочих и крестьян
остается рабочими и крестьянами. Напротив, дети интеллигентов
становятся в большинстве своем работниками умственного
труда; вы нигде не встретите, чтобы хоть один из них выну-
1 «Правда», 9 августа 1958 года.
100

жден был заняться физическим трудом даже в случае
полной неуспеваемости.
Вступительные экзамены в университеты и
специализированные институты становятся все труднее. Но, по
имеющимся сведениям, они тоже проводятся необъективно. Потомков
прежней аристократии принимают редко. Во времена
Сталина известное недоверие выражалось евреям, главным
образом тем, кто держал экзамены на факультеты, открывающие
доступ к дипломатической, журналистской карьере и т. п.
При Маленкове это было прекращено, но затем, после его
ухода, такая практика возобновилась. Комсомольцам,
находящимся на хорошем счету, предоставляются преимущества.
При таком порядке дети привилегированной верхушки,
получившие хорошее коммунистическое воспитание, имеют
большие шансы поступить в вуз. А дети рабочих, несмотря на
бесплатное обучение и предоставление студентам стипендий в
размере 300 руб. в месяц, еще не имеют широкого доступа к
высшему образованию. В институтах и университетах их
меньшинство: в Московском университете, по словам
Хрущева, — от 30 до 40%.
А Московское высшее техническое училище, выпускники
которого обычно работают на высокооплачиваемых
должностях, принимает, как говорят, главным образом выходцев из
«знатных семей».
Прием на службу на основании дипломов позволяет
лицам, отлично выдержавшим экзамены в университетах или
институтах, получать высокие должности. Особое значение,
придаваемое обязательному экзамену по
марксизму-ленинизму, — еще один фактор необъективности.
В этих условиях восстановление известного равенства
было необходимо. Всей молодежи был вменен в обязанность
физический труд, которому все еще посвящены усилия
большинства населения. В пользу этой реформы, помимо заботы
о справедливости и о единстве народа, говорили еще и более
важные соображения практического характера. Бывший
профессор Московского педагогического института заявил
недавно на одном из совещаний: «...Средняя школа уделяла
мало внимания подготовке к производительному труду, к
практической деятельности... Теперь же, когда число юношей,
заканчивающих среднюю школу, увеличивается и будет все
быстрее возрастать, когда число это значительно превышает
число получающих высшее образование, когда, с другой
стороны, экономическое и социальное развитие потребует
большего числа людей со средним образованием, когда мы
ставим себе задачу сделать среднее образование обязательным
для всей молодежи, этот недочет становится недопустимым.
Это значит, что народное хозяйство испытывает
необходимость — и необходимость эта будет становиться все более
101

острой — в том, чтобы рабочие и колхозники имели лучшую
общую и специальную подготовку. Поэтому нужно, чтобы
общеобразовательная средняя школа давала своим ученикам
подготовку, требуемую не только для поступления в высшее
учебное заведение, но вместе «с тем также и для
немедленного включения в производство, в народное хозяйство».
Нынешний уровень производства требует, чтобы рабочий
был лучше приспособлен для выполнения различных задач.
Развитие механизации делает необходимым рост числа
специалистов, квалифицированных рабочих, а также рабочих с
широкой подготовкой, способных умело обращаться с
современными машинами. Еще на школьной скамье дети должны
готовиться к будущему труду.
Поэтому, хотя Советский Союз и гордится развитием в
стране народного образования (в 1958 году число учащихся
начальной и средней школ достигло 30 600 тыс., а в 1959
году было выпущено 106 тыс. инженеров), он стремится
изменить методы обучения. Успехи существующей системы
образования отрицать нельзя; даже если некоторые инженеры
подготовлены хуже, чем на Западе, то все же
инженерно-технических работников в СССР относительно больше, и этим
частично можно объяснить успехи, достигнутые Советским
Союзом в области науки. Но у страны сейчас имеются
другие, более важные интересы. Наряду с успехами в науке
необходимо достигнуть успехов в производстве. Все больше
заботясь об экономических показателях, Хрущев стремится
сблизить умственный и физический труд, а также дать
советской молодежи воспитание, более четко направленное на
решение конкретных задач. Предложения Хрущева,
выдвинутые им в 1958 году, сводились к следующему.
Вместо прежней десятилетней школы теперь
обязательной будет семи-восьмилетняя средняя школа. Она явится
первым этапом обязательного среднего образования и
призвана дать необходимые элементы знаний для продолжения
профессионального или общего образования. Окончив школу
первой ступени, молодежь будет принимать участие в
общественно полезном труде на предприятиях, в колхозах, в
учреждениях. Курсы и школы, ныне существующие и вновь
открываемые, позволят молодежи получить профессиональную
подготовку и продолжить свое общее образование. Ученики
в соответствии со своими склонностями смогут стать
квалифицированными рабочими, либо по истечении определенного
периода практической работы продолжать образование в
высшем учебном заведении или университете.
На практике эта реформа, по-видимому, ограничит доступ
в университеты и институты даже способным ученикам,
окончившим среднюю школу. Единственным выходом для многих
из них, получивших навыки физического труда, будет поэтому
102

превращение в квалифицированных рабочих, зато потом они
по крайней мере смогут поступить в высшую школу, где
будут изучать технику той специальности, в которой уже имеют
производственный опыт.
Даже поступив в университет, молодые люди не оставят
производства, а будут в течение первых двух лет учиться на
вечерних или заочных факультетах. На третьем году
обучения им будет предоставлено три дня в неделю для
посещения лекций. И только на двух последних курсах они
полностью посвятят себя учебе.
В ближайшие годы на производство придет два поколения
молодежи численностью от 2 до 3 млн. человек, а через
несколько лет, когда полностью изгладится влияние войны, их
численность достигнет примерно 4600 тыс. Если
предположить, что все они кончали бы десятилетку, то очевидно, что
выигрыш от реформы превысит 5 млн. человек, а через
несколько лет достигнет 10 млн. человек. Но подлинные
намерения авторов реформы состояли совсем не в этом. В своем
докладе на XXI съезде Хрущев с возмущением опроверг
имевшие хождение на Западе слухи о том, что перестройка
системы образования объяснялась недостатком рабочей
силы. Ссылаясь на марксистско-ленинское учение, он заявил,
что образование и обучение без производительного труда не
смогут быть поставлены на ту высоту, какой требует
современный уровень техники и науки.
Уже в первых своих выступлениях советский лидер указал
на некоторые возможные коррективы. Прежде всего он
предложил, чтобы школьники, обязанные заниматься физическим
трудом, часть дня посвящали занятиям в средней школе. Во-
вторых, студенты, которые в первые два года обучения будут
направлены на заводы, получат возможность посещать
лекции вечером. Кроме того, предусматривается исключение для
особо одаренных детей. После окончания средней школы
такие дети могут быть освобождены от физического труда и
направлены в специальные институты, окончив которые они
станут артистами или научными работниками.
Предложения Хрущева были встречены несколько
холодно. Конечно, никакой настоящей полемики не было;
комментаторы ограничились замечаниями о важности
гуманитарных наук, преподавание которых ни ,в коем случае не должно
быть сокращено, а также о необходимости сохранения
высокой культуры научной работы. Знакомство ученых с
физическим трудом дает превосходные результаты: даже в чисто
научном плане знание производства обогащает специалиста.
Но известные меры предосторожности в деле перестройки
школы все же необходимы.
Наконец, после длительного обсуждения, 24 декабря 1958
года был принят закон о перестройке системы народного об-
103

разования. Теперь молодежь после восьмилетнего обучения
в школе до возможного поступления в вуз будет два года
заниматься физическим трудом.
В последующем каждая из входящих в СССР республик
приняла соответствующий закон применительно к местным
условиям. Переход к новой системе образования будет
полностью завершен в течение 3 — 5 лет.
Текст закона не содержит указания о том, что студенты
должны обязательно заниматься физическим трудом в
течение первых двух лет обучения в вузе, как это было
первоначально предложено Хрущевым. Законом допускаются
различия в зависимости от отрасли знания. И, по-видимому, в
республиках будет предусмотрен перенос периода
физического труда студентов ближе к окончанию высшей школы. С
другой стороны, говорят также, что есть многочисленные
исключения из правил об обязательном физическом труде в
течение двух последних лет обучения в средней школе.
В то же время Советская Россия стремится широко
развернуть обучение с целью повышения квалификации. В
постановлении Совета Министров СССР, принятом в сентябре
1959 года, поощряется направление рабочих промышленных
предприятий и совхозов, а также колхозников в высшие
учебные заведения и технические училища. Стипендии,
предоставляемые студентам, будут выплачиваться направившими их
организациями, и после окончания высшего учебного
заведения молодые специалисты должны вернуться на эти
предприятия или в свои колхозы. Подбор таких стипендиатов
должен производиться особенно тщательно.
В этой новой попытке перестроить советское общество
лишний раз проявилась «народническая» жилка Хрущева, в
которой его некогда упрекал Сталин и кое-кто из
государственных деятелей, ныне отстраненных от власти. Но все эти
шаги Хрущева не изменят сдержанного отношения к нему
многочисленных представителей интеллигенции; в самом
деле, есть ли необходимость прерывать интеллектуальное
развитие в самом юном возрасте? Поэтому как в массах, так и
в партии Хрущев должен суметь опереться на другие силы.
Выражает ли Хрущев в данном случае определенную волю
партии или, напротив, тянет партию за собой? Будущее
Советского Союза в значительной степени зависит от ответа на
этот вопрос.

Глава VII
XXI СЪЕЗД И СЕМИЛЕТНИЙ ПЛАН
Никогда еще ни одно государство не объявляло столь
открыто, как это сделала Советская Россия, свои взгляды на
пути развития страны, на судьбы всего человечества. На XXI
съезде партии руководящими деятелями были изложены
текущие и перспективные планы. Какое место в этих
декларациях занимает пропаганда? А как мы можем представить
себе будущее?
XXI съезд партии, собравшийся в январе 1959 года,
занимает особое место в истории партии. XX съезд, состоявшийся
в январе 1956 года, был съездом десталинизации, на нем
проявились новые тенденции экономической политики, но в то
время Хрущев был лишь одним из руководителей, его идеи
вполне согласовывались с идеями других членов Президиума
ЦК КПСС. После XX съезда Хрущев стал полновластным
хозяином СССР. Устранив антипартийную группировку, он
продолжал свою борьбу за установление прочного влияния
в партии и государственном аппарате путем обновления
кадров и перемещений, которые позволили ему поставить на
командные посты своих приверженцев. Когда эта задача была
решена, он счел возможным откровенно изложить свои
взгляды на будущее, раскрыть перед своими сторонниками
собственную доктрину, внушить им свои принципы и заставил
себя признать бесспорным руководителем СССР. В то время
как XX съезд был съездом десталинизации, XXI съезд был,
по-видимому, съездом окончательного укрепления власти
Хрущева.
Одновременно с провозглашением задач весьма
отдаленного будущего XXI съезд, обсудив и приняв семилетний план,
определил непосредственную программу действий.
В своем основном докладе и заключительной речи на XXI
съезде Хрущев изложил свои -взгляды на будущее, в основе
которых лежит учение Ленина.
Хрущев подробно изложил свою теорию о различных
путях построения социализма, указывая, в каких пределах
коммунистические страны могут удаляться от пути,
проложенного Советской Россией. Им было сделано весьма ясное
105

предупреждение: использовать русский опыт — это значит не
отступать от него, если эти страны хотят оставаться в
коммунистическом лагере и быть верными коммунистическому
учению. Руководителем по-прежнему должен быть Советский
Союз. Хрущев разъяснил, как он представляет себе переход
от социализма к коммунизму. В отличие от капитализма
социализм обеспечивает распределение доходов по труду,
«равную оплату за равный труд». Это влечет за собой
неравенство в уровне доходов, получаемых трудящимися, но,
согласно коммунистической теории, такое неравенство обоснованно
и отличается от неравенства, существующего в
капиталистическом обществе: последнее объясняется не только
дифференциацией заработной платы, но также в очень большой
мере капиталистическим накоплением.
Советский лидер остается верным формуле
распределения по труду. Он считает, что еще не настало время для
уравнительного распределения: распределение по труду
имеет большое воспитательное значение и стимулирует
производительность труда. Но настанет день, когда СССР
завершит стадию социализма и еще быстрее двинется к
новому этапу — коммунизму.
Одним из фактов исключительной важности является все
более широкое предоставление бесплатных материальных и
культурных благ. Растет число школ, больниц, детских
садов, увеличиваются стипендии студентам и размеры пенсий.
Постепенный переход к распределению на основе
коммунистических принципов будет происходить именно путем
дальнейшего увеличения бесплатных материальных и
культурных благ.
В области производства движение к коммунизму не
должно быть, как представляют себе некоторые,
«анархическим, неорганизованным, бесформенным». Будущее
представляется Хрущеву как содружество людей труда.
Высокомеханизированное и автоматизированное производство
будущего не потребует от людей многочасового труда, у них
останется много свободного времени, которое может быть
посвящено занятиям науками, искусством,, спортом и т. д.
Во всех областях станет возможным постепенное
отмирание государства, и Хрущев осторожно указывает границы
этого процесса. По его мнению, некоторые функции, ныне
осуществляемые государством, перейдут к общественным
организациям. Например, вопросы культурного обслуживания
населения могут постепенно быть переданы в ведение
общественных организаций; то же самое можно сказать и в
отношении задач поддержания общественного порядка.
Хрущев считает возможным расширение функций
товарищеских судов. Конечно, об упразднении милиции, которая
необходима для борьбы с злоумышленниками, пока еще не
iOb

может быть и речи, но между милицией и общественными
организациями будет установлен самый тесный контакт.
Главной задачей государства будет развитие экономики
и национальная оборона. Функции обороны существуют и
будут существовать до тех пор, пока мир будет разделен на
два лагеря, но в результате поступательного победного
движения коммунизма угроза, создаваемая расколом мира,
будет ослабевать.
Если бы во всех странах был установлен
коммунистический строй, возникли бы проблемы, вытекающие из
неравномерности их развития. Высшая фаза коммунизма была бы
достигнута различными странами почти одновременно.
Хрущев полагает, что прогресс менее развитых стран будет
более быстрым, когда они перейдут к социализму. Они смогут
использовать опыт других стран и, таким образом, избегнут
некоторых ошибок. С другой стороны, они получат помощь
наиболее развитых социалистических стран.
В ожидании того, когда наступит момент претворения в
жизнь этих отдаленных планов, XXI съезд КПСС утвердил
новый план развития народного хозяйства СССР на 1959—
1965 годы.
По традиции, советские планы следовали один за другим
каждые 5 лет, прерываясь лишь в случае большой
катастрофы, но порядок этот не столь нерушим, как казалось. Иногда
случается, что утвержденный план «царствует, но не
управляет», в то время как другой план действует, не будучи
официально «возведенным на престол». И хотя непрерывность
планирования является законом, иногда все же приходится
наблюдать «междуцарствие». Текущее планирование
продолжается по инерции, в то время как более долгосрочное
перспективное планирование пребывает в состоянии
неопределенности. Советская экономика находилась именно в этом
состоянии с тех пор, как сообщение ЦК КПСС и Совета
Министров СССР от 26 сентября 1957 года известило о
прекращении действия шестого пятилетнего плана и о разработке
семилетнего плана на 1959—1965 годы, который должен был
с 1 января 1959 года заменить шестой пятилетний план.
Семилетний план продолжает преемственность советских
планов. Главной причиной его появления была, по-видимому,
необходимость разработать перспективные планы
индустриализации и развития транспорта и энергетических ресурсов,
выходящие за рамки пятилетнего срока. Объем намеченных
планов таков, что пятилетие для них — короткий срок.
Вполне допустимо также, что замена шестой пятилетки
семилетним планом не что иное, как изящный способ избавиться от
некоторых задач пятилетнего плана и изменить расчеты.
В то же время семилетний план призван содействовать
новому направлению в развитии советской экономики, кото-
107

рое стало возможным благодаря открытию новых
месторождений, а также быстрому росту техники.
Семилетний план отличается от предыдущих планов не
только своей продолжительностью, но и сочетанием
«перспективного планирования» с «текущим планированием».
Термином «перспективное планирование» советские
экономисты обозначают составление планов на срок в среднем
5—7 лет; под термином «текущее планирование» они
подразумевают годичные планы.
До 1957 года перспективное планирование
ограничивалось лишь разработкой общих заданий на последний год
плана и их увязкой. В момент составления перспективного
плана на средний срок не давалось никаких отправных
данных. Дело ограничивалось детализацией очередного
годичного плана, а итоги его выполнения определяли
соответственно последующие этапы пятилетнего плана.
В результате годичные планы были детальнее пятилетних
планов. В самом деле, в них определялись задания
отдельным предприятиям, в то время как пятилетние планы
фиксировали лишь показатели для целых отраслей
промышленности.
Семилетний план указывает одновременно задачи
седьмого года и всех предыдущих лет. Кроме того, он
объединяет конечные задания и текущие планы не только
различных отраслей, но и отдельных предприятий. Это важное
нововведение: во всех звеньях советской экономики
руководящие органы будут всегда иметь перед глазами необходимые
показатели.
Другим важным нововведением является разработка
Госпланом долгосрочных планов; тако,в, например, план на
15 лет, включающий в себя нынешний семилетний план. Его
общие цифры уже установлены, и Госплан постепенно
намечает показатели для отдельных отраслей. Основная задача
перспективного плана — определить темпы развития
основных отраслей народного хозяйства в зависимости как от
потребностей, так и от технического прогресса. Он дает
возможность с достаточной точностью установить некоторые
показатели для таких отраслей экономики, как энергетика,
металлургия, химическая промышленность, и в то же время
охватывает ,все хозяйство в целом. Как и семилетний план,
он может быть выражен контрольными цифрами, возможно,
менее детально разработанными, но позволяющими
проследить взаимосвязь между ними.
Некоторые из выступавших на XXI съезде ораторов
защищали проекты капиталовложений, которые не были
учтены в семилетнем плане, составленном правительством. В
ряде случаев Хрущев соглашался .включить некоторые из них
в семилетний план. В других случаях он предлагал отнести
108

их рассмотрение к моменту подготовки 15-летнего плана;
'такое предварительное изучение отложенных проектов
позволит предусмотреть задания на более длительный период
развития.
Для успеха планирования необходимо, конечно, не
ограничивать его сроки Несколькими годами. Намечая развитие
экономики страны, расширение большого города, нужно
видеть отдаленную перспективу. Коренные экономические
преобразования не могут быть осуществлены за 5 или 7 лет.
В намеченных таким образом перспективных планах
задачи семилетнего плана составляют весьма важный этап
развития экономики.
Сравним намеченные темпы роста с показателями
предыдущих планов. Они составляют около 8,6% в год; 9,3% для
подразделения I, 7,3% для подразделения II. Цифра 8,6%
годового прироста промышленной продукции не сильно
отличается от соответствующих показателей предыдущих лет,
но все же она отражает некоторое снижение темпов роста
производства начиная с 1954 года.
С другой стороны, данные, которыми мы располагаем,
показывают, что норма накопления близка к классическому
показателю — 25% национального дохода. В этой области
нет каких-либо значительных изменений.
А вот распределение капиталовложений между
различными отраслями экономики изменилось очень резко. Хотя
принцип преимущественного развития и сохраняется в
какой-то степени, он уступает место более гибкому принципу
развития экономики в нескольких направлениях. Иными
словами, принцип приоритета распространяется теперь на
большее число отраслей.
Предусматривая, по традиции, рост машиностроения;
производства стали и электроэнергии, семилетний план пре*
доставляет также привилегированное место отраслям
экономики, которыми до сих пор пренебрегали, — таким, как
химическая промышленность, сельское хозяйство и (правда,
в несколько меньшей степени) железнодорожный транспорт.
Важнейшие преобразования осуществляются прежде
всего в использовании новых энергетических ресурсов:
нынешняя структура энергетического баланса СССР, несмотря на
то, что страна располагает разнообразными и
значительными природными богатствами, весьма мало эффективна:
слишком широко используется уголь и наименее калорийное
горючее — торф, сланцы, лес и слишком мало — новые
источники энергии, такие, как нефть, природный газ,
гидроэлектроэнергия.
Семилетний план является важным этапом в развитии
советской энергетики. Ниже приводится таблица, взятая
нами из статьи Соколовой, в которой подводятся основные
109

