Трудные вопросы орфографии: Пособие для учителей - Иванова В.Ф.

Автор: Иванова В.Ф.

Теги: методика преподавания учебных предметов в общеобразовательной школе русский язык орфография филология пособие для учителей

Год: 1982

Похожие

Русский язык. Трудные вопросы орфографии. 10-11 класс.

Уроки русского языка в 6 классе. Из опыта работы. Пособие для учителей

Работа с текстом на уроке русского языка: Пособие для учителя. 5-11 классы

Поурочные разработки по русскому языку 2 класс. Пособие для учителя

Текст

БИБЛИОТЕКА УЧИТЕЛЯ РУССКОГО ЯЗЫКА
В Ф. Иванова
ТРУДНЫЕ
ВОПРОСЫ
ОРФОГРАФИИ
БИБЛИОТЕКА УЧИТЕЛЯ РУССКОГО ЯЗЫКА
В.Ф. Иванова
ТРУДНЫЕ
ВОПРОСЫ
ОРФОГРАФИИ
ПОСОБИЕ ДЛЯ УЧИТЕЛЕЙ
Издание второе, переработанное
$
МОСКВА • ПРОСВЕЩЕНИЕ-198 2
ББК 74.261.3
И 20
Рекомендовано Министерством просвещения РСФСР
Иванова В. Ф.
И 20 Трудные вопросы орфографии: Пособие для учителей. — 2-е
изд., перераб. — М.: Просвещение, 1982. — 175 с. — (Б-ка
. учителя рус. яз.).
Автор систематически излагает наиболее сложные вопросы русской орфографии,
останавливается на многих частных случаях, вызывающих затруднения у учащихся,
не обходит и некоторых нерешенных проблем. Учитель найдет в пособии не только
рекомендации, как надо писать, но и объяснения, почему принято то или иное на-
писание.
Первое издание вышло в 1975 г.
4306010100 —583
И----------------
103 (03) — 82
подписное
ББК 74.261.3
4Р (07)
(6) Издательство «Просвещение», 1975 г.
(g) Издательство «Просвещение», 1982 г., с изменениями.
ПРЕДИСЛОВИЕ
В основу изучения орфографии и формирования орфографи-
ческих навыков в школе положена работа над орфограммами. Школь-
ники должны понять и усвоить сущность разных типов орфограмм,
научиться находить их опознавательные признаки и в соответствии
с этим применять то или иное орфографическое правило.
Необходимы некоторые обобщенные комментарии к понятиям
«орфограмма», «опознавательные признаки орфограмм», а также
комментарии к некоторым формулировкам правил, включенных в
новые учебники. Создание пособия по трудным вопросам орфогра-
фии диктуется также необходимостью прокомментировать как с
практической, так и с теоретической стороны ряд трудных орфогра-
фических тем. Русская орфография справедливо считается одной
из лучших орфографий буквенно-звуковых систем письма, однако
все же и в ней есть трудные случаи. Эти трудные случаи — раз-
ные в разных разделах (частях) орфографии, у них разная «природа»
и разная степень трудности. Особенно много трудностей в области
слитных, раздельных и дефисных написаний. Трудности, имеющиеся
в русской орфографии, объясняются рядом причин: сосуществова-
нием различных, иногда даже противоречащих друг другу принци-
пов правописания, неудачностью принятых в свое время орфогра-
фических решений и некоторыми другими причинами. Есть в орфо-
графии и такие трудности, которые выходят за рамки трудностей
чисто орфографических: бывают трудны для интерпретации сами
языковые категории, с которыми связано определенное орфографи-
ческое оформление. К числу последних относится, например, раз-
граничение частиц не и ни, а также разграничение частицы и пристав-
ки не. Нам представляется, что наиболее рациональным видом
ответа на возникающие перед учителем вопросы будет не перечис-
ление вопросов с ответами на них, а описание отдельных
трудностей русской орфографии на фоне общей системы русского
правописания. Поэтому изложение трудных вопросов русской ор-
фографии ведется в предлагаемом пособии по разделам и на основе
3
орфографических принципов, действующих в каждом из отдельных
разделов русской орфографии.
При отборе тем для описания автор руководствовался также прин-
ципом частотности той или иной орфограммы (орфограммы не час-
тотные, даже если они и трудные, в пособии не рассматриваются).
Не рассматриваются также различные трудные и нерешенные вопро-
сы русской орфографии, с которыми сталкиваются работники изда-
тельств. Таких случаев довольно много. Им посвящена специальная
литература. См., в частности, сборник «Нерешенные вопросы рус-
ского правописания» (М., Наука, 1974). Пользуясь списком литера-
туры, учитель может подобрать также и другие работы, посвящен-
ные не рассмотренным в пособии орфограммам.
Глава I
ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ПИСЬМА
И ПРАВОПИСАНИЯ
ПИСЬМО И ОРФОГРАФИЯ
Современное русское письмо чаще всего называют звуко-буквен-
ным и буквенно-звуковым. Называют его также просто буквенным
или просто звуковым (фонетическим). Буквенным оно называется
по своим основным знакам, а звуковым — по тем единицам устной
речи, которые этими знаками обозначаются. Однако более точно
наше письмо следовало бы называть не буквенно-звуковым, а бук-
венно-фонемным, так как буквы нашего письма обозначают не лю-
бые звуки речи, а основные звуки языка — фонемы1.
Соотношениями между буквами и звуками в цепочке строк текста
(без учета значения слов, деления их на морфемы и т. п.) ведает
графика. Эти соотношения — иногда даже при наличии со-
вершенно одинаковых букв — разные в разных языках. Напри-
мер, в русском письме буква в обозначает звук [в], а эта же буква
в латинской графике (у французов, англичан и др.) обозначает
звук [б]. В одном и том же письме одна и та же буква— по законам
графики — может читаться по-разному. Так, в слове юла мы читаем
букву ю как [йу], в слове нюх — как [у], уже без [й]. Буква ю
употреблена в слове нюх для указания на мягкость предшествующего
согласного. А вот в слове нужда звук [н] твердый, поэтому после
него пишем у.
Правила орфографии строятся на основе законов, пра-
вил и возможностей графики. Зависят правила орфографии и от
состава самого алфавита. Так, до упразднения в 1917—1918 гг. из
1 Понятие «фонема», прочно вошедшее в пауку, используется также и в научно-
популярной и в учебной литературе. См., в частности: Моисеев А. И. Буквы и зву-
ки. О современном русском письме. Книга для учащихся. Л., 1969, с. 18—24; Рус-
ское слово как предмет языкознания. Факультативный курс для учащихся старших
классов. М., 1972, с. 10—16. И др.
В настоящем пособии мы, однако, наряду с термином «фонема» будем также поль-
зоваться и все еще широко употребляющимся термином «звук», хотя обычно и в
этом случае речь идет о фонемах; звуков речи бесконечное множество, буквы же пред-
назначены для обозначения именно фонем.
5
нашего алфавита буквы к (ять), обозначавшей наряду с буквой е
звук (фонему) 1э], должны были существовать и определенные пра-
вила, в каких случаях следует употреблять букву di.
В целом современное письмо состоит из трех частей, как бы над-
строенных одна над другой: алфавита, графики и орфографии.
Алфавит поставляет средства для письма — буквы; графика —
с учетом звукового значения букв — ведает возможностью их
употребления (прежде всего их линейной сочетаемостью); орфогра-
фия же формулирует окончательный выбор буквы в том или ином
конкретном слове или морфеме. Так, например, графика «разре-
шает» писать циган и цыган, огурца и огурцы, жолтый и желтый,
ацитатный шолк и ацетатный шелк; орфографически же пра-
вильны только вторые варианты в приведенных парах.
Орфография — это 1) исторически сложившаяся система едино-
образных написаний, которую принимает и которой пользуется
общество; 2) правила, обеспечивающие единообразие в тех случаях,
где возможны разные написания; 3) соблюдение принятых напи-
саний, как частных, так и подчиняющихся определенным прави-
лам. В этом смысле говорят о хорошей или плохой орфографии ру-
кописей, писем, диктантов, а иногда и печатных изданий; 4) часть
науки о языке (в его письменной форме), изучающая написания и
устанавливающая их единообразие.
РАЗДЕЛЫ ОРФОГРАФИИ
Русская орфография как совокупность правил распадается на
пять разделов (секторов, частей). Каждый из этих секторов пред-
ставляет собой систему правил, покоящуюся на определенных прин-
ципах. Это 1) правила, применяемые при обозначении звуков бук-
вами в составе слов. Ведущим здесь является морфологический прин-
цип; 2) правила употребления прописных и строчных букв. Здесь
действуют семантический принцип (выделяются прописными бук-
вами имена собственные и некоторые другие типы слов) и синтакси-
ческий (с прописной буквы пишется начальное слово самостоятель-
ных предложений); 3) правила о слитных и полуслитных (дефисных)
и раздельных написаниях; 4) правила переноса частей слов с одной
строки на другую (при переносе учитываются нормы слогоделения,
а также морфологическое строение слов); 5) правила графического
сокращения слов. При сокращении учитывается большая информа-
тивность согласных звуков и, соответственно, букв.
Центральным разделом орфографии является первый: в зависи-
мости от того, на какой основе строится обозначение звуков бук-
вами в той или иной национальной орфографии, говорят о ведущем
принципе этой орфографии.
Кроме букв алфавита, орфография использует (именно в качест-
ве собственно орфографических знаков) пробел между словами, де-
6
фис1, черточку, точку и кавычки. Дефис используется в третьем и
пятом разделах орфографии, черточка (знак переноса) — в четвер-
том, точка — в пятом разделе, кавычки (в тех случаях, когда они
одновременно с прописной буквой выделяют имена собственные) —
во втором.
ПОНЯТИЯ «ОРФОГРАММА» И «ВАРИАНТЫ ОРФОГРАММЫ».
РАЗГРАНИЧЕНИЕ ПОНЯТИЙ «ПИСЬМО»
И «ПРАВОПИСАНИЕ» («ОРФОГРАФИЯ»)
Основными орфографическими единицами являются орфограммы.
Более частные единицы, чем орфограммы, — опознавательные при-
знаки орфограмм (их можно считать различительными, или, иначе,
дифференциальными признаками орфограмм). Более крупные ор-
фографические единицы — орфографические правила.
Орфограммой называется «то или иное написание в слове или
между словами, которое может быть изображено разными графи-
ческими знаками (двумя-тремя), но из которых только один принят
за правильный»2 3.
Орфограмма содержится не в каждом слове, не на любой границе
слов и т. д. Ср. слова dojn, лом, кум, шар и т.п., а также межсловные
границы в словосочетаниях: сирень цветет, красивый олень и т. п.
Здесь нет орфограмм. Только четыре орфограммы содержится в де-
сятибуквенном слове перетянуть: п-р-т-ну-ь (орфограммы — на
месте дефисов)*.
Сфера орфографии — написания, где теоретически возможно
несколько вариантов написания, но выбирается один. Например,
словоформа [вада] может быть записана в русском письме и как
вода и как «вада» (оба написания не изменят правильного, литера-
турного произношения слова [вада]). Буквой, которая может быть
заменена другой, здесь является только вторая буква. Возможность
употребления разных букв в указанном месте (но только либо бук-
вы о, либо буквы а) существует благодаря определенным фоне-
тическим закономерностям русского языка. Орфография на осно-
вании определенных принципов узаконивает один из возможных
вариантов. Фонетические законы русского языка, с одной стороны,
1 Дефис не следует путать е тире. Последний является пунктуационным знаком.
Дефис и тире различны и графически, и по назначению. Дефис — коротенькая чер-
точка, тире — длинная черта. Дефис — знак соединения частей одного целого (ср.
написания: ярко-красный, едва-едва, джаз-оркестр и т. п.), тире — знак разделения,
знак интонационного членения текста. Правда, дефис также является знаком разде-
ления, если его противопоставлять полной слитности написания. Однако не случай-
но написания через дефис называют полуслитными: они ближе к слитным, чем к
раздельным.
2 Баранов М. Т. Работа по орфографии в IV—VI классах (в связи с использо-
ванием учебников). — Русский язык в школе, 1980, № 3, с. 4.
3 Есть и другая точка зрения. Так, М. В. Панов, в слове перетянуть все 10 букв
считает орфограммами. См.: Панов М. В. Русская фонетика. М., 1967, с. 239. При
таком подходе, однако, стирается различие между понятиями «письмо» и «орфогра-
7
и звуковые значения букв, с другой, определяют однозначное обо-
значение звуков [в], [д] и конечного 1а] в словоформе вода еще на
уровне графики. Какая-либо замена букв в, д, а, обозначающих
указанные звуки, другими буквами разрушит слово. Ср., например,
бода, вока, водб. Замена букв в подобных случаях может быть только
результатом описки или опечатки. Это не орфографическая ошибка.
Ср., например, такую опечатку. В журнале «Русская речь» (1968,
№ 4) на стр. 64 напечатано: «быква». Если предложить кому-либо
попытаться прочесть это «слово» вне контекста, то читающий мо-
жет посчитать его за искаженное слово тыква или за искаженное
слово буква. В самом журнале при чтении статьи эта опечатка
может быть и не замечена читателем (пропустили же ее и редактор
и корректор!), так как слово обычно прочитывается в контексте
комплексно. Контекст журнала таков: «Здесь быква ю пишется...».
И читателю ясно., что раз пишется, то это буква, а не тыква.
Учащимся подобные описки, как правило, за ошибки и не за-
считываются, однако при большом их количестве две описки засчи-
тываются за одну ошибку (и то, скорее, в воспитательных целях).
Никакой «работы над ошибками» в подобных случаях провести не-
возможно.
Кроме очень важного понятия «орфограмма», в методике орфо-
графии выделено еще понятие «варианты орфограммы». Этот термин
впервые употребил Н. С. Рождественский1, но разработаны вари-
анты орфограммы Н. Н. Алгазиной:
«Под вариантом орфограммы условно понимается разновид-
ность орфограммы, имеющая ту или иную особенность (семанти-
ческую, фонетическую или грамматическую), в результате которой
учащиеся затрудняются применять соответствующее орфографиче-
ское правило»2.
Понятие «вариант орфограммы» является принципиально важ-
ным. Особенно важно выделить и систематично представить вариан-
ты орфограмм при описании трудных случаев орфографии3.
В последнее время появились еще новые решения (также очень
важные для методики) в трактовке орфограмм. Различают теорети-
ческие и практические орфограммы4. Так, теоретически возможное
ошибочное написание буквы д вместо т в исходе неопределенной фор-
мы глагола и в окончании 3-го лица личных глагольных форм («ле-
жадь» вместо лежать-, «кричад», «кричид» вместо кричат, кричит) прак-
тически не встречается. Между тем написание буквы д здесь возмож-
1 См.: Рождественский Н. С. Обучение орфографии в начальной школе. М.,
1960.
2 Алгазина Н. Н. Предупреждение орфографических ошибок учащихся
V—VII классов. М., 1965, с. 50.
s См., например, три варианта орфограммы «Буквы s и сна конце приставок»,
выделяемые Н. Н. Алгазиной (указ, соч., с. 53—54).
4 См.: Разумовская М. М. Важнейшие проблемы обучения орфографии на со-
временном этапе. — В кн.: Обучение орфографии в восьмилетней школе. М., 1974,
с. 8—9.
8
но, поскольку звонкие согласные в исходе слов не произносятся
(ср. частотную ошибку «винегред» вместо винегрет).
Понятие «орфограмма» не является чисто методическим. Разные
определения и разное понимание, что такое орфограмма, связаны
с разграничением понятий «письмо» и «орфография (правописание)».
Как уже указывалось, в словах типа дом, там, ум, лом и под. нет
орфограмм. Поэтому терминологически неудачно называть написа-
ние буквы в опорном положении опорной орфограммой1.
Разграничение понятий «письмо» и «правописание» необходимо:
смешение этих понятий может привести к смешению понятий «ос-
новной принцип письма» и «основной принцип правописания». Прин-
цип (тип) письма определяется уровнем обозначаемых единиц зву-
чащей речи. В буквенном письме обозначаемой единицей звучащей
речи является фонема.
В современном русском письме буквы обозначают фонемы. Та-
ким образом, принципом современного русского письма является
фонемный принцип. Слова дом, лом, кум, шар и под. написаны в
соответствии с фонемным принципом письма, причем все написа-
ния здесь адекватнофонемны: буквы и фонемы находятся в полном
соответствии, каждая буква обозначает «свою» фонему.
Написания вода, сказка также фонемны в смысле обозначаемых
единиц звучащей речи, однако здесь не все буквы находятся в адек-
ватном соответствии с фонемами. Неадекватнофонемны написания
буквы о в слове вода (буква о обозначает фонему [а]) и буквы з в
слове сказка (буква з обозначает фонему [с]). Эти буквы написаны
в соответствии с морфологическим принципом орфографии. Фоне-
ма [а] в слове вода и фонема [с] в слове сказка обозначены не
«своими» буквами для сохранения графического единообразия
морфем. Такие написания выгодны для русского письма. В русском
языке много позиционных чередований фонем, адекватное обозна-
чение чередующихся фонем привело бы к большой графической ва-
риантности одних и тех же морфем и, как следствие этого, к замед-
ленному восприятию слов при чтении.
Итак, написания букв о в слове вода и з в слове сказка неадек-
ватнофонемны. Они пишутся на основании морфологического прин-
ципа русской орфографии. Но принцип письма и здесь остается
фонемным: обозначаются именно фонемы, а не что-либо дру-
гое. Конкретное же обозначение фонем осуществляется на основе
морфологического принципа орфографии. При этом обозначение
производится не беспорядочно, не хаотично, а в строгом соответст-
вии с произношением. В слове вода для обозначения первой фонемы
[а] могут быть использованы только либо буква а («вада»: такое на-
писание отвечало бы фонетическому принципу орфографии), либо
буква о (вода), т. е. такие буквы, которые соответствуют пози-
ционно чередующимся фонемам. Ср. в[б]ды — elalda. Например,
- Богоявленский Д. П. Психология усвоения орфографии. М., 1966, с. 85.
9
букву у в слове вода для обозначения фонемы [al написать нельзя:
слово «разрушится».
Выделение среда, всех, написанных букв таких букв, которые
являются орфограммами, определяет границы орфографии и гра-
фики. Орфография как. определенная система написаний, являю-
щихся орфограммами,.— это лишь часть письма. Письмо как сис-
тема написаний распадается, таким образом, на два типа написа-
ний: I) написания, «управляемые» орфографией; 2) написания,
«управляемые» графикой.. Нас будут интересовать только написа-
ния* «управляемые» орфографией, т. е. такие написания, где воз-
можен выбор букв (а также слитности/раздельности и т. д.).
РАЗГРАНИЧЕНИЕ ОРФОГРАФИЧЕСКИХ
И НЕОРФОГРАФИЧЕСКИХ ОШИБОК
Особой проблемой в регламентации норм письменного языка
является отграничение собственно орфографического материала от
неорфографического, в котором также есть выбор написаний. Осо-
бенно. остро стоит этот вопрос для школы (какие ошибки учителю
следует считать орфографическими),, а также для составителей орфо-
графических словарей (какой материал включать в словарь, а также
какими его сопровождать пометами).
Приведем некоторые примеры, когда написания, внешне похо-
жие на орфографические ошибки, фактически являются ошибками
речи, (примеры взяты из сочинений абитуриентов, частных писем,
а также из печати)... В них. имеет место.: 1) неправильное образование
форм:, «будующий»,, «сведующий»,, «жаждующий» (по аналогии с фор-
мой следующий), «ездает» (по аналогии с думает), «морщиются»,
«ехай» (по аналогии с. порхай,, чихай!),, «хорошие маляра», «демоби-
лизующие из армии» (вместо демобилизующиеся), «все нуждающие»
и под,.; 2). употребление иного, по. значению слова, хотя оно сходно
по- звучанию, с требуемым по смыслу фразы или словосочетания сло-
вом: «поддернутые дымкой» вместо подернутые дымкой (ср. так-
же, например, другие, паронимы: невежда и невежа н т. п.); 3) отра-
жение нелитературного^, просторечного произношения: «дермантин»11,
«константировать», «сурьезный»?, «телевизер»,, «марксизьм», «перес-
пектива»,, «п-роадравляют», «еамулянтка» (вместо симулянтка), «ба-
. кунист». (вместо букинист), «конди дарованный воздух», «несосвет-
ный». (вместо несусветный) и иод.
, Приведенные слова при таком написании и произносятся так,
как. пишутся: произносят их нелитературно. Приведенные образ-
цы— это неправильности не только письменной, но прежде всего
устной речи. В> отличие, от них подлинно орфографические ошибки
1 См. словарь-справочник «Правильность русской речи». М., 1965, с. 54—55.
! Н. М. Шанский пишет, что в данном случае имеет место вариантность корне-
вых морфем. См.: Шанский Н. М. Очерки по русскому словообразованию. М., 1968,
с. 124.
10'
не сопровождаются неправильным произношением, ибо как при пра-
вильном (точнее, при принятом) написании (лежу на траве, жар,
предполагать), так и при неправильном («лижу на траве», «жыр»,
«предпологать») приведенные в скобках слова читаются (произносят-
ся) правильно.
В -школе подобные ошибки чаще относят к орфографическим.
Это связано, вероятно, прежде всего с тем, что к орфографии отно-
сятся достаточно серьезно: квалифицируя такие ошибки как орфогра-
фические, ученику как бы говорят: вот видишь, как ты плохо знаешь
русский язык! Однако настало время с такой же серьезностью от-
носиться и к речевым ошибкам, ошибкам в устной речи. Приведен-
ные же написания зеркально отражают ошибки именно устной речи.
Ошибки устной речи (неправильное произношение, неправильное
образование отдельных форм), если они отражены на письме, счи-
таются в школе стилистическими, а само слово «стилистический»
настраивает на представление о чрезмерных требованиях к языку
ученика (мол, стилем не всегда владеют и писатели!). Очевидно, нуж-
но изменить отношение к понятиям «стилистическая ошибка», «ре-
чевая ошибка», «орфографическая ошибка».
Особенно часто, как отмечает Н. М. Андреев, к орфографическим
ошибкам относят ошибки в согласовании, которые, безусловно, яв-
ляются грамматическими (или грамматико-стилистическими), а не
орфографическими ошибками: «Крестьянство -поддерживают рабо-
чих», «Давыдов был руководителем, отчетливо представляющий за-
дачи партии»1.
Однако в неправильном выборе окончаний у причастий и при-
лагательных, когда произношение почти одинаково (особенно
это касается творительного и предложного падежей единственного
числа), можно усматривать орфографическую ошибку: «Две резкие...
черты... не разошлись и во сне, словно говоря о чем-то, раз и навсег-
да грубо вошедшем в жизнь этого доброго человека, вошедшем и уже
неспособным уйти обратно». (Симонов К. Живые и мертвые. Роман-
газета, ч. II. М., 1960, № 4 (208), с. 27). Правильной здесь была бы
форма «неспособном».
Еще дальше от орфографических ошибок стоят написания, в кото-
рых отражается употребление вариантных форм, например: 1) вы-
бор не того варианта предлога, который следовало бы употреблять,
например: «в дворе» вместо во дворе-, 2) употребление устаревших
вариантов слов и форм, например: проникнулся уважением, есте-
ственен, дальний: «В тени, В том зале дальном Царит южанка
С зеркалом хрустальным». Эзра Финенберг, изд. Г965 г.);
3) употребление вытесняемого, но еще не окончательно ушедшего из
языка варианта, например: междугородний (Лит. газ., 1966, 9 июля)
1 Андреев Н. М. Об одной типичной разновидности грамматико-стилистических
ошибок. — В кн.: Очерки по русскому языку и стилистике. Саратов, 1967, с. 3G9
и след.
41
и под.; в «Орфографическом словаре» (изд. 1956 г. и след.) фикси-
руется только написание междугородный. Аналогично зафиксирован,
например, в школьном Орфографическом словаре только вариант
на даровщинку, хотя в разговорной речи более употребителен ва-
риант на дармовщинку (оба варианта охарактеризованы в БАС1 как
просторечные). Ср. в «Ленинградской правде» от 18 февраля 1969 г.
«проехать на дармовщинку».
Приведем такой любопытный пример на смешение орфографи-
ческих и неорфографических ошибок.
В одной из школ города Ленинграда в 1979/80 учебном году уче-
нику А. (5 кл.) в пословице, записанной им в варианте «Шило в меш-
ке не утаишь», была засчитана орфографическая ошибка: «шила»,
а не «шило» — считал учитель. Между тем оба варианта правильны.
Вероятно, более ранним является вариант «Шила в мешке не утаишь»:
в соответствии со старой нормой при глаголе-сказуемом с отрица-
нием «не» употреблялось дополнение — существительное в родитель-
ном падеже вместо винительного («утаить шило», но «не утаить шила»).
Однако современная норма часто допускает в этой модели и вини-
тельный падеж. Не случайно в «Словаре современного русского ли-
тературного языка» в 17 томах на слово «шило» эта пословица при-
ведена в варианте «Шило в мешке не утаишь», а на слово «утаивать»
в варианте «Шила в мешке не утаишь».
Таким образом, ученик не допустил здесь никакой ошибки. Но
если уж усматривать здесь «погрешность» против более раннего
варианта с родительным падежом, то эта «погрешность» — не орфо-
графическая, а стилистическая. Но и ее нет.
Орфографические ошибки неоднородны по своей природе. Их
можно разделить на: 1) собственно орфографические («жоны», «пла-
щей», «волнаваться», «рамантики», «с сабой», «говарит», «помагают»,
«отделение», «чудестный» и под.); 2) графико-орфографические («жыр»,
«циган», «чяй» и под.); 3) грамматико-орфографические («в бандероле»,
«Зорятся», «к Наташи», «с Репином»). В последних случаях для вы-
бора правильного написания недостаточно знать только орфогра-
фическое правило: при применении правила нужно опираться на
грамматику. Видимо, потому, что орфография и грамматика часто
тесно связаны, ошибки орфографические иногда называют граммати-
ческими2.
1 БАС — Большой академический словарь. Это сокращение принято в лингви-
стической литературе для обозначения «Словаря современного русского литератур-
ного языка» в 17 томах.
2 О причинах квалификации орфографических ошибок как грамматических в
школьной практике см.: Рождественский Н. С. Свойства русского правописания как
основа методики его преподавания. М., 1960, с. 106.
12
Глава II
ТРУДНЫЕ ВОПРОСЫ ОРФОГРАФИИ,
СВЯЗАННЫЕ С ОСОБЕННОСТЯМИ
РУССКОЙ ГРАФИКИ
СЛОГОВОЙ ПРИНЦИП РУССКОЙ ГРАФИКИ
Графика как определенный отдел языковедения занимается рас-
смотрением соотношения звуков и букв, точнее — фонем и букв.
Буквами русского алфавита обозначаются именно фонемы, а не
звуки. В русском языке, например, много разных оттенков удар-
ного [а], но тем не менее они обозначаются лишь двумя буквами:
буквой а (ср.: мал) и буквой я, если [а] употреблено после мягкой
согласной (ср.: мял). Разные оттенки [с] (ср., например, слова су-
дак и сазан: в первом [с] произносится с вытянутыми вперед и ок-
ругленными губами) обозначаются одной и той же буквой с, ибо
разные оттенки [с] — это все равно одна и та же фонема [с].
В русском алфавите всего 33 буквы.
Фонем в русской речи больше, чем букв в нашей азбуке. Гласных
фонем у нас 6: а, э, и, о, у, ы, согласных — 35: [б], 16’], [п], ]п’],
1м], [m’J, [в], [в’], [ф], 1ф’], 1д), [д’1, 1т], 1т’], [н], [н’], [з], ]з’],
[с], [с’1, [л], [л’], [ж], [ш], [ц], [ч], [р], Ip’], [j], 1г], [г’], [к], [к’],
|х], [x’J. В числе звуков русского языка в школьном учебнике ука-
зан также* [щ’]1.
Как наглядно видно из самого перечисления согласных фонем,
у нас нет специальных букв для обозначения мягких согласных.
Мягкие согласные фонемы обозначаются у нас двумя способами.
Первый способ — постановка буквы ь после соответствующей со-
гласной буквы: нянька, конь. Этот способ применяется, если мягкая
согласная фонема находится на конце слова или перед другой со-
гласной. Обычно это бывает тогда, когда последующая соглас-
ная—твердая, как в приведенном примере (нянька), но буква ь
в определенных случаях пишется после мягкой согласной перед
последующей мягкой же: в письме. Этот случай определяется прави-
лами орфографии. Ср. в письме, но в песне.
1 О разногласиях в определении состава фонем современного русского языка н
о причинах разногласии см. в кн.: Буланин Л. Л. Фонетика современного русского
языка. М., 1970, с. 78—84.
13
Второй способ — обозначение мягкости согласной фонемы при
помощи последующей гласной буквы. Чтобы обозначить мягкую
согласную фонему, например [с’], в том случае, если после нее сле-
дует гласная фонема, используются буквы я, ё, ю, е, и. Каждая из
приведенных гласных букв обозначает соответствующую гласную
фонему [а], [о], [у], [э], [и], но, кроме того, указывает еще и на мяг-
кость предшествующей согласной фонемы: вся, всё, всю, все, восвояси.
Буквосочетания ся, сё, сю, се, си в чтении неразрывны. Сочетание
согласной и гласной букв представляет собой цельный графический
элемент, обе части которого взаимно обусловлены: как гласные, так
и согласные буквы пишутся и читаются с учетом соседних букв:
согласная — с учетом последующей гласной, а гласная — с учетом
предшествующей согласной.
При обозначении на письме твердости согласных фонем, находя-
щихся перед гласными, используется этот же прием. Чтобы обозна-
чить, например, твердую фонему [с], используем букву с и буквы
а, о, у, э, ы: сам, сом, суп, сэр, сын.
Таким образом, в нашем алфавите есть два разряда гласных букв.
Одни из них (кроме обозначения соответствующих гласных) ука-
зывают на мягкость, а другие — на твердость предшествующих
согласных. Они образуют два соотносительных между собой ряда,
что можно показать в таблице1:
Гласные, указывающие на твердость согласного а мал 0 вол У лук э С9р ы пыл
Гласные, указывающие на мягкость согласного я мял ё вёл ю люк е сер и пил
Такое обозначение твердых и мягких согласных фонем носит
название слогового принципа русской графики, ибо в качестве гра-
фической единицы чтения и письма выступает слог. Ср.: ся — са,
сё — со, сю — су, се — сэ, си — сы. Однако, пользуясь этим назва-
нием, следует помнить, что слог выступает здесь в виде графической
единицы. Под слогом как фонетической единицей имеется в виду
фонетическое явление. Так, слова вся, сам, всё, сом и т. п. целиком
составляют фонетический слог. Для того чтобы не путать слог как
графическую единицу чтения и письма со слогом фонетическим,
А. И. Моисеев предложил слоговой принцип русской графики назы-
вать буквосочетательным2. Возможно, это новое название и укре-
пится, однако в литературе более распространено название «слого-
вой принцип».
1 Таблица взята из кн.: Гвоздев А. Н. Избранные работы по орфографии и фо-
нетике. М., 19G3, с. 37.
* См.: Моисеев А. И. Буквы и звуки (о современном русском письме). Книга
для учащихся. Л., 1968, с. 53.
14
Название «слоговой принцип русской графики» применяется и
к особому обозначению фонемы [j] (йот). Так, в словах яма Цама],
юла Пула], еда Цэда], ёжик Цбжык], воробьи [вараб’]и] буквы я, ю,
е, ё, и обозначают каждый раз сочетание звуков: [ja], Ну], Нэ], [jo],
Ци]‘.
Слоговой принцип русской графики очень выгоден: он создает
экономию. Если бы мы так разумно не использовали гласные буквы
в качестве приема для обозначения мягкости предшествующих со-
гласных фонем, в русский алфавит пришлось бы вводить 15 новых
букв, чтобы ими обозначить мягкие согласные фонемы.
Экономно, как видим, обозначается у нас и сочетание йота с глас-
ными фонемами: сочетание обозначается всего лишь одной буквой.
Такое обозначение является элементом слоговой системы письма
(силлабографии)1 2.
ОГРАНИЧЕННОСТЬ ДЕЙСТВИЯ СЛОГОВОГО
ПРИНЦИПА И ВЫТЕКАЮЩИЕ ОТСЮДА
ОРФОГРАФИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ
ОБОЗНАЧЕНИЕ ГЛАСНЫХ ПОСЛЕ ШИПЯЩИХ И Ц
Не нуждаются в специальном обозначении мягкости или твердо-
сти только непарные по этому признаку фонемы: [ж], [ш], [ц], [ч]
и, конечно, [j]. Эти согласные безразличны к сигналам об их мяг-
кости или твердости: после букв, обозначающих эти согласные,
можно писать гласные буквы, указывающие как на мягкость, так
и на твердость согласных. Графика разрешает писать жизнь и
•жизнь, циган и цыган, огурци и огурцы и т. п. Но так как чисто гра-
фическая вариантность в упорядоченном письме более чем нежела-
тельна, то в этот вопрос включается уже орфография со своим веским
словом: писать нужно так, а не иначе. Правильны вторые написания.
Говоря о написании гласных после букв, обозначающих шипя-
щие согласные (ж, ш, ч, щ), и после буквы ц, можно выделить два
вопроса:
1) вопрос о выборе гласных букв а!я, у/ю, е/э, и/ы и
2) вопрос о выборе гласных букв е/о.
Вопрос о выборе букв а!я, у/ю, е/э, и/ы
После шипящих ж, ш, ч, щ и после ц пишутся то гласные бук-
вы, указывающие на мягкость согласного (после букв, обозначаю-
щих твердые согласные: жир, ширина, циновка и т. д.), то гласные
1 Впрочем, буква и непременно обозначает |jn] только после буквы ь (воробьи).
В слове ими произношение йота не обязательно; считается, что произношение с
йотом является даже устаревшим. После других букв (не ь) йот перед [и] обычно
не произносится. Ср., например, бои, сараи.
2 См. об этом в кн.: Ветвнцкий В. Г., Иванова В. Ф., Моисеев А. 14. Современное
русское письмо. Пособие для учителя. М-, 1974, с. 14—16.
15
буквы, указывающие на твердость согласного (после букв, обозна-
чающих мягкие согласные: чаща, щавель, чудо, щука и т. д.). Внеш-
не такие написания могут показаться бессистемными. И тем не ме-
нее в этих написаниях есть определенный порядок.
После шипящих и ц независимо от того, обозначают они твердые
или мягкие согласные звуки, в русских словах пишутся только бук-
вы а, у и не пишутся я, ю, пишется буква е и не пишется э. После
шипящих пишется только буква и и не пишется ы. После ц пишут-
ся и и, и ы. Это зафиксировано в определенных правилах. См. § 1,
2, 3, 9, п. 3 «Правил русской орфографии и пунктуации» (М., 1956)1.
Именно в таком выборе букв есть определенный смысл: он ра-
ционален. Но поскольку учащихся практически эти орфограммы не
затрудняют, то рациональность этих написаний мы комментировать
не будем2, а перейдем ко второму вопросу.
Вопрос о выборе букв е/о
В XII—XIII вв., когда начал действовать звуковой закон за-
мены ударного [э] ударным [о] после мягких согласных перед по-
следующими твердыми, шипящие и ц были мягкими. Поэтому удар-
ный гласный [э] после шипящих и ц, так же как и после других мяг-
ких согласных, заменялся ударным [о].
Если после мягких согласных (парных по мягкости-твердости)
следует фонема [о], этимологически восходящая к [э], то в соответ-
ствии со слоговым принципом русской графики она не может быть
обозначена буквой о; она может быть обозначена только буквой ё,
а практически (при неупотребительности буквы ё) буквой е (ибо
буква о «снимет» мягкость, ср. написания «порышко», «сола», «том-
ный» вместо пёрышко, сёла, тёмный).
После шипящих же, а также после ц можно писать и гласную ё
(или вместо буквы ё писать е) и о, ибо шипящие и ц непарны по мяг-
кости-твердости. Законы графики не могут поэтому автоматически
предопределить здесь точный выбор букв: ё (е) или о. Выбор букв
определяется здесь соответствующими орфографическими правилами.
Наличие этих правил — вынужденная необходимость, вызванная
особым положением шипящих и ц в системе фонем русского языка
(их непарностью по твердости-мягкости). Слоговой принцип русской
графики не в силах продиктовать здесь написание ё или о.
После ц на месте произносимого под ударением [о] из двух букв
(ё или о), одинаково возможных графически, по орфографическим
правилам пишется только буква о (см. § 6 «Правил...»); после шипя-
1 Мы ссылаемся на «Правила...», а не на школьный учебник потому, что «Прави-
ла...» являются тем основанием, на котором строится и школьный учебник. Кроме
того, одни и те же орфографические правила, хотя и в разном объеме и аспекте, изу-
чаются в разных классах школы, и ссылки на учебники разных лет обучения менее
удобны, чем ссылки на «Правила...».
2 Соответствующий комментарий см. в кн.: Иванова В. Ф. Современный русский
язык. Графика и орфография. М., 1976, с. 98—102.
16
щих пишется в одних случаях е, в других — о. Конкретные правила
о написании е!о после шипящих изложены в § 4 «Правил...». Посколь-
ку окончательный выбор букв связан здесь с взаимоотношением и
взаимовлиянием морфем, то эти правила и трудности, связанные с
их применением, будут рассмотрены в одной из глав, посвященных
собственно орфографии (см. ниже, с. 40—49).
ОТСТУПЛЕНИЯ от СЛОГОВОГО ПРИНЦИПА
РУССКОЙ ГРАФИКИ
ВОПРОС ОБ УПОТРЕБЛЕНИИ БУКВ Е И Э
ПОСЛЕ БУКВ, ОБОЗНАЧАЮЩИХ ПАРНЫЕ
ПО ТВЕРДОСТИ-МЯГКОСТИ СОГЛАСНЫЕ
Наиболее заметным отступлением от слогового принципа русской
графики в современном русском письме является написание буквы
е после букв для парных по мягкости-твердости согласных не только
в тех случаях, когда они обозначают мягкие согласные (когда бук-
ва е пишется законно в отношении соответствия слоговому принципу),
но и в тех случаях, когда они обозначают твердые согласные.
Буква е после букв, обозначающих твердые согласные (из числа
парных), пишется обычно в заимствованных словах. Ср., например,
после согласных, обозначающих [т]: антенна, контейнер, партер,
синтетика, термос, теннис, эстетика; [д]: дельта, модель, дефор-
мация; [н]: кашне; [с]: шоссе; [з]: шимпанзе; [р]: реквием, тире. Но
в большинстве заимствованных слов буква е пишется уже законно;
это наблюдаем в тех случаях, когда твердые согласные языка-источ-
ника уже заменены мягкими. Ср., например, слова с буквой е после
согласных, обозначающих [т’]: тема, тенор, техника, теория; [д’]:
девиз, демон, депутат; [н’1: милиционер, пионер, фанера; [с’]:
сеанс, сектор; [з’1: газета, зебра, зенит; [р’]г корректор, ремарка,
реклама.
Поскольку буква е после букв, обозначающих твердые согласные
(из числа, разумеется, парных), пишется в заимствованных словах,
для читающего является известной загадкой, как следует произносить
буквосочетания бе, ее, де, не, фе и т. д. в заимствованных словах: ко[фэ]
или ко[ф’э], фо{нэ\тика или фо{н'э\тика, О[дэ]сса или О[д’э]сса
и т. д. Не случайно в школьном учебнике специально даются неко-
торые заимствованные слова с согласными перед е, чтобы учащиеся
запоминали правильное их произношение. В учебнике для IV клас-
са указаны, в частности, слова: пионер [н’], музей [з’], текст [т’ ],
тема [т ]; ателье [тэ], кашне [нэ], модель [дэ], свитер [тэ], теннис [тэ],
партер [тэ], шоссе [сэ] (с. 98, 113).
В учебнике для V—VI классов выделены слова: агрессия [p’J,
академия [д’], рейка [р’1, рейс [р’1, рельс [p’J, фанера [н’] и др.
(с. 356—357).
Вопрос из графико-орфографического, как видим, перерастает
в орфоэпический. Сам собой напрашивается вопрос, не мешает ли
17
написание буквы е, одинаково употребляемой как после букв, обо-
значающих мягкие согласные, так и после букв, обозначающих твер-
дые согласные, литературному произношению? Не наносит ли это
ущерб языковой практике? Академик Л. В. Щерба предлагал пу-
тем реформы заменить, где это нужно по произношению, написание
е на а. В 30-е годы он писал, что «прямо преступно не пользоваться
всеми возможными в русской графике средствами для указания
правильного произношения. Поэтому, безусловно, необходимо пи-
сать в иностранных словах те, дэ, на, сэ, зэ, рэ»1.
Однако при замене написаний те на тэ, де на дэ и т. д. снова
возникал бы орфографический вопрос: что делать по мере возможно-
го (хотя и не обязательного) обрусевания заимствованных слов, при
котором твердые согласные перед [э] заменяются мягкими — снова
изменять написание слов, меняя а на е? Это оказывается достаточно
невыгодным: происходила бы постоянная орфографическая лихорад-
ка. Более выгодно в заимствованных словах всегда писать букву е,
оставляя ее на случай возможного изменения в произношении.
До унификации колеблющихся написаний в 1956 г. в печати бы-
ло довольного много двойных написаний: и с е, и с а (типа бемоль и
бэмоль). Кроме того, до унификации 1956 г. многие заимствованные
слова писались, в соответствии с произношением, с буквой а, на-
пример адэкватный, бзкон.
В 1956 г. было решено оставить написание буквы а после твер-
дых согласных лишь в трех нарицательных словах: пэр, сэр, мэр
(и в их производных), а также в именах собственных (см. § 8, п. 3
«Правил...»).
В «Справочнике по правописанию и литературной правке»
Д. Э. Розенталя добавлено еще в качестве исключения слово пленэр —
живопись или киносъемка на открытом воздухе (§ 6, п. 2)2.
«Орфографический словарь русского языка» 1956 г. издания да-
вал это слово как плекер, при нестереотипном переиздании пленер
был заменен на пленэр. Начиная с 13-го издания в словарь включено
слово каратэ.
Но печать употребляет букву э шире, чем это рекомендовано
словарем. В печати буква э употребляется не только в таких сло-
вах, которые не зафиксированы в словаре, но и в таких, где сло-
варь рекомендует букву е. Например: хунвэйбины (Литературная
газета, 1978, 9 мая), слэнг (сб.: Язык и общество, вып. 4. Саратов,
1977, с. 158), портмснэ (там же, с. 159) и т. п. Во вновь появляющих-
ся в печати словах буква э используется особенно активно. Напри-
мер: гякутэн — выигрыш соревнования, где вначале перевес был
на стороне противника; лозунг в предвыборной кампании; японск.
1 Щерба Л. В. Избранные труды по языкознанию и фонетике. Л., 1958, т. 1,
с. 158.
я См.: Розенталь Д. Э. Справочник по правописанию и литературной правке
для работников печати. М., 1967, с. 9, § 6, п. 2.
18
(Правда, 1980, 21 июня); истэблишмент (Ленинградская правда,
1980, 14 августа) и мн. др.
Вопрос о выборе букв в и э в новых заимствованиях сложен. Пе-
реводчики и работники издательств, очевидно, считают, что чита-
телю нужно подсказать твердое произношение согласных, и его
подсказывают выбором буквы э. Так, в словаре новых слов1 зафик-
сированы или только с з, или с э и с е (в зависимости от того, в ка-
ком написании они употреблены в печати) такие, например, слова:
кэтч (разновидность профессиональной борьбы в некоторых капи-
талистических странах, допускающая любые приемы), кэмпинг и
кемпинг; мэдисон и медисон (групповой танец американо-канадского
происхождения), хэппенинг и хепенинг (импровизированное театраль-
ное представление на Западе) и др.
Много слов с э зафиксировано в книге Л. П. Крысина «Иноязыч-
ные слова в современном русском языке»: трэйдсмен (торговец, ла-
вочник), блэклистэд (занесенный в черный список), хоумстэд (учас-
ток земли в 64 га), гэмблинг (азартные игры и пари), скэпп (пикант-
ный фоторепортаж), киднэпинг (похищение людей с целью получения
выкупа) и др. Это «слова, обозначающие те или иные модные, ха-
рактерные для современного буржуазного мира явления, которые
фигурируют в нашей речи (главным образом — в газетно-публици-
стической) как в «отрицательно-критическом» контексте, так и ней-
трально, в качестве номинативного средства»2 *.
Выбор буквы е или э сложен еще и потому, что некоторые новые
нарицательные заимствованные слова образуются от собственных,
пишущихся с э (а «Правила...» разрешают писать э в собственных
именах). Ср., например: бэрчизм — крайне правое, воинствующее,
реакционное идейно-политическое течение в США, сторонники ко-
торого объединяются в так называемое «Общество Джона Бэрча»8.
Учитель, предвидя возможные по этому поводу вопросы уче-
ников, читающих современные тексты, должен знать и о наличии
колебаний в печати, и о том, как к этим колебаниям следует отно-
ситься.
Во-первых, конечно, надо помнить, что подобные написания
являются известными отступлениями от «Правил...». Во-вторых,
нужно представлять себе, целесообразно ли написание проникаю-
щего в печать э после твердых согласных в заимствованных словах.
Специалисты по-разному отвечают сейчас на этот вопрос.
Так, Я. И. Шубов считает, что «нет необходимости применять
букву э после согласных ни в именах нарицательных, ни в собствен-
ных»4 *. Он отмечает, что выбор буквы е или э затруднял бы вариатив-
1 См.: Новые слова и значения. Словарь-справочник по материалам прессы и
литературы 60-х годов/ Под ред. Н. 3. Котеловой и Ю. С. Сорокина. М., 1971.
170^ЫСИН М' П’ Иноязычные слова в современном русском языке. М., 1968,
8 Новые слова и значения, с. 89.
4 Шубов Я. И. Употребление букв э и е после согласных в заимствованных
словах. — В кн.: О современной русской орфографии. М., 1964, с. 42.
. 19
ность произношения: [тэ]змс и [т’э]з«с, [дефект и [^эУфект.
Н. А. Еськова, в принципе соглашаясь с тем, что «в настоящее время не
может всерьез стоять вопрос о том, чтобы расширить применение
орфограмм «согласная + э внутри морфемы», тем не менее считает,
что все же может идти речь о некотором расширении списка исклю-
чений, и предлагает, например, узаконить написание мэтр (учитель,
наставник), в отличие от метр (мера длины, стихотворный размер).
От заимствованных слов, которые пишутся с буквой э после со-
гласных в отступление от «Правил...» 1956 г. (или в их расширение),
следует отличать слова, где э пишется на особых и законных осно-
ваниях. «Гласная э сохраняется после согласной буквы приставки
(отэкзаменовать, сэкономить) или первой части сложного слова
(бромзтил, квинтэссенция, трехэтажный), а также в сложносо-
кращенных словах и аббревиатурах (политэкономия, нэп)»*. Неко-
торые из сложносокращенных слов и аббревиатур могут быть очень
похожи на заимствованные слова с не поощряемым «Правилами...»
э после согласных. Ср., например: мэлан — малоэластичный объем-
ный лавсан1 2, бетэл — бетон электротехнический3. Отсюда — бе-
телевый (изготовленный из бетэла)4 * * * 8.
Есть еще особый разряд слов, где пишется э после букв, обо-
значающих твердые согласные из числа парных по мягкости-твер-
дости согласных. Это слова, образованные из названий букв и пред-
ставляющие собой лексикализованные аббревиатуры. Так, в печати
встречаем написания чэпе3, эсэсовец (орфографический словарь),
эмтээсовский*, гэдээровский1, обэхазсовцы9, пэтэушники9, мэнээсов-
ский — относящийся к младшему научному сотруднику10, вэфовец11,
зрсэу12, фэзэошный13 и др. Написания с буквой э подсказывают чита-
телю твердое произношение согласных, а кроме того, нетипичнее
для русского письма слишком «плотное» употребление в словах
буквы э (иногда в одном таком слове несколько э) является извест-
ным сигналом аббревиатурного происхождения слова и тем самым
способствует более быстрой его расшифровке.
Но в печати встречаются и написания сев аналогично образо-
1 Розенталь Д. Э. Справочник..., § 6, п. 1.
• См.: Новые слова и значения. Словарь-справочник... 1971, с. 300.
8 См.: Новое в русской лексике. Словарные материалы — 77/Под ред. Н. 3. Ко-
теловой. М., 1980, с. 29.
4 Там же.
8 См.: Русский язык и советское общество. Лексика современного русского язы-
ка. М., 1968, с. 75.
8 См.: Земская Е. А. Как делаются слова. М., 1963, с. 71.
’ Стругацкий А., Стругацкий Б. Понедельник начинается в субботу. М., 1966,
с. 221.
8 См.: Гончар О. Тронка. — Роман-газета, 1963, № 13, с. 96.
8 См.: Правда, 1980, 6 января.
10 См.: Новое в русской лексике. Словарные материалы — 77. М., 1980, с. 81.
4 Там же, с. 172.
и Там же, с. 175.
13 Астафьев В. Повести. М., 1977, с. 231.
20
ванных словах. Ср. чепе1, кавеэн2, петеушники3 4, эсер (орфографи-
ческий словарь) и под.
Написания таких лексикализованных аббревиатур не урегу-
лировано «Правилами...» 1956 г. Нет каких-либо рекомендаций и
в справочной литературе. Высказываются лишь отдельные суждения
специалистов. Так, Я- И. Шубов считает, что в подобных словах
«нужно по общему правилу применять е после согласных: эсер, эсе-
ровский, эсесовец, зсесовский»1.
Однако в печати заметно преобладают написания с э. Представ-
ляется, что при написании подобных слов следует исходить из на-
писания названий букв. Названия букв в школьных учебниках уже
принято писать с э\ бэ, вэ, гэ, дэ и т. д. Поскольку сейчас так ши-
роко приняты написания названий букв с э, то можно считать, что
назрела необходимость названия букв (как слова, пишущиеся с а)
включить в «Правила...».
ВОПРОС ОБ УПОТРЕБЛЕНИИ БУКВ Е И Э
ПОСЛЕ ГЛАСНЫХ И В АБСОЛЮТНОМ НАЧАЛЕ СЛОВА
Вызывает практические и теоретические затруднения и употреб-
ление букв е и э после гласных, а в некоторых случаях — ив абсо-
лютном начале слова. Теоретически этот вопрос труден для тех, кто
создает правила, охватывающие этот круг слов, практические же
затруднения испытывает каждый пишущий, в том числе и ученик
школы (особенно, когда учащиеся пишут сочинения со свободным
выбором слов).
Затруднения при употреблении букв е и э после гласных связаны
со второй разновидностью написаний, отвечающих слоговому прин-
ципу русской графики, а именно с обозначением буквой е сочета-
ния [ja], а буквой э — [э] без предшествующего йота. Для обозна-
чения [э] без предшествующего йота буква э используется также в
абсолютном начале слова. «Правила...» об этой разновидности на-
писаний с э гласят:
§ 8: «Буква э пишется только в следующих русских словах:
этот, этакий, этак, экий, эк, эх, эхма, эва, эге».
§ 9: «В иноязычных словах употребление буквы э определяется
следующими правилами:
1. В начале слов э и е пишутся в соответствии с произношением,
например: с одной стороны, эра, эллин, этика, экзамен, эвкалипт;
с другой стороны, егерь, ересь, Европа, ералаш.
2. После гласных (кроме и) пишется преимущественно э, напри-
мер: поэзия, статуэтка, маэстро.
1 Новый мир, 1969, № 8, с. 68.
4 Крокодил, 1964, № 6.
Л 1978ЛЬМаб59 ЛРотокол одного заседания. — В кн.: Советская драматургия.
4 Шубов Я. И. Употребление букв э, е после согласных в заимствованных
словах. — В кн.: О современной русской орфографии. М., 1964, с. 44.
21
Но в отдельных случаях, определяемых в словарном порядке,
пишется е, например: проект, проекция, траектория, реестр, геенна,
феерия.
После гласной и пишется е, например: диета, диез, пиетет, пие-
мия, гигиена, реквием».
Употребление букв е и э в абсолютном начале слова
Поскольку э и е в начале слов пишутся в большинстве случаев
по произношению, считается обычно, что употребление букв э и е
в абсолютном начале слова затруднений при письме не вызывает1 2.
Это правильно. Но все же и здесь есть и колебания, и трудные слу-
чаи. Колеблются в написании, например, слово есаул (зсаул) и линг-
вистический термин еканье (эканье) (произношение безударного (э])г.
Вопрос о стабилизации написания второго слова довольно сложен.
Написание букв е и э после гласных в заимствованных
словах
В соответствии с произношением и по требованию слогового
принципа русской графики после гласных следовало бы писать бук-
ву э, если гласному, обозначаемому этой буквой, не предшествует
йот (ср., например, дуэт, маэстро), и букву е, если гласному, обо-
значаемому этой буквой, предшествует йот (ср., например, гигиена).
Написание букв е и э, таким образом, строго определялось бы про-
изношением. Если при этом не было бы колебаний в произношении,
то никаких орфографических затруднений здесь не возникало бы.
Но именно неустойчивость и вариантность произношения и являет-
ся в настоящее время источником орфографических затруднений в
этом случае.
В Институте русского языка АН СССР был проведен такой опыт3.
На магнитофонную ленту был записан текст в произношении 69 че-
ловек. В текст были включены слова рассматриваемого сейчас типа.
Дикторами были люди, владеющие литературным произношением.
И тем не менее запись показала, что единства в произношении этих
слов не наблюдается. См. таблицу на с. 23.
В соответствии с преобладающим произношением (см. таблицу),
например, слова авиетка, диета, коэффициент следовало бы писать
не с е, а с э, однако действующее сейчас правило писать после глас-
1 См.: Максимова Л. К. Употребление букв я, е после гласных в заимствованных
словах. — В кн.: О современной русской орфографии. М., 1964, с. 33.
2 Термин «эканье» употребляется, в частности, в «Методических указаниях к
факультативному курсу «Русское слово как предмет языкознания» (М., 1972, с. 41),
в учебнике М. В. Панова «Современный русский язык. Фонетика» (М., 1979, с. 252).
Орфографический словарь рекомендует написание еканье.
3 Подробное описание этого опыта см. в статье: Максимова Л. К. Употребление
букв э, е после гласных в заимствованных словах. — В кн.: О современной русской
орфографии. М., 1964, с. 36 и след.
22
№ п/п Проверяемое слово* Отмечен [j] Не отмечен [j] Количество информантов
1 гигиена 64 5 69
2 геенна 59 10 69
3 аудиенция 53 17 70
4 клиент 50 19 69
5 диез 47 21 68
6 абитуриент 45 24 69
7 тамплиеры 35 20 55
8 авиетка 29 40 69
9 диета 22 47 69
10 проект 10 58 68
11 проекция 8 61 69
12 проектная 3 66 69
13 коэффициент 0 69 69
* Слова расположены в зависимости от количества информантов, в произноше-
нии которых отмечен Ц].
ной буквы и букву е построено вполне рационально, поскольку един-
ства в произношении этой группы слов все же нет, а указанным
мнемоническим правилом единство написания, несомненно, обеспе-
чивается1.
Такого удобного мнемонического правила о написании е или э
после других гласных не существует, и ввиду вариативности произно-
шения заимствованных слов то с йотом, то без него орфографиче-
ские затруднения здесь неизбежны. Только словарная орфографи-
ческая работа с данной группой слов может обеспечить успешное
овладение правописанием этих слов.
У учащихся также может возникнуть вопрос, почему же столь
пестра и нестабильна даже официальная орфографическая практика
в отношении написания букв е и э в рассмотренных выше случаях.
Ответ на этот вопрос дает история появления и закрепления в на-
шем письме буквы э2.
Буква э появилась в русской азбуке довольно поздно. Официаль-
но она введена в русский алфавит Петром I в 1710 г., хотя практи-
чески употреблялась и раньше. Необходимость в этой букве появи-
лась еще в древнерусском письме. Она появилась тогда, когда буква
е стала использоваться не только для обозначения [э] после твер-
1 «Написание а после и. встречается только в сложных иноязычных словах, пер-
вая часть которых оканчивается на и (полиэфирный), после приставок на и (анти-
эстетический) и в некоторых собственных именах (агентство Асссшиэйтед Пресс)»
(Розенталь Д, Э. Вопросы русского правописания. М-, 1970, с. Н). Индивидуальной,
авторской орфографией следует считать написание диэрема у М. В. Панова (указ,
соч., с. 168, » др.). Но, с другой стороны, здесь можно усмотреть и терминологиче-
скую подсистему; ср. написание диэреэа в «Словаре лингвистических терминов»
Ж. Марузо (М., 1960, с. 96).
19&5 ^**109^10 предложений по усовершенствованию русской орфографии. М.,
23
дых согласных, но и для обозначения [э] после мягких согласных1.
Кроме того, буквой е стали обозначать и [ja]. Раньше в двух послед-
них функциях употреблялась буква к, постепенно вышедшая из
употребления. Буква же е стала, таким образом, трехзначной. Воз-
никла прямая необходимость в букве, обозначающей [э] без пред-
шествующего йота. Эта функция была приписана букве э. С буквой э
стали писать русские слова; этот, эх и т. п., а в дальнейшем и слова
заимствованные: экзамен, поэт, этаж и т. д. Но, поскольку многие
иноязычные слова были заимствованы до официального введения
буквы э в русский алфавит, их орфография была колеблющейся:
их писали то с э, то с е. Некоторые заимствованные слова получили
даже этимологически неверное произношение из-за того, что их
передали в русском письме не с буквой э, а с буквой е. Так, напри-
мер, мы пишем се и произносим соответственно с йотом слова Ев-
ропа, Ева и нек. др., в то время как в западноевропейских языках
произносят эти слова без йота.
Несмотря на то что буква э была в XVIII в. официально уза-
конена, т. е. введена в алфавит, против нее возражали и активно
боролись с ее употреблением такие видные русские писатели и уче-
ные, как В. К. Тредьяковский, М. В. Ломоносов, А. П. Сумароков.
М. В. Ломоносов в своей «Российской грамматике» не включил
букву э в азбуку и комментировал этот факт следующим образом:
«Вновь вымышленное или, справедливее сказать, старое е на другую
сторону обороченное, в российском языке не нужно, ибо... буква е,
имея несколько разных произношений, может служить и в место-
имении етотъ и в междуметии ей»2.
Борьба против буквы э способствовала появлению и закрепле-
нию орфографического разнобоя в употреблении букв е и э.
УПОТРЕБЛЕНИЕ БУКВЫ Ё
Вопрос о букве ё не случайно называют «больным» вопросом рус-
ского письма3.
Буква ё является официальной буквой русского алфавита и за-
нимает в нем определенное порядковое место. И тем не менее она
лишается иногда даже своего законного порядкового места. Так,
в Словаре современного русского литературного языка в 17 томах
под № 6 значится буква е, а под № 7 значится буква ж. Букве ё
в этом словаре не посвящено отдельной словарной статьи, как это
сделано для всех других букв русского алфавита, и слова, начи-
нающиеся с буквы ё, даны в этом словаре вперемежку со словами,
1 Буква в употреблялась после букв, обозначающих полумягкие согласные, в
ранний период древнерусского языка. Как фонемы эти согласные были твердыми.
Впоследствии фонематические отношения перестроились: эти согласные стали мяг-
кими фонемами. Начертание в позднее заменили на е.
2 Ломоносов М. В. Российская грамматика, 1755, § 88.
8 См.: Еськова Н. А. О недостаточности действующего правила употребления
так называемой буквы ё. — Вопросы культуры речи, вып. 8. М., 1967, с. 74.
24
начинающимися с буквы е: ...едок, её, ёж... екатерининский, ёкать...
елисейский, ёлкий... Емеля, ёмкий... ересь, ёрзать... ерудна, ёрш и т. д.
Буква ё призвана обозначать [о] после мягких согласных (мёд,
лён и т. п.), а также сочетание [jo] (ёлка, приём и т. п.), однако ис-
пользуется буква ё в русском письме нерегулярно.
