АПРЕЛЬ
20
СРЕДА
1938 год
№ 22 (729)
Цена 30 коп.
П РО’Л ЕТ’АР'И И ВСЕХ СТРАН, СОЕ'ДМНЯПТЕ'С'Б'1
ИТЕРАТУРНАЯ
Выходит под редакцией: В. Ставского, Е. Петрова,
В. Лебедева-Кумача, Н. Погодина, О. Войтинской.
ГАЗЕТА
О Р П А Н
ПРАВЛЕНИЯ
СОЮЗА
СОВЕТСКИХ
ПИСАТЕЛЕЙ
СССР
Общенародное дело
Навсегда в народной памяти сохранится
то счастливое ощущение праздника, кото-
рое радостно волновало всех в день 12 де-
кабря прошлого года. С чем можно сравнить
восторг от сознания того, что и ты стоишь
в рядах этой небывалой, всепобеждающей
армии свободных работников социализма!
Мы живем в самом демократическом госу-
дарстве мира. Сталинская Конституция —
священная основа нашей жизни — обеспе-
чивает свободу и расцвет творческой лич-
ности. Каждый день приносит нам прекрас-
ные примеры счастливого развития талан-
тов, великолепного роста народного творче-
ства — в производстве, в науке, в искус-
стве. Создаются новые виды народной куль-
туры, возрождаются веками подавлявшиеся
творческие силы.
Вот как писал Сулейман Стальский в
письме к Максиму Горькому': «Наши нищие
народы только после революции вышли в
люди, а до этого были забытыми и заброшен-
ными пасынками. Я думаю, очень интерес-
но было бы рассказать о том, как получают
в наши дни и в нашей стране слепые —
зрение, глухие — слух, голые — шубы,
заблудившиеся — коней, мерзнущие —
солнце, а старики — молодость. У нас это
одиннадцати братских республиках развер-
нется кампания выборов Верховных Сове-
тов.
Вместе со всем народом писатели голосова-
ли 12 декабря за великого вождя, любимого
товарища Сталина, за кандидатов блока ком-
мунистов и беспартийных. Народ избрал в
Верховный Совет СССР лучших людей
страны, и в том числе — лучших, талантли-
вейших мастеров художественного слова,
людей, чье творчество — слава всей совет-
ской литературы.
Нельзя без хорошей гордости думать о
том, что люди из наших рядов, люди пи-
сательской профессии стали народными
избранниками! Это новое, ярчайшее под-
тверждение того, что литература в Советской
стране — общенародное дело, что она
кровно интересует широчайшие народные
массы.
Избирательная кампания потребует ши-
роко развернуть агитацию за кандидатов
союза коммунистов и беспартийных, про-
паганду идей социализма, лозунгов партии
Ленина—Сталина.
Обращать свое слово к миллионам, гово-
рить с миллионами На жгучие, решающие
получается на каждом шагу...»
З'а границей нашей родины простирается
мой мир, мир капитализма, фашистского
разгула и угнетения. Фашисты сжимают це-
лые страны в тисках казарменной муштры,
уничтожают культуру, душат человеческое
достоинство, подчиняют искусство и науку
правилам концентрационного лагеря.
Социализм означает свободу личности.
Фашизм — ее подавление.
С чувством радости и гордости миллио-
ны граждан СССР шли к избирательным
урнам 12 декабря прошлого года. С этими
же чувствами идут Народы Советского Со-
юза к выборам Верховных Советов союзных
республик.
В Верховный Совет СССР народы нашей
страны послали лучших людей социалисти-
ческого труда, обороны, культуры. Выборы
показали с необыкновенной наглядностью,
что основой единства народа является
несокрушимый блок коммунистов и беспар-
тийных. осуществленный народами СССР
под водительством партии Ленина—
Сталина.
В день 12 декабря с необычайной силой
проявилась любовь народа к партии боль-
шевиков, величайшее доверие к ней, про-
явилась горячая дружба, об’единяющая на-
циональности Советского Союза. Как под
лучом прожектора, встала во всей своей
праздничной и грозной красоте гранитная
крепость социализма.
Сейчас в двух республиках Советского
Союза. — Армянской и Грузинской — нача-
лась избирательная кампания. Скоро во всех
политические темы — как хорошо умели
делать это Максим Горький и Владимир
Маяковский! Они были подлинными писа-
телями-агитаторами, глашатаями рево-
люционных идей. Горький сказал: «Если
враг не сдается, его уничтожают». Эти сло-
ва писателя стали крылатой фразой, воору-
жающей народ против троцкистско-бухарин-
ских предателей и бандитов. Маяковский
сочинил частушку. «День твой последний
приходит, буржуй!» — пели матросы в
1917 году, когда штурмовали Зимний дво-
рец. Вот высокие образцы творчества писа-
телей-агитаторов, вот традиция, которой
следует советская литература! *
Опыт выборов в Верховный Совет СССР
показал, как много могут сделать писатели
в такой важной политической кампании.
Десятки писателей вошли в избирательные
комиссии, еще большее их число выступа-
ло на митингах, собраниях, по радио пе-
ред многотысячными аудиториями. Нужно
понять, как важно это для самого писателя.
Политическая агитация в избирательных
участках, выступления на .предприятиях и
в колхозах обогащают писателя новыми,
яркими, запоминающимися навсегда впе-
чатлениями, зажигают чувствами, воспри-
нятыми в гуще народной.
Выборная кампания — серьезный поли-
тический экзамен для писательских орга-
низаций, для каждого писателя. Ведь это
критерий для определения степени полити-
ческой зрелости и активности — участие
общественной организапии во всенародном
деле, каким являются выборы.
ВРУЧЕНИЕ ОРДЕНОВ СОЮЗА ССР
Вчера, 19 апреля, Председатель Прези-
диума Верховного Совета СССР тов. М. И.
Калинин в присутствии ряда членов Пре-
зидиума вручил ордена лучшим мастерам
азербайджанского искусства..
Депутат Верховного Совета СССР, народ-
ный артист Союза ССР, композитор Гад-
жибеков, получая орден Ленина, заявляет:
— Победы азербайджанского искусства
— это знамение времени, это — свиде-
тельство расцвета искусства и культуры
народов Советского Союза в сталинскую
эпоху.
Далее награды вручаются артистам, ре-
жиссерам и другим работникам театра име-
ни Ахундова.
Ордена Союза ССР получили также осо-
бо отличившиеся режиссеры, сценаристы,
артисты, монтажеры и рабочие-стахановцы,
награжденные в связи с выпуском выдаю-
щихся кинофильмов — «Ленин в Октябре»,
«Петр I» и «Богатая невеста».
От имени этой группы награжденных вы-
ступил с речью писатель А. Н. Толстой.
— Мы горячо благодарим правительство
га высокую награду. Мы сознаем, что пра-
вительство, награждая нас. выражает этим
волю миллионов наших читателей, зрите-
лей и слушателей.
Мы сознаем всю ответственность быть
орденоносцами Союза Советских Социали-
стических Республик. Ответственность эта
в том, что орден на нашей груди есть не-
усыпное напоминание о гигантской меж-
дународной борьбе, в которой советское
искусство занимает не последнее место.
Советское искусство — выражение по-
беждающих сил коммунизма. Советское ис-
кусство — организация духовного облика
нового человека социалистического мира.
Советское искусство—выражение духовных
богатств народов нашего Союза, богатств,
которые могли быть раскрытыми только
пролетарской революцией, руководимой
философией и волей Ленина и Сталина.
Советское искусство — по содержанию
к форме — это реализм, охваченный мо-
гучим целеустремлением. Это — оптими-
стическая и страстная романтика строящей-
ся новой жизни. Это искусство будущего,
искусство освобожденного человечества.
Советское искусство смело, его сида в
его устремлении по ленинско-сталинской
магистрали.
Мы благодарим наше правительство к
вашу страну за высокую награду. Мы
ядем работать и творить в радостном созна-
нии, что только в таком государстве, как
ваше, только у нас, в Советском Союзе,
искусство награждается по заслугам, и
наше искусство, наши новые победы, ко-
торых мы будем добиваться, включены в
Общую борьбу за счастье нашей родины,
ва счастье человечества.
После вручения орденов с речью высту-
пает тов. М. И. Калинин.
— Товарищи, — говорит Михаил Ива-
нович, разрешите поздравить всех яа-
гражденных с получением высокой награ-
ды—орденов.
Я от души приветствую русских худож-
ников — товарища Толстого и других, по
праву получивших эту награду, и надеюсь,
что их успехи будут и в дальнейшем раз-
виваться, что эта награда, которой они
отмечены народом, вольет в них новые твор-
ческие силы.
Сегодня у нас основной группой награж-
денных являются участники декады азер-
байджанского искусства. Только что про-
шедшая в Москве декада азербайджанского
искусства — это очень большое и культур-
ное и политическое явление.
Европейские народы всегда смотрели на
азиатские народы свысока, и, если евро-
пеец ехал на Восток, так он ехал посмотреть
экзотику, главный интерес проявлял к эк-
зотике Востока. А в чем эта экзотика за-
ключалась? В огромной отсталости стран
Востока. И представители господствующих
классов европейских стран отводили душу
в условиях этой отсталости.
У нас положение совсем иное, у нас
эта отсталость ушла уже в прошлое. Ис-
кусство азербайджанского народа, как и
других народов советского Востока, выхо-
дит на широкую дорогу.
В чем же состоит главное завоевание
азербайджанского оперного театра в Москве?
Конечно, не только в том, что вас чепво-
вало правительство, не только в том, что
вы получили ордена, — это все-таки част-
ность, — а в том, что московская публи-
ка вас встретила восторженно, как худож-
ников, как артистов. Это, я считаю, самое
главное ваше завоевание! (Голоса: Совер-
шенно верно). И я думаю, что восторжен-
ная встреча вашего театра московской пу-
бликой будет самой главной зарядкой для
артистов, для художников, для всех работ-
ников театра.
Ваши победы вселяют радость в сердца
московской публики, они увеличивают чув-
ство гордости за Советский Союз: вот Со-
ветский Союз — громаднейшая страна, ее
населяет множество различных народов, но
народное творчество во всех его проявлени-
ях цветет по всему липу советской земли.
Это сплачивает не только культурные си-
лы нашего государства, но и увеличивает
вообще силы Советского Союза. Это способ-
ствует еще большему сближению народев
Советского Союза, росту взаимного уваже-
ния друт к другу, росту родственных чувств
между народами Советского Союза. Ибо
ведь что сплачивает, сближает народы ме-
жду собой, делает их родными? Помимо об-
щности экономики, культурное творчество
— самое мощное средство такого сближе-
ния.
Разрешите поздравить вас с заслужен-
ным успехом, ибо при самой скромной опен-
ке можно безусловно сказать, что вы име-
ете заслуженный всенародный успех. (На-
гражденные устраивают горячую овацию в
честь тов. Калинина, в честь руководителей
партии и правительства).
Лозунги к 1
1.	Да здравствует 1-е мая — боевой смотр революционных сил
международного пролетариата!
2.	Пролетарии всех стран, соединяйтесь! Становитесь под интерна-
циональное знамя Маркса—Энгельса—Ленина!
3.	Братьям по классу, узникам капитала, жертвам кровавого фаши-
стского террора, борцам за победу рабочего класса в день 1 мая
наш пролетарский привет!
4.	Фашизм — это террористическая политика капиталистов и по-
мещиков против рабочих, крестьян и трудовой интеллигенции. Фа-
шизм — это захватническая война. Фашизм — злейший враг дружбы
между народами мира. Мобилизуем силы на борьбу с фашизмом!
5.	Рабочие, работницы, крестьяне и трудящиеся всех стран! Расши-
ряйте и укрепляйте народный фронт борьбы против фашизма и
войны! За мир, за демократические свободы, за социализм!’
6.	Борьба испанского народа против внутреннего и иностранного
фашизма — общее дело всего передового и прогрессивного челове-
чества. Привет героическому испанскому народу, борющемуся за свою
независимость и свободу!
7.	Братский привет великому китайскому народу, борющемуся за
свою независимость против японских и иных захватчиков!
8.	«Мы стоим за мир и отстаиваем дело мира. Но мы не боимся
угроз и готовы ответить ударом на удар поджигателей войны»
(Сталин).
9.	Да здравствует наша родная, непобедимая Красная армия, могу-
чий оплот мирного труда народов СССР, верный страж завоеваний
Великой Октябрьской Социалистической Революции!
10.	Защита отечества есть священный долг каждого гражданина
СССР!
11.	Боевой привет молодым бойцам Красной армии, присягающим
1 мая на верность советской власти, на верность нашей великой
социалистической родине!
12.	Да здравствует Военно-Морской флот СССР — надежная охрана
морских границ нашей родины!
13.	Да здравствуют советские летчики, гордые соколы нашей родины,
добившиеся мировых авиационных рекордов!
14.	Привет бойцам пограничникам, зорким часовым страны
социализма!
15.	Пусть растут и крепнут, пусть овладевают техникой и закаляются
наша родная, могучая Красная армия, Военно-Морской флот и Красная
авиация!
16.	Усилим и укрепим интернациональные связи рабочего класса
СССР с рабочим классом капиталистических стран! Выше знамя
международной пролетарской солидарности!
17.	Да здравствует союз рабочих и крестьян — основа советской
власти!
18.	Царская Россия была тюрьмой народов. В Советской стране ра-
стет и крепнет великий Союз равноправных народов. Да здравствует
братский союз и великая дружба народов СССР!
19.	Да здравствует моральное и политическое единство советского
народа, завоевавшего свободу и независимость нашей родины под
руководством большевистской партии!
20.	Сталинская Конституция — итог борьбы и побед Великой
Октябрьской Социалистической Революции. Да здравствует Конститу-
ция победившего социализма и подлинного демократизма!
21.	Ликвидируем полностью во всех отраслях народного хозяйства
последствия вредительства право-троцкистских наймитов иностранных
разведок! Превратим СССР в неприступную крепость социализма!
22.	Многомиллионной армии ударников и ударниц промышленности
и транспорта, стахановцам и стахановкам, — знатным людям нашей
страны — большевистский привет!
23.	Добьемся выполнения и перевыполнения хозяйственного плана
1938 года — первого года третьей пятилетки! Развернем шире могучее
стахановское движение!
24.	Рабочие и работницы, инженеры и техники тяжелой индустрии
и машиностроения! За высокую добычу угля, нефти, металла, за
своевременный выпуск лучших машин, являющихся основой развития
народного хозяйства страны!
мая 1938 г.
25.	Рабочие и работницы, инженеры и техники оборонной про-
мышленности! Крепите оборонную мощь нашей родины! Вооружайте
родную Красную армию новейшей техникой!
26.	Рабочие и работницы, командиры и инженеры легкой промыш-
ленности! Больше ситца, шелка, сукна, трикотажа, обуви гражданам
Советской страны! Боритесь за улучшение качества продукции!
27.	Привет стахановцам социалистических полей, по-большевистски
выполняющим план весеннего сева!
28.	Колхозники и колхозницы, агрономы и работники совхозов!
Боритесь за образцовое завершение весеннего сева и высокий урожай!
Да здравствует зажиточная и культурная жизнь колхозов и колхоз-
ников!
29.	Поднимем культурно-технический уровень рабочего класса до
уровня работников инженерно-технического труда!
30.	Пламенный привет героям-папанинпам, отважным завоевателям
Северного полюса, достойным сынам социалистической родины!
31.	За дальнейший расцвет культуры народов СССР, за новые успехи
и завоевания советской науки, техники и искусства!
32.	Да здравствует равноправная женщина СССР, активная участница
в управлении государством, хозяйственными и культурными делами
страны!
33.	Пионеры и пионерки! Учащиеся советской школы! Овладевайте
знаниями, учитесь стать борцами за дело Ленина—Сталина!
34.	Славным физкультурникам и физкультурницам Советской страны
— первомайский привет!
35.	Да здравствует комсомол — могучий резерв и надежный
помощник большевистской партии! Да здравствует трудящаяся
молодежь нашей родины!
36.	Шире развернем критику и самокритику наших недостатков!
Укрепим мощь социалистического государства рабочих и крестьян!
37.	«Связь с массами, укрепление этой связи, готовность прислуши-
ваться к голосу массы, — вот в чем сила и непобедимость большевист-
ского руководства» (Сталин).
38.	Усилим революционную бдительность! Покончим с политиче-
ской беспечностью в нашей среде!
39.	Искореним врагов народа троцкистско-бухаринских и буржуазно-
националистических шпионов и вредителей, наймитов иностранных
разведок! Смерть изменникам родины!
40.	Разоблачим всех и всяких двурушников! Превратим нашу партию
в неприступную крепость большевизма!
41.	Рабочие и крестьяне! Развертывайте избирательную кампанию!
Выдвигайте совместно в Верховные Советы союзных и автономных
советских социалистических республик лучших людей, преданных
до конца делу Ленина—Сталина!
42.	Трудящиеся СССР! Выбирайте в Верховные Советы союзных
и автономных советских социалистических республик доблестных
патриотов нашей родины, непоколебимых борцов за счастье рабочих
ц крестьян, за социализм!
43.	Коммунисты! Крепче связь с беспартийными массами! Главное
в избирательной кампании — не отмежевываться от беспартийных,
а действовать сообща с беспартийными и совместно с ними выдвигать
кандидатов в Верховные Советы союзных и автономных советских
социалистических республик!
44.	Да здравствует блок коммунистов и беспартийных в предстоящих
выборах Верховных Советов союзных и автономных советских социа-
листических республик!
45.	Да здравствует и крепнет наша могучая родина—Союз Советских
Социалистических Республик!
46.	Да здравствует Всесоюзная Коммунистическая партия большеви-
ков — передовой отряд трудящихся СССР!
47.	Да здравствует Коммунистический Интернационал — руково-
дитель и организатор борьбы против войны, фашизма и капитализма!
Да здравствует коммунизм!
48.	Да здравствует великое, непобедимое знамя Маркса—Энгельса—
Ленина! Да здравствует ленинизм!
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ ВСЕСОЮЗНОЙ
КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ (большевиков).
Фашизм—враг мира и культуры
ГЕНРИХ МАНН
Свершившееся — это не «аншлюсе», это
— захват, насильственный захват страны
иноземной вражеской силой. Войска ино-
странного властителя пришли не как друзья,
их никто не призывал, даже австрийские
изменники, у которых не оставалось для это-
го времени.
Завоеватель действовал, как смертельный
враг культуры и свободы мысли. Герман-
ский фашизм ненавидит гуманность, ему
невыносимо сознание, что есть еще на зем-
ле немцы, пользующиеся человеческими
правами.
Единственные немцы, еще радующиеся
жизни, это немцы, живущие за предела-
ми гитлеровской империи. После австрий-
ских событий стало на шесть миллионов
меньше немцев, которым дозволено быть
счастливыми.
Свободные народы Западной Европы ду-
мают, что события в Австрии их не каса-
ются. А между тем. все более сужается их
собственный мир. Для тревожных предчув-
ствий достаточно оснований.
РОМЭН РОЛЛАН
Я хочу передать нашим австрийским и
чешским товарищам скорбь, которой мы
преисполнены в эти дни траура для Вены и
тревоги для Праги — для двух благород-
ных городов, некогда соперников, а теперь
братьев в испытании, одинаково достойных
нашего уважения и любви.
Мы выражаем обоим дружественным на-
родам нашу привязанность, угрызения со-
вести... и твердую надежду на искупле-
ние.
ЛИОН ФЕЙХТВАНГЕР
Варвары вторглись в Австрию. Их обра-
щение с интеллигенцией и особенно с писа-
телями еще раз доказало, как грубо и с ка-
кой яростной ненавистью фашизм преследу-
ет разум. Многие гитлеровские «фюреры»
дилетанствуют в литературе — не отсюда
ли их слепая ненависть к интеллигенции?
Фашизм представляет угрозу не только
для интеллигенции покоренных им стран,
но и для культуры всего мира. Поэтому
важнейшая задача сегодняшнего дня для
писателей всех стран — сплотиться, воору-
житься сообща против фашистских варва-
ров.
ИОЗЕФ РОТ
Целый мир и даже нечто большее, чем
мир, — мировоззрение отделяет меня от вы-
ступавших здесь писателей, в том числе от
Генриха Манна, которого я приветствую I
как моего учителя.	1
В № 20 «Литературной газеты» мы поместили письмо тринадцати французских
писателей самых различных партий и направлений, призывающее к единению
для борьбы с фашистским варварством. Сегодня мы публикуем отрывки из вы-
ступлений писателей, собравшихся 5 апреля в Париже, в театре «Ренессанс», на
вечер, организованный в честь «живой, временно порабощенной Австрии». Вы-
ступления писателей Франции, антифашистской Германии и других стран, в кото-
рых они клеймят фашистских покорителей братского австрийского народа, являют-
ся фактом огромного интернационального значения.
Растет и ширится движение передовой интеллигенции мира в защиту культуры
от нависшей угрозы фашизма!
Опубликованные здесь материалы любезно предоставлены нашей газете журна-
лом «Дас Ворт», выходящим в Москве под редакцией Фейхтвангера, Брехта и
Бределя.
★ ★ ★
Мы сидим сейчас на берегах Сены и сте-
наем. Мы подавлены не только победой
варварства, но и тем, что варвары становят-
ся сильней из-за нейтральности цивилизо-
ванных стран, или, говоря современным
языкам, из-за их политики «невмешатель-
ства». Вместо того, чтобы действовать, эти
страны предпочитают оставаться пассивны-
ми свидетелями собственной гибели.
На наших глазах сапог Гитлера попирает
великое наследие, оставленное нам Гайд-
ном, Моцартом, Бетховеном и Шубертом.
Прусский сапог наступил и на творения
классиков австрийской литературы. Авст-
рийская муза лишена даже возможности
прикрыть лицо, потому что прусский то-
пор отрубил ей голову. Крест на соборе св.
Стефана в Вене заменен свастикой. Раз-
громлена знаменитая венская медицинская
школа, исцелявшая страждущих всего мира.
Нам остается только одно: защищать от
фашизма Францию, чудесный берег свобо-
ды, который мы любим отныне вдвое, втрое
сильней, в твердой надежде, что он навсегда
останется свободным.
ЛУИ АРАГОН
В тот вечер мы слушали по радио тре-
вожные голоса потрясенного мира. Венская
радиостанция, передававшая Моцарта, вне-
запно замолчала. Затем вдруг раздалась му- i
зыка «Бадонвилесского марша», который!
звучит угрозой для каждого француза. !
Мы услышали, как остановилось сердце |
Австрии.	|
Сегодня, собравшись здесь во имя куль- |
туры, мы воздаем честь сраженной, но от- '
нюдь не мертвой Австрии, бессмертной ан- |
стрийской душе, которую нельзя аннекси-
ровать.
Очень знаменательно, что мне, француз-
скому писателю и коммунисту, довелось от-
вечать здесь моему собрату, великому пи-
сателю Иозефу Роту.
Одень знаменательна, встреча столь раз-
личных людей на этой сцене. Очень знаме-
нательно, что председателем вечера в честь
Австрии является немец, наш дорогой, по-
читаемый нами Генрих Манн. Очень знаме-
нательно видеть здесь вместе таких писа-
телей, как англичанка Розамунда Леманн
и борец за свободу Людвиг Ренн. Очень зна-
менательно, что французский дирижер в
ответ на «Бадонвилесский марш» возобно-
вил здесь прерванную фразу Моцарта.
Сегодня вечером мы славим живую Авст-
рию, великую страну, великий народ.
С болью и горестью смотрят Европа, весь
мир на знамена со свастикой, водруженные
в австрийской столице. Убийства, погромы,
самоубийства, спровоцированные гитлеров-
цами, бушуют в этой тихой стране. Нельзя
: будет больше без грусти слушать, как игра-
ют «Прекрасный голубой Дунай».
С горестным беспокойством видим мы в
ясном небе Австрии птиц смерти, тех самых,
которые кружились над Испанией и истреб-
ляли абиссинцев. Куда направят они свой
полет? В Прагу? В Венгрию? Или в Румы-
 пню, богатую нефтью?
Я брожу по улицам Парижа и гляжу на
играющих детей... II на влюбленных в скве-
рах... Распустились первые почки на боль-1
ших бульварах. Старики снова торопятся
в парки, греться на солнышке... Как долго
продлится этот покой, этот мир? Как долго
продлится еще свобода?
Однажды, перед липом опасности, сыны
Франции протянули друг другу руки. О,
мои друзья, и вы, кто быть может продол-
жает еще смотреть на нас с недоверием,
помните ли вы клич «Об'единимся!», вы-
рвавшийся из миллионов французских гру-
дей несколько лет назад, когда создавался
народный фронт? Помните ли вы это дви-
жение, захватившее пас всех? Мы были
свидетелями того, как фашистское чудови-
ще победило немцев — народ Гете и Шилле-
ра, потому, что они не сумели противопоста-
вить ему единство сплоченного народа.
