/
Текст
БВК 52,64 Ж 42 УДК 616,98-02-07 ЖДАНОВ В. М., ЛЬВОВ Д. К. Эволюция возбудителей инфекционных болезнсй/АМН СССР. — М.: Медицина, 1984, 272 с., ил. В. М. ЖДАНОВ — профессор, академик АМН СССР, директор Институ- та вирусологии им. Д. И. Ивановского АМН СССР, Д. К. ЛЬВОВ — профес- сор, член-корреспондент АМН СССР, заместитель директора того же инсти- тута. В книге рассматриваются происхождение и эволюция возбудителей ин- фекционных болезней человека. На основе экологического подхода проана- лизирован в сравнительно-историческом плане фактический материал, на- копленный в области медико-биологических знаний: эволюция компонентов биосферы в разные геологические эпохи, паразитические системы, антро- погенное влияние па экологические системы, влияние социальных факторов па эпидемический процесс, данные по таксономии возбудителей и др. Ин- фекционная болезнь рассматривается как взаимодействие популяций возбу- дителей (патогенных паразитов) с популяцией хозяина. Рассмотрена эволю- ция гельминтозов и болезней протозойной, грибковой, бактериальной п вирусной природы. Приведены данные о географическом распространении, антигенной структуре, взаимосвязях возбудителей инфекций человека и животных. Прогнозированы пути дальнейшей эволюции ряда инфекций че- ловека и намечены пути их профилактики. Монография предназначена для инфекционистов, паразитологов, микро- биологов, вирусологов. В книге 22 таблицы, 25 рис., библиография —178 названий. For summary see page 267. Рецензент: С. В. ПРОЗОРОВСКИЙ проф., директор института эпи- демиологии и микробиологии им. Н. Ф. Гамалеи АМН СССР ИЗДАНИЕ ОДОБРЕНО И РЕКОМЕНДОВАНО К ПЕЧАТИ РЕДАКЦИОННО-ИЗДАТЕЛЬСКИМ СОВЕТОМ ПРЕЗИДИУМА АМН СССР Ж 4114000000-170 039 (01)-84 142-84 © Издательство «Медицина», Москва, 1984
«Самое надежное п вопросе общественной науки и необходимое для того, чтобы действи- тельно приобрести навык подходить правильно к этому вопросу и не дать затеряться в массе мелочей пли громадном разнообразии борющих- ся мнений, — самое важное, чтобы подойти к этому вопросу с точки зрения научной, это — не забывать основной исторической связи, смот- реть на каждый вопрос с точки зрения того, как известное явление в истории возникло, какие главные этапы в своем развитии это явление проходило, и с точки зрения этого его развития смотреть, чем данная вещь стала теперь». В. И, ЛЕНИН, О государстве ПРЕДИСЛОВИЕ Предмет, обсуждаемый в этой монографии, явился темой двух наших предыдущих книг (Заразные болезни человека. Система- тика и эволюция. — М.: Медгиз, 1953. Эволюция заразных болез- ней человека. — М., Медицина, 1964). В обоих случаях речь шла но о переиздании, а о написании новой книги. Еще больше это относится к предлагаемой вниманию читателей монографии. Наиболее радикальному пересмотру был подвергнут раздел, от- носящийся к вирусным инфекциям. Это и не удивительно, так как за 20 лет, прошедших со времени написания предыдущей книги, произошел переворот в наших представлениях о вирусах, включая их природу и происхождение. Достаточно сравнить то, что писалось о гриппе 20 лет назад и теперь. Однако значитель- ный прогресс осуществился и в изучении бактериальных и про- тозойных инфекций, а также гельминтозов, хотя здесь перемены не так существенны, и многие представления, которые существо- вали 20 лет назад, сохранились и в настоящее время. Если 20 лет назад мы писали о немногочисленности данных литературы по эволюции инфекционных болезней человека, то те- перь этот тезис уже ошибочен. Конечно, работы Ch. Nicolle, С. A. Gill, Л. В. Громашевского, А. П. Маркевича, В. А. Догеля, Е. М. Павловского, F. М. Burnet (ссылки на эти работы будут даны в соответствующих главах) остаются в золотом фонде раз- работки данной проблемы, однако за прошедшие годы было опуб- ликовано немало новых работ как у нас, так и за рубежом, по- священных происхождению и эволюции возбудителей инфекцион- ных болезней. По-новому трактуются в настоящее время темпы эволюции возбудителей и вызываемых ими инфекционных болез- ной, особенно таких, как грипп, дизентерия, холера. Молекуляр- ная биология активно вторглась в решение проблемы эволюции возбудителей инфекций, и некоторые результаты ее применения, например для понимания происхождения пандемических вирусов гриппа или эволюции онковирусов, поистине уникальны. Лекция в Свердловском Университете 11 июля 1919 г. Поли, собр. соч.,
Глава 1 ПАРАЗИТИЗМ И ИНФЕКЦИЯ 1.1. ЭТИОЛОГИЧЕСКИЙ ПРИНЦИП СИСТЕМАТИКИ ИНФЕКЦИОННЫХ БОЛЕЗНЕЙ Поскольку темой этой книги являются происхождение и эво- люция возбудителей и вызываемых ими инфекционных болезней, необходимо рассмотреть основные понятия и термины, которые будут применяться в дальнейшем. Основной систематической единицей в эпидемиологии являет- ся заразная болезнь — инфекционная нозологическая единица. Ос- нованием для признания той или иной инфекционной болезни са- мостоятельной нозологической единицей должен служить этиоло- гический признак: иными словами, специфичность ее определяется прежде всего видом паразита — возбудителя болезни. В настоящее время, когда таксономия бактерий, грибов, прос- тейших и вирусов благодаря применению методов молекулярной биологии стала на более прочные основы, чем это было два деся- тилетия назад, нозология инфекционных болезней получила так- же новые дополнительные обоснования. Однако практически она не следует механически таксономии микроорганизмов, когда дело доходит до наиболее мелких ее категорий. Важно подчеркнуть, что вид является совокупностью популя- ций с единым защищенным генофондом, способных к скрещива- нию в естественных условиях, в основе его лежит достаточно вы- сокая степень гомологии генетического материала. Для примера можно привести данные о невысоком родстве (по ДНК) генети- ческого материала человека с генетическим материалом птиц (10%), мелких млекопитающих (19%), крупных млекопитающих (30—35%) и более высоком —с таковым приматов (макака ре- зус — 66—74 %, шимпанзе — 85—95 %). Основным критерием для выделения инфекционной болезни в самостоятельную нозологическую единицу является этиологиче- ский критерий, т. е. признание ее возбудителя самостоятельным биологическим видом. Поэтому разные клинические проявления, которые может вызвать один и тот же возбудитель, следует рас- сматривать как варианты клинического течения одной и той же болезни, а разные эпидемиологические проявления как различные эпидемиологические ее вариапты. В то же время целесообразно объединение в единую нозологическую форму заболеваний, вы- званных разными серологическими вариантами (сероварами) и другими разповидпостями сходных возбудителей, например серо- вары вирусов полиомиелита, коксаки, ECHO, аденовирусов, рино- вирусов и других даже в том случае, если таксономически они 4
признаются разными видами, как это имеет место в случае виру- сов гриппа А, В и С. Решающим в данном случае является кли- ническое и эпидемиологическое сходство заболеваний, вызываемых рассматриваемыми группами вирусов. Инфекционная болезнь является результатом взаимодействия популяции патогенного паразита с популяцией его хозяев, про- текающего в пространстве и времени, этот естественно-историче- ский процесс обеспечивает сохранение данного возбудителя как биологического вида. В единичных особях вида хозяина заразная болезнь проявляется в виде инфекционного процесса (инфекции), во всей популяции хозяина — в виде эпизоотического или эпиде- мического процесса. Инфекция — взаимодействие между патоген- ным паразитом и хозяином в определенных условиях среды. За- болевание — это одно из важнейших проявлений инфекции, так как последняя может протекать бессимптомно (инаппараптпая ин- фекция по Ch. Nicolle). При таких инфекциях, как клещевой и японский энцефалиты, полиомиелит, соотношение между клини- ческими и бессимптомными формами достигает 1:60—1:200, а между паралитическими и бессимптомными формами эта раз- ница возрастает. Термин «инфекция» мы будем применять и в другом смысле, подразумевая под ним не инфекционный процесс, а инфекцион- ную болезнь, поскольку такое применение укоренилось в литера- туре. Под эпидемическим и эпизоотическим процессом мы будем понимать цепь последовательных заражений, чередующихся с вы- ходом паразита во внешнюю среду. Это процесс взаимодействия популяций паразита и хозяина в меняющихся условиях внешней среды. Таким образом, если инфекция относится к биологическим (патологическим) явлениям, то эпизоотический (эпидемический) процесс является понятием экологическим. Заразные болезни возникли в результате эволюции паразитов п паразитизма, и инфекции представляют частный случай послед- него. Из многочисленных определений понятия паразитизма, сводка которых представлена у В. А. Догеля (1947), наиболее полным можно считать определение, данное Е. Н. Павловским (1946), по которому паразитами называют животных, которые живут за счет особей другого вида, будучи биологически или экологически тесно связанными с ними в своем жизненном цикле на большем или меньшом его протяжении и постоянно или временно используют организм хозяина как территорию своего обитания. Соглашаясь с данным определением, мы хотели бы добавить, что паразитами могут быть не только животные, но также прос- тейшие, бактерии, грибы, вирусы; речь идет не о паре паразит — хозяин, а о системе популяция паразита — полупяция хозяина. Именно поэтому В. А. Догель (1947) указывал, что паразитизм является преимущественно экологическим понятием и в соответ- ствии с этим паразитология должна изучать не только самих па* разитов и их хозяев, но и их взаимоотношения. 5
Паразиты — понятие собирательное. В эту группу включаются как облигатные, так и факультативные и случайные (составляю- щие большинство в случае зоонозных природно-очаговых инфек- ций) паразиты. Факультативные и случайные паразиты длитель- ное время обитают и размножаются во внешней среде (почве, воде и др.). Внешняя среда в этих случаях служит нормальной и обязательной средой обитания в определенную фазу существо- вания паразитов [Литвин В. 10., 1976]. Возбудителями инфекционных болезней и инвазий являются лишь те паразиты, которые патогенны и постоянно или в течение определенного периода своей жизни обитают в организме хозяина. Различные возбудители заразных болезней характеризуются раз- ной степенью паразитизма. Свободпоживущие виды в определенных условиях могут жить в организме животного или человека и вызывать заболевания. Та- ким образом, возбудителями болезней могут быть и свободножи- вущие непаразитические виды, которые, попадая в организм че- ловека и животных, не погибают, а остаются жить, размножают- ся и своим пребыванием наносят вред хозяину. Разумеется, свободпоживущие виды более или менее случайно попадают в организм человека и животных, и заболевания, вызываемые ими. носят случайный характер (случайный ложнопаразитизм по Е. Н. Павловскому). Это самая начальная стадия становления заразной болезни, которая далеко не всегда получает дальнейшее развитие. Подавляющая масса возбудителей заразных болезней, притом наиболее распространенных, относится к строго патоген- ным паразитам. Как и все другие паразиты, возбудители заразных болезней человека и животных не составляют самостоятельной ветви эво- люции органического мира и относятся к разным, часто не свя- занным между собой таксономическим группам. В ходе развития живой природы отдельные виды на разных этапах эволюции становились паразитами, поэтому среди возбу- дителей заразных болезней наблюдается большое разнообразие ви- дов, не имеющих преемственной связи друг с другом. Конечно, такое представление складывается при рассмотрении органическо- го мира в крупном плане. Если же после такого «взгляда издали» перейти к более детальному рассмотрению объектов исследования, то окажется, что довольно значительные систематические группы иногда состоят из паразитов, как, например, большие группы бак- терий, грибов, простейших, червей и, конечно, все вирусы. В табл. 1 представлены данные о распространении паразитиз- ма в разных группах животных и растений. Несмотря на то что возбудители заразных болезней относятся к разным таксономиче- ским группам, основная пх масса распределяется среди однокле- точных микроскопических организмов — бактерий, грибов, прос- тейших, а также относится к вирусам. Среди мпогоклеточпых возбудителей преобладают черви ц лишь небольшая часть их от- носится к членистоногим.
Таблица 1. Распространение паразитизма в органическом мире Таксономическая группа Распространенность паразитизма Вирусы Прокариоты Грибы м Простейшие Растения Животные Гельминты Все таксономические группы Большинство таксономических групп Большинство таксономических групп Жгутиковые, саркодовые, споровики, инфузории Некоторые группы водорослей (симбионты) Сосальщики, лентоцы, нематоды, скребни, во- лосатики, пиявки Членистоногие Ракообразные, паукообразные (клещи), насеко- мые Попытки оцепить число инфекционных заболеваний человека предпринимались неоднократно. Л. В. Громашевский (1941), при- менив объединение сходных возбудителей и укруппепие таким образом нозологических форм, насчитывал около 200 инфекциоп- пых болезней. Один из авторов этой книги [Жданов В. М., 1953, 1964], напротив, разукрупнив их, насчитывал до 2000 нозологи- ческих единиц. Естественно, если учитывать болезни животных, число их увеличится в несколько раз. Впрочем, вряд ли следует пытаться учесть все нозологические формы. 1.2. ЭВОЛЮЦИЯ ПАРАЗИТОВ И ФОРМИРОВАНИЕ ПАРАЗИТИЗМА Рассматривая вопрос о происхождении паразитизма, В. П. До- гель (1947) указывал на следующие главные пути возникновения паразитических отношений: 1) переход хищничества в паразитизм (комары->клопы->блохи->вши); 2) переход от питания отброса- ми к паразитизму (клещи Oribatidae-жлещи Sarcoptiformes); 3) сидячий образ жизни (круглореспичные инфузории сапрофит- Пые~>паразитические); 4) попадание в кишечник с развитием случайного, а затем облигатного паразитизма (вышеприведенный пример с гельминтами Rhabditis->Strongyloides->Ascaris, которые как бы фиксируют разные степени паразитизма); 5) переход от кишечного паразитизма к кровепаразитизму (кокцидии Isospora №°sP°ra bi*emina ca^”>Scbcllackia, Lancastrella->IIaemospo- 6) образование кровспаразитов позвоночных (трипаносо- JJbi) путем приспособления к последним паразитов кровососущих членистоногих. поп?^етаСЛвННЬ1в ПУТИ Формирования паразитов могут быть до- Dataw?14 еП^в несколькими: 7) попадание в дыхательные пути с (Romm сначала случайного, а затем облигатного паразитизма РДНеоактерии, микобактерии); 8) попадание в мочеполовые пу- 7
ти, слизистые глаз с развитием случайного, а затем облигатного паразитизма (молочнокислые бактерии, стрептококки). Эти два пути, в сущности, являются вариантами кишечного паразитизма и поэтому могут быть объединены с ним в одну группу (парази- ты полостей и слизистых оболочек); 9) образование паразитов членистоногих путем приспособления к ним кровопаразитов по- звоночных (крысиный риккетсиоз, сыпной тиф). Этот путь явля- ется обратным по отношению к 6-му из названных В. А. Догелем. Становясь паразитом, данный биологический вид развивается в тесной зависимости от эволюции своего хозяина. Изменение ус- ловий существования биологического вида, в организме которого находится паразит, является стимулом для эволюции последнего в направлении, которое обеспечивает сохранение данного парази- тического вида. Таким образом, на развитие паразита влияют, во-первых, организм хозяина, во-вторых, условия, в которых на- ходится хозяин. Влияния, связанные с существованием экологических связен, имеют не меньшее значение для паразита, чем воздействия на него среды или организма хозяина. Сравним, например, гольмии- тофаупу человека и приматов. Несмотря на общность происхож- дения, у человека и приматов почти нет общих гельминтов, что объясняется различными условиями жизни обезьяны и человека. Сравним паразитофауну домашних и диких животных. У домаш- них животных опа гораздо богаче, чем у диких, при этом встре- чаются многие виды, отсутствующие у диких животных, хотя есть и обратные примеры. Итак, эволюция паразита определяется влиянием организма хозяина и среды, причем влияние это может быть как прямым, так и косвенным — через изменение экологических связей. По следнее нередко играет решающую роль, определяя направления эволюции паразитов. Эволюции инфекционных болезней посвящен ряд работ, и пио- нером в разработке этой проблемы следует считать Ch. Nicolle (1937). В книге «Эволюция заразных болезней» Ch. Nicoile изло- жил общие соображения о происхождении и эволюции инфекци- онных болезней человека. Красной нитью проходит мысль, что каждая заразная болезнь должна быть признана исторической ка- тегорией. Этп взгляды в основном справедливы в отношении зоонозов. Паразиты, являясь членами определенных экосистем, в процессе эволюции вырабатывают наиболее удачный, с точки зрения сохра- нения видов, тип межпопуляциопных отношений с хозяевами. Это соответствует, как правило, среднему уровню патогенности пара- зита и восприимчивости хозяина. Недостатком книги является то, что эволюцию заразных бо- лезней человека автор рассматривает независимо от развития че- ловеческого общества. Рассматривая инфекцию как биологическое явление —- взаимодействие паразита и организма человека, оп пе видит, что процесс этих массовых взаимодействий — эпидемиче-
ский процесс — происходит в человеческом обществе, на опреде- ленных этапах его развития. Нельзя недооценивать влияние социальных факторов на эпи- демический процесс и эволюцию инфекционных болезней на со- временном этапе. Ускоряющиеся темпы антропогенного преобра- зования биосферы в результате научно-технического прогресса яв- ляются мощным фактором, влияющим па эволюцию инфекционных болезней. Такие перманентные, интенсивно протекающие в совре- менном мире процессы, как загрязнение внешней среды промыш- ленными отходами, широкое применение пестицидов, гербицидов и биопрепаратов, урбанизация, массовое развитие туризма и транс- портных средств, хозяйственное освоение ранее не использован- ных территорий, создание крупнейших животноводческих хо- зяйств, — все это приводит к значительным изменениям в струк- туре экосистем, включению в эпидемический процесс рапсе пеизвестпых возбудителей, изменению свойств известных агентов, изменению реактивности и восприимчивости человека, что ведет в конечном счете к ускорению эволюции инфекционных болезней. Причем, это влияет па эволюцию не только антропонозов, но п зоонозов. Общие соображения об эволюции патогенных микробов и за- разных болезней человека описал 10. И. Миленушкип (1947). По его мнению, заразная болезнь — безусловно естественное явление природы. Инфекция — частный случай паразитизма, широко рас- пространенного в мире микробов, растений, животных. Эпизоотии являются одним из регуляторов численности видов. Автор сделал вывод, что эволюция возбудителей заразных болезней человека происходит по следующей схеме: сапрофит или паразит диких животных поселяется в организме человека, не вызывая заболе- ваний, затем он начинает приобретать патогенные свойства и, на- конец, становится патогенным паразитом. Эта схема, как мы уви- дим дальше, является частным случаем. Указывая совершенно справедливо па особое положение человека среди животных, ав- тор, к сожалению, недостаточно оттеняет, в чем же состоит эта особенность человека и каким образом она влияет па эволюцию заразных болезпей. В учебнике по общей эпидемиологии Л. В. Громашевского (1941) вопрос об эволюции заразных болезпей человека рассмат- ривался вскользь. Автор указывал, что заразные болезни человека привнесены от обезьяноподобных предков или получены от до- машних животных. Более подробно этот вопрос обсуждался в книге о механизмах передачи инфекции (1957) и в учебнике по частной эпидемиологии (1947), где имеются прекрасные примеры конкретного анализа влияния общественно-экономических условий ва эволюцию инфекционных болезней человека (например, главы холере и желтой лихорадке). В частности, в монографии о меха- низмах передачи инфекции подчеркивалось значение их пе только опидеМИОЛОГИИ инфекционных заболеваний, но и в историческом образовании. 9
Вопрос о происхождении и путях формирования паразитофау- пы домашних животных и человека обсуждался А. П. Маркевичем (1944). Автор указывал, что с тех пор как человек приручил животных, а другие животные сами стали синантропными, нали- чие этого искусственного сообщества сказалось и на эволюции па- разитов. Он отмечал, что, применяя метод сравнительного анали- за, которым пользовался Ч. Дарвин, можно показать, что источ- никами паразитофаупы домашних животных и человека являются: приматы для человека и дикие предки для одомашненных видов животных; дикие животные; синантропные грызуны; свободно жи- вущие факультативные паразиты. На многочисленных примерах он показал, как от упомянутых источников возникли паразитар- ные болезни домашних животных и человека. Скученность и тес- ный контакт человека и животных приводили к взаимному обме- ну паразитами, в результате чего образовались новые виды. Значительное число фактов из этой области приведено В. А. Догелем (1947) в его книге. Важным вкладом в учение о происхождении заразных болез- ней человека является теория природной очаговости трансмиссив- ных болезней человека, разработанная Е. Н. Павловским (1946— 1948), которая в дальнейшем была применена и к нетрапсмиссив- пым болезням и дополнена теорией паразитоценозов. По опреде- лению Е. II. Павловского, природная очаговость трансмиссивных болезней — это явление, когда возбудитель, специфический его пе- реносчик и животные (резервуары возбудителя) в течение смены своих поколений неограниченно долгое время существуют в при- родных условиях в составе различных биоценозов независимо от человека, как в ходе своей уже прошедшей эволюции, так и в на- стоящий ее период. Возбудитель, переносчик и животные доно- ры — реципиенты являются членами биоценоза определенных био- топов известного географического ландшафта страны. Эти бноце- нотические связи имеют преимущественно пищевой характер. Причиной заболеваний человека, их движущей силой являются со- циальные факторы, подводящие человека под влияние факторов биотического характера. В одних случаях переносчики переселя- ются в стации, созданные хозяйственной деятельностью человека, в других — грызуны становятся домовыми обитателями. Организм человека или домашних животных может стать биотопом для по- павшего в пего паразита и тогда возникают антропургические очаги. Учение о природной очаговости явилось основанием для изучения и выработки мер профилактики многих зоонозов, рас- пространенных па территории нашей страны и за ее преде- ламп. Вопросам эволюции вирусных инфекций посвящен ряд работ F. М. Burnet (1953, 1960). Сильной стороной его анализа являет- ся экологический подход. Причем во главу угла автор справедли- во ставит эволюцию возбудителя инфекции как биологического вида.
Глава 2 ЭПИДЕМИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС И ЕГО ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ 2.1. ОСНОВНЫЕ ГРУППЫ ИНФЕКЦИОННЫХ БОЛЕЗНЕЙ ПО МЕХАНИЗМУ ПЕРЕДАЧИ ВОЗБУДИТЕЛЯ С возникновением и становлением человека возникло челове- ческое общество, которое начало развиваться по своим законам, отличным от законов развития животного мира. В связи с этим дальнейшая эволюция паразитов, вызывающих болезни человека, обусловливалась уже не только биологическими явлениями, но н ходом развития человеческого общества. Более того, условия разви- тия человеческого общества стали основным фактором, определяющим эволюцию паразитов — возбудителей заразных бо- лезней человека, а в дальнейшем не только человека, по и мно- гих животных, па которых человек воздействовал своей активной, преобразующей деятельностью. Эта мысль вряд ли может вызвать возражения, однако в та* кой общей форме опа еще не объясняет причин и движущих сил, приведших к образованию ныне существующих заразных болезней человека. Мы вновь должны вернуться к некоторым биологиче- ским и экологическим процессам, о которых шла речь в главе 1, и посмотреть, как они протекают в человеческом обществе. Среди разнообразных влияний среды на паразита (имеется в виду как организм хозяина, так и окружающая среда в широком смысле слова) наибольшее значение имеют те, которые сказыва- ются па сохранении паразита как биологического вида. В случае заразных болезпей животных сохранение вида обеспечивается эпи- зоотическим процессом, а при болезнях людей — эпидемическим процессом. Эпизоотическим (эпидемическим) процессом принято называть Цепь связанных между собой заражений, чередующихся с выхо- дом возбудителя во внешнюю среду. Как будет показано далее, этот процесс является понятием экологическим. В ходе своей эволюции возбудители заразных болезпей приспо- собились к различным способам перехода из зараженного орга- низма в здоровый, т. е. к заселению развивающейся популяции t’Bonx хозяев, использовав в одних случаях экологические связи, существующие между особями одного и того же вида, в друтпх W™x — межвидовые экологические связи. Многообразие существующих экологических связей между осо- сцМП^Как одного» так и разных видов и объясняет многообразие пошп°В 11брвХ0да возбудителей из зараженного организма в здо- меха ПОЛЬЗУЯСЬ терминологией Л. В. Громашевского (1941), обпаэ1113*1013 пеРедачи заразного начала. При всем, однако, разпо- 1 ил они поддаются классификации, и существующие класси- 11
Рис. 1. Систематика заразных болезней человека. 1 — острые эпидемические болезни; 2 — инфекции условно-патогенными микробами: 3 — протозойные инфекции; 4 — геогельминтозы; 5 — сальмонеллезы и сходные болезни; 6 — бруцеллез; 7 — лептоспирозы домашних животных; 8 — зоонозы, ред- ко поражающие человека: 0 — геогельминтозы синантропных животных и сходные болезни; 10 — водные гельминтозы; 11 — мясные гельминтозы: 12 — лептоспирозы диких грызунов; 13 — мясные гельминтозы диких животных; 14 — рыбные гельмин- тозы; 15 — инвазии свободноживущими видами; 16 — антропонозы повсеместные; 17 — антропонозы очаговые; 18 — зоонозы домовых грызунов; 19 — зоонозы домаш- них животных; 20 — зоонозы, передающиеся летающими насекомыми; 21 — кле- щевые зоонозы; 22 — зоонозы с разнообразными механизмами передачи; 23 — ин- фекции, оставляющие стойкий иммунитет; 24 — инфекции, оставляющие нестойкий иммунитет; 25 — инфекции с преобладанием клинически выраженных форм; 26 — инфекции с преобладанием бессимптомных форм; 27 — инфекции условно- патогенной флорой и аутоинфекции; 28 — хронические инфекции; 29 — зоонозы; 30 — кожные болезни антропонозные; 31 — кожные болезни зоонозные; 32 — ране- вые инфекции; 33 — болезни, передающиеся укусами животных: 34 — перкутанные инвазии; 35 — малоизученные болезни; 36 — антропонозы* 31 — зоонозы; 38 — глазные инфекции; 39 — инфекции мочеполовых путей; 40 — инфекции общего синдрома; 41 — нейроинфекции; 42 — инфекции кожных покровов. фикацни болезней, основаппые иа эпидемиологическом принципе, преследуют именно эту цель. Эти классификации общеизвестны, поэтому нет надобности приводить их. Напомним лишь, что подразделение всех болезнен па 4 группы соответственно основным механизмам передачи (ин- фекции кишечные, кровяные, дыхательных путей и наружных покровов) ныпе считается общепризнанным. Для учебных целей достаточно дальнейшее подразделение инфекционных болезней па антропонозы и зоопозы, сделанное И. И. Елкиным (1958). Для более углубленного исследования такое подразделение недоста- точно, и мы сделали попытку разработать более детальную сис- тематику заразных болезней человека. На рис. 1 представлена эта систематика, которая является по- пыткой описать возможные пути циркуляции паразитов, вызываю- щих заболевания человека. Благодаря той пли иной степени экологической пластичности и выработанной в эволюции специализации паразиты часто обла-
цают несколькими средами обитания (одна — две основные и ряд резервных). В соответствии с этим, помимо основного пути пере- дачи, могут существовать и другие [Литвин В. 10., 1977]. Одни среды обитания и путем передачи паразиты используют во время эпизоотической (эпидемической) вспышки, другие — во время межэпизоотического (межэпидемического) периода. При этом про- исходят существенные изменения в составе популяций паразита, приуроченных к разным вариантам внешней среды. В далеко за- шедших случаях дело доходит до образования различных эколо- гических вариантов. 2.1.1. Кишечные инфекции Кишечные инфекции представлены большим числом нозологи- ческих единиц, возбудители которых относятся к вирусам, бакте- риям, простейшим, червям и членистоногим. Если учесть всех или большинство описанных в настоящее время возбудителей, то чис- ло нозологических единиц в группе кишечных инфекций составит около 5000. В соответствии с кругом хозяев, в организме которых цирку- лируют паразиты, кишечные инфекции можно разбить па 5 групп. I группу составляют антропонозы — инфекции и инвазии, пора- жающие только человека. К ним относится меньшинство нозоло- гических единиц, но среди них встречаются такие распространен- ные болезни человека, как брюшной тиф, дизентерия, холера, ко- лиэитериты, гепатит А, полиомиелит, ротавирусные энтериты, аме- биаз, аскаридоз, трихоцефалез, эптеробиоз. (Если попытаться одной фразой охарактеризовать эту группу инфекций, то можно сказать, что паразиты-возбудители использовали пищевые связи человека с окружающей природой, приспособив к ним механизм перехода из зараженного организма в здоровый. Поскольку пищевые связи человека с природой постоянны и в то же время многообразны, го пнфекции этой группы также многочисленны. Человек загрязняет почву, воду и окружающие его предметы, пищу своими выделениями, которые снова попадают в рот, будучи занесенными с водой, пищей или просто грязными руками. При «том, чем пиже уровень сапитарной культуры населения, чем меньше защищена окружающая среда от загрязнения фекалиями, тем с большим постоянством происходит этот круговорот. Он до- статочно интенсивен и в настоящее время, тем более — в прошлом. *’тпм и объясняется существование значительной группы распро- страненных заболеваний, паразиты которых имеют единственного хозяина — человека. Возбудители этой группы могут сравнитель- 110 долго сохраняться во внешней среде, иначе они не смогли бы кьпкить и по была бы обеспечена непрерывность эпидемического роцосса, необходимого для сохранения вида возбудителя. п л 0 И группе относятся зоонозы домашних животных: сальмо- бруцеллез, часть лептоспирозов, а также такие гельмин- г' как гимеполспидоз, дифиллоботриозы, теппозы, трихинеллез
и др. Человек пе только пе является здесь обязательным звеном циркуляции возбудителя, но больше того, заражение человека обычно является эпидемиологическим тупиком и пе имеет значе- ния для сохранения возбудителя. Человек создал домашних жи- вотных или вызвал своей деятельностью появление домовых гры- зунов и, будучи экологически связанным с теми и другими, неред- ко становится жертвой их паразитов. III группа — зоопозы диких теплокровных животных — вклю- чает ббльшую часть лептоспирозов и некоторые сравнительно редкие гельмиптозы. Это — типичные природно-очаговые болезни, существование которых пи прямо, пи косвенно по связано с дея- тельностью человека. К IV группе относятся поражающие рыб зоопозы, представ- ленные дифиллоботриозами, описторхозами и некоторыми более редкими гельминтозами. Рыбоедение широко распространено сре- ди животных и неудивительно, что связь с пищей при этом явля- ется как бы готовым механизмом передачи, использованным мно- гими гельминтами. Поскольку питание рыбой населения, живу- щего по берегам водоемов, также весьма постоянное явление, а обратная отдача паразита рыбам в виде загрязнения водоемов фекалиями, содержащими яйца глистов, не менее постоянна, су- ществование целой группы гельминтозов, при которых человек наряду с животными (в том числе и прирученными им) является закономерным звеном в цепи последовательно сменяемых хозяев паразита. Накопец, инвазии свободпоживущими видами (кишечные миа- зы, пиявки и волосатики) представляют собой V группу. Эти бо- лезни лишь условно могут быть отнесены к заразным, так как речь идет о случайном паразитировании их в организме человека и животных. В работе В. И. Терских (1958) собран интересный материал о сапронозах — болезнях людей и животных, вызывае- мых микробами, способными размножаться вне организма — во внешней среде, являющейся для них местом обитания. Автор справедливо критикует распространенную точку зрения о том, что для всех без исключения патогенных микробов внешняя среда является чуждой [Громашевский Л. В., 1949; Елкин И. И., 1979; Киктепко В. С., 1954, и др.]. В. И. Терских приводит ряд факторов, свидетельствующих о том, что некоторые патогеппые микробы еще не утратили спо- собности размножаться во внешней среде. К числу таких возбу- дителей относятся клостридии ботулизма, грибы стахиботрис п фузариум, сибиреязвенная палочка, брюшпотифозпые бактерии, возбудители туляремии, к которым мы добавили бы холерный виб- рион. Конечно, аргументация этих выводов далеко пе одинакова для раэпых возбудителей. Размножение возбудителя ботулизма ти- па С в иле болот и накопление токсина, вызывающего гибель уток и других птиц водного комплекса, которые заглатывают ил вместо с личинками насекомых, доказаны прямыми наблюдениями. То же следует сказать и о накоплении токсинов грибов стахиботрис 14
и фузариум в необмолоченных скирдах хлеба или в силосе, в ре- зультате чего наблюдались заболевания людей и лошадей. Возбудитель сибирской язвы сохраняется в почве неопределен- но долго за счет устойчивости спор и их накопления в процессе многократных вегетаций. К настоящему времени следует считать доказанной возмож- ность длительного (до 200—300 дней) существования во внешней среде возбудителен туляремии, лептоспирозов, лихорадки Ку, эри- зипелоида, листериоза, псевдотуберкулеза, мелиоидоза, холеры. В почве и воде возможно даже размножение многих из этих воз- будителей, например лептоспир, эризипелотриксов, псевдотуберку- лезного микроба и сибиреязвенной палочки [Литвин В. Ю., 19761. В силу этих факторов внешнюю среду следует расценивать в ка- чоство нормальной среды обитания факультативных паразитов, где популяция паразита сохраняется в межэпизоотический период. Итак, эволюция паразитов происходит от свободноживущих форм к случайным паразитам (между первыми и вторыми проходит «пижняя» граница паразитизма), затем к факультативным и. наконец, к облигатным паразитам [Литвин В. 10., 19761. 2.1.2. Кровяные инфекции Возбудители кровяных инфекций представлены главным обра- зом вирусами, риккетсиями и гельминтами, реже — простейшими и бактериями. Сюда относятся все известные риккетсиозы, как эпидемические (сыппой тиф, окопная лихорадка), так и много- численные эндемические клещевые риккетсиозы. Из вирусных инфекций к этому типу относятся многочисленные арбовирусные п аренавирусные инфекции. Гельминтозы среди кровяных инфек- ций представлены филяриидозами. Среди ипфекций, вызываемых простейшими, наиболее распространенными болезнями являются малярия, а также лейшманиозы и трипапосомозы. К бактериаль- ным инфекциям относятся: чума, туляремия, возвратный тиф и клещевые спирохетозы, бартонеллезы. Если учесть все эти забо- левания, то число их достигает приблизительно 560. Кровяные инфекции можно разбить на 3 группы: аптропопозы, аоопозы сипантроппых животных и зоонозы диких животных. По- следняя группа наиболее многочисленна по сравнению с двумя первыми, однако по распространенности среди людей первое мес- то занимают антропонозы: в числе них паразитарные тифы, маля- рия, городская форма желтой лихорадки, лихорадка денге, наи- более распространенные лейшманиозы, а также гепатит В. Если попытаться и эту группу инфекций охарактеризовать одпой фра- зой, то можно сказать, что паразиты-возбудители использовали пищевые связи кровососущих членистоногих, нападающих па жи- вотных и человека, приспособив к ним механизм перехода от за- Р3жопного организма в здоровый, который включает чередование ^реоывапия паразита в организме теплокровного и члепистопогого. азнообразию кровососущих членистоногих и объектов их папа- 15
деппя соответствуют многочисленность и разнообразие инфекций этого типа. Среди антропонозов выделяется небольшая группа паразитар- ных тифов, для возбудителей которых переносчиком (если поль- зоваться эпидемиологическими понятиями) или вторым хозяином паразита (если исходить из паразитологических понятий) являет- ся вошь — единственный из известных кровососущих паразитов, имеющий только одного хозяина — человека. Моногостальпость (наличие одного хозяина) этого паразита, постоянно живущего на человеке и не способного питаться кровью животных, является причиной того, что передаваемые им заболевания — сыпной и воз- вратный тифы — пе связаны с определенными территориями. Все остальные антропонозы свяэапы с летающими кровососу- щими насекомыми и в силу этого их ареал определяется прежде гсего ареалами этих переносчиков. Но па самом деле он более узок, во-первых, потому, что не везде, где есть насекомые, живет человек, во-вторых, потому, что развитие паразита также требует определенных условий, например, возбудитель желтой лихорадки пе развивается в крайних северных районах распространения ко- мара Aodos aogypti в силу недостаточно высокой температуры, необходимой для размножения вируса в организме комара. Соче- тание этих факторов и является причиной разнообразия эндемич- ных очагов трансмиссивных антропонозов. Особое место средн кровяных инфекций занимает гепатит В. Не касаясь истории этой болезпи, отметим, что в настоящее время эта болезнь распространяется препаратами крови (цельная кровь, плазма, сыворотка, форменные элементы крови), а также шпри- цами, иглами, зубоврачебными инструментами. При массовости соответствующих вмешательств этот механизм передачи поддер- живает высокий уровень заболеваемости сывороточным гепатитом. Как говорилось и в отношении кишечных инфекции, зоонозы, относящиеся к кровяным инфекциям, не требуют участия челове- ка для поддержания существования вида этих возбудителен. И здесь человек, заразившийся соответствующим зоонозом, явля- ется эпидемиологическим тупиком, если даже заболевания и име- ют тенденцию к дальнейшему распространению от человека че- ловеку, как иногда наблюдается при чуме (легочная форма). Та- кое времеппое распространение возбудителя среди людей, иногда весьма значительное (например, во время эпидемий чумы в Евро- пе в XIV столетии, охватившей миллионы людей), не упрочило существование чумпого микроба как биологического вида, так как имеется лишь одна гарантия этого — существование природных очагов чумы и в меньшей мере — существование очагов крысиной чумы в паселепных пунктах. Влияние человека и здесь пе пря- мое и заключается в формировании, помимо его воли, зоонозов домашних животных и синантропных грызунов, а также в раз* рушепии природных очагов заразных болезней. ассмотрепие кровяных инфекций следует дополнить двумя за- мечаниями. Первое относится к термину «хозяин — переносчик**
Хозяевами возбудителей часто считают теплокровных животных, а переносчиками — членистоногих, и в этом невольно проявляется антропоцентризм. Между тем «с точки зрения» паразита клещ является главным хозяином, так как в пем проходит главная часть жизни паразита, а теплокровное животное скорее служи? переносчиком, распространителем возбудителя в популяции кле- щей. С этой же точки зрения для малярийного плазмодия главным хозяином является комар, так как именно в его организме осу- ществлястся половая стадия развития паразита, тогда как чело- век — всего лишь «распространитель» возбудителя. Второе замечание касается непредвиденных последствий ветре* чи возбудителя с особями и популяциями любого биологического вида (и человек пе является исключением), с которым этот воз- будитель обычно не встречается в силу экологической изоляции, Обезьяньи вирусы Марбург и Эбола, связанные с дикими грызу- нами арепавируспые инфекции, десятки арбовируспых инфекций, чума, мелиоидоз — вот лишь некоторые примеры зоонозов диких животных, вызывающих у людей тяжелейшие заболевания с вы- сокой смертностью, но практически не влияющие на состояние популяций, адаптированных к возбудителю хозяев в природных очагах ипфекции. Длительная циркуляция возбудителя в биоце- нозе неминуемо приводит в результате естественного отбора к изменению генофонда популяции основных хозяев со снижением смертности при заражении данным агентом. Одновременно проис- ходит и изменение свойств популяции возбудителя со снижением его патогенности для хозяина. В общебиологическом плане этот ход эволюции отражает борьбу биологических видов за существо- вание как частный случай рассмотренного феномена, а примени- тельно к аптропопозным инфекциям, вероятно, его следует рас- ценивать как необычайно тяжелое клиническое течение таких массовых инфекций, как грипп и корь среди изолированных эт- нических групп, не адаптированных к встрече с этими возбуди- телями. Итак, именно популяции являются единицей эволюции. Каждая популяция характеризуется определенным генофондом. Эволюция происходит при изменении частоты генов в ней, когда равновесие нарушается мутационным процессом, избирательным воспроизвод- ством особей за счет естественного отбора и дрейфом генов в ге- нетически изолированных популяциях. Изучение всех этих про- цессов имеет исключительно важное значение в раскрытии при- i изменчивости возбудителей и, в коночном счете, возникновении эпизоотий и эпидемий. 2.1.3. Воздушно-капельные инфекции бактсРи«льпых возбудителей инфекций дыхательных пу- кокл1О1;Р0ПТ01^^ки> стаФилококки, корннобактерии, возбудители ЗДоцовцпуыТгкакт°Р“и> а так>ке вирусы: риповирусы (более 10), 1 у ^оолее 30), парамиксовирусы, коронавирусы и вирусы * М U04 17
гриппа, патогенные грибы, которым не всегда убедительно при- писывается этиологическая роль в возникновении поражений ды- хательных путей. Простейшие представлены одним —двумя воз- будителями (пневмоцистная пневмония). Из членистоногих можно назвать клещей, вызывающих иногда пневмонии при па- разитировании в легких. По приблизительному подсчету, инфек- ции дыхательных путей составляют около 350 нозологических единиц. Из них лишь немногие являются зоонозами — орпитоз, пситта- коз и некоторые редкие заболевания, все остальные — антропоно- зы. Воздушно-капельные инфекции — единственный тип инфек- ционных заболеваний, который свойствен человеку и пе свойствен животным, так как само существование этих инфекций связано с речью. Воздушно-капельная передача заразного начала возможна и у животных, так как они издают разные звуки, а при заболева- нии дыхательных путей у них бывает кашель и чиханье, при ко- торых в воздух выбрасываются мельчайшие капли аэрозоля, ко- торые могут содержать патогенные микробы. Одпако это — нечас- тое и непостоянное явление, к тому же происходящее чаще всего на открытом воздухе, где аэрозоль быстро рассеивается. Иное де- ло — речь артикулированная, которая отличается от случайных криков животных пе только тем, что при ней в воздух выбрасыва- ется более регулярно громадное число мелких частиц слизи и слюны, но главным образом тем, что опа является главным и постоянным средством общения между людьми, при том не толь- ко на открытом воздухе, по и в помещениях, в жилище. Поэтому воздушно-капельные инфекции здесь уже не являются редкими, случайными эпизодами, а постоянными каналами, по которым мо- жет осуществляться как бы гарантированная передача возбуди- теля из зараженного организма в здоровый, а воспалительные процессы слизистых оболочек дыхательных путей, сопровождаю- щиеся кашлем и чиханьем, лишь усиливают эту «гарантию». Таким образом, воздушпо-капельные инфекции (инфекции ды- хательных путей) — болезни говорящих живых существ (челове- ка) и даже те немногие зоонозы, которые относятся к этому типу, являются таковыми лишь для человека: так, орпитоз для птиц — пе воздушно-капельная инфекция, потому что заражение происхо- дит через корм и при контакте птиц в гнездах. Наиболее распро- страненная воздушно-капельпая инфекция человека — грипп У птиц протекает как типичная кишечная инфекция с размножени- ем вируса в эпителии кишечника, развитием сепсиса и выделени- ем вируса через клоаку. С точки зрения механизма передачи инфекции различия меж- ду заболеваниями этого типа пе слишком велики. Среди пих мож- но выделить болезни, возбудители которых стойки во внешней среде, а поэтому возможна пе только воздушно-капельпая, по и воэдушпо-пылевая инфекция (туберкулез, оспа, скарлатина), а также передача через предметы обихода (посуда, игрушки). Не следует, одпако, переоценивать эти дополнительные возможности
распространения возбудителя: воздушно-капельный механизм и в этих случаях остается основным. Некоторые инфекции этого типа имеют и другие отличия. Вирус паротита распространяется пре- имущественно пе через слизь носоглотки, а через слюну, и это накладывает некоторый отпечаток па его эпидемиологию: зара- жение часто происходит в условиях тесного контакта через ослю- ненпые игрушки, посуду и т. п. При коклюше, возбудитель кото- рого находится в бронхах, заражение более часто наступает не прп разговоре, а во время приступов кашля, когда возбудитель посту- пает в изобилии в образуемый при этом аэрозоль. При дифтерии и скарлатине, помимо воздушно-капельного механизма передачи, возможен также алиментарный и раневой. И все жо пе эти детали механизма передачи инфекции опре- деляют различия эпидемиологии рассматриваемой группы заболе- ваний, которые имеют тенденцию к убиквитарности. Различия между ними зависят главным образом от особенностей реакций организма. В тех случаях, когда перенесенная инфекция остав- ляет стойкий иммунитет, возбудитель лишь раз в жизни может обитать в организме одного и того же хозяина (корь), если же иммунитет нестоек или возбудитель меняет свою антигенную структуру, то инфекция может быть многократной в течепие жиз- ни одного и того же индивида (грипп). Это справедливо для ост- рых инфекций; при хронических и латентных инфекциях возбуди- тель надолго заселяет организм человека, постепенно приводя его к гибели или оставаясь в нем до естественного конца жизпи. Что жо касается других различий между инфекциями дыхательных путей, в частности — соотношения между явными и бессимптом- ными формами, которые так резко отличают дифтерию и скарла- тину от менингита или полиомиелита, то они имеют большее зна- чение «с точки зрения человека», пежели «с точки зрения мик- роба». 2.1.4. Инфекции наружных покровов Инфекции наружных покровов, пожалуй, наиболее разнообраз- ны по характеристике возбудителей и по числу нозологических единиц, если не считать сальмонеллезы. Подавляющее большинст- во их вызывается грибами (эпидермофитии, микроспории, трихо- фитии и др.), значительное число — бактериями (пиодермии, ра- невые инфекции), вирусами (кожные заболевания, трахома, бе- шенство), среди них также несколько десятков инвазий членисто- го*4™!1 и» наконец, единичные протозойные инфекции. Общее чис- 1ШХ Нф0КЦИЙ этого тнпа> по-видимому, составляет около 650. Среди подпИМеЮТСЯ И аитР°попоаы1 и зоонозы. Однако первоначальное РазитЭЦ°Л°ПИ0 ВС0Х ипФ0КЧий этого типа по принципу хозяев па- кровопВ ЛИ ®ыло бы полезным. Разнообразие наружных по- Условцй11аСТОЛЬК2. выР«н<ено, что вряд ли можно искать сходство Ноц покСРОДЪ1 °®птапия по слизистой оболочке глаз и па волося- рове человека. К тому же мпогие паразиты используют
наружные покровы не как место обитания, а лишь как место внедрения в организм. Эти обстоятельства и были учтены в пред- ложенной нами систематике заразных болезней. Инфекции на- ружных покровов, являясь наименованием этой большой группы болезней, пожалуй, могут служить и самой общей характеристи- кой способов перехода их возбудителей из зараженного организма в здоровый. Однако это лишь общая характеристика, так как способы пе- рехода паразита из зараженного организма в здоровый весьма разнообразны. Значительную группу составляют болезни кожи и волосяных покровов, средн которых имеются и антропонозы и зоонозы. К пим относятся хронические болезни с возбудителями, длительно паразитирующими на поверхности или внутри кожных покровов и их придатков (волосы, ногти), или же протекающие как раневые инфекции. В некоторых случаях поражение кожи и глубоко лежащих тканей является побочным результатом пато- генных свойств микробов, а не существенным их свойством, необ- ходимым для сохранения вида (клостридиозы, столбняк). «С точ- ки зрения микроба» это — не инфекции кожпых покровов, а ки- шечный паразитизм. Инфекции (бешенство, содоку) и инвазии (апкилостомидозы), передающиеся через кожу, условно также мо- гут быть отнесены к инфекциям наружных покровов: на самом доле они не укладываются в рамки рассматриваемых четырех ме- ханизмов передачи и, может быть, целесообразно их выделить осо- бо. Пероральные ипфекции также имеют среди своих представи- телей и аптропопозы (молочница), и зоонозы (актиномикоз); их по следует смешивать пи с кишечными, ни с капельными инфек- циями, хотя ротовая полость, а иногда и носоглотка могут быть воротами возбудителя. Глазные инфекции и ипфекции мочеполо вых путей составляют особые группы инфекций наружных по- кровов. По-видимому, в особую группу, не указанную в нашей схеме, следует выделить инфекционные и неопластические процессы, вы- зываемые вирусами, при которых имеется вертикальная передача возбудителя. Правда, некоторые из этих заболеваний передаются горизонтально и даже посредством кровососущих переносчиков, например папиллома кроликов. Помимо упомянутых групп, имеется еще немалое число ин- фекционных болезней, возбудители которых до сих пор неизвест- ны, а нередко и инфекционная природа заболеваний строго пе до- казана. Число их беспрерывно меняется, так как, с одной сторо- ны, этиология многих из них выясняется, а с другой — обнаружи- ваются и описываются повыс синдромы. По приблизительным подсчетам, если быть пе слишком придирчивым в определении инфекционной природы этих болезней, их число составляет около 500. Всего, таким образом, в предложенном нами списке насчи- тывается более 6000 инфекционных нозологических единиц, если, как уже упомянуто, применить принцип дробления, а не объеди- нения аптигеппых разновидностей возбудителей.