В истории русского правописания известно много выступлений
в защиту непременного употребления буквы ё для обозначения про-
износимых 1’6] и [jo]. Чаще это были выступления отдельных лиц
(среди них были крупные ученые и известные педагоги, такие, как,
например, Р. Ф. Брандт (1901), В. Я- Стоюнин (1852), М. А. Ту-
лов (1874). В последние годы за постоянное употребление буквы ё
высказались проф. А. А. Реформатский1 и академик В. М. Жир-
мунский2.
О желательности употребления буквы ё говорилось и в проектах
постановлений орфографических комиссий (1912, 1917)3. В совет-
ское время был период, правда короткий, когда употребление бук-
вы ё было признано обязательным не только в практике некоторых
издательств, но и в школе. Ее непременное употребление было вве-
дено приказом народного комиссара РСФСР от 24 декабря 1942 г.
В связи с этим был создан даже специальный справочник «Употреб-
ление буквы ё»4 *. Однако обязательное употребление буквы ё про-
держалось только до начала 50-х годов.
В настоящее время в отношении буквы ё действует правило:
«Буква ё пишется в следующих случаях:
1. Когда необходимо предупредить неверное чтение и понимание
слова, например: узнаём в отличие от узнаем; всё в отличие от все',
вёдро в отличие от ведро; совершённый (причастие) в отличие от со-
вершенный (прилагательное).
2. Когда надо указать произношение малоизвестного слова, на-
пример: река Олёкма.
3. В специальных текстах: букварях, школьных учебниках
русского языка, учебниках орфоэпии и т. п., а также в словарях
для указания места ударения и правильного произношения.
Примечание. В иноязычных словах в начале слов и после гласных вместо
буквы ё пишется йо, например: йод, йот, район, майор» (§ 10 «Правил русской орфо-
графии и пунктуации», М., 1956).
Правила употребления буквы ё, как видим, довольно свободны,
фактически буква ё не используется в русском письме даже «во ис-
полнение» пункта первого: она не употребляется даже в таких ело-
1 См.: Реформатский А. А. Буква ё. — В кн.: О современной русской орфогра-
фии. М., 1964, с.. 28—32.
2 См.: Жирмунский В. М. К вопросу о русской орфографии. — Изв. АН СССР
Отд. лит. и яз., 1965, т. 24, вып. 1, с. 32.
3 См.: Реформатский А. А. Указ, соч., с. 29.
4 Былинский К. И., Крючков С. Е., Светлаев М. В. Употребление буквы ё.
М₽а1В945ИК/ П°Д РеА' Н’ Н’ Никольского. М« 1943 (На правах рукописи); То же.
25
вах, как нёбо, падёж, всё, слёз, вёсел, мёл и т. п., т. е. в словах, ко-
торые имеют графические омонимы (небо, падеж, все, слез, весел, мел
и т, п.).
Многие учителя и просто пишущие по-русски не соглашаются
с таким «беспорядком» в правописании и требуют в употреблении бук-
вы ё четкой регламентации. Последним из серьезных выступлений
в печати по этому поводу была статья В. Канаша «Точки над ё», напе-
чатанная в «Литературной газете» от 27 декабря 1971 г. В. Канаш
справедливо отмечает, что неупотребление ё создает трудности в
правильном прочтении многих слов, таких, как, например: белесый,
планер, блеклый, желчь, леска, бытие, острие, сосенка и т. д.
Разумеется, знающий произношение этих слов и без буквы ё
прочтет их правильно, но несомненно и то, что употребление буквы ё
способствовало бы формированию правильного произношения. Меж-
ду тем, как справедливо отмечает автор статьи, даже книги для
детей, издаваемые издательством «Детская литература», часто пе-
чатаются без буквы ё.
В конце статьи В. Канаш пишет, что ему начинает казаться,
будто «история исчезновения точек над ё окружена какой-то жутко-
ватой тайной, ибо легкость, с которой отказались от ё, удивительна,
странна, непостижима. Предана совершенному забвению существен-
ная разница между е и ё с фонетической точки зрения».
Почему же, действительно, буква ё столь «оригинальна» по срав-
нению с другими буквами русского алфавита, почему она иногда
даже «теряется» как буква алфавита и почему нет твердых правил
ее употребления?
На последний вопрос дали ответ ученые Института русского
языка АН СССР, в адрес которого «Литературная газета» обратилась
с просьбой высказать свое мнение по поводу затронутого В. Кана-
шем вопроса. В статье «Еще раз о точках над ё» Ф. П, Филин,
С. Г, Бархударов, И. Ф. Протченко и Л. И. Скворцов ответили
следующее1.
Главным препятствием для обязательного употребления буквы ё
является вариантность самого произношения. Ср., например, да-
лёко и далеко; расщепленный и расщеплённый.
В тех же случаях, когда вариативности нет, а есть омонимичность,
правильное прочтение подскажет контекст: «Упрямый осел. Прог-
нивший пол беседки осел в землю. Все пришли вовремя. Все обош-
лось благополучно».
Сторонники буквы ё не должны забывать, что со времени
А. С. Пушкина до наших дней ни один русский писатель, ни один
ученый не печатался с буквой ё. И в наши дни ответственный ре-
дактор при переиздании любого классического произведения не
возьмется по собственному усмотрению расставлять букву ё.
Статья заканчивается защитой существующих правил. Действи-
тельно, главная трудность в употреблении буквы ё та же, что и в по-
1 См.: Лит. газ., 1972, 8 марта.
26
становие знака ударения. Русское ударение подвижно, вариативно
и изменчиво. Письменные тексты более долговечны, чем нормы устной
речи, и со временем вполне литературным может оказаться совсем
иное их прочтение в отношении места ударения.
Не облегчила бы положения (при употреблении буквы ё в этих
случаях) и опора на словари: как известно, словари не успевают за
живой практикой речи, и фиксация устарелого или устаревающего
ударения в письменной форме задерживала бы естественное раз-
витие и изменение устной речи.
Итак, необязательное, выборочное написание буквы ё в совре-
менном письме, по-видимому, действительно, целесообразно, но дей-
ствующие правила об употреблении буквы ё нельзя все же признать
достаточно полными. Это касается прежде всего п. 2 (§ 10 «Правил...»).
Употреблять букву ё целесообразно, вероятно, не только при на-
писании малоизвестных слов (типа река Олёкма), но и при написании
слов, лексическое значение которых известно, а произношение «сму-
щает». Оно может «смущать» потому, что в устной речи произноше-
ние таких слов колеблется: наряду с правильным (белёсый, блёклый,
манёвр, издёвка, околёсица, мушкетёр, акушёр, коммивояжёр и др.)
распространено и неправильное.
Но расширение случаев употребления буквы ё, т. е. распростра-
нение ее употребления на случаи типа блёклый, не может избавить
полностью от ошибок чтения и неверного написания буквы ё в тех
словах, которые пишущему представляются как слова, произноси-
мые с [б], а на самом деле произносящиеся по орфоэпическим нормам
с ($]. Это такие, например, слова, как опека, атлет, афера, шлем,
склеп, головешка, всплеск, хребет, акушеркам нек.др. Если оставлять е
для множества слов с «несомненным» произношением, таких, как
мед ((м’о]д), с одной стороны, и мех ((м’эх!) —с другой, и упо-
треблять букву ё для слов типа блёклый, то следует как-то обозначать
произношение [э] в «противоположных» им словах, т. е. в словах
типа афера, где запретно произношение с [б]. В печати для случаев
последнего типа используется иногда один из двух надстрочных зна-
ков: знак ' и знак На употребление знака ' (не в качестве знака
ударения, а в качестве знака «не-ё») обратила внимание Н. А. Есь-
кова, а на знак ~ (как знак «не-ё») — М. В. Панов. Ср. такие при-
меры: 1) «.Берёт и мантия — и вот \ Невеждадоктором слывет!»
(Брант С. Корабль дураков. М., 1965, с. 205, пер. Л. Пеньковского);
2) «.Велеть молчать — так власти нет, \Просил — так просьба не
берёт, \Придумал наконец и за соседом шлёт» (Крылов И. А. Откуп-
щик и сапожник. — В кн.: Крылов И. А. Басни/ Под ред. Г. А. Гу-
ковского. М.—Л., 1940, с. 63)1. Ср. также совершенно необходимый
надстрочный знак, употребленный как сигнал чтения не ё:
бриллиант — солитёр («Иностранная литература», 1980, № 5,
1 См.: Еськова Н. А. Указ, соч., с. 81—82.
27
В первом примере знак ' употреблен для того, чтобы исключить
чтение бе[р’6]/и, которое для написания берет является более ве-
роятным1. Во втором примере «было необходимо исключить привыч-
ное для современного читателя прочтение (бе[р’б]/п, ш1л’о!т,
пой[д’о]/п), которое может пересилить, несмотря на то что рифма
подсказывает бе1р'э]т»2.
§ 10 «Правил...» не отражает реальной письменной практики и в
отношении обозначения [’о] в иноязычных словах, а также в именах
собственных3. В именах собственных ё может быть употреблено и
не под ударением: Кёрёш, Пётефи и т. п.
А как же к вопросу употребления буквы ё подходить в школе?
Поскольку необязательное, но все-таки существующее употребле-
ние буквы ё отражает соответствующее произношение, то необходимо
обращать внимание на то, чтобы учащиеся правильно произносили
трудные в этом отношении слова. Состав этих слов приблизительно
известен. Конечно, это не слова типа мед, еж, елка, убежден, идешь
несем, вьет, белье, телка, поет, лед, приемыш, щетка, овес, тетя,
зеленый, нес, ружье, веселый, житье и т. п. Часто затрудняются, на-
пример, в произношении следующих слов: атлет, афера, берёста,
блёклый, валежник, вовлёкший, гарпунёр, грубошёрстный, гололедица,
гренадер, двоеженец, двоежёнство, денно и нощно, доктринёр, едино-
племенный, издёвка, искромётный, коммивояжёр, леска, одновремен-
ность, одноимённость, опека, оседлость, перекрёсток, перенёсший,
поблёкший, приземистый, пчельник, расцветший, тенёта, фуникулёр
и др.
К сожалению, в школьных учебниках подобные слова под руб-
рикой «Произноси правильно!» почти не отмечаются. О правильном
произношении трудных слов следует справляться в справочных по-
собиях4. Но следует иметь в виду, что произношение многих слов со
временем меняется, поэтому разные словари дают разные «показа-
ния». В частности, словарь-справочнпк «Трудности словоупотребле-
ния и варианты норм русского литературного языка» уже дает до-
пустимые варианты там, где раньше они категорически не разреша-
лись, например: гренадер и разг, гренадёр, жёлчь и допустимо желчь,
пёрышко и допустимо перышко и др. В некоторых случаях словарь
1 Н. А. Еськова отмечает, что в той же книге встречается случай, где бе[р’6]т
передано как берет. А «по правилу» полагалось бы наоборот: передать бе[р’о]т как
берёт из расчета, что это «поможет» прочесть берет как бе[р’э]т (или как бе[рэ]т).
См.: Еськова Н. А. Указ, соч., с. 81.
2 Еськова Н. А. Указ, соч., с. 82.
3 См.: Максимова Л. К. Некоторые трудные случаи употребления а, е, ё, о в
иноязычных собственных именах. — В кн.: Орфография собственных имен. М.,
1964.
1 См.: Русское литературное ударение и произношение. Словарь-справочник.
Под ред. Р. И. Аванесова и С. И. Ожегова. М., 1959; Словарь русского языка, в 4-х т.
М., 1957—1961; Словарь современного русского литературного языка, в 17-ти т;
М., 1950—1965; Словарь ударений для работников радио и телевидения. М., 1967;
Трудности словоупотребления и варианты норм русского литературного языка.
Словарь-справочник/ Под ред. К- С. Горбачевича. Л., 1973.
28
отмечает устарелое и устаревающее произношение, например:
надзвёздный и устарелое надзвездный; безымянный, безымённый и
устаревающее безыменный; отёкший и устаревающее отёкший и т. д.
Излишним пуризмом, с нашей точки зрения, являются запре-
тительные пометы всех словарей для слов с корнем -сек (пересек, засек
и под., в которых запрещается произношение [о]: пере(с'о\к, за[с’о]к
и т. д.), поскольку в этом корне в прошлом было ять и переход [э!
в [о], следовательно, был незакономерен.
Звучание пере[с’ок] и т. п. представлено в современном произ-
ношении людей, владеющих литературными нормами, весьма широко.
Интересный материал на архаическое и высокое чтение е вмес-
то ё собран у Л. А. Булаховского в книге «Русский литературный
язык первой половины XIX века» (2-е изд. М.: Учпедгиз, 1954).
Например:
«Пушкин, в своих ранних произведениях часто пользовавшийся
рифмами с е вм. ё, позже прибегает к ним все реже и лишь в от-
дельных случаях сохраняет старое произношение.
В пустыне чахлой и скупой /На почве, зноем раскаленной1,!
Анчар, как грозный часовой, /Стоит один во всей вселенной («Ан-
чар», 1828). На холмах пушки, присмирев, /Прервали свой голодный
рев («Полтава», 1828 — 1829). Приготовь же, Дон заветный,! Для
наездников лихих /Сок кипучий, искрометный! Виноградников твоих
(«Дон», 1829).
Впрочем, уже в «Руслане и Людмиле» (1820) рифмы, предпола-
гающие чтение ё, нередки, а одна копием — кругом, где ё попало
в церковнославянское слово, возмутила Каченовского как «мужиц-
кая» (с. 17).
Л. А. Булаховский отмечает также для XIX в. отличающееся от
современного произношение (и написание с ё) некоторых галлициз-
мов: мёбель, портфёль, фёльетонная известность, фешёнебельное об-
щество (с. 27).
При описанных обстоятельствах требование обязательного упо-
требления буквы ё во всех без исключения видах письменной формы
речи не представляется ни реальным, ни возможным.
1 -енный, как замечено, у него стойко держится в таком произношении.
Глава HI
ТРУДНЫЕ ВОПРОСЫ ОРФОГРАФИИ,
СВЯЗАННЫЕ С БУКВЕННЫМ
ОБОЗНАЧЕНИЕМ ФОНЕМ В СОСТАВЕ
ЗНАЧИМЫХ ЧАСТЕЙ СЛОВА
ПРИНЦИПЫ ОРФОГРАФИИ, ЛЕЖАЩИЕ
В ОСНОВЕ БУКВЕННОГО ОБОЗНАЧЕНИЯ ФОНЕМ
Общее понятие «орфографический принцип»
При обозначении на письме звуков речи (точнее — фонем) пи-
шущий далеко не всегда затрудняется. Так, например, при пере-
даче на письме слов лом, увял, мол, кол, сразу, трон никаких затруд-
нений не возникает, так как в каждом из этих слов нет ни одной ор-
фограммы (для носителей русского языка).
Правда, такие случаи, когда в слове нет ни одной орфограммы,
все же редки. Типичным является такое положение вещей, когда
в слове чередуются орфограммы и неорфограммы. В связном тексте
соотношение орфограмм и неорфограмм примерно 1 : 2 (орфограмм
в два раза меньше, чем неорфограмм).
Возьмем произвольно взятый текст и проверим это положение.
Мне не больно. Coeceju. Нисколько.
Не из гордости. В ~самом деле.
Говорят, что вот так иголка
Незаметно блуждает в теле.
(Ирина Снегова.)
Подчеркнем орфограммы и надпишем над теми буквами, которые
написаны по правилам орфографии, другие буквы, которыми м о г-
л и бы быть обозначены соответствующие фонемы (хотя это, ко-
нечно, орфографически и неправильно).
и а аф ез а
Мне не больно. Совсем. Нисколько.
ис аз е ф а и
Не из гордости. В самом деле.
а а д ш д гы о
Говорят, что вот так иголка
ио а ш ид ф и
Незаметно блуждает в теле.
В рассмотренном тексте —92 буквы, из них 31 орфограмма, т. е.
1/3 букв — орфограммы (как уже указано выше, соотношение ор-
30
фограмм и неорфограмм здесь, таким образом, 1 : 2). Существенно
и интересно то, что еще и не каждая из 31 орфограммы практически
реальна. Так, лишь «теоретическими» орфограммами являются, на-
пример, такие орфограммы, как говорят, иголка, блуждает. В
этих случаях практически не встречается ошибок. Конечное т в
3-м лице ед. и мн. числа закрепляется в памяти учащихся в составе
частотной, грамматически значимой морфемы личного глагольного
окончания, конечное а в таких словах, как иголка, закрепляется на
тех же основаниях (ср., с другой стороны, частые ошибки в напи-
сании конечной гласной в слове домишко), написание «блушдает»
маловероятно уже по другой причине: в русском письме никогда
не встречается буквосочетание шд1.
Могут вызвать сомнение и другие указанные в тексте орфограммы
(орфограммы ли это?), например: нисколько, гордости, вот, так.
Но это орфограммы. Ср. возможные буквосочетания зк (в слове низ-
кий), зт (в слове везти), хотя сочетания «з + последующая буква
глухого согласного» находятся в указанных в скобках словах на
стыке морфем (в отличие от внутриморфемных сочетаний «с + по-
следующая буква глухого согласного»).
Конечные глухие в словах вот, так обозначены адекватными
им буквами глухих согласных. Случай этот поэтому кажется легким.
Но ср., однако, конечные глухие, обозначенные буквами звонких
согласных, в словах ведь, настежь. Написания вот и так не-
проверяемые2.
Вариативно на письме могут быть обозначены фонемы, находя-
щиеся в слабых позициях. Слабые позиции — это такие позиции,
в которых не используется то или иное фонемное противопоставле-
ние, использующееся в сопоставимой сильной позиции3. Таким об-
разом, в слабой позиции употребляются не все фонемы из числа че-
редующихся. Так, в современном русском литературном языке в
безударных позициях в нейтральном стиле произношения не упо-
требляются фонемы [о] и [э]; в исходе слов, а также перед последую-
щими глухими согласными не употребляются звонкие согласные и
т. п. Благодаря этому явлению возникают позиционные чередования
фонем (ср., например, е[б]ды, но elalda; гла[з]а, но гла[с], где в пре-
делах одной морфемы чередуются ударная фонема [о] с безударной
[а], звонкая фонема [з] с глухой [с] и т. п.).
Фонемы, находящиеся в слабых позициях, могут быть обозна-
чены по-разному, но, во-первых, выбор букв для их обозначения
1 Встречаемость определенных буквосочетаний в русском письме проверил
В. Н. Топоров. См.: Топоров В. Н. Материалы для дистрибуции графем в письмен-
ной .форме русского языка. — В кн.: Структурная типология языков. М., 1966.
Следует помнить, однако, что у учащихся иногда возникают совершенно не-
ожиданные ассоциации для проверки непроверяемых фонетических написаний.
Гак, нам известен случай, когда ученица IV класса проверила слово тит словом
туда и написала «туд».
3 Подробнее см.: Буланин Л. Л. О сильных и слабых позициях фонем в рус-
ском языке. — В кп.: Звуковой строй языка/ Отв. ред. Р. И. Аванесов. М., 1979.
31
ограничен определенными рамками (определенным набором букв), а
во-вторых, этот выбор осуществляется на основе определенных ру-
ководящих идей, или, иначе, орфографических принципов. Таким
образом, орфографические принципы — это руководящие идеи (уста-
новки) выбора букв там, где звук (фонема) может быть обозначен,
вариативно.
В других разделах письма пишущий имеет дело с иным «материа-
лом»: это уже не буквы как знаки фонем, а, например, слитность/
раздельность, строчность/«прописность» букв как сигнал о призна-
ках нарицательности/«собственности» и т. п. Поэтому и орфографи-
ческие принципы в других разделах правописания уже иные.
Морфологический принцип
Характерной чертой русской орфографии является сохранение
на письме графического единства одних и тех же морфем (корней,
приставок, суффиксов, окончаний) там, где это только возможно.
Единообразие написания значимых частей слов (морфем) дости-
гается тем, что в нашем письме не отражаются позиционные чередо-
вания гласных и согласных фонем.
В позиционные чередования вступают фонемы, находящиеся
в одной морфеме соответственно в сильной и слабой позициях. Фо-
нема, находящаяся в сильной позиции, чередуется с фонемой, на-
ходящейся в слабой позиции. Позиционным чередованием, как
правило, охвачены только две фонемы. Чередующиеся фонемы об-
разуют фонемный ряд.
Фонема, находящаяся в сильной позиции, является фонемой,
возглавляющейъ фонемный ряд: позиционные чередования всегда
направленны. Фонема сильной позиции чередуется с фонемой слабой
позиции (а не наоборот): зная фонему сильной позиции и типы рус-
ских чередований, можно предсказать, с какой фонемой слабой
позиции она чередуется в любой словоформе.
«Взаимоотношения» фонем сильной и слабой позиции бывают
двух видов. Чередующиеся фонемы могут образовывать собственно
фонемный ряд. Это бывает в тех случаях, когда чередуются разные
фонемы, например: са[д]ы— са[т]. Второй вид «взаимоотношений»
находим в тех случаях, когда в сильной и слабой позиции (в одной
и той же морфеме) употребляется одна и та же фонема, например:
с(Дп]ы — сгДп]. В этом случае — налицо нулевое фонемное чередо-
вание, оно дает нулевой фонемный ряд: 1п] || [п]1.
Приведем примеры собственно фонемных рядов для согласных.
Чередование звонких с глухими:
[в] || [ф] — посе[в]ы — посе[ф].
1 Понятие нулевых форм сейчас широко принято. Так, в им. падеже слов типа
сарай выделяют нулевое окончание, слова типа пальто считаются словами, имеющи-
ми нулевое склонение (см.: Грамматика современного русского литературного языка.
М., 1970, с. 370 и след.).
32
Чередование глухих со звонкими:
[с’1 || [з’] — про[с’]ить — про[з']ба.
Чередование согласных по месту и способу образования:
[т] || [ч] — ле[т]ать — ле[ч]чик.
Примеры собственно фонемных рядов для гласных (для нейтраль-
ного стиля произношения):
[б] || [а] — в[б]ды — elalda;
[’э] || [и] — [п’э|//1б — [п’и]вбц;
[э] || [ы] — ш[э\рсть — ш[ы]рстян6й.
В безударном положении произносится, конечно, не такое [а],
не такое [и] и не такое [ы], какие произносятся в ударном поло-
жении: гласные в безударном положении подвергаются редукции.
Редукция — это большая по сравнению с ударным краткость глас-
ного, меньшая сила и более вялая артикуляция, а иногда и иное
качество безударного гласного. В последнем случае говорят о ка-
чественной редукции. Качественной редукции подвергается в рус-
ском языке только гласный [а]. Поэтому в фонетической (не фонем-
ной) транскрипции гласный [а] разных степеней редукции обозна-
чают обычно даже разными знаками: в[ъ]дяной—в[л]да; травя-
ной — тр[к]ва.
Все другие гласные в безударной позиции подвергаются только
количественной редукции.
Существует мнение, что безударные гласные потому трудны для
обозначения на письме, что из-за редукции они произносятся неясно.
Приведем пример орфографического рассуждения, которое предла-
гается школьнику в качестве образца при записи возможного слова
из 10 букв (например: перенесете, математика, литература)'. «В
слове 5 гласных звуков. Сочетаний согласных нет. Один из них,
ударный, находится в сильной позиции, так как в слове всегда одно
ударение. Все остальные гласные слышатся неясно, так как нахо-
дятся в слабой позиции, то есть трудны для написания»1 2.
Действительно ли все безударные гласные слышатся неясно?
И только ли из-за того, что они не всегда слышатся ясно, у пишу-
щего возникают трудности при их обозначении? На оба вопроса
следует ответить отрицательно.
Любой звук, как гласный, так и согласный, не потому может
быть труден для правильного обозначения на письме, что он «не-
ясно слышится», а совсем по другим причинам. Ср., например, сло-
во воз. В исходе слова звучит ясное отчетливое (с], а обозначение
его трудно: здесь можно допустить ошибку, во-первых, а во-вто-
рых, это [с] обозначается не буквой с, а буквой з. В приведенных
1 Баканова С. А., Граник Г. Г. Из опыта преподавания некоторых разделов
лингвистики в школе. — В кн.: Проект программы по русскому языку/ Пэд реД.
М. В. Панова. М., 1972, с. 169.
2 Заказ 259
33
школьникам для образца словах особенно ясно звучит, например,
безударное [а] в слове литература, а между тем в этом случае воз-
можны и ошибки: «литеротура».
Почему же при обозначении звуков, находящихся в слабых по-
зициях, пишущему приходится решать орфографические задачи?
Потому, что при позиционных чередованиях «перекрещиваются»,
пересекаются фонемные ряды (включая нулевые). Так, например,
с безударным [и] может чередоваться ударное [’э]: с[в’э]т— ос-
вещу (ос[в’и)щу); может чередоваться ударное [’а]: с[в’ а]тость —
освящу (ос[в’и]щ//). И, наконец, безударному [и] может соответство-
вать ударное [и]: свист — освищу (в последнем случае имеет место
нулевой фонемный ряд: [й] || [и]). Значит, безударное [и] в звуковой
цепочке [асв’ищ’у] может быть обозначено тремя буквами: е, я, и.
Один и тот же звуковой комплекс [асв’ищ’у] может иметь в речи,
таким образом, три значения, т. е. быть тремя разными словами:
освещу, освящу, освищу.
Для того чтобы определить, какой же буквой (в соответствии
с принятой системой орфографии) обозначить безударный глас-
ный [и), находящийся в корневой морфеме, нужно (определив зна-
чение морфемы) соотнести его с ударным гласным и обозначить той
же самой буквой, какой обозначается ударный гласный,
Аналогичное явление наблюдаем с согласными. Например, фо-
нема [т], находящаяся в слабой позиции (пр//[т|, кц[т]), может быть
обозначена и буквой д и буквой т (из-за пересечения собственно
фонемного ряда [д] || [т] с нулевым фонемным рядом [т] || [т]). Зву-
ковой комплекс [прут] может быть записан и как пруд и как прут
(как известно, это два разных слова). Звуковому комплексу [к’ит]
соответствует лишь одно реальное слово: кит. Но это не оз-
начает, что в слове кит конечная согласная не является орфограм-
мой. Конечное [т] в звуковом комплексе [к’ит] теоретически может
быть обозначено и буквой т и буквой д. Только нахождение нуле-
вого фонемного ряда [т] || [т] (кит — кита) объясняет написа-
ние т.
Рассмотренный принцип обозначения фонем называется морфо-
логическим принципом правописания. Его строгая формулировка
принимает следующий вид.
Морфологический принцип — это такой принцип обозначения
позиционно чередующихся фонем, при котором сохраняется графи-
ческое единообразие морфемы; для достижения этой цели фонемы,
находящиеся в слабых позициях, обозначаются буквами, которые
адекватны фонемам сильных позиций.
В «Пособии для занятий по русскому языку в старших классах
средней школы» дано определение морфологического принципа.
Определение это не строгое, но в нем подчеркнуто главное: соблюде-
ние графического единообразия морфем при написаниях, отвечаю-
щих этому принципу. Приведем это определение: «В основе написа-
ния значащих частей слова лежит морфологический принцип: зна-
чащие части слова (морфемы) пишутся единообразно вне зависи-
34
мости от произношения. Примеры: 1) воды, вода, водяной (корень
-вод- пишется одинаково во всех словах, хотя произносится по-раз-
ному); 2) поезд, поехал, почитал (приставка по- пишется одинаково,
хотя произносится по-разному); 3) сосновый, берёзовый (суффикс
-ов- пишется одинаково, несмотря на разницу в произношении);
4) столом, домом (окончание -ом пишется одинаково, несмотря на
разницу в произношении)»1.
Нестрогость этого определения заключается в том, что морфемы
пишутся единообразно не «вне зависимости от произношения» (как
сказано в пособии), а в очень строгом (хотя и не всегда адекват-
ном) соответствии с произношением: для обозначения той или иной
фонемы, находящейся в слабой позиции, не может быть использо-
вана любая произвольно взятая буква, а может быть употреблена
только та буква, которая может передать соответствующее произ-
ношение.
Существенно улучшила бы эту формулировку замена слов «вне
зависимости от произношения» на «несмотря на различие в произ-
ношении». Формулировка приобрела бы следующий вид: «Морфоло-
гический принцип заключается в том, что значащие части слова
(морфемы) пишутся единообразно, несмотря на различие в их про-
изношении».
Удачным нам представляется определение морфологического
принципа, которое предлагает в пособии для учителя А. И. Моисеев:
«Морфологический принцип орфографии состоит в требовании (или
установлении) единообразного написания морфем (каждой конкрет-
ной морфемы в отдельности: данного корня, данного суффикса и
т. п.), если даже при изменении фонетических положений произно-
сятся различно. Через единообразие обозначения морфем достигает-
ся единообразное написание слов, что является конечной целью
орфографии»2.
Роль морфемы в единообразном написании слов, как видим, очень
велика.
На особой роли морфемы в русском правописании основано и
то, что орфографические правила об обозначении на письме фонем
даются применительно к морфеме. Морфема является специфической
единицей орфографических правил. Совершенно не случайно изло-
жение орфографических правил дается обычно применительно к
морфеме. См. названия разделов в «Правилах русской орфографии
и пунктуации» (М., 1956): «Неударяемые гласные в корнях слов»,
«Неударяемые гласные в приставках», «Неударяемые гласные в
суффиксах» и т, д.
Морфологический принцип орфографии является ведущим прин-
ципом русского правописания,
Греков В? Ф., Крючков С, Е.( Чешко Л. А. Пособие для занятий по русскому
языку в старших классах средней школы. М., 1980, с. 35.
с 2289^^30ееВ А* И’ РУССКИ® я?ь?к^ Фонетика. Морфология. Орфография. М., 1980,
2*
35
Все те случаи, когда написание последовательно отвечает мор-
фологическому принципу без каких-либо добавочных факторов и
влияний, можно считать случаями обычными, нетрудными.
Ниже, в специальных разделах, из числа морфологических на-
писаний нами будут рассмотрены лишь те написания, которые хотя
и отвечают морфологическому принципу, но отвечают ему лишь в
известной степени или осложнены различными добавочными факто-
рами, а потому являются трудными.
Фонетический принцип
Кроме написаний, отвечающих морфологическому принципу, в
русском письме представлено небольшое количество написаний,
отвечающих фонетическому принципу. Как определенное орфогра-
фическое начало он провозглашается тогда, когда на письме спе-
циально отражаются позиционные чередования фонем (если они
имеют место). Фонетический принцип — это такой принцип обозна-
чения позиционно чередующихся фонем, при котором фонемы слабых
позиций обозначаются буквами на основе прямой связи: фонема —
адекватная ей буква. Графическое единство морфемы при прове-
дении этого принципа не сохраняется. Ср.: бесполезный, но безбо-
лезненный (приставка имеет графический вид то бес-, то без-).
В общей системе русского правописания, построенной на морфо-
логическом принципе, написания, отвечающие фонетическому прин-
ципу, как выпадающие из системы, являются написаниями труд-
ными, требующими особой тренировки. К счастью, фонетических
орфограмм в русском письме немного1.
Традиционный принцип
Традиционный принцип в русском правописании — это такой
принцип, при котором фонемы, находящиеся в слабых позициях,
обозначаются одной из ряда букв, фонологически возможных для
обозначения данной фонемы. Фонологически же возможны буквы,
адекватные фонемам, возглавляющим фонемные ряды, в которые
могла бы входить та или иная подлежащая обозначению фонема сла-
бой позиции. Традиционный принцип — это как бы намеченный
к осуществлению морфологический принцип, однако не имеющий
возможности в него перейти.
Вспомним, что по морфологическому принципу безударное [и)
обозначалось буквами и, е, я (а) в зависимости от ударного глас-
ного (например, освищу, освещу, освящу). В соответствии с тради-
ционным принципом безударное [и] также может быть обозначено
буквами и, е, я (а), но уже не на основании сопоставления с удар-
1 См. о них в кн.: Ветвицкий В. Г., Иванова В. Ф., Моисеев А. И. Современное
русское письмо. Пособие для учителей. М., 1974, с. 96—98, а также в кн.: Ивано-
ва В. Ф. Принципы русской орфографии. Л., 1977, с. 154—155;
36
ным гласным: его нет. Здесь окончательный выбор буквы непосред-
ственно определяет не произношение, а традиция.
Приведем примеры.
1. Выбор буквы е для обозначения [и] в нижеперечисляемых
словах как бы определяется тем, что с [и! могло бы чередоваться
ударное [э], поскольку здесь в принципе могло бы быть представлено
Чередование [’э] || [и]: песок, печаль, керогаз, кефаль, дебют, вет-
чина, винегрет, линолеум, медуза, пенициллйн.
2. Выбор букв я и а для обозначения [и] определяется такими же
обстоятельствами, как и в п. 1: лягушка, мятеж, чабан, чалма,
щавель, язык.
3. Выбор буквы и для обозначения [и] в нижеперечисляемых
словах как бы определяется тем, что с [и] могло бы «чередоваться»
ударное [и], поскольку здесь в принципе могло бы быть представле-
но нулевое чередование: пианино, пистолет, пирамида, атрибут,
кибитка, линолеум, лилипут, мираж, пенициллйн, полишинель,
рисунок.
Буквы е, а (я), и в качестве возможных букв могут быть запи-
Я
и
саны в виде дроби, например: ветчина (в XIX в. велись жаркие спо-
ры, как писать: вятчина или ветчина).
Написания, основанные на рассматриваемом способе обозначе-
ния фонем, имеют существенную особенность, которая сближает их
с написаниями, основанными на морфологическом принципе. Они
создают графически единообразные портреты морфем: каблук, каб-
лучок; собака, собачонка; заместитель, потребитель; крестьяне,
горожане; курит, делает, бежит; курить, делать, бежать и т. д.
На этом основании подобные написания считают иногда написа-
ниями, отвечающими морфологическому принципу. Но вряд ли это
правильно: морфологический принцип основан на возможности
проверить написания (для звука в слабой позиции найти в той же
морфеме сильную позицию), написания же, основанные на тради-
ционном принципе, такой проверке не поддаются — они беспрове-
рочные.
В школе написания, отвечающие традиционному принципу,
изучаются в словарном порядке: слова с непроверяемыми орфограм-
мами выделяются в учебнике для запоминания.
Специальному изучению подлежат только корни с разными
(чередующимися) гласными {-лаг-----лож-, -рост----рос- и др.),
историческая судьба которых в русском письме была весьма свое-
образной.
Принцип морфолого-графических аналогий
Буквы ъ и ь, как известно, сами по себе непосредственно звуков
не обозначают, однако они участвуют в «организации» письменного
облика слова. Предшествуя буквам я, ё, е, и, ю (а в некоторых слу-
чаях и букве о), они служат сигналом прочтения этих букв, как
37
букв, обозначающих определенный гласный с предшествующим
йотом. Буква ь, написанная после букв согласных, сигнализирует
об обозначении этими буквами мягких согласных звуков.
Но буква ь, будучи употребленной после букв шипящих соглас-
ных, не сигнализирует <3 том, что соответствующая согласная буква
обозначает мягкий согласный звук даже в тех случаях, когда буква
шипящего согласного действительно обозначает мягкий согласный1.
Функция буквы ь здесь особая. Принцип написания этой буквы в
современном письме можно назвать принципом морфолого-графи-
ческих аналогий. Буква ь в этих случаях является графическим
уравнителем письменных парадигм склонения существительных типа
ночь, рожь с парадигмой существительных типа ель (ночь — ночью,
рожь—рожью, как ель—елью)2, графическим уравнителем морфо-
логической категории повелительного наклонения (режь, как брось),
а также инфинитива (беречь, как брать).
Ю. С. Маслов называет этот принцип граммематическим. «Суть
его состоит, — пишет Ю. С. Маслов, — в стремлении сигнализиро-
вать единым письменным знаком граммему, т. е. член грамматичес-
кого противопоставления... Буква ь ставится здесь по аналогии
с многочисленными формами, принадлежащими к тем же граммемам...»3.
ТРУДНЫЕ СЛУЧАИ ОРФОГРАФИИ
ИЗ ЧИСЛА НАПИСАНИЙ, ОТВЕЧАЮЩИХ
МОРФОЛОГИЧЕСКОМУ ПРИНЦИПУ
ОБЩИЕ ЗАМЕЧАНИЯ
Написания, отвечающие морфологическому принципу правописа-
ния, в целом являются нетрудными: необходимо лишь овладеть ме-
тодом проверки обозначения звуков слабых позиций.
Существует три основных «морфологических» правила, на кото-
рых построено современное русское правописание:
I. В неударяемых слогах пишутся гласные, одинаковые с теми,
которые произносятся в той же части слова (в том же корне, в той
же приставке, в том же суффиксе или в том же окончании), когда
эта часть стоит под ударением («Правила русской орфографии и
пунктуации», 1956, § 11).
II. Чтобы правильно написать согласную в конце слова или
перед другими согласными (п или б, ф или в, т или д, с или з, к или
г, ш или ж), нужно взять другую форму того же слова или подоб-
рать другое слово того же корня, где после согласной оказалась
1 В слове ночь буква ч обозначает мягкий согласный [ч], но такой же мягкий
согласный [ч] обозначает буква ч и в слове врач.
2 Ср., с другой стороны, одинаковую графическую парадигму слов мужского
рода: врач — врачом, как стол — столом.
3 Маслов Ю. С. Введение в языкознание. М., 1975, с. 309.
38
бы гласная,, и писать ту согласную, которая пишется перед гласной.
В ряде случаев для правильного написания согласной можно
изменить слово так, чтобы после согласной оказалась не гласная,
а согласная (р, л, м, н, в), например: штраф — штрафной, зубки —
зубной, бегство — беглый, вымок — мокрый («Правила...», § 49).
III. Для обозначения мягкости согласной, стоящей перед дру-
гой мягкой согласной, ь пишется, если при изменении слова вторая
мягкая согласная становится твердой, а первая согласная сохра-
няет свою мягкость, например: няньки (нянька), свадьбе (свадьба),
восьми (восьмой) («Правила...», § 72). .
«Морфологичность» русской орфографии и обеспечивает ей при-
знание как орфографии хорошей. «И все-таки она хорошая» —
именно так назвал книгу о русской орфографии М. В. Панов1.
Но, несмотря на четкость приведенных выше трех основных
правил проверки, есть в русском правописании такие случаи, когда
нахождение сильной позиции оказывается недостаточным для окон-
чательного выбора необходимой буквы, ибо найденных сильных
позиций может оказаться две. Чтобы выбрать из двух одну, стано-
вится необходимым привлечь дополнительные грамматические све-
дения.
Привлечение грамматических сведений необходимо при поль-
зовании правилами о правописании окончаний, в частности окон-
чаний существительных и глаголов. Так, одну и ту же конечную
фонему [и] в словоформах в кроват[и] и в кроватк[и] обозначают
по-разному: в кровати, но в кроватке. Окончание в первом случае
проверяется окончанием слов 3-го склонения: степь, в степи
(отсюда: кровать, в кровати), а окончание во втором случае прове-
ряется окончанием слов 1-го склонения: зола, в золе (отсюда: кро-
ватка, в кроватке). И все же даже случаи типа в кровати, в кроватке
нельзя отнести к трудным вопросам русской орфографии.
В данной главе будут рассмотрены лишь те трудные случаи пра-
вописания, которые нуждаются в особых комментариях и широком
показе конкретного языкового материала, т. е. те, которые дей-
ствительно являются трудными вопросами русской орфографии.
Таких вопросов мы выделили три: 1) правописание elo после шипя-
щих; 2) правописание одного и двух н; 3) правописание не и ни.
Почему выделены именно эти три вопроса? Правописание не
и ни отвечает морфологическому принципу русской орфографии.
Существуют ударные не и ни. Я там не был; Где мы только ни были,
нас везде встречали приветливо. Написание буквы е (в не) и буквы и
(в ни) в тех случаях, когда не и ни безударны, на первый взгляд
является обычным случаем морфологического правописания: безу-
дарные не и ни «равняются» на ударные не и ни. Однако сложным
является вопрос: к какой же из ударных Частиц, к не или к ни, сле-
дует подравнять звуковой комплекс [н’и], когда [и] безударно
1 Панов М. В. И все-таки она хорошая. Рассказ о русской орфографии, ее до-
стоинствах и недостатках. М., 1964.
39
(и не и ни произносятся без ударения одинаково, а именно как [н’и])?
Формальных признаков здесь нет (для случаев типа в кровати, в
кроватке формальным признаком является окончание в именитель-
ном падеже ед. числа: кровать, кроватка, окончание сигнализирует
о типе склонения).
Для того чтобы определить, какое же лексико-грамматическое
содержание присуще звуковому комплексу [н и] (не это или ни),
нужно произвести анализ всего предложения в целом. Структура
и семантика предложения, определяющие употребление либо не,
либо ни, рассматриваются нами в соответствующем разделе данной
главы.
Что касается первых двух вопросов, то и правописание одного
и двух н, и правописание е/о после шипящих — это, несомненно,
трудные вопросы.
Переходим к рассмотрению названных трех вопросов.
УПОТРЕБЛЕНИЕ БУКВ £ (£) И О
ПОСЛЕ ШИПЯЩИХ ДЛЯ ОБОЗНАЧЕНИЯ УДАРНОГО [О]
Вопрос о правописании е/о после шипящих труден и теорети-
чески и практически1.
Одна из теоретических трудностей этого вопроса заключается
в определении того, какому орфографическому принципу отвечают
принятые сейчас написания. В зависимости от ответа на этот вопрос
решается в известной степени и судьба этих написаний: если они
отвечают морфологическому принципу, то их целесообразно сохра-
нить (ибо они в этом случае отвечают системе русского правопи-
сания), если — нет, то с большей легкостью можно их заменить
(а вопрос об их изменении ставился неоднократно).
Несмотря на то что в рассматриваемых написаниях речь идет об
обозначении звуков сильных позиций, эти написания можно счи-
тать отвечающими общей идее морфологического принципа. По-
скольку целью такого способа обозначения фонем, которое отвечает
морфологическому принципу орфографии, является графическое еди-
нообразие морфем, написания типа желтеть — желть — желтый,
чернеть — чернь — черный (ср. темнеть — темь — темный), бере-
жет, течет (ср. несет), напряженный, смягченный (ср. угнетенный)
в большей степени отвечают общей идее морфологического прин-
ципа, чем отвечали бы написания желтеть — желть — «желтый»,
чернеть — чернь — «чорный», «бережот», «течот» (хотя несет), «на-
пряженный», «смягченный» (хотя угнетенный), которые неоднократ-
но предлагались.
Написания типа ножом, мечом, душой, пращой, а также напи-
сания типа хорошо, горячо, хотя они и противопоставлены написа-
* О практических трудностях при обозначении ударного [о] после шипящих см.
в кн.: Алгазина Н. Н. Предупреждение орфографических ошибок учащихся
V—VIII классов. М., 1965.
40
ниям типа сторожем, плачем, чащей, зряче, не нарушают морфоло-
гического принципа. Написания типа ножом, душой, хорошо и под.
«подравнялись» на написания типа столом, сосной, смешно, т. е. на
сильные графические модели (с о после нешипящих согласных)1,
и можно считать эти написания отвечающими морфологическому
принципу. Написания же типа «течот, напряжонный» (если их ввес-
ти в наше правописание) не могут отвечать морфологическому прин-
ципу, поскольку для них нет образцов с о после нешипящих соглас-
ных в глагольных окончаниях и суффиксах причастий.
Итак, морфологическому принципу иногда может отвечать и
обозначение фонем, находящихся в сильных позициях. Это ока-
залось возможным потому, что графика предоставила здесь для обо-
значения ударного [о] выбор букв (е или о). Буква е в этом случае —
эквивалент буквы ё.
Для того чтобы хорошо представлять себе, чем же объясняются
и теоретические и практические трудности в правописании elo
после шипящих, необходимо знать и особенность отражаемого на-
писанием е!о чередования гласных фонем, и отношение написания
е/о после шипящих к орфографическим принципам русского право-
писания, и фактический материал в большом объеме. Освещение
всех особенностей и трудностей в написании е/о после шипящих по-
может учителю в работе по предупреждению ошибок и, что еще важ-
нее, даст в руки учителя материал для объяснения общих законо-
мерностей русского правописания.
Обратимся сначала к отражаемому написанием е/о чередованию
и покажем его специфику.
В современном русском литературном языке представлены чере-
дования ударного [э] с безударным [и] и с безударным [ы].
Чередование [э] || [и] происходит тогда, когда эти гласные сле-
дуют после мягких согласных, а чередование [э] || [ы] — в тех слу-
чаях, когда они следуют после твердых:
[э] || [и] — петь — певец ([п’э] ть — [п’и]вёц)2 3 *
— темь— темнеть ([т’э]л«> — [т’и]л<нётб)
— чернь — чернеть [(ч’э]рнь — ([чи]рнёшь)
[э] || [ы] — патетика — патетический (па[тэ]тика — па\_ты] тй-
ческий)
— желть9 — желтеть ([жэ]лть — [жы]лтё/ш>).
В связи с тем что под ударением в одной и той же морфеме воз-
можны и [э] и [о] (в связи с «переходом» [э] в [о] в древнерусский
1 Подробно этот процесс подравнивания описан в кн.: Иванова В. Ф. Современ-
ный русский язык. Графика и орфография. М., 1976, с. 153—161.
1 Здесь и ниже чередования описываются на фонемном уровне (без показа ре-
дукции).
3 Приведем пример употребления этого слова: [Купец] желтью груш, толпой
томатов, холмами дынь не увлечен (Тихонов).
41
период), над каждым из показанных двух чередований как бы «над-
страиваются» такие чередования:
[’6] || [и] — темный — темнеть ([т’6]л<ный — [г’и]мнёть)
— черный — чернеть (ч[о~]рный — ч[и]рнёть)
[б] [| [ы] — желтый — желтеть (ж[с)]лтый — ж[ъ1~\лтёть).
Последние два чередования можно считать надстроенными, по-
скольку ударное [oj появилось на месте ударного [э]:
£о]||г , [о]||г ,
М||Сы]
черный || ч[и]Мть желтый |1 ь
ч[э]рнь || ж[э]лть II
Показанные «трехчленные» чередования могут сокращаться, усе-
каться до «двухчленных» чередований:
[’6] [°] II г 1
(hi) м Pi) IIм
ч[р]рствый II
----------ч[н]рствёть
ш[6]л/с
ш[ы]л«й
Сокращением рассмотренных трехчленных чередований называем
исчезновение (точнее — отсутствие) алломорфа1 с исконным удар-
ным [э] (на отсутствие исконного [э] показывают круглые скобки,
в которые оно заключено) и отсутствие каких-либо слов, участвую-
щих в чередовании (это показано многоточием).
Написание буквы е для обозначения безударных [и] и [ы] после
шипящих находится в рамках морфологического принципа. Пишем
чернеть, так как чернь; пишем желтеть, так как желть: фонема
слабой позиции, находящаяся в отношениях позиционного чередо-
вания с фонемой сильной позиции, обозначается той же буквой,
какой обозначается фонема сильной позиции. Но может быть задан
вопрос: а почему безударные [и] и [ы] никогда не обозначаются в
современном письме буквой ё («чернеть», «жёлтёть»), ведь безудар-
ные [и] и [ы] находятся в отношениях позиционного чередования
и с ударной фонемой [о] (ч\о]рный, ж[о]лтый), которая при последо-
вательном употреблении буквы ё всегда могла бы быть обозначена
этой буквой (чёрный, жёлтый) (а в учебных пособиях и обозна-
чается)?
Ответ на этот вопрос дает характер рассмотренных чередований,
а именно надстроенность чередований [6] || [и] и [6] || [ы] над чере-
дованиями [’э] || [и] и [э] || [ы]. Фонемные чередования 16] || [и]
и [б] || 1ы] можно считать чередованиями, имеющими Ы-фонемную
1 Алломорф — это один из звуковых вариантов одной и той же морфемы (ср.
алломорфы [друк], [друг] в словоформах друг, друга).
42
[ы], но и при сокращенное™, двучленное™: ^||
основу (для [о])1 2; Ы-фонемность основы есть у этого чередования
не только в случае их несокращенное™, трехчленное™:
,, м' <Шм-
Это очень важное обстоятельство: только [эьфонемностыо основы
данных чередований можно объяснить обозначение безударных
[и] и [ы] буквой е, а не ё. Даже те, кто предлагал писать чорствый,
шолк, жолудь, щоки (с буквой о для обозначения ударного [о]), в сво-
их проектах сохраняли написания черстветь, шелка, желудей,
щека с буквой е для обозначения безударных [и] и [ы]. Так, пункт 3
«Предложений по усовершенствованию русской орфографии» (М.,
1964) гласил: «После шипящих (ж, ч, ш, щ) и ц под ударением пи-
шется о, без ударения — е: жолтый, жолудь, шов, щоки, чорный,
цоколь; плечом, пращой, медвежонок, ручонка, смешон, течот, окру-
женный, жжот, свежо, горячо, но: желтеть, желудей, щека,
чернеть, плачем, рощей, плачет, выжженный, ярче».
На каком же теоретическом основании предлагается оставить е
для обозначения безударного [ы! в таких словах, как желудей
(жУяЛлудей)3, и [и] в таких словах, как щека (иДи]/са)? Ведь прове-
рочных слов, где в той же корневой морфеме безударным [и] и [ы]
соответствовало бы ударное [э], обозначаемое буквой е, не было бы!
В словах черстветь, шелка, щека, желудей (даже если бы было при-
нято писать «чорствый», «шолк», «щоки», «жолудь») писалось бы е
именно потому, что ударное [о] «восходит» к [э], т. е. имеет [э]-фо-
немную основу. Исконны чередования [э] || [и] и [э] || [ы], поэтому
безударные [и] и 1ы], с которыми чередуется ударное [о], и следует
обозначать буквой е, независимо от того, пишется ли в этих корнях
для обозначения ударного [о] е/ё или будет принято написание о.
Прием проверки, которым долгое время пользовались в школьной
практике, сводился фактически к буквенной проверке на основе
рассматриваемого чередования:
«После шипящих в ударном слоге корня вместо о пишется ё(е),
если (выделено нами. — В. И.) при изменении слова или образо-
вании нового слова в этом слоге появляется е, например: шёл —
шедший, жёлтый — желтеть, щётка — щетина, чёлка — чело.
После шипящих в ударном слоге корня пишется о, е с л и (выделе-
но нами. — В. И.) оно в родственных словах не заменяется е, напри-
мер: шов, шорох, обжора»3.
Этот прием проверки построен по типу проверки безударных
гласных ударными (пишу вода с о, хотя слышу [а], так как есть
1 [э]-фонемностыо основы чередования [6] || [и] называем существование ис-
конного ударного [э], к которому восходит позднее появившееся ударное [6] (в ре-
зультате перехода [э] в [6]).
2 Напоминаем, что фонетически здесь редуцированное [ы], но редукция при
показе фонемных чередований не обозначается.
3 Бархударов С. Г., Крючков С. Е. Учебник русского языка, ч. 1. Фонетика и
морфология. Для 5—6 классов средней школы. М., 1956, с. 30, § 23.
43
словоформа воды}, но с той существенной разницей, что здесь, во-
первых, проверяется обозначение ударного гласного, а во-вторых,
проверка здесь часто лишь буквенная. Так, в случаях типа: шёл —
шедший — проверка не буквенная, ибо буква е в слове шедший
и обозначает звук [э], но в случаях типа: жёлтый — желтеть, щёт-
ка — щетина — проверка буквенная, ибо буква е в словах желтеть
и щетина обозначает не фонему [э], а соответственно фонемы [ы]
и [и].
Но все же тип проверки, используемый при написании е/о пос-
ле шипящих, в целом отвечает морфологическому типу проверки и
морфологическому принципу правописания: в центре внимания
находится графическое единообразие морфемы.
Вернемся к освещению правописания е/о в корне после шипя-
щих в школьных учебниках. Напоминаем, что в первых изданиях
школьного учебника С. Г. Бархударова и С. Е. Крючкова правопи-
сание elo после шипящих для обозначения ударного [о] в корне сло-
ва осуществлялось на основе графической проверки: предлагалось
найти однозначную морфему с написанной буквой е. Но в дальней-
шем авторы учебника от этого правила отказались: чередование
се к а к условие написания ё в корне (для обозначения ударно-
го [о]) они уже не используют. Правило формулируется так: «В кор-
не после шипящих под ударением пишется ё(е), например: жё-
лудь, шёпот, чёлка. Только в нескольких словах пишется о, напри-
мер: шов, шорох, обжора, крыжовник, трущоба. При изменении слова
ё заменяется е, Например: жёлудь — желудёвый, шёпот — шептать,
чёлка — чело. В корнях с о этой замены не происходит, например:
шов, обжора» (13-е изд., 1966, ч. I, § 21).
В школьном учебнике под редакцией Н. М. Шанского правило
о написании е/о после шипящих в корнях слов построено так же,
как оно было сформулировано в последних изданиях учебника
С. Г. Бархударова и С. Е. Крючкова. Различие лишь в некоторых
деталях: «Если в корне после шипящего слышится под ударением
[о], то писать надо ё. В нескольких словах-исключениях пишется
буква о: крыжовник, шорох, шов, капюшон»1.
Хорошо ли построено это правило?
Представляется, что характеристика написания о для обозна-
чения ударного [о] в русских словах как известного рода исключе-
ния неплоха (ибо таких слов, действительно, не очень много), ио
для заимствованных слов она вряд ли удачна, ибо слов заимствован-
ных с о после шипящих довольно много, а главное — они частотны.
Образец же заимствованных слов (а именно слово капюшон) в учеб-
нике дан.
Учитель должен знать материал о корневом [о] после шипящих,
включая и заимствованные слова. Материал о заимствованных сло-
вах недостаточно полно отражен даже в «Правилах русской орфо-
графии и пунктуации» 1956 г. В «Правилах...» есть только приме-
1 Русский язык. Учебник для 4 класса. М., 1980, с. 169.
44
чание: «Иноязычные слова пишутся согласно произношению, на-
пример: крюшон, мажор, шомпол — шомпола, Чосер (фамилия), но:
жест, планшету) (стр. 8).
Буква ё(е) для обозначения ударного [о] пишется в корнях та-
ких русских слов, которые имеют активно употребляющиеся род-
ственные слова или формы слов с чередующимся е1: бечёвка (ср,
бечева), дешёвка (ср. дешеветь), жёны (ср. женский, женится, жена),
жёрнов (ср. жернова), жёлоб (ср. желоба), жёлудь (ср. желудей),
жёрдочка (ср. жердь), жёлтый (ср. желть, желтизна), жёсткий
(ср. жесть — народи.: мерзлая почва; жестка), жёлчь (ср. жел-
чевйк), жёг (ср. жечь), жёваный (ср. жевать), зачёркивать (ср. черк —
междометие, черкать), пшённый (ср. пшено), печёночный (ср. печень),
пчёлы (ср. пчела, пчельник), причёска, расчёска (ср. чесать, чешет),
решётка (ср. решето, решетник), учёба (ср. учебный), чёлн (ср. чел-
ны), чёрт (ср. черти), чёрточка (ср. черта, чертит), чёрный (ср.
чернь, чернота), чёткий (ср. четка), чёрствый (ср. черства), чётный,
недочёт, счёт, счёл (ср. нечет, счесть, расчесть), шёлк (ср. шелка),
шёрстка (ср. шерсть), шёпот (ср. шептание, шептать, шепчет),
шёл (ср. вышел, шедший, шествие), щёки (ср. щека), щёлочь (ср. ще-
лочей), щёлочка (ср. щель), щётка (ср. щетина, щетковйдный), щё-
голь (ср. щеголиха), щёкот (ср. щекотание, щекотать), щёлк, щёл-
кать (ср. щелчок, щелкунчик) и др.
Несомненно, трудными для учащихся являются слова, в которых
для обозначения ударного [о] пишется е (ё), но современные род-
ственные связи между словами, оправдывающие написание е(ё), уже
нарушены. Ср., например, чёлка (чело)-, чёботы (чеботарь), чечёт-
ка в значении «танец» (ср. чечет). В названных словах написание
е(ё) традиционно.
В школьном учебнике приведено лишь три русских слова с о,
пишущихся «по исключению» (крыжовник, шорох, шов). В «Прави-
лах...» 1956 г. указаны слова (имеются в виду и производные от них)
обжора, крыжовник, жом, трещотка, трущоба, чащоба, чокаться,
чопорный, Печора, шов, шорох, шоры, существительные изжога,
ожог, поджог (глаголы пишутся с е\ изжег, ожег, поджег), а также
некоторые областные и просторечные слова: зажора (талая
вода под снегом), жох, ужо (в значении «потом», «после»), вечор
(в значении «вчера вечером»), чох (например, в выражении не верит
ни в сон, ни в чох), наречие чохом. Наряду с такими словами, где
буквой о обозначено ударное корневое [о] после шипящих, в «Пра-
вилах...» указаны слова, где [о] входит в суффикс (например, в сло-
вах чащоба, трещотка. Ср. чаща, треск).
В слогах неударяемых в русских словах после шипящих буква
о не пишется; исключение — слово жоховатый (ср. жох — «прой-
1 Учитывается не только фонемное чередование [о] и [э] типа шёрстка — шерсть,
но и буквенное типа шёлк — шелкй, так как не всегда есть родственное слово или
форма слова с ударным звуком [э] в корне.
45
доха»). В «Правилах...» 1956 г. написание этого слова не оговорено,
но в орфографическом словаре оно зафиксировано.
В заимствованных словах и в именах собственных ударное [о]
после шипящих обозначается буквой о:
а) анчоус, артишоки, амикошонство, боржоми, джоуль, джонка,
джокер, крюшон, капюшон, мажор, пижон, тамбурмажорский, хар-
чо, шоры, шорник, шорты, шок, шомпол;
б) Джонсон, Жора.
В заимствованных словах и в именах собственных о пишется пос-
ле шипящих и в неударяемых слогах, например:
а) жокей, шоссе, шофёр, шотландка, жонглёр, шовинизм, шоколад;
б) Шопен, Жорес, Шостакович. Так же пишутся и производные:
шопениана.
У учащихся могут возникать вопросы, почему столь по-разному
пишутся е и о после шипящих в корнях русских слов и слов заим-
ствованных.
Все объясняется произношением. Специфику фонемного чередо-
вания в корнях русских слов (и вытекающие отсюда особенности
буквенного их обозначения) мы рассмотрели. Рассмотрим теперь
произношение гласных после шипящих в заимствованных словах.
Орфографическое о после шипящих в заимствованных словах
может обозначать звуки, находящиеся в разных позициях (по отно-
шению к месту ударения):
под ударением: шок, шоры, шорник, шомпол, шорты;
в первом предударном слоге: шоссе, шофёр, шотландка;
во втором предударном слоге: шовинизм, шоколад.
Произношение заимствованных слов может быть специфично,
В заимствованных словах и в безударном положении может произ-
носиться звук [о]. Ср. слова поэт, поэзия, где произносится безудар-
ное [о]\ а также слова с [о] после шипящих, например: шоссе
(хотя в слове шоссе допустимо и произношение оттенка фонемы [а]).
Если же [о] произносят в безударном положении в русских словах,
то налицо факт диалектного, нелитературного произношения
(с1о]бака, с[о]лёный и т. п.).
В заимствованных словах на месте орфографического о после ши-
пящих (так же, как в русских и заимствованных словах на месте
орфографического о не после шипящих) в безударных позициях
произносят оттенки фонемы (а): в первом предударном слоге звук
[л], а во втором — звук [ъ]. Ср. голова—г[ъ]л[л]вй; монополия —
м1ъ]н(л]пблия; шофер — ш[к]фёр; шомпола — ш[ъ]мпМла.
Напомним, что в русских словах после шипящих в безударных
позициях произносится либо редуцированное [ы], либо редуциро-
ванное [и] (но не оттенки фонемы [а]).
Обобщим сказанное о произношении в таблице (с. 47).
1 Списки заимствованных слов, где в безударном положении обычно произно-
сят [о], см. в кн.: Аванесов Р. И. Русское литературное произношение. М., 1972,
с. 167—168.
