Текст
                    

К. А. Ивановъ Директоръ ИМПЕРАТОРСКОЙ Николаевской Царскосельской гимназіи. э ‘ -I- Средневѣковое папство КНИГОИЗДАТЕЛЬСТВО Т-ВА „Петроградскій Учебный Магазинъ". Петроградъ. Каменноостровскій просп., № 29. 1915.
Петроградъ. Типо-литографія М. ГІ. Фроловой. Галерная. 6.
<^1''И?Н'ЦѵоГѵ Фѵсѵлгя-'ѵи-'ѵѵ ѵючіѵ&гіѵе/й -&о ѵ^Бѵьѵѵи'ь лѵьіѵѵъ «^о'черіл лѵое-й ^лекг’і/ сХон0ііфси</иф/и ъю^і-ѵ'ѵѵ ^Всѵио

Предисловіе. Вопросъ о средневѣковомъ папствѣ—одна изъ интереснѣй- шихъ историческихъ темъ. Онъ касается крупнаго истори- ческаго фактора средневѣковья, изученіе котораго интересно само по себѣ. Съ другой стороны, исторія средневѣкового папства есть исторія воплощенія въ извѣстныхъ формахъ возвы- шенной идеи, которою въ продолженіе вѣковъ жила значи- тельная часть человѣчества. Исканіе единства, правды и мира, стремленіе воплотить въ жизни христіанскіе идеалы, устроить изъ всѣхъ человѣческихъ обществъ одинъ «градъ Божій», прообразъ Царства Небеснаго, характеризуютъ лучшую эпоху въ исторіи средневѣкового папства !). Но эти идеальныя за- дачи оказались неразрѣшимыми. Искуситель манилъ Христа богатства ми и славой міра сего. Христосъ пе поклонился ему. Папство искусилось п поклонилось. Блага п власть міра сего увлекли его. Земныя чувства, привитыя къ выспреннимъ, возо- бладали надъ ними. Въ папствѣ воплотились сила и богатство. Этого было довольно, чтобы папская каѳедра стала объектомъ вожделѣній для лицъ противообщественнаго склада. Наступило торжество феодализма, бывшаго живымъ отрицаніемъ единства, правды и мира. Поэтому X в. и первая половина XI в. были порою сильнаго упадка папской власти. Со второй половины XI вѣка папство возродилось, но уже пе въ томъ видѣ, въ какомъ су шествовало до X вѣка. Теократическія стремленія были уже совсѣмъ не тѣмъ, чѣмъ были стремленія, го-
6 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. сподствовавшія въ раннемъ періодѣ. Тогда совершенно не стави- лось вопроса о власти, объ ея объемѣ, и допускалось сосущество- ваніе властей прн условіи христіанскаго единства; самому един- ству, по тогдашнимъ понятіямъ, не грозили ни наличность многихъ властей, ни безконечное разнообразіе мѣстныхъ условій и обычаевъ. Господствовавшее тогда направленіе не вполнѣ подходитъ къ понятію о теократіи, въ томъ смыслѣ, въ какомъ обычно употребляется этотъ терминъ. Это направленіе было чѣмъ-то совершенно п о в ы м ъ, неоднороднымъ съ тѣми теокра- тическими направленіями и явленіями, которыя существовали у народовъ древняго Востока, какъ и само христіанство было религіей совершенно новою по сравненію съ прежде суще- ствовавшими религіозными системами. Великимъ откровеніемъ были слова Христовы: «царство мое нѣсть отъ міра сего» ')• Въ направленіи ранняго періода не только преобладало, но рѣшительно господствовало начало выспреннее. Въ теократіи матеріальное возобладало надъ выспреннимъ. Папа Григорій Великій писалъ въ свое время одному изъ восточныхъ патріар- ховъ, ждавшему отъ него приказаніи: «ты —мои братъ по положенію и отецъ по добродѣтели; я не могу тебѣ приказы- вать...» Онъ пе совѣтовалъ другимъ патріархамъ принимать титулъ «вселенскаго» и самъ не принялъ его. Онъ называлъ себя оффиціально «рабомъ рабовъ Божіихъ», а въ частной перепискѣ «червемъ и прахомъ земнымъ», и желалъ отли- чаться отъ другпхъ, какъ самъ выражался, «добродѣтелями, а не наименованіями». Искренно, хотя и ошибочно, вѣруя въ первенство римской церкви и ея предстоятеля, онъ ничѣмъ не желалъ отмѣчать этого первенства, такъ какъ всякаго рода отличія старшаго патріарха казались ему «обидными» для остальныхъ. Между тѣмъ, первенство Рима было въ его гла- захъ правдой. «Развѣ я въ этомъ вопросѣ, благочестивѣйшій государь,—писалъ онъ императору Маврикію—защищаю соб- ственное дѣло, развѣ я мщу за личную обиду? Я отстаиваю дѣло Всевышняго Бога, дѣло вселенской церкви». Какъ св. *) Ев. Іоанна, гл. XVIII, ЗВ.
ПРЕДИСЛОВІЕ. I Григорій Великій, такъ и лучшіе папы ранняго періода, ста- вили превыше всего, превыше самихъ папъ каноны. Верхов- ные представители теократіи имѣли совершенно иные взгляды, прибѣгали къ инымъ пріемамъ, говорили инымъ языкомъ. Они считали себя стоящими не только превыше всѣхъ патріарховъ, но и неизмѣримо выше всѣхъ королей и даже императорской власти. Они втянулись въ политику, возбуждали одну часть народа противъ другой, подданныхъ противъ государей. Папская к>рія совершенно утратила не только сущность, но и самое обличіе духовнаго учрежденія, и превратилась въ финансово- дипломатическую канцелярію. Папа Григоріи VII, болѣе при- годный къ руководительству военными силами, чѣмъ духовною паствой, вѣрнѣйшими средствами къ утверлщенію всемірнаго владычества папъ считалъ деньги и грубую силу. Ему мало было побѣдить врага; онъ находилъ наслажденіе въ издѣва- тельствѣ надъ нимъ. Неизмѣримо выше Григорія VII по своимъ природнымъ дарованіямъ, по взглядамъ и пріемамъ своимъ, стоялъ папа Иннокентій III. При немъ какъ будто засвѣтилось отраженіе былыхъ идеаловъ, а самое папство достигло апогея своего могущества, по послѣ его кончины оно пало. Оно могло бы воспрянуть, внявъ голосу наилучшихъ людей, про- ведя неотложныя реформы, возстановивъ значеніе каноновъ, воскресивъ соборное начало, но оно сознательно не сдѣлало итого. Поэтому послѣдній періодъ въ исторіи средневѣкового папства былъ какъ бы инкубаціоннымъ періодомъ движенія рефор маціоннаго. Совершившееся совершилось разъ и навсегда. Папство, какъ могущественный историческій факторъ, пережило всѣ стадіи своего развитія и, какъ таковое, перестало существо- вать. Папства въ историческомъ смыслѣ этого понятія уже нѣтъ, существуетъ только преемствецность папъ, какъ пред- стоятелей католической церкви. «Во второй половинѣ XIX в. Римъ—по словамъ Гладстона—снова пустилъ въ дѣло доктрины прежнихъ временъ, извлекъ и отточилъ ржавое оружіе, и напрасно думали, что онъ уже разучился употреблять его». «Папа требуетъ,—говоритъ тотъ же писатель—чтобы всякій,
8 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. кто принадлежитъ шгй^присоединяется къ католической церкви, предоставлялъ свою гражданскую вѣрность и долгъ на про- изволъ другого, а этотъ другой—онъ самъ». Но всѣ эти при- тязанія, не выдуманныя «велпкимъ старцемъ»,- но на самомъ дѣлѣ проявившіяся въ указанную пору, звучатъ -въ наше время, какъ голосъ съ другой, болѣе отсталой планеты. Про- тивъ нихъ—и законы сущаго, и наука, и свобода духа, а равно и могучіе историческіе факторы современности: госу- дарственность и націонализмъ. Царское Село. 12 августа 1915 г.
введеніе. Подобно тому, какъ величественный н могучій потокъ за- чинается въ видѣ малаго источника, такъ и папство, одна изъ крупнѣйшихъ историческихъ силъ средневѣковья, истекаетъ изъ скромнаго начала. Приблизительно въ половинѣ II в. было положено начало сіілску или, какъ называютъ его, каталогу римскихъ епископовъ, при чемъ во главѣ его было поставлено имя апостола Петра, какъ «князя апостоловъ и перваго папы»./ Эта величественная легенда, заполнившая пустоту смутнаго начала, свыше 1500 лѣтъ господствовала въ сознаніи людей, какъ дѣйствительный фактъ, оффиціальный же каталогъ римскихъ епископовъ и до сихъ поръ возглавляется именемъ апостола Петра. На самомъ дѣлѣ епископатъ возникъ въ Римѣ около половины II в, а въ историческихъ источникахъ почти до конца II в. не встрѣчается и выраженія «римскіе папы» г). Нѣкоторые новѣйшіе ученые заходятъ въ своихъ ’) Л. К а р с а в и н ъ. Римская церковь и папство до половины П в. Ж. М. Н. Пр. 1910 г., ноябрь. Нѣкоторое сомнѣніе могло бы возникнуть у читателей подъ вліяніемъ весьма, распространеннаго указанія объ обрѣтеніи въ Крыму первоучителемъ славянскимъ Константиномъ (Кирилломъ! мощей папы римскаго Климента, замученнаго будто бы при императорѣ Траянѣ, т. е. въ концѣ I и началѣ И в. (98—117). Наиболѣе осторожные научные критики не отвергаютъ факта обрѣтенія мощей, допуская даже, что это могли быть мощи какого-либо иного Климента, но не римскаго (мужа апостольскаго). Проф. Болотовъ остроумно объясняетъ, какъ неизвѣстный мученикъ могъ въ продолженіи семивѣкового періода превратиться въ „римскаго папу”. „Прочно съ римской имперіей—го- воритъ онъ—жители Крыма не были связаны. Естественно, что прибывшаго С11>да иностранца — мученики они назвали римски м ъ”. Неудивительно, съ
10 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. изслѣдованіяхъ гораздо дальше, отвергая, какъ позднѣйшій вымыселъ, не только мпЬніе объ апостолѣ Петрѣ, какъ о первомъ епископѣ Рима, но и указаніе на пребываніе его въ «вѣчномъ городѣ». Не отказывая въ оригинальности мнѣнію о томъ, что апостола Петра никогда и не бывало въ Римѣ, мы тѣмъ ве менѣе считаемъ его не то тенденціознымъ, не то скороспѣлымъ. Мы руководствуемся по данному вопросу вы- сококомпетентнымъ выводомъ нашего отечественнаго ученаго В. В. Болотова, который говоритъ: «фактъ мученической кон- чины Петра въ Римѣ засвидѣтельствованъ такъ давно и столь многими свидѣтельствами, что не представляется никакой воз- можности отрицать его» *). Такимъ образомъ апостолъ Петръ былъ въ Римѣ и скончался тамъ мученическою смертью, но пе насаждалъ тамъ христіанства и не могъ быть первымъ римскимъ папою, такъ какъ епископатъ возникъ въ Римѣ почти сто лѣтъ спустя послѣ его кончины. Уже первые римскіе папы, предъявляя различныя требо- ванія епископамъ Африки и Малой Азіи, ссылались на «пре- данія римской церкви, хранимыя отъ апостоловъ Петра и Павла». По, подобно апостолу Петру, и апостолъ Павелъ не былъ насадителемъ христіанскаго ученія въ «вѣчномъ го- родѣ». Оно уже было насаждено другими. Свое посланіе онъ написалъ уже существовавши)! въ Римѣ христіанской общипЬ. Изъ этого посланія нетрудно усмотрЬть, что автора его пре- имущественно интересовалъ Востокъ. Онъ говоритъ, что имъ благовѣствованіе Христово распространено отъ Іерусалима п окрестностей до Пллирика» 2), что опъ «старался благовѣст- точки зрѣнія проф. Болотова, и то, что въ Римѣ признали его за „епископа*, т. е. пащ. „Историческая зрудиція папы Николая была очень невысокой пробы, даже касательно событій болѣе близкаго времени, а тѣмъ болѣе отно- сительно древнихъ преданій*. Весьма грустно, что составители учебниковъ продолжаютъ повторять старое, совершенно не считаясь съ наукою. При иномъ отношеніи ихъ къ своему дѣлу, не было бы никакой надобности и въ настоящемъ примѣчаніи. ’) Проф. В. В. Болотовъ. Лекціи по исторіи древней церкви. Т. II, стр. 65 2) Къ Римл., гл. XV, 19.
ВВЕДЕНІЕ. 11 ропать не тамъ, гдѣ уже было извѣстно имя Христово, дабы не созидать на чужомъ основаніи», въ чемъ и усматривалъ ррспятствіе къ путешествію въ Римъ ’). Въ томъ же посланіи аПостолъ Павелъ не разъ заявляетъ о желаніи своемъ по- бывать въ Римѣ и высказываетъ надежду на осуществленіе своего желанія при случаѣ. «Какъ только предприму путь въ Испанію, приду къ вамъ. Ибо надѣюсь, что, проходя ѵвшкусъ съ вамп, и что вы проводите меня туда, какъ скоро наслажусь общеніемъ съ вамп, хотя отчасти» 2). Все изложенное нами выше и характерныя выдержки изъ посланія апостола Павла показываютъ намъ, что у папъ, ссылавшихся въ своихъ требованіяхъ на «преданія римской церкви, хранимыя отъ апостоловъ Петра и Павла», не было для такихъ ссылокъ никакихъ реальныхъ основаній. «Въ Римѣ христіанство насаждено было не апостолами Петромъ или Павломъ,—говоритъ Болотовъ—а людьми, быв- шими въ Іерусалимъ въ Пятидесятницу. Неоспоримъ, однако, тотъ фактъ, что апостолъ Петръ скончался въ Римѣ. Окраины Италіи также предъявляютъ претензіи на просвѣщеніе ихъ христіанствомъ отъ апостоловъ, но для этого нѣтъ твердыхъ данныхъ» 8). Такимъ образомъ совершенно рушится то основаніе, на которомъ было построено все средневѣковое ученіе о папствѣ. Ученіе это развивалось въ теченіе вѣковъ, пока пе превра- тилось въ стройную систему. Но уже въ первые вѣка, когда легенда становилась убѣжденіемъ, образъ дѣйствія папъ по отношенію къ другимъ епископамъ принималъ все болѣе и болѣе притязательный характеръ. Папа Викторъ I (193—202), во время споровъ о времени празднованія Пасхи, отвѣтилъ ефесскому еппскопу отлученіемъ отъ церкви. Принятый папами ’) Тамъ же, гл. XV, 20—22. *) Тамъ же, гл. XV, 24. ’) В. В. Болотовъ. Лекціи по исторіи древнеп церкви. Т. II, стр. 2^8—279. Проф. Болотовъ проводитъ въ качествѣ примѣра Миланъ, претен- яУйщіЦ на насажденіе въ немъ христіанства апостоломъ Варнавою.—По за- к поченію того же ученаго, сама римская церковь до III вѣка оставалась гре- ческою.
12 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. первыхъ вѣковъ притязательный тонъ далеко не всегда дости- галъ цѣли, либо вызывая открытое осужденіе со стороны дру- гихъ епископовъ, даже слѣдовавшихъ во всемъ римскимъ обычаямъ, либо приводя къ разрыву. Обратимся къ фактамъ. Когда папа Викторъ I отвѣтилъ отлученіемъ отъ церквп ефес- скому епископу Поликрату, защищавшему и твердо отстаивав- шему практику, установившуюся въ Малой Азіи, многіе епи- скопы, несогласные съ Поликратомъ, встрѣтили мѣру папы несочувственно и даже явно выразили свое порицаніе ого образу дѣйствій. Обратимся къ другому случаю. Христіанство проникло въ Африку изъ Италіи повидимому еще въ концѣ I в. Это обстоятельство какъ бы ставило африканскую цер- ковь въ нѣкоторую зависимость отъ’ Рима. И въ самомъ дѣлѣ, африканская церковь всегда смотрѣла на римскую, какъ на свою мать (ессіеяіа шаігіх). По въ Африкѣ ''устано- вился обычаи снова крестить тѣхъ еретиковъ, которые воз- вращались въ лоно каоолпческой церквп. Естественно возникъ вопросъ, начались оживленныя спошенія. Епископъ римскій Стефанъ I (253—257) но проявилъ при этомъ надлежащей сдержанности, отказалъ въ пріемѣ посламъ, прибывшимъ къ нему изъ Африки, и отправилъ туда посланіе, въ которомъ во имя преданій, хранимыхъ отъ апостоловъ Петра и Павла, требовалъ, чтобы африканцы не крестили возвращавшихся въ лоно церкви еретиковъ, а лишь возлагали на нихъ руки. Оскорбленіе, нанесенное посольству, и требовательный тонъ Стефана привели, конечно, къ разрыву. Нашлись два епископа, которые указали Стефану, что онъ не имѣетъ никакого права предписывать. Извѣщая Стефана о постановленіи собора афри- канскихъ епископовъ, Кипріанъ, епископъ карѳагенскій, про- должаетъ: «мы не дѣлаемъ кому-либо насилія и не предписы- ваемъ закона, такъ какъ въ управленіи церковномъ всякій предстоятель пользуется свободнымъ проявленіемъ своеп воли и обязанъ отдать отчетъ въ своей дѣятельности Господу». Тотъ же епископъ говорилъ на соборѣ, имѣя въ виду вмѣша- тельство римскаго епископа въ дѣла другихъ церквей: «Пикто изъ насъ не поставляетъ себя епископомъ епископовъ и не
ВВЕДЕНІЕ. 13 приводитъ своихъ товарищей къ необходимости повиновенія тиранническимъ с трахомъ, такъ какъ всякій епископъ, по дару свободы и власти своей, имѣетъ собственную волю и столько-же не можетъ быть судимъ другимъ, сколько и самъ судить дру- гого. Мы всѣ ждемъ суда Господа Нашего Іисуса Христа, Который Одинъ только имѣетъ власть и поставлять насъ на управленіе Своею церковью, и судить о нашей дѣятельности». II посланіе карѳагенскаго епископа Кипріана, и его рѣчь на соборѣ убѣждаютъ насъ въ томъ, что, при всемъ своемъ ува- женіи къ церкви-матери, карѳагенскіе епископы пашлп что-то новое и притомъ непр’ятное и даже нелѣпое какъ въ способѣ обращенія, такъ и въ тонѣ посланія епископа Стефана. Съ точки зрѣнія Кипріана всѣ епископы равны между собою, и ни одинъ изъ нихъ не можетъ повелѣ.вать другому, не можетъ судить другого, такъ какъ всѣ они—товарищи послуженію одному и тому же высокому дѣлу. II Кипріанъ былъ правъ. Что-то новое на самомъ дѣлѣ появилось. Несомнѣнно, что и Викторъ I, и Стефанъ I смотрѣли на дѣло иначе. Описанные нами случаи относятся къ послѣднимъ годамъ II-го и при- бли штельпо къ половинѣ III в., т. е. къ тому времени, когда легенда, о которой мы говорили выше, стала достояніемъ Рима, какъ дѣйствительный фактъ, не подлежащій ни малѣйшему сомнѣнію. Не то было за какіе-нибудь тридцать пять лѣтъ до перваго изъ описанныхъ нами случаевъ. II тогда уже расходи- лись во взглядахъ по вопросу о времени празднованія Пасхи рим- скій епископъ Аникита и смирнскій Поликарпъ, но они даже не вступали въ споръ, а лишь бесѣдовали, при чемъ римскій епископъ не требовалъ и пе грозилъ; оба остались при своеп практикѣ, но въ мирѣ и общеніи другъ съ другомъ. Неизбѣжны были въ первые вѣка существованія христіап- ско" церквп споры и пререканіе. какъ неизбѣжны были ереси и расколы. Только такимъ образомъ и могли выработаться тѣ положенія, которыя лежатъ въ основаніи первостепенныхъ во- просовъ христіанской догматики. Востокъ, унаслѣдовавшія вы- сокую эллинскую культуру, а вмѣстѣ съ нею и -іллиііскій духъ пытливости, принималъ самое горячее участіе въ этой
14 СРЕДНЕВЬКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. великой умственной работѣ. Христіанскій Римъ, унаслѣдовав- шій практическій геній Рима языческаго, стоялъ въ теченіе четырехъ первыхъ вѣковъ почти въ сторонѣ отъ движенія, вы- званнаго безчисленными ересями, принимая въ лицѣ своихъ епископовъ участіе лишь въ тѣхъ вопросахъ, которые имѣли преимущественно практическое приложеніе. Въ періодъ спо- ровъ, вызванныхъ ученіемъ Арія, долгое время римскіе папы хранили молчаніе. Первыми вышли изъ пассивной роли Юлій и Ливерій, но дѣйствовали крайне неудачно. Юлій объявилъ еретика Маркелла Анкирскаго правовѣрнымъ, а Ливерій под- писался подъ аріанскимъ вѣроисповѣданіемъ. Въ продолженіе IV вѣка римская церковь попрежнему оставалась помѣстною, и о вліяніи ея на другія церкви нѣтъ никакихъ извѣстій. Если къ римскимъ папамъ п обращались по поводу того или другого вопроса, то ожидали получить не ихъ личныя рѣше- нія, а рѣшенія созывавшихся ими соборовъ. Вселенскія со- борныя рѣшенія посылались римской церкви, какъ и другимъ церквамъ, для исполненія. Таковъ былъ начальный періодъ въ исторіи средневѣко- вого папства. Важнѣйшимъ явленіемъ не только этого періода, но и всей исторіи папства, мы считаемъ воспріятіе легенды, какъ дѣйствительнаго факта, и усвоеніе послѣдняго римскою церковью. Историческіе факторы не исчерпываются событіями, положеніемъ дѣлъ въ то или другое время и личностью: къ нхъ числу необходимо отпести также идеи. Первопричиною папства, какъ такового, т. е. со всѣми присущими ему свой- ствами, и была историческая фикція или идея, тѣсно связы- вавшая возникновеніе римской церкви съ непосредственною дѣятельностью апостола Петра, признаннаго на Западѣ кня- земъ апостоловъ. Изъ ложнаго положенія сами собою слѣдо- вали строго логическіе выводы. Римская церковь, основанная апостоломъ Петромъ, есть единственная правовѣрная церковь; врата адовы не одолѣютъ ея; она — превыше всѣхъ осталь- ныхъ церквей, и ея епископъ является «епископомъ еписко- повъ». Гакъ какъ церковь должна быть единой, всѣ остальныя церкви не что иное, какъ части ея, и епископы ихъ обязаны
ВВЕДЕНІЕ. безусловнымъ подчиненіемъ «епископу епископовъ», преем- нику и наслѣднику апостола Петра, римскому папЬ. Еще за- долго до возникновенія стройной теоріи папской власти пер- вые представители этой власти стали говорить съ другими епископами и поступать съ ними, какъ съ подвластными имъ. Новость тона и пріемовъ сперва вызвала естественную оппо- зицію, но уже въ V в. каѳедра римскихъ епископовъ прі- обрѣла исключительное значеніе не только въ Италіи, но и на всемъ Западѣ. Вліяніе папскаго авторитета стало въ томъ же вѣкѣ чувствоваться и въ Константинополѣ, и въ Египтѣ, въ Сиріи и Палестинѣ. Твердая вѣра въ исключительность своего положенія призывала папъ къ болѣе широкой дѣя- тельности. Много поспособствовали росту папскаго авторитета и удачные выборы папъ. Папа Целестинъ I (422—432) осу- дилъ ересь Несторія. Подвергнувъ обслѣдованію это осужденіе, вселенскій соборъ въ Ефесѣ, въ 431 году, утвердилъ его. Письмо папы Льва Великаго (440—461) къ патріарху кон- стантинопольскому Флавіану, направленное противъ ученія Евтихія, получило всеобщее одобреніе какъ на ЗападЬ, такъ и на Востокѣ. Оно было обслѣдовано на Халкедонскомъ со- борѣ и удостоилось его утвержденія. Не слѣдуетъ упускать изъ виду и тотъ историческій фак- торъ, который можетъ быть назвавъ двумя словами; прошлое Рима. Римскіе папы былп епископами Рима, столпцы великой имперіи. Правда, къ моменту торжества христіанства Римъ пересталъ быть таковою, а вскорѣ умалилось его политиче- ское значеніе вь самой Италіи. Но многовѣковое владычество его не могло пройти безслѣдно. Подчиненные ему и зависѣв- шіе отъ него народы въ продолженіе вѣковъ прислушивались къ его повелительному голосу, привыкли ждать отъ него рѣ- шенія своихъ судебъ, и никакія превратности, выпавшія на долю «вѣчпаго города», не могли покончить сразу съ былымъ обаяньемъ. И это обаянье, и обиліе знатныхъ фамилій въ римской церкви, и богатства ея, дававшія ей возможность приходить на помощь къ другимъ, нуждающимся, и мученики Колизея—все это создавало извѣстный ореолъ вокругъ рим-
16 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. ской каѳедры. И ореолъ этотъ былъ такъ свѣтелъ, и обаяніе это было такъ сильно, что пхъ не затемняли и не ослабляли пороки тѣхъ недостойныхъ личностей, которыя отъ поры до времени появлялись на римской каоедрѣ. Когда весь Западъ былъ захваченъ варварами, какъ легкая и богатая добыча, и въ Италіи стали распоряжаться короли- аріапе, каѳедра римскихъ епископовъ пріобрѣла исключитель- ное значеніе не только въ Италіи, но и на всемъ Западѣ. Культурѣ грозило варварство, правовѣрію — аріанизмъ. На долю папства выпали высокія задачи. Мы выяснили первопричины развитія папской власти. Что же касается вліянія посл'ѣдующей исторіи на ростъ папства, а затѣмъ на ослабленіе и паденіе его, отвѣты на эти вопросы даетъ предлагаемая вниманію читателей книга.
Блаженный Августинъ и папа Левъ Великій. скорѣ послѣ смерти императора римскаго Ѳеодосія Вели- I каго (395 г.) наступила совсѣмъ особенная, исключитель- ная эпоха. Старое, съ которымъ сжились, которое считали непреложнымъ и вѣчнымъ, рушилось. Выдающіеся умы древняго міра высоко цѣнили дѣятельность Рима по объединенію вели- каго множества народовъ въ одно цѣлое. Достигнутое Римомъ единство заключалось не только въ подчиненіи всѣхъ этихъ народовъ единой власти, но и въ распространеніи на всѣхъ свободныхъ жителей имперіи правъ римскаго гражданства, во всеобщемъ уравненіи ихъ въ области права. Наконецъ, съ самаго установленія имперіи въ ея предѣлахъ установился миръ, такъ какъ войны приняли преимущественно оборони- тельный характеръ и локализировались на сѣверныхъ и во- сточныхъ окраинахъ государства. Всѣ эти великія культурныя пріобрѣтенія теперь рушились, рушились съ начавшимся и быстро прогрессировавшимъ раздѣленіемъ имперіи, съ водво- реніемъ на ея развалинахъ своевольныхъ варваровъ, не ува- жавшихъ закона, и съ возобновленіемъ кровавой борьбы, став- шей какъ бы хроническимъ недугомъ времени. Но, если без- поворотно рушилось все старое, зато проявляло свою замѣ- чательную устойчивость новое, т. е. христіанство. Еще Ам- вросій Медіоланскій въ концѣ IV вЬка отмѣтилъ это явленіе въ одномъ изъ своихъ посланій: «среди волненій міра цер- ковь остается неподвижною: волны разбиваются о нее, не бу- дучи въ состояніи пошатнуть ее. Въ то время, какъ всюду СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 2
18 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. вокругъ нея раздается страшный трескъ, опа одпа предла- гаетъ вс ѣмъ потерпѣвшимъ крушеніе тихую пристань, гдѣ они найдутъ себѣ спасеніе». Но въ концѣ того же IV в. хри- стіанская церковь не только проявила устойчивость, но и одержала ріппітельную побѣду надъ язычествомъ, сдѣлавшись господствующею религіей гос удапства. Вторженію варваровъ въ предѣлы Римской имперія, за- хвату ими провинцій ея, предшествовала пора ея внутренняго разложенія. Она сохраняла лишь здоровую для неопытнаго взгляда внѣшность, но достаточно было одного сильнаго толчка, и сразу обнажилась передъ всѣми ея полная несостоятель- ность, ея неспособность не только къ труду, но и къ самой жизни. Все было атрофировано, начиная съ высшаго органа и кончая самыми послѣдними. Въ Западной имперіи не оказа- лось ни средствъ, ни войскъ, на которыхъ было бы возможно положиться, ни сильной центральной власти. Нѣкоторое время все держалось на отдѣльныхъ личностяхъ, но, когда сошли со сцены и яти «послѣдніе римляне», имперіи не оказалось. Сами язычники много вредили дѣлу своею оппозиціей, своимъ открытымъ нежеланіемъ поддерживать христіанскихъ импера- торовъ. Но жизнь не прекращала своихъ требованій, и не- обходимыхъ дѣятелей естественно выдвинуло христіанство. То были епископы, ибо кромѣ нихъ некому было дѣйство- вать въ ту пору, «когда начальство ушло», какъ принято у насъ выражаться съ недавняго времени. «Одряхлѣвшее госу- дарство было не въ состояніи—по словамъ одного изъ нашихъ ученыхъ—отправлять самыхъ элементарныхъ своихъ функцій; свѣтская власть ие могла собственными силами ни защитить государство извнѣ, ни управлять имъ извнутри: она не обезпечи- вала ему ни справедливаго суда ни сколько-нибудь сносной администраціи. По тому самому церковь, какъ единственная живая сила въ этомъ обществѣ, должна была волею-неволею взяться за мірскія дѣла, исполнять задачи свѣтской власти. Мы видимъ въ ту пору епископовъ въ роли свѣтскихъ админи- страторовъ и судей, рѣшающихъ такія мірскія дѣла, какъ споры о наслѣдствахъ». По судебная власть, въ виду большого коли-
БЛАЖЕННЫЙ АВГУСТИНЪ И ЦДПА ЛЕВЪ ВЕЛИКІЙ. 19 чества христіанъ, не признававшихъ компетенціи судовъ языче- скихъ, была предоставлена епископамъ еще Константиномъ Вели- кимъ. Слѣдовательно, выступая въ роли судей и въ послѣдую- щее время, епископы дѣйствовали согласно существующимъ узаконеніямъ. Когда же рушились сами законы, епископы стали выступать всюду, гдѣ было необходимо дѣлать это, и въ такихъ роляхъ, въ какихъ необходимо было выступать. Онп были по-неволѣ и наставниками, и защитниками всѣхъ «труждаю- щихся и обремененныхъ», и дипломатами, и послами, и руко- водителями до оборонѣ своего города, осажденнаго врагами. Они умѣли поднимать упавшій духъ согражданъ и пробуждать въ немъ героизмъ. Съ пламенной вѣрою въ сердцѣ, съ кре- стомъ въ рукѣ, они отваживались идти на встрѣчу дикимъ варварскимъ вождямъ и, явно рискуя своею жизнью, спасать свою паству или, по крайней мѣрѣ, облегчать ея горькую участь. Въ то бурное и тяжелое время особенно обширно было поле дѣятельности ихъ для примѣненія къ жизни христіанскихъ заповѣдей милосердія и любви. Сама жизнь вырабатывала такіе характеры, такіе типы, которые удовлетворяли ея задачамъ и нуждамъ. Къ яркой плеядЬ этихъ христіанскихъ дѣятелей при- надлежали и епископъ гиппонскія Блаженный Августинъ и папа Левъ Великій. Какъ практическій дѣятель въ роли епископа, Блаженный Августинъ стоялъ на высотѣ своего положенія, но онъ въ особенности дорогъ намъ, какъ великій мыслитель. Въ своемъ замѣчательномъ сочиненіи «О градѣ Божіемъ» (Бе сіѵііаіѳ Беі) онъ яркими красками рисуетъ, въ противоположность земной разрухѣ, идеалъ новаго государственнаго строя, какъ для совре- менниковъ, такъ и для безконечнаго ряда будущихъ поколѣніи. Сочиненіе было написано нмъ подъ непосредственнымъ влія- ніемъ тяжелой современности. Въ 410 году Римъ былъ взятъ полчищами Алариха и подвергнутъ страшному разграбленію. Любопытно, что воины Алариха, опустошая Римъ пожарами и убійствами, щадили христіанскіе храмы, въ которыхъ не- счастные жители бывшей міровой столицы находили себѣ спа- сеніе. И въ этомъ случаѣ церковь оставалась неопалимой, не-
20 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. тронутой и сверхъ того спасавшею погибавшихъ. Негчастіѳ непобѣдимаго когда-то и долго побѣждавшаго другихъ города произвело необычайное впечатлѣніе на современниковъ и снова ставило все тотъ же трагическій вопросъ: какъ спасти разру- шавшееся общество? Какъ бы отвѣтомъ на этотъ вопросъ и было названное выше твореніе Блаж. Августина. Утраченное единство имперіи легко возмѣщается хри- стіанствомъ, единою христіанскою церковью. Языческіе мы- слители увлекались мыслью о вѣчности имперіи, но мысль эта оказалась пустымъ мечтаньемъ. Зато церковь — по обѣто- ванію Спасителя—вѣчна, и врата адовы не одолѣютъ ее. Древніе отожествляли имперію съ миромъ, но и это оказалось само- обманомъ. Зато при самомъ рожденіи Спасителя ангелы вос- пѣвали: «Слава въ вышнихъ Богу, и на землѣ миръ, въ чело- вѣкахъ благоволеніе». Въ прощальной бесѣдѣ съ учениками Спаситель сказалъ имъ: "Миръ оставляю вамъ, миръ мой даю вамъ, не такъ, какъ міръ даетъ, Я даю вамъ. Да не смущается сердце ваше и да не устрашается» т). Древній міръ пришелъ къ правдѣ, къ равноправію, но лишь для однихъ свободныхъ людей. Въ «градѣ Божіемъ» всѣ равны: нѣтъ въ немъ раз- ницы между эллиномъ и іудеемъ, между господиномъ и ра- бомъ. Поучая въ нагорной проповѣди, Спаситель сказалъ: «Ищите же прежде всего Царства Божія и правды Его, и это все приложится вамъ» * 2). Въ Евангеліи не одинъ разъ гово- рится о царствѣ Божіемъ и его приближеніи. Царство Божіе, осуществленное на землѣ, будетъ такимъ образомъ дѣйстви- тельно удовлетворять по отношенію ко всему, къ чему стреми- лось земное царство, Римская имперія. Что въ послѣднемъ оказалось призрачнымъ и временнымъ, то будетъ реальнымъ и вѣчнымъ въ «градѣ Божіемъ». «Не будемъ влагать сердце наше въ земное, говоритъ Августинъ, когда мы видимъ, что разрушается земля». «Земныя царства мѣняются: пусть при- детъ лучше Тотъ, о Которомъ сказано: царствію Его не бу- детъ конца». *) Іоан. XIV, 27. 2) Матѳ. VI, 33.
БЛАЖЕННЫЙ АВГУСТИНЪ И ПАПА ЛЕВЪ ВЕЛИКІЙ. 21 Что же такоо «градъ Божій?» Въ нѣсколькихъ мѣстахъ своего труда Августинъ опредѣляетъ его, какъ христіанскую церковь (Ессіезіа СЬгізіі, циае сіѵііаз Беі езі). Съ другой стороны, «градъ Божій», по его же словамъ, существуетъ и с к о н и и наполняетъ собою всю исторію человѣче- ства отъ сотворенія міра и до послѣднихъ временъ, когда воз< тановится нарушенный грѣхомъ гармоничный строй вселенной. Наконецъ, «градъ Божій», по ученію Августина, пе есть только союзъ Бога и людей, но въ немъ приходитъ къ совершенному единству съ Создателемъ по только человѣ- чество, по н вся тварь, начиная съ ангеловъ и кончая мас- сами неорганическаго вещества. Идеалистъ-мистикъ, Блажен- ный Августинъ говоритъ о «градѣ Божьемъ», что онъ, «стран- ствуя по землѣ, созываетъ гражданъ изъ всѣхъ народовъ, со- бираетъ странствующее общество, не заботясь о томъ, что есть различнаго въ нравахъ, законахъ и учрежденіяхъ, ко- ими установляѳтся или сохраняется земной миръ. «Градъ Бо- жіи» ничего изъ этого не разрушаетъ, а напротивъ, сохра- няетъ и слѣдуетъ тѣмъ законамъ, нравамъ и учрежденіямъ, которые, будучи различными у различныхъ народовъ, тѣмъ пе менѣе служатъ единой цѣли мира земного. «Градъ Божій», искони существовавшій и неустанно странствующій среди лю- дей, постепенно воспитываетъ ихъ, пріуготовляя ихъ къ ко- нечной цѣли существованія — къ вѣчному спасенію, къ вѣч- ному царствію Божію. Онъ — еще не царство Божіе, но является отраженіемъ его, средствомъ къ его достиженію. Опредѣляя «градъ Божій», какъ «церковь Христа», Августинъ впадаетъ въ нѣкоторое противорѣчіе съ самимъ собою. Какъ существовавшій искони «градъ Божій» долженъ вмѣщать въ себѣ и церковь ветхозавѣтную? Примирить это противорѣчіе, а также и различныя опредѣленія «града Божьяго», данныя самимъ Августиномъ, возможно лишь предположеніемъ, что великій Отецъ церкви разумѣлъ подъ нимъ какъ бы предна- чертаніе Творца въ моментъ творенія, какъ бы Платоновскую, реальную идею, какь бы прообразъ тѣхъ стройныхъ и чистыхъ формъ, въ которыя подъ руководительствомъ Провидѣнія сло-
22 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. жится все сущее. Это — высочайшій идеалъ, неизмѣнный въ своей сущности, но мѣнявшій во времени свои земныя формы и воплотившійся наконецъ въ церковь Аристову. Внѣ ея нѣтъ спасенья. Ей должны покоряться и служить всѣ земные вла- дыки. Своимъ образомъ дѣйствіи они обязаны содѣйствовать водворенію на землѣ такого строя, существенными признаками котораго являются миръ, единство п правда, хранимыя все- ленскою церковью. Выше мы сказали, что сочиненіе Блаж. Августина было написано подъ непосредственнымъ вліяніемъ тяжелой современности. Въ его время рушился тотъ строй жизни, который казался людямъ единственно возможнымъ, внѣ его имъ мерещился хаосъ, и души наполнялись отчая- ніемъ. Вѣдь, не даромъ же Блаж. Іеронимъ восклицалъ: «Когда погасъ самый блестящій свѣтъ, когда отсѣчена была глава Римской имперіи, и, скажу вѣрнѣе, цѣлый міръ погибъ въ одномъ городѣ, онѣмѣлъ языкъ мой, и былъ я глубоко уни- женъ». Блаж. Августинъ отвѣтилъ, что міръ не погибъ, что возможно устроить жизнь на совершенно новыхъ, христіан- скихъ основаніяхъ, что о погибшемъ жалѣть нечего, такъ какъ оно, какъ дѣло рукъ человѣческихъ, уже тѣмъ самымъ было обречено на погибель. Во второй части своего труда, обра- щенной къ христіанскому обществу (первая обращена къ языч- никамъ), онъ напоминаетъ христіанамъ объ ихъ духовномъ отечествѣ, которое неизмѣримо выше земной родины. Самъ бывшій язычникомъ, пережившія язычество за лучшіе годы своей жизни, окончательно порвавшій съ нимъ на 34-омъ году отъ рожденія, Августинъ зналъ языческое міровоззрѣніе во всѣхъ его деталяхъ. Но оно не удовлетворило его. Онъ рѣзко по- рвалъ съ нимъ и превратился въ ревностнаго христіанина. Въ его сочиненіи читатель найдетъ рѣзкія и крайнія черты, въ которыхъ отразилась рѣзкость перелома, совершившагося въ душѣ автора. Такою рѣзкостью является, напримѣръ, «систе- матическое обличеніе всего мнпмаго римскаго величія, всей языческой культуры, всей исторіи древняго міра». Такою край- ностью является горячая проповѣдь аскетизма. Но, если оста- вить въ сторонѣ всякія крайности, къ тому же совершенно
БЛАЖЕННЫЙ АВГУСТИНЪ И ПАПА ЛЕВЪ ВЕЛИКІЙ. 23 естественныя для лица п времени, нельзя не согласиться съ тѣмъ, что сочипспіе Бла<к. Августина открывало современни- камъ тяжелой переходной эпохи новую эру, поднимало упа- вшій духъ и ставило возвышенныя цѣли какъ личнаго совер- шенствованія, такъ и совершенствованія общественнаго. Таковы происхожденіе и значеніе этого замѣчательнаго труда въ исторіи мыс іи всѣхъ эпохъ и народовъ. Но онъ имѣетъ и свое спеціальное значеніе: вмѣстѣ съ нимъ католичество по- лучило основу всего, что было необходимо ему для дальнѣй- шаго развитія его догматики, этики, церковнаго строя и права, дисциплины. Лишь немногіе изъ папъ охватывали широту его горизонта и были вѣрны его основной идеѣ въ ея чистомъ видѣ. Вообще же папство уклонилось отъ нея въ сторону вре- менныхъ благъ и всякаго рода чисто земныхъ интересовъ. Спустя десять лѣтъ послѣ смерти Блаж. Августина, въ 440 году, вступилъ на папскій престолъ Левъ Великій (у 461). Онъ исповѣдывалъ основныя воззрѣнія Блаж. Августина, расхо- дясь съ нимъ во взглядѣ на римскую каоедру. Блаж. Авгу- стинъ выдѣлялъ римскаго епископа изъ среды его собратіи, но былъ далекъ отъ представленія о папѣ, какъ самодержав- номъ владыкѣ въ церкви и намѣстникѣ Бога на землѣ. Левъ Великій былъ глубоко убѣжденъ въ томъ, что папа — глава, господинъ и правитель вселенской церкви, какъ намѣстникъ апостола Петра, Христова намѣстника. Въ данномъ вопросѣ онъ не вводилъ даже ничего новаго, а лишь держался сло- жившейся до него традиціи, формулировалъ ее и высказывалъ оправданія ей въ своихъ проповѣдяхъ. Иначе смотрѣть онъ и не могъ. Ничего личнаго, темнаго, своекорыстнаго не при- мѣшивалось къ этому исповѣданію, такъ какъ папа Левъ не мыслилъ, не чувствовалъ, не оаботалъ, не жилъ для себя. Задолго до своего вступленія на папскій престолъ онъ испол- нялъ серьезныя и отвѣтственныя порученія при папахъ Зо- симѣ, Целестинѣ I и Сикстѣ III. Незадолго до своей кончины папа Сикстъ III отправилъ его посломъ въ Галлію, чтобы примирить двухъ враждовавшихъ другъ съ другомъ римскихъ полководцевъ—Аэція и Альбина. Сго посредничество увѣнча-
24 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО Й ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. лось успѣхомъ; оба полководца соединили свои силы и отра- зили варваровъ. Онъ еще не вернулся изъ Галліи, какъ папа Сикстъ III умеръ. Па его мѣсто избрали отсутствовавшаго Льва. «Послѣ смерти папы Сикста—разсказываетъ современ- никъ—римская каѳедра оставалась незанятой болѣе сорока дней; съ великимъ терпѣніемъ и въ глубокомъ спокойствіи ожидало римское духовенство возвращенія діакона Льва. Это продолжительное замедленіе произошло какъ будто для того, чтобы оказались вполнѣ очевидными для всѣхъ какъ -заслуги избранника, такъ и разумные мотивы избиравшихъ». Человѣкъ смиренный, горячо вѣровавшій, обладавшій боль- шою ученостью, отличнымъ знаніемъ жизненныхъ потребно- стей эпохи и неутомимой работоспособностью, новый папа не щадилъ самой жизни своей въ тѣхъ случаяхъ, когда считалъ это необходимымъ въ интересахъ церкви и общаго блага. Въ 452 году Аттила, «бичъ Божій», вторгся со своими полщи- щами въ сѣверную Италію, осадилъ и взялъ Аквилею, разо- рилъ всѣ мѣстности до Павіи и .Милана и дошелъ до Ман- туи. Императоръ Валентиніанъ III бѣжалъ изъ Равенны и укрылся въ Римѣ, откуда и отправилъ къ Аттилѣ папу Льва. Папа неустрашимо двинулся на встрѣчу варвару съ неболь- шою свитой, въ которой находились консулъ, префектъ Рима и нѣсколько сенаторовъ; въ числѣ послѣднихъ былъ и отецъ историка Кассіодора. Встрѣча между беззащитнымъ папой и грознымъ варваромъ произошла въ той мѣстности, гдѣ р. Минчіо впадаетъ въ По. Видъ папы и его рѣчь настолько поразили Аттилу, что онъ, удовольствовавшись добычей и деньгами, покинулъ Италію. Носитель высшей нравсівенной силы, жертвуя собою ради общаго блага, покорилъ здѣсь надменнаго пред- ставителя грубой физической силы. Такое выдающееся событіе не могло не сдѣлаться достояніемъ легендъ. Когда ближайшіе сотрудники Аттилы въ разрушеніяхъ недоумѣвали и спросили у него, что означаетъ его отступленіе, Аттила отвѣчалъ, что по обѣимъ сторонамъ епископа, когда онъ говорилъ, появи- лились два мужа необычайнаго величія и достоинства, и оба они, обнаживъ мечи, грозили ему, Аттилѣ. немедленною смертью,
БЛАЖЕННЫЙ АВГУСТИНЪ И ПАПА ЛЕВЪ ВЕЛИКІЙ. 25 если онъ не послушаетъ словъ епископа. Эта легендарная деталь послужила темой для скульптора Альгарди, создавшаго барельефъ, на которомъ по сторонамъ папы, встрѣчающаго Аттилу, изображены Апостолы Петръ и Павелъ. Прошли всего три года, и папѣ Льву снова пришлось выступить въ такой же Папа Ловъ I Великій (титулъ книги МаігпЬоигу'а Нівіоііе <1и ропІИісаі сіе Яаіпі ѣеоп Іе бгапсі, а Іа Науе, 1687). роли, но на этотъ разъ, къ сожалѣнію, пѳ съ такимъ успѣ- хомъ. Въ іюнѣ 455 года высадился въ римской гавани Остіи со своими дикими разрушителями вандальскій король Гейзе- рахъ. Римъ совершенно не былъ подготовленъ къ этому втор- женію; и сенаторы, и другіе магистраты бѣжали; собирался бѣжать изъ Рима и царствовавшій всего 77 дней императоръ
26 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Максимъ, но римскіе жители, взбѣшенные такою трусостью, настигли его и убили вмѣстѣ съ его сыномъ. Ихъ хватило только на убійство человѣка, по сопротивляться Гѳнзериху они не отважились. Папа Левъ, какъ единственный носи- тель верховной власти въ городѣ, опять вышелъ навстрѣчу варвару, въ полномъ папскомъ облаченіи, въ сопровожденіи своего духовенства, во на этотъ разъ ему удалось выговорить безопасность лишь для трехъ церквей, гдѣ спасались жители, а городъ подвергся сильному и продолжительному разгра- бленію. Указанными сторонами своей дѣятельности папа Левъ Великій вполнѣ примыкаетъ къ той плеядѣ епископовъ пере- ходной эпохи, которая по необходимости принимала па себя обязанности другихъ властей, такъ какъ власти эти отсут- ствовали. Еще за нѣсколько лѣтъ до послѣдняго описаннаго нами подвига папа Левъ уже прославился повсюду, не исключая и Востока какъ тонкій богословъ, какъ истинный защитникъ правовѣрія. Съ именемъ этого великаго папы неразрывно связано догматическое ученіе о двухъ естествахъ въ Іпсусѣ Христѣ (])е іпсапіаііопе ѴегЬі), удостоившееся одобреніе на Халкедонскомъ соборѣ (451). Это—лишь главнѣйшая его за- злуга; въ роли же защитника правовѣрія онъ выступалъ не- однократно. Откуда бы ни грозили враги церкви, онъ чутко воспринималъ опасность и ревностію стремился отвратить ее. Въ Европѣ, въ Африкѣ, въ Азіи, на Западѣ, какъ и па Во- стокѣ, онъ дѣйствовалъ съ одинаковою отзывчивостью и въ пол- номъ убѣжденіи, что церковь едина, что онъ стоитъ во главѣ ея, какъ намѣстникъ апостола Петра. По было столь отда- леннаго отъ Рима мѣста, гдѣ не ощущались бы результаты его пастырской заботливости. Несмотря на это, онъ не проявлялъ того деспотизма, который сталъ современемъ отличительною чертою папства. Онъ былъ строгимъ охранителемъ неприкосно- венности кодекса церковныхъ законовъ (каноновъ) и сообразо- валъ съ ними свою дѣятельность. Его заявленія о всеобщемъ господствѣ папъ вытекали пе изъ личнаго тщеславія и не- насытности, совершенно чуждыхъ ему, а изъ убѣжденія въ
БЛАЖЕННЫЙ АВГУСТИНЪ И ПАПА ЛЕВЪ ВЕЛИКІЙ. 27 основательности этого взгляда. Заявленія эти оправдывала въ то время сама жизнь, такъ какъ на рѣшенія и судъ папскаго престола поступали просьбы не только отъ западныхъ, но и отъ восточныхъ епископовъ. Когда папа Левъ занялъ каоедру, западная половина имперіи обнаруживала крайнюю слабость. Верховная власть находи- лась въ рукахъ женщины и юноши, Плацидіи и ея сына Валентиніана III. Границами имперіи становились уже границы Апеннинскаго полуострова. Ея провинціи быстро отпадали одна за другою. Валентиніанъ былъ полнымъ ничтожествомъ и вполнѣ подчинялся мощному вліянію папы Льва. Подъ этимъ вліяніемъ отъ имени обоихъ императоровъ, Валентиніана и Ѳеодосія, былъ изданъ эдиктъ, въ которомъ провозглашается «первенство апостольскаго престола, скрѣпленное заслугами Св. Петра, достоинствомъ Рима и соборными постановленіями, дабы никто не отважился на что-либо недозволенное, вопреки авторитету римской каоѳдры». Эдиктъ повелѣваетъ, чтобы «ни епископы Галліи, ни какихъ-либо другихъ провинцій ничего не предпринимали противъ древняго обычая безъ соизволенія папы; чтобы они держались того, что онъ при- кажетъ; и, если епископъ, призванный къ папскому суду, не явится на вызовъ, пусть принудитъ его къ этому правитель провинціи». Такъ свѣтская власть, во имя единства, мира и правды, становится орудіемъ римской каоедры. Благодаря всеобщему неустройству, и въ частности—вся- каго рода церковнымъ непорядкамъ, оказавшимся преиму- щественно въ земляхъ, захваченныхъ варварами, папѣ Льву Великому приходилось тратить свою энергію и силы на рѣ- шенія безконечной вереницы всякаго рода злободневныхъ дѣлъ. Все это не мѣшало, однако, папѣ добросовѣстно выполнять прямой долгъ пастырства — проповѣдывать. Отъ него сохра- нилось 96 проповЬдей на главнѣйшіе праздники. Въ своихъ проповЬдяхъ онъ объяснялъ христіанскіе догматы, развивалъ ученіе о первенствѣ и вселенскомъ господствѣ римской каѳедры, неоднократно и подробно излагалъ свои воззрѣнія на миръ, разбиралъ вопросы христіанской морали. Въ проповѣди, про-
28 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. изнесенной въ Петровъ день, находится слѣдующее харак- терное обращеніе папы къ пароду: «Они именно (т. е. апо- столы Петръ и Павелъ) довели тебя до такой славы, чтобы ты, ставъ святымъ племенемъ, пародомъ избраннымъ, свя- тительскимъ и царскимъ градомъ, главою міра благодаря свя- щенному сѣдалищу Св. Петра, господствовалъ надъ болѣе широкими пространствами скорѣе божественною религіей, чѣмъ владычествомъ земнымъ» *). Папа Григорій Великій. До времени папы Григорія Великаго (Двоеслова) болѣзнен- Х|1 ный процессъ возникновенія новой жизни на развалинахъ западной половины Римской имперіи уже завершался. То- мительная неопредѣленность положенія должна была разсѣяться, но всюду еще зіяли открытыя рапы, и бросались въ глаза тяжелые слѣды пережитыхъ ужасовъ. Тяжелѣе всего было положеніе прекрасной Италіи и бывшей міровой столицы, города Рима, очутившихся вскорѣ послѣ смерти папы Льва Великаго въ желѣзныхъ рукахъ предводителей варварскихъ войскъ. Послѣ смерти западнаго императора Валептпніапа III, послѣдняго представителя фамиліи Ѳеодосія Великаго, всѣ «призрачные» императоры, каковыми были—Максимъ, Авитъ, Маіоріанъ, Антемій и Олибріи, получали сврй пурпуръ изъ рукъ высокомѣрнаго Рицимера, вождя варварскихъ отрядовъ. Но ни Рицимѳръ, ни честолюбивый преемникъ его по захвату власти Гундобальдъ не посягали сами на высокіе титулы, а довольствовались болѣе скромнымъ званіемъ патриція, на что по необходимости соглашались императоры Востока, не имѣвшіе силъ для поддержанія своихъ собственныхъ кандидатовъ. Ста- вленники варварскихъ вождей проходили другъ за другомъ, *) ібіі (т. е. Реігив и Раиіиз' випі, диі Іе а<1 Ьапс ріогіапі ргоѵехегипі, иі &еп9 яапсіа, рориіив еіесіив, сіѵйав васеічіоіаіія еі ге^іа, рег насгат 8. Реігі ведет сариі огЬів ейесіа, Іаііив ргаевібеіев геііріспе Йіѵіпа, циат дотіпаііопе Ісггепа.