итоги этой эволюции на протяжении предстоящего
пятнадцатилетия К
Изменение энергетической структуры СССР.
Расход основных источников энергии в пересчете на условное топливо
(в процентах к общему расходу энергии) 2
Уголь
Нефть
Природный газ
Торф
Горючие сланцы

Гидроэлектроэнергия
Дрова
Атомная
энергия
1940 г.
59,2
18,5
1.6
5,6
0,3
1.3
13,5
0
1950 г.
65,4
17
2,2
4,6
0,5
2,2
5,7
0
1955 г.
63,6
21
2.3
4,3
0,7
2,4
5,7
0
1957 г.
60,8
23,4
4
3,8
0.7
2,9
4,4
0
1960 г.
55,6
25,2
8,9
3,7
0,6
2,8
3,2
0
1972 г.
32,2
34,4
23,3
2,4
0,6
2,6
1.3
3,2
Таким образом, семилетним планом предусмотрена
радикальная перестройка энергетики, которая, впрочем, будет
завершена лишь в 1972 году. Добыча нефти должна быть
увеличена со 100 млн. т в 1956 году до 230—240 млн. т в 1965
году и 350—400 млн. т в 1972 году. Добыча природного газа
должна достигнуть 150 млрд. куб. м в год в 1965 году, а к
1972 году — возрасти в 10 раз. Напротив, темпы роста
добычи угля будут меньше; производство угля достигнет к
1965 году 600—612 млн. г; планом предусмотрено увеличение
добычи только дефицитных коксующихся углей или развитие
зон, в которых наиболее благоприятны условия добычи
(Сибирь и Казахстан). Мощность теплоэлектростанций будет
возрастать и увеличится с 52 млн. кет в 1958 году до
110 млн. кет в 1965 году. Преимущество будет при этом
отдаваться строительству тепловых станций, которые
используют в качестве топлива природный газ и мазут3.
Строительство крупных и дорогостоящих гидроэлектростанций,
бывшее одной из главных целей предыдущего пятилетнего
плана (1955—1961 годы) и основной темой советской про-
1 «Вопросы экономики», № 5, i958, стр. 56 — 65, см. также статью
того же автора об изменениях в структуре потреоления энергии в
семилетнем плане в журнале «Вопросы экономики». № 5. 1959. В ней автор
указывает на изменения в использовании различных источников энергии
в разных отраслях промышленности (химической, металлургической
и т. д.) в 1950—1957 годах.
2 Данные за 1957 и 1972 годы, а также данные об использовании
атомной энергии в цитируемой по журналу «Вопросы экономики», № 5,
1958 год таблице отсутствуют. — Прим. ред.
3 Планом предусмотрено строительство в течение семилетия 17
крупных станций на природном газе, мощность которых составит 11,4 млн.
кет.
110

паганды, утратит свое ведущее значение, оставаясь все же
важной составной частью плана.
Речь идет о полном искоренении господствовавшей ранее
тенденции. До 1951 года перспективный план полностью
исключал использование сырой нефти и природного газа, а
важнейшие отрасли промышленности намечалось перевести
исключительно на дорогостоящее твердое топливо.
Потребление мазута металлургическими заводами,
электростанциями и железными дорогами должно было в период с 1949
по 1955 год сократиться с 8 до 3 млн. т и окончательно
превратиться к 1965 году.
Сталинские методы еще долго сохранялись после смерти
Сталина, и седьмой пятилетний план содержал еще
некоторые из принципов сталинских пятилеток. Смене
руководителей должно было соответствовать и новое по своим целям и
методам планирование.
Другая весьма важная новая отрасль, которой в плане
отводится особо значительное место, — это химическая
промышленность. Предусмотренные семилетним планом
капиталовложения в размере 100 млрд. руб. и широкий импорт
оборудования позволят создать на основе имеющихся в
стране запасов нефти и природного газа, по существу, новую
химическую промышленность. Советское правительство
намерено полностью реорганизовать эту отрасль, которой в
предыдущих планах уделялось очень мало внимания.
Советская химическая промышленность, после того как она
позволила себя обогнать западным странам и в особенности
Соединенным Штатам, должна теперь совершить качественный
скачок, который даст ей возможность производить в
большом количестве синтетическое волокно, пластмассы и
минеральные удобрения.
Семилетним планом предусмотрено увеличение
производства искусственного волокна в 4 раза, пластмасс — в 7 раз,
удобрений — в 3 раза. Таким образом, производство
искусственного волокна и пластмасс расширяется еще больше,
чем производство удобрений.
Принимая это .решение, Хрущев преследует две цели. Во-
первых, он стремится ликвидировать техническую отсталость,
наносящую особенно большой ущерб, поскольку она
затрагивает тяжелую индустрию, и в частности ту ее отрасль,
продукты которой необходимы как для перерабатывающей
промышленности, так и для национальной обороны.
Во-вторых, широкое распространение пластмасс и искусственного
волокна дает потребителям множество готовых изделий,
производство которых из сельскохозяйственного сырья либо
невозможно, либо очень дорого.
Одной из областей, которой придается наибольшее
значение и где отсталость Советской России меньше ощущается,
III

является машиностроение, и особенно новые области, в
первую очередь производство специального оборудования.
Комплексная механизация и автоматизация дадут возможность
выполнить общие задачи, стоящие перед советской
промышленностью. В этой области уже достигнуты определенные
успехи; более 90% чугуна и стали Советский Союз
выплавляет в механизированных и полностью автоматизированных
печах. Все районные гидроэлектростанции
автоматизированы, более 40% всех типов выпускаемых в стране станков —
автоматы и полуавтоматы.
Благодаря значительным ассигнованиям на научные
исследования, на создание и оборудование
специализированных институтов будет достигнута полная автоматизация
промышленности.
В соответствии с курсом, взятым в 1955 году, семилетний
план отводит значительное место капиталовложениям в
жилищное строительство.
Наконец, черная и цветная металлургия сохраняют свое
первостепенное значение. Выплавка чугуна должна
достигнуть ,в 1965 году 65—70 млн. г, возрастет также и
производство цветных металлов.
Предпринимаются значительные усилия, чтобы добиться
снижения стоимости транспортных перевозок. В частности,
усиленно развивается электрификация железных дорог.
Многие линии переводятся на однофазный переменный ток. Это
будет достигнуто с помощью переоборудования 7700 км из
121 200 км всех ныне действующих электрифицированных
линий, работающих на постоянном токе, а также
посредством широкой программы электрификации новых линий.
Перевозки с помощью паровозов должны сократиться с 80% в
1958 году до 15% -в 1965 году. Объем перевозок остается
стабильным, что, по-видимому, объясняется политикой
децентрализации.
В области производства средств потребления
предусмотрен быстрый рост легкой промышленности, валовая
продукция которой возрастет в 1,5 раза. Производство мяса
увеличится на 70%, масла — на 58, молочных продуктов — на
120%. Производство зерновых должно достигнуть в 1965
году 480 млн. г, а яиц — 37 млрд. шт.
По словам советских руководителей, такие темпы роста
позволят России в ближайшие годы перегнать Соединенные
Штаты по валовому производству и по производству на
душу населения таких продуктов, как мясо, масло и молоко.
Вспомним, что в 1957 году Хрущев поддержал точку зрения,
высказанную на этот счет колхозами.
Таким образом, перед нами план, сильно отличающийся
от предыдущих планов; удлинение периода его действия —
это только симптом более глубоких изменений. Прежние
112

планы, которые мы назовем «сталинскими», были
направлены на то, чтобы добиться лишь механического роста
экономики, .выраженного немногими показателями по нескольким
основным видам продукции: стали, углю, нефти, зерну.
Даже долгосрочные планы, намеченные Сталиным в 1946 году,
были, по-видимому, основаны на той же концепции
развития, характерной чертой которой был максимально быстрый
рост производства нескольких классических видов сырья,
без учета новых видов продукции и перспектив технического
прогресса.
Современное планирование исходит из более сложной
концепции разностороннего роста экономики. Нынешние
руководители стремятся, чтобы русский народ представлял свое
будущее в более привлекательном свете, чем это было при
Сталине, когда даже мечты были посвящены стали. Они
предлагают народу подумать о возможностях, которые несут
с собой кукуруза, синтетическое волокно, дизельные
локомотивы и электрические доильники. Осуществляемое
планирование продолжает направление, начавшееся в
«маленковский» период. Оно обеспечивает равномерный рост всех
отраслей I подразделения. Приоритет одного из секторов по
отношению к другому (если допустить, что это не просто
пропагандистский трюк) не означает усиленного роста
тяжелой и военной промышленности; преимущественное
развитие способствует решению задачи более гармоничного,
более координированного роста экономики. Семилетний план
предвосхищает образ гораздо более близкого будущего, чем
это себе представляют предприниматели и экономисты на
Западе. Созетский человек, который живет уже не хлебом
единым, будет одеваться и питаться лучше, чем прежде.
Показатели, свидетельствующие о ходе выполнения
семилетнего плана, были опубликованы после Пленума ЦК
КПСС (24—29 июня 1959 года) и ,в сообщении ЦСУ от
15 октября 1959 года.
За первые девять месяцев 1959 года рост промышленной
продукции составил 12% по сравнению с тем же периодом
1958 года; рост производительности труда был равен 8%.
Значительный рост производства, превосходящий рост
производительности труда, объясняется только перемещением
рабочей силы.
Июньский Пленум ЦК повторил обычные положения
партии (критика совнархозов, не установивших надлежащую
дисциплину, призыв к увеличению производительности и
строгому контролю за деятельностью предприятий).
Наконец, занявшись рассмотрением технических проблем, Пленум
указал на настоятельную необходимость применять новую
автоматику, которая, вероятно, станет ведущей темой
пропаганды и всей деятельности в 1960 году.
8 Зак. 85

Часть вторая
ОСНОВНЫЕ ВОПРОСЫ ЭКОНОМИКИ
Глава I
ДЕМОГРАФИЯ И ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТЬ
В январе прошлого года одновременно с заседаниями
XXI съезда КПСС проходила перепись населения
Советского Союза. Сопоставление этих двух явлений не только
символично. Основанный на советских научных и технических
достижениях оптимизм Хрущева, который он проявляет по
любому поводу, и его предсказания в отношении роста
производства и жизненного уровня общеизвестны. Только
враждебность капиталистических стран и значительные расходы,
вызываемые холодной войной, могут, по его мнению,
затормозить неуклонное движение Советов к очень высокому
жизненному уровню. Тем не менее представляется, что у
Советской России есть и другая причина для беспокойства,
хоть она и не была названа на XXI съезде. До настоящего
времени достижение больших производственных успехов
облегчалось значительным ростом населения. Продолжает ли
население СССР так же быстро расти, чтобы обеспечить
развитие, предусмотренное семилетним, пятнадцатилетним и
более долгосрочными планами, чтобы гарантировать
будущее Советской России при наличии значительно более
быстро растущих народов?
Центральное статистическое управление опубликовало
10 мая 1959 года результаты переписи 15 января. В
Советском Союзе в настоящее время. насчитывается 208 800 тыс.
жителей, которые очень неравномерно делятся по признаку
пола: 55% составляют женщины и 45% мужчины.
Напомним, что, по данным предыдущей переписи,
проходившей 17 января 1939 года, советское население достигало
170,5 млн. человек. В 1940 году оно составляло 190,7 млн.
(в результате аннексий в сентябре 1939 года), а в мае
1941 года — примерно 196 млн. человек.
Вот как распределяется население по республикам
(в млн. жителей):
114

Республика
РСФСР
Украинская ССР
Белорусская ССР
Узбекская ССР
Казахская ССР
Грузинская ССР
Азербайджанская ССР
Литовская ССР
Молдавская ССР
Латвийская ССР
Киргизская ССР
Таджикская ССР
Армянская ССР
Туркменская ССР
Эстонская ССР
1939 г.
108,379
40,469
8,910
6,336
6,094
3,540
3,206
2,880
2,452
1,885
1,458
1,484
1,282
1,252
1,052
1959 г.
117,494
41,880
8,060
8,113
9,301
4,049
3,700
2,713
2,880
2,094
2,063
1,982
1,768
1,520
1,196
Эта таблица весьма поучительна. Прежде .всего она
подтверждает сообщение советского статистического сборника,
выпущенного в 1956 году, о том, что в СССР проживает
202,2 млн. человек. В то время западные экономисты и
демографы считали, что население СССР составляет более
220 млн. человек. К сообщению ЦСУ они отнеслись с
величайшим недоверием. Одни говорили: «Данные за 1939 год
несерьезны, в Советской России в ее теперешних границах не
было 190 млн. жителей». Другие утверждали: «Цифры 1956
года неверны; не было никакой переписи, поэтому подсчеты
западных специалистов более точны, чем данные,
опубликованные Советской Россией».
Заметим, что, по нашему мнению, в этой области как раз
можно доверять советской статистике. Чего ради Советская
Россия стала бы скрывать численность своего населения?
Можно, конечно, сказать: при данном уровне производства
национальный доход будет выше, если его делить на 200 млн.
человек вместо 220 млн. Но, поскольку национальный доход
СССР никому не известен, эта гипотеза не столь уж важна.
Поэтому приходится допустить правдивость цифр.
Опубликованные Советским Союзом данные можно
понять, если учесть невообразимые потери, понесенные
страной во время войны. Обратите внимание на данные по двум
республикам, наиболее сильно пострадавшим от немецкой
оккупации, а именно по Украине и Белоруссии: в первой из
них население за 20 лет незначительно увеличилось, во
второй — сократилось. Правда, некоторая часть населения этих
республик была в 1949 году переселена в польские области,
аннексированные Россией; но главная причина сокращения
населения — это, безусловно, война. При определении чис-
8*
115

ленности советского населения в 1945 году можно исходить
из цифры 1956 года в 200 млн. жителей. В заявлении
Хрущева в феврале 1956 года содержится указание на то, что за
период с 1951 по 1955 год советское население увеличилось
на 16,3 млн. человек; следовательно, в конце 1950 года оно
составляло 180 млн. человек. К концу 1950 года прошло уже
пять с половиной лет с момента окончания войны. Конечно,
рождаемость не могла достигнуть прежнего уровня сразу
росле мая 1945 года, но с 1947 года она стала
увеличиваться, а в 1948 году кривая рождаемости резко пошла вверх.
С момента окончания войны и до конца 1950 года прирост
населения был, вероятно, не ниже 12 млн. человек, если
учесть три благоприятных года: 1948, 1949 и 1950. Из этого
можно заключить, что в 1945 году население достигало всего
лишь 172 млн. человек и что с 1939 по 1945 год советское
население сократилось приблизительно на 25 млн. человек.
В это число входят: военные потери (потери
вооруженных сил, эмиграция в другие страны, потери в
концентрационных лагерях), исчисляемые от 10 до 11 млн. человек; к
ним присоединяется смертность от голода (в Ленинграде
вымерла треть населения) и сокращение гражданского
населения, вызванное падением рождаемости, которое
составляло около 8 млн. человек.
Речь идет только о фактическом сокращении населения.
Если бы не было войны, население увеличилось бы
благодаря рождаемости. Если учесть, что ежегодный прирост
населения до войны составлял не менее 3 млн. человек, то цифра
общих потерь населения, понесенных Советским Союзом,
должна быть увеличена приблизительно на 20 млн. Война
является причиной тогр, что в 1946 году население Советской
России было на 45 млн. человек меньше, чем оно могло бы
быть в условиях мира. Это факт огромной важности.
Демографическая структура СССР претерпела глубокие
изменения.
Потери эти не так-то легко восполнить, ибо теперь
прирост населения идет менее быстро. Оно увеличивается
приблизительно на 1,75% в год, то есть на 3,6 млн. человек.
Процент прироста населения превышает соответствующий
показатель в странах Западной Европы, но не очень
значительно. В самом деле, уровень рождаемости с 1956 года
составляет около 25 на тысячу человек населения — столько
же, сколько в США, и немногим больше, чем во Франции
(19 на тысячу).
Сокращение рождаемости с начала нынешнего столетия
было весьма велико, его следует оценивать с учетом
особенностей, присущих СССР. Возможно, что и в дальнейшем
рождаемость будет сокращаться. Скоро вырастет
поколение, родившееся во время войны. При одинаковой плодови-
116

тости! процент рождаемости должен в ближайшие годы
уменьшиться. Он еще значительнее сократится, если
плодовитость в СССР будет по-прежнему снижаться. А ведь,
несмотря на отсутствие статистических данных, есть основания
думать, что она снижается: в Москве, в Ленинграде семьи
относительно малочисленны, имеют одного-двух детей; семья,
где трое детей, уже считается «большой».
Население европейской России растет медленнее, чем в
областях азиатской части страны. Например, в 1955 году в
Казахстане уровень рождаемости был равен 36,9 на тысячу,
в Армении — 37,9, а в Ленинграде — всего лишь 13,9.
Значительные потери, понесенные во время прошедшей войны, не
объясняют полностью этой разницы. Дело тут также в
нравах, и положение может еще более ухудшиться, если русские
деревни последуют примеру столиц. Поскольку население
исконно русских областей сокращается, а мусульманских и
азиатских областей увеличивается, можно опасаться
изменения этнического состава страны.
В настоящее время в Советском Союзе не проявляется
по этому поводу никакого беспокойства. Хотя Советский
Союз следует теориям, благоприятствующим росту
рождаемости, стремление государства повысить рождаемость не так
уж велико. Пособия многосемейным предоставляются лишь
после третьего ребенка. С 1 января 1958 года незамужние
женщины или вдовы, не имеющие детей, а также семьи,
имеющие одного-двух детей, освобождены от налога на
холостяков и малосемейных. Кроме того, как известно,
постановлением от 23 ноября 1955 года отменен закон от 25 июня
1936 года о запрещении абортов. Нет, конечно, оснований
интерпретировать все эти меры как свидетельство
отрицательного отношения к росту численности семьи; это всего
лишь доказательство того, что СССР совсем не намерен
поощрять увеличение рождаемости.
Как бы то ни было, Советская Россия испытывает все
возрастающие трудности при наборе рабочей силы. Чтобы
достигнуть уровня валового производства США, может
оказаться необходимым быстрый рост населения. Природные
богатства страны позволяют ей иметь гораздо более
многочисленное население. Конечно, расходы на содержание
детей, а также разного рода сдерживающие факторы, в
частности трудности, связанные с их воспитанием и условиями
жизни взрослых, приводят к тому, что дети становятся
обузой, временно снижающей жизненный уровень. Но в
условиях быстро развивающейся экономики, когда строится
много новых предприятий, уровень производства на каждого
1 При определении плодовитости число родившихся берется по
отношению к числу женщин, способных к деторождению. — Прим. ред.
П7