2.2. ПРИРОДА ЭПИДЕМИЧЕСКОГО (ЭПИЗООТИЧЕСКОГО) ПРОЦЕССА Делая обзор путей перехода возбудителей из зараженного ор- ганизма в здоровый или, пользуясь традиционной эпидемиологи- ческой терминологией, механизмов передачи заразного начала, или применяя экологическую терминологию, способов заселения пара- зитами популяции своих хозяев, мы несколько раз употребляли выражение «с точки зрения микроба, паразита». Это — пе случай- ная оговорка и даже пе образное выражение. Внимательный чи- татель заметит, что весь анализ механизмов передачи заразного начала мы проводили именно с точки зрепия интересов паразита, т. е. оценивая, насколько тот или иной механизм надежен при сохранении вида данного паразита. Иными словами, мы везде старались применить экологический принцип для понимания как эпизоотических, так п эпидемических процессов и пришли к выводу, что как эпизоотический, так и эпидемический процесс яв- ляется цепью последовательных заражений (инфекционных со- стояний), чередующихся с выходом возбудителя во впеппною сре- ду. Непрерывность эпидемического (эпизоотического) процесса обеспечивает существование паразита — возбудителя инфекцион- ной болезни, а разрыв этой непрерывности в любом звене означа- ет прекращение существования возбудителя в данном месте и на данном отрезке времени. Исключением из этого общего правила являются уже упоминавшиеся сапронозы. В этом определении не делается существенных различий меж- ду составными частями, или звеньями, эпидемического и эпизооти- ческого процессов. Оба они состоят из одних и тех же звеньев — источников инфекции, факторов передачи и восприимчивых осо- бей, и различия сводятся к тому, что при эпизоотическом про- цессе первое и третье звено являются организмами животных, а при эпидемическом процессе — организмами людей. Но даже и это обстоятельство встречается нс всегда «в чистом виде». Для некоторых зоонозов человек может заменить животных (напри- мер, желтая лихорадка городов, опнсторхоз, висцеральный лей- шманиоз п другие зоонозы, при которых человек не является эпи- демическим тупиком). Кроме того, существует большая груп- па инфекций, где паразит чередует свое пребывание в организме человека и животного. Что же это за процессы — эпидемические или эпизоотические? К этой смешанной категории относятся в 1 УЩпости все трансмиссивные заболевания, поэтому ставить че- ловека в центре событий, имея в виде практическую задачу — предотвратить заражение, вполне оправдано, одпако это еще пе ^кого проВП Па аптРопог^сптРизм D паучпой трактовке экологичен Таким °бРазом» существо эпизоотического и эпидемического га одно и то >ке обеспечение сохранения вида парази- ироп Во8будителя болезни. А поскольку это так, то природа обоих цессов биологическая, оба опп относятся к биологическим, точ-
tree, к экологическим явлениям. Различия между ними заключают- ся в следующем. Эпизоотический процесс заключается в распро- странении возбудителя среди животпых, поэтому он зависит от условий жизни животпых. Движущими силами эпизоотического процесса являются факторы биологические, так как жизнь жи- вотных подчинена биологическим законам. Эпидемический процесс состоит в распространении возбудителя среди людей, в человече- ском обществе и поэтому он зависит от условий общественной жизни людей. Движущими силами эпидемического процесса п связи с этим являются факторы социальные, так как общественная жизнь людей подчиняется социальным законам. Эти положения могут встретить возражение следующего типа: поскольку эпидемический процесс происходит в обществе, то и природа его социальная. Или по-иному: пе может быть, чтобы природа эпидемического процесса была биологической, а движу- щие силы социальными. Среди эпидемиологов утвердилась мысль, что инфекционный процесс имеет биологическую природу, а эпидемический процесс — социальную. Аргументируется этот тезис тем, что инфекционный процесс представляет собой взаимодействие возбудителя с орга- низмом человека, в то время как эпидемический процесс осущест- вляется в человеческом обществе. Развитием этого тезиса является второе из вышеупомянутых утверждений, что если социальные факторы являются движущей силой эпидемического процесса, то и сам процесс имеет социальную природу, подчиняется социальным заколам. В качестве доводов приводят известное положение клас- сиков марксизма о социальных причинах эпидемий. Нам представляется, что все эти доводы являются плодом недо- статочно глубокого анализа сущности эпидемического процесса, условий, в которых оп протекает, и его движущих сил. Человек пе изолирован от окружающей его природы, напротив, природа — его естественная среда, которая оказывает на пего влияние, и вместе с тем человек оказывает глубокое влияние на природу. Подчиняя природу своему влиянию, человек пе отменяет законы ее развития, а лишь использует их в своих целях. Нет нужды доказывать, что одомашнивание животпых явилось результатом обществеппо-экологической деятельности человека — не будь человека, не было бы и домашних животпых и поражаю- щих их заразных болезней. Вряд ли, однако, из этого следует, что жизнь домашних животпых или домовых грызунов подчиняется социальным закономерностям и имеет социальную природу. Можно па это возразить, что все эти процессы относятся к миру, окружающему человека, а пе к самому человеку. Однако и с этим возражением нельзя согласиться. Человек, будучи соци; альным существом, тем не менее нс теряет своей биологической природы. Оп болеет не только многими болезнями, свойственны' ми только ему, в том числе инфекционными. Одпако никто не от- рицает биологической природы различных патологических процес- сов, в том числе и тех из них, которые поражают его интеллект* on
Если болезнь человека вызвана бактерией и червем, то ни у кого не вызывает сомнения биологическая природа этой болезни. По- чему же процесс распространения бактерий и червей среди насе- ления объявляется процессом социальным? А ведь ничего иного, кроме распространения этих и других паразитов среди населения, эпидемический процесс не представляет. И если людям бывает от этого худо, то это еще пе аргумент в пользу того, чтобы возвести распространение паразитов в ранг социального процесса. Нам остается рассмотреть, справедливо ли положение о том, что эпидемический процесс имеет биологическую природу, а дви- жущими силами его являются социальные факторы. Это положе- ние иногда встречало возражение, ибо, согласно известным поло- жениям материалистической диалектики, каждое явление имеет свои внутренние законы развития. С этим нельзя не согласиться, а нашей задачей как раз и является попытка вскрыть эти внут- ренние законы развития. Они, как мы неоднократно пытались по- казать, имеют биологическую природу и существо их заключается в постоянном приспособлении паразита к меняющимся условиям среды, результатом чего и является сохранение и процветание данного паразитического вида, если он смог приспособиться к из- менившимся условиям среды. Для возбудителей заразных болез- ней человека такой средой является совокупность организмов че- ловека, человеческое общество. Уклад жизни людей и его изме- нения отражаются на жизни паразитов самым существенным* образом. Причем речь здесь идет не о каких-то изменениях фи- энологии организма человека. Развитие капитализма и образова- нно рабочего класса из обнищавшего крестьянства привели к со- зданию городских трущоб, перенаселенных и сапитарно неблаго- получных. Но ведь это и есть наиболее благоприятные условия существования для многочисленных возбудителей инфекционных заболеваний, в первую очередь таких, как дизентерия и брюшпой гиф, гельминтозы, детские инфекции, туберкулез. Социалистиче- ская индустриализация народного хозяйства сопровождается стро- ительством благоустроенных городов, ростом благосостояния на- селения и его санитарной культурой, что и создает неблагоприят- ные условия для распрострапепия среди населения упомянутых заразных болезней. В обоих случаях движущими силами роста (при капитализме) и снижения (при социализме) заболеваемости пнфокцпопными болезнями явились факторы социальные, между *ем как законы распространения этих болезней среди населения 10 изменялись, оставшись биологическими (экологическими). Го ^почпо, пе следует упрощать взаимоотношение биологическо- альп соцпальпого п эпидемическом процессе, так как смепа соци- Н(ает°~ЭК0ПОМических Ф0Рма11ий не всегда непосредственно отра- омеет^ Па ОПОЛ1°ЦИИ инфекционных болезней. Решающее значение тапие пе Сам социальный строй, а жилищные условия, пи- оойпъ! °со^еппости быта, демографические процессы, миграции и см а ” многое другое, что можно выразить одпим определепи- логия человека. Поэтому, хотя чума XIV века возникла 23
в эпоху феодализма, а туберкулез «расцвел» в XIX веке при ка- питализме, вряд ли следует чуму считать «инфекцией феодализ- ма», а туберкулез — «инфекцией капитализма». На самом деле экология человека пе измепяется автоматически и сразу после смены той или иной экономической формации. Особеппо это от- носится к нашему времепи, когда связи между страпами и наро- дами стали весьма интенсивными. Как будет показано дальше, они сделали возможным появление такой глобальной инфекции, какой является грипп, существующей в человечестве в целом. Ограничимся этими примерами, так как паше последующее изложение будет подтверждением тезиса о том, что эпидемический процесс имеет биологическую природу, а движущими силами егс являются условия общественной жизни людей. Мы изложили фактическую сторону вопроса. Что же касается философской его стороны, то в мире можно найти немало процес- сов, движущие силы которых имеют иную природу, чем сами эти процессы. В сущности, вся история развития органического мира является примером процессов подобного типа. Изменения рельефа и климата земли па протяжении геологических эпох относятся и явлениям геофизическим, а между тем именно эти изменения час- то становились движущими силами эволюции органического мира, приводившими к вымиранию примитивных видов, к появлению более высокоразвитых. Философское осмысливание вопроса о содержании эпидемиче- ского процесса, его природе, условиях, необходимых для его су- ществования, и его движущих силах не является схоластическим спором: без правильного осмысливания этих вопросов нельзя по- пять эволюцию заразных болезней человека и пайти пути их лик- видации. Можно сказать, что эпидемический процесс — экология паразита (возбудителя болезни) в человеческом обществе. Эколо- гический принцип, таким образом, должен лежать в основе изуче- ния эпидемиологии любой ипфекцпопной болезни. Попробуем несколько подробнее изложить примепепие эколо- гического принципа в эпидемиологий. Наиболее распространенное и, пожалуй, общепринятое опреде- ление эпидемиологии гласит, что это наука о закономерностям распространения заразных болезпей среди людей, в человеческое обществе. Вряд ли следует оспаривать правильность этого опреде- ления, прочно вошедшего в обиход и являющегося начальной фра зой учебников эпидемиологии. Как следствие этого определения г теорию и практику эпидемиологии введены попятил, характери- зующие эпидемический процесс: источники инфекции, факторы i механизмы передачи заразного начала, восприимчивость и имму- нитет населения. При этом, поскольку эпидемический процесс происходит в человеческом обществе, то и заразное начало — воз будитель инфекционной болсзпи — в эпидемиологии рассматрпва ется с точки зрения человеческого общества как некая впешпяг сила по отношению к нему. И в этом случае с первого взгляда трудно что-либо возразить против этого, и Лишь при более глу- 24
боком рассмотрении вопроса могут возникнуть некоторые сомне- ния в абсолютной правильности такого подхода. Эти сомнения возникают прежде всего при рассмотрении и изучении факторов передачи заразного начала. Как известно, факторами передачи заразного начала называют го элементы внешней среды, которые обеспечивают «эстафетную передачу» возбудителя из зараженного организма в здоровый и тем самым делают возможной непрерывность эпидемического про- цесса, совершенно необходимую для существования самой зараз- ной болезни. К числу факторов передачи, т. е. элементов внешней среды, обеспечивающих непрерывность эпидемического процесса, относятся, с одной стороны, пищевые продукты, одежда, предметы домашней обстановки, с другой — живые переносчики: мухи, вши, блохи, клещи, комары, москиты и другие, преимущественно кро- вососущие членистоногие. Действительно, при антропонозах, т. е, болезнях, поражающих человека, все эти как живые, так и нежи- вые факторы, передающие заразное начало, являются элементами внешней среды но отношению к человеку и человеческому обще- ству и с этой точки зрения могут быть признаны факторами, пе- редающими заразное пачало. Одпако если мы перейдем к зоонозам, т. е. болезням, поража- ющим человека и животных, то здесь подход меняется. Например, при бруцеллезе сельскохозяйственных животных, от которых за- ражается человек, относят не к факторам передачи, а к источни- кам инфекции, а при клещевом энцефалите теплокровных живот- ных, заражающих клещей, относят к источникам инфекции, а клещей, которые непосредственно заражают человека, к пере- носчикам. В этом случае руководствуются другими принципами, считая, что источником инфекции или резервуаром возбудителя (а это не одно и то же) является организм теплокровного, в ко- тором происходит размножение, а мелкое членистоногое, в орга- низме которого также происходит размножение этого вируса, от- носится к переносчикам. Нетрудно видеть, что последний принцип в данном случае при- меняется далеко не последовательно. В примере с клещевым эн- цефалитом мышевидные грызуны и иксодовые клещи в равной мере являются местом обитания, размножения и жизнедеятельно- сти паразита — вируса клещевого энцефалита. Более того, орга- низм клеща является более постоянным местом жизни вируса, ибо пребывание его в организме грызуна сравнительно кратковре- менно, тогда как в организме клеща после его заражения вирус ио только сохраняется в течение всей жизни, но и может переда- ваться трапсовариальпо потомству. Из этого примера отчетливо ne^U°’ ПТ° а11ТР°поцептрический подход к эпидемическому про- 300°^ Имоет сеРьезные недостатки; если мы вторгаемся в область иымп30П' пРИХ0Дится с большой патяжкой пользоваться введеп- D оппдемиологию понятиями и терминами, которые в дап- ЦоссаЛ^ЧПе Пе и°м°гают понять ни сущности эпидемического про- » ни условий, необходимых для разрыва его непрерывности. 25
Указанная односторонность эпидемиологического подхода к зооно- зам может быть обнаружена и при анализе некоторых антропо- нозных инфекций. Нам представляется, что упомянутые недоразумения и весьма натянутое толкование таких эпидемиологических понятий, как ре- зервуар инфекции и факторы передачи, связаны с основной ме- тодологической погрешностью — антропоцентрическим подходом к пониманию эпидемического процесса. Мы уже пеодпократпо высказывали положение, что эпидемио- логию заразных болезней надо понимать как экологию парази- тов— их возбудителей в человеческом обществе, а если речь идет о зоонозах, то как экологию возбудителей в популяции определен- ных видов животных, в круг которых может быть включен и че- ловек. Указанное положение вовсе пе претендует на определение эпидемиологии как науки. Оно лишь подчеркивает основной ме- тодологический подход, необходимый для понимания сущности эпидемического процесса как категории исторической. Именно по- этому он помогает понять пе только настоящее каждой инфекци- онной болезни, но также ее прошлое и будущее. Экологический принцип в эпидемиологии имеет не только по- знавательное значение для выявления вопросов происхождения и эволюции инфекционных болезней, но и для правильного плани- рования и оценки эффективности профилактических и противо- эпидемических мероприятий. Стать на «точку зрения паразита- возбудителя», значит попять условия его существования в челове- ческом обществе, учесть наиболее прочные и обнаружить наибо- лее слабые звенья эпидемического процесса с тем, чтобы разрабо- тать и провести в жизнь такую систему профилактических и про- тивоэпидемических мероприятий, которая с наименьшей затратой сил могла бы надежно разорвать эпидемическую цепь в наиболее слабом звене и тем самым обеспечить ликвидацию инфекционной болезни вплоть до полного истребления ее возбудителя на нашей планете. Однако применение только этого принципа недостаточно для того, чтобы понять происхождение и эволюцию возбудителей за- разных болезней человека. Для решения этой проблемы необхо- димо использовать сравнительно-исторический метод в эпидемио- логии. Глава 3 СРАВНИТЕЛЬНО-ИСТОРИЧЕСКИЙ МЕТОД В ЭПИДЕМИОЛОГИИ 3.1. ЭВОЛЮЦИЯ —ИСТОРИЯ ЭКОЛОГИИ ВОЗБУДИТЕЛЯ Эволюцию вида следует расценивать как историю его экологии. Это относится ко всем биологическим видам, в том чисДе и к воз- будителям инфекционных болезней человека. Палеонтология воз- будителей в отличие от более высокоорганизованных форм жизнй 26
(высшие растения, позвоночные и др.) располагает крайне скуд- ными данными. Поэтому особенно важно иметь четкое представ- ление об экологии возбудителя хотя бы па современном этапе эволюции возбудителя. Имея представление об эволюции хозяина, переносчиков и абиотических факторах внешней среды, можно строить гипотезы о ходе эволюции в обозримом прошлом. Комп- лексный сбор этих материалов с его последующим многофактор- ным анализом в ряде случаев дает возможность пе только оцепить ход совершающейся эволюции, но и составить прогноз намечаю- щихся тенденций развития. Одпако при всей важности экологии одни эти материалы обычно недостаточны для решения вопросов о происхождении и дальнейшей эволюции инфекционных болез- пей. Для решения общих и частных вопросов необходимо пользо- ваться данными и обобщениями микробиологии, вирусологии, ми- кологии, протозоологии, гельминтологии, арахноэнтомологии, зо- ологии, изучающих биологические свойства возбудителей и пере- носчиков и естественных резервуаров заразных болезпей человека и животных па внедрение патогенных паразитов. В последние го- ды благодаря бурному развитию молекулярно-биологических ме- тодов энергично развивается направление, которое можно было бы назвать молекулярной экологией. Исследования в этой области позволяют, в частности, определить основные закономерности дви- жения генетического материала в популяциях возбудителей, рас- крыть механизмы, лежащие в основе межпопуляционпых взаимо- отношений возбудителя и хозяина. Результаты этих исследований дают огромный фактический материал, лежащий в основе пони- мания эволюции возбудителей инфекционных болезпей человека. Большую помощь оказывают данные по систематике паразитов. Поскольку резервуаром возбудителей заразных болезней чело- века нередко бывают животные и многие заразные болезни чело- века происходят от сходных болезней животных, для решения многих вопросов приходится пользоваться данными зоологии и экологии животных, а также общей и частной эпизоотологии. По- этому, прежде чем рассматривать вопрос о происхождении зараз- ной болезни человека, часто приходится изучать происхождение и эволюцию близких или сходных болезней животных. История эпидемий па протяжении исторического отрезка вре- мени нередко дает весьма цепные сведения, не только указываю- щие па эволюцию возбудителей заразных болезней человека, по и позволяющие восстановить время появления той или иной инфек- ции. Несмотря па то что чем глубже мы уходим в прошлое, тем мопее точны описания клинического течения болезпей, вдумчивый исследователь может мпогое восстановить. Упомянутыми дисциплинами далеко пе исчерпывается круг от- Раслей знаний, привлекаемых для решения вопросов происхож- кп^ П Э1ЮЛЮНИИ возбудителей заразных болезпей человека. Этот ^РУг можно было бы значительно расширить. Но среди них нельзя Упомянуть самую главную — историю развития человеческого 27
общества. Поскольку возникновение и эволюция заразных болез- ней человека определяются условиями общественной жизни лю- дей, постольку история развития человеческого общества должна быть тщательно изучена для решения рассматриваемой проблемы. Таким образом, сравнительно-исторический метод в эпидемио- логии, с помощью которого возможно решение экологической проблемы происхождения и эволюции возбудителей и вызываемых ими заразных болезней человека, основан па изучении и обобще- нии данных, полученных разными науками. При этом следует по- стоянно помнить, что эпидемический процесс происходит в чело- веческом обществе, а поэтому без знания и учета законов разви- тия общества и его истории невозможно найти правильное решение общих и частных вопросов рассматриваемой проблемы. Но надо указать и па другую сторону проблемы. Генетики, ан- тропологи и палеонтологи единодушны в мнении о том, что био- логия человека почти не изменилась на протяжении примерно 40 тыс. поколений людей в период развития человеческого обще- ства. Сравнительно недавно появившийся человек стал неотъем- лемой частью окружающей его среды. За время своего становле- ния, занявшего около 10 тыс. лет, в процессе развития земледе- лия, одомашнивания скота, возникновения и развития общества человек постоянно соприкасался со многими бактериями, вируса- ми и другими паразитическими организмами сначала диких, а за- тем и домашних животпых, часть которых адаптировалась к че- ловеческим популяциям. Некоторые из этих инфекций со временем превратились в облигатные или факультативные антропонозы. Другие остались зоонозами, сохранив способность вызывать как эпизоотический, так и эпидемический (или отдельные заболевания людей) процессы. При этом вряд ли могут возникнуть сомнения в первичности зоонозов диких животпых. До сих пор можно на- звать немного примеров инфекционных болезней человека, возбу- дители которых (или близкие к ним агенты) не имели бы анало- гичных или гомологичных путей циркуляции среди животных. Подробнее об этом мы писали раньше [Жданов В. М. и др., 1981]. Здесь необходимо добавить, что человека как биологичс* ского вида и различных домашних и диких животных связывает общность свыше 300 возбудителей инфекционных болезней, из ко- торых около 80 заболеваний вызывается гельминтами, около 20 — простейшими, около 20 — грибами, свыше 80 — бактериями и свы- ше 100 — вирусами (при условии укрупнения видов, включающих многие серовары). Подробнее на этом мы остановимся в следую- щих главах. Из перечня сведений, необходимых для решения проблемы эволюции заразных болезпей, в этой главе будут рассмотрены не- которые экологические подходы к изучению инфекций, основные этапы эволюции органического мира и сделан краткий обзор ос-* повпых этапов развития человека и человеческого общества, при- чем внимание главным образом будет обращено на сведения, необ- ходимые для изучаемой проблемы. 28
Экология изучает условия существования живых организмов и взаимосвязи между ними и средой их обитания. Принципиальной особенностью экологического подхода является рассмотрение ви- да как совокупности популяций особей. Применительно к инфек- ционным заболеваниям необходимо комплексное изучение популя- ционных взаимоотношений возбудителей с хозяевами в меняющих- ся условиях существования. В этой связи попятно, что эволюция возбудителей инфекционных болезней является результатом взаи- модействия эволюционирующих популяции возбудителей и хозяев в определенных экосистемах, подвергающихся изменениям под влиянием природных и в последние 10 тыс. лет антропогенных факторов. В процессе эволюции складываются наиболее удачные, с точки зрения сохранения вида, взаимоотношения между возбу- дителями и хозяевами. Это обычно соответствует среднему уров- ню патогенности популяции паразита и восприимчивости популя- ции хозяина. Механизм естественного отбора лежит в основе та- кой взаимной адаптации членов паразитической системы. В ряде случаев наиболее удачным для популяции паразита типом взаимо- отношений является персистирующая инфекция. Особо важное значение персистирующая инфекция имеет в период, неблагопри- ятный для передачи данного возбудителя (климатические и эко- логические факторы) и для состояния популяции хозяина (де- прессия численности, высокий уровень популяционного иммуни- тета хозяев и др.). Персистирующая инфекция играет важную роль в сохранении возбудителей в межэпидемический период. Час- то наблюдаемая в этом случае вертикальная передача возбудителя является существенным механизмом переживания популяции па- разита. Однако с течением времени это может привести к обед- нению генофонда популяции, поэтому периодические эпизоотии (эпидемии) необходимы для процветания паразита как биологи- ческого вида. Свойства популяции определяются едипым защи- щенным генофондом. Частота генов обычно остается одинаковой, подчиняясь закону гомеостаза Харди — Вейнберга (1908): частота членов пары аллельных генов в популяции распределяется в со- ответствии с коэффициентами разложения бинома Ньютона. Закон справедлив при тех условиях, когда популяция достаточно велика, ь пей пе происходит отбора и пе возникает мутаций. Эволюция популяции происходит при постепенном изменении частот генов, когда равновесие Харди — Вейнберга нарушается мутационным U в случае вирусов и рекомбинационным) процессом, избира- тельным воспроизводством особей с отклоняющимся генотипом под воздействием естественного отбора и дрейфом генов в пеболъ- ой генетически изолированной популяции. В центре ареала вида УЩоствуют наиболее благоприятные условия и происходит по- п10ЯППЬ1Й °^меп генов между отдельными популяциями. Феноти- мопеСКИ0 Различпя» полиморфизм популяции здесь выражены обычно эти различия соответствуют циклическим или па- граплвПпь1м изменениям внешней среды. Ситуация меняется на Р вицах ареала, где эволюция обычно ускоряется. 29
Распределение видов в экосистеме и характер их взаимоотно- шений подчиняется определенным закономерностям. Вслед за из- менением среды — сукцессией следует смена ценозов. С развити- ем человеческого общества ускоряющимися темпами происходит антропогенное преобразование биосферы. Такие интенсивно про- текающие в современном мире перманентно действующие факто- ры, как загрязнение впепшей среды промышленными отходами» повсеместное широкое применение гербицидов и пестицидов, хо- зяйственное освоение п заселение неосвоенных ранее территорий, беспрецедентная по темпам и масштабам искусственная перестрой- ка экосистем в результате ирригационных мероприятий, распашки земель, добычи полезных ископаемых, строительства ГЭС и др., создание индустрии животноводства, приводят к быстрым и зна- чительным по масштабам и последствиям изменениям экосистем. Определение характера и масштабов возникающих сукцессий должно предшествовать изменению человеком окружающей среды, Такая стратегия оценки возможностей эволюции в большой сте- пени уменьшит угрозу возникновения эпидемий, вызванных неиз- вестными ранее возбудителями или возбудителями с измененны- ми в результате быстрой эволюции свойствами. В ряде случаев это предотвратит появление условий, ведущих к обострению эпи- демической ситуации в результате появления эпидемически зпа« чимых переносчиков или условий, обеспечивающих возможность заражения людей. Это особенно важно в отношении природно- очаговых болезней, вспышки которых часто возникают при кон- центрации пеиммупных пришлых контингентов населения па неосвоенной ранее территории. Особенно часто такие ситуации наблюдаются во время войн. Заболеваемость эндемическими ин- фекциями среди коренного населения может быть не выраженной в силу двух факторов — высокого уровня популяционного имму- нитета и селекционированного па протяжении веков генотипа под влиянием постоянно действующего на генерации хозяина зара- жения данным возбудителем. Прп нормальном ходе эколого-эпи- демиологических исследований по оценке территории, подлежа- щей хозяйственному освоению, должна быть разработала рабочая гипотеза о потенциальном риске заражения, построена на этой основе модель с использованием математических методов, прове- дена комплексная проверка модели в ключевых точках обследуе- мого региона, изучены свойства выделенных возбудителей, разра- ботаны диагностические, а в случае необходимости и профилакти- ческие препараты и обеспечено снабжение ими научно-практиче- ских учреждений, обслуживающих данную территорию. Имешто такого рода исследования были проведены в СССР на протяжении 70-х годов в отношении арбовирусов. Одпим из авторов этой книги па основе концепции по эволюции и циркуляции разных экологи- ческих групп арбовирусов в различных климатических поясах ми- ра сделан прогноз существования в стране природных очагов ар- бовирусов, передаваемых комарами и иксодопдпымп клещами» проведена систематическая проверка прогноза в ключевых точках 30
овных физико-географических районов страны. Обследованы °СН° по всего районы, подлежащие хозяйственному освоению. П^е юко территории, где в результате ирригационных или иных Л понриятий существенно меняется экологическая обстановка. Вы- ^елеио 32 различных арбовируса, 21 из которых являются новы- и для науки. Для некоторых из них уже выявлена роль в па- тологии человека. Проведена оценка различных территорий стра- ны в отношении зараженности комаров п иксодоидных клещей и писка заражения населения разными арбовирусами, обнаружены и изучены новые типы природных очагов, расположенных в вы- соких широтах на севере умеренного пояса и в Субарктике, со- ставлены прогнозы активности очагов в связи с изменениями в экологической обстановке, разработаны и внедрены в практику дпагпостикумы к выделенным возбудителям. На этом примере показана эффективность использования сравнительно-историческо- го метода, основанного на экологических подходах, для эпидемио- логии. Развитие эпидемического процесса зависит от генетических свойств популяций возбудителя и хозяина и дополнительного влияния факторов внешней среды. Высокая восприимчивость к возбудителю, часто обладающему в этих случаях повышенной па- тогенностью к данному хозяину, наблюдается среди видов или их популяций, обычно не встречающихся с данным возбудителем в силу экологической или географической изоляции. Это хорошо из- вестно в отношении животных. Вирус ящура чрезвычайно конта- гиозен и патогенен для всех видов домашних парнокопытных жи- вотных. Но для некоторых видов диких животных показана пер- систентная инфекция, не сопровождающаяся клиническими при- знаками заболевания. При обследовании стада буйволов Syncerus caff er в Африке вирус был выделен у 60% клинически здоровых животных, которые, возможно, являются древним резервуаром ви- руса в природных очагах инфекции [Hedger R. S., 1976]. Вирус болезни Ньюкасла, вызывающий в последние десятилетия повсе- местно в мире опустошительные эпизоотии среди кур, не влияет существенно па численность популяций диких птиц из природных очагов инфекции, связанных с мигрирующими птицами водного комплекса умеренного климатического пояса и птицами джунглей Ulanson R. Р., 1976]. Приносящая огромный экономический ущерб африканская болезнь свиней вызывается вирусом из семейства г uoviridae, представители которого поражают многих представи- елеи члепистопогих. Бородавочники Phacocoerus aethiopicus, ди- шо представители свиней в африканской фауне, болеют ею бес- штомпо. Так жо бессимптомно протекает персистентная ипфек- сап У клещей Ornithodorus erraticus, передающих возбудителя блюла™ П^И кровососании. Причем, у клещей в 89% случаев на- ватол мТСЯ тРаисоваРиальная передача возбудителя. Ряд исследо- СКЛО110Ц рассматривать этого возбудителя в качестве ПмеотсПОГ° паРазита клещей [Маге С. J., 1976]. В этом случае я аналогия с арбовирусами из семейства Togaviridae, нс 31
эволюции которых более подробно мы остановимся в 8 главе Здесь же отметим, что от членистоногих выделено свыше 430 вц. русов (арбовирусов), способных к репродукции в теплокровных животных: из них свыше 200 — от комаров, около 100 — от икси- доидных клещей, около 30 — от москитов, около 20 — от мокрецов и около 20 —от других кровососущих членистоногих. Около 100 арбовирусов, относящихся в систематическом отношении и разным семействам, патогенны для людей. Все арбовируспыо шь фекции являются зоонозами с природной очаговостью. Одпако при определенных ситуациях эпидемиологически они проявляют се- бя как антропонозы (лихорадки денге, Чпкунгупья, О’Ньопг-ньон^ городская форма желтой лихорадки). При соответствующих уело, виях зоонозный тип воспроизводства инфекции переходит в антро. понозный. Классическим примером является желтая лихорадка. Природный цикл в дождевых лесах экватора и субэкватора па протяжении круглого года включает комаров верхнего яруса джунглей, преимущественно Acdos africanus в Африке, и обезьян. Однако вирусемия у обезьян длится только 2—5 дней, тогда как персистенция вируса у комаров происходит на протяжении всего периода жизни имаго. При этом среди комаров вирус может пе- редаваться половым путем, а также трапсовариальным. Все это позволяет расценивать именно комаров основным резервуаром и первичным хозяином вируса [Germain М. et al., 1980]. При на- бегах обезьян на плантации па них могут заражаться полусипап- тропные комары Aedes simpsoni с возникновением локальных вспышек среди людей. Наибольший риск заражения для людей существует во второй половине дождевого сезона в ландшафтной зоне лесосавапны. Джунглевые очаги лихорадки (энзоотическая область) ограничены на севере 11° северной широты. При попа- дании больных людей в крупные населенные пункты, где имеют- ся места выплода A. aegypti, возникают массовые вспышки город- ской формы желтой лихорадки. Дикие и домашние теплокровные животные наряду с члени- стоногими играют важную роль в существовании природных оча-' гов арбовирусных инфекций. Особенно велика здесь роль грызу- нов, с которыми связано около 90 арбовирусов, птиц (около 70 ви- русов), летучих мышей (около 30 вирусов), марсупиалов (около^ 20 вирусов), обезьян (около 15 вирусов). Вероятно, в эволюции! возбудителей многих инфекционных болезней особенно велика’ роль птиц. В эволюционном плане это один из древпейших розер; ьуаров возбудителей. Среди возбудителей болезней, которые могут вызывать патологию у птиц и у людей, имеется не менее 7 пред- ставителей гельминтов, 2 — простейших, свыше 30 — бактерий^ 5 — грибов, около 100 — вирусов [Львов Д. К., Ильичев В. Дч 1979]. Плотность популяций многих видов птиц очень высока, что. является одним из условий, благоприятствующих развитию эпи- зоотий. Ряд видов относится к числу синантропных и часто кон- тактирует с человеческим жильем и домашними животными. Эт^ создает предпосылки для заноса экологически связанных с пт* 32
возбудителей в синантропные биоценозы и развития эппде- Цв«еских вспышек тех болезней, возбудители которых патогенны мИЧ ч0ЛоВека. Миграции многих миллионов птиц можно сравнить ^гигантским насосом, дважды в год перекачивающим адаптиро- ° иных к птицам возбудителей с континента на континент. Имен- поэтому связанные с птицами возбудители болезней имеют, как правило, чрезвычайно широкое распространение. * Домашние животные являются важным звеном в возникнове- нии эпидемических вспышек. Обычной схемой их развития явля- ется появление эпизоотии среди диких млекопитающих и птиц, затем занос инфекции в аптропургические биоценозы с вовлечени- ем в процесс синантропных и домашних животных и последующее возникновение заболеваемости среди людей. Следует считать твердо установленным, что как среди попу- ляций одного вида позвопочпых, так и среди членистоногих суще- ствует различная степень восприимчивости к вирусам. Причем генотип может быть изменен в сторону как повышения, так п понижения восприимчивости. Так, путем введения в популяцию генотипа SS, с которым связана невосприимчивость к скрепи, че- рез 6—8 поколений удалось вытеснить генотип ss (обусловливает восприимчивость к заболеванию). В результате этого через 10 лет заболеваемость с 40—55% упала до менее 1% (Раггу И. В., 19691. Этот опыт воздействия на генотип популяции приобретает особо важное значение в связи с индустриализацией животноводства и созданием огромных «фабрик» животных. Это важно и при внед- рении некоторых пород сельскохозяйственных животпых в места распространения эндемических инфекций. Во избежание больших экономических потерь следует заблаговременно вывести устойчи- вую продуктивную линию с использованием генофонда устойчивой популяции. Влияние генотипа па течение и исход заболевания хорошо из- вестно и при антропонозах. Корь в случае заноса возбудителя в изолированные контингенты вызывает поголовную заболеваемость Детой и взрослых с высокой смертностью, что вряд ли можно объ- яснить только отсутствием популяционного иммунитета. Здесь, вероятно, имеет значение и генетический фактор, определяющий высокую восприимчивость людей к вирусу, с которым на протя- жении жизни несколько поколений этих популяций людей не встречались. Изменения в генетических свойствах природных вирусных по- пуляций, наступающие иногда неожиданно быстро, служат при- иной ухудшения эпидемической ситуации. Показано, в част- Стн» 410 штаммы джунглевой желтой лихорадки менее патоген- . ЛЛЯ человека, чем штаммы, прошедшие несколько ц ЛеЛ°иатольпых пассажей па людях (Germain М. et al., 1980). боснСП°ППО СВ0Й5Тв ВИРУСП011 популяции лежит, вероятно, в основе позвРОЦеА?ПТ11ой 01ШДвмИп лихорадки О’Иьонг-пьонг, неожиданно гяя<еПКШой в Ф°вРвле 1959 г. в северо-западной Уганде и па про- чип года охватившей миллионы людей в зоне саванн афри* 3 Зона, м 1504 зз
капского континента. Эпидемия, вызванная возбудителем болезни близким к вирусу Чикупгунья, прекратилась так же внезапно как и возникла. Основным переносчиком был один из малярийных комаров Anopheles funestus. Необходимо отметить, что во время эпидемии резко снизилась заболеваемость малярией в эпдемичпой области. Причина такой интерференции пе ясна. Те же причины изменения генетических свойств вирусной популяции также, ве- роятно, лежат и в основе тяжелых эпидемий лихорадки Рифт-вад, ли в 1977—1978 гг. в Египте. Инфекция, имевшая ранее почти исключительно ветеринарное значение, охватила десятки тысяч людей и сопровождалась высокой смертностью. Возможно, наряду с другими причинами в распространении болезни имел значение ввоз зараженного скота из Судана. Наблюдается дальнейшее рас, пространепие эндемичной области на другие страны Средиземно- морского бассейна. Следует упомянуть и о неожиданном появле- нии летом — осенью 1981 г. вспышек заболевания Карельской ли- хорадкой, этиологически связанной с вирусом, идентичным или близким вирусу Синдбис (семейство Togaviridae, род Alfavirus). Кроме средней Карелии, заболеваемость выявлена в аналогичных ландшафтных условиях (граница северной и средней тайги) в Финляндии (болезнь Погоста) и в Швеции (болезнь Окельбо). Эти примеры говорят о возможности быстрой и неожиданной эволюции возбудителей инфекционных болезной даже в настоя- щее время, причем причины такого хода событий часто остаются полностью или частично нераскрытыми. Неизмеримо сложнее про- водить анализ эволюции, процесс которой проходил на протяже- нии десятков тысяч — миллионов лет. Однако сравнительный ана- лиз экологии всех членов паразитарной системы в настоящее вре- мя, с учетом известных науке данных по развитию биосферы, позволяет пе только выдвинуть концепции по прошедшей эволю- ции возбудителей инфекционных болезней, по и определить тем- пы и тенденции ее дальнейшего развития. Знание эволюции и со- временной экологии возбудителя поможет в одних случаях пре- дупредить ухудшение эпидемиологической обстановки, в других — отыскать слабые звенья в цепи круговорота возбудителя в приро* де и путем паправлеппого изменения структуры экосистемы в сочетании с комплексом специфических профилактических меро- приятий может ликвидировать условия, ведущие к заражению людей. В паше время антропогенная трансформация окружающей при* роды стала настолько существенной, что практически пе осталось участков суши, в той или иной мере пе затронутой деятельностью человека. Многие экологические пиши разрушаются и взамен пл* появляются новые. Немногочисленные прежде животпые становят- ся широко распространенными, а другие виды сокращаются и ДО' же исчезают [Кучерук В. В., 1976]. Производственная деятель пость человека пыпо стала мощным фактором глобального воздев' ствия на природу, сопоставимым с действием геологическпх космических сил [Герасимов И. П., 1974]. Ускоряющиеся тем11 34
аптропогеппого преобразования биосферы в результате научпо- тохняческого прогресса являются мощным фактором, влияющим па эволюцию^ инфекционных болезнен. В развитии современных представлении об экологии инфекционных болезней большую роль сыграло учение Е. Н. Павловского (1946) о природной очаговости инфекционных болезней. 3.2. ЭВОЛЮЦИЯ ЖИЗНИ НА ЗЕМЛЕ В соответствии с современными представлениями, возраст Зем- ли определяется примерно в. 4,7 млрд, лет, из которых более 1 млрд, лет падает на догеологический, период, а 3,50—3,57 млрд, лет — па геологический период. В свою очередь этот период де- лится па докембрий (3 млрд, лет) и фанерозон (0,57 млрд. лет). Дальнейшее подразделение геологической истории Земли приве- дено в табл. 2. Таблица 2. Геологическая хронология Земли Эры периоды Эпохи Возраст (млн, лот) Продолжи- тельность (млн. лет) Археи Протерозой Палеозой Мезозой Кайнозой Кембрий Ордовик Силур Девон Карбон Пермь Триас Юра Мел Третичный Палеоген Неоген Четвертичный Палеоцен Эоцен Олигоцен Миоцен Плиоцен Плейстоцен Современная 3570—3500 1570-1500 585-570 520—505 410-425 425-375 330-325 280—270 230—225 175—165 135—110 75—70 75—70 75—70 65—60 45—40 35—25 35—25 25-20 2 2—1 0,025 2000 1000 50—80 30-80 50 20-50 60—85 15-40 55—60 30-45 40-60 68—73 40-55 10-15 20-25 10-15 24—33 15-20 19-23 1-2 1—2 0,025 Вио^ической ЭВОЛ1°ДИИ предшествовала химическая эволюция, длив- ^°лео 1 млрд, лет и приведшая к образованию первичной формы жизни на Земле [Опарин А. И., 1938; Eigen М., 1071: Rulten М., 1978. п лр.|. Догоото’ВИ,1НПИ атмосФеРа Земли была водородной, и она была утеряна в Цоссои л Х^ВСК0М иеРп°Де‘ В результате вулканической деятельности к про- код атмог£МЛ1*ПП недр Земли к началу архейской эры образовалась пторич- ЛоДоролл . а‘ Опа была ирсимухцес*! пенно восстановительной и содержала ^РИ 0ТС\’ТГт1н«1 мотав, аммиак, окись углерода, воду, цианистый водород. JTCTimn кислородпо озонового экрана, под влиянием электрических 3* 35
разрядов в ультрафиолетового облучения стало возможным образование бо, лее сложных соединении: органических кислот, в том числе аминокислот пуриновых и пиримидиновых оснований, порфиринов. Все эти веществ^' образовавшиеся в атмосфере, растворились в воде мирового океана, постов пенно насыщая их и образуя «первичный бульон». За миллионы лет этот «бульон» стал достаточно густым, чтобы дать начало образованию высоко* полимерных соединений, особенно в прибрежных мелководьях, где испаре* ние воды приводило к увеличению концентрации «первичного бульона»* В этих условиях, как это было показано в экспериментах, могли синтеаиро, ваться не только аминокислоты и азотистые основания, по и их полимеры^ полипептиды и полинуклеотиды. По сравнению с современной жизнью, преджизнь обладала большим химическим разнообразием. Существенной ее основой явилась комплемев. тарность пуриновых и пиримидиновых оснований, а образование полинук. леотидных цепей из пуриновых и пиримидиновых оснований создавало возможность их саморепликации с воспроизведением комплемептарности полнпуклеотидных цепей. Дальнейший процесс отбора па молекулярном уровне происходил при развитии аутокатализа, причем па какой-то стадии химической эволюции синтез полипептидов и полинуклеотидов стал сопря- женным и таким образом мог возникнуть первичный генетический код. Вначале он мог быть двоичным, а число аминокислот, участвовавших в об- разовании полипептидных цепей, пе превышало 10, позже генетический код стал трехбуквенным, а число аминокислот увеличилось до 20. Все эти процессы происходили преимущественно пе в растворе, а на поверхностях (внешних и внутренних) коацерватов или микросфер, обра- зовывавшихся при взаимодействии полипептидов, полинуклеотидов, липи- дов. Таким образом, одновременно с развитием матричного синтеза пуклеп* новых кислот и белков развивались морфологические структуры, обеспечи- вавшие оптимальные условия для этих синтезов, конечным результатом это- го нроцесса явилась протоклетка. Появление рибосомных систем относится уже к ранним этапам биологи* ческой эволюции, и все сохранившиеся до вашего времени формы жизни обладают рибосомными системами синтеза белков. Предполагается, что пе- реход от протоклетки к прокариотной клетке произошел около 3 млрд, лет назад. Ранние прокариотные клетки существовали в восстановительной ат- мосфере, и их прямыми потомками являются нынешние метапобакторпи. Затем появилась примитивная система фотосинтеза, которая развилась до более сложной формы типа сине-зеленых бактерий, и лишь впоследствии появилось аэробное дыхание. Глобальным результатом появления органического фотосинтеза стало накопление в атмосфере свободного кислорода, которое происходило в не- сколько этапов. Примерно 3,2 млрд, лет пазад содержание в атмосфере кислорода составляло 0,001 современного; около 2,7 млрд, лет пазад оно повысилось до 0,01, около 400 млн, лет назад оно достигло 0,1 и около 200 млн. лет назад — современного. Но уже в начале кембрия, когда содержа- ние кислорода в атмосфере достигло 1% современного, образовался защит- ный слой озона, поглощавший наиболее опасную для жизни часть ультра- фиолетового излучения, последовал «взрыв жизни», до этого существовав- ший только в слое воды пе глубже 50 м (куда проникал солнечный свет) и не мельче 10 м (куда не проникало смертельное излучение). Жизнь стала возможной в поверхностных слоях водоемов, а затем и на суше. Применение современных методов молекулярной биологии (изучений гомологии нуклеиновых кислот и белков) позволило с большой долей ве- роятности восстановить дальнейшую эволюцию органического мира. Эука- риоты появились в результате симбиотического развития двух и более форм прокариот — большой гетеротрофной клетки (анаэроба) и меньшей —спо* собпой к дыханию или фотосинтезу. Клетка хозяина постепенно отделила, ядро, а потомками симбионтов являются митохондрии, хлоропласты и цепт- риолы. ' В ходе дальнейшей эволюции прокариоты разделились на две ветви архебакторип, потомками которых являются современные метанобактерДО' ;36
4 з г 1 млрд, лет 1 лрхей Докембрий nptrrefitJOod'^BS^^SSF Химическая 36олюиия_ Прогеноты 100г Содержание кислорода 6 атмосфере (3 % к современному] 60 Биологическая эволюция, Грибы Зубактерии ярхебак- терии Растения Простей- шие Жиботные СЗ Л Рис. 2. Химическая а биологическая эволюция (пояснения в тексте). По осп абсцисс — возраст, млрд, лет; по оси ординат: сверху — эволюция органи- ческого мира, снизу — содержание кислорода в атмосфере. зубактерии. Они в свою очередь послужили источником появления разно- образных эукариот. Эти две ветви рассматриваются как два разных царства «империи» прокариот. От империи эукариот впоследствии отделилось цар- ство грибов, царство простейших и лишь затем (около 1 млрд, лет назад) произошло разветвление на царство животных и царство растений (рис. 2). Наиболее древние окаменелости структур, напоминающие сипе-зелеяые бактерии, обнаружены в породах, имеющих древность около 3,1 млрд. лет. Этого ясе типа структуры встречаются и в более молодых породах давности около 0,8 млрд, лет (протерозой). Вероятно, 1,5 млрд, лет пазад появились первые многоклеточные растения (зеленые водоросли), 1,2 млрд, лет назад первые многоклеточные животные (губки). Таким образом, потребовалось 2 млрд, лет, чтобы эволюция первоначальных биологических структур при- вела к образованию эукарйот и разделила их па грибы, простейшие, расте- ря и животные. < Дальнейшая эволюция органического мира происходила значительно осп00 °ЫСтРЬ1Мп темпами. К началу кембрия (570 млн. лет назад) развились жпя>ВиЫ0 типы растений океанов п морей — водоросли. В результате их '^Деятельности стал интенсивно меняться состав атмосферы, кото- муЛсл8 мосстаповительной становилась окислительной, приближаясь по свое- бочь1пТаПУ к совРемепи°й с содержанием инертного озона, кислорода и не- стёпе-i1Х Нолпчеств углекислого газа, а также с водяными парами разной пропй1И ВасыЩ°ПП0СТИ- В течение первых двух периодов палеозоя началось ^Дпакп ВеЦ1<0 Растительных организмов па сушу в виде лишайников, лот Ло пастоящее завоевание суши произошло в силуре (около 500 млн. хвощей '» когда появились псилофиты — предшественники мхов, плаунов, т°льцм1гП пацоР°тнпков. Выход растений на сушу сопровождался оконча- стаьу Л ^образованием атмосферы Земли, которая стала по своему со- в атмосд1*0** к современной. К этому же времени образовался слой озона *овог0 игт 0| аащкщающий биосферу от значительной части ультрафиоле- излучения. В девоне (около 400 млн. лет назад) и последующих пе- 37
200 500- ПапортникоВые Псилофиты $ Зеленые Водоросли Голосе- менные Покрытосеменные Птицы Млекопитающие Пресмыкающиеся Паниырные рыбы, хря- щебые рыбы, костис-1 ~ о . тые рыбы Земноводные Пербичнотрахейныеугр & полухордбВые, обо- 'n™°*nr..o лонные, членис,^-круглоротые ногие(наземныИг бесчерепные насекомые (наземные) Кольчатые черВи, плеченогие, форон иды, иглокожие Щетиночелюстные, колоВротх^ брюхоресничные, мшанки, моллюски, членистоногие {морские) Простейшие > кишечнополостные, губки, гребнеВики, плоские черВи, немертины, круглые черби 5 а Рис. 3. Основные этапы эволюции растений и животных (пояснения < тексте). ‘ а — растения; б — животные. риодах палеозоя и мезозоя развились многочисленные виды голосеменным а в конце мезозоя (250 млн. лет назад) появились покрытосеменные • современные деревья, кустарники и травы, которые вместо с хвойными сто ли преобладающими классами растений суши (рис. 3). Эволюцию растений датируют с протерозойской эры (1,5 млрД- назад), когда появились первые примитивные водные растения — воД°Р^\ ли и грибы. В палеозойской эре (585—225 млп. лет пазад) развиваются мп •. 38
гоклоточпые растения. В кембрийском периоде (585 млп. лет пазад) появ- ляются многочисленные морские водоросли, в ордовике (505 млн. лет па- зад) — первые наземные растения, которые получают дальнейшее развитие в силуре (425 млп. лет пазад). В девоне (375 млп. лет пазад) па суше по- являются леса, появляются первые голосеменные растения. В карбоне (325 млп. лет назад) господствуют папоротники и плауны:, которые прихо- дят в упадок в пермский период (240 млн. лет назад). В мезозойской эре (225—75 млп. лет пазад) — господство голосеменных, особенно в триасе (225 млп. лет назад) и юрском периодах (165 млп. лет пазад). Покрытосе- менные появляются в юрском периоде и распространяются в меловом пе- риоде (135 млн. лет пазад), господствуют они с кайнозоя (75 млн. лет на- зад) до настоящего времени. Эволюция животных также начинается в протерозое, когда по- явились морские простейшие, а в конце эры — моллюски, черви а другие морские беспозвоночные. В кембрии господствуют трило- биты, плечепогие, зарождается большинство типов современных животных. Рыбы появляются в ордовике, ио господствуют в море моллюски, кораллы и трилобиты. В силуре усиливается развитие рыб, господствуют морские паукообразные, появляются первые бескрылые насекомые. В девоне появляются земноводные, в кар- боне — обилие насекомых и появляются первые пресмыкающиеся. Последние достигают расцвета в начале мезозоя (триас) и в ос- новном вымирают в конце мезозоя (меловой период). Кайнозой- ская эра характеризуется расцветом млекопитающих и птиц (рис. 4). К началу кембрия в водах мирового океана жили многие пред- ставители низших беспозвоночных — губки, медузы, кораллы, низ- шие черви, немертины. Последние уже имели системный уровень организации, став предшественниками (ие прямыми!) высших животных, Дальнейшая эволюция животных шла в нескольких направлениях, давая ряд самостоятельных ответвлений — члени- стоногих, моллюсков, плеченогих и мшанок, иглокожих и др. Большинство из них появились в раппих периодах палеозоя (кембрий, ордовик). Природа как бы нащупывала методом проб и ошибок возможные пути эволюции, неоднократно заходя в ту- пик. Большинство этих форм остались водными животными, кото- рые не смогли достигнуть высоких стадий развития. Наиболее раз- витые моллюски — кальмары и осьминоги — имеют хорошо разви- тые органы чувств, однако их эволюция, длившаяся сотни миллионов лет, не привела к появлению зачатков разума. Наибо- лее процветающая группа высших беспозвоночных — членистоно- гие, особенно класс насекомых, стали заселять сушу в силуре (около 500 млн. лет назад), после того как на суше появились растения (мхи и папоротники). Во время длительной эволюции спи дошли до стадии общественных насекомых (муравьи, пчелы, термиты) с высокоразвитыми инстинктами. Однако наличие внеш- него скелета ограничило возможный рост размеров тела, и эволю- ция пх также не привела к появлению зачатков разума. Эволюционная ветвь, которая привела к появлению позвоноч- ных, также изобилует тупиковыми ответвлениями. Первые хордо- 39
Плацентарные млекопитающие Сумчатые / п2 Рептилии < / Однопроходные Ракообразные < / { "7""г тр^, 1 л»®*' члг 19 ^ш!ттивные р^илии современные а мер и бис Перипатус % "оппноски Кольчатые у* черви ‘ Первичнополостные ф черви й Немертины | / Мшанки Ш / Плече' i ногие "Si Плоские черви Нишечно- полостные ... Приставные омсрибии Примитивные косные рыбы Акулообразные Современные костные рыбы Гребневики # Бала- ноглосс Иглокожие Ланцетник Оболочники Гаструлооброзный предок Губки у г поротые бластулообразный предок Простейшие Жгутиковые Рис. 4. Родословное дерево животного мира по современным представления! [Willy W., Datyl W., 1974]. I Левая ветвь — первичпоротые, правая ветвь — вторичноротые. вые появились в силуре (490—420 млн. лет назад). Сравнительй быстро эволюция их прошла от круглоротых до пресмыкающп^ (330 млн. лет назад), а затем снова замедлилась на 200 млп. ле£ в течение 120 млп. лет на Земле господствовали динозавры, чеанувшие в конце мелового периода, и только около 100 млп. назад появились млекопитающие. В течение последних 70 млп. Л0 40
питающих произошли все ныпе существующие формы от млеко млеКопитающпх, и за тот период возникли и вымер* плацен *е промежуточные формы и их предшественники. ли nU°cnx пор во многом неясными остаются пути эволюции бес- печных, образовавших многочисленные таксономические ПОЗВОпы высшего типа. Предполагается, что исходной формой мпо- 1 РУивточпых был организм, сходный с паренхимулой Мечникова, Ставшей в воде. Он был покрыт экзодермальным ресничным Виталием и имел фагоцитобластическую паренхиму. Эволюция ых многоклеточных происходила в толще воды и могла ^ппвести к организации типа кишечнополостных с двумя отдела- ми нервного аппарата и с первичным аборальным органом чувств {Беклемишев В. А., 1974]. Из них развивались многочисленные другие формы беспозвоночных, часть из них оседала на дне. р Из ветви, осевшей на оральпый полюс, только Kamptozoa ста- ли вести на дне прикрепленный образ жизни, оставшись первич- но бесцеломпыми; большинство же трохофоров стали вести по- движный образ жизни па дне. От них появились полихеты, мол- люски, членистоногие. Из ветви, осевшей на аборальный полюс, развились иглокожие, губки, кишечнополостные. Таким образом, эта группа наиболее продвинулась в ходе эволюции. Предками позвоночных явились, по-видимому, первичные хор- довые [Северцев II. А., 1939], примитивные и неспециализирован- ные многоклеточные беспозвоночные организмы, относящиеся к классу крыложаберных (Pterobranchia), обитавшие в кембрии, «а которых развились содержащие жаберные щели органулы, сход- ные с оболочниками (Ascidiae), вернее — с их свободно плаваю- щимп личинками, от них — животные, напоминающие современно- го ланцетника. К концу силура появляются бесчелюстные (Ag- natha), рыбообразные существа (древние Ostracodermi). В позднем силуре и раннем девоне появляются первые челюстные позвоноч- ные (Placodermi). В середине и конце девона ответвились кисте- иорые (Actinopterigii) и лопастеперые (Choanichtyes) рыбы. Пер- вые впоследствии образовали класс костистых рыб, процветающий w настоящее время, вторые — немногие виды двоякодышащих рыб и литимерий. От последних произошли амфибии (см. рис. 4). Первые амфибии обнаружены в верхнем девоне и являются роможуточпыми формами между кистеперыми рыбами и типич- ных11 ад(*>и®,}ями- От этих примитивных форм песпециализирован- ПРОИЗОШЛИ первые рептилии — отилозавры, появив- вц ПЯ В каРбоне; тем временем амфибии разделились на две вет- Пачало нынешним хвостатым, а также безногим и *е<*востым амфибиям. связан РПЫ° сушУ заселили амфибии, однако они остались тесно Р°ли ппЫМП В своем развитии с водой, тогда как рептилии приоб- к развитию яйца вне водной среды (амнион, твердаяИс’ б°льшое количество желтка для питания зародыша, Ск°Рлупа) и поэтому стали свободно расселяться па су- 41
Рис. 5. Филогенстичосип дерево обезьян По '°® Света и гоминид Стап? го Света, выведено п основании степени Г(П * логин ДНК. За Вре^ генерации принято мя. необходимое для L стиженпя половозрелом возраста [Benvenisu R. Еч Todaro G. ] 1976]. s ше. С мезозойской эрой связан расцвет рептилий. 5 подклассов рептилий Diapsida дали начало динозаврам, крокодилам и змеям, а также птерозаврам и птицам, a Synapsida — млекопитающим, Оба последних класса позвоночных появились в конце юрского и начале мелового периода. Среди млекопитающих три подкласса — однопроходные (Prototheria), сумчатые (Metatheria) и плацентар* пые (Eatheria) представляют самостоятельные эволюционные вет- ви, причем последние, появившись 60—70 млн. лет пазад, стали особенно бурно развиваться в середине кайнозойской эры (около 20 млн. лет пазад). Наиболее древними и примитивными млеко* питающими были насекомоядные, от которых произошли ныпо существующие и вымершие отряды плацентарных, включая при- матов, появившихся в палеоцене (рис. 5). Антропоиды появились в раннем олигоцене (35 млн. лет назад), гоминиды — в раннем миоцепе (25 млн. лет назад), предки человека —в раннем плио- цене (10 млп. лет назад). Около 2 млн. лет назад появились древпие люди — питекантропы и несколько позже — неандертаЛЬ* ские люди. Последние вымерли во время четвертого ледникового периода, после которого (около 50 тыс. лет назад) появился со* временный человек. 3.3. ВЛИЯНИЕ ЭВОЛЮЦИИ ЧЕЛОВЕКА И ФОРМИРОВАНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА НА ЭПИДЕМИОЛОГИЮ ИНФЕКЦИОННЫХ БОЛЕЗНЕЙ В соответствии с современными представлениями [Беляев Д- 1981; Harrison J. et al., 1979], родословная человека начинает^ с политипического рода Australopithecus — прямоходящего мле1<0‘ 42
** ’о ископаемые остатки которого датируются нижним пи^а,отД^п*ом (2—2,5 млп. лет назад). Его мозг по объему (450— еще мало отличался от объема мозга шимпанзе пли го- Й|в^*рр)Постпы три вида австралопитеков, из которых одни (гла- рплльп нпд, плп IIomo habilis—человек умелый) отличался все- ципльпь ро-видимому, стал основной, эволюционировавшей Я шпей* гоминид, в то время как остальдые остались вымершими боковым ветвями. U Окончательное становление прямохождения имело громадные юпствпя — изменения положения головы, анатомического 1,опоС11ЦЯ таИовых костей и нижних конечностей, усложнение nvKTVPW мозга с развитием сенсорных и моторных областей. Изменение положения головы и глаз резко увеличило объем ари- льной информации, прямохождение освободило передние конеч- ности, превратив лапу в руку — орган осознанной трудовой дея- тельности по Ф. Энгельсу. Все это создало австралопитекам огром- ные преимущества в борьбе за существование и открыло для них новые пути прогрессивной эволюции. Дальнейший отбор шел в нескольких направлениях: анатоми- ческом, функциональном и мыслительном. Во-первых, совершен- ствовалась система прямохождения, затронувшая изменения со- членения черепа с позвоночником, самого позвоночника, тазовых костей и ног, плечевого пояса и рук и всей мышечной системы. Во-вторых, рука все больше и больше становилась основным ору- дием трудовой деятельности. В-третьих, это привело к увеличению объема головного мозга, совершенствованию его структуры и функ- ций, приведшие к появлению разума. Все это обусловило появле- ние Homo erectus — человека прямоходящего (около 1—1,3 млп. лет назад) с объемом мозга 800—1200 см3, приближающегося к объему мозга современного человека. Прямоходящий человек умел изготавливать более совершенные орудия, чем австралопитек, он овладел огнем, стал пользоваться пареной пищей, и у него стала формироваться речь. Последнее стало возможным благодаря большим анатомическим изменениям голосового аппарата и развитию соответствующих отделов голов- ного мозга. Всо эти функции получили дальнейшее совершенствование у неандертальского человека, появившегося около 100 тыс. лет па- П ^MGnunniero его кроманьонского человека, который появился Го?Л0 * ТЬ1С* лет ,1азаД и имел объем мозга, соответствующий та- фОп°МУ СОвРем0нпого человека (1200—1600 см3). Примитивные ancriy1 °РГаппзаДии социальной жизпи, вероятно, восходят еще к нрлмпу101111101^’ 011И получают дальнейшее развитие у человека ный б°ЛЛ1Д°го» а у неандертальца имелся большой и разнообраз- ии onv°MvТРУДОВО“ Деятельпости, большие навыки в изготовле- хотя о УДЦи т^^а’ Развитие речи и выраженная социализация, Формцпп П осповпом оставались еще собирателями и охотниками, когда ппЬй-11110 Неапдертальцев происходило в тяжелых условиях, ропзошло четырехкратное оледепепие. 43
Эти неблагоприятные, суровые условия были преодолены пеа^! дертальцами, бывшими уже социальными существами, они уСК(^ рили их биологическую эволюцию и привели к появлению маньопцев — непосредственных родоначальников современного*^ па, хотя до сих пор остается неясным, являются ли кроманьопц^ результатом эволюции пеапдертальцев или же они имели общего предка. В этом случае оди могли сосуществовать десятки тысд^ лет, в течение которых неандертальцы вымерли, а кроманьонцу получили дальнейшее развитие, став предками современных людей Оценивая биологическую эволюцию человека, Д. И. Беляев (1981) указывает на три ее особеппости: во-первых, убыстрение темпа эволюции; во-вторых, эволюция человека, особенно в поэд* ним период, идет как бы прямолинейно, без появления боковых ответвлений; в-третьнх, полиморфизм человека как биологическое го вида весьма выражен, что видно хотя бы из существования нескольких рас. Эти темпы и формы эволюции пока не нашла вполне удовлетворительного объяснения, хотя некоторые из нах анализируются цитируемым автором. Что же касается места появления первого человека, то имеют* ся основания, в том числе полученные методами, применяемыми в молекулярной биологии (Benvenisto R. Е., Todaro G. J., 1976], считать первоначальным появление человека в Азии с последу- ющим его расселением па другие материки, вначале — в Африку и Европу, и, вероятно, в Австралию, а позже в Северную и Юж- ную Америку. Ф. Энгельс различал три периода в развитии человечества: ди- кость, варварство и цивилизацию. Период дикости (60 тыс. лет) начинается со времепи окончательного превращения обезьянопо- добных предков в человека. На низшей (ранней) ступени дикости люди находились в местах своего начального пребывания — тро- пических и субтропических лесах, спасаясь от хищников па де- ревьях и питаясь плодами, орехами, кореньями. Главным достиже- нием этого периода является развитие членораздельной речи. Ко времепи исторического периода все племена и народы, существо- вавшие на земле, прошли этот период своего развития. Средняя ступень дикости начинается с употребления в пишу рыбы и применения огня. До тех пор пока человек питался дико- растущими плодами, он был привязан к определенной террито- рии. Первым, наиболее доступным видом мясной пищи, к тому же имевшимся везде в изобилии, явилась рыба. Появление рыбной пищи сделало возможным расселение людей по земной поверхно- сти, по берегам рек и морей. По-видимому, оно произошло неза* долго до начала последнего ледникового периода. Еслп до сих пор развитие человечества шло более или менее равномерно, то с£> времени расселения людей по земной поверхности развитие чело* веческого общества происходило в разных местах земпого nieP® разными темпами. В это время появились грубые каменные орУ' дня (палеолит). Охота была развита, по не являлась- единствен* пым средством пропитания, существовало людоедство. По-вИДп- 44
в периоде среднего палеолита была приручена собака. Мт°М0ТОЙ ступени развития сохранились до XIX века австралийцы L многие полинезийцы. U Высшая (поздняя) ступень дикости началась со времени изо- . топИЯ лука и стрел. Охота стала одним из основных средств • бывапия пищи. Каменные орудия были более совершенными оолит). Кочевой образ жизпи в некоторых местах начал сме- яться оседлым — появились зачатки расселения деревнями. С по- мощью каменных орудий человек научился делать челны, дере- вянные Орудй* п Строить жилища из бревен. В последнем периоде дикости началось формирование родово- общинного строя — организации, состоящей из родов, фратрий и племен. Вначале господств^рщеи была кровпородствепная семья, которая затем претерпела развитие через пуналуальную к синди- асмической. Род, вначале основанный на материнском праве, с раз- витием скотоводства стал основываться на отцовском праве. Общая численность населения наиболее развитой части чело- вечества ко времени выхода из дикого состояния и вступления на низшую ступень варварства была незначительной. Когда рыба и дичь составляли основную пищу, требовались громадные прост- ранства для прокормления небольшого племени. Продолжительность периода варварства, по-видимому, состав- ляла около 35 тыс. лет, из которых более половины приходится па ранний период (низшую ступень) варварства. Этот период ха- рактеризовался введением гончарного производства, что обеспе- чивало возможность более совершенной варки мяса, которое до того жарилось на вертелах или на горячих камнях, и особенно обработки злаков. По-видимому, в это время предпринимались по- пытки приручения животных и возделывания растений, которые вкачало носили случайный непостоянный характер. К этому вре- мени, вероятно, относится и заселение жилищ грызунами (мыша- ми, крысами) в связи с переходом к оседлому образу жизпи. Различия природных условий Восточного и Западного полуша- рий явились причиной значительных различий в развитии челове- чества Старого и Нового Света. В Евразии были все виды живот- ных, годных к приручепию, и почти все виды злаков. В Америке оыл только один вид животных, годных к приручению, — лама, и один злак —кукуруза. Поэтому человечество развивалось быст- ofi8 ° СтаР°м Свете. Развитие общественных отношений привело к ne*a3TTDQni110 РОД()В» Фратрий и племен, управляемых советом вож- р ‘ ранпей ступени варварства оставались до освоения мате- а европейцами некоторые племена Северной Америки. с Пп?°ЛПяя стУпень варварства в Восточном полушарии началась потно РУЧ0ПИЯ животпых- По-видимому, первичными очагами жи- РлсгтП°^СТВа былп Средиземноморье и Средняя Азия, откуда опо ^у°ТРаяилось в Среднюю и Северную Европу. *0 тысПЬ1Я рогатый скот ®ыл приручен в Южной Азии около 8 тыс Л°Т лазаД» оттУДа завезен в Египет, где он имелся около лет пазад. Вероятно, в это время, а может быть и ранее, 45
были приручены овцы. Приручение коз относится к эпохе cnajj пых построек. Свиньи обнаружены в более древних отложепп^ неолита. В Апау (под Ашхабадом в Туркменской ССР) раскопках обнаружены кости диких травоядных: баранов и цру1ь ного рогатого скота, а в более поздних отложениях — кости зтц^ животпых, измененных одомашниванием. В районах Украинской 'ССР п Молдавской ССР в отложениях трипольской культуру (неолит) обнаружены остатки крупного рогатого скота двух ц0. .род, а также остатки коз, овец и свиней. Значительно позже были приручены вьючные животные. Осел родипой которого является Африка, приручен около 5 тыс. лет до п. э., а лошадь — еще позже, так как в кодексе Хаммурабц (2250 лет до п. э.) о ней ещел^^щщцргается. В период варварства у греков встречались уже стада домащ. них животных. Так, у Гомера упоминаются лошадь, осел, бык, ко- рова, вол, коза, овца, свинья. Прирученный олень встречался сравнительно поздно — в начале нашей эры. Домашняя кошка была известна в Индии и Египте за 2 тыс. лет до п. э., но в Ев« ропе появилась значительно позже. В раскопках Помпеи кошек пе было найдено. В Риме для борьбы с мышами и крысами исполь- зовались ласки, ужи, хорьки. Впервые кошки пайдепы советскими археологами в отложениях греческой колонии Ольвия (начало и. э.), а у греческих писателей о кошках упоминается в IV ве- ке п. э. Расселение их происходило очень медленно, и в Англии кошки были редкими еще в X века. Кролики были одомашпепы в Испании незадолго до пашей эры. О них упоминает Катулл, называя Испанию «кроличьей страной». Из птиц, по-видимому, ранее всего были приручены голуби, О них упоминается в древних памятниках Египта (4 тыс. лет до п. э.), а в древнем Риме уже существовало несколько пород голубей. Гусь — одна из первых птиц, появившихся в хозяйстве человека; о пем упомипал Гомер. О курах не упоминал ни Гомер (X—IX века до и, э.), пи Гесиод (VIII век до н. э.). В Китае опп были известны около 1400 лет до п. э., а в Грецию завезены из Персии между 500 и 400 г. до н. э. Куры и индюки были также приручены в Западном полушарии некоторыми индейскими пле- менами [Богданов Е. Н., 1937]. С. И. Боголюбский (1940, 1950) выделил следующие очаги одо- машппвапия животпых: 1) передпеазиатский (овцы, козы, соба* ки), связанный с Центральной Азией и Европой; 2) североафрП' капский (овцы, крупный рогатый скот, ослы п верблюды); 3) юж- ноазиатский (буйволы, яки и другие виды крупного рогатого скота, куры, шелковичные черви); 4) центрально- и южпоамори* канский (ламы, альпаки, индейки, утки, морские свинки). По Н. II. Вавилову (1932), центрами происхождения культурных РаС' тений являются следующие очаги; 1) китайский; 2) индийски^ и ппдомалайский; 3) среднеазиатский; 4) передпеазлатскШ’' 5) средиземноморский; 6) абиссинский; 7) южномексиканскпй 11 центральноамериканский; 8) южноамериканский. 46
пепие скота позволило выделиться некоторым народам из Развел царваров. Они заселили покрытые травой равпппы — ма Тигра, Евфрата, Ипда, Аму-Дарьи, Сыр-Дарьи, До- бассейн р средней ступени варварства началось разведение на, Дие Сца‘чала для прокорма скота, затем для собственного пи- злаков» ‘ ко интепсивное земледелие с орошением появилось в ТП,ШЯчном полушарии лишь в позднейшем периоде варварства. Кмашнивапие животных сыграло большую роль в ипфекциоп- Ч патологии человека. До сих пор домашние животные являлись "° апвуаром значительного числа заразных болезней, которыми Голоют люди. Как видно из приведенных данных, многие из этих болезней могли появиться у человека сравнительно недавно, так. как виды животных, являющихся источниками ипфекции, были приручены лишь в течение нескольких последних тысячелетий, или позже. м м Изобретение плавления железной руды ознаменовало собой начало высшей (поздней) ступени варварства. Закончилось раз- деление племен па скотоводческие и земледельческие. Развитие интенсивного полевого земледелия сделало возможным значитель» ное увеличение плотности населения, особенно там, где стало при- меняться искусственное орошение (Египет, Двуречье, Между- речье, Индия, Китай). Наоборот, в степных местностях с малым количеством воды основным занятием оставалось скотоводство с кочевым образом жизни. В местах с высокой плотностью населе* пия появились города, в которых широкое развитие получили ре- месла. На поздней стадии варварства находились греки героической апохп, италийские племена незадолго до основания Рима, герман- цы времен Цезаря, норманны времепи викингов. В то время люди были еще организованы в роды, фратрии и племена: господствующей формой семьи являлась патриархальная и моногамная. Но появилась частная собственность на дома, зем- лю и орудия производства. Произошло разложение рода и перво- оытпообщипного строя, образование классового общества, государ- ства. Последующее развитие человеческого общества характеризовав чесЬ п,оа?Шшове”ием» расцветом и гибелью обществен но-экономи- ких формаций — рабовладельческой, феодальной и капитали- стической. лпе?аИьтЛее дРввпие культуры рабовладельческого строя разви- вилок1 1 рИИ* ^гипт®» Китае, Персии, Средней Азии, Ассиро-Ва- свя8апи’ ГРО,1ИИ, Риме. Возвышение и расцвет государств были |,пРОлоЫ ° аавоовательными войнами и порабощением соседних бы. Обш КотоРые облагались данью и из которых набирались ра- 511ВХУ ва ЧИсле11П0СТЬ населения была значительно выше, чем в к°Р0нвыГ7СТПа- Условия жизни в рабовладельческом обществе ‘‘Кономич1 °?Р?30м отличались от условий предыдущей соцпальпо- *°века че°СК°П Ф°Рмадии- Появились классы и эксплуатация че- ловеком, что наложило неизгладимый отпечаток на раз- 47
витие эпидемических заболеваний, В рабовладельческих госупП1 ствах, как будет показано ниже, появились такие заболевал^’ которых не могло быть в доклассовом обществе. На смену рабовладельческому строю пришел феодализм. Цп чальный его период (V—X века) характеризуется упадком т0Г) товлп п резким ограничением сношений между людьми в розу^ тате войн и нашествий, разрушивших рабовладельческие имперцу Однако, начиная с XI века, положение изменилось. Хотя феода’ лизм характеризуется разобщенностью отдельных феодальных владений, связанных в королевства и империи, однако связи М(у/К. ду народами усиливаются. Возродились старые и появились повью торговые пути. Образовались средневековые города, в которых развивались ремесла и мануфактуры. Часто возникали войны между феодальными княжествами и крупными государствами. XV век (Возрождение) характеризуется дальнейшим развитием торговли и мореплавания, увенчавшимся открытием заморских стран — Азии, Африки и Америки. Последние века феодализма были периодом созревания в его недрах капиталистического об* щества (эпоха первоначального накопления). Новый класс —бур. жуазия нещадно эксплуатировала рабочих, грабила, разоряла и истребляла население вповь открытых стран, которые впоследст- вии стали колониями. Не удивительно, что период средневековья изобиловал колос» сальными эпидемиями заразных болезней, которые временами, как. папример, чума в XIV веке, истребила около четверти населения Европы. Широкое распространение получили болезни, которые редко встречались или отсутствовали среди населения рабовладель- ческих государств (оспа, так пазываемые детские инфекции). Ряд новых болезней был завезен в Европу из заморских стран, п ещо больше их экспортировалось во вновь открытые страны, где эти болезни усиливали истребление местного населения пришельцами. В эпоху капитализма резко изменились условия жизни мил- лионов людей. В конце XVIII и начале XIX века капитализм победил во всех главнейших европейских странах, а также в Аме* рике, заменив обветшалое феодальное общество. Победа канита- лизма привела к ликвидации разобщенности и самостоятельности развития разных народов и вовлекла их в свою орбиту. В одних странах происходило бурное развитие капитализма, и они стано- вились могущественными капиталистическими державами. В ДрУ- тих наряду с развитием капитализма преобладали полуфеодальные отношения, и эти страны становились зависимыми от более развй- тых капиталистических государств. Третьи страны и их пародЯ’ отставшие в своем общественно-экономическом развитии, стали объектами колониальных захватов. Усилились связи и общеппо между разными странами и народами. Войны и кризисы привели в движение огромные массы населения. Осваивались новые райо* пы земного шара, куда прежде пе ступала нога человека. Все эти процессы создали широкие возможностп для развптя, эпидемий как в метрополиях, так и особенно в колониях. ЭпиД°‘ 48
разных болезней приобрели повсеместное распространение, 8 дПОй из главных причин смертности населения. стали ^;пвОречИя капитализма достигли своей кульминации в эпо- J перпализма, когда захватнические войны за передел мира ^'ичьпых выросли в мировые, вызвав гибель десятков миллио- на Л°юдой принесли нужду и лишения сотням миллионов, не ос- U°D Л но затронутой прямо плп косвенно пи одну страну мира, непомерность развития капитализма привела к победоносным V почистичоским .революциям сначала в СССР (после первой мп- С<овой"войны), и позже и в других странах (после второй мировой Р На смену капитализму пришел социалистический строп. Образование первого социалистического государства, а затем мп- повой социалистической системы ознаменовало кризис капитализм ма который уже пе был самодовлеющей общественно-экономиче- ской системой па земном шаре. Существование социалистической системы и ео успехи в экономическом и культурном развитии стали мощным стимулом для развития национально-освободитель- ного движения в колониальных и зависимых странах. Ликвидация паразитических классов и уничтожение эксплуа- тации человека человеком, плановое хозяйство и непрерывный рост благосостояния населения в социалистическом обществе ко- ренным образом изменили условия жизни людей и способствовали ликвидации массовых эпидемических болезней. Впервые в исто- рии человечества государство приняло на себя заботу об охране здоровья народа. Социалистическое здравоохранение, основанное па достижеппях передовой науки, обеспечило ликвидацию в крат- чайшие сроки наиболее опасных заразных болезней. Многие пз них — чума, холера, оспа, сыпной и возвратный тиф, малярия, которые в дореволюционное время были массовыми, а также мопее распространенные болезни местного значения ти- па ришты, ликвидированы на всей территории пашей страны. За »то жо время достигнуто резкое снижение заболеваемости такими прежде массовыми заразными болезнями, как дифтерия, брюшной тиф, трахома, дизентерия, бруцеллез и мпогие другие, и в настоя- щее время успешно осуществляется ликвидация ряда из них (диф- терии, полиомиелита, трахомы и др.). В результате резко снизи- ась общая заболеваемость инфекционными болезнями, а смерт- ПЬПТЬ От 11ПХ’ занимавшая прежде одно из первых мест среди ыостПП смсРТП0Сти населения, ныне занимает одно из последних сТаД,ГП1ВПпя пР°Филантпка болезней, в том числе инфекционных, п°ДУЩим принципом советского здравоохранения с первых Ли Г° су1Цествования. _ с*ой оспы является результатом активной медицип- пц0 МцтР°ФИлпктИ1<и этой болезни, так как само по себе улучше- ЛСтапови?ИаЛЬПЬ1Х условий жизни населения пе смогло бы прн- болоапь б** Развитие эпидемий этой болезни. После того как эта Нод УгроэЫЛа ликвиДиРОвапа в нашей стране, оставалась постояп- 1 а заноса ее из зарубежных стран, и эта угроза могла * 1604 49
быть предотвращена главным образом медицинскими мерами. И. вестно также, что в ликвидации малярии важную роль сытЛ народнохозяйственные мероприятия. Примером их значения 1 жет служить отсутствие эпидемий этой болезни в районах стро° тельства гидросооружений: известно, что подобные мсроприятц проводившиеся в капиталистических странах, сопровождали/ большими эпидемиями малярии (строительство Суэцкого и Папам ского каналов). Все же в ликвидации малярии в пашей стрщ^ решающее значение имели меры медицинского характера. Огрц. кичившись этими примерами, мы хотим лишь подчеркнуть, tlTo социалистическое общество создало благоприятные условия дЛп успешной борьбы с инфекционными болезнями не только в силу изменений социально-экономических условий жизни людей, по и в результате активной деятельности здравоохранения, и этот фаК. тор стал важной движущей силой, способствующей снижению в ликвидации инфекционных болезней. Однако процесс ликвидации заразных болезпей далеко пе прост и не скор даже при самых благоприятных условиях. У пас до сих пор сохранились многие инфекционные болезни, а у некоторых из них пе обнаружено тенденции пе только к ликвидации, по даже* и к снижению. Сроки ограничения и ликвидации инфекционных болезней раз- личны, и многие из них еще длительно сохраняются, в том числе в виде эпидемий, и при социализме. В одних случаях (например, туберкулез), являясь наследием буржуазно-помещичьего строя, эти болезни требуют значительных материальных ресурсов и вре- мени для ликвидации. В других случаях (грипп) уровень разви- тия мировой науки еще пе достаточен для того, чтобы существен- но влиять па распрострапепие этих болезней. В-третьих (природ- но-очаговые инфекции) — отсутствуют реальные возможности для искоренения природных очагов в обозримом будущем. Вот почему тезис «социалистическому обществу пе свойственны эпидемии» должен быть признан ошибочным и даже вредным. 0в ошибочен уже по одному тому, что не соответствует фактам. Вред* пым этот тезис является потому, что вместе с пим протаскивается мысль о стихийной ликвидации эпидемических заболеваний при социализме и недооценивается роль активной деятельности соцпй* диетического здравоохранения. Глава 4 ГЕЛЬМИНТОЗЫ И ИНВАЗИИ ЧЛЕНИСТОНОГИМИ Вопросу эволюции гельмиптозов посвящеп ряд работ [Скряб® па К. И., 1929, 1946, 1947, 1948; Павловский Е. Н., 1946: /®' гель В. А., 1947; Маркевич А. П., 1944; Бэр Ж. Г., 1940; Руб«" па И. А., 19401, дапные из которых использовапы при паПИС?У настоящей главы. Особенно следует отметить работы А. П. 50
И А. Рубцова о происхождении и путях формирования Ц(т)ПуПы диких и домашних животных, отличающиеся глу- ^’"щщлпзом экологических связей. ***' 4.1. ТРЕМАТОДОЗЫ TI «более распространенные виды гельминтов, паразитирую- * П организме человека, принадлежат к классам сосальщиков yi‘’:LnHloda), ленточных червей (Cestoda) и круглых червей (Ne- la) Систематика и биология паразитических червей человека 1 еплокровпых животных являются одним из разработанных раз- делов паразитологии, .что в значительной степени облегчает пашу И. Скрябину (1947, 1948), класс сосальщиков объединя- ет несколько тысяч видов, при этом все они являются паразитами. По-видимому, это — древние паразиты, так как значительная часть их паразитирует в организме моллюсков, рыб и земноводных (эк- то- и эндопаразиты). Биологический цикл их имеет две модифи- кации: одна часть трематод развивается прямым путем, без про- межуточного хозяина и без партепогепии; другая часть развива- ется с партепогоиией в теле промежуточного хозяина (одного или двух). Сосальщики, паразитирующие в организме человека, отно- сятся к отряду переднеротых (Prosostomata) и имеют сложный цикл развития. Половозрелые особи обитают в кишечниках тепло- кровных животных — птиц и млекопитающих; личинки проходят стадию развития в организме двух промежуточных хозяев, из ко- торых первый — обычно моллюск, а второй — рыба или моллюск. Эволюцию трематод можно представить следующим образом. По-видимому, наиболее древние виды являлись (и являются пыпе) паразитами моллюсков и рыб. В ходе приспособления к паразити- ческому образу жизни у значительной части трематод сложился биологический цикл развития: рыбы — моллюски — рыбы. Поеда- ние рыбами моллюсков обусловило и смену хозяев взрослой и личшючпой стадии паразитов, что хорошо обеспечивало сохрапо- кве и распространение паразитического вида. Ь появлением теплокровных — птиц и млекопитающих, кото- рые питались рыбой и моллюсками, эволюция многих сосальщи- Этп U01UjIa по пУти приспособления к организму новых хозяев. До м И °^Ъяспяотсл обилие паразитических сосальщиков у бо- кнтооГ* И водоплавающих птиц, водяных крыс, бобров, тюленей, параав ₽aaUblx п подобных им животных. При этом цикл развития Рыбы Тй иамопился в одном из двух направлений: а) либо место теплокпКПК окопчательпого хозяина занял соответствующий вид npOMejRv П°Г° ?кивотиого» б) либо рыба сохранилась как второй через воп°ПиЬ1Й хозяйп- В первом случае заражение происходило при Поев ИЛи п₽и поеДа1П1И моллюсков, во втором случае — и°образцог1Пк 1)Ыбы» а иногда и другого водного животного (ра- □ьщ Хоэяи°’ М0ЛЛ10Ска), которые являются вторым промежуточ- U0Mi зависимости от местных условий эволюция па- 51
разитов могла идти либо по пути строгой адаптации к опредеЦИ пым видам животпых-хозяев, либо, что было гораздо чащв д пути приспособления к более широкому кругу хозяев, без узкЯ специализации. Первобытный человек, пока он вел кочевой образ жизни, Л лишь случайно заразиться трематодами — теми же видами, котЯ рые приспособились к широкому кругу хозяев (полигостальЛ паразиты). Заражение могло происходить при питье воды плЯ употреблении в пищу сырой рыбы, моллюсков, ракообразных. гСЯ ка эти заболевания носили случайный характер, они не моглй влиять на данный сложивший биоценоз. Примерами такого р0^ биоценозов, где человек является случайным звепом, могут слу, жить гельминтозы типа гимастлоза (цикл: морские птицы —мод’ люски— морские птицы), описторхоза виверры (виверры — мод. люски — рыбы — виверры), в первом случае человек заражается при поедании сырых моллюсков, во втором случае — при поедавшг рыбы. Положение существенно изменилось, когда люди перешли и оседлому образу жизни, поселились па берегах водоемов (рок. озер) и когда рыбная ловля стала одним из основных средств добычи пищи. В этих условиях некоторые виды гельминтов, осо- бенно те из пих, которые пе были узко адаптированы к организму определенного вида животных, а являлись полигостальнымп п.ъ разитами, могли приспособиться к новому хозяину. Однако таки- ми новыми хозяевами для них явплись пе человек, а домашние животные, притом плотоядпые. Это обусловливалось следующими причинами. На той стадии развития, о которой идет речь, человек был хорошо знаком с огнем и вряд ли часто употреблял в пишу сырую рыбу. Зато домашние плотоядпые — кошки, собакп — в изо* билии получали рыбу, главным образом ее внутренности. В силу этого весьма вероятной стала циркуляция паразита по типу: кот- ки (собаки) — моллюски — рыбы — кошки (собаки). Естественно, что эти благоприятные для паразита условия явились причиной образования новых видов глистов. В настоящее время существует немалое число таких гельмип- тозов, которые нами отнесены в группу рыбпых. Назовем некото- рые из них: описторхоз, клопорхоз, напофиетоз, стеллапхаэМОЬ I етерофиоз. При всех этих гельмиптозах главными хозяевами по* разита являются кошки и собаки. Некоторые из рыбпых трема?0’ дозов еще не стали болезнями только домашних плотоядных В сохранили более древние природные связи. Например, Pseudamphistomuin truncatum паразитирует в печени тюленей в кошек; первые, по-видимому, прежде являлись единственный хозяевами. Некоторые паразиты приспособились к организму леко отстоящих друг от друга животных, например глист Metag nimus yokogawai паразитирует в организме пеликанов, кошек собак. Здесь можно высказать два предположения: либо пеллк пы были первоначальными хозяевами, либо же стали таковы^ позже, с тех пор как китайцы приручили их и стали использовс 52
рыбы. Иногда в эпизоотический процесс вовлекалось для лопЛ домашнее животное — свинья, которая всеядна и перед- еще ОАП0Тся рыбными отбросами. Примером подобного биоценоза ^слуяшть клопорхоз в Китае. Все эти гельминты могут вы- мо^ет заболевания человека, одпако не человек, а домашние пло- аывать >к11Вотные являются основными резервуарами паразитов. т°яЛ!|Ь1сказанного ясно, что ни один из гельминтов (рыбные тре- fti пе смог стать чисто человеческой инвазией. МаТрлссмотрим теперь вторую ветвь эволюции трематодозов; anno тех трематод, у которых теплокровное животное заняла Л сто рыбы как окончательного хозяина и остался одип-едиист- ^пный промежуточный хозяин — водный моллюск. Примерами1 Зобного рода «диких» зоонозов, существующих в настоящее время, являются ватсониоз, гастродпскоидоз (не в Индии, где тянет ’адаптировался к организму свиньи, а в СССР, где он до сих пор паразитирует в организме дикого кабана и других неизвест- ных хозяев). С переходом человека к оседлому образу жизпи и заселенито берегов водоемов стали возможными адаптация глистов к организ- му домашних животных и человека и образование таким образом новых видов трематод. По-видимому, таким путем возникли неко- торые гельмиптозы домашнего скота — фасциолезы, плагиорхоз. Циркуляция паразита осуществляется следующим путем: домаш- ний скот — попадание фекалий в водоемы — пресноводные мол- люски — выход инвазионных личинок в воду — проглатывание их домашним скотом при водопое. Эволюция многих видов пошла по пути развитпя личинки вне воды — в организме сухопутной улитки, Такой цикл был более налажен, так как фекалии живот- ных попадали па почву (траву) и значительно реже — в воду. Примером подобного гельминтоза является дикроцелиоз. И фас- циолезы, и дикроцелиоз являются гельмиптозами домашних тра- воядных. Ни один из этих гельминтозов пе стал чисто человече- ской инвазией, хотя, казалось бы, для этого имелись все условия. ’ тот факт пе совсем понятен, так как имеется не такое уж малое *исло ипфокций человека, передающихся преимущественно или ключительио через почву. По-видимому, не всякая возможность Рализуотсл в ходе эволюции, а может быть, данная возможность только кажущейся вследствие недостаточности наших «на пни. ло ^исла трематод моногоста льны ми паразитами человека ста- пОГо х ЬК° песколько видов шистосом, сохранивших промежуточ- ен попаЗЯ1П1а В ПИДе моллюск°в. Среди кровяных двуусток имеют- ЛвтаЮ1П1П-ТУоДИКИХ п.тш* (например, трихобильгарциоз) и млеко- соы, ma^hci, S. bovis, S. spindale). Некоторые из шисто- *кать и ч >!<aiouuix широкий круг млекопитающих, способны зара- Заро)ц’ел°В0Ка’ ПапРимеР возбудитель японского шистосомоза — ч°а экпато' UOaMO>“110' S* intercalatum (эндемик некоторых рано- валяется РПальп°и Африки). Особенностью их цикла развития дивное внедрение личинок в кожпые покровы главного 53
.хозяина. По-видимому, развитие этих гельминтов пошло по путям: а) приспособление к организму домашних травоядных торое сопровождалось переменой механизма — заражение тек?0/ происходило алиментарным путем (водопой), так как впедр^?^ их из воды в толстую кожу домашних травоядных было мал оперся? пым; б) приспособление к организму человека с сохрапсццп прежнего механизма заражения (внедрение в кожу при купат? или работе в поде и п слизистые оболочки при питье воды); Пп.п мерами подобных трематод являются S. mansoni (возбудитель ни щечного шистосомоза), S. haematobium (возбудитель мочеполово го шистосомоза). В настоящее время шистосомозы по распрострапеппости явля- ются вторым после малярии паразитарным заболеванием людей Поражено около 120—150 млн. человек в 73 странах, расположен, пых в экваториальном, субэкваториальном, тропическом и субтро. тшческом климатических поясах [Яроцкий Л. С., Дэвис А., 19811. Прежде чем перейти к следующему классу гельминтов, попро- буем вкратце резюмировать возможные пути эволюции троматодо* зов в виде схемы (схема I). Схема I. Пути эволюции трематодоэов 1. До появления человека: а) трематодоэы моллюсков, рыб, ракообразных, у большинства видов промежуточный хозяин—моллюск; б) с появлени- ем птиц и млекопитающих — образование паразитирующих на них тре- матод; два типа биологического цикла: животное — моллюск — рыба - животное; животное — моллюск — животное. 2. Появление человека — случайные заражения трематодами при питье воды и поедаппи сырой рыбы или моллюсков. 3. Образование поселений по берегам водоемов, приручение животпых: а) рыбные гельминтозы домашних плотоядных, случайные заражения че- ловека; б) трематодоэы домашних травоядных типа фасциолеза, а поз- же — типа дикроцелиоза, случайные заражения человека; в) человечес- кие шистосомозы. 4.2. ЦЕСТОДОЗЬГ Следующим большим классом гельминтов, поражающих чело* века, являются лепточные глисты. В организме человека парази- тируют представители двух отрядов: лентецы (Pseudophyllidea) и цепни (Cyclophyllidea). Ленточные глисты имеют сложный развития с одним или двумя промежуточными хозяевами. У лентецов развитие происходит со смелой двух промежуток пых хозяев: яйца попадают в воду, и личинки проходят развита сначала в организме низших ракообразных (циклопы), а затем оргаппзме рыб. Таким образом, биологический цикл лентецов вос^ ма сходен с циклом развития трематод. По-видимому, их с появлением человека шла по тому же пути, что и трематод, в связи с чем почти все они относятся к рыбным геД миптам. Среди них имеются и дикие зоонозы, например миогочИ 54 ЭВОЛ1им эволюИ^
пЪпллоботриозы полярных районов (бассейн Ледовитого яе1пгые Д1 1 которых теплокровными хозяевами паразитов являи лЛпи и китообразные, по имеются также зоопозы домаш- jorcfl Т1ОЛ ЯДПЫХ (кошек и собак), пе потерявшие связей с при- лпх пЛ0Т резервуарами. Примером может служить инвазия широ- родпым* i . Время и условия образования подобных гельмип- кпм лс'аз0брапы выше, и мы пе будем к ним возвращаться. 1ОЗОП Р^цо что в некоторых случаях приспособление к кошкам Гакам как основным хозяевам бывает особенно тонкое. На- 11 (ер инвазионные личинки глиста Diphillobothrium minus ип- ,,₽Итируются не в мышцах, а в стенках кишечника рыбы; как из- вестно, кошки и собаки получают обычно внутренности рыбы, п мясо* поедается человеком. Пенни представляют большую группу с многочисленными се- мействами и видами, поражающими млекопитающих и птиц. В отличие от лентецов, которые до сих пор сохранили свою древ- нюю связь с водой, цепни в своей эволюции пошли значительно дальше — приспособились к повым условиям, новым экологиче- ским связям и полностью оторвались от древних хозяев своих предков — рыб. Основными типами экологических связей, харак- терами для цепней, являются следующие: 1) окончательный хо^ яяип — теплокровные животные, промежуточный хозяин — члени- стоногие, нередко — эктопаразиты главного хозяина; 2) оконча- тельный хозяин — плотоядпые животные (хищники), промежуточ- ный хозяин —- травоядные животные. Циркуляция паразита в обоих случаях происходит с использо- ванием пищевых связей: членистоногое поедает фекалии главного хозяина с содержащимися в них яйцами гельминтов, главный хо- зяин съедает членистоногое, заражепное личинками паразита, во втором случае травоядное животное заражается, проглатывая вместе с травой яйца, попавшие в почву с калом хищника; по- следний съедает мясо травоядного животного, зараженное личин- ками паразита. Широкое распространение гельминтозов, вызванных цепнями, Чюдп диких животных указывает на древность их существования, о/видимому, и первобытный человек нередко поражался этими видами гельминтов. гельмиптозов с циркуляцией по типу теплокровное жи- 1>апи 6 ',л°нистоногов — теплокровное животное могла распрост- п™ся сРеДи животных, прирученных человеком. Примерами !|ий ЯЫх Г0льминтозов являются мопиезиозы (резервуар — домапь пидозыг’ Дииилидиозы (резервуар — собаки, кошки), гимеполе* пощЛо '₽еа°РвУаР крысы, мыши). Развитие этих гельминтозов Явному0 Пути специализации — приспособления к строго опреде- г,ас*бвщ0К§)УГу Х03яев* При мониезиозах домашпий скот заражает Свободиоя Скалиями, содержащими яйца глистов, они поедаются вместо с <ПпУи\Ими непаразитическими клещами, а последние бак И к01нРП1,ОЙ 1,оедаются скотом. При дипилидиозе, болезни со- ей» промежуточными хозяевами являются эктопаразиты 55*
этих животпых (блохи, власоеды), которые также поедаются пи наконец, при гимеполепидозе, поражающем крыс, промежуток мп хозяевами являются тараканы п амбарные вредители —. Ци грызунов. ™ Разумеется, такого типа гельмиптозы пе могли развиться > человека даже в глубокой древностп, и заражение человека этцм! гельминтами всегда носило случайный характер — происходи, при попадании насекомых в пищу или проглатывании их ползаю щими по полу маленькими детьми. И в настоящее время эти гель мпнтозы, будучи широко распространенными среди домашних од г.отпых, редко поражают человека. Только один впд — Ilymenolcpis папа — получил распространи ние среди людей, по и это стало возможным в результате измена ппя цикла его развития. Для того чтобы понять, как это моглЗ произойти, сравним цикл развития трех видов Ilymenolcpis; Н, др minuta, Н. murina и II. папа. Первый из пих является типичным представителем данной экологической группы. Крысы поедают тараканов и амбарных вре- дителей, а последние — фекалии крыс, чем и обеспечивается цир- куляция паразита. Надо полагать, что до заселения крысами че- ловеческих жилищ промежуточными хозяевами паразита былв не тараканы и пе амбарные вредители, а блохи, так как в то вре- мя пе было ни человеческих жилищ, пи амбаров. Когда человек перешел к оседлому образу жизни, его жилища стали заселяться грызунами (крысы, мыши) и насекомыми (тараканы, амбарные вредители). Эти новые условия направляли эволюцию предан нынешних Hymenolepis по двум путям: а) сохранения прежнего цикла, по с адаптацией к новым видам насекомых (тараканы, ам- барные вредители), в результате чего появились паразиты типа II. diminuta; б) приспособления личинок к развитию без промо* суточного хозяина, т. е. по типу геогельмиптов, в результате че- го появились паразиты типа И. murina. Из этих двух путей лишь последний открывал возможность адаптации паразита к организ- му человека, в итоге которой и мог появиться паразит типи II. папа — типичный геогельминт со склонностью к аутореинвааии. Группа цеппей с циклом развития хищник — травоядное" хищпик, многочисленные представители которой широко распрост- ранены среди диких животных, претерпела меньше изменении с появлением человеческого общества. С тех пор как первобытны® люди стали регулярно заниматься охотой и перешли преимуШ0СТ' гепно па мясную пищу, человек, питаясь сырым мясом, несомпев* по, заражался цепнями. До поры до времени это заражение Пр® исходило случайно и человек лишь эпизодически становился вв пом в цепи циркуляции паразита: хищник — травоядное " хищник. . Положение изменилось, когда человек приручил животиЫ-’ Прирученпые травоядные и плотоядпые принесли с собой гельМ тозы, которыми они болели в диком состоянии. Установивши биоцопотическпе связи остались в принципе прежними (ншДО •56
пп а ко изменились хозяева и, кроме того, связи стали слязк)» ^0ЯЙПЫМИ и интенсивными. Наиболее постоянными свя- более и0 1ЛИСь: 1) собаки — рогатый скот, 2) кошки —грызуны: яями яв__р0ГдТый скот, 4) люди—свиньи. Эти связи и паправ- 3) люд11вйшую эволюцию гельминтов. В результате этого по- лЯЛЯ сь такие гельминтозы, как мультнцептоэ (собака — овца) г явили cras3icollis (кошка — крыса), а также человеческие 1ОП1мпнтозы: тениоз (человек —свинья) и тепиаринхоз (чело- [ояьми‘ ова). gce опи характеризуются сравнительно узкой спе- О0КлизаЦией к определенному кругу хозяев с использованием по- гтояиных связей между ними. В других случаях такой узкой спе- ййлизацпи но наступало, и гельминтоз мог сохранить связь с пмоодвым резервуаром. Примером подобного гельминтоза явля- ется эхинококкоз — болезнь волков, шакалов, а также собак с широким кругом промежуточных хозяев, начиная от диких тра - воядных и кончая домашним скотом и грызунами, а иногда ir человеком. Естественно, что все эти гельминтозы появились неодновремен- но, наиболее древними из пих, по-видимому, являются гельмин- тоеы типа мультицептоза, поражающие овец, собак и изредка че- ловека. Собаки издавна использовались в качестве сторожей овец,, при убое животных им давалось мясо. Поэтому даже при полуко- чевом образе жизни всегда имелись условия, способствующие цир- куляции паразита: загрязнение почвы (травы) фекалиями собак- сторожей, поедание собаками сырого овечьего мяса и заражение* при этом личинками глистов. Необходимо отметить, что фиппьп многоглавой развиваются в сальнике, вблизи костей (в мозге)•„ т. е. в тех частях организма травоядных, которые выбрасываются па съедание собакам, а по в мясе (мышцах), которые съедает человек. Наоборот, человеческие тепиидозы (Т. solium, Т. sagina- tus) характеризуются тем, что финны находятся в мясе — мышцах^ ft ио в костях и внутренностях. Этот пример показывает, как ус- ловия направляют эволюцию паразита по строго определенному °есьма характерно также, что промежуточным хозяином в КО1/ЖЛа0М0М СЛучае явились овцы, а не коровы, так как условия «такта последних с собаками совершенно иные, а главное опц мовм постоянны, чем с овцами. чвЗельмиПтозы типа человеческих тениидозов появлялись зна~ позже — после того, как человек перешел к оседлому крУглт' ,КП31П1, Именно к этому времени относится приручение тевиил™ Р°гптого скота и свипей. Что же касается кошачьих Woslb °30U’ Т° пиц'ево“ характер связей (кошки поедают грызу- 3аРажоаКПМ пУтем заражаются тепппдозами) делал невозможным ’Па пП,,° ИМИ человека- Не удивительно, что тепиидозы этого Межуто П0Ра}ка1от человека или же человек может явиться про- Раэю Ы*'1’ а по ГЛавпым хозяином. сказаипое выше, можпо представить следующую ч**овека (схеИИ "ТОЧ1,Ь1Х червей, паразитирующих в организма 5?