ПАПА ГРИГОРІЙ ВЕЛИКІЙ. 29 какъ тѣни на полотнѣ, исчезая въ пространствѣ. Смѣлѣе Рици- мера и Гундобальда оказался герулъ Одоакръ, который, за- хвативъ власть, рѣшилъ покончить съ призрачнымъ титуломъ западнаго императора. Въ Константинополь была отправлена депутація, которая сложила знаки императорскаго достоинства у ногъ императора Зенона, заявила ему, что Западъ пе нуж- дается въ отдѣльномъ императорѣ, что для міра достаточно одного императора, и просила Зенона о дарованіи Одоакру титула па- триція съ порученіемъ управлять Италіей. Просьбы были испол- нены, такъ какъ мудрено было не исполнить ихъ: Одоакръ сталъ намѣстникомъ восточнаго императора. Онъ правилъ не хуже, но и не лучше варварскихъ королей, утвердившихся въ другихъ стра- нахъ западной части имперіи. Но большимъ зломъ для Италіи были поддерживавшія его толпы германскихъ наемниковъ, про- являвшихъ ненасытную жадность къ добычѣ. Грустнѣе всего было то, что жертвы, невольно приносившіяся Италіей, не принесли ей самой ровно никакой пользы. Чѣмъ-то новымъ повѣяло, правда, когда изъ рукъ Одоакра вырвалъ власть конунгъ Теодорихъ, приведшій сюда своихъ остготовъ. Воспитанный въ Византіи, извѣдавшій преимущества культурнаго строя, онъ обладалъ крупными дарованіями. Онъ отлично сознавалъ, въ чемъ пре- восходятъ римляне его готовъ и чѣмъ сильны послѣдніе. Онъ думалъ о возможности ихъ мирнаго сожитія под'' эгидой спра- ведливаго закона, одинаково благопріятствующаго и той, и другой сторонѣ. Съ водвореніемъ остготовъ въ самомъ центрЬ культуры наступало, казалось, торжество аріапизма. Вандалы, вестготы, бургунды, лангобарды были, подобно остготамъ, аріанами. Несмотря на свой аріанизмъ, Теодорихъ много спо- собствовалъ дальнѣйшему росту и укрѣпленію на Западѣ пап- скаго авторитета, относясь съ величайшимъ почтеніемъ къ «намѣстнику апостола Петра» и проявляя непрестанную го- товность самаго безкорыстнаго содѣйствія. Благодаря неустан- ному заступничеству папы облегчалась тяжелая участь право- вѣрнаго населенія, жившаго подъ аріанскимъ владычествомъ въ сѣверозападной Африкѣ, въ Испаніи и южной Галліи, такъ какъ во всѣхъ этихъ странахъ высоко чтился авторитетъ ост-
30 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. готскаго короля. Въ точеніе нѣсколькихъ лѣтъ Италія насла- ждалась спокойствіемъ, но уже въ послѣдніе годы правленія Теодориха обнаружились зловѣщіе признаки новыхъ бѣдствій. Возвышенныя и красивыя мечты Теодориха о мирномъ со- житіи юнаго, могучаго своими жизненными силами племени съ одряхлѣвшими, изнѣженными и непостоянными потом- ками завоевателей міра разбились отъ соприкосновенія съ суровою дѣйствительностью. Насильственный союзъ Теодориха съ Италіей кончился трагически: и его не поняли, и онъ об- манулся; онъ вѣрилъ, ему измѣняли; отсюда — опалы, жесто- костп, казни и рѣшительный разрывъ съ прошлымъ. По смерти Теодориха Велпкаго наступила снова скорбная пора. На почвѣ Италіи разгорѣлась длительная и героическая борьба остготовъ съ полководцами Юстиніана Великаго. Борьба со- провождалась страшными жестокостями и кончилась истребле- ніемъ остготовъ. Италія снова вошла въ непосредственное соединеніе съ имперіей, но соединеніе это не принесло ей добра, а черезъ 13 лѣтъ всѣмъ ея сѣверомъ завладѣли дикарп- лангобарды. Постепенно они продвигались къ югу, оставивъ пезавоѳванными Равеннскій экзархатъ на востокѣ и Римъ съ его областью Гдукатомъ) на западѣ. Между Римомъ и столицей императорскаго намѣстника — Равенной залегли лангобардскія владѣнія. Если власть далекаго императора не стѣсняла сво- боды дѣйствій римскаго епископа и не колебала его авторитета, зато и сравнительная близость императорскаго намѣстника не приносила пользы, такъ какъ имперія, отстаивая свое суще- ствованіе въ борьбѣ съ Востокомъ, не могла снабжать своего намѣстника въ Италіи необходимыми для ея защиты средствами. Въ такое-то тяжелое для Италіи время и вступилъ на папскую каоедру Григоріи Великій (590—604). Во что обошлись Италіи выпавшія на ея долю невзгоды, нетрудно понять изъ слѣдующихъ словъ Григорія Великаго, сказанныхъ имъ въ одной изъ про- повѣдей: «Что осталось еще въ этомъ мірѣ, что могло бы нра- виться намъ? Мы видимъ только печаль, мы слышимъ только воздыханія. Города разрушены, укрѣпленія превращены въ раз- валины, деревни опустошены, земля стала пустыней. И эти
ПШЛ ГРИГОРІЙ ВЕЛИКІЙ. 31 остатки насоленія, постоянно побиваемые бичами Божьими! Мы видимъ, что однихъ увлекли въ неволю, другіе изувѣчены, третьи убиты. До какого состоянія доведенъ Римъ, когда-то владыка міра! Онъ удрученъ горестями, покинутъ гражданами, засыпанъ издѣвательствами враговъ, наполненъ руинами. Гдѣ сенатъ? Гдѣ народъ? Да что я говорю о людяхъ? Сами зданія рушатся, стѣны падаютъ. ГдЬ тѣ, кто радовался его славѣ? I дѣ его роскошь, гдѣ его гордость? Когда-то его правители, его вожди разъѣзжали по всѣмъ провинціямъ, чтобы грабить ихъ: молодежь сбѣгалась сюда со всѣхъ сторонъ, чтобы вы- двинуться въ свѣтѣ. А теперь, какъ онъ пустыненъ, какъ онъ разрушенъ! II не осталось въ немъ никого; нѣтъ въ немъ больше сильныхъ, способныхъ угнетать другихъ». И въ самомъ дѣлѣ. Уже 300 лѣтъ прошло съ тѣхъ поръ, какъ Римъ пересталъ быть резиденціей императоровъ. Діоклитіанъ жиль въ Никомедіи, Константинъ поселился въ Византіи, им- ператоры Запада проживали или въ Иллиріи, или въ Галліи, а если оставались въ Италіи, то предпочитали Риму Миланъ или Равенну, бывшую резиденціей остготскихъ королей, а затѣмъ—экзарховъ. Высшіе классы незамѣтно покинули Римъ: необитаемые дворцы превращались въ руины, и городъ уже не останавливался на пути дальнѣйшаго паденія. Во время борьбы Византіи съ остготами возобновилпсь бѣдствія, не разъ уже переживавшіяся городомъ: враги перебрасывали его изъ рукъ въ руки, и каждое новое обладаніе влекло за собою безчисленное множество жертвъ. Папа Григорій Великій родился въ 540 году. Онъ про- исходилъ изъ знатнаго римскаго рода Аниціевъ и получилъ прекрасное образованіе, изучивъ грамматику, реторику, фило- софію, а затѣмъ гражданское и каноническое право. Въ воз- растѣ тридцати пяти лѣтъ онъ занималъ уже должность пре- фекта, но еще до принятія на себя этой должности мечталъ объ отреченіи отъ міра. Въ этихъ мечтахъ могли сказаться и наслѣдственность (его двоюроднымъ дѣдомъ былъ папа Фе- ликсъ III, отецъ послѣ рожденія сына промѣнялъ сенаторство на духовное званіе, а мать, Сильвія ушла въ монастырь), и
32 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ГИПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. печальная дѣйствительность, къ которой онь относился такъ чутко, и слабое здоровье, на которое онъ часто жаловался въ своихъ письмахъ. Сдѣлавшись послѣ смерти своего отца об- ладателемъ огромнаго состоянія, онъ основалъ шесть монастырей на Сициліи, снабдивъ ихъ всѣмъ необходимымъ для существо- ванія, а въ седьмой монастырь—во имя Св. Андрея—превра- тилъ свой богатый дворецъ въ Римѣ. Здѣсь онъ и принялъ монашество. Несмотря на слабость здоровья, постничество и лишенія всякаго рода, онъ проявлялъ необычайно бодрый духъ: много читалъ, писалъ, диктовалъ. Избранный въ скоромъ времени аббатомъ своего монастыря, онъ уже въ это время мечталъ о миссіонерской дѣятельности въ нынѣшней Англіи. Сохранился разсказъ о томъ, что будущій папа, проходя черезъ римскій рынокъ, обратилъ вниманіе на выставленныхъ для продажи рабовъ, отличавшихся отъ прочихъ бѣлизною кожи и рьдкой красотой. На вопросъ будущаго папы, откуда они, торговецъ отвѣтилъ, что они съ острова Британніи, что всѣ жители его такъ же бѣлы и хороши, и что зовутъ ихъ англами. Узнавъ, что англы — язычники, подвижникъ выразилъ свое искреннее сокрушеніе и сказалъ, что англы были бы ангелами, если бы порвали связи съ демономъ. Но на этотъ разъ дѣло, просла- славившее потомъ папствованіе Григорія, не увѣнчалось успѣ- хомъ. Экспедиціи не состоялось. Судя по житію Григорія, народъ уже въ это время полюбилъ этого высокаго человѣка, съ продолговатымъ и серьезнымъ лицомъ, умѣренною бородою и густыми темными волосами. Надо полагать, что и произ- веденная имъ раздача бѣднотѣ всего цѣннаго, что онъ нашелъ въ отцовскомъ дворцѣ, завоевала ему признательныя сердца этой бѣдноты. Оцѣнили его умъ и работоспособность и папы. Папа Бенедиктъ I изъялъ его изъ монастыря и сдѣлалъ однимъ изъ семи діаконовъ римской церкви, а Пелагій II отправилъ его своимъ апокрисіаріѳмъ или нунціемъ къ константинопольскому двору. Здѣсь, среди пышнаго двора, онъ жилъ въ тѣсномъ мона- шескомъ кружкѣ, включивъ въ число прибывшихъ съ нимъ друзей итѣхъ, когонашѳлъдостойнымъсвоей дружбы въ Константинополѣ. «Вотъ видите,—говорилъ онъ одному изъ нихъ—я выброшенъ въ
ПАПА ГРИГОРІЙ ВЕЛИКІЙ. 33 открытое море ради дѣлъ церкви, а дышу свободно только среди своихъ братьевъ». Своп обязанности по званію апокри- сіарія онъ выполнялъ съ большимъ достоинствомъ и умѣньемъ, не забывая выгодъ родноч Италіи. Свободное отъ служебной работы время будущій папа заполнялъ литературными трудами. Отозванный папою Пелагіемъ II въ Римъ, онъ снова водво- рился въ своемъ монастырѣ, которымъ не пересталъ упра- влять и впослѣдствіи, уже въ бытность свою папой. О той строгости, съ какою онъ требовалъ отъ монаховъ выполненія принятыхъ ими на себя обѣтовъ, свидѣтельствуетъ слѣдующій случай. Одинъ изъ монаховъ, по имени Юстъ, припряталъ трч золотыхъ монеты, что открылось лишь на смертномъ одрЬ. Аббатъ, чтобы наказать монаха достойнымъ образомъ за нару- шеніе обѣта нестяжанія, лишилъ его христіанскаго погребенія. Папа Пелагіі. II умеръ отъ страшной чумы, свирѣпство- вавшеі. въ Римѣ. Преемникомъ его выбрали Григорія. За него высказались и духовенство, п сенатъ, и народъ. Вполнѣ гармо- нируютъ со скромностью 1 ригорія разсказы о томъ, какъ онъ отправилъ къ императору Маврикію письмо съ просьбою объ отклоненіи состоявшихся выборовъ, какъ римскій префектъ замі-ни.ть это письмо избирательной грамотой, какъ новоиз- бранный пытался наконецъ убѣжать изъ Рима. Его разыскали и, согласно императорскому утвержденію, прибывшему изъ Кон- стантинополя, вѣнчали на паш тво. Но еще до этого много за- ботъ доставила Григорію чума. Необыкновенно дѣятельный и отзывчивый человѣкъ, принимая всѣ мѣры къ облегченію на- роднаго бѣдствія, онъ въ особенности стремился поднять его нравственное состояніе, просвѣтить его совѣсть. «Нужно, братья мои, какъ можно меньше бояться «бичей Божіихъ», разъ мы не сумѣли предупредить ихъ, говорилъ онъ въ одной изъ сво- ихъ проповѣдей. Вы впдпте, что весь народъ поражается ме- чомъ гнѣва: смерть пе ждетъ и уноситъ грѣшника прежде, чѣм’ѣ* „ онъ могъ подумать о раскаяніи. Представьте себѣ, въ какомъ состояніи явится онъ передъ Страшнымъ Судіей' Вѣдь, не ча- стица какая-нибудь погибаетъ; все падаетъ заразъ: дѣти остаются безъ отцовъ, и на глазахъ отцовъ умираютъ дѣти. Воскреспмъ же СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 3
34 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО П ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. воспоминаніе о грѣхахъ нашихъ и искупимъ ихъ своими сле- зами! П пусть никто не отчаивается, сознавая огромность сво- пхъ преступленіи: ниневитяне искупили свои грѣхи трехднев- ньтмъ покаяніемъ, а разбойникъ въ самѵю минуту своей смерти. Тотъ, Кто требуетъ, чтобы мы призывали Его, этпмъ самымъ уже показываетъ, что проститъ тѣмъ, кто воззоветъ къ Нему». Въ концѣ VI в. эти слова должны были производить особенно сильное и благопріятное впечатлѣніе. Папа Григорій относился къ своимъ римлянамъ съ трогательною заботливостью. Болѣзнь закапчивалась всегда или чиханьемъ, или зѣвотой. II папа, какъ нѣжный отецъ, предписываетъ, чтобы чихающимъ желали здоровья (словами: «Богъ да спасетъ васъ!»), а зѣвающимъ говорили: «перекрестите ротъ!» Для подъема народнаго духа были, по его распоряженію, устраиваемы особыя процессіи. Недаромъ именно съ памятью Григорія Великаго связана ле- генда о чудномъ видѣніи надъ Адріановой гробницей. Во время уменьшенія чумы, говоритъ легенда, надъ этой гробницей по- явился ангелъ, влагавшій свой мечъ въ ножны. Сь этого вре- мени Адріанова гробница стала называться замкомъ сз. Ангела, и вскорѣ надъ нею была помѣщена статуя, изображающая Ангела. Многихъ трудовъ стоили папѣ Григорію Великому ланго- бардскія отношенія, тѣмъ болѣе, что они зависѣли отъ экзарха. Патрицій и экзархъ Равеппы Романъ порвалъ миръ съ ланго- бардами. по не смогъ и воевать съ ними. Сполетскій герцогъ Аріульфъ дошелъ до самаго Рима, частью пзбивая, частью увѣча населеніе. Событіе это такъ огорчило Григорія Вели- каго, что опъ заболѣлъ. Дѣло осложнилось недобропорядоч- постью экзарха, который, предоставляя Римъ и его дукатъ на произволъ судьбы, не позволялъ римлянамъ заключать отдѣль- ный мирныя договоръ съ лангобардами. Спу стя три года послѣ этого папа въ слѣдующихъ выраженіяхъ жаловался на экзарха въ пш ьмѣ къ епископу, бывшему въ то время на Востокѣ: «я не въ состояніи выразить тебѣ тѣхъ страданій, которыя причиняетъ мнѣ твой другъ, римскій сеньоръ. Его злоба хуже лангобардскаго оружія; съ нами лучшо обращаются враги,
35 М\ПА ГРИГОРІЙ ВЕЛИКІЙ. скорѣе пасъ убиваютъ, чѣмъ имперскіе чиновники, которые наносятъ намъ массу безпокойствъ своими ірабежами и об- манами. Что за трудъ, что за горе — быть обремененнымъ въ одпо и то же время заботами объ епископахъ и прочемъ ду- ховені твѣ, о монастыряхъ и народѣ, зорко слѣдить за врагами на случай пхъ внезапныхъ вторженіи и быть всегда на сторожѣ противъ обмановъ и злобы управителей! Ты долженъ понятъ это лучше другихъ, такъ какъ искренно меня любишь». Ха- рактеренъ и слѣдующій отрывокъ изъ письма папы Григорія къ императрицѣ: «Узнавъ, что на островѣ Сардиніи существуетъ множество идолопоклонниковъ, и что мѣстные епископы не- орегутъ обращеніемъ пхъ, я послалъ одного изъ итальянскихъ епископовъ, который п обратилъ многихъ въ христіанство. Но я узналъ, что идолопоклонники платятъ судьѣ за право оста- ваться таковыми, и что онъ продолжаетъ взыскивать это обло- женіе и съ тѣхъ, которые уже крестились. Когда епископъ сталъ попрекать его, онъ отвѣчалъ ему, что купилъ свою долж- ность за такую дорогую цѣну, что не въ состояніи оплатить ея, не прибѣгая къ подобнымъ пріемамъ. Островъ Корсика настолько отягощенъ обложеніями, что населеніе для оплаты ихъ про- лаетъ своихъ дѣтей; это вынуждаетъ ихъ покидать имперію и убѣгать къ лангобардамъ. Могутъ-ли они терпѣть что-либо худшее у варваровъ?» [алЬе въ письмѣ идетъ рѣчь о злоупо- требленіяхъ па островѣ Сициліи. Папа проситъ императрицу сообщить обо всемъ императору предвидитъ отвѣтъ послѣдняго и заранѣе дѣлаетъ на него возраженіе. Миръ съ лангобардами былъ заключенъ лишь послѣ смерти экзарха Романа его преемни- комъ Ііаллиникомъ. Папа написалъ королю и королевѣ ланго- бардскимъ благодарственное письмо. Насколько велики были бѣдствія, причиненныя лангобардами, можно понять изъ слѣ- дующихъ строкъ, извлекаемыхъ нами изъ письма папы къ самому императору Маврикію и къ его сестрѣ Ѳеоктистѣ. Письмо къ императору было написано спустя годъ послѣ за- ключенія мира. Цѣль письма принести императору благодар- ность за присланные имъ при посредствѣ одного п>ь чиновни- ковъ 30 фунтовъ золота для раздачи бѣднымъ г. Рима. «Онъ
36 СРЕДНГГГ.КОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. ихъ вѣрно распредѣлилъ—пишетъ папа—между епископами и другими бѣдняками. А такъ какъ въ городъ нашъ сбѣжались пзъ разныхъ провинцій много монахинь, то мы размѣстили нѣкоторыхъ по монастырямъ, гдѣ пашлось мѣсто: остальныя же пріютились на сторонѣ и очень бѣдствуютъ; оказавъ помощь слѣпымъ (ослѣпленнымъ лангобардами?), искалѣченнымъ и дру- гимъ немощнымъ, мы сочли долгомъ помочь и монахинямъ». Подъ бідными епископами папа, очевидно, разумѣетъ тѣхъ епископовъ, которыхъ прогнали съ ихъ каоедръ лангобарды. О бѣдствіяхъ, понесенныхъ отъ лангобардовъ, говорится и въ письмѣ папы Григорія къ Ѳеоктистѣ. Это письмо было напи- сано еще за годъ до заключенія мира. Въ немъ папа благо- даритъ Ѳеоктисту за 30 фунтовъ золота, присланныхъ ею. «Я радуюсь за Васъ, пишетъ онъ, но боюсь за себя, такъ какъ долженъ отдать отчетъ Господу не только за имущество св. Петра, но и за Ваше. Городъ Кротона. расположенный у моря, былъ захваченъ въ прошломъ году лангобардами: они увели въ плѣнъ много лицъ благороднаго происхожденія, пзъ коихъ нѣкоторыя были выкуплены, но еще многія остались въ рукахъ враговъ, такъ какъ послѣдніе требуютъ за нихъ слишкомъ высокую плату. Половину Вашихъ денегъ я послалъ, чтобы выкупить плѣн- ныхъ. Другую половину я предназначилъ на покупку одѣялъ для монахинь, которыя сильно страдали отъ холода въ эту ужасную зиму. Пхъ три тысячи; онѣ получаютъ 80 ливровъ въ годъ изъ имущества Св. Петра, но что это значитъ для такой массы парода? Въ особенности здѣсь, въ городѣ, гдѣ всс такъ дорого. Впрочемъ, онѣ ведутъ такую жизнь, проявляютъ такое большое воздержаніе и проливаютъ столько слезъ, что мы, безъ сомнѣнія, обязаны имъ своею жизнью среди ланго- бардскпхъ мечей». Приведенные отрывки пзъ писемъ папы Григорія Вели- каго гораздо краснорѣчивѣе и убѣдительнѣе всякаго рода опи- саній и комментарій говорятъ намъ о тяжелыхъ условіяхъ итальянской жизни въ VI вѣкѣ. Непосредственно вводя пасъ въ (амую жизнь, съ ея разнообразными невзгодами, оші вмѣстѣ съ тѣмъ изображаютъ въ чрезвычайно привлекате.іьшсиъ видѣ
ПАПА ГРИГОРІЙ ВЕЛИКІЙ. 37 самого пап\ Григорія. <>нъ не только работалъ, но именно по этой же причинѣ заставлялъ работать и другихъ. Опъ былъ пастыремъ добрымъ, полагавшимъ «душу свою за овцы своя». II Григоріи Вслиьіи, подобно ДІьву Великому, былъ горя- чимъ поборникомъ правовѣрія. Какъ ни тяжело было ужи- ваться съ лангобардами, но папѣ Григорію удалось, съ по- мощью королевы Теоделпнды, отвратить ихъ отъ аріанства. Благодаря ему обратилось въ правовѣріе населеніе Пиреней- скаго полуострова. По его настойчивому желанію было на- саждено христіанство между англами и саксами, чѣмъ было подвинуто впередъ выполненіе программы Блаж. Августина: «градъ Б&жін», сірапствуя по задлѣ, посѣтилъ и этихъ языч- ппковъ. Въ дѣлѣ вѣры великій папа считалъ паилучшимъ средствомъ убѣжденіе. требовалъ мягкости въ сношеніяхъ съ новообращенными, рекомендовалъ дѣлать необходимыя уступки и не считалъ единственно вѣрными тѣ нормы, которыя сло- жились въ Римѣ. На вопросъ миссіонера Августина, отпра- вленнаго имъ въ Ьританігю. почему такъ различны обычаи при совершеніи мессъ въ церкви римской и церквахъ галль- скихъ при наличности единой вѣры, великія папа отвѣчалъ. «Вы знаете обычай римской церкви, въ коемъ и сами вскор- млены, по я держусь такого мнѣнія: если вы найдете, будь это въ римской, въ галльской пли въ какой-либо другой церкви, что либо болѣе пріятное Богу, выбираете таковое съ надлежащею заботливостью для установленія въ новой церкви, англійской. Вѣдь, мы пе должны любить предметы только тому, что они находятся въ такихъ-то мѣстахъ, по должны любить мѣстности ради хорошаго, что въ нихъ есть». Не- схожій съ папами послѣднихъ столѣтій средневѣковья, онъ отрицалъ насиліе. Вотъ почему опъ воспретилъ принуждать евреевъ къ принятію христіанства. Какой-то евреи, но имени Іосифъ, пожаловался Григорію Великому на террачипскаго епископа, который выгналъ евреевъ изъ одного мѣста, гдѣ они собирались, указавъ имъ на другое, а потомъ сталъ гнать и отсюда. Великій папа писалъ епископу: «Если это правда, такъ мы желаемъ, чтобы ты не подавалъ повода къ подоб-
38 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. нымъ жалобамъ. Мягкостью, добротой, увѣщаніями слѣдуетъ призывать невѣрныхъ кь христіанской вѣрѣ, а не отгонять отъ нея угрозами и терроромъ». Нѣсколько итальянскихъ евреевъ, посѣщавшихъ Марсель ради торговыхъ дѣлъ, пожа- ловались папѣ, что ихъ окрестили тамъ въ большомъ коли- чествѣ и сдѣлали это скорѣе силою, чѣмъ убѣжденіемъ. Напа написалъ епископамъ арльскому и марсельскому слѣдующія строки: «Я хвалю васъ за ваше рвеніе, но боюсь, какъ бы оно не повредило тѣмъ, кого вы желаете спасти, если оно приведено въ исполненіе несогласію съ Писаніемъ; я боюсь, какъ бы насильственно окрещенные не вернулись къ своему заблужденію, что будетъ гораздо опаснѣе для нихъ, ч Имъ пре- бывать все время въ своемъ заблужденіи. Нужно довольство- вагься проповѣдью и наставленіями, чтобы просвѣщать и обра- щать основательно». Несмотря на склонность къ мягкимъ мѣрамъ, папа Григо- рій проявлялъ, гдѣ было нужно, надлежащую твердость. Въ 592 году императоръ Маврикій издалъ декретъ, которымъ за- прещалъ чиновникамъ и государственнымъ должникамъ всту- пать въ духовное званіе, а солдатамъ постригаться въ монахи. Папа одобрилъ ту часть указа, которая касалась чиновниковъ, но рѣшительно высказался противъ двухъ остальныхъ и на- столько убѣдительно, что императоръ отмѣнилъ ихъ. По инте- ресно самое письмо папы, которое мы приводимъ въ суще- ственномъ извлеченіи; «Виновенъ передъ Господомъ, кто не дѣйствуетъ по отношенію къ государямъ съ полною искрен- ностью. Въ настоящемъ заявленіи я говорю Вамъ, не какъ епископъ, не какъ общественный дѣятель, но какъ частное лицо; вѣдь, я былъ преданъ Вамъ еще въ то время, когда Вы не были повелителемъ міра». Послѣ этого обращенія папа разбираетъ законъ и хвалитъ его первую часть, исключающую изъ среды духовенства чиновниковъ. «Эти люди — продол- жаетъ папа — болѣе желаютъ перемѣнить положеніе, чѣмъ по- кинуть міръ. По я былъ очень удивленъ, что тѣмъ же зако- номъ Вы запрещаете уходить въ монашество лицамъ, которыя несли на себѣ общественныя обязанности: вѣдь, монастырь
ПША ГРИГОРІЙ ВЕЛИКІЙ. можетъ урегулировать ихъ отчетность и заплатить ихъ долги». Дѣло въ томъ, что лица, вступавшія въ монашеское званіе, приносили съ собою въ монастырскую общину свои капи- талы, получало наслѣдства, и такимъ образомъ монастырь, пользовавшійся ихъ имуществомъ, оплачивалъ ихъ долги или вовсе не принималъ ихъ въ число монаховъ. «Но запрещеніе солдатамъ становиться монахами — говоритъ далЬе Григорій Великій—пугаетъ меня за Васъ, увѣряю Васъ въ этомъ. Это значитъ многимъ людямъ закрыть дорогу къ Небу: конечно, молшо вести святую жизнь, оставаясь въ міру, но много та- кихъ людей, которые могутъ спастись не иначе, какъ поки- нувъ все... Кто я самъ, говорящій такимъ образомъ своимъ повелителямъ? 1). Червь земной. Но не могу же я молчать, видя, что этотъ законъ противенъ Богу. Ибо свыше дана Вамъ власть надъ всѣми людьми, чтобы вспомоществовать бла- гимъ желаніямъ и заставлять земное царство слу- жить Царству Небесному. А между тѣмъ громко гово- рятъ о томъ, что разъ призванный къ земной службѣ уже не будетъ имѣть возможности служить Іисусу Христу, пока не испуститъ свой духъ или не получитъ отставку въ качествѣ инвалида. А вотъ что отвѣчаетъ на это Іисусъ Христосъ мо- ими устами: «Изъ секретаря я сдѣлалъ тебя капитаномъ гвар- діи, затЬмъ цезаремъ, затѣмъ императоромъ и отцомъ импера- тора; я подчинилъ твоей власти моихъ священниковъ, а ты отвращаешь своихъ солдатъ отъ служенія мнѣ?». Отвѣть, прошу тебя, Господинъ, служителю своему, что отвѣтишь ты своему Господину, когда Онъ придетъ судить тебя и скажетъ тебі; это?.. Я заклинаю Васъ этимъ Страшнымъ Судіею, не затемняйте передъ Господомъ столькихъ слезъ, проливаемыхъ Вами, столькихъ молитвъ, Вами произносимыхъ, столькихъ по- стовъ, которые Вы соблюдаете, и столь великой милостыни, которую Вы творите! Смягчите, измѣните этотъ законъ! Что меня касается, я, какъ вѣрноподданный, разослалъ законъ въ ) Св. Григорій употребляетъ множественное число, такъ какъ Маврикій съ 591 года сдѣлалъ своин і. соправителемъ своего сына Ѳеодосія. Письмо написано въ августѣ 593 года.
40 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. разныя части свѣта, а Вамъ я представилъ его, какъ несо- гласный съ закономъ Божіимъ. Итакъ, я исполнилъ свои долгъ по отношенію къ той и другой сторонѣ: повиновался императору и высказалъ то, что ощущалъ во имя Бога». Личное смиреніе папы Григорія Великаго не можетъ под- лежать ни малѣйшему сомнѣнію. Онъ считалъ смиреніе одною изъ величайшихъ христіанскихъ добродѣтелей. Онъ искренно возмущался тѣмъ, что константинопольскій патріархъ сталъ титуловаться «вселенскимъ», лично заявлялъ ему объ этомъ и обращался къ содѣйствію другихъ, чтобы заставить его отка- заться отъ новаго прозвища. Патріархъ александрійскій Евло- гій, и самъ посягавшій на этотъ пышный титулъ, но бросив- шій его, написалъ папѣ Григорію письмо, въ которомъ, за- являя о томъ, что пересталъ титуловать константинопольскаго патріарха вселенскимъ, употребилъ выраженіе: «согласно ва- шему приказанію». «Прошу тебя, отвѣчалъ ему папа, брось ты это выраженіе... Я знаю, кто я, и знаю, кто ты: ты—-мой братъ по мѣсту и отецъ—по добродѣтели. Я не могу тѳбѣ приказывать: я представилъ лишь то, что мнѣ казалось полезнымъ, тѣмъ болѣе, что ты не исполнялъ этого въ точ- ности. Я сказалъ, что ты не долженъ давать этого титула пи мнѣ, ни кому-либо другому, и однако въ началѣ своего письма ты употребилъ этотъ титулъ по отношенію ко мнѣ. Я хотѣлъ бы отличаться отъ другихъ добродѣтелями, а не на- именованіями: я не могу считать для себя почетнымъ то, что лишаетъ почета моихъ братьевъ. Бросимъ же слова, которыя раздуваютъ тщеславіе и оскорбляютъ любовь». Самъ Григорій Великій титулуетъ себя во всѣхъ своихъ письмахъ «рабомъ рабовъ Божіихъ». Великій папа считалъ необходимымъ не- прерывно упражняться въ добродѣтели смиренія. Ежедневно онъ самъ прислуживалъ за столомъ двѣнадцати бѣднякамъ, которыхъ призывалъ къ себѣ. По поводу этого обычая сло- жилась красивая легенда. Разъ въ числѣ сидѣвшихъ за его столомъ оказался неожиданно тринадцатый, и то былъ ангелъ. Но папа Григорій Великій ставилъ рѣзкую границу между тѣмъ, что касалось его лично, какъ грѣшнаго раба Григорія,
ПАПА ГРИГОРІЙ ВЕЛИКІЙ. 41 и тѣмъ, что касалось церкви или, какъ выражались въ ту пору, апостола Петра «Если грѣхи Григорія таковы,—сказалъ онъ— такъ пусть онъ и страдаетъ отъ бѣдствіи, по у апостола Петра грѣховъ лѣтъ, а потому онъ и не заслуживаетъ этпхъ стра- даній». То обстоятельство, что въ Римѣ, въ его дукатѣ и въ Папа Григоріи I Великій (титулъ книги МаітЬоищ'а Нівіоігс (Іи ропіііісаі <1е Й. Сгё^оіге 1е Сгапгі, а І’агів, 1686). разныхъ церковныхъ владѣніяхъ, разбросанныхъ какъ въ Италіи, такъ н на островахъ, сохранялось еще населеніе, не всѣ еще люди погибли, папа Григорій относилъ исключительно къ чу- десной мощи апостола Петра. «Велико покровительство Св. Петра Риму! Сколько лѣтъ ужъ мы остаемся невредимыми
42 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕД, ГЛВИТЕЛИ. среди мечей, безъ прилива населенія, безъ помощи войскъ, однимъ всемогуществомъ Божіимъ!» Но вмѣстѣ съ тѣмъ, онъ же говорилъ: «Петръ сидитъ тамъ, гдѣ сидятъ всѣ его преем- ники», «соборъ, созванный безъ соизволенія папы и вопреки его волѣ, долженъ быть отмѣненъ», «я готовъ скорѣе умереть, чѣмъ допустить, чтобы во время моей жизни выродилась цер- ковь Св. Петра». Дѣло въ томъ, что Григорій Великій былъ вѣрнымъ сто- ронникомъ и хранителемъ старыхъ традицій «апостольскаго» престола. Опъ повиновался указамъ императора, но зорко слѣ- дилъ за тѣмъ, чтобы они не вредили дѣлу церкви. Онъ оказы- валъ императору полное уваженіе, приличествовавшее его сапу, но называлъ его, согласно съ Блаж. Августиномъ, «стра- жемъ церковнаго мира», указывая этимъ на служебную роль высшей свѣтской власти. Къ королямъ онъ прилагалъ епщ болѣе скромную мѣрку. «Надо хвалить короля—говорилъ онъ— по его вЬрѣ. Быть королемъ—неудивительно; но быть каѳоли- комъ (т. е. правов Ирнымъ христіаниномъ, не аріаниномъ, не еретикомъ вообще), какового прозванія заслуживаютъ не всѣ, довольно». Вѣрный сторонникъ взглядовъ Блаж. Авгу- стина, Григорій Великій не цѣнилъ «земныхъ прелестей»: не- даромъ онъ такъ легко разстался съ ними. Подобію Блаж. Августину, онъ считалъ единымъ и прочнымъ убѣжищемъ «градъ Божій», какъ средство спасенія, и ждалъ скораго при- шествія «Страшнаго Судіи». Съ точки зрѣнія папы Григорія Великаго «единству» церкви совершенно не мѣшаютъ тѣ или другія отличія въ обрядахъ. Нѣкоторыя изъ такихъ отличій, вызываемыя мѣстными условіями, опъ признавалъ даже необхо- димыми. Онъ всею душою вѣровалъ въ мнимый «приматъ» (первенство) римской каоедры, но по свойствамъ природы своей и ради сохраненія «мира» и самъ не пользовался ти- туломъ «вселенскаго», и рѣшительно возставалъ противъ того, чтобы пользовался имъ какой-либо другой патріархъ. Въ своемъ посланіи къ патріарху александрійскому (Евлогію) и антіохій- скому (Анастасію)) онъ говоритъ: «не давайте же никогда и никому титулъ «вселенскаго» и далѣе: «если позволить ноль-
ПАПА. ГРИГОРІЙ ВЕЛИКІИ. 43 зоваться этимъ титуломъ одному, ото значитъ принизить про- чихъ, и когда «вселенскій» патріархъ впадетъ въ ересь, то не останется больше ни одного епископа, пребывающаго въ истинѣ. Я заклинаю васъ твердо сохранять свои церкви таковыми, какими вы приняли ихъ. Предохраняйте отъ этого заблужде- нія подвластныхъ вамъ епископовъ и покажите имъ тѣмъ са- мымъ, что вы дѣйствительно патріархи вселенской церкви». Такимъ образомъ, ни отлпчія въ обрядахъ, ни наличность помѣстныхъ церквей пе мѣшаютъ быть церкви «вселенскою», «единою», «градомъ Божіимъ». Патріархи — «братья»; пер- венство одного изъ нихъ несомнѣнно, но оно подразум Ьвается само «сбою, не нуждаясь ни въ доказательствахъ, нп въ ка- кихъ-либо особыхъ титулахъ. Мѣриломъ правпльности дѣйствій какъ ихъ. такъ и вообще духовныхъ властей, является не усмотрѣніе одного изъ нихъ, хотя бы и старшаго, но каноны. Борьба съ мѣстными отличіями, подчеркиваніе преимущества особымъ титуломъ опасны, такъ какъ могутъ поселить раз- доры, а безусловное свойство «града Божія» есть миръ. Наиболѣе обстоятельно развиваетъ свои взгляды на него ве- ликій папа въ своемъ «Пастырскомъ правилѣ». Необходи- мымъ условіемъ для каждаго пастыря высокій авторъ счи- таетъ призваніе. Даже тотъ, по мнѣнію его, кто обладаетъ всѣми необходимыми для этой тяжелой обязанности каче- ствами п добродѣтелями, дошкенъ принимать ее не иначе, какъ по принужденію. Тотъ-же, кто ими не обладаетъ не долженъ принимать па себя пастырства и въ томъ случай, если бы ого принуждали къ этому. Такова исхо шая точка зрѣнія Гри- горія Великаго. Сочиненіе полно подробнѣйшихъ указаній, предусматривающихъ всевозможные случаи пастырской прак- тики, и обнаруживаетъ недюжиннаго психолога. Бъ этой за- мѣчательной книгѣ много матеріала для самонаблюденія. Съ другой стороны, пастырю указываются различные пріемы дѣй- ствій, въ зависимости отъ тѣхъ характеровъ, на которые при- ходится вліять. Между прочимъ папа наставляетъ пастыря, какъ слѣдуетъ увѣщевать сварливыхъ п миролюбивыхъ, внем- лющихъ божественнымъ предписаніямъ и глухихъ къ нимъ.
44 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Только пастырь, одаренный призваніемъ и требовательно отно- сящійся къ себѣ, можетъ способствовать утвержденію мира, завѣщаннаго Богомъ и являющагося необходимымъ условіемъ спасенія. Но «миръ» Григорія Великаго—понятіе весьма слож- ное. Жить въ мирѣ не значитъ ладить со всѣми. По характеру своему великій папа былъ миролюбпвЬйшпмъ человѣкомъ, во и онъ не хранилъ мира со всѣми, и у него были недруги и враги, и онъ не терпѣлъ того, что считалъ вреднымъ, и дѣй- ствовалъ въ такихъ случаяхъ не только непосредственно на данную личность путемъ увѣщаній и доказательствъ, но и на тѣхъ, кто могъ оказать на эту личность извѣстное давленіе. Одно дѣло—миръ земной, другое—миръ горній. Горній миръ иногда требуетъ нарушенія мира земного. Если я вижу не- правду или зло, я обязанъ возмутить миръ, я обязанъ вое- вать съ человѣкомъ, отъ котораго исходятъ эта неправда или зло, я долженъ требовать возстановленія правды и блага. Миръ нарушенъ, но какой миръ? Земной, человѣческій Настаивая на своемъ, возмущая и свой внѣшній миръ, разстраивая свое расположеніе, напрягая свои нервы, я не питаю зла къ этому человѣку, я не хочу губить его. я остаюсь христіаниномъ, т. о. сохраняю свой внутренній, «горній'» миръ: я и волнуюсь во имя этого горняго мира, въ область котораго стремлюсь ввести и своего заблуждающагося собрата. Ото—тотъ миръ, о кото- ромъ мы молился, въ церкви словами: «о свышнемъ мирЬ и о спасеніи душъ нашихъ». Христосъ обладалъ совершеннѣй- шимъ миромъ, но Онъ же сказалъ: «пе миръ пришелъ я при- нести, по мечь». Миръ съ Богомъ ведетъ, по мысли и Блаж. Августина, и павы Григорія Великаго, къ непрестанной борьбѣ съ древнимъ врагомъ. Во всѣхъ своихъ дѣйствіяхъ великія папа стремился быть справедливымъ и возмущался всякою неправдой. Онъ входилъ въ разсмотрѣніе мельчайшихъ подробностей хозяйственнаго быта крестьянъ, жившихъ на земляхъ, принадлежавшихъ римской і.аоедрѣ: возставалъ противъ уменьшенія заработной платы въ урожайные годы, противъ взысканія арендной платы въ небла- гопріятную для земледѣльцевъ пору, когда, «не продавъ еще
ПАПА ГРИГОРІЙ ВЕЛИКІЙ. 45 продуктовъ своего труда, они вынуждены занимать деньги за огромные проценты». Онъ предлагалъ управителямъ церковныхъ земель выдавать крестьянамъ необходимыя деньги изъ мѣстныхъ фондовъ при условіи уплаты въ разсрочку, небольшими суммами, уменьшилъ размѣръ налога на бракъ и т. под. «Однимъ сло- вомъ,—писалъ онъ—мы пе желаемъ, чтобы церковные сундуки загрязнялись нечистою прибылью». По его распоряженію, были заведены въ церковныхъ имѣніяхъ особыя книги, куда за- носились всѣ слѣдуемые съ крестьянъ платежи. Старательно за ботясь о собственности Св. Петра, папа Григоріи Великій растилъ ее для бѣдныхъ. Онъ стоялъ въ этомъ отношеніи на древнехристіанской точкѣ зрѣнія, въ силу которой церковныя имущества считались «достояніемъ бѣдныхъ», а духовныя лица разсматривались, лишь какъ управители «помѣстій» или «уго- дій» того пли другого святого, пожертвованныхъ благочести- выми людьми. А милостыню, той же правды ради, творилъ папа Григоріи въ самыхъ широкихъ размѣрахъ. Триста лізтъ спустя послѣ его смерти еще продолжали раздавать милостыню четыре раза въ годъ, въ сроки, имъ указанные. Въ Латеранѣ долго хранился толстый фоліантъ, въ который заносились имена, возрастъ и положеніе бѣдныхъ, пользовавшихся помощью папы: тутъ были записаны адреса лицъ, сходившихся за помощью не только пзъ окрестностей Рима, по и изъ отдаленныхъ провин- цій. Перваго числа каждаго мѣсяца папа раздавалъ бѣднякамъ, смотря по времени года, хлѣбъ, вино, сыръ, овощп, свиное сало, мясо, рыбу, масло. Спеціально посылаемыя имъ лица ежедневно раздавали отъ его имени опредѣленную милостыню больнымъ и немощнымъ. Разъ въ отдаленномъ закоулкѣ Рима былъ найденъ покойникъ. Папа, узнавъ объ этомъ, подумалъ, что неизвѣстный умеръ съ голоду, чрезвычайно огорчился этимъ и отлучилъ себя на нѣсколько дней отъ богослуженія. Онъ былъ щедръ не только по отношенію къ однпмъ бѣдня- камъ. Но, раздавая, онъ не любилъ получать самъ. Вотъ что написалъ онъ по этому поводу къ мессинскому епископу Фе- ликсу: «мы обязаны отмѣнить обычай, обременительный для церквей, снять съ шіхь обязательство доставлять сюда (г. е.
46 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. въ Римъ), откуда опѣ скорѣе должны получать. Сохраняйте обычай этотъ по отношенію къ другимъ духовнымъ лицамъ и посылайте имъ ежегодно то, что слѣдуетъ согласно установлен- ному обычаю, по мы запрещаемъ впредь посылать что-либо намъ. Мы съ благодарностью приняли присланныя вами пальмы, но такъ. какъ не любимъ подарковъ, то продали ихъ, а выру- ченныя отъ продажи деньги препроводили къ вамъ». Преклоненіе папы Григорія Великаго передъ правдой и его удивительно тонкая для того времепи корректность нашли себѣ яркое отраженіе въ одной изъ средневѣковыхъ легендъ. Папа никакъ не могъ примириться съ мыслью объ осужденіи импе- ратора Траяна, славившагося своею справедливостью. Правда, при немъ погибали мученическою смертью христіане, по всѣ они пали жертвами той же справедливости Траяна, бывшаго въ полномъ убѣжденіи, что онъ поступаетъ согласно съ за- кономъ. Самъ пана, рѣдкій законникъ, не понималъ, какъ можно карать за исполненіе закона. Скорбя о заблужденіи Траяна, онъ восхотѣлъ спасти ого душу, совершившую грѣхъ невольный. Силою своего духа онъ вызвалъ изъ могилы прахъ языческаго императора, чтобы вымолить спасеніе его душѣ. Вызванный прахъ разсыпался, а очищенная крещеніемъ душа возлетѣла въ высь. Папство въ періодъ постепеннаго обособленія Италіи отъ Византіи. Д7же при І’ригоріи Великомъ итало-византійскія отношенія Са. временами затуманивались. Послѣдующіе папы все болѣе 6 и болѣе утрачивали вѣру въ Византію, какъ въ ту имперію, которая могла бы содѣйствовать осуществленію идеала Блаж. Хвгустпна, т. е. «водворенію идеальнаго строя, существенными признаками котораго служатъ миръ, единство и правда, хра- нимыя вселенской церковью Христовой». Па самомъ дѣлѣ связь Византіи съ Италіей нарушала миръ и ставила, серіез-
ПАПСТВО ВЪ ПЕРІОДЪ ПОСТ. ОБОСОКІГ. ИТАЛІИ ОТЪ ВИЗАНТІИ. 47 ныя преграды торжеству единства и правды. Имперія соби- рала съ итальянскихъ владЬній своихъ большіе доходы, но не обезпечивала ихъ безопасности. Еще Григорій Великіи не разъ .жаловался въ своихъ письмахъ на продажность, алчность и даже на завѣдомую недоброжелательность имперской админи- страціи. Все это создавало имперскому правительству дурную репутацію въ народѣ и способствовало развитію чувствъ, про- тивоположныхъ любви и преданности. Въ то же время инте- ресы имперіи все болѣе и болѣе сосредоточивались на Востокѣ и Сѣверѣ. Ей было не до Запада. Естественнымъ результа- томъ такого рода обстоятельствъ было отчужденіе, которое должно было рано или поздно, но неизбѣжно, привести къ окончательному разрыву. Между тѣмъ какъ имперія пе оправдывала надеждъ, воз- лагавшихся на нее Блаж. Августиномъ и его послѣдователями, варварскія государства, зародившіяся на развалинахъ западной ея половины, также не представляли долгое время ничего утѣшительнаго. Варвары захватили истощенныя въ экономи- ческомъ отношенія части ея. Промышленность и торговля на- ходились въ полномъ упадкѣ, и натуральное хозяйство посте- пенно брало верхъ надъ денежнымъ. Еще при Діоклитіанѣ и и Константинѣ Великомъ государственныя подати приходилось взыскивать не деньгами, а натурой, и бюрократія преврати- лась, по удачному выраженію историка, «въ настоящія насосъ для выкачиванія изъ населенія послѣднихъ остатковъ жизнен- ныхъ соковъ». Вслѣдствіе упадка въ производительности и отсутствія кредита новыя государственныя потребности не- избѣжно приходилось покрывать новыми налогами, все болѣе и болѣе истощавшими силы населенія. Зло ощущалось особенно чувствительно и потому, что вся тяжесть налоговъ и поборовъ всякаго рода падала на низшіе слои населенія, составлявшіе единственную платежную силу. Высшіе общественные слои не только но знали этой тяготы, но, пользуясь обстоятельствами, на- ходили возможность епіе болѣе увеличивать свои матеріальныя средства. Крупные землевладѣльцы собирали подати, поста- вляли войско, захватывали въ свои руки торговлю и полъ-
48 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. зовалмсь различными льготами и исключительными пра- вами, ставившими ихъ въ привилегированное положеніе. Они имѣли надъ населеніемъ своихъ владѣній низшую судебную власть, но такое ограниченіе ея существовало лишь въ теоріи, такъ какъ самп они были подсудны лишь императорскому суду, а императорская власть считала ихъ своею опорой. Что бы ни натворили они, результатомъ разбора являлось оправданіе ихъ поступковъ. Для охраны своего имущества они формировали себѣ военные отряды, каковые и направляли, въ случаяхъ на- добности, противъ того же правительства въ лицѣ его аген- товъ. Такъ постепенно разлагались самые устои государства, и готовилась гибель его. Не завоеваніе варваровъ покончило съ самостоятельнымъ существованіемъ западной половины импе- ріи, а внутренняя гангрена, обезсилившая ее и сдѣлавшая легкою добычею варваровъ. Съ водвореніемъ варваровъ на развалинахъ западной по- ловины Римской имперіи и культура, и государственность окон- чательно падаютъ. Золотая монета совсѣмъ исчезла. Осталась еще въ обращеніи серебряная невысокаго достоинства, но и той было немного. Пошлины и всякаго рода сборы уплачива- лись «солпдамп», но это ужо не монета въ настоящемъ смыслѣ слова, а стоимость различнаго возраста быковъ или овцы съ ягненкомъ. Общество возвращалось къ эпическимъ временамъ Гомера. Жалованье стало выплачиваться земельными участками, прп чемъ получавшіе ихъ естественно стремились превратить по- лученное на время въ свою полную собственность. Не только вырывались такимъ образомъ земельные клочки изъ тѣла госу- дарственной территоріи, но такимъ же порядкомъ отхватыва- лись и клочья государственной власти. Самп варварскіе короли смотрѣли на свои земли, какъ па огромныя родовыя владѣнья, и дѣлили ихъ на части, послѣдствіемъ чего бывали ожесточенныя усобицы. Одинаковаго для всѣхъ закона не существовало. Не было и одинаковаго для всѣхъ (уда. На ряду съ судами про- должала существовать кровная месть. Власть отличалась деспо- тически-патріархальнымъ характеромъ. Одинъ изъ франкскихъ королей, Хильперикъ I (561 — 581), типичный представитель
ПАПСТВО ВЪ ПЕРІОДЪ ПОСТ. ОБОСОВЛ. ИТАЛІИ ОТЪ ВИЗАНТІИ. 49 варварскихъ носителей власти, произвольно вмѣшивался во всѣ дѣла своего государства, обременялъ народъ налогами, заста- влялъ свободныхъ людей оказывать ему личныя услуги наказы- валъ по своему усмотрѣнію тѣхъ, кто не сразу исполнялъ его приказанія, издавалъ по собственнымъ соображеніямъ указы, касающіеся вопросовъ церковнаго вѣроученія, и отмѣ- нялъ своею властью завѣщательныя даренія въ пользу церкви. Культура вліяла на подобныхъ людей чисто внѣшнимъ обра- зомъ: они охотно воспринимали лишь то, что щекотало ихъ внѣшнія чувства, что удовлетворяло ихъ самолюбію, ихъ жад- ности. Они понимали, напримѣръ, толкъ въ драгоцѣнныхъ ка- меньяхъ и ювелирныхъ работахъ. Такъ, Хильперикъ приказалъ своимъ ювелирамъ вылить и украсить чеканомъ большой зо- лотой бассейнъ, показывалъ его изумлявшимся посѣтителямъ и съ полнымъ самоудовлетвореніемъ говорилъ: «я сдѣлалъ это, чтобы почтить франкскій народъ и прославить его; если Богъ сохранитъ мнѣ жизнь, прибавлялъ онъ, я велю сдѣлать еще многое другое». Хильдерикъ II (660 — 673), сперва бывшій королемъ Австразіи, а потомъ Неистріи, велъ совершенно скот- скій образъ жизни. Придворные распоряжались коронами со- образно своимъ выгодамъ, продавая свою поддержку за деньги, за землю, за должности. При послѣднихъ Меровингахъ интриги и измѣны стали самымъ обычнымъ явленіемъ. На мѣстахъ, которыя входили ранѣе въ составъ единой имперіи, создались варварскія государства. Ни въ одномъ изъ нихъ, даже у наиболѣе могущественнаго изъ германскихъ на- родностей— франковъ, не было ни единства, ни мира. Много существовало всякихъ «Правдъ» (законодательныхъ сборниковъ), но правды не было. Съ ослабленіемъ власти императора, «стража церковнаго мира», въ Италіи, съ водвореніемъ варварства на мѣстахъ былой культуры, дальнѣйшія попытки осуществить идеалъ Блаж. Августппа отлагались до болѣе благопріятнаго будущаго. Папство не отказывалось отъ идеала, но ревнители его не предвидѣли, что въ этомъ благопріятномъ будущемъ Западъ уже настолько обособится отъ Востока, кристаллизуется въ СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 4
50 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. такія самобытныя формы, что единство останется въ области высокихъ и прекрасныхъ, но неосуществимыхъ мечтаній. Давно подготовлявшееся отпаденіе Италіи отъ имперіи было ускорено гоненіемъ на иконы, начатымъ императоромъ Львомъ III Исаврійскимъ и продолжавшимся при его преем- никахъ. Современникъ Льва III, патріархъ константинопольскій Германъ имѣлъ мужество рѣшительно высказаться противъ мнѣній императора и обратился къ многимъ епископамъ съ просьбою о защитѣ икопопочитанія. Папа Григорій II (715—731) написалъ патріарху пространное письмо, въ кото- ромъ высказался за необходимость сохраненія древняго обычая иконопочитанія. «Если пророчества не исполнились въ вопло- щеніи Сына Божьяго, то не слѣдуетъ изображать того, чего не было; но, такъ какъ все произошло па самомъ дѣлѣ, такъ какъ Онъ родился, творилъ чудеса, страдалъ и воскресъ, такъ Богу угодно, чтобы и небо, и земля, и море, всѣ твари, всѣ растенія разсказывали о его чудесахъ словомъ, письмомъ или живописью. Идолами называютъ изображеніе того, чего нѣтъ, что существуетъ лишь въ басняхъ и легкомысленныхъ измы- шленіяхъ язычниковъ». Императоръ съ своей стороны прислалъ папѣ требованіе исполнить его повелѣніе объ уничтоженіи обычая иконопочитапія, грозясь папѣ, въ случаѣ непослу- шанія, низложеніемъ. Папа рѣшился вести открытую борьбу и повсюду разослалъ .посланія, въ которыхъ предупреждалъ вѣ- рующихъ противъ новаго заблужденія. Эти посланія нашли живой откликъ въ тѣхъ частяхъ Италіи, гдѣ имперское пра- вительство было особенно нелюбимо. Населеніе Пентаполиса и Венеція отказались повиноваться іыпѳратор} и рѣшили за- щищать папу. Вся Италія зашевелилась. Императора, экзарха и всѣхъ ихъ единомышленниковъ анафематствовали. Всюду по- явились народные вожди. По всему полуострову пролетѣла мысль объ избраніи своего императора и о водвореніи его въ Кон- стантинополѣ. Папа остановилъ этотъ замыселъ, надѣясь на обращеніе императора къ иконопочитанію. Но обра- щенія не послѣдовало. Напротивъ, экзархъ и враги папы, ка- ковыхъ было немало и въ Италіи (особенно въ южной;. рѣ-
ІНПСТВО ВЪ ПЕРІОДЪ ПОСТ. ОБОСОЕЛ. ИТАЛІИ ОТЪ ВИЗАНТІИ. 51 шили умертвить папу. Но съ вѣрными сторонниками папы со- единились на этотъ разъ лангобарды. Новый патріархъ, ико- ноборецъ Анастасій, думалъ, съ своей стороны, преклонить папу къ уступкамъ, но Григорій II заявилъ ему, что не при- знаетъ его, если онъ но откажется отъ заблужденья. Вь этотъ критическій моментъ папы Григорія II не стало. Это былъ выдающійся дѣятель. Біографъ особенно хвалитъ его за чистоту его жизни, за его просвѣщенный умъ, за его Папа Григоріи II. краснорѣчіе, твердость воли и непреклонность убѣжденій. Дѣя- тельность его, подобно дѣятельности Григорія Великаго, не ограничивалась только Италіей. Его горизонтъ былъ гораздо шире. Если Григорій Великій распространилъ христіанство среди англовъ и саксовъ и поставилъ новую церковь въ за- висимость отъ Рима, то и Григорій II взялъ въ свои руки дѣло распространенія христіанства въ Германіи. Въ продолже- ніе нѣсколькихъ лѣтъ, получивъ благословеніе Григорія II въ 718 году, распространялъ христіанское ученіе среди фризовъ, 4*
52 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. въ Гессенѣ, въ Тюрингіи англосаксъ Винфридъ или Бонифацій, какъ вдругъ былъ вызванъ въ Римъ. Въ 723 году онъ при- былъ въ «вѣчный городъ». Папа Григорій II счелъ необхо- димымъ убѣдиться въ правильности его вѣроисповѣданія, воз- велъ его въ санъ епископа германской церкви и для большаго обезпеченія іерархическихъ правъ папства взялъ съ миссіо- нера-епископа клятву, подобную той, какую давали при своемъ поставленіи только итальянскіе епископы. Винфридъ обязы- вался не отступать отъ единства церкви и въ особенности со- дѣйствовать всѣми зависящими отъ него средствами выгодамъ церкви Св. Петра, его намѣстника п всѣхъ его преемниковъ. По смерти Григорія II на папскій престолъ вступилъ Гри- горій III (731—741). Новый папа дѣйствовалъ настолько одно- родно со своимъ предшественникомъ, что въ былыя времена нерѣдко смѣшивали обоихъ Григоріевъ и приписывали по- ступки и посланія одного изъ нихъ другому. Началъ онъ свою дѣятельность съ того, что написалъ императору Льву два крас- норѣчивыхъ посланія. Въ посланіяхъ своихъ онъ обсуждалъ образъ дѣйствій императора съ различныхъ точекъ зрѣнія. «Мы тщательно — писалъ онъ — хранимъ Ваши письма въ церкви Св. Петра вмѣстѣ съ письмами Вашихъ предшествен- никовъ. Въ этпхъ письмахъ, скрѣпленныхъ Вашею собствен- ною печатью и подписанныхъ киноварью Вашею рукою, Вы исповѣдуете нашу святую вѣру во всей ея чистотѣ и объ- являете проклятымъ всякаго, кто осмѣливается противорѣчить рѣшеніямъ Отцовъ церкви. Кто заставляетъ Васъ оглядываться назадъ послѣ того, какъ цѣлыя десять лѣтъ Вы шли по пра- вому пути? Вѣдь, въ продолженіе этихъ десяти лѣтъ Вы ни- чего не говорили о священныхъ изображеніяхъ, а теперь за- являете, что это — идолы, а тѣ, кто кланяется имъ, — идоло- поклонники». Папа объясняетъ императору, такъ какъ онъ— «неучъ и невѣжда», смыслъ иконопочитанія. Мы могли-бы,— продолжаетъ папа—въ силу могущества и авторитета Св. Петра, произнести противъ Васъ отлученіе, но, такъ какъ Вы про- кляли себя сами, такъ пусть и останется это проклятіе съ Вами. Васъ слѣдовало бы, кажется, назвать еретикомъ, а не
ПАПСТВО ВЪ ПЕРІОДЪ ПОСТ. ОБОСОБЛ. ИТАЛІИ ОТЪ ВИЗАНТІИ. 53 гонителемъ и уничтожителемъ св. иконъ. По наименованіе еретика совершенно не подходитъ къ Вамъ, такъ какъ Вы на- падаете на то, что ясно, какъ свѣтъ. Вы имѣете такого вели- каго епископа, какъ нашъ собратъ, господинъ Германъ. Вы должны были бы совѣтываться съ нимъ, какъ со своимъ от- цомъ. У него огромный опытъ въ дѣлахъ церковныхъ и по- литическихъ. Ему теперь 95 лѣтъ, и онъ служилъ уже столь многимъ патріархамъ и императорамъ. Нѣтъ, Вы его покинули, чтобы слушать злого и безумнаго ефесянина, Абсимарова сына Папа Григорій III. и имъ подобныхъ»... «Какъ епископы — продолжаетъ папа — воздерживаются отъ дѣлъ государственныхъ, такъ и императо- рамъ слѣдуетъ воздерживаться отъ церковныхъ дѣлъ, а доволь- ствоватьсятЬми, которыя ввЬрены имъ. Но согласіе императоровъ и епископовъ создаетъ единую силу лишь тогда, когда они рабо- таютъ въ мирѣ и любви». Папа отклоняетъ, какъ лишнюю, мысль о вселенскомъ соборѣ. Все мирно, по его мнѣнію, и единствен- нымъ врагомъ мира и смутьяномъ является самъ императоръ. Перестанетъ мутить онъ. и все будетъ спокойно. Далѣе папа
54 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. сообщаетъ императору о томъ, какъ былъ возмущенъ Западъ тѣми насиліями, которыя творилъ онъ у себя въ Константинопол ь по отношенію къ правовѣрнымъ, какъ падали на землю его изображенія и топтали ихъ ногами. Заявивъ объ изгнаніи его намѣстника изъ Равенны, объ опасности со стороны лангобар- довъ, король которыхъ имѣетъ свои политическіе виды, папа съ горечью бросаетъ императору упрекъ въ его безсиліи за- щитить Римъ. «Вы думаете напугать насъ, говоря: «я велю разбить въ Римѣ изображеніе св. Петра, я уведу папу Гри- горія въ цѣпяхъ, какъ сдѣлалъ Констанцій съ Мартиномъ». Знайте, что папы—посредники и судьи мира между Востокомъ и Западомъ. Мы не страшимся Вашихъ угрозъ: всего въ раз- стояніи одного лье отъ Рима, по направленію къ Кампаніи, мы будемъ въ полной безопасности». Въ другомъ письмѣ папа Григоріи III говоритъ императору между прочимъ слѣдующее: «Вы говорите: «въ моихт рукахъ императорская власть п священство». Ваши предмѣстники имѣли право говорить такъ, ибо строили храмы, украшали ихъ и покровительствовали имъ въ согласіи съ епископами. Вы, напротивъ, ободрали церкви и лишили ихъ изображеніи, а застали ихъ великолѣпно укра- шенными. Что такое храмы, какъ не дѣло рукъ человѣческихъ? Камни, дерево, известковый растворъ. Но они украшены кар- тинами, изображающими исторію Іисуса Христа и его святыхъ. Христіане находили въ этомъ для себя благо: отцы и матери, держа на рукахъ своихъ новокрещенныхъ дѣтокъ, показывали имъ пальцами исторію вѣры; гакъ же обучали молодыхъ людей и вновь обращенныхъ; такимъ простымъ способомъ ихъ нази- дали, возводя къ Богу и умы, и сердца ихъ. Вы виновны въ томъ, что народъ, лишенный этихъ невинныхъ предметовъ, ста- нетъ заниматься баснями, свѣтскими пѣснями и подобными пустяками; вотъ что будетъ вмѣсто св. иконъ, которыя побу- ждали народъ благословлять имя Божіе и возносить къ Нему свою благодарность». Отмѣчая разницу между имперіей и свя- щенствомъ, папа продолжаетъ: «какъ епископу непозволительно раздавать свѣтскія должности, такъ и императору не полагается вмѣшиваться въ дѣло избранія епископовъ. Каждый изъ нихъ дол-
ПАПСТВО ВЪ ПЕРІОДЪ ПОСТ. ОБОСОБЛ. ИТАЛІИ ОТЪ ВИЗАНТІИ. 55 жепъ пребывать въ области своего назначенія. Обратите вни- маніе на разницу между епископами и императорами. Если кто оскорбитъ васъ, вы конфискуете его имущество, изгоняете оскор- бителя и даже лишаете его жизни. Епископы такъ не посту- паютъ: если кто согрѣшитъ и покается, они не рубятъ ему голову, но налагаютъ на него посты, бдѣнія и молитвы: со- кровище церкви — ихъ темница, Крестъ и Евангеліе — тѣ цѣпи, которыми они сами желаютъ обременить себя. Доведя ихъ до обращенія къ истинѣ, они пріобщаютъ ихъ Св. Тѣла и драго- цѣнной Крови Господа Нашего и отпускаютъ чистыми и не- запятнанными передъ Богомъ». Папа не останавливается на этомъ, но продолжаетъ сравненіе дальше: «вы преслѣдуете насъ и тирапнически обращаетесь съ нами при помощи своихъ сол- датъ и матеріальнаго оружія. Что касается насъ, мы наги и безоружны: у насъ нѣтъ земного оружія, но мы взываемъ къ Іисусу Христу, Начальнику всѣхъ созданіи, Верховному Вождю арміи небесныхъ силъ, чтобы Онъ предалъ васъ сатанѣ, чтобы спасти вашу душу, согласно слову апостола. Вы спрашиваете меня, почему на шести вселенскихъ соборахъ не было рѣчи объ иконахъ. Я скажу на это, что тамъ не было даже рѣчи о томъ, что нужно ѣсть хлЕбъ и пить воду. Мы получили св. иконы по древнему преданію, самп епископы носили ихъ на соборахъ, а всѣ любящіе Бога не совершали путешествій безъ иконъ». Оба письма были отданы папою священнику Георгію для врученія ихъ императору. Посланецъ не отважился вручить ихъ по принадлежности, вернулся съ ними въ Римъ и покаялся въ своей слабости. Папа, наложивъ на него эпитимію, снова отправилъ его съ письмами къ императору, но послѣдній при- казалъ задержать посланца на островѣ Сициліи и продержалъ его въ изгнаніи около года. Папа созвалъ соборъ въ Римѣ, на которомъ было постановлено отлучать иконогонителей отъ обще- нія съ церковью. Новый посланецъ папы былъ брошенъ по повелѣнію императора въ темницу, а письма, послѣ издѣва- тельствъ надъ ними, были отосланы обратно. Папа снова на- правилъ ихъ къ императору, заявляя о своей неуязвимости и грозя силами Запада. Императоръ въ раздраженіи противъ папы
56 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. увеличилъ въ Калабріи размѣръ подушной подати и объявилъ о конфискаціи угодій Св. Петра. Такимъ образомъ связью ме- жду имперіей и Италіей оставалась только тонкая нить, но и послѣдняя была скоро порвана. Противъ лангобардскаго короля Ліутпранда, стремившагося завоевать врсь полуостровъ, возсталъ сполетскій герцогъ Тра- зимондъ. Преслѣдуемый и разбитый королемъ, герцогъ прибѣ- жалъ въ Римъ. Папа и римскій герцогъ Стефанъ отказали) ь выдать его королю. Раздраженный Ліутпрандъ осадилъ Римъ и захватилъ четыре города, которые зависѣли отъ него. Спо- летскому герцогу удалось, съ помощью римлянъ, вернуться къ себѣ. Къ римлянамъ и сполетскому герцогу примкнуло населеніе Беневента, имѣвшее свои причины недовольства ко- ролемъ. Папа отлично понималъ, что союзники окажутся без- сильными противъ лангобардскаго короля, и обратился съ просьбою о помощи къ франкскому палатному мэру Карлу Мартелу. На этотъ разъ просьба не имѣла успѣха, но все-же папою Григоріемъ III былъ найденъ надлежащій путь, и по- слѣдняя нить, связывавшая Италію съ имперіей, порывалась. Какія-же перемѣны произошли у франковъ? Что выдвинуло ихъ въ такой степени, что папа усмотрѣлъ въ нихъ серьезную силу? Говоря о томъ переворотѣ, который совершился у фран- ковъ въ половинѣ VIII вѣка, необходимо имѣть въ виду слѣ- дующее. Какъ бы ни были истощены платежныя силы насе- ленія тѣхъ земель, которыя перешли подъ власть франковъ, какъ бы ни были некультурны сами франки, послѣдніе все-же поселились на мѣстахъ культуры и зажили обломками высоко- культурнаго быта. Незамѣтно, но постоянно они испытывали могучее вліяніе культуры и рано или поздно, обладая природ- ными дарованіями, должны были вырасти въ націю съ бога- тымъ будущимъ. По сравненію съ галло-римскимъ населеніемъ они обладали свѣжестью молодости и дѣвственными залежами энергіи. У нихъ почти не было прошлаго. По сравненію съ недавно пережитымъ все прошлое было чѣмъ-то жалкимъ, однообразнымъ, чѣмъ-то такимъ, о чемъ не стоило и вспоми-
ПАПСТВО ВЪ ПЕРІОДЪ ПОСТ. ОБОСОБЛ. ИТАЛІИ ОТЪ ВИЗАНТІИ. 57 нать. Если сила Меровинговъ быстро истощилась отъ сопри- косновенія съ культурой, если старая динасіія вымирала есте- ственною смертью, бывшею справедливымъ отвѣтомъ на безум- ный развратъ и кровавыя пріступленія ея представителей, то въ сос'Іщствѣ съ этою вырождавшейся династіей народился новый, энергическій родъ Каролинговъ. Такъ въ лѣсной чащѣ рядомъ съ доживающимъ представителемъ прошлаго нарож- даются новыя, молодыя силы, будущіе великаны лѣса. Послѣдніе Меровинги были настолько ничтожны и слабы, что вся государственная власть сосредоточилась въ рукахъ ихъ дворцовыхъ старшинъ (палатныхъ мэровъ). Сперва франки почув- ствовали силу Нинина Геристальскаго. Уничтоживъ раздѣленіе го- сударства и сдѣлавъ власть наслѣдственной въ своемъ родѣ, онъ создалъ то, чего не хватало франкамъ, а именно — единство. Установленіе единства повело за собою установленіе внутрен- няго порядка. Сынъ его, Карлъ Мартелъ, тотъ самый, къ ко- торому обращался съ просьбами папа Григорій III, просла- вился далеко за предѣлами франкскихъ владѣній, разбивъ въ 732 году полчища мавровъ, пробравшіяся въ нынѣшнюю южную Францію изъ-за Пиренейскихъ горъ. Эти мавры составляли лишь авангардъ той грозной для христіанства и Европы силы, ко- которую создали арабы. Они насчитывали какія-нибудь столЬтъ своей исторической жизни, были полны энергіи и пылали фа- натизмомъ. Ихъ владѣнія плотнымъ кольцомъ опоясали Сре- диземное море съ востока, юга и запада, доходили на востокѣ до Инда и терялись въ Средней Азіи. Карлъ Мартелъ за- гналъ ихъ за Пиренеи, и слава его была прямо пропорціо- нальной значенію его побѣды. Современный хронистъ однимъ словомъ опредѣлилъ ея значеніе, назвавъ армію Пипина арміей «европейцевъ». Папа Григорій III обратился къ Карлу Мар- телу незадолго до его знаменитой побѣды. Онъ хорошо зналъ, что франки представляютъ крупную силу, а зналъ потому, что имѣлъ точныя свѣдѣнія о нихъ отъ непрерывной вереницы франкскихъ пилигримовъ, совершавшихъ благочестивыя стран- ствованія въ Римъ, и отъ устроителя франкской церкви и зна- менитаго миссіонера Бонифація.
