Текст
                    ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПОЛИЦИЯ
И ПОЛИТИЧЕСКИЙ ТЕРРОРИЗМ
В РОССИИ
(вторая половина XIX — начало XX вв.)

Международный совет издательских программ АИРО-ХХ ГА. Бордюгов А.И. Ушаков С.А. Александров главный редактор исполнительный директор зам. исполнительного директора К. Аймсрмахер Д Байрау В. Береловнч Б. Бонвеч X. Вада А.Ю. Ватлнн Л.С. Гатагова П. Гобл Г. Горцка А. Грациоэи Р.У. Дэвис Е Ю Зубкова Ст. Коэн Дж. Д. Морисон В. Молодяков Н. Неймарк Д. Рейли Т. Филиппова Я. Хоулетт Ю. Шеррер Рурский университет Тюбингенский университет Высшая школа но социальным наукам, Париж Рурскнй университет Токийский университет МГУ им. М.В. Ломоносова Институт российской истории РАН Фонд Потомак Кассельский университет Университет Неаполя Бирмингемский университет Институт российской истории РАН Принстонский, Нью-йоркский университеты Лидский университет АИРО-ХХ, Токийский университет Стэнфордский университет Университет Северной Каролины на Чапел Хнлл Российский исторический журнал «Родина» Кембриджский университет Высшая школа по социальным наукам. Париж Представители АИРО-ХХ в Российской Федерации В.М. Бухарвев В.И. Голднн В.А. Исаев В.В. Канищев А.Г. Макаров М.Г. Нечаев Н.А. Постников Е.М. Раскатова В.П. Федюк Т.А. Чумаченко Казань Архангельск Новосибирск Тамбов Москва Пермь Курск Иваново Ярославль Челябинск
ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПОЛИЦИЯ И ПОЛИТИЧЕСКИЙ ТЕРРОРИЗМ В РОССИИ (вторая половина XIX — начало XX вв.) Сборник документов Москва 2001
СЕРИЯ «ПЕРВАЯ ПУБЛИКАЦИЯ» ОСНОВАНА В 1994 ГОДУ Редакционная коллегия Н.И. Дедков, А. И. Ушаков, А. А. Чернобаев, Е.И. Щербакова Составители: В. И. Кочанов, Н.Н. Парфенова, М.В. Сидорова, Е.И. Щербакова (ответственный составитель) Рецензенты: доктор исторических наук З.И. Перегудова, доктор исторических наук А Д. Стенан’ский Предисловие Е.И. Щербакова Политическая полиция И политический терроризм в России (вторая половина XIX - начало XX вв.). Сборник документов. Серия «Первая публикация» под ред. Г. А. Бордюгова. - М.: АИРО-ХХ. 2001.-520 с. В книге приведен обширный документальный ряд. отражающий деятель- ность органов политического сыска в борьбе с антигосударственным терро- ризмом на протяжении второй половины XIX - начала XX вв. Книга рассчитана на преподавателей, научных сотрудников и аспиран- тов, занимающихся историей. ISBN 5-88735-079-2 ISBN 5-88735-079-2 © Составители, 2001. ©АИРО-ХХ, 2001.
ПРЕДИСЛОВИЕ Совесть Европы не находит в себе основ для причисления политических преступлений к настоящим преступлениям и злодеев этого рода пе умеет отличать от героев. Н. Н. Страхов Вынесенная в эпиграф фраза произнесена известным русским публи- цистом в конце 80-х гг. XIX в., справедливость её тогда не подлежала сомнению. Такое положение вещей, лишая государственную власть широкой общественной поддержки, осложняло, но не снимало задачу противодействия революционному движению и в первую очередь наиболее зримому его проявлению - индивидуальному террору. Проблематика публикуемых материалов связана с деятельностью на этом поприще политической полиции. Но чтобы осмыслить особен- ности функционирования системы розыскных учреждений Россий- ской империи, необходимо проследить тенденции развития револю- ционного процесса, предопределившие выдвижение на первый план террористической борьбы; эволюцию её форм, которая во многом обусловливала становление приемов и методов работы политическо- го сыска. Мощным катализатором освободительного движения в России стали преобразования 60-х гг. XIX в. и прежде всего - «дарование крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей». Характер «эмансипации» общеизвестен. «Облагодетельствован- ные» крестьяне ответили на объявление «царской милости» взрывом возмещения весной 1861 г. Общество же, переболев той «лихорадкой мысли», которую вызвала подготовка аграрной реформы, и оконча- тельно уяснив непоследовательность планов верховных преобразова- телей. чувствовало себя обманутым.
6 Политическая полиция и политический терроризм в России Для политической полиции это беспокойное время оберну- лось серьёзными проблемами. Мало того, что «переходное состояние, в которое Россия вступила по случаю изменения одной из главных, основ её гражданского установления», - было «сопряжено с неиз- бежным болезненным ощущением, проявляющимся с различными оттенками, во всех слоях общества» (1). С выходом на политическую арену массы разночинцев, «наименее заинтересованных в охранении существующего государственного порядка», круг объектов наблюде- ния «высшего надзора» расширился настолько, что уследить за «расположением умов» в этой взрывоопасной среде становилось всё сложнее. К тому же, политической полиции предстояло разобраться, что представляет собой этот новый потенциальный противник, каковы условия его существования и стиль мышления, круг идей и мотивы действий интеллигента-разночинца. Эпоха Великих 60-х принесла возможность раскрепощения че- ловеческой личности, к какому бы сословию она не принадлежала. Многие искренно хотели найти себе применение в труде на благо освобожденного народа. Но в новых учреждениях перевес оставался за людьми старого закала и поборникам прогресса приходилось действовать в пассивной или недоброжелательной обстановке, отка- зываться от убеждений или от дела. Власть шла испытанным бюро- кратическим путем, отдавая распоряжения сверху н ожидая снизу лишь отчёт об исполнении, не предполагая никакого «сотворчества» со стороны общества. Энтузиазм тех, кто хотел посвятить свою жизнь обновлению России, оставался невостребованным, инициатива наказуемой. «Если вас спросят, кто самый несчастный человек на свете, - сетовал один из представителей молодого поколения пореформенной эпохи, - отвечайте: тот, кто поставлен в бесконечно бессрочное бездействие и гниёт заживо не от отсутствия сил и способностей, а от отсутствия возможности употребить их в дело» (2). В таком положении оказалась масса «мыслящих пролетариев», вызванных к жизни новыми временами. С отменой ограничения числа студентов в высших учебных заведениях молодёжь со всех концов России устремилась в университеты, нередко жертвуя на обучение последние гроши. Из низов - за лучшей долей, которую надеялись обрести с получением образования; из всех сословий - за светом новых идей. В этом смешении социальных пластов и рожда- лась та разночинная интеллигенция, которая часто бывала не у дел не только потому, что не находила поприща, соответствовавшего своим
Предисловие 7 взглядам на общественное служение, но и потому, что потребности страны, ещё только вступавшей на путь капиталистического разви- тия, не могли поглотить весь «образованный пролетариат». «Безместность», непристроенность огромной массы разночин- цев означала для большинства из них полуголодное существование и вела к крушению надежд - не только в решении вопроса о хлебе насущном, но и в удовлетворении социальных претензий и духовных запросов. Рождалась горькая досада на образованное общество, члена- ми которого они так хотели стать, и отчаяние, лишь усиливавшееся с интеллектуальным развитием, отрезавшим пути назад, к прозяба- нию необразованных классов. В результате «мыслящий пролетарий» и по материальному положению, и по духовным устремлениям ощущал свою несовместимость с традиционным укладом жизни общества, в отрицании которого созревал нигилизм. Нигилизм 1860-х был сосредоточен на преобразовании умствен- ных и нравственных представлений. Однако, вынося приговор не только старой системе идей, но и прежней политической системе, нигилисты жаждали «положительной истины», основанной не на вере в авторитет, а на опытном знании, позволявшей жить так, как велел разум, а не традиция. «Священные покровы», подчас скрывавшие фальшь или пусто- ту, срывались с жизненных явлений, которые нигилисты сводили с небес на землю с помощью позитивной науки. В основу нравствен- ности они пытались положить «материальное» понятие пользы вместо «идеальной» категории долга. Не признающий диалектики материального и духовного нигилизм попадал под действие закона отрицания отрицания — идеи нигилистов становились объектом не «материального» анализа, а слепого преклонения, «идеальной» веры. Нигилистическое отрицание традиций само превращалось в тради- цию, возникала новая догма — догма революционной идеологии. «Рационально-атеистическое мировоззрение» русской интеллиген- ции, писал С. Булгаков, «есть действительно вера, вера в научность, в рационализм» (3). И так же, как религиозные подвижники ждали пришествия Царства Божия, так и нигилисты верили в осуществление - по последнему слову европейской научной мысли - царства труда и справедливости с помощью социальной революции, несущей немед- ленные перемены. Отрицание и разрушение старых форм человеческого существо- вания приобретало пафос созидания нового социального идеала. Поколение 60-х, воодушевляемое идеалом «светлой мысли, правды
8 Политическая полиция и политический терроризм в России и труда», рвалось в бой за всестороннюю эмансипацию личности и общества. Проблема действия могла решаться по-разному - умерен- ные круги склонялись к тому, чтобы определённым общественным давлением вынудить правительство на более решительные уступки; радикалы ставили на повестку дня подготовку народной революции. В левом лагере росла уверенность, что «честный русский не может быть другом правительства» и действовать с ним заодно. Нетерпели- вые молодые разночинцы видели себя «строителями судеб мира». Противоречие высочайшей самооценки и социальной неприкаянно- сти порождало истинно разночинское — деклассированного, по сути, элемента - желание перевернуть всё вверх дном, чтобы «кто был ничем - стал всем». Модель подобной трансформации действительности и конкрет- ный ответ на извечный вопрос «что делать?» находили в знаменитом романе Н. Г. Чернышевского. По завету Учителя «мыслящие реали- сты» пытались «переносить в настоящее» черты будущих личных и общественных отношений. Одна за другой возникали артели и комму- ны, целью которых была пропаганда «социальных идей» на деле. К одной из таких «ассоциаций» принадлежал Дмитрий Карако- зов. 4 апреля 1866 г. он попытался осуществить более эффективную, на его взгляд, форму пропаганды делом, чтобы «расшевелить за- снувший народ». Но в народе распространилась молва о том, что стрелял помещик, недовольный отменой крепостного права, а III от- деление Собственной Его Императорского Величества канцелярии пришло к заключению, что «в покушении на цареубийство участво- вала горсть ничтожных личностей, по преимуществу русских, но действовавших под влиянием и для цели польской пропаганды». Корни крамолы, как водится, искали на Западе. В 1863 г. в им- перии отпылал очередной «польский мятеж», да и в применении политического террора пальму первенства следовало бы отдать Северо-Западному краю. 15 июня 1862 г. подпоручик 15-го пехотного Шлиссельбургского полка Андрей Потебня стрелял в генерал-адъю- танта А. Н. Лидерса, наместника в Царстве Польском; 21 июня сме- нивший Лидерса на этом посту Великий князь Константин подвергся нападению Людвига Ярошинского. Однако значение этих терактов не шло ни в какое сравнение с выстрелом у Летнего сада, мишенью которого стала Священная Особа Императора Всероссийского. Во Всеподданнейшем отчёте 111 отделения за 1866 г. политиче- ская полиция оправдывалась (см. док. № 1). На нескольких страницах подробно перечислялись меры, принятые III отделением для выясне-
Предисловие 9 ния личности злодея и его соучастников, «неослабного содействия» Петербургской и Московской следственным комиссиям и т. д. Но главная задача осталась невыполненной, «высший надзор» не сумел «предупредить» преступление, «око Государево» проглядело «гнез- дилище цареубийственных замыслов» среди множества похожих один на другой студенческих кружков с «социальным» оттенком. Вскрылись острые проблемы работы сыска в радикально изменив- шейся «оперативной» обстановке. Разночинскую среду невозможно было охватить наблюдением старыми методами - «через чинов Корпуса жандармов» и «известного свойства» услуги почтового ведомства, новые же ещё не сложились. Требовалась и определённая структурная реорганизация органов политического сыска. 28 апреля 1866 г. П. А. Шувалов, принявший пост главноуправ- ляющего III отделением и шефа Корпуса жандармов, подал на Высо- чайшее имя докладную записку о мерах к восстановлению порядка в империи, которая предусматривала, прежде всего, реформирование системы политического розыска. Чтобы защитить страну от «разру- шительного действия вредных элементов», следовало «устроить полицию так, чтобы она была в состоянии обнаруживать то, что совершается в среде общества»(4). Должное внимание было уделено агентурной работе. В III отде- лении появился секретный архив, где сосредоточивались политиче- ские дела и материалы перлюстрации, систематически пополнялась фототека и «Алфавит лиц, политически неблагонадёжных». «Главная цель преобразования, - писал Шувалов, - состоит в том, чтобы по мере возможности, образовать политические полиции там, где они не существуют, и сосредоточить существующую полицию в 111 отделении Вашего Императорского Величества канцелярии, для единства их действий и для того, чтобы можно было точно и однооб- разно для целой империи определять, какие стремления признаются правительством вредными и какие способы надлежит принимать для противодействия им». В подчинение III отделению поступила «Охранная стража», соз- дание которой было вызвано необходимостью оберегать священную особу Государя Императора. Персонал этого подразделения прини- мал участие и в работе политического сыска. Новый руководитель «высшего надзора» обнаружил «полное расстройство столичных полиций» (5), добился ликвидации Санкт- Петербургского генерал-губернаторства и передачи его функций градо- начальству, подчинённому III отделению. При канцелярии Петер-
10 Политическая полиция и политический терроризм в России бургского градоначальника возникло, в свою очередь, ещё одно новое учреждение - Отделение по охране общественного порядка и спокойствия, ставшее прообразом позднейшей «охранки», неотъем- лемой части структуры политического сыска Российской империи. П.А. Шувалов подготовил также новое «Положение о Корпусе жандармов», утверждённое царем в сентябре 1867 г. и в неизменно- сти дожившее до Февраля 1917 г. «Единство действий» всех жан- дармских управлений на железных дорогах, а также на Кавказе и в Варшаве, усиление надзора на местах обеспечивались созданием дробной системы губернских управлений и уездных наблюдательных пунктов вместо громоздких жандармских округов. Шеф жандармов озаботился и состоянием кадрового состава «лазоревого ведомства». Чтобы успешно уловлять крамолу, нельзя было сильно отставать от своего противника - интеллигента. Для повышения образовательного уровня и теоретического знакомства с идеологией основного объекта наблюдения жандармы могли поль- зоваться ведомственной библиотекой, включавшей и коллекцию неле- гальных изданий. При Корпусе появилась особая школа для подго- товки к «сознательному использованию обязанностей службы по наблюдательной части». Выстрел Каракозова повлёк за собой и общее изменение прави- тельственного курса. Рескриптом 13 мая 1866 г. на имя вице-предсе- дателя Государственного совета князя П. П. Гагарина царь распорядился навести в стране порядок. Репрессии обрушились на демократическую печать, были закрыты «Современник» и «Русское слово», подверг- лись ограничению права земств и были расширены полномочия губер- наторов, ужесточился надзор за высшей школой и студенчеством. В результате пути самодержавного правительства и интеллиген- ции ещё больше разошлись, хотя в первые годы после Великих реформ существовала реальная возможность направить энергию молодого поколения в мирное русло. Социально-политическая дейст- вительность России второй половины XIX в. загоняла её в подполье. В среде разночинной интеллигенции пореформенного периода сфор- мировался особый тип личности - предтечи профессиональных рево- люционеров. игравших ведущую роль на протяжении всего дальней- шего развития освободительного движения в России. Именно с этими «новыми людьми» предстояло вступить в борьбу органам политиче- ского сыска. Они отличались от окружающих своей системой ценно- стей, которая не оставляла им места в обыденной жизни, превращала в «отщепенцев» от традиционного общества (см. док. № 7). Тем, кто
Предисловие II ставил перед собой грандиозную задачу радикального обновления России, были тесны рамки повседневности, неприемлемы навязывае- мые ею компромиссы. Их уделом оставался «практический ниги- лизм». Его ярким проявлением стала деятельность «Народной рас- правы» Сергея Нечаева. Разоблачение нечаевщины вызвало сильную ответную реакцию в революционной среде. На какое-то время возобладала резкая не- приязнь к жёстким организационным формам, диктаторству и экс- тремистским прожектам, нашедшая отражение в первой, стихийной волне «хождения в народ». Опыт работы в деревне вновь вызвал к жизни идею централизованной организации, реализовавшуюся в 1876 г. с появлением «Земли и воли». Однако к концу 70-х гг. стало ясно, что к «оседлой» пропаганде крестьяне восприимчивы не более, чем к «летучей». Массовое движение «в народ» создавало для политической по- лиции новые проблемы. Законом 19 мая 1871 г. «производство доз- наний по делам о государственных преступлениях передавалось чинам Корпуса жандармов» (6). Кроме того, никто не снимал с них бремени «высшего надзора», а число поднадзорных неуклонно росло. Ревизия представленных в III отделение начальниками губернских жандармских управлений «списков лиц, состоящих под негласным наблюдением», не сократила их количества. Летом 1871 г. в жан- дармские управления поступило предписание «стараться доставлять и сообщать в 111 отделение Собственной Его Императорского Вели- чества канцелярии фотографические портреты всех вообще лиц, которые почему-либо обращают на себя внимание правительства, преимущественно в отношении политической благонадёжности». Сотрудники наружного наблюдения, филеры, сбивались с ног, дея- тельность внутренней агентуры оказывалась неэффективной, так как при организационной аморфности движения его практически невоз- можно было взять под контроль. Реакция правительства на деятельность радикальной интелли- генции была столь же неадекватной, сколь и недальновидной. Яр- чайший пример тому - процесс 193-х (1877). 90 человек-значительная часть всех задержанных - будучи привлечены к суду, по выражению обвинителя Желеховского, «для фона», в ожидании оправдания провели по несколько лет в предварительном заключении. Затем 80 из этих 90 человек оправданных судом были сосланы под надзор полиции административным порядком (7).
12 Политическая полиция и политический терроризм в России Месяцы и годы тюрьмы, которые для одних кончались сумасше- ствием или смертью, а для других становились школой политической борьбы; административные высылки; исключение из учебных заве- дений; полицейский надзор и прочие «репрессии, непропорциональ- ные преступлениям», надолго вырывали молодых людей из мирной обыденности, вызывали ожесточение и укрепляли решимость идти по революционному пути. Как писал один из «государственных пре- ступников», «высокопоставленные глупцы думают, что их нелепые меры имеют предупредительное значение; если бы они знали, что каждое новое притеснение всё теснее и теснее смыкает кружок честных людей... Придёт и наше время, когда мы дадим единодуш- ный кровавый ответ» (8). Это время наступило в конце 70-х - начале 80-х гг., когда сформированный всей предшествующей логикой и прак- тикой антиправительственной борьбы революционный тип развернул свою деятельность под знаменем «Народной воли». Отсутствие гарантий прав личности, полная незащищённость перед лицом власть имущих порождали соответствующие формы протеста. Выстрел Веры Засулич прогремел в ответ на наказание розгами Алексея Боголюбова, произведённое 13 июля 1877 г. в доме предварительного заключения по приказу Петербургского градона- чальника Ф.Ф. Трепова. Парадоксально, но в той конкретно-истори- ческой ситуации подобный акт воспринимался как средство защиты законности. Впечатление от приговора, вынесенного судом присяжных, едва ли не превышало впечатление от самого теракта. Неожиданное для многих оправдание В. И. Засулич дало террору, по выражению С. М. Кравчинского, «санкцию общественного признания». «Нам стыдно», - говорили в среде революционной молодёжи, - «что рань- ше не сделали, как она» (9). Волна террора нарастала, политические убийства превращались из эксцессов в обыденную практику револю- ционной борьбы. Первые теракты (покушение на товарища прокурора Киевского судебного округа М.М. Котляревского (23 февраля 1878 г.), на адъю- танта Киевского губернского жандармского управления Г.Э. Гей- кинга (24 мая 1878 г.), убийство С. М. Кравчинским шефа жандармов Н.В. Мезенцева (4 августа 1878 г.)) застали власти врасплох. Отчаян- ное положение диктовало «исключительные меры». 9 августа 1878 г. появился закон «О временном подчинении дел о государственных преступлениях и о некоторых преступлениях против должностных лиц ведению военного суда, установленного для военного време- ни» (10).
Предисловие 13 Покушение А. К. Соловьева на Александра II (2 апреля 1879 г.) вызвало к жизни Высочайший указ 5 апреля 1879 г. - Европейская Россия была разделена на 6 временных генерал-губернаторств, населе- ние которых попадало в полнейшую зависимость от произвола местных властей(Н). По официальным данным, с апреля 1879 г. по июль 1880 г. за «неблагонадёжность» под надзор полиции было высла- но без суда, административным порядком, 575 человек (12). Полити- ческая полиция продолжала действовать по старинке, усиливая наруж- ное наблюдение, проводя опросы дворников «о подозрительных личностях, в их домах проживающих», повальные обыски и аресты среди этих личностей. Новая тактика антиправительственной борьбы вызывала в вер- хах панику, новые организационные формы революционного движе- ния загоняли политическую полицию в тупик. С каждым дерзким покушением террористов очевидней становилась беспомощность органов сыска перед лицом сплочённой, строго законспирированной партии. В России сформировалось подполье с его особой психологией. «Бродячий образ жизни, неопределенность существования и посто- янное ожидание ареста, - вспоминал Л. Дейч, - развивали в “неле- гальном” привычку к опасностям, полное равнодушие к своему будущему, готовность в любой момент расстаться со своей свободой, а то и с самой жизнью... Отсюда также вытекало его стремление сделать что-нибудь заметное, крупное, громкое» (13). Круг револю- ционеров смыкался всё тесней, резче становилась грань, отделяющая его от остального мира. Эта среда создала героев «Народной воли». Невозможность вести эффективную социалистическую пропа- ганду в существующих политических условиях выдвигала на первый план задачу изменения государственного строя. Политической борь- бой без массовой поддержки могла быть только борьба террористи- ческая - наиболее «производительный» способ «употребить ничтож- ные революционные силы». В гуще народничества происходила радикализация настроений, спонтанно возникала террористическая практика, росла потребность возвести её в принцип. Все эти обстоя- тельства вызвали в 1879 г. раскол «Земли и воли». Судьба «Чёрного передела» лишний раз доказала бесперспективность революционной пропаганды в деревне. Рождение «Народной воли» знаменовало переход к единоборству с самодержавием. Программа Исполнительного комитета гласила, что члены «На- родной воли» «по своим убеждениям... социалисты и народники»,
14 Политическая полиция и политический терроризм в России ближайшей задачей партии объявлялся «политический переворот с целью передачи власти народу», террор должен был служить ору- дием устрашающим для правительства и агитационным для народа: Однако террористическая деятельность, всё глубже затягивавшая революционеров в свой водоворот, требовала напряжения всех сил и оставляла всё меньше места для рассуждений о том, что будет «после». Признавая, вслед за теоретиком русского бланкизма Петром Ткачёвым, российскую монархию «висящей в воздухе» самодовлею- щей силой, которая не имеет опоры ни в одном общественном слое, народовольцы считали, что гибель самодержца разрушит сущест- вующую политическую систему. Сезон «охоты» на императора был открыт. Политическая полиция, тем временем, всё более утрачивала контроль над ситуацией. Как «предупреждать преступления» при неосведомлённости о планах и личном составе тайной организации? Принять превентивные меры невозможно, остаётся лишь реагировать на свершившийся факт. Основным методом жандармов старой шко- лы оставалось «систематическое наблюдение и последовательные аресты членов сообщества». Для освещения непроницаемой тьмы подполья нужна была внутренняя агентура. Проникнуть в тесный кружок злоумышленников мог только свой брат-«нелегальный». Но контакты с такими личностями были для сотрудников сыска поко- ления В.Д. Новицкого сродни сговору с нечистой силой, а звезда Г.П. Судейкина и подобных ему представителей «жандармской моло- дёжи» ещё не взошла. Попытки распутать клубок противоречий, создающих столь бесперспективную ситуацию, предприняла «Верховная распоряди- тельная комиссия по охране государственного порядка и обществен- ного спокойствия» под руководством графа М.Т. Лорис-Меликова, которая была учреждена императором Александром 1112 февраля 1880 г. после очередного теракта (взрыв в Зимнем дворце 5 февраля 1880 г.) «в твёрдом решении положить предел беспрерывно повторяющимся в последнее время покушениям дерзких злоумышленников поколе- бать в России государственный и общественный порядок» (см. док. № 12, 14-17). В подчинение этому временному органу переходило и HI от- деление. Первоочередной задачей Комиссии её главный начальник объявлял «принятие решительных мер к подавлению возмутительных действий анархистов». Прежде всего необходимо было удостовериться в боеспособно- сти армии политического сыска. Ревизия, предпринятая летом 1880 г.
Предисловие 15 сенатором И. И. Шамшиным, привела к неутешительным выводам. Органам сыска нужно было дать возможность сконцентрировать усилия на борьбе с самой серьёзной угрозой, избавив от несвойст- венных им функций. Глубина проникновения в революционное подполье могла быть обеспечена только за счёт сужения круга пол- номочий «высшей полиции». 1 августа 1880 г. Лорис-Меликов подал на Высочайшее имя докладную записку о преобразовании полиции (см. док. № 20). 6 августа Указом о закрытии Верховной распоряди- тельной комиссии упразднялось и III отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии «с передачей дел оного в ведение Министерства внутренних дел». В составе последнего был создан Департамент государственной полиции, призванный сосредо- точить все нити «политического розыска и наблюдения». Согласо- ванность работы полиции тайной и явной должна была достигаться тем, что товарищ министра внутренних дел, на которого было возло- жено (с 1882 г.) руководство Департаментом, являлся также коман- диром Отдельного корпуса жандармов (шефом жандармов был сам министр). Высочайший указ о ликвидации Верховной распорядительной комиссии гласил, что свою важнейшую задачу она выполнила, объе- динив «действия всех властей для борьбы с крамолой». Однако все эти усилия не уберегли российского монарха от гибели 1 марта 1881 г. Департаменту полиции предстояло ещё много трудов по «предупреждению и пресечению» преступлений, не в последнюю очередь - террористических. Вопросами политического сыска ведало третье (секретное) делопроизводство, а с 1898 г. - Особый отдел Департамента. На местах «единственными розыскными и осведоми- тельными источниками Департамента полиции служили губернские жандармские управления. Во главе этих управлений стояли заслу- женные полковники и генералы, воспитанные в старинных традициях Корпуса жандармов, люди в большинстве весьма почтенные, но со- вершенно не знакомые с современными требованиями политического сыска» (14), - писал заведующий Особым отделом Л. А. Ратаев. Наиболее «правильно организованными» и эффективно дейст- вующими органами политической полиции являлись «Отделения по охране общественного порядка и безопасности», существовавшие первоначально только в столицах и Варшаве (Санкт-Петербургское с 1866 г. и Московское с 1880 г.). Этим учреждениям суждено было сыграть роль своеобразных лабораторий политического сыска, в которых возникали и отрабатывались приемы и методы работы, позволявшие
16 Политическая полиция и политический терроризм в России не отставать от развития антиправительственной борьбы. Именно благодаря этим нововведениям удалось на некоторое время обуздать революционный террор. Под рукой жандармов старой школы подрастало молодое поко- ление деятелей политического сыска. В Киевском жандармском управлении у В. Д. Новицкого начинал знаменитый Г.П. Судейкин, развернувший широкомасштабную вербовку внутренней агентуры «нового образца» из числа ренегатов революции. Их внедрение в организационные структуры нелегальных партий позволяло, по мысли инспектора столичного охранного отделения, не только контролиро- вать революционное движение, но и манипулировать им. Даже «провал» секретного сотрудника правительства был бы ему на руку, подтачивая силы революционного лагеря, сея в нём подозритель- ность и неуверенность в своих бойцах. Подрыв бастионов противни- ка следовало вести изнутри, внешнее давление должно было оста- ваться незаметным. Повальные обыски и скоропалительные аресты сменила тщательно продуманная филерская опека над объектом наблюдения, предварительное установление его связей и т. д. При самой массовой ликвидации о ком-то намеренно «забывали» - свечу оставляли гореть на подоконнике, увлекая всё новые жертвы в искус- но расставленные сети. Стиль работы жандармской молодёжи вызывал у старших кол- лег брезгливое негодование. Однако к середине 80-х гг. «Народная воля» была разгромлена и организация подобного масштаба смогла появиться лишь в начале XX в. На «уловление крамолы» было нацелено Положение об усилен- ной охране, утверждённое 14 августа 1881 г. и действовавшее в разных областях империи с перерывами до 1917 г. Вступая в силу, оно влекло чрезвычайное расширение полномочий местной администра- ции. Генерал-губернаторы, губернаторы и градоначальники по собст- венному усмотрению распоряжались свободой (взыскания вплоть до трёхмесячного ареста, административные высылки), имуществом (закрытие торговых и промышленных предприятий, приостановка периодических изданий) и самой жизнью граждан (право «передавать на рассмотрение военного суда отдельных дел о преступлениях, общими уголовными законами предусмотренных, когда они призна- ют это необходимым»). Чины жандармерии и полиции могли произ- водить обыски «во всякое время... во всех без исключения помеще- ниях» и задерживать в течение двух недель «всех лиц, внушающих основательное подозрение в совершении государственных преступ-
Предисловие 17 дений или в прикосновенности к ним, а равно в принадлежности к противозаконным сообществам» (15). Произвол власть предержащих рождал соответствующие формы протеста. Современные исследования показывают, что на рубеже XIX-XX вв. возникновение и развитие террористических идей было характерно для большинства революционных групп «без различия партийности» (16). Покушение П. В. Карповича на министра народного просвещения Н. П. Боголепова стало свидетельством того, что стихия революцион- ного террора вновь готова вырваться из-под спуда. Свои организаци- онные формы она обрела в Партии социалистов-революционеров, а воплощение в практику - в деятельности её Боевой организации (БО). 2 апреля 1902 г. (убийство министра внутренних дел Д.С. Си- пягина) вступила в бой немногочисленная группа под руководством Г. А. Гершуни. Целью ударного отряда партии эсеров провозглаша- лась «борьба с существующим строем посредством устранения тех представителей его, которые будут признаны наиболее преступными и опасными врагами свободы. Устраняя их, Боевая организация не только совершает акт самозащиты, но и действует наступательно, внося страх и дезорганизацию в правящие сферы, и стремится дове- сти правительство до сознания невозможности сохранить самодер- жавный строй» (17). Значительная доля самостоятельности, закреплённая уставом БО (август 1904 г.), определяла её особый статус в составе ПСР. Многих привлекала возможность приложить свои силы к реальному револю- ционному «делу», не вдаваясь в тонкости партийной политики. Именно деятельность БО заставила правительство признать ПСР наиболее опасным противником. На ликвидацию этой угрозы в первую очередь и была направлена реформа органов сыска, предпринятая министром внутренних дел В. К. Плеве. Революционное движение не ограничивалось Петербургом и Москвой. С учётом этого, по образу и подобию столичных, были образованы охранные (розыскные) отделения в губернских городах. «Начальники их, - вспоминал генерал А. И. Спиридович, - в строе- вом отношении прикомандировывались к... жандармским управле- ниям, но это подчинение было лишь формальное, зависели они только от директора, на местах же ближе всего стояли к губернато- ру» (18). Такое положение вещей, позволявшее Департаменту поли- ции эффективнее координировать деятельность сыска в масштабах империи, нередко вызывало серьёзные проблемы во взаимоотноше-
18 Политическая полиция и политический терроризм в России ниях местных органов политической полиции, негативно влиявшие на их взаимодействие. Во вновь созданных структурах сосредоточивалась розыскная работа, их важнейшими подразделениями являлись агентурные отделы. Оперативно реагировать на все изменения в революционном лагере помогала налаженная система учета и обобщения информации (знаменитые «разноцветные» досье - красные карточки на эсеров, зеленые на анархистов и т. д.), обязательным был и обмен розыскны- ми данными между заинтересованными учреждениями. Приоритетной областью работы органов сыска было агентурное освещение состояния террористических организаций. В связи с этой задачей многие щекотливые вопросы, неизбежно возникающие в процессе деятельности политической полиции, вставали особенно остро. Какую линию поведения должен избрать сотрудник охранки, внедрённый в противозаконное сообщество? «Активным участником в преступлениях секретный агент ни в каком случае не может быть допущен» (19), - доказывал генерал В. Д. Новицкий в записке на Высочайшее имя. Но что способен узнать человек, который далёк от дел нелегальной организации? В атмосфере охранного отделения всегда витал соблазн провокации; любой секретный сотрудник мог оказаться двойным агентом. Двойную игру вёл знаменитый агент политической полиции в партии эсеров, глава Боевой организации с 1903 по 1908 г. Евно Фишелевич Азеф. Именно он возглавил подготовку покушения на В. К. Плеве (15 июля 1904 г.), жизнь которого реорганизованные органы сыска не уберегли. Под руководством Е.Ф. Азефа были выработаны оптимальная структура БО, чёткое «разделение труда» между боевиками (наблюдатели, химики, метальщики), наладилось паспортное дело, развернулось широкое применение динамитной техники - БО достигла зенита славы. Однако, именно такую жёсткую организационную структуру, на вершине которой находился он сам, агенту политического сыска легче было контролировать, нейтрализо- вывая активность террористов. Вскоре начались провалы, тщательно спланированные в Департаменте полиции неудачи стали преследо- вать предприятия БО, парализуя волю боевиков, неуклонно подтал- кивая к мысли о безрезультатности их усилий. Положение усугублялось тем, что осенью 1905 г. ЦК ПСР, сооб- разуясь с новыми политическими реалиями (Манифест 17 октября, подготовка к созыву Государственной думы), принял решение о приостановке террористической деятельности и роспуске БО.
Предисловие 19 Вскоре, в связи с установкой 1 общепартийного съезда (декабрь 1905 - январь 1906) на вооруженное восстание, в преддверии которого вновь возрастало значение террора как фактора дезорганизации власти и агитационного воздействия на массы, БО была восстановлена. Однако непоследовательный курс руководства ПСР вызвал к жизни множество оппозиционных групп эсеровского толка (в 1906 г. они объединились в Союз эсеров-максималистов), а их несогласие с такти- ческой линией ЦК привело к взрыву терроризма, который приобрёл децентрализованный характер. Многочисленные местные боевые дружины, группы, отряды и «боевики-одиночки» обрушились на представителей власти, пре- имущественно среднего и низшего звена (см. док. № 72, 73, 75, 80), - угроза нависала теперь не только над высшей администрацией. Широкое распространение получили экспроприации казённых, а неред- ко и частных средств, никогда ранее не применявшиеся в таких масштабах: с января 1905 г. по июль 1906 г. было совершено 1951 ограбление по политическим мотивам. 8 июля 1906 г., в день своего назначения председателем Совета министров, П. А. Столыпин с три- буны Государственной думы сообщил, что с октября 1905 г. по апрель 1906 г. от руки террористов погибли 288 человек, 388 долж- ностных лиц было ранено, 150 покушений не удались. По статистике Департамента полиции только в 1907 г. «невыясненными лицами» было совершено 3487 терактов (20). Политическая полиция оказалась в сложной ситуации. Разроз- ненные действия боевиков было гораздо труднее взять под контроль, чем централизованный партийный террор. Кроме того, наряду со старыми противниками - эсерами, анархистами, дашнаками, членами Польской социалистической партии, появились новые организации, которым не чужда была террористическая практика. На волне революции, в стремлении противодействовать ей, оформилось монархическое движение. Дать отпор «потрясателям основ» были призваны боевые дружины черносотенных союзов. Их непосредственная задача состояла в оказании содействия полицей- ским властям. «На обязанности лиц, принадлежащих к Союзу русско- го народа, - говорил один из его представителей, - лежит пресекать смуту, и мы имеем право арестовать всякого человека, у которого окажется оружие или преступные прокламации. Аресты эти мы имеем право производить даже без помощи... полиции». Но нежелание ограничиваться ролью «группы поддержки» вы- зывало превышение и без того широких полномочий «союзников». Стремление бить врага его же оружием приводило правых к тактике
20 Политическая полиция и политический терроризм в России индивидуального террора. Их действия не являлись антигосударст- венными, но будучи противозаконными, они ставили перед чинами охраны немало проблем. В документах Департамента полиции за- мелькал термин «межпартийный террор». Особенно щекотливые вопросы приходилось решать в связи с политическими убийствами, жертвами которых становились члены либеральных партий, не изобличённые в государственных преступлениях, но признаваемые черносотенцами злейшими врагами «царя и веры» (см. док. № 106, 137, 138). Власти были вынуждены отчитываться перед Думой за действия членов монархических организаций, подрывавших престиж защитников престола и Отечества. «Союзников» приходилось посто- янно держать в поле зрения, также как и противников. Небывалое расширение сферы наблюдения потребовало нового преобразования органов сыска. В 1906 г. в «политической части» Департамента полиции формируются два Особых отдела: первый ведал розыскной работой в партиях, второй - в массовом движении и среди общественности. Число охранных отделений с трёх в 1902 г. возросло до тридцати одного в 1908 г. Пережив шок от столкновения с революционной стихией, политическая полиция с удвоенной энер- гией развернула борьбу с организованным антиправительственным движением. Агентурная сеть расширялась количественно и совер- шенствовалась качественно. Под руководством Азефа БО ПСР за 1907-1908 гг. не совершила ни одного успешного покушения. Таким образом, деятельность этого секретного сотрудника политической полиции «обессилила террор в самую критическую для правительст- ва и для революции эпоху» (21), - признавал Совет ПСР. Кризис партии, вызванный разоблачением Азефа, стал главным результатом подрывной деятельности агента органов сыска в рядах ПСР. В январе 1909 г., вскоре после исчезновения Азефа, в правах БО была утверждена группа Б. В. Савинкова, ставившая целью организа- цию центрального террора. Но процесс распада оказался необрати- мым - многие боевики отошли от дел, приток свежих сил в БО резко сократился, в партии и обществе набирали силу антитеррористиче- ские настроения, да и главу организации не оставляли сомнения в истинности избранного пути. После ряда неудач в начале 1911 г. БО ПСР была распущена. Террор не сразу сошел со сцены политической борьбы. Не доверяя больше ЦК, «гнезду измены и провокации», мест- ные группы стремились к самостоятельности, происходило распыле- ние террора, ослабевал его натиск. «Дело» Азефа не прошло бесследно и для органов сыска. Поми- мо скандальных запросов о провокации в Думе, политическая поли- ция стала асё чаще сталкиваться в своих рядах с феноменом двойных
Предисловие 21 агентов. Нередко последние пытались найти выход из тупика, в кото- рый рано или поздно загоняла их игра на два фронта, с помощью терактов. Гибель полковника С. Г. Карпова, убийство П.А. Столыпи- на поставили под сомнение правомерность использования важнейше- го средства политического розыска - внутренней агентуры. Институт секретных сотрудников постепенно сокращался, также как и количе- ство охранных отделений, по мнению товарища министра внутрен- них дел, заведывавшего полицией В. Ф. Джунковского, - «рассадни- ков провокации». 15 мая 1913 г. были ликвидированы 8 охранных отделений, осенью такая же судьбы постигла и все остальные, за исключением Петербургского, Московского и Варшавского. Карательно-розыскной аппарат Российской империи, одной из центральных задач которого являлась борьба с революционным терро- ризмом, действовал в течение многих лет более или менее эффективно. Менялась политическая обстановка, эволюционировало антиправи- тельственное движение, трансформировались структура и методы работы органов сыска. Но, устраняя недовольных, политическая полиция не устраняла причины недовольства. Глобальное изменение внутриполитического курса не входило в компетенцию 111 отделения или Департамента полиции. Сохранялись и политико-экономические и социально-психологические факторы, вызывавшие постоянное вос- произведение такой формы политического протеста как терроризм. С началом Первой мировой войны, на время ослабившей противостоя- ние власти и общества, индивидуальный террор пережил глубокий спад, чтобы вновь возродиться в пору великих потрясений 1917 г. * * * Сборник документов и материалов «Политическая полиция и поли- тический терроризм в России (вторая половина XIX - начало XX вв.)» является тематическим изданием научно-популярного типа, построен по хронологическому принципу. В представляемой вашему внима- нию книге осуществлена попытка выстроить достаточно репрезента- тивный документальный ряд, отражающий деятельность органов политического сыска в борьбе с антигосударственным терроризмом на протяжении второй половины XIX - начала XX вв. Публикуемые источники довольно разнородны, среди них: су- дебно-следственные материалы; документы, регламентирующие деятель- ность политической полиции и позволяющие восстановить сам процесс
22 Политическая полиг/ия и политический терроризм в России розыскной работы; отчёты и обзоры; материалы переписки руково- дящих и низовых подразделений, отражающие реальное соотношение между распоряжениями из центра и исполнением на местах и т. д. Встречаются документы, которые могут показаться малозначащими (см., например, док. № 47, 110, 111), но в общем контексте они помо- гают высветить те или иные грани практики борьбы с террором, сопряжённые с ней объективные и субъективные трудности, понять своеобразие конкретно-исторической ситуации. Той же задаче отве- чает включение в сборник ряда источников, исходящих из революци- онного лагеря. Складываясь в своеобразное мозаичное полотно, все эти документы, как надеются составители, позволяют воссоздать будничную работу политической полиции по «предупреждению и пресечению» террористических выступлений, очертить круг повсе- дневных проблем органов сыска. Этой цели подчинено и стремление ограничить в сборнике число материалов о наиболее громких терак- тах, большая часть которых давно освоена исследователями. Документы расположены в хронологическом порядке, что позво- ляет проследить эволюцию террористической практики и связанную с ней динамику деятельности органов сыска, имеют самостоятельные порядковые номера, даты, редакционные заголовки. Неравномерность распределения материалов объясняется различной интенсивностью политического террора в тот или иной период. Приводимые в ряде документов ссылки на предыдущие или последующие материалы, которые характеризуются сюжетным единством, позволяют при необходимости формировать проблемно-тематические блоки источ- ников. Подавляющая часть документов (более 90%) публикуется впер- вые, некоторые материалы, уже введённые в научный оборот, приво- дятся по архивным подлинникам. Основанием для повторной публи- кацйи этих документов послужило их принципиальное значение для раскрытия проблематики издания. При выявлении архивных мате- риалов составители опирались на наиболее содержательные с точки зрения освещения темы фонды - III отделения СЕИВк и Департамен- та полиции МВД, был использован также ряд фондов личного проис- хождения, хранящихся в ГАРФ. Отбирая документы для включения в сборник, составители от- давали предпочтение подлинникам или, при их отсутствии, заверен- ным копиям. Основная масса материалов публикуется полностью. В некоторых случаях допущено сокращение особенно объёмных документов, которые наряду с необходимыми сведениями содержат
Предисловие 23 информацию, дублирующуюся в других материалах или не имею- щую непосредственного отношения к теме сборника. Если документ приводится в извлечении, то заголовок начинается словом «Из», а пропуски обозначаются отточием в квадратных скобках. Тексты документов переданы с сохранением орфографии, пунк- туации и стилистики оригинала. Погрешности текста, имеющие смысловое значение, оставлены без изменений с оговоркой в тексту- альных примечаниях: «Так в тексте». Пропущенные в документах и восстановленные составителями слова и части слов, а также рас- крытые сокращения заключены в квадратные скобки. Подписи под всеми архивными документами сохранены; в случае предположи- тельного прочтения, они даются в квадратных скобках. Если подпись расшифровать не удалось, в квадратных скобках указывается: «под- пись неразборчива». При отсутствии даты на документе и установле- нии её составителями, она также приводится в квадратных скобках. Все архивные материалы сопровождаются легендой, в которой указано название архива, номер фонда, описи, дела, листа; оговорена копийность текста. Документы снабжены примечаниями и комментариями. Тексту- альные примечания отмечены звездочкой и помещены постранично. В них указаны погрешности текста, наличие собственных примеча- ний авторов документа и т. п. Примечания по содержанию вынесены в конец документа, обозначены цифрами и пронумерованы по поряд- ку в пределах всего текста; расположены после общего комментария, если таковой имеется. Справочный аппарат сборника составляют также указатель имен, содержащий перечень фамилий и инициалов с обозначением страниц, на которых они встречаются; и список сокращений, где в алфавитном порядке раскрыты наиболее часто употребляемые в текстах сокращения. Примечания и комментарии составлены Е. И. Щербаковой при участии В. И. Кочанова, именной указатель и список сокращений - Н. Н. Парфеновой и Е. И. Щербаковой. ПРИМЕЧАНИЯ 1. ГАРФ. Ф.109. Он.223. Д.26. Л.216(об.). 2. Цит. по: Шилов А. А. Каракозов и покушение 4 апреля 1866 г. - Пг., 1919. С 51. 3. «Хрнстаанский социализм» (С.Н. Булгаков): споры о судьбах России. - Ново- сибирск. 1991. С. 110.
24 Политическая полиция и политический терроризм в России 4. См.: Былое. -Спб., 1907. № 1. С.236-237. 5. Там же. 6. ПСЗ. Собр.2. Т.46. От. 1. - СПб., 1874. С.591-594. 7. Троицкий //. А. Царские суды против революционной России. - Саратов, 1976. С.197-198: Кропоткин П. А. Записки революционера. -М., 1988. С.402-403; КониА.Ф. Избранное. - М., 1989. С.299,312. 8. Нечаев и иечаевцы. - М.-Л., 1931 С.21. 9. Группа «Освобождение труда». Историко-революционный сборник. Т.2. - Л., 1924. С.277. 10. ПСЗ. Собр.2. Т.53. Отд.2. С.90. 11. ПСЗ. Собр.2. Т.54. Отд. 1. С.298. 12. Троицкий Н. А. Ук. соч. С.94. 13. Дейч Л. За полвека. - Берлин, 1923. Т.2. С.48. 130, 133. 14. Цит. по: Провокатор Воспоминания и документы о разоблачении Азефа. - Л., 1991. С.147. 15. См.: История полиции дореволюционной России (Сборник документов и ма- териалов по истории государства и права). - М., 1981. С.56-59. 16. Индивидуальный политический террор в России Х1Х-ХХ вв. Материалы конференции. - М., 1996. С.103. См также: Революционный радикализм в России: век девятнадцатый. - М., 1997 17. Савинков Б. В. Воспоминания. - М., 1990. С.89. 18. Спиридович А. И. Записки жандарма. - М., 1991. С.48. 19. Социалист-революционер. - Париж, 1910. № 2. С.65. 20. См.: Гейф.ман А. А. Сколько стоил боевпзм? //Родина 1998. № 7. С.64. 21. ГАРФ. Ф. 102. Оп.260. Д.281. Л. 127.
1866 год № 1 Из ВСЕПОДДАННЕЙШЕГО ОТЧЁТА О ДЕЙСТВИЯХ III Отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии и корпуса жандармов за 1866 г. О событиях 4 апреля 1866 г. Всеподданнейше представляя Вашему Императорскому Величе- ству1 отчёт о действиях Высочайше вверенного мне управления за 1866-й г. осмеливаюсь доложить: 1)что важнейшее событие этого года - злодейское покушение 4-го апреля на жизнь Вашего Величества' - хотя составляло предмет особого исследования Высочайше учрежденной в С.-Петербурге следст- венной комиссии, под председательством Генерала от Инфантерии Графа Муравьева', но тем не менее оно поглотило, в продолжение нескольких месяцев, всю деятельность 3-го Отделения Собственной Вашего Величества Канцелярии. В самый день 4-го апреля, вслед за арестованием преступника, он первоначально был подвергнут допросам в 3-ем Отделении, причем, несмотря на упорство открыть свое имя, приобретена первая нить для последовавших о нём розысков. Из найденных у него бумаг оказалось, что он пользовался в С.-Петербурге от болезни4, и спрошенный о фамилии лечившего его доктора, он назвал Кобылина5, последний немедленно был вызван в 3-е Отделение, и таким образом таинственность преступника стала разъясняться. С передачею на другой день, 5-го апреля, дела о Каракозове6 в вышепомянутую следственную комиссию и с открытием действий другой комиссии, учреждённой по тому же предмету в Москве, под председательством Генерал-Адъютанта Князя Долгорукого 2-го7.