Схема II. Пути эволюции ленточных глистов <1. Появление человека 2. Образование поселений по берегам водоемов 3. Приручение животных, ран- ние стадии скотоводства 4. Оседлость, приручение круп- ного рогатого скота, свиней; заселение жилищ грызуна- ми Случайные заражения цестодами ц|)ц дапии рыбы, мяса, насекомых 1 °0* Рыбные гельминтозы домашних цЛот ных и человека °Лй а) гельминтозы типа мопиезиоза б) гельминтозы типа мультицептоза а) топиозы человеческие б) эхинококкоз в) гимонолепидоэы г) топиозы грызунов 4.3. НЕМАТОДОЗЫ Наиболее многочисленным классом червей, паразитирующих i •организме человека, являются нематоды. В ряде работ К. И. Скрябин (1929—1931) рассматривал ьо прос о филогенезе паразитических нематод и представил их эво люцию следующим образом. Предками паразитических пематод являются свободноживущи формы, относящиеся к подотряду Rhabditata. Большинство пред ставителей этого отряда до сих пор является свободпоживущиьп лидами, но некоторые из них стали первичными эптерогельмип тами (паразитами кишечника). От них произошли современны нематоды, некоторые из которых (подсемейство Dictyocaulinac, переселились из кишечника в легкие, сохранив прямое развитое Второй ветвью Prostrongylata являются Metastrongyloidea. Вволю ция их шла по пути проникновения в кровоток (апгиогельминты) а затем в легкие (пневмогельмипты). Проникновение в кровото) сопровождалось изменением биологического цикла: личиночные стадии требовали для своего развития промежуточных хозяев и таким образом, становились биогельмиитами. Дальнейшая эволю пия Metastrongyloidea шла в трех направлениях. Одни виды ос тались паразитами крови, легких и других органов (полость w репа), адаптировавшись к различным животным — главным i промежуточным хозяевам. Другие вторично выселились в кпшеч ник и легкие и стали геогельмиптами (Strongyloidea). Перожит ком, отражающим их филогенез, является миграция личинки ] теле с последующим попаданием в кишечпик (Ancylostoma, Slrou gylus). Третьи также выселились в кишечпик, по сохранили как биогельмипты (.Spirurata). Класс круглых червей пе только отличается обилием, иИД зарегистрированных как паразиты человека, по и разнообразя циклов развития его представителей. Круглые черви паразпти^ Ют в организме разных видов животных, начиная от пасекоМ рыб и кончая теплокровными животными и человеком. Некоторые нематоды развиваются при участии промежуто1 хозяев, 58
_чиые животпые — насекомые. Насекомые поедают фе- дЧных с яйцами глистов, жвачные съедают насекомых, ' дичинками глистов (например, гонгилонематоз). зар9КХищпики — низшие ракообразные — рыбы. Типичные рыб- 2‘ альмииты — гиатостомоз, диоктофимоз. Человек и животные — низшие ракообразные. Заражение?4 ^питье воды (например, ришта, или дракункулез). 4 Человек или животное — кровососущее насекомое (папри- wiad ’филяриидозы). М Первые три типа связей аналогичны таковым у предыдущих ссов глистов — сосальщиков и ленточных червей. Эволюция ! иляриидозов будет рассмотрена ниже. Подавляющая же масса •ауглых червей развивается без промежуточных хозяев (геогель- пцты). Развитие личинок происходит в почве, причем сроки [побывания там самые разнообразные: от нескольких месяцев до нескольких часов, а иногда вышедшие из половых путей самки яйца уже могут вызвать инвазию. Проникновение личинок в ор- ганизм хозяина происходит либо алиментарным путем, либо опп активно проникают через кожные покровы. Эти гельмиптозы широко распространены среди диких живот- ных. Особенно широко представлен подотряд Strongylata, Пред- ставители отдельных его семейств встречаются у жвачных, гры- зунов и хищников. Многие виды характеризуются широким кру- гом хозяев, отдельные же из них адаптировались к одному или немногим видам. Лишь несколько видов стали широко распрост- раненными паразитами человека, при этом приспособление к ор- ганизму человека в разных семействах шло различными путями. Ниже рассмотрены основные пути эволюции нематодозов чело- века. Аскаридоз. Многочисленные представители семейства аскарид паразитируют в организме всех классов млекопитающих. Стой- кость яиц, способных оставаться жизнеспособными в почве до В лет [Павловский Е. Н., 1946—1948], является приспособ- лепие.м, позволяющим паразиту выживать в разных условиях: У травоядных заражение происходит, по-видимому, па пастбищах, J ^вЩпиков — в берлогах, у грызунов — в норах и т. д. Когда сопОПОК СТ(1Л приручать животный, последние принесли с собой и челоВ°ТСТг/1О11^,1е ППДЬ1 аскарид, которыми нередко заражается *осагаК °С0б0НПО это 0Т110СИТСЯ к аскаридам собак и кошек (То- Что 4nCttn*R’ ^olascaris cati). Однако имеются основания полагать, чаются °П0П0ская и санная аскариды почти неразличимы и отли- лся ||। УЛнвпым образом тем, что свиные аскариды но развива- гают ’|,1ос’ГЬ1° в организме человека, а человеческие пе дости- ,,сМуч0||у1ОС7п u организме поросят. Пока эти данные не были vJKni4U Г' большинство исследователей считали обеих аскарид Лс,^ри-(ППИ Таким образом, путь образования человеческого Лол Апмаип UW;i следующим: аскаридоз диких животных — аскарп- П(|.||И..,,1,Х лшвотных — аскаридоз человека. По такому же пу- ' 1П,О*МУ> шла эволюция власоглавов и вообще иадсемей- 59
ства трихинеллоид. В этом семействе мы встречаем гольмии которые являются как бы отдельными этапами формирова|1ИяТ°Ь1 ловеческого трихоцефалеза: Thominx aerophila (паразит дп^0' хищников)—Hepaticola hepatica, Trichocephalus muris (napa^' мышей и крыс) — Trichocephalus suis (паразит свиней) — Trich^ -cephalus trichiuris (паразит человека). Отношения между челОй° ческим и свиным власоглавом сходны с таковыми у апалогич^ видов аскарид. * Анкилостомидоз. Эволюция этого гельминтоза, будучи сходной во многих чертах с эволюцией аскаридозов, вместе с тем имео и некоторые отличия. По-видимому, первичными хозяевами пред, ков современных анкилостомпд человека являлись дикие, а зате^ прирученные животные, и паразит проникал в тело хозяина че> роз кожные покровы, мигрируя в толе и оседая затем в кишечни- ке. Подобный цикл развития сохранился у анкилостомид и в па- стоящее время. Возникновение анкилостомидозов человека следуй отнести к сравнительно поздним этапам развития общества, когда возникли крупные поселения типа городов. В условиях примитив- ной санитарпой культуры древних городов и крупных поселений интенсивного фекального загрязнения почвы в тропических стра- нах могли возникнуть подобного рода гельминтозы. Необходимость высокой температуры для созревания личинок в почве и ограни чеппость общения между странами явились причиной того, чтс эти гельминтозы долгое время встречались лишь в жарких стра- нах Старого Света (Азия, Африка), где они возникли. Лишь срав- нительно поздно, в XIV —XX веке, анкилостомидоз мог быть завезен в Европу, где в глубоких угольных шахтах при отсутст- вии организованной ассенизации создались сходные условия- фекальное загрязнение и высокая температура почвы, вследствие 'чего анкилостомидоз широко распространился среди горнорабочих .Другой гельминтоз — некатороз, родиной которого является Аф рика, был в XVIII веке завезен торговцами рабами в Америку и получил там широкое распространение на плантациях среди негров-рабов. Энтеробиоз. Несмотря на то что представители семейства ок* сиурид встречаются среди домашних животных (например, Охуи- ris equi) и домашних грызунов (Syphaica obvelata) наиболее ве- роятным является предположение, что Enterobius vermicularis глист, эволюционировавший вместе с человеком и полученный от обезьяноподобных предков. Рассматривая список гельминтозов человека, мы не моЖ* пе обратить внимание на весьма интересный факт: среди я* почти пет видов, паразитирующих в организме приматов. тозы, поражающие приматов, зарегистрированы у человека в ч* ле очень немногих видов (Abreviata caucasica, Bertiella sa J Oesophagostomum brumpti), притом все эти гельминтозы П°Р°\Г ют человека в исключительно редких случаях. Наиболее распр раненные гельминтозы человека (тепиидозы, аскаридоз, три* фалез и др.) не встречаются у человекообразных обезьян, 60
ловекообразпых обезьян отсутствуют даже близкие виды, ,огО, >’ Ч«кат«е к данным родам. Исключение составляет энтеро- iip*u°?r ,.0Ловека паразитирует лишь один строго специфический б"°3’ Enterobius vermicularis. Некоторые виды этого рода, близ- »лд '”ЧцЛО1)вческой острице, паразитируют в организме человеко- Кпых обезьян. образл» е11Ие на самом деле пе только не обычно, как может ься о первого взгляда, по, наоборот, вполне закономерно, по*®8** ер>Кдавт справедливость основных положений, изложен* что я предыдущих главах. Условия жизни человека, т. е. условия и,лХ воческого общества, настолько отличны от условий жизни Гезьяноподобных предков и притом в период становления чело- они настолько менялись, что лишь немногие паразиты могли гохвапиться и развиваться вместе с хозяином. '° Например, лепточный глист Bertiella satyri паразитирует в кишечнике органгутапгов и гиббонов. Цикл развития его в точ- ности неизвестен. Можно лишь предполагать, что промежуточ- ными хозяевами являются насекомые или клещи и что заражение обезьян происходит при поедании последних. Можно не сомне- нагься в том, что уже на ранних стадиях своего развития человек перестал питаться насекомыми, а также прекратил поедать вы- лавливаемых на себе эктопаразитов. Поэтому стало невозможным существование гельминтоза типа бертиеллеза. Эпторобиоз был единственным гельминтозом, который смог вы- держать менявшиеся экологические условия. Следующие приспо- собления позволили острице выжить и остаться паразитом чело- века: плодовитость глиста (самка, несмотря на свою ничтожную величину, откладывает до 20 тыс. яиц), быстрое созревание заро- дышей вне организма, точнее вне кишечника (6 ч), сильный зуд в области заднего прохода на выходе остриц, который способству- ет загрязнению рук созревшими яйцами, наконец, способность к зутореипвазии. Совокупность этих приспособительных механизмов позволила острице сохраниться без значительных изменений в процессе возникновения человека и дальнейшего развития чело- веческого общества. ”®®Дит,,озы, Эти гельминтозы являются примером того, как в из слЯП'°к пР6Мя происходит образование паразитического вида ,*оади?10^,ИТНОГО‘ Представители рода Rhabditis являются свобод- ugg УЩимп формами, обитающими в воде и почве и питающи- мимтол₽ГЛВПЧ6С«ими остатками- В 1925 г. во время работы гель- /феской экспедиции в Донбассе К. И. Скрябин обпару- ^ЬасЦц 1?Ка,р1ЯХ гаахтеРов “иды, описанные им как Rhabditis ,,аРазвтл1 п ’ Donbass и т. п., являющиеся факультативными что овн п ^ввивая эти находки, В. А. Догель (1947) указывал, Лой па .JL Случайны. В глубоких подземных шахтах тысячи лю- • ’которой Тылом прострапстве тесно соприкасаются с землей, Эивооття ИТа10т енободножпвущие Rhabditis, таким образом от- ‘есиый КопПуть к лрочпому переходу в паразитическое состояние, такт людей друг с другом открывает путь к дальней- 61
шему распространению паразитического вида. Высокая темп тура и влажность способствуют сохранению личинок в почве^8’ В настоящее время в связи с резким улучшением ассепизп в шахтах пашей страны ликвидированы условия образования вых видов геогельминтов типа рабдит. Кишечная угрица (или соответственно стронгилоидоз) Явл ся примером дальнейшего развития паразитизма в условиях, Сх°г‘ пых с только что описанными (влажные тропики или в умОн? пом климате угольные шахты). При этом паразит не успел цЛ востыо утратить сапрофитные свойства: наряду с паразитической существуют свободпоживущие генерации. ь Мы рассмотрели основные направления эволюции нематод ц вызываемых ими заболеваний (нематодозов). Эволюция некоторые групп как бы приостановилась на определенном этапе. Так, среди семейств трихостронгилид имеется много видов, ставших napaair тами домашпих животных, по ни один из них не стал строго человеческим паразитом. Исключение представляет трихинеллез. Возбудитель этого за- болевания Trichinella spiralis является единственным иродставп телем надсемейства трихипеллоид, который поражает как сипаи тропных, так и диких животных и характеризуется своеобразных циклом развития: и половозрелая, и личиночная стадии развития происходят в организме одного и того же хозяипа, но для смени хозяина необходимо, чтобы предыдущий хозяин был съеден ио следующим. До сих пор пе вполне ясно, является ли трихинелла зоонозом диких животных, и антропургические его очаги, связан пые преимущественно с крысами (свиньи, по-видимому, служа! вторичным резервуаром возбудителя), возникли вторично или иа* наоборот, этот гельминтоз образовался в человеческом общосты в условиях оседлой жизни. 4.4. ФИЛЯРИИДОЗЫ В настоящее время известен 371 вид филярий, которые отпо сятся к 86 родам и 3 семействам: Filariidae, Setariidae и Aprocfr dae. Все они являются биогельминтами: взрослые паразиты обя тают в крови и тканях животных, личинки — в организме крон®* сосущих членистоногих (насекомых). В организме чслоДОЯ паразитирует 15 видов, все они относятся к семейству Eilaniclfl Филярии паразитируют в организме насекомых, проемы1'0 щихся, птиц и млекопитающих; промежуточными хозяевами Я*1* ются кровососущие насекомые, экологически связанные с hi Отмечается специализация большинства видов филярий, соблепие к строго определенным хозяевам и переносчикам- пример, представители рода Foleyella паразитируют только ) фибнп и рептилии, филярии подсемейства Diplotriaenac паразитами птиц, многие филярии рода подсемейства паразитируют только у млекопитающих и т. д. При этом шинство филярий адаптировалось к организму одного ял и ие‘ 62
в0П1Сых животных с использованием их эктопаразитов гцХ 1,пЛСв0 переносчиков, например собака — собачий клещ. * кяЧ1?СТюция филярий, таким образом, шла по пути биологичек ^ПОЯ)ОГресса с адаптацией ко все новым н новым видам жп- ского П1 н С0Храиении биологического цикла паразитов без су- уотлых I * пзменеПий. К. И. Скрябин привел более 500 видов шоствеь1х являющихся хозяевами филярий. Большинство из них iiawoTB - ’ОдШ|СТВепными хозяевами лишь одного вида филярий, янляю' я филярии с несколькими хозяевами и животные, в ор- Л° И|яме которых паразитирует несколько видов филярий. r<U*Bce филяриидозы, поражающие человека, распространены в пическом поясе и относятся к антропонозам. Можно предпо- ТР° что по крайней мере часть из них имеет древнее проис- ^жпеппо и развивалась вместе с человеком. Этим объясняются узкая адаптация только к организму человека и наличие близких видов в качестве паразитов обезьян (роды Dirofilaria, Loa). Древ- ность происхождения многих филяриидозов подтверждается и тем, «ио некоторые паразиты человека в ходе длительной эволюции уже успели настолько обособиться от родственных видов, что состав- ляют отдельный род (Wuchereria). Наличие строго определенных видов кровососущих переносчиков с узким географическим ареа- лом ограничивало распространение этих заболеваний за пределы первичных природных очагов, в связи с чем эти заболевания ос- талнсь тропическими. Расселение человечества в северпые широ- ты не привело к продвижению их за пределы жаркого пояса. На- ряду с этим некоторые филяриидозы были получепы человеком от домашпих животных: это справедливо по крайней мере в от- ношении Dirofilaria repens, паразита собаки и человека, а также в отношении Onchocerca. Многочисленные виды этого рода пара- зитируют у домашпих животных (скот), а два вида —у человека. 4.5. СВЯЗЬ ГЕЛЬМИНТОЗОВ ЖИВОТНЫХ И ЧЕЛОВЕКА Таким образом, филяриидозы человека по своему происхожде- нию являются неоднородной группой. Одни из них являются древ- ними болезнями, полученными человеком от его обезьяноподобных фодков (вухерериозы), другие произошли позже и получены че- <*лКвК°11 от прирученных им домашних животных (онхоцеркозы, ачий дпрофиляриоз). 1тВтаеСь Несообразно привести сводную таблицу общих гель- |1Ых р°тгЧтЛовека и животных, составленную па основании дап- никпи/ /ДДалекого (1946), И. А. Кассирского и II. II. Плот- bort /*959), Д. К. Львова и В. Д. Ильичева (1979), W. Т. Hub- оп«сот. (1975) (табл.3). & 4.6. ИНВАЗИИ ЧЛЕНИСТОНОГИМИ 141,1 «Р1ПреМЯ Как ,|,|1,азии членистоногими и другими жпвотпы» У ’•«Ловск Гельм,1ПТ0В» весьма распространены в животном мире, п опи сравнительно редки. В справочнике [Жданов В. М., 63
Таблица 3. Общие гельминтозы животных и человека Инвазии жшютиТ^ Паразит Болезнь домашних (синантропных) ликих Schistosoma japoni- cum S. mansoni S. haematobium S. intercalatum S. bovis S. mattheei Trichobilharzia occllata Gigantobiliharzia spp. Paragonimus westermani Dicrocoelium dcn- driticum Echinostoma iloca- num E. malayanum E. lindoenso E. revolutum Heterophyes hete- rophyes H. continue Metagonimus yoko- gawai Ha plorchis pumilio H. yokogawai Centrocostus formo- sanus Opistorchis feline- us 0. vivorrini 0. hovcrca Chlonorchis sinen- sis Fasciola hepatica F. gigantica Fasciolopsis buski Сосальщики 1 Шистосомоз ки- шечный То же Шистосомоз моче- половой Шистосомоз То же Шистосомоз Дерматит церкарп- альный То же Парагонимоз Дпкроцелиоз Эхипостомоз То же » » » » _ Гетерофиоэ Гетерофиоэ Мет агон имо а Гаплорхиоз То же Центроцестоз Описторхоа Описторхоз вивер- ры Описторхоа Клопохоз Фасцполез То же Фасциолопсндоз (Trematodes) Рогатый скот, сви- ньи, кошки, со- баки, грызуны, лошади Грызуны, свиньи Грызуны, свиньи Овцы Рогатый скот Овцы, крупный ро- гатый скот Кошки, собаки, свиных Жвачные Кошки, собаки Кошкп, свипьи, со- баки Утки, голуби, гры- зуны Уткп, гуси, грызу- ны Кошкп, собаки, грызуны Кошкп, собаки Кошкп, собакп. свиньи Птицы, кошки, со- баки, грызуны Кошки, собакп, грызуны Кошки, собаки, грызуны Кошки, собаки, свиньи Собаки, кошки Собакп, свиньи Собакп, кошки, свиньи, птицы Рогатый скот, вер- блюды Жвачные Cuiiiii.ii грЩ] Птицы Зебры, антидот обезьяны Птицы Скворцы, воробь Тигры, львы, м нарды, дикие» ты Обезьяны Мангусты Грызуны, птицы Птицы, грызуны Волки, лоту’О МЫШИ Птицы Птицы, лисы Птицы Птицы Цапли Рыбоядные мл<* питают»0 Рыбоядные питают»0 Грызуны, др. жвачные Жвачные 64
Продолжение табл, 3 Пдрлэпт Болезнь Amoby,nClus P90U' Аыфимор03 Л<ЙЙпеиз Metorcbifl conjun о10* 11 pieudawphlsto- niiini truncatum Echinochasmus perfolintus Gaslrodiscoidos hominis plagiorcliis niiirl8 Меторхиоз Псевдомфистоо- моз Эхипохазмоз Гастродискоидоз Плагиорхоз Wationius watsoni Уотсопиоз Philophtalmus Филофтальмоз lacrymosa Clinoslomum Клиностомоз complanatum Microphallus brevi- Мпкрофалез caeca Инвазии животных домашних (синантропных) диких Собаки, кошки Койоты, марсу- пиалы Собаки, кошки Лисы, норки, ено- ты Кошки, собаки Лисы, тюлени, скунсы, норки, выдры Кошки, собаки, птицы Рыбы, лягушки Свииьи Грызуны, обезья- ны Грызуны, овцы, со- Птицы Обезьяны, слоны — Чайки — Рыбоядные птицы Птицы (крачки) Ленточные черви (Cestodes) Taenia saginata Тепиидоз Крупный рогатый — скот, яки Taonia solium Финноз (цистицер- коз) Эхинококкоз Свиньи — Echinococcus gra- Собаки, овцы. Северные олени. nulosus крупный рога- лоси тый скот, свиньи E. inullilooularls То же Собаки, грызуны Лисы, песцы K- oligarthrus » » Кошки Пумы, ягуары, агу- Dipylidhim cani- Дипилидиоз Собаки, кошки ти Лисы, шакалы, num гиены, дикие ко- Mcsocesfoidos yetlabilieu linao- ttt8 Мозоцестоидоз Собаки, кошки ты Дикие коты, лисы, скунсы, еноты. опоссумы, рыси. Olopis dim‘- Гимснолепидоз Крысы, мыши, си- барсуки Обезьяны Гимоиолепндоа рийские хомяки Крысы, мыши, си- Обезьяны, грызу- Раплпотпноз Дпфилоботриоз рийские хомяки Грызупы Собаки, кошки пы Обезьяны Рыбоядные млеко- :«p‘ “•TdX Спарппюз Грызупы питающие Лисы, птицы (Лептоц малый) Рыбоядные Рыбоядные (Лс»нтец узкий) Рыбоядные Рыбоядные (Лептоц Скрлби на) (Лептоц тюлений) Собаки Собаки Тюлени, моржи .4 1Щ 65
Инвазии 1 ЖИВОТНЫХ Параант Болезнь домашних (синантропных) ЛИНИХ D. mansoni Diplogonoporus grandis Bertiella satyri Inermicapsifcr madagescari- ensis (Лонтец Мэнсона) Диплогонопорноз Бортиелез Ипермикапсифе- роз Собаки, кошки Грызуны Волки, ЛИСц ры ’ Киты, тюлепц Обезьяны Грызуны Круглые черви (Nematodes) Trichinella spiralis Трихинеллез Свиньи, собаки, Свыше 100 В||,и диких жВ|)От. ных, преимущ^ ственио семей- ство собачьих, । также грызувц тюлени, киты, зайцы, опоссу- мы, хищные пт> цы Грызуны, земле- ройка, обезьяны Рыбы, раки, рыбо- ядные млекопи- тающие Хлопковые крысы Еноты Capillaria hepatica Dioctophyma renale Angiostrongylus cantonensis Dirofilaris maga- Ihaosi Brugia malayi Onchocerca volvu- lus Loa loa Dracunculus medi- nensis Ascaris suum A. lumbricoidea Lagochilascaris mi- nor Parascaris eauorum Toxocara canis 'Gnatostoma spini- gerum Strongyloides ster- corafis Anisakia marina Ancylostoms brazi- liense Кадиляриоз Диоктофимоа Менингоэнцефа- лит паразитар- ный (ангилост- ронгилоз) Дирофиляриидоз кошки, Грызуны, собаки Собаки, свиньи Крысы Собаки грызуны кошки, кошки, Бругиоз Онхоцеркоз Лоаоз Дракункулоз Аскаридоз То же Лагохиласкари- Д03 Параскаридоз Токсокароз Гнатостомоз Стронгилоидоз Анизакноз Дерматит Кошки Собаки Свиньи Крупный рогатый скот, грызуны —< Лошади, ослы Собаки Собаки, кошки Собаки, кошки, грызуны Кошки, собаки Обезьяны Обезьяны Обезьяны Еноты Ондатры, белки Обезьяны Пумы Н другие»* шачьп Зебры Тигры, лооРаДО* порки, впоты Обезьянь! Чайки и ЛР$£ морские n’JVjg дельфппы, <66
Продолжение табл. 3 Инвазии животных Параэи* Болезнь домашних (синантропных) диких 0cS0ph»g08tOn,Unl Tricl>ostr?.ngyluS 1“'- йЬ us (Mnminonoga- mtie laryngous) Gongybn«mn pulclinini caucasi- Thelazla eallipaodn Эзофагостомоз Трихостронгилоз Тарпидоз Гепатиколоз Сингамоз Гопгилонемоз Лбревиатоз Телааиоз Рогатый скот, свиньи Травоядные Грызуны, собаки Рогатый скот Жвачные Собаки, кролики Обезьяны Травоядные Обезьяны Жвачные Обезьяны II р и м о ч а п п о. — не обнаружены. В скобках указаны наименования плразитоп, вызывающих заболевания, не получившие общепринятых назва- ний. 1955] приведен ряд таких заболеваний. К ним относятся прежде всего поверхностные миазы — размножение личинок мух в ранах и язвах, на гноящихся слизистых оболочках. Поверхностные миа- зы могут вызывать десятки разных видов мух, личинки которых питаются разлагающимися органическими веществами. Возможно также заползание их в мочеполовые пути. Многие виды мух вы- зывают кишечные миазы, так как личинки их, попав в пищева- рительные тракты, могут там выживать в течение некоторого вре- Ifce эти заболевания являются результатом случайного ложно- «раэ1пизма, вызываемого свободноживущими, непаразитирующи- ,0Рма*1И* В отличие от них злокачественный миаз, вызывао- « ^льфартовой мухой и другими патогенными паразитически- цц Ухвми (роды Wohlfarthia, Chrysomyia), является типичной вРежпИ°НП°й б°лезиыо- Взрослые мухи откладывают яйца на по- К0ЖУ и в наРУЖные отверстия (рот, пос, уши) жи- '•К. Ра/1 чолопока- Личинки питаются тканями слизистых оболо- notCJIeAHHe, они внедряются в подкожную клетчатку, до кости QH ° U°& ходы и вызывая некрозы. Они могут проникать Папа УПИХ1Т0>кая надкостпицу и вызывая некроз костной тка- в сРЗДпоь8ИТиРуЯ в Носовых ходах, придаточных полостях носа, ^Разитц(/Хо ИЛИ глазниДе» личинки ведут себя как тканевые ®ого упи^то °ПЗВ0ДЯ большие разрушения; описаны случаи пол- 11 Связп с >К6ПИЯ глазпого яблока, а также тяжелого энцефалита с* Лвтальи0РОПпк11оиепием личинок в мозг, обычно оканчивающие- S7
Личинки некоторых видов мух (род Cordylobia) находя почве, активно внедряются через кожные покровы, развивав 1 в подкожной клетчатке и после созревания покидают опгаЮТся животного (собаки, крысы), окукливаясь в почве. Человек а**1* жается случайно при контакте голой кожи с землей. У чело** могут паразитировать также личинки полостных оводов копы?0К> (Oestridae), кожных оводов жвачных (Hypodermatidae), Желуп^ пых оводов хоботных и непарнокопытных (Gastrophiijaj?0y К числу инвазий насекомыми относится также внутрикожное в разитирование песчапой блохи (Sarcopsylla penetrans). Доводы распространенными в тропических странах являются легочщ? о кариозы — поражения дыхательных путей (мелкие бронхи) кд щами, обитающими в пищевых продуктах. Как видно из этого перечня, насекомые и клещи, поражающи, животных, могут вызвать заболевания человека. Паразитизм щ выражен в разной степени — от облигатного до случайного. По. следний зависит от экологических условий. Так, например, пара» зитический рачок рыб Caligus curtus иногда присасывается к гла- зам человека; чаще всего это заболевание наблюдается у торгов- цев рыбой. У лпц, посещающих плавательные бассейны, могут образоваться повреждения, связанные с внедрением под кожу мелких моллюсков. Среди этой группы паразитов можно найти примеры сопряжен- ной эволюции их с хозяевами [Рубцов И. А., 1940]. Так, стоящие рядом в системе хоботные и непарнокопытные имеют высоком^ диализированных кишечных паразитов — желудочных оводов, пе встречающихся в других группах млекопитающих. Семейство Cobboldiidae развивается только у хоботных, причем имеется ш видовая специализация. У африканского слона паразитирует С. loxodontis, у индийского рлопа — С. elephantis. Семейство Gael- rophilidae паразитирует у непарнокопытных, причем род Gyrostig- гпа — у носорогов, а род Gastrophilius — у лошадей. В пределах этих родов имеется дальнейшая видовая специализация. 4.7. ЧЕСОТКА И ВШИВОСТЬ Можно предполагать, что чесотка возникла именно оппсалДЫ* выше путем, так как чесоточный клещ человека имеет ближайше родственников среди возбудителей чесотки домашних жпиотн Последние способны паразитировать и па человеке. По-впдвмо*^ один из этих видов в периоде приручения животных приспосоо ся к паразитированию па человеке. В примитивных условиях того времени такая инвазия могла укорениться сра тельно легко и стать быстро антропонозом. а I При вшивости имеет место сопряженная эволюция ^0DflCur паразита. Семейство Pediculidae, по И. А. Рубцову (1940) Р^^ дается па два подсемейства: Pcdiculinae, паразитируют00 па высших антропоморфных обезьянах, и Pedicinae —па ® узконосых — мартышковых обезьянах. В свою очередь а111 €8 1
bsbix — Pediculinae — распадаются па два рода: Phthiri- rpo&°^Pj-cUlu9. Оба рода имеют по несколько видов и уцелели <15 Я * ес11 человеке и высших антропоморфных обезьянах. Встре- только па рОда Phthirius: один на человеке (Ph. pubis), чаются J* на ГОрилле (Ph. gorillae). Род Pediculus имеет несколь- ;1ругоп паразитирующих па гиббоне (Р. oblongus), шимпанзе к° и па человеке (Р. capitis, Р. vestimenti). (Р’т шм образом, вши человека происходит от вшей приматов, гт еп перехода вшей человека на обезьяну приводит И. А. Руб- ПрИМ р упомянутой работе. Обезьяны Нового Света выделяют- Д°и Особое надсемейство, имеют очень мало общего с узконосыми С Г Льялами Старого Света и развивались независимо в Новом Г аге по крайней мере с начала эоцена, ответвившись от широко паспрострапеппых тогда лемуроидов. Ни одной ископаемой на- ходки узконосых обезьяп пе пайдепо в Северной и Южной Аме- п1ше и наоборот: широконосые обезьяны никогда ле попадали в Старый Свет. Связи, соединявшие Северную Америку с Азией и Европой, располагались слишком высоко к северу для того, чтобы ими могли воспользоваться теплолюбивые обезьяпы. Таким обра- зом широконосые обезьяпы Нового Света с эоцена развиваются географически изолированно от узконосых. Особых паразитов от отряда вшей у них пет. Поэтому находка человеческих и близких к пим вшей па Ateles — высшей из широконосых обезьяп, распро- страненной в Центральной и Южной Америке, является сенсацией. Что касается человеческой вши на Ateles, то совершенно очевидно, что опа попала па нее с человека. Загадочным представляется нахождение вида Pediculus mjobergi. Это мало попятпо, если учесть, что человек в Новом Свете появился недавно: палеолити- ческих стоянок человека в Новом Свете пе обнаружено. Ряд но- вых вопросов возникает при более детальном исследовании этого вида. Морфологически Р. mjobergi близка как к ее типично аме- рнкаискпм формам, так и к вшам туземцев с Маркизских островов. I азъяспоипе этой загадки, вероятно, может дать новые неожидан- ные данные о путях проникновения человека в Южпую Америку. оти паразиты волосяных покровов человека специализирова- ть к проживанию на определенных участках человеческого те- воппГ>ЛОВПаЯ вошь ““на волосистых покровах головы, лобковая <пой Па волосах лобка п промежности. Потеря волос на боль- расптпСТП ТОЛа и. пеР0Х°Д к ношению одежды сопровождались P°diculus humanus па два вида: Р. capitis и Р. ves- I времена полагать, что это событие произошло в очень давние ► всех мат В пеРИод Днкооти, так как Р. capitis существовали на I люди плп Иках’ а Р* vestimonti — везде в северных широтах, где П°СЯТ °ДС>КДУ- Ии*псп|о а dnH — чссотка и вшивость — ликвидированы в боль" ’’Че во j ДО1,ОМИЧ0Ски развитых стран. Одпако опи сохранились ^ься по » ГПХ стРапах мира, и ликвидация их будет осуществи ,<жя и пот улучшения экономического благосостояния населе- д ®ма санитарной культуры. 69
Глава 5 ПРОТОЗОЙНЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ 5.1. СВЯЗЬ МЕЖДУ ПРОТОЗОЙНЫМИ ИНФЕКЦИЯМИ животных И ЧЕЛОВЕКА Число протозойных заболеваний, поражающих человека, спа вительно невелико, приближаясь к двум десяткам. Сюда относя ся трипапосомозы, лейшманиозы, токсоплазмоз, амебиаз, маляпп*' а также более редко встречающиеся заболевания — балантидии лямблиоз, трихомоноз, кокцидиоз, пневмоцистоз, саркосцорцдоз* пироплазмозы. Большинство из них зоопозы, и основным резвой вуаром возбудителя служат домашние (синантропные) и дикие животные. Вместе с тем некоторые из них стали антропонозами-, городская форма лейшманиоза, амебиаз и, конечно, малярия-- Таблица 4. Общие протозойные инфекции животных и человека Паразит Болезнь Резервуар домашние (синантропные) животные дикие животные Trypanosoma rho- desiense Т. gambiense Т. cruzi Entamoeba histolotica Balantidium coli I sos рога spp. L, donowam L, tropica L. braziliensis Babesia spp. Pneumocistis cari- nii Sarcocystis linde- manni Toxoplasma gondii Plasmodium si- mium P. knowlesi P. malariae Сонная болезнь To же Болезнь Чагаса Амебиаз Балантидиаз Кокцидиоз Лейшманиоз вис- церальный Кожный Лейшманиоз аме- риканский кож- ный Пироплазмоз (не- сколько видов) Пневмоцистоз Саркоспоридоз Токсоплазмоз Малярия То же » » Жвачные Свиньи Собаки, кошки, грызуны Собаки Свиньи Кошки Собаки, кошки, грызуны Собаки, грызуны Собаки Крупный рогатый скот Крысы, кролики Крупный рогатый скот, свиньи, ов- цы, утки Птицы, кошки, ов- цы, собаки —ч Антилопы, зебры Антилопы Броненосцы мар* суп налы, опо* сумы Обезьяны Обезьяны Птицы Шакалы, грызувЯ виверры Грызуны Грызуны Жвачные Птицы, млекошя* ющис Грызуны, 11ТПйЛ плотоядные Обезьяны То жо » » Примечание, — не выявлено. 70
«либолее распространенных заболеваний на Земном шаре, «ДО ®8 ® 0 протозойных инфекциях, общих для человека и жи- С»чАеппиведепы в табл. 4 па основании данных Е. Н. Павлов- 1ЮТ1ЯлХ’,л1в__1948), В. М. Жданова (1955), И. А. Кассирского и ско*® Плотникова (1959), Д. К. Львова и В. Д. Ильичева (1979), !vT Hubbert и соавт. (1975). "«к видно из таблицы, большинство протозойных заболевании жг пор являются зоонозами. Так, балантиды являются мало Я® Энными или вовсе непатогенными паразитами свиней; у лю- °ал°пп вызывают либо бессимптомное носительство, либо кишеч- *|в“ °паССтройства (так называемая инфузорная дизентерия). То аЫ°сл0ДУ°т сказать о кокцидиозе, передающемся от кошек. Локоторые формы протозойных заболеваний характеризуются болев глубоким проникновением паразитов во внутренние органы. К ним относятся пневмоцистоз, вызывающий в редких случаях хронические пневмонии, саркоспоридоз, поражающий мышечную ткавь и особенно — токсоплазмоз — общее системное заболевание детей и взрослых, передающееся также плоду от матери и вызы- вающее аборты, уродства плода и тяжелые заболевания рождаю- щихся детей — гидроцефалию, поражения органов зрения и т. п. Токсоплазмоз является далеко не редким заболеванием. Некоторые формы протозойных заболеваний, получаемые чело- веком от домашних животных, стали антропонозами и передаются от человека человеку. К ним относятся лямблиоз, вызываемый одноименным кишечным паразитом (Lamblia intestinalis), кишеч- ный п половой трихомоноз (Tr. hominis, Tr. vaginalis). Эти пара- зиты являются условно патогенными и в некоторых случаях вы- зывают хронические воспаления либо самостоятельно, либо осложняют другие заболевания. 5.2. ТРИПАНОСОМОЗЫ Трипаносомы — паразиты, широко распространенные в живот- ном мире и поражающие многие виды. Среди них встречаются как узкоспециализированные виды, поражающие лишь близкие виды ово^т *папРим°Р» Trypanosoma lewisi — крыс, Т. melophagium — виды 0(1и1Рег^ит — лошадей, Т. rotatorium — лягушек), так и поражающие более широкий круг хозяев, включая человека. еддТфв^НИ11 .относятся африканские трипаносомы (два близких Пц 8 • 8ar>ibiense и Т. rhodesiense) — возбудители сонной болез- Чап1са,вРИКаИСКая тРипаносома (Т. cruzi) — возбудитель болезни в*чоскиИКанс1<и^ трипаносомоз, или сонная болезнь, текущая хро- ТОкмощаяП~3фВается Т. gambiense и более тяжелая и остро про- 500 лет ~~ г 10^es*ense, известен по крайней мере около Gillett К Зад в стРанах Западного побережья Африки ^азтся Т b ’ ?067]. Близким к двум названным паразитам яв- *** ЗИды’ jtJk»6.1’ непатогенная для человека и поражающая мно- Диких животных, прежде всего антилоп и зебр, у кото- 71
рых не возникает клинической картины болезни. Однако машпего скота Т. brucei вызывает смертельную иифекпп нагану. Было высказано предположение о происходя *° Т. rhodesiense от Т. brucei, так как эти трипаносомы по ряду знаков наиболее близки между собой. В опытах па лаборатоп^1 животных Т. brucei чувствительна к человеческой сыворотке ** да как Т. rhodesiense может рассматриваться как штамм, потоп01 ший чувствительность к человеческой сыворотке и дивергцрОп ший затем в самостоятельный вид, патогенный для человека. Ее1 основания считать, что Т. rhodesiense отделилась от исходи Т. brucei много позднее, чем Т. gambiense. Трипаносомоз Брюса — природпо-очаговый зооноз, поражающ^ в естественных условиях многие виды диких и домашних )КПП01 пых —от грызунов до копытных, и поэтому человек, если учесть периодические эпидемии этой болезни, является скоро тупиком, чем резервуаром возбудителя. В природных условиях cj ществование африканских трипаносомозов обеспечивается передо сом возбудителей многочисленными видами кровососущих мух ро да Glossina, включая муху це-це (Glossina palpalis), обитатед рек и озер, основного переносчика сонной болезни, и саванпову! муху це-це (Glossina morsitans) — основного переносчика Т. го desiense и Т. brucei. Дивергенция трипаносом от их общего предка Т. brucei про изошла в связи с разными условиями существования пероносчв ков — речной и саванновой мух це-це. Это не могло пе отразиться и на круге теплокровных хозяев, который не тождествен для обо их форм африканского трипаносомоза. Поскольку переносчики африканских трипаносомозов поля гостальны и атакуют мпогие виды теплокровных, человек можо! вовлекаться в процесс циркуляции, притом весьма интенсивно Так, Р. Н. Manson-Bahr (1951) упоминал об эпидемии сонно! болезни в Уганде, охватившей около 600 тыс. человек и унесшев треть из них в могилу. Со времени образования Всемирной орга- низации здравоохранения, особенно с 60-х годов, когда болыпв* ство стран Африки приобрели независимость, проводится борьб* с трипапосомозами, главным образом путем уничтожения перено* пиков инсектицидами и агротехническими мерами. Эти меры ока* зались достаточно эффективными и привели к резкому снижешь заболеваемости людей, одпако ликвидация африканского трип* посомоза, особенно его савапповой формы, еще далека от Д°сТ жепия. г Древность происхождения трипаносом объясняет существ ние американского трипаносомоза, возбудитель которого ровал от общего с африканскими трипаносомами предка п яп шего совершенно иную экологическую пишу. Помимо возбуди болезпп Чагаса (Т. cruzi), обнаружены сходные, патогеппЫ®^ человека виды (Т. rangeli, Т. ariarii) п близкий к ним лид 1- г si, поражающий крыс и пепатогеппый для человека. Вес птИ папосомозы являются также природно-очаговыми болезням11»
их хозяев, у которых заболевание протекает бессимп- teti.ioKPol'°’e'T gbITb нли весьма широким (Т. cruzi) или узким томно< м.° ‘ переносчиками являются клопы семейства Triatomi- (Т. 1от'ря на широкое распространение триатомидовых кло- dati- [f)?KHoi“i Америке, Африке, Юго-восточной Азпи и Океании, пев в вуцогие из них приняли участие в формировании амери- дишь н ‘TpUDaHOCOMO3a и среди них Triatoma megista («поцелуй- <лоп»), поселяющийся в глинобитных домах в Южной и ,|М” пальной Америке и вовлекающий человека в циркуляцию ^*6 чпггеля болезни Чагаса. Заболеваемость людей в значитель- ной мере снижена благодаря успешной борьбе с переносчиками. 5.3. ЛЕЙШМАНИОЗЫ Вопрос о происхождении и эволюции лейшманиозов подробно освещен в работе А. П. Крюковой и Н. И. Латышева (1966), позднее В. М. Сафьяновой (1982). Разделяя основные взгляды авторов, мы здесь лишь кратно изложим содержание их статей, добавив несколько своих соображений. Рассматривая географическое распространение лейшманиозов, можно заметить, что этот чрезвычайно обширный ареал охватыва- ет четыре материка (исключая Австралию) от субтропического до экваториального климатического пояса. Этот ареал не является сплошным, а состоит из более узких ареалов отдельных возбуди- телей лейшманиозов. Среди нескольких существующих в настоящее время класси- фикаций лейшманий приведем здесь лишь одну — по W. Н. Lums- den (1971), дополненную С. J. Marinkellc, 1980 (табл. 5). В настоящее время лейшмапии являются облигатными транс- миссивными паразитами, адаптированными к биологической пе- редаче москитами. Одна из стадий лейшманий — промастигота (лентомопада, по старой терминологии) — обитает в кишечном тракте москитов, другая стадия — амастигота — проходит в орга- ®®JU0 позвоночного хозяина. Во взаимоотношениях лейшмапии и в»тл1Г10В имеется очень высокая степень взаимной адаптации, сви- МоскиС7В^Ю1^аЯ 0 дРевпоСти их связей [Сафьяпова В. М., 1982]. в(КЛ®ты В л°Ю очеРедь относятся к наиболее древним группам **оскятМЫХ’ <*>0РмиР°вание древних исходных форм настоящих *а®ал1°В пР°исходило соответственно в пермском (250 млн. лет *Ровосос U ГО₽СКОМ (180 млн‘ лет назад) периодах. В то время **• ПослаВИ° ПРОИСХОДИЛ° на широко распространенных рептили- при^д. ® Ра8Делепия Старого и Нового Света эволюция москитов S®fgentom .П0РВОМ случае к образованию родов Phlebotomus п (около 40 млп. лет назад), а во втором — Lutzomyia 19781. 0 да “ Х¥агПсУ‘а [Сафьяпова В. М., 1982; Lewis D. 1, ^еяьстиу 0ВТ10Сти взаимоотношений лейшманий с москитами сви- <1ч,з«ть во ИХ пы₽а>кеп1,ая видоспецифичпость. Этого нельзя *лЦйх) ПоТИП°ТИИ позвопочпь,х хозяев (рептилий и млекопита- М. Сафьяновой (1982), в качестве исходной при- 73
Таблица 5. Классификация лейшманий [по Lumsden W. Н. (1974), дополненная по Marinkelle С. I. (1980)] Комплекс Заболевание Переносчик (москиты) Возбудитель Распространение Известный резервуар Leishmania dono- vani Висцеральный лейшманиоз Рода Pldebotomus, группы major Larroussius L. d. donovani L. cL infantum L. d. chagasi Индия, Китай, СССР Средиземноморье, СССР (Средняя Азия) Южная Америка Восточная Африка Человек, собака Человек, собака, гры- зуны, дикие хищ- ные Человек, собака, хищ- ные Человек, грызуны, хищные Leishmania tropica Кожные лейшма- ниозы Ph. pappatasi, Ph. sergenti L. t archibaldi L. t. tropica L. t major L. t minor L. ethiopica Южная Азия СССР (Средняя Азия), Израиль, Иран, Ирак СССР (Средняя Азия), Афганистан, Ирак Эфиония, Кения Человек Человек, собака, хищ- ные, насекомояд- ные, грызуны (пес- чанки, тушканчи- ки) Человек Даманы Leishmania mexi- Кожные пораже- Рода Lutzomyia, груп- L. m. mexicana Мексика, Гватемала, Грызуны, сумчатые cana ния (болезнь чиклерос и др.) па intermedia L. m. amazonensis L. m. pifanoi Белиз Бразилия Венесуэла Грызуны, опоссумы, лисы Грызуны Heteromys
Leishmania brasil- Бразильский Рода liensis лейшманиоз Lutzomyia дико- Не известно Lutzomyia Лейшмании браза Лейшмании тилий Преимуществен- Sergentomyia реп- но кровен ар а ак- ты ящериц, часть возбудителей обитает в клоаке хозяина G1
L. enrietti Бразилия Морские свинки, ве* I полвозубые, сумча- тые L. b. brasiliensis L. b. guyanensis L. b. peruviana L. b. gamhami L. b. panamensis Бразилия Гвиана Суринам, Бразилия, Венесуэла Перу, Аргентина Венесуэла Центральная Амери- ка Ленивцы Щетинистые крысы Собаки Не известен Ленивцы, обезьяны, хлопковые крысы L. hertigi L. gymnodactili L. adleri L. tarentolae L. agamae L. hoogsrtaali L. ceramodactily L. chamaeleonis L. hemidactily L. zmeevi L. benrici Панама Дикобраз СССР Ящерицы (Турки. ССР) Кения Они же Италия, » » Мальта, » » Израиль Пакистан » » Судан » » Ирак » » Израиль Хамелеоны АРБ, Малагасийская республика Индия Ящерицы СССР Опп же (Туркм. ССР) Мартиника » >
нимается двучленная система: предки москитов —- паразитиру10т ’ в их кишечнике промастиготы (предки лейшмапий) подобно * ществующим в настоящее время системам: насекомые отпя?’ Diptera, Aphaniptera, Hemiptera — паразиты рода Leptomonas ( и Leishmania относятся к семейству Trypanosomatidae). След/* щпм этапом взаимной эволюции (до разделения Старого ц Нои Света) служит появление кровососущих предков современных китов и предков современных лейшманий. На этом этапе кро/" сосущие москиты паразитировали в основном на древних рент» лиях. Об этом, в частности, говорит находка в горных района* Ливана москита возраста около 120 млп. лет. Короткий хоботов у москита свидетельствует о том, что он сосал кровь рептилий Таким образом образовалась уже современного типа трехчленная паразитарная система: москит — лейшмаиия — позвоночное. Поз- же, но также до разделения Старого и Нового Света, вероятно произошло разделение лейшмапий па адаптированных к рептили- ям и древпим млекопитающим соответственно паразитированию москитов на представителей этих классов животных. Таким обра- зом образовались специализированные системы, например моски- ты рода Sergentomyia — L. gymnodactyli — современные ящерицы или москиты рода Phlcbotomus — L. donovani — современные мло- копитающие, включая человека в Старом Свете, москиты рода Lutzomyia — L. brasilionsis (или L. chagasi) — млекопитающие, включая человека. Эволюция паразитарных систем за счет боль- шей специализации звена позвоночных хозяев протекает и сейчас. Это, видимо, приводит к появлению новых подвидов и видов лей- шмапий. Для человека патогенны только те виды лейшмапий, который адаптированы к млекопитающим. В организме хозяина амастиготы этих лейшмапий ведут себя как внутриклеточные паразиты, пора- жающие систему гистиоцитов. Одни виды лейшмапий адаптиро- вались к паразитированию в клетках кожи и слизистых оболочек (возбудители кожных и кожно-синовиальных лейшманиозов)» а другие — в клетках кроветворных органов (возбудители впсц£ ральпых лейшманиозов). По отношению к лейшмапиям рептилия эти возбудители представляют отдельную серогруппу [Сафьяпо- ва В. М., 1982], L. major (возбудитель остронекротизируЮ1ПегО кожного лейшманиоза), L. acthiopica (возбудитель кожпой Ф°Р* мы) и L. infantum (возбудитель висцерального лейшмапиоэа/ и все виды лейшманий Нового Света обусловливают существ0® пне природных очагов лейшманиозов, тогда как L. tropica (В будитель поздпоизъявляющейся формы кожного лейшмаппо • L. donovani (возбудитель болезни кала-азар) — аптрополозн очагов. Таким образом, все лейшманиозы возникли независимо ° ловека и задолго до его появления. gm- С появлепием человека открылись новые пути эволюции ; маний. В первобытных стоянках человек мог лишь случаи»1 ражаться лейшманиозами, но с переходом к оседлому образу 76
боазованием крупных населенных пунктов происходила до К ° адаптация лейшмании к организму человека и пеко- болве т°сиаотпых. В условиях городов эволюция паразитов шла Путями- , дврш случаях произошли более резкое усиление дерматроп- В Я“лств возбудителя и строгая адаптация к организму чело- ||Ых сж> * среднеазиатский кожный лейшманиоз, распростра- v®Ka- ft в крупных древних городах Средней Азии, Индии, Ирана, ценны ростока, древность которых исчисляется тысячелетиями, т^им образом, появление крупных поселений в природных оча- Т кожного лейшмапиоза привело к возникновению повой болез- гоХ__ родской эпидемиологической формы кожного лейшманиоза. Хавакторна эволюция болезни в сторону увеличения длительности: паевого периода. Вряд ли это случайное явление. Меньшая воз- можность передачи кожпого лейшманиоза от человека человеку, чем передача этой болезни между грызунами, объясняет длитель- ность заразного периода и более хроническое течение ее у чело- века. Естественно, что эта особенность является результатом из- менчивости и отбора штаммов лейшманий, способных вызвать бо- лее хроническое течение болезни. По-видимому, кожный лейшма- ниоз в Северной Африке является результатом подобной жо иполюции в сходных экологических условиях. Вторая ветвь эволюции лейшманиозов характеризуется усиле- нием висцеротроппых свойств паразитов, в результате чего воз- ник ряд новых болезней. Адаптация к организму собак привела к возникновению средиземноморского висцерального лейшманиоза, при котором человек является вторичным резервуаром инфекции. Дальнейшая адаптация лейшманий к организму человека приво- дит к образованию среднеазиатского висцерального лейшмапиоза, когда человек является уже пе вторичным, а самостоятельным резервуаром инфекции, и, наконец, к образованию индийской бо- У кала"аааР’ свойственной только человеку и не поражающей Эти процессы еще пе окончились, и последние три заболевания пейь1^ТСЯ как 0ТДельпыми этапами эволюции висцеральных 5.4. КИШЕЧНЫЙ АМЕБИАЗ ЛИРГЬ Удивляться тому, что средн возбудителей кишел- нцц Фикций имеется немного протозойных организмов, как рав- *ЧЮ»Вых °М И Попатогвипь1х паразитов кишечника, ибо у тепло- ты, Особ*ИП°ТИЬ1Х паселяют кишечник многие кишечные парази- ’’Мрученп311110 8Т° отпосится к травоядным, в том число человеком. Одпако это остается фактом, требующим балантидий! К₽°Ме Дизентерийных амеб Е. histolytica, лямблий, Г4-«Л^"ТЛ°_мопад’ которые признаются патогенными фор- а а®миого б° пазвать enJe непатогенного паразита Entamoeba coli лиэких к пей видов или, может быть, разновидностей,
не считая случайно попадающих простейших, нередко обнап ваомых в кишечнике. Возможно, однако, и другое толкование похождения амебной дизентерии. В. Л. Якимов (1981) счи^ что амебиаз и в настоящее время является зоонозом, поражаю*^1' свиней и человека. Он приводит ряд данных в пользу иденти?^ стн амебиаза свиней и человека, основанных на биологичек0' /свойствах паразитов и эпидемиологических данных. Если эти п**** пые подтвердятся, то придется признать, что одним из источпи .амебной дизентерии является амебиаз свиней, от которых пар/0* перешел к человеку, причем амебы первоначально приобрели п* тогенпые свойства для свиньи, а затем адаптировались к орган/' му человека. Однако эта точка зрения требует еще серьезных пл казательств. Можно предположить существование обратного ппп цесса. ро’ 5.5. МАЛЯРИЯ Всеми исследователями, изучавшими происхождение малярик единодушно признается, что малярия эволюционировала вместе с человеком, будучи получена им от его обезьяноподобных предков. Доказательствами этого служат следующие факты. Возбудите- ли малярии — строгие паразиты человека, а ближайшими родст- венными им видами являются возбудители малярии обезьян. Не- которые из них могут вызвать инфекцию человека. В целом же плазмодии представляют довольно обширный род, входящий в еще более обширное семейство кровеспоровиков. Все они характери- зуются тем, что являются паразитами одного или немногих близ- ких видов животных. Несмотря на то что в ходе эволюции человека многократно изменялись условия жизни людей, эти перемены не отражались существенно на распространении малярии. Всегда известная часть человечества проживала в эндемических местностях. Эволюция малярийных паразитов происходила преимуществен- но по пути дальнейшей узкой специализации, в результате кото- рой образовалось 4 вида плазмодия (Plasmodium vivax, Р. falci- parum, Р. malariae, Р. ovale), приспособленных к определенны^ эколого-географическим условиям. Один из них, Р. vivax, имеет в настоящее время две разновидности, вызывающие заболевав^ с коротким и длинным периодами инкубации. Первая из этих раз- новидностей распространена преимущественно в северных шпр тах, где в течение короткого летнего сезона имеется одна в немного генераций малярийных комаров и, таким образом, в чепио года может произойти только один полный оборот паравя^ по циклу человек — комар —- человек. Естественно, что в этих . ловпях короткий инкубационный период и раннее проявление I цидивов малярии приводят к тому, что заразный период ПР дится па осенне-зимнее время, когда переносчики пеактив и поэтому малярия с коротким инкубационным периодом не жет укорениться в северных широтах. Появление разновидв 78
о плазмодия, вызывающей заболевание с длинным ин-- цаляРвй° 1М периодом, таким образом, явилось результатом ес- «О^того отбора, в итоге чего эта разновидность малярии смог- тсСТПЛипвш1УТЬСЯ далеко на север. ля Лысенко и соавт. (1977) дали следующую схему соот- ** ся первичных приступов и рецидивов при малярии, вызы- побели мя разновидностями (штаммами) Pl. vivax. Для объ- ®а° ия этих феноменов авторы выдвинули следующие постула- ЛС?еП 1) виеэритроцитарпая шизогония является прямым. ТЫ ш-лическим процессом, в результате чего спорозоиты развива- 1,е я асинхронно; 2) спорозоиты полиморфны, поэтому и продол- •Юйт0Льпость внеэритроцитарпой стадии также разнообразна; 3) эта мдолжительность контролируется несколькими локусами генома павмодия, в связи с чем поколения спорозоитов имеют разные* Лепотипы/ а именно тахиспорозоиты и брадиспорозоиты, которые* обусловливают ранние или поздние проявлепия малярии. Если считать местом возникновения Pl. vivax Юго-Восточную Азию и предположить, что здесь заболевания и рецидивы были по типу чессоповского штамма, то при продвижении в умеренный поло возбудитель дал начало бимодальному типу активности, со- ответственно южному и северному типам, т. е. малярии с корот- ыш и длинным инкубационными периодами. Упомянутые особенности малярийной инфекции и ее возбуди- телей, а также сопряженность их эволюции с эволюцией человека и объясняют распространение малярии на всех материках. Евро- пейцы, открывшие Америку, не только встретили там малярию, во и ввезли в Европу из Америки применявшееся туземным на- селением лечебное средство — хинную кору. Свидетельства о су- ществовании малярии встречаются в древнейших документах, а в сочинениях Гиппократа имеются уже описания всех трех клини- ческих форм малярии и малярийной комы. В дореволюционное время малярия была широко распростра- нена па большей части территории России, простираясь до 64° се- вервой широты. Хотя точных данных о заболеваемости малярией и Э*)М пеРи°Д° не было, однако ежегодная заболеваемость маля- рией на территории России составляла не менее 5 млн. человек В связи с большими миграционными процессами в годы *анской войны заболеваемость ею еще больше возросла, и по- 3я^ЧтСопетскому правительству досталось очень тяжелое пасле- ну 10тР°новались срочные меры для обеспечения лечения боль- на Для чего были выделены специальные ассигнования авд ХИиина» в то время единственного средства для лече- 1*П1енцяК0 °ТИ ЧеРы экстренного порядка были недостаточны для Дяитиве рР^ДПой пР°^лемы борьбы с малярией, поэтому по ини- кения СССР Марциповского Народный комиссариат здравоохра- болеэ 1920 г- организовал в Москве Институт протозой- п химиотерапии, реорганизованный впоследствии в медицинской паразитологии и тропической медицины. 79
Этот институт с первых дней своего существования стал и организационным центром по борьбе с малярией в стране чение последующих лет были созданы аналогичные институт ** большинстве советских республик, организована сеть против *** лярийпых станций и пунктов, которая, опираясь па общую медицинских учреждений, проводила планомерную борьбу с °Ть лярией. После того как был налажен удовлетворительный ya**' заболеваемости малярией, выяснилось, что заболеваемость ат I инфекцией ежегодно достигала нескольких миллионов, ц в отдел пые годы (серодппа 30-х годов) даже превышала 10 млп. заболи ваний в год, * В 1934 г. Советским правительством был утвержден план ппл. филактических мероприятий против малярии па всей территории СССР. Этим планом предусматривались обследование населения в районах распространения малярии и активное выявление больных и паразитопосителей, проведение систематического и нротпворо. цидивного лечения, уничтожение личинок малярийных комаров ядохимикатами и гидромелиоративные мероприятия в районах за* болевания, защита от окрыленных комаров. Помимо медицинской сети, к проведению этих мероприятий привлекали хозяйственные организации и колхозы. Большое значение для организации эффективного лечения больных малярией имело освоение отечественной промышлен- ностью производства химиотерапевтических препаратов — акрихи- на, плазмоцида, бигумаля, хипоцида и различных инсектицидов. Постепенное спижение заболеваемости малярией было прор- вано Великой Отечественной войной. Массовые миграционные про- цессы, нарушение нормальной хозяйственной деятельности и раз- рушение сети медицинских учреждений привели к тому, что пос- ле войны заболеваемость малярией вновь увеличилась и достигла 3,4 млн. случаев в год. По к этому времени отечественной про- мышленностью было освоено массовое производство инсектицидоВ| а позднее —- эффективных химиотерапевтических препаратов. Широкое применение этих средств при наличии мощной и раз- ветвленной сети противомалярийных учреждений резко ускорил0 темпы ликвидации малярии. Уже в течение 50-х годов малярия перестала быть массовым заболеванием; в 1958 г. было зарегпсг рировано лишь 2500 больных малярией, а в 1960 г. стал годо практической ликвидации малярии на всей территории СССР. Таким образом, в исторически короткие сроки малярия бы* ликвидирована во всех районах пашей страны. . ( Малярия и поныне остается одной из серьезнейших ПР° мирового зравоохрапепия, оставаясь па первом месте СР0^^ лезней протозойной этиологии, По примерным подсчетам, в U " 1956 гг. малярией ежегодно болело свыше 250 млп. 11асеЛ®мй. Земного шара, из которых около 2,5 млп. человек ежегодно } рало от этого заболевапия. 8Ь.ца» Основным районом распространения малярии являются ториальпо-субэкваториальпая зона, по и до сих пор многие 80
Рис. 6. Распространение малярии в 1978 г. (по данным ВОЗ). 1 — районы, где малярия исчезла или ее никогда не было; 2 — районы ограниченного риска; 3 — районы распростра- нения малярии.