58 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Преемнику Григорія III, папѣ Захарію (741 — 752), уда- лось войти въ личное общеніе съ однимъ изъ представителей нарождавшагося во Франкскомъ королевствѣ царственнаго рода. Сынъ Карла Мартела, Карломанъ, правившій вмѣстѣ со сво- имъ братомъ Пипипомъ, задумавъ отречься отъ міра, прибыль въ Римъ, чтобы получить тонзуру изъ рукъ самого папы, и остался лептъ въ Италіи въ рясѣ бенедиктинскаго монаха. Братъ Карломапа, Пипинъ Короткій, былъ далекъ отъ мыслей о монастырской жизни, хотя и воспитывался вмѣстѣ съ Карломаномъ въ монастырѣ, а затѣмъ работалъ совмѣстно съ нимъ и Бонифаціемъ надъ упорядоченіемъ франкской церкви. Онъ былъ фактическимъ правителемъ франковъ, но стремился закрѣпить свою власть правомъ. Послѣднія представитель дома Меровипговъ, Хильдерикъ III, былъ только тѣнью, которую нетрудно было устранить. Пипинъ отправилъ къ папѣ Захарію посольство, чтобы спросить совѣта на счетъ намѣренія фран- ковъ возложить корону на голову фактическаго правителя го- сударства. Захарій, отлично понимая все значеніе этого слу- чая, одобрилъ намѣреніе франковъ и выборъ ихъ. Онъ не го- ворилъ о низложеніи Хильдерпка и объ избраніи Пипина, но указалъ, что долженъ быть королемъ тотъ, кто дѣйствительно правитъ государствомъ. Результатомъ было заключеніе Хпль- дерика въ монастырь и королевское вѣнчаніе Нинина Бони- фаціемъ. Въ этоть-то исключительный моменіъ лангобардскій король Астольфъ завладѣлъ Равенной и грозился перебить всѣхъ рим- лянъ, если они не подчинятся его власти. Папа Стефанъ II (752—757) увѣщевалъ населеніе Рима усиленно молиться, со- вершилъ процессію, въ которой участвовалъ и самъ съ босыми ногами, и написалъ письмо королю франковъ Пипину; не по- лагаясь, однако, на письмо, онъ просилъ Пипина прислать по- сольство, которое могло бы проводить папу къ нему. Посоль- ство было прислано, и папа отправился во Францію. Недалеко отъ Понтьона (Ропііііоп еп СЬашрарпе) папу встрѣтилъ ко- роль со своимъ семействомъ. Пипинъ сошелъ съ лошади и и простерся передъ папой на землю; еио примѣру послѣдо-
ПАПСТВО ВЪ ПЕРІОДЪ ПОСТ. ОБОСОБЛ. ИТАЛІИ ОТЪ ВИЗАНТІИ. 59 вала королева съ дѣтьми и придворными. По на слѣдующій день въ Понтьонѣ простерся передъ королемъ на землю папа съ бывшими при немъ духовными лпцами, заклиная короля милосердіемъ Божіимъ и заслугами апостоловъ Петра и Павла освободить римскій народъ отъ угрожающаго ему владычества лан- гобардовъ. Король клятвенно обѣщалъ папѣ исполнить его просьбу, послѣ чего отправплъ папу со свитою на жительство въ аббатство С. Дени. Здѣсь папа Стефанъ совершилъ вторич- Папа Стефанъ II. ное помазаніе надъ Пипшіомъ, его сыновьями, Карломъ и Карломаномъ, и его супругою Бертрадои. При этомъ онъ клятвенно, подъ угрозой отлученія, воспретилъ франкскимъ вельможамъ съ ихъ потомками подчиняться когда-либо коро- лямъ другой династіи. Пипинъ совершилъ походъ противъ лан- гобардовъ, осадилъ короля Астольфа въ Павіи и принудилъ его къ мирному договору, обязывавшему7 его отказаться отъ Ра- венны и другихъ городовъ, имъ завоеванныхъ. Но, по удаленіи Пипина во-свояси, возобновилась старая исторія, какъ и предви- дѣлъ папа. «Я заклинаю васъ — писалъ папа Стефанъ Пипину—
60 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Нашимъ Господомъ Богомъ, Его славною Матерью, всѣми небесными силами и св. Петромъ, который помазалъ васъ на королевство, верните все св. Церкви Божіей, согласно даренію, которое вы сдѣлали св. Петру, и не довѣряй- тесь болѣе лживымъ словамъ этого короля. Въ день Страш- наго Суда вы дадите отчетъ Богу и св. Петру въ томъ спо- собѣ, къ какому прибѣгнете для защиты ихъ. Всевѣдущій Богъ предназначилъ васъ для этого великаго дѣла искони; и всѣхъ тѣхъ, кого Онъ предназначилъ, Онъ призвалъ, а кого призвалъ, тѣхъ оправдалъ». Но письмо, другое, третье не подѣйствовали. Тогда папа написалъ посланіе отъ имени апостола Петра въ слѣдующихъ выраженіяхъ: «Петръ, призванный къ апостоль- ству Іисусомъ Христомъ, Сыномъ Бога Живаго, тремъ сіятель- нымъ князьямъ, Пипину, Карлу и Карломану, преосвященнымъ епископамъ, аббатамъ, монахамъ, равно какъ всѣмъ герцогамъ, графамъ, капитанамъ и воинамъ, и всему народу франковъ при- вѣтъ и благословеніе. Мнѣ, Петру, недостойному служителю Бога, каковъ я есмь, Господь нарочито поручилъ свою овчарню, говоря мнѣ «паси моихъ агнцевъ», «паси овецъ моихъ» *); меня Онъ предназначилъ и избралъ,чтобы просвѣтить всѣ на- роды, между коими Онъ далъ мнѣ моихъ франковъ, какъ мой народъ по преимуществу, какъ моихъ пріемныхъ дѣтей. Вотъ почему я обращаюсь къ вамъ предпочтительно передъ другими народами 2). Заклинаю васъ вашимъ благочестіемъ и вашею сыновнею любовью поспѣшить на помощь церкви Божіей, по- груженной въ самое печальное огорченіе, придти на освобо- жденіе отъ наихудшаго народа лангобардовъ (а реьзіша уепіе ЬапуоЬагсІогит) города Рима, моей каоедры и моего дома, гдБ я покоюсь плотію. Не судите иначе, дражайшія моп дѣти, и будьте увѣрены, что я такъ же предстою передъ вами, какъ если ’) Іоан. XX, 15—17. Троекратное порученіе пасти овецъ духовнаго стада какъ бы возстанавливаетъ Петра въ апостольскомъ званіи и соотвѣтствуетъ его троекратному отреченію, не давая ему никакихъ нарочитыхъ правъ по сравненію съ другими апостолами. ’) Мы уже знаемъ, что папѣ было не къ кому обратиться кромѣ фран- ковъ.
ПАПСТВО ВЪ ПЕРІОДЪ ПОСТ. ОБОСОБЛ. ИТАЛІИ ОТЪ ВИЗАНТІИ. 61 бы вы видѣли меня тѣлесными очесами, живымъ и дѣйствую- щимъ во плоти *). Вѣрьте безъ колебанія, христіаннѣйшіе ко- роли, Липинъ, Карлъ и Карломанъ, и вы также, священники, епископы, аббаты, монахи купно съ судіями, герцогами, гра- фами и всею имперіей франковъ. Вѣрьте, что я, Петръ, апо- столъ Бога Живаго, говорю эту рѣчь, и что, если вы не ви- дите меня во плоти, я тѣмъ не менѣе около васъ духомъ. Ца- рица Небесная, Марія, Матерь Божія и Приснодѣва, также говоритъ вамъ и заклинаетъ васъ со мною. Также и Престолы, Власти, князья небеснаго воинства, мученики, исповѣдники, всѣ ангелы и святые, возлюбленные Всевышняго, настоятельно поручаютъ вамъ городъ Римъ, овецъ Христовыхъ, населяющихъ его, и святую церковь, которую Господь предоставилъ моимъ попеченіямъ. Спѣшите, не теряйте ни минуты, летите, чтобы отнять его отъ неистовства лангобардовъ, изъ опасенія, чтобы тѣло мое, уже давнымъ давно принесенное въ жертву въ стѣ- нахъ его во славу Христа, и мѣсто, гдѣ оно всегда покоится по повелѣнію Господа, не сдѣлались вмѣстѣ съ римскимъ на- родомъ, порученнымъ моей охранѣ, игрушкою ихъ варварскаго нечестія... Я заклинаю васъ именемъ Бога Живаго не допу- скать болѣе осады Рима лангобардами, чтобы и тѣла, и души ваши не были преданы огню вѣчному. Если вы не повинуе- тесь мнѣ въ наивозможной скорости, знайте, что властію Св. Троицы и силою моего апостольства вы будете лишены Царства Небеснаго и жизни вѣчной... Спѣшите же придти на помощь къ намъ, пока не будетъ лишена почета и не будетъ разрушена мать св. церковь. Покажите, что вы неразрывно соединены съ Римомъ, чтобы не быть вамъ, какъ чуждымъ, выброшенными изъ Царства Небеснаго. Отважно бейтесь за римлянъ, моихъ дѣтей и вашихъ братьевъ, ибо никто не будетъ увѣнчанъ, если не сражался достойнымъ образомъ». Это письмо, продиктованное пламенною вѣрою и вполнѣ согласовавшееся съ понятіями средневѣковья, возымѣло немедленное и вмѣстѣ *) Нециациаіп аіііег іепеаіів, .-ітапііазіті, зе<1 рго сегіо сопйдііе: рег тетеі ірзит Іапдиат іп сагпе согат ѵоЬів ѵіѵиз айзізіепз.
62 ( РЕДНГВЬНОВОЕ ПАПСТВО П ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. съ тѣмъ длительное дѣйствіе. Пипинъ явился въ Ломбардію со всѣмп своими военными силами, осадилъ Павію, заставилъ Астольфа просить пощады и возвратить всѣ захваченныя имъ мѣстности. Всѣ »ти мѣстности, согласно особому акту, пере- ходили въ вѣчное владѣніе папъ. Дѣло пе ограничилось однимъ походомъ: Пипинъ, а потомъ и геніальный сынъ его, Карлъ Великій, предприняли рядъ походовъ въ Италію. Лангобардское королество было разрушено, Италія превращена въ провинцію Франкскаго государства, а Римъ и значительная часть экзар- хата стали достояніемъ римской церкви. Но и разрушеніе Лангобардскаго королевства и обращеніе Италіи во франкскую провинцію совершились нѣсколько позже — въ царствованіе Карла Великаго. Но, прежде чѣмъ перейти къ этому великану средневѣ- ковья, необходимо сказать нѣсколько словъ о посланіи папы Стефана II, написанномъ отъ имени апостола Петра. Въ прежнее время и западные, и наши отечественные исто- рики относились къ этому посланію совершенно неправильно. Такъ напр., Кудрявцевъ въ своемъ трудѣ «Судьбы Италіи» осуждаетъ самую рѣшимость папы Стефана написать письмо отъ имени апостола Петра и называетъ ее «наглою». «Ни- когда — говоритъ онъ — лесть п обманъ не соединялись такъ безстыдно съ самыми дерзкими угрозами, и никогда самая не- обузданная фантазія не злоупотребляла такъ прозопопеею, какъ это дозволило себѣ испуганное воображеніе римскаго епи- скопа». Совершенно вѣрно смотритъ на дѣло современный нашъ историкъ А. С. Вязигинъ: «безпристрастный изслѣдова- тель едва-ли найдетъ въ этомъ посланіи черты «безчестнаго обмана», «безстыдныхъ злоупотребленій», «дерзкихъ угрозъ» и «низкой лести». Он< совершенно точно отражаетъ воззрѣнія своего времени, свидѣтельствуетъ о полномъ смѣшеніи и не- престанномъ соприкосновеніи земного и небеснаго, которое такъ типично для средневѣкового міровоззрѣнія. Папа счи- талъ себя вправѣ говорить отъ имени св. Петра, потому что, какъ и всѣ современники, представлялъ идеи въ живыхъ обра- захъ и отожествлялъ ихъ. Это отожествленіе началось уже
63 ПАНСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМПГГАТОРА КАРЛА ВЕЛИКАГО. давно, и въ твореніяхъ еще Льва Великаго должностныя рас- поряженія «преемниковъ апостола» признаются дѣломъ самого св. Петра. «Князь апостоловъ», какъ и другіе святые, счи- тается непрестанно пребывающимъ съ вѣрующими, изливаетъ на нихъ свои милости и караетъ за проступки, принимаетъ даренія и имѣетъ свою собственность». Мы прибавимъ съ своей стороны немногое. Въ одномъ изъ раннихъ писемъ папа Сте- фанъ заклиналъ Пипина св. Петромъ, «который — продол- жаетъ папа — помазалъ васъ на королевство». Не- ужели папа и здѣсь обманывалъ, надѣясь на то, что Пипинъ успѣлъ позабыть о томъ, что помазалъ его не апостолъ, а папа? Угрозы, къ которымъ Стефанъ прибѣгнулъ въ своемъ знаме- нитомъ посланіи не «самыя дерзкія», а самыя обыкновенныя: и чѣмъ бы инымъ могъ грозить папа? Суть дѣла — въ яркой образности, безъ которой, какъ безъ символа, средневѣковье и немыслимо. Даже Деллингеръ, книга котораго, почтенная во многихъ отношеніяхъ, все-же превращается мѣстами въ обви- нительный актъ папству, усматриваетъ въ посланіи лишь одну «пзъ самыхъ смѣлыхъ и странныхъ фикцій», которыя когда- либо создавались воображеніемъ. Смѣлости замысла отрицать нельзя. Странности съ точки зрѣнія средневѣковья не было. Сила же заключалась въ немъ несомнѣнная, и Пи пипъ сразу почувствовалъ ее. Папство въ эпоху императора Карла Великаго. іР'ъ момента воцаренія новой династіи, т. е. со второй по- V) ловпны ѴШ вѣка, франки вступаютъ въ тѣсный и взанмо- 0" довлѣющій союзъ съ Римомъ. Франки стали, благодаря ему, «народомъ св. Петра по преимуществу», его «пріемными дѣтьми» Когда-то грозный и повелительный Римт, владыка міра, наводившій долгое время на варваровъ какой-то таин- ственный, благоговѣинып ужасъ, самъ протянулъ имъ свои р}ки и усыновилъ ихъ. Новая династія получила торжествен- ное узаконеніе отъ «князя апостоловъ», ибо въ то время
64 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. дѣятельность папъ отожествлялась съ дѣятельностью самого апостола Петра. Устами апостола папа обѣщалъ франкамъ великія награды, побѣды надъ всѣми врагами, долговѣчіе на землѣ и блаженство въ жизни вѣчной ’). Все это не только льстило самолюбію франкскихъ владѣтелей, но и оказывало на нихъ великое психическое воздѣйствіе, призывая ихъ къ борьбѣ и подвигамъ и вселяя въ нихъ заранѣе увѣренность въ благопріятномъ исходѣ всего того, что будетъ предпринято. Въ этомъ случаѣ папа оказался невольнымъ пророкомъ. Не прошло и пяти десятилѣтій, какъ создалась Великая франк- ская монархія, глава которой принялъ титулъ римскаго импе- ратора. Выиграла и другая сторона: имущество Св. Петра было возстановлено, папство нашло наконецъ сильнаго заступ- ника, «стража церковнаго мира», и настала наконецъ пора, благопріятная, какъ казалось, для осуществленія высокаго идеала, для насажденія «града Божьяго». Но — увы! — идеалъ «града Божьяго» уже поблекнулъ при папскомъ дворѣ. Подъ вліяніемъ слишкомъ длительнаго переживанія чисто мірскихъ, житейскихъ интересовъ, борьбы за существованіе, папство стало утрачивать свой идеальный обликъ. П въ самомъ дѣлѣ, до идеаловъ ли было, когда приходилось воевать въ буквальномъ смыслѣ этого слова, вступать въ союзы, искать безопасныхъ мѣстъ, хотя бы и въ разстояніи «одного только льё отъ Рима», выносить всякаго рода житейскія огорченія и падать на землю передъ варварами? Недаромъ папа Григорій Великій избѣгалъ войны, кровопролитія, даже въ ті; моменты, когда кровопролитіе являлось не только единственнымъ, по и безусловно вѣрнымъ рѣшеніемъ того или другого вопроса. Новые папы поставили главною цѣлью своей дѣятельности устроеніе и расширеніе «достоянія Св. Петра». Для Григорія Великаго не было ничего пріятнаго въ этомъ мірѣ, а блага *) Въ посланіи, приведенномъ выше въ главнѣйшихъ своихъ частяхъ имѣются слѣдующія строки: ,8і оЬейіегііів ѵеіосііег, егіі ѵоЬів регііп^епя ай ілартат тегсейсш... еі іп ргаеяепіі'ѵііа отпея ѵеяігоя іпітіеоя япрегапіев еі. [оп^аеѵі регяівіепіея Ьона Іеітае сотейеіія еі аіктпат ргосиі <1иЬіо ігиетіпі ѵііат’.
ПАПСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМПЕРАТОРА КАРЛА ВЕЛИКАГО. 65 земныя представлялись ничтожными, неимѣющими никакой цѣнности по сравненію съ небесными. Папа Стефанъ II гово- ритъ вь своемъ знаменитомъ посланіи о земныхъ благахъ заодно съ небесными, придавая большое значеніе и побѣдамъ надъ всѣми врагами, и долговѣчному пользованію благами земли. Папство—по удачному выраженію историка—«вдохнов- ляется не правдою Царства Божьяго», а «правдою св. Петра», т. е. матеріальными «правами и пользованіями», а пе вѣко- вѣчными нравственными запросами.. «Въ то же время общіе и широкіе завѣты Евангелія замѣняются формальными пред- писаніями и мелочными требованіями, хранимыми намѣстни- комъ апостоловъ». На первенствующій планъ выступили ма- теріальные интересы и культъ. Преемникъ и братъ Стефана II, Навелъ I, хотя былъ папою слишкомъ десять лѣтъ (757—767), не отмѣтилъ своего папствованія никакимъ выдающимся актомъ. Отъ него осталось много писемъ, большинство которыхъ адре- совано къ королю франковъ Пипину и заключаетъ въ себѣ просьбы о помощи то противъ византійцевъ, стремившихся завладѣть Равенной съ согласія лангобардовъ, то противъ лан- гобардскаго короля Дезидѳрія, не приводившаго въ исполненіе обязательствъ, принятыхъ на себя его предмѣстникомъ по дого- вору съ Пипиномъ. Подобію Стефану II и папа Павелъ I вну- шалъ франкамъ мысль о превосходствѣ ихъ надъ другими на- родами. Обращаясь, напримѣръ, къ духовенству и вельможамъ франкскимъ, папа писалъ: «Радуйтесь и веселитесь, ибо имена ваши и королей вашихъ запечатлѣны па небесахъ, и велика мзда ваша передъ Богомъ и апгелами Его: въ князѣ бо апо- столовъ, блаженнѣйшемъ Петрѣ, коему Искупитель нашъ даро- валъ власть вязать грѣхи на небѣ и на землѣ, вы пріобрѣли себѣ покровителя». По смерти папы Павла I въ Римѣ произо- шли безпорядки, какъ ранній вЬстникъ грядущихъ бѣдъ. Нѣкій герцогъ Тотонъ, проживавшія долгое время въ Пени со своимъ братомъ Константиномъ, явился въ Римъ съ большою толпою, состоявшею изъ воиновъ и крестьянъ, набранныхъ имъ въ Нели и другихъ городахъ Тосканы. Они собрались въ домѣ Тотона и выбрали здѣсь въ папы Константина, бывшаго еще СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 5
66 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. свѣтскимъ лицомъ. Затѣмъ, облекшись въ кирасы, съ оружіемъ въ рукахъ, онп провели своего избранника въ Латеранъ, быв- шій резиденціей папъ. Въ слѣдующее воскресенье Константинъ былъ посвященъ въ епископы въ церкви св. Петра, занималъ папскую каоедру болѣе года, по быль низвергнутъ посред- ствомъ переворота, устроеннаго примикаріемъ и совѣтникомъ папской каоедры Христофомъ. Это былъ первый случай захвата папской власти, случай характерный. Манилъ не санъ въ тѣс- номъ смыслѣ слова, манила власть, соединенная съ крупнымъ землевладѣніемъ. Нельзя не усмотрѣть въ этомъ случаѣ указа- нія на то, что папы начинали терять ореолъ первосвящен- ничества, что они могли казаться со стороны не столько первосвященниками, строителями «града Божія», сколько по- литиками, воителями, свѣтскими государями. Если же онп могли казаться таковыми, то причиною этого должна была быть какая- либо перемѣна въ характерѣ папства, замѣтная со стороны: причиною былъ сдвигъ папства вь сторону матеріальныхъ интересовъ.—Послѣ низверженія Константина состоялись вы- боры новаго папы. Въ этихъ выборахъ принимали участіе епископы, высшіе представители духовенства, начальники ми- лиціи и народъ. Выбрали Стефана III. Христофь, по своей дѣятельности нѣсколько напоминающій дворцовыхъ старшинъ у франковъ, принялъ съ избраніемъ Стефана III управленіе Римскимъ дукатомъ. Между тѣмъ низверженный Константинъ и не думалъ отказываться отъ сана, въ который его выбрали. Наличность двоепапія вызывала большую смуту и поэтому не- обходимо было покончить съ Константиномъ. Покончить съ нимъ, по воззрѣніямъ того времени, было возможно лишь съ помощью собора. Сынъ Христофа, Сергій отправился въ землю франковъ къ Пипину, чтобы испросить у него разрѣшеніе на присылку въ Римъ нѣсколькихъ франкскихъ епископовъ. Просьба была удовлетворена. Аптипапа Константинъ, еще ра- нѣе ослѣпленный фанатпческимп сторонниками Стефана, былъ осужденъ соборомъ итальянскихъ и франкскихъ епископовъ и подвергнутъ заушенію, документы же объ его избраніи сожжены. На томъ же соборЬ было постановлено устраненіе свѣтскихъ
ПАПСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМПЕРАТОРА КАРЛА ВЕЛИКАГО. 67 лицъ отъ участія вь папскихъ выборахъ. Едва наладился по- рядокъ, какъ лапгобардскій король Дезидерій, дѣйствуя черезъ своего камергера, повелъ интригу противъ Христофа. Папа, которому надоѣла опека Христофа, охотно пожертвовалъ не только отцомъ, по и сыномъ. И Христофъ, и Сергій укрылись, ища защиты, въ церковь св. Петра, но папа приказалъ извлечь ихъ оттуда, послѣ чего оба погибли. Дезидерій, явившійся въ Римъ въ качествѣ пилигрима, открыто издѣвался надъ папой. Папа Стефанъ III. «Какъ смѣетъ папа, говорилъ онъ. претендовать еще на что-то послѣ того, какъ я избавилт. его отъ опекуновъ? Въ это дѣло, конечно, вмѣшается король Карломанъ, другъ Христофа и Сергія, но на кого иного можетъ положиться папа, кромѣ лангобардовъ? Если я не защищу его, онъ погибнетъ». Папа Стефанъ III, утвердившійся на престолѣ при такихъ исклю- чительныхъ обстоятельствахъ, не ознаменовалъ своего правле- нія рѣшительно ничѣмъ выдающимся и проявилъ стремленіе къ политической интригѣ, желая помѣшать браку Карла съ
68 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАНСТВО Н ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. дочерью лангобардскаго короля Дезпдерія. Послѣ смерти Сте- фана III на папскую каоедру вступилъ Адріанъ (772—795), человѣкъ благочестивый, высоко нравственный и нпщелюби- вый. И онъ, и преемникъ его Левъ III (795 — 816) были современниками блестящаго царствованія Карла Великаго. Оба они находились въ дружественныхъ отношеніяхъ съ ве- ликимъ монархомъ, обоимъ онъ оказывалъ большой почетъ, но оба они совершенно стушевываются передъ нимъ. Напрасно пытались бы мы уловить что-либо характерное въ ихъ лично- стяхъ, въ ихъ дѣятельности, что-нибудь, такое, что поднимало бы ихъ выше ординара. Въ сущности роли и того, и другого были чисто служебными. Не будь ихъ современникомъ Карлъ Ве- ликій, ихъ имена нетрудно было бы пропустить въ историче- скомъ очеркѣ, посвященномъ папству, какъ пропускается безъ ущерба для дѣла великое множество папскихъ именъ. Правда, папа Адріанъ отстаивалъ священный обычаи иконопочитанія и послалъ двухъ депутатовъ на седьмой вселенскій соборъ. По одинъ изъ виднѣйшихъ папъ, а именно Григорій II, а за нимъ и Григорій III съ замѣчательною полнотою и яс- ностью формулировали всѣ доводы, говорящіе въ пользу иконо- почитанія. Съ другой стороны, несправедливо забывать громад- ныхъ заслугъ Востока въ этомъ дѣлѣ, заслугъ Іоанна Дама- скина. Наконецъ, не папа Адріанъ возстановилъ иконопо- читаніе, а вселенскій соборъ, па которомъ присутствовали два присланныхъ имъ священника. Перемѣна въ характерѣ папства, о которой мы говорили выше, сказалась и въ отно- шеніяхъ папы Адріана къ константинопольскому патріарху. Папа Адріанъ въ письмахъ своихъ къ императору Константину и патріарху Тарасію выражалъ недовольство по поводу титу- лованія патріарха «вселенскимъ». Противъ употребленія этого титула вообще, безъ отношенія къ тому или другому па- тріарху, возставалъ и папа Григорій Великій. Но свой взглядъ онъ обосновывалъ чисто объективными соображеніями, при чемъ самъ лично отказался отъ пышнаго титула и упорно именовалъ себя «рабомъ рабовъ Божіихъ». Въ данномъ случаѣ великій папа руководился завѣтомъ Спасителя: «кто хочетъ
ПАПСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМПЕРАТОРА КАРЛА ВЕЛИКАГО. 69 быть большимъ между вами, да будетъ вамъ слугою; п кто хочетъ быть первымъ меледу вами, да будетъ всѣмъ рабомъ. Ибо и Сынъ Человѣческій не для того пришелъ, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для иску- пленія многихъ» *)• У папы Адріана уже другая точка зрѣ- нія. «Изъ Вашего письма, пишетъ опъ императору, мы съ удивленіемъ усмотрѣли, что Тарасію дастся титулъ вселенскаго патріарха. Константинопольскій патріархъ пе занималъ бы и Папа Адріапъ I. второго мѣста безъ нашего согласія. Если опъ — вселспскіп, такъ онъ имѣетъ первенство надъ нашею церковью, но всѣ христіане усмотрятъ въ этомъ лишь смѣшную претензію». Здѣсь выдѣляется мѣстническая, т. е. чисто земная, матеріальная точка зрѣнія. Та же точка зрѣнія рѣшительно выступаетъ въ концѣ адріанова письма. Адріанъ приводитъ въ примѣръ импе- ратору Константину Карла Великаго, который, будто бы лишь исполняя желанія папы, подчинилъ себѣ всѣ варварскія народ- ') Ев. Марка, X, 43—45.
70 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. пости Запада, возстановилъ «владѣнія св. Петра» и «не пере- стаетъ повседневно жертвовать и золото, и сереоро на освѣ- щеніе храма п пропитаніе бѣдныхъ». Слова письма о томъ, что геніальный императоръ дѣйствовалъ по указкѣ папы, вызы- ваютъ невольную улыбку историка. Что же является суще- ственнымъ въ концѣ папскаго посланія? Тутъ уже не «градъ Божій», не высокія мечтанія о проникновеніи жизни христіан- скими идеалами, а—«наслѣдіе св. Петра», т. е. папскія вла дѣнія, золото и серебро, обстановка культа и, какъ неизбѣж- ное дополненіе, бѣдняки. Папа Адріанъ выложилъ серебромъ гробницу св. Петра и украсилъ ее балдахиномъ съ золотымъ шитьемъ, ремонтировалъ стѣны и башни города Рима, резер- вуары и водопроводы, обслуживавшіе его. Но въ личности Адріана все-же проявлялась извѣстная доза самостоятельности. Послѣдней черты совершенно незамѣтно въ личности папы Льва III. Папа Адріанъ, получивъ отъ Карла Великаго такъ наз. «Каролингскія книги» (БіЬгі Сагоііпі), продуктъ работы вдохновленныхъ Карломъ франкскихъ богослововъ, сумѣлъ, при всей своей корректности, отнестись къ нимъ вполнѣ самостоя- тельно. Разбирая содержаніе утихъ книгъ, Адріанъ легко опро- вергъ ихъ нападки на седьмой вселенскій соборъ^ на византій- скихъ богослововъ, на возстановленіе иконопочитанія. Папа Левъ ІП не смогъ выдержать натиска Карла Великаго и вклю- чилъ, согласно его желанію, въ Сѵмволъ вѣры выраженіе «и Сына» (Гіііоцпе), котораго не было въ его древнемъ спискѣ. Въ былое время папѣ Льву III приписывали идею Западной имперіи и представляли самое коронованіе Карла Великаго въ Римѣ, въ церкви св. Петра, какъ пріятную неожиданность для высокаго гостя. Теперь мы знаемъ, что Левъ III игралъ въ этомъ великомъ историческомъ событіи совершенно служебную роль. Карлъ Велиьіг руководилъ имъ съ самаго начала его папствованія. Посылая къ нему аббата Ангильберта, Карлъ далъ послѣднему инструкцію, въ которой, между прочимъ, сказано: «почаще говорите ему (т. е. папѣ), что достоинство это (папствованіе) непродолжительно, а награда тому, кто окажется подходящимъ для него вѣчна. Твердо говорите
ПАПСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМПЕРАТОРА КАРЛА ВЕЛИКАГО. 71 ему о необходимости уничтоженія симопіи и обо всемъ томъ, что вы хорошо знаете, по поводу чего мы сѣтовали оба». Безъ благоволенія Карла Великаго папа Левъ врядъ лп удер- жался бы на своемъ престолѣ. Два раза враги покушались на самую жизнь его, и на чудо, конечно, спасло его, а тотъ огром- Императоръ Карлъ Великій. ныи авторитетъ, которымъ пользовался его высокій покро- витель. Благодаря именно этому авторитету, враги папы не находили опоры въ массѣ населенія. Въ 800 году Карлъ Ве- ликій совершилъ свое четвертое путешествіе въ Римъ. Про- бывъ всего недѣлю въ «вѣчномъ городѣ», Карлъ созвалъ на экстренное засѣданіе въ церкви св. Петра епископовъ, абба-
72 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛП. товь и другихъ представителей духовенства, а также римскую и франкскую знать, чтобы обсудить обстоятельства, какъ вы- звавшія, такъ и сопровождавшія покушеніе па жизнь папы. Разсмотрѣніе дѣла не обнаружило тѣхъ преступленіи, которыя инкриминировались папѣ его врагами. Епископы выска- зались въ томъ смыслѣ, что папа — глава всѣхъ церквей, что онъ не подсуденъ имъ, но именно онъ, какъ верховный пастырь, является ихъ судьею; пусть онъ приказываетъ, епи- скопы повинуются ему согласно канонамъ. Папа Левъ заявилъ, что онъ идетъ лишь по слѣдамъ своихъ предшественниковъ и готовъ очиститься отъ тѣхъ клеветъ, которыми пытались очер- нить его. На слѣдующій день въ той же церкви собрались тѣ же лица и пародъ. Взявъ въ руки Евангеліе и взойдя на амвонъ, папа Левъ заявилъ громогласно: «Я, Левъ, первосвя- щенникъ римской церкви, по своему собственному побужденію и по своей доброй волѣ клянусь передъ Богомъ, Который читаетъ въ душѣ моей, клянусь въ присутствіи Ею ангеловъ, блаженнаго апостола св. Петра и всѣхъ, слышащихъ меня, что я не совершалъ тѣхъ преступныхъ дѣяній, въ которыхъ обвиняютъ меня. Свидѣтельствую передъ Верховнымъ Судіей, на судъ Котораго мы всѣ предстанемъ и передъ очами Кото- раго мы всѣ находимся въ настоящую минуту, что актъ моего заявленія не вызывается никакимъ требованіемъ закона, и пусть данный случай не послужитъ примѣромъ для моихъ преемниковъ!» Въ данномъ случаѣ папа Левъ не высказалъ своего личнаго мнѣнія. Его слова были лишь отраженіемъ того мнѣнія, ьоторое становилось традиціей новаго папства, отступившаго отъ воззрѣній Григорія Великаго. Обнаруживъ такую твердую вѣрность традиціи, хотя сравнительно недавней, но касавшейся папскаго авторитета, Левъ III спустя два года измѣнилъ въ Ахенѣ другой, догматической традиціи—древнему тексту Сѵмвола вѣры объ исхожденіи Духа Святого отъ Отца Правда, папа Левъ приказалъ начертать Сѵмволъ вѣры на се- ребряныхъ доскахъ, на латинскомъ и греческомъ языкахъ, безъ прибавки Гіііоцие и выставилъ эти доски въ храмѣ св. апо- столовъ, по такая двойная игра съ предметомъ исключитель-
ПАПСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМПЕРАТОРА КАРЛА ВЕЛИКАГО. 73 наго значенія говоритъ не за папу, а противъ него. За годъ до смерти папы Льва III совершилось вторичное покушеніе на его жизнь, во на этотъ разъ не было и подобія суда надъ папою, совершившагося почти пятнадцать лѣтъ тому назадъ, но всіі виновники поплатились, согласно римскому закону, своими головами. Не выходя даже за предѣлы біографіи папы Льва III, невольно обращаешь вниманіе на ту зависимость отъ императора Карла, въ которой находился современный ему Папа Левъ ПІ. папа, несмотря на то, что ученіе о папскомъ приматѣ, о не- подсудности папъ сдѣлало такіе большіе успѣхи. Дѣло въ томъ, что великимъ дѣятелемъ эпохи былъ императоръ Карлъ, мы- слившій и работавшій въ тѣсномъ кругу своихъ вѣрныхъ и единомыслящихъ сотрудниковъ. За незначительными исключеніями Карлъ Великій собралъ подъ своимъ скипетромъ всѣ германскія и романскія народности, частью подчинилъ себѣ, частью заставилъ платить дань большую часть западнаго славянства. Въ область его обширной монархіи не
74 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. вошли скандинавскія страны, нынѣшняя Англія и большая часть Пиренейскаго полуострова, находившаяся во власти мавровъ. Созданная имъ монархія представляла нѣчто новое для Запада. Особенный ореолъ могущественному правителю згой новой монархіи придавало то обстоятельство, что онъ включилъ въ область исторической жизни такія народности, которыя существовали ранѣе внѣ ея, что онъ пріобщилъ ихъ къ христіанству. Въ этомъ отношеніи особенною популярностью у современниковъ и потомства пользовались походы Карла про- тивъ саксовъ и аваровъ и борьба его съ маврами, завершившаяся включеніемъ въ составъ его христіанской монархіи сѣверо-восточ- наго угла Пиренейскаго полуострова. Совершенно естественно, что въ тѣсномъ кругу приближенныхъ Карла возникла мысль о принятіи повелителемъ обширной монархіи императорскаго титула. Въ 800 году, въ день Рождества Христова, въ церкви св. Петра, папа Левъ III возложилъ на главу Карла импера- торскую корону. Эгингардъ, разсказывающій объ этомъ, при- бавляетъ, что даже въ такой большой праздникъ Карлъ не пошелъ бы въ храмъ, если бы зпалъ о намѣреніи папы возло- жить на пего императорскую корону. Это заявленіе можно было бы считать за риторическое украшеніе историка, стре- мившагося увѣнчать своего излюбленнаго героя, кромѣ другихъ ореоловъ, еще ореоломъ смиренія, если бы Эгингардъ не при- бавилъ, что слышалъ это заявленіе не одинъ разъ изъ устъ самого Карла. Возможно одно предположеніе, что нововѣнчан- ный императоръ остался чѣмъ-то недоволенъ. Можно считать доказаннымъ, что ритуалъ вѣнчанія былъ выработанъ заблаго- временно при ближайшемъ участіи самого монарха: доказа- тельствами служатъ и искусственная формула провозглашенія («Карлу—Августу, Богомъ вѣнчанному, великому миротворцу, римскому императору жизнь и побѣда!»), и помазаніе сына императора въ короли немедленно вслѣдъ за возложеніемъ на отца императорской короны, и наконецъ—щедрые дары, зара- нѣе приготовленные Карломъ для раздачи по этому случаю различнымъ римскимъ церквамъ. Очевидно, недовольство было вызвано пе ритуаломъ вѣнчанія, а, можетъ быть, тою поснѣш-
ПАПСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМПЕРАТОРА КАРЛА ВЕЛИКАГО. 75 постыо, тою внезапностью, съ которою оно наступило: пе да- ромъ источники говорятъ о «нсолшданности» его. Неожидан- ность вѣнчанія при заранѣе продуманномъ ритуалѣ его даетъ нѣкоторое право предполагать, что причиною недовольства Карла была несвоевременность совершеннаго папою акта. Папа предварилъ моментъ, поспѣшилъ. Теперь можно считать удобо- пріемлемымъ предположеніе, что Карлъ мечталъ объ единой имперіи, а не объ имперіи Запада, что онъ хотѣлъ быть импе- раторомъ всѣхъ христіанъ. А Востокъ входилъ не только въ область его мечтаній, но и дѣйствій. Какъ разъ въ дни своего пребыванія въ Римѣ онъ получилъ отъ іерусалимскаго патрі- арха ключи отъ храма Гроба Господня, ключи и знамя города Іерусалима. На символическомъ языкѣ средневѣковья это обо- значало покорность одной стороны и власть другой. Власть Карла Великаго признавалась такимъ образомъ предстоятелемъ іерусалимской церкви. Не слѣдуетъ упускать при этомъ изъ виду, что св. мѣста уже были уступлены Карлу халифомъ. Въ то же время Карлъ велъ переговоры съ Константинополемъ. За три года до вѣнчанія Карла въ Римѣ вдовствовавшая импе- ратрица византійская Ирина, «одинаково извѣстная своею кра- сотой, своими талантами и своими преступленіями», низложила сь престола и ослѣпила своего сына Константина VI. Она захватила верховную власть въ свои руки. Совершенно есте- ственно у враговъ Ирины могла зародиться мысль о низло- женіи ея, объ избраніи на ея мѣсто императора и о предло- женіи короны великому повелителю франковъ Карлу, имя ко- тораго пользовалось на Востокѣ большою популярностью. Совершенно аналогичная мысль могла быть и, повидимому, была у Карла. «Когда названный императоръ—разсказываетъ подъ 801 годомъ Муассакская хроника—пребывалъ въ Римѣ, къ нему были приведены нѣсколько человѣкъ, которые сказали ему, что имя императора печезло у грековъ, и что у нихъ имперіей завладѣла женщина по имени Ирина, которая коварно схватила своего сына-императора, выколола у него глаза, сама завладѣла имперіей, какъ это написано объ Аталіи (Гаооліи) въ книгѣ Царствъ». Хронистъ наивно пріурочиваетъ этотъ
76 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. фактъ почти къ самому коронованію, какъ будто недоставало только этого извѣстія, чтобы окончательно убѣдить папу и все собраніе епископовъ и аббатовъ, а также сенатъ франковъ и всѣхъ старѣйшихъ римлянъ о необходимости короновать Карла. «Они—продолжаетъ хронистъ—посовѣтовались съ остальными христіанами и рѣшили наименовать Карла, короля франковъ, императоромъ, видя, что опъ владѣетъ Римомъ, матерью импе- ріи, гдѣ всегда имѣли пребываніе цезари и императоры, и не желая, чтобы язычники могли смѣяться надъ христіанами, если бы имя императора совершенно исчезло среди христіанъ». Но люди, о которыхъ говоритъ хронистъ, и которые несомнѣнно были въ Римѣ въ качествѣ пословъ враждебной византійскому правительству партіи, не явились же въ Рим ь только для того, чтобы сообщить извѣстную на Западѣ новость о переворотъ, совершенномъ Ириною, и посодѣйствовать сообщеніемъ этой мнчмой новости провозглашенію Карла императоромъ Запада. Возможно, что они или манили его единой короной Востока и Запада, или были у него въ качествѣ посредниковъ въ сно- шеніяхъ его съ какою-либо политическою партіей Византіи. Мысль объ единой имперіи, несомнѣнно, была у Карла, быв- шаго поішонникомъ знаменитаго творенья Блаж. Августина. И вотъ, въ знаменательные дни пребыванія Карла въ Римѣ, когда происходили сношенія съ Іерусалимомъ и Новымъ Ри- момъ, когда, казалось, оставалось сдѣлать такъ немного, чтобы установить единство «града Божьяго», папа короновалъ могу- чаго повелителя, но то была не цѣлая корона, а лишь поло- вина ея. Тогда понятнымъ становится заявленіе Карла Вели- каго, переданное Эгингардомъ, заявленіе, которое Карлъ, по словамъ его, повторялъ неоднократно. Очевидно, мысль эта запала глубоко въ мозгу Карла, что-то сорвалось, что-то вы- шло не такъ, какъ слѣдуетъ. Торопливость же папы въ дѣлѣ вѣнчанія вполнѣ понятна. Необходимо было закрѣпить выгод- ный для папства прецедентъ. Стефанъ II возложилъ королев- скій вѣнецъ на главу Пипина, Левъ III — императорскую ко- рону на главу Карла Великаго. Если бы самъ папа упустилъ столь выгодный моментъ, ему напомнила бы о немъ окружав-
ПАПСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМПЕРАТОРА КАРЛА ВЕЛИКАГО 77 шая его среда. Среда эта представляла собою нѣчто спло- ченное. Она научилась учитывать заранѣе всѣ выгоды папской каѳедры, такъ какъ преемственно работала въ этомъ напра- вленіи уже сь половины V в. А мысль объ единой имперіи крѣпко засѣла въ мозгу Карла. Онъ не покидаетъ ее и послѣ 800 года и помышляетъ о бракѣ съ Ириной, благодаря которому онъ сталъ бы импе- раторомъ и Запада, и Востока. Чтобы добиться этого, онъ отправилъ посольство въ Константинополь, въ качествѣ пред- варительной мѣры. Ирина, въ свою очередь, отправила посоль- ство къ Карлу «ради заключенія мира». Послѣ этого предва- рительнаго обмѣна Карлъ, съ вѣдома папы, выступилъ съ формальнымъ брачнымъ предложеніемъ. Ирина была склонна принять его, но противъ этого возстали знатнѣйшіе изъ санов- никовъ византійскихъ и въ ихъ числѣ министръ Аэцій, кото- рые и сами мечтали объ императорской коронѣ. Мечты Карла потерпѣли крушенье: въ присутствіи его пословъ совершился переворотъ, низвергнувшія Ирину, послѣдняя вскорѣ окончила свою жизнь въ одномъ изъ монастырей. Новый византійскій императоръ, Никифоръ, отнесся къ принятію Карломъ импе- раторскаго титула отрицательно и воспретилъ константинополь- скому патоіарху входить въ какія-либо сношенія съ папою Львомъ III. Однако, при первомъ удобномъ случаѣ Карлъ Ве- ликій возобновилъ сношенія съ Византіей и добился наконецъ того, что императоръ Михаилъ, вступившій въ общеніе и съ папами, примирился съ принятіемъ императорскаго титула Карломъ, какъ съ совершившимся фактомъ, а греческіе послы назвали Карла «императоромъ п базилевсомъ». Простившись съ прежними мечтами, западный императоръ остался доволенъ и достигнутымъ и написалъ «возлюбленному брату своему Михаилу, славному императору и августу» посланіе, въ кото- ромъ івыражалъ удовольствіе по поводу «упроченія давно иско- маго и всегда желаннаго мира между восточной и западной имперіей, а также объединенія и умиротворенія св. каѳоличе- ской цсрквп, распространенной по всему міру». Подъ конецъ своей жизни Карлъ Великія утѣшалъ себя мыслью, что онъ
78 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. достигъ такъ или иначе «единства». На самомъ дѣлѣ онъ не достигъ его. До сверженія Ромула-Августула (476) оба импе- ратора. западный и восточный, были двумя главами единаго государства. Ничего подобнаго не было теперь. Византійскіе императоры въ большинствѣ случаевъ смотрѣли на имперію, созданную Карломъ, какъ па узурпацію. Западъ смотрѣлъ на Карла Великаго, какъ на ближайшаго преемника низвергнутаго матерью Константина VI. Во всѣхъ западныхъ анпалахъ. какъ современныхъ Карлу, такъ и послѣдующихъ вѣковъ, имя импе- ратора Карла слѣдуетъ непосредственно за именемъ Констан- тина VI. Каждый изъ западныхъ императоровъ смотрѣлъ на каждаго восточнаго, какъ на своего соперника и врага, и на- оборотъ. Наступилъ моментъ, когда Западъ окончательно отдѣ- лился отъ Востока, а затѣмъ кристаллизировался въ свои соб- ственныя формы. Разбирая внѣшнюю политику Карла Великаго, мы пока лишь мимоходомъ назвали его поклонникомъ знаменитаго со- чиненія «о градѣ Божіемъ». Трудъ Блаж. Августина былъ на- стольною книгою великаго императора. Карлъ положилъ взгляды Блаж. Августина въ основу всей своей внутренней дѣятельно- сти. Основываясь на сообщеніи современника и очевидца, но- вѣйшіе изслѣдователи придаютъ большое значеніе вліянію Блаж. Августина на Карла и его дѣятельность, но не вдаются въ детальное разсмотрѣніе этого вопроса. Недавно всесторонне разобралъ его нашъ русскій историкъ, профессоръ А. С. Вя- зигинъ, цѣннымъ трудомъ котораго мы воспользуемся для ха- рактеристики внутренней дѣятельности Карла Великаго ’). Красною нитью черезъ все законодательство Карла Вели- каго проходитъ неустанное желаніе его насадить во всѣхъ частяхъ обширной монархіи «правду» и «миръ» при неизмѣн- номъ условіи «единства». «Справедливость—та добродѣтель, опредѣляетъ Блаж. Авгу- стинъ, которая каждому воздаетъ свое». Слѣдуя ему, Карлъ 1 А. С. Гизигинъ. Идеалы „Божьлпі Царства” и монархія Карла Великаго. Спб. 1912 г.
ПАПСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМПЕРАТОРА КАРЛА ВЕЛИКАГО. 79 издалъ рядъ постановленій, направленныхъ къ охраненію правды «короля», «королевскихъ посланцевъ», «церкви», «св. Петра», «вдовъ», «сиротъ», «бѣдныхъ», «страннопріим- ныхъ домовъ», «малолѣтнихъ», «маломочныхъ» и «всѣхъ осталь- ныхъ». Въ т-^хъ же интересахъ соблюденія «правды» великій государь обратилъ особенное вниманіе па собираніе и запись правовыхъ воззрѣній различныхъ народовъ, населявшихъ его имперію. Вь 802 году опъ приказалъ записать «права всѣхъ народовъ, бывшихъ подъ его властью, но не имѣвшихъ писан- ныхъ законовъ». Пробѣлы въ тѣхъ или другихъ «правдахъ» пополнялись; сохранились данныя о дополненіяхъ къ законамъ салическихъ и рппуарскихъ франковъ и баваровъ. Были оста- влены въ силѣ и римскіе законы. Современники Карла отмѣ- тили эту сторону его дѣятельности, говоря про него, что опъ «каждому даровалъ свои законъ, дабы всѣ люди, богатые и бѣдные, имѣли правду въ царствѣ его». Не составляли исклю- ченія и евреи. Не довольствуясь народными правовыми воз- зрѣніями. Карлъ пользовался и сборникомъ каноновъ, приня- тыхъ римскою церковью. Дѣйствіе каноновъ не ограничивалось лишь сферою духовенства, по въ извѣстныхъ случаяхъ распро- странялось и на мірянъ: имп руководились при опросѣ свидѣ- телей на судѣ, при назначеніи наказанія клятвопреступникамъ и ростовщикамъ. Каноны считалъ Карлъ обязательными и для папъ. Лишь въ тѣхъ случаяхъ, когда обстоятельства не позво- ляли точно выполнить каноническія требованія, Карлъ допу- скалъ возможность исключенія, но допускалъ такое изъятіе изъ общаго правила лишь съ разрѣшенія папы. По своимъ воззрѣніямъ на права папской и своей собственной власти онъ былъ точнымъ послѣдователемъ Блаж. Августпна. «Римская церковь — по его убѣжденію — поставлена Богомъ во главѣ всѣхъ церквей, и къ ней вѣрующіе должны обращаться за со- вѣтомъ, такъ какъ черпать доказательства можно только изъ тѣхъ писаній, кои признаны ею каноническими, принимать можно ученія только тѣхъ учителей, кои получили одобреніе римскихъ первосвященниковъ». Римская церковь была для него нормой. Въ цѣломъ рядѣ распоряженіи онъ требовалъ усвоенія
80 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. римскаго напѣва, чина римскаго богослуженія и римскихъ обычаевъ, даже ношенія римской обуви духовенствомъ своей монархіи. Неоднократно обращался Карлъ въ Римъ за всевоз- можными справками по вопросамъ вѣроученія, за богослужеб- ными книгами, и передавалъ папѣ для окончателіпаго рѣшенія различные сложные вопросы. Но, отводя папству очень высо- кое мѣсто, соблюдая «правду папскую», Карлъ придавалъ пра- вамъ и обязанностямъ папства чисто духовный характеръ. «Ваше дѣло,—писалъ онъ папѣ Льву III — воздѣвъ, подобно Моисею, руки къ Господу, помогать нашему воинству, дабы, при вашемъ ходатайствѣ, народъ христіанскій, руководимый Богомъ, повсюду постоянно побѣждалъ враговъ Его святого имени, и имя Господа Нашего Іисуса Христа славилось во всемъ мірѣ». Въ числѣ правъ и обязанностей императора, со- гласно Блаж. Августину, на первомъ планѣ ставилъ Карлъ защиту церкви. Такъ смотрѣли и современники его: Алкуинъ, Павелъ Діаконъ, Смарагдъ и мн. друг. Павлинъ Аквилейскій, одинъ изъ наиболѣе видныхъ сподвижниковъ Карла Великаго, смотрѣлъ на вопросъ о защитѣ церкви шире и глубже, чѣмъ другія лица. «Потребно тебѣ, почитаемыя князь,—писалъ онъ Карлу—упражнять епископовъ въ изслѣдованіи Свящ. Писанія, въ здоровомъ и трезвомъ ученіи, весь клиръ—въ благочестіи, всѣхъ вообще—во святости, вельможъ—въ совѣтѣ, судей—въ правдѣ, воиновъ—въ умі.ніи ратномъ, высшихъ—въ смиреніи, низшихъ — въ повиновеніи, всѣхъ вообще — въ благоразуміи, правдѣ, храбрости, умѣренности, мирѣ и согласіи». Такъ смо- трѣлъ на свою задачу и Карлъ Великій, непрестанно вдохно- влявшійся своимъ излюбленнымъ авторомъ. Онъ смотрѣлъ на свою задачу, какъ на завѣтъ Божій, и считалъ необходимымъ выполнять ее, какъ вѣрный и добрый рабъ Господа. Побѣ- дивъ лангобардовъ, онъ заявилъ въ храмѣ св. Петра, что «не желаніе пріобрѣсти золото, жемчугъ, серебро, земли пли вас- саловъ заставило его предпринять столь трудный походъ вмѣ- стѣ съ покровительствуемымъ Богомъ воинствомъ франковъ, но исключительно стремленіе добиться выполненія правды св. Петра, завершить возвышеніе св. Божіей церквп и умножить
ПАПСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМПЕРАТОРА КАРЛА ВЕЛИКАГО. 81 безопасность папы». Въ словахъ «завершить возвышеніе» за- ключается указаніе на дѣятельность отца. Такимъ образомъ, дѣйствовать въ данномъ направленіи побуждали Карла не только идеалы Блаж. Августина и современность, но и семейныя тра- диціи. Слова, сказанныя Карломъ по поводу похода противъ лангобардовъ, могутъ быть распространены и на всю его дѣя- тельность вообще. Карлъ былъ цѣльной натурой, ему было чуждо раздвоеніе, и онъ поступалъ такъ, какъ думалъ. Думы же его были согрѣты пламенной вѣрой въ то, что Господь искони избралъ его для устроенія на землѣ «града Божьяго». Кромѣ заботъ о насажденіи всякаго рода «правдъ», кромѣ споспѣшествованія установленію «правды» вообще, Карлъ стре- мился къ упроченію внутренняго «мира» и прежде всего къ сохраненію въ этихъ видахъ единства и чистоты вѣры. Глав- ными противниками его въ этомъ дѣлѣ были еретики. Важ- нѣйшія изъ лжеученій того времени возникли изъ столкнове- нія христіанскихъ идей съ понятіями мусульманскаго міра. Абсолютное единобожіе мусульманъ вызвало вопросъ о со- гласованіи единства и троичности Божества, объ установленіи извѣстныхъ отношеній между лицами Св. Троицы, объ упорядо- ченіи почитанія святыхъ и священныхъ изображеній. Мѣстомъ возникновенія лжеученій былъ Пиренейскій полуостровъ, от- куда они проникли въ земли франковъ. Карлъ, помимо мѣръ, принятыхъ папой, счелъ своею обязанностью вступить съ новыми еретиками въ непримиримую борьбу: созывалъ соборы, обра- щался къ заблуждавшимся съ призывами, призывалъ къ литера- турной борьбѣ своихъ ученыхъ, обращался въ Римъ съ прось- бами о поддержкѣ, устраивалъ между противниками диспуты. Однимъ словомъ, императоръ былъ средоточіемъ борьбы съ ересью и пресѣкъ путь ея распространенію за предѣлы окраин- наго уголка своей имперіи. Карлъ выступилъ, было, обвини- телемъ Востока, а косвенно и папы, по поводу возстановленія иконопочитанія. Ему, какъ заступнику правовѣрія, было въ высшей степени непріятно, что седьмой вселенскій соборъ со- вершенно игнорировалъ франкскую церковь, представителей отъ которой на соборѣ не было. Но мы уже знаемъ, что вы- СВЕД1ІЕВГ.КОВОЕ ПАПСТВО. **
82 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. отупленіе Карла было на этотъ разъ неудачнымъ, благодаря энергическому отказу со стороны папы Адріана. Востокъ по- бѣдилъ. Тѣмъ обиднѣе было переносить пораженіе «побор- нику правовѣрія», что ученые его заранѣе назвали своихъ противниковъ «глупыми и невѣжественными». Въ результатѣ же оказалось, что умные п ученые основывали свои опровер- женія на невѣрномъ переводѣ и опровергали то, что опро- вергалось и соборомъ. Въ нападеніи Карла на Византію про- звучала даже личная нотка: въ исконной роли византійскаго императора въ церковной сферѣ онъ усмотрѣлъ присвоеніе чу- жого, того, что принадлежало ему, Карлу, и принизилъ ти- тулъ повелителя имперіи, назвавъ его королемъ. Совершилось это до принятія Карломъ императорскаго титула и, съ своей стороны, показываетъ, что мысль о принятіи этого титула со- зрѣвала у него до 800 года.—Кромѣ еретиковъ, совѣсть Карла смущала симонія. И Карлъ пытался бороться съ нею не только въ своихъ исконныхъ владѣніяхъ, но и въ Италіи, гдѣ налич- ность ея была установлена королевскими посланцами. Хотя самъ папа Адріанъ сѣтовалъ на то, что покупщики церков- ныхъ должностей въ Италіи расточаютъ не только золото и серебро, но и земли церковныя, передавая ихъ въ пользованіе продавцамъ, но на заявленіе Карла о симоніи въ Италіи далъ понять ему о неумѣстности его вмѣшательства въ чужія дѣла. Во избѣжаніе возникновенія ересей и нарушенія мира, ими вызываемаго, Карлъ пожелалъ, чтобы истины вѣроученія были достояніемъ каждаго христіанина. Съ этою цѣлью онъ издалъ замѣчательное для своего времени распоряженіе, требовавшее всеобщаго и обязательнаго обученія. Съ тою же цЬлыо онъ слѣдилъ за исправностью текста богослужебныхъ книгъ, требо- валъ знанія .Молитвы Господней и Сѵмвола вѣры, а также обязательнаго посѣщенія церковныхъ службъ. Указы Карла Великаго предписывали соблюдать посты, молиться днемъ и ночью въ опредѣленные часы, по звону колокола, жить другъ съ другомъ въ мирЬ, исправно платить десятину, быть госте- пріимными, творить милостыню, имѣющую, по Августину, ве- ликую искупительную силу, и соблюдать заповѣди. Особыми
ПАПСТВО ВЪ ЭПОХУ ИМИЕРАТОР\ КАРЛА ВЕЛИКАГО. 83 капитуляріями запрещалось питать ненависть другъ къ другу, угнетать ближняго пли причинять ему какое-либо зло. Всѣ подданные обязывались жить по волЬ Бога и выполнять обя- занности вѣрующаго. Указы государя внушали подданнымъ, что всякій христіанинъ состоитъ па службѣ у Бога, и увѣще- вали ихъ прославлять своими дѣлами Небеснаго Отца. Осо- бенное вниманіе обращалъ Карлъ на образъ жизни духовен- ства. Такъ напр., ему воспрещались пролитіе крови, охота и посѣщеніе кабаковъ. Священники обязаны были въ празднич- ные дни пояснять народу Евангеліе. Епископы должны былп объѣзжать ежегодно свои епархіи, поучать народъ и бороться съ языческими суевѣріями. Въ помощь имъ призывались обла- стные правители (графы). Сами указы Карла Великаго похо- дили на поученія по своему назидательному тону и по обилію выписокъ изъ Свящ. Писанія и каноновъ. Такъ насаждалъ великій императоръ «правду» и «миръ». Его войны носили особенный характеръ. Онъ обнажалъ мечъ въ тѣхъ случаяхъ, когда это считалось необходимымъ и по ученію блаженнаго Августина, такъ какъ боролся съ невѣр- ными (съ язычниками или полуязычниками, съ магометанами) или за церковь св. Петра (съ лангобардами). Конечно, во всѣхъ этихъ войнахъ огромную роль играли мотивы полити- ческіе, но необходимо считаться съ тою окраскою, какую при- давалъ имъ самъ Карлъ, папа и современники вообще. Окра- ска эта вполнѣ гармонируетъ съ основными взглядами Карла и его высокаго учителя, блаж. Августина, и вѣрно характе- ризуетъ эпоху. Съ поразительнымъ рвеніемъ и настойчивостью сѣя по- всюду сѣмена «правды» и «мира», великій императоръ устроялъ тѣмъ самымъ внутреннее «единство». Внѣшнее единство было достигнуто лишь отчасти, какъ отчасти, конечно, осуществи- лись и другія стремленія Карла. Высота предпринятой имъ на себя задачи — спасти ввѣреппое ему стадо — оказалась не- посильной для послѣдняго. Слишкомъ высокъ былъ для людей IX в. и космополитическій идеалъ «божескаго царства, при- зывающаго гражданъ изъ всѣхъ племенъ» къ высшему ѳдин- 6*
84 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. ству при сохраненіи національныхъ языковъ и особенностей: эти люди чувствовали себя прежде всего «франками» или «римлянами». Сознаваемыя отличія въ этой области и даже просто принадлежность къ той или другой группѣ пародовъ— къ группѣ Запада или Востока—рѣзко подчеркивались внѣш- ними примѣтами. Напримѣръ, Карлъ Великій клятвенно обя- залъ беневентскаго герцога Гримоальда заставить своихъ лан- гобардовъ брить бороды въ отличіе отъ подданныхъ византій- скаго императора, а герцогъ Арихисъ, переходя на сторону византійцевъ, обѣщалъ слѣдовать впредь въ ношеніи одежды и въ бритьѣ обычаямъ грековъ. Вопросъ о бородѣ и заим- ствованіяхъ въ области костюма былъ даже предметомъ собор- ныхъ постановленій. Между укладомъ жизни на Востокѣ и таковымъ же на Западѣ, между психикой Востока и Запада существовали исконныя различія. Съ теченіемъ времени, въ періодъ отчужденія, онп достигли еще большаго развитія. На- конецъ самъ Карлъ, носившій въ себѣ идеалъ всеобщаго един- ства, роковымъ образомъ увеличивалъ число преградъ между ними, упорно объявляя Востокъ еретическимъ и стремясь на- вязать ему то, что Востокъ считалъ ересью. Не вѣдалъ бо. что творилъ. Въ сущности, рѣчь шла уже не объ единствѣ, но о господствѣ и подчиненіи. Карлъ Великій не осуществилъ идеала Блаж. Августина, но и того, что онъ сдѣлалъ, было достаточно. Если въ заканчиваемомъ очеркѣ вниманіе читателя было сосредоточено преимущественно на личности императора Карла Великаго, а современные ему папы оставались въ тѣни, при- чина этого заключается въ томъ, что такъ было и на самомъ дѣлѣ.
