К.А.САЛИЩЕВ
КАРТОВЕДЕНИЕ
ИЗДАНИЕ ТРЕТЬЕ,
ДОПОЛНЕННОЕ И ПЕРЕРАБОТАННОЕ
Допущено Государственным комитетом СССР
по народному образованию
в качестве учебника по специальности
«Картография»
ИЗДАТЕЛЬСТВО
МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
1990
ГЛАВА 12
ИСТОРИЯ КАРТОГРАФИИ. КАРТОГРАФИЯ В ПЕРВОБЫТНОМ
ОБЩЕСТВЕ И ДРЕВНЕМ МИРЕ
§ 12.1
ПРЕДМЕТ И ЗАДАЧИ ИСТОРИИ КАРТОГРАФИИ. ИСТОЧНИКИ.
КАРТОГРАФИЧЕСКИЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ У ПЕРВОБЫТНЫХ НАРОДОВ
Карты — образ и средство познания окружающего мира в его
пространственных состояниях и изменении. Исследование прошлого
карт — фактов, этапов и закономерностей их исторического развития
как отрасли практической деятельности, науки и культуры необходи-
мо, чтобы правильно осмыслить современное состояние и пути дальней-
шего прогресса картографии. Этот прогресс определяется прежде все-
го потребностями материальной жизни общества. Поэтому его нельзя
понять и правильно объяснить в отрыве от конкретных общественных
условий, вне процесса развития производительных сил и производст-
венных отношений. Возникающие потребности общества вызывают не-
обходимость создания неизвестных ранее географических карт и в
связи с этим ставят перед теорией новые проблемы. Удачная, прогрес-
сивная разработка этих проблем способствует или даже создает необ-
ходимые условия для решения практических задач и вместе с тем со-
действует дальнейшему прогрессу картографической науки.
История картографии рассматривает развитие самих географиче-
ских карт и методов их создания, а также развитие теоретических ос-
нов (идей) науки. Специалисту-картографу надо знать важнейшие
события и труды, которые содействовали прогрессу картографии; дея-
телей, с именами которых связаны выдающиеся приобретения науки;
большой вклад, который внесен нашей страной в развитие мировой
картографии; наконец, он должен проникнуться гордостью за глубокое
воздействие картографии на подъем общечеловеческой культуры
вообще.
Изложение истории картографии строится в соответствии с об-
щей исторической периодизацией, поскольку развитие картографии <
всегда определялось потребностями жизни, запросами производства,
сильно изменявшимися в условиях различных общественно-экономиче-
ских формаций. Разумеется, картографической науке были свойствен-
ны и свои внутренние закономерности, связанные с взглядами на ее
предмет и метод, с прогрессом способов картографического познания
действительности, с взаимоотношениями с другими науками и т. д., но
эти закономерности имели подчиненное значение и стали отчетливо
проявляться лишь в недавнее время.
10*
291
Основой всякого исторического исследования служат историчек
ские источники — те фактические данные, которые дошли до наших
дней от прошлых эпох развития человеческого общества. Для истории
картографии особую ценность представляют карты, географические
Рис. 12.1. Фьордовое побережье—резьба по дереву, выполненная эски-
мосом
труды и другие письменные источники — непосредственные свидетель-
ства прошлого. Лишь немногие источники, относящиеся ко времени,
когда еще не было картопечатания, дошли до наших дней. Карты —
- непрочная вещь. Обветшание,
Рис. 12.2. Морская карта, служившая для на-
вигации у жителей Маршалловых островов
сырость, пожары, наконец от-
сутствие заботы о хранении
потерявших практическое зна-
чение рисунков и другие при-
чины объясняют утрату мно-
жества старинных карт.
Простейшие картографиче-
ские рисунки были известны
уже в условиях первобытного
общества, еще до зарождения
письменности. Об этом свиде-
тельствуют примитивные кар-
тографические изображения у
народностей, которые ко вре-
мени их открытия или изуче-
ния стояли на низких ступенях
общественного развития и не
имели письменности (малые
народности Сибири и Дальне-
го Востока, эскимосы Север-
ной Америки, индейцы Амери-
ки, микронезийцы Океании и
многие другие). Эти рисунки,
выполненные на дереве (рис. 12.1), коре, коже животных и т. п., слу-
жили для удовлетворения потребностей, возникавших из условий обще-
го труда людей: для указания мест охоты, путей кочевок и др. Они
ограничивались пределами известных мест, в передаче которых изобра-
жения были правдоподобны.
292
Рис. 12.3. План угодий — наскальный рисунок бронзового века в долине Камо-
ника (Италия)
Рис. 12.4. План охотничьего угодия, гравированный на се-
ребряной вазе, хранящейся в Эрмитаже (3-е тысячелетие
до и. э.)
Очень интересны своеобразные «морские карты» — пособия для
мореплавания у жителей Маршалловых островов (рис. 12.2). Ракови-
ны, обозначающие острова, закреплялись на каркасе из черенков паль-
мовых листьев, а положение черенков указывало фронт морской зыби,
поднимаемой господствующими ветрами, я его изменения при прохож-
293
дении через цепь островов. Именно этот феномен принимался в расчет
островитянами для определения направления на острова, когда они
оказывались вне поля зрения.
До наших дней сохранились картографические рисунки 3-го и
2-го тысячелетия до н. э. Удивительно подробен относящийся к бронзо-
вому веку (середина 2-го тысячелетия до н. э.) наскальный рисунок в
долине Камоника (Северная Италия) — план, показывающий возде-
ланные поля, тропинки, ручьи и оросительные каналы (рис. 12.3). Он
принадлежит к числу древнейших кадастровых планов.
Но по своему возрасту особенно замечателен рисунок на сереб-
ряной вазе, относящейся к 3-му тысячелетию до н. э. и найденной при
раскопках одного из курганов близ Майкопа (Северный Кавказ); она
хранится теперь в Эрмитаже. Рисунок изображает горную цепь, отку-
да берут начало две реки, впадающие в озеро (или море), на горах
показан лес, вокруг озера и у подножия гор — различные животные;
при перспективном изображении гор и деревьев очертания рек пере-
даны в плане (рис. 12.4). Не исключено его местное происхождение, и
в таком случае от него ведет свое начало история картографии наро-
дов СССР.
§ 12.2
КАРТОГРАФИЧЕСКИЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ В СТРАНАХ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА
Картографические рисунки известны и в рабовладельческих об-
ществах древности — у народов Древнего Востока, обитавших в до-
линах рек Тигра и Евфрата, а также в Египте. В этих странах было
распространено ирригационное земледелие, которое требовало возве-
дения обширной системы оросительных и осушительных сооружений:
каналов, плотин, водоемов, создавало скученность населения и порож-
дало высокую ценность пригодных для земледелия участков земли.
В этих условиях (при строительстве ирригационных сооружений, уста-
новлении границ земельных наделов, исчислении поземельных налогов)
возникала надобность в описаниях местности. Как свидетельствуют
найденные документы, такие описания иногда принимали форму карто-
графических рисунков. Строительство больших городов с крепостны-
ми сооружениями, дворцами и храмами требовало изготовления их
планов. Кроме рисунков небольших участков местности до нас дошли
изображения, пусть весьма примитивные, известного в то время мира.
Торговые связи и обмен с внешними странами и многочисленные за-
воевательные походы способствовали расширению географического го-
ризонта и побуждали к закреплению приобретенных знаний.
Относительно много находок обнаружено при раскопках в Вави-
лонии и других странах Двуречья, где материалом для письма служи-
ли глиняные плитки («таблички»), приобретавшие после обжига ни с
чем не сравнимую долговечность.
Самая древняя из находок, датируемая примерно 2400—2200 гг. до
Н. э., со схематическим изображением Месопотамии (рис. 12.5) пока-
зывает реку, текущую по равнине между двумя горными странами;
при впадении в море, река образует дельту; положение стран света от-
мечено кружками.
Среди «инженерных» рисунков сохранился обломок таблички с
планом города Ниппура (в Месопотамии), на котором показаны стены
и ворота города, важнейшие здания, каналы и другие объекты.
294
Известны также единичные рисунки, воспроизводящие умозри-
тельные представления древних о строении и пределах мира. Среди них
характерна вавилонская табличка
текстом (рис. 12.6); она изобража-
ет Землю в виде плоского круга,
омываемого океаном, названным
«Горькой рекой». На севере распо-
ложены горы, с которых спускается
р. Евфрат. Залив (Персидский) про-
стирается в глубь суши. В центре
Земли помещен Вавилон. К северо-
востоку от него означена Ассирия,
на севере соприкасающаяся со стра-
ной Урарту. Кроме Вавилона указа-
но также несколько других городов,
отмеченных овалами. За океаном
лежат «семь островов», символизи-
рующие неизвестные миры. Эта
концепция, представляющая мир в
виде диска, окруженного океаном, с
государственным или религиозным
центром страны, имела широкое рас-
пространение и встречается даже
на «картах» раннего средневековья.
Папирус, которым пользова-
лись для письма египтяне, ме-
нее прочен, чем глиняные таб-
лички. Поэтому число известных
ныне египетских «карт» очень
чертежей на папирусе интересен
V в. до н. э., сопровождаемая
Рис. 12.5. Древнейшая из сохранив-
шихся карт Месопотамии (2400—2200 гг.
до н. э.) на глиняной табличке; вос-
произведена с уменьшением
невелико. Среди сохранившихся
план золотых рудников в Вос-
Рис. 12.6. Вавилонская карта мира V в. до и. э. на глиняной табличке; воспроизведе-
на с уменьшением (а); схема той же таблички (б)
295
точной пустыне времени фараона Рамсеса II (около 1250 г. до
н. э.), соединявший плановое изображение с профильным ри-
сунком гор — прием, в известной мере сохранившийся вплоть
до XVIII в.
§ 12.3
КАРТОГРАФИЯ И ГЕОГРАФИЯ В АНТИЧНОЙ ГРЕЦИИ
И В ЭЛЛИНИСТИЧЕСКИХ СТРАНАХ
Подобно многим отраслям знания научные истоки современной
картографии и географии берут начало в античной Греции. Греки
установили шарообразность Земли и вычислили ее размеры. Им при-
надлежат первые картографические проекции и введение в научный
обиход меридианов и параллелей. Они являются создателями геогра-
фических карт в строго научном понимании этого термина.
Развитию в Греции географических знаний способствовало коло-
низационное движение, особенно сильное в VIII—VI вв. до н. э. Оно
привело к образованию греческих колоний на обширном пространстве
от восточного побережья Пиренейского полуострова до северных бере-
гов Черного моря. Эти колонии распространились почти на весь из-
вестный грекам мир. Дальнейшему накоплению географических зна-
ний содействовали походы Александра Македонского (334—323 гг.
до н. э.), сопровождавшиеся крупными географическими открытиями.
По утверждению Эратосфена, создателем первого изображения
Земли был Анаксимандр из Милета (около 610—546 гг. до н. э.) —
один из первых древнегреческих философов-материалистов. В V в. до
н. э. картографические изображения Земли перестают быть в Греции
единичными явлениями. Историк Геродот (около 484—425 гг. до н. э.)
в своем труде, посвященном истории греко-персидских войн, прямо
говорит о множестве изображений обитаемой Земли (которые греки
называли «обходом Земли») и описывает одно из них, которое Ариста-
гор, тиран Милета, брал с еобой около 500 г. до н. э. в Спарту, где он
пытался склонить царя Клеомена к участию в восстании малоазиат-
ских греков против персидского господства. Аристагор «беседовал с
Клеоменом с медной доской в руках; на доске вырезаны были обход
всей Земли, все моря и все реки». В комедии «Облака» (423 г. до н. э.)
знаменитого афинского драматурга и поэта Аристофана уже говорится
о карте вселенной в школе Сократа, о том, как изображены на ней
города, области и острова Греции.
Греческие мыслители, создавшие первые естественнонаучные тео-
рии о происхождении и строении мира, сначала представляли Землю
в виде круглого или овального диска, плавающего на поверхности без-
граничного океана. Но уже в V в. до н. э. Парменид выдвинул чисто
умозрительное предположение о шарообразности Земли. Убедительные
доказательства этой гипотезы были приведены в сочинениях великого
ученого древности Аристотеля (384—322 гг. до н. э.), который отме-
чал, что математики, вычислявшие длину земной окружности, считают
ее величину равной 400 тыс. стадиев (т. е. примерно в 60 тыс. км, что
в полтора раза больше действительных размеров).
Крупнейшие успехи в развитии научного знания были достигнуты
в эллинистическое время (III—I вв. до н. э.), когда наиболее крупным
центром научной мысли стала Александрия с ее знаменитыми акаде-
мией, музеями и библиотекой (в последней хранилось до полумиллиона
296
рукописей). Там были заложены научные основы картографии и гео-
графии, тогда единой науки.
Наиболее близкое к действительности определение длины земного
меридиана, выполненное в античное время, принадлежит Эратосфену
(276—194 гг. до н. э.) — выдающемуся астроному и географу, главе
Александрийской библиотеки. Он вычислил длину меридиана в
252 тыс. стадиев, что (при употребительной в его время длине стадия
в 157,5 м) соответствует 39,7 тыс. км, т. е. очень близко к действитель-
ной величине меридиана (40 009 км).
В своем труде «География» (известном в отрывках) Эратосфен
подробно рассмотрел вопрос о фигуре Земли, привел данные о разме-
рах и форме ее обитаемой части — ойкумены и показал последнюю на
карте, на которой нанес семь прямолинейных параллелей для мест с
интервалами в полчаса по длине летнего дня и девять перпендикуляр-
ных им меридиональных линий. Вслед за Эратосфеном и другие уче-
ные античного мира включали в задачи географии графическое изоб-
ражение Земли. С того времени почти в течение двух тысячелетий
география и картография (последний термин вошел в употребление
только в середине XIX в.) развивались нераздельно, хотя соотношение
двух компонентов — описательного и картографического — было у
разных авторов неодинаковым.
Крупный шаг в дальнейшем совершенствовании изображений Зем-
ли был сделан крупнейшим астрономом древности Гиппархом (около
190—126 гг. до н. э.), предложившим строить карты на сетке меридиа-
нов и параллелей, определяя положение точек земной поверхности по
широте и долготе; для их обозначения он стал использовать заимство-
ванное у вавилонян деление круга на 360 градусов и далее на минуты
и секунды.
Развитие географии в эллинистических странах было подытожено
Страбоном (около 63 г. до и. э. — 23 г. и. э.). В своей «Географии
в 17 книгах» он дал обстоятельное изложение целей географической
науки как страноведения, систематизировал большой фактический ма-
териал и характеризовал для своей эпохи общее состояние географи-
ческих и картографических знаний.
При обилии письменных свидетельств и описаний время не сохра-
нило самих древнегреческих карт. Однако есть косвенное доказатель-
ство достоинства этих карт — выпуклое плановое изображение
окрестностей Эфеса на монетах.
Сравнение рельефа на монетах и современных картах убеждает
в их удивительном сходстве.
§ 12.4
КАРТОГРАФИЯ В ДРЕВНЕМ РИМЕ. ДОРОЖНЫЕ СЪЕМКИ И КАРТЫ.
ЗЕМЛЕМЕРНЫЕ СЪЕМКИ. «РУКОВОДСТВО ПО ГЕОГРАФИИ»
КЛАВДИЯ ПТОЛЕМЕЯ
На развитие картографии в Древнем Риме глубокое влияние ока-
зало использование карт для нужд практики, для удовлетворения за-
просов военного и административного аппарата. Экономическая и
политическая жизнь Рима во многом зависела от транспортных связей
с его удаленными провинциями и сопредельными странами. Густая
сеть дорог покрывала владения Римской державы. Изображение дорог
на карте могло дать ценное пособие для военных, административных
197
и торговых надобностей, и такие карты были созданы. По решению
сената при Юлии Цезаре были начаты измерения дорог, обозначав-
шихся через каждую милю каменными столбами с указанием расстоя-
ний. Результаты этих измерений, завершенных при Августе, позволили
Марку Випсанию Агриппе (около 63—12 гг. до н. э.) подготовить
материалы для создания карты известного римлянам мира, закончен-
ной после смерти Агриппы (не сохранилась).
Замечательно приспособление римских дорожных карт для
использования в пути. Одна из таких карт, известная под названием
Пёйтингеровой таблицы *, скопированная с некоторыми позднейшими
добавлениями с оригинала IV в., дошла до наших дней (рис. 12.7).
Она имеет вид свитка длиной около 7 м при ширине в 1/3 м, так что
пользование свернутой в рулон картой удобно в пути.
Карта изображает Римскую империю и другие известные в то
время страны от Британских островов до устья Ганга включительно.
С севера и юга материки омываются океаном. Ее содержание: населен-
ные пункты — города, укрепления, стоянки римских легионов, дорож-
ная сеть, реки, горы, озера и леса. Для населенных пунктов использо-
ваны перспективные условные знаки. Изломы на дорогах обозначают
положение станций, расстояния между которыми подписаны вдоль
дорог. Первоначальная карта в виде полосы кажется странной и при-
митивной; изображение намеренно сжато с севера на юг. Это как бы
перспективный рисунок при взгляде на плоскую поверхность Земли с
юга. Средиземное, Черное и другие моря вытянуты вдоль карты в
виде узких лент. Реки и дороги принуждены следовать по тому же
направлению. Но, учитывая особенность построения карты, справедли-
во дать ей самую высокую оценку — она замечательна по подробности
изображения, обилию сведений и своему реализму.
Земельная политика Рима нуждалась в выполнении съемок при
организации новых поселений и колоний, при наделении землей вете-
ранов (выбор места, планировка поселений, разбивка земельных
участков, прокладка дорог и т. п.) и вообще в интересах землевладе-
ния. Возникает профессия землемеров, для которых разрабатываются
инструкции и руководства, описывающие технику съемок и сопровож-
даемые чертежами; эти документы сохранились и по ним можно со-
ставить ясное представление о методике землемерия. В обязанности
землемеров входило также составление карт, показывающих поселе-
ния, реки, горы, дороги, земельные участки и т. п. Предписывалось
готовить карты военно-административных подразделений на бронзе в
двух экземплярах, один из которых предназначался для архива в Риме.
Эти карты локального значения и другие материалы землемерных ра-
бот утрачены. Свидетельства о них сохранились лишь в виде фрагмен-
тов карт, гравированных на пограничных камнях, обнаруженных в
Оранже, и, что особенно важно, во фрагментах большого и весьма под-
робного плана Рима (16X13 м), изготовленного на мраморе при им-
ператоре Септимие Севере (193 — 211 гг.).
Но в картографическом отношении особенно интересны сводные
научные труды по картографии Древнего мира. В эпоху Римской им-
перии они достигли своего расцвета в работах Клавдия Птолемея
(II в. н. э.), греческого математика, астронома и картографа, жившего,
подобно Эратосфену, в Александрии. Его «Руководство по географии»
в восьми книгах, несомненно принадлежащее к замечательным творе-
1 Найдена в 1507 г. в г. Аугсбуре и названа по имени историка Пёйтингера, одного
из первых ее владельцев.
298
Рис. 12.7. Часть Пёйтингеровой таблицы — римской дорожной карты IV в.; вос-
произведена с уменьшением более чем в 2 раза
ниям античной культуры, почти на четырнадцать столетий предопреде-
лило развитие картографической науки.
«География, — говорил Птолемей, — есть линейное изображение
всей ныне известной части Земли со всем тем, что к ней вообще отно-
сится... Она изображает положения и очертания с помощью одних
только линий и условных знаков... Все это с помощью математики
дает нам возможность обозреть всю Землю в одной картине, подобно
тому как мы можем обозревать небесный свод в его вращении над
нашей головой». Птолемей, продолжая страноведческое направление в
299
Рис. 12.8. Фрагмент карты мира из «Руководства по географии» Птолемея
II в. в переработке Меркатора; псевдоконическая проекция; воспроизведена
с уменьшением
развитии географии, видел его главную задачу в картографическом
изображении Земли.
Понимая, что перенос сферической поверхности на плоскость вле-
чет за собой неизбежные деформации, и критикуя цилиндрическую
проекцию, Птолемей предложил две новые проекции: коническую и
псевдоконическую в построении, хорошо передающем соотношения пло-
щадей; в усовершенствованном виде они широко используются и в
наши дни.
Много места в «Руководстве по географии» уделено сведениям,
предназначенным для составления географических карт. Шесть книг
из восьми посвящены описанию Земли в пределах, известных Птоле-
мею. По каждой стране описание включает систематическое перечис-
ление населенных пунктов, рек, гор и т. д., положение которых опреде-
ляется географическими координатами. Так же последовательно ука-
зываются племена, заселяющие страну, и их местообитания. Значи-
тельная часть сведений представлена в табличной форме, удобной для
непосредственного перенесения на карту. Общее число указанных гео-
графических объектов достигает 8000.
В целом «Руководство по географии» дало материал для построе-
ния 27 карт, включающих карту мира (рис. 12.8) и 26 частных карт
для крупных подразделений Земли (рис. 13.6). Они составили первое
из известных нам систематических собраний географических карт,
подробных и достаточно правдоподобных в передаче стран, для кото-
рых в античное время имелись достоверные сведения. Птолемей при-
нимал длину земного меридиана, по определению Посидония (около
135—51 гг. до н. э.), равной 180 тыс. «царских» стадиев, что при длине
этого стадия в 210 м соответствовало 37 800 км, т. е. немного пре-
уменьшало размеры земного шара. Известны также варианты «Руко-
водства по географии», содержащие 64 частные карты. До сих пор ис-
следуется вопрос о том, какие книги и карты принадлежат самому
Птолемею (безусловна принадлежность ему 1-й и 8-й теоретических
книг), какие являются более поздними переработками или дополне-
ниями, но это никак не изменяет общей оценки этого великого труда.
Заметим, что Птолемей считал сушу преобладающей по площади
над морем и рассматривал Индийский океан как замкнутый бассейн.
Но это ошибочное представление объясняется отсутствием данных об
удаленных частях мира. В целом же труд Птолемея поражал богатст-
вом материала, продуманностью и строгостью его систематизации,
своими научными основами. «Руководство по географии» приобрело на
многие века силу и славу непоколебимого авторитета.
§ 12.5
КАРТОГРАФИЯ В РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКОМ КИТАЕ
В эпоху рабовладельческого общества география и картография
образовали в Китае обособленный очаг раннего и продуктивного раз-
вития. Хотя в письменных источниках китайской культуры того вре-
мени имеются упоминания о картографической деятельности, побуж-
даемой военными целями, полной неожиданностью оказалось откры-
тие при археологических раскопках 1973 г. на юге Китая, близ Чан-
ша, трех цветных карт на шелку в захоронении, датируемом 168 г. до
н. э. Две из них, по-видимому основанные на съемках в натуре, по
своему содержанию и форме предвосхищают подробные топографиче-
301
ские карты, появившиеся в Европе много столетий спустя; третья на-
ходка — план города. Рис. 12.9 воспроизводит с уменьшением в 8 раз
схему одной из карт на горный район юга Китая (на стыке современ-
ных провинций Хунань, Гуандун и Гуаней); ее размер в натуре
Рис. 12.9. Схема китайской топографической карты II в. до н. э.; масштаб
около 1 : 180 000; воспроизведена с уменьшением
96 X 96 см, масштаб около 1 : 180 000; она дает реальное представле-
ние о речной сети, населенных пунктах, дорогах и рельефе. Примеча-
тельно, что населенные пункты показаны знаками двух видов — прямо-
угольниками для поселков и кружками для деревень, причем каждый
знак сопровождается названием пункта и указанием числа хозяйств.
Вторая карта (размер 78X98 см, масштаб около 1 : 100 000) близка
по типу к первой. Эти карты — удивительный эпизод в истории карто-
графии.
ГЛАВА 13
КАРТОГРАФИЯ В СРЕДНИЕ ВЕКА
§ 13.1
ГЕОГРАФИЯ И КАРТОГРАФИЯ В АРМЕНИИ
И СТРАНАХ АРАБСКОГО ХАЛИФАТА
Кризис античного рабовладельческого общества, усилившийся в
III—IV вв. н. э., неизбежно повлек за собой упадок античной культу-
ры. Гибель Римской империи (V в.) нанесла античной науке особенно
тяжелый удар.
Б Византии, прямой наследнице Римской империи, но развивав-
шейся в условиях другого социально-экономического строя — феодаль-
ных общественных отношений, наука была поставлена на службу хрис-
тианской церкви. Положительные знания, основанные на опыте и ра-
зуме и не согласуемые с догмами богословских учений, подвергались
как «языческая» наука преследованиям и гонению. Соответственно
главное назначение географических карт состояло в иллюстрации бого-
словских сочинений и в опровержении античных доказательств шаро-
образности Земли.
В этом отношении очень показательна «Христианская топография»,
написанная в VI в. византийцем Козьмой Индикопловом (т. е. «Пла-
вателем в Индию») и позднее в XII—XIII вв. широко распространен-
ная на Руси. Будучи купцом, он много странствовал, но писал свой
труд уже на склоне лет в монастыре. В описании Эфиопии, Цейлона,
Индии и других стран Козьма Индикоплов дает обширные и ценные
фактические сведения, но, говоря о мироздании, решительно отвергает
шарообразность Земли как «заблуждение».
Среди немногих свидетелей византийской картографии известны
останки мозаичной карты на полу византийского храма в Мадабе
(Иордания), относящейся к концу VI в.; в сохранившейся части она
изображает дельту Нила, Мертвое море и часть Палестины, включая
вид Иерусалима с птичьего полета (рис. 13.1).
На этом фоне выделяются успехи географических знаний в Арме-
нии и странах арабского Халифата.
Несмотря на опустошения, которым неоднократно подвергалась
Армения, зажатая между Византией и Ираном, феодальная армянская
культура достигла в V—VII вв. высокого уровня. В Армении был из-
вестен ряд античных греческих сочинений и среди них «География»
Птолемея. На ее основе и по ее подобию была создана в начале VII в.
так называемая «Армянская география», содержавшая обширный
303
Рис. 13.1. Иерусалим — фрагмент византийской мозаичной карты VI в. в Мадабе
текст, дошедший до наших дней, и по меньшей мере 15 карт, включая
карту мира, к сожалению утраченных. Текстовая часть следовала
Птолемею в описании Земли и ее обитаемой части, но была оригиналь-
на в отношении Армении и стран Малой Азии. Автор «Армянской
географии» замечает, что ему желательно поговорить подробнее об ее
провинциях, «хотя и придется для этого порыться в картах и книгах».
Таким образом, географические сочинения и карты не были в Арме-
нии единичным явлением. О значении «Армянской географии» можно
судить по тому, что труд Птолемея, явившийся научным откровением
для средневековых географов и картографов Западной Европы, стал
известен там лишь в XIV в.
IX—X вв. — время подъема географической культуры в странах
арабского Халифата. В VII—VIII вв. арабы распространили свои за-
воевания на огромную территорию, включающую на западе Испанию,
а на востоке — Среднюю Азию и западную часть Индии. Во вновь об-
разованном государстве — Халифате — создались условия, способст-
вовавшие процветанию географии. Подробные описания провинций, на-
селенных пунктов, продуктов земледелия и ремесел были необходимы
для взимания податей и налогов. Географию рассматривали как «нау-
ку о путях и государствах». Еще большее значение для накопления и
распространения географических знаний имело развитие торговли. Эти
своеобразные условия породили многообразие географических сочине-
ний, некоторые из которых толковали географию в математическом
смысле как «науку о широтах и долготах». В их основе лежала «Гео-
графия» Птолемея, переведенная на арабский язык. На этом же языке
выполнялись надписи на картах, описываемые в истории картографии
как «арабские карты», хотя их творцы были выходцами из разных уг-
лов исламского мира.
304
Большие успехи в области географии были достигнуты народами
Средней Азии. Арабское иго замедлило, но не подавило развития их
культуры, которая, напротив, оказывала глубокое влияние на другие
народы, входившие в состав Халифата. Особый расцвет научных зна-
ний наблюдался после падения арабского господства.
Одно из самых ранних и ярких географических сочинений «Кар-
тина Земли», написанное около 830 г., принадлежит математику и гео-
графу аль-Хорезми, родом из Хивы в Хорезмском оазисе (ныне в Уз-
бекской ССР). Труд знаменитого хо-
резмийца — оригинальная переработ-
ка и дополнение птолемеевой геогра-
фии — широко использовался и це-
нился в арабоязычном мире; сохрани-
лись четыре из сопровождавших его
карт, в том числе карты р. Нила и
Меотиды (Азовского моря).
Совершенно оригинальная араб-
ская традиция проявилась в так на-
зываемом «Атласе Ислама», объединя-
ющем картографические труды ряда
географов X в. (аль-Истархи, Ибн Ха-
укаль и др.). Он включает круглую
карту мира и 20 карт мусульманских,
главным образом ираноязычных стран.
Их исполнение было подчинено дог-
мам корана, запрещавшим изобра-
жать людей и животных. Поэтому кар-
ты чертились как схемы, предельно
абстр агируюшие действительность,
при помощи циркуля и линейки в ви-
де прямых линий и дуг окружностей.
Особенно любопытна геометрическая
правильность очертаний морей; она
влекла за собой несоразмерность (по
сравнению с действительностью) пло-
щадей морей, заливов и суши. Изобра-
жение последней оказывалось бедным
и наивным. Реки и дороги, независимо
от их действительных очертаний, чер-
тились прямыми. Страны и населен-
Рис. 13.2. Карта Средиземного моря
из Атласа Ислама. Ориентирована
на юго-запад (подписи у углов кар-
ты — юг, запад, север, восток).
Значки на побережье — города, по-
лосы — реки; 1 — Г ибралтар, 2 —
Сицилия, 3 — Крит, 4 — Кипр, 5 —
Нил
ные пункты отмечались кружками
или многоугольниками. Сеть меридианов и параллелей отсутст-
вовала, хотя географические тексты, сопровождавшие карты, не-
редко изобиловали указаниями широт и долгот, а картографические
проекции были известны по трудам Птолемея. Более того, предлага-
лись новые проекции. Беруни, другой знаменитый хорезмийский астро-
ном и географ, в своем труде «Книга о проектировании на плоскость-
созвездий и изображении на плоскости стран» (конец X в.) предложил
проекцию много позднее, дважды переоткрытую в Европе в XVII в. и
в 1804 г. Арроусмитом, имя которого ей нередко присваивается. Одна
из карт «Атласа Ислама», изображающая Средиземное море, воспроиз-
ведена на рис. 13.2. В дальнейшем карты атласа распространялись без
каких-либо дополнений и усовершенствований.
В целом арабская культура создала обширную географическую
литературу, богатую фактическим материалом, но не дала действи-
305
Рис. 13.3. Фрагмент прямоугольной карты мира аль-Идриси (1154 г.); западная окраина Средиземного мо-
ря и Гибралтар: ориентирована на юг (воспроизведена с небольшим уменьшением)

тельно ценных карт. Распад Халифата как единого государственного'
организма повлек увядание арабской картографии. Она поднялась еще
раз, но уже на чужой почве, в трудах знаменитого арабского ученого
аль-Идриси, уроженца Сеуты (в Марокко), учившегося в Кордове, но
работавшего в Сицилии при дворе норманского короля Рожера II.
В своих работах аль-Идриси также исходил из «Географии» Птоле-
мея, но привлек много новых сведений о странах Европы, Северной
Америки и Востока, почерпнутых из трудов арабских географов, лич-
ных путешествий и наблюдений современников. Особенно интересны
его сохранившиеся прямоугольная карта мира на 70 листах (1154 г.),
замечательная по реализму и подробности изображения (рис. 13.3),.
и более поздняя круглая карта мира небольшого размера, сопровож-
давшая географический манускрипт, на которой диск Земли с центром
в Мекке обрамлен океаном. Они отличаются полным разрывом с аб-
страктностью геометрического рисунка, характерного для классиче-
ских арабских карт.
§ 13.2
СРЕДНЕВЕКОВАЯ КАРТОГРАФИЯ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ
В Китае эпохи феодализма — обширном и могущественном госу-
дарстве с сильной централизацией власти — имелись благоприятные
условия для прогресса географических знаний и картографии, зародив-
шихся уже на предыдущей, рабовладельческой ступени развития китай-
ской цивилизации (§ 12.5). Общий высокий уровень китайской культу-
ры этого времени (о нем свидетельствуют, например, употребление
компаса, изобретение во II в. бумаги, гравирование на дереве с конца
VI в. и др.) нашел отражение в обширной литературе, в которой гео-
графические труды занимали видное место. Наибольшим распростране-
нием пользовались географо-статистические описания Китая по от-
дельным административным подразделениям — результат обстоятель-
ного изучения действительности. К ним прилагались картографические
изображения.
Литературные источники средневековья содержат сведения о ряде
карт страны. Пей Сю (223—271 гг., его называют отцом китайской
картографии), занимая высокий административный пост (аналогичный
министру общественных работ, по терминологии наших дней), соста-
вил карту Китая на 18 листах. В описании карты, дошедшем до наших
дней, он изложил правила и принципы построения карт, и в их числе:
употребление подразделенных линий, т. е. своего рода линейных
масштабов; использование сетки квадратов (прообраза прямоугольной
координатной сети) для правильного размещения и взаимосвязи раз-
личных частей карты; определение длин с учетом прямолинейности или
кривизны линий; правильное ориентирование рек и горных цепей и др.
Таким образом, Пей Сю принадлежит одно из наиболее ранних руко-
водств по картосоставлению. Квадратная сетка применялась (без уче-
та шарообразности Земли) на китайских картах вплоть до XVII в.