ны тропиков и субтропиков и даже умеренного климатич поясов поражены малярией. вс*ог& Лишь в последние годы борьба с малярией в странах жа климата стала проводиться более успешно и несомненно пол тельную роль в этом деле играет Всемирная организация здп^* охранения (ВОЗ), которая разработала координированный п ликвидации этой болезни во всем мире, однако программа ocv ствляется с большими трудностями, так как основные усшш е‘ материальные затраты должны быть проведены националы^ 1 службами здравоохранения, а объем их колоссален: по примет»** подсчетам, стоимость выполнения программы ликвидации маляп^ во всем мире превышает 1,5 млрд, долларов, причем 90% стоимости должны быть затрачены на оперативные расходы п осуществлению национальных программ [Brus-Qat D., 1961], 6 Фактическое положение с малярией в настоящее время п» внушает чрезмерного оптимизма. На приведенной карте, взятой из эпидемиологического бюллетеня ВОЗ (рис. 6), видно, что ма- лярия ликвидирована лишь в странах с умеренным климатом и & небольшой мере в странах с тропическим климатом. Комплексный подход к борьбе с малярией включает использование (сейчас н.п в перспективе) химиопрофилактики и химиотерапии, вакцпи а также ликвидацию переносчиков. Изменение окружающей сре> ды под воздействием аптропогенных факторов сказывается на иэ* менении экологии переносчиков. Так, в некоторых районах Ипдпв уменьшилась роль Anopheles culicifacies. В местах хранения во* ды в искусственных резервуарах возросло эпидемиологическое значение Ап. stephensi. Растет резистентность переносчиков к ин- сектицидам. Все это вызывает необходимость расширения несло* довапий по борьбе с переносчиками как в направлении поиск новых инсектицидов (имагицидов и ларвицидов), так ив облает! биологической борьбы: патогены (спорообразующие бактерии Ba- cillus thuringiensis, нематоды Romahomermis culicivorax, гриб*» Culicinomyces, Collomomyces, Lagenidium, Leptolegnia, Metarhir- um), хищники (личинкоядные рыбы родов Gambusia, Tilap^ Poecilia), изменения условий окружающей среды (уменьшение1 ликвидация мест выплода, изменение зоофильности путем cooj ветствующего содержания крупного рогатого скота), гепетическ^ контроль, например выпуск хемостерильпых самцов [Pant Ь. et al., 1981]. Глава 6 ГРИБКОВЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ Среди инфекций наружных покровов грибковые забоя являются наиболее многочисленной группой. В настоят® ^<1 насчитывается несколько сотен патогенных грибов, вызь заболевание человека. Грибковые заболевания можно поДР па следующие две группы. 82 1
епХностпые дерматомикозы: эпидермофитии, микроспо- 1. -осЬитии, парши, трихоспории и сходные заболевания, вы- ptff- другими видами грибов. умМе>!, убокие, диссеминирующие и системные микозы: бласто- ?эы ‘споротрихозы, мадурамикозы и другие сходные заболе- ко пе все заболевания изучены, в связи с чем данные о Д^ожденпи их во многих случаях лишь предположительны. °₽<п гтосам эволюции паразитизма у грибов посвящены работы А Наум*ова (1939) и В. Ф. Купревича (1940), в которых авто- 1 ’• А' ссматрпвают главным образом эволюцию фитопатогепных в лвшь слегка касаются эволюции грибов, паразитирующих ** животпых п человеке. Основные идеи этих работ заключаются в сяадующаМ’ м , Грибы характеризуются выраженной изменчивостью (плеомор- |Ъкзыом) и наличием активных внеклеточных ферментов. Сапро- ^птвые грпбы размножаются на отмерших растениях. Поселяясь на отмерших частях листьев и ветвей, они доходят до границы с живой тканью и паразитируют здесь. В процессе естественного отбора могли возникнуть виды, паразитирующие на живых тка- нях, что давало грибам определенные преимущества в борьбе за существование. В ходе дальнейшей эволюции такие факультатив- пыв паразиты могли стать строгими паразитами. Основными пу- тами эволюции являлись: расширение или сужение круга питаю- щих растений, сокращение или утрата сапрофитной стадии и рас- ширение паразитных стадий. Эти положения могут быть в известной мере применены и к эволюции зоопаразитических грибов. 6.1. ПОВЕРХНОСТНЫЕ МИКОЗЫ Среди грибковых заболеваний человека выделяется большая (руина поверхностных дерматомикозов. В состав этой группы *одят многочисленные виды, отличающиеся по положению в сис- чопаж^ (.ГРИ®ОВ> по интенсивности и глубине вызываемых ими зу И ло степени приспособления к паразитическому обра- пМ1Ми*УДаТ0ЛИ попеРхпостпых дерматомикозов относятся к раз- ладяютея°МПТи'1еСК1Ш гРУппам- Йз класса Phykomycetes таковыми класс* л Мпогочцслеиные представители порядка Mucorales, из конец SComycetes — Protascales, Plectascales, Ustilaginales, на- бог^11 1I0CODePuleHHbIX грибов имеются многочисленные по- ,ц*х Дерм&ГЬ10 паРазитическими видами. Возбудители поверхност- {^врнзуютмикозов имеются среди систематических групп, ха- ®°лее Дровн ИХСЯ Разп°й филогенетической древностью. Наряду с ’’‘‘•Ются ц хитРидиевыми грибами паразитические грибы "₽»Мэр р] “ Филогенетически наиболее молодых группах, как, на- * ^Даснтьс SC г 8 ^урсапов Л. И., 1940]. Поэтому можно впол- ft. ,ъся с Г. А. Наумовым (1939), что паразитические свой- 83
ства зарождались в различных группах независимо, в разл эпохи, следовательно, в разных условиях, а поэтому слуЧа^^ никповения паразитизма у предков ныне живущих грибов как и у них самих, должны быть очень многочисленными перехода от сапрофитизма к паразитизму — очень разнообразя^ Не менее пестрая картина получается и при сравнении и сивности и глубины поражений, вызываемых паразитиче?^ грибами, Трихоспории и трихомикозы являются примерами в** зитирования грибов на поверхности кожи и волос с нсзпачпт" иыми повреждениями последних. В сущности эти грибы быть признаны сапрофитами, питающимися отмирающими тка? ми и выделениями кожи — потом и салом. Дальнейшей ступой паразитизма являются некоторые микроспории и трихофитии mJ которых поражаются только волосы, или эритразма, при котом грибы развиваются в самых поверхностных слоях эппдеринц Другие виды Microsporon и Trichophyton поражают более г.туб> кие слои кожи, вызывая воспалительную реакцию. Наконец парша и некоторые виды стригущих лишаев, вызывающих поражу пия типа kerion celsi (глубокой трихофитии), характеризуются проникновением грибов в толщу кожи с развитием иптенсиппо! воспалительной реакции. Указанные примеры являются как b отдельными этапами развития паразитизма от полусапрофптпш форм, вегетирующих па поверхности кожи, до паразитов, внедря- ющихся в глубокие слои кожи. Среди паразитических грибов встречаются виды, строго при- способившиеся к организму человека или отдельных видов та- вотных, узкоспециализированные формы (различные виды Epldff- mophyton, ряд видов Trichophyton и Microsporon, возбудитель** ловеческой парши) и виды, патогенные для человека и одной или многих видов животных (возбудители стригущих лишаев* многие виды Trichophyton и Microsporon). Наконец, степень паразитизма выражена по-разному у разлн* пых грибов. Наряду с такими строгими паразитами, как Р°* Epidermophyton, Microsporon, Trichophyton, имеются факультатив мо-паразитические виды, ведущие обычно сапрофитный ДОР жизни (роды Mucor, Aspergillus, Penicillium и др.) или парйзн^ рующие на растениях (Ustilago zeae, Graphium ulmi). Учитывая изложенное выше, можно следующим образом ПР£ ставить эволюцию возбудителей поверхностных дерматома 1. Некоторые виды поверхностных дерматомикозов чел получепы им от его предков. Хроническое, иногда DOH<U3opa|or течение этих дерматомпкозов, поверхностный характер п Уд, пий, вызывающий слабые реакции со стороны макроорга способствовали тому, что даже при редко наступавшем, контакте обеспечивалось заражение, и данный паразит и шансы укорениться среди особей вида, являющегося эго х При этом даже изменения условий жизни людей, которь место на протяжении эволюции человека от обезьяно ' предков до современного общества, не могли существе 84
пострапению паразита среди людей. Следствием давности Ра (яд такими видами паразитических свойств явились птадия гриба к организму человека и утрата способ- стр°гя дпаэитировать на других видах животных. По-видимому^ 1.<»стЛ паи является результатом подобной эволюции паразита. Э^,ГГ^Й*СГО sporon minutissimus является строгим паразитом чело- | ряб кддпзующпмся преимущественно в области половых орга- * ы0Жет являться косвенным доказательством древности его нов, ^дедепия, так как при малой выраженности общения между человека половой контакт являлся наиболее падежным 0|,0*дбом распространения подобного вида паразита средп его хо- Возможно, что таким путем возникли некоторые эпидерме- пгтяя отрубовидпый лишай, трихоспории и другие поверхпост- ыо дерматомикозы, Не случайно все эти паразиты вызывают по- йерхиостяыо поражения с хроническим течением. Проникновение р более глубокие слои кожи, может быть, и давало более обиль- ную пищу паразиту, одпако оно неизбежно приводило к развитию воспалительной реакции, обострению инфекции, выработке имму- нитета, что, разумеется, не способствовало сохранению паразити- ческого вида. Поэтому в ходе естественного отбора выживали ви- ды, вызывающие поверхностные поражения с хроническим тече- нием и мало выраженной воспалительной реакцией организма, о результате чего и укоренились существующие в настоящее вре- мя поверхностные дерматомикозы типа эпидермофитий. 2. Другие виды поверхностных дерматомикозов получены че- ловеком от прирученных им животных, а также от синантропных грызунов, заселивших жилища. Имеются все основания полагать, что парша, большинство трихофитий и микроспорий возникли именно таким образом. Эти дерматомикозы широко распростране- ны средн домашних животных и синантропных грызунов. Из 60 мдоВ и разновидностей рода Tricophyton 45 являются парази- тамп животных, окружающих человека. Из них к наиболее рас- ростраиеппым относятся: Т. gypseum (паразит лошадей), Т. fe- $5аРазит кошек и собак), Т. faviforme (паразит рогатого Юяю 4/110 так >Ке из 30 видов и разновидностей грибов Mic- ц 1 являются паразитами коров, лошадей, собак, мышей дК?В0?ПЬ1Х- Из 8 возбудителей парши два вида (Оозрога пао Achorion gypseum) — паразиты мышей и кошек, A. galli- >тн Л" ПаРпзит КУР 11 A. passerinum — паразит канареек. Все ТОП или иной степени патогенны для человека. Несом- <г>*рвмон апачительпая часть этих болезней поражала предков ,,РостранеЫХ Домашних животных, так как стригущие лишаи рас- Ммо услопт1 Ц сР0Ди диких животных. Приручение животных со- для образования новых видов, так как, по-первых, •'’«вив, е>кду домашними животными более выражен, чем между ^ого7гТ°РЫХ’ в повых биоценозах создалась условия для сц0СоЛМепа паразитами, что способствовало и в настоящее иуот видообразованию. Не удивительно, что данная 1лУ°т видами и разновидностями. Обилие мелких раз- 85
ттовидностей свидетельствует о том, что видообразование ъ жается и сейчас и притом весьма интенсивно, в связи с запные выше три рода грибов (Trichophyton, Microsporon, А он) являются биологически прогрессирующими группами/ ° Контакт человека с животными привел к тому, что » виды адаптировались к организму человека, став затем ctdq01^ его паразитами и потеряв способность паразитировать па пых. Многочисленные трихофитии и микроспории, а также ч**1* веческая парша являются результатом этого процесса. В Нас°л°‘ щее время трудно установить, какие виды стригущих лишаев потных послужили источниками происхождения стригут?* лишаев человека. Можно предполагать, что парша человека изошла от парши собак. Между трихофитиями рогатого скота^ человека существуют промежуточные формы, связывающие эЛ заболевания. Однако эволюция трихофитии и микроспорий чело- века и животных зашла достаточно далеко, так как даже морфо- логически антропонозные и зоонозные виды легко отличимы. Эго свидетельствует о сравнительно давнем происхождении стригущм лишаев человека. В пользу такого предположения свидетельствует еще одна особенность стригущих лишаев: зоонозные трихофитии и микро* спорил у человека протекают остро, дают глубокие поражения с выраженной реакцией; антропонозные трихофитии, протекая хро- нически, поражают поверхностные слои кожи и не сопровожда- ются резкой воспалительной реакцией. На примерах эпидермофи- тий и эритразмы было показано, что такого рода течение инфек- ции более благоприятствовало сохранению паразитического вида И это указывает также на древнее, относящееся к ранним этапам развития общества, происхождение стригущих лишаев человека, которые сформировались вслед за приручением животпых, явив- шихся источниками возникновения человеческих трихофитий а микроспорий. Необходимо осветить, как протекала дальнейшая эволюцД1 стригущих лишаев и как шло возникновение новых видов. Появившиеся возбудители антропонозных трихофитий и №* роспорий, укрренившись среди людей, явились биологически грессирующими видами. Это видно из того, что данная грУ^ возбудителей • представлена многочисленными видами и разповяг ностями. пЯ> Расселение людей по земной поверхности привело к nonDJIGfllIj географических рас и разновидностей грибов. Наряду с повсеместно распространенными видами, как Microsporon aua и Trichophyton crateriforme, существуют многие местные Ф0!* Т. camerounense, Т. ceylonense, Bodinia abessinica и ДР- мы возникают пе только в развитом обществе, по сУ£ЦеСТПр1(док. и в условиях доклассового общества, о чем говорит обили0 обнаруженных в тропических странах среди пародов, еШ0 * находившихся на ранних стадиях общественного развпти ствие изоляции от< остального мира. 66
Kv условия, вызвавшие появление антропонозных три- .микроспорий, в дальнейшем почти не изменились, об- хоф*1*1^ ^стригущих лишаев человека от соответствующих видов, 'х заболевания животных, происходило и на более позд- ’гызьи»а15 4 развития человеческого общества и, по-видимому, пиХ °тпд я и в настоящее время. Этим можно объяснить су- (1роДОя,кйиЯ0 промежуточных между человеческими и животными шести®®1 ^будителей трихофитий, как, например, Т. cerebriforme, пидойв,® । которые R. Sabouraud (1936) выделил в отдельную- Т. Д*1* у занимающую промежуточное положение между вида- 11<>ДГ крупными спорами (возбудители болезпей животных) и мел- ““ши спорами (возбудители болезней человека). .3 Третьи формы поверхностных дерматомикозов возникли в. аультате приспособления сапрофитных видов грибов к парази- ₽иооианию на кожных покровах человека. Среди возбудителей' !срМатомякозов человека встречаются как облигатные, так и фа- культативные паразиты и даже сапрофиты. Работами советских дерматологов и микологов показано, что некоторые свободпожи- кущпе сапрофитные и фитопатогеппые грибы могут вызывать кожные заболевания у человека и у животных; Наглядным тому примером являются плесени родов Aspergillus, Penicillium, Mucor, Rhliopus. Эти грибы являются свободноживущими сапрофитами, развивающимися на влажных органических субстратах и вызы- вающими их плесневение. Попадая в ослабленный организм, опп могут явиться возбудителями заболеваний легких (легочные ми- козы). Эти же грибы были обнаружены в естественных полостях* организма как причина воспалительных явлений (отомикозы), наконец, иногда они могут вызывать поверхностные дерматиты и* белее глубокие поражения кожи. За последние 40—50 лет также описаны многочисленные единичные случаи поверхностных и глу- боких микозов, вызываемых грибами Oospora, Acladium, Acaulium Ыопозрога, Discomyces, Ghalara, Pullula, Arthrographis, Catenuaria Др. Некоторые из пих являются случайными паразитами чело- е*®- Например, гриб Graphium ulmi — патогенный паразит вяза, ФВД Ustilago zeae — паразит кукурузы, оба они могут вызывать 1аЬк1|Т0ИИК03Ь1 У человека. Дрожжеподобный гриб Saccharomyces пепио встРе'10101Пийся на фруктах и в сиропах, является несом- ®°яевапаПР0^)ИТ0М’ по он пеРеДК0 вызывает профессиональное за- У кондитеров— «красную кайму губ». Факультативный .цда из М ЭТИХ„ВИЛ°В доказан. А. А. Кондратьева (1941) выде- грибов виешной среды несколько десятков разных дрожжевых “•Котовы ИЗУЧИЛа патогепность их для лабораторных животных. Кро1ЛгкфВ^_из Пих оказались патогенными для морских евпнок и* Массово ВЫзЬ1вали У иих сепсис при внутривенном введении. Д* Случаев пРВмепение антибиотиков привело к увеличению чис- 0бъясаПДИДОЗОВ- асп°Ргиллезов И ДРУГИХ микозов. Это яв- ’УРеоцдцц Няется стимулирующим влиянием стрептомицина, лР°Я«КеподобЛ Других антибиотиков в малых дозах на развитпо- *ых п других грибов, часто обнаруживаемых в орга- 8Г
низме человека и относящихся к условпо-патогенпым Пап слизистых оболочек, а также ослаблением защитных реакшАТа,< гаппзма при приеме антибиотиков [Кашкип П. II., 1950j новые поражения при этом имеют разный характер: очаговы ппссемипироваппые поражения кожи и слизистых оболочек° тпческие заболевания и поражения внутренних органов п’ стициальпые бропхоппевмонии, поражения нервной системы Необходимо также отметить профессиональные микозы работав ’ заводов по производству антибиотиков. Таким образом, некоторые виды сапрофитов являются иатог пымн для человека и животных еще до того, как становятся пати зитамп. Этот пародоксальпый па первый взгляд факт па сам* деле не является необычным. Как уже указывалось, сапрофитц^ грибы, вегетирующие на гниющих субстратах, отличаются вы^ кой ферментативпой активностью. Многие из них выделяют высо- коактивные антибиотики (пенициллины, тетрациклины), что сле- дует рассматривать как вырабатываемые в ходе эволюции приспо соблепия, обеспечивающие подавление конкурирующих с пимл сапрофитных бактерий и грибов. Некоторые вырабатываемые гри- бами вещества, биологическое назначение которых пока поясзд оказываются весьма токсичными для человека, и попадание втп веществ в организм человека и животных вызывает тяжел» отравления (алиментарно-токсическая алейкия, стахиботриоюь коз). Наконец, некоторые виды грибов (Penicillium, Aspergillus| являются сильными аллергенами, вызывающими у человека петы;. Таким образом, многие сапрофитные грибы обладают пастолъг выраженной биологической активностью, что, попав в оргапшм человека, могут развиваться в тканях, вызывая заболевания. Выраженная биологическая активность и способность разви- ваться в тканях делают возможным превращение сапрофитов > паразитические виды с последующей частичной или полной поте реп сапрофитных свойств. Таков третий путь возникновения дерматомикозов человек* Недостаточная изученность эпидемиологии большинства дермате микозов пе позволяет уточнить условия их формирования, хотя 1 некоторых случаях эти условия становятся понятными. Упомий* шаяся выше «красная кайма губ» — профессиональный дор кондитеров — может служить примером возпикповепия повой_ лезни путем прпобретения дрожжеподобными грибами пар°8 ческих свойств. Решающим условием возникновения этого ДОР юза является характер производства, способствующий Т0С~^ контакту людей с биологически активным грибом, стаповяш факультативным паразитом. ц0| Можно предполагать, что некоторые эпидермофитии в°* именно таким путем. Например, Epidermophyton interdigda будитель межпальцевой эпидермофитии, по-видимому^ ПР° ‘ рр от сапрофитных грибов, распространенных во внешней СР шающим фактором его возникновепия явилось пошеппе Sj При повышенной потливости межпальцевых складок созД 88
. лгопрпятпые для размножения грибов, так как увели- ,я(Пость благоприятствовала развитию гриба, а пот и лспия явились хорошим питательным субстратом для- ’’Прихотливого организма. Адаптировавшись к этим усло- вного иС* Последствии мог проникать сначала в эпидермис, а за- iiiflM* ^одее глубокие слои кожи. Естественный отбор закреплял П'Я Я UftCTDa в результате чего гриб вначале сапрофитный стал ?св ^таческпм. Возможно, что тропические ахромии и другие Микозы возникли именно таким путем, причем троппче- вызывающий усиленную потливость, сыграл в дан- ^^лучао не последнюю роль. Надо полагать, что в зависимости ’ П>< встных условий такими путями возникли в прошлом и воз- °Т ют в настоящее время многие поверхностпые дерматомикозы. пбалио отдельных форм этих заболеваний, вызываемых возбуди- °лямв, которые относятся к различным систематическим группам,. Г наличие местных форм, встречающихся в разных странах, до- казывают, что это предположение но лишено оснований. 6.2. ГЛУБОКИЕ И СИСТЕМНЫЕ МИКОЗЫ Конкретный апализ происхождения диссемпппрующих и си- стемных микозов затруднителен вследствие малой их изученности. Наиболее изучено происхождение мадуромикозов (мицетома- стопы). Эти хронические заболевания широко распространены преимущественно в тропических странах и поражают в основном местных жителей, ходящих босиком. К настоящему времени опи- сано более 70 видов возбудителей. Некоторые из этих видов яв- ляются строго паразитическими видами, другие — считаются фа- культативными паразитами. Около половины из них относятся к ьктнномицетам. Собственно мадуромикозы (наличие в гное хла- мидосоор) этиологически связаны с грибами родов Madurella U5 видов), Indiella (5 видов), Glenospora (6 видов), а также lorula, Scedosporium, Cephalosporium, Allesclieria, Pseudallesche- rium Mucor, Acremonium, Oospora, Aleurisma, Monospo- u T*K°e обилие возбудителей, относящихся к различным систе- **аипчС1!ИМ гРУппам> весьма знаменательно и дает ключ к пони- М\1г?<:'ловий возникновения болезни типа мадурской стопы. »ВкиопаУР0МПКО8ы в03пикают в результате травмы стопы и про- верив еППл U ткпии патогенных грибов. Надо полагать, что пеко- 'Истаыми"'^Птели мадуромикозов до сих пор являются сапро- ***-ТУРомп /,икУльта'гпвпо-патогсппымп видами. Формирование Ko:,oui по-впдпмому, шло по пути, аналогичному обра- т ио дР°ЖЖевой каймы губ, межпал ьцовой эпидермофитии, и Т° пдаптанпп сапрофитов к паразитированию в тканях. » X' У0Ло«иСм было появление крупных населенных пуяк- й *Ысо^Х пеР°Дича возбудителя от человека к человеку ста- рой степени вероятной, так как хроническое течение 8Э
•болезни и выделение вместе с гноем спор грибов, ограцИч загрязняемой территории, стойкость спор, способных длт611110^ •сохраняться в почве, обеспечивали существование стойки/**0*1** мнческих очагов этой раневой инфекции с передачей возбу^^' • через почву. Эти условия были такими благоприятными дп110,1* хранения паразитических видов, что по такому пути пошл Я °0’ люция многих видов грибов, относящихся к разным система ским группам. По-видимому, образование новых паразитичоТ** .видов продолжается и в настоящее время, и обнаруженные гочисленные возбудители мадурской стопы —это разные эт адаптации грибов к паразитическому образу жизни. Тяжелы/^ циально-экопомические условия, в которых живет населенно вивающихся стран тропического пояса (многие из таких сто лишь недавно добились независимости), отсутствие медицинской помощи населению, хождение босиком вследствие невозможности приобрести обувь приводят, при наличии больных, к загрязнению почвы городов и поселков, к образованию стойких эндемичищ очагов мадуромикозов. Бластомикозы, хромобластомикозы, а также сходные с нимк заболевания типа глубоких, диссеминирующих и системных мп- козов являются дальнейшим этапом эволюции патогенных грибов с развитием специализации. К сожалению, они изучены настолько мало, что трудно сказать что-либо определенное об их происхож- дении. Заболевания людей встречаются сравнительно редко, в di* де спорадических случаев, причем коптагиозность их по доказана. Многие из бластомикозов строго эндемичны. Известны, например, европейский и американский бластомикозы, а южноамериканское гленоспорозы встречаются только в определенных местностях. То же можно сказать о хромобластомикозах, гормодендрозах и веко* торых споротрихозах. Эти заболевания характерны для сельскою населения. Все это невольно наводит на мысль о зоонозном й происхождении. Зоонозный характер некоторых глубоких и сис- темных микозов, таких, как эпизоотический лимфангит, рппоспо- ридиоз, торулез, кокцидиодпая гранулема, можно считать уставог ленным. Поэтому следует полагать, что эволюция перечисления* заболеваний шла по пути формирования зоонозов домашпих жи- вотных. Возможно, некоторые из перечисленных заболевании о ли антропонозами, что, впрочем, еще пе доказано. Несомпо •однако, что значительная часть их до сих пор остается зоопоз .диких животных с природной очаговостью. Относительно остальных дерматомикозов, которые не был ми упомянуты выше, еще труднее сказать что-либо определо^^ Большинство из них изучено совершенно недостаточно, и всего обнаруживались казуистические случаи заболевании» можно, значительная часть этих заболеваний вызывается Ф “тативпо-патогенными грибами (акремониозы, микодерыато харомикозы), вместе с тем вероятно, что многие из них графиозы, гиалопомикоз, стахибитриомикоз) являются зоо <fr В заключение приводим табл. 6, в которой представ 90
Общие грибковые заболевания животных и человека Резервуар ВоИУД‘ггслЬ Болезнь домашние (синантропные) животные дикие животные ТпЛ"РИ,оп V'" /ЕЙчиЛ" ст’- 1я(пШ fumiga- schonkii BlMtomyees aer- matltidis , Coccidioides nnnn- tis ФВКОИНЦСТЬ! Дрожжевые грпбы Criptococcus neo- formans Gfolridium Candi- das» Стригущий лишай To же » » Гистоплазмоз Арпергиллез Споротрихоз Бластомикоз Кокцидиомикоз Фикомикоз Капдидиоз Криптококкоз Геотрихоз Кошки, собаки, лошади Крупный рогатый скот Грызуны Грызуны Кошкп, крупный рогатый скот Птицы, млекопи- тающие Млекопитающие Собаки, кошки, лошади Крупный рогатый скот, собаки, ов- цы, лошади Крупный рогатый скот Птицы, крупный рогатый скот Крупный рогатый скот Обезьяны, лисы,, грызуны Грызуны, лисы,, норки Ежи Птицы, млекоппта - ющие Млекопитающие Морские львы Грызуны Млекопитающие, птицы Птицы, млекопита- ющие Млекопитающие Обезьяны Piedraria hortai Trichosporon cuta- вошп Rhinosporidum webori "Monria crecens Пиодриоз Трихоспороз Рнноспоридиоз Адиаспиромикоз То же Лошади, крупный рогатый скот Грызуны Обезьяны и др. млекопитаю- щие То же ? ? Примечание, — не обнаружено; ? — нуждается в подтверждении. год заболевания человека и животных [Павлов- чев В тт \ппп?' ^ассиРский И. А., Плотников Н. Н., 1959; Ильи- • Дч 1979]. Глава 1 БАКТЕРИАЛЬНЫЕ ИНФЕКЦИИ Свете 71 принципы систематики бактерий КаКЬДля1Ка бактерий стала па прочную научпую основу после *11,ВмецЯтьсд опРеделения таксономических групп стали широко молекулярно-биологические методы исследования. 91
® частности установление степени гомологии ДНК сравни 1 видов. Применение этого наиболее объективного критерндПП0|<|<г лило построить не только естественную, но и филогс11етитПо^ классификацию бактерий. При этом оказалось, что мцогиЧескУк разным таксономическим группам п к стрептококкам ока6 несостоятельными, например, кокки оказались разбросанны^1 разным токсопомическим группам и к стрептококкам окааМИ более близкими пе стафилококки, а молочнокислые бактерщ?^ гапизмы, называвшиеся рапее сине-зелеными водорослями п лись не водорослями, а бактериями. Более того, было пока^* что ряд органелл эукариот — хлоропласты, митохондрии, мпто^ ческий аппарат — являются потомками бактерий, ставшими чале симбионтами, а затем превратившимися в органеллы, сох?4 нив некоторую автономию — экстрахромосомный генетический парат [Woese С. R., Fox G. Е., 1977]. 8В' Однако и в настоящее время систематика бактерий являете не простой задачей, так как в геноме бактерий обычно содержу, ся в интегрируемом состоянии латептпые (умеренные) фаги, а вне хромосомы могут находиться пе только фаги, но и экстрахромо- сомные генетические структуры — плазмиды, которые также обо- значаются как эписомы (эпивирусы). Одни и те же плазмиды могут быть либо узкоспециализиро- ванными, либо напротив — обнаруживаются у разных, даже у малородственпых видов бактерий. Наличие плазмид и фагов мо- жет существенно изменять свойства бактерий. Известно, например» что дифтерийные бактерии по способны вырабатывать экзотоксп: это свойство привносится умеренным фагом, содержащим в своем 1Гвноме ген токсипа. Другим примером является устойчивость бак- терий к антибиотикам, которая обеспечивается наличием в пи плазмид. Так, устойчивость кишечной палочки к тетрациклину I ампициллину обеспечивается плазмидой pBR 322, содержащей ге- ны, кодирующие ферменты, разрушающие эти антибиотики. Су- ществует также плазмида, обеспечивающая «половой процесс».’ бактерий — обмен двух особей генетическим материалом. Огров* чившнсь этими примерами, отметим также, что интегрировав* в бактериальную хромосому фаги могут стать дефектными и терять способность «вырезываться» и вести автономное суЩвС^ ваппе («литические фаги»), в связи с чем не лишено предположение, что геном бактерий представляет собой из собственно бактериальных генов и генов, привнесенных ф (бактериальными вирусами). Этот дополнительный вклад чоского материала не столь уж мал: если геном бактерио клетки составляет 1—6ХЮ9 дальтоп, то бактериофаг с лярпой массой генома 100—500Х106 дальтоп вносит генетического материала по отношению к бактериальному По современным данпым, бактерии относятся к пмиер кариот (т. е. организмов, лишенных обособленного разделяются на два царства — архебактерии и эубактерии- про- являются потомками древних прокариот, живших в бес 92
, „ Земли. В настоящее время они представлены ме- атМ удбактериями [Eox G. Е. et al., 19771. В свою очередь >гв°^бактер ши имеет две эволюционные ветви, одна из ко- пэрст00 э „-тяплена цианобактериями, а вторая — многочисленны- ми* преДш собственно эубактерий (Hori Н., Osawa S., 19791. мв грУп°1вские формы отсутствуют как среди метаногенных, так jjjpaa»11 сппе.3елепых бактерий и выражены среди эубактерий. и е₽еДВппведепа классификация, основанная па данных R. Steiniar ЛвЖвП^(1979), J. Hoult (1980). Классы введены условно и боль- “ ^’частью соответствуют частям определителя Берги. илнквция бактерий с выделением родов, среди которых имеются Клесси(Р паразиты теплокровных (цифры в скобках) пМПВРНЯ Prokaryota трели) I. Urkaryotes йлачиянсь как цитоплазматичес- «м компоненты эукариот (митохои- прим, поропласты, мптотическии ап- парат, флагеллы). . Царство П. Archaebactena Класс Methanobacteria Царство Ш. Eubactoria II о дц а р с т в о I. Photobacleria Класс i. Cyanobacteria Класс 2. Rhodobacteria Класс 3. Chlorobacteria Подцарство II. Scotobactoria Надаласс 1. Bacteria Класс 1. Myxobacteriae Порядок I, Myxobacteriales Порядок II. Cytophagales Класс 2. Chlamydobacteriae Клосс 3. Hyphobacteriae Род 1) Hyphomonas Класс 4. Spirochaetae Порядок I. Spirochaetales Семейство A. Spirochaetaceae 1) Treponema £°Д 2) Borrelia ц Campylobacter Ps°udomonadae р. ®"°тво A. Psedomonadaceae cSS?? Pseudomonas (7) Семп*лТВ0 5’ Azotobacteriaceae Семпл TDo В* Rhizobioceae СемоЛг?0 J? Methylomonadaceao Вя0 С & Halobacteriaceae pL яУеиства: й! j!Sffinss (1) 2) 3) 4) (5) (6) (8) (9) Класс 7. Enterobacteriae Семейство A. Enterobacteriaсеае Триба 1. Escherichieae Род 1) Escherichia (12) Род 2) Citrobacter (13) Род 3) Salmonella (14) Род 4) Shigella Триба 2. Klebsielleae (15) Род 1) Klebsiella (16) Род 2) Enterobacter Триба 3. Proteae (17) Род 1) Proteus Триба 4. Yersinioae (18) Род 1) Yersinia Семейство Б. Vibrionaceae (19) Род 1) Vibrio Вне семейства: (20) Род 1) Haemophilus (21) Род 2) Pasteurella (22) Род 3) Actinobacillus (23) Род 4) Cardiobacterium (24) Род 5) Stroptobacillus (25) Род 6) Galymmatobacterium (26) Род 7) Noguchia Класс 8. Bacteroidae (27) Семейство A. Bacteroidacea Род 1) Bacteroides (28) Род 2) Fusobacterium Род 3) Leptotrichia (29) Вне семейства: Род 1) Lachnospira Род 2) Selenomonas (30) (31) Класс 9. Neisseriae Семейство A. Neissoriaceae Род 1) Neisseria Si! (34) Род 2) Brahamella Род 3) МогахеПа Класс 10. Veillonellao Семейство A. Veillonellaceae Род 1) Voillonella (35) Род 2) Aridaminococcus (36) Род 3) Megasphaera (37) Класс И. Chaemolitotrophae 93
Семейство A. Nitrobacteriaccao Семейство Б. Thiobacterianae Семейство В. Siderocapsaceae Класс 12. Micrococcae Семейство A. Micrococceae Род 1) Micrococcus (38) Род 2) Staphylococcus (39) Семейство Б. Stroptococceae Род 1) Streptococcus (40) Род 2) Leuconestoc (41) Род 3) Gemella (42) Семейство В. Peptococcaceae Род 1) Peptococcus (43) Род 2) Peptostreptococcus (44) Род 3) Ruminicoccus (45) Род 4) Sarcina (46) Класс 13. Bacillae Семейство А. ВасШасеае Род 1) Bacillus (47) Род 2) Clostridium (48) Род 3) Desulfotomacullum (49) Вне семейства: Род 1) Oscillospira (50) Класс 14. Lactobacillae Семейство A. Lactobacillacae Род 1) Lactobacillus (51) Вне семейства: Род 1) Listeria (52) Род 2) Erysipelothrix (53) Класс 15. Actinomycetae Семейство A. Corynebacteriacoau (условно) Род 1) Corynebacterium (54) Род 2) Arthrobacter (55) Семейство Б. Propionibacteriaceae Род 1) Propioninacterium (56) Род 2) Eubacterium (57) Порядок I. Actinomycetales Семейство A. Actinomycetaceae Род 1) Actinomyces (58) Род 2) Arachnia (59) Род 3) Bifidobacterium (60) Род 4) Rothia (61) Продолжен^ Семейство Б. Mycobacteriaceao Род 1) Mycobacterium ((^ч Семейство В. Frankiaceae Семейство Г. Actinoplanaceae Семейство Д. Dermatophilaceao Род 1) Dermalophilus (вз) Семейство Б. Nocardiaceae Род 1) Nocardia (64) Семейство Ж. Stroptomycctacene Семейство 3. Micromonosporaceae Род 1) Microbiospora (05) Надкласс II. Rickettsia Порядок I. Rickottsiales Семейство A. Rickettsiaceae » ; Триба I. Rickettsieao Род 1) Rickettsia (66) Род 2) Rochalimea (67) Род 3) Coxiolla (68) Триба 2. Ehrlichieae Род 1) Ehrlichia (69) Род 2) Cowdria (70) Род 3) Neorickeltsia (71) Триба 3. Wollbachiae Род 1) Wollbachia (72) Семейство Б. Bartonellaceae Род 1) Bartonella (73) Род 2) Grahamella (74) Семейство В. Anaplasmaceae Род 1) Ana plasma (75) Род 2) Paraanaplasma (76) Род 3) Aegyplianella (77) Род 4) Haemobartonella (78) Род 5) Eperythrozoon (79) Порядок II. Chlamydiales Семейство A. Chlamydiaceae Род 1) Chlamydia (80) Надкласс III. Mollicutae Класс I. Mollicutes Порядок I. Mycoplasmatales Семейство A. Mycoplasmataceae Род 1) Mycoplasma (81) Семейство Б. Acholeplasmataceav Род 1) Acholeplasma (82) Дальнейшее изложение возможных путей эволюции бактери- альных инфекций посвящено лишь части имеющихся в классифи- кации родов. В ряде случаев, когда имела место конвергентная эволюция, мы группировали инфекции не в строго систематиче- ском порядке. 7.2. СПИРОХЕТОЗЫ Спирохеты, образующие отдельный порядок, являются доволь- но компактной группой, связанной в одно семейство, разделяюще- еся на 5 родов. Экология их довольно разнообразна. Свободпожи- вущие виды являются обитателями водоемов и, вероятно, древние 94
Таблица 7. Краткиедянные об известных лептоспирозах Район распространения > • Лептоспироз Аш Япония Семидневная лихо* радка То же Осенняя лихорадка Индонезия Андаманский А То же Андаманский В » » Салинем » » Рахмат » » Яванский » > Вап-Титена Израиль Коровий Япония Васильева—Вейля Австралия Баллико То же Занони Европа СССР То же Водная лихорадка » » То же > » » » > > » > Италия Рисовый То же Me да ано » » Пои > » Павии Дания Сейро Центральная Собак То же Свиней Америка Аргентина То же S То же Аргентинский
Возбудитель j Резервуар возбудителя L. hebdomadis Microtus montebellois L. autumn al is M. montebellois, Apodemus spe- ciosus L. andamana A L. andamana В L. salinem L. rachmat L. javanica Кошки He известен Epimys rattus brevicaulus Полевые мыши Epimys rattus brevicaulis и кошки L. bataviae L. bovis L. icterohaemorrhagiae L. ballum L. zanoni L. grippotyphosa I Epimys rattus norvegicus Крупный рогатый скот Крысы, Microtus montebelloi Домовые крысы То же Крупный рогатый скот Micro- tus arvalis L. grippotyphosa II Свиньи, крупный рогатый скот Microtus arvalis L. grippotyphosa III L. grippotyphosa IV L. grippotyphosa VI L. oryzetti L. mezzano L. poi L. mitis L. sejroe Apodemus speciosus, A. sylvatus L. canicola L. pomona L. suis L. bonariensis Лисы Не известен Не известен Мышевидные грызуны То же » » » » Собаки Свиньи » Крысы, собаки
Таблица 8. Серологическая классификация лептоспир по данным комитета экспертов ВОЗ/ОПЗ Ссрогруппа Соровар Субссровар Прототппный штамм Icterohaemorrha- Icterohaemor- Ictorohaemor- M20 giae rhagiao rhagiae RGA Naam Mankarso Sarmin Ichterohaemor- rhagiao Naam Mankarso Sarmin Incomplete Birkini Birkini Birkin Birkini Ndambari Smithii Smith Ndambari Javanica Javanica Poi Co xus Veldrat Batavia 40 Poi Cox Canicola Canicola Schuoflneri Benjamin Jonesis Sumneri Malaya Hond Utroct IV Vleermuis 90 C Benjamin Jones Sumner Ballum Ballum Ballumensis Mus 1*27 Ballum Castellonis Castellon 3 Pyrogenes Pyrogenes Zanoni Abramis Biggis Hamptoni Salincm Zanoni Abraham Biggs Hampton Cynopteri Cynopteri Butembo 3532 C Butembo Sontot Sontot Sontot Autumnalis Autumnalis Autumnalis Akiyami A Rachmat Bangkiuang I Moores Autumnalis Bangkinang Mooris Rachmati Djasiman Djasiman Djasiman Australis Australis Muenchen Exposito Ballico Muenchen C-90 Esposito Pomona Pomona Pomona Grippotyphosa Grippotyphosa Moskva Y Hebdomadis Hebdomadis Modanensis Wolffii Ha rd jo Hebdomadis Ilond HC 3705 Hardjoprajitno Mini Mini Sari Mini Krcmastos Kabui'a Szwajizak Szwajizak Krcmastos Kabura fifi
Продолжение табл. 8 Ссрогруппа Серовар Субссровар Прототипный штамм Bataviae Semaranga Andaman Jules Haemolytica Haemolytica Worsfoldi Sejroo Saxkoobing Borincana Bataviae Paid]* an Semaranga Andamana Haemolytica Ricardi Jules Marsh Richardson Worsfold M 84 Mus 24 HS-622 Swart Paidjan Veldrat S 173 Ch H Hyos Hyos Hyos Hyos Bakeri Mitis Johnson LT 79 Celledoni Celledoni Colledoni Celledoni Whitcombi Celledoni Whitcomb представители этой группы микробов были водными формами, и именно поэтому в ходе эволюции они выработали своеобразные органы движения, отличающиеся от органов движения других бак- терий. В то время как у других подвижных бактерий органами движения являются жгутики, у спирохет таким органом является мембрана, в которую заключены фибриллы. Патогенные паразиты относятся к трем родам — Treponema, Borrelia, Leptospira, зани- мающим разные экологические ниши. Лептоспиры сохранили сле- ды водного происхождения и некоторые авторы [Терских В. Н., 1958] считают их до сих пор условно патогенными паразитами, а болезни, вызываемые ими, — сапронозами. Предполагается, что предки нынешних спирохет возникли в предкембрии в условиях анаэробного существования и впослед- ствии дивергировали, дав начало существующим в настоящее вре- мя группам спирохет. Менее убедительна гипотеза конвергентной эволюции, которая пе может объяснить выражепной морфологи- ческой обособленности спирохет от других бактерий [Canal-Paro- la Е., 1977]. 7.2.1. Лептоспирозы После открытия иктерогеморрагической лептоспиры — возбуди- теля болезни Васильева — Вейля — стали появляться многочислен- ные сообщения об обнаружении возбудителей безжелтушных леп- тоспирозов. В настоящее время число их уже достигло нескольких Десятков и время от времени появляются сообщения об открытии Новых лептоспир. Лептоспирозы представлены значительным чис- лом форм, сведения о которых суммированы в табл. 7 и 8. В на- т Заказ М 1564 97
шей классификации все опи разбиты на две группы: лептоспиро, зы диких грызупов и лептоспирозы синантропных животных. Большинство вспышек лептоспирозов людей связано с L. ictero' haemorrhagiac, L. canicola, L. pomona, затем L. grippotyphosa, L. autumnalis, L. hebdomalis, изредка — с другими. Наиболее час- тым источником заражения людей служит скот, грызуны, собаки и вода [Diesh S. L., Ellinghausen Н. С., 1975], Из представленных в этих таблицах данных видно, что 1) ре- зервуаром почти всех лептоспирозов служат мышевидные грызуны и только в некоторых случаях — домашние животные; 2) лепто- спирозы широко распространены на всех материках; 3) в одной и той жо местности существуют разные виды и разновидности лептоспир; 4) лептоспиры, встречающиеся в разных местах, по- редко имеют общность антигенной структуры. Последнее нельзя объяснить завозом лептоспир из одной местности в другую, так как большинство лептоспирозов являются зоонозами диких гры- зунов с природной очаговостью. Изучение серологических свойств лептоспир стало более сис- тематическим после того как были разработаны методы антиген- ного анализа этой группы возбудителей. В табл. 8 суммированы результаты изучения лептоспир к концу 50-х годов. Однако п после этого были описаны новые виды лептоспир, в частности в СССР, которые не вошли в таблицу [Черноусова А. В., 19611. Все приведенные выше факты свидетельствуют о древнем про- исхождении лептоспирозов, история которых восходит к эоцено- вой эпохе третичного периода — времепи появления на земле гры- зунов [Токаревич К. Н., 1944]. Известные в настоящее время сапрофитные виды лептоспир являются водными формами, поэтому имеются все основания по- лагать, что современные патогенные лептоспиры произошли от сапрофитных водных видов. Водное происхождение патогенных лептоспир подтверждается особенностями их биологии: будучи строгими паразитами, они плохо переносят высыхание, но дли- тельно сохраняют свою жизнеспособность в воде. Об этом говорят особенности эпизоотологии и эпидемиологии лептоспирозов: вод- ный путь передачи при лептоспирозах диких грызупов является у последних единственным, а у человека — преобладающим. Наконец, следует отметить, что некоторые виды водных лепто- спир по антигенным свойствам родственны патогенным лептоспи- рам. В. И. Терских (1960) удалось показать, что один из выде- ленных сапрофитных штаммов болотных лептоснир серологически весьма близок к L. semarang. Эти особенности патогенных лептоспир послужили основанием Р. Uhlenhuth и М. Ziilzer (1921) высказать предположение, что возбудители лептоспирозов являются свободноживущими водны- ми формами, которые при попадании в организм способны вызы- вать заболевания. К. Н. Токаревич (1944), не вполне разделявший эту точку зрения, все же указывал, что патогенные лептоспиры пе являются облигатными формами. 98
С таким взглядом нельзя согласиться. Несмотря па общность происхождения, современные возбудители лептоспирозов являют- ся строгими паразитами, отличными от сапрофитных водных леп- тоспир. Несмотря на постоянную и повсеместную заселенность водоемов сапрофитными лептоспирами, вспышки лептоспирозов возникают в строго определенных местах, являющихся природны- ми очагами лептоспирозов прежде всего диких мышевидных гры- зунов. Но лептоспиры выделены более чем от 20 видов диких животных, в том числе L. pomona, L. iclerogacmorrhagiae, L. cani- cola, L. hebdomadis, L. autumnalis, патогенные для человека [Diesch S. L., Ellinghausen II. C., 19751. Никому еще пе удалось вызвать инфекцию сапрофитными лептоспирами. Современные па- тогенные лептоспиры настолько далеко эволюционировали, что по- теряли общность антигенной структуры с водными лептоспирами. В настоящее время не представляется возможным точно выяс- нить время происхождения патогенных лептоспир. Можно, однако, определенно сказать, что это произошло задолго до появления человека. В тропическом климате, в условиях высокой влажности и заболоченности, берега водоемов заселялись мышевидными гры- зунами. Большая плотность грызунов в стациях и контакт их с водой создавали условия постоянного попадания водных лепто- спир в организм этих животных. Отдельные виды лептоспир мог- ли приспособиться к паразитированию в организме животных, где пища была более богатой и обильной. Из двух возможных путей— паразитирование в кишечнике, выделение и проникновение в кровь, паразитировапие в почках и выделение с мочой — в ходе эволю- ции был реализован второй путь. Причины этого пе совсем ясны. По-видимому, загрязнение воды мочой было более частым, чем фекалиями; с другой стороны, быстро высыхающий па поверхно- сти почвы кал, по-видимому, менее обеспечивал сохранение вод- ного микроба, чем впитывающаяся во влажную почву моча. Реа- лизация этого пути обусловила дальнейшую эволюцию лептоспир и явилась причиной того, что лептоспирозы до появления челове- ка оставались в основном болезнями грызунов. Различные живот- ные, попадавшие в природные очаги лептоспирозов, могли случай- но вовлекаться в эпизоотический процесс (земноводные, рептилпи, рыбы, птицы), но пи один из видов диких животных не стал ре- зервуаром лептоспирознох< инфекции. По-видимому, время возникновения лептоспирозов диких гры- зунов совпадает со временем образования соответствующих видов грызупов. Центром видообразования явилась Юго-Восточная Азия, так как здесь были условия, наиболее благоприятные для превра- щения водных лептоспир в патогенные. Если согласиться с тео- рией A. Wegener (1922) и Б. А. Личкова (1935) о существовании в прошлом единого материка, то следует признать, что еще до Четвертичного периода, когда произошло разделение материков и Америка окончательно отделилась от Старого Света (десятки мил- лионов лет назад), грызуны расселились по земной поверхности. Расселение грызупов по земной поверхности привело к рас- 7* 99>
ирострапепию лептоспирозов. Однако они могли удержаться лишь в болотистых местностях, где имелись условия постоянного кру, говорота: грызуны — вода — грызуны. Таким путем возникли изо- лированные природные очаги лептоспирозов, отделенные друг от друга большими расстояниями. Например, L. ротона, встречаю- щаяся в Западной Европе, имеет общие антигены с L. grippe- typhosa II (Европейская часть СССР) и L. hebdomadis (Япония); L, mitis, обнаруженная в Италии, аптигеппо тождественна L. ba- taviae (Индонезия); L. grippotyphosa I, обнаруженная в СССР, близка по своей антигенной структуре к L. andaman (Индонезия) и т. д. Взаимодействие между паразитом и макрооргапизмом не мог- ло пе вызывать измепепий паразитов — этим можно объяснить возникновение новых антигенных разновидностей в одной и той же местности. Весьма характерно, что при наличии такого боль- шого числа видов и разновидностей клиника и эпидемиология (эпизоотология) всех этих водных лихорадок почти тождественны. Таким образом, эволюция лептоспирозов до появления челове- ческого общества шла в направлении довольно интенсивного ви- дообразования, причем все виды образовывали одну монолитную экологическую группу, члены которой мало отличались друг от друга. Пока человек вел кочевой образ жизни, оп не мог влиять па эволюцию лептоспирозов. Попадая в природные очаги, люди мог- ли заражаться и заболевать только случайно, как и другие виды животных. Положение изменилось, когда люди перешли к оседлому обра- зу жизни, стали образовывать поселения и в их жилища стали проникать грызуны. Грызуны принесли с собой соответствующие лептоспирозы, однако не везде и не всегда лептоспирозы могли укорениться. В большинстве случаев домовые грызуны были разобщены от водоисточников — этим объясняется отсутствие леп- тоспирозов у домовых мышей, которые попадали из степей, где они пе были связаны с водоисточниками. Лептоспирозы домовых грызунов могли возникнуть сравнительно позднее в больших го- родах, расположенных па берегах водоемов (Париж, Ленинград), или же при наличии развитой канализационной системы (Рим, Берлин, Москва), которая могла послужить местом обитания крыс. Эти условия создались по крайней мере в середине XIX века илп позже. Можно поэтому полагать, что и городские лептоспирозы появились позднее. Правильность подобного заключения можно видеть на примере болезнп Васильева — Вейля. Эпидемиология ее своеобразна. В Япо- нии этот лептоспироз имеет природную очаговость, и резервуаром инфекции являются полевки Microtus montebelloi. Заболеваемость людей связана с работой на рисовых полях. Таким образом, эпП“ демиология болезни Васильева — Вейля в Японии тождественна эпидемиологии водных лихорадок типа рисового лептоспироза в Италии. В США L. icterogaemorrhagiae многократно выделялась 100
от диких животных (еноты, опоссумы, лисы, нутрии, ондатры, лесные сурки). В Европе иктерогеморрагический лептоспироз встречается только в городах, притом обычно крупных, резервуа- ром возбудителя являются крысы. Циркуляция лептоспир среди Крыс возможна при заражении ими сточных вод или водоисточ- ников (затопленные подвалы, каналы). Пищевые продукты могут стать фактором передачи заразного начала лишь при интенсивном загрязнении их крысами. Существует еще третий тип очагов ик- терогеморагического лептоспироза — угольные шахты, заселенные крысами, где при примитивной добыче угля (Шотландия) созда- ются благоприятные условия загрязнения шахтпых вод. Второй п третий типы очагов (крупные города, угольные ко- пи) являются новыми, недавно возникшими, поскольку крысы расселились из Юго-Восточной Азии в Европу лишь в XVII— XVIII столетии. Таким образом, возникла новая болезнь — лептоспироз синан- тропных грызунов. Уже произошел отрыв лептоспир от прежнего резервуара — полевок и приспособление к новым хозяевам — кры- сам. Однако еще не произошло резкого изменения свойств возбу- дителя: лептоспиры, выделенные от полевок в Японии, очень ма- ло отличаются от лептоспир, выделенных от крыс в Европе и том более в Японии. Новые условия создают новые направления эволюции. Домаш- ние животные — кошки и собаки — вступают в контакт с мыше- видными грызунами. По-видимому, лептоспироз собак является результатом адаптации лептоспир крыс к новым хозяевам. Из всех лептоспир L. canicola по строению антигенного аппарата наи- более близка к L. icterohaemorrhagiae, и можно полагать, что лептоспироз собак произошел от крысиного. По-видимому, это про- изошло в Европе и притом совсем недавно (XVIII —XIX век), так как сам лептоспироз крыс в Европе появился недавно. Анда- манский лептоспироз А является, вероятно, аналогичным приме- ром начинающейся адаптации лептоспир к организму кошек. Лептоспирозы домашних травоядных иллюстрируют другое на- правление эволюции лептоспирозов в связи с общественно-эконо- мической деятельностью человека. Прирученные человеком жи- вотные при выпасе их в местах природных очагов лептоспироза могли заражаться и заболевать. Пока скотоводство было связано с кочевым образом жизни, этот контакт с очагами имел случайный характер. Когда же с переходом к оседлому образу жизни люди стали пасти скот па ограниченных территориях (выгоны, луга), зтот контакт стал более прочным. Более того, постоянное и интен- сивное загрязнение водоисточников мочой домашних животных (скота, свиней) в местах водопоя обеспечивает надежную цирку- ляцию лептоспир среди этих животных и как следствие — отрыв лептоспироза от природных очагов.. Эпизоотология и эпидемиология водных лихорадок в СССР хо- рошо иллюстрирует это положение. Рассмотрим в качестве приме- ра лептоспироз I типа [Терских В. И., 1964]. Природные очаги 101
этой болезни связаны с мышевидными грызунами (Microtus аг> valis) и заболевания водной лихорадкой среди людей возникают при пользовании водой из зараженных грызунами водоисточник ков. Крупный рогатый скот восприимчив к этому лептоспирозу, L. grippotyphosa вызывает у этих животных тяжелое заболева. пие — иктерогемоглобинурию, причем выздоровевшие животные надолго остаются носителями лептоспир, выделяя их с мочой. Это обстоятельство свидетельствует о возможном возникновении са- мостоятельных эпизоотий среди крупного рогатого скота. Если вначале эпизоотии связаны с природными очагами, то в даль- нейшем больные животные, переброшенные в другие районы, мо- гут стать источниками эпизоотий среди здоровых стад, причем за- ражение происходит преимущественно в местах водопоя, где обыч- но животные и мочатся. Миграционные процессы способствуют отрыву этого лептоспироза от природных очагов (первичных ре- зервуаров), вторичные резервуары — рогатый скот — приобретают самостоятельное значение, и новые очаги лептоспироза имеют ужо не природный, а антропургический характер. Войны усиливают эти миграционные процессы. Таким образом, происходит образо- вание лептоспироза крупного рогатого скота, причем возбудители лептоспироза полевок и крупного рогатого скота пока еще почти тождественны. Лептоспироз II типа (СССР), коровий (Израиль) и свиные лептоспирозы (Европа и Америка) являются примерами только что описанного направления эволюции этого заболевания. Итак, появление человека и развитие человеческого общества привели к эволюции лептоспироза диких грызунов в двух направ- лениях: а) дикие грызуны — домовые грызуны — домашние пло- тоядные (собаки, кошки); б) дикие грызуны — домашние травояд- ные (скот, свиньи). Несмотря на то что человек восприимчив ко всем этим лепто- спирозам, ни один из них не стал инфекцией, поражающей толь- ко человека. Причиной этого является наличие при лептоспирозах водно- мочевого пути передачи, что обусловливается малой стойкостью паразитов к высыханию. Все это в совокупности делает маловеро- ятным и даже невозможным укоренение такого рода инфекции среди людей. Чтобы эта мысль стала более наглядной, сравним любой лептоспироз с брюшным тифом или дизентерией. Последние инфекции могут передаваться через воду, пищу, при бытовом кон- такте и с помощью мух, тогда как при лептоспирозе последний чрезвычайно важный фактор полностью отсутствует, а малая стой- кость лептоспир к высыханию уменьшает вероятность передачи их с пищей или при бытовом контакте. В примитивных условиях дефекация происходит в определенном месте, тогда как мочеис- пускания—где попало; фекалии концентрируются, а моча рассеи- вается. Если же нечистоты собираются в выгребных ямах, то ус- ловия, в которые попадают лептоспиры, не благоприятствуют дли- тельному их выживанию. 102
Не удивительно поэтому, что ни одна из инфекций, передаю- щихся через мочу, не стала болезнью, свойственной только чело- векУ’ Не стали и не могут стать ими и лептоспирозы. Чтобы это сЛучилось, необходимо коренное изменение патогенеза инфекции 0 биологических свойств возбудителя, для чего в данном случае нет никаких условий. 7.2.2. Возвратные тифы Ряд факторов свидетельствует о том, что эволюция возбудите- лей возвратных тифов из рода Borollia протекала в общем таким •не образом, как и эволюция возбудителя риккетсиозов (см. ниже). Л. В. Громашевский (1947) указывал, что сыпной и возврат- ный тифы пе менее 3000 лет назад дивергировали от своих ана- логов — болезней грызунов, которые и в настоящее время суще- ствуют в пределах бассейна Средиземного моря. При этом обе инфекции стали уже новыми болезнями, резервуаром которых яв- ляется исключительно человек. Клещевые возвратные тифы являются такими же распростра- ненными болезнями, как и клещевые риккетсиозы, и отсутствуют только па одном материке — Австралии. Клещевые спирохетозы представляют своеобразную группу. Известны 13 видов Borellia, которые могут вызывать заболевания у людей, и еще 4 вида (обнаружены у клещей), роль которых в патологии человека не доказана [Jellison W. L., 1975]. По своим биологическим свойствам возбудители мало различаются между собой. Резервуаром их являются опоссумы, суслики, песчанки, крысы, землеройки, дикобразы и др., а переносчиками — аргасо- иые клещи рода Ornithodoros. Клещи близкого рода Argas явля- ются переносчиками спирохет птиц [Jellison W. L., 1975]. Возбу- дители существующих в настоящее время клещевых спирохетозов могут быть признаны территориальными, географическими разно- видностями одного и того же вида. Все они паразитируют в по- лостях тела клеща-переносчика и передаются трансовариально. По-видимому, эти свойства вырабатывались до разделения вида па географические разновидности. Все это позволяет предполагать, что существующие в настоя- щее время клещевые возвратные тифы имеют общее происхожде- ние. В организме клещей нередко удается обнаружить спирохеты, но патогенные для экспериментальных животных и не вызываю- щие заболеваний у хозяев — членистоногих. Подобные спирохе- ты, по-видимому, и являются предками возбудителей возвратных тифов. Одни из таких видов в древпейшие времена, вероятно, адаптировался к организму животных, па которых паразитируют клещи рода Ornithodoros, и стал патогенным для теплокровных. Надо полагать, что это случилось очень давно, в эпоху возникно- вения грызунов и приспособления к паразитированию па них ор- пптодоровых клещей. Формирование клещевого спирохетоза за- кончилось до расселения грызунов на земной поверхности. Когда ЮЗ
же началось это расселение, то грызуны, осваивая новые терри- тории, разносили орнитодоровых клещей. Биоценоз грызуны — ор- питодоровые клещи оказался прочным в различных л ап дшафтио. географических зонах: в тропических джунглях Африки, в горах Кавказа, в пустынях Средней Азии и в степной полосе Северной Америки. По-видимому, прочность и постоянство этого биоценоза явились причиной малой изменчивости спирохет. В течение огром- ных промежутков времепи, исчисляемых миллионами лет, спиро- хеты изменились очень мало и пе приспособились к новым пере- носчикам. С появлением человека вначале, когда он вел кочевой образ жизни, положение мало изменилось. Находясь в природных оча- гах клещевого возвратного тифа, люди подвергались нападению клещей и заболевали возвратными тифами так же, как и живот- ные, попавшие в эти очаги. С переходом к оседлому образу жизни и развитием земледелия человек стал менять окружавший его ландшафт. При этом разру- шался сложившийся биоценоз грызуны — клещи. Некоторые гры- зуны поселились в жилище человека и хозяйственных постройках и из них впоследствии образовались синантропные грызуны. Боль- шинство кровососущих клещей не смогло приспособиться к чело- веку, и развитие интенсивного земледелия обычно приводило к гибели их и оттеснению в девственные районы и тем самым к разрыву биоценоза грызуны — клещи в данной местности. Одна- ко некоторые виды орнитодоровых клещей явились исключением пз этого правила. Так, клещ О. papillipes, распространенный в Средней Азии, приспособился к жизни вблизи человека, заселпл его жилище и хозяйственные постройки (обычно глинобитные), перейдя на питание кровью домашних животных и человека. Та- ким образом формировались антропургические очаги клещевого сиирохетоза. Подобный процесс происходил и в других местах: О. moubata — в Африке, О. rudis — в Южной Америке, О. talaje — в южных частях Северной Америки, О. crossi — на севере Индии. Родственный О. papillipes клещ О. verrucosus так и остался ди- ким видом, вследствие чего очаги кавказского клещевого возврат- ного тифа встречаются исключительно в природе. В антропургических очагах создались условия для прямого об- разования ипфекции человека без посредства синантропных гры- зунов и их переносчиков. Мостом образования современного воз- вратного тифа, песомпенпо, явился район Средней Азии и Ближ- него Востока. Нигде больше в Старом свете орнитодоровые клещи пе заселили жилищ человека. Здесь же в глинобитных жилищах и хозяйственных постройках, населенных клещами, создались стойкие очаги клещевого возвратного тифа. Стойкость их объяс- няется рядом причин, главнейшими из которых являются следую- щие. Клещи Ornithodorus живут очень долго — продолжительность их жизни достигает 10 лет и больше [Павловский Е. Н., 1946]. Однажды зараженный клещ остается таковым в течение всей жизни, будучи способным заражать человека и животных и пере- 104
давать спирохет потомству трапсовариальным путем. Человек бо- лее восприимчив к клещевому возвратному тифу, чем домашние животные, заразный период у него весьма продолжителен (не- сколько месяцев), кроме того, человек легко доступен для клещей, поселившихся в его жилище. Наконец, важной особенностью воз- вратного тифа (отличающей его, например, от риккетсиозов) яв- ляется отсутствие стойкого иммунитета после перенесенной ин- фекции, вследствие чего человек может многократно болеть, заражаясь повторно. В силу этих причин создавшийся в антро- пургических очагах биоценоз человек — клещ является чрезвычай- но устойчивым и обеспечивает непрерывность процесса циркуля- ции спирохет. Эти новые сложившиеся отношения, с одной стороны, обеспе- чивали существование стойких очагов клещевого возвратного ти- фа, оторванных от прежних резервуаров (такие очаги существо- вали до недавнего времени в республиках Средней Азии, частично сохранились и поныне), но, с другой стороны, эти же условия открывали новые возможности эволюции спирохет. Наряду с кле- щами еще более постоянными эктопаразитами человека являлись вши. Во время сосания крови больных клещевым возвратным ти- фом вши многократно заражались спирохетами и некоторые из них должны были адаптироваться к организму вшей. Это было возможно тем более, что в эксперименте удается вызвать размно- жение спирохет — возбудителей клещевого возвратного тифа — а организме вшей. М. Baltazard и соавт. (1947), R. В. Heisch (1949) показали противоположное — адаптацию спирохет вшивого возвратного тифа к организму клещей Ornithodoros. Приспособ- ление к переносу вшами обеспечивало более широкое распростра- ненно вида, особенно во время войн и передвижений пародов. Таким образом, адаптация спирохет к организму вши привела к образованию нового спирохетоза — эпидемического возвратного ти- фа, который теперь уже пе был связан с определенными терри- ториями и свободно распространялся среди народов, носивших одежду. Есть основания думать, что условия, благоприятные для формирования вшивого возвратного тифа, сложились впервые в периоде образования и развития античных культур Средней Азии и Ближнего Востока, т. е. за одпо — два тысячелетня до пашей эры. Разумеется, невозможно точно установить дату окончатель- ного формирования эпидемического возвратного тифа. Можно лишь предполагать, что античные войны ускорили его образование, а раз- витие торговых связей между государствами привело к всеобщему его распространению. Последующая история возвратного тифа прослежена недоста- точно, так как болезнь эта стала распознаваться лишь в XIX сто- летии. Уже в это время это была типичная болезнь бедпоты, жи- вущей в городских трущобах. Эпидемии возвратного тифа, как и сыпного тифа, часто сопровождали войны, причем болезнь неред- ко осложнялась (желчный тифоид). Эпидемии возвратного тифа приняли драматический характер в связи с первой мировой вой- 105
ной, особенно в России. Первая мировая война явилась тяжелым испытанием, приведшим Россию к эпидемиологической катастрофе. Уже в первые годы войны стало быстро нарастать число инфек- ционных заболеваний, тяжелые эпидемии паразитарных тифов, кишечных инфекций, оспы, холеры развились па фронте и в тылу страны. Советская республика получила тяжелейшее эпидемическое наследие, которое усугубилось в годы гражданской войпы (1918— 1921), когда зпачительпая часть территории страны находилась под властью белогвардейских армий и ипострапных интервентов. Хозяйственная разруха, к которой привела гражданская война, осложнилась неурожаен и голодом 1922 г. В этих условиях вспых- нули пандемии паразитарных тифов, заболеваемость которыми до стигла невиданных размеров. По примерным подсчетам, за 1918— 1922 гг. сыпным тифом переболело свыше 6 млн. человек, воз- вратным тифом — 3,2 млн. человек. Поэтому первостепенной задачей молодого советского здраво- охранения являлась ликвидация эпидемий заразных болезней и прежде всего — паразитарных тифов, которая стала общегосудар- ственной задачей. Эта задача, поставленная В. И. Лениным перед органами советской власти всей страны, была успешно решена в последующие 2—3 года. К 1929 г. заболеваемость была снижена до дореволюционного уровня. Затем, после некоторого роста в 30-х годах, заболеваемость возвратным тифом постепенно снижа- лась и эта инфекция была практически ликвидирована накануне войпы. Одпако в годы войпы возвратный тиф был занесен в Сред- неазиатские республики, по-видимому, из Ирана. Работники здра- воохранения долго трактовали его как местную форму клещевого спирохетоза, не приняли необходимых мер к ликвидации немногих очагов, в результате чего после войпы возвратный тиф был заве- зен вместе с реэвакуированным населением на Украину и распро- странился там. Потребовались значительные усилия, чтобы снова ликвидировать эту инфекцию, распространившуюся за пределы территории, куда опа первоначально была занесена. 7.2.3. Сифилис и другие трепонематозы Вопрос о происхождении сифилиса неоднократно рассматри- вался как в отечественной, так и в зарубежной литературе. Од- пако большинство работ относится пе столько к вопросу о проис- хождении сифилиса, сколько к более узкому вопросу, была ли эта болезнь эндемическом в Европе с глубокой древности или же она завезена из Америки. Конец XV века, озпаменовавшийся открытием Америки, ха- рактеризуется также колоссальной эпидемией сифилиса. В. А. Ба- тенин (1936) указывал, что начало эпидемии относится к 1494 г„ когда во время франко-итальянской войны сифилис был завезен в Неаполь испанцами, служившими во французских войсках. От- ступление французской армии сопровождалось распространением 106
сифилиса в Италии и Франции. В 1495 г. массовые заболевания сифилисом отмечались во Франции и Германии, в 1496 г. — в Гол- ландии и Греции, в 1497 г. — в Англии и Шотландии, в 1499 г. — в Венгрии и России. Таким образом, в эти годы сифилис приоб- рел широкое распространение во всех странах Европы. Совпадение крупной эпидемии сифилиса с открытием Америки послужило поводом для предположения о завозе сифилиса из этой части света. Эта гипотеза впоследствии вылилась в теорию аме- риканского происхождения сифилиса. В XIX веке эта теория бы- ла впервые обоснована испанским врачом Моптехо-и-Робледо [цит. по М. В. Борзову (1936), J. Bloch (1901)]. Последний автор приводит свидетельские показания писателей и врачей XV — XVI века и, сопоставив их с происходившими в то время событиями, пришел к выводу, что до открытия Америки сифилис пе был известен в Европе. В то же время в мифах и преданиях американских индейцев оп нашел свидетельства о су- ществовании у них сифилиса до открытия Америки и о средствах его лечения. Согласно этой теории, матросы Колумба, заразившие- ся сифилисом от американских индейцев, завезли его в Европу, где заболевание быстро распространилось. Сторонником этой тео- рии в СССР был Л. В. Громашевский (1941). Он разделял мнение ученых, согласно которому современный сифилис происходит от полового спирохетоза южноамериканских лам и был получен че- ловеком в результате скотоложества, а после открытия Америки распространился европейцами по всему Земному шару. Подобный взгляд высказывал и В. А. Башепип (1936). Другая часть советских эпидемиологов решительно выступила против этой гипотезы. Г. Ф. Вогралик (1935), отмечая несостоя- тельность гипотезы американского происхождения сифилиса, ука- зывал, что сифилис, по-видимому, стар, как само человечество. Описания сифилиса имеются в китайских документах XXV века до пашей эры; в Индии за 800 лет до нашей эры была известна болезнь, сходная с сифилисом и поддающаяся лечению ртутью. Свидетельства о заболеваниях, которые можно считать сифили- сом, имеются в сочинениях Гиппократа, Цельсия, арабских вра- чей IX — XI века, на что указывал еще А. Ф. Малиновский (1914). М. В. Борзов в монографии «Проблема древности сифилиса в Средней Азии» (1936) обстоятельно разбирает фактический ма- териал, которым аргументируют свою гипотезу сторонники аме- риканского происхождения сифилиса, и показывает их несостоя- тельность, изобличая J. Bloch пе только в субъективизме трактов- ки сочинений питателей XIV — XV столетия, по и в прямой подтасовке фактов. Оценивая классовое лицо творцов этой теории, автор указывает, что теория эта «возникла» при капитализме п развивалась как идеологическое оправдание расового угнетения и экономической эксплуатации туземного населения Америки. Ссылаясь на данные ряда зарубежных исследователей, доказы- вающих древность происхождения сифилиса, автор приводит ре- зультаты весьма ценных собственных изысканий, подтверждаю- 107
щих эту теорию. Анализируя сочинения Гиппократа, Цельсия, Арс- тея и других античных врачей, М. В. Борзов находит в них дока- зательство того, что сифилис первичный, вторичный и третичный был уже хорошо известен древним медикам. Древняя медицина, сталкиваясь с различными проявлениями сифилиса, пе могла лишь дать суммарного описания сифилиса как целого, а описы- вала его различные проявления как самостоятельные заболевания. Раскопки древних погребений в различных частях Старого Све- та позволили обнаружить следы сифилитических поражений кос- тей, чего не встречается на скелетах в Америке доколумбийской эпохи. Автор приводит данные археологических раскопок, по ко- торым можно судить, что в XII —XIII веке сифилис был распро- странен в Средней Азии и для лечения его применялась ртуть. Изучение трудов Авиценны (X — XI столетие) также подтверж* дает существование в то время сифилиса в Средней Азии. Таким образом, имеются все основания утверждать, что сифилис имеет древпее происхождение и был известен в Старом Свете задолго до открытия Америки. Происхождение сифилиса нельзя понять, если рассматривать его вне связи с некоторыми родственными ему заболеваниями. В настоящее время известно 4 трепонематоза: сифилис, фрам- безия, пинта и беджел, хотя самостоятельность последнего оспа- ривается и пекоторые считают его тождественным сифилису. Все эти заболевания вызываются трепонемами, весьма родственными между собой. О близком родстве возбудителей свидетельствует пе только принадлежность их к одному роду трепонем, не только сходство патогенеза и клиники этих заболеваний, но также био- логическая и иммунологическая близость трепонем, в связи с чем реакция Вассермана и другие серологические реакции при сифи- лисе применяются и для диагностики других трепопематозов, а ме- тоды лечения их почти тождественны. Несомненно, что все эти факты свидетельствуют в пользу общности происхождения четы- рех болезпей. Из пих только сифилис распространен повсеместно, остальные трепопематоэы встречаются в определенных районах, преимущественно в тропиках. Фрамбезия распространена в Африке н других тропических странах, пипта — в Центральной и Южной Америке, беджел — на Аравийском полуострове. К сожалению, эпидемиология трепопематозов, за исключением сифилиса, слишком мало изучена, чтобы можно было делать ка- кие-либо выводы об их происхождении и взаимной связи. До сих пор, например, неясно, почему эти болезни встречают- ся только в тропических странах. Между тем без детального изу- чения эпидемиологии тропических трепопематозов нельзя попять происхождения сифилиса и родственных ему болезпей. Одна из новейших попыток понять происхождение и эволюцию сифилиса как одного из трепопематозов принадлежит Т. A. Cock- burn (1961, 1967). On полагал, что предками нынешних трепонем явились сапрофитные спирохеты, обитавшие в водоемах и почве. Много миллионов лет назад некоторые из них приспособились к 108
Рис. 7. Географическое распространение трепонематозов в 50-х годах XX века (по данным ВОЗ). 1 — фрамбезмя; 2 — пинта; 3 — эндемический сифилис.