П\ПА НИКОЛАЙ I И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ. 85 Папа Николай I и его ближайшіе преемники. ТЛТмператоръ Карлъ Великій, оказывая должное почтеніе ДОІ папскому престолу, обращаясь вь Римъ за совѣтами, дѣ- лалъ—съ другой стороны—указанія папамъ и предсѣда- тельствовалъ на судѣ, на которомъ въ роли судимаго былъ папа Левъ III. Хотя судъ этотъ и оказался простою формаль- ностью и закончился торжественнымъ заявленіемъ папы объ его невиновности и неподсудности, важна самая мысль о су- дебномъ разслѣдованіи поступковъ папы императоромъ. Послѣ смерти Карла Великаго обстоятельства измѣнились. Его сынъ, Людовикъ Благочестивый, былъ безвольнымъ ору- діемъ въ рукахъ духовенства. Во время открывшейся затѣмъ борьбы между Людовикомъ и тремя его сыновьями папы поль- зовались всякимъ удобнымъ случаемъ, чтобы сдѣлать свою власть все болѣе и болѣе независимой. Папа Григорій IV, принявшій сторону сыновей, по прибытіи своемъ въ нынѣш- нюю Францію, получилъ отъ епископовъ, оставшихся вѣрными Людовику, заявленіе слѣдующаго содержанія: «они готовы принять съ радостью его мирныя предложенія, но, если онъ прибылъ для того, чтобы отлучить отъ церкви императора и преданныхъ ему епископовъ, пусть лучше уйдетъ во-своясп, какъ отлученный (яі ехсоттипісаіигия аііѵенігеі, ехсоппишн- саіия аЬігеі)». Между прочимъ епископы франкскіе назвали папу въ своемъ заявленіи «отцомъ и братомъ». Приближен- ныя къ папѣ лица старались успокоить его формулой недав- няго происхожденія, гласившей, что «папа обладаетъ полно- тою власти апостола Петра; онъ судитъ другихъ, но самъ не можетъ быть судимъ никѣмъ». Какъ бы вдохновленный ею, папа далъ энергическому, но слишкомъ отзывавшему стариной заявленію епископовъ отпоръ пе менѣе энергическій и во всякомъ случаѣ новый: «Вамъ слѣдовало знать, — писалъ онъ епископамъ — что управленіе душами, т. е. папская власть, есть нѣчто большее, чѣмъ императорская, т. е. свѣтская власть» (поп щпогаге (ІеЬиегаіія, шаря еяяѳ ге^ішеп апіпіагипі,
86 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. г/іюіі езі ропіійсаіе, (ріаш іпіре.гіаіс, дііоіі езі ісшрогаіс). Самое наименованіе папы «отцомъ и братомъ» было сочтено имъ за оскорбленіе приличествующаго ему почтенія. Случай этотъ заслуживаетъ нашего особеннаго вниманія, такъ какъ даетъ намъ возможность опредѣлить смыслъ событій въ церковной жизни Запада послѣ; смерти великаго импера- тора. Въ царствованіе Карла Великаго оба правителя зем- ного града Божьяго, т. е. императоръ и папа, несмотря на возникавшія между ними недоумѣнія, уживались другъ съ дру- гомъ въ мирѣ и согласіи. Много значило въ этомъ отношеніи то обстоятельство, что у императора было слишкомъ много неотложной работы, что сму приходилось пролагать новые пути, что ему приходилось творить, создавать. Къ этой ра- ботѣ императора не могло не относиться съ глубочайшимъ уваженіемъ и папство. Самый геній императора производилъ невольное обаяніе. Съ другой стороны, этотъ великанъ, смѣло переступавшій порою границы доступнаго и дозволеннаго ему, умѣлъ во-время умаляться и уступать. Императоръ понималъ и на себѣ чувствовалъ ту нравственную мощь, которою обла- далъ папа. Послѣдній чувствовалъ матеріальную мощь импе- ратора, сплотившую п державшую въ повиновеніи и порядкѣ нѣсколько народностей. Не до самоопредѣленія было, не до разграниченія сферъ дѣятельности. Императоръ не только устраивалъ порядокъ, но воспитывалъ своихъ подданныхъ, имѣлъ попеченіе объ ихъ душахъ. Наконецъ, имперія Карла Великаго была во всякомъ случаѣ явленіемъ новымъ. Въ 800 году еще нельзя было учесть тѣхъ послѣдствій этого года, которыя опредѣлились къ моменту смерти императора. Фактически императорская власть стояла въ царствованіе Карла Великаго значительно выше папской. Этого явленія не могла не учесть среда, окружавшая каждаго папу, питавшая ихъ и постепенно, но постоянно, пользуясь обстоятельствами, выковывавшая папство, какъ могучую, какъ высшую власть на землѣ, какъ силу, вліяніе которой заходитъ и за земные предѣлы. Геній смежилъ очи. Свѣтская власть перешла въ слабыя руки. Вскорѣ начались усобицы. Папству и необхо-
ПАПА НИКОЛАЙ I И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ 87 димо, и удобно было приспособляться къ новому порядку вещей. И оно приспособилось. Папа уже не ограничивается традиціоннымъ взглядомъ; онъ не только глава, господинъ и правитель вселенской церкви, какъ намѣстникъ апостола Петра; его власть по существу своему цѣннѣе, выше свѣтской, такъ какъ власти цапъ подчинены души. Таковъ былъ отвѣтъ папы Григорія IV западно-франкскимъ ейископамъ. Онъ былъ вызванъ минутой, но въ немъ заключалась богатая тема, исходная точка для новой системы. Папство нуждалось лишь въ такой личности, которая смогла бы вполнѣ проникнуться новою темой или, по крайней мѣрѣ, съ полнымъ достоин- ствомъ слѣдовать новому ученію и твердо отстаивать его. Та- кимъ папою и оказался вскорѣ Николай I. Заявленіе западно-франкскихъ епископовъ папѣ Григорію IV, отзывающее какою-то солидарностью и сознаніемъ правъ, не- вольно заставляетъ предполагать, что и въ епископской средѣ проявились какія-то стремленія, что переживавшіяся послѣ смерти Карла Великаго неурядицы всколыхнули и ихъ. Стре- мленія эти ярко опредѣлились уже послѣ Верденскаго договора (843). Въ царствованіе Карла Лысаго (843 — 877) западно- франкскіе епископы открыто стремились къ независимости отъ свѣтской власти и отъ мѣстныхъ церковныхъ авторитетовъ (митрополитовъ), предпочитая зависимости отъ послѣднихъ за- висимость отъ болѣе далекой власти римскаго епископа, оче- видно, въ расчетѣ на то, что опа будетъ чисто номинальною. Именно этими мыслями руководились неизвѣстные составители извѣстнаго сборника такъ наз. Лжеисидоровскпхъ декреталій, появившагося въ половинѣ IX вѣка. Это — большой, несисте- матическій, неудобный для пользованія сборникъ, получившій свое названіе отъ имени испанскаго епископа IV в. Исидора, которому составители сборника ложно приписали редакцію его. Фальсификаціи практиковались уже давно. Но Исидоров- скій сборникъ, какъ называли его таинственные составители и сторонники его, былъ наиболѣе смѣлою изъ фальсификацій. Насколько IX в. изобиловалъ всякаго рода поддѣлками, можно видѣть изъ того, что папа Николай I упрекалъ архі-
88 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. епископа реймсскаго Гипкмара за то, что онъ прислалъ ему свое письмо незапечатаннымъ и сдѣлалъ измѣненія и порчу текста въ посланіи папы Бенедикта III, въ чемъ нетрудно было убѣдиться, такъ какъ, по старому обычаю, всѣ папскія посланія сохранялись въ копіяхъ въ папской канцеляріи. Тотъ же Николай I пенялъ англійскому королю на то, что его королевскія письма приходятъ къ нему незапечатанными. Аббатъ Гримольдъ показывалъ архіепископу майнцскому под- дѣльное папское письмо. Поддѣлки процвѣтали не только на Западѣ, но и у византійцевъ. Иногда писавшіе искажали текстъ безъ всякой тенденціи: просто имъ казалось, что лучше написать такъ, какъ они думали. Иногда причиною искаженія было плохое знаніе языка. Лжеисидоровскія декреталіи — тен- денціозная фальсификація, гдѣ правда помѣщена рядомъ съ ложью вполнѣ сознательно. Ближайшею цѣлью этого историческаго вымысла было — обезпечить безнаказанность и безопасность епископовъ со сто- роны ихъ митрополитовъ и устранить всякое вліяніе свѣт- скихъ властей на церковныя дѣла. Но рядомъ съ епископскою тенденціей въ сборникѣ нашли мѣсто и такія положенія: опре- дѣленія всякаго собора могутъ быть дѣиствительными лишь въ томъ случаѣ, если ихъ приметъ и утвердитъ папа; папа имѣетъ полноту власти въ дѣлахъ вѣры и является еписко- помъ всей вселенской церкви, тогда какъ всѣ другіе еппскопы являются его викаріями па мѣстахъ. «Не вы избрали меня на прелатство церкви, — писалъ въ ту пору архіепископъ ко- ролю— но я съ коллегами своими и прочимй, вѣрными Богу и прародителямъ вашпмъ, избралъ васъ для управленія госу- дарствомъ подъ условіемъ соблюденія обязательныхъ закоповъ». Строки эти принадлежатъ знаменитому архіепископу Гинк- мару. Знаменитость — удѣлъ ничтожнаго меньшинства, притя- занія же становились всеобщими. Соотвѣтствовали ли такія притязанія епископовъ на роль мѣстныхъ папъ, не только независимыхъ отъ высшей свѣтской власти, но опредѣленно стремившихся поставить ее въ зави- симость отъ себя, дѣйствительному ихъ нравственному состоя-
89 ПАП4 НИКОЛАЙ I И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ. нію, ихъ подготовленности къ столь высокому положенію? Нѳ- сомньнпо, что большинство тогдашнихъ франкскихъ прелатовъ состояло изъ людей недостойныхъ ни въ нравственномъ, ни въ интеллектуальномъ отношеніяхъ. За немногими исключе- ніями прелаты были вполнѣ подъ стать высшему обществу, весьма сильно деморализованному. Прекраснымъ показателемъ ихъ нравственныхъ качествъ служитъ Лжеиспдоровскій сбор- никъ, изобличающій сверхъ того и большое невѣжество его составителей. А насколько невѣжественными были прелаты, показываетъ письмо Карла Лысаго къ папѣ Николаю I, гдѣ Карлъ сообщаетъ папѣ о предмѣстникѣ архіепископа реймс- скаго Эбо, что онъ «могъ съ грѣхомъ пополамъ читать (по- латыпи), но совсѣмъ не понималъ евангельскаго текста (аііеріа- іепиз Іе^еге, нііііі іапюп іехіиз еѵаіщеіісі іпіеіііцеге)». Мы не говоримъ ни о поголовной безнравственности, ни о пого- ловномъ невѣжествѣ. Были люди нравственные и просвѣщен- ные, но они представляли собою единицы. Характерно заявле- ніе папы Николая I византійскому императору Михаилу, объ- яснявшее задержку отвѣта на императорское письмо тѣмъ, что у папы не было подъ руками лицъ, которыя могли бы пере- вести его на латинскій языкъ. Ирландскій философъ Эригена Скотъ (у 875), отличный знатокъ греческаго языка, имѣлъ, сл Ьдова гѳльпо, полное основаніе сказать въ своемъ обращеніи къ Риму: «имя твое и почетъ твой перешли къ грекамъ; про- цвѣтающій Константинополь зовется Новымъ Римомъ; падаютъ, древній Римъ, и твои нравы, и твои стѣны (сеззіі еі а<1 Стгаесоз потпеп Ьопозсріо іпиз. Сопзіапііпороііз Ногепз поѵа Ноша ѵосаіпг: МегіЬііз еі іппгіз, Коша ѵеіпзіа, саіііз!)». Вторая половина IX в. была временемъ упадка власти, междоусобицъ, нравственной распущенности и снова поднявшаго свою голову невѣжества. Современный историкъ Нитіардъ (Нііііапі) харак- теризуетъ эту печальную эпоху въ слѣдующихъ выраженіяхъ: «въ царствованіе Карла Великаго народъ шелъ по правому пути н радовался миру да согласію. Теперь, когда каждый бредетъ своей дорогой, происходятъ лишь раздоры и распадъ. Въ ту пору господствовали изобиліе и радость, а въ наше
90 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. время господствуютъ нищета и пеналъ. Даже стихіи, которыя раньше благопріятствовали человѣку, теперь настроены по отношенію къ нему враждебно». Одинъ изъ франкскихъ абба- товъ того времени серьезно высказывался о приближеніи свѣ- топреставленія. Въ такую-то пору нравственной распущенности, умственнаго оскудѣнія и соціальной дезорганизаціи, когда каждая группа выбирала себѣ свой путь, самоопредѣляла себя и стремилась къ самостоятельности, вступилъ на папскій пре- столъ Николай I (858—867). Папа Николай 1 былъ римляниномъ по рожденію и про- исходилъ изъ фамиліи Конти. Вся служба его до избранія въ папы протекла при папскомъ дворѣ. Папа Сергій принялъ его въ должности субдіакона, Левъ IV сдѣлалъ его діакономъ, а цапа Бенедиктъ III очень цѣнилъ его способности и постоянно держалъ его при себѣ. На похоронахъ Венедикта III, а также при избраніи и вѣнчаніи Николая I присутствовалъ Людо- викъ II, владѣвшій лишь обломкомъ Карловой монархіи — Италіей, по носившій съ 850 года громкій титулъ императора. Послѣдній представитель каролингской вѣтви въ Италіи, онъ былъ совершенно ничтожнымъ правителемъ и ни разу не смогъ отразить нападенія сарациновъ. Византія не признавала за нимъ императорскаго титула и отказалась отъ завязывав- шагося, было, между нимъ и ею союза противъ сарациновъ. Вотъ этотъ-то «императоръ» во время торжествъ, сопровож- давшихъ избраніе Николая I, велъ подъ уздцы папскаго коня, на что замѣтно напираютъ католическіе писатели. Николаи первый изъ папъ вѣнчался папскою тіарой. Новый папа, согласно отзыву БіЪег ропШ’ісаІіз, «былъ истинно католическимъ папою и работалъ не для себя. Какъ отецъ, увѣщевалъ онъ епископовъ избѣгать притѣсненія под- чиненной имъ паствы, а священниковъ и вѣрующихъ призы- валъ къ повиновенію епископамъ. Онъ побѣдно несъ свое служеніе, какъ истинный атлетъ Божій, правилъ въ католиче- скомъ духѣ и царственно (ѳі иі ѵегиа І)еі аНііеіа саіііоіісе ас ргіпсіраійег гехіі)». Хронистъ Регинонъ (у 915), суммируя дѣятельность папы Николая, высказался слѣдующимъ обра-
91 ПАПА НИКОЛАЙ 1 И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ. зонъ: «со времени Григорія Великаго ни одинъ папа не могъ сравняться съ нимъ. Онъ повелѣвалъ королямъ и тираннамъ и покорилъ ихъ своей силѣ, какъ будто опъ былъ владыкою земли (ас зі (Іопііпиз огЬіз іеітапіш). Съ епископами и свя- щенниками религіозными и исполняющими заповѣди Божіи онъ былъ смиренъ, тихъ, благожелателенъ и кротокъ; но былъ страшенъ и необычайно строгъ съ невѣрующими и сбившимися съ праваго пути; поневолѣ думалось, что Богъ воскресилъ въ наши дни новаго Илію, если не во плоти, то въ духѣ и истинѣ (ій шегііо сгеііаіиг аИег Неііаз, Бео зизсііапіе, позігіз іп іетрогіЬиз ехзиггехікзе, еізі поп согроге, іатеп зрігііп еѣ ѵегііаіѳ)». «Атлетъ Божій», «владыка земли», «Илья Про- рокъ»—вотъ тѣ сравненія, къ которымъ прибѣгали современ- ники папы Николая, чтобы характеризовать его. Этимъ вну- треннимъ качествамъ соотвѣтствовала красивая и выразитель- ная наружность. Еще папа Левъ Великій обосновывалъ папскій приматъ во вселенской церкви на трехъ извѣстныхъ евангельскихъ мѣстахъ съ изреченіями: «Ты Петръ, и на семъ камнѣ Я создамъ церковь Мою, и врага ада не одолѣютъ ея»... (Ев. Луки, XVI, 18); «паси агнцевъ Моихъ, паси овецъ Моихъ». (Ев. Іоанна, XXI, 15 — 17); «но Я молился о тебѣ, чтобы не оскудѣла вѣра твоя, и ты нѣкогда, обратившись, утверди братьевъ тво- ихъ (Ев. Луки, XXII, 31—34)». Папа Николай I неоднократно цитировалъ эти мѣста для той же цѣли—обоснованія папскаго примата. Но онъ не ограничился указанными мѣстами. Онъ ссылался на чудесный уловъ рыбы (Ев. Іоан. XXI, 1 — 14), произвольно утверждая, что Господь повелѣлъ и с к л ю ч и- тельно одному Петру вытащить сѣть съ рыбами (иі геіе ріепшп (Ііѵегзіз різсіЬііз асі ІіШіз ігаііегеі, а Ношіпо ірзі ргоргіѳ 8ОІІ ргаесеріиш езі). Ссылался Николай I и на видѣніе апостолу Петру, разсказанное въ Дѣяніяхъ Апостоловъ (X, 10—21), при чемъ пользовался древнимъ толкованіемъ, про- извольно искажая послѣднее. Сосудъ на подобіе большого полотна, привязанный за четыре угла и опускаемый на землю, со всѣмъ содержимымъ — со всякими четвероногими земными,
92 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. звѣрьми, пресмыкающимися и птицами небесными,—обозначаетъ, по толкованію папы Николая I, городъ Римъ, который содер- житъ въ себѣ всѣ народности, всю церковь, такъ какъ подъ всевозможными животными слѣдуетъ подразумѣвать людей. Древній комментарій говорилъ иное. Согласно ему. всѣ живот- ныя символизировали все человѣчество; чистыя—народъ евре.. - «кій, нечистыя — всѣ остальные: крестною смертью Христа всѣ очистились: поэтому въ церкви Христовой пе должно быть различія между іудеемъ и язычникомъ, чистымъ и нечистымъ. Папа Николай совершенно исказилъ самый смыслъ толкованія. Церковь — разсуждаетъ далѣе папа — построена па крѣпкой вѣрѣ апостола Петра, а наслѣдниками и преемниками этого апо- стола являются папы. Апостолъ Петръ—верховный привратникъ небеснаго чертога (яшпппіз .іапііог соеіезііз аігіі). Папа—его намѣстникъ и не только его, но и самого Христа (поз мсеш ііііііз (Реігі) іп іоіа Сіігізіі ппіѵегзаіі Ессіею’а р;еіітиз; СІігізіі ір Йіі8 ѵісагіі зппінз). Папа — государь всей церкви или всей земли, потому что подъ землею—объясняетъ цапа— разумѣется церковь (іегга епіпі Ессіезіа ііісійіг). Римская каоедра — вер- шина епископата, и на этой скалѣ основалъ Господь Домъ Свой. Николай I сравнивалъ также папскую каоедру съ без- опасною гаванью на бушующемъ морѣ, съ растеніемъ, наса- жденнымъ Самимъ Богомъ, называлъ ее главою вѣры. Въ папѣ—вся полнота власти, епископы—его органы, ихъ власть— лишь эманація папской мощи. Они подсудны папѣ. Папа мо- жетъ, въ случаяхъ надобности, вызывать въ Римъ не только монаховъ, но и любого клирика. Всѣ христіане, существующіе па землѣ, принадлежатъ къ стаду св. Петра. Папу Сыпь Божіи поставилъ въ святой Своей Церкви, какъ бы нѣкій ве- ликій свѣточъ на небѣ (цпеш 1)еі ііііііз іп запсіа Ессіезіа зиа іаінріаш Іишіпаге піарю іп соеіо сопяіііир); отъ папы исходятъ всѣ разъясненія по вопросамъ вѣры. Приговоры епископовъ и соборы пе имѣютъ никакого значенія безъ высшаго соизволе- нія папы. Вся церковь принимаетъ то, что одобряетъ папа, и отвергаетъ то, что онъ отвергаетъ. Преимущества римской каѳедры даны Богомъ апостолѵ Петру и переданы послѣд-
ПША НИКОЛАЙ 1 И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ. 93 нимъ римской церкви. Они вѣчны и непередаваемы. Этимъ пре- имуществамъ обязаны своимъ достоинствомъ и славою импе- раторы и короли. Конечно, папа Николай не преминулъ со- слаться въ подтвержденіе послѣдняго положенія на примѣ,ры Липина и карла Великаго. Свѣтскую власть вручаетъ госу- дарямъ Богъ черезъ посредство папы, каковой и передаетъ ее имъ коронованіемъ и помазаніемъ на царство. Таково было міросозерцаніе папы Николая I. Опъ высказалъ его въ цѣломъ Папа Николай I. рядѣ своихъ посланій и отыскивалъ подтвержденія ему, кромѣ Св. Писанія, въ постановленіяхъ соборовъ, въ декретахъ и рѣшеніяхъ прежнихъ папъ и въ другихъ документахъ. Онъ нисколько не стѣснялся тѣмъ, что документы, на которые онъ ссылался, истолковывались неправильно или были продуктами смѣлой фантазіи и нещепетильной совѣсти. Появились только что сфабрикованные лжеисидоровскіе декреталіи, и папа ухва- тился за нихъ. Лица, составлявшія ихъ. имѣли въ виду глав- нымъ образомъ усиленіе власти епископовъ. Папа Николай и
94 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. его среда сумѣли воспользоваться ими совсѣмъ для другой цѣли. Они давали ему формальное право требовать безуслов- наго повиновенія отъ вс ѣхъ епископовъ и звать ихъ къ своему верховному суду, въ случаѣ неповиновенія. Современныя не- урядицы чрезвычайно благопріятствовали его притязаніямъ, почти массовое невѣжество—его толкованіямъ, его ученію. По- слѣднему къ тому же нельзя отказать въ логичности; оно по внѣшности похоже на истину; оно и было бы истиной, если бы не вытекало изъ совершенно ложныхъ основаній. Въ тѣхъ случаяхъ, гдѣ не затрагивались интересы римской церкви, интересы папства, Николай I проявлялъ нелицепріятіе и готовность поддерживать и притомъ твердо поддерживать все справедливое. Примѣромъ могутъ послужить его отношенія къ лотарингскому королю Лотарю. Лотарингскій король Лотарь женился на дочери бургундскаго графа Бозона Теутбергѣ, но черезъ годъ расторгнулъ бракъ съ нею. обвинивъ ее въ тяж- комъ преступленіи, котораго на самомъ дѣлѣ она не совер- шала. Напрасно и тяжко обиженная женщина взывала о своей невиновности и даже доказала ее, по понятіямъ того времени, судомъ Божіимъ, подвергнувшись испытанію кипяткомъ. Лотарь ввелъ во дворецъ нѣкую Бальдраду, очаровавшую короля не только своею красотой, но, какъ были увѣрены современники, и волшебствомъ. Послѣ цѣлаго ряда всякихъ мошеннпческихъ продѣлокъ, въ которыхъ дѣятельное участіе принимали и нѣ- которые прелаты, несчастную королеву заставили, подъ угро- зой смерти, признать себя виновною. КоммисНя, въ которой засѣдали восемь епископовъ, расторгла королевскій бракъ. Теутбергу заключили въ монастырь, а король женился на Вальдрадѣ. Бѣдной королевѣ удалось бѣжать, и она обратилась съ просьбою о помощи къ папѣ Николаю I. Послѣдній, не колеблясь ни минуты, выступилъ на защиту правды и невин- ности. Онъ проявилъ въ этомъ дѣлѣ поразительную энергію и чистоту побужденіи. Безумная страсть, обманы, открытая сила— были противъ него. Онъ не достигъ того, къ чему стремился, не возстановилъ разбитаго счастья королевы, но про папу можно сказать, что онъ съ своей стороны сдѣлалъ все, что могъ: отлу-
95 ПАПА НИКОЛАИ I И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ чилъ отъ церкви короля, Вальдраду и двухъ архіепископовъ, не уступилъ и открытой силѣ, когда императоръ Людовикъ И, братъ Лотаря, занялъ Римъ своими войсками. Папскій легатъ торже- ственно ввелъ во дворецъ Теутбергу и вывелъ изъ него Вальд- раду, но цѣль папы все же не была достигнута. Особеннаго вниманія заслуживаетъ то крупное столкновеніе, которое произошло между папою Николаемъ I и Византіей). Хотя Византія стояла въ ту пору неизмѣримо выше Запада и въ умственномъ, и въ художественномъ отношеніяхъ, «про- цвѣтающій Константинополь», какъ называетъ его Эритена Скотъ, былъ мѣстомъ частыхъ волненій и переворотовъ. Въ 856 году была низвергнута своимъ сыномъ Михаиломъ и бра- томъ Вардою императрица Ѳеодора, правившая за малолѣт- ствомъ своего сына. Хотя Михаилу III было всего 15 или 16 лѣтъ, но онъ провозгласилъ себя императоромъ. Совер- шенно безправственнып юноша, Михаилъ былъ знатокомъ цир- ковыхъ игръ, винъ и лошадеіі, но совсѣмъ не былъ подгото- вленъ къ тому высокому сану, который принялъ на себя. На- стоящимъ правителемъ сталъ Варда. Вскорѣ послѣ переворота между юнымъ императоромъ и патріархомъ Игнатіемъ произошло разногласіе, такъ какъ патріархъ не соглашался заключить въ монастырь императрицу-мать и двухъ ея дочерей. Возбудилъ противъ себя патріархъ и Варду, не допустивъ его къ при- частію за безнравственное поведеніе. Въ 857 году онъ былъ низложенъ по обвиненію въ государственной измѣнѣ и сосланъ на одинъ изъ острововъ Средиземнаго моря, а преемникомъ его избранъ Вардою государственный секретарь Фотіи. Церков- ный соборъ подтвердилъ выборъ правителя.—Фотій происходилъ изъ знатной фамиліи п обладалт колоссальною ученой ью, казавшеюся даже чѣмъ-то сверхъестественнымъ. Будучи свѣт- скимъ лицомъ, онъ былъ въ то же время и отличнымъ зна- токомъ богословія. Надо полагать, что всеобъемлющая уче- ность Фотія и побудила Варду остановить свое вниманіе именно на немъ: хотя правитель и оставлялъ желать многаго въ нрав- ственномъ отношеніи, но отличался любовью къ наукѣ и во- обще самыми просвѣщенными стремленіями. Ученый государ-
96 СРЕДНЕВѢКОВОЕ П4ПСТВ0 И ЕГО ПРЕДСТХВИТЕЛИ. ственныи секретарь привалъ монашество и послѣдовательно прошелъ всЬ степени—чтеца, иподіакона, діакона, священника и, наконецъ, въ праздникъ Рождества Христова, былъ возве- денъ въ санъ епископа и облеченъ патріаршимъ достоинствомъ. Все это совершилось въ шесть дней. Но недолго новый па- тріархъ наслаждался церковнымъ миромъ. Духовныя лица, быв- шія сторонниками Игнатія и раздраженныя гоненіемъ, кото- рымъ онъ былъ подвергнутъ, провозгласили отлученіе Фотія. Константинопольская церковь, единодушная съ новымъ па- тріархомъ, отвѣтила тѣмъ же по адресу игнатьевской партіи. Начались раздоры. Игпаий отправилъ нѣсколько посланіи къ западнымъ епископамъ и къ папѣ Николаю I. По обычаю, установившемуся въ церкви, Фотій отправилъ окружныя посланія ко всѣмъ церквамъ, въ ихъ числѣ и къ римской, съ извѣщеніемъ о своемъ вступленіи на патріаршій престолъ. Въ своемъ посланіи онъ кратко изложилъ, какъ это было принято, исповѣданіе вѣры, говорилъ о трудности своего положенія, какъ патріарха, и въ заключеніе просилъ у папы молитвъ. «Зачѣмъ я пишу?» спрашиваетъ себя Фотій, и самъ же отвѣчаетъ: «для того, чтобы при посредствѣ вашихъ мо- литвъ, поскольку мы видимъ себя призванными къ руководи- тельству и управленію ввѣреннымъ намъ стадомъ, могли раз- вѣяться облака затрудненій, насъ окружающія. Ибо, какъ ко- рабль, движимый попутнымъ вѣтромъ, радуетъ кормчаго, такъ и церковь, преуспѣвая въ добродѣтеляхъ и совершенствѣ, ра- дуетъ того, кто — ея предстоятель и вождь, и прочь мимо- идутъ для него облака нерѣшительности и печа пыіой задумчи- вости». Вт. то же время отправилъ папѣ письмо и императоръ Михаилъ; къ сожалѣнію, письмо это не сохранилось до на- шего времени. Папа Николай, вѣрный своей точкѣ зрѣнія, имѣя жалобу Игнатія, посланіе Фотія и письмо императора, вообразилъ, что Византія обратилась къ его верховному суду, и рѣшилъ вмѣшаться во внутреннія дѣла ея церкви. Опъ отправилъ въ Константинополь двухъ епископовъ, Захарія и Родоальда, по- ручивъ имъ разслѣдовать дѣло о низложеніи Игнатія и возве-
ПАПА НПКОЛЧЙ I И ЕГО БЛПЖѴЙППЕ ПРЕЕМНИКИ. У* деніи Фотія и о результатахъ разслѣдованія доложить ему. Они привезли съ собою два письма папы, одно—къ импера- тору, другое—къ Фотію. Въ простраппомъ письмѣ къ импера- тору папа излагаетъ свою теорію о полномочіи папской власти, хвалитъ иѵператора за обращеніе къ нему и затѣмъ рѣши- тельно объявляетъ незаконными и низложеніе Игнатія, и воз веденіе на патріаршій престолъ Фотія, такъ какъ и то. и другое было совершено безъ соизволенія папы. Возведеніе Фотія прямо изъ мірянъ папа объявляетъ непозволительною дерзостью и явнымъ нарушеніемъ законовъ. «Какъ будетъ управлять божественнымъ стадомъ тотъ, кто не научился го- сподствовать надъ своею душою? Ибо кто не умѣетъ упра- влять жизнью своею, какъ слишкомъ скоро проведенный по церковнымъ степенямъ, какимъ образомъ, вдругъ избранный, опъ можетъ управлять жизнью другихъ? И въ преподаваніи свѣтскихъ наукъ никто не получаетъ имени учителя, если онъ пе станетъ ученымъ, проходя степени наукъ. А| Фотій вдругъ становится ученымъ, прежде чѣмъ быть учащимся: онъ воз- желалъ быть учителемъ прежде, чѣмъ считаться ученикомъ. Прежде должно быть слушателемъ, а потомъ наставникомъ, а этотъ, напротивъ, принимая каоедру учителя, счелъ лучше сначала учить, а потомъ учиться, сначала просвѣщать, а по- томъ просвѣщаться». Въ подтвержденіе своего положенія о недозволительности посвященія изъ мірянъ папа ссылается на западные авторитеты, которые не могли быть таковыми же въ глазахъ Востока. Все это дѣло должно ожидать папскаго рѣ- шенія, для чего и посланы имъ Захарій и Родоальдъ. Въ за- ключеніе письма папа говоритъ какъ бы мимоходомъ о томъ, что хорошо бы было, если бы такой «заботящійся о церков- ныхъ дѣлахъ императоръ» отдалъ папскому престолу Илли- рійскія провинціи и возвратилъ калабрійскую и сицилійскую патримоніи, отнятыя у папъ Львомъ Псаврійскпмъ. Такимъ образомъ, развивая теорію чуть-ли не о небесномъ происхо- жденіи папской власти, папа Николай I отдавалъ должное вниманіе и земельнымъ пріобрѣтеніямъ. Письмо папы къ Фотію представляетъ сокращеніе перваго письма, при чемъ СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. ?
98 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. папа не называетъ Фотія епископомъ, а неопредѣленно титу- луетъ его обращеніемъ «Ваше Благоразуміе» (Ѵезіга Ргп- йеппа), чѣмъ-то въ родѣ нашего «Ваше Степенство». Папскіе послы оставались въ столицѣ Византіи довольно продолжи- тельное время и были свидѣтелями константинопольскаго со- бора (861). подтвердившаго подавляющимъ большинствомъ голосовъ (318 противъ 25) полную законность Фотіева по- ставленія. Папскіе послы уѣхали. Вслѣдъ за ихъ возвраще- ніемъ прибыли въ Римъ послы отъ императора п Фотія съ письмами отъ того и другого. Особенно интересно письмо Фотія. Въ немъ Фотій крѣпко стоитъ за самобытность и не- зависимость отъ Рима константинопольской церкви. «Гово- рятъ мнѣ: — пишетъ Фотій — «каноны нарушилъ ты, потому что изъ міряпъ вдругъ возведенъ въ епископы». Но что это за каноны, которые нарушены въ данномъ случаѣ? Констан тинопольская церковь до сего дня не принимала подобныхъ каноновъ. Только тамъ можетъ быть нарушеніе каноновъ, гдѣ они дѣйствительно приняты въ практикѣ, но, гдѣ они не даны для соблюденія, тамъ на несоблюденіи ихъ нельзя основать упрека въ презрѣніи законовъ». Далѣе Фотій приводитъ рядъ примѣровъ, доказывающихъ, что возведеніе свѣтскаго лица въ епископы вовсе не представляетъ какого-то нововведенія. Эти примѣры — Ѳалласій кесарійскій, Нектарій константинополь- скій, Амвросій Медіоланскій и недавніе константинопольскіе патріархи Никифоръ и Тарасій. «Это были мужи, говоритъ Фотіі о патріархахъ Никифорѣ и Тарасій, сдѣлавшіеся ярко свѣтящимися свѣтильниками нашего времени и могуществен- ными провозвѣстниками, утверждавшіе истину какъ своею жизнью, такъ и ученіемъ... Если никто не осмѣливается осу- ждать ихъ, то вооружающійся противъ избранія епископовъ прямо изъ мірянъ очутился бы въ противорѣчіи съ самимъ собою, такъ какъ эти мужи возвысились прямо изъ мірского состоянія. Неужели эти мужи, свѣтившіе въ земной жизни подобно звѣздамъ, должны считаться возведенными къ цер- ковному управленію вопреки законамъ и благочинію церков- ному? Да минуютъ меня такія слова! II изъ устъ другого я
ПАПА НИКОЛАЙ I И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ 99 не могу слышать ничего подобнаго. Ибо они были строгими стражами каноновъ, ревностными борцами за религію, обли- чителями нечестія, свѣтильниками міра, по смыслу Писанія. И если они не соблюдали каноновъ, которые имъ были не- извѣстны, то кто можетъ осуждать ихъ за это? Они соблю- дали тѣ церковныя правила, которыя были имъ преподаны; потому-то они и прославлены Богомъ. Ибо сохранять препо- данное есть дѣло, достойное твердыхъ характеровъ, а водиться стремленіемъ къ нововведеніямъ, благодаря которому непре- поданное возводилось бы оезъ О( ‘бенной надобности въ за- конъ, есть дѣло человѣка, желающаго такихъ нововведеніи и въ заблужденіи колеблющагося сѣмо и овамо. Многія церков- ныя правила однимъ преподаны, а другимъ неизвѣстны. Кто получилъ ихъ и нарушаетъ, тотъ достоинъ наказанія, но кто ихъ не имѣетъ, почему долженъ подвергаться наказанію?» Затѣмъ Фотій развиваетъ свой взглядъ на церковь и отстаи- ваетъ полную независимость и самостоятельность мѣстныхъ церквей. «Что утверждено опредѣленіями вселенскихъ собо- ровъ, то всЬ должны сохранять. Но, что постановилъ какой- либо изъ отцовъ частнымъ образомъ, или узаконилъ мѣстный соборъ, то не можетъ быть раз< матриваемо какъ суевѣріе на практикѣ соблюдающихъ оное, но зато и не принимающіе подобныхъ узаконеній не подвергаются никакой опасности, если не соблюдаютъ ихъ. Такъ напр., одни брѣютъ и стри- гутъ бороды сообразно съ мЬстными обычаями, а другимъ это запрещено соборными постановленіями». Фотій указываетъ и на другія отлпчія: говорятъ о субботнемъ постѣ, о безбрачіи и брачномъ состояніи священниковъ, о возведеніи изъ діако- новъ прямо въ санъ епископа (практиковавшемся въ Римѣ); о различіи въ молитвахъ и обрядахъ при посвященіи въ раз- личныя духовныя степени и т. п. Ни одпа помѣстпая цер- ковь, по убѣжденію Фотія, не можетъ насильственно навязы- вать своихъ особенностей другимъ. Если римская церковь станетъ требовать отъ константинопольской соблюденія рим- скихъ обычаевъ, тогда и константинопольская церковь можетъ требовать соблюденія <'вои\ъ обычаевъ и римскою церковью. 7*
100 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ Чего послѣдняя не желаетъ по отношенію къ себѣ со стороны другой церкви, того пусть не требуетъ и отъ другихъ. «Что касается до иллирійскихъ и другихъ церквей, заключаетъ Фотій свое письмо, возвращенія которыхъ вы требуете, то мы охотно бы сдѣлали это, если бы только это зависѣло отъ насъ, но эта задача — государственная, ибо дѣло идетъ о предѣ- лахъ и границахъ». Коса нашла на камень. Вѣрный себѣ, папа не согласился на сохраненіе порядка, подтвержден- наго константинопольскимъ ('оборомъ въ присутствіи его соб- ственныхъ посланцевъ. Въ 862 году папа Николай снова прислалъ два письма, одно—Фотію, другое—императору Ми- хаилу. Письмо къ Фотію начинается съ изложенія излюблен- ной темы Николая о папскомъ приматѣ съ такимъ выводомъ: «все, что утверждается авторитетомъ римскихъ первосвящен- никовъ, должно содержаться твердо и неприкосновенно, и въ этомъ вопросѣ неумѣстно никакое самоволіе». Затѣмъ папа старается опровергнуть доводы Фотія, но въ дѣйствительности не опровергаетъ ихъ. Избраніе вторымъ вселенскимъ собо- ромъ патріарха Нектарія Николай I совершенно голословно и съ удивительною смѣлостью объясняетъ тѣмъ, что «въ то время нельзя было найти между клириками константинополь- скими н пк о г о, кто не былъ бы зараженъ тьмою злѣйшей ереси аріанской». На счетъ избранія въ патріархи Тарасія Николай заявляетъ, что папа Адріанъ смотрѣлъ на его избраніе неодобрительно и не противился ему только по той причинѣ, что Тарасій показалъ себя ревностнымъ бор- цомъ за иконопочитаніе. Столь же неубѣдительными для Фотія были возраженія папы Николая по поводу заявленія патріарха о незнаніи имъ и необязательности для его церкви папскихъ декреталій. Въ заключительной части своего письма папа объявилъ наконецъ свое рѣшеніе по главному вопросу: «св. римская церковь признаетъ Игнатія остающимся въ преж- немъ его достоинствѣ, такъ какъ за нимъ не открыто никакой вины, тебя же (Фотія), возведеннаго на престолъ вопреки благоразумію и въ противность отческимъ преданіямъ, та же церковь не считаетъ возведеннымъ въ патріаршее достоинство».
101 ПАПА НИКОЛАЙ I И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ. Чувствуя, можетъ быть, въ глубинѣ души то пристрастіе, съ которымъ онъ отнесся къ Фотію, папа продолжаетъ: «не по- думайте, чтобы мы питали къ вамъ какую-либо ненависть, или дѣйствовали пристрастно, или гнѣвались на ваше посвященіе безъ основанія: нами руководитъ ревность къ преданію отцовъ; мы хотимъ, чтобы константинопольская церковь, по давнему обычаю, ради своей крѣпости и непоколебимости, прибѣгала къ церкви римской и сохранилась благодаря этому невредимой, безъ порока, безъ преткновеній, безъ нарушеній правилъ». Такимъ образомъ папа не уступалъ ни одной Іоты изъ своего ученія о папскомъ приматѣ. Въ письмѣ къ императору разви- ваются тѣ же мысли, и сообщается папское рѣшеніе. Наибо- лѣе интересными являются слѣдующія строки: «свѣтлѣйшій Августъ! увѣщеваемъ, убѣждаемъ и своею апостольскою властью возвѣщаемъ вамъ: воспротивьтесь тѣмъ, кто по своему само- волію возсталъ противъ предстоятеля церкви константинополь- ской; одного низлагаютъ, на его мѣсто поставляютъ другого, и все это дѣлаютъ безъ нашего вѣдѣнія. Увы! вѣдь изъ- за того и происходятъ часто неустройства въ вашихъ восточ- ныхъ церквахъ». Во избѣжаніе этого папа рекомендуетъ импе- ратору спѣшить за совѣтомъ къ римской церкви и поступать согласно съ ея совѣтами. Ни патріархъ Фотій, нп императоръ не сочли нужнымъ отвѣчать на папскія посланія 862 года. Точки зрѣнія папы и патріарха были діаметрально противо- положными. О какихъ-либо уступкахъ со стороны Византіи нечего было и думать. Несмотря на это, папа Николай I воз- обновилъ въ скоромъ времени сношенія съ Византіей и повелъ ихъ въ тонѣ самомъ угрожающемъ какъ для Фотія, такъ и для всѣхъ, кто былъ на его сторонѣ. Поводомъ послужило обра- щеніе къ папЬ архимандрита Ѳеогноста и другихъ духовныхъ лицъ, стоявшихъ на сторонѣ Игнатія. Они апеллировали къ папѣ и просили его помощи, не щадя самыхъ мрачныхъ кра- сокъ для обрисовки дѣятельности Фотія и всѣхъ, кто былъ съ нимъ. Папа созвалъ въ 863 году въ Римѣ соборъ, который произнесъ рѣшительное осужденіе Фотія; изъ рѣшенія этого вытекала, какъ слѣдствіе, необходимость возстановленія въ его
102 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПЛПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. прежнемъ достоинствѣ Игнатія. Актъ соборнаго постановленія папа Николай отправилъ къ императору Михаилу. Здѣсь на голову злополучнаго Фотія были собраны, какъ горячіе уголья, самыя ужасныя обвиненія: онъ — еретикъ; онъ пришелъ къ стаду Господню не черезъ дверь, которая есть Христосъ, но вторгся подобно вору и разбойнику; онъ ежедневно вращается съ осужденными и анаооматствованными; онъ осмѣлился -про- изнести отлученіе на соепископа папскаго Игнатія и наложить на него анаѳему; онъ виноватъ въ бездѣйствіи папскихъ ле- гатовъ; онъ гонитъ св. церковь, пытками мучаетъ Игнатія и всѣхъ, стоящихъ за истину и вѣру, готовъ подвергать смерти. «За все, совершенное Фотіемъ—гласитъ заключеніе — вопреки евангельскимъ, апостольскимъ, пророческимъ и каноническимъ постановленіямъ, во имя Всемогущаго Бога, свв. князеп-апо- столовъ Петра и Павла, всѣхъ святыхъ и во имя авторитета шести вселенскихъ соборовъ 1), по суду Св. Духа, являемаго въ насъ, Фотій лишается всякаго священническаго достоинства и отчуждается отъ всякихъ занятій клирика. Если же и послѣ того, какъ онъ узнаетъ объ этомъ рѣшеніи нашемъ, произне- сенномъ, какъ мы думаемъ, по Божественному внушенію, онъ осмѣлится однакожъ продолжать предстательствовать въ церкви константинопольской или воспрепятствуетъ соепископу нашему Игнатію править церковью безъ всякаго вмѣшательства, или осмѣлится священнодѣйствовать, какъ это было до сихъ поръ, въ такомъ случаѣ связанный узами анаѳемы вмѣстѣ со своими сообщниками и покровителями, по непреложному Суду Божію, чрезъ наше посредство лишается общенія Тѣла и Крови Го- сподней, за исключеніемъ смертнаго случая». Если всѣ не- милости папы сыпались па голову Фотія, всѣ милости излива- лись на Игнатія. «Разрѣша его, Игнатія, отъ всякихъ связей и анаѳемы властію, данною намъ въ Св. Петрѣ и въ силу св. каноновъ и въ силу декреталій, возстановляемъ, утверждаемъ въ прежней его чести, въ прежнемъ достоинствѣ и па прежней *) Папа упоминаетъ только шесть вселенскихъ соборовъ, хотя ихъ было семь.
ПАПА НИКОЛАЙ I И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ. 103 каоедрѣ, въ прежней степени патріаршей и въ прежнихъ пер- восвященнпческихъ украшеніяхъ». За непризнаніе этого рѣше- нія, за произнесеніе противъ Игнатія какого-либо судебнаго рѣшенія безъ согласія на то апостольской каоедры соборное постановленіе грозитъ анаоемой и мученіями: если позволитъ себѣ подобный поступокъ духовное лицо, оно под- вергнется вѣчному мученію вмѣстѣ съ Іудой Предателемъ; свѣтскому лицу грозитъ лишеніе всякаго пастырскаго благо- словенія и проклятіе Ханаана, сына Хамова. Вей приверженцы Фотія, имъ посвященные, лишаются своихъ церковныхъ долж- ностей и подлежатъ отлученію. Приверженцы Игнатія, даже при наличности обвиненій въ преступленіяхъ, возвращаются на свои каѳедры, «и никто да не осмѣлится судить таковыхъ помимо епископа каѳедры римской». Но громы и молніи, гре- мѣвшіе и сыпавшіяся съ папской каоедры, не произвели ни- какого дѣйствія на константинопольскую церковь. Въ 865 году императоръ отправилъ къ папѣ письмо, къ сожалѣнію, не до- шедшее до насъ. Судя по отвѣтному письму папы, можно предположить, что императорское письмо оскорбило его само- любіе. Повидимому, императоръ заявилъ папѣ, что начатыя константинопольскою церковью сношенія не вызывались не- обходимостью, а были лишь простымъ актомъ любезности, ко- торую папа долженъ былъ бы оцѣнить по достоинству. По крайней мѣрѣ, папа возражаетъ, что необращепіе предшествен- никовъ Михаила къ папской каоедрѣ служитъ къ стыду ихъ, что истинное врачевство отъ ересей находится лишь въ Римѣ, что многіе императоры-еретики просто не осмѣливались обращаться въ Римъ. Очевидно, императоръ писалъ, что константинопольская церковь, сознавая свою самостоятельность, смотритъ на дѣло иначе, чѣмъ папа. «Какъ возможно, возра- жаетъ папа, чтобы судъ надъ Игнатіемъ совершился безъ воли папы, когда каждый соборъ заимствуетъ п силу, и авторитетъ только отъ папскаго утвержденія». Затѣмъ въ письмѣ папы идетъ рѣчь о привилегіяхъ римской церкви, о пеавторитет- ности церкви константинопольской. «Въ силу Божественныхъ обѣтованіи, хотя мы и далеко неравны съ верховными апо-
104 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. столами по заслугамъ, мы, однакоже, — князья всей земли, т. е. все и церкви». Папа соглашается пересмо- трѣть дѣло Фотія и Игнатія, но требуетъ, чтобы оба они или ихъ уполномоченные прибыли въ Римъ. Опъ предлагаетъ также, императору прислать своихъ придворныхъ, лишь бы то были «люди боголюбивые, знающіе церковное преданіе и доступные истинѣ». Папа увѣряетъ императора, что имъ руководитъ лишь желаніе добиться правды, что онъ не имѣетъ лицепріятія ни къ тому, ни къ другому изъ подсудимыхъ. Интересны послѣд- нія строкп письма: «если кто будетъ читать это письмо авгу- стѣйшему нашему сыну, императору Михаилу, и при чтеніи что-нибудь опуститъ изъ него или какое-нибудь мѣсто иска- зитъ, таковому—анаѳема. Также, если переводчикъ или измѣ- нитъ что-нибудь въ письмѣ, или убавитъ, или прибавитъ, та- ковому — анаѳема». Въ письмѣ, гдѣ идетъ рѣчь о присылкѣ необходимыхъ лицъ, за подробнымъ перечисленіемъ лицъ, державшихъ сторону Игнатія, находится угроза и самому императору. «Если они (т. е. названныя лица) не будутъ присланы, то вы, императоръ, сдѣлаетесь подо- зрительными въ нашихъ глазахъ: это будетъ означать, что именно тѣхъ, отъ кого можно было бы узнать истину, вы заботливо стараетесь удалить отъ нашего вниманія». Въ слѣдующемъ, 866 году, папа направилъ въ Константинополь цѣлый рядъ писемъ—въ числѣ ихъ къ императору и Фотію,— въ которыхъ порицанія и требованія высказаны еще съ боль- шими подробностями и въ болѣе рѣзкомъ тонѣ. Въ этихъ письмахъ большею частью высказываются тѣ же мысли, что и въ предыдущихъ. Папа уже заранѣе рѣшилъ участь Фотія, хотя и требовалъ его съ Игнатіемъ или ихъ повѣренныхъ въ Римъ. «Какъ бы высоко ни былъ поставленъ Фотій властью свѣтской, онъ однакоже—говоритъ папа—никогда не дождется снятія запрещенія съ него и утвержденія своего въ патріар- шемъ достоинствѣ». Изъ сопоставленія всѣхъ папскихъ писемъ мы имѣемъ полное основаніе сдѣлать выводы, что папа имѣлъ въ виду не разбирательство дѣла по существу, а лишь созда- ніе цѣннаго для папства прецедента судимости восточнаго
ПАПА НИКОЛАЙ I И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ. 105 патріарха римскимъ. Въ томъ же, послѣднемъ письмѣ къ импе- ратору папа Николай требуетъ, чтобы императоръ торжественно сжегъ всѣ сочиненія, враждебныя римской церкви, грозя въ противномъ случаѣ анаоемой самому императору. Письмо папы къ Фотію заключаетъ въ себѣ ставшія обычными порицанія и объявленіе о лишеніи его и патріаршескаго достоинства, и ду- ховнаго сапа вообще. Оба послѣднія письма не дошли по назначенію, такъ какъ императоръ, считавшій себя оскорблен- нымъ папою, не позволилъ папскимъ посламъ, везшимъ эти письма, вступать въ предѣлы своей имперіи. Этимъ и закон- чилась въ высшей степени характерная переписка папы Ни- колая съ императоромъ Михаиломъ и патріархомъ Фотіемъ. Отвергнувъ какую-либо возможность дальнѣйшихъ сношеній съ Римомъ, Востокъ отвѣтилъ на анаѳематствованія, гремѣвшія съ Запада, торжественнымъ осужденіемъ папы. Совершилось оно на константинопольскомъ соборѣ, происходившемъ въ 867 году. Но въ томъ же году не стало ни папы Николая I, ни императора Михаила. Послѣдній былъ низвергнутъ и убитъ Василіемъ Македоняниномъ, который и завладѣлъ император- скимъ престоломъ. Вступленіе на престолъ новаго императора было отступле- ніемъ отъ исторической правды. Низвергнувъ Фотія и возведя на патріаршій престолъ Игнатія, новый императоръ снова за- вязалъ сношенія съ Римомъ и притомъ весьма благопріятныя для папства. Новый императоръ и возстановленный патріархъ отправили письма къ папѣ Николаю I, еще не зная объ его кончинѣ. Въ письмѣ Василія Македонянина папа называется «божественно-чтимымъ первосвященникомъ», Фотій объявляется совершившимъ многое противъ истины и св. первосвятитель- ства, т. е. папы, вопросъ же о духовенствѣ, повинномъ съ Фотіемъ, представляется папскому суду и опредѣленію. Игнатій въ своемъ письмѣ къ папѣ заявляетъ себя рѣшительнымъ сто- ронникомъ папской теоріи. «Для уврачеванія ранъ и повре- жденій въ членахъ человѣческаго тѣла—такъ начинаетъ свое письмо Игнатій—медицинская наука создала многихъ врачей; одно страданіе врачуетъ одинъ, другое — другой; здѣсь помо-
106 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. гаетъ ампутація, тамъ—обыкновенное средство. Для болѣзней же, которыя существуютъ въ членахъ Господа и Бога Спаси- теля (т. е. церкви), Самъ Высочайшій Владыка поставилъ одного и единственнаго превосходнѣйшаго и православнѣйшаго врача—тебя, твою братскую святость и твою отческую любовь. Поэтому-то Господь и сказалъ Петру, великому и высшему изъ апостоловъ: «ты оси Петръ» и т. д. Папа Адріанъ II, дряхлый старикъ, не отличавшійся осо- бенной энергіей, принялъ письма императора и патріарха, какъ нѣчто должное и необходимое само по себѣ. Отвѣты его далеко не похожи на письма покойнаго папы Николая, ды- шавшія мощью и страстью. II письма, и образъ дѣйствій его одинаково безцвѣтны и вялы. Только въ 869 году состоялся въ Римѣ, въ присутствіи пословъ изъ Константинополя, со- боръ, на которомъ совершилось риторическое оплеваніе Фотія (иначе нельзя назвать того, что говорилось на соборѣ о Фотіѣ) и сожженіе актовъ константинопольскаго собора 867 года, осудившаго папу Николая I. Самый актъ сожженія совершился немедленно по окончаніи засѣданія, на ступеняхъ церкви Св. Петра. Прежде чѣмъ книга была брошена въ огонь, каж- дый изъ епископовъ счелъ своимъ долгомъ попрать ее ногами. О томъ, что послѣдовало, разсказываетъ уже настоящая сказка, прекрасно характеризующая ту злобу, которую папство питало къ церкви константинопольской, осмѣлившейся стать поперекъ его дороги къ вершинамъ земного величія. Когда книга была брошена въ огонь,—разсказываетъ современникъ—она сгорѣла съ какимъ-то зловоніемъ и притомъ чрезвычайно быстро, хотя лилъ дождикъ, который долженъ бы былъ потушить пламя; каждая капля дождя падала па книгу, какъ масло въ огонь, и пламя увеличивалось, чему всѣ греки и латиняне немало дивились, прославляя Бога и папъ Николая и Адріана. На соборѣ, кромѣ рѣшеніи по дѣламъ константинопольской церкви, было обсуждено и принято положеніе, гласившее, что «папа есть судья епископовъ и никѣмъ не можетъ быть судимъ». Въ письмахъ Адріана, отправленныхъ послѣ этого въ Копстан- тинополь, содержались всявія хулы на Фотія и благословенія
ПАПА НИКОЛАЙ I И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ. 107 на Игнатія и императора. Въ письмѣ къ послѣднему папа дѣлаетъ слѣдующее внушеніе, касающееся копій актовъ констан- тинопольскаго собора 867 года: «всѣ экземрлрры актовъ этого собора, по отобраніи ихъ отъ владѣльцевъ, должны быть сож- жены па константинопольскомъ соборѣ въ присутствіи всѣхъ членовъ его, ч^обы не оставалось у кого-либо черты еди- ной или іоты единой изъ всѣхъ ихъ, подъ опасеніемъ лише- нія сапа церковнаго или отлученія отъ церкви. Относительно же тѣхъ, кто вздумалъ бы скрывать ихъ или беречь для потом- ства, пусть твоя мудрость издастъ гражданскія узаконенія, согласно которымъ таковые и должны подвергаться наказанію». Такъ стремились папы къ тому, чтобы изгладить самый слѣдъ осужденія папы константинопольскимъ соборомъ: этого преце- дента опи не желали. Казалось, что папы Николай I и Адріанъ II одержали блестящую побѣду падъ Востокомъ. По обстоятельства пока- зали противное. Константинопольскій соборъ 869 года, воз- становивши! Игнатія и утвердившій низложеніе Фотія, назван- ный Римомъ восьмымъ вселенскимъ соборомъ, оказался со- вершенно непопулярнымъ на Востокѣ. При его открытіи при- сутствовало всего 12 епископовъ. Къ концу соборныхъ засѣ- даній число членовъ дошло до 100, но и это число было слишкомъ незначительнымъ. Многіе изъ епископовъ, противъ всякихъ ожиданіи правительства, приняли сторону Фотія. Ихъ возмущала и непомѣрность папскихъ притязаній, и та угод- ливость, съ которою нѣкоторые изъ ихъ соотечественниковъ пошли на встрѣчу имъ. По словамъ современнаго писателя, Анастасія Библіотекаря, проникнутаго папскими интересами, многіе греческіе епископы говорили императору Василію и патріарху Игнатію: «изъ-за такого подчиненія константино- польская церковь становится подначальною церкви римской, такъ что она отдастся послѣдней, какъ служанка своей госпожѣ». Таково было общественноемнѣніе. Но правительство шло въ разрѣзъ съ нимъ. Первыя письма императора и патріарха къ папѣ еще дышатъ полною преданностью ему. Въ отвѣтъ па нихъ папа Адріанъ выступилъ уже съ требованіемъ объ
108 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ уступкѣ римской каоедрѣ власти надъ Болгаріей. Константи- нополь отвѣтилъ на это молчаніемъ. Преемникъ Адріана II, Іоаннъ VIII (872—882) настаивалъ на исполненіи требованія своего предмѣстника. Императоръ, смущаемый все еще про- должавшимися раздорами между фотіанами и игнатіанамп, про- силъ папу Іоанна VIII о присылкѣ своихъ легатовъ для воз- становленія мира. Папа прислалъ легатовъ, а съ ними и свои письма. По поводу церковныхъ волненій онъ высказывается въ пихъ въ самыхъ общихъ фразахъ, выражаетъ свое соболѣз- нованіе и надежду, что его легаты «своими стараніями воз- вратятъ миръ константинопольской церкви, удалятъ отъ нея духъ сварливости п утвердятъ справедливость». Для втого легаты должны разслѣдовать, «что совершено въ Констан- тинополь въ послѣднее время противъ воли Божіей, что совершено противъ преимуществъ римской каѳедры и вопреки обычаямъ установленнымъ римскою церковью». Въ письмѣ къ Игнатію папа снова говоритъ о возвращеніи Болгаріи подъ церковную юрисдикцію Рима. «Уже дважды — пишетъ папа— я письменно увѣщевалъ тебя, чтобы ты довольствовался кон- стантинопольскимъ діоцезомъ, который данъ тебѣ въ силу авторитета римской каѳедры; за предѣлы этого діоцеза не должна переступать нога твоя». Папа предписываетъ Игнатію, который «вторгся со своимъ серпомъ въ чужую нпву», въ теченіе тридцати дней совершенно очистить Болгарію отъ греческаго духовенства. «Чтобы въ теченіе тридцати дней ни одного епископа, ни одного духовнаго лица, посвященнаго тобою илп подвластными тебѣ епископами, не оставалось въ страні; болгарской. Если же въ теченіе тридцати дней всѣ, посвящаемые тобою или твоими епископами, не покинутъ страны, и ты не откажешься отъ власти надъ страною, то, спустя два мЬсчца. начиная счетъ съ момента полученія на- стоящаго письма, ты будешь отлученъ отъ Евхаристіи и будешь оставаться въ такомъ положеніи до тѣхъ поръ, пока не по- слушаешься наконецъ нашихъ декретовъ. Но если, несмотря и на это, останешься упорнымъ и непокорнымъ, не исполнишь требуемаго, то, по суду апостольскаго авторитета нашего.