трудящегося может быстро увеличиться, а это может в
значительной мере компенсировать подобные тяготы. Новые
контингенты рабочей силы могут быть направлены в
развивающиеся отрасли хозяйства. Напротив, в странах со
стабильным населением перемещения рабочей силы затруднены.
Успехи, достигнутые со времени революции в
промышленном производстве СССР, стали возможны только
благодаря миграции крестьян в города. Это доказывают
следующие цифры:
Изменение численности городского и сельского населения СССР
(в млн. человек)
Год
1913
1926*
1940
1946
1956
1969
Общая
численность
населения
159,2
162,3
191,7
174
202
208
Городское
население
28,1
60,6
87
99,8
Сельское
население
131,8
131,1
113,2
109
* Согласно оценке Бирабена в журнале «Попюлясьон», № 8, 1950.
До 1940 года уход части сельского населения в города
компенсировался высокой рождаемостью в деревне.
Впоследствии естественный прирост сельского населения стал
менее быстрым и по сравнению с 1940 годом оно сократи-
лось на 22 млн. человек. Сокращение рождаемости в
послевоенный период привело к менее быстрому росту свободной
рабочей силы по отношению к общей численности
самодеятельного населения, чем в период с 1929 по 1936 год. И
поскольку вот уже лет десять заметно стремление сдержать
наплыв крестьян в города, количество свободной рабочей
силы для промышленности увеличивается еще медленнее.
Последние опубликованные сведения дают основание
полагать, что в течение 1950—1955 годов ежегодный прирост
рабочей силы по категории рабочих и служащих,
составляющих, если не считать колхозников, основу самодеятельного
населения, не превышал 2100 тыс. человек. В 1957 году эта
цифра снизилась до 1700 тыс. Более поздние цифры трудно
анализировать. В 1958 году указанное увеличение вновь до-.
стигло 2200 тыс., что, конечно, объясняется особыми
обстоятельствами (демобилизация из вооруженных сил и приток
рабочей силы за счет колхозов). По наметкам семилетнего
плана, средний ежегодный прирост рабочей силы должен
составлять 1700 тыс. человек.
118

В сообщении Центрального статистического управления
об итогах первых шести месяцев 1959 года, опубликованном
14 июля 1959 года, указано, что число рабочих и служащих
возросло на 2,6 млн. человек по сравнению с тем же
периодом 1958 года.
Если во втором полугодии не произошло особых
изменений, то фактическое увеличение вдвое превысило
запланированную цифру. Поэтому можно предположить, что СССР не
смог еще воспрепятствовать уходу из деревни в города. Это
факт исключительной важности, поскольку государство
намерено быстро развивать сельскохозяйственное
производство.
И как раз именно в этот момент Россия намерена
предпринять сокращение рабочего дня. Следуя курсу последних
лет, XXI съезд КПСС принял новые, еще более важные
постановления в социальной области. Они направлены на
сокращение рабочего дня и рабочей недели; в 1960 году все
рабочие и служащие перейдут на семичасовой рабочий день,
для рабочих основных профессий угольной и горнорудной
промышленности продолжительность рабочего дня
сократится до 6 часов. В 1962 году будет завершен переход от
7-часового рабочего дня к 40-часовой рабочей неделе. На
1964 год намечен постепенный переход к 30-часовой рабочей
неделе для рабочих, занятых на подземных работах и
производствах с вредными условиями труда, а для остальных —
к 35-часовой рабочей неделе (при двух выходных днях в
неделю и рабочем дне продолжительностью в 6—7 часов). В
Постановлении Центрального Комитета КПСС и Совета
Министров СССР от 20 сентября 1959 года установлены
последние этапы перехода на семичасовой рабочий день в
промышленности, а также намечен пересмотр заработной платы
с введением новых ставок к 1962 году.
Сокращение рабочего дня ни в коем случае не должно
сопровождаться снижением выпуска продукции. Если завод
должен работать непрерывно, .будет изменена
периодичность смен. Возможно сохранение 8-часового рабочего дня
при пятидневной рабочей неделе вместо шестидневной.
Строгий контроль для устранения потерь рабочего времени,
упорядочение норм, улучшение организации производства,
позволяющее с тем же составом рабочих обслуживать большее
число машин, — все это приведет к усилению темпов работы.
Одновременно вводятся новые нормы и новые методы
начисления заработной платы. Старые нормы, которые не
пересматривались с 1947 года, не соответствовали новым
условиям производства и значительно перевыполнялись.
Поэтому доля премии в заработной плате рабочих неуклонно
росла. Повышение норм должно уменьшить долю
премиальных в заработной плате. Надо сказать, что в различных от-
119

раслях промышленности повышение норм не одинаково. В
некоторых случаях ограничились тем, что вменили рабочим
в обязанность выполнять за 7 часов ту же работу, что
прежде за 8 часов. В других случаях, несмотря на сокращение
рабочего дня, предусмотрено повышение ежедневных норм
выработки от 2 до 10%.
Повышение норм сопровождалось соответствующим
изменением тарифной сетки, применяемой для расчета
заработной платы, так как в противном случае заработки
рабочих снизились бы. Но в некоторых случаях произведенное
повышение не пропорционально увеличению норм. Кроме
того, предусматривается полное изменение тарифной сетки,
так что сейчас трудно установить какую-либо
закономерность. В общем пересмотр тарифной сетки приведет к
установлению единого тарифа, применяемого в отношении всех
рабочих данной отрасли промышленности и к потере лучше
оплачиваемыми рабочими их привилегированного
положения.
В первых выводах Государственного комитета по
вопросам труда и заработной платы верх одержала тенденция к
выравниванию заработной платы, выразителем которой
является Хрущев. Премии, которые по-прежнему сохранят
роль стимула, уже не будут составлять столь значительную
долю в заработной плате рабочих. Боязнь того, что для
сохранения той же заработной платы придется больше
работать, объясняет сдержанное отношение советских рабочих к
новым реформам. Партия и правительство провели
большую пропагандистскую работу, чтобы рассеять это
беспокойство, настойчиво разъясняя преимущества, которые все
получат от сокращения рабочего дня.
Хрущев обещал также населению отмену налогов. В
своей речи, произнесенной 27 января 1959 года на XXI съезде
КПСС, он заявил: «В настоящее время развитие всего
народного хозяйства и культуры Советского Союза
осуществляется главным образом за счет накоплений
социалистических предприятий. По мере выполнения семилетнего плана
размеры этих накоплений будут неуклонно расти и в
конечном счете станут единственным источником обеспечения
расширенного социалистического воспроизводства и
дальнейшего роста жизненного уровня народа. В этих условиях
существование налогов с населения не вызывается
необходимостью ни с точки зрения их классового значения, как
это имело место в прошлом в смысле ограничения доходов
капиталистических элементов, ни с точки зрения
обеспечения доходов государственного бюджета». Итак, рост
накоплений будет со временем полностью обеспечиваться
поступлениями от налога с оборота и отчислениями от прибылей
предприятий. Правда, налоги с частных лиц были невелики,
120

особенно в деревне. В 1958 году они достигали всего 7,8%
доходной части бюджета. В 1958 году при общих
поступлениях в госбюджет в размере 643 млн. руб. налоги с
населения составили 49,8 млн. руб., и это вторая причина того,
почему проблеме производительности следует придавать
исключительное значение. Если не произойдет резкого
увеличения производительности в сельском хозяйстве и
промышленности, советские планы потерпят крах.
Конечно, живущих в Советской России представителей
западных стран еще поражает низкая производительность
труда русских рабочих. Но существуют возможности ее
увеличения. Хачатуров в интересной статье, опубликованной в
журнале «Вопросы экономики» № 8 за 1958 год,
подчеркивает связь, существующую между проблемой рабочей силы
и ростом производительности труда: «Если бы в
промышленности СССР производительность труда не росла и в 1957
году находилась на уровне 1928 года, то для производства
того количества продукции, которое было выпущено в 1957
году промышленностью, потребовалось бы примерно 120 млн.
человек производственного персонала. Рост производства с
1957 по 1970—1975 годы втрое потребовал бы увеличения
числа рабочих до 370 млн., то есть до уровня, значительно
превышающего общугр численность населения СССР. Между
тем благодаря повышению производительности труда с 1928
по 1957 год в 8 раз для расширения выпуска промышленной
продукции в 24 раза потребовалось менее чем трехкратное
увеличение производственного персонала промышленности...
Дальнейший рост производства также будет достигнут в
основном за счет подъема производительности труда. С 1950
по 1957 год производительность труда в промышленности
повысилась почти на 70%. Если и в дальнейшем она будет
расти такими, же темпами, то за 3 пятилетки она увеличится
примерно в 3 раза и обеспечит необходимое расширение
производства».
Задания, записанные в заключительной резолюции XXI
съезда, не столь грандиозны. Производительность труда на
одного рабочего должна возрасти в промышленности на 45—
50%, на стройках — на 60—65, на железнодорожном
транспорте — на 34—37, в совхозах — на 60—65% и
почти удвоиться ;в колхозах. Таким образом, годовой
процент повышения производительности труда в расчете на
одного рабочего для промышленности равен 5,4 — 6%. Но
ввиду сокращения рабочего дня почасовая выработка рабочего
в промышленности должна в действительности возрасти
примерно на 7%.
Советский Союз объявил, что за первые 9 месяцев 1959
года производительность труда возросла на 8%; за целый
год повышение достигнет 7%. На будущий год запланирова-
121

но 5,8%. Тем не менее шансы на достижение
предусмотренного процента, если сравнить его с данными советской
статистики о производительности труда на одного рабочего в
промышленности за предыдущие годы, весьма сомнительны:
с 1928 по 1937
с 1937 по 1940
с 1940 по 1950
с 1950 по 1954
с 1950 по 1951
с 1951 по 1952
с 1952 по 1953
с 1953 по 1954
с 1954 по 1955
с 1955 по 1960
с 1955 по 1956
с 1956 по 1957
Годы
(наметкн)
Производительность
труда, %
10,5
9,7
13,2
7,6
10,0
7,0
6,0
7,0
8,0
8,4
7,0
6,5
Повышение производительности труда в расчете на
одного работающего с 1956 по 1957 год на 6,5% должно не
очень отличаться от почасового повышения
производительности труда, поскольку продолжительность рабочего дня за
оба эти года была одинакова.
Хрущев, несомненно, рассчитывает на благотворное
влияние проведенных им реформ, на изменение условий труда
в Советской России, а также на интенсивное использование
комплексной механизации, автоматики и телемеханики. В
случае успеха в 1970— 1975 годах советские рабочие, среди
которых будет еще половина нынешних рабочих с их
устаревшими методами труда, достигнут производительности труда
современных американских рабочих.
К этому времени, правда, большая часть советского
населения будет жить в совсем иных условиях; значительного
развития достигнут новые области. Население Узбекистана,
-Казахстана, Киргизии и особенно Сибири увеличивается
очень быстрыми темпами. В отличие от городов европейской
части России, рост которых приостановлен, новые города
Азии быстро развиваются. Продолжается миграция
населения на восток. Можно в какой-то мере утверждать, что
Советская Россия — совсем молодая страна. Нынешний
советский Дальний Восток — это бывший американский
Дальний Запад.
Промышленное развитие Восточной и Центральной
Сибири идет очень быстро. В своей речи на XXI съезде Мухитди-
122

нов заявил, что 40% капиталовложений, предусмотренных
семилетним планом, пойдут на развитие восточных областей
страны,
Путешественников^ побывавших в этих краях, поражает
их бурное развитие. XXI съезд вернулся к выдвинутому
Хрущевым на XX съезде плану, который предусматривает
создание в Сибири третьей металлургической базы, способной
производить 15 — 20 млн. т чугуна в год. Центром ее будет
город Тайшет Иркутской области — он расположен близ
Ангары, которая имеет огромные запасы белого угля, и
южнее богатых месторождений ангарской железной руды.
Эту политику можно интерпретировать двояко. Во-первых,
как уже отмечено, советские руководители стремятся
повысить производительность труда. Так же как освоение
«целинных земель», несмотря на низкую производительность с
гектара, дает по сравнению с занятой здесь рабочей силой
высокий урожай, развитие новых промышленных центров
обеспечивает большую эффективность капиталовложений и
производительность труда рабочих, чем интенсивная
эксплуатация давно используемых месторождений. Такая теория
вполне допустима.
Но только ли в этом дело? Не объясняется ли развитие
восточных районов близостью могущественного и очень
плодовитого соседа? Ведь :в то время как население Советской
России увеличивается на 3,6 млн. человек в год, население
Китая — на 16 млн. человек, и, что весьма знаменательно, с
1958 года в Китае отказались от пропаганды ограничения
рождаемости. И эта огромная страна, ликвидировавшая
нехватку продовольствия, пробудилась к промышленному
развитию. Производство стали, которое ;в 1957 году достигало
5,35 млн. г, должно было в 1958 году достигнуть 10,9 млн. г,
а в 1959 году превысить производство стали Англии
(22 млн. г).
Что думают обо всем этом советские руководители?
Соответствует ли их понимание истории нашему? Не мешает ли
им вера в коммунистическое будущее видеть реальную
действительность? Они утверждают, что между двумя народами,
воодушевленными коммунистическим идеалом, не может
возникнуть никаких неразрешимых противоречий, что их
взаимные чувства позволят им урегулировать все вопросы. Если
по одну сторону границы расположена малонаселенная
страна, владеющая громадными природными богатствами, а по
другую — перенаселенная страна, бедная ресурсами, то
между этими государствами, если они воодушевлены
социалистическим идеалом, может быть достигнуто соглашение. И все-
таки не потому ли развитие Советского Союза идет в новом
направлении, чтобы предупредить в будущем притязания
Китая на природные богатства Сибири?
123

Через 30 лет в Советской России будет менее 300 млн.
человек, а в Китае — более миллиарда. Не потому ли
советская печать, воздавая должное Китаю, редко дает
информацию об этой стране? И не потому ли размеры
предоставляемой Китаю помощи по советским данным оказываются
меньше, чем по китайским, что советский народ неохотно идет на
жертвы, приносящие пользу будущему вероятному
сопернику?
Желание через 20 лет догнать и перегнать США по
общему уровню производства, а в более отдаленном будущем
боязнь столкновения между малонаселенной Россией,
располагающей огромными территориями, и перенаселенным
Китаем могут побудить советских руководителей пойти дальше
реформ по увеличению производительности. Когда они на
XXI съезде радовались своим успехам и демонстрировали
оптимизм в построении общества будущего, не приходило ли
им в голову, что когда-нибудь придется принять меры с
целью ускорить рост населения?

Глава II
ДИСКУССИЯ ПО ВОПРОСУ О СТОИМОСТИ И ЦЕНАХ
В Советском Союзе, как и в любой другой стране, способы
установления цен проливают яркий свет на основные
экономические проблемы, с которыми приходится сталкиваться
государству. Анализ бюджетных данных, оборотов внешней
торговли, краткосрочных и долгосрочных программ — все это
приводит нас лишь к выводам, носящим спорный характер,
благодаря, в частности, ненадежности источников и методов
исчисления показателей. Напротив, система
ценообразования полностью раскрывает истинную природу экономики
страны, близко знакомя нас с ее экономическими
затруднениями и обнаруживая перед нами взаимосвязь,
существующую между отдельными производственными факторами,
стоимостью и ценой, трудом, капитальными вложениями и
потреблением. И если реформы, осуществленные в Советском
Союзе в 1957 и 1958 годах, действительно не лишены значения, то
мы должны найти следы этого в системе цен. Отсюда ясен
интерес, который представляет ведущаяся уже более двух
лет дискуссия между советскими экономистами по вопросу о
применимости закона стоимости к процессу ценообразования.
В сталинский период политика цен была сравнительно
простой, поскольку основным правилом всей экономической
жизни было стремительное развитие производства.
Осуществление этого правила обеспечивалось преимущественным
развитием производства средств производства, то есть I
подразделения, и особенно тяжелой промышленности. Однако
темпы этого преимущественного развития точно не
определялись. Поскольку все усилия направлялись на то, чтобы
способствовать выполнению указанного правила, цены на
некоторые товары, особенно на средства производства,
устанавливались ниже их действительной стоимости, причем цены
эти менялись. Выполнение советских экономических планов,
носивших, по существу, эмпирический характер, достигалось
отчасти посредством системы налогообложения. Лишь
предметы потребления облагались налогом с оборота, который
представлял собой централизованный чистый доход
государства и взимался :в установленном размере с единицы товара.
125

Подобные методы могут показаться экономистам весьма
своеобразными. Однако Сталин воспретил экономистам
критиковать их, проведя весьма четкое размежевание между
вопросами экономической политики, или планирования,
разрабатываемыми правительственным органом — Госпланом, и
проблемами политической экономии, которыми должны были
заниматься ученые.
В представлении же Хрущева руководство экономической
деятельностью ставит ряд более серьезных проблем, причем,
как показала практика, невозможность научно
обоснованного определения производственных факторов в их стоимостном
выражении не могла остаться без последствий для
правильного руководства предприятиями. Пленум Центрального
Комитета, состоявшийся в декабре 1956 года, осудил нарушения
практики создания запасов, а также слишком завышенные
планы, не отвечающие реальным возможностям. В то же
время в связи с перестройкой хозяйственного руководства и
децентрализацией задачу калькуляции цен приходилось все
больше возлагать на областные и местные органы
управления. А поскольку цены не устанавливались уже больше
единым органом, то возникла необходимость в каком-то
критерии для их установления.
Со стороны кажется, что все эти дискуссии не выходят из
«ортодоксальных» рамок. Основные принципы марксизма
остаются при этом нерушимыми, так же как и
предписываемые ими приматы. Преимущественный рост производства
средств производства (I подразделение) по сравнению с
производством предметов потребления (II подразделение)
остается первостепенным принципом советской экономики,
если даже его применение и стало более гуманным. В то же
время, однако, выдвигается требование расширить сферу
применения закона трудовой стоимости. В соответствии с этим
законом стоимость единицы товара определяется массой
общественно необходимого рабочего времени, затрачиваемого
на его производство. Выражение «общественно необходимое»
означает, что в виду имеется не труд, затрачиваемый на
каком-нибудь отдельном предприятии, а средняя масса
необходимого рабочего времени, затрачиваемого во всех
предприятиях данной отрасли производства в их совокупности. При
исчислении стоимости учитываются издержки по
возмещению «овеществленного» труда (амортизация основного
капитала, расход сырья) и «живого» труда (заработная плата),
а также прибавочная стоимость, являющаяся результатом
разницы между стоимостью, созданной трудом рабочего, и
стоимостью рабочей силы и воплощенная в цене товара.
Чтобы оценить все значение предлагаемых ныне изменений,
достаточно обратиться к положениям, содержащимся в книге
Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР».
126

Так, закон стоимости, являющийся характерной чертой
капиталистической экономики, продолжает оказывать свое
действие в условиях советской экономики лишь постольку,
поскольку сохраняются товарные отношения между двумя
основными секторами советской экономики: государственной
промышленностью и колхозным сельскохозяйственным
производством. Его действие носит временный характер и все
больше ограничивается по мере развития социализма. Ныне же,
наоборот, утверждают, что сохранение меновых отношений
между промышленностью и потребителями, то есть системы
денежной заработной платы, создает во всем
производственном аппарате условия для применения закона стоимости.
Однако применение этого закона допускается лишь в условиях,
не препятствующих преимущественному росту I
подразделения.
Несмотря на его марксистский характер, указанное
суждение служит источником крупных изменений. В силу
какого-то причудливого парадокса признание объективного
критерия для определения стоимости, а следовательно, и цен
может повлечь за собою глубокие изменения в характере
коммунистического режима и приблизить его ,в определенной
мере и в определенных пределах к режимам, существующим
в западных странах.
Что же, в сущности, представляет собой закон трудовой
стоимости, если не разновидность классических теорий,
согласно которым стоимость равна издержкам производства?
И всякий, кто задумается над вопросом о стоимости, должен
будет в конце концов признать, что она является
результатом взаимодействия между предложением и спросом, то есть
взаимодействия между средствами производства (и прежде
всего рабочей силы), которые не могут возрастать
бесконечно, и потребностями, которые, наоборот, всегда превосходят
существующие возможности к их удовлетворению.
До сегодняшнего дня продолжаются дискуссии между
сторонниками сталинской системы произвольного установления
цен и поборниками применения теории трудовой стоимости к
ценообразованию, однако уже сейчас выявились новые
направления, на которые в состоянии ориентироваться
советская экономика.
Противники применения закона стоимости все еще
указывают на нежелательность ограничения прав государства в
установлении цен.
Турецкий 1 считает, что возможность сознательного откло-
1 См. его статью в «Промышленно-экономической газете» от 10
февраля 1957 года.
127