46
Ударное положение
Русские слова с гласным не после шипящих Орфографически Фоиемно
головы г[о]ловы
Заимствованные слова с гласным после шипящих шок шомпол ш[б]к ш[6}мпол
Русские слова с гласным после ШИПЯЩИХ желтый черный ж\6]лтый ‘.[о]р«ыи
1-й предударный слог
русские слова с гласным не после шипящих Орфографически Фоиемно
головка г[а]лбвка
Заимствованные слова с гласным после шипящих шокировать ш[а]кйровать
Русские слова с гласным после шипящих желтеть чернёть ж[ы]лтёть ч[и]рнёть
2-й предударный слог
Русские слова с гласным после шипящих Орфографически Фоиемно
головы г[а]ловы
Заимствованные слова с гласным после шипящих шомполй ш[а]мпола
Русские с.:сва с гласном после шипящих желтизна чернота ж[ы]лтизна ч[и]рнота
Из этой сопоставительной таблицы видно, что
1) русским словам чередование ударной фонемы [о] с безударной
фонемой [а] после шипящих не присуще, хотя в русских словах, где
ударный гласный [6] следует не после твердых шипящих, а после
твердых нешипящих согласных, такое чередование обычно. Между
тем слова заимствованные с ударным гласным [о] после твердых ши-
пящих подчиняются'этой общей фонетике русских слов (без разли-
чия шипящий/нешипящий твердый согласный): [о] чередуется с [а];
2) написание о для обозначения безударного гласного после
47
шипящих в заимствованных словах вполне приемлемо, оно находится
в соответствии с общими звуко-буквенными соотношениями, сложив-
шимися в русском письме, написание же о для обозначения безудар-
ных гласных после шипящих в русских словах (имеются в виду сло-
ва литературные, не диалектные) противоречит русской фонетике.
В русских словах после шипящих в безударном положении мо-
жет быть представлена фонема [а] (ср. жара), но она может быть пред-
ставлена в безударном положении только в тех случаях, когда с
этой безударной фонемой [а] соотносится ударенная фонема [а]
(ср. жар), и, кроме того, даже в первом предударном слоге фонема
[а] представлена не во всех словах подобной фонетической структуры,
а лишь в некоторых (ср. жаль, но ж1ы]леть).
Произношение после шипящих в первом предударном слоге глас-
ного [а] — факт новой фонетики русского литературного языка.
Второй предударный слог может быть даже еще не задет этим но-
вым влиянием, здесь по-прежнему (как и на месте орфографическо-
го е после шипящих) может произноситься оттенок фюнемы [ы] (с
соответствующей редукцией). Ср.:
Слог Орфографически Фонемно
Ударный 1-й предударный 2-й предударный шалость шалун шалуны ш[И)лость ш[а]лун н4ы)луны
Итак, обозначение ударного [о] в корне буквой ё(е) или буквой
о объясняется законами произношения, с одной стороны, и морфо-
логическими связями — с другой. Зная эти законы, а также факти-
ческий языковой материал, учитель всегда сможет объяснить уча-
щимся систему принятых написаний.
Обозначение ударного [о] после шипящих не в корневых морфе-
мах является более простым. Обобщенно можно сказать, что ударное
[о] в именных суффиксах и окончаниях обозначается, как правило,
буквой о, а в глагольных суффиксах и окончаниях — буквой ё(е).
Вне этой «барьерной линии» (о — в именных, ё(е) —-в глаголь-
ных суффиксах и окончаниях) стоит именной суффикс -ер, например:
дирижер, ретушер, стажер. Но этот суффикс нерусский по проис-
хождению. Ср. суффикс -ер не после шипящих согласных: режиссер,
гравер, боксер, суфлер.
Некоторые сдвиги в этой системе и заметные трудности при пись-
ме создаются тогда, когда именная и глагольная линии перекрещи-
ваются. Так, слово тушенка внешне похоже на словообразователь-
ный тип книжонка, однако оно соотносительно с причастием тушеный.
Созвучные ножовка и ночевка соотносительны: первое слово —
с именным типом (ножовый), и в нем пишется после шипящей о,
а второе —с глагольным (ночевать), и в нем после шипящей пишет-
ся е. Чтобы не ошибиться, в подобных случаях необходимо обращать
особое внимание учащихся на словообразовательный анализ.
43
Существующее сейчас распределение в написании е и о после ши-
пящих сложилось в основном стихийно на основе подравнивания
написания одной морфемы к другой: морфемы с шипящими «равня-
лись» на морфемы с нешипящими согласными.
ПРАВОПИСАНИЕ ОДНОГО И ДВУХ Н
Написание н и нн является одним из очень трудных вопросов
русской орфографии. Он труден и для составителей правил (посколь-
ку здесь очень трудно создать легкие правила из-за тонкости и слож-
ности самого языкового явления), и для пишущих.
Мы рассмотрим написание н и нн сопоставительно с произноше-
нием и словообразованием и дадим, где это возможно, исторический
комментарий.
Двойные согласные с чисто произносительной стороны не яв-
ляются двойными; это длительные согласные, но мы о них будем
говорить как о двойных, так как фонологически они интерпрети-
руются как двойные фонемы (долгих согласных фонем в русском
языке нет1).
Длительность звуков (фонологически двойных фонем) обозна-
чается в русском письме двумя согласными буквами.
В тех случаях, когда в составе корневых морфем долгие соглас-
ные произносятся отчетливо, две согласные буквы для их обозна-
чения пишутся по произношению (ванна, касса, масса и др.). Но в
русском письме много и таких случаев, когда в корне слова двойные
согласные пишутся условно, по традиции. Так, очень часто без дол-
готы произносят согласные в словах: классификация, интеллиген-
ция, корреспондент, территория, пассажир, баррикада, бюл-
летень, миллион, коммюнике, аппарат и в других заимствованных
словах.
Написание двойных согласных букв в корне (в том числе и нн) —
вопрос трудный, и написание каждого слова определяется для этого
случая «в словарном порядке» (иначе говоря, нужно знать написа-
ние каждого конкретного слова). Ср. с нн: антенна, тоннель, панно,
анналы, цинний, норманны, финны, колонна, бонна и др. Если в
каком-либо слове после двойных согласных корня следует суффикс,
то одна из согласных букв корневой морфемы может не писаться:
финны, но финский («Правила...», 1956, § 69).
Трудным является вопрос и о написании н/нн в суффиксах, хотя
для этих случаев существуют специальные правила, охватывающие
целые группы слов и целые группы суффиксов. При этом особенно
труден вопрос о написании н/нн в суффиксах отглагольных прила-
гательных, соотносительных с причастиями. Написание суффиксов
с н/нн, безусловно, нуждается в особом рассмотрении. Но прежде
чем рассмотреть этот вопрос, следует рассказать о сильных и слабых
1 Исключение составляют звуки [ш*:] и [ж’:], которые рядом лингвистов трак-
туются как долгие согласные фонемы.
49.
позициях для произношения долгих согласных, так как эти пози-
ции далеко не последний фактор для орфографии.
Содержание терминов «сильная» и «слабая» позиции в отношении
произношения долгих и недолгих согласных несколько условно:
произношение здесь даже в сильных позициях не столь несомненно,
как в сильных позициях, которые мы описывали для гласных и со-
гласных фонем, когда рассматривали вопросы обозначения фонем
не с точки зрения передачи долготы или недолготы звуков (см. выше,
с. 32 и след.).
Сильной позицией для долгих согласных является позиция меж-
ду гласными после ударной гласной: манная, мадонна, масса, сумма,
тонны, брутто, нетто, зуммер, гамма, пресса, касса и т. д. Сла-
бой позицией является положение конца слова, а также «все про-
чие положения долгих согласных, находящихся не в сильной по-
зиции»1.
Только для н и нн (в отличие от всех других двойных согласных)
сильной позицией некоторые ученые считают также позицию перед
ударным гласным (водяной, временной, дровяной, костяной и т. п.)а.
В соответствии с действием морфологического принципа для
обозначения согласных, находящихся в слабых позициях, привле-
каются одноморфемные слова, в которых соответствующий соглас-
ный в той же морфеме находится в сильной позиции. Ср. мета1л],
ба[л], анте[н]. Пишем: металл, так как металлы, балл (оценка),
так как: балла; антенн, так как: антенна.
В соответствии с действием морфологического принципа пишут-
ся двойные согласные на стыках морфем типа стена — стен-н-ой,
спина — спин-н-ой и т. п., а также в суффиксах с долгими соглас-
ными (революционный и т. п.) или, наоборот, пишутся с одним н
суффиксы с недолгими согласными (гусиный и т. п.).
Мнимое исключение составляет двоякое написание суффикса
-ян-(-янн-): овсяный, но стеклянный, деревянный, оловянный. В дан-
ном случае налицо сильная произносительная позиция, и написа-
ние н или нн ориентируется здесь каждое на свою сильную пози-
цию. Различное написание одного и того же суффикса-ян-(-янн-)—
аналогично двоякому написанию одного и того же корня: кланяет-
ся, клонится (где сильная позиция и для [а] и для lol), однако об-
щее колебание в произношении долгих и недолгих согласных и ко-
лебание в произношении указанных трех слов3 привели Орфогра-
1 Калакуцкая Л. П. Орфографическая передача долгих согласных в заимство-
ванных именах собственных. — В кн.: Орфография собственных имен. М., 1965,
С. 91—92.
8 Йанов М. В. Об усовершенствовании русской орфографии. — Вопросы язы-
кознания, 1963, № 2, с. 35.
8 Ср,: «В прилагательных притяжательных не удваивается «н» там, где в выго-
воре нет этого удвоения, например: кожаный, стекляный... и т. п. Удваивается «п»
в тех... прилагательных, которые удвоения этого требуют самим выговором, напри-
мер: деревянный, каменный и т. д.» (Классовский В. П. Справочная книжка по рус-
скому правописанию. Спб. — М., 1867, с. 72).
60
фическую комиссию в 1964 г. к решению заменить написание с -янн-
на -ян-1.
Как уже говорилось, особенно трудным является написание н
и нн в отглагольных прилагательных, соотносительных с прича-
стиями. Рассмотрим сначала, какому орфографическому принципу
отвечает написание н и нн в данных категориях слов.
Страдательные причастия прошедшего времени могут быть обра-
зованы от глаголов разных структурных типов: от глаголов несо-
вершенного и совершенного вида, от бесприставочных и приставоч-
ных: читанные в таком-то году лекции; прочитанные еще в прошлом
году книги. В полных страдательных причастиях, от каких быструк-
турных типов глаголов они ни были образованы, всегда пишется два н.
Графически единообразное написание нн в причастиях, а также
в адъективированных причастиях (избранные сочинения, возвышен-
ный стиль), с одной стороны, и графически единообразное написа-
ние н в прилагательных типа соленьщ, вареный, с другой, считают
иногда проявлением особой разновидности морфологического прин-
ципа, а именно проявлением семантико-грамматического принципа2.
Эту разновидность морфологического принципа называют семантико-
грамматическим принципом потому, что, прежде чем выбрать на-
писание н или нн, в отглагольных образованиях надо определить
часть речи (причастие это или прилагательное) и при этом часто ис-
ходить из условий контекста.
Однако с разграничением морфологических категорий связаны
и многие другие написания: пишется, например, а в окончании крат-
кого причастия женского рода избрана, но о в кратком причастии
среднего рода избрано, хотя произносится иэбран[г\. Пишется а
в окончании краткого прилагательного женского рода властна, но
о в суффиксе наречия властно, хотя произносится властн[а]. Мор-
фологическая орфография, таким образом, всегда ориентируется
на анализ грамматических категорий. Поэтому и написание н(нн)
в причастиях и отпричастных прилагательных можно считать обыч-
ным проявлением морфологического принципа.
Рассмотрим теперь все структурные типы прилагательных с
суффиксами н или нн, а также причастия. При этом мы будем ука-
зывать и образованные от прилагательных слова, так как правопи-
сание н или нн в них определяется правописанием н или нн в соот-
ветствующих прилагательных.
Занятия по орфографии необычайно важно связать с темами по
словообразованию, и наоборот: при словообразовательном анализе
важно показывать, как словообразовательная структура слова от-
ражается в его написании. Материал с суффиксальным н(нн) яв-
ляется в этом отношении очень благодарным. .
1 См.: Предложения по усовершенствованию русской орфографии. М., 1964,
с. 19.
* См.: Виноградов В. В. О необходимости усовершенствования нашего право-
писания. — В сб.: Вопросы русской орфографии. М., 1964, с. 18.
51
Считаем очень важным показать и количественный состав рас-
сматриваемых слов, так как особое внимание всегда нужно уделять
словам частотным. Приводимый материал и покажет учителю, на
какие слова и формы следует обращать большее внимание, на ка-
кие — меньшее.1
Рассмотрению подлежат десять словообразовательных моделей.
В качестве «типичных представителей» этих моделей можно привести
следующие слова:
Отыменные образования
Модель I длин-н-ый
Модель II революци-онн-ый
Модель III искр-енн-ий, букв-енн-ый
Модель IV гус-ин-ый
Модель V кож-ан-ый
Модель VI зелен-ый (без суффикса)
Модель VII обезьян-ий (с суффиксом -ий-)
Модель VIII ядр-ен-ый (с суффиксом -ен-) Отглагольные образования
Модель IX рожд-енн-ый, изыска:нн-ый
Модель X сол-ен-ый
Рассмотрим словообразование и правописание слов с н(нн) по
моделям.
Отыменные модели
Модель 1с суффиксом -н- (всего 1005 слов)'2. Сюда относятся:
а) прилагательные, образованные от существительных с конеч-
ным н в основе: длинный, струнный, аршинный, магнитофонный,
иностранный, каменный, павильонный; временный, именной; пе-
сенный, башенный, оконный (с проявляющимися беглыми гласными);
мгновенный, обыкновенный (от существительных на -ение)', малинный,
смородинный, корзинный (от существительных на -ина) и т. д. — 781
слово;
б) существительные, образованные от таких прилагательных с
помощью суффикса -ость: современность, невинность, противоза-
конность, постепенность, ценность, причинность — 47 слов;
в) существительные, образованные от этих прилагательных с
\ Материалом для рассмотрения служили слова, извлеченные из «Орфографиче-
ского словаря русского языка» (1956), в отдельных случаях дополненные извлечения-
ми из «Обратного словаря русского языка» Бильфельда (Берлин, 1958), а также из-
влечениями из «Обратного словаря русского языка» (М., 1974). Выборка из «Орфо-
графического словаря» была сделана студентом В. И. Дригалкиным.
4 В основе этих подсчетов, как уже сказано, лежат данные «Орфографического
словаря». Совершенно очевидно, что эти цифры не абсолютны и не неизменны. Зна-
чение приводимых цифровых показателей мы усматриваем в том, что они дают воз-
можность разделения форм с н/нн на продуктивные и непродуктивные.
52
помощью суффикса -ик: конник, вишенник, малинник, предбанник
и т. д. — 151 слово;
г) наречия, образованные от этих прилагательных: по-осеннему,
именно, по-весеннему и т. д. — 23 слова;
д) глаголы, образованные от этих прилагательных с помощью
суффикса -ич(а): балаганничать, алтынничапгь, партизанничать —
3, слова (возможное толкование — балаган + ничать).
В настоящее время в этой модели устойчиво, в соответствии со
словообразованием (и с соблюдением морфологического принципа
орфографии), пишется два н.
Если ученики ошибочно пишут в этом случае одно н, то им сле-
дует объяснить, что такие ошибки очень серьезны. Важно показать,
что при таком написании нарушается соответствие одинаковых сло-
вообразовательных моделей.
При написании одного н
1) «Исчезает» суффикс н (весен-ий и т. п.), который непременно
присутствует в словах такого типа. Ср. весен-н-ий и лет-н-ий. Ср.
также:
осен-н-ай
надгортан-н-ый
балаган-н-ый
отымен-н-ый
камен-н-ый
степен-н-ый
полын-н-ый
эим-н-ий
надбров-н-ый
забав-н-ый
отглаголь-н-ый
зем-н-ой
славн-ый.
гриб-н-ой
2) Нарушается соответствие полных и кратких форм, ибо вто-
рое н «проявляется» в соответствующих кратких формах (если они
имеются). Ср.:
длин-н-ый
цен-н-ый
пустын-н-ый
бездыхан-н-ый
истин-н-ый
необыкновен-н-ый
длин-ен
цен-ен
пустынен
бездыханен
истин-ен
необыкновен-ен
и т. д.
3) Долгий согласный звук [н] (орфографически нн) устойчиво
произносится в этой модели. Ср. банный день, лунный свет, невин-
ный человек, сезонные рабочие, стенная газета и т. д. Произношение
долгого [н] в этой модели подтверждается экспериментально1. На-
писание одного н поэтому нарушит правильное чтение (и соответ-
ственно понимание) этих слов.
4) При написании одного н в этой модели не только искажается
литературное произношение, но в отдельных случаях затруднена
даже информация. Ср. получающиеся написания: «веный», «тыный»,
1 См.: Чернышева К. К вопросу о слоге. — Сборник студенческих научных ра-
бот. Сер. туманит, наук. Л., 1962, с. 83.
53
«коный», «дыный», «кореной», «клапаный», «басеный», «спиной»,
«башеный» и др. (они находятся в резком несоответствии с фонем-
ным составом слов). Ср. также существительные: «прискакали ко-
ники» (вместо конники), «замечены карманики» (карманники)',
«лимоники», «артагиники» и др.
5) Лишается смысла словообразовательный анализ (если напи-
сать одно н). При написании нн морфемная структура слова со-
храняется. При написании одного н (ср., например, дряной двига-
тель) слово совершенно обессмысливается.
Таким образом, написание одного я в словах этой модели, по
меткому выражению А. М. Пешковского, «истязало бы зараз и фо-
нетику и морфологию»1.
Модель II с суффиксом -онн- (и его вариантами, например
-ационн-) —318 слов. Сюда относятся:
а) прилагательные с этим суффиксом: революционный, провока-
ционный, агитационный, комиссионный, дискуссионный, мелиора-
ционный — 307 слов (из них 200 очень употребительны);
б) существительные, образованные от этих прилагательных с
помощью суффикса -ость: революционность, реакционность, тра-
диционность, безапелляционность и т. п. — 8 слов2;
в) существительные е суффиксом -ик, образованные от этих при-
лагательных: эксплуатационник, лесоэксплуатационник (два
слова);
г) наречия, образованные от этих прилагательных: интонаци-
онно.
Ошибочное написание одного я в этом случае разрушает несколь-
ко важных признаков этих слов.
1) Нарушается соответствие произношения и написания.
Произношение долгого [н] здесь устойчиво.
Суффикс -онн- (и его разновидности) восходит к суффиксу -я-,
образовавшему прилагательное от заимствованных существитель-
ных: revolution + н= революционный3.
Таким образом, тип революционный по своему происхождению
является разновидностью типа длинный, но поскольку в русском
языке соответствующие существительные (ср. англ, intonation,
discussion, vibration) имеют свою, русскую форму (ср. форму инто-
нация, а не «интонацион»), то в прилагательном мы выделяем эле-
мент -онн- как суффиксальный. Тем, что тип революционный являет-
ся разновидностью типа длинный, и объясняется, по-видимому, факт
устойчивого произношения здесь долгого [н] (сказывается потен-
1 ГГешковский А. М. Реформа или урегулирование? (по поводу проекта реформы,
выработаниого Главнаукой). — Русский язык в советской школе, 1930, № 3, с. 109.
2 Следует помнить, что цифра показывает лишь число слов, зафиксированных
в названном выше орфографическом словаре. В языке слов данной модели может
быть больше.
3 Прилагательные типа экзамен-аиуонный могли возникнуть уже по аналогии
(но ср. англ, examination).
54
циальная граница морфем)1. Ср. в полном стиле произношения:
революционный держите шаг (А. Блок), дискуссионный накал,
агитационный плакат, реакционный писатель, традиционный воп-
рос, фракционная группа. Устойчиво сохраняется произношение
долгого [н] и в соответствующих существительных. Ср. революцион-
ность, фракционность, безапелляционность, реакционность и т. д.,
а также в наречиях: интонационно, артикуляционно и т. д.
Написание нн соответствует здесь долгому произношению [н1;
если здесь ошибочно написать одно н, то такое написание будет
провоцировать при чтении неправильное произношение.
2) При ошибочном написании одного н нарушается соответствие
полных и кратких форм. Ср.
революционный
провокационный
реакционный
революционен
дискуссионный
традиционный
сенсационный
провокационен
реакционен
дискуссионен
традиционен
сенсационен
Модель III с суффиксом -енн- (гласный безударен) — 471
слово. Сюда относятся:
а) прилагательные, образованные от существительных (иногда—
числительных и наречий) с помощью суффикса -енн- (а также ослож-
ненного суффикса -ственн-): буквенный, молитвенный, бесчислен-
ный, безветренный2, торжественный, чувственный, дарственный,
умственный, тройственный и т. п. — 257 слов3. Примыкая к этому
типу, особое положение занимает прилагательное трезвенный (от
основы прилагательного);
б) существительные на -ость: ответственность, бездействен-
ность, существенность, вещественность и т. п. — 129 слов;
в) существительные с суффиксом -ик (а также с осложненным
суффиксом -енник): собственник, единомышленник, зверопромышлен-
ник, путешественник, предшественник и т. п. — 74 слова;
г) наречия: собственно, естественно, внутренне, искренне и др,
(9 слов);
д) глаголы: утренничать, ремесленничать (2 слова).
Суффикс -енн- происходит от древнерусского суффикса -ьн-. На-
писание второго н возникло под влиянием произношения. Произ-
ношение же долгого [н], очевидно, возникло здесь так: звук [ь]
(редуцированное [э]) проясняется в [э], поскольку произношение
1 То, что суффикс -они- является разновидностью суффикса -н-, подтверждает-
ся и смысловыми рядами слов. Ср.: придорожный, приусадебный, с одной стороны, и
пристанционный — с другой.
2 Прилагательное ветреный относится к модели VIII.
8 К этому типу не относятся пять прилагательных: клюквенный, соломенный,
брюквенный, тыквенный, крыжовенный, которые по своему значению стоят в одном
ряду с малопродуктивными прилагательными: кожаный, глиняный, масляный и др.
(о них см. ниже, модель V).
55
нескольких согласных с разной артикуляцией неудобно1. См. в
«Материалах...» Срезневского2: искрьнии-искреньнии-искрении.
Затем по аналогии с моделью длинный, где отчетливо произносилось
долгое [н], также долгое [н] стало произноситься и в типе искрен-
ний. Произошло как бы удвоение суффикса (ср. искреньнии у Срез-
невского)3.
Произношение долгого [н] в рассматриваемой модели сохраняет-
ся и в наши дни, особенно в таких прилагательных, которые образо-
ваны от существительных предметного значения: буквенный, брит-
венный, форменный, шахтенный, плазменный и под.
Ошибочное написание одного н в рассматриваемой модели раз-
рушает собственные свойства — признаки этих слов, в частности,
может искажать произношение. Ср., например, «язвеный», «шах-
теный», «жизненый», «форменый», «письменый», «внецентреный» и
др., а также существительные и наречия: «особеность», «посредст-
вено», «искрене», «внутрене» и т. д.
Модель IV с суффиксом -ин- (всего 50 слов). Сюда относятся:
а) прилагательные, образованные от имен существительных,
обозначающих преимущественно птиц и животных: гусиный, кури-
ный, совиный, лошадиный, пчелиный, козлиный, звериный, соловьи-
ный и т. п. (еще здесь тополиный — от названия дерева) — 43 сло-
ва (по Бильфельдту).
Все эти прилагательные имеют яркое значение притяжатель-
ности, за исключением слова гостиный (так как ушло из языка зна-
чение слова гость — «торговец»);
б) существительные, образованные от этих прилагательных с
помощью суффиксов -иц-, -ик(-ник): гостин-иц-а, ослин-ник (цветок),
бекасинник (мелкая дробь) — 3 слова;
в) существительные с суффиксом -ец: зверинец, гостинец —
4 слова.
В типе гусиный при осознанном значении притяжательности
(гусь-+гусь-\-цн-}-ый) произносится недолгое [н]. При потере этой
осознанности, например в слове гостиный, появляется произноше-
ние долгого [н! (слово гостиница также часто произносят с долгим
[н]). Словообразовательный анализ помогает сознательному отгра-
ничению модели гус-ин-ый, мыш-ин-ый от модели глубин-н-ый, осет-
рин-н-ый, машин-н-ый и т. п.
В словообразовательном отношении неправильно пишется слово
бекасинник (от бекасиный, надо писать бекасиник), но оно пишется
1 Суффикс -енн- употребляется в прилагательных, образованных от существи-
тельных, оканчивающихся на группу согласных: мысленный, количественный, бес-
численный, государственный, огненный, жизненный и др. Исключения здесь единич-
ны: обеденный, соломенный.
1 См.: Срезневский И. Н. Материалы для словаря древнерусского языка, в 3-х т.
Спб., 1890—1912.
3 Произношение долгого [н] в словах типа длинный и типа искренний затем по-
влияло на произношение суффиксального [н] в полных страдательных причастиях.
Произношение вызвало и соответствующее написание (см. ниже).
86
по произношению. Поскольку это слово малоупотребительно, его
не оговаривают в правилах.
Слово ослинник (цветок), наверное, не связано со словами осел —
ослиный. Этимология его неясца.
МодельУ с суффиксом -ан- (-ян-, -янн-) (всего 78 слов).
Сюда относятся:
а) прилагательные, образованные от существительных: кожаный,
песчаный, овсяный, полотняный, нитяный, глиняный, платяной,
конопляный, масляный и т. п. — 55 слов (в том числе деревянный,
стеклянный, оловянный);
б) существительные, образованные от этих прилагательных:
крупяник, нефтяник, нефтяница, торфяница, власяница, овсяница,
селитряница и т. п. — 23 слова.
За прилагательными с суффиксом -ан-(-ян-) закрепилось кон-
кретное значение «сделанный или состоящий из чего-то». Но эта тен-
денция не реализовалась как строгая закономерность (ср. платя-
ная щетка: не щетка из платья, а щетка для платья).
У учащихся может вызвать вопросы правописание слов клюк-
венный, соломенный, тыквенный, брюквенный, крыжовенный. По
значению они относятся к группе слов типа кожаный, но пишутся,
как видим, иначе. Их написание с суфиксом -енн-, а не -ан-(-ян-)
соответствует современному произношению.
МодельУ! без суффикса (с орфографическим н) — всего 10
слов. Сюда относятся:
а) прилагательные зеленый, юный, румяный, рьяный, буланый,
единый;
б) существительное юность.
Под влиянием других словообразовательных моделей иногда
произносят /о[нн]ый, однако словообразовательно вторая фонема (и)
здесь излишня, такое произношение неправильно.
Модель VII с суффиксом -ий-, всего 41 слово.
Сюда относятся:
а) прилагательные, образованные от существительных с конеч-
ным н в основе: обезьяний, олений, бараний, вороний, павлиний, та-
раканий, кабаний, бакланий и т. п. — 29 слов (по «Обратному сло-
варю русского языка»);
б) существительные с суффиксом -ин(а): баранина, оленина, ко-
нина (хотя прилагательного коний нет), тюленина, фазанина и т. п. —
9 слов;
в) глаголы с суффиксом -нич(а)-: обезьянничать, собезьянничать—
2 слова (ср., с одной стороны, гримасничать и под., с другой —
балаганничать и под.).
Прилагательные типа обезьяний имеют выраженное значение
притяжательное™ и образуют один словообразовательный ряд со
словами: барсучий, беличий, заячий, жеребячий, щучий и т. п. Их спе-
цифическое значение: «относящийся к роду животных (сделанный
из шкуры или из мяса животного), свойственный роду животных»
и под.
57
Сравнение прилагательных типа обезьяний (с конечным н осно-
вы) с прилагательным барсучий и под. хорошо объясняет их право-
писание с одним н.
Модель VIII с суффиксом -ен-.
Особняком стоят отыменное прилагательное ядреный и отадъек-
тивное мудреный. В других отыменных прилагательных суффикса
-ен- нет. Здесь не произошло произносительного удвоения [н] (как
в слове искренний), и произношение недолгого [н] здесь устойчиво
(ср, наречия мудрено, немудрено).
Сюда же, по-видимому, примыкает прилагательное ветреный,
хотя есть мнение, что это слово образовано от утраченного глагола
ветрить.
Подытожим, в каких суффиксах именных моделей пишется н
или нн1.
1. Двойное н пишется при сочетании корня, оканчивающегося
на согласный [н], и суффикса -н-, например: длинный (длина), ста-
ринный (старина), каменный (камень), башенный (башня), мгно-
венный (мгновение), песенный (песня), весенний (весна), временный
(основа времен-) и т. п. Ср. лет-н-ий, забав-н-ый, зем-н-ой, гриб-н-ой
и т, п.
2, Двойное н пишется в суффиксах -енн-, -онн- прилагательных,
образованных от существительных, например: революционный, ин-
тонационный; буквенный, язвенный, письменный, мысленный, жизнен-
ный, безветренный и т. п.
3, С одним н пишутся суффиксы прилагательных:
а) -ин-: гусиный, куриный, звериный, совиный, лошадиный, го-
стиный и под.;
б) -ан-(-ян-): кожаный, глиняный, масляный, дровяной и под.
(кроме слов деревянный, стеклянный, оловянный).
4. Одно н пишется в прилагательных, образованных с помощью
суффикса -ий- от существительных с конечным [н] в основе: обезья-
ний, олений, бараний и под. (ср. беличий, барсучий и под.).
5. Одно н пишется в бессуффиксных прилагательных: зеленый,
буланый, юный, единый, румяный.
6. С одним и пишутся прилагательные, имеющие суффикс -ен-:
ядреный, мудреный.
7. Все производные от указанных типов прилагательных наре-
чия и существительные сохраняют соответственно а) два н или б)
одно н:
а) ценность (ценный), конник (конный), по-осеннему (осенний),
революционность (революционный), ответственность (ответствен-
ный), собственник (собственный), внутренне (внутренний);
1 «Предложения по усовершенствованию русской орфографии» (1964) предлага-
ли некоторые изменения в написании суффиксов отыменных (а также и отглагольных)
моделей. Критические замечания по этим предложениям см. в нашей статье «Про-
думанно решать вопросы правописания» (Русский язык в школе, 1964, № 5); статья,
как редакционная, была опубликована без фамилии автора.
59
б) гостиница (гостиный), зверинец (звериный), нефтяник (неф-
тяной), дровяник (дровяной), баранина (бараний), юность (юный),
ветреник (от ветреный), труженик (по аналогии с ветреник).
8. Все глаголы, оканчивающиеся на -(е, а)нничать пишутся в
двумя н: балаганничать, ремесленничать.
Правописанию н и нн в отыменных моделях посвящены § 60, 61
и частично § 64 «Правил русской орфографии и пунктуации» 1956 г.
К сожалению, разные словообразовательные модели рассматриваются
в этих правилах вместе и без учета значений суффиксов, что не спо-
собствует четкости разграничения этих моделей.
Приведем эти правила:
«§ 60. Двойное н и двойное с пишутся при сочетании корня и суф-
фикса, если корень кончается, а суффикс начинается согласной н
или с:
с суффиксом -н-, например: длинный (длина), старинный (ста-
рина), каменный (камень), доменный (домна), законный (закон),
временный (основа времен-)...
[далее идут примеры на другие суффиксы. — В. И.].
§ 61. Двойное н пишется в суффиксах -енн-, -онн- прилагатель-
ных, образованных от существительных, например: соломенный,
болезненный, клюквенный, искусственный, внутренний, ведренный,
свойственный, обеденный, революционный, позиционный.
Примечание. В слове ветреный и в производных от него пишется одно н, но в при-
ставочных образованиях пишется нн (безветренный, подветренный).
Прилагательные с суффиксом -ян- (-ан-), образованные от су-
ществительных, пишутся с одним н, например: волосяной, дровяной,
глиняный, кожаный. Прилагательные деревянный, оловянный, стек-
лянный пишутся с двойным н.
С одним н пишется суффикс -ин- в прилагательных, например:
соловьиный, куриный, гостиный, а также в существительном гости-
ница».
В школьном учебнике обращается внимание на значение некото-
рых из рассмотренных суффиксов, что является положительным1»
Отглагольные модели
Модель IX с суффиксами -енн-, -нн------------всего около 6 600
слов. Сюда относятся:
а) страдательные причастия, образованные от приставочных гла-
голов, а также прилагательные причастного происхождения (с гла-
гольными приставочными основами), например: обмолоченный, от-
печатанный, припрятанный, ограниченный, сморщенный, смочен-
ный— 4 723 слова2, из них 913 слов, в которых нн предшествует
ударная гласная фонема [о], обозначаемая буквой ё (или ё): смещён-
1 См.: Русский язык. Учебник для 5—6 классов. М., 1S80, с. ПО, 116.
2 Следует иметь в виду, что количественный состав причастий и отпричастных
форм можно считать «исчерпывающим» только применительно к выборке из словаря:
в языке таких слов, конечно, больше, так как страдательные причастия — категория
продуктивная (они свободно образуются от соответствующих глаголов).
59
ный, напряжённый, укрощённый, освобождённый, осенённый, населён-
ный, устремлённый, упоённый и т. д. Позиция для произношения [нн]
здесь сильная;
б) существительные, образованные от этих прилагательных и
причастий, типа: приспособленность, ограниченность, размягчен-
ность, прирученность, накаленность и т. д. — 304 слова (из них
52 — типа размягченность: с предшествующим нн ударенным [о]);
в) страдательные причастия, образованные от бесприставочных
глаголов: рожденный, лишенный, поласканный, бороненный, виден-
ный, варенный (мыловаренный, сыроваренный и т. п.), брошенный,
слушанный, груженный и т. д. — 367 слов (возможное толкование —
мыловаренный от мыловарня)',
г) существительные, образованные от этих прилагательных и
причастий, типа ставленник, данные и т. д. — 21 слово;
д) страдательные причастия, образованные от приставочных и
бесприставочных глаголов на -овать (-евать), а также прилагатель-
ные соответствующего происхождения (рискованный, эрудированный,
организованный и т. д.) — 1 161 слово; сюда же примыкают слова
жеваный, кованый (-ев, -ов здесь в корне);
е) существительные, образованные от этих причастий и прилага-
тельных: эрудированность, разочарованность, организованность и
т. д. — 22 слова.
Модель Хс суффиксами -ен-, -н-. Сюда относятся отглаголь-
ные прилагательные причастного происхождения: глаженый, держа-
ный, жареный, квашеный, клееный, копченый, крашеный, крученый,
ломаный, латаный, луженый и т. д. — 156 слов. Из них широко-
употребительны — 70—80 слов.
Соответствующие параграфы «Правил русской орфографии и
пунктуации» 1956 г. о правописании слов IX и X моделей таковы:
« § 62. Двойное н пишется в страдательных причастиях прошед-
шего времени, например: читанные на торжественном заседании
доклады; боец, раненный вражеской пулей; колхоз, организован-
ный в 1930 году; усиленный двумя ротами отряд; депутаты,
изб ранные в Верховный Совет.
§ 63. Двойное н пишется во всех прилагательных, образовавших-
ся из страдательных причастий прошедшего времени (или по их
типу), если эти прилагательные имеют приставки либо оканчиваются
на -ованный, -еванный (кроме жеваный и кованый), например: больно-
му назначено усиленное питание; вышел том изб ранных сочине-
ний Пушкина; возвышенный стиль, вписанный треугольник, вы-
держанное вино, доверенный человек, умеренный климат,
изысканные манеры, отвлеченный вопрос, рассеянный ученик,
поношенное платье, подержанные книги, заплаканное лицо,
заржавленный ключ, рискованный шаг, балованный ребенок,
корчеванный участок.
Но с одним н следует писать прилагательные, образовавшиеся из
страдательных причастий прошедшего времени (в том числе и слож-
60
ные), если эти прилагательные не имеют приставки и не образованы
от глаголов на -овать, -евать, например: ученые труды, ра-
неные пограничники, рваная одежда, копченая колбаса, кипя-
ченое молоко, вяленая рыба, гашеная известь, соленые огур-
цы, моченые яблоки, вареный картофель, гладкокраше-
ная ткань.
Слова желанный, священный, нечаянный, невиданный, неслыхан-
ный, нежданный и некоторые другие, определяемые в словарном по-
рядке, пишутся с двумя м».
Рассмотрим теперь соотношение орфографических н и нн в ука-
занных словах с произношением и словообразованием.
Среди перечисленных форм есть такие, которые произносятся
с отчетливым долгим [н], и, наоборот, есть такие формы, которые
произносятся с недолгим [н]. В обоих случаях наблюдаем сильную
для произношения [и] и [нн] позицию. К их числу относятся прича-
стия типа разрежённый, приведённый, принуждённый и т. п., с одной
стороны, и отпричастные прилагательные типа варёный (картофель),
солёный (огурец), вощёная (бумага), гашёная (известь), жжёная
(пробка), копчёные (колбасы), кручёный (шелк) —с другой.
Итак, совершенно отчетливо звучит недолгое [н] в бесприставоч-
ных прилагательных, качественное значение которых создается в
результате того, что над предметом производилось процессуальное
действие (вареный, копченый, моченый и т. п.). Эта группа прилага-
тельных четко очерчена в академической грамматике. Общее семан-
тическое значение этих прилагательных академическая грамматика
определяет как «подвергшийся какому-нибудь действию»1.
Значение «подвергшийся какому-нибудь действию» соответствует
грамматическому значению совершенного вида, что создает противо-
речие грамматических значений прилагательных типа вареный и
глаголов, от которых эти прилагательные образованы. Глаголы имеют
значение несовершенного вида (ср. варить, коптить, мочить и т. п.).
Грамматическое (видовое) значение прилагательных типа вареный
расходится и с грамматическим значением образованных от тех же
глаголов страдательных причастий прошедшего времени (вчера ва-
ренный, на жарком огне копченный и т. п.). У причастий видовое зна-
чение (несов. вид) совпадает с видовым значением глагола.
Прилагательных типа вареный в русском языке много. Это быто-
вые слова, широко употребляемые в обиходной речи: вязаная кофта,
вяленая рыба, гашеная известь, глаженое белье, граненый стакан,
дубленый полушубок, жареный гусь, жеваный табак, жженая проб-
ка, каленый орех, квашеная капуста, кованый сундук, копченая кол-
баса, крапленые карты, крашеный пол, крепленое вино, крученый
шелк, ломаный грош, луженая посуда, лущеный горох, меченое белье,
моченые яблоки, пареная репа, печеные яблоки, плетеное кресло, пря-
1 Грамматика русского языка. М., 1952, с. 308, <; 495. Ср. у В.В. Виноградова:
«подвергшийся какому-нибудь действию в достаточной степени, такой, что является
результатом какого-нибудь действия» (Виноградов В. В. Русский язык. М., [947,
с. 219),
61
деная шерсть, резаный хлеб, рубленое тесто, слоеный пирог, соленый
огурец, стеганое одеяло, стриженые волосы, строченые карманы, су-
шеные грибы, тисненый переплет, топленое масло и т. д.
Прилагательные этого специфического значения, «причастные»
по своему происхождению (сейчас они лишь омонимичны причастиям)
в современном письме орфографически (написанием одного н) проти-
вопоставлены всем другим полным формам причастного происхож-
дения или значения. Т. е. они противопоставлены и страдательным
причастиям прошедшего времени (ср. измученный дальней дорогой
путник), и прилагательным, появившимся в результате процесса
адъективации (ср. измученный вид), так как последние пишутся с
двумя н. Они оказались орфографически противопоставленными и
таким причастиям, которые близки к ним по фонемному составу.
Так, прилагательное вареный (картофель) близко по фонемному со-
ставу к причастию варенный (вчера картофель). Но при этом необхо-
димо подчеркнуть, что прилагательные типа вареный, крученый,
пиленый и т. д. в истории русского письма оказались орфогра-
фически противопоставленными выше названным формам. Формы
типа варенный вчера картофель пишутся с двумя н не потому, что
подобные слова грамматисты стремились орфографически разграни-
чить со сходными по звучанию прилагательными типа вареный кар-
тофель. Они оказались орфографически противопоставленными пото-
му, что причастные формы типа варенный вчера картофель встали
(на правах именно причастий) в один ряд с формами: сваренный вчера
картофель, сказанная вчера грубость, мастерски испеченный хлеб,
выкрашенный мастером пол и т. д. и т. п. Т. е. они встали в один ряд
со всеми страдательными причастиями.
Страдательные причастия в написании двух н, как показывает
история русского письма, в свою очередь лишь подравнялись к при-
лагательным. Известно, что в прошлом все страдательные причастия,
как краткие, так и полные, и произносились с недолгим [н], и писа-
лись с одним н. Но очень сильным оказалось влияние прилагательных
с суффиксальным н типа длинный, бездонный, туманный, сонный,
где долгота [н] обусловлена и фонетически и морфологически (н в
корне и н в суффиксе). Суффикс [н] в такого типа прилагательных
должен звучать, ибо он является самостоятельной морфемой. Ср.
современные очень показательные в этом отношении слова энный и
энский, где особенно хорошо заметно, как разно звучащие суффиксы
(при одинаковой основе, оканчивающейся на н) создают разные слова.
Морфологически и фонетически непреодолимым было долгое [н] и в
прилагательных типа песенный, весенний; мгновенный, обыкновенный,
где суффиксальное н также находится рядом с корневым н (весна —
весенний, песня — песенный, мгновение — мгновенный, обыкновение —
обыкновенный), ,
Все эти прилагательные (длинный, туманный, бездонный; пе-
сенный, мгновенный, обыкновенный и т. п.) оказывали произноситель-
ное и орфографическое влияние на прилагательные с недолгим [н]
типа внутренний, жатвенный, жертвенный, девственный, божест-
62
венный, бездейственный и т. п. (в словаре Срезневского все приведен-
ные прилагательные даны с одним н, в то время как прилагательные
с корневым н даются в словаре Срезневского с двумя н), а также и на
причастия (причастия в словаре Срезневского также приведены с
одним н: желаный и т. п.).
И произношением и написанием двух н «причастия обязаны прила-
гательным»1.
Близость морфологического строения причастий и прилагательных
привела к сближению их произношения и написания. Орфографию
«смешали» (везде стали писать нн) благодаря сблизившемуся произ-
ношению, а также потому, что сходство их морфологического строения,
несомненно, затрудняло быстрое отграничение одних форм от других
(отграничивать их друг от друга было необходимо при письме, по-
скольку они писались по-разному). Ср. это сходство (даем вперемеж-
ку причастия и прилагательные; при этом сГчень заметно, как трудно
их отличить друг от друга, если исходить только из морфологической
структуры): казенный, казненный, вдохновленный, вдохновенный, на-
селенный, уравновешенный, употребленный, избавленный, желанный,
распущенный, священный, ограниченный, мгновенный, мысленный, мед-
ленный, благословенный, сокрушенный, взволнованный и т. п.
В кратких формах страдательных причастий такого «смешения»
не произошло, ибо краткие формы образуют далеко не все прилага-
тельные и такого «натиска» прилагательных на причастия здесь не
было. При этом надо учесть и предикативную функцию кратких при-
частий. Краткие формы причастий остались с одним н, а прилага-
тельные определенных морфологических типов сохраняли два нив
краткой форме: казненный — казнена (причастие), но туманный —
туманна. В современной речи поэтому возникают противопоставле-
ния: Она была взволнована полученным известием (причастие) и Она
взволнованна (прилагательное). Ср. также: Она взволнованно говорит
(наречие) и взволнованность (существительное).
Так исторически произошло морфологическое раздвоение при-
частного суффикса: в полных формах в суффикс страдательных при-
частий входит долгое [н], орфографически —нн, а в кратких формах —
недолгое [н], орфографически — н.
С н осталась и семантически ограниченная группа прилагатель-
ных типа вареный с исконно одиночным причастным суффиксом. Эти
прилагательные всегда были четко отграничены в семантическом
отношении от всех других прилагательных. Они сохраняют в своем
значении «отзвук» идеи страдательности: вареный картофель — такой,
который подвергли соответствующему действию. У других прилага-
тельных, возникших за счет адъективации причастий, «определяемое
1 Грамматика русского языка. М., 1952, с. 516. В. В. Виноградов также пишет:
«Известно, что причастия на -нный в книжной речи издревле находились во взаимо-
действии с прилагательными посредством суффикса -ьн-, вроде: бездыханный,
благоуханный, несомненный, отчаянный, намеренный, исступленный и т. п.» (Ви-
ноградов В. В. Русский язык. М., 1947, с. 281).
63
существительное не мыслится объектом действия (выделено нами. —
В. И.), называемого глагольной основой окачествленного причастия:
взволнованный голос, встревоженный голос, смущенная улыбка, уверен-
ный смех, расстроенный, сокрушенный, удрученный, утомленный
вид»1. Причем прилагательные типа вареный какие-то очень «бытовые»,
«невысокие» по своему значению, этим они отличались и от других
прилагательных, и от причастий. Эта их «невысокость», отграничивая
их семантически от причастий и других прилагательных, видимо, и
способствовала сохранению прежнего произношения (с недолгим 1н1).
Причастия же, как стилистически высокая категория слов, в полном
стиле речи произносятся с долгим [и]. Ср., с одной стороны, шесть,
деленное на два, где деленное — причастие, и звучит оно с долгим
[н], и, с другой стороны, делёные квартиры (две или несколько от-
дельных квартир, переделанных из одной большой коммунальной
квартиры), где делёный — прилагательное, произносят его с недол-
гим [н].
Так в итоге и оказалось, что среди прилагательных причастного
происхождения есть прилагательные, орфографически отличающиеся
от причастий (это прилагательные типа вареный, пишутся они с од-
ним н), и есть прилагательные, орфографически не отличающиеся
от причастий (пишутся, как и причастия, с нн). Это прилагательные
типа: измученный (вид), сосредоточенное (лицо), возбужденное (на-
строение), сдавленный (голос), просвещенный (человек), презренный
(предатель), повышенный (интерес) и т. д.
Полные формы страдательных причастий в полном стиле произно-
шения звучат с отчетливо выраженным долгим [н]: возбужденный,
угнетенный, ожесточенный, отдаленный, просвещенный, данный и т. д.
Так же с отчетливым долгим [н] произносятся и соответствующие при-
лагательные: возбужденное настроение, угнетенное состояние и т. д.
(где сильная позиция для [нн]). Формы с недостаточно отчетливо
звучащим (в слабой позиции) долгим или недолгим [н] равняются в
написании на формы с отчетливо звучащими [нJ или [нн]. Так, при-
частия распущенный, озабоченный, сдавленный, повышенный, а также
читанный, виденный, вчера варенный, много раз крашенный и т. д.
(произношение которых могут считать «сомнительным») пишутся
с двумя н, как с двумя н пишутся возбужденный, угнетенный, ожесто-
ченный и т. п., в которых долгое [н] звучит вполне отчетливо.
В подобном написании находит свое выражение тенденция, от-
четливо выраженная в русском правописании, создавать правопис-
ное тождество однозначных морфем во всех случаях, где это оказыва-
ется возможным. Суффикс страдательных причастий с двумя н стал
морфемным выразителем их грамматического значения.
Многие прилагательные семантически обособившейся группы про-
износятся с отчетливо выраженным недолгим [н] в сильной позиции
(после ударного гласного): вареный, граненый, каленый, копченый,
крученый, моченый и т. д. — и пишутся с одним н. Аналогичного зна-
1 Грамматика русского языка. М., 1952, т. 1, с. 306.
64
чения прилагательные, у которых [н] не следует непосредственно после
ударного гласного и произношение может быть нечетким, равняются
в написании на предыдущие. Их пишут также с одним н: вязаный,
вяленый, жареный, квашеный, пареный, рубленый, стеганый и т. д.
Здесь также проявляется тенденция к правописному тождеству одно-
значной морфемы1.
Иногда говорят об орфографической противопоставленности
категории прилагательных (хотя с одним н пишутся только
прилагательные типа вареный) и категории причастий (имея в ви-
ду написание последних енн): считается, что действующий свод в пра-
вилах о написании нн в прилагательных и причастиях якобы «стре-
мился» орфографически противопоставить причастия и прилагатель-
ные (что в этом якобы заключается сущность «Правил...» 1956 г.),
но не провел это последовательно. Это неправильный вывод. Из текста
«Правил...» (см. выше) вовсе не следует, что прилагательные типа
усиленное (питание), избранные (сочинения) и т. п. пишутся якобы
«по исключению»2.
Из-за того что в § 62 «Правил...» нет иллюстративных примеров
с одиночными причастиями, лингвисты иногда считают отклонением
от «Правил...» написание с нн причастий типа купленный, спасенный,
употребляющихся обычно без пояснительных слов3. Между тем в § 62
вовсе не говорится о том, что причастия с нн пишутся лишь при на-
личии пояснительных слов. Формулировка правил одинаково при-
менима как к причастиям с пояснительными словами, так и без них.
И наконец, существенный порок действующих правил иногда
усматривается в том, что «Правила...» как бы отрывают причастия с
нн от всех остальных причастий, как бы приписывают им особую
сущность, а именно: все другие причастия и соответствующие им при-
лагательные пишутся всегда одинаково:
зрелище, вызывающее отвращение
застывшая на морозе вода
любимое многими произведение
только что открытое окно
вызывающее поведение
застывшая улыбка
любимые игрушки
открытый взгляд,
а причастия с нн, как это следует из правил, пишутся то одинаково
с прилагательными (сдержанное ими обещание — сдержанные мане-
ры), то по-разному (картина, писанная маслом на холсте, — писаная
красавица). Такова, в частности, критика Н. А. Еськовой4. Между
1 Существенно то, что многие подобные прилагательные практически не имеют
параллельных форм причастий: ср., например, драные чулки и т. п. Таким образом,
в современном языке они как бы образованы непосредственно от глаголов, сейчас
они уже не проходят путь «от причастий к прилагательным».
3 Так считает, в частности, Л. П. Калакуцкая, много и плодотворно занимавшая-
ся вопросами адъективации и орфографического оформления причастий (см. ее кни-
гу: Адъективация причастий в современном русском литературном языке. М., 1971,
с. 199).
3 Еськова Н. А. О написании нн — н в полных формах страдательных прича-
стий и соотносительных прилагательных. — Вопросы культуры речи, вып. 7, 1966,
с. 129 и 132.
4 См.: Еськова Н. А. Указ. соч., с. 122—123.
3 Заказ 259 65
тем легко заметить, что никаких оснований для различного написа-
ния суффиксов (кроме н — нн) во всех группах причастий нет. Воз-
можны ли были бы, например, написания: только что «.открыттое»
(с двумя т) окно, но открытый взгляд? Нет, конечно. Различное
написание н и нн определяется исключительно одним, и совершенно
объективным, фактором: различием произношения (см. выше, с. 64).
Различия в произношении суффиксов у других типов причастий и со-
относительных с ними прилагательных нет.
В «Правилах...» выделена как пишущаяся с одним н только одна
семантическая группа прилагательных, а именно бесприставочные
прилагательные типа вареный. Пишутся они с одним н именно по
произношению (в сильных позициях произносится отчетливое не-
долгое [н], в слабых пишется н — по морфологической аналогии).
Все прилагательные, которые можно охарактеризовать «отрицатель-
ными признаками» непринадлежности к группе прилагательных со
значением «подвергнутый какому-нибудь действию» и сохраняющий
результат, этого действия в виде нового качества (вареный и под.),
пишутся с нн. Этот «отрицательный признак» объединяет как приста-
вочные прилагательные типа измученный (вид), изысканные (манеры),
заплаканное (лицо), так и немногочисленные бесприставочные, не
имеющие специфического значения «подвергнутый какому-нибудь дей-
ствию»: деланный, желанный, жеманный, невиданный, невиденный,
негаданный, недреманный, нежданный, неслыханный, нечаянный, свя-
щенный, чванный, чеканный1. Прибавим сюда также прилагательное
считанные (минуты). Особо должно быть отмечено слово конченный
(Это дело уже конченное. Ср.: Это дело решенное). В устойчивом сло-
восочетании конченый человек это слово пишется с одним н.
Однако с двумя н пишутся и приставочные прилагательные типа
сваренный, позолоченный, хотя они и имеют значение «подвергнутый
какому-нибудь действию и получивший в результате этого действия
новое качество». «Приставочность» оказывается более сильным при-
знаком, сопутствующим написанию нн, чем указанное значение. Ис-
ключением (словарного типа) при таком подходе оказываются только
прилагательные названый (брат), несмышленый и посаженый (поса-
женый отец), которые, несмотря на «приставочность», пишутся с
одним н. Сюда же примыкает субстантивированное прилагательное
приданое. Но все они и произносятся с недолгим [н].
Как уже говорилось, из числа прилагательных пишется с одним
н лишь одна семантическая их группа, а именно прилагательные типа
вареный, моченый, каленый и т. п. Они действительно оказались орфо-
графически противопоставленными страдательным причастиям про-
шедшего времени, также образующимся от бесприставочных пере-
ходных глаголов несовершенного вида (варить и под.). Причастия
1 Список бесприставочных форм с нн взят нами из книги: Кайдалова А. И.,
Калинина И. К. Современная русская орфография. М., 1976, с. 73. Отметим, что в
«Справочнике по орфографии и пунктуации для работников печати» К. И. Былин-
ского и Н. Н. Никольского (М., 1970, с. 31) в слове деланый рекомендуется писать
одно н.
66
типа варенный (ср. вчера варенный, в олифе варенный, варенный нуж-
ным способам, в трех смолах кипящих варенный и т. п.), как это и по-
ложено всем причастиям (в соответствии с морфологическим принци-
пом), пишутся с нн.
. И все же совершенно понятны сетования и учителей, и лингви-
стов на трудность разграничения форм типа плетенная из прутьев
корзина — плетеная корзина; мощенная булыжником мостовая —
мощеная мостовая и т. д. и т. п. Обучение грамматическому и орфо-
графическому различиям причастий и прилагательных обычно про-
водится на подобном парном сопоставлении. Между тем признак
простого наличия или отсутствия пояснительных слов не является
лингвистически надежным. Некоторые разряды пояснительных слов,
например слова со значением материала (корзина, плетенная из
прутьев, из бересты), модальные слова (явно крашеные усы),
слова со значением степени качества (сапоги, больно уж драные)
могут сопровождать и прилагательные. Не случайно синонимичны
словосочетания: корзина, плетенная из прутьев, из бересты — прутя-
ная, берестяная корзина. Подобные пояснительные слова не непре-
менно сигнализируют о «причастном» значении формы.
С другой стороны, и причастия могут быть употреблены без по-
яснительных слов, одиночно. Например: Солдат перевернул листы и
на другой стороне увидел замысловатые ломаные линии, выведенные
во всю страницу прямо по писанному (Ф. Абрамов). (Ситуация
такая: солдат читает письмо жены, в котором маленький сын прямо
по писанному тексту нарисовал свои каракули.) Слово писанный
(текст) здесь — причастие. Раненные, сломленные, мы шли и нас никто
не обгонял (Герцен). Позиция обособления способствует проявле-
нию причастных свойств у слова раненный. Ср. также такой пример:
Беги, ребятушки, пытанные, жженные, на колесах ломанные, без па-
мяти беги в дремучие леса (N.. Н. Т о л ст о й).
Формальное орфографическое написание нн в явных прилагатель-
ных, если они употреблены с зависимыми словами (например, явно
крашенные усы1 2, естественно порождает неверие в рациональность
действующих орфографических правил. Это неверие углубляется
благодаря тому, что во всех учебных и орфографических пособиях
приводится чрезвычайно скудный текстовой материал на страдатель-
ные причастия прошедшего времени, образованные от бесприставоч-
ных глаголов несовершенного вида. Это переходящие из пособия в
пособие иногда даже надуманные и неубедительные примеры типа
масленная сливочным маслом каша — масленая каша, сеянная сквозь
мелкое сито мука — сеяная мука, чиненное опытной рукой платье —
чиненое платье и т. пА
1 С написанием нн в «Огоньке» приводит это слово Н. А. Еськова (указ, соч.,
с. 123—124).
2 Кайлалова А. И., Калинина И. К. Современная русская орфография. М,
1976, с. 78 Эти же «дежурные» примеры дают К- И. Былпнский Н. Н. Никольский
в «Справочнике по орфографии и пунктуации» (М., 1970, с. 31). См. также: Барху-
даров С. Г., Крючков С. Е. Русский язык. 5—6 классы. М., 1969, § 93, с. 246; Русский
язык. Учебник для 5—6 классов. М., 1974, с. 258.
3"
67
Набор подобных стандартных образцов в учебниках и справочных
пособиях объясняется отсутствием полноценного языкового материа-
ла (т. е. «живых текстов» с указанными причастиями) в специальной
лингвистической литературе. Это связано с тем, что до самого послед-
него времени страдательные причастия прошедшего времени с осно-
вами несовершенного вида не были изучены: рассматриваемые прича-
стия — при очень большой изученности всех остальных разрядов
причастий — были «белым пятном» в грамматике. Общепринятым
было считать, что страдательные причастия с нн, образованные от
глаголов несовершенного вида, малоупотребительны и немногочис-
ленны1.
Следствием неизученности этих причастий являются современ-
ные, уже совершенно крайние суждения, будто причастий этого типа
вообще не существует. Так, в частности, все формы с н и нн как типа
вареный, так и вчера варенный считает прилагательными В. В. Лопа-
тин2 и, вслед за ним, Л. П. Калакуцкая3. В этом же ключе выдержана
позиция Н. А. Еськовой. Говоря о словах типа вареный, соленый,
моченый как о формах «прочно» адъективировавшихся, Н. А. Есько-
ва^пишет: «Соотносительные с ними «собственно причастные» формы,
как уже отмечено, чрезвычайно редки. Когда такие формы употребля-
ют, их скорее всего теоретически восстанавливают как члены пара-
дигмы»4.
I Сложность разграничения причастий и прилагательных с нн и н,
теоретическая и методическая неразработанность этого вопроса, от-
сутствие надежного текстового материала — все это привело к тому,
что на повестку дня был поставлен вопрос об изменении действующего
орфографического правила о написании н!нн. В «Предложениях по
усовершенствованию русской орфографии» (1964) было рекомендо-
вано писать эти формы в зависимости от приставочности/бесприста-
вочности: приставочные формы писать с нн (написанный, перегру-
женный, зарегистрированный и т. д.), все бесприставочные — писать
с н (т. е. брошеный, плененый, рожденый, виденый в театре, казненый,
лишеный, даный, решеный, раненый в руку, писаные маслом картины,
недавно образованая комиссия, повьииеный в должности работ-
ник и т. д.).
Вслед за проектом Орфографической комиссии (как известно,
этот проект не был принят) в печати появилось совершенно новое,
никем еще не выдвигавшееся предложение Н. А. Еськовой. Это пред-
ложение получило положительную оценку в Орфографической ко-
миссии. Поэтому изложим его.
Н. А. Еськова считает лингвистически более надежным дифферен-
цировать написание н и нн по видовому признаку: в причастиях и
1 См., например, в академической «Грамматике русского языка», т. I, Фонетика
и морфология (М., 1952, с. 513).
* См.: Лопатин В. В. Адъективация причастий в ее отношении к словообразо-
ванию. — Вопросы языкознания, 1966, № 5, с. 38—39.
3 См.: Калакуцкая Л. П. Указ, соч., с. 166—175, 214.
4 Еськова Н. А. Указ, соч., с. 133.
68
прилагательных, образованных от глаголов совершенного вида (а
также во всех формах — на -ованный), писать нн, а в причастиях и
прилагательных, образованных от глаголов несовершенного вида,
-к. Реальное орфографическое изменение при этом коснулось бы
только страдательных причастий прошедшего времени, образованных
от глаголов несовершенного вида, поскольку только в них нн замени-
лось бы на н. Стали бы писаться с одним н такие слова, как, напри-
мер, слышаний, видений, читаный, говорений, смотрений, пасений,
везений, несений, ведений, хранений, жданий и т. п. Исходя из того,
что страдательные причастия несовершенного вида, образованные от
глаголов несовершенного вида, редки и малоупотребительны, а чаще
являются лишь «теоретически восстанавливаемыми членами пара-
дигмы», автор полагает, что вмешательство в сложившуюся орфогра-
фическую практику будет незначительным, а главное — полезным,
поскольку приведет к ликвидации «орфографической дифференциа-
ции страдательных причастий несовершенного вида и соответствую-
щих прилагательных» (с. 135). Если страдательных причастий про-
шедшего времени с основами несовершенного вида действительно
мало и они неупотребительны, то предложение Н. А. Еськовой могло
быть приемлемым (несмотря на то что различение форм по виду для
рядового носителя языка более чем непросто). Но действительно ли
эти причастия столь редки?