ПАПА НИКОЛЫІ I И ЕГО БЛИЖАЙШІЕ ПРЕЕМНИКИ. 109 лишишься своего патріаршаго сана, обш°нія нашей любви и потеряешь всѣ права священства». Такъ быстро «соепископ- ство» замѣнилось новыми отношеніями, отношеніями госпо- дина и слуги. Въ томъ же 877 году, къ которому относятся два послѣд- нихъ письма папы Іоанна VIII, патріархъ Игнатій скончался послѣ полнаго примиренія съ Фотіемъ, а черезъ три дня послѣ кончины Игнатія па патріаршій престолъ былъ вновь Папа Іоаннъ VIII. возведенъ защитникъ самобытности константинопольской цер- кви — Фотіи. Но если изъ подъ установивши ася, какъ казалось, власти папской ускользнулъ Востокъ, Западъ всецѣло подчинился ей. Пользуясь непрерывными раздорами въ средѣ Каролинговъ и отсутствіемъ спльной власти на Западѣ, папа Іоапнъ VIII уже фактически присвоилъ себѣ право раздавать, по своему усмотрѣнію, королевскія и пмператор кія короны. Въ прямыхъ интересахъ папства онъ отличалъ завѣдомо неспособныхъ людей. «Маленькіе короли» (такъ называли ихъ современ-
110 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. ные лѣтописцы), появившіеся чуть не въ каждой провинціи, номинальные императоры, сильные лишь однимъ своимъ ти- туломъ и громкими притязаніями, пе въ состояніи были дать отпора дикимъ норманнамъ, фанатическимъ арабамъ, кочевымъ уграмъ. Они оказывались безсильными и передъ врагами внутренними и принуждены были дать полную волю своимъ вассаламъ, отдать имъ въ жертву и свободныхъ людей, на которыхъ основывались'еще такъ недавно вся сила государства и верховныя права короны. Смутное время въ исторіи папства. Во смерти папы Іоанна VIII (882) наступило въ исторіи папства и всей западной церквп смутное время. Папство, не только не удержавшее своимъ авторитетомъ и нрав- ственнымъ вліяніемъ упадка имперіи, но даже съ своей сто- роны способствовавшее ему и пользовавшееся неурядицами эпохи въ своихъ интересахъ, безсознательно подтачивало одну изъ опоръ своего собственнаго существованія. Отъ имперіи остался лишь жалкій призракъ ея, одинъ титулъ, и папство, ставившее себя превыше всѣхъ свѣтскихъ властей, быстро пало. Правда, папы продолжаютъ говорить тѣмъ же языкомъ, которымъ говорилъ Николай I. Папа Адріанъ III (884—885) заявилъ и сенату, и народу римскому, что утвержденіе папы не должно зависѣть отъ воли и приказа императора. Папа Стефанъ V (885—891) требовалъ къ своему суду представи телей фотіанской и игнатіанской партій, и византійское пра- вительство отступило отъ взглядовъ Фотія, такъ какъ сынъ Василія Македонянина, Левъ VI Философъ, въ угоду папѣ Стефану снова низложилъ съ престола этого достойнаго па- тріарха. Но суровая дѣйствительность скоро пошла въ раз- рѣзъ съ притязаніями папства. Утративъ столь необходимую для него опеку императорской власти, папство подпало по- зорному игу мелкихъ итальянскихъ династовъ и дикихъ рим- скихъ феодаловъ. Различные претенденты на итальянскую ко-
СМУТНОЕ ВРЕМЯ ВЪ ИСТОРІИ ПАПСТВА. Щ рону и невѣжественные бароны, стремившіеся захватить въ свои руки городъ Римъ и его область, боролись между собою за право возводить на папскій престолъ своихъ родственни- ковъ и вѣрныхъ сторонниковъ. Ихъ манили богатства этого престола, его нравственный п политическій авторитетъ. Быстро, Стефанъ VII допрашиваетъ на соборѣ трупъ папы Формоза. какъ стеклышки калейдоскопа, смѣняли другъ друга на «пре- столѣ Св. Истра» ихъ ставленники, большею частью лица ничтожныя, порочныя и даже преступныя. Съ отвращеніемъ говорятъ о нихъ и съ презрѣніемъ умалчиваютъ католическіе писатели. Эти папы, по ихъ мнЕнію, недостойны даже упоми- нанія, каковое вызывается лишь необходимостью соблюденія
112 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. порядка въ изложеніи событій. До чего одичали нравы при папскомъ дворѣ, легко понять изъ слѣдующаго факта. Папа Стефанъ VI (896 — 897) не могъ простить своему предмѣ- стнику, папѣ Формозу :), того обстоятельства, что онъ изъ епископовъ Опорто сдѣлался римскимъ папою. Но доволь- ствуясь его осужденіемъ, папа Стефанъ приказалъ вырыть изъ могилы его трупъ и принести его въ мѣсто засѣданія цер- ковнаго собора. Трупъ Формоза одѣли въ первосвященниче- скія облаченія, посадили его на папскую каѳедру и дали ему адвоката, который говорилъ бы за мертвеца. Папа Стефанъ, обращаясь къ трупу, какъ къ живому человѣку, спросилъ его: «почему, епископъ опортскій, ты простеръ свое честолюбіе до того, что узурпировалъ первосвященническую каоедру Рима?». Соборъ произнесъ мертвецу осужденіе. Тогда сорвали съ него первосвященническія облаченія, отрубили ему три пальца, ко- торыми опъ благословлялъ, и наконецъ голову. Изуродован- ный трупъ былъ брошенъ въ Тибръ. По папа Стефанъ VI недолго пережилъ свое глумленіе надъ мертвецомъ. Его скоро свергли съ престола, заковали въ желѣзныя цѣпи, засадили въ мрачную темнпцу, гдѣ и задушили. Найденный рыбаками трупъ Формоза предалъ торжественному погребенію Ѳеодоръ II, папствовавшій всего 20 дней (въ 898 г.). Его преемникъ Іоаннъ IX (898 — 900) приказалъ сжечь документы собора, бывшаго при Стефанѣ VI и осудившаго Формоза. Характерно соборное постановленіе, состоявшееся при папѣ Іоаннѣ IX: оно воспрещало населенію Рима грабить послѣ смерти папы его дворецъ, а равно и епископскіе дома послѣ ихъ смерти. Насколько были хороши папы того времени, показываетъ изреченіе современнаго имъ историческаго писателя: «высокіе саны получаютъ болѣе авторитета отъ людей, чѣмъ люди отъ высокихъ сановъ». Въ этихъ словахъ сказалось горькое со- знаніе въ томъ, что современные папы губятъ папство, роняя *) Мы называемъ папу Формоза предмѣстникомъ Стефана VI потому, что ближайшій предмѣстникъ его Бонифацій VI былъ выбранъ литъ одною рим- скою партіей, и соборъ равеннскій два года спустя объявилъ его избраніе недѣйствительнымъ.
СМУТНОЕ ВРЕМЯ ВЪ ИСТОРІИ ПАПСТВА. 113 его достоинство. Былые папы выдвигали принципъ непрелож- ности своихъ рѣшеній. Новые папы критиковали и третиро- вали свысока своихъ предмѣстниковъ. Стефанъ VI кощун- ственно осудилъ папу Формоза; Іоаннъ IX сжегъ документы осужденія; Сергій III (905—911), бывшій его соперникомъ, одобрилъ кощунственный судъ Стефана, объявилъ Іоанна узур- паторомъ и не признавалъ трехъ слѣдовавшихъ за нимъ папъ— Бенедикта IV, Льва V и Христофа. Относительно перваго изъ нихъ католическіе писатели говорятъ, что исторія не со- общаетъ намъ объ этомъ папѣ почтп ничего, хотя стерео- типно хвалятъ его за любовь къ общественному благу и ще- дрость къ бЬднымъ. Левъ V, по поводу котораго было ска- зано современникомъ выше приведенное изреченіе, удержался на папскомъ престолѣ только 2 мѣсяца, былъ низвергнутъ своимъ капелланомъ Хрпстофомъ, брошенъ въ темницу, гдѣ и умеръ нѣсколько дней спустя. Льву V покровительствовалъ императоръ Ламбертъ. Христофа выбрала народная партія, а полгода спустя свергла партія тосканскаго маркиза. Рѣдкіе изъ папъ этой эпохп умирали естественною смертью. Среди нихъ не встрѣчается ни одной свѣтлой, достойной личности, но зато проходитъ цѣлый рядъ злодѣевъ, развратниковъ и святотатцевъ. Въ папы избирались даже несовершеннолѣтніе мальчики. Именно къ этой смутной порѣ относится опроверг- нутое наукой, но характерное преданіе о томъ, что папскій престолъ занимала одно время женщина, паписса Іоанна. Какъ бы то ни было, но всѣ эти «намѣстники Св. Петра», сидѣвшіе— по выраженію папы Григорія Великаго — тамъ же. гдѣ сидитъ и апостолъ Петръ,—были пѣшками въ рукахъ опытныхъ шах- матистовъ, возводившихъ ихъ на «святѣйшій престолъ». Если на престолѣ этомъ не бывало женщинъ, зато знатныя и раз- вратныя женщины безусловно распоряжались имъ. Такими вершительницами судебъ папства были три женщины: Ѳеодора, супруга консула, дама темнаго происхожденія, отличавшаяся въ равной степени красотою и безнравственностью, и двѣ ея дочери, схожія съ нею и въ томъ, и въ другомъ отношеніи,— Ѳеодора младшая и Марозія. Мать первая стала возводить на СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 8
114 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. папскій престолъ своихъ возлюбленныхъ, родственниковъ и сыно- вей; по ея слѣдамъ пошли дочери. Папа Сергій III, не признавав- шій четырехъ папъ и одобрившій кощунственный судъ Стефана VI надъ Формозомъ, былъ возведенъ на престолъ Марозіей. Что за папы выходили изъ ставленниковъ наглыхъ опекуновъ «святѣй- шаго престола», легко представить себѣ послѣ ознакомленія съ личностью папы Іоанна X, сидѣвшаго на папскомъ престолѣ въ продолженіе цѣлыхъ четырнадцати лѣтъ (914—928). Онъ былъ сыномъ папы Сергія III и пользовался большимъ покровитель- ствомъ младшей Ѳеодоры. Вскорѣ послѣ водворенія его на папскомъ престолѣ капуанскіе принцы пригласили его къ участію въ военной экспедиціи противъ сарацинъ, чтобы про- гнать ихъ съ занятаго ими въ Италіи поста. Такъ какъ но- вый папа былъ болѣе способенъ дѣйствовать мечомъ, чѣмъ но- сить тіару, онъ сразу же отозвался на приглашеніе и вошелъ въ составъ отряда, бывшаго подъ командой маркиза Альбе- рика, сына Марозіи. Подъ командою Альберика находился и греческій отрядъ, присланный съ этою цѣлью изъ Константино- поля. Сарацины были прогнаны. Тотъ же папа утвердилъ въ санѣ регімскаго архіепископа сына аквитанскаго графа, маль- чика, которому не исполнилось и пяти лѣтъ. Папы, подобные Іоанну X, занимали папскую каоедру лишь до тѣхъ поръ, пока оставались покорными исполнителями воли своихъ по- кровителей. Но лишь только они подавали поводъ къ подо- зрѣнію, ихъ устраняли. Во время папствованія Іоанна X вер- шителемъ судебъ Рима былъ нѣкто Гюи. женившійся на Ма- розіи. Четѣ этой показалось крайне подозрительнымъ то осо- бое расположеніе, которое папа Іоаннъ сталъ проявлять къ своему брату Петру. Очевидно, Гюи и Марозія стали опасаться за свою власть. Этого было достаточно, чтобы участь папы была рѣшена. Въ помѣщеніе Латеранскаго дворца, гдѣ сидѣлъ папа Іоаннъ съ братомъ и приближенными, ворвались солдаты Гюи и Марозіи. убили Петра, схватили папу, бросили его въ темницу, гдѣ онъ и былъ задушенъ подушкою. По смерти Гюи власть надъ Римомъ оставалась въ рукахъ Марозіи и ея новаго мужа Гюга. короля ломбардскаго, пока не была вы-
115 СМУТНОЕ ВРЕМЯ ВЪ ИСТОРІИ ПАПСТВА. рвана изъ ихъ рукъ сыномъ Марозіи, Альберикомъ. Послѣдній управлялъ Римомъ съ титуломъ сенатора и князя до самой своей смерти (954). За все это время онъ замѣщалъ папскую каоедру своими кліентами. Ему наслѣдовалъ въ званіи и власти его сынъ Октавіанъ. Безумный и глубоко испорченный юноша, Октавіанъ не пожелалъ довольствоваться тѣмъ положеніемъ, которое занималъ его отецъ, но задумалъ, будучи клирикомъ, завладѣть и папскимъ престоломъ. Вскорѣ послѣ смерти своего отца онъ сдѣлался папою, не имѣя отъ роду и 18-ти лѣтъ, и соединилъ въ своихъ рукахъ обѣ власти — свѣтскую и духов- ную, титулуясь сенаторомъ, княземъ п папою подъ именемъ Іоанна XII (956—964). Еще никогда до этого времени «пре- столъ Св. Петра» не осквернялся такими пороками и престу- пленіями, какъ въ правленіе этого нравственнаго чудовища. Мы не можемъ, не нарушая приличія, останавливаться на подробностяхъ его преступной жизни и ограничимся лишь ука- заніемъ на нѣкоторые факты, совершенно достаточные для его характеристики На своихъ дикихъ оргіяхъ папа пилъ за здо- ровье дьявола. За игрою въ кости, которой онъ предавался съ бѣшенымъ азартомъ, онъ клялся Юпитеромъ, Венерой и другими языческими богами. Постоянно нуждаясь въ деньгахъ, папа безъ зазрѣнія совѣсти грабилъ римскія церкви и за боль- шія деньги продавалъ епископскія должности. Глумясь надъ христіанствомъ и его обрядами, онъ посвящалъ священниковъ и дьяконовъ въ своихъ конюшняхъ. Тѣ лица, которыя имѣли песчастіе вызвать чѣмъ-либо его гнѣвъ или даже только воз- будить его подозрѣніе, подвергались самымъ варварскимъ каз- нямъ: онъ приказывалъ ослѣплять, отрубать руку, отрѣзать языкъ и т. под. Предоставляя совершать богослуженіе дру- гимъ, онъ, нисколько пе стѣсняясь, на виду у всѣхъ, отправлялся на охоту, окруженный псарями и собаками. Онъ самъ водилъ своихъ вассаловъ на войну, въ напцырѣ и шлемѣ, съ мечомъ при бедрѣ, и, подавая примѣръ варварской жестокости своимъ воинамъ, первый поджигалъ жилища и жатвы непріятелей. Клятва для такого человѣка не имѣла ровно ппкакого значе- нія. Использовавъ одну сторону, онъ покпдалъ ее и переходилъ 8*
116 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. па сторону, ей враждебную. По смерти Лотаря, сына Гюга. Италія очутилась во власти Беренгара. И Беренгаръ, п сынъ его Адальбертъ правили тиранпичѳски, чѣмъ возбудили противъ себя всеобщую ненависть. Самъ папа не былъ болѣе въ со- стояніи переносить ихъ тирапнію и отправилъ къ германскому королю Оттону (Великому) двухъ легатовъ съ просьбою объ избавленіи Италіи отъ гнета. Оттонъ прибылъ въ Италію въ 962 году, не встрѣтивъ на своемъ пути никакого сопротивле- нія. Прозимовавъ въ Павіи, опъ пошелъ къ Риму и всту- пилъ въ него, какъ говорятъ современники, при всеобщихъ выраженіяхъ восторга. Папа вѣнчалъ его императорскою коро- ною и принесъ ему надъ гробницей апостола Петра клятву въ повиновеніи, обѣщаясь не помогать нп Бсрепгару, ни Адальберту. Съ своей стороны императоръ Оттонъ вернулъ римской церкви все, что было у нея отнято въ Италіи, под- твердилъ даренія Пипппа и Карла Великаго и осыпалъ папу золотомъ и драгоцѣнными каменьями. Но, несмотря на свою клятву, папа примирился съ Адальбертомъ и даже заключилъ съ нимъ союзъ противъ императора. Послѣдній не повѣрилъ сразу такому вѣроломству и отправилъ въ Римъ своихъ лю- дей, чтобы провѣрить дошедшіе до него слухи. Слухи оправ- дались. Нѣкоторое время императоръ не предпринималъ ника- кихъ мѣръ. «Онъ еще молодъ, сказалъ онъ про папу, его еще могутъ исправить примѣры и совѣты хорошихъ людей». Но все-таки, проведя цѣлое лѣто за осадой Монтефельтро, онъ явился въ Римъ, куда звали его многіе сеньоры. Заслышавъ о приближеніи императора, папа и Адальбертъ бѣжали, за- хвативъ съ собою и «сокровища Св. Петра». Въ 963 году Римъ снова былъ во властп императора. Римляне поклялись ему въ вѣрности и торжественно обѣщали не избирать въ папы никого безъ его согласія. Спустя три дня, Оттонъ, по просьбй епископовъ и народа, созвалъ соборъ въ церкви Св. Петра. Предсѣдательствовалъ самъ императоръ. На соборѣ присут- ствовали 410 епископовъ, 16 кардиналовъ, много римскаго духовенства и знати и вся римская милиція. Когда водвори- лось молчаніе, императоръ обратился къ присутствующимъ со
СМУТНОЕ ВРЕМЯ ВЪ ИСТОРІИ ПАПСТВА. 117 словами: «на этомъ почтенномъ собраніи слѣдовало бы при- сутствовать папѣ Іоанну. Скажите мнѣ, почему его нѣтъ?» Въ отвѣтъ послѣдовало заявленіе о томъ, что «преступленія папы настолько оглашены, что онъ не имѣетъ никакой возможности скрыть ихъ». Императоръ вызвалъ обвинителей. Обвинителемъ выступилъ кардиналъ Петръ, вѣрность показаній котораго за- свидѣтельствовали присутствовавшіе. Послѣ перваго засѣданія императоръ написалъ папѣ письмо, приглашая его явиться для оправданія и обѣщая ему полную личную безопасность. «Прибывъ въ Римъ, — писалъ императоръ — чтобы совершить угодное Богу, мы спросили у епископовъ о причинѣ вашего отсутствія. Они обвиняютъ васъ въ совершеніи самыхъ по- зорныхъ дѣлъ. Всѣ, какъ духовные, такъ и свѣтскіе, обвиняютъ васъ въ убійствахъ, клятвопреступленіи, святотатствѣ и дру- гихъ преступленіяхъ. Мы просимъ васъ явиться для оправда- нія во всемъ этомъ». Папа, прочтя ппсьмо императора, на- писалъ епископамъ посланіе, въ которомъ грозилъ имъ отлу- ченіемъ отъ церкви, если они посмѣютъ избирать новаго папу. Посланіе это было прочтено во второмъ засѣданіи собора. Отъ имени собора было отправлено къ папѣ второе письмо, но послѣднее не было вручено по принадлежности, такъ какъ посланные не нашли мѣстопребыванія папы. Это обстоятель- ство, надо полагать, было причиною, въ силу которой къ папѣ не обращались съ третьимъ извѣщеніемъ, согласно требованію церковныхъ правилъ. Соборъ обратился къ Оттону со слѣ- дующимъ заявленіемъ: «для излѣченія столь чрезвычайнаго зла необходимы и средства чрезвычайныя. Если бы своею испорченною нравственностью онъ вредилъ только самому себѣ, его пришлось бы терпѣть. Но столь многихъ испортилъ его примѣръ! Мы просимъ васъ, чтобы чудовище это было изгнано изъ римской церкви, и чтобы на его мѣсто былъ поставленъ человѣкъ, который подавалъ бы намъ добрые примѣры». Им- ператоръ согласился. Въ декабрѣ 963 года былъ избранъ въ папы Левъ VIII. Воспользовавшись тѣмъ, что императоръ, не желая быть въ тягость римлянамъ, вывелъ большую часть своего войска, папа Іоаннъ XII, не признававшій совершившагося
118 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. въ его отсутствіе, сталъ сѣять въ Римѣ мятежъ противъ импера- тора. Оттону пришлось услышать, что готовится покушеніе на са- мую жизнь его. Совершивъ нѣсколько казней и заставивъ населе- ніе города еще разъ подтвердить прежнюю клятву, Оттонъ уѣхалъ изъ Рима. Воспользовавшись этимъ, сторонники папы Іоанна вызвали послѣдняго въ Римъ. Первыми актами дѣя- тельности Іоанна была кровавая расправа съ тѣми, кого считалъ онъ своими злѣйшими врагами: одному огрубили пра- вую ]^ку, другому отрѣзали носъ, языкъ и два пальца на рукѣ. Затѣмъ, въ февралѣ 964 года, папа Іоаннъ XII созвалъ въ церкви Св. Петра соборъ, на которомъ присутствовали только 16 итальянскихъ епископовъ и два кардинала. Засѣда- ніе было открыто слѣдующими словами папы Іоанна: «вы знаете, любезные братья мои, что я былъ согнанъ насиліемъ императора со своей каоедры и два мѣсяца находился въ от- сутствіи. Поэтому я спрашиваю васъ, можно ли назвать со- боромъ то, что было устроено 4 декабря въ моей церкви, во время моего отсутствія, императоромъ, его архіепископами и епископами?». Конечно, сторонники Іоанна отказались назвать соборъ его именемъ и, по предложенію папы, согласились осудить соборъ, что и было сдѣлано папой. «А могли-ли по- ставленные нами епископы совершать посвященія въ духовный санъ въ нашемъ патріаршемъ дворцѣ?» — Нѣтъ, отвѣчали при- сутствовавшіе. «Какъ вы станете судить Ликона, уже давно посвященнаго нами въ санъ епископа. Ликона. который въ нашемъ дворцѣ совершилъ рядъ посвященій надъ Львомъ, нашимъ придворнымъ чиновникомъ и неофитомъ, сдѣлавъ его послѣдовательно привратникомъ, чтецомъ, свѣченосцемъ (ако- нитомъ), иподіакономъ, діакономъ и тутъ же сразу священ- никомъ; какъ вы станете судить Ликона, осмѣлившагося воз- вести Льва на нашу каоедру безъ всякаго испытанія, вопреки всѣмъ отческимъ уставамъ?» Присутствовавшіе отвѣтпли: «нужно низложить и посвящавшаго, и посвящавшагося». На это папа Іоаннъ отвѣтилъ: «неизвЬстно, гдѣ онъ спрятался». Такъ на- зываемый соборъ опредѣлилъ: «тщательно разыскивать его до третьяго засѣданія; если же не найдутъ его, пусть будетъ
СМУТНОЕ ВРЕМЯ ВЪ ИСТОРІИ ПАПСТВА. 119 осужденъ согласно канонамъ». «А что вы скажете — снова спросилъ Іоаннъ — о двухъ епископахъ, Бенедиктѣ опортскомъ* и Григоріи албанскомъ, которые произносили рѣчи узурпатору?» Присные папы отвѣчали ему: «пусть и они будутъ наказаны такъ же; впрочемъ, мы предоставляемъ ихъ вашему рѣшенію до третьяго засѣданія». «Что вы скажете наконецъ о самой узурпаціи нашей каѳедры?» Послѣдовалъ отвѣтъ, ему угодный. Послѣ этого Іоаннъ объявилъ своего соперника лишеннымъ первосвященническаго сана и всякаго духовнаго сана вообще, пригрозивъ ему вѣчной анаѳемой, если онъ будетъ продолжать священнодѣйствовать или вернется на «святѣйшую» каѳедру; такою же анаѳемой онъ пригрозилъ всѣмъ, кто подавалъ ему помощь или совѣтъ. «А какъ вы осудите тѣхъ, спросилъ снова Іоаннъ XII, кого онъ посвятилъ?» Присутствовавшіе отвѣтили: «да будутъ они лишены своихъ сановъ». Папа приказалъ ввести ихъ. Они вошли въ своихъ облаченіяхъ. Каждаго изъ нихъ заставили написать на бумагѣ фразу: «у моего отца ничего не было, и онъ мнѣ ничего не далъ». То было символомъ обращенія ихъ въ то состояніе, въ которомъ они находились до посвященія. Въ началѣ второго засѣданія, происходившаго на слѣдующій день, папа Іоаннъ заявилъ, что епископа Ли- кона искали старательно, но нигдѣ не нашли. Отвѣтомъ на это заявленіе было постановленіе: «отложить осужденіе ви- новнаго до третьяго засѣданія». Затѣмъ снова были вызваны епископы Бенедиктъ и Григорій, и каждаго изъ нихъ заставили читать слѣдующія строки: «я (имя рекъ), при жизни своего отца посвятилъ на его мѣсто Льва, придворнаго чиновника, неофита и клятвопреступника, вопреки отческимъ предписа- ніямъ». Произнесеніе приговора надъ нимъ было также от- ложено до третьяго засѣданія. «Что вы рѣшите — спросилъ папа—относительно тѣхъ, кто давалъ неофиту деньги, чтобы купить благодать Божію, которая не продается?» «Если то- епископъ, гласилъ отвѣтъ, да лишится онъ своего сана, если монахъ или свѣтское лицо, да подвергнется анаѳемѣ». Судьбу аббатовъ, зависѣвшихъ только отъ папы и присутствовавшихъ на соборѣ, его осудившемъ, постановлено было предоставить
120 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. папскому рѣшенію. «Постановите, заключилъ папа, чтобы никогда впредь низшій по своему положенію не отнималъ сапа отъ старѣйшаго себя, подъ страхомъ отлученія оть церкви, и монахи, подъ страхомъ того же, да пребываютъ въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ отреклись они отъ міра». Въ третьемъ засѣданіи папа низложилъ заочно епископа Ликока безъ всякой надежды на возстановленіе въ санѣ и низвелъ въ прежнее состояніе тѣхъ, кого возвысилъ избранный папою Левъ. Всею жизнью своею папа Іоанна XII профанировалъ санъ папы, послѣд- нимъ своимъ дѣяніемъ онъ профанировалъ высокую идею цер- ковнаго собора. Послѣ этого онъ не прожилъ трехъ мѣсяцевъ. Сохранилось извѣстіе, что папа получилъ удары въ виски во время своего пребыванія за чертою города въ ночное время. Спустя восемь дней его не стало. Дѣло, конечно, не въ личности Іоанна XII. Личность его интересна не сама по себѣ, но какъ порожденіе эпохи, какъ характерная черта ея. Іоаннъ былъ порожденіемъ грубой фео- дальной среды и остался таковымъ на папскомъ престолѣ. Если бы папство оставалось вѣрнымъ традиціямъ Григорія Великаго, то нашло бы въ себѣ самомъ могучую нравствен- ную силу, которая удержала бы его на высотѣ, недосягаемой для волнъ моря житейскаго. Но дѣло въ томъ, что феодализмъ не былъ чѣмъ-то внѣшнимъ, стороннимъ для папства; онъ не былъ злымъ духомъ, сорвавшимся съ цѣпи и творившимъ на- пасти папскому престолу. Идея папства переродилась. Само папство сошло съ пьедестала и вошло въ міръ, забыло о неувядаемой славѣ въ царствѣ духа и неудержимо стремилось къ славѣ міра сего, 'къ богатствамъ, къ матеріальному обла- данію. А внѣ феодализма нельзя было достигнуть его. Феода- лизмъ втянулъ въ свою область какъ'свѣтскихъ властителей, такъ и папъ. Благополучіе ихъ, какъ таковыхъ, зависѣло отъ ихъ собственныхъ ^вассаловъ, феодальныхъ владѣльцевъ, получив- шихъ надѣлы изъ 'обширныхъ патримоній Св. Петра при условіи слабой, часто номинальной зависимости отъ сюзерена- папы. Необходимость защищать «владѣніе Св. Петра», по- стоянные набѣги то сарацинъ, то венгровъ, то норманновь
СМУТНОЕ ВРЕМЯ ВЪ ИСТОРІИ ПАПСТВА. 121 естественно выдвигали па первый планъ мірскіе, матеріаль- ные интересы, мірскія заботы. Невольно вспоминаются слова дьявола Іисусу Христу: «все это дамъ тебѣ, если, падши, по- клонишься мнѣ». II папство поклонилось, и вынуждено было взять на себя всѣ неизбѣжныя послѣдствія этого поклона. Съ другой стороны, папскій престолъ обладалъ такпми богатствами, такимъ политическимъ значеніемъ и даже такою чисто нрав- ственною мощью, питаемой невѣжествомъ массъ, что не могъ не сдѣлаться заманчивой добычей въ глазахъ загрубѣвшей и развращенной феодальной среды. Отсюда—та дикая, та безпо- щадная борьба за обладаніе имъ, которая набросила столь зловѣщій колоритъ на исторію папства въ X и въ первой половинѣ XI в. Отсюда — и тѣ нравственные уроды, которые появлялись одинъ за другимъ на «престолѣ Св. Петра». Іоаннъ XII былъ лишь однимъ изь многихъ Событія, происходившія въ Италіи, непрерывныя смуты, терзавшія ее, въ частности «наслѣдіе Св. Петра», неизбѣжно должны были вызвать вмѣшательство сторонней силы. Итальян- скіе династы и самъ папа Іоаннъ XII воззвали къ такой силѣ— къ королю Германіи Оттону I. Установивъ порядокъ и миръ въ своей странѣ, Оттонъ рѣшилъ принять самое дѣятельное участіе въ судьбахъ Италіи и «Св. Престола». Его примѣру слѣ- довали преемники его власти. Если одна сторона призывала его и даже изъявляла ему свою покорность, зато другая сторона относилась къ нему враждебно. За императорскую корону, которою вѣнчался въ 962 году Оттонъ Великій, пришлось до- рого заплатить и самому Оттону, и его преемникамъ. Если папы по необходимости готовы были признать надъ собою опеку высшей свѣтской власти, римскіе бароны и высшее мѣстное духовенство негодовали на такой оборотъ событій и не разъ пытались вернуть прежнее положеніе дѣлъ. Оттоны и Генрихъ II совершали неоднократные походы въ Италію и ставили папъ. Пхъ упорное вмѣшательство не могло, конечно, произвести коренной реформы. Панская власть не возроди- лась, не поднялась окончательно изъ своего глубокаго упадка, такъ какъ для подобнаго превращенія было недостаточно одной
122 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. матеріальной силы, по необходимо было и нравственное воз- рожденіе. Но все-таки Римъ пересталъ на время быть попри- щемъ величайшихъ соблазновъ для всего христіанства. Сами ревностные католическіе писатели не отрицаютъ того факта, что лучшими папами смутной поры были ставленники импе- раторовъ. Наиболѣе выдающимися изъ нихъ были: Григоріи V (996 — 998) и въ особенности Сильвестръ II (999 — 1003). Григорій V, племянникъ императора Оттона III, несмотря на свои молодые годы, вполнѣ отвѣчалъ потребностямъ вре- мени. Онъ обладалъ возвышеннымъ образомъ мыслей, здра- востью сужденія, вѣрностью глаза и твердостью характера, но твердость эта счастливо гармонировала съ врожденною благо- желательностью. Блаюдаря ему, авторитетъ папской каоедры сразу выросъ. Зъ 998 году на римскомъ соборѣ былъ осу- жденъ бракъ французскаго короля Роберта I съ Бертою, не- допускавшійся существовавшими между ними родственными отношеніями. На короля была наложена семилѣтняя эпитимія, а турскій архіепископъ, благословившг1 этотъ бракъ вопреки каноническимъ постановленіемъ, былъ отлученъ отъ причащенія. Переходъ власти въ руки Сильвестра II не привнесъ ника- кихъ измѣненій въ это дѣло. 2—3 года Робертъ не слушался. Папа отлучилъ его отъ церкви. Тогда всѣ отшатнулись отъ короля. Вѣрными остались ему лишь два служителя, да и тѣ, подавь ему пищу, бросали въ огонь посуду, въ которой при- носили ее. Робертъ разлучился съ Бертой и женился на другой. Сильвестръ II былъ исключительною личностью своего вре- мени. Рѣдкій математикъ и философъ, знатокъ греческаго языка и классической литературы, замѣчательный механикъ, глубокій знатокъ современности, онъ завоевалъ себѣ одно изъ виднѣйшихъ мѣстъ въ ряду лучшихъ римскихъ папъ. Еще задолго до из- бранія въ папы Гербертъ (такъ назывался будущій Силь- вестръ II) написалъ между прочимъ одному римскому діакону такія строки: «вся Италія показалась мнѣ однимъ Римомъ, а весь міръ приходитъ въ ужасъ отъ римскихъ нравовъ». Про- бывъ весьма короткое время во главѣ аббатства Боббіо, онъ сумѣлъ вернуть этой обители все, что былр похищено у нея,
СМУТНОЕ ВРЕМЯ ВЪ ИСТОРІИ ПАПСТВА.. 123 благодаря слабости его предмѣстниковъ, сильными сосѣдями. Н много, и съ пользою, хотя и недолго, поработалъ онъ въ санѣ реймсскаго архіепископа. ЗдЕсь часто приходилось вы- ступать ему въ роли примирителя въ различныхъ разногла- сіяхъ. По поводу одного изъ нихъ онъ высказалъ слѣдующее мнЕніе: «много сдѣлалъ Господь для человѣка, давъ ему вѣру, не отнимая въ тоже время знанія. Благодаря вѣрѣ, Св. Петръ призвалъ Іисуса Христа Сыномъ Божіимъ и покорно исповѣ- Григорій V далъ его Божественность Вотъ почему «праведный вѣрою живъ будетъ». Соединимъ же знаніе съ вѣрою, ибо не вѣруютъ без- разсудные». И возведеніе Герберта въ санъ реймсскаго архіепи- скопа, п кратковременное пребываніе въ немъ сопровождались такими обстоятельствами, съ которыми необходимо ознакомиться, такъ какъ онп весьма характерны для эпохи. Въ 987 году на французскій престолъ былъ возведенъ Гуго Капетъ. Вступленіе Гуго на престолъ сопровождалось коронованіемъ, совершеннымъ архіепископомъ реймсекимъ Адальберономъ пе только надъ ново-
124 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. избраннымъ, но и надъ его шестнадцатилѣтнимъ сыномъ Ро- бертомъ. Гербертъ, другъ архіепископа Адальберона, радостно привѣтствовалъ это событіе Но за этою радостью его постигло большое горе; умеръ архіепископъ реймсскій Адальберонъ, съ которымъ онъ жилъ дупіа въ душу и которому дѣятельно по- могалъ въ управленіи архіепископствомъ. Какъ разъ въ это время неудачный соискатель французской короны, Карлъ лота- рингскій, вторгся въ архіепископскія владѣнія, наведя неожидан- ностью вторженія всеобщій ужасъ на ихъ населеніе. Гербертъ, бывшій помощникомъ Адальберона и преднамѣченвый послѣд- нимъ въ преемники, оставался твердымъ и рѣшительнымъ во главѣ архіепископства, какъ бы оправдывая своимъ характеромъ и образомъ дѣйствій столь лестное мнѣніе о немъ покойнаго архіепископа. Однако, несмотря на это, когда наступилъ моментъ избранія, епископы выбрали своимъ главою племянника Карла лотарингскаго, Арнульфа. Новоизбранный былъ еще молодымъ человѣкомъ и не обладалъ ни опытностью, ни силою воли. Гер- бертъ примирился съ неудачей и примкнулъ къ числу тѣхъ, кто стоялъ за Арнульфа, тѣмъ болѣе, что Арнульфъ торжественно поклялся быть вѣрнымъ вновь избранной династіи. Первые мѣ- сяцы правленія архіепископа Арнульфа прошли благополучно. Гербертъ помогалъ новому архіепископу съ такимъ же усер- діемъ, какъ и покойному другу своему Адальб₽рону. Но вскорѣ Арнульфъ забылъ о своей клятвѣ и заключилъ со своимъ дядею, Карломъ лотарипгскимъ, тайный договоръ, цѣлью котораго была передача Карлу французской короны. Тайна обнаружилась только тогда, когда послѣ новаго вторженія Карла въ его рукахъ очутилось ренмсское архіепископство, и Арнульфъ открыто перешелъ на сторону своего дяди. Гербертъ покинулъ Арнульфа, письменно объяснивъ ему свой образъ дѣйствій, и удалился къ королю Гуго Капоту. Карлъ, думавшій свергнѵть послѣдняго съ престола, потерпѣлъ отъ него сильное пораженіе. И Карлъ съ близкими ему людьми, и Арнульфъ попали въ руки французскаго короля. Карлъ подвергся заклю- ченію въ орлеанской темницѣ. Архіепископъ Арнульфъ былъ преданъ суду епископовъ, хотя въ дѣйствительности и его
СМУТНОЕ ВРЕМЯ ВЪ ИСТОРІИ ПАПСТВА.. 125 избраніе, и его паденіе были тѣснѣйшимъ образомъ связаны съ политическими событіями. Арнульфъ явился передъ епи- скопскимъ судомъ кающимся грѣшникомъ: сознался въ своемъ преступленіи, горько плакалъ и объявилъ себя недостойнымъ того сана, который носилъ. Его молодость, происхожденіе, раскаяніе, нежеланіе епископовъ создавать прецедентъ, опас- ный для нихъ самихъ, все это расположило судей въ пользу подсудимаго. На слѣдующій день появились въ средѣ собранія король съ сыномъ и первыми сановниками двора. Арнульфъ кинулся къ ногамъ коронованныхъ особъ и, рыдая, умолялъ о пощадѣ. Буржскій архіепископъ, обнимая колѣна Гуго и Роберта, просилъ отъ имени всего собора о помилованіи ви- новнаго. Король пощадилъ его жизнь, обѣщая не казнить его, если только онъ не совершитъ снова чего-либо достойнаго казни. Тутъ же былъ составленъ актъ его отреченія, послѣ чего лишеннаго сана архіепископа отправили въ орлеанскую темницу. При такихъ-то обстоятельствахъ реймсскій соборъ выбралъ на вакантную архіепископскую каоедру Герберта. Новый архіепископъ отдался всею душою исполненію своихъ обязанностей: разрѣшалъ богословскіе споры, умирялъ раздоры, сурово преслѣдовалъ виновныхъ въ нарушеніи порядка, по- ощрялъ и порицалъ епископовъ своею діоцеза согласно съ характеромъ пхъ дѣятельности. Несмотря па обиліе служоб- пыхъ дѣлъ, онъ все-же не покидалъ своихъ научныхъ занятій. Между тѣмъ надъ его головою собирались зловѣщія тучи. Папа Іоаннъ XVI, своевременно оповѣщенный о совершив- шемся въ Реймсѣ п полтора года хранившій глубокое молча- ніе, вдругъ заговорилъ и выразилъ свое рѣшительное неодо- бреніе участникамъ реймсскихъ событій. Онъ осудилъ еписко- повъ реймсской епархіи и наказалъ пхъ отлученіемъ, такъ какъ они, по его мнѣнію, позволили себѣ посягнуть на права, принадлежащія только римскому первосвященнику. Свой взглядъ имѣлъ папа и на Арнульфа. Онъ видѣлъ въ немъ не преступ- ника, а молодого человѣка, ослѣпленнаго родственными чув- ствами. Папа осудилъ и судъ падъ Арнульфомъ, и низложеніе его, а слѣдовательно, и выборы Герберта. Перемѣна въ поло-
126 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. женіи Герберта обрадовала его недруговъ и глубоко опечалила друзей. Самъ онъ проявилъ необыкновенную дѣятельность, ища поддержки, ободряя павшихъ духомъ, прося многихъ о продолженіи дружественныхъ отношеній. Онь сталъ па время въ оппозицію «святѣйшему престолу». Обстоятельно и объек- тивно изложивъ все совершившееся страсбургскому епископу Вильдероду, онъ говоритъ и объ обвинителяхъ Арнульфа, и о защитникахъ его. Обвинители, по его заявленію, всѣ согласны между собою. «Защитники—продолжаетъ онъ—разбились на двѣ группы: одни говорятъ, что его простилъ король, и что съ тѣхъ поръ онъ не сдѣлалъ ничего такого, чего нельзя было бы простить ему, другіе поддерживаютъ мнѣніе ,что низ- ложеніе Арнульфа безъ авторитетнаго участія папы нанесло послѣднему оскорбленіе». Оба эти мнѣнія Гербертъ остроумно опровергаетъ. Король, съ его точки зрѣнія, простилъ и могъ простить только самый проступокъ, по не злую волю, его вызвавшую. «Власть королей—говоритъ онъ—не простирается па души; это—дѣло епископовъ, которые могутъ связывать и разрѣшать, т. е. налагать церковныя наказанія—низложеніе и отлученіе». Никакого оскорбленія папѣ въ совершившемся Гербертъ не усматриваетъ. Папѣ было донесено обо всемъ; доносили и письменно, и при посредствѣ посланныхъ. Вольно ему было молчать полтора года. Ни его молчаніе, ни все новое, что онъ вздумаетъ установить, не должны наносить ущерба уже установленнымъ законамъ. Законы эти прекрасны и достаточны. «Если бы—пишетъ Гербертъ — всѣ епископы ненарушимо хранили каноны, во всѣхъ церквахъ царили бы миръ и согласіе, и не было бы никакихъ жалобъ ни по поводу имуществъ, ни по поводу назначеній, вп по поводу приви- легій». Епископы, по мнѣнію Герберта, исполнили въ данномъ случаѣ установленные законы. «Говорятъ, что Арнульфъ, будучи епископомъ, могъ быть судимъ только папой, но послѣ его клятвеннаго признанія епископы должны были низложить его, согласно правилу Никейскаго собора. Они должны были бы сдѣлать это даже въ томъ случаѣ, если бы исповѣдь его оказалась ложной, такъ какъ въ такомъ случаѣ онъ былъ бы
СМУТНОЕ ВРЕМЯ ВЪ ИСТОРІИ ПАПСТВА. 127 повиненъ въ лжесвидѣтельствѣ противъ самого себя». Повино- веніе Богу Гербертъ считалъ выше повиновенія папѣ, о чемъ мы заключаемъ изь слѣдующихъ строкъ того же письма: «вы, желающіе быть вѣрными королю, далекіе отъ измѣны своему народу и духовенству, ужасающіеся по- добныхъ 'преступленій, будьте благосклонны къ тѣмъ, которые повинуются скорѣе Богу, чѣмъ людямъ!» ’) Разногласіе съ Римомъ, твердо державшимся своего ученія о папской власти, могло бы повлечь за собою крупныя послѣдствія, если бы Гербертъ самъ не подчинился ему. Высоко цѣвя церковное единство и опасаясь раскола, Гербертъ смирился. Къ тому же и населеніе реймсскаго архіепископства, и духовенство отшатнулись отъ него; богослуженія, совершавшіяся имъ, пе- рестали посѣщаться. Самой жизни его грозила опасность. Въ то же время императоръ Оттонъ ІП, его воспитанникъ, уси- ленно звалъ его къ себѣ въ Германію. Пе желая отказаться отъ оправданія, онъ лично защищалъ себя на муассонскомъ соборЬ. Послѣдній приговорилъ его къ временному лишенію права совершать таинство Евхаристіи. Нѣсколько дней спустя соборъ рсймсскихъ епископовъ объявилъ его низложеніе и возстановленіе въ санъ реймсскаго архіепископа Арнульфа. Папа издалъ декретъ, объявлявшій неимѣющими значенія прежніе соборы, благопріятные для Герберта 2). Тогда-то Гер- бертъ и откликнулся на призывъ императора Оттона III; онъ удалился въ Германію, гдѣ обрѣлъ покой въ своихъ любимыхъ научныхъ занятіяхъ. Въ 996 году папа Іоаннъ XVI умеръ. При содѣйствіи Оттона III былъ избранъ въ папы Григорій V. Хотя послѣдній и призналъ совершенно правильнымъ образъ дѣйствій своего предмѣстника, но въ скоромъ времени воздалъ должное выдающемуся уму и талантамъ Герберта, возведя его въ санъ архіепископа равеннскаго. Въ бытность свою архіепи- ’) См. отрывки изъ писемъ еписк. Герберта, помѣщенные ниже, въ очеркѣ „Необходимость обновленія*. !) Именно — реймсскій, низложившій Арнульфа и избравшій Герберта, а также шельскій, созванный французскимъ королемъ Робертомъ для утвер- жденія постановленій перваго.
128 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. скопомъ равеннскимъ Гербертъ энергично боролся съ распущен- ностью нравовъ среди мѣстнаго духовенства. Сдѣлавшись папою, онъ поставилъ себѣ цѣлью упорную борьбу съ симо- ніей и порочною жизнью духовныхъ лицъ. Ему выпала на долю честь первому высказать идею крестовыхъ походовъ, зародившуюся, надо полагать, еще во время его пребыва- нія на Пиренейскомъ полуостровѣ, гдѣ непрерывно совер- шались мѣстные крестовые походы противъ мавровъ «Хотя Христосъ, въ силу Своей Божественности, пребываетъ вездѣ,— говоритъ онъ въ своемъ знаменитомъ посланіи — но тамъ (въ Палестинѣ) Онъ родился, страдалъ, былъ погребенъ и оттуда вознесся на небо. И хотя пророкъ Исаія сказалъ: «и бу- детъ покой его честь» х), невѣрные пустошатъ Св. Мѣста, и демонъ употребляетъ всѣ усилія, чтобы омрачить ихъ славу Поднимитесь же наконецъ, воины Христовы! Беритесь за зна- мена и копья и, чего не сможете добиться оружіемъ, добивай- тесь разумомъ и золотомъ! Что вы даете и Кому даете? Вы берете совсѣмъ немногое изъ своихъ большихъ богатствъ для Того, Который все даровалъ намъ безвозмездно и сторицею вернетъ все взятое. Онъ умножаетъ и вознаграждаетъ въ бу- дущемъ. Онъ благословляетъ васъ моими руками, чтобы вы послужили ему, совершая крестовый походъ. Онъ отпуститъ вамъ грѣхи ваши, чтобы вы царствовали съ Нимъ во вѣки.» Но почва для общихъ крестовыхъ походовъ еще не была под- готовлена. На призывъ папы откликнулись одни пизанцы, отправившіеся въ Св. Землю на нѣсколькихъ корабляхъ. — Тысячный годъ, вмѣсто осуществленія суевѣрныхъ страховъ, принесъ Сильвестру II большую отраду: приняли христіанство венгры. Мы уже сказали выше о томъ, что римскимъ феодаламъ и высшему мѣстному духовенству весьма не правилось вмѣ- шательство императоровъ въ тѣ дѣла, которыя онп считали своими. Непріязнь эта вызывалась и враждою къ чужеземцамъ, *) Исаія, XI, 10. Въ слав. переводѣ: „и будетъ покой сго честь", въ рус- скомъ: ,и покой его будетъ слава".
СМѢТНОЕ ВРЕМЯ ВЪ ИСТОРІИ ПАПСТВА. 129 распоряжавшимся въ Италіи, какъ у себя дома. Но въ осо- бенности ненавистнымъ было стороннее вмѣшательство потому, что оно хоть на время вносило извѣстный порядокъ и ставило тѣмъ самымъ препоны ихъ вольготной жизни и не привыкшимъ къ удержу страстямъ. Вотъ почему, когда вмѣшательство это утратило свое постоянство и свою силу и стало явленіемъ случайнымъ, враги порядка, пользуясь смутами, происходив- шими въ Германіи, сразу же своротили на старую дорогу. Папа Сильвестръ II. Могущественныя римскія фамиліи Кресценпіевъ п тускулан- скихъ графовъ присвоили себѣ право назначать папъ, чтобы такимъ образомъ достигать своихъ корыстныхъ и низкихъ цѣлей. Ставленники боровшихся партіи напоминали собою Іоанна XII и другихъ, подобныхъ папъ. Смутная пора была време- немъ одичанія нравовъ подавляющаго большинства итальян- скаго духовенства. Но явленіе это не было частнымъ и мѣ- стнымъ. Оно проявилось въ большей или меньшей степени во всей Западной Европѣ. Католическіе епископы смутной эпохи СРЕДНЕВѢКОВОЕ папство 9
130 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. окружали себя, по словамъ современнаго писателя Ратерія, царскою роскошью, но ихъ образъ жизни находился въ рѣз- комъ противорѣчіи не только съ основными заповѣдями хри- стіанства, но и съ самыми элементарными правилами нрав- ственности. Они жили въ роскошныхъ дворцахъ, украшенныхъ золотомъ, пурпуромъ, бархатомъ; они ѣли съ золотыхъ блюдъ, пили вино изъ драгоцѣнныхъ сосудовъ и оправленныхъ въ зо- лото роговъ. Ихъ церкви чернѣли отъ вѣковой копоти, но ихъ сосуды для вина были украшены дорогою живописью. Они за- давали роскошные пиры п не отказывали себѣ въ удоволь- ствіяхъ, далеко несоотвѣтствующихъ ихъ званію. Сотни васса- ловъ и тысячи рабовъ наполняли ихъ дворы, составляли ихъ пышную свиту, прислуживали имъ. Они проводили праздное время за игрою въ кости, за пирушками, упражнялись въ стрѣльбѣ, охотились. Они служили мессу со шпорами на сапо- гахъ, съ кинжалами въ дорогой оправѣ за поясомъ. Выходя изъ храма, они садились на своихъ коней, взнузданныхъ зо- лотыми уздечками, осѣдланныхъ саксонскими сѣдлами, и отпра- влялись на соколиную охоту. Во время путешествій ихъ окру- жала толпа придворныхъ, они возсЬдалп на драгоцѣнныхъ ко- лесницахъ, запряженныхъ такими копями, которыхъ бы не постыдился и властелинъ Ѳракіи. Епископскія каѳедры, богатые монастыри сдѣлались на- слѣдственнымъ достояніемъ могущественныхъ свѣтскихъ династіи, ряды прелатовъ заполнялись грубыми, безнравственными, не- вѣжественными людьми, а низшее духовенство снизошло до уровня полуязыческаго и суевѣрнаго крестьянства. Формальное раздѣленіе церкви. осточная церковь — такъ приходится называть ее и до I формальнаго раздѣла, такъ какъ почва для этого раз- дѣла была вполнѣ подготовлена, — шла инымъ путемъ. Изъ четырехъ восточныхъ патріарховъ фактически главнымъ былъ константинопольскій. Но главепство это имѣло лишь
ФОРМАЛЬНОЕ РАЗДѢЛЕНІЕ ЦЕРКВИ. 131 относительное значеніе, такъ какъ и возведеніе патріарховъ на престолъ и низложеніе ихъ зависѣло отъ воли императоровъ. Избраніе клиромъ и народомъ и низложеніе на основаніи су- дебнаго процесса, производившагося въ патріаршемъ сѵнодѣ, были только видимостями. Не слѣдуетъ упускать изъ виду, что здѣсь существовала имперія, на столько крѣпкая, что суще- ствованіе ея прекратилось лишь въ половинѣ XV вѣка. На Западѣ церковь рано обособилась отъ государства, вышла не- вредимой изъ развалинъ, вызванныхъ его крушеніемъ въ V в., и стала на нѣкоторое время «градомъ Божіимъ» для новыхъ народностей и новыхъ государствъ. Характерною особенностью церкви на Востокѣ былъ ея тѣснѣйшій союзъ съ государствомъ, но первенство въ этомъ союзѣ принадлежало не ей. а госу- дарству. II. несмотря на это, бывали въ исторіи Византіи мо- менты. когда предстоятели церкви выдвигались на первен- ствующее мѣсто въ имперіи. Одинъ изъ такихъ моментовъ от- носится къ XI вѣку и неразрывно связанъ съ именемъ власт- наго патріарха Михаила Керуларія. Имя Михаила Керуларія упоминается впервые у истори- ковъ въ связи съ заговоромъ, имѣвшимъ цѣлью низверженіе съ престола императора Михаила IV Пафлагона. Во главѣ этого заговора и стоялъ Керуларія, стремившійся къ власти. Заговоръ не удался. Керуларій былъ постриженъ въ иноки и отправленъ въ ссылку. Послѣ нѣсколькихъ придворныхъ пере- воротовъ, столь обычныхъ въ исторіи Византіи, на престолъ вступилъ Константинъ IX Мономахъ. Монахъ Керуларій былъ возвращенъ изъ ссылки и сдѣлался ближайшимъ совѣтникомъ императора. По смерти патріарха Алексѣя Константинъ Мо- номахъ возвелъ Керуларія въ санъ патріарха. Въ первые годы правленія Мономаха произошло грозное возстаніе. Императоръ врядъ-ли бы справился съ нимъ безъ той нравственной под- держки, которую оказалъ ему энергичный п мужественный патріархъ. Послѣдній обнаружилъ въ этомъ дѣлѣ рѣдкую са- мостоятельность и не остановился даже передъ явнымъ нару- шеніемъ императорской воли. Когда правительство, позабывъ объ обѣщанной мятежникамъ амнистіи, стало казнпть ихъ. 9*
132 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. патріархъ, по словамъ писателя Пселла, собственноручно сни- малъ съ висѣлицъ и освобождалъ отъ смертной казни тѣхъ, кому она неминуемо грозила. Ту же самостоятельность про- явилъ властный патріархъ и въ области внѣшней политики. Византійскому правительству, угрожаемому съ разныхъ сторонъ (съ сѣвера — печенѣгами и русскими, съ востока — сельджук- скими турками), пришлось волей-неволей считаться съ новою и притомъ грозной силою, сложившеюся въ южной Италіи, съ норманнами. Въ связи съ этимъ и въ придворныхъ йизантіи- скихъ кругахъ, и въ Римѣ возникла и крѣпла мысль о тѣсномъ союзѣ между Византіей и папою. Начались и переговоры. Несмотря на дѣйствительную нужду въ союзникѣ, папство не бросало мечты объ установленіи универсальнаго владычества, и въ связи съ политическими переговорами долженъ былъ об- суждаться вопросъ о признаніи Византіей всецерковной власти папы и о возвращеніи римской церкви обширныхъ ея владѣній, конфискованныхъ императорами Львомъ Исаврійскимъ и Ники- форомъ Фокой. Керуларін но только рѣшительно не пошелъ на встрѣчу переговорамъ, но задумалъ вступить съ Римомъ въ борьбу. Обстоятельства казались ему чрезвычайно благо- пріятными для нея. Войска папы Льва IX потерпѣли пора- женіе отъ норманновъ, при чемъ и самъ папа очутился въ плѣну у нихъ. Борьбу противъ Рима Керуларін началъ въ 1053 году съ закрытія латинскихъ монастырей въ Константинополѣ, построен- ныхъ въ разное время для проживавшихъ тамъ латинянъ. Свой поступокъ патріархъ мотивировалъ тѣмъ, что латиняне отпали отъ истины, совершая литургію на опрѣснокахъ. Онъ требовалъ отъ латинскихъ священниковъ, аббатовъ и монаховъ, чтобы они слѣдовали греческимъ обычаямъ, грозясь въ случаѣ ихъ упорства анаоемой. Вдохновленный Керуларіемъ епископь охридскій Левъ написалъ полемическое посланіе, въ которомъ западные христіане обвинялись какъ въ совершеніи Евхаристіи на прѣсномъ хлѣбѣ, такъ и въ другихъ отступленіяхъ отъ древнихъ обычаевъ. Въ самомъ посланіи было сказано, чго оно предназначается для «всѣхъ франкскихъ архіереевъ и для
ФОРМАЛЬНОЕ РАЗДѢЛЕНІЕ ЦЕРКВИ. 133 самого достопочтеннаго папы». Кардиналъ Гумберть, которому было вручено посланіе, перевелъ его на латинскій языкъ и отправилъ къ папѣ. Нѣсколько позднѣе, исполняя волю патрі- арха, студійскій монахъ Никита составилъ противъ латинянъ цѣлое полемическое произведеніе. Новымъ пунктомъ обвиненія Запада въ этомъ произведеніи, не считая выдвинутыхъ уже епископомъ охридскимъ, было вводимое на Западѣ безбрачіе духовенства. Такимъ образомъ патріархъ не только не допускалъ мысли о всецерковнои власти папъ, но обвинялъ ихъ въ от- ступленіи отъ правовѣрія. Какъ же принялъ эти обвиненія Западъ? Папа Левъ IX (1049—1054), близкій родственпиь ь и став- ленникъ императора Священной Римской имперіи, стремившійся къ искорененію симоніи и безнравственности духовенства, че- ловѣкъ святой жизни, несмотря на свое личное смиреніе, испо- вѣдывалъ вѣками выработавшіеся на Западѣ взгляды па рим- скую церковь и папство. Держась исконной папской точки зрѣнія, Левъ IX посмотрѣлъ на обвиненія съ Востока, какъ на неслыханную дерзость. Зная, что за епископомъ охридскимъ стоитъ патріархъ константинопольскій, папа отправилъ длинное посланіе тому и другому. Вь посланіи этомъ, не касающемся поднятыхъ вопросовъ, папа подчеркиваетъ слишкомъ тысяче- лѣтнее существованіе римской церкви со времени страданій Спасителя, исключительное положеніе «князя апостоловъ» Петра и обѣтованія, данныя въ лицѣ апостола Петра его преемникамъ. Подкрѣпивъ положенія свои текстами изъ Еван- гелія. на которые не разъ ссылались его предмѣстники, папа заявляетъ, что именно къ римской церкви обращались всѣ остальныя, прося у нея помощи въ борьбѣ съ еретическими ученіями, п что римская церковь никогда не отказывала имъ въ этомъ. Далѣе Левъ IX, совершенно забывая о печальномъ положеніи церкви на Западѣ, сравниваетъ римскую церковь съ греческою, насчитываетъ девяносто ересей, зародившихся на Востокѣ, и перечисляетъ четырнадцать константинополь- скихъ ересіарховъ. <11 эта то константинопольская церковь— восклицаетъ онь—обнаруживаетъ теперь притязаніе учить рпм-
134 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. скую, во что она должна вѣровать и какъ поступать!» Послѣ этого папа отвергаетъ существовавшее на Востокѣ мнѣніе о томъ, что императоръ Константинъ, перенеся свой престолъ изъ Рима въ Константинополь, перенесъ туда же и верховную епископскую каоедру. Никогда императору Константину, по словамъ Льва IX, не приходило въ голову мысли о такой святотатственной узурпаціи. Папа утверждаетъ противное, основываясь на Лжеисидоровскихъ декреталіяхъ п «дарственной грамотѣ Константина», текстъ которой и воспроизводитъ въ своемъ посланіи. Константинопольская церковь представляется папѣ неблагодарною дочерью по отношенію къ своей матери— церкви римской. Составитель папскаго посланія, впадая въ реторическій тонъ, усматриваетъ доказательство первенства римской церкви даже въ томъ, что въ Византіи не перестаютъ раздаваться въ честь императора привѣтственныя восклицанія на латинскомъ языкѣ, и въ томъ, что звуки латинскаго языка раздаются порою подъ сводами греческаго храма. Опъ совер- шенно позабываетъ о томъ, что Византійская имперія — Во- сточная Римская имперія, что она—громадный обломокъ вели- кой имперіи. Заканчивается посланіе упреками по поводу пре- слѣдованія латинянъ въ Константинополѣ. При этомъ выска- зывается въ слѣдующихъ словахъ безспорно высокая мысль: «различіе въ обычаяхъ согласно съ мѣстомъ и временемъ не вредитъ спасенію, лишь бы мы были соединены вѣрою и взаимною любовью» которыя дѣлаютъ насъ достойными передъ Бо- гомъ». О, еслп бы папство въ дѣйствительности слѣдовало этой высокой мысли, сколько трагическаго элемента было бы устранено изъ исторіи человѣчества! Не безъ основанія предполагаютъ, что, самовольный по- ступокъ Михаила Керуларія съ константинопольскими латиня- нами и поднятая имъ полемика съ Римомъ вызвали неудо- вольствіе со стороны императора, такъ какъ образъ дѣйствій патріарха совершенно расходился съ императорскою политикой. Во всякомъ случаѣ посланіе патріарха къ папѣ отличается относительно умѣреннымъ тономъ. Патріархъ заявилъ въ немъ
ФОРМАЛЬНОЕ РАЗДѢЛЕНІЕ ЦЕРКВИ. 135 о своемъ желаніи видѣть прочное установленіе мира и един- ства церковнаго. Въ такомъ же духѣ было написано и посла- ніе императора къ папѣ, съ тою лишь разницей, что Михаилъ Керуларій не соглашался съ доводами папы о главенствѣ римской церкви и обѣщалъ папѣ поминать во время богослу- женій его имя при томъ условіи, еслп и папа, съ своей сто- роны, сдѣлаетъ распоряженіе о поминовеніи патріарха констан- тинопольскаго. Ни то, нп другое посланіе не дошли до насъ, Папа Левъ IX. по мы узнаемъ ихъ содержаніе изъ отвѣта папы. Послѣдній хвалитъ ревность императора, направленную къ установленію мира между греками и латинянами, коротко сообщаетъ о своихъ мѣрахъ, принятыхъ къ ослабленію зла, чинимаго нор- маннами, жалуется на поступокъ Керуларія съ константино- польскими латинянами и на стремленіе его подчинить своей власти александрійскаго и антіохійскаго патріарховъ; въ за- ключеніе папа проситъ Константина Мономаха вернуть рим- ской церкви ея патримоніи, расположенныя въ предѣлахъ византійскихъ владѣніи. Папское посланіе къ патріарху носитъ
136 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. иноп характеръ. Мимоходомъ похваливъ его за высказанное имъ стремленіе къ установленію церковнаго единства, папа рѣшительно выступаетъ противъ него съ обвиненіями. «Го- ворятъ,—пишетъ папа, что вы неофитъ, что вы пр возвысились до епископскаго сана съ надлежащею постепенностью, говорятъ, что вы желаете подчинить своей власти александрійскаго и антіохійскаго патріарховъ, лишивъ ихъ старинныхъ привилегій, присущихъ ихъ званію; говорятъ, что вы, совершая святотат- ственную узурпацію, принимаете титулъ «вселенскаго», титулъ, на который не посягалъ ни Св. Петръ, ни кто-либо изъ его преемниковъ, хотя Халкедонскіп соборъ и утвердилъ этотъ титулъ за св. Львомъ и его преемниками». Мы думаемъ, что папа ссылался на Халкедонскіп соборъ, въ твердой увѣренности вь томъ, что подобное постановленіе собора дѣйствительно существовало. На самомъ же дѣлѣ такого постановленія не было. Шестнадцатое дѣяніе Халкедонскаго собора рѣшительно говоритъ противъ папскихъ притязаній и провозглашаетъ кон- стантинопольскаго патріарха равнымъ по достоинству, хотя и вторымъ по чину, съ папою римскимъ. Тщетно легаты папскіе протестовали въ свое время противъ этого опредѣленія, на- прасно папа Левъ добивался потомъ уничтоженія его,—дѣло осталось безъ измѣненія. Вмѣстѣ съ этими посланіями были отправлены къ импера- тору панскіе легаты: кардиналъ Гумбертъ, канцлеръ римской церкви Фридрихъ и а мальфи ганскій епископъ Петръ. Они были послапы для улаженія спорныхъ вопросовъ, но съ самыхъ первыхъ шаговъ проявили полную непримиримость и даже пригрозили грекамъ «анаоемой и въ семъ вѣкѣ, и въ будущемъ, отъ Бога и отъ всѣхъ католиковъ, за которыхъ Христосъ положилъ свою душу». Вообще, Гумбертъ велъ себя такъ, какъ будто явился уполномоченнымъ великаго завоевателя въ покоренную страну. Его несдержанности не было предѣловъ. Возражая на полемическій трактатъ монаха Никиты Стиоата, онъ называлъ автора «болѣе глупымъ, чѣмъ оселъ», «соста- рѣвшпмся въ злобѣ столѣтнимъ мальчишкой, скорѣе Эпикуромъ, чѣмъ монахомъ», «ругателемъ, излагающимъ заразительное
ФОРМАЛЬНОЕ РАЗДѢЛЕНІЕ ЦЕРКВИ. 137 ученіе, по внушенію дьявола», «вѣроломнымъ навозникомъ». Любопытно, что оба полемиста ссылаются па такія постано- вленія шестого вселенскаго собора, которыхъ онъ не дѣлалъ. Никита навязываетъ ему каноны, которыми осуждаются опрѣ- сноки. субботній постъ и безбрачіе духовенства, смѣшивая шестой вселенскій соборъ съ трулльскимъ соборомъ 692 года. Гумбертъ увѣряетъ Никиту, будто на пятомъ вселенскомъ соборѣ была заявлена императору Константину Погонату римская традиція объ опрѣснокахъ, что совершенно не оправды- вается, однако, актами этого собора. «Вѣроломный навознпкь» смирился, но только на время, пока папскіе легаты пользо- вались покровительствомъ императора. По. лишь только взялъ верхъ патріархъ, Никита выступилъ съ новымъ полемическимъ трактатомъ, изобличавшимъ латинянъ въ злополучной при- бавкѣ къ Символу вѣры выраженія Гіііоцие. Если императоръ, побуждаемый политическими соображе- ніями, покровительствовалъ легатамъ, патріархъ съ самаго начала сталъ къ нимъ въ отношенія недоброжелательныя: такъ напримѣръ, онъ посадилъ ихъ въ собраніи ниже грече- скихъ митрополитовъ, что было рѣзкимъ нарушеніемъ церков- ной традиціи. Въ своемъ посланіи къ Петру, патріарху антіо- хійскому. въ которомъ онъ всячески старался возбудить не пріязнь къ Риму, Керуларій называлъ привезенное легатами посланіе подложнымъ, а ихъ самихъ выставлялъ самозванцами. Особенно возмутило Керуларія заявленіе папскихъ легатовъ, что «они прпшли-де сюда не для того, чтобы ихъ учили или съ ними диспутировали, а чтобы учить и обязывать къ соблю- денію пхъ ученіи». «Подобныярѣчи—продолжаетъ патріархъ— опи говорясь властно и безстыдно». Возмущенный поведеніемъ легатовъ, патріархъ тѣмъ не менѣе держалъ себя очень сдер- жанно и, не желая идти на уступки, которыя были бы равно- сильны признанію папскаго владычества, сталъ избѣгать вся- кпхъ встрѣчъ съ гордыми и несдержанными гостями. Такое поведеніе патріарха можетъ быть объясняемо и тѣмъ, что папа Левъ IX скончался еще въ апрѣлѣ 1054 года, тогда какъ послы его прибыли въ Константинополь въ іюнѣ мѣсяцѣ.