Германский народ преподал нам страш-
ный урок. А теперь’ Австрия в свою оче-
редь открывает нам новую и страшную ис-
тину. Она говорит нам, что то, что мы сде-
лали, было хорошо, но этого недостаточно.
Французы разных вероисповеданий, фран-
цузы, поклоняющиеся разным идеалам, Ав-
стрия говорит вам, что ваши разногласия
приносят пользу только врагам Франции!
Скованная фашистскими цепями Австрия
продолжает говорить вам о свободе! Послу-
шайтесь Австрии, французы, не любящие
друг друга!
Наши рабочие и крестьяне не хотят, что-
бы французскую весну омрачила смерть,
низвергнувшаяся с гремящего неба. Они
хотят, чтобы люди пели, а не умирали. Что-
бы дети резвились и играли, возвращаясь
из школы. Чтобы молодежь мечтала не о
лучшем способе самоубийства, а о светло!
жизни. Урок Австрии дополняет урок Йена-
| нии. Будет ли усвоен урок Австрии?
Нет ничего удивительного, что я несколь-
ко расхожусь во мнениях относительнб это-
го урока с моим собратом Иозефом Ротом.
В его выступлении я считаю самым важным
то, что человек, являющийся австрийским
патриотом, человек, всю жизнь веривший в
силы консерватизма, возлагает сейчас всю
надежду на французскую демократию. В
этот серьезный момент я хочу пессимизму
его выступления противопоставить великую
французскую надежду. Только потому, что
все мы носим в себе эту надежду, эту веру
в светлую миссию нашей страны, подписал
я с радостью вместе с Жоржем Бернаносом,
Андре Шамсоном, Колетт, Люсьеном Дека-
вом, Луи Жийе, Жаном Геэно, Андре Маль-
ро, Жаком Маритэном, Франсуа Мориаком,
Анри де Монтерланом, Жюлем Роменом,
Жаном Шлюмберже договор о братстве, при-
званный служить прообразом слишком за-
поздалого французского единства. Мы, вов-
се не претендуя заступить место политиче-
ских партий, выполнили свой долт, заста-
вив прислушаться к голосу французских
писателей в момент, когда прибежище куль-
туры и свободы — Франция — находится
в опасности.
Мы не забываем, что мы — наследники
людей, прославивших французское имя и
в особенности — Виктора Гюго, который пе-
ред лицом порабощенной Австрии и торже-
ствующего Гитлера встал бы во весь рост
и выкрикнул бы на французском языке про-
тест от лица всего человечества.
Дорогие собратья, писатели всех стран,
мы заявляем вам, что не признаем свершив-
шегося факта и провозглашаем бессмертной
душу Австрии, которую сегодня мы чест-
вуем. И мы просим вас, по возвращении за
родину к своим, рассказать о братстве, на-
рождающемся во Франции, и быть побор-
никами еще более крепкого братства, кото-
рое сплотило бы ваши культурные силы с
нашими.
Литературная газета №22 (729)
В ПАРТИЙНЫХ ОРГАНИЗАЦИЯХ
Снова о Березовском
11 апреля на заседании парткома союза
Писателей разбиралось дело Ф. А. Березов-
ского. Березовский обвинялся в том, что он
:<на партийных собраниях и заседаниях при
разборе персональных дел выступал как
Перестраховщик и клеветник, чем создавал
И парторганизации обстановку взаимного
Недоверия, ориентируя организацию на
Огульный обезличенный подход в разборе
партийных персональных дел».
В своем стремлении во что бы то ни
Стало порочить товарищей Березовский до-
шел до того, что о честном коммунисте Л„
за восемнадцать лет не имевшем никаких
партвзысканий, заявил; «Л... троцкист, бан-
дит и скоро должен и будет арестован» *).
На одном из собраний тов. С., явно ого-
ворившись, тут же исправил свою ошибку.
Но «бдительного» Березовского это не удо-
влетворило, он спешит с «разоблачения-
ми» :
<Я считаю необходимым заявить следую-
щее: в последнее время были случаи, ког-
да Люди, связанные в прошлом с троцки-
стами... случайно или не случайно — не
знаю, не берусь об этом судить, — но счи-
таю необходимым обратить внимание парт-
кома... Тут какое-то странное совпадение
во взглядах...».
Эти случаи не единичны в «разоблачи-
тельной» практике Березовского. На заседа-
нии парткома было приведено много фак-
тов его перестраховки и клеветнических
высказываний.
На последнем заседании парткома Бере-
зовский не смог дать членораздельного от-
вета о своей дружбе с людьми, оказавши-
мися врагами народа.
Как только на парткоме дело коснулось
fero биографии, Березовский возопил:
«Вы опять интересуетесь моей биогра-
фией!»
Из отдельных выступлений и перекрест-
ных вопросов выяснилось, что «семья Бе-
резовских» далеко не кристально-чистая
«партийная семья».
Два его сына скрывали от партийной ор-
ганизации, что одно время находились в
колчаковской армии. Когда же они были
изобличены, Ф. Березовский поспешно при-
думал версию, будто его сыновья служили
у Колчака по... заданию подпольной парт-
организации. На заседании парткома обна-
ружились явные противоречия, и тогда
*) Из материалов докладчика; парткома
ССП по делу Ф. Березовского.
После парадных речей
Если бы человеку, не знакомому с повсе-
дневной жизнью парторганизации ленин-
градского отделения ССП, довелось прослу-
шать отчетный доклад секретаря парткома
т. Мирошниченко, то до прений он никак не
Смог бы понять — где же причины слабой
работы парторганизации, да и слаба ли она
вообще?
Но в прениях резко выступили писатели-
коммунисты. А. Прокофьев, Ф. Князев,
А. Решетов, А. Штейн, Н. Брыкин.
После разоблачения старого вредитель-
ского руководства ЛО ССП коммунисты
писатели с большим под’емом взялись за ра-
боту. К сожалению, партком не оправдал
надежд писателей-коммунистов. Активность
постепенно падала, правильно намеченные
мероприятия отодвигались, секретарь парт-
кома произносил парадные речи, а дела не
двигались. Враги народа, остававшиеся еще
в литорганизации, поощряли это «парадное»
настроение секретаря и делали свое гнусное
дело. Снова забылись творческие вопросы,
снова люди стали оцениваться с точки зре-
ния «чинопочитания».
Серьезнейшие сигналы как со стороны от-
дельных коммунистов, так и со стороны
беспартийных не замечались, намеренно иг-
норировались. В свое время, например, ред-
коллегией «Звезды» было вынесено поста-
новление о том, что Цилыптейн (тогда отв.
редактор «Звезды») цинично и нагло раз-
валивает работу журнала. Но своевре-
менный сигнал не был услышан. Это дол-
жен был признать на собрании член парт-
кома тов. Князев. Парткому, его секретарю
в частности, отлично были известны тес-
ные связи Шабанова с разоблаченными вра-
гами народа, но об этих связях никто из
членов парткома даже не осмеливался упо-
минать.
— Постановление январского пленума ЦК
было принято в парткоме ЛО ССП так, слов-
но оно к нам не относилось, — заявил
т. Штейн.
Тов. Брыкин говорил:
— И теперь, отчитываясь, секретарь парт-
кома, как счетовод, отстукал названия вы-
пущенных книг и тех, над которыми рабо-
тают коммунисты и беспартийные писатели.
За день до отчета технический работник
союза по телефону собрал «данные». Ска-
зать же что-либо внятное о той или другой
Березовский нашел новую увертку: «В то
время, когда сыновья уходили к Колчаку,
меня не было дома и я не знаю подроб-
ностей».
Муж дочери Березовского, Шергин —
сын крупного кулака. Двурушничая и мас-
кируясь, он пролез в ряды членов партии,
скрыв от партии свое происхождение, а
также службу своего брата в карательном
отряде Колчака в качестве палача. Своему
зятю Березовский в трудную минуту дал
самую лестную характеристику. Она не
помогла. Шергин был разоблачен и исклю-
чен из партии.
В биографии самого Ф. Березовского тоже
много сомнительного. Неясно, например,
его партийное лицо с 1910 по 1916 год, не-
понятны его переходы из одной партии в
другую в последующие годы. Березовский
уверяет, что в 1918 году он был уже боль-
шевиком. Но его кандидатуру во времен-
ное правительство выдвигали меньшевики,
а в 1908 г. он издавал на свои деньги и
редактировал меньшевистскую газету.
В постановлении январского пленума
ЦК ВКП(б) «Об ошибках парторганизаций
при исключении коммунистов из партии»
сказано:
«Пора разоблачить таких с позволения
сказать коммунистов и заклеймить их, как
карьеристов, старающихся выслужиться на
исключениях из партии, старающихся пере-
страховаться при помощи репрессий против
членов партии».
Это полностью относится к карьеристу,
перестраховщику Березовскому. Но почему-
то до сих пор он оставался безнаказан-
ным.
Только, теперь, через три месяца после
решения пленума ЦК ВКП(б), после неод-
нократных сигналов печати партком союза
писателей собрался, наконец, поставить о
нем вопрос и проявил по отношению к не-
му ничем не оправданный либерализм.
В результате восьмичасового разбора дела
было вынесено решение, удивившее даже
самого Березовского: «За клеветническое
шельмование членов партии... об’явить
строгий выговор».
Следовательно, партком считает, что кле-
ветническое шельмование, даже если оно
вполне доказано, заслуживает только стро-
гого выговора?!
Надо полагать, что партийное собрание
исправит явную ошибку парткома.
Ин. Н.
книге, о ее качестве, о круге вопросо®, вол-
нующих автора книги, т. Мирошниченко, ко-
нечно, не мог. Творческими вопросами парт-
ком не занимался.
— Стоило тем или иным коммунистам
указать на какую-нибудь ошибку Мирош-
ниченко, как сразу же эти коммунисты об’-
являлись новой группировкой, — отметил
в своем выступлении т. А. Решетов.
Выступившие на собрании товарищи ука-
зывали на\стремление Мирошниченко адми-
нистрировать, единолично распоряжаться,
игнорируя коллективное руководство. Для
того, чтобы безнаказанно действовать, си
почти на каждого коммуниста старался за-
вести особое «дело».
Если же материалов на такое «дело» не
было, Мирошниченко не стеснялся измыш-
лять всякого рода грехи, которые приписы-
вал честным товарищам.
На нетерпимость такой практики секре-
таря парткома неоднократно указывали
коммунисты, и, наконец, на это было ука-
зано комиссией Горкома и Дзержинского
райкома ВКП(б) три месяца тому назад.
Парторганизация сделала все возможное,
чтобы секретарь парткома, обещавший «обя-
зательно исправить допущенные тяжелые
ошибки и изменить свой дурной характер»,
действительно исправился и изменился.
Но Мирошниченко за эти три месяца со-
вершил ряд возмутительных поступков.
В руководстве ленинградского отделения
ССП разоблачен секретарь союза. Мирошни-
ченко от своего собственного имени выдви-
гает кандидатуры на этот пост. При этом
он заявляет парторганизации, что кандида-
туры выдвинуты секретариатом, а секрета-
риату заявляет, что они выдвинуты партор-
ганизацией. Таким образом, он обманывал
и коммунистов и беспартийных!
Ленинградские писатели активно и еди-
нодушно участвовали в выборах Верховно-
го Совета СССР и сейчас работают по под-
готовке выборов в Верховный Совет РСФСР.
Это одно из свидетельств того, что партор-
ганизация имеет хорошую базу для роста,
для создания группы сочувствующих. Но
до сих пор ни один преданный партии бес-
партийный писатель не вовлечен в ряды
сочувствующих.
А. АЛЕКСАНДРОВ.
Дар испанского народа
Среди подарков, присланных правитель-
ством Народной Испании Советскому Союзу
к двадцатилетию Октября, имеется библио-
тека в 1500 томов. Это замечательная кол-
лекция книг, отобранных специальной ко-
миссией при министерстве народного про-
свещения под личжым наблюдением това-
рища министра Венсеслао Росеса, видною
ученого, члена испанской компартии. В ко-
миссию входили представители обществен-
ности, профессора народных испанских уни-
верситетов, руководители испанской Ассо-
циации друзей Советского Союза. Таким
образом библиотека, присланная в дар Со-
ветскому Союзу, является плодом длитель-
ной в любовной работы. Это действительно
ценный дар, выражение горячей симпатии
испанского народа, его передовой и прогрес-
сивной интеллигенции.
Основную массу присланных книг состав-
ляют памятники испанской художественной
литературы и исследования по истории
испанской культуры и искусства. Слабее
представлены отделы государственного пра-
ва. географии и лингвистики. Но и в них
мы находим все важнейшее, все то, что не-
обходимо исследователю для углубленного
изучения Испании и ее прошлого.
Собственно, памятники испанской худо-
жественной письменности в библиотеке
представлены двумя большими собрания-
ми: «Библиотекой испанских авторов» (69
томов) и «Кастильскими классиками» (114
тсмов). Сюда вошел весь золотой фонд
испанской литературы. Оба издания снабже-
ны статьями и очерками крупнейших
испанских критиков и литературоведов. Их
научная и художественная ценность огром-
на.
.Составители библиотеки включили в нее
также отдельные издания всех лучших ис-
панских прозаиков, поетов и драматургов,
начиная с «Песни о моем Сиде» и «Чудес
Гонсало Берсео» (XII век) и кончая револю-
ционной литературой наших дней. Чита-
тель найдет в этой библиотеке не только
таких великих классиков, как Сервантес,
Лопе-де-Вега, Кальдерон, Тирсо-де-Молина,
Кеведо и т. д., но »и писателей XVIII века
(Ховельянос, Грасиан, Фейхоо, Ириарте),
ИЗДАЙТЕ, НАКОНЕЦ,
ИСПАНСКИХ КЛАССИКОВ
Месяц тому назад мадридская газета
«Мундо Обреро», орган ЦК испанской ком-
партии, поместила рецензию на новую по-
становку знаменитой пьесы Лопе де Вега
«Фуэнте овехуна» в крупнейшем театре
Мадрида «Театр Эспаньоль». Рецензия бы-
ла озаглавлена «Антифашизм XVII века.
«Фуэнте овехуна» — современное произве-
дение». Начиналась рецензия так:
«Теперь, перед лицом нашей борьбы за
свободу и независимость, раскрываются
большие явления. Говоря более точно, вспо-
минаются. Недавно в театре Сарсуэлы мы
узнали, что Сервантес (речь идет о поста-
новке его пьесы «Нумаисия» в декабре
1937 г. — А. Ф.) уже сталкивался с римски-
ми завоевателями, охваченный тем же на-
родным духом, той же героической отвагой,
что и наш народ сегодня. Вчера в торже-
ственной обстановке «Театра Эспаньоль»
мы узнали, что Лопе де Вега в своем XVII
веке был по самому своему существу ан-
тифашистом. В скором времени в об’явлен-
ном уже возобновлении «Саламейского аль-
кальда» мы удостоверимся в глубоко народ-
ном, решительно антифеодальном духе
Кальдерона де ла Барка. И мало-помалу мы
убедимся в таком именно содержании всех
подлинных ценностей нашего прошлого,
равно как мы уже полностью удостовери-
лись в прямой связи с нашим делом всех
подлинных ценностей нашего времени.
Все это означает, что все подлинно народ-
ное, традиционно испанское, как уже неод-
нократно подтверждалось разного рода кри-
тиками, эрудитами и ценителями, — с на-
ми, потому что в данном случае, как и во
всех прочих, мы, народ, являемся естест-
венными представителями испанского, тра-
диционного.
Это можно просто и ясно доказать. Те-
перь, когда представители испанской реак-
ции, окруженные немцами и итальянцами,
кричат о своем ложном испанизме, они не
могли бы поставить ни одного из лучших
произведений испанского классического те-
атра или рекомендовать чтение ни одной
книги, даже ни одного стихотворения клас-
сиков .потому что громко звучащий в этих
романтиков (Ларру, Мартинеса де ла-Ро-1
са, Беккера, Сорилью), писателей второй по-
ловины XIX и начала XX века (Переду, )
Валеру, Пардо Басан, Кларина, Гальдоса).
Очень богато представлено в библиотеке «по-
коление 1898 г.». Здесь Валье-Инклан, Бена-
венте, Пио Бароха, Уна-муно, Андренио,
Асорин, Ганивет, Бласко Ибаньес, Перес де
Айяла, Рамон Хименес, Антонио Мачадо.
Следующее по времени поколение — 1930
г. — представлено Рафаэлем Альберти, Ма-
нуэлем Альтолягирре, Висенте Алейсандре,
Эмиллио Прадосом, Луисом Сернуда, Миге-
лем Эрнандесом, Сесаром М. Арконада (ред-
кий его роман «Турбина») и многими дру-
гими. Особо приходится выделить «Антоло-
гию кастильских поэтов» — собрание сти-
хотворений испанских поэтов с древнейше-
го периода (X—XI в.) и до реформы испан-
ской поэзии Баскапом и Гарсия Лясо (12
томов). Это весьма ценная помощь всем ис-
следователям, занимающимся у нас испан-
ской поэзией. Обращают на себя также вни-
мание и новейшие работы по Гонгоре («Ар-
тигаса») и «Собрание романов* Рамона Ме-
нендеса Пидаля и других. В отделе литера-
туроведения мы находим монографии и
крупные исследования почти всех видней-
ших испанских филологов и критиков. Здесь
такие замечательные труды, как «История
эстетических идей в Испании», «Опыты фи-
лософской критики» — основоположника
испанской филологии Марселино Менендес-
и-Пелайо, «Происхождение испанского язы-
ка» и «Лингвистические документы Испа-
нии» Рамона Менендеса Пидаля, «Мысль
Сервантеса» Америко Кастро, работы Эми-
лио Катарело-и-Мори, А. Пас-и-Мелия и
других. Значительную ценность представля-
ет также «История испанской литературы»
Амадеро де-Лос-Риоса, хотя и устаревшая
в некоторых своих главах, но все же явля-
ющаяся весьма полезным источником. Боль
шую пользу исследователю может принести
и комплект научного журнала «Обозрение
испанской филологии» (22 тома).
произведениях голос народа ударил бы их
в лицо, проклял бы их из своего далекого
века так же, как сегодня проклинает их ис-
панский народ».
В произведениях классиков испанской
драматургии заключена частица души ис-
панского народа. Эти старые драмы мо-
гут дать много для понимания событий,
происходящих в Испании в наши дни.
Как же обстоит дело с переводом пьес
испанских классиков на русский язык?
До революции из огромного наследия ис
панских классиков (дошедших до нас пол-
ностью пьес Лопе де Вега насчитывается
470, Кальдерона — 120) было переведено ед-
ва ли два десятка пьес. Среди них ни од-
ного полностью удовлетворительного ш”
вода. К тому же все эти издания теперь яв-
ляются библиографической редкостью.
После революции театральный отдел Нар-
компроса в 1919 г. издал «Фуэнте овехуна»
Лопе де Вега в неважном переводе Баль-
монта, две интермедии Сервантеса и одну
— Лопе де Руэда. В 1923 г. за границей бы-
ла выпущена в русском переводе пьеса Тир-
Со де Молина «Дон Хиль — Зеленые шта-
ны». Все это также невозможно достать. За-
тем в 1927 г. вышел сокращенный перевод
«Фуэнте овехуна», в 1935—1936 гг. Цедрам
выпустил переделки (в прозе) пьес Лопе де
Вега «Дура для других, умная для себя» и
Хуан Руис Аларкона «Ткач из Сеговии»,
сделанные лицами, не знающими испанско-
го языка.
Серьезно можно говорить лишь о четырех
пьесах Тирео де Молина, изданных в 1935 г.
издательством «Academia», и о «Фуэнте
овехуна», выпущенной в 1937 г. издатель-
ством «Искусство».
Короче говоря, наши издательства на
практике пе сделали почти ничего для оз-
накомления русских читателей с испански-
ми классиками. А если кое-какие попыт-
ки в этом направлении и предпринимались,
то они никак не реализуются.
Издательство «Academia» из года в год
обещало выпустить ряд пьес Лопе де Вега
В разделе истории мы находим фунда-
ментальные труды Рафаэля Альтамиры
(«Испанская цивилизация»), Мафуэнтэ И
др., в разделе архитектуры и живописи
очень редкое собрание «Испанских рисун-
ков», а также ряд монографий о крупных
испанских мастерах.
Таковы в самых общих чертах богатства
библиотеки, присланной в дар Советскому
Союзу. Они, как мы видим, очень велики.
По мы их оценим еще больше, если вспом-
ним, при каких исключительных условиях
была составлена эта библиотека. Ее собира-
ли люди, приходившие с фронта и вновь
уходившие ня фронт, в перерыве между
бомбардировками, в обстановке тяжелых
продовольственных затруднений. Пишуще-
му эти строки выпала большая честь при-
нимать участие в этой работе — он видел,
с каким горячим энтузиазмом брались за •
это дело члены правительственной комиссии
и рядовые работники испанского министер-
ства народного просвещения, С какой лю-
бовью они относились к порученной им за-
даче — отметить посылкой книг двадцати-
летие Великой Октябрьской социалистиче-
ской революции. Перед библиотекой ино-
странной литературы, которой передан дра-
гоценный дар испанского народа, стоит
большая задача — сохранить его, а это зна-
чит — не только сберечь книги и познако-
мить с ними советского читателя, но и по-
полнить присланную библиотеку за счет тех
богатых фондов испанских книг, которые
есть у нас в СССР.
Ф. КЕЛЬИН.
Доктор Мадридского университета.
*
Выставка испанских книг разместилась
в Государственной библиотеке иностран-
ной литературы.
На открытии выставки присутствовали
заместитель наркомпроса РСФСР т. Лиха-
чев, писатели Михаил Кольцов, Виктор
Финк, Асаведо Исидоро, Джерманетто, док-
юр Мадридского университета Кельин,
председатель ВОКС т. Смирнов и пред-
ставители советской общественности.
и Кальдерона. Действительно, был собран
однотомник Лопе де Вега, в который вошли
«Фуэнте овехуна», «Крестьянин в своем уг-
лу», «Собака на сене» и «Валенсианские бе-
зумцы»; пьесы были заново переведены и
прокомментированы. То же было сделано
и в отношении пьес Кальдерона «Саламей-
ский алькальд», «Любовь после смерти»,
«Луис Перес Галисиец» и «Жизнь есть сон».
Однако издать эти два однотомника «Aca-
demia» так и не удосужилась. Теперь ее ре-
дакционный портфель перешел в Гослит-
издат, который также не желает понять не-
обходимости скорейшего выпуска испан-
ских классиков: в плане 1938 г. этих книг
нет.
Теперь впервые переведена «Нумаисия»
Сервантеса, сделан новый перевод «Звезды
Севильи» Лопе де Вега. Эти вещи требуют
скорейшего издания. Наконец, необходимо
приступить к переводу ряда неизвестных у
нас блестящих произведений испанских
классиков, как, например, народная драма
Лопе де Вега «Перибаньес и командор Ока-
нья».
Прямое дело издательства «Искусство» —
издать переведенные А. Н. Островским ин-
термедии Сервантеса, — превосходный ре-
пертуарный материал для драмкружков и
театральных школ.
Все дело — за издательствами. Дело за-
тем, чтобы они, наконец, перестали быть
«ленивыми и нелюбопытными».
То же относится к театрам. Из москов-
ских театров только один Театр Революции
работает над испанскими классическими
пьесами (уже показаны «Собака на сене» и
«Фуэнте овехуна).
Дайте, наконец, советскому читателю и
зрителю замечательную испанскую класси-
ческую драматургию!
А. ФЕВРАЛЬСКИЙ.
От редакции. Редакция просит Гослитиз-
дат и издательство «Искусство» поделиться
с читателями «Литературной газеты» кон-
кретными сведениями о том, когда и какие
произведения испанских классиков будут
ими выпущены.
ОБЗОР ПЕЧАТИ
Есть ли у вас
поэты ?
Есть ли поэты в Западной Сибири?
Надо прямо сказать, что ориентировать-
ся в этом вопросе по краевой газете «Со-
ветская Сибирь» почти невозможно. Поэти-
ческая продукция на страницах газеты по-
является крайне редко, в каких-либо особ-
ливых, юбилейных и тому подобных слу-
чаях, когда традиция повелевает «бряцать
на лире».
За три месяца 1938 г. на страницах «Со-
ветской Сибири» было напечатано не боль-
ше трех-четырех стихов местных поэтов.
«Советская Сибирь», можно сказать, в
этом отношении тон задает. В недрах за-
падносибирского Огиза на стихи взирают
прямо как на принудительный ассорти-
мент.
Молодой поэт Ник. Титов, написавший
книжку оборонных стихов «Застава» (см.