26 Политическая полиция и политический терроризм в России деятельность 3-го Отделения, в обнаружении соучастников и со- умышленников главного преступника, не только не прерывалась, но ещё более усилилась. Поставленные в известность о событии 4-го Апреля чины Корпуса жандармов, не упуская из виду ни малейшего обстоятельства, могущего иметь связь с этим событием, неуклонно доносили о своих наблюдениях 3-му Отделению, которое, смотря по важности их, немедленно сообщало о том подлежащим Комиссиям, служа в то же время посредником между ними; кроме того, на чинов Корпуса жандармов было возложено как строгое наблюдение за людьми подозрительными, так и производство обысков и арестов; наконец, почти все распоряжения Высочайше учреждённой в С. Пе- тербурге следственной комиссии, относительно лиц, проживающих в столицах и во всех местностях Империи, производились чрез посред- ство 3-го Отделения, усиленная деятельность которого не прекрати- лась даже и тогда, когда в Августе месяце, обеими комиссиями, в С. Петербурге и Москве, были обнаружены и переданы на судебное обсуждение главные виновные по событию 4-го Апреля. Оставались ещё не вполне обследованными обстоятельства, касавшиеся второ- степенных лиц, или же открывались новые данные - и во всех этих случаях 3-е Отделение неослабно содействовало как Комиссиям, в исполнении поручений Высочайше на них возложенных, так и другим административным учреждениям. Обстоятельства дела о событии 4-го Апреля представили факти- ческие доказательства, что те разрушительные начала и пагубное направление, которые вкоренились в известной среде нашего обще- ства, преимущественно в юношестве, не только продолжали сущест- вовать, но приобретали всё более и более последователей, неостанав- ливающихся ни пред какими преградами и готовых на самые безнравственные и кровавые преступления. ГАРФ. Ф. 109. Оп.223. Д.31. Л. 1-3. 1. Александр II (1818-1881)- Российский Император (с 19 февраля 1855). 2. Имеется в виду выстрел Д. В. Каракозова у ворот Летнего сада. 3. Муравьев Михаил Николаевич (1796-1866)- граф, генерал-от-ннфаитерии, с 1857 по 1861 гг. - министр государственных имуществ, с 1863 по 1865 гг. - генерал- губернатор Северо-Западного края. За подавление польского восстания 1863 г. получил прозвище «вешатель». 4. Судя по некоторым показаниям, Каракозов страдал катаром желудка, причем болезнь при тогдашнем уровне медицины доставляла такие мучения, что врачи считали следствием ее «большинство самоубийств» (ГАРФ. Ф.272. Оп.1. Д. 11. Л. 193(об.>—194).
1866 год 27 5. Кобылин Александр Александрович (1840-1924)- по окончании Петербург- ской Медико-Хирургической Академии (1865), состоя ординатором 2-го военно-сухо- путного госпигаля. познакомился с Д. В. Каракозовым, как с пациентом; в конце марта - начале апреля 1866 г. последний жил па квартире его брата Семена Александровича Кобылина. По делу Каракозова оба брата были арестованы. Александр обвинялся в «знании о намерении Каракозова совершить покушение на жизнь Государя н в снабжении его ядами», по был оправдан и освобожден под надзор полиции. Семен подвергся заключению в крепости за предоставление Каракозову квартиры без прописки вида на жительство. 6. Каракозов Дмитрий Владимирович (1840-1866)- из мелкопоместных дворян Саратовской lyoepmin; будучи студентом Московского Университета, вступил в тай- ное общество «Организация» и кружок «Ад», созданные его двоюродным братом Н.А. Ишутниым (см. д-т№3). Казнен. 7. Особая Следственная Комиссия по делу о покушении на Александра 11 4 апре- ля 1866 г. под председательством Московского генерал-губернатора генерал-адъю- танта князя Владимира Андреевича Долгорукого. №2 Из показаний Д. В. Каракозова следственной КОМИССИИ ПО ДЕЛУ О ПОКУШЕНИИ НА АЛЕКСАНДРА II 4 АПРЕЛЯ 1866 г. 16 апреля 1866 г. Когда и при каких обстоятельствах родилась у вас мысль покушиться на жизнь Государя Императора? Кто руководил вас совершить это преступление и какие для сего принимались средства? Эта мысль родилась во мне в то время, когда я узнал о сущест- вовании партии, желающей произвести переворот в пользу великого князя Константина Николаевича. Обстоятельства, предшествовавшие совершению этого умысла и бывшие одною из главных побудитель- ных причин для совершения преступления, были моя болезнь, тяжело подействовавшая на моё нравственное состояние. Она повела сначала меня к мысли о самоубийстве, а потом, когда представилась цель не умереть даром, а принести этим пользу народу, то придала мне энергии к совершению моего замысла. Что касается до личностей, руководивших мною в совершении этого преступления и употребив- ших для этого какие-либо средства, то я объявляю, что таких лично- стей не было: ни Кобылин, ни другие какие-либо личности не делали мне подобных предложений. Кобылин только сообщил мне о сущест-
28 Политическая полиция и политический терроризм в России вовании этой партии и мысль, что эта партия опирается на такой авторитет и имеет в своих рядах многих влиятельных личностей из числа придворных. Что эта партия имеет прочную организацию в составляющих её кружках, что партия эта желает блага рабочему народу, так что в этом смысле может назваться народною партиею. Эта мысль была главным руководителем в совершении моего престу- пления. С достижением политического переворота являлась возмож- ность к улучшению материального благосостояния простого народа, его умственного развития, а чрез то и самой главной моей цели - экономического переворота. О Константиновской партии я узнал во время моего знакомства с Кобылиным от него лично. Об этой партии я писал в письме, которое найдено при мне, моему брату Николаю Андреевичу Ишутину' в Москву. Письмо не было отправлено пото- му, что я боялся, чтобы каким-либо образом не помешали мне в совершении моего замысла. Оставалось же это письмо при мне потому, что я находился в беспокойном состоянии духа и письмо было писано перед совершением преступления. Буква К в письме означает именно ту партию Константиновскую, о которой я сообщал брату. По приезде в Москву я сообщил об этом брату словесно, но брат высказал ту мысль, что это - чистая нелепость, потому что ничего об этом нигде не слышно, и вообще высказал недоверие к существованию подобной партии. Дворянин Дмитрий Владимиров Каракозов. ГА РФ. Ф.272. Оп.КД.И. Лл.230-231(об.). Автограф. I. Константин Николаевич (1827-1892)- великий князь, брат Александра II, ге- нерал-адмирал, с 1855 по 1881 гг. - управляющий морским министерством, с I860 г. - председатель Главного комитета по крестьянскому делу, в 1862-1863 гг. - наместник Царства Польского, с 1865 по 1881 гг. - председатель Государственного Совета. Одни из виднейших представителей либеральной бюрократии В 1866 г. составил конститу- ционный проект, что, вероятно, и явилось поводом для распространения молвы о «Константиновской партии», готовящей государственный переворот. 2. Ишутнн Николай Андреевич (1840-1879)- потомственный почетный гражда- нин; двоюродный брат Д.В. Каракозова, в семье которого воспитывался, райо остав- шись сиротой; вольнослушатель Московского Университета. Арестован по делу Каракозова и, «как зачинщик замыслов о цареубийстве и как основатель обществ, действия коих клонились к экономическому перевороту с нарушением прав собствен- ности и ниспровержением государственного устройства», приговорен к повешению. При исполнении обряда смертная казнь была заменена бессрочной каторгой. Умер в Сибири в состоянии полного помешательства рассудка.
1866 год 29 №3 Показания Д. а. Юрасова1 СЛЕДСТВЕННОЙ КОМИССИИ ПО ДЕЛУ О ПОКУШЕНИИ на Александра II4 апреля 1866 г. 31 мая 1866 г. 1866 года, мая 31 дня, в высочайше учреждённой под предсе- дательством генерал-от-ннфантерни графа Муравьева следствен- ной комиссии, дворянин Дмитрий Юрасов на вопросы объяснил. В обществе, которое образовалось в 1863 году и которое имело целью экономический переворот в государстве, остались членами я, т. е. Юрасов, Ишутин, Ермолов2, Странден3, Шаганов4 и Загибалов5; ко второй половине 1865 года круг наших знакомств значительно увеличился, и мы решились предложить людям, более подходящим в убеждениях к нам, выработать план «Организации». Начались собрания. Они бывали в доме Ипатова, в Трёхпрудном переулке, или в Денежном переулке, в Д. Пономаря. Как водится, было две партии: крайняя хотела произвесть революцию путем возбуждения и устной пропаганды, умеренная желала действовать школами, ассоциациями и распространением книг, объясняющих экономии, положение - зако- ны*, в виду имело тоже экономический переворот. Хотели идти путём более медленным, но верным. Наконец, план действий был опреде- лён, и занятия между членами распределены следующим образом: трое должны были остаться в Москве, один из них знакомится с поляками и заводит сношения с другими обществами, если таковые будут, другой набирает новых членов, третий поддерживает сноше- ния с членами, живущими в губернских городах, заведует библиоте- кой. посылает из неё губернским членам книги, знает об их действи- ях, и если нужны им деньги, то посылают деньги из процентов, вырученных в библиотеке. Капитал для открытия библиотек хотел дать Ермолов, продавши, когда будет совершеннолетним, свое име- нье. Остальные члены «Организации» уезжают в губернские города, как только найдут себе в одном из городов занятие, обеспечивающее их существование, или будут средства для открытия губернской библиотеки; обязанность их - знакомиться с семинаристами и вооб- ще молодыми людьми и убеждать их делаться сельскими учителями, стараться открывать различного рода ассоциации, сноситься с сель- Так в подлиннике.
30 Политическая полиция и политический терроризм в России скими членами и в случае нужды помогать им деньгами и книгами. Сельские члены - учителя - устраивают при школах ремесленные заведения, сообразно с потребностями местности, объясняют кресть- янам, что единственное средство улучшить их положение - круговая поддержка и устройство ассоциаций; когда крестьяне и рабочие на факте будут убеждены в возможности приложения труда иным, более выгодным образом, тогда они могут потребовать от капиталистов изменения своих к ним отношений, и если капиталисты не.согласятся сделать уступки, то через революцию достигнуть экономического переворота. Столичные члены должны были знать губернских чле- нов, тогда как сельские члены быть известны только губернским и могли быть знакомы между собой. Вот как я понимал план органи- зации, но этим ещё не остановились мечтания. Ум. привыкший, за неимением дела, к фантастическим вымыслам, не остановился на этом, а пошёл ещё дальше, - был создан новый план общества, который по своей сущности не только глуп, но и преступен! Это общество должно было носить название «Ад». Когда явилась эта мысль, я хорошо не припомню. Должно быть, в начале 1866 года. Может быть, даже после того, как Ишутиц лриехал из Петербурга и рассказал о Европейском комитете6, цель которого была револю- ция, а средства для возбуждения революции - гремучая ртуть, орси- ниевские бомбы7 и цареубийство. Целью «Ада» была тоже револю- ция и даже преступный замысел против жизни Государя. Общество это должно стоять не только отдельно от «Организации» и не быть ей известно, но его члены обязаны сделаться пьяницами, развратниками, чтобы отвлечь всякое подозрение, что они держатся каких-либо политических убеждений. Члены его должны находиться во всех губерниях и должны знать о настроении крестьян и лиц, которыми крестьяне недовольны, убивать или отравлять таких лиц, а потом печатать прокламации с объяснением, за что было убито лицо. «Ад», предполагалось, должен был иметь свою типографию, в которой печатать, когда нужно, прокламации. (Я позабыл сказать, что в «Орга- низации» предполагалось тоже тайно печатать книги, экономиче- ские). Кроме того, другие члены «Ада» должны были следить за действиями «Организации» и, в случае её отклонения от пути, кото- рый «Ад» считает лучшим, издаются прокламации, или [«Ад»] тай- ным образом предостерегает «Организацию» и предлагает испра- виться; если же члены «Организации» не изменят образа действий, то «Ад» наказывает смертью. Если член, следивший за «Организацией», будет узнан и арестован, то его место должен занять новый, а аресто- ванный должен отравиться, чтобы не выдать тайны. У каждого члена
1866 год 31 тайны , предполагалось, должен быть всегда готов для отравления яд. Кроме всего этого, «Ад» посылает члена для покушения на жизнь Государя. Пред тем, как член пойдёт на это ужасное преступление, он должен обезобразить себя и иметь во рту гремучую ртуть, чтобы, совершивши преступление, раскусить её, убить тем самым себя и изуродовать лицо, чтобы не быть узнанным. В кармане его должны находиться прокламации, объясняющие причины преступления и требо- вания, желания «Ада». Пределов преступным фантазиям «Ада» не было. Если бы нужно было повторить такое преступное действие, он не остановился бы и пред этим. Но после того как явился такой план «Ада», мало-помалу начали откладывать его осуществление, некото- рые высказались даже против него, например, Мотков, который слышал об этом плане, и он высказался сейчас же против него, как только услышал об нём. Когда же Каракозов сообщил кому-то из живущих со мной о своём преступном намерении и пропал из Моск- вы, тогда сделалось ясно, что словами нельзя шутить! Странден и Ермолов поехали в Петербург, чтобы уговорить Каракозова оста- вить свою мысль и вернуться в Москву, надеясь после отправить в деревню и отдать его под присмотр родных. В субботу перед Пас- хой Каракозов, действительно, вернулся в Москву и ни слова не говорил о своём намерении и через два дня пропал опять неизвестно куда; трудно было предположить, что он ещё не оставил своего пре- ступного замысла, а иначе зачем же ему было приезжать в Москву! Рассказавши всё, что я знал об «Аде», в котором рядом с преступлени- ем не только допускалась, но даже требовалась всякого рода безнрав- ственность, - пьянство, обман, воровство, - я не приведу ничего в своё оправдание, потому что всякое оправдание будет ничтожно в сравне- нии с теми преступными замыслами, которые я знал, а принесу только полнейшее раскаяние и прошу покорнейше комиссию хода- тайствовать у Его Императорского Величества о смягчении наказа- ния за моё преступление. Дворянин Дмитрий Юрасов. Показание отбирали члены: генерал-майор Огарев. Генерал-майор Слепцов ГАРФ. Ф.272. Оп.1.Д.15. Лл. 88-90. Автограф. I. Юрасов Дмитрий Алексеевич (1842 - после 1896)- из дворян, бывший студент юридического факультета Московского Университета. Арестован по делу Д. В. Каракозова, Так в подлиннике.
32 Политическая полиция и политический терроризм в России обвинялся в «знании о намерении Каракозова совершить покушение» н в принадлеж- ности к тайным обществам «Ад» и «Организация». приговорен к лишению всех прав состояния и бессрочной каторге. По высочайшей конфирмации срок каторжных работ сокращен до 10 лез В 1871 г. переведен на поселение, и 1885 г. выехал в Европейскую Россию. В 1886 г. восстановлен в правах с ограничением места жительства. 2. Ермолов Петр Дмитриевич (1845 - после 1884)- из дворян, арестован по делу Д. В. Каракозова, обвинялся в знании о намерении Каракозова н в принадлежности к тайному обществу «Ад», приговорен к смертной казни, замененной лишением всех прав состояния п 20-легпсй каторгой. По высочайшей конфирмации срок каторжных работ сокращен до 10 лет. В 1871 г. переведен па поселение. В 1884 г получил помилование, без возвращения прав состояния, и выехал в Европейскую Россию 3. Странден Николай 11авлович (ок. 1844 - после 1884) - из дворян, арестован по делу Д. В. Каракозова, обвинялся в знании о намерении Каракозова и в принадлежно- сти к тайному обществу «Ад». Приговорен к смертной казни, замененной лишением всех прав состояния и бессрочной каторгой По высочайшей конфирмации срок каторжных работ сокращен до 20 лет. В 1871 г. переведен па поселение В 1884 г. помилован, выехал в Европейскую Россию. 4 Шаганов Вячеслав Николаевич (1839-1902)- сын купца 2-й гильдии, окончил юридический факультет Московского Университета, служил судебным следователем в Ссргачском уезде Нижегородской губернии. В 1866 г. в чипе губернского секретаря вышел в отставку и поселился в Москве. Арестован по делу Д. В. Каракозова. Обви- нялся в принадлежности к тайным обществам «Ад» п «Организация», приговорен к лишению всех прав состояния и 12-летней каторге. По высочайшей конфирмации срок каторжных работ сокращен до 6 лет. В 1871 г переведен иа поселение В 1884 г. восстановлен в правах, выехал в Европейскую Россию. С 1885 г. жнл под гласным надзором в Вятке; в 1886 г. переведен во Владимир, где служил статистиком и коррек- тором в земской типографии, с 1890 г. занимал должность бухгалтера Владимирской казенной палаты, в 1902 г. вышел в отставку 5. Загибалов Максимилиан Николаевич (1843-1920)- из дворян, студент меди- цинского факультета Московского Университета. Арестован по делу Д В. Каракозова, обвинялся в принадлежности к тайному обществу «Ад», приговорен к лишению всех прав состояния и 12-летней каторге, по высочайшей конфирмации срок каторжных работ сокращен до 6 лет. В 1871 г. переведен на поселение, в 1884 г. восстановлен в правах, выехал в Европейскую Россию. До 1889 г. жнл в Пензенской губернии в имении матери пол полицейским надзором, затем снова уехал в Сибирь, где поступил на частную службу. С 1893 г. был редактором-издателем эсеровской газеты «Сибир- ский Вестник», закрытой в 1905 г. Принимал деятельное участие в революции 1905 г., за что был приговорен к ссылке в Нарымский край на 5 лет. Скрылся и жил на неле- гальном положении до 1908 г., когда переселился иа Дальний Восток. 6. Сведения о Европейском Революционном Комитете, который «нмеег целью со- действовать успехам революции во всех странах систематическим убийством царствую- щих особ и высокопоставленных правительственных лиц», передавал товарищам Ишутин со слов своего петербургского знакомого Ивана Худякова (см. д-т № 5), верну вше, ося в ноябре 1865 г. из Женевы. Вероялю. речь идёт о Тайном интернациональном братстве, иад созданием которого в середине 60-х работал М. А. Бакунин, - прообразе тайной ор|анизацин, действовавшей внутри 1 Интернационала, для которой бакунинский Альянс социал-демо- кратии был лишь «незаконспнрнрованной пристройкой» (Рудницкая Е. Л. ЛьяковВ.А. Рукопись М.А Бакунина «Международное тайное общество освобождения человечества» //Революционная ситуация в России 1859-1861 - М., 1974 С 300).
1866 год 33 7. Взрывное устройство названо по имени деятеля итальянского Иисорджименто Феличе Орсини (1819—1858), 14 января 1858 г. бросившего бомбу в карету Француз- ского императора Наполеона 111, надеясь таким способом подтолкнуть Европейское освободительное движение н создать благоприятную обстановку для революции в Италии. 8. Мотков Осип Антонович (1846-1867)- из вольноотпущенных, воспитанник писателя В. А. Кандаурова. Учился в Вятской и Орловской гимназиях, в 1862 г. поселил- ся в Москве. Арестован по делу Д.В. Каракозова, обвинялся в принадлежности к тайным обществам «Организация» и «Ад», приговорён к лишению всех прав состоя- ния и 8-летней каторге. По высочайшей конфирмации срок каторжных работ сокращён до 4 лет. По дороге в Сибирь бежал, но был задержан в окрестностях Иркутска. Умер от чахотки в больнице Иркутского острога. 1867 год №4 Корреспонденции газеты «Северная почта»1 ПО ПОВОДУ ПОКУШЕНИЯ НА АЛЕКСАНДРА II 25 МАЯ 1 867 Г. № 115 Телеграфические известия из Парижа, полученные министром внутренних дел2: От генерал-адъютанта графа Адлерберга3, 25 мая вечером. Божий Промысел охранил Государя Императора. Сегодня около 5 часов по полудни, на возвратном пути, через Булонский парк после военного смотра, выстрел из пистолета был направлен на экипаж, в котором находились оба Императора и Великие Князья Наследник Цесаревич4 и Владимир Александрович5. Выстрел, сделанный со стороны Императора Наполеона6, никого не коснулся, но ранил лошадь шталмейстера, сопровождавшего экипаж. Преступник7 был немедленно схвачен и почти растерзан народною толпою. Он моло- дой человек, но по-видимому француз. Подлежащие власти, в руки которых он передан, производят следствие. Подробности будут сообщены, как скоро исследование их приведет в ближайшую из- вестность. 2 Зак. 761
34 Политическая полиция и политический терроризм в России От генерал-адъютанта графа Шувалова1*, 26 мая. Преступник - уроженец Волынской губернии, поляк, по имени Березовский. Он эмигрировал два года пред сим; он двадцати лет и проживал в Париже. Он уже несколько дней искал удобного случая для покушения на жизнь Государя Императора. Двуствольный писто- лет его разорвало от слишком сильного заряда, а при этом уклони- лось и направление пули. Березовский сделал полное признание, обнаруживая признаки фанатизма. № 117 Телеграмма из Парижа от 26 мая. Допросы продолжаются. До сих пор ничто не указывает на суще- ствование заговора, или разветвление преступного замысла. Преступ- ник продолжает обнаруживать фвнатизм. У него найдены книги, в которых проводится мысль о цареубийстве. Со всех концов Фран- ции получаются телеграммы, выражающие чувства ужаса и негодо- вания. От 27 мая - Нового по следствию не обнаруживается. Судебные власти заключают, что преступление дело одного лица, без сообщни- ков. Рана преступника вероятно потребует ампутации руки. Xs 146 Телеграмма. Париж 3(15) июня. Процесс Березовского окончен. Присяжные объявили Березовского виновным с допущением облегчительных обстоятельств. Березовский приговорён к пожизненной каторжной работе. Печатается по: Государственные преступления в России XIX в. (Сборник извлеченных из официальных изданий правительственных сообщений).- СПб, 1906. Т.1. С. 153-155. I. «Северная почта» - газета Министерства внутренних дел. выходила в Петер- бурге в 1862-1868 гг. ежедневно. 2. Валуев Петр Александрович (1814-1890)- граф, министр внутренних дел Рос- сийской империи с 1861 по 1868 гг. 3. Адлерберг Александр Владимирович (1818-1888)- граф, генерал-адъютант, член Главного управления цензуры, с 1870 по 1881 гт. - министр императорского двора и уделов; личный друг Александра II.
1867 год 35 4. Александр Александрович (1845-1894) - второй сын Александра II, стал на- следником престола после смерти старшего брата Николая (1865), с I марта 1881 г. - Российский император Александр III. 5. Владимир Александрович (1847-1909) - великий князь, третий сын Александ- ра II, с 1884 по 1905 гг. - главнокомандующий войсками гвардии и Петербургского военного округа. 6. Наполеон 111(1808-1873)- Шарль Луи Наполеон Бонапарт, сын падчерицы Наполеона) Гортензии Богарпе и его брата Луи, с 1852 по 1870гг. - император Франции. 7. Антон Иосифович Березовский на следствии показывал, что «питал мысль» о покушении на Александра II «с тех пор, как начал себя сознавать, имея в виду освобождение родины». (Государственные преступления в России в XIX в. Сборник из официальных изданий правительственных сообщений. - СПб., 1906. Т.I. С. 154). 8. Шувалов Петр Андреевич (1827-1889)- граф, генерал-адъютант, с 1866 по 1874 гг. - шеф жандармов и главноуправляющий III отделением. Первые допросы А. Березовского проводил лично. 1868 год №5 Донесение агента Ш Отделения Трохимовича1 ШЕФУ ЖАНДАРМОВ П. А. ШУВАЛОВУ О БЕСЕДАХ «НА ПОЛИТИЧЕСКИЕ ТЕМЫ» СО ССЫЛЬНЫМ И. А. Худяковым2 19 октября 1868 г. Прибыв в Верхоянск в начале марта текущего года, я, чтобы не возбудить в Худякове ни малейшего сомнения, почти ни разу в тече- ние этого месяца не начинал разговоров о предметах, интересовав- ших меня, а занимался другим возложенным на меня поручением. В Худякове я встретил противу прежнего большую перемену; он сделался очень печален, постоянно ищет уединения, так что даже довольно трудно было вызвать его на продолжительные разговоры. Прежняя надежда на скорое осуществление задуманных планов далеко в нём ослабла, хотя нельзя сказать, что совершенно угасла. Сведений о ходе в настоящее время политических событий со дня пребывания в Верхоянске имеет очень мало, так как в городе 2*
36 Политическая полиция и политический терроризм в России получаются только «Биржевые ведомости»^ и «Северная почта»4, но он, считая эти газеты правительственными органами, почти в них не заглядывает. Прн разговоре о покушении, бывшем 25 мая в Париже5, Худяков сказал, что государь очень счастлив, избежав два раза от направлен- ных на него выстрелов, но что всё-таки это не спасёт его и он рево- люционерами обречен на смерть. На мои возражения, что неужели при предположенном ими европейском перевороте нельзя обойтись без цареубийства, так как всякое убийство само по себе преступле- ние, не оправдывающееся никакими целями, Худяков сказал, что это в данном случае извинительно и необходимо. Государи н их фамилии не так легко откажутся от своей власти и, пока будут живы, всегда найдут приверженцев н будут стараться возвратить себе власть, а это поведёт к беспрерывным кровопролитиям, то в отвращение подобных покушений лучше пожертвовать жизнию нескольких царственных особ. Березовский, как уверяет Худяков, действовал не лично от себя, а в целях Парижского революционного комитета. Эти комитеты во всех европейских государствах очень сильны; в России же, по мне- нию Худякова, которое он высказывает с большою уверенностью, как подавленные в самом начале, в настоящее время не существуют, да и составление их не только бесполезно, но даже вредно. Ни один комитет, собственно, в России не может долго существовать н рано или поздно будет открыт, а это поведёт к бесполезным жертвам. Доказательством тому представил случайное открытие заговорщиков 4 апреля6. По его мнению, всякий, кто только имеет возможность н чувствует себя способным действовать, как он выражается на пользу человечества, должен действовать отдельно, потому что если попадется, то по крайней мере, не увлечёт за собой другого. Худяков уверен, что в настоящее время в России так и делается. На мои воз- ражения, что в таком деле, как введение всеобщей революции, необ- ходимы руководители, Худяков ответил: «Прийдёт время и руково- дители найдутся. Одним из главных будет Гарибальди с сыном7. Уже решено, что со смертью нынешнего папы кончится светская власть нх и затем по всей Италии будет учреждена Римская республика. После этого Гарибальди перенесут своё оружие во Францию, которой не привыкать быть республикой, н здесь она будет учреждена без малейших затруднений; затем в Германию, где большая половина владетельных герцогов добровольно сложит с себя короны, и так далее по всей Европе...» На мои вопросы, есть ли деятели в Сибири, Худяков ответил, что на Сибирь, как на одну из дальних провинций России, не было
1868 год 37 обращено особенного внимания, тем более, что главный элемент народонаселения - инородцы, которым всё равно, какое ни было бы правление. Присланных на поселение гражданских политических преступников нельзя считать надёжными защитниками престола. Притом же само правительство позаботилось о проведении в Сибири революционных идей. Выселение в таком громадном количестве поляков в Сибирь8 с его стороны большая ошибка, которою мы, говорит Худяков, со временем воспользуемся. Русский народ хотя и имеет некоторое предубеждение... к Польше вообще, но отдельные личности политических преступников возбуждают в нём сострада- ние, которым они хорошо пользуются для уничтожения сказанного предубеждения. Как понесшие наказание, они свободно высказывают свои идеи, а идеи свободы очень заманчивы и легко прививаются. Желание моё узнать, скрылся ли кто при открытии заговорщиков 4 апреля, не увенчалось успехом. Впрочем, Худяков уверяет, что главные все открыты, остались неоткрытыми лица, не принимавшие большого участия ни в чем, так называемые либералы. Узнать фами- лии этих лиц не было никакой возможности. Худяков в разговорах ограничивался словами «некто», «один господин» и тому подобными. К этому нужным считаю присовокупить, что Худяков постоянно утверждал, что он весьма тяжёл на знакомства и прежде знакомился только с лицами одних с ним убеждений. Печатается по: Базанов В. И. А. Худяков и покушение Каракозова //«Русская литература». 1962. № 4. С.155-156. 1. За ссыльного поляка Трохимовича выдавал себя столоначальник канцелярии генерал-губернатора Восточной Сибири А. Трофимов. 2. Худяков Иван Александрович (1842-1876)- этнограф и собиратель русского фольклора, составитель н издатель научных исследований и популярных книг для парода, награжденный серебряной медалью Русского географического общества. Аресто- ван по делу Д. В. Каракозова, обвинялся в пособничестве последнему и склонении Н.А. Ишутина к учреждению в Москве «тайного революционного общества с целью цареубийства». М.Н. Катков считал его интеллектуальным виновником покушения Каракозова н требовал для него смертной казни. Однако, не изобличив Худякова в осведомлённости о намерениях цареубийцы, суд приговорил его к лишению всех прав состояния и ссылке на поселение в Сибирь за «знание о существовании и противоза- конных целях тайного революционного общества». В начале 70-х обнаружил признаки душевного расстройства, был доставлен в Иркутскую больницу, где и. умер. 3. «Биржевые Ведомости» - газета, издававшаяся в Петербурге с 1861 по 1879 гг. крупным предпринимателем К.В. Трубниковым, а затем - В. А. Полетикой. В числе сотрудников были братья В С. и Н С. Курочкины. А.М Скабичевский, Н.К. Михай-
38 Политическая полиция и политический терроризм в России ловский и др. За оппозиционную направленность газета неоднократно получала преду- преждения от цензуры н приостанавливалась. 4. См. д-т№ 4. 5. См. д-т№4. * 6. См. д-ты № 1-4. 7. Гарибальди Джузеппе (1807-1882)- народный герой Италнн, однн нз вождей революционно-демократического крыла Рнсорджименто. Участник Итальянской револю- ции 1848-1849 гг., организатор обороиы Рнмской республики (1849). В 1848, 1859 и 1866 гг. во главе добровольцев участвовал в освободительных войнах против Австрии В 1860 г. возглавил поход «Тысячи», освободившей Юг Италии, что обеспечило победу Итальянской Революции 1859-1860 гг.. В 1862 и 1867 гг. пытался вооружен- ным путем освободить Рнм от власти Пап. В добровольческих отрядах отца - в австро- итало-французской войне 1859 г., в экспедиции «Тысячи», в походах на Рнм, в австро- итальянской войне 1866 г. - сражался сын Д. Гарибальди - Менотти (1840-1903). 8. После подавления Польских восстаний 1830-1831 гг. и 1863-1864 гг. 1869 год №6 Сопроводительная записка московского Обер-Полицмейстера Н.У. Арапова НАЧАЛЬНИКУ ШТАБА КОРПУСА ЖАНДАРМОВ Н. В. Мезенцову1 к анонимному письму о подготовке покушения на Александра II 18 апреля 1869 г. Конфиденциально Милостивый Государь, Николай Владимирович. Господин] Московский Почтдиректор препроводил ко мне выну- тое из почтового ящика, адресованное на моё имя, анонимное письмо, в котором заявляется об угрожающей опасности Священной Особе Его Императорского Величества и об учреждении кружка с этою преступною целью в Петровско-Разумовском2 и Александровском военном училище. Хотя по способу заявления, изложению его и искуственности почерка можно полагать, что оно составляет лишь чей-либо личный
1869 год 39 вымысел и хотя за всеми принятыми мерами до сего времени не обнаружено никаких признаков образования с изъясненною целью кружков в указанных в письме местах, но ввиду всей важности предмета, которого касается заявление, я считаю долгом препрово- дить к Вашему Превосходительству копию с оного, а равно и с надпи- си на конверте, в котором оно получено, имея честь присовокупить, что мною сделано распоряжение о секретном строжайшем и неослаб- ном наблюдении к открытию преступного замысла, о котором упо- минается в анонимном письме, и если бы были обнаружены малей- шие признаки оного, то я тотчас же сообщу Вам о том. Примите уверение в моём к Вам истинном почтении и совер- шенной преданности. Н. Арапов Копия с письма, вынутого из почтового ящика. Не могу больше молчать, дело слишком сериозное, у нас сходок не будет, а намерены быть посмелее: предполагается убить Царя в Ильинском в ожидаемый приезд. Ради Бога приймите меры, заговор слишком силен и другого Комиссарова^ не будет. Пока не высказы- ваю себя, боясь мести товарищей. Теперь же сообщаю об этом в Петербург. Главный кружок наш в Разумовском и в Александров- ском училище на Знаменке. Копия с надписи на конверте: Его Превосходительству Генералу Адъютанту Арапову Господину] Обер-полицеймейстеру в Москве Государственное дело. ГАРФ. Ф. 109. 3 Эксп. On. 154. Д. 112. Ч. 1(2). Лл. 130-132. * * * 24 апреля 1869 г. к Московскому обер-полицмейстеру добровольно явился быв- ший студент Петербургского Технологического института Георгий Петрович Енишер- лов, перу которого, по мнению генерала Арапова, и принадлежала анонимная звписка на его имя (ГАРФ. Ф.109. 3 эксп. Оп.154. Д.112. 4.1(3). Л. 163). Он был подвергнут аресту, срочно доставлен в Петербург: а затем выслан на родину, в Харьковскую
40 Политическая полиция и политический терроризм в России убернию. Вторично арестованный по нечаевскому делу Енншсрлов был освобожден за недостатком улик. В 90-х it. он составил еще один любопытный документ - рукопись под названием «Моя исповедь». Согласно этим мемуарам, в конце 60-х гг. автор рассуждал в кругу единомышленников о «царящем в мире зле» и предлагал поставить «против силы - наснлне, против неправды - ложь, против интриг и козней - систему Лойолы... Каждый должен немедленно делать, что может, - говорил Енишер- лов, - сидеть сложа рукн - преступно». Он выдвинул план заговора, военного перево- рота, «всякого рода покушения на лнчности». Для достижения единства мнений между сторонниками Енишерлова была распространена своеобразная анкета Едниогласный ответ получили вопросы о цели будущего тайного общества - «социальной револю- ции», «безразборчнвостн в средствах», а также о смертной казни для «изменника, т е. доносчика». По утверждению Енишерлова, результаты опроса составили основу программы, получившей впоследствии известность под названием «Катехизиса Революционера», авторство которого приписывалось Сергею Нечаеву и Михаилу Бакунину (Цит. по: Пирумова Н. Бакунин пли Нечаев //Прометей.Т. 5. - М., 1968. С. 178-180). Возможно, именно эти крамольные прожекты, напугавшие в конце концов самого их инициатора, и вызвали обращение Енишерлова к властям. 1. Мезенцев (Мезеицов) Николай Владимирович (1827-1878)- генерал-адъютант, с 1864 по 1876 гг. - начальник штаба Корпуса Жандармов, затем - шеф Жандармов и главноуправляющий 111 отделением, убит С. М. Кравчинскнм. 2. Московская Земледельческая Академия. 3. Комиссаров Осип Иванович (1838-1892)- мастеровой из крестьян Костром- ской губернии. Возведен в дворянство под фамилией Комиссаров-Костромской за спасение жизни Императора Александра 11 во время покушения Каракозова 4 апреля 1866 г. №7 ИЗ ВСЕПОДДАННЕЙШЕГО ОТЧЁТА III ОТДЕЛЕНИЯ Собственной Его Императорского Величества канцелярии и Корпуса жандармов за 1869 год [...] Нигилизм в последние годы видоизменился. Из гадкой шалости небольшого числа молодых людей обоего пола, видевших в непри- знании наружных общепринятых приличий способ доказать свою самостоятельность, он перешёл в положительное учение, пресле- дующее определенные социальные и политические цели. Он уже не только отрицает, но утверждает. Он действует во имя идеи, и это придаёт его последователям свойства сектаторов, то есть стремление к пропагандированию своего учения и готовность пострадать за него. Допущенный до такого развития, нигилизм уже не может быть
1869 год 41 искоренен прямым гонением, нужно приискать для борьбы с ним другое оружие. Русский нигилист соединяет в себе западных: атеиста, материа- листа, революционера, социалиста и коммуниста. Он отъявленный враг государственного и общественного строя; он не признаёт прави- тельства. Это не мешает ему однако пользоваться, где и на сколько можно, тем самым правительством, под которое он подкапывается. Для мужчин казённые стипендии в высших учебных заведениях, казённое жалованье в гражданской службе, должности преподавате- лей в казённых училищах; для женщин места акушерок, служба по телеграфному ведомству, или хоть аттестат с приложением казённой печати на звание гувернантки, - вот те материальные средства, коими преимущественно питается нигилизм в России. Отнятие этих матери- альных средств, совершенно справедливое со стороны правительства, было бы для нигилизма сильнейшим подрывом, быть может даже решительным ударом. Если пропаганда вредных учений первоначально нашла воспри- имчивую почву и усердных последователей в среде так называемых нигилистов, то в настоящее время уже нельзя не заметить, что сфера её влияния значительно расширилась и, приравнивая естественный ход развития русского общества к ходу, пройденному другими евро- пейскими обществами, можно предвидеть, что эта сфера постоянно будет расширяться, если заблаговременно принятыми мерами, осно- ванными на тщательном изучении и верном понимании социальных явлений, развитие общества не получит правильного направления. Уже несколько лет тому назад термин «нигилист» стал слишком тесен для обозначения совокупности лиц, которые встали в оппози- цию к обществу, его обычаям и существующему устройству. В вы- шедшем в то время сочинении, коего автор подвергся судебному преследованию, этот термин был заменен более широким и вырази- тельнейшим названием: «отщепенец»1. Дальнейшее расширение «отщепенства» может привести к обра- зованию того, что в других странах обозначается именем «четвёртого сословия» или пролетариата, то есть совокупность безсословных людей, образующая особое сословие. Если этого четвёртого сословия у нас ещё нет, или оно по крайней мере ещё не достигло той относи- тельной численности и того политического значения, какие оно имеет в Западной Европе, то образование его составляет в настоящее время главную, можно сказать, единственную достойную серьёзного внимания цель пропаганды. «Четвёртое сословие» заключает в себе
42 Политическая полиция и политический терроризм в России не только людей праздных и ленивых, но и работающих, не только бедных, но и состоятельных; оно обнимает всех тех, которые вышли или были вытеснены из общественных групп, к коим они до тех пор принадлежали, которые считают преступлением против человечества разделение общества на классы, которые сами себя объявляют «на- стоящим народом», и требуют, чтобы всякое органическое расчлене- ние было уничтожено и поглащено в общей смеси настоящего наро- да. Наконец, идя последовательно дальше они стремятся к слитию всех народов, преобразованных по их социально-политическому идеалу, в одну общую массу, в человечество. На этом основании для образо- ванного и пропагандирующего члена четвёртого сословия нацио- нальность есть противоестественное ограничение, поддерживаемое своекорыстным кастовым духом. Не должно быть ни сословного сознания, ни сознания национального. Словом четвёртое сословие отличается полнейшим отсутствием исторической и родной почвы. Эти-то учения усердно и более или менее явно пропагандируют- ся у нас в настоящее время. Перед важными последствиями, которые немедленно должна иметь эта пропаганда, тем более опасная, что она проводится чрезвычайно ловко и почти никогда не выходит из пределов законности, - совершенно блекнет значение той грубой пропаганды «огня, ножа, петли и проч.», которая пыталась в разных воззваниях проникнуть в Россию из Женевы2. Против последней правительство и общество достаточно вооружены, для неё нет почвы в России, и она может найти разве только сотню другую сумасбродных последовате- лей. Можно питать твёрдую надежду, что действия этой пропаганды всегда будут вовремя раскрыты. Не так легко противодействовать пропаганде первого рода. Самые законы бессильны против неё, как явствует из нескольких процессов по делам печати, обративших на себя в течение истекшего года, особенное внимание общества и прави- тельства. Многие, на первый взгляд мелкие, но в сущности весьма знаменательные подробности, раскрытые политическими дознаниями 1869 года, свидетельствуют, что эта пропаганда начинает приносить и в России свои отравленные плоды... ГАРФ. Ф.109. On.223. Д.34. Лл.28(об.)-31(об.). 1. Речь идет о книге Николая Васильевича Соколова (1832-1889) «Отщепенцы». Автор попал за это произведение, выход в свет которого, кстати, совпал с покушением Каракозова, под суд, был заключен в Петропавловскую крепость, затем сослан (в 1872 г. бежал за границу). Тнраж «Отщепенцев» за небольшим исключением был уничтожен. Судя по воспоминаниям современников, книга ценилась радикальной интеллигенцией «иа вес золота».
1869 год 43 2. Имеется в виду так называемая «нечаевско-бакунинская агитационная кампа- ния» (1869-1870)- издание целого ряда прокламаций («Постановка революционного вопроса». «Студентам университета, Академии и Технологического института», «Не- сколько слов к молодым братьям в России», «Начала революции» и др.), программных документов («Катехизис Революционера», «Программа революционных действий» и др.), двух номеров периодического органа общества «Народной Расправы», чтобы «соединить в одно неразрывное целое все разрозненные революционные усилия в России». 1878 год №8 «Смерть за смерть». Прокламация С. М. Кравчинского1 в связи с убийством Н. В. Мезенцева Посвящается светлой памяти Мученика Ивана Мартыновича Ковальского2, расстрелянного опричниками за защиту своей свободы, 2 августа 1878 года в г. Одессе. Шеф жандармов - глава шайки, держащей под своей пятой всю Россию, убит. Мало кто не догадался, чьими руками был нанесён удар. Но, во избежание всяких недоразумений, мы объявляем во всеобщее сведение, что шеф жандармов генерал-адъютант Мезенцев действительно убит нами, революционерами-социалистами. Объявляем также, что убийство это как не было первым фактом подобного рода, так не будет и последним, если правительство будет упорствовать в сохранении ныне действующей системы. Мы - социалисты. Цель наша - разрушение существующего эко- номического строя, уничтожение экономического неравенства, состав- ляющего, по нашему убеждению, корень всех страданий человечества. Поэтому политические формы сами по себе для нас совершенно без- различны. Мы, русские, вначале были более какой бы тО ни было нации склонны воздержаться от политической борьбы и ещё более от всяких кровавых мер, к которым не могли нас приучить ни наша
44 Политическая полиция и политический терроризм в России предшествующая история, ни наше воспитание. Само правительство толкнуло нас на тот кровавый путь, на который мы встали. Само правительство вложило нам в руки кинжал и револьвер. Убийство - вещь ужасная. Только в минуту сильнейшего аффек- та, доходящего до потери самосознания, человек, не будучи извергом и выродком человечества, может лишить жизни себе подобного. Русское же правительство нас, социалистов, нас, посвятивших себя делу осво- бождения страждущих, нас, обрекших себя на всякие страдания, чтобы избавить от иих других, русское правительство довело до того, что мы решаемся на целый ряд убийств, возводим их в систему. Оно довело иас до этого своей цинической игрой десятками и сотнями человеческих жизней и тем наглым презрением к какому бы то ни было праву, которое оно всегда обнаруживало в отношении к нам. [...] Поставленные русским правительством вне закона, лишённые всех гарантий, доставляемых, общественным союзом, на основании верховного права всякого человека на самозащиту, мы должны были сами принять на себя защиту своих человеческих прав, подобно тому, как это делает человек или группа людей, живущих в дикой перво- бытной стране. Мы создали над виновниками и распорядителями тех свирепо- стей, которые совершаются над нами, свой суд, суд справедливый, как те идеи, которые мы защищаем, и страшный, как те условия, в которые нас поставило само правительство. Этим судом генерал-адъютант Мезенцев за все свои злодеяния против нас был признан заслуживающим смерти, каковой приговор и был приведён над ним в исполнение на Михайловской площади утром 4 августа 1878 года. [...] Господа правительствующие жандармы, администраторы, вот вам наше последнее слово: Вы - представители власти; мы - противники всякого порабоще- ния человека человеком, поэтому вы наши враги и между нами не может быть примирения. Вы должны быть уничтожены и будете уничтожены! Но мы считаем, что не политическое рабство порождает экономическое, а наоборот. Мы убеждены, что с уничтожением эконо- мического неравенства уничтожится народная нищета, а с нею вместе невежество, суеверия и предрассудки, которыми держится всякая власть. Вот почему мы, как нельзя более, склонны оставить в покое
1878 год 45 вас, правительствующие. Наши настоящие враги - буржуазия, кото- рая теперь прячется за вашей спиной, хотя и ненавидит вас, потому что и ей вы связываете руки. Так посторонитесь же! Не мешайте нам бороться с нашими на- стоящими врагами, и мы оставим вас в покое. Пока не свалим мы теперешнего экономического строя, вы можете мирно почивать под тенью ваших обильных смоковн. До тех же пор, пока вы будете упорствовать в сохранении тепе- решнего дикого бесправия, наш тайный суд, как меч Дамокла, будет вечно висеть над вашими головами, и смерть будет служить ответом на каждую вашу свирепость против нас. Мы ещё недостаточно сильны, чтобы выполнить эту задачу во всей её широте. Это правда. Но не обольщайтесь не по дням, а по часам растет наше великое движение. Припомните, давно ли вступи- ло оно на тот путь, по которому идёт. С выстрела Веры Засулич3 прошло всего полгода. Смотрите же, какие размеры оно приняло теперь! А ведь такие движения растут всё с возрастающей силой, подобно тому, как лавина падает со всё возрастающей скоростью. Подумайте: что же будет через какие-нибудь полгода, год? Да и много ли нужно, чтобы держать в страхе таких людей, как вы, господа правительствующие? Много ли нужно было, чтобы наполнить ужасом такие города, как Харьков и Киев4? Подумайте об этом, господа, и затем выслушайте наши требования: 1)Мы требуем полного прекращения всяких преследований за выражение каких бы то ни было убеждений как словесно, так и печатно. 2) Мы требуем полного уничтожения всякого административно- го произвола и полной ненаказуемости за поступки какого бы то ни было характера иначе, как по свободному приговору народного суда присяжных. 3) Мы требуем полной амнистии для всех политических пре- ступников без различия категорий и национальностей, - что логиче- ски вытекает из первых двух требований. Вот чего мы требуем от вас, господа правительствующие. Боль- шего от вас мы не требуем, потому что большего вы дать не в силах. Это большее в руках буржуазии, у которой мы и вырвем его вместе с жизнью. Но это уже наши счеты. Не мешайтесь в них. Точно также и мы мешаться не станем в ваши домашние дела. До вопроса о разделении власти между вами и буржуазией нам нет решительно никакого дела. Давайте или не давайте конституцию,
46 Политическая полиция и политический терроризм в России призывайте выборных или не призывайте, назначайте их из земле- владельцев, попов или жандармов - это нам совершенно безразлично. Не нарушайте наших человеческих прав - вот всё, чего мы хотим от вас. Печатается по: Революционный радикализм в России: век девятнадцатый. Под редакцией Е. Л. Рудницкой. - М., 1997. Сс.397-404. 1. Кравчинский Сергей Михайлович (1851-1895)- из дворян, окончил Михай- ловское артиллерийское училище, затем учился' в Петербургском лесном институте: деятельный участник общества «Земля и Воля». 4 августа 1878 г. убил главноуправ- ляющего 111 отделением, шефа жандармов Н.В. Мезенцева; скрылся за границей. 2. Ковальский Иван Мартынович (1850-1878)- революционер-народник, орга- низатор кружка «бунтарей» в Одессе. За вооруженное сопротивление прн аресте был приговорен Одесским военно-окружным судом к расстрелу. 3. Засулич Вера Ивановна (1849-1919)24 января 1878 г. стреляла в петербург- ского обер-полицмейстера Ф.Ф. Трепова (поводом к покушению послужило наказание розгами Алексея Боголюбова (Андрея Емельянова), произведенное 13 июля 1877 г. в доме предварительного заключения по его приказу); оправдана Петербургским окружным судом, эмигрировала. 4. Вероятно, имеются в виду Харьковские беспорядки 1872 г., в результате кото- рых представители администрации и полиции бежали из города, а также покушения на товарища киевского губернского прокурора М. М. Котляревского и адъютанта киев- ского губернского жандармского управления Г.Э. Гейкинга, осуществленные в 1878 г. членами киевского «Исполнительного комитета русской социально-революционной партии» (см. д-т№ 9). №9 Письмо киевского «Исполнительного Комитета Русской Социально-революционной Партии»1 прокурору Петербургской судебной палаты А.Лопухину2 9 августа 1878 г. Вслед за убийством генерал-адъютанта Мезенцева, в разных концах Петербурга были произведены аресты, очевидно находящиеся в связи с этим убийством. По всей вероятности, эти аресты повторя- ются и далее. Полицейские и третьеотделенские ищейки, во главе которых изволили стать Вы, не будучи в состоянии нанюхать следов лиц, совершивших помянутое убийство, кинулись наудачу, куда попало, в надежде где-ниб[удь] зацепить какое-либо полезное указание.