138 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Папскій престолъ оставался послѣ кончины папы незанятымъ въ продолженіе цѣлаго года. Послы послѣ смерти пославшаго ихъ естественно утратили значительную долю своего автори- тета. Если императоръ признавалъ ихъ, ето объясняется по- литическими видами его. Патріарха политика не стѣсняла, такъ какъ онъ рѣшительно не сочувствовалъ ей. Все это дѣло затянулось бы на слишкомъ продолжительное время, если бы несдержанные римскіе послы не ускорили его, какъ и слѣдовало ожидать, печальнаго разрѣшенія. Они рѣши- лись на самую рѣзкую мѣру и 16 іюля 1054 года положили въ храмѣ св. Софіи отлучительную грамоту на «Михаила, не- право называемаго патріархомъ, и сообщниковъ его глупости». Грамота, несмотря на свою хлесткость, очень слаба по своему внутреннему содержанію. По словамъ одного католическаго писателя, «она не имѣетъ надлежащей умѣренности, потому что изобличаетъ Керуларія и его друзей во всѣхъ возможныхъ древнихъ ересяхъ». Но слабость ея заключается не только въ отсутствіи умѣренности, но и въ отсутствіи указаній на из- вѣстные реальные факты: она голословна. Наконецъ она за- ключаетъ въ себѣ поразительное внутреннее противорѣчіе. При- знавая благочестіе и правовѣріе императора, клира, сената и народа и даже воздавая имъ похвалу за это, хотя они и дер- жались обрядовъ и обычаевъ Восточной церкви, опа объявляетъ патріарха еретикомъ за то, что онъ отстаивалъ тѣ же самые обряды и обычаи. Послы, присланные папою Львомъ IX для «улаженія» спорныхъ вопросовъ, разразились анаѳемою и, считая свое дальнѣйшее пребываніе въ столпцѣ Византіи из- лишнимъ, а скорйе всего—и небезопаснымъ, рѣшили удалиться во-свояси. Напрасно императоръ пытался уладить дѣло. Въ лицѣ патріарха онъ встрѣтилъ рѣшительное сопротивленіе. Императору оставалось лишь одно: проводить пословъ съ честью и осыпать ихъ щедрыми дарами. Народъ сталъ па сторону Керуларія и поднялъ бунтъ, для усмиренія котораго императору прпшлось выдать народу на расправу двухъ пере- водчиковъ, состоявшихъ при легатахъ. Соборъ, созванный патріархомъ, произнесъ анаоему какъ на легатовъ, такъ и на
НЕОБХОДИМОСТЬ ОБНОВЛЕНЬЯ. 139 лицъ, прикосновенныхъ къ нимъ. Въ опредѣленіи собора на- ходились, между прочимъ, слѣдующія характерныя строки: «нѣкоторые нечестивые люди пришли изъ тьмы Запада въ царство благочестія и въ этотъ Богомъ хранимый градъ, изъ котораго, какъ изъ источника, истекаютъ воды чистаго ученія до предѣловъ земли. Въ этотъ городъ пришли они, какъ громъ или буря, или гладъ, илп лучше — какъ дикіе кабаны, чтобы низвергнуть истину». 'Гакъ совершилось формальное раздѣленіе церкви на Во- сточную и Западную. И не различіе догматическаго характера, не различія въ обрядахъ сыграли въ этомъ дѣлѣ роль повода, а главнымъ образомъ вопросъ объ объемѣ власти. Необходимость обновленья. Вротиворѣчія между дѣйствительностью и древними цер- ковными обычаями и канонами рано илп поздно должны были стать достояніемъ сознанья истинно вѣрующихъ и мыслящихъ людей, тѣмъ болѣе, что явленія жизни непре- рывно и неотступно напоминали объ этихъ противорѣчіяхъ. Съ точки зрѣнія, господствовавшей въ средніе вѣка, всякаго рода отступленія отъ древнихъ установленій, освященныхъ апостолами, св. отцами и соборами, разсматривались, какъ причины различныхъ невзгодъ и бѣдствіи, постигающихъ чело- вѣческій родъ. Письменные памятники средневѣковья объ- ясняютъ всѣ народныя напасти именно съ этой точки зрѣнія. «Мы видѣли и видимъ—гласитъ постановленіе одного изъ по- мѣстныхъ соборовъ, происходившихъ въ Испаніи, — ужасныя знаменія, мы претерпѣли за свои грѣхи великій голодъ, язвы и погромы, такъ какъ Господь глаголетъ: «если не послушаете Меня, сотру гордость вашу и упрямство ваше; напрасно бу- дете сѣять сѣмя, не произраститъ его земля, не принесутъ деревья плодовъ своихъ; будете ѣсть и не насытитесь». По въ то же время Господь даетъ обѣтованіе: «если будете ходить по предначертаннымъ Мною путямъ, дамъ вамъ своевременно
140 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО П ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. дождь, и земля родитъ ростки свои, деревья переполнятся пло- дами, молотьба будетъ длиться до времени жатвы, жатва до сбора винограда, сборъ винограда — до новаго посѣва, и вы будете вкушать хлѣбъ свой въ сытости». Не наступленіе тысячнаго года ') путало людей, жившихъ въ X и XI вв. и ожидавшихъ страшнаго гнѣва Господня. «Пора наконецъ—говоритъ знатокъ средневѣковья Эмиль Жебаръ — отказаться отъ историческаго предразсудка, который навязывался совмѣстно традиціей и поэзіей». «Думали, — писалъ средневѣ- ковой монахъ Рауль Глаберъ — что порядокъ временъ года и законы стихій, дотолѣ управлявшіе вселенною, навсегда нис- проверглись въ хаосъ,- и люди боялись конца человѣческаго рода». Эти строки были написаны Глабероыъ пе подъ вліяніемъ предвзятой мысли о наступленіи конца міра, обусловливаемомъ тысячелѣтнимъ періодомъ, но по поводу современнаго ему страшнаго голода, начавшагося около 1033 года и производив- шаго невѣроятныя опустошенія на Востокѣ, въ Греціи, Италіи, во Франціи и Англіи. Римскій соборъ наложилъ въ 988 году на Роберта французскаго семплѣтнюю эпитимію, не сообра- жаясь съ 1000 годомъ. Пи многочисленныя папскія буллы, ни соборныя постановленія ни однимъ словомъ не обмолвились о пресловутомъ тысячелѣтіи, какъ о предѣлѣ міровой жизни. И всѣ страхи, вѣющіе со страницъ писателей X—XI вв., могутъ быть объяснены гораздо проще, безъ всякой предвзятой схо- ластической мысли. Небесныя знаменія всякаго рода, голодные годы, грозныя эпидеміи считались знаменіемъ гнѣва Господня и призывомъ къ исправленію. Епископъ Гербертъ, стоявшій въ умственномъ отношеніи гораздо выше своихъ современни- ковъ. не придавалъ такого значенія ни знаменіямъ небеснымъ, ни всенароднымъ бѣдствіямъ, но и онъ приходилъ въ ужасъ отъ нравовъ, господствовавшихъ въ ту пору при папскомъ дворѣ. «Весь міръ ужадается римскихъ нравовъ, писалъ онъ одпому изъ діаконовъ папскаго двора. Въ какомъ состояніи Римъ' пакіе люди стали теперь господами церкви!» Въ томъ же •) Считая отъ Р. X. или отъ 33 года по Р. Хр.
НЕОЬХОДИМОСТI. ОБНОВЛЕНЬЯ. 141 984 году онъ писалъ изъ Боббіо знакомому аббату: «перковь па пути къ погибели, она гибнетъ, отецъ мой! Все покончено съ человѣческимъ обществомъ. Святое святыхъ захвачено». Современность приводитъ его въ уныніе, но онъ не впадаетъ въ отчаяніе: если измѣняетъ одинъ якорь — панство, остается другой—импер.я. Опъ самъ сравниваетъ себя съ мореплавателемъ: вѣтеръ гонитъ его корабль по волнамъ бурнаго моря: при- стани не видно; но онъ спокойно правитъ рулемъ и, какъ бы ни свирѣпствовала кругомъ буря современности, отлично знаетъ, что найдетъ вѣрно*1 убѣжище въ одномъ изъ двухъ портовъ. •За четыре года до своего вступленія на папскій престолъ опъ писалъ архіепископу ганскому. «говорятъ, что въ Римѣ есть нѣкто, который оправдываетъ то, что вы осуждаете, и осуж- даетъ то, что вы считаете справедливымъ. А я полагаю, что не человѣку, а только Богу одному принадлежитъ власть осуж- дать то, что кажется справедливымъ, и оправдывать то, что кажется дурнымъ. Развѣ судъ римскаго епископа выше Божьяго суда? По, ві.дь, первый епископъ Рима, отецъ апостоловъ, возглашаетъ намъ: «должно повиноваться больше Богу, нежели человѣкамъ» !). Такъ разсуждалъ высокоразвитой человѣкъ, но и его, сильнаго духомъ, огорчала современность. Что же должны были переживать обыкновенные смертные, простодушные иноки? Говоря о страшномъ іолодѣ 1033 и слѣ- дующихъ годовъ, монахъ Глаберъ обсясняетъ: «это было на- казаніемъ за человѣческую наглость. Богачи и горожане, из- голодавшись, блѣднѣли, какъ бѣдняки, и насиліе великихъ міра сего спасовало передъ общимъ бѣдствіемъ». Когда люди съѣли животныхъ и птицъ, травы, растущія надъ ручьями, корни девевьевъ, смѣшанную съ отрубями глину, опи принялись за трупы, «но все — продолжаетъ Рауль Глаберъ—было напрасно, ибо единственнымъ убѣжищемъ отъ Божьяго гнѣва является Самъ Богъ». Глаберъ видѣлъ одно убѣжище—церковь. Но въ какомъ положеніи находилась она! Послѣ Бенедикта ѴШ рим- скіе бароны выбрали въ папы Романа, «который—по словамъ ’) Дѣян. А пост. V, 29.
142 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Глабера—купилъ мѣсто Бенедикта цѣною золота и заставилъ посвятить себя въ священники, затѣмъ въ епископы и въ папы, подъ именемъ Іоанна XIX». По поводу того же папы Глаберъ говоритъ: «справедлива поговорка, что золотой кинжалъ про- сверливаетъ желѣзную стѣну. Жадность, царица міра, поста- вила свое ложе въ Римѣ». Бѣдному иноку предстояло пере- жить тягчайшія испытанія. Въ 1033 году быль возведенъ на папскій престолъ мальчикъ, въ возрастѣ отъ 10 до 12 лѣтъ, подъ именемъ Бенедикта IX. Онъ занималъ папскій престолъ 12 лѣтъ. Правда, дѣла по управленію продолжали идти обыч- нымъ порядкомъ: за папу работали ближайшія къ нему лица Его буллы говорятъ въ обычныхъ выраженіяхъ о правахъ и обязанностяхъ папъ, защищаютъ неприкосновенность церков- ныхъ имуществъ, даруютъ льготы монастырямъ, даже ратуютъ противъ угнетенія церкви и противъ симоніи и грозятъ отлу- ченіемъ. Но личная жизнь папы была сплошнымъ позоромъ для высокаго престола. Менахъ Глаберъ считаетъ слишкомъ ужаснымъ дѣломъ описывать позорную жизнь папы и, сказавъ нѣсколько словъ о «святомъ человѣкѣ» — Григоріи VI, рѣзко обрываетъ свою хронику на 1044 году. «Бѣдный монахъ, по- раженный суевѣрнымъ ужасомъ по поводу мерзости, водво- рившейся на «апостольской» каоедрѣ, не имѣетъ мужества продолжать свои трудъ и передать потомству послѣднія сцены адской мистеріи; онъ роняетъ свое перо, склоняется на ко- лѣни во мракѣ своей кельи и, совершенно растерявшись, спра- шиваетъ самъ себя, не проклята-лп церковь, не почилъ-.ти Богъ». Другіе современники Бенедикта также со страхомъ пере- даютъ нѣкоторыя характерныя стороны его жизни. По словамъ Дезидерія. Бенедиктъ (Ьепссіісіиз — благословенный) «быль благословеннымъ только по имени, а не на дѣлѣ, занимался грабежами, не останавливался передъ убшетвами и другими позорными дѣяніями». Бенонъ передаетъ, что спустя много лѣтъ послѣ его смерти невѣжественная чернь говорила о немъ, какъ о чародѣѣ, заставлявшемъ сплою свопхь заклинаній бѣгать за собою женщинъ по лѣсамъ и горамъ. На шестомъ
НЕОБХОДИМОСТЬ ОБНОВЛЕНЬЯ. 143 году своего папствованія Бенедиктъ былъ изгнанъ изъ Рима народомъ и духовенствомъ, возмущенными его поведеніемъ. Такова оффиціальная версія. Но несомнѣнно, что въ дѣлѣ его изгнанія сыграли роль Кресценціи, бывшіе протпвъ*него, какъ ставленника тускуланской партіи. Во всякомъ случаѣ онъ вскорѣ вошелъ въ сдѣлку съ антипапою Сильвестромъ III и снова водворился на папскомъ престолѣ. На этотъ разъ онъ задумалъ жениться, не разставаясь съ тіарою. Но будущій тесть его, способствовавшій возвышенію Сильвестра, потребо- бовалъ, чтобы женихъ его дочери предварительно отказался отъ сана «намѣстника апостоловъ». Папа согласился. Онъ видѣлъ всеобщую ненависть къ себѣ въ Римѣ и, можетъ быть, началъ побаиваться загробныхъ мукъ: извѣстно, по крайней мѣрѣ, что онъ обращался къ подвижнику, св. Варѳоломею, съ вопросомъ о способѣ примиренія съ небомъ. Наконецъ, группа лицъ, недовольныхъ Бенедиктомъ, обратилась къ им- ператору Генриху III съ просьбой о скорѣйшей помощь церкви. Рѣшивъ покинуть папскі- престолъ, Бенедиктъ не пожелалъ, однако, разстаться съ нимъ, не получивъ за это надлежащей денежной компенсаціи. Вниманіе всѣхъ остано- вилось на архипресвитерѣ Іоанпѣ Граціанѣ, удовлетворявшемъ всѣмъ требованіямъ, которыми обусловливалось избраніе. На- родившаяся партія преобразованій стояла за него, какъ за человѣка чистой жизни, какъ за своего. Но онъ удовлетворялъ и требованіямъ папы Бенедикта, такъ какъ обладалъ огром- ными богатствами. Сдѣлка была скрѣплена надлежащимъ до- кументомъ. Бенедиктъ подучилъ отъ Іоанна Грашана за свой отказъ огромную сумму денегъ и, согласно позднѣйшему из- вѣстію. удержалъ за собою папскіе доходы съ Англіи. Іоаннъ Граціанъ не счелъ такимъ образомъ чѣмъ-то предосудитель- нымъ дачу отступного и въ концѣ апрѣля 1045 года вступилъ на папскій престолъ подъ именемъ Григорія VI. Выдающійся полемистъ XI в., знатокъ Библіи, церковной исторіи, собор- ныхъ постановленій, каноновъ и папскихъ декретовъ, Петръ Даміани, горячо привѣтствовалъ вступленіе на папскій пре- столъ Григорія VI. «Да возродится небо,—писалъ онъ—и да
141 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. возвеселится земля, и да возликуетъ св. церковь, возвратив- шая преимущества своихъ древнихъ правъ; да сотрется ты- сячеобразная глава ядоноснаго змія, да прекратится торговля и постыдныя сдѣлки, равно какъ дѣятельность Симона въ церкви! Да возвратится въ ковчегъ голубка съ зеленѣющими листьями оливы и да возвѣститъ, что на землю вернулся миръ; да возстановится нынѣ золотой ьѣкъ апостольскій, и снова расцвѣтетъ церковное (благочиніе подъ защитой вашей му- дрости; да будетъ подавлена алчность стремящихся къ епи- скопскимъ митрамъ; да будутъ низвергнуты сЬдалища мѣнялъ, продающихъ голубей!» Или отступное, данное новымъ папою Бенедикту, не под- водилось подъ понятіе симоніи, илп самый фактъ дачи не получилъ еще огласки, во всякомъ случаѣ изъ обращенія Петра Даміанп нетрудно понять, что главнѣйшимъ зломъ, которымъ страдала Западная церковь, считалась симонія. «Въ самомъ дѣлѣ — говоритъ проф. Вязигинъ — каноны осуждали симонію, а она сдѣлалась обычнымъ путемъ для пріобрѣтенія духовныхъ сановъ. По словамъ современниковъ трудно было напти пастыря, не запятнаннаго этою ересью. Она даже не считалась грѣхомъ, и въ Миланѣ, напримѣръ, была устано- влена своего рода такса за посвященіе. Памятники говорятъ, что саны церковные продавались, какъ товаръ, что между по- купщиками происходили состязанія въ надбавкахъ за особенно выгодныя мѣста. Уплаченныя при достиженіи сана деньги воз- вращались путемъ угнетенія паствы и раздачей церковнаго имущества. Каноны предназначали его на поддержку неиму- щимъ, нуждающимся, считали его «достояніемъ бѣдныхъ»: теперь, «благодаря симоніи, всѣ церковныя владѣнія перехо- дили въ руки мирянъ», захватившихъ ихъ для своекорыстныхъ цѣлей. Пастыри, избраніе которыхъ было предоставлено кано- нами клиру и народу, превратились въ покорныхъ ставлен- никовъ сильныхъ міра сего, «въ псовъ, неумѣющихъ лаять», потому что паства потеряла всякій голосъ при избраніи своихъ духовныхъ руководителей, а свѣтскіе владѣтели присвоили себѣ право назначенія церковныхъ сановниковъ. Живая связь
НЕОБХОДИМОСТЬ ОБНОВЛЕНЬЯ. 145 и общеніе между пастырями и пасомыми утратились: для пастыря прихожане были стадомъ, уступленнымъ ему въ пользованіе ради покрытія понесенныхъ затратъ; для вторыхъ священнослужитель былъ совершенно чужимъ человѣкомъ, нерѣдко не понимавшимъ даже языка своихъ духовныхъ чадъ. Такимъ образомъ древнехристіанская община, основа церков- наго строя во времена апостоловъ и св. отцовъ, теперь за- глохла и замѣнилась мертвящею, чисто внѣшнею связью под- чиненія постороннимъ людямъ». Та же симонія отразилась на положеніи папъ. Каноны отводили папамъ первое мѣсто въ церкви. Согласно канонамъ, папы должны были хранить чистоту вѣры и оберегать издревне установленный церковный строй, защищать всѣхъ, нуждающихся въ помощи, обличать неправду, судить свѣтскихъ владыкъ. А что было на самомъ дѣлѣ? Мы не говоримъ объ отдѣльныхъ личностяхъ недостойныхъ папъ, такъ какъ появленіе такихъ личностей на папскомъ престолѣ обусловливалось причинами общаго характера, а съ другой стороны — и въ эту смутную эпоху появлялись на папскомъ престолѣ личности, обладавшія большими достоинствами. Самый престолъ папъ очутился въ распоряженіи жадныхъ римскихъ бароновъ, а затѣмъ — императоровъ Священной Римской им- періи. Папская каѳедра перестала быть мѣриломъ добра и зла, правды и лжи. дозволеннаго и запрещеннаго съ христіан- ской точки зрѣнія. Замолкъ голосъ неподкупной совѣсти, зву- чавшій когда-то, какъ вѣщій колоколъ, съ высоты папскаго престола. А между тѣмъ, люди того времени сильно нуждались въ немъ. Моглп-ли быть посредниками между людьми и Богомъ па- стыри. смотрѣвшіе на свое положеніе, какъ на средство къ личному обогащенію? Могли-ли истинно вѣрующіе; люди счи- тать ихъ достойными совершенія таинствъ? Феодализмъ, втя- нувшій въ себя высшихъ сановниковъ Западной церкви, раз- вратилъ ихъ. Въ средѣ высшаго духовенства той эпохи не- легко было найти истинно благочестивыхъ и религіозныхъ лю- дей. Почти всѣ епископы и аббаты были совершенно свѣтскими людьми, пренебрегали своими обязанностями, жили роскошно СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 10
146 средневѣковое папство и его представители. и развратно, охотились, принимали участіе въ битвахъ и без- жалостно эксплоатпровали подвластныхъ имъ людей. Правда, они имѣли право выставлять за себя бойцовъ, но не иначе, какъ въ силу особаго разрѣшенія. Сами папы призывали на воину епископовъ съ подвластными имъ вассалами, какъ при- зывали первыхъ на церковные соборы. II епископы, и аббаты несли на войнй обязанности генераловъ. II тѣ, и другіе не ограничивались войною по обязанности, но вели и самостоя- тельныя воины или для отмщенія за обиду, или для расши- ренія своихъ земель, а иногда даже—для поддержанія такимъ путемъ своихъ правъ, тѣсно связанныхъ съ ихъ духовными сапами. Одинъ изъ современниковъ такъ говоритъ объ еписко- пахъ: «никоимъ образомъ я пе отваживаюсь называть ихъ епи- скопами, чтобы не оскорбить пменл этого духовнаго сана, а вѣрнѣе стану называть ихъ тираннами, поглощенными войною и стягивающими вокругъ себя солдатъ за плату». Характерно для западнаго духовенства XI в. событіе, совершившееся въ Госларской церкви въ 1063 году въ праздникъ Рождества Хри- стова. Свита гильдесгеймскаго епископа поссорилась со свитою фульдскаго аббата изъ-за вопроса о первенствѣ того или дру- гого. Отъ словъ быстро перешли къ схваткѣ, не стѣсняясь присутствіемъ именитаго мальчика, императора Генриха IV. Дикая расправа была остановлена вмѣшательствомъ баварскаго герцога, высказавшагося за фульдскаго аббата. Но она возобно- вилась еще въ болѣе рѣзкой формѣ въ праздникъ Пятидесят- ницы. Раздраженный оказаннымъ аббату предпочтеніемъ, епи- скопъ посадилъ въ засаду за алтаремъ толпу воиновъ. Въ на- значенный моментъ послйдніѳ набросились на людей фульд- скаго аббата. Тѣ побѣжали за подмогой и, вернувшись, рину- лись въ бой съ епископскими воинами. Самъ епископъ распо- ряжался битвой, разразившейся подъ сводами храма. Хронистъ, описавшій это событіе, говоритъ: «по всей церкви вмѣсто гимновъ и церковныхъ пѣсенъ раздавались крики сражающихся и стоны умирающихъ. На алтаряхъ Господа приносились пе- чальныя жертвы. Кровь лилась потокомъ». Низшее духовенство пьянствовало, сутяжничало, отдавало въ ростъ деньги, ирода-
НЕОБХОДИМОСТЬ ОБНОВЛЕНЬЯ. 1 47 вало священные предметы и не прочь было за деньги отпу- скать грѣхи. Невѣжество его было изумительно. Веронскій архіепископъ, собравъ духовенство, ему подвластное, убѣ- дился, что весьма многіе священники не знали Сѵмвола вѣры. По заявленію Петра Даміани, патеры не понимали того, что читали. Тѣмъ же грѣхомъ страдали нерѣдко и епископы. Въ порочной жизни духовенства мѣстность не играла никакой роли: одно и то же происходило и въ туманномъ Албіонѣ, и подъ знойнымъ небомъ Италіи. Немудрено, что вѣра загрубѣла, что церковныя постановленія не исполнялись мірянами, что вмѣсто мира всюду царила война, вмѣсто правды—насиліе и захватъ, вмѣсто чистоты нравовъ — развратъ. Къ счастію для человѣческаго общества, никогда оно не падало въ такой степени, чтобы не находилось пробудителей общественной совѣсти. И XI вѣкъ вь исторіи Западной Европы не представляетъ исключенія въ этомъ отношеніи. Естествен- ное пробужденіе, общественной совѣсти, починъ обновленія, жажду преобразованій связываютъ обыкновенно съ такъ наз. к л ю н і и с к и м ъ движеніемъ. Дѣло въ томъ, что многіе люди, современники нечестіи, характеризующихъ X — XI вв., не будучи въ силахъ жить среди воцарившейся безнравствен- ности, подъ игомъ кулачнаго права, лицомъ къ лицу съ пре- зрѣніемъ божественныхъ и человѣческихъ правъ, покидали на- селенныя мѣста и селились въ пустынныхъ мѣстностяхъ. Такъ возникло въ концѣ X вѣка въ Бургундіи Клюнійское аббат- ство. Какъ бы въ противовѣсъ воцарившемуся господству плоти, члены новой общины стремились первоначально къ умерщвленію плоти и къ мистическому сочетанію души съ Божествомъ. Путемъ самоизнуренія и отрѣшенія отъ внѣш- няго міра они доходили до экстатическаго состоянія, когда, казалось имъ, разверзалось надъ ними небо, и изливался на нихъ божественный свѣтъ. Слухи о подвигахъ клюній- скпхъ братьевъ п о чудесныхъ результатахъ этихъ подви- говъ расходились во всѣ стороны, вызывали подражаніе, и вскорѣ клюнійскія обители, находившіяся въ строгой зависи- мости отъ старшаго аббатства, распространились по всему За- іо*
148 СРЕІНЕВГ.КОЬОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. паду. Вообще, чѣмъ болѣе возмутительные примѣры выставляла безнравственность, тѣмъ въ болѣе рѣзкой формѣ проявлялся аскетизмъ. Но кіюнійцы не ограничили свою дѣятельность лишь въ указанномъ направленіи. Въ скоромъ времени они задались цѣлью спасти церковь и вернуть ее къ первоначаль- ной чистотѣ апостольской эпохи. Они выработали даже про- грамму реформы въ строго аскетическомъ п непригодномъ къ жизни духі’.. Но не клюнійцамъ исключительно обязано было преобразовательное движеніе. Имъ былъ пропитанъ самый воз- духъ. «Повсюду изъ самыхъ нѣдръ общества—говоритъ исто- рикъ Вязигинъ—пробивались струйки преобразовательнаго те- ченія, но оно оставалось раздѣленнымъ на небольшіе, скрытые ручники, сліяніе которыхъ подготовлялось медленно и посте- пенно естественнымъ ростомъ преобразовательныхъ стремленій. Каждая обновленная обитель, каждый пастырь, сознававшій свои обязанности, каждый благочестивый мірянинъ вносилъ свою лепту въ общее дѣло, но только общественная власть могла соединить разрозненныя силы и дать имъ опредѣленное на- правленіе, поставить ясныя и точныя, для всѣхъ одинаковыя задачи», (аже ереси XI в. отличались аскетическимъ напра- вленіемъ. Преобразователи возставали противъ браковъ, запре- щенныхъ канонами; еретики совершенно отвергали бракъ. Пре- образователи объявляли церковныя имущества принадлежностью бѣдныхъ: еретики возставали противъ собственности, какъ про- тивъ зла. Преобразователи требовали установленія «Божьяго мира», т. е. назначенія дней и сроковъ, въ которые были бы возбранены поединки и войны, а также полнаго запрещенія духовенству проливать кровь на войнѣ; еретики возставали противъ самой войны и т. под. Составныя части почвы, на которой выросли тѣ и другіе, были однѣ и тѣ же: господство безнравственности, печальная участь церковныхъ имуществъ, созданная феодализмомъ, торжество грубой силы, невѣжество духовенства и паденіе религіозныхъ идеаловъ. Ереси и пре- образовательныя идеи были проявленіями одной и той же силы— общественнаго мнѣнія. Вотъ почему вступленіе на престолъ папы Григорія VI
НЕОБХОДИМОСТЬ ОБНОВЛЕНЬЯ. 149 было столь радостно встрѣчено Петромъ Даміани, ревностнымъ сторонникомъ церковныхъ преобразованій. Нигдѣ вопіющее зло эпохи ые проявилось въ столь рѣзкой формѣ, какъ въ Римѣ и въ Италіи вообще. Имущество Св. Петра было почти все расхищено. Въ рукахъ хищниковъ былъ самый храмъ Св. Петра. Большія дороги до такой степени кишѣли разбойниками, что пилигримы были вынуждены соединяться въ большія толпы ради относительной безопасности. Воры и убійцы гнѣздились въ самомъ Римѣ. Новый папа началъ съ убѣжденіи, перешелъ къ отлученіямъ и наконецъ прибѣгнулъ къ силѣ. Тратя свои личныя средства, онъ очистилъ соборъ Св. Петра, вернулъ захваченныя земли, обезопасилъ большія дороги. Своею дѣя- тельностью онъ возбудилъ противъ себя ненависть бароновъ, привыкшихъ къ грабежамъ и полной безнаказанности. Но, какъ только онъ истратилъ свои денежныя средства, отъ пего отвернулось большинство римскаго духовенства, привыкшаго къ щедрымъ подачкамъ. Римская чернь также отхлынула отъ него. Лучшіе граждане остались вѣрными ему, по они составляли *въ массѣ недовольнымъ ничтожное меньшинство. Мшса стала открыто высказывать свое сожалѣніе по поводу оставленія папской каѳедры Бенедиктомъ IX. II Бенедиктъ, сватовство котораго такъ и не увѣнчалось успѣхомъ, вернулся въ Римъ. Его примѣру послѣдовалъ и Рильвестръ III, никогда къ тому же не отрекавшійся отъ папской власти. Вернувшись въ Римъ, онъ собралъ вокругъ себя внушительную толпу привержен- цевъ. Такъ создалось троепапіе. Взаимныя пререканія и про- клятія еще болѣе увеличивали соблазнъ. Особенно тяжело было переживать всѣ эти невзгоды сторонникамъ преобразованіи. На время они вынуждены были отказаться отъ своей мечты о преобразованіи церкви самимъ папствомъ и оказались соли- дарными съ тою группою людел, которая ожидала спасенія отъ новаго вмѣшательства императорской власти. Имъ было тѣмъ легче сдѣлать это, что императоръ, согласно древней традиціи, считался «стражемъ церковнаго мира». Правда, онп мечтали совсѣмъ о другомъ, и въ итогѣ ихъ дѣятельности, если бы она не встрѣтила такихъ серьезныхъ препятствій,
150 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. императорскому величію предназначалась подчиненная роль, но иного выхода въ данный моментъ не было. Убѣжденіе въ необходимости вмѣшательства высшей свѣтской власти про- никло даже въ среду испорченнаго римскаго клира и народа. Архидіаконъ Петръ созвалъ на совѣщаніе представителей отъ того и другого и предложилъ имъ снарядить посольство къ императору Генриху III, «Только онъ одинъ,—говорилъ архи- діаконъ Петръ — только онъ, облеченныя верховною властью г’амимъ Богомъ, прирожденный покровитель римской церкви и защитникъ всего христіанства, можетъ спасти насъ изъ бездны зла и позора. Припадемъ же къ его стопамъ и станемъ про- сить его милости и заступленья». Генрихъ III, религіозный въ духѣ эпохи, охотно откликнулся на призывъ. Въ 1046 году онъ двинулся въ Италію, сопровождаемый огромными полчи- щами. Па встрѣчу ему поспѣшплъ папа Григорій VI. Онъ нашелъ императора въ Пьяченцѣ и былъ принятъ имъ съ по- добающими почестями. Но въ то же время справедливый импе- раторъ замѣтилъ ему, что ае можетъ признать его законнымъ папою до тѣхъ поръ, пока вопросъ о немъ и объ его сопер* никахъ не будетъ разрѣшенъ на церковномъ соборѣ, который состоится въ предѣлахъ Римской области, въ г. Сутри. По желанію императора Григорій VI открылъ засѣданія Сутріискаго собора. II Бенедиктъ ІА и Сильвестръ III были объявлены симонигтами и клятвопреступниками. Ихъ приго- ворили къ лишенію епископскаго и даже пресвитерскаго сана и къ заключенію въ монастырь. Наконецъ дошла очередь до Гри- горія. Ему было предложено самому разсказать собору, какъ опъ достигъ папскаго с ана. Григоріи поступилъ, какъ честный человѣкъ, и откровенно разсказалъ собранію о денежной сдѣлкѣ съ Бенедиктомъ, хотя одинъ изъ современныхъ ему писателей и называетъ его за это идіотомъ («иі егаі йіюіа»). Епископы предложили Григорію самому произнести надъ собою приго- воръ. Папа исполнилъ ихъ предложеніе. «Я, епископъ Гри- горіи,— произнесъ онъ—рабъ рабовъ Божіихъ, объявляю, что я долженъ быть лишенъ сана римскаго епископа, ибо иску- шенный коварствомъ дьявола, я вступилъ на папскій престолъ
НА ПУТИ РЕФОРМЪ. 151 съ помощью постыдной симоніи». Затѣмъ онъ сошелъ съ трона и самолично сложилъ съ себя епископскія одежды. 23 декабря Генрихъ вступилъ въ Римъ. На слѣдующій день состоялось въ соборѣ Св. Петра многолюдное собраніе еписко- повъ. аббатовъ, священниковъ и народа по вопросу объ избра- ніи папы. Избраніе послѣдняго было предоставлено императору, какъ патрицію Рима. Императоръ возложилъ на свою голову бѣ- лую митру и золотой вѣнецъ, накинулъ на плечи зеленую мантію и надѣлъ на палецъ золотой перстень. Послѣ этого онъ взялъ за руку епископа бамбергскаго Свпдгера и объявилъ его римскимъ епископомъ. Свидгеръ принялъ имя Клемента II. Императоръ облегчилъ задачу новому папѣ усмиреніемъ буй- ныхъ римскихъ бароновъ и покореніемъ норманнскихъ князей. Но ни Клементу II, ни шестерымъ его преемникамъ, въ числѣ которыхъ находился и папа Левъ IX, не суждено было высту- пить съ тѣми широкими реформами, къ осуществленію кото- рыхъ стре пились преобразователи. Смѣло выступилъ съ ними смуглый, маленькій и некрасивый капелланъ папы Григорія VI, по имени Гильдебрандъ, котораго императоръ увезъ съ собою въ Германію, и который спустя нѣсколько лѣтъ вступилъ на папскій престолъ подъ громкимъ именемъ Григорія VII. На пути реформъ. Ни о времени, нп о мѣстѣ ролденія будущаго знаменитаго папы достовѣрныхъ свѣдѣніи не сохранилось. Всего вѣ- роятнѣе, что онъ вышелъ изъ простонародья, хотя и су- ществуетъ легенда о происхоліденіп его изъ графскаго рода, при чемъ легенда эта ставитъ въ его родоначальники самого Карла Великаго. По обычаю, распространенному въ ту эпоху, родители отдалп мальчика въ монастырь Пресвятой Богоро- дицы, что на Авен спискомъ холмѣ (въ Римѣ), для упражненія въ «свободныхъ» наукахъ и пріобрѣтенія нравственной вы- держки. Обитель эта при самомъ основаніи своемъ приняла клюнійсьій уставъ. Родители произнесли за своего сына мона-
152 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО П ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ шескіе обѣты и опредѣлили такимъ образомъ его будущность г). ' же въ эту пору своей жизни Гильдебрандъ обращалъ на себя всеобщее вниманіе одною особенностью своего организма: отъ его одеждъ сыпались искры. II окружающіе, и самъ Гиль- дебрандъ усматривали въ этомъ явленіи не индивидуальность физической организаціи, а предуказаніе исключительно высо- кой роли, которую суждено ему сыграть въ жизни. На пер- вомъ планѣ въ монастырской школѣ стояла борьба съ плотью, строгое исполненіе устава и повиновеніе старшимъ, на вто- ромъ— ученье. Пзучетись житія святыхъ и творенія отцовъ. Античность, широко раскинувшаяся вокругъ подножія Авен- тинскаго холма, сама громко говорила о себѣ Гильдебранду. Не могъ не познакомить его съ нею и бенедиктинецъ Лаврентій, слывшій за ученика знаменитаго Герберта. II Лаврентій, по- добно Герберту, считался чернокнижникомъ, а близость его къ Гильдебранду создала послѣднему славу человѣка, имѣющаго общеніе съ невидимымъ міромъ. Вліянію Лаврентія слѣдуетъ приписать и терпимость Гильдебранда къ магометанамъ съ евреями, и высокія мечты его о міровой власти Рима: благодаря Лаврентію, Гильдебрандъ сблизился съ архппресвитеромъ, бу- дущимъ папой Григоріемъ VI, Іоанномъ Граціаномъ. Во время папствованія развратнаго Бенедикта IX Лаврентій былъ однимъ изъ тѣхъ дѣятелей, благодаря которымъ бездѣйствіе папы не было бездѣйствіемъ папства. Дѣятелямъ этимъ не по душѣ было господство нѣмцевъ въ Италіи; они стремились къ уни- чтоженію наслѣдственности имперіи, а вмѣстѣ съ тѣмъ и къ ослабленію ея, къ низведенію ея въ положеніе папскаго лэна: недаромъ Бенедиктъ IX послѣ смерти императора Конрада II послалъ корону Священной имперіи венгерскому королю. «Та- кимъ образомъ—говоритъ проф. Вязигинъ—уже въ юные годы Гильдебрандъ сталкивался съ проявленіями отвращенія къ го- сподству чужеземцевъ на священной почвѣ «вѣчнаго» города, знакомился съ приі язаніямп двухъ великихъ соперниковъ, пап- ства и имперіи: робкіе шаги Бенедпкта указывали ему пѵть, Си. нашу книгу: ,Средневѣковой монастырь и его обитатели".
НА ПУТИ РЕФОРМЪ. 153 по которому онъ и пошелъ впослѣдствіи». Гильдебрандъ не родился монахомъ, въ юности сильно мечталъ о военной службѣ, да и поведеніе папы Бенедикта могло соблазнить его. Въ этомъ отношеніи благотворно вліялъ на него Іоаннъ Граціанъ, сла- вившійся своею набожностью и подвижническою жизнью. Раз- валины Рима, наглядно знакомившія Гильдебранда съ былымъ величіемъ «вѣчнаго» города, говорили ему въ то же время о суетѣ земного величія. Съ другой стороны, святыни Рима, на поклоненіе которымъ отовсюду стекались богомольцы, могли и посѣять, и возрастить въ его душѣ высокія представленія о пап- ствѣ, какъ о духовной силѣ. Но со святостью мѣста совершенно не гармонировала грязная дѣйствительность. Повидимому, убѣ- гая отъ нея, Гильдебрандъ покинулъ Италію. Есть основанія предполагать, что довольно долгое время онъ провелъ въ Ахенѣ, гдѣ сблизи іся съ двумя аскетами — монахами ахенскаго мона- стыря. Нѣкоторое время онъ пробылъ при императорскомъ дворѣ. И самъ императоръ Генрихъ III, и супруга его Агнеса отличалось своею чистою, почти аскетическою жизнью, но дворъ оставался дворомъ: тутъ были и соблазны всякаго рода, и безпощадная борьба за эфемерные успѣхи, и всевозможныя козни. Гиль- дебрандъ заслужилъ расположеніе царственныхъ супруговъ, но иначе отнесся къ нему дворъ. Попытки Гильдебранда, про- износившаго сильныя проповѣди, объявить себя орудіемъ Бо- жественнаго Промысла совершенно не соотвѣтствовали его неудачной наружности и глухому голосу. Онѣ вызвали не умиленіе, а насмѣшки придворныхъ. II вотъ Гильдебрандъ .•нова въ Римѣ. Повидимому, и здѣсь его рвеніе къ дости- женію совершенства потерпѣло неудачу. При такихъ условіяхъ другой человѣкъ ушелъ бы отъ общества, заключился бы въ келью и тамъ пріуготовлялъ бы себя къ загробному блажен- ству. Но властная душа Гильдебранда помирилась съ подоб- нымъ житіемъ; онь жаждалъ жизни, хотя и не той, которою жило общество, наносившее болѣзненные уколы его самолюбію: онъ жаждалъ , іѣятельности. Стремленія его осуществились: Іоаннъ Граціанъ, ставъ папою Григоріемъ VI, сдѣлалъ Гиль- дебранда своимъ капелланомъ. Очень мотетъ быть, что на
154 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ- рѣшеніе папы вступить въ вооруженную борьбу съ насильни- ками, захватившими «наслѣдіе Св. Петра», повліялъ Гильде- брандъ. Болѣе, чѣмъ вѣроятно, что Гильдебрандъ принималъ въ этой борьбѣ самое дѣятельное участіе. Но борьба эта вы- звала оппозицію и со стороны истинно вѣрующихъ людей, такъ какъ не допускалась нп св. отцами, ни канонами. По необходимости отрекшійся отъ власти папа Григорій VI былъ увезенъ Генрихомъ III въ Германію, вмѣстѣ съ нимъ былъ увезенъ туда же и Гильдебрандъ. II папа, и его капелланъ, отправляясь въ Германію по принужденію, въ сущности уда- лялись въ изгнаніе. Императоръ не могъ не узнать, какую роль пгралъ Гильдебрандъ при Іоаннѣ VI. зналъ его рѣзкіе взгляды и счелъ дальнѣйшее пребываніе его въ Римѣ не- удобнымъ. Кратковременное пребываніе Іоанна VI па папскомъ пре- столѣ не было безплоднымъ. Оно произвело сильное вліяніе на послѣдующія событія и поежде всего опредѣлило ближайшія задачи папства, а именно: возстановленіе власти «намѣстни- ковъ Св. Петра» въ стѣнахъ «вѣчнаго» города, возвращеніе «наслѣдства Св. Петра», уничтоженіе спмоніи во всѣхъ ея видахъ и общую реформу церквп въ связи съ измѣненіемъ состава римскаго духовенства. Обстоятельства же Сутрійскаго собора, на которомъ новый папа былъ объявленъ Генрихомъ III, принявшимъ титулъ «римскаго патриція», вызвали естественный вопросъ объ отношеніяхъ свѣтской п ду хевиоіі власти. Быстро этотъ фактъ сталъ достояніемъ литературы, п анонимный со- временникъ не щадитъ бранныхъ словъ по адресу Генриха III за его роль въ Сутри. По его мнѣнію, Генрихъ не имѣлъ права налагать руку на папу п обязанъ соблюдать повиновеніе епископамъ, низложеніе же верховныхъ священнослужителей Богъ оставилъ за собою. «Хвостъ не смѣетъ отвергать голову», говоритъ анонимъ. Мало ему и этпхъ рѣзкихъ словъ. «Этотъ презрѣнный, ненавистный Богу императоръ, несмотря на за- прещенія святыхъ, . дерзнулъ низложить того, кого не имѣлъ права избирать, и избралъ того, кого ему нельзя было низла- гать». Извѣстный намъ по своему участію въ раздѣленіи
НА ПУТИ РЕФОРМЪ. 155 церкви кардиналъ Гумбертъ. считавшій Генриха III честнымъ борцомъ противъ симоніи, также совершенно отвергаетъ суще - ствовавшіе въ это время порядки избранія римскихъ перво- священниковъ. По его мнЕнію, благодаря этимъ порядкамъ, «все избраніе идетъ вверхъ ногами». Допуская вмѣшательство мірянъ въ церковныя дѣла лишь въ самыхъ крайнихъ случаяхъ, Гу «бортъ рѣшитисЖйо возстаетъ противъ феодальной зависи- мости духовенства отъ свѣтской власти. «Необходимо, чтобы міряне распоряжались и заботились только о своемъ — мір- скомъ, клирики—о своемъ, т. е. о церковныхъ дѣлахъ». Кромѣ указанныхъ вопросовъ въ литературѣ XI в. поднимался еще одинъ вопросъ — о безбрачіи духовенства, при чемъ одни вы- сказывались противъ брака, другіе стояли за необходимость брака. Такимъ образомъ, еще до вступленія ѵильдебранда на папскій престолъ неоднократно поднимались и волновали обще- ственное мнѣніе всѣ тѣ вопросы, которые въ общераспростра- ненномъ представленіи неразрывно связаны съ именемъ папы Григорія VII. Вторичное пребываніе Гильдебранда въ Германіи оказалось весьма полезнымъ для него. Онъ понялъ слабыя стороны имперіи: противоположность интересовъ князей и императора, непрочность вассальныхъ клятвъ, готовность князей при пер- вомъ подходящемъ случаѣ поднять оружіе противъ императора, дѣйствительную слабость императорской власти при ея кажу- щемся могуществѣ. Изучилъ онъ хорошо и составъ германскаго духовенства, въ средѣ котораго было много поборниковъ пре- образовательныхъ (тремленіп и сторонниковъ идеи папскаго преобладанія. Какъ въ средѣ свѣтскаго общества, такъ и въ средѣ духовенства онъ завязалъ пригодившіяся ему въ буду- щемъ связи. Наконецъ, проживая въ прирейпскихъ областяхъ, гдѣ высоко стояло изученіе каноновъ, гдѣ мальчики изучали пхъ по сборнику, составленному епископомъ вормскимъ Бур- хардомъ, будущій папа имѣлъ возможность найти законныя, какъ казалось, обоснованія всему тому, что смутно бродило въ его умѣ. Первое же мѣсто въ сборникѣ Бурхарда зани- маютъ выписки изъ Лжеисидоровскихъ декреталіи. Вообще.
156 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. идеалъ Бурхарда стоялъ въ непримиримомъ противорѣчіи съ окружающей дѣйствительностью. Такимъ образомъ пребываніе будущаго папы Григорія VII въ приреинскихъ областяхъ могло только убѣдить его въ правильности его собственныхъ взгля- довъ. Весьма вѣроятно, что повліялъ на него и примѣръ лют- тихскаго епископа Вазона, аскета и воина, лично водившаго свои отряды противъ замковъ, владѣльцы которыхъ расхищали церковныя имущества. Послѣ смерти своего друга, бывшаго папы Іоанна VI, Гильдебрандъ, вѣроятнѣе всего, подъ вліяніемъ тяжелой утраты, удалился въ Клюнійское аббатство. Фактъ пребыванія его въ Клюнійскомъ аббатствѣ неоспоримо доказанъ проф. Вязигинымъ, вопреки мнѣнію нѣкоторыхъ германскихъ изслѣдователей. Аб- батство было однимъ изъ крупнѣишихъ центровъ преобразова- тельнаго движенія. II это обстоятельство, и мощная органи- зація клюніицевъ, и власть аббата не могли не произвести глубокаго впечатлѣнія на Гильдебранда. Власть клюніискаго аббата Одилона была несомнѣнно сильнѣе императорской, между тѣмъ оиа основывалась не на грубой силѣ, а на нача- лахъ нравственныхъ. Сдѣлаться такимъ же аббатомъ для всѣхъ, создать такое же подчиненіе всѣхъ «апостольскому» престолу— вотъ какія задачи могло навѣять на Гильдебранда его пребы- ваніе въ Клюньи. Все духовенство безъ исключенія—думалось ему—слѣдуетъ поставить въ положеніе монашествующихъ, при условіи строгаго соблюденія обѣтовъ. Церковнослужители, по- добно монахамъ, должны безусловно повиноваться папѣ, не впадать въ грѣхъ любостяжанія путемъ симоніи и вести без- брачную жизнь, выполняя три монашескихъ обѣта: повиновенія, нестяжанія и цѣломудрія. Такъ постепенно слагалось и крѣпло міросозерцаніе будущаго папы. Жизнь снова вызвала его изъ подъ свода кельи. Кііюнійскій аббатъ Гугонъ, отправляясь въ Германію по льдамъ братства, взялъ съ собою нѣсколькихъ монаховъ, въ числѣ ихъ и Гиль- дебранда. На дорогѣ, прослышавъ о пріѣздѣ въ Безансонъ избраннаго въ папы императоромъ епископа Брунона. аббатъ рѣшилъ своротитъ съ пути, чтобы представиться новому папѣ.