рецензия Вас. Лебедева-Кумача в № 19
«Лит. газеты») повествует в «Советской Си-
бири» о своих злоключениях:
«Чтобы издать эту книжку стихов, — пи-
шет Ник. Титов, — я пережил не мало не-
приятных минут. Заведующий Книгоцея-
тром т. Ансон, узнав об издании моего
сборника, нехотя, сквозь зубы процедил:
— Больше 500 экземпляров я не беру
этой книжки для продажи. Дело, видите,
кампанейское, а стихи наш читатель не
любит».
Таково внимание, которое уделяется га-
зетно-издательскими центрами Западной
Сибири поэтам и поэзии. Легко понять, что
это не создает благоприятной обстановки
для правильного воспитания молодых поэ-
тов. И напрасно «Советская Сибирь», клей-
мя отсталые настроения среди поэтов, «на
себя не оборотится».
Вот какими чертами описывает «Совет-
ская Сибирь» совещание местных поэтов,
посвященное вопросам политической поэ-
зии:
«Мы не станем повторять, — пишет га-
зета, — той непозволительной ругани, ко-
торая имела место на собрании. Только
мелкобуржуазной разнузданностью, потерей
чувства ответственности можно об’яснить
наличие тех ушатов грязи, которые выли-
вали друг на друга некоторые участники со-
брания. Мы лишь можем констатировать:
большинство выступлений преследовало
какие угодно цели, но только не выясне-
ние вопросов советской поэзии» (№ 73 «Со-
ветской Сибири» от 30 марта).
Достойно сожаления, что и нам прихо-
дится лишь констатировать, что «Советская
Сибирь* больше занимается «наличием
ушатов грязи», нежели наличием поэзии.
По пальцам можно перечесть номера га-
зеты «Молот», в которых за этот год по-
являлись стихи.
Но и в этих номерах газета большей ча-
стью старается обойтись без местных поэти-
ческих сил. пробавляясь главным образом
перепечатками.
Казалось бы. ростовский «Молот», уже в
силу своей территориальной близости к Се-
верному Кавказу, имеет все возможности
черпать непосредственно из сокровищницы
фольклорного богатства его народов, осво-
божденных и призванных к новой жизни
Великой социалистической революцией. Но
напрасно пытаться искать в газете проявле-
ния какого-либо интереса к народному твор-
честву.
«Горьковская коммуна» также печатает
стихи не очень часто, но ее отличие от наз-
ванных выше газет заключается в том, что
она имеет некоторый актив местных поэтов.
Внимание к местным поэтам со стороны
редакции дает свое плоды. Можно отметить'
помещенное в первом январском номере
этой газеты прочувствованное стихотворе-
ние Виктора Сутицкого «Над миром пес-
ня». Процитируем первую строфу этого
стихотворения.
Нал кремлевским
Праздничным созвездьем
Встал
Знакомый человек в шинели
Человек,
Которому навстречу
Звучной песней
Поднялась страна.
Мне казалось —
Слышу в этой песне
Воскрешенный голос Руставели.
Мне казалось —
Пальцами Шопена
Тронута незримая струна.
Лучшие наши областные газеты, об’едя-
няющие вокруг себя цвет партийного, хо-
зяйственного и культурного актива, стра-
дают до сит пор пенойятпьтм равнодушием,
а то и боязнью местных поэтических кад-
ров.
Применительно к газетному обиходу дело
идет не только о политической лирике, но
и о стихотворном фельетоне, экспромте
1 и т. д.
Б. МЕЙЛАХ
Литература круглых дат
Сравнительно недавно вульгарные со-
циологи, опошлявшие и искажавшие на-
следство классикой, подверглись разгрому
со стороны «Правды», литературной печа-
ти и всей советской общественности. По-
сле этого многие литературоведы напоми-
нали собой осмеянных Свифтом коммен-
таторов, которые держались на почтитель-
ном расстоянии от Гомера и Аристотеля,
благодаря чувству стыда и сознанию своей
виновности в чудовищном искажении для
потомства смысла произведений этих авто-
ров. Но прошли месяцы, споры вокруг
проблемы методологии утихли, вышеупо-
мянутые комментаторы приняли благооб-
разный вид и вновь приблизились к клас-
сикам. Тишь да гладь, сплошное сорадо-
вание! Монографических работ о класси-
ках за это время почти не появилось, но
зато огромное распространение получил
жанр так называемых «юбилейных ста-
тей*. Углубленное, систематическое иссле-
дование классического наследства сплошь
да рядом подменяется легковесными жур-
нальными статьями, поспешно сочиненны-
ми в связи с «круглыми датами». Статьи
такого характера по своим «теоретическим»
тенденциям внушают серьезную тревогу.
Заранее оговариваемся, что хорошие
статьи, посвященные творчеству классика
в связи с исторической датой его биогра-
фии, нужны и полезны. Образцы таких
Статей мы встречаем в нашей централь-
ной прессе, где дается основанная на на-
учно установленных фактах кратчайшая
характеристика того или иного классика.
Но в ряде литературных журналов и, в
Особенности, в местной печати историко-
йитературные статьи подчас своим схема-
тизмом, прямолинейностью, штампованны-
ми определениями прямо-таки искажают
классическое наследие. В пылу юбилей-
ного славословия эти авторы, в прошлом
третировавшие классиков как презренный
:<продукт>, готовы признать народным по-
этом чуть не Щербину или Розенгейма
(если подойдет «круглая дата»). Вульгари-
заторски и поверхностно усвоив элементы
«нового поворота» в истории литературы,
они намеренно «забыли» о том, что Белин-
ский, очень высоко ценивший гений Го-
голя, ие считал возможным мириться с ре-
акционными тенденциями его деятельно-
сти последнего периода, что революцион-
ные демократы вели ожесточенную и
принципиальную борьбу с представителя-
ми «чистого искусства», что, наконец, на
протяжении всей своей истории литера-
тура являлась отражением классовой
борьбы. Читая тягучие юбилейные славо-
словия классикам некоторых литераторов,
не понимаешь, в чем же индивидуальное
своеобразие, классика, чем Пушкин отли-
чается от Лермонтова, а Успенский от
Салтыкова-Щедрина? Ведь все они, по
мнению этих критиков, одинаково народ-
ны, все «любили» и «ненавидели», все
страдали от гнета царизма. Так опошляет-
ся индивидуальная творческая биография
классиков, в то время как каждый из них
жил и творил по-своему, своеобразно пре-
одолевая противоречия действительности,
разрешая мучительные проблемы, по-свое-
му представляя себе пути обретения роди-
ной политической свободы.
Все это свидетельствует о том, что из
дискуссии о вульгарном социологизме на-
ша историко-литературная наука не сдела-
ла всех необходимых выводов. Разоблачая
вред, принесенный меньшевистскими и
меньшевистствующими литературоведами-
«социологами», советская общественность
не предполагала, что некоторые литера-
туроведы повернут к... Саводнику и под-
менят конкретно-исторический, партийный,
принципиальный анализ творчества клас-
сиков, их народности и реализма бессодер-
жательной болтовней. Медвежью услугу
оказывают делу борьбы о вульгарным со-
циологизмом те литературоведы, которые
вместо ярлыка «продукт помещичье-бур-
жуазного общества» готовы наклеить на
любого писателя ярлык «народный* и
этим ограничиться. Раньше вульгарные
социологи по-меньшевистски отрицали са-
мостоятельность интересов эксплоатируе-
мого народа в борьбе против экенлоатато-
ров, интересов, которые «лежат в основе
политических преобразований» (Ленин).
Теперь в большинстве эти же, но наспех
«перестроившиеся» социологи видят в твор-
честве классиков лишь механическое отра-
жение позиций передовых выразителей
народных стремлений, совершенно игнори-
руя противоречия в их взглядах и творче-
стве.
Известно, что огромная роль в борьбе за
марксистско-ленинское изучение классиче-
ского наследия и разоблачения всякого ро-
да вульгаризаторов принадлежит Горько-
му. В своих статьях, посвященных вопро-
сам наследства, он на конкретных приме-
рах показал нам образцы подхода к ис-
следованию народности и реализма клас-
сиков, образцы оценок, значения их твор-
чества для прошлых периодов и для со-
временности. Важнейшим критерием цен-
ности художественного творчества для
Горького была народность (в подлинно-
демократическом значении этого слова),
правдивое отражение жизни народа, его
чаяний. В противовес вульгарным социо-
логам, Горький показал, что все великие
классики прошлого в той или иной степе-
ни отражали передовые стремления своего
народа в борьбе за социальное освобожде-
ние. «Храм русского искусства строен на-
ми при молчаливой помощи народа, народ
вдохновлял нас, любите его!» — писал
Горький еще в статье дооктябрьского пе-
риода. А в докладе на I Всесоюзном сез-
де писателей, он, как бы по адресу но-
вейших эпигонов буржуазной социологии,
заявил: «Имеется полное основание на-
деяться, что, когда история культуры бу-
дет написана марксистами, — мы убе-
димся, что роль буржуазии в процессах
культурного творчества сильно преувели-
чена, а в области литературы — особенно
сильно...». Борясь с антимарксистскими
путаниками, Горький, вместе с тем, ни-
сколько не игнорировал и моменты клас-
совости в политических взглядах и твор-
честве писателей. Так, в работе о Пушки-
не, который был для Горького «величай-
шей гордостью нашей», мы читаем сле-
дующие строки: «Несомненно, что Пушкин
дворянин... по нам важно знать, что
уже в юности своей он почувствовал тес-
ноту и духоту дворянских традиций, понял
интеллектуальную нищету своего класса,
его культурную слабость и — отразил все
это, всю жизнь дворянства, все его поро-
ки и слабости с поразительной верно-
стью...*. В другом месте высказывание
Горького о задачах оценки пушкинского
творчества может служить программой для
наших литературоведов: «Мы должны
уметь отделить от него (творчества—Б. М.)
то, что в нем случайно, то, что об’ясняет-
ся условиями времени и ложными унасле-
дованными качествами, — все дворянское,
все временное — это пе наше, это чуждо
и не нужно нам. Но именно тогда, когда
мы откинем все это в сторону, именно
тогда пред нами и встанет великий народ-
ный поэт». Вот именно этого умения кон-
кретного исторического исследования твор-
чества и нехватает многим нашим литера-
туроведам. Если они и отделяют от твор-
чества писателя-классика все, что «обго-
няется условиями времени», «не наше», —
то лишь лично для себя, утаивая об’ек-
тивную оценку от читателя. А в резуль-
тате этого классики сплошь и рядом ри-
суются чуть ли не как социалистические
реалисты. Едва ли творчество классиков
нуждается в подобной ретушировке со сто-
роны почтенных представителей юбилей-
ной науки!1
1 Отметим, что в передовой статье
«Правды», напечатанной в день пушкин-
ского юбилея, указывалось: «Нет нужды
преувеличивать революционные взгляды
Пушкина. Его величие заключено в его
бессмертных и никем не превзойденных
произведениях. Но Пушкин не был бы
гениальным поэтом, если бы он не был
великим гражданином, не отразил бы в
той или иной мере революционные чая-
ния своего народа». К сожалению, подоб-
ная диалектическая точка зрения свой-
ственна пока еще не многим литературо-
ведам.
Нечего и говорить о том, что для Горь-
кого, так же как и для революционно-де-
мократической критики XIX в., далеко не
все гениальные писатели были дороги в
равной мере.
В классической литературе Горький умел
видеть выражение идеологии различных
классовых сил и на анализе историко-ли-
тературной борьбы воспитывал молодежь
в духе социалистического коллективизма.
В статье «О литературе* он писал: «Я
предпочел бы, чтоб «культурный мир»
об’единялся не Достоевским, а Пушкиным,
ибо колоссальный и универсальный талант
Пушкина — талант психически здоровый
и оздоровляющий». В докладе же на с’ез-
де писателей он заметил, что «Гениаль-
ность Достоевского неоспорима, по силе
изобразительности его талант равен может
быть только Шекспиру. Но как личность,
как «судью мира и людей» его очень легко
представить в роли средневекового инкви-
зитора». В том же докладе Горький пока-
зал, что Достоевский «с исключительно яр-
ким совершенством живописи слова дал тип
эгоцентриста, тип социального дегенерата».
Любопытно с этими оценками Горького
сравнить некоторые новейшие писания.
Конечно, вопрос о месте Достоевского в
истории литературы нуждается в изуче-
нии. Но вот один литератор в состоя-
нии пред’юбилейного эффекта недавно ут-
верждал, что «Бесы», мол, не реакцион-
ное произведение, так как в нем дана...
критика народничества. Достоевский — в
роли предшественника марксизма! До ка-
ких столпов политической слепоты и ан-
тиисторической софистики нужно дойти,
чтобы выдвинуть подобную, с позволения
сказать, «точку зрения»... на «самую злую
из всех бесчисленных попыток опорочить
революционное движение 70-х годов»
(Горький).
Все эти прискорбные факты показы-
вают, что мы ни на минуту ие должны за-
бывать о ликвидаторах марксизма, пытаю-
щихся под знаком борьбы с вульгарными
социологами протащить идеалистическую
контрабанду, водворять в литературе свои
буржуазно-реставраторские идеи.
Нет сомнения, что и вульгарные социо-
логи и всякие иные антимарксистские пу-
таники будут биты. Советские литературо-
веды создадут историю литературы с пар-
тийных позиций марксизма-ленинизма,
т. е. с позиций, дающих единственно воз-
можный путь об’ективного, не искажаю-
щего исторической правды анализа. Зада-
ча исследователей заключается в том, что-
бы, оперируя распространенными литера-
турными категориями, вскрыть конкрет-
ное их содержание в применении к твор-
честву изучаемого писателя. Если, напри-
мер, неправильно мнение, что существует
столько же типов романтизма, сколько пи-
сателей-романтиков, то, во всяком случае,
понятия реализма и романтизма требуют
строгой диференциации. Здесь опять-та-
ки следует учесть замечания Горького, о
исключительной четкостью видевшего от-
личия критического реализма классиков от
принципов социалистического реализма
или многократно указывавшего на необхо-
(димость диференциации понятия «роман-
тизм» в зависимости от социальной функ-
ции творчества писателя-ромлпика.
Вопросы построения схемы истории ли-
тературы, исследования борьбы в литера-
туре различных классовых направлений
нуждаются в серьезном обсуждении. Нель-
зя допустить, чтобы в систематическом
курсе истории литературы, составление
которого не за горами, классическое насле-
дие освещалось по методу авторов выше-
упомянутых юбилейных статей. Знамени-
тые работы Ленина, диалектически соче-
тающие характеристику огромного прогрес-
сивного значения творчества Толстого е
тонким и всесторонним анализом противо-
речий величайшего гения мировой литера-
туры, должны служить для нас примером.
Иначе не получится у нас та основанная
на единой продуманной концепции, осве-
щенная мировоззрением социалистической
эпохи история литературы, которую о та-
ким нетерпением ждут советские .читатеял
! Литературная газета № 22 (729)
МИХАИЛ КОЛЬЦОВ
испанский дневник
Отрывок из первой книги
3 ноября
На толедской дороге республиканцы, со-
брав пять батальонов, вместе с шестеркой
танков бросились вперед и прорвали ли-
нии фашистов. Части Бурильо ворвались
В Вальдеморо. Они хотели выдвинуться
•ще вперед, но мятежники очень быстро
Собрали подкрепления и обрушились на
республиканцев и выбили их из деревни.
Танки в это время были вызваны на
Соседний участок, они помогли колонне
Урибари ворваться — в третий раз — в
Торрехои. Жаркий бой длился здесь око-
ло пяти часов.
Бойцы держались хорошо, они уже на-
учились беречь патроны и перебегать, и
цепляться за складки местности, и спо-
койно лежать под авиацией. Нельзя ска-
зать — спокойно, лучше сказать—стой-
ко. Три раза на развалины Торрехона на-
летали юнкерсы, три раза они покрывали
весь участок грохотом, огнем и дымом, и
бойцы удержались.
Но когда танки ушли, пехота через пол-
часа оставила Торрехон.
Танки ушли в Леганес. Там дела были
гораздо хуже. От Навалькарнеро фашисты
катились грозной лавиной, они дошли до
Мостолес и заняли его. Надо было при-
крывать Леганес, совершенно обнаженный.
Листер и Буэно сделали контратаку на
Пинто, но взять его не удалось.
День не принес успехов, все измотались,
но настроение стало как-то лучше. Появи-
лось боевое ожесточение, чего иехватало
все эти последние недели.
Пехотные командиры рады даже своим
потерям. Число убитых и раненых очень
возросло за эти два дня. Военный госпи-
таль в Карабанчеле и лазарет Пятого пол-
ка переполнены. «Значит, все-таки есть
борьба! Значит, деремся, а не убегаем!
Эх, если бы на десять дней раньше! Если
бы сейчас немного резервов!».
Но резервов еще нет, то, Что начали
формировать, брошено в сыром виде сю-
да, в мясорубку, в отступление под Мад-
ридом. Где-то в пути /каталонцы с Дурут-
ти во главе. Анархисты решили послать
колонну на помощь Мадриду.
Мигэль Мартинес провел весь день со
взводом танков. Взвод перебрасывали с
места на место девять раз, посылали каж-
дый раз туда, где трещали и рвались рес-
публиканские линии.
Встреча всюду была трогательно-радост-
ная, пехотинцы бросали вверх шапки,
аплодировали, обнимались, даже садились
на танки, когда они шли вперед, в ата-
ку. Но едва прибывал связной моторист,
вызывая на другой участок, настроение
сменялось на гробовое и отчаянное. С опу-
щенными головами, волоча винтовки по
земле, дружинники брели назад, в тыл, к
Мадриду.
Танкисты с утра были оживлены, по-
том устали, обозлилась, стали молчаливы.
Который день без отдыха, по четыре часа
сна! Они все-таки выходили еще и еще —
десятки раз на холмы, стреляли безоста-
новочно, разгоняли скопления пехоты про-
тивника. Накалялись стволы пушек, меха-
низмы пулеметов. Не было воды для пи-
тья. Огонь противника их огорчал мало.
Пули барабанили, как крупный дождь по
железной крыше. Опасно было только пря-
мое попадание крупнокалиберных снаря-
дов. И все-таки танки шли, прорываясь
вперед сквозь артиллерийскую завесу, они
шли на орудия и заставляли их умол-
кать.
Они только спрашивали: кроме нас, де-
рется лн кто-нибудь еще?
Мигэль уверял:
— Конечно! Постепенно! Все в свое вре-
мя! Еще не наладилось взаимодействие.
Приучаются.
Танкисты улыбались. Они ничего не го-
ворили, на это. Им очень хотелось спать.
Они похудели и как-то перепачкались, как
трубочисты. Все время им хотелось холод-
ной воды и немного поспать. Они очень
изменились за эти шесть дней.
Оимон все время жалуется на боль в
голове...
— Меня ведь не только рвануло, но
также и стукнуло. Ужасный шум в моз-
гах — как будто раковина гудит. Я не
виаю, что делать. Невероятный шум. Как
4 ноября
По радио из Лиссабона, из Рима уже
сообщают, что войска генерала Варела во-
шли в столицу и заняли центральные зда-
ния. Я телеграфировал «Правде»:
«Сегодня Мадрид целиком в руках тру-
дящихся. Правительственные и рабочие
организации работают, на улицах порядок,
окраины заставлены баррикадами, и эти
баррикады еще никем не атакованы, и
мадридское радио, как видите, работает».
Ночью мятежники ворвались в Хетафе.
В квартале у аэродрома их полтора часа
задерживал один окоп дружинников. Ма-
рокканцы к «регулярес» устроили резню.
Девочка-телефонистка районной подстан-
ция Хетафе отказалась эвакуироваться,
она сказала, что успеет. Она держала
связь до последнего момента. В последние
полчаса она уже сама давала сообщения
0 том, что видно из окна.
Be последние слова были:
— Я слышу вопли мавров.
Через десять минут на вызов ответил
Мужской голос.
Подкреплений и резервов нет, наличные
части за эту ночь еще больше развали-
лись, они неорганизованной толпой даже
не бегут, а безразлично шагают в город.
Там, где бойцы еще сохраняют какое-то
подобиеч колонн, они часами ждут, не по-
ступит ли какой-нибудь приказ, ие оты-
щется ли пропавший офицер. Приказы не
Поступают, офицеры не появляются. И ко-
лонна потихоньку оставляет фронт, тянет-
ся вялыми группами куда-нибудь, где мо-
щно найти еду, или вообще куда-нибудь.
Лучше всего положение на Гвадарраме.
Почти все части остались на месте. Да и
натисц. там невелик, фашистам нет теперь
никакого расчета вести бой в горах, когда
можно вкатиться в город через долины.
Еще сравнительно тихо в юго-восточном
Направлении. Одна дивизия фашистов мо-
жет броском перерезать дороги на Вален-
Ояю и Аликанте, на Альбасете. Может
будто сиял телефонную трубку, приложил
к уху и гудит. Пусть меня считают чем
угодно — я через час, когда стемнеет,
сдам взвод и полежу несколько часов. Тог-
да пройдет. Оно там гудит, как телеграф-
ный столб в поле. Капитан мне уже три
раза говорил пойти лечь, вот я возьму и
лягу... Ну-ка, ребята, еще раз пощелкаем,
смотрите, эти воры уже опять надыми-
ли!
Разрывы снарядов приближались, одно
облако черного дыма поднялось совсем
близко, метров за сорок. Симои на своей
машине выехал вперед, он стал на при-
горке, — танкам нельзя стоять вот так
на пригорке. Тайкам вообще нельзя стоять
в бою.
Мигэль не видел, он только слышал два
следующих разрыва. Они были очень
громкие. Ему показалось, что это перелет.
«Перелет!» — глупо закричал он.
Это не был перелет. Это было прямое
попадание в головной танк Симона. Дру-
гой снаряд взорвался перед самым танком
Педро.
Мигэль выскочил из машины и побежал
к танку Симона. Это тоже было глупо.
Другие тоже сделали это, всем хотелось к
Симону.
— Назад! — крикнул водитель головно-
го танка. Мотор у него работал. Он резко
рванул вперед, развернулся кругом и ото-
шел в сторону. Конечно, он был прав. Че-
рез несколько секунд на том самом месте,
где перед этим стоял танк, разорвался вто-
рой снаряд.
Четыре танка пошли вперед, на батарею,
отомстить за Симона. Он свесился, как
надрезанная кукла, над бортом башни.
Остальные двое были невредимы, но со-
вершенно оба багровые от его крови.
Симона начали вытаскивать, и вдруг все
отшатнулись. Его ноги остались в башне.
Одна нога по колено, одна по бедро.
Это было страшно своей непонятностью.
Видимо, разрыв пришелся не над башней,
а в башню. Но самому танку трудно было
судить, металл у борта искривился немно-
го.
Встрепенувшись, опять начали снимать
Симона. Его положили на одеяло. Повяз-
ка сбилась с головы, ее поправили, хотя
это было неважно. Он совершенно ие ды-
шал, но вдруг повернулся своим широким
телом набок. Опять все содрогнулись, но
кое-кто заулыбался: выходит, Симон жив.
Его обратно повернули на спину и ста-
ли туго обматывать культяпки ног. Невоз-
можно было остановить такое большое ко-
личество крови. Одеяло сразу почернело,
оно пропиталось. Все-таки Симон жил. Про
таких говорят: могучий организм.
Моторист поехал в Леганес за санитар-
ной каретой. Он вернулся очень быстро.
Карет в Леганес нет. Карета есть, но она
не хочет сюда ехать. Шофер Кареты гово-
рит, что сюда уже невозможно пробрать-
ся. Санитары готовы были ехать, но шофер
не захотел.
Все посмотрели на моториста. Его ху-
дые плечи и большие уши были всем не-
навистны.
— Почему же ты не застрелил шофера
и сам не привел санитарную карету?
Моторист ответил, и э:о погубило его
еще больше. Он сказал:
— Уже и так много жертв.
Водитель Тимотео, весь . испачканный
кровью, подошел и замахнулся на него.
Всем было ясно, что он его не ударит, но
моторист все-таки отбежал. Это уж совсем
погубило его.
— Ты знаешь, что такое командир? —
горько сказал Тимотео, — откуда тебе
знать, что значит, если командир убит в
бою!
Он покосился на тело Симоиа и доба-
вил:
— Тяжело ранен.
Моториста прогнали, он стоял издали до
самых сумерек и смотрел, уже как чу-
жой, уже как зевака, со стороны. На мо-
тоцикле двое танкистов поехали в Лега-
нес. Они быстро вернулись с каретой.
Шофер клялся, что он и ив думал отка-
зываться ехать. Но всем было видно, что
он врет.
быть, это случится завтра. Хотя, по ра-
диоперехватам, командование противника
решило оставить эти дороги «для бегства
кроликов». Это тот же метод «дыры», как в
Овиедо, только на этот раз применяемый
фашистами. Они рассчитывают, что, имея
лазейку для отступления, мадридцы бро-
сятся туда и не станут оборонять город.