1878 год 47 Очевидно, в Петербурге] имеет повториться то же, что проис- ходило в Киеве, после покушения на жизнь Котл[яревского]’, когда по распоряжению барона Гейкинга, массы ни в чём неповинного народа были схвачены, рассажены по тюрьмам и, несмотря на полное отсутст- вие улик, содержимы многие месяцы в одиночном заключении, с явной целью вымучить от них желаемые указания. Как было поступлено с Гейкингом - Вам известно2. Мы, члены И. КР. СР. П, объявляем Вам, что если Вы пойдёте по стопам Гейкннга, то и с Вами будет поступлено так же: Вы бу- дете убиты, как был убит Гейкинг, как был убит Мезенцев, которого убили мы, социалисты-революционеры, за все его злодейст- ва против нас, о чём вскоре будет заявлено во всеобщее сведение в нашей революционной печати. Мы не потерпим, чтоб за нас мучили людей, виновных только в том, что они разделяют с нами наши социалистические идеи. Рас- пинайте, колесуйте нас, если смеете; но берегитесь коснуться наших ни в чём неповинных братьев по убеждениям! Поэтому мы категорически заявляем Вам, что 1) если в течение двухнедельного срока, совершенно достаточного для полного выяснения дела, не будет выпущен на свободу каждый из арестованных, против которого не будет ясных улик в убийстве генерала Мезенцева; 2) если, в течение их содержания под арестом, против них будут предприняты меры, оскорбляющие их человеческое достоинство или могущие вредно отозваться на их здоровьи, -то смертный приговор над Вами будет про- изнесён. Наши требования скромны и разумны - Вы не можете не согла- ситься с этим. В любом из европейских, хотя и далеко не благоустро- енных, государств каждый гражданин пользуется такими правами. Не наша вина, если нам приходится добиваться их, приставив Вам нож к горлу. Но если наши требования умеренны, зато тем беспощаднее мы будем в случае их неисполнения. Помните это. Помните также - что Вам приходится иметь дело не с кляузниками, а с революционерами. Никаких уверток мы не признаём. Вы ведете дело об убийстве Ме- зенцева - поэтому держать людей, по этому делу привлечённых, за найденные у них книжки, газеты, паспорта, печатки или что-ниб[удь] подобное - в данном случае то же, что держать их без всякого повода. В виду этого, советуем Вам воздержаться от чересчур обширной системы арестов.
48 Политическая полиция и политический терроризм в России Едва ли нужно пояснять, что до Вашего «внутреннего убежде- ния», а тем более до Ваших «подозрений» - нам нет никакого дела. Гейкинг тоже держал в тюрьме невинных, п[отому] ч[то] был внут- ренне убеждён в их виновности. Надеемся, г. Прокурор, что Вы не оставите без внимания наше предостережение. Если по какому-либо случаю Вы не будете более руководить следствием, то, чтобы не вводить нас в заблуждение, потрудитесь заявить об этом печатно. В заключение, считаем нужным сообщить Вам, что 1-ое предос- тережение делается совершенно конфиденциально. Распространяться оно не будет. В подлинности же этого документа можете убедиться из того, что он написан на надлежащем бланке и за печатью Комитета. Печатается по: Архив «Земли и Воли» и «Народной Воли». - М., 1930. Сс.90-92. 1 «Исполнительным Комитетом Русской Социально-революционной Партин» именовался кружок В. А. Осинского, существовавший в Киеве в конце 70-х гг. 2. А. А. Лопухин руководил следствием по делу об убийстве шефа жандармов Н. В. Мезенцева. 3. Неудачное покушение на товарища прокурора ММ. Котляревского было ор- ганизовано в Киеве 23 февраля 1878г. В. А. Осинским. 4. Адъютант киевского жандармского управления барон Г. Э. Гейкинг был смертельно ранен 24 мая 1878 г. в Киеве ГА. Попко. 1880 год № 10 Справка по делу о подготовке крушения ЦАРСКОГО ПОЕЗДА НА МОСКОВСКО-КУРСКОЙ ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГЕ 19 НОЯБРЯ 1 879 г. [1880 г.| Дело взрыва рельсов полотна железной дороги около Москвы по своей варварской цели, по сложности разных подготовительных работ и по другим обстоятельствам не могло принадлежать двум-трём
1880 год 49 лицам, и непременно должно принадлежать целой партии. Из соб- ранных сведений от Гольденберга1 выходит несомненным, что это дело принадлежит как «народникам бунтовщикам», так и «террори- стам» и что это дело заговора, инициаторы и исполнители которого были террористы". Так Гольденберг говорил, что ими т.е. террористами на сходке, которая была в Петербурге этим летом было решено в принципе - во что бы то ни стало убить Государя Императора и воспользоваться для этого пребыванием Государя Императора в Крыму (неудачу испол- нения этого решения Гольденберг сваливает на свой арест с динами- том). Подтверждением того, что покушению на жизнь Государя Императора посредством взрыва рельсов на Московско-Курской железной дороге предшествовала сходка, служат ещё рассказы Голь- денберга о покушении на жизнь Государя Императора 2 апреля^, с подробностями которого он несомненно хорошо знаком. Из его слов видно, что за месяц до 2 апреля в Петербурге была шумная и многолюдная сходка партии террористов, на которой присутство- вал и он, Гольденберг, и на которой прежде всего был поставлен вопрос: на основании того-то и того-то, а также потому-то и потому-то следует ли лишить жизни Государя Императора? и на этот вопрос собрание ответило единодушно - «да». После решения сходки было приступлено к рассмотрению - каким способом будет лучше лишить жизни Государя Императора, посредством ли холодного оружия, т.е. кинжала, револьвера или посредством взрывчатых принадлежностей. Эти три способа были поставлены на баллотировку и первый способ - убийство Государя Императора посредством кинжала собрание нашло негодным, а относительно других двух способов убийства - посредством выстрела из револьвера или взрывчатых принадлежно- стей, как напр. Орсиниевской бомбы4 ит. п. вещей собрание раздели- лось на две группы и после продолжительных дебатов, большинство голосов осталось на стороне того, чтобы лишить жизни Государя Императора посредством выстрела из револьвера. Гольденберг относительно себя сказал так, что он под обаянием незадолго пред этим удачно совершённого убийства Князя Кропот- кина2’. посредством выстрела из револьвера, имел глупость стоять за способ убийства Государя Императора также посредством револьве- ра и вообще по его словам удачное убийство Кропоткина имело большое влияние на решение убийства Государя из револьвера. Потом, после решения этих вопросов, было спрошено - есть ли добро- вольные охотники убить Государя Императора, - на этот клич вызвал-
50 Политическая полиция и политический терроризм в России ся первым Соловьенка потом ещё какой-то жид. Собрание, видя двух претендентов, начало решать, кто из двух претендентов будет больше подходящим для убийства и для этого занялись рассмотрением прошлого обоих, т.е. их биографий, и нашли, что Соловьев по своему прошлому больше всего подходящий человек. Но вслед за решением того, что убийцею Государя Императора будет Соловьев, один из членов собрания предложил вопрос - не лучше ли будет, если в Государя Императора будут стрелять оба претендента и притом так, чтобы один стрелял спереди, а другой сзади? Собрание после долгих рассуждений нашло это удобным и постановило, что в Государя будут стрелять оба претендента; но на другом собрании, по поводу предстоящего убийства Государя Императора, собрание нашло неудобным, чтобы стрелял жид и окончательно решило, что в Госу- даря Императора будет стрелять один Соловьев. Из слов Гольденберга видно, что подробности покушения по- средством взрыва рельсов знали очень немногие «террористы», а имен- но: исполнители этого варварского дела и ещё несколько лиц, при- надлежащих к террористической партии, пользующихся всеобщим доверием, как напр[имер] «Михайла», Колоткевич7, Оксельрод8 и ещё кое-кто, другие же как террористы, так и народники-бунтовщики, как участники этого заговора, работавшие над другими отраслями этого дела, знали только в общих чертах о предстоящим покушении на жизнь Государя и готовились к этому, даже Стефанович9 и Дейч10, которые очевидно к этому времени поспешили возвратиться из заграницы, не знали по словам Гольденберга подробностей дела, а знали только о нём в общих чертах. Стефанович и Дейч и другие народные бунтовщики из террористической программы сочувствуют только делу убийства Государя Императора, как делу, после удачного выполнения которого можно легко вызвать народный бунт при по- средстве различных мистификаций. Потом Гольденберг, будучи уверен, что подсаженного к нему агента в Харькове освободят, давал ему поручения к разным лицам; положительно воспрещал говорить с кем бы то ни было о подробностях Московского дела, кроме «Ми- хайла», Колоткевича и Оксельрода. Что Московское дело есть дело заговора, в котором косвенно принимало участие очень много лиц, принадлежащих к обоим рус- ским революционным партиям, так это видно из того, что редакцией «Народная воля» от редакции «Чёрного передела» были напечатаны прокламации, которые предполагалось распространить в народе на случай удачи взрыва рельсов. В прокламациях этих редакция «Чёрно-
1880 год 51 го передела» предлагала обществам выбирать из среды своей пред- ставителей и посылать их к наследнику, с предъявлением различных требований. Прокламации эти были заранее распространены по разным городам и, по словам Гольденберга распространение этих прокламаций как в городах, так и в простом народе, было отлично организовано. Гольденберг пред своим последним выездом из Одес- сы видал эти прокламации и в Одессе. Из слов Гольденберга видно, что террористическая партия те- перь организована на принципах централизации с диктатором во главе, который выбирается большинством голосов и неповиновение которому равносильно исключению из кружка. Этот характер органи- зации применяется во всех практических делах кружка. Так напр[имер] если является какое-нибудь практическое дело, как напр[имер] взрыв рельсов, то прежде всего выбираются исполнители дела, а потом уже исполнители из своей среды выбирают начальника, по словам Голь- денберга «атамана», который уже распоряжается дальнейшими работниками и воле которого требуется безусловное повиновение. В деле подкопа под рельсы на Московско-Курской ж.д. испол- нители работ также выбирали из своей среды начальника и за его требовательность и строгость прозвали его «Чиновником», без раз- решения этого начальника никто не имеет права ничего делать - даже отлучаться из дома. Этот начальник, носящий кличку «Чиновник», как видно из слов Гольденберга, по наружности очень толст и в подкопе ему работать было трудно; в доме, из которого вёлся подкоп, он постоянно не жил, но каждое утро рано приходил, а вечером уходил, - квартиру же имел где-то и гостинице, имел в Москве много знакомых, через которых добывал деньги для революционных дел, и по словам Гольденберга, после взрыва непременно должен оста- ваться в Москве. Центром Главной террористической партии, кото- рой принадлежит инициатива и выполнение покушения 2-го апреля, взрыв рельсов железной дороги около Москвы и другие подобные дела, служит Петербург и именно редакция «Народная воля». От этой партии откололось несколько человек для устройства центра южных террористов в Одессе. Но есть ещё кружок террористов, носящий название «Свобода или смерть»", который по словам Гольденберга, состоит из молодых революционеров и центр которого находится также в Петербурге. Гольденберг для эффекта хочет объяснить в суде, что член кружка «Свобода или смерть» каковое заявление, по его словам, польстит членам этого кружка.
52 Политическая полиция и политический терроризм в России Кружок террористов решил убить Государя Императора во что бы то ни стало и обставить так, чтобы Его Величество никаким образом не мог вернуться из Крыма в Петербург, для чего ими было устроено три подкопа под рельсами железных дорог, где должен был проезжать Государь Император. Из того, что у него, Гольденберга, в Елизаветградской тюрьме был Одесский Генерал-Губернатор12, который по слоаам Гольденбер- га, должен был сопровождать Государя до Харькова - Гольденберг убедился, что один подкоп, находящийся между Севастополем и Харь- ковым, вовсе не действовал, ибо по словам Гольденберга если бы подкоп был взорван, то вместе с Государем должны были бы погиб- нуть и все сопровождающие Его Величество, а также и Граф Тотле- бен, как сопровождающий Государя; чтобы хорошенько уяснить себе это Гольденберг в Елизаветградской тюрьме расспрашивал кого мог, откуда приехал в Елизаветград Граф Тотлебен - из Одессы или же из Харькова? Относительно неудачного взрыва другого подкопа, нахо- дящегося возле Москвы, он узнал в Елизаветградской тюрьме. Теперь является вопрос - где находится третий подкоп? Расспросами у Голь- денберга нельзя было уяснить подробно, где находится этот подкоп - между Харьковым и Москвой или между Москвой и Петербургом; но предполагается, что подкоп этот находится между Харьковым и Моск- вой и предположение это основывается на следующем соображении. Так если бы подкоп находился между Москвой и Петербургом, то Гольденберг, узнавши о неудачном действии взрыва рельсов около Москвы, непременно бы высказал надежду, что до приезда Государя Императора в Петербург Ему угрожала ещё [опасность] и что с неуда- чею взрыва около Москвы с их стороны ещё не всё погибло и, как хвастливый жид, он непременно этим похвастался бы; но из его поведения было ясно видно, что с Москвой кончается опасность для Государя и что на пути от Москвы к Петербургу Государю ничего не угрожает; если бы угрожала какая-либо опасность между Москвой и Петербургом, то это Гольденберг непременно высказал бы, как высказал, что подкоп между Севастополем и Харьковым совершенно не действовал, а также, что Государя Императора можно взорвать в Петербурге, посредством подкопа на Малой Садовой улице, по которой Государь часто ездит и, между прочим, каждое воскресенье ездит по ней на разводы в Инженерный замок, а равно и то, что Государя террористы будут преследовать на каждом шагу и с уве- ренностью сказал, что месяца через 1 '/2 Государя непременно убьют.
1880 год 53 Очевидно предположение устроить подкоп на Малой Садовой ул. в Петербурге у них, террористов, уже созрело. ГАРФ. Ф.569. Оп.1. Д. 85. Лл. 1-11 (об). 1. Гольденберг Григорий Давидович (1855-1880)- революционная деятельность подробно описана в его откровенных показаниях (см. д-т № 18), дав которые, он вскоре покончил жизнь самоубийством в степах Петропавловской крепости. 2. Имеются в виду члены «Земли и Воли», расколовшейся летом 1879 г. на «На- родную Волю» и «Черный Передел»; взрыв на Московско-Курской железной Дороге осуществлен народовольцами. 3. Покушение А. К. Соловьева. 4. См. д-т№3. 5. Кропоткин Дмитрий Николаевич - князь, генерал-майор, харьковский губер- натор, убит 9 февраля 1879г. Г. Гольденбергом. 6. Соловьев Александр Константинович (1846-1879)- бывший студент Петер- бургского университета, служил учителем в Торопецком уездном училище. Участник «хождения в народ» - работал в кузнице Н. Н. Богдановича в с. Воронине, в Самарском поселении, писарем в Саратовской губернии. В конце 1878 г. вернулся в Петербург. После неудачного покушения на Александра II (2 апреля 1879 г.) казнен. 7. Колоткевпч Николай Николаевич (1850-1884) - из дворян, студент Киевского Университета. Входил в киевский кружок «чайковцев», вел пропаганду среди рабочих. В 1876 г. привлекался за распространение революционных изданий в Харькве, в 1877 г. - по Чигиринскому делу, в 1878 г. - за участие в попытке освобождения из харьковской тюрьмы Медведева (Фомина), в 1879 г. - по делу о харьковском революционном кружке А. Сыцянко; всякий раз ему удавалось скрыться. Член Исполнительного Комите- та «Народной Волн». Арестован 26 января 1881 г. По процессу 20-ти приговорен к смертной казни, замененной пожизненным заключением в Петропавловской крепо- сти. Умер в Алексеевском равелине. 8. Оксельрод (Аксельрод) Павел Борисович (1850-1928)- народник, входил в кружок «чайковцев». С 1883 г. член группы «Освобождение труда», с 1900 г. в редакции «Искры», с 1903 г. один из лидеров меньшевизма; после Октябрьской револю- ции эмигрировал. 9. Стефанович Яков Васильевич (1854-1915)- народник; один из организаторов так называемого «Чигиринского заговора», задержан во время массовых арестов по этому делу, бежал из киевской тюрьмы (май 1878). Член «Земли и Волн», после раскола организации примкнул к «Черному Переделу», после I марта 1881 г. вступил в «Народную Волю». Арестован в Москве в 1882 г. по процессу 17-ти (1883) пригово- рен к 8-летней каторге. 10. Дейч Лев Григорьевич (1855-1941)- народник, член киевского кружка «бун- тарей». в 1876 г. учасгвова! в покушении на убийство шпиона Горнновнча, в 1877 i. вместе со Стефановичем был арестован по Чигиринскому делу н бежал из киевской тюрьмы Примкнул к «Черному Переделу», в 1880 г. эми1рировал. Один из организа- торов ipynnbi «Освобождение труда» (1883). В 1884 г. арестован в Германии, выдан русскому правительству как уголовный преступник и по делу Гориновича приговорен к 13 годам 10 месяцам каторги. В 1897 г. вышел на поселение, в 1901 г. бежал. С 1903 i один из дилеров меньшевизма. После Октябрьской революции от политической деятель- ности отошел.
54 Политическая полиция и политический терроризм в России 11. «Свобода илн смерть» - фракционная группа сторонников террора внутри «Земли и Волн» (1879). Большинство членов группы вошло в Исполнительный Комитет «Народной Волн». 12. Тотлебен Эдуард Иванович (1818-1884)- граф, генерал-адъютант, инженер-ге- нерал. Руководил инженерными работами при обороне Севастополя в 1854—1855 гг., в русско-турецкую войну 1877-1878 гг. командовал осадой Плевны, затем прннял главнокомандование русской армией на Балканах. С 1879 г. - одесский генерал-гу- бернатор, с 1880 г. - генерал-губернатор внленскнй, ковенскнй н гродненский. № 11 ИЗ ЗАПИСКИ ОДЕССКОГО ГЕНЕРАЛ-ГУБЕРНАТОРА Э. И. Тотлебена М. Т. Лорис-Меликову1 об изменении ПОРЯДКА ПРОИЗВОДСТВА СЛЕДСТВИЙ ПО ДЕЛАМ О ГОСУДАРСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЯХ 11 февраля 1880 г. Постоянно усиливающееся, особенно в последнее время, прояв- ление деятельности так называемой русской социал-революционной партии и те способы, к которым она прибегает для достижения своих преступных целей, не могут не обращать самого серьёзного внимания Правительства. При ближайшем и внимательном наблюдении за ходом револю- ционной деятельности, в проявлениях её как отдельными лицами- агентами социальной партии - так и целыми сообществами, пред- ставляется вполне очевидною крепкая внутренняя связь и солидар- ность в их действиях. Из всех обнаруженных до настоящего времени более или менее выдающихся дел о политических преступлениях ясно видно, что преступления эти не имеют местного характера, - что, возникая в одной местности, они продолжаются в другой, - что члены преступного сообщества быстро переносят свою деятельность из одного конца Империи в противоположные местности и что все лица, примыкающие к революционному движению, видимо состав- ляют одно сообщество, разбившееся лишь на отдельные кружки для более успешного развития и осуществления своих преступных замы- слов; поэтому между всеми отдельными членами и кружками суще- ствует то единодушие, которое более всего содействует их успехам. При такой общности в деятельности партии социал-револю- ционного движения необходима, казалось бы, такая же общность и в действиях органов Правительственной власти.
1880 год 55 Если единодушие могло укрепиться в какой-то бродячей шайке злоумышленников, то такое же и ещё более сильное единодушие должно существовать между органами Правительственной власти. И стремление к такому единодушию в них конечно существует, но не имеет способов для своего проявления. Всё дело в том, что шайка злоумышленников, хотя действует и в разных местах, но не прерывает сношений друг с другом, - органы же Правительственной власти остаются на своих местах почти без всяких сношений между собою. То, что известно одному - неизвест- но другому; каждый идёт порознь, действует по собственной системе, не зная о действиях и системе другого и вследствие сего является полное отсутствие какой-либо общей системы, отсутствие того взаимо- действия, которое необходимо при всяком общем деле. А преступная шайка ободряется таким разъединением Правительственных сил и гордо поднимает свою преступную голову. Для подтверждения настоящего положения стоит только обра- титься к бывшим уже политическим процессам. Из рассмотрения их нельзя не заметить, что возникающие судебные преследования по политическим преступлениям ограничиваются большею частью уста- новлением только факта преступления и его исполнителей, далеко не разъясняя ни личности деятелей, ни их связей, ни их сношений; вследствие сего почти каждое следственное производство представ- ляется совершенно изолированным, - преступность расследуемого деяния сглаживается, смягчается и самое преступление является иногда каким-то бесцельным нарушением закона. Нередко случается, что об одном и том же лице производятся дознания в разных учреждениях одного и того же Генерал-Губернаторства, причём одно учреждение не имеет никаких сведений о возникновении о том же лице другого дела, - отсюда очевидно неудобство, которое прямо ложится невы- годно на исход дела. Мало того, некоторые, видимо преступные, деяния оставляются совершенно без преследования в силу их види- мой ничтожности, - между тем эти же самые деяния, в связи с общим ходом дел, могут иметь весьма серьёзное значение, могут служить весьма сильным подспорьем для разоблачения более тяжкого престу- пления. Причина такого неудовлетворительного хода дел заключает- ся, во-первых, в отсутствии взаимных сообщений и обмена обнару- живаемых обстоятельств, а во-вторых, - в незнании, вследствие сего, всех подробностей текущего положения революционной пропаганды, её руководителей и деятелей.
56 Политическая полиция и политический терроризм в России С учреждением временных Генерал-Губернаторств2 деятельность отдельных исполнителей власти несомненно усилилась; но разрознен- ность их действий, также несомненно, осталась та же самая. Исходя из того положения, что при современных обстоятельст- вах деятельность Правительства должна быть направлена главным образом и прежде всего на искоренение того внутреннего врага, который присвоил себе название русской социал-революционной партии, подкапывается под самые священные основы общественной жизни, нарушает и даже останавливает правильное её течение и разви- тие, признается настоятельно необходимым, для достижения цели, образование таких следственных органов, которые владели бы доста- точными средствами для осуществления своей задачи и деятельность которых обхватывала бы все более или менее заражённые местности. Останавливаясь на тех требованиях, которым должны удовлетво- рять следственные органы, следует признать, что помимо личных сил, помимо широкой опытности, они должны совмещать в себе такие условия, которые прямо и непосредственно могли бы противодейство- вать характеру преступного движения. Посему следственные органы должны быть близко знакомы с этим движением как вообще, так и с отдельными формами его проявления в разных местностях; они должны близко знать все дела, возникающие не только в отдельном Генерал-Губернаторстве, но и в районе других Генерал-Губернаторств; между ними должно существовать полное единодушие и своевремен- ный обмен сведениями; они должны иметь полную возможность проследить за лицом, навлекшим на себя обвинение, за его связями и отношениями. Только при этих условиях каждое следствие как об отдельном лице, так и о целом кружке, будет представлять полную, вполне законченную, картину преступления, а не являться каким-то отрывочным эпизодом преступной деятельности того или другого лица. Следствие, достигая только этой цели, может с точностью уяснить внутреннюю связь сообществ, а, следовательно, разоблачив корень зла, дать средства направить все силы для его подавления. [••] ...Органами, вызываемыми временным положением дел и чрез- вычайными условиями, могут быть признаны следственные комис- сии, образованные при каждом Генерал-Губернаторстве. Эти следственные комиссии должны ведать все дела о государ- ственных преступлениях в пределах Генерал-Губернаторства и произ- водить все следствия по сим делам. Ни одно политическое преступ-
1880 год 57 ление и ии одни политический преступник, как бы по-видимому ии маловажно было его преступление, ие должен миновать следствен- ной комиссии. Таким образом, вся совокупность государственных преступлений, совершённых в пределах целого Генерал-Губернатор- ства, будет находиться в руках одного учреждения - следственной комиссии, а вследствие сего представится возможность установить связь преступлений между собою и вместе с тем отделить те из иих, которые по своей индивидуальности могут быть рассматриваемы как случайные явления. Следственные комиссии одного Геиерал-Губериаторства долж- ны иметь непрерывные сношения с комиссиями всех других Генерал- Губериаторств, - должны сообщать одна другой о всех возникших в каждой из них делах, с указанием иа главнейшие обстоятельства, должны непременно сообщать одна другой о всех лицах, привлечён- ных к следствию и присылать их приметы и фотографические карточ- ки. Такое общение комиссий даст полную возможность для выяснения связи обиаружеииого преступления и его деятелей с общим революци- онным движением. Следственные комиссии должны иметь такой состав членов, чтобы следственные действия могли производиться безостановочно и чтобы таким образом дела о государственных преступлениях могли быть разрешаемы с тою необходимою быстротою, которой требует самое свойство сих дел. Следственные действия следственных комиссий должны иметь вид и значение не тех предварительных дознаний, которые произво- дятся в настоящее время иа осиоваиии закона 19-го мая 1871 года3; нет - действия следственных комиссий должны иметь значение окон- чательных судебных следствий, по коим суд мог бы прямо присту- пить к решению. Предоставление такого значения следственным действиям комиссии безусловно необходимо, иначе если не всё то, что обнаружено комиссией, то наверное многое будет уничтожено судебным следствием, так как по существующим законам судебное следствие служит суду главным основанием для определения налич- ности преступления. [...] При согласии на учреждение следственных комиссий, предста- вится необходимость в составлении особого устава или инструкции, которые бы с точностью определили состав каждой комиссии, те цели, которые она должна преследовать, предметы ведомства комис- сий, порядок действий и пределы их власти.
58 Политическая полиция и политический терроризм в России [••] Председатель комиссии избирается Генерал-Губернатором и ут- верждается Высочайшею властью; члены же комиссии назначаются: шесть - Главным Начальником III Отделения Собственной Его Вели- чества Канцелярии и шесть - Министром Юстиции. Ведомству следственных комиссий подлежат исключительно преступления государственные, а круг действий в территориальном отношении определяется пределами Генерал-Губернаторств. [...] Порядок самого производства следствий определяется ныне су- ществующими законоположениями по этому предмету; причём пред- ставляется лишь необходимым разграничить точнее круг действий Начальников Жандармских Управлений и действий комиссии и - так сказать - примирить их между Собою. В интересах достижения этой цели казалось бы вполне правиль- ным возложить на Начальников Жандармских Управлений производ- ство по каждому возникающему преступлению таких действий, кото- рые необходимы для удостоверения в действительности события, а также действий не терпящих отлагательства, но при этом, Началь- ник Управления, приступая к тому или другому действию, в то же время, доносит об этом Главному Начальнику 111 Отделения Собст- венной Его Величества Канцелярии и сообщает Председателю Ко- миссии. [ •••] Во время самого производства следствий, о каждом выдающем- ся обстоятельстве и о каждом привлеченном к делу лице, в качестве обвиняемого, Председатель комиссии немедленно сообщает краткие сведения Председателям других комиссий с препровождением при- мет и фотографических карточек обвиняемых и в то же время пред- ставляет такие же сведения Генерал-Губернатору, который, в свою очередь, сообщает их Главному Начальнику 111 Отделения Собствен- ной Его Величества Канцелярии. Таким образом, вся совокупность государственных преступле- ний, совершённых в пределах всех Генерал-Губернаторств, будет сосредоточиваться у Главного Начальника III Отделения Собствен- ной Его Величества Канцелярии. Оконченное производством следствие представляется, с заклю- чением Комиссии, Генерал-Губернатору, от усмотрения которого зависит, или передать дело на рассмотрение военного суда, или же прекратить дело административным порядком; причём о том или
1880 год 59 другом направлении дела Генерал-Губернатор также сообщает Глав- ному Начальнику III отделения Собственной Его Величества Канце- лярии. генерал-адъютант Тотлебен 11 февраля 1880 г. С.-Петербург. Приложение к проекту ОБ УЧРЕЖДЕНИИ СЛЕДСТВЕННЫХ КОМИССИЙ Дознания о государственных преступлениях производятся в на- стоящее время, или на основании закона 19 мая 1871 года - чинами корпуса жандармов в присутствии лица прокурорского надзора, или же на основании закона 1 сентября 1878 года4 - одними жандармски- ми чинами. В первом случае, т.е. при производстве дознаний по закону 19 мая 1871 года, дознания, по их окончании, препровождаются к Прокуро- ру Судебной Палаты, который с своим заключением о дальнейшем направлении дела представляет их Генерал-Губернатору. Представленные Прокурором Судебной Палаты дознания Гене- рал-Губернатор или передает в военный суд, или возвращает Проку- рору с своим мнением об окончании дела на основании 1045 ст. XV т. (по 1045 ст. дела политического характера, при предположении пре- кратить их совершенно или прекратить административным наказани- ем виновного; Прокурором Судебной Палаты вносятся к Министру Юстиции, который входит в соглашение с Шефом Жандармов и затем дело представляется на Высочайшее разрешение). Во втором случае, т.е. при производстве дознаний по закону 1 сентября 1878 года, дознания, по их окончании, представляются Начальником Жандармского Управления к местному Губернатору или Градоначальнику, который с своим заключением представляет их Генерал-Губернатору, - Генерал же Губернатор, по рассмотрении дела, или прекращает таковое собственною властью, или же, смотря по обстоятельствам, требует производства дознания на основании закона 19 мая 1871 года. В обоих же случаях, т. е. при производстве дознаний как по за- кону 19 мая, так и по закону 1 сентября, аресты и обыски произво- дятся чинами корпуса жандармов и полиции предоставляется право ареста и обыска только прн отсутствии сих чинов.
60 Политическая полиция и политический терроризм в России Такой порядок производства дел о государственных преступле- ниях признаётся крайне неудовлетворительным последующим сообра- жениям: во-первых, не касаясь вопроса о личном составе чинов Корпуса Жандармов в их качественном отношении, т.е. вопроса о степени их способности и умелости для производства дознаний, нельзя не обра- тить серьёзного внимания на их состав в численном отношении. [...] Незначительному числу жандармских чинов вверено производ- ство дознаний по всем без исключения делам политического характе- ра. Но, кроме политических дел и кроме исполнения наружной службы, на этих же... лиц возлагается множество других поручений по разным делам, собирание различных сведений, наблюдение за разными лицами ит. д. Посему, как бы ни добросовестно относились чины корпуса жандармов к своим обязанностям, они, будучи задав- лены множеством обязанностей, не в состоянии исполнить каждую из них так, как следует; вследствие сего весьма часто случается, что даже такие серьёзные дела, как дела о государственных преступлени- ях, производятся чрезвычайно поверхностно, без того необходимого внимания, которого требует самое свойство сих дел; вследствие этого же многие из политических дел производятся или чрезвычайно медленно, или не с той быстротой и настойчивостью, какая необхо- дима для разоблачения государственных преступлений и особенно для предупреждения и предотвращения преступных действий; во-вторых, при существующем порядке производства дознаний о государственных преступлениях происходит полнейшая разъеди- нённость и разрозненность действий. [...] Вследствие сего бывали, бывают и могут быть такие случаи: по- ложим в гор. Елизаветграде жандармский офицер встречает Б., извест- ного уже ему своею политическою неблагонадёжностью, но так как об этом Б. жандармскому офицеру в данную минуту ничего неиз- вестно, то он не обращает на него никакого внимания; между тем в другом месте той же Херсонской губернии, положим в Николаеве, другой жандармский офицер может быть неделю уже назад, а может и более, обнаружил серьёзное преступление Б. и разыскивает его следы. Таким образом, в одно и тоже время офицер в Елизаветграде не знает, что Б. преступник и разыскивается, а офицер в Николаеве не знает, что этот Б. находится в Елизаветграде.
1880 год 61 В-третьих, единоличная оценка Прокурором Судебной Палаты всех дознаний, йроизводящихся в целом судебном округе, представ- ляет также значительные неудобства. С одной стороны, при множе- стве и разнородности как политических так и обще-уголовных дел, подлежащих рассмотрению. Прокурора Судебной Палаты, он не может отдать всё своё внимание исключительно делам политическо- го свойства, - а с другой - и это самое главное - не своевременное рассмотрение дознания о политическом преступлении ведёт к сокры- тию следов преступления, особенно в тех случаях когда дознание на месте было произведено поверхностно и когда требуется дополнять таковое. Для устранения неправильного хода дел о государственных пре- ступлениях предполагается образование при каждом Генерал-Губер- наторстве следственных комиссий, в которых сосредоточивалась бы вся совокупность таких преступлений, совершённых в пределах целого Генерал-Губернаторства и которые имели бы возможность устано- вить связь преступлений между собою. [...] При образовании следственных комиссий предполагаемый по- рядок производства дел ни сколько не отменяет существующего порядка, а имеет в виду лишь скорейшее и всестороннее расследова- ние каждого преступления. [...] Проект образования следственных комиссий предполагает, меж- ду прочим, чтобы следственным действиям комиссий были приданы вид и значение окончательных судебных следствий, по коим суд мог бы прямо приступить к решению дела, для того, чтобы первоначаль- ные, по горячим следам, показания обвиняемых и свидетелей, менее обдуманные и потому всегда более правдивые не были уничтожены следствием на суде, до которого и обвиняемым и свидетелям остаётся значительно времени, чтобы взвесить и предусмотреть как предле- жащие им вопросы, так и свои на них ответы. Это предположение может встретить и наверное встретить то возражение, что отмена судебного следствия изменяет существующий порядок судопроиз- водства. На такое возражение нельзя не ответить, что вследствие событий последнего времени не только дела о государственных преступлениях, т.е. о преступлениях, направленных против всего государственного строя, но даже преступления против отдельных государственных и вообще должностных лиц, давно уже изъяты из общего порядка следственного и судебного производства и что
62 Политическая полиция и политический терроризм в России вообще в порядке производства дел о государственных преступлени- ях допущены значительные изменения судебных уётаЬов;'закон экё 5 апреля 1879 года предоставляет Генерал-Губернаторам ещё боль- шее право, именно право изъятия из общего порядка подсудности дел даже обще-уголовного характера. Таким образом, если от производ- ства следствий по государственным преступлениям устранены общие судебные следователи, как гражданские, так и военные, - если дела о государственных преступлениях изъяты из ведения общих судов и подчинены только суду военному, - если обвиняемым по этим делам не дано право выбора, по их усмотрению, защитников, - если нако- нец военному суду дано широкое право не вызывать даже на суд свидетелей, которые вообще играют первенствующую роль при судеб- ном следствии и без которых самое судебное следствие немыслимо, - то в виду того, что следствия, проходящие через руки следственной комиссии предполагаются следствиями вполне законченными, каза- лось бы, что отмена судебных следствий составляет незначительное, сравнительно, изменение судебных уставов и что по сему выражение против такой отмены утрачивает силу непререкаемости. Последнее возражение против проекта следственных комиссий может касаться той его части, где говорится о предоставлении комис- сиям права представлять Генерал-Губернаторам или о совершенном прекращении дел, или о прекращении их административным поряд- ком. Возражение это может заключаться в том, что новый порядок прекращения дел значительно изменит порядок, определённый 1045 ст. XV т. Не отрицая юридической правильности такого возражения, необходимо заметить, что проектируемый новый порядок имеет в виду, во-первых, немедленное, вслед за окончанием следствия, окончание самого дела, тогда как при существующем порядке дела не получают окончания, при самом быстром их движении весьма про- должительное время; скорейшее же окончание дел необходимо особенно тогда, когда привлечённые к делу находятся под стражею и необходимость эта обусловливается, с одной стороны, интересами обвиняемых, с другой, - интересами казны, на содержании которой находятся содержащиеся, и, наконец, - интересами тюремных поме- щений, которые крайне затруднены помещением арестантов. Во-вто- рых, проект имеет в виду установлением нового порядка облегчить прокуроров Судебных Палат, освободив их от рассмотрения таких дел, с своевременным ходом которых они почти незнакомы и изучение которых, для составления по ним заключений, отнимает у них и много времени и много труда. - тогда как для следственных комиссий, пред
1880 год 63 членами коих каждое дело будет проходить в своей постепенности шаг за шагом, особого изучения дела не потребуется и составление заключения по делу явится легкой работой. Наконец, потрясающие события последних дней ясно указывают на необходимость принятия Правительством решительных мер, таких мер, без коих борьба с разрастающимся злом или сделается невоз- можною, или же отдалится на неопределённое время. Принятие решительных мер особенно необходимо в настоящее время, как для успокоения общественного мнения, так и для того, чтобы отнять у злоумышленников уверенность в их силе и значении и тем предотвратить возможность повторения новых с их стороны преступных замыслов. В ряду же таких мер, на первом плане должна быть постановле- на цель - быстрого и настойчивого разоблачения преступлений, а этому требованию ближе всего могут удовлетворять проектируемые след- ственные комиссии. ГАРФ. Ф.569. Оп.1.Д. 30. Лл.2-26. 1. Лорис-Меликов Михаил Тариелович (1825-1888) - генерал-адъютант, занимал ряд военно-админстратнвиых должностей на Кавказе. Во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг. командовал корпусом, фактически возглавлял военные действия на Кавказском театре, после заключения мира получил титул графа. В начале 1879 г. был назначен временным астраханским, саратовским н самарским генерал-губернатором, в апреле 1879 г. - временным харьковским генерал-губернатором. С 12 февраля 1880 г. - начальник «Верховной Распорядительной комиссии по охране государственного порядка и общественного спокойствия» с чрезвычайными полномочиями. После упразднения комиссии (6 августа 1880)- министр внутренних дел и шеф жандармов. После убийства Александра 11 и издания Александром 111 манифеста об укреплении самодержавия Лорис-Меликов вышел в отставку. 2. Временные генерал-губернаторства были учреждены в Санкт-Петербурге, Харь- кове и Одессе 5 апреля 1879 г. 3. 19 мая 1871 г. Александр 11 утвердил «мнение» Государственного совета «О по- рядке действий чинов корпуса жандармов по исследованию преступлений». Цель этого закона, «с одной стороны, предоставить судебной власти содействие жандармских чинов по обнаружению преступлений, а с другой - установить порядок действий сих чинов по производству точных, согласованных с судебными уставами 20 ноября 186-4 г. узаконений взамен преподанных в прежнее время корпусу жандармов инструк- ций». По новому закону, жандармские чины были обязаны немедленно сообщать лнцам местного прокурорского надзора и полиции «о всяком замеченном ими происшествии, заключавшем в себе признаки государственного преступления», а до прибытия полиции принимать все меры для того, чтобы «предупредить уничтожение следов преступления и пресечь подозреваемому способы уклоняться от следствия». Производство дознаний о «государственных преступлениях» жандармы начинали «как по предложению прокурора судебной палаты, так н непосредственно», но в этом случае были обязаны
64 Политическая полиция и политический терроризм в России немедленно уведомлять прокурора «о приступе к дознанию». В период производства дознаний жандармы, согласно уставу уголовного судопроизводства, вели розыск, расспросы и негласное наблюдение. Закон 19 мая предоставил нм, кроме того, право производить осмотры, освидетельствования, обыски (с опечатанием бумаг) и выемки и обязал полицию и «вообще все присутственные места и должностные лица» оказы- вать жандармам «зависящее от них содействие». Протоколы дознаний поступали к прокурору, который передавал их министру юстиции. Последний, «по сношении с шефом жандармов», отдавал распоряжение о производстве предварительного следствия или испрашивал «высочайшее повеление о прекращении производства». Во втором случае дела или прекращались «без дальнейших последствий», или решались в админи- стративном порядке.(ПСЗ. Собр.2. Т.46. От.1. - Спб., 1874. С.591-594). 4. 1 сентября 1878 г. Александр II утвердил временные правила «О порядке адми- нистративного направления дел без участия прокурорского надзора», согласно которым: «1 . Чинам корпуса жандармов, а в случае их отсутствия, полнциймейстерам и уездным исправникам предоставляется право заарсстования лиц, подозреваемых в совершении государственных преступлений, или в прикосновенности к ним, а равно в участии в противозаконных сообществах. 2. То же самое право предоставляется поименованным чинам относительно лиц, привлекаемых к ответственности за участие в уличных беспорядках или сходках, имеющих политический характер. 3. Те из заарестованных на сём основании лиц, относительно коих будут иметься достаточные данные о их политической неблагонадежности, мотут быть подвергаемы административной высылке по соглашению шефа жандармов с министром внутренних дел. Указанные выше меры... принимаются без участия чинов прокурорского надзо- ра, которым, впрочем, для сведения препровождается копня с постановления о каждом заарестованном лице». (ГАРФ. Ф.102. Оп.165. Д.197. Лл.9-10). № 12 Из указа Александра II Сенату «Об учреждении в С.-Петербурге Верховной Распорядительной КОМИССИИ ПО ОХРАНЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОГО ПОРЯДКА И ОБЩЕСТВЕННОГО СПОКОЙСТВИЯ» 12 февраля 1880 г. В твёрдом решении положить предел беспрерывно повторяю- щимся в последнее время покушениям дерзких злоумышленников поколебать в России государственный и общественный порядок, Мы признали за благо: 1. Учредить в С.-Петербурге Верховную Распорядительную Ко- миссию по охранению государственного порядка и общественного спокойствия. 2. Верховной Распорядительной Комиссии состоять из Главного начальника оной1 и назначаемых для содействия ему, по непосредст- венному его усмотрению, членов комиссии.
1880 год 65 5. В видах объединения действий всех властей по охранению го- сударственного порядка и общественного спокойствия, предоставить Главному начальнику Верховной Распорядительной Комиссии, по всем делам, относящимся к такому охранению: а) права Главноначальствующего в С.-Петербурге и его окрест- ностях, с непосредственным подчинением ему С.-Петербургского Градоначальника; б) прямое ведение и направление следственных дел по государ- ственным преступлениям в С.-Петербурге и С.-Петербургском Воен- ном Округе; и в) верховное направление упомянутых в предыдущем пункте дел по всем другим местностям Российской Империи. 6. Все требования Главного начальника Верховной Распоряди- тельной Комиссии по делам об охранении государственного порядка и общественного спокойствия подлежат немедленному исполнению как местными начальствами, Генерал-Губернаторами, Губернаторами и Градоначальниками, так и со стороны всех ведомств, не исключая военного. 7. Все ведомства обязаны оказывать Главному Начальнику Вер- ховной Распорядительной Комиссии полное содействие. 8. Главному начальнику Верховной Распорядительной Комис- сии представить испрашивать у нас, непосредственно, когда признает сиё нужным, наши повеления и указания. 9. Независимо от сего представить Главному Начальнику Вер- ховной Распорядительной Комиссии делать все распоряжения и при- нимать вообще все меры, которые он признает необходимыми для охранения государственного порядка и общественного спокойствия как в С. Петербурге, так и в других местностях Империи, причём от усмотрения его зависит определять меры взыскания за неисполнение или несоблюдение сих распоряжений и мер, а также порядок наложе- ния этих взысканий. 10. Распоряжения Главного Начальника Верховной Распоряди- тельной Комиссии и принимаемые им меры должны подлежать безус- ловному исполнению и соблюдению всеми и каждым и могут быть отменены только им самим или особым Высочайшим повелением. 11. С учреждением, в силу сего Именного Указа Нашего, Вер- ховной Распорядительной Комиссии по охранению государственного порядка и общественного спокойствия, утвержденную таковым же Указом от 5 апреля 1879 г. должность Временного С. Петербургского Генерал-Г убернатора упразднить. 3 Зак. 761
66 Правительствующий Сенат, к исполнению сего, не оставит сде- лать надлежащее распоряжение. ГАРФ. Ф.569. On. 1. Д.31. Л.ч. 1-5. 1. Главным Начальником Верховной Распорядительной Комнссии был назначен генерал-адъютант, член Государственного Совета, генерал от кавалернн граф М.Т. Ло- рнс-Меликоа. № 13 Записка прокурора Петербургской Судебной Палаты В. К. Плеве по дознанию о взрыве в Зимнем Дворце1 2 марта 1880 г. 28-го февраля по дознанию о взрыве в Зимнем Дворце Его Им- ператорского Величества были передопрашиваемы обвиняемые Евге- ния Фигнер2 и Александр Квятковский"*, - первая по вопросу о сно- шениях её с лицами, жившими в помещении тайной типографии, а последний относительно противоправительственной деятельности его за прошедшее время. Фигнер, не отрицая знакомства с некоторыми из арестованных в квартире тайной типографии, категорически отвергла, однако, посе- щения той квартиры, где она и Квятковский были арестованы, лицом, которое застрелилось, и таким образом опровергла показание Квят- ковского, пытавшегося но одном из предыдущих допросов приписать этому лицу принадлежность оказавшихся при обыске у него, Квят- ковского, чертежей Зимнего Дворца. Из дальнейших объяснений Фигнер усматривается, что свидания её с единомышленниками происходили в доме № 124 по Невскому проспекту, в квартире двух лиц, прожи- вавших по чужому паспорту, под именем инженера путей сообщения Хитрово и его жены. Лица эти вслед за обыском у Квятковского и Фигнер были арестованы, но из-под ареста успели скрыться. В объяснениях, представленных затем Квятковским относитель- но его прошедшей жизни, содержатся интересные данные, которые, указывая на тесную связь между собою всех революционных сил русского общества, приводят к заключению, что большая часть этих сил могла бы быть определена систематическою регистрацией сведе- ний о лицах, привлекавшихся за последние десять лет к дознаниям о государственных преступлениях.
1880 год 67 В 1877 году в Нижегородской губернии производилось окончив- шееся ссылкой главных обвиняемых дознание о дворянине Новгород- ской губернии Линеве, устроившем в деревне Мостовке, Ардатовского уезда сельскохозяйственную ферму с целями противоправительст- венной пропаганды. На означенной ферме, находившейся, как оказа- лось, в тесных сношениях с членами так называемого «общества друзей», обнаруженного в Петербурге по доносу убитого впоследст- вии крестьянина Шарашкина, проживали с конца 1876 года и по июль 1877 года многие лица, известные по разным политическим процессам и в числе их именовавшийся сыном священника Русако- вым, который вслед за обыском, произведённым на ферме Линева жандармским офицером, поспешил скрыться и до сих пор ие был розыскан. Ныне Квятковский сознался, что на ферме Линева под именем Русакова проживал он и помянутое сознание представляется несо- мненным в виду тех подробностей, которые были приведены Квят- ковским в рассказе о пребывании его в Ардатове ком уезде. Упоминая при изложении показаний Евгении Фигнер и Квят- ковского по делу о преступлении 5 февраля о сношениях их с деяте- лями тайной типографии, взятой в Саперном переулке, нельзя пройти молчанием о результатах допросов, произведённых того же 28 фев- раля двум лицам, принадлежащим к числу сих деятелей. Указанные допросы окончательно установили настоящие имена и звания всех лиц, арестованных в Саперном переулке. Таким обра- зом именовавшийся канцелярским служителем Лысенко признал, что он бывший вольный слушатель Медико-Хирургической Академии Николай Константинов Бух4 (в записке, доставленной о Бухе Одес- ским Временным Генерал-Губернатором он неправильно назван Иваном Васильевым), скрывающийся от преследования с 1874 года. Подписывавший же до сих пор протоколы своих показаний литерами NN заявил, что он уроженец города Могилёва Лейзер Иоселев Цу- керман, сын проживающего ныне в Киеве купца 2-й гильдии. К сему Цукерман присовокупил, что он до двадцатилетнего возраста воспи- тывался дома, изучал талмуд, потом в течение трёх лет занимался торговыми делами, а с 1875 года и до последнего времени жил за границей в Берлине и Берне, где, как следует полагать, и проникся социалистическими воззрениями, посещая, очевидно, существовав- ший до последнего времени в Берлине кружок русских нигилистов, состоящий по преимуществу из евреев западного края. 3*
68 Политическая полиция и политический терроризм в России В заключение настоящей записки необходимо упомянуть, что дальнейшие действия по дознанию о взрыве в Зимнем Дворце после- дуют по получении ответов на некоторые запросы, посланные в Вят- скую и Нижегородскую губернии. ГАРФ. Ф.569. On. 1. Д. 34. Лл. 2-4. 1. Речь идет о взрыве, произведенном Степаном Халтуриным 5 февраля 1880 г. 2. Фигнер (Сажина) Евгения Николаевна (род. в 1858 г.) - сестра Веры Никола- евны Фигнер, в 1876 г. вместе с ней участвовала в демонстрации на Казанской площади, а осенью 1878 г. поселилась в с. Вязмино Самарской губ., где открыла бесплатную школу. В сентябре 1879 г. приехала в Петербург, следила за выездами генерал-губерна- тора, проживала вместе с А. А. Квятковскнм на конспиративной квартире, где и была арестована 24 ноября 1879 г. Осуждена по процессу 16-ти, сослана в Иркутскую губернию. 3. Квятковский Александр Александрович (1853-1880)- один из организаторов Исполнительного Комитета «Народной Воли», участвовал в подготовке взрыва в Зимнем Дворце 5 февраля 1880 г. Казнен. 4. Бух Николай Константинович (1853 - после 1934) - участник «хождения в на- род», член кружка «южных бунтарей», затем - «Земли и Воли», после раскола органи- зации входил в Исполнительный Комитет «Народной Волн». В 1880 г. приговорен к 15 годам каторжных работ. № 14 Журнал заседания Верховной Распорядительной Комиссии 4 марта 1880 г. ПРИСУТСТВОВАЛИ: Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии Ге- нерал-Адъютант, Генерал от Кавалерии Граф М.Т. Лорис-Меликов. Член Государственного Совета, Тайный Советник К.П. Победоносцев. Генерал-Адъютант, Генерал-Лейтенант Князь А. К Имеретинский. Статс-Секретарь, Тайный Советник М.С. Каханов. Тайный Советник М. Е. Ковалевский. Тайный Советник И. И. Шамшин. Тайный Советник П. А. Марков. Свиты Его Величества Генерал-Майор П. А. Черевин. Свиты Его Величества Генерал-Майор М. И. Батьянов. Действительный Статский Советник С. С. Перфильев.