НЛ ПУТИ РЕФОРМЪ. 157 Узнавъ о намѣреніи своего аббата, Іьльдебрандъ началъ про- сить то, чтобы онъ не искалъ встрѣчи съ Брунономъ. Гиль- дебрандъ считалъ Брунона «не намѣстникомъ апостоловъ, а отступникомъ, такъ какъ онъ пытался захватить римское епи- скопство по приказанію императора». Свиданіе все-таки со- стоялось, и аббатъ передалъ слова Гильдебранда Брунону. Послѣдній, имѣвшій случаи и до этого времени встрѣчаться съ Гильдебрандомъ, чрезвычайно заинтересовался такимъ по- борникомъ независимости папскаго престола. Повидимому, именно подъ его вліяніемъ, Брунонъ снялъ съ себя папское одѣяніе, въ которое облекся въ угоду императору, надѣлъ суму и отправился въ Римъ, какъ бы въ качествѣ простого пилигрима. Съ разрѣшенія аббата Брунонъ захвати, іъ съ собою и Гильдебранда. Прибывъ въ Римъ, Брунонъ подвергъ себя переизбранію клиромъ и пародомъ, при чемъ въ рѣчи своей высказалъ мысль, что воля императора не можетъ, не нарушая каноновъ, предшествовать избранію, и далъ понять, что въ случаѣ неизбранія онъ охотно вернется домой. Такимъ обра- зомъ онъ совершенно отвергъ всякое значеніе своего избранія, совершившагося въ Вормсѣ, признавая дѣйствительное значеніе лишь за тѣми выборами, которые совершаются въ Римѣ. Из- браніе состоялось, и Брунонъ вступилъ на папскій престолъ, принявъ имя Льва IX. Папа Левъ IX приблизилъ къ себѣ Гильдебранда, возвелъ его въ санъ иподіакона и сдѣлалъ однимъ изъ распорядителей папской казны и приношеніи, возлагавшихся на главный пре- столъ храма Св. Петра. Если Левъ IX и Гильдебрандъ сходи- лись до извѣстной степени въ направленіи, зато характеры ихъ рѣзко отличались другъ отъ друга. Папа отличался мяг- кимъ и добросердечнымъ характеромъ, Гильдебрандъ былъ су- ровъ и прямолинеенъ. Сохранилось извѣстіе, что папа видѣлъ Гильдебранда во снѣ въ пылающей одеждѣ, окруженнаго пла- менемъ, расходившимся во всѣ стороны. При этомъ Левъ IX истолковалъ свой сонъ слѣдующимъ образомъ: «если, Боже избави, Гильдебрандъ взойдетъ когда-либо на апостольскій престолъ, то приведетъ въ смятеніе весь міръ». Характерна
158 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. для іичности Гильдебранда его дѣятельность по управленію церковными доходами. Онъ искусно растилъ ихъ, не проявляя при этомъ разборчивости въ средствахъ: сблизился съ евреями и при ихъ посредствѣ не только отдавалъ въ ростъ деньги, но продавалъ свое содѣйствіе по различнымъ дѣламъ и даже не всегда становился на сторону праваго дѣла. И сторонники, и противники его одинаково говорили, что онъ создалъ огром- ныя денежныя средства. Въ этихъ средствахъ онъ усматривалъ залогъ торжества тѣхъ идеаловъ, которымъ слѣдовалъ и ка- ковые считалъ единственно вѣрными. Папа Левъ, считая пре- образованія необходимыми, совершенно не сочувствовалъ край- ностямъ Гильдебранда. Понимавшій значеніе компромисса, папа заявлялъ, что ему «не разъ приходилось дѣйствовать противъ воли, въ силу необходимости, которая заставляетъ правителей церкви терпѣть то, чего они не могутъ исправить». Несмотря на это, Левъ IX открылъ новую эпоху въ исторіи папства, эпоху преобразованій, направленныхъ противъ си- моніи, неканоническихъ браковъ вообще и въ частности—про- тивъ браковъ духовенства. При этомъ папа не ограничивался одними соборными запрещеніями, но переходилъ отъ словъ къ дѣлу. Такъ, напримѣръ, онъ низложилъ сутріпскаго епи- скопа, симониста, расторгалъ неканоническіе бракп вельможъ и особымъ постановленіемъ, направленнымъ противъ женъ духовныхъ лицъ, проживавшихъ въ Римѣ, грозплся этимъ же- намъ поставить ихъ въ положеніе рабынь Латеранскаго дворца. По были представители реформъ, недовольные мѣрами, при- нятыми папою, и считавшіе ихъ недостаточными. Они требо- вали распространенія кары и на лицъ, посвященныхъ симо- нистами, требовалп, чтобы постановленіе о женахъ духовныхъ лицъ не ограничивалось только Римомъ, но было распростра- нено на территорію всей церквп, чтобы кара постигала не однѣхъ женъ, но и дѣтей духовныхъ лпцъ. Однимъ словомъ, вопросы, вызванные мѣрами папы Льва, сдѣлались достояніемъ жпгои полемической литературы. Опредѣленно придерживаясь преобразовательной политики, Левъ .X замѣщалъ вакантныя мѣста, появлявшіяся въ составѣ
НА ПУТИ РЕФОРМЪ. 159 римскаго духовенства, иностранцами, преимущественно лота- рингскими монахами, лично ему извѣстными и преданными дѣлу реформы. Въ основу папской политпки были окончательно положены Лжеисидоровскіе декреталіи, при чемъ, въ виду обширности и безсистемности ихъ сборника, былъ составленъ новый сводъ, заключавшій въ себѣ главнѣйшія постановленія и ставшій оффиціальнымъ кодексомъ куріи, декреталіями. Предоставляя папамъ судъ надъ епископами, сборникъ рѣшительно утверж- даетъ неподсудность самихъ папъ. Сборникъ опредѣляетъ дер- жавныя права папъ, даетъ указаніи, касающіяся избранія ихъ, отводитъ свѣтской власти служебное положеніе, устанавливаетъ полную неприкосновенность церковныхъ имуществъ и указы- ваетъ духовенств} на монашество, какъ на высшую ступень совершенства. Всѣ постановленія, вошедшія въ сборникъ, со- провождаются выписками изъ соотвѣтствующихъ каждому слу- чаю памятниковъ. Но мечты преобразовательной партіи не могли осуще- ствиться сразу. По смерти папы Льва Е. въ Римѣ произошли несогласія по вопросу о выборѣ ему преемника. Это вызвало новое и послѣднее вмѣшательство императора Генриха III, совершившееся по необходимости при участіи самого Гильде- бранда. Необходимо, однако, отмѣтить новую черту, проявив- шуюся въ данномъ случаѣ: торжественное возведеніе новаго папы, Виктора II, было совершено кардиналами. Послѣдніе составляли уже въ ту пору коллегію, къ которой въ скоромъ времени перешло право избранія папъ. Во время кратковременнаго правленія Виктора II Гиль- дебрандъ продолжалъ завѣдывать церковною казною и высту- палъ порою въ роли папскаго легата. Такъ, напримѣръ, онъ былъ отправленъ легатомъ во Францію. Здѣсь рѣзко проявился его суровый характеръ. Не обращая вниманія ни на связи, нп на деньги, ни на раскаянія погрѣшившихъ противъ ка- ноновъ, онъ низложилъ многихъ епископовъ-симонистовъ и отрѣшилъ много духовныхъ лицъ за брачную жизнь Не- смотря па крайнюю суровость легата, которую не одобряли
160 I РЕДНЕВТ.КОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. даже клюнійцы, эта миссія снова заставила говорить о немъ, какъ о человѣкѣ, обладающемъ чудодѣйственною силою. Слу- чай, подавшій поводъ къ подобнымъ толкамъ, заключался въ слѣдующемъ. Одинъ епископъ-симонистъ задумалъ обѣлить себя при посредствѣ подкупленныхъ лжесвидѣтелей. Вслѣдствіе этого разборъ дѣла запутался до такой степени, что его при- ходилось отложитъ до слѣдующаго дня. Тогда Гильдебрандъ, какъ бы въ порывѣ вдохновенія, устремилъ на обвиняемаго свои пылающія очи и предложилъ ему произнести во все- услышаніе молитвенную формулу: «Слава Отцу и Сыну и Св. Духу». Епископъ началъ бодро и произнесъ слова «Слава Отцу и Сыну», но, смущенный страшнымъ взоромъ Гильде- бранда, всеобщимъ вниманіемъ и сознаніемъ своей винов- ности, не могъ произнести заключительныхъ словъ славословія. Три раза повторялось то же самое. Послѣ этого виновный епископъ упалъ па колѣни и повѣдалъ собору свою вину. Тѣмъ временемъ скончался императоръ Генрихъ III. Папа Викторъ недолго управлялъ имперіей въ качествѣ опекуна его малолѣтняго сына (Генриха IV) и вскорѣ также умеръ. Въ Римѣ поднялись смуты. Въ теченіе 17 лѣтъ смѣнилось трое папъ не считая аптипапъ, выставлявшихся ихъ врагами. Рим- скіе бароны, думавшіе теперь, что снова вернулась ихъ золо- тая пора, разграбили сокровищницу Св. Петра и, пользуясь награбленными деньгами, открыто, на улицахъ города, подку- пали себѣ сторонниковъ. Гильдебрандъ и духовными, и ма- теріальными средствами отстаивалъ своего ставленника. Ни- колая II: наложилъ анаоему на его враговъ и въ то же время выбросилъ изъ Германіи массу золота на подкупы, ловко при- влекъ на сторону Николая норманскихъ князей, снявъ съ нихъ церковное отлученіе и давъ имъ въ качествѣ лэновъ земли Св. Петра. Во имя побѣды онъ отрѣшился, казалось, отъ своихъ собственныхъ убѣжденій. Низложивъ и лишивъ свя- щенническаго сана Бенедикта X, ставленника римскихъ баро- новъ. но вполнѣ достойнаго человѣка, онъ содѣйствовалъ по- явленію соборнаго постановленія, которое передавало право избранія папъ коллегіи кардиналовъ: за римскимъ духовен-
НА ПУТИ РЕФОРМЪ. 161 ствомъ и народомъ было оставлено право одобренія, а за Ген- рихомъ IV—и только за нимъ лично, безъ распространенія на преемниковъ, — право согласія. Вполнѣ попятно, что въ папствованіе Николая II Гильдебрандъ игралъ руководящую роль. Злые языки сравнивали отношенія между папой и Гильдебрандомъ съ отношеніями, существующими мел:ду осломъ и его хозяиномъ. Сдѣлавшись архидіакономъ, Гильдебрандъ получилъ въ свое вѣдѣніе всѣ внѣшнія дѣла и воспользовался своимъ положеніемъ для поднятія международнаго значенія папства. По смерти папы Николая II Римъ снова сталъ ареной безпорядковъ. Подъ давленіемъ Гильдебранда былъ избранъ въ папы Александръ II. Но противники Гильдебранда побудили вдову Генриха III, императрицу Агнесу, назначить своего папу, Кидала, епископа пармскаго. Гильдебрандъ не могъ не понять важности историческаго момента и рѣшающаго значенія его для будущаго, а потому повелъ противъ ставлен- ника Германіи самую энергичную борьбу. Тутъ сразу пробу- дились и охватили всего его мечты его юности. Верхомъ на конѣ, во главѣ своихъ воиновъ, Гильдебрандъ походилъ скорѣе на военнаго генерала, чѣмъ па духовное лицо. Борьба велась съ перемѣннымъ счастіемъ, но все же завершилась побѣдою Гильдебранда. СутьдЬла заключалась не въ’личности Александра, а въ устраненіи германской опеки, которую Гильдебрандъ терпѣлъ лишь до поры до времени. Вѣрный своимъ убѣжде- ніямъ, Гильдебрандъ сдѣлалъ въ папствованіе Александра II очень многое для усиленія папства: завелъ тѣсныя связи съ многими бургундскими и французскими владѣтелями, расширилъ папское вліяніе на Испанію, осѣнилъ знаменемъ Св. Петра покореніе Англіи Вильгельмомъ Завоевателемъ и вообще не упускалъ ни одного случая, который могъ такъ или иначе способствовать усиленію обаянія папскаго престола. Противопоставляя тому, что покупалось золотомъ, громад- ныя затраты, противопоставляя силу силѣ, Гильдебрандъ, бо- гатый врагами, непрерывно увеличивалъ число своихъ друзей. Изъ послѣднихъ проявляли особенную ревность къ нему то- СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 11
162 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. сканская маркграфиня Беатриса и дочь ѳя Матильда, настой- чиво уничтожавшія въ своихъ владѣніяхъ какъ симонію, такъ и брачную жизнь духовенства. Особенно сблизилась съ Гиль- дебрандомъ Матильда, блиставшая своими дарованіями. Пхъ связь была чисто духовною, идейною. Воспитанная въ аскети- ческомъ духѣ. обладая характеромъ, подобнымъ характеру Гильдебранда, Матильда всецѣло увлеклась его стремленіями. Еи казалось, что съ утвержденіемъ папской власти, съ уста- новленіемъ ея господства надъ всѣми земными властями, во- царится на землѣ Царство Божіе. И она пылала жаждою спасти людей, хотя бы насильственными мѣрами, къ которымъ такъ любилъ прибѣгать ея наставникъ, духовникъ и другъ. Если Гильдебрандъ проявлялъ неутомимость и даже сво- его рода ненасытность въ достиженіи намѣченныхъ цѣлей, нельзя сказать того же о преобразовательной партіи вообще. Напротивъ, большинство ея членовъ находило достигнутое достаточнымъ. Эти умѣренные стороннпкп реформъ не желали дальнѣйшаго паденія императорской власти, такъ какъ видѣли залогъ благополучія въ равновѣсіи обѣихъ властей. Вырази- телями мнѣній этой группы были: Петръ Даміани и монте- кассинскій аббатъ Дезидерій. Другая группа, составлявшая меньшинство, мечтала о дальнѣйшей борьбѣ противъ симоніи и браковъ духовенства въ цѣляхъ рѣшительнаго уничтоженія ихъ, безъ отсрочекъ на будущее, жаждала униженія имперіи и неограниченнаго торжества папской власти. Главою этой группы былъ неукротимый Гильдебрандъ. Представители обо- ихъ направленіи сталкивались при всякомъ подходящемъ случаѣ, прп чемъ Гпіьдебрандъ не останавливался ни передъ какими средствами. Обманъ и кровопролитіе были въ его глазахъ вполнѣ дозволенными средствами, если они приводили къ немедленному достиженію пѣли. Подъ вліяніемъ Гильде- бранда папа Александръ поощрялъ ревнителей, повелѣвая въ окружномъ посланіи: «изрубленными трупами завалить дверь Симоновой продажности и прелюбодѣйства клириковъ». И въ томъ, и въ другомъ очень часто обвиняли людей, совершенно неповинныхъ въ приписываемыхъ имъ преступленіяхъ. Этп
НА ПУТИ РЕФОРМЪ. 163 несчастные бывали жертвами самой грубой провокаціи. Петръ Даміани, отличавшійся святою жизнью, умеръ отъ изнуренія, несправедливо обвиненный въ симоніи. Вскорѣ послѣ его смерти скончался и папа Александръ II. Смерть папы не за- стигла Гильдебранда врасплохъ. Онъ уже заранѣе подгото- влялъ свое избраніе, не гнушаясь для достиженія этой цѣли связями съ завѣдомо порочными людьми. За Гильдебранда уже стояла часть кардиналовъ, на его сторонѣ были римскіе ба- роны и итальянскіе сторонники императора. Его сторонни- комъ былъ его школьный товарищъ Цинтіи, занимавшій долж- ность префекта города Рима и начальника городскихъ войскъ. Въ распоряженіи Гильдебранда находились и его собственные военные отряды, и золото. Еше не успѣли схоронить Але- ксандра, какъ Гильдебрандъ былъ провозглашенъ папою (1073) и принялъ имя Григорія VII въ честь своего наставника и друга Григорія VI. Возникшія, было, тренія былп имъ устра- нены, а вмѣшательство Матильды и Агнесы смирили порывы Генриха IV, желавшаго вступиться за свои права. Выгоднымъ для Григорія VII былъ п мятежъ, поднятый противъ Генриха саксонпами. Что новый папа не былъ одинокимъ въ своихъ стремленіяхъ явствуетъ изъ поздравительныхъ и въ то же время поощрительныхъ посланіи, полученныхъ имъ отъ могу- щественныхъ свѣтскихъ владѣтелей, отъ епископовъ и мона- ховъ. Одно изъ этихъ посланіи заключаетъ въ себѣ слѣдующія строки: «мощно возстань на амалекптянъ и мадіанитянъ, вторгнувшихся въ стогны израильскіе и обуздай этихъ чудо- вищъ! Опояшься мечомъ, который не слѣдуетъ, по словамъ пророка, удерживать отъ пролитія крови, такъ какъ, по обѣ- щанію, онъ низложить сыновъ плоти! Нп страхъ, ни угрозы да не отклонятъ тебя отъ святоч борьбы! Ты стоишь на вы- сокомъ посту. Глаза всѣхъ обращены па тебя. Каждый ожи- даетъ отъ тебя великаго. Но нелѣпо подстрекать тебя: ты съ чуднымъ рвеніемъ замышляешь большее, чѣмъ можетъ пред- видѣть наша близорукость, и, подобно орлу, вперяешь взоръ свой въ самое солнце». и
164 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО П ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Первая борьба папства съ имперіей. ырвать съ корнемъ симонію, ввести безбрачіе или целибатъ I духовенства и уппчтожпть феодальную зависимость по- слѣдняго отъ свѣтскихъ властей — вотъ три ближайшихъ цѣли, достигнуть которыя папа Григорій VII рѣшилъ во что бы то ни стало. Прежде всего онъ вступилъ въ безпощадную борьбу съ симоніей и брачною жизнью духовенства. Онъ не ограничивался при этомъ какою-либо отдѣльною страною, но имѣлъ въ виду всю церковь, т. е. прежде всего весь латин- скій западъ. Съ этою цѣлью онъ созывалъ въ Римѣ ежегодные соборы, на которые собиралъ представителей высшаго духо- венства пзъ всѣхъ странъ Западной Европы. «Всѣ воины кня- зей—писалъ папа въ призывныхъ грамотахъ—становятся подъ знамена для борьбы съ врагомъ. Такъ должно поступать и духовное воинство Царя Небеснаго». Борьба съ симоніей, возбудившей противъ себя всеобщую ненависть, не была для Григорія столь трудной, какъ борьба противъ брачной жпзни духовенства. Лишь только былъ обна- родовавъ папскій декретъ о целибатѣ, какъ духовенство бурно и рѣшительно воспротивилось проведенію его въ жизнь. Цер- ковные соборы въ Парижѣ, Руанѣ и Пуатье сопровождались буйствомъ и насиліями: въ Парижѣ духовенство вытащило изъ церкви аббата понтуазскаго Готье, рискнувшаго выска- заться въ защиту папскихъ требованій, избило, оплевало его, убило бы, еслибы за него не вступились міряне; въ Руанѣ— оно выгнало епископа, бывшаго сторонникомъ безбрачія, и забросало его каменьями: въ Пуатье соборъ былъ разогнанъ графомъ. Винчестерскій соборъ въ Англіи рѣшилъ не при- нуждать духовенство къ разрыву съ женами. Наиболѣе сильное сопротивленіе папскому' декрету о безбрачіи было оказано въ Германіи. « Все духовенство—по словамъ Ламберта—поднялось противъ декрета, крича, что папское требованіе—явная ересь, безумное ученіе, противорѣчащее словамъ Господа проти- ') ,Не всѣ вмѣщаютъ слово сіе, но кому дано... Кто можетъ вмѣстить, да вмѣститъ' Матѳ. XIX. 11 — 12.
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 165 ворѣчащсе словамъ апостола 1)... Григорій—говорили клирики— хочетъ принудить людей жить на подобіе ангеловъ; но, оста- навливая природную потребность, онъ снимаетъ узду съ рас- путства и нравственной нечистоты... Если бы папа—прибавляли они — сталъ упорствовать въ своемъ рѣшеніи, то они скорѣе предпочли бы отказаться отъ духовныхъ должностей, чѣмъ отъ своихъ ясенъ: посмотримъ, гдѣ отыщетъ ангеловъ для управ- ленія церквами тотъ, кто пренебрегъ людьми, необходимыми для этого дѣла». Но папа продолжалъ подстрекать епископовъ Папа Григорій VII. къ борьбѣ и обвинялъ ихъ въ слабости и небрежности: онъ грозилъ имъ осужденіемъ, если они не исполнятъ его прика- заніи. Майнпскій архіепископъ созвалъ соборъ (1074), на ко- торомъ предложилъ духовенству отказаться или отъ брачной жизни, или отъ алтаря; клирики покинули собраніе, а нѣко- торые изъ нихъ хотѣли стащить своего архіепископа съ ка- ’) „Но, если не могутъ возіержаться, пусть вступаютъ въ бракъ; ибо лучше вступить въ бракъ, нежели разжигаться-. Корине. I, ѴИ, 9.
166 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. ѳедры и умертвить его: возстановить порядокъ удалось лишь обѣщаніемъ ходатайства передъ папой о томъ, чтобы онъ от- казался отъ своего требованія. Въ октябрѣ 1075 года архі- епископъ снова созвалъ духовенство, на этотъ разъ—въ при- сутствіи папскаго легата, но и на этотъ разъ произошли без- порядки, грозившіе его жизни: тогда онъ отказался отъ даль- нѣпшпхъ попытокъ провести въ жизнь папскій декретъ, предо- ставивъ сдѣлать это. самому папѣ. Подобные же безпорядки разыгрались въ Нассау, гдѣ епископъ былъ бы разорванъ на части, если бы не вмѣшались въ дѣло свѣтскіе сеньоры. Въ Констанцѣ (въ Костніщѣ) самъ епископъ принялъ сторону женатыхъ клириковъ. Григорій VII не ожидалъ этого. «Епи- скопъ— восклицалъ онъ въ письмѣ къ костницкому епископу Оттону — пренебрегаетъ предписаніями апостольской каоедры! Епископъ попираетъ ногами правила св. отцовъ! Епископъ, за- нимающій каоедру истины, обучаетъ подчиненныхъ правиламъ, противнымъ христіанской вѣрѣ!» Встрѣчая неповиновеніе со стороны самого духовенства, папа Григорій прибѣгнулъ къ коварной мѣрѣ: онъ рѣшилъ натравить мірянъ противъ женатаго духовенства. Онъ сталъ обращаться къ совѣсти мірянъ, разсыпая легатовъ и монаховъ, которые должпы были проповѣдывать, что благословеніе спмо- нистовъ и женатыхъ клириковъ равносильны анаоемѣ, что міряне имѣютъ полное право нарушать клятвенныя обѣщанія, данныя такимъ духовнымъ лицамъ, что таинства, совершаемыя послѣдними, недѣйствительны: всѣмъ же сторонникамъ своимъ опъ ниспосылалъ «апостольское» благословеніе и манилъ ихъ отпущеніемъ грѣховъ. Средство подѣйствовало. По всей За- падной Европѣ поднялось волненіе, направленное противъ симонистовъ и женатыхъ клириковъ. Народъ изгонялъ пхъ изъ церквей, преслѣдовалъ ихъ оскорбленіями п ударами. Варвар- скій характеръ эпохи наложилъ свой отпечатокъ на вражду къ духовенству: много духовныхъ лицъ было искалѣчено, не- мало ихъ умерло послѣ тяжкихъ страданій. Епископы горько укоряли Григорія за пробужденіе народныхъ страстей. II они были правы. Папа Григоріи сдѣлалъ грубую ошибку. Если
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВ1 СЪ ИМПЕРІЕЙ. 167 ранѣе духовныя лица чтились, какъ представители церкви, теперь наоборотъ — вражда къ нимъ переходила во многихъ случаяхъ во вражду къ церкви: многіе міряне стали отвергать таинства или совершать ихъ сами. Григорію не было дѣла до всего этого, лишь бы была безповоротно достигнута указанная имъ цѣль: йаі .іизііііа, регеаі пшшіиз! Но какова же была .Іиьііііа? Сравнительно немногіе клирики искренно отреклись отъ брачныхъ узъ, большинство же духовныхъ лицъ замѣнили явные союзы тайными связями. Но послѣднимъ не покрови- тельствовалъ законъ, а поэтому папѣ Григорію VII все-таки удалось порвать одно изъ звеньевъ, связывавшихъ общество клириковъ съ обществомъ мірянъ. Разбивъ одно изъ звеньевъ, приковывавшихъ духовенство къ міру, папа Григорій рЬшилъ порвать и то звено, которое связывало духовенство съ государствомъ, т. е. инвеституру. Послѣдняя была явленіемъ, издавна установившимся въ За- падной Европѣ. Она заключалась въ символической передачѣ свѣтскими владѣтелями церковныхъ имѣній и преимуществъ, съ ними связанныхъ, епископамъ, аббатамъ и другимъ духов- нымъ сановникамъ. Свѣтская власть утверждала духовныхъ лицъ при посредствѣ инвеституры въ ихъ владѣльческихъ пра- вахъ. Она распоряжалась такимъ образомъ огромными цер- ковными землями, составлявшими въ общей сложности цѣлую треть западноевропейской территоріи. Вещественными знаками передаваемыхъ правъ были Кольцо и посохъ, вручавшіеся свѣтскими владѣтелями инвестируемымъ прелатамъ. Инвести- тура налагала на нихъ извѣстныя обязанности, главнЬйшею изъ которыхъ была военная повинность: въ случаѣ войны прелаты обязывались отправляться на войну во главѣ отрядовъ, собранныхъ ими съ церковныхъ земель. Въ эпоху господства физической силы такая обязанность духс^нства оказывала большія услуги королямъ, увеличивая ихг силы вообще и давая имъ возможность смирять непокорныхъ свѣтскихъ феодаловъ. Съ точки зрѣнія церковнаго реформатора описанное явленіе было несомнѣннымъ зломъ, такъ какъ отрывало отъ исполненія
168 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАНСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. своихъ духовныхъ обязанностей лучшую часть клира, втягивало ее въ область, которая была ей чуждою по своей сущности и развращала ее: Съ другой стороны, благодаря установив- шемуся обычаю инвеституры духовныхъ лицъ, верховныя права надъ имуществами церкви перешли въ руки свѣтской власти. Наконецъ инвеститура не только скрывала собою, но и узаконивала симонію; пріобрѣтая за деньги аббатства и епископства, представители высшаго духовенства увѣряли, что пріобрѣтаютъ лишь свѣтскія права, тѣсно связанныя съ цер- ковными санами, что «земными средствами они пріобрѣтаютъ земное, но отнюдь не небесное» (зе поп зрігііпаііа, зеб іеітепа іеггепіз асцнігегѳ). По подобными увѣреніями довольно по- верхностно прикрывалась самая обыкновенная покупка и про- дажа духовныхъ мѣстъ. Извѣстный по участію своему въ при- скорбномъ фактѣ раздѣленія церкви кардиналъ Гумбертъ ранЬе другихъ напалъ на сопровождавшій инвеституру обычай вру- ченія посоха и кольца, совершавшагося мірянами и даже женщинами. Врученіе этихъ духовныхъ символовъ мірянами онъ объявилъ захватомъ, грѣховнымъ присвоеніемъ того, что принадлежитъ высшей церковной власти, папѣ и митрополи- тамъ. Самый внѣшній видъ посоха, его заостренный конецъ, назначенный какъ бы для защиты ввѣренныхъ пастырю овецъ, его загнутый верхъ, какъ бы служащій для того, чтобы вы- таскивать запутавшуюся въ кустахъ или упавшую въ ровъ овцу, указываютъ, по словамъ Гумберта, на его символическое значеніе. Кольцо знаменуетъ обрученіе пастыря съ церковью, ему врученной. Врученіе этихъ предметовъ мірянами заклю- чаетъ въ себЬ мистическое совершеніе таинства міряниномъ, что противно канонамъ. Даже ненавистная Гумберту греческая церковь представлялась ему въ этомъ отношеніи заслуживаю- щею предпочтенія по сравненію съ западною. Высокомѣріе и жадность свѣтскихъ князей не признаютъ, по мнѣнію суроваго кардинала, никакихъ границъ. Они нарушаютъ божескіе и человѣческіе законы, захватываютъ церковныя имущества, при- сваиваютъ себѣ все, такъ что, если князь не позволитъ или не продастъ, клирикъ не можетъ ни жить въ церковныхъ по-
169 ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. мѣстьяхъ, ни пользоваться доходами съ нихъ. Гумбертъ уста- навливалъ даже извѣстную постепенность въ исторіи захвата князьями церковныхъ имуществъ. Сперва, говоритъ опъ про князей, они ходатайствовали за людей, которые стремились къ церковнымъ должностямъ, затѣмъ прибѣгли къ угрозамъ и начали сами давать необходимыя разрѣшенія, наконецъ, вслѣд- ствіе отсутствія сопротивленія, стали подъ именемъ инвести- туры раздавать сначала дощечки илп прутики. затЬмъ—свѣт- Инвеститура епископа (со старинной миніатюры) Король вручаетъ епископу посохъ. скіе жезлы, а въ заключеніе—и церковные символы. Пылкій Гумбертъ относитъ инвеституру къ группѣ тѣхъ прегрѣшеШ^і, за которыя Господь мести караетъ человѣчество внѣшними войнами, внутренними мятежами, землетрясеніями, страшными знаменіями небесными, бурями, заразами и голодомъ. Епи- скопы, инвестируемые свѣтскими властями, представляются Гумберту ворами и разбойниками. «Необходимо, заключаетъ онъ, чтобы міряне заботились только о своемъ — мірскомъ, клирики—о своемъ, т. е. о церковныхъ дѣлахъ».
170 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Борьбу противъ инвеституры папа Григорій началъ съ обнародованія постановленій римскаго собора, происходившаго въ 1075 году. Клирикамъ было запрещено принимать инве- ституру отъ свѣтскихъ лицъ подъ угрозой отлученія отъ церкви. И въ этомъ дѣлѣ папа прибѣгнулъ къ испытанному средству. Онъ обратился къ мірянамъ, предписывая имъ не почитать, какъ пастырей, клириковъ, поставленныхъ свѣтскою властью, не посѣщать совершаемыхъ ими богослуженій и не повино- ваться имъ. Не довольствуясь этими предписаніями, папа дѣя- тельно стремился къ возстановленію нарушенныхъ имуществен- ныхъ правъ церкви. Онъ объявилъ собственностью Св. Петра Испанію, которую вѣрные должны были, по его словамъ, исторгнуть изъ рукъ мавровъ, чтобы пользоваться ею въ по- ложеніи вассаловъ Св. Петра. Въ такую же зависимость отъ «апостольскаго» престола были поставлены Корсика, Сардинія и Сицилія. Не только почти всѣ итальянскіе владѣтели, не исключая сильнѣйшихъ изъ нихъ, но и графъ Прованса, и герцогъ Далмаціи признали себя донниками папы. Папа ши- роко раскидывалъ по Западной Европѣ сѣти для уловленія верховныхъ представителей свЬтской власти: завелъ оживлен- ныя сношенія съ королями Скандинавскихъ государствъ, объявилъ Венгрію собственностью Св. Петра, вмѣшивался въ дѣла Богеміи и Польши и даже мечталъ о далекой Руси, ко- торую вручалъ сыну Пзяслава Ярославича, какъ «даръ ми- лости Св. Петра». Африканскіе христіане присылали въ Римъ на посвященіе своихъ епископовъ. Пе довольствуясь этимъ, папа завелъ переговоры съ Византіей о единеніи церквей подъ главенствомъ Рима и, вѣрный своему воинственному ха- рактеру, воскресилъ идею знаменитаго Герберта о грандіоз- номъ военномъ предпріятіи подъ знаменемъ креста на Во- стокъ. Выступая противъ инвеституры, Григорій заявлялъ: «я не предписываю ничего новаго, и то, чего я желаю, не мое изо- брѣтеніе», но на самомъ дѣлѣ онъ предпринималъ настоящую революцію, колебалъ устои феодальной организаціи и грозилъ уничтоженіемъ всякой свѣтской власти II въ самомъ дѣлѣ,
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 171 къ чему иному могли повести назначенія епископовъ и абба- товъ съ предоставленіемъ пользованія обширными террито- ріями помимо участія въ этомъ дѣлѣ свѣтскихъ владѣтелей? Не слѣдуетъ забывать, что папа желалъ сохранить при этомъ за высшими представителями церкви то положеніе, которое занимали они въ феодальномъ обществѣ. Епископы и аббаты сохраняли за собою всѣ преимущества своего положенія, но не должны были ни обязываться передъ кѣмъ бы то ни было, ни приносить вассальной присяги никому, кромѣ римскаго первосвященника. Согласиться съ требованіями Григорія свѣтская власть не могла, такъ какъ подобное согласіе было бы для нея равно- сильно самоубійству. Она естественно должна была высту- пить на защиту своихъ историческихъ правъ, начать борьбу за самое свое существованіе. Такимъ борцомъ за права свѣт- ской власти и былъ императоръ Священной имперіи Ген- рихъ IV. Кажется, не было государя, о которомъ говорили бы съ такимъ злорадствомъ, какъ объ императорѣ Генрихѣ IV. Его находили превзошедшимъ «Нерона, самаго жестокаго изъ римскихъ императоровъ». Въ гильдесгеймскихъ лѣтописяхъ помѣщены о Генрихѣ слѣдующія строки: «если бы собрали всѣ злодѣянія, о которыхъ говоритъ псторія, то все-же не по- лучили бы представленія о преступленіяхъ этого государя. Только благодаря изумительному милосердію Господа, земля еще не поглотила его, подобно Даоану». Генриха IV назы- вали «ересіархомъ», «отступнпкомъ», «архиппратомъ», «фу- ріей», «чудовищемъ», «змѣею», «сатаною», «антихристомъ». Всѣ эти прозвища голословно давали ему враждебно настроен- ные по отношенію къ нему клприкп, забывая, что онъ былъ воспитанникомъ архіепископа, и что никто иной, какъ епи- скопы. пользуясь его малолѣтствомъ, расхитили церковныя имущества. Одинъ пзъ хронистовъ, сторонникъ папы, назы- ваетъ императора вѣроломнымъ, но подтверждаетъ это опре- дѣленіе ссылкой на продажу священныхъ предметовъ, т. е. на симонію, и на возстаніе противъ папы. Но любопытнѣе всего,
172 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПІПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ что тотъ-же хронистъ называетъ его гуманнымъ и весьма ми- лосердымъ, «только упорство его въ ереси—прибавляетъ онъ— затмило всѣ его добродѣтели». Такимъ образомъ самымъ страшнымъ преступленіемъ императора было то естественное противодѣйствіе, которое оказалъ онъ папѣ Григорію VII. Это преступленіе затмѣвало всѣ добродѣтели, а потому оста- вались на виду одни пороки. Правда же заключается въ томъ, что искалѣченный дурнымъ воспитаніемъ Генрихъ быль чело- вѣкомъ самовластнымъ, крайне неуравновѣшеннымъ, скрыт- нымъ, недовѣрчивымъ и слишкомъ склоннымъ къ чувствен- нымъ удовольствіямъ. Но такихъ, какъ онъ, была такая масса. Зато даже враги его, тѣ же писатели XI вѣка, отмѣчаютъ, что никто ни по своему уму, ни по своему мужеству не былъ болѣе его достоинъ императорской короны. Онъ понялъ всю глубину той пропасти, въ которую увлекалъ папа государства и народы, и рѣшилъ дать ему серьезный отпоръ. Поводомъ къ первому столкновенію между папой и гер- манскимъ государемъ послужили саксонскія дѣла. Подобно своему отцу, Генрихъ IV стремился подчинить феодальную аристократію императорской власти. Наиболѣе сильное сопро- тивленіе видамъ имперіи оказали саксонскіе герцоги. Они стремились удержать за собою захваченныя ими верховныя права. Генрихъ задался цѣлью низвести ихъ до положенія ихъ предковъ, бывшихъ только чиновниками короны, управите- лями ввѣрявшихся имъ областей. Отсюда возникла безпощад- ная и упорная борьба, въ которую Генрихъ вложилъ всю страстность своего темперамента. Онъ внесъ въ страну убій- ства и пожары, онъ не разбиралъ ни правыхъ, ни винов- ныхъ, дѣйствовалъ безъ суда и слѣдствія, посягая и на за- конную собственность. Саксонскіе герцоги не уступали Ген- риху въ жестокости. Пхъ неистовства я святотатственные поступки возбудили противъ нихъ почти всю Германію. Вос- пользовавшись новыми силами, Генрихъ одолѣлъ саксонцевъ въ 1075 году послѣ кровавой битвы при Гогенбургѣ. Еще задолго до этой побѣды выступили противъ Генриха саксопскіе епископы. Они подали папѣ жалобу па Генриха.
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 173 Въ жалобѣ своей они говорили, что Генрихъ попиралъ всѣ божескіе и человѣческіе закопы. Герцоги южной Германіи присоединили къ жалобѣ саксонскихъ епископовъ сообщеніе о томъ, что Генрихъ противодѣйствуетъ церковнымъ преобра- зованіямъ. Въ сообщеніи этомъ правда была искажена. На самомъ дѣлѣ Генрихъ только принялъ мѣры противъ тѣхъ безчинствъ и жестокостей, которыя совершали надъ женатыми клириками бродячіе монахи и чернь. Зная по личнымъ наблюденіямъ положеніе дѣлъ въ Гер- маніи и найдя во всемъ, только что нами сообщенномъ, под- твержденіе своихъ наблюденій, папа рѣшилъ вызвать Генриха на открытую борьбу. Ему мерещилось торжество папской власти и полное униженіе императорской. Папа отправилъ къ Генриху посольство съ посланіемъ, полнымъ упрековъ и уко- ризнъ и призывавшимъ Генриха къ исправленію. Но еще рѣзче звучало то, что, по приказанію папы, передали устно папскіе послы повелителю Германіи. Они призывали его къ покаянію для искупленія грѣховъ, «о которыхъ омерзительно говорить», передали ему требованіе папы явиться въ Римъ въ качествѣ подсудимаго, грозили ему анаѳемой въ случаѣ не- повиновенія и заявили въ заключеніе, что «папа скорѣе по- жертвуетъ жизнью, чѣмъ оставитъ королевскій вѣнецъ на главѣ нераскаяннаго грѣшника». «Королевскимъ вѣнцомъ* на- зывали они вѣнецъ Генриха потому, что послѣдній еще не былъ коронованъ въ Римѣ императорскою короною. Генрихъ принялъ брошенный ему вызовъ и отвѣтилъ на него созывомъ собора въ Вормсѣ, на которомъ открыто выступилъ съ обви- неніями противъ папы. «Папа желаетъ — говорилъ Генрихъ собравшимся на соборѣ епископамъ—смѣшать свѣтскую власть съ духовной; онъ хочетъ соединить въ своихъ рукахъ оба меча (свѣтскій и духовный) вопреки Божьей волѣ, давшей ихъ въ руки двухъ различныхъ властей; онъ осмѣливается угрожать мнѣ лишеніемъ короны и жизни вѣчной». Недо- вольные папскими реформами епископы приняли сторону импе- ратора и объявили папу низложеннымъ, обвинивъ его въ стремленіи уничтожить какъ епископскую, такъ и высшую
174 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. свѣтскую власть. Послѣ этого Генрихъ отправилъ къ папѣ соборное посланіе и свое письмо, начинавшееся слѣдующими словами: «Генрихъ король, не въ силу узурпаціи, а Божіею милостію, Гильдебранду лже-монаху, а не папѣ». «Мы сно- сили — говорилъ онъ далѣе — твою тираннію изъ почтенія къ апостольской каѳедрѣ, а ты счелъ наше смиреніе за страхъ, не побоялся подняться противъ власти, дарованной намъ Бо- гомъ, и отважился на угрозу отнять ее, какъ будто государ- ства зависятъ отъ твоего милостиваго усмотрѣнія... Между тѣмъ я не могу быть судимъ никѣмъ, кромѣ Господа Бога; я не могу быть низложенъ ни за какое преступленіе, кромѣ отпаденія отъ вѣры. Такъ какъ ты пораженъ анаѳемой па судѣ всѣхъ нашихъ епископовъ и при личномъ нашемъ уча- стіи, я повелѣваю тебѣ покинуть каѳедру, которую ты узур- пировалъ»... Актъ Вормскаго собора поразилъ, какъ громъ, сторонни- ковъ папы. «Да слышитъ небо, восклицаетъ одинъ изъ нихъ, и да поразится ужасомъ! Да воспріемлетъ земля и да поко- леблется! Кто прочелъ когда-либо, кто когда-либо слышалъ, что папа можетъ быть низложеннымъ, папа, который даже не можетъ быть судимъ? О, несравнимое безуміе! о, невыразимое неистовство! о, чудовищная глупость! Какъ осмѣлился король наложить руку па намѣстника апостола Петра, слово кото- раго отворяетъ и затворяетъ врата небесныя?» Въ этихъ ри- торическихъ оборотахъ столько же лжи, сколько слѣпой пре- данности папской идеѣ. Автору ихъ достаточно было вспом- нить недавнее прошлое, чтобы убѣдиться въ томъ, что папы и былп судимы, п низлагалпсь. Въ ту пору не довольствовались письмами, но отправляли еще своихъ пословъ для личной передачи того, что было написано. Такъ поступилъ и Генрихъ IV. отправивъ пословъ въ Римъ. Едва послы Генриха перевалили за Альпы, какъ встрѣтили полное сочувствіе и предложеніе помощи со стороны непримиримыхъ враговъ Григорія, ломбардскихъ епи- скоповъ. Несмотря на это, послы Генриха не отважились на исполненіе порученнаго имъ дѣла. Не .храбрѣе ихъ оказались
ПЕРВ\Я БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 175 и высшіе ломбардскіе сановники. Тогда взялись извѣстить папу о низложеніи два лица; клирикъ Роландъ и какоіі-то незна- чительный вассалъ. Въ Римѣ собралось тѣмъ временемъ много- численное духовенство, съѣхавшееся на обычный соборъ. Смѣль- чаки поспѣли во-время, и Роландъ въ самомъ началѣ засѣда- нія объявилъ во всеуслышаніе о низложеніи папы и прибытіи на Троицу самого Генриха для возведенія поваго папы. И Роландъ, и товарищъ его чуть было не поплатились жизнями, и только энергпчное вмѣшательство папы спасло ихъ отъ гпбели. Немалаго труда стоило папѣ успокоить присутствовав- шихъ, послѣ чего, произнеся пламенную рѣчь, призывавшую къ борьбѣ «съ врагами Господа», онъ поспѣшилъ закрыть за- засѣданіе. Съ тяжелымъ чувствомъ вернулся папа въ свой дворецъ, и, можетъ быть, въ душу его впервые закралось сомнѣнье. Но послѣднее должно было разсѣяться на слѣдую- щій же день, когда онъ получилъ изъ Германіи письма отъ нѣкоторыхъ епископовъ, которые просили прощенья и давали обѣщаніе повиноваться ему, какъ своему первосвященнику. Папа принялъ эти завѣренія за симптомъ раскола въ лагерѣ врага, за показатель его слабости. Открылось новое засѣданіе, на которомъ были прочитаны письма императора и постано- вленіе Вормскаго собора. Какъ и слѣдовало ожидать, чтеніе это вызвало бурю негодованья. Присутствовавшіе потребовали прежде всего кары епископовъ. Папа удовлетворилъ требова- ніе, лишивъ сана и отлучивъ отъ причастія однихъ епископовъ и установивъ срокъ покаянія для другихъ, менѣе виновныхъ. Затѣмъ былъ поднятъ вопросъ о наказаніи Генриха. На этотъ разъ папа разошелся почти со всѣми присутствовавшими, ко- торые были противъ принятія крутыхъ мѣръ. Папа произнесъ противъ Генриха анаѳему и притомъ въ своеобразной формѣ, въ формѣ обращенія къ апостолу Петру. Повидимому, этою неожиданною формой онъ желалъ сильнѣе подѣйствовать на религіозныя чувства колебавшагося сознанія. «Блаженный Петръ, глава апостоловъ!» воскликнулъ папа и продолжалъ: «преклони, молю, милосердое ухо твое къ намъ и услышь меня, раба твоего! Ради чести и защиты церкви, именемъ
176 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Всемогущаго Бога, Отца и Сына и Св. Духа, и нашею властью, я воспрещаю Генриху, сыну императора Генриха, въ силу неслыханной гордыни возставшему противъ церкви твоей, управлять германскимъ государствомъ и Италіей. Я разрѣшаю всѣхъ христіанъ отъ присяги, которую принесли они или при- несутъ ему, какъ государю. Ибо тотъ, кто учиняетъ посяга- тельство на авторитетъ твоей церкви, заслуживаетъ лишенія достоинства, которымъ былъ облеченъ. И, такъ какъ онъ отказался повиноваться, какъ подобаетъ христіанину, я поражаю его анаѳемой во имя твое, чтобы всѣ народы знали, что ты еси Петръ, что на этомъ камнѣ Сынъ Божій создалъ церковь Свою, и что врата адовы не одолѣютъ ея!» Анаѳема произвела не менѣе сильное впечатлѣніе, чѣмъ актъ Вормскаго собора. Одинъ изъ современныхъ писателей, Оттонъ Фрейзингенскій, заявляетъ, что тщетно искалъ въ про- шломъ низложенія папою государя. Сторонники Григорія, не- сочувствовавшіе рѣзкимъ поступкамъ, были сильно встревожены. Огорчена была совершившимся и маркграфиня Матильда. Несмотря на это, она заявила, что будетъ всѣми средствами поддерживать папу. Но епископы колебались. Не зпая. что отвѣтить на раздававшійся вокругъ нихъ вопросъ, по какому праву папа разрѣшалъ подданныхъ Генриха отъ присяги, при- несенной ему, онп обратились съ этимъ же вопросомъ къ самому папѣ. Григорій былъ настолько возмущенъ ихъ по- ступкомъ, что сначала даже не желалъ отвѣчать на предложен- ный ими вопросъ и лишь спустя нѣкоторое время отвѣтилъ ссылкою на слова Христа апостолу Петру «паси овцы моя», не допускающія никакихъ исключеній въ пользу государей. Папа рѣшилъ не ограничиваться громомъ анаѳемы, но, вѣр- ный наклонностямъ своей юности, готовился къ войнѣ съ Генри- хомъ. На этотъ разъ дѣло не дошло до войны папы съ импе- раторомъ, такъ какъ послѣднему пришлось расправляться съ новымъ мятежомъ въ Германіи. Къ тому же мятежъ этотъ оказался непосильнымъ для Генриха. Его друзья и привер- женцы преклонились передъ папою. Въ то же время южно- германскіе герцоги соединились съ саксонскими и заявили.
ПЕРВАЯ БОРЬВА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 177 а —-------------।—.... ---------------------------- что не могутъ признавать своимъ государемъ человѣка, отлу- ченнаго отъ церкви. Попавъ въ такое затруднительное положеніе, Генрихъ рѣ- шилъ смириться. Побудило его къ этому рѣшенію постановле- ніе трибу ргскаго рейхстага, согласно которому онъ обязывался совершить пилигримство въ Римъ и принести тамъ необходимое покаяніе до февраля 1077 года; срокъ былъ указанъ папою. Въ случаѣ неисполненія воли папы князья грозились выбрать новаго государя. До своего путешествія въ Италію Генрихъ отправилъ къ папѣ посланіе съ обѣщаніями соблюдать должное ему почтеніе и сердечно раскаяться. Любопытны заключитель- ныя строки посланія, въ которыхъ императоръ намекаетъ папѣ на нелѣпые слухи объ отношеніяхъ его къ маркграфинѣ Ма- тильдѣ и предлагаетъ ему «своею мудростью установить спо- койствіе какъ церкви, такъ и государства». Эти строки есте- ственно заставляютъ, предполагать, что Генрихъ мечталъ не о покаяніи, не о смиреніи, а лишь о формахъ ихъ, чтобы добиться не мира, а перемирія, безусловно необходимаго для него. Германскіе князья также не были искренними. Они задались цѣлью избрать въ государи своего собственнаго ставленника и приняли даже свои мѣры, чтобы помѣшать задуманному паломничеству Генриха въ Италію. Они не хотѣли ни отъѣзда Генриха, ни пріѣзда папы, который черезъ легатовъ, засѣдав- шихъ на рейхстагѣ, выразилъ свое желаніе пріѣхать въ Гер- манію въ качествѣ верховнаго судьи. Пріѣздъ папы въ Гер- манію повелъ бы неизбѣжно къ тѣмъ же нежелательнымъ для нихъ послѣдствіямъ, т. е. къ покаянію Генриха и примиренію его съ папой. При такихъ условіяхъ и германское духовенство могло бы лишиться значительной доли своей относительной свободы. На отправленную снова Генрихомъ просьбу принять его при посѣщеніи Италіи въ общеніе съ вѣрующими папа, не- смотря на заступничество маркграфини Матильды, отказалъ. Но и .въ ту пору, о которой долго держалось и отчасти дер- жится и теперь мнѣніе, какъ о порѣ косности и застоя, об- стоятельства видоизмѣнялись довольно быстро. Причиною пере- СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 12
178 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. мѣны ихъ въ данномъ случаѣ послужилъ разрывъ между папою и норманнами. Это придало бодрости и способствовало уси- ленію итальянскихъ сторонниковъ императора. Во всякомъ случаѣ, папа, только что твердившій, что опъ готовъ «поло- жить душу свою за овцы своя», счелъ небезопаснымъ для себя дальнѣйшее пребываніе въ Римѣ и переѣхалъ въ То- скану, во владѣнія незадолго до того осиротѣвшей Матильды. Освѣдомленный объ измѣненіи обстоятельствъ въ Италіи Ген- рихъ рѣшился, во что бы то пи стало, пробраться туда и добиться папскаго прощенія. Въ Италію Генриху приходилось пробираться въ буквальномъ смыслѣ этого слова. ВсЬ главные проходы Альпъ были заняты отрядами германскихъ князей. Оставалпсь свободными лишь трудные и опасные окольные пути. Съ женою, малюткой-сыномъ, въ сопровожденіи многихъ епископовъ и приверженцевъ своихъ, совершилъ Генрихъ тя- желый переходъ черезъ Альпы. Въ Ломбардіи, непрерывно враждовавшей съ папою, онъ нашелъ самый радушный пріемъ. Ломбардцы даже предоставили въ его распоряженіе значи- тельное войско. Это обстоятельство подало поводъ къ возник- новенію слуха о томъ, что Генрихъ пойдетъ противъ папы войною. Хотя слухъ этотъ вполнѣ гармонировалъ съ измѣн- чивымъ характеромъ Генриха, но на этотъ разъ совсѣмъ не соотвѣтствовалъ дѣйствительности. Между тѣмъ папа, не до- вѣрявшій Генриху, переселился въ Каноссу, крѣпкій замокъ маркграфини Матильды, на мощныя стѣны котораго вполнѣ возможно было положиться. Папа и побаивался Генриха, и твердо держался желанія унизить его. Когда Генрихъ снова заявилъ ему о своей готовности смириться, папа велѣлъ сооб- щить ему, что изъ рукъ въ руки передастъ ему корону и прочія императорскія регаліи, если только онъ искренно по- кается и заявитъ о томъ, что по грѣхамъ своимъ онъ недо- стоинъ ни того положенія, которое занимаетъ, ни император- скаго титула. Посланпы Генриха справедливо нашли послѣднее условіе слишкомъ суровымъ и молили о смягченіи его. Не- смотря на стороннія заступничества, папа уступилъ лишь послѣ длительнаго упорства. Генрихъ прибылъ въ Каноссу. Замокъ
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ 179 былъ окруженъ тремя стѣнамп. Генриха ввели за вторую стѣну, а лицъ, его сопровождавшихъ, оставили передъ замкомъ. Онъ сложилъ съ себя всѣ знаки своего достоинства. Съ босыми ногами, въ рубахѣ кающагося, Генрихъ ожидалъ папскаго пріема цѣлыхъ три дня. Въ это время онъ велъ переговоры Маркграфиня Матильда. съ тѣми лпцами, которыя, по его мнѣнію, могли бы исхода- тайствовать у папы желаемое разрѣшеніе отъ грѣховъ. Нако- нецъ Матильдѣ удалось сломить упорство папы. 26 января Генрихъ былъ допущенъ къ папѣ, съ босыми ногами, насквозь пронизанный холодомъ. Папа согласился снять съ Генриха отлученіе при соблюденіи слѣдующихъ условій: Генрихъ обя- 12*
160 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ запъ явиться для оправданія себя на рейхстагъ въ тотъ день п въ то мѣсто, которые будутъ указаны папою: лапа будетъ судьею: согласно судебному рѣшенію, Генрихъ или сохранитъ за собою корову, или лишится ея, при чемъ обязанъ клят- вевно отказаться отъ всякихъ плановъ мести за то униженіе, которому подвергся: до судебнаго приговора онъ но долженъ ни носить королевскихъ одѣяній, ни принимать какое-либо участіе въ государственномъ управленіи; денежными средствами онъ можетъ пользоваться за то же время только въ такомъ размѣрѣ, каковой необходимъ для содержанія его съ семьею: его подданные освобождаются на указанное время отъ вся- кихъ клятвъ и обязательствъ по отношенію къ нему: опъ обя- занъ разорвать сообщество съ тѣми, чьи дурные совѣты по- вредили ему и его государству: въ случаѣ оправдательнаго при- говора онъ навсегда обязывается полною покорностью и под- чиненностью папѣ и долженъ сплою своего оружія помогать ему въ дѣлѣ потребленія всего, что противно церковнымъ за- конамъ; наконецъ, если онъ пренебрежетъ хотя бы однимъ изъ перечисленныхъ условій, настоящее прощеніе утратитъ всякую силу. За неимѣніемъ иного выхода изъ создавшагося положенія, Генрихъ подписалъ предъявленныя ему условія и скрѣпилъ свою подпись торжественною присягой. По папа не удовольствовался присягой Генриха, а потребовалъ гарантіи отъ лицъ, бывшихъ посредниками между нимъ и папскимъ престоломъ. Клюнійскій аббатъ не могъ, по правиламъ своего ордена, присягать: съ него взяли слово; остальные присягнули. Только тогда папа благословилъ Генриха и сталъ совершать мессу. По освященіи даровъ папа подозвалъ къ алтарю Ген- риха и всѣхъ присутствовавшихъ въ церкви. Держа въ рукахъ освященную гостію, папа сказалъ, обращаясь къ Генриху: «Въ теченіе долгаго времени я получалъ отъ тебя и сторон- никовъ твоихъ письма, въ которыхъ вы обвиняете меня въ томъ, что я завладѣлъ папскимъ престоломъ посредствомъ си- моніи и совершилъ какъ до епископства, такъ и по достиженіи ого, такія преступленія, которыя, согласно канонамъ, закры- вали для меня доступъ къ духовнымъ должностямъ. Хотя я
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 181 могъ бы оправдать себя ссылкою на свидѣтельства тѣхъ, кто знаетъ, какъ жилъ я, начиная съ самаго дѣтства, п кто со- дѣйствовалъ достиженію мною епископскаго сана, но, во избѣ- жаніе самой тѣни соблазна, я желаю обратиться къ Божьему суду, а не къ суду людскому. Да будетъ принимаемое мною Императоръ Генрихъ IV. сегодня Тѣло Господа доказательствомъ моей невиновности. Я молю Всемогущаго развѣять всякое подозрѣніе, если я не- виновенъ, и поразить меня внезапною смертью въ случаѣ моей вины. Папа пріобщился половиной гостіи. Нужно знать средневѣковье, чтобы понять то чувство, которое испытали присутствовавшіе въ церкви, увидѣвъ папу невредимымъ. Въ
182 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПШСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. ихъ глазахъ онъ представлялся окруженнымъ ореоломъ свя- тости. Обратившись снова къ Генриху, папа сказалъ ему: «сдѣлай, сынъ мои, то, что я сдѣлалъ въ вашемъ присутствіи. Не прошло ни одного дня, чтобы гермапскіе князья не обви- няли теоя въ большомъ количествѣ преступленій, изъ-за ко- торыхъ, думаютъ они, ты долженъ быть отлученнымъ на всю жизнь не только отъ власти государя, но и отъ церковнаго общенія, и отъ всякаго акта гражданской жизни. Они не- устанно требуютъ суда надъ тобою, но ты знаешь всю сомни- тельность людскихъ сужденій. Сдѣлай же то, что я тебѣ со- вѣтую и, если ты чувствуешь себя невиновнымъ, освободи церковь отъ соблазна, а самого себя отъ смущенія: пріими же остальную часть гостіи, чтобы это доказательство закрыло уста враговъ твоихъ и побудило меня стать твоимъ пламен- нѣйшимъ защитникомъ въ дѣлѣ примиренія твоего съ князьями и прекращенія гражданской войны навсегда». Генрихъ былъ сильно смущенъ внезапнымъ предложеніемъ папы, отошелъ въ сторону для совъщанія съ бывшими при немъ лицами, послѣ чего, оправившись отъ смущенія, просилъ папу отложить испытаніе до засѣданія рейхстага, ссылаясь па то, что сейчасъ пе могли бы присутствовать при испытаніи ни большинство его вѣрныхъ сторонниковъ, ни обвинители, а послѣдніе не повѣрятъ тому, что совершилъ бы онъ въ ихъ отсутствіе. Папа согласился. По окончаніи мессы оба противника мирно пообѣдали, при чемъ папа оказывалъ своему высокому гостю всѣ знаки должнаго вниманія, а когда наступило время разставанья, мирно напутствовалъ его. Казалось, должны были наступить теперь миръ и благодать. Но такъ только казалось. Гще до прибытія Генриха къ провожатымъ, оставленнымъ передъ зам- комъ, среди нихъ разыгрался настоящій скандалъ. Іо разлукч съ императоромъ папа выслалъ къ нимъ епископа для раз- рѣшенія ихъ отъ анаѳемы, тяготѣвшей надъ ними за сношенія съ Генрихомъ во время его отлученія. Соотвѣтственная случаю рѣчь епископа вызвала съ ихъ стороны взрывъ негодованія, сарказма и смѣхъ. Они кричали, что «такая анаѳема съ ихъ
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 183 точки зрѣнія не стоитъ ничего, такъ какъ была произнесена папою, котораго давнымъ давно анаоематствовали итальянскіе епископы, который завладЬлъ папскимъ престоломъ при по- средствѣ Симоновой ереси и обезчестилъ свою каѳедру убій- ствами, прелюбодѣяніемъ и другими смертными грѣхами». Не Развалины замка Каноссы. поздоровилось и Генриху, который съ ихъ точки зрѣнія на- всегда опозорилъ свое имя, подчинивъ королевскую власть папѣ, да еще такому еретику, такому безчестному человѣку, какъ Григорій VII. «Мы—говорили они—искали способа ото- мстить нашему врагу всѣми средствами, а Генрихъ думалъ
184 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. только о себѣ и пріобрѣлъ угодничествомъ благосклонность всеобщаго врага». Негодованіе вельможъ сообщилось и толпѣ. Послышались крики о низложеніи Генриха, о врученіи ски- петра его малолѣтнему сыну. Генрихъ поспѣшилъ усмирить волненіе, объяснялъ свои поступокъ, увѣрялъ, что имѣлъ въ виду лишь государственную пользу, пообѣщалъ отомстить и своимъ личнымъ врагамъ, и врагамъ ихъ. Толпа успокоилась. Многіе изъ князей ушли, не заботясь о монархѣ. Оставшіеся отнеслись къ Генриху холодно и даже упрекали его. «Такъ закончилось—говоритъ нашъ ученый—пресловутое, вошедшее на Западѣ въ поговорку Каносское свиданіе. Его значеніе современники понимали, какъ отказъ отъ обвиненій съ обѣихъ сторонъ, возвращеніе папѣ его сана, королю — его вѣнца. Но въ то же время здѣсь раскрылся характеръ Гри- горія, и опредѣлился весь ходъ дальнѣйшей борьбы. Каносса была зенитомъ его славы, и съ нея началось его паденіе: предъ глазами всѣхъ папа показалъ, что земныя страсти имѣютъ для него больше значенія, чѣмъ заповѣди Всевышняго. Природная жестокость сказалась здѣсь во всей своей силѣ, сказалось и злорадство плебея, кичившагося униженіемъ сына могущественнаго императора. Не зная удержу въ обуявшихъ его страстяхъ, папа перешелъ границы и, унижая короля по внѣшности, поднималъ его по существу: для всякаго христіа- нина смиренно кающійся король былъ неизмѣримо выше за- носчиваго, безпощаднаго и непреклоннаго намѣстника Бога всепрощенія. Ни епископы, ни свѣтскіе владѣтели, униженные въ лицѣ своего повелителя, не могли забыть высокомѣрія Григорія, и оно впослѣдствіи предотвращало ихъ отъ подчиненія его гордому и самовластному духу». Но послѣдствія обнару- жились не сразу. По всему пути своего возвращенія Генрихъ встрѣчалъ въ Италіи недовольство и негодованіе. Многіе города запирали предъ нпмъ свои ворота: не окружали его толпы; не разда- валось тѣхъ радостныхъ кликовъ, которыми населеніе привѣт- ствовало предшествовавшихъ ему государей. Ему приходилось останавливаться внѣ городскихъ стѣнъ и съ трудомъ добывать
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 185 самое необходимое для себя и своихъ спутниковъ. Сердце его пылало негодованіемъ. Отъѣхавъ всего нѣсколько миль отъ Каноссы, онъ надумалъ планъ заманить папу, подъ предлогомъ необходимыхъ переговоровъ, за р. По, арестовать его. объ- явить его низложеніе и выборы новаго папы. Григорій дви- нулся съ Матильдою къ мѣсту, назначенному Генрихомъ, и чуть не сдѣлался жертвой коварнаго замысла. Матильда во- время замѣтила засаду и быстро скрылась съ папою въ горы. Замыселъ Генриха скоро сдѣлался извѣстнымъ и снова при- влекъ на его сторону населеніе сѣверной Италіи. Встрѣтивъ снова расположеніе. Генрпхъ вѣнчался въ Миланѣ император- скою короною вопреки желанію папы, проклялъ дни, прове- денные въ Каноссѣ, и твердо рѣшилъ поправить дѣло новою и безпощадною борьбой. Съ другой стороны, и папа почти немедленно послѣ при- миренія съ Генрихомъ отправилъ къ германскимъ князьямъ посланіе, въ которомъ открыто поощрялъ ихъ планы, отлично зная, что эти планы сводились къ низложенію Генриха и къ возведенію на престолъ собственнаго ставленника. Много- численные враги Генриха въ Германіи соединились противъ него съ папой. Вскорѣ при ближайшемъ участіи легатовъ Гри- горія былъ избранъ князьями въ короли швабскій герцогъ Ру- дольфъ, а Генрихъ снова отлученъ отъ церкви легатомъ папы. Мы не будемъ останавливаться на описаніи дальнѣйшей борьбы Генриха съ Григоріемъ VII, такъ какъ оно совершенно не соотвѣтствуетъ цѣли нашего труда. Долго играя роль судьи надъ королями, принимая пословъ отъ Генриха п Рудольфа, вполнѣ удовлетворяя такпмъ образомъ свое личное властолюбіе и завѣтную мечту о господствѣ папства надъ всѣми земными властями. Григорій произнесъ наконецъ на римскомъ соборѣ (1080) низложеніе Генриха. Любопытны заключительныя строки папскаго рѣшенія, составленнаго въ формѣ обращенія къ апостоламъ Петру п Павлу: «Святѣйшіе отцы и князья апо- столовъ! Нынѣ молю васъ, да уразумѣетъ весь міръ, что вы можете вязать и разрѣшать на небѣ, можете и на землѣ от- нимать у каждаго владѣтеля санъ императорскій, королевскій.