Письменные источники сообщают и о других, более поздних кар-
тах, но до нас из этой эпохи дошли как' наиболее ранние две карты
Китая размером около 0,8 м по высоте и ширине, награвированные в
1137 г. на лицевой и обратной сторонах каменной стелы, хранящейся
в «лесу плит» — музее эпиграфики в Сиани, в Шанси. Воспроизведен-
ный на рис. 13.4 фрагмент одной из этих карт, построенной на сетке
307
Рис. 13.4. Часть карты Китая, выгравированной на камне (1137 г.); общий
размер карты 75X75 см; масштаб 100 ли в стороне квадрата (1 ли=576 м);
воспроизведена с уменьшением. Фрагмент показывает местность между из-
гибом р. Хуанхэ в Ордосе и ее устьем в Бахайском заливе
квадратов, свидетельствует о подробности и правдоподобии рисунка,
особенно в отношении гидрографии.
К тому же времени (около 1155 г.) относится первая из известных
в истории картографии печатных карт с гравюры на дереве. Помещен-
ная в энциклопедии, она передает в схематическом изображении севе-
ро-запад Китая — Великую китайскую стену, Желтую реку (Хуанхэ)
с ее притоками, а на юге Голубую реку (Янцзы).
В последующей истории китайской картографии известны и дру-
гие весьма подробные карты страны, в частности административная
карта 1594 г., включавшая Корею и Японию, но они строились в неиз-
менной, традиционной манере на сети квадратов без учета шарообраз-
ности Земли. За пределами Китая эти карты не были известны и по-
тому не оказали влияния на общее развитие географического познания
Земли. Представления о шарообразности Земли были привнесены в
Китай с Запада; они нашли отражение в известной карте Китайской
империи 1717 г. (масштаб около 1:1 400 000, трапециевидная проек-
ция), для которой были использованы, наряду с другими источниками,
астрономические определения и съемки, выполненные в начале XVIII в.
католическими миссионерами по приказу императора Канси. Эти ма-
териалы послужили западноевропейским картографам для создания
достоверных карт Китая.
Другой очаг средневековой картографии на Дальнем Востоке
образовался в Японии, первоначально под влиянием китайской куль-
туры. Ранние упоминания о картографической деятельности относятся
к VII в., когда были предприняты кадастровые описания и 'разграниче-
ние сельскохозяйственных земель. Известны также предписания цент-
рального правительства местным властям о предоставлении карт на
управляемые ими административные территории. В VIII в. буддийский
монах Гёги изготовил карту всей Японии, служившую вплоть до
конца XVII в. прототипом последующих карт страны, часто служив-
308
ших декоративным целям. Карты типа Гёги стали улучшаться к
XVII в., когда их использовали в Западной Европе для составления
карт Дальнего Востока. Тогда же появились японские навигационные
карты, отразившие влияние карт португальских мореплавателей. Ин-
тересны также сохранившиеся крупномасштабные планы больших горо-
дов и городов-замков XVII в. — рукописные и печатные, изготовлен-
ные по съемкам. Некоторые из них указывали размеры земельных
участков, имена владельцев и служили для взимания поземельного
налога.
§ 13.3
ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКАЯ КАРТОГРАФИЯ В ПЕРИОД ДО ВЕЛИКИХ
ГЕОГРАФИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ. МОНАСТЫРСКИЕ КАРТЫ. ПОРТОЛАНЫ.
ИЗОБРЕТЕНИЕ КАРТОПЕЧАТАНИЯ. РАСПРОСТРАНЕНИЕ «ГЕОГРАФИИ»
ПТОЛЕМЕЯ
Раннее средневековье в Западной Европе сопровождалось упад-
ком науки. «Средневековье развилось на совершенно примитивной ос-
нове. Оно стерло с лица земли древнюю цивилизацию, древнюю фило-
софию, политику и юриспруденцию, чтобы начать во всем с самого на-
чала. Единственным, что оно заимствовало от погибшего древнего
мира, было христианство и несколько полуразрушенных, утративших
всю свою прежнюю цивилизацию городов. В результате, как это бы-
вает на всех ранних ступенях развития, монополия на интеллектуаль-
ное образование досталась попам, и само образование приняло тем
самым преимущественно богословский характер» *.
При господстве натурального хозяйства феодальные поместья
представляли собой небольшие замкнутые владения, почти лишенные
связи с внешним миром. Потребность в географических картах оказа-
лась ничтожной: ни купец, ни феодал не имели в них надобности.
Господствующим видом картографических произведений стали на дол-
гое время так называемые «монастырские карты», которые создава-
лись под сводами монастырей. Их исполнители использовали некото-
рые античные источники, искаженные и смешанные с последующими
вымыслами; свое представление о мироздании они обычно основывали
на одном из библейских стихов, который позволял думать о Земле как
о плоском диске.
Единичные в раннем средневековье монастырские карты стали
позднее частым явлением. Теперь известно более 1 100 средневековых
карт мира, среди которых наиболее распространены карты, изобра-
жающие три континента (Европу, Азию и Африку), омываемые океа-
ном, примерно в пределах ойкумены древних греков. Эти карты иллю-
стрировали богословские сочинения, а иногда имели лишь декоратив-
ное значение. Они представляли собой картинные чертежи, в самой
грубой форме передававшие известный в средневековье мир.
В качестве примера на рис. 13.5 показана карта испанского мона-
ха Беата (около 730—798 гг.), заимствованная из рукописи середины
XI в. Ей свойственны типичные черты монастырских карт: океан, омы-
вающий Землю, центральное положение Иерусалима, на востоке (на-
верху карты) — рай с его первоначальными обитателями, примитивные
очертания суши и морей (см., например, Черное и Эгейское моря),
1 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 7. С. 360.
309
Рис. 13.5. Карта мира Беата (776 г.) из рукописи XI в.; уменьшена в 4 раза
перспективные знаки населенных пунктов и гор, географические тексты
на самой карте и т. п.
С течением времени размеры монастырских карт увеличивались.
Например, карта XIII в. в бенедиктинском монастыре в Эбсторфе
(Нижняя Саксония) имела в диаметре 3,5 м. Росло количество дета-
лей, отчасти в связи с крестовыми походами, обогатившими географи-
ческие представления европейцев. Но прогресса мысли не было. Ли-
шенные научной основы, монастырские карты свидетельствовали об
упадке картографии в Европе в период господства там церковно-фео-
дальной культуры.
Подъем картографии в Европе связан с прогрессивным переворо-
том, который получил название эпохи Возрождения. Со времени крес-
товых походов (XI—XIII вв.) начинается развитие товарно-денежных
отношений и торговли, растет население городов, зарождается новая
городская культура. Раньше других стран Западной Европы этот про-
цесс проявился в Италии. Венеция и Генуя служили торговыми по-
средниками между Востоком и Западом. Развитие торговли способст-
вовало подъему мореплавания. Появились корабли, рассчитанные для
плавания под парусами в открытом море. Потребовались пособия,
которые могли бы помочь мореплавателям в ориентировке близ бере-
гов и в открытом море. В морской обиход вошли компас и навига-
ционные карты — портоланы (XIV—XVI вв.). Вызванные новыми
потребностями жизни, портоланы решительно отвергали реакционные
традиции монастырской картографии, ее мифические, баснословные
черты. Постоянно проверяемые в натуре, они обладали точностью
ранее неизвестной.
Родиной первых портоланов были города Италии, где зародилась
профессия составителей карт. Самый старый из сохранившихся порто-
ланов, так называемая Пизанская карта, предположительно относится
к 1290 г. Немного позднее, в первой половине XIV в., в изготовлении
портоланов начинают соперничать с итальянцами каталонские карто-
графы с острова Майорки.
Первоначально портоланы изображали лишь Средиземное и Чер-
ное моря, общая конфигурация которых вполне правдоподобна уже на
самых ранних образцах. Береговая линия показывалась детально, с
большой тщательностью и, как правило, с сознательным преувеличе-
нием объектов, интересных для моряка. Маленькие островки, бухты,
береговые утесы, маловажные с точки зрения географа, но существен-
ные при каботажном плавании, усиливались при черчении. В противо-
положность значительной нагрузке вдоль побережий (особенно в отно-
шении названий) внутренняя часть суши (реки, города, горы) обычно
не изображалась. Типичные портоланы (рис. 13.6) не учитывали шаро-
образности Земли и, следовательно, не имели в своей основе карто-
графической проекции. Вместо меридианов и параллелей портолан
покрывала «паутина» компасных линий. Компасные сетки, указывав-
шие положение стран света и промежуточных румбов, чертились в
ряде точек и служили для прокладки курса судна по компасу.
Другой отличительной чертой портоланов явились рисунки линей-
ных масштабов, не известные на более ранних картах. Портоланы го-
товились на пергаменте (изготовленном из кожи животных), что обес-
печивало их долговечность. Кроме отдельных портоланов сохранились
их систематические собрания; атласы, заключающие помимо общего
портолана компасные карты отдельных районов Средиземного моря и
иногда портолан Каспийского моря (известного по торговым плава-
ниям генуэзцев через Дон и Волгу). Компас, портоланы и другие изо-
311
Рис. 13.6. Портолан Черного моря, изготовленный Калаподой в 1552 г.; воспроизведен
с уменьшением без красок подлинника
бретения эпохи подготовили техническую базу для великих географиче-
ских открытий. Однако, когда мореплавание распространилось за
пределы Старого Света, портоланы перестали удовлетворять запросы
моряков, так как без проекции они были непригодны для изображения
обширных пространств и для определения места корабля по географи-
ческим координатам.
По словам Энгельса, эпоха Возрождения воскресила греческую
древность. Открытие античной культуры и преклонение перед ней
оставило глубокий след и в истории картографии. В начале XV в.
«География» Птолемея, ранее неизвестная в Европе, была переведена
в Италии на латинский язык. Этот труд поразил ученых отсутствием
религиозных начал, обилием материала, математическими принципами
построения карт и поэтому надолго завоевал себе славу непоколебимо-
го авторитета.
Громадное влияние на развитие картографии оказало крупнейшее
событие в культуре XV в. — изобретение книгопечатания, вслед за ко-
торым в практику вошли гравирование и печатание карт. До этого
времени карты размножались копированием от руки. Большая стои-
мость рукописных карт ограничивала их распространение, а копировка
вносила погрешности и ухудшала качество. Гравюра — печатание от-
тисков с деревянной или медной пластины, на которой по авторскому
рукописному оригиналу вырезывался зеркальный рисунок карты, —
позволила получать сотни и даже тысячи совершенно идентичных
копий, что во много раз понизило стоимость карт. Гравирование на
312
меди, более трудное в исполнении, давало лучший, более тонкий и чет-
кий рисунок. При появлении массового спроса на карты они могли
стать предметом относительно широкого распространения.
Самой ранней картой, напечатанной в Европе, считают карту ми-
ра в Этимологии (своеобразной энциклопедии раннего средневековья)
Исидора из Севильи (около 560—636 гг.), отгравированную на дереве
в Аугсбурге в 1472 г.
Первое издание «Географии» Птолемея в сопровождении карт,
гравированных на меди, появилось в 1477 г. в Болонье. В 1478 г. в
Риме вышло другое издание с картами более высокого качества, так-
же гравированными на меди; в 1482 г. «География» была отпечатана
в Ульме (рис. 13.7) и Флоренции. Всего в XV в. было выпущено семь
изданий «Географии», а к концу XVI в. их насчитывалось 39. Система-
тический подбор карт, градусная рамка, ориентирование по северу,
методы изображения и другие особенности позволяют видеть в птоле-
меевом собрании прообраз современных географических атласов.
Среди внеевропейских картографических изображений этого вре-
мени отметим схематические рисунчатые «карты» (пиктограммы),
распространенные в доколумбово время у индейцев Мексики, досто-
верно передававшие взаимное положение селений и других примеча-
тельных объектов. Завоеватель Мексики Кортес пользовался такими
картами при маршрутах через Юкатан.
§ 13.4
РАСЦВЕТ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ КАРТОГРАФИИ В XVI И XVII вв.
СЪЕМКИ И РЕГИОНАЛЬНЫЕ КАРТЫ. АТЛАСЫ. МЕРКАТОР.
КАРТОГРАФИЧЕСКИЕ МАНУФАКТУРЫ
В XVI в., в эпоху разложения феодальных отношений и возникно-
вения капитализма в недрах феодального общества, создались усло-
вия, способствовавшие в Западной Европе расцвету картографической
науки и производства.
Мелкие феодальные владения сменились крупными абсолютистско-
феодальными монархиями. Достоверные карты стали необходимыми
для управления обширными территориями. Во многих странах была
начата публикация региональных карт. С этого времени ведут начало
систематические картографические съемки суши. Одной из ранних
работ такого рода была съемка и карта Баварии масштаба 1 : 45 000,
выполненная Филиппом Апианом в 1554—1561 гг. и затем изданная
в 1568 г. гравюрой на дереве в масштабе 1 : 144 000 на 24 листах
(рис. 13.8). Появилась новая профессия съемщиков. В качестве изме-
рительных инструментов применялись компас, мерный шнур и мерное
колесо, хотя мензула и приборы, которые могут рассматриваться как
прообразы теодолита, были известны уже в первой половине XVI в.
При картографировании больших пространств съемщики обычно сле-
довали по дорогам, определяя направления пути и пройденные рас-
стояния. Окружающая местность изображалась глазомерно. Эти карты
означали тот новый период в развитии картографии, когда от коммен-
тариев к трудам античных авторов перешли к непосредственному изу-
чению местности.
Другим мощным стимулом к подъему картографии были великие
географические открытия XV—XVI вв., которые привели к неслыханно-
му развитию мореплавания, колонизации, торговли. У мореплавателей,
313

колонизаторов, торговцев возросла потребность в правдивых географи-
ческих картах. Карта получила всеобщее признание и распростране-
ние. Вместе с тем накопился огромный материал, коренным образом
изменивший географические представления о Земле.
Рис. 13.8. Фрагмент карты масштаба 1 : 144 000 из Атласа Бава
рии Филиппа Апиапа (1568 г.)
География Птолемея, сыгравшая выдающуюся роль в научно-ма-
тематическом обосновании картографии, хотя и сохраняла в XVI в.
популярность, не могла удовлетворить возрастающих запросов прак-
тики. Во-первых, она исходила из неправильных представлений о соот-
Рис. 13.7. Фрагмент карты Италии из «Географии» Птолемея в Ульмском издании
1482 г.
315
Рис. 13.9. Зал карт (1563—1589 гг.) в Палаццо Веккьо во Флоренции

ношении пространств, занятых сушей и океаном, а во-вторых, ее кар-
ты отличались схематизмом даже в отношении известных Птолемею
стран.
Для картографирования вновь открытых земель имели большое
значение испанская «Палата для торговли с Индией», голландская и
английская «Ост-Индские компании» — крупнейшие предприятия по
эксплуатации колоний. Они располагали специальными картографиче-
скими учреждениями, где собирались и обрабатывались географиче-
ские и картографические материалы и готовились карты для снабже-
ния собственных судов. В условиях колониального соперничества кон-
куренция преграждала путь свободному распространению знаний.
Вместе с тем широкий спрос на географические карты повлек за
собой появление большого числа частных картографических предприя-
тий, основанных на коммерческом интересе. Вплоть до XVIII в. в За-
падной Европе внимание государственного аппарата к картографиче-
ским работам было относительно невелико, и поддержка, оказываемая
этим работам, носила эпизодический характер. В этих условиях раз-
витие картографии в XVI и XVII вв. оказалось во многом обязанным
частной инициативе.
Это развитие в разных странах имело свои особенности, отражав-
шиеся на содержании и внешнем виде географических карт. Поэтому
вполне различимы картографические школы: итальянская, португаль-
ская, фламандская, французская и др. Великие художники и просве-
тители эпохи — Леонардо да Винчи, Альбрехт Дюрер, Ян Коменский
и др. — в своих трудах обращались и к картографии.
Первоначально картография процветала в богатых торговых горо-
дах Италии, особенно в Венеции, Генуе и Флоренции, а также в Гер-
мании. Расцвет итальянского искусства в эпоху Возрождения оставил
свой отпечаток и на географических картах, замечательных по велико-
лепию рамок, изяществу и четкости надписей, по художественному вы-
полнению рисунков каравелл, морских божеств, бытовых сцен и т. п.
Карты вошли в тематику декоративного искусства. Выполняемые в
разнообразной манере в виде фресок, стенных ковров, ювелирных из-
делий и др., они украшали дворцы владетельных особ и знати. Пре-
красный пример — зал карт в Палаццо Веккьо во Флоренции, где на
дверцах больших шкафов воспроизведен своеобразный «Атлас мира»
из 53 весьма детальных карт, которые создавались в течение 26 лет
с 1563 по 1589 г. (рис. 13.9). Карты-фрески того же периода сохрани-
лись до наших дней в Бельведере Папского дворца в Ватикане, в гале-
реях Уффици — бывших канцеляриях Тосканского герцогства во Фло-
ренции, во дворце Капрарола близ Рима. Источниками для них слу-
жили карты из Географии Птолемея, а позднее карты Ортелия и др.
После того как благосостояние Италии оказалось подорванным
вследствие перемещений торговых путей из Средиземного моря в Ат-
лантику и в результате иностранных вторжений, центр западноевро-
пейской картографической деятельности переместился во второй поло-
вине XVI в. в Нидерланды, самую богатую и передовую в экономиче-
ском отношении страну Европы того времени. Антверпен, новый центр
мировой торговли, занял также положение центра картографической
деятельности. Вершина фламандской школы была достигнута в трудах
Ортелия и Меркатора.
Авраам Ортелий (1527—1598 гг.) был гравером, иллюминовщиком,
торговцем и издателем карт. Он знаменит своим большим собранием
из 70 карт на 53 листах, опубликованным в 1570 г. под названием
«Theatrum orbis terrarum» — «Зрелище (или обозрение) шара земно-
317
то», для которого, наряду с собственными картами, были привлечены
и с большим искусством использованы карты многих, в частности
итальянских, авторов. Логическая последовательность карт мира, Евро-
пы, Азии, Африки и Америки, упоминание имен 87 картографов —
авторов карт, сопровождение каждой карты географическим описа-
нием, включение исторических карт, наконец, исправления карт и рас-
ширение атласа в каждом новом издании обеспечили труду Ортелия
небывалый успех. В период до 1612 г. он вышел в 33 изданиях и ряде
дополнительных выпусков на 7 языках.
Однако пальма первенства среди фламандских картографов и
вообще среди картографов той эпохи принадлежит Герарду Меркато-
ру (1512—1594 гг.). После окончания университета в Лувене он стал
заниматься составлением и гравированием карт, а также изготовле-
нием глобусов и астрономических инструментов. Интересно отметить
опубликованное им наставление по написанию итальянского курсива
на картах. После переселения в 1552 в Дуйсбург из Лувена, где Мер-
катор подвергся религиозным преследованиям, его деятельность со-
провождается выдающимися достижениями. Слава Меркатора обяза-
на трем знаменитым трудам — карте Европы 1554 г., большой Карте
мира «для мореплавателей» 1569 г. и капитальному атласу 1595 г. На
Карте мира Меркатор впервые применил равноугольную цилиндриче-
скую проекию (§ 2.5—2.6), пояснил ее значение, удобства и способы
применения для навигации, положив тем самым начало разработке
научных методов использования карт. Атлас же Меркатора — резуль-
тат подлинного научного творчества — представил явление нового по-
рядка по относительной точности и богатству содержания, внутренне-
му единству, пониманию математических принципов построения карт,
достоинств и несовершенств различных проекций. О качестве гравюры
карт того времени можно судить по рис. 13.10, воспроизводящему
часть карты Московии (северную часть Урала и нижние течения рек
Печоры и Оби) из Атласа Меркатора в издании 1619 г.
Атласы Ортелия и Меркатора были важнейшими, но далеко не
единственными собраниями карт даже в пределах Нидерландов.
В 70-х годах в Антверпене появился дорожный атлас портативного
формата (20X15 см), показавший дорожную сеть Европы, в первую
очередь торговые пути. Замечательно «Зеркало мореплавания» — двух-
томное собрание морских навигационных карт Вагенера (1584—
1585). Этот пионер среди атласов специального назначения включил
в первом издании генеральную карту Западной Европы (в равнопро-
межуточной цилиндрической проекции) и 43 частные карты с компас-
ными розами и масштабами (1:370 000), показывавшие на воде от-
метки глубин1, песчаные отмели и т. д. (рис. 13.11). Известно 18 из-
даний атласа на голландском, латинском, французском, немецком и
английском языках.
Многие атласы пополнялись географическими описаниями, сооб-
щавшими разнообразные справочные сведения о странах, их природ-
ных богатствах, торговых путях и т. п. География, развивавшаяся по
пути, проложенному Птолемеем, сохраняла в этих описаниях ясно вы-
раженный страноведческий аспект.
XVI век, когда возникла необходимость составления карт всей
планеты (а не восьмой ее части, как у Птолемея), оказался весьма
плодотворным в разработке новых проекций. К концу столетия число
известных проекций достигло двадцати. В выявлении свойств, досто- 4
4 Наиболее ранняя из известных карт с отметками глубин датируется 1570 г.
318
Рис. 13.10. Фрагмент карты Московии из Атласа Меркатора в издании 1619 г. (север-
ная часть Урала и нижние течения рек Печоры и Оби)
инств и недостатков проекций большая заслуга принадлежит Меркато-
ру. Он использовал проекции, сообразуясь с формой и положением
изображаемых территорий и назначением карты. Для карт мира стали
применять проекции полушарий, «сердцевидные», цилиндрические и
псевдоцили'ндрические. Региональные карты часто строились в трапе-
циевидной псевдоцилиндрической проекции (Дониса) с прямолиней-
ными меридианами, сохраняющими длины вдоль среднего меридиана
и двух параллелей; она вошла в употребление уже в ранних изданиях
«География» Птолемея (см. рис. 13.7).
После буржуазной революции конца XVI в. в Нидерландах карто-
графическая деятельность сосредоточилась в Амстердаме. Северные
провинции Нидерландов во главе с Голландией, освободившиеся от
гнета феодальной Испании, пережили в XVII в. период быстрого
подъема, ознаменованного энергичным развитием торговли и море-
плавания и обширными колониальными захватами. Разрушение фео-
дальных отношений и накопление в стране больших капиталов способ-
ствовали развитию науки и искусства. Преемники Меркатора: сначала
Хондий, а затем Янсон и их соперники Блау — издавали в Амстердаме
свои атласы, по сравнению с которыми большие атласы наших дней,
если сопоставить размеры, имеют более чем скромный вид. В 60-х го-
дах XVII в. атлас Блау, печатавшийся параллельно на пяти языках
(голландском, латинском, французском, испанском и немецком), раз-
319

росся во французском варианте до двенадцати томов, содержащих
609 двухстраничных карт (55 X 66 см в развороте) и 420 страниц
текста географического и исторического содержания. Это были худо-
жественно выполненные хорошо читаемые карты. Выпуск таких изда-
ний не мог быть результатом труда картографов-одиночек.
В первой половине и середине XVI в. карты изготовляли мастера-
ремесленники, объединенные в цеховые сословные организации. Це-
ховой мастер и работавшие с ним один-два подмастерья выполняли
последовательно все операции по гравированию и печати карт или по
иллюминовке отпечатанных экземпляров. Такая организация дела при
трудоемкости гравюры и иллюминовки была пригодна для выпуска
отдельных карт малыми тиражами, но создание многолистных карт и
особенно географических атласов, требовавших затраты огромного
труда, не могло быть достигнуто усилиями двух-трех работников. Не-
обходимо было кооперировать усилия, что первоначально достигалось
расширением цеховой мастерской посредством увеличения числа ра-
ботающих, но еще без разделения труда. Так появилась картографиче-
ская мануфактура. Ее развитие, направленное на увеличение произво-
дительности труда, повлекло за собой, во-первых, систематическое раз-
деление труда, разложение процесса изготовления карты на обособ-
ленные операции, выполняемые особыми мастерами, и, во-вторых, усо-
вершенствование орудий производства; картографический рисунок,
надписи и украшения нередко выполнялись разными лицами. Карто-
графическое заведение Блау занимало в середине XVII в. большое
здание, в котором размещались отделение гравюры, картопечатный
цех с шестью станками, типографский цех с девятью печатными стан-
ками, литейная для шрифтов, корректорское отделение н ряд других
служебных помещений. Там работали, как сообщает современник, луч-
шие граверы, словорезы, печатники и иллюминовщики карт. Около
1660 г. их насчитывалось 75 человек. Это было уже капиталистическое
производство.
Увеличение объема голландских атласов середины XVII в., совер-
шенствование техники картоиздания и внешнего вида карт не сопро-
вождалось качественными сдвигами. Не было новых, действительно
ценных научных идей, которыми ранее выделялись работы Меркатора.
Источники новых географических данных были неравноценны и слу-
чайны. Колониальные компании хранили свои секреты, а просачивав-
шиеся сведения нередко приводили к противоречиям. Их критическая
научная обработка при ремесленно-мануфактурном характере карто-
графического производства оказывалась редким явлением. Широко
практиковалась беззастенчивая перепечатка чужих карт. Продикто-
ванное коммерческими интересами приспособление к вкусам широкой
публики подчас шло по ложному пути, например текстовые приложе-
ния пополнялись малодостоверными, но забавными рассказами. В ре-
зультате даже лучшие голландские атласы характеризовались бес-
системностью и чисто механическим ростом.
Для своего дальнейшего развития картография нуждалась в науч-
ном обосновании, в строгом критическом сопоставлении и оценке
источников. В XVII в. эти требования стали проявляться в региональ-
ных трудах, например в картах французского географа Сансона
(1600—1667), но их систематическая реализация относится уже к
картографии нового времени.
Рис. 13.11. Фрагмент карты побережья Франции из «Зеркала мореплавания» — атласа
морских навигационных карт Вагенера (1584—1585 гг.)
И К. А. Салищев
321
$ 13.5
КАРТОГРАФИЯ РУССКОГО ГОСУДАРСТВА В ДОПЕТРОВСКУЮ ЭПОХУ.
ЗАРОЖДЕНИЕ РУССКОЙ КАРТОГРАФИИ. БОЛЬШОЙ ЧЕРТЕЖ.
СЪЕМКИ СИБИРИ. ТРУДЫ С. У. РЕМЕЗОВА
Замечательный памятник русского летописания «Повесть времен-
ных лет» Нестора (около 113 г.) свидетельствует о широте историко-
географического кругозора летописца Древней Руси. Последующее
феодальное раздробление русских княжеств ограничило интерес к гео-
графическим знаниям и карте. Монголо-татарское иго XIII—XV вв.
задержало экономическое и культурное развитие Руси.
Положение изменилось лишь в конце XV в., когда образовалось
русское централизованное государство. Этот процесс сопровождался
ликвидацией феодальной раздробленности отдельных земель и кня-
жеств, быстрой централизацией управления и активизацией внешней
политики. В таких условиях стала ощущаться острая необходимость
в изучении страны и в создании ее подробной карты. Разнообразные
практические потребности: оборона западных и южных окраин стра-
ны, установление постоянных связей со всеми ее районами — близки-
ми и далекими, поиски полезных ископаемых и тому подобные зада-
чи — все это вызвало необходимость в обстоятельном знакомстве со
всей территорией государства. Внешнеполитические факторы; расшире-
ние границ на восток, дипломатические связи с соседями — пробуж-
дали интерес к зарубежным территориям.
По исследованиям акад. Б. А. Рыбакова первые сводные карты
Русского государства относятся к 1497 и 1523 гг.; в XVI в. иностран-
ные картографы неоднократно отмечали использование русских источ-
ников.
В 1525 г. Павел Иовий составил по рассказам и чертежам Дмит-
рия Герасимова, московского посла в Риме, карту Русского государ-
ства, воспроизведенную в собрании карт Баттисты Аньезе (около
1550 г.).
Позднее, около 1536 г., окольничий И. В. Ляцкой, отъехавший в
Литву после смерти Василия III, сообщил картографические данные
литовскому географу Антонию Виду, составившему в 1542 г. карту
Русского государства с подписями на русском и латинском языках
(опубликована в 1544 г. Мюнстером и в 1555 г. Видом; всего известно
36 изданий). Карта Ляцкого—Вида охватывает пространство от Фин-
ляндии до Каспийского моря, от Киева до устья р. Оби. Размером
около квадратного метра, ориентированная на юго-восток, она как бы
представляет обзор Русского государства с птичьего полета. Рис. 13.12,
воспроизводящий небольшую северо-западную часть карты, показы-
вает ее богатство и реалистичность сведений, особенно замечательные
по сравнению с тогдашними западноевропейскими картами — схема-
тизированными чертежами, сопровождавшими «Географию» Птолемея
или находившимся под ее воздействием.
К тому же времени относится карта Московии Сигизмунда Гер-
берштейна, дважды побывавшего в Москве в качестве австрийского
посла. Его карта (1546) скромнее, схематичнее по содержанию, чем
карта Ляцкого—Вида, но дает правильное изображение Уральского
хребта (в виде меридиональной цепи гор) и границы лесов на юге Рос-
сии. Герберштейн не совершал путешествий по стране, и возможность
составления им карты без привлечения русских источников исключена.
Карты Ляцкого—Вида и Герберштейна предстают перед нами как яр-
322
tf|№
Рис. 13.12. Северо-западная часть карты Русского государства Антония
Вида (1542 г.); ориентирована на юго-восток
11*
кое отражение географических знаний и связанных с ними картогра-
фических начинаний русского народа.
О разнообразии и многочисленности картографических работ, вы-
полнявшихся в XVI в. в связи с военными, административными, хозяй-
ственными и дипломатическими надобностями, свидетельствует опись
архива Ивана IV, составленная около 1575 г. Она перечисляет не-
сколько ящиков с находившимися в них «чертежами»-картами, отдель-
ные из которых относились к первой четверти XVI в., но большинство
было порождено позднейшими событиями — активной внешней поли-
тикой Ивана IV, в частности Ливонской войной и завоеванием Казан-
ского царства. Изготовление чертежей побуждалось Москвой и выпол-
нялось местной администрацией, посылавшей служилых людей для
непосредственного описания местности.
Русской картографии с момента ее зарождения были свойственны
две замечательные черты: реальный, «полевой» характер исходных
материалов и государственная направленность картографической дея-
тельности. Она развивалась вне богословских догм и влияний Рус-
ские карты XVI и XVII вв. являлись государственным достоянием и
не служили, как это было на западе, предметом торговли и вообще
коммерческого интереса.
Вершиной русской картографии XVI в. был «Большой Чертеж все-
му Московскому государству», составленный, по-видимому, около
1600 г. (1598?) в разрядном приказе, т. е.. в том органе центрального
управления, который ведал военными силами государства. В 1627 г.
«Большой Чертеж» был выполнен вновь. «И тот старый чертеж ветх,
впредь по нем урочищ смотрить не мочно, избился весь и розвалился.
А зделан был тот чертеж давно при прежних государях. И в Розря-
де... велели, примерясь к тому чертежу, в тое же меру зделать новой
чертеж всему Московскому государству по все окресные государст-
ва» — так пояснялась причина изготовления нового «Чертежа» в
1627 г., когда в дополнение к нему, очевидно по военным соображе-
ниям, был составлен «чертеж полю по переколи» — дорогам из Моск-
вы в Крым, а к ним обоим была написана «Книга Большому Черте-
жу» — обстоятельное географическое описание Русского государства,
удовлетворявшее практические потребности наших предков. Подроб-
ное в отношении речной сети, населенных пунктов и «шляхов» (т. е.
больших дорог), включающее некоторые сведения о полезных ископае-
мых и размещении народов, это описание вызывает и поныне удивление
своей полнотой, и точностью, например в отношении рек, впадающих в
Северный Ледовитый океан.
«Большой Чертеж» не дошел до нашего времени, но «Книга Боль-
шому Чертежу» известна в многочисленных копиях. Она позволяет со-
ставить вполне достоверное представление о «новом чертеже» и «чер-
теже полю». Это были дорожные карты, показывавшие все сколь-ни-
будь значительные населенные пункты, наиболее важные тракты и с
особой полнотой реки-—естественные пути сообщения. Чертеж охва-
тывал обширную территорию: на западе его пределами служили Днепр
и Западная Двина, на северо-западе — р. Тана в Лапландии, на вос-
токе— Обь; на юге «Чертеж» распространялся на Бухару, Грузию и
Крым. Число географических названий, подписанных на чертежах, на-
много превышало полторы тысячи. «Большой Чертеж» и «Книга Боль-
1 В недавнее время описаны иконы XVI в., включающие в качестве фона для рели-
гиозных персонажей изображения местности, сходные с картографическими прими-
тивами. В них нашла лишь косвенное отражение разнообразная картографическая
практика той эпохи.
324
шому Чертежу» явились не только итогом великолепного географиче-
ского труда русского народа в XVI в., но и свидетельством его высо-
кой культуры.
В XVI в. сложилось и укрепилось русское феодально-абсолютист-
ское государство; завершилось объединение раздробленных прежде зе-
мель и княжеств. По словам В. И. Ленина, «только новый период рус-
ской истории (примерно с XVII в.) характеризуется действительно
фактическим слиянием всех таких областей, земель и княжеств в одно
целое. ...Оно вызывалось усиливающимся обменом между областями,
постепенно растущим товарным обращением, концентрированием не-
больших местных рынков в один всероссийский рынок» Централизо-
ванное государство постепенно превращается в многонациональное.
Его границы быстро перемещаются к востоку. Присоединение Сибири
и ее хозяйственное освоение, выход к Тихому океану и исследования
северо-востока Азии сопровождались выдающимися географическими
открытиями, которыми русский народ внес замечательный вклад в ве-
ликие географические открытия XVI — первой половины XVII в.
Это движение направлялось центральной властью, наказы кото-
рой руководили действиями сибирской администрации, служилых лю-
дей и казаков. Вместе с тем многие открытия в Сибири и на Дальнем
Востоке обязаны инициативе и энергии «промышленных людей» —
охотников за пушниной; местная администрация всегда внимательно
следила за их движением в новые земли.