По радио об’явлен порядок торжествен-
ного вступления фашистов в столицу. Ге-
нерал Мола, заместитель Франко, в’едет в
город на белом коне, дарованном для этой
цели наваррской областной организацией
«рекете», он остановится на центральной
площади Пуэрта дель Соль, ему подадут
микрофон, и он скажет только: «Я здесь».
Затем он угостит иностранных журналис-
тов кофе в старой кофейне на этой же
площади.
Кроме всего прочего, это — практично.
Пуэрта дель Соль, хотя и в центре, но
очень близка к окраине. Мадрид имеет
с юго-запада большую глубокую вдавлину.
Стоит перейти через Сеговийский мост или
миновать Северный вокзал, и до Пуэрта
дель Соль остается несколько кварталов,
меньше километра.
А правительство? Что делает оно? Об
этом все спрашивают, никто не знает. Ка-
бальеро попрежнему уклоняется от какого
бы то ни было решения. Он не согласен
опубликовать воззвание к народу. Он ни-
чего не разрешает эвакуировать из Мадри-
да. И он же, по словам многих окружаю-
щих его, склоняется к теории Асенсио,
что дело не в Мадриде, что Мадрид нет
смысла оборонять, что надо уйти с ар-
мией и дать сражение, оставив столицу.
Восемь тысяч фашистов попрежнему
пребывают в мадридских тюрьмах. Они
открыто говорят о своем скором освобож-
дении. Тюремный персонал уже лебезит
перед ними. Они могли бы уже сейчас без
труда рассосаться из тюрем, но считают
это невыгодным, — на улицах для них
опасно.
Десять танков бродят весь день кругом
Мадрида и почти непрерывной стрельбой,
короткими контратаками тормозят наступ-
ление противника. Фашисты, без сомне-
ния, считают, что здесь действует целая
танковая бригада.
Около полудня Мигэль Мартинес застал
их иа эстремадурской дороге. Машины сто-
яли за обочиной шоссе, бойцы сидели на
земле у танков и курили.
— Мы свистим, — сказал капитан. —
Снарядов нет, мы уже израсходовали се-
годня два боевых комплекта. Теперь ни-
как не можем связаться с базой. Мы сви-
стим.
Мигэль взялся добыть снаряды, — это
оказалось очень хлопотливым предприяти-
ем.
База была все еще в оливковой роще у
горы Ангелов, около Вальекас. Надо было
проехать параллельно всей линии боя, пет-
ляя маленькими дорожками между боль-
шими магистралями. Шофер был бестол-
ков и глуп, он знал местность хуже Ми-
гэля. Пришлось в’ехать назад в город и
по валенсийскому радиусу пробраться к
горе Ангелов.
В роще уже стоял грузовик, полный
снарядов, но не того сорта, какие были
нужны танкистам. Пришлось разгружать
и заново все нагружать. На это ушло еще
пятнадцать минут.
Мигэль заупрямился, он решил выиграть
время и все-таки поехать напрямки, не
через город. Он потом пожалел об этом.
Езда превратилась в пытку.
Никто не знал, куда и как ехать. На
каждом перекрестке дорег прохожие гово-
рили по-разному: либо, что дальше уже
фашисты, либо, что дорога совершенно
свободна. Нельзя было верить ни тому, ни
другому; здесь могли быть и ошибки и
провокации. Мигэль решил ехать, прислу-
шиваясь и приглядываясь к направлению
артиллерийского огня мятежников, они ве-
ли его по всему фронту. Но и в этом не
так легко было разобраться.
Шофер грузовика и шофер легкового
автомобиля спорили между собой. Они те-
ряли друг друга из виду. Похоже было
на то, что шофер со снарядами стремится
удрать в город. Мигэль решил пересесть
на грузовик.
Но именно на самом открытом, на са-
мом обстреливаемом куске шоссе он за-
стрял. Что-то у него случилось в моторе.
Чорт его знает, что за человек. Вот нашел
место, где застревать. Разрывы стали ло-
житься близко от машины. Надо же ухи-
триться здесь застрять. Одно попадание,
и весь грузовик со снарядами взлетит к
чортовой матери на воздух. Надо же быть
таким идиотом. Пусть бы застрял в дру-
гом месте, где-нибудь ближе или дальше.
Что за идиот! Мигэль и другой шофер
стояли у грузовика н орали. Уж лучше
бы поехать через город. Мигэль думал о
том, что танкисты уже два часа без сна-
рядов. Связался с дураком шофером. Хоть
бы он застрял где-нибудь за домом, тог-
да его не видно было бы.
Он уже хотел ехать за другим грузови-
ком, но машина вдруг пошла.
Они добрались до танкистов только че-
рез два с половиной часа. «Долгонько!»—
сказал капитан. «А мы здесь свистим». Он
потушил сигарету и приказал разобрать
боевые комплекты.
Они стояли примерно на том же месте,
но рассредоточились. Артиллерия мятеж-
ников нашла их и обстреливала.
— Пощелкаем, — сказал капитан. И
танки опять пошли.
В пять часов пополудни, как всегда, за-
седал генеральный комиссариат. Мигэль
докладывал о борьбе с дезертирством.
Предлагал проект создания центральной
комиссии по борьбе с деэертирвтвом. Про-
винциальных комиссий, бригадных комис-
сий. Меры взыскания — от расстрела до
общественного порицания, смотря по зло-
стности отлучки. Оповещение альгвазила-
ми иа сельских площадях и об односель-
чанах-дезертирах, предавших родину. Рас-
клейка черных списков дезертиров. Нужны
также листовки.
Его никто не слушал. Дель Вайо лежал
на диване тяжело больной. Бильбао пере-
листывал бумажки. Рольдан что-то писал,
Анхел Пестанья смотрел на стену, глаза
его были полны слез. Михе не было.
— Листовки! — сказал дель Вайо.
Морщась, превозмогая боль, он тяжело
перебрался к столу. Он взял толстый си-
ний карандаш,
а
— Товарищ генеральный комиссар, —
сказал Мигэль, — вы знаете, со вчерашнего
дня у нас уже есть немного истребитель-
ной авиации. Завтра она появится над
столицей. Командир эскадрильи просил из-
готовить ему листовки для сбрасывания,
успокоительные обращения к населению
Мадрида.
5 ноября
С утра повсюду невпопад расклеены
плакаты в честь Ларго Кабальеро.
Между двумя пушечными стволами, по-
ставленными вертикально, изображена ог-
ромная его голова: художник стилизовал
его немного под Муссолини, только по-
старше на десять лет. Подпись: «Говиерно
де ла виктория». Правительство победы.
С утра опять появилась авиация и на-
чала было бомбить, но вдруг встретилась
с группой маленьких, очень проворных ис-
требителей. Над западной частью города
завязался бой. Фашистские бомбовозы об-
ратились в бегство. Энтузиазм публики
был неимоверный. Мадридцы аплодирова-
ли, подняв руки к небу, кидали вверх
шапки, женщины — шали.
Из Мадрида уехали все иностранцы, пря-
мо или косвенно поддерживавшие респуб-
ликанское правительство. Часть пересели-
лась в посольства. Дипломатические мис-
сии, кроме того, об’явили неприкосновен-
ной территорией много домов, принадле-
жавших частным людям, иностранным
подданным, вывесили на них флаги и гер-
бы. В этих домах устроены общежития
для фашистов, дожидающихся Франко.
Они боятся, что в последние часы перед
падением Мадрида «городская чернь»,
особенно анархисты, устроят расправу с
ними.
Сегодня зазвонил телефон, и барышня
со станции сказала, что будут говорить из
1 Москвы.
—. Замечательно! — сказал дель Вайо.—
Я тотчас же напишу. Это просто замеча-
тельная идея со стороны командира эс-
кадрильи. Очень правильно, что мы это
сделаем. Я прошу вас не расходиться, я
тотчас же напишу. Просто превосходная
идея. Не уходите, пожалуйста.
Никто не собирался уходить. Итти было
некуда. Все позавидовали Вайо, что он
будет писать листовку. Его толстый си-
ний карандаш быстро мелькал по бумаге.
Он откладывал в сторону исписанные
восьмушки. Он писал очень крупно, на
каждый листок приходилось не более де-
сяти слов.
— Как будет с арестованными? — спро-
сил Мигэль, — Галарса ничего не сделал.
Восемь тысяч человек. Большая фашист-
ская колонна.
— Все в свое время, — мягко сказал Вайо,
— я сейчас кончаю листовку. Пожалуйста,
не расходитесь. Я думаю, длинная листов-
ка в данном случае неуместна.
— Длинная будет даже вредна, — ска-
зал Пестанья, — к тому же наборщики...
Я постараюсь выпустить ее сразу в не-
скольких типографиях. Сколько экземпля-
ров нужно?
Он не замечал, что глаза его были в
слезах.
— Миллион, — сказал наобум Мигэль,
— от миллиона до миллиона двухсот ты-
сяч. Это не так много. Из одного газет-
ного листа выйдет тридцать две штуки.
— Такие маленькие? — Вайо был огор-
чен, — я не уложусь.
— Все* зависит от шрифта, — сказал
Бильбао. — Можно набрать мелким шриф-
том.
Всем хотелось подольше говорить о лис-
товке.
Мятежники миновали Хетафе и ворва-
лись в Верхний Карабанчель, рабочий
квартал, первый городской квартал.
Начался погром. Телефонное сообщение
не прервано, люди в Карабанчеле, в Хе-
тафе просто набирают номер, звонят и пе-
редают ужасные вещи. Они уже по ту
сторону баррикад, у фашистов, а раз-
говаривают с нами по городскому телефо-
ну! Мятежники звонят своим родным и
любовницам и приветствуют их: «Пепита,
я уже здесь, в Мадриде. Но сегодня не
удастся пробраться к тебе по улицам. Об-
нимаю, до завтра!».
Коммунистическая партия и Пятый полк
организуют районные и уличные дружины
для баррикадных боев. Лозунг партии —
драться за каждую улицу, за каждый дом.
Вернувшись поздно вечером, я не узнал
отель. Сюда спешно эвакуировался из Ка-
рабанчеля военный госпиталь № 1. Кори-
доры полны коек, хирургических шкафов,
перевязочного материала, ночных горшков,
ящиков с картотеками. Запах креозота
сразу охватил все этажи. Сдирают с две-
рей драпировки, с пола—ковры и дорожки.
Портье сказал, что отель ликвидируется,
почти все гости уже выехали; сегодня
синьор может еще ночевать, не все номера
заполнены ранеными. Назавтра он приго-
товит синьору счет.
Танкиста Симона перевезли с госпита-
лем в отель «Палас». У него начинается за-
ражение крови, перевозка ухудшила его
состояние. Мигэль Мартинес иашел его, он
в сознании, он просил Мигэля застрелить
его, но не оставлять белым.
Улицы нехорошо опустели. Люди смот-
рят исподлобья. Начали постреливать с
верхних этажей, из-за углов.
Сегодня днем было еще четыре воздуш-
ных бомбардировки. Убито много детей.
Только что принесли и положили на стол
двадцать снимков. Большие красивые
снимки детей, похожих иа куклы.
Это разбитые куклы. У них большие
черные дыры на лбу, на шее, у ушей. Не
будь этих мертвых черных дыр, дети ка-
зались бы совсем живыми. У некоторых
даже раскрыты глаза — словно в изумле-
нии. Разметаны косички, уста улыбаются,
и сквозь них видны маленькие белые зу-
бы.
Дети гибнут, потому что они проводят
весь день на улицах. Повсюду они возятся,
копошатся. В рабочих кварталах, у Толед-
ского моста, в Аточе они помогают взрос-
лым строить баррикады. Крохотные кара-
пузы долго выковыривают большой ка-
мень из мостовой, кладут его в плетеную
корзинку и, держа с двух сторон за руч-
ки, чинно тащат его к баррикаде. Старик
каменщик кивает им, кладет камень в верх-
ний ряд и посыпает песком. Ребятишки
с достоинством отправляются за новым
камнем.
Я ждал с волнением. Мадрид, Барсело-
на, Париж перекрикивались и спорили
между собой — вдруг голос издалека, но
четкий, веселый, назвал по имени и от-
честву. Говорил Всесоюзный радиокомитет,
поздравлял с установлением прямой ра-
диотелефонной связи, с наступающим
праздником, проверял слышимость, просил
сказать несколько слов для праздничной
передачи с Красной площади седьмого но-
ября.
— А седьмого, под вечер, мы позвоним
вам снова, попросим ваши впечатления о
том, как Мадрид провел этот день. Я за-
молчал.
— Алло, алло! — неслось из трубки, из
Москвы.
— Хорошо! — крикнул я, — позвоните!
Хорошо!
Никогда не был так красив Мадрид, как
сейчас, в эти последние дни и ночи, ког-
да черным смертоносным кольцом сжимает
его враг.
Я раньше не любил этот город, а те-
перь невыносимо жалко его покидать. Су-
хая, чистая осень, мягкие закаты, глубо-
чайшая прозрачность неба над старыми
черепичными крышами. Кажется, что ви-
дишь стратосферу сквозь такую прозрач-
ность.
Мы никогда не знали этот народ, он
был далекий и чужой, мы о ним никогда
не торговали, не воевали, не учились у
него и де учили его.
В Испанию и раньше ездили из Рос-
сии одиночки, чудаки, любители острой,
горьковатой экзотики.
Даже в голове развитого русского чело-
века испанская полочка была почти пу-
ста, запылена. На ней можно было найти
Дон-Кихота с Дон-Хуаном (которого про-
износили по-французски — «Дон-Жуан»),
Севилья с серенадой, Кармен с тореадо-
ром, Гвадалквивир-зефир да еще «Тайны
мадридского двора».
Культура древнего Рима, итальянского
Возрождения — прекрасная культура —
оплодотворила искусство всего мира и на-
шей страны. Но неизвестно, почему она
попутно заслонила от нас Испанию, ее ли-
тературу, живопись, музыку, ее бурную
историю, ее выдающихся людей. А глав-
ное — ее народ, яркий, самобытный, непо-
средственный и, что удивительнее всего,
многими чертами поразительно напомина-
ющий некоторые советские народы.
И вдруг этот долго прозябавший в ниж-
нем левом углу материка, никому по-иа-
стоящему не известный народ сухих кас-
тильских плоскогорий, астурийских влаж-
ных гор, арагонских жестких холмов вдруг
встал во весь рост перед миром.
Это он первым в тридцатых годах на-
шего века полностью принял вызов фа-
шизма, это он отказался стать на колени
перед Гитлером и Муссолини, он, первый
по счету, вступил с ними в отважную во-
оруженную схватку.
Перед огромным амфитеатром зрителей,
внешне бесчувственно нейтральных, внут-
ренне перепуганных, фашистские убий-
цы хотят, как опытные тореро деревен-
6 ноября
Через город движется довольно много
беженцев. Но это не мадридцы, это жите-
ли окружных деревень и предместий, они
втягиваются в столицу и переполняют ее.
Мимо «Паласа», мимо здания парламента
на площадь Кастеляр прошло большое ста-
до овец. Их грифельный цвет вполне гар-
монировал с асфальтом. Никто не удив-
лялся овцам на проспектах и площадях
Мадрида, — город уже деформировался по
сравнению с своим прежним, узаконен-
ным обликом.
Основная масса мадридских жителей —
рабочих, служащих, их семей — никуда
пока не уходит. Все ждут, что скажет пра-
вительство, как и когда оно об’явит о своем
решении — эвакуироваться или «оставать-
ся до конца», как сказал Ларго Кабальеро.
Решения пока нет, повидимому ожидаются
резервы или есть какая-нибудь другая воз-
можность.
До пяти часов я был в Каса дель Кампо,
— большом пригородном парке. Здесь ры-
ли окопы рабочие вперемежку с вооружен-
ными дружинниками. Настроение непло-
хое. Из домов поблизости хозяйки выноси-
ли в кувшинах воду и вино. Хлеб у бой-
цов был.
За Толедским мостом, на втором или
третьем перекрестке Карабанчеля, за ма-
ленькой, низенькой, открытой посредине
баррикадой, вдоль улицы шел бой. Пули
щелкали по стенам домов, мы перебегали
из подворотни в подворотню, как во вре-
мя дождя. Вдоль улицы прогуливался взад
и вперед, проходя через баррикаду и стре-
ляя, пушечный броневик. В боковом пере-
улке на тротуаре, иа носилках лежали
раненые, молодые рабочие парни. Стари-
чок-санитар и, женщины хлопотали около
них.
Мост был минирован, черные хвостики
динамитных зарядов торчали из настила.
Река Мансанарес — пустяковая река, она
почти всегда пересыхает, по ней нетрудно
перейти вброд.
Я вернулся в отель, пообедал один в пу-
стом ресторане. Камереро, подавая обед,
сказал, что на этом ресторан закрывает-
ся.
Портье дал счет, я расплатился по шестое
ноября, также за завтрак и за обед, за кофе
к обеду. Также отдельный счет за доставку
газет. Я ему дал пропину, то-есть на чай.
Он опросил, не нужно ли послать коридор-
ного за вещами... Нет, пока нет. Я спросил
— куда же можно переехать. Он задумался.
Пожалуй, во «Флориду». Хотя неизвестно,
функционирует ли она. За последние дин
закрылось много отелей. Ладно, я его по-
просил пока не звонить во «Флориду».
Пусть вещи пока постоят. Их немного: чемо-
дан, большая складная карта, пишущая
машинка и радию. Пусть они пока постоят.
Портье корректно согласился — конечно,
они могут постоять. Их, наконец, можно по-
ставить в кладовую.
Поехал в военное министерство, в комис-
сариат. Там почти никого не было, только
две машинистки. Они сказали, что дель
Вайо — на заседании совета министров.
Направился к комнатам Ларго Кабальеро.
В приемной дожидались какие-то мелкие
посетители. Они терпеливо и спокойно жда-
ли. Никто их не выпроваживал. Заседания
здесь явно не было.
Поехал в президенсию совета министров.
Дом заперт, кругом него пусто. В дни засе-
даний здесь обычно стоит много машин, тол-
пятся журналисты и фоторепортеры.
Начало темнеть. Поехал в министерство
иностранных дел. Пусто, бродят сторожа.
В отделе иностранной цензуры метался в
истерике знакомый чиновннк-рефереит. Он
сказал, плача и содрогаясь, что правитель-
ство два часа тому назад признало положе-
ние Мадрида безнадежным, постановило
эвакуироваться и эвакуировалось. Сообще-
ние об эвакуации Ларго Кабальеро давать
запретил, «чтобы не вызвать паники». Вви-
ду спешки эвакуацию решено производить
децентрализованно, то есть каждое ведом-
ство заботится само о себе и уезжает как
и на чем может. Некоторые министры, как
он слышал, протестовали, но решение оста-
лось в силе. Вся головка уже уехала. Это
сделано было перед концом занятий в уч-
реждениях — служащие разошлись, ничего
не зная, завтра оии придут на работу, а
правительства уже нет.
Он плакал и ломал руки, он хотел зво-
нить по телефону своим товарищам, всем
сообща найти грузовик и добиться пропу-
ска на выезд из Мадрида. Говорят, нужны
какие-то пропуска, надо представлять в
командансию списки...
— Плюньте на пропуск, — посоветовал я.
— Если вы достанете грузовик, это и будет
пропуск.
Я поехал в министерство внутренних дел,
там было то же самое. Здание было почти
пусто, остался только низший персонал.
Снаружи все выглядело, как обычно. Пло-
щадь Пуэрта дель Соль звенела трамвайиы-
ского быка, заколоть, прикончить этот на-
род, убить все достойное, гордое, честное'
в нем, оставить в живых только тех, кто
обратно пойдет в рабство, кто покорно по-
целует руки господам.
Народ — не животное для убоя, палачи
ошибутся. Израненный, окровавленный, ои
раньше или позже овладеет искусством
битвы и раздавит, растопчет безумных
палачей.
Поздно ночью в отель-госпиталь Пришел
танковый капитан с тремя бойцами. Они
разыскали Симона, беседовали с хирургом,
спрашивали, нельзя ли вывезти ранено-
го. Хирург, высокий элегантный старик
аристократического вида, сказал, что при
малейшем толчке Симон умрет. Есть ли
надежда? — спросили танкисты. Хирург
сказал, что надежды никакой: началось
заражение. Нельзя ли отравить? — спро-
сили танкисты. Хирург сказал, что нель-
зя, он не имеет права, это — преступле-
ние. Все долго молча смотрели друг на
друга. Мигэль попросил, нельзя ли унич-
тожить больничную карточку Симона. У
хирурга смягчились и потеплели глаза, он
сказал, что карточку уничтожить можно,
что вообще надо унести и сжечь карточ*
ки раненых. Его прорвало, он добавил
еще, что у него среди раненых есть сто
десять таких же безнадежных, как Симон,
не может же он превратиться в массового
отравителя.
Танкисты отошли от него, они долго
смотрели на Симоиа. Тот спал, лицо ук-
рыто марлей. Рана на голове была откры-
та, она заживала; остальное было под оде-
ялом.
ми звонками и гудками перед фасадом ми-
нистерства внутренних дел.
Поехал в Центральный комитет компар-
тии. Там шло заседание Политбюро в пол-
ном составе, кроме Михе, который был в
Пятом полку.
Здесь рассказали: Ларго Кабальеро, дей-
ствительно, сегодня внезапно решил эваку-
ироваться и провел это решение большин-
ством совета министров. Он уже уехал, уеха-
ли почти все. Министры-коммунисты хотели
остаться, но им было об’явлено, что подоб-
ный акт будет дискредитацией правитель-
ства, они обязаны уехать, как и все. Руко-
водство всех партий народного фронта то-
же обязано сегодня уехать.
Все это можно и должно было сделать
заранее, заблаговременно, не в такой фор-
ме, но старик своим злостным упрямством
и самодурством, своей демагогией привел к
подобному положению.
Даже виднейшие руководители организа-
ций, ведомств и учреждений до сих пор
ие уведомлены об от’езде правительства.
Начальнику генерального штаба министр
сказал в последнюю минуту, что правитель-
ство уезжает, ио не сказал, куда и когда.
Начальник генштаба с несколькими офице-
рами выехал из города искать себе приста-
нище. Министр внутренних дел Галарса и
его помощник, генеральный директор госу-
дарственной безопасности Муньос, выехали
из столицы раньше всех. Из восьми тысяч
арестованных фашистов не эвакуировался
ни один. Город не обороняется ни снару-
жи, ни изнутри. Штаб командующего цент-
ральным фронтом, генерала Посаса, разбе-
жался. Кабальеро подписал бумажку, по
которой оборона Мадрида препоручается
особой хунте (комитету) во главе с бригад-
ным генералом Хосе Миаха, стариком, ко-
торого мало кто знает. Его ищут повсюду,
чтобы вручить приказ, но неизвестно, где
он. Центральный комитет постановил обо-
ронять каждую улицу Мадрида, каждый
дом силами рабочих и всех честных граж-
дан. Сдавать фашистам только развалины,
драться до последнего патрона, до послед-
него человека. Уполномоченным Централь-
ного комитета по мадридской организации
назначается секретарь ЦК Педро Чэка —
с переходам в подполье в момент необхо-
димости. Кроме того, Антонио Михе вхо-
дит в состав мадридской хунты обороны и
принимает на себя военный отдел.
Во дворе укладывали архивы. К Педро
Чэка очередью подходили секретари район-
ных комитетов, заводских ячеек, он спокой-
но, как всегда, уславливался с ними, Сооб-
щал адреса нелегальных квартир и явок.
Он улыбнулся и подмигнул мие: «Пора вы-
катываться...»
Десять часов двадцать' минут. Значит, В
Москве один час двадцать минут ночи. Там
на улице лихорадочно прибивают последние
праздничные украшения, плакаты, портре-
ты. Дворники подчищают мостовые. Может
быть, еще не кончился концерт в Большом
театре, они обычно затягиваются поздно.
Интересно, какая погода, много ли уже сне-
га, будет ли с утра туман.
Я еще раз поехал в военное министер-
ство. Садовые ворота были закрыты. Ник-
то не отозвался ни на гудок, ни на мига-
ние фар. Пришлось самому подойти к во-
ротам, открыть их. У подъезда нет карау-
ла, а окна все освещены, и гардины не за-
дернуты от авиации.
Поднялся по ступеням вестибюля — ни
души. На площадке, там, где в обе сторо-
ны входы к министру и генеральному ко-
миссару, сидят на двух стульях, как воско-
вые фигуры, два старичка-служителя в лив-
реях, чисто выбритые. Такими я их никог-
да не видел. Они сидят, положив руки на
колени, и ждут, пока их звонком не Позовет
начальство — старое или новое, все равно
какое.