нения цен от стоимости не уменьшается, а увеличивается с
укреплением социалистических производственных отношений.
Во время проведения нэпа снижение цен на средства
производства могло наталкиваться на некоторые затруднения,
связанные с существованием частного капитала. Но сейчас в
СССР частного капитала нет. В настоящее время легче
взимать излишки, необходимые для капиталовложений, с
некоторых высокорентабельных предприятий, чем со -всех
производственных предприятий К Такая политика цен не является
предосудительной для государства, являющегося владельцем
всех предприятий.
«Произвольная» политика цен вместо «автоматического»
применения закона стоимости позволит продолжать с
успехом индустриализацию страны. Для обеспечения наилучшего
использования природных ресурсов и передовых методов
труда необходимо установление сложной взаимозависимости
между ценами на различные средства производства и
предметы потребления. Применение же закона стоимости не
обеспечит необходимой гибкости. Его применение может
привести к серьезным неудобствам при установлении цен на
продукты сельского хозяйства или предметы потребления.
Снижение цен на средства производства до уровня их
себестоимости является зачастую наилучшим методом обеспечения
их рационального использования.
В подтверждение своего положения Турецкий ссылается
на те отрасли промышленности, где себестоимость
производства на отдельных предприятиях весьма различна.
Например, в горнорудной промышленности природные условия
оказывают очень большое влияние на методы добычи и
приводят к значительным разрывам между уровнем
себестоимости на различных Предприятиях. Некоторые экономисты
предлагают установить единые цены в горнорудной
промышленности, принимая за основу предельно высокую
себестоимость добычи на бедных месторождениях 2. Но суждение, на
1 См. D о b b, The Discussion about Price Policy, «Soviet Studies»,
Oct. 1957. Высказывания Струмилина по вопросу о предметах
потребления интересны, между прочим, тем, что он говорит о необходимости
сокращения «отчислений от прибылей». При низких ставках отчислений от
прибылей в распоряжении предприятия остаются значительные средства,
сэкономленные им на издержках производства. Напротив, система
обложения, предусматривающая более значительные отчисления,
уменьшает заинтересованность предприятия в хорошем ведении дела.
2 См. статью Струмилина в «Промышленно-экономической газете» от
7 апреля 1957 года о даровых благах природы. Струмилин признает, что
цены на природные ресурсы, имеющиеся в ограниченном количестве,
должны устанавливаться на основе издержек производства на худших
участках добычи. Покрытие за государственный счет дефицита на этих
участках препятствовало бы установлению какого-либо критерия,
позволяющего определить, целесообразно ли вести эксплуатацию данных
разработок или же нет. (См. след. стр.).
128

которое ссылается Турецкий, представляет собою .крайность.
Многие сторонники возврата к какому-нибудь объективному
критерию цены признают целесообразность установления
дифференцированных цен с учетом местных условий.
Применение закона стоимости не предполагает обязательно, чтобы
государство закупало по одинаковым ценам товары, добыча
или производство которых протекает в совершенно различных
условиях.
Сторонники применения закона стоимости приводят сверх
того доводы, которые Турецкому не удалось, видимо,
опровергнуть.
Еще до того, как стали говорить о необходимости
реорганизации управления промышленностью, поборники этой
реформы указывали на слишком ничтожный удельный вес
амортизации в себестоимости продукции в различных отраслях
промышленности.
Как и все остальные экономисты, Турецкий признает, что
на амортизацию выделяется слишком ничтожная доля
себестоимости продукции. Вся сумма амортизационных
отчислений, 50% которых приходится на амортизацию машинной
техники и оборудование, составляет, по его словам, лишь 3,3%
себестоимости продукции К В этих условиях даже при
повышении стоимости средств производства на 50% доля
амортизации в себестоимости возрастет примерно лишь на lU, то
есть на 4%, что все еще ничтожно мало.
В самом деле, повышение цен на оборудование и
машины не окажет само по себе непосредственного эффекта, если
удельный вес амортизации останется весьма ничтожным, и
единственным решением^ этой проблемы было бы определить
В замечательной статье John N. Montias, Rational Prices
and Marginal Costs in Soviet-Type Economics, «Soviet Studies», April,
1957, приводятся многочисленные примеры, указывающие на
значительные расхождения в себестоимости продукции между отдельными
отраслями горнорудной и металлургической промышленности в Советской
России и странах народной демократии. Себестоимость выплавки руды
на уральских заводах в 3—4 раза выше, чем на современных заводах
других областей СССР.
1 Остальная часть основных фондов состоит главным образом из
зданий и сооружений, стоимость которых нельзя признать заниженной.
В 1955 году структура основных фондов промышленности
представлялась в следующем виде:
Здания
Сооружения
Энергетическое оборудование
Производственное оборудование
Трансмиссионные устройства
Транспортные средства
Приборы, инструменты и прочие
Итого 100
27.
25
9
25
5
6
основные фонды 3
9 Зак. 85
129

амортизационные отчисления на основе новых оценок
основных фондов или же изменить размеры этих отчислений.
Но представим себе другой случай, а именно, что в
результате переоценки стоимости оборудования существенно
изменится сумма амортизационных отчислений. Предприятие
не получит от этого никаких выгод. В тех случаях, когда
цены на оборудование весьма низки, не существенно, если
сумма амортизационных отчислений ничтожна. В этом
отношении аргументы, приводимые Турецким, достаточно вески,
хотя ему и можно было бы возразить, что неточность
исчисления издержек производства может явиться препятствием к
замене устарелой машинной техники новой, стоимость
которой может оказаться завышенной по сравнению со старой. На
этом мы покончим с вопросами, касающимися
непосредственно амортизации, и перейдем к вопросам более общего
характера, касающимся выбора наилучших способов
производства.
Сторонники прежней системы утверждают, что
искусственное занижение стоимости средств производства
способствует индустриализации. Однако ненадежность расчетов идет
вразрез с поставленной задачей. Замена одного вида средств
производства другим может привести к чисто номинальному
снижению издержек производства. В действительности же
может оказаться, что производство новых видов
оборудования будет связано при новом способе с более значительной
затратой «овеществленного» труда, который тем не менее
будет стоить дешевле.
Экономика, достигшая определенного уровня развития,
должна неизбежно изыскивать оптимальные варианты
капитальных вложений, которые можно определить лишь на
основе сопоставления однородных данных. «Сумма
производственных затрат и их результаты, естественно, не могут не
измеряться в денежном «выражении, зависящем от системы цен.
Но цены, особенно на некоторые средства производства,
значительно отклоняются от общественно необходимых
издержек, от стоимости. Между тем действительная общественная
эффективность вложений определяется соотношением
экономических результатов и общественно необходимых издержек.
Следовательно, показатели экономической эффективности,
опирающиеся на цены, себестоимость (которая опять-таки
отражает цены) не дают еще подлинного общественного
критерия» К
Таким образом, современные теоретики озабочены
вопросом о наилучшем использовании производительных сил. Фор-
1 Л. Гатовский, Некоторые вопросы развития политической
экономики социализма на современном этапе, «Вопросы экономики»,
№ 3, 1959.
130

сирование индустриализации не оправдывает больше
расточительного расходования производительных сил. Трудности,
которые встретило выполнение народнохозяйственного плана
во втором полугодии 1956 года, показали, что отсутствие
серьезного подхода к исчислению стоимости, этого
чувствительного барометра цен, привело к чрезмерному
развертыванию строительства новых предприятий.
Конечно, способы установления цен не являются
единственным источником затруднений, которые повлекли за собой
перестройку управления промышленностью. Но эта
перестройка сделала еще более настоятельной необходимость
изменения методов определения цен. Полномочия,
предоставленные совнархозам, местным органам управления и
отдельным предприятиям, в-принципе не идут вразрез с практикой
установления цен на основные виды продукции в Москве.
Однако ввиду особых качеств продукции, выпускаемой
отдельными предприятиями, может возникнуть подчас
необходимость установления, даже на средства производства, цен,
значительно отличающихся от устанавливаемых
центральными органами норм. Требуется поэтому какой-то точный
критерий, чтобы воспрепятствовать возможности слишком
широкого распространения подобной практики.
Хотя дискуссия вокруг проблемы стоимости
развертывается в атмосфере полной свободы, возможно, что отдельные
причины, способствовавшие возврату к применению закона
стоимости, не получили гласности. В некоторых районах
производятся почти исключительно средства производства, в
других районах, напротив, развивается легкая промышленность.
Если продолжать практику занижения цен на средства
производства, то получится, что все предприятия одного района
будут получать лишь незначительную прибыль или вовсе не
будут извлекать никакой прибыли, в то время как
предприятия другого района будут преуспевать. Пока вся экономика
была строго централизованной, занижение цен на средства
производства не представляло никакой опасности.
Центральные государственные органы обеспечивали средства для
капиталовложений по всей стране в целом путем взимания
отчислений с прибыли и налога с оборота. Но перестройка
управления промышленностью неизбежно влечет за собою
расширение инициативы совнархозов и отдельных предприятий.
Предприятия, выпускающие предметы потребления и
получающие определенную прибыль, могут потребовать
направления части этой прибыли, не подлежащей отчислению в
государственную казну, на цели новых капиталовложений на
месте. И наоборот, предприятия, выпускающие средства
производства, будут лишены подобной свободы действий,
поскольку их деятельность будет приносить лишь
незначительную прибыль или будет вовсе убыточной. Поэтому очевид-
9*
131

но, ч?о какую бы систему компенсации и арбитража ни
устанавливали, те совнархозы, которые станут испрашивать у
центральных властей крупных средств для дополнительных
капиталовложений, окажутся в невыгодном положении по
сравнению с теми совнархозами, которые будут уже
обладать возможностями дальнейшего развития за счет
собственных ресурсов.
Все эти соображения привели к тому, что сторонники
изменения способов установления цен одержали сравнительно
легкую победу над консерваторами. Цены на товары
производственного назначения будут повышены. Поскольку между
ценами и стоимостью существуют отклонения, то необходимо
попытаться определить величину этих отклонений. Все это
чревато, разумеется, весьма серьезными последствиями.
Государство отказывается устанавливать цены по своему
собственному усмотрению. Оно крепко удерживает за собою
ведущую роль, но в то же время обязывается соблюдать
некоторые правила, относительно которых, впрочем, не достигнуто
еще никакой договоренности.
Но еще более важное значение, чем формулировки закона
стоимости, имеют те экономические мотивы, которыми
руководствуются сторонники предлагаемых изменений. По
мнению одних, стремящихся к обеспечению общего равновесия,
восстановление действия закона стоимости должно улучшить
планирование, сделать его более эффективным,
способствующим лучшему удовлетворению нужд потребителей. Другие,
напротив, стремятся прежде всего обеспечить в рамках
каждого предприятия, каждого «микрокосма» наиболее
рациональное использование средств производства и наиболее
высокое качество продукции.
Одна из этих экономических школ стремится путем
применения закона стоимости к процессу ценообразования дать
в распоряжение Госплана расчетные данные, чтобы
планирование могло максимально учитывать нужды потребителей.
План должен определяться нуждами потребителей. Но в
рамках этой формулы экономисты порой рассматривают
общий объем капиталовложений как заданную величину, а
порой стремятся также вводить в свои расчеты элементы,
позволяющие определять объем капитальных вложений на
рациональных началах.
Маститый профессор Струмилин, бывший одним из первых
руководителей Госплана, выступает и ныне смелым
новатором, несмотря на свой восьмидесятилетний возраст. За
последние годы он основательно поколебал ряд утвердившихся,
было принципов. В февральском номере журнала «Плановое
хозяйство» за 1957 год Струмилин, крупнейший теоретик по
132

вопросам Экономического равновесия, поместил статью
первостепенного значения под заглавием «Закон стоимости и
измерение общественных издержек производства в
социалистическом хозяйстве» 1.
Отправная точка Струмилина напоминает точку зрения
крупнейших теоретиков классической школы. По его мнению,
в задачи планирования входит такое распределение рабочей
силы и материальных ресурсов, какое в наибольшей мере
способно удовлетворить все потребности общества. Такой
взгляд применим при любом уровне производительных сил
и при любом уровне благосостояния страны. Для
оптимального удовлетворения потребностей общества не достаточно
установления равновесия между совокупным предложением
и совокупным спросом, необходимо, чтобы «каждая единица
труда насыщала равную долю общественных потребностей».
Анализ этот, однако, заслуживает критики, и взгляды
академика Струмилина опровергаются, если применить к ним
методы анализа, которыми пользуются сторонники теории
предельной производительности. Каждая единица труда не в
состоянии насыщать равную долю общественных
потребностей; труд, затраченный на удовлетворение насущных
потребностей человека, имеет в среднем всегда более важное
значение, чем труд, затраченный на удовлетворение менее
существенных потребностей. Однако формула Струмилина
оказывается верной, если иметь в виду эту последнюю единицу
труда, затрачиваемую на изготовление каждого продукта.
Все эти последние единицы должны насыщать равную долю
общественных потребностей. Возникает вопрос, меняет ли
коренным образом эта поправка в формуле Струмилина
смысл даваемого им анализа?
Как лучше всего удовлетворить эти потребности? В
капиталистическом обществе, указывает Струмилин, регулятором
производства является закон спроса и предложения. При
плановом хозяйстве цены устанавливаются государством.
Цены определяют спрос, тогда как в капиталистическом
обществе, наоборот, спрос определяет цены. План должен
предусматривать, чтобы количество предлагаемых продуктов
оказалось достаточным для удовлетворения спроса. К^акие-либо
сдвиги в уровне цен на данные продукты повлекли бы за
собой искусственный рост или сокращение их потребления.
По мере того как с ростом экономики увеличиваются
доходы, меняется, конечно, и структура спроса. Установить это
1 См. также статью Кронрода, который в марте 1957 года излагал
в «Промышленно-экономической газете» положения, весьма сходные с
утверждениями Струмилина, а также комментарий Шлезингера в журнале
«Soviet Studies», July, 1957, p. 92. Струмилин вновь возвращается к
своим хюложениям в статье под заглавием «Закон стоимости и
планирование», опубликованной в журнале «Вопросы экономики», № 7, 1959.
133

нетрудно путем соответствующего исследования, поскольку
на основании ожидаемого роста доходов можно рассчитать,
на какой именно сектор придется возникновение спроса.
Таким образом можно установить равновесие между
предложением и спросом по каждому отдельному виду товара и
в то же время между общим объемом предложения и спроса.
Струмилин указывает дальше, как определять стоимость
товара. Для этого необходимо полностью учитывать все
издержки производства; кто именно и когда нес эти издержки--
это в расчет не принимается.
Размер фондов капитальных вложений и потребления
определяется планом. Ежегодно государство использует около
25% народного дохода на капитальные вложения,
приблизительно 18% народного дохода выделяет на цели
общественного потребления, включая расходы на национальную
оборону *, на аппарат управления, на народное образование и дру
гие формы обслуживания, а 57% отчисляет в фонд
заработной платы. В структуре издержек производства в различных
отраслях промышленности наблюдаются значительные
колебания в удельном весе «овеществленного» труда по
сравнению с удельным весом «живого» труда. Так, например, в
структуре издержек производства в горнодобывающей
промышленности большое место занимает оплата рабочей силы.
На электростанциях, напротив, удельный вес расходов на
заработную плату невысок. Главное состоит в том, чтобы путем
такого полноценного учета определить реальную стоимость
всех предметов потребления, прибавляя к стоимости
затраченного труда, и только труда, в соответствии с
марксистской теорией всю прибавочную стоимость, созданную в
процессе производства. При определении себестоимости какого-
либо товара следует к общей сумме заработной платы,
выплачиваемой данным предприятием, прибавить 43/б7 этой
суммы. Обозначив постоянный капитал (машины, оборудование,
сырье) буквой С, переменный капитал (фонд заработной
платы) — 1/, ту часть средств, которая отчисляется в фонд
накопления,— /лг1, а ту их часть, которая поступает в фонд
общественного потребления, — т2у можем записать:
43 V
так как ml + т2 = 57 9
ПА_ 100
то стоимость = С + —ёд-.
В результате обеспечивается объективный подход к
исчислению отпускной цены, а органы, занимающиеся планиро-
1 В эту цифру не входит, конечно, сумма капиталовложений в
строительство новых военных заводов.
134

ванием, получают в свое распоряжение все элементы,
необходимые для выбора наиболее выгодных направлений
производства.
На практике подобная перестройка влечет за собой
изменения в системе налогообложения. В течение уже многих лет
отчисления от прибылей растут за счет налога с оборота.
Струмилин надеется, что в результате этой эволюции
отчислений от прибылей хватит на покрытие капитальных
вложений, тогда как налог с оборота будет целиком обращен в
фонд общественного потребления.
Такая система кажется логичной, но страдает одним
крупным недостатком. Дело в том, что прибыли предприятий
исчисляются своеобразным способом. В зависимости от
затраченного труда уровень прибыли данного предприятия может
быть выше или ниже. В результате более прибыльными
оказываются предприятия тех отраслей промышленности,
которые используют относительно больше рабочей силы, а
следовательно, не вводят у себя усовершенствованных методов
производства. По замыслу Струмилина, значительная часть
таких прибылей будет изыматься в порядке отчислений.
Однако в распоряжении этих предприятий окажется
какой-то остаток средств, более или менее крупный. По этому
поводу Струмилин замечает, что те предприятия в отраслях
промышленности с более многочисленной рабочей силой, в
распоряжении которых окажется больше средств, будут
вынуждены вносить больше и ,в общественный фонд.
Так или иначе, предприятия, обладающие большими
средствами, получат также возможность более свободно
развивать производство за счет собственных ресурсов. Поэтому
многие экономисты не считают возможным применять закон
чистой трудовой стоимости. Но если государство решит
отступить от этого принципа, то ему необходимо по крайней
мере установить, в какой степени оно собирается это сделать.
Процесс ценообразования должен подчиняться какому-то
единому принципу, а поэтому возникает, так или иначе,
вопрос о необходимости установления какого-то адекватного
способа исчисления общественных затрат «овеществленного»
и «живого» труда.
Следует отметить некоторую нелогичность в позиции,
занятой Струмилиным. Исходя из ограниченности природных
ресурсов, Струмилин высказывается в пользу учета ренты
при исчислении цены, то есть в пользу всеобщей практики
установления отпускных цен, исходя из издержек
производства на предприятиях, находящихся ,в наихудших условиях.
Он не учитывает, однако, особенности капитала, который сам
непосредственно способствует росту относительной
прибавочной стоимости, умножая число предметов, производимых
одним и тем же источником труда. Объем капитальных вложе-
135