Рис. 8. Географическое распространение трепопематозов в 80-х годах XX века (по данным ВОЗ). Обозначения то жо. что м ня рис. 7.
паразитированию па коже животпых. Неясно, получил ли чело- век эти древние трепонемы по вертикальной линии от своих пред- ков или же от каких-либо животпых (наиболее близкими к чело- веческим трепонемам являются трепонемы кроликов). Трепонема- тозы обнаружены у павианов и шимпанзе. Во всяком случае, первобытный человек их уже имел, так как после его расселения по земной поверхности эволюция трепонем продолжалась и при- вела к образованию пыле существующих трепонематозов. У людей Нового Света, пришедших из Азии через существо- вавший ранее Берингов перешеек, эволюция древнего трепопема- тоза привела к образованию пинты, распространенной преимуще- ственно в Центральной Америке. Малая плотность населения и изолированность отдельных племен в этой области привели к то- му, что в этих условиях шел естественный отбор паразита, вызы- вающего легкое и хроническое течение болезни. В тропических районах Африки и Азии, где люди не носили одежды и был вы- ражен прямой контакт (тела с телом), сложилась более острая инфекция преимущественно с бытовой передачей. Вариантом ее в Австралии с более редким и разбросанным населением явилась сходная болезнь — иркипджа — с более легким и хроническим течением. В более северных районах ношение одежды при значи- тельной плотности населения привело к формированию сифилиса, передающегося преимущественно половым путем. Эволюция тре- понематозов, особенно сифилиса, продолжалась и в исторические времена, будучи связала с общественно-бытовыми условиями жиз- ни людей. Гипотеза Т. A. Cockburn нам представляется весьма убедительной. К сильным ее сторонам относится попытка увязать эволюцию паразита с общественно-бытовыми условиями жизни людей, с ними оп связывает и изменения характера клинического течения трепонематозов. Массовая кампания борьбы с трепопематозами, основанная па применении антибиотиков, оказалась достаточно успешной. Все 4 формы трепонематозов значительно сузили свои ареалы (рис. 7 и 8). Однако и сегодня сифилис и другие трепонематозы пред- ставляют в ряде стран серьезную проблему здравоохранения. 7.3. СПИРИЛЛЕЗЫ И ПСЕВДОМОНОЗЫ Эти две группы бактерий мы выбрали для иллюстрации того, как среди близких между собой бактерий, относящихся к одному и тому же семейству и даже роду, могут существовать как свобод- ноживущие виды, так и высокопатогеппые паразиты. Семейство Spirillaccae — класса Spirillae — достаточно компакт- ная таксономическая группа бактерий с характерной морфологией и метаболизмом. Основную массу их составляют свободноживу- щие водные (пресноводные или морские) формы. К ним относит- ся род Spirillum. Но S. minus, широко распространенная среди крыс бактерия, как правило, пе вызывает у этих животных кли- нического заболевания. При укусе инфицированной крысой чело- 111
века может возникнуть болезнь Содоку, часто протекающая хро- нически и дающая до 10% смертности [Biberstein Е. L., 1975]. Другой род — Campylobacter — состоит преимущественно из услов- но-патогенных и патогенных паразитов кишечного и мочеполово- го тракта животных, которые могут встречаться у человека. Род Bdellvibrio очень своеобразен: это — паразиты бактерий. Опи при- крепляются к клеткам грамотрицателыгых бактерий и являются строями паразитами; многие виды их не удается вырастить в отсутствие бактерий-хозяев. Семейство Pseudomonadaceae класса Pseudomonadae группиру- ется с азотфиксирующими и клубеньковыми бактериями. Возмож- но, отсутствие способности фиксировать атмосферный азот явля- ется утраченным признаком для семейства псевдомонад. Эти поч- венные микробы, довольно не прихотливые в отношении питатель- ных веществ, являются все же гетеротрофами. Вместе с тем среди псевдомонад встречаются условно-патогенные формы, как, напри- мер, сипегпойпая палочка (Р. aeruginosa) и высокопатогенпые микроорганизмы — возбудители мелиоидоза (Р. pseudomallei) и са- па (Р. mallei). Первый из двух названных микробов еще сохра- нил следы происхождепия от почвенных сапрофитов, последний — нежизнеспособен в почве. Второй из родов семейства псевдомо- над — род Xanthomonas — замечателен тем, что его представители являются возбудителями болезпей растений, образуя в клетках своеобразные желтые пигменты — хромированные производные арилоктапов. Другие роды этого семейства — обитатели садовых почв, прокисающих овощей и других органических материалов или кишечника животных и человека, например, Alcaligenes faecalis. 7.4. ДИФТЕРИЯ И ДРУГИЕ КОРИНЕБАКТЕРИОЗЫ Эволюция бактериальных инфекций дыхательных путей типа дифтерии может быть восстановлена по некоторым фактическим экологическим данным. При рассмотрении коринебактериозов обращает на себя вни- мание то, что возбудитель дифтерии не является исключением, и в организме человека паразитирует значительное число родст- венных видов, характеризующихся разной степенью патогенности. Наряду с возбудителями дифтерии — Corynebacterium diphthe- riae — на слизистых оболочках дыхательных путей, глаз и моче- половых путей паразитируют многие виды других корипебакте- рий: С. enzymicum, С. hodgkini, С. flavidum, С. ulcerogenos, С. хе- rose и др. Патогенность их различна. Некоторые виды, такие, как С. pseudodiphthericum, по-видимому, совершенно непатогепны для человека, хотя иногда и патогенны для лабораторных животных (С. flavidum). Другие виды, например С. hemolyticum, С. enzy- micum, являются либо условпо-патогенпыми микробами, либо па- тогенными, хотя и вызывают всего лишь легкие воспалительные явления верхних дыхательных путей и зева. Наконец, дифтерий- ные микробы являются высокопатогенными паразитами, выраба- тывающими сильные токсины. 112
Впрочем, токсипообразовапие у дифтерийных бактерий, с ко- торым связаны основные проявления этой болезни у человека, имеет более сложную природу. Нормальные дифтерийные бакте- рии не вырабатывают токсин, этим свойством обладают дифтерий- ные бактерии, пораженные бактериофагом. J. Т. Syverton (1960) в связи с этим заметил, что дифтерия в сущности является бо- лезнью бактерий, от которой страдает человек. Связь токсигенпости дифтерийного микроба с бактериофагией вряд ли является случи и пой. Просто слишком мало известно о значении этого феномена в эволюции дифтерийной инфекции. Сре- ди коринебактерий имеются патогенные паразиты, вызывающие болезни животных: С. о vis — возбудитель инфекционной офталь- мии овец, С. murisepticum — возбудитель септицемии мышей, С. bovis — возбудитель пиелонефрита крупного рогатого скота и др. Все эти факты дают основание представить эволюцию возбу- дителя инфекций человека типа дифтерии следующим образом. На слизистых оболочках дыхательпых путей человека парази- тируют многочисленные виды бактерий, которые пе являются па- тогенными и обитают лишь на поверхности оболочек, питаясь вы- деляемыми секретами и отмирающими клетками. Многие из них — древпие паразиты, очень давно заселившие слизистые оболочки животных и эволюционировавшие вместе с соответствующими ви- цами животных. Заселение слизистых оболочек происходит сразу же после рождения животных и поэтому многие из этих бактерий находятся пожизненно па слизистых оболочках практически всех особей данного вида (нормальная микрофлора). Передача по типу мать — детеныш и пожизнеппое носительство являются причиной того, что эти паразиты широко распространены среди всех видов животных, в том числе и диких, пе живущих стадами; такой тип передачи безусловно пе способствует выработке паразитом пато- генных свойств. Возможен и взаимный обмен паразитами у раз- личных видов животпых, особенно у домашних, что приводило к обогащению паразитической флоры слизистых оболочек дыхатель- пых путей этих животпых. Можно предполагать, что приручение животпых и заселение жилищ грызунами привели, с одной сто- роны, к появлению повых болезней этих животных, а с другой стороны, к взаимному обмену патогенными и пепатогеппыми ви- дами между человеком и животными. Паразитирование па слизистых оболочках в определенных ус- ловиях могло привести к образованию патогенных видов. Это было возможно уже на ранних этапах развития человека и человече- ского общества, так как предки человека были общественными животными, а появление речи резко усилило обмен микрофлорой дыхательных путей. Эти условия способствовали приобретению паразитами патогенных свойств. Одпако в эти доисторические вре- мена вряд ли могла возникнуть острая эпидемическая болезнь ти- па дифтерии. Скорее можно предположить, что в это время по- явились болезни типа бактериальных катаров, ангин и ппевмопий. 8 Заказ N 1504 1 13
Некоторая патогенность возбудителей этих болезней благопри- ятствовала их более легкому распространению и последующему отбору, а длительное носительство или паразитирование без тя- желых последствий для хозяина способствовало сохранению па- разитического вида. Дальнейшее развитие человеческого общества, увеличение чис- ленности населения, усиление общения между людьми создавали условия для появления дифтерии. Это могло произойти уже в пе- риод античных рабовладельческих формаций, а тем более на по- следующих этапах развития человеческого общества. Невысокая восприимчивость и частое (притом повторное) носительство обес- печивали возможность возникновения и ускорения инфекции на ранних этапах рабовладельческого общества, а возможно, даже в поздний период варварства. Обобщая сказанное, можно заключить, что эволюция возбуди- теля дифтерии шла по пути: непатогеппые паразиты — условно- патогенные паразиты — ипфекции с невысокой восприимчивостью и носительством — ипфекции с высокой восприимчивостью без но- сительства. Одпако было бы наивно думать, что дифтерийная палочка про- изошла от современной псевдодифтерийпой палочки. Мы попыта- лись дать лишь общую схему эволюции, ее главные тенденции. 7.5. СТРЕПТОКОККОЗЫ При изложении этого раздела мы будем придерживаться дан- ных монографии В. Д. Белякова и соавт. (1978), которая выгодно отличается от других монографий о стрептококковых инфекциях широким экологическим подходом, трактующим стрептококков (этим названием авторы подчеркивают этиологический принцип нозологии). Разные клинические и даже эпидемиологические его варианты отражают значения генотипической и фенотипической гетерогенности (неоднородности) двух живых систем — паразита и хозяина. Здесь же отметим, что в новом издании определителя бакте- рий Берги (1980) стрептококки, микрококки (включая стафило- кокков) и пептококки отнесены к одному классу грамположи- тельных кокков и отделены от лактобацилл, с которыми их ранее объединяли. Среди семейств этого класса имеется немало парази- тических форм — накожные паразиты человека и животпых — микрококки, стафилококки, паразиты слизистых оболочек, кишеч- ника и кожи — стрептококки, гомеллы, пептококки, пептострепто- кокки, руминикокки, среди пих также свободпоживущие водные и почвенные формы — планококки, лейкопококки, педиококки. аэрококки, сарципы. Таким образом, эти многочисленные по чис- лу видов группы кокков первоначально были свободпоживущими водными и почвенными сапрофитами, нередко размножающими- ся в гпиющих овощах, и в ходе дальнейшей эволюции многие из пих стали пепатогенпыми паразитами кожи, слизистых оболочек, кишечника, вымени, а часть из них, в частности стрептококки, ста- 114
ди высокопатогенными видами. Мы остановимся па стрептококках, преимуществепно на главном возбудителе заболеваний человека — Streptococcus pyogenes. В определителе Берги (1978) описано 28 видов стрептококков по совокупности биологических, биохимических и серологических свойств. Серологически, по особенностям группоспецифического (С) антигена, они образуют 17 групп. С учетом поверхностного антигена Т выделены дополнительные серовары. В упомянутой монографии В. Д. Белякова и соавт. (1978) представлена эколо- гическая группировка стрептококков — от высокопатогеппых па- разитов человека (S. pyogenes) или животпых (S. zooepidemicus) до сапрофитов (S. lactis). Таким образом, весь род стрептококков как бы отражает стадии эволюции паразитизма. S. pyogenes (р-гемолитический) стрептококк является типич- ным патогенным микроорганизмом. Наличие капсулы, антигенов (белков) Т, R и М рассматривается как факторы вирулентности; к ним относится также вырабатываемый стрептококком экзоток- син, который в свою очередь имеет несколько серотипов (А, В, С), причем первому принадлежит главная роль в патогенезе стрепто- кокковых токсикозов. Имеются осповапия предполагать, что ток- сигепные свойства стрептококка, как это было показано для диф- терийных бактерий, привносятся фагом. В связи с этим стрепто- кокки могут быть высокотоксигенными, малотоксигенными и не- токсигенпыми, образуя крайне гетерогенную популяцию. Таким образом, в данном случае имеет место взаимодействие грех популяций стрептококка, его бактериофага и человека. В. Д. Беляков и соавт. (1978) приводят схему (рис. 9) цирку- ляции стрептококков в организме и связанные с ними проявлепия стрептококковой инфекции. Стрептококковые инфекции распрост- ранены повсеместно, однако разпые формы болезни зависят от климатических и сезонпых условий, возрастной структуры населе- ния, уровней и вида иммунитета. Перемешивания населения, ску- ченность и неблагоприятные бытовые условия способствуют раз- витию заболеваний и эпидемических вспышек. При респираторной инфекции развивается ангина или скарла- тина, которые могут варьировать в разной степени —от выражен- ных форм до бессимптомных. При скарлатине превалирует дейст- вие экзотоксина и вырабатывается антитоксический иммунитет. При ангине преобладают воспалительные явления в миндалинах, при этом возможны повторные заболевания с тенденцией к хро- низации процесса и развитию рецидивов, что связано с аллерги- зацией организма компонентами стрептококка. Антимикробный иммунитет связан преимущественно с антителами к типоспецифи- ческому антигену. Ангина занимает видное место среди острых респираторных заболеваний и закономерности ее распространения определяются инфекционно-иммунологическими соотношениями. Эпидемический процесс проявляется в виде спорадических заболеваний либо в ви- де небольших вспышек в осенне-зимний период. 8е 115
Рис, 9, Циркуляция Str. pyogenes в организме человека и клинические фор- мы болезни. 1 — основной механизм циркуляции «кожных» стрептококков*. 2. 4 — дополнитель- ный механизм эволюции «кожных» стрептококков; 3 — основной механизм цирку- ляции «респираторных» стрептококков; 5 — связи, имеющие ограниченное аполо- гическое значение. Имеются основания считать, что скарлатина развивается при первичной инфекции стрептококками, инфицированными лизоге- низирующим бактериофагом, который индуцирует выработку эрит- рогенного токсина. Заболеваемость скарлатиной значительно ко- леблется как на разных территориях, так и в разные годы, что зависит от уровней колебания антитоксического иммунитета. В. Д. Беляков и соавт. (1978) объясняют различия заболеваемо- сти в северных и южных районах частотой кожной стрептококко- вой инфекции, перенесенной в детстве, а также процессами «не- мой» иммунизации. За последние 20—30 лет имеется отчетливая тенденция к снижению заболеваемости скарлатиной при наличии периодических подъемов и спадов ее. Здесь пет надобности рассматривать другие проявления стреп- тококковой инфекции — ревматизм, рожа, гнойные заболевания, стрептококковую пиодермию (импетиго), острый диффузный неф- рит. Отметим лишь, что взаимодействие стрептококка (включая его бактериофаг) и организма человека достаточно сложны, вклю- чают токсический и микробный факторы: иммунитет и аллергию, что объясняет многоликость стрептококковых инфекций человека. В ряде случаев происходит обмен возбудителями между челове- ком и животными. S. pyogenes, широко распространенные среди людей, часто вызывают маститы у коров. С другой стороны. S. equisimilis и ряд других стрептококков животных может ин- фицировать людей [Fluharty D. М., 1975]. 116
7.6. ТУЛЯРЕМИЯ, БРУЦЕЛЛЕЗ, ЧУМА, ПАСТЕРЕЛЛЕЗЫ 7.6.1. Систематика возбудителей Возбудители чумы, туляремии и бруцеллеза, в соответствии с рекомендациями Международного комитета по систематике бак- терий, относятся к семейству Brucellaceae, в которое входит 4 ро- да: Pasteurella, Jersinia, Francisella и Brucella [Олсуфьев Н. Г., 1975; Mollaret Н., Knapp W., 1971]. В новом издании определите- ля Берги (1980) эта иерархия изменена. Бруцеллы и туляремий- ные микробы отделены от пастерелл и йерсиний, будучи отнесен- ными к разным классам: первые два рода — к классу Pseudomo- nadae, последние два — к классу Enterobacteriae. Будущее покажет правильность такого разделения. Ниже мы будем учиты- вать обе точки зрения. Ниже приведен состав этих родов. Род Pasteurella содержит следующих представителей 1. Р. multocida — возбудитель геморрагической септице- 2. Р. gallinarum 3. Р. naemolytica 4. Р. pfaffii 5. Р. anati pestifer в. Р. septicaemiae 7. Р. pneumotropica мии. — возбудитель куриной холеры. — возбудитель пневмонии овец. — возбудитель чумы канареек. — возбудитель чумы уток. — возбудитель чумы гусей. — возбудитель пневмонии мышей. Кроме того, из фекалий людей, а также от животных выделе- ны пастереллы не систематизироваппые [Домарадский И. В., 19711. Род Yersinia состоит из трех представителей. 1. Y. pestis — возбудитель чумы. 2. Y. pseudotuberculosis — возбудитель псевдотуберкулеза. 3, Y. enterocolitica — возбудитель энтероколита. Два возбудителя составляют род Francisella Г. F. tularensis — возбудитель туляремии. 2. F. novicida — бактерия, выделеппая из воды Велико- го соленого озера (штат Юта, США). Род Brucella представлен тремя видами. 1. В. melitensis 2. В. abortus 3. В. suis — все три являются возбудителями бру- целлеза. Палеогепез семейства в целом, его родов и видов были предме- гом неоднократных обсуждений. Помимо ранее высказанных на- ми соображений [Жданов В. М., 1964], отметим наиболее деталь- 117
70 60 so ьо зо го ю о млн лет Мезозой 1 - L 1 ’ * Кайнозой (третичный период) Палеоген Неоген йнтропоген 1 - (четвертичный Палеоцен Эоцен Опигоцен миоцен nrfjuuui у Плейстоген Рис. 10. Эволюция семейства Brucellaceae [Олсуфьев Н. Г., 1975]. пые исследования Н. Г. Олсуфьева (1964, 1975), В. В. Кучерука (1965) и А. К. Акиева' (1970). По Н. Г. Олсуфьеву, общий предок пастерелл, йерсипий, фрап- сиселл и бруцелл был патогенным или условно-патогенным пара- зитом древних млекопитающих и птиц. Этот предок был родст- вен древним формам энтеробактерий и передавался алиментарным путем. Вероятное время появления исходных форм двух в последую- щем разных групп следует отнести к третичному периоду — па- леогену (67—25 млп. лет назад), когда происходило формирова- ние основных групп млекопитающих и птиц (палеоцен). Во вто- рой половине третичного периода — в миоцене (25—7 млн. лет назад) появилось большинство существующих в настоящее время семейств млекопитающих и птиц, а в плиоцене — (7—2 млн. лет назад) — почти все современные роды. По-видимому, по мере диф- ференциации птиц и млекопитающих в миоцене происходила и дифференциация древних форм на представителей будущих родов. Одной из таких ветвей стали предки пастерелл и йерсипий, дру- гой — предки франсиселл и бруцелл. Действительно, ряд признаков подтверждает это предположе- ние. Возбудители чумы и пастереллезов крупнее размерами, име- ют сходную морфологию клеток, размножаются довольно быстро на сравнительно простых питательных средах, хорошо ферменти- руют углероды. С другой стороны, туляремийные бактерии и бру- целлы мельче размерами, нуждаются в богатых питательных веществами средах, размножаются медленно, слабо ферментируют (туляремийные бактерии) или не ферментируют (бруцеллы) уг- леводы, кроме того, они имеют общий аптигеп. 118
Дальнейшее подразделение каждой из двух ветвей на роды, по-видимому, произошло в конце миоцена и в плиоцене (рис. 10) Ниже подробно представлена возможная эволюция возбудите- лен, входящих в эти роды. 7.6.2. Пастереллезы По-видимому, современные пастереллы в наибольшей степени сохранили черты исходных форм. Они являются возбудителями септических заболеваний, а эпизоотически — это кишечные ин- фекции. Среди них имеются полипатогенные паразиты, поражаю- щие и млекопитающих, и птиц (например, Р. multocida), при этом большинство видов имеет несколько разновидностей (Р. multocida, Р. gallinarum, Р. haemolytica). Десятки миллионов лет назад, ког- да возникли предки этих видов, в стадах диких животных и среди птиц происходил отбор патогенных паразитов, передающихся че- рез воду и корм, а таким образом постепенпо, на протяжении миллионов лет, вначале непатогенпые или условно-патогенные па- разиты кишечника, сходные с предками энтеробактерий, постепен- но превращались в возбудителей септических заболеваний млеко- питающих и птиц. Естественно, что патогенные варианты пастерелл могли в боль- шей степени распространиться среди животных и птиц, чем апа- тогенные варианты. Но чрезмерное повышение патогенности при- водило к вымиранию поражаемой группы животных и к прекра- щению распространепия возбудителя, пе слишком устойчивого во внешней среде. Благодаря действию этого общебиологического процесса на эволюцию пастерелл эти возбудители могли сохранить- ся, либо сохранив полипатогенные свойства для широкого ряда животных — млекопитающих и птиц, либо выработав свойство хро- нически персистировать в организме, либо, наконец, сохранив ге- терогенность популяции по признаку патогенности. И действительно, у пастерелл можно наблюдать все три ука- занные тенденции. Р. multocida, распространенная в мире повсе- местно, как показывает само наименование — полипатогеппый па- разит, поражающий многие виды домашних и диких млекопитаю- щих и птиц. Зарегистрировано несколько сотен заболеваний людей, вызванных Р. multocida [Rosen М. N., 1975], причем человек мо- жет заражаться как от инфицированных животпых, так и от лю- дей. Другой вид, Р. haemolytica, распространенный среди диких и домашних жвачных животпых, также может инфицировать лю- дей. Существует несколько разновидностей этого возбудителя с разными спектрами патогенности. Наряду с острыми заболевания- ми пастереллы могут вызывать хронические септические процес- сы с тенденцией к хроническому персистированию возбудителя. При развитии эпизоотий отмечаются колебания вирулентности возбудителя: она является высокой у бактерий, выделенных во время острых эпизоотий, и снижается у штаммов, выделенных во 119
время вялых эпизоотий. К рассмотрению этих особенностей коле- баний вирулентности возбудителей в разные фазы эпизоотическо- го процесса и связи их с неоднородностью бактериальных попу- ляций мы вернемся при изложении эволюции бактерий чумы и туляремии. Развитие человеческого общества несомненно повлияло на эво- люцию пастереллезов. Взамен многовидовых биоценозов, свойст- венных дикой природе, появились однородные стада с высокой плотностью популяций крупного рогатого скота, овец, коз, пого- ловье кур, индюшек, уток, гусей и даже питомники грызунов — кроликов, морских свинок, крыс, мышей. В таких животноводче- ских хозяйствах на протяжении многих тысяч лет было возможно пе только укорепепие, по и видовая специализация пастерелл. Ве- роятно, эта специализация пе зашла слишком далеко, тем не ме- нее о ее существовании свидетельствует наличие видов, поражаю- щих преимущественно кур (Р. gallinarum), водоплавающих птиц (Р. anatis pestifer, Р. septicaemiae), белых мышей (Р. pnoumotro- pica). В тех биоценозах, где наряду с млекопитающими и птицами сосуществовали кровососущие членистоногие — насекомые и кле- щи, создались условия для появления пастереллезов, передающих- ся кровососущими членистоногими. Этому способствовало то, что все существующие теперь пастереллы и, вероятно, их предки вы- зывали септицемию, распространяясь по крови и диссеминируя таким образом внутренние органы. Бактериемия, регулярно на- блюдаемая при септических процессах, обеспечивала возможность заражения кровососущих членистоногих. По-видимому, возбуди- тель чумы появился в результате такой адаптации пастереллопо- добпого микроба к биологической трансмиссии насекомыми. 7.6.3. Чума Чумной микроб вместе с возбудителями псевдотуберкулеза п энтероколита образуют род Yersinia. Возбудители псевдотуберку- леза и эптероколита по патогенезу вызываемых ими заболеваний (септицемия) и эпизоотологии (кишечная инфекция) мало отли- чаются от типичных пастерелл [Домарадский И. В./1966, 1971]. Их сближают другие свойства — строение бактериальной клетки, метаболизм, наличие общих антигенов. Все эти свойства, особенно последнее, позволяют предположить, что род Yersinia ответвился от рода, общего с родом Pasteurella, сравнительно давно, причем не вследствие адаптации к передаче членистоногими, а в силу обычных процессов дивергенции. Появление Y. pestis имело место уже после того, как произошло разделение общей ветви Pasteu- rella-Yersinia па роды Pasteurella и Yersinia. Вопросы происхождения и эволюции чумы рассматриваются в ряде работ [Ралль 10. М., 1956, 1958; Фенюк Б. К., 1958]. Из бо- лее поздних следует назвать работы В. В. Кучерука (1965), И. И. Николаева (1968), А. К. Акиева (1970). Согласно 10. М. Рал- 120
дю» возбудитель чумы образовался в результате эволюции сапро- фитного предка в начале неогена, будучи па первых порах эволю- ции либо комменсалом в пищеварительном тракте блохи, либо свободноживущим сапрофитом — обитателем прибрежной зоны пресных водоемов. В свете современных данных эти соображения вряд ли приемлемы, и если нэ принимать во внимание адаптацию к блохам, высказанные предположения более приемлемы для объ- яснения возможных путей происхождения предков современных пастерелл и энтеробактерий. Как уже указывалось, предки видов рода Yersinia отделились от общих предков с пастереллами, по- видимому, в позднем палеоцене или раннем миоцене, когда про- изошло образование большинства ныне существующих таксономи- ческих групп млекопитающих. При этом если представители рода Pasteurella поражали разные группы млекопитающих и птиц, то представители рода Yersinia стали паразитами преимущественно или только грызунов. В соответствии с современпыми данными природные очаги чу- мы обеспечиваются наличием основных и второстепенных хозяев возбудителя [Фенюк Б. К., 1958], основных резервуаров и рас- пространителей инфекции. Более подробно анализ современных ареалов чумы представлен В. В. Кучеруком (1965). Существуют две разные группы природных очагов чумы: первичные очаги аридных областей, где возбудитель чумы существует независимо от деятельности человека, будучи нормальным компонентом био- ценозов, и вторичные очаги чумы портовых городов, тропических островов и влажнотропических материковых районов, где сущест- вование очагов чумы вызвано и поддерживается хозяйственной деятельностью человека, вовлекшего синантропных грызунов в циркуляцию чумного микроба. Формирование чумы как болезни с природной очаговостью, при которой основным резервуаром являются грызуны, а перенос- чиками — блохи, могло произойти в конце палеогена или начале неогена, когда образовались ныне существующие биоценозы гры- зунов и паразитирующие па них блохи. Первоначальные природные очаги чумы образовались в райо- нах степей и пустынь с засушливым климатом и пустынно-степ- ными сообществами животных. В этих районах предки нынешних блох, ставшие еще в палеоцене кровососущими паразитами, адап- тировались к грызунам. Таким образом в среднем эоцене форми- ровался биоценоз роющих грызунов и паразитирующих на них поровых блох, и тогда же могло произойти формирование чумного микроба. Питаясь на грызуне во время септицемии, вызванной чумным микробом, блоха получала порцию бактерий, которые размножа- ются в пищеварительном тракте насекомых, вызывали закупорку пищеварительного тракта и гибель блох. Однако в процессе сосу- ществования с грызунами некоторые виды блох выработали спо- собность разрушать микробную пробку струей всасываемой крови, что сопровождается отрыжкой. Именно это приспособление и оп- 121
ределило регулярную передачу возбудителя чумы блохами [Иофф И. Г., 1941], Наиболее древними очагами чумы являются пустынные районы Средней Азии [Ралль IO. М., 1958]. Здесь в третичном периодо возникли плато и на пих поселились сурки — древнейшие хозяева чумного микроба (эоцен, олигоцен). При дальнейшем расселении сурки заняли огромные территории, дойдя в Европе до Альп п заселив Северную Америку. Дальнейшее распространение чумы связано с сусликами, появившимися в миоцепе и плиоцене и рас- пространившимися в пустынных районах Азии, Европы и Север ной Америки. В плиоцене и плейстоцене произошло дальнейшее формирование природных очагов, связанное с мышевидными гры* зунами — песчанками. Центром их формирования стали ирано- афганские пустыни, откуда грызупы распространили чуму в Азию. Европу и Африку. В Южпую Америку чума была занесена сурка- ми и сусликами и здесь укоренилась у свинок. В настоящее время первичные природные очаги чумы распо- ложены в пустынных и полупустынных местностях, а также в плоскогорных и горных районах (рис. И). Основными теплокров- ными хозяевами чумпого микроба являются сурки, суслики, пес- чанки. Характерно, что в Австралии, где эти таксономические группы грызунов отсутствуют, пет природных очагов чумы. Ос- новными переносчиками являются блохи родов Oropsylla, Хепо- psylla. Вторично в эпизоотический процесс могут включаться мно- гие другие виды грызупов, а иногда и другие млекопитающие, а также другие виды блох. Для чумных эпизоотий характерны колебания, когда обширные эпизоотии, характеризующиеся вы- миранием грызупов, сменяются тлеющими очагами. При этом на- блюдаются изменения вирулентности возбудителя, которая повы- шается во время острых эпизоотий и снижается в межэпизоотиче- ские периоды, вызывая у грызунов хроническое течение болезпи [Федоров В. Н., 1944]. При оценке этих явлений наряду с мигра- цией (переносом) возбудителя и переживанием его в микрооча- гах, следует считаться с колебаниями вирулентности возбудителя вследствие неоднородности популяции бактерий чумы, делающей возможность отбора либо высоковирулентных, либо маловирулепт- пых клонов, в зависимости от экологической ситуации [Аки- ев В. К., 1970]. Современные очаги чумы отражают пути эволю- ции, начавшиеся в палеоцене и продолжавшиеся в течение тре- тичного и четвертичного периодов. Резервуаром в природных очагах являются свыше 200 видов грызупов и зайцеобразных [Davis D. Н. et al., 1975]. В Евразии и Северной Африке основными носителями чумы являются беличьи п хомякообразные. В горно-степных и полупус- тынных районах белпчьп представлены двумя родами — сурками (Marmota) и сусликами (Citollus). В районах пустынь храните- лями чумы являются мышевидные грызупы — полевки (Microti- пае), песчанки (Gerbillinao) и хомяки (Cricetinao — в Евразии, а в Африке крысы — Arvicanthis). 122
В Северной Америко в горно-степных районах природные оча- ги также связаны с сусликами и сурками, а также с полевками (Microtus, Lagurus) и хомяками (Neotoma), последние являются основными носителями чумы в пустынных районах. Природный очаг в Венесуэле обеспечивается сохранением чумного микроба хомяками (Sigmodon) и прыгунами (Heteromys). В Эквадоре ос- новными носителями чумы являются беличьи (Sciurus) и хомяки (Oryzomys, Acodon), в Перу таким хранителем возбудителя яв- ляются морские свинки (Cavia). В Бразилии инфекцию поддер- живают хомяки, морские свинки и кролики, а в Аргентине — глав- ным образом морские свинки. Вторичные резервуары возбудителя чумы также относятся преимущественно к грызунам, 13 из 31 се- мейства и 73 из 344 родов содержат виды, являющиеся естествен- ными носителями чумы. Особенно частыми носителями чумного микроба являются представители семейств беличьих (Sciuridae), хомякообразных (Cricetidae), мышевидных (Muridae) и свинок (Caviidae). Чума зарегистрирована также у сумчатых, насекомо- ядных, зайцеобразных, плотоядных и даже у приматов. Природ- ные очаги расположены во всех зоогеографических районах, ис- ключая Австралию, от 35° южной широты до 45° северной широ- ты [Davies D. Н. et al., 1975]. С появлением человека и развитием его хозяйственной деятель- ности возникли вторичные очаги чумы — в густонаселенных мест- ностях вблизи природных очагов чумы, в портовых городах, на тропических островах. Эти очаги связаны с синантропными гры- зунами-крысами и мышами и паразитирующими на них блоха- ми (Xenopsilla cheopis, Nosopsilla fasciatus, Pulex irritans). Как уже указывалось, большинство природных очагов чумы расположено в пустынных и полупустынных местностях, и чело- век сравнительно редко вступает в контакт с зараженными гры- зунами и переносчиками. Возникающие в этих местах заболева- ния обычно носят характер единичных случаев или небольших эпидемий, ограниченных территориально. Если же природные очаги располагаются в населенных местностях, то эпизоотии чумы среди грызунов могут привести к обширным эпидемиям. Приме- ром подобного типа очагов является индийский очаг чумы. Индия является мостом одной из древнейших цивилизаций, где люди еще несколько тысячелетий пазад перешли к оседлому образу жизни. Населенные пункты в ряде районов страны располагались на тер- ритории природных очагов чумы, поэтому чума заносилась в жи* лища инфицированными крысами, и, таким образом, возникали аптронургическно очаги чумы, которые впоследствии сыграли большую роль в распространении этой болезпи по путям торговли и мореплавания. Формирование крысиных очагов чумы привело к росту забо- леваемости людей и эпдемичпости болезни в населенных пунктах Индии. Как известно, при заражении человека от крыс и других грызунов развивается бубопная форма чумы, практически неза- разная или мало заразная. Однако у некоторых больных развива- 123
ется вторичная пневмония как следствие септицемии. Развитие пневмонии приводит к резкому усилению заразности больного, так как инфекция передается теперь воздушно-капельным путем, а каждый вновь заразившийся заболевает первичной легочной формой чумы. Происходит перемена мехапизма заражения, и бо- лезнь из зооноза становится чисто антропонозной инфекцией. Ко- роткий инкубационный период, высокая контагиозность, легкость заражения и абсолютная восприимчивость являются причинами катастрофически быстрого распространения легочной чумы. Если в очагах первого типа появление легочной чумы приводило к огра- ниченной вспышке, то в очаге индийского типа легочпая форма чумы вызывала крупные эпидемии. Однако чума не могла стать антропонозной инфекцией, так как 100% летальность приводила к вымиранию заболевших и к гибели чумного микроба. Эволюция чумы в связи с цивилизацией выразилась в образовании очагов крысиной чумы, всецело связанных с деятельностью человека. На примере индийского очага чумы видно, что крысы являют- ся вторичным, вначале несамостоятельным резервуаром возбуди- теля чумы, затем могут стать более существенными источниками эпидемий чумы среди людей, чем основные хранители возбудите- ля — дикие грызуны, с которыми связано существование природ- ных очагов этой болезни. Однако большие эпидемии чумы иногда бывают связаны и с заражением людей от диких грызунов и их эктопаразитов. Подобным типом распространения были обуслов- лены эпидемии чумы в Маньчжурии в прошлом. Близость насе- ленных пунктов к природным очагам чумы, развитый промысел на тарбаганов, являющихся резервуаром чумного микроба, и при митивные жилищно-бытовые условия способствовали быстрому развитию эпидемий чумы, которые приводили к смерти десятки тысяч людей. Эти эпидемии нередко охватывали зпачительные тер- ритории. Однако и здесь поголовная летальность явилась препят- ствием для становления чумы антропонозной инфекцией. И по- ныне существование чумы связано с наличием очагов ее среди диких грызунов, а заболеваемость людей зависит от характера их хозяйственной деятельности, определяющей степень контакта их с грызунами и эктопаразитами последних. Н. П. Миронов (1958) представил убедительные доказательст- ва существования в прошлом на территории Средней и Юго-Вос- точной Европы природного очага чумы. В свете этих данных тра- диционные описания эпидемий чумы в Европе в первом тысячеле- тии пашей эры и в средние века нуждаются в серьезном пересмотре. Как известно, одной из первых подробно описанных эпидемий чумы является чума Юстиниана (531—580 гг.). Счита- ется, что эта эпидемия началась в Египте и оттуда была завезена в страны Ближнего Востока, Северной Африки, а также в Евро- пу. Г. Ф. Вогралик (1938) указывает, что, по свидетельству Эваг- рия, нередко беженцы, сами оставаясь здоровыми, вызывали вспышку эпидемии. Это мало напоминает распространение легоч- ной формы чумы, и, вероятно, чума Юстппиапа являлась суммой 124
привезенной легочной формы чумы и местных случаев заражения ее бубонной формой в природных очагах. Наиболее интенсивные эпидемии чумы («черная смерть») в Европе имели место в XIV веке (1347—1350 гг. и последующие), когда эта болезнь приняла форму пандемии и дезорганизовала общественную жизнь во многих странах. По приблизительным подсчетам, от этой пандемии чумы в Европе погибла четверть па- селения, т. е. около 25 млн. человек, и столько же в странах Вос- тока. В это время начали вводиться впервые караптиппые меры (quarante — сорок, т. е. 40 дней, на которые задерживались при- бывшие в Италию путешественники и торговцы, чтобы предохра- нить города от заноса в них чумы). Несомненно, что развитие мо- реплавания и торговли способствовало распространению чумы (в частности, крысиной) во время этой эпидемии. Но вполне ве- роятной причиной распространения чумы в это время является 1акже освоение природных ее очагов. Агротехнические меры при- вели к их ликвидации, но это далось дорогой ценой. Эпидемии чумы периодически появлялись и в более поздние времена. В XV веке они разразились во Франции, Германии, Ита- лии, России, в XVI столетии они также были в большинстве стран Европы, по уже не такие интенсивные, как в XIV — XV столетии. Видимо, в ограничении этих эпидемий сыграли роль и карантинные меры, и ликвидация природных очагов чумы в связи с хозяйственной деятельностью (развитие земледелия). В Рос- сии большие эпидемии чумы наблюдались и позже. Одна из та- ких крупных эпидемий опустошила Москву летом 1654 г. В на- чале XVIII века чума вновь вспыхнула во многих странах Евро- пы и России. Однако в XIX веке наблюдались отдельные ее вспышки, которые продолжались и в XX веке. По данным В. В. Кучерука (1965), очаги крысиной чумы воз- никли сравнительно недавно в результате общественной деятель- ности человека. Характерно в этом смысле, что в Австралии пред- ставители рода крыс (Rattus), проникшие в миоцене, не занесли чумы. Многочисленные наблюдения показали также, что возник- новение крысиных очагов чумы пе сопровождается появлением природных ее очагов. Неоднократные заносы чумы в порты Ав- стралии не привели к появлению природных очагов чумы на этом материке. В то же время обратный процесс — формирование крысиных очагов чумы на основе природных ее очагов хорошо иллюстриру- ется па примере портовой чумы в США. Крысиная чума на про- тяжении полутора веков регистрировалась в портовых городах Ти- хоокеанского побережья (Лос-Апджелес, Сан-Франциско, Сиэтл) и пе регистрировалась в городах Атлантического побережья, рас- положенных в тех же широтах (Нью-Йорк, Филадельфия, Балти- мор), и связанных с Африкой весьма интенсивно со времени ра- боторговли. Несмотря па имевшие место случаи завоза чумы па* разитами па оба побережья, портовая чума регистрировалась только на западном побережье. Поэтому приходится сделать вы- 125
вод, что портовая чума Тихоокеанского побережья связана с миг- рацией диких грызупов из близлежащих природных очагов в го- родские популяции крыс, которая невозможна па Атлантическом побережье, поскольку природные очаги чумы расположены па рас- стоянии около 2000 км. Таким образом, чума, сформировавшаяся около 5 млп. лет на- зад как природпо-очаговая инфекция грызунов, передающаяся блохами, проделала за этот период значительную эволюцию. До появления человека эта эволюция была связана со сменой, вернее расширением, групп грызупов, являющихся основным резервуаром возбудителя, и вовлечением в его циркуляцию дополнительных хозяев как среди грызунов, так и среди других групп млекопита- ющих. На ранних стадиях развития общества человек редко со- прикасался с очагами чумы и подвергался заражению. Положение изменилось, когда человек стал заселять районы природных оча- гов чумы. Заражение людей в природных очагах чумы неодно- кратно приводило к распространению легочной формы чумы в условиях сравнительно плотного населения, как это имело место в Маньчжурии в XIX — XX веке и, вероятно, в Европе в XIV ве- ке. С другой стороны, занос чумы из природных очагов в город- ские популяции крыс приводил к формированию крысиных очагов в населенных пунктах, как это имело место в Индии и других странах Юго-Восточной Азии. В дальнейшем, в XVIII — XX веке, с развитием мореплавания и торговли чума стала разноситься крысами и паразитирующими на них блохами в портовые города, где она укоренилась и в определенных условиях вызывала еди- ничные заболевания и вспышки среди людей. В настоящее время в связи с проведением карантинных меро- приятий, а также мер истребления крыс и предотвращения их завоза заболеваемость людей чумой снижается. После революции в СССР была создана противочумная орга- низация на обширных территориях энзоотических очагов страны (Поволжье, Северный Кавказ, Средняя Азия, Восточная Сибирь), благодаря неустанной работе которой была предупреждена воз- можность развития эпидемий чумы, а в дальнейшем были ликви- дированы обширпые природные очаги этой инфекции. Чума мо- жет быть отнесена к числу инфекций, при которых осуществлена ликвидация заболеваний людей, по пе истреблен возбудитель. Ее очаги занимают обширные территории нашей страны. Наиболее обширным и эпизоотически активным очагом в настоящее время является среднеазиатский, простирающийся от Восточного Казах- стана до Нижнего Поволжья и от Северного Казахстана до южных |рапиц Туркмении (Приволжский очаг является его естественным продолжением); вторым по значению очагом является Кавказ’ ский, охватывающий часть Северного Кавказа, западный Прикас- пий и Восточное Закавказье. В обоих очагах носителями чумы яв- ляются песчапки и суслики. Гораздо меньшее значение имеет гор- ный очаг в Средней Азии, где хранителями инфекции являются сурки. 126
Практически ликвидированы в настоящее время два природ- ных очага чумы: один из них прежде охватывал большие простран- ства нижнего течения Допа, Северного Кавказа и Среднего По- волжья (суслики), другой — значительные пространства Забай- калья (тарбаганы). Ликвидация этих очагов была осуществлена в течение двух десятилетий путем усиленного истребления грызу- нов на больших площадях, которые в европейском очаге дополня- лись агротехническими мероприятиями. Ликвидация природных очагов чумы в густонаселенных мест- ностях и существование сильной противочумной организации в районах активных очагов чумы позволили надежно предупредить распространение чумы на людей. Разумеется, отдельные случаи заражения людей в очагах могут наблюдаться, но дальнейшее распространепие заболеваний на людей и тем более за пределами очагов исключается. Чума продолжает оставаться важной проблемой здравоохране- ния. С 1958 по 1979 г. в мире зарегистрировано около 47 тыс. слу- чаев чумы человека в 30 странах. Однако, антропонозная форма легочпой чумы отмечалась редко и в ограниченных районах. Зна- чительная доля всех случаев относится к территории бывшего Южного Вьетнама, где в 1967 г. зарегистрировано 94% всех слу- чаев чумы в мире. Это объясняется последствиями военных дей- ствий американских войск, в частности миграцией населения и применением дефолиантов [Акиев А. К., 1982], которые особенно при повторном пользовании создают исключительно благоприят- ные экологические условия для размножения дикоживущих гры- зунов. В целом же за период 1958—1979 гг. имелась тенденция к снижению заболеваемости чумой (см. рис. И). В частности, это относится к крысиной чуме, довольно широ- ко распространенной в разных странах и поныне. В настоящее время вполне возможно предупреждение заболеваний людей, в то время как ликвидация природных очагов чумы — дело отдаленно- го будущего. 7.6.4. Туляремия Возбудитель туляремии — Francisella tularensis — также отде- лился от общего пастереллоподобного предка, одпако это должно было произойти ранее, чем ответвление чумного микроба. В поль- зу такого заключения свидетельствуют уже упоминавшиеся зна- чительные различия в морфологии и метаболизме пастерелл и фрапсиселл, а также отсутствие у них общих антигенов с пасте- реллами, как это имеет место у чумпого микроба. По-видимому, это произошло еще в эоцене. Вопросы эволюции туляремии освещены в ряде работ И. Г. Ол- суфьева (1964, 1970, 1975). В настоящее время природные очаги туляремии распространены на трех коптинептах Северного полу- шария — в Европе, Азии и Северной Америко. Туляремия обна- ружена у около 150 видов животных, включая 105 видов млеко- 127
Рис, 11. Географическое распространение природных очагов чумы в 70-х годах XX века (ио данным ВОЗ). 1 — возможные очаги; 2 — известные очаги.
питающих, 25 видов птиц и несколько видов рыб, лягушек и жаб. В качестве переносчиков зарегистрировано более 20 видов пксо- довых клещей, 16 видов комаров, 15 видов слепней, 20 видов блох, несколько видов мокрецов [Olsen Р. F., 1975]. Тем не менее основ- ными резервуарами туляремии являются зайцеобразные (зайцы, кролики), а основными переносчиками — кровососущие нксодовые клещи родов Dermacentor, а также Ixodes, Amblyomma и Haema- physalis. Это — так называемый сухопутиый тип природных оча- гов туляремии. В ряде районов Евразии образовался «водный тип» очагов, связанный с амфибиотическими грызунами (водяные кры- сы) и передачей комарами и через воду. Наконец, в определен- ных условиях туляремия может поражать мышевидных грызунов, вызывая обширные эпизоотии. Соответственно и эпидемические проявления туляремии у людей разнообразны. В заячьих и кро- личьих природных очагах туляремии заболевания людей имеют спорадический характер и обусловлены контактами с животными и их эктопаразитами. В районах водных очагов туляремии зара- жение часто наступает при купании в таких водоемах. В очагах, связанных с мышевидными грызунами, заражения людей могут быть связаны с обмолотом зерна из скирд. Применительно к СССР II. Г. Олсуфьев и Б. П. Доброхотов (1969) выделили степные очаги полигостального (полевки, домовые мыши, хомяки и др.) п поливекторпого (Dermacentor, Ixodes) характера, лугополевые очаги (преимущественно полевки, Dermacentor), лесные очагп (по* левки, лесные мыши, Ixodes), пойменно-болотистые очаги (водя- ные крысы, нксодовые клещи). Во всех типах очагов, кроме по- следних, также участвуют зайцы. Первоначальную эволюцию туляремийных бактерий II. Г. Ол- суфьев связывает преимущественно с зайцеобразными. Вероятно, исходная форма туляремийных бактерий возникла в раннем мио- цене или, может быть, даже раньше — в олигоцене и эоцене, когда возникли и стали эволюционировать зайцеобразные. Возникнув в Центральной Азии, зайцы еще в эоцене распространились на континентах Северного полушария. В плиоцене в Старом Свете развились зайцы (Lepus), а в Новом Свете в плейстоцене — кро- лики (Sylvilagus). Эти роды и стали основными хозяевами туля- ремийных микробов, к организму которых последние приспособи- лись. Ведущим механизмом передачи стали кровососущие клещи, преимущественно рода Dermacentor, — наиболее частые паразиты зайцев и кроликов. Вероятно, приспособление к организму клещей вызвало измельчепие микроба, что облегчило его размножение в организме клещей и переживание при метаморфозе хозяина. За- служивает внимания и то обстоятельство, что возбудитель туля- ремии, размножаясь и переживая метаморфозу в клещах, плохо адаптирован к блохам. Это может служить указанием на то, что- эволюция туляремии происходила в зайцеобразных, а не в мелких грызунах, так как для последних блоха является главным экто- паразитом с древнейших времен, в то время как у зайцев глав- ными эктопаразитами являются иксодовые клещи. Таким образом, 9 Заказ N 1564 129>
Рис, 12. Область распространения природных очагов туляре- мии (Олсуфьев Н. Г., 1964]. 1 — северная и 2 - южная границы п ареалы; 3 — зайцев, 4 — кроликов SylvllagUB. 5 — юоликов Oryctolagua и Protolagus 6 — жесткошерстных зайцев Gaprolagus, 7 — клещей Dermacenior.
предки туляремийного микроба, ио II. Г. Олсуфьеву, образовались около 10 мли. лет назад. Мы не можем согласиться с этим заклю- чением и полагаем, что образование предка туляремийного мик- роба могло иметь место значительно ранее — в эоцене и даже в палеоцене (50—G0 млн. лет назад), когда эти предки отделились от общей ветви с настереллами, изменив за время эволюции мор- фологию и метаболизм и потеряв общие антигены. Основные раз- новидности туляремийного микроба — палеарктическая (европей- ско-азиатская) и неарктическая (американская) появились после разделения общего зайцеобразного предка на роды зайцев и кро- ликов, и биологические различия между этими разновидностями туляремийных возбудителей отражают различия экологии, в кото- рой протекала сопряженная эволюция микробов и их хозяев. Окон- чательное формирование существующих ныне разновидностей ту- ляремийного микроба, произошло, по-видимому, в плейстоцене (рис. 12). Вариантом голарктической (палеарктической) расы является среднеазиатская, причем эта раса сохранила древние черты, по- скольку поддерживающие ее биоценозы в значительной мере со- хранили черты древних биоценозов. И поныне циркуляция микро- бов этой расы в основном обеспечивается зайцами и клещами. Что же касается грызунов, то они, по Н. Г. Олсуфьеву, явля- ются вторичными резервуарами франсиселл. При этом наиболее частыми хозяевами туляремийных микробов стали полевки и во- дяные крысы, что и привело к формированию степных и поймен- ных природных очагов туляремии. Последние развились преиму- щественно в Старом Свете. Поэтому не удивительно, что голарктическая раса лучше, чем неарктическая, адаптирована к передаче через воду и комарами. Эта адаптация, как указывает Н. Г. Олсуфьев (1964, 1975), могла усилиться в плейстоцене в связи с таянием ледников и образова- нием разливов озер и болот. Водный путь распространения, до- полняемый летом передачей комарами, обеспечил самостоятельное существование пойменно-болотистых очагов. Данные об эволюции туляремийных очагов в связи с влияни- ем на них исторических факторов представлены А. А. Максимо- вым (1960). Существование туляремийной инфекции обеспечива- ется наличием различного типа природных очагов ее, среди кото- рых для человека наиболее существенное значение имеют очаги полевого типа, встречающиеся в Европейской части СССР. Этот тип очагов, указывает автор, свойствен открытому ландшафту, ос- военному сельскохозяйственной культурой. Основными резервуа- рами возбудителя являются серая полевка и пастбищный клещ Dermacentor pictus; последний, будучи переносчиком, вместе с тем является и длительным хранителем возбудителя. Оба вида — ти- пичные обитатели открытых стаций, редко встречающиеся в таеж- ной зоне. Формирование полевых очагов туляремии связано с развитием сельского хозяйства в Московской Руси, начиная с XVI века, ког- 9* 13F
да происходило интенсивное уничтожение лесов и сольскохозяй* ственпое освоение земель. В результате этого процесса некогда сплошь покрытая лесами территория Московской Руси к копцу XVIII и началу XIX века была превращена в обширные полевые угодья. Эти преобразования создали благоприятные условия для серой полевки и привели к увеличению площади ее обитания, увеличению плодовитости вследствие обилия пищи и удлинения периода размножения при заселении зверьками скирд. Естествен- но, что все это создавало благоприятные условия для увеличения численности пастбищных клещей. Таким образом, незначительные пойменные очаги туляремии, существовавшие, по-видимому, за- долго до появления человека, дали начало новому типу — полевым очагам, всецело связанным с хозяйственной деятельностью людей па определенном этапе развития человеческого общества. В XIX и в начале XX века происходило дальнейшее продвижение этих очагов па север и восток. Великая Отечественная война с ее громадными нарушениями общественной жизни еще более расширила очаги туляремии по- левого типа, так как оставшийся неубранным па больших терри- ториях хлеб явился хорошей пищей для грызупов, размножив- шихся в больших количествах. Этим и объясняются значительные вспышки туляремии в юго-восточных районах Европейской части СССР, отмечавшиеся в 40-х годах. Однако наладившаяся жизнь в послевоенном восстановительпом периоде, в частности быстрое восстановление сельского хозяйства, привело к ликвидации этих временно возникших природных очагов туляремии. С дальнейшим развитием коллективного сельского хозяйства «прогресс» полевых очагов туляремии был остановлен. Внедрение в земледелие передовых агротехнических мероприятий — глубокая вспышка полей, уничтожение сорняков, быстрая уборка урожая и вывоз его с полей, ликвидация мышей и, наконец, специальные мероприятия по борьбе с грызупами — все это создало условия для ликвидации очагов туляремии. Победа колхозного строя и развитие передового сельского хозяйства привели к* ликвидации сходного типа степных мышиных очагов туляремии, более древ- них и свойственных степной зоне юго-восточных районов Евро- пейской части СССР. Таким образом, созданы предпосылки лик- видации туляремийной ипфекции на громадпых территориях. 7.6.5. Бруцеллез Несомненно, бруцеллы и туляремийные бактерии имеют обще- го предка, и мы пытались обосновать время его появления в ран- нем палеогене в связи с сопряженной эволюцией зайцеобразных и паразитирующих па ппх иксодовых клещей. По И. Г. Олсуфьеву (1975), в эволюции бруцелл участвовали вначале зайцы и дикие копытные, а в исторический период одомашпивапия человеком копытных и истребления их диких родичей бруцеллез стал в ос- новном инфекцией домашних копытных животных. Мы хотели бы 132
подчеркнуть, что эволюция бруцелл связана с парнокопытными. По-впдпмому, первыми резервуарами бруцеллезной инфекции стали овцы п козы. Это предположение является общепринятым [Здродовский П. Ф., 1953], хотя высказывался и противополож- ный взгляд, т. е. что овечьи бруцеллы произошли от коровьих, родиной бруцеллеза справедливо считают бассейн Средиземного моря. Здесь впервые в доисторические времена были приручены ов- цы, козы, здесь же и возникла бруцеллезная инфекция. Судя по описаниям, болезнь эта была уже известна Гиппократу. Поэтому совершенно неосновательно утверждение Ch. Nicoll (1937), будто бы бруцеллез зародился в пачале XX века. Когда произошло разделение бруцелл па экотипы, адаптиро- вавшиеся к разным видам животных и ставшие ныне самостоя- тельными видами, сказать трудно. Можпо лишь констатировать, что эволюция бруцелл еще не окончилась, хотя к настоящему времени из единой болезни — овечьего (козьего) бруцеллеза — образовались еще две болезни — коровий и свипой бруцеллез, ко- торые вызываются соответствующими возбудителями. Между край- ними видами В. bovis и В. melitensis в разных географических зонах имеются переходные разновидности. Например, в Закавказье и Крыму были обнаружены штаммы, дифференцируемые в бак- териологических пробах как В. melitensis, но серологически бо- лее близкие к В. bovis. К настоящему времени описано немало таких переходных форм и вариантов бруцелл и даже самостоя- тельных видов [Вершилова П. А., Островская Н. Н., I960]. Среди них можпо назвать В. ovis, В. intermedia, В. brucei var. lisbonnei, var. bronchiseptica (выделены от собак), var. leporis (выделены от зайцев), var. boninohumana, var. Newzealand. А. Ф. Пинигин и соавт. (1962) описали В. rangiferi соверных оленей как само- стоятельный вид. На Таймыре этим вариантом поражаются как дикие, так п домашние популяции животных. Описаны случаи заражения людей, главным образом оленеводов и членов их семей. Большинство исследователей полагают, что очаги бруцеллеза оле- ней (Карпбу) следует рассматривать как самостоятельные [Пи- нигин А. Ф. и др., 1978; Hendric S., Meyer М., 1975]. Их сущест- вование пе зависит от очагов бруцеллеза других сельскохозяйст- венных животных. Проникновение В. rangifer в стада диких северных оленей приводит к образованию природных очагов ин- фекции. Возможна трансформация одних разновидностей бруцелл в другие в эксперименте, что, вероятно, отражает существующие соотношения в природе. П. Ф. Здродовский (1953) справедливо указывал, что эти факты можпо объяснить продолжающейся эво- люцией бруцелл в связи с адаптацией их к разным животным. Однако при этом основными видами остаются В. melitensis, В. abortus и В. suis. Самостоятельность выделенной от грызунов В. neotomae нуждается в подтверждении. Несмотря па широкую патогенность бруцелл для разных жи- вотных, в естественных условиях бруцеллезом болеют только до- 133
машине животные, именно овцы, козы, коровы, свиньи. Вторич- ными резервуарами могут быть и другие животные, в том числе грызуны, но ни один из этих видов не может создать стойкого очага бруцеллеза. Обнаружение бруцеллеза у диких животных (грызуны, зайцы, норки, лисы, олени, лоси) обусловливает необ- ходимость дальнейших исследований природной очаговости бру* целлеза. Бруцеллы выделяются с мочой, калом и заражение животных происходит главным образом через почву (корм), загрязненную больными животными, а также при случке и во время кормления молоком молодняка. Длительный заразный период способствует устойчивости очагов бруцеллеза. Несмотря на высокую заболеваемость людей в очагах бруцел- леза, особенно бруцеллезом мелкого рогатого скота, которым за- ражаются главным образом через молоко и молочные продукты, эта болезнь пе стала антропонозной ппфекцией. Причиной этого яв- ляется преимущественная передача инфекции через мочу и мо- локо, а это не обеспечивает распространения возбудителя от че- ловека к человеку или имеет лишь ограниченное значение. 7.7. ЭНТЕРОБАКТЕРИОЗЫ 7.7.1. Состав класса В новом издании систематики бактерий (1980) семейство Еп- terobacteriaceae помещено в один класс с вибрионами, а также с 10 другими родами грамотрицательных бактерий, среди которых— гемофилы, пастереллы, ногушии и др., а также бактерии — симби- онты или паразиты простейших. Семейство разделено на 5 основ- ных триб: Escherichirae, Klebsielleae, Proteae, Yersinieae, Eriwi- nieae. Последние являются паразитами преимущественно расте- ний, предпоследние были рассмотрены в предыдущем раздело (чума). Опуская рассмотренные трибы Proteae — сапрофитов гни- ющих отбросов и иногда виновников пищевых отравлений, и клеб- сиелл, среди которых имеются возбудители пневмонии, озены и риносклеромы, остановимся на эволюции первой трибы (Escheri- chieae). В ее состав входят паразиты кишечника, не патогенные или условно-патогенные (Escherichia, Edwardsiella, Citrobacter) и па- тогенные (Salmonella, Shigella). Хотя древними предками энте- робактерий являлись почвенные бактерии, однако они уже давно приспособились к паразитированию в кишечнике животных, пре- имущественно-теплокровных, так как для своего метаболизма они могут использовать большое число сравнительно простых ор- ганических соединений — органические кислоты, в том числе ами- нокислоты, углеводы [Stainier R. et al., 1979]. Генетически они представляют собой родственную группу, в связи с чем возможно образование хромосомных гибридов между эшерихиями, сальмо- неллами и шигеллами. Генетические карты представителей этих
родов также близки между собой. Наконец, для рассматриваемой группы бактерий характерно наличие у них экстрахромосомных факторов наследственности — эписом или плазмид, включая по- ловой фактор, или фактор фертильности (F), и фактор резистент- ности (R) к антибиотикам. Значение этих факторов описано Д. Г. Кудлай (1969, 1977) и другими авторами. Для систематики видов этого семейства большое значение име- ли исследования F. Kauffmann (1951), разработавшего классифи- кацию сальмонелл на основе соматических (О) и поверхностных (Н) антигенов. Эти принципы были применены затем и для дру- гих родов семейства энтеробактерий. На основе этих принципов было выделено громадное число видов или разновидностей сальмо- нелл, число которых в настоящее время измеряется тысячами. Такое обилие видов и разновидностей (а число их неуклонно увеличивается каждый год) является серьезным препятствием для практического использования классификации Уайта—Кауф- манна. К тому же накоплено значительное число фактов, указы- вающих на крайнюю пластичность энтеробактерий, их выражен- ную изменчивость и возможность взаимного превращения не только разных видов, по и в пределах разных родов пыне приня- той систематики. Так, D. N. Bruner и Р. R. Edwards (1947) показали, что пу- тем выращивания на средах с соответствующими Н-сыворотками удается получить превращение сальмонелл одного серологичес- кого варианта в другой. Эти опыты свидетельствуют, что многие серологические варианты сальмонелл являются не сложившимися видами, а взаимпообратимыми вариантами. По характеристике О-антигепов часть Escherichia coli (Е. co- li) приближается к шигеллам, часть — к сальмонеллам [Бори- сов Л. Б., 1973]. В соответствии с данными W. Н. Ewing (1966), В. Д. Тимакова и В. Г. Петровской (1972), семейство Enteroba- cteriaceae образует 4 группы: 1) Shigella—Escherichia; 2) Salmo- nella—Arizona, Citrobacter; 3) Klebsiella—Enterobacter, Serratia; 4) Proteus—Providensia. В упомянутом руководстве [Stainier R. ot al., 1979] дана следующая группировка родов: 1) Escherichia. Salmonella, Shigella, а также Arizona и Citrobacter (большей частью патогенные или условно-патогенные паразиты); 2) Ente- robacter, Serratia, Erwinia, а также Klebsiella и Hafnia (паразиты дыхательных путей, почвенные бактерии, возбудители болезней растений); 3) Proteus, а также Providencia (бактерии гниющих отбросов, условно- или безусловно-патогенные паразиты); 4) Yer- sinia (возбудитель чумы). В обзоре J. Oerskov и соавт. (1977) приведены более полные данные об антигенах Е. coli. Антигены О (их насчитывают 164) Е. coli дают перекрестные реакции с Shigella, Salmonella и Kleb- siella, а также с холерным вибрионом. Перекресты с другими, да- леко отстоящими родами имеются и по антигенам К. Можно предположить, что такая мозаика связана с межродовыми пере- носами гепов вирусами и плазмидами. Имеются основания счи- 136
доля дизентерии Григорьева — Шига резко уменьшилась. Это объ- яснение, однако, пе подтвердилось, так как частота заболеваний дизентерией Григорьева — Шига снижалась относительно и абсо- лютно, пока эта форма вообще пе перестала встречаться. По пашему мнению, причиной ликвидации дизентерии Гри- горьева — Шига являются профилактические и противоэпидемиче- ские мероприятия по борьбе с дизентерией, которые стали широко и систематически проводиться особенно с середины 30-х годов, Эти мероприятия (прежде всего, исчерпывающая госпитализация) позволили элиминировать дизентерию Григорьева — Шига — ост- рую инфекцию без носительства — и меньше повлияли па дизен- терию Флекснера или Зоппе, для которых характерно наличие стертых и хронических форм с носительством. 7.7.5. Холера Возбудитель холеры относится к роду вибрионов, который ши- роко представлен сапрофитными видами, обитающими в почве п воде. Из патогенных видов, кроме холерного вибриона, имеется несколько возбудителей поносов домашних животных, преимуще- ственно птиц. Описано около 100 случаев заражения людей V. fe- tus, который служит причиной абортов у овец и коров. V. fetus также обнаружен у кур, свиней, обезьян и антилоп. Зарегистри- рованы случаи заболевания людей (вплоть до смертельных исхо- дов). Этот вибрион многократно изолирован от 14 видов морских рыб, крабов, устриц н из прибрежной воды в Японском п Балтий- ском морях. Этот пли близкий вид вызывает гибель голубых кра- бов. Нуждается в объяснении изоляция вибриона от клинически здоровых птиц из зоопарка в Японии [Вгупсг J. Н., 1975]. К роду вибрионов примыкает еще 4 рода — обитатели пресноводных и морских бассейнов, среди которых встречаются паразиты рыб и моллюсков, обитающие в светящихся органах этих животпых (род Photobacterium). Изучение холерных вибрионов позволило установить резко вы- раженную изменчивость и наличие многочисленных разновидно- стей, различающихся по морфологическим, культуральным по от- ношению к фагам и другим свойствам. Из кишечника больных холерой и попосом, а также из внешней среды удалось выделить холероподобные вибрионы, сходные с холерпым по морфологиче- ским и культуральным признакам и имеющие общий Н-антигеп. Особо следует отметить вибрион Эль-Тор, который может быть признан разновидностью холерного вибриона с менее выражен- ной, чем у последнего, патогенностью. Впрочем, в 1938 г. на о. Су- лавеси (Целебес) паблюдалась эпидемия холеры тяжелой формы, вызванной вибрионом Эль-Тор, а в 60-х годах в странах Юго-Вос- точной Азии наблюдались крупные эпидемии холеры, вызванные этим возбудителем. Таким образом, между водными вибрионами и холерным виб- рионом существуют многочисленные промежуточные формы, из 144
которых один, как вибрион Эль-Тор, являются высокопатогепными разновидностями холерного вибриона, другие, как вибрион Кучера, более приближаются к водным формами, третьи, как вибрионы Фипклера — Приора, Мечникова, занимают промежуточное поло- жение, будучи в большей или меньшей степени патогенными для человека и животпых. В целом же род Vibirio является довольно компактной группой, в пределах которой и патогенные, п сапро- фитные виды имеют много общего. Эта общность проявляется в морфологии, в культурально-биологических свойствах, в строении антигенного аппарата, в частности в химическом его составе. На- конец, длительная сохраняемость холерного вибриона в воде и малая стойкость к высыханию также роднят его с водными виб- рионами. По последнему изданию определителя Берги (1980), водные и патогенные формы имеют значительное сходство, разли- чаясь по менее существенным признакам. Сопоставление этих фактов позволяет сделать вывод о генетическом родстве между хо- лерными и водными вибрионами. Считается, что у некоторых пред- ставителей рода водных сапрофитов вибрионов под влиянием от- бора развились патогенные свойства по отношению к человеку или животным, в результате чего эти вибрионы стали постоянны- ми патогенными паразитами их организма. Фактором естественно- го отбора мог стать в то время процесс общения животных или людей с водоемом, служившим местом первичного пребывания мик- роба. Разделяя эту точку зрения, мы хотели бы лишь уточнить не- которые моменты. Несомненно, холера должна быть отнесена к древним эпидемическим болезням. Клиническая индивидуальность и высокая эпидемичность этой болезни пе могли по обратить па себя внимание и поэтому сведения о холере имеются в древней- ших памятниках античной литературы — в индийских источни- ках IX — VII века до пашей эры, описаниях походов Александра Македонского и др. По-видимому, Индия является родиной холеры, и возникнове- ние этой болезни следует отнести ко времени возникновения древ- них прпречных культур. Здесь, в бассейне Гапга и Брахмапутры, создавалось неповторимое сочетание природных и социальных факторов: жаркий климат, обилие осадков, заболоченность мест- ности, с одной стороны, и высокая плотность населения, массив- ное и постоянное фекальное загрязнение водоемов, из которых жи- тели пользовались питьевой водой, — с другой. В этих условиях непрерывно происходила циркуляция микробов по кругу: вода — кишечник человека — вода. Вибрионы, попадающие из гниющей воды в кишечник человека, могли приспособиться к паразитиро- ванию в нем. При этом больше шапсов на распространение имели микробы, приобретавшие патогенные свойства (способность вызы- вать попос). В дальнейшем отбор направлял изменчивость виб- рионов в сторону усиления патогенности, притом не вообще, а именно в сторону усиления способности вызывать понос в ре- зультате острого воспаления кишечника. Таким путем п могли 10 Заказ Ml 1564 145
Рис. 13. Мировой очаг холеры в Индии (по материалам ВОЗ). произойти холерные вибрионы. Этот процесс видообразования про- должается и сейчас, чем можно объяснить широкую вариабель- ность холерного вибриона и обилие родственных видов ц разно- видностей. Указанные особенности Индии как мирового очага холеры со- хранялись без существенных изменений до недавнего времени (рис. 13). Из Индии холера распространялась по путям коммуни- каций, однако нигде она не могла укорениться так прочно, как в Ипдии, в силу неповторимости имеющегося там сочетания при- родных и социальных факторов. История эпидемий холеры отражает развитие капитализма в XIX столетии, охватившее все страны мира, в том числе Индию. Холера, многие тысячелетия существовавшая лишь в индийском эндемичном очаге, стала распространяться во всем мире и вы- звала 6 пандемий. Первая пандемия (1817—1823 г.) охватила со- седние с Индией страны (Китай, Цейлон, Персия), а затем рас- пространилась в Россию и Европу (рис. 14). Вторая пандемия (1826—1837 г.) охватила также соседние страны, а затем через Кавказ и Турцию — Россию и Европу. Третья пандемия (1844— 1864 г.) распространилась па восток (Китай, Филиппинские ост- 146
рова) и на запад (Россия, Европа, Северная Африка), достигнув я 1948 г. Северной Америки. Четвертая пандемия (1864—1875 г.) возникла сразу после предыдущей, охватив Азию, Африку, Евро- пу и Америку; открытие Суэцкого канала и строительство желез- пых дорог ускорили ее распространение. Пятая пандемия (1883— 1896 г.), в отличие от предыдущих, началась не эпидемией в Ин- дии, а развилась во время относительно низкого уровня заболевае- мости ею в этой стране. Болезнь быстро распространилась на все материки вследствие развитых в то время путей сообщения. Шес- тая пандемия (1900—1928 г.) развилась уже в настоящем столе- тии и являлась фактически серией повторных заносов болезни из Индии и соседних стран в Европу, Африку и Америку. После этой пандемии вследствие принятия международных карантинных мер холера уже не приобретала пандемического распространения, хотя многократно заносилась из Индии в соседние и отдаленные от нее страны. Однако в то время как классическая холера сохранилась глав- ным образом в ее исторических очагах, в 60—70-е годы текущего столетия развернулась пандемия холеры, вызванная вибрионом Эль-Тор. Хотя патогенность у этого вибриона менее выражена, чем у V. cholerae, однако и это заболевание нередко вызывало смертельный исход. Считается, что первоначально (1957—1958 г.) эпидемия распространилась на о. Сулавеси, откуда в 1961 г. она была занесена в другие части Индонезии, в Индию, Афганистан, Непал, Пакистан. В 1962—1964 годах было поражено 18 стран, в 1965—1970 годах — 38 стран, в 1970 г. холера Эль-Тор была занесена в СССР [Бургасов П. Н., 1971]. Более детальные описа- ния пандемии холеры Эль-Тор можно найти в упомянутой моно- графии, а также в статье В. П. Сергиева и соавт. (1981). Здесь уместно отметить, что многое в этиологии и эпидемиологии холе- ры Эль-Тор до сих пор остается загадкой. Возбудитель появился одновременно в виде двух разновидностей, серологически анало- гичных вариантам Ogawa и Inaba вибриона классической холеры. Многими авторами было показано, что впбрион Эль-Тор пе только длительно (более года) может сохраняться в водоемах, по и размножаться в водах, богатых органическими вещест- вами. В прошлом известны случаи, когда вибрионы Эль-Тор регуляр- но высевались пз стоячих или слабопроточных теплых водоемов, загрязненных сточными водами. Для ликвидации такого рода оча- гов подчас бывает достаточным сброса воды из вышележащих во- доемов. Такого рода «промывка» использовалась в практике борьбы с холерой Эль-Тор. Естественно, что такие водоемы долж- ны подвергаться систематической проверке на содержание виб- рионов. В нашей стране очаги занесенной холеры Эль-Тор были лик- видированы энергичными противоэпидемическими мерами, вклю- чая химиопрофилактику, а быстро развернувшееся строительство очистных сооружений закрепило достигнутый успех. Ю* 147
В глобальном же масштабе холера остается серьезном пробле- мой. Наряду с исторически сложившимися очагами холеры в За* надпой и Восточной Бенгалии (Индия, Бангладеш) произошло (размывание» этих исторически сложившихся очагов н новые ее очаги возникли далеко за пределами Бенгалии. При нынешнем экологическом положении и уровне развития здравоохранения в развивающихся странах холера, в частности холера Эль-Тор, еще долго будет представлять нерешенную проблему. 7.8. СИБИРСКАЯ ЯЗВА И КЛОСТРИДИОЗЫ Сибирская язва (род Bacillus) и клостридиозы (род Clostridi- um) вызываются спороносными бактериями — бациллами и клост- рпдиями, среди которых имеется значительное число сапрофитных свободноживущих форм. Это главным образом почвенные мик- робы и обитатели гниющих отбросов. 7.8.1. Сибирская язва Сибирская язва в естественных условиях поражает как диких, так и домашних животпых, а иногда и человека. Из домашних животных наиболее часто поражаются крупный и мелкий рогатым скот, лошади, из диких — олени, антилопы и буйволы. Болеют так- же свиньи, собаки, норки [Wright G. G., 1975]. Сибиреязвенная бацилла имеет близкие родственные виды среди почвенных мик- робов, которые иногда отличаются от нее. Особенно близка ей Bacillus cereus, имеющая общие антигены, что дает основание не- которым авторам считать В. anthracis патогенным вариантом В. cereus. Однако G. Ivanovics и J. Foldes (1958) справедливо критиковали эту точку зрения, доказывая обособленность этих двух видов. С таким положением следует, бесспорно, согласиться, подчеркнув близость данных видов. Вполне вероятно, что пато- генный вид В. anthracis произошел от сапрофитного вида В. cereus и теперь это — строгий паразит, высокопатогенпый для животных, вызывающий при заболевании обычно их гибель. Наряду с бе- шенством это один из редких случаев, когда патогенный паразит вызывает быструю гибель хозяина. С экологической точки зрения, подобные свойства возбудителя будто противоречат интересам со- хранения вида. На примере чумы мы видели, что чрезмерная па- тогенность возбудителя не дала возможности этой болезни стать антропонозом, хотя воздушно-капельпый путь передачи инфек- ции устанавливается каждый раз, среди людей возникает легочная форма чумы. При бешенстве (см. ниже) летальность инфекции компенсируется длительностью инкубации, а также тем, что за- раженное животное инфицирует ограниченное число особен. Для летальных инфекций характерно, что возбудитель никогда не за- соляет значительной части популяции своих хозяев и лишь в осо- бых условиях, при массовом их размножении, может стать суще- 148
ственпым регулятором их численности (например, острые эпизо- отии чумы у песчанок). В рассматриваемом примере с сибирской язвой биологический цикл паразита состоит из чередования кратковременного пребы- вания в инфицированном организме с последующим, весьма дли- тельным нахождением в почве. При этОхМ лишь ничтожная часть популяции сибиреязвенных микробов начинает следующий биоло- гический цикл. Наличие чрезвычайно стойких спор и является приспособлением, которое позволяет выжить этому возбудителю как биологическому виду. Мы не акцентируем здесь внимание на другом возможном механизме передачи сибирской язвы — с по- мощью жалящих кровососущих насекомых (слепни, мухи-жигал- ки), поскольку участие этих переносчиков приводит к расшире- нию эпизоотического процесса. Однако не этот путь, а сохранение в почве спор и попадание их в пищеварительный тракт травояд- ных вместе со съеденной травой являются главными механизмами распрострапепия сибиреязвенного микроба, обеспечивающими его существование как биологического вида. В. А. Крамппский и Ю. И. Соркпп (1970) также рассматри- вают обитателей степных почв как предков сибиреязвенного мик- роба. Опп отмечают, что во второй половице плиоцена п в плейсто- цене имело место возрастание площади саванно-степных ланд- шафтов и увеличепие численности копытных травоядных. Именно в это время создались благоприятные условия для заселения ки- шечника жвачных почвенными бактериями, которые могли стать сначала условно-патогенными, а затем — патогенными паразита- ми. Эволюция возбудителя сибирской язвы пошла по пути такого резкого усиления патогепности, что осуществление мехапизма пе- редачи стало затруднительным или даже невозможным без гибе- ли хозяина. В то же время наличие спорообразования дало воз- можность возбудителю длительно сохраняться в почве. Еще более детальный анализ эволюции возбудителя сибирской язвы дает Г. В. Колонии (1970, 1971). Оп отмечает чрезвычайно замедленную циркуляцию в природе возбудителя сибирской язвы, который подавляющую часть своего кругооборота проводит в почве, а это в свою очередь привело к замедленным темпам его эволюции. Поэтому маловероятно, чтобы инфекция возникла сре- ди уже одомашненных животпых. Этот автор отмечает также, что больные животные практически пе выделяют возбудителя во внеш- нюю среду с испражнениями и мочой, так как в основе болезни лежит септический процесс с диссемппацией возбудителя во внут- ренние органы. Этот патогенез и предопределил необходимость ги- бели хозяина как условие непрерывности эпизоотического про- цесса. Формирование природных очагов сибирской язвы происходило в четвертичном периоде в северном полушарии, а дальнейшее расширение ареала было связано, с одной стороны, с вовлеченном в эпизоотический процесс кровососущих переносчиков (распрост- ранение на север, в таежные области) и с хозяйственной деятель- 1.4Э
Рис. 14. Движение холеры в период первой пандемии 1817—1823 г. 1 — родина холеры: 2 — главные пути распространения эпидемий; 3 — их ветви; 4 — пути распространения эпидемий о стране*. 5 — местности перезимовки холеры. яостыо человека — с другой (завоз в Америку и Австралию) (рис. 15). Появление человека и его общественно-хозяйственная деятель** кость не повлияли существенно на эволюцию возбудителя сибир- ской язвы, хотя эта инфекция и стала частой болезнью домашних животных. Эпизоотология сибирской язвы как кишечно-почвенпой инфекции полностью сохранилась, хотя произошло некоторое уси- ление интенсивности эпизоотического процесса, в результате ко- торого погибало больше животных, а почва интенсивнее загрязня- лась спорами сибиреязвенного микроба («проклятые поля»). По- этому сибирская язва сохранила все черты, которые были характерны для нее многие миллионы лет назад, когда почвенный микроб эволюционировал и стал летальным паразитом, сохранив способность образования стойких спор, которые имели и его са- профитные свободпоживущие предки. Первые письменные свидетельства о сибирской язве относятся к Древнему Египту, а распространение болезни на север — в тунд- ру и на восток, вплоть до Якутии, датируется XVIII — XIX века- ми. На американском континенте сибирская язва появилась в XVIII веке, а в XIX веке она была завезена в Австралию. Интенсификация сельского хозяйства и противоэпизоотические меры приводят к сокращению ареала сибирской язвы в Европе, 150
Рис, 15. Эволюция ареалов сибирской язвы [Колонии Г. 1971]. 1 __ предполагаемый центр возникновения болезни; 2 — область природной очаговости в конце плейстоцена; 3 — сов- ременная область энзоотической очаговости. Стрелками показаны пути распространения сибирской язвы о домашним скотом.