1880 год 69 Заседание началось в 8 часов вечера. Кончилось в 10 часов вечера. Заседание Верховной Распорядительной Комиссии было откры- то Главным Начальником, который, выразив собравшимся Членам глубокую признательность за готовность их вместе трудиться, указал на те задачи, достижение коих предстоит Комиссии. Первая из них состоит в том, чтобы принять решительные меры к подавлению наибо- лее возмутительных действий анархистов; вторая же, более сложная, в изыскании средств врачевания причин, породивших крамолу и под- держивающих её. Для осуществления этих целей является прежде всего необходимость объединения действий всех административных и судебных органов, призванных к обнаружению и преследованию преступных замыслов и действий и изыскание способов к установле- нию такого объединения. Указанная цель до известной степени облегчена подчинением Главному Начальнику Верховной Распорядительной Комиссии III От- деления Собственной Его Императорского Величества Канцелярии1 и остаётся ныне провести на деле начало объединения исполнитель- ных органов. Вторая причина, затрудняющая борьбу Правительства с крамо- лой, заключается в крайней медленности производства дознаний и дел о государственных преступлениях. Нередки случаи, что явные преступники остаются без приговора и наказания в продолжении года и более; с другой же стороны лица, арестованные по неопреде- лённым подозрениям, освобождаются из под стражи лишь по проше- ствии нескольких месяцев и, будучи озлоблены таким произвольным лишением свободы, привлекают других в ряды недовольных. По этому Комиссии надлежит выработать меры к ускорению про- изводящихся дознаний по государственным преступлениям и в том числе способы разбора всех лиц, содержащихся ныне под стражею. Мерами практикуемыми при преследовании лиц, политическая неблагонадёжность которых заподозрена, служат административная высылка и полицейский надзор, гласный или негласный; обе они несомненно приносили и будут приносить существенную пользу при применении их с надлежащею осмотрительностью. Нельзя однако при этом не отметить, что случаи административной высылки столь часты, что вскоре устройство быта и положения высылаемых может сделаться вопросом государственным. Что же касается полицейского надзора, то мера эта, имея в основании своём лишь установление
70 Политическая полиция и политический терроризм в России наблюдения, на самом деле равносильна лишению или ограничению прав: лицо, находящееся под особым надзором полиции, стеснено в выборе занятий, оно не внушает к себе доверия и заставляет избегать всяких с ним сношений нз опасения навлечь на себя незаслуженное подозрение. Необходимо вследствие этого теперь же озаботиться изысканием способов разбора лнц поднадзорных и высланных. Указанным административным мерам подвергаются, как сказано было, лица заподозренные в политической неблагонадёжности. Между тем понятие о неблагонадёжности допускает много степеней, кото- рые полиция не всегда в состоянии разграничить, что даёт ей воз- можность выходить иногда из пределов необходимой, при применении этих мер, осторожности. Задачу Комиссии должно, между прочим, составить установление, по возможности, деления лиц, привлекаемых по подозрению в неблагонадёжности, на разряды более и менее вредных в настоящее время. Разработка этих четырёх вопросов займет первые заседания Ко- миссии, причём преимущественному её вниманию будет предложено указание мер, относящихся до столицы, интересы которой особенно дороги для государства вследствие пребывания в ней Государя Императора, Наследника Цесаревича и Императорской Фамилии. Чтобы ознакомить Комиссию с нуждами столицы избраны Город- скою Думою особые гласные, приглашенные вместе с Городским Головою для предварительных объяснений на 5-е сего марта. Приступая к обсуждению предложенных Главным Начальником Верховной Распорядительной Комиссии вопросов, Комиссия призна- ла несомненное существование разъединения в действиях Правитель- ственных органов вообще и в частности чинов полиции: наружной и сыскной, общей и жандармской; при этом некоторыми Членами Комиссии, в том числе и Свиты Его Величества Генерал-Майором Черевиным2, приведены были отдельные случаи разобщенности дейст- вий чинов администрации и указаны проистекающие из такого порядка последствия, устанавливающие иногда между ними даже враждебные отношения. Убеждение в несомненности вреда от разъединения действий органов, преследующих одну и ту же цель - охранение государствен- ного и общественного порядка, - привели Комиссию к единогласно- му заключению о необходимости подробной разработки способов к уничтожению такого разъединения, начав это дело с С.-Петербурга. При этом Комиссия положила: собрать подробные по возможности сведения как о личном составе, так и о стоимости всех органов
71 Правительственных и общественных имеющих назначением охране- ние порядка и обнаружение преступных действий и замыслов в столи- це и её окрестностях. Переходя к обсуждению мер к ускорению производства дозна- ний и разбора всех дел о содержащихся ныне по обвинению в государ- ственных преступлениях, Комиссии заявлено было Генерал-Майором Черевиным, что задача эта представляла особенную заботу Генерал- Адъютанта Дрентельна3, не приведшую однако к желаемым результа- там вследствие медленности допускаемой в рассмотрении как в Мини- стерстве Юстиции, так и в III Отделении Собственной Его Импера- торского Величества Канцелярии этих дел. Для достижения указанной цели Комиссия признала необходи- мым приступить к немедленному рассмотрению списков заключён- ных и поверке как их наличности, так и действительного положения дел о них производящихся. Средством для исполнения сего Комиссия признала избрание нескольких лиц, которых просит принять на себя труд: 1) обозреть списки всех заключённых по государственным преступлениям и определить в точности положение всех дел; 2) про- верить списки заключённых с наличным числом арестантов, содер- жащихся по подобным делам, и 3) составить заключения о мерах к скорейшему окончанию всех дел и заключения эти представить Главному Начальнику Верховной Распорядительной Комиссии. Гене- рал-Адъютант Граф Лорис-Меликов, одобрив это предположение, просил исполнить оное Сенатора Шамшина4, Тайного Советника Маркова5 и Генерал-Майора Батьянова. При обсуждении вопроса о способах разбора лиц поднадзорных и высланных, внимание Комиссии было Главным её Начальником остановлено на совершенно неудовлетворительном применении адми- нистративной высылки и отдачи под особый надзор полиции. Несо- стоятельность существующего теперь полицейского надзора сознана, по заявлению Действительного Статского Советника Перфильева6, Министерством Внутренних Дел и оно озабочено переустройством порядка наблюдения за лицами неблагонадёжными учреждением, например, поднадзорной колонии. Трудность введения всякой новой меры заключается в недостаточности средств отпускаемых на этот предмет. Комиссия, имея в виду настоятельную необходимость в приве- дении прежде всего в известность всех лиц подвергшихся указанным административным взысканиям, признала неотложным составить из оо1ин\ списков лиц высланных и состоящих под надзором полиции । lacni.iM и негласным выборку тех лиц, кои высланы или отданы под
72 Политическая полиция w политический терроризм в России надзор полиции по политической неблагонадёжности, а также иметь в виду выработанные уже по сему предмету в Министерстве Внут- ренних Дел предположения. Исполнение сего Главный Начальник- Комиссии просил Действительного Статского Советника Перфильева принять на себя. Рассматривая, наконец, четвёртый вопрос, Комиссия выразила мнение, что указанные несовершенства существующей теперь систе- мы определения политической неблагонадёжности заслуживают, по своим вредным последствиям, особого внимания Правительства. Высказанные по сему предмету суждения привели Комиссию к едино- гласному признанию необходимости крайне осторожного и внима- тельного отношения подлежащих властей к строгому разбору винов- ности и степени неблагонадёжности лиц высланных из С.-Петербур- га, с принятием к руководству того общего начала, чтобы лица, высылаемые в видах предосторожности для охранения общественно- го порядка, не были лишаемы способом высылки средств к дальней- шему существованию. В конце заседания Главный Начальник Верховной Распоряди- тельной Комиссии заявил О Высочайшем Его Императорского Величе- ства соизволении просить гг. Министров, не отказать в принятии участия в заседаниях Комиссии, соображаясь с значением рассматри- ваемых вопросов и принадлежности их к тому или другому ведомству. Перед закрытием заседания Генерал-Адъютант Граф Лорис-Ме- ликов выразил желание чтобы: а) предметы совещания Комиссии сохранялись в тайне, и б)все вопросы, которые Члены Комиссии пожелали бы возбудить, предварительно доводимы были до сведения Его Сиятельства. Затем заседание Комиссии было закрыто. ПОДПИСАЛИ: Генерал-Адъютант Граф Лорис-Меликов. Конст. Победоносцев. Князь Имеретинский. Михаил Каханов. Михаил Ковалевский. Иван Шамшин. Павел Марков. Пётр Черевин. Михаил Батьянов. Степан Перфильев. ГАРФ. Ф.569. On. I. Д.37. Лл. 1-3.
1880 год 73 I. 26 февраля 1880 г. М.Т. Лорис-Меликов представил «всеподданнейший док- лад», основная мысль которого сводилась к тому, что «объединения властей есть единственный путь для достижения успехов в мерах против крамолы», ибо разрознен- ные действия правительственных дни п учреждений - «одна из главнейших причин» неудач в борьбе с революционным движением. Доклад был одобрен Александром И, н 3 марта вышел указ, согласно которому «в видах объединения предметов, подлежа- щих ведению Верховной распорядительной комиссии». Ill отделение временно было полностью подчинено се Главному начальнику. 2. Чсрсвнн ntip Александрович (1837-1896)- товарищ главноуправляющего III от- делением. исправляющий должность шефа жандармов (после увольнения А.Р. Дрен- тельна н подчинения Отдельного корпуса жандармов главному начальнику Верховной Распорядительной Комиссии указом 4 марта 1880): с 1880 по 1883 гг. - товарищ министра внутренних дел; начальник дворцовой охраны при Александре III. 3. Дрентельп Александр Романович (1820-1888) - генерал-адъютант, генерал-от- пифантерпп. с 1878 по 1880 гг. - шеф жандармов п главный начальник III отделения. 4. IНамтпп Иван Иванович - тайный советник, сенатор, управляющий межевой частью Министерства юстиции, статс-секретарь Департамента Законов Государствен- ного Совета. 5. Марков Павел Александрович (1841-1913)- сенатор, с 1883 по 1889 гг. - то- варищ министра юстиции. 6. Перфильев Степан Степанович - директор почтового департамента Мини- стерства Внутренних Дел. № 15 Журнал совещания начальника Верховной Распорядительной Комиссии М.Т. Лорис-Меликова С ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ С.-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО ОБЩЕСТВЕННОГО управления 5 марта 1880 г. ПРИСУТСТВОВАЛИ: Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии Ге- нерал-Адъютант, Генерал от Кавалерии Граф М.Т. Лорис-Меликов. Член Верховной Распорядительной Комиссии Статс-Секретарь, Тайный Советник М.С. Каханов. С.-Петербургский Городской Голова Барон П.Л. Корф. Гласные С.-Петербургской Городской Думы: М.П. Митков, В. И. Ли- хачев, И. И. Глазунов, Ц.А. Кавос. Заседание 5 марта 1880 года - началось в 8 часов пополудни, кончилось в 11 */2 часов.
74 Политическая полиция и политический терроризм в России Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии, упомянув об обстоятельствах вызвавших учреждение самой Комис- сии, пригласил представителей городского управления изложить с полною откровенностью соображения о причинах, обусловливающих возможность выразившихся за последнее время дерзких покушений поколебать государственный порядок и общественное спокойствие и о тех мерах, кои могут, по мнению их, способствовать прекращению подобных покушений. При этом Главный Начальник Верховной Распо- рядительной Комиссии указал на особое значение принимаемых в сём отношении мер по столице, как местопребывания Государя Императора и центра государственной жизни Империи. Отзывы Городского Головы и гласных касались, с одной сторо- ны, общих желательных, по их мнению, мер к ослаблению восприим- чивости различных общественных элементов по отношению крайних революционных учений, а с другой, - тех вопросов, кои относятся непосредственно до ограждения порядка в столице. Не останавлива- ясь ныне на предположениях первого разряда, Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии обратил суждения совеща- ния к вопросам принадлежащим ко второй категории. К числу их относятся высказанные мнения: 1)о необходимости объединения дея- тельности полицейских органов различных наименований; 2) о необхо- димости мер к скорейшему движению дел по обвинениям в государ- ственных преступлениях; 3) о пользе установления более осторожного, чем ныне, отношения власти к предварительным арестам и высылке, и к степени виновности или прикосновенности к преступным действи- ям, в особенности учащейся молодёжи; 4) о пользе облегчить затруд- нительное положение учащейся молодёжи по приисканию ими занятий и квартир; 5) о предоставлении некоторых удобств для низше- го класса населения столицы, изменением часов по торговле съест- ными припасами; 6) об облегчении города по отправлению повинно- сти о дворниках. Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии, объяснив, что вопросы об объединении действий полиций, об уско- рении производства дел и об административной высылке возбуждены в первое же заседание Комиссии и составляют уже предмет её настоя- щих занятий, обратил суждения совещания на вопрос о дворниках. По этому предмету Городской Голова и гласные заявили, что неудобства, возникающие из учреждения дополнительных дворни- ков, на которых возложены исключительно полицейские обязанно- сти, не окупаются последствиями этой меры, так как случаи открытия
1880 год 75 дворниками каких-либо крупных преступлений неизвестны и в един- ственную заслугу может им быть поставлено лишь уменьшение в столице мелких краж. Между тем достижение такой сравнительно ничтожной задачи стоит городу более миллиона рублей. За подробными объяснениями в развитие этой основной мысли, Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии признал необходимым ныне же просить Городского Голову о доставлении точных сведений о расходах, которые несёт город на содержание полиции, а также и размере издержек на дворников как до обязатель- ного постановления бывшего Временного С.-Петербургского Гене- рал-Губернатора от 4 июля 1879 года, так и тех, кои были вызваны этим постановлением. Затем Генерал-Адъютант Граф Лорис-Меликов закрыл совеща- ние, указав на необходимость не оглашать вообще предметов сове- щаний и на установленный уже по Комиссии порядок, по коему вопросы MOiyr быть возбуждаемы Членами, а следовательно и при- глашаемыми в Комиссии или совещания лицами не иначе, как по предварительному разрешению Главного Начальника Комиссии. Подлинный за подписанием присутствовавших. ГАРФ. Ф.569. Оп.1. Д. 37. Лл.7—8. № 16 Из записки Статс-Секретаря М. С. Каханова1 начальнику Верховной Распорядительной Комиссии М. Т. Лорис-Меликову о производстве дел ПО ГОСУДАРСТВЕННЫМ ПРЕСТУПЛЕНИЯМ 23 марта 1880 г. Вашему Сиятельству угодно было иметь в виду личное моё мнение по предмету переписки Министерства Юстиции с III Отделе- нием Собственной ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Кан- целярии относительно значения закона 1-го сентября 1878 г., устано- вившего временный порядок заарестования лиц, подозреваемых в государственных преступлениях чинами Корпуса Жандармов, Поли- циймейстерами и Уездными Исправниками, без участия чинов Про- курорского надзора. [...]
76 Политическая полиция и политический терроризм в России ...Переданное мне дело представляется в высшей степени по- учительным, как заключающее в себе наглядное доказательство суще- ствующей розни между ведомствами, которые должны бы в деле пресечения беспорядков преследовать одну и ту же цель... Ваше Сиятельство изволили уже обратить внимание на совер- шенно анормальную рознь между действиями органов III Отделения и Министерства Внутренних Дел. Позволяю себе совершенно откро- венно изложить несколько мыслей о причинах того же явления между ведомствами Министерства Юстиции и полицейским. Причины этого явления лежат глубже и средства к его ослаблению не могут быть конечно те же. [•••] Судебная реформа, опередив своими началами существующие в России порядки и общий уровень развития, создала независимый суд и изменила значение прокуратуры... Новое значение чинов судебного ведомства поставило их вне обычного в России положения служащих. Посему и вследствие естест- венной реакции прежнему подчинению, судебные чины поняли вооб- ще своё назначение в смысле призвания на реформаторскую деятель- ность и примкнули сразу не к правительственным рядам, а, если можно так выразиться, к оппозиции - к недовольным. Прокуратура не отделилась от них и за малыми исключениями ревниво задалась главною целью ограждать суд от влияния административных ве- домств и лиц. На Министерство Юстиции выпадала в высшей степени важная задача с одной стороны ограждать начало независимости суда и под- держивать честные стремления к раскрытию злоупотреблений, а с другой поставить деятельность прокуратуры на верный путь согласно новому её назначению, не упуская из виду общих государственных целей. Задача эта была понята и до сих пор понимается односторонне. Заботы Министерства были направлены, главным образом, на ограж- дение независимости суда и притом не одного суда, а всех чинов судебного ведомства. Деятельность новой прокуратуры решительно сбилась с настоящего назначения. Формалистика, стремление к полной самостоятельности и преследование злоупотреблений правительст- венных лиц и преимущественно полиции поглотили собою всю её деятельность. Преследование нарушений порядков со стороны част- ных лиц отдалилось на второй план, в особенности в тех случаях, когда дело касалось порядка полицейского и даже государственного. [...]
1880 год 77 Такое отношение к делу прокуратуры и Министерства Юстиции, вызвав враждебное настроение к ним чисто административных органов и в особенности III Отделения, подаёт нередко повод к нареканиям на суд и к всегда прискорбным нарушениям неприкосновенности судеб- ных приговоров и служит причиною ненормального расширения деятельности Жандармов и полиции, в ущерб законного движения судебных дел. Закон 1 сентября’ был одним из последствий описанного поло- жения вещей. Бесспорно, что действие этого закона должно быть ограничено крайнею необходимостью, но раз издание его было вызва- но обстоятельствами ещё не перешедшими в историю, отмена его, при настоящем остром положении дела может быть допущена только тогда, когда Министерство Юстиции поймёт наконец своё призвание и сумеет ему удовлетворять. Поэтому мне казалось бы, что ныне ответ Министерству Юсти- ции должен быть в смысле согласия на преподание Жандармскому ведомству указаний, чтобы закон 1 сентября применялся только в исключительных случаях, при невозможности применения порядка, установленного в мае 1871 года3, возражения же на ограничительные толкования закона желательно изложить мягче, без раздражения, всегда для дела вредного. Статс-Секретарь Каханов ГАРФ. Ф.569. Оп.1.Д.44.Лл.1-6(об.). I. Кахаиов Михаил Семенович (1833-1900)- с 1872 по 1880 гг. служил управ- ляющим делами Комитета министров, в 1880 г. - товарищ министра внутренних дел, с 1881 г. - член Государственного Совета. 2. См. комм, к д-ту Xs 11. 3. См. комм, к д-ту № 11. № 17 Журнал заседания Верховной Распорядительной Комиссии 24 марта 1880 г. ПРИСУТСТВОВАЛИ: Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии Ге- нерал-Адъютант, Генерал от Кавалерии Граф М. Т. Лорис-Меликов.
78 Политическая полиция и политический терроризм в России Член Государственного Совета, Тайный Советник К. П. Победоносцев. Генерал-Адъютант, Генерал-Лейтенант Князь А. К. Имеретинский. Статс-Секретарь, Тайный Советник М.С. Каханов. Тайный Советник М. Е. Ковалевский. Тайный Советник И. И. Шамшин. Тайный Советник П. А. Марков. Свиты Его Величества Генерал-Майор П. А. Черевин. Свиты Его Величества Генерал-Майор М. И. Батьянов. Действительный Статский Советник С. С. Перфильев. Заседание началось в 8*/2 часов вечера, кончилось в 11 */2 часов вечера. 1. По открытии заседания был прочтён журнал предыдущего и по одобрении подписан присутствовавшими. 11. Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии заявил, что он по предварительном соглашении с Министром Юсти- ции имел счастье всеподданнейше докладывать Его Императорскому Величеству предположения о согласовании ныне существующего порядка направления оконченных дознаний по делам о государствен- ных преступлениях и противузаконных сообществах с Высочайшими указаниями 12 февраля и 3 марта 1880 года, а также Высочайшим повелением 26 февраля 1880 года, о порядке испрошения Высочай- ших разрешений по делам об ограждении государственного порядка и общественного спокойствия. Государь Император, в 22-й день сего марта, Высочайше повелеть соизволил, чтобы все оконченные дозна- ния по вышеупомянутым делам, в обыкновенном порядке, поступали от прокуроров Судебных Палат или губернских прокуроров, с их заключениями, к Министру Юстиции, в С.-Петербурге и С.-Петер- бургском военном округе без предварительного рассмотрения Глав- ным Начальником Верховной Распорядительной Комиссии, если по сему предмету не последует особого со стороны Главного Начальни- ка распоряжения, а в прочих местностях, на кои распространяется действие Высочайших указов 5 апреля и 20 июля 1879 г., по предва- рительном рассмотрении Генерал-Губернаторами на точном основа- нии Высочайших повелений 27 апреля и 20 июня 1879 года с тем: 1) чтобы по делам, по коим до сего времени всеподданнейшие докла- ды представлялись Главным Начальником 111 Отделения Собствен- ной Его Императорского Величества Канцелярии, отзывы Министра Юстиции были сообщаемы непосредственно Главному Начальнику Верховной Распорядительной Комиссии, для испрошения Высочай- ших повелений через III Отделение, и 2) чтобы по делам, по коим
1880 год 79 Министр Юстиции, на основании ст. 1045 Уст. Угол. Суд. (изд. 1876 г.), сносился до всеподданнейшего доклада с Шефом Жандармов, сно- шение было делаемо непосредственно с Главным Начальником Вер- ховной Распорядительной Комиссии, для испрошения, по получении от него отзыва, Высочайших повелений всеподданнейшими доклада- ми Министра Юстиции, в присутствии Главного Начальника Комис- сии. При этом Геиерал-Адъютант Граф Лорис-Меликов заявил, что в тех случаях, когда по возникающим в С.-Петербурге и С.-Петер- бургском военном округе делам, Его Сиятельством признано будет необходимым, на основании Высочайшего указа 5 апреля 1879 г., направить дело к рассмотрению суда военного, соответствующие указания относительно направления дел будут делаемы или во время самого производства дознаний, или по окончании оных особым, по каждому отдельному делу, распоряжением о представлении окончен- ного дознания прокурором Судебной Палаты или губернскими проку- рорами непосредственно Его Сиятельству. В заключение Генерал- Адъютант Граф Лорис-Меликов сообщил: 1)что Государю Импера- тору благоугодно было повелеть, чтобы вышеозначенное Высочай- шее повеление ни в коем виде не было опубликовано во всеобщее сведение, как заключающее в себе лишь временное изменение распо- рядка в движении дел, для ускорения их производства, и 2) что об изложенном Высочайшем повелении им сообщено уже Министру Юстиции к исполнению. Комиссия постановила: принять к сведению. III. Доложена составленная по распоряжению Главного Началь- ника Верховной Распорядительной Комиссии записка об организации розыскной части в С.-Петербурге по делам политическим. Сущность излагаемых в записке мер заключается в сосредоточении розыскных действий, возложенных ныне на два самостоятельных учреждения: III Отделение Собственной Его Императорского Величества Канце- лярии и Секретное Отделение при Управлении С.-Петербургского Градоначальника, в одном установлении. С этою целью из ведения III Отделения выделяется секретное наблюдение по С.-Петербургу и передается в ведение С.-Петербургского Градоначальника с при- соединением, вдобавок к имеющимся ныне средствам Секретного Отделения Градоначальства, по 61.000 р. в год из сумм III Отделения. При устанавливаемом преобразовании, Секретное Отделение, остава- ясь подчинённым Градоначальнику, получает характер постоянного учреждения, ответственного за исполнение возлагаемых на него обязанностей. В видах же согласования между собою деятельности названного Отделения, с одной стороны, и III Отделения Собствен-
80 Политическая полиция и политический терроризм в России ной Его Императорского Величества Канцелярии - с другой, уста- навливается следующий порядок взаимных между ними отношений: I) III Отделение сообщает Градоначальнику все те свои сведения, которые могут вызвать или облегчить наблюдательные розыскные действия по городу; 2) Градоначальник, в свою очередь, сообщает III Отделению немедленно о всяком обыске и результатах его. а также о всякой передаче Жандармскому Управлению результатов розыск- ных действий, вызывающих приступ к политическому дознанию, и 3) относительно розысков в С.-Петербурге, начинаемых по требо- ваниям исходящим не от Градоначальства столицы, вчиняющие ве- домства (III Отделение. Генерал-Губернаторы и Губернаторы) обра- щаются к С.-Петербургскому Градоначальнику, который и принимает на себя необходимые по этой части сношения. Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии за- явил, что в виду ожидаемой пользы от скорого сосредоточения в одних руках розыскных действий нм сделано уже распоряжение о безотлагательной передаче упомянутой выше суммы (61 тысячи р.) из III Отделения в распоряжение Градоначальника и о немедленном приведении в исполнение изложенных в записке предположений. Вместе с тем Генерал-Адъютант Граф Лорис-Меликов объяснил, что принятая им мера, имеет целью достижение признанного Верховною Комнссиею безусловно необходимым объединения деятельности различных учреждений, ведающих ныне розыск по государственным преступлениям, в видах возможно большего обеспечения государст- венного порядка и общественного спокойствия. Комиссия, признавая вышеприведенное распоряжение Главного Начальника вполне целе- сообразным и долженствующим принести существенную пользу, постановила принять сделанное ей сообщение к сведению. IV. Тайный Советник Марков доложил Верховной Распоряди- тельной Комиссии об исполнении поручения, возложенного Комис- сией) на него, Тайного Советника Маркова вместе с Сенатором Шам- шиным и Свиты Его Величества Генерал-Майором Батьяновым. Во исполнение сего поручения составлены четыре ведомости: ^арес- тантским делам о государственных преступлениях, производящихся в С.-Петербурге на основании закона 19 мая 1871 г.; 2) таким же делам, производящимся в С.-Петербурге по правилам I сентября 1878 г.; 3) список лиц, содержащихся в столичных местах заключения по обвинениям в государственных преступлениях и числящихся за Сек- ретным Отделением Канцелярии С.-Петербургского Градоначальника, и 4) список лиц, содержащихся в С.-Петербурге по обвинениям поли-
1880 год 81 тического характера, о которых здесь не производится дел ни по закону 19 мая 1871 г., ни по правилам I сентября 1878 г. Означенные ведомости и списки составлены на основании письменных данных и материалов, сообщенных Канцеляриею Главного Начальника Вер- ховной Распорядительной Комиссии, а также сведений, собранных в Канцелярии С.-Петербургского Градоначальника и С.-Петербургском Губернском Жандармском Управлении и, наконец, путём обозрения самих мест заключения. Комиссии были доложены выработанные Сенатором Шамшиным. Тайным Советником Марковым и Генерал- Майором Батьяновым предположения о мерах, которые могут содей- ствовать скорейшему рассмотрению некоторых дел. обративших на себя внимание медленностью их производства, а также о направле- нии к законному порядку дел, получивших ненадлежащее движение. Комиссия одобрила эти предположения. Вместе с тем усматривая, что собранные сведения о делах, производящихся в С.-Петербурге на основании правил 1 сентября 1878 г., обнаруживают неоднократно повторяющиеся случаи неправильного применения сих правил, сопря- жённого с лишением свободы заподозренных в политической небла- гонадёжности, без достаточных к тому оснований, и принимая в соображение, что подобные случаи, помимо личного материального и нравственного вреда, причиняемого лицам, неправильно аресто- ванным, имеют весьма вредные последствия для государственного порядка, ибо колеблют доверие к действиям Правительства, создают недовольных, вызывают раздражение умов и тем самым затрудняют для Правительства борьбу с преступною пропагандою, - Комиссия признала необходимым принять меры к применению на практике правил I сентября 1878 г. с особою осмотрительностью не иначе, как по сооб- ражении всех обстоятельств, вызывающих подозрение о чьей-либо политической неблагонадёжности и под личною ответственностью подлежащих должностных лиц за явно неосновательное лишение свободы. Независимо от сего. Комиссиею обращено внимание на то, что самые обыски производятся нередко без должной осмотрительности, не приводя ни к каким практическим результатам; между тем как подобные случаи равным образом вредят делу государственного поряд- ка и общественного спокойствия. Признавая необходимым преподать должностным лицам, на коих возлагается производство обысков, общие руководящие по сему предмету правила, а также иметь посто- янное наблюдение за местами заключения в отношении к лицам, арестуемым по обвинениям в политической неблагонадёжности или
82 Политическая полиция и политический терроризм в России в совершении государственного преступления, - Комиссия постанови- ла предоставить благоусмотрению Главного Начальника Верховной Распорядительной Комиссии: 1) указание С.-Петербургскому Градо- начальнику руководящих правил для подведомственных ему чинов, относительно производства обысков, и 2) обязать места заключения в С.-Петербурге ежемесячно доставлять в Комиссию подробные сведе- ния о лицах, содержащихся в оных по политическим обвинениям, возложив проверку сих сведений на членов Комиссии. V. Статс-Секретарь Каханов обратил внимание Комиссии на от- ношения Главного Тюремного Управления к местам заключения, в коих содержатся обвиняемые по государственным преступлениям. Мценская и Вышневолоцкая тюрьмы означенному Управлению не подведомы, а С.-Петербургский Дом Предварительного Заключения, хотя и находится в ведении Тюремного Управления, но в тоже время подчинен и С.-Петербургскому Градоначальнику, от которого зави- сит определение и увольнение служащих при Доме лиц. Указав на неудобства такого раздвоения власти, Статс-Секретарь Каханов представил на благоусмотрение Комиссии, не будет ли признано полезным пригласить, в одно из ближайших заседаний Комиссии, Начальника Главного Тюремного Управления для совместного обсуж- дения: представляет ли существующий в указанном отношении порядок достаточное ручательство в сохранении желательного един- ства распоряжений по содержанию государственных преступников. Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии выразил намерение войти по этому делу в предварительные объяснения с Мини- стром Внутренних Дел и о результатах совещания сообщить Комиссии. Комиссия постановила: суждения по настоящему вопросу отложить. VI. Доложена ведомость о числе лиц, состоящих под надзором полиции, составленная по сведениям, доставленным из III Отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии. Из этой ведомости видно, что по I января 1880 г. во всех губерниях, областях и градоначальствах Империи состояло под надзором полиции: по делам политическим 6790, по прочим 24362, всего 31152 челов. По поводу выраженного некоторыми из членов Комиссии сомнения в достоверности приведённых цифр, Главный Начальник Верховной Распорядительной Комиссии заявил, что Министерством Внутренних Дел составляются поимённые списки всех поднадзорных лиц и по мере изготовления таковые будут доставляемы в Комиссию. Комис- сия постановила: принять к сведению. VII. Главный Начальник Верховной Распорядительной Комис- сии, указав на существующее ныне разнообразие оснований по
1880 год 83 высылке административным порядком и на проистекающие от сего неудобства, выразил убеждение о необходимости установления, по возможности, однообразных начал по этому важному предмету, при чём Тайный Советник Марков заявил, что в 1870 г. при Министерст- ве Внутренних Дел учреждена была особая Комиссия по возбуждае- мому ныне вопросу, труды которой могли бы послужить материалом при дальнейшей его разработке. Комиссия постановила: предвари- тельно обсуждения вопроса об основаниях административной вы- сылки, подвергнуть оный подробной разработке. Главный Начальник Комиссии, одобрив это предположение, предложил пригласить члена Комиссии Сенатора Ковалевского1 принять этот труд на себя, на что Тайный Советник Ковалевский изъявил полное согласие. VIII. Доложена составленная по распоряжению Главного На- чальника Верховной Распорядительной Комиссии записка о положе- нии лиц, состоящих под надзором полиции. Сущность изложенных в записке соображений заключается в том, что многие из числа подвергшихся полицейскому надзору по обвинению в политической неблагонадёжности, а равно принадлежавших к учащейся молодёжи, вынужденных, вследствие высылки, прервать образование, в настоя- щее время сознали уже свои заблуждения и даже заслужили одобри- тельную аттестацию подлежащего начальства. В виду сего надлежало бы подвергнуть списки таких лиц тщательному пересмотру с целью освободить лиц исправившихся в поведении и нравственности или вовсе от полицейского надзора, или с некоторыми ограничениями. Такой пересмотр и оценку поднадзорных следовало бы возложить на Губернаторов и Градоначальников, с тем, чтобы они в течение 2 или 3 месяцев представили подробные сведения и своё заключение о воз- можных, для лиц поднадзорных, облегчениях. По получении этих сведений, а равно заключений Генерал-Губернаторов, списки могли бы быть подвергнуты особому пересмотру Верховною Распорядитель- ною Комиссиею, причём, если надобность укажет, на членов её может быть возложена фактическая поверка на месте доставленных сведений и самих поднадзорных лиц; разрешение же затем отдельных случаев предоставляется соглашению Главного Начальника с Мини- стром Внутренних Дел2. Комиссия, вполне одобряя изложенные предпо- ложения, постановила: предоставить Главному Начальнику её испросить Высочайшее соизволение на приведение оных в исполнение. IX. Доложен Высочайше одобренный циркуляр Главного На- чальника Верховной Распорядительной Комиссии Временным гене- рал-губернаторам Харьковскому и Одесскому и генерал-губерна-
84 Политическая полиция и политический терроризм в России торам в Москве, Киеве и Варшаве, от 26 марта за №212, - о замене смертной казни для обвиненных в государственных преступлениях не иначе, как с Высочайшего соизволения. Постановлено: принять к сведе- нию. Затем заседание было закрыто. Подлинный за подписью присут- ствовавших. ГАРФ. Ф.569. Оп.1.Д. 37. Лл. 13-16. 1. Ковалевский Михаил Евграфович (1829-1884)- сенатор, с 1881 г. - член Го- сударственного Совета. 2. Министром внутренних дел с 1878 по 1880 гт. был Лев Саввич Маков (1830-1883). № 18 ИЗ СПРАВКИ [Одесского Губернского Жандармского Управления] начальнику Верховной Распорядительной Комиссии М.Т. Лорис-Меликову о показаниях террориста Г. Гольденберга* 29 марта 1880 г. Вследствие сделанного по 1П-му Отделению Собственной ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Канцелярии распоряжения о наблю- дении чинами жандармских железнодорожных полицейских управ- лений за багажом проезжающих лиц, 14-го ноября 1879 г., по прибы- тии поезда из Одессы в Елизаветград, был задержан неизвестный пассажир, в чемодане которого, обратившем на себя внимание по своей тяжести, оказался в значительном количестве нитроглицерин. Лицо это, оказавшее при задержании вооружённое сопротивление, назвалось потомственным почётным гражданином города Тулы Ефре- мовым; но вслед за тем было обнаружено, что задержанный есть Киевский купеческий сын Григорий Гольденберг, высланный в апреле 1878 г. из Киева, административным порядком, за участие в преступ- ной пропаганде в г. Холмогоры Архангельской губернии и бежавший оттуда в июне того же года. Последовавшее несколько дней спустя преступное покушение под Москвою, выразившееся во взрыве полотна на Курской железной В публикации сохранены сноски, приведенные в оригинале.
1880 год 85 дороге, придавало задержанию Гольденберга несомненно важное значе- ние, в виду очевидной связи его с этим покушением. Впоследствии, когда некоторые из арестованных по политическим делам в Одессе и Харькове лиц, принимавших видное участие в противоправитель- ственной агитации, вступив на путь раскаяния, стали разоблачать деятельность преступной организации, представилось очевидным, что в деятельности этой Гольденбергу принадлежало одно из выдающих- ся мест; причём указывалось на ближайшее участие его как в деле покушения на Московско-Курской железной дороге, так и в убийстве Харьковского Губернатора Князя Кропоткина. В последнее время и сам Гольденберг, содержащийся в Одес- ском тюремном замке, стал обнаруживать проблески раскаяния; но все сделанные им разновременно показания отличались крайнею отры- вочностью и неопределенностью, обличавшими нерешительность его и борьбу с самим собою на пути к полному сознанию. Ныне Гольденберг сделал заявление, представляющееся вполне достоверным указанием на обширность сведений его о социальной революционной организации и несомненную важность таковых для подавления порожденного ею зла. [•••] ...В 1878 году появилась партия «террористов», которая для дос- тижения противоправительственных целей избрала средством полити- ческие убийства. Эта последняя партия, по словам Гольденберга, не имела до ию- ля 1879 г. строго определенной организации, точно также как самое появление её не было последствием ясно очерченной системы дейст- вия; вследствие чего деятельность этой партии за это время, прояв- лявшаяся в единичных, вне общей связи и чьего-либо руководства, случаях, представлялась разрозненною и совершенно бесцельною. В доказательство этого Гольденберг приводит данные, сопрово- ждавшие политические убийства, совершенные за время появления партии «террористов» по июль 1879 г. Первое политическое преступление, выразившееся в покушении на жизнь бывшего С.-Петербургскргр Градоначальника, Генерал-Адъю- танта Трепова не составляло, по словам Гольденберга, такого дейст- вия, которое бы имело характер поручения со стороны какого-либо преступного органа, а было делом побуждений одного лица, именно Веры Засулич1, действовавшего совершенно самостоятельно. Вторым по времени преступлением было покушение на убийст- во Товарища Прокурора Котляревского в Киеве, совершённое в начале
86 Политическая полиция и политический терроризм в России 1878 г. Необходимость этого убийства, о котором по словам Голь- денберга, ему было сообщено незадолго до совершения преступления Валерианом Осинским2, - мотивировалась тем, что Товарищ Проку- рора Котляревский постоянно принимал строгие меры против аре- стованных по политическим делам. Участия в этом преступлении он, Гольденберг, никакого не принимал и только впоследствии узнал, что оно было совершено Фоминым3, настоящая фамилия которого Мед- ведев, Алексеем Федоровым4 и Иваном Ивичевичем5. За сим следовало убийство жандармского офицера Гейкинга в Одессе, бывшее по показанию Гольденберга, делом бывшего студен- та Медико-Хирургнческой Академии, носившего прозвище «Голоту- пенка»6, которого Гольденберг знал и встречал в Киеве. Поводом к пре- ступлению служило строгое отношение Гейкинга к арестованным. После того был убит Генерал-Адъютант Мезенцов... 4-го августа... Гольденберг узнал... о совершённом преступле- нии. Хотя в то время он не имел сведений об участниках этого убий- ства, но впоследствии ему сделалось известно, что таковыми были: Ипполит Кошурников7, Сергей Кравчинский8 и Андриан Михайлов9, из коих Кравчинский был убийцей, а остальные его ближайшими пособниками. Последовавшее затем 9-го февраля 1879 г. убийство Харьковско- го Губернатора Князя Кропоткина выяснено Гольденбергом с значи- тельно большими подробностями, так как, по его словам, преступле- ние это, как по замыслу, так и по исполнению принадлежит всецело ему одному. По показанию Гольденберга, преступная мысль созрела в нём под влиянием убеждения, что Князь Кропоткин был одним из главных виновников тяжёлой участи политических преступников, заключённых в центральных тюрьмах, находящихся в Харьковской губернии. Но предварительно исполнения задуманного плана, он, Гольденберг, считал необходимым узнать какое впечатление произ- ведёт этот замысел на единомышленников его и вызовет ли он в них сочувствие. С этой целью, будучи в Киеве и затем в Харькове, он выражал свою мысль о необходимости такой меры против Князя Кропоткина разным лицам, в том числе в Киеве Павлу Орлову10, Афанасию Зубковскому11, Валериану Осинскому, Людвигу Кобылян- скому12, Людмиле Самарской13, Вере Ремизовской14, Надежде Смир- ницкой15, Игнату Ивичевичу16, студенту Богицкому17, Дмитрию Буцин- скому18 и в Харькове Ивану Ионычу Глушкову19, Воронцу-0, Евгению Козлову21 и Алексею Преображенскому-2. Все означенные лица, по словам Гольденберга, сочувственно отнеслись к означенной мысли его; причём он лично, Самарская
1880 год 87 и Игнат Ивичевич высказались за открытое убийство, а остальные в пользу совершения такового из-за угла. Когда, таким образом вопрос был в принципе решён, осуществление самого преступления представилось необходимым отложить, так как в начале января месяца в центральных тюрьмах допущено было свидание заключён- ных с их родными, а потому совершение убийства могло вызвать распоряжение о недопущении этих свиданий. Проживая в это время в Киеве, преимущественно в квартире, содержимой на Ивановской улице Софьею Пеховскойъ, где тогда помещался клуб образовавше- гося в Киеве социально-революционного кружка, он, Гольденберг, отправился наконец, в конце января в Харьков, куда одновременно прибыли Кобылянский, Зубковский и Людмила Волькенштейн24, которая приняла на себя роль хозяйки конспиративной квартиры, нанятой с двоякою целью, служить местом сходок и затем укрыть участников преступления в первое после убийства время. Устроив- шись таким образом в Харькове и разместившись из предосторожно- сти на разных квартирах, названные лица стали выжидать удобного для убийства случая. ...Наконец, 9-го февраля Гольденберг окончательно решился привести в исполнение задуманное преступление, с каковым намере- нием, пользуясь выездом Князя Кропоткина вечером этого дня на спектакль, бывший в здании реального училища, он вместе с Кобы- лянским уговорились ждать его возвращения около дома, в котором жил Князь Кропоткин, и когда около 12 часов ночи карета последне- го стала приближаться к дому, Гольденберг подбежал к ней и схва- тившись за ручку дверец с левой стороны, произвел выстрел во внутрь кареты чрез открытое окно и затем упал, не успев сделать второго выстрела. Сообщив о случившемся Волькенштейн и Зубков- скому, Гольденберг, по его показанию, в ту же ночь отправился чрез Полтаву в Киев, где виделся с Самарской, Павлом Орловым, Диче- скулло25, Ковалевскою26, Иваном и Игнатом Ивичевичами, Брандне- ром27, Дебагорио-Мокриевичем и Феохари28; но из них сообщил об убийстве только Самарской, Орлову, Дическулло и Игнату Ивичеви- чу. Остановившись по приезде в Киев в квартире Самарской, Голь- денберг на другой же день должен был уехать, так как в Киеве нача- лись обыски, о чём сообщили ему знакомые Самарской: Марина Йзбицкая29, Банемов’0, Костицкий31 и Анна Лисовская^2. Познакомившись тогда же, чрез посредство Самарской, с Оль- гой Гамалей, он вместе с нею отправился в её имение-деревню Кула- кове Полтавской губернии. После того он снова приехал в Киев, куда
88 Политическая полиция и политический терроризм в России возвратились на жительство, после убийства Князя Кропоткина, Воль- кенштейн, Зубковский и Кобылянский. Затем отправился в С.-Петер- бург, чрез Харьков, где, разыскивая Козлова, познакомился с бывшим, медицинским студентом, а ныне врачом Николаем Ивановым^. Всё дело по убийству Князя Кропоткина, по объяснению Гольденберга, стоило 520 рублей, которые были внесены Зубковским. Прибыв в первых числах марта 1879 г. в Петербург, Гольден- берг, по его показанию, не имея определённой квартиры, встречался там с Мирским’4, Левенсоном”, старым знакомым своим Зунделеви- 4eMj6 (он же Мойша и Аркадий), Козловым, Плехановым^7, Еленой KecTenbMaHj8 и Александром Михайловым’9. В то время уже готови- лось покушение на жизнь Генерал-Адъютанта Дрентельна, но Голь- денберг, по его словам, ничего не знал об этом, а потому и ничего по настоящему преступлению, о котором он лично узнал лишь в день преступления, сообщить не может. Но насколько незаметным для него прошло предыдущее престу- пление, настолько же напротив, по словам Гольденберга, было дея- тельно участие его в деле покушения 2-го апреля. Из показания его видно, что мысль о Цареубийстве родилась в нём вскоре после убий- ства Князя Кропоткина. Для осуществления этой мысли Гольденберг, по прибытии в Пе- тербург, обсуждал этот вопрос с Зунделевичем и Александром Ми- хайловым с единственным намерением узнать их мнение по этому предмету, но встретив против всякого ожидания их сочувствие, стал готовиться к совершению самого преступления. Первоначально в дело это был посвящён Соловьев40, а затем Людвиг Кобылянский и Алек- сандр41, настоящей фамилии которого Гольденберг не знает. Таким образом между названными шестью лицами происходило несколько собраний в разных трактирных заведениях и затем, когда в принципе состоялось полное между ними соглашение, решено было как можно скорее приступить к приведению преступного намерения в исполне- ние. По словам Гольденберга, он первым вызвался осуществить этот замысел, а за ним предложил свои услуги Кобылянский, но предло- жения их не были приняты на том основании, что Гольденберг - еврей, а Кобылянский - поляк, тогда как признавалось необходимым, чтобы покуситель был непременно русский. Поэтому, когда после того предложил свои услуги Соловьев, его признали совершенно пригодным и совмещающим в себе все условия для этого дела. После того, купив револьвер и подобрав к нему, при его, Голь- денберга, участии патроны, Соловьев стал приготавливаться к вы-
1880 год 89 полнению преступного замысла. В виду возможности по сему делу обысков и арестов со стороны полиции, нелегальные, т.е. те из числа принадлежавших к противоправительственной партии, которые скры- вались под чужими фамилиями, были предупреждены о необходимо- сти немедленного выезда из Петербурга. Поэтому и Гольденберг, как тоже нелегальный... 31 марта уехал в Харьков, где и узнал от студен- та Подгаевского42 о неудавшемся покушении 2-го апреля. По отъезде из Петербурга Гольденберг, как из показания его видно, находился до половины июля 1879 г. в постоянных разъездах, предпринимавшихся без всякой определённой цели единственно в видах укрывательства. В этот период времени он виделся и приходил в более или менее близкое соприкосновение с разными лицами. [...] ...В это же время Гольденберг приезжал снова в Петербург, где сошелся с знакомым Александра Михайлова, Львом Александровым Тихомировым4-1, встретил Петра Осипова Морозова44, с которым познакомил его ещё в 1878 г. Ипполит Головин, и наконец в быт- ность у Морозова, на квартире которого Гольденберг даже ночевал, виделся с знакомым Морозова Иваном Васильевым Буг13, который знал Гольденберга под прозвищами «Биконсфильд» и «Шмидт». В этот приезд свой в Петербург, в нём, по словам Гольденберга, более чем когда либо укрепилось сознание необходимости дать терро- ристической партии правильную организацию, с чем соглашался и Тихо- миров, с которым Гольденберг более других обсуждал этот вопрос. [...] В июле 1879 года Гольденберг получил в Киеве от скрывающе- гося под чужим именем Николая Николаева Колоткевича46 сведение, что в Липецке, Тамбовской губернии, назначен съезд социально-ре- волюционных деятелей, принадлежавших преимущественно к партии «террористов». Мысль о подобном съезде особенно сильно занимала Гольденберга в последнее время, вследствие чего по этому вопросу, возбужденному Им в Киеве, в апреле месяце, состоялось между его единомышленниками соглашение, в силу которого Зубковский и Зунде- левич обязались вступить в сношение с наиболее влиятельными деятелями революционной партии, узнать их мнение по этому пред- мету и если встретят в них единомыслие, разрешить вопрос о време- ни и месте съезда. Поэтому Гольденберг тогда же отправился в Липецк, так как съезд назначен был, по сведениям Колоткевича, 20 июля. Из даль- нейшего показания Гольденберга видно, что съезд действительно
90 состоялся и имел весьма важное значение в деле революционного движения. В нём принимали непосредственное участие, кроме Голь- денберга, между прочим следующие лица: Александр Михайлов, Николай Колоткевич, Андрей Жилябов47, Мария Николаевна, Степан Ширяев48, Лев Тихомиров, Александр (он же Преображенский), на- стоящей фамилии которого Гольденберг не знает, Николай Морозов и Михаил Фоменко49. Заседания происходили в лесу и в других пригородных местах. Результатом их было общее соглашение о необ- ходимости совершения нового преступления против жизни ГОСУ- ДАРЯ ИМПЕРАТОРА, но уже не тем способом, как 2-го апреля, но посредством взрыва поезда на железной дороге. По словам Гольден- берга, это был первый случай, когда заговорили о применении к делу динамита. При этом решено было по возможности скорее выполнить замысел указанным способом, а также высказывалась необходимость одновременно с этим направить убийство на Одесского, Киевского и С.-Петербургского Генерал-Губернаторов. Кроме того на съезде установлено было прибегать также к агитации среди молодёжи, войска и общества. Вместе с тем на этом съезде, по словам Гольден- берга, выработана была правильная организация партии «террори- стов» в форме образования Распорядительной Комиссии и Исполни- тельного Комитета, как органов, долженствовавших управлять делами фракции. Из дальнейшего показания Гольденберга по сему предмету видно, что Распорядительная Комиссия, по кругу возложенных на неё обязанностей, являлась как бы высшим органом, а Исполнительный Комитет - низшим. Распорядительная Комиссия должна была знать всё совершающееся не только в террористическом движении, но даже во всей революционной среде, причём на неё возлагалось также изыскивать средства на задуманное дело. Исполнительный Комитет состоял из лиц, которые должны были принимать на себя активное участие в задуманном предприятии. Комиссия должна была нахо- диться в Петербурге, а члены Исполнительного Комитета в разных местах, где надобность укажет. За сим, по объяснению Гольденберга, членами Распорядительной Комиссии были избраны на съезде: Михаил Фоменко, Александр Михайлов и Лев Тихомиров, который сильно протестовал против этого избрания, так как он желал быть исполнителем; членами же Исполнительного Комитета назначены все остальные, присутствовавшие на съезде, а также Зунделевич. Впоследствии, по словам Гольденберга, к комитету примкнули: Софья Иванова50. Вера Николаева Филиппова51, урождённая Фигне; рабочий Андрей Пресняков52, Сергеева и Акимова (она же Баска;
SO год 91 фамилии и имени которых Гольденберг не знает. Кроме того на съезде были избраны редакторами предполагавшегося подпольного органа печати Лев Тихомиров и Николай Морозов; что же касается устройства самого органа, то вопрос этот имелось в виду обсудить в Воронеже, где в то же время происходил съезд партии «народни- ков» и куда поспешили по окончании съезда в Липецке многие из участвовавших на нём лиц. После того, в видах осуществления задуманного на съезде пре- ступления, Гольденберг, как из показания его видно, ездил в Петер- бург, Одессу, Киев и Харьков... В тоже время он узнал, что в Петер- бурге уже заготовляется Ширяевым динамит для замышляемого преступления... В первых числах сентября Гольденберг отправился в Харьков... Желая знать в какой степени знакомы Харьковские социально-революционные деятели с последними действиями рево- люционной партии и результатами съезда в Липецке, а также сочув- ствуют ли они этому движению, Гольденберг, по его словам, устроил при содействии Кузнецова53 и Блинова54 несколько сходок. На первой из них..., развивая теоретические взгляды свои на террористическое движение и не касаясь практических вопросов, Гольденберг, по его словам, пришёл к убеждению, что понятия эти совершенно новы для большинства присутствовавших, но в то же время заметил в молодё- жи желание ближе познакомиться с этими вопросами. Вторая сходка имела место у студента Осипова55 и на ней собралось около 40 чело- век. На ней, кроме Гольденберга, говорил также Андрей Жилябов, причём развивая те же положения, которых касался и Гольденберг, распространился в смысле возможности достигнуть путём террора влияния на общество и даже на внешние дела государства. В 20-х числах сентября из Петербурга приехали в Харьков Ип- полит Кошурников и Андрей Пресняков, привезя с собою около 3-х пуд. динамита и проволоку. Динамит этот первоначально хранился в гостинице, в которой они остановились, а затем у студента Нечае- ва56 и наконец у Гольденберга, нанявшего для себя квартиру в доме акушерки Сикорской57. С приездом Кошурникова и Преснякова, между ними, Колоткевичем, Жилябовым и Гольденбергом начались, по словам последнего, совещания относительно приведения в испол- нение состоявшегося в Липецке решения о взрыве на железной дороге. С этой целью Кошурников, ещё раньше этого производивший, по объяснению Гольденберга, изыскания на Николаевской железной дороге, отправился для производства тех же изысканий на железно- дорожном пути, пролегающем в Крыму, но поездка эта никаких
92 Полгитческая полиция и политический терроризм в России результатов не имела. Затем решено было заложить мину под Лозово- Севастопольской дорогой и местом взрыва был избран Александ- ровск, Екатеринославской губернии. Для исполнения этого плана отправился в Александровск Жиля- бов и, назвавшись Ярославским купцом Черемисовым, заявил в Думе желание открыть в этом городе кожевенный завод. Предложение это было принято весьма сочувственно в Думе и Жилябов, наняв вблизи полотна дороги дом, дал задаток. В доме этом должны были, по предположенному плану, поселиться под видом устройства завода, Жилябов, Акимова (она же Баска), выдававшая себя за жену Жилябо- ва, бежавший из административной ссылки Тихонов и неизвестный Иван, которые являлись в качестве рабочих. Предполагалось пробуравить в ночное время полотно железной дороги и вставив туда медную трубу, начинённую динамитом, произвести взрыв во время следования царского поезда. Необходимые для сего инструменты и приспособле- ния были, по словам Гольденберга, изготовлены под его наблюдением в Харькове. В то же время и в Одессе состоялось предположение о производстве взрыва на Одесской железной дороге, вследствие чего Гольденберг, отделив от бывшего у него динамита около пуда, по- слал таковой в Одессу с Татьяной Ивановой Лебедевой, которая должна была принять участие в Одесском взрыве. Устройство мины близ Одессы приняли на себя Колоткевич и Фоменко, который дол- жен был пристроиться сторожить на железной дороге и вблизи своей будки заложить мину под рельсы. По словам Гольденберга, Фоменко действительно пристроился на 14-й версте от Одессы сторожем при камнях, а затем получил место будочника и жил вместе с Лебедевой, выдававшей себя за его жену. В половине октября в Харьков приехал, по словам Гольденберга, Степан Ширяев и сообщил, что Аврамик (так звали Гартмана) купил в Москве дом, откуда ведется подкоп под полотно железной дороги. Вследствие сего 18-го октября Гольденберг, по его показанию, уехал в Москву, где и принял участие в работах по делу Сухорукова, каковою фамилиею назвался Гартман58 в Москве. По словам Голь- денберга деятелями по покушению 19-го ноября являлись Гартман, Софья Перовская59, Ширяев, Кошурников, Александр Михайлов, Арон- чик, Галина Чернявская60, студент Гришка и наконец он, Гольденберг и Николай Морозов, который не мог за болезнью продолжать работы, а потому уехал из Москвы. Из числа этих лиц Гартман, Перовская и Гришка жили в доме, из которого устраивался подкоп, а остальные по разным квартирам, причём устроена была также конспиративная
1880 год 93 квартира для укрывательства в случае опасности. Работы по устрой- ству этого подкопа, сопряженные с большими трудностями произво- дились быстро, в особенности же с того времени, когда по газетам сделалось известно, что ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР будет 19-го ноября в Москве. Независимо от трудности работ, производство их сопрово- ждалось постоянными тревогами и опасениями быть настигнутыми врасплох. В этих видах в доме Сухорукова устроены были мины на случай необходимости взорвать дом при явной опасности. На покры- тие необходимых издержек по устройству мины, когда бывшие налицо средства стали приближаться к концу, представилось, по словам Гольденберга, нужным заложить дом, что и было исполнено Сухору- ковым, получившим под залог его от какой-то купчихи 1 000 руб. Между тем, когда работы стали близиться к окончанию и представи- лось необходимым заложить самую мину, оказалось, что наличного динамита будет недостаточно. Поэтому Гольденберг, как из показания его видно, отправился в Одессу, с целью привезти в Москву динамит, предназначавшийся для взрыва на Одесской железной дороге, где заложение мины представлялось излишним. На пути в Одессу Голь- денберг, по его словам, встретился в Елизаветграде с знакомым своим, студентом Медико-Хирургической Академии Кибальчичем61, который следовал из Одессы с проволокою, предназначенною в Алек- сандровске для Жилябова. По прибытии в Одессу, Гольденберг познакомился чрез Колоткевича с Герасимом Романенко62 и кроме того виделся с другими лицами, с которыми встречался раньше. Засим 13-го ноября с запасом денег, принесённых для Московского дела Златопольским, Гольденберг, имея при себе чемодан с динами- том, отправился в Москву, но в Елизаветграде был задержан. Делая означенные разоблачения и вступив таким образом на путь, по-видимому вполне чистосердечного сознания, Гольденберг приводит также причины, приведшие его к такому решительному шагу. Из объяснения его видно, что путём долгого в последнее время размыш- ления и беспристрастной Оценки действий террористической фракции, он пришёл к полному убеждению, что стремления этой партии не только не осуществимы, но даже прямо направлены против блага народа, для которого партия эта посвятила своё существование. ГАРФ. Ф.109. Оп.214. Д.497. Лл.51-68. 1. Засулич Вера, дочь Капитана, после оправдания ее по делу о покушении на жизнь Генерал-Адъютанта Трепова, бежала за границу, где находится и по настоящее время.