ний по каждому предприятию также должен определяться
на основе соответствующих экономических расчетов.
Формула средней стоимости, которую предлагает Бачурин,
не способствует решению указанной задачи. Согласно этой
формуле, к средней стоимости производства в какой-нибудь
определенной отрасли прибавляется одинаковый для всех
процент, причем вовсе не принимается во внимание разница
между постоянным и переменным капиталом, то есть между
амортизационными отчислениями, стоимостью сырья и
фондом заработной платы. Прошлый, «овеществленный» труд
оценивается точно так же, как и «живой» труд. А ведь
благодаря возможностям, которые он открывает в области
повышения производительности, «овеществленный» труд должен
оцениваться выше, чем «живой». В то же время подобная
формула не учитывает некоторые издержки предприятия,
например расходы по пополнению запасов и выплате процентов
по дебетовым счетам, а также ту часть основного капитала,
которая не оплачивается предприятиями, то есть «издержки
по капитальным вложениям за счет государства».
И. Малышев1 пытается найти критерий для ответа на
основной вопрос: каким образом определять с точки зрения
всего-общества в целом наиболее выгодные варианты
капитальных вложений, принимая во внимание невозможность
осуществить все сразу? В качестве критерия он предлагает
«годовой уровень рентабельности, исчисленный по отношению
ко всем основным и оборотным фондам предприятия». Цена
должна устанавливаться на основе издержек производства
с прибавлением наценки, исчисляемой в строгом соответствии
со стоимостью машин, оборудования и омертвленного
капитала. Дело идет, таким образом, о методе исчисления,
аналогичном тому, который предлагает классическая
либеральная теория. Как известно, этот метод основан, по существу,
на анализе следующих трех элементов: фонда заработной
платы, амортизационного фонда и процентов на капитал. Подобно
тому как это практикуется в условиях капиталистического
строя, Малышев отдает известное предпочтение вложенному
капиталу.
Критикуя предложение Малышева, М. Бор, работник Гос-
экономкомиссии 2, указывает, что оно привело бы к
удорожанию новейших видов материалов, производство которых
требует значительных капитальных затрат и меньше рабочей
силы. Например, железобетонные элементы окажутся
намного дороже строительного леса. Но вопрос заключается не в
этом. Средства производства должны компенсировать своей
1 «Некоторые вопросы ценообразования в социалистическом
хозяйстве», «Вопросы экономики», № 3, 1957.
2 «Вопросы экономики», № 3, 1957.
136

высокой производительностью дополнительные издержки,
которые несут предприятия в виде процентов на капитал.
Итак, по мнению Малышева, государство должно
руководствоваться определенными соображениями при выборе
объектов для капиталовложений. В известных пределах он)
учитывает в плане нужды потребителей и вносит в него те
или иные поправки в соответствии с потребительским
спросом, добиваясь таким путем общего равновесия, стремление
к которому служит отправной точкой планирования.
Все эти экономисты, как правило, придерживаются
следующего взгляда. Поскольку объем капитальных вложений
и их направление определяются государством, основная
задача заключается в обеспечении их реализации путем
введения рациональных методов расчета в общенациональном
масштабе. Роль и инициатива отдельных предприятий в
советской экономике растет. Децентрализация управления
промышленностью характеризуется развитием их инициативы.
Теперь уже не достаточно, чтобы государство принимало
правильные решения. Необходимо пробудить интерес
руководителей к получению прибыли путем хорошего управления
предприятием.
Предприятия должны руководствоваться законом
стоимости, который должен быть поставлен в центр внимания
советской экономики, — таков тезис, выдвигаемый очень
многими экономистами, особенно членами редакционной
коллегии журнала «Вопросы экономики».
Отправная точка у всех этих теоретиков иная, чем у
Струмилина, причем в почтительности, с которой они
относятся к нем>л сквозит некоторая ирония. Они не
абстрактные теоретики, а люди, тесно соприкасающиеся с
практической жизнью. Установление цен, исходя из чистой трудовой
стоимости, представляется им бесполезным
абстрагированием. Ведь объем капитальных вложений определяется
государством, разрабатывающим экономические планы, и
стремление предоставить в его распоряжение средства
точного подсчета издержек производства представляется им,
несомненно, менее существенным делом, чем обеспечение
эффективной работы предприятий. В статьях некоторых
публицистов сквозят нотки, похожие на взгляды иных
теоретиков либеральной школы. Читая их высказывания о роли
предприятия, этого центра экономической жизни, и о роли
важнейшей его фигуры — руководителя предприятия,
который в их представлении несколько смахивает на образ
«предпринимателя» в представлении классической школы, нельзя
не вспомнить о Леруа-Болье или Жане Лекюре.
Предприятие должно обладать каким-то стимулом, побуждающим его
действовать таким образом, чтобы при хорошем ведении
дела получать соответствующую прибыль. Убыток, так же как
137

vl излишняя прибыль, чреват опасностью. Убыточное
предприятие не стремится к дальнейшему развитию
производства, а предприятие, которому живется слишком легко,
непроизводительно растрачивает свои средства.
Цена на товар, выпускаемый данной отраслью
производства, должна устанавливаться таким образом, чтобы
обеспечивать хорошо ведущемуся предприятию прибыль в
пределах около 3% от суммы чистых издержек производства.
Установленная таким образом цена явится мерилом
стоимости каждого данного товара.
Применение положений Струмилина на практике, то есть
установление весьма завышенных цен на продукцию,
выпускаемую менее передовыми в техническом отношении
отраслями производства, сделает все эти предприятия в их
совокупности весьма прибыльными. Было бы неразумно давать
им такого рода премию.
Гатовский, являющийся одним из приверженцев новых
положений, выдвигает поэтому концепцию средней
стоимости, которая ближе к взглядам Бачурина, чем Малышева.
Он вносит, однако, в это понятие несколько интересных
штрихов. Он указывает, что закон средней прибыли,
который в условиях капиталистического строя способствует
уравнению доходов предприятий в различных отраслях
производства, в условиях социалистического строя неприменим.
Когда норма прибыли планируется, нельзя допускать
непомерных прибылей. Нормы прибыли должны быть
дифференцированы по отраслям промышленности в соответствии с
условиями воспроизводства, и предполагаемая прибыль
должна исчисляться другим путем, а именно таким убразом,
чтобы финансирование дальнейшего развертывания
предприятий возлагалось в большей или меньшей степени на сами
данные предприятия. В некоторых случаях желательно
осуществлять капитальные вложения в рамках уже
существующих предприятий, в других случаях предпочтительнее
создавать новые предприятия.
Гатовский касается также проблемы ренты. Он отмечает,
в частности, необходимость учитывать местные особенности.
Правильное исчисление цен требует всестороннего учета всех
различий в условиях сельскохозяйственного производства и
добывающей промышленности. В этом отношении следовало
бы допустить введение зональных цен, а в известных
случаях и цен по отдельным предприятиям. Перед тем как
принимать решение о введении зональных цен, необходимо
учитывать, производятся ли данные изделия лишь для местного
рынка или, напротив, они предназначаются для вывоза в
другие районы. И здесь важнейшая задача состоит в том,
чтобы избежать создания предприятий, находящихся на
иждивении у государства.
138

Необходимо стремиться к созданию таких условий, при
которых обеспечивалась бы рентабельность данных
предприятий. В этих условиях нельзя допускать, чтобы
предприятие оставалось убыточным: оно должно или улучшить свою
работу, или вовсе прекратить ее.
Согласно этой концепции, нежелательно, чтобы
государство изымало слишком большую часть прибылей
предприятия. Та их часть, которая не изымается в порядке
отчислений от прибылей и не идет на капитальные вложения,
согласно условиям, устанавливаемым планом, должна
поступать в более значительных размерах в распоряжение
предприятий, получающих эти прибыли. Словом, необходимо
обеспечить рост тех фондов предприятия, которые остаются
в его распоряжении и идут на социальные мероприятия и
капитальные вложения. Тогда предприятия окажутся в
большей степени заинтересованными в рационализации
производства, экономии средств и правильном ведении дела.
Рабочие, да и сам руководитель данного предприятия — все
они должны извлекать выгоду из успешной работы своего
предприятия. В случае его рентабельности они должны
получать дополнительно к своему заработку значительные
премии. Руководитель предприятия не должен быть
«канцеляристом», у него не должно быть «чиновничьих умонастроений».
С ростом ответственности директора предприятия
возрастает и его вознаграждение. После проведенной
экономической реформы государство не должно больше вмешиваться
в сферу внутреннего управления предприятиями, оно не
должно отдавать больше директив, зачастую
противоречивых, которые приводят к растрачиванию производительных
сил. Однако свобода директора предприятия ограничена
некоторыми обязательными условиями. Предприятие и дальше
обязано получать все сырье от указанных ему поставщиков
и поставлять продукцию определенного качества.
Позволительно спросить, можно ли применять стоимостные критерии,
когда инициатива руководства так скована?
После завоевания власти Ленин говорил, что трудящиеся
должны учиться искусству управления. Тогда основная
задача заключалась в обеспечении работы предприятий
безотносительно к их производительности. Впоследствии стали
превозносить высокую выработку отдельного рабочего, не
принимая во внимание работу предприятия в целом. В то время
всеобщее распространение получило соревнование между
рабочими. Ныне появилось стремление к нормализации
работы, к правильному использованию средств производства, т<
тщательному планированию на предприятиях, в
деятельности которых рабочие должны принимать самое активное
участие и успешная работа которых должна приносить им
соответствующее вэ:чнаграждение.
13&

Расширяются также внешние функции предприятий.
Московские «конторы» не в состоянии обеспечить успешную
кооперацию между ними. Однако руководитель предприятия
способен зести дело благоразумно лишь в том случае, если
он может рассчитывать на выполнение обязательств, взятых
на себя по отношению к нему руководителями других
предприятий. Гатовский указывает на необходимость соблюдения
договоров, связывающих между собой отдельные
предприятия. За исправное выполнение договорных обязательств и
аккуратность в сроках поставок, обусловленных договором,
поставщикам следует выдавать денежное поощрение. «Пора
покончить с практикой, когда санкции за нарушение
договоров по поставке носят формальный, даже фиктивный
характер и, во всяком случае, столь малозначительны, что не
могут серьезно повлиять на поставщиков. Некоторые
поставщики считают более выгодным уплатить штраф и при
этом сохранить возможность по-прежнему нарушать условия
договора...» ь Такая «взаимная амнистия» противоречит
принципам социализма и приводит лишь к дезорганизации.
Кроме того, повышение роли местных органов облегчит
связи между отдельными- предприятиями и поможет
избежать вероятности того, что возникновение в последний
момент перебоев в области материального снабжения сорвет
выполнение договорных обязательств.
Было бы преувеличением полагать, что вся эта
экономическая перестройка явилась результатом требований
руководителей предприятий, сетовавших на медлительность
органов центрального управления. Однако можно с уверенностью
сказать, что в какой-то степени она была внушена
инженерно-техническими кругами, восставшими против практики
управления сверху. Создается впечатление, что «класс»
инженерно-технических работников восстал против «класса»
должностных лиц. И Хрущев правильно сделал, признав
правоту первых 2.
Повышение роли руководителей предприятий должно
протекать под контролем государства и в общих рамках
устанавливаемого государством плана, в соответствии с
общепринятыми взглядами на конкретное руководство
предприятиями. Рели, по мнению либералов XIX века,
руководители предприятий, предвосхищая и порождая спрос,
способствовали тем самым установлению общего равновесия, то
здесь они должны ограничиваться наилучшим
использованием отдельных производственных факторов. В итоге
следует отметить, что некоторые капиталистические предприя-
1 «Коммунист», № 9, 1957, стр. 39.
2 Не следует, однако, думать, что Хрущев стал всецело на защиту
их интересов. В отличие от Маленкова он — коренной партиец, а ш>
«инженерно-технический работник».
140

тия в современном мире имекУг гарантированный сбыт своей
продукции. Что же касается советских предприятий, то
лишь тогда, когда они станут действительными хозяевами
своей судьбы, можно будет сравнивать их с западными
предприятиями.
Мы изложили несколько основных моментов
развернувшейся дискуссии, стремясь выявить противоречивые
тенденции, напоминающие, как это ни странно (учитывая разницу
в общественном строе), споры, которые ведутся между
экономистами западных стран. Итак, можно отметить одну
общую точку зрения: большинство экономистов высказывается
в пользу понятия средней стоимости в рамках экономики,
основанной на более научных и менее авторитарных
началах. Известное признание получили взгляды Гатовского на
важнейшую роль, которую призвано играть предприятие.
Именно к таким выводам пришло совещание по этому
вопросу, состоявшееся в Институте экономики Академии
наук СССР, в котором приняли участие столь видные
экономисты, как Островитянов, Гатовский, Лаптев, Куликова и
Геращенко. В принятой резолюции отмечается
необходимость более широкого применения закона стоимости,
расширения прав и «оперативной» независимости предприятий в
экономических вопросах, повышения плановых норм
рентабельности. Повышая ответственность самого предприятия и
его руководителей, следует вместе с тем усилить
материальную заинтересованность предприятий ,в экономических
показателях их работы. Особо отмечается необходимость
улучшения форм учета. Совещание это не обладало
полномочиями принимать обязательные решения, в его работе не
участвовали лица, непосредственно отвечающие за проведение тех
или иных мероприятий, однако оно позволяет установить
наметившуюся тенденцию.
Пока что руководящие хозяйственные органы не заняли
еще определенной позиции, однако есть все основания
полагать, что они склоняются в настоящее время в пользу
умеренного, но неуклонного применения закона стоимости в
народном хозяйстве.
Они, по-видимому, не считают, что для достижения
поставленной цели необходимо значительно повысить цены на
средства производства. Верно, что один из экономистов,
Кронрод, высказался в пользу относительного повышения
цен на средства производства на 50%. Однако, исходя из
уже проводившегося в прошлом повышения цен на средства
производства, экономисты, как правило, высказываются в
пользу менее значительного повышения цен на эти товары.
Струмилин считает, что группа А недооценена более чем на
Mi

4%, а группа Б переоценена на 18% против действительной
стоимости. Он приводит* следующую таблицу распределения
народного дохода:
Группы
А. Средства производства
Б. Предметы потребления
Народный доход = А+Б
По стоимости
815
185
1000
По ценам
1 782
218
1000
Отклонение
цен от
стоимости, %
—4
+ 18
Что же касается способов, которые следовало бы
применить, то здесь наблюдаются расхождения. Некоторые
экономисты предлагали провести резкое снижение цен на
предметы потребления с целью добиться удовлетворительного
равновесия между этими ценами и ценами на средства
производства, однако подобный путь вызвал бы нежелательные
последствия, так как повлек бы за собой необходимость
пересмотра.номинального фонда заработной платы.
• Другие экономисты рекомендуют постепенное повышение
цен на средства производства. Эффект от применения этого
способа будет очень медленным, если только не прибегнуть
к резкому изменению соотношения между ценами на
предметы потребления.
Что касается Струмилина, то он полагает, что для
осуществления поставленной цели в приемлемые сроки
необходимо сочетать оба метода: повышение цен на средства
производства и снижение цен на предметы потребления. Такой
путь оказался бы самым эффективным. Но советские
власти, по-видимому, отрицательно относятся к резкому
снижению цен на предметы потребления. В своей речи,
произнесенной в Киеве, Хрущев указал, что улучшение условий
жизни в СССР будет отныне происходить скорее путем
повышения заработной платы низкооплачиваемым категориям
рабочих и служащих, чем путем снижения цен. Этот путь
должен способствовать, по его мнению, постепенному
выравниванию материального положения различных слоев
общества.
Во всяком случае, проведение в жизнь вновь принятых
решений займет много времени, и, пока будут проводиться
те или иные мероприятия, могут появиться новые
концепции. Дискуссии еще не закончились, и интерес, который они
возбуждают, может увлечь экономистов на поиски решений
в других направлениях.
142

Несомненно, что они позаботятся при этом О соблюдении,
по крайней мере формально, принципов, установленных
Марксом и Лениным. Мы уже видели, впрочем, что вновь
выдвинутые концепции подкрепляются аргументами,
заимствованными у Маркса и Ленина. Но так как работы этих
мыслителей огромны по своим масштабам, то не приходится
сомневаться, что новоявленные теоретики без труда найдут
в их работах аргументы, подкрепляющие любое свое
положение. Можно быть уверенным, что ученые не остановятся
перед тем, чтобы завтра истолковать ту или иную догму в
смысле, совершенно противоположном тому, какой она
имела вчера.
Уже сейчас можно видеть, как в стремлении влить новую
струю в экономическую мысль некоторые теоретики рискуют
впасть в ересь.
Единый для всей страны метод исчисления цен,
предлагаемый Струмилиным, должен служить, по существу,
средством, обеспечивающим центральным органам наиболее
благоприятные условия для составления плана. Отметим,
однако, что систематическая «подгонка» цен на предметы
потребления к задачам социального характера, которая широко
практиковалась до сих пор в условиях советского строя, не
очень-то совместима с положениями, выдвинутыми
Струмилиным. В Советской России книги и орудия
распространения идей, вроде радиоприемников, продаются по ценам
ниже себестоимости. Заставлять государство строить
структуру цен на основе себестоимости — значит
ограничивать средства его воздействия на ход общественного
развития.
Но есть и более серьезные соображения.
Эквивалентность, которой хочет достичь Струмилин между затраченным
трудом и удовлетворением потребительских нужд, диктуется
в основном соображениями потребительского спроса, как
это вытекает из его представления о методах разработки
плана, в котором объем капиталовложений выступает лишь
в качестве одной из величин. Если принимать во внимание
нужды потребителей, то это может лишь привести к
оспариванию доминирующего значения капитальных вложений. Мы
уже видели, что некоторые экономисты, например Малышев,
предлагают ввести надбавку к расходам на капитальные
вложения в виде какого-то единого коэффициента. В
условиях советской экономики следовало бы ограничивать такую
надбавку весьма незначительными размерами в
соответствии с рентабельностью указанных вложений, чтобы окупить
общую сумму капитальных вложений. На самом деле, по
мере роста общего объема капиталовложений их
рентабельность снижается. В плане предусматривается осуществление
в первую очередь тех проектов, которые обеспечивают наи-
143

более высокую рентабельность, а затем уже реализация
проектов менее рентабельных или более рискованных.
Экономика, базирующаяся на удовлетворении нужд
масс, может привести к такому положению, когда капитал
станет расцениваться по его действительной стоимости, а
применение принципа преимущественного развития тяжелой
промышленности будет не таким всеобъемлющим. Может
даже наступить такой момент, когда потребители,
сравнивая степень удовлетворения своих нужд в настоящем и
будущем, заявят, что они предпочитают лучшие жилища, более
обильную пищу и большее количество одежды
строительству гидроэлектростанций. Таким образом, потребители,
став судьями в вопросах экономической политики,
потребуют, чтобы государство-инвестор отказалось от некоторых
своих честолюбивых замыслов, реализация которых
потребует длительных сроков.
Но теоретическим положениям марксизма угрожает
теперь опасность и с другой стороны. Так, директора
предприятий, наделенные широкими правами, могут вознамериться
развивать производство на своих предприятиях сверх норм,
предусматриваемых планом, восстать против слишком
высоких отчислений от прибылей, потребовать, чтобы весь чистый
доход поступал в распоряжение предприятия. В этих
условиях плановые капиталовложения должны, будут уступить
место самопроизвольным вложениям капитала. Поскольку
тогда равновесие между предложением и спросом,
определяемое планом, станет проблематичным, придется
предусмотреть какой-то механизм для его замены или укрепления,
а также допустить если и не возврат к рыночным ценам на
все виды товаров, то по меньшей мере широкую дискуссию
по вопросу об условиях продажи товаров между
руководителями предприятий.
Возникает вопрос: как далеко могут пойти советские
экономисты в своих исследованиях? Перед ними встают
крупные проблемы, изучение которых едва только начинается,
причем по мере развития этих исследований растет и число
вопросов, возникающих в связи с ростом экономики страны.
Чтобы как можно скорее достигнуть «капиталистического
уровня жизни», Хрущев, видимо, решил, что не стоит
стеснять себя предубеждениями. В настоящее время условия
складываются, по-видимому, таким образом, что молодые
ученые подвергаются искушению развивать идеи,
выходящие, быть может, «за рамки марксизма».