Сибирские открыватели: служилые люди, казаки, промышленни-
ки— словом, простые люди, которых потомки справедливо назвали
землепроходцами,-—не являлись картографами, но им неизменно по-
ручалось составлять росписи и чертежи новооткрытых или посещен-
ных земель.
Например, инструкция Василию Пояркову предписывала: «Да по
распросу иноземскому да по своему высмотру сделать ему Василью,
Зие реке и Шилке и в нее падучим сторонним рекам чертежь и рос-
пись, и какие люди на Зие реке и на Шилке и на сторонних реках
живут, в которых местах и сколько человек, все то в роспись имянно
отписать по рекам и урочищам люди и всякую душу имянно, и краски
в котором месте синяя, и серебряная руда, и медная и иная какая
угода, то по тому ж описать имянно... и чертежь и роспись дороге
своей и волоку, и Зие и Шилке реке, и падучим в них рекам и угодь-
ям, прислать в Якутцкой острог, вместе с ясачною казною; и чертежь
и роспись прислать всему за свою Васильевою рукою».
Документы той эпохи сохранили имена ряда составителей карт,
начиная с Афанасия Мезенцова, создателя чертежей 1627 г. и автора
«Книги Большому Чертежу».
Ориентировка по странам света, иногда компас, расчет расстояний
по времени (но в отдельных случаях измерения по дорогам и рекам),
а также «скаски» бывалых людей и иноземцев использовались для со-
ставления чертежей. И, надо отдать справедливость, в этом деле рус-
ские исследователи проявляли не только чувство долга, но и умение
наблюдать, видеть и реалистично передавать результаты своих наблю-
дений. Росписи и чертежи служилых людей, имевшие по преимущест-
ву маршрутный характер, собирались в воеводских канцеляриях, где
нередко сводились вместе в карты отдельных городов с относящимися
к ним уездами и землями. Государственный и одновременно народный
характер составляет замечательную черту открытий XVII в. Этому
1 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 1. С. 153—154.
325
факту во многом обязана самобытность русской картографии и об-
ширность вклада, внесенного ею в развитие мировой картографии.
Об обилии русских карт XVI и XVII вв. можно судить по сохра-
нившимся описям карт, хранившихся в Разрядном, Посольском и
Тайном приказах. Эти карты размножались рукописно в единичных
экземплярах. Большинство из них стало жертвой времени: пожары,
постоянно опустошавшие русские города, разорение Москвы польски-
ми интервентами, небрежное хранение в архивах потерявших практи-
Рис. 13.13. План г. Новгорода. Фрагмент «Чертежа русским и шведским городам
до Варяжского моря» около 1653 г.; полный размер 56X66 см, хранится в
ЦГАДА; воспроизведен с уменьшением
ческую ценность документов -— все это влекло утерю карт. Тем не ме-
нее ряд из них дошел до наших дней, например «Чертеж украинским
и черкаским городам от Москвы до «Крыма» середины XVII в. (нахо-
дится в Государственном архиве Швеции); «Чертеж русским и швед-
ским городам до Варяжского моря» (около 1653 г.), распространяю-
щийся на северо-западную часть Русского государства и Балтийское
море и показывающий наряду с населенными пунктами гидрографию,
границы и расстояния (находится в Центральном государственном ар-
хиве древних актов в Москве; фрагмент на рис. 13.13) и др.
Наиболее богато картографическое наследие по Сибири. Надоб-
ность в сводных картах Сибири была настолько велика, что их изго-
Рис. 13.14. Фрагмент «Чертежа земли Томского города», из «Служебной чер-
тежной книги» Семена Ремезова; чертеж ориентирован на восток
326

товление предписывалось специальными распоряжениями центральных
правительственных органов. Таковы две сохранившиеся карты Сиби-
ри: чертеж 1667 г., изготовленный «по указу Великого Государя... в
Тоболску тщанием столника и воеводы Петра Ивановича Годунова с
товарыщи» и чертеж 1673 г.
Особого внимания заслуживают труды тобольского уроженца Се-
мена Ульяновича Ремезова, относящиеся по годам к Петровскому вре-
мени, но по своему характеру и содержанию как бы подводящие черту
под развитием ранней русской картографии XVI и XVII вв. В работах
по картографии, истории и географии Сибири С. У. Ремезов выступает
как выдающийся ученый и культурный деятель эпохи. Как картограф,,
он собрал и обобщил в картах и ввел в научный обиход столь обшир-
ный, свежий и важный географический материал, что в этом отноше-
нии занимает почетное место в мировой картографии.
Боярский приговор 1696 г. предписал на местах «...всем сибир-
ским городам и с уезды ... написать чертежи ... а в Тоболску велеть,
сделать доброму и искуссному мастеру чертеж всей Сибири». В выпол-
нении этого поручения огромная заслуга принадлежит С. У. Ремезову.
В 1697 г. в результате своих поездок, описей, расспросов и других ис-
точников он изготовил два чертежа: Тобольской земли и «безводной
и малопроходной каменной степи», а в 1698 г. во время пребывания
в Москве составил «Чертеж всех сибирских градов и земель», в кото-
ром свел в одно целое «в меру убравши (т. е. приведя к одному мас-
штабу) по компасу церкилным розмером» чертежи сибирских уездов,
присланные в Москву во исполнение предписаний 1696 г. Эта карта,
написанная на китайке (плотной ткани, которая ввозилась из Китая),
представляет ныне один из замечательных экспонатов петровской га-
лереи в ленинградском Эрмитаже.
По новому поручению, продолжая работы в Тобольске, С. У. Ре-
мезов вместе с четырьмя сыновьями закончил к 1 января 1701 г. «Чер-
тежную книгу Сибири» — первый русский географический атлас из
23 карт большого формата, дошедший до нашего времени (хранится
в Библиотеке им. Ленина в Москве). Чертежная книга не только обоб-
щила русские географические открытия XVII в. в Сибири, но и дала
изображение зарубежных территорий, изученных русскими исследова-
телями, в частности при путешествиях и посольствах в Китай. Боль-
шой интерес представляют два других сохранившихся сборника карт
С. У. Ремезова: «Хорографическая чертежная книга» 1697—1711 гг.
(на 171 листе, находится в США) и «Служебная чертежная книга»
1702—1730 гг. (на 116 листах, продолжена сыновьями, хранится в Биб-
лиотеке им. Салтыкова-Щедрина в Ленинграде), в которых С. У. Ре-
мезов помещал свои оригинальные карты, рисунки и описания, а так-
же копии интересовавших его карт.
Карты С. У. Ремезова для освоенных тогда районов Сибири и
поныне поражают обилием и детальностью сведений (рис. 13.14), осо-
бенно в отношении гидрографической сети, которая при отсутствии
картографических сеток служила как бы основой для построения и
сводок карт. Многие частности обозначены так подробно и обстоя-
тельно, что, по свидетельству академика Миддендорфа, из «Чертеж-
ной книги» еще в середине XIX в. можно было почерпнуть кое-что для
улучшения карт Сибири. По сравнению с современными им западно-
европейскими картами чертежи Ремезова, несовершенные в математи-
ческом отношении, выгодно отличаются стремлением к разносторон-
ней характеристике природных особенностей местности; они включают
328
также много сведений хозяйственного, этнографического и военно-по-
литического значения.
Работы русских исследователей, распространившиеся на Восточ-
ную Европу и Сибирь, позволили создать о них географические пред-
ставления, основанные на опыте и реальном знании. Русская картогра-
фия развивалась до XVIII в. самобытным путем. Воздействие на нее
западноевропейской науки было невелико. Напротив, успехи западно-
европейских картографов в изображении Русского государства в пря-
мой степени зависели от того, насколько им удавалось привлекать,
русские источники, для Сибири единственно достоверные и потому не-
оценимые.
ГЛАВА 14
КАРТОГРАФИЯ НОВОГО ВРЕМЕНИ
§ 14.1
ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКАЯ КАРТОГРАФИЯ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVII
И ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII В. ФРАНЦУЗСКИЕ ГРАДУСНЫЕ ИЗМЕРЕНИЯ
Развитие капиталистических отношений в странах Западной Евро-
пы способствовало дальнейшему подъему картографии. Крупная про-
мышленность создала мировой рынок, подготовленный открытием Аме-
рики. Мировой рынок вызвал энергичное развитие торговли, морепла-
вания и средств сообщения. Стало необходимым видеть весь мир,
иметь его правдивую, научно обоснованную карту. Ремесленный путь
изготовления карт и атласов, характерный для голландских картогра-
фических мануфактур XVII в., не мог привести к удовлетворительным
результатам. Задача не ограничивалась отражением на картах новых
открытий. Возникла необходимость в новых видах карт, в новых про-
екциях, в систематических съемках больших территорий. Успешное
решение эти задач требовало научного подхода, внедрения новых ме-
тодов, критического изучения и обработки источников.
В эту эпоху картографические работы заняли видное место в дея-
тельности академий наук — Парижской (учрежденной в 1666 г.), Бер-
линской (1700) и Петербургской (1724). Совершенствуются морские
карты. Карты привлекаются для изучения природных ресурсов. Рас-
тет заинтересованность в картах со стороны армии. Можно просле-
дить, как экономический и культурный расцвет или упадок страны
находит отражение в состоянии ее картографии.
В XVII в. Англия и Франция стали самыми большими и разви-
тыми государствами Западной Европы. К концу века абсолютистская
Франция достигла наивысшего могущества. Королевская власть стре-
милась использовать в своих интересах подъем культуры и науки. Вид-
нейшие французские картографы Гийом Делиль (1675—1726) и д’Ан-
виль (1697—1782), «географы короля», избираются членами Академии
наук. В своих трудах они критически анализируют работы своих пред-
шественников, широко привлекают новые источники, подвергают их
исследованию и проверке, заново создают карты, заметно улучшающие
изображение многих районов Земли. Например, Делиль впервые по-
казал Средиземное море в его правильных пропорциях, устранив
ошибку в долготе, которая сохранялась на картах со времен Птоле-
мея. Из 210 карт, принадлежащих д’Анвилю, отметим карты Китая,
330
означившие большой прогресс в представлениях европейцев об этой
великой стране.
Особенно крупный вклад в науку внесли астрономические и гео-
дезические работы французских ученых по определению формы и раз-
меров Земли, которые принято называть градусными измерениями
(первоначально их целью было определение длины одного градуса ду-
ги меридиана).
Новый метод определения длины земного меридиана посредством
триангуляции был применен голландцем Снеллиусом еще в 1615 г.
Слабое место прежних определений — малая точность непосредствен-
ного измерения длины дуги меридиана (Эратосфен, например, опреде-
лял длину дуги между Сиеной и Александрией по времени и скорости
движения караванов) — исключалось путем замены линейных измере-
ний угловыми. Однако точность результатов, полученных Снеллиусом,
по ряду причин, в частности из-за несовершенства угломерного ин-
струмента, была невелика.
Начало французских градусных измерений было положено Пика-
ром в 1669—1670 гг. Благодаря использованию инструмента с трубой,
снабженной сеткой нитей, Пикар получил для шара длину одногра-
дусной дуги, равной 111212 м, которая отличается от принятой в на-
ши дни (111221 м) всего на 9 м. Немного позднее Ньютон выдвинул
гипотезу, по которой Земля является не шаром, а эллипсоидом вра-
щения, несколько сжатым в направлении ее полюсов. Для выяснения
истины Парижская академия наук организовала и выполнила ряд гра-
дусных измерений, в частности в Перу и Лапландии, которые подтвер-
дили сжатие и уточнили размеры Земли.
Вслед за этими градусными измерениями была начата под руко-
водством директора Парижской обсерватории Цезаря Кассини боль-
шая работа по «геометрической описи» Франции, состоявшая в рас-
пространении цепей триангуляции на всю территорию страны (1744).
К этой сети, состоявшей более чем из 2000 треугольников, привязыва-
лись крупные населенные пункты, для которых затем вычислялись
географические координаты. Если градусные измерения имели глав-
ным образом научное значение, то «геометрическая опись» уже могла
служить для обоснования и увязки топографических съемок.
В Англии буржуазная революция середины XVII в. устранила пре-
пятствия к развитию капиталистических отношений. В условиях быст-
рого роста морской и колонйальной мощи совершенствование навига-
ции и картографии приобрело первостепенное значение. Оно способст-
вовало обеспечению безопасности мореплавания. С целью облегчить
определение долгот на море была учреждена Гринвичская обсерва-
тория (1675). Изучались магнитные склонения, приливы, ветры и т. д.
Эти исследования дали английскому астроному Эдмонду Галлею
(Халли) материал для составления физико-географических карт: вет-
ров (1688) и магнитных склонений (1701). Тем самым Галлей поло-
жил начало тематическим картам природы и их применению для изу-
чения закономерностей пространственного размещения природных яв-
лений.
В этот период Нидерланды из-за неудачной борьбы с Англией ста-
новятся второстепенной державой. Экономические трудности тормози-
ли научный прогресс голландской картографии. Хотя количество из-
даваемых карт и атласов оставалось значительным, в них чувствовал-
ся отпечаток рутины. В частности, недостаток реальных знаний по-
прежнему маскировался посредством заполнения карт вымышленны-
ми этнографическими сценами, морскими чудовищами и т. п.
331
Вместе с тем в этот период отмечается усиление картоиздатель-
ского дела в Германии, где в XVIII в. вырабатывается своеобразный
тип карт, чрезмерно переполненных надписями (например, карты в
атласах Гомана в Нюрнберге).
§ 14.2
РУССКАЯ КАРТОГРАФИЯ В XVIII в. ОРГАНИЗАЦИЯ ГОСУДАРСТВЕННЫХ
СЪЕМОК. АТЛАС КИРИЛОВА. ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ДЕПАРТАМЕНТ АКАДЕМИИ НАУК
И АТЛАС 1745 г. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ М. В. ЛОМОНОСОВА. ГЕНЕРАЛЬНОЕ
МЕЖЕВАНИЕ
Первая половина XVIII в. была ознаменована в России грандиоз-
ными для своего времени географическими исследованиями и карто-
графическими работами. Они сильно продвинули вперед изучение
внутренних территорий страны, весьма расширили в развитие русских
открытий XVIII в. познания о северном побережье Азии, Сибири, Даль-
нем Востоке и Тихом океане, привели к открытию Америки с северо-
запада и позволили России в короткий срок занять почетное место в
ряду стран, передовых в картографическом отношении.
Эти исследования составляли одно из условий для успешного осу-
ществления петровских преобразований и решения внешнеполитичес-
ких задач и ставились каждый раз в связи с конкретными государст-
венными начинаниями. Борьба за выход к морям, создание военно-
морского флота и регулярной армии, установление новых государст-
венных границ, реформа государственного управления и территориаль-
ного деления, заботы о развитии производительных сил, включавшие
изучение и эксплуатацию ископаемых богатств, подъем промышленно-
сти, поощрение торговли (и в связи с этим поиски путей на Восток) —
вот те мероприятия во внешней и внутренней политике России, кото-
рые требовали и которые сопровождались картографическими рабо-
тами.
О том, какое значение придавалось географическим картам, мож-
но судить по Генеральному регламенту (1720), определявшему поря-
док государственного управления. В регламент была включена особая
глава «О ландкартах или чертежах государевых»: «И дабы каждый
Коллегиум (предшественник позднейших министерств. — К- С.) о со-
стоянии государства и о принадлежащих ко оному провинциях под-
линную ведомость и известия получать мог, того ради надлежит в
каждом коллегии иметь генеральные и партикулярные ландкарты (или
чертежи), которые по времени изготовлены быть имеют...»
Новые задачи нельзя было решать старыми средствами. Прежде
всего были необходимы обученные кадры. Впервые в истории органи-
зуется систематическая подготовка съемщиков-«геодезистов», первона-
чально в Москве в Школе математических и навигацких наук (основа-
на в 1701 г.) и затем в Академии морской гвардии (1715) в Санк-Пе-
тербурге, при которой в 1716 г. был специально учрежден геодезичес-
кий класс. Создание государственных карт не могло основываться на
случайном получении исходных материалов. Впервые предпринимают-
ся систематические работы по государственной съемке страны. Зарож-
дается и успешно развивается отечественное издание карт. К карто-
графическим работам привлекается Академия наук, созданная по ини-
циативе Петра I. Эти и другие меры обусловили энергичное развитие
отечественной картографии.
Ранние съемки Петровского времени связаны с азовскими похо-
дами. Для нужд флота в 1696 г. началось картографическое изучение
р. Дона, Азовского и отчасти Черного морей. В 1699 г. адмирал
К. Крюйс под наблюдением и при участии Петра I выполнил съемку
р. Дона. Общим результатом явился Атлас р. Дона, Азовского и Чер-
ного морей (второй русский атлас вслед за Чертежной книгой С. Ре-
мезова), напечатанный в 1703 г. Донкером в Амстердаме на русском
и голландском языках. Еще ранее, в 1699 г., голландцем Тессингом
была напечатана отдельно на русском и латинском языках карта За-
падной и Южной России (рис. 14.1), составленная выдающимся спод-
вижником Петра I Я. В. Брюсом по съемкам, исполненным во время
азовских походов, и по другим источникам.
К этим же годам относится начало картоиздательского дела. Пер-
воначально Петр I пригласил для гравирования карт голландца Шхо-
небека, обучившего несколько русских граверов. В 1705 г. в Москве
была учреждена под управлением замечательного гравера и картогра-
фа В. О. Киприанова Гражданская типография для печатания «книг,
карт и всяких листов». К ее важнейшим изданиям принадлежат посо-
бия для Московской математико-навигацкой школы и географические
карты, «гражданству потребные», т. е. предназначенные для широко-
го круга читателей с целью распространения географических знаний.
Среди них назовем опубликованные в 1713 г. полушария и четыре кар-
ты частей света, представляющие систематическое собрание карт, ко-
торое можно считать первым русским атласом мира.
Гидрографические работы в Балтийском море начались в 1710 г.,
а в 1714 г. в Петербурге был напечатан атлас морских карт под на-
званием «Книга розмерная градусных карт Ост-Зее или Варяжского
моря», переизданный в 1718, 1719 и 1723 гг.
Изучение Каспийского моря в 1715—1720 гг., сопровождавшееся
астрономическими определениями широт и промерами глубин, приве-
ло к важным географическим результатам: были установлены дейст-
вительные очертания этого моря и отвергнуто представление о впаде-
нии в него р. Амударьи. Отпечатанную в 1720 г. в Петербурге карту
Каспийского моря Петр I передал в 1721 г. в дар Парижской акаде-
мии наук.
Выдающееся значение имели исследования в Тихом и Северном
Ледовитом океанах. Среди многих географических подвигов отметим
только: работы геодезистов И. Евреинова и Ф. Лужина (1719—1722),
посланных, чтобы, как гласила данная им инструкция, «описать та-
мошние места, где сошлася ли Америка с Азнею, что надлежит зело
тщательно сделать не только сюйд и норд, но и ост и вест, и все на
карту исправно поставить», и закрепивших за Россией приоритет от-
крытия и картографирования Курильских островов; достижение и от-
крытие геодезистом М. Гвоздевым побережья Аляски (1732); обшир-
ные картографические исследования знаменитых Первой и Второй
камчатских экспедиций (1725—1730, 1733—1743).
Картографирование внутренних частей страны с целью составления
генеральной карты России было предпринято в последнее десятилетие
жизни Петра I. Размах работ был для своего времени необычен. От-
дельные геодезисты посылались на работы начиная с 1715 г. Плано-
мерное осуществление государственной съемки было объявлено в
1720 г. особым указом сената — высшего органа по управлению стра-
ной. В 1721 г. на съемках находилось 34 геодезиста, а в 1732 г., «в рас-
сылке» на государственной съемке и других работах их уже числи-
лось 111 человек. Геодезисты входили также во многие экспедиции,
333
Рис. 14.1. Фрагмент карты Западной и Южной России, составленной Я. В. Брюсом
(1699)

организованные в послепетровское время для изучения Сибири, Кам-
чатки, Казахстана, Прикаспийских степей и Средней Азии, для иссле-
дования природных богатств, изыскания водных путей и т. д.
Подготовка геодезистов занимала в навигацкой школе 4 года, а в
академии 6 лет и 9 месяцев, где в «науках» (классах) арифметики,
геометрии и тригонометрии ученики геодезии получали знания, необ-
ходимые для выполнения геометрических измерений на местности. Она
продолжалась до 1752 г., когда школа была закрыта, а академия пре-
образована в Морской шляхетский кадетский корпус. Известны имена
275 геодезистов, количество огромное для той эпохи.
Порядок работы по государственной съемке указывался специаль-
ными инструкциями (1720—1723). Съемки выполнялись по уездам.
Масштаб выбирался так, чтобы карта уезда укладывалась на одном
листе (ради последующего сведения уездных карт в атлас). В уезд-
ном городе определялась по квадранту его широта. Инструкции реко-
мендовали прокладывать из города по дорогам радиально-съемочные
ходы (с измерением длин линий мерительной цепью и углов поворота
посредством теодолита с диоптрами) до границы уезда, где надлежа-
ло снова находить широту. Промежуточные пространства изобража-
лись глазомерно и по опросам местных жителей. Карты готовились
камерально по полевым журналам измерений. Элементарная поста-
новка дела, соответствовавшая уровню техники того времени, не обес-
печивала точности, но служила залогом выполнения государственных
карт в сравнительно короткий срок. Съемки длились до 1744 г.; ко вре-
мени окончания они охватили свыше 200 уездов из 285 (по админи-
стративному делению того времени).
Уездные карты поступали от геодезистов в сенат, где руководство
съемками было поручено обер-секретарю сената И. К. Кирилову
(1695—1737) — крупному государственному деятелю, -выдающемуся
русскому картографу и географу XVIII в. Он поставил одной из целей
своей жизни создание русской картографии, независимой от иностран-
ных ученых, и показ на картах во всем богатстве и обширности род-
ной страны, искажаемой и обедняемой на иностранных картах. Свои
картографические работы, начатые еще при Петре I, И. К. Кирилов
полагал завершить изданием «Атласа Всероссийской империи» в трех
томах, по 120 листов каждый, намереваясь приобщить к третьему то-
му исторические и экономические карты. Сознавая острую необходи-
мость в географических картах, он стремился возможно скорее ис-
пользовать и обнародовать обширные материалы съемочных работ
петровского и послепетровского времени. Ранняя смерть не позволила
И. К- Кирилову завершить работу над атласом, но он успел напечатать
и подготовить к печати 37 карт, часть из которых распространялась в
виде первого выпуска атласа. Рис. 14.2 воспроизводит фрагмент карты
Ингерманландии 1727 г. (Ладожское озеро и исток р. Невы). Особенно
ценна Генеральная географическая карта России (с картографической
сеткой и надписями на латинском языке), отразившая быстрый рост
географической изученности страны.
Этот труд ставил русскую картографию на плодотворный путь
научного развития. Однако сам Кирилов не закрывал глаза на недо-
статок своего детища: «...я последнюю генеральную российскую карту
собрал... ни сам не утверждаюсь и других в том не обнадеживаю за
верную иметь, для того что, с разных провинциальных и уездных
ландкарт, между которыми есть одна с другою не согласный, сочинил
по нужде, вместо формы будущей верной карты», — писал он прези-
денту Академии наук. Основной дефект вытекал из полного отсутст-
335
Рис. 14.2. Фрагмент карты Ингерманландии 1727 г. И. К- Кирилова из его «Ат-
ласа Всероссийской империи» (Ладожское озеро и исток р. Невы)
вия опорных пунктов. Неудивительно, что при всех достоинствах кар-
ты она преувеличивала на 7—8° протяженность страны по долготе.
Начало надежных астрономических определений координат для кар-
тографических целей было положено несколько позднее А. Д. Кра-
сильниковым (в 1733—1744 гг. в Сибири .и в Прибалтике).
После смерти И. К. Кирилова руководство геодезистами перешло
на короткое время (1737—1740) к В. Н. Татищеву, выдающемуся го-
сударственному деятелю и вместе с тем проникновенному географу,
историку и картографу. Он уделил большое внимание картографиро-
ванию Урала и Сибири, съемкам рек как путей сообщения и общему
улучшению дела — повышению точности карт, обогащению их содер-
жания и увязке смежных работ (наказ 1738 г.). Однако вскоре госу-
дарственная съемка была прекращена.
336
С этого времени почти до конца XVIII в. главная роль в развитии
картографии принадлежала Академии наук. В отличие от иностран-
ных академий она была не столько обществом, где ученые оглашали
результаты своих личных работ, сколько организующим и обобщаю-
щим центром отечественной науки. Уже в 1726 г. правительство воз-
ложило на Академию наук составление атласа России. Руководство
работой было поручено академику Иосифу Николаю Делилю, фран-
цузу по национальности. Он видел слабые стороны русской картогра-
фии, состоявшие в недостаточном научном руководстве и в отсутствие
опорных пунктов, но в своей деятельности мало считался с действи-
тельными нуждами страны, на службе которой он находился. Предъ-
являя к материалам съемок геодезистов чрезмерные требования, Де-
лиль не торопился с работой над атласом и в то же время самовольно
пересылал во Францию копии всех поступавших к нему карт в нару-
шение интересов и приоритета России.
В 1739 г. «чтобы за Делилем крепко присматривать и при сочине-
нии генеральной карты сделать такое учреждение, чтоб все подлоги
пресечены, а самоё бы дело с успехом произведено было» при Акаде-
мии наук был учрежден Географический департамент, получивший да-
лее значение основного картографического центра страны. Там за ко-
роткое время под руководством Леонарда Эйлера, великого матема-
тика XVIII в., и Гейнзиуса был создан вышедший в свет в 1745 г. зна-
менитый «Атлас Российский» Академии наук, содержащий наряду с
генеральной картой России тринадцать карт Европейской России в
масштабе 34 версты в дюйме (рис. 14.3) и шесть карт Азиатской
России в масштабе 90 верст в дюйме. В этом атласе были сведены
съемки геодезистов и результаты многих русских географических ис-
следований предшествующих лет1, поэтому он дал изображение стра-
ны в целом более совершенное, чем Атлас Кирилова. Эйлер с гордо-
стью писал в 1746 г., что этим трудом география российская «приве-
дена в гораздо исправнейшее состояние, нежели география немецкой
земли», хотя в Академии наук не закрывали глаза на некоторые сла-
бости атласа, проистекавшие из-за спешности его подготовки и неис-
пользования материалов, имевших секретный характер.
Глубокое влияние на развитие картографии оказал гениальный
русский ученый М. В. Ломоносов (1711—1765), стоявший с 1757 г. до
конца жизни во главе Географического департамента. Заботясь о раз-
витии производительных сил страны и об изучении ее природных ре-
сурсов, М. В. Ломоносов организовал сбор экономических сведений,
что он считал важным и для совершенствования карт. В 1759 г. он
обратился в сенат с просьбой о доставлении с мест сведений о том,
«сколько в каждой губернии и провинции уездов, сел и деревень и
сколько в каждом селе и деревне дворов и числом душ для знания ве-
личины оных и для отвращения главных погрешностей, чтобы на кар-
те не назначить малого и не пропустить большого места». Приложен-
ный к просьбе список вопросов требовал также сведений об экономи-
ческом значении каждого поселения. Таким образом, М. В. Ломоно-
сов, отрицая механический, бездумный подход к составлению карт,
стремился к научно обоснованному отбору их содержания.
1 Интересно отметить, что для одного из листов Атласа Российского были исполь-
зованы материалы известного грузинского геогр.афа Вахушти Багратиони, составив-
шего два рукописных Атласа Грузии (1735—1745); они содержат обширные сведе-
ния и отражают высокий уровень грузинской картографии в первой половине
XVIII в.
12 К. А. Салищев
337
Рис, 14.3. Фрагмент карты из «Атласа Российского» Академии наук (1745 г.)
В одном из писем 1761 г. М. В. Ломоносов, говоря о своих мыс-
лях, «простирающихся к приращению общественной пользы», упоми-
нает экономическую географию и экономическую ландкарту. Введя в
научный обиход эти термины, ранее не употреблявшиеся, М. В. Ломо-
носов наметил для них конкретное содержание в своем плане состав-
ления «экономического лексикона Российских продуктов» с приложе-
нием соответствующих карт. Считая «поправление Российского атла-
са» важнейшей задачей Географического департамента, Ломоносов ви-
дел препятствия в недостатке образованных русских картографов и
геодезистов и в слабом притоке новых научно обоснованных источни-
ков. Подготовка геодезистов в Морской академии, чуждая ее прямым
задачам была прекращена после реорганизации академии. По насто-
янию М. В. Ломоносова, Географический департамент пополнился но-
выми «студентами», теоретическому и практическому обучению кото-
рых Ломоносов уделял большое внимание. Он упорно, но, к сожале-
нию, тщетно добивался снаряжения ряда астрономических экспедиций.
Атлас 1945 г. печатался также на латинском, французском и не-
мецком языках, что свидетельствовало об интересе к нему за рубе-
жом. Последние допечатки с некоторыми исправлениями были выпол-
нены при М. В. Ломоносове в начале 60-х годов.
Развитие промышленности, рост торговли и расширение рыночных
связей, а также сельскохозяйственная колонизация окраин усилили во
второй половине XVIII в. надобность в изучении природных богатств
и углубляющейся специализации хозяйства России. В этих условиях
Академия наук получила возможность организовать и провести свои
знаменитые экспедиции 1768—1774 гг., во многом подготовленные дея-
тельностью М. В. Ломоносова. Их необыкновенный для своего време-
ни комплексный характер означил новый этап в развитии географии.
Предпринятые для разностороннего изучения природы и населения
России, экспедиции доставили обширный материал, включая точные
астрономические определения мест.
На основе этих работ Географический департамент составил и вы-
пустил в свет свыше 30 карт отдельных губерний и провинций (в том
числе территорий, вновь вошедших в состав империи), весьма подроб-
ных и совершенных по исполнению. Всего Географический департамент
изготовил свыше 250 карт и планов. Для своего времени это количе-
ство было велико. Надо особо отметить генеральные карты Россий-
ской империи 1776 и 1786 гг., а также карты северной части Тихого
океана и русских владений в Америке. Свидетельствуя о быстром рос-
те географической изученности нашей страны, русские карты этой
эпохи явились крупным вкладом в познание лика Земли.
В XVIII в. Географический департамент являлся основным карто-
графическим учреждением страны, которое обладало научными кад-
рами, было организующим центром и вело систематическую работу
по составлению географических карт России. Но вместе с тем он не
имел достаточных средств, штата полевых работников и прав на руко-
водство работами других учреждений.
В 1786 г. непосредственно при кабинете Екатерины II было созда-
но новое картографическое учреждение (Географический департамент
кабинета его императорского величества), в котором трудами
А. М. Вильбрехта были подготовлены два больших и ценных атласа
России, опубликованных в 1792 г. (состоящего из 44 карт) и 1800 г.
(из 43 карт), несколько учебных атласов и ряд интересных карт.
В 1797 г. это учреждение было передано в сенат, а в 1800 г. присо-
единено к Депо карт (§ 14.4). Что касается Географического департа-
12*
339
мента Академии наук, то он оказался в стороне от решения научно-
практических задач и в условиях пренебрежения со стороны руковод-
ства академии к концу века пришел в упадок.
Во второй половине XVIII в. начались большие съемочно-меже-
вые работы, среди которых наибольшее значение имело генеральное
межевание «земель во всей империи», объявленное манифестом в
1765 г. Ставя целью закрепить фактические границы помещичьих зем-
левладений, оно носило сплошной характер и выполнялось по уездам
в концентрическом порядке. Сначала межевалась земля уездного го-
рода, затем земли сел и деревень, примыкающие к городской земле,
и далее концентрически до границ уезда. Внешняя граница земель,
приписанных к каждому населенному пункту, и пустошей (незаселен-
ных владений) снималась «через вернейший инструмент — астроля-
бию», т. е. методом угломерной съемки с измерением длин линий же-
лезной цепью. На все обмежеванные земли составлялись планы в
масштабе 100 саженей в дюйме (1 :8400), которые затем сводились
в планы уездов одноверстного масштаба (1:42 000). Съемки сопро-
вождались так называемыми «экономическими примечаниями», цен-
ным описанием хозяйственного состояния земель. Отсутствие опорных
пунктов и рельефа, не обязательных для межевания, являлось с кар-
тографической точки существенным недостатком межевых работ. Но
так как их подробность и достоверность были значительно выше дру-
гих источников того времени (в частности, съемок геодезистов в 1-й
половине XVIII в.), то они при своей сплошности представляли цен-
ный материал для картографических целей.
К 1796 г. межевание охватило целиком 23 наиболее населенные
губернии общей площадью около 1,5 млн км2. К середине XIX в., ког-
да межевание было прекращено, площади земель, обмежеванных в
35 губерниях, составили 2,5 млн км2. Вне межевания остались Сибирь,
западная и юго-западная окраины страны и большая часть Архангель-
ской губернии.
Сенат, осуществлявший высший надзор за межеванием, стремил-
ся к использованию его результатов и в картографических целях.
В 1774 г. он потребовал составления по материалам межевания «ге-
неральных карт на каждый уезд особо и общих на каждую провин-
цию». В том же году была напечатана Географическая карта Москов-
ской провинции. Немного позднее, в 1777 г. было рекомендовано де-
лать, кроме уездных планов, другие — «наподобие атласа». В 1782 г.
в Санкт-Петербурге вышел в свет обширный Атлас Калужского на-
местничества, включавший генеральный план наместничества и под-
робные планы уездов и городов (без картографических сеток), после
чего сенатский указ 1783 г. потребовал сочинения атласов на все об-
межеванные губернии. В 1785 г. Академия наук издала «Топографи-
ческое описание Калужского наместничества» — обстоятельный для
своего времени экономико-географический обзор, еще более повысив-
ший ценность атласа. Однако выполненные атласы других губерний
(их оригиналы сохранились в архивах) остались в рукописном виде
и были, за отдельными исключениями, по качеству слабее Атласа Ка-
лужского наместничества.