94 Политическая полиция и политический терроризм в России 2. Осинский Валериан, казнен по делу о вооруженном сопротивлении в Киеве. 3. Фомин, по фамнлнн Медведев, по делу освобождения Войнаральского приго- ворен навечно в каторжные работы. 4. Федоров Алексей - неизвестен. 5. Ивичевпч Иван, при вооруженном сопротивлении в Киеве от ран умер. 6. «Голотупенко» - неизвестен. 7. Кошурников Ипполит - неизвестен. 8. Кравчпискнй Сергей - отставной Подпоручик артиллерии, воспитывался в Артил- лерийском училище, по выходе в отставку пт артиллерии был слушателем С.-Петер- бургского Лесного Института. но курса не окончил, занялся революционной пропагандой, в Твери 1873 г. был задержан, но на пути в становую квартиру бежал. В настоящее время находится за границей попеременно в Париже и в Швейцарии близ Лозанны. 9. Михайлов Андриан, сын Губернского Секретаря, содержится в Петропавлов- ской крепости по делу об убийстве Генерал-Адъютанта Мезенцова. 10. Орлов Павел, сын чиновника, сослан в каторжные работы по делу о воору- женном сопротивлении в Киеве. 11. Зубковский Афанасий, сын священника Полтавской губернии, бывший сту- дент Киевского Университета, разыскивается по делу о революционной пропаганде в Волынской губернии. В настоящее время арестован и привлекается по делу об убийстве Князя Кропоткина 12. Кобылянский Людвиг, он же Григоренко и Володька, сын польского дворя- нина, находится под стражею по делу об убийстве Князя Кропоткина. 13. Самарская Людмила, дочь священника Киевской губернии, выслана Генерал- Губернатором в Олонецкую губернию. 14. Рсмнзовская Вера - неизвестна. 15. Смпрнпцкая Надежда, дочь священника Киевской губернии, выслана была в Волоюдскую губернию вследствие заказа памятника для политического преступника Ивичевпча, 24 марта 1880 г. из ссылки скрылась. 16. Ивнчевич Игнатий, умер от ран, полученных при вооруженном сопротивле- нии в Киеве. 17. Бопщкпй, студент Киевского Университета, был арестолап в начале сего го- да по сношении с революционной средой, ио освобожден и находится в Киеве под секретным надзором. 18. Бунинский Дмитрии, студент Харьковского Университета, находится под стражей по делу о Сыцяико, производящемуся в Харькове. 19 Глушков Иван Ионов, студент Харьковского Университета, разыскивается по делу о Сыиянко в Харькове. 20. Воронец Эммануил, дворянин Харьковской губернии Куиянского уезда, вы- слан за принадлежность к революционной партии, по распоряжению Харьковского генерал-губернатора в Олонецкую губернию. 21. Козлов Евгений Иванов, бывший студент Харьковского Университета, разы- скивается по делу Сыиянко, производящемуся в Харькове. 22. Преображенский Алексей Иванов, бывший студент Харьковского Универси- тета, разыскивается по производящемуся в Харькове делу о Сыцяико 23 .1 (еховская София, дворянка, в 1879 голу принимала участие в сборе денег иа па- мятник умершим от ран при вооруженном сопрошвленпн в Киеве братьям Ивичевнчам. 24. Волькенштейн Людмила Александрова, жена земского врача города Кобеляк Черниговской 1убернии, известна по политической неблагонадежности ее мужа. 25 Днческулло Леонид Антонов, дворянин, разыскивается но прикосновенности к делу о вооруженном сопротивлении в Киеве. Он проживал в Одессе под фамилиею Виноградова.
.1880 год 95 26. Ковалевская Мария Павлова, жена учителя, по обвинению в принадлежности к преступному сообществу в Киеве, приговорена судом к каторжным работам, но скрылась и разыскивается. 27. Браидиер, за вооруженное сопротивление в Киеве по приговору военноок- ружного суда казнен. 28. Феохари или Теохари Степан Ильин, греческий подданный, за государствен- ное преступление сослан в 1879 г. в каторжные работы. 29. Избнцкая Марина (Мария) Людвигова, за пособничество во время содержа- ния ее брата в тюрьме н передачу переписки соучастникам, была отдана под строгий надзор полиции, ио в 1879 году скрылась. 30. Банемов - неизвестен. 31. Костицкнй Болеслав, сыи портного, австрийский подданный, исключен в 1878 г. из Киевского Университета. В 1879 году был задержан в Киеве по прикосновенности к государственному преступлению. 32. Лнсоаская Аииа - неизвестна. 33. Иванов Николай, доктор, разыскивается по прикосновенности к делу Сыцяи- ко, производящемуся в Харькове. 34. Мирский, бывший студент Медико-Хирургической Академии, польский шлях- тич, сослан в каторжные работы по делу о покушении иа жнзиь Генерал-Адъютанта Дрентельиа. 35. Левенсои, доктор, привлекался к делу о покушении иа жизнь Генерал-Адъю- танта Дрентельна за укрывательство Мирского, но судом оправдай. Обязан к выезду из столицы в 24 часа н поселился в Полтавской губернии, где за ннм учрежден надзор ПОЛИНИН 36 Зунделевич, арестован в Публичной библиотеке с революционными произве- дениями печати и привлекается к делу о типографиях «Народной Воли» и «Черный Передел» н о взрыве во дворце. По Черниговскому дознанию разыскивался Мовша Вайнер, под именем которого, как выяснено, Зуиделевич был известен в революцион- ной среде. 37 Плеханов Георгий Валентинов, дворянин Тамбовской губернии Липецкого уезда, бывший юнкер Константиновского военного училища, а впоследствии студент Горного Института. В Липецком уезде имеет мать, а брат его, Григорий Валентинов Плеханов, служит Поручиком 69-го пехотного Рязанского полка и находится в г. Люблин. Первую известность Георгий Плеханов в революционной деятельности получил по демонстрации иа Казанской площади, ио задержан ие был и с того времени разы- скивается. Жена его была арестована с прочими задержанными иа площади лицами, но освобождена по недостаточности улик. В настоящее время имеется сведение о нахож- дении Плеханова в Париже. 38. Кестельман Елена, воспитанница доктора Левенсона. любовница Мирского, по делу последнего оиа выслана административным порядком в Ярославскую губер- нию под надзор полиции. 39. Михайлов Александр, был неизвестен, ио разыскивается по Черниговскому делу некто Безменов, под именем которого, как оказывается, был известен в револю- ционной среде. 40 Соловьев, Коллежский Секретарь. казнен за преступление 2-го апреля 1879 г. 41 Александр, по иеобозначенин фамилии, неизвестен. 42. Подгаевскнй - неизвестен. 43 Тихомиров Лев Александров, ои же «Тигрыч», бывший студент С.-Петер- бургского Университета, был привлечен к политическому делу о 193 лицах, пригово- рен к аресту с подчинением надзору полиции, ио скрылся.
96 Политическая полиция и политический терроризм в России 44. Морозов Петр Осипов. Магистр Русской словесности, в июле месяце минув- шего гола был арестован, по негласным сведениям о тех данных, кои здесь приведены. Кроме того привлекался к дознанию за сношение с пропагандистами, но освобожден по недостаточности улик. 45. Бух. а не Буг. Иван Васильев, сын чиновника, находится под стражей по делу о подпольной типографии. 46. Ко.тоткевпч Николай Николаев, дворянин Киевской губернии, известен в среде Харьковских социалистов под прозванием «Кот Мурлыка», привлекался в Киеве по политическому дознанию, ныне же разыскивается по делу о преступном сообществе в Киеве. 47. Жилябов Андрей Иванов, он же Фоменко и Михаил неизвестен, равно неиз- вестна Мария Николаевна. 48. Ширяев Степан Иванов, он же Смирннпкий. сын священника Смоленской губернии, содержится в С.-Петербургской крепости по делу Квятковского (он же Чернышев). 49. Фоменко Михаил - неизвестен. 50. Иванова Софья, дочь майора, арестована под именем жены Лысенко по делу о тайной типографии, найденной в Саперном переулке. 51. Филиппова Вера, известна по своей преступной деятельности, по скрывается. 52. Пресняков Андрен, крестьянин, убийца тайного агента Шарашкина, принад- лежит к преступному обществу «друзей», разыскивается. В минувшем году находился за ipaiiimcn. 53. Кузнецов, студент Харьковского Университета был выслан в Восточную Си- бирь, а в настоящее время привлекался по делу о Сыиянко. 54. Блинов, студент Харьковского Университета арестован и привлечен к делу о Сыиянко. 55. Осипов, сзудент- неизвестен. 56. Нечаев, студент- неизвестен. 57. Сикорская Екатерина Григорьева, жена офицера, акушерка, арестована по делу Сыиянко. 58. Гартман находится за границею. 59. Перовская Софья, дочь Действительного Статского Советника, привлекалась по нескольким политическим делам, на пути в ссылку в Олонецкую губернию бежала от жандармов. 60. Чернявская Галина, по делу Чубарова была отдана под денежный залог, но скрылась и разыскивается. 61. Кибальчич, он же проживал в Одессе под фамилией Иваницкого, Максима Петрова, по делу о государственном преступлении состоял под надзором полиции, ио скрылся. 62. Романенко Герасим, студент Новороссийского Университета, арестован в Лемберге австрийскими властями.
1880 год 97 № 19 Письмо Главного Начальника Верховной Распорядительной Комиссии М.Т. Лорис-Меликова Петербургскому градоначальнику А. Е. Зурову О ПОРЯДКЕ ПРОВЕДЕНИЯ ОБЫСКОВ 2 апреля 1880 г. Из поступающих ко мне дознаний по делам о государственных преступлениях мною усматривается постоянно, что как полиция, так и лица производящие дознание, приступали часто к обыскам у запо- дозреваемых в политической неблагонадёжности или без достаточ- ных к тому оснований, или не своевременно, и потому обыски эти не только часто ничего не обнаруживали, но иногда подают даже повод предполагать, что повели к сокрытию следов преступности заподоз- ренных лиц преждевременным возбуждением осторожности в их соучастниках. Между тем, такое существенное действие разыски- вающей власти, каковым представляется обыск, всегда тяжело влияющий на обыскиваемого и окружающих его лиц, должно быть предпринимаемо не иначе как по вполне уважительным поводам и только тогда, когда предварительный розыск привёл к совершен- ному убеждению в необходимости оного. Замеченное отсутствие осторожности в обыске приписывается мною недостатку розыскных средств, побуждавшему полицию чрез- мерно торопиться, чтобы не упустить хотя малейшую возможность обнаружить зло. Ныне, за сделанным мною распоряжением о значи- тельном усилении сыскных средств С.-Петербургской полиции, я нахо- жу, что подобная вредная для дела торопливость не должна уже иметь места. Посему и придавая особое значение той пользе, какая может быть извлечена из правильно производимых обысков, прошу Ваше Превосходительство сделать секретное распоряжение, по сыскной части С.-Петербургского Градоначальства, о том, чтобы к производ- ству обысков у лиц, заподозреваемых в политической неблагонадёж- ности, приступаемо было с надлежащею осмотрительностью и в то время, когда предварительное наблюдение и негласный обстоятель- ный розыск выяснит необходимость обыска. 4 Зак. 761
98 Политическая полиция и политический терроризм в России Затем я рассчитываю, что Ваше Превосходительство лично объ- яснит начальнику секретного отделения всю важность этого вопроса, дабы чины полиции имели постоянно в виду те выгоды, для раскры- тия преступных замыслов, которые можно извлечь путём умелого и своевременного производства обыска, и отнюдь не придали преврат- ного смысла настоящему моему распоряжению, главная цель коего заключается в усилении собственно наблюдательных и розыскных действий полиции. К сему нужным считаю присовокупить, что, при рассмотрении дела, мною будет всегда обращаемо строгое внимание на действия сыскной полиции по части производства обысков как в отношении их своевременности, так и в отношении полной обстоятельности тех предшествовавших им розысков, коими выяснилась их необходи- мость. Подписал: Генерал-Адъютант Граф Лорис-Меликов. ГАРФ. Ф.569. On. I. Д. 48. Лл. 1-2. №20 ИЗ ВСЕПОДДАННЕЙШЕЙ ЗАПИСКИ НАЧАЛЬНИКА ВЕРХОВНОЙ Распорядительной Комиссии М.Т. Лорис-Меликова О ПРЕОБРАЗОВАНИИ ПОЛИЦИИ 1 августа 1880 г. Вопрос о преобразовании полиции разрабатывается в особой комиссии, учреждённой при Министерстве Внутренних Дел. Вопрос этот так важен для упрочения общественного порядка и спокойствия и вообще для будущего России, при дальнейшем развитии нашего законодательства, что является необходимость не откладывать далее его разрешение и уяснить ныне же те основные начала, которые должны послужить исходною точкою для правильной организации полиции в государстве. Первые шаги уже сделаны в 1878 году учреждением полицей- ских урядников и установленною в 1880 году связью между деятель- ностью, по охранению общественного спокойствия, чинов Жандарм- ского Корпуса и административною губернскою властию.
1880 год 99 При установлении последней меры признана необходимость единства полицейских мероприятий, основанная на крупных указа- ниях опыта. Внутренно-политические события последних лет вызвали значи- тельное число политических дел, с производством дознаний чинами Жандармского Корпуса, дознания эти производились означенными чинами до 1880 года без сообщения нередко о них местной админи- страции, что иногда признавалось даже необходимым, в виду отсут- ствия уверенности в сознании важности возникавших дел со стороны чинов общей полиции, а также их умения действовать успешно с сохра- нением должной тайны. Между тем при незначительности жандарм- ского в губерниях состава, чины корпуса лишены были возможности производить своими средствами розыски и прочие полицейские дейст- вия, столь необходимые для успеха раскрытия преступных действий и в итоге, таким образом, получалось не дознание, не раскрытие преступлений, а лишь оформление их законом установленными протоколами, другими словами, производилась лишь проверка тех данных, которые случайно доходили до жандармского ведомства. Но мера, установленная в марте 1880 года, не может ещё быть признана мерою, окончательно устранившею существовавшие неудобства: тако- вые могут быть вполне устранены только полным объединением жандармской и общей полиции, что достигается путём полного подчинения жандармских чинов высшей губернской административ- ной власти. Тогда только представится основание рассчитывать на возможность дружного действия всех полицейских чинов в данной местности, а следовательно и основание рассчитывать на достижение тех результатов, которые так необходимы для предупреждения и рас- крытия преступных действий... То же, что сказано выше о настоятельности объединения всех полицейских сил в ведении одной в губернии власти, всецело отно- сится и до государственного учреждения, ведающего полицейское в государстве дело: вся полицейская часть в империи должна нераз- дельно ведаться одним центральным учреждением... ...Нельзя не заметить, что полицейская служба, так много тре- бующая от сообразительности исполнителей, когда нередко не указа- ния закона и инструкции, а смелый и решительный приём даёт ус- пешные результаты, тем самым представляет массу соблазна для полицейских чинов к увлечениям, побуждающим их ради ожидаемо- го успеха упускать из вида требования закона. Устранение этого недостатка, возможного также и в губернских властях, достижимо 4*
100 Политическая полиция и политический терроризм в России только при постоянном внимании центрального управления к глубо- кому упрочению между всеми полицейскими органами чувства законности и при его настоянии на взыскания с нарушителей этого основного принципа, столь необходимого в блюстителях народного спокойствия... Можно было бы ограничиться вышеприведенными доводами из числа весьма многих оснований в пользу мнения о необ- ходимости одного центрального установления для ведения полицей- ским делом в государстве, но ввиду важности рассматриваемого вопроса не лишне будет упомянуть ещё об одном весьма веском доводе: при розыскных полицейских действиях, особенно по делам политического свойства, требующим быстрых и верных мероприя- тий, весь успех нередко зависит от своевременного сообщения мест- ным полицейским властям сведений о происходящем в других мест- ностях, а также о лицах разыскиваемых и о всем касающемся этих лиц; но этого можно достигнуть только при содействии такого цен- трального установления, которое способно было бы сосредоточивать у себя все необходимые сведения и имело бы власть давать более важным полицейским розыскам направление согласное с требова- ниями обстоятельств. Сосредоточение всего полицейского дела в ведении одного го- сударственного установления даст сверх того возможность постепен- но выработать те частные преобразования в личной организации, которые для завершения устройства полицейского дела крайне необходимы... Здесь нельзя не наметить и не выяснить одного принципиального недоразумения, нередко встречающегося в последнее время в раз- личных сферах: В последнее время наша периодическая печать, не столько забо- тясь об улучшении полицейской службы, как из желания угодить вкусам читающей публики, при неразвитости камерального образо- вания в обществе весьма сочувственно относящейся ко всякому проекту расширения круга деятельности общественных учреждений, много толковала о подчинении полиции земству и местным городским управлениям... Такой способ разрешения вопроса государственной важности конечно не может соответствовать ни целям правительства, ни установившимся понятиям об общественной правоспособности в её законной сфере деятельности... Наиболее прогрессивные, и потому пользующиеся у нас наибольшим сочувствием, из публицистов и про- фессоров по кафедре административного права, известные герман- ские ученые Лоренц фон Штейн и Резлер, находят, что существенная
1880 год 101 обязанность исполнительной власти состоит, между прочим, в приос- тановке распоряжений, изданных самоуправляющимися учреждения- ми, если подобного рода распоряжения противоречат общегосударст- венной пользе или благу и, безусловно признавая за исполнительною властью в государстве право высшего надзора над самоуправлением, ставят целью этого надзора - сохранение гармонии между самостоя- тельностью самоуправления и государственным единством. Те же мысли легли в основание ограничительных, по отношению к земским собраниям, статёй нашего положения о земских учреждениях, но эти статьи остались бы мертвою буквою, если бы упомянутым учрежде- ниям был предоставлен выбор лиц назначаемых на должности уезд- ных исправников... Желание приурочить полицию к самоуправлению во многом объясняется недостатком распространения в обществе правильных юридических понятий... ...С теоретической точки зрения, передача полиции в ведение общественных учреждений есть не только ограничение власти прави- тельства, но её полное упразднение. [...] На западе конституционные правительства ревностно охраняют свою прерогативу полицейской власти... Полиция во Франции, обык- новенно не подвергаясь переменам в своём личном составе, была послушным орудием в руках быстро сменявших друг друга правите- лей, преследовавших разнообразные политические цели. Она всегда была верною исполнительницею распоряжений верховной власти, что естественно могло иметь место лишь при неизменности её орга- низации чисто государственного характера. На основании поучительных опытов одной только Франции уже можно придти к заключению о чрезвычайной важности для государ- ственной жизни такой же тесной связи правительства с полицией, какая существует по отношению к войску. Только при такой связи возможно достигнуть точного исполнения правительственных распо- ряжений во всякое время и во всех местностях без различия общест- венного положения лиц, частные интересы которых могут быть затронуты этими распоряжениями. Равно без этой связи едва ли возможно установить строгую исполнительность по всем вообще предметам полицейского ведения, а между тем такая исполнитель- ность должна составлять главную отличительную черту полицейской деятельности и её главное достоинство, как важнейшей функции исполнительной власти в государстве. Но исполнительность полиции
102 Политическая полиция и политический терроризм в России и её неуклонное служение общегосударственным целям, помимо всяких соображений местных органов самоуправления, не зависит только от подчиненности полиции исключительно правительствен- ной власти. Подчиненность не есть ещё гарантия от бездеятельности и злоупотреблений.... Абсолютную услугу может оказать правитель- ственному надзору лишь учреждение фактического контроля над действиями полиции. В настоящее время контроль над действиями чинов провинци- альной полиции находится в руках не полицейского, а высшего в данной местности административного начальства, представляемого в губерниях губернаторами. Постоянные занятия этих администра- тивных должностных лиц в разных местных присутствиях составлен- ных из представителей различных ведомств и выборных от сословий, земства и городов, наконец, их многосторонние сношения по предме- там ведения казенных, земских и городских учреждений, не позво- ляют им всецело посвятить себя полицейскому делу. Вследствие чего действующие чины полиции остаются без по- стоянного надлежащего контроля и руководствуются не практиче- скими наставлениями при самом исполнении служебных обязанно- стей, а наскоро полученными устными приказаниями, иногда чрез посредство третьего лица, или циркулярными предписаниями, кото- рые читают и исполняют по мере сил и возможности и по степени их практического смысла. Для содействия более правильному воспитанию активных поли- цейских чинов, которые при существующем порядке вещей никогда не достигнут необходимого уровня умелости, т. н. полицейского такта и не могут быть дисциплинированы надлежащим образом, полезным казалось бы поручить заведывание специально-полицейским делом по губернии особому лицу в звании второго вице-губернатора. [...] Настоящие начальники губернских жандармских управлений прошли хорошую школу нравственной и служебной дисциплины, большею частью опытны в деле полицейских розысков и по части наблюдательной и, живя постоянно в губерниях, хорошо знакомы с местными условиями и со слабыми сторонами полицейского надзо- ра. При всём том указанная выше необходимость в полном подчине- нии чинов жандармского ведомства местному губернатору делает должность начальника губернского жандармского управления со- вершенно излишнею, а за упразднением этой должности, многие из настоящих начальников жандармских управлений могли бы быть с пользою для дела, переименованы во второго вице-губернатора.
1880 год 103 Само собою разумеется, что вице-губернатор по полицейской части обязан своевременно доводить до сведения губернатора о всём касающемся полиции в губернии, а равно представлять все полицей- ские донесения и в распоряжениях своих руководствоваться указа- ниями губернатора. При выяснении вопроса о том центральном государственном ус- тановлении, которому следовало бы встать во главе полицейского в империи дела, Министерство Внутренних Дел представляется тем установлением, которое имеет преимущественно все данные для наиболее успешного принятия этого дела в своё ведение, высшее в губернии заведывание полицейским делом не может не оставаться в руках губернатора, как главного представителя высшего правитель- ства, губернатор же принадлежит уже ведомству Министерства Внутренних Дел. Общая полиция в настоящее время состоит в веде- нии Министерства Внутренних Дел: слияние с нею жандармской полиции, значительно меньшей по составу, чем полиция общая, вовсе не требует создания нового государственного установления, а логи- чески указывает на необходимость оставления общей полиции в веде- нии Министерства Внутренних Дел и передачи в его же ведение жандармской полиции. Это тем более удобно, что это же Министер- ство ведает дела медицины, земских, городских и крестьянских учреждений, близко соприкасающихся со многими предметами полицейского ведения... Всё высказанное приводит к следующим заключениям: 1. Всё ведение полицейским в империи делом следовало бы сосредоточить в Министерстве Внутренних Дел, от которого представ- ляется вполне возможным и полезным ввиду громадности настоящего круга ведения этого Министерства отделить Департаменты Почтовый, Телеграфный и Духовных дел иностранных исповеданий; 2. Чинов Корпуса Жандармов необходимо было бы подчинить губернаторам, с подчинением всего Корпуса всецело Министру Внут- ренних Дел применительно к порядку подчинения Министру Финан- сов пограничной стражи, с сохранением за чинами Жандармского Корпуса принадлежащих им ныне служебных прав; 3. Звание начальников губернских жандармских управлений по- лезно упразднить с учреждением в каждой губернии должности второ- го вице-губернатора с возложением на него обязанности заведывания по указаниям губернатора всею полицейскою частию в губернии, а равно личным полицейским составом и руководства жандармских офицеров, а за отсутствием их полицейских чиновников:в производ- стве дознаний о государственных преступлениях;
104 Политическая полиция и политический терроризм в России 4. С передачею в Министерство Внутренних Дел заведывания всею полицейскою в империи частью представляется возможным передать в Министерство Внутренних Дел и остальные предметы ведения 111 Отделения Собственной ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕ- ЛИЧЕСТВА Канцелярии... 5. Затем представляется возможным упразднить 111 Отделение Собственной ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Канцелярии и Штаб Корпуса Жандармов. ГА РФ. Ф.569. Оп.1.Д.65. Лл.5-20. №21 ИЗ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ МИНИСТЕРСТВА ЮСТИЦИИ МИНИСТРУ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ М. Т. ЛОРИС-МЕЛИКОВУ ПО ДЕЛУ ОБ УБИЙСТВЕ АГЕНТА 111 ОТДЕЛЕНИЯ Н. В. РЕЙНШТЕЙНа’ 7 сентября 1880 г. Секретно Прокурором Московской Судебной Палаты2, при рапорте от 13 июня сего года за№ 765, представлено следственное производство по делу об убийстве мещанина Николая Васильева Рейнштейна. Из рапорта этого видно, что означенное дело, согласно распоряжения Москов- ского Генерал-Губернатора’, передано было бывшим Судебным Сле- дователем по особо важным делам Московского Окружного Суда, по окончании предварительного по оному следствия, Прокурору Мос- ковского Военно-Окружного Суда, но 26 мая возвращено Прокурору Палаты Генерал-Адъютантом Князем Долгоруковым, который, находя, что политическая цель убийства не доказана, что главные виновники и непосредственные участники этого убийства не обнаружены и что привлечённые к делу Соколов и Попов могут обвиняться лишь в недо- несении о содеянном уже преступлении, полагал разрешить настоя- щее дело в административном порядке, на основании закона 19 мая 1871 года. Из представленного при означенном выше рапорте сообщения Московского Генерал-Губернатора от 26 мая за № 1615 усматривает- ся, что Генерал-Адъютантом Князем Долгоруковым сделано распо- ряжение о высылке сына статского советника Петра Зосимова Попова
1880 год 105 в Восточную Сибирь, согласно ВЫСОЧАЙШЕМУ ЕГО ИМПЕРА- ТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА повелению, последовавшему 24 апреля текущего года, в виду того, что Попов в случае предания его суду подлежал бы наказанию, сравнительно меньшему против определён- ного ему в административном порядке. Прокурор Московской Судебной Палаты, представляя о выше- изложенном, при этом доносит, что дело об убийстве мещанина Рейнштейна, возникшее и производившееся в общем порядке Устава Уголовного судопроизводства, подлежит, по мнению его, рассмотре- нию суда или на общем основании, то есть в данном случае с участи- ем присяжных заседателей, или же военного суда, в силу ВЫСО- ЧАЙШЕГО Указа 5-го апреля 1879 года, что разрешение настоящего дела в административном порядке никаким законом не предусмотре- но и что рассмотрение сего дела с участием присяжных заседателей нежелательно, так как результат дела, ввиду характеристики Рейн- штейна, по всем вероятиям, будет неблагоприятен для обвинения и едва ли будет возможно избегнуть на суде разоблачений относи- тельно деятельности Рейнштейна и таких действий Ш-го отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии и подве- домственных ему чинов, которые, по свойству своему, должны оставаться тайными. По сим основаниям, Действительный Статский Советник Граф Капнист признает наиболее удобным рассмотрение сего дела в воен- ном суде, каковое разрешение настоящего дела, уже изъятого из ведения гражданского суда, оказывалось бы, единственно правиль- ным и в процессуальном отношении. [...] ГАРФ. Ф.94. On. 1. Д.53. Лл. 1-2. I. Рейнштейи Николай Васильевич - слесарь мастерских Николаевского вокзала в Петербурге; член Северно-Русскою рабочего союза. был отправлен для организации отделения Союза в Москву, оказался шпионом, убит П.З. Поповым п Н.В Шмеманом 26 февраля 1879 г 2. В 1880 г. прокурором Московской Судебной Палаты являлся граф П.А. Кап- нист (1840-1904). 3. Московским генерал-губернатором с 1856 по 1891 гг. был генерал-адъютант князь В. А. Долгоруков(1810-1891)
106 Политическая полиция и политический терроризм в России 1881 год №22 Справка по делу об убийстве агента III Отделения Н.В. Рейнштейна1 11 февраля 1881 г. 5 марта 1879 года, в г. Москве, в гостинице Мильгрен, найден убитым тайный агент ныне упразднённого 111 Отделения Собственной Е.И.В. Канцелярии, мещанин Николай Рейнштейн, причём к платью его пришпилена была записка следующего содержания: «Николай Васильев Рейнштейн, изменник, шпион, осуждён и казнён русскими социалистами-революционерами; смерть иудам-предателям!» При производстве предварительного по сему делу следствия об- наружено, что Рейнштейн убит был ещё 26 февраля и подозрение в совершении этого преступления главным образом пало на дворяни- на Дзевялтовского-Гинтовта и на мещанина Якова Серпинского, от преследования скрывшихся и, несмотря на все принятые к задержа- нию их меры, до сего времени не разысканных. Кроме того предварительным следствием выяснено, что на од- ной с Рейнштейном квартире проживали бывший сельский учитель Пётр Соколов, 25 лет (привлекавшийся в 1878 году к дознанию по обвинению в имении у себя сочинений преступного содержания и соглас- но ВЫСОЧАЙШЕМУ повелению от 6 декабря того же года, подчи- нённый гласному надзору полиции), сын Статского Советника Пётр Попов, 21 года и крестьянин Яков Чугунов, из числа которых первые двое скрылись из Москвы 27 февраля, а последний никому не заявлял об исчезновении Рейнштейна, вследствие чего все они заподозрены были в том, что принимали участие в убийстве сего последнего. Соколов задержан в апреле 1879 г. в г. Твери, а Попов прибыл в марте в С.-Петербург, а 21 апреля привлечён был к дознанию по обвинению его в государственном преступлении и по ВЫСОЧАЙ- ШЕМУ повелению, последовавшему по сему делу 24 апреля 1880 года, присуждён к высылке, по окончательном разрешении дела об убийстве Рейнштейна, на жительство под надзор полиции в Восточ-
1881 год 107 ную Сибирь, куда он ныне, по распоряжению Московского Генерал- Губернатора уже и выслан. Спрошенные в качестве обвиняемых Попов и Соколов объясни- ли: первый - что он уехал из Москвы, опасаясь быть арестованным за государственные преступления и что об убийстве Рейнштейна он узнал лишь по приезде в Петербург, а второй - что 27 февраля каких- то двое неизвестных лиц передали ему записку, извещавшую его об убийстве Рейнштейна и которую он тогда уже показывал Попову и, что в тот же день к нему на квартиру приезжал крестьянин Николай Калашников, сообщивший ему, между прочим, что «Рейнштейн шпион и что его следует уничтожить». В виду такого объяснения Соколова к следствию привлечён был в качестве обвиняемого крестьянин Николай Калашников, 36 лет. При дальнейшем же расследовании не обнаружено никаких дан- ных к обвинению Чугунова и Калашникова в каком либо участии в убийстве Рейнштейна, а Попов и Соколов обстоятельствами сего дела и уличаются лишь в недонесении о вышеупомянутом убийстве. Из числа обвиняемых Попов задержан был 21 апреля 1879 года, а 17 июля 1880 года выслан в Восточную Сибирь, а остальные со- держались под стражею: Соколов с 6 апреля 1879 года по 7 июня 1880 года, Чугунов с 11 марта по 7 июля 1879 года и Калашников с 25 мая по 4 сентября того же года. Министр Юстиции полагает испросить ВЫСОЧАЙШЕЕ пове- ление на приостановление настоящего дела по отношению к Дзевял- товскому-Гинтовту и Серпинскому и на прекращение дальнейшего преследования по сему делу как Попова, Калашникова и Чугунова, так равно и Соколова с тем, чтобы последний, в виду обнаруженной им политической неблагонадёжности, подвергнут был строжайшему надзору полиции на три года. Испрошение ВЫСОЧАЙШЕГО повеления на прекращение в ад- министративном порядке настоящего дела, по коему произведено было предварительное следствие чрез Судебного Следователя, Статс- Секретарём Набоковым’ признаётся необходимым в виду последо- вавшей уже, по распоряжению Московского Генерал-Губернатора, преждевременной высылки Попова в Восточную Сибирь. Ваше Сиятельство согласились с мнением Министра Юстиции. ГА РФ. Ф.94. On. 1. Д. 53. Лл.11-15(об.). I ..Составлена для Министра Внутренних Дел М. Т. Лорис-Меликова.
108 Политическая полиция и политический терроризм в России 2. Набоков Дмитрий Николаевич (1826-1904)- сенатор, с 1878 по 1885 гг. - ми- нистр юстиции. №23 ИЗ ЗАПИСКИ БЫВШЕГО ПРОФЕССОРА Харьковского Университета И. В. Платонова министру внутренних дел м.Т. Лорис-Меликову о мерах борьбы с революционным движением 20 марта 1881 г. Ваше Сиятельство! В настоящее страшное время всякий русский человек, всякий верноподданный, естественно, озабочивается мыслию, как бы наи- лучше, наивернее охранить и обеспечить священную особу, носи- тельницу верховной власти. Практиковавшиеся доселе полицейские меры, при всей их ра- зумности и рассчитанности, как печальный опыт доказал, не спасли бесценной жизни достославной памяти Государя Императора Алек- сандра Николаевича. Ни прописка билетов в полиции, ни констатиро- вание и ограничение в продаже оружия, ни постановка полицейских по углам улиц, ни установление урядников не остановили злодеев в приго- товлении и осуществлении адского замысла. В Петербурге думают обезопасить неприкосновенность особы Величества через поручение наблюдения за известным числом домов одному главному, присое- динив к нему несколько человек из благонадёжных обывателей. Конечно, мера довольно действительная, но едва ли вполне дости- гающая цели по широте и сложности объёма наблюдений и по отсут- ственности, большую часть времени, самих наблюдателей. Москва призывает под свой охранительный кров священную особу Импера- тора, но и первопрестольная, несмотря на свой народный дух, нечужда социалистических стремлений и происков, как то доказали просмот- ренный ею, в прошлом году, подкоп под царскую дорогу и безумные, в последнее время, выходки некоторых шальных сынов её, топчущих в грязь портреты царские. По моему верноподданическому мнению, самое верное и действительное средство к охранению неприкосно- венности священной особы Его Величества заключалось бы в том, чтобы постановить законом, что «всякий домохозяин или заступаю- щий его место есть вместе и служитель полиции (attache de police)
1881 год 109 который, как ближайший и естественный наблюдатель, обязан знать все предпринимаемые или совершающееся, в пределах его владений, в подрыве государственного порядка, в особенности же во вреде здравию и в посягательство на драгоценную жизнь Его Величества, и, если что подобное замечено или усмотрено будет, немедленно о том доносить полиции, под страхом, в случае неисполнения сего, быть признану за соучастника преступного замысла или действия». Не думаю, чтобы подобное постановление пришлось выдвигать в виде нового закона: напротив оно есть прямой результат всех постановле- ний, обязующих каждого подданного охранять особу Государя всеми возможными способами, до пролияния последней капли крови, и его придётся только, так сказать, обострить, выставить на вид, и придать ему особенно обязательную силу. [...] ГАРФ. Ф.569. On. 1. Д. 45. Лл. 1-1 (об.). №24 Записка коллежского советника Станкевича МИНИСТРУ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ М.Т. ЛОРИС-МЕЛИКОВУ О МЕРАХ БОРЬБЫ С РЕВОЛЮЦИОННЫМ ДВИЖЕНИЕМ 24 (28) марта 1881 г. СПОСОБ К ИСКОРЕНЕНИЮ ВРАГОВ ПОРЯДКА Независимо от принимаемых Правительством мер к истребле- нию врагов порядка, по мнению моему необходимо по всей Империи произвести поверку паспортов и других документов на право разъез- дов и жительства лиц всех сословий обоего пола, находящихся в настоя- щее время в отлучке от постоянного своего места жительства. Поверка эта должна быть выполнена следующим образом: чины полиции во вверенных им участках обязаны от проживающих лиц всех сословий принять виды на право их жительства и заменить тако- вые временными свидетельствами (о которых упомяну потом), а под- линные документы разослать в те учреждения, откуда они были выданы, для точной поверки их действительности; в случае же на месте окажутся из них фальшивыми, то о том тотчас сообщать тому лицу, от которого были посланы, для арестования виновных и произ- водства над ними дознаний как о подделке документов, так равно и о похождениях подобных лиц.
110 Политическая полиция и политический терроризм в России Кроме этой меры, необходимо учредить по всей Империи одно- образный порядок паспортной системы, для лиц всех сословий отлучающихся с мест постоянного своего жительства и для постоян- ных жителей в С. Петербурге и Москве. Порядок этот заключается в следующем: 1. Представить право по всей Империи выдачу паспортов ис- ключительно по ведомству полиции лицам всех сословий, исключая только состоящих на действительной Государственной службе. 2. Лиц, имеющих постоянные документы, заменяющие паспор- та, как-то: Указы об отставке, свидетельства Дворянских Депутат- ских Собраний, свидетельства Духовных Консисторий и тому подоб- ные, - подчинить общим правилам о паспортах и 3. Бланки для паспортов и временных свидетельств (о которых упоминал выше) должны быть заготовлены из гербовой бумаги одного образца в виде ныне существующих ассигновок с присвоением только для каждого сословия отдельного цвета, которые должны расходоваться таким же точно порядком как ассигновки, т.е. левая часть паспорта должна оставаться в корешке тетради с пропиской того же, что и на выданном паспорте. Для изложения настоящей мысли, я принял в соображение все бывшие судебные процессы о крамольниках, из которых видно, что они прибегали к постоянным фабрикациям фальшивых видов, с кото- рыми и разъезжали, где им только было нужно, для приведения в исполнение подпольными путями своих планов, что по мнению моему и послужило к размножению врагов Государства, достигших в конце концов - чудовищного злодейства, а потому, в данном случае предлагаемые мною меры, при разумном, честном и усердном испол- нении чинами полиции, не замедлят оказать свои услуги Государст- ву; поверка паспортов и разных других видов, предоставляющих право на отлучки лишь само собой должна обнаружить крамольни- ков, а однообразная паспортная система, кроме того, что лишит врагов возможности раз навсегда прибегать к подделке видов; но и будет служить хорошим контролем для полиции. Способ контроля для Петербурга и Москвы, о лицах прибываю- щих и постоянных жителях, у меня имеются комбинации для осуще- ствления, но для того нужны некоторые сведения и рабочие руки, которых у меня нет. Лесничий, Коллежский Советник Станкевич ГАРФ. Ф.569. On. I. Д.92. Лл. 1-5.
1883 год 111 1883 год №25 Предписание министерства внутренних дел ГУБЕРНАТОРАМ, ГРАДОНАЧАЛЬНИКАМ И ОБЕР-ПОЛИЦМЕЙСТЕРАМ О НЕОБХОДИМОСТИ СОДЕЙСТВИЯ ОБЩЕЙ ПОЛИЦИИ ЧИНАМ ОТДЕЛЬНОГО КОРПУСА ЖАНДАРМОВ 19 марта 1883 г. Секретно Циркулярно Одною из наиболее действительных розыскных мер для преду- преждения государственных преступлений является, как известно Вашему... поверка видов лиц, прибывающих в столицы на временное жительство. Вследствие чего установлено, чтобы подобная поверка производилась путём сношений Отделений по охранению порядка при Управлениях С.-Петербургского и Московского Обер-Полицмей- стеров с полицейскими учреждениями тех местностей, из района коих лицо выбыло в столицу. Очевидно, что мера эта может привести к благоприятным результатам лишь при условии своевременного доставления полицейскими властями, столичным охранным отделе- ниям, необходимых справок. Между тем из производящейся переписки усматривается, что некоторые полицейские учреждения несвоевременно доставляют ответы на такие запросы охранных отделений, вследствие чего были случаи, что лица, проживавшие в столицах по фальшивым или фиктивным документам, до разъяснения подлинности таковых, успевали скры- ваться. Для устранения сего на будущее время, я имею честь покорней- ше просить Вас, Милостивый Государь, сделать распоряжение, чтобы подведомственные Вам полицейские учреждения удовлетворяли бы
112 Политическая полиция и политический терроризм в России такие требования охранных отделений не позже 7-ми дневного срока со дня получения запроса, помещая в противном случае в ответных сообщениях подробное изложение причин, вызвавших замедление. Подписал: Товарищ Министра Внутренних Дел, Заведывающий Полициею, Генерал-Лейтенант Оржевский1 Скрепил: Директор Плеве2 Верно: За Делопроизводителя ГАРФ. Ф. 102. Оп.260. Д. 112. Л.34. Копия. 1. Оржевский Петр Васильевич (1839-1897)- генерал-лейтенант, служил на- чальником Варшавского жандармского округа, с 1882 по 1887 гг. - товарищ министра внутренних дел и командир Огдельного Корпуса жандармов: сенатор, в 1893-1897 гг. - вилепский, ковенскнй и |родиепский генерал-губернатор. 2. Плеве Вячеслав Константинович (1846-1904)- с 1881 по 1884 гг. являлся Ди- ректором Департамента Полинин, с 1885 по 1894 гг - товарищ министра внутренних дел. государст венный секретарь (1894-1899), с 1902 г - министр внутренних дел. 15 июля 1904 г. убит эсером Е С. Сазоновым. №26 ИЗ ПОЛОЖЕНИЯ ОБ ОХРАННОЙ АГЕНТУРЕ 20 декабря 1883 г. 1. Цель учреждения. § 1. В видах обеспечения безопасности высочайших Их Импера- торских Величеств и Государя Наследника Цесаревича проездов в сто- лице, учреждается, в зависимости от состоящего при Управлении С.-Петербургского градоначальника отделение по охранению поряд- ка и безопасности, особая охранная агентура. [-] § 8. Охранники, по роду возлагаемых на них поручений, разде- ляются на постовых и местных. Обязанности первых из них заклю- чаются в предотвращении злодейских покушений путём непосредст- венного, личного наблюдения, в районе поста за всеми, почему либо возбуждающими подозрение лицами, появляющимися на улицах или же часто замечаемыми у окон и на балконах уличных фасадов. Мест- ные же агенты, избираемые по преимуществу из околоточных надзи- рателей, обязаны следить за всеми подозрительными лицами, прожи- вающими в определённом для наблюдения районе столицы.