Глава III
ГИПОТЕЗЫ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ
1. Схемы экономического развития
Орудиями, которыми располагают в настоящее время в
своей работе советские плановые органы, являются
материальные и стоимостные балансы, отличающиеся
чрезвычайной громоздкостью и отсутствием гибкости.
Материальные балансы состоят из балансов рабочей
силы и отдельных видов продукции. По каждому данному
продукту в плане указывается его наличие на 1 января каждого
года, объем его производства и импорта в течение данного
года, а также структура его распределения в течение этого
года, то есть его использование в сфере производства, в
сфере непроизводительного потребления (услуги), объем его
экспорта и наличие на конец года.
На уровне Госплана эти балансы составляются в
результате непрерывного обмена информацией между Госпланом и
децентрализованными плановыми органами. Если
номенклатура сводной документации народнохозяйственного плана
Советской России состоит приблизительно из 1500 позиций,
то предварительная разработка плана производится совсем
в других масштабах. Госплан использует для этой
разработки расчетные показатели, выходящие за рамки тех видов
продукции, которые он планирует сам. Разработка
контрольных цифр производится в рамках той же номенклатуры,
которая используется совнархозами, то есть охватывает около
50 тыс. отдельных видов продукции. Например, в
документации Госплана фигурирует позиция: электродвигатели
мощностью ниже 100 кет. Электродвигатели мощностью ниже
100 кет составляют одну из 1500 позиций, входящих в
номенклатуру планируемой Госпланом продукции, однако эта
позиция в свою очередь разбивается на 200—300 подгрупп
соответственно мощности и типу данного мотора. Расчленив
все 1500 позиций в сводной номенклатуре Госплана на
соответствующие подгруппы, мы получим те 50 тыс. позиций,
которые отражены в номенклатуре совнархозов.
Стоимостные балансы разделяются на три группы:
балансы народного дохода, балансы доходов и расходов
населения и финансовые балансы.
10 Зак. 85
145

Составление балансов представляется столь затрудни
тельным делом, что разработка народнохозяйственного
плана может быть эффективно децентрализована лишь по
второстепенным пунктам. Так как балансов много и они носят
сложный характер, разработка народнохозяйственного
плана полностью децентрализована быть не может.
Кроме того, поскольку приходится исходить из весьма
многочисленных балансов, выраженных в физических
единицах, а потому не поддающихся объединению, то нет никакой
возможности составлять несколько гипотетических планов
развития, чтобы достигнуть какого-то оптимума путем ряда
последовательных приближений. В результате Госплан
вынужден ограничиваться составлением одной-единственнон
схемы народнохозяйственного плана, который затем
совершенствуется, пока не обретет наконец свою окончательную
форму.
Советские экономисты проникаются, по всей видимости,
все больше сознанием того, какое большое значение имела
бы разработка менее тяжеловесной схемы, в которую
входило бы лишь ограниченное число пропорций и которая
обеспечила бы возможность детальной разработки стольких
вариантов плана, сколько намечается гипотез экономического
развития. Наличие такой схемы несомненно обеспечило бы
местным Госпланам и совнархозам значительно большую
свободу в разработке их собственных планов, поскольку они
получили бы возможность ориентироваться на указанную
схему.
Итак, мы видим, как под влиянием практической
необходимости советские теоретики стремятся разработать какую-
то другую схему экономического развития. В этих
исследованиях они руководствуются в одно и то же время схемами
процесса производства, разработанными Марксом, и
схемами, разработанными некоторыми западными экономистами,
как, например, Кейнсом и Тинбергеном.
Ограничиваясь лишь первым направлением, вспомним,
что в «Капитале» Маркс дал крайне упрощенную схему
развития капиталистической экономики. Анализ Маркса
проливает свет на отношения, устанавливающиеся между двумя
основными, по его мнению, подразделениями производства,
причем в соответствии с характером этих отношений
строится гипотетическое представление о застойной экономике
(«простое воспроизводство» общественного капитала) или
же, наоборот, о растущей экономике («расширенное
воспроизводство»).
Касаясь расширенного воспроизводства, Маркс отмечает
в «Капитале»: «Можно превращать в капитал лишь такие
предметы, которые могут быть применены в процессе труда,
то есть средства производства, и, далее, такие предметы,
146

которые способны поддерживать жизнь рабочего, то есть
жизненные средства. Следовательно, часть годичного
прибавочного труда должна быть употреблена на изготовление
добавочных средств производства и жизненных средств,
избыточных по сравнению с тем их количеством, которое
необходимо для возмещения авансированного капитала. Одним
словом, прибавочная стоимость лишь потому может быть
превращена в капитал, что прибавочный продукт, стоимостью
которого она является, уже заключает в себе вещественные
составные части нового капитала».1.
Экономист Немчинов2 разработал нижеследующую
схему сбалансированного расширенного воспроизводства, то
есть бесперебойного и бескризисного экономического
развития.
Он выводит две величины, так сказать, стратегического
значения, характеризующие способность данной экономики
развиваться без перебоев.
Первая величина М характеризует потенциал данной
экономики в области развития производства средств
производства. Величина эта определяется следующим образом:
M=VX +тх — С2,
где V\ — фонд оплаты труда в I подразделении, пг1 — сумма
прибавочного продукта, произведенного в I подразделении;
С2 — сумма постоянного капитала, затраченного во II
подразделении.
Эта величина равна общей стоимости, произведенной в
I подразделении, за вычетом стоимости продукции,
использованной во II подразделении.
В условиях сбалансированного расширенного
воспроизводства величина М равна той части прибавочного
продукта, которая выделена для расширения постоянного
капитала (дт). При несбалансированном расширенном
воспроизводстве величина дт больше или меньше величины М. В
первом случае проектируемые инвестиции являются
слишком большими, а во втором они не соответствуют наличным
средствам.
Вторая характеристическая величина L есть потенциал
развития производства предметов потребления:
L=m(g + Z) — M,
где т — сумма прибавочного продукта, д — часть
прибавочного продукта, выделенная для расширения постоянного
капитала, Z — часть т, выделенная для увеличения фонда
оплаты труда.
1 К. Маркс, Капитал, т. I, Госполитйздат, 1955, стр. 585 — 586.
2 «Вопросы экономики», № 10, 1958.
10*
147

Если m(q+Z) меньше Му то L становится
отрицательной величиной, то есть потенциал производства- предметов
потребления уменьшился по сравнению с предыдущим
периодом. В противоположном же случае налицо имеются
средства для увеличения производства предметов потребления.
Словом, чтобы обеспечить сбалансированное
расширенное воспроизводство, необходимо, чтобы величина L
равнялась величине Ztut поскольку qm должно равняться М.
Вышеописанное сбалансированное расширенное
воспроизводство определяется пока что лишь в самых общих
чертах. Однако попытка эта представляет интерес, поскольку
свидетельствует о созидательных усилиях,
предпринимаемых с целью создать какие-то мерила для будущего, исходя
из реальной действительности 1960 года.
Все эти исследования приобретают особенно большое
значение в связи с развитием статистической информации.
За последние годы наблюдается подлинное возрождение
статистики. Развивается экономическая, социальная,
демографическая статистика; ежегодно появляются сборники
статистических данных, разработанных по районам и отраслям.
Но улучшается не только качество статистической
информации, значительно совершенствуются механические и
электронные средства для обработки всех этих данных. Новые
методы и более широкая информация в состоянии
обеспечить и более эффективное планирование.
Можно ли уже сейчас сказать, куда идет СССР?
Эволюционируют ли только средства достижения целей или же
изменяются сами цели планирования?
2. Цели экономического развития
Определение целей экономического развития связано с
решением целого ряда проблем. Мы не будем здесь
заниматься их описанием, укажем лишь, что важнейший
принцип, которым продолжает руководствоваться, по крайней
мере официально, советская экономика, — это
преимущественное развитие I подразделения по сравнению со II
подразделением, и зададимся вопросом, применим ли все еще
этот принцип к советской экономике на данной стадии ее
развития.
Чтобы доказать, что постоянный капитал (то есть
капитал, предназначаемый для приобретения товаров,
.производимых в I подразделении) возрастает всегда быстрее
переменного капитала (то есть фонда заработной платы,
выплачиваемой работникам и обеспечивающей им возможность
приобретения товаров, производимых во II подразделении),
Маркс ссылался на увеличение производительности труда.
Увеличение производительности труда достигается путем ря-
148

да изменений в способах производства, в результате
которых данное количество рабочей силы приводит в движение
возрастающую массу средств производства. В этом
возрастании по отношению к количеству используемой рабочей
силы одни объекты, как-то: машины, строения, дренажные
трубы, минеральные удобрения, увеличиваются в числе или
протяженности, становятся производительнее и эффективнее,
обусловливая повышение производительности труда, тогда
как масса других объектов (сырые и вспомогательные
Материалы) возрастает как следствие повышения
производительности труда, потребляющего большее их количество в
течение данного времени.
В ходе накопления происходит не только количественное
и одновременное возрастание отдельных вещественных
составных частей капитала: развитие производительных сил
общественного капитала, обусловливаемое ходом этого
накопления, находит себе выражение также и в качественных
сдвигах, проявляющихся в постепенных изменениях
технического строения капитала, объективный фактор которого
постепенно возрастает по сравнению с субъективным, то есть в
том, что масса оборудования и материалов возрастает все
больше по сравнению с массой рабочей силы, необходимой
для приведения ее в действие.
По мере того как с возрастанием капитала труд
становится более производительным, потребность в последнем
уменьшается пропорционально величине капитала. Таким образом
(и это является основным моментом), «изменение
технического строения капитала... отражается и на стоимостном
строении капитала, на увеличении постоянной составной
части капитальной стоимости за счет ее переменной составной
части. Пусть, например, первоначально 50% какого-либо
капитала затрачивалось на средства производства и 50% на
рабочую силу; позже, с развитием степени
производительности труда, 80% стоимости капитала затрачивается на
средства производства и только 20% на рабочую силу и т. д.» 1
Этот принцип и применяется в Советской России; к
концу каждого года сообщается, что производство средств
производства возросло, например, на 10%, тогда как
производство предметов потребления увеличилось лишь на 9%.
Нет сомнения, что преимущественное развитие I
подразделения носит больше теоретический, чем практический,
характер. Классификация промышленности на те или иные
отрасли представляется столь спорным делом, что
объявляемые результаты во многом лишены своего значения.
Советским руководителям будет все труднее и труднее
придерживаться этого принципа преимущественного развития, кото-
1 К. Маркс, Капитал, т. I, Госполитиздат, 1955, стр. 628.
149

рый опровергается всем ходом технической и социальной
эволюции.
Становится очевидным, что в результате технического
прогресса рабочим приходится иметь дело со все большим
количеством средств производства, причем это явление
наблюдается повсюду независимо от существующего строя.
Благодаря внедрению автоматизации небольшое число
рабочих ^может выполнять на мощных машинах все больше
операций, требующих переработки все большего количества
сырья.
С тех пор, когда Маркс писал «Капитал»,
производственные методы изменились коренным образом. Прежде всего
эволюция переменного капитала протекает иначе, чем об
этом писал Маркс. Переменный капитал возрастает в силу
двоякого рода причин: не только потому, что растет
численность народонаселения (это Маркс предвидел), но также и
потому, что вознаграждение за труд возрастает быстрее, чем
предполагал Маркс.
С другой стороны, важно отметить, что
технический прогресс изменил характер эволюции одного из
существенных элементов постоянного капитала — стоимости
сырья. Технический прогресс, сопровождавшийся развитием
производства синтетических продуктов, позволил снизить
количество и стоимость сырья в структуре себестоимости
продукции таких современных отраслей промышленности, как
электронная и автомобильная промышленность. Однако,
согласно Марксу, эволюция постоянного капитала
определяется в большей степени относительным ростом стоимости
сырья, чем ростом основного капитала. Во II томе
«Капитала» Маркс писал, что если масса оборотной ча«ти
постоянного капитала (сырье) не перестает увеличиваться
параллельно производительности капитала, то в отношении
основного капитала (строения, машины, осветительные и
отопительные устройства) дело обстоит иначе. Правда, все
больше растет абсолютная стоимость машин, что не мешает,
однако, их относительному удешевлению. Если пятеро рабочих
производят ныне в десять раз больше машин, чем раньше,
то из этого не следует еще, что для этого затраты основного
капитала необходимо также увеличивать в десять раз; с
ростом производительности труда должна, очевидно,
возрастать и стоимость этой части постоянного капитала, однако
она возрастает далеко не пропорционально росту
производительности труда. Это положение Маркса, которое трудно
было признать правильным еще в 30-е годы нашего века \
сейчас представляется и вовсе спорным. Но даже если и
1 См. нашу книгу: «Le loi de Marx sur les capitaux a la lumiere des
evenements contemporains», Rodstein, 1933.
150

признать указанное положение правильным, то, уж во
всяком случае, лишь в отношении стоимостного объема
продукции. Однако советские экономисты, более рьяные
марксисты, чем сам Маркс, утверждают, что также и в
натуральном выражении продукция I подразделения растет более
быстрыми темпами, чем продукция II подразделения, то есть
что объем добычи топлива возрастает более быстрыми
темпами, чем количество предметов потребления. Однако не
исключено, что сейчас, когда эта доктрина
пересматривается, они, возможно, станут на противоположную точку зрения.
Даже если производство предметов потребления и
возрастает в стоимостном выражении менее быстрыми
темпами, чем производство средств производства, оно может
бесконечно возрастать в натуральном выражении. Но тогда
нужно отказаться от выражения основного закона
экономически развивающихся обществ в физических величинах.
Статистикам не придется больше указывать, что выпуск,
скажем, велосипедов возрастал менее быстрыми темпами, чем
производство алюминия. Даже если бы не произошло ника
ких сдвигов в ценах на отдельные виды продукции, то путем
исчисления стоимости на основе закона трудовой стоимости
можно было бы установить, что общая стоимость предметов
потребления возрастала менее быстрыми темпами.
Снижение цен на предметы потребления или повышение цен на
средства производства облегчило бы выявление этого
обстоятельства.
Ни один из советских журналов не высказался пока,
насколько мне известно, в пользу такого рода положений. Тем
более знаменательно, что журнал Института эюномики
Академии наук СССР опубликовал недавно в одном из
своих номеров ! отчет о выступлении инакомыслящего
польского профессора Б. Минца. На конференции экономистов
социалистических стран, состоявшейся в Москве в конце
ноября 1957 года, последний поставил под сомнение принцип
преимущественного развития I подразделения.
Выступление профессора Минца представляет интерес не
только потому, что он затронул вопрос, считающийся
неприкосновенным, и поставил под сомнение один из наиболее
священных принципов, потребовав, чтобы его пригодность
была подвергнута тщательному рассмотрению. Критикуя
второе издание учебника политической экономии, он
осуждает его авторов, советских экономистов, за то, что они
излагают вопросы социализма, как он выразился, «методом
законов», зачастую подменяя «конкретный анализ
экономических явлений, категорий, тенденций и контртенденций
общественного развития формулировками законов».
1 «Вопросы экономики», № 12, 1957.
151

Многие положения политической экономии, сказал Минц,
могут быть выражены количественно. Правильно критикуя
формалистический и механистический характер использования
буржуазными экономистами математических методов
исследования, экономисты социалистических стран тем не менее
еще очень слабо используют эти орудия анализа. В качестве
одной из возможных сфер применения математических
методов в экономической науке Минц указал как раз на
исследования динамики сравнительного роста I и II подразделений.
Минц заявил, что, по его мнению, не доказано, что
преимущественный рост производства средств производства
является в современных условиях законом. Ленин писал об
этом законе в 90-х годах, когда совершался процесс замены
живого труда машинным. В современных условиях
благодаря техническому прогрессу возникает тенденция к
уменьшению капиталовложений в расчете на единицу
производимой продукции. Поэтому, по мнению Минца, нельзя считать
доказанным, что развитие техники обусловливает более
быстрый рост I подразделения.
Судя по отчету, опубликованному в журнале «Вопросы
экономики», позиция, занятая Минцем, подверглась резкой
критике со стороны большинства присутствовавших, и
особенно со стороны двух представителей Академии наук
СССР, Островитянова и Гатовского. Их возражения
сводились в основном к наиболее сильным, но в то же время и
наименее убедительным аргументам, а именно к ссылкам на
опыт, накопленный социалистическими и капиталистическими
странами в течение последних шестидесяти лет. Однако, как
явствует из процитированной выше выдержки, Б. Минц,
видимо, ставил под сомнение не достоверность этого закона в
прошлом, а лишь его действительность в настоящем и
будущем.

Глава IV
ПОМОЩЬ СЛАБОРАЗВИТЫМ СТРАНАМ
Помощь слаборазвитым странам, которую СССР начал
осуществлять уже давно, с 1957 года стала важнейшим
принципом советской внешней политики. Этой проблеме Хрущев
уделяет особое внимание.
В 1956 году Советская Россия была вынуждена
расходовать значительную часть своих средств на оказание помощи
странам-сателлитам. И хотя советские руководители не
признавали этого, замечалось некоторое отступление от
прежнего курса и займы, предоставляемые слаборазвитым странам,
стали несколько меньше.
Напротив, в 1957— 1959 годах стремление Советской
России к экспансии в этой области заметно усилилось.
Многочисленные мероприятия Запада наводят на мысль,
что западные страны готовятся к отпору. Неотложную
необходимость этого подчеркивают наиболее авторитетные
специалисты. Но есть ли у Запада доктрина, которая может
обеспечить е)лу победу?
Сумма помощи коммунистического блока слаборазвитым
странам составила с 1955 по 1957 год 1900 млн. долл. (1500
млн. техническая и 400 млн. — военная помощь) 1. В начале
1959 года Диллон указывал, что за предыдущие четыре года
коммунистический блок предоставил слаборазвитым странам
2400 млн. долл. Вот подробные данные о технической
помощи за 1955— 1957 годы (в млн. долл.):
Афганистан — 145; Камбоджа — 22 2; Цейлон — 20 (плюс
заем в 30 млн. долл. в феврале 1958 года); Индия — 270;
Индонезия — 110; Непал — 13; Египет — 480; Сирия — 280;
Йемен—10; Югославия — 465; другие страны (особенно
Бирма и Исландия) —70. Общая сумма достигает 1885 млн;
долл.
Помощь Запада также весьма значительна. Сюда входит
помощь Франции в пределах зоны франка, помощь Англии
1 По данным американского Управления международного
сотрудничества.
2 Сюда следует присоединить помощь Китая в размере 20 млн. долл.
153

в Азии и Африке, США — почти на всей территории земного
шара (40 млрд. долл.) с 1945 по 1957 год, помощь,
оказываемая Международным валютным фондом, разные виды
поддержки, оказываемой отдельными государствами вложениям
частного капитала, а также продажа оборудования на
основе долгосрочных кредитов. Правда, надо учитывать, что по:
мощь западных государств распространяется на гораздо
более обширный район, чем тот, где осуществляется
коммунистическое влияние. Но, даже если рассматривать только
«угрожаемые» районы Азии и Среднего Востока, где
конкуренция двух систем особенно остра, сумма займов,
предоставляемых Западом, гораздо значительнее.
Огромный политический и экономический престиж,
завоеванный коммунистическим миром в этих странах,
несоизмерим с подлинными размерами жертв, на которые идет
советский блок. Его торговля быстро развивается. Доля
коммунистического блока во внешней торговле Афганистана,
Египта, Югославии и Бирмы превышает 20%. Эти успехи
объясняются формой советской помощи. Осуществляемое
Советской Россией, Китаем и странами-сателлитами экономическое
вмешательство теснейшим образом координируется.
Никакой конкуренции между государствами, группами или
организациями, как это имеет М::сто на Западе. С трудом
налаживая экономическое сотрудничество различных государств
социалистического лагеря, СССР в то же время успешно
координирует оказание имч помощи другим странам. Прозо-
дятся взаимные консультации, причем никому не известно,
где принимаются решения. Обязанности и ответственность
распределяются. Советский Союз, вероятно, несет большую
часть общих тягот. Советский Союз и Китай оказывают
помощь на Дальнем Востоке и в Юго-Восточной Азии, а
страны народной демократии налаживают связи главным образом
с Ближним и Средним Востоком.
Система помощи, оказываемой коммунистическим блоком,
отличается большой простотой. Экономическая помощь носит
двусторонний характер и заключается в предоставлении
займов правительствам без участия в капитале создаваемых
предприятий. Сроки предоставляемых займов — от 10 до
12 лет из расчета от 2 до 2,5%. Коммунистические
государства направляют также специалистов, и не только для
реализации проектов, которые они помогают финансировать, но
и для осуществления т^х, которые финансируются самой
слаборазвитой страной. Число таких специалистов в Африке и
на Среднем Востоке в настоящее время достигает 4 тыс,
человек.
Экономическая же помощь Запада носит самый
разнородный характер. Различны условия предоставления
финансовой помощи (безвозвратные субсидии, капиталовложения в
154