Материалы генерального межевания сводились в губернские пла-
ны, которые в геометрическом отношении были тогда наиболее досто-
верным источником, в частности для карт губерний, изготовленных в
связи с административным делением, введенным в 1796 г. Последние
были широко использованы для Российского атласа (1800) и для со-
340
ставления «столистной карты» — первой подробной государственной
карты Европейской России (см. § 14.4).
Наконец, архивы сохранили немало рукописных карт XVIII в. спе-
циального назначения — полезных ископаемых, лесов и других природ-
ных богатств, рудников, заводов и т. д., которые можно рассматривать
как истоки отечественного тематического картографирования.
§ 14.3
КАРТА КАССИНИ. ВОЕННАЯ КАРТОГРАФИЯ В ПЕРЕДОВЫХ СТРАНАХ
ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ В ПЕРИОД УТВЕРЖДЕНИЯ КАПИТАЛИЗМА
Если в первой половине XVIII в. крупнейшими вехами в развитии
картографии явились ее насаждение в научных академических учреж-
дениях и организация в России первой систематической государствен-
ной съемки, то для второй половины столетия событием первостепен-
ного значения стало использование триангуляции для обоснования
съемок и применение проекций для топографических карт. Эти ново-
введения, осуществленные во Франции Цезарем Кассини, позволили
при съемке больших территорий работать одновременно и независимо
любому количеству съемщиков, правильно и легко сводить результа-
ты отдельных съемок в одно целое, исключить накопление ошибок и
получить постоянный и надежный контроль на всех этапах съемочных
операций.
История такова. В 1746—1748 гг., во время действий французской
армии в Нидерландах, были произведены съемки этой страны. В про-
цессе обработки для составления карты возникли, казалось, непреодо-
лимые препятствия при сводке отдельных съемок между собой. Кас-
сини, руководитель «геометрической описи» Франции (см. § 14.1), со-
единивший в то время французскую триангуляцию с цепью треуголь-
ников Снеллиуса, предложил использовать для обоснования и увязки
съемок свои тригонометрические пункты, что разрешило возникшие
трудности.
Этот успех побудил Кассини начать систематические мензульные
съемки Франции для «геометрической» карты в масштабе 1:86 400.
В процессе съемки к пунктам триангуляции привязывалось возможно
большее количество населенных пунктов, относительно которых на-
носились гидрография, дороги, леса и обозначались неровности мест-
ности. Замечательная по геометрическому обоснованию, карта Касси-
ни в других отношениях (рис. 14.4) не поднималась над уровнем сво-
его времени (шаблонное изображение населенных пунктов перспек-
тивными знаками, примитивное изображение рельефа штришками без
согласования с крутизной скатов и разностью высот и т. п.). Если не
считать небольшого времени, когда Кассини получал государственную
поддержку, его съемка выполнялась как частное предприятие. Рабо-
ты над картой длились с 1750 до 1789 г., а полностью на 182 листах
карта поступила в продажу только в 1815 г.
Предложенные Кассини математические принципы обоснования
топографических съемок нашли широкий отклик в других странах.
Самым ранним примером служит съемка Австрийских Нидерландов
(Бельгии), исполненная в 1770—1777 гг. под руководством Феррари.
Весьма крупная по масштабу (1:11 520), она заключала в себе 275
листов с весьма детальным и умело выполненным рисунком местно-
сти, причем каждый лист сопровождался текстовым описанием. На
341
Рис. 14.4. Фрагмент топографической карты Франции Кассини масштаба
1 : 86 400 (1750—1789 гг.)
основе этой съемки Феррари, заимствуя масштаб (1:86400) и проек-
цию карты Кассини, опубликовал карту Австрийских Нидерландов на
25 листах — образец картографического искусства XVIII в. (рис. 14.5).
Работы Кассини явились также образцом для съемки и карт некото-
рых германских государств.
На рубеже XVIII и XIX вв. армия стала ощущать острую потреб-
ность в топографических картах. До этого времени использование гео-
342

Puc. 14.5. Фрагмент топографической карты Австрийских Нидерландов Феррари масштаба 1:86 400 (1777 г.)
графических карт в военном деле ограничивалось сравнительно узки-
ми рамками, которые определялись господствовавшей на протяжении
XVIII в. линейной тактикой ведения боя. Линейное построение могло
быть осуществлено только на ровной и открытой местности, где пол-
ководец имел возможность непосредственно наблюдать поле битвы и
руководить сражением. Ни он, ни подчиненные военачальники не чув-
ствовали особой надобности в подробных картах поля боя и окружа-
ющей местности. Но карта оказывалась необходимой при движении и
сосредоточении войск и при их расквартировании. В первом случае
была достаточна дорожная карта сравнительно мелкого масштаба.
Крупномасштабные карты (планы) снимались только для укреплен-
ных районов и лагерей, т. е. для ограниченных участков местности.
Коренной перелом во взглядах на военное использование карты
был вызван новой системой тактики. Она состояла в применении про-
тив линейных построений противника выдвинутого вперед россыпного
строя стрелков, за которым следовали боевые колонны. Эта тактика
побуждала войска «сражаться на пересеченной местности, в деревнях
и лесах, где они находили укрытие от неприятельского огня и где ли-
нейный строй противника неизменно приходил в беспорядок; ...благо-
даря этому любая местность сделалась теперь пригодной для боя; и
одним из главных требований, предъявляемых военачальнику, стало
умение быстро оценивать все преимущества и неудобства местности
и сразу же располагать свои войска в соответствии с этим» 1. В этих
условиях карта стала необходимой для изучения местности и приме-
нения ее в бою, для выбора направления ударов и обходных движе-
ний и вообще для руководства боем.
В начале XIX в. европейские страны спешно обучают свои армии
по новому образцу и организуют специальные военно-топографические
службы. Последние быстро разрастаются, в ряде случаев включают
гражданские картографические учреждения и приобретают, оставаясь
в военном ведомстве, положение государственных картографических
служб. Их главной обязанностью становится изготовление для воз-
можных театров войны крупномасштабных топографических карт, ос-
нованных на жесткой опорной сети — триангуляции и на топографиче-
ских съемках.
Новая задача возникла в отношении передачи рельефа. Крупно-
масштабные карты без изображения рельефа потеряли для армии
всякую цену. Армия не только ждала от карты наглядного изобра-
жения местности, но и требовала также показа крутизны скатов, во
многом определяющей возможность маневрирования войск. Перспек-
тивный и полуперспективный способы изображения рельефа, господ-
ствовавшие в XVIII в., были непригодны для этой цели. Решение зада-
чи было предложено Леманом, разработавшим объективный метод
изображения рельефа штрихами, которые вычерчивались вдоль линий
наибольшей крутизны скатов так, что толщина штрихов находилась
в определенном соотношении с крутизной ската (см. § 4.2).
Создание топографических карт на обширные пространства тре-
бовало определения вида и размеров Земли в целом и подробного'
изучения в геометрическом отношении ее отдельных частей. Матема-
тика заняла в картографии центральное положение и способствовала
ее совершенствованию.
1 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 41. С. 38—39.
344
В результате энергичной деятельности военно-топографических
служб ряд европейских стран во второй половине XIX в. завершил то-
пографические съемки и опубликовал топографические карты своих
территорий.
§ 14.4
РУССКАЯ ВОЕННАЯ КАРТОГРАФИЯ ДО 70-х ГОДОВ XIX в.
Весьма крупные успехи в развитии военной картографии были
достигнуты в XIX в. в России. Еще в 1763 г. был учрежден Генераль-
ный штаб, офицеры которого в мирное время выполняли среди прочих
занятий съемки отдельных районов страны, лагерей, маршрутов и т. п.
(рис. 14.6), а также составление карт для нужд армии. Одновременно
со съемками или особо от них составлялись подробные военно-геогра-
фические описания. Многие из работ того периода, сохранившиеся в
рукописном виде, замечательны по своей полноте и оформлению.
Начало организационного становления военной картографии от-
носится к 1797 г., когда было образовано Депо карт с обязанностями
«полного государственного архива всех планов и карт». Вместе с тем
оно занималось составлением и изданием новых карт и атласов, среди
которых отметим «Подробную карту Российской империи» в масштабе
20 верст в дюйме (1:840000) на 107 листах, известную как Столист-
ная карта Российской империи (1801—1804). Она явилась первой го-
сударственной многолистной картой России и прообразом последую-
щих изданий подобного рода (рис. 14.7).
Учреждение Депо карт (преобразованного в 1812 г. в Военно-то-
пографическое депо в составе Военного министерства) разрешало воп-
росы составления и издания карт, но производство полевых топогра-
фических работ не было организованно обеспечено, что особенно вы-
явилось в войне 1812 г. Поэтому в 1822 г. для производства государ-
ственных съемок был учрежден специальный Корпус военных топогра-
фов, которым позднее была выполнена огромная работа по проложе-
нию триангуляции, наблюдению астрономических пунктов и по топо-
графическим съемкам, особенно в западных, центральных и отчасти
южных губерниях Европейской России.
Среди триангуляций, начатых в 1816 г., особое значение имели
работы генерала К. И. Теннера и академика В. Я. Струве, выполнив-
ших к 1852 г. измерение меридиональной дуги от устья р. Дуная до
Северного Ледовитого океана протяжением в 25°20'. Эти классические
работы, известные как дуга Струве, явились в свое время весьма точ-
ным и крупнейшим градусным измерением, важнейшим материалом
для определения размеров земного эллипсоида.
Вслед за триангуляцией производились топографические мензуль-
ные съемки, первоначально в полуверстном (1:21000) масштабе
(1819—1844), далее в одноверстном (1:42 000) масштабе (1844—
1870). Тригонометрические пункты служили основой для разбивки гео-
метрической сети. Инструментально снимались лишь основные объек-
ты местности: большие дороги, реки, границы губерний. Остальное со-
держание карты наносилось глазомерно, но в поле, на мензуле, чем
эти съемки методически отличались от своих предшественников
XVIII в., когда вычерчивание карт по полевым журналам относилось
к домашней работе.
В процессе съемки рельеф изображался приближенными горизон-
талями с указанием угловой величины скатов местности, причем ин-
345
Рис. 14.6. Фрагмент листа топографической мензульной съемки Финляндии, на-
чатой в 1810 г. (воспроизведена с небольшим уменьшением)
струментально наносились контуры вершин и тальвегов; в камераль-
ной обстановке рельеф вычерчивался в штрихах. Такого характера
съемки распространились к 1870 г. на 30 губерний России, а также на
Польшу и отчасти Финляндию; общая площадь снятого пространства
составила свыше 1500 тыс. верст2 (1700 тыс. км2). Большие по площа-
ди полуинструментальные съемки производились также в Закавказье,
в Оренбургском крае, в Сибири и за границей.
Все эти съемки послужили источниками для составления и изда-
ния ряда новых карт, среди которых выдающееся место занимает
трехверстная карта Европейской России, начатая в 1845 г. Более
500 листов ее охватили территорию Европейской России от ее запад-
346
}1
i
M;
<1
S 1
Puc. 14.7. Фрагмент Столистной карты Российской империи масшта-
ба 1 : 840 000 (1801 — 1804 гг.)
ных границ до линии Санкт-Петербург—Череповец—Великие Луки—
—Рязань—Валуйки—Борисоглебск—Царицын—Новочеркасск. Трех-
верстная карта замечательна по своей подробности и прекрасной пе-
редаче штрихами рельефа западной и центральной частей России. Для
нее была разработана оригинальная шкала штрихов, приспособленная
для передачи равнинного рельефа. Трехверстная карта выдвинула
русскую военную картографию на одно из первых мест. Это был ка-
питальный вклад в мировую картографию, выполненный с большим
мастерством, особенно по качеству гравюры Г
Другим выдающимся произведением русской военной картогра-
фии XIX в. была Специальная десятиверстная (масштаба 1 :420 000)
карта Европейской России (1865—1871) на 152 листах под редакцией
И. А. Стрельбицкого. Ее содержание, подробность изображения и
оформление были установлены после изготовления ряда образцов для
различных районов Европейской России. С особой полнотой карта вос-
произвела гидрографию и населенные пункты. Из природных элемен-
тов ландшафта на карте изображены леса, пески, болота и, что осо-
бенно важно, рельеф. Для составления карты был привлечен огром-
ный материал, в частности свыше 20 000 опорных пунктов. Для уста-
новления правильных названий служил Географо-статистический сло-
1 Предшественница этой карты — трехверстная карта Польши (1834—1839) на 57 ли-
стах — также примечательна по совершенству гравюры. Ее опыт был использован
при создании карты Европейской России.
347
варь П. П. Семенова. Задуманная как военная карта, десятиверстка
вышла далеко за рамки этого назначения и широко применялась в на-
учных, практических и культурных целях. Укажем для примера, что
она послужила основой десятиверстной геологической карты Европей-
ской России, а в советское время переиздавалась вплоть до 30-х годов
и была, в частности, использована при составлении гипсометрической
карты европейской части СССР масштаба 1:1 500000. Трехверстная
и десятиверстная карты систематически поддерживались на уровне со-
временности до начала 80-х годов XIX в.
Успех работ военно-топографической службы был во многом обя-
зан специальной подготовке кадров: топографы обучались в Военно-
топографическом училище, геодезисты высшей квалификации выпуска-
лись геодезическим отделением Академии Генерального штаба
(с 1854 г.) и стажировались в Пулковской астрономической обсерва-
тории (основана в 1839 г.).
Интересно заметить, что стопроцентное картографирование неко-
торых стран и частичное картографирование территории России, по-
крытой топографическими съемками к 1870 г. лишь на 8%, давало
иногда повод говорить об отставании России в топографическом изу-
чении своей территории. Легко убедиться в неправомерности такого
сопоставления. Триангуляционные, топографические и картографичес-
кие работы в России превосходили все, что делалось в этом отношении
в любой европейской стране. Территория Европейской России, охва-
ченная к 1870 г. топографическими съемками, превосходила площадь
Великобритании, Франции, Швейцарии, Нидерландов и Дании, вместе
взятых.
Значение топографических карт выходило далеко за пределы соб-
ственно военных интересов. К. И. Теннер настойчиво подчеркивал
«все полезные последствия для математической и физической геогра-
фии, кои ожидать должно от каждой хорошей съемки». Например, то-
пографические карты этого времени дали впервые правильное пред-
ставление о формах рельефа земной поверхности.
§ 14.5
ВОЕННАЯ КАРТОГРАФИЯ В ПЕРИОД ИМПЕРИАЛИЗМА. СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ
ТОПОГРАФИЧЕСКИХ КАРТ. НОВЫЕ ЗАДАЧИ РУССКОЙ ВОЕННОЙ КАРТОГРАФИИ.
КАРТЫ ЗАПАДНОГО ПОГРАНИЧНОГО ПРОСТРАНСТВА. КАРТОГРАФИЯ
ВО ВРЕМЯ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
Топографические карты стареют. Во-первых, местность изменяется,
особенно быстро под влиянием человека, и карты с течением времени
перестают соответствовать действительности. Во-вторых, по мере раз-
вития науки и техники жизнь выдвигает новые требования к содержа-
нию и точности карт.
Старение карт как результат изменений на местности вызывает
необходимость в обновлении и переиздании карт, в проведении работ,
которые в военном ведомстве назывались тогда рекогносцировками.
Уже в XIX в. во Франции и Великобритании стремились поставить си-
стематическое обновление карт проведением полевых обследований че-
рез 15—20 лет. В России планировалось постоянное поддержание трех-
верстной карты на уровне современности.
Но карты устаревали и в техническом отношении. Когда во вто-
рой половине XIX в. топографические карты нашли новые области
348
применения в инженерном деле, в частности железнодорожном строи-
тельстве, при геологических съемках и т. д., от них потребовалась гео-
метрически точная передача рельефа через замену штрихов горизон-
талями. Введение горизонталей оказалось важным и для армии. Раз-
витие артиллерийского оружия вызвало необходимость в определении
по топографическим картам, наряду с расстояниями, также высоты
целей. Таким образом, возникла необходимость в повторении съемок
для удовлетворения новых запросов науки и практики.
Коренная переработка карт требовала и сопровождалась совер-
шенствованием самой картографо-геодезической техники. Например,
проложение точных нивелировок (создание высотной опоры) и введе-
ние в практику съемок кипрегеля с дальномером и вертикальным кру-
гом (что обеспечило определение высот при съемке) явились техниче-
скими предпосылками для замены штрихов горизонталями. Большое
влияние на совершенствование карт и удешевление их печати оказало
введение в картоиздание фототехники и литографии (печатания с плос-
ких печатных форм) вместо дорогой и трудоемкой гравюры, при кото-
рой печатная форма изготовлялась ручным вырезанием картографиче-
ского рисунка на металле. Переход к литографии позволил выполнять
многокрасочное издание карт.
В результате во второй половине XIX в. многие европейские стра-
ны начали второй тур топографических съемок, для которых были
характерны укрупнение масштабов, большая точность и передача
рельефа горизонталями; глазомерный элемент, обильный в съемках
первой половины века, уступил место геометрически точному изобра-
жению местности. Эти съемки использовались также для составления
и публикации производных топографических карт более мелких мас-
штабов. Новые работы велись сравнительно медленно, на что отчасти
влияло укрупнение масштабов и повышение точности съемок. Наряду
с этим перед военно-топографическими службами ставились новые за-
дачи, что влекло рассредоточение сил.
В 70-х годах XIX в. началось перерастание старого «свободного»
капитализма в империализм. К концу столетия капиталистические го-
сударства закончили захват незанятых земель и порабощение народов
Африки, Полинезии и Азии. В условиях колониальной политики и со-
перничества военно-топографические службы переключили часть своих
сил на картографирование колоний, особенно районов возможных
столкновений. С начала XX в., с обострением борьбы за раздел и пе-
редел мира, возникла также необходимость в создании карт на те тер-
ритории потенциального противника, которые могли стать ареной во-
енных действий. Этот вид картографической деятельности носил в из-
вестной мере паразитический характер, ибо в его основе лежало ис-
пользование чужих источников. В такой обстановке картографические
работы в метрополиях подвергались сокращению и иногда ограничи-
вались районами, которые рассматривались как возможные театры
войны. При старении прежних съемок картографическая обеспечен-
ность ряда европейских стран фактически стала ухудшаться. Напри-
мер, Географическая служба французской армии, работавшая не спе-
ша над созданием новой топографической карты Франции масштаба
1:50 000, успела изготовить ее к началу первой мировой войны лишь
на узкую полосу вдоль границы с Германией. Вообще признавалось,
что топографическое изучение возможных театров военных действий
должно составлять обязательную часть общей подготовки к войне, но
многие надеялись воевать преимущественно на территории против-
ника.
349
Русская военная картография также вступила в новую фазу раз-
вития, явившуюся следствием перехода России после реформы 1861 г.
к капиталистическому хозяйству, «...капитализм не может существо-
вать и развиваться без постоянного расширения сферы своего господ-
ства, без колонизации новых стран и втягивания некапиталистических
старых стран в водоворот мирового хозяйства. И это свойство капи-
тализма с громадной силой проявлялось и продолжает проявляться в
пореформенной России», — писал В. И. Ленин в 1899 г.’ В этом отно-
шении Россия находилась «...в особенно выгодных условиях сравни-
тельно с другими капиталистическими странами вследствие обилия
свободных и доступных колонизации земель на ее окраинах»1 2. Стрем-
ление России к расширению своих границ в Средней Азии, Сибири и
на Дальнем Востоке, а также резкое обострение противоречий между
капиталистическими странами в Европе определили новые задачи в
деятельности военно-топографической службы, а именно: постановку
новых съемок в Средней Азии, в Сибири и на Дальнем Востоке и за-
мену устаревших съемок вдоль западных границ страны. Угроза Кав-
казу со стороны Турции, попавшей под враждебное России британ-
ское влияние, требовала также организации съемок в Закавказье и на
Черноморском побережье.
С 1870 г. военно-топографические съемки в европейской части»
страны были переведены в полуверстный масштаб (1:21000), а штри-
хи уступили место горизонталям, что уменьшило производительность-
работ. В этих условиях повторение съемок вдоль западных границ,
распространение съемок на восточные губернии Европейской России,
проведение новых работ в азиатской части империи и поддержание на
уровне современности ранее созданных карт могли единовременно
оказаться возможными только при значительном увеличении средств
для военно-топографической службы. Царское правительство не по-
шло на это. В 1877 г. оно предложило вести съемки исключительно
для нужд армии, государственные картографо-геодезические работы
для обслуживания народнохозяйственных нужд были почти прекраще-
ны. В результате военное ведомство отказалось от работы во внутрен-
них частях страны и сосредоточило усилия на точных топографических
съемках полуверстного (1:21000), а с 1907 г. одноверстного
(1:42 000) масштабов в западном пограничном пространстве, в Кры-
му и Финляндии, на двухверстных (1:84 000) упрощенных съемках —
в Средней Азии, в пограничных районах Сибири и на Дальнем Вос-
токе.
Топографические съемки западного пограничного пространства,
обладавшие хорошей точностью и подробностью, охватили к 1917 г.
территорию примерно к западу от меридиана Петроград—Киев—Одес-
са. На их основе составлялась двухверстная (1 : 84 000) карта запад-
ного пограничного пространства с горизонталями через 2 и 4 сажени;
она печаталась в два цвета. Относительно малая генерализация и ма-
лое сечение приводили к весьма детальному и потому не всегда ясно-
му изображению. Этому недочету противостояли подробность и точ-
ность карты, которые позволяют считать ее лучшей русской топогра-
фической картой того времени.
В итоге более чем вековой деятельности русской военно-топогра-
фической службы были созданы карты на территорию площадью око-
ло 10 млн км2, т. е. почти равную площади всего Европейского кон-
1 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 3. С. 595.
2 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 3. С. 596.
350
тинента. Этот замечательный вклад в топографическое изучение пла-
неты превосходил к началу первой мировой войны то, что было сде-
лано в этом направлении любым другим государством.
Но вместе с тем огромные пространства оставались вовсе не изу-
ченными в топографическом отношении. На всю страну в целом име-
лась лишь стоверстная карта (1:4 200000), из-за недостатка источ-
ников несовершенная во многих своих частях. При своей односторон-
ней направленности военно-топографическая служба не решала карто-
графических задач народнохозяйственного значения.
В период, предшествовавший первой мировой войне, военно-топо-
графические службы крупнейших стран считали своей основной за-
дачей заблаговременное создание карт на территорию возможных те-
атров военных действий. Они строили расчеты на быстротечный ма-
невренный характер боевых операций и полагали, что их деятельность
будет носить во время войны ограниченный характер. Действитель-
ность не оправдала эти расчеты. Позиционная война потребовала точ-
ных топографических карт весьма крупных масштабов—1:25000 и
даже 1 : 10000, в частности необходимых артиллерии для стрельбы по
невидимым целям. Выяснилось, что разрушительные силы войны быст-
ро преображают облик местности и потому карты нуждаются в регу-
лярном обновлении. Применение авиации и танков потребовало соз-
дания карт специального назначения. Резкое увеличение численности
армий сопровождалось чрезвычайным ростом потребления карт. Преж-
няя организация военно-топографических служб с их малочисленными
кадрами не удовлетворяла новым условиям. В составе действующих
армий появились топографические подразделения для изготовления и
печатания карт непосредственно в полевых условиях. Общий выпуск
карт в отдельных воюющих странах исчислялся десятками и даже сот-
нями миллионов листов.
Первая мировая война послужила толчком к внедрению в топо-
графо-геодезические работы и картографию ряда новых методов. Са-
мым крупным событием явилось использование для обновления и по-
полнения карт аэрофотосъемки, которая позднее произвела полный
переворот в производстве топографических карт.
§ 14.6
СЪЕМОЧНО-КАРТОГРАФИЧЕСКИЕ РАБОТЫ ГРАЖДАНСКИХ ВЕДОМСТВ
Военно-топографические службы руководствовались в своей дея-
тельности интересами армии и потому учитывали во вторую очередь
или даже не учитывали вовсе потребности в топографических съемках
и картах со стороны гражданских учреждений. Между тем в рассмат-
риваемое время съемки и карты требовались для земельного кадаст-
ра, подготовки территорий к заселению, обследования и устройства
лесов, мелиорации земель, изыскания железных и шоссейных дорог, в
качестве основы геологических исследований и т. д. Необходимость в
таких съемках и картах быстро возрастала по мере развития капита-
листического хозяйства. Поэтому во многих государствах наряду с ос-
новной картографической службой, находившейся в руках армии, воз-
никал ряд вспомогательных служб, занятых съемками и картами уз-
коведомственного значения. В условиях бесплановой капиталистиче-
ской экономики эти ведомственные работы обычно выполнялись без
учета интересов и требований государственной картографии. Напри-
351
мер, кадастровые съемки, т. е. съемки для учета и оценки земель, ве-
лись без рельефа и не всегда имели геодезическую основу.
Использование ведомственных материалов для создания топогра-
фических карт страны зависело от характера этих материалов и от
общего состояния государственной картографии. Наибольшее значение
имели сплошные съемки больших пространств, как например при ге-
неральном межевании в России. Пример более позднего времени —
обширные кадастровые съемки в западной Канаде, исполненные в
1870—1920 гг. и целиком использованные для составления карт этой
территории в масштабе 1 : 190 080.
В странах, не имевших государственной картографо-геодезической
службы (например, в Австралии и многих колониях), ведомственные
работы при всех присущих им несовершенствах являлись основным
источником для составления географических карт. При наличии госу-
дарственной службы ведомственные съемки могли быть полезны для
изготовления карт районов, еще не затронутых государственной съем-
кой. Например, в Германии кадастровые планы Баварии, Вюртембер-
га и некоторых других земель в масштабах 1 : 5000 и 1 : 2 500 исполь-
зовались для составления листов топографической карты масштаба
1 : 25 000, на которые рельеф наносился дополнительно посредством
топографической съемки. Однако продуманное, плановое сочетание ве-
домственных съемок с государственным картографированием относи-
лось к исключениям, хотя на ведомственные работы затрачивались
весьма крупные суммы *.	,
Характерный пример дают США. При их господстве на континен-
те военно-топографическое изучение страны не представлялось необ-
ходимым. Поэтому съемочно-картографические работы велись многи-
ми учреждениями федеральной администрации и отдельных штатов
для удовлетворения различных нужд без какой-либо заботы об исполь-
зовании для государственной картографии. Самой крупной организа-
цией такого рода стала Геологическая съемка, основанная в 1879 г. в
связи с энергичным ростом горной промышленности. Ей понадобилось
готовить топографические карты для привязки геологических съемок.
Целевое назначение определило характерные особенности этих карт —
детальное изображение рельефа горизонталями, ценное при геолого-
съемочном и инженерном использовании карт, подробный показ адми-
нистративно-хозяйственного разграничения земель и, напротив, прене-
брежение к растительному покрову.
Хотя топографические карты оказались очень полезными для же-
лезнодорожного строительства, мелиораций, а также для учета зе-
мель, они готовились лишь на районы геологических съемок, что в ко-
нечном счете определяло пестроту и слабую топографическую изучен-
ность США. В 20-х годах текущего столетия картографическая дея-
тельность была рассредоточена в 12 государственных учреждениях
США и только в 1925 г. Конгресс возложил на Топографический от-
дел Геологической съемки задачу изготовления топографических карт
на всю территорию страны.
При всей скромности результатов, полученных гражданскими уч-
реждениями в области государственной картографии, в этой деятель-
ности в XIX в. проявилась важная прогрессивная черта, заключавшая-
1 В России перед первой мировой войной годовой бюджет военно-топографической
службы составлял около 0,5 млн руб., тогда как па съемки межевого ведомства,
имевшие целью способствовать укреплению кулацких и крупных капиталистических
хозяйств, было только в 1913 г. затрачено 9,3 млн руб.
352
ся в организации систематических работ в отдельных отраслях темати-
ческого картографирования, в которых особенно нуждалась практика,
(см. § 14.8).
§ 14.7
КАРТОГРАФИРОВАНИЕ МОРЕЙ
С момента своего зарождения картографирование морей имело-
главной целью обеспечение кораблевождения и его безопасности. Ес-
тественно, что совершенствование средств и способов мореплавания-
непосредственно влияло на требования к морским картам, на состоя-
ние морской картографии. Важной гранью стал переход к парусному
флоту (с начала II тысячелетия).
Портоланы — навигационные карты эпохи Возрождения (см..
§ 13.3) уже давали детальное изображение береговой линии и несли
оснащение, необходимое для прокладки курса корабля. Расцвет кар-
тографии в XVI и XVII вв. во многом обязан развитию мореплавания..
Во второй половине XVI в. появились голландские и английские кар-
ты, на которых рельеф морского дна показывался отметками глубин,,
правда еще немногочисленными (см. рис. 13.11). С XVIII в. морские-
(гидрографические) съемки становятся систематичными в странах Ев-
ропы, обладавших военными и торговыми флотами.
В России начало работ по картографированию морей относится к
Петровскому времени; последующая история морской картографии в:
России была неразрывно связана с развитием военно-морского флота-
и торгового мореплавания, с гидрографическими и океанографически-
ми исследованиями Мирового океана. В середине XVIII в. над изготов-
лением морских карт, главным образом Балтийского и Каспийского-
морей (рис. 14.8), успешно трудился А. И. Нагаев, положивший у нас
в стране начало камеральному составлению морских карт. Его дея-
тельность создала предпосылки для организации гидрографической
службы, зародышем которой явилась чертежная, организованная в=
1777 г. при Адмиралтейств-коллегии «для рисования планов и порядоч-
ного их содержания».
В XVIII в. большая часть работ для создания морских карт вы-
полнялась методом морской описи (съемки) с судна, идущего вдоль
берега. При этом путь корабля, ведущего съемку, определялся нави-
гационными способами. Изобретение секстана, хронометра и других
навигационных инструментов позволило уточнить прокладку пути ко-
рабля и тем самым обеспечило (и сделало необходимым) получение-
при гидрографических съемках более точных результатов. Проекция
Меркатора, удобная для прокладки курсов корабля, завоевала у мо-
ряков всеобщее признание. Карты стали пополняться большим количе-
ством отметок глубин, получаемых в результате специальных гидро-
графических промерных работ, когда при измерении глубины опреде-
ляются также плановые координаты промера. Однако промерные ра-
боты ограничивались зонами малых глубин, т. е. главным образом
прибрежными районами. Отсутствие отметок на каком-либо участке
навигационной карты как бы само по себе определяло зону больших
глубин и означало, что в этом районе нет опасности для плавания и
нельзя встать на якорь. При широком международном обмене нави-
гационные карты, изготовляемые в разных странах, приобрели общие-
черты, во многом сохранившиеся до наших дней. Кругосветные плава-
ния определили основные контуры Мирового океана.
353
Рис. 14.8. Фрагмент морской карты Финского залива из Атласа всего Балтийского мо-
ря А. И. Нагаева (1756 г,)- Компасные сетки, введенные на портоланах, сохранились
на навигационных картах до конца XVIII в.
В XIX в. рост мировой торговли, борьба за рынки сбыта и коло-
нии вызвали дальнейшее развитие мореплавания. В первой половине
века наряду с работами для уточнения карт на берега метрополий
расширяется изучение важнейших путей морских сообщений, но эти
исследования, выполнявшиеся преимущественно морской описью, но-
сили приближенный, рекогносцировочный характер.
С середины XIX в. паровой флот начал вытеснять парусные суда.
Мореплаватели перестали зависеть от ветра. Корабли могли придержи-
ваться берега. Осадка и скорость их возросли. В результате к нави-
гационным картам были предъявлены повышенные требования. У по-
бережий морская опись стала заменяться более точными работами,
включающими проложение триангуляции, топографическую съемку по-
бережий и на их основе — промер глубин.
Тогда же, в связи с прокладкой телеграфных кабелей через океа-
ны, было начато изучение океанических бассейнов. Изобретение глу-
боководного лота сделало возможным измерение больших глубин. Од-
нако из-за трудности промера их число долгое время оставалось не-
большим.
Составление морских навигационных карт и других пособий для
кораблевождения составило важнейшую задачу гидрографических
354
служб, организованных во всех крупных морских государствах мира
Они развертывали свою работу на изучении прилегающих морских
пространств, но службы империалистических держав расширили круг
действий в соответствии с общими политическими, экономическими и
стратегическими планами. Например, английское адмиралтейство, ши-
роко привлекая иностранные материалы, издавало ко времени первой
мировой войны навигационные карты почти на все моря земного ша-
ра, где тогда практиковалось судоходство.
§ 14.8
ТЕМАТИЧЕСКОЕ КАРТОГРАФИРОВАНИЕ
Использование карт в различных областях практической деятель-
ности привело к их дифференциации. Очень рано зародились специаль-
ные карты (см. § 7.4), как видоизменения общегеографических карт,
содержание и оформление которых приспосабливалось к запросам оп-
ределенных групп потребителей. Напомним дорожные карты Римской
империи и портоланы. С XVI в. стали публиковаться морские и до-
рожные карты и атласы.
Значительно позднее появились тематические карты, включающие
в свое содержание элементы, отсутствующие на общегеографических
картах, или сосредоточивающие внимание на отдельных элементах об-
щегеографической карты, но передающие их с особенно полной и (илиУ
своеобразной характеристикой.
К числу наиболее ранних тематических карт принадлежат упомя-
нутые выше (см. § 14.1) карты ветров и магнитных склонений Галлея,
составленные им для удовлетворения нужд мореплавания. Около се-
редины XVIII в. начинают разрабатываться геологические карты, вы-
званные потребностями горного дела, сначала в Англии, позднее в не-
которых других странах Европы. В своем развитии они прошли три
фазы: как карты полезных ископаемых (XVIII в.), далее карты рас-
пространения на земной поверхности пород различного петрографиче-
ского или минералогического состава (с последней четверти XVIII в.),
а позднее как карты с границами возрастного расчленения осадочных
пород и магматических тел (с середины XIX в.).