.а также в ряде районов СССР. Этот процесс будет продолжаться в дальнейшем по мере достижения странами высокого уровня ве- теринарного и санитарного обслуживания. 7.8.2. Клостридиозы Своеобразную особенность представляют раневые ипфекции — анаэробные клостридиозы и столбняк. Возбудители этих инфек- ций являются нормальными обитателями кишечника жвачных, нередко встречаются и в кишечнике человека, пе вызывая вредных последствий, а некоторые из них (например, Clostridium pcrfrin- gens) стали такими же постоянными обитателями кишечника че- ловека, как и Е. coli. Обладая мощными ферментными системами, эти микробы при попадании в раны могут вызывать тяжелые, смертельные заболевания — газовую гангрену, столбняк. Однако способность вызывать такого рода заболевания вряд ли является приспособительным механизмом, обеспечивающим сохранение па- разитического вида, так как сохранение этих паразитов обеспе- чивается способностью образовывать стойкие споры, чем облегча- ется алиментарпое заражение животпых при поедании загрязнен- ной фекалиями травы. Эти микробы встречаются у всех особен вида хозяев (домашних животпых), причем заселение кишечника происходит у животных в молодом возрасте или сразу после рож- дения. Однако это «случайное» свойство — патогенпость — в опре- деленных условиях может закрепиться, так возникают ипфекции тппа брадзота, лимберпека, ламзикте и др. В работах П. II. Бургасова и С. Н. Румянцева (1967, 1968) рассматривается эволюция возбудителя ботулизма. Авторы счита- ют, что способность вырабатывать токсин (известны 6 сероваров его) не является случайным свойством, а связана со взаимоотно- шением между микробом и макрооргапизмом и его эволюцией. Появившиеся у некоторых сапрофитных клостридий летальные свойства позволили им выделиться из массы других сапрофитов, обеспечив лучшие и своеобразные особенности распространения и сравнительно обособленную сферу существования. Разлагающий- ся труп животного, став средой размножения и токсинообразова- ния, является вместе с тем и источником дальнейшего распростра- нения микроба. Авторы рассматривают 3 формы циркуляции возбудителя бо- тулизма: свободиоживущую, иепатогенный паразитизм (оптобиоз) и летальный паразитизм, завершающийся сапрофитным размноже- нием (рис. 16). Своеобразие циркуляции возбудителя заключается в том, что гибель макрооргапизма пе сопровождается гибелью воз- будителя, который, как и в случае с сибирской язвой, может дли- тельное время сохраняться во внешней среде в виде спор и цир- кулировать по типу оптобиоза. Поскольку ботулиновые токсины полипатогенны, можно счи- тать естественную резистентность приобретенным видовым при- знаком, передающимся из поколения в поколение. Этим, по мпе- 152
Таблица 9. Сопряженная эволюция возбудителя ботулизма и макроорганизма (по П. Н. Бургасову и С. Н. Румянцеву) Этапы эволюции Экологическая ха- рактеристика возбу- дителя Этапы эволюции ан- титоксического им- мунитета макроорга- низма Взаимоотношения между возбудителем и макроорганизмом Свободпоживу- щая предковая форма Сапрофитизм Адаптивные меха- низмы антиток- сического имму- нитета отсутст- вуют Отсутствуют I этап эволюции Возможно наличие Ложный парази- Cl. botulinum: адаптация к ми- кроорганизму че- рез фазу ложно- го паразитизма ипадаптивной патогенности тизм появление спс- Возникновение па- Факультативный диализирован- ного механизма передачи тогенных свойств, имею- щих адаптивное значение паразит завершение фор- Интенсивное ток- «Летальный» пара- мирования спе- синообразова- зитизм, интен- циализирован- ппе, высокая па- сивная циркуля- ного механизма передачи тогенность I этап адаптации: формирование видовой резис- тентности к ток- сину ция возбудителя через фазу он- тобиоза Ограничение цир- куляции возбу- дителя через фа- зу оптобиоза II этап адаптации Образование но- «Летальный» па- Cl. botulinum к микроорга- низму III этап адаптации и т. д. вого этапа II этап адаптации: формирование видовой резис- тентности к ток- сину возбудите- ля нового тппа разитизм, интен- сивная циркуля- ция возбудителя нового тппа че- рез фазу опто- бноза Ограничение цир- куляции возбу- дителя пового типа через фазу оптобиоза Исходя из этих данных, авторы считают серовары А и Е филогенети- чески более молодыми, нежели серовары В, С, D, к которым резистентны эврифаги. 153
Таблица 11. Заболевания животных, вызываемые хламидиями (по Терских И. И., 1979) Животные Болезнь Крупный рогатый скот Бычпй энцефалит Энцефалит телят Аборт коров Гепатопатня (и аборт) Пневмония коров Пневмония телят Вульвовагипит гранулезный Энтерит быков Орхит Эпидидимит Гастроэнтерит телят Полиартрит телят Бессимптомное носительство* Телята Коровы Мелкий рогатый скот Энзоотический аборт Пневмония овец Кератоконъюнктивит н полиартрит овец Полиартрит овец Аборт коз Пневмония коз Бессимптомное носительство* Овцы Ягнята Свиньи Перикардит свиней и поросят Артрит Кошки Пневмония Конъюнктивит Собаки Гастроэнтерит Пневмония Птпцы (домашппе п дикие) Орпитоз (пепттакоз) Морские свинки Конъюнктивит И и апа ра нтпая инфекция Белые мыши Пневмония Мопипгоппевмонпя j" Хорьки То же Опоссумы Синдром поражения ЦИС (случаи гибели) Обезьяны Пневмония (и пораженно слизистой оболочки полости рта) Заяц-беляк Общее заболевание (случаи гибели) Ондатра То же Водная (неотропическая) крыса » » Морские зайцы » » Пустыппые крысы » » Олени » » * Возбудитель выделяется с фекалиями. 160
гие из них эволюционировали вместе с эволюцией их хозяев. Вмес- те с тем среди хламидиозов имеется два выраженных антропоно- за — венерическая лимфогранулема и трахома. Вычленение этих двух болезнен из зоонозов несомненно связано с возникновением человека и развитием человеческого общества. Естественно, что возможное время их происхождения определить трудно. Учитывая хроническое течение этих заболеваний и длительный заразный период, можно предположить, что обе болезни могли возникнуть на сравнительно ранних этапах развития общества. Поскольку у человекообразных обезьян пе обнаружены аналогичные заболева- ния, следует думать о зоонозном происхождении обеих болезней, тем более что сходные заболевания (синдромы) обнаружены у домашних животных. 7.11. РИККЕТСИОЗЫ Эволюция рпккетсиозов освещена в ряде работ, из которых следует отметить работы Н. Zinsser (1940), Ch. Nicollo (1977), Л. В. Громашевского (1941, 1947), П. Ф. Здродовского и Е. М. Го- липевич (1953), 10. С. Балашова и А. Б. Дайтера (1973). Эти авторы пришли к единому мнению, что эволюция шла от клеще- вых риккетсиозов с природной очаговостью к крысиным риккет- сиозам с передачей инфекции блохами и, наконец, к образованию исторического вшивого сыпного тифа. В ряде работ обсуждался вопрос о происхождении патогенных риккетсий. Фактический ма- териал, накопленный за последние десятки лет, позволяет восста- новить довольно детально эволюцию риккетсий. Риккетсии весьма распространены в животном мире. Наиболее совершенны формы взаимной адаптации между риккетсиями и ик- содоидпыми клещами. Связь риккетсий с кровососущими насеко- мыми носит за несколькими исключениями случайный характер. Наряду с возбудителями риккетсиозов в организме многих видов пксодоидных клещей выявлено большое количество риккетсий — симбионтов [Балашов Ю. С., Дайтер А. Б., 1973]. Эти симбионты изолированы от 16 видов аргасовых и свыше 40 видов иксодовых клещей, причем выявляется практически поголовная зараженность популяций клещей. Симбионты искусственно объединены в род Wolbachia [Philip С. В., 1963], но их истинная систематика со- вершенно пе разработана. Симбионты в основном выявляются в цитоплазме клеток мальпигиевых сосудов и развивающихся ооци- тов. В 100% осуществляется вертикальная передача симбионтов клещей трансовариальным путем [Балашов IO. С., Дайтер А. Б.. 1973]. Эти данные свидетельствуют о древности происхождения риккетсий, которые стали паразитами членистоногих в очень дав- ние времена, по-видимому, в эоценовом периоде, когда па земле появились разнообразные представители типа членистоногих [Павловский Е. Н., 1946]. Далеко не случайным является факт, что большинство риккет- сий — паразитов клещей — не патогенны для своих хозяев и па- разитирование их не ведет к гибели хозяина, они передаются по- fl 1 Заказ JMi 15G4 161
томству трансовариальным путем. Трансовариальная передача наиболее надежно обеспечивает сохранение паразитического вида риккетсий, так как другие формы контакта у клещей, за исключе- нием полового контакта, обычно мало выражены. Поэтому поло- вой контакт и трансовариальная передача явились наиболее на- дежными способами распространения риккетсий среди данного вида членистоногих, и в ходе естественного отбора имели шансы выжить лишь те виды риккетсий, которые приспособились к та- кому способу распространения. Естественно, что эти риккетсии должны были обладать не патогенными для членистоногих, а сим- биотическими свойствами. Патогенные особи вызывали бы гибель своих хозяев и тем самым свою гибель, так как пе могли распро- страняться далее. В ходе естественного отбора выживали особи, малопатогенные или непатогенные для хозяина — членистоногого. Таким образом, условия паразитирования в организме члени- стоногих и естественный отбор направляли эволюцию риккетсий по пути образования непатогенпых паразитов с адаптацией преж- де всего к иксодоидным клещам. С переходом клещей к паразитическому образу жизни и пи- танию кровью позвоночных создались новые условия и новые воз- можности эволюции риккетсий. Некоторые из них попадали в ор- ганизм позвоночных либо в момент укуса членистоногого, либо при поедании эктопаразита хозяином. Некоторые из риккетсий приспособились к паразитированию в организме позвоночных. При этом риккетсии должны были преодолеть защитные приспособле- ния организма, его реактивность, т. е. приобрести патогенные свойства. Образование патогенных для животных риккетсий при- вело к дальнейшей эволюции и их более широкому распростране- нию. Больное животное могло заразить большое число членисто- ногих, а зараженное членистоногое способно заразить многих жи- вотных, поэтому риккетсии, ставшие патогенными, имели больше преимуществ перед непатогениыми риккетсиями. Новые условия [управляли эволюцию риккетсий в повом направлении — образо- вании патогенных видов с адаптацией к организму теплокровных животных. Такими животными явились прежде всего грызупы. В отличив от многих других видов грызуны характеризуются быстротой раз- множения, высокой плотностью популяций и выраженной приспо- собляемостью к различным условиям, вследствие чего они отно- сятся к наиболее многочисленным представителям млекопитающих. Не удивительно поэтому, что резервуаром риккетсиозов и многих других инфекций стали грызупы. Клещи — наиболее древние па- разиты грызунов, и современные риккетсиозы диких грызупов яв- ляются результатом приспособления риккетсий клещей к парази- тированию в организме грызунов с приобретением ими патогенных свойств. Клещи, являющиеся ранее единственными хозяевами рик- кетсий, продолжая оставаться их резервуаром, теперь становятся и переносчиками. Этот процесс, вероятно, происходил еще в эоце- новом периоде. 162
В настоящее время риккетсиозы диких грызунов имеются на усех материках. Краткие сведения о них представлены в табл. 12. Несомненно, группа сыпного тифа — древняя группа риккет- сиозов, формировавшаяся в эпоху появления и расселения по зем- ле грызунов и паразитировавших на пих клещей. Наличие общих антигенов и сходство других биологических свойств говорят в поль- зу единства происхождения этих риккетсиозов и можно полагать, что очаги их, встречающиеся на всех материках, являются резуль- татом распространения древнего непрерывного ареала клещевого риккетсиоза, который существовал еще в эпоху широких связей между материками. Со времени их возникновения прошли мил- лионы лет, за этот период вымерли или эволюционировали преж- ние хозяева риккетсии — соответствующие виды грызунов и кле- щей, и тем пе менее риккетсии оказались чрезвычайно консерва- тивными, сохранили основные свойства своих предков, что нахо- дит выражение в большом сходстве антигенной структуры и дру~ гих биологических свойств ныне существующих основных трех ви- дов риккетсий — возбудителей клещевых риккетсиозов с природной очаговостью (R. conori, R. sibericus, R. rickettsi). Подобный кон- серватизм наследственности характерен и для других видов рик- кетсий. Итак, задолго до появления человека образовалось значитель- ное число клещевых риккетсиозов грызунов. Естественно, что рик- кетсиозы не могли остаться болезнями только одпих грызунов. Природные очаги риккетсиозов были населены разными видами животных, которые подвергались нападению клещей, заражались и заболевали. В некоторых местах создавались подходящие усло- вия для образования новых биоценозов, а следовательно, и новых риккетсиозов с адаптацией риккетсий к новым видам теплокров- ных животных. Таким путем могли возникнуть риккетсиозы типа сердечной водянки скота (R. ruminantium). Истоки происхожде- ния этих риккетсиозов следует искать в ранние эпохи, до появ- ления человека. Можно надеяться, что исследования в этом на- правлении позволят открыть существование новых риккетсиозов, поражающих стадных животных. С появлепием человека эти процессы должны были протекать более интенсивно. Прирученные животные паслись на ограничен- ных территориях, биоцепотические связи становились менее слу- чайными, более постоянными, и формирование риккетсиозов до- машних животпых могло происходить более быстрыми темпами. При высокой плотпости стад и большой степени контакта между животными могли быть реализованы и другие пути передачи за- разного начала, кроме переноса кровососущими членистоногими. К тому же последние нередко погибали па осваиваемой человеком территории. В это время могли окончательно сформироваться рик- кетсиозы типа сердечной водянки рогатого скота. Подобный процесс адаптации риккетсий к домашним живот- ным можно наблюдать в настоящее время на примере лихорадки Ку в Австралии, а также в других странах. Природные очаги !!• 163
Таблица 12. Краткие сведения о риккетсиозах Риккетсиоз Возбудитель Резервуар Переносчики 1 । Распространение Сыпной тиф Ricketsia prowazeki Человек Вши — Pediculus bumanus Многие страны мира Эндемический сыпной тиф R. mooseri Крысы, мыши Блохи — Xenopsylla cheopis и др. виды Многие страны мира Оспоподобный риккетсиоз R. akari Крысы, мыши Гамазовые клещи — Alloderma- nyssus sanguineus США, СССР, страны Африки Пятнистая лихо- радка Скалистых гор R. rickettsi Грызуны, зайцеоб- разные, собачьи и др. Иксодовые клещи — Dermacen- tor andersoni и др. (14 ви- дов) США, Канада, Мексика, Бра- зилия, Венесуэла, Колумбия Марсельская ли- хорадка R. conori Грызуны, собаки Иксодовые клещи — Rhipice- phalus sanguineus и др. виды Бассейны Средиземного, Чер- ного и Каспийского морей, страны! Афрнкп, Индия Североазиатский клещевой сып- ной тиф R. sibericus Грызуны Иксодовые клещи — Dermacentor marginatus и др. СССР (Дальний Восток, Си- бирь. Алтайский край, Ка- захстан, Средняя Азия), МНР Лихорадка цуцу- гамуши R. tsutsugamushi Грызуны Краснотелковые клещи — Leplotrombidium akamushi n др. (5 видов) Япония, Филиппины, КНР, КНДР, Юго-Восточная Азия, Пакистан, Индия, Индоне- зия, Тихоокеанские острова, Австралия, СССР (Примор- ский край) Лихорадка Ку Coxiella burneti Грызуны и др. (около 90 видов) Многие виды иксодовых* и ар- гасовых клещей Старый и Новый Свет Волынская лихо- радка R. quintana Человек Pediculus humanus Иксодовые клещи — I. ricinus Средняя Европа
* Пути заражения: аспирационный, алиментарный, контактный и трансмиссивный.
Австралии обнаружены в некоторых районах Квинсленда. Резер- вуаром инфекции являются сумчатые — крысы Isodon macrourus, переносчиками — местные виды иксодовых клещей. Освоение че- ловеком этих районов и разведение крупного рогатого скота при- вели к тому, что домашние животные стали вовлекаться в эпи- зоотический процесс, а став дополнительным резервуаром инфек- ции, вовлекли в эпизоотический процесс и своих эктопаразитов —- завезеппых из Европы клещей Booplnlus calcaratus, Haemaphysalis bispinosa. Образуется новый резервуар риккетсиоза, который гораздо бо- лее опасен для человека, так как заболевания теперь передаются человеку не только через укус зараженных клещей, но и через молоко, при разделке туш больных животных и даже пылевым пу- хем через загрязненную выделениями животных подстилку. В этом случае затухающая болезнь в новых условиях становится вновь прогрессирующей, превращаясь в зооноз сельскохозяйственных животных, которые в свою очередь могут образовывать уже тре- тичные природные очаги. Описанный процесс в Австралии начал- ся не ранее XIX века, когда там стали усиленно разводить при- везенный из Европы скот. Другим примером вовлечения домашпих животных в эпизооти- ческий процесс является марсельская лихорадка. В Центральной и Восточной Африке — это чисто природноочаговая инфекция, причем дикие мышевидные грызуны — теплокровные хозяева, а дикие клещи — переносчики. В странах Средиземноморского в Черноморского побережья в эпизоотический процесс вовлекаются собаки и их эктопаразиты — собачьи клещи Rhipicephalus sangui- neus, от которых обычно заражается человек. Это уже пример сипаптроппого очага инфекции. Появление человека сделало возможным и ипой путь эволю- ции риккетсиозов. Переход к оседлому образу жизпи, который у многих народов произошел в среднем периоде варварства, сопро- вождался заселением жилищ грызунами. Несомненно, что грызу- ны приносили с собой и поражавшие их риккетсиозы. На этой стадии развития общества человек еще мало влиял на окружаю* щую природу и поэтому сложившийся в очагах биоценоз грызу- ны— иксодовые клещи мало нарушался. Новым было лишь то, что в процесс циркуляции случайно включался человек и, может быть, прирученное им животное. Положение изменилось, когда люди начали заниматься интенсивным земледелием, изменяя окру- жавший их ландшафт. Корчевание леса, вырубка кустарника, вспахивание почвы и искусственное орошение приводили к гибе- ли клещей. Ни один из перепосчиков клещевых риккетсиозов (Dermacentor, Ixodes, Rhipicephalus и др.) пе приспособился к паразитированию на человеке и пе стал синантропным. Таким об- разом, иксодовые клещи исключались из сложившегося биоценоза. В повых условиях, в человеческих поселениях, риккетсип долж- ны были либо исчезнуть, либо приспособиться к новым перенос- чикам. 165
Такими переносчиками могли стать или гамазовые клещи, или блохи. Гамазовые клещи являются обитателями пор грызунов (мышей) как в дикой природе, так и в жилищах. Они сравнитель- но редко нападают па человека, будучи вынесенными из нор на себе грызунами. В отличие от пих блохи, занесенные в человече* ские жилища, поселяются пе только в норах грызунов, но и в самом жилище и нападают как на грызунов, так и на человека. Эволюция блох в этих условиях была настолько успешной, что привела к образованию нового вида — блохи человека, питающей- ся преимущественно его кровью. По-видимому, к этим дальним временам, к периоду позднего варварства или ранней цивилиза- ции, и относится формирование двух новых риккетсиозов домовых грызунов, один из которых переносится гамазовыми клещами (ос- поподобный риккетсиоз), а другой блохами (эпидемический сып- ной тиф), болезней, уже утерявших природную очаговость. Воз- будители закреплялись в кровососущих насекомых на территории населенных пунктов, преимущественно в городах. Появление этих риккетсиозов облегчалось тем, что большин- ство патогенных риккетсий не является узкоспециализированны- ми паразитами, они могут развиваться в организме многих видов теплокровных и членистоногих. Выше упоминались R. burned, которые могут развиваться в организме многих видов клещей и разных видов теплокровных (сумчатые, грызуны, рогатый скот). Доказана способность возбудителей клещевых риккетсиозов раз- множаться в организме вшей, блох, комаров и клопов. Г. С. Мо- синг (1954) привел доказательства в пользу единства пароксиз- мального риккетсиоза и окопной лихорадки. Согласно его концеп- ции, окопная лихорадка — антропоноз, передающийся вшами, возникает на базе пароксизмального риккетсиоза — зооноза, пе- редающегося клещами, если в природных очагах этой болезни на- ходятся большие массы завшивленных людей. В этом случае воз- будитель временно отрывается от своих теплокровных хозяев — грызунов и начинает циркулировать среди людей, передаваясь вшами. Такие условия создались во время первой мировой войны, когда военные действия велись в энзоотических районах, и час- тично повторились во время второй мировой войпы. Хотя эпиде- мии и были значительными (особенно во время первой мировой войны), однако они быстро ликвидировались, как только переста,- ли действовать вызвавшие их условия — массовая завшивленность и тесный контакт больших масс людей. Насколько экологически пластичными являются риккетсии, можно видеть из следующего примера [Adams W. Н. et al., 1970]. В Калифорнии, где крысиный риккетсиоз эндемичен, в отсутствии черной крысы и блохи Xenopsylla chelipis, образовался природный очаг с опоссумами как резервуаром возбудителя и блохами Cte- nosephalus felis как переносчиками, причем наблюдались заборе* вания людей. Возвращаясь снова к крысиному риккетсиозу, отметим, по- скольку блохи питаются на разных видах животпых, дальнейшим 166
этапом эволюции этого риккетсиоза явилось приспособление рик- кетсий к паразитированию в организме человека. В примитивных жилищах человек часто подвергался нападению блох и передко заражался крысиным риккетсиозом. При значительной скученно- сти людей и высокой их завшивленности налицо были условия более тесного вовлечения человека и его эктопаразитов в биоце- ноз, который обусловил существование крысиного сыпного тифа. Таким промежуточным этапом эволюции этого риккетсиоза, по- видимому, явилась болезнь, передающаяся как блохами, так и вшами. От этой стадии остается лишь один шаг до образования чисто антропонозной инфекции — сыпного тифа, передающегося вшами. В примитивных санитарно-бытовых условиях, при значительной завшивленности населения наступает более тесная адаптация па- разита к организму человека и вши. Но адаптация к организму вши означает отрыв от прежнего резервуара инфекции — крыс, так как, в отличие от блох, вши являются строгими паразитами человека, не способными питаться кровью грызунов и других жи- потных. Так возникает сыпной тиф, поражающий человека и пе- редающийся вшами. В отличие от клещевых риккетсиозов, имею- щих природную очаговость, и от крысиного или везикулезного риккетсиозов, эндемичные очаги которых связаны с деятель- ностью человека, сыпной тиф является болезнью, следующей всю- ду за человеком. Поэтому сыпной тиф и не является эндемичным заболеванием. Остается рассмотреть, где происходил процесс формирования сыпного тифа и когда окончательно образовался исторический сыпной тиф. Ch. Nicolle (1947) полагал, что местом образования сыпного тифа является Северная Африка. Вряд ли стоит точно ограничи- вать территорию его образования, хотя можно согласиться, что бассейн Средиземного моря, по-видимому, и является местом, где эволюция риккетсиозов дошла до образования сыпного тифа. На территории Евразии и до сих пор сохранились природные очаги риккетсиозов, возбудители которых родственны R. mooseri и R. prowazeki. Такими являются североазиатский клещевой сыпной тиф, марсельская лихорадка и ее центральноафриканская форма. Можно предполагать, что один из этих риккетсиозов (скорее все- го марсельская лихорадка, широко распространенная в бассейне Средиземного моря) и явился источником происхождения крысино- блошиного риккетсиоза, а последний в свою очередь — вшивого сыпного тифа. Что же касается времени их образования, то можно лишь предположить, что крысиный риккетсиоз образовался не ранее чем в период среднего варварства или, скорее всего, в период позднего варварства и начала цивилизации. Сыпной тиф образо- вался несколько позже. Имеются основания считать, что он суще- ствовал уже в древнегреческом государстве и что так называемая юстинианова чума (V век до н. э.) является крупной эпидемией 167
Фазы жизненного цикла св. Batumi пит Фаза онтобиоза Фаза предатизма Фаза сапротритизма окси Образ жизни СК. Botulinum Непатогенный паразитизм Сбободножибу- щий „Летальный"паразитизм с переходом В тру- пе погибшего жиботного к сапротритизму Онтобиоз В кишечнике ре- зистентного к токсину орга- низма токсину орга- низма смерть ЗкиВотного 8 тате Воз- еистоия токсина азо- я такси Размножение и токсинобп уе о ъекта* Внеш ей среды (при Онтобиоз б кишечнике чуб ствительного к Размножение и гоприятных биях такси Рис, 16. Схематическое изображение циркуляции клостридии ботулизма в природе [Бургасов П. Н., Румянцев С. Н., 1967]. сыпного тифа, связаппой с войной и усиленными миграционными процессами [Вогралик Г. Ф., 1935]. Пока пе поддается объяснению факт существования в восточных районах США зоонозной формы заболевания у белок-летяг, иногда передающейся человеку [Assad F. et al., 1982]. Последующая история сыпного тифа связана с войпами, не- урожаями и другими бедствиями, приводившими к усилению миг- рации населения, и в то же время сыпной тиф становится энде- мическим в Европе, Северной Африке, Азии и других странах. Наполеоновские войны сопровождаются пандемией сыппого тифа, охватившей пе только войска завоевателей, по п гражданское население стран, где происходили военные действия. Особенно по- страдала наполеоновская армия во время нашествия на Россию, когда потери ее от этой болезпп, по-видимому, превысили боевые потери. Отступавшая армия захватчиков вновь занесла сыппой тиф во многие страпы Европы, и общее число заболеваний в те годы исчислялось многими миллионами. Большой урон наносил сыпной тиф войскам и гражданскому населению и в последующие войны. После окончания гражданской войны и особенно после завер- шения коллективизации деревпи в пашей стране успешно осуще- ствлялась ликвидация сыппого тпфа. Этот процесс был прерван в годы Великой Отечественной войны, когда заболеваемость им воз- 168
росла, особенно па временно оккупированных врагом территориях. К началу 50-х годов эпидемические формы сыпного тифа, т. е. за- болевания, передающиеся вшами, были ликвидированы. Остаю- щиеся и поныне единичные заболевания (они паблюдаются и в других странах, например в США) являются рецидивами латент- ной инфекции (болезнь Брилла). Это подтверждено наблюдения- ми Г. С. Мосипга (1952) и К. И. Токаревича (1952) и особенно аксперимептами У. К. Прайса, обнаружившего риккетсии в орга- низме лиц, в прошлом болевших сыпным тифом [Здродовский П. Ф. Голиневич Е. М., 1956]. Существование длительного латентного носительства риккет- сий Провачека переболевшими сыпным тифом позволяет заклю- чить, что окончательная ликвидация сыпного тифа связана с лик- видацией вшивости среди населения, так как рецидивы заболева- ния при наличии вшивости среди окружающих могут стать источниками эпидемических вспышек. Рост благосостояния и куль- туры населения в пашей стране уже привел к ликвидации вши- вости. Этим самым устраняется потенциальная опасность появле- ния сыпного тифа. * Глава 8 ВИРУСНЫЕ ИНФЕКЦИИ 8.1. ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ПРИРОДЕ ВИРУСОВ Представления о природе вирусов и их происхождении претер- пели значительные изменения на протяжении последних 20— 25 лет. После открытия Д. И. Ивановским (1892) мира вирусов изу- чение вирусов растений, животных и бактерий шло изолирован- ными путями, а последние еще долго не признавались вирусами п трактовались как своеобразные ферменты. Однако уже в ЗО-о го- ды названные 3 группы вирусов стали признавать сходными сущ- ностями, отличпыми от растительного и животного царства. По- требовалось обобщение накопленных к тому времени данных, что было сделапо F. М. Burnet (1947), давшим определение вирусам как организмам. И действительно, вирусы обладают основными атрибутами жизнп, представленными на Земле растительными и животными организмами — обменом веществ (метаболизмом), способностью к воспроизводству (размножению), наследственностью, изменчи- востью и приспособляемостью к условиям впешпей среды. Развитие молекулярной биологии вирусов па первых порах пе противоречило идее существования вируса как организма, хотя позволило четко отграничить царство вирусов от царства живот- ных и растений. В отличие от всех растительных и животных 12 Заказ J4 1564 169
форм, у которых генетический материал представлен двухпитча- той ДНК, а реализация его несколькими формами однопитчатой РНК (рибосомная, транспортная, матричная), у вирусов генети- ческий материал разнообразен: им может быть ДНК и РНК, од- понитчатая и двухнитчатая, циркулярная, линейная и фрагмен- тарная. Природа как бы испробовала па вирусах все возможные формы генетического материала, прежде чем остановила свой вы- бор на канонической его форме — двухнитчатой ДНК. Вместе с тем генетический код является универсальным — общим для бак- терий, грибов, простейших, животпых, растений и вирусов. Одпако по мере дальнейшего изучения молекулярной структу- ры и механизмов репродукции вирусов стало накапливаться все больше фактов, свидетельствующих против признания вирусов ор- ганизмами. Обычно при характеристике вирусов подчеркивают на- личие у них одной из двух нуклеиновых кислот — ДНК или РНК. Это не совсем верно, так как у ДНК-содержащих вирусов в про- цессе репродукции происходит синтез РНК, а у вирусов оспы они синтезируются в вирионах. В ДНК-геноме вирусов герпеса имеются РНК-последовательности. Фрагменты ДНК имеются в РНК-геноме вирусов гриппа, а у ретровирусов они образуются в процессе обратного синтеза. Вирусы отличаются от всех других форм жизни отсутствием белоксинтезирующих систем. Даже бак- терии с паиболее мелким геномом — микоплазмы, хламидии, рик- кетсии — имеют белоксинтезирующие системы, которых нет даже у наиболее крупных вирусов — поксвирусов, герпесвирусов, Т-чет- ных бактериофагов. Отсутствием собственных белоксинтезирую- щих систем объясняется крайняя степень паразитизма вирусов, который определяется даже не как внутриклеточный, а как пара- зитизм па генном уровпе. Серьезные сомнения в трактовке вирусов как организмов воз- никли в связи с изучением умеренных фагов, особенно онкоген- ных РНК-содержащих вирусов или онковирусов, у которых цикл репликации включает синтез комплементарной двухнптчатой ДНК на матрице их РНК-генома и интеграцию ДНК-транскрипта в хромосомы зараженных клеток, в связи с чем вирусный геном становится как бы частью клеточного генома. Этот механизм ин- теграции вначале был изучен у так называемых умеренных фа- гов, а затем — у онкогенных вирусов. Такой интегрированный в хромосомную ДНК вирусный геном обычно называют провиру- сом. Здесь генетический паразитизм достигает своего крайнего выражения. Но существует большая группа онковирусов, для ко- торых оговорка «как бы» совсем пе нужна, так как для них об- разование ДНК-транскрипта не требуется, поскольку каждая клет- ка, включая зародышевые, содержит подобные участки онковирус- ной ДНК, в связи с чем такие онковирусы называются эндоген- ными. О каком же организме может идти речь, если на протя- жении жизни особи, гепом которой содержит провирус, последний может пе проявлять себя ничем и наследует по законам Менделя, как и все другие гены особей данного вида? Экспрессия этих ге- 170
пов может быть разной степени. При полной экспрессии происхо- дит синтез вирусной РНК, белков и формирование зрелых вирио- нов, при неполной — может иметь место синтез только некоторых вирусных белков или РНК, но экспрессия генов провируса может быть и заблокирована. Если жо произойдет летальная мутация па участке провирусной ДНК, то даже экспрессия ее никогда пе обес- печит полноценного вируса, и для этого потребуется вирус-по- мощник, который передает дефектному вирусу часть своего ге- нома. Концепция о существовании вируса как организма потерпит полное поражение, если рассмотреть сателлиты, виропды и плаз- миды. Вирусы-сателлиты широко распространены среди вирусов растений, а среди вирусов животных примером могут служить адепосателлиты. Геном их состоит из одпопитчатой ДНК с моле- кулярной массой 1,5—1,8X10® дальтон, вирусы не способны ре- продуцироваться без участия аденовируса, по имеют собственные белки. Сателлиты вируса огуречной мозаики имеют РНК-геном с молекулярной массой около 1,2X10® дальтон, опи также не ре- плицируются самостоятельно, их реплицирует основной вирус — вирус огуречной мозаики, его же белок используется для инкап- сидации сателлитной РНК. Этот сателлит регулирует проявления болезни, вызываемые основным вирусом [Waterworth Н. Е. et al.. 1979]. Плазмиды представляют собой циркулярные ДНК, па которых могут быть закодированы разные белки, папример, ферменты, раз- рушающие или модифицирующие антибиотики; они не способны реплицироваться — их реплицируют ферментные системы бакте- рий, в которые опи проникают и персистируют. Наконец, вироиды представляют собой суперспирализовапные РНК с молекулярной массой 120—140ХЮ3 дальтон, на которой не закодирован даже небольшой полипептид (белок); вироиды реплицируются клеточ- ными системами, возможно, через обратный синтез комплементар- ной ДНК, которая интегрируется клеточной ДНК. Не вызывает сомнений отнесение сателлитов к вирусам, по да- леко пе все согласны отнести к ним плазмиды и тем более ви- роиды, геном которых настолько мал, что не способен кодировать даже один небольшой белок. Между тем если сравнить онковиру- сы (ретровирусы) с вироидами, то различия здесь скорее количе- ственные, чем качественные. В обоих случаях гопом представлен РНК, хотя размеры ее отличаются более чем на порядок. В обо- их случаях репродукция осуществляется через обратный синтез комплементарной ДНК и интеграцию ее в хромосомы. Хотя у онковирусов этот синтез обеспечивается вирионной обратной транскриптазой, а у вироидов — ферментами клетки, однако эти различия пе так уж существенны, поскольку, во-первых, обратная транскриптаза катализирует лишь начало этих синтезов, которые далее катализируются клеточными ферментными системами, обес- печивая образование циркулярной двухнитчатой ДНК и ее ин- теграцию в хромосому. У дефектных по ферменту онковирусов 12 171
даже начальный этап действия обратной транскриптазы обеспечи- вается не собственными ферментами, а ферментами вируса-по- мощника, а при обширных делециях генома такой вирус заимст- вует у вируса-помощника и белки. Аналогичные взаимоотношения с клеткой хозяина имеются и у плазмид, причем размеры их ге- нома часто сопоставимы с размерами геномов далеко не самых мелких вирусов. В. М. Жданов и Т. И. Тихоненко (1974) назва- ли их эпивирусами. Конечно, трудно сразу согласиться с призна- нием внроидов вирусами. Однако вироидпая инфекция ничем пе отличается от типичной вирусной инфекции растений и вироиды так же заразны, как, например, вирус табачной мозаики. Вряд ли вироиды, плазмиды и сателлиты могут быть призна- ны организмами. Скорее это обломки жизни, фрагменты клеток, генетические структуры, имеющие разную степень автономии. Но эти определения можно смело отнести и к вирусам, что можно было видеть на примере ретровирусов. Если взять за основу по- следнее определение, то к ним можно будет отнести представите- лей всего царства вирусов, поражающих бактерии, грибы, прос- тейших, животных и растений, включая вирусы-сателлиты, плаз- миды (эпивирусы) и вироиды. Поскольку все они являются ^своеобразными обломками жизни — автономными генетическими структурами, пе удивительно, что на них действуют движущие силы эволюции — наследственность, изменчивость, естественный отбор. Наши представления о происхождении вирусов претерпели за последнее время значительную эволюцию. Как и 25—30 лет па- зад, основные гипотезы о происхождении вирусов сводятся к сле- дующим альтернативам. 1. Вирусы являются потомками первоначальных форм жизни. 2. Вирусы имеют эндогенное происхождение и являются отде- лившимися генами или другими клеточными структурами, став- шими автономными. Рапее обсуждалась еще одна гипотеза: вирусы являются де- градировавшими потомками бактерий. Нетрудно, однако, видеть, что она является частным случаем второй гипотезы, выраженной в общей форме. Четверть века пазад первая гипотеза представлялась наиболее убедительной. Согласно этой гипотезе, вирусы являются потомка- ми первоначальных протобиоптов, которые приспособились к па- разитическому образу жизни в появившихся позже первобытпых клеточпых формах. Такой образ жизни мог продолжаться на про- тяжении длительных периодов, и современные вирусы представ- ляют собой потомков многих первоначальных форм жизни, а пе какого-либо единого прародителя. Дальнейшая эволюция их про- исходила по двум путям соответственно двум направлениям раз- вития органического мира (прокариоты и эукариоты). Появление одноклеточных, а позже — многоклеточных растений сопровожда- лось приспособлением древпейших вирусов к внутриклеточному паразитированию в них и отдаленными потомками их являются 172
рирусы высших растений. Появление одноклеточных, а затем мно- гоклеточных животных сопровождалось эволюцией поражавших лх вирусов, потомками которых являются ныне существующие вирусы животных. Отдельной ветвью являются вирусы прокариот (фаги). На всех этапах эволюции органического мира был возмо- жен обмен вирусами как между близкими, так и между далеко отстоящими таксономическими группами, включая обмеп вирусами между растениями и животными. Этим объясняется су- ществование групп сходных вирусов, поражающих филогенетиче- ски далеких хозяев, например, реовирусы животных и вирусы ра- невых опухолей животных. Однако эта гипотеза оставляет многое пеобъясненпым. В на- стоящее время сопряженная эволюция вирусов с растениями или с животными представляется явным преувеличением, хотя остает- ся справедливым, что у высших растений преобладают изометри- ческие РНК-содержащие вирусы (причины этого неясны), а слож- но устроенные фаги (с головкой и отростком) —у бактерий, гри- бов и водорослей. Эта гипотеза пе позволяет объяснить причины разнообразия генетического материала у вирусов. Ведь наивно бы- ло предполагать, что гипотетические протобионты имели в качест- ве генетического материала сначала РНК, а затем — ДНК. Вторая гипотеза, которая ранее казалась не очень убедитель- ной, теперь разделяется большинством вирусологов в связи с на- коплением фактов об архитектуре и репродукции вирусов, строе- нии и биогенезе субвируспых структур. Некоторые вирусы или пх геномы очень напоминают субвирусные структуры. Геном аде- новирусов организован подобно хромосомам клеток высших жи- вотных [Corden J. et al., 1976]. Вириопы гепатита В и геном па- повавирусов очень сходны с митохондриями и их генетическим материалом. Вироиды являются структурами, напоминающими транспортные РНК, а биосинтез тех и других происходит при- мерно одинаково. Плазмиды являются такими же циркулярными ДНК, как и бактериальные хромосомы, и отличаются от послед- них только меньшими размерами: не удивительно, что их репли- цируют те же клеточные ферментные системы, которые обеспе- чивают репликацию бактериальной хромосомы. В целом для ДНК- содержащих вирусов характерно, что большую часть репликации осуществляют клеточные ферменты, а собственные ферменты ре- пликации являются скорее факторами, запускающими серию со- пряженных синтезов, обеспечиваемых клеткой. У паповавирусов имеется лишь один собственный фермент, запускающий вирусип- дуцироваппые сиптезы, а у аденовирусов в ранней стадии инфек- ции геном времеппо интегрируется в хромосомы клетки-хозяина. Считалось, что вирусы отличаются от клеток дпсъгопктивпым способом размножения и что для них характерна самосборка ви- рионов или субвируспых структур. Но и эти процессы оказались не монополией вирусов. Репликация ДНК-содержащих вирусов и вирусов с двухпитчатой РНК происходит примерно так же, как репликация клеточной ДНК, а для ДНК-содержащих вирусов, 173
как уже говорилось, с участием клеточных ферментов синтеза ДНК. Транскрипция у ДНК-содоржащих вирусов пе только сход, на с транскрипцией клеточной ДНК, но и обеспечивается теми же ферментами. Что же касается процессов самосборки, то и они пе являются монополией вирусов: такие клеточные органеллы, как рибосомы, мембраны, микротрубочки, жгутики, реснички, а также ипформосомы, образуются путем самосборки, а в формировании внешних оболочек принимает участие клетка. Таким образом, и эти этапы репродукции вирусов имитируют сходные процессы, происходящие в развивающейся клетке. В свете сказанного гипотеза клеточного происхождения вирусов становит- ся более убедительной, чем альтернативная ей гипотеза происхож- дения вирусов от гипотетических протобиоптов — предшественни- ков клеточных форм жизни. Если из первой гипотезы следует вывод о монофилетическом происхождении вирусов, то вторая гипотеза не только предполага- ет полифилотическое происхождение, по и допускает возможность постоянного формирования вирусов из клеточных структур. Быть может, это является наиболее слабым местом второй гипотезы, так как подобные процессы пока пе удалось наблюдать, за исключение ем, возможно, индукции онковирусов, которая, однако, допускает неоднозначную трактовку. Из этой гипотезы также вытекает, что классификация (систематика) вирусов не может быть основана па тех же критериях, что систематика животных или растений, так как понятие вида вряд ли применимо к автономным генетиче- ским структурам, которые не могут рассматриваться как орга- низмы. Как уже указывалось, разные группы вирусов, неравномерно распределены в органическом мире. В табл. 13 приведена краткая сводка их распределения. За основу взята классификация виру- сов, приведенная в конце этого раздела, некоторые группы виру- сов укрупнены. Как видно из приведенных данных, распределение вирусов сре- ди представителей органического мира весьма неравномерно, и предстоит еще мпого работы, чтобы понять его причины и про- смотреть конкретные пути эволюции разпых групп вирусов. До сих пор мы рассматривали вирусы как автономные генети- ческие структуры, ставшие паразитами и возбудителями инфек- ционных болезней человека, животпых, растений, бактерий, гри- бов, водорослей, простейших. Вирусы поистине убиквитарны и. вероятно, нет ни одного биологического вида, пачипая с микоплаз- мы и амеб и кончая цветковыми растениями и приматами, которые бы пе были заражены вирусами. Такая универсальная поражен- ность органического мира вирусами вряд ли может быть попята, если вирусы рассматривать только как паразитов — возбудителей болезней. И действительно, многие факты указывают на пользу, приносимую вирусами своим хозяевам. Известно, например, что свойство вырабатывать токсины возбудителями дифтерии, столб- няка и ботулизма пе свойственно этим бактериям, а привносится 174
Таблица 13. Распространение вирусов в органическом мире Группа вирусов Ховяин Вирусы ОСПЫ Иридовирусы Млекопитающие, птицы, насекомые Млекопитающие, рептилии, амфибии, ры- бы, насекомые, моллюски, кольчатые чер- ви, простейшие Вирусы герпеса Рептилии, амфибии, рыбы, млекопитаю- щие, птицы, моллюски, грибы Бакуловирусы Насекомые, клещи, ракообразные, моллюс- фаги с отростком Аденовирусы Пдповавирусы Вирусы с одпонитчатой ДНК Бактерии Млекопитающие, птицы Млекопитающие Млекопитающие, птицы, насекомые, бак- терии, микоплазмы Ретровирусы Роовирусы Млекопитающие, птицы, рептилии Млекопитающие, птицы, насекомые, расте- Вирусы с фрагментарной одно- нитчатой РНК Коронавирусы Рабдовирусы ния, бактерии Млекопитающие, птицы, насекомые, кле- щи Млекопитающие, птицы Млекопитающие, рыбы, насекомые, расте- ния Нитеобразные РНК-содержа- щие вирусы Растения поражающими их умеренными фагами, содержащими гены соот- ветствующих токсинов. Устойчивость бактерий к антибиотикам также является результатом синтеза разрушающих или модифи- цирующих их ферментов, закодированных в плазмидах, которые могут передаваться от бактерий бактериям. Способность усваивать галактозу также обеспечивается тремя ферментами, закодированными в геноме умеренного бактериофа- га. И даже половой процесс (конъюгация) у бактерий связан с плазмидами. Ниже будет показано, что онкогенные РНК-содержа- щие вирусы могут рассматриваться не только как возбудители тяжелых патологических процессов, но и как полезные факторы, участвующие в дифференциации и регенерации. Таким образом, имеется много фактов, свидетельствующих о способности вирусов привносить для хозяина информацию. Поражая разные виды, ви- русы могут распространять эту информацию не только среди осо- бей одного вида, по также между разными видами. А так как Исходные вирусы, например вирусы раневых опухолей растений, передающиеся насекомыми, преодолевают не только видовые и родовые барьеры, но и барьеры растительного и животного царств, они являются факторами генетического обмена в биосфере и тем самым важными факторами эволюции органического мира на Зем- ле [Жданов В. М., Тихоненко Т. И., 19741. И даже успехи генной Инженерии, в сущности, являются имитацией естественных про- 176
цоссов генетического обмена, происходящего в биосфере. Возвра. щаясь к определению вирусов как автономных генетических структур, можпо заключить, что опи являются пе случайными «взбесившимися генами», а закономерным продуктом живой ма- терии, участвующим в ее эволюции от древнейших примитивных клеточных форм до высших растений и животных. В виде шутки, пе лишенной основания, можно сказать, что именно вирусы изо- брели пол и распространили этот передовой опыт по всей биосфе- ре (имеется в виду эпивирус, несущий фактор фертильности). Современная классификация вирусов [Жданов В. М., Гайдамо- вич С. Я., 1982; Lwoff A. et al., 1962] основана на характеристике их нуклеиновой кислоты, типе симметрии капсида, наличии или отсутствии внешних оболочек и других параметрах архитектуры вириопов, а также особенностях репродукции, которую нередко обозначают как стратегию вирусного генома [Bachrach Н. L., 1978]. Следует при этом добавить, что понятия родов, семейств и других таксономических групп могут быть применены к виру- сам с известными оговорками, учитывая данное выше определе- ние вирусов и возможное их полифилетическое происхождение. С этими оговорками приводим один из последних вариантов клас- сификации вирусов [Fenner F., 1979; Matthews R. Е. F., 1982] с некоторыми дополнениями. Первоначально вирусы (Vira) подразделены на РИК-содержа- щие (Ribovira) и ДНК-содержащие (Deoxyvira) вирусы, а оче- редность обозначения таксономических групп (семейства, роды для вирусов животных и бактерий, группы для вирусов растепий) отражает усложнение их организации. В качестве примера ниже приведены типичные виды. I. РНК-содержащие вирусы А. РНК одпонитчатая, вирионы без оболочек 1. Вироиды (вироид картофеля). 2. Leviviridae: Levivirus (колифаг R17). 3. Изометрические вирусы растений: Ту mo virus (вирус желтой мозаики турпепса), Luteovirus (вирус желтой карликовости ячменя), Tombusviru- (вирус кустистой карликовости), Sobemovirus (вирус мозаики южных бо- бов), вирус хлоратической карликовости маиса, вирус некроза табака. 9. Изометрические вирусы беспозвоночных. 10—14. Ptcornaviridae: Enterovirus (вирус полиомиелита), Cardiovinis (вирус эпцефаломиокардита мышей), Rhino virus (риновирус человека), Aphthovirus (вирус ящура), вирусы насекомых (вирус паралича сверчков). 15. Caliciviridae: Calicivirus (вирус везикулярной экзантемы). 16—20. Палочковидные или нитевидные вирусы растепий: Closterovirns (вирус желтухи свеклы), Carlavirus (латентный вирус гвоздики), Potyvirus (вирус картофеля), Potexvirus (вирус каптосЬеля). Tobamovirus (unnvc та- бачной мозаики). 21—26. Вирусы растепий с двухсегмептпым (в двух частицах) геномом: Dianthovirus (вирус кольцевой пятнистости гвоздики), Comovirus (вирус мозаики гороха), Nopovirus (вирус кольцевой пятнистости табака), вирус мозаики гороха, вирус карликовости табака, Tobrovirus (вирус гремучести табака). 27—28, Nodaviridae: Nodavirus (двухсегментпый изометрический вирус насекомых), вирус черного жука. 176
29—33. Вирусы растении с трехсегмеитпым (в трех частицах) геномом: Cucumovirus (вирус мозаики огурца), Bromovirus (вирус мозаики копра), jlarvirus (вирус полосатой мозаики табака), Hordeivirus (вирус полосатой моэаикн табака), вирус мозаики люцерны. Б. РНК одпонитчатая, вирионы с оболочками 34—39. Togaviridae: Alphavirus (вирус Сипдбис), Flavivirus (вирус жел- той лихорадки), Rubivirus (вирус краснухи). Pestivirus (вирус чумы рогато- го скота), вирусы, поражающие насекомых (агент комаров, вызывающий фузию клеток) и растения (вирус карликовости моркови). 40. Coronaviridae: Coronavirus (вирус инфекционного бронхита кур). 41—43. Paramyxoviridae: Paramyxovirus (вирус болезни Ньюкасла), Мог- billivirus (вирус кори), Pneumovirus (респираторно-синцитиальный вирус). 44—48. Rhabdoviridae: Vesiculovirus (вирус везикулярного стоматита), Lyssavirus (вирус бешенства), рабдовнрусы насекомых (вирус сигма) и ра- стений группы А (вирус желтого некроза салата) и группы В (вирус желтой карликовости картофеля). 49—53. Bunyaviridae: Bunyavirus (вирус Буньямвера), Phiebovirus (ви- рус москитной лихорадки), Nairovirus (вирус крымской геморрагической ли- хорадки), Uukuvirus (вирус Уукунисми) и другие серологические группы вирусов. 54. Arenaviridae: Arenavirus (вирус лейкоцитарного хор ио менингита), 55. Orlhomyxoviridae: Influenza virus (вирус гриппа А). 56. Вирус группы пятнистости томата. 57—59. Retroviridae: Oncovirus (вирус саркомы Рауса) Lentivirus (вирус впсна), Spumavirus (пенящий обезьяний вирус). В. РНК двухнитчатая, вирионы без оболочек 60—60. Reoviridae: Reovirus (реовирус человека типа 1), Orbivirus (ви- рус синего языка), Rotavirus (вирус детской диареи), Phytoreovirus (вирус раневых опухолей растений), Fijivirus (вирус болезни Фиджи цветов), вирус цитоплазматического полиэдроза шелкопряда, вирус А тлей. 67—68. Вирусы односегмоптпых дрожжей (вирус Saccharomyces, вирус Helmninlhosporium). 60—7!1. Вирусы двухсегментные плесеней (вирус Penicillium, вирусы 1-й и 2-й групп Gaeumannomyces). 741 Вирусы трехсегментные плесеней (вирус Penicillium chrysogenum). 73—76. Вирусы двухсегмептные животпых: группа вируса инфекционно- го панкреатического некроза рыб, вирусы моллюсков, птиц, вирус X дро- зофилы. Г. РНК двухпптчата я, вирионы с оболочками 77. Cystoviridae: Cystovirus (фагфб). Д. ДНК одпонитчатая 78—80. Parvoviridae: Parvovirus (крысиный вирус Килхэма), Dependo- virus (адоноассоциированный вирус), Densovirus (вирус бабочки Galleria). 81. Gemini virus (вирус полосатости маиса). 82. Microviridae: Micro virus (фаг ф Х174). 83—84. Inoviridae: Inovirus (колифаг fd), Plactovirus (фаг MLV-51). II. ДНК-содсржащне вирусы Е. ДНК двух нитчатая, вирионы боз оболочек 85. Эпнвирусы (плазмиды множественной устойчивости к антибиотикам). 86-87. Papovaviridae: Papillomavirus (вирус папилломы кроликов), Ро- lyomavirus (вирус полномы мышей). 88—89. Adenoviridae: Mastadenovirus (аденовирусы человека), Aviadono- virus (вирус CELO). 177
90. Myoviridae: Myovirus (колифагТ2). 91. Styloviridae: Stylovirus (лямбда-фаг). 92. Podoviridae: Podovirus (фаг T7). 93. Corticoviridae: Corticovirus (фаг PM2). 94. Tectiviridae: Tectivirus (фагРКВО. 95. Carlimovirus (вирус мозаики цветной капусты). 96—100. Iridoviriaae: Iridovirus (вирус радужности Tipula), Chlorirido- virus (вирус радужности комаров), Ranavirus (вирус FV3 лягушки), вирус африканской лихорадки свиней, вирус лимфоцитоза рыб. 101. Plasmaviridae: Plasmavirus (фаг микоплазмы MV-L2). 102—1Ю5. Baculoviridae: Baculovirus (вирус ядерпого полиэдроза насеко- мых), вирус гранулеза, вирус Oryctes rhinoceros, вирус Hyposoter exiguae. 1106—11112. Herpesviridae: Alphaherpesvirinae (вирус герпеса человека, ви- рус псевдобешенства, вирус аборта лошадей), Betnaherpesvirinae (цитоме- галовирус человека, мыши, свиньи), Gammaherpesvirinae (вирус Эпстайна- Барр). 113—122. Poxviridae: Chordopoxvirinae: Orthopoxvirus (вирус оспы чело- века), Parapoxvirus (вирус паравакцивы), Avipoxvirus (вирус оспы кур), Сар- ripovirus (вирус оспы овец), Leporipoxvirus (вирус миксомы кроликов). Sui- poxvirus (вирус оспы свиней): Entomopoxvirinae (вирусы оспы Melolontha meloloytha, Amsacta moorei, Chironomus buridus, обозначаемые как группа А, В, С вирусов оспы насекомых). Кроме того, по-видимому, в отдельные роды будут выделены вирусы контагиозного моллюска и обезьян Яба. Таким образом, к настоящему времени известно более 120 ро- дов или соответствующих групп вирусов, поражающих все формы органической жизни па Земле. Как видно из приведенной классификации, имеются довольно изолированные группы вирусов, поражающих только растения, например нитевидные РНК-содержащие вирусы или только бак- терии, или сложно устроенные фаги. Одпако многие группы сход- ных вирусов поражают широкий круг хозяев как в пределах од- лого из царств, так и в обоих царствах. Рассмотрению возможных путей эволюции некоторых групп вирусов будут посвящены по- следующие разделы этой главы. 8.2. ОСПА На примере вирусов оспы можно убедиться, что хотя эволю- цию отдельных групп вирусов можно проследить довольно деталь- но, происхождение данной группы вирусов остается неясным, и ни одна из двух альтернативных гипотез происхождения вирусов не дает ответа па этот вопрос. Вирусы семейства оспы являются наиболее сложно организо- ванными вирусами. Их геном — двухпитчатая ДНК — имеет мо- лекулярную массу 130—24ОХЮ0 дальтон, приближаясь по вели- чине к геному мелких бактерий (микоплазм, риккетсий, хлами- дий). Вириопы организованы весьма сложно, в их составе имеет- ся более 30 белков, включая ДНК-зависпмую РНК-полимеразу. Среди антигенов, содержащихся в вирионе, имеется группоспеци- фический аптигеп, общий у большинства вирусов оспы позвоноч- ных, кроме того, имеются другие антигены, общие для вирусов одного и того же ряда. В пределах этого семейства выделены следующие роды. 178
1. Orthopoxvirus, в который входят вирус оспы человека и серологически родственные вирусы осиовакцппы, оспы коров, свиной, кроликов, обезьян, верблюдов, лошадей, буйволов п мышей (вирус эктромелии). 2. Avipoxvirus, в который входят вирусы оспы кур, индюков, канареек, голубей, воробьев, скворцов, перепелок. Все эти вирусы также антигенно родственны между собой. 3. Capripoxvirus, в который входят вирусы оспы овец, коз и нодулярно- го дерматита крупного рогатого скота. 4. Leporipoxvirus, в который входят вирусы миксомы и фибромы кроли- ков, фибромы зайцев и белок. 5. Parapoxvirus, в который входят вирусы паравакцины (две формы), папулезного стоматита крупного рогатого скота, контагиозного пустулярно- го дерматита овец и коз. К ним примыкают вирусы оспы морских львов, оспы свиней, опухолевый вирус обезьян Яба, вирус оспы крыс, которые пока не систематизированы. 6. Вирусы оспы насекомых объединяют около 30 вирусов, группирующие- ся в 3 подрода и поражающие разные группы насекомых — жесткокрылых, чешуекрылых, прямокрылых, двукрылых, включая кровососущих комаров. Вполне вероятно, что насекомые явились первоначальными хо- зяевами вирусов оспы. Косвенным свидетельством в пользу такого предположения является передача представителей родов 2—5 на- секомыми и в настоящее время, хотя эта передача происходит механически, без размножения вируса в организме переносчика. Если это так, то, вероятно, существующие в настоящее время ос- пенные вирусы, поражающие млекопитающих и птиц, произошли от нескольких предковых форм, в связи с чем они сохранили в ходе дальнейшей эволюции общность многих антигенов. Оспенные заболевания птиц и млекопитающих поражают ко- жу и слизистые оболочки, сопровождаются вирусемией и длитель- ным носительством. В этом отношении характерна эктромелия мышей, при которой носительство может быть пожизненным. Все эти заболевания передаются либо при контакте, либо алиментар- ным путем, либо через посредство кровососущих насекомых. За- болевание обычно поражает молодых животных, у которых инфекция может протекать остро. Выжившие животпые становят- ся длительными, нередко, как это имеет место при эктромелии, пожизненными носителями и заражают затем свое потомство. Инфекции этого типа могли образоваться давно, так как дли- тельность храпения возбудителя и, следовательно, большая про- должительность заразного периода обеспечивали возможность цир- куляции вируса в условиях вялых эпизоотий. Тот факт, что к на- стоящему времени каждый из оспенных вирусов поражает один вид или несколько родственных видов, свидетельствует о длитель- ной сопряженной эволюции паразитов с их хозяевами. В этом на- правлении эволюция оспенных вирусов продолжалась и после одо- машнивания животных, а в результате того что вирусы происхо- дили от нескольких предков, сложилась такая ситуация, что некоторые виды прирученных человеком животных поражаются несколькими вирусами. Так, у коров наблюдается коровья оспа, нодулярный дерматит, папулезный стоматит и паравацина — все эти заболевания вызываются разными вирусами, отнесенными к 179
разным родам. Кроме того, существует еще одно заболевание — оспа буйволов, вызываемая особым вирусом. Овцы болеют овечьей оспой и пустулярным дерматитом, вызываемыми разными оспен- ными вирусами. Это относится и к некоторым диким животным: кролики болеют кроличьей оспой, фибромой и миксомой. Некото- рые из этих заболеваний имеют ограниченные ареалы, но в це- лом оспенные заболевания домашних животных убиквитарпы. Сравнение оспенных заболеваний диких и домашних животных [(оказывает наличие сходства п различий между ними. Для пер- вых характерен длительный заразный период, наличие носитель- ства и нередко хроническое течение. Из инфекций домашних жи- вотных наиболее приближается к такому типу инфекций паравак- ципа и, вероятно, осподифтерия кур. В противоположность этому оспа овец, коз, коров, лошадей, свиней и верблюдов характеризу- ется более острым течением и отсутствием длительного носитель- ства. Такого типа ипфекции пе могли укорениться среди диких животпых, в связи с чем можно считать, что оспенные заболева- ния домашних животных возникли сравнительно поздно, после их приручения человеком, т. е. в то время, когда уже имелись боль- шие стада этих животных. Приручение домашних животных и появление больших стад их привели к тому, что болезни типа паравакципы эволюциониро- вали по пути становления инфекций с более острым течением, что обеспечивало более быстрое распространение возбудителей среди стада. Более острое течение болезни стимулировало выработку более совершенного иммунитета, исключавшего возможность дли- тельной латентной инфекции. Такого типа инфекция не могла бы существовать среди диких животных, но в больших стадах до- машних животных при выраженном контакте между ними суще- ствование острой ипфекции без длительного посительства явля- лось возможным. При наличии многих видов животных, приру- ченных человеком, создавалась возможность взаимного обмена паразитами (вирусами), образования экологических разновидно- стей, а также самостоятельных заболеваний в результате адапта- ции оспенных вирусов к организму домашних животпых. Следует подчеркнуть, что различные оспеппые заболевания могли возник- нуть среди стадных животпых и менее вероятным являлось при- способление вирусов к тем видам животных, которые пе разводи- лись в стадах. Не удивительно поэтому, что известные до сих пор оспеппые заболевания типа выраженной острой инфекции не по- ражают таких домашних животных, как кошки и собаки. Они рас- пространены только среди стадных животных: оспа коров, овец, лошадей, коз, верблюдов, свиней, домашней птицы (осподифтерия кур), а также среди мышевидных грызунов (эктромелия). Итак, уже па ранних этапах развития общества (поздний пе- риод варварства), когда появились большие стада домашних жи- вотных, создались условия возникновения оспенных заболеваний этих животпых с острым и подострым течением. Заражение жи- 180
ротных происходило преимущественно алиментарным путем, в связи с чем вирусы вызывают поражение пе только кожи, по и слизистых оболочек. Поскольку заражение происходило алимен- тарным путем, вирусы могли сохраниться лишь при условии вы- сокой их стойкости к неблагоприятным влияниям среды. И дей- ствительно, возбудители оспенных заболеваний диких животных отличаются устойчивостью и способностью длительно сохраняться во внешней среде. Оспенные заболевания возникли в странах Старого Света, так как в Америке до открытия ее европейцами, кроме лам, не было других видов прирученных животпых, а ламы не болеют естест- венными оспепными заболеваниями. Впервые большие стада до- машних животных появились в Юго-Западной и Средней Азин, а также в Северной Африке (Египет). Здесь, по всей вероятно- сти, и возникли оспенные заболевания домашних животпых. Происхождение оспы человека в настоящее время представ- ляется более понятным, чем 20 лет назад. Естественным было бы искать предшественников вируса оспы человека среди вирусов ро- да Orthopoxvirus, в котором находятся вирусы обезьяньей и ко- ровьей оспы, патогенные для человека, и, рассматривая этот во- прос в то время, мы отдавали предпочтение коровьей оспе. Однако в последние годы в связи с ликвидацией оспы во всем мире вни- мание исследователей было привлечено к оспенным заболеваниям человека зоонозной природы, в частности к заболеваниям челове- ка обезьяньей оспой. К концу 1981 г. в Заире и других странах экваториальной Африки было зарегистрировано более 60 таких случаев с несколькими летальными исходами. Лабораторные ме- тоды исследования позволяют разграничивать вирусы обезьяньей п человеческой оспы и осповакципы, в частности, выявлять анти- гены, специфические для трех наиболее близких вирусов этой группы: МО (антиген вируса обезьяньей оспы), VA (антиген, об- щий для вирусов оспы человека и осповакципы) и VC (антиген вируса осповакципы). При клонировании штаммов вируса оспы, изолированных от обезьян, С. С. Маренниковой и соавт. (1972, 1976) выделены так называемые белые варианты, приближаю- щиеся по своим свойствам к вирусу оспы человека. Такие же ва- рианты были выделены и от диких грызунов в тех же районах Экваториальной Африки (табл. 14). Приведенные в таблице данные позволяют предположить, что источником происхождения вируса оспы человека могли быть бе- лые варианты вирусов оспы обезьян или грызунов Экваториаль- ной Африки. Известно, что вирус оспы обезьян патогенен для человека, он вызывает генерализованный процесс, по в обычных условиях пе передается от человека человеку. Однако нельзя ис- ключить, что болезнь может передаваться от человека человеку контактным путем, и такой путь передачи заразного начала впол- не возможен в примитивных бытовых условиях. Генерализация процесса резко усиливает заразность больного, так как в этом случае паличие сыпи па слизистых оболочках поло- 181
болезнь синего языка, африканская чума лошадей, болезнь Иба- раки крупного рогатого скота. Болезнь синего языка, передаваемая мокрецами (Culicoides), вначале была распространена в Южной Африке, но затем распространилась на север Африки, Ближний Восток, юг Европы и в странах Америки. Известны 16 серовароп вируса. Распространение болезни далеко за пределами первона- чального ареала свидетельствует об отрыве ее от природного очага, что связано с повсеместным распространением переносчиков — мокрецов и участием в циркуляции вируса комаров (Aedes), кро- вососок (Malophagus) а также птиц, заносящих вирус в новые местности [Сюрип В. Н., Фомина II. В., 1979]. Сформировавшим- ся зоонозом домашпих животных является также африканская чума лошадей, передающаяся мокрецами и комарами. Известны 9 сероваров вируса. Болезнь пз Южной Африки распространилась в страны Ближнего и Среднего Востока и на юг Европы. Сказан- ное также относится к болезни Ибараки крупного рогатого скота, распространенной в Японии, Индонезии и па о. Тайвань. Ни один из этих вирусов пе стал патогенным для человека. Собственно реовирусы и ротавирусы являются, по-видимому, результатом далеко зашедшей эволюции. Реовирусы 3 серовара наряду с человеком поражают широкий круг диких и домашних животных. Все эти вирусы вызывают заболевания в первую оче- редь кишечника, а также дыхательных путей (отсюда и название вирусов: Respiratory Enteris Orphans), обычно доброкачественные с тенденцией к бессимптомному носительству. Отсутствие клини- чески выраженной картины заболевания, полиморфный характер патогенеза и аптропозоопозпый характер реовирусных заболева- ний человека— все это создает впечатление, что реовирусы про- должают интенсивно эволюционировать. С этой точки зрения, реовируспые болезни птиц носят более определенный характер. У кур реовирусы вызывают развитие тен- досиновита и бурсита, у индюшат — синдром синего гребня, у уток — септический процесс. Все эти заболевания вызываются разными реовирусами, не патогенными для человека. Заражение происходит через корм и воду [Сюрип В. И., Фомина Н. Ф., 1979]. Таким образом, пути эволюции реовирусов остаются пока ско’ рее предметом гипотез, чем результатом точного изучения. 8.9. ТОГАВИРУСНЫЕ ИНФЕКЦИИ Крайпе маловероятно единое происхождение всего огромного разнообразия вирусов, отличающихся по типу репликации, нуклеи- новым кислотам, структуре гепома и другим фундаментальным свойствам. По совокупности этих свойств отдельные вирусы раз- личаются больше, чем животные и растения. В еще большей сто* пени это относится к рассмотрению эволюции их разных система- тических порядков. К вирусам как особым формам живой мате- рии правомерен общебиологический подход. В этом плане их 200
эволюцию следует расценивать как историю экологии вида. Рас* смотрим это на примере вирусов из обширного семейства Togavi- ridae. Семейство включает около 90 вирусов 4 родов: Альфавирусы» Флавивирусы, Рубивирусы, Пестивнрусы и несколько неклассифи- цированных (табл. 15). Тогавирусы распространены на всех кон- тинентах, способны к репликации в клетках тканей широкого кру- га хозяев. Многие из них имеют большое медицинское и ветери- нарное значение. Несмотря на различия в географическом распространении и экологии внутри родов, все представители име- ют в той или иной степени выраженные антигенные взаимосвязи [Calisher С. Н., 19801. Несмотря на существенные различия в репликации, морфоло- гии, морфогенезе, экологии, можно сделать предположение об об- щем эволюционном источнике всех тогавирусов. В настоящее вре- мя большинство альфа- и флавивирусов относятся к экологической группе арбовирусов. Большинство этих вирусов в настоящее время передаются чле- нистоногими переносчиками путем биологической трансмиссии по- звоночным животным и обладают уникальной способностью к ре- пликации как при температуре тела теплокровных, так п при относительно низких температурах внешней среды в период ре- пликации в организме кровососущих членистоногих. После заражения переносчика должен пройти определенный период времепи, в течение которого вирус, попав с кровью в пи- щеварительный тракт и преодолев перитрофическую мембрану* размножается в эпителии средпей кишки переносчика и только затем, проникнув через стенку кишечника, размножается в тка- нях тела и накапливается в слюнном аппарате в количестве, до- статочном для эффективного заражения позвоночного при укусе. Впешний инкубационный период тем короче, чем выше темпера- тура окружающей среды. Напротив, при снижении температуры ниже порогового уровня (около 18±5 °C для разных вирусов) ре- продукция вируса прекращается. Следовательно, наиболее благоприятные условия для сущест- вования тогавирусов при прочих равных условиях возникают при постоянно высокой (около 28—30 °C) температуре внешней сре- ды. Подобными температурными условиями характеризуются эк- ваториальный и субэкваториальный пояса. Естественно предполо- жить, что именно в этих оптимальных условиях и возникли тога- вирусы. В связи с этим обратимся к фактам их современного географического распространения. Число известных тогавирусов резко уменьшается по мере продвижения от экватора и субэква- тора последовательно к тропикам, субтропикам и умеренному поя- су, причем это происходит за счет вирусов, передаваемых кома- рами. Таким образом, анализ основных экологических особенностей и современного географического распространения тогавирусов при- водит к предположению об их первоначальном возникновении в 20«Г
Таблица! 5. Вирусы семейства Togaviridad Род Антигенный комплекс Число виру- сов Основные хозяева Распространение позвоночные членистоногие Альфа вирусы Венесуэльского энцефало- миелита лошадей* 7 Птицы, грызуны Комары, птичьи клопы США. Центральная и Южная Америка Восточного энцефаломиели- та лошадей* 1 Птицы Комары США. Центральная и Южная Америка Мидделбург 1 Мелкий рогатый скот » Центральная и Южная Афри- ка Ндуму 1 — Центральная и Южная Афри- ка Западного энцефаломиели- та лошадей* 7 Птицы Грызуны » Клещи США. Центральная и Южная Америка, Новая Зеландия, Австралия, Африка, СССР Леса Семлики* 9 Обезьяны, ПТИЦЫ грызуны, свиньи Птичьи клопы Комары Южная и Юго-Восточная Азия, Африка. Центральная и Юж- ная Америка, Австралия, СССР Флавивирусы Японского энцефалита* 18 Птицы грызуны, летучие мыши, марсупи- алы Комары, клещи Южная Азия. Австралия, Аф- рика, Южная Европа, Аме- рика, СССР
Клещевого энцефалита* 8 Грызуны, ПТИЦЫ, копытные и др. Клещи, комары Азия, Европа, Северная Аме- рика Денге* 4 Люди, обезьяны Комары Южная Азия, Океания, Афри- ка, Центральная Америка Желтой лихорадки* 9 Обезьяны, люди, птицы, крупный и мелкий рога- тый скот » Африка, Южная Америка, Юго- Восточная Азия, Австралия Нтайя 4 Птицы? » Африка, Западная и Юго-Во- сточная Азия Тюлений* 2 Птицы Клещи, комары Северная Азия, Европа и Аме- рика, Южная Австралия, СССР Летучих мышей Дакара 4 Летучие мыши. ——। Африка, Юго-Восточная Азия, Северная Америка Другие* 7 Летучие мыши, грызуны, круп- ный рогатый скот Клещи, комары Африка, Северная и Централь- ная Америка, Юго-Восточная Азия, СССР Рубивирусы Краснухи* 1 Человек —• Повсеместно Пестивирусы Диареи крупного рогатого скота 3 Крупный рогатый скот, свиньи, ов- цы Америка, Австралия, Африка Другие 4 Мыши, обезьяны, лошади Комары Ряд представителей патогенеп для человека, ? — нуждается в подтверждении, — данные отсутствуют.