предприятия, займы с государственной гарантией или без
нее). И это вполне объяснимо, так как к бывшим
колониальным странам все еще существует серьезное недоверие. Но
именно различия в условиях оказания помощи и могут
произвести на заемщика впечатление, что он поставлен в
неблагоприятные условия. Что касается технической помощи, то
формы ее также весьма разнообразны, причем условия посылки
специалистов и руководство ими на месте все еще как
следует не согласованы.
Главное — это, конечно, общая международная
обстановка, в которой осуществляется советская помощь. Поскольку
торговля ведется на основе клиринга, слаборазвитые страны
имеют возможность планировать поставки в СССР в счет
погашения полученного кредита. А коммунистический блок
покупает сырье по неизменным ценам. Это утверждение часто
повторяется в советских сообщениях, причем подлинные
размеры принятых обязательств остаются неизвестными.
Отметим, к примеру, что Китай заключил с Цейлоном такого рода
соглашение о покупке каучука сроком на 5 лет.
Успешно проводимая пропаганда всячески
подчеркивает выгодность условий, на которых коммунистические
страны предоставляют помощь. СССР неустанно твердит о
бескорыстном характере своего экономического
вмешательства.
Запад заявляет, что он хочет помочь свободному
предпринимательству, являющемуся залогом* свободы.
Коммунистические государства в ответ говорят, что слаборазвитые
страны до настоящего времени подвергались эксплуатации со
стороны капиталистических держав. Они утверждают, что
существование в слаборазвитых странах крупных западных
компаний ставит под угрозу экономическую независимость,
неразрывно связанную с политической независимостью.
Прибыли иностранных компаний, вместо того чтобы быть
вложенными в развитие страны, вывозятся за границу. Ссуды,
предоставляемые Западом национальным предприятиям,
умножают прибыли узкого круга привилегированных лиц,
которые тратят их на предметы роскоши, не заботясь об
интересах страны. По мнению Советского Союза,
слаборазвитые страны, если они хотят развиваться, должны отказаться
от помощи Запада и от поддержки крупных
капиталистических компаний и взамен этого принимать помощь Советского
Союза. Капиталистические страны теперь уже не
располагают монополией на поставку оборудования и машин, а
Советский Союз согласен помогать без каких бы то ни было
политических условий всем слаборазвитым странам, даже тем,
которые запретили деятельность своих компартий, лишь бы
они добились освобождения от эксплуатации со стороны
иностранных государств.
155

На конференции в Каире заместитель председателя Вер-
ховного Совета СССР Рашидов предложил
национализировать все имеющиеся в арабских странах запасы нефти, а
также все иностранные монополии в Африке и Азии. Директор
Института мировой экономики и международных отношений
Арзуманян показал выгоду, которую мог бы извлечь Египет,
используя в своей экономике прибыли от Суэцкого канала.
Часто превозносят и такое мероприятие, как аграрная
реформа, которая дает возможность развивать современное
сельское хозяйство на благо народа.
Микоян в речи от 11 марта 1958 года ясно указал на
связь, существующую между освобождением от
колониальной зависимости и возможностью установления выгодных
отношений с Востоком. Страны Азии и Африки,
освободившиеся от колониальной зависимости, играют все возрастающую
роль в международных делах; их экономические связи с
социалистическими странами все более укрепляются.
Когда Запад подчеркивает величину своего вклада в дело
помощи слаборазвитым странам, Советы твердят, что помощь
капиталистических стран — это фикция. Слаборазвитые
страны получают валютные ресурсы от продажи своего сырья.
А капиталистические страны нередко держат курс на
снижение цен сырьевых продуктов. Значительные потери, которые
в таких случаях несут слаборазвитые страны, намного
превышают сумму предоставляемых им займов. Помощь же
Советской России, которая в противоположность Западу
согласна покупать сырье по неизменным ценам, всегда эффективна.
Несостоятельность подобных аргументов нетрудно
опровергнуть. И-тем не менее методы Запада придают им
видимость правдоподобия, когда, например, западные страны
оказываются бессильными ослабить последствия изменений цен
на сырье. Кроме того, нет смысла развивать или.
поддерживать национальное, а тем более иностранное свободное
предпринимательство на таком уровне развития экономики и в
таких отраслях, где необходимо вмешательство
государства. Когда стране с низким жизненным уровнем
приходится еще больше урезать потребление, чтобы делать капи
таловложения, то прибыли капиталистов вызывают
озлобление. С другой стороны, свободное предпринимательство
должно во многих случаях находиться под контролем
иностранцев ввиду слабости национальных кадров или нежелания
обладателей капитала производить вложения в национальную
промышленность. В то же время национальное предприятие
может, опираясь на опыт иностранцев, приглашенных в
качестве технических советников, достигнуть определенных
успехов. Мы полагаем, что помощь, оказываемая некоторым
основным отраслям, развитие которых стимулируется
государством, не означает подчинения государству всей экономики в
156

целом. Особенно это относится к сельскохозяйственному
производству и сектору распределения. Экономика, основанная
на свободном рынке, в указанных условиях отнюдь не гибнет;
пример такой смешанной экономики являют собой страны
Европы, где значительный национализированный сектор
развивается в условиях свободного рынка.
В современных условиях наличие многообразных форм
экономического вмешательства со стороны Запада
вызывается той сложной ролью, которую западные страны играют в
жизни народов, достигших различной степени политической
зрелости, сравнительно недавно добившихся независимости
и обладающих неодинаковым техническим опытом.
Но нам представляется необходимым следующее:
1. Самая широкая координация помощи, причем если
возможно, то в первую очередь помощи со стороны стран
Атлантического содружества, а не Европейского сообщества.
Такого рода координацию могла бы обеспечить
организация международного характера, не преследующая военных
целей, так как в противном случае эта организация
возбуждала бы подозрения у стран, получающих от нее помощь.
2. В области технической помощи подобная организация
стремилась бы обеспечить известное разделение
обязанностей, определяя зоны влияния различных западных стран в
соответствии с опытом каждой из них.
3. Кроме решения задачи по координированию уже
существующих различных систем экономической помощи, такая
организация могла бы и сама предоставлять займы на тех же
условиях, что и Советы, в районах, где существует советская
угроза (Средний и Ближний Восток, Египет, Индия). Ее
ежегодные расходы на эти цели могли бы быть равны общей
сумме советской помощи, то есть около 500 млн. долл.
Указанная организация делала бы ставку не на частные
предприятия, а предоставляла бы займы слаборазвитым странам
на двусторонней основе. Она могла бы, например, обеспечить
комплектную поставку оборудования («готовых заводов»).
4. Предоставленные займы могли бы быть оплачены
странами, получающими помощь, путем продажи сырья по
устойчивым ценам. Западные страны взяли бы на себя разницу
между ценами, предусмотренными договором, и рыночными
ценами, существующими в день поставки сырья.
Таким образом, страны, получающие займы, могли бы
планировать погашение кредита в соответствии с ростом
национального производства.
Можно было бы даже предусмотреть гарантированный
сбыт ряда основных продуктов по ценам, обеспечивающим
закупку некоторого минимального количества сырья по-
157

мимо помощи или поставок. Следовало бы, однако, с
самого начала воздерживаться от слишком решительных шагов
в этом направлении, ибо стабилизация цен на сырьевые
продукты ставит перед мировой экономикой очень сложные
задачи и может вызвать затоваривание по некоторым видам
сырья.
Предлагаемая нами организация, деятельность которой
была бы регламентирована указанным образом, могла бы
служить наиболее эффективным ответом на действия
Советов.
Стоящие перед Советской Россией проблемы не так
просты, как нам кажется. Конечно, того, что в свободном мире
называют «общественным мнением», там почти нет. Однако
в той степени, в какой оно проявляется, «общественное
мнение» довольно враждебно относится к щедрости в отношении
заграницы. Советские люди считают, что за жертвы,
которые они приносили на протяжении стольких лет, должны
быть вознаграждены они сами или их дети. Характерен такой
факт: правительство иногда скрывает размеры помощи,
предоставляемой другим странам, даже если эти страны
принадлежат к коммунистическому блоку. Так обстоит дело с
Китаем: по советским данным последних лет, сумма помощи
достигала лишь 4200 млн. руб. (1720 млн. руб. до 1956 года
и 2,5 млрд. руб. в апреле 1956 года). А по сведениям из
китайских источников, займы Советского Союза составили за
этот период 9 млрд. руб. Правда, 7 февраля 1959 года до
сведения общественности было доведено предоставление
Китаю новой помощи в размере 5 млрд. руб. (на оборудование,
а также на необходимую для строительства 78 крупных
предприятий техническую помощь), подлежащих
возмещению путем поставок китайских товаров.
Полагая, что коммунизм добьется успеха в
слаборазвитых странах и что поэтому выгодно оказывать им помощь,
СССР вместе с тем понимает, что получение помощи из-за
границы часто вызывает недовольство в
странах-получателях. Таким образом, помощь нередко оборачивается против
тех, кто ее предоставляет. Познает ли Советская Россия
горести,, уже испытываемые капиталистическими странами?
Слаборазвитые страны, привлеченные обещаниями России,
считают, что имеют право на советскую помощь, и бывают
недовольны, когда предоставление кредитов задерживается;
но вскоре они обнаруживают за этим недопустимое
политическое давление. Так получилось с Югославией, когда ей
было отказано в поставке оборудования для алюминиевого
завода.
Переговоры, состоявшиеся недавно между странами
Атлантического содружества, позволяют надеяться, что будет
заключено соглашение об организации необходимого сотруд-
158

ничества. Если бы Советский Союз увидел, что Запад умеет
применять те же методы, что и он, то для него исчезла бы
одна из причин отказа от неоднократных предложений
Франции о координации программ помощи, исключающей какую
бы то ни было конкуренцию между блоками. Во всяком
случае, соглашение между странами свободного мира улучшило
бы позиции Запада в перспективных районах, где растет
население и производство. Сохранять со слаборазвитыми
странами отношения в форме, не соответствующей их
экономической структуре, — значит играть на руку коммунистическим
партиям в этих странах.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
КОНКУРЕНЦИЯ ИЛИ СБЛИЖЕНИЕ СИСТЕМ?
Мирное сосуществование означает конкуренцию, причем
конкуренцию открытую. Следовательно, оно предполагает
известное открытие границ; в России же недоверие к
иностранцам старо, как сама страна, и ново, как ныне существующий
строй.
Новая тенденция утверждается в Советской России не без
борьбы. Нельзя сказать, чтобы смысл отставки маршала
Жукова был так уж ясен; по-видимому, устранение его — один
из эпизодов борьбы за власть. А осуждение антипартийной
группировки является переломным моментом в советской
политике. Конечно, все это не так просто. Маленков в своей
памятной речи первым обратился с призывом к Западу и
сделал некоторые мирные предложения. Но в общем эта
фракция группировалась вокруг Молотова, который хотел,
несмотря на некоторые, преданные гласности злоупотребления,
продолжать дело Сталина.
Кроме оппозиции внутренней политике Хрущева,
антипартийная группировка стремилась сохранить китайскую стену
между коммунистическими странами и остальным миром.
Оба мира продолжали бы развиваться изолированно, вступая
в минимальный контакт друг с другом. Почти полное
отсутствие связей с Западом, осторожные контакты со
слаборазвитыми странами, так как через них могут проникнуть идеи
Запада, — такова была осторожная позиция, продолжавшая
лишь в слегка смягченном виде сталинскую политику.
Эта тенденция противоречила историческому развитию.
Хрущев — фигура беспрецедентная в русской истории,
явился именно тем человеком, который смотрит в будущее: его
трудоспособность и добродушие, его резкость и хитрость, его
более широкий взгляд на мир должны были одержать верх.
Когда Хрущев предлагает соревнование двух систем, он
прежде всего намерен превзойти западные страны, и в
частности Америку, по жизненному уровню. Сравнение роста
жизненного уровня там и здесь, какое бы значение ему ни
придавалось, не позволяет, по нашему мнению, судить об этих
двух системах. Но социальное неравенство, которое либе-
160

ральный режим может устранять лишь постепенно, будет'
восприниматься еще более остро, если жизненный уровень
русских окажется выше.
Но мы не должны заранее считать, что потерпим
поражение в этом состязании. Разница между жизненным уровнем
Запада и СССР еще огромна, во всяком случае, больше, чем
это можно видеть из статистических данных. Сопоставление
покупательной способности не позволяет сделать, по нашему
мнению, каких-нибудь определенных выводов. При сравнении
потребления по стране в целом не учитывают различия в
уровне заработной платы. Тем не менее самые последние
исследования показывают, что прийти к удовлетворительным
результатам весьма трудно. Сопоставляя совокупный
общественный продукт СССР и США, Борнстейн 1] оценивает его
следующим образом: СССР — 1285 млрд. руб., США —
397,5 млн. долл. Но как сравнить эти цифры? Сопоставление
объема потребления в СССР и США в рублях или в
долларах дает совершенно различные результаты. В первом случае
доллар оказывается равным 8 руб., во втором—15 руб. А
объем советского потребления составляет то 39% от
американского, то 20,8%. Это расхождение результатов не ново,
оно возникает во всех случаях, когда сравнивают страны с
различной структурой потребления, и особенно заметно при
сравнении столь непохожих и даже противоположных друг
другу стран, как Советский Союз и США. Русские больше
потребляют то, что им дешевле всего обходится в их стране;
точно так же поступают и американцы.
Основанное на аналогичных методах сравнение между
потреблением во Франции и России дает такие же
обманчивые результаты.
Кроме того, важное значение имеют некоторые
дополнительные элементы, не учитываемые статистикой.
Прежде всего в России нет, или почти нет, некоторых
видов благ, и это в значительной степени снижает ее
жизненный уровень. Между тем обычная статистика этого не
учитывает. В западных странах, и даже в США, мы,
например, используем очень древние сооружения, которые
накладывают отпечаток на всю нашу жизнь. Во Франции мы еще
пользуемся дорогами, построенными римлянами, дворцами
и парками, завещанными нам монархией, а также многими
сооружениями времен III Республики. Ничего подобного
нет в Советской России.
Для сравнения жизненного уровня СССР и Запада
следует применить новые методы. Необходимо изучить, как
1 Born stein, Comparison of the United States and Soviet
Economics, Joint Economic Committee Congress of the United States, Part II,
1959, p. 385.
11 Зак. 85
161

удовлетворяются четыре-пять основных потребностей
человека, применяя в каждом из этих случаев, если мы хотим
выразить результат в цифрах, соответствующий
поправочный коэффициент.
Как обстоит дело у русских с питанием, одеждой, жильем
и развлечениями? Советская Россия довольно хорошо
снабжается продовольствием. Правда, условия ее снабжения
кажутся нам мало лриемлемыми. Выбор продуктов невелик.
Мясо бывает редко, и оно плохо обработано, но молоко,
Масло и некоторые овощи есть; разница между
продовольственным снабжением Запада и России незначительна.
Что касается всех остальных потребностей, то разница
еще очень велика.
Я уж не говорю о тяжелых жилищных условиях. Но
качество и покрой одежды так плохи, что иностранца еще и
ныне можно узнать по платью. Что касается развлечений,
то, если исключить телевидение, их мало: два-три парка
культуры в больших городах, театры и кино, число которых
увеличивается, но которые постоянно осаждаются
огромными толпами. В общем разница между Россией и Западом
поразительна, причем мы здесь подразумеваем Запад в
широком смысле слова — и США, и Францию. Однако следует
отметить, что этот вопрос еще нуждается в дополнительном
изучении.
Если исходить из собранных на сегодняшний день
данных, в 1955 году уровень потребления в СССР на душу
населения составлял примерно 28% от американского уровня,
а для жителей городов — около 60% от уровня потребления
во Франции К Но за последние годы достигнуты
значительные успехи; соответствующие цифры к концу 1959 года,
вероятно, равнялись 32 и 64%. Поэтому, говоря в своем
выступлении от 28 января 1959 года о том, что в результате
выполнения семилетнего плана СССР по абсолютному
объему производства обгонит США и что понадобится, вероятно,
еще не более 5 лет, чтобы обогнать США по производству
на душу населения (то есть эта задача будет решена
примерно к 1972 году), Хрущев выглядит слишком большим
оптимистом 2. Но верно также и то, что Советская Россия
планирует и добивается более быстрого роста промышлен-
1 Для жителей деревень процент этот, несомненно, был еще ниже.
а Самый факт, что эталоном служит американский жизненный
уровень, доказывает несостоятельность марксистских теорий, согласно
которым с развитием капитализма реальная заработная плата трудящихся
будет постоянно снижаться. См. прекрасную книгу: J. Marchal и
L е с a i 1 1 о п, La repartition du Revenu national, т. III. Кроме того,
заметим, что в последнем издании учебника «Политическая экономия»,
вышедшем в СССР, упоминание о том, что реальная почасовая
заработная плата французского рабочего в 1955 году достигала лишь
половины довоенной, отсутствует.
162

ного производства и национального дохода, чем Западная
Европа и особенно США.
Можно усомниться в точности данных, которые сообщал
в прошлом СССР о темпах роста своего промышленного
производства. Предпочтительно спорить о промышленном
росте, а не о национальном доходе, исчисление которого
слишком сомнительно1; но если взять только рост
промышленного производства, то объявляемый в ряде случаев
советской статистикой процент порядка 15—20 явно завышен.
Это происходит в результате двух факторов. При
вычислении процента роста до 1952 года индексы определялись на
основе цен 1927—1929 годов. А ведь новая продукция в
начальный период индустриализации страны стоила дорого.
Впоследствии, когда было пущено в ход новое оборудование
и введены более прогрессивные методы труда,
производительность возросла и цены снизились. Но при подсчетах
цены на эти товары оставались прежними, снижение реальной
стоимости их производства не было учтено. Таким образом,
хотя введение новых методов производства способствовало
Снижению стоимости значительного числа товаров, при
исчислении индекса их стоимостное выражение по отношению
к остальной продукции оставалось прежним 2.
В 1952 году метод подсчета был изменен. С этого
времени взвешивание цен стало производиться сначала на базе
цен 1952 года, а затем — цен 1955 года. Но прежние
проценты роста не были изменены; таким образом, новый
показатель, если он основывался на теоретической цифре
национального дохода 1952 года, по-прежнему отражал
первоначальную ошибку.
Вообще можно допустить, что новые советские индексы
больше, чем прежние, отражают действительное положение
вещей. Остается, однако, факт, влияние которого трудно
учесть: советские индексы исчисляются на основе валовой
стоимости продукции, западные индексы — на основе
прироста стоимости. Советский метод ведет к получению более
высокого показателя промышленного производства, чем
индексы, исчисляемые по методике, применяемой на Западе.
При этом величину расхождения определить нелегко. Ваген-
фур попытался вычислить эту разницу, возникающую из-за
различия методики исчисления 3.
1 Укажем, в частности, на трудность точного учета реализации
продуктов' сельского хозяйства в странах, городское население которых
быстро растет. Увеличение заготовок еще не означает роста
потребления. Кроме тсго, советское понимание термина «народный доход»,
исключающее услуги, не учитывает как раз наименее быстро растущую
часть национального дохода СССР.
2 См. комментарий Г. Шварца к книге «Statistical Handbook of the
U.R.S.S. presented by the Conference Board», 1957, p. 22.
3 U.S.A.—U.R.S.S. Centre de Recherche Scientifigue, Lausanne.
11*
163