В XVIII в. тематические карты были очень немногочисленны. Ес-
тествознание находилось тогда в стадии накопления и первоначальной
систематизации фактического материала. Хотя еще в середине века
М. В. Ломоносов учил о взаимосвязи природных явлений и применил
сравнительно-географический метод их изучения, эти идеи, нуждавши-
еся для доказательства в географических картах, получили распрост-
ранение лишь в XIX в. В 1817 г. выдающийся немецкий естествоиспы-
татель А. Гумбольдт впервые применил изотермы для установления
закономерностей распределения температур на земной поверхности и
положил начало созданию климатических карт, способствовавших воз-
никновению климатологии как самостоятельной отрасли географиче-
ской науки. В 1836—1941 гг. Г. Бергхауз опубликовал в Готе знаме-
1 В Великобритании гидрографическая служба была организована в 1795 г.; в России
гидрографические работы и выпуск навигационных карт находились с 1805 г. в ве-
дении Адмиралтейского департамента, а в 1827 г. для этой цели была учреждена
особая служба — Управление генерал-гидрографа, называвшаяся с 1837 г. Гидро-
графическим департаментом, а с 1885 г. — Главным гидрографическим управле-
нием.
355
питый Физический атлас, который содержал 90 листов тематических
карт по метеорологии, гидрографии, геологии, земному магнетизму,
растительности, животному миру, антропологии, этнографии, сгруппи-
рованных в 8 разделах, и сопровождался отдельным томом текстовых
приложений.
Во второй половине XIX в. к широкому использованию тематиче-
ских карт обратились: география почв, океанография, зоогеография,
экономическая география и др. Они применяли карту как один из спо-
собов регистрации и изложения результатов исследований, как один
из методов выявления закономерностей размещения, как один из при-
емов установления взаимосвязей явлений с окружающей средой.
Тематические карты способствовали развитию многих естествен-
ных наук, что в свою очередь вызывало дальнейший рост и расширение
границ тематического картографирования. Этот процесс неизмеримо
ускорялся, когда та или иная наука становилась на службу практи-
ке или руководствовалась ее потребностями. Например, успехи геоло-
гии и геологического картографирования в Англии были тесно связа-
ны с изысканием залежей каменного угля для обрабатывающей про-
мышленности, быстро исчерпавшей ресурсы древесного топлива. По-
требность в этих исследованиях была настолько велика, что оказалась
необходимой организация специальной геологической съемки в 1832 г.
Равным образом быстрое развитие крупной горной промышленности
в пореформенной России вызвало создание особого учреждения — Гео-
логического комитета (1882 г.), в задачи которого вошли изучение недр
и составление геологических карт страны. К 1917 г. было покрыто
съемками около 10% территории, преимущественно для карты мас-
штаба 1 :420 000.
Аналогичную картину можно наблюдать в картографировании
экономики и населения. В России его значение понималось уже в
XVIII в. Напомним намерение Кирилова включить в свой атлас эко-
номические карты и ломоносовский проект экономического лексикона
(см. § 14.2). При господстве натурального феодально-крепостнического
хозяйства эти прогрессивные идеи опережали потребности времени. Но
во второй четверти XIX в. разложение хозяйственной системы крепост-
ничества и усиление капиталистической экономики повлекли за собой
развитие товарного производства и связанные с ним рост промыш-
ленности и районную специализацию сельского хозяйства. В этих ус-
ловиях публикация экономических карт, показывавших хозяйственные
различия территорий и размещение производства, отвечала потребно-
стям эпохи. Ряд экономико-картографических изданий того времени
(Карта промышленности Европейской России, 1842; Хозяйственно-ста-
тистический атлас Европейской России, 1851; и др.) должен быть от-
несен к серьезным достижениям мировой картографии. В эпоху капи-
тализма выпуск экономических карт и атласов в России стал неред-
ким явлением. Росло количество экономических карт также за ру-
бежом.
Однако, вопреки большому практическому значению многих тема-
тических карт, организация особых учреждений для тематического
картографирования, подобных геологическим службам, относилась,
скорее, к исключениям. Один из немногих примеров в России — отдел
статистики и картографии Министерства путей сообщения. Хотя в ря-
де ведомств велись большие работы по съемкам лесов, государствен-
ных земель, водных путей и др., их результаты не публиковались и не
использовались для государственной картографии. Создание отдель-
ных тематических карт у нас и заграницей обычно было обязано лич-
356
ной инициативе прогрессивных деятелей, влияющих на работу тех или
иных учреждений, или заботам отдельных ученых. В этом отношении
в России поучительны история почвенного картографирования, научное
становление которого обязано В. В. Докучаеву, и роль П. П. Семено-
ва-Тян-Шанского в развитии экономического картографирования. Поч-
венно-оценочные работы, предпринятые с 70-х годов XIX в. некоторы-
ми земствами, имели конкретную цель — оценку качества земель для
обложения их сборами, составлявшими главный источник земских
доходов. Этим работам первоначально был свойствен узкоутилитар-
ный статистический характер. Но когда в них принял участие крупней-
ший русский естествоиспытатель В. В. Докучаев, он предложил для
почв научную классификацию, основанную на генетическом принципе,
и ввел их комплексное изучение с учетом факторов почвообразования.
Его карты означили новый этап в развитии русского и мирового поч-
воведения. Между тем почвенные работы и картографирование про-
водились земствами различных губерний без общего организационно-
го руководства, по разным принципам, без строгого плана и последова-
тельности.
Благодаря П. П. Семенову-Тян-Шанскому, выдающемуся геогра-
фу, организатору русской государственной статистики, ее издания
включали много карт экономики и населения; некоторые из них, на-
пример комплексная Карта важнейших отраслей производительности
Европейской России (1872), заметно продвинули вперед русскую эко-
номическую картографию.
Важным фактором в развитии тематической картографии явился
Атлас Азиатской России (1914), изданный Переселенческим управле-
нием в связи с переселением крестьян в Сибирь, Среднюю Азию и на
Дальний Восток, предпринятым царским правительством для ослаб-
ления аграрного кризиса и для упрочения влияния на окраинах. Он
означал крупный шаг в становлении комплексных атласов как в от-
ношении полноты природных и экономических характеристик, так и
в практической направленности научных разработок.
Но в общем и в России, и за рубежом в тематическом картографи-
ровании не было государственной организации дела и планового на-
чала. Результаты картографирования складывались как механическая
«сумма деятельности отдельных учреждений и лиц.
§ 14.9
КАРТОГРАФИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ ОБЩЕСТВ
И КОНГРЕССОВ
Географические общества оказали большое содействие картогра-
фическому изучению планеты. Они влияли на упорядочение государ-
ственной картографии. Другие их заслуги состояли в поддержке на-
учных исследований и в постановке картографических проблем нацио-
нального и международного значения, а также в организации между-
народных связей в области географии и картографии.
Учреждение географических обществ в первой половине XIX в.
(в Париже— 1821 г., в Риме— 1824 г., в Берлине— 1828 г., в Лондо-
не— 1830 г., в Санкт-Петербурге— 1845 г.) в известной степени свя-
зано с усилением колониальной политики капиталистических госу-
дарств. Мы коснемся лишь Русского географического общества, ос-
нованного группой выдающихся русских ученых и исследователей с
357
целью разностороннего географического изучения России и сопредель-
ных стран. Многочисленные экспедиции, организованные обществом &
Сибирь, Приамурье, Среднюю и Центральную Азию, связанные с дея-
тельностью П. П. Семенова, П. А. Кропоткина, Н. М. Пржевальского-
и других выдающихся исследователей, обычно сопровождались карто-
графическими съемками, нередко соединенными с астрономическими
определениями. Печатные труды Русского географического общества
включали прекрасно составленные отчетные карты — ценнейший ма-
териал для познания обширных территорий России и сопредельных
стран. Общество организовало ряд крупных работ по использованию
ведомственных съемок для государственной картографии, в частности
подготовило по межевым съемкам и издало превосходные Атлас Твер-
ской губернии (1853) и Атлас Рязанской губернии (1860), первый в
масштабе 1:84 000, второй— 1:168 000, послужившие хорошим образ-
цом многокрасочной печати карт. Многие тематические карты России
обязаны своим появлением трудам Географического общества или его
деятелей (например, упомянутые в § 11.5 гипсометрические карты Ев-
ропейской России А. А. Тилло).
Весьма интересна инициатива, проявленная Географическим об-
ществом (в лице П. П. Семенова в 1884 г.) в разработке проекта об уч-
реждении Геодезического совета, который должен был объединить и на-
править по общему руслу все ведомственные картографо-геодезические
работы в России, дать им верное направление для достижения обще-
государственного интереса и вести регистрацию всех съемочных и кар-
тографических материалов. Это ценное предложение не встретило тог-
да поддержки со стороны правительства. Идея объединения картогра-
фо-геодезических работ в еще более обогащенном виде была осуще-
ствлена только после Великой Октябрьской социалистической рево-
люции.
С Географическим обществом связана деятельность Ю. М. Шо-
кальского, оказавшего существенное влияние на развитие русской кар-
тографии *.
Инициатива географических обществ привела к организации меж-
дународных географических конгрессов; в их работе картографические
проблемы заняли видное место; они оказали большое влияние на раз-
витие международных связей и научных исследований по картографии.
Мотивом для созыва Первого географического конгресса в Антверпене
в 1871 г. было 300-летие со времени выхода в свет знаменитого Атласа
Ортелия. С того времени конгрессы стали регулярным явлением. Они
позволили быстрее вводить во всеобщий оборот достижения националь-
ных исследований, ставить и обсуждать вновь возникающие проблемы,
привлекать к их решению усилия ученых разных стран, искать для
этого более совершенные методы и получать сопоставимые результаты.
1 Юлий Михайлович Шокальский (1856—1940) — почетный член Академии наук
СССР, почетный председатель Географического общества СССР, крупнейший уче-
ный в области океанологии, картографии и метеорологии. Как картограф К). М. Шо-
кальский получил всемирную известность благодаря ряду капитальных работ и сво-
ей активной международной деятельности. Ему принадлежат первые гипсометриче-
ские карты Азиатской России; ои произвел большую работу по исчислению поверх-
ности Азиатской России, площадей ее речных бассейнов и административных еди-
ниц; он был редактором лучшего русского дореволюционного сВсемирного атласа»,
изданного А. Ф. Марксом. После Октябрьской революции Ю. М. Шокальский про-
извел исчисление длин рек СССР, подготовил к печати учебные атласы, оказывал
деятельную помощь созданию крупнейших советских атласов, в том числе Большого'
советского [атласа мира, был инициатором издания Морского атласа и вел одновре-
менно большую общественную, педагогическую и административную работу.
358
К важнейшим заслугам географических конгрессов принадлежат
инициатива создания Международной миллионной карты мира (1891,
см. § 8.6) и Генеральной батиметрической карты океанов (1899,
см. § 8.5); конгрессы дали стимул к разработке комплексных нацио-
нальных и региональных атласов, первенцем среди которых был Атлас
Финляндии (1899, см. § 8.10). Они настойчиво пропагандировали
новые методы изготовления топографических карт посредством назем-
ной и воздушной фотографии, вносили предложения об установлении
единого счета долгот, о стандартизации масштабов топографических
карт и других международных акциях, заботились о закреплении свя-
зей между картографией и географическими науками. Наконец, на их
почве зародилась идея о создании Международной картографической
ассоциации (см. § 15.10) ради усовершенствования методов картогра-
фических работ, синтеза картографических знаний и содействия вы-
полнению работ международного значения (выдвинута на конгресс
1899 г. выдающимся деятелем русской картографии А. А. Тилло).
§ 14.10
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЧАСТНЫХ КАРТОГРАФИЧЕСКИХ ПРЕДПРИЯТИЙ
Картографические предприятия, основанные на коммерческом ин-
тересе, существуют со времени изобретения картопечатания. Вплоть
до XVIII в. развитие картографии во многом было обязано частной
инициативе. Вспомним нидерландских картографов XVI—XVII вв.
Долгое время внимание государственного аппарата к картографичес-
ким работам было невелико и оказываемая этим работам поддержка
носила случайный характер. Исключения немногочисленны — одно из
них доставляет история русской картографии. В целом государствен-
ные картографические работы приобрели значительный объем только
в XVIII в., причем внимание было устремлено главным образом на
проведение съемок собственной страны и составление производных
карт. По мере роста государственной картографии значение частных
картографических предприятий относительно уменьшилось, но для
них оставалось достаточно широкое поле деятельности. Они не при-
няли участия в топографических работах, требующих крупных затрат
и не окупающихся продажей карт *, но с большой энергией наполняли
рынок мелкомасштабными картами и атласами, а также картами
специального назначения: учебными, дорожными и другими изданиями,
рассчитанными на широкое распространение и приносящими прибыль.
Картографическая продукция частных фирм была по своим досто-
инствам очень неравноценной. Высококачественное изготовление слож-
ных картографических трудов, какими например, являются всемирные
атласы, может осуществляться лишь при солидной научной и техниче-
ской постановке дела, в результате сотрудничества значительного сос-
тава хорошо сработавшихся между собой специалистов: географов,
картографов, чертежников, граверов, печатников и др. Требуемые ус-
ловия создать непросто. Необходимы не только квалифицированный
персонал, не только значительные средства, но и время для приобре-
Например, попытка Томаса Джефериса, крупного лондонского картографа и торговца
картами середины XVIII в., предпринять составление карт Англии на основе съе-
мок, специально им поставленных, привела к банкротству его предприятие, которое
ранее процветало при использовании готовых источников.
359
тения опыта и накопления картографических источников. Некоторым
картографическим издательствам путем последовательного накопления
материалов, переизданий и улучшений удавалось достигать успеха не
только при издании отдельных карт, но и при решении крупных задач,
подобных выпуску больших географических атласов.
За рубежом отдельные картографические фирмы за много десяти-
летий существования вырабатывали свой стиль и традиции. Таковы,
например, бывшая немецкая фирма «Юстус Пертес» в Готе 1 (основа-
на в 1785 г.) и английская Бартоломью в Эдинбурге (с 1855 г.).
В частности, среди изданий Юстуса Пертеса примечательны всемир-
ный Атлас Штилера, впервые изданный в 1823 г. и подвергавшийся
далее неоднократным переработкам, комплексный Физический атлас
Бергхауза (см. § 14.8), а также журнал «Петерманс географише мит-
тайлунген» (Географические известия д-ра Петермана, основан
в 1855 г.). В журнале помещались статьи и карты, освещавшие резуль-
таты новейших географических открытий и исследований, собирался и
систематизировался справочный материал, необходимый для обновле-
ния карт, и т. д., что способствовало постоянному притоку свежих кар-
тографических источников.
В России единственным специализированным предприятием было
картографическое заведение А. Ильина (основанное в Санкт-Петер-
бурге в 1859 г.), сыгравшее положительную роль в обеспечении учеб-
ными картами и атласами народного образования. Среди других изда-
ний А. Ильина отметим Атлас по фабрично-заводской промышленности
России и обширный подробный Атлас Российской империи, включаю-
щий карты по губерниям с планами городов, статистические (эконо-
мические) и отчасти физико-географические карты страны. Таким об-
разом, последняя работа представляла интересную попытку создания
комплексного атласа России.
Однако картографическая продукция частных фирм нередко отли-
чалась невысокими достоинствами. В погоне за прибылью и в борьбе
с конкурентами картоиздательства, особенно из числа второстепенных,
прибегали к плагиатам и к удешевлению себестоимости карт за счет
снижения качества. Отсюда такие недостатки, как устарелость содер-
жания карт и их малая точность, разнобой в проекциях, масштабах,
способах изображения и характере генерализации на картах географи-
ческих атласов и отчасти в многолистных изданиях. Оформлению уде-
лялось больше внимания — внешний вид карт в первую очередь при-
влекает внимание покупателя, особенно если он не искушен в карто-
графии.
§ 14.11
РАЗРАБОТКА ТЕОРЕТИЧЕСКИХ ВОПРОСОВ КАРТОГРАФИИ
В течение двух тысячелетий картография и география развивались,
под именем географии в составе единой науки. В XVIII в. географичес-
кие задачи академических учреждений (например, Географического-
департамента русской Академии наук) состояли прежде всего в разра-
ботке географических карт. В. Н. Татищев (см. § 14.2) считал карто-
графию (как математическую географию) одной из трех частей гео-
графии наряду с физической и политической частями науки.
Ныне Географо-картографическое предприятие им. Германа Хаака в ГДР, отметив-
шее в 1985 г. свое 200-летие.
360
Однако при тогдашнем описательном характере географии, изучав-
шей где что находится, она не давала новых идей для развития гео-
графических карт. Такие идеи, направленные на совершенствование
в математическом отношении карт обширных пространств, были при-
внесены в картографию астрономами и математиками. Например,
Л. Эйлер, руководивший созданием Атласа Российского (1745), в своих
исследованиях картографических проекций применил новые методы
математического анализа. Но самый важный факт, обязанный трудам
астронома Цезаря Кассини (см. § 14.3), состоял в использовании три-
ангуляций для обоснования топографических съемок и проекций для
топографических карт. Таким образом, изучение поверхности Земли
в топографическом отношении стало вестись на строгих математичес-
ких принципах.
С этого времени измерения земной поверхности становятся уделом
особой прикладной математической науки — геодезии. В начале XIX в.
геодезия подразделилась на две ветви: высшую геодезию и геодезию
низшую, или топографию. Первая обратилась к изучению фигуры
Земли и к вопросам создания астрономо-геодезических и нивелирных
сетей для обоснования съемок, тогда как топография, по своей сути
техническая отрасль знания, занялась самими съемками с целью соз-
дания подробных карт местности. Последний процесс рассматривался:
при полевой работе — как состоящий из геометрических измерений
на местности, при камеральном составлении производных карт — как
заключающий в себе простые технические действия, посредством кото-
рых построенная картографическая сетка заполняется уменьшенными
изображениями контуров местности. Это значит, что картографирова-
ние сводилось к геометрической регистрации явлений.
Такое понимание дела при свертывании картографических работ
в академических учреждениях, лишенных там перспектив научного
развития в рамках описательной географии, привело к ослаблению
связей между картографией и географией и к расчленению ранее
единой науки. В XIX в., когда государственные картографические ра-
боты оказались сосредоточенными в военном ведомстве и были направ-
лены на обеспечение армий топографическими картами, их стали от-
носить к геодезии и ограничивать научные интересы картографии изу-
чением картографических проекций в их чисто математическом аспек-
те и, отчасти, разработкой способов измерений по картам. Крупные
достижения в математической картографии состояли во введении
К- Гауссом прямоугольных координат, органически связанных с про-
екциями, удобными для топографических карт, и в разработке
Н. А. Тиссо общей теории искажений, свойственных картографическим
проекциям. Ценный вклад в теорию проекций внес великий русский
математик XIX в. П. Л. Чебышев, разработавший принципы нахожде-
ния равноугольных проекций, наиболее выгодных в математическом
отношении для любых территорий.
С середины XIX в. в научно-технические задачи картографии во-
шло также совершенствование процессов составления и издания карт,
в частности в связи с введением фототехники и литографских спо-
собов печатания карт, пришедших на смену малопроизводительной
гравюре.
Весьма узкое, геометрическое понимание картографических задач
в топографо-геодезическом производстве XIX в., их перекрытие с зада-
чами топографии, а затем причисление к картографическим задачам
технологических разработок по совершенствованию процессов состав-
ления и издания карт затрудняли формирование ясного взгляда на
361
картографию как науку и препятствовали ее становлению в качестве
самостоятельной, целостной отрасли знания *. Термин «картография»
вошел в употребление в середине столетия, но им обозначали то ис-
следования по истории географических карт, то теорию картографичес-
ких проекций, то прилагали его к технологии составления и воспроиз-
ведения карт.
Однако математико-геодезический фронт разработки картографи-
ческих вопросов, развернутый после передачи военному ведомству за-
бот о создании государственных карт, не был единственным для ста-
новления самостоятельной картографической науки. Диалектика раз-
вития такова, что новые точки роста картографии открылись именно
в географии, но не при ее прежнем формально-описательном состоя-
нии, а в географии, обогащенной идеями М. В. Ломоносова и А. Гум-
больдта, широко использующей сравнительный метод исследования
природных и экономических явлений.
Особенно значительна заслуга самого А. Гумбольдта. Введя в гео-
графию сравнительный метод и высоко оценивая «значение точных
численных данных и всего того, что может дать разумное сравнение
их между собою», он открыл замечательное средство для пространст-
венного количественного анализа явлений — карту с изолиниями. Выс-
тупая в 1817 г. во Французской академии наук с докладами о распре-
делении тепла на земной поверхности, он руководствовался картой
изотерм, впервые примененных в научных исследованиях. Хотя от-
дельные виды других изолиний (изобаты, изогоны и т. п.) были изве-
стны до этого времени, авторитет Гумбольдта и убедительность его
анализа карты с изотермами послужили далее основанием для широ-
кого использования различных изолиний в практике картографии и
в географических исследованиях. Например, в Физическом атласе
Бергхауза (см. § 14.8) уже можно найти изолинии на картах атмос-
ферного давления, осадков, гроз и др.
За этим географическим прорывом в новые сферы картографиро-
вания последовали и другие, принесшие ряд важных открытий в спо-
собах изображений и в разработке новых видов и типов карт. В сере-
дине XIX в. французский инженер Шарль Минар ввел в картографи-
ческую тематику карты грузопотоков, пассажиропотоков, грузооборота
портов и другие, оригинальные по способам изображения. Тогда же
датчанин Нильс Равн опубликовал Карту расселения Дании, для ко-
торой использовал псевдоизолинии плотности населения и т. д.
Много новых и ценных идей реализовано в русских естественно-
исторических и экономических картах XIX и начала XX столетия. Осо-
бенно интересна в этом смысле Торгово-промышленная карта Европей-
ской России (1911), составленная В. П. Семеновым-Тян-Шанским
в масштабе 1 : 1 680 000, на несколько десятилетий предвосхитившая
разработку синтетических социально-экономических карт.
Можно было бы указать и другие примеры постановки или даже
решения отдельных теоретических вопросов в процессе создания раз-
личных тематических карт. Но все же эти успехи были лишь отдель-
1 Примечательно, что даже в начале XX столетия крупнейший русский геодезист
В. В. Витковский, в 3-томном труде которого — «Практическая геодезия», «Топо-
графия» и «Картография» — был достигнут наивысший уровень в отечественном
дореволюционном развитии этих дисциплин, считал, что «задача картографии как
науки ограничивается построением сети меридианов и параллелей; заполнение же
сети подробностями земной поверхности, получаемыми из съемок, представляет уже
технику составления карт». Небольшая глава — «Составление карт» была помеще-
на В. В. Витковским в «Практической геодезии», изд. 2. Спб., 1911.
362
ними проникновениями в обширную, тогда слабо затронутую исследо-
ваниями область теоретических проблем тематического картографиро-
вания. Они еще не образовали целостного географического направле-
ния в развитии картографии и были фактически оторваны от ее мате-
матико-геодезического фронта.
История географических конгрессов (см. § 14.9) дает убедитель-
ную иллюстрацию к этому тезису. Картографическая секция конгрес-
сов, отражавшая в своей деятельности интересы военных топографо-
геодезических служб, сосредоточивала внимание на вопросах геодезии
и топографии, притом в рамках чисто геометрических задач и графи-
ки. Постановка картографических проблем международного значения,
например о создании миллионной карты мира, и разработка ряда важ-
ных вопросов тематического картографирования относились главным
образом к заслугам географических секций. Топографическая узость
секции картографии и отрыв ее от географии давали основание протесту
против ограничения интересов секции «математической стороной дела
вне связей с физической географией и геологией» (8-й Географический
конгресс, 1904).
Восстановление органических связей между картографией и гео-
графическими науками, последующее развитие тематического и, далее,
комплексного картографирования, углубленная разработка теоретиче-
ских проблем и формирование картографии как самостоятельной нау-
ки относятся к более позднему времени. Успешный ход этих процессов
сказался во многом обязан работам и влиянию советских картографов.
ГЛАВА 15
КАРТОГРАФИЯ НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ
§ 15.1
ЗАРОЖДЕНИЕ СОВЕТСКОЙ КАРТОГРАФИИ. ЛЕНИНСКИЕ ДОКУМЕНТЫ
ПО КАРТОГРАФИИ
Великая Октябрьская социалистическая революция поставила пе-
ред картографией молодой советской республики новые цели: обслу-
живание строительства социалистического народного хозяйства и по-
мощь массовой политической и культурно-просветительной работе.
Принципиально новое значение приобрело также обеспечение картами
Советской Армии в ее борьбе против контрреволюции и интервенции
и по охране мирного, созидательного труда советского народа.
Организационные и методологические основы советской картогра-
фии были заложены В. И. Лениным. Развертывание социалистического
строительства по плану, разработанному В. И. Лениным в историчес-
ком труде «Очередные задачи Советской власти», требовало реши-
тельного подъема экономики страны. Необходимой предпосылкой ста-
ло систематическое изучение и обследование естественных богатств и
рациональное размещение производительных сил России. Эти задачи,
поставленные В. И. Лениным в «Наброске плана научно-технических
работ», предопределили широкие перспективы развития советской кар-
тографии.
В начальный период советской картографии главным событием
явилась организация по декрету, подписанному В. И. Лениным
(15 марта 1919 г.), государственной картографо-геодезической служ-
бы, названной тогда Высшим геодезическим управлением (теперь
Главное управление геодезии и картографии при Совете Министров
СССР, руководящее государственными топографо-геодезическими ра-
ботами и ответственное за обеспечение народного хозяйства топографо-
геодезическими данными и картографической продукцией).
Два первых, важнейших раздела этого декрета гласили:
«1. Для изучения территории РСФСР в топографическом отноше-
нии, в целях поднятия и развития производительных сил страны, эко-
номии технических сил и денежных средств и времени, при Научно-
техническом Отделе Высшего совета народного хозяйства учреждается
Высшее геодезическое управление.
2. Для осуществления названной цели Высшее геодезическое уп-
равление: а) объединяет, согласует геодезическую деятельность всех
комиссариатов и учреждений Республики; б) производит и руководит
364
в общегосударственном масштабе основные геодезические работы
(тригонометрические, астрономические и по точному нивелированию);
в) производит сплошные систематические топографические съемки па
всем пространстве Республики; г) объединяет и направляет всякого
рода съемочные работы, устраняя параллелизм, собирает и системати-
зирует результаты астрономических, геодезических и топографических
работ отдельных комиссариатов и учреждений в целях составления и
издания карт общегосударственного значения ib различных масштабах
и для различных целей ведения народного хозяйства; д) разрабатыва-
ет и утверждает положения об организации работ и технические инст-
рукции и правила, устанавливающие единство методов и приемов ра-
бот, вычислений, изготовления и издания карт и планов для различных
ведомств; е) организует картографические работы и издает карты для
отдельных ведомств, учреждений и лиц, используя существующие кар-
тографические учреждения и заведения; ж) изготовляет и снабжает
геодезическими инструментами и оптическими приборами ведомства,
учреждения и лиц, используя для сего существующие фабрики геодези-
ческих инструментов; з) организует научные работы в области геоде-
зии, астрономии, оптики, картографии, инструментоведения и вообще
съемочного дела и для подготовки молодых научных сил; и) собирает,
систематизирует и хранит карты и другие материалы съемочных работ;
к) входит для согласования геодезической деятельности в междуна-
родном отношении в сношении с геодезическими организациями иност-
ранных государств».
Главная цель ленинского декрета состояла в топографическом
изучении страны в интересах поднятия и развития производительных
сил. Декрет дал полную программу действий, необходимых для дос-
тижения поставленной цели.
В царской России гражданские картографо-геодезические работы,
рассеянные в ряде министерств, преследовали ведомственные интере-
сы. Лишенные объединяющего начала и общегосударственной устрем-
ленности, многие из них оказывались неполноценными с точки зрения
государственной картографии. Декрет создавал орган, объединяющий,
согласующий и направляющий в государственное русло геодезическую
и съемочную деятельность всех учреждений страны; устранение парал-
лелизма и использование ведомственных работ для создания общего-
сударственных карт составляло существенную часть этого меропри-
ятия.
Топографическая изученность России была недостаточна и весьма
неравномерна. Она составляла только 10,6% территории страны, пре-
имущественно в ее западных и центральных районах. Декрет поручал
Высшему геодезическому управлению производство сплошных систе-
матических съемок на всем пространстве страны, составление и изда-
ние государственных карт, необходимых для народного хозяйства, а
также карт специального назначения по запросам отдельных ведомств
и научных учреждений.
В дореволюционной России топографо-геодезические работы раз-
личных ведомств не были подчинены единым общегосударственным
техническим правилам. Декрет требовал создания технических инст-
рукций и правил, устанавливающих единство методов и приемов для
всех картографо-геодезических работ.
Царская Россия не имела органа, который занимался бы сбором,
систематизацией, обработкой и хранением результатов многообразных
картографо-геодезических работ. Декрет включил эту важную задачу
в основные обязанности картографо-геодезической службы.
365
В отношении точных инструментов и приборов Россия находилась
в полной зависимости от других стран. Декрет обязывал организовать
изготовление геодезических инструментов и оптических приборов на
отечественных заводах.
В дореволюционной России научно-исследовательская деятель-
ность велась в скромных размерах, главным образом в области гео-
дезии и практической астрономии. Успешное решение новых задач,
поставленных декретом, требовало, во-первых, разработки и внедрения
в производство новых приемов и методов работы, способствующих ко-
ренному повышению производительности труда, во-вторых, совершен-
ствования карт в соответствии с их новым назначением. Поэтому дек-
рет предусмотрел организацию научных исследований и подготовки
молодых научных сил во всех областях картографо-геодезического
дела.
Декрет от 15 марта 1919 г. направлял вновь созданную государст-
венную картографо-геодезическую службу на работы для народного
хозяйства. Но картография могла оказать помощь строительству со-
циализма и по другим путям, в частности разъясняя посредством кар-
тографических изданий политику Советской власти и содействуя куль-
турно-политическому подъему народных масс. 7 августа 1919 г.
В. И. Ленин подписал Постановление Совнаркома об изготовлении
картограмм, диаграмм, картодиаграмм и других наглядных изображе-
ний с целью распространения среди рабочего и крестьянского населе-
ния правильных сведений о деятельности советских учреждений и зна-
ний о народном хозяйстве, что тогда поручалось Центральному стати-
стическому управлению совместно с Комиссариатом народного просве-
щения.
В методологическом отношении большую ценность составляют
письма и заметки, написанные В. И. Лениным в 1920—1921 гг. по по-
воду подготовки географических атласов Советской России и мира *.
Они позволяют сформулировать принципы, важные не только для со-
вершенствования атласов, но и для географических карт вообще: пол-
нота и целостность содержания; многосторонняя характеристика явле-
ний с показом связей, зависимостей и противоречий; отображение яв-
лений в динамике (в историческом развитии); современность данных
(или приуроченность к вполне определенным характерным датам); вы-
деление главного, преобладающего, наглядность и доступность. Крайне
важным В. И. Ленин считал составление карт империализма, показы-
вающих закабаление колониальных и зависимых стран и выявляющих
противоречия и борьбу среди империалистических государств.
Ленинские документы образовали программу и идейную, научную
и политическую базу советской картографии.
§ 15.2
ВКЛАД СОВЕТСКОЙ КАРТОГРАФИИ В СТРОИТЕЛЬСТВО СОЦИАЛИЗМА
|в период до Великой Отечественной войны)
Развитие советской картографии, определенное ленинскими доку-
ментами, было одним из необходимых звеньев строительства социалис-
тического общества. Каждый новый этап в экономической, политичес-
* См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 51. С. 253, 267; т. 52. С. 163—165, 234—235,
248 и 291, 422; т. 53. С. 69—70; т. 54. С. 123.
366
кой и культурной жизни страны выдвигал перед картографией особые
задачи и соответственно тому, как она решала их, оценивались ее по-
ложение, успехи, научный прогресс. В общем же основные цели карто-
графических служб состояли в обеспечении картами обороны страны,
подъема народного хозяйства, политических преобразований, школьной
и культурно-просветительной работы.
В 1918 г. для снабжения картами Красной Армии была учрежде-
на на базе прежнего Корпуса военных топографов Военно-топографи-
ческая служба, выполнившая в очень трудных условиях большую ра-
боту по изготовлению карт и снабжению ими многочисленных фронтов
гражданской войны. Ее опыт был широко использован при организа-
ции советской государственной картографии, в частности при разработ-
ке основных положений по созданию советских топографических карт
(включая масштабы и разграфку). В последующее время успешные
работы Военно-топографической службы удовлетворяли потребности
армии и обеспечивали подготовку к отражению угрожающих Советской
стране агрессий.
В соответствии с ленинским декретом Высшее геодезическое уп-
равление видело свою главную задачу в топографическом изучении
страны, необходимом для разностороннего исследования и планомер-
ного использования природных богатств и рационального размещения
производства. В 1923 г. была закреплена для топографических карт
система метрических масштабов (1:25000, 1:50 000 и 1:100 000;
позднее также 1 :5 000, 1 : 10 000 и 1 : 200 000) и связанная с ней еди-
ная система разграфки и номенклатуры листов, производная от сис-
темы разграфки и номенклатуры Международной миллионной карты.
Топографические съемки набирали силу постепенно. Первоначально
они развивались преимущественно в европейской части страны, но
строительство Урало-Кузнецкого металлургического комплекса (после
1930 г.) и освоение Северного морского пути потребовали карт на об-
ширные ранее мало освоенные территории Сибири. Вслед за тем то-
пографические съемки стали распространяться на Дальний Восток,
Казахстан и Среднюю Азию. Объемы топографических работ для рас-
ширения минерально-сырьевой базы и строительства объектов народ-
нохозяйственного и оборонного значения наростали особенно быстро
в предвоенные годы. Только в 1939—1940 гг. съемки покрыли
1,3 млн км2. В 1940 г. для основной государственной карты СССР был
избран масштаб 1 : 100 000. К этому времени топографические съемки
гражданской и военной служб покрыли 23% территории СССР. Па-
раллельно создавались обзорно-топографические и обзорные карты
страны.