экваториальном и субэкваториальном климатических поясах Земли. Тогавирусы, учитывая механизм заражения, можно рассматри- вать как кровепаразитов. Общепринято, что эта форма паразитиз- ма вторична и возникла из кишечного паразитизма [Догель В. Л.г 1962]. По-видимому, большая часть кровепаразитов позвоночных была первоначально паразитами кишечника беспозвоночных. В дальнейшем, с переходом ряда членистоногих к кровососанию, некоторые из этих паразитов получили способность пропинать че- рез стенку кишечника, репродуцироваться в их органах и тканях, передаваться через укус позвоночным с репликацией вирусов в клетках тех или иных тканей при температуре тела теплокров- ных животных. Другими словами, произошла адаптация тогави- русов к новой среде обитания — тканевым системам теплокровных животпых. В пользу происхождения тогавирусов от вирусов-симбионтов (или паразитов), обитающих в стенках кишечника члепистоногих, говорят следующие факты: 1) наличие у членистопогих, в частно- сти у комаров, вирусов-симбионтов; 2) отсутствие существенного вреда для членистоногих, зараженных тогавирусами; 3) персисти- рующая вирусная инфекция в тканях па протяжении жизни има- го; 4) передача вируса трапсстадиальным и трансовариальным путем в ходе метаморфоза, 5) цикличность развития вирусов чле- нистоногих с обязательной и длительной фазой размножения в стенке кишечника, 6) уникальная для вирусов теплокровных,, по обычпая для вирусов членистопогих способность к репликации при относительно низкой температуре. Все это свидетельствует о древности отношений и высокой степени адаптации тогавиру- сов к членистоногим. Остановимся подробнее на некоторых из этих аргументов. В перевиваемой клеточной линии, источником которой явля- лись личинки комаров Aedes albopictus, при электронно-микроско- пическом исследовании обнаружены 5 разных типов вирусных частиц, в том числе и подобные тогавирусам. При использовании того же метода из этой же липни выявле- ны цитоплазматические кристаллоподобные образования вирусных частиц, по размеру и форме сходные с альфавирусами. После обработки ультразвуком и фракционирования в гради- енте плотности сахарозы фракция продуцировала развитие бля- шек в клетках Vero. При дальнейших пассажах па клетках RHK-21 выявлено постепенно развивающееся цитопатогеппое дей- ствие (ЦПД). Агент серологически сходен с вирусом Чикупгунья [Brinton М. А., 1980]. В Австралии был обнаружен клоп клеточ- ной линии из A. albopictus, резистентный к заражению вирусом леса Семликн. Проверка показала, что уже до заражения клоп был инфицирован этим вирусом. Наконец, из культуральной сре- ды липии клеток пз комаров A. aegypti выделен сливающий клет- ки агент (CFA), выявляемый только при заражении клеточной линии из A. albopictus [Stollar V.„ 1980]. В этой линии агент вызы- 204
рает образование синцития через 48—72 ч после заражения. Со- зревание вируса происходит путем почкования через внутрикле- точные мембраны. Изучение физико-химических свойств, морфологии этого агента, генома и структурных белков его по- зволяет расценивать агент в качестве тогавируса [Stollar V., 1980]. По размеру п морфологии агент сходен с флавивирусами, но ха- рактер почкования их различен. У агента не выявлено гемагглю- тинина, а также антигенных связей вируса с какими-либо флави- вирусами. Поэтому систематическое положение вируса среди дру- гих тогавирусов пока не определено. Приведенные данные говорят о наличии у комаров тогавиру- сов-симбиоптов. Выявление их в ряде случаев необычайно слож- но. Об этом свидетельствует история выделения сливающего клет- ки вируса, репликация которого происходит только в культурах тканей комаров, а индикация, насколько известно, возможна лишь при заражении культуры ткани комаров A. albopictus. Помимо приведенных примеров, в качестве вирусов-симбионтов членисто- ногих можно расценивать все альфавирусы и многие флавивиру- сы. Этот вывод может быть сделан при анализе характера взаи- моотношений этих вирусов с членистоногими. При экспериментальном изучении репродукции вирусов у пе- реносчиков было установлено, что вирусы персистируют в различ- ных тканях, в частности в кишечнике, на протяжении срока жиз- ни членистоногих, пе нанося при этом в большинстве случаев вреда. Таким образом, тогавирусы, как правило, вызывают у чле- нистоногих бессимптомную персистирующую инфекцию, что отра- жено в фундаментальных исследованиях на модели вируса япон- ского энцефалита и комаров Culex pipiens pallens. Необходимо, одпако, указать, что вирус леса Семлики может вызвать деструк- тивные изменения в клетках слюнных желез комаров Aedes aegypti. Ряд авторов с помощью флюоресцирующих антител изучали судьбу вируса японского энцефалита в организме комаров С. tri- taeniorhynchus summorosus. Установлено, что первоначально ви- рус размножается в среднем кишечнике, затем в жировом теле и, наконец, в слюнных железах и других органах комара. Латентная инфекция наблюдалась на протяжении всей жизни комара. Близ- кие данные по динамике размножения этого вируса с развитием латентного процесса в среднем кишечнике и слюнных железах комаров С. pipiens pallens получены при применении электрон- ной микроскопии. Экспериментальную латентную инфекцию вирусом Сент-Луис и вирусом западного эпцефаломиелита лошадей (ЗЭЛ) комаров С. quinquefasciatus и С. tarsalis в условиях анабиоза наблюдали на протяжении периода зимовки (5—8 мес) и выделили вирус ЗЭЛ от зимующих комаров С. tarsalis. Это одна из возможностей сохранения тогавирусов в зимний период, а также в течение су- хого сезона в аридных областях, т. е. в периоды, критические для сохранения вирусной популяции. 205
У клещей, зараженных тогавирусами, также закономерно на- блюдается развитие персистирующей латентной инфекции. Тогавирусы способны к репродукции при парентеральном зара- жении также некровососущих членистоногих. Репродукция вируса японского энцефалита, например, установлена при заражении жу. ков и мотыльков, а вируса Синдбис — при заражении дрозофил. Два альфавируса способны к репродукции в организме клопов Oeceacus vicarius, паразитирующих на ласточках, являющихся специфическими переносчиками этих вирусов [Chamberlain R. W., 1980; Rush W. A. et al., 1980]. При парентеральном заражении комаров некровососущие сам* цы так же чувствительны, как и кровососущие самки. Личинки комаров легко заражаются тогавирусами алиментарным путем с дальнейшей передачей вируса имаго в ходе метаморфоза [Rosen L.t 1980]. Все это свидетельствует о хорошей адаптации тогавирусов к членистоногим хозяевам, хотя показана различная чувствитель- ность к заражению разных штаммов даже одного вида. Накоплено много фактов по закономерностям репродукции то- гавирусов в культурах тканей из членистоногих. Для этого наи- более широко используется линия клеток из личинок Aedes albo- pictus, из эмбрионов A. aegypti, а также из различных видов ли- чинок Aedes и Anopheles [Pudney М. et al., 1979], С. trithaenior hynchus. Получен ряд линий и клещевого происхождения, в част- ности линия RML-14 из Dermacentor parumapertus, на которой хорошо растут многие клещевые и комариные альфа- и флавиви- русы. Как правило, достигается высокая множественность инфекции с заражением подавляющего большинства клеток. Латентный пе- риод инфекции длиннее (5—6 ч вместо 3—4 ч) по сравнению с таковым в клетках теплокровных животных. При выращивании тогавирусов в культурах клеток членистоногих имеются особенно- сти в композиции углеводов (отсутствие сиаловой кислоты, сни- жение содержания галактозы) и липидов (различное соотношение фосфолипидов), но пе РНК и структурных белков [Stollar V., 1980]. Выявлена продукция полипептида с низкой молекулярной массой, ингибирующего продукцию вируса. Вещество обладает клеточной и вирусной специфичностью. Все это говорит о значи- тельной специфике в репликации тогавирусов в клеточных систе- мах от членистоногих. Альфавирусы, в высокой степени патогенные для клеток теп- локровных, в клеточных системах членистоногих не вызывают ЦПД. Флавивирусы, как и упоминавшийся выше «плавящий клет- ки вирус», напротив, обычпо вызывают обширное плавление кле- ток. Однако это происходит далеко не всегда и даже в тех случа- ях, когда развивается ЦПД, то всегда остаются островки пережи- вающих клеток, которые в дальнейшем приводят к восстановлению культуры через несколько дпей или недель. В этих случаях, как п всегда при заражении альфавирусами, развивается персистиру- ющая инфекция па протяжении многих месяцев, практически до 206
конца культивирования [Stollar V., 1980]. Важно отметить, что ЦПД более выражено при 34—37 °C и менее при 28 °C (темпера- тура внешней среды в экваториальном климатическом поясе). Продукция же вируса выше при 28 °C по сравнению с 34 °C. В ре- зультате такой персистирующей инфекции в ряде случаев пато- генность вируса для мышей снижается. Иногда это коррелирует с мелкобляшечным фенотипом. Культура клеток с персистирую- щей инфекцией резистентна к суперинфекции только гомологич- ным вирусом. Приведенные материалы дают основание для выво- да, что членистоногие являются пе только переносчиками, но и постоянными хозяевами тогавирусов. Длительное сохранение ви- русной популяции возможно в двухчленной паразитарной системе: членистоногие — вирус с передачей вируса вертикальным путем в ходе метаморфоза, половым путем и при алиментарном зараже- нии личинок комаров с дальнейшей передачей вируса имаго. Сле- довательно, все тогавирусы, выделенные от членистоногих (а их абсолютное большинство), можно рассматривать как их симбион- тов или в ряде случаев паразитов. Периодическое (весьма крат- ковременное для вирусной популяции) включение в паразитиче- скую систему 3-го члена — позвоночного (в большинстве случаев теплокровного) хозяина, вероятно, полезпо для вирусной популя- ции, обогащает ее генофонд. В ряде случаев, как это будет пока- зано ниже, включение теплокровных животных в циркуляцию тогавирусов изменяет ход их эволюции и приводит к освоению вирусной популяцией новых экологических ниш [Львов Д. К., Ле- бедев А. Д., 1974; Львов Д. К., 1970]. Выше указывалось, что климатические, прежде всего темпера- турные, условия экваториального и субэкваториального поясов наиболее благоприятны для существования популяций тогавиру- сов. В этих условиях абсолютное большинство из них экологиче- ски связапо с комарами [Cornet М. et al.. 1980]. Логично предпо- ложить, что именно эти насекомые и явились первичными хозяе- вами тогавирусов. С течением времени ряд из них приобрел спо- собность к накоплению в слюнных железах, заражению птиц и других теплокровных при периферическом заражении во время кровососания. Этот эволюционный этап связан с приобретением вирусами rct42e (способность к репликации при температуре тела птиц), V+ и Рр (способность вызывать вирусемию у теплокровных при периферическом заражении). Но должна была сохраниться способность к репликации при относительно низкой температуре внешней среды (ret20е). С этого этапа эволюции тогавирусы ста- новятся в экологическом плапе арбовирусами. В условиях эква- ториального и субэкваториального климата иксодоидпые клещи в качестве основных хозяев вряд ли могли конкурировать с кома^ рами. Полученные в последние годы данные подтверждают значи- тельно более ранние результаты исследования П. А. Петрищевой (1967) о способности по крайней мере флавивирусов передаваться трапсовариальпо в ходе метаморфоза комаров. Такие данные по- лучены в отношении вирусов Коутанго [Coz J. et al., 1976], япон- 207
с кого энцефалита [Rosen L. et al., 1978], желтой лихорадки .(Aitken Т. et al., 1979]. Ряд исследователей полагают, что именно комары Aedes africanus и A. furcifer-tailori, а не обезьяны явля- иотся основным природным резервуаром вируса желтой лихорадки. Выделение вируса от самцов этих видов дает основание предпо- дожить половой способ передачи вируса у комаров. Некоторую .роль в циркуляции вируса желтой лихорадки в качестве времен^ пых резервуаров могут играть клещи Amblyomma variegatum. у которых существует трансовариальпая передача вируса. Наиболее распространенной флавивируспой инфекцией в мире в настоящее время является лихорадка денге. На протяжении почти двух веков эту инфекцию рассматривали как легкий педуг. возникающий в результате акклиматизации к жаркому климату. Вирусная этиология была установлена в начале XX столетия. Ли- хорадка долге считалась типичной антропонозной инфекцией с циркуляцией вируса между человеком и комарами, преимущест- венно A. aegypti. Но имеются данные, говорящие в пользу суще- ствования природных очагов инфекции с циркуляцией вируса между комарами A. albopictus и обезьянами. В Юго-Восточпой Азии вируснойтрализующие антитела обнаружены у рептилий Calotes versicolor из семейства Agamidae, а у обезьян в горных районах, практически не населенных, было выделено несколько штаммов вируса. С 40-х годов XX столетия произошло резкое расширение ареа- ла возбудителя, охватывающего в настоящее время экваториаль- ные, субэкваториальные и тропические районы в Америке, Африке и Азии, в которых проживает более 1,5 млрд, человек. С 50-х го- дов текущего столетия заболевание стало часто протекать, особен- но среди детей, с геморрагическим и шоковым синдромами. Ле- тальность при этом может достигать 30% [Hotta S., 1969]. В стра- нах Юго-Восточпой Азии лихорадка депге стала одной пз основ- ных причин госпитализации детей, а иногда и ведущей причиной смертности [Halstead S. В., 1980]. Начиная с 1977 г., эпидемиоло- гическая ситуация резко обострилась и в странах Карибского бас- сейна. Увеличение заболеваемости лихорадкой депге обычно проис- ходит вслед за ростом популяции переносчиков, прежде всего A. aegypti, что в свою очередь в большой степени коррелирует с экологическими сдвигами в результате войн, потоков беженцев, роста городского населения вместе с ухудшением условий жизни в городах. Например, во время американской интервенции во Вьетнаме лишь с июля по сентябрь 1960 г. переболело свыше 2 млн. человек. Эпидемия обычно начинается с единичных слу- чаев в крупных городах с дальнейшим лавинообразным нараста- нием заболеваемости и распространепия ипфекции в менее круп- ные города и сельские местности [Halstead S. В., 1980]. Геморрагический и шоковый синдромы обычно возникают у лиц, имевших к началу заражения активный (в результате пред- шествующего заражения иным сероваром вируса) или пассивный 208
(материнские антитела) иммунитет. Иммунологический генез этих синдромов практически не подвергается сомнению. Чаще син- дромы возникают при заражении 2-м типом вируса лиц, перенес- ших ранее инфекцию денге 1-го, 3-го или 4-го типов. Единствен- ным в настоящее время способом борьбы с лихорадкой денге ос- тается борьба с комарами-переносчиками. Сложность проведения И высокая стоимость противокомарипых мероприятий могут объ- яснить неуправляемость па данном этапе эпидемическим процес- сом в эндемичных районах мира. Существует мнение [Дубинин А. Н., 1959], хотя и пе разде- ляемое другими специалистами [Балашов 10. С., 1968], что двух- и треххозяинный типы паразитизма клещей возникли вторично как адаптация к неблагоприятному сезону года и более суровым ус- ловиям при продолжении вида в полярных направлениях. Одно- хозяинпые клещи пе могут быть эффективными хозяевами и пе- реносчиками вирусов. По мере продвижения от экватора в поляр- ных направлениях за счет климатических факторов (прежде все- го снижения суммы эффективных температур) резко снижается число тогавирусов, адаптированных к комарам (табл. 16). И на- Таблица 16. Распространение разных экологических групп альфа-(26) и флавивирусов (56) в различных климатических поясах Основные пере- носчики Вирусы Климатические пояса эквато- риальный субэква- ториаль- ный тропи- ческий суб- тропи- ческий умерен- ный Комары Альфа- 15 13 9 10 4 Флави- 20 19 11 6 6 Всего 35 32 20 16 10 Клещи Альфа- 0 0 0 0 0 Флави- 2 2 3 4 11 Всего 2 2 3 4 11 Другие члени- Альфа- 0 0 0 0 2 стоногие Флави- 0 0 0 0 0 Всего 0 0 0 0 2 Неизвестные Альфа- 0 0 0 0 0 Флави- 5 3 3 3 3 Всего 5 3 3 3 3 Итого Альфа- 15 13 9 10 6 Флави- 27 24 17 13 20 Всего 42 27 26 23 26 против, растет количество вирусов, в первую очередь флавивиру- сов, экологически связанных с иксодоидными клещами. В услови- ях тропиков, субтропиков и особенно умеренного пояса совокуп- ность биологических и экологических свойств клещей оказала ре- шающее влияние па возможность укоренения здесь адаптирован- ных к ним тогавирусов. Так, вероятно, произошло, в частности, и с вирусом клещевого энцефалита. Основные переносчики этого 14 Заказ N 1564 209
вируса в настоящее время — клещи I. persulcatus и I. ricinus, как и I. pavlovskyi, I. nipponensis, I. kashmiricus, I. kazakstani в пашей фауне, I. granulatus, I. nuttalianus, I. nyatti за рубежом, входят в одну филогенетическую ветвь в пределах подрода Ixodes. Проис- хождение этой группы видов связано с Юго-Восточной Азией. Зоогеографические данные свидетельствуют о возникновении I. ri- cinus в плиоцене и теспой связи между становлением его ареала п историей европейских мезофильных лесов [Филиппова Н. А.. 1973]. В настоящее время этот вид населяет смешанные и широ- колиственные европейские леса от восточного побережья Атланти- ческого океана до Среднего Заволжья. Сравнительный онтогене* тнческий анализ позволяет установить тесные связи этого вида с видами южной ветви группы I. persulcatus (I. kazakstani, I. kash- iniricus, I. nipponensis, L. nyatti) и через пих —с I. pavlovskyi в далее — I. persulcatus. Предполагается, что в плиоцене ареал I. ri- cinus простирался далее на восток, а к концу плиоцена — в плей- стоцене был оттеснен вместе с широколиственными и смешанны- ми лесами к западу под давлением тайги с севера и степей с юга (Филиппова Н. А., 1973]. Но и сейчас вид сохранил связь с ланд- шафтами, включающими плиоценовые компоненты флоры. Ареал I. kazakstani связан с реликтами плиоценовой тургай- ской флоры — тугайными лесами Тянь-Шаня. Сокращение ареала этого вида происходило и происходит на протяжении четвертич- ного периода. I. nipponensis, распространенный главным образом па островах Японского архипелага, включая и южные (субтропи- ки), в плиоцепе имел более широкий ареал, охватывающий ази- атское побережье вплоть до Камчатки. Ареал I. kashmiricus в плиоцепе был значительно шире совремеппого и, вероятно, зани- мал средневысотпые лесные зопы Центральной Азии [Филиппо- ва Н. А., 1973]. Представитель северной ветви подрода I. pavlovskyi является реликтом плиоценовой фауны. Его ареал, начиная с верхнего плио- цена и особенно в плейстоцене, резко сузился под давлением тай- ги па более теплолюбивые и увлажненные широколиственные плиоценовые леса и в настоящее время вписывается лишь в юж- ную часть ареала I. persulcatus. В послеледниковый период ареал, вероятно, опять увеличился. Становление ареала I. persulcatus связано с развитием таежного ландшафта. Это самый широкорас- пространенный и массовый вид группы. В верхнем плиоцене аре- ал вида, вероятно, ограничивался восточными районами и только в ледниковом периоде резко расширился в западном направлении [Филиппова Н. А., 19711. Итак, только основной переносчик клещевого энцефалита I. persulcatus связан своим происхождением с таежным ландшаф- том. Причем формирование ого ареала имеет сравнительно позд- нее происхождение по сравнению с другими представителями этой филогенетической группы подрода Ixodes. В период формирования ого ареала в болоо южных районах в Африке и Юго-Восточной Азии ужо давно, вероятно, существовали очаги тогавирусов, эколо- 210
гически связанных с комарами и птицами. Через Восточно-азиат- ское и индо-азиатское миграционные русла на востоке и восточ- но-европейские на западе на территории ареалов I. ricinus и I. рег- sulcatus во время весенней миграции птиц систематически зано- сились вирусы, часть из которых могла адаптироваться к этим ви- цам клещей. В результате дальнейшей эволюции и могла сформи- роваться генетически устойчивая популяция вируса клещевого энцефалита. Учитывая различия в эволюции I. ricinus и I. рег- sulcatus, легче представить и различия в восточной и западной частях популяции вируса, различия между которыми носят ви- довой характер [Вотяков В. И. и др., 1978]. Экспериментально показано, что в организме клещей проис- ходит репродукция альфа- и флавивирусов, экологически связан- ных с комарами [Nosek J., 1980]. Иксодоидные, особенно иксодо- вые, клещи имеют возрастающее значение в резервации тогавиру- сов по море продвижения от тропиков — субтропиков к умеренному н далее к субарктическому климатическому поясу. Этому способствует комплекс биологических и экологических осо- бенностей: длительный период жизни отдельных стадий метамор- фоза, питание разных стадий метаморфоза на различных хозяевах, трапсстадиальпая и трансовариальная передача тогавирусов, пе- резимовывание в состоянии диапаузы. Все это помогает адапти- рованным к клещам вирусам преодолевать температурный барьер и распространяться до границ соответствующих видов клещей. Данные по резервации иксодоидными клещами в СССР флавиви- руса Западного Нила [Львов Д. К., Ильичев В. Д., 1979], альфа- вируса Сипдбис [Костюков М. А. и др., 1981], заносимых птица- ми на территорию страны, подтверждают подобный ход событий. В августе — сентябре 1981 г. на территории Карельской АССР возникли множественные лихорадочные заболевания с сыпью, ар- тралгиями и переходом в ряде случаев в хроническое течение с развитием артрозов и потерей трудоспособности. Этиология забо- левания, получившего название Карельской лихорадки, была рас- шифрована [Львов Д. К. и др., 1982]. Возбудитель (арбовирус) относится к роду Альфавирусов, антигенному комплексу Сипдбис. Широко распространенный в Африке вирус Синдбис может вы- зывать единичные легко протекающие заболевания. В Карелии же возникла эпидемическая вспышка. Трансмиссивный характер заболевания не вызывает сомнений, хотя круг переносчиков (так же, как и позвоночных хозяев) еще предстоит установить. Забо- левание, помимо Карельской АССР (граница северпо- и средне- таежных ландшафтных зон), возникало в тот же период в близ- ких по экологическим условиям районах Финляндии (болезнь По- госта) и Швеции (болезнь Окельбо) (рис. 18). Неожиданное возникновение эпидемической ситуации, связанной с вирусом явно африканского происхождения, в приполярных областях Фенпо- скапдии можно объяснить заносом птицами какой-то части вирус- ной популяции с дальнейшей ее эволюцией при адаптации к не- обычным н суровым условиям. Пока лишь следует отметить, что 14 211
Рис. 18, Заболеваемость Карельской лихорадкой — болезнью Погоста —• болезнью Окельбо (1981 г.) Точками обозначены случаи заболевания. через эндемичные по Карельской лихорадке области Фенноскан- дии проходят восточно-европейское и западно-европейское мигра- ционные русла птиц, гнездящихся на севере Европы и зимующих в Африке. Этот пример говорит о продолжающейся эволюции, п данном случае одного из Альфавирусов, что может приводить к резкому и неожиданному обострению эпидемической ситуации. На территорию страны осуществляется регулярный занос с птицами вируса Западного Нила из Африки с образовапием се- зонных очагов по типу птицы — комары — вирус. Часть вирусной популяции адаптировалась к биотопам на островах побережья Кас- пийского моря с циркуляцией по типу серебристая чайка Larus argentatus — аргасовый клещ Ornithodoros capensis — вирус. На островах расположены колонии чаек, на которых паразитируют клещи, и полностью отсутствуют комары. Аргасовые клещи обес- печивают существовапие стойких природных очагов западно-ниль- ской лихорадки. Эпидемиологически они себя не проявляют. При разлете чаек осенью с мест гпездовья происходит распространение вируса вдоль побережья и включение комаров в его циркуляцию. Это обеспечивает дальнейшую диссемипацию вируса, включение в циркуляцию других видов диких, а затем и домашних животных. Это в целом и обеспечивает возникновение эпидемической ситуа- ции. Далеко зашла эволюция вируса в аридных районах средне- азиатского региона. От аргасовых и иксодовых клещей, приуро- ченных к порам песчанок, выделен ряд штаммов нового вируса 212
Карши, имеющего с вирусом Западного Нила лишь односторон- июю антигенную связь. Очаги достаточно обособлены. Связь этой засти популяции с основной популяцией вируса Западного Нила, вероятно, прервалась достаточно давно и эволюция в этих специ- фических условиях привела к формированию нового вида. Судя ио серологическим данным, вирус Карши способен в естественных условиях вызывать у людей лихорадочное заболевание. При экспе- риментальном заражении клещей происходит накопление вируса в различных тканях и органах, включая слюнные железы. Но в условиях эксперимента вирус сохранил способность к репродук- ции в организме комаров, накоплению в слюнных железах и био- логической передаче при кровососании. Эти данные говорят об условности деления тогавирусов на «комариные» и «клещевые». Все зависит от экологических условии, которые в основном и опре- деляют эпизоотическую и эпидемическую ситуации. В связи с программой переброски воды великих сибирских рек в аридный Средне-азиатский регион в огромные малонаселенные сейчас райо- ны пустынь придет вслед за водой население, появятся комары. В этих изменившихся условиях вирус Карши, не имеющий сей- час серьезного эпидемиологического значения в силу экологиче- ской изоляции, может его приобрести за счет включения в цирку- ляцию комаров. На континентальной территории СССР к северу от границы fiреала клещей I. persulcatus нксодовые клещи отсутствуют. Здесь очень короток теплый сезон с эффективными для репликации вирусов температурами. Поэтому комары, несмотря на огромную численность, как правило, пе могут обеспечить циркуляцию виру- сов. Но на прибрежных и островных территориях севера умерен- ного пояса и Субарктики расположены огромные гнездовые скоп- ления морских колониальных птиц, на которых паразитирует мас- са клещей I. putus. Длительный цикл метаморфоза (до 6—8 лет) может обеспечить сумму эффективных температур, необходимую для завершения внешнего инкубационного периода вирусов в кле- щах. Сохранение вирусов в период диапаузы клещей обеспечивает перезимование. За исключением активного периода (1—2 мес) клещи находятся в подстилке в расщелинах скал на глубине 10— 40 см, где температура редко опускается ниже 5 °C. Численность клещей на всех стадиях метаморфоза здесь достигает 20 тыс. на 1 кг подстилки. Указанные обстоятельства могут обеспечить чрез- вычайно высокую активность циркуляции вирусов в этих специ- фических условиях в случае адаптации каких-либо вирусов к I. pu- tus. Эти представления легли в основу прогноза существования очагов вирусов в этих суровых климатических условиях. При про- верке прогноза были выделены сотни штаммов различных виру- сов, в том числе и флавивируса Тюлений [Львов Д. К., Ильи- чев В. Д., 1980]. Причем оказалось, что вирус как в эксперимен- те, так и в естественных условиях способен к биологической трансмиссии комарами. Это обеспечивает возможность «выплеска» вирусной популяции летом с территории птичьих базаров на кон- О1.Ч
гипент с вовлечением в циркуляцию широкого круга позвоночных животных и людей. Наконец, можпо допустить возможность дальнейшей эволюции тогавирусов, когда в условиях отсутствия эффективных перепое- чиков (комаров, клещей) вирусы могут адаптироваться к контакт- ной передаче среди позвоночных хозяев. При этом, если эволюция дошла достаточно далеко, вирусы могут потерять способность к репродукции в организме членистоногих, т. е. перестать быть ар- бовирусами. Примером такого хода событий может служить фла- вивирус Модок, циркулирующий среди грызунов в Скалистых го- рах в США. Из-за суровых климатических условий комары и клещи в этих местах отсутствуют. В эксперименте вирус не спо- собен к репродукции в членистоногих, даже в культурах их тканей [Theiler М., Downs W. G., 1973]. У грызунов же вирус вызывает персистирующую инфекцию, длящуюся, по-видимому, до конца жизпи животного. Во внешнюю среду вирус выделяется с молоком, мочой и фекалиями. Заражение осуществляется, вероятно, алимен- тарным, и, возможно, респираторным путем. Персистирующая то- гавируспая инфекция у позвоночных — довольно распространен- ное явление [Львов Д. К., 1970]. Состояние апабиоза, в частности во время зимней спячки млекопитающих, способствует развитию вирусной персистенции. Важное значение в экологии многих то- гавирусов имеют летучие мыши. В естественных условиях от них выделено 4 альфа- и 12 флавивирусов [Sulkin S. Е., Allen R., 1974]. В условиях эксперимента у них возникает высокая и дли- тельная вирусемия. Во время зимовки вирусы месяцами сохра- няются в организме летучих мышей с последующей активизацией процесса по мере повышения температуры [Sulkin S. Е., Allen R.r 1974]. Летучие мыши играют существенную роль в резервации то- гавирусов. Этому может способствовать и регулярно наблюдаемая у летучих мышей в условиях эксперимента трапсплацентарная пе- редача вирусов. Возможно, именно этот механизм обусловил в процессе эволюции обособление ряда строго адаптированных к ле- тучим мышам флавивирусов, сохранивших антигеппые связи с другими представителями рода, потерявших способность к репро- дукции в члепистопогих. Важно отметить, что серийные пассажи тогавирусов па позвоночных или в культурах их тканей приводят со временем к снижению или потере способности вируса заражать члепистопогих при оральном (но но торакальном) пути введения [Rosen L., 1980]. Вероятно, это и служит объяснением существо- вания многих флавивирусов, связанных с позвоночными п утеряв- шими способность к биологической трансмиссии членистоногими. Такой путь эволюции можпо предположить также для рубивиру- сов и постивирусов [Porterfield J. S., 1980]. Вирус краснухи, стоя- щий ближе к альфавирусам, попав па ранних этапах формирова- ния человеческого общества в популяцию людей, адаптировался к передаче респираторным путем. В дальнейшей эволюции вирус утерял способность к репродукции в организме пе только членя- стопогпх, по и других млекопитающих за исключением человека. 214
Такой же процесс, но применительно к домашпим животным, ве- роятно, протекал с пестивирусами, имеющими в настоящее время коптактпый путь передачи среди свипей и крупного рогатого ско- та, и неклассифицированными тогавирусами мышей, лошадей, обезьяп. Практически для всех пестивирусов характерен персисти- рующий тнп инфекций, поражаемых ими теплокровных жи- вотпых. Рекомбинационный процесс для тогавирусов пе установлен, хо- тя выявлено образование псевдовириопов при фенотипическом смешивании вируса Синдбис и лактат-дегидрогепазного вируса. Здесь, вероятно, имеются принципиальные различия в механизме эволюции по сравнению с вирусами семейств Orthomyxoviridae, Bunyaviridae, Reoviridae, Arenaviridae, имеющими сегментирован- ный гепом. Для тогавирусов лишь мутационный процесс с после- дующим отбором под давлением комплекса экологических факто- ров формирует генотип популяции и лежит в основе видообразо- вания. 8.10. БУНЬЯВИРУСНЫЕ ИНФЕКЦИИ Семейство Bunyaviridae, лишь недавно выделенное в качестве самостоятельного, является крупнейшим по числу входящих в не- го вирусов — свыше 200 (табл. 17). Все представители семейства переносятся чувствительным позвоночным животным путем био- логической трансмиссии и на этом основании относятся к эколо- гической группе арбовирусов. Семейство включает 4 рода: Бунь- явирусов, Флебовирусов, Наировирусов и Укувирусов [Bishop D.. Shope R., 1979; Bishop D. et al., 1980]. Род Буньявирусов включает свыше 100 представителей, отно- сящихся к 16 комплексам. Многие из представителей рода, осо- бенно из комплекса калифорнийского энцефалита, патогенны для человека. Подавляющее большинство вирусов этого рода экологи- чески связано с комарами, в ряде случаев с мокрецами и распро- странено на американском континенте. Представители некоторых комплексов частично (Бупьямвера и др.), преимущественно (Сим- бу и др.) или исключительно (Бвамба и др.) обнаружены в Аф- рике. Незначительное число вирусов, главным образом из числа связанных с птицами и домашними животными, распространено также в Европе, Азии и Австралии. Помимо двух вирусов из ан- тигенной группы Купгол (род Буньявирус) к началу 1982 г. в Австралии было выделено 5 вирусов из антигенной груп- пы Симбу (род Бупьявирус). Как и подавляющее большинство вирусов этой группы африканского происхождения, австралийские вирусы группы Симбу связаны с мокрецами рода Culicoides и крупным рогатым скотом. Ареалы большинства пред- ставителей рода ограничиваются экваториальным п субэкватори- альным климатическими поясами (табл. 18). В тропиках и суб- тропиках число вирусов вдвое, а в умеренном поясе в 4 раза меньше. 215
Таблица 17. Экологическая характеристика вирусов семейства Bunyaviridae Род Комплекс Число вирусов Основные хозяева Географическое в распространение позвоночные**! членис- тоно- гие** • Америка Афри- ка Евро- па Авин Авст- ралия Буиьявирусы Анофелес А 3-9* 0 К 3—9 — — — — Анофелес В 2 2 К 2 — — — — С 11—13е г.лм.м К 11—13 — — — — Гамбоа 2—7 Мл. П К 2-7 — — — — Гуама 11—12’ Г. п, м,лм К. Мс 11—12 — — — — Капни 8—9 г, м К 8—9 — — — — Минатитлан 1—2 ? К 1—2 — — — — Патоне 5-6 г К 5-6 — — — — Буньямвера 21—23* Мл, П К, Мк 15 5 1 1 — Калифорния 12—14* 3. г, п К 11—13 1 1 1 — Симбу 21—23* Ж, 3, л, п К.Мк 6 11 — 6 4 Тюрлок 5-6 п К 1 2 1 1 1 Бвамба 2* 2 5 — 2 — — — Одифантсвлей 2—3 2 К — 2—3 — — — Тете 4—5 п 2 — 4 2 1 — Кунгол 2 2 К — — — — 2 Негруппированные 2—4 лм. г К 3 — — 1 —
Флебовирусы Москитной лихорадки 29—31* Г, П, Ж. Мл Мс, К 19—21 6 2 4 1 Наировирусы Крымской геморрагической лихорадки Конго 3* 3, г, Ж Кл — 1 1 2 — Дера-Гхази-Кхан 6 ? Кл — 3 — 3 — Кьюз 5 П Кл 4 — — 1 — Болезни овец 3* Г, Ж Кл, Мк — 2 — 1 — Найроби Калыоб 2 г Кл — 2 — — — Сахалин 5 п Кл 2 — 1 2 1 Укувирусы Укуниеми 6-7 п, г Кл 1 1 4 3 — Неклассифицирован- Бакау 2 О К, Кл — — 1 — — ные Бханджа 2 Кл — 1 1 — Дхори 2 ? Кл — — 1 2 — Кайсоди 3 П, 3 Кл 1 — — 2 — Маппута 4 2 К — — — — 4 Тогото 1—2* ж Кл — 1 1 — — Негруппированные 8* г Кл, К 2 2 — 2 2 Итого 195-227 180—131 46—47 15 32 15 to ♦ Ряд представителей патогенны для человека; »*0 — обезьяны, Г — грызуны, ЛМ — летучие мыши, М — марсупиалы, П — птицы, Мл — млекопитающие, 3 — заи- цеобразные, Ж — жвачные; к — комары, Кл — клещи, Мс — москиты, Мк — мокрецы; — отсутствует; ? — нуждается в уточнении.