1883 год ИЗ § 9. Во время продолжительного отсутствия из столицы Высо- чайших особ, для охраны коих учреждена агентура, дежурство постов агентов отменяется и им поручается наблюдение за лицами, состоя- щими под гласным надзором полиции. Резолюция: «Утверждено 20 декабря 1883 г. товарищем Мини- стра внутренних дез, заведующим полициею, командиром Отдельного Корпуса жандармов П. В. Оржевским». ГАРФ. Ф. 102. Д-З, 1883. Д.1131. Лл.6-11. №27 Циркулярное письмо товарища министра ВНУТРЕННИХ ДЕЛ П. В. ОРЖЕВСКОГО ГУБЕРНАТОРАМ ОБ УСИЛЕНИИ ОХРАНЫ БАНКОВ И КАЗНАЧЕЙСТВ 17 января 1884 г. Совершенно секретно Циркулярно В конце минувшего года было произведено несколько безус- пешных попыток на ограбление казенного имущества, засвидетельст- вовавших, что в среде политически неблагонамеренных лиц, снова [?] замечается стремление добыть денежные средства для достижения целей противугосударственного характера. Долгом поставляю себе сообщить об изложенном Вашему Пре- восходительству и, на основании п. 4-го Высочайше утвержденной 16-го июля 1882 г. инструкции, просить Вас, Милостивый Государь, принять все зависящие меры к охране банков, казначейств, почтовых учреждений, а также и пересылаемых почт в пределах вверенной Вам губернии. Подписал: Товарищ Министра Внутренних Дел, Заведывающий Полициею, Генерал-Лейтенант Оржевский Скрепил: Директор Плеве Верно: За делопроизводителя ГАРФ. Ф.102. On.260. Д.113. Л.6.
114 Политическая полиция и политический терроризм в России 1887 год №28 Доклад заведующего агентурой в Париже П. И. Рачковского в Департамент полиции о разработке Л. А. Тихомирова 2 февраля 1887 г. Из образа действий Л. Тихомирова1 после уничтожения Женев- ской типографии я увидал, что не предвидится конца его преступным начинаниям. Как ни тяжко было поражение, нанесённое «Народной Воле», Тихомиров всё-таки не примирился с ним: путём чрезвычай- ных усилий, долговых обязательств и компромиссов, он настоял на том, чтобы 5-я книжка «Вестника»’ и «Колокол» вышли отпечатан- ными. Вслед за отпечатанием последовал ряд хвастливых задорных уверений его друзьям в том смысле, что он, Тихомиров, несмотря ни на какие потери, никогда, пока он жив и безопасен, не допустит «Народную Волю» сойти с её передового места в революционном движении. Всё это не позволяло мне ограничиться простым наблюдением событий, происходивших в Тихомировском кружке. Выжидательное положение с моей стороны, оказалось бы крайне выгодным для него и позволяло бы ему, с течением времени, оправиться. Таким образом, я вынужден был немедленно же организовать ряд наступательных действий против кружка, имея целью не только поддержать деморализацию, произведённую в нём Женевским по- громом, но и довести её до крайних пределов. Ошибки Тихомирова, при спешном печатании вторично 5-й книги «Вестника» и её бес- цветность в революционном отношении, послужили для меня руко- водящею нитью. Но для того, чтобы добиться существенных резуль- татов, я пустил в ход все средства, которые имелись в моём распоряжении и которые вместе с тем не могли компрометировать
1887 год 115 Департамент полиции ни прямо, ни косвенно. Итак, никогда не досягаемый прежде революционный авторитет, окруженный ореолом цареубийства, низведен мною на степень обыкновенного проходимца, над которым теперь издевается вся эмиграция и который совершенно теряет среди неё своё исключительное значение. Путём принятых мною мер, я довёл вначале Тихомирова буквально до бешенства, которое вскоре затем сменилось полным упадком как умственных, так и физических сил... Не довольстуясь этим, я, согласно с видами его превосходитель- ства, господина директора Департамента полиции^, надеюсь довести дело до вполне определённого конца и вполне подавить для после- дующего времени необычайную по своей энергии революционную деятельность ненаказанного до сих пор цареубийцы. Поддерживая и усиливая в нём болезненно-нервное напряжение путём воздействия, вместе с другими мерами (которые потребуются обстоятельствами данной минуты), я небезуспешно продолжаю изыскивать меры для того, чтобы сделать самое существование его невозможным в каком бы то ни было заграничном пункте. При таком положении дела, несомненно должно наступить, наконец, то время, когда русское правительство может получить в своё распоряжение этого цареубий- цу не какими-либо рискованными средствами, а вполне легально, как русского подданного, сошедшего с ума за границей. Состоящий прн Министерстве внутренних дел Рачковский4 Резолюция: «Доложено Господину] Министру 9 февраля Ди- ректор Дурново». ГАРФ. Ф. 102. Д-З. 1887. Д. 69. Лл. 15-16. I . Тихомиров Лев Александрович (1852-1923)- В 1871-1873 гг. входил в кру- жок чайковцев; привлекался по делу 193-х. С конца 1878 г. принимал активное участие в создании общества «Земля и Воля». После раскола этой организации (1879)- член Исполнительного Комитета «Народной Воли», виднейший теоретик партии. После разгрома «Народной Воли» эмигрировал (1882). Разочаровавшись в террористических методах борьбы, отошёл от революционной деятельности. В 1888 г. опубликовал брошюру «Почему я перестал быть революционером», подал прошение о возвращении в Россию, которое было удовлетворено Выступал идеологом самодержавия. 2. «Вестник Народной Воли» - журнал, издававшийся в Женеве Л. А. Тихоми- ровым и П. Л.Лавровым (редакция находилась в Париже) с 1883 по 1886 гг.; вышло в свет 5 книг.
116 Политическая полиция и политический терроризм в России 3. Директором Департамента Полиции с 1884 по 1893 гг. был Петр Николаевич Дурново (1845-1913); затем - товарищ министра (1900-1903) и министр внутренних дел (октябрь 1905 - апрель 1906). 4. Рачковскнй Петр Иванович (1853-1910)- с 1885 по 1902 гт. заведовал загра- ничной агентурой, а в 1905-1906 гг. - политической частью Департамента Полиции. №29 Донесение заведующего заграничной агентурой в Париже П. и. Рачковского в Департамент Полиции о состоянии народовольческих кругов эмиграции’ 22 марта (3 апреля) 1887 г. Имею честь представить при сём, для доклада Его Превосходи- тельству Господину Директору Департамента Полиции, добытый мною, агентурными средствами, пробный оттиск письма, с которым Лавров1 решил выступить для объяснения событий, деморализовав- ших в последнее время русскую эмиграцию в Париже и Швейцарии. Подобное письмо, по уверению Лаврова, необходимо, главным обра- зом, для революционеров, действующих внутри России, где, по его убеждению, политическая полиция успела дискредитировать загра- ничных вожаков «Народной Воли» также и теми же способами как за границей и где, следовательно, «товарищи нуждаются в разъяснени- ях...»2. Распространение означенного письма среди эмиграции «после всего пережитого ею», Лавров признаёт неудобным, потому что подобные освещения вызовут, будто бы, новые раздоры и целый ряд нареканий на него за вынужденные односторонности, не разделяемые эмиграцией. Приглашённые на совещание по этому поводу, немногие наро- довольцы отнеслись к названному письму вполне отрицательно, признав, между прочим, что Лавров употребляет в дело обоюдоост- рый нож, предостерегая от «апокрифов» и поселяя таким образом, внутри России, недоверие к действительным заграничным публика- циям. Вместе с тем письмо трактует, будто бы, не вполне деликатно о Тихомирове, особенно по поводу прокламации к «братьям-евро- пейцам». Из содержания приведённого заявления Лаврова, Его Превосхо- дительству Петру Николаевичу, благоугодно будет усмотреть, что * Сноскн № 2 и 4 приведены в оригинале
1887 год 117 поселённый в эмиграции разлад действительно велик; что положение моих внутренних сил упрочено; что народовольческая эмиграция обойдена во всех пунктах своей деятельности и что, наконец, с издате- ля «Общего Дела», Эльпидина3, не снято тяготеющее над ним обви- нение в шпионстве, обвинение, от которого вполне зависит участь его журнала... Вместе с сим, Его Превосходительство изволит, без сомнения, обратить также своё внимание на то обстоятельство, что Лавровское письмо написано вне всякого участия Тихомирова, между тем, как все мои мероприятия были направлены, главным образом, именно против Тихомирова4. Революционер этот действи- тельно не выходит из своего, крайне подавленного, состояния и даже раздражается, когда ему заявляют о необходимости предпринять что- нибудь, или приглашают на собрания, для обсуждения «мер» по этому поводу. Докладывая о вышеизложенном, считаю долгом присовокупить, что доведя Тихомирова до такого состояния, т.е. разрушивши его исключительный революционный авторитет и поселив в нём недове- рие к собственным силам, я считаю совершенно оконченной свою задачу по части деморализации и морального воздействия на него вместе со всем его кружком и что, смею думать, было для меня единственным и достигающим серьёзных результатов, средством, для борьбы с представителями народовольческой группы за границей. Подписал: Состоящий при Министерстве Внутренних Дел П. Рачковский ГАРФ. Ф.1762. Оп.1. Д. 6. Лл.2-3. Копия. 1. Лавров Петр Лаврович (1823-1900) - философ, социолог и публицист, один из идеологов революционного народничества; окончил Петербургское артиллерийское училище, в 1844-1866 гт. преподавал в военных учебных заведениях. Общественная активность Лаврова привела к высылке его в Вологодскую губернию (1867), откуда он бежал; в 1870 г. эмигрировал. В 1873-1877 гг. издавал журнал «Вперед!», в 1883— 1887 гг. - «Вестник Народной Воли». 2. Соображаясь с подобным иазиачеиием, Лавров нашел необходимым умолчать о неотразимых фактах и ярко осветить некоторые другие обстоятельства, в личных интересах редакции «Вестника Народной Воли». 3. Элпидин Михаил Константинович (1835-1908)- революционер-шестидесят- ник, привлекался по делу о крестьянских волнениях в с. Бездна (1861) и о «Казанском заговоре» (1863). В июле 1865 г. бежал из Казанского тюремного замка, эмигрировал. Основал в Женеве русскую типографик) (1866), где печаталась, в частности, газета «Общее Дело», одним из издателей которой ои был. Газета выходила ежемесячно с мая
118 Политическая полиция и политический терроризм в России 1870 по ноябрь 1890 г. (всего 112 номеров); ее редакция стремилась создать широкий антисамодержавный фронт, что вело к расплывчатости политической программы «Общего Дела». 4. Лавров, как известно, вышел из рядов «Народной Воли» и заступничество его за Тихомирова - факт весьма важный. 1888 год №30 ПИСЬМО ЗАВЕДУЮЩЕГО АГЕНТУРОЙ ДИРЕКТОРУ Департамента П. Н. Дурново о наблюдении ЗА ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ РУССКИХ РЕВОЛЮЦИОННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ ЗА ГРАНИЦЕЙ 4/16 ноября 1888 г. Ваше Превосходительство Милостивый Государь, Пётр Николаевич. Вашему превосходительству благоугодно было потребовать от меня сведения во что обошлась мне конспирация с Тихомировым. Позволю себе изъяснить дело с полной откровенностью, на которую вызывает меня милостивое требование Вашего Превосходительства. После уничтожения народовольческой типографии, эмигранты решили поднять тревогу в иностранной печати и воспользоваться означенным случаем, чтобы выступить перед Европой с ожесточён- ными нападками на русское правительсво. Зиая о таковом намерении, я решил не только противодейстовать ему, но, вместе с ним, и демо- рализовать эмиграцию с помощью той же печати, на которую рево- люционеры возлагали столько надежд. Между прочим, благодаря г. Гансену, о котором я уже имел честь докладывать вашему превос- ходительству, результаты оказались самые блестящие: получая отпо- ведь на каждую свою заметку в нескольких органах радикальной Парижской печати, эмигранты скоро вынуждены были замолчать и всё дело кончилось лишь тем, что созданный Тихомировым в Париже террористический кружок потерял свой исключительный престиж,
1888 год 119 а самая эмиграция оказалась опозоренной. Подлинные статьи нахо- дятся при делах в Департаменте полиции... Ход борьбы с Тихомировым создал необходимость в брошюре, где под видом «исповеди нигилиста» разоблачались бы кружковые тайны и тёмные стороны эмигрантской жизни, тщательно скрывав- шиеся от посторонних. Г. Гансен, выбравши французский стиль бро- шюры, отыскал для издания фирму, а самое печатание брошюры обошлось мне 200 фр. Наконец, на отпечатание двух протестов против Тихомирова мною было дано из личных средств 300 фр., а на брошюру Тихоми- рова «Почему я перестал быть революционером» поставлено было моим сотрудником Л.1 и вручено Тихомирову тоже 300 фр. Все же остальные расходы происходили в пределах отпускаемых мне аген- турных средств. Взявши на себя смелость доложить обо всём этом, я имел в виду единственно исполнить приказание вашего превосходительства и нико- гда не дерзнул бы самостоятельно выступить с исчислением расхо- дов, понесённых мною лично и без предварительного разрешения, по конспирациям с Тихомировым и его окружением. Примите, ваше превосходительство, уверения в моём глубоком почтении и беспредельной преданности. Вашего Превосходительства Покорнейший слуга Рачковский ГАРФ. Ф. 102. Д-З. 1888. Д.28. Лл.24-25. 1. Вероятно, А. Ландезен (Гартннг, Геккельман) - агент русской политической полиции в эмигрантской среде.
120 Политическая полиция и политический терроризм в России 1892 год №31 Докладная записка заведующего заграничной агентурой в Париже П. И. Рачковского директору ДЕПАРТАМЕНТА ПОЛИЦИИ П. Н. ДУРНОВО О ПОСТАНОВКЕ РАБОТЫ ОРГАНОВ СЫСКА В СВЯЗИ С ВОЗНИКНОВЕНИЕМ в Петербурге «Группы народовольцев» 24 ноября/6 декабря 1892 г. Наступающая эпоха русского революционного движения во многом сходствует, по моему мнению, с периодом возникновения бывшего «Исполнительного Комитета»1. На известном Липецком съезде, который послужил в 1879 году основанием упомянутого «Комитета», цареубийство было возведено революционерами в систему, как единственное, по их мнению, средст- во добиться конституции, чтобы потом беспрепятственно пропаган- дировать идеи социализма. Точно такие же задачи ставит себе и настоящая Петербургская группа2, если судить по существу вышедшего от неё «Летучего листка народной воли». Как и прежде, революционеры опираются на поддержку русских либералов с той только разницей, что раньше эти господа питали скрытую надежду получить конституцию мирным путём, а потому уверяли партию во вреде и гибельности её стремле- ний, но теперь у них такой надежды уже совершенно не имеется. Следовательно, дело становится в гораздо худшие рамки, ибо исклю- чает либеральные колебания в смысле открытого сочувствия револю- ционерам. Как бы ни разветвлялись революционные кружки в провинции, но главной ареной их практической деятельности должен быть Петер- бург, по условиям ИМПЕРАТОРСКОЙ резиденции и средоточии Правительственных функций. Революционеры в настоящее время
1892 год 121 хорошо понимают, что вне систематического террора для них в России не может быть никакой плодотворной деятельности и потому снова выступают на почве бывшего «Исполнительного Комитета», остере- гаясь повторять его ошибки и противоречия, связанные с предвари- тельной выработкой конечных революционных целей. Предстоящая эпоха по всем данным, грозит неминуемыми ката- строфами, особенно если принять в соображение, что разобщённые революционеры отыскали способы организоваться без помехи со стороны политической полиции, о неподготовленности которой бо- роться с ними на избранном поприще, они очевидно, были предуве- домлены заранее. При означенных обстоятельствах, самая блестящая постановка наружного наблюдения не может дать необходимых результатов и без освещения внутренней жизни революционеров, лишь производит путаницу, нанизывая бесконечный ряд ничего не говорящих имён и поддерживая рискованное напряжение агентурных сил к сугубому удовлетворению неуязвимой внутри революционной среды. Печальный опыт показал, что под давлением одного наружного наблюдения, она только изощряется обманывать полицию и самые опасные конспираторы легко устраивают для себя все внешние признаки благонадёжности; достаточно, например, вспомнить рево- люционные квартиры, увешенные образами или посещение церквей усердно молившимися террористами... Грозящие события, наоборот требуют, чтобы фактически суще- ствующая политическая полиция вполне отвечала своему назначению и находилась не позади возникающих революционных предприятий, а шла им навстречу. Исторический склад русской государственной жизни, к счастью, даёт в этом случае исключительные привилегии против тех стран, где революционное движение принимало неудержимый национальный характер: несмотря на самые острые и зловредные формы, у нас рево- люционное движение носит лишь паразитные особенности увлечений западно-европейскими политическими и социальными теориями, не имея действительных корней ни в обществе, ни в народе. В отдельно- сти. каждому человеку или сословию свойственно ныть, взваливая свои собственные неудачи (как результат лени или отсутствия пред- приимчивости) на Правительство. Этим прискорбным свойством русского человека успешно пользуются беспочвенные, профессио- нальные конспираторы, чтобы «ловить рыбу в мутной воде», особен- но после стихийных бедствий, постигших наше отечество и осущест- влять свои разрушительные замыслы.
122 Политическая полиция и политический терроризм в России Таким образом, успешная борьба с русскими реаолюционерами всегда возможна в пределах правильно функционирующей политиче- ской полиции, если эта последняя признает, что революционное движение приобрело уже постоянный характер, несмотря на времен- ные затишья или отдельные удачные репрессалии и придет к необхо- димости создать из себя прочную, контрреволюционную организа- цию, под непосредственным руководством Департамента Полиции. Сколько бы ни возникало на пространстве России отдельных и замкнутых революционных кружков, политическая полиция данной местности всегда имеет возможность объединить их для безошибочно- го контроля и своевременно пресекать преступные замыслы. Сосредо- точивая, путём внутреннего воздействия, самые разнородные рево- люционные элементы в центральные группы, органы названной полиции должны сделаться распорядителями положения, а не быть рабами революционных предприятий. При известной настойчивости и такте они могут довести дело до того, что подпольные и, вообще, профессиональные революционеры должны будут сойтись под их прямым наблюдением с той или другой легальной средой, им сочув- ствующей. Каждый революционер, действующий например, в Петер- бурге, на собственный страх, непременно примкнёт к искусственному центру, находящемуся в ведении местного руководителя розыскной деятельностью, и наиболее опасные конспираторы всегда будут на виду для соответственных против них мероприятий. Только по роковому недоразумению можно принимать означен- ную плодотворную систему за подобие осужденной всюду провока- ции, которою дерзнёт увлекаться или круглое невежество, или пре- ступное честолюбие, жаждущее громких дел во что бы то ни стало. Для торжества приведённой системы, прежде всего возникает во- прос о приобретении способных и убежденных внутренних агентов. Как ни трудно отыскать их, но невозможностью исполнить такую задачу в состоянии отговариваться лишь те руководители политиче- ской агентуры, которые ограничиваются одним формальным исполне- нием своих обязанностей или косвенно сознающиеся в полной неспо- собности вести доверенное им дело. Внутренних агентов, которые отвечали бы своему назначению всегда можно навербовать из эле- ментов, наиболее враждебных Правительству в данной местности. После асесторонних спрааок о том или другом лице, о его положе- нии, образе мыслей и характере, следует пригласить его (при извест- ной обстановке) для переговоров и, если нельзя рассчитывать на удачу в каждом отдельном случае, то из 5 подобных случаев одно
1892 год 123 или два лица, при искусном давлении, наверное перейдут на сторону Правительства. Если революционеры узнают об этих фактах, то они отзовутся тем хуже на них в моральном отношении и, порождая взаимную подозрительность, принесут гораздо больше пользы, чем самое иде- альное наружное наблюдение. По личному опыту мне известно, что вышеприведенные переговоры действительно представляют большие трудности, требуя чрезвычайной настойчивости, продолжительного времени, ясного понимания вопроса и крайнего нервного напряжения, но тем существеннее оказываются результаты. К сожалению этим дело далеко не исчерпывается. Даже в офи- циальных сферах установились закоренелые предрассудки против внутреннего агента, как продажного, безнравственного и предатель- ствующего человека, не говоря уже о русском обществе, которое по ложным воззрениям на обязанности перед Отечеством, привыкли с брезгливостью относиться ко всему, что соприкасается с Прави- тельством. У нас почти никто не склонен видеть в агенте лицо, испол- няющее скромный долг перед родиной вопреки, например французам, немцам или англичанам, которые в качестве частных людей, сами помогают полиции в раскрытии преступлений и публично гордятся каждым представившимся случаем, который даёт им возможность исполнить эту патриотическую обязанность. Таким образом, при беседах с новыми внутренними агентами, необходимо больше всего убеждать их, что они отнюдь не презренные шпионы, а лишь созна- тельные сторонники Правительства, которые борятся с беспочвен- ными проходимцами, посягающими на спокойствие, честь и нацио- нальное достоинство России. Укрепивши агента на подобной идейной почве, следует также всячески щадить его самолюбие и осмотрительно избегать всего, чтобы хоть отчасти дало ему повод размышлять о своей мнимой позорной роли. Затем уже наступает область опытного руководительства таким агентам, сообразно обстоятельствам. Вышеизложенное представляется по моему скромному разуме- нию, единственным способом предотвратить те невыразимые катаст- рофы, которые обещает видимая постановка нарождающегося внутри России революционного движения. Вне организационной деятельно- сти органов политической полиции с помощью внутренних агентов, остаётся только один рискованный расчет на благоприятные случай- ности, которые имели, например место в Петербурге при недозрелых
124 Политическая полиция и политический терроризм в России или неудавшихся злоумышленник первостепенной важности в 1887 и 1890 годах3. Состоящий при Министерстве Внутренних Дел П. Рачковский Помета: «читал». ГАРФ. Ф. 102. Д-З. 1892. Д.888. Лл.31-35. 1. В нюне 1879 г. накануне Воронежского съезда «Земли и Волн» в Липецке со- брались члены организации - сторонники политической борьбы. Липецкий съезд постановил внести в программу «Земли и Воли» пункт о политической борьбе как первоочередной и самостоятельной задаче. Участники съезда объявили себя Исполни- тельным Комитетом Социально-революционной партии, который в случае согласия общего съезда «Земли н Волн» с новой программой должен был взять на себя осуще- ствление террора от имени организации. Однако, на Воронежском съезде произошёл раскол «Земли и Воли» и Исполнительный Комитет положил начало новой организа- ции - «Народной Воле». 2. Имеется в виду первая «Группа Народовольцев» (вторая существовала в 1894— 1896), возникшая осенью 1891 г. и разгромленная властями в апреле 1894 г. Объявляя о верности «основным принципам» старого народовольчества. «Группа народоволь- цев» вносила в свою практику и идейную аргументацию некоторые новые черты. В частности, вызывала возражения организационная замкнутость прежнего Исполни- телного Комитета: «Признавая наступательный политический террор главным орудием борьбы с самодержавием, мы однако же утверждаем, что систематический террор возможен лишь при таком развитии организации, которое обеспечит живой приток сил» (ГАРФ, Ф. 102, Ос. Отд., 1892 г., Д.888, Л. 13). Группа вела пропаганду среди рабочих; издала два номера «Летучего лнетка» и ряд воззваний. 3. Речь идёт о «втором 1 марта» - подготовке покушения на Александра III так называемой «Террористической фракцией партии «Народная Воля» (П. И Андреюш- кин, В.Д Генералов, В.С. Осипанов, А.И. Ульянов. П.Я Шевырев) в 1887 г. (см. д-т К» 32) и о громком процессе 1890 г., связанном с русской эмшрантской колонией а Париже, когда П. Рачкоаскому удалось пресечь деятельность кружка, изготовлявше- го взрывчатые вещества и снаряды (И Кашинцев (И Н Ананьев), Б. Рейнштейн и др.), участие в работе которого принимал его собственный агент Ландеэеи.
1894 год 125 1894 год №32 ИЗ ОБЗОРА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ДЕПАРТАМЕНТА ПОЛИЦИИ с 1 марта 1881 по 20 октября 1894 г. [•] ОТДЕЛ ПОЛИТИЧЕСКИЙ. После неудавшихся попыток 1879 года, в течение 1880 года в С.-Петербурге начались деятельные приготовления к новому поку- шению на Священную Особу Государя Императора, а именно, заряд динамита был опушен в Екатерининский канал под Каменный мост, с целью взорвать его во время проезда Его Величества; но когда это предприятие не имело успеха, вожаки террористической партии остановились: 1)на подкопе под Малой Садовой, по которой, чаще других улиц, изволил проезжать Государь Император, и 2) на мета- тельных снарядах. Между тем, в течение января 1881 года, было произведено несколько важных арестов, и это заставило заговорщи- ков поспешить приведением в исполнение злодейского их предпри- ятия, которое и совершилось 1-го марта 1881 года. Аресты главных деятелей террористической партии последовали один за другим и в течение менее года были обнаружены и задержаны в С.-Петербурге и Москве почти все находившиеся в России руководители её1. Арест Грачевского2. Весною 1882 г. Департаменту Полиции сделалось известным, что один из главных участников преступлений, задуманных террори- стами, но ещё не разысканный, Михаил Грачевский, имел пребыва- ние в С.-Петербурге и что, по поручению Исполнительного Комите- та, он принял на себя устройство технической школы и мастерской для ознакомления членов преступного сообщества со способами приготовления взрывчатых веществ.
126 Политическая полиция и политический терроризм в России Усилия, направленные к разысканию этого опасного революци- онного деятеля увенчались успехом: в ночь с 4 на 5 июня 1882 года Грачевский был арестован, а затем 6 июня, был сделан подробный осмотр квартиры, где помещалась вышеупомянутая школа... Задержа- ние Грачевского и его сообщников значительно расстроило организа- цию народовольческой партии и из социально-революционных групп того времени обращали на себя внимание только группы: Харьковская, Киевская и Одесская. Арест Лопатина3. 6 октября 1884 г. Лопатин был арестован со всем складом раз- личных документов, из которых благодаря неожиданности ареста, не успел ничего уничтожить. В числе вещественных доказательств у Лопатина оказались два разрывных снаряда, предназначавшихся, по его словам, для убийства Министра Внутренних Дел графа Толстого4. Кроме того, была найдена прокламация «Исполнительного Комитета партии народной воли», поручавшая убийство прокурора Москов- ской Судебной Палаты, ныне Министра Юстиции, Статс-секретаря Муравьева, что и подтвердились произведённым в Москве дознанием о лице, на которого возлагалось это поручение... Найденные у Лопа- тина заметки с адресами указали путь к выяснению значительного числа революционных кружков, и предпринятые по поводу этих арестов расследования коснулись весьма многих городов. Вообще, сопоставление всех данных, обнаруженных вышеупо- мянутым дознанием, привело к заключению, что с марта 1884 г. душою революционного движения, как в Петербурге, так и в прочих городах Империи, был Лопатин, который, будучи прислан в Россию заграничными революционерами, в течение более полугода руково- дил деятельностью отдельных революционных групп, употребляя в то же время все усилия на объединение их в одно сообщество с программою старого Исполнительного Комитета, отчасти видоиз- менённой согласно требованиям времени и заявлениям вновь воз- никшей «молодой партии народной воли»5. [...] ПОКУШЕНИЕ 1 МАРТА 1887 г. НА ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА III6 ...Наилучшим доказательством необходимости беспредельного и самого тщательного наблюдения и внимания со стороны Жандарм- ских Управлений служит преступное посягательство 1-го марта 1887
1894 год \Z1 года, совершённое людьми до настоящего времени или вовсе не принимавшими участия в революционной деятельности, или же в незначительной лишь степени прикосновенными к делам о государ- ственных преступлениях. Обстоятельства, при которых произошло событие 1-го марта, заслуживают особого внимания и излагаются здесь по всей подробности: В конце января 1887 года в Департаменте Полиции была полу- чена агентурным путём копия письма из Петербурга от неизвестного лица в Харьков студенту Университета Ивану Никитину. В этом письме автор сообщал свой взгляд на значение террора в революци- онной деятельности и выражался настолько решительно, что уста- новление его личности представляло известное значение. С этой целью от студента Никитина было потребовано объяснение об авторе письма и Никитин назвал студента С. Петербургского Университета Пахомия Андреюшкина. По получении этих сведений в конце февра- ля за Андреюшкиным, уже ранее замеченным в сношениях с полити- чески неблагонадёжными лицами, было установлено непрерывное наблюдение, выяснившее, что Андреюшкин, вместе с пятью другими лицами, ходил 28 февраля от 12-ти до 5-ти часов дня по Невскому проспекту, причём Андреюшкин и другой неизвестный, по-видимо- му, несли под верхним платьем какие то тяжести, а третий нёс тол- стую книгу в переплёте. 1-го марта те же лица вновь замечены, при тех же условиях, около 11-ти часов утра на Невском проспекте, вследствие чего они были немедленно арестованы и оказались сту- дентами С. Петербургского Университета: Пахомием Андреюшки- ным, 21 года, Василием Генераловым 26 лет, Василием Осипановым 26 лет, Михаилом Канчером 21 года, Петром Горкуном 20 лет и меща- нином Степаном Волоховым. По обыску при Андреюшкине, Генера- лове и Осипанове оказались вполне снаряжённые метательные снаря- ды, у первых двух в форме цилиндров около 6-ти вершков вышины, а у последнего в форме толстой книги, листы которой снаружи были заклеены. У Андреюшкина кроме того оказался заряженный револь- вер, а у Осипанова печатная программа Исполнительного Комитета. Оболочка двух первых снарядов было сделана из папки, оклеенной чёрным коленкором и в эти картонные футляры вставлено по одному жестяному цилиндру; третий снаряд - книга в крепком переплете из толстой папки с выбитыми на корешке словами: «Терминологичес- кий] медицинский словарь Гринберга», был оклеен обыкновенной переплётной бумагой зелёно-мраморного цвета; внутренность выре- зана, а оставленные края листов склеены между собою и свинчены 6-ю
128 Политическая полиция и политический терроризм в России винтами с трёх сторон; в образовавшееся пустое пространство внутри книги вставлена папковая коробочка, в которую помешена жестяная коробка, имеющая вид плоского продолговатого четырёхугольника. Промежутки между папками и жестяными цилиндрами и короб- кою во всех трёх снарядах наполнены свинцовыми жеребейками кубической формы, имеющими вид коробочек, в количестве 251 в одном, 204 - в другом и 86 в третьем снарядах; жеребейки эти наполнены стрихнином. По составным своим частям все снаряды одинакового устройства и представляют вполне приготовленные метательные раз- рывные снаряды с сферой действия двух сажень в диаметре, а с разлётом жеребеек до 20 саженей в диаметре. Динамиту в 3-х снарядах оказа- лось 12-ть фунтов. По обыскам, произведённым тотчас же в квартирах вышена- званных шести лиц, в квартирах Василия Генералова и Пахомия Андреюшкина найдены, в значительном количестве, такого рода предметы и вещества, которые, по заключению эксперта, представ- ляют собою или составные части вышеозначенных разрывных мета- тельных снарядов, или материалы, необходимые для изготовления составных частей тех же снарядов. [...] Независимо сего, при обыске у Генералова найдено около 5-ти фунтов типографского шрифта, двухствольный пистолет, предназна- чавшийся, по объяснению обвиняемого, также для посягательства на Священную Особу Государя Императора, в случае безуспешности действия разрывных снарядов; несколько брошюр революционного содержания и такого же содержания рукописи, из коих обращает на себя внимание рукопись, озаглавленная «Революционная интелли- генция в провинции. Юго-восток», в которой сообщается о положе- нии революционых групп в трёх городах, означенных буквами А., В. и С., причём в сведениях, относящихся к городу В., между прочим, говорится: «направление молодёжи преимущественно террористиче- ское; многие спрашивают отчего замолкла Н.В.; кое-кто высказывает желание скорейшего устранения А 111. Даже военные массы недо- вольны реакцией, но они ограничиваются желанием посадить на Престол кого-нибудь другого»... При обыске у Андреюшкина отобраны: 1) записная книжка, в од- ном месте которой Андреюшкин, между прочим, пишет: «у них (повидимому речь идёт о так называемых русских социал-демокра- тах), слово расходится с делом». Видя причину разлада «в страхе бесплодных жертв». Андреюшкин добавляет: «каждая жертва полез-
1894 год 129 на; если вредит - то не делу, а личности; между тем как личность ничтожна с торжеством великого дела». 2) Письмо, писанное Андре- юшкиным, но ещё не отправленное, на обороте которого оказался писанный химическими чернилами текст, заключающий следующие выражения: «разобрали ли моё последнее письмо. О его содержании никому ни слова. Даже Раисе и Женьке: не их ума дело. Если дело не удастся в течении этих трёх дней (до 3-го марта), то или отложим, или поедем за ним». ГАРФ. Ф.102. On.253. Д. 346. Лл. 196-198(об.). 1. Разгром «Народной Воли» был связан с деятельностью в её рядах С. П. Де- гаева (1857-1920), агента инспектора Петербургского охранного отделения Г.П.Су- дейкина (1840-1883). 2. Грачевский Михаил Фёдорович (1849-1887)- член Исполнительного Комите- та «Народной Воли», по процессу 17-ти приговорён к смертной казни, заменённой бессрочной каторгой. В Шлиссельбургской крепости покончил жизнь самоубийством. 3. Лопатин Герман Александрович (1845-1918)- выдающийся русский револю- ционер, с 1873 г. в эмиграции; с 1870 г. - член Генерального Совета 1 Интернационала, первый переводчик иа русский язык «Капитала» К. Маркса; организатор побега П Л. Лаврова (1870) и попытки освобождения Н.Г. Чернышевского (1871) из ссылки. В 1884 прибыл в Россию в качестве главы Распорядительной Комиссии «Народной Воли» с целью восстановления революционной организации. По процессу 21-го приго- ворён к смертной казни, заменённой бессрочной каторгой. До 1905 г. отбывал заклю- чение в Шлиссельбургской крепости. 4. Толстой Дмитрий Андреевич (1823-1889) - был министром внутренних дел с 1882 по 1889 гг. 5. «Молодые народовольцы» находились в оппозиции по отношению к загра- ничному центру «Народной Воли», отстаивали децентрализацию и автономию в органи- зационном строе партии, считали необходимым применение аграрного и фабричного террора. Усилиями ГА. Лопатина единство организации иа некоторое время было восстановлено. 6. Александр 111 (1845-1894) - Российский Императоре! марта 1881 г. 5 Зак. 761
130 Политическая полиция и политический терроризм в России 1896 год №33 Из справки Московского Охранного Отделения Департаменту Полиции о террористическом кружке И. Распутина 1896 г. Осенью 1894 года в Отделении по охранению общественной безопасности и порядка в городе Москве получены были сведения о том, что в квартире № 6 дома Якуб, по Тншскому переулку, зани- маемой студентом Московского Университета Алексеем Иосифовым Павелко-Поволоцкнм, окончившим курс Московского Университета Иваном Спиридоновым Распутиным, Томскими мещанками Таисией и Александрой Михайловыми Акимовыми и дочерью отставного Коллежского Секретаря Анастасией Николаевой Лукьяновой, проис- ходят частые сборища учащейся молодёжи, на которых Распутин произносит речи террористического характера. Вследствие сего за поименованными лицами с начала января 1895 года учреждено было последовательное наблюдение... В начале марта, означенное наблюдение было усилено, причём с этого време- ни, между прочим, обнаружены были особенно частые сношения Ивана Распутина с Алексеем Павелко-Поволоцким, студентом Мос- ковского Университета Степаном Демидовым Кролевцом - которые, впрочем, в конце марта выбыли из Москвы на родину в город Черни- гов, - дочерью Коллежского Асессора Зинаидой Федоровой Гернг- рос1, учителем Рогожского городского училища Иваном Егоровым и студентом Московского Университета физико-математического факультета Василием Дмитриевым Бахаревым; поведение последнего обратило на себя особое внимание наблюдения всё более и более частыми посещениями им различных аптекарских магазинов, где он, по-виднмому, приобретал разного рода предметы... 25 апреля Баха-
1896 год 131 рев с Распутиным, встретившись на улице, отправились на Вагань- ковское кладбище, пересекши которое, перелезли через деревянный, усаженный гвоздями, забор, перешли, через полотно Московско- Брестской дороги, на Ходынское поле и шагах в 50-ти от полотна дороги приостановились; Бахарев присел, а Распутин, обернувшись лицом к кладбищу, стал наблюдать за происходившим вокруг. После этого они отправились далее и, отойдя от полотна дороги шагов на 300, вошли на вал около одной из выкопанных в этом месте ям, тщательно осмотрелись вокруг и затем скрылись в яме. Через не- сколько минут послышался глухой взрыв, и над местом, где находи- лись Бахарев и Распутин, показался белый дым. По осмотре 26 апре- ля утром означенного места Начальником Охранного Отделения, на дне указанной выше ямы оказалось овальное обожжённое простран- ство около 4-х аршин в длину и 1-го аршина в ширину с небольшим отверстием в земле близ одного края обожжённого пространства; при этом около этого пространства найдена была стеклянная пробирка с бело-желтоватым порошком на дне. Вслед за сим, 27 апреля, наблюдением замечено было, что в 10 часов вечера к квартире Бахарева на извощике подъехал Михаил Иванов Егоров, который, не отпуская извощика, быстро соскочил с пролётки и прошёл к Бахареву; вскоре Егоров вышел оттуда и на том же изво- щике поехал домой, по-видимому, что-то увозя с собой, а 28 апреля к нему пришли Распутин и Бахарев, который принёс с собой какой-то свёрток и бутылку с жидкостью. У Егорова Распутин и Бахарев оставались часа четыре, причём в этот промежуток времени Бахарев всё время оставался в квартире, Распутин же, и Егоров порознь выходили на улицу и, пройдясь немного, возвратились назад. Уходя от Егорова, Бахарев принесённых им предметов при себе уже не имел, на следующий же день, часов в 8-мь вечера, вновь пришёл к Егорову с какими то двумя бутылками, наполненными жидкостью; на этот раз выход из его квартиры Егорова усмотрен не был. 2 мая Распутин, Бахарев и Таисия Акимова сошлись у Зинаиды Гернгрос, откуда втроём отправились в Сокольники, где в роще занимались, по-видимому, какими-то химическими работами. Из числа добытых наблюдением данных, кроме вышеприведен- ных, следует отметить также 18 и 23 апреля. В первый из этих дней Распутин с Бахаревым отправились на вокзал Николаевской желез- ной дороги, где в течение часа осматривали платформу приходящих поездов, обратив особое внимание на поезд к ИМПЕРАТОРСКИМ комнатам со двора, на выход из этих комнат на платформу, а также 5*
132 Политическая полиция и политический терроризм в России на лесенку в конце последней, спускающуюся на полотно дороги. Возвращаясь домой Распутин и Бахарев подробно осматривали неко- торые дома на Мясницкой улице и, дойдя до Мясницких ворот, расстались. 23 апреля те же лица были на Воскресенской площади у Ивер- ской часовни, где осматривали ворота здания Городской Думы и вообще площадь; затем пошли по Театральной площади и, дойдя до Третьяков- ского проезда, смотрели по направлению Китайского проезда, горячо разговаривая, а вслед за сим внимательно рассматривали башню в Китайской стене. Во всех трёх местностях Распутин и Бахарев делали какие-то отметки на бумаге. Все вышеизложенные данные, в связи с распространившимся в Москве слухом о предстоявшем, будто бы, в начале мая 1895 года посещении столицы ИХ ИМПЕРАТОРСКИМИ ВЕЛИЧЕСТВАМИ, дали Московскому Охранному Отделению достаточное основание заподозрить Распутина и Бахарева в намерении произвести террори- стический факт, в виду чего означенным Отделением 4 мая были произведены обыски, как Распутина, Бахарева, Егорова, сестёр Таисии и Александры Акимовых, Гернгрос и Лукьяновой, так и у лиц, заме- ченных в сношениях с ними, а равно сделано было распоряжение об обыскании находившихся в то время в Чернигове Кролевца и Павел- ко-Полоцкого. При этом у Василия Дмитриева Бахарева отобрано было свыше трёхсот предметов, составляющих как-бы химическую лабораторию; по осмотре этих предметов при участии в качестве эксперта, Профес- сора ИМ; О РАТОРСКОГО Московского Технического Училища Колли, оказалось, что всё найденное у Бахарева может быть разделено на две категории: 1. Взрывчатые вещества, а также могущие служить для приго- товления взрывчатых. К этой категории принадлежат: 1) гремучая ртуть, в шести сосудах, в количестве около фунта; 2) пикриновая кислота, в количестве около % фунта; 3) азотная кислота разной крепости, в шести сосудах, и коей вполне крепкой около '/< фунта, годной лишь для приготовления гремучей ртути около 2-х фунтов и негодной столько же; 4) металлическая ртуть, в двух сосудах около 3/« фунта; 5) бертолетовая соль, в одном пакете, в количестве около 10 граммов; 6) хлопчатая бумага, в количестве около 10 граммов и 7) около 3-х аршин стопина. Кроме того: 1) револьвер и при нём коробка с патронами, свёрток с пятью револьверными гильзами, напол- ненными смесью гремучей ртути и пороха, в различных соединениях,
1896 год 133 свёрток с пятью пулями от этих гильз и сверток с незначительным количеством смеси гремучей ртути с порохом; 2) в семи склянках отбросы от приготовления гремучей ртути и 3)несколько кусочков стеклянных трубок, частью вытянутых и частью выдутых. 2. Вещества и предметы, составляющие принадлежность всякой химической лаборатории. [...] Кроме указанных выше предметов, при обыске, произведённом у Бахарева, отобраны были также десять листов бумаги разной вели- чины с сделанными на них, частью на русском, а частью на француз- ском языках, заметки по химии, касающимися почти исключительно приготовления и действия взрывчатых веществ, как-то: нитроглице- рина, пироксилина, пикриновой кислоты и гремучей ртути; один листок с надписью на нём «гремучекислая соль ртути - лучший запал», два листка с списками различных химических веществ и аппа- ратов, с обозначением их стоимости, книжка, озаглавленная «Спра- вочная книжка студента», в коей имеется, между прочим, такой же список, пять учебников химии на русском языке и две книги на французском языке... В виду того, что на двух последних книгах усмотрен был штем- пель «ИМПЕРАТОРСКОГО Московского Университета», было сделано сношение с Ректором этого Университета, который сообщил, что означенные выше книги выданы были 21 апреля 1895 года сту- денту 6 семестра естественного отделения физико-математического факультета Виктору Иванову Бельцову; последний же, будучи до- прошен в качестве свидетеля, показал, что книги эти он взял из университетской библиотеки по просьбе студента 1 курса естествен- ного отделения Ивана Войнарского. Заявляя ему такую просьбу, Войнарский говорил, что достаёт помянутые книги для одного своего знакомого, интересующегося термохимией вообще и практикой её в особенности, и что сам он, Войнарский, взять эти книги из библиотеки не может, так как пожалуй, ему, как начинающему студенту, их не выдадут, а он, Бельцов, находящийся уже на 6 семестре, получит их без задержки. Для определения значения и характера взрыва, произведённого Распутиным и Бахаревым 25 апреля за Ваганьковским кладбищем, найденная на месте этого взрыва при осмотре его Начальником Московского Охранного Отделения стеклянная пробирка препрово- ждена была, для химического анализа находящегося в ней вещества, в Московское Врачебное Управление, которое, в ответ на таковой
134 Политическая полиция и политический терроризм в России запрос, уведомило, что означенное вещество, по исследовании его, признано пикриновой кислотой. Кроме того, произведён был вторичный осмотр помянутого вы-, ше места, причём оказалось, что яма, в которой находились во время взрыва Распутин и Бахарев, имеет длину по внешнему её краю 29 шагов, а по внутреннему - шаг; ширину - 8 шагов и высоту - от 2 до трёх аршин. По предъявлении эксперту - профессору Колли примерного чертежа этой ямы, а равно означенной выше пробирки, эксперт высказал заключение, что, в виду отсутствия в описании ям каких-либо выступов или поворотов, могущих служить ограждением для производящих опыт взрыва, испытание в ней метательного снаряда надо считать совершенно невозможным. Пробирка же с со- держащейся в ней пикриновой кислотой, по его мнению, сплавлен- ной, предназначалась, по всей вероятности, для производства опыта взрыва с целью определить силу действия пикриновой кислоты в сплавленном виде. По обыскам, произведённым у Ивана Спиридонова Распутина, проживавшего, как сказано было уже выше, совместно с Таисией Михайловой Акимовой, и у Михаила Иванова Егорова отобрано: у Распутина и Акимовой: 1) Печатная книга «Дело о совершенном 1 марта 1881 года зло- деянии, жертвой коего пал в Бозе почивший ИМПЕРАТОР АЛЕК- САНДР II» - приложение к журналу «Исторический Вестник». 2) Рукописная тетрадь, заключающая в себе, между прочим: а) выписку из Правительственного Вестника по делу Нечаева", со- держащую сведения о наказании, определённом судом обвинённым по этому делу лицам, сведения о Нечаеве, об образовании им тайного общества, о личности Иванова и об убийстве последнего; б) выписку из бумаг Волховского3, по-видимому привлекавшегося по делу Нечае- ва, где указывается на политическую революцию и истребление гнезда существующей власти, как на единственное средство для достижения конечной цели - социальной революции; в) выписку из газеты «Земст- во» 81 г. № 10 об административной высылке; г) выписку, по-види- мому, из той же газеты, озаглавленную «Тайные общества по русск. законод.» и представляющую краткий исторический очерк законода- тельства о тайных обществах; д) выписку, озаглавленную «Внутрен- нее обозрение № 17» и «Конституционалисты 81 года», содержащую сведения о чрезвычайных мерах, принятых Управляющим Министер- ством Внутренних Дел Маковым после убийства Мезенцева, пере- чень политических убийств и покушений, начиная с убийства Мезен-
1896 год 135 цева по 1 марта 1881 года, с обозначением времени, места и имён жертв и преступников; е) выписку, озаглавленную «Из 18 № 19, 20, 15», с кратким описанием злодеяния 1 марта 1881 года и перечень предшествовавших ему и последующих арестов, с указанием времени и фамилий арестованных и у кого из них найдены динамит и взрыв- чатые вещества; ж) выписку, озаглавленную: «Пыпин. Очерки об- ществ. движ. при Ал. 1» и представляющую краткое изложение образо- вания тайного общества, которое привело к событию 14 декабря 1825 года; в) выписку, озаглавленную «Из биографии Ф. Достоевского», заключающую сведения о кружке Петрашевского; и) выписку, оза- главленную «0.3. №4, 79 г.», с кратким описанием покушения Со- ловьева 2 апреля 1879 года и административных мер, вызванных этим событием. 3) Две рукописные тетради, озаглавленные: «I Отдел Товар- деньги-капитал» и «2 Отдел Прибавочная стоимость», по содержа- нию своему тетради эти представляют изложение сочинения К. Маркса «Капитал». 4) Книга, без переплёта, озаглавленная «Начальный курс химии» Потылицына. В книге этой подчёркнуто карандашом, между прочим, на странице 176 слово «сплавленная», помещённое в том месте, где говорится о действии пикриновой кислоты, как вещества взрывчато- го, и известной в сплавленном виде под именем мелинита. 5) Конверт с письмом на имя И. С. Распутина, полученным из Берлина 9 апреля 1895 года от Владислава Янковского. В письме этом, между прочим, содержатся указания, как доехать до Берлина, и вложены план Берлина, а также визитная карточка Владислава Янковского, на обороте коей на немецком языке, имеется надпись, подписанная Янковским, в надписи этой содержится просьба провес- ти подателя карточки в комнату Янковского, где тот и будет его ожидать. К этому добавлено, что податель карточки по немецки не говорит. 6) Записная книжка с рукописными заметками, в числе коих имеется расчёт стоимости проезда за границу, сравнительный расчёт русских и немецких денег и записано немецкое счисление до 1000. 7) Семь небольших чековых книжек с отрывными листами, при- чём в одной из этих книжек оторвано 24 билета. [•••] В виду всего вышеизложенного Иван Спиридонов Распутин, Ва- силий Дмитриев Бахарев, Таисия Михайлова Акимова и Михаил Ива- нов Егоров привлечены были к настоящему дознанию в качестве
136 Политическая полиция и политический терроризм в России обвиняемых, причём при первоначальных допросах все четверо отрицали какое-либо участие своё в революционной деятельности, впоследствии же объяснили: Таисия Акимова, - что, по её убеждению, настоящее неудовле- творительное положение вещей в России и все бедствия, как-то: невозможное экономическое положение народа, полное его невеже- ство, отсутствие образования вообще полная подавленность всех классов общества, совершенное отсутствие свободы мысли и слова ит. п. происходят от ненормальности существующего политического строя, который поэтому должен быть изменён; достигнуть же этого возможно исключительно путём систематического террора, т.е. ряд последовательных террористических фактов, начиная с цареубийст- ва, при первом удобном случае; наиболее пригодным орудием для совершения цареубийства она признаёт метательный снаряд. Во всех этих взглядах её на террор и планах относительно него, с ней всегда вполне солидарен был Иван Спиридонов Распутин, который был готов пойти на всякий факт. Разговоры по этому поводу у них велись ещё в Октябре 1894 года, когда она, обвиняемая, обращала внимание Распутина на необходимость найти химика, который сделал бы им снаряд. Некоторое время спустя, Распутин передал ей, что химик у него такой есть, и она тут же догадалась, что химик этот - Василий Дмитриев Бахарев. Догадку эту она высказала Распутину, который подтвердил её, а впоследствии ей самой часто приходилось говорить с Бахаревым о его работах над взрывчатыми веществами, об опытах и об успехах их. В 1894 году обвиняемая приехала в Москву осенью и посели- лась на Арбате... Вскоре после этого она получила от Распутина приглашение посещать по субботам собрания, где читались рефера- ты. Собрания эти, насколько она знает, устроены были по мысли Распутина и Алексея Павелко-Поволоцкого, для ознакомления с моло- дёжью и избрания из её среды лиц, пригодных для террористической деятельности. [••] На всех этих собраниях бывала молодёжь и читались рефераты на различные темы. Так, Распутин читал об «экономическом положе- нии крестьян», «активном прогрессе и экономическом материализ- ме», «о среднем и высшем образовании», а Павелко-Поволоцкий о том, откуда пошла рознь между правящими классами и народом». По прочтении рефератов велись обыкновенно разговоры на револю- ционные темы; в разговорах этих, впрочем, о терроре прямо не
1896 год 137 упоминалось, хотя они и клонились к выводу о его необходимости; начинались таковые главным образом Распутиным и Павелко-Поволоц- ким, остальные же в них участия не принимали, за исключением Степана Демидова Кролевца и студента Московского Университета Николая Демьянова Пухтинского, причём, однако, последний высказы- вался против террора. В конце января текущего года у Распутина возникла мысль устроить террористическую организацию, путём обра- зования маленьких кружков из пяти лиц; войти в таковую изъявили согласие, кроме Распутина, она, обвиняемая, Егоров, Павелко-Пово- лоцкий и Кролевец; Бахарев же с самого начала был против такой организации. Принять участие в террористической деятельности обви- няемая и Распутин убеждали также Анастасию Лукьянову и слуша- тельницу акушерских курсов Надежду Ильину Аракчееву, из коих, однако, последняя постоянно заявляла, что находит террор средством безнравственным и призывает лишь культурную деятельность, для чего и думает учиться. Лукьянова сначала никакого положительного ответа не дала, но затем, во второй половине апреля, заявила ей, Акимовой, что террора не признаёт и на террористический факт не пойдёт, после чего между Лукьяновой и Акимовой прервались всякие отношения. Помянутая выше организация, однако, не состоялась, и самая мысль о ней была оставлена. Когда в Москве распространился слух о предстоявшем в мае 1895 года посещении Москвы ГОСУДАРЕМ ИМПЕРАТОРОМ, она, Акимова, и Распутин решили произвести покушение на жизнь ГОСУ- ДАРЯ именно в этот приезд, для чего, при помощи Бахарева, и присту- пили к изготовлению метательных снарядов. С этой целью Бахаре- вым, кажется в конце марта, заготовлены были два пробных снаряда из двух жестяных коробок от зубного порошка, из коих одна была наполнена смесью жёлтой соли синильной кислоты с сахаром, а другая пироксилином; в обоих коробках вставлено было по стеклянной трубке с серной кислотой. С этими снарядами они втроём отправи- лись версты за три от Смоленского вокзала, где таковые и были брошены; оба снаряда взорвались, но Бахарев остался недоволен, говоря, что сила снарядов слаба. После этого они усомнились в дейст- вии смеси желтой синильной соли с сахаром и, так как пироксилин считали трудным и дорогим для приготовления, то стали изыскивать другие вещества и перешли к сплавленной пикриновой кислоте и грему- чей ртути. С этими веществами в пробирках опыт был произведён Распутиным и Бахаревым за Ваганьковским кладбищем, в конце апреля, причём, когда зажгли пробирку, наполненную пикриновой
138 Политическая полиция и политический терроризм в России кислотой с затравкой из гремучей ртути, то последовал легкий взрыв, которым разбило стеклянную трубку и разбросало пикриновую кисло- ту, оставшуюся, таким образом, нечувствительной к взрыву. Кроме того, около того же времени, ей, обвиняемой, пришла мысль послать Распутина в Берлин, чтобы достать там рецепт одного из тех сильно- действующих веществ, которыми пользуются анархисты. Расходы по этой поездке они думали покрыть деньгами, которые рассчитывали получить от некой Марии Михайловой Тереховой, в уплату долга; деньги эти, однако, Тереховою уплачены не были, и предполагавшая- ся поездка за границу не состоялась. В виду этого Бахарев приступил к заготовлению гремучей ртути, которую, кроме своей квартиры, раза два приготовлял у Егорова, знавшего о цели таковых работ, и однаж- ды, 2 мая, в Сокольниках, куда вместе с Бахаревым ездила она, обвиняемая, а также и Распутин, Тогда же в Сокольниках, кроме приготовления гремучей ртути, Бахарев предполагал также испробо- вать взятые им с собою «модели метательных снарядов», заготовлен- ные им из револьверных патронов, наполненных гремучей ртутью и порохом, но опыта этого произвести не удалось, так как в Соколь- никах было много народу. План самого исполнения покушения твёрдо установлен ещё не был. Останавливались на местности около Иверской часовни, что однако, признано было неудобным, а затем думали приобрести окно по пути следования ИМПЕРАТОРА. По этому поводу предполагали одно время воспользоваться приездом в Москву сибирского знакомого Распутина Ромуальда Янковского и уговорить его снять в гостинице нумер с таким окном, причём Янковский о предполагавшемся покушении ничего не должен был знать. Предположение это, однако, было оставлено и стали думать о найме окна; средства же на это рассчитывали получить при уплате долга Тереховою, или же от сбора по чековым книжкам. Мысль об устройстве такого сбора на террористические цели, но под различ- ными другими предлогами, напр. в пользу политических ссыльных и то приходила обвиняемой ещё зимой, но в то время осталась без исполнения; впоследствии же мысль явилась снова, по чьему почину, она, обвиняемая, не помнит; по этим чековым книжкам денег было собрано весьма немного... В случае, если бы в мае 1895 года не пришлось привести в ис- полнение задуманное покушение, Распутин и она, обвиняемая, пред- полагали переехать в С. Петербург с тем, чтобы там продолжать свою деятельность.