Вместе с тем развивалось тематическое картографирование. Уже
в 1920 г. было составлено много экономических карт для обоснова-
ния государственного плана электрификации России. Индустриализа-
ция страны потребовала выпуска экономических карт. В 1927 г. вышла
в свет Карта промышленности европейской части СССР в масштабе
1:1500000, а в 1929 г. — Карта азиатской части в масштабе
1:5000 000, хорошо показавшие размещение промышленности и топ-
ливных ресурсов СССР. Вслед за этим в 1929—1931 гг. был издан
Атлас промышленности СССР в пяти частях — первый капитальный
советский географический атлас, а позднее опубликован атлас «Про-
мышленность СССР на начало 2-й пятилетки» (1934).
Образование в 1922 г. Союза Советских Социалистических Рес-
публик, создание в 1921—1925 гг. в соответствии с национальной по-
литикой партии ряда национально-территориальных единиц и большие
367
'изменения в административно-политическом делении страны в связи
с ее экономическим районированием обусловили публикацию многих
политико-административных и других карт и атласов.
На развитие школьной картографии оказали большое влияние
Постановления ЦК ВКП(б) от 25 августа 1932 г. и СНК и ЦК
ВКП(б) от 16 мая 1934 г. о преподавании географии в средней школе,
подчеркнувшие обязательность «прочного знания географической кар-
ты». В 1937 г. СНК СССР вынес специальное постановление об изда-
нии высококачественных стенных учебных карт для начальной и сред-
ней школ. Эти карты, новые по типу и высокому качеству, были выпу-
щены в 1938 г. большими тиражами (около 3 млн экз.). В те же годы
в связи с выходом новых учебников по истории было подготовлено мно-
го исторических карт.
Большое внимание уделялось картографической пропаганде пла-
нов социалистического строительства и достижений народного хозяй-
ства.
Тематическое картографирование не ограничивалось деятельностью
государственной. картографо-геодезической службы. Геологические
съемки и карты, необходимые для поисков полезных ископаемых, энер-
гично выполнялись геологической службой. Коллективизация сельского
хозяйства и переход к крупному машинному земледелию вызвали не-
обходимость в почвенных съемках и картах.
Разнообразные тематические карты готовились в учреждениях и
экспедициях Академии наук СССР, Главного управления Северного
морского пути, Гидрометеорологической службы и др.
Весьма важным было создание комплексных картографических
произведений — сводок и обобщений многоликой картографической и
географической деятельности по изучению природных условий и ресур-
сов, экономики и населения. Первыми значительными трудами такого
рода явились комплексные атласы Московской области (1933), Ленин-
градской области и Карельской АССР (1934). Замечателен Большой
советский атлас мира (см. § 8.8), как бы подытоживший развитие
отечественной картографии за первое двадцатилетие Советской власти.
Он разрабатывался в специально организованном институте с привле-
чением многих научных учреждений страны.
§ 15.3
МЕРЫ ПО РАЗВИТИЮ СОВЕТСКОЙ КАРТОГРАФИИ. СТАНОВЛЕНИЕ
КАРТОГРАФИИ КАК НАУКИ
Успехи советского картографического производства явились ре-
зультатом большой систематической и планомерной работы: по орга-
низации и развитию государственной картографо-геодезической служ-
бы (в осуществлении декрета от 15 марта 1919 г.), подготовке кадров,
созданию новой технической базы и разработке новых производитель-
ных методов работы, а также по становлению и укреплению карто-
графии как науки.
В начальный период главные препятствия к развитию картогра-
фирования СССР заключались в недостатке кадров, в слабости инст-
рументального парка, в малой производительности принятых тогда
методов работы.
368
До Великой Октябрьской социалистической революции кадры для
геодезических и топографических работ готовились по линии Военното-
пографической службы, причем в малом числе1. Воспитанники граж-
данского Межевого института, получавшие хорошую геодезическую
подготовку, не привлекались к государственным геодезическим рабо-
там. Положение изменилось после Октябрьской революции. В 1917 г.
в Межевом институте был открыт геодезический факультет, на котором
в 1923 г. возникла картографическая специальность — первая по
времени высшая картографическая школа. Влияние крупных деятелей
советской науки — геодезиста Ф. Н. Красовского и географа А. А. Бор-
зова — обеспечило подготовку картографов на прочной геодезической
и географической основе. Энергичное расширение картографических
работ повлекло за собой в 1929—1930 гг. организацию картографичес-
ких специальностей также при географических отделениях Московского
и Ленинградского университетов. В 1930 г. геодезический факультет
Межевого института был преобразован в Московский геодезический
институт и далее в 1936 г. в Московский институт инженеров геодезии,
•аэрофотосъемки и картографии с особым картографическим факульте-
том. Инженерная подготовка картографов имела естественный крен
.в сторону технологии картографического производства, тогда как уни-
верситеты позволяли картографам получать более широкий кругозор
в науках о Земле и обществе, необходимый в тематической картогра-
фии. Вместе с тем инженерная и университетская подготовка были
тогда близки по духу. Картография рассматривалась как наука о ме-
тодах составления и воспроизведения карт, причем считалось, что нель-
зя правильно изобразить на карте никакой местности, никакого явле-
ния, если картограф не понимает их сущности, не видит их характер-
ных черт. Позднее подготовка специалистов-картографов была органи-
зована и в других высших учебных заведениях. Картографы средней
квалификации выпускались в топографгшеских техникумах, имевших
картографические отделения.
Другое условие подъема картографического производства состояло
в разработке аппаратуры и новых методов работы, повышающих про-
изводительность труда.
Коренные изменения в топографические работы и географические
исследования внесла аэрофотосъемка. В СССР начало ее систематиче-
ского внедрения в производство относится к 1923 г., когда было орга-
низовано первое аэросъемочное предприятие. Аэросъемка способство-
вала заметному увеличению производительности труда; она позволила
ставить точные съемки в районах, ранее недоступных; наконец, она
открыла новые пути к обогащению и совершенствованию топографиче-
ских и тематических карт благодаря объективности аэроснимка и чет-
кой передаче на нем взаимоотношений между различными элементами
ландшафта.
Полной реконструкции подверглась картографическая промышлен-
ность. Было оборудовано и пущено в ход несколько новых картографи-
ческих фабрик; освоены и внедрены в производство фотомеханические
процессы для подготовки карт к изданию и быстроходные офсетные
машины для печатания карт, что существенно повысило производи-
тельность труда и качество печати. Большой советский атлас мира
уже отразил в себе высокий уровень новой картографической техники. 4
4 Высококвалифицированные геодезисты готовились на геодезическом отделений Ака-
демии Генерального штаба с приемом ие более 7 человек один раз в два года, то-
нографы в Военно-топографическом училище — с ежегодным приемом в 20 чело-
век (до 1912 г., .позднее — 40 человек).
13 К. А. Салищев
369
Научно-исследовательская деятельность, первоначально развивав-
шаяся главным образом в высшей школе, была далее усилена в рё-
зультате организации в 1928 г. Центрального научно-исследователь-
ского института геодезии, аэросъемки и картографии, который внес
большой вклад в разработку научных основ государственного карто-
графирования страны и где были определены размеры земного эллип-
соида применительно. к территории СССР (эллипсоид Красовского^
1940). В 1978 г. институту было присвоено имя его инициатора и вдох-
новителя — Ф. Н. Красовского (1878—1948).
Все это способствовало становлению и эволюции картографии как
науки. Но при внимании к разработке и совершенствованию техноло-
гии составления и воспроизведения карт оставалось в тени изучение
их существа, хотя оно важно в целях создания новых карт — при раз-
работке их программ, при сборе, анализе и оценке источников. Этот
пробел стал особенно ощутим, когда советская картография обрати-
лась к созданию капитальных картографических трудов, подобных
Большому советскому атласу мира. Ответом на запросы жизни явилось
формирование картоведения — раздела картографии, который перво-
начально включал в свое содержание анализ карт, историю картогра-
фии и картографические источники. В конце 30-х годов картографию
стали рассматривать как науку, изучающую карты, как особый способ
отображения действительности, а также методы и процессы их состав-
ления и воспроизведения. В 1939 г. вышло первое издание картоведе-
ния — учебника для высшей школы. Успешно развивалась теория
картографических проекций, в разработке которой много сделал в этот
период В. В. Каврайский.
Мысль Ф. Энгельса о том, что если наука благодетельствует про-
изводству своими достижениями, то и производство со своей стороны
дает неизмеримо больше для развития науки, нашла массу подтверж-
дений в предвоенном развитии картографии. При создании крупных
картографических произведений решались наряду с практическими
задачами важные вопросы теории. Опыт разработки капитальных
комплексных атласов, содержавших солидные разделы карт экономи-
ки, был обобщен и теоретически осмыслен профессором МГУ
Н. Н. Баранским в его Экономической картографии (1939—1940), за-
ложившей прочную основу для дальнейшего развития этого раздела
тематического картографирования.
Топографическое изучение страны дало прекрасный материал для
обобщений по генерализации содержания топографических и обзорно-
юпографических карт, в частности нашедших отражение в Наставле-
нии по разработке миллионной карты (1940), которое подытожило на-
копленный к тому времени опыт по редактированию и составлению
карт среднего масштаба. Отметим также Гипсометрическую карту
европейской части СССР в масштабе 1:1500 000 (1941), при состав-
лении которой геометрический принцип сочетался с географическим
подходом, заключавшимся в изучении морфологических особенностей
различных типов рельефа и в их передаче рисунком горизонталей. Эта
карта означила важную веху в разработке вопросов генерализации в
географического редактирования карт.
370
'$ 15.4
СОВЕТСКАЯ КАРТОГРАФИЯ В ВЕЛИКУЮ ОТЕЧЕСТВЕННУЮ ВОИНУ
Б годы Великой Отечественной войны перед советской картогра-
фией встала труднейшая задача — полностью обеспечить Советскую
Армию всеми необходимыми ей точными и современными картами, а
также различными топографо-геодезическими данными для боевых
«операций. Эта задача решалась совместно Военно-топографической
«службой и Главным управлением геодезии и картографии; работа пос-
леднего была перестроена на военный лад. В результате продвижения
немецких армий вглубь СССР военные действия в 1941 г. распростра-
нились также на районы, еще не обеспеченные современными топогра-
фическими картами. Однако уже в начале 1942 г. было закончено соз-
дание топографической карты масштаба 1 : 100000 на территорию ев-
ропейской части СССР до Волги включительно, и с этого времени Со-
жетская Армия бесперебойно снабжалась топографическими и обзорно-
топографическими картами масштабов 1:25000, 1:50 000, 1:100 000,
1 :500'000 и 1 : 1'000000, разведывательными картами (топографичес-
кими картами с нанесенными на них сведениями о противнике), а так-
же специальными картами. Вместе с тем для стратегической подготов-
ки решающего разгрома врага готовились карты на Германию и стра-
ны Восточной Европы, где предстояло вести боевые операции после
освобождения родной земли.
Всего за годы войны топографические съемки покрыли свыше
5 млн км2, т. е. 30% территории страны, и было подготовлено к изда-
нию 19,6 тыс. листов топографических карт. Их ежегодные тиражи
достигали сотен миллионов листов. Всего было отпечатано более
930 млн экземпляров различных карт. Война показала высокие каче-
ства советских карт в отношении их полноты, насыщенности фактичес-
кими данными, удобства разграфки и номенклатуры и т. п.
Замечательно, что наряду с удовлетворением нужд вооруженных
сил выполнялась большая работа по созданию геодезической основы
и топографических карт на важные в экономическом отношении рай-
оны. Именно в это время была изготовлена карта Союза ССР в масш-
табе 1 : 1000 000, одно из капитальных произведений советской кар-
тографии. Эта карта отобразила в наглядной форме прогресс в гео-
графическом изучении СССР. На ней отрабатывались методы генера-
лизации и географического редактирования обзорных карт. Она дала
'Надежную основу для государственных тематических карт. В военные
годы не прекращалось создание карт для школ и удовлетворения
культурных запросов населения. Продолжалась также научно-иссле-
довательская работа. В частности, в это время (1943 г.) Военно-топо-
трафическая служба начала публикацию отдельных выпусков Практи-
•ческого пособия по составлению топографических карт, оказавших
'большое влияние на их дальнейшее совершенствование.
В Великую Отечественную войну советские геодезисты и картогра-
фы проявили подлинный героизм в своих работах на фронте и в тылу.
£3*
371
§ 15.5
КАРТОГРАФИЯ В СТРАНАХ КАПИТАЛИЗМА ДО И ВО ВРЕМЯ
ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
После первой мировой войны государственные картографо-геоде-
зические службы большинства капиталистических стран по-прежнему >
находились в распоряжении армии. Опыт войны и общим прогресс
техники оказали большое влияние на их деятельность.
Стало очевидным, что в случае новой катастрофы война охватит-
весь мир. Заблаговременная подготовка в картографическом отноше-
нии всех потенциально возможных театров войны осложнялась из-за
повышения требований к топографическим картам и необходимости-
выпускать карты специального назначения, в частности для авиации и
автотранспорта. Артиллерия нуждалась в укрупнении масштабов то-
пографических карт, во введении на эти карты сеток прямоугольных
координат и в замене многогранных проекций проекциями, едиными
для всех листов топографических карт в пределах каждой из ряда
надлежаще установленных зон (преимущественно равноугольной по-
перечно-цилиндрической проекцией Гаусса). Широкое использование
автотранспорта, увеличившего скорость и дальность передвижений,,
вызвало необходимость создания карт более мелкого масштаба, в ча-
стности 1 : 200 000, с четким выделением и подробной классификацией-
автогужевых дорог. Авиация была заинтересована в приспособлении
к ее нуждам карт масштабов 1 : 500 000 — 1:1 000 000. В свою оче-
редь авиация и автотранспорт вооружили- картографию самолетами
для производства аэрофотосъемок и автомашинами, облегчающими
передвижение и производство наземных работ.
В этих условиях постановка новых топографических съемок, at
также изготовление карт на территории предполагаемых противников;
определялись главным образом стратегическими соображениями..
Вместе с тем военно-топографические службы уделяли внимание фор-
мированию для полевых войск подвижных топографических подразде-
лений, способных производить съемочные, составительские и картоиз-
дательские работы, особенно при распространении боевых действий на-
районы, не обеспеченные заранее топографическими картами. Совер-
шенствование аэрофотосъемки позволило ей стать основным методом
создания первичных топографических карт.
В истории гражданской картографии в межвоенное время прежде
всего привлекают внимание усиление работы над Международной мил-
лионной картой мира и создание в ряде стран своих национальных
атласов (см. § 8.10).
Общий итог работы по созданию Международной миллионной кар-
ты в межвоенный период исчислялся в 250 листов, что составило при-
мерно 1/4 от всего количества листов, покрывающих сушу и острова
планеты. Движущей силой были не столько идеи международного
сотрудничества, предполагавшие выполнение листов сообразно госу-
дарственной принадлежности территории и по согласованию смежных
стран, сколько интересы расширения сфер влияния империалистичес-
ких государств. В частности, Англия составила миллионную карту на
весь Ближний Восток, Италия — на Эфиопию, а США (не имевшие
тогда миллионной карты для своей территории.) — на всю Латинскую
Америку.
Пример Финляндии, опубликовавшей дважды свой национальный
атлас (1899 и 1910), долгое время оставался единственным. Интерес
372
к национальным атласам, в которых искали информации более под-
робной и разносторонней, чем простое указание размещения различных
географических объектов, пробудился после окончания первой миро-
вой войны. В этот период вышли атласы Финляндии, Египта, Чехо-
словакии и Италии. Причины разработки таких атласов были различ-
ны: создание новых независимых государств; политика автаркии, про-
водившаяся рядом стран и требовавшая выявления ресурсов и хозяй-
ственных возможностей собственных территорий; усиление эксплуата-
ции колоний, служивших для метрополий источниками сырья и рынка-
ми сбыта промышленных товаров и др. Появление национальных ат-
ласов показало, что идеи комплексного, многостороннего картографи-
рования действительности стали находить практическое воплощение.
Подъемы коммерческой активности частнопредпринимательской
картографии чередовались со спадами, вызванными экономическим
кризисом 30-х годов и второй мировой войной, что приводило к втор-
жению в картографию крупных монополистических объединений и
групп в виде финансовой поддержки отдельных фирм или картографи-
ческих изданий, в которых такие объединения были заинтересованы
по деловым или рекламным соображениям.
Теоретические исследования по картографии были за рубежом
в то время немногочисленны и обычно мало связаны с практикой. На-
ибольший след оставило «Учение о карте» Маркса Эккерта (1921—
1925), обширный труд, содержавший анализ и подробные описания
многих видов карт. Несколько позднее (1937) Э. Имгоф рассмотрел
особенности генерализации населенных пунктов на топографических
картах. Но в единственном университетском курсе, опубликованном
до войны за рубежом (Эрвин Райс, 1938 г., США), картография опре-
делялась попросту как изготовление карт.
Вторая мировая война (1939—1945) подняла еще выше значение
карты в общей системе топографического обеспечения боевых дейст-
вий войск. На полях сражений, простиравшихся на тысячи километров,
одновременно действовали миллионы людей с огромным количеством
военной техники. Карта облегчала управление массами этих войск,
способствовала их слаженному и точному взаимодействию. Необыкно-
венно возросло потребление карт. В крупных операциях расходова-
лись десятки миллионов листов. Удовлетворение требований на карты
оказалось возможным при мобилизации сил всей государственной кар-
тографии и многих частных предприятий, а также в результате внед-
рения скоростных методов создания карт, в частности основанных на
усиленном разделении труда и на механизации отдельных процессов
изготовления карт. Крупную роль сыграло насыщение армий топогра-
фическими подразделениями, вооруженными, новейшей съемочной и
картографической техникой, что не только облегчало создание карт
в полевых условиях, но и сокращало время их изготовления. Особое
значение стали придавать современности и наглядности карт, посколь-
ку нужды артиллерии, особенно заинтересованной в точности, удовлет-
ворялись специальными топографическими отрядами в составе артил-
лерийских соединений. При скоростном картографировании иногда
сознательно шли на снижение геометрической точности в предположе-
нии ее постепенного наращивания при переработке карт для переизда-
ний. Своеобразие требований со стороны отдельных родов оружия
нашло отражение в разработке ряда новых по своему типу карт.
373
§ 15.6
РАЗВИТИЕ СОВЕТСКОЙ КАРТОГРАФИИ ПОСЛЕ ВЕЛИКОЙ
ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
Развитие советской картографии в послевоенный период направля-
лось в соответствии с задачами, выдвигаемыми практикой на каждом
новом этапе строительства коммунизма в СССР.
Росла и растет потребность в топографических картах. Создание
карты масштаба 1:100 000, завершенной в середине 50-х годов, не ис-
черпало проблемы топографического изучения страны. Быстро подни-
мается спрос на топографические карты и планы более крупных
масштабов (1:25 000, 1:10000 и 1:5000) в инженерном деле, геоло-
гии и сельском хозяйстве, в частности для мелиорации земель. Город-
ское хозяйство потребовало планов еще более крупных масштабов —
до 1 : 500 включительно.
Новый важный рубеж в прогрессе топографического изучения
СССР был достигнут в середине 80-х годов с завершением карты мас-
штаба 1: 25 000. Параллельно с середины 70-х годов началось карто-
графирование шельфа, как распространение на эту зону топографичес-
ких карт суши масштаба 1 : 25 000, но с использованием специфичес-
ких методов работ и включением в содержание карты рельефа и эле-
ментов ситуации морского дна, высот приливов и отливов, скорости
течений и др. Весьма важной задачей стало регулярное обновление
ранее созданных топографических карт. Возникла надобность в выпус-
ке наряду со стандартными картами их специализированных изданий,
а также фотокарт в черно-белом и цветном вариантах.
Крупномасштабные топографические карты послужили источником
для взаимосвязанной серии обзорно-топографических карт масштабов
1:200 000 и 1:1000 000, удовлетворяющих разнообразные запросы
практики и исследовательской работы (см. § 8.2). Миллионная карта,
отвечающая принципам международной карты этого масштаба, но бо-
лее богатая по своему содержанию, систематически совершенствуется
при новых изданиях.
В разработке общегеографических карт глобального охвата при-
несли успех советской картографии карты справочного Атласа мира
(1954 и 1967), весьма информативные и совершённые в гипсометричес-
кой передаче рельефа суши и дна Мирового океана (см. § 8.6). Этот
атлас обобщает результаты топографического изучения СССР и сводит
воедино топографические данные для планеты в целом. Теперь готовит-
ся его новое издание.
Увеличение скорости и тоннажа судов, подводное мореплавание
потребовали дальнейшего совершенствования навигационных карт,
в частности информации о рельефе и грунтах на больших глубинах.
Новая техника — измерение глубин и определение координат посред-
ством радионавигационных систем и спутников — повысила скорость
и точность съемок, что повлекло быстрое накопление знаний о рель-
ефе и строении океанического дна. Сохраняя преемственность по отно-
шению к своим предшественницам, навигационные карты пополнились
изобатами, послойной расцветкой зон малых глубин, сетками для
радионавигационных определений и вместе с тем благодаря более стро-
гому отбору содержания и многокрасочной печати выиграли в своей
читаемости.
Другая важная особенность послевоенной картографии состояла
в энергичном развитии тематического отраслевого и комплексного кар-
374
тографирования, обеспечивающего картами: всестороннее изучение
природных условий, рациональное природопользование и размещение
производительных сил, планирование и управление народным хозяйст-
вом и культурным строительством. Специальные и тематические съем-
ки и картографирование выполняются для решения конкретных прак-
тических и научных задач многими ведомствами и учреждениями К
Некоторые съемки, в первую очередь геологические, а также почвен-
ные, лесные, торфяные и некоторые другие, ведутся в пределах всей
страны. На их основе готовятся государственные карты: геологические,
почвенные и торфяного фонда. Актуально создание и других темати-
ческих государственных карт, необходимых при решении природноох-
ранительных, экономических и социальных проблем для страны в це-
лом. Подобные карты выполняют также организующую роль, способ-
ствуя упорядочению и введению в единое русло крупномасштабных
съемок (особенно когда они рассредоточены и ведутся различными ве-
домствами, например при изучении земельных ресурсов) и работ по
региональным картам.
Для советской картографии особенно характерно развитие комп-
лексного картографирования, органически связанного с рядом соци-
ально-экономических мероприятий, предпринятых в СССР в послевоен-
ное время. Научная разработка крупных территориальных проблем
социалистического общества по республикам, краям и областям, осо-
бенно проблемы рационального размещения производительных сил и
формирования территориально-производственных комплексов, нужда-
ется в знании и всестороннем учете совокупности природных, экономи-
ческих и социальных факторов, что требует их комплексного карто-
графирования с глубоким учетом географической специфики каждого
района.
Система государственных мер и законы СССР по охране и улуч-
шению природной среды еще более подняли значение комплексного
картографирования. Заметим также, что глобальный характер пробле-
мы охраны природы, не ограниченной и не делимой государственными
границами, поставил комплексное картографирование в ранг междуна-
родных задач.
В СССР особенно крупные успехи в области комплексного карто-
графирования достигнуты в создании географических атласов. Диапа-
зон их очень широк: от атласов отдельных областей до атласов мира
в целом, от комплексных атласов по отдельным отраслям географии
до всеобъемлющих атласов по физической, экономической и политиче-
ской географии, от атласов массового распространения до капитальных
научных трудов. Среди них наиболее значимы трехтомный Морской
атлас, Физико-географический атлас мира, Атлас Антарктики и осо-
бенно Атлас океанов, поднявшие вслед за Большим советским атласом
мира комплексное картографирование Земли на следующую, более
высокую ступень развития.
Среди атласов Советского Союза в целом отметим капитальный
Климатический атлас СССР, Атлас сельского хозяйства и Атлас раз-
вития хозяйства и культуры СССР. Весьма значительна работа по на-
учно-справочным комплексным атласам отдельных республик и облас-
тей (см. § 8.8), дающим глубокое и разностороннее представление
о природе, населении, экономике и культуре соответствующей терри-
тории. Создание этих атласов, сочетающих в себе ценность научных
изданий и практическую направленность, обязано совместному труду
1 По данным ГУГК их более 250.
375
научных учерждений, вузов и картографических предприятий, творчес-
кому содружеству работников науки и производства. При их разработ-
ке дело не ограничивается концентрацией и обобщением результатов
ранее произведенных работ. Многие карты готовились по материалам
специально организуемых исследований.
Эти атласы получили развитие в комплексных сериях карт конк-
ретного назначения, обеспечивающих в картографическом отношении
формирования территориально-производственных комплексов и разра-
ботку различных государственных программ. Принципиально новым
достижением стала разработка серий карт для комплексной инвента-
ризации природных ресурсов и контроля окружающей среды по мате-
риалам космических съемок (в Госцентре «Природа» ГУГК).
Обеспечение картами и атласами среднего образования, высшей
школы, культурного развития и запросов широких слоев населения,
в частности в отношении туризма, составляет одну из важнейших за-
дач государственной картографии. Для средней школы выпускается
16 атласов и более 250 карт общим тиражом 75—80 млн экземпляров
ежегодно. Издается также много школьно-краеведческих атласов на
отдельные республики, края и области.
Совершенно новым делом, для которого нет аналогов за рубежом,
было создание в 1950—1959 гг. совместными усилиями ГУГК и Мос-
ковского университета нескольких серий стенных карт для высшей
школы (более 100 карт). С 1975 г. началась авторская разработка и,
далее, публикация новых серий карт для высшей школы, в первую
очередь карт природы, населения и экономики СССР (1:4 000 000),
карт аналогичной тематики для мира в целом (1 : 15 000 000), а также
некоторых других. Разрабатываемые как единая система карт, согла-
сованных в каждой серии по объему содержания, степени генерализа-
ции и типу оформления, эти карты предназначены для совершенство-
вания преподавания в высшей школе, а в оригинальных картах выпол-
няют также функции научно-справочных изданий.
Продолжая работу, начатую по указанию В. И. Ленина в первые
годы Советской власти, ГУГК уделяло много внимания пропаганде
социалистического строительства, особенно пятилетних планов развития
народного хозяйства. Среди пропагандистских изданий наиболее зна-
чимы историко-биографический атлас о жизни и деятельности
В. И. Ленина, опубликованный к 100-летию со дня его рождения (3-е
изд. 1980 г.), атлас «История КПСС» (3-е изд. 1982 г.) и атлас «Ве-
ликий Октябрь», изданный к 70-летию Октябрьской революции.
Значительные усилия направлялись на обеспечение картами быст-
ро развивающегося туризма. Только за годы 11-й пятилетки вышло
более 900 туристических карт, однако многие из них нуждались в улуч-
шении содержания, оформления и в повышении точности.
В общем развитие картографии в послевоенные годы долго шло
эволюционным путем. По-прежнему были распространены ручные экс-
тенсивные методы работы, обусловившие застойные явления в произ-
водстве. Но затем стали назревать условия для революционных пере-
мен — вторжение в картографию ЭВМ и автоматики, разработка дис-
танционных съемок в результате выхода человека в космос, внедрение
системного подхода в создание карт и организацию картографического
производства. В СССР решающим фактором стала стратегия ускоре-
ния — курс на интенсификацию производства и повышение качества
продукции на уровень мировых стандартов, принятый XXVII съездом
КПСС (§ 15.12).
§ 15.7
УСПЕХИ КАРТОГРАФИЧЕСКОЙ НАУКИ В СССР
Развитие картографического производства в СССР, отражающее-
общие достижения научно-технического прогресса, всегда стимулирова-
ло научные исследования по картографии и основывалось на их успе-
хах. Серьезные исследования неизменно предшествовали всем крупным
картографическим начинаниям и работам и сопровождали их выполне-
ние. Связь науки с производством благотворно влияла на становление
и темпы роста многих разделов и отраслей картографии. Условия со-
циалистической системы хозяйства способствовали в области научной
картографии многостороннему плодотворному сотрудничеству исследо-
вательских учреждений, вузов и производства. Марксистско-ленинская
методология дала картографической науке надежные ориентиры для
уверенного движения вперед. Обратимся к конкретным фактам по раз-
делам и отраслям картографии.
На развитие теории картографических проекций оказали благо-
творное влияние разработки математической основы крупных карто-
графических произведений, в частности капитальных географических
атласов. Они были широко использованы для последующих теорети-
ческих обобщений, среди которых выделяются труды Н. А. Урмаева,
предложившего общие дифференциальные уравнения картографичес-
ких проекций с частными производными и методы изысканий проекций
с заданным распределением искажений. Определения площадей тер-
ритории Советского Союза и его частей дали основание Н. М. Волко-
ву (1950) для теоретического обобщения по всем проблемам классиче-
ской (т. е. топографической) картометрии.
Для совершенствования методов и процессов камерального изго-
товления карт было существенным обобщение советского опыта по
проектированию, составлению и редактированию карт (К. А. Салищев,
1947, 1978, 1967 и др.). В первое послевоенное десятилетие были дос-
тигнуты заметные успехи в решении проблемы генерализации и объек-
тивизации ее процессов применительно к общегеографическим картам
(преимущественно усилиями ЦНИИГАиК и Военно-топографической
службы).
В последующие годы для теории картографии оказались весьма
эффективными исследования по тематическому и особенно по комп-
лексному картографированию. Создание ряда фундаментальных тема-
тических карт — гипсометрических (в частности, Карты СССР масш-
таба 1:2 500 000, 1949), геологических, геоморфологических, раститель-
ности, почвенных и других — приводило не только к систематизации
и обобщению колоссального материала (что было важно для соот-
ветствующих естественных и социально-экономических наук), но и
к формированию соответствующих тематических разделов картогра-
фии — почвенной, геоморфологической и др. Уже в 60-х годах вышли
труды, подытожившие общее состояние и методы разработки физико-
географических и социально-экономических карт*. Вместе с тем ус-
пехи тематической картографии приводили к пересмотру многих вопро-
сов и положений географических наук2. * 1
* А. Г. Исаченко в 3-томном труде «Физико-географическое картирование» (1958—
1961), И. П. Заруцкий в «Составлении специальных карт природы» (1966), Н. Н. Ба-
ранским и А. И. Преображенским в «Экономической картографии» (1962).
1 Как это прекрасно показал в отношении геоботаники академик В. Б. Сочава в сво-
ем посмертном труде «Растительный покров на тематических картах» (1979Y
W1
Теоретические обобщения по комплексному картографированию
были главным образом сопряжены с созданием комплексных регио-
нальных и мировых атласов. Отраженные во многих публикациях
(МГУ, ЦНИИГАиК и др.), они способствовали общему улучшению
атласов и методов их изготовления и, что особенно важно, побуждали
к постановке и решению ряда кардинальных проблем картографии
(научное согласование карт разной тематики, установление принципов
синтетического, оценочного и прогнозного картографирования, методи-
ка учета региональных природных и социально-экономических особен-
ностей территории и т. д.). Вместе с тем комплексное картографиро-
ние оказало плодотворное воздействие на развитие и совершенствова-
ние отдельных отраслей тематической картографии. Примером могут
быть принципиальные изменения в методах составления, в содержании
и облике зоогеографических карт, когда их стали строить с учетом
общих географических закономерностей, привлекая для определения
(ограничения) местообитаний животных карты других природных ком-
понентов: растительности, рельефа, почв и особенно ландшафтные карты.
Очень важно, что исследование теоретических вопросов картогра-
фии, первоначально обращенное к методам создания карт (и необхо-
димое для производства и формирования профессиональных картогра-
фов), в 50-х годах распространилось также на методы использования
карт, что способствовало полноценному применению карт в практике
и вообще внедрению карт в жизнь. Началась интенсивная разработка
картографического метода исследований — нового раздела картогра-
фии, имеющего целью изыскание и совершенствование методов исполь-
зования карт для научного анализа, изучения и познания природных
и общественных явлений (см. § 11.1—11.8) *.
Но особенно большую роль в теоретическом прогрессе советской
картографии за последние 20—25 лет сыграли исследования по обос-
нованию картографии на диалектико-материалистической теории позна-
ния, ее ленинской теории отражения; утверждение понимания карт как
пространственно-временных, образно-знаковых моделей действитель-
ности; внедрение в картографию принципов системного подхода, при
котором природные и общественные явления стали рассматриваться
при картографировании как целостные взаимодействующие системы
различного территориального охвата и иерархического уровня (когда
учитываются не только элементы, входящие в состав картографической
системы, состояние и свойства этих элементов, но также внутренние и
внешние взаимосвязи и функционирование системы).
К этому же времени относится начало интенсивных исследований
языка карт, во-первых, на принципах семиотики (науки о знаковых
системах вообще), во-вторых, на принципах языкознания (лингвисти-
ки) — науки об естественном языке, в стремлении использовать поло-
жения этих наук для разработки искусственного языка карт.
Разумеется, для прогресса картографического производства имели
и имеют первостепенное значение разработки, непосредственно направ-
ленные на совершенствование технологических процессов составления,
подготовки к изданию и печатания карт, образующие одно из непре-
менных условий общего подъема технического уровня картографичес-
кого производства, роста производительности труда, повышения каче-
ства и удешевления продукции. Характеристика существа и резуль-
татов технологических усовершенствований входит в задачи последу-
ющего курса «Проектирование и составление карт». Поэтому здесь
Исследования А. М. Берлянта и др,
378
мы отметим лишь события переломного значения, связанные с общим
ходом научно-технического прогресса.