Таблица 18. Распространение разных экологических и систематических групп буньявирусов в различных климатических поясах Род вирусов Переносчики Климатический пояс экватор субэква- тор тропики субтро- пики умерен- ный Буньявпрусы К, М, Мк* 62 51 23 19 12 (114—142)** Кл 0 0 0 0 0 Флебовирусы К, М, Мк 8 11 3 2 0 (29—31)** Кл 0 0 0 0 0 ? 6 2 1 1 0 Наировирусы К, М, Мк 2 0 0 0 0 (24)*♦ Кл 3 7 12 3 7 Укувирусы К, М, Мк 0 0 0 0 1 (6—7)** Кл 0 0 1 2 2 Итого К. М, Мк 62 62 26 21 13 Кл 3 7 13 5 9 ♦ К —< комары, Кл — клещи, М — москиты, Мк — мокрецы; ♦♦ число вирусов. Род Флебовирусов включает около 30 представителей, в том числе возбудителей москитных лихорадок, лихорадки Рифт-валли, имеющих в эндемичных районах большое эпидемиологическое зна- чение. В экологии Флебовирусов, наряду с комарами, имеют зна- чения москиты. В распространении Флебовирусов наблюдаются те же основные закономерности, что и Буньявирусов: связь с амери- канским, а для некоторых представителей с африканским кон- тинентами, преимущественная приуроченность к экваториальному и субэкваториальному климатическим поясам. В тропики — суб- тропики заходят ареалы 2—3 Флебовирусов, связанных с сипан- троппыми биоценозами. В умеренном климатическом поясе Фле- бовирусов нет. Род Наировирусов охватывает около 25 представителей, в том числе возбудителей болезней домашних животных (болезни овец Найроби) и человека (крымской геморрагической лихорадки). На- провирусы распространены в Африке и Азии. Исключение состав- ляют несколько вирусов, экологически связанных с птицами и за- нимающих специфические, но сходные между собой экологиче- ские ниши на стыках умеренного и субарктического климатических поясов всех континентов [Львов Д. К., Ильичев В. Д., 1979]. Прак- тически все Наировирусы в отличие от представителей двух вы- шеописанных родов являются перманентными паразитами пксодо- идных клещей. Несколько больше Наировирусов выявлено в тро- пиках, причем там вирусы адаптированы в основном к аргасовым клещам. Род Укувирусов состоит из 6—7 представителей, значение ко- торых в патологии человека пе выявлено. Они адаптированы к 218
субтропическим и умеренным климатическим условиям, являются паразитами иксодоидных клещей, хотя для некоторых из них до- казана способность к репликации в организме комаров с после- дующей биологической трансмиссией. Круг позвоночных хозяев бупьявирусов широк. Из числа ви- русов, выделенных от позвоночных, больше половины связаны с грызунами и зайцеобразными, около четверти — с птицами, около четверти — с жвачными и другими домашними животными. Ряд вирусов связан с сумчатыми, летучими мышами, приматами и другими животными. Характер взаимоотношений бупьявирусов с членистоногими тот же, что известно и для тогавирусов. При этом все буньявиру- сы, в отличие от некоторых представителей семейства тогавиру- сов, являются паразитами членистоногих, преимущественно насе- комых— комаров, москитов, мокрецов (роды Бунья- и Флебови- русов). Большинство бупьявирусов передаются комарами подсемейства Culicinae, причем по крайней мере для некоторых из вирусов показана способность к трапсовариальной и половой передаче [цит. по С. Calisher, 1980]. Сходна с тогавирусами н приуроченность большинства бупьявирусов к экваториальному и субэкваториальному климатическим поясам. Все это дает основа- ние предполагать и сходные пути эволюции вирусов этих двух семейств. Эволюцию относительно немногочисленных, адаптиро- ванных к иксодоидпым клещам родов Наиро- и Укувирусов, следу- ет расценивать как адаптацию вирусных популяций к относитель- но суровым засушливым областям тропиков — субтропиков и не- благоприятным в температурном отношении районам умеренного климатического пояса. Бупьявирусы имеют сегментированный геном (3 сегмента), что объясняет высокую частоту рекомбинаций при репликации двух различных вирусов в одной клетке [Bishop D., Shope R., 1979]. В естественных условиях такая ситуация может возникнуть при одновременном заражении хозяина разными буньявирусами. Вы- сокая частота рекомбинаций, по крайней мере у близкородствен- ных вирусов, с последующим отбором рекомбинантов с высокой экологической пластичностью, вероятно, лежит в основе эволюции бупьявирусов. Итак, бупьявирусы, как и тогавирусы, можно рассматривать в качестве паразитов членистоногих, прежде всего комаров, с цент- ром формирования первичного ареала в климатических условиях, аналогичных экваториальному и субэкваториальному поясам. Современное распространение представителей родов Бунья- п Флебовирусов па всех континентах можно расценивать как сви- детельство их древнего происхождения. Вероятно, паразитирую- щие в комарах прабуньявирусы, возникли в соответствующих кли- матических условиях Гопдваны в палеогене (30—40 млн. лет пазад) с дальнейшим формированием обособленных антигенных комплек- сов по мере отделения Америки (эоцен — олигоцеп) и Австралии (на границе олигоцепа и миоцена была кратковременная связь 91Q
Австралии с Южной Америкой). Формирование связанных с ик- содоидными клещами Наиро- и Укувирусов, учитывая их совре- менное афро-евро-азнатское распространение, произошло позднее, в копце миоцена — в плиоцене. Именно в это время наибольшее развитие получили саванновая и степная фауны. Представители этих родов не сумели проникнуть па американский и австралий- ский континенты. Исключение составляют некоторые вирусы из комплексов Хьюз, Укуниеми и Сахалин, экологически связанные с птицами. Обмен вирусными популяциями па разных материках в этих случаях осуществляется во время миграций птиц. Ареал крымской геморрагической лихорадки (КГЛ), охваты- вающий огромные территории в Африке, Южной Европе и Запад- ной Азии, приурочен в основном к полупустынным и стенным ландшафтам. В этих условиях возбудитель адаптировался к иксодовым кле- щам, в основном рода Hyalomma. Расширение ареала возбудите- ля на север произошло за счет адаптации к клещам Rhipicephalus rossicus и Dermacentor marginatus, которые более приспособлены к переживанию в холодные зимы по сравнению с основным ре- зервуаром вируса Hyalomma marginatum. В этих суровых для пе- редающихся комарами бупьявирусов условиях вирус переживает за счет длительной персистенции в разных стадиях метаморфоза клещей с трансстадиальной и трансовариальной передачей. В по- звоночных длительность жизни вирусной популяции ограничива- ется лишь 7—10 днями. Широту ареала возбудителя в пределах трех континентов можпо объяснить перегонами па протяжении многих веков скота по караванным путям с переносом заражен- ных клещей на огромные расстояния. Существующие эпидемиоло- гически значимые очаги КГЛ могут исчезать при изменении эко- логической структуры. Так, например, развитие ирригационного хлопководства ведет к исчезновению в условиях Средней Азии эпидемиологически значимых переносчиков Hyalomma anatolicum. Другим примером эволюции буньявирусных инфекций являет- ся лихорадка Рифт-валли. До 70-х годов инфекция была известна в Восточной и Южной Африке, где она вызывала тяжелые эпи- зоотии, особенно среди овец. С середины 70-х годов эпизоотии появились также в Судане. В 1977 г. тяжелая эпизоотия среди овец, коров, буйволов и верблюдов возникла в АРЕ. Занос возбу- дителя в АРЕ из Судана произошел, вероятно, в результате им- порта больпых верблюдов или других домашних животных. В АРЕ эпизоотия сопровождалась обширной эпидемией среди людей с вы- сокой смертностью. Заражение людей осуществлялось главным об- разом через мясо больпых животных [Bishop D., Shope R., 1979]. В связи со значительным экспортом домашпих животных из АРЕ в другие страны Средиземноморского бассейна имеется серьезная угроза дальнейшего распространения ареала лихорадки Рифт- валли. Как уже говорилось, пропсхождепие обширной группы бупья- вирусов остается неясным, и можпо лишь повторить то, что было 220
сказано о тогавирусах. Ио-видимому, расселение этих вирусов по земле и формирование разных типов природных очагов произошло в середине кайнозоя, и с тех пор бупьявирусы мало эволюциони- ровали, сохранив антигенное родство видов, расселившихся дале- ко друг от друга и существуя разобщенными в точение многих миллионов лет. Ни один из этих вирусов не стал постоянным па- разитом человека или домашних животпых, и человеческая дея- тельность привела лишь к тому, что иногда в эпизоотию активно включаются домашние животные (болезнь овец Найроби). Веро- ятно, человеческая деятельность приводит к разрушению биоце- нозов, необходимых для циркуляции этих вирусов, а невысокая патогенность большинства из них для человека и домашних жи- вотных делает маловероятным формирование антропургических очагов. Однако контакт человека с буньявирусами не всегда был бла- гополучен, примером чему может служить история крымской ге- моррагической лихорадки. Хотя упоминания об этой болезни встречаются в таджикских летописях XII века, однако эпидемия этой болезни привлекла к пей внимание в 1944 г., когда па осво- божденной от немецких захватчиков территории Крыма возникли вспышки тяжелой геморрагической лихорадки в войсках и среди гражданского населения. При изучении этой болезни была уста- новлена природная очаговость. Заражение наступает при укусах клещей родов Hyalomma, Rhipicephalus и Dermacentor. Теплокров- ными хозяевами и возможными носителями вируса являются зай- цы, а также рогатый скот. Нарушение существовавшего экологи- ческого равновесия в результате войны подвергло людей влиянию биотических факторов, в результате которых и возникли эпиде- мические вспышки крымской геморрагической лихорадки. В даль- нейшем было установлено, что эта болезнь, точнее — ее природ- ные очаги — встречаются в степных и полупустынных районах Средней Азии, Северпого Кавказа, Прикаспия, Закавказья, а так- же в Болгарии и Югославии. Наблюдались внутрибольничные за- ражения медицинского персонала. Сходный, иммунологически род- ственный вирус был обнаружен в Конго (Заире), Уганде, Ниге- рии, где он также вызвал вспышки заболеваний среди людей. Вудущие изучения покажут, являются ли эти два изолированных друг от друга ареала реликтовыми или они связаны между собой, например, при помощи перелетных птиц, или же, наконец, су- ществуют и другие природные очаги родственных вирусов. Сходными эпизодами явились вспышки заболеваний людей и животных, вызванные вирусом лихорадки Рифт-валли, вирусом Калифорнийского эпцофалита, вирусом Оропуш и другие. Поэто- му дальнейшие контакты человека с природными очагами бупья- вирусных инфекций могут еще принести неожиданности. Отдельного упоминания заслуживают москитпые лихорадки. Эти заболевания вызываются группой иммунологически родствен- ных буньявирусов. Заболевания встречаются па всех материках в тропической и субтропической зонах. Природные очаги их свя- 221
ааны с циркуляцией вирусов среди мелких грызупов (для очагов в Средней Азии) и москитов. Однако па Средиземноморском, Чер- номорском и Каспийском побережьях, а также в прилежащих глу- бинных районах Африки, Европы и Азии природные очаги мос- китной лихорадки испытали на себе плоды человеческой деятель- ности. Здесь периодически наблюдаются вспышки москитной лихорадки в городах, где вирус передается москитами от человека человеку, временно отрываясь от своих природных резервуаров. Создается ситуация, аналогичная той, которая неоднократно на- блюдалась в городских очагах японского энцефалита. Таким образом, буньявирусы, будучи обширной группой виру- сов, циркулирующих в природных очагах, являются потенциаль- ными источниками инфекций человека. 8.11. АРЕНАВИРУСНЫЕ ИНФЕКЦИИ Семейство аренавирусов состоит из одного одноименного рода, включающего 10 аптнгенно родственных представителей (табл. 19). По крайней мере 4 из них вызывают тяжелейшие заболевания, протекающие обычно с геморрагическим сипдромом: лимфоцитар- ный хориоменингпт (ЛХМ), лихорадки Ласса, Мачупо и Хунин. Все аренавирусы являются возбудителями персистирующих, час- то бессимптомно протекающих инфекций грызунов, лишь вирус Такарибе был, помимо грызунов, выделен от летучих мышей и комаров. Возможно, эти находки случайны [цит. по F. A. Murphy, 1977]. Эндемичные очаги в настоящее время расположены в усло- виях экваториального, субэкваториального, тропического и субтро- пического климатических поясов. Исключение составляет лимфо- цитарный хориомепипгит, на котором мы остановимся позже. Аре- навирусы широко распространены в природе как среди диких, так и полусинантропных грызунов (луговые формы). Именно по- следние являются причиной вспышек заболеваний среди людей. Это происходит в результате сезонных миграций грызупов в жилье человека (лихорадка Ласса, боливийская геморрагическая лихо- радка) или во время определенных сельскохозяйственных работ (сбор маиса в очагах аргентинской геморрагической лихорадки). Заболеваемость в этой связи носит сезонный характер. После ухо- да грызунов или их истребления прекращается заболеваемость. Среди грызунов вирус распространяется как горизонтальным, так и вертикальным путем [Rawls W. Е., Leung W.-C., 1979]. Люди заражаются через пищу, воду, воздух, повреждения кожи, загряз- ненные выделениями грызунов, главным образом мочой. Формирование аренавирусов, вероятно, закладывалось в палео- гене, когда существовала связь между Южной Америкой и Афри- кой. Аренавирусы имеют геном, состоящий из двух сегментов. D экспериментальных условиях показана высокая частота реком- бинаций с ts-мутаптами вируса Пичипде [Vezza A., Bishop D., 1977]. Нельзя исключить роль рекомбинации в эволюции, хотя возможность репликации двух разных аренавирусов в организме 222
Таблица 19. Распространение аренавирусов и их связь с грызунами Вирус Основной хозяин (грызуны) Распространение район климатический пояс Лимфоцитарного хориоменип- гита Домовая мышь (Mas muscu- lus) Сирийский хомяк (Mesocrice- tus auratus) Повсеместно От экваториального до субарк- тического Лихорадки Лаоса Многососковая крыса (Masto- mys natalensis) Африка к югу от Сахары Экваториальный субэкватори- альный Мачупо (боливийской гемор- рагической лихорадки) Хомяк (Colomys callosus) Южная Америка (Боливия) Экваториальный Хунин (аргентинской гемор- рагической лихорадки) Маисовая мышь (Hesperomys laucha) Южная Америка (Аргентина) Субтропический Такарибе Летучие мыши (Atribeus liku- rates и A. jamaicensis) Южная Америка (Тринидад) Субэкваториальный Амапари Грызуны (Oryzomys goeldi, Neacomys guianae) Южная Америка (Бразилия) Экваториальный Парана Грызуны (Oryzomys bucciaa- tus) Южная Америка (Парагвай) Тропический Тамайами Грызуны (Sigmodon hispidus) Северная Америка (США — Флорида) Тропический Пичинде Грызуны (Oryzomys albigula- ros) Южная Америка (Колумбия) Экваториальный Латнно Грызуны (Calomys callosus) Южная Америка (Боливия) Экваториальный
одного грызуна маловероятна. Следует учесть достаточно узкую приуроченность различных аренавирусов к отдельным видам гры- зупов. В Южной Америке аренавирусы экологически связаны с одной трибой семейства хомякообразпых (Cricetidae), внедрив- шихся в Южную Америку из Северной Америки в течение миоце- на — плиоцена. Процесс этот сопровождался бурным видообразо- ванием. Возможно, с этим периодом связано формирование и южноамериканских видов аренавирусов [Calisher С. Н., 1980]. По- явление аренавируса Тамайами на североамериканском материке (Флорида), по-видимому, носит вторичный характер. Вирус пара- зитирует в Sigmodon hispidus, имеющих южноамериканское про- исхождение в плейстоцене с вторичным проникновением через Центральную Америку в южные части Северной Америки [Ara- ta A., Gratz N., 1975]. Основным природным резервуаром африканского аренавируса Ласса является мпогососковая крыса Praomys (mastomys) nata- lensis, в таксономическом отношении занимающая промежуточное положение между домовой мышью и корабельной (черной) алек- сандрийской крысой. Грызуны обитают в зоне саванн к югу от Сахары. На африканском континенте это наиболее распростра- ненный и многочисленный вид, населяющий кустарники и обра- ботанные поля, легко перемещаясь от жилья человека к местам обитания диких грызупов. Вид ведет свое происхождение со вре- мен плейстоцена й возник в ходе последовательных периодов изо- ляции в зонах перехода саванн в леса [ВеШег L., 1975]. В Старом Свете аренавирусы связаны с одним из 6 подсемейств мышипообразпых Muridae. Обе указанные группы грызунов Ста- рого и Нового Света являются наиболее многочисленными и жиз- неспособными, в пределах своих ареалов по численности они пре- обладают над другими грызунами [Arata A., Gratz N., 1975]. Вероятно, существуют длительные экологические связи между южноамериканскими аренавирусами и группой близкородственных грызупов из родов Oryzomus, Calomus, Akodon, Neacomys, Thoma- somys, Sigmodon. Видообразование вируса ЛХМ, вероятно, связано со становле- нием человеческого общества и повсеместным распространением домашних мышей Mus musculus. Этот вид до начала 70-х годов считался единственным резервуаром вируса. Однако в последнее десятилетне описан ряд вспышек заболевания людей, заразивших- ся от содержащихся в домашних условиях сирийских хомяков, пе- реболевающих ЛХМ чаще в виде персистирующей ипфекции. иногда клинически выраженной. Природные очаги ЛХМ практи- чески не изучепы. Известны случаи выделения вируса от полевок Apodemus sylvaticus и A. flavicollis [Lehmann-Grube F. et al., 1971]. Род Apodemus таксономически близок к роду Mus и отно- сится к палеарктическим формам. Первоначальные ареалы этих родов частично совпадают. Прародиной Mus musculus являются Центральная Азия, где, вероятно, и следует искать сохранившиеся в настоящее время при- 224
родине очаги ЛХМ. Из центра формирования вид распространил- ся в двух направлениях — в северо-западном (М. musculus mus- culus) и юго-западном (М. musculus domesticus). Эти популяции в настоящее время не смешиваются, но обе являются носителями ЛХМ. Первичное их инфицирование, вероятно, произошло в цент- ре видообразования — па юге Среднеазиатского региона [Lehmann- Grube F., 1971]. 8.12. КОРОНАВИРУСНЫЕ И ПАРАМИКСОВИРУСНЫЕ ИНФЕКЦИИ Представители обоих семейств рассматриваемых вирусов рас- пространены среди людей, домашпих млекопитающих и птиц, л также среди домовых грызунов [Закстельская Л. Я., Яхно М. А., 1968; Закстельская Л. Я., Шеболдов Л. В., 1977; Зайдес В. М., 1982]. Поэтому зоопозпое происхождение корона- и парамиксови- русов не вызывает сомнений, а некоторые из них до сих пор но- сят следы этого происхождения. Так, например, парагриппозпый вирус 1-го типа встречается у людей и мышей, парагриппозпый вирус 2-го типа — у людей, коров и овец. Некоторые вирусы, по- ражающие животных, могут вызывать и заболевания людей. Так, вирус болезни Ньюкасла, поражающий кур, может вызвать у че- ловека скоропроходящий конъюнктивит. Необходимо отметить, что коронавирусы человека могут поражать либо дыхательные пути, либо пищеварительный тракт. Ограничившись этими данными, мы остановимся на эволюции кори, возбудитель которой относится к роду Морбилливирусов се- мейства парамиксовирусов. Попутно будет затронут вопрос о ла- тентных вирусных инфекциях. При этом речь будет идти пе о возможном филогенезе этих инфекций, а об условиях их возник- повения и эволюции на разных этапах развития человеческого общества. Характерными особенностями всех инфекций, входящих в эту группу, является легкость заражения, высокая восприимчивость к ним человека, острое течение, относительно короткий заразный период (от нескольких дней до нескольких недель), отсутствие носительства и стойкий постипфекциопный иммунитет. Все это свидетельствует о невозможности существования данных инфек- ций при первобытнообщинном строе, когда люди жили разрознен- ными, мало связанными друг с другом племенами. Появление та- кой инфекции привело бы к поголовной заболеваемости племени в течение короткого срока, вслед за чем возбудитель неизбежно должен был погибнуть, даже если бы он отличался большой стой- костью, чего нет среди возбудителей этой группы болезпей. Не только кочевой образ жизни, но и переход к оседлости при от- носительной изолировапности племен и малой численности насе- ления еще не обеспечивали необходимых условий для сохранения паразитических видов этой группы. Правильность этих выводов лучше всего иллюстрируется эпи- демиологией кори. Корь — одна из самых распространенных дот- 15 Заказ N 15G4 225
Здравоохранение в настоящее время вооружено многими сред- ствами борьбы с гриппом — вакцинами, иммуноглобулинами, хи- миотерапевтическими препаратами (ремантадин, виразол), интер- фероном и его индукторами, а также богатым арсеналом антибио- тиков, применяемых для лечения и профилактики бактериальных осложнений. Тем не менее все эти средства не обеспечивают радикальной профилактики гриппа и эта инфекция остается пока не контроли- руемой. Можно предположить два возможных пути радикального решения проблемы: либо создание универсальной антигриппозной вакцины, либо получение комплекса химиотерапевтических ве- ществ, обеспечивающих но только эффективное лечение, но и лик- видацию инфекционного начала, а следовательно, и ликвидацию источников инфекции. Универсальная антигриппозная вакцина должна содержать не только дрейф-варианты вирусов, циркулировавших среди лю- дей ранее (H1N1, H2N2 и H3N2), но и детерминанты известных вирусов гриппа животных и возможные будущие антигенные де- терминанты. Объем предстоящей работы огромен и потребует не одного десятилетия. Такая вакципа должна быть создана ген- но-инженерными методами. Не меньший путь придется пройти, прежде чем будет создан универсальный набор химиотерапевтиче- ских веществ, могущих стать препятствием для развивающихся эпидемий. Но может случиться и другое: будет найдено неожиданное и необычное решение проблемы, как это произошло с полиомиели- том в начале 50-х годов, когда была разработана техника одно- слойных культур тканей, сделавшая возможным культивирование вирусов полиомиелита и получение инактивированных и живых вакцин. Пока же этого нет, следует продолжать выполнять громадный объем работы для того, чтобы найти решение традиционными пу- тями (вакцины, химиотерапия). И решению этой труднейшей проблемы не помогут ни административное нетерпение, ни волюн- таристские наскоки. Впереди много труда и терпения. ЗАКЛЮЧЕНИЕ Приведенный в настоящей книге материал показывает, что за- разная болезнь человека — чрезвычайно сложное явление, резуль- тат взаимоотношений между патогенным паразитом и организмом человека, а точнее — между популяциями обоих партнеров, сло- жившихся в ходе их совместной эволюции. Основными источниками формирования заразных болезней че- ловека и основными направлениями их эволюции являются сле- дующие. 248
1. Эволюция патогенных паразитов предков человека вместе с эволюцией их хозяев. Таким путем, по-видимому, произошли антеробпоз, малярия, стрептококковые заболевания, вшивость. 2. Приобретение патогенных свойств непатогенными паразита- ми человека. Дизентерия, кишечный амебиаз, по-видимому, явля- ются примерами инфекций, возникших таким путем. 3. Адаптация сапрофитов (свободноживущих видов) к парази- тированию в оргапизме человека. Примерами подобной эволюции могут служить возбудители холеры, легочных микозов, дермато- микозов. 4. Адаптация к организму человека паразитов домашних и синантропных животпых. Результатом этого процесса являются такие инфекции, как брюшной тиф, сыппой тиф, оспа, чесотка. 5. Адаптация к организму человека паразитов диких живот- ных. Вероятно, так возник возвратный тиф, желтая лихорадка, лейшманиозы. Приведенные примеры показывают конечные этапы эволюции, в результате которой сформировались антропонозные ипфекции. Если же посмотреть весь список заразных болезней, поражающих человека, то мы увидим, что большинство из них является раз- ными этапами указанных выше направлений эволюции возбудите- лей, при этом далеко пе во всех случаях она может привести к формированию антропонозной инфекции. Если, например, некото- рые арбовирусы или сальмонеллезы могут стать источниками фор- мирования антропонозов (хотя бы па время), то ни один лепто- спироз пе мог стать инфекцией, поражающей только человека. Процесс индивидуальных взаимодействий организма людей с заразным началом приводил к изменению характера реактивности у людей, а историческое развитие человеческого общества изменя- ло условия распространения заболеваний. Таким образом, патогенность возбудителя и другие его биоло- гические свойства, патогенез, клипика и эпидемиология заразной болезни развиваются как единый противоречивый процесс, где па- разит и организм человека влияют друг на друга, а само развитие заразной болезни зависит от общественно-экономических условий жизни людей. Биологические свойства возбудителя в значительной мере опре- деляют патогенез и клинику болезни, а также пути распростра- нения возбудителя в человеческом обществе — эпидемиологию бо- лезни. От характера реакций организма человека па впедрение паразита зависит клиника и патогенез болезни, а с последним тес- ло связана его эпидемиология. Под влиянием общественно-экономических условий жизни лю- дей формируется эпидемиология болезни, а с ней связаны и био- логические свойства возбудителя, и клинико-патогенетическая ха- рактеристика болезни. Что же является ведущим эвеном в этом комплексе: паразит, организм человека или социально-экономическая структура обще- ства? Материал, изложенный в предыдущих главах, позволяет дать 249
на этот вопрос вполпе определенный ответ. Решающим для суще- ствования заразной болезни является сохранение ее возбудителя как биологического вида, т. е. непрерывность эпидемического про- цесса» а поскольку этот процесс происходит в человеческом обще- стве, то, естественно, общественно-экономические условия жизни людей и являются решающим фактором в эволюции заразных бо- лезней человека. Человек получил от животпых ряд инфекций с уже сформи- ровавшейся клиппко-патогопетической характеристикой и выра- женной специфической патогенностью ее возбудителя. Некоторые из этих инфекций дали начало новым болезням — аптропонозам. другие так и остались зоонозами. Естественно, что эволюция ан- тропонозов представляет наибольший интерес. Эволюция клиники этих заболеваний протекала по-разному, в зависимости от кон- кретных исторических условий. 1. Одна группа инфекций на протяжении своей истории пе претерпевает существенных изменений в клиническом течении. Примером относительного постоянства клинической картины яв- ляются сыпной тиф, малярия. Такая стабильность клинических проявлений болезни зависит, вероятно, от того, что условия су- ществования паразита и реактивность макроорганизма на протя- жении истории человечества . менялись не столько качественно, сколько главным образом количественно. 2. В других случаях па протяжении истории человечества ип- фекции принимали более хроническое течение. По-видимому, та- кую эволюцию проделали стригущие лишаи, полученные челове- ком от прирученных им животных. Более хроническое течение и более длительный заразный период обеспечивали, с одной сторо- ны, менее совершенную выработку иммунитета, а с другой — большую вероятность укоренения инфекции среди людей. Несом- ненно, что развитие городского кожного лейшманиоза, происшед- шего от сельского, шло по пути уменьшения остроты течения бо- лезни, что также приводило к замедлению темпов выработки им- мунитета и удлинению заразного периода. Только таким путем могло быть обеспечено сохранение данной ппфекцпп. Возможно, что эволюция сифилиса и проказы шла также по пути перехода инфекции в более хроническую форму. 3. Третья группа инфекций, наоборот, эволюционировала в противоположном направлении, приобретая черты более острой инфекции. Вероятно, так развивалась оспа — от местного воспа- лительного процесса до острой генерализованной инфекции. Осо- бенности течения ипфекции (острое течение, высокая заразность)» обусловленные изменением свойств возбудителя и способствующие* сохранению микробного вида, находятся в противоречии с особен- ностями, которые связаны с эволюцией реакций организма на внедрение возбудителя и препятствуют его сохранению. В данном случае первая группа особенностей течения инфекции в развитом современном обществе компенсирует вторую, и инфекция не толь- ко сохраняется, но и получает широкое распрострапение. Если 250
бы перевес был на стороне второй группы особенностей, то, веро- ятно, это привело бы к исчезновению инфекции (например, ис- чезновение оспы в малонаселенных или изолированных местно- стях). В монографии О. В. Барояна «Итоги полувековой борьбы с инфекциями в СССР» (М.; Медицина, 1968) описаны достижения по снижению одних и искоренению других инфекций в СССР. За прошедшие с тех пор полтора десятилетия эти успехи еще более внушительны. Научным и практическим работникам, изучающим инфекцион- ные болезпп и осуществляющим борьбу с ними, предстоит еще громадпая по объему работа, прежде чем будет достигнута исто- рическая цель — освобождение человечества от патогеппых пара- зитов, возбудителей инфекционных болезней. Задача эта будет решаться по частям и первым этапом должна явиться ликвидация эпидемий напболее распространенных и опасных для здоровья людей антропонозных инфекционных болезней. На разных этапах развития человеческого общества создава- лись условия для возникновения и развития различных инфекци- онных болезней. Дикие обезьяноподобные предки человека, жив- шие в лесах на деревьях и питавшиеся растительной пищей, имели собственных патогеппых паразитов, а также болели раз- личными заболеваниями, попадая в природные очаги болезпей, возбудители которых являлись полипатогенпыми. Переход к паземному образу жизни, употребление рыбы и мя- са, расселение по земной поверхности и прежде всего развитие труда и речи — все это явилось подлинной революцией, в резуль- тате которой обезьяноподобное существо стало человеком. Эта революция, продолжавшаяся, быть может, сотпи тысяч и миллио- ны лет, сопровождалась резкими изменениями условий жизпи людей. Немногие паразиты выдерживали столь резко меняющиеся условия. Многие болезни исчезли бесследно, и лишь некоторые паразиты приспособились к новым условиям и тем самым сохра- нились старые болезни, претерпев определенные изменения. Однако первобытный человек, освободившись от одних болезней, приобрел другие. На низких стадиях развития человеческого об- щества это были хронические инфекции или зоонозы дпкпх жи- вотных, которыми человек заражался в природных очагах. Уже первое прирученное животное— собака — принесло человеку бо- лезни, поражавшие его. Важным этапом в развитии болезней человека явилось приручение домашпих животных и заселение жилищ грызунами. Одомашненные животные и домовые грызуны принесли с собой многочисленных паразитов, некоторые нз них адаптировались к организму человека. Зоонозы домашних живот- ных не только часто поражали человека, но являлись мощным и обильным источником формирования новых человеческих инфек- ций. Появление классового общества и государства не только уси- лило этот процесс распространения старых н формирования новых 251
болезней, но и создало предпосылки для появления нового типа инфекций, передававшихся исключительно или преимуществе н- но воздушно-капельным путем. Это подлинно «ппфекцнп цивили- зации». Особенно благоприятные условия для формирования этих инфекций создались тогда, когда образовались большие государ- ства с городскими трущобами, в которых проживали массы эксплу- атируемой и обездоленной бедноты в тяжелейших антисанитар- ных условиях. В это время появляются и получают широкое распространение острые инфекции с воздушпо-калельпым меха- низмом передачи, появляются так называемые детские инфекции. Развитие капитализма, начиная с эпохи средневековья, когда происходило первоначальное накопление капитала, и кончая выс- шей стадией капитализма, сопровождалось особенно широким распространением эпидемических болезней. Никогда еще в исто- рии человечества пе существовало такого обилия заразных болез- ней, которые влекли за собой эпидемии невиданного масштаба. Этот процесс ярко описан в произведеппях классиков марксизма К. Маркса и Ф. Энгельса. Истории эпидемий посвящены многочис- ленные работы отечественных и зарубежных эпидемиологов, из которых особо следует отметить работы A. Hirsh (1860, 1881). п Г. Ф. Вогралика (1935). Несмотря на значительный прогресс знаний о природе заразных болезней, попытки вмешаться в этот стихийный процесс развития эпидемий в классовом обществе, основанном на эксплуатации трудящихся, терпят крах или приво- дят к паллиативным результатам. Конец этому безудержному распространению эпидемий был положен в социалистическом обществе, в условиях которого толь- ко и возможно проведение планомерной борьбы с эпидемиями. Уже в первые десятилетия существования Советского государства удалось ликвидировать холеру, оспу, чуму, ришту, возвратный тиф, а затем сыппой тиф и малярпю и резко снизить заболевае- мость другими инфекциями. В ближайшей перспективе — ликви- дация ряда инфекционных болезней. Жизнь людей в социалисти- ческом обществе — отсутствие эксплуатации человека человеком, улучшение материально-бытовых условий, поднятие уровня куль- туры — способствует ликвидации ппфекции. Одпако было бы оши- бочным считать, что процесс ликвидации заразных болезпей будет идти стихийным путем. Ряд условий, благоприятствующих рас- пространению заразных болезней и даже появлению новых забо- леваний, еще существует. Чтобы ликвидировать их, необходимо активное вмешательство, целью которого является разрыв непре- рывности эпидемического процесса и тем самым ликвидации соот- ветствующей болезни. Эту задачу — активную ликвидацию зараз- ных болезпей — успешно выполняет советское здравоохрапепие, вооружеппое достижениями передовой науки и щедро субсиди- руемое социалистическим государством. Приведенные соображения справедливы для прошлого столе- тия и первой половины нынешнего столетия. Во второй же поло- вине XX века многое изменилось. Вторая мировая воина, развя- 252
запная немецким фашизмом и японским империализмом, имела далеко идущие последствия. Разгром немецкого фашизма и осво- бождение порабощенных им народов привело к народным рево- люциям в ряде стран Европы и Азии, а позже — в Америке и Африке) и образованию, наряду с существующей капиталистиче- ской системой, повой, социалистической системы государств. Вто- рым ее последствием явился распад колониальной системы с обра- зованием многих десятков независимых, развивающихся госу- дарств, которые стали по-разпому преодолевать тяжелое наследие колониализма. В рамках Организации объединенных наций была образована Всемирная Организация Здравоохранения, которая стала серьезной организующей силой в борьбе с инфекционными заболеваниями. Ликвидация оспы во всем мире — одно из эпо- хальных достижений объединенного человечества. Середина нынешнего столетия также характеризуется научно- техническим прогрессом в разных областях знаний, который даже нередко обозначается как научно-техническая революция. В об- ласти медицины громадное зпачепие имело получение и широкое применение антибиотиков и химиотерапевтических средств, кото- рое привело к резкому снижению смертности от инфекционных болезней, особенно детской, следствием чего явился так называе- мый народонаселенческий бум. Борьба рабочего класса в эконо- мически развитых странах привела к значительному улучшению уровня жизни широких слоев населения. Все это сказалось на сни- жении заболеваемости и смертности от инфекционных болезней. Однако пе следует слишком преувеличивать блага цивилиза- ции второй половины XX века. До сих пор значительно большая часть человечества живет в тяжелейших санитарных условиях, недостаточно питается и страдает от массовых инфекционных заболеваний. Даже в такой экономически развитой стране, как CHIA, миллионы людей живут ниже порога минимальпо экономи- чески обеспеченной жизпи. Последствия колониализма потребуют для своего преодоления, по самым оптимистическим расчетам, многих десятилетий. Все эти соображения следует иметь в виду при оценке современного положения с инфекционными болезнями и перспектив борьбы с пимп. Кроме того, как пеодпократпо ука- зывалось, существует большая группа болезней, для распростра- нения которых в развитой цивилизации создаются благоприятные условия, а радикальные средства борьбы пока отсутствуют. Грипп является наглядным примером. Как уже неоднократно указывалось, любая современная за- разная болезнь человека является результатом двух единых и про- тиворечивых процессов: эволюции паразита-возбудителя и эволю- ции реакций макрооргапизма. Поэтому было бы односторонним рассматривать только эволюции паразитов, оставляя в стороне эволюцию реакций макрооргапизма на внедрение возбудителей. Изучение реактивности и иммунитета в эволюционном аспекте было начато еще в прошлом столетии И. И. Мечниковым (1903, 1912), который блестяще применил эволюционную теорию для 253
объяснения явлений иммунитета. Нет надобности останавливаться на изложении его взглядов, которые общеизвестны, а также па последующем развитии сравнительной иммунологии. Опуская по- этому общие вопросы сравнительной иммунологии, мы остановим- ся лишь па некоторых особенностях эволюции клинико-патогене- тических проявлений болезни, сохранив и здесь экологический подход к проблеме. Начиная с работ Ш. Николля, принято считать, что всякая вновь появившаяся болезнь является вначале острой и тяжелой, но постепенно принимает все более хроническое и доброкачествен- ное течение. Объясняют это тем, что с течением времени организм может приобретать резистентность к данному микробному виду, и в конце концов наступает состояние равновесия между макро- и микроорганизмом, в результате чего исчезает сама болезнь, а возбудитель ее становится непатогенным паразитом, симбионтом. Такого взгляда придерживаются многие отечественные эпидемио- логи: Г. Ф. Вогралик (1935), В. А. Башенин (1936) и др. Приме- ром подобной эволюции служат сифилис и проказа. В средние века эти заболевания были острыми эпидемическими болезнями, в настоящее же время опи являются хроническими эндемически- ми болезнями. Такие взгляды па эволюцию инфекционных болез- ней следует признать односторонними. Теории 1П. Николля упро- щают взаимоотношения, складывающиеся между микробом и макроорганизмом в процессе эволюции. Ш. Николль постулирует наступление равновесия между паразитом и макроорганизмом, пе пытаясь даже вскрыть причины этого явления. Почему, собствен- но говоря, хозяин должен постепенно становиться резистентным, а патогенный микроб симбионтом? Какие факты подтверждают существование этой тенденции? Примеры с сифилисом и прока- зой, приводимые им, далеко пе бесспорны поэтому пет оснований рассматривать подобную тенденцию как всеобщую закономер- ность эволюции заразных болезней. Общим недостатком указанных взглядов является отсутствие экологического подхода и игнорирование различий между зараз- ными болезнями животных и человека. Кроме того, авторы огра- ничиваются изучением микробных болезпей, оставляя открытым вопрос об эволюции глистных и других заболеваний, вызываемых метазойпыми возбудителями. В действительности заразная бо- лезнь представляет собой гораздо более сложное явление. Она воз- никает при взаимодействии патогенного паразита и макроорганиз- ма, и поэтому эволюция заразной болезни определяется эволюцией двух единых и противоречивых начал: патогенности паразита и иммунитета (резистентности) макроорганизма. Проявляясь в виде заболеваний (инфекционных процессов) среди отдельных индиви- дуумов данного животного вида (или нескольких видов), заразная болезнь существует как результат массовых взаимодействий меж- ду популяцией паразита-возбудителя и популяцией макрооргапиз- ма-хозяина, причем основным условием существования заразной болезни является эпизоотический процесс, в основе которого ле- .254
жит непрерывный переход возбудителя из организма зараженных индивидуумов популяции хозяев в организм пезаражеппых. По- следний, т. е. эпизоотический, процесс определяется, с одной сто- роны, условиями жизни хозяев, т. е. взаимоотношениями их с окружающей средой, с другой стороны, непосредственным влияни- ем этой среды па паразита. Эпизоотический процесс, таким обра- зом, проявляется через заражение отдельных особей данного вида, а клипико-патогепетическая характеристика инфекции выявляет- ся через взаимодействие паразита или его популяции с отдельны- ми макроорганизмами, со всеми их общевидовыми и индивидуаль- ными особенностями. В человеческом обществе па смепу эпизооти- ческому процессу приходит процесс эпидемический, который определяется общественно-экономическими условиями жизни лю- дей, различными па разных этапах развития общества. Только учитывая все эти данные и конкретно разобрав каждую болезнь, можно восстановить пройденный ею путь и направление дальней- шей эволюции. Взаимоотношение гетерогенных популяций патогенного пара- зита и хозяина хорошо изучены В. Д. Беляковым (1976), конкрет- ный анализ которых мы уже приводили в разделе о стрептокок- ковых инфекциях. В изучении заразных болезней исторически сложилось три аспекта, соответственно чему определялись три основные научные дисциплины: микробиология и иммунология, инфекционная пато- логия и клиника, эпидемиология и паразитология. Одпако для по- нимания происхождения и эволюции заразных болезней человека в настоящее время уже недостаточно изучения отдельных сторон этого явления тремя указанными дисциплинами. Необходим син- тез всех этих знаний, чтобы понять сложный процесс эволюции заразных болезней человека. В процессе изучения эволюции разных возбудителей установ- лено, что пути развития болезпей разнообразны: одни из пих по- лучены человеком от его обезьяноподобных предков и сохрани- лись, претерпев определенное развитие в ходе эволюции человека, другие произошли от непатогенных паразитов человека, возбуди- тели третьих, будучи ранее сапрофитами внешней среды, приспо- собились к паразитированию в организме человека, приобретя патогенные свойства, четвертые получены человеком от живот- ных, прирученных им сознательпо или заселивших жилища поми- мо его воли, пятые, наконец, приобретены человеком от диких животпых. Рассматривая этот же процесс с точки зрения эволюции чело- века, мы видели, что эволюция паразитов — возбудителей зараз- ных болезней — определялась непрерывно менявшимися условия- ми внешней среды, среди которых решающую роль играли реак- тивность организма человека и общественно-экономические условия жизни людей. Изучая пути эволюции заразных болезней человека, мы обра- щали внимание преимущественно па эволюцию возбудителей 255
заразных болезней в зависимости от развития человеческого обще- ства (с этой точки зрения эпидемиологию можпо понимать как экологию паразитов-возбудителей заразных болезней в человече- ском обществе), лишь частично касаясь вопроса об эволюции ре- акций организма, в частности эволюции патогенеза, клиники и иммунитета заразных болезной. Естественно, такое рассмотрение вопроса является односторонним, ибо эволюция паразита-возбу- дителя и эволюция реакции организма являются единым взаимо- обусловленным процессом. Ограничимся лишь одним примером. Мы уже говорили, что целая группа заразных болезней чело- века возникла в результате приобретения патогенных свойств непатогенными паразитами. К числу этих инфекций мы отнесли бактериальную дизентерию, предком возбудителя которой являет- ся кишечная палочка. Кишечная палочка пе является совершенно безвредным паразитом человека, как, например, кишечная амеба. При определенных условиях она может вызвать разные заболева- ния: диарею, воспалительные процессы в ранах, аппендицит, сеп- сис с развитием метастатических очагов, пиелит и даже псйроип- фекционные заболевания (менингит). Заболевания эти возникают обычно при ослаблении организма (пиелиты у детей, сепсис у ис- тощенных) или при попадании в организм больших количеств микробов (пищевые токсикоинфекции). Несомненно, что отдель- ные разновидности кишечной палочки характеризуются повышен- ной патогенностью, вызывая эпидемические вспышки (например, диспепсию и токсикосептические заболевания новорожденных), однако заболевания типа перитонитов и других раневых инфекций могут быть вызваны любым штаммом кишечной палочки. При сопоставлении патогенеза и клинического течения колп- бактериозов и дизентерии привлекает внимание, с одной стороны, наличие четкого и определенного клинико-патогенетического синдрома при дизентерии (язвенный колит с иптоксикацпей), с другой — полиморфизм клинико-патологических проявлений ко- либактериозов; отсутствие при них четкого и постоянного клини- ческого синдрома. Колибактериальпый сепсис мало отличим от сепсиса, вызванного другими микробами (исключая, может быть, стрептококковый сепсис); ипфекциопно-септические заболевания новорожденных могут быть вызваны стафилококками и стрепто- кокками, и клиника их такова же, как и при колибактериозе; ко- лпбактериозные пищевые токсикоинфекции мало отличаются от пищевых токсикоинфекций, вызванных другими условно патоген- ными микробами. Причина этого заключается, с одной стороны, в отсутствии приспособления кишечпой палочки к паразитирова- нию в определенных тканях, с другой — в отсутствии специали- зированных реакций организма. Иная картина наблюдается при дизентерии: здесь и определен- ная специализация паразита (размножение преимущественно в стенке толстого кишечника), и определенный тип реакции орга- низма: клипико-патогепетический синдром при дизентерии строго специфичен и отличается, например, от амебной дизентерии, не го- 256
воря уже о брюшном тифе. Сопоставление колибактериозов с бак- териальной дизентерией дает возможность восстановить эволюци- онный путь, пройденный этой инфекцией. Паразитирование ки- шечной палочки в кишечнике сопровождается появлением вариантов микробов, проникающих в ткани (стенки кишечника), где опп получают более богатую и хорошо усваиваемую пищу. Па внедрение в ткани организм отвечает воспалительной реакцией, которая сопровождается поносом. На определенной стадии разви- тия общества, при относительно высокой плотности населения, оседлом образе жизни и низкой санитарной культуре, штаммы, вызывающие диарею, имеют шансы укорениться среди людей. Увеличение патогенности, в частности способность проникать в стенки кишечника и вызывать диарею, становится полезным для данного микробного вида свойством; сложившиеся условия жизни людей приводят к дальнейшему развитию этих свойств, в резуль- тате чего образуется повый вид — дизентерийная палочка. Основными отличиями этого нового вида от своего предка яв- ляются уменьшение ферментативной активности и способности усваивать простые питательные вещества (дизентерийные микро- бы не усваивают ряд сахаров, образующихся в кишечнике при переваривании пищи, — сахарозу, лактозу, пе говоря уже о более простых органических соединениях — лимонной кислоте), резкое увеличение патогенности и специализации патогенных свойств (паразитирование в стенке преимущественно толстого кишечника, выделение токсинов, некротизирующих ткани и подавляющих нервную систему, в особенности ее отделы, непосредственно регу- лирующие двигательные, секреторные и трофические функции кишечника), приспособление к условиям, обеспечивающим сохра- нение данного микробного вида, — формирование эпидемиологии дизентерии с фекально-пищевой передачей заразного начала и участием мух. Разумеется, все эти особенности дизентерийных ми- кробов находятся в связи друг с другом и с условиями среды. На пути формирования биологических свойств микроб встре- чает противодействие организма, в данном случае такого сложно- го, как организм человека. На внедрение подобного не специали- зировавшегося в отношении патогенных свойств микроба, каким является кишечная палочка, организм человека отвечает стерео- типной реакцией, выработавшейся па протяжении длительного периода его эволюции, — воспалением и повышенной перисталь- тикой. Этот тип реакции имеет явно защитный характер п неспе- цифичеп по отношению к кишечной палочке, таким же образом реагирует организм человека па внедрение любого, даже не ин- фекционного агента, вызывающего повреждение кишечника. По мере усиления патогепиости и специализации образующегося ви- да патогенного паразита реакции становятся более дифференци- рованными: во-первых, развиваются барьерные функции лимфа- тического аппарата, в результате чего возбудитель пе проникает за пределы стенок кишечника (пмеппо поэтому дизентерийная инфекция никогда не приводит к развитию сепсиса); во-вторых, 17 Заказ 1564 257
воспалительная реакция принимает характер специфической гра- нулемы (у взрослых с более совершенными реакциями иммуните - та поражается преимущественно толстый кишечник с развитием изолированных гранулем, у детей воспалительная реакция имеет более диффузный характер и нередко локализуется не только в толстом, но и в тонком кишечнике); в-третьих, инфекция прини- мает острое циклическое течение с развитием постппфекционного специфического иммунитета (этот иммунитет более совершенен у взрослых, в связи с чем у детей чаще, чем у взрослых, болезпь про- текает хронически). Таким образом, в результате этих противо- речивых процессов формируется современная дизентерийная инфекция с характерными биологическими свойствами ее возбу- дителя, патогенезом и клиникой инфекционного процесса и осо- бенностями эпидемиологии. Необходимо подчеркнуть, что формирование дизентерийной инфекции и дальнейшая ее эволюция являются сложным и про- тиворечивым процессом. При этом пути и возможности эволюции микроба и макроорганизма различны. Скорость размножения, сте- пень изменчивости и быстрота приспособления к меняющимся условиям, несомненно, весьма выражены у микробов — возбудите- лей дизентерии. Именно этим следует объяснить разнообразие видов и разновидностей дизентерийных микробов. Важной особен- ностью этих видов и разновидностей является изменение антиген- ной структуры, в результате чего вырабатывающийся у человека тппоспецифический иммунитет не предохраняет его от заражения дизентерийпыми микробами различных вариантов, имеющими ипую антигенную структуру. Выраженная изменчивость и плас- тичность дизентерийных микробов обеспечивают сохранение дан- ного вида даже тогда, когда вступает в действие сознательная деятельность человека, направленная на уничтожение возбудите- ля. Этим объясняется быстрое образование сульфамидоустойчивых и фагоустойчивых форм микробов с тех пор, как эти препараты стали широко применяться для лечения и профилактики дизенте- рии. Поэтому было бы наивным надеяться на ликвидацию дизен- терии только путем применения химиотерапевтических препа- ратов. Авторы посвящают книгу 100-летию со дня рождения Е. Н. Павловского.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Энгельс Ф. Роль труда в превращении обезьяны в человека.— В кп.: К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., 2-е изд., т. 20. — М., 1961, с. 486—499. Энгельс Ф, Происхождение семьи, частной собственности и государства. — В кн.: К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., 2-е изд., т. 21.—М., 1961, с. 123—178. Л киев А. К, Эпидемиология чумы с элементами эпизоотологии. — В кн.: Про- блемы особо опасных инфекций. — Саратов, 1970, вып. 4(14), с. 45—57. Акиев А. К. Чума в мире в 1958—1979 гг.: эпидемиология и заболеваемость.— Бюлл. ВОЗ, 1982, т. 60, № 2, с. 8—12. Алътштейн А, Д.. Тарасишин Л. А., Захарова Л. Г, и др. Выявление общей антигенной детерминанты в главном внутреннем белке неродственных онковирусов. — Вопр. вирусол., 1980, № 2, с. 196—202. Балашов Ю. С, Кровососущие клещи (Ixodoidea) — переносчики болезней человека и животных. — Л.: Наука, 1967. — 319 с. Балашов Ю. С., Дайтер А, Б, Кровососущие членистоногие и риккетсии.— Л.: Наука, 1973. — 250 с. Бароян О, В. Судьба конвенционных болезней (прошлое, настоящее, буду- щее). — М,: Медицина, 1971. —327 с. Бароян Ot Вч Портер Д, Р. Международные и национальные аспекты совре- менной эпидемиологии и микробиологии. — М.: Медицина. 1975. — 520 с. Башенин В. Л. Курс общей эпидемиологии. — М.—Л.: Биомедгиз, 1938. — 427 с. Беклемишев В. Н, Паразитизм членистоногих на наземных позвоночных: пу- ти его возникновения. — Мед. паразнтол., 1951, № 3, с. 233—241. Беляков В, Д. Дискуссия о гриппе. — Журн. микробиол., 1979, № 1, с. ИЗ- 116. Беляков В. Д., Ходырев А. П,, Тотолян Л. Л. Стрептококковая инфекция.— Л.: Медицина, 1978. — 294 с. Биологические взаимоотношения кровососущих членистоногих с возбудите- лями болезней человека/Под ред. П. А. Петрищевой. — М.: Медицина, 1967. —304 с. Борисов Л. Б. Систематика энтеропатогенных кишечных палочек и их фило- генетические связи с другими представителями Enterobacteriaceao.— В кн.: Проблемы бактериофагии и биология кишечных бактерий/Под рсд. Л. Б. Борисова. — М»: Медицина, 1973, с. 128—148. Бургасов П. Н. Холера Эль-Тор. — М.: Медицина, 1971.—264 с. Бургасов П, Н,, Румянцев С. И, Эволюция ботулизма.—Журн. микробиол., 1967, № 9, с. 18—24; № 11, с. 79-82; 1968, № 1, с. 73-77; № 2, с. 83-87; № 4, с. 3—7. Вотяков В, И», Протас И. И., Жданов В> М. Западный клещевой энцефалит.— Минск: Беларусь, 1978.— 256 с. Громашевский Л. В. Механизмы передачи инфекции. — Киев: Госмедиздат УССР, 1958. —332 с. Дробышевская Э. И., Мамилова Г. М. Таксономическое и классификацион- ное положение бактерий рода Bordetella. — Журн. микробиол., 1979, № 4, с. 3—9. Дроздов С. Г., Покровский В. И,9 Шекоян Л. Я,9 Машилов В„ П, Ротавирус- ный гастроэнтерит. — М.: Медицина, 1982. —158 с. Дубинин В, Б. К вопросу о происхождении и развитии жизненных циклов иксодовых клещей.— Изв. АН Казахск. ССР, Серия биол., 1958, № 6, с. 95-126. 17* 259
Жданов В. М, Заразные болезни человека. Систематика и эволюция.—М. г Медгиз, 1953. — 256 с. Жданов В. М. Эволюция заразных болезней человека. — М.: Медицина, 1964. —376 с. Жданов В. М. Канцерогенез, вирогены и эволюция. — В кн.; Молекулярная биология вирусов. — М.: Изд-во Ин-та вирусологии, 1973. с. 3—13. (Жданов В. М.) Zhdanov V, М. Interaction of genomes of infectious RNA.— Viruses. Intervirology, 1*975, vol. 6, p. 129—<132. Жданов В. М,. Тихоненко T, И. Вирусы и генетический обмен в биосфере.— В кн.: Сборник современных проблем биологии.— М.: Знание, 1974, с. 165-190. Жданов В, М., Львов Д. К., Ершов Ф. И. Методологические основы прогрес- са современной вирусологии. — М.: Медицина, 1981.— 213 с. Закстельская Л. Я., Шеболдов А. В. Коронавирусы человека и животных. — М.: Медицина, 1977. — 224 с. Закстельская Л. Я., Яхно М. А. Парагриппозные вирусы человека и живот- ных. — М.: Медицина, 1968. —172 с. Здродовский П. Ф., Голиневич Е. М. Учение о риккетсиях п рнккетсиозах.— М.: Медгиз, 1956. —492 с. Зильбер Л. А., Ирлин И, С.. Киселев Ф, Л. Эволюция вирусо-генетической теории возникновения опухолей. — М.: Наука, 1975. — 344 с. Кассирский И, А., Плотников Н. М. Болезни жарких стран. — М.: Медгиз, 1959. — 531 с. Колонин Г. В. Эволюция сибирской язвы. Сообщение 1. Особенности цир- куляции возбудителя и происхождения болезни. — Журн. микробиол., 1970, № 11, с. 98-1027. Колонии Г. В. Эволюция сибирской язвы. Сообщение II. История распрост- ранения болезни и формирования ареала.—Журн. микробиол., 1971, № 1, с. 118—121. Костюков М. А., Данияров О., Скворцова Т. М. и др. Выделение вируса Синд- бис из клещей Hyalomma anatolicum С. L. Kock, 1844 в Таджикистане.— Мед. паразитол., 1981, № 3, с. 34—35. Краминский В. А., Соркин Ю. И, Некоторые вопросы палеоэпизоотологпи и палеоэпидемиологии сибирской язвы.— В кн.: Проблемы опасных ин- фекций. Саратов, 1970, вып. 1, с. 70—77. Кудлай Д. Г, Внехромосомные факторы наследственности бактерий и их зна- чение в инфекционной патологии. — М.: Медицина, 1977.— 224 о. Кучерук В. В. Вопросы палеогенезиса природных очагов чумы в связи с историей фауны грызунов.— В кн.: Фауна и экология грызунов.— М.: Изд-во Моск, ун-та, 1965, вып. 7. с. 5—87. Кучерук В, В. Учение о природной очаговости болезней человека на совре- менном этапе. — Мед. паразитол., 1976, т. 45, № 3, с. 262—269. Левкович Е. Н., Карпович Л, Г., Засух ина Т, Д. Генетика и эволюция арбо- вирусов. — М.: Медицина, 1971. — 264 с. Литвин В, Ю, Возбудители зоонозов и среды обитания 1. Экологические ас- пекты паразитизма.—Науч. докл. высш, школы. Биол. науки, 1976, № Н, с. 42—48. Литвин В. 10. Возбудители зоонозов и среды обитания. 2. Роль разных сред обитания и статус в экосистеме. Науч. докл. высш, школы. Биол. пауки, 1977, № 2, с. 50-59. Лысенко А. Я., Беляев А. Е., Рыбалка Bt М, Изучение популяции Plasmodi- um Nat. — Бюлл. ВОЗ, 1977, № 55, с. 541—556. Львов Д. К. Значение хронических и латентных форм при арбовирусных ин- фекциях. — Вестн. АМН СССР, 1970, № 10, с. 63—68. Львов Д, К,, Ильичев В. Д. Миграция птиц и перенос возбудителей инфек- ции. — М.: Паука, 1979. — 270 с. Львов Д, К,, Лебедев А. Д. Экология арбовирусов. — М.: Медицина. 1974. — 184 с. Львов Д. К., Скворцова Т. М., Кондрашина Н, Г. и др. Этнология Карельской лихорадки — новой арбовирусной инфекции. — Вопр. вирусол., 1982. № 6, с. 690-692. 260
Маренникова С. С„ Шелухииа Э. Mtt Шеикман Л. Н. Сходные с вирусом» натуральной оспы штаммы поксовируса у грызунов Экваториальной* Африки. — Acta virol., 1976, т. 20, № 1, с. 80—82. Маренникова С. C.f Шелухииа Э. М., Мальцева Н. Н, и др. Вирусы оспы, выделенные от клинических больных бессимптомно инфицированных обезьян и шимпанзе. — Бюлл. ВОЗ, 1972, № 46, с. 613—620. Маркевич А. П. Происхождение и пути формирования паразитофаупы до- машних животных п человека. — Успехи совр. бпол., 1944, т. 17, вып. 2, с. 247—262. Николаев Н. И. Чума. — М.: Медицина, 1968. — 240 с. Общая и частная вирусология/Под ред, В. М. Жданова, С. Я. Гайдамович. — М.: Медицина, 1982, т. 1—2. Олсуфьев Н. Г, О палеогенезе природных очагов туляремии. — Зоол. журп., 1964, т. 43, с. 355—370. Олсуфьев И. Г. Таксономия, микробиология и лабораторная диагностика возбудителя туляремии. — М.: Медицина, 1975. — 192 с. Олсуфьев Н. Г., Дунаева Т. Н. Природная очаговость, эпидемиология и про- филактика туляремии. — М.: Медицина, 1970. — 272 с. Павловский Е. Н, Руководство по паразитологии человека. — М.—Л., 1946— 1948, т. 1—2. Пинигин А, Ф.у Петухова О. С., Заярнюк В. П. и др. Некоторые вопросы эпи- демиологии бруцеллеза в оленеводческих хозяйствах Таймыра. — В кн.: Актуальные вопросы борьбы с бруцеллезом. Тр. Ип-та эпидемпол.,. мпкробиол. и пнфекц. бол. МЗКазССР. — Алма-Ата, 1978, т. 15, с. 36—40. Проблема повторного сыпного тифа/Под ред. Н. П. Иванова, К. Н. Токареви- ча. Труды Ин-та эпидемиол., микробиол., гиг. им. Пастера, т. XIV. — Л.: Медгиз. 1952. — 120 с. Прозоровский С. В., Покровский В. И., Васильева В. И. Мпкоплазма-ппевмо- шти — ипфекцпя. — М.: Медицина, 1978. — 312 с. Розен Н. С. Еще к вопросу об атипичных штаммах бактерий брюшного ти- фа. — Журн. микробиол., 1933, № 3—4, с. 453—456. Сафьяиоеа В, М. Проблемы таксономии лейшманий. — В кп.: Лейшмании. Протозология. — Л.: Наука, 1982, вып. 7, с. 5—109. Северцов А. Н. Морфологические закономерности эволюции. — М,—Л.: Изд- во АН СССР. 1939. — 610 с. Сергиев В. П., Марчук Л. //., Круглая Н. М. и др. Особенности седьмой пан- демии холеры.—Журп. мпкробиол.. 1981, № 3, с. 3—8. Скрябин К. И., Шульц Р, Э. Гельминтозы человека. Ч. 1—2. М,—Л.: Гос. мед. изд-во, 1929—1931. Сюрин В. Н„ Фомина Н. В, Частная ветеринарная вирусология. — М.: Колос,. 1979. — 472 с. Терских В, М, Сапронозы (о болезнях человека и животных, вызываемых микробами, способными размножаться впе организма во внешней среде» являющейся для них местом обитания). — Журп. мпкробиол., 1958» т. 8, с. 118-122. Терских И, И. Орнитоз и другие хлампдпйпые инфекции. — М.: Медицина^ 1979. — 224 с. Тимаков В. Д., Каган Г. Я. Семейство Mycoplasmataceae L-формы бакте- рий. — М.: Медицина, 1967. — 336 с. Тимаков В, Д., Петровская В. Г. Биология и генетика шпгелл Флекснера. — М.: Медицина, 1972. — 272 с. Филатов Ф. П. ДНК вирусов группы герпеса. — Успехи совр. биол., 1980». т. 89, вып. 1, с. 90—104. Филиппова Н. А. О видах группы Ixodes persulcatus (Parasitiformes, Ixodi- dae). VI. Особенности ареалов I. pavlovskyi Pom. и I. persulcatus Schulze* в связи с их палеогенезом. — Паразитология, 1971, т. 5, с. 385—391. Филиппова Я. А. О видах группы Ixodes persulcatus (Parasitiformes, Ixodi- dae). VII. Палеогенез южной ветви группы Ixodes persulcatus и взаимо- отношения с I. ricinus (L). — Паразитология, 1973, т. 7, с. 3—13. 26Ь
Троцкий Л. C.t Дэвис А. Проблема шистосомозов в глобальном масштабе: результаты изучения, проведенного ВОЗ с помощью вопросников. —- Бюлл. ВОЗ, 1981, т. 59, № 1, с. 69—81. W. Н., Emmons R. W., Brooks J. Е, The changing ecology of murine (endemic) typhus in Southern California. — Amer. J. trop. Med. Hyg.. 4970. vol. 19, N 2, p. 311—318. - Air G. M. Sequence relationships among the hemagglutinin genes of 12 sub- types of influenza A virus. — Proc. Nat Acad. Sci. USA, 1981. vol. 78. p. 7639-7643. - Aitken T. H. G.t Tesh R. B.t Beaty B. Rosen L. Transovarial transmission of yellow fever virus by mosquitoes (Aedes aegypti). — Amer. J. trop. Med. Hyg., 1979, vol. 28. p. 1119—4Q1. - Arata A. A.t Gratz N. G. The structure of rodent faunas associated with arenavi- ral infections. — Bull. WHO, 4975, voL 52, p. 621—627. (Assad F.t Bektemirov J. A., Darwish R. et al,) Ассад Ф., Бектемиров T. A,, Дараиш P. и др. Риккетсиозы: постоянная проблема здравоохранения.- Бюлл. ВОЗ, 1982. т. 60, № 2, с. 1—7. Bachrach, Н. L. Comparative strategies of animal virus replication. — Adv. Vims Res., 1978, vol. 22, p. 163—186. Barksdale L.t Kim K.-S, Mycobacterium. — Bact. Revs., 1977, vol. 41, N 1, p. 21.7—232. Bellier L. The genus Mastomys in the Ivory Coast. — Bull. WHO, 4975, vol. 52. p. 665. Benveniste R. E., Todaro G. J. Evolution of type C viral genes: evidence for an Asian origin of man. — Nature, 1976, vol. 261, p. Ю!*—408. Benveniste R, E., Todaro G. J. Evolution of primale oncornavirus: an endoge- nous vims from lung (Preshytis spp) with related virogene sequences in other Old World monkeys. — Proc. Nat Acad. Sci. USA, 1977, vol. 74, p. 4557—4561. Biberstein E. L. Rat Bite fever. — In: Diseases transmitted from animals to man./Eds. W. T., Hubbert, W. F. McCulloch, P. R. Schnurrenberger. — Springfield, Illinois, 1975, 9, p. 187—190. •Bishop D. H. L., Shope R. E. Bunyviridae. — In: Comprehensive virology/Eds. H. Fraenkel-Conrat, R. R. Wagner. — New York: London: Plenum Press, 1979, vol. 14, p. 1—156. {Black R. E., Merson M. H.t Rowt B. et al») Блэк P, E., Мерсон M. Г., Роул Б. и др. Диареи, вызываемые энтеропатогенными Escherichia coli: приоб- ретенный иммунитет и передача в эндемичном районе. — Бюлл. ВОЗ, 1981, т. 59, №2, с. 173—178. Bloch 7. Der Ursprung der Syphilis. — Jena, 1981, Bd 1—2. В r inton M, A. Non-Arno togaviruses. — In: The togaviruses/Ed. R. W. Schle- singer. — New York, London, Toronto, Sydney, San Francisco: Acad. Press, 1980, p. 623-666. Bryner J. H. Vibrio paraha emoly tic Food-Borne Infection. — In; Diseases trans- mitted frojn animals to man/Eds. W. T. Hubbert, W. F. McCulloch, P. R. Schnurrenberger. — Springfield—Illinois, 1975, p. 232—236. Burnet F. M. Natural history of infections diseases. — Cambridge: Univ. Press, 1953. Burnet F. M. Principles of animal virology. — New York-London: Acad. Press, 1960. — 490 p. Callsher С. II. Antigenic relationships of the arboviruses: an ecological and evolutionary approach. — In: Proc. Intern. Symp. “New aspects in ecology of arboviruses . — Bratislava: Inst, Virol. Slovak. Acad. Scl, 1980, p. 118— 152. •Callahan R.t Benveniste R, E.t Sherr С. J, et al. A new class of genetically trans- mitted retravims isolated from Mus cervicolor. — Proc. Nat. Acad. Sci. USA, 1976» vol. 75, p. 3579—3582. •Calvin M. Chemical evolution. Molecular evolution toward the origin of living systems on the Earth and elsewhere. — Oxford: Claredin Press, 1969. — 240 p. •<262
Canale-Parola E. Physiology and evolution of spirochetes. — Bact. revs., 1977, vol. 41, p. 181—204. Chamberlain R. W. Epidemiology of Arthropod-Borne togaviruses: the role of arthropode, as hosts and vectors and vertebrate hosts in natural transmis- sion cycles. — Un: The Togaviruses/Ed. R. W. Schlesinger. — New York, London, Toronto, Sydney, San Francisco: Acad. Press, 1980, p. 175—227. Cockbum T. A. The troponematoses. — In: Infectious diseases. Their evolution- and eradication. — Springfield, Illinois, 1967, p. 195—207. Corden J., Engelking Я. AL, Pearson G. D. Chromatin-like organization of the adenovirus chromosome. — Proc. Nat. Acad. Sci, USA. 1976, vol. 73, p. 401— 404. Cornet M.t Germain M.t Herve J, P., Mouchet J, Virus-mosquitoes relation- ship. — In: Proc. Intern. Symp. “New aspects in ecology ot arboviruses”.— Bratislava: Inst. Virol. Slovac. Acad. Sci., 1980, p. 245—255. Co* J.t Valade M., Comet M.t Robin Y. Transmission transovarienne d’un Fla- vivirus, le virus Koutango chez Aedes aegypti L. — C. R. Acad. Sci. (Pa- ris), ser. D.. 1976, vol. 282, p. 109—110. Devare S. G., Hanson R. E., Stephenson J. R. Primate retroviruses: envelope (glycoproteins of exogenous type C and type D viruses possess common interspecies antigenic determinants. — J. Virol., 1978, vol. 26, p. 316—324. Diener T. O. Viroids: Persistence in plants, evolution and possible animal and human diseases agents. — Tn: Viruses and environments/Ed. E. Kurstak.— New York: Acad. Press, 1978, p. 113—125. Dlesch S. L., Ellinghausen H. C. Leptospiroses. — In: Diseases transmitted from* animals to man/Eds. W. T. Hubbert, W. F. McCulloch, P. R. Schnurrenber- ger. — Springfield, Illinois, 1975, p. 436—464. Eigen M. Selforganization of matter and the evolution of biological makromo- lecules. — Berlin-Heidelberg-New York: Springer Verlag, 1971. — 216 p. Epidemiological assessment of status of Malarie. December, 1978. — Weekly Epidemiol. Rec., 1980, vol. 55, N 31, p. 236-237. Ep tiein M. A., Achong B. G. Recent progress in Epstein—Barr virus research.— Ann. Rev. Microbiol.. 1977, vol. 31, p. 421—445. Falk L. A. Oncogenic DNA viruses of nonhuman primates, A review, — Lab. Animal Sci., 1974, vol. 24, p. 182—192. Fenner F. Classification and nomenclature of viruses. — Basel: S. Karger,. 1976. Fenner F. The eradication of smallpox. — Progr. Med. Virol., 1977, vol. 23; p. 1-21. Fenner F. The nature and classification of viruses of man. — Pharm. Therap., 1979, vol. 4, p. 35—55. Fluharty D. M. Streptococcosis. — In: Diseases transmitted from animals to man/Eds. W. T. Hubbert, W. F. McCulloch, P. R. Schnurrenberger.— Springs field. Illinois, 1975, p. 298-302. Fox G. E., Magrum L. J.t Balch W. E, et al. Classification of methanogenic bacteria by 16S ribosomal RNA. — Proc. Nat Acad. Sci. USA, 1977, vol. 74,. p. 4537-4541. Gajdusek D. C. Cource in the New Guniea highlands. — In: Tropical neurolo- gy/Ed. J. D. Spillane. — Oxford: Univ. Press, 1973, p. 376—386. Gajausek D. C.f Gibbs C. J. Unconventional vinises causing the spongiform vi- rus encephalopathies. A. fruitless search of the coat and core. — In: Vi- ruses and environments/Ed. E. Kurstak. — New York: Acad. Press, 1978; n. 79—98. Gallbert F., Tsien Nan Chen, Mandarat E. Nucleotide sequence of a clonal’ woodchuck hepatitis virus genome: comparison with hepatitis В virus sequ- ence. — J. Virol,, 1982, vol. 41, p. 51—65. Gautsch J. W.t Eider J. B., Schindler J. et al. Structural markers on core protein p30 of murine leukemia virus: functional correlation with FV-I tropism.— Proc. Nat Acad. Sci. USA, 1978, vol. 75, p. 4170—4174. Germain M.t Cornet M.t Mouchet J. et al. Recent progress in epidemiological* studies of sylvatic yellow fever in Africa. — Proc. Intern. Symp. ‘‘New aspects in ecology of arboviruses". — Bratislava: Inst. Virol., Slovak. Acad. Sci., 1980, p. 287-303.
Madldi A., Jones D. M., Gillespie D. H. et al. Hybridization of potato spindle tuber viroid to cellular DNA of normal plants — Proc. Nat. Acad. Sci. USA, 1976, vol. 73, p. 2453—2457. (Halstead S. В.) Халстед С. Б, Геморрагическая лихорадка Денге как пробле- ма общественного здравоохранения и область исследования. — Бюлл. ВОЗ, 1980, т. 58, № 1, с. 1-19. Hanson В. Р. Avian reservoirs of Newcatsle disease. — In: Wildlife diseases/ Ed. L. A. Page. — New York, London: Plenum Press, 1976, p. 185—195. (Harrison G. A., Weiner J. S.t Tanner J. M. et al.) Харрис on Г. А., Вай- нер Дж. C.t Теннер Дж. M. и др. Биология человека. Пер. с апгл. М.: Мир, 1979. — 611 с. Hedger R. S. Fool-and Mouth disease in wildlife with particular reference to the African buffalo (Syncerus caffer). — In: Wildlife diseases/Ed. L. A. Pa- ge. — New York, London: Plenum Press, 1976, p. 235—244. Hendricks S. L.t Meyer M. E. Brucellosis. — In: Diseases transmitted from animals to man/Eds. W. T. Hubbert. W. F. McCulloch, P. R. Schnurrenber- ger. — Springfield Illinois, 1975, p. 10—32. Hlno S.t Tronick S. R., Heberling R. L. et al. Endogenous New World primate retrovirus: interspocies antigenic determinants shared with the major structural protein of type-D RNA viruses of Old World monkeys. — Proc. Nat. Acad. Sci. USA, 1977, vol. 74, p. 5734-5738. Hirschman S. Z. The hepatitis В virus and its DNA polymerase: the prototype threo-D virus. — Mol. Cell. Bioch., 1979, vol. 26, p. 47—67. Horj H., Osawa S. Evolutionary change in 5S secondary structure and a phvlo- genic tree of 54 5S RNA species. — Proc. Nat. Acad. Sci. USA, 1979, vol. 76, p. 381—385. Hotta S. Dengue and related tropical viruses. — Kobe: Yukosha Printing Hou- se, 1978. — 308 p. .Hunter E.t Brown A. S.t Benett J. C. Amyno-terminal amino acid sequence of the major structural polypeptides of avian retroviruses: sequence homolo- gy between reticuloendotclioris virus p30 and p30’s of mammalian retro- viruses. — Proc. Nat. Sci. USA, 1978, vol. 75, p. 2708—2712. Helllson W. L. The Endemic relapsing fevers. — In: Diseases transmitted from animals to man/Eds. W. T. Hubbert, W. F. McCulloch, P. R. Schnurrenber- ger. — Springfield Illinois, 1975, p. 430—435. .Kamine J,, Buchanan J. M. Cell-free synthesis of two proteins unique to RNA of transforming virions of Rous sarcoma virus. — Proc. Nat Acad. Sci. USA, 1977, vol. 74, p. 2011-2015. iKleeburg H. H. Tuberculosis and other mycobacterioses. — In: Diseases trans- mitted from animals to man/Eds. W. T. Hubbert, W. F. McCulloch, P. R. Schnurrenberger. — Springfield, Illinois, 1975, p. 303—360. iLehmann-Grube F., Popescu M., Schalfer H., Gschwender H. H. LCM Virus infection of cells in vitro. — Bull. WHO, 1975, vol. 52, p. 443—456. Lumsden W. H. Leishmaniasis and trypanosomiasis. The causative organisms compared and contrasted. — In: Trypanosomiasis and leishmaniasis with special reference to Chagas* disease. — Amsterdam, 1974, p. 3—27. MacClain D. A., Maness P. F., Eddman G. M. Assay for early cytoplasmic ef- fects of the src gene product of Rous sarcoma virus. — Proc. Nat. Acad. Sci. USA. 1978, vol. 75, p. 2750-2754. Магб C. J. The role of wild pigs in the epidemiology of African swine fever. — In: Wildlife diseases/Ea. L. A. Page. — New York, London: Plenum Press, 1976, p. 227-234. (Marinkelle C. J.) Маринкелле К. Дж. Борьба с лейшманиозом. Бюлл. ВОЗ, 1980, т. 58, № 6, с. 585—595. Marion Р. L.t Oshiro L. S., Regnery D. C. et al. A virus in Beechey ground squirrels that it related to hepatitis В virus of humans. — Proc. Nat. Acad. Sci. USA, 1980, vol. 77, p. 2941—2945. Mason S. W., Seal G,t Summers J. Virus of Pekin ducks with structural and biological relatedness to human hepatitis В virus. — J. Virol., 1980, vol. 36, p. 829-836. 264
Mirkovic R. R.t Schmidt N, J., Yin-Murphy M,t Melnick J. L. Enterovirus etiolo- gy of tho 1970 Singapore epidemic of acute conjunctivitis. — Intervirology. 1974, vol. 4. p. 119-127. Mollaret II., Knapp W. Report (1966—1970) of the subcommittee on Pcsteureb la, Yersinia and Fransicella to the International Committee on Nomencla- ture of Bacteria. — Int J. Sy stem at. Bact., 1971, vol. 21, p. 157. Morgan E, M.t Rapp F. Measles virus and its associated diseases. — Bact. Revs., 1977, vol. 41, N 3, p. 636-666. Murphy P, A. Arenaviruses; Diagnosis of lymphocytic Choriomeningitis, Lassa, and other arenaviral infections. — In: Comparative diagnosis of viral di- soases/Eds. E. Kurstak, C. Kurstak. — New York—San Francisco—London: Acad. Press, 1977, vol. 1, p. 759—791. (Nicolle Ch,) Николль Ш. Эволюция заразных болезней. Пер. с франц. — М.-Л., Биомедгиз, 1937. — 138 с. Nosek J. Virus-vector-host relationships. — In: Proc. Intern. Symp. new Aspects- in Ecology of Arboviruses. — Bratislava: Inst Virol. Slovac Acad. Sci., 1980, p. 223-244. Oerskov I,, Oerskov F.t Jann K. Serology, chemistry and genetics of О and К antigens of Escherichia coli. — Bact. Revs., 1977, vol. 41, N 3, p. 667—710. Ohno T., Sweet R, W.t Hu R, et al. Participation and characterization of the DNA polymerase of human breast cancer particles. — Proc. Nat. Acad. Sci. USA, 1977, vol. 74, p. 761—768. Olsen P. F, Tularemia. — In: Diseases transmitted from animals to man/Eds. W. T. Hubbert, W. F. McCulloch, P. R. Schnurrenberger. — Springfield, Illinois, 1975, p. 191-223. Orth G.t Breitburd F.t Favre M. Evidence for antigenic determinants shared by the structural polypeptides of (Shope) rabbit papillomavirus and human pappillomavirus typo 1. — Virology, 1978, vol. 91, p. 243—255. (Pant C. P., Rlshikesh N.t Bang У. II.t Smith А.) Пент К. n.t Ришикеш П., Бене Я. 1\ Смит А. Успехи в борьбе с переносчиками малярии. — Бюлл. ВОЗ, 1981, т. 58, № 3, с. 235—243. Parry II. В. Scrapie-natural and experimental. — In: Virus diseases and the nervous system/Ed. E. W. Whitty. — Oxford, 1969, p. 99. Porterfield J. S. Antigenic characteristic and Classification of Togaviridae. — In; the Togaviruses/Ed. R. W. Schlesinger. — New York—London—Toron- to—Sydney—San Francisco: Acad. Press, 1980, p. 13—46, Pudney M,t Leake C. J.t Varma M. G, R. Replication of Arboviruses in arthro- pod in vitro systems. — In: Arctic ana Tropical arboviruses/Ed. E. Kur- stak. — New York: Acad. Press, 1979, p. 245—262. Purchio A, F., Erikson E.t Bruggs J. S., Erikson R. L. Identification of a poly- peptide encoded by the avian sarcoma virus sre gene. — Proc. Nat. Acad. Sci. USA, 1978, vol. 75, n. 1567-1571. Ratten M. G. The origin of lifer by natural causes. — Amsterdam—London— New York: Elsevier Pub. Col., 1971. Rawls W, E.t Leung W.-C. Arenaviruses. — In: Comprehensive virology/Eds* H. Fraenkel-Conrat, R. R. Wagner. — New York: Plenum Press, 1979, vol. 14, p. 157—192. Risser R.t Stockert E.t Old L. J. Abelson antigen: A viral tumor antigen that is also a differentiation antigen of BALB/c mice. — Proc. Nat Acad, Sci. USA, 1978, vol. 75, p. 3918-3922. Rosen L. Arthropods as hosts and vectors of alfaviruses and Flaviviruses- Experimental Infections. — In: The togaviruses/Ed. R. W. Schlesinger. — New York—London—Toronto—Sydney—San Francisco: Acad. Press, 1980, p. 229—239. Rosen L., Tesh R. B.t Lien J. C.t Cross J. M. Transovarial transmission of Japa- nese Encephalitis virus by mosquitoes. — Science, 1978, vol. 199, p. 909— 911. Rosen M. N. Pasteurellosis (P. Multocides). — In: Diseases transmitted from animals to man/Eds: W. T. Hubbert W. F. McCulloch, P. R. Schnurrenber- ger. — Springfield, Illinois, 1975, p. 129—138. 265
<Rush W, A.. Francy D. B,t Smith G, C., Gropp С, B, Transmission of an Arbo- viruses by a Member of the Family Cimicidae. — Ann. Entomol. Soc. Amer., 1980, vol. 73, p. 315-318. JSefton B, M,t Hunte T,, В ее топ К. Product of in vitro translation of the Rous sarcoma virus src gene has protein kinase activity. — J. Virol., 1979, vol. 30, p. 311-318. (Shorter Bergey's manual of determinative bacteriology). Краткий определи- тель бактерий Берги./Под ред. Дж. Хоулта. Пер. с англ. — М.: Мир, 1980. — 495 с. Smith Н, S., Higgs J, L.t Springer Е, L. Expression of antigenic cross reactivity to RD114 p30 protein in a human fibrosarcoma cell line. — Proc. Nat Acad. Sci. USA, 1977, vol. 74, p. 744-748. Spector D, H,f Varmas H, E., Bishop /. M. Nucleotide sequences related to the transforming gene of avian sarcoma virus are present in DNA of uninfec- ted vertebrates. — Proc. Nat Acad. Sci. USA, 1978, vol. 75, p. 4102—4106. (Stanier R., Adelberg E., Ingraham J.) Стейниер P., Эдельбере Э., Инарам Дж, Мир микробов. Пер. с англ. М.: Мир, 1979, т. 1—3. Stollar И. Togaviruses in cultured arthropod cells. — In: The togaviruses/Ed. R. W. Schlesinger. — New York, London, Toronto, Sydney, San-Francisco: Acad. Press, 1980, p. 584—621. Sulkin S. E.t Allen R. Virus infections in bats. — Basel—Munchen—Paris— London—New York—Sydney: S. Karger, 1974. — 103 p. Summers J,t Smolec J. M., Snyder R, A virus similar to numan hepatitis В vi- rus associated with hepatitis and hepatoma in woodchucks. — Proc. Nat. Acad. Sci. USA, 1978, vol. 75, p. 4533-4537. Temin H,t Mizutani S. RNA-dependent DNA polymerase in virions of Rous sarcoma virus. — Nature, 1970, vol. 226, p. 121—123. Theiler M, The artho pod-bo me viruses of vertebrates. — New Haven-London: Yale Univ. Press, 1973. — 578 p. Vezsa A, C,9 Cash P,9 Jahrllng P, et al. Arenavirus recombination: The forma- tion of recombinants between prototype Pichinde and Pichinde Munchique viruses and evidence that arenavirus S RNA codes for nucleocapsid poly- peptide. — Virology, 1980, vol. 106, N 2, p. 250—260. (Villee C, A.t Dethier V, G.) Вилли K.9 Детъе В, Биология. Пер. с англ. М.: Мир, 1975. — 821 с. Waterworth Н, E.t Kaper J, M,t Той sin gn ant М. Е, CARNA 5, the small cucum- ber mosaic virus-dependent replicating RNA, regulates disease expression.— Science, 1979, vol. 204, p. 845—847. WHO, A revision of the system of nomenclature for influenza viruses: a WHO memorandum. — Bull. WHO, 1980, vol. 58, p. 585—591. Williams L. P,9 Hobbs В, C, Enterobacteriaceae Infections. — In: Diseases trans- mitted from animals to man/Eds. W. T. Hubbert, W. F. McCulloch, P. R. Schnurrenberger. — Springfield, Illinois, 1975, p. 33—109. Woese C, R.t Fox G, E, Phylogenetic structure of the prokaryotic domain: the primary kingdom. — Proc. Nat. Acad. Sci. USA, 1977, vol. 74, p. 5088— Wright G, G, Anthrax. — In: Diseases transmitted from animals to man/Eds. W. T. Hubbert, W. F. McCulloch, P. R. Schurrenberger. — Springfield, Illinois, 1975, p. 237-250.
ZHDANOV V. M., LVOV D. К. Evolution of causative agents of infectious diseases/AMS USSR. — M.: Meditsine, 1984, 272 p., ill. V. M. ZHDANOV — professor, Academian Acad. Med. Sci. USSR, Direc- tor, the D. I. Ivanovsky Institute of Virology; D. K. LVOV — professor, Cor- responding Member Acad. Med. Sci USSR, Deputy Director, the D. I. Ivanov- sky Institute of Virology. The problems of origin and evolution of human infectious diseases are discussed in the book. Using the ecological approach the facts accumulated in the field of medical-biological knowledge were analyzed from the comparative- historical viewpoint: the evolution of biosphere components in different epo- ches, parasitic systems, anthropologic effect on ecological systems, the impact of social factors on the epidemic process, the data on the taxonomy of the causative agents, etc. An infectious disease is regarded as the interaction between populations of agents (pathogenic parasites) and those of the host. The evolution of helminthiases and diseases of protozoan, fungal, bacterial and viral nature is discussed. The data on geographical distribution, antigenic struc- ture and interrelations of agents of human and animal infections are presen- ted. The ways of further evolution of some human infections are forecast and the means of their prophylaxis are outlined. The monograph is intended for infectionists, parasitologists, microbiologists and virologists.
ОГЛАВЛЕНИЕ Предисловие..................................................... 3 ГЛАВА 1. Паразитизм и инфекция.................................. 4 1.1. Этиологический принцип систематики инфекционных болезней 4 1.2. Эволюция паразитов и формирование паразитизма «... 7 ГЛАВА 2. Эпидемический процесс п его экологические аспекты . . 1) 2.1. Основные группы инфекционных болезней по механизму переда- чи возбудителя............................................. И 2.1.1. Кишечные инфекции....................................13 2.1.2. Кровяные инфекции....................................15 2.1.3. Воздушно-капельные инфекции..........................17 2.1.4. Инфекции наружных покровов..........................19 2.2. Природа эпидемического (эпизоотического) процесса ... 21 ГЛАВА 3. Сравнительно-исторический метод в эпидемиологии . 26 3.1. Эволюция — история экологии возбудителя....................26 3.2. Эволюция жизни на Земле....................................35 3.3. Влияние эволюции человека и формирование человеческого об- щества на эпидемиологию инфекционных болезней .... 42 ГЛАВА 4. Гельминтозы и инвазии членистоногимп...................50 4.1. Трематодозы................................................51 4.2. Цестодозы..................................................54 4.3. Нематодозы.................................................58 *4.4. Филярнидозы...............................................62 4.5. Связь гельмиптозов животпых и человека.....................63 4.6. Инвазии членистоногими.....................................63 4.7. Чесотка п вшивость.........................................68 ГЛАВА 5. Протозойные заболевания................................70 5.1. Связь между протозойными инфекциями животных и человека 70 5.2. Трипаносомозы..............................................71 5.3. Лейшманиозы................................................73 5.4 Кишечный амебиаз...........................................77 5.5. Малярия....................................................78 ГЛАВА 6. Грибковые заболевания..................................82 •6.1. Поверхностные микозы......................................33 6.2. Глубокие и системные микозы................................39 ГЛАВА 7. Бактериальные пнфекцпп.................................91 7.1. Принципы систематики бактерий..............................91 7.2. Спирохетозы . . . ......................................94 7.2.1. Лептоспирозы.........................................97 7.2.2. Возвратные тифы......................................ЮЗ 7.2.3. Сифилис и другие трепонематозы......................106 7.3. Спириллезы и псевдомонозы...............................111 *7.4. Дифтерия и другие коринебактериозы.......................112
7.5. Стрептококкозы........................................... 7.6. Туляремия, бруцеллез, чума, пастереллезы - ..... 7.6.1. Систематика возбудителей................... 7.6.2. Пастереллезы............................... 7.6.3. Чума.................................... 7.6.4. Туляремия.............................. 7.6.5. Бруцеллез „...................... ..... 7.7. Эптерооактериозы................................ 7.7.1. Состав класса....................................... 7.72. Эшерпхиозы................................. 7.7.3. Сальмонеллезы.............................. 7.7.4. Шигеллезы........................... •_ : • 7.7.5. Холера.............................•................ 7.8. Сибирская язва и клостридиозы............................. 7.8.1. Сибирская язва...................................... 7.8.2. Клостридиозы........................ 7.9. Туберкулез, лепра, актиномикоз.................. 7.9.1. Микобактериозы............................. . . . 7.9.2. Туберкулез.............................. 7.9.3. Лепра................................... . . . . 7.9.4. Актиномикозы............................... 7.10. Микоплазменные и хламидийные инфекции 7.10.1. Микоплазмозы.......................... 7.10.2. Хламидпозы................................ 7.11. Риккетсиозы.............................................. 114 17 17 119 120 127 132 134 134 137 139 141 144 148 148 152 154 154 154 157 158 158 158 158 161 ГЛАВА 8. Вирусные инфекции............................ . . . 8.1. Представления о природе вирусов.................. . . . 82. Оспа........................................... 8.3. Герпетические инфекции........................... . . . 8.4. Аденовирусные инфекции........................... . . . 8.5. Гепатит В........................................ . . . 8.6. Инфекции, вызываемые онкогенными ДНК-содержащими вирусами 8.7. Различные пути эволюции ДНК-содержащих вирусов 8.8. Реовирусные инфекции............................. . . . 8.9. Тогавирусные инфекции............................ 8.10. Буньявирусные инфекции................................. 8.11. Арепавирусные инфекции................................. 8.12. Коронавпруспые и парамиксовнруспые инфекция . 8.13. Рабдовирусные инфекции.......................... . . . 8.14. Полиомиелит и эптеровирусные инфекции ................. 8.15. Ретровирусные п медленные инфекции . . • 8.16. Грипп.................................................. Заключение............................................ . . . 169 169 178 187 189 189 192 198 198 200 215 222 225 229 231 234 240 248 Список литературы 259