1896 год 139 По поводу отобранных по обыску у неё и Распутина книг и ру- кописей Таисия Акимова объяснила, что тетрадь с выписками о рус- ских политических процессах написана рукой Распутина, причём выписки в этой тетради сделаны были Распутиным для реферата, который он собирался читать о революционном движении в России; семь чековых книжек - те самые, по которым она и Распутин произ- водили денежный сбор, о котором говорено было выше; книга «Про- цесс 1-го марта 1881 года» была осенью 1894 года дана ею Распутину в предположении, не пригодится ли им метательный снаряд, подоб- ный тому, описание которого имеется в этой книге; «Начальный курс химии», Потылицына взят был ею у одной из своих знакомых для занятий; отметка в этой книге того места, где говорится о мелините, получаемом путём сплавления пикриновой кислоты, сделана ею, как об одном из самых сильных взрывчатых веществ, известных в на- стоящее время, интерес к которому обусловливался её террористиче- скими планами. Иван Спиридонов Распутин, - что, занимаясь самообразованием, он дошёл до мысли, что жить узким личным интересом невозможно, что одной целью жизни надо поставить вопрос о голодных и разде- тых. Исходя из этой мысли, он постепенно пришёл к заключению о необходимости произвести эффект террористического характера, чтобы обратить внимание правительства и заставить хоть на время очнуться спящее общество; с этою целью он думал найти единомыш- ленников и примкнуть к ним. Осенью 1894 года он стал знакомиться с учащейся молодёжью, для чего организовал периодические собра- ния, на которых читались рефераты по русской действительности. Устраивались эти рефераты у Павелко-Поволоцкого, Таробанько, а затем в его Распутина, квартире, в дом Якуб, где он жил вместе с сёстрами Таисией и Александрой Акимовыми, Лукьяновой и Па- вел ко-Поволоцким. По прочтении рефератов обыкновенно происходи- ли разговоры, которые иногда сводились к вопросам о переустройстве существующего ненормального порядка вещей, и, вполне возможно, что во время таких разговоров в его словах проскальзывала симпатия к террористическим эффектам. При этом, однако, он никого никогда не убеждал идти на террор. Лукьянова сама просила его «ввести её в стан погибающих за великое дело любви», он, относясь к такой просьбе скептически, старался только приучить её к чтению. С Арак- чеевой же у него происходили споры, в которых он, быть может, и упоминал о теории эффектов, но главным образом старался доказать несостоятельность её намерений проповедывать мораль народу.
140 Политическая полиция и политический терроризм в России После смерти покойного ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА в общест- ве началось оживление, но вскоре всё опять стихло и общество вновь впало в спячку. Тогда он, Распутин, решил произвести террористиче- ский эффект и для того предложил заняться взрывчатыми вещества- ми Бахареву, который, хотя и не разделял его воззрений, но согласил- ся изготовить метательный снаряд. В то же время он, Распутин, начал вести переговоры об устройстве организации террористического харак- тера; последняя, однако, не состоялась за недостатком подходящих лиц. В марте разнесся слух, что ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР прибудет в Москву в мае месяце; в виду этого было решено произвести поку- шение на жизнь ИМПЕРАТОРА во время этого посещения. Вслед за сим приступлено было к приготовлениям к такому покушению, для чего Бахаревым были изготовлены два пробных метательных снаря- да, наполненных бертолетовой солью. Снаряды эти им, Распутиным, Таисией Акимовой и Бахаревым были испробованы верстах в двух, за Смоленским вокзалом, причём действие бертолетовой соли показа- лось Бахареву слабым и он перешёл на гремучую ртуть. Последняя приготовлялась Бахаревым сперва у себя дома, но так как при этих работах выделялось большое количество газов, а потому, при малых размерах занимаемого Бахаревым помещения, приготовление там ртути оказалось неудобным, то Бахарев, вместе с Таисией Акимовой и Распутиным, 2-го мая отправились в Сокольники, где Бахаревым и было приготовлено довольно большое количество помянутого взрыв- чатого вещества. В ту же поездку Бахарев брал с собою пять револь- верных гильз, наполненных какою-то смесью, с которыми хотел произвести опыт взрыва, но он воспрепятствовал этому. Кроме означенного выше опыта с двумя метательными снарядами, о кото- ром, между прочим, было известно также Кролевцу и Павелко- Поволоцкому, он, вместе с Бахаревым, в конце апреля произвели за Ваганьковским кладбищем пробу заготовленного Бахаревым взрыв- чатого вещества в стеклянной пробирке, а накануне этого дня с тою же целью ходили к Нижегородскому вокзалу, но там произвести опыта не могли, так как не нашли подходящего места. Все работы Бахарева с взрывчатыми веществами производились им на средства Распутина и Таисии Акимовой, которыми на этот предмет истрачено около 50-ти рублей. Место, с которого можно было бы бросить снаряд, до последне- го времени определено не было. Для приискания такого места он ходил с Бахаревым на Николаевский вокзал, по Мясницкой и к Иверской часовне, но ни на чём не остановился. Предлагали также бросить
1896 год 141 снаряд с колокольни, или же снять для этого окно по пути следования ГОСУДАРЯ; однажды, также в разговоре с Таисией Акимовой и Баха- ревым, упоминалось предположение о том, что если приедет в Моск- ву Ромуальд Янковский, то он, Распутин, попросит его занять нумер на Мясницкой с окном на улицу, причём, однако, Янковский конечно не должен был знать чего-либо о готовившемся. В планы относительно задуманного покушения на жизнь ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА посвящён был также и Михаил Иванов Егоров. По предъявлении Распутину отобранных у него вещественных доказательств он заявил, что «Процесс 1 марта 1881 г.», химия Поты- лицына и две тетради по политической экономии принадлежат не ему, а Таисии Акимовой; что же касается остальных, то тетрадь с выписками из политических процессов составлена им потому, что он интересовался этими процессами, как характеристикой умствен- ных эпох; письмо из Берлина получено им от Янковского, с которым ои вместе учился в Тобольской гимназии. В апреле 1895 года он, Распутин, намеревался ехать в Берлин, чтобы достать там рецепты взрывчатых веществ, и потому написал Янковскому, слушающему лекции в Берлинском Университете, прося того доставить ему сведе- ния, как нужно ехать в Берлин. В ответ на эту просьбу Янковский и сообщил ему означенные сведения, которыми он, однако, не вос- пользовался, так как помянутая поездка его не состоялась за недостат- ком средств. Из письма Янковского сделаны им и отметки в отобранной у него записной книжке относительно иностранных слов и маршрута за границу. Семь чековых книжек были куплены им в числе других для сбо- ра денег, которые предназначались на террористические цели. Соби- раться же деньги должны были под тем предлогом, который каждый собирающий найдёт более удобным: в пользу студентов, курсисток, ссыльных, библиотек ит. п. Книжки эти были розданы многим лицам и кроме того были посланы в Чернигов Павелко-Поволоцкому, кото- рый, в свою очередь, часть их должен был передать Кролевцу. Не- сколько книжечек было дано им также и Войнарскому, причём, однако, последнему о настоящей цели сбора известно не было. [•] Обвиняемый Василий Дмитриев Бахарев объяснил следующее: около Рождества 1894 года Распутин обратился к нему с просьбой, не может ли он приготовить ему метательный снаряд. Хотя при этом Распутин и не указал ему прямо, для чего нужен ему означенный снаряд, но он, обвиняемый, конечно, тут же понял, что снаряд этот
142 Политическая полиция и политический терроризм в России предназначается для покушения на жизнь ГОСУДАРЯ ИМПЕРА- ТОРА, так как ещё раньше знал Распутина за человека с убеждениями террористического характера. Сам он, обвиняемый, таковых убежде- ний не разделяет, но, тем не менее, согласился исполнить приведённую просьбу Распутина из желания научиться делать метательные снаряды, при помощи коих думал уничтожить в России разврат, бросив такой снаряд на бульваре, где гуляют проститутки. С этих пор он начал специально заниматься взрывчатыми веще- ствами, покупая материалы для этого на деньги, получаемые им от Распутина, и вскоре изготовил два пробных снаряда; один из них представлял собою коробку из-под зубного порошка, наполненную смесью бертолетовой соли, сахара и жёлтой соли. Внутри этой ко- робки была вставлена стеклянная трубочка с серной кислотой, а пер- пендикулярно к ней - железный стержень, один конец которого упирался в трубочку, а другой выходил наружу и оканчивался припа- янной к нему студенческой пуговицей; кроме того, в коробку был налит свинец с таким расчётом, чтобы она падала всегда на пуговицу. Устройство второго снаряда было такое же, с тою лишь разницей, что смесь бертолетовой соли, сахара и жёлтой соли заменена была пи- роксилином. Оба эти снаряда были брошены обвиняемым верстах в двух за Смоленским вокзалом, в присутствии Распутина и Таисии Акимовой, и оба взорвались, но взрывы эти оказались меньшей силы, чем предполагал Бахарев. Прийдя в виду этого к заключению, что вышеозначенных взрывчатых веществ ему хорошо не приготовить, он перешёл к гремучей ртути и пикриновой кислоте. Последнюю, однако, он не надеялся приобрести сам, так как думал, что к нему, как к студенту, отнесутся в магазинах с подозрением, а потому, с просьбою купить ему таковой, обратился к Зинаиде Фёдоровой Гернгрос, которая, зная, что он интересуется химией вообще, а взрыв- чатыми веществами в особенности, и согласилась помочь ему. С Гернгрос они вместе отправились в аптекарские магазины, куда, однако же, Бахарев, по той же вышеперечисленной причине, не захо- дил, и, наконец, в москательной лавке, в Торговых рядах, приобрели необходимое ему вещество. Вскоре после этого он, обвиняемый, отправился вместе с Распутиным за Нижегородский вокзал, где и взорвал часть купленной им пикриновой кислоты в пробирке, запалив её смесью бертолетовой соли с сахаром и желтой солью. На следующий затем день обвиняемый, заготовив две пробирки - одну с обыкновенной пикриновой кислотой, а другую с той же кислотой, но в сплавленном виде, пошёл вновь с Распутиным производить
1896 год 143 опыт. На этот раз они направились к Ваганьковскому кладбищу, перелезли через кладбищенскую ограду и, перейдя через полотно Смоленской дороги, спустились в одну из ям, расположенных на Ходынском поле. Здесь ими взорвана была пробирка с пикриновой кислотой в кристаллах, опыта же со сплавленной кислотой произве- сти не удалось, так как пробирка с означенным веществом была им, Бахаревым, где-то утеряна. По предъявлении обвиняемому Бахареву пробирки, найденной Начальником Московского Охранного Отделения, при осмотре им 26 апреля 1895 года означенной выше ямы, обвиняемый удостоверил, что пробирка эта и есть именно утерянная им пробирка со сплавлен- ной пикриновой кислотой. Гремучая ртуть, по объяснениям Бахарева, приготовлялась им сперва у себя дома, но, так как при таком приготовлении выделяются в большом количестве газы, которые беспокоили не только его, но хозяйку квартиры, где он проживал, он передал о таком неудобстве Распутину, который вслед затем сообщил ему, что Михаил Иванов Егоров предоставляет ему для работы свою квартиру, где хорошая тяга. Вскоре после этого был назначен день, когда Бахарев должен был прийти к Егорову, а накануне этого дня Егоров заехал вечером к нему, обвиняемому, и взял от него стакан, который должен был служить для приготовления гремучей ртути. Работы эти он в кварти- ре Егорова производил раза два в присутствии, как Распутина, так и самого Егорова. При этом по вопросу о том, знал ли Егоров о цели приготовления ртути, Бахарев сперва заявил, что по этому поводу ему, обвиняемому, ничего не известно, впоследствии же таковое заявление изменил, объяснив, что Егоров знал о назначении выделы- вавшейся у него гремучей ртути, добавив к этому, что дал первона- чально неверное объяснение потому, что не знал, известен ли Егоров как участник задуманного Распутиным деяния. Кроме своей квартиры и квартиры Егорова, он приготовлял од- нажды гремучую ртуть в Сокольниках, где был 2 мая вместе с Распу- тиным и Таисией Акимовой. В тот же раз он брал с собою пять револьверных гильз, наполненных смесью ртути и пороха с тем, чтобы произвести с ними опыт чисто теоретического характера, но Распутин отговорил его от этого. Что касается далее до предположений о том, каким именно об- разом и откуда должно было быть приведено в исполнение покуше- ние, а также сбора денег по чековым книжкам, обвиняемый Бахарев подтвердил вполне данные по сему предмету Таисией Акимовой
144 Политическая полиция и политический терроризм в России и Распутиным объяснения, добавив лишь, что о помянутом выше сборе денег он впервые услышал у Егорова, а по поводу задуманной Распутиным террористической организации объяснил, что однажды в квартире Распутина, в доме Якуб, присутствовал при начатом Распу- тиным разговоре о составлении такой организации по способу пятё- рок; при этом разговоре находились Егоров и Иван Иванов Скворцов; он, Бахарев, стал возражать Распутину, который в свою очередь опровергал доводы его, Бахарева, а Егоров поддерживал Распутина; Скворцов слушал молча. Спрошенные по этому поводу Таисия Акимова и Распутин объяс- нили: первая, - что, насколько она помнит, Николай Иванов Скворцов, кажется, однажды присутствовал при разговоре о террористических организациях вообще и отзывался о них неодобрительно, брат же его Иван ни разу при таких разговорах не был и вообще, так же как и Николай Скворцов, террору не сочувствовал и о планах их ничего не знал; Распутин же, - что такого разговора припомнить не может, но что если таковой был, то при нём присутствовал скорее Николай, а не Иван Скворцов. В виду этого Бахареву предъявлена была фотографическая кар- точка Ивана Иванова Скворцова, причём он заявил, что личность, изображенная на означенной карточке, ему знакома, но что имени этого лица не знает и точно припомнить не может, присутствовал ли Скворцов при описанном выше разговоре. Допрошенный в качестве свидетеля Николай Иванов Скворцов показал, что он познакомился с Распутиным осенью 1894 года чрез брата своего Ивана, с которым он, свидетель, живёт на одной кварти- ре. Первое время Распутин был у них довольно часто, а затем, когда переехал на общую с кем то квартиру, стал заходить реже. Он, свиде- тель, был у Распутина на этой общей квартире два раза и встречал там лиц, которых, однако, ни по имени, ни по фамилии не знает. Никем из всех этих лиц при нём революционных взглядов не выска- зывалось, а равно и не говорилось о каких-либо организациях. Относительно вещественных доказательств обвиняемый Бахарев объяснил, что часть отобранных у него химических приборов и ве- ществ относится специально к взрывчатым веществам, остальные же к гальванопластике и простым опытам; учебники по химии принад- лежат ему, за исключением лекции Меншуткина, полученных им от студента Ивана Васильева Войнарского, и французского руководства Вертело, взятого из университетской библиотеки по его просьбе, тем же Войнарским, Записная книжка, в коей, между прочим, имеется
1896 год 145 список различных аппаратов и веществ с обозначением их стоимости, никакого отношения к настоящему делу не имеет, так как сделанные в ней записи представляют нормальные цены указанных в них пред- метов; из числа же тринадцати листков, описанных в протоколе осмотра, семь написаны им, Бахаревым, а остальные - Зинаидой Федоровой Гернгрос. Это последнее обстоятельство Бахарев объяс- нил следующим образом: получив во второй половине апреля от Войнарского Вертело, он, не зная сам французского языка, отправил- ся с этой книгой к Гернгрос, с просьбою перевести ему некоторые места; сначала Гернгрос читала ему целые главы, а затем он указал ей те места, выписки коих ему надо было бы иметь, попросив при этом формулы выписывать буквально, а также сделать краткие характери- стики каждого вещества. Исполняя приведённую просьбу Бахарева, Гернгрос едва ли знала о настоящей цели, для которой ему, Бахареву, нужны были означенные выписки, так как он ей об этом не говорил. Вследствие изложенных объяснений Бахарева помянутые выше выписки из руководства Бертело предъявлены были привлечённой к дознанию в качестве обвиняемой Зинаиде Фёдоровой Гернгрос, которая, признав, что выписки эти действительно сделаны ею, дала по этому поводу тождественные с Бахаревым объяснения, указав при этом, что она была у Бахарева раза три, видела разные химические приспособления и знала, что он особенно интересуется взрывчатыми веществами: причина, однако, возбуждавшая особый его интерес именно к этому отделу химии, ей неизвестна. В конце апреля Бахарев обратился к ней с просьбой купить ему пикриновой кислоты, говоря, что ему, пожалуй, таковую не выдадут, ей же, как барышне, могут продать без затруднения, предположив, что она нужна ей для окраски искусственных цветов. Она, обвиняе- мая, согласилась исполнить эту просьбу и для этого отправилась в различные аптекарские магазины вместе с Бахаревым, которые однако, всюду оставался ждать её на улице, за исключением моска- тельной лавки в Торговых рядах; здесь они купили пикриновой кислоты на 35 копеек, но качество этой кислоты показалось Бахареву сомнительным, и поэтому она после того зашла в магазин Келлера, где купила ещё на 20 копеек. С Бахаревым познакомилась у сестёр Таисии и Александры Акимовых, с которыми сначала виделась на курсах, а затем стала бывать у них на квартире в Тишинском переул- ке, в доме Якуб; здесь она встретилась с Распутиным, Кролевцом, Егоровым, Таробанько и братьями Николаем и Иваном Скворцовы- ми; все эти лица собирались у Акимовых раза два, причём в разгово-
146 Политическая полиция и политический терроризм в России рах затрагивались самые разнообразные темы, но никто крайних взглядов не высказывал. [••] Прн допросе Александры Акимовой в качестве обвиняемой она объяснила, что в Москву приехала в августе 1894 года и вскоре поселилась в доме Гофман, по Арбату, в одной квартире с Няшиным, Чистяковой, сестрой своей Таисией, Оссопинской и Лукьяновой. Проживая ещё в этой квартире, она слышала, что в Москве существу- ет «кружок радикалов», к которому принадлежит и Иван Спиридонов Распутин. Познакомившись затем с Распутиным и переехав в дом Якуб, где кроме неё, обвиняемой, Таисии Акимовой и Распутина, жили также Лукьянова и Павелко-Поволоцкий, ей и самой пришлось слышать от Распутина высказываемые им «радикальные взгляды». В чём таковые выражались, она с точностью сказать не может, пом- нит только, что он критиковал существующий порядок вещей и сочув- ственно относился к деятельности участников дела 1 марта. Всё это было для неё, обвиняемой, новинкой и, конечно, не могло не подей- ствовать, так что в скором времени и она начала разделять означен- ные взгляды. Соглашались также с Распутиным и сестра её Таисия, и Лукьянова, и Павелко. В конце января, однако, она начала убеж- даться в своей непричастности к какому-либо серьёзному делу и вслед- ствие этого, не говоря сестре о настоящей причине, переселилась в Большой Козихинский переулок, сперва в дом Орлова, а затем в Д.Артынова. В то же время и сестра её оставила квартиру в доме Якуб и переехала вместе с Распутиным в Мичинер, на Старую Пло- щадь. С этих пор отношения её сестрой начали охлаждаться, а недели через две после помянутого переезда она получила от Распутина письмо, в котором тот просил её прекратить на некоторое время её к ним посещения; письмо это она объяснила себе тем, что Распутин заметил её «непригодность к делу», и после этого была у них за всё время всего раза два-три; сестра же её заходила к ней всего два раза. Последний раз она была у неё в конце апреля и принесла чековую книжку, по которой просила обвиняемую собирать деньги в пользу политических ссыльных; из этой книжки она, обвиняемая, успела продать лишь три билета. Когда она жила ещё в доме Якуб, то в квартире этой у них по субботам собирались знакомые, из коих она припоминает Бахарева, Пухтинского, Таробанько, братьев Скворцовых, Егорова и Зинаиду Гернгрос. На этих собраниях происходили иногда чтения, разговор же противоправительственного характера она не помнит.
1896 год 147 Кроме того на той же квартире бывала у них Надежда Ильи- нишна Аракчеева, которой Распутин высказывал свои революцион- ные воззрения; Аракчеева, однако, с таковыми взглядами никогда не соглашалась и однажды, как ей, обвиняемой, передавали (кто - не помнит), порицала участников дела 1-го марта. После этого Распутин переменил об Аракчеевой мнение в худшую сторону, и она почти совсем перестала бывать у них. [...] Степан Демидов Кролевец, при допросе его в качестве обвиняе- мого, объяснил, что с Иваном Спиридоновым Распутиным он знаком и до декабря 1894 года бывал у него на квартире. Вслед за сим он, Кролевец, уехал из Москвы и, по возвращении своём, в феврале у Распутина уже не бывал и почти совсем с ним не встречался. Алек- сея Осипова Павелко-Поволоцкого он также знает и раза два в квар- тире его матери присутствовал при чтении рефератов «об образова- . нии мужском и женском»; какие разговоры происходили там по прочтении этих рефератов - не помнит. Бахарева видел только мель- ком, когда проходил мимо его комнаты к земляку своему студенту Московского Университета Николаю Николаеву Корнейчику-Се- вастьянову, жившему в одной квартире с Бахаревым, но слышал о последнем как о человеке, весьма усердно занимавшемся химией. Учителя Михаила Иванова Егорова хотя и знает, но на квартире у него никогда не бывал. Из разговоров, происходивших у него с Распутиным осенью 1894 года, он помнит разговор, в котором Распутин, говоря об эконо- мическом и политическом положении России, находил это положе- ние неудовлетворительным, разбирая же способы «уничтожения зла», как он выражался, критиковал теории культурничества и социал-де- мократическую, признавая лишь теорию террора. Разговор этот, имея характер принципиального рассуждения, практической деятельности не касался, и только в феврале обвиняемый услышал от Распутина, что «недурно было бы составить партию из пятёрок», и что люди, согласные с ним, есть. Все эти разговоры с Распутиным происходили у него с глаза на глаз. Он, обвиняемый, относился к высказываемым Распутиным взглядам отрицательно, так как, хотя и признаёт эконо- мическое положение России плохим, но, будучи сторонником теории мирного прогресса, не может сочувствовать каким бы то ни было насильственным мерам. Поэтому он от всякой активной помощи отказался, и, если дал положительный ответ на просьбу Распутина достать для него, при возможности, денег, то потому, что знал о том.
148 Политическая полиция и политический терроризм в России что прежде Распутин собирал деньги в пользу нуждающихся курси- сток. Денег, однако, для Распутина собирать и не думал, чековых книжек от него не получал и имелись ли таковые у Павелко-Повб- лоцкого, не знает. О покушении на жизнь ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА, как о деле решённом, Распутин ему ничего не говорил; равным образом ничего не слыхал и об опыте с двумя метательными снарядами. В феврале или марте 1895 года, когда он сидел у Корнейчика-Севастьянова, то в комнате Бахарева что-то начало шуметь; обвиняемый обратил на это внимание Корнейчика-Севастьянова, который смеясь и, по-види- мому, шутя, очень громко сказал: «это Бахарев бомбы делает»; по поводу этого незначительного обстоятельства он, Кролевец, начал сопоставлять всё известное ему о Распутине и в конце-концов при- шёл к мысли: «а может быть и в самом деле». Для проверки такого объяснения был допрошен сожитель Баха- рева, обвиняемый Николай Николаев Корнейчик-Севастьянов, кото- рый объяснил, что он действительно жил в одной квартире с Бахаре- вым, помещаясь в соседней с ним комнате; между комнатами этими была общая дверь, которая, однако, была заперта и заставлена его, Корнейчика-Севастьянова, кроватью. Бахарев, насколько он знает, весьма усердно занимался химией, и в его комнате постоянно шумела бензинка, которую он употреблял при своих опытах. В означенной комнате его, обвиняемого, Кролевец бывал, причём, однако, он поло- жительно удостоверяет, что разговора, подобного описанному выше, хотя бы и в шутливой форме, не было. [...] Спрошенный в качестве обвиняемого Алексей Осипов Павелко- Поволоцкий объяснил: приблизительно в конце сентября 1894 года Распутин предложил устроить собрания молодёжи, как он говорил, с целью содействовать приобретению ею общественных убеждений и, кроме того, как вскоре стало очевидным, для ознакомления с уча- щейся молодёжью и революционной пропагандой. Собрания эти, на которых, в числе других, бывали он, обвиняемый, Распутин, Кроле- вец, Бахарев, Таробанько, Пухтинский, Таисия Акимова, Аракчеева и Лукьянова, происходили раза три у него, Павелко-Поволоцкого, раз у Таробанько, а затем, несколько раз, в общей его и Распутина квар- тире, в доме Якуб, причём на этой квартире, кроме поименованных лиц, бывали также Иван Скворцов и Егоров. Начинались собрания обыкновенно чтением рефератов на различные темы, а после чтения заходили разговоры, которые велись преимущественно Распутиным
1896 год 149 и Пухтинским, высказывавшимися за революционную борьбу; такие же взгляды выражал и он, обвиняемый, поддерживая иногда Распу- тина. При этом последний на этих собраниях прямо за террор не высказывался; какого же направления на них держался Пухтинский, он точно определить не может, но помнит, что когда в частном разговоре при Пухтинском упоминалось о терроре, то он говорил, что по этому поводу у него нет ясно сложившихся убеждений. Кролевец на собраниях революционных взглядов не обнаруживал, в частных же беседах являлся сторонником террористической деятельности. По переезде на общую квартиру, Распутин, в конце ноября или начале декабря, стал говорить о необходимости образования револю- ционной организации; лица, вошедшие в первоначальный кружок, должны были образовать второстепенные кружки из пяти лиц, кото- рые относились бы между собой чрез представителей, остальные же члены оставались бы друг другу неизвестными; назначением описан- ной организации была террористическая деятельность. Таковая мысль Распутина в дальнейшем осуществления не получила, причём, одна- ко, к Распутину примкнули Таисия Акимова, Егоров, Кролевец и он, обвиняемый. Кроме этих лиц, о задуманной Распутиным организации известно было Пухтинскому, который, однако, о состоявшемся кружке из перечисленных лиц не знал, равно как и Аракчеева, высказывав- шаяся притом против всяких революционных теорий. Анастасию Лукьянову Распутин также убеждал в необходимости революцион- ной деятельности, но каковы были окончательные результаты тако- вых переговоров, Распутин ему не сообщал. Целью лиц, вошедших в помянутый выше кружок, было наме- чено покушение на жизнь ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА; при этом Распутин говорил ему, обвиняемому, что покушение это должно быть совершено во время посещения ГОСУДАРЕМ Москвы, весной минувшего 1895 года, но было ли это окончательно решено, он не знает. Взрывчатые вещества для такого покушения приготовлялись Бахаревым, который, однако, сам террористических убеждений не разделял. Средства для таковых работ доставлялись Бахареву Распу- тиным. Относительно этих работ ему, Павелко-Поволоцкому, между прочим, известно, что однажды Бахаревым производились какие-то химические опыты у Егорова, а другой раз были испробованы за каким-то вокзалом метательные снаряды, причём результаты этого последнего опыта, по словам Распутина, оказались сомнительными. Незадолго до пасхи этого года, он, обвиняемый, начал убеж- даться в ложности проповедуемых Распутиным взглядов, но, избегая
150 Политическая полиция и политический терроризм в России прямого объяснения с Распутиным, ничего не говорил ему об этом, решив уехать на пасхальные каникулы из Москвы и более сюда не возвращаться, а поселиться у себя в имении и заняться сельским хозяйством. [...] По обыску, произведённому у Ивана Васильева Войнарского, у него отобрано: 1) Печатное воззвание, озаглавленное «В виду нового царство- вания» и подписанное «Парт. Народного Права». 2) Печатная брошюра издания журнала «Набат» в Женеве4, оза- главленная «Община и Государство» Чернышевского, и 3) Маленькая книжка в синей обложке с отрывными листками в виде билетов, из коих 34 оторвано; на обложке этой книжки имеет- ся надпись: « в пользу бедной курсистки, получающей образование за границей». Относительно этих предметов Войнарский, спрошенный в каче- стве обвиняемого, заявил, что означенное выше воззвание он получил на лекциях в Университете, где оно появилось во второй половине января 1895 года, и не уничтожил его только по забывчивости; сочи- нение же Чернышевского «Община и Государство» досталось ему при розыгрыше книг Киевского землячества, членом коего он состо- ял; вместе с этим сочинением им получена была также революцион- ная брошюра «Союз или борьба», которую он думал, по прочтении, сжечь, но затем передал её Анне Федоровой Вильковской, прожи- вавшей в той квартире, куда он каждый день ходил обедать; спросила его: «что это?», и он отдал её ей, прося Вильковскую уничтожить её по прочтении. Найденная у него чековая книжка также дана ему в землячестве для сбора денег в пользу студентов, высланных 3-го декабря 1894 года из города Москвы. По поводу знакомства своего с Бахаревым и Распутиным Войнар- ский объяснил, что когда именно, и при каких обстоятельствах, он познакомился с Распутиным, припомнить не может; более же близкое знакомство началось приблизительно с Пасхи 1895 года. Около этого времени он зашел к Распутину справиться, не может ли тот доставить ему какие-либо занятия, и остался у него пить чай. При этом у них зашёл разговор, во время которого Войнарский заметил, что «русский народ предан своему ГОСУДАРЮ» и что «Самодержавие в России, благодаря этому, сильно». С этого замечания разговор перешел на существующий в России образ правления, причём Распутин выска- зал, что надо стремиться к ограничению МОНАРШЕЙ Власти, и что
1896 год 151 для этого «нужно создать организацию с полнейшей конспирацией, поделить на пятёрки так, чтобы сносились между собою одни только представители этих пятёрок, а затем, путём систематического терро- ра, действовать», заметив при этом, что в случае кто-нибудь предаст эту организацию, то должен быть убит, и что он не поколебался бы поступить с таким лицом так же, как поступил Нечаев с Ивановым. Когда же он, Войнарский, возразил ему, что всякую деятельность можно оправдать, но никоим образом не террор, то тот стал доказы- вать целесообразность последнего, а затем формулировать свою программу несколько иначе: систематический террор и всё, что ему способствует. При этом разговоре присутствовала Таисия Акимова. При прощании Распутин сказал ему, обвиняемому, что он думает издать статью на ремингтоне и на покупку такового просил его собрать денег, передав ему при этом для сбора чековые книжки. Боясь отказать Распутину в этой просьбе, он книжки эти взял, но сбора по ним не производил. Книжки эти остались у него на квартире после обыска, так как взяты не были, и уничтожены в числе других ненужных вещей. После этого разговора Распутин стал часто захо- дить к нему и каждый раз старался убедить его, что принести пользу можно единственно лишь террористической деятельностью. Сперва он думал, что все эти разговоры ведутся Распутиным из желания поговорить, но потом, когда в одно из своих посещений Распутин сказал ему, между прочим, следующую фразу: «всегда выгоды нужно оценивать с пожертвованиями; вот, например: стоит ли жертвовать собою ради убийства Бердяева5? Нет, ради него собою жертвовать не стоит, так как можно гораздо больше принести пользы», он начал подозревать, не замышляет ли Распутин серьёзно террористический факт. Несмотря на это, однако, он хотя и держался противоположных убеждений, но не прерывал с Распутиным отношений, так как боялся, чтобы тот не заподозрил его в желании выдать его и не поступил бы с ним, как «Нечаев поступил с Ивановым». С Бахаревым обвиняемый познакомился в Университете ещё до Рождества 1894 года, но у него не бывал. В апреле же зашел к нему как-то за лекциями по физике, и в этот раз Бахарев обратился к нему с просьбой достать ему из университетской библиотеки химию Верте- ло, так как сам он, будучи исключен из Университета за невозмож- ность платы за право слушания лекций, взять её не мог. В то время он, Войнарский, об отношениях Бахарева с Распутиным ещё не знал, да и кроме того не мог предполагать, что химия эта была нужна Бахареву для преступных целей, так как не считал Бахарева, как начинающего
152 Политическая полиция и политический терроризм в России студента, достаточно подготовленным к домашним лабораторным занятиям. В виду этого, он согласился исполнить просьбу Бахарева и через несколько дней передал ему просимое сочинение, достаа таковое при помощи студента старшего курса Виктора Бельцова. Не взял он химии из университетской библиотеки сам потому, во-пер- вых, что в то время редко бывал в Университете, а во-вторых, опа- сался, как-бы ему не отказали в выдаче этой книги, как студенту 1-го курса, не имеющему ещё понятия о взрывчатых веществах. После этого он стал иногда бывать у Бахарева и вскоре узнал, что лаборато- рия его содержится отчасти на средства Распутина; вслед за сим, прийдя как-то к Бахареву, застал его за приготовлением гремучей ртути и, шутя, спросил, не думает ли он повторить 1-е марта; на это тот также шутя, ответил: «ну, что ж, если бы пришлось, и повторил бы»; при этом Бахарев пояснил, что 1-го марта был употреблен гремучий студень, и что гремучая ртуть гораздо действительнее, так как тот иногда и не взрывается, а ртуть взрывает безошибочно, а затем, взяв с него клятву, что он, обвиняемый, будет молчать обо всём, что он ему сообщит, сказал: «вот мы думаем на Николашку охоту устроить с Распутиным» и тут же добавил, что они предпола- гают подкупить сторожа на колокольне и оттуда бросить снаряд, или же воспользоваться приездом в Москву знакомого Распутину купца и уговорит его снять нумер на Мясницкой с окном на улицу. Он, Войнарский, начал убеждать Бахарева, что это страшное злодеяние и фанатизм, и что этого не следует делать, на что тот заметил, что Распутин действительно фанатик, целью своей жизни поставивший террор, как самую, по его мнению, плодотворную деятельность для русского человека. Своих политических убеждений Бахарев не выска- зывал. Выйдя в этот день от Бахарева, он, обвиняемый, решил сооб- щить Бахареву, что будто готовятся обыски, и этим самым заставить его уничтожить приготовленную им гремучую ртуть; а если бы и эта мера оказалась безуспешной, то в крайнем случае, намеревался, несмотря на данную им клятву, сообщить властям о готовящемся злодеянии. Ни того, ни другого он, однако, сделать не успел, так как 2-го мая к нему зашел Распутин, который, на вопрос его, Войнарско- го, действительно ли он думает совершить покушение, несколько успокоил его, ответив, что это при существующей охране совершен- но невозможно, а 4-го мая он, обвиняемый, был арестован. К изложенному обвиняемый Войнарский присовокупил, что от Павелко-Паволоцкого он предложения вступить в какой-либо рево- люционный кружок не получал, и что, кроме химии Вертело, он действительно передал Бахареву ещё химию Меншуткина.
1896 год 153 По содержанию объяснений обвиняемого Войнарского были до- прошены Таисия Акимова и Распутин, которые, заявив, что Войнар- ский террору не сочувствовал, объяснили: первая, - что она разговора Войнарского с Распутиным относительно организации террористиче- ского характера не помнит, но что Павелко-Поволоцкий, действи- тельно, предлагал Войнарскому вступить в означенную организацию; что ответил на это Войнарский, она не знает. Распутин, - что озна- ченный разговор, действительно, происходил. В начале мая он, Распу- тин, заходил к Войнарскому, но о покушении он с Войнарским не говорил, хотя помнит, что в тот раз его удивили некоторые фразы Войнарского о таких обстоятельствах, которых тот не должен был знать; объяснил он себе это тем, что Войнарскому сообщил об этих обстоятельствах Бахарев. По объяснениям - же этого последнего, он, Бахарев, с Войнарским, насколько помнит, о покушении не говорил и фразы: «мы хотим на Николашку охоту устроить с Распутиным», не произносил. [...] ГАРФ. Ф. 102. Д-5. 1896 г. Д.38. Ч. 1. Лл.3(об.)-30(об). * * * Дело о кружке И. Распутина было по Высочайшему соизволению (14 февраля 1896 г.) «разрешено административным порядком, с тем, чтобы подвергнуть одиночному тюремному заключению Распутина на пять лет, Акимову и Егорова на три года, а Павелко-Поволоцкого и Кролевца на один год каждого, с высылкою затем под гласный надзор полиции первых двух в отдалённые местности Якутской облас- ти на десять лет, Егорова туда же на восемь лет, Павелко-Пово- лоцкого и Кролевца в отдалённые .местности Восточной Сибири на пять лет каждого и наконец Пухтинского - в Восточную Сибирь, сроком на три года». (ГАРФ. Ф. 102. Д-5. 1896. Д. 38. 4.1. Л. 89). I. Гернгросс (Жученко) Зинаида Федоровна - с 1893 г. секретный сотрудник Московского Охранного Отделения. Кружок И. Распутина был раскрыт именно благода- ря ей. В 1898 г. выехала за границу: в 1904 г. возобновила сотрудничество с русским политическим сыском, освещая деятельность эмиграции; в 1905 г. вернулась в Москву, входила в состав областного комитета ПСР. Разоблачена В. Бурцевым в 1909 г. 2. В «Правительственном Вестнике» за 1873 г. печатался судебный отчет о деле С. Г. Нечаева (1847-1882). обвинявшегося в убийстве (21 ноября 1869) студента Москов- ской Земледельческой Академии И. И. Иванова, члена нечаевской «Народной Расправы».
154 Политическая полиция и политический терроризм в России Нечаев был приговорен к лишению всех прав состояния, 20-летней каторге и Поселе- нию в Сибири навсегда. 3. Волховский Феликс Владимирович (1846-1914)- по делу нечаевцев (1871) оправдан; по процессу 193-х (1878) приговорен к ссылке в Тобольскую губернию; из Сибири бежал; основатель «Фонда вольной русской прессы» за границей, 4. «Набат» - журнал бланкистского направления, издавался с декабря 1875 г. по сентябрь 1881 г. в Женеве н Лондоне (с 1879) под редакцией П.Н. Ткачева, К Турского н П. Грецко. 5. Бердяев Николай Сергеевич - начальник Московского Охранного Отделения. 1900 год №34 Сопроводительное письмо министра иностранных дел В. Н. Ламздорфа товарищу министра внутренних ДЕЛ П. Д. СВЯТОПОЛК-МИРСКОМУ1 (к документу № 35) 2 августа 1900 г. Совершенно секретно Милостивый Государь Князь Пётр Дмитриевич, Вверенное мне Министерство доводило в своё время до сведе- ния Министерства Внутренних Дел отзыв государств, принимавших участие в Римской конференции 1898 года по поводу проектирован- ных ею мер борьбы с анархистами. Из этих отзывов Ваше Сиятельство изволит усмотреть, что мно- гие Европейские Державы вполне сочувствуют предположению применить выводы выше помянутого международного съезда на практике. В этом отношении существенно важным явилось бы принятие к общему руководству тех установленных в акте 21 декабря 1898 года начал, которые касаются противодействия анархической пропа- ганде во всех её видах. Недавние покушения анархистов и убийство Короля Гумберта2 * * * * * В служат явным подтверждением настоятельной необходимости при- ложить все возможные усилия в этом направлении.
1900 год 155 Но для выполнения проектированных Конференцией пожеланий потребуется целый ряд мероприятий внутреннего свойства в области законодательной и административной. Дабы подвинуть эту внутреннюю работу отдельных Государств и подготовить почву для международных соглашений по этой части, представляется желательным, путём негласного обмена мнений между Правительствами Держав, примкнувших к акту Римской Конферен- ции, выяснить, в какой степени проектированные в 1898 году средст- ва для подавления анархической пропаганды могут быть применены на практике. Исходя из этих соображений, я почёл долгом повергнуть на предварительное ВЫСОЧАЙШЕЕ благовоззрение проект секретного циркулярного предписания Российским представителям за границею, испрашивая соизволение ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА на передачу сего проекта на заключение Министерства Внутренних Дел. Ныне, во исполнение ВЫСОЧАЙШИХ указаний ЕГО ИМПЕРА- ТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА, вменяю себе в долг препроводить озна- ченный проект Вашему Сиятельству, покорнейше прося почтить меня по содержанию оного отзывом, с возвращением приложения. Примите, Милостивый Государь, уверение в совершенном моём почтении и таковой же преданности. Подписал: Граф Ламздорф0 ГАРФ. Ф.102. Ос. Отд. 1898 г. Д.500. Лл. 102-103. Копия. I. Святополк-Мирский Петр Дмитриевич (1857-1914)- с 1900 по 1902 гг. това- рищ министра внутренних дел, с 1902 по 1904 гг. Виленский, ковеиский и гродненский генерал-губернатор, с августа 1904 г. по январь 1905 г. министр внутренних дел. 2. Король Италии Гумберт (Умберто) 1 в июле 1900 г. был убит анархистом Дж. Бреши. 3. Ламздорф Владимир Николаевич (1844-1907) - с 1900 по 1906 гг. министр иностранных дел Российской Империи.