Для ответа на этот вопрос необходимы специальные исследования.
Таким исследованием мы в настоящее время располагаем. Оно было
осуществлено Л. П. Осенмук1.
Теоретический анализ большого языкового материала (автор рас-
смотрел 2 000 текстовых употреблений причастий) показал, что эти
причастия в языке не только существуют, но что они совсем не редки.
Они употребляются в художественной речи, в разных жанрах публи-
цистики, в некоторых жанрах научного стиля, употребляются в раз
говорной речи. Л. П. Осенмук отметила, что употребление этих при-
частий заметно активизируется в последние годы2. Проект Н. А. Есь-
ковой, таким образом, материалом не оправдывается.
Но каковы бы ни были проекты, действующая орфографическая
практика сохраняет прежние написания, и перед педагогами стоит
задача показать то рациональное, что содержат «Правила...» 1956 г.
1 См.: Осенмук Л. П. Причастия страдательного залога прошедшего вре-
мени с основами несовершенного вида в современном русском языке (морфология и
орфография). Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических
наук. ЛГУ, 1979.
2 Кроме результатов Л. П. Осенмук, приведем также цифровые данные москов-
ской учительницы А. В. Войновой, которая за четверть века собрала большую кар-
тотеку этих форм (к сожалению, она до сих не опубликована). А. В. Войновой зафик-
сировано (с текстовыми подтверждениями) страдательных причастий прошедшего
времени с основами несовершенного вида (с суффиксом -нн-) — 147 непарных и 254
парных с таким же количеством прилагательных; кроме того, этих же причастий на
-ованный!-еванный — 784 непарных и 340 парных с прилагательными. Всего 1525
причастий. Подробнее см. в ее статье в сб.: Методические рекомендации по литературе
и русскому языку. М., 1981, вып. 6.
69
Нужно научить пишущих осознанно и продуктивно пользоваться
принятыми правилами.
При изучении правописания нн и м в причастиях и прилагатель-
ных, образованных от глаголов несовершенного вида (для того чтобы
не создавалось впечатления «лукавого мудрствования» от сопостав-
ления часто чисто искусственных пар типа масленная сливочным мас-
лом каша и масленая каша), можно воспользоваться рациональными,
с нашей точки зрения, методическими советами Л. П. Осенмук. Целе-
сообразно знакомить учащихся сначала с такими причастиями, кото-
рые не имеют соотносительных им прилагательных. Например1:
Рожденные на океане, баюканные в ледяных колыбелях, они (вет-
ры) в поисках иного, теплого раздолья нестройными толпами вторга-
ются на материк (Леонов); Я хорошо запомнила все сады, ви-
денные мною в жизни (В. И н б е р); [Обломов] строчит Ольге
длинное рудинское послание, в котором повторяет известную, тертую
и перетертую вещь, говоренную и Онегиным Татьяне, и Рудиным
Наталье, и даже Печориным княжне Мери (А. Н. Добролю-
бов); Давным-давно, в самый медовый месяц Стекловых не единожды
сыпала она горсть-другую соли в борщи, готовленные ловкими ру-
ками Оксаны Михайловны (Ч у п р о в); И твой лениво брошенный
{взгляд, означавший искони: {не я, тобою прошенный, {не я, тобою
исканный (К. С и м о н о в); Сам же [Дельвиг] писал песни и вы-
давал их за подлинные, будто бы слышанные им в детстве (Ю. Т ы-
н я н о в); Да, домок-то, верно, новый, после войны ставленный, а
печка старая, еще от той хаты (Е. Носов); Под стать старикам
были и дворы в Выселках: кирпичные, строенные еще дедами
(И. Бунин); Это был любимый танец графа, танцованный им
еще в молодости (Л. Толстой); ...принимая во внимание даль-
ность пути и время, траченное в Москве, мне уже не удастся вер-
нуться сюда (А. Ф а д е е в); И легли, хранённые особо, | на тарел-
ку, словно близнецы, | в золотистых крапинках укропа | крепкого
посола огурцы (В. Федоров); Бабы дали волю своим языкам: к
сорока годам постаревшие, они завидовали Василисиной добротной
красоте, щажённой временем, побаивались ее, казалось бы, все
знающих глаз (Г. Коновалов).
Эти причастия могут быть употреблены и одиночно: Мужички
вши, видимо, были пытанные, мученные. У одного, рябого, подвя-
зана щека тряпкой — прикрывая клеймо (А. Т о л с т о й); И сбу-
дется, наконец, давняя лелеянная его мечта, как бы пришедшая из
сладкого сна (Ю. Бондарев).
Позднее, показывая, что в языке мотивированными одним и тем
же глаголом могут оказаться и причастия, и прилагательные, рацио-
нальнее сначала дать такие образцы, когда причастия и прилагатель-
ные соотносятся с разными значениями одного и того же глагола.
1 Примеры заимствованы из диссертации Л. П. Осенмук.
70
Таковы, например, причастия игранный, писанный, резанный. Ср.
прилагательные играные (карты), писаная (красавица), резаная
(рана). Тексты с причастиями: За эти 16 лет каждый персонаж, иг-
ранный мною, был моим сверстником (А. Миронов, устное вы-
ступление); Кроме двух, уже известных стихотворений Лермонтова,
в альбоме было третье, писанное им по-французски (И. Анд-
роников); Кистка нашлась, кистки у Дарьи постоянно водились
свои, из высокой и легкой белесой травы, резанной перед самым
снегом (Распутин).
После такого материала учащимся станет понятнее и существова-
ние таких пар, когда и причастие, и прилагательное соотносятся с
одним и тем же значением мотивирующего глагола. В параллель к
таким прилагательным, как вареный (картофель), вязаная (кофта),
рубленый (дом), пуганая (ворона), стреляный (воробей), дареный (да-
реному коню в зубы не смотрят), латаные (шаровары), паханая (зем-
ля), беленый (потолок), точеная (решетка), могут быть приведены
причастия, употребленные в контексте: Захар, в трех смолах кипя-
щих варенный, в трех щелоках мытый, рубелями ребристыми
катанный, и то конфузливо отворачивался (Коновалов); Ей
было приятно сесть за старое, с потускневшей полировкой фортепья-
но, на котором она играла в молодости. Теперь оно накрыто тонкой
кружевной дорожкой, вязанной младшей дочерью (А. Коптелов);
Изба его [Семена], рубленная еще отцом из комлистых лиственниц,
горестно покосилась, мохом поросла ее дырявая крыша (К. Седых);
Вот стою я перед вами, простая русская баба, мужем битая, попами
пуганная, врагами стрелянная (из речи А. Соколовой в кино-
фильме «Член правительства»); Позже всех подошел хмельной с утра
от радости Мокеев Петр в даренном Разиным золоченом колонтаре
(А. Чапыгин); Восемь немецких солдат... ведут человека в рва-
ных, много раз латанных гимнастерке и штанах (И. Шам я-
к и н); Поле, паханная им земля, мыслилось теперь как поле боя
(Б. Слуцкий); Этот чуть выше человеческого роста обелиск, что
я его помнил, несколько раз менял свою окраску: был то белоснежный,
беленный перед праздниками известкой, то зеленый, под цвет сол-
датского обмундирования (В. Б ы ко в); Эти кружки, точенные
на токарных станках, имеют вид деревянных толстых тарелок на
низких подставках (В. Солоухин).
В тех случаях, когда и причастие, и прилагательное мотивирова-
ны одним и тем же глаголом несовершенного вида, в качестве фор-
мального признака для их различного письменного оформления (нн или
н) используется наличие или отсутствие пояснительных слов. Этот
признак, как уже говорилось, не является абсолютным: причастие
может быть употреблено одиночно, а прилагательное может сопровож-
даться пояснительными словами. Но поскольку для причастия все же
более частотно и типично употребление в составе причастного оборо-
та, признак наличия пояснительных слов и используется обычно как
признак причастия и как рекомендация писать нн. Поэтому и в учеб-
никах для средней школы этот признак в качестве формального при-
71
знака, указывающего и на причастность формы, и на правописание
нн, используется так широко. Признак «пояснительные слова» в ка-
честве признака того, что поясняемое слово является причастием, и
вытекающего отсюда написания нн непосредственно и прямо указы-
вался в учебнике С. Г. Бархударова и С. Е. Крючкова (с. 246—247).
В школьном учебнике под ред. Н. М. Шанского пояснительные (за-
висимые) слова указываются в качестве равноправного с «приста-
вочностью» признака написания нн (с. 246).
Формальным признаком, важным для пишущих (как сигнал о
написании нн), является, конечно, и наличие приставки. Но это уже
касается другой группы страдательных причастий прошедшего вре-
мени, а именно причастий, образованных от глаголов совершенного
вида, а также соотносительных с ними прилагательных (изысканные
геологами месторождения, изысканные манеры и т. п.).
При изучении правописания н и нн в учебных пособиях иногда
сопоставляются бесприставочные и приставочные формы (типа золо-
ченый орех — позолоченный орех). Однако те приставочные отглаголь-
ные образования, которые лексически сопоставимы с бесприставоч-
ными отглагольными прилагательными, в учебной литературе иногда
безоговорочно называются причастиями1. Между тем «приставоч-
ность» отнюдь не является непременным признаком только прича-
стий. Наличие приставки является признаком-сигналом лишь написа-
ния в приставочной форме нн (кроме слов названый, смышленый,
посаженый).
Формальным признаком, который учтен в «Правилах...» 1956 г.
и который очень помогает пишущим в выборе н—нн, является тип
конечной части рассматриваемых отглагольных образований. Если
конечная их часть на -ованный, -еванный (т. е. они образованы от гла-
голов на -овать, -евать, где -ова-1-ева- — суффиксы), то пишется нн,
независимо от того, есть в слове приставка или нет (пишется избало-
ванный и балованный, реорганизованный и организованный с нн2). Та-
ким образом, внешний тип конечной части слова является более
«сильным» признаком, чем наличие приставки, для выбора написа-
ния нн.
Оказался не учтенным «Правилами...» 1956 г. еще один важный
формальный признак, помогающий при выборе н — нн, — это совер-
шенный вид глагола, с которым лексически соотносится то или иное
отглагольное образование. Вид глагола как один из формальных при-
знаков форм, пишущихся с двумя н, иногда отмечался в правилах.
1 См.: Бархударов С. Г., Крючков С. Е. Русский язык. 5—6 классы. М., 1939,
с. 247.
2 Исключением здесь являются указанные в «Правилах...» 1956 г. прилагатель-
ные жеваный, кованый, а также прилагательное клеваный, отмеченное А. И. Кайда-
ловой и И. К. Калининой (указ, соч., с. 72). Они пишутся с одним н, так как -ов-
и -ев- в этих словах входят в состав корня. Однако в случае их причастного употреб-
ления на основе § 62 «Правил...» пишется нн: А я раскрываю мое ремесло как радость,
мастером кованную (В. Маяковский); Но вишня, например, клеванная воро-
бьями, вкуснее (Л. Л е о н о в).
72
Так, в «Справочнике по орфографии и пунктуации для работников
печати» К. И. Былинского и Н. Н. Никольского издания 1952 г. на
это указывалось в § 65, пункте 7. Однако в 1956 г., упрощая орфо-
графию, вид глагола как формальный признак (когда он был неза-
висим от приставки) в «Правилах...» не упомянули. В 4-м издании
«Справочника...» (М., 1970) К. И. Былинского и Н. Н. Никольского
это указание на совершенный вид глагола, от которого образуется
причастие, сохраняется (с. 31). В книге А. И. Кайдаловой и И. К. Ка-
лининой категория совершенного вида словообразующего глагола
считается самым главным признаком правописания нн (см. 3-е изд.,
с. 70) или, соответственно, н (с. 72). Категория вида в этой книге яв-
ляется как бы отправным пунктом для всего изложения правил о
правописании н — нн. В последние издания школьного учебника
указание на совершенный вид глагола в правило о написании нн
включено. Это является несомненным достоинством учебника1.
И все же самым важным признаком написания нн в причастной
форме является лексико-грамматическое значение самого причастия.
В «Правилах...» 1956 г. (§ 62) так прямо и сказано: «Двойное н пи-
шется в страдательных причастиях прошедшего времени» (имеются
в виду их полные формы). Остальные признаки, хотя они и очень
важны, являются признаками формальными, добавочными.
Формальные признаки вводятся в правила для удобства пишу-
щих. Лингвистически достаточна формулировка § 62
«Правил...». Но такая формулировка мало информативна для широ-
кого круга пишущих, она поэтому так же неудобна, как была бы не-
удобна вполне лингвистически достаточная формулировка о том, что
приставка не- пишется всегда слитно, а частица не всегда раздельно.
Поэтому-то и в последнем случае для более быстрого различения
приставки не- и частицы не в правила также вводятся различные фор-
мальные показатели (см. ниже раздел о слитном и раздельном напи-
сании не).
Но формальные показатели (выведенные, разумеется, из языково-
го «поведения» слов) иногда могут дать и «осечку», как, например,
наличие пояснительных слов в качестве признака причастия для
написания нн. Пояснительные слова имеют разное значение: при
причастиях употребляются такие слова, которые актуализируют зна-
чение процессности у причастия, при прилагательном могут быть
употреблены пояснительные слова, актуализирующие и уточняющие
значение качественного признака. Могут быть употреблены поясни-
тельные слова и при прилагательных, мотивированных глаголами
несовершенного вида, но такая ситуация для них не типична, и ее
практичнее (во всяком случае в учебной работе) не учитывать.
В заключение остановимся на одном частном, но интересном и
требующем размышления случае. Трудно решить вопрос о написании
н — нн в таких словах (точнее, лексикализованных сочетаниях), как
1 См.: Русский язык. Учебник для 5—6 классов. М., 1980, с. 246.
73
штопаный-перештопан(н)ый, чиненый-перечинен(н)ый, стиран ый-пе-
рестиран(н)ый.
Сравнивая слова типа штопаный-перештопан(н)ый по значению
со словами типа добрый-предобрый (очень добрый}, Л. П. Калакуц-
кая пришла к выводу, что здесь разумнее писать одно н1. Приставка
пере- имеет здесь значение показателя степени качества (очень што-
паный). Слово в целом имеет значение прилагательного, а не значе-
ние «прилагательное + причастие». Мнение Л. П. Калакуцкой
поддержал Д. Э. Розенталь. В «Справочнике по правописанию и ли-
тературной правке для работников печати» он предложил в обоих
компонентах этих сложных образований писать одно н (§ 52, п. 3).
Но есть и другая рекомендация. Так, А. И. Кайдалова и И. К- Ка-
линина пишут: «В сложных словах типа писаная-переписанная (ру-
копись), штопаные-перештопанные (носки), черканая-перечерканная
(страница) первая часть (писаная, штопаные, черканая ) содержит
одно н, так как образована от глаголов несовершенного вида, вторая
(переписанная, перештопанные, перечерканная) -нн, так как образо-
вана от приставочных глаголов совершенного вида»2.
Известное сомнение здесь может вызвать определение значения
приставки пере-. Во всех ли случаях она имеет значение «очень»?
Есть ли это значение у приставки пере- во втором компоненте сложных
образований стираный-перестиран(н)ый, читаный-перечитан (н)ый
или, может быть, ее значение здесь «много раз»? При наличии поясни-
тельных слов или даже только при наличии соединительного союза
и это значение проявляется совершенно отчетливо: Стулья, тысячу
раз крашенные и перекрашенные в белый или небесно-голубой цвет
(Иностранная литература, 1980, № 5, с. 123); ... читанные и перечи-
танные сообщения... (там же, с. 115).
Вероятно, разным определением значения приставки пере- и
объясняется указанная двойственность орфографических рекомен-
даций в этом случае. Учитывая то, что в справочной и учебной лите-
ратуре представлены противоречивые орфографические рекоменда-
ции, представляется, что ни один из вариантов написания во втором
компоненте (н или нн) нельзя засчитывать школьникам за ошибку.
УПОТРЕБЛЕНИЕ И ПРАВОПИСАНИЕ ЧАСТИЦ НЕ И НИ
Общие замечания
Употребление и правописание частиц не и ни, как показывает
практика школ, более всего затрудняет учащихся, часто даже самих
учителей.
Поскольку частицы не и ни чаще безударны и совпадают в произ-
ношении, то при выборе этих частиц на письме нужно всегда исхо-
1 См.: Калакуцкая Л. П. Нерешенные вопросы.—Вопросы культуры речи,
вып. 4, 1963, с. 132.
2 Кайдалова А. И., Калинина И. К. Современная русская орфография. М.,
1976, с. 75.
74
дить из их значения, нужно знать, в каких случаях употребляется
частица не и в каких случаях — частица ни. Таким образом, пра-
вописание частиц не и ни является лишь внешним проявлением их
выбора, а сам выбор диктуется общим смыслом того или иного пред-
ложения, словосочетания или слова.
Весь вопрос в целом (о правописании не и ни) является трудным,
но можно назвать несколько особенно трудных случаев. Таким слу-
чаям уделено внимание в «Пособии для занятий по русскому языку
в старших классах средней школы» В. Ф. Грекова, С. Е. Крючкова,
Л. А. Чешко (изд. 30-е, М.: Просвещение, 1981, § 58, с. 166—169).
Но представляется, что в руках у учителя должен быть более под-
робный комментарий к трудным случаям употребления и правописа-
ния частиц не и ни, поскольку, благодаря частотности конструкций
с этими частицами, учащиеся часто употребляют их в своих творче-
ских сочинениях, используя при этом и такие модели предложений,
которые не приводятся в названном пособии. При работе над ошиб-
ками учащихся всегда интересует вопрос, почему нужно было упо-
требить ту или другую частицу, если они ошиблись в их выборе.
Именно ответы на вопрос «Почему?» учитель и найдет в нижеследую-
щем тексте1.
Риторический вопрос с частицей не
в отличие от придаточных предложений
усилительно-обобщенного значения с частицей ни
1. Синтаксическое значение и роль риторического вопроса
с частицей не и придаточных предложений
усилительно-обобщенного значения с частицей' ни
К особо трудным случаям в первую очередь относится употребле-
ние частицы не в вопросительных и восклицательных предложениях
типа Кто не проклинал станционных смотрителей, кто с ними
не бранивался? (Пушкин); Гдё он только не бывал!
Вопросительные и восклицательные предложения используются
в качестве особого способа выражения усиленного утверждения, и
в них по ложной аналогии с придаточными предложениями, имею-
щими усилительно-обобщенное значение (Где мы только ни быва-
ли, нас везде встречали приветливо), иногда пишут частицу ни.
Придаточные предложения с сочетаниями что ни, сколько ни,
как ни и т. д. по своей синтаксической функции (согласно школьному
учебнику, а также «Грамматике современного русского литературно-
го языка», 1970) считаются предложениями уступительными. Кроме
уступительного, придаточные предложения с частицей ни «имеют
добавочное усилительное значение»2. Это усилительное значение
1 Полезным пособием по правописанию не и ни является брошюра Г. П. Соколо-
вой «Частицы не, ни и другие» (Л., 1969).
2 Бархударове. Г., Крючкове. Е., Максимов Л. Ю., Чешко Л. А. Русский язык.
Учебное пособие для 7—8 классов. М., 1973, с. 184.
75
точнее можно определить как усилительно-обобщенное, поскольку
«относительные местоимения при этом имеют обобщающее значение
(=«любой», «в любом месте», «в любое время» и т. д.)»1.
Поскольку все же уступительное значение не всегда достаточно
ярко, а более очевидны их «добавочные» значения усиления и обоб-
щения (ср. Где мы только ни бывали, нас везде встречали приветливо),
рассматриваемые предложения мы называем предложениями уси-
лительно-обобщенного значения.
Смешение риторического вопроса с придаточными предложения-
ми усилительно-обобщенного значения встречается довольно часто:
ошибки в употреблении частиц в этих конструкциях встречаются не
только у школьников, впервые знакомящихся с данными конструк-
циями, но даже в книгах, выпущенных солидными издательствами,
например: Чего только ни расскажут! Откуда старины ни вы-
копают! Каких страхов ни нанесут! (Гоголь Н. В. Собр. худ. про-
изведений в 5 томах, т. I. М., 1959, с. 12).
Изучение подобных предложений в школе всегда представляет
большие трудности. Часто ошибаются в этих конструкциях и сту-
денты. Обычно, хорошо усвоив, что в придаточных предложениях
усилительно-обобщенного значения употребляется частица ни,
именно с последними предложениями сравнивают вопросительно-
восклицательные предложения типа Где только он не побывал! и
часто даже настаивают на том, что здесь логически необходима имен-
но частица ни.
Поэтому и представляется необходимым показать, в чем же за-
ключается их трудность, где истоки и мотивы для смешения подоб-
ных вопросительно-восклицательных предложений с предложения-
ми типа Где мы только ни бывали, нас везде встречали приветливо.
2. Риторический вопрос как особый тип
вопросительных предложений
Различают несколько типов вопросительных предложений. В од-
них случаях говорящий, спрашивая, ждет в ответ лишь подтвержде-
ния или отрицания: Вы прочитали книгу? Были ли вы вчера на лек-
ции? Такие предложения предполагают только один из двух ответов:
положительный (да, прочитал; да, был) или отрицательный (нет,
не прочитал; нет, не был).
В других случаях говорящему неизвестны те или иные элементы
интересующей его мысли; ему важно знать лицо, причину, цель дей-
ствия, качество каких-либо предметов и т. д.: Кто это сказал? Поче-
му он это сделал? Зачем? и т. д. В этих случаях ответ должен быть
конкретен и должен раскрывать, что же это за лицо, какова причина
того или иного действия и т. д.
Риторический же вопрос среди вопросительных предложений
занимает совершенно особое положение. Риторический вопрос не
* Грамматика современного русского литературного языка' Отв. ред. Н. Ю. Шве-
дова. М., 1970, с. 722.
76
требует ответа. Он поставлен таким образом, что ответ на него вы-'
текает из самого вопроса, причем ответ совершенно определенный.
Риторический вопрос является одним из специальных средств
поэтического синтаксиса и наряду с риторическими обращениями,
инверсией и другими стилистическими фигурами способствует об-
разной выразительности речи.
Риторические вопросы по своему характеру могут быть двух ви-
дов:
1) вопрос может быть поставлен в положительной форме: Разве
можно так поступать? Чем же тут возмущаться?
«Идем, старик! И-идем. Бог с ними! Не говори, не кричи! Кто .
нас услышит?» (Горький);
2) и в отрицательной: Не обидно ли? Неужели это не горе?
Кто не проклинал станционных смотрителей, кто с ними не i
бранивался? (Пушкин).
В том случае, когда вопрос поставлен в положительной форме, :
ответ на него имеется в виду отрицательный (Нельзя так поступать; :
Нечем тут возмущаться; Никто нас не услышит). При этом отри-:
нательный смысл как бы переносится на сам вопрос (своего рода
«экономия» языка), хотя, конечно, сам по себе положительно оформ-'
ленный вопрос (как и всякое другое положительно оформленное
предложение) не может выразить отрицания.
При отрицательно же оформленном вопросе ответ мыслится по-
ложительным (Обидно; Это горе; Все проклинали, все бранились).
Риторические вопросы могут в разной степени сохранять или
терять вопросительность своей интонации. Сохраняя вопроситель-
ную интонацию, они приобретают одновременно с ней и восклица-
тельную интонацию: Кому из вас, ребята, не запомнился день пер-
вого сентября, день начала учебного года!1. Но иногда восклицатель-
ная интонация целиком подавляет вопросительную интонацию:
И кого мы только не встречали и чего только не перевидали! Это на-
ходит отражение и в пунктуации: в конце таких предложений ста-
вится восклицательный знак.
При спокойной интонации на конце может стоять и точка: Чего
только не готовим, чего не носим (Панова).
Широко распространено определение риторического вопроса как
утверждения, высказанного в вопросительной форме2. Именно та-
кое определение дает, например, Большая советская энциклопедия.
Более редким является такое определение, которое находим в «Сло-
варе лингвистических терминов» Ж. Марузо. Здесь сказано, что
1 Если произносить это предложение только с вопросительной интонацией,
то это уже будет простой, а не риторический вопрос — вопрос, который требует от-
вета, кому именно не запомнился день первого сентября.
2 ССзор суждений о логико-грамматическом характере риторического вопроса
см. в статье: Горелов В. И. О природе риторического вопроса. — Изв. АН СССР.
Отд. рус. яз. и лит., 1966, т. 25, вып. 4.
77
риторический вопрос является мнимым вопросом и предназначен для
получения очевидного ответа (Разве это способ действия?)1.
Представляется, что только приведение риторического вопроса в
связь с самоочевидным (мысленным) ответом на него и может объяс-
нить, почему положительно оформленные риторические вопросы име-
ют отрицательный смысл, а отрицательно оформленные — положи-
тельный. То, что риторический вопрос, отрицательный по форме,
является отрицательным по своему логическому смыслу, часто под-
тверждают последующие предложения. Ср. «.Чего только нет в вашем
письме? Пожалуй, только искренности». Как видим, последующее
предложение подтверждает «отрицательность» вопросительного пред-
ложения («В вашем письме нет только искренности»). Ср. также
такой показательный в этом отношении контекст: Кто из гостей
Ленинграда не пожелает приобрести комплект художественных
открыток, несколько значков либо других сувениров, напоминающих
о нашем городе? Вероятно, вопрос этот чисто риторический, потому
что из десятков тысяч людей, ежедневно приезжающих в город на
Неве, каждый хочет увезти с собой памятную вещицу. И увозит от-
крытки, настольные украшения, памятные медали («Ленинградская
правда», 1968, 20 июня).
Все ошибки, которые встречаются в риторических вопросах, и
объясняются тем, что утвердительный смысл отрицательно оформ-
ленных риторических вопросов учащиеся выводят непосредственно
из самого вопроса, а поскольку утверждение здесь усиленно под-
черкнутое, то и возникает желание вместо отрицания не написать
усилительную частицу ни. Поэтому бывает полезным при объясне-
нии специфики отрицательна оформленных риторических вопросов
сравнивать их с положительно оформленными, но имеющими отри-
цательный смысл риторическими вопросами типа Что может быть
крепче дружбы, рожденной в борьбе против общего врага?
Смысловую отрицательность самого вопроса, как такового (если
он оформлен' отрицательно), полезно проследить на риторических
вопросах со словом нет, например: Бригадир-мартеновец Лучко,
оказывается, голубей держит. Каких только у него нет красавцев!
(Кочетов). Здесь особенно наглядно видно, что риторические
вопросы, вызывающие положительный ответ, оформляются именно
отрицательно и что утвердительный смысл мы берем лишь из мыслен-
ного ответа. Впрочем, иногда этот именно утвердительный ответ
может быть и высказан. Ср.: [Вася]. Уего теперь у него нет? Всё
(А. О с т р о в с к и й.). [Астров (осматривая склянки на столе)].
Лекарства. Каких только тут нет рецептов! И харьковские, и
московские, и тульские... Всем городам надоел своею подагрой (Ч е-
х о в).
Формальное отличие риторических вопросов от аналогичных пря-
мо вопросительных предложений определяется прежде всего интона-
ционными средствами (интонация их, как уже сказано, носит, как
1 См.: Маруэо Ж- Словарь лингвистических терминов. М., I960, с. 59.
78
правило, вопросительно-восклицательный характер). В письменной
речи характер вопроса выявляется в контексте.
Такой вопрос, как: Чего там нет? — может быть использован
и как прямой, и как риторический. Ср.: Прекрасный человек Иван
Иванович!.. Какие у него яблоки и груши под самыми окнами! От-
ворите только окно — так ветви и врываются в комнату. Это всё
перед домом; а посмотрели бы, что у него в саду! Чего там нет?
Сливы, вишни, черешни, огородина всякая, подсолнечники, огурцы,
дыни, стручья, даже гумно и кузница (Гоголь); «Господи, боже
мой, какой я хозяин! Чего у меня нет? Птицы, строения, амбары,
всякая прихоть, водка перегонная, настоянная; в саду груши, сливы;
в огороде мак, капуста, горох... Чего ж еще нет у меня?..
Хотел бы я знать, чего нет у меня? Задавши себе такой глубоко-
мысленный вопрос, Иван Иванович задумался... (Гоголь).
Если не учитывать того, что утвердительный смысл риторичес-
кого вопроса мы получаем из мысленного ответа, можно прийти к
неверному выводу о том, что в отрицательно оформленном ритори-
ческом вопросе частица не имеет... утвердительное значение! (Ср.:
Кто не проклинал станционных смотрителей?) Между тем надо
учесть, что при подлежащем кто стоит отрицательное, а не положи-
тельное сказуемое и никаких «положительных» признаков подлежа-
щему кто не приписывается. Положительный признак (Все брани-
лись) приписывается подлежащему все в мысленном ответе.
Если считать, что утвердительный смысл риторическому вопросу
Кто не проклинал станционных смотрителей? придает частица не,
то какое же слово придает отрицательный смысл риторическому во-
просу Кто вас услышит? Таких слов обнаружить нельзя.
Исследователи, обращавшие внимание на отрицательно оформ-
ленные риторические вопросы, по-разному относятся к значению
употребляемой в них частицы не. Те, кто не сопоставляет отрицатель-
но оформленный риторический вопрос с положительно оформленным
риторическим вопросом, а рассматривает его изолированно, прихо-
дят к выводу, что сама частица не имеет здесь контрастно-утверди-
тельное значение1 2. Этот же взгляд, выраженный, правда, не столь
прямо, находим в 17-томном «Словаре современного русского лите-
ратурного языка». Здесь сказано, что частица не в сочетании с мес-
тоимениями и наречиями как не, кто не, чего не и др. «придаст вы-
ражению утвердительное значение» (выделено нами. — В. И.)".
Другие исследователи, считая, что частица не нс может иметь
положительного значения, полагают, что утвердительный смысл
отрицательно оформленных вопросительных предложений типа
Кому это не известно? (в смысле Всякому это известно) создается
«сочетанием особого ударения, характеризующегося резким повы-
1 Теория полисемии отрицательных частиц распространена довольно широко.
См., в частности: Айзенштадт Э. И. К вопросу об эмфазе отрицания в современном
английском языке. — Учен. зап. Моск. обл. пед. ин-та, 1955, т. XXXI, вып. 1.
2 Словарь современного русского литературного языка. М. — Л., 1958, т. 7,
с. 689.
79
шением тона на вопросительном слове кому, с отрицательной части-
цей не». Считая, что ударение несет здесь некую отрицательную на-
грузку — выразить отрицание мысли, выраженной в предложении,—
называют его отрицательным ударением. В сочетании отрицатель-
ного ударения с отрицательной частицей видят двойное отрицание
(одно выражено отрицательной частицей не, а второе — специаль-
ным отрицательным ударением), за счет которого якобы и получается
утвердительный смысл риторического вопроса (так же как Я не
могу не пойти означает я пойду)1.
Остановимся несколько подробнее на связи отрицательно оформ-
ленных риторических вопросов с ответами на них, на «механизме»
условного переноса положительного значения ответа на вопрос.
Понять, что риторический вопрос сам по себе отрицателен, — это
значит понять, почему в нем следует писать именно частицу не2.
Итак, представляется, что утвердительный смысл риторического
вопроса типа Где я только не побывал! (или со словом нет) мы полу-
чаем из мысленного ответа на этот вопрос (Много где побывал, всюду
или почти всюду). Этот обобщенно-утвердительный смысл ответа
логически вытекает из характера и цели постановки вопроса. Вопрос
ставится именно так, чтобы уже самим вопросом показать, подчерк-
нуть, что отрицаемого мало, еготрудно даже найти, оно незначительно,
неактуально. Ответ может быть и прямым (причем не только мыс-
ленным, но и словесно выраженным), т. е. отвечающим на риториче-
ский вопрос, как на обычный вопрос: Чего только нет в вашем пись-
ме? Пожалуй, только искренности.
Поскольку отрицаемого мало, то оно ограничивается какими-то
только... Не случайно поэтому частица только так часто сопровождает
риторический вопрос. Ответ на риторический вопрос, как правило,
положителен потому, что «имеющегося» много, оно на виду. Легче
поэтому сказать о том, что есть, чем о том, чего нет или мало (хотя
спрашивается о том, чего нет). Чего только нет? Всё есть. (См. в при-
веденном примере из Гоголя, как задумался Иван Иванович, когда
решил ответить самому себе на вопрос, чего же у него нет.)
Утвердительный смысл мысленного ответа на отрицательный ри-
торический вопрос мы как бы переносим на этот вопрос, так как от-
вет совершенно ясен. Оставаясь вопросом, риторический вопрос на-
чинает казаться нам утвердительным суждением. Но это не так. Ри-
торический вопрос остается именно отрицательным вопросительным
предложением не только по форме, но и по своему существу. Утвер-
дительный смысл содержится в мысленном ответе на этот не только
отрицательно оформленный, но и отрицательно направленный во-
1 См.: Васильева С. А. К вопросу о семантике отрицательных частиц. — Науч-
ные доклады высшей школы. Филологические науки, 1959, № 3, с. 83.
2 При анализе связи риторического вопроса с мысленным ответом на него будут
в равной степени учтены и предложения с частицей не, и предложения со словом нет,
поскольку «механизм» переноса, положительного значения ответа на сам вопрос
здесь один и тот же.
80
прос. Он направлен на то, чего мало (Чего там только нет?), а по-
тому резче оттеняется, что всего много. Через крайнее ограничение
отрицаемых фактов резче выделяются утверждаемые: Уж чем нас не
угощали? Только птичьего молока не было.
Такова динамика перехода от отрицания к утверждению.
Риторический вопрос — это такой вопрос, который не требует
ответа, но и не исключает его.
Ответы на отрицательный риторический вопрос могут быть трех
типов. Они выделяются по признаку нарастающего усиления утвер-
ждения.
Первый тип ответа — непосредственно отрицательный: Чем о'н
нас не угощал, чем не потчевал! Не было только птичьего мо-
лока (Н. Макаров). Таким отрицанием сильнее подчеркивается
изобилие, множество и разнообразие того, чем угощали и потчевали.
Однако формально ответ остается отрицательным. Такой ответ не
Мог бы быть дан, если бы в риторическом вопросе не было бы отри-
цательной направленности.
В ответе на риторический вопрос может быть специально подчерк-
нута трудность нахождения или называния отрицательного факта,
явления или предмета: Кто теперь не знает в нашей стране этой
песни о Ермаке? Такой человек сейчас редкость (Е. Федоров).
Если в приведенном риторическом вопросе не видеть по всему своему
смыслу отрицательно направленного вопроса, а видеть лишь отрица-
тельно построенный вопрос, равный по смыслу категоричешфМу
утверждению Все знают, то ответ Такой человек сейчас редкость по-
висает в воздухе. Ведь не может же быть ответа на утверждение!
Второй тип ответов как бы вытекает из первого. Поскольку того,
о чем спрашивается в отрицательном риторическом вопросе, мало,
выдвигается на первый план положительное. В этом заключается
особый способ контрастной подачи положительного через отрица-
тельное.
Поскольку положительного, имеющегося — фактов, явлений,
предметов или их признаков — обычно оказывается много, то <5ни
могут быть и перечислены: А может быть, скажут — послужи? Ну,
что же, кем не был он в своей жизни. Был пастухом, трактористом,
парторгом колхоза, инструктором райкома... (Овечкин); Вот
если б Маланья Петровна приехала, уж тут было бы прокаэ-то! Чего
она не затеет! И олово лить, и воск топить, и за ворота бегать, де-
вок у меня с пути собьет. Затеет игры разные... Такая, право!
(Гончаров); И каких только искусных певцов-соловьев не было в
старом вербовом лесу! Нежные, голосистые, тонкие, точно хрусталь-
ные колокольчики, они перекликались всю ночь, пели на рассвете, на
восходе солнца, радовали людей своей ласковой, чудесной песней...
(Закрутки н).
Иногда подобный «перечислительный» ответ и сам вопрос как бы
меняются местами: Ох, и оружия нынче по рукам у людей ходит вся-
кого: и немецкое, и итальянское, и французское, и даже вон финское,
какого только нет (Б. Полевой.) Такая «перестановка» возмож-
81
на потому, что сам отрицательный риторический вопрос как спе-
циальная фигура и ставится, если заранее известно множество и раз-
нообразие чего-либо.
Третий тип ответов на отрицательный риторический вопрос —
обобщенно-утвердительный: Чего теперь у него нет?Всё (А. Ост-
ровский). Это тот ответ, который обычно дается только мыслен-
но, без отражения его во внешней (звуковой или письменной) речи.
Итак, отрицательно оформленный риторический вопрос так и
остается отрицательным, а отнюдь не утвердительным предложе-
нием. Положительный смысл риторический вопрос получает как бы
переносно (из ответа), утвердительный смысл не содержится в самом
риторическом вопросе непосредственно, он лишь вытекает из него,
поскольку каждый риторический вопрос непременно предполагает
ответ, прежде всего — мысленный.
Широко распространенное определение риторического вопроса
как утверждения в вопросительной форме можно принять, только
учитывая, что это утверждение (в широком смысле слова) перене-
сено на риторический вопрос из положительного мысленного отве-
та, что риторический вопрос выступает как своеобразный замести-
тель этого ответного положительного суждения.
3. Смысловое сходство и различие риторического вопроса
(с частицей не) и придаточного предложения
усилительно-обобщенного значения
Придаточные предложения усилительно-обобщенного значения
имеют только утвердительный смысл: Где мы только ни бывали,
нас везде встречали приветливо, т. е. мы бывали всюду, и всюду, где
мы бывали, нас встречали приветливо. Частица ни в этих предло-
жениях усиливает, подчеркивает имеющийся уже и сам по себе ут-
вердительный смысл этих предложений. Роли «усилителя» утверж-
дения ни в каких других конструкциях, кроме названной, частица
ни больше не играет. Частица ни, как правило, усиливает отрица-
ние (нет ни души), поэтому частицу ни в роли «усилителя» положи-
тельного значения в данном типе придаточных предложений акад.
В. В. Виноградов называет^даже «привеском» к относительным мес-
тоименным словам, считая ее омонимом отрицательно-усилительной
частицы ни1.
Поскольку придаточное предложение и без частицы ни имеет
положительный смысл, то такие предложения могут быть употребле-
ны и без нее. Ср.: Их [французов] сердечность и теплота проявля-
лись всюду, где мы бывали (из газет). Можно было бы сказать
и где мы (только) ни бывали.
Впрочем, частица ни употребляется в таких придаточных предло-
жениях очень устойчиво, она закрепилась в них, можно сказать,
в качестве непременного сопроводительного элемента, а при неко-
1 См,: Виноградов В. В. Русский язык. М. — Л., 1947, с. 669.
82
торых типах сказуемого даже сугубо обязательна. Так, она обяза-
тельна при инфинитиве: Сколько бы на смотреть на море — оно
никогда не надоест (Катаев); при повелительной форме глагола:
Кого ни возьми на заводе, у каждого есть какая-нибудь не сразу за-
метная, особенная сторона жизни (Кочетов); при имени сущест-
вительном: Программабыла повышена, что ни месяц — новый план...
(Панова).
Поскольку утвердительный смысл всех этих предложений логи-
чески ясен, а сами эти конструкции широко употребительны, то и
усилительная роль частицы ни как частицы, подчеркивающей утвер-
дительный смысл, хорошо запоминается. Обнаружив же в риториче-
ском вопросе утверждение, да еще и усиленное (Где он только не
побывал! Всюду побывал), и пишут в нем ошибочно частицу ни, как
частицу, усиливающую утверждение.
Психологическая основа этой ошибки ясна, но чтобы не оши-
баться, надо именно понять, что утвердительный смысл придаточных
предложений с частицей ни и риторического вопроса разный. Он
прямо положительный в придаточном предложении, где выражается
непосредственно этим предложением (частица ни его только усили-
вает), а в риторическом вопросе утвердительный смысл непосредст-
венно не выражен. Риторический вопрос отрицателен, но этот во-
прос так поставлен, что ответ на него получается сугубо положитель-
ный. Ответ вытекает уже из самого вопроса и как бы переносит свой
утвердительный смысл на риторический вопрос. Этот положитель-
ный смысл непосредственно присущ лишь мысленному ответу (или
не мысленному, а даже выраженному — см. выше), а не риториче-
скому вопросу. Риторический вопрос остается отрицательным и
должен быть оформлен отрицательно, т. е. в нем надо писать частицу
не (или слово нет).
4. Формальное сходство и различие риторического вопроса
(с частицей не) и придаточного предложения
усилительно-обобщенного значения
Кроме рассмотренного смыслового сходства риторического во-
проса типа Где он только не побывал! с придаточным предложением
типа Где мы только ни бывали, нас везде встречали приветливо,
есть и формальный момент, который иногда способствует тому, что
обучающиеся орфографии не различают риторический вопрос с ча-
стицей не и придаточные с частицей ни.
В учебнике по русскому языку для педагогических училищ ска-
зано: «Заметьте следующие выражения: где ни, когда ни, что пи,
сколько ни...»*. В школьном учебнике указывается, что «придаточные
1 Земский А. М., Крючков С. Е., Светлаев М. В. Русский язык, ч. I. М., 1963,
с. 283.
83
уступительные прикрепляются к главному союзными словами сколь-
ко, как с усилительной частицей ни-»1. Но дело в том, что те же са-
мые местоимения и местоименные наречия, которые употребляются
в роли союзных слов в придаточных уступительных предложениях,
употребляются и в риторическом вопросе с частицей не. И это ес-
тественно, что в риторическом вопросе те же самые местоимения и
местоименные наречия: ведь относительные местоимения, употреб-
ляемые в придаточных предложениях (ср. Всё, что ни делала, что
ни читала, Саша тотчас же ему рассказала), — это те же вопроси-
тельные местоимения, употребленные в иной функции. Но поскольку
только для частицы ни в учебной литературе подчеркивается «со-
седство» с этими местоимениями и местоименными наречиями, то
лишь по этому соседству учащиеся часто и определяют «необходимость»
писать частицу ни. И ошибаются.
В «Правилах русской орфографии и пунктуации» сочетаемость
с местоимениями и наречиями указана и для частицы ни (в прида-
точных) и для частицы не (в риторическом вопросе):
«В вопросительных и восклицательных предложениях частица
не примыкает к местоимениям, наречиям и частицам, образуя с ни-
ми сочетания: как не, кто не, кто только не, где не, где только не,
чем не, чего не, чего только не и т. п.» («Правила...», § 48, п. 1, б).
«Частица ни в придаточных предложениях указанного типа при-
мыкает к относительному слову или к союзу, и поэтому придаточ-
ные предложения начинаются сочетаниями: кто ни, кто бы ни, что
ни, что бы ни, как ни, как бы ни, сколько ни, сколько бы ни, куда ни,
куда бы ни, где ни, где бы ни, какой ни, какой бы ни, чей ни, чей бы ни,
когда ни, когда бы ни и т. п.» («Правила...», § 48, п. 2, а).
Как видим, частицы не и ни в риторическом вопросе и придаточ-
ных предложениях примыкают к одним и тем же местоименным сло-
вам, образуя совершенно идентичные сочетания. Такая идентичность
сочетаний, конечно, не является опорой для пишущих.
Приведем риторические вопросы с указанными местоименными
словами:
И как здесь не вспомнить о великих традициях классиков, о
славных традициях сатиры В. Маяковского (из газе т); Кто в
детстве не осаждал старинные замки, не погибал на корабле с
изодранными в клочья парусами у берегов Магелланова пролива или
Новой Земли, не мчался в тачанке вместе с Чапаевым по зауральским
степям, не искал сокровища, так ловко запрятанные Стивенсоном
на таинственном острове, не слышал шума знамен в Бородинском
бою или не помогал Маугли в непролазных дебрях Индостана?
(Паустовский); Что только не прилетает из космоса: все-
возможные элементарные частицы, протоны, более крупные ядра...
1 Бархудров С. Г., Крючков С. Е., Максимов Л. Ю., Чешко Л. А. Русский язык.
Учебное пособие для 7—8 классов. М., 1973, с. 184.
84
(«Правда», 1968, 23 ноября)1; Много лет прошло с того момента,
когда я впервые пристрастился к охоте, взялся за полевую исследова-
тельскую работу, за добывание живых диких животных. Где я только
не побывал за этот период своей жизни (С п а н г е н б е р г).
Придаточные предложения с теми же местоименными словами:
И все-таки как ни стыдила, как ни отчитывала она [Анфиса]
себя, на душе у нее было неспокойно (Ф. Абрамов); Кто бы кем
ни был на гражданке — все подряд рядовыми идут! (Симонов);
Где я ни пропадал, а ее [совесть] не промотал! (Б у б е н н о в);
Что с тобой ни случится, крикни — и мы явимся по первому зову
(Сажин).
В сочетаниях местоимений и наречий с частицей ни есть еще эле-
мент бы, не указываемый в «Правилах орфографии и пунктуации»
при сочетаниях с частицей не. Частица бы, действительно, не харак-
терна для риторических вопросов, однако она может быть в отрица-
тельных вопросах типа: Как бы чего не вышло? — поэтому частица бы
не может быть использована в качестве единственного «указателя» на
то, что в том предложении, где она присутствует, надлежит писать
частицу ни.
Однако, если сопоставлять придаточные этого типа только с ри-
торическим вопросом, частица бы может быть формальным призна-
ком, характерным для придаточных предложений. Сказуемое в пред-
ложениях указанного типа выражается формой сослагательного
наклонения для усиления обобщающего характера высказывания.
При этом частица бы обычно вставляется между местоименным сло-
вом и частицей ни. Ср.:
Симонов слушает песню Ани, и думается ему, что, несмотря ни
на что, как бы ни выли вокруг пули и ни шипели шрапнели, не
снять им с плеч, как поет Аня, серую шинель (Кожевников);
Но как бы мы ни определяли вдохновение, мы знаем, что оно пло-
дотворно и не должно исчезнуть бесплодно, не одарив собою людей
(Паустовский); Но что бы ни случилось, сколько бы раз
ни пришлось стаскивать шапки, когда люди узнают о гибели своих
товарищей, всё равно надо и дальше делать свое дело — опасное и тя-
желое, завещанное дедами и отцами. Уступать морю нельзя (П а у-
стовский); Что бы Нонна ни делала, в основе основ должно
было находиться ощущение внутренней необходимости (Панова).
Для риторических вопросов довольно характерна частица только,
но абсолютным показателем того, что нужно писать частицу не, час-
тица только быть не может, так как риторические вопросы часто упо-
требляются и без нее, а кроме того, хотя и редко, но она бывает и в при-
даточных усилительно-обобщенного значения, например: Трудно лови-
1 В риторическом вопросе вопросительное местоимение обычно стоит в род.
падеже (влияние отрицания при сказуемом): Чего здесь в старые годы не бывало?
(Мельников-Печерский).
Для риторического вопроса, и только для него, очень специфично употребление
повторяемых местоименных слов: Чего-чего в том свитке не найдется! (А. О с-
т р о в с к и й).
85
роватъ в толпе, но Кистяковский послушно направляется туда, сюда —
куда только его ни тащит девушка (Бек и Л о й ко).
Формальным отличием риторического вопроса от придаточного
предложения с частицей ни может служить интонация. Вопроситель-
ное местоимение в риторическом вопросе всегда подчеркнуто удар-
но, в то время как относительное слово в придаточном предложении
произносится без подчеркнутого ударения.
И все-таки, несмотря на ряд специфических и для риторического
вопроса и для придаточных предложений формальных показателей,
при разграничении этих предложений прежде всего необходимо опи-
раться на смысл.
5. Синтаксически осложненные типы риторических вопросов
с частицей HeJ
Если бы риторический вопрос употреблялся в речи только изо-
лированно, как это было почти во всех вышеприведенных примерах,
то этот признак (синтаксическая независимость риторического воп-
роса) мог бы служить одним из формальных его признаков. Однако
риторический вопрос далеко не всегда употребляется изолированно.
Риторический вопрос, оставаясь риторическим вопросом, может
сам попасть на положение придаточного, может «обрастать» придаточ-
ными предложениями, обособленными оборотами, употребляться с
ответами и т. п. Иногда это делает конструкции с риторическим воп-
росом внешне действительно очень похожими на сложные предложения
с придаточными усилительно-обобщенного значения. В осложненных
риторических вопросах обучающиеся орфографии делают ошибки
особенно часто.
Приведем языковой материал на осложненные риторические во-
просы.
РИТОРИЧЕСКИЙ ВОПРОС — ПРОСТОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ,
ОСЛОЖНЕННОЕ ПРИЧАСТНЫМ ОБОРОТОМ
Чего только не выдумают люди, проживающие у берегов Гудзона,
на потребу шумихе и рекламе (Б. Ковал ь).
РИТОРИЧЕСКИЙ ВОПРОС — СЛОЖНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
С ПРИДАТОЧНЫМ ОПРЕДЕЛИТЕЛЬНЫМ
Будучи осложнен придаточным предложением, риторический
вопрос является сложноподчиненным предложением. Но централь-
ная его часть (сказуемое с частицей не) занимает положение главного,
независимого предложения. Этим риторический вопрос отличается
от придаточных усилительно-обобщенного значения:
В каких только переделках не приходилось бывать маленькому
кораблю, на котором снова шел в боевой поход'старшина Павел Дро-
нов! (Панова); Куда только не выезжали в течение года, который
потребовался для создания фильма, съемочные бригады Ленинград-
ской кинохроники! (из газет).
86
РИТОРИЧЕСКИЙ ВОПРОС — СЛОЖНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
С ПРИДАТОЧНЫМ ИЗЪЯСНИТЕЛЬНЫМ
Кто не знает, как долго чернеют на лугах пятна от костров ноч-
лежников (Падерин); Чье сердце не содрогнется при мысли о том,
как невыразимо тяжела была жизнь человека, вписавшего новую, не-
обыкновенно своеобразную и яркую страницу в историю русского
музыкального искусства (Ю. Шапорин. Мусоргский).
РИТОРИЧЕСКИЙ ВОПРОС — СЛОЖНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
С ПРИДАТОЧНЫМ ВРЕМЕНИ
Какого только металлического хлама не натаскал Луньков, ког-
да мастерил модель печи Сырейщикова? (Б ек и Лойко); Чего-чего
только не передумаешь об этих вещах, пока руководящие работники
министерства рыбной промышленности загадочно молчат (О в е ч-
к и н).
РИТОРИЧЕСКИЙ ВОПРОС — СЛОЖНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
С ПРИДАТОЧНЫМ УСЛОВНЫМ
Ах, если бы у меня было такое здоровье, чего бы я не сделал! чего
бы я не перечитал! (Никитин).
РИТОРИЧЕСКИЙ ВОПРОС —
СЛОЖНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
С ПРИДАТОЧНЫМ ЦЕЛИ
С союзом чтобы:
Где он только не шлялся сегодня, чтобы уйти от этого отвра-
тительного настроения (Панова); «Катюша» была Сенькиной
слабостью. Чего бы не отдал он, чтобы только попасть хотя бы са-
мым что ни на есть последним номером в батарею «эрзсовцев», как гор-
до называли себя гвардейские минометчики (Алексеев); Чего бы
он не дал, чтобы нравиться им (Т у р г е н е в).
В качестве союза цели с особым оттенком значения может высту-
пать также сочетание лишь бы:
Чего только не выдумывали любители ловли карпов, лишь бы
владеть высшим пилотажем удильщика (Кочетов).
Мы привели несколько больше примеров на этот тип риторичес-
кого вопроса, так как здесь обучающиеся орфографии особенно час-
то допускают ошибочное написание частицы ни. И рассуждают при
этом так: «Ведь он же всюду шлялся, чтобы уйти от отвратительного
настроения! (См. первый пример.) Здесь усиление утверждения, а
поэтому нужна частица ни». Да, несомненно, всюду шлялся, чтобы
уйти от отвратительного настроения,— смысл такой, но ведь этот
смысл вытекает из мысленного ответа на риторический вопрос. Рито-
рический вопрос не является придаточным предложением усилитель-
но-обобщенного значения, а, наоборот, сам осложнен здесь прида-
точным.
87
Сравним два предложения: Где он только не шлялся сегодня,
чтобы уйти от этого отвратительного настроения (Панова) и
второе, экспериментально созданное, но вполне возможное в речи:
Где он только на шлялся, он не мог уйти от этого отвратительного
настроения. В первом случае — риторический вопрос с частицей не.
Во втором, формально как будто тождественном предложении уже
иное синтаксическое и смысловое значение. Оно является придаточ-
ным усилительно-обобщенным уступительным (хотя и шлялся, но
не мог уйти от отвратительного настроения). Придаточное предложение
«утвердительно» само по себе, частица ни лишь усиливает утверж-
дение.
Ср. также подобные же отношения в следующих двух предложе-
ниях: 1) В какие только области не вторгается физика, преобразуя
их! (Риторический вопрос с деепричастным оборотом.) 2) В какие
только области ни вторгается физика, она преобразует их. (Слож-
ное предложение с придаточным усилительно-обобщенного значения.)
РИТОРИЧЕСКИЙ ВОПРОС НА ПОЛОЖЕНИИ
ПРИДАТОЧНОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ
За мостом каменный павильон — это Parc aux cerfs Заборья ста-
рых годов... Давно свалились его двери, давно вышиблены его рамы, ве-
тер да зимние вьюги свободно гуляют по комнатам, где чего-то не
бывало в старые годы!1 (Мельников-Печерский); «Итак,
вы очутились у нас,— молвила Дези, смотря на меня с стеснением.—
Как подумаешь, чего только не случается в море!» (А. Г р и н);
Черт знает, где только не был2 (Панова); Ну, сам знаешь, кто
из нас не ошибается? На ошибках учимся (Б у б е н н о в).
Риторический вопрос на положении придаточного — это наибо-
лее трудный случай при отграничении такого вопроса от придаточных
усилительно-обобщенного значения. Если во всех предыдущих слу-
чаях синтаксически независимое положение риторического вопроса
могло служить его специфическим формальным признаком, то здесь
и этот формальный признак исчезает. Но остается по-прежнему смыс-
ловое своеобразие риторического вопроса, а именно то, что положи-
тельный смысл его вытекает из мысленного ответа.
Однако есть все-таки еще некоторые дополнительные моменты,
которые могут помочь узнать риторический вопрос и здесь. Во-первых,
тип придаточного предложения, которое он образует,— обычно это
изъяснительное придаточное предложение со значением косвенно-
го вопроса (все примеры, кроме первого), реже — придаточное опре-
1 В издании Гослитиздата (М., 1955, с. 5) в этом тексте ошибочно напечатана час-
тица ни.
а Здесь частица неударная. Однако с глаголом быть очень часто употребляются
и придаточные усилительно-обобщенного значения. Ср.: Как ни был угнетен Лука-
шин нахлынувшими воспоминаниями, но вид мирного поля с пахарями взволновал его
(Ф. Абрамов). Поэтому даже тогда, когда частицы не и ни ударные, все равно
встречаются ошибки, если учащиеся не учитывают глубокого смыслового различия
этих предложений.
88
делительное (первый пример). Во-вторых, эти придаточные без
изменения структуры и смысла могут быть употреблены самостоятель-
но. Ср.: Чего только не случается в море? Чего-то не бывало в ста-
рые годы! И т. д. В-третьих, вопросительное местоимение в ритори-
ческом вопросе подчеркнуто ударное.
Придаточные усилительно-обобщенного значения с частицей ни,
«вырванные» из состава сложноподчиненного предложения, не могут
быть употреблены самостоятельно: нельзя сказать Что ни дай,
Что бы ты ни говорил, Как бы молоды они ни были и т. д. и т. п.
См. об этом подробнее ниже (с. 91).
РИТОРИЧЕСКИЙ ВОПРОС; НАХОДЯЩИЙСЯ
В СОЕДИНИТЕЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЯХ
С САМОСТОЯТЕЛЬНЫМ ПРОСТЫМ
ПРЕДЛОЖЕНИЕМ (УТВЕРДИТЕЛЬНЫМ
ИЛИ ОТРИЦАТЕЛЬНЫМ)
В СОСТАВЕ ОДНОГО СЛОЖНОГО ПРЕДЛ ОЖЕНИЯ
В общем, он отнесся к родной своей степи с родственным внима-
нием, но без умиления — ведь какие пространства исколесил за эти
годы, в каких краях не побывал (Панова); [Кирилл]. И все же,
честное слово, когда подумаешь, чего только не проделывали эти
господа в недавние времена... да и сейчас еще проделывают... (Федин);
Славный малый — водяной воробей. | Он, пожалуй, и орла похрабрей!
\Где уж только не искал он еды — \не боится он ни скал, ни воды.}
Пусть гремит водоворот, водопад, \никогда не повернет он назад
(Е. Серов а).
в. Форма и место придаточных предложений
усилительно-обобщенного значения в отличие
от риторического вопроса
Добавочные значения усиления и обобщения уступительных
предложений вызывают некоторые особенности в форме сложных
предложений, составной частью которых они являются, а именно:
относительным словам с частицей ни в главном предложении обыч-
но соответствуют не указательные местоимения и местоименные на-
речия тот, та и под., как в других типах сложных предложений,
а определительные со значением совокупности, обобщения (весь, вся-
кий, везде, всегда и т. п.) или отрицательные, тоже с очень общим зна-
чением (никто, никакой, ничей, нигде, никуда и т. п.). Например:
«Когда ты станешь старше,— без улыбки отвечает Шура, — и научишь-
ся говорить не так громко, ты увидишь, что сколько человек ни
живет, ему всегда приходится узнавать что-нибудь новое, непонят-
ное» (Бек и Л о й ко); К кому ни обращался Ростов, никто не
мог сказать, ни где был государь, ни где был Кутузов (Л. Толстой).
Эта особенность формы, связанная с особенностью смысла, еще
больше усиливает у обучающихся правописанию представление о
сходстве риторического вопроса с рассматриваемым типом сложных
89
предложений. Ведь ответ на риторический вопрос мыслится в
таких же обобщенных формах: Кто нас услышит? (Никто не услышит),
Кто не проклинал станционных смотрителей? (Все проклинали);
Где я только не побывал! (Всюду побывал) и т. д. Поэтому важное
значение приобретает уступительный оттенок, который часто свой-
ствен придаточным с частицей ни. Этого оттенка нет у риторического
вопроса, когда ои осложнен придаточными (или каким-либо оборо-
том) или сам выступает на положении придаточного. Оттенок усту-
пительности и помогает в затруднительных случаях отличать рас-
сматриваемые придаточные от риторических вопросов1.
Уступительность придаточных с частицей ни может осложнять-
ся противительным значением, что находит и формальное выраже-
ние (союзы я, но): Как щука ни востра, а не съест ерша; Как ни
был поврежден и запылен портрет, но когда удалось ему счистить
с лица пыль, он увидел следы работы великого художника (Гоголь).
Придаточные предложения с частицей ни чаще всего употребля-
ются впереди главного: «Куда бы мы ни ступили, — ска-
зал Макаров,— мы приходим к вопросу о человеке, о нашем советском
человеке, строителе и защитнике нашего будущего» (Панова); од-
нако они могут вставляться в середину главного: В твоем голосе,
чтобы ты ни говорил, есть власть непобедимая (Лермон-
тов); а также стоять и после него: У него ничего не клеилось, что бы
он ни предпринимал (Федин).
Наибольшее количество ошибок, допускаемых в такого типа при-
даточных (когда пишут частицу не вместо ни), падает именно на
постпозитивные придаточные предложения. Ср. ошибочное употреб-
ление не вместо ни даже в печати: В одной кабардинской народной
притче рассказывается о том, как крестьянин сперва любовался ярко
цветущими среди пшеницы маками, а потом спохватился, ведь мак —
сорняки, и рьяно стал уничтожать их — да не только в хлебном поле,
но повсюду, где только не встречал («Лит. газ.», 1969, 5 марта).
Во многих случаях придаточные превратились в устойчивые обо-
роты, не выделяемые знаками препинания. Это уже, по существу,
не придаточные, а члены предложения: Не в его характере было при-
спосабливать себя к чему бы ни было (Пано в а); С главным
инструктором невозможно стало говорить о чем бы то ни было,
кроме военных успехов (Панова).