История показывает, что в эволюционном развитии производства
наступают периоды коренных, революционных изменений, решительно'
ломающих сложившийся порядок дела. Примером может быть аэрофо-
тосъемка, преобразившая в 20—30-е годы технологию и темпы топо-
графического изучения Земли. В картографии наших дней решающими
факторами революционных преобразований технологии стали ЭВМ,,
автоматика, а для многих видов карт возможность использования кос-
мических съемок.
Внедрение автоматизации (т. е. передача автоматам функций, ра-
нее выполнявшихся человеком) — важнейшее событие в развитии сов-
ременной картографии, начиная с 70-х годов. Цели автоматизации —
решительный подъем производительности труда, улучшение качества
карт и облегчение условий труда. Вместе с тем она открыла путь
к созданию новых видов и типов карт (в частности, синтетических) и
к интеграции процессов создания и использования карт. Проблема
автоматизации нашла решение в отношении аналитических карт, но
связана с трудностями для сложных карт, особенно комплексных, при
автоматизированном изготовлении которых необходимо вмешательство-
картографа в работу автоматических устройств. Это повышает значе-
ние и роль картографа и выдвигает новые требования к его подго-
товке.
Выход в космос вооружил исследователей новыми техническими
средствами космического получения пространственной информации,,
обеспечивающими ее единообразие, одновременность, возможность опе-
ративного получения и регулярного обновления, наконец, распростра-
нения на труднодоступные и вовсе не доступные объекты. Эта инфор-
мация обладает замечательными свойствами — она имеет сплошной
характер (континуальна) и отображает действительность в оптически
генерализованном виде (§ 7.8), на разных уровнях системного обоб-
щения (в зависимости от условий и параметров съемки), что позволя-
ет непосредственное создание карт средних и мелких масштабов, иск-
лючая предварительное изготовление крупномасштабных карт, т. е.
традиционную многоступенчатость картографирования. Оказалось, что
привлечение космической информации повышает качество традицион-
ных карт — их полноту, точность и достоверность, облегчает органи-
зацию текущего картографирования, а также постановку комплексного
картографирования и мониторинга (§ 7.8 и 7.10).
Естественно, что возникновение новых целей, коренное совершен-
ствование методики исследований и вообще расширение горизонта на-
уки рождало и рождает стремление к переосмыслению ее объектов,
предмета и метода. С развитием картографии ее объектом стали лю-
бые природные и социально-экономические явления, предметом —
пространственное размещение, структура и свойства этих явлений и-
их изменения во времени, а методом — картографическое моделиро-
вание, т. е. создание и истолкование пространственных или даже прост-
ранственно-временных образно-знаковых моделей реального мира.
Возникло понимание картографии как науки об отображении и иссле-
довании действительности посредством особых пространственных мо-
делей — географических карт и других картографических построений.
379
§ 15.8
КАРТОГРАФИЯ В СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ ГОСУДАРСТВАХ
После установления народно-демократического строя в ряде госу-
дарств Европы и Азии картографическая деятельность приобрела там
новый смысл и значение. Имея целью возможно полное обслуживание
строительства материально-технической базы социализма, она вместе
с тем направлена на удовлетворение потребностей культуры и обеспе-
чение нужд обороны. В общем эту деятельность определяли те же
принципы, которые были положены в основу развития советской кар-
тографии. Если раньше, при буржуазном строе, картографо-геодези-
ческие работы преимущественно выполнялись военным ведомством
в его интересах, то в социалистических странах роль государственных
картографо-геодезических служб, как правило, была передана вновь
учрежденным гражданским управлениям геодезии и картографии.
Обычно в их задачи включаются: производство геодезических и топо-
графических работ общегосударственного значения; разработка для
них единых инструкций; сбор, учет, систематизация и хранение геоде-
зических, топографических и картографических материалов; составле-
ние и публикация различных географических карт и атласов для на-
родного хозяйства, культурного строительства и школ; выполнение
научно-исследовательских работ в области геодезии и картографии.
В ряде государств (например, Венгрии и Болгарии) деятельность кар-
тографо-геодезических служб распространена также на земельные ка-
дастровые съемки и карты. Масштабы топографического обеспечения
в европейских странах социалистического содружества 1:5000 и
1:10000, в Китае 1:50000 и 1:100 000. Базовые карты дополняются
производными картами развитого масштабного ряда, например
1 :25 000, 1 :50 000, 1 : 100000 и 1 : 200 000 в Чехословакии. В темати-
ческом картографировании участвуют учреждения академий наук, на-
учно-исследовательские учреждения ведомств и университеты.
Организовано среднее и высшее картографо-геодезическое образо-
вание, причем высшая подготовка реализуется по двум линиям — ин-
женерной картографо-геодезической (наиболее крупные школы в Дрез-
дене, ГДР, и Ухани, КНР) и университетской географо-картографи-
ческой (университеты в Варшаве, Будапеште и др.).
Разностороннее научно-техническое, экономическое и оборонное
сотрудничество социалистических стран Европы способствует унифика-
ции геодезических и картографических работ, а также выполнению
совместных трудов, примером чего служит Международная карта
мира масштаба 1 : 2 500 000 (§ 8.6). Вместе с тем в картографии каж-
дой страны можно видеть особенности, обусловливаемые природными
и экономическими условиями, а также традициями. Эти черты общнос-
ти и своеобразия проявляются и в организации дела, и в тематике
карт, и в постановке исследовательских работ.
Например, в ГДР наряду с Управлением геодезии и картографии,
ответственным за топографо-геодезическое обеспечение страны и госу-
дарственные карты, действуют картографические издательства: Гео-
графо-картографическое предприятие им. Германа Хаака в Готе (ранее
Юстуса Пертеса), специализированное на справочных атласах мира и
школьных картах, и Издательство географических карт в Берлине, вы-
пускающее туристские и дорожные карты. В известной мере эти изда-
тельства продолжают на новой социалистической основе традиции, за-
ложенные в прежней Германии солидными частными картографичес-
380
«сими .'фирмами, издававшими массовую продукцию. Но работы по на-
циональному атласу естественно сосредоточены в Институте географии
<и геоэкологии Академии наук ГДР.
В тематическом картографировании может сказываться его пре-
имущественная ориентация на обслуживание нужд рационального ис-
пользования ресурсов и охраны окружающей среды, сельского хозяй-
ства, планирования .и т. п. Разнообразие в направленности, тематике
я глубине .разработки картографических, произведений показательно
в национальных атласах Болгарии, Венгрии, ГДР, Китая, Кубы, Мон-
голии, Польши, Румынии, Чехословакии и Словакии. Например, в ат-
ласе ГДР, высокоразвитой в экономическом отношении страны, преоб-
ладают социально-экономические карты; в атласе Румынии наиболь-
шее внимание уделено картам природы; атлас же Венгрии обращен
к нуждам планирования.
Начиная с 70-х годов основными проблемами исследовательской
.деятельности по картографии стали автоматизация в картографии и
-применение в ней аэрокосмической информации. Крупные успехи по
автоматизации достигнуты в Чехословакии (конструирование автома-
тизированной картографической системы Дигикарт, выпуск пособия
по автоматизированному изготовлению топографических карт, теорети-
ческое обоснование автоматизированных информационных систем) и
ГДР (в частности, по автоматизированному использованию космичес-
кой информации).
Энергично разрабатываются такие теоретические проблемы карто-
графии, как структура пауки, картографическое моделирование, гене-
рализация, комплексное картографирование (ГДР и др.), картографи-
ческая коммуникация (Польша и др.), язык карт, концепции цифро-
вых моделей и геоинформационных систем (Чехословакия и др.). Для
^Венгрии характерны организация и устойчивое функционирование ин-
-формационно-картографической службы международного значения —
выпуск журнала «Картактуал» (§ 9.7), разработка многоязычных тол-
ковых словарей.
§ 15.9	а
КАРТОГРАФИЯ В КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ И РАЗВИВАЮЩИХСЯ СТРАНАХ
ПОСЛЕ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
Вторая мировая война вызвала громадный спрос на географичес-
•жие карты. Она потребовала мобилизации картографического произ-
водства, .способствовала его росту, внедрению новой техники и разра-
ботке новых типов карт. С разгромом фашистской Германии отпала
•надобность в снабжении картами действующих армий, поглощавших
львиную долю картографической продукции. Последовало естественное
сокращение суммарного объема печатаемых для военного ведомства
-карт, но общий уровень картографического производства превосходил
довоенный.
Причины были различны. Первоначально возник спрос на карты
для обеспечения работ по восстановлению опустошенных войной тер-
риторий, но далее существенными факторами были: исследования и
эксплуатация природных богатств, борьба за рынки сбыта и сырья,
обслуживание авиации, автотранспорта и быстро развивающегося
туризма, а позднее стремление к использованию ресурсов Мирового
океана и его шельфа и необходимость охраны природной среды. На
•усиление картографической деятельности в странах империализма
381
сильно влияла их агрессивная политика, породившая гонку воору- ж
жений.	Ц
В послевоенной деятельности картографических служб армий на- ®
иболее показателен пример США. В течение второй мировой войньв 4
ее картографическая служба превратилась в организацию большой Ж
производственной мощности. После завершения войны официальной >
целью ее политики стало «обеспечение картами всех территорий, ко- Ж
торые имеют существенный интерес для вооруженных сил», что вело *
к изготовлению карт на многие районы мира вне США с широким!
привлечением для этой цели новейших достижений научно-техническо,- й
го прогресса.
Образование в 1949 г. Североатлантического блока — военного •?
союза западных держав — повлекло разработку общей программы^
работ военно-картографических служб, общее уравнивание опорных
сетей западноевропейских стран и унификацию военно-топографичес-
ких карт НАТО по стандартам США.
В странах Латинской Америки для решения аналогичных задач —
по установлению единой системы обоснования съемок, стандартиза-
ции топографических карт и привлечению материалов национальных
картографо-геодезических служб — США используют Панамерикан-
ский институт географии и истории (имеющий в* качестве официальных
целей развитие и координацию работ в области географии и истории*
в странах Северной и Южной Америки) и. Межамериканскую геодези-
ческую съемку (см. § 8.3).
Топографические съемки собственной территории велись в США
по-прежнему несколькими гражданскими ведомствами. Стандарты точ-
ности государственных топографических карт США были установленье
только в 1941—1947 гг. К этому времени топографические карты Гео-
логической съемки имелись только для 15% территории страны. Хотя
в последующем Геологическая съемка усилила топографическое изуче-
ние страны, консолидация государственных топографических работ
в США задержалась на несколько десятилетий. Только в 1972 г. Ми-
нистерство обороны США объединило все свои учреждения, занимав-
шиеся картографированием зарубежных территорий, в Военно-карто-
графическое агентство, а Геологическая съемка реорганизовала
в 1980 г. топографический отдел в Отдел государственного картогра-
фирования как государственную картографо-географическую службу,
широко использующую новейшую автоматизированную технологию.
В 1984 г. топографическая изученность США приблизилась к 80% при»
полном покрытии страны картой масштаба 1 : 250 000. Завершение
1:25 000 карты планируется в 1990 г. (за исключением Аляски, име-
ющей карту масштаба 1 :63 360).
После второй мировой войны картографо-геодезические службы»
ряда европейских стран приобрели гражданский облик, но их деятель-
ность во многом ориентирована на обслуживание армии. Когда продук-
ция государственных служб не удовлетворяет конкретных потребностей»
в картах инженерного дела, городского хозяйства н т. д., возникают <*
специальные ведомственные картографические учреждения, например* I
при министерствах финансов или сельского хозяйства, для целей ка- J
дастра, при министерствах общественных работ и жилищного строи-
тельства для городских планировок и т. п.
Существенно изменила свое лицо частнопредпринимательская кар-t i
тография. Быстрое развитие автомобильного транспорта и туризма* |
вызвало огромный спрос на дорожные и туристские карты, рассчитан- J
иые на многотысячные н. даже миллионные тиражи и не требующие i
1
38Z
больших затрат на свою разработку. Вместе с тем большинство карто-
графических издательств оказались втянутыми в процесс капиталис-
тической концентрации производства. Включение в крупные полигра-
фические (или другие) объединения усиливало их позиции в конку-
рентной борьбе, облегчало совершенствование и модернизацию техники
производства, когда это сулило рост прибыли, и позволяло вкладывать
средства в дорогостоящие картографические произведения, окупающи-
еся в длительное время, но увеличивающие известность и престиж
издательств.
Б области тематического картографирования деятельность госу-
дарственных служб по-прежнему была наиболее регулярна в разра-
ботке геологических, а также почвенных карт. Усилилась надобность
в картах использования земель. Однако другие отрасли тематического
картографирования пробивают себе дорогу с большими трудностями.
Их деятельность, о8ычно скромная по возможностям и получаемым
результатам, во многом определяется энергией и авторитетом лиц, воз-
главляющих ту или иную отрасль картографирования. Например,
такой была во Франции служба картографирования растительности
при Национальном центре научных исследований, изготовившая карту
растительности Франции в масштабе 1 : 200 000 (теперь работает как
Центр экологии возобновимых ресурсов — растительности и вод).
На этом фоне примечательно в послевоенное время возобновление
и развитие работ над комплексными атласами отдельных стран и об-
ластей (см. § 8.10). Причины этому были различны. Атласы способст-
вовали планированию мер по устранению экономического ущерба, на-
несенного войной, в частности на опустошенных территориях (напри-
мер, ФР.Г). Распад колониальной системы привел империалистические
державы к потере многих источников сырья, что побуждало эти дер-
жавы к более полному изучению, освоению и использованию природ-
ных ресурсов собственных территорий.
Настоятельную потребность в разностороннем картографическом
изучении своих территорий (природных условий и богатств, размеще-
ния населения, экономических ресурсов и т. д.) ощутили страны Аф-
рики и Азии, сбросившие ярмо колониализма и ставшие хозяевами своей
судьбы. Но организация национальных картографо-геодезических
служб требует средств и времени для подготовки кадров и создания
материальной базы. Поэтому некоторые страны прибегали (и прибе-
гают) при картографировании своих территорий к технической помощи
из-за рубежа. Империалистические державы, стремящиеся к сохране-
нию экономических позиций в бывших колониальных и полузависимых
странах, учредили специальные органы для проведения работ за грани-
цей, в частности Управление заморских съемок в Великобритании и
-Управление по заморским научно-техническим исследованиям во Фран-
ции1. Социалистические страны оказывают содействие картографиро-
ванию развивающихся стран на других основаниях — по соглашению
о научно-технической помощи и сотрудничестве.
Развивающиеся страны уделяют большое внимание национальным
«и региональным атласам. Если раньше комплексные атласы составля-
лись главным образом в Европе, то теперь работы по ним идут на
всех континентах.
Начиная с 60-х годов появился и быстро усиливается новый сти-
мул к развитию тематического и комплексного картографирования,
d Теперь Французский институт научных исследований для развития в сотрудниче-
стве.
383
вызванный техногенным загрязнением и порчей внешней среды. Иссле-
дования и картографирование природы, прежде направленные глав-
ным образом к возможно более энергичной и полной эксплуатации ес-
тественных богатств, приобретают и другую, возрастающую в своем
значении цель — сохранение природы как среды жизни и деятельности
человека.
Спрос на карты, рожденный второй мировой войной, потребовал
поисков мер по росту производительности труда. Первоначально этому
росту содействовали дифференциация процессов по составлению и под-
готовке карт к изданию (позволявшая привлекать к массовому выпол-
нению отдельных операций малоквалифицированный персонал) и внед-
рение новой, относительно простой аппаратуры (например, оптических
проекторов для составления карт). Возможности этого пути были скоро
исчерпаны, но, как отмечалось выше (§ 15.7), ЭВМ, автоматика и кос-
мические съемки открыли новые горизонты для технического перево-
оружения картографо-геодезического производства и на этой основе
к разработке новых видов и типов карт, равно как новых направлений
картографической деятельности и применения карт. Поисковые рабо-
ты, начатые в 60-х годах, велись в США, а также в Англии, Франции,
ФРГ и Канаде, что уже в начале 80-х годов привело к результатам
большого практического зйачения. Стало реальным автоматизирован-
ное изготовление карт, сначала простейших, затем более сложных,
в традиционных и новых формах с привлечением разнообразной, в том-
числе космической информации, переведенной в цифровой вид *.
В условиях растущего и усложняющегося производства стала необ-
ходимой и в 60—70-х годах быстро развивалась подготовка высоко-
квалифицированных картографов: в университетах (Англия, Франция,.
США), в политехнических институтах (ФРГ, США) и специальных
школах (например, во французской Национальной школе географичес-
ких наук, приближающейся по своему профилю к советским инсти-
тутам инженеров геодезии, аэрофотосъемки и картографии). По
сравнению с СССР организация высшего картографического образо-
вания опаздывала на 25 и более лет.
В понимании картографии существовали (и существуют) разные
точки зрения. Картографический отдел ООН определил картографию
как науку о создании любых карт, охватывающую все фазы работ,
начиная со съемок до печатания карт включительно (1949). Такой
взгляд, отвечавший распространенному в США производственному по-
ниманию задач картографии, относил к ней, во-первых, измеритель-
ные работы, на самом деле принадлежащие геодезии, топографии и
аэрофотосъемке; во-вторых, тематические съемки, входящие в компе-
тенцию геологии, почвоведения и других наук о Земле.
Последующие официальные определения — английское (в 1965 г.)
и французское (в 1965 г.) — сохранили за картографией создание
всевозможных карт, но исключили из ее задач производство различных,
съемок, обследований и наблюдений (топографических, фотограммет-
рических, геологических, почвенных и др.). Но они остались родствен-
* Об успехах автоматизации свидетельствует, в частности, практика коммерческих
картографических фирм, обычно обращающихся к новой дорогостоящей технологии
и [аппаратуре только после их апробации в государственной картографии. Оии уже
используют банки цифровой информации, а в США начали с середины 80-х годов'
коммерческую продажу пакетов с дисками такой информации и программным обес-
печением для автоматизированного изготовления картограмм и точечных карт, на-
пример по переписям населения, для нужд исследовательской хеятельности и опе-
ратжвиой работы.
ММ
ними определению ООН в том отношении, что ограничивали интересы
картографии научными и техническими работами по созданию карт.
Еще позднее (в 1966 г.) Международная картографическая ассоциа-
ция в соответствии с советскими предложениями пополнила задачи
картографии разработкой методов использования карт, что приблизило
и определение картографии к той формулировке, которая получила
распространение в СССР в середине 50-х годов. Самое общее опре-
деление картографии в современном университетском курсе США1
относит к ней любую деятельность по изготовлению и использованию
карт.
Вместе с тем на Западе с начала 70-х годов получило распростра-
нение формалистическое определение картографии как науки о карто-
графической форме передачи пространственной информации. Такое
понимание картографии ограничивало ее роль служебными техничес-
кими функциями, при которых идеалом передачи информации (комму-
никации) считается извлечение читателем из карты того объема ин-
формации, который был введен в карту ее составителем. При этом
теряется важнейшая научная цель картографии — приобретение по-
средством картографического метода исследований новых знаний
о природе и обществе. Поэтому коммуникативное истолкование карто-
графии, обращенное к совершенствованию графических и технических
средств, недостаточно для ее теоретического обоснования. Его критика
привела к пересмотру коммуникативной концепции картографии и вклю-
чению в задачи науки анализа содержания карт и методов их интер-
претации.
В заключение отметим, что в гражданской картографии Запада —
государственной и частнопредпринимательской — в конце 70-х годов
обнаружился значительный спад, вызванный усилением общего эконо-
мического кризиса капитализма, уменьшением бюджетных средств, вы-
деляемых для государственной картографии, и трудностями коммер-
ческой картографии, проистекающими из-за снижения покупательной
способности населения2.
§ 15.10
МЕЖДУНАРОДНЫЕ СВЯЗИ И СОТРУДНИЧЕСТВО В ОБЛАСТИ КАРТОГРАФИИ
Научно-технический прогресс и разносторонняя активизация кар-
тографической деятельности находят отражение в развитии междуна-
родных связей и сотрудничества по картографии. Их главная цель —
обмен достижениями науки и техники на пользу всех народов.
В современном мире быстро возрастает значение международных
научных объединений (союзов, ассоциаций и пр.) и проводимых ими
конгрессов, конференций, совещаний и семинаров. Они ускоряют рас-
пространение знаний, идей, технических достижений и создают благо-
приятную обстановку для объединения усилий ученых разных стран и
специальностей в разработке проблем науки и в борьбе за мир. По-
лучают распространение и успешно реализуются многие международ-
ные соглашения по выполнению совместных исследований в мирных
целях для благосостояния человечества.
• Robinson А. Н. et al. Elements of cartography. V ed., 1985.
Иллюстрациями могут быть сокращения с 1975 по 1983 г. иа 1/3 (с 4453 до 2970
человек) персонала государственной картографо-геодезической службы Великобри-
тании и драматическое падение тиражей дорожных карт в США.
385
Географические конгрессы оказали и оказывают большое воздей-
ствие на поворот картографии в сторону тематического и комплексного
картографирования, на закрепление связей с географическими науками,
на разработку методов и организацию работ по созданию нацио-
нальных атласов и ряда международных карт (геоморфологиче-
ской, населения и др-)- Геологические конгрессы положили начало
многим международным картам мира и континентов: геологическим,
тектоническим, четвертичных отложений и др.
Очень важно, что развитие картографической науки и производ-
ства привело в 1961 г. к организации Международной картографичес-
кой ассоциации (МКА), имеющей главными целями содействие всесто-
роннему прогрессу картографии, расширение международного сотруд-
ничества и обмен опытом. Теперь она объединяет картографов 63 го-
сударств. В своей деятельности МКА уделяет большое внимание таким
проблемам, как картографическое образование, автоматизация в кар-
тографии, тематическое картографирование и его новые отрасли, ин-
формация в картографии, стандартизация и др.
Заметное влияние на укрепление международных связей по кар-
тографии оказывает ООН. Ее картографическая секция Департамента
технической кооперации в целях развития систематически проводит
региональные картографические конференции для стран Азии и Тихого
океана, стран Африки и стран Америки, призванные содействовать
становлению национальной картографии в развивающихся государст-
вах ради их экономического и культурного подъема, и публикует ма-
териалы этих конференций, так же как материалы международных
конференций по стандартизации географических названий. ЮНЕСКО
(орган ООН по вопросам образования, науки и культуры) включает
в план своей деятельности помощь созданию ряда международных
тематических карт мира или его крупных регионов. В 80-х годах число
капитальных международных карт и атласов уже превышало 100 на-
именований, особенно многочисленных в геологической тематике. Их
значение возрастает с обострением трансграничных проблем подобных
охране природной среды. В связи с этим встает сложная задача —
системное согласование программ отраслевых международных карт
в отношении математической основы, легенд, степени генерализации
и т. д.
В заключение отметим еще один фактор, ускоряющий междуна-
родный обмен мыслями и достижениями по картографии, — быстрый
рост картографической литературы, особенно увеличение количества
национальных картографических журналов, а также журналов по
смежным отраслям знания — географии, геодезии, фотограмметрии и
другим, систематически освещающих вопросы картографии. В середине
•80-х годов собственно картографических журналов и продолжающих-
ся изданий было около 50, а в смежных отраслях знания их число
достигло сотни.
§ 15.11
ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ КАРТОГРАФИИ
Перспективы развития картографии (производства и науки) опре-
деляются непрерывным и быстрым ростом потребления карт и повы-
шением их роли в народном хозяйстве, культурном строительстве и
научно-исследовательской деятельности.
386
Факторы этого роста разнообразны: необходимость во все более
разносторонней, подробной и точной пространственной информации1
о земной поверхности, природных условиях и ресурсах, населении и
производительных силах; вовлечение в орбиту экономической жизни
Мирового океана и шельфов; развитие космических исследований; ин-
тенсификация существующих отраслей народного хозяйства и появле-
ние новых отраслей, нуждающихся в специальном обеспечении гео-
графическими картами; развитие народного образования, подъем поли-
тического и культурного уровня человечества и его благосостояния;
рост народонаселения; планирование народного хозяйства и культур-
ного строительства и управление ими; неотложность решительных и
всеобъемлющих мер по охране и контролю природной среды; внедре-
ние картографического метода исследования природных и социально-
экономических явлений; наконец, всеобщее воздействие научно-техни-
ческой революции.
Эти факторы неравноценны и воздействие их различно. Одни из
них преимущественно влияют на увеличение тиражей географических
карт; другие побуждают к детализации и уточнению содержания,
к расширению информационной емкости карт, к их регулярному обнов-
лению; третьи раздвигают пространственные либо тематические пре-
делы картографирования. Очень существенны факторы, порождающие
надобность в разработке новых видов и типов карт и в формировании
новых отраслей картографирования. Наконец, для прогресса картогра-
фии всегда необходимы изыскания более совершенных методов при-
обретения источников и, конечно, методов изготовления и использова-
ния карт, повышающих производительность труда, облегчающих и рас-
ширяющих применение карт на практике и в научных исследованиях.
Среди факторов, воздействующих на тиражи массовых карт, на-
иболее очевидны и постоянны рост населения, развитие просвещения
и, конечно, подъем благосостояния народа. Например, увеличение на-
селения определяет возрастающую потребность в учебных картах и
атласах. Растущее увлечение массовым туризмом вызывает расширя-
ющийся спрос на туристические карты. В капиталистическом мире эти
факторы стимулируют деятельность коммерческой, частнопредприни-
мательской картографии.
Процессы уточнения, детализации и обновления содержания карт
преобретают ведущее значение в прогрессе ряда основных отраслей
картографического производства. Еще недавно первичное топографиче-
ское изучение территорий составляло главную заботу большинства го-
сударственных картографических служб. Но теперь для всех континен-
тов имеются обзорно-топографические карты, и можно предвидеть
время, когда окажутся завершенными сплошные топографические об-
следования материков. Это обстоятельство не означает свертывания
или сокращения работ по созданию топографических карт. Укрупнение
масштабов (связанное с интенсификацией сельского хозяйства, строи-
тельством городов и населенных пунктов, концентрацией производства
и т. п.), обогащение содержания карт, отображение убыстряющегося
изменения лика Земли, приспособление карт к новым требованиям:
практики и к новым, в частности автоматическим, способам их изго-
товления и использования определяют необходимость постоянных и
систематических работ по совершенствованию и обновлению топогра-
фических карт. Поддержание на уровне современности ранее создан-
ных топографических карт стало одной из наиболее актуальных (и
вместе с тем трудоемких) задач государственной картографии. В на-
иболее полном виде последняя задача реализуется и систематически
387
совершенствуется применительно к гидрографическим и аэронавигаци-
онным картам.
Расширение пространственных пределов можно наблюдать в энер-
гичном распространении тематического картографирования на Миро-
вой океан. Последний ранее исследовался преимущественно в гидро-
графическом отношении для обеспечения безопасности судоходства и
отчасти для рыболовного промысла. Но уже начато решение проблемы
комплексного картографирования Мирового океана, рассматриваемого
в перспективе как среда хозяйственной деятельности и Жизни челове-
чества с быстро возрастающим использованием биологических, мине’
ральных и энергетических ресурсов на поверхности, в толщах вод и на
дне океана. Развивающаяся эксплуатация естественных богатств шель-
фов и их картографирование — одна из сторон реализации этой проб-
лемы.
Еще более эффектно, научно увлекательно (хотя тематически и
объемно ограничено) проникновение картографии в космические про-
странства ради получения карт небесных тел — Луны и планет
(§7.10).
Разумеется, каждая из отмеченных выше сторон развития карто-
графии подвержена влиянию различных факторов, и каждый фактор
влияет на разные стороны этого развития. Включение космоса в круг
забот картографии повлекло не только расширение ее пространствен-
ных интересов, но также появление карт новой тематики. Даже в раз-
работке давно сформировавшихся земных топографических карт дело
не ограничивается Их обновлением, уточнением, детализацией и пос- |
тепенным совершенствованием содержания и графических средств. По- >
явились новые типы карт, например с фотоизображением земной по-
верхности либо разгруженные для определенного круга потребителей, £
или усложненные в планах городов «многоэтажным» изображением,
передающим застройку и городское хозяйство на разных уровнях
(включая подземные).
Особенно разносторонни и многофакторны перспективы развития
тематического и комплексного картографирования. Очевидна обяза-
зательность все более обстоятельного и подробного исследования ес-
тественных ресурсов недр, вод, почв, климата, биосферы и создания	;
карт, обеспечивающих их эффективное и правильное хозяйственное	Ь
использование. Столь же необходимо основательное картографирова- ?
ние природных условий, учитываемых в сельском хозяйстве, транспор-
те, промышленном и городском строительстве, районных планировках
и при организации отдыха населения. Быстро усиливается значение
карт населения и экономики как важных пособий при решении проб-
лем рационального использования трудовых ресурсов и территориаль- /
ной организации производительных сил.	|
Наряду с тематическими картами, рассчитанными на долговремен- I
ное применение, усиливается потребность в оперативных картах крат-
повременного пользования. Они составляются в минимальные сроки |
для текущей работы и воспроизводят в аналитической форме отдельные |
элементы природной и хозяйственной обстановки и их изменения, на-
пример динамику снежного покрова, состояние посевов, созревание '
сельскохозяйственных культур и т. п.
В прогрессе тематического картографирования будет быстро воз-
растать значение его высшей ступени — комплексного географического
картографирования как многостороннего и целостного отображения
природных и социально-экономических систем различного территори-
ального охвата и сложности. Оно уже нашло широкое распростране-
388
ние в комплексных атласах: региональных, национальных и мировых
(§ 8.8, 8.10). Весьма актуально распространение его принципов на го-
сударственные и мировые тематические карты. Это позволяет полнее
и лучше использовать эти карты для решения задач по рациональной
эксплуатации и расширенному воспроизводству природных ресурсов,
охране природы, регулированию и управлению окружающей средой,
т. е. в конечном счете для решения глобальной проблемы предотвра-
щения угрозы экологического кризиса.
Создание новых карт и атласов означает рост и накопление по-
истине колоссальной информации о пространственном размещении
природных и социально-экономических явлений, их состоянии, связях
и временных изменениях. Это реальные знания о мире, которые полу-
чаются и вводятся в обиход человечества совместными усилиями кар-
тографии и смежных наук. Но разработка и совершенствование мето-
дов создания и использования карт входят в удел картографии.
Главные цели — повышение производительности труда, всемерное
улучшение качества карт и расширение области их применения в прак-
тике и науке. Традиционная технология картографического производ-
ства с преобладанием ручного труда в разработке оригиналов карт
ставила препятствия на пути к этим целям. Преодоление трудностей
стало возможно: при широком привлечении в картографию важней-
ших достижений научно-технической революции, в первую очередь
электронно-вычислительной техники, автоматики и дистанционного зон-
дирования; при настойчивом использовании успехов других отраслей
знания; и, конечно, при усилении теоретических и экспериментальных
исследований по картографии.
Как известно, ЭВМ вошли в практику в 50-х годах, и уже
в 1964 г. была сконструирована «автоматическая система для карто-
графии», задуманная для автоматизированного изготовления издатель-
ских оригиналов после предварительного перевода в цифровую форму
первичных оригиналов карт. Она включала ЭВМ и автоматический
координатограф.
Для следующего этапа в развитии автоматизированной картогра-
фии, падающего на 70-е годы, характерны: совершенствование автома-
тизированных картографических систем (АКС) с включением в них
цифрователей (приборов для перевода карт в цифровую форму), ви-
деоэкранов (дисплеев) для вывода из ЭВМ информации в графической
форме и для ее редактирования, а также графопостроителей — авто-
матических чертежных машин; начало систематических работ по соз-
данию банков цифровой картографической информации; разработка
оригинальных программ для ЭВМ АКС, начало инвентаризации, сво-
док и публикации программ.
В 80-е годы автоматизированная картография, развивая те же на-
правления, приступила к проектированию сетей взаимосвязанных бан-
ков топографической и ведомственной тематической информации
с возможным непосредственным ее выводом на удаленные термина-
лы — автоматизированные рабочие места картографов, оснащенные
видеоэкранами и графопостроителями.
Проблема автоматизации может считаться решенной в отношении
элементарных аналитических карт с количественными показателями.
Она разрабатывается для топографических и многих тематических
карт. В основе автоматизации лежит идея математического моделиро-
вания процессов составления карт, т. е. их описания на языке мате-
матики, например математической формализации процессов генерали-
зации, построения изолиний по сетям точек и т. п. Описание алгоритма
389
для конкретной математической модели картосоставления (требующее
понимания сущности картографируемого явления) позволяет расчет
модели на ЭВМ и при выводе результатов на графопостроитель авто-
матическое построение карты. Предварительно необходим перевод ис-
ходных данных, например содержания карт-источников, в цифровую-
форму посредством фиксации координат и кодовых обозначений на
магнитных лентах или других накопителях информации.
Разумеется, подготовка алгоритма и программы для автоматичес-
кого составления карты требует надлежащей квалификации даже для
элементарной карты, но однажды полученная программа применима
для изготовления других карт аналогичного содержания. Таким обра-
зом, генеральная перспектива состоит в постепенном накоплении прог-
рамм для карт повышающейся сложности.
Но есть много карт и процессов, весьма сложных или даже вовсе
неподдающихся математической формализации (сведению к определен-
ной задаче) из-за множества связей или (и) наличия факторов, влия-
ние которых трудно оценить в конкретной мере. Однако -новейшая тех-
ника предоставляет картографу возможность вторгаться в работу ав-
томатической системы и решать самому неформализованные вопросы
(в так называемом диалоге человека с машиной). Именно органичес-
кое объединение знаний, мысли и дарований картографа с замечатель-
ными техническими возможностями ЭВМ и автоматики рисуется как
наиболее важная и увлекательная перспектива последующего разви-
тия картографии.