156 Политическая полиция и политический терроризм в России №35 Проект секретного циркулярного предписания РОССИЙСКИМ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМ ЗА ГРАНИЦЕЙ ОБ ОСУЩЕСТВЛЕНИИ РЕШЕНИЙ РИМСКОЙ МЕЖДУНАРОДНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ I 898 Г. ПО БОРЬБЕ С АНАРХИЗМОМ 11900| Трагическая кончина Короля Гумберта и недавние покушения на жизнь Принца Валлийского и Персидского Шаха служат явным подтверждением того, что пропаганда анархистов не только не ослабе- вает, но приобрела за последнее время новые силы. Развитие противусоциальных учений, угрожая общественному и государственному строю всех цивилизованных стран, требует от правительств неусыпного внимания и неустанной борьбы с проявле- нием анархизма во всех его видах. Но опыт многих лет доказал, что единичные старания отдельных Государств недостаточны для искоренения зла - для сего необходи- мы совокупные усилия, основанные на международных договорах. В этом отношении почин Итальянского Правительства, созвав- шего в 1898 г. в г. Риме конференцию для изыскания средств борьбы с анархической пропагандой был первой попыткой призвать европей- ские Державы к согласному и единодушному действию против общего врага. Результаты, достигнутые Италией, весьма значительны: пред- ставители двадцати государств подписали предложения Римской Кон- ференции и в настоящее время семнадцать примкнули к её выводам без всяких оговорок. Акт 21 декабря 1898 г. включает в себя целый ряд мероприятий, затрагивающих область административного, зако- нодательного и политического характера. К сожалению, предположения Конференции, выраженные в фор- ме общих принципов и пожеланий, далеки ещё до осуществления. Хотя многие правительства, по-видимому, склонны сделать нужные к тому шаги, однако до настоящего времени применяется на практике только одна указанная Конференцией мера и то негласно, именно - установлен обмен сведений по наблюдению за наиболее известными анархистами и их деятельностью в крупных городских центрах. Возникшие, таким образом, непосредственные сношения между главными полицейскими органами различных стран несомненно
1900 год 157 облегчают надзор за неблагонадёжными элементами, но как оказа- лось, не в состоянии предотвратить новых анархических покушений. При таких обстоятельствах невольно возникает вопрос: не свое- временно ли выяснить, в какой степени возможно проведение в жизнь других пожеланий Конференции 1898 г., а главным образом, тех, которые, стремясь побороть зло в самом корне, касаются мероприя- тий политического и законодательного характера. По этому поводу надлежит заметить, что Конференция давала себе полный отчёт в трудностях, с коими сопряжено в конституцион- ных государствах принятие полицейских мер общественной безопас- ности и утверждение парламентами законоположений, стесняющих свободу печати и сходок, хотя бы созываемых с явно разрушитель- ными целями. Но собравшиеся в Риме делегаты двадцати европей- ских Государств не остановились в предвидении этих преград: исходя из мысли, что анархизм не есть политическая доктрина, Конференция признала за анархическими преступлениями характер общеуголов- ных деяний и в связи с этим выразила пожелание, чтобы уголовный закон преследовал не только самое преступление, содеянное анархи- стом, но также: 1) составление сообществ с целью подготовления и совершения подобных преступлений и 2) явное и тайное к тому подстрекательство, хотя бы выраженное в форме апологий совер- шённых анархистами покушений. В том же самом порядке идей Конференция предлагала установить повсеместно уголовные взыска- ния за распространение всяких произведений печати, проповедую- щих разрушительные теории, а равно произвольное оглашение судеб- ных отчётов и документов, относящихся до анархических процессов. Насколько известно ИМПЕРАТОРСКОМУ Правительству, вы- шеприведённые резолюции конференции до сих пор остаются мёртвой буквой. Большинство уголовных и полицейских кодексов не содержат постановлений, преследующих и карающих открытую пропаганду, в публичных сборищах и в повременных изданиях, цареубийства и разрушения социального строя. Между тем наибольшею опасностью грозит современному об- ществу проникновение анархической проповеди в низшие народные массы, главным образом при посредстве митингов, сходок и распро- странения среди рабочего населения анархических листков и бро- шюр, восхваляющих «знаменитых» адептов анархии и призывающих недостаточные классы к вооружённому восстанию против состоя- тельных. Действуя этим способом на ум и воображение неразвитого люда, проповедники анархических учений легко вербуют последователей
158 Политическая полиция и политический терроризм в России пропаганды «фактом» среди подонков общества и фабричных рабо- чих. Не касаясь экономических причин этого явления, нельзя не признать, что для защиты этих слоев от анархической заразы недос- таточно одного негласного полицейского надзора за выдающимися анархистами и карающей власти суда, когда Казерио, Лукени и Бресси уже совершили свои гнусные злодеяния. Ужасное преступление в Монце1 повергло всех друзей порядка в негодование и, помимо живейших симпатий к личным качествам покойного короля, произвело в нашем Отечестве самое тягостное впечатление. Вот почему ИМПЕРАТОРСКОЕ Правительство спешит заявить полную готовность со своей стороны способствовать всеми завися- щими от него средствами совокупному воздействию держав на подав- ление анархической пропаганды. Но в этом отношении оно считает долгом заметить, что созвание в этих целях новой конференции представляется ему не настолько действительным, как выяснение, путём доверительных сношений между Кабинетами, в какой степени Государства, примкнувшие к акту Римской Конференции, признают своевременным воспользоваться рекомендованными на этом между- народном съезде способами борьбы с анархизмом. Сюда, по мнению ИМПЕРАТОРСКОГО Правительства, отно- сится главным образом забота о согласовании с резолюциями Конфе- ренции уголовных законоположений и административных правил. В развитие начал, намеченных в акте 21 декабря 1898 г., надлежало бы включить в кодексы общую статью, карающую анархизм, как сообщество вредное для безопасности социального строя, независимо от формы правления, и налагающую взыскания за открытый призыв к убийству и разрушению. Из этого, как следствие, вытекало бы привле- чение к суду лиц, публично или печатно заявляющих себя «воинствую- щими» анархистами, запрещение анархических митингов и закрытие печатных органов, проповедующих и восхваляющих насилие и «передел». ИМПЕРАТОРСКОЕ Правительство сознаёт все трудности ус- пешного выполнения подобной задачи, особенно в тех странах, где радикальная группа в парламентах и пресса поддерживают анархистов и противятся проведению в закон решительных мер против них. Но оно считает своей нравственной обязанностью не оставаться равно- душным свидетелем тех возмутительных событий, от которых ещё недавно содрогнулась совесть всего цивилизованного мира. Обо всем вышеизложенном Вам, М.Г. поручается объясниться словесно с Министром Иностранных Дел Правительства, для выяс-
1900год 159 нения самым доверительным образом, не признает ли местная власть войтн по настоящему предмету в предварительный обмен мнений, а о последующем благоволите донести мне. ГАРФ. Ф.102. Ос. Отд. 1898г. Д. 500. Лл. 110-113. * * * Возвращая проект предписания российским дипломатическим представителям, П.Д. Святополк-Мирский писал В. Н. Ламздорфу, что «Министерство Внутренних Дел вполне присоединяется к дово- дам», изложенным в этом документе, и «признает рассылку оного весьма желательной» (ГАРФ. Ф.102. Ос. Отд. 1898 г. Д.500. Л. 121). 1. Убийство Итальянского короля Умберто I 29 июля 1900 г. 1901 год №36 ПИСЬМО МИНИСТРА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ Д. С. СИПЯГИНА МИНИСТРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ В. Н. ЛАМЗДОРФУ В СВЯЗИ С РАССЛЕДОВАНИЕМ ДЕЛА О ПОКУШЕНИИ НА ЖИЗНЬ МИНИСТРА НАРОДНОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ Н.П. БОГОЛЕПОВА1 18 февраля 1901 г. Доверительно Милостивый Государь, Граф Владимир Николаевич. Из данных расследования по делу покушения на жизнь Минист- ра Народного просвещения выясняется, что обвиняемый Гомельский Мещанин Пётр Карпович провёл последний год в Берлине, занимаясь в Королевской библиотеке и местном Университете. Применение к неко- торым студентам Киевского Университета Высочайше утверждённых
160 Политическая полиция и политический терроризм в России временных правил 1899 года за участие этих лиц в бывших в Универ- ситете беспорядках, вызвало, по имеющимся у меня указаниям, сильную агитацию среди русской молодёжи, обучающейся за грани- цей, а также среди эмиграции, в том числе в Берлине, где по этому поводу, в начале текущего февраля, состоялось несколько сборищ, на которых присутствующие агитировали в смысле необходимости протес- та и принятия репрессивных мер против представителей Русского Прави- тельства. В числе агитаторов особенно выделялся Карпович, который под влиянием этих разговоров и, по-видимому, снабженный даже деньгами от местной русской революционной группы, и выехал 10 февраля в Петербург, где 14-го совершил своё гнусное покушение. Обстоятельства и подробности дела по скольку они выяснены данными дела, сообщены уже Директором Департамента Полиции2 Президенту Берлинской Полиции, как для выяснения обстоятельств проживания Карповича в Берлине, так и для проверки некоторых его показаний. Независимо сего, для ближайшего выяснения сношений Карпо- вича с кружками русских эмигрантов и русских студентов в Берлине, а также участия, которое эти лица могли принять в задуманном покушении, командирован в Берлин Чиновник Особых поручений Департамента Полиции Статский Советник Рачковский, которому поручено войти в конфиденциальные по сему делу сношения с Пре- зидентом Берлинской Полиции и установить как обстоятельства дела, так и обсудить возможность о порядке принятия тех или других мер против лиц, причастность коих к делу будет установлена. Сообщая об изложенном Вашему Сиятельству, имею честь по- корнейше просить Вас, Милостивый Государь, не отказать предупре- дить об изложенном Императорского Посла в Берлине3, прося его оказать возможное содействие Статскому Советнику Рачковскому, в чём понадобится, в исполнении возложенного на него поручения, а также просить Действительного Тайного Советника Графа фон-дер Остен-Сакена, по установлении виновных, настоять самым энергич- ным образом перед Германским Правительством о принятии против них надлежащих мер, производстве обысков и арестов, допущении Статского Советника Рачковского к осмотру вещественных доказа- тельств и бумаг, которые будут отобраны по обыскам, а затем, со- гласно предположений, установленных Римской Конференцией4, о вы- сыпке наиболее скомпрометированных виновников в распоряжение русских властей.
1901 год 161 В ожидании отзыва Вашего Сиятельства, покорнейше прошу Вас, Милостивый Государь, принять уверение в совершенном уваже- нии и преданности. Подписал: Д. Сипягин5 ГАРФ. Ф.102. Ос. Отд. 1901 г. Д.24. Лл.45^16. * * * В фондах Особого Отдела Департамента Полиции сохранилась выписка из перлюстрированной корреспонденции от 22 февраля 1901 г.: «Про Карповича рассказывают, что это человек в высшей степени прямой и резкий. Ещё в Гимназии сражался с начальством. Живя заграницей, он числился только в Университете, на самом же деле занимался переправкой нелегальной литературы в Россию. Члены Берлинского руссого ферейна говорят, что у них все ува- жали Карповича, но никто не любил его за его резкость и прямоту. Думают, что это не одиночный замысел: Карповича кто-нибудь заменит и произойдут новые покушения. Суровые меры правительства вызовут лишь применение терро- ра: на сцене явятся кинжалы, револьверы, бомбы и т. п». (ГАРФ. Ф. 102. Ос. Отд. 1901 г. Д.24. Л. 158(об.). 1. Боголепов Николай Павлович (1846-1901) - с 1898 по 1901 гг. министр народ- ного просвещения, один из авторов «Правил», согласно которым студенты, принимав- шие участие в беспорядках, отдавались в солдаты (в 1900 г. такая участь постигла 183 студентов Киевского Университета). 14 февраля 1901 г. был смертельно райей исклю- ченным из университета студентом П.В. Карповичем (1875-1917). Карповича осудили на 20 лет каторги, которую он до 1905 г. отбывал в Шлиссельбургской крепости, затем был сослан в Сибирь, бежал за границу. 2. Директором Департамента Полиции с 1897 по 1902 гг. был Сергей Эрастович Зволяиский. 3. Послом Российской Империи в Берлине с 1895 по 1912 гг. был Николай Дмитриевич Остен-Сакеи. 4. См. д-т№ 35. 5. Сипягин Дмитрий Сергеевич (1853-1902)- с 1894 г. товары министра внут- ренних дел, с октября 1899 г. управляющий Министерством Внутренних Дел, с 1900 г. министр внутренних дел. Убит эсером С. В. Балмаыевым. 6 Зак. 761
162 Политическая полиция и политический терроризм в России 1902 год №37 Сообщение секретного сотрудника Виноградова1 (Е. Ф. Азефа) из Берна в Департамент Полиции 26 февраля (11 марта) 1902 г. Вышел 2-й N «Вестника русской революции»* 2 от имени партии «Социалистов-революционеров». Все статьи там проникнуты одним духом - необходимо революционерам организоваться и образовать «Исполнительный комитет». Этим духом проникнуты теперь все более или менее действующие кружки, не исключая социал-демокра- тических. Судя по настроению здешней публики и по письмам из России, террористическая борьба возникнет, вероятно, в самом непро- должительном времени. Ввиду этого я считаю произведённые Вами массовые аресты во всех городах очень удачными, так как это не даёт возможности окрепнуть революционным силам. Теперь отовсюду жалуются на разгромы и некоторый упадок настроения... Печатается по: «Письма Азефа (1893-1917)». - М., 1994. С. 71 1.Один из псевдонимов Евно Фншелевича Азефа (1870-1918), секретного со- трудника Департамента Полнцни (с 1892), одного нз органнзаторов н лндеров ПСР. После ареста Г. Гершуни (1903) он возглавлял Боевую Организацию ПСР, руководил подготовкой ряда важнейших террористических актов (убийство В. К. Плеве (1904), великого князя Сергея Александровича (1905) н др). В 1908 г. разоблачен ВЛ Бурце- вым; приговорен к смерти ЦК ПСР; скрылся. Во время I Мировой войны был аресто- ван в Германии (1915) как русский шпион; находился в тюрьме до декабря 1917 г.; умер в Берлине. 2. «Вестник Русской Революции» - социально-политический журнал, выходил с 1901 г. в Париже как орган «Группы старых народовольцев» под редакцией К. Тарасова (Н. С Русанова). В 1902 г. журнал стал официальным теоретическим органом партии эсеров. Закрылся в 1905 г. Всего вышло 4 номера.
1902 год 163 №38 Агентурные сведения о покушении Е. А. Алларт1 НА ЖИЗНЬ МОСКОВСКОГО ОБЕР-ПОЛИЦМЕЙСТЕРА ГЕНЕРАЛ-МАЙОРА Д. Ф. ТРЕПОВА2 18 марта 1902 г. Вы уже знаете о постигшем нас несчастье с Д. Ф Удивительное скверное у нас самочувствие. Должно быть от то- го, что задели человека сердцу близкого... Алларт (карточку прила- гаю) была освобождена и избавлена от наказания по доброте Д.Ф, который как раз к моему в то время докладу получил от её сестры, Ольги, слезницу, с приложением свидетельства невропатолога. Спири- дович3, вернувшись с её допроса, выходил из себя и настаивал на усилении ей наказания, ибо она не только ему надерзила, но и хлопа- ла дверями. Д. же Ф. умягчился докторским свидетельством и велел её освободить на поруки сестры. И вот финал. Прилагаю нелегально добытые протоколы судебного следствия об Алларт. А всему виной в деле Алларт - тюремные порядки и канцеляр- ская волокита. Волга становится и три недели придётся держать сту- дентов в Москве. Жду вторых беспорядков. Техники уже начинают. Видать «один в поле не воин». Мы все перехворали, - но мы за всех сработать не можем: мы агентурим, мы выслеживаем, мы арестуем, мы допрашиваем, мы тюремствуем, мы родным слезы вытираем, мы подштанники принимаем, мы на вокзал отправляем, мы официальную переписку ведём... Словом, за всех и за вся. Как отстранился, так скандал. За всеми учреждениями как нянька ходи, да своих дел не забывай. Право, в аду будет легче... Ах, если бы можно было только своим делом заниматься. А им приходится заниматься только между делом... Словом, все посторонние лица и учреждения существуют только для того, чтобы портить нами сделанное. Тригони4 не остался без влияния на Алларт - это для меня несомненно, а между тем Прокурор сваливает вину на Губернатора, последний на первого. Мы же - какой-то политический «Мюр и Мерилиз» - за всех и за вся. И это безо всякого просвета в будущем... Будь мы в состоянии сработать за Главное Тюремное Управление и Управление Российских железных 6*
164 Политическая полиция и политический терроризм в России дорог - давно бы все студенты сидели в местах ссылки. Но этого нельзя - и является призрак новых беспорядков. Удивительные беспо- рядки царят в земле Российской. ГАРФ. Ф.102. Ос. Отд. 1902 г. Д.131. Лл.1-1(об.). 1. См. д-т№ 39. 2. Трепов Дмитрий Федорович (1855-1906)- сын Федора Федоровича Трепова- старшего (петербургского градоначальника, в которого в 1878 г. стреляла Вера Засулич); генерал-майор свиты, с 1896 по 1904 гг. московский обер-полицмейстер; с января 1905 г. петербургский генерал-губернатор, с апреля по октябрь 1905 г. товарищ министра внутренних дел и командующий Отдельным Корпусом жандармов, затем - Петергоф- ский дворцовый комендант. 3. Спиридович Александр Иванович (р. 1873) - жандармский офицер. В 1900 г. был прикомандирован к Московскому Охранному Отделению, где служил под руково- дством С. В. Зубатова. В 1902 г. назначен начальником Таврического, а в 1903 г. - Киевского Охранного Отделения. После покушения на его жизнь секретного сотруд- ника П. Руденко (май 1905) был отозван в Петербург. С 1906 по 1916 гг. заведовал агентурой при дворцовом коменданте, затем был назначен ялтинским градоначальни- ком. После Октябрьской революции эмигрировал. 4. Тригони Михаил Николаевич (1850-1917) - член Исполнительного Комитета «Народной Воли»; арестован 27 февраля 1881 г., по процессу 20-ти (1882) приговорен к 20 годам каторги. До 1902 г. содержался в Петропавловской и Шлиссельбургской крепостях, затем был сослан на о. Сахалин. В октябре 1905 г. амнистирован. №39 Протокол допроса е. а. алларт, СОВЕРШИВШЕЙ ПОКУШЕНИЕ НА МОСКОВСКОГО ОБЕР-ПОЛИЦМЕЙСТЕРА Д. Ф. ТРЕПОВА 18 марта 1902 г. Судебный Следователь Московского Окружного Суда по важ- нейшим делам допрашивал обвиняемую, которая показала: Евгения Александровна Алларт, потомственная почётная граж- данка г. Москвы, здесь и родилась, здесь и живу в Дурновском пере- улке, по Пречистенке, в д. Гольцевой, 22 лет, законнорожденная, православная, окончила курс в Московской частной гимназии Констан в 1896 г., потом была на педагогических курсах в Москве и затем на курсах воспитательниц и руководительниц физического развития, в Петербурге; я девица, определённых занятий не имею, живу на средства отца, который получает пенсию. Под судом не была, но
1902 год 165 9 февраля меня арестовали с улицы и заключили в Бутырскую тюрь- му, где я находилась 13 дней. Я признаю себя виновной в том, что хотела убить Московского Обер-Полицмейстера Трепова и с этой целью, взявши из дома заря- женный револьвер, пришла на общий приём просителей в доме Обер- Полицмейстера и пыталась выстрелить, но выстрела не последовало, так как револьвер дал осечку. Мысль убить Обер-Полицмейстера явилась у меня на прошлой неделе, в среду или в четверг, после того, как я прочитала в газетах распоряжение относительно наказания задер- жанных в Москве 9 февраля. У меня явилась мысль отмстить Обер- Полицмейстеру за приговор относительно задержанных и отмстить только путём его убийства; никакой другой формы мщения я не хотела. Я решила окончательно убить его и тогда же вспомнила о том, что у меня есть револьвер, который мне подарил брат, скон- чавшийся 12 ноября 1901 года. Револьвер мне был подарен со вло- женными во все стволы зарядами. Я решила привести своё намерение относительно убийства путём этого револьвера. У меня составился совершенно определённый план действия: я решила отправиться на приём к Обер-Полицмейстеру и там убить его выстрелом из моего револьвера... Чувство мести явилось у меня только после прочтения в газетах о приговоре. Кроме того, мне было известно, что задержан- ные заперты по камерам, что к ним приставлена стража. Я знаю также, что задержанные голодают, отказываются есть пищу, которую им подают. Мне за всех их хотелось отмстить и я на это решилась. Сегодня я отправилась на приём, чтобы сделать убийство и взяла с собою револьвер, зная хорошо, что он заряжен на все заряды, но перед своим уходом я револьвера не осматривала. Я совершенно свободно прошла в приёмную, написанного прошения у меня никто не спрашивал, так оно и осталось у меня в кармане и было уже потом отобрано от меня после задержания. Я вошла в комнату и стала вместе с прочими просительницами в первом ряду. Это было в 1 час. Скоро вошёл в ту же комнату Обер-Полицмейстер и стал принимать просительниц. В это время я вышла из толпы и направилась к Обер- Полицмейстеру, которого от меня никто не загораживал. Револьвер был у меня сначала в кармане. Я опустила туда руку, взвела курок, вынула револьвер, нацелилась в Обер-Полицмейстера и в таком виде вышла из толпы и направилась к нему. Что дальше было и спустила ли курок, стукнул ли - я определённо не могу сказать и припоминаю весьма смутно. В совершенно нормальное, прежнее состояние я при-
166 Политическая полиция и политический терроризм в России шла только тогда, когда меня вели по двору. Больше в своё оправда- ние добавить ничего не могу. Подписали: Евгения Александровна Алларт Судебный следователь (подпись) Прокурор Палаты Посников Прокурор Набоков ГАРФ. Ф.102. Ос. Отд. 1902 г. Д.131. Лл.4^1(об.). №40 Письмо ПОМОЩНИКА московского ГЕНЕРАЛ-ГУБЕРНАТОРА А. Г. БУЛЫГИНА МИНИСТРУ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ В. К. ПЛЕВЕ О МЕРАХ БОРЬБЫ С ТЕРРОРИЗМОМ 22 марта 1902 г. Сов. секретно Второй случай, слава Богу, неудавшегося покушения иа жизнь Генерал-Майора Трепова1 в такой короткий промежуток времени, указывает на возбуждённое настроение известной части общества и, как всегда бывает, на психическую заразу людей, склонных под впечатлением потрясающих событий мыслить в одном известном направлении. Опыт террористических покушений указывает также и на то, что мотивами их в значительной степени служит тщеславное желание хотя бы и дорогою ценою, лишения свободы, а иногда и жизни, обратить на себя всеобщее внимание и стать известностью со внесе- нием в списки пострадавших революционеров. Поэтому, изыскивая способы для борьбы с террористическими попытками, нельзя огра- ничиваться одними мерами предупреждения и охраны, а необходимо, по моему мнению, считаться и с вышенамеченными психологиче- скими явлениями. Вот почему я находил бы крайне желательным, чтобы был установлен порядок, но разумеется не для одной Москвы, а уже для всей России, по которому в сообщениях о совершённых покушениях никогда бы не упоминалось ни имени, ни фамилии совершившего преступление, а только говорилось бы, к какому оно принадлежит полу и, в случае если бы признавалось необходимым
1902 год 167 дать ему какое-либо наименование, то числить его по номеру. Поря- док этот опять-таки, как мне кажется, мог бы даже быть объявленным в «Правительственном Вестнике» при первом случае, если бы тако- вой к несчастью представился, ибо мотив его совершенно ясен и принадлежит к средствам борьбы, быть может наиболее действи- тельным, но уже несомненно наименее болезненным. Тщеславное ожидание ложно понятого мученичества, может лишь разогреть фана- тизм, но уверенность заранее, что принесённая жертва, хотя бы ложной идее, не будет связана с именем лица её принесшего, конечно послу- жит к охлаждению болезненного порыва. Все эти мысли я счёл нуж- ным изложить для личных соображений Вашего Превосходительства, но тем не менее, интересуясь знать поскольку Вы признаёте их полез- ными, крайне буду Вам обязан сообщением Мне Вашего мнения по настоящему поводу. Генерал-Адъютант Булыгин2 ГАРФ. Ф.102. Ос. Отд. 1902 г. Д.171. Лл.16-16(об.). 1. Имеется в виду попытка покушения иа Д.Ф. Трепова, осуществленная 21 мар- та 1902г. В. В. Мнхалевским (вторая в течение этого месяца после теракта Е. А. Алларт, см. д-т№ 38, 39). 2. Булыгин Александр Григорьевич (1851-1919)- с 1893 г. являлся московским губернатором; с 1902 г. - помощником московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича; с января по октябрь 1905 г. - министр внутренних дел; председатель Особого совещания для вырабоки проекта закона о созыве Государст- венной Думы («Булыгннская» Дума). №41 Сообщение секретного сотрудника Виноградова (Е. Ф. Азефа) из Берлина в Департамент Полиции 5/18 апреля 1902 г. Только что получил телеграмму Вашу1 - очень хорошо понимаю причины Вашего беспокойства о Гершуни2 в такое время. Думаю, что не мешает Вам не выпускать его уже теперь из виду, не потому, конечно, чтобы я думал, что он затевает или может затеять какой- нибудь террористический факт, а потому, что он, очевидно, велико- лепно организовывает партию социалистов-революционеров, кото-
168 Политическая полиция и политический терроризм в России рая, как видно, начинает встречать всё больше и больше сочувствия в революционных кругах. Ясно, конечно, что организация, если она окрепнет, перейдёт непременно на террористическую борьбу. Нельзя не отказаться от мысли, что и последний факт, может быть, исходит от какой-либо организации, или, по крайней мере, преступник имеет какого-нибудь сообщника3. Гершуни себе поставил задачу создать сильную организацию - партию, потому я думаю, что он не скоро сам решиться на какой-нибудь поступок. Живёт он нелегально, так что не так легко с ним увидеться. Переписку он ведёт с Парижем, Берном, раньше писал и нам в Берлин, но теперь недели 2 как нет от него письма. В Питере он встречается с Иванчиным-Писаревым4 (редак- ция «Русского богатства»), Дм. Ал. Клеменцом5 (с последним реже) и Марией Петровной Лавровой6 (дочерью известного умершего эмиг- ранта). Отсюда ему писали «Верову (в Москву), до востребования». Вам надо следить за перепиской из Парижа и Берна. Кроме того, с ним переписывается Яков Абрамович] Френкель7, который пере- ехал теперь в Гейдельберг, так что и за перепиской из Гейдельберга Вам следует наблюдать. Пишут из этих мест ему довольно часто. Кроме того, Вам необходимо, как мне кажется, запастись людьми, которые его хорошо знают в лицо. Часто он видится с известной Вам Брешковской8 (конспиративная кличка «Бабушка»). Она недавно была в Киеве, теперь, кажется, в Одессе. Полагаю, что все эти данные облегчат Вам его найти. При этом мой совет его не арестовывать, но не выпускать из виду, тогда вы многое получите и будете довольны. Сообщите о результатах Ваших расследований - с своей стороны я буду сообщать всякую мелочь, которая могла бы облегчить вам эту задачу. Наступает, кажется, довольно тяжелое время для нас... Печатается по: Письма Азефа (1893-1917). - М., 1994. С. 77-78. I. Телеграмму «Димитрия» (Ратаева) «Виноградову» (Азефу от 4/17 апреля 1902 г. см.: ГАРФ. Ф.102.00. 1898. Д.2. 4.8. Л. Б. Л.28. Ратаев Л. А. (1860-1917)- чииовиик особых поручений при Департаменте Полиции, с 1898 по 1902 г. заведовал Особым Отделом, с 1902 по 1905 г. - заграничной агентурой. 2. Гершуни Григорий Андреевич (1870-1908)- одни нз основателен ПСР. член ЦК, руководитель Боевой Организации партии. Арестованный в 1900 г. в Минске по делу Рабочей партии политического освобождения России, он был выпушеи иа свободу под честное слово С. В. Зубатовым. Организовал убийство министра внутрен- них дел Д.С. Сипягииа (2.04.1902), покушение иа харьковского губернатора И.М. Обо- ленского (29.07.1902) и убийство уфимского губернатора Н. М. Богдановича (6.05.1903). 13 мая 1903 г. Гершуни был арестован вновь; осужден по делу БО ПСР; приговорен
1902 год 169 к смертной казни, замененной бессрочной каторгой. Отбывал заключение в Шлиссель- бургской крепости, затем в Акатуевской каторжной тюрьме, откуда осенью 1906 г. бежал за границу. 3. Имеется в виду теракт Степана Валерьяновича Балмашева (1882-1902), кото- рый в январе 1901 г. за участие в студенческой забастовке был исключен из Киевского университета и сдан в солдаты (см. д-т№ 36); осенью уволен со службы; вступил в БО ПСР; 2 апреля 1902 г. убил Д.С. Снпягина; казнен. 4. Иванчин-Писарев Александр Иванович (1849-1916)- народннк, литератор. Член кружка «чайковцев», «Земли и Воли» и «Народной Воли». В 1881 г. был сослан в Сибирь. В 1893-1913 гг. редактор-издатель журнала «Русское богатство». 5. Клемеиц Дмитрий Александрович (1848-1914)- один из инициаторов «хож- дения в народ», член кружка «чайковцев» и «Земли и Воли». В 1881 г. был сослан в Сибнрь, где вел научную работу, с конца 90-х - сотрудник Музея антропологии и этнографии Академии наук; близок к редакции журнала «Русское богатство». 6. От руки пометка: «Г-жа Негрескул». Негрескул (урожд. Лаврова) М П. (1851— 1919)- дочь П. Л. Лаврова, вдова «шестидесятника» М. Ф. Негрескула. Участница револю- ционного движения 70-х гг., до 1900 г. жила в эмиграции, деятельно сотрудничая с группой старых народовольцев. Затем переехала в Петербург, где в январе 1903 г. была арестована и административно сослана в Вологодскую губернию на 8 лет под гласный надзор полиции. 7. Вероятно, Я. А. Френкель - врач, социал-демократ. 8. Брешко-Брешковская (урожд. Вериго) Екатерина Константиновна (1844-1934) - участница «хождения в народ». С 1874 по 1896 г. - в тюрьме, на каторге и в ссылке. Одна из организаторов и лидеров ПСР, участвовала в создании Боевой организации партии. В мае 1903 г. эмигрировала; в Россию вернулась нелегально в 1905 г.; была выдана Азефом и арестована в сентябре 1907 г. в Снмбирске; в 1910 г. сослана в Иркут- скую область. После Февральской Революции поддерживала Временное правительст- во, в 1919 г. эмигрировала. №42 ИЗ СООБЩЕНИЯ СЕКРЕТНОГО СОТРУДНИКА ВИНОГРАДОВА (Е.Ф. Азефа) из Берлина в Департамент Полиции от 4/17-го июня 1902 г. [...] Химический текст Вторая моя швейцарская поездка дала мне многое. Гершуни принадлежит к боевой организации партии социалистов-революцио- неров. Кроме него, к этой организации принадлежат ещё несколько нелегальных, Г[ершуни] сам непосредственного участия не принима- ет, а его деятельность заключается только в разъездах, приобретении денег для боевой организации и приискании людей, способных жерт- вовать собой из молодёжи. Остальные члены организации занимаются,
170 Политическая полиция и политический терроризм в России так сказать, топографией, т. е. выслеживанием лиц, изучают местно- сти ит. п, необходимое для приведения в исполнение задуманного предприятия. Теперь эти господа находятся в Питере с целью выпол- нить покушение на министра внутренних дел Плеве. Ввиду того, что достать голыми руками, как думает организация, трудно, то будет применена система бомб. Очевидно, последние будут привезены из-за границы. Изготовление их, вероятно, в Лондоне через Алексея Теп- лова1 или Америке - Рейнштейна". Система известных цюрихских или парижских. Известный и упомянутый мною MeftcHepJ будет работать над более упрощённой системой взрывчатых снарядов. Одновремен- но с покушением на Плеве готовится таковое же на С. В. Зубатова4. Всё это мне известно достоверным образом. Нечего мне, конечно, упоминать о том, что эти мои сведения должны Вам служить как средство предупреждения, но не пользоваться моими данными на допросах, как это обыкновенно делается. Малейшая неосторожность может тотчас обнаружить наши сношения, важность которых для Вас в данное время должна быть более чем очевидной. Даю Вам некото- рые указания, которые дадут Вам возможность без моих показаний знать, что делает Г[ершуни] теперь в Швейцарии - это его письма к брату в Минск, переписка, конечно, безобидная. Что касается денеж- ных средств боевой организации, то, согласно отчёту, который будет помещен в №7 «Революционной России», доходит до 7000 руб. Те 500 рублей, о которых я писал Вам в предыдущий раз, будут поме- щены в отчёте, полученном от Сильвии через друга (Сильвия - это Сильвенонен)5. Мне необходимо было это сделать для того, чтобы узнать, что такое боевая организация и каковы её планы в ближай- шем будущем, и это мне удалось. Нам необходимо лично повидаться для переговоров относительно моей дальнейшей практики. Моё поло- жение несколько опасное. Я занял активную роль в партии социали- стов-революционеров. Отступать уже теперь невыгодно для нашего дела, но действовать тоже необходимо весьма и весьма осмотритель- но. Когда я приехал сюда, то, как уже я Вам сообщал, распространил- ся слух, что фирма меня командировала сюда для работы на 6-8 месяцев, а потом придётся поехать обратно. Теперь, значит, со всех сторон идут об этом вопросы, когда я уезжаю. Там, где я работаю, служат и русские, так что не исключается возможность, чтобы в колонии узнали, что я вовсе не командирован и что я работаю как волонтер без жалования. Благодаря этому - необходимо мне или приехать в Россию (я бы мог получить занятие в Питере у нашей фирмы), или затеять тут какое-нибудь дело. Как это можно устроить,
1902 год 171 то об этом поговорим при личном свидании. Моё пребывание в Петер- бурге для дела нашего имеет преимущества, я думаю, что мне уда- лось бы, благодаря денежным взносам, знать о планах боевой органи- зации и дезорганизовать её, хотя, как вам известно, это очень опасный путь. Отсюда тоже возможно знакомство со всеми планами, но не так детально. Вот тут и необходимо обсудить сообща. Вы, пожалуйста, сообщите немедленно ваше согласие на мой приезд. Мною истрачено 300 руб. на 2 поездки и 500 отдано, эти деньги пришлите, пожалуйста. Печатается по: Письма Азефа (1893-1917). -М., 1994. С. 84-86. (.Теплое А. Л. (р. 1850)- сын священника, бывший студент Петербургского Тех- нологического института. В 1878 г. сослан в Западную Сибирь за распространение революционной литературы среди рабочих. С конца 80-х гг. а эмиграции. В 1890 г. арестован в Париже по делу об изготовлении взрывчатых веществ, приговорен к 3 годам тюрьмы. С 1893 г. жил в Лондоне, член комитета Фонда вольной русской прессы, участвовал в нздаиии газеты «Русский рабочий». 2. Рейнштейн Б. И. (р. 1866)- сын землемера, в 1884-1886 гг. работал в народо- вольческих кружках в Ростове-на-Дону и Екатерииославе, с 1886 г. в эмиграции. Жил в Швейцарии, входил в кружок «молодых народовольцев», изучал технику изготовления бомб. В 1890 г. приговорен французскими властями к 3 годам тюрьмы за изготовление и хранение взрывчатых веществ. По освобождении переехал в Америку. Член ПСР. 3. Мейснер И. И. (р. 1864) - прусский подданный, участник революционного дви- жения с 80-х гг. В 1887 г. по приговору Харьковского военно-окружного суда за принадлежность к Партин Народной воли приговорен к смертной казни, замененной 19-ю годами каторги. Приговор отбывал на Сахалине. В мае 1901 г. через Японию бежал в Европу. Жил в Швейцарии, деятельно сотрудничал с ПСР. 4. Зубатов С. В. (1864-1917) - сын обер-офицера, участник народовольческого кружка в Москве, с 1885 г. секретный сотрудник Московского охранного отделения. С 1889 г. чиновник для поручений Отделения, с 1894 г. помощник его начальника, с 1896 г. начальник. В 1902-1903 гг. - заведующий Особым Отделом Департамента Полиции. Осенью 1903 г. по личному распоряжению министра В.К. Плеве уволен в отставку в чине надворного советника; сослан во Владимир. При известии о Фев- ральской революции покончил жизнь самоубийством. 5. Эта трата была Азефу Департаментом возмещена. «500 руб. от Сильвии через друга» действительно фигурировали в денежном отчете БО, опубликованном в №7 «Революционной России».
172 Политическая полиция и политический терроризм в России №43 ПИСЬМО ЗАВЕДУЮЩЕГО ОСОБЫМ ОТДЕЛОМ Департамента Полиции Л. А. Ратаева заведующему ЗАГРАНИЧНОЙ АГЕНТУРОЙ В ПАРИЖЕ П. И. РАЧКОВСКОМУ О НАБЛЮДЕНИИ ЗА ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ ЧЛЕНОВ БОЕВОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ПАРТИИ СОЦИАЛИСТОВ-РЕВОЛЮЦИОНЕРОВ ЗА ГРАНИЦЕЙ 13/26 июня 1902 г. Милостивый Государь Пётр Иванович, Продолжающимся всесторонним расследованием по делу об убий- стве Егермейстера Сипягина добыты к настоящему времени нижесле- дующие данные: Партия социалистов-революционеров в России выделила терро- ристическую фракцию, присвоившую себе наименование «Боевой органи- зации партии социалистов-революционеров», за подписью которой и были выпущены известные Вам воззвания «Казнь Министра Сипяги- на», «Ко всем подданным Русского Царя» и др. К означенной органи- зации принадлежит и известный Вам разыскиваемый врач-бактериолог Григорий Андреев Гершуни, о первостепенном значении личности коего и о необходимости принятия мер к проследке его поездки в Россию, Директор телеграфировал Вам в Лондон 8/21 сего июня. Сам Гершуни непосредственного участия в осуществлении убийств не принимает, деятельность же его заключается в разъездах, приоб- ретении денежных средств для боевой организации и приискании молодых людей, способных пожертвовать собою. Остальные члены организации занимаются, так сказать, топографией, т. е. выслеживани- ем лиц, изучением местности, образа жизни и привычек намеченных жертв ит. п. подготовительными работами к выполнению задуманно- го предприятия. В настоящее время группа таких молодых людей находится в Петербурге и занимается подготовлением покушения на жизнь Г. Министра Внутренних Дел1. Одновременно готовится такое же покушение на жизнь Начальника Московского Охранного Отде- ления2. В виду того, что на успешные действия, при современных условиях, револьвером и кинжалом рассчитывать трудно, злоумыш- ленники предполагают применить на этот раз систему бомб, изготов- ление коих будет поручено или проживающему в Лондоне Алексею
/902 год 173 Теплову, или же находящемуся в Америке известному террористу Борису Рейнштейну. Известный же Вам Иван Иванов Мейснер будет работать над усовершенствованием и упрощением системы разрыв- ных снарядов'1. Названный Мейснер, обладающий большими позна- ниями по химии, всецело готов работать для боевой организации, применить свои знания на пользу террористической борьбы с прави- тельством. В настоящее время Мейснер живет в Цюрихе, где кроме него заслуживают ещё внимания рабочий террорист армянин Тер- Арутюнов, участвовавший в вооружённом нападении на Атаманский Банк в Константинополе. Арутюнов до сих пор жил в Баку, Батуме и Тифлисе и принадлежал к организации «Искры»4. Его перу принад- лежит статья «Рабочее движение в Тифлисе», изданная «Искрой». Теперь же, пленившись террором, он перешёл в партию социалистов- революционеров. Михаил Гоц5, Чернов” и другие выдающиеся загра- ничные социалисты-революционеры с полной готовностью приняли предложение Мейснера и вызвали в Берн для переговоров Григория Гершуни, который видимо является в настоящее время душой всей организации. Ближайший помощник Гершуни и транспортист партии социалистов-революционеров Мендель Розенбаум7 в середине мая старого стиля выехал месяца на два по каким-то делам в Нью-Йорк, возложив временно свои обязанности по транспортированию литера- туры социалистов-революционеров в Россию на бывшего студента Киевского Университета Михаила Васильева Кривинюка, состоящего ныне студентом Львовского Политехнического Училища и прожи- вающего в Лемберге, № 26 Улица Чарнецького. Последний вероятно скоро тоже уедет и тогда его заменит известная Мария Фролова Се- люк8 (циркуляр Департамента Полиции от 19 прошлого марта за № 1907). Вышеозначенные агентурные указания на то, что убийство Егермейстера Сипягина есть результат небольшой, но крайне закон- спирированной организации, [неразборчиво] в нижеследующем обстоя- тельстве: Из личных разговоров со мною Вашему Превосходительст- ву известно, что 3 минувшего апреля утром, т.е. менее суток спустя после убийства покойного Министра, в гор. Саратове на улице был встречен наблюдением известный последнему ещё с зимы по Харь- кову некий субъект, проживавший по паспорту на имя дворянина Калужской губернии Петра Иванова Василевского, как ныне оказа- лось подложному (циркуляр Департамента Полиции от 1 прошлого апреля за № 2447). Названный Василевский весь день 3 апреля обнару- живал лихорадочную деятельность и последовательно посетил нижесле- дующих лиц: Елену Аверкиеву, Георгия Харизоментова, Ивана Крей-
174 Политическая полиция и политический терроризм в России нерта, Павла Аргунова, Петра Кадиксова и наконец в 10 часу вечера на извощике и с узлом в руках направился к Малой Царицынской улице, на которой проживала дочь Коллежского Асессора Анна Михайлова Добровольская, адрес которой служил конспиративным для сношений заграничных социалистов-революционеров с Саратов- скими. Заметив здесь за собою наблюдение Василевский бросился на филера, нанес ему в голову каким-то острым орудием, финским ножом или стамеской, пять ран, и бросив сверток, вынесенный им из квартиры Харизоментова и оставив на месте свалившуюся с головы шляпу, скрылся и до сего времени не разыскан. В оставленном Васи- левским узле оказалось 4 легальных книги, 32 экземпляра газеты «Революционная Россия» № 4, фунтов около 25 совершенно нового типографского шрифта, несколько писем из Сибири, адресованных разыскиваемой Наталии Александровой Григорьевой и рукопись, в которой трактуется об убийстве Егермейстера Сипягина, причём убийца назван «новым соколом». Так как по расчёту времени прибытия поездов в Саратов из Пе- тербурга и Москвы, Василевский мог прибыть в Саратов не ранее 1 часу дня 2 апреля, то является очевидным, что описание убийства покойного Министра было составлено заблаговременно. Сообщая об изложенном, в дополнение к вышеуказанной теле- грамме Г. Директора9, я по приказанию Его Превосходительства имею честь покорнейше Вас просить: 1) окружить Гершуни всесто- ронним наблюдением, дабы знать заблаговременно и иметь возмож- ность проследить его поездку в Россию, 2) принять все зависящие меры к выяснению, где именно и кем будут изготовляться разрывные снаряды, а для сего употребить все усилия к поддержанию и укреп- лению видимо у Вас существующих связей с Иваном Мейснером и 3) постараться учредить фактический контроль за корреспонденцией, отправляемой из России по адресу: Париж, 86, улица Клэри, Ж. Ардуа- ну, которая предназначается для известного Вам Михаила Гоца, являющегося одним из наиболее серьёзных деятелей группы. Примите, Милостивый Государь, уверение в совершенном поч- тении и преданности. Подписал Л.Ратаев ГАРФ. Ф.102. Ос. Отд. 1903 г. Д.842. Лл.132-134. 1. В. К. Плеве.
1902 год 175 2. С. В. Зубатов. 3. В первой части публикуемого документа реализуются агентурные данные Е. Ф. Азефа (Виноградова) - см. д-т № 42. 4. «Искра» - первая общерусская политическая марксистская нелегальная газета Выходила за границей (Лейпциг, Мюнхен, Лондон, Женева) с 1900 по 1903 гг. под руководством В. И. Ленина, после II съезда РСДРП (с № 52) до октября 1905 - мень- шевиков. 5 Гоц Михаил Рафаилович (М. Рафаилов) (1866-1906)- учился в Московском университете; за участие в народническом движении был арестован (1886) и выслан в Восточную Снбирь. За вооруженное сопротивление ссыльных властям 22 марта 1889 г. (так называемая «Якутская трагедия») приговорен к бессрочной каторге. В 1895 г. амнистирован, в 1900 г. эмигрировал, являлся редактором-издателем (вместе с Н.С. Ру- сановым и И. А. Рубановичем) «Вестника русской революции». Один из основателей и член ЦК ПСР, представитель Боевой организации партии заграницей, участвовал также в издании ЦО ПСР «Революционная Россия». 6. Чернов Виктор Михайлович (1873-1952)- один из организаторов и крупней- ший теоретик ПСР. С 1899 г. в эмиграции, входил в редакцию «Революционной России». В 1917 г. министр земледелия Временного правительства, председатель Учредительного собрания; эмигрировал, во время II Мировой войны участвовал в Движении Сопротив- ления во Франции. 7. Розенбаум Мендель (р. 1872), из мешан, с 1891 г. студент Берлинского уни- верситета, редактор газеты «Русский рабочий», с 1897 г. член Союза социалистов-ре- волюционеров, затем - ПСР. Неоднократно арестовывался на русской границе с транс- портами революционной литературы (в 1898, 1903 гг.). В начале 900-х гг. как представитель Боевой организации ПСР ездил в Америку для сбора пожертвований. 8. Селюк Марня Фроловна (р. ок. 1873) - дочь потомственного почетного граж- данина, домашняя учительница, активный работник Северного союза социалистов-ре- волюционеров, уцелела при разгроме Союза в сентябре 1901 г., выехала за границу. Участвовала в создании ПСР, неоднократно состояла членом ЦК. Арестована в Киеве в декабре 1905 г., привлечена к дознанию по делу ПСР Украинской области. 9. Лопухин Алексей Александрович (1864-1928)- окончил юридический фа- культет Московского университета (1886), начал карьеру товарищем прокурора в Москов- ском окружном суде, затем служил по судебному ведомству в Твери, Харькове и Петербурге. В мае 1902 г. стал Директором Департамента Полиции, в феврале 1905 г., после убийства И.П. Каляевым великого князя Сергея Александровича, был переведен иа должность эстляндского губернатора, вскоре был уволен с государствен- ной службы «без прошения». Содействовал В. Бурцеву в разоблачении Е. Азефа, идентифицировав последнего с секретным сотрудником «Раскиным» За это был привле- чен к ответственности, осужден Особым присутствием Сената иа 5 лет каторжных работ, замененных ссылкой в Снбирь. 4 декабря 1912 г по высочайшему повелению помило- ван и восстановлен в правах.
176 Политическая полиция и политический терроризм в России №44 Предписание С.-Петербургского Градоначальника Н. В. КЛЕЙГЕЛЬСА ПРИСТАВАМ И ПОЛИЦМЕЙСТЕРАМ О НЕОБХОДИМОСТИ СОЗНАТЕЛЬНОГО ОТНОШЕНИЯ К СВОИМ ОБЯЗАННОСТЯМ 20 сентября 1902 г. Согласно секретному циркуляру Министерства Внутренних Дел по Департаменту Полиции от 22-го июня 1901 года за №2234, сто- личною полициею производится розыск Григория Андреева Гершун (Гершуни) бактериолога-врача. Означенный Гершун, с паспортною книжкою, выданною на имя провизора Григория Исаакова Гершуна, прибыл 11-го сентября 1901 года в дом № 2 по Пушкинской улице и, прожив там до 14-го сентября, выбыл, не быв задержан, ввиду ока- завшейся разницы в отчестве и звании, значившихся в розыскных на него листках и в предъявленной им, по прибытии в столицу, паспорт- ной книжке. Хотя обстоятельство это с формальной стороны может служить оправданием действий местной полиции, не принявшей мер к