Анфилада комнат; широко раскрыты все
двери, сияют люстры, на столах брошены
карты, документы, сводки, лежат каранда-
ши, исписанные блокноты. Вот кабинет во-
енного министра, его стол. Тикают часы на
камине. Десять часов сорок минут. Ни ду-
ши. /
Дальше — генеральный штаб, его отде-
лы, штаб центрального фронта, его отделы,
главное интендантство, его отделы, управ-
ление личного состава, его отделы — ан-
филада комнат; раскрыты все двери, сияют
люстры, на столах брошены карты, доку-
менты, сводки, лежат карандаши, исписан*
ные блокноты. Ни души.
Вышел обратно на крыльцо. Впереди, аа
садом, на улице Алкала кромешная тьма.
Слышны выстрелы, чей-то страшный вопль'
и потом смех. Шофер встревожился, это де-
журный шофер, он не сменялся сегодня, он
не ел, он просит, нельзя ли его отпустить,
он хотел бы поискать еды. Стрелки на руч-
ных часах светятся, оии показывают де-
сять часов сорок пять минут. Через чао с
четвертью будет седьмое ноября. Нет, в эту,
ночь; нельзя покинуть; тебя, милый Мадрид*
т
К. МАЛАХОВ
Роман о великом годе
«МОЛОДОЙ ЛЕНИНГРАД»
Силой подлинного мастерства веет со
Страниц нового романа А, Малышкина «Лю-
ди из захолустья». («Новый мир» № 10 и
11 за 1937 г. и № 1 за 1938 г.).
Это первая книга романа. Время действия
— годы великого перелома, зима 1929—30 гг.
События происходят в Москве, в глухом
районном селе Мшанске и на новостройке
на Урале. Но вто ие обычный роман о но-
востройке. В нем ие найдешь того подроб-
ного описательства производственных про-
цессов, той загрузки техническими терми-
нами, от которых роман чересчур похож на
техническое пособие, а для технического по-
собия не годится потому, что это все-таки
всего-навсего посредственный роман.
Люди в романе А. Малышкина не второ-
степенный придаток лесов новостройки, ие
деталь промышленного и колхозного пейза-
жа. Изменения, происходящие в нх созна-
нии, не побочный автоматический результат
выполненных заданий, собственно мало бес-
покоящий автора, которому рекордная циф-
ра бетонозамесов интереснее человека.
Дать образы людей этого бурного года,
показать перемены в сознании масс, рожде-
ние воли масс пересесть с обнищалой му-
жицкой лошади на лошадь крупной машин-
ной индустрии. — такова тема романа.
Страна пересаживалась не малая. Одна
воля, вынужденная «подгонять страну», ко-
торой угрожала «из-за ее отсталости смер-
тельная опасность», организовывала и вела
миллионы к социализму, ломая усиливаю-
щееся сопротивление враждебных классов.
Роман схватывает этот общий колорит
эпохи, энергию напора напрягшейся страны,
единство воли партии, направляющей этот
поток миллионов. Успешное решение темы
достигается прежде всего тем, что большин-
ство персонажей романа, — люди обыкно-
венные и простые, встают как образы типи-
ческие и в то же время неповторимые в сво-
ей живой индивидуальности.
Горький указывал на необходимость счи-
таться «с тремя действительностями: с про-
шлым, откуда идут все посылки, с настоя-
щим, которое борется против прошлого, и
будущим, которое уже видно в общих очер-
таниях» (Горький «О литературе»).
Вот это соединение прошлого, еще живу-
щего в человеке переломных годов, с буду-
щим, которое в этом же человеке прорастает,
— дает ту реалистическую жизненность,
какую не может дать никакая самая совер-
шенная литературная фотография. Не мо-
жет потому, в частности, что не дает внут-
реннего движения человека, в котором се-
годня живут и остатки его вчера и черты его
завтра.
Будущее героев, то направление, в кото-
ром несет их исторический поток, показано
в романе не путем превращения людей «в
простые рупоры духа времени». Нет, это
живые личности, многосторонние, исполнен-
ные многих чувств и страстей, полноцен-
ные люди, характеризуемые не только тем,
что они делают, но и тем, как они это де-
лают.
Подлинному художнику нельзя быть по-
сторонним, хотя бы даже и сочувствующим,
обозревателем. (Нечего говорить о скорых на
руку, равнодушных ко всему пекарях лите-
ратурных караваев на «актуальные темы»).
Только любовное проникновение в души
людей, строящих социализм, понимание
взаимодействия социалистического труда и
человека дают возможность писателю уви-
деть и показать, что социалистическая ин-
дустриализация не сводится к голым итогам
построенного и выработанного. Здесь лежит
путь к созданию типа нового человека во
всей его сложности, как человека высшего,
который при социализме «окончательно вы-
делится из царства животных и из живот-
ных условий существования перейдет в ус-
ловия действительно человеческие» (Эн-
гельс, «Антидюринг»).
Барская манера изображать людей из на-
рода, строящих новое общество, примитив-
ными, движимыми только мотивами «чугу-
на и совокупления», не только отвратитель-
на, — она лжива и реакционна.
2
Ярко и сильно дает тов. Малышкин тех
людей, на чьей стороне вся его любовь. Ав-
тор любовно изображает рост нового
человека во всей его сложности. Поэтому те-
ма металла, тема борьбы за железо, за тех-
нику звучит как радостная надежда. Ма-
лышкин вскрывает тот переворот, который
происходит в забитом, робком деревенском
парне Тишке.
Вот каким сел Тишка в вагон поезда,
идущего на стройку: «Тишка поднял из-
под стола суму, —г такой и стоял он в
дерюжном своем армячке, мамкин, тон-
коногий, кадыкастый, с пленкой грязной
на губах, с синевцой под запалыми гла-
зами: бей, кто хочет». Не сразу изме-
В, ШКЛОВСКИЙ
ОТВЕТ ЧИТАТЕЛЮ
Уважаемый товарищ Смирнов!
Я прочел вашу заметку «Бледные тени» •.
Читательские письма я прлучаю доволь-
но часто, и меня они очень интересуют.
Для писателя эти письма чрезвычайно
важны.
Ваше письмо принадлежит к числу наи-
более квалифицированных, ио мне кажет-
ся, в нем есть опасность короткого замы-
кания.
При коротком замыкании ток, не произ-
ведя полезной работы, сжигает провода.
Вот, например, вы пишете:
«К слову сказать, юмор в виде «седлай
штаны, натягивай коней» надо признать
неудачным и даже грубым».
Этот юмор принадлежит не мне.
Это дословный перевод старой польской
пословицы:
Siodlay portki daway konia.
Поговоркой этой поляки выражали су-
матоху в отряде, застигнутом врасплох.
Польский офицер Самуил Маскевич при-
менил пословицу для характеристики пани-
ки в немецком отряде под Клушиным
(«Сказания современников о Димитрии Са-
мозванце», часть V, стр. 40 С. П. Б. 1894
год).
Я применил пословицу к изображению
паники в польском отряде. В подлиннике
это выглядит так: «Москвитяне так неожи-
данно напали на нас, что наши едва ус-
пели сесть на коней, и то многие без седел»
(сто. 151).
Вы пишете: «У него (у Шкловского) да-
же земля начала мечтать о свободе, а царь
Борис, уподобившись древнему царю пер-
сидскому, который велел море высечь, ре-
шил эту мечтательную землю наказать, не
оставив на ней ни кола, ни двора».
В русском языке слово «земля» обозна-
чает не только почву черноземную или су-
песчаную, ио и страну. Возьмем выраже-
ние: «Земля советская». Уже в «Слове о
•) См. «Литературную газету», № 21 от
15 апреля.
няется Тишка. В бараке он еще мечтает
о малом. Его высшая радость посидеть
вечером около горячей печки, попить чай-
ку с оставленным от обеда леденцом и по-
мечтать скудными деревенскими мечтами.
Даже увлеченный Подопригорой на курсы
шоферов, он с трудом усваивает трудную
науку и иной раз не прочь вздохнуть об
«иопокон крестьянском деревянном деле».
Но он все более не прежний, забитый и
робкий. Ему грезится уже земля... «моло-
дой и предпраздничной, какой и была на
самом деле: ведь что бы пока ни слу-
чалось, а все же ему, Тишке, принадле-
жала она»...
Перед Тршкой «открывалось подоблач-
ное, влекущее, чего еще не знавалось в
жизни». Подопригора вместе с ним мечта-
ет вслух о том, что батрак Тишка станет
Тихоном Ильичем Куликовым, что Тишка,
который до сих пор кроме телеги ничего
не видал, будет управлять сложной маши-
ной.
Гробовщик Журкин, мастер и музыкант,
сбежал из Мшанска от жизни своей «за-
унывной, мелкотравчатой, беспросветной,
как детский плач». «Он пережил в Мшан-
ске бедованне одиночки. Прочности, вот
чего никогда не знал он в своей рабочей
судьбе». Всем укладом своей жизни кус-
таря-одиночки он приучен к тому, что
«Каждый хочет себе завсегда кусок получ
ше оторвать». И здесь, на стройке, не сра-
зу успокоилась и обновилась его «жад-
ная и мнительная душа».
Малышкину удалось без насилия над
своим героем показать, как самолюбие ма-
стера, артиста своего дела, как стремление
к прочной рабочей судьбе рождает и в
Журкине ...«то героическое волнение, кото-
рое доставило потом стройке мировую сла-
ву, мировые рекорды...» И вот Журкин сам
уже строго повторяет на собрании: «Вы
знаете, чья здесь вся имущества? Она
вся — народная».
Хорошо нарисована русская простая
женщина Поля, взбунтовавшаяся против
своей «горбатой бабьей доли» и ушедшая
от мужа. Малое, мелкое дело, из-за кото-
рого воюет Поля, дает толчок к ее прев-
ращению из смирной и тихой в новую «вне-
запную, как гром». Партиец доменщик и
бывший конноармеец Подопригора запо-
минается читателем как выпуклая фигура
массовика и руководителя.
Показывая, как меняются люди, захва-
ченные стремительным и бурным своим
делом, т. Малышкин дает очень тонкую
деталь об изменении психики этих людей,
о новом отношении к страданию, о том,
как возникает отвращение к страданию,
которое должно ...«возбуждать на борьбу
против источника всех страданий челове-
ческой массы» (Горький).
Журкин когда-то несколько сёл повел
собой, за песней о том, как страдает «ис-
терзанный, измученный наш брат мастеро-
вой». «И горе тощее, стоногое, слушая песнь,
бежало сзади по грязи». Кончилась эта
стихийная демонстрация для Журкина не-
хорошо, — уездным острогом. В конце ро-
мана на пикнике, который устраивают По-
ля, Подопригора и Журкин, гробовщик
хочет исполнить этот свой коронный но-
мер. «Рыданьем должна была рвануть
сейчас за сердца гармония. И гробовщик
рванул». «Но не забирало их обоих... И
гробовщик сам чувствовал, что не то у не-
го выпевается». Только в одном Петре,
бывшем торговце, находит тоскливое со-
чувствие эта песня. Оказывается, даже в
душе самого Журкина нет отзвука, нет
любви к страданию, нет желания мучитель-
но упиваться страданием. Подошедшая
молодежь хочет веселой музыки. «И в са-
мом Журкине озорные живчики забегали...
Он нашел нечаянно какой-то новый, за-
жигательный, для него самого диковин-
ный, перехват. Гармония ахнула вдруг на
всю рощу... Парни с девчатами на опуш-
ке закружились парами».
3
Петр, Аграфена Ивановна, Сысой и дру-
гие представители вражьего подполья на-
писаны с выразительностью, которую
может продиктовать только глубокая, зна-
ющая этих людей ненависть.
Постепенно раскрывается их волчья
суть. Тут нет ничего от примитивизма
плакатного врага с ...«зверской физионо-
мией, с громадными зубами, с толстой шеей,
с обрезом в руках».
Петр бежит из родного Мшанска. ...«Че-
ловек, завалившись в сани, тотчас схва-
тил себя обеими руками за малахай и за-
дергался непереносно навзрыд. И седок не
выдержал, тоже длинно вздохнул». В ро-
мане найдено сочетание личной несчаст-
ности Петра с накалом бешеной ненавис-
ти, свойственной ему, как представителю
агонизирующего класса. Пропитанность
всей его психики эксплоататорским отно-
шением к человеку показана даже на том,
полку Игореве» говорится о земле, как о
народе.
В словаре Даля написано: «Земля: стра-
на, народ и занимаемое им пространство,
государство, владение, область, край, ок-
руг. (Примеры: в немецкой земле обычаи
не наши. И пришла на них оостовская зе-
мля. Стар. Народ, войско)».
Поэтому земля имеет право мечтать, так
же, как я имею право пользоваться бо-
гатством русского языка хотя бы в преде-
лах словаря Даля и словаря академиче-
ского.
Теперь поговорим о царе Борисе и его
поведении. Возьмем «Сказание Массы» (из-
дание Археографической комиссии 1884 г.).
«Борис приказал ему с этим войском
напасть на Комарицкую волость, все жечь,
грабить и опустошать, всех мужчин и ста-
рых женщин мучить ужасными пытками,
а молодых женщин и детей продавать в
вечное рабство и отсылать в Татарию. Это
(приказание) было исполнено, потому что
Татары весьма искусны (в деле разорения
страны). К ним присоединилось еще не-
сколько Москвитян и других людей. Они
так раззорили Комарицкую волость, что
в ней не осталось ни кола, ни двора Му-
жчин вешали за ноги на деревья или
жгли, а обесчещенных женщин сажали на
деревянные колья, на раскаленные сково-
роды и гвозди; детей же бросали в огонь
и воду». (Стр. 112—113).
Сравни «Русская историческая библиоте-
ка» т. XIII, стр. 34. Иное сказание: «И име-
ния их расхищена быша, и домове до конца
разорены быша и огнем пожжены»...
Вы пишете, что я известен нарочитой
вычурностью языка. Известность эта меня
не радует.
Разрешите начать оправдывания.
Есть большой писатель, вероятно, вами
любимый и очень любимый мною — Ми-
хаил Зощенко. В статье «О себе, о крити-
ках и о своей работе» Зощенко писал
«Еще я хочу сказать об языке. Мне про-
сто трудно читать сейчас книги большин-
как ветерок на базаре для Петра «островато
припахивает мужицкой деньгой». ч
Вражескую работу Петра автор показы-
вает «боковыми ходами». О ней значитель-
но больше догадываешься. Но даже для
колеблющегося, растерянного Журкина на-
чинает яснеть вопрос, что ...«во всей этой
булге, которую затеяли бараки, промахнуло
вьявь чужое, недоброе крыло».
При всех различиях между собой людей
этого лагеря, яркости каждого персонажа
есть общее, роднящее, — звериное, враж-
дебность к человеку, недоверие даже друг
к другу. Вот, компанионы собрались на
дележку своих барышей, и волчий оскал
проглядывает в каждом жесте. ...«Сысой
Яковлевич настоятельно подчеркивал ци-
фирки в книге, сызнова с расстановкой и
со сластью перечмокивал цену, барабаня
при этом пальчиками, тихий, вникчивый;
и глаза его, устремленные поверх очков на
Аграфену Ивановну, подозревали кругом
голое жульство».
4
С очень умной и злой иронией выве-
ден Калабух. Малышкин разоблачает мни-
мую ученость, которой щеголяет Калабух, и
просвечивает двурушническую игру этого
человека. Без подсказок автора даже Со-
устии начинает прозревать за умолчани-
ями и намеками уважаемого им заведую-
щего что-то серьезное. Хорош заключи-
тельный штрих, тот ...«мгновенный, тотчас
же спрятанный вспых ненависти» в гла-
зах у Калабуха, который замечает Соустин.
Соустин, бывший командир Красной ар-
мии в гражданскую войну, ощущается как
некоторое продолжение Шелехова из «Се-
вастополя».
Общественная его неустроенность, то, что
он не нашел своего места, любимого дела,
выражается и в личной его неустроенности.
Он запутался в мучительном треугольнике.
Из всех треугольников, а к ним, надо ска-
зать, автор питает чрезмерное пристрастие,
этот, — Соустин, жена его Катя, Ольга, —
наиболее мотивирован, жизненен и драма-
тичен.
И все-таки, когда рисуется общественное
бытие Ольги и Соустина, досадно чув-
ствуется влияние трафарета колеблющихся
и перестраивающихся интеллигентов.
Даже язык автора, такой сочный и вы-
разительный, простой и вместе с тем мо-
гущий выразить самые тончайшие нюансы,
меняется, когда на сцене Ольга. «Изгибно
обтянутая чувственность», «безысходность»,
«несбыточная лазурь» и т. п. томная лите-
ратурщина вкрапливается в текст и раздра-
жает читателя.
Силуэтен и бесплотен муж Ольги — Зы-
бин.
Это тем более досадно, что даже эпизоди-
ческие персонажи романа живут. Старушка,
едущая к дочери, золотозубый портной,
бухгалтер, переменивший фамилию, сте-
кольщик, хилый дед, первый в бараке ле-
жебока, который даже спину норовит
греть обязательно у чужой печки, — их
много в романе, и нет таких, которые не
запомнились бы.
5
Мастерство художника сказывается и в
диалогах, в умении ваять существенное для
развития действия и для характеристики
персонажей. Взять хотя бы разговор в ва-
гоне бухгалтера со стекольщиком. Оба они,
ненадолго появившись в романе, исчезают,
но и в коротком разговоре раскрыты их
характерные черты. Даже, когда бухгалтер,
взглянув в окно вагона, призывает спут-
ников: «Граждане, гляньте, какая природа
оригинальная», он зрим«яитателю. Стеколь-
щик, в ответ на излияния бухгалтера, рас-
сказывающего о сложных своих любовных
коллизиях, о своем треугольнике, от кото-
рого он бежит на стройку, переспрашивает:
«Значит ты с его жаной блуд имел?» Даже
в таком прерванном виде разговор этот
вводит читателя в то, что говорят люди
совершенно разного душевного мира.
Хочется акцентировать утверждение,
что весь текст романа, вся его образ-
ная художественная сила рисуют ту «волю,
которая воздвигала домны, беспощадно пре-
граждала реки, творила неузнаваемого че-
ловека». Приведенная цитата из романа не
авторское отступление только, а формули-
ровки основной идеи произведения.
Напечатанная первая часть романа го-
ворит, что т. Малышкин нашел правиль-
ный путь к художественному полноценно-
му решению темы, которую он себе по-
ставил.
ства современных писателей. Их язык для
меня—почти карамзиновский. Их фразы—
карамзиновские периоды...
Может быть, единственный человек в
русской литературе, который понял это,—
Виктор Шкловский.
Он первый порвал старую форму ли-
тературного языка. Он укоротил фразу. Он
«ввел воздух» в свои статьи. Стало удоб-
но и легко читать. Я сделал то же самое».
Видите, мнения расходятся.
Мне кажется, что я пишу просто, но
часто пишу с пропусками.
Язык моих вещей больше похож на раз-
говорный, чем тот стиль, которым пише-
те вы.
Но свободой речи, ее непостроенностью,
системой пропусков может быть я злоупо-
требляю. Путь к великой простой, новой
литературной речи—путь сложный. Его
нельзя заменить простым уравниванием
своего стиля со стилем всей литературной
околицы.
Все же достоинством стиля своей вещи'
я считаю то, что в ней люди говорят по-
нятно, хотя, может быть, слишком мало.
Сравните язык моей повести с языком
повести из той же эпохи, напечатанной в
«Красной нови», —«Дикий камень» и вы
увидите, как просто я пишу.
Я стараюсь итти не от высокой литера-
турной речи XVII века, а от разговорной.
Язык частного письма XVII века близок
к нашему. Вот отрывок из письма 1609
года—пишет царица Ксения Годунова из
Троице-Сергиевской лавры к тетке:
«Да у нас же, за грех за наши, моровоя
поветрея: всяких людей изняли скорби ве-
ликия смертные, на всякой день хоронят
мертвых человек по двадцати и по трид-
цати и болши; а которые люди посяместо
ходят, и те собою не владеют, все обезно-
жели».
Вы хвалите меня, что я умею разыски-
вать нужный и интересный материал.
Мои корреспонденты иногда упрекают ме-
ня—и по поводу «Штабс-капитана Федо-
това» и по поводу повести «О смутном
времени»—в заимствованиях.
Но представьте себе, что у двух людей
в домах из крана идет одинаковая вода,
и это можно установить химическим ана-
лизом.
На-днях в книжных магазинах Ленин-
града появилась новая книга — неболь-
шой сборник стихов «Молодой Ленин-
град».
Читатель с любопытством раскрывает ма-
ленький томик в голубеньком переплети-
ке с незабудочками в уголках.
Незабудки красуются на переплете этого
сборника как традиционная герань, укра-
шающая подоконники маленьких обособ-
ленных домишек того заштатного городка
«молодой поэзии», о котором писал недав-
но К. Симонов на страницах «Литератур-
ной газеты».
Перелистывая страницы сборника, мы
словно бредем по кривым и тесным улич-
кам этого заштатного городка. Кое-где под
воротами покосившихся дряхлых домишек
мы читаем знакомые фамилии ответствен-
ных с'емщиков. Это старожилы городка,
давным-давно осевшие здесь и ведущие
в тиши свое скромное поэтическое хозяй-
ство. Проживающий в одном из этих до-
миков Борис Шмидт имеет все права от-
праздновать десятилетний юбилей своей
поэтической деятельности. Столько же лет
пишут Варвара Наумова и Всеволод Аза-
ров. Едва ли сейчас звание «молодых по-
этов» доставляет им такую же радость,
как десять лет назад.
На улицах городка мы встречаем и но-
вых людей, проживающих здесь более ко-
роткое время или прибывших сюда совсем
недавно. Но и они быстро удовольствова-
лись негромкой славой «молодых поэтов»
и стали распивать чаек в зеленых пали-
садничках. И только немногие производят
впечатление людей, которым в сутолоке ли-
тературного вокзала ошибочно выдали не
прямой билет на главные магистрали боль-
шой литературы, а заставили пересаживать-
ся на каком-то глухом полустанке. В томи-
тельном ожидании поезда иногда проходит
несколько лет. И приходится им жить в
этом городке, вдали от больших тем, боль-
ших мыслей, больших чувств. Именно этой
оторванностью от большой жизни, насыщен-
ной славными и героическими делами, от-
личается описываемый заштатный городок
Тяжелый хлеб
Жан Фревилъ — видный критик, постоян-
ный сотрудник французской коммунистиче-
ской печати, автор ряда статей по вопросам
культуры и литературы.
Роман «Тяжелый хлеб» — его первый бел-
летристический опыт. Книга'эта. единодуш-
но одобренная левой прессой, получила
признание даже на страницах реакционной
«Тан».
Жан Фревиль дал своей книге подзаголо-
вок — «современный роман». «Тяжелый
хлеб» — это повесть о современной Фран-
ции, точнее, о борьбе парижского пролета-
риата.
Для Фревиля настоящее искусство —
это прежде всего искусство идейное, вос-
стающее против векового гнета и «уводя-
щее массы под зарево красных знамен»
во имя освобождения человечества. Эта
идея пронизывает «современный роман»
Фревиля — книгу о пробуждении классо-
вой солидарности в рабочем коллективе
сталелитейного завода в 1936 г., к началу
возникновения народного фронта во Фран-
ции.
Героя в этом романе нет, и в то же время
их множество. Это обитатели дома-казармы,
это рабочие и работницы, мастера, консьер-
жи, стенографистки, владельцы бистро,
профессиональные революционеры и нако-
нец — предприниматели.
Сюжет романа чрезвычайно прост: рабо-
чий квартал и коллектив завода живут раз-
общенно. Люди не связаны друг с другом,
в одиночку борются за тяжелый насущный
хлеб. По наступает время социальных сдви-
гов; по всей Франции экономическая борь-
ба рабочего класса перерастает в политиче-
скую. На заводе вспыхивает стачка. Ее воз-
главляют наиболее сознательные и передо-
вые рабочие. В ответ на отказ предприни-
мателя удовлетворить требования забастов-
щиков рабочие занимают завод. Стачка пе
только сближает людей, не только вскры-
вает общность их целей, но и становится
настоящей политической школой.
Лучшие главы книги посвящены своеоб-
разной жизни забастовщиков на заводе,
ставшем их домом. Большую часть этих
глав составляют рассказы рабочих о самих
себе и описание того, как весь пестрый че-
ловеческий коллектив от забитого чернора-
бочего-араба до квалифицированного масте-
ра преодолевает личное, сознательно вклю-
чаясь в общую борьбу.
Забастовка кончается полной капитуля-
цией предпринимателя.
Однако при всем многообразии человече-
ских типов, выведенных Фревилем. подчас
с даром настоящего писателя-реалиста, кни-
га написана неровно. Так. например, об-
Жан Фревиль. Изд. Фламмарион. Париж.