Есть особенности в формальных построениях придаточных, не
встречающиеся в риторических вопросах. Так, специфической осо-
бенностью в построении придаточных является употребление повели-
* Оттенком уступительности можно проверить, например, такое предложение,
напечатанное ошибочно с частицей не (оттенок уступительности подсказывает, что
нужна частица ни): И как представители полиции, а впоследствии милиции не ста-
рались, хулительная надпись аккуратно возобновлялась каждый день (Ильф И. и Пет-
ров Е. Двенадцать стульев. М., 1956, с. 28).
90
тельных форм с обобщенно-личным значением1: [Лыняев]. Кто что
ни говори, а холостая жизнь очень приятна (А. Остров-
ский); [Чебутыкнн]. Как там ни философствуй, а одиночество
страшная штука... (Чехов); Видите, Мересьев, я не хочу говорить
вам комплимент, но как там ни верти, ведь вы единственный в
мире человек, без ног управляющий истребителем (Б. Полевой):
Кого ни возьми на заводе, у каждого есть какая-нибудь не сразу
заметная, особенная сторона жизни (Кочетов).
Ь И, наконец, частица бы является все-таки, действительно, очень
характерной для придаточных предложений с частицей ни (см. об
этом выше, с. 85).
7. Придаточные предложения усилительно-обобщенного значения,
употребляемые без главного или в отрыве от главного предложения
(особые случаи употребления придаточных без главного)
В отдельных случаях придаточные предложения усилительно-
обобщенного значения, по тем или иным причинам отрываясь от глав-
ного, могут употребляться отдельно. И тогда, естественно, внешне
они очень похожи даже на простые, неосложненные риторические
вопросы.
Какие здесь могут быть случаи?
НАЗВАНИЯ-ЗАГОЛОВКИ
В современном языке очень употребительны названия книг, ста-
тей, пьес, фильмов, представляющие собой только часть предложения.
Это могут быть придаточные предложения: Покаты со мной (назва-
ние фильма), Когда цветет акация (пьеса); деепричастные обороты:
Перечитывая Чехова (название книги И. Эренбурга), Выясняя истину,
Читая материалы Ассамблеи (заголовки в газетах).
В этот ряд становятся и заголовки, состоящие из усилительно-
обобщенных придаточных, например: Где бы ты ни был (название
фильма); Как сие ни парадоксально («Лит. газ.», 1968, 24 апр.). От
того, что это предложение будто бы независимое, оно не перестает
быть придаточным предложением. Главное предложение не названо,
каков его смысл — расскажет фильм (или статья). Но уже и из за-
головка ясен общий уступительный характер содержания придаточ-
ного по отношению к содержанию главного, например: хотя бы ты
был (или будешь) там-то и там-то, мы (или я) — с тобой. И ясно,
что главное предложение должно быть непременно. Это не риторичес-
кий вопрос типа Где ты (только) не был! с содержанием Ты был всю-
ду, после которого уже можно ничего больше не прибавлять.
1 При повелительной форме в придаточном предложении может быть и частица
не: Щепотки волосков лиса не пожалей — остался б хвост у ней. Но в последнем
случае повелительная форма употреблена не при местоименном слове, а при имени
существительном (лиса) и придаточное предложение по своему значению не уступи-
тельное, а условное.
91
НЕПОЛНОЕ ЦИТИРОВАНИЕ
Она [Настенька] писала новое стихотворение, которое начиналось
таким образом: «Кто б ни был ты, о гордый человек!..-» (П и-
с е м с к и й).
Здесь опять уступительность по отношению к конкретно не рас-
крытому нам содержанию. Писемский приписал Настеньке совер-
шенно очевидное подражание Лермонтову: Кто б ни был ты, печаль-
ный мой сосед, | люблю тебя, как друга юных лет (Лермонтов).
РАЗРЫВ ГЛАВНОГО
И ПРИДАТОЧНОГО ПРЕДЛОЖЕНИЙ
— Дай мне слово, что ока будет жить здесь, пока сама не захо-
чет уйти.
— Хорошо,— сказал старик Веденеев.
— Что бы со мной ни случилось, — сказал Андрей (П а-
н о в а).
В приведенном примере придаточное предложение постпозитив-
но по отношению к главному (это уже сам по себе трудный случай,
см. с. 90), но, кроме того, оно отделено, оторвано от главного реп-
ликой собеседника. Однако по содержанию опять это неполное (без
главного) предложение. Смысл его: «Пусть со мной случится все что
угодно, даже самое страшное, но...». Это опять именно обобщенно-
уступительное придаточное предложение.
ПРИДАТОЧНОЕг УПОТРЕБЛЕННОЕ
БЕЗ ГЛАВНОГО,' ЯСНОГО ПО КОНТЕКСТУ
[Никодим Павлович]. Солнце — это расплавленное железо. Что от
вас останется, если вас, к примеру, кинуть в расплавленное железо?
[Василиса Михайловна]. Так это еще когда будет... [Никодим Пав-
лович]. Когда бы ни было (С. Антонов).
ПРИСОЕДИНИТЕЛЬНАЯ СВЯЗЬ ПРИДАТОЧНЫХ
Присоединительные конструкции проникли в книжный литератур-
ный язык из разговорной речи. В учебные пособия сведения о них
внесены лишь в 40-е годы нашего столетия.
Присоединительные конструкции — это члены предложений и
предложения, которые отделяются более «сильным» знаком, чем
обычно, например: У нас, между прочим, и баня имеется. Русская,
настоящая (Кассиль и Поляновский). Здесь вместо запя-
той точка.
Присоединительными (волей авторского замысла и стиля) могут
быть и придаточные усилительно-обобщенного значения: Д каруселю
вокруг тебя по орбите. Дивно прекрасное занятие — каруселить на
короткой приструнке. Вечно чувствовать эту приструнку, где бы ни
был. Где бы ты ни была (Панова). Присоединяемое здесь
придаточное употреблено для особого смыслового выделения, и очень
удачно.
92
ПРИДАТОЧНЫЕ КАК ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ
В СКОБКАХ
Придаточные предложения, синтаксически связанные с основ-
ным предложением, могут намеренно выключаться из него автором,
например: Да еще неизвестно, как само это вопросительное значение
(в каком бы предложении оно ни было заключено) соот-
носится с утвердительным значением сообщения (Ж и н к и н). При-
даточное предложение, спокойное потону, приближается к присоеди-
нительному. Оно отчетливо сохраняет уступительный характер, фор-
ма его тоже специфическая (частица бы). Такое предложение не
может быть употреблено совершенно отдельно, как могут употреблять-
ся риторические вопросы. Ср. риторический вопрос, также взятый
в скобки: Тонкие стволы берез (о чем только они не напоми-
нали партизану!) тихо белели во тьме (Фадеев). Он может
быть употреблен и совершенно отдельно: О чем только стволы берез
не напоминали партизану!
8. Синтаксически осложненные типы придаточных
и их отличие от осложненных ответами риторических вопросов
Придаточные усилительно-обобщенного значения могут быть ос-
ложнены различными уточняющими конструкциями (членами пред-
ложения и целыми предложениями), например: О чем бы ни писал Фур-
манов—о чапаевских подвигах, о подавлении антисоветско-
го мятежа в городе Верном, о красном десанте в тылу у
белых,— он с трогательной скромностью меньше всего пишет о себе,
о том, что приносил с собой комиссар-большевик, какое великое значе-
ние имела его работа в боевых частях Красной Армии (Л. Н и")-
кулин).
Выше, на с. 86—89 приводились типы осложненных ответами
риторических вопросов. Такие риторические вопросы и разбираемые
осложненные типы придаточных очень сходны. Отсюда и большое
количество ошибок у пишущих.
Какие же можно найти отличительные признаки, чтобы не
путать осложненные ответом риторические вопросы с осложненными
типами придаточных? Очень помогает опять-таки значение уступи-
телыюсти.
В отличие от предложений с частицей ни, которые после различно-
го рода уточняющих слов заканчиваются главным предложением,
после ответа на риторический вопрос, похожего на уточняющие сло-
ва, в большинстве случаев ничего не следует, например: А за какие
дгла он [Ванька Соболь] только не брался попутно! Охотничал, вы-
кармливал на своем дворе лис-чернобурок, вязал сети, плотничал,
объезжал колхозных коней... (Б у б е н н о в).
Однако может быть и более трудный случай. После риторического
вопроса и ответа на него может быть еще предложение, весьма на-
поминающее главное предложение к придаточному уступительному
с частицей ни: От рева голодной скотины можно было сойти с ума.
93
И чего только не делали, как только не бились люди, чтобы спасти
животных! День и ночь рубили кустарник, косили багульник, драли
мох на старой гари, отощавших коров подымали на веревках, привя-
зывали к стойлам,— и все-таки от падежа не убереглись (Ф. А б -
р а м о в.).
В тех случаях, когда предложения не очень распространены, ис-
ключительное значение для различения придаточных и риторичес-
ких вопросов приобретает интонация. Сравним два предложения:
1) Почти два года земляк лечился: чем его ни лечили — и электри-
чеством, и ваннами, и гипнозом, и возили на курорты, а припадки
не проходили (П а н о в а); 2) А тут еще привязался сон. И чего толь-
ко не делал Мишка — и бежал за возом, лицо снегом растирал,—
а сон так и обволакивал его (Ф. А б р а м о в)1.
Эти предложения одинаково оформлены пунктуационно, хотя ин-
тонация их различна.
1-е предложение. Уточняющие слова после придаточно-
го с частицей ни произносятся с интонацией вводности, относитель-
ное слово чем не подчеркнуто ударением, и все предложение чем его
ни лечили произносится с несколько незаконченной интонацией, ин-
тонацией ожидания главного (Чем его ни лечили, а припадки не про-
ходили ).
2-е предложение. После риторического вопроса (И чего
только не делал Мишка...) большая пауза. Вопросительное место-
имение подчеркнуто ударное. Риторический вопрос произносится
е усиленно восклицательной интонацией. Последнее предложение
а сон так и обволакивал его интонационно связано с перечислением дей-
ствий: и бежал за возом, и лицо снегом растирал, а сон так и обвола-
кивал его. Следует признать здесь неудачными знаки препинания.
Два тире были бы более уместны в первом предложении2 * 4.
На роль паузы после подобного типа риторического вопроса об-
ращал внимание В. А. Трофимов. Отмечая, что во многих изданиях
грибоедовского «Горя от ума» слова Загорецкого напечатаны так:
Позвольте вам вручить. Напрасно бы кто взялся
Другой вам услужить. Зато
Куда я ни кидался?
В контору — все взято...
он считает ошибочной частицу ни, поскольку предложение куда я ни
кидался отделено от последующей речи паузой и является, следова-
1 Важным показателем риторического вопроса с частицей не служит наличие
в нем имени существительного (дополнения), стоящего в родительном падеже, ко-
торый вызван влиянием отрицания. В предложениях с частицей ни дополнение мо-
жет стоять в родительном падеже только в том случае, если этого требует управление
глагола: Чего бы глаза царя ни пожелали, сн не отказывал им и.не возбранял серд-
цу своему никакого веселия (К у п р и н).
4 Подробнее о различных знаках препинания, употребляющихся в риторических
вопросах и придаточных с ни, см. в кн.: Иванова В. Ф. Трудные случаи употребле-
ния и правописания частиц не и ни. М., 1962, с. 23—27.
94
тельно, риторическим вопросом (в котором следует писать частицу
нг), а не «придаточным» к «главному» (все взято)1.
Анализируя приведенное предложение, следует обратить вни-
мание и на вопросительный знак. Во-первых, этот знак свидетельству-
ет^о паузе, а во-вторых, именно о вопросе (хотя и риторическом).
Некоторые типы придаточных предложений
с частицей не, смешиваемые с придаточными
усилительно-обобщенного значения с частицей HU
В речи часто встречается такое сочетание предложений, когда
главное предложение отрицательное и придаточное определительное
к нему отрицательное. Особенно употребительны такие предложения,
ввиду их эмоциональности, в газетных текстах: Нет такого города,
нет такой деревни, поселка, кишлака, аула, где бы не жила и не
торжествовала ленинская мысль. Нет такого завода, шахты, строй-
ки, колхоза, где бы не проявлялась сила ленинских идей. И нет такой
семьи, на судьбу которой не оказали бы глубочайшее воздействие бес-
смертные дела и думы Ильича; Нет ни одной отрасли народного хо-
зяйства, культуры, науки, где женщины не принимали бы активно-
го участия; Нет в Советской стране края, где бы не велось промыш-
ленного строительства.
Подобные предложения трудны для анализа2, их иногда смеши-
вают со сложными предложениями, в состав которых входят уси-
лительно-обобщенные придаточные, и ошибочно вместо частицы
не употребляют частицу ни.
Рассмотрим поэтому подробно, почему возникают такие ассоциа-
ции и ошибки.
Сравним два предложения.
1) Нет в мире уголка, где бы люди не знали города, носящего имя
великого Ленина, города — родины Октября, города-героя;
2) Во всех уголках, где бы ни жили люди, они знают о славном
городе Ленинграде.
Во-первых, что бросается в глаза сразу же,— это сходство отно-
сительных слов (ср. где не и где ни). Выше уже указывалось, что ре-
комендуемое в некоторых пособиях запоминание сочетаний где ни,
куда ни, когда ни и т. д. (см. с. 83) часто приводит к механической по-
становке частицы ни после всех относительных местоимений, неза-
висимо от того, нужна ли по смыслу частица не или частица ни. Воз-
можно, что и в приводимой модели ставят частицу ни вместо не, ру-
ководствуясь этим чисто формальным признаком. Однако здесь и
смысловые отношения таковы, что могут вызвать представление, буд-
то здесь нужна частица ни.
1 См.: Трофимов В. А. К вопросу о выражении отрицания в современном рус-
ском литературном языке. — Учен. зап. ЛГУ. Сер. филолог, наук, 1952,
№ 156, вып. 15, с. 87.
2 См. вопрос и консультацию об этЬм типе предложений в журнале «Русский
язык в школе» (1969, № 1, с. 122, 125).
95
Общий смысл сложного предложения Нет в мире уголка, где бы
люди не знали города, носящего имя великого Ленина положительный:
всюду, во всех уголках мира, люди знают город, носящий имя вели-
кого Ленина. Складываются отрицание главного и отрицание прида-
точного предложений, получается общий положительный смысл, но
само придаточное предложение где бы люди не знали город, носящий
имя великого Ленина остается отрицательным.
Что же касается придаточного в сложном предложении Во всех
уголках, где бы ни жили люди, они знают о славном городе Ленинграде,
то оно утвердительное, причем утвердительное само по себе. Части-
ца ни в такого рода предложениях, как известно, лишь усиливает
утверждение. Без нее можно и обойтись, можно сказать так: Во всех
уголках, где живут люди, они знают о славном городе Ленинграде.
Усвоив, что частица ни как-то очень причастна к утвердительному
смыслу, и особенно усиленному, пишут ошибочно эту частицу вмес-
то частицы не в предложениях типа первого образца. Но попробуем
себе представить, будто здесь, действительно, нужна частица ни
(раз тут общий смысл всего предложения утвердительный), и так же,
как мы это проделали с предложением второго образца, отбросим ее:
Нет в мире уголка, где люди знают о городе Ленинграде Что же полу-
чилось? Не то что бы там какая-нибудь стилистическая шерохова-
тость, а полное искажение смысла!
Итак, в сложном предложении Нет в мире уголка, где бы люди не
знали города, носящего имя великого Ленина придаточное предложе-
ние — отрицательное. Очень хорошо видна необходимость употреб-
ления в подобных предложениях именно отрицательной частицы не,
если сравнить подобные сложные предложения, имеющие в главном
структуру нет чего-либо, с аналогичным такому главному предложе-
нию простым предложением, осложненным причастным оборотом:
В наши дни нет поэта, не пользующегося поэтическими вольностями
(«Русская речь», 1967, № 3, с. 36) — В наши дни нет поэта, который
не пользовался бы поэтическими вольностями. Полезно для этой це-
ли также и сравнение с аналогичными сложными предложениями, но
имеющими придаточные со словом нельзя-. Нет такой стены, которую
нельзя было бы преодолеть (Чехов). Ведь вместо нельзя не поставишь
можно? Это только частицы не и ни так близки, так внешне похожи, что
их легко спутать. Однако и они «отвечают» каждая за свой смысл,
и путать их все-таки нельзя!
' Кстати, в придаточных предложениях, поясняющих главные
предложения типа Нет чего-либо1, употребляются и слова можно,
может (т. е. «положительные» слова), но в целом тогда и все сложное
предложение будет иметь совсем иной смысл. Ср.: Нет такой силы,
которая может сломить волю народа в борьбе за свое счастье!
1 Структура нет чего-либо (со словом нет) здесь наиболее частотна, поэтому мы
взяли ее за известный эталон. Но возможны и другие отрицательные конструкции.
Ср.: Нет в стране такой далекой дали, | не найдешь такого уголка, | где бы не люби-
ли, где б не внали | ленинградского большевика (Берггольц).
S6
Главное предложение может быть и не отрицательным. Ср.: Есть
еще силы на Западе, которые никак не могут понять, насколько необ-
ходимым стало теперь мирное сосуществование социалистических и
капиталистических государств (из газет). Важно знать, что при-
даточные предложения в рассматриваемой нами модели— это всег-
да определительные предложения. Особенно часто употребляется в
них относительное местоимение который. Если в них употребляются
другие местоименные слова, то они тоже употребляются в значении
который (можно произвести такую замену).
Соотношение отрицательных и положительных предложений мо-
жет быть во всех четырех вариантах. Ср.:
1. Есть люди, которые знаюпг себе цену.
2. Нет таких людей, которые знают себе цену.
3. Есть такие люди, которые не знают себе цены.
4. Нет таких людей, которые не знают себе цены.
Представим это в схеме.
1. + +
2. - +
3. + -
4. — —
Иногда предложения приведенных моделей употребляются в ре-
чи в непосредственном соседстве, и тогда особенно заметно различие
по «минусовому» или ««плюсовому» содержанию: Мест, где не сту-
пала бы нога человека, теперь, пожалуй, не найдешь. Но зато сколько
мест, где не ступала нога корреспондента! (Солоухин).
Особенно затрудняет в правописании четвертый вариант (от сло-
жения двух отрицаний получается положительный смысл), а иногда
и третий, если в главном предложении говорится о трудности нахож-
дения какого-либо факта, редкости какого-либо случая (т. е. когда
имеет место какое-то приближение к отрицательному смыслу), напри-
мер: Трудно представить себе художественное произведение, в кото-
рое художник не вложил бы частицы своей жизни, своих чувств (Эрен-
бург); Вряд ли сегодня найдется такой человек, который не отдал
бы должное труду строителя (из журнала); Вряд ли найдешь
в мире уголок, где бы не знали имени Ленина (М. И. Калинин);
Едва ли есть такой язык, на котором бы не произносили этой мудрой
народной поговорки: «Что посеешь, то и пожнешь» (из газет).
Особенность формы рассматриваемых определительных предло-
жений (а именно относительное слово который или другие местои-
менные слова в значении который) может помочь сразу же отбросить
ассоциации (если они возникнут) с усилительно-обобщенными при-
даточными. Усилительно-обобщенные придаточные обычно не при-
соединяются к главному предложению относительным словом кото-
рый1 (у них вместо который либо местоимение какой, либо кто), меж-
1 Слово который в придаточных усилительно-обобщенного значения возможно
лишь в том случае, когда в них речь идет о счете, например: который бы ты ни был
по счету...
4 Заказ 259
97
ду тем рассматриваемые придаточные особенно часты именно со
словом который.
Особенно затрудняют пишущих придаточные определительные с
относительными местоимениями где1, куда, когда, но поскольку даже
в придаточных со словом который бывают ошибки2, приведем приме-
ры и на этот тип придаточных предложений: Нет таких звуков, кра-
сок, образов и мыслей — сложных и простых, для которых не нашлось
бы в нашем языке точного выражения (Паустовский); Нет книги,
которая бы не учила людей чему-нибудь (Горьки й); Засветилась,
заискрилась Соня, как живая вода под луной! Скоро не осталось ни од-
ного парня от 16 до 20 лепг, который бы не набивался ей в провожатые
(Грибачев); Не было на фронте человека, который бы не просле-
дил взглядом полет сигнальных ракет (Кочетов).
Более редки придаточные, присоединяемые местоимениями чей,
какой, кто: Нет ни одной страны, ни одной большой литературы,
чьи самые крупные писатели не приветствовали бы нашу литературу
(из газет); Нет таких красок на свете, какие не бросит щедрая
осень на прибрежные волжские сады (Правдин); Нет такого
крупного ученого в нашей стране, кто бы лично или письменно не об-
щался с первооткрывателем этой «теории» (из газе т)3.
По отношению к разбираемым предложениям может быть примене-
на и логическая схема. .
Возьмем предложение: Нельзя в нашей стране найти человека,
который не знал бы имени Юрия Гагарина.
Прежде всего представим себе, что все люди делятся на две груп-
пы :
I Люди, которые знают имя Юрия Гагарина II Люди, которые не знают имени Юрия Гагарина
Каких же людей нельзя найти в нашей стране: людей, которые
знают имя Юрия Гагарина, или людей, которые не знают имени
Юрия Гагарина?
В нашей стране нельзя найти именно такого человека, который
не знает имени Юрия Гагарина, т. е. в нашей стране нет людей вто-
рой группы. Здесь необходимо именно отрицание, отрицательная
частица не (мы как бы прямо выписываем придаточное предложение
из второго квадрата).
1 Ср. ошибочное употребление ни в печати: «... и нет, пожалуй, на Руси такого
Эела, даже дома такого нет, где бы ни звучали кольцовские и никитинские стихи...»
(Альбом «Воронеж и воронежцы». Воронеж, 1973).
1 Ср.: «Нет цены, нет жертвы, на которую бы я ни пошел» (Чехов А. П. Собр.
соч., М., 1947, т. VIII, с. 400).
3 Данный пример извлечен из газеты «Известия» (1964, 22 ноября), где он оши-
бочно напечатан с ни («ни общался»).
98
Если же в нашей стране не было бы людей, знающих имя Юрия
Гагарина, то для придаточного предложения было бы взято предло-
жение без отрицания при сказуемом: В нашей стране нет людей,
которые знают имя Юрия Гагарина. Однако объективное положе-
ние вещей не таково, так мы сказать не можем, но по такой модели
могут строиться предложения, если этому отвечает объективное по-
ложение вещей. Ср.: Мы убеждены, что нет такого народа, который
хотел бы атомной войны (и з г а з е т).
Особенно полезно применение логической схемы к таким слож-
ным предложениям, придаточные которых присоединяются к глав-
ному местоименными наречиями где, куда, когда, а также союзом
чтобы, поскольку именно такие предложения более всего затрудня-
ют учащихся: Но Волга, Волга-матушка... Дане проходило праздни-
ка в деревне, чтобы о ней не пели! (Ф. Абрамов); Возле бе-
рега затонула лодка. На ней не было места, куда не шлепнулась
бы пуля; Первое сентября — особенный неповторимый день, и
нет дома в нашей стране, нет квартиры, где не отмечалось бы
начало учебного года как один из самых радостных празд-
ников (Саянов); Нет ни одного дня, чтобы люди не соверша-
ли трудовых подвигов (из газе т); Не было лета, когда бы за
Волгою не горели леса (Горький).
Предложения с ни в функции
отрицательной частицы и союза
Важнейшая функция частицы ни — функция усиления отрица-
ния: Не слышалось ни звука; Не сказал ни слова; Не видно ни зги.
Одиночное ни синонимично в такой функции частицам и и даже:
Не сказал и слова; Не сказал даже слова. Но в отличие от ни частицы
и и даже в качестве усилительных могут быть употреблены и не в от-
рицательных предложениях (ср. Вы даже защищаетесь плохо; Вы и
защищаетесь плохо). Частица же ни усиливает именно отрицание1.
Ни может быть и повторяющимся, и тогда ни совмещает в себе
функции частицы, усиливающей отрицание, и соединительного сою-
за: Не было ни слов, ни сравнений, чтобы описать могущество
кратеров (Паустовский); Илья Ильич не умел ни встать,
ни лечь спать, ни быть причесанным и обутым... без помощи За-
хара (Гончаров).
Отрицательная частица-союз ни обычно употребляется в таких
предложениях, где отрицание уже выражено частицей не (см. выше)
или другими отрицательными словами, например нет, нельзя и т. п.:
Ни разлюбить, ни позабыть, ни заменить тебя нельзя (О ш а-
н и н).
1 В функции усиления утверждения частица ни употребляется только в прида-
точных предложениях усилительно-обобщённого значения. Эта функция ее совер-
шенно уникальна, частицу ни в этой функции называют даже омонимом к частице
ни, функционирующей в роли усиления отрицания. См. выше, с. 82.
99
Отрицательные слова могут быть опущены, и тогда ни, кроме функ-
ции усиления отрицания, выполняет и функцию самого отрицания:
Темно. Как будто в целом свете | ни очага, ни огонька (Сурков);
Ни звука; Ни шагу назад; Уже гостям ни есть, ни пить,
ни петь. | И начали ряды гостей редеть (Михалков). Однако
эта функция (непосредственно выражать отрицание) у ни заместите-
льная.
Отрицательная частица-союз ни может быть употреблена в прида-
точных предложениях при союзах и союзных словах. При этом ни
как бы усиливает отрицание главного предложения: Мересьев не пом-
нил, ни где Он, ни что с ним (Б. Полевой). Ср. с прос-
тым предложением: Он не помнил ни дома, ни улицы. Я не люблю Гей-
не, ни когда он смеется, ни когда он плачет. Я его люблю,
когда он задумчив и грустит (Т у р г е н е в). Ср.: Я не люблю Гей-
не ни смеющимся, ни плачущим.
Но в некоторых, особых случаях ни может выразить отрицание
и самостоятельно. В XIX в. с отрицательной функцией ни могло
быть употреблено при однородных сказуемых в таком типе предло-
жений, как Ни зашелохнет, ни прогремит (Гоголь); Ворон ни
жарят, ни варят (Крыло в). Значение ни здесь: и не (И не заше-
лохнет, и не прогремит; и не жарят, и не варят). Значение сочета-
ния и не взяло на себя ни, как частица, усиливающая отрицание.
Здесь ни совмещает роль частицы с ролью союза. Обращает на себя
внимание то обстоятельство, что ни в этом случае так же, как и в при-
даточном предложении (см. выше), только повторяющееся.
В функции повторяющейся отрицательной частицы-союза ни мо-
жет стоять не только при глаголах. Ср.: Елисей был старичок ни
богатый, ни бедный (Л. Толстой);// так он свой несчаст-
ный век | влачил, ни зверь, ни человек, | ни то ни се:
ни житель света, | ни призрак мертвый (Пушки н)1; Сам
он ни богат, ни знатен, ни умен (Тургенев); Как
трудно век дожить на родине своей | тому, кто в юности из края в
край носился, | все видел, все узнал,—и что ж? из-за людей \ ни лучше,
ни умней | под кров домашний воротился (Батюшков); Когда
напечатался твой роман, ты ни умнее стал, ни лучше... (Пи-
семский); Ни высок, ни низок, а на нем сто ризок (за-
гадка).
В современной орфографической практике не принято употреб-
лять ни при однородных глаголах-сказуемых. Ср.: Нет, я не поза-
был, не выдумал, не спутал — | я помню все: лесную тишину, |
твои поля и вросший в землю хутор, | и первую колхозную весну (И с а-
к о в с к и й).
Однако в других случаях, не при глаголе-сказуемом, ни с та-
ким значением (т. е. со значением, совмещающим в себе значение
усилительной частицы и .соединительного союза) употребляется:
1 См. консультацию по поводу этого предложения в журнале: Русский язык в
школе, 1969, № 1, с. 122.
100
Все это — ни правда, ни неправда, — одни фразы (М. е -
д ы н с к и й); Само по себе, взятое вне времени и среды, любое имя ни
хорошо, ни плохо, а только безразличный набор звуков (В. А. Ни-
конов; в журн.: «Русская речь», 1969, № 1, с. 83); Эти предложе-
ния считают «ни безусловно полными, ни неполными» («Во-
просы языкознания», 1967, № 3, с. 106).
Сохраняется ни в таком значении в устойчивых оборотах: ни
в городе Богдан, ни в селе Селифан; ни два ни полтора; ни жив ни
мертв; низа что ни про что; ни пава ни ворона и т. п.
Однако даже при использовании устойчивых оборотов в настоя-
щее время наблюдаются колебания: частица не «наступает» на ни,
вытесняя последнюю. Ср., с одной стороны: ...в сочинении будет
дана характеристика Павла Власова (речь идет о «троечном» сочи-
нении. — В. И.)-, Ни больше, ни меньше! («Русская речь», 1969,
№ 1, с. 112), и, с другой: Скоро дождь, раззолоченный солнцем, проль-
ется | обещанием добрых вестей, и не больше, не меньше, чем
жизнь, остается | после всех материнских смертей (Н. Груди-
н и и а; «Ленингр. правда», 1968, 1 дек.).
В XIX в. отрицательная частица ни могла быть использована
даже при противопоставлении (при этом она должна совмещать и
значение повторяющегося соединительного союза): Если вы хотите
иметь дело с произношением, то можете иметь дело только с абст-
рактом, с каким-то общим произношением, которое есть ни мое, ни
ваше, ни вчерашнее, ни сегодняшнее, а произношение вообще...
(Гиляров-Платонов). Употребление частицы ни с такой
функцией в современном тексте: Ни человеческая память, ни
газетные материалы, а только исторический формуляр сможет
сохранить для будущих поколений достоверную картину нашей
кипучей жизни1 — считается ошибочным.
Особенно трудным случаем следует признать употребление ни
в роли усилительной частицы и повторяющегося соединительного
союза после союза и: Чтобы тело и душа были молоды, были молоды,
ты не бойся ни жары и ни холода (Лебедев-Кумач).
В подобных предложениях часто пишут ни вместо не, мотивируя
этот выбор тем, что «ни — это и + не». Рассуждение это не безосно-
вательно, поскольку ни, действительно, может иметь значение «и-+-
не». Однако ни имеет значение «и-^не» лишь в тех случаях, когда
частица ни употреблена для выражения собственно отрицания:
Ворон ни жарят, ни варят = Ворон и не жарят, и не варят; Он ни
беден, ни богат = Он и не беден, и не богат. В тех вариантах кон-
струкций, где употреблено ни вместо и не (Ворон ни жарят, ни
варят), уже не может быть частицы не: ни употреблено вместо
не. Отсутствие в предложении не является, таким образом, одним
из внешних, формальных признаков возможного значения «ни =
и -|- не». И, соответственно, наоборот: если в предложении уже есть
не, это значит, что имеющееся еще в нем ни не может иметь значе-
1 См. об этом: Русский язык в школе, 1965, № 1, с. 121.
101
ния «и -|- не». Следовательно, в рассматриваемом сейчас типе пред-
ложения частица ни усилительная. Она лишь усиливает отрицание,
уже выраженное частицей не. Рассматриваемое предложение не может
быть перестроено так: Ты не бойся и не жары и не холода.
Обычно союз и употребляется перед последней из повторяющихся
усилительных частиц (союзов) ни в стихотворных текстах. Очевидно,
союз и вставляется (добавляется) для соблюдения размера:
Еловая ветка, в костре догорая,
Подернулась пеплом. Не видно ни зги.
И кажется, нет ни конца и ни края
У полночи этой, у этой тайги.
(Сурков.)
Тысяча девятьсот пятый,
Год рожденья моего/
Я не помню ни его набата,
Ни знамен и ни икон его.
(Мартынов.)
Не устилай поля атак
Ни горестью и ни печалями...
Гвардеец скажет: Нет! Не так!
Совсем иначе умирали мы.
(Светлов.)
Удаляются, не оставив
Ни дочурки и ни сынка.
(В о з н е с е н с к и й.)
И не узнаем ни ты и ни я.
(Берггольц.)
Ночь проходит, нет дороги
Ни вперед и ни назад.
(Твардовский.)
Встречаем рассматриваемый тип предложения и в его неполном
варианте (с опущенным отрицательным словом):
На вешнем ветру
Разметалась ветла,
С нее ни оглобли
И ни помела.
(С о л о у X и н.)
В прозе такие конструкции редки, причем проза в этих случаях
тоже производит впечатление ритмизованной: Ни один язык, ни
102
восточный и ни западный, не является для армян столь благо-
творным, как русский (Хачатур Абов ян).
Часто спрашивают, какую частицу — не или ни — следует упот-
ребить в тексте «Интернационала»:
Никто не даст нам избавленья,
Ни бог, ни царь, и (не/ни) герой.
Этот вопрос возникает из-за безусловной трудности этого случая
употребления соответствующей частицы, во-первых. И, во-вторых,
потому, что в печати наблюдается разнобой. Так, например, в книге
«Эжен Потье — создатель гимна «Интернационал» (М.: Художествен-
ная литература, 1966, с. 13) употреблена частица не. А в книге «Пес-
ни русских рабочих (XVIII — нач. XX в.)» (М.: Советский писатель,
1962, с. 196) употреблена частица ни.
Как было рассмотрено выше, в подобных конструкциях следует
употреблять частицу ни. Частица ни должна быть употреблена и в
тексте «Интернационала»:
Никто не даст нам избавленья,
Ни бог, ни царь и ни герой.
(Перевод А. Коца.)
Во французском тексте «Интернационала» (он был написан Эже-
ном Потье в 1871 году) три однородных члена с ni:
Il n’est pas de sauveurs supr6mes:
Ni Dieu, ni Cesar, ni tribun.
Таким образом, французский текст «Интернационала» хорошо по-
казывает необходимость трех ни и вынужденность прибавления и в
русском переводе для сохранения размера.
Глава IV
ТРУДНЫЕ ВОПРОСЫ ОРФОГРАФИИ,
СВЯЗАННЫЕ С УПОТРЕБЛЕНИЕМ
СТРОЧНЫХ И ПРОПИСНЫХ БУКВ
В современном русском письме представлено несколько совер-
шенно различных случаев употребления прописных букв.
1. С прописной буквы (иначе, заглавной, большой) пишется пер-
вое слово, начинающее новый отрезок текста (новую главу, абзац,
предложение и т. п.). Естественно, что с прописной буквы пишется и
слово, начинающее текст.
2. Прописной буквой отмечается также начало стихотворных
строчек.
Принцип употребления прописных букв в этих двух случаях на-
зывается синтаксическим: написанием прописной буквы отмечается
членение текста.
3. С прописной буквы принято писать имена собственные в отли-
чие от имен нарицательных. Нарицательные слова пишутся с про-
писной буквы лишь в том случае, если они наделены особой патети-
кой или символикой, например: Да здравствует коммунизм, утвер-
ждающий на земле Мир, Свободу, Равенство, Братство и Счастье
всех народов!
Для наглядности «высокого» употребления прописных букв можно
сравнить два отрывка из повести В. Астафьева «Последний поклон»,
в которых по-разному, то со строчной, то с прописной буквы пишется
слово родина. В первом отрывке (в нем оно пишется со строчной бук-
вы) рассказывается о необыкновенном впечатлении, которое произве-
ла на мальчика игра на скрипке жившего на окраине их села некоего
«Васи-поляка», одинокого пожилого человека. И вот Вася говорит
потрясенному мальчику:
«— Эту музыку написал человек, которого лишили самого доро-
гого. — Вася думал вслух, не переставая играть. — Если у чело-
века нет матери, нет отца, но есть родина, — он еще не сирота. —
...Все проходит: любовь, сожаление о ней, горечь утрат, даже боль от
ран проходит, но никогда-никогда не проходит и не гаснет тоска по
родине...
,— Эту музыку, мальчик, написал мой земляк Огинский ... На-
писал на границе, прощаясь с родиной. Он посылал ей последний
104
привет. Давно уж нет композитора на свете. Но боль его, тоска его,
любовь к родной земле, которую никто не мог отнять, жива до сих
пор...»
Слово родина само по себе — слово высокого значения, но оно
может быть употреблено с подчеркнутой высокостью значения, и
тогда его пишут с прописной буквы. Во втором отрывке из повести
В. Астафьева именно так и употреблено это слово. Здесь рассказы-
вается о первой военной зиме. Из ребят, которые поступили в железно-
дорожную школу фэзэо, отобрали парней, «что покрупней да покреп-
че», и объявили: «Будете учиться на составителей поездов».
«Никто нам не говорил, что это необходимо, что идет война и Ро-
дина ждет... Нам только объявили, на кого мы будем учиться, и все».
В тревожном контексте читатель не только понимает «высокость»
значения слова родина, но и видит ее, благодаря прописной
букве.
Не случайно на знаменитых плакатах (это было тоже во время
Великой Отечественной войны) народного художника Грузии
И. М. Тоидзе слово родина писалось с прописной буквы: «За Родину-
мать», «Во имя Родины вперед, богатыри».
С прописной буквы, при желании или необходимости подчеркнуть
«высокость», могут быть написаны и другие слова. Ср., например:
«20 июня исполнилось бы 80 лет Антуану де Сент-Экзюпери. Он погиб
в возрасте 44 лет в борьбе с фашизмом... Человечество по достоинству
оценило подвиг своего Певца и Воина. Его книги читают почти на
всех языках мира» (Книжное обозрение, 1980, 27 июня).
4. Прописными буквами отмечают в тексте аббревиатуры. Про-
писные буквы являются в этом случае графическими сигнализатора-
ми «аббревиации»1. Но не все типы аббревиатур пишутся прописными
буквами.
Они могут утратиться со временем. Ср.: вуз, загс и др.
Одними прописными буквами могут быть написаны буквенные
аббревиатуры, являющиеся именами собственными. Они пишутся
только прописными буквами даже и в том случае, если в стоящем
за ними полном наименовании не все слова пишутся с прописной
буквы. Ср.: КПСС (Коммунистическая партия Советского Союза),
МХАТ (Московский орденов Ленина и Трудового Красного Знамени
Художественный академический театр СССР имени М. Горького).
Принцип употребления прописных букв в данном случае можно
назвать семантическим: прописной буквой или, в противоположность
ей, строчной буквой отмечаются различные типы лексических единиц.
Сюда же включается, конечно, и графическая сигнализация аббре-
виатурности.
Основные трудности употребления прописных букв связаны с
разграничением имен собственных и нарицательных. Собственные
1 См.: Алексеев Д. И. Прописные и строчные буквы в аббревиатурах. — В кн.:
О современной русской орфографии. М., 1964, с. 48.
105
имена называют отдельные, единичные предметы. Нарицательные
имена называют предмет по его принадлежности к классу однород-
ных предметов. Они обозначают предмет как носитель признаков,
свойственных предметам данного класса. Но «граница между имена-
ми собственными и нарицательными непостоянна и подвижна»1 *.
Собственные имена часто образуются от нарицательных; в свою
очередь нарицательные имена — в прошлом часто имена собственные,
поскольку нарицательные слова могут быть использованы в значении
индивидуальных обозначений. Ср. переход нарицательных в собст-
Ёенные: октябрь — название месяца и Октябрь — название Великой
Октябрьской социалистической революции, шарик — маленький шар
и Шарик — имя собаки, белая — название цвета и Белая — название
реки.
Бывшими именами собственными являются такие слова, как ло-
велас, меценат, галифе, рентген, шевиот, макинтош и многие дру-
гие8.
Трудность лингвистического разграничения имен собственных
и нарицательных является основной причиной орфографических за-
труднений в выборе прописной и строчной букв. Многие из таких
трудных случаев, касающихся разграничения имен собственных и
нарицательных, описаны А. В. Суперанской3 и М. К. Шарашовой4 5.
По своей соотнесенности с обозначаемыми предметами собственные
имена могут быть реальными и символическими6.
В реальных собственных именах все входящие в их состав слова
употребляются в своем прямом значении, например: Горьковский госу-
дарственный университет. Трижды орденоносный харьковский завод
имени Малышева, Астрономическое общество и т. п. В приведенных
примерах все или почти все входящие в название слова — имена на-
рицательные (они отражают реальные свойства объектов), а все на-
звание в целом — собственное имя. В названиях этого типа первое
слово пишется с прописной буквы, которая в письменном тексте и
указывает, что это не нарицательное, а собственное имя.
К реальным собственным именам принадлежат также многие на-
звания театров, музеев, магазинов: Государственный академический
Большой театр, Государственный музей русской архитектуры, Му-
зей охраны труда ВЦСПС, Центральный универсальный магазин
и т. п.
1 Русская грамматика. Т. I. Фонетика. Фонология. Ударение. Интонация. Сло-
вообразование. Морфология. М., 1980, с. 460.
8 См.: Мгеладзе Д. С., Колесников Н. П. От собственных имев к нарицатель-
ным. Тбилиси, 1970; Введенская Л. А., Колесников Н. П. От собственных имен к
нарицательным. М., 1981.
8 Суперанская А. В. Прописная и строчная буква в собственных именах разных
категорий. — В кн.: Орфография собственных имен. М., 1965, с. 25.
* См.: Шарашова М. К. Собственные имена или нарицательные? — Русская речь,
1968, № 3.
5 При описании реальных и символических имен нами используется указанная
статья А. В, Суперанской.
106
К реальным собственным именам относят также некоторые на-
звания дат, событий, кампаний, документов: Петровская эпоха, Меж-
дународный женский день, Новый год, Всемирный конгресс за разору-
жение и мир, Крымская война, Договор о дружбе и т. п.
От этих случаев следует отличать названия научных и политиче-
ских законов, планов и т. и.: закон Ньютона, план Маршалла и т. п.
Здесь сочетания в целом являются нарицательными именами, при-
надлежащими к терминам, поэтому с прописной буквы в них пишется
только имя собственное, а слова закон, план и т. п. — со строчной
буквы.
Все объекты, имеющие реальные собственные имена, могут иметь
и символические имена: магазин «Наташа», театр «Современник».
Такие названия не отражают реальных свойств упомянутых объек-
тов. Такие названия заключаются в кавычки. Они не могут писаться
без кавычек, так как в противном случае это было бы основное, пря-
мое, а не символическое употребление названий (ср. аналогичные
фирменные названия: холодильник «Ока», автомобиль «Волга» в отли-
чие от Волги и Оки — названий рек).
Названия наград могут относиться к реальному и символическому
типам. Ср. орден «Победа», приз «Золотая пальмовая ветвь» и Ленин-
ская премия, Государственная премия, переходящее Красное знамя.
Реальными собственными именами являются городские микро-
топонимические названия, которые пишутся без кавычек. Микрото-
понимические названия — это названия зданий, залов и т. п.:
Концертный зал имени П. И. Чайковского, Мавзолей Ленина и т. п.
Остальные собственные имена являются названиями символиче-
скими. Они делятся на две подгруппы:
а) собственные имена, нуждающиеся в оформлении кавычками.
Это названия периодических и непериодических изданий, средств
передвижения, музыкальных, литературных и драматических про-
изведений, кинофильмов и т. п.
В этих названиях с прописной буквы обычно пишется только пер-
вое слово: газеты «Комсомольская правда», «Советский спорт»; жур-
налы «Новый мир», «Молодой колхозник»; теплоходы «Красноярск»,
«Луч», «Совет», «Алтай»; произведения литературы и искусства:
«Медный всадник», «Волшебная флейта»; ресторан «Седьмое небо»
и т. п.;
б) собственные имена, не нуждающиеся в оформлении кавычками.
Это собственные имена людей и животных, географические и астроно-
мические названия.
Пишущиеся без кавычек собственные имена не всегда состоят из
одного слова, и здесь очень важен выбор строчных и прописных букв.
В именах людей, а также и в прозвищах1 все слова пишутся с пропис-
ной буквы: Александр Сергеевич Пушкин, Владимир Красное Солныш-
1 Орфография прозвищ неустойчива. В последнее время теоретическую разработ-
ку этого вопроса провела Н. П. Клюева. Ею выведены и практические рекомендации
по правописанию прозвищ (см. ее работы по «Списку литературы»).
107
ко, Федька Умойся Грязью, Ричард Львиное Сердце. Так же пишутся
имена животных: Иван Иванович (гусь).
В астрономических названиях все индивидуальные названия
пишутся также с прописных букв: созвездия Большая Медведица,
Райская Птица, звезды Ближайшая Центавра, Полярная Звезда и
т. п. (нарицательные родовые наименования, в том числе и слово
звезда, если оно употреблено как родовое, пишутся со строчной бук-
вы). С прописной буквы пишутся все знаменательные слова ив геогра-
фических названиях: Новая Гвинея, Голубой Нил, Французская Эква-
ториальная Африка. Слова, обозначающие родовое понятие, являют-
ся нарицательными и пишутся в составе географических названий со
строчной буквы: гора Магнитная, море Лаптевых, Ладожское озеро,
улица Горького, Комсомольская площадь, село Великое, Дворцовый
мост.
Если родовые наименования типа село, лес, мост становятся услов-
ными, они перестают быть нарицательными и пишутся с прописной
буквы: Красное Село (город), Лодейное Поле (город), Чешский Лес
(горы), Светлые Горы (поселок).
Трудности в употреблении прописных букв связаны (как уже
говорилось) с собственно лингвистическими трудностями разграни-
чения имен собственных и нарицательных в так называемых погра-
ничных случаях. Особенно много таких случаев возникает из-за пере-
хода собственных имен в нарицательные, причем степень трудности
при этом может быть различной. В тех случаях, когда забывается
происхождение имени нарицательного из имени собственного (или
имя нарицательное непосредственно не ассоциируется с носителем
собственного имени), оно «легко пишется» со строчной буквы. Ср.
такие слова, как меценат, квазимодо, галифе, рентген, наган, дизель,
маузер, френч и т. п. Но если слово-название, уже выражаю-
щее определенное понятие, еще не окончательно утратило свою связь
с носителем этих названий, оно пишется с прописной буквы. Ср.:
Шекспир наших дней, а также такие характеристики, как Плюшкин,
Обломов, применительно к людям, обладающим соответствующими
качествами.
Переход собственных имен в нарицательные зависит иногда также
от формы названия и от широты его употребления. Так, название
гвардейского миномета, появившегося в самые трудные дни войны и
сыгравшего значительную роль в ходе боевых операций, стало обще-
народным и нарицательным — катюша. Наименования других видов
оружия, менее известных и важных, остались в разряде собственных:
Аня сжимает в правой руке гранату. Новенькую осколочную гранату
«Ф-h из последнего груза, черную ребристую «.Феньку» (Комсомоль-
ская правда, 1967, 23 марта)1.
Иногда на разграничение имен собственных и нарицательных
влияют традиционные представления. Так, разделение на имена
1 См.: ШарашоваМ. К. Собственные имена или нарицательные?—Русская речь,
1968, № 3, с. 61.
108
собственные и нарицательные не всегда легко провести для народ-
ных названий цветов, и их пишут по-разному: то со строчной, то с
прописной буквы. Ср.: Садовые анютины глазки — сильно кус-
тистые растения 20—25 см высотой с продолговатыми тупозуб-
чатыми листьями («Растения, применяемые в быту». М., 1966) и
За сто с лишним лет садоводы достигли больших успехов и, любуясь
Анютиными глазками в клумбах, трудно себе представить, что
они произошли от скромного полевого цветка (Гаммсрман А. Ф.
и др. Растения-целители. — В кн.: Лекарственные растения нашей
Родины, М., 1963).
С прописной буквы пишет притяжательное прилагательное Иван-
да-Марьева поэтесса А. Стройло (Страна моя Иван-да-Марьева).
В статье «Год поэзии 1966» В. П. Григорьев, отмечая необычность
формы этого притяжательного прилагательного («Вероятно, поэты-
рыцари будут придерживаться формы иван-да-марьина»), справед-
ливо не считает нормативным употребление прописной буквы1.
Народные названия цветов (иван-да-марья, анютины глазки и
др.) «относятся к разряду однородных растений, т. е. по значению —
это имена нарицательные. По словообразованию они также отли-
чаются от собственных. Чем же все-таки можно объяснить написа-
ние с прописной буквы? Вероятно, традицией и ассоциациями: ведь
в прошлом эти названия соединялись с собственными именами, раз-
личными легендами и преданиями»2.
Правила употребления прописных букв на протяжении веков
менялись. «Итоговые» для своего времени формулировки находим
в грамматиках Н. И. Греча, Ф. И. Буслаева и других. В середине
XIX в. особо выделяется и подчеркивается функция прописной буквы
как различителя собственных имен. В XIX в. с прописных букв начи-
нались и такие слова, которые сейчас так не пишутся, например
названия народов (Россияне, Шведы), названия наук и искусств
(Арифметика, Всемирная История, Ваяние, Зодчество) и некоторые
другие. Карамзин пишет с прописной буквы заимствованные слова и
многие русские «имена почтенные»: Автор, Литература, Герой и
т. п. Правила употребления прописных букв уже с лингвистическими
комментариями к ним в конце XIX в. дал Я. К- Грот3. По Гроту, с
прописной буквы пишется уже меньшее количество слов, однако
имена народов было предложено начинать в русском письме со строч-
ной буквы лишь в начале XX в. (учебник В. Харциева, 1909 г.)4.
Отметим, что названия народов до сих пор считаются спорными
в отношении их принадлежности к нарицательным или же к собст-
венным именам. «Это случаи переходные от собственных к нарнца-
1 Григорьев В. П. Год поэзии 1966. —Русская речь, 1967, № 3, с. 38.
2 Шарашова М. К. Указ, соч., с. 62.
8 См.: Грот Я. К. Русское правописание. Спб., 1885.
4 В современном французском и польском письме существительные, обозначаю-
щие национальность или жителей города, пишутся с прописной буквы.
109
тельным...» — пишет А. А. Реформатский1. А. В. Суперанская
же решительно относит их к именам нарицательным: «Некоторые
ошибочно считают, что к собственным именам относятся и названия
племен и народов. Однако это неверно. Названия народов — такие
же нарицательные имена, как и все остальные. Правда, они звучат
для нас подобно собственным именам в том случае, если мы впервые
слышим эти названия, например: племенные группы его, пво, бее,
народности кая, пью, ва, нага, карены, качаны, чины, моны (Бирма).
Но так же мы воспринимаем и неизвестные нам нарицательные: обы-
чай любования цветами — ханами (Япония), древесная порода —
пьинкадо... и т. д.»2.
В настоящее время основным руководством по употреблению
прописных букв служат «Правила русской орфографии и пунктуа-
ции», 1956 г. Однако на практике с употреблением прописных букв
у пишущих возникает много таких вопросов, на которые в «Прави-
лах...» ответа нет. Самым полным справочником по употреблению
прописных букв является «Справочник по правописанию и литера-
турной правке для работников печати» Д. Э. Розенталя (1-е изд. М.,
1967; 2-е изд. М., 1971; 3-е изд. М., 1978).
Хотя современные правила регламентируют большое количество
написаний, тем не менее в них еще сохраняется много непоследова-
тельностей.
Так, титулы и звания (генерал, лейтенант, маршал, король
и т. п.), обычно пишущиеся со строчной буквы, в составных наиме-
нованиях иногда пишутся с прописной: острова Королевы Шарлот-
ты, мост Лейтенанта Шмидта (§ 100 «Правил русской орфографии
и пунктуации», 1956).
Есть колебания в тех случаях, когда название не буквально.
Соответствующее слово пишется чаще с прописной буквы: Мине-
ральные Воды (город), Гнилая Липа (река), Елисейские Поля (улица),
но Марьина роща (в Москве), хотя рощи в называемом так районе
никакой нет. Употребление строчной буквы в случаях, подобных
Марьиной роще, объясняют историческим прошлым: «.Кузнецкий
мост (улица в Москве, часть которой когда-то занимал мост через
реку Неглинку), Никитские ворота (когда-то ворота в стене, окру-
жавшей Москву)»3.
Многовариантные написания встречаем при письменном оформле-
нии имени сказочного героя Деда Мороза. В печати встречаются:
Дед Мороз, Дед-Мороз, дед Мороз, дед-мороз. Эти различные написа-
ния отчасти объясняются разнобоем в рекомендациях, отчасти не-
различением двух категорий имен, скрывающихся за этими написа-
ниями. В одном случае мы имеем название игрушки. Это имя нарица-
1 Реформатский А. А. Топономастика как лингвистический факт. — В кн.:
Топономастика и транскрипция. М., 1964, с. 21.
2 Суперанская А. В. Прописная и строчная буква в собственных именах разных
категорий. — В кн.: Орфография собственных имен. М., 1965, с. 27—28.
3 Розенталь Д. Э. Справочник по правописанию и литературной правке для
работников печати. М., 1967, с. 20, § 17, п. 2.
ПО
тельное. В другом — наименование, точнее, просто имя сказочного
героя. Это имя собственное. Соответственно возможны и целесообраз-
ны два написания (но не четыре или более).
Две специальные работы посвятила этому случаю Б. 3. Букчи-
на1. Автор пишет: «Дед Мороз — сказочный герой — это свободное
сочетание двух слов: «Дед, которого зовут Мороз», как, скажем, Дед
Иван. Дед-мороз — это сложное существительное... В дефисном
написании графически как бы показано, что два слова вступают на
путь превращения в одно, обозначающее общее понятие». Из этого
вытекает даваемая автором рекомендация: «Дед Мороз — герой ска-
зок — пишется с двух прописных букв и без дефиса (что соответст-
вует § 98 «Правил...»), и дед-мороз (игрушка) — как сложное су-
ществительное — через дефис (что соответствует написанию в со-
временных словарях: орфографическом, орфоэпическом)»2.
В соответствии с этими выводами изменил свою рекомендацию
Д. Э. Розенталь. Так, если в «Справочнике по правописанию и лите-
ратурной правке для работников печати» издания 1967 г. предлага-
лось писать Дед-Мороз (с. 18), то в издании 1978 г. четко разграничи-
ваются название игрушки (дед-мороз) и имя сказочного героя, кото-
рое предлагается писать, как Дед Мороз (с. 16).
Перечисление подобных трудных случаев употребления пропис-
ных букв можно было бы продолжить.
Обратимся теперь к тому, как вопрос о прописных буквах изло-
жен в школьных учебниках и с какими трудностями сталкиваются
учащиеся.
В учебнике «Русский язык» для 4 класса разъясняется понятие
нарицательного и собственного имени существительного. Следова-
тельно, основная смысловая база употребления прописных букв
учащимся известна. Однако сами правила и особенно фактический
материал по употреблению прописных букв в учебнике представлен
скупо (хотя это и понятно). В учебнике для IV класса сформулиро-
ваны следующие правила (орфограмма № 16): «Имена собственные
пишутся с большой буквы. Заглавия книг, названия журналов, га-
зет, картин, кинофильмов, спектаклей, заводов, фабрик, совхозов,
кораблей и т. д. не только пишутся с большой буквы, но и заключа-
ются в кавычки». В учебнике указывается, что «к существительным
собственным принадлежат не только имена, отчества, фамилии лю-
дей, географические названия, названия литературных произведе-
ний, но и названия исторических событий, названия картин, кино-
фильмов, спектаклей, названия предприятий, клички животных»
(с. 187).
Недостаточность фактического материала по употреблению про-
писных букв в названиях памятных дат в школьных учебниках вос-
полнена в «Пособии для занятий по русскому языку в старших клас-
' 1 См.: Букчина Б. 3. «Дед-мороз».—Литературная газета, 1970, 1 января.
Букчина Б. 3. О Деде Морозе. — В кн.: Ономастика и норма. М., 1976.
2 Букчина Б. 3. О Деде Морозе, с. 252—253.
111
сах средней школы» В. Ф. Грекова, С. Е. Крючкова, Л. А. Чешко.
Названное пособие содержит специальный параграф — «Употребле-
ние прописных букв в названиях учреждений и организаций Со-
ветского Союза, в названиях революционных праздников и знаме-
нательных дат, в названиях орденов» (М., 1981, с. 37—38). В данном
параграфе отмечены наиболее частотные и актуальные для этого
разряда слов случаи.
И все-таки материал творческих сочинений учащихся показы-
вает, что, во-первых, школьники плохо усваивают правила употреб-
ления прописных букв, а во-вторых, в творческих сочинениях уча-
щиеся сталкиваются и с такими случаями правописания прописных
букв, которые в официальных правилах еще плохо регламентиро-
ваны (в печати в этих случаях царит разнобой).
Учащиеся допускают много ошибок на правописание прилага-
тельных, образованных от имен собственных, в частности, часто
пишут в своих сочинениях с прописной буквы прилагательные с
суффиксом -ск-: марксистский кружок, лермонтовское произведение,
пушкинский Онегин, сормовские рабочие, бородинское сражение, на-
полеоновское нашествие, горьковские рассказы, фамусовское общество
и т. п. Очевидно, помочь в преодолении этих ошибок может подбор
упражнений, в которых будут представлены не только притяжатель-
ные прилагательные с суффиксами -ин- и -ов, пишущиеся с пропис-
ной буквы, но и похожие на них по значению прилагательные с суф-
фиксом -ск-.
Материал творческих сочинений учащихся показывает, что
затруднительно для учащихся написание с прописной буквы назва-
ний действующих лиц в баснях, сказках, драматических и других
произведениях, когда для этих названий используются индивиду-
альные названия животных (Сокол, Буревестник, Уж, Осел, Козел
и т. п.), а также персонифицированные имена нарицательные (Де-
вушка и Смерть, Леший и т. п. Ср. также название вечера: «В гостях
у Русского Языка». Это, действительно, трудный случай, так как
здесь «имена нарицательные на ходу превращаются в собственные
для данной пьесы или басни, для данного контекста»1. Ср. также
имена из детских книжек: Жучок, Бабочка, Мальчик-с-Пальчик,
Синяя Борода, Весна Красна, Жаркое Лето, Желтый Жираф,
Рыжие Пятнышки, Петушок-со-Шпорами, Курочка-Хохлатка,
Швейная Игла2.
Большие затруднения возникают у учащихся при написании
составных названий дат, праздников, памятных дней, партий, войн
и т. п. Поэтому очень хорошо, что в учебнике русского языка для
IV класса в рамочке приведены частотные в речи написания: Ве-
ликая Октябрьская социалистическая революция, Великая Отечест-
1 Суперанская А. В. Прописная и строчная буква в собственных именах разных
категорий. — В кн.: Орфография собственных имен. М., 1965, с. 37.
2 Примеры из указ, статьи А. В. Суперанской.
112
венная война, Советский Союз, Советская Армия (с. 188). Затрудняют
учащихся сочетания со словом советский.
Слово советский пишется с прописной буквы в сочетаниях Со-
ветский Союз, Советская Украина, Советская Литва. Эти назва-
ния — сокращенные неофициальные названия от полных официаль-
ных наименований Союз Советских Социалистических Республик,
Украинская Советская Социалистическая Республика, Литовская
Советская Социалистическая Республика и т. п.
Со строчной буквы слово советский пишется в сочетаниях совет-
ский народ, советская литература, советские писатели.
Более сложен вопрос с сочетаниями советская эпоха, советская
власть. В «Правилах...» 1956 г. сказано, что названия эпох, если
они состоят из сочетания прилагательного с существительным,
пишутся с прописной буквы только в том случае, если прилагатель-
» ное образовано от собственного имени: Петровская эпоха, но до-
петровская эпоха (§ 102). На этом основании прилагательное совет-
ский в сочетании со словом эпоха следует писать со строчной буквы.
Но в то же время слово советский в этом сочетании может быть упот-
реблено с особым значением (то же самое можно сказать и о слове
советский в сочетании со словом власть). По этому поводу Д. Э. Ро-
зенталь дает такую рекомендацию: «В условиях соответствующего
контекста (стиль официальный, торжественный и т. д.) с прописной
буквы пишется слово советский в сочетаниях Советская власть, Со-
ветское правительство. Советская эпоха и др.»1.
Особенно затрудняет учащихся выбор прописной или строчной
буквы при написании собственных имен, которые употребляются
в нарицательном смысле, например: Но не старой России Раневских
и Гаевых, а России новой принадлежит будущее. Их учащиеся пишут
то со строчной, то с прописной буквы.
Собственные имена употребляются с такой функцией часто, и
этот случай должен быть рассмотрен подробно.
В «Правилах...» 1956 г. есть несколько примечаний к правилу
о написании с прописной буквы имен, отчеств, фамилий, псевдони-
мов, прозвищ (§ 95).
В примечании 3 сказано: «Индивидуальные названия людей, пре-
вратившиеся из имен собственных в имена нарицательные, пишутся
со строчной буквы, например: ловелас, донжуан, меценат, ментор.