Во всяком случае, представляется, что истинный индекс
абсолютного прироста производства будет в 60-х годах
равен примерно 8%. Такое предположение уже заключает в
себе некоторое сокращение процента прироста, допускаемое
самими советскими статистиками. В семилетнем плане
указан годовой прирост в размере менее 9%. Объявленный итог
1959 года (12%) объясняется, как мы видели, притоком
рабочей силы в города.
Улучшение качества товаров и их возрастающее
разнообразие предполагают сокращение количественного
прироста. Использование производительных сил, помимо
промышленности, в других областях, таких, как жилищное
строительство или развитие средств производства сельского
хозяйства, тормозит дальнейший рост индустрии. По мере того
как продукция металлургической промышленности,
например сталь, начинает все шире применяться в жилищном
строительстве, сокращается количество ее, идущее на
сооружение заводов.
Наконец, нет никаких доказательств того, что рост
производительности труда сможет компенсировать недостаточное
увеличение рабочей силы. И если переселение крестьян в
города запрещено, то быстрый рост рабочей силы,
предназначенной для производительного труда, возможен только в
случае сокращения военной промышленности или новых
демобилизаций. В настоящее время военные расходы по
абсолютной величине остаются на прежнем уровне,
сокращается только их доля по отношению к общей сумме бюджетных
расходов. В проекте бюджета на 1960 год национальная
оборона поглощает 96,1 млрд. руб. — цифра,
приближающаяся к военным ассигнованиям 1959 года. Однако
неизвестны расходы на оборону, отнесенные к другим статьям
бюджета (например, на развитие народного хозяйства),
поэтому сопоставление данных различных лет не дает ясной
картины. Только ли экономические соображения толкают
советских руководителей на уменьшение военных усилий? И
следует ли верить Хрущеву, когда он заявляет о своем
намерении сократить, если потребуется, в одностороннем
порядке военные расходы в соответствии с сокращением
численности войск, которое, по его словам, за последние годы
составило 2500 тыс. человек?
Если допустить, что советское промышленное
производство на протяжении нескольких лет будет возрастать на 8%
или по крайней мере на 7% в год, то капиталистические
, страны не могут удовлетворяться ежегодным приростом в
2-3%.
Те американские экономисты, которые занимались
вопросом о темпах экономического роста СССР, почти
единодушно допускают, что в 70-е годы производство СССР мо-
164

жет приблизиться к нынешнему уровню производства США.
Кольм в приводимой ниже таблице допускает, что возможен
рост советского национального дохода на 6—6,3% и что это
будет соответствовать росту промышленного производства
на 7%. Он приходит к заключению, что между русскими и
американцами ^се еще сохранится большой разрыв, но
только в том случае, если исходить из значительного увеличения
прироста американского производства.
Сравнительная таблица выпуска промышленной продукции
США и СССР1 (1950-1970)
Общий'объем
производства СССР
Общий объем
производства США
У роЕень СССР по
отнош. к США
(в %)
Население СССР
(в млн. чел.)
Население США
(в млн. чел.)
Производство СССР
на душу населения
Производство США
на душу населения
Уровень СССР по
отношению к
США, (в %)
Фактический уровень
1950
117
352
33
182
152
| 643
2316
28
1955
158
435
36
198
165
798
2636
30
1957
179
452
40
204
171
877
2643
33
1958
190
442
43
207
174
918
2540
36
Проектируемый
уровень
1965
286
633
45
233
196
1227
3230
38
1970
378
790
48
250
214
1512
3692
41
Средний
прирост (в о/„)
с 1950
по
1957
6,3
3,6
1,6
1,7
4,5
1.9
с 1957
по
1970
6,0
4.4
1,5
1.6
4.3
2.6
1 Таблица взята из статьи:Со1т, Evaluation of the Soviet Economic Threat,
„Comparison of the United States and Soviet Economies", Joint Economic Committee Congress
of the United States, Part II. Данные по общему объему промышленного
производства приводятся в млрд. долл., по производству на душу населения — в долл.
(по курсу 1958 года).
Для того чтобы уравновесить успехи промышленного
производства СССР, перед капиталистическими странами
стоит задача — добиться прироста промышленного
производства, достигающего или превышающего 4% для США и
6% для Западной Европы. Сохраняющаяся в этом случае
разница между приростом промышленной продукции СССР
и Запада на 4—2% будет компенсироваться значительно
более высоким уровнем производства, уже достигнутым в
США и в Западной Европе.
Поэтому развитие слаборазвитых стран, связанных со
свободным миром, является неотложной задачей Запада. Ес-
165

Ли коммунизм добьется господства на огромных
континентах Азии и Африки, в частности обоснуется в Индии, то
давление его во всем мире станет невыносимым. Однако до
настоящего времени Запад, действуя старыми методами, не
смог избавить от нищеты значительное число слаборазвитых
стран, не сумел завоевать признательность * народов,
которым он оказывает помощь. И хотя западные страны
оказывают несравнимо большую помощь, чем СССР, это ценится
значительно меньше. Изменить наши методы, согласовать
наши действия — вот что мы безотлагательно должны
сделать. Впрочем, для Запада эта задача выходит за рамки
форм экономической помощи. Речь идет о системе, которая,
сохраняя в основе свободу взаимных расчетов, упорядочила
бы методы производства и распределения в слаборазвитых
странах, страдающих от нищеты. Если Запад не сумеет
своими советами направить их по такому пути или же,
напротив, сочтет, что в его интересах помешать им вступить на
него, то слаборазвитые страны могут обратиться к
коммунистическому миру, который намерен заставить эти
недоедающие народы пойти на новые жертвы в надежде на быстрое
промышленное развитие. Верно, что коммунизм, достигнув
определенного уровня, имеет тенденцию к некоторым
либеральным методам, но не менее верно и то, что
экономическое развитие отсталых стран требует известной
дисциплины. Поэтому капитализм и либерализм должны, не
отказываясь от своих принципов, найти способы принуждения к
такой дисциплине.
Ведь, как нам известно, во время войн воюющие страны
нередко поддаются воздействию методов своих противников.
Если не произойдет катастрофы, то и соревнование двух
систем таким же образом изменит условия и смысл их
борьбы. Каждая сторона, чтобы не дать обогнать себя, будет
вынуждена в какой-то степени принять то, что есть хорошего
в методах другой стороны. Соревнование двух систем может
в известных пределах привести к их сближению.
Именно такую эволюцию можно предвидеть, исходя из
нынешних изменений свободного мира и коммунистического
мира. Конечно, подобный взгляд — не больше чем гипотеза.
Запад, сумевший найти методы руководства или
ориентации экономики, позволившие ему избегать кризисов
перепроизводства, должен будет снова приспособиться, чтобы
обеспечить соответствующий рост производства.
Определение темпов и форм использования
капиталовложений является делом нации. В ряде случаев здесь
необходим контроль за реализацией прибылей и направлением
инвестиций на важнейшие участки. Доля государственного
сектора будет увеличиваться, ибо новые области
деятельности человека потребуют таких капиталовложений, какие ь
166

нынешних условиях в состоянии осуществлять лишь
государство.
По-новому встанет и проблема рабочей силы и
занятости. Развитие автоматизации потребует значительных
усилий, связанных с ее внедрением. Как мы уже видели, в
СССР автоматизация сопровождается определенными
мерами в отношении тарифной сетки, норм производительности
и продолжительности рабочего дня. В Западной Европе и в
США старые предприятия с установившимися традициями
также должны будут перестроиться. Перераспределение
рабочей силы может быть упорядочено только при условии
тесного сотрудничества властей с объединениями
предпринимателей и профсоюзами рабочих. В более широких
рамках, при планировании в масштабах всей страны, планы
развития могут разрабатываться лишь при всеобщем
участии.
В экономической деятельности возникает новая
дисциплина, основанная на свободе, но являющаяся результатом,
более сознательного подхода руководителей государственных
и частных предприятий к требованиям, вытекающим из
интересов нации; успехи, достигнутые на Западе, и в
частности во Франции, с тех пор, как началось планирование,
позволяют предвидеть синтез государственной и частной
экономики: «верхи» будут стремиться разбудить всеобщую
инициативу, вместо того чтобы ей препятствовать.
На Востоке образ жизни и экономика могут постепенно
принять новый облик, но шансы на такую перестройку во
многом будут зависеть от сплоченности Запада и его
влияния во всем мире, от его способности уравновесить влияние
Китая, который, находясь в самой начальной стадии
коммунизма, еще не готов воспринять результаты опыта более
развитых стран.
На сегодняшний день существуют, вероятно, две
основные разновидности коммунизма: русская и китайская.
Источниками разногласий между этими двумя государствами
являются не только соперничество в силе или различия в
степени развития, но и расхождения в концепциях
экономического роста. Обе страны исходят из того, что для прочного
построения социализма необходим определенный уровень
развития производительных сил. Россия достигла этой цели,
сохраняя в течение продолжительного времени заработную
плату рабочих и крестьян на минимальном уровне.
Китай стремится создать могущественную
промышленность и сельское хозяйство, используя огромные массы
людей на манер Египта в эпоху сооружения пирамид. На
строительство каждой плотины или завода там сгоняют тысячи
рабочих. Но в то же время Китай немного наивно и не
заботясь о столь заветной для Советской России производи-
167

тельности, стремится выплавлять сталь в каждой деревне.
Это неуклонное, фанатичное стремление способно вызвать у
русских беспокойство; их руководители заботятся ныне о
разумной организации труда и не делают больше ставку на
трудовые подвиги, как это было в первые годы советской
власти.
Еще более опасен опыт китайских коммун.- Чтобы
мобилизовать дополнительную рабочую силу и послать на поля
сотни тысяч женщин, китайцы дерзнули сделать то, чего
никогда не делали русские. Надо было освободить женщин
от домашней работы — власти создали детские пансионаты
и столовые. Во многих китайских провинциях большинство
детей находится в яслях и детских садах; более 70%
сельского населения питается в общественных столовых. Таким
образом, мужчины живут отдельно от своих жен и детей. А
труд их оплачивается чаще всего чашкой риса, а не
деньгами.
Русские в своих комментариях признают это начинание
интересным, но в то же время упорно настаивают на том,
что коммуна не должна являться замкнутым мирком и что
верховный орган коммун должен уважать приказы,
отдаваемые высшей властью, то есть округом.
Пути построения социализма, конечно, различны, но
Китай, по-видимому, вот уже несколько месяцев начал
ограничивать распространение коммун и ослаблять их суровый
режим. Тем не менее эти новшества серьезно взволновали
русских.
В Советской России глубоко уважают семейные узы, а
любовь к детям так же велика, как в Западной Европе или
даже в Америке. То ли таков русский обычай, то ли это
следствие материальных трудностей, но родители продолжа
ют жить вместе с детьми даже после того, как дети женятся.
Здесь может наступить такой момент, когда человек
начинает сопротивляться, если его стремлением к
«элементарному» благополучию пренебрегают. Может быть, прогресс
Китая пойдет благодаря опыту коммун быстрее. А может быть,
Советский Союз, продолжая провозглашать себя
руководителем коммунистических стран, будет стремиться к
расширению контактов с Западом.
Во имя производительности Хрущев изменил советскую
систему. Но пока последствия децентрализации
ограниченны. Точка зрения совнархозов не имеет большого веса в
решениях, принимаемых Госпланом. Расширение прав
руководителей предприятий еще не осуществлено. Дальше всего в
этом смысле Россия пошла в вопросах сельского хозяйства:
теперь государство ограничивается тем, что устанавливает
общий план заготовок сельскохозяйственных продуктов для
областей, а областные органы определяют размеры поставок
168

с каждого колхоза. Но Хрущев завершил лишь один этап в
направлении либерализации. В настоящее время, как и при
Сталине, плановые задания для каждого предприятия в
отдельности определяются общим планом. Принцип личной
заинтересованности, который частично заменил принуждение,
выступает лишь в виде вознаграждения за выполнение или
перевыполнение этих заданий. Предоставленное
предприятиям право упорядочивать свои планы — не более чем
отдушина, способствующая урегулированию локальных проблем.
Единственной возможностью при существующей системе
планирования является лучший учет предложений с мест.
Будет ли такое планирование способствовать подъему
экономических районов, равно как и отдельных предприятий?
Будут ли совнархозы действительно участвовать в выработке
общегосударственных планов? Получат ли. предприятия
несколько большую свободу и самостоятельность в вопросах
снабжения, а также право использовать более
значительную часть своей прибыли для капиталовложений на
собственные нужды?
Вот, собственно, и все, что можно сказать о перспективах
ближайшего будущего. Ведь никаких решающих изменений
не произошло, и, становясь на новый путь, СССР может еще
и теперь мало-помалу вернуться к еще большей
централизации и более жесткой дисциплине. Коль скоро СССР желает
выиграть соревнование, он может оказаться перед
необходимостью ввести то, что сегодня кажется невозможным.
Если взглянуть на будущее по-новому, то можно прийти к
выводу, что использование прежних механических средств, хотя
бы и усовершенствованных, влечет за собой необходимость
большего разнообразия в способах производства, чем это
может обеспечить центральный планирующий орган. А
продолжающийся рост жизненного уровня требует
гораздо большей дифференциации средств потребления по
качеству, чем это предусматривается Госпланом.
Эта система имеет свою логику, и СССР должен был бы
располагать новым механизмом приспособления
производства к растущим потребностям, чтобы иметь возможность,
не рискуя нарушить экономические связи, предоставить
местным органам и предприятиям новые, широкие полномочия.
Можно ли себе представить, например, что одни лишь цены,
установленные государством (а не законом предложения и
спроса), заставят предприятия решиться на производство
необходимых товаров, не имея точно предписанного
каждому из них задания?
Подобного рода теории, осуществление которых было
бы очень трудным, наталкиваются на сопротивление
осторожных руководителей и, уж конечно, партийных кадров.
Проведение в жизнь этих идей было бы мыслимо лишь в ре-
169

зультате неодолимого стремления масс к благосостоянию и
свободе.
Поиски нового, всестороннее расширение производства
возможны лишь при условии, что этот новый дух проникнет
в руководящие круги, а также при условии широкого
развертывания инициативы. Ни одна из стоящих перед
Советским Союзом задач не находит своего решения в
марксистской теории; Маркс и Ленин ничего не могут дать для
разрешения этих проблем, идет ли речь о технике планирования,
определении цен или политике децентрализации. Когда же
их перестанут цитировать и обратятся, наконец, к
экономистам, изучавшим аналогичные вопросы, а иногда и
нашедшим на них ответы?
Сохранит ли техническая элита, численность которой
будет неуклонно расти, свою косность в отношении
политических и философских проблем? Развитие образования, даже
только технического, почти неизбежно расширяет кругозор.
Будут ли инженеры, обладающие опытом преодоления
конкретных трудностей, вынужденные в своей повседневной
работе решать множество сложных технических вопросов,
будут ли они — в том, что выходит за рамки их
производственной деятельности — вечно довольствоваться одним и
тем же?
Речь идет, по существу, о следующем: будет ли Россия,
стремящаяся к благосостоянию, испытывать потребность в
чем-то еще? Молодежь проникнута глубоким влечением к
западной культуре. Интеллигенция, артисты не хотят
больше жить одними лишь воспоминаниями об Октябре, их
влечет более радостное будущее. Интеллигенция вынуждена на
протяжении 40 лет мириться с двойственностью своих
взглядов. Большая культура русских интеллигентов нередко
опирается на великие достижения Запада, а в своих печатных
трудах они вынуждены высказываться в духе марксистской
теории. Однако одного тонкого юмора, как способа
выражать свои взгляды, может оказаться недостаточно. Каждое
поколение стремится перестроить мир, и, когда сегодняшние
студенты через 15—20 лет станут ответственными
работниками, многое в Советской России может измениться.
Диалог с Западом в экономическом плане уже начат.
СССР покупает на Западе машины и оборудование, его
специалисты спорят с западными инженерами о своих
преимуществах и методах работы. Культурный обмен откроет более
широким кругам русской молодежи неисчерпаемые
возможности западной культуры. Советские люди, знакомясь с
западным образом жизни, смогут сделать некоторые полезные
сравнения.
В дальнейшем диалог этот сможет распространиться на
все наши концепции в целом, но только в том случае, если
170

советское общество не будет жить по единой вере,
навязанной ему партией верующих.
А до тех пор, пока этого не произойдет, научный обмен
будет затруднен. Желая сохранить вежливость в этом
диалоге, участники его не должны преступать известные
границы, осмотрительно соблюдаемые той и другой стороной.
Единство мира не может быть достигнуто только с помощью
сближения экономических систем, вызванного
производственными соображениями. Мы не являемся марксистами
«наоборот». Чтобы любознательные дерзали идти дальше,
чтобы стремление к взаимопониманию не было быстро
пресечено, в действие должна вступить мораль. Осуществление
свободы покоится на вере в независимость человеческой
личности. И поведение человека, в конце концов, зависит от
чувства ответственности. Понятия материальной свободы,
свободы передвижения и даже само понятие политической
свободы всегда и всюду относительны. Но до тех пор, пока в
СССР невозможна открытая дискуссия о том, существует
или не существует бог, — а это основная из всех свобод, --
диалог между Востоком и Западом будет носить
ограниченный характер. Произойдет ли когда-нибудь в Советской
России открытый спор между теми, кто верует и кто не
верует, между Марксом и Достоевским, подобно тому спору,
который некогда произошел во Франции между Паскалем и
Монтенем? От ответа на этот основной вопрос и зависит
начало подлинного диалога между Востоком и Западом.

ОГЛАВЛЕНИЕ
От Издательства 3
Предисловие 5
ВСТУПЛЕНИЕ
Основные черты советской экономики в 1953 году 7
Часть первая
ЭТАПЫ «ДЕСТАЛИНИЗАЦИИ»
Глава I
Советская политика в 1953 — 1956 годах . , 25
Глава II
Внешнеэкономические связи Советской России после 1953 года 51
Глава III
Трудности 1956 года 65
Глава IV
Реорганизация управления промышленностью 74
Глава V
Реорганизация сельского хозяйства 88
Глава VI
Перестройка системы народного образования 98
Глава VII
XXI съезд и семилетний план 105
Часть вторая
основные вопросы экономики
Глава I
Демография и производительность 114
Глава II
Дискуссия по вопросу о стоимости и ценах 125
Глава III
Гипотезы экономического развития 145
Глава IV
Помощь слаборазвитым странам ... 153
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Конкуренция или сближение систем? . j. . 160
Роберт Бордаз
НОВЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КУРС
СОВЕТСКОГО СОЮЗА (1953-1960)
Редактор М. Н. ДЕЕВ
Техн. редактор В. С. Павленко Корректоры: Л. Б. Поль, Л. Ф. Финогенова
Сдано в производство 22/XI-60 г. Подписано к печати 14/ХП-бОг.
Бумага 60x92l/i6 = 5»5 бУм- л- Печ- л- п- Уч-*ИЗД- л- Ю,5. Изд. № 21/0418. Зак. 85.
ИЗДАТЕЛЬСТВО ИНОСТРАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Москва, Ново-Алексеевская, 52.
С/Ц И* Л