1937. «Pain de brique», Jean Freville, Flam-
marion. Paris.
Человек, незнакомый с устройством во-
допровода, скажет, что один кран сосет
из другого.
Более опытный человек скажет: оба
пьют воду из одного источника.
В общем найти материал нетрудно.
Трудно оценить материал и его пере-
осмыслить.
Я пользовался Костомаровым и Забели-
ным, но прежде смотрел в первоисточни-
ки. Поэтому у меня картины несколько
иные, чем те, которые даются в обычных
сводах, хотя я и иду от тех же источни-
ков, в них даны документальные пере-
осмысливающие подробности.
Но не везде эта работа сделана одина-
ково.
Мне не нравится начало моей повести,
и я его сейчас переделываю.
Интереснее сделана история о шпионах,
устроившихся при преподобном Иринархе.
Эта история разгадана на основании жи-
тия Иринарха, на материале так называе-
мого «Дневника Марины Мнишек» и книг
Пирлинга «Исторические статьи и замет-
ки» и «Из смутного времени». Я использо-
вал главы «Николай Мело, гишпанской
земли чернец» и «Мнишкй и Бернардины».
Роль монастыря Иринарха в главах кни-
ги Пирлинга не была разгадана.
Мне кажется, что эта часть повести у
меня сделана с некоторым приближением
к научной работе.
С вашим возражением о бледности об-
разов Пожарского и Минина я согласен.
Да, причины, выдвинувшие Пожарского
на первое место, у меня даны слабо.
Об этом много спорили и до нас.
Костомаров просто называл Пожарского
посредственным человеком.
Забелин показал, что Пожарский был
опытным военным и человеком, не заме-
шанным в измены.
Я, анализируя топографию Московского
боя, найдя у Васенцева указания, чем за-
нимались крестьяне Пожарского в Москве,
попытался показать, что Пожарский в бою
на Сретенке возглавил стихийный отпор,
данный интервентам московскими работ-
ными людьми, кузнецами, бронниками, ма-
стерами Пушечного двора.
О роли этих людей в борьбе о поляка-
«молодой поэзии» от любого города и город-
ка, обозначенного па карте нашей страны.
Жители поэтического захолустья иногда
наивно предполагают, что, переименован
свои ухабистые улички и придав им но-
вые и современные названия, они корен-
ным образом реконструируют свое город-
ское хозяйство. Всеволод Азаров, напри-
мер, в своем стихотворении «Спор» убеж-
ден, должно быть, что’•• он проезжает по
меньшей мере вдоль вновь проложенного
«Проспекта авиации», пе подозревая, что
его поэтическая мысль направляется по
колее, проложенной еще чичиковской
бричкой.
«Стихотворение зарождается только по-
сле долгих странствований по обширным
областям мысли и общественной жизни»,
—говорил Бальзак. Большинство же сти-
хов, собранных в сборнике, поражает
скудостью мысли, поэтических образов,
поверхпостпых отношений к теме, отсут-
ствием подлинного творческого волнения,
которого мы вправе были ожидать от мо-
лодых поэтов. Поэтому кажется таким од-
нообразным сборник тринадцати, хотя
каждый из пих и касается многих тем.
Мы прочитали стихи Варвары Наумовой.
Это профессионально-грамотные, но одно-
образные, рифмованные заметки участника
геолого-разведочной экспедиции, лишен-
ные пафоса освоения советского Севера.
Мы прочитали стихи Николая Волкова.
Одаренный лирический поэт ограничивает
свой кругозор горницей любимой девуш-
ки, и уж во всяком случае его поэзия
не выходит за пределы палисадника.
Такие стихи всегда холодны, равнодуш-
ны.
Нет, мы не хотим быть критиками-брюз-
гами, которые непременно находят «недо-
статки при всех достоинствах» и «достоин-
ства при всех недостатках». Мы безогово-
рочно радуемся творческим успехам Павла
Шубина, который находит правдивые ин
тонацип и в песне, и в лирических сти-
хах («Мадьярская песня», «Орел», «За-
раз польского политэмигранта, одного из
руководителей забастовки, Мишеля Свобо-
ды, бледнее, чем другие. Мишель рассуж-
дает правильно и умно, но то, что вполне
уместно в публицистической статье, то ма-
ло подходит для человека действия, к тому
же действующего в романе.
Другие образы романа реалистичнее и
жизненней. Такова, например, довольно
сложная и противоречивая фигура пред-
принимателя, либерала Миньяра. Наделив
Миньяра чертами, характерными для ча-
стного собственника. Фревиль все же при-
дал ему известное обаяние. Именно атэ и
обрадовало критика «Тап» Андре Терива,
считающего, очевидно, что пролетарская
литература способна вывести врага только
в шаржированном виде. Мало того, буржу-
азному критику настолько понравился
«симпатичный» предприниматель, что он
даже предложил считать его подлинным
героем романа.
Но академический критик ошибся. Под-
линный герой романа, о котором Фревиль
говорит с волнением, это — колыбель рево-
люций — Париж и его народ. Парижский
народ — хранитель революционных тради-
ций, его старики помнят Коммуну, «70 дней
которой потрясли 40 веков», а его гамены
на вопрос: «что такое буржуазно-демократи-
ческая декларация прав человека и граж-
данина?»,— отвечают: «Это то, что заме-
няет Деда-Мороза и младенца Иисуса, ког-
да перестаешь верить в чудеса».
Мишель, глядя на панораму Парижа, го-
ворит: «Если можно убить парижан, то
нельзя отнять у Парижа его душу. Разру-
шенный, испепеленный, сравненный с зем-
лей, он возрождается неукротимо. Деле-
клюз, Домбровский. Варлен умерли. Но на
востоке Европы рождается Ленин». Этим
самым Фревиль вкладывает в уста своего
героя мысль о том, что Великая Октябрь-
ская революция продолжила дело Париж-
ской Коммуны.
Изгнанный из Франции Мишель едет за-
щищать Испанскую республику. В пути он
«размышляет о бренности грез, о счастьи,
о вечной текучести вещей. Но главное в
том, чтобы не сдаться, а жить и умереть
стоя, с лицом, обращенным к солнцу».
В этих словах выражена философия ро-
мана «Тяжелый хлеб» Фревиля.
Книга Фревиля представляет интересное
литературное явление, ибо она дает худо-
жественную картину борьбы парижского
пролетариата и на судьбе отдельных дей-
ствующих лип показывает изнутри рожде-
ние народного фронта. Этим самым она до-
казывает и то, что художественная лите-
ратура может и должна откликаться на ис-
торические события, даже когда они «еще
теплые», по выражению Андре Терива.
М. НАДЕЖДИНА
ми писали поляки же, но в исторической
литературе говорилось об этом мало.
Тут в моей повести есть новое, но тем
не менее я с вами согласен—о Дмитрии
Пожарском надо писать лучше, и я сам
постараюсь это сделать.
Буду работать дальше.
Правильно ваше указалие о том, что у
меня в повести бледно показан народ.
Но вы упрекаете меня в этом так:
«Выборные всей землею люди», «Русской
земли рать». Может быть, какой-нибудь
древний историк так и писал, а В. Шклов-
скому пе следовало бы. Давно известно,
что историю делают классы, а рать—все-
гда чьи-либо интересы защищает. Зачем
же суть дела затуманивать? Ясно, что зе-
мля никого не выбирает и никаких ратей
не создает. Вот и надо бы было сказать,
чьи выборные люди руководили делами и
чья рать освобождала Москву».
Может быть, я сильно ошибаюсь, но мне
кажется, что не надо преувеличивать соз-
нательности крестьянского движения в
XVII веке.
В то же время величайшим пафосом
1612 года была ненависть русской земли
русской нации к интервентам.
В этой ненависти об’единились крестья-
не, ремесленники, служивые люди, в про-
тивоположность тупому эгоизму бояр.
Появилось новое сознание единства рус-
ской земли. Появилось выражение «госу-
дарственное дело».
Я с интересом прочитал ваши замеча-
ния, при переработке повести буду с ними
считаться.
Отвечаю вам на ваш частный вопрос.
Из кого состояли войска Пожарского: из
конницы или из пехоты?
В боях под Москвой Пожарский бился
спешенной конницей.
У меня бой вероятно разобран неточно.
Я с удовольствием встретился бы с вами
и попытался бы разобраться в описаниях.
В источниках все, начиная с количества
сражающихся, не лчень ясно и противоре-
чиво. Историки вбирают произвольные
числа из противоречивых источников.
висть», «Степная сказка»). Мы отмечаей
стихотворения Владимира Лифшица, спо-
собного и культурного поэта. Ио почему
же по соседству со стихами Шубина по-
мещены плохие стихи, старые стихи, от-
нюдь не молодого поэта Б. Шмидта...
Показательно для творчества Шмидта
стихотворение «Лелька», содержание ко-
торого сводится буквально к следующему:
возлюбленная поэта, некая Лелька, с ко-
торой «жизнь, как в раю», в один пре-
красный день заявляет, что ей не нра-
вится гулять с автором пешком, и на этом
основании отказывает ему от дома; поки-
нутому кавалеру не остается ничего дру-
гого, как «взять и выиграть» автомобиль'
по лотерее Осоавиахима, на котором он И
увозит вернувшую ему свое расположение
Лельку к вящшему огорчению ее «папа-
на».
Совершенно лишено какого бы то ни бы-
ло смысла и другое стихотворение того же
автора — «Вагон», наравне с «Рассказом
о ложке», написанное плохим языком, ни-
чего не дающее ни уму, ни сердцу. Не-
заслуженное место в сборнике занимают
и стихи Бориса Штавемана. Некоторые его
стихи, — попросту школьнические упраж-
нения па темы, заданные С. Михалковым.
Вслед за любимцем наших ребят «дядей
Степой» плетется штавемаповский «дядя
Гриша», и если у Михалкова дети прихо-
дят к убеждению, что «мамы всякие нуж-
ны», то Штавемап в стихотворении «Жиль-
цы одного дома» берет на себя труд до-
казать, что также нужны и всякие ДЯДИ.
Коллектив молодых поэтов имел все
возможности направлять и корректировать
работу издательства над сборником. Ои
этого пе сделал, а поэтическая секция Ле-
нинградского союза писателей равнодушно
отнеслась к столь ответственному высту-
плению поэтической молодежи перед ши-
роким читателем. В итоге — неудачный
сборник.
В. КРЕМНЕВ.
ИНН. СУРОВ
Ленинград.
Из последней почты
Рапповский
табель о рангах
23 апреля исполняется 6-летие историче-
ского решения ЦК ВКП(б) о ликвидации
РАПП. За эти годы советская литература,
успешно преодолевая сопротивление троц-
кистско-авербаховского охвостья, росла и
крепла. Советские писатели — партийные
и непартийные — творят художественные
произведения, пишут книги, стихи, пьесы,
песни. Эту работу надо разбирать, оцени-
вать и критиковать. Вместо этого журнал
«Литературная учеба» печатает в февраль-
ском номере статью А. Суркова, в кото-
рой снова делается попытка размести!!»
писателей по рапповскому табелю о ран-
гах, разделить писательскую семью искус-
ственными и вредными перегородками. Во
вчерашнем номере «Правды» напечатана
справедливая статья И. Рябова «Отрыж-
ки рапповщииы», в которой дается заслу-
женная отповедь «критику среди поэтов и
поэту среди критиков» А. Суркову. Нико-
му не будет позволено воскрешать рап-
повские приемы, дробить ряды советской
литературы, подрывать дружбу писателей
— беспартийных и коммунистов.
ГДЕ КНИГИ
О НАШЕЙ РОДИНЕ?
Интерес читателя к книгам, рассказыва-
ющим о нашей родине, очень велик, а ли-
тературы этой выходит очень мало. За
последние годы издательства значительно
сократили выпуск новых книжек, знакомя-
щих с историей и географией советской
страны.
Издательство «История фабрик и заво-
дов» свернуло свою работу. Издательство
«История деревни», просуществовав около
двух лет, не выпустило ни одной книж-
ки. Профнздат прекратил разработку мате-
риалов по истории труда. ОНТИ, наметив-
шее в «серии популярных книжек» вы-
пуск литературы о нашей родине, отказа-
лось от этого. «Молодая гвардия» на
1938 г. в серии популярной литературы
для молодежи запланировала ряд тем о
нашей родине, но дальше планов дело не
пошло.
Еще хуже обстоит дело в провинции. В
прошлом году на страницах «Правды»
П. Павленко писал, что в Республике нем-
цев Поволжья совершенно нет краеведче-
ской литературы, и о выпуске ее никто
не заботится.
В Калинине существовал Краеведческий
журнал, его закрыли, — руководство не
справилось с работой. В Кашине, Калинин-
ской обл., собираются материалы по истории
города. Через газету «Пролетарская правда»
читателей оповещали, что материал будет
напечатан в специальном сборнике; прош-
ло уже два года, а читатели обещанного
так и не увидели.
В Свердловске областное издательство
пообещало выпускать «Библиотечку зани-
мательного краеведения», созывало («ве-
щания местных писателей, краеведов, пе-
дагогов, но книжки? выпускает очень плохо.
Такое положение нельзя считать нор-
мальным. Читатель хочет знать историю
своей родины, своего края, области, райо-
 на. Это обязаны помнить руководители
наших издательств, прежде всего — не-
давно организованного Государственного
издательства политической литературы.
П. ЛЕОНИДОВ
КНИГ ПО БИБЛИОГРАФИИ
ИЗДАЕТСЯ НЕДОСТАТОЧНО
Статистический отдел Всесоюзной книж-
ной палаты заканчивает разработку мате-
риалов о выпуске книжной продукции в
СССР в 1937 году. В прошлом году на-
блюдался значительный рост средних ти-
ражей выпущенных книг по всем разде-
лам литературы: 18.000 экз. против 13.200
в 1936 г.
Наибольший рост среднего тиража дала
историческая литература: в 1936 г. —
10.100, а в 1937 г. — 39.800 экземпляров.
Особо нужно остановиться на выпуске
«книг о книгах» — библиографии.
Средние тиражи этой литературы ра-
стут, но явно недостаточно, что видно из
следующих цифр: 1913 г. — 3.600; 1928 г.
— в.200; 1935 г. — 5.200; 1936 г. — 5.800;
1937 г. — 6.700 экземпляров.
Таким образом, средний тираж библио-
графической литературы за годы револю-
ции увеличился лишь в два раза, а в
1935 и 1936 г. он был меньше, чем В
1928 г.
Если учесть, что в раздел «библиогра-
фии и книговедения» книжная палата
включает энциклопедии, справочники
и т. д., то будет ясно, что количество биб-
лиографической литературы в настоящем
смысле этого слова у нас издается недо-
статочно.
Страна Советов — страна книг и биб-
лиотек. Это обязывает наши издательств®
озаботиться выпуском книг о книгах.
Литературная газета № 22 (729)
Театр-Кино-Музыка-Живопись
Слово
Звуковое кино было одним из самых за-
мечательных открытий в искусстве. Этому
изобретению нет еще и десяти лет.
Зритель услышал живую человеческую
речь. Техника дубляжа позволила без осо-
бых трудностей перелагать эту речь на
любой язык. С изобретением говорящего
Кино еще более явной стала духовная ни-
щета буржуазного кинематографа.
«Дар слова, внезапно полученный кино,
заставил увидеть его недостатки!, — чи-
таем мы интересные признания в вышед-
шей в Париже в 1936 году книге «Исто-
рия кино» Бардеша и Бразильяка. «Даже
если бы новые звуковые фильмы были так
же хороши, как последние немые, то зву-
ковые фильмы все равно вызвали бы ра-
зочарование. Получилось еще хуже: вспом-
ним, что слово — это, действительно,
страшное средство для выражения чувств,
что появление слова в кино явилось ужа-
сающим признанием той посредственности,
которая благопристойно маскировалась мол-
чанием».
Экраны заполнились бесконечными ва-
риациями модных опереток, дешевеньких
комедий, бульварных драм. Эта волна по-
шлости и скудоумия вызвала отвращение
даже у авторов буржуазной «Истории ки-
но».
Звуковое кино в Советском Союзе, не-
смотря на старания вредителей, Во гла-
ве с Шумяцким, задержать его развитие,
достигло еще более высокого идейно-худо-
жественного уровня, чем немое. Сила воз-
действия кино, этого могучего средства по-
литического просвещения и культуры, воз-
росла во много раз. Об этом свидетель-
ствуют такие фильмы, как «Чапаев», «Ле-
нин в Октябре», «Депутат Балтики», «Мы
из Кронштадта», «Петр I», «Юность Макси-
ма» и «Возвращение Максима», «Богатая
невеста», «Арсен», «Белеет парус» и дру-
гие»
Советский экран заговорил с массами
живым, образным словом.
Народная речь диалогов «Чапаева» глу-
боко волновала зрителей. Отдельные сло-
вечки, остроумные реплики Чапаева запо-
минались, повторялись и шли в народ,
становясь достоянием живого языка мил-
лионов людей.
Так же, как песня, звучащая с экрана,
если она хороша, делается любимой пес-
ней всей страны, так и яркие слова, остро-
умные сравнения, находчивые ответы, по-
словицы, поговорки, — одним словом, си-
ла, талантливость, богатство языка легче
всего доходят до самых широких масс
именно с экрана. Вспомним, как во вре-
мена немого кино стали популярны остро-
умные надписи, сделанные Бабелем для
фильма «Еврейское счастье».
Первым советским говорящим фильмом
стал в полной мере лишь «Великий граж-
данин». Этот фильм целиком построен на
разговорах, причем разговоры отнюдь не
делают фильм «театральным» в дурном
смысле этого слова. Режиссер Эрмлер и
оператор Кальцатый нашли хорошие прие-
мы для с’емки сцен, построенных на
длинном диалоге. Напомним, как прибли-
жается к зрителю лицо Шахова, занимаю-
щее весь экран в тот момент, когда ар-
тист, горячо волнуясь, говорит о Ленине.
Замечательный и в то же время простой
прием.
Волнующее содержание фильма, раскры-
вающего гнусное обличие изменников и
предателей, заставляет зрителей напряжен-
но следить за разговорами действующих
лиц, прислушиваться к каждому слову.
Вот почему эта картина, несмотря на ее
длину (свыше 3500 метров), восприни-
мается без утомления.
«Великий гражданин» доказывает пол-
ную возможность производства таких
фильмов, в которых образы в значитель-
ной мере будут раскрываться в диалогах.
Посетители кино не только смотрят, но и
слушают. Этого нельзя забывать.
Долгое время вредительское руководст-
во приучало киноработников третировать
слово в кино как «не кинематографический
материал». Между тем, опыт показывает,
что диалог, когда это живая, содержатель-
В кино
ная сценическая речь, воспринимаете* с
огромным интересом не только в театре,
но и в кино.
Враждебно относясь к слову, так как оно
расширяет идейные и культурные возмож-
ности кинематографа, вредители наложи-
ли табу на экранизацию лучших пьес. Мно-
гомиллионные массы были лишены воз-
можности видеть прекрасные произведе-
ния, которые кино могло заимствовать из
театра и сделать общедоступными в луч-
шем артистическом исполнении.
В оценке сценария сохранялись старые
традиции немого кино. Характерный при-
мер. Киностудия Мосфильм предложила
авторам сценария «Очная ставка», который
они делали по своей одноименной пьесе,
сократить диалоги. Получился плохой де-
тектив. «Очная ставка» богата действием.
Но ценность ее в другом: в патриотиче-
ском чувстве героев, в любви к родине,
выраженной в диалогах. Вытравив из это-
го сценария все якобы «не кинематогра-
фическое», а оставив лишь ее «кинемато-
графическую динамику», студия была уди-
влена: ничего не получилось. В течение
полутода сценарий переделывался много
раз, а результат все тот же. При изгна-
нии слова подчас уничтожается смысл, по-
тому что далеко не всегда оригинальность
мысли и глубина чувств, выраженные в
диалогах, могут быть переведены на пре-
словутый «язык кино». Люди забыли, что
язык кино давно стал настоящей живой
речью, звучащей с экрана.
Каждому киноработнику известны слу-
чаи, когда из сценария тщательно выме-
тались все «лишние разговоры». Драма-
тургов приучали делать диалоги небреж-
но, а потом уже, во время с’емок, при-
глашались «специалисты по диалогам»,
так как актерам нечего было говорить.
То, что было написано в сценарии, ока-
зывалось трудно произносимым, фальши-
вым, и уже на с’емках иной раз режис-
сер, актеры, ассистенты, оператор, пом-
режиссеры и все присутствующие начинали
придумывать для актеров новые слова. Не
раз в жертву ложно понимаемой килема-
тографичности приносились величайшие
произведения мировой литературы. Под
видом «переделок для кино» пьесы И. В.
Гоголя «Женитьба» и «Ревизор» превра-
На фото (слева направо, верхний ряд): ГАДЖИБЕКОВ Узеир Абдул Гусейн оглы, МАМЕДОВА Шевкет Ханум, ИДАЯТ-ЗАДЕ Исмаил Гусейн оглы, САРАБСКИЙ
Гусейн Гули, НИКОЛЬСКИЙ Василий Алексеевич, ГРИГОРЬЯН-МКРТЫЧЯН Кнарик Аркадьевна. Нижний ряд (слева направо): АЛМАЗ-ЗАДЕ Бадалбейли
Гамер Гаджа Ага кызы, БАГИРОВ Мамед Таги Аббас оглы, ГАДЖИБАБАБЕК ОВ Гусейн Ага Султан оглы, ГРОССМАН Яков Азарьевнч, ИБРАГИМОВ Мирза
Аджар Заде, МАМЕДОВ Бмь Бюль.
тцались в несуразные жалкие «компиля-
ции», во всякие «трагифарсы» и «траги-
памфлеты». Таким же искажениям недав-
но подверглась в студии Ленфильм пьеса
Максима Горького «Враги»; потребовалась
серьезная переработка фильма, чтоб воз-
вратить его к Горькому.
Мотивом подобных искажений была,
якобы, необходимость «раздиаложива-
ния» (!) пьес. Говорили о невозможности
показать в кинематографе полного Гоголя
или Горького с сохранением их замеча-
тельного текста.
На самом деле это вполне возможно. За
границей был ряд интересных и в значи-
тельной мерс удачных опытов постановки
пьес. Известна, например, кинокартина
«Сон в летнюю ночь», поставленная Мак-
сом Рейнгардтом по пьесе Шекспира. Этот
фильм обошел весь мир.
Казалось бы, что именно в СССР клас-
сическое наследство мировой драматургии
и лучшие современные пьесы могут быть
широко использованы в кино. Однако это-
го не делалось.
Нельзя обойти молчанием и такой не
случайный факт, как прекращение произ-
водства научно-популярных фильмов, ко-
торые благодаря слову могли стать осо-
бенно ценными, а также недостаточное
использование живой речи в хронике и
технических фильмах. В них дикторская
речь до сих пор — произносимая вслух
надпись, а не живой рассказ, сопровожда-
ющий и дополняющий зрительное изобра-
жение.
Работа писателей в кино должна спо-
собствовать как раз большему использо-
ванию слова, появлению в кино яркой
живой речн. Это отнюдь не лишает кино
всех присущих ему замечательных
свойств.
ВЕЛИКАЯ ДРУЖБА НАРОДОВ
Декада азербайджанского искусства кон-
чилась. Но не прошло еще очарование
праздничных спектаклей «Кёр-оглы» и
«Шах-Сенем», «Наргиз» и «Аршин мал
алан», еще не смолк для нас певучий саз
и голос ашуга, еще не покинули нас виде-
ния трепетных массовых плясок.
Декада азербайджанского искусства—это
прежде всего праздник народного искусства
солнечного Азербайджана, крупнейшее со-
бытие нашей общественной жизни, искус-
ства, национального по форме и социалисти-
ческого по содержанию.
В Москве прошли уже украинская,
грузинская, узбекская и казахская декады.
Каждая из них являлась праздником для
красной столицы. Прекрасен расцвет искус-
ства нашего советского народа.
Особым указом Президиума Верховного
Совета СССР Азербайджанский государст-
венный театр оперы и балета имени М. Ф.
Ахундова за выдающиеся успехи в деле
развития азербайджанского оперного искус-
ства награжден орденом Ленина.
За выдающиеся заслуги в деле развития
азербайджанского оперного искусства,
азербайджанской музыки, песни и танцев
награжден орденом Ленина народный ар-
тист Азербайджанской OOP композитор и
автор оперы «Кёр-оглы» У. А. Гаджибеков.