Но если такие названия людей лишь употребляются в нарицательном
смысле, но не превратились в имена нарицательные, то они пишутся
с прописной буквы, например: Может собственных Платонов | и
быстрых разумом Невтонов | Российская земля рождать (Ломо-
носов). Не каждый день рождаются Гоголи и Щедрины».
Примечание 4 гласит: «Индивидуальные названия людей, упо-
требляющиеся в презрительном смысле как родовое название, пи-
шутся со строчной буквы, например: аэефы, Квислинги».
1 Розенталь Д. Э. Справочник по правописанию и литературной правке для ра-
ботников печати. М., 1978, с. 27.
5 Заказ 259
ИЗ
Это примечание к § 95 «Правил...» можно понимать по-разному.
Комментируя в 1956 г. только что вышедший тогда свод, А. Б. Ша-
пиро писал, что «этим правилом должно быть внесено ограничение
в написания со строчной буквы при таком употреблении имен и фа-
милий с презрительным оттенком (обычно в форме множественного
числа), которое не получило общераспространенного и устойчивого
характера»1.
Иллюстрации, которые приведены в «Правилах...» (азефы,
Квислинги), действительно, дают возможность думать, что со строч-
ной буквы следует писать собственные имена людей, употребляю-
щиеся в нарицательном смысле лишь в случаях, когда такое упо-
требление получило общераспространенный и устойчивый характер.
Можно даже думать, что указанные собственные имена уже просто
стали нарицательными, поскольку для многих уже оказались забы-
тыми стоявшие за этими названиями реальные лица.
Однако примечания к § 95 могут быть поняты и иначе. В «Спра-
вочнике по орфографии и пунктуации для работников печати»
К- И. Былинского и Н. Н. Никольского, вышедшем в 1957 г. (т. е.
вслед за «Правилами...»), было сказано: «Имена, утратившие зна-
чение собственных и употребляемые в значении нарицательном,
пишутся со строчных букв: ловеласы, донжуаны, альфонсы, мецена-
ты, менторы и т. д. Со строчной буквы пишутся и собственные име-
на, употребляемые в презрительном значении: фрицы, Квислинги
и др.»2.
В приведенной формулировке правила написание прописной
или строчной букв в именах собственных людей приведено в прямую
связь с положительной или отрицательной оценкой носителей этих
имен (степень «нарицательности» в формулировке, как видим, во-
все не учитывается). Н. А. Еськова, посвятившая этому вопросу
специальную статью, не без оснований замечает: «Возможно, эта
формулировка способствовала тому, что в практике печати послед-
них лет стало довольно прочной традицией непосредственно отра-
жать в орфографическом облике собственного имени, употребленно-
го во множественном числе, оценку соответствующего лица — поли-
тическую, моральную, эмоциональную»3. Ср., с одной стороны:
Ведь таким, как Абашин, безразлично, чем торговать — редиской
или офортами. Их интересует только барыш. Не случайно именно
в «среде» абашиных были попытки сбыть произведения ряда русских
живописцев неким заморским дельцам («Лит. газ.», 1960, 5 янв.);
и с другой: Среди этих лучших нет еще Галельсов и Рихтеров
1 Шапиро А. Б. Упорядоченное русское правописание. К выходу «Правил рус-
ской орфографии и пунктуации». М., 1956, с. 34.
2 Былинский К. И., Никольский Н. Н. Справочник по орфографии и пунктуа-
ции для работников печати. М., 1957, с. 59.
8 Еськова Н. А. Об одном наивном орфографическом приеме (прописные и строч-
ные буквы в собственных именах, употребленных переносно). — Вопросы культуры
речи, вып. 6. М., 1965, с. 148—149.
114
(другими словами — высочайших вершин музыкального мастерства)
(«Веч. Москва», 1962, 14 апр.).
Но поскольку имена «положительных» и «отрицательных» ге-
роев часто соседствуют в одном предложении, их пишут одинаково,
то со строчной буквы: У моцартов революции всегда есть свои
Сальери, но моцарты—не сдаются, моцарты—их сильнее! («Лит.
газ.», 1961, 19 дек.), то с прописной: Во всяком жанре есть свои
Смирновы-Сокольские, свои Аркадии Райкины, свои Ильи
Набатовы, свои Олеги Поповы, свои Николаи Рубаны и И ра-
ны Бугримовы и одновременно с ними — свои Николаи Кустин-
ские... Я имею в виду того чересчур бойкого куплетиста, которого
недавно так резко и справедливо критиковала «.Правда» («Коме,
правда», 1959, 28 апр.).
Рассматриваемая рекомендация по употреблению прописных и
строчных букв в зависимости от «отрицательности» и «положитель-
ности» героев не выдерживается в печати не только тогда, когда
имена героев соседствуют в одном предложении, но и без соседства.
Ср.: Вот и ходят по городу неразвенчанные Абрамовы, Хандусенко
и им подобные, пытаясь разносить свою проповедь эгоизма и пошлости
(«Коме, правда», 1960, 10 янв.); ...Все эти люди (он объединил клиен-
тов «.Георга пятого», Монте-Карло и Лозанны), все эти Уорды, Ван
Мейлены, графини Паверини и те, кто живет подобно им, — эти
люди наверняка сочли бы себя погибшими и беззащитными, оказались
бы беспомощными и слабыми, как новорожденные младенцы, если бы
их внезапно окунуть в обычную жизнь (Ж. Сименон. Мегре пу-
тешествует. Пер. с французского Н. Брандис и Э. Шрейберг. Л.,
1974, с. 356); Интересно, во имя чего все-таки резвятся дикари в теле-
фонных будках? Пойманные с поличным, они обычно начинают вы-
давать себя чуть ли не 'за ползуновых и Эдисонов, с амбицией
утверждая, что жить не могут без радио, электричества и прочей
техники... А в магазине, мол, не достать дефицитной проволоки
(«Смена», 1968, 23 июня)1.
Поскольку основная семантическая функция прописных и строч-
ных букв состоит в том, чтобы разграничивать имена собственные
и нарицательные, то правило об употреблении прописных и строчных
букв в собственных именах целесообразно формулировать с учетом
степени потери нарицательности, а не от «положительности» или
«отрицательности» называемых героев. Такая попытка переформули-
ровать это правило сделана в последнем издании «Справочника...»
К. И. Былинского и Н. Н. Никольского: «Имена, утратившие значе-
ние собственных и употребляемые в значении нарицательном, пи-
шутся со строчных букв: ловеласы, донжуаны, альфонсы, меценаты,
менторы, фрицы, Квислинги и др.
Однако собственные имена, употребляемые в нарицательном зна-
чении, пишутся с прописной буквы, если они еще не утратили инди-
1 Все примеры, кроме двух последних, приведенные на это правило, заимство-
ваны из указанной статьи Н. А. Еськовой.
5* 115
видуального значения: ...может собственных Платонов | и быстрых
разумом Невтонов | Российская земля рождать (Ломоносов)»1.
Недостатком текста этой формулировки правила является то, что
в нем нет примера с такими собственными именами отрицательных
героев, где собственные имена хотя и употребляются в значении нари-
цательных, но еще не превратились в нарицательные.
Возможен и третий вариант рассуждения в отношении рассматри-
ваемого случая. Он основан на своеобразии морфологических свойств
собственных имен.
Собственным именам, «служащим для индивидуализации предме-
та, не свойственно употребление во мн. ч. Формы мн. ч. здесь нор-
мальны для обозначения разных лиц и предметов, имеющих одно и
то же собственное имя: В одном классе несколько Светлан; В детском
доме было шесть Валентин. Формы мн. ч. фамилий обозначают, во-
первых, лиц, находящихся между собой в семейных, родственных
отношениях: братья Жемчужниковы, супруги Добрынины, купцы Мо-
розовы, династия сталеваров Кузнецовых; во-вторых, лиц, имеющих
одну и ту же фамилию (однофамильцев): В городе проживают триста
Ивановых и двести Петровых: оба они —мои однофамильцы: Алек-
сандровы Николаи Григорьевичи (газ.)»2.
Исходя из этого, форму мн. ч. (если в ней употреблено имя соб-
ственное) можно считать морфологическим показателем того, что в
каком-то данном контексте имя собственное, использованное для
обобщенного обозначения однородных предметов, выступает как имя
нарицательное (т. е. в данном контексте становится нарицательным):
оно обозначает понятие. Ср.: Д \ не за сладенько робких \ маниловых
(Евтушенко). На этом основании можно рекомендовать напи-
сание таких слов со строчной буквы. Строчную букву можно было бы
рассматривать как определенный дифференциатор собственных имен,
употребленных как нарицательные, в отличие от собственных имен,
употребленных во мн. ч. для обозначения «суммы» родственников,
однофамильцев и т. п.
Употребление же в печати прописной буквы в этом случае можно
рассматривать как стремление использовать прописные буквы для
обозначения высоких понятий (ср.: наша Родина, шаги Истории
и т. п. См. выше). Почти всегда именно прописная буква используется
при написании фамилий писателей, когда фамилия употреблена как
имя нарицательное: Приезжают в столицу | смиренно и бойко | моло-
дые Есенины | в красных ковбойках (Я. Смеляков) [пример из «Рус-
ской грамматики», 1980, с. 460]. Разумеется, функция прописных
букв подчеркивать высокость понятия не используется, если имя соб-
ственное, употребленное в качестве нарицательного, не вызывает
никакого уважения (т. е. не имеет «высокости» значения, с точки
зрения пишущего). Ср.: пропекинские военизированные отряды, руко-
1 Былинский К. И., Никольский Н. Н. Справочник по орфографии и пунктуа-
ции для работников печати. М., Изд-во МГУ, 1970, с. 65.
2 Русская грамматика. М., 1980, с. 461.
116
водимые таиландскими, малайзийскими и другими полпотами и
иенгсари... (Известия, 1980, 1 августа).
Что же можно рекомендовать для школьной практики?
Поскольку рекомендации справочных пособий расходятся, трудно
дать строгие рецепты. В соответствии со «Справочником..;» К- И. Бы-
линского и Н. Н. Никольского с прописной буквы следует писать
обобщенно употребленную «положительную» фамилию Давыдовы и
обобщенно употребленную «отрицательную» фамилию Половцевы. В
соответствии с рекомендацией «Справочника...» Д. Э. Розенталя ин-
дивидуальные названия людей, употребленные в презрительном смыс-
ле как родовые обозначения, пишутся со строчной буквы: презренные
носке и шейдеманы (предатели — социал-демократы), Квислинги (кол-
лаборационисты) (изд. 3-е, 1978, с. 14).
Нам представляется, что без подчеркивания «высокости»
значения со строчной буквы целесообразно писать и обобщенно упот-
ребленные фамилии, создающие положительные понятия. Так, вполне
удачной, с нашей точки зрения, была орфография в одном из сочине-
ний абитуриентов 1980 г. приема в Ленинградский университет:
Именно перед смертью героя мы узнаем, что Базаров намного лучше
Кирсановых, которых в России миллионы. И мы верим, что базаро-
вы победят.
Заключая главу об употреблении прописных и строчных букв,
напомним еще раз, что, кроме общих принципов, которыми руко-
водствуется пишущий при выборе прописных или строчных букв,
здесь необходимо знание конкретных правил их употребления, а пра-
вила эти сложны, нередко противоречивы, а иногда и неполны.
В печати тоже нередок разнобой. Все это дает основания рекомендо-
вать учителям проявлять особую осторожность при оценке знаний
учащихся, когда речь идет о написании прописных букв в трудных
случаях их употребления.
Глава V
ТРУДНЫЕ ВОПРОСЫ ОРФОГРАФИИ,
СВЯЗАННЫЕ СО СЛИТНЫМ
И РАЗДЕЛЬНЫМ НАПИСАНИЕМ
ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ СЛИТНЫХ,
ДЕФИСНЫХ И РАЗДЕЛЬНЫХ НАПИСАНИЙ
Слитное, полуслитное (через дефис) и раздельное написание зна-
чимых элементов речи — один из самостоятельных разделов русского
правописания. Принято писать раздельно отдельные слова. Раз-
дельное написание самостоятельных слов в свою очередь тоже чем-то
определяется (нужно решить: какой отрезок текста и на каких осно-
ваниях можно считать отдельным словом?). Выявление оснований
для разделения отрезков текста на отделенные друг от друга пробе-
лом части следует считать выявлением принципов, лежащих в основе
слитных, раздельных и полуслитных (дефисных) написаний.
Современное русское письмо с разделением на слова — большое
культурное и научное достижение. До XVI в. древнерусским руко-
писям не было известно раздельное написание слов. В рукописях
слитное письмо продолжало господствовать почти до XVIII в. Од-
но слово писалось за другим без пробелов между ними. Издателям
древних текстов известно, как трудно иногда разделить тот или
иной отрывок на слова. Ср. сътвори въ насъ или сътворивъ насъ
(Успенский сборник XII в.)1.
История знает немало курьезных случаев, когда в древних тек-
стах «вычитывали» (неправильно разделяя сплошной речевой поток
на слова) слова, вовсе не существовавшие. Приведем пример. Текст
переписной книги Вотской пятины 1500 г. был разделен на слова
следующим образом: «в реце в Неве тоня под Рогом под деревнею,
да пруды прудят на порозе, а ловят выхлохы». В действительности
же надо читать «а ловят в ых (в них, в прудах. — В. И.) лохы». Лох —
это рыба. По выше же приведенному делению текста получилось
другое название рыбы — выхлох. Эта никогда не существовавшая
рыба («выловленная» в неверно расчлененном на слова тексте) по-
пала даже в специальные исследования: название выхлох зафиксиро-
вано в книге Г. Е. Кочина «Сельское хозяйство на Руси в период
1 См.: Князевская О. А. Некоторые вопросы словоделения текста. — В кн.:
Лингвистическое источниковедение. М., 1963, с. 28. В этой статье много подобных
примеров.
113
образования русского централизованного государства. Конец XIII — '
начало XVI в.» (М.—Л.: Наука, 1965, с. 292).
Древние тексты членились не на слова, а на более крупные смыс-
ловые отрезки, в интервалах между которыми ставились знаки пре-
пинания (крест, точка, различные комбинации точек и некоторые
другие знаки).
Делить речевой поток на слова (в письменном тексте) необходи-
мо, так как это удобно для чтения. Однако, несмотря на то что слово
представляется нашему уму особой и вполне отчетливой единицей
языка1, на практике не всегда легко решить, имеем ли мы два слова
или одно слово. Ср., например: мало пригоден или малопригоден,
малоизвестен или мало известен?2
В таких случаях при написании нужно опираться на научную
теорию и построенные на ней правила. Однако и в теории слова все
непросто. Особенно трудно определить понятие самого слова3. Труд-
ность определения слова объясняется, во-первых, многообразием
семантических типов и грамматических структур слова, и, во-вторых,
тем, что набор различительных, или, как теперь принято говорить,
дифференциальных, признаков, за счет которых слово отличается от
других языковых единиц, по-разному определяется в разные эпохи и
разными авторами. Последним отчасти объясняется и «движение» в
орфографии: слитность и раздельность написаний изменяется, изме-
няются и сами написания, изменяются и правила.
Наиболее полный набор признаков слова приводится Н. М. Шан-
ским в его пособии «Лексикология современного русского языка».
Это: 1) фонетическая оформленность, 2) семантическая валентность,
3) непроницаемость, 4) недвуударность, 5) лексико-грамматическая
отнесенность, 6) постоянство звучания и значения, 7) воспроизво-
димость, 8) цельность и единооформленность, 9) преимущественное
употребление в сочетаниях слов, 10) изолируемость, 11) номинатив-
ность, 12) фразеологичность4.
Дифференциальные признаки слова разделяются на признаки,
отграничивающие слова от морфем, и на признаки, отграничиваю-
щие слова от словосочетаний. При построении правил о слитном
и раздельном написании не учитываются признаки первого рода,
при построении правил о написании сложных слов и наречий—
признаки второго рода.
От морфем слова отграничиваются прежде всего своей лексико-
грамматической отнесенностью (т. е. отнесенностью к той или иной
1 «Слово, несмотря на все трудности, связанные с определением этого понятия,
есть единииа, неотступно представляющаяся нашему уму как нечто центральное в
механизме языка» (Соссюр Ф. Труды по языкознанию. М., 1977, с. 143).
2 Об этом случае см.; Кайдалова А. И. К вопросу о правописании сложных
прилагательных. — Русский язык в школе, 1963, № I.
3 См.: Левковская К. А. Теория c/ова, принципы ее построения и аспекты изу-
чения лексического материала. М., 1962, с. 65 и след.
4 См.: Шанский Н. А1. Лексикология современного русского языка. М., 1972,
с. 9 и след.
119
определенной части речи). Некоторые авторы считают дифференци-
альным признаком слова в отличие от морфемы семантический при-
знак, с чем не все, однако, соглашаются. Неприменимость семанти-
ческого критерия, на наш взгляд, подтверждает случай с не-при-
ставкой и не-словом, имеющими одно и то же отрицательное значение.
Здесь, действительно, дифференцирующим слово и морфему призна-
ком является «наличие у первого и отсутствие у второй лексико-
грамматической отнесенности». Но разграничение не-приставки и
не-частицы оказывается трудным даже при учете перечисленных выше
дифференциальных признаков слова.
В качестве дополнительного признака, привлекаемого для раз-
граничения слов и морфем, В. В. Виноградов указывал на свобод-
ное перемещение слова1, но для такого случая, как случай с не, этот
признак не оказывается действенным. Позднее В. В. Виноградов
справедливо писал, что при определении и отделении we-частицы от
не-приставки должны вступать в силу «принципы структурно-синтаг-
матического разграничения словообразовательной приставки не- и
частицы не, должен привлекаться широкий контекст и должны учи-
тываться формализованные конструкции»2.
Общим принципом при раздельном написании отдельных слов
в современном письме является лексико-морфологический3. Под-
черкивая примат смысла, Л. В. Щерба называл этот принцип иеро-
глифическим 4.
При лексико-морфологическом подходе учитываются дифферен-
циальные признаки слова. Слова знаменательные обладают боль-
шим и более четким набором дифференциальных признаков. Это
позволяет легко отделять их друг от друга и на письме в отличие
от слов служебных, так как последние лежат на грани словаря и
грамматики и вместе с тем на грани слов и морфем.
Представлен в области слитных и раздельных написаний и прин-
цип традиционный, поскольку в современном письме раздельно пи-
шется иногда и то, что уже стало целостным словесным единством.
Это относится прежде всего к наречиям. Именно традиционностью
написаний объясняется раздельное написание приставок в наречиях,
например: в обнимку, без устали, за границей, в насмешку, на цыпоч-
ки, на лету, на скаку, на глазок, с разбегу и т. п. То, что в этих и по-
добных случаях перед нами приставка, «обнажено» в действующем
школьном учебнике: раздельно пишущийся элемент откровенно назы-
вается приставкой5. Это может вызвать недоумение у учащихся, по-
скольку им уже хорошо известно (и понятно), что приставки входят
> Виноградов В. В. Русский язык. М., 1947, с. 10.
а См.: Виноградов В. В. О необходимости усовершенствования нашего право-
писания.— В кн.: Вопросы русской орфографии. М., 1964, с. 20.
8 См.: Осипов Б. И. История слитных и раздельных написаний в рукописной
книжности конца XVII—XVIII в. (Автореф. канд. дне.) Барнаул, 1968, с. 17.
4 См.: Щерба Л. В. Теория русского письма. — В кн.: Щерба Л. В. Избранные
работы по русскому языку. М., 1957, с. 145.
S См.: Русский язык. Учебник для 5—6 классов. М., 1980, § 132, с. 291 и след.
120
в состав слова и, как естественное следствие, пишутся слитно. Оче-
видно, объяснение учащимся того, что в орфографии наречий имеет
место традиционность написания, было бы полезно.
В области слитных, раздельных и дефисных написаний и в теоре-
тическом плане и в практическом особенно трудным является слит-
ное и раздельное написание не, правописание сложных прилагатель-
ных и наречий.
В данном пособии мы рассмотрим первые два вопроса. Поскольку
в правописании наречий сохраняется много чисто традиционных на-
писаний, то при их изучении важнее найти чисто методические при-
емы, нежели «объяснительные». Что касается правописания сложных
прилагательных, то этому вопросу посвящено много новых статей и
книг1, и мы сочли возможным говорить о нем менее подробно, чем
о написании не.
СЛИТНОЕ И РАЗДЕЛЬНОЕ НАПИСАНИЕ НЕ
Разграничение приставки не- и частицы не
Звуковой (в устной речи) и графический (в письменной форме
речи) комплекс не выступает в русском языке в двух функциях:
1) как частица, т. е. как самостоятельное (хотя и служебное) слово;
2) как приставка, т. е. как часть слова.
В том случае, когда не является приставкой, т. е. когда это не
входит в состав слова, то естественно, в соответствии с существующим
принципом современного письма, это не не отделяется от остальной
части слова (пишется слитно). Слитно написанные с не слова прибли-
жаются к приставочным словам типа безрадостный (ср. безрадостный
день и нерадостный день), антигосударственный (ср. антигосударст-
венный поступок и негосударственное отношение к делу), а также
к сложным словам типа малопонятный (ср. непонятный), малоиз-
вестный (ср. неизвестный). Однако если другие приставки не могут
функционировать в качестве отдельного слова, то звуковой и графи-
ческий комплекс не, как уже сказано, может быть и отдельным сло-
вом. Отсюда и проистекают совершенно особые, специфические труд-
ности слитного и раздельного написания не, поскольку не всегда
просто решить, что же перед нами: частица или приставка.
Как это всегда бывает в языке, здесь есть полярные случаи, когда
не — явная частица (ср. Слово — не воробей, вылетит — не
1 См.: Букчина Б. 3., Калакуцкая Л. П. Лингвистические основания орфографи-
ческого оформления сложных слов. — В кн.: Нерешенные вопросы русского право-
писания. М., 1974; Букчина Б. 3., Калакуцкая Л. П. Сложные слова. М.,1974;Бук-
чина Б. 3., Калакуцкая Л. П., Чельцова Л. К. Слитно или раздельно? Опыт словаря-
справочника. М., 1972 (см. предисловие, с. 3—16); Кайдалова А. И., Калинина И. К.
Современная русская орфография. М., 1976, с. 117—133; Комарова Л. Н. К вопросу
о правописании сложных прилагательных (сложные прилагательные с опорным ком-
понентом— причастием). — В кн.: Нерешенные вопросы русского правописания.
М., 1974; Шеин В. Н. Трудные случаи правописания сложных прилагательных в
современном русском языке. М., 1973.
121
поймаешь) или явная приставка (Лучше умереть, чем неправду
терпеть). Но есть и случаи неяркие, переходные. Ср.: Она была (не)
тороплива | (не) холодна, | (не) говорлива, | без взора
наглого для всех, | без притязаний на успех (Пушкин). В
подобных случаях выбор слитного или раздельного написания не,
конечно, труден.
Можно ли ликвидировать эти трудности? Можно, если вернуться
к сплошному слитному письму. Но теперь уже никто не станет оп-
ровергать ясного для всех положения, что как бы нам ни было иногда
трудно делить речь на слова, к сплошному письму мы уже не можем
вернуться даже для упрощения правописания. Писать было бы про-
сто, но читать трудно.
Но, может быть, не отказываясь от раздельного написания всех
других слов, можно перейти на слитное письмо только в отношении
не? Такие предложения были1, но частичный переход на слитное
письмо (в отношении не) при сохранении раздельности написания
других слов не принес бы облегчения именно потому, что нарушал
бы общий принцип раздельного написания отдельных слов.
А может быть, радикальное разрешение от трудностей написания
не принесет только раздельное написание этого графического комп-
лекса? Такие предложения тоже были2. Но и это решение в такой
же степени однобоко, как и предыдущее. Отдельное написание
не- приставки разрушало бы общий принцип слитности написания мор-
фем в составе слова.
Облегчение написания не может быть найдено в проникновении
в суть самого этого языкового факта — в разграничении частицы
не и приставки не-. «То, что дается в орфографических сводах и учеб-
ных пособиях под видом правил написания не, представляет собой
фактически ряд рецептов, как различать эти языковые явления»3
(частицу не и приставку не-).
Остановимся прежде всего на логико-грамматическом вопросе,
а именно на категории отрицания, так как именно эта категория вы-
ражается в языке с помощью частицы не.
Что же выражает грамматическая категория отрицания? Все
наши суждения непременно обладают так называемым качеством
и делятся по качеству суждения на утвердительные и отрицательные,
так как в каждом суждении утверждается либо отрицается что-либо
в отношении какого-либо предмета суждения (выраженного с по-
мощью субъекта суждения). Качество является обязательным свой-
1 Так, в частности, А. П. Бочкарев рекомендует не с прилагательными, причасти-
ями и наречиями писать всегда слитно без исключений: никем нерубленный лес;
идти недалеко, а близко; нежелтое, а голубее солние и т. д. (см.: Русский язык в шко-
ле, 1962, № 4, с. 107).
2 «Частицу не необходимо писать отдельно со всеми частями речи, кроме тех слов,
которые без не не употребляются», — считает В. С. Варухин (см.: Русский язык в
школе, 1962, № 4, с. 104).
3 Еськова Н. А. О слитном и раздельном написании не. — В кн.: Вопросы рус-
ской орфографии. М., 1964, с. 81.
122
ством суждения: без утверждения или отрицания суждение не может
состояться.
Утвердительные и отрицательные суждения были выделены еще
Аристотелем, и в существе своем не изменившаяся их трактовка со-
ставляет сейчас часть материалистической теории суждения. К ут-
вердительным относятся такие суждения, в которых отражается
соединенность того, что соединено в действительности (ср. Береза —
дерево; Он нездоров), а к отрицательным — суждения, в которых
отражается разъединенность того, что разъединено в действительно-
сти (Ремесло — не коромысло, за плечами не виснет; Он не болен).
Имея определенное объективное основание, утвердительные и
отрицательные суждения являются равноправными формами отра-
жения действительности1. Если в утвердительном суждении отража-
ются — с помощью субъектно-предикативной связи — действия, со-
стояния, признаки или свойства, которыми обладает известный пред-
мет в какой-то определенный момент (Снег белый; Он нездоров), то в
отрицательных суждениях также с помощью субъектно-предикатив-
ной связи отражается отсутствие определенных свойств, признаков,
состояния или действия у какого-то определенного предмета (Снег
не белый; Он не болен).
От того, что было сказано об утвердительных и отрицательных
суждениях, перейдем к утвердительным и отрицательным предло-
жениям. Утвердительными и отрицательными предложениями на-
зываются предложения, в которых у подлежащего утверждается
(Я иду в театр; Снег белый) или отрицается наличие признака, вы-
раженного сказуемыми (Я не иду в театр; Снег не белый).
Но в предложении отрицательная связь может быть не только
между подлежащим и сказуемым, т. е. в предикативном словосочета-
нии; она может быть представлена и в других словосочетаниях:
Не я интересуюсь этой книгой. Я интересуюсь не этой книгой. Это
сделал не он.
В грамматике предложения, где отрицается наличие сказуемост-
ного (предикативного) признака, считаются общеотрицательными,
или собственно-отрицательными; предложения же, где отрицаются
непредикативные признаки, считаются частноотрицательными. Эти
термины предложил А. М. Пешковский2, и они сохраняются до на-
ших дней.
Именно частица не и создает общеотрицательные и частноотрица-
тельные предложения.
Не менее важна и роль не как приставки. С этой приставкой в
русском языке «живет» множество слов, главным образом сущест-
1 Следует, правда, отметить, что равноправными утвердительные и отрицатель-
ные суждения можно считать в современной языковой плоскости. Генетически же
отрицательные суждения, вероятно, все же вторичны по сравнению с утвердитель-
ными. В частности, положения о вторичности отрицательных суждений придержива-
ется И. Н. Бродский (см.: Бродский И.' Н. Отрицательные высказывания. Л., 1973).
2 См.: Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. М., 1938,
с. 352.
123
вительных (ср. неволя, неурожай, неприятель, небыль, неуважение
и т. д.), прилагательных (ср. неуверенный, несерьезный, неравно-
душный, немногословный, невиновный и т. д.), наречий (ср. неуверенно,
несерьезно, немногословно, неярко и т. д.). Только вместе с пристав-
кой эти слова и существуют как слова. Каждое слово с приставкой
не- выражает определенное понятие, как это и свойственно любому
слову.
Но, хотя, казалось бы, приставочная функция не часто совер-
шенно очевидна, тем не менее не только школьники младших клас-
сов, но даже абитуриенты допускают ошибки в «прозрачных» случаях.
Приведем некоторые примеры из сочинений абитуриентов ЛГУ.
В сочинениях было дано раздельное написание приставки не-.
Существительные. Одна из причин — (не) зрелость
момента... (не) понимание роли революции; (не) равенство людей;
(не) удачи сына.
Прилагательные. Особенно часто ошибочное раздель-
ное написание допускается в прилагательном неграмотный: Нилов-
на (не) грамотная женщина; рабочие были (не) грамотные; Пуга-
чев был человеком (не) грамотным; они были еще политически (не)
грамотными. Другие прилагательные: страстей пустых, (не) бла-
годарных; на (не) большой отряд шла дивизия; тяжести (не) по-
сильного труда; человек (не) подкупной души.
Наречия. (Не) далеко ушел от своего отца; он погибает (не)
заметно; председатель (не) правильно ведет собрание.
Эти факты говорят о том, что нужны широкие лингвистические
комментарии не только к функционированию не как частицы, но и к
функционированию не как приставки.
Можно предположить, что одной из причин ошибочного написания
не в подобных случаях является излишний упор на подбор к слову
с приставкой не- синонимичного слова без не (типа недруг = враг).
Формулировки, касающиеся подбора синонимов, в различных по-
собиях таковы, что наличие синонима стало как бы обязательным
показателем слитного написания не. Между тем далеко не всегда
слово с не (как и любое другое слово) имеет синоним. В частности, и
к приведенным выше словам с приставкой не- синонимы подбираются
трудно.
Подбор синонима является одним из средств определения значения
слова. Прием этот широко используется и в толковых словарях. Но
даже специалисты-словарники не всегда могут подобрать соответст-
вующий синоним (да это и не всегда нужно). Так, в частности, слово
неграмотный в 17-томном Словаре современного русского литератур-
ного языка определяется описательно, а не через подбор синонима:
Неграмотный — 1. Не умеющий читать и писать. 2. Содержащий (орфографи-
ческие, стилистические и т. д.) ошибки.
Вероятно, тем, что к слову неграмотный трудно подобрать сино-
ним, и объясняется большое количество неправильных написаний не
в этом случае.
124
Подбор синонима к слову с приставкой не-, очевидно, хорош на
первых этапах обучения слитному и раздельному написанию не,
когда нужно показать, что слово с приставкой не-это цельное сло-
во, выражающее свое, совершенно определенное понятие. В дальней-
шем же, на наш взгляд, необходимо дать понятие об антонимах, т. е.
о том, что во многих случаях слова с приставкой не- существуют для
выражения противоположных понятий по отношению к словам без
не. Ср.: зрелость — незрелость; понимание—непонимание; равенст-
во — неравенство; удача — неудача; благодарный — неблагодарный;
достаточно — недостаточно; заметно — незаметно; охотно — не-
охотно; правильно — неправильно.
Как уже сказано, формулировки пособий иногда слишком кате-
горично настраивают на непременный подбор синонимов. Так, на-
пример, слишком категорично идея непременной замены слова с не
синонимом без не проводится в очень полезной книге Г. П. Соколовой
«Частицы не, ни и другие».
Для всех частей речи в этой книге дается типовой алгоритм. Возь-
мем для иллюстрации алгоритм для имени существительного:
«1. Определи, употребляется ли существительное без не
а) если не употребляется, то пиши слитно,
б) если употребляется, то
2. Проверь, есть противопоставление или его нет (союз а)
а) если есть, пиши раздельно,
б) если нет,
3. Замени существительное синонимом
а) если можно заменить, пиши слитно,
б) если нельзя заменить, пиши раздельн о»1.
О том, что к прилагательным с приставкой не- не всегда удается
подобрать синоним, четко сказано, например, в пособии Д. Э. Ро-
зенталя «Вопросы русского правописания»: «Не всегда удается по-
добрать... синоним, но утвердительный оттенок значения служит
основанием для слитного написания, например: Она рассуждала о
неженской логикой»2.
В школьном учебнике наряду с подбором синонима указана воз-
можность проверки слитного написания не заменой слова с не- «близ-
ким по значению выражением»3. Последнее фактически означает тол-
кование (как в словарях) слова с не-. Ср. образец, приведенный
в учебнике: необразованность — отсутствие образованности (стр. 86).
Это положительно.
В целом пишущие чаще допускают раздельные ошибочные напи-
сания, чем ошибочные слитные. В печати тоже более часты неоправ-
данные раздельные написания, чем неоправданные слитные. Ср.,
1 Соколова Г. П. Частицы не, ни и другие. Изучение в школе. Пособие для учи-
теля. Л , 1969, с. 15.
2 Розенталь Д. Э. Вопросы русского правописания. Практическое руководство.
М., 1966, с. 82, § 66.
3 Русский язык. Учебник для 5—6 классов. М., 1980, с. 86, 111, 280.
125
например, такое ненужное раздельное написание: Не достаточно на-
стойчиво продвигают в жизнь вопросы развития отрасли [женской
галантереи] наши ленинградские организации («Ленингр, правда»,
1969, 13 июля),
Следовательно, при лингвистическом комментировании слитно-
го и раздельного написания не надо уделить внимание не только
частице не, но и приставке не-, раскрыть как можно полнее значение
и функции последней.
Если правильно определить, где приставка не- и где частица не,
будет предрешен и орфографический вопрос. По, может быть, реше-
нию вопроса о том, что перед нами, частица или приставка, могут
помочь какие-нибудь фонетические признаки?
Исследователи отмечают, что интонация паузы и логическое уда-
рение звукового комплекса не очень прихотливы. Логическим уда-
рением может быть отмечена и приставка. В. И. Чернышев приво-
дит такой пример: Итак, вы желаете лучше быть немилосердным,
чем милосердным1. Из наших наблюдений над устной речью в качест-
ве примера приведем чтение Якова Смоленского (14/Ш 1969 г., Ле-
нинградский концертный зал). Приставка не- была произнесена им
с ударением: Рассветало утро, | независимое от войны (из стихотво-
рения Д. Самойлова). (Разумеется, при этом речь идет о тех словах,
у которых в изолированном произношении ударение не на не, в от-
личие от слов типа недруг, нёлюб, нечисть и т. п.)
Но все же, когда слово с предшествующим не выступает в функ-
ции сказуемого, различие и роль интонации могут быть значительны.
Так, например, при констатации факта недействительности билетов
в сообщении: Билеты недействительны — интонационное подчер-
кивание элемента не не нужно. При отрицательном суждении: Нет,
они не действительны — интонационное выделение не необходимо.-
Об этом писал, в частности, Н. С. Рождественский. Он отмечал,
что в «предложениях отрицательных не, придающее предложению от-
рицательный смысл, произносится с особым ударением (ср. Он не
здоров и Он нездоров)»2.
Однако самым главным при определении слитного или раздель-
ного написания не остается смысл. «Граница между словами,— спра-
ведливо писал Л. А. Булаховский,— далеко не всегда может быть
определена по слуху. Во многих случаях нам приходится коле-
баться, образует ли то или другое слово с каким-нибудь, обыкновен-
но маленьким служебным словом, единое целое или нет, например,
с не или с предлогом. В разные эпохи существования языка чутье
могло в этом отношении быть разным. Когда нам приходится на пись-
ме выразить, как мы понимаем отношение такого словечка к рядом
1 Чернышев В. И. Отрицание «не» в русском языке. Материал для «Словаря
русского языка». Приложение к I выпуску VIII тома «Словаря русского языка»,
издаваемого II отделением АН СССР. Л., 1927, с. 86.
2 Рождественский Н. С. Свойства русского правописания как основа методики
его преподавания. М., I960, с. 261.
126
находящемуся слову, т, е, видим ли мы в нем нечто слитное, обра-
зующее с последующим одно понятие, или нет,— мы должны бываем
наше понимание выявить слитным или раздельным написанием»1.
Рассмотрим теперь значение и функционирование в речи пристав-
ки не-.
Приставка не- активно участвует в образовании антонимов. Во-
прос об антонимии центральный при рассмотрении функции не и
требует поэтому к себе особого внимания.
Антонимы2—это «слова противоположного значения»,— коротко
сформулировано у А. А. Реформатского3, Однако это определение
недостаточно. Совершенно необходимо добавление о соответствии
или, точнее, соотносительности выражаемых антонимами понятий.
Эти существенные добавления внесены в определения антонимов
Н. М. Шанским и Д. Н. Шмелевым4. Из определений этих исследова-
телей более приемлемым для школы, как более лаконичное, нам пред-
ставляется определение Н. М. Шанского: «Антонимы являются сло-
вами разного звучания, которые выражают противоположные, но
соотносительные друг с другом понятия»5.
Ученые по-разному относятся к вопросу о возможности пристав-
ки не- участвовать в образовании антонимов. А. А. Реформатский
называет слова типа хороший — нехороший, трудно — нетрудно
самыми «примитивными» антонимами. И хотя А. А. Реформатский
признает их антонимами, тем не менее считает, что «для лексикологии
интереснее разнокорневые антонимы»6,
Л. А, Булаховский признает антонимами только разнокорневые
слова7.
Д. Н. Шмелев справедливо замечает, что «признание антонимами
только разнокоренных слов, по существу, не отражает действитель-'
ного положения вещей, так как выражение антонимических отно-
шений при помощи префикса не- занимает ведущее место в современ-
ном русском языке в области, для которой наиболее характерна
антонимия, —в области качественных прилагательных; ср.: терпели-
вый — нетерпеливый, удачный — неудачный, решительный — нере-
шительный, культурный — некультурный, знакомый — незнакомый
и т. д.»8.
Природа антонимических отношений в системе имен прилагатель-
ных раскрыта в диссертационном исследовании Л. Ю. Максимова
«Антонимия как один из показателей качественности прилагательных»
1 Булаховский Л. А. Курс русского литературного языка. Т. I. Киев, 1952,
о. 257.
2 Антонимы — от греч. anti — против и опуша — имя.
? Реформатский А. А. Введение в языковедение. М., 1967, с. 98.
1 См.: Шмелев Д. Н. Очерки по семасиологии русского языке, М., 1964, с. 145.
S Шанский Н. М. Лексикология современного русского языка. М., 1964, с. 63.
6 Реформатский А. А. Указ, соч., с. 95—96.
7 Булаховский Л. А. Введение в языкознание. М., 1953, ч. II, с. 44—45.
8 Шмелев Д. Н. Очерки по семасиологии русского языка. М., 1964, с. 146. На
этой же точке зрения стоит Д. А. Новиков. См. его монографию «Антонимия в рус-
ском языке» (М., 1973).
127
(1958). Отвергая вышеприведенный тезис Л. А. Булаховского,
Л. Ю. Максимов считает, что слова типа приятный — неприятный яв-
ляются антонимами потому, что в словах типа неприятный содер-
жится не простое отрицание, а утверждение противоположного приз-
нака, т. е. имеется противоположение значений, а это и составляет
суть антонимии. Антонимы — это номинативные единицы языка.
Для появления антонимики очень важно «наличие качественного
признака в значении слова, который может градировать и доходить
до противоположного»1. Природа качественных имен прилагательных
отвечает этому условию в максимальной степени, и именно поэтому
больше всего антонимов у прилагательных, а также соответственных
наречий. Не всякое слово может иметь антоним: «Трудно себе пред-
ставить, что может быть «противоположным» словам стол, доска, семь
и т. п. и тем более Петя, Рязань»2.
Противоположные значения могут иметь далеко не все значе-
ния многозначных слов.
Сравним примеры, приводимые А. А. Реформатским на разноко-
ренные антонимы, с примерами на однокоренные антонимы с при-
ставкой не-, Разнокоренные антонимы:
жар
жар (= раскаленный
уголв, спец.)
первый (в ряду первый,
второй)
первый (= начальный)
— холод
— нет антонима
нет антонима
— последний
Однокоренные антонимы:
естественный
(созданный природой: есте-
ственные богатства)
нет антонима с не-
естественный
(изучающий законы и явления
природы: естественные науки)
естественный
(простой, непринужденный:
естественная улыбка)
нет антонима с не-
неестественный
(неестественная улыбка)
Антонимы с не- успешно конкурируют с антонимами без не-. Ср.,
например:
энергичный — апатичный,
неэнергичный
правильный — ложный,
неправильный
* Реформатский А. А. Указ, соч., с. 96.
2 Там же.
128
смелый — робкий,
трусливый,
несмелый
Некоторые из антонимов с не- в качестве конкурентов образуют
смягченные антонимы:
активный — пассивный,
неактивный
зрячий — слепой,
незрячий 1
Итак, в современной лексикологии теперь считается уже непре-
ложным, что антонимы могут быть не только разнокоренными, но
и однокоренными, хотя в частных вопросах антонимии и сейчас еще
есть много расхождений во взглядах.
Очень важным вопросом, имеющим принципиальное значение
для выявления значений приставки не-, является вопрос о логичес-
ких понятиях противоположности и противоречия.
Логическое понятие противоположности выражается в языке в
категории антонимии. Противоположными, например, являются ви-
довые понятия «горячий» нехолодный», «белый» и «черный», «молодой»
и «старый».
Противоречащими понятиями являются видовые понятия «горя-
чий» и «негорячий», «белый» и «небелый», «молодой» и «немолодой».
Противоположные понятия в отличие от противоречащих не
просто отрицают друг друга, а характеризуются положительным
содержанием; в отличие от противоречащих понятий между противо-
положными понятиями всегда возможно третье, среднее понятие.
Например, понятия «горячий» — «холодный» противоположны
(между ними возможен третий член — промежуточный признак: «теп-
лый»), а понятия «горячий» — «негорячий» — противоречащие по-
нятия. Ср. также ряды: молодой — немолодой, нестарый — старый,
где молодой и старый противоположны по значению, и нестарый —
старый, где даны противоречащие понятия.
В тех случаях, когда в языке нет антонимического разнокоренно-
го слова, а определенное понятие нужно выразить, употребляется
слово с не: удачный— неудачный; опытный — неопытный: знакомый —
незнакомый и др. Л. А. Новиков отмечает, что «у подобных слов с
качественным значением логически допустимо среднее («точка отсче-
та» противоположностей), выражающееся в языке описательно: зна-
комый — (не очень знакомый, почти незнакомый) —незнакомый»1 2,
У противоречащих понятий никакого среднего понятия нет.
Дадим графическое изображение различия противоположных и про-
тиворечащих понятий3.
1 Примеры однокоренных антонимов взяты из указанной выше кандидатской дис-
сертации Л. Ю. Максимова.
2 Новиков Л. А. Логическая противоположность и лексическая антонимия. —
Русский язык в школе, 1966, № 4, с. 84.
3 Схемы и комментарий к ним взяты из книги Л. А. Новикова «Антонимия в рус-
ском языке» (М., 1973, с. 29—31).
129
I. Противоречащие понятия, II, Противоположные понятия.
Схема I наглядно показывает, что противоречащие понятия за-
полняют весь объем родового понятия («ахроматический цвет»), так
что между ними логически невозможно третье, среднее понятие.
Противоположные понятия (схема II) типа «белый» и «черный»,
напротив, не заполняют всего объема родового понятия, Такие поня-
тия не только отрицают друг друга, но и характеризуются своим
положительным содержанием. Между ними возможно третье, сред-
нее понятие («светлый», «серый», «темный» и др.),
Логическую основу антонимии образуют не противоречащие, а
противоположные понятия.
Кроме языковых антонимов (когда значение противоположности
закреплено в номинативных значениях слов), выделяют антонимы
речевые (или контекстуальные)1.
Такие антонимы возникают лишь в определенной речевой ситуа-
ции. По-видимому, самым существенным признаком контекстуальных
антонимов следует считать то, что эти слова, относящиеся по своим
первичным функциям в языке к различным тематическим группам,
входят своими вторичными функциями, обусловленными речью, в
общую тематическую группу, при этом их значительное различие
нейтрализуется контекстом, оказывается в данном употреблении
несущественным:
Они сошлись. Волна и камень.
Стихи и проза, лед и пламень
Не столь различны меж собой.
(Пушки и)3.
Существуют и контекстуально-индивидуальные слова со значением
противоречия, Но если контекстуальные антонимы — это всё же
обычные слова, они только неожиданно соотнесены как противопо-
ложные в каком-то контексте, то контекстуальные слова со значени-
ем противоречия вне данного контекста часто вовсе не существуют,
у них нет номинативного языкового значения. Рождаются такие сло-
ва, как правило, на основе дихотомического противопоставления
(дихотомия3 — последовательное деление целого на две более или
менее равные части),
1 См.; Новиков Л. А. Антонимия в русском языке. М., 1973, с. 18, 75. См. также:
Булаховский Л. А. Введение в языкознание. М-, 1953, ч. II, с. 45.
2 См.: Новиков Л. А. Указ, соч., с. 75.
® Франц, dichotomie; греч. dichotomia — рассечение па две части; от diclia —
надвое и temno — рублю, секу; tome — разрез, сечение.
130
«Любую совокупность объектов можно описать дихотомически.
На столе находятся: пустая ваза, книга, яблоко, другая книга —
потоньше, деталь радиоприемника и осыпавшиеся лепестки цветка.
Все это можно классифицировать дихотомически, например раз-
граничить на два класса: ваза — неваза; класс ваза — одночленный;
класс неваза делится на два подкласса: книга — некнига; подкласс
книга членится на подподклассы: книга толще — книга тоньше;
подкласс некнига членится на подподклассы: яблоко — неяблоко
и т. д.»1.
Различие двух видов «несовместимых понятий» (понятий проти-
воположности и противоречия) в их языковом выражении отражено
при толковании значений приставки не- в словарях русского языка.
Ср., например, толкование значений приставки не- в словаре
под ред. Д. Н. Ушакова:
«Не. Приставка, придающая слову: 1) новое, противоположное
значение, например: неправда (ложь), неприятель (враг), неважный
(плохой) и т. п., иногда с оттенком умеренности, смягчения призна-
ка или качества, например: неглупый (достаточно умный), неумный
(глуповатый) и т. п.; 2) значение противопоставления (слову без
«не»), отрицания, отсутствия (того, что заключено в значении слова
без «не»), например: некрасивый, несемейный, нечитанный, неигра-
ющий, несоциалист, невручение, неприглашение и т. п.».
Оттенком второго значения приставки не- можно считать не вы-
деленное в словаре значение отрицания возможности совершения
действия, обозначенного производящей основой. Ср. прилагательные
непобедимый, несравнимый, неподкупный и под.
Разграничение слов-антонимов (типа неправда — ложь, терпели-
вый — нетерпеливый) и слов со значением противоречия, отрицания
трудно, но тем не менее разграничивать их нужно, так как слова-
антонимы психологически более легко воспринимаются вместе с we-
как одно слово, чем слова со значением противоречия. Орфографи-
ческие затруднения у пишущих возникают чаще именно тогда, когда
они сталкиваются со словами, где не- имеет значение противоречия,
отрицания. Даже в печати в правописании таких слов очень много
колебаний.
Противоречащие понятия обычно обозначаются формулой «А и
не-А» {деревянные и недеревянные постройки, центральные и нецент-
ральные газеты, специалисты и неспециалисты).
При выражении отношений «А и не-А» приставка не- близка по
значению к частице не, отрицающей понятие, обозначенное прилага-
тельными или другим словом. Ср.: Грибы делятся на ядовитые и
неядовитые. Мебель бывает деревянная и недеревянная. Философы
разбились на два лагеря: марксистов и немарксистов. И т, д.
Очень часто на базе этого значения развивается значение тер-
минологического противопоставления (срд совершенный и несовер-
шенный вид глагола).
* Панов М. В. Русская фонетика, с. 128.
Слова-термины уже легче писать с не слитно, так как каждое из
слов-терминов (например, термины совершенный вид и несовершенный
вид) имеет уже свое собственное совершенно конкретное «позитивное»
значение, определенный объем понятия.
Дихотомически противопоставленными могут быть и существи-
тельные, и прилагательные, и наречия: Поделилось человечество на
гостей и негостей ... (В н у к о в); На платье мне нужен только
голубой материал. Неголубой цвет меня не интересует.
Таких слов, как негость, неголубой (равно, как и нежелтый, не-
красный, небелый и т. п.), мы не найдем в словарях, поскольку они
не имеют своего собственного номинативного значения. О подобного
типа словах А. Ф. Кулагин справедливо пишет: «... не случайно, что
в нашем языке нет, например, таких слов, как «нестекольный, некниж-
ный», да и потребности в них не ощущается. Наоборот, такие «слова»
очень затрудняли бы общение людей между собой. В самом деле, если,
например, завод, производящий кирпич, называть или «нестекольным»,
или «немыловаренным», или «некожевенным», то невольно возникает
вопрос, какое отношение имеет этот завод к коже, мылу, стеклу и
что за нужда называть его «нестекольным» или «немыловаренным»,
когда имеется прилагательное «кирпичный»?»1.
На наш взгляд, А. Ф. Кулагин прав, считая, что в русском языке
нет таких слов как определенных’языковых единиц. Однако как факт
речи они есть. Ср., например: «Вокруг центра... широким кольцом
расположился нецентральный, непарадный, непромышленный и не-
торговый Энск» (Панова).
Между тем в «Справочнике по орфографии и пунктуации для ра-
ботников печати» К. И. Былинского и Н. Н. Никольского (М., 1957)
указано, что слово центральный (в ряду: не лимонный, не ветер, не
бумага и т. д.) не сливается с не (§ 143, п. 2). Излишне категоричны,
на наш взгляд, по отношению к возможности речевого слияния с не-
подобных прилагательных также А. И. Кайдалова и И. К. Калинина2.
В антонимические отношения прежде всего вступают прилага-
тельные качественные. Относительные прилагательные образуют
антонимы «менее охотно»3 4. Притяжательные прилагательные, пожа-
луй, вообще не образуют антонимов. При сочетании их с не образо-
вание нового слова не бесспорно, что отражается и на правописании
их с не. Ср.: Он исходил тоской не птичьей, как бы хватая высоту
(А. Решетов. Лирика. Лениздат, 1957). В том же стихотворении в
сборнике 1934 г. напечатано слитно: нептичьей*. Слитное написание
приемлемо, ибо контекстуально, в речи,— это цельное слово.
1 Кулагин А. Ф. Префиксальное не в именах прилагательных современного рус-
ского литературного языка. (Автореф. канд. дис.) М., 1955, с. 11.
2 См.: Кайдалова А. И., Калинина И. К. Современная русская орфография. М.,
1976, с. 166-170.
8 Некоторые исследователи, например Л. Ю. Максимов, считают, что настоящие
антонимы образуют только качественные прилагательные. Иной точки зрения при-
держивается Л. А. Новиков.
4 Пример Н. А. Еськовой из указанной выше статьи.
132
В школьном учебнике образование новых слов с приставкой не-
(существительных, прилагательных, наречий) показано достаточно
четко. Раскрыто, что не, входящее в состав корня или являющееся
приставкой, пишется слитно; не, являющееся отрицательной час-
тицей, пишется раздельно.
Выполнение упражнения 2871, в котором приводятся прилага-
тельные, с которыми учащиеся должны попробовать соединить при-
ставку не-, должно создать у учащихся представление, что далеко
не со всеми прилагательными возможно соединение не в качестве
приставки. В частности, в упражнении приведено слово заячий. Мож-
но предположить, что ученики отнесут его к прилагательным, не
соединяющимся с не-приставкой. Это будет правильно, поскольку
слова «незаячий» в языке нет, однако контекстуально, в р е ч и
оно может возникнуть. Ср. приведенное выше словосочетание тоской
(не) птичьей.
В своих творческих сочинениях учащиеся, безусловно, встре-
тятся с более тонкими и сложными случаями, чем те, которые опи-
сывает учебник. Поэтому и необходимо, чтобы учитель мог объяс-
нить учащимся эти тонкие и сложные случаи.
Только представляя себе сложность и тем не менее объективную
реальность значений частицы и приставки не-, можно пытаться раз-
решить трудности слитного и раздельного написания не, так как мно-
гое в этих трудностях объясняется рассмотренными логическими и
языковыми отношениями. Возможно, что больший успех в освое-
нии орфографического материала с не учащимися и будет достигнут,
если к орфографическим фактам идти именно от логических и соб-
ственно языковых.
Ниже мы рассмотрим некоторые частные случаи из числа труд-
ных случаев слитного и раздельного написания не. При этом мы не
рассматриваем отдельно правописание не с краткими прилагательны-
ми и различение приставок не- и недо-, поскольку указанные два во-
проса рассмотрены в специальных работах Л. Ю. Максимова2, Р. И, Ле-
виной3, А. Н. Скоробач4.
Слитное и раздельное написание не
с формами на -мый
Трудности правописания не с отглагольными образованиями на
-мый объясняются тем, что в русском языке существуют причастия
на -мый (это страдательные причастия настоящего времени) и отгла-
1 См.: Русский язык. Учебник для 5—6 классов. М., 1980, с. 112.
2 См.: Максимов Л. Ю. Частица нз и приставка не- с краткими прилагатель-
ными. — Русский язык в школе, 1957, № 2.
3 См.: Левина Р. И. О различии глаголов с приставкой недо- и глаголов с при-
ставкой до- при наличии отрицания. — Русский язык в школе, 1963, № 4.
4 См.: Скоробач А. Н. О слитном и раздельном написании глаголов с приставкой
недо- и глаголов с приставкой до- при наличии отрицания. — Русский язык в школе,
1978, № 5.
133
голыше прилагательные такого же оформления. Правописание же
не с этими формами разное.
Рассмотрение этого случая представляется необходимым пото-
му, что прилагательные на -мый частотны. Правописание не с этими
формами входит в школьный материал, и учитель должен в нем ори-
ентироваться достаточно свободно. Кроме того, при сопоставительном
рассмотрении слитного и раздельного написания не с причастиями
и отглагольными прилагательными на -мый акцентируется внимание
на всех сложных грамматических вопросах, касающихся причастий
как части речи. А эти вопросы занимают одно из центральных мест
в школьном курсе грамматики.
Вопрос о слитном и раздельном написании не с формами на -мый
не только орфографический, но и грамматический. Не всегда легко
определить, какой частью речи являются отглагольные образования
на -мый — причастием или прилагательным, ибо суффикс -м- (-ем-,
-ом-, -им-) —эю, собственно, два суффикса-омонима: с их помощью
непосредственно от глагола образуются не только страдательные при-
частия настоящего времени, но и прилагательные. Кроме того, исами
причастия могут переходить р прилагательные. Значит, прежде чем
слитно или раздельно написаТь не, нужно решить грамматический воп-
рос, какая часть речи перед нами, а потом уже определять, слитно или
раздельно написать не.
1. Грамматико-семантические группы прилагательных
с суффиксом -М- в их соотношении с правилами слитного
и раздельного написания не
Отглагольные образования на -мый по своему семантико-грам-
матическому значению распадаются на четыре группы:
I. ПРИЧАСТИЯ НАСТОЯЩЕГО ВРЕМЕНИ
СТРАДАТЕЛЬНОГО ЗАЛОГА
Страдательные причастия настоящего времени представляют со-
бой живую и продуктивную грамматическую категорию. Эти причас-
тия свободно образуются от переходных глаголов несовершенного
вида и часто употребляются в современной речи. Ср.: вовлекаемый,
возглавляемый, встречаемый, выбираемый, вызываемый, выкачиваемый,
задаваемый, засылаемый, издаваемый, контролируемый, надеваемый,
открываемый, палимый, перепродаваемый, поддерживаемый, под-
стрекаемый, получаемый, подкрепляемый, посылаемый, прерываемый,
продолжаемый, производимый, регулируемый, утверждаемый, уволь-
няемый и т, д,
II. ПРИЛАГАТЕЛЬНЫЕ? ОБРАЗУЮЩИЕСЯ НЕПОСРЕДСТВЕННО
рТ ГЛАГОЛОВ ПО АКТИВНЫМ
СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНЫМ МОДЕЛЯМ
«Арсенал» этих прилагательных довольно внушителен. Эта «вну-
шительность» увеличивается еще и за счет того, что они необычайно
употребительны в языке,
134
Они образуются: а) от переходных глаголов совершенного вида:
невозвратимый, невозмутимый, невообразимый, невыполнимый, не-
выразимый, недопустимый, недостижимый, незаменимый, неизмери-
мый, неизгладимый, неизлечимый, неизъяснимый, неисправимый, не-
истощимый, неистребимый, неисчерпаемый, неисчислимый,
неминуемый, ненарушимый, необозримый, необъяснимый, неодолимый,
неотразимый, неоспоримый, неосуществимый, неотвратимый, неопро-
вержимый, неповторимый, непоколебимый, непоправимый, непости-
жимый, непримиримый, непреодолимый, неразличимый, неразреши-
мый, несокрушимый, нестерпимый, неугасимый, неудержимый,
неукротимый, неуловимый, неумолимый, неутомимый, неустра-
шимый, неутолимый, неуязвимый и др.; б) от непереходных
глаголов несовершенного вида: неиссякаемый, непромокаемый, неувя-
даемый, неумолкаемый и др.; в) от переходных глаголов несовершен-
ного вида: невыносимый, неделимый, недоказуемый, недосягаемый, не-
забываемый, незыблемый, неизменяемый, неколебимый, немыслимый, не-
описуемый, неотмываемый, неотъемлемый, непереводимый, непере-
даваемый, непереносимый, неподражаемый, непререкаемый, неприемле-
мый, непроизносимый, непроницаемый, непроходимый, нерушимый,
несгибаемый, несжимаемый, нескрываемый, несмываемый, неузнаваемый
и др.
Все указанные прилагательные имеют один общий признак: они
имеют специфическое значение невозможности действия (соответст-
венно формы без не имеют значение возможности действия). Например:
излечимый — такой, которого (который) можно излечить; неизле-
чимый — такой, который (которого) нельзя, невозможно излечить;
непобедимый — такой, которого (который) нельзя победить и т. д.
Такие формы нельзя признать причастиями, потому что они ука-
зывают на постоянный признак предмета, свойство или качество.
Они не выражают ни временных, ни залоговых значений, они не по-
казывают ни того, что делает предмет, ни того, что с ним совершается.
Значение возможности-невозможности имеют не только прила-
гательные на -мый. Ср. прилагательные необъятный, непредвиденный,
нераздельный, неразлучный, непробудный, неутешный, непреклонный,
неприступный, неустанный и др. с суффиксом -н-; непозволительный,
уважительный, раздражительный и др. с суффиксом -тельн-; плавкий,
ломкий и др. с суффиксом -к-; терпеливый, бодливый, ворчливый,
вспыльчивый, переменчивый идр. с суффиксами -лив- и -чив-. Таким обра-
зом, отглагольные прилагательные с суффиксом -м- являются частью
группы прилагательных указанного значения.
Легко отличимы от причастий прилагательные, образованные
от переходных глаголов совершенного вида и от глаголов непереход-
ных, так как причастия настоящего времени не могут образовывать-
ся от глаголов совершенного вида (потому что значение настоящего
времени несовместимо с совершенным видом глагола) и от глаголов
непереходных (потому что при таком глаголе нет объекта, который
должен стать субъектом при страдательной форме).
Таким образом, трудными для отграничения от причастий остают-
135
ся прилагательные от глаголов несовершенного вида: такие, как неза-
бываемый, неизменяемый, непередаваемый, непроизносимый и т. п.
От этих же глаголов могут быть образованы и причастия: забываемый,
изменяемый, передаваемый, произносимый и т. д. Отличительным при-
знаком прилагательных является значение возможности-невозмож-
ности действия, в то время как причастия указывают на конкретно
производимое действие. Очень ярким отличительным признаком этих
прилагательных является также их тесная спаянность с не1.
III. ПРИЛАГАТЕЛЬНЫЕ ПРИЧАСТНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ
(АДЪЕКТИВИРОВАВШИЕСЯ
И АДЪЕКТИВИРУЮЩИЕСЯ ПРИЧАСТИЯ)
Указать все адъективировавшиеся, а особенно адъективирующие-
ся причастия нельзя так как адъективация причастий является жи-
вым языковым процессом.