Значение космической информации для совершенствования методов
создания карт уже отмечалось в § 5.7. Орбитальные съемки, дающие
широкий пространственный обзор и отражающие многие макрозаконо-
мерности географической оболочки, освобождают картографа от тру-
доемких процессов последовательного уменьшения крупномасштабных
источников и устранения массы избыточной информации и потому
могут решительно ускорить процессы получения ряда средне- и мелко-
масштабных тематических карт. Вместе с тем, объединяя в одном
изображении многие компоненты геосферы в их горизонтальном и
вертикальном распространении, орбитальные снимки делают продук-
тивным их совместный, факторный анализ, весьма полезный для со-
вершенствования названных карт. Очень важно, что автоматика поз-
воляет непосредственное преобразование в картографическую форму
данных, получаемых при аэрокосмических съемках.
Эффективное привлечение достижений научно-технической рево-
люции немыслимо без опоры на математические науки (в частности,
на математическую статистику, вычислительную математику и теорию
информации), на систему географических наук и весь комплекс наук
о Земле.
Разумеется, основные научные проблемы картографии из числа
традиционных сохранят полную актуальность и в будущем, но их уг-
лубленная разработка также повлечет обращение к методам и матери-
алам смежных наук. Приведем пример. Карты нс имеют соперников
в компактной, наглядной и вместе с тем систематичной и объективной
передаче пространственной информации. В этом их извечная сила и
значение. Но дальнейшее повышение информационной ценности карт,,
в частности увеличение их информационной емкости при улучшении
наглядности (и, когда необходимо, точности), нуждается в углублен-
ных теоретических и экспериментальных исследованиях проблем гене-
рализации и картографических знаковых систем. Теперь такие иссле-
дования редко могут быть продуктивными в отрыве от других наук.
390
скажем семиотики и инженерной психологии в отношении оформления
карт.
Рассматривая перспективы картографии как науки, следует ясно
видеть две генеральные цели в развитии ее исследований, два главных
направления в разработке и совершенствовании ее методов, имеющих
в виду, во-первых, создание новых карт, во-вторых, использование карт
в науке и практике. Первое направление обращено к относительно
узкому кругу профессиональных картографов и других специалистов,
участвующих в съемках, проектировании и составлении карт, другое
же обслуживает интересы многообразных и потенциально бесчислен-
ных потребителей карты. Именно от последнего направления во многом
зависит будущее картографии и оно нуждается в постоянных заботах
исследовательской мысли.
Эти заботы различны при разных уровнях использования карт.
Многие читатели обращаются к картам преимущественно для справок
(информации) той или иной сложности о размещении, состоянии и
взаимосвязях природных, социально-экономических и политических яв-
лений, интересных читателю. В подобных случаях основная трудность
состоит в привлечении наиболее подходящих источников, часто неизве-
стных даже квалифицированному картографу. Отсюда актуальность
дальнейшей разработки вопросов картографической информатики (и
организации информационно-картографической службы, см. § 9.7).
Но карты не только богатейшие хранилища, «кладовые» простран-
ственной информации. Они могучее средство научных исследований,
приобретения новых знаний о мире, природе и человечестве, о законо-
мерностях размещения природных и общественных явлений, о струк-
туре и динамике геосистем различной сложности и территориального
охвата, наконец, средство прогнозирования, в частности в системе «че-
ловек — среда». Поэтому развитие картографического метода иссле-
дования стало одной из важнейших проблем и перспектив современной
картографической науки. Накопление в картах обширной и достовер-
ной информации, совершенствование аппарата картографического ана-
лиза, привлечение новой автоматической техники, усиление связей
с смежными науками и теоретическое обоснование картографического
метода открыли дорогу для его совершенствования. Картография пред-
стала в новом свете, как наука об отображении и исследовании дейст-
вительности посредством особых пространственных моделей — геогра-
фических карт и других картографических построений. В этом качест-
ве ее перспективы беспредельны.
§ 15.12
СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ СОВЕТСКОЙ КАРТОГРАФИИ
Постановления съездов и пленумов ЦК КПСС поставили обшир-
ный комплекс задач по перестройке и подъему на новый качественный
уровень экономической и социальной жизни СССР. В число этих задач
входят: рациональное и эффективное использование всех видов естест-
венных, трудовых и хозяйственных ресурсов; улучшение размещения
производительных сил и освоение новых районов: усиление территори-
ального аспекта в планировании и повышение комплексности в разви-
тии союзных и автономных республик, краев, областей и крупных го-
родов; реализация государственных и региональных научно-техничес-
ких программ — продовольственной, энергетической и др. Решение
391
этих и других задач, равно как улучшение окружающей среды и,
контроль за ее состоянием, делают необходимым и неотложным даль-
нейшее убыстрение и содержательный прогресс многопланового карто-
графирования СССР. Особенно актуальны: базовые, государственные
топографические и тематические карты, организующие ведомственные
работы и дающие основу для решения природоохранительных, эконо-
мических и социальных проблем; комплексы региональных карт, учи-
тывающих географическую специфику районов и ориентированных на
решение конкретных региональных проблем; карты оперативного крат-
ковременного, текущего пользования, составляемые в кратчайшие
сроки и воспроизводящие в аналитической форме состояние и изме-
нения различных элементов природной и хозяйственной обстановки
(например, динамики снежного покрова, состояния посевов, созревания
сельскохозяйственных культур и т. п.); для многих оперативных карт
достаточен их эфемерный показ на видеоэкрапе без закрепления в бу-
мажной форме.
Теория и методология советской картографической науки — ее
системная суть и познавательный характер, солидное научное обос-
нование крупных мероприятий, разработка картографического метода
исследования и вопросов картографического обеспечения научно-техни-
ческих программ и многое другое (§ 15.7) — образуют хорошую осно-
ву для прогресса картографической деятельности. Но на пути прогрес-
са стали труднопреодолимые препятствия, порожденные застойными
явлениями в советской действительности 60-х и 70-х годов и связанные
со слабой производительностью картографического труда, в частности
при господстве устаревших ручных способов изготовления оригиналов
карт, и серьезными упущениями в общей организации картографичес-
ких работ в стране и с другими причинами. Возникла острая необхо-
димость перестройки советской картографии с опорой в теории на
марксистско-ленинскую методологию советской науки, а в производстве
на принципы общей реформы советской экономики, новейшие техно-
логии и ускорение процессов картографирования.
Упрочение теоретических основ картографии должно исходить из
ее развития в качестве познавательной науки и понимания карт как
образно-знаковых пространственно-временных моделей действительнос-
ти, что не отрицает необходимости совершенствования карт как эф-
фективного средства коммуникации. В рамках этих представлений
актуальны исследования по частным теоретическим проблемам карто-
графии — генерализации, языка карт и другим, имеющим в виду улуч-
шение известных и разработку новых видов картографических произ-
ведений, а также методик их использования, в частности в оперативной
работе и прогнозах.
Новейшие технологии должны разрабатываться и внедряться во
все стороны научно-производственной картографической деятельности:
методику исследования объектов картографирования; обработку полу-
чаемой при этом информации и других источников, привлекаемых для
изготовления карт; собственно разработку и создание карт; наконец,,
методику их использования. При этом возрастает роль электронно-вы-
числительной техники, автоматики и дистанционных аэрокосмических
исследований, в частности важных для разработки скоростного опера-
тивного картографирования и применения небумажных карт.
Для совершенствования и ускорения всего дела необходима орга-
низационная перестройка картографирования страны в соответствии
новыми концепциями экономического и социального развития СССР,
тго предполагаем ютаде определение научных и практических целей
392
каждой отрасли картографирования сообразно с интересами ведомств
.и обязательно с учетом общегосударственных задач картографии; уста-
новление путей комплексного картографического обеспечения развития
регионов СССР, реализации государственных научно-технических прог-
рамм и рационального природопользования; разработку общегосудар-
ственной программы картографирования СССР с топографической и
отраслевыми субпрограммами и на этой основе координацию и коопе-
рирование картографических работ.
Два последних пункта реальны, при возложении на государствен-
ную картографо-геодезическую службу обязанностей по разработке
общегосударственной программы картографирования СССР, по коор-
динации работ и по контролю за их выполнением.
Главная задача общегосударственной программы картографиро-
вания видится в создании единой межведомственной системы автома-
тизированной картографии, основанной на сети взаимосвязанных бан-
ков пространственной топографической и тематической информации;
причем эта сеть рассматривается как важнейший компонент и основа
всеобъемлющей географической информационной системы, органически
ввязывающей картографию и географические науки с практикой эко-
номического и социального развития.
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
Анализ и оценка атласов 258—261
Анализ и оценка карт 240—258
геометрической точности 150, 250
идеологической ценности 255
качества оформления 254
математической основы 241
научной ценности 255
полноты содержания 246
современности 251—253
достоверности 248
методика анализа 256
Анаглифические карты 123
Аналитические карты 181
Анаморфозы 276
Атласы 185
— климатические 219
— комплексные 214, 219, 221
—	морские 215
—	национальные 219
—	океанов 215
— общегеографические 185, 207,
208, 209
— промышленности 367
— региональные 216
— сельского хозяйства 212, 375
— тематические 210, 211, 213, 214
Атласы географические
классификация 185
определение 185
особенности как целостных произ-
ведений 186
тексты (в атласах) 188, 222—224
указатели названий 141, 142
Аэрофотосъемка 368
Блок-диаграммы 12, 124, 126
Внемасштабные знаки 54
Врезные карты (врезки) 46
Высотные отметки
как способ изображения релье-
фа 112
нуль глубин 112
Генерализация картографическая 7
виды генерализации 146, 147
влияние картографических знаков
151
влияние на выбор способов изо-
бражения 168
и автоматика 171
математическое обоснование 170
нормы отбора 146
определение 7, 144
отбор картографируемых объектов
146
учет взаимосвязей 149
факторы генерализации 7, 145
Генерализация оптическая 189
Генерализация показателей движе-
ния и связей 166
Генерализация явлений
локализованных на площадях и
сплошного распространения 159
локализованных по пунктам 153
локализованных на линиях 156
рассеянного распространения 163
Географические названия 135
выбор 136
передача (написание) 137, 138
Геодезия 17
Гипотетические карты 183
разновидности 68
Изопоры 68
Изотермы 67
Изохроны 68
Инвентаризационные карты 184
Индикационные карты 288
Информатика 18, 226, 233
Информационно-поисковые языки 234
393
Информационно-картографические си-
стемы
индексирование документов 235
информационно-поисковые языки
234
перфокарты 235
технические средства 236
Искажения в картографических про-
екциях 23, 32
вычисление размеров искажений
32—34
точки и линии нулевых искажений
23, 32
История картографии 291
Источники картографические 194
классификация 194
Карта
определение 8
Картоведение
определение 4
Картограммы 89
выбор шкал 89, 90
приемы оформления 94
с геометрической сеткой 92
структурные 90
уточненные 89
Картографическая библиография
в СССР 229
виды библиографии 227
за рубежом 230
Картографическая сетка 41
Картографические знаки 52
влияние на генерализацию
внемасштабные 54
значение 52
линейные 54
минимальные размеры 55
площадные 54
логические связи 52, 53, 54
стандартизация 101
Картографические изображения 11
Картографические проекции 5, 15, 22
выбор 31, 35
географические требования 35, 36,
37
классификации 22
искажения длин 23
площадей 23
углов 23
Картографические проекции (виды)
азимутальные 25
гномонические 31
конические 25
косые 30
многогранные 39, 40
многополосные 40
нормальные 30
ортографические 30
перспективные 30
поликонические 30
поперечные 30
произвольные 25
псевдоконическне 30
псевдоцилиндрические 30
равновеликие 25
равиопромежуточные 25
равноугольные 25
стереографические 30
условные 31
цилиндрические 25
Картографический метод исследова-
ния 15
использование карт в науке »
практике 281
определение 264
переработка карт 274
способы анализа явлений по кар-
там 266
способы совместного использование
карт 272, 273
Картографический метод Познани»
действительности 264
Картографическое образование в
СССР 369
Картография
географическая 17
история 14
космическая 17
определения 13
отношения к искусству 18, 19
перспективы развития 386
связи с другими науками 17
составляющие дисциплины 14, 15,
16
структура 14, 15, 16
тематическая 16
топографическая 16, 17
Картодиаграммы 85
Картометрические исследования 267
Картометрия 15, 267, 278
Картохранилища 236
Карты
батиметрические 205
звездные 11, 192
Луны И, 192
комплексные 182
космические 192
морские 202, 204, 205
общегеографическне 9, 176	?
оценочные 184
прогнозные 184
проектные 177, 289
рельефа 370
рельефные 11, 129
специальные 178
синтетические 181
тематические 9, 176
технические 177
топографические 9
Карты географические 19
вспомогательные элементы 19, 20,
21
как модели действительности 8
математическая основа 19
принципы построения 7, 8
определения 8
типы 9
элементы 19, 20
Каталоги карт 204, 228, 229
Километровая сетка 42
Классификация географических карт
173—180
Комплексное картографирование 214.
375
Компоновка карты 46
Координатные сетки 41
Легенда карты 20
Лоции 204
Масштабы 43
выбор и оценка 44
394
главный 23, 44
Математическая основа карт 22—50
Математическое моделирование по
картам 270
Международные карты мира
в масштабе 1 : 1 000 000 206
в масштабе 1 : 2 500 000 207
Международные тематические карты
218
Методика исследований по картам
взаимосвязей явлений 284
динамики явлений 285
закономерностей размещения явле-
ний 282, 287
Надписи на географических картах
131
географические названия 131
отбор 166
пояснительные подписи 133
размещение надписей 133
шрифты надписей 133
Нарезка карт 204
Номенклатура миоголистных карт 50
Обобщение геометрическое (при гене-
рализации) 148
качественной характеристики (при
генерализации) 148
количественной характеристики
(при генерализации) 147
Ориентирование карт 48
Отмывка рельефа 110
Оформление карт 15
Перспективное изображение рельефа
124
перспективные знаки типов релье-
фа 125
Пиктограммы (рисунчатые карты)
313
Портоланы 311
Прогнозы по картам
изменений явлений во времени 288
пространственно-временные 289
распространения явлений 287
Проектирование и составление карт
15
Проекции картографические
— Арроусмита 305
— Гаусса 40, 197, 372
— Гинзбурга 37
— Голла 245
— Дониса 319
— Каврайского 37, 197
— Ламберта равновеликая 36, 37
— Ламберта равноугольная 36
— Меркатора 24, 32, 35, 38, 245,
353
— Меркатора поперечная 40, 199
— ЦНИИГАиК 38
— Эккерта 245
Проекции географических карт
материков 37
мира 35
полушарий 36
СССР 37
топографических карт 40, 41
Псевдоизолиппп 66, 69
Ра,зграфка многолистных карт 45
Рамки карт 46
Рекомендательные карты 184
Сборная таблица (сборный лист) 50
Сетка-указательница 141, 142
Системный подход в картографии 8
Способы картографического изобра-
жения 58, 98, 99
ареалов 80
знаков движения 82, 83
значков 58
изолиний 66, 67, 68
качественного фона 70
количественного фона 73
линейных знаков 64
локализованных диаграмм 75
сеточно-площадной 94
точечный 77, 78, 79, 80
Способы изображения рельефа 103
по принципу отвесного освещения
105
по принципу косого освещения (те-
невой) 107
совместное применение различных
способов ПО, 121
стереоскопические 122, 123
Старение карт 252
Тезаурус 235
Тексты к картам и атласам 222, 223,
224
Тематическое картографирование за
рубежом 216—218
Тематическое картографирование в
СССР 209
Тенденциозные карты 183
Теория картографических проекций 15
Типы географических карт 180
Топографическая изученность суши
199
Топографические карты
иностранные 198
масштабы 198
проекции 199
точность 199
советские 196
масштабы 196
проекции 197
точность 197
Топография 17
Топонимика картографическая 135
Точность количественных определений
по картам
влияние генерализации 279
— деформации бумаги 279
— свойства объектов 279
техническая точность 278
Транскрипция 137—139
Транслитерация 138
Указатели географических названий
141
Фотограмметрия 17
Фотокарты 188
Фоторельеф 111
Цифровые модели земной оболочки
190
— рельефа 112, 113
Частные (отраслевые) карты 180
Читаемость карты 254
Шкалы
— абсолютная 60, 95
—	непрерывная 60, 95
—	ступенчатая 60, 95
395
— условная 60, 95
Шкалы (разработка) 97
Шрифты надписей 133—135
размеры 135
требования 134
Экономика и организация картогра-
фического производства 15
УКАЗАТЕЛЬ личных имен
Август 298
Александр Македонский 296
Анаксимандр из Милета 296
Анвиль Жан-Баптист Бургиньон д’
330
Анучин Д. Н. 10, 282
Аньезе Баттиста 322
Апиан Филипп 313
Аристагор 296
Аристотель 296
Аристофан 296
Баранский Н. Н. 248, 255, 256, 370,
377
Бартоломью Джон 360
Беат 309
Бергхауз Генрих 355
Берлянт А. М. 268, 378
Бертен Жак 255
Беруни 305
Блау Биллем Янсон и Йоханн 319
Борзов А. А. 369
Брюс Я. В. 333
Брюэнс Питер 115
Вагенер Лукас Янсон 318
Василий III 322
Вахушти Багратнони 337
Вид Антоний 322
Вильбрехт А. М. 339
Витковский В. В. 362
Витт Вернер 148
Волков Н. М. 377
Галлей Эдмонд 331
Гауслаб Фридрих 120
Гаусс Карл-Фридрих 361
Гейнзиус Иоганн-Готфрид 337
Герасимов Дмитрий 322
Герберштейн Сигизмунд 322
Геродот 296
Гиппарх 297
Годунов П. И. 328
Гоман Иоганн-Баптист н Иоганн-Кри-
стоф 332
Гумбольдт Александр 356, 363
Делиль Гийом 330
Делиль Иосиф Николай (Жозеф-Ни-
кола) 337
Джеферис Томас 359
Докучаев В. В. 282, 357
Донкер Хендрик 333
Дюпен-Триель Жан 115
Дюрер Алтбрехт 18, 134, 317
Дюфур Гийом-Анри 107
Евреинов И. М. 333
Екатерина II 339
Заруцкая И. П. 377
Ибн Хаукаль 305
Иван IV 324
Эллипс искажений 22
Эллипсоид	'
— Кларка 198	i
— Красовского 198, 370
— Хейфорда 198	;
— Эвереста 198	,
Идриси, аль- 307
Ильин А. А. 360	'
Имхоф Э. 373
Иовий Павел 322
Исаченко А. Г. 377
Исидор из Севильи 313	,
Истархи, аль- 305
Каврайский В. В. 37, 370
Калапода Джиорджио 312
Кассини Цезарь 331, 341, 361-
Кипрнанов В. О. 333
Кирилов И. К. 335
Клеомен 296
Козьма Индикоплов 303
Коменский Ян 317
Кортес Эрнан 313
Красильников А. Д. 336
Красовский Ф. Н. 37, 140, 369, 370
Кропоткин П. А. 358
Крюйс Корнелий 333
Кюхлер 231
Леман Иоганн 105, 106, 344
Ленин Владимир Ильич 325, 350,
364, 366, 376
Леонардо да Винчи 134, 317
Леонтьев О. К. 282
Ломоносов М. В. 337, 339, 356, 363
Лужин Ф. Ф. 333
Ляцкой И. В. 322
Марк Випсаний Агриппа 298
Маркс А. Ф. 358
Маркс Карл 309, 344
Мезенцов Афанасий 325
Меркатор Герард 185, 318
Минар Шарль Жозеф 362
Мюнстер Себастьян 322
Нагаев А. И. 353
Нестор 322
Ньютон Исаак 331
Ортелий Авраам 317
Парменид 296
Паулиии Якоб 120
Пей Сю 307
Пёйтингер Конрад 298
Пертес Юстус 360, 380
Петр I 332, 333, 335
Пикар Жан 331
Посидоний 301
Поярков В. 325
Преображенский А. И. 377
Пржевальский Н. М. 358
Птолемей Клавдий 185, 222, 298. 299,
301, 303, 304, 312
Рави Нильс 362
Райс Эрвин 373
Реме.зов Семен У. 328
Рожер II 307

396
Руссель 104
Рыбаков Б. А. 322
Салищев К. А. 377
Сансон Николай 321
Семенов-Тян-Шанский В. П. 362
Семенов-Тян-Шанскнй П. П. 348, 357,
358
Симашко Ю. 121
Снеллиус Виллеброрд 331
Сочава В. Б. 377
Страбон 297
Стрельбнцкий И. А. 347
Струве В. Я. 345
Сухов А. И. 255
Татищев В. Н. 336, 360
Теннер К. И. 345, 348
Тессинг Иоганн 333
Тилло А. А. 282, 359
Тиссо Н. А. 361_
Тотлебен Э. И. 120
Урмаев Н. А. 347
Феррари Жозеф-Жаи-Франсуа 341
Фурье Жан Батист 271
Хаак Герман 360
Хельвиг Мартин 53
Хондий Иодок 319
Хорезми, аль- 305
Шокальский Ю. М. 358
Штилер Адольф 360
Шхонебек Адриан 333
Чебышев П. Л. 271, 361
Эйлер Леоиард 337, 361
Эккерт Макс 170, 373
Энгельс Фридрих 286, 370
Эратосфен 296, 297, 298, 331
Юлий Цезарь 298
Янсон Йоханн 319
ОГЛАВЛЕНИЕ
Предисловие............................................................... 3
Глава 1. ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ КАРТЫ И КАРТОГРАФИЯ............................... 4
§ 1.1. Картоведение и его содержание. Основные свойства и опреде-
ления географических карт. Карты как пространственные модели 4
$ 1.2.	Значение географических карт для науки	и практики ....	9
§ 1.3.	Другие картографические изображения...................11
£ 1.4.	Определение картографии...............................13
£ 1.5.	Структура картографии и составляющие.ее дисциплины. Отрас-
левое подразделение картографии..............................14
§ 1.6.	Связи картографии с другими науками	......	16
£ 1.7.	Об отношении картографии к искусству..................18
§ 1.8.	Элементы географической карты .	 19
Глава 2. МАТЕМАТИЧЕСКАЯ ОСНОВА КАРТ.......................................22
<У 2.1. Понятие о картографических проекциях. Классификация проек-
ций по характеру искажений.........................................22
§ 2.2.	Классификация проекций по виду меридианов и параллелей нор-
мальной сетки......................................................25
§ 2.3.	Искажения в картографических проекциях; их распределение;
определение размеров искажений на картах...........................32
§ 2.4.	О выборе проекций. Некоторые употребительные проекции для
карт мира, полушарий, материков и Советского Союза. Проекции
топографических карт...............................................35
2.5.	Координатные сетки..........................................41
£ 2.6.	Масштабы....................................................43
§ 2.7.	Разграфка многолистиых	карт.	Компоновка. Ориентирование кар-
тографических сеток	45
£ 2.8.	Номенклатура многолистных	карт..............................50
Глава 3. КАРТОГРАФИЧЕСКИЕ ЗНАКИ И СПОСОБЫ КАРТОГРАФИЧЕСКО-
ГО ИЗОБРАЖЕНИЯ......................................................52
§ 3.1.	Картографические знаки. Их функции. Виды и дифференциация,
знаков. Картографическая семиотика.................................52
§ 3.2.	Способ	локализованных значков.............................58
§ 3.3.	Способ	линейных знаков....................................64
§ 3.4.	Способ	изолиний. Псевдоизолинии.........................  66
§ 3.5.	Способ	качественного фона.................................70
£ 3.6.	Способ	количественного фона...............................73
£ 3.7.	Способ	локализованных диаграмм..........................  75
§ 3.8.	Точечный способ......................................'	.	77
397

§ 3.9.	Способ ареалов................................................80
§ 3.10.	Способ знаков движения........................................82
£ 3.11.	Картодиаграммы................................................85
§ 3.12.	Картограммы...................................................89
3.13.	Сеточио-площадиой способ......................................94
§ 3.14.	Разработка шкал...............................................95
§ 3.15.	Совместное применение	различных способов изображения и их
видоизменения. Системы и стандартизация	знаков.................98
Глава 4. СПОСОБЫ ИЗОБРАЖЕНИЯ РЕЛЬЕФА......................................103
§ 4.1.	Сущность проблемы......................................103
§ 4.2.	Изображение рельефа по принципу отвесного и косого освещения.
Штрихи. Отмывка................................................105
§ 4.3.	Высотные отметки. Цифровые модели рельефа..............112
§ 4.4.	Изображение рельефа горизонталями.......................114
4.5.	Изображение элементов рельефа, не выражающихся горизонта-
лями ...............................................................117
§ 4.6.	Оформление горизонталей. Способы повышения наглядности	го-
ризонталей. Гипсометрическая окраска рельефа	119
§ 4.7.	Совместное применение различных способов изображения рельефа	121
§ 4.8.	Стереоскопические способы изображения рельефа. Анаглифы	.	122
§ 4.9.	Перспективные изображения рельефа. Блок-диаграммы .	.	.	124
$ 4.10.	Рельефные модели местности.............................129
.Глава 5. НАДПИСИ НА ГЕОГРАФИЧЕСКИХ КАРТАХ.................................131
§ 5.1.	Виды надписей...........................................131
£ 5.2.	Шрифты надписей .	  133
§ 5.3.	Картографическая топонимика. Выбор и передача названий	.	.	135
$ 5.4.	Указатели географических названий.......................141
.Глава 6. КАРТОГРАФИЧЕСКАЯ ГЕНЕРАЛИЗАЦИЯ...................................144
§ 6.1.	Сущность и факторы генерализации............................ 144
$ 6.2.	Виды (стороны) генерализации............................146
§ 6.3.	О влиянии картографических знаков на генерализацию .	.	.	151
§ 6.4.	Генерализация явлений, локализованных по пунктам ....	153
$ 6.5.	Генерализация явлений, локализованных на линиях .	.	.	.	156
$ 6.6.	Генерализация явлений сплошного распространения и локализо-
ванных на площадях...................................................159
§ 6.7.	Генерализация явлений рассеянного распространения ....	16
§ 6.8.	О генерализации показателей движения и связей.............1
§ 6.9.	Отбор надписей............................................1
£ 6.10.	Влияние генерализации на выбор способов изображения ...	1
§ 6.11.	Объективность и математическое обоснование генерализации .	1
Глава 7. КЛАССИФИКАЦИЯ, ВИДЫ И ТИПЫ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ КАРТ И
АТЛАСОВ. ДРУГИЕ ПРОСТРАНСТВЕННЫЕ МОДЕЛИ . . . 173
. §	7.1.	Принципы классификации географических карт..............173
§ 7.2.	Классификации	карт по масштабу и территории.....174
§ 7.3.	Классификация	карт по тематике.....175
§ 7.4.	Классификация	карт по назначению. Совместное применение
классификаций................................................178
§ 7.5.	Типы географических карт...............................180
§ 7.6.	Географические атласы. Их определение	и	классификация	.	.	185
$ 7.7.	Особенность атласов как целостных произведений	....	186
$ 7.8.	Фотокарты. Оптическая генерализация....................188
£ 7.9.	Цифровые модели земной оболочки........................190
§ 7.10.	Космические карты.....................................192
Глава 8. ОСНОВНЫЕ КАРТОГРАФИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ..............................194
§ 8.1.	Понятие о картографических источниках...................94
§ 8.2.	Советские топографические и обзорно-топографические	карты.	95
Другие общегеографические карты СССР......................
§ 8.3.	Иностранные топографические карты......................198
§ 8.4.	Топографическая изученность суши.......................199
§ 8.5.	Морские карты..............................................  202
398
§ 8.6.	Карты мира в масштабах 1 : 1 000 000 и 1 : 2 500 000. Всемирные
географические атласы............................................20&
§ 8.7.	Тематическое картографирование СССР..................... 209
§ 8.8.	Комплексное картографирование. Советские комплексные атласы 214
£ Тема	тические карты и атласы за рубежом. Международные тема-
тические карты...................................................216
§ 8.10.	Комплексные атласы за рубежом...............................219
£ 8.11.	Тексты к картам и атласам...................................222
Глава 9. КАРТОГРАФИЧЕСКАЯ ИНФОРМАТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ . - 226
§ 9.1.	Термины и основные понятия..................................226
§ 9.2.	Виды библиографии карт......................................227
£ 9.3.	Библиография карт в СССР....................................-229
§ 9.4.	Библиография карт и атласов за	рубежом.....................230
§ 9.5.	Библиографические издания по картографической литературе	231
$ 9.6.	Картографическая информатика. Автоматизированные информа-
ционно-поисковые системы.........................................233
§ 9.7.	Картохранилища и центры хранения другой пространственной
информации. О научно-технической информации .....	236
Глава 10. АНАЛИЗ И ОЦЕНКА КАЧЕСТВА ГЕОГРАФИЧЕСКИХ КАРТ И
АТЛАСОВ............................................................240
§ 10.1.	Об анализе и оценке качества карт.......................... 240)
£ 10.2.	Анализ математической основы карт ..........................241-
§ 10.3.	Анализ и оценка полноты содержания карт. Об оценке объема
информации.........................................................246
§ 10.4.	Анализ достоверности карт..................................248
£ 10.5.	Анализ геометрической точности карт........................ 250'
§ 10.6.	Об анализе современности карт...............................251
$ 10.7.	Оценка качества оформления карт.............................254
£ 10.8.	Анализ научной и идеологической ценности карт...............256
§ 10.9.	Методика анализа и оценки карт..............................257
£ 10.10.	Анализ и оценка атласов....................................259
Глава 11. КАРТОГРАФИЧЕСКИЙ МЕТОД ИССЛЕДОВАНИЯ..........................263
§ 11.1.	Существо проблемы. Основные функции географических карт.
Понятия о картографическом методе исследования .... 263-
§ 11.2.	Основные приемы анализа при картографическом методе иссле-
дования .........................................................266
§ 11.3.	Совместное использование и переработка карт при картографиче-
ском методе исследования. Топологические модели .... 272
§ 11.4.	О точности и достоверности количественных определений по
картам .	............................................. 278-
§ 11.5.	Применение картографического метода в научных исследованиях 281
Глава 12. ИСТОРИЯ КАРТОГРАФИИ. КАРТОГРАФИЯ В ПЕРВОБЫТНОМ
ОБЩЕСТВЕ И ДРЕВНЕМ МИРЕ.......................................291
§ 12.1.	Предмет и задачи истории картографии. Источники. Картографи-
ческие изображения у первобытных народов.........................291
§ 12.2.	Картографические изображения в странах Древнего Востока .	294
§ 12.3.	Картография и география в античной Греции и в эллинистиче-
ских странах.....................................................296
§ 12.4.	Картография в Древнем Риме. Дорожные съемки и карты. Зем-
лемерные съемки. «Руководство по географии» Клавдия Птолемея 297
§ 12.5.	Картография в рабовладельческом Китае....................301
Глава 13. КАРТОГРАФИЯ В СРЕДНИЕ ВЕКА...................................303
§ 13.1.	География и картография в Армении и странах арабского Ха-
лифата ..........................................................303
§ 13.2.	Средневековая картография на Дальнем Востоке............307
§ 13.3.	Западноевропейская картография в период до великих географи-
ческих открытий. Монастырские карты. Портоланы. Изобретение
картопечат^иия. Распространение «Географии» Птолемея .	.	.	309
§ 13.4.	Расцвет западноевропейской картографии в XVI и XVII вв. Съем-
ки и региональные карты. Атласы. Меркатор. Картографические
мануфактуры......................................................313
399
13.5. Картография Русского государства в допетровскую эпоху. За-
рождение русской картографии. Большой Чертеж. Съемки Сиби-
ри. Труды С. У. Ремезова.......................................322
.Глава 14. КАРТОГРАФИЯ НОВОГО ВРЕМЕНИ........................................330
§ 14.1.	Западноевропейская картография во второй половине XVII и
первой половине XVIII в. Французские градусные измерения .	330
§ 14.2.	Русская картография в XVIII в. Организация государственных
съемок. Атлас Кирилова. Географический департамент Академии
Наук и атлас 1745 г. Деятельность М. В. Ломоносова. Генераль-
ное межевание .	.	.................................332
£ 14.3.	Карта Кассини. Военная картография в передовых странах За-
падной Европы в период утверждения капитализма ....	341
§ 14.4.	Русская военная картография до 70-х годов XIX в...............345
§ 14.5.	Военная картография в период империализма. Совершенствова-
ние топографических карт. Новые задачи русской военной карто-
графии. Карты западного пограничного пространства. Картогра-
фия во время первой мировой войны .................................. 348
§	14.6.	Съемочно-картографические	работы гражданских ведомств	.	.	351
§	14.7.	Картографирование морей................... ....	353
§	14.8.	Тематическое картографирование..........................355
§ 14.9.	Картографическая деятельность географических обществ и кон-
грессов .............................................................357
§ 14.10.	Деятельность частных картографических предприятий .	.	359
§ 14.11.	Разработка теоретических вопросов картографии................360
/Глава 15. КАРТОГРАФИЯ НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ.....................................364
§ 15.1.	Зарождение советской картографии. Ленинские документы по
картографии.........................................................364
15.2.	Вклад советской картографии в строительство социализма (в пе-
риод до Великой Отечественной войны)..............................366
$ 15.3.	Меры по развитию советской картографии. Становление карто-
графии как науки....................................................368
15.4.	Советская картография в Великую Отечественную	войну	.	.	371
§	15.5.	Картография в странах капитализма до и во время	второй	миро-
вой войны	372
§ 15.6.	Развитие советской картографии после Великой Отечественной
войны..........................................................374
§	15.7.	Успехи картографической науки в СССР .	  377
<5	15.8.	Картография в социалистических государствах.............380
§ 15.9.	Картография в капиталистических и развивающихся странах по-
сле второй мировой войны .......................................... 381
§ 15.10.	Международные связи и сотрудничество в области картографии 385
§ 15.11.	Перспективы	развития картографии.............................386
§ 15.12.	Современные	проблемы советской	картографии...................391
Предметный указатель........................................................393
 Указатель личных имен....................................................
396