В числе десяти натражденнътх орденами
Трудового Красного Знамени — народные
артисты Азербайджанской ССР Мамедова
Шевкет Ханум, Сарабский Гусейн Гули, Ни-
кольский Василий Алексеевич, заслужен-
ные артисты Азербайджанской ССР Багиров
Мамед Таги Аббас оглы, Гаджибабабеков
Гусейн Ага Султан оглы, начальник. Управ-
ления по делам искусств при СПК Азер-
байджанской ССР Ибрагимов Мирза Аджар-
Заде, главный режиссер Государственного
театра оперы и балета им. М. Ф. Ахундова,
заслуженный артист Азербайджанской ССР
Идаят-Заде Исмаил Гусейн оглы.
Орденом «Знак Почета» награждены 40
человек. Среди них народный артист
РСФСР, АзССР и УзССР (ранее награжден-
ный орденом Трудового Красного Знамени)
Глиэр Рейнгольд Морицович, народный ар-
тист Азербайджанской ССР Примов Курбан
Бахшали оглы, заслуженный деятель ис-
кусств Азербайджанской ССР Ионисян Ава-
нес Айрапетович, заслуженные артисты
Азербайджанской ССР Мамедов Бюль Бюль
(ранее награжденный орденом Трудового
Красного Знамени), Мамедова Азиза Ханум.
композиторы Таги-Заде Ниязи Зульфутаро-
вич и Маилян Антон Саркисович, народный
певец Карягды Джабар, ашуги Рзаев Асад
Ахмед оглы и Азарян Ават Аракелович, ди-
ректор филармонии Рзаев Расул Ибрагимо-
вич и заместитель начальника Управления
по делам искусств при СПК Азербайджан-
ской ССР Саркисова Гаянэ Осиповна.
Указом Президиума Верховного Совета
СССР присвоено звание народного артиста
СССР композиторам У. А. Гаджибекову,
Р. М. Глизру и артистам Ш. X. Мамедовой
и Б. Б. Мамедову.
Совет Народных Комиссаров СССР за
добросовестную, энергичную работу по под-
готовке декады азербайджанского искусства
наградил ряд работников театра и филармо-
нии ценными подарками.
Участники декады покидают гостепри-
имную Красную столицу, чтобы вернуться
сюда вновь с еще более блестящими успе-
хами, с еще более высокими достижениями
художественного мастерства. Им, утвер-
ждающем свою прекрасную социалистиче-
скую культуру, аплодирует Москва, а с нею
и все народы наших братских республик.
Пожелаем же им счастливого пути и за-
мечательной творческой работы в будущем.
Да здравствуют Советский Азербайджан,
его народное искусство!
Да здравствует великая дружба культур
свободных и счастливых советских наро-
дов!
«В старой Англии»
Жил-был
Разговор о театре
и драматурге
В Малом театре собрались на-днях дра-
матурги и театральные критики, чтобы
вместе с руководителями театра обсудить
репертуарный план. Однако конкретного
плана на этот раз не обсуждали.
Директор Малого театра тов. Дальцев во
вступительном слове попросил присут-
ствующих высказаться, почему роль Мало-
го театра как центра театральной культу-
ры в последнее время уменьшилась.
Малый театр сиязил требования к дра-
матургическим произведениям. Театр, по
выражению Б. Ромашова, допустил на свою
сцену «удобообтекаемые пьесы», где все
персонажи, одинаково чистенькие, — ужа-
сающе безлики. Их не может оживить даже
театр, владеющий вековой культурой.
— Взаимоотношения драматурга и теат-
ра ненормальны, — таково было едино-
душное мнение всех участников собеседо-
вания.
Театр потерял близких по творческому
духу драматургов. Вредители, руководив-
шие некоторое время театром, сознательно
отгораживали его от современности, от
боевой, кипучей советской жизни.
Драматург в театре был эпизодической
личностью, с иим разговаривали, пока он
сдавал пьесу. Но как только пьеса была
принята, театр считал роль автора закон-
ченной. И это присуще не только Малому
театру. Анекдотический случай привел дра-
матург К. Тренев. Он, например, с трудом
попал на спектакль своей пьесы «На бере-
ту Невы» в Ленинградском академическом
Театре имени Пушкина. В комендатуре ему
Ваявили: «Тренев? Не знаем таких». Отка-
зали автору в пропуске и в театральной
кассе. Случайно подвернувшийся знакомый
капельдинер «зайцем» пропустил автора в
театр.
— Что это, из ряда вон выходящий слу-
чай? — спрашивает К. Тренев. — Нет!
Это «система взаимоотношений». И, сле-
дуя ей, Малый театр выбрасывает из моей
пьесы целые страницы, дописывает моно-
логи и даже не считает нужным поставить
меня об этом в известность. Я, драматург,
который отдал свои лучшие произведения
Малому театру, ие был здесь уже четыре
месяца. Что же можно сказать о молодых
драматургах?
Эту же мысль широко развили Л. Леонов
и К. Финн, требовавшие от театра опре-
деления собственной творческой линии, а,
следовательно, и приближения к театру
близких ему по творческому духу драма-
тургов.
Б. Ромашов видит причины слабости по-
становок Малого театра на современные те-
мы еще и в том, что театр не обогащает
образы, задуманные драматургом, не ищет
«сокровенной мысли», «тайны», которые
автор вложил в пьесу.
Больше пяти часов длилось собеседова-
ние. Драматурги и критики единодушно
призывали театр к созданию правдивых,
остры* современных спектаклей.
Критикуя Малый театр, участники сове-
щания справедливо говорили о том, что на
его сцене появлялись слабые и даже сов-
сем плохие пьесы. Но любопытно, что ни
один из выступавших не решился назвать
при этом хотя бы одну такую пьесу. Стран-
ная боязнь «обидеть» драматурга руково-
дила, казалось, всеми товарищами. Конеч-
но, такая критика, лишенная «адреса», ма-
ло полезна и театру и драматургам.
Новые спектакли
периферийных театров
> В Перми состоялась премьера оперы
«Пиковая дама». Постановка режиссера
Евреинова. Оформление спектакля худож-
ника Дубровина.
< Донецкий театр юных зрителей по-
ставил сказку Ершова «Конек-Горбунок».
Инсценировал сказку Горлов. Режиссер —
Ландис, художник —Кофман.
* Свердловский театр оперы и балета
на-днях показал премьеру балета «Бахчи-
сарайский фонтан». Балетмейстер — С. Сер-
геев.
* Комедия Скриба «Стакан воды» по-
ставлена в драматическом театре нм.
Горького города Куйбышева. Режиссер —
заслуженный артист республики Шевцов.
«Литературная газета» уже писала о
большой и благодарной работе, которую
без парадной шумихи ведет Московский
театр юного зрителя. Дети любят свой
МТЮЗ — это чувствуешь, когда только пе-
реступаешь порог театра. Они знают здесь
всех и вся. За добрых полчаса до начала
спектакля занимают свои места в зритель-
бой несчастного Даниэля (Давида — Оли-
вера), сердца их наполняются негодовани-
ем против его врагов. Советские дети на
этом спектакле видят в героях Диккенса
тех английских джентльменов, которые от-
казывают голодным испанским сиротам в
куске хлеба и помогают фашистам забрасы-
вать бомбами толпы безоружных стариков,
Жил-был один молодой, начинающий
драматург.
К сорока годам он написал пять пьес.
Этих пьес никто не ставил. Ни один
театр. Очень плохие были пьесы.
Поэтому он считался молодым и начи-
нающим.
Его это вполне устраивало. Казалось, он
рый всучивает копеечное стеклышко под
видом бриллианта чистой воды. Как это де-
лается, об’яснить нельзя. По самой слож-
ной диспозиции ведется широкое наступ-
ление, в котором участвуют и телефонные
звонки, и какие-то записки, и инспириро-
ванные слухи, и тонкая игра на чувствах
наивных меценатов, и тайные подкопы
ном зале и как завзятые театралы обмени-
ваются мнениями об актерах. Идет премь-
ера пьесы «В старой Англии» в постановке
режиссера А. И. Кричко.
Пьеса «В старой Англии» написан! по
мотивам известного произведения Чарльза
Диккенса «Давид Копперфильд». Иаши те-
атры ставили уже по Диккенсу «Пиквик-
ский клуб» и «Сверчок на печи», пьесы о
старой и доброй Англии. Но у Диккенса
есть еще и другая Англия, отнюдь не бла-
годушная, — страна бессердечных ростов-
щиков и банкиров, жуликов-стряпчих и
лицемерных ханжей. Желая познакомить
советских детей со злой и жестокой Англи-
ей, мачехой бедняков, драматург А. Воль-
рад использовал один из эпизодов непри-
глядного детства Оливера Твиста. На ма-
териале «Оливера Твиста» построен весь
третий акт, — сирота Давид (по пьесе —
Даниэль) волей автора инсценировки по-
падает в диккенсовский дом призрения,
где голодает, подвергается побоям и изде-
вательствам.
Судьба Давида Копперфильда, отданно-
го по Диккенсу на бутылочную фабрику,
менее трагична, чем судьба Оливера Твиста,
попавшего в страшный приют церковной
общины Автор инсценировки «В старой
Англии» умело использовал это обстоятель-
ство: борьба за наследство принимает ост-
рый и ожесточенный характер, юные зри-
тели со слезами на глазах следят за судь-
женщин и детей.
Постановочный и актерский коллектив
МТЮЗ сделал все для того, чтобы спектакль
понравился юному зрителю. Как только по-
являлся на сцене Джошуа Шип (актер
Ю, И. Раков), тотчас сотни глаз впивались
в него со страхом и ожиданием: какие еще
козни готовит этот продажный негодяй бед-
ному Даниэлю, роль которого задушевно
исполняла актриса А. Р. Фуксина. Мистера
Арчибальда Комбера (актер В. А. Гладкий)
неизменно встречали с веселым оживлени-
ем. Подвижной, жизнерадостный, он подку-
пал всех своей подвижностью и жизнера-
достностью. Старая тетушка мистрисс Грин-
вуд (актриса В. И. Стручкова) была смеш-
на и трогательна.
Актриса Т. Ф. Адельгейм играла малень-
кую эпизодическую роль Дэзи, дочери Ком-
бера. Она живо и ярко рисовала образ не-
угомонной шалуньи-девочки, и зритель ее
не забыл: на долю талантливой исполни-
тельницы выпала немалая толика дружных
и шумных аплодисментов.
Премьера закончилась, как всякая удач-
ная премьера во «взрослом» театре. Партер
хлынул к сцене, выкрикивая фамилии ак-
теров и актрис, требуя выхода автора ин-
сценировки, режиссеров А. И. Кричко и
В. И. Метлиной, художника Б. Р. Эрдмана
и заставляя много раз подымать занавес.
ЭЛЬ-РЕГИСТАН
Новые выставки
-й- На-днях в залах Государственной Тре-
тьяковской галлереи открывается выставка
картин художника И. И. Левитана. На вы-
ставке будет представлено около 500 кар-
тин художника.
И. И. Левитан учился у известных пей-
зажистов Саврасова и Поленова. В 1879 г.
на ученической выставке появилась первая
картина Левитана «Осенний день. Соколь-
ники», купленная известным собирателем
русской живописи П. М. Третьяковым.
«Вечер на Волге». «Волга. Свежий ветер».
«Март», «У омута», «Над вечным покоем»,
«Туман», «Озеро», «Летний вечер»—наибо-
лее значительные произведения художника.
И. И. Левитан умер 22 июля I960 г.
-й- В Московском областном союзе совет-
ских художников (МОССХ) открыта выстав-
ка рисунков и литографий художника П. И
Львова. На выставке представлено до 130
работ художника — зарисовки Ленинграда
и Москвы.
-й- Московский областной союз советских
художников организует выставку полити-
ческих плакатов. Выставка откроется к 1
мая в помещении МОССХ.
-й- ВОКС и МОССХ открывают 2 мая в
Центральном парке культуры и овдыха им.
Горького выставку испанского плаката.
«Человек с луны»
Киностудия Союздетфилъм приняла ли-
тературный сценарий В. Млечина и
И. Прока «Человек с луны», посвященный
жизни, путешествиям и деятельности за-
мечательного русского ученого и путе-
шественника Миклухи-Маклая.
владел секретом вечной молодости. Впро-
чем, в глубине души он тосковал. Ему хо-
телось быть маститым, зрелым мужем, а
не отроком в драматургии. На всяких со-
браниях, куда приглашали драматургов, он
садился обычно в первый ряд. Сидел, мол-
чал, лишь время от времени произносил
солидно и кратко:
— Правильно.
Или несколько более пространно:
— Товарищ правильно говорит.
А если кого-нибудь уличали в несим-
патичных поступках, он кричал довольно
горячо:
— Позор!
Больше никакой пользы от него на за-
седаниях не было. Но ему они доставляли
удовольствие. Все-таки можно было рас-
сказывать в дружеском кругу:
— Ах, я устал сегодня... Весь день про-
сидел с Треневым и Файко за обсуждени-
ем вопросов...
Так и жил. Впрочем, неизвестно, как он
жил. Писал он, как сказано, плохие пье-
сы. Настолько плохие, что они даже де-
нег ему не приносили. Например за 1937
год он заработал... 24 (двадцать четыре!)
рубля. Да, это не придумано — по 2
рубля в месяц авторских доходов дали
ему его драматургические опусы. На это,
как говорится, дачу не выстроишь.
А он строил...
Но к даче мы вернемся.
Он состоял в группкоме драматургов.
На это он имел право, потому что ниче-
го иного полезного, помимо сочинения не-
годных пьес, не делал. Давно когда-то, иа
заре юных лет, он расстался с привычкой
трудиться ради насущного хлеба. В ду-
ше его жила уверенность, чорт знает на
чем основанная, что он рожден для вдох-
новенья, для звуков сладких и вообще
для шикарной жизни.
И время шло. Он находил себя занятия.
Тут надо получить ссуду. Там, смотришь,
нужно похлопотать насчет пособия. В Лит-
фонде 600 рублей. Еще в Литфонде —
тысячу. В группкоме — 300 Столько же
в Управлении охраны авторских прав В
кассе взаимопомощи... Иногда, конечно, от-
казывали. Но время все-таки уходило.
А главное — авансы. Аванс, получен-
ный у театра, вдвойне дорог: во-первых,
ясное дело, деньги, а, во-вторых — мо-
ральная победа. Ведь так можно целую
жизнь прожить — красиво и почетно':
— Веду переговоры с Н-ским театром...
На это — минимум три месяца.
— Н-ский театр хочет вставить мою пье-
су в план 1941 года...
Еще шесть месяцев.
— Морочат голову с переделками...
Год.
— Опять ставят вместо меня Шекспи-
ра...
Можно ныть еще восемь месяцев.
А потом — сначала. Это почти чудо. Это
ловкость и назойливость' человека, кото-
при содействии троюродных тетушек, и
явный обман, и грубые намеки на какие-
то мифические партизанско-красногвардей-
ские заслуги...
Ведь попался же МХАТ на все это! Как
ни грустно, ио уважаемый театр имел фор-
мальный договор о нашим героем. Пред-
ставьте себе, как вскочили акции А. Н. Ел-
фимова (фамилия названа, больше скрывать
не будем), когда он был занесен в список
драматургов Художественного театра где-
то между Ибсеном и Виргой!
Но пьесу, конечно, не поставили. Дело,
как всегда, ограничилось авансом.
Однако Елфимов писал не только пье-
сы, но и заявления. Например, он жало*
вался на то, что группком, мол, не ценил
меня, а «на оборот (сохраняем орфографию—-
Е. С.) всячески тормозил моему творческо-
му росту, распространением лживых не
на чем необоснованных слухов...» и г. д.
Такая многолетняя творческая деятель-
ность Елфимова принесла ему в некотором
роде признание официальных инстанций.
Драмсекция решила, что довольно ему
уже ходить в начинающих, пора стать кан-
дидатом. Из внимания к драматургическим
успехам Елфимова, его рекомендовали в
кандидаты союза советских писателей...
Но тут как раз и получился скандал.
Вдруг все увидели, что тот, кото раньше
считали подающим надежды, молодым (89
лет) и начинающим (пять пьес) драматур-
гом (ни одного спектакля) — попросту
грязный человек и дармоед.
Он вымогал деньги у женщины, с которой
был близок. Заставлял продавать ве-
щи, когда ее сбережения исчерпались.
Врал ей, что ему нужно хоронить мать,
получал деньги и пропивал их. Лгал, что
купил дачу, и на ремонт ее брал деньги.
Выдумывал, что ему нужно вылететь на
самолете в Куйбышев, и получал иа это
деньги. Шантажировал, плакал, чтобы рав-
жалобить, писал слезливые письма, спе-
кулировал болезнью жеиы, мнимой
смертью матери, пускал пыль в глава,
разыгрывал гения, называл в числе своих
друзей самые славные имена и брал, тал-
кал по всякому предлогу деньги у довер-
чивой женщины...
А когда это все стало явным, он понял
по-своему, как нужно действовать. На-
днях явился к председателю секции дра-
матургов и, довольный, наивный, наглый,
сообщил:
— Ну, все окончилось благополучие...
Письма, которые меня компрометируют, X
у этой женщины выкупил!
А в группкоме учинил простой и нева-
мысловатый дебош, подробностям которого
место в хронике происшествий.
Вот и все. Жил-был... А почему был?
Почему держали «около литературы»
столько лет человека, который ничего пут-
ного не мог написать, почему поощряли
дармоеда?.
Е. СОКОЛОВА
Яятературная газеТа $Г22 (729)
«ДЕТЯМ» литературные вести
Из писем читателей
В МИРЕ КНИГ
«Детям сказки, стики и рассказы писа-
Агелей Союза Советских Социалистических
Республик» — так называется первый
большой сборник, изданный Детиздатом
Для ребят дошкольного возраста.
Сборник «Детям» открывается знамени-
тыми, вошедшими уже давно в класси-
ческий фонд русской литературы стиха-
ми Владимира Маяковского «Что такое
хорошо и что такое плохо?» Затем идет
широко популярное стихотворение Л. Кви-
тко «Письмо Ворошилову» в переводе
С. Маршака. С. Маршак представлен
в сборнике полумерными стихами <0
глупом мышонке», «Почта», стихотворе-
нием «Вот какой рассеянный» и стихами
о полюсе. Дошкольный читатель найдет в
сборнике также свои любимые стихи о
«Мухе-цокотухе», «Мойдодыре» и «Барма-
лее» К. Чуковского, «Дядю Степу» С. Ми-
халкова, «Мы с Тамарой» и «Считалочку»
'А. Барто, «Лошадку» и «В гости» Л. Кви-
тко, «Сны» А. Введенского, «Гибель Ча-
паева», «Лису» и «Волчонка» 3. Алексан-
дровой, «Говорящих грачей» М. Пришвина.
Подбор произведений русских писателей
удачен. Взято то, что уже отмечено вер-
ной любовью маленьких читателей и по
теме своей не устарело, интересно, близко
дошкольнику сегодня. Можно было бы,
нам кажется, дать больше места С. Ми-
халкову. Его подали скуповато.
Еще беднее даны в сборнике произве-
дения писателей братских республик. В
заголовке сборника указывается, что он
составлен из сказок, стихов и рассказов
«писателей Союза Советских Социалисти-
ческих Республик». Украинскую дошколь-
ную литературу представляют три вещи
Н. Забили («Деревянный бычок», «Сказка
про петушка, курочку и хитрую лисичку»
и «Ясочка на речке»), «Ку-ку» и «Ивасик-
Телесик» П. Тычины, «На реке» М. Рыль-
ского. Но белорусская литература представ-
лена всего двумя стихотворениями Янки Ку-
пала. Дошкольную литературу Грузии
представляют две вещи — Н. Накашидзе
и И. Сихарулидзе. Имеется всего лишь один
перевод с тюркского: Н. Сеид-Заде «Осень»,
одно казахское стихотворение — «Колы-
бельная» Джамбула, одно стихотворение
армянского автора — «Осенью» А. Айрапе-
тян.
Правда, в сборнике помещены пре-
восходные народные сказки и песни:
таджикская сказка, эвенкийские пе-
сни, ненецкая, нанайская, зырянская, ло-
парская сказки. Хорошо переведенные,
занимательные й остроумные, прозрачные
и стройные по своему сюжету, сказки эти
в значительной мере заполняют пробел,
вызванный отсутствием писателей некото-
рых братских республик, и украшают
сборник.
Сборник «Детям» хорошо отредактиро-
ван и прекрасно издан. Шрифты круп-
ные, печать отличная, иллюстрации до-
ходчивы и своеобразны. «Книга I» значит-
ся на титуле сборника. И это дает осно-
вание надеяться, что Детиздат не ограни-
чится данным сборником и займется ре-
гулярным изданием альманахов такого
типа, где для наших маленьких читате-
лей будет даваться все наиболее яркое,
ценное, что появилось в русской литера-
туре и в литературе братских республик.
Надо думать, что в сборниках этих место,
занимаемое представителями националь-
ных республик, будет раз от раза расши-
ряться. Сборники помогут выявить наиболее
талантливых писателей наших республик.
А ребята смогут познакомиться со всем
великолепным, многонациональным, разно-
языким богатством социалистических лите-
ратур нашей родины.
Л. К.
Безвкусица
Среди книг, выпущенных издательством
«Искусство», кажется, еще не было ни од-
ной, которая не вызывала бы чувства раз-
дражения безвкусными переплетами и пло-
хими репродукциями.
Вот, например, альбом рисунков И. Е. Ре-
пина. Для репродукции применили самый
дорогой способ — фототипию, но исполь-
зовали его неумело, и рисунки оказались
настолько искаженными, что от тонкого и
острого репинского штриха не осталось и
следа. Возьмем кирпичеобразную книгу
избранных сочинений В. Стасова: формат
выбрали неудобный, бумага отвратитель-
ная. Репродукции в книге, посвященной
замечательному русскому художнику пейза-
нка Куинджи, также искажены.
Последнее издание — сборник «Пушкин и
Искусство» — говорит, что работники «Ис-
кусства» просто незнакомы с типографсжой
техникой.
Несколько неплохих репродукций в этом
сборнике буквально тонут в остальной мас-
се нечетких и смазанных. И неудивитель-
но — все оригиналы были подготовлены для
воспроизведения их на глазированной бу-
маге, а сборник отпечатали на меловой.
В издательстве «Искусство» не останав-
ливаются и перед полным искажением
оригиналов.
Новое руководство изданием книг, во-
шедших в план «Искусства», должно ко-
ренным образом перестроить свою работу
по художественному оформлению и поднять
ее качество.
И. ЛАЗАРЕВСКИЙ.
Неизданная переписка И. С. Тургенева
В конле 1868 г. И. С. Тургенев, про-
живавший тогда за границей, в Баден-
Бадене, получил письмо ив русского про-
винциального захолустья — города Надпи-
ска Вятской губернии. В этом письме (са-
мое письмо до нас не дошло) автор — по-
видимому, приказчик мелкого торгового
предприятия — просил совета у И. С.
Тургенева, как получить образование.
Тургенев ответил на это письмо.
Баден-Баден.
14/2 окт. 1868.
Милостивый государь!
Я получил ваше письмо и слешу
ответить вам. Я не сомневаюсь в ис-
кренности вашего стремления к образо-
ванию, к просвещению, и мне весь-
ма бы хотелось подать вам полезный
совет и тем оправдать ваше доверие
ко мне. Но это очень трудно, если не
ограничиться общими местами. Я не
знаю ни вашего общественного положе-
ния, ни вашей семейной обстановки, ни
ваших средств: вы бы гораздо лучше
поступили, если бы вместо излишних
извинений сообщили мне несколько по-
ложительных данных о вашем прошед-
шем, о теперешних ваших занятиях. Вы
легко поймете, что мне все это нужно
знать' не из одного любопытства. Из
вашего письма я могу заключить, что ма поспешил
ИЗ РЕСПУБЛИК
Новые книги
 «Федерации»
Издательство «Федерация» (Тбилиси) вы-
пустило в свет литературные воспоминания
Софрона Мгалобишвили — современника
Акакия Церетели и Ильи Чавчавадзе.
Выпущено также академическое издание
сочинений Нико Бараташвили (в одном то-
ме), с комментариями и статьями проф.
А. Шанидзе, С. Джонашвия, П. Ингороква,
поэта И. Гришашвили и А. Гацерелия. Кни-
га оформлена художником Л. Гудашвили.
Готовится к изданию на грузинском языке
повесть А. Толстого «Хлеб».
Поэт Ш. Апхаидзе перевел на грузинский
язык роман Д. Фурманова «Чапаев». Роман
выходит в издании «Федерация».
Сборники чувашских
сказок
Чувашский научно-исследовательский
институт культуры подготовил к печати
сборник чувашских сказок, являющихся са-
тирой на царский строй, на богачей, попов
и чиновничество.
Готовится к печати иллюстрированный
сборник детских сказок и сборник чуваш-
ских песен на 25 печатных листов.
В составлении этих сборников принимают
участие свыше 200 сказителей и сказитель-
ниц Чувашии, Татарии и Куйбышевской об-
ласти.