Адъективации слов невредимый, угрожаемый, необитаемый спо-
собствовала утрата соответствующими глаголами прямой переходнос-
ти. Ср. такие словосочетания, как угрожаемое положение, угрожаемый
район (Феди н), угрожаемый Царицын (Феди н), угрожаемые стра-
ны (из газе т).
Способствует адъективации таких слов, как любимый, уважаемый,
видимый, слышимый, неведомый, мнимый и т. п., семантика образую-
щих глаголов. Это глаголы, которые охватывают сферу внутренней
деятельности человека: глаголы чувственного восприятия действи-
тельности (видеть, слышать и т. п.), глаголы эмоционального, внут-
реннего отношения к предметам и лицам (уважать, любить и т. п.),
глаголы знания (ведать, знать), глаголы, обозначающие мнение
человека о действительности (мнить, воображать и т. п.). Указан-
ные глаголы обозначают не столько процесс, сколько состояние (осо-
бенно глаголы ведать, знать), они не могут обозначать кратковре-
менных действий, причем многие из них, даже в несовершенном виде,
указывают в какой-то степени на результативность действия (вижу,
слышу, ведаю, знаю). Все это способствует утрате временных значе-
ний у образованных от них причастий, а следовательно, и переходу
в прилагательные. Степень адъективации причастий, образованных
от таких глаголов, различна: одни из них полностью перешли в при-
лагательные (мнимый, неведомый), другие, сохраняя возможность
причастного употребления, большей частью употребляются в значе-
нии прилагательных. Так, в современном языке отглагольное обра-
1 Прилагательные со значением возможности-невозможности действия, обра-
зованные от глаголов несовершенного вида, могут быть и без приставки не-: управля-
емый снаряд (снаряд, которым можно управлять), склоняемое существительное
(существительное, которое можно склонять). Между тем, названные слова в школь-
ном'учебнике приведены в упражнении на страдательные причастия (Русский язык.
Учебник для 5—6 классов. М., 1980, с. 236). Конечно, в определенном контексте сло-
ва управляемый и склоняемый могут выступать и как причастия, например в
предложении с зависимым от них дополнением в творительном падеже со значением
действующего лица.
136
зование любимый выражает качественную оценку предмета, а потому
ближе к прилагательным, чем к причастиям. Ср. широко распростра-
ненные словосочетания: любимый писатель, любимые книги, любимые
песни ит. п.
Узнать в тексте адъективирующееся причастие, конечно, труднее,
чем прилагательное со значением возможности-невозможности дей-
ствия. Полностью адъективировались причастия мнимый, неведомый,
невредимый, необитаемый, другие же отглагольные образования на
-мый могут в одном контексте при одних условиях выступать как
прилагательные, а в иных оставаться причастиями (любимый, изменя-
емый, оплачиваемый и др.). Особое значение поэтому приобретает
учет всех грамматических и семантических признаков, свидетельству-
ющих о возможной адъективации.
IV. ОТГЛАГОЛЬНЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ ЗАВИСИМЫЙ,
ЗНАЧИМЫЙ, ВЕСОМЫЙ
Это не причастия, но они не входят и в группу прилагательных
со значением возможности-невозможности действия, и в группу при-
лагательных, являющихся адъективированными причастиями, так
как они никогда и не были причастиями.
Данные отглагольные образования не могли возникнуть как при-
частия, так как они, сохраняя то же самое глагольное управление,
не становятся определениями бывших глагольных объектов (ср.: чи-
тать что? книгу (вин. падеж) и читаемая книга (им. падеж), но
зависеть о т чего? и зависимый от чего?). Таким образом,
они не пассивны, а активны в своих значениях. Ср.: значимый =
значащий. Нельзя ни сказать, ни подумать «зависимый кем», «весо-
мый кем», «значимый кем».
Эта особенность вытекает из специфики глаголов значить, зави-
сеть, весить: уже сами эти глаголы (в тех значениях, с которыми
соотносительны указанные прилагательные) не дают тех граммати-
ческих условий, которые необходимы для образования страдатель-
ных причастий, эти глаголы непереходны.
♦ * *
Как же соотносятся правила слитного и раздельного написания
не с этими четырьмя семантико-грамматическими разрядами?
По отношению к группе I, т. е. к причастиям, применимы пра-
вила, касающиеся причастий вообще : не с одиночным полным прича-
стием пишется раздельно только при наличии противопоставления;
при наличии пояснительных слов — раздельно (за исключением слов,
обозначающих степень качества,— см. примечание к пункту 4 § 88
«Правил русской орфографии и пунктуации»); с краткими причастия-
ми частица не пишется всегда раздельно.
По отношению ко II, III и IV разрядам применяются правила,
относящиеся к прилагательным, т. е. раздельно не пишется при про-
тивопоставлении — самый очевидный случай; при логически под-
137
черкнутом отрицании признака (очень трудный случай правописания,
ибо это всегда связано со смыслом широкого контекста) и при нали-
чии пояснительных слов, усиливающих отрицание: вовсе, далеко, от-
нюдь и т. п. Эти правила одинаково относятся и к полным и к кратким
формам прилагательных.
Однако в связи с тем что слова II, III и IV разрядов — это прила-
гательные разного происхождения, характера и значения, не пишут
с ними несколько по-разному. Так, прилагательные II разряда (со
значением невозможности действия) тесно спаяны с не. Они без этой
приставки почти не употребляются, а если и употребляются, то ка-
жутся произведенными от отрицательных своих форм. Причем если
они употреблены без не, то тогда обычно сопровождаются какими-
нибудь наречиями, указывающими на легкость или трудность со-
вершения возможного действия, степень обозначаемого прилагатель-
ным признака (качества) и т. п.: легко растворимые соли, вполне вы-
полнимая работа, легко обозримое место, трудно разрешимые противо-
речия, трудно скрываемое волнение, вполне заменимый работник, Это
болото вполне проходимо, Эти понятия вполне сопоставимы и т. д.
С не эти прилагательные, за редкими исключениями, пишутся слитно.
Даже при наличии пояснительных слов, начинающихся с ни, они
чаще пишутся с не все равно слитно, ибо среди них есть много таких
слов, которые без не вообще никогда не употребляются.
Такого исключительно тесного слияния с не не обнаруживают
прилагательные III и IV групп. Поэтому у них легче и чаще может
быть логически подчеркнуто отрицание и не может быть написано
раздельно; при наличии пояснительных слов, начинающихся с ни,
не с этими прилагательными пишется раздельно.
Какие же трудности возникают при правописании не с прилага-
тельными на -мый в практике правописания?
Большие трудности возникают тогда, когда прилагательные со-
провождаются пояснительными словами.
Пояснительными словами могут сопровождаться прилагательные
всех групп, хотя возможность сочетания с зависимыми словами дале-
ко не одинакова у всех прилагательных. Довольно часто сопровож-
даются пояснительными словами и прилагательные со значением не-
возможности действия. Часто говорят, будто пояснительные слова
встречаются при них редко1 и крайне ограниченно2.
Имеет известную трудность и выбор слитного или раздельного
написания не с краткими формами. Ведь причастия в краткой фор-
ме пишутся с не всегда раздельно, рассматриваемые же прилагатель-
ные похожи на причастия. Поэтому при правописании не с кратки-
ми формами нужно особенно внимательно анализировать граммати-
ческую категорию краткой формы с суффиксом -м-,
1 См.: Шапиро А. Б. Русское правописание. М. — Л., 1955, с. 145.
2 Добромыслов В. А., Розенталь Д. Э. Трудные вопросы грамматики и право-
писания. Вып. II. М., 1960, с. 120. Эта книга представляет собой тематически объеди-
ненное повторение вопросов и ответов, опубликованных в отдельных номерах жур-
нала «Русский язык в школе».
138
Поскольку не с краткими прилагательными пишется и слитно и
раздельно, в зависимости от смысла (ср,: Он небогат и Он не богат),
то и с прилагательными, образованными с помощью суффикса -м-,
в каких-то контекстах не может быть написано раздельно, Но здесь
нужно решительно отвергнуть раздельное написание, которое иног-
да имеет место явно из-за смешения этой категории слов с причастия-
ми. Это во-первых. Во-вторых, можно крайне ограниченно рекомен-
довать раздельное написание не с прилагательными, имеющими зна-
чение невозможности действия: только при противопоставлении или
очень резко подчеркнутом отрицании, ибо в других случаях они спа-
яны с отрицательной приставкой не-. Пешковский говорил, что при-
лагательные на -мый, «когда они употребляются без отрицания, ка-
жутся (редкий и интересный случай) образованными от отрицатель-
ных слов»1,
2. Правописание ке с краткими прилагательными
По общему правилу не с кратким прилагательным пишется слитно,
если без приставки не- данное прилагательное не употребляется или
если сочетание его с не служит не для отрицания какого-либо понятия,
а для выражения нового, противоположного (или противоречащего)
понятия; и раздельно, если есть (или подразумевается)
противопоставление, а также если логически подчеркнуто отрицание.
Краткие прилагательные II группы очень тесно связаны с отри-
цательной приставкой, в этом случае не- следует писать слитно, на-
пример: такие факты недопустимы, это требование невыполнимо,
ваша болезнь неизлечима, он неисправим, этот процесс неодолим, зна-
чение практических занятий неоспоримо, происшедшие изменения не-
обратимы, осадок нерастворим, его вера непоколебима, их дружба
нерушима, источники неиссякаемы и т, д.
Особенно нужно подчеркнуть внутреннюю необходимость слит-
ного написания не с прилагательными, образованными от глаголов
несовершенного вида: Язык его неподражаем (Белинский);
Слог неударяем (Шапиро), Эти прилагательные могут быть спу-
таны с причастиями, которые также образуются от глаголов несо-
вершенного вида, но в приведенных примерах — это прилагатель-
ные со значением невозможности действия,
В современном языке и такие более тесно связанные с причастием
слова, как нелюбимый, невидимый (ибо это адъективированные формы,
а не непосредственно образующиеся от глаголов несовершенного ви-
да прилагательные, как, например, незабываемый, несгибаемый), упо-
требляются чаще именно как прилагательные. Отсюда вытекает це-
лесообразность их слитного написания с не и в тех случаях, когда
они употреблены в краткой форме. Ср., например: В любимом деле
человек — богатырь! Ну, а если избранное дело нелюбимо — тогда
уже не богатырь? (К-Зелински й); На востоке есть предание,что
очарованные Райские сады не скрылись с земли, но только сделались
1 Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. М., 1938, с. 138.
139
невидимы, переносятся с места на место и на одно мгновение де-
лаются иногда видимыми человеку (Б. Полевой).
Особые трудности возникают, если при кратких прилагательных
употреблены пояснительные слова. Сочетаемость краткой формы
с зависимыми словами особенно способствует тому, что создается
впечатление, будто это краткие страдательные причастия. Между
тем краткие формы прилагательных с суффиксом -м- стоят в общем
ряду прилагательных с этим суффиксом, подчиняясь тем же зако-
номерностям (подобно полным формам, краткие прилагательные
с суффиксом -м- особенно употребительны в сочетании с приставкой
нг-). Поэтому вопрос о слитном и раздельном написании не с крат-
кими прилагательными при наличии пояснительных слов мы рас-
смотрим вместе с правописанием полных форм, имеющих поясни-
тельные слова.
3. Правописание не с прилагательными, имеющими
при себе пояснительные слова
Л. ОБЩАЯ ПОСТАНОВКА ВОПРОСА
Характер пояснительных слов не безразличен для слитного или
раздельного написания не. Поэтому вопрос о правописании прила-
гательных с не будет рассмотрен в связи с различными группами
употребляющихся пояснительных слов.
Правила правописания не с прилагательными, имеющими зави-
симые слова, менялись.
Так, в школьном орфографическом словаре, составленном
Д. Н. Ушаковым, в первых изданиях говорилось о том, что «не пи-
шется отдельно от прилагательных (и в том числе причастий), когда
есть зависящие от них слова» (§ 66). В 4-м издании это правило было
сформулировано уже только в отношении причастий: «не пишется
отдельно от причастий, когда при них есть зависящие слова» (§ 66)1.
Однако рекомендация писать не отдельно с прилагательными, имею-
щими при себе пояснительные слова, еще долго оказывала влияние
на правописную практику.
В дальнейшем были выделены группы слов, усиливающих отри-
цание (отрицательные местоимения и наречия с ни, слово далеко),
при наличии которых не с прилагательными пишется раздельно (ни-
чем не замечательное селение, далеко не верное решение), и группы
слов, усиливающих утвердительный смысл, при наличии которых
не пишется с прилагательным слитно (Он очень несчастлив)2. Это
различие в характере пояснительных слов проводится в «Правилах
орфографии и пунктуации». Соблюдается оно и в школьном учеб-
нике.
1 Первое издание школьного орфографического словаря Д. Н. Ушакова отно-
сится к 1934 г.; четвертое — к 1937 г.
2 См.: Ушаков Д. Н., Крючков С. Е, Орфографический словарь. 6-е изд., испр.
и доп. Рига, 1945, § 79.
140
Выделение особых разрядов слов, при наличии которых не пишет-
ся раздельно, имеет логический смысл, ибо, например, слова, начи-
нающиеся с ни-, усиливая отрицание, конечно, его подчеркивают,
поэтому и надо писать не в этом случае раздельно. Такое написание
идет от значений в самом языке, а не является ненужной орфографи-
ческой выдумкой. Орфографическое правило лишь обобщает наблю-
дения над языком, над формами выражения в нем смысловых катего-
рий.
Если прилагательное с не является уже новым, самостоятельным
словом по отношению к слову без не, то и при наличии пояснительных
слов (кроме особых разрядов пояснительных слов, усиливающих от-
рицание) оно остается обычно самим собой, и естественно, что не
пишется в этом случае слитно. Кроме того, в некоторых случаях одни
и те же пояснительные слова обязательны как при форме без отрица-
ния, так и при слове с приставкой не-. Ср.: Он стал ей безразличен —
Он стал ей небезразличен; Шахматист играл в свойственном ему сти-
ле — Шахматист играл в несвойственном ему стиле.
Неупотребительность слова без не и особое значение, которое име-
ет при этом слово с не, могут привести к тому, что даже при наличии
дополнения в творительном падеже со значением деятеля (что в прин-
ципе специфично для причастий) не следует писать все равно слитно.
Так, В. А. Добромыслов и Д. Э. Розенталь, отвечая на вопрос, как
следует писать не в предложении Я вышел и увидел новую, тоже (не)
виданную мною картину, пишут: «Слово невиданный обычно имеет
значение «необычайный», «поразительный», «исключительный», т. е.
является прилагательным, а не причастием, например: Наряды при-
несли невиданной красы (Н. Некрасов); Перед нами обнаружатся
вещи неслыханные и невиданные (Салтыков-Щедрин).
В значении причастия это слово имеет весьма ограниченное упо-
требление и носит разговорный характер (ср.: Виданное ли это дело?
Где это видано, где это слыхано?). Вместо виданная мною картина
мы скажем виденная мною картина. Поэтому, хотя в рассматривае-
мом предложении имеется налицо творительный падеж действующего
лица (мною), несколько оживляющий глагольность в слове, все же
слово невиданный следует писать и здесь слитно. Исключение состав-
ляют такие сочетания, как нигде не виданный, никогда не виданный,
никем не виданный и т. п., где в качестве пояснительного слова имеет-
ся наречие или местоимение, начинающееся частицей «и-»1.
Сюда же следует добавить частицу ни, употребляющуюся самос-
тоятельно, например: В XVII веке появились в Бурятии русские. По-
ставили деревянные рубленые избы, не виданные прежде ни бурятами,
ни эвенками (Телевизионная передача «Клуб кинопутешествий». О
музее под открытым нёбом. 22 июня 1980 года).
Не можно писать при наличии пояснительных слов раздельно тог-
1 Добромыслов В. А., Розенталь Д. Э. Трудные вопросы грамматики и правопи-
сания. Вып. I. М., 1958, с. 140. См. также: Розенталь Д. Э. Справочник по правопи-
санию и литературной правке для работников печати, § 70, п. 2. Примечание 3.
141
да, когда логически подчеркнуто отрицание. Ср.: Характер поясни-
тельных слов не безразличен для слитного или раздельного написа-
ния не (имеется в виду: а очень важен)1.
Кроме того, раздельное написание не с прилагательными, имею-
щими при себе пояснительные слова, может быть оправдано «при по-
становке прилагательного с зависимыми словами после определяе-
мого существительного, например: предприятия, не подведомствен-
ные тресту (в условиях обособления конструкция с прилагательным
приближается по значению к причастному обороту); ср.: Шахматист
играл в несвойственном ему стиле — черты, несвойственные
нашей молодежи»*.
При отглагольных прилагательных с суффиксом -м- употребляют-
ся как примыкающие, так и управляемые слова.
Особую группу составляют слова самый, такой и какой, они со-
гласуются с тем же существительным, с которым согласуется прила-
гательное, а с прилагательным сочинены, но условно мы рассмотрим
их в группе примыкающих слов, так как по своему значению они сов-
падают с примыкающими словами, имеющими значение степени ка-
чества.
Б. ПРАВОПИСАНИЕ НЕ С ПРИЛАГАТЕЛЬНЫМИ,
ИМЕЮЩИМИ ПРИ СЕБЕ ПРИМЫКАЮЩИЕ
ПОЯСНИТЕЛЬНЫЕ СЛОВА
Ярки и специфичны для прилагательных различные наречия,
указывающие на степень качества, «повышенную» или «пониженную».
Эго такие слова, как совершенно, совсем, крайне, очень, весьма, реши-
тельно, полностью, абсолютно, почти и т. п. В этом случае не пишет-
ся с прилагательными слитно. Например: ...мужская сила и красота
Бендера были совершенно неотразимы для провинциальных Марга-
рит навыданье... (Ильф и Пет ров); Надо быть очень неустраши-
мым любителем чтения, чтобы не почувствовать сильного замирания
сердца при виде этой груды печатной бумаги (Писарев).
Особое значение эти слова в качестве показателей, что не следует
писать слитно, приобретают в тех случаях, когда прилагательное
образовано от переходных глаголов несовершенного вида: Ему...
было дико, что эти три человека, почти немыслимой красоты и чи-
стоты... обрадованы появлением его, Рощина (А. Н. Толсто й);
.. .впрочем, тот смысл, который придавали этому слову («солидарность»)
воспитанники, почти непереводим на обычный язык (К у п р и н).
Правда, и причастие, поясняемое такими усиливающими степень
качества наречиями, пишется с не слитно (см. примечание к пункту 4
§ 88 в «Правилах русской орфографии и пунктуации»), так как при-
частия в этих случаях близки к прилагательным. Однако если при
1 Хорошие примеры на раздельное написание не при логическом подчеркивании
отрицания признака приводятся в кн.: Кайдалова А. И., Калинина И. К. Современ-
ная русская орфография. М., 1973, с. 170, 177; М., 1976, с. 161, 168.
& См.: Розенталь Д. Э. Указ, соч., § 66, п. 6. Примечание 1.
142
причастии есть еще управляемые слова, то «побеждают» последние и
не пишется с таким причастием уже как обычно, т. е. раздельно, на-
пример: совершенно не подходящий к правилу пример. С прилага-
тельными же, имеющими при себе управляемые слова, не пишется слит-
но: Гладко белые, почти неотличимые от снега — мешки с мукой
(И н б е р).
Помимо примыкающих наречий, значение степени качества имеют
местоимения такой и какой.
Согласуемые слова такого значения специфичны только для при-
лагательных. Они усиливают качественный признак предмета, по-
этому не при наличии таких пояснительных слов должно писаться с
прилагательными только слитно, например: Цветухин раскрыл объя-
тияс таким неудержимым радушием, словно не сомневался, что в
них должен упасть каждый (Феди н); Ничего, казалось, не было
необыкновенного в том, что она сказала, но какое невыразимое для
него словами значение было в каждом звуке (Л. Толстой).
И опять особое значение приобретают слова такой и какой (как
показатели «прилагательности» и того, что не следует писать слитно)
для отглагольных образований на -мый с основами несовершенного
вида: Стоит деревянный домик на 44-й от Рогова версте, такой
неизменяемый в воспоминаниях (Леонов).
При кратких формах прилагательных в том же значении, в каком
употребляются наречия степени, употребляются местоимения так и
как: Он (бык) чувствует, что вся предыдущая борьба, где люди были
так жестоки, так ненавистны и так неуловимы, окончилась (К у-
п р и н); Он (Салтыков-Щедрин) печатает рассказ за рассказом, по-
стоянно высказывая в них, как велик запас его средств, как неистощим
источник его наблюдения (Добролюбов).
Значение степени качества имеют и примыкающие местоименные
слова настолько и столь, например: Тем не менее домашняя неурядица
была настолько невыносима, что Валентин Осипович, чтоб не
быть ее свидетелем, на целые дни исчезал к родным (Салтыков-
Щедрин); И все рассмеялись — столь немыслимым показалось
им совершить такое подлое преступление (получить два раза паек)
(В. Г р о с с м а н).
Только при прилагательном может быть и местоимение самый —
показатель аналитической превосходной степени; не пишется в этом
случае с прилагательным только слитно: Зло самое горькое, самое
нестерпимое для стихотворца есть его звание и прозвище (П у ш-
к и н).
Кроме наречий и местоименных слов со значением степени, отгла-
гольные прилагательные с суффиксом -м-, как и другие прилагатель-
ные, могут присоединять наречия со специфическим значением, ко-
торое можно охарактеризовать словами «с такой-то точки зрения»
или «в таком-то отношении». Все же сочетание прилагательного 0 та-
ким наречием приобретает значение «предмет таков с такой-то точки
зрения или в таком-то отношении». Иначе говоря, эти наречия прида-
143
ют ограничительное значение признаку, обозначаемому прилагатель-
ным: признак присущ предмету лишь в какой-то своей части.
Такие слова также свидетельствуют, что не следует писать с при-
лагательным слитно: Великий закон коммунизма ют каждого по спо-
собности, каждому по потребности» для многих еще представляется
практически, неуловимым... (Макаренко).
Особенно употребительны такие сочетания в научной и политиче-
ской литературе. Ср.: семантически и лексически неразложимые фра-
зеологизмы, линейно неделимые единицы, функционально незначимые
звуковые различия, экономически независимая страна и т. п.
Все рассмотренные типы примыкающих слов специфичны для при-
лагательных1.
Ср. типы слов, свойственные причастиям: быстро впитываемая
песком пена, медленно выпеваемые, произносимые вслух слова, спешно
формируемые отряды, специально выращиваемые растения и т. п. В
отличие от прилагательных для причастий характерны наречия, ука-
зывающие на ту или иную скорость процесса совершаемого действия,
на способ проявления действия.
Учет таких соединяющихся и не соединяющихся с разными частя-
ми речи слов очень помогает при колебаниях в выборе слитного или
раздельного написания не.
Но при отглагольных прилагательных могут быть и общие с при-
частиями примыкающие слова.
Как при прилагательных, так и при причастиях могут употреблять-
ся качественные наречия (за исключением только что указанных,
встречающихся только при причастиях), а именно такие наречия, как
хорошо, отлично, глубоко и т. п. Однако об употреблении данных на-
речий при причастиях можно говорить до некоторой степени условно,
так как, будучи употреблены при причастиях, они весьма способ-
ствуют адъективации последних. Кроме качественных наречий, как
при причастиях, так и при прилагательных могут употребляться на-
речия и переходящие в наречия словосочетания со значением обсто-
ятельств. В роли обстоятельств выступают слова управляемые (см.
ниже, с. 145).
Обстоятельственные слова, так же как и наречия со значением «в
таком-то отношении», придают ограничительное значение признаку,
обозначаемому прилагательным.
Следует заметить, что обстоятельственные слова могут быть и при
обычных прилагательных (не отглагольных). Ведь, например, какой-
либо цвет, красивый на солнце, может казаться некрасивым в тени;
когда-то красивый человек может стать некрасивым, и мы вполне мо-
жем сказать: Некогда красивый, теперь он обрюзг и поблек.
1 Правда, в очень редких случаях наречия степени могут быть при причастиях,
но это бывает тогда, когда сам глагол соединяется с таким наречием. Ср.: очень це-
нить. Отсюда: Ганеро очень ценим аристократией арены (Куприн).
Обычно же наречия степени, как говорил Пешковский, «не любят соединяться
с глаголами: нельзя очень спать, очень гулять и т. п.» (см.: Пешковский А. М. Рус-
ский синтаксис в научном освещении, с. 118).
144
Различные примыкающие обстоятельства могут быть при прилага-
тельных с основами как совершенного, так и несовершенного вида:
Мысли у Вали были обычно непослушные, вольные, порой неуло-
вимые (М е д ы н с к и й); Ледяная ширь его [озера] была теперь
неразличима (А ж а е в); Человек прорубит, наконец, эту голубую
скорлупу и вылупится в мир еще незнаемого цвета... (Леонов);
Лица сталеваров пока непроницаемы (Бек и Л о й ко).
В. ПРАВОПИСАНИЕ НЕ С ПРИЛАГАТЕЛЬНЫМИ,,
ИМЕЮЩИМИ ПРИ СЕБЕ УПРАВЛЯЕМЫЕ СЛОВА
Способность управлять существительным считается одним из важ-
нейших признаков причастия. Это соответствует, конечно, языковым
фактам, но способностью управления обладают и прилагательные.
Управлять существительным могут и обычные прилагательные
(ср.: полезный мне, вредный для нас и т. д.), но отглагольные прилага-
тельные характеризуются в отличие от обычных прилагательных еще
тем, что могут повторять глагольное управление. В отличие же от
причастий они характеризуются специфическим управлением, т. е.
они могут управлять Существительным в таких падежах, какими не
может управлять личный глагол (а следовательно, и причастие). Они
обладают особым приадъективным управлением.
При отглагольных прилагательных на -мый употребляются два
типа управляемых слов: 1) слова, которыми прилагательное управля-
ет так же, как управляет соответствующий глагол (тождественное
управление), и 2) специфически приадъективно управляемые слова.
1. Управляемые слова,', которые
могут быть и при прилагательном,-; и при соответствующем глаголе
(тождественное управление)
Управляемые слова этой группы удобно разделить по их синтакси-
ческой функции на: а) управляемые обстоятельства (сюда можно отне-
сти и обстоятельственные дополнения, т. е. переходные от дополнения
к обстоятельству слова) и б) дополнения.
а) Управляемые обстоятельства
Управляемые обстоятельства при отглагольных прилагательных
более многочисленны и разнообразны по сравнению с примыкающими.
Управляемые обстоятельства при прилагательных (как и примы-
кающие) не характеризуются никакими особыми синтаксическими ус-
ловиями, которые отличали бы их от обстоятельств при причастиях.
Ср. употребление управляемых обстоятельств при прилагательных:
Блесксолнцана снегу, нестерпимый после полутьмы, заставил
их зажмуриться (А ж а е в) — и при причастиях: Одинокий самолет,
плывущий на головокружительной высоте, кажется миноносцем,
наблюдаемым со дна моря (Паустовский).
Несмотря на то что употребление обстоятельств при отглагольных
прилагательных и при причастиях одинаково по своим синтаксиче-
ским условиям, оно неоднородно по своим функциям (это касается как
6 Заказ 259
145
управляемых, так и примыкающих обстоятельств). Обстоятельства
при прилагательных несут ограничительную функцию. Ограничитель-
ное значение имеют некоторые из управляемых слов и не обстоятель-
ственного значения, о чем см. ниже. При наличии обстоятельств ука-
зываемый прилагательным признак отнесен к предмету не целиком,
присущ ему не всегда (при обстоятельствах времени) или проявляется
при определенных условиях, однако он продолжает оставаться свой-
ством, качеством, присущим предмету.
При причастиях же обстоятельства места и времени указывают на
место и время, где происходят конкретные действия; местом
и временем ограничено действие, а не свойство-качество предмета, на
которое причастие, конечно, и не указывает.
Следует учесть, что и при неотглагольных прилагательных могут
быть управляемые слова, близкие к обстоятельствам. Ср.: влажный
от росы пень; кусты, сизые от осевшего на них инея, и т. п. Но в отли-
чие от прилагательных неотглагольных прилагательные отглаголь-
ные характеризуются необычайным богатством встречающихся при
них обстоятельств.
Не с прилагательными, имеющими при себе обстоятельства, пи-
шется слитно, поскольку наличие управляемых обстоятельств не из-
меняет значения отглагольного прилагательного как грамматической
категории.
Особенно характерны в этом отношении прилагательные, образо-
ванные от глаголов совершенного вида. Они являются прилагатель-
ными уже по характеру своего образования, независимо от того, есть
ли при них пояснительные слова или нет. То, что при таких прилага-
тельных, в отнесенности которых к этому грамматическому классу
сомнений нет, употребляются обстоятельства, должно «приучить» к
мысли, что наличие обстоятельств при отглагольном образовании на
-мый само по себе еще не может свидетельствовать о том, что слово,
при котором оно стоит, — причастие. Приведем примеры. «Аталиба»,
трагедияв пяти действиях с хорами и великолепным, неисполнимым
на сцене, спектаклем, была любимым произведением [Державина]
(Аксаков); Силы красных оказались разбросанными, что было
недопустимо в такую топь и бездорожье (А. Н. Т о л с т о й);
Видел я: казалось — беззащитный, но в снегу неуязвим и скор, по-
пластунски полз вперед сапер... (Н е д о г о н о в).
Приведем примеры прилагательных, образованных от переходных
глаголов несовершенного вида, и прилагательных причастного про-
исхождения (адъективированных): Песня [чижа] представляет непе-
редаваемое на бумаге щебетанье (Мензбир); Зачем судьбой не
суждено /моей непостоянной лире!геройство воспевать одно, !и с ним
(незнаемые в мире)! любовь и дружбу старых лет? (П у ш к и н).
Особое внимание должно быть уделено прилагательному невиди-
мый. По своему происхождению оно причастие, однако в современном
языке в качестве причастия в сочетании с отрицанием не не употребля-
ется (см. ниже об особом приадъективном управлении этого прила-
гательного). В печати при наличии обстоятельственных слов при
146
йем обычно Сохраняется слитное написание не. Cp.t Вот а сейчас,
проезжая лесом, она [Анфиса] влюбленными глазами смотрит на жел-
теющий в поле хлеб, вдыхает всей грудью смолистый воздух и с удивле-
нием отмечает про себя запах невидимой в лесу земляники (А б р а-
м о в Ф. Братья и сестры. —Роман-газета, 1959, № 12 (192), с. 70).
Но в сочетании невидимая с Земли сторона Луны часто пишут не
различно —то слитно, то раздельно: не видимая с Земли сторона Лу-
ны. Между тем, поскольку прилагательное невидимый практически не
употребляется в современном языке как причастие, не следует писать
с ним слитно и при наличии обстоятельств.
При кратких формах прилагательных с основами несовершенного
вида также могут быть управляемые обстоятельства: И тихим све-
том озарилось все, чтонезримо на земле (Блок). Не следует пи-
сать с такими прилагательными также слитно.
б) Управляемые дополнения
Дополнения с управлением глагольного типа при прилагательных
могут быть двух видов: 1) сильно управляемые дополнения, 2) допол-
нения в творительном падеже.
Сильно управляемые дополнения стоят в том же падеже, в каком
стоят при соответствующем глаголе. Сильное управление сказывает-
ся в том, что прилагательные, им обладающие, обычно и употребляют-
ся с этими дополнениями, а без них употребляются редко.
Сильным управлением обладают некоторые прилагательные со
значением невозможности действия. Эго: несравнимый (с кем? с
ч е м?). Ср.: сравнить кого? что? с кем? с чем?; несопостави-
мый, неразлучимый, несоотносимый, неприменимый, неотделимый,
неотличимый.
Менее сильно связано с управляемым словом незаменимый (к е м?
ч е м?). Ср.: заменить к о г о? что? кем? чем?
Сильным управлением обладает и прилагательное независимый
(IV семантической группы): зависимый (от кого? от ч е г о?).
Ср.: зависеть от кого? от чего?
Прилагательные, копирующие глагольное управление, сходны с
причастиями. Сходство с причастиями увеличивается еще оттого, что
большая их часть употребляется в краткой форме и предикативно.
Их «сказуемость», одинаковое с глаголом управление несколько зату-
шевывает яркость представления о качестве предмета, которое наибо-
лее отчетливо выражается полной формой. Однако представление
о внутренне присущих предмету свойствах, качествах они содержат.
Так, это содержание отчетливо вырисовывается, если мы применим к
ним нижеприводимую формулу.
Возьмем прилагательное в полной форме, т. е. прилагательное с
резко выраженной «качественностью», например неизмеримый. При-
лагательное неизмеримый показывает, что предметы таковы, что их
невозможно измерить, т. е. они так велики, что не поддаются измере-
нию. Ср. у Лермонтова: Как я хотел себя уверить, /что не люблю ее!
Хотел /неизмеримое измерить, /любви безбрежной дать предел.
Эту формулу таков, что... и т. д. можно применить также к при-
6*
147
лагательным, сохраняющим глагольное управление и употребляющим-
ся преимущественно в краткой форме. Пример: Социализм и труд не-
отделимы друг от друга. Прилагательное неотделимы показывает, что
предметы (социализм и труд) таковы, что их невозможно отделить друг
от друга. Такова природа социализма и труда, такова их внутренняя
сущность.
Указанную формулу оказывается невозможным применить к при-
частиям не только тогда, когда они, сохраняя дополнение соответ-
ствующего глагола, употреблены предикативно, но и в тех случаях,
когда они употреблены атрибутивно (или, при обособлении, полупре-
дикативно). Ср.: Дар, преподносимый нам историей в награду за настой-
чивый труд многих поколений ученых, представляется мне драгоценным
(Феди н). Можем ли мы сказать, что причастие преподносимый
указывает: дар таков, что его преподносит нам история? Нет, не
можем.
Естественно, что сильно управляемые дополнения, не меняя ка-
тегориального признака слова (оно остается прилагательным), сами
по себе не вызывают раздельного написания не с прилагательным.
Приведем соответствующие примеры.
Все пронизано здесь [в Царском Селе] историей, ее дыхание яв-
ственно ощущается, и вдруг, когда увидишь из-за дерева какой-нибудь
обелиск или какую-нибудь колонну, живой голос Пушкина, неот-
делимый от Царского Села, раздастся у тебя в ушах... (Федин).
Лучшие наши люди сознают: судьба их неотделима от больше-
вистской партии (А ж а е в).
Мир неделим на черных, смуглых, желтых, 1а лишь на красных —
нас, и белых — их (С и м о н о в).
Предложение — это грамматически оформленная по законам дан-
ного языка целостная (т. е. неделимая далее на речевые единицы с
теми же основными структурными признаками) единица речи, явля-
ющаяся главным средством формирования, выражения и сообщения
мысли (В. В. Виноградов).
...подымались плоские, неотличимые одна от другой однообраз-
ные высотки (Кочетов).
Какая точность и определенность в каждом слове, как на месте
и как незаменимо другим каждое слово! (Белинский).
...люди, независимые от истории, — фантазия (Горький).
Особого внимания требуют дополнения, выраженные существитель-
ным в творительном падеже со значением орудия.
Творительный орудия употребляется в нашей работе в широком
смысле этого термина, а именно так, как определял его Пешковский1.
Творительный орудия следует отделять прежде всего от творитель-
ного действующего лица или предмета. Последний может быть только
в страдательных конструкциях, т. е. при глаголах на -ся, имеющих
страдательное значение, и при страдательных причастиях.
Творительный падеж невыясненного значения при отглагольных
1 См.: Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. М., 1938,
с. 274.
148
образованиях с суффиксом -м-, имеющих основу несовершенного ви-
да, может заставить задуматься, не имеем ли мы творительный дей-
ствующего лица и не является ли, следовательно, та или иная форма
страдательным причастием. Проверить значение творительного па-
дежа можно инфинитивом глагола в действительном залоге, при ко-
тором возможен творительный орудия и невозможен творительный
действующего лица или предмета (можно сказать уловить ухом,
но нельзя сказать уловить разведчиком).
Творительный орудия при отглагольных прилагательных с суф-
фиксом -м- встречается довольно часто. Он усиливает оттенок гла-
гольности у них, но не снимает и «прилагатсльности», и не пишется d
этом случае обычно слитно.
Ср., например: И князь Андрей... долго ходил по комнате... пере-
думывая те неразумные, невыразимые словом, тайные,
как преступление, мысли, связанные с Пьером, с славой, с девушкой на
окне ... с любовью, которые изменили всю его жизнь (Л. Толстой);
И на меня веет от этих воспоминаний глубокою, неизобразимою
словами печалью (Короленко); Уж мимо глаз его пронесся огром-
ный, неохватимый взором город (Салтыков-Щедрин),
Словосочетания типа невыразимый словами близки к сочетаниям
типа невыразимый на словах. Ср.: Мысль об этой близости; восхити-
тельной, невыразимой на словах, волновала его душу(Ч е х о в),
где не пишется слитно еще более несомненно.
В некоторых пособиях при наличии дополнения, выраженного
существительным в творительном падеже со значением орудия, было
рекомендовано писать не с прилагательными на -мый раздельно1.
Эта рекомендация приведена и в «Пособии по’ русскому языку для
поступающих в вузы», составленном Д. Э. Розенталем (Изд-во МГУ,
1960, с. 94)2. Однако в «Справочнике по правописанию и литератур-
ной правке для работников печати» (М., 1967, с. 85—86) Д. Э. Розен-
таль раздельное написание не при формах на -мый, имеющих допол-
нение в творительном падеже со значением орудия, рекомендует толь-
ко для тех случаев, когда форма на -мый — причастие: движение, не
тормозимое воздухом.
2. Управляемые слова,' которые? в отличие от глаголов
и причастий,' могут быть только при прилагательном
(приадъективное управление)
Среди приадъективно управляемых дополнений выделяется не-
сколько разновидностей:
1. Дополнения, выраженные существительными в дательном па-
деже и в родительном падеже с предлогом для, соотносительные по
1 Добромыслов В. А., Розенталь Д. Э. Трудные вопросы грамматики и правопи-
сания. Вып. II. М., I960, с. 133. ''
2 Эту рекомендацию сохраняют А. И. Кайдалова и И. К- Калинина во 2-м изда-
нии своей книги «Современная русская орфография» (М., 1973, с. 172). В 3-м изда-
нии (М., 1976) эта рекомендация снята.
149
значению с дополнениями, выраженными существительными в тво-
рительном падеже со значением орудия.
2. Дополнения, выраженные существительными в дательном па-
деже и в родительном падеже с предлогом для, соотносительные по
значению с дополнениями, выраженными существительными в твори-
тельном падеже со значением деятеля.
3. Дополнения, ограничивающие признак в отношении его про-
явления.
4. Дополнения, указывающие на степень качества.
Перейдем к их рассмотрению.
1. Если творительным орудия могут управлять и глагол, и при-
частие, и прилагательное (ср.: уловить глазом, улавливать глазом,
улавливаемый глазом, уловимый глазом), то только прилагательным
свойственны дополнения в дательном падеже и в родительном падеже
с предлогом для, соотносительные по значению с дополнениями в
творительном падеже со значением орудия (ср.: уловимый глазу, уло-
вимый для глаза): Но в какое-то неуловимое глазом мгновение ков-
бой выскочил из-под нее [упавшей лошади] (Б. П о л е в о й); Так на-
чался новый день. В нем корчились, жарились, валились без чувств сту-
денистые существа, неуловимые глазу, — насморки, кашли...
(А. Толсто й); Бек Агамалов... вдруг блеснув шашкой... страшным,
неуловимым для глаз движением, весь упав вперед, нанес быстрый
удар (Куприн).
Эти приадъективные падежи (дательный и родительный с предло-
гом для) употребляются не только при таких прилагательных, про-
изводящие глаголы которых могут сопровождаться творительным
падежом тех же самых существительных, но и при других.
Дополнения в дательном падеже и в родительном с предлогом для
могут быть лексически разнообразны. Ср.: Он [Сфинкс] был неуязвим
для стрел и для мечей (Полонский); Движения живых сти-
хий не уловимы для кисти (Айвазовский); ...перед нею [Ни-
ной Георгиевной] прошла жизнь в образах несвязных, но связанных
между собой непостижимой уму нитью... {Эренбург). Сле-
дует писать слитно не и в выражении уму непостижимо (в печати встре-
чается раздельное написание). Слово непостижимо здесь — краткое
прилагательное (в предложении подразумевается подлежащее это;
Это уму непостижимо).
Особое значение приобретают такие дополнения, когда они стоят
при прилагательном, имеющем основу несовершенного вида. В этих
случаях дополнение выступает как показатель того, что форма явля-
ется не причастием, а прилагательным. И это уже как сигнал: пиши
слитно. Например: Целыми днями парят они [грифы] над горами в
воздухе на недосягаемой для глаза высоте (Спангенберг); ... тон-
ко и певуче звенели в ярах под снегом невидимые глазу вешние ручейки
(Шолохов).
2. Творительному падежу деятеля при причастиях как бы соот-
ветствует при отглагольных прилагательных родительный падеж с пред-
логом для или дательный.
150
Эти падежи при прилагательных имеют ограничительное значение:
предмет таков (только) для меня или таким он представляется (только)
мне. Дополнения в этих падежах указывают на субъекта, стоящего в
определенном отношении к какому-либо признаку.
Дополнение же в творительном падеже при причастии указывает,
что предмет подвергается определенному действию, производимому
субъектом (он и обозначается дополнением в творительном падеже).
Причем надо учитывать, что не только лицо может выступить в ка-
честве деятеля. Выступать в качестве действующего лица (скажем
более широко: в качестве «деятеля») могут не только лица, но даже
отвлеченные понятия, мыслимые, однако, как вполне конкретные
деятели. Ср.: хранимый случаем, увлекаемые суровой музыкой, трево-
жим неудовлетворенным желанием, томимые любопытством, теснимый
холодной сыростью, томимый жаждой, сотрясаемый заговорами, сне-
даемый честолюбием, подмываемый, подгоняемый тревогой и т. п.
Субъект при прилагательных занимает пассивную- позицию (и это
находит особое грамматическое выражение), а при причастиях —
активную. Признаки предмета могут быть различны в зависимости
от отношения к разным субъектам: Только для каждого возраста и
каждого сословия было свое время для посещения бульвара и свое место,
приличное: для одних и недопустимое для других (Феди н).
В русском языке есть ряд прилагательных, смысл которых часто
даже неполон без указания не субъект, в определенных отношениях
с которым и находятся признаки, ими обозначаемые, например: по-
лезный, вредный, приятный, удобный, близкий, легкий, трудный
ит. п. (полезный для меня, удобный для них).
Субъект, стоящий в определенном отношении к признакам пред-
мета, субъект, которому именно таким представляется предмет, фа-
культативно может стоять и при любом прилагательном. Ср. у Бара-
тынского: ...Ив молодые наши леты даем поспешные обеты, смешные,
может быть, всевидящей судьбе. Очень ярко у А. Островского: Кому
белокур, а вам бедокур. Такой субъект при прилагательном можно счи-
тать «субъектом отношения».
Дополнения, выраженные существительным в дательном падеже,
указывают на субъект, стоящий в определенном отношении к какому-
либо признаку. Предмет «таков» только для субъекта, указанного до-
полнением: Туман затопил соседние сады и ленивыми клубами поколы-
хивался сверху, будто подтаивая под лучами невидимого мне солнца
(Первенцев); И лес, неведомый лучам в тумане спрятанного
солнца, | кругом шумел (Пушки н).
Дополнения, выраженные существительным в родительном падеже
с предлогом для: Но у них [ленинградцев] выработались те незаме-
нимые для бойца душевные- качества, которые Каменский коротко
определял словами «ленинградская школа» (Кетлинская); Вокруг
лица каждого встречного человека он [Алпатов] видит, незримый
для всех нимб (П р и ш в и н).
Субъектом, стоящим в определенном отношении к признаку,
может быть, как уже сказано, не только лицо. Ср.: Чичиков заметил.
151
что это точно случается и в натуре находится много вещей, неизъяс-
нимых даже для обширного ума (Тогол ь). Субъектом может
выступить даже совершенно конкретный предмет — вещь: Для рез-
ца неуловим этот блеск мысли в чертах лица (Гончаров).
Итак, дательный падеж и родительный падеж с предлогом для
со значением пассивного отношения к признаку предмета (его свой-
ству, качеству), отношения, которое не предусматривает какого-
либо воздействия на предмет, являются падежами, характерными для
приадъективного управления. Эти приадъективные падежи не упо-
требляются при одноосновных (с рассматриваемыми прилагательными)
личных формах глаголов и причастиях и могут быть очень четким по-
казателем, что не следует писать с прилагательными на -мый слитно.
3. Все приадъективно управляемые дополнения имеют ограничи-
тельное значение. Но и сами ограничения могут быть многогранны.
Так, дополнения, выраженные существительными в дательном па-
деже и в родительном падеже с предлогом для, ограничивали признак
определенными отношениями с внешними объектами. А могут быть и
такие дополнения, которые ограничивают признак в отношении его
проявления. Иначе говоря, эти дополнения указывают, в отношении
каких проявлений предмет обладает каким-либо свойством. При этом
существительные могут стоять в предложном падеже с предлогом в:
Молодые покорители целины — люди чистой души, преданные Родине,
неустрашимые вборьде с трудностями (А. Андреев). С тем
же значением они могут стоять в винительном падеже с предлогом на:
В детстве «.Антоша» был неистощим на выдумки (Буни н).
И наконец, в творительном падеже: С благоговением взирали мы
на них, пришельцев с каторги, несокрушимых духом (Огарев).
Пешковский называет этот творительный падеж творительным
«ограничения»1 (слаб духом, сильный волей, высокий ростом, краси-
вый лицом, белый телом — примеры Пешковского). Подобных до-
полнений не может быть при причастиях. Они — признак несомнен-
ной «прилагательности». Такие дополнения могут быть и при при-
лагательных не отглагольных (ср. изобретательный в шалостях,
злой на язык).
Учет приадъективно управляемых дополнений имеет большое
значение для правописания, особенно в тех случаях, когда перед
нами отглагольное образование на -мый с основой несовершенного
вида. Наличие пояснительных слов такого рода говорит о том, что
перед нами прилагательное и что не следует писать слитно. При-
меры: Обязан я, слуга и сын народа, \навечно быть пред Партией своей[
правдивым, честным, чистым, благородным,[неколебимым в пре-
данности к ней (Безыменский).
4. Управляемые дополнения могут указывать на степень ка-
чества. Обычно это существительные в родительном падеже с предло-
гом до, например: Маркелов был человек упрямый, неустрашимый до
отчаянности, не умевший ни прощать, ни забывать (Тургенев).
1 См.: Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. М., 1938,
с. 84, 303.
152
Г. ПРАВОПИСАНИЕ НЕ С ПРИЛАГАТЕЛЬНЫМИ,
ИМЕЮЩИМИ ПРИ СЕБЕ
ПОЯСНИТЕЛЬНЫЕ СЛОВА, СЛОЖЕННЫЕ С НИ
Если какое-либо прилагательное имеет при себе в качестве по-
яснительных слов местоимение, начинающееся с ни, то не пишется
с таким прилагательным раздельно. Однако и в этом как будто бы
совершенно простом и ясном случае могут оказаться трудности.
Как писать не в следующих примерах? Ей показалось, что за
эти мгновения что-то из ее жизни ушло, ушло навсегда, оставив ни-
чем (не)заместимую пустоту (Б. Полевой). Ср. также ничем
(не)удержимые порывы (Мельнико в-П ечерский); никому
(не)ведомое счастье (Гончаров); ничем (не)победимый сон
(Гончаров); ни с чем (не)сравнимое наслаждение (А. Н. Тол-
стой).
К этим примерам подходят два правила свода: 1) «//е пишется
слитно во всех случаях, когда без отрицательной частицы не слово
не употребляется, например: невежда, неизбежный, несчастный,
негодовать, нездоровится, несдобровать, недостает (в значении
«недостаточно»), неможется, нельзя, неужто, нестерпимый, непо-
колебимый, невредимый» (§ 83, п. I)1; 2) «Частица не пишется раз-
дельно: а) если при прилагательном, причастии и наречии в ка-
честве пояснительного слова стоит местоимение, начинающееся с
ни, например: никому (ни для кого и т. п.) не нужная вещь, никогда
не встречающаяся ошибка, никому не выгодно за это браться» (§ 89,
п. 3, примечание)2.
Поскольку в приведенных примерах прилагательные имеют при
себе пояснительные слова, сложенные с ни, то не, согласно приме-
чанию к § 89, п. 3, с этими прилагательными следует писать раз-
дельно. Но, согласно § 88, п. 1, если слово без не не употребляется,
то его следует писать с не слитно.
Справочные пособия разрешают это затруднение в двух направ-
лениях.
В «Справочнике по орфографии и пунктуации для работников
печати» К. И. Былинского и Н. Н. Никольского предлагается пи-
сать не с прилагательными, имеющими пояснительные слова с ни,
всегда раздельно, т. е. фактически без учета, употребляется прила-
гательное без не или не употребляется: «В соответствии с приве-
денным правилом пишется отрицание не и при словах типа несрав-
нимый, нерастворимый, неповторимый, непромокаемый и др., обра-
зованных при помощи суффиксов страдательного причастия на-
стоящего времени -им-, -ем-, от глаголов совершенного вида или
непереходных: нерастворимый в соляной кислоте осадок — ни в чем
не растворимый осадок; неизлечимая при современном уровне меди-
цинских знаний болезнь — никакими лекарствами еще не излечимая
1 Правила русской орфографии и пунктуации. М., 1956, с. 49.
2 Там же, с. 51.
153
болезнь; несравнимое удовольствие — ни с чем не сравнимое удоволь-
ствие; непобедимая страна — страна, никем не победимая (если
считать приемлемым такое сочетание, та все-таки следует предпо-
честь приведенное написание, хотя слово победимый непривычно;
если вдуматься в значение слова непобедимый (т. е. всегда побеждаю-
щий), то нетрудно заметить, что сочетание «никем, непобедимый», с
написанием непобедимый в одно слово, вообще не имеет смысла)»1.
Иная рекомендация дана в книге «Трудные вопросы грамматики
и правописания» В. А. Добромыслова и Д. Э. Розенталя, а также
в «Справочнике...» Д. Э. Розенталя. Авторы считают, что если при-
лагательные на -мый без не не употребляются, то не пишется
и в этом случае слитно: никем непобедимая армия, ни для кого не-
постижимый случай, ни при каких условиях неповторимый экспе-
римент2. Писать не в подобных случаях слитно рекомендуют
А. И. Кайдалова и И. К- Калинина: Как будто издали ему грозит
ничем неотвратимая опасность (А л и г е р)э.
Последние из приведенных рекомендаций, на наш взгляд, больше
соответствуют языковой действительности: как же писать слово
раздельно с не, если оно без не не существует?
Однако, несмотря на то что такая рекомендация более правиль-
на, она не является более легкой для претворения ее на практике.
Здесь возникает такая трудность: прежде чем слитно или раздель-
но написать не с прилагательным на -мый, имеющим при себе поясни-
тельные слова, начинающиеся с ни, нужно знать, какие из. этих при-
лагательных употребляются без не, а какие не. употребляются.
Эти трудности носят «грамматико-лексический характер». Именно
так определяют их В. А. Добромыслов и Д. Э. Розенталь. Прак-
тически удобнее считать употребляющимися без не те прилагатель-
ные, которые широко известны без отрицания. Иначе каждый раз
придется прибегать к специальным и весьма трудоемким разыска-
ниям.
Какие же прилагательные можно считать употребляющимися
без не? Рассмотрим их по группам.
Прилагательные со значением невозмож-
ности действия. Они, как уже указывалось выше (см.
с. 138), характеризуются необычайно тесным слиянием с отрицани-
ем. Пешковский писал о них, что «в конце концов можно сказать
и умолимый и у гасимый и т. д., но это будет казаться... более или
менее рискованным новообразованием от неумолимый, неугасимый
и т. д.»4.
1 Былинский К. И., Никольский Н. Н. Справочник по орфографии и пунктуа-
ции для работников печати. М., 1970, с. 83.
2 См.: Добромыслов В. А., Розенталь Д. Э. Трудные вопросы грамматики и пра-
вописания. М., 1960, с. 134; Розенталь Д. Э. Справочник... М., 1967, с. 85; М., 1978,
с. 68.
3 См.: Кайдалова А. И., Калинина И. К. Современная русская орфография.
М., 1973, с. 172; М., 1976, с. 163.
4 Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. М., 1938, с. 138.
154
Из числа прилагательных этой группы, сочетающихся со сло-
вами с ни, активно употребляются без не лишь очень немногие.
Значит, практически при наличии слов, сложенных с ни, не сле-
дует писать раздельно лишь с такими прилагательными, которые
активно употребляются без отрицания и раздельное написание не
с которыми закрепилось на практике. В частности, устойчиво за-
крепилось на практике написание ни с чем не сравнимый.
Адъективированные причастия (см. о них
с. 136). Без не не употребляется прилагательное невредимый, —
очевидно, с ним надо писать не даже при наличии слов с ни слитно.
Не употребляется без не и прилагательное неведомый в полной фор-
ме (форма без отрицания архаична).
Прилагательные независимый, невесомый употребляются и без
не. Прилагательное значимый редко употребляется с не. При на-
личии пояснительных слов с ни не пишется с прилагательным не-
зависимый раздельно.
При отглагольных прилагательных на -мый могут употребляться
следующие типы пояснительных слов, имеющих в своем составе ни:
а) широко распространено употребление дополнений, выражен-
ных отрицательными местоимениями в творительном падеже со зна-
чением орудия: А в рассказе [«Маша» Марко Вовчка] раскрывается
естественное и ничем незаглушимог развитие в крестьянской
девочке любви к свободе и отвращения к рабству (Добролюбов);
Как ты, могуч, глубок и мрачен, \какты, ничем неукротим (П у ш-
к и н).
Местоименное слово, начинающееся с ни, может относиться не не-
посредственно к прилагательному: Здесь вы встретите усы чудные, ни-
каким пером, никакою кистью неиз об разимые (Гоголь);
б) может употребляться дополнение, выраженное отрицательным
местоимением никем, т. е. местоимение в творительном падеже со
значением деятеля: Кипучая, могучая, никем непобедимая, страна
моя, Москва моя, ты — самая любимая! (Лебеде в-К у м а ч.)
Наличие местоимения никем не свидетельствует о «причастно-
сти» формы, так как оно «отрицательно», т. е. прямо противо-
положно выражению конкретно действующих лиц. Оно является
как бы усиленным показателем невозможности совершения действия
над предметом. Возможность же появления конкретных деятелей
(указания на которые содержало бы дополнение, выраженное
существительным в творительном падеже) в связи с отсутствием
указания на конкретно происходящее действие для прилагательных
исключена, и такие сочетания, как, например, непобедимый немцами
или непобедимый американцами, в современном языке не встречаются1.
Вряд ли справедливо считать, что значение слова непобедимый —
это «всегда побеждающий», как его толкуют К. И. Былинский и
1 Не всегда, конечно, подобное местоимение стоит при прилагательном. Оно
может быть и при причастии. Ср.: ...ходили, перекачиваясь, никем не обижаемые го-
луби... (Л. Толстой).
155
Н. Н. Никольский (см. выше, с. 154), строя на этом свою мотиви-
ровку разумности раздельного написания не в сочетании никем не
победимая. Значение слова непобедимый — «такой, которого невоз-
можно победить» (или, иначе: «такой, который не может быть по-
бежден». См. Словарь в 17 томах). Ср.: непобедимое терпение, не-
победимое желание, непобедимая истина и т. д.;
в) отрицательными местоимениями могут быть выражены сильно
управляемые дополнения: Книги пахли книгами; этот аромат не
сравним ни с чем (Федин); К чему так быстро летит ничем
незаменимое наше время? (Г о г о л ь);
г) обстоятельства: И в лице его [Рыбникова] Щавинский узнавал...
особую, быть может, никогда непостижимую для европейца
ненависть мудрого зверя (Куприн);
д) дополнения, выраженные существительными в дательном па-
деже и родительном падеже с предлогом для: И ее [Марию] никто
не останавливал, будто шла она в ином, никому неведомом мире
(Кетлинская); ...Алексей любит далекую Зину и недосягаем
ни для кого больше (А ж а е в).
Но не пишется раздельно с прилагательными, активно упо-
требляющимися без не: Марина нелепо размахивала руками, как
бы ловя моль, не видимую никому, кроме нее (Горьки й).
Заключая рассмотрение вопроса о написании не с прилагатель-
ными на -мый, имеющими при себе пояснительные слова с ни, за-
метим, что в виду разноречивых рекомендаций, во-первых, и пестро-
ты картины в практике печати, во-вторых, а также объективной
сложности самого языкового материала, в-третьих, нельзя в этом
случае предъявлять к учащимся жестких требований,
СЛИТНОЕ И ДЕФИСНОЕ НАПИСАНИЕ
СЛОЖНЫХ ПРИЛАГАТЕЛЬНЫХ
Определить, как нужно написать слово, состоящее из несколь-
ких основ, —слитно, раздельно или через дефис, — не всегда легко,
и особенно трудно решить этот вопрос в отношении сложных при-
лагательных. Почему же это трудно?
«Правила...» 1956 г. предлагают как будто бы верный и надеж-
ный путь решения этой задачи. Одно из условий — это умение раз-
бираться в синтаксических отношениях компонентов сложного при-
лагательного: если эти отношения имеют характер подчинения, слож-
ное прилагательное следует писать слитно; если эти отношения име-
ют характер сочинения, т. е. если основы обозначают равноправные
понятия, сложное прилагательное следует писать через дефис (см.
§§80, 81 «Правил...»).
Напомним соответствующие формулировки правил:
«§ 80. Пишутся слитно сложные имена прилагательные:
1. Образованные от слитно пишущихся сложных имен существи-
тельных, например: водопроводный (водопровод), земледельческий
(земледелец, земледелие), новосибирский (Новосибирск).
156
2. Образованные из сочетаний слов, по своему значению подчи-
ненных одно другому, например: железнодорожный (железная доро-
га), народнохозяйственный (народное хозяйство), естественнонауч-
ный (естественные науки), сложноподчиненное (сложное по способу
подчинения), рельсопрокатный (прокатывающий рельсы), общенарод-
ный (общий для народа), полезащитный (образующий защиту для
полей), металлорежущий (режущий металл); сюда же относятся обо-
значающие единое понятие образования (в том числе и терминологи-
ческие) из наречия и прилагательного (или причастия), например:
малоупотребительный, близлежащий, животрепещущий, глубокоува-
жаемый, свежеиспеченный, ясновидящий, сильнодействующий, дико-
растущий, вечнозеленый, гладкокрашеный.
Примечание. Сложные прилагательные, в состав которых входят наре-
чия, не следует смешивать со словосочетаниями, состоящими из наречия и прилага-
тельного (или причастия) и пишущимися раздельно, например: диаметрально про-
тивоположный, ... плохо скрываемый, отчетливо выраженный.
3. Употребляемые в качестве терминов и образованные из двух
или трех основ, независимо от характера последних, например:
грудобрюшная (преграда), индоевропейские (языки), древневерхне-
немецкий (язык), двууглекислый (газ), также глухонемой.
§ 81. Пишутся через дефис сложные имена прилагательные:
1. Образованные от существительных, пишущихся через дефис,
от личных именований — сочетаний имен и фамилий, а также от на-
званий населенных пунктов, представляющих собой сочетания имен
и фамилий, имен и отчеств, например: дизель-моторный, социал-де-
мократический, бурят-монгольский, северо-восточный, алма-атинский,
орехово-зуевский, нижне-масловский, усть-абаканский, ромен-ролла-
новский, вальтер-скоттовский, лев-толстовский, ерофей-павло-
вичский.
Примечание 1. Пишется слитно прилагательное москворецкий.
Примечание 2. Имена прилагательные, образованные от имен собствен-
ных, пишущихся через дефис, и имеющие приставку, отсутствующую у существи-
тельного, пишутся слитно, например: приамударьинский, заиссыккульский.
2. Образованные из двух или более основ, обозначающих равно-
правные понятия, например: беспроцентно-выигрышный, выпукло-
вогнутый, партийно-комсомольский, садово-огородный, мясо-молочный,
англо-японский, русско-немецко-французский (словарь), сине-бело-
красный (флаг).