Книга о Ленине
и Сталине
Адыгейский научно-исследовательский
институт культурного строительства подго-
товляет литературный сборник «Ленин и
Сталин в творчестве народов Адыгеи».
Совместно с отделением союза советских
писателей Адыгеи институт провел расши-
ренное совещание писателей, начинающих
авторов и литкружковцев, на котором об-
сужден тематический план сборника. В него
войдут выдающиеся прозаические и поэти-
ческие произведения, посвященные вождям
мировой революции.
Сборник выйдет к XXI годовщине Октя-
бря на русском и адыгейском языках.
«Враги» А. М. Горького
на таджикском языке
Таджикский писатель Улуг-Заде работает
над переводом пьесы А. М. Горького «Вра-
ги», которая будет поставлена государствен-
ным национальным театром. Этой пьесой
театр откроет будущий сезон.
В день второй годовщины смерти А. М.
Горького театр покажет интермедию-инсце-
нировку «Песни о Соколе» и «Песни о бу-
ревестнике».
Накануне празднования
750-летия
«Слова о полку Игоревен
ВЫПУСТИТЬ К ЮБИЛЕЮ
МАССОВЫЙ ТИРАЖ «СЛОВА»
Через месяц Советский Союз будет празд-
новать 750-летие создания «Слова о полку
Игореве». Популяризация этой гениальной
поэмы — прямая обязанность издательств
художественной литературы.
Однако Гослитиздат готовит к юбилею
одно единственное художественное издание
«Слова», которое оно выпускает лишь 10-
тысячным тиражом. Видимо, руководство
Гослитиздата считает, что этих десяти ты-
сяч хватит на весь Советсхсий Союз.
Еще не поздно использовать существую-
щий набор и дать советским читателям,
помимо художественного, и дешевое, мас-
совое издание «Слова о полку Игореве».
Гослитиздат выпускает «Слово» в пере-
воде И. Новикова с рисунками художника
В. Фаворского. Стремление дать к юбилею
хорошо оформленную книгу вполне закон-
но. Но то, что В. Фаворский представит
издательству свои гравюры на дереве
только 5 мая, вызывает тревогу за своевре-
менный выпуск книги. В распоряжении из-
дательства останется всего 10—12 дней.
Подготовка
в Узбекистане
— Сейчас в Узбекистане мы изучаем исто-
рию древних памятников народов Средней
Азии, относящихся к XI—XII векам, — за-
явил в беседе с нашим сотрудником заме-
ститель председателя Оргкомитета союза
советских писателей Узбекистана тов. Ху-
саинов Задэ. Изучение таких памятников
приходится ставить заново.
Оргкомитет союза советских писателей
Узбекистана развернул подготовительные
работы по переводу на узбекский язык
«Слова». Писатели Габур Гулям, Хасан Пу-
латов. Шех-Заде изучают русский текст
поэмы.
Литературно-художественные журналы
«Литература и искусство Узбекистана» (на
узбекском и русском языках) готовят к
юбилею статьи о «Слове».
вы еще не овладели ни грамматикой
нашего языка, ни орфографией; и тому
и другому можно научиться из книг,
без помощи учителя: но я ие знаю,
имеете ли вы возможность получать
книги в вашей слободе. Мне кажется,
лучше было бы вам переселиться хотя
бы в губернский город: там бы вы на-
шли нужную вам помощь. Что касает-
ся до чтения, то я не советую вам
предаваться одной беллетристике: исто-
рические книги—Карамзин, например,—
были бы вам полезнее. Но, повторяю, не
знал вашей обстановки, я ничего не
могу сказать определительного. И по-
тому прошу вас в следующем вашем
письме быть более откровенным: не
стесняйтесь сообщать даже мелочи, а я
постараюсь изложить вам мое воззре-
ние со всей справедливостью, которую
заслуживают ваши похвальные намере-
ния.
Со всем уважением остаюсь ваш, ми-
лостивый государь, покорнейший слуга
Ив, Тургенев.
Р. S. Адресуйте: Ивану Сергеевичу
Тургеневу, в Великое Герцогство Ба-
денское, в Баден-Баден.
Ободренный таким вниманием, автор пись-
сообшить о себе все све-
М. Ю. Лермонтов — гравюра на дереве
художника А. П. Троицкого с рисунка
художника Н. В. Ильина.
Детиздат ЦК ВЛКСМ выпускает ил-
люстрированное издание «Героя наше-
го времени» Лермонтова.
  
К 125-летию
со дня рождения
‘М. Ю. Лермонтова
В будущем году исполняется 125-летие
со дня рождения И. Ю. Лермонтова.
В связи с этим в д. Тараханы — ныне
Лермонтове — проводится ряд крупных ме-
роприятий по увековечению памяти поэта.
Дом Арсеньевой, где жил Лермонтов,
реставрирован и реорганизован в музей.
Из фондов Всесоюзной Ленинской библио-
теки и литературного музея дому-музею
Лермонтова передается ряд интересных ма-
териалов, связанных с жизнью и обществен-
но-литературной деятельностью великого
поэта.
Литературный музей ведет разработку
экспозиционного плана по оборудованию
дома-музея Лермонтова.
Приветствия
Джамбулу
В союз советских писателей Казахстана
и в редакцию журнала «Литературный Ка-
захстан» ежедневно со всех концов необ’ят-
ного Советского Союза поступают на имя
народного певца Казахстана Джамбула де-
сятки телеграмм и писем в связи с 75-ле-
тием его литературной деятельности.
Украинские писатели П. Тычина, Микола
Бажан, Максим Рыльский пишут Джамбу-
лу:
«С восхищением читаем ваши мудрые,
прекрасные стихи, полные горячей любви
великого сына к народам Советского Союза,
к гениальному Сталину и огненной нена-
висти к врагам социалистической родины.
Желаем вам, герою поэтического труда, мо-
гучему вековому дубу народной поэзии дол-
гих, долгих лет счастливой жизни. Пусть
гремит ваш мощный голос на страх вра-
гам, на радость трудящимся Советского
Союза».
Накануне 25-летйя
со дня смерти
М. М. Коцюбинского
КИЕВ. (От наш. корр.). На Украине
широко развертывается подготовка к празд-
нованию 25-летия со дня смерти классика
украинской литературы М. М. Коцюбин-
ского.
Гослитиздат Украины издает произведе-
ния писателя. Ha-днях выходит из печати
IV том, а также сборник неопубликованных
писем М. Коцюбинского к его близкому дру-
гу — Аплаксиной. В этих письмах Коцю-
бинский рассказывает о своей дружбе с
Алексеем Максимовичем Горьким.
25 апреля состоится вечер, организуемый
союзом советских писателей Украины и
Академией наук УССР. Доклад о жизни
и творчестве М. М. Коцюбинского сделает
научный сотрудник Института литературы
Академии наук УССР тов. И. Стебун. С во-
споминаниями о встречах с М. Коцюбин-
ским выступит академик Павло Тычина.
На вечер приглашаются современники
М. Коцюбинского, в том числе колхозник
С. Кужельный, принимавший участие в
событиях 1905 года в с. Выхвостово, Город-
нянского района, Черниговской области,
изображенных писателем в повести «Фата-
моргана».
Ж
Юбилейная комиссия соЮза советских
писателей Украины в ответ на свое обра-
щение получила письма от государствен-
ных издательств Грузии, Армении, Турк-
менистана, Белоруссии, Крыма, в которых
они сообщают о начатой работе над пере-
водами произведений Коцюбинского.
дения. И. С. Тургенев послал Вшивцеву
второе письмо.
Карлсруэ.
Середа, 10 фев. 29 яив. 69.
Милостивый Государь,
Александр Дмитриевич!
Я на зиму переехал в Карлсруэ, а
ваше письмо от 8 ноября, адресованное
в Баден, пролежало там, по недоразу-
мению, более двух месяцев: вот причина
моего долгого молчания.
На все ваши вопросы отвечать доволь-
но затруднительно, не ограничиваясь од-
ними общими местами и советами. Я со-
чувствую вашему положению, но люди,
одаренные твердой волей и прочным
стремлением к познанию, почти всегда
кончают тем, что побеждают окружаю-
щие их затруднения. Не предавайтесь
легкому чтению: стихи и повести —
приятное препровожденье времени, но
пользы от них мало: учитесь граммати-
ке, орфографии, арифметике, географии,
истории: сами ваши родные, увидев
дельность ваших занятий, будут, вероятно,
меньше мешать вам. Я написал одному
моему знакомому в Петербурге и передал
ему ваш адрес: он вышлет вам несколь-
ко полезных книг — и словарь между
прочим. Предубежденье, которое столь ча-
ЕЩЕ О СЛОВЕ
«ДОВЛЕТЬ»
РевностН к чистоте и правильному раз-
витию Литературного языка так велика сре-
ди широчайших масс, что даже такой, ка-
залось бы, специальный вопрос, как упот-
ребление слова «довлеть», вызвал своего
рода заочную «читательскую конферен-
цию».
Письмо преподавателя русского языка
Н. Прянишникова «О слове «довлеть» (см.
№ 12 «Лит. газеты») вызвало возражения
со стороны других читателей. Читатели ука-
зывают, что напрасна т, Прянишников сра-
внивает неправильное употребление ино-
странных слов, которым возмущался В. И.
Ленин, с естественной эволюцией языка.
А. Князев (Саратов) пишет:
«Миллионы людей моего уровня и Де-
сятки тысяч деятелей культуры, искус-
ства и науки давным давно привыкли по-
нимать и употреблять слово «довлеть» в
смысле преобладать. В этом смысле оно
находило и, надо думать, и впредь най-
дет себе широкое применение и в лите-
ратуре и в разговорной речи. Но я никак
ие могу понять, можно ли употреблять
это слово в том смысле, на котором на-
стаивает Прянишников».
3. Комбаниец (студент-заочник Литин-
ститута ССП) пишет:
«То, что самой жизнью и народом-
языкотворцем признано устарелым, ни-
какими законами к жизни не вернуть.
Наоборот, мне кажется, что эволюция
слова «довлеть» — пример живучести
слова, образец его гибкости н способно-
сти принимать другую семантическую на-
грузку».
Н. Прянишников, как известно, опирал-
ся на авторитет изданного «Советской эн-
циклопедией» «Толкового словаря русско-
го языка» (первый том, изд.-1935 г.).
Один из редакторов «Толкового словаря»,
проф. Г. 0. Винокур, защищая норматив-
ное положение о недопустимости употреб-
ления слова «довлеть» в смысле «тяготеть»,
пишет нам:
«Недоразумение со словом «довлеть» бы-
ло уже известно давно. Еще в XVIII веке
употребляли это слово в смысле «быть
должным», например, говорили: «так по-
ступать не довлеет», то есть «не следует».
Тогдашняя критика указала на непра-
вильность такого употребления, и оно дей-
ствительно вывелось».
Нельзя не отметить, что Даль отнюдь не
разделяет ригоризма редакторов современ-
ного «Толкового словаря» и дает несколь-
ко толкований слова «довлеть».
«Довлеть кому, довольно, полно, доста-
точно. Довлеет каждому доля его. Довлеет
ему это, довольно, должно, надо».
Совещание
по истории
литературы
Отделение общественных наук Академия
наук СССР (Ленинград) 26, 27 и 28 апре-
ля созывает широкое совещание литерату-
роведов и критиков, посвященное обсуж-
дению планов истории русской и западной
литературы.
На совещание приглашены представите-
ли национальных республик — Украины,
Белоруссии, Грузии, Армении, Азербай-
джана, Таджикистана, Киргизии.
Сейчас Институт литературы начал раз-
работку отдельных разделов истории рус-
ской и западной литературы. К концу
1938 года должны быть подготовлены семь
томов истории литературы.
В повестке дня совещания — доклад
проф. П. И. Лебедева-Полянского — «Осно-
вные задачи создания научной истории
литературы», доклад проф. В. А. Десниц-
кого — «Вопросы периодизации истории
русской литературы». В секциях будут
обсуждены вопросы новой русской литера-
туры, древней русской литературы и за-
падноевропейских литератур.
V «БОГДАН
ХМЕЛЬНИЦКИЙ»
Новая пьеса А. Корнейчука
КИЕВ. (От наш корр.). Украинский дра-
матург А. Корнейчук закончил новую пье-
су «Богдан Хмельницкий», которая приня-
та к постановке Киевским театром им.
И. Франко. Пьеса А. Корнейчука красочно
и правдиво рассказывает об освободитель-
ной борьбе украинского народа в XVII ве-
ке.
Тов. Корнейчук сейчас работает над ки-
носценарием на эту же тему.
сто встречается в некоторых слоях наше-
го общества против литературных заня-
тий, основано большей частью на том,
что молодые люди берутся за них как за
развлеченье или забаву. Постарайтесь до-
казать вашим родственникам, что цель
ваша — иная. Но ни за что не советую
вам употреблять на покупку книг день-
ги, тайно вами взятые из сумм, поручен-
ных вашей честности как торговца; ни-
какая цель не оправдывает подобных
средств.
За сим желаю вам всего хорошего и
прошу вас уведомить меня, когда вы по-
лучите обещанные сочинения, а также
верить в искренность моей готовности
быть вам полезным.
Ив. Тургенев.
На этом переписка не прекратилась,
имеется еще третье письмо И. С. Тургенева
от 18 июня 1869 г. Оно довольно кратко, —
И. С. Тургенев опять напоминает о необ-
ходимости овладеть сначала русской орфо-
графией, прежде чем всерьез заняться ли-
тературным творчеством: обещает снабжать
Вшивцева книгами; посылает свою фотогра-
фическую карточку. Дальнейшей переписки,
невидимому, не было.
Ю. КРАСОВСКИЙ
Редкая
брошюра
Как известно, прототипом для одного иэ
основных героев романа Горького «Мать»,
рабочего Петра Власова, послужил нижего-
родский рабочий Петр Андреевич Заломов,
участник знаменитой сормовской демон-
страции 1 мая 1902 г. Привлеченный к от-
ветственности, он в числе 13 человек уча-
ствовал в громком судебном процессе 28—
30 октября того же года и выступил на нем
с яркой и сильной речью, которую Горький
использовал в своем романе как материал.
Выступление Власова на суде — одна из
наиболее волнующих страниц романа
«Мать».
Речь П. А. Заломова, с которым затем (в
1905 г.) Горький встречался в Петербурге,
не могла, конечно, появиться в легальной
печати и была сперва издана нижегород-
ским комитетом РСДРП, а затем помещена
в подпольной «Искре» (Женева, 1903 г,ь
>6 32 от 15 января) и в журнале «Освобо-
ждение».
РнсКои» Со»1алм»»о»р|г*м|с1а» PiJou,» щ
।	p ш	i
? Нижегородскихъ Р&бочигь 3
|	НА СУДЬ.	|
Цч>на 10 гел
i
жвикал.	।
В нашем распоряжении имеется неболь-
шая книжечка, не попавшая, повидимому,
в обиход тех изданий, которыми пользуют-
ся исследователи Горького. Речь идет о не-
легальной брошюре «Речи нижегородских
рабочих на суде» (Женева, 1903 г., изд. Сою-
за русских социал-демократов, 29 стр.,
ц. 10 коп.). В ней помещены речи рабочих
Заломова, Быкова, Самылина и Михайлова.
В приложении дано начало речи Заломо-
ва, перепечатанное из «Освобождения». Бро-
шюре предпослано предисловие.
Исключительной редкостью этой брошюры
об’ясняется всякое отсутствие упоминаний
о ней в соответствующих библиографических
указателях. Между тем не исключена воз-
можность, что именно этой брошюрой поль-
зовался Горький, когда работал над своим
романом.
В. МАРИН.
«Неуместное
торжество»
В 1864 году Литературный фонд соби-
рался торжественно отпраздновать трехсот-
летие со дня рождения Шекспира и об-
ратился к министру двора графу Адлер-
бергу с просьбой предоставить для устрой-
ства шекспировского вечера один из им-
ператорских театров в Петербурге.
В ответ на эту просьбу председатель
Литературного фонда Е. П. Ковалевский
получил от графа Адлерберга извещение,
в котором указывалось:
«Государь император (Александр II) из-
волил обратить внимание, что у нас не
было еще примеров подобного празднества
в честь знаменитых общественных деяте-
лей, стяжавших заслугами своими в пред-
шествовавшие столетия право на уважение
и признательность потомства, и что засим
неуместно было бы учреждать торжество
в память рождения иностранца, хотя и
великого поэта, при непосредственном уча-
стии и как бы по вызову правительства.
Посему его величество не соизволил на
предоставление для означенной цели те-
атра императорского, дозволяя, впрочем,
почитателям Шекспира русским поддан-
ным и проживающим здесь иностранцам
отпраздновать день его рождения между
собою, с соблюдением установленных на
подобные случаи правил».
Сборник
об испанской
культуре
Институт литературы Академии наук
СССР подготовляет к печати художествен-
но оформленный «Испанский сборник», по-
священный культуре испанского народа.
В сборник войдут статьи: академика
И. Крачковского — «Поэзия арабов в Ис-
пании», проф. А. Смирнова — «Поэма о
Сиде», проф. Кржевского — <Лопе-де-Вега
и испанская национальная драма», И. Сол-
лертинского — «Испанский романтизм и
национальное революционное движение»,
0. Добиаш-Рождественской — «Испанские
рукописи в публичной библиотеке им. Сал-
тыкова-Щедрина», проф. М. Алексеева —
«Испано-русские литературные отношения»,
К. Державина — «Сервантес» и другие.
Впервые будут опубликованы ряд писем
испанского писателя Бласко Ибаньеса и
высказывания деятелей русской обществен-
ной мысли, в различное время посетивших
Испанию.
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗД-ВО
«ИСКУССТВО»
ПОСТУПИЛИ В ПРОДАЖУ
НОВЫЕ КНИГИ:
М. ВОДОПЬЯНОВ. — М Е Ч Т А.
Цена в пер. 2 руб.
ПРОТИВ ТЬМЫ. Сборник антирелигиоз-
ных произведений для эстрады.
Цела 5 руб.
ПОСТУПАЮТ В БЛИЖАЙШИЕ
ДНИ:
МЫ ВЫБИРАЕМ. Сборник для эстрады
и еамодеятельвого театра, посвящен-
ный выборам в Советы.
НАШ МАЙ. Первомайский сборник для
эстрады и самодеятельных драм-
коллективов. Цена в пер. 4 р. 75 к.
Книги высылаются наложенным плате-
жом без вадатка.
ЗАЯВКИ шлите по адресу: МОСКВА, 47,
5-я Тверская-Ямская, 7, Издательство
«ИСКУССТВО». «Ктигпа—почтой».
«Записки
в стихах»
Весьма редкой книгой являются «Записйй
в стихах» Василия Львовича Пушкина. Оии
были изданы в Москве в 1834 г. кн. Шали-
ковым, так как все они адресованы ему.
Небольшая книжечка (70 стр.) содержит Я
себе 59 таких записок, являющихся экс*
промтом на личные житейские случая.
Это — третья по счету книжка Василия
Львовича и Первая посмертная.
«Записки в стихах» появились спустя <
года после смерти их автора и вопреки вы-
сказанному им при жизни желанию.
Г. М. АЛЕКСЕЕВ.
Новая книга
о Глебе Успенском
Первые итоги подготовительных работ
к академическому собранию сочинений
Г. И. Успенского опубликованы Институ-
том литературы Академии наук СССР *
виде большого сборника под названием?
«Глеб Успенский. Материалы и исследова-
ния». Сборник состоит из трех частей.
Первую занимают публикации новых тек-
стов и переписки Г. И. Успенского (его
писем и писем к нему).
Содержание второй части составляет ряд
исследовательских работ, посвященных
биографии и творчеству Г. И. Успенского.
Сюда относятся: статья Н. И. Мордовчен-
ко — <М. Е. Салтыков-Щедрин — редактор
Г. И. Успенского», статья И. А. Кубасо-
ва — «Первое издание сочинений Г. Н.
Успенского» (речь идет о восьмитомном
собрании его сочинений, выпущенном
Ф. Ф. Павленковым в 1883 —1886 гг.),
статья И. И. Векслера — «Второе издания
сочинений Г. И. Успенского», статья В. И.
Чернышева — «Заметки о языке и орфо-
графии Г. И. Успенского», Б. Я. Бухштвг
ба — «Глеб Успенский под надзором поли-
ции» и другие.
В третьей — последней — части дано
описание рукописного архива Г. И. Успей-
ского и библиография его сочинений.
«На палубе»
Дмитрий Лухманов — старый моряк. $
юных лет он в качестве матроса избороа-
дил на парусных судах все океаны земно-
го шара. Окончив мореходные. классы я
получив звание штурмана, Лухманов стал
одним из первых русских водителей паро-
ходов на Каспийском море и на Амуре.
Затем Лухманов был капитаном известно-
го парусного океанского судна «Товарищ».
Издательство «Советский писатель» из-
дает воспоминания Д. Лухманова «На
палубе», охватывающие период от 1882 до
1901 годов.
«Карелия»
Вышел в свет сдвоенный — первый Ж
второй— номер ежемесячного литературно-
художественного журнала «Карелия».
.Журнал открывается речью товарищ*
Сталина на предвыборном собрании нзби-
рателей Сталинского избирательного окру-
га и речью товарища Сталина «О трех
особенностях Красной Армии».
Карельская народная сказка «Чайка»
записана со слов колхозника Н. А. Терен-
тьева.
Специальный раздел журнала посвящеж
переводам лучших произведений русских
писателей. В отрывках дана повесть
«Хлеб» А. Толстого, «Я, сын трудового
народа» В. Катаева, «Чапаев» Д. Фурма-
нова и первый раздел книги Алексея
Стаханова «Рассказ о моей жизни».
В литературно-критическом отделе —
статьи, посвященные творчеству Шота
Руставели и Некрасова. «Литературный
календарь» в журнале знакомит читателя
с жизнью и творчеством русских и
иностранных писателей.
Третий номер журнала посвящается
жизни и творчеству Алексея Максимови-
ча Горького.
Собрание сочинений
Л. Фейхтвангера
Гослитиздат приступил к изданию четыр-
надцатитомного собрания сочинений
Л. Фейхтвангера. План этого издания, его
содержание и расположение материалов бы-
ли составлены самим автором во время его
пребывания в СССР.
В собрание сочинений вошли все круп-
нейшие вещи Фейхтвангера: «Безобразная
герцогиня» (том. I), «Еврей Зюсс» (том. П),
«Лже-Нерон» (том III), «Иудейская война»
(том IV), «Сыновья» (том V), «Семья Оп-
пенгейм» (том VII), «Успех» (том. VIII),
пьесы в прозе (том XI), пьесы в стихах
(том XII), новеллы (том XIII), критиче-
ские и публицистические статьи (том XIV).
Содержание шестого тома составит третья
часть трилогии об Иосифе Флавии, а девя-
того и десятого томов — вторая и третья
части трилогии, начавшейся романом «Ус-
пех». Эти три произведения Фейхтвангер
еще не закончил.
Собрание сочинений открывается преди-
словием автора, написанным специально
для русского издания (опубликовано в
«Правде» 15 апреля).
«Безобразная герцогиня» и «Семья Оп-
пенгейм» выйдут в свет в мае; «Иудейская
война» и «Еврей Зюсс» сданы в печати.
К сожалению, этими четырьмя книгами И
исчерпывается та часть издания, которая
появится в этом году. Со свойственной Гос-
литиздату неторопливостью, выпуск собра-
ния сочинений Фейхтвангера растянут на’
три года (!). Это решение главная редакция
должна пересмотреть и закончить издание
по крайней мере в будущем году.
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ»
В. СТАВСКИЙ. Е. ПЕТРОВ. В. ЛЕБЕДЕВ-
КУМАЧ н. ПОГОДИН, а ВОЙТИНСКАЯ.
ЛИТФОНД СССР ОТКРЫВАЕТ
ДОМА ОТДЫХА:
1. в Гаграх (Абхазия)
с 15 мая 1938 г.
2. в Коктебеле (Крым)
а) для писателей с 1 июня 1938 г.
б) для детей старшего возраста
с 16 июня 1938 г.
3) Под Москвой
для младших школьников с 12 ию-
ня 1988 г.
Просьба к писателям, желающим
получить путевки в указанные до-
ма отдыха, подать заявления в Лит-
фонд.
За справками обращаться по
телефону К-0-49-18.
ESSSnHBBBSSESEfiS5SSSSSSSE5S=±£S£SSfiXSSflK59EE^^
——-	РЕДАКЦИЯ: Москва, Последний пер., д. 26, тел. 2-20-95 и 4-34-60. ИЗДАТЕЛЬ: Журнально-газетное об'едииение, Мооква, Страстной бул,, 11, Sen. 4-66-18 и 5-51-69.
I Уполномоч. Главлита 6-37678.	Тлпографая гм. «Ивдуотрщ., Моема. Цветное булмар, 80.