3. Образованью из двух основ и обозначающие: а) качество с до-
полнительным оттенком, например: раскатисто-громкий, горько-со-
леный; б) оттенки цветов, например: бледно-розовый, ярко-синий,
темно-русый, черно-бурый, синевато-голубой, золотисто-желтый,
пепельно-серый, бутылочно-зеленый, лимонно-желтый, изжелта-
красный.
4. Входящие в состав географических собственных имен и начи-
нающиеся с восточно-, западно-, северно- и севера-, южно- и юго-, на-
пример: Западно-Казахстанская область, Восточно-Китайское море,
Южно-Африканский Союз.
157
Примечание 1. Прилагательные, образованные из двух или более основ,
не подходящие под перечисленные правила, пишутся через дефис, например: лите-
ратурно-художественный (альманах), политико-массовая (работа), словарно-техни-
ческий (отдел), подзолисто-болотный, рыхло-комковато-пылеватый, удлиненно-лан-
цетовидный.
Примечание 2. Через дефис пишутся также слова, первой составной
частью которых являются сам-, сама-', например: сам-друг, сам-третей, сам-пят,
сама-пята» («Правила русской орфографии и пунктуации»).
Указания на то, что при сочинительных отношениях компонен-
тов сложные прилагательные следует писать через дефис, а при под-
чинительных — слитно, есть и в школьном учебнике1. О написа-
нии через дефис прилагательных, обозначающих цвет и оттенки
цветов, также сказано в учебнике для V—VI классов.
Итак, умение разобраться в синтаксических отношениях ком-
понентов сложного прилагательного как будто бы должно обеспе-
чить правильный выбор его написания. Те слова, которые предлага-
ются для анализа и иллюстрации в школьном учебнике, хорошо это
подтверждают.
Однако учебник знакомит со словами несомненными: написание
их соответствует правилу и печатной практике. Между тем, если
присмотреться к печатной практике или обратить более пристальное
внимание на орфографические словари и справочники, то можно
заметить, что написание многих сложных прилагательных не отвеча-
ет приведенным выше правилам. Заглянем, например, в орфографи-
ческий словарь последних лет издания2. Здесь находим, например,
слова: народно-демократический, судебно-медицинский, судебно-след-
ственный, воздушно-десантный, жилищно-кооперативный, жилищно-
строительный, союзно-республиканский и др. Если проанализировать
отношения компонентов этих сложных слов, то они, оказывается,
подчинительные: народная демократия, судебная медицина, судебное
следствие, воздушный десант, жилищный кооператив, жилищное
строительство, союзная республика. Такие отношения по правилам
требуют слитного написания (§ 80, п. 2), налицо же—дефисное. И на-
оборот, такие слова, как масложировой (комбинат), хлебобулочные
(изделия), по правилам следовало бы написать через дефис (§ 81, п. 2),
ибо налицо сочинительные отношения компонентов (масло и жиры,
хлеб и булки), а орфографический словарь (1974) дает их в слитном
написании. Значит, орфографический словарь не всегда соблюдает
те правила, охранять и популяризировать которые он предназначен?
Выходит, не всегда.
Но почему же? Одним словом ответить на этот вопрос нельзя,
поэтому начнем издалека.
«Правила...» 1956 г., как известно, готовились исподволь. Ра-
бота над ними началась в 30-е годы. В то время еще не было такого
количества сложных слов, поток которых хлынул в русский язык
1 См.: Русский язык. Учебник для 5—6 классов. М., 1980, с. 120.
2 Орфографический словарь русского языка. 13-е изд., испр. и доп./ Под ред.
С. Г. Бархударова, И. Ф. Протченко, Л. И. Скворцова. М., 1974.
J58
в связи с бурным развитием науки и техники в послевоенные годы.
Как известно, в подавляющем большинстве сложные слова — это
термины различных областей знаний.
Сложные слова при своем рождении всегда как-то «пишутся».
Они рождались и до того, как были созданы правила. Правила как
бы подгонялись к сложным словам. В 30-е годы было обнаружено,
что большинство сложных прилагательных, пишущихся слитно,
имеет подчинительные отношения компонентов, а прилагательные,
пишущиеся через дефис, имеют по преимуществу равноправные ком-
поненты. Так и родились современные правила правописания слож-
ных прилагательных. То, что под их написание была подведена
семантико-синтаксическая основа, было большим достижением орфо-
графической теории. До семантико-синтаксических правил действо-
вал принцип правописания сложных слов, сформулированный еще
Я. К- Гротом: «Слитно писать два слова следует тогда, когда соеди-
нение их беспрекословно утверждено общим сознанием; когда же
встречается сомнение, писать ли их слитно или врознь, то лучше
избрать последнее»1. Сравнение правила Я. К. Грота и семантико-
синтаксических правил наглядно демонстрирует глубину, основа-
тельность и практичность последних.
Однако языковой материал показал, что и семантико-синтакси-
ческие правила по отношению к сложным прилагательным не явля-
ются абсолютно совершенными. Это заметили уже сами составители
«Правил...» 1956 г. В Примечании 1 к § 81 были отмечены прилага-
тельные, «не подходящие под перечисленные правила». Они, как
сказано в своде, «пишутся через дефис». Например: литературно-
художественный, политике-массовый и т. п.
Несколько позднее семантико-синтаксическую основу правил ор-
фографического оформления сложных прилагательных пытался
уточнить Я. И. Шубов. Он отметил, что кроме сочинительных и под-
чинительных отношений между компонентами словосочетаний, на
базе которых формируются сложные прилагательные, существует
третий тип связи компонентов. Третьим Я- И. Шубов считает «спо-
соб образования сложных прилагательных из компонентов, входя-
щих в состав словосочетания, но непосредственно не связанных
между собой ни по способу подчинения, ни по способу сочинения. Слож-
ное прилагательное военно-полевой (суд) образовано из словосочета-
ния полевой военный суд, в котором прилагательное полевой непосред-
ственно не связано с другим прилагательным военный, а определяет
сочетание слов военный суд и грамматически подчинено существитель-
ному суд. Аналогично образованы прилагательные народно-револю-
ционное (движение), национально-освободительная (борьба), весенне-
полевые (работы), контрольно-измерительные (приборы)»2.
1 Грот Я. К. Спорные вопросы русского правописания от Петра Великого до-
ныне. СП , 1876, с. 364.
* Шуб ов Я. И. О правописании сложных прилагательных. — Русский язык в
школе, 5959, № 60 с. 52.
159
Выделение Я< И. Шубовым третьего типа связи компонентов
сложных прилагательных (что Я- И. Шубов не совсем точно считает
третьим способом их образования) было попыткой оправдать мно-
гие написания сложных прилагательных (уже достаточно привыч-
ные), которые противоречили «Правилам...» 1956 г.
То, что многие укрепившиеся в печати написания сложных при-
лагательных не соответствуют «Правилам...», заметили и другие сос-
тавители справочных пособий, в частности К. И. Былинский и
Н. Н. Никольский. Если «Орфографический словарь русского языка»,
изд. 1956 г., просто фиксировал такие укрепившиеся в печати напи-
сания, то «Справочник по орфографии и пунктуации для работников
печати» К. И. Былинского и Н. Н. Никольского, изд. 1957 г., «под-
правлял» их в соответствии с духом и буквой «Правил...» 1956 г.
Сравним данные этих двух орфографических пособий:
«Орфографический
словарь», 1956
«Справочник для работников
печати», 1957
воздушно-реактивный
жилищно-кооперативный
парашютно-десантный
хлебобулочный
воздушнореактивный
жилищнокооперативный
парашютнодесантный
хлебо-булочный
Как известно, «Орфографический словарь русского языка» имел
несколько изданий. Формально их 19, а фактически — 3, ибо
промежуточные издания были стереотипными. Первое издание —
издание 1956 г. Вторым изданием «Орфографического словаря» было
издание 1963 г., а третьим— 1974 г. Этот словарь является словарем
академическим, он создан Институтом русского языка АН СССР.
Во втором издании этого словаря был изменен ряд написаний
сложных прилагательных из числа тех, которые расходились с «Пра-
вилами...», они были заменены написаниями, отвечающими духу
«Правил...» Так, во втором издании этого словаря (формально в
пятом и в последующих стереотипных) находим, например: пара-
шютнодесантный, сравнительноанатомический, хлебо-булочный. Но,
несмотря на авторитет академического словаря, печатная прак-
тика не следовала ни за рекомендациями «Справочника...» К. И. Бы-
линского и Н. Н. Никольского, ни за рекомендациями «Орфографи-
ческого словаря» второго издания. Подобные прилагательные, во-
преки «Правилам...» и справочникам, печать упорно продолжала
давать в дефисном написании. В третьем издании (формально — 13-м)
их пришлось заменить на парашютно-десантный, сравнительно-
анатомический, хлебобулочный.
Языковеды-орфографисты занялись выяснением этого «упорства»
живой практики, и в результате удалось выяснить интереснейшую
языковую закономерность. Оказалось, что пишущие стихийно стре-
мятся оформить дефисным написанием те сложные прилагательные,
первый компонент которых имеет суффиксы класса суффиксов имен
прилагательных. Ср. наши «упрямые» прилагательные парашютно-
160
десантный, сравнительно-анатомический. Наоборот, те сложные при-
лагательные, первый компонент которых не имеет суффиксов, пи-
шущие стихийно стремятся писать слитно. Так, например, печать
последовательно дает в слитном написании следующие сложные при-
лагательные этого типа (несмотря на сочинительную связь их компо-
нентов): посудохозяйственный, пароводяной, лесолуговой, газоэлектри-
ческий.
Так складываются орфографически противопоставленные пары,
различающиеся лишь наличием или отсутствием суффиксального
оформления у первого компонента сложного прилагательного (хотя
синтаксические отношения между компонентами у этих прилагатель-
ных одинаковы и по правилам их следовало бы писать тоже одина-
ково) типа:
плодоягодный — плодово-ягодный,
плодоовощной — плодово-овощной.
Указанное стремление пишущих по-разному оформлять разные
структурные типы сложных прилагательных было названо «орфо-
графической тенденцией». Это наблюдение вполне можно назвать ор-
фографическим открытием. Оно принадлежит Б. 3. Букчиной и опи-
сано ею так: «...первая часть сложного слова, обремененная суффик-
сами, более самостоятельна и на письме, как правило, соединяется со
второй частью посредством дефиса. Суффикс придает первой части
явно выраженную морфологическую подчеркнутость. Сокращенный
вариант структуры легче связывается со второй частью, легче вли-
вается в него, растворяясь в нем, — на письме это передается через
слитное написание. В результате мы и получаем разные написания
семантически одинаковых слов, отличающихся только разной струк-
турой»1.
Очевидно, каждому открытию — свое время. Вероятно, в 30-е
годы, когда началась работало составлению свода правил, относи-
тельная немногочисленность сложных слов и небогатая в этом от-
ношении орфографическая практика еще не давали возможности сде-
лать подобные наблюдения; создание семантико-синтаксических пра-
вил для того времени было уже и благом и большим достижением.
Сейчас не приходится сомневаться в рациональности правопи-
сания сложных прилагательных на основе формально-грамматической
характеристики того или иного сложного прилагательного, однако,
к сожалению, писать только на основе этих удобных формально-
грамматических характеристик в настоящее время нельзя: нужно
прежде всего подчиняться «Правилам...»; правила можно нарушать
в правописании только тех сложных прилагательных, написание
которых (если оно не отвечает правилам) закреплено практикой
1 Букчина Б. 3. Анализ орфографических ошибок (на материале проектов тер-
минологических ГОСТов). — В кн.: Терминология и норма. М., 1972, с. 64. См.
также: Букчина Б. 3. Проблемы русской орфографии (Орфографические словари.
«Правила русской орфографии и пунктуации» 1956 г. и орфографическая практика).
Автореферат канд. дис. М., 1974.
161
и отражено в орфографических справочниках и словарях последних
лет издания. Правда, таких прилагательных много, поскольку дей-
ствие орфографической тенденции оказалось очень сильным. К тому
же написание в соответствии с орфографической тенденцией далеко
не всегда находится в противоречии с духом и буквой «Правил...».
Теперь подытожим, почему же трудно писать сложные прилага-
тельные, почему в орфографических словарях и справочниках мы
не всегда находим написания, которые находятся в полном соответ-
ствии с «Правилами...», и как же следует поступать пишущим, на что
ориентироваться?
Безусловно, прежде всего нужно ориентироваться на «Правила...»
В языке употребляются весьма разнородные сложные прилагатель-
ные, и в отношении многих из них «Правила...» дают достаточно
четкие рекомендации (см. § 80, 81). Выше мы обратили внимание толь-
ко на такие типы прилагательных, которые должны писаться в соот-
ветствии с § 80, п. 2 и § 81, п. 2. Их правописание, действительно,
часто затрудняет пишущих, для этого есть и объективные основания,
поэтому обращение к Орфографическому словарю в этих .случаях
никогда не окажется лишним.
Анализ семантико-синтаксических отношений компонентов у
этих прилагательных может быть весьма сложным. Для этого часто
нужно иметь исчерпывающие сведения о том или ином предмете или
явлении в реальной, действительности. Ср., например, жиромучная
установка, дискретно-цифровые весы. Каковы здесь отношения компо-
нентов? Подчинительные: жирная мука? Или сочинительные: жир
и мука? Дискретные цифры, на весах? Или дискретные цифровые
весы?
Трудно и то, что отношения между компонентами сложного при-
лагательного могут меняться в зависимости от того, с каким сущест-
вительным оно сочетается: «Если на определенной территории рас-
положены горы и долины, то мы имеем горно-долинный рельеф. Ес-
ли же мы имеем горную долину, на которой, например, расположен
ледник, то он будет являться горнодолинным ледником. В первом
случае мы имеем разные элементы рельефа — горы и долины, а во
втором случае один элемент — горную долину»1. В орфографическом
словаре, разумеется, дано только одно написание, это: горнодо-
линный.
Действие «орфографической тенденции», по всей видимости, бы-
ло и давним, и «энергичным», ибо в печатной практике закрепилось
много дефисных написаний у сложных прилагательных, имеющих
суффикс в первом своем компоненте. Справочные орфографические
пособия вынуждены были даже особо оговаривать целые разряды
прилагательных, пишущихся через дефис. Так, в «Справочнике для
работников печати» (М., 1957) как пишущиеся через дефис были на-
званы прилагательные с первой частью военно-, Д. Э. Розенталь в
1 Хомизури П. И. Смысловое значение знака дефис в геологической терминоло-
гии.— В кн.: О современной русской орфографии. М., 1924, с. 255.
162
«Справочнике по правописанию и литературной правке» (М., 1967
и 1971) выделяет прилагательные с первой частью массово-, народно-
(кроме прилагательного народнохозяйственный, которое иллюстри-
рует в «Правилах...» слитное написание сложных прилагательных
при подчинительных отношениях компонентов), научно-, учебно-,
вертикально-, горизонтально-, поперечно-, продольно- и др. А. Б. Ша-
пиро выделял первые части сложных прилагательных, оканчиваю-
щихся на -ико-, -ическо-, -ственно-, которые пишутся через дефис
вопреки «Правилам...»: диалектико-материалистический, материа-
листическо-философский, государственно-правовой и др. («Русское
правописание», М., 1961).
Закрепившиеся в печатной практике написания, и дефисные,
и слитные, расходящиеся с рекомендацией правил исходить при
написании из сочинительных или подчинительных отношений ком-
понентов, попадали в орфографические словари. При затрудненности
выбора написания пишущим предпочтение должно быть всегда от-
дано словарю, и в первую очередь, конечно, академическому («Ор-
фографический словарь русского языка», 13-е изд. М., 1974). Есть
еще специальный дифференциальный словарь, посвященный толь-
ко слитным, дефисным и раздельным написаниям, в нем более пол-
ный словник применительно к данной категории слов1.
Не следует, конечно, думать, что написания по правилам и на-
писания, следующие орфографической тенденции, всегда расходят-
ся. Во многих случаях орфографическая тенденция совпадает с тре-
бованиями «Правил...». И с той и с другой позиции надо писать
слитно: рельсопрокатный, грудобрюшный, индоевропейский — и через
дефис: партийно-комсомольский, садово-огородный, беспроцентно-
выигрышный, литературно-художественный, политико-массовый, сло-
варно-технический, подзолисто-болотный, удлиненно-ланцетовидный,
синевато-голубой, золотисто-желтый, лимонно-желтый и др.
Но несомненно главное: правописание сложных прилагатель-
ных — это очень трудный орфографический вопрос. Учитель должен
быть всегда особенно внимателен и осторожен.
Подробные комментарии по правописанию сложных слов можно
найти в увлекательно написанной книге Б. 3. Букчиной и Л. П. Ка-
лакуцкой «Сложные слова». Она издана в научно-популярной серии
академического издательства «Наука» (М., 1974) и рассчитана на
самые широкие круги читающих и пишущих: редакторов, коррек-
торов, учителей, студентов и др.
1 См.: Букчина Б. 3., Калакуцкая Л. П., ЧельцоваЛ. К. Слитно или раздельно?
(Опыт словаря-справочника)/ Под род. Д. Э. Розенталя. М., 1972.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Аванесов Р. И. Заметки по теории орфографии.—В кн.: Восточно-славянское и
общее языкознание. М.: Наука, 1978.
Алгазина Н. Н. Предупреждение орфографических ошибок учащихся V—VIII
классов. М.: Просвещение, 1965.
Алгазина Н. Н. Методика обучения непроверяемым написаниям. — Рус. яз.
в школе, 1977, № 3.
Алгазина Н. Н. Работа над орфографическим правилом. — В кн.: Проблемы
обучения орфографии и пунктуации. М., 1977.
Алгазина Н. Н. Работа по орфографии в VII—VIII классах. — Рус. яз. в школе,
1979, № 3.
Алгазина Н. Н. Обучение учащихся IX—X классов самостоятельной работе по
совершенствованию орфографических навыков. — Рус. яз. в школе, 1980, № 4.
Алгазина Н. Н. О развитии орфографической зоркости. — Рус. яз. в школе,
1981, № 3.
Алексеев Д. И. Прописные и строчные буквы в аббревиатурах. — В кн.: О со-
временной русской орфографии. М.: Наука, 19641.
Алексеев Д. И. Сокращенные слова в русском языке. Саратов: Изд-во Саратовск.
ун-та, 1979.
Андреев В. Д. Передача болгарских имен собственных в русском языке. — В кил
Топономастика и транскрипция. М.: Наука, 1964.
Андреев Л. М. Приставка недо- и ее изучение. — Рус. яз. в школе, 1976, № 4.
Антохина В. А. К вопросу о формулировках орфографических правил. — Рус.
яз. в школе, 1980, № 1.
Антохина В. А. О предупреждении ошибок в применении орфографических пра-
вил. — Рус. яз. в школе, 1980, № 6.
Барандеев А. В. Трайлер или трейлер? — Рус. речь, 1971, № 5.
Барандеев А. В. Неупорядоченное написание (о названиях типа Ново-москов-
ская, Ново-Московская).—Рус. речь, 1975, № 1.
Барандеев А. В. О традиционной форме географических названий. — Рус. речь,
1979, № 6.
Барандеев А. В. Почему вода в колодце колодезная? — Рус. речь, 1980, № 2.
Баранов М. Т. Работа над орфографическими ошибками в V—VIII классах.
М.: Изд-во АПН РСФСР, 1962.
Баранов М. Т. Пути совершенствования работы над орфограммой в IV—VI клас-
сах (при использовании учебников). — Рус. яз. в школе, 1978, № 3.
1 В списке литературы указаны статьи из сборников, изданных в связи с рабо-
той Комиссии по усовершенствованию русской орфографии (организованной в 1962 г.).
Пользуясь этими статьями, следует иметь в виду, что в них часто говорится о воз-
можных изменениях в принятых написаниях. Но никаких изменений проведено не бы-
ло. Статьи из этих сборников приводятся в списке литературы потому, что они ос-
нованы на большом фактическом материале и этот материал интересен сам по себе.
Сборники эти следующие; «Вопросы русской орфографии» (М., 1964); «Проблемы
современной русской орфографии» (М., 1964); «О современной русской орфографии
(М., 1964); «Орфография собственных имен» (М., 1965).
164
Баранов М. Т. Работа по орфографии в IV—VI классах (В связи с использова-
нием учебников). — Рус. яз. в школе, 1980, № 3.
Баранова Л. А. Слитное и раздельное написание не с относительными прилага-
тельными. — Рус. яз. в школе, 1981, № 6.
Бисерова Е. И. Работа над ошибками в сочинениях учащихся старших классов.
2-е изд. М.: Учпедгиз, 1961.
Блюм А. В. Орфография и царская цензура. — Рус. речь, 1978, № 1.
Блюмберг Р. А. Формулировка правила и обучение орфографии. — Рус. яз.
в школе, 1976, № 1.
Богоявленский Д. Н. Психологические принципы обучения орфографии. —
Рус. яз. в школе, 1976, № 3.
Бондарук Г. П., Тюрин С. А. Правописание географических названий. — В кн.:
Орфография собственных имен. М.: Наука, 1965.
Бондарук Г. П., Комков А. М. Об упорядочении правописания географически::
названий. — В кн.: Нерешенные вопросы русского правописания. М.: Наука, 1974.
Букчина Б. 3. Чередование в корнях слов. — В кн.: О современной русской
орфографии. М.: Наука, 1964.
Букчина Б. 3. Член-корр. или член-кор.? — В кн.: Вопросы культуры речи. М.,
1966, вып. 7.
Букчина Б. 3. космонавт-три или Космонавт-три? — Рус. речь, 1967, № 2 [о
прописной букве].
Букчина Б. 3. Серасодержащий, серусодержащий или серосодержащий? — В
кн.: Исследования русской терминологии. М.: Наука, 1971.
Букчина Б. 3. Анализ орфографических ошибок (на материале проектов термино-
логических ГОСТов). — В кн.: Терминология и норма. О языке терминологических
стандартов. М.: Наука, 1972.
Букчина Б. 3. «Правила русской орфографии и пунктуации» (1956) и орфогра-
фическая практика. — Изв. АН СССР. Огд-ние лит. и яз., 1974, вып. 1.
Букчина Б. 3. О Деде Морозе. — В кн.: Ономастика и норма. М.: Наука, 1976.
Букчина Б. 3. Дефис? Тире? — Рус. речь, 1977, № 4.
Букчина Б. 3. Золототканый и соединительнотканный. — Рус. речь, 1978, № 1.
Букчина Б. 3. Висячий дефис. — В кн.: Современная русская пунктуация. М.:
Наука, 1979.
Букчина Б. 3. Об образованиях типа Грузия-фильм, Тула-уголь и под. —В
кн*: Оноуастика и грамматика. М.: Наука, 1981.
Букчина Б. 3. Орфографические варианты. —В кн.: Литературная норма и
вариантность. М.: Наука, 1981.
Букчина Б, 3„ Калакуцкая Л. П. Орфография и грамматика (на материале
терминологической лексики). — В кн.: Терминология и культура речи. Мл Наука,
1981.
Букчина Б. 3., Калакуцкая Л. П. Сложные слова. М.: Наука, 1974.
Букчина Б. 3., Калакуцкая Л. П. Лингвистические основания орфографического
оформленья сложных слов. — В кн.: Нерешенные вопросы русского правописания.
М.: Наука, 1974.
Букчина Б. 3., Калакуцкая Л. П., Чельцова Л. К. Слитно или раздельно?:
Опыт словаря-справочника /Под ред. Д. Э. Розенталя. М.: Сов. энциклопедия, 1972.
Примечание. В приложениях к опыту словаря-справочника «Слитно
или раздельно?» помещены выдержки из «Правил русской орфографии и пунктуации»,
1956 (с. 449—460), из «Справочника по правописанию и литературной правке»
Д. Э. Розенталя, 1971 (с. 461—472), из «Справочника по орфографии и пунктуации
для работников печати» К- И. Былинского и Н. Н. Никольского, 1970 (с. 473—479).
Приведены только те параграфы, в которых сформулированы правила слитного или
раздельного написания слов.
Былинский К. И., Жилин А. Н. Справочная книга корректора. М.: Искусство,
1960.
Былинский К. И., Никольский Н. Н. Справочник по орфографии и пунктуации
для работников печати. 4-е изд. М.: Изд-во МГУ, 1970.
Валгина Н. С., Розенталь Д. Э., Фомина М. И. Орфография и пунктуация:
Правила и упражнения. М.: Высш, школа, 1970.
165
Ветвицкий В. Г., Иванова В. Ф., Моисеев А. И. Современное русское письмо:
Пособие для учителя. М.: Просвещение, 1974.
Ветвицкий В. Г., Иванова В. Ф., Моисеев А. И. Современное русское письмо:
Факультативный курс. Пособие для учащихся. М.: Просвещение, 1974.
Ветвицкий В. Г. Неиспользованные потенциальные возможности изучения орфо-
графии в школе. — В кн.: Изучение курса русского языка в школе: Сборник науч-
ных трудов. М., 1977.
Виноградов С. И. Отвечает «Служба языка» (зав. кафедрой или завкафедрой?). —
Рус. речь, 1980, № 4.
Виноградов С. И. Отвечает «Служба языка» (местожительство и место житель-
ства). — Рус- речь, 1981, № 6.
Войнова А. В. О правописании суффиксов -нн- и -н- в сложных прилагательных
с формой страдательного причастия прошедшего времени во второй части. — В сб.:
Методические рекомендации по литературе и русскому языку. М.: Высш, школа,
1981, вып. 6, с. 88—120.
Гавронов Н. Ф. К вопросу о написании иноязычных слов с удвоенными соглас-
ными. — В кн.: Проблемы современного русского правописания. М.: Наука, 1964.
Гиляревский Р. С., Старостин Б. А. Иностранные имена и названия в русском
тексте: Справочник. М.: Международные отношения, 1969 (справочник содержит
основные правила передачи имен и названий с 18 европейских языков на русский
язык, а также сводные таблицы и примеры транскрипций).
Гловинская М. Я. Написание двойных согласных в заимствованных словах. —
В кн.: Проблемы современного русского правописания. М.: Наука, 1964.
Голанова Е. А. Слитное и дефисное написание препозитивных морфем в совре-
менном русском языке (на материале имен существительных). — В кн.: Нерешенные
вопросы русского правописания. М.: Наука, 1974.
Горская Н. А. Из опыта работы над словами с непроверяемыми орфограммами. —
Рус. яз. в школе, 1980, № 4.
Григорьев В. П. Язык, орфография и писатель. — В кн.: Орфография и русский
язык. М.: Наука, 1966.
Григорьев В. П. Графика и орфография у А. Вознесенского. — В кн.: Нерешен-
ные вопросы русского правописания. М.: Наука, 1974.
Громыко В. С. Завешенный или завешанный. — Рус. речь, 1972, № 4.
Гухман М. Ас или асе? — В кн.: Вопросы культуры речи. JH., 1955, вып. 1.
Демидова А. К. Образование наречий из предложно-именных сочетаний в сов-
ременном русском языке: Автореф. дне. ...канд. филол. наук. М., 1960.
Дмитриев П. А., Сафронов Г. И. Передача славянских имен при переводах. —
В кн.: Теория и критика перевода. Л., 1962.
Добродомов И. Г. Муар, мухояр ила мохер (Этимологическая страничка). —
Рус. яз. в школе, 1967, № 2.
Добродомов И. Г. Хазары и русское правописание. — Рус. речь, 1968, № 3.
Добродомов И. Г. Как писать собственные имена. — Рус. речь, 1969, № 5.
Добродомов И. Г. Подче(и)гарый (поджарый). — Рус. речь, 1980, № 5.
Добромыслов В. А., Розенталь Д. Э. Трудные вопросы грамматики и правопи-
сания. 2-е изд. М.: Учпедгиз, 1958—1960, вып. 1—2.
Долгопольский А. Б. Как писать и различать немецкие al, el, ей? — В кн.: Во-
просы культуры речи. М., 1965, вып. 6.
Дымский А. С. В тупик. — Рус. речь, 1970, № 1.
Дымский А. С. С предлогом под. — Рус. речь, 1973, № 1 (о написании типа под
мышки и подмышки).
Дымский А. С. Предложно-падежные сочетания в соотношении с наречиями в
современном русском языке: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 1972.
Дымский А. С. Без устали. А есть ли усталь? — Рус. речь, 1976, X» 3.
Дымский А. С., Дмитриева А. М. О сочетании «в тупик» в современном русском
литературней языке..— Рус. яз. в школе, 1964, № 3.
Браткина В. В. Некоторые приемы изучения непроверяемых написаний в IV
классе. — Рус. яз. в школе, 1981, № 5.
Еськова Н. А. Предана или преданна?— В кн.: Вопросы культуры речи. М,,
1961, вып. 3.
166
Еськова Н. А. Ван Клиберн или Еэ£ Клайберн1?— В кы.: Вопросы культуры
речи. М., 1963, вып. 4.
Еськова Н. А. О форме сравнительной степени от прилагательного хлесткий. —
В кн.: Вопросы культуры речи. М., 1963, вып. 4 (рассматривается соотношение ор-
фографических вариантов хлестче н. хлещв\.
Еськова Н. А. О слитном и раздельном написании не. — В кн.: Вопросы русской
орфографии. М.: Наука, 1964.
Еськова Н. А. Графическая передача <и> в начале морфемы,, не являющейся
флексией или суффиксом, после твердой согласной предшествующей морфемы. —
В ки.: О современной орфографии. М.: Наука, 1964.
Еськова Н. А. О разделительных знаках; — В кн.: О современной русской ор-
фографии. М-r Наука, 1964.
Еськова Н. А. Можно ли совсем взбежать употребления з после согласных в име-
нах нарицательных. — Вкн.: Осовременной русской орфографии. М.: Наука, 1964.
Еськова В. А. Об одном наивном орфографическом приеме (прописные и строч-
ные буквы в собственных именах, употребленных переносно}. — В кн.: Вопросы куль-
туры речи. М., 1965, вып. 6.
Еськова Н. А. К уточнению двух частиых орфографических правил. — В кн.:
Вопросы культуры речи. М... 1965, вьш. 6 (о написании приставочных и сложных
слов с собственным именем во второй, части; о- прописной и строчных буквах в словах,
пишущихся через дефис).
Еськова Н. А. О написании нн — н в полных формах страдательных причастий
и соотносительных прилагательных. — В кн.: Вопросы культуры речи. М., 1966,
вып. 7.
Еськова Н. А. О недостаточности действующего правила употребления так на-
зываемой буквы ё. — В кн.: Вопросы культуры речи. М., 1967, вып. 8.
Еськова И. A. Q некоторых каверзах дефиса. — В кн.: Нерешенные вопросы
русского правописания. М.: Наука, 1974. z
Жуйков С. Ф. К проблеме переноса ври изучении грамматики. — Вопросы пси-
хологии, 1961, № 5.
Жуковская О» А. Словообразовательный анализ как средство повышения гра-
мотности учащихся. — Рус. яз. в школе, 1968, № 5.
Захарова М. И. Работа над правописанием нн и ж в старших классах. — Рус.
яэ. в школе, 1970, № 6.
Зори» Н. Н. Вопрос о переносе слов в. школьной практике и методической лите-
ратуре. — Рус. яз. в школе, 1953, Ns 1.
Ивансва В. Ф. Теоретические основы действующих правил о слитном и раздель-
ном написании не и возможные пути совершенствования и облегчения этих правил. —
В кн,: Вопросы современной русской орфографии. М.: Наука, 1964.
Иванова В. Ф. Современный русский язык. Графика и орфография. М.: Просве-
щение, 1966; 2-изд. М.: Просвещение, 1976.
Иванова В. Ф. Усовершенствование русской орфографии в советский период. —
Рус. яз. в школе, 1977, № 5.
Иванова В. Ф. Буквенная пара е/з и вопросы орфоэпии. — В кн.: Теория язы-
ка, методы его изучения и преподавания. М.: Наука, 1980.
Иваяоза В. Ф. Принципы русской, орфографии. Изд-во ЛГУ, 1977.
Ицкович В. А. Всевозрастающий и все возрастающий. — Рус. речь, 1979, № 4.
Кайдалова А. И. К вопросу о правописании сложных прилагательных. — Рус.
яз. в школе, 1963, № 1.
Кай/алсва А. И., Калинина И. К» Современная русская орфография. М.: Высш,
школа, 1971 (книга представляет собой практическое пособие для студентов отде-
ления журналистики; в поссбии излагаются действующие правила, даны упражне-
ния, диктанты. Очень ценно то, что изложение правил часто сопровождается допол-
нительными рекомендациями, которые помогают ориентироваться в целом ряде слож-
ных фактов руссксй орфографии); 2-е изд. М., 1973; 3-е изд. М., 1976.
Калакуцкая Л. П. Орфографическая передача долгих согласных в заимствован-
ных именах собственных. — В кн.: Орфография собственных имен. М.: Наука, 1965.
Калакуцкая Л. П. Колготки. — В кн.: Вопросы культуры речи. М., 1966, Вып. 7.
Калакуцкая Л. П., Сталтмане В. Э. Польские и чешские фамилии по-русски. —
Рус. речь, 1967, № 1.
167
Калакуцкая Л. П. Всем ли безразлична Гекуба? — Рус. речь, 1967, К» 4 (о пе-
редаче заимствованных собственных имен в русском языке),
Калакуцкая Л. П. Орфография фамилий. — В кн.: Нерешенные вопросы рус-
ского правописания. М.: Наука, 1974.
Калинин А. В. Обессиливать или обессилевать? — Вопросы культуры речи.
М., 1964, вып. 5.
Китаев Н, Н. Изучение правописания слов с непроверяемыми и труднопрове-
ряемыми орфограммами. М.: Изд-во АПН РСФСР, 1959.
Китаева Л. Я. Повторение орфографии в VII—VIII классах на основе группи-
ровки орфограмм. — Рус. яз. в школе, 1980, № 2.
Клюева Н. П. Некоторые тенденции передачи прозвищных имен. — В кн.:
Вопросы русского и славянского языкознания: Межвузовский сборник. Иваново,
1976.
Клюева Н. П. Структура и орфография прозвищ. — Рус. яз. в школе, 1979, № 4.
Клюева Н. П. Орфография собственных имен (на материале прозвищ): Автореф.
дис. ... канд. филол. наук. Л., 1980.
Колесов В. В. Стеклянный, оловянный, деревянный. —Рус. речь, 1974, № 3.
Комарова Л. Н. К вопросу о правописании сложных прилагательных (сложные
прилагательные с опорным компонентом — причастием). — В кн.: Нерешенные
вопросы русского правописания. М.: Наука, 1974.
Комков А. В. Проблемы стандартизации (нормализации) географических назва-
ний в национальном и международном аспектах. — В кн.: Ономастика и норма. М.:
Наука, 1976.
Костомаров В. Г. Трейлер или тоайлер? Или все-таки прицеп? — Рус. речь,
1976, № 5.
Костомаров В. Г. Серпантин и серпентина. — Рус. речь, 1977, № 5.
Копыленко М. М., Шубов Я. И. О правописании сложных слов в связи с общей
проблемой разграничения графических единиц. — В кн.: О современной русской
орфографии. М.: Наука, 1964.
Котельникова О. Г. Словообразовательный анализ как средство предупрежде-
ния ошибок в правописании корней слов. — Рус. яз. в школе, 1972, № 3.
Кретова В. Н. Правописание корней -скак- (-скан-) — -скоч-. — Рус. яз. в шко-
ле, 1970, № 4.
Крючкова Л. С. Изучение приставок пре- и при- в старших классах средней
школы методом сопоставления. — Рус. яз. в школе, 1977, № 5.
Крючкова Л. С. Об изучении правописания не и ни. — Рус. яз. в школе, 1980,
№ 1.
Кулагин А. Ф. Частица не и одноименная приставка в их отношении к степеням
сравнения имен прилагательных. — Рус. яз. в школе, 1956, № 1.
Кулагин А. Ф. О частице не и приставке не-. — Рус. яз. в школе, 1957, № 6.
Левина Р. И. Словосложение в категории имен прилагательных. — Рус. яз.
в школе, 1957, .№ 1.
Левина Р. И. О различении глаголов с приставкой недо- и глаголов с приставкой
до- при наличии отрицания. — Рус. яз. в школе, 1963, № 4.
Леонтьев А. А. О написании иностранных имен. — В кн.: Вопросы культуры
речи. М., 1963, вып. 4.
Логинова К. А. «Мини — макси». — Рус. речь, 1970, № 6.
Лидман-Орлова Г. К. Теоретические обобщения по орфографии на уроках
морфологии. — В кн.: Проблемы обучения орфографии и пунктуации М., 1977.
Лопатин В. В. Впередсмотрящий. — В кн.: Вопросы культуры речи. М., 1964,
вып. 5.
Лопатин В. В. Прилагательные от собственных имен.— Рус. речь, 1978, № 5.
Лопатин В. В., Шварцкопф Б. С. Кънигъчий — книгочей. — Рус. речь, 1968,
№ 2.
Львова С. И. Обучение слитным, дефисным и раздельным написаниям в IV—VI
классах. — Рус. яз. в школе, 1981, № 4.
Максимов Л. Ю. Частица не и приставка не- с краткими прилагательными. —
Рус. яз. в школе, 1957, № 2.
168
Максимова (Чельцова) Л. К. Употребление букв э, е после гласных в заимство-
ванн“х словах. — В кн.: О современной русской орфографии. М.: Наука,1964.
Максимова (Чельцова) Л. К. Некоторые трудные случаи употребления э, е, е
НаИукаЯЗЬ1965Х собственных «менах. — В кн.: Орфография собственных имен. М.:
Миськевич Г. И„ Чельцова Л. К. К вопросу об орфографии новых слов (на ма-
териале существительных с мини-, макси-, миди-) _В кн.: Нерешенные вопросы
русского правописания. М.: Наука, 1974.
.„-.~МиЛалкина И- Правописание -шея и -ться в глаголах. — Рус. яз. в школе,
1979, № 1. J
Наука, 1974.
Моисеев А. И. О суффиксе -щик после т. — Рус. речь, 1967, № 4.
Моисеев А. И. Проскачу и проскочу. —Рус. речь, 1969, № 1."
Моисеев А. И. Не следует ли возвратиться к старой «збруе»?'—Изв. АН СССР,
1975, т. 34, сер. лит. и языка, № 6.
Моисеев А. И. Об особенностях буквы ё в русском языке. — Рус. яз. за рубежом
1977, № 1.
Моисеев А. И. Понятие фонетики и письма в школьном учебникЛо русскому
языку. — В кн.: Изучение курса русского языка в школе: Сборник научных трудов.
М., 1977.
Моисеев А. И. Русский язык. Фонетика. Морфология. Орфография: Пособие для
учителя. 2-е изд. М.: Просвещение, 1980.
Мокиенко В. М. Шефе (подшофе). — Рус. речь, 1978, № 4.
Мурьянов М. Ф. Прекрасная дама. — Рус. речь, 1972, № 6 [о прописных бук-
вах в выражении Прекрасная Дама у А. Блока].
Напольнова Т. В. Изучение правописания глагола в восьмилетней школе. М.:
Изд-во АПН РСФСР, 1963.
Некрасова Е. А. Об орфографии диалектных слов в поэтических текстах. — В
кн.: Нерешенные вопросы русского правописания. М.: Наука, 1974.
Никитина Е. И. Предупреждение ошибок в тематических суффиксах глагола. —
Рус. яз. в школе, 1975, № 1.
Никитина Е. И. Толковый словарь как источник дидактического материала в
работе по орфографии. — Рус. яз. в школе, 1978, № 4.
Никитина Е. И. О списке «трудных» слов для VIII класса. — Рус. яз. в школе,
1978, № 6. И
Обзор предложений по усовершенствованию русской орфографии (XVIII—
XX вв.) /Отв. ред. Виноградов В. В. М.: Наука. 1965.
Ожегов С. И. Бонбоньерка или бомбоньерка? — В кн.: Вопросы культуры ре-
чи. М., 1955, вып. 1.
Опришко А. Я. Современный русский литературный язык. Орфография. 2-е
изд. Харьков, 1974.
Орфографический словарь русского языка /Под ред. С. Г. Бархударова, С.И. Оже-
гова, А. Б. Шапиро. 5-е изд., испр. и доп. М.: Гос. изд-во иностр, и нац. словарей.
1963; 13-е изд., испр. и доп. /Под ред. С. Г. Бархударова, И. Ф. Протченко,
Л. И. Скворцова. М., 1974; 16-е изд. М., 1980.
Орфография и русский язык. М.: Наука, 1965.
Осенмук Л. П. О разграничении страдательных причастий прошедшего времени
и омонимичных отглагольных прилагательных. — Рус. яз. в школе, 1977, № 2.
Осенмук Л. П. Причастия страдательного залога прошедшего времени с осно-
вами несовершенного вида в современном русском языке (морфология и орфография):
Автореф. дне. ... канд. филол. наук. Л., 1979.
Осипов Б. И. История русского письма. Автореф. дис. ... докт. филол. наук. Л.,
1979.
Панов М. В. О слитных и раздельных написаниях. — В ки.: Вопросы русской
орфографии. М.: Наука, 1964.
Панов М. В. О дефисных написаниях (замечания к предложениям проф.
А. А. Реформатского). — В кн.: О современной русской орфографии. М.: Наука,
1964 (статья А. А. Реформатского указана ниже).
Панов М. В. И все-таки она хорошая. Рассказ о русской орфографии, eejiocro-
инствах и недостатках. М.: Наука, 1964.
169
Панфилов А. К. Жаренный или жареный? — Рус. речь, 1967, № 1.
Панфилов А.. К. О букве ё. — Рус. яз. в школе, 1963, № 4.
Пеньковский А. Б. О некоторых некодифииированных явлениях современной
русской орфографии (о написаниях типа ид-у, оч-чень). — В кц.: Нерешенные во-
просы русского правописания. М.: Наука, 1974.
Покровский Л. Л, Приемы проверки написания слов с «непроверяемыми» орфо-
граммами. — Рус. яз. в школе, 1979, № 4.
Покровский Л. Л. Ложная этимология как одна из причин орфографических
ошибок. — Рус. яз. в школе, 1981, № 2.
Попова Й. В. Утраченные дихотомические соответствия некоторых слов с при-
ставкой не-. — Филологические науки. (Науч. докл. высш, школы), 1971, № 1.
Посканпый И'. М. Общая тетрадь для работы над ошибками. — Рус. яз. в шко-
ле, 1975, № 3.
Правила русской орфографии и пунктуации. М.: Учпедгиз, 1956; 2-е изд., сте-
реотипное. М.: Учпедгиз, 1962.
Преображенская. Е. П., Андрианова М. Е. Предупреждение орфографических и
пунктуационных ошибок в VI—VII классах. М.: Учпедгиз, 1959.
Приступа Г. Н. Q методических принципах обучения правописанию. — Рус.
яз. в школе, 1978, № 3.
Приступа Г. Н. О системе орфографических упражнений. — Рус. яз. и школе,
1978, № 6.
Приступа Г. Н. Орфография и пунктуация в таблицах и заданиях. М.: Высшая
школа, 1979.
Проблемы обучения орфографии и пунктуации /Под. ред. Шаталовой В. М.
М., 1977.
Пронина И. В. Изучение трудных слов с применением этимологического анализа.
М.: Просвещение, 1964.
Рабич С, Г. К изучению в школе темы «Правила переноса слоя». — Рус. яз.
в школе, 1958, № 4.
Разумовская М. М. Грамматический анализ при обучения орфографии: Пособие
для учителей. М., 1962..
Разумовская М. М. Важнейшие проблемы обучения орфографии на современном
этапе. — В. кн.:. Обучение орфографии в восьмилетней школе. М.: Просвещение,
1974.
Разумовская М., М. Занятия по орфографии в VII—VIII классах. — Рус. яз.
в школе, Г976, № 6.
Разумовская М. М. Проблемы обучения, орфографии и пути их решения. — Рус.
яз. в школе, 1978, № 3.
Разумовская М. М. Понятие об орфограмме, в школьном курсе орфографии.
— Рус. яз. в школе, 1981, № 5.
Разумввская М. М„ Бачманова Н. С. Изучение правописания глагола. — Рус.
яз. в школе, 1981, № 1.
Распопов- И. П. Содержательные и операционные правила русского правописа-
ния. — Рус. яз. в школе, 1977, № 3.
Реформатский А. А. Буква ё. — В кн.: О современной, русской орфографии. М.:
Наука, 1964..
Реформатский А. А. Дефис и его употребление. —В кн.: Q современной русской
орфографии. М.: Наука, 1964.
Реформатский А. А. Орфография собственных имен. — В кн.: Орфография соб-
ственных имен. М.: Наука, 1965’.
Рождественский Н. С. Свойства русского правописания как основа методики его
преподавания. М.: Изд-во АПН РСФСР, 1960.
Розенталь Д. Э. Вопросы русского правописания: Практическое руководство.
3-е изд. М.: Изд-во МГУ, 1970.
Розенталь Д. Э. Справочник по правописанию и литературной правке для ра-
ботников печати. 2-е изд. М.: Книга, 1971; 3-е изд. М.: Книга, 1978.
Русская речь: Журнал. См. ответы на вопросы читателей в разделе «Почта «Рус-
ской речи»:
Бессребреник— 1971, № 5, с. 152;
170
Буквенные окончания при цифрах — 1981, № 2, с. 154—155;
Вожженый электрод— 1969, № 1, с. 122‘
Вологодчина. Туретчина. Од'есщина — 1979,’ № 4, с. 152—155;
Вичугский или вычужский — 1968, Xs 3, с. 113_114;
Государственный Знак качества — 1981, № 2, с. 155—156;
Двойная фамилия и две фамилии. — 1981, № 5, с. 154—156;
Двойные и одиночные согласные в эаимстрованных словах— 1979, 4,
с. 156—157;
Дискутировать или дискуссировать — 1969, № 3, с. 125—126;
Ж^лчь или желчь? — 1971, № 2, с. 156;
Жудь и жуть — 1977, № 3, с. 157—160;
Как писать перифразы. — 1981, № 4, с. 158—160;
Каратэ — каратист—1980, № 4, с. 157—158;
Колготки и колготиться— 1971, № 5, с. 147;
Кован(н)ый, жеван(н)ый—1980, № 5, с. 154’—156;
Крупеник— 1971, № 5, с. 153;
Менделевий или менделеевий?— 1975, № 1, с. 145—146;
Общественно...полезный—1971, Xs 5, с. 153;
О двойных согласных типа Донбасстрой— 1978, № 1, с. 152—254;
О правописании названий типа Москва-Товарная — 1978, № 2, с. 142—144;
О Прекрасной Даме — 1972, № 6, с. 122—123;
Ордена и их названия — 1979, № 1, с. 151—153;
О фамилии поэта Баратынского — 1977, № 4, с. 153—157;
Охтинский или охтенский? — 1968, № 3, с. 114;
Полы дощатые, брусчатые — 1968, № 2, с. 121;
Почему авиапочта стала авиапочтой?— 1980, № 2, с. 157—158;
Правописание сокращений типа НИИОгаз— 1978, № 4, с. 154—155;
Преумножать и приумножать — 1974, № 3, с. 158;
Пятерка [нужно ли оценки успеваемости выделять кавычками! — 1968, № 1,
с. 109—110;
Райх и рейх — 1969, № 1, с. 123;
Собственные имена и правописание — 1968, № 1, с. 115—120;
Спецкор и спец. корр. — 1967, № 6, с. 121—122;
Тредиаковский или Тредьяковский? — 1976, № 2, с. 33—34;
Трудные случаи орфографии: Хлестаковы или Хлестаковы — 1980, Xs 6, с.
119—121;
Труженик, путешественник — 1967, Xs 4, с. 83—84;
Шпаклевка или шпатлевка?— 1979, Xs 1, с. 157—158.
Савина В. И. Еще раз о транскрипции иноязычных географических названий. —
Рус. речь, 1970, Xs 3.
Садохина Т. П. Структура и правописание русских фамилий. — Рус. яз. в шко-
ле, 1981, Xs 2.
Санников В. 3. О русских графических сокращениях. — В кн.: О современной
русской орфографии. М.: Наука, 1964.
Селезнева Л. Б. Современное русское письмо (системный анализ). Томск, 1980.
Селезнева Л. Б. Обобщающие занятия по орфографий в восьмилетней школе.
М.: Просвещение, 1980.
Селезнева Л. Б. Графема и орфограмма в современном русском языке. — Рус.
яз. в школе, 1981, Xs 5.
Сергиевский А. П. Сопоставление при повторении орфографии. М.: Просвеще-
ние, 1966.
Скворцов Л. И. Батут или батуЗ? — Рус. речь, 1967, Xs 2, с. 74—76.
Скворцов Л. И. Орфография просторечных и жаргонных слов. — В кн.: Нере-
шенные вопросы русского правописания. М.: Наука, 1974.
Скобликова Е. С. К изучению орфографии в вузе и в семинарах учителей. Куйбы-
шев, 1959.
Скобликова Е. С. Правописание безударных гласных в окончаниях и суффиксах
глагольных форм. — Рус. яз. в школе, 1956, Xs 2.
Скоробач А. Н. О слитном и раздельном написании глаголов с приставкой недо-
171
и глаголов с приставкой до- при наличии отрицания. — Рус. яз. в школе, 1978, № 5.
Собанская-Петрова Т. В. Непроверяемые гласные и этимологический анализ. —
Рус. яз. в школе, 1968, № 5.
Соколова Г. П. Частицы не, ни и другие. Л.: Просвещение, 1969.
Соколова Г. П. Повторение правописания не и ни на уроках в IV четверти. —
Рус. яз. в школе, 1980, № 2.
Сорокина Л. Н. Графическое переоформление заимствованной лексики. — Рус.
яз. в школе, 1979, № 3.
Сталтмане В. Э. Раздельное, слитное и дефисное написание собственных назва-
ний. — В кн.: Орфография собственных имен. М.: Наука, 1965.
Старостин Б. А. Нормы практической транскрипции. — Рус. речь, 1969, № 5.
Старостин Б. А. Некоторые тенденции и перспективы в передаче и орфографии
заимствуемых собственных имен. — В кн.: Нерешенные вопросы русского правопи-
сания. М.: Наука, 1974.
Стрыжак А. С. Украинские названия. — Рус. речь, 1969, № 5.
Суперанская А. В. Орфографические казусы. — В кн.: Вопросы культуры речи.
М-, 1959, вып. 2 [о написании слов с корнями -котон- и -корот-].
Суперанская А.-В. Об одной ошибке в написании географических названий. —
В кн.: Вопросы культуры речи. М., 1959, вып. 2 [о некоторых случаях удвоения
согласных в собственных именах].
Суперанская А. В. Вопросы орфографии географических названий. — В кп.:
Транскрипция географических названий. М., 1960.
Суперанская А. В. Заимствование слов и практическая транскрипция. М., 1962.
Суперанская А. В. Написание заимствованных слов в современном русском язы-
ке. — В кн.: Проблемы современного русского правописания. М.: Наука, 1964.
Суперанская А. В. Ромштекс. — В кн.: Вопросы культуры речи. М., 1964,
вып. 5 (рассматривается вопрос о написаниях ромштекс и рамштекс].
Суперанская А. В. Блуминг или блюминг? — В кн.: Вопросы культуры речи.
М., 1965, вып. 6.
Суперанская А. В. Прописная и строчная буква в собственных именах разных
категорий. — В кн.: Орфография собственных имен. М.: Наука, 1965.
Суперанская А. В. О передаче украинских и белорусских фамилий по-русски. —
Рус. яз. в нац. школе, 1967, № 2.
Суперанская А. В. Структура имени собственного. Фонология и морфонология.
М.: Наука, 1969 (гл. 5. «Варьирование собственных имен», с. 171—189).
Суперанская А. В. Теоретические основы практической транскрипции. М.,
1978.
Суперанская А. В. Веверлей и история его имени: О написании иноязычных соб-
ственных имен. — Рус. речь, 1978, № 2, с. 64—71.
Талалаева Л. Ф. Орфографические навыки при изучении состава слова и слово-
образования. — В кн.: Проблемы обучения орфографии и пунктуации. М., 1977.
Текучее А. В., Панов Б. Т. Грамматико-орфографический словарь русского
языка: Пособие для учащихся. М.: Просвещение, 1976.
Толстой Н. И. Заметки о славянских именах собственных и их транскрипции. —
В кн.: Топономастика и транскрипция. М.: Наука, 1964.
Трофимова Е. Б. Интуитивное слогоделение и вопросы переноса слов. — В кп.:
Проблемы теоретической и прикладной фонетики и обучение произношению: Мате-
риалы межвузовской научно-методической конференции. М., 1973.
Ушаков Л. Н., Крючков С. Е. Орфографический словарь: Для учащихся средней
школы. 27-е изд., перераб. и доп. /Подгот. к печати Чешко Л. А. М.: Просвещение,
1972; 35-е изд. М.: Просвещение, 1980.
Ушаков М. В. Методика правописания. 4-е изд. М.: Учпедгиз, 1959.
Федоренко Л. П., Лотарев В. К. Практикум по орфографии и пунктуации. М.:
Просвещение, 1979.
Фигаровская Ю. А. Орфограммы с полногласными сочетаниями и их изучение
в школе. — Рус. яз. в школе, 1969, № 4.
Хомизури П. И. Смысловое значение знака дефис в геологической терминоло-
гии. — В кн.: О современной русской орфографии. М.: Наука, 1964.
172
Цыганенко Г.
1969, № 5.
ле,
П, Состав слова и орфография русского языка. — Рус. яз. в шко-
। ото Ельцова Л. К. Некоторые случаи употребления прописных букв. — Рус, речь,
1978, № 4, с. 112—115. J 1 г
Чельцова Л. К. О написании существительного Лениниана. - В кн.: Ономастика
и грамматика. М: Наука, 1981.
Черепанов М. В. О формировании структурно-семантического типа образований
со сложным префиксом недо- в русском языке. — В кн.: Исследования по лексике и
фразеологии русского языка. Саратов, 1964.
Черепанов М. В. Глагольное образование со сложным префиксом недо- в совре-
менном русском литературном языке. — В кн.: Вопросы теории и методики изучения
русского языка. Саратов, 1966.
Черкасова Е. Т. О правописании производных предлогов. — В кн.: О современ-
ной русской орфографии. М.: Наука, 1964.
Шанский Н. М. В мире слов. М.: Просвещение, 1971, см. разделы:
Три слова с приставкой тре- — с. 12;
Расчеты и подсчеты — с. 15;
Почему глагол отворить пишется с одним т? — с. 16;
Заинька и паинька — с. 23; о написании буквы и в суффиксе;
О двух л в слове аллея — с. 65;
Правильно ли мы пишем слово гуталин — с. 69;
Можно ли доказать, что в слове топор надо писать о, а не а? — с. 82—84}
О слове заветный, его составе и написании — с. 95;
Про о в слове киномеханик — и е в слове кинематография — с. 95—96;
Почему в слове лестница пишется буква т? — с. 100;
Почему мы пишем городки, но городошник? — с. 101;
Электрификация — с. 118—119;
Почему в слове Солигорск пишется буква и — с. 161—162.
Шанский Н. М., Иванов В. В., Шанская Т. В. Краткий этимологический словарь.
2-е изд. М.: Просвещение, 1971.
Шапиро А. Б. Русское правописание. 2-е изд. М.: Изд-во АН СССР, 1961.
Шапиро А. Б. К вопросу о написании сложных прилагательных. — В кн.:
Проблемы современной филологии: Сборник статей к семидесятилетию академика
В. В. Виноградова. М.: Наука, 1965.
Шарашова М. К. Собственные имена или нарицательные? — Рус. речь, 1968,
№ 3.
Шаталова В. М. О совершенствовании орфографических навыков при изучении
синтаксиса. — В кн.: Проблемы обучения орфографии и пунктуации. М., 1977.
Шеин В. Н. Вдали и в дали? — Рус. речь, 1967, № 6.
Шеин В. Н. Трудные случаи правописания сложных прилагательных в совре-
менном русском языке. М.: Изд-во Моск, полиграф, ин-та, 1973.
Школьников Л. С. Па-д'Эспань или падеспань? Рокк-энд-ролл или рок? — В
кн.: Нерешенные вопросы русского правописания. М.: Наука, 1974.
Шубов Я- И. Употребление букв э, е после согласных в заимствованных словах.—
В кн.: О современной русской орфографии. М.: Наука, 1964.
Шубов Я. И. Некоторые особенности русской орфографии и транскрипция ино-
странных личных имен. — В кн.: Орфография собственных имен. М., 1965.
ОГЛАВЛЕНИЕ
Предисловие ...................................................... 3
Глава I
Общие вопросы письма и правописания
Письмо и орфография .....................’........................ 5
Разделы орфографии ............................................... 6
Понятия «орфограмма» и «варианты орфограммы». Разграничение понятий .
«письмо» и «правописание» («орфография»)........................ 7
Разграничение орфографических и неорфографических ошибок......... 10
Глава >1
Трудные вопросы орфографии, связанные
с особенностями русской графики
Слоговой принцип русской графики................................. 13
Ограниченность действия слогового принципа и вытекающие отсюда орфо-
графические вопросы ............................................. 15
Обозначение гласных после шипящих н q............................. —
Вопрос о выборе букв a/я, у/ю, е/э, и,‘ы..................... —
Вопрос о выборе букв е/о..................................... —
Отступления от слогового принципа русской графики................ 17
Вопрос об употреблении букв е и 5 после букв, обозначающих парные
по твердости-мягкости согласные ............................. —
Вопрос об употреблении букв е и э после гласных и в абсолютном нача-
ле слова ................................................... 21
Употребление букв е и э в абсолютном начале слова........... 22
Написание букв е и э после гласных в заимствованных словах .... —
Употребление буквы ё ........................ 24
Глава III
Трудные вопросы орфографии, связанные
с буквенным обозначением фонем
в составе значимых частей слова
Принципы орфографии, лежащие в основе буквенного обозначения фонем 30
Общее понятие «орфографический принцип» . .............. —
Морфологический принцип .................................... 32
Фонетический принцип ....................................... 36
174
Традиционный принцип ............................................ 36
Принцип морфолого-графических аналогий ................... .... 37
Трудные случаи орфографии из числа написаний, отвечающих морфологиче-
скому принципу ........................................................ 38
Общие энамечения ................................................. —
Употребление букв (е) ё и о после шипящих для обозначения ударного [о] 40
Правописание одного и двух н................................. . . 49
Употребление и правописание частиц не к ни............. . . 74
Общие замечания ..................................-............... —
Риторический вопрос с частицей не в отличие от придаточных предло-
жений усилительно-обобщенного значения с частицей ни............. 75
Некоторые типы придаточных предложений с частицей не, смешива-
емые с придаточными усилительно-обобщенного значения с частицей ни 95
Предложения с ни в функции отрицательной частицы и союза .... 99
Глава IV
Трудные вопросы орфографии, связанные
с употреблением строчных и прописных букв
Глава V
Трудные вопросы орфографии, связанные
со слитным и раздельным написанием
Общие принципы слитных, дефисных и раздельных написаний............... 118
Слитное и раздельное написание не .............................. 121
Разграничение приставки не- и частицы не ............ —
Слитное и раздельное написание не с формами на -мый............. 133
Слитное и дефисное написание сложных прилагательных............. 156
Список литературы .................................................... 164
Вера Федоровна ИВАНОВА
ТРУДНЫЕ ВОПРОСЫ ОРФОГРАФИИ
Редактор А. П. Грачев
Художественный редактор Т. Г. Никулина
Технический редактор Л. М. Абрамова
Корректор О. В. Ивашкина
ИБ № 6159
Сдано в набор 25. 11. 81. Подписано к печати 07. 05. 82. Формат 60x90'/is. Бум. типограф.
№ 1. Гарнит. лит. Печать высокая. Усл. печ. л. 11. Усл. кр. от. 11,19. Уч.-изд. л. 12,63.
Тираж 196 000 экз. Заказ № 259. Цена 50 коп.
Ордена Трудового Красного Знамени издательство «Просвещение» Государственного комитета
РСФСР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. Москва, 3-й проезд Марьиной
рощи, 41.
Саратовский ордена Трудового Красного Знамени полиграфический комбинат Росглавполи-
графпрома Государственного комитета РСФСР по делам издательств, полиграфии и книжной
торговли. Саратов, ул. Чернышевского, 59.