186 СРЕДНЕВѢКОВОЕ П ШСТВ0 И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. княжескій, герцогскій, маркграфскій, графскій и владѣнія всѣхъ людей и вручать ихъ достойнымъ, ибо вы неодно- кратно отнимали у недостойныхъ и дурныхъ лицъ санъ па- тріаршій, приыасскігі, архіепископскій, епископскій и даровали его мужамъ богобоязненнымъ. Если же вы судите духовныя дѣла, то что же думать о вашей власти въ мірскихъ? И если вы будете судить ангеловъ, повелѣвающихъ всѣми гордыми князьями, что можете сдѣлать съ ихъ рабами? Да познаютъ нынѣ всѣ цари и всѣ свѣтскіе владыки, какова ваша сила, какова мощь, и да устрашатся презрѣть повелѣнія церкви вашей! Совершите же поскорѣе свой судъ надъ Генрихомъ, чтобы всѣ знали, что онъ гибнетъ не случайно, но по власти вашей!» Смыслъ и тонъ такой рѣчи способствовали отпаденію отъ папы многихъ германскихъ союзниковъ его: папская власть показалась для нихъ неизмѣримо опаснѣйшей, чѣмъ импера- торская. Генрихъ боролся неослабно, опираясь на итальянскія силы, давно враждебныя папѣ, и на своихъ сторонниковъ въ Гер- маніи. На постановленіе римскаго собора, объявлявшее его низложеніе и окончательное отлученіе, онъ отвѣтилъ объявле- ніемъ о низложеніи Григорія на бриксенскомъ соборѣ и о намѣреніи своемъ вручить тіару равеннскому епископу Гви- берту. Григорій VII метался, какъ раненый левъ. Онъ искалъ помощи въ Италіи, Англіи, Даніи, Польшѣ, Венгріи и др. странахъ. Онъ отправилъ за Альпы цѣлую армію монаховъ для возбужденія мятежа противъ Генриха въ предѣлахъ его владѣній. Онъ обратился даже къ излюбленному своему методу вліять на людей, къ предсказанію будущаго, и съ амвона увѣрялъ своихъ сторонниковъ, что «не пройдетъ и года, какъ умретъ незаконный король», каковымъ онъ считалъ Генриха. Въ рѣ- шительной битвѣ съ Рудольфомъ Генрихъ потерпѣлъ пораже- ніе, но побѣдитель Рудольфъ лишился правой руки и жизни. Лишеніе руки современники толковали какъ Божью кару за нарушенную Рудольфомъ клятву вѣрности, принесенную своему государю. Въ смерти Рудольфа усматривали исполненіе пред- сказанія папы Григорія, но не въ томъ смыслѣ, въ «какомъ
187 ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. предсказывалъ папа. Провидѣніе — толковали — указало этою смертью на Рудольфа, какъ на «незаконнаго» короля. Силы Генриха стали ощутительно расти. Онъ перенесъ борьбу въ Италію и не покидалъ ея, хотя въ тылу у него начались новыя волненія, во главѣ которыхъ сталъ новый король — Германъ люксембургскій. Послѣ упорной борьбы Генрихъ за- владѣлъ частью Рима съ храмомъ Св. Петра. Григоріи заперся въ замкѣ св. Ангела и снова проклялъ Генриха. Генрихъ отвѣтилъ на новое проклятіе анаѳемой Григорію и возведе- ніемъ на папскій престолъ Гвиберта подъ именемъ Клемента III. Вскорѣ новый папа возложилъ императорскую корону на Ген- риха и его вѣрную супругу Берту. Императору Генриху по- могала Византія, Григорію — норманны. Борьба за Римъ пре- вратилась въ какую-то агонію. Населеніе измѣнило Григорію и передало его врагамъ весь городъ за исключеніемъ замка св. Ангела. Когда Генрихъ удалился для собиранія войска, Римъ попалъ въ руки норманна Роберта Коварнаго и его дикойі орды. Григорій не сострадалъ несчастіямъ «вѣчнаго» города, но смотрѣлъ на нихъ, какъ на Божью кару за измѣну жителей. Неистовства, стоны и проклятія, повсюду сыпавшіяся на голову Григорія, какъ главнаго виновника переживаемыхъ бѣдствій, сдѣлали его дальнѣйшее пребываніе въ городѣ не- возможнымъ, и онъ бѣжалъ за разбитымъ Робертомъ, за тѣмъ Робертомъ, котораго ранѣе не разъ проклиналъ. Злополучнаго папу сопровождала въ изгнаніе горсть преданныхъ ему людей. Поселившись въ Салерно. Григоріи VII все еще разсчитывалъ на благопріятный оборотъ событій. На созванномъ здѣсь со- борѣ онъ снова предалъ анаѳемѣ императора Генриха и анти- папу Клемента. Снова разослалъ своихъ легатовъ, чтобы раз- дуть кровавую борьбу. Написалъ пламенное окружное по- сланіе. Но все было напрасно. Не побѣдивъ самъ того, что онъ искренно считалъ неправдою и зломъ, опъ просилъ дать своему преемнику, если таковой будетъ избранъ изъ числа трехъ его ревностныхъ сторонниковъ, имя Виктора, т. е. по- бѣдителя. Тяжко заболѣвъ, сознавая близость смертельнаго исхода болѣзни и даже вѣрно предуказавъ день печальной
1В8 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПХПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. развязки, онъ простилъ всѣхъ кромѣ ненавистныхъ ему людей — императора, антипапы и сторонниковъ ихъ. Непримиримую не- нависть къ нимъ онъ уносилъ съ собой въ могилу. Послѣднія слова, сказанныя имъ друзьямъ, окружавшимъ его смертное ложе, указываютъ на то, что до послѣдняго вздоха онъ вѣрилъ въ свою правоту: «я любилъ справедливость и ненавидѣлъ неправду' и за это умираю въ изгнаніи». Скончался этотъ желѣзный человѣкъ 25 мая 1085 года. Несмотря на свою громадную популярность въ исторіи, папа Григорій VII не принесъ съ собою ничего новаго. Идеалъ теократіи былъ созданъ не имъ. Онъ выковывался римской куріей, начиная съ IX в. Еще папа Григорій IV гордо за- являлъ франкскимъ епископамъ: «вамъ слѣдовало знать, что управленіе душами, т. ѳ. папская власть, есть нѣчто большее, чѣмъ императорская, свѣтская власть»... Еще близкія къ этому папѣ лица убѣждали его въ томъ, что «папа обладаетъ пол- нотою власти апостола Петра, онъ судитъ другихъ, но самъ не можетъ быть судимъ никѣмъ». И въ тѣхъ, и въ другихъ словахъ за- ключалась богатая тема, которая и разрабатывалась постепенно, но поступательно, вплоть до Григорія VII. Даже въ моменты паденій, даже въ эпоху упадка папской власти курія твердо держалась этихъ взглядовъ, отъ которыхъ не отступали даже позорнѣйшіе изъ папъ. Григоріи VII принялъ эти готовые взгляды въ основу своей личной дѣятельности и фанатически, беззавѣтно служилъ имъ. Еще о папѣ Николаѣ I современникъ писалъ, что «онъ повелѣвалъ королямъ и тираннамъ и поко- рилъ ихъ своей силѣ, какъ будто онъ былъ владыкою земли». Современники Николая I, характеризуя его, называли его «атлетомъ Божьимъ». Григорій VII не былъ творцомъ, онъ не создалъ никакой новой теоріи или системы, опъ не указалъ пути, не былъ геніемъ. Послѣ Николая I онъ является лишь особенно яркимъ выразителемъ того направленія въ исторіи папства, которое зародилось въ IX в. Если корни этого направленія и лежали въ болѣе ранней эпохѣ, если меледу позднѣишей и ранней эпохой нетрудно указать точки соприкосновенія, зато, пожалуй, еще легче отмѣтить признаки прямо противополож-
189 ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. пыр. Ранняя эпоха характеризуется чистыми стремленіями къ созданію, совмѣстно съ носителемъ высшей свѣтской власти, «града Божьяго», идеальнаго строя, позднѣйшая — ненасыт- ными стремленіями къ всевластію, къ теократіи, къ обладанію всѣми земными благами. Со смертью Григорія VII не окончилась борьба между представителями властей. Да трудно было и разсчитывать на ея скорый исходъ. II папа Викторъ III (1086 — 1087), другъ Григорія VII, и Урбанъ II (1088 —1099), преднамѣчешіый въ папы Викторомъ III, и клюніецъ Пасхалій II (1099—1118) были вѣрными завѣтамъ Григорія VII. Германскіе князья не унимались. Если старики сходили въ могилы, ихъ мѣста за- ступала молодежь и съ мечомъ въ рукахъ, съ беззавѣтной храбростью въ груди, продолжала дѣло отцовъ своихъ. Казалось, что престарѣлый и многократно проклятый папами императоръ бился съ какою-то сказочной гидрой, павшая голова которой быстро смѣнялась новыми. Близкіе къ нему люди измѣняли ему. Во враждебный ему станъ перешелъ и сынъ его Генрихъ. Папа Пасхаліи привѣтствовалъ эту измѣну, считая ее прояв- леніемъ Божьей воли, послалъ измѣннику свое благословеніе и сулилъ ему прощенье, если только онъ будетъ справедливымъ государемъ и подниметъ положеніе церкви, пришедшей якобы благодаря его отцу въ запустѣніе. Привѣтствовали молодого Генриха и саксонскіе князья. «Приходи, — взывали они къ нему въ своемъ посланіи — желанный! побѣждай и царствуй счастливо!» За Саксоніей окончательно отложились отъ импе- ратора Баварія и Франконія. Кругъ его дѣятельности суживался, (илы его убывали. Окруженный врагами, онъ пошелъ па при- миреніе съ мятежнымъ сыномъ и папствомъ. При свиданіи со своимъ сыномъ на берегахъ Мозеля, у Кобленца, императоръ упалъ къ ногамъ его и, напоминая ему о сыновнихъ обязан- ностяхъ, сказалъ ему: «не сыну слѣдуетъ карать отца за его проступки». Сынъ обнималъ колѣни отца. Но мнимое раскаяніе сыпа прикрывало предательскую цѣль — заманить отца въ за- падню. Цѣль была достигнута: императоръ попалъ въ плѣнъ. Коварный сынъ былъ вскорѣ вѣнчанъ королевской короною и
190 СРЕДНЕЕ І.КОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. вступилъ на престолъ подъ именемъ Генриха V. Бѣжавшій изъ плѣна императоръ снова обратился къ оружію, но во время этой послѣдней борьбы скончался. Злые враги его не прими- рились съ нимъ и послѣ его смерти. Германскіе князья не соглашались на христіанское погребеніе почившаго императора, ссылаясь на тяготѣвшее на немъ папское проклятіе. Похо- роненное, было, тѣло извлекли изъ могилы и поставили гробъ въ неосвященномъ зданіи на берегу Мааса, въ Люттихѣ. Всякое богослуженіе при немъ было воспрещено, и только какой-то монахъ, прибывшій отъ Гроба Господня и случайно попавши- въ этп мѣста, сжалился надь несчастнымъ императоромъ и пѣлъ у его тѣла днемъ и ночью псалмы. Спустя нѣсколько времени Генрихъ V приказалъ похоронить тѣло своего отца въ Шпейерѣ. Тѣло было помѣщено въ базиликѣ Св. Маріи. Но мѣстный епискішъ опротестовалъ королевское распоряженіе и приказалъ перенести останки императора в^ неосвященную капеллу. Пасхалій II торжествовалъ побѣду и полагалъ, что цѣли Григорія VII вполнѣ достигнуты. Но торжество его было преждевременнымъ. Генрихъ V вовсе не желалъ отказываться отъ инвеституры и продолжалъ замѣщать вакантныя епископскія мѣста въ Германіи. Папа, конечно, не уступалъ. «Церковь, освобожденная кровью Спасителя, гласили ёго послы, не можетъ подчиняться свѣтскимъ властямъ, а, между тѣмъ, утвержденіе духовнаго лица посредствомъ кольца и посоха подчиняетъ его свѣтской власти и тѣмъ оскорбляетъ его духовное помазаніе». Послы Генриха V, прибывшіе на соборъ въ г. Труа, отстаи- вали духовн} ю инвеституру, какъ исконное право германскихъ правителей. «Это право — говорили они — есть древняя при- вилегія германской короны, получившая свое начало въ уступ- кахъ, сдѣланныхъ папою Карлу Великому». Соборъ не призналъ этой привилегіи и заявилъ въ свою очередь слѣдующее: «если кто приметъ инвеституру на духовную должность отъ свѣтскаго лица, то принявшій, равно какъ и рукоположившій его ли- шаются сана и отлучаются отъ церкви». Въ 1111 году Ген- рихъ V, набравъ большое по тому времени войско, двинулся
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 191 въ Италію, чтобы получить въ Римѣ изъ рукъ папы импера- торскую корону. Но въ самой базиликѣ Св. Петра, когда ждали минутъ торжества, между сторонами возникли пререка- нія. Генрихъ А’ уже произнесъ торжественное отреченіе отъ права на инвеституру духовныхъ лицъ, какъ чтеніе папскаго обязательства, извѣстнаго Генриху, но бывшаго тайной для присутствовавшихъ, вызвало ропотъ нѣмецкихъ епископовъ. Неизвѣстный монахъ молится у гроба императора Генриха IV, лишеннаго папою погребенія. согласно условію, заключенному меледу королемъ и папою, нѣмецкіе епископы обязывались отказаться отъ всѣхъ правъ, захваченныхъ ими въ разное время въ ущербъ королю и нѣ- мецкому государству. Такъ какъ папа не соглашался отступить отъ обѣщаннаго Генриху и не желалъ въ то же время вѣнчать короля безъ всякихъ условіи, то и его, и близкихъ къ нему лицъ окружили, по приказу короля, стражей, и такимъ обра- зомъ Пасхалій очутился въ плѣну. Римляне поднялись про-
192 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. тивъ нѣмцевъ. Начались ужасы кровавой расправы. Двух- мѣсячный плѣнъ папы, тяжело отзывавшійся на сотоварищахъ его участи, разлученныхъ съ безпомощными семьями, прину- дилъ наконецъ Пасхалія уступить императору право инвести- туры. «Я вынужденъ — заявилъ папа —для избавленія церкви согласиться на то, на что не согласился бы, еслибы дѣло шло о спасеніи моей жизни». Клятвенное обѣщаніе папы, которое вмѣсто него было подписано нѣсколькими кардиналами, было составлено въ такихъ выраженіяхъ: «Папа Пасхаліи не будетъ впредь тревожить короля Генриха, ни его государство, за на- несенную папѣ и его приверженцамъ обиду. Онъ не предастъ когда-либо короля отлученію отъ церкви, и съ его стороны не будетъ отлагательства коронаціи короля по установленному чину. Въ теченіе всего будущаго времени онъ будетъ оказывать Генриху V зависящую отъ него помощь въ дѣлахъ, касающихся его императорской или королевской власти. Все это папа вы- полнитъ по отношенію къ императору безъ обмана илп дурного умысла». Въ документѣ этомъ нѣтъ ни слова о главномъ во- просѣ, т. е. объ инвеститурѣ. Рѣчь идетъ лишь о прощеніи короля за нанесенную имъ папѣ обиду. Страннымъ и пелшпен- нымъ двусмысленности представляется обѣщаніе папы никогда не предавать короля церковному отлученію: вѣдь, Генриху V предстояло быть не только королемъ, но и императоромъ, и для него было безразлично, постигнетъ ли его проклятіе въ роли короля пли императора. Клятвенное обѣщаніе Генриха У было составлено въ слѣдующихъ выраженіяхъ: «Я, король Генрихъ, отпущу на четвертый илп пятый ближайшій день господина моего папу, епископовъ, кардиналовъ и всѣхъ плѣн- ныхъ, которые съ нпмъ пли изъ-за него попали въ плѣнъ, а также и заложниковъ. Всѣ упомянутыя лпца будутъ въ без- опасности отведены въ затибрскую часть города, и на будущее время ни я, ни мои люди не захватятъ ихъ вновь. Всѣмъ тѣмъ, коп остались вѣрными папѣ Пасхалію, а также жителямъ города Рима, затибрской части и острова, какъ отъ своего имени, такъ и отъ имени моихъ людей, даю миръ и безопас- ность, если они только будутъ соблюдать то же самое по отно-
193 ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. шенію къ намъ. Господину папѣ буду помогать во всемъ, что можетъ служить ему для спокойнаго и безопаснаго пользованія папской властью, возвращу ему всѣ отнятыя у него мною вла- дѣнія и буду заботиться по примѣру предшественниковъ, чтобы владѣнія церкви были сохранены въ цѣлости, а тѣ, кои ею утра- чены, возвращены. Я обязываюсь оказывать господину папѣ полное повиновеніе, на сколько лишь оно не будетъ нарушать чести моей короны и государства, сообразно тому, какъ по- ступали по отношенію къ папамъ прежніе католическіе импе- раторы. Все это исполню по доброй совѣсти, безъ обмана и и дурного умысла». Въ текстѣ клятвеннаго обѣщанія Генриха V характерно сопоставленіе повиновенія папѣ съ честью короны и государства. Теократическимъ стремленіямъ противо- поставлены государственные интересы. Не лишена интереса въ этомъ отношеніи и ссылка на образъ дѣйствій прежнихъ католическихъ императоровъ. — На слѣдующій день папа причастилъ Генриха, а послѣ причащенія Генрихъ и папа поцѣловались. Но поцѣлуй этотъ не былъ выраженіемъ искренности. Генрихъ не довѣрялъ папѣ и требовалъ отъ него документа объ уступкѣ имъ императору права инвеституры. Папа подписалъ просимый документъ, скрѣпя сердце. Доку- ментъ, утишившій на время борьбу и рѣшавшій вопросъ объ инвеститурѣ свѣтской власти, гласилъ слѣдующее: «Пасхалій епископъ, рабъ рабовъ Божіихъ, любезнѣйшему во Христѣ сыну Генриху, славному королю германцевъ и милостью Все- могущаго Бога августѣйшему императору римлянъ, привѣтъ и апостольское благословеніе. Божественный Промыселъ устано- вилъ тЬсную связь твоего государства съ римскою церковью. Предшественники твои, благодаря обширному уму и добродѣ- телямъ, наслѣдовали римскій вѣнецъ; къ этому же вѣнцу воз- несло и тебя, любезнѣйшій сынъ, Божественное Величіе чрезъ посредство нашего священнослуженія. Поэтому мы даруемъ п тебѣ привилегію, которую наши предшественники дали твоимъ католическимъ предшественникамъ, и настоящей привилегіей подтверждаемъ за тобою право давать инвеституру посредствомъ кольца и посоха епископамъ и аббатамъ твоего государства, СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 13
194 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. свободно избраннымъ, безъ симоніи и насилія. Получивъ инвеституру, они должны принимать каноническое посва ценіе отъ епископа, подъ властью котораго состоятъ. Избранный безъ твоего согласія духовенствомъ и народомъ, если не по- лучитъ отъ тебя инвеституры, не можетъ быть посвященъ ни- кѣмъ. Королевскому Величеству надлежитъ утишать споры, которые часто бываютъ при духовныхъ выборахъ; епископы же и аббаты должны оказывать государству помощь и подкрѣпленіе, такъ какъ предшественники твои чрезвычайно увеличили вла- дѣнія церкви регаліями и землями. Поэтому забота твоего ума и могущества должна быть старательно направлена къ тому, чтобы величіе римской церквп и всеобщее благо, при помощи Божіей, охранялись пріобрѣтеніемъдля церкви болѣе и болѣе значительныхъ бенефицій. Если какое-либо духовное или свѣтское липо, зная объ этой привилегіи, дерзнетъ возстать противъ нея, то оно, если не раскается, подвергнется церковному отлученію, потерѣ чести и сана. Тѣхъ же, которые оудутъ соблюдать привилегію, будетъ охранять Божественное милосердіе. Да подастъ оно тебѣ счастливое царствованіе, къ твоей чести и славѣ! Амянь». Пребываніе Генриха V въ Италіи закончилось коронованіемъ его въ храмѣ Св. Петра импера- торскою короною. Вернувшись въ Германію, Генрихъ V посѣтилъ Шпейеръ, гдѣ лежалъ все еще непогребеннымъ трупъ его несчастнаго отца. Получивъ разрѣшеніе Пасхалія на его погребеніе, импе- раторъ предалъ его землѣ въ Шпейерскомъ соборѣ, рядомъ съ могилою императора Генриха III. Пятилѣтнія посмертныя мытарства, которымъ подвергся трупъ императора Генриха IV, весьма характерны для описываемой эпохи. Вспоминая вѣр- ность шпейерцевъ его поі ойному отцу, Генрихъ освободилъ ихъ отъ обязанности платить мѣстному епископу подать, кото- рая взималась до того времени со всѣхъ жителей, вступавшихъ въ обладаніе наслѣдствомъ. За эту милость жители Шпейера обязывались присутствовать ежегодно, въ день кончины импе- ратора Генриха IV, съ зажженными свѣчами на заупокойной мессѣ и давать въ этотъ день по куску хлѣба въ пользу нищихъ.
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 195 Чего добились враги Генриха IV, преслѣдовавшіе его съ неутомимымъ упорствомъ и добившіеся наконецъ его смерти? Въ одномъ пзъ русскихъ историческихъ трудовъ, посвящен- ныхъ изобрач.-аемой эпохѣ, данъ на этотъ вопросъ слѣдующій отвѣтъ: «вмѣсто стараго еретика и деспота они пріобрѣли но- ваго такого же, но только въ цвѣтущихъ лѣтахъ и настолько сильнаго своимъ положеніемъ, насколько покойный импера- торъ ие былъ въ теченіе всей своей жизни». Въ интересахъ истины мы противопоставимъ этому отвѣту маленькое ограни- ченіе: не падолго. Не прошло и года, какъ духовенство, радѣвшее о пра- вахъ церкви, снова зашевелилось. На Лаіеранскомъ соборѣ (въ мартѣ 1112 года,, на которомъ папа сообщилъ о своемъ планѣ и о томъ, какимъ способомъ была добыта отъ него привилегія, было постановлено не трогать императора, по отъ лица всей церкви *) выразить осужденіе привилегіи. Наиболѣе рьяные поборники церковныхъ правъ не были удовлетворены столь мягкимъ, по ихъ мнѣнію, рѣшеніемъ вопроса. Церков- ный соборъ, состоявшійся около полугода спустя, объявилъ свѣтскую инвеституру для духовныхъ лицъ ересью, а приви- легію, полученную Генрихомъ V, недѣйствительною и заслу- живающею дурную память, нечес гивѣпшимъ и отвратитель- нымъ актомъ, виновника же этого акта, Генриха, отлучилъ отъ церкви, «пока онъ не доставитъ, раскаявшись во всемъ содѣянномъ, полнаго удовлетворенія церкви». Рѣшительныя постановленія собора были направлены къ папѣ Пасхалію на утвержденіе, при письмѣ вьеннскаго архіепископа. «Если вы будете въ этомъ дѣлѣ стоять съ нами, писалъ архіепископъ папѣ, если подтвердите го, о чемъ просимъ, и воздержитесь отъ всякихъ устныхъ и письменныхъ сношеній съ этимъ же- сточайшимъ тиранномъ и его послами, то будете имѣть во всѣхъ насъ безъ исключенія вѣрныхъ Вамъ сыновъ; но, если Вы, о чемъ не желаемъ и думать, вступите на другой путь дѣйствій и откажетесь утвердить помянутыя нами положенія, *) Съ Восточною церковью не считались 13*
_________ — — ічціптлнйТШІ и. то будете причиною того, что мы — да будетъ къ намъ мило- стивъ Господь!—удалимся отъ подчиненія и послушанія Вамъ». Папа утвердилъ постановленія вьеннскаго собора. Основаніе для возобновленія борьбы было на лицо, но Пасхалій II не обладалъ боевою натурой Григорія VII, а Генрихъ V удачно справился съ саксонскими и другими князьями-мятежнпками и замѣчательно усилилъ свою власть. Поводомъ къ борьбѣ Григорія VII съ Генрихомъ IV послужили германскія дѣла. Теперь Германія была спокойна. Одна часть князей поддер- живала императора, другая покорно просила у него прощенія и милостей. При такихъ условіяхъ произнесенное противъ императора отлученіе оказалось безсильнымъ. Не обращая ни- какого вниманія на постановленія латеранскаго и вьеннскаго соборовъ, императоръ распоряжался высшими духовными мѣ- стами по своему личному усмотрѣнію. Но спокойствіе, установившееся въ Германіи, не отлича- ) лось прочностью. Утвердивъ свою власть, Генрихъ V про- | явилъ то же властолюбіе, которымъ отличался покойный импе- 111 раторъ. Вмѣстѣ съ этимъ молодой государь обладалъ коры- | столюбіемъ, которое побуждало его нерѣдко къ несправедли- । востямъ при рѣшеніи княжескихъ процессовъ. Постепенно на- । коплявшееся недовольство выразилось въ 1114 году въ воз- 1 станіи вестфальскихъ князей. Неудачные попытки Генриха усмирить это возстаніе ободрили князей саксонскихъ, уже давно недовольныхъ прежнимъ союзникомъ. Неудачной была । попытка императора и въ этомъ направленіи. Войско его по- і терпѣло страшное пораженіе отъ саксонцевъ. Страхъ и смя- теніе разбитаго императорскаго войска были такъ велики, что । во время бѣгства оно не думало о сопротивленіи: по словамъ | лѣтописи, отъ руки одного саксонца погибало отъ 20—30 вои- | новъ императорскаго войска. Ненависть возставшихъ противъ ( императора была такъ велика, что епископъ гальберштадтскіп, одинъ изъ главныхъ руководителей возстанія, похоронивъ сво- । ихь убитыхъ, запретилъ хоронить трупы враговъ. Императоръ | спасся бѣгствомъ въ Баварію. Все это сразу поколебало авто- ритетъ императора, такъ какъ онъ основывался лишь на одной
ПЕРВАЯ ВОРЬЯ А ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 197 силѣ, теперь уже сокрушенной. Въ скоромъ времени противъ императора поднялась половина Германіи. Конечно, ревност- ные церковники не могли не использовать столь благопріятно сложившихся для нихъ обстоятельствъ. Съ разныхъ сторонъ посыпались на голову императора церковныя отлученія. Со- борныя постановленія рѣшительно возставали противъ свѣт- ской инвеституры для духовныхъ лицъ. Императоръ былъ вы- нужденъ вступить въ переговоры какъ съ мятежными князь- ями, такъ и съ папою Калликстомъ II (1119—1124), вторымъ преемникомъ Пасхалія. Въ переговорахъ съ князьями импе- раторъ добивался у послѣднихъ возвращенія его привержен- цевъ, а также захваченныхъ у нихъ врагами имуществъ и выгодъ. Нелегки были эти переговоры, какъ переговоры съ папою. Несомнѣнно, что среди земель, принадлежавшихъ импе- раторскимъ приверженцамъ, были и церковныя земли со всѣми ихъ выгодами. Совѣтники папы Калликста отлично знали это, а потому и настаивали, чтобы папа возвратилъ императору только право церковнаго общенія, но отнюдь не дѣлалъ бы уступокъ въ смыслѣ оставленія на мѣстахъ неправильно воз- веденныхъ имъ духовныхъ лицъ. Впрочемъ, Каллпкстъ II и не нуждался въ подобныхъ указаніяхъ, такъ какъ былъ, по словамъ католическаго писателя, «достойнымъ преемникомъ Григорія VII и его дѣла». Когда въ переговорахъ между папой и императоромъ, и при томъ далеко не по винѣ по- слѣдняго, произошла заминка *), папа прибѣгнулъ къ край- нему средству. Въ день закрытія реймсскаго собора, послѣ того какъ присутствовавшіе на немъ пропЬли гимнъ Св. Духу, папа произнесъ рѣчь, въ которой призывалъ всѣхъ, въ виду возникшихъ на соборѣ разногласій, къ единству и повинове- нію «апостольскому» престолу. Послѣ этого снова были утвер- ждены принятыя наканунѣ положенія. Затѣмъ принесли 427 зажженныхъ свѣчъ, которыя были розданы епископамъ и аббатамъ. ВсЬ поднялись со своихъ мѣстъ, и папа Каллпкстъ 9 Императоръ далъ устное согласіе на одну редакцію примирительнаго акта, а совѣтники папы поднесли ему къ подписи видоизмѣненную ими.
198 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. * произнесъ имена тѣхъ, которыхъ церковь подвергала прокля- тію. На первомъ мѣстѣ стояло имя императора Генриха Ѵ.Д Калликстъ II торжествовалъ, принимая изъявленія покор- ности изъ всѣхъ странъ католическаго міра. Съ Франціей и Англіей установились наилучшія отношенія. Покорились лапѣ и тѣ германскіе прелаты, которые были наиболѣе преданы императору. Избранный Генрихомъ V въ ашипапы еше при предмѣстникѣ Калликста, Гелясіи И, Григорій VIII былъ вы- данъ .кителями г. Сутри и подвергся въ Римѣ публичному по- руганію. Его одѣли въ баранью кожу съ высороченною на- ружу шерстью, посадили на верблюда спиною къ шеѣ живот- наго, дали ему въ руки верблюжій хвостъ и въ такомъ видѣ провезли его по улицамъ города, а затѣмъ ввергли въ темницу. Число приверженцевъ императора уменьшалось съ удиви- тельною быстротою. Замѣщенія епископскихъ вакансій совер- шались помимо его воли, при чемъ новые епископы прокли- нали ересь Генриха и клялись повиноваться папѣ, какъ своему повелителю. Такъ напримѣръ, каноникъ Руггеръ, возведенный въ санъ епископа магдебургскаго, произнесъ слѣдующую клятву: «Я, Руггеръ, избранный на магдебургскую каоедру, предаю анаоемѣ всякую ересь, въ особенности же ереси— Генрихову и Бурдипову х), а также всѣхъ послѣдователей ихъ. Обѣщаю повиноваться св. римской церкви и вселенскому папѣ, господину Калликсту, а также католическимъ наслѣд- никамъ его, утверждая, что они утверждаютъ, и осуждая, что осуждаютъ они». Примиреніе императора съ нѣсколькими саксонскими князьями не привело ни къ чему. Лишь только онъ втянулся въ борьбу съ враждебными ему епископами шпейерскимъ и вормскимъ и архіепископомъ майнцскимъ, какъ примирившіеся съ нимъ князья очутились во враждебномъ лагерѣ. Эти духовныя лица боролись во имя религіи и, подобно свѣтскимъ князьямъ, въ защиту феодальныхъ правъ. Импера- ’) Маврикій Бурдинъ, архіепископъ португальскаго г. Браги, сторонникъ Генриха V, возведенный имъ въ папы подъ именемъ Григорія ѴШ.
ПЕРВАЯ БОРЬБА ПАПСТВА СЪ ИМПЕРІЕЙ. 199 торъ не рискнулъ на рѣшительную битву и предпочелъ борьбѣ мирные переговоры. Послѣдніе завершились въ г. Вормсѣ, въ сентябрѣ 1122 года, знаменитымъ соглашеніемъ (конкорда- томъ), устанавливавшимъ миръ между императоромъ и папой, на условіи уступокъ какъ съ той, такъ и съ другой стороны. Соглашеніе ’) состоитъ изъ двухъ документовъ, изъ которыхъ одинъ написанъ отъ лица папы, другой — отъ лица импера- тора. Документъ папы гласитъ слѣдующее: «Я, Калликстъ епи- скопъ, рабъ рабовъ Божіихъ, предоставляю тебѣ, любезный Папа Калликстъ II. сынъ Генрихъ, августѣйшій императоръ римлянъ, право тре- бовать, чтобы выборы епископовъ и аббатовъ, принадлежа- щихъ къ мѣстностямъ нѣмецкаго государства, производились въ твоемъ присутствіи безъ симоніи и насилія. Если при по- добныхъ выборахъ произойдетъ какой-либо споръ, то ты. по совѣту и рѣшенію митрополита и прочихъ епископовъ про- винціи, къ которой принадлежитъ вакантная каѳедра, доста- 1) Выраженіе „Вормское соглашеніе' вм. „Вормскій конкордатъ' упо- треблено проф. Вязигинымъ, въ его трудѣ „Замѣтки по исторіи полемиче- ской литературы XI в “ Харьковъ, 1Б96.
"2ѴО“ СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. вишь подкрѣпленіе и помощь правой сторонѣ. Избранный, безъ всякаго платежа съ своей стороны, получитъ отъ тебя регаліи посредствомъ врученія ему скипетра и будетъ испол- нять тебѣ все то, что онъ обязанъ дѣлать за эти регаліи. Что касается до избранныхъ въ другихъ мѣстахъ имперіи, то они должны получить отъ тебя регаліи въ теченіе шести мѣся- цевъ послѣ своего посвященія, не платя ничего, и за это должны исполнять тебѣ то, что обязаны по праву. Если бу- дешь по какому-либо случаю требовать моей помощи, то я помогу тебѣ согласно долгу своего положенія. Я даю тебѣ, а равно всѣмъ, которые были на твоей сторонѣ во время на- стоящаго раздора, истинный миръ». Рѣшительно возставая противъ инвеституры при посредствѣ кольца и посоха, а также противъ насилія и симоніи, папа передалъ право избра- нія высшихъ духовныхъ лицъ капитуламъ, при чемъ извѣстная подчиненность этихъ лицъ императору выражается какъ въ правѣ личнаго присутствія императора при выборахъ, такъ и во врученіи избранному лицу скипетра. Такимъ образомъ ду- ховенство не порывало своихъ связей съ государствомъ, къ чему' стремился такъ страстно Григоріи VII. Обязательство императора заключалось въ слѣдующемъ: «Я, Генрихъ, авгу- стѣйшій императоръ римлянъ, изъ любви къ Богу’ и къ рим- ской церкви, а равно къ господину папѣ Калликсту, и для спасенія души моей, отказываюсь въ пользу Бога, св. апо- столовъ Петра и Павла и св. католической церкви отъ вся- каго рода инвеституры посредствомъ кольца и посоха и пре- доставляю всѣмъ находящимся въ Германіи или имперіи цер- квамъ право каноническаго избранія и свободнаго посвященія духовныхъ лицъ. Тѣ изъ отнятыхъ у Св. Петра во время на- стоящаго раздора при моемъ отцѣ или при мнѣ владѣній, ко- торыя находятся въ моемъ распоряженіи, будутъ мною воз- вращены, для возвращенія же другихъ доставлю нелицемѣр- ную помощь. Владѣнія, которыя въ этой войнѣ потеряны церквами, а равно духовными и свѣтскими князьями, будутъ, если находятся у меня, возвращены мною по правдѣ и по совѣту князей, для возвращенія же другихъ буду нелицемѣрно
201 ПАПА ИННОКЕНТІЙ III. помогать. Я даю истинный миръ папѣ Калликсту и всѣмъ его приверженцамъ. Если въ чемъ св. церковь будетъ просить моей помощи, помогу по совѣсти; если въ чемъ принесетъ мнѣ жалобу, окажу ей должную справедливость». Соглашеніе было прочитано па широкой вормсской равнинѣ, переполнен- ной народомъ, привѣтствовавшимъ окончаніе борьбы. На со- стоявшемся затѣмъ торжественномъ богослуже^и императоръ былъ принятъ въ лоно церкви и удостоенъ причащенія. Вормсское соглашеніе было только сдѣлкой между теоріей абсолютной независимости церквп отъ государства и искон- ною зависимостью отъ него духовной аристократіи. Оно было лишь перемиріемъ до новой ссоры. Папа Иннокентій III. ТПорьба Генриха IV съ папою Григоріемъ VII была только р) прелюдіей къ цѣлому ряду столкновеніи между импера- торами и папами. Борьба имперіи и папства была явле- ніемъ фатальнымъ. Характеры отдѣльныхъ лицъ, въ вей уча- ствовавшихъ, лишь отражались на характерѣ отдѣльныхъ столк- новеній, но вовсе не обусловливали собою самой необходи- мости этихъ столкновеніи, этой исторической борьбы. Пово- дами къ ней могли быть самые разнообразные факты. Источ- никомъ же ея было сосуществованіе двухъ властей, имперіи и папства, изъ которыхъ каждая домогалась первенства, преоб- ладанія. Обѣ стороны имѣли свои основанія, свои цѣли. II въ средніе вѣка люди мыслили и чувствовали подобно тому, какъ мыслимъ и чувствуемъ мы. И въ средніе вѣка существо- валъ обмѣнъ идей, существовало общественное мнѣніе и собирало подъ свои знамена сторонниковъ, какъ и въ наше время. Каждая изъ враждующихъ сторонъ исходила въ своихъ отношеніяхъ къ другой пзъ извѣстныхъ принциповъ и искала опоры для нихъ въ прошломъ. Императорская власть пита- лась традиціями Рима. Ея представители, несмотря на на- личность феодализма, считали себя наслѣдниками римскихъ
202 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО П ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. императоровъ. Справедливость требуетъ сказать, что связь эта не находила себѣ оправданія въ исторической дѣйствитель- ности. Основы папства въ этомъ отношеніи были болѣе проч- ными, такъ какъ не стояли въ противорѣчіи съ дѣйствитель- ностью. Папская власть дѣйствительно зародилась въ Римѣ. «Въ воскресшемъ величіи Римской имперіи—говоритъ А. С. Хомя- ковъ—папа бі^дъ тѣснѣе связанъ съ Римомъ, чѣмъ императоръ: въ понятіяхъ о всехристіанствѣ власть первосвяптенника была разумнѣе, чѣмъ власть имъ же вѣнчаннаго мірянина. Оба, импе- раторъ и папа, должны были имѣть притязаніе на всемогущество, оба должны были считать себя единственными хранителями общей правды, по притязанія папы были законнѣе притязаній его сопер- ника. Римскій епископъ былъ помазанникъ высшей, небесной правды, и, по понятіямъ Запада, представитель самаго христіан- ства. Германецъ, удостоенный римскаго императорскаго вѣнца, былъ только случайностью, хранителемъ правды временной и, слѣдовательно, только второстепеннымъ лицомъ въ іерархіи всемірной». Таковы были взгляды обѣихъ сторонъ. Насколько императорская теорія страдала искусственностью, настолько же и папская теорія, при своей исторической обоснованности, страдала невѣрностью основного взгляда своихъ сторонниковъ, отожествлявшихъ церковь съ духовенствомъ. Совершенно логи- ческимъ выводомъ изъ этого взгляда было ученіе о папѣ, какъ главѣ церкви, но основная посылка этого логическаго вывода заключала въ себѣ завѣдомо ложную мысль. -Здѣсь не мѣсто остановиться съ большею подробностью надъ этимъ чисто ка- ноническимъ вопросомъ, но все сказанное нами въ достаточной степени уясняетъ смыслъ длительной и упорной борьбы между имперіей и папствомъ. Пе въ личностяхъ дѣло (личность — продуктъ эпохи), не въ гордости и властолюбіи, не въ чело- вѣческихъ страстяхъ вообще, а въ существованіи извѣстныхъ идей, развивавшихся на протяженіи столѣтій и входившихъ въ составъ даннаго міровоззрѣнія. Мы не станемъ слѣдить за всѣми перипетіями грандіозной борьбы, но сосредоточимъ свое вниманіе на Иннокентіи III, наи- болѣе колоритномъ представителѣ папства послѣ Григорія VII.
П\ПА ИННОКЕНТІЙ III. 203. Иннокентій III вступилъ на папскій престолъ въ 1198 г. Онъ не былъ похожъ на прирожденнаго борца Григорія VII, изъ котораго вышелъ бы превосходный солдатъ, если бы судьба не сдѣлала изъ него монаха. Иннокентій ІИ былъ выдающимся государственнымъ дѣятелемъ. I Въ немъ гармонично уживался идеализмъ съ практичностью дѣлового человѣка. Физической силѣ онъ предпочиталъ доводы разума, войнѣ - право? Не- смотря на массу дѣлъ чисто государственнаго характё'рги онъ съ видимымъ интересомъ разбиралъ тяжбы римскихъ гражданъ, входя во всѣ мелочи каждаго судебнаго процесса. На совѣ- щаніяхъ кардинальской коллегіи онъ разбиралъ всякій вопросъ обстоятельно и объективно. Дошедшія до насъ письма Инно- кентія какъ по формѣ, такъ и по содержанію, могутъ слу- жить образцами юридическихъ разборовъ и рѣшеній. Обладая крупными дарованіями юриста, |онъ былъ незауряднымъ бого- словомъ. Съ этической точки зрѣнія Иннокентіи представлялъ удивительное смѣшеніе добра и зла, и французскій историкъ Лкшеръ рекомендуетъ характеризующимъ этого папу избѣгать чрезмѣрныхъ похвалъ и рѣшительнаго порицанія. Изъ всего сказаннаго нетрудно попять, что мнѣніе нѣмецкаго изслѣдова- теля Грегоровіуса объ Иннокентіи ІИ, какъ о «холодномъ юристѣ», не свидѣтельствуетъ о надлежащей широтѣ взгляда этого изслѣдовател я 7"^ 2___У_папы Иннокентія были двѣ доктрины. Одна изъ нихъ, которую онъ псповѣдывалъ всѣми силами души, сводилась къ созданію всемогущей церкви и къ соединенію въ руках ь папы обѣихъ властей, церковной и свѣтской. Другая, чисто внѣшняя, приноровлялась имъ къ надобностямъ жизни, къ дѣйстви- тельности. Согласно съ послѣднею доктриной, онъ признавалъ за императоромъ извѣстный авторитетъ и удѣлялъ ему мѣсто рядомъ съ папою.) Одно говорилъ онъ съ высоты каоедры Ла- теранскаго собора, иначе выражался онъ въ дипломатической перепискѣ съ Германіей. Говоря о совластіи, проповѣдуя по- литику примиренія между верховными носителями духовной и свѣтской власти, онъ не жалѣлъ цвѣтовъ краснорѣчія. Доста- точно убѣдительны хотя бы слѣдующіе отрывки. Вотъ одинъ
---, РЕДГІЕПТ.КОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. изъ нихъ: «Имперія и Первосвященііичество! Самъ Христосъ доказалъ, что они должны быть въ единеніи. Это—два херувима, расположенные по двумъ сторонамъ алтаря и смотрящіе другъ на друга, это—двѣ колонны, поддерживающія одинъ и тотъ же сводъ, это — два великихъ свѣтила, сверкающихъ на тверди, ва меча, о которыхъ говоритъ апостолъ. Только согласіе между папой и императоромъ можетъ обезпечить почтеніе къ вѣрѣ, уничтоженіе ересей, царство справедливости, спокойствіе и славу христіанскаго народа». А вотъ и другой отрывокъ: «Я хорошо знаю, что нѣкоторые императоры жестоко преслѣдо- вали церковь, но зато другіе почитали ее и служили ей раз- личными способами. Мы хотимъ сохранить императорскую власть во всей ея полнотѣ, и дай Господи, чтобы власть церкви была уважаема въ такой же степени. Если мы желаемъ защитить свое добро и оградить то, что принадлежитъ намъ, мы имѣемъ въ то же время твердое намѣреніе не посягатъ на власть дру- гого и не дѣлать ничего такого, что могло бы помѣшать ему пользоваться ею». Самый лучшій адвокатъ, самый искусный политикъ не могли бы болѣе убѣдительно и колоритно выска- зать то, что въ данныхъ случаяхъ высказалъ папа Иннокентій. А меледу тѣмъ, тотъ же папа говорилъ, что «первосвящен- ническая власть выше императорской и по достоинству, и по древности своей, такъ какъ первосвященническую власть уста- новилъ Самъ Богъ, а власть императорская заключаетъ въ основѣ своей человѣческую узурпацію и притомъ позднѣйшаго происхожденія». О правѣ своего вмѣшательства въ избраніе императора папа выражается не менѣе .рѣшительно. «Право это—говоритъ онъ — принадлежитъ намъ принципіально, такъ какъ папство во времена Карла Великаго отняло император- скую власть у грековъ и передало ее германцамъ, перенеся ее съ Востока на Западъ. Право это принадлежитъ намъ и фак- тически, потому что германскій король избирается у себя и своимъ народомъ, но корону и титулъ императора получаетъ въ Римѣ и притомъ изъ нашихъ рукъ». Конечно, такой человѣкъ, какъ Иннокентій III, прекрасно умѣлъ пользоваться обстоятельствами. Обстоятельства же въ
ПАПА ИННОКЕНТІЙ III. 205 непріятной папамъ Германіи сложились какъ разъ чрезвычайно благопріятно для нихъ. Еще незадолго до этого, въ царствованія Фридриха I Барба- россы и Генриха VI, пышно расцвѣла и была ярко формулирована теорія императорской власти. Она оставила свои слѣды и на страницахъ хроникъ, и въ поэтическихъ произведеніяхъ эпохи. «Нашъ государь — говоритъ хронистъ Впдукиндъ — есть го- сподинъ міра и величайшія монархъ Европы». Подобно хро- нистамъ, и поэты доходплп въ прославленіяхъ своихъ импе- раторовъ, напримѣръ, Фридриха I Барбароссы, до эксцессовъ: «когда онъ поражаетъ своимъ страшнымъ копьемъ мятежни- ковъ, кажется, что снова появился Карлъ Великій со своею мстительною рукою... Слава государю земли, цезарю Фридриху! Когда звучатъ его трубы, сокрушаются стѣны враговъ. Ни- какой разумный человѣкъ не можетъ сомнѣваться въ томъ, что Божественная воля сдѣлала изъ него повелителя остальныхъ государей: онъ царствуетъ надъ народомъ Божіимъ... Весь міръ снова управляется Августомъ; передъ намп Римская имперія возвратилась къ своему первоначальному состоянію!» II юристы не оставались въ долгу передъ историками и поэтами въ пре- вознесеніи императорской власти. Одно изъ ихъ положеній гласило, что «императоръ — одушевленный законъ на землѣ» (іпірегаіог езі апішаіа Іех іп іепіз). Въ основу собственности мы полагаемъ право. Юристы тѣхъ временъ считали ея един- ственнымъ источникомъ и оплотомъ императора. «Отнимите у насъ нрава императора, и кто же тогда можетъ сказать: «этотъ домъ мой», «эта деревня принадлежитъ мнѣ?» Такъ сказано въ одномъ изъ тогдашнихъ законодательныхъ сборни- ковъ. Самъ Барбаросса смотрѣлъ на Данію, какъ на бенефи- ціи Священной Римской имперіи, а на короля ея, какъ йа своего вассала. Въ глазахъ Барбароссы всѣ прочія государ- ства Европы были лишь провинціями его имперіи. Въ такомъ именно смыслѣ выразился онъ въ 1160 году, когда шелъ во- просъ о прекращеніи раскола въ католической церкви п объ избраніи новаго папы. «Мы пригласили, чтобы покончить со схизмой, и провинціальныхъ государей. Но пусть они не вообра-
206 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. жаютъ, что могутъ выбрать мво» о папу, а не того, па которомъ уже остановился выборъ императора. Ихъ мнѣнія пе значатъ ничего въ дѣлѣ, которое касается исключительно Германіи». Любопытно, что въ Европѣ находились короли, потакавшіе высокомѣрному тону германца, переходившему, съ нашей точки зрѣнія, всякіе предѣлы благоприличія. Вотъ что напи- сано было въ трактатѣ II57 года, составленномъ отъ имени англійскаго деспота Генриха II Плантагенета по адресу Фри- дриха Барбароссы: «мы подчиняемъ вашей власти и королевство паше, и все, что находится въ нашемъ обладаніи, съ тѣмъ чтобы все было устроено у насъ согласно вашему желанію, чтобы во всемъ была выполнена ваша императорская воля». Конечно, если бы Барбаросса задумалъ и на самомъ дѣлѣ рас- поряжаться въ Англіи, онъ встрЬтилъ бы со стороны Генриха энергическій отпоръ, но характерно для эпохи и принципіальное признаніе англійскимъ королемъ всеоблемлющегі власти импе- ратора. Заносчивыя стремленія императоровъ отразились, между прочимъ, на поведеніи германскихъ студентовъ, обучавшихся въ Парижѣ. Опп жестоко издѣвались надъ набожностью фран- цузскаго короля Людовика VII и надъ его миролюбивымъ ду- хомъ. Такое поведеніе невоспитанныхъ иноземцевъ возмущало до глубины души епископа Іоанна Салисбюрійскаго, и онъ справедливо поставилъ вопросъ: «да кто же дозволилъ гер- манцамъ быть судьями міра?» Но скромный вопросъ почтен- наго историка и философа прозвучалъ, какъ диссонансъ, въ торжественномъ хорѣ хвалебныхъ пѣснопѣній. Властолюбіе и заносчивость германскаго имперіализма возросли еще до болѣе высокой степени, когда, вступилъ на императорскій престолъ преемникъ Барбароссы Генрихъ VI, могуществен- нѣйшій изъ императоровъ Священной Римской имперіи. Онъ осуществилъ въ извѣстной степени мечту своего отца: при- соединилъ къ своей имперіи южную Италію, полонилъ англій- скаго короля Ричарда Львиное Сердце и обязалъ его объявить себя вассаломъ имперіи, подготовилъ покореніе Константино- поля. Понимая всю невыгоду избирательной системы, господ- ствовавшей въ Германіи, онъ стремился сдѣлать императорскую
ПАПА. ИННОКЕНТІИ Ш. 207 корону наслѣдственною въ родѣ гогенштауфеновъ, но всѣ его планы разрушила смерть. Тогда-то и создались обстоятельства, благопріятныя для папы Иннокентія III. Прежде чѣмъ приступить къ описанію дѣятельности этого папы, необходимо сказать, что честолюбивые планы импера- торовъ совсѣмъ не ограничивались одною свѣтскою областью. Они стремились также къ господству въ области религіи. Уже въ самомъ наименованіи имперіи Священною была заключена извѣстная мысль: внѣ имперіи нѣть закона, нѣтъ святости. Императоры назывались «адвокатами церквп» и считали себя ея главными защитниками и покровителями. Они присвоили себѣ право созывать соборы и обязанность уничтожать расколы. Императоры считали себя представителями христіанскаго міра въ его отношеніяхъ съ міромъ мусульманскимъ. Сторонники имперіи ставили ей высокую нравственную задачу: утвердить вѣчный миръ въ христіанствѣ и ввести въ его предѣлахъ го- сподство закона. Нетрудно замѣтить, что всѣ эти и подобныя имъ права, обязанности и задачи не только соприкасались съ церковпоіі сферой, но даже входили въ нее п легко могли быть оспариваемы папствомъ. Изложенные принципы, которыми руководились съ одной стороны — императоры, съ другой — папы, не были измышле- ніями какихъ-либо отдѣльныхъ лицъ. Они входили въ область двухъ міровоззрѣній, постепенно слагавшихся и воспринятыхъ сознаніемъ людей, жившихъ въ XI, XII и XIII столѣтіяхъ. !___По смерти Генриха VI императорскій престолъ сдѣлался вакантнымъ. Оказались три кандидата на осиротѣвшую корону. То были: братъ и сынъ покойнаго императора, Филиппъ и Фридрихъ гогепшгауфены, и Оттонъ, герцогъ брауншвейгскій. Фридрихъ былъ еще ребенкомъ. Его мать Констанція добилась его вѣнчанія короною Обѣихъ Сициліи, тою короной, которую принесла опа въ качествѣ придаиаго своему покойному мужу. Не довѣряя сицилійскимъ феодаламъ, она отдала и себя, и своего'сына подъ покровительство папы Иннокентія III, при- неся клятву надъ Евангеліемъ и обѣщая ежегодно выплачи- вать папѣ опредѣленную сумму денегъ. Кандидатура Фрпдрпха
208 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. па императорскую корону отпала. Сперва п папа не желалъ соединенія въ однЬхъ рукахъ двухъ коронъ, находя такое со- единеніе невыгоднымъ для церкви или, какъ сказали бы мы, для папства. Германія раскололась на два лагеря. Въ одномъ стояли сторонники папы — вельфы (по-итальянски гвельфы), въ дру- гомъ—сторонники имперіи—гибеллины. Почти въ одно время были выбраны, каждый своего партіей, Оттонъ IV и Фи- липпъ, изъ которыхъ первый былъ кандидатомъ вельфовъ, а второй—гибеллиновъ. Между соперниками и группировавшимися вокругъ каждаго изъ никъ князьями началась воина. За Фи- липпа стояло большинство. Его сторонникомъ былъ и знаме- нитый пѣвецъ Вальтеръ фонъ-деръ-Фогельвейде ’)• Но Филиппъ пустошилъ итальянскія земли и былъ отлученъ въ свое время папою Гоноріемъ отъ церкви. Несмотря на это, его поддер- живали: король Чехіи и Моравіи, Саксоніи, Штиріи, Австріи, множество епископовъ, почти вся средняя и южная Германія; на сторонѣ Оттона былъ сѣверъ Германіи. Начавшіеся въ Гер- маніи безпорядки благопріятствовали папѣ Иннокентію, такъ какъ давали ему реальную возможность выгоднаго вмѣшательства въ ея внутреннія дѣла. Иннокентіи отказался вѣнчать Филиппа. Князья, бывшіе на его сторонѣ, защищали его и отправили на имя папы по- сланіе, въ которомъ высказали, между прочимъ, и ту мысль, что выборъ императора принадлежитъ имъ. Въ отвѣтномъ письмѣ на имя одного изъ наиболѣе сильныхъ князей Германіи Инно- кентій, убѣждая князей, высказалъ слѣдующія мысли: «Не римская ли церковь пользовалась со временъ Карла Великаго правомъ располагать императорскою короною, перенеся импе- рію отъ грековъ къ германцамъ? Вы согласны съ тѣмъ, что папа коронуетъ императора? А если намъ принадлежитъ такое право, то вы должны понять, что мы моліемъ по всей спра- ведливости имѣть свой взглядъ на избираемаго. Это уже общее правило, что послѣднее слово принадлежитъ тому, кто возво- ’) Сы. нашу книгу „Трубадуры, труверы и миннезингеры'.
ПАПА ИННОКЕНТІЙ III. 209 дитъ, кто посвящаетъ. Если бы князья даже единогласно из- брали святотатца, отлученнаго, помѣшаннаго, еретика, язычника, развѣ мы обязаны короновать такового?» Въ концѣ письма папа рекомендуетъ князьямъ Оттона, присовокупляя, что церковь не * можетъ оставаться безъ защитника. Возникли длительныя пре- пирательства, въ которыхъ обѣ стороны проявляли замѣчательное упорство. Сто]іону германскихъ князей, стоявшихъ за Фь.іиппа, принялъ французскій король Филиппъ II Августъ. Не помогло и это. Но лѣтомъ 1208 года совершилось событіе, содѣйство- вавшее временному прекращенію междоусобной борьбы въ Германіи. Кандидатъ большинства германскихъ князей и фран- цузскаго короля былъ убитъ баварскимъ графомъ. Оттонъ остался безъ соперниковъ. Онъ женился на дочери убитаго Филиппа Беатрисѣ, и увеличилъ этимъ шагомъ число своихъ приверженцевъ. Вельфы и гибеллины примирились. Востор- жествовалъ кандидатъ папы/рШаконецъ-то, мой любезный сынъ, — писалъ ему Иннокентій — душа наша соединяется съ твоею, сердца наши сливаются; мы начинаемъ ошушать при- сутствіе одной души. II что выйдетъ изъ этого? Перо не въ состояніе изобразить, языкъ высказать, а умъ понять всѣхъ слѣдствій этого мира. Двоимъ намъ вручено теперь верховное управленіе надъ вселенной. Если мы будемъ жить въ согласіи, если мы соединимся, чтобы дѣлать добро, тогда сбудутся слова Пророка: «солнце и луна придутъ въ свой порядокъ, все кри- вое будетъ прямымъ, все неровное сгладится»; а мы, подъ покровомъ Божіимъ, не встрѣчая препятствій и сопротивленія, будемъ властвовать, владѣя двумя мечами». 'Оттонъ прибылъ въ Римъ и былъ вѣнчанъ императорскою короною на условіи видоизмѣнить" въ пользу Рима Вормскій конкордатъ. Грамотой, данной въ Шпейерѣ, императоръ Оттонъ IV отказался отъ права врученія избранному епископу скипетра. Иннокентій III достигъ того, къ чему стремился Григорій VII. Онъ. казалось, вырвалъ духовенство изъ цѣпкихъ объятіи феодальнаго міра и отстоялъ рго свободу.ІНо согласіе между Оттономъ и папой не продолжалось и года. Оттонъ сталъ проявлять чисто гибел- линскія стремленія: напалъ на южно-итальянскія земли и за- СРЕДНЕВ-ВКОВОЕ ПАПСТВО. 1 4
210 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. хватилъ даже часть папскихъ владѣній. Сперва Иннокентій, вѣрный самому себѣ, пытался уговорить Оттщіа/Онъ напра- вилъ къ нему посланіе, въ которомъ именовалъ еще его «воз- любленнѣйшимъ сыномъ о Христѣ» и посылалъ ему «апостоль- ское» благословеніе. «Кажется,—писалъ папа—размѣры госу- дарства, которыми были довольны твои предмѣстники, недо- статочно велики для тебя. Не упускай изъ виду того, что слу- чилось съ императоромъ Фридрихомъ ’), который мятежно возсталъ противъ святѣйшей каоедры, сжегъ портикъ Св. Петра и совершилъ много другихъ преступленій противъ церкви. Онъ былъ наказанъ и самъ, и въ лицѣ своихъ дѣтей. Онъ не смогъ добраться до Іерусалима, но утонулъ въ потокѣ. И весь міръ знаетъ, какъ божественное мщеніе поступило съ его сы- новьями. Генрихомъ и Филиппомъ 2). Зачѣмъ же ты хвалишься въ своей злобѣ? Зачѣмъ хочешь быть сильнымъ, поступая не- справедливо? Къ чему похищать имущество другого, когда твое достояніе столь обширно, что должно было бы удо- влетворить тебя? Если мы пишемъ тебѣ такимъ образомъ, то дѣлаемъ это не для того, чтобы издѣваться надъ импера- торскимъ саномъ, но желая отвратить тебя отъ твоихъ дур- ныхъ дѣяній. Насколько проявили мы когда-то любовь къ тебѣ, предпочтя тебя всѣмъ христіанскимъ князьямъ, на столько же горестно намъ думать теперь, что ты всецѣло от- дался затѣямъ, направленнымъ противъ насъ. Но духовный мечъ врученъ намъ, чтобы мы защищали имъ церковныя иму- щества. II вотъ мы предупреждаемъ тебя и подъ угрозой от- лученія даемъ тебѣ формальный приказъ не посягать больше ни лично, ни черезъ посредство своихъ подручниковъ, на права апостольской каоедры. Мы увѣщеваемъ тебя уважать обязательства по отношенію къ церкви, принятыя тобою. Мы посадили тебя, чтобы имѣть въ твоемъ лицѣ избранную лозу, и вотъ она одичала и даетъ горькій напитокъ. Берегись, чтобы ’) Разумѣется Фридрихъ I Барбаросса, утонувшій во время третьяго кре- стоваго похода г) Генрихъ VI внезапно умеръ въ зенитѣ своего могущества. Филиппъ погибъ насильственною смертью.
ПАПА ИННОКЕНТІИ III. 211 Богъ нр уничтожилъ тебя съ корнемъ, не вырвалъ тебя изъ земли -живущихъ! Что касается насъ, мы не можемъ воздер- жаться, чтобы не поразить тебя, если ты будешь упорство- вать въ столь плачевныхъ заблужденіяхъ»^ Оттонъ отвѣчалъ папѣ въ томъ смыслѣ, что онъ не сдѣлалъ ничего такого, за что грозилъ бы ему духовный мечъ, такъ какъ никогда не вмѣшивался въ дѣла церкви. ^Иннокентій не преминулъ на- писать посланіе и злѣйшему враг) Оттона, Филиппу-Августу. Папа Иннокентій III. «О, если бы, возлюбленный сынъ мои, мы такъ же хорошо поняли характеръ Оттона, какъ понялъ его ты! Онъ не обма- нулъ бы насъ. Дѣйствительно, онъ сдѣлалъ по отношенію къ себѣ немало нелѣпаго, напечатлѣвая на своей чести и совѣсти неизгладимое пятно. Позабывъ о своихъ обѣщаніяхъ и на- шихъ благодѣяніяхъ, онъ отвѣчалъ намъ зломъ за добро. Онъ начинаетъ преслѣдовать свою мать, какъ сынъ-выродокъ. Онъ совершаетъ то, что всѣ признаютъ верхомъ несправедливости и нечестія. — онъ простираетъ свою руку даже на Сицп- 11*
212 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. лійское королевство, материнское наслѣдіе, оставленное Фрид- риху, возлюбленнѣйшему сыну нашему во Христѣ, сиротѣ, какъ будто недостаточно было ему узурпировать его отцов- (кое наслѣдство 1). Кто можетъ имѣть довѣріе къ подоб- ному человѣку? Онъ не ограждаетъ своею вѣрностью даже насъ. Христова намѣстника на землѣ, который оказалъ ему столько услугъ, которому и клятвами, и хартіями онъ давалъ гарантіи всякаго рода! Что же станется съ исти- ной, искренностью, закономъ, уваженіемъ, благочестіемъ, на- деждой, благоволеніемъ, любовью, естественнымъ правомъ? Онъ все растопталъ своими ногами, все ниспровергъ. .» Иннокентій не только говоритъ въ своемъ посланіи объ отрицательныхъ качествахъ Оттона, но и указываетъ на ту опасность, которую представляетъ онъ для французскаго короля. «Можно всего ожидать отъ этого честолюбца. Берегись и ты! Огонь—въ со- сѣднемъ домѣ и угрожаетъ твоему. Оттонъ достигъ такой вы- сокой степени гордости, что грозится въ скоромъ времени за- брать подъ свое ярмо всѣхъ земныхъ государей»., Папа вспо- минаетъ далѣе о вмѣшательствѣ Филиппа-Августа въ вопросъ объ избраніи императора, направленномъ противъ Оттона, и утѣшается тѣмъ, что самъ Богъ раскаялся, избравъ царемъ израильскимъ Саула. ^_Такъ какъ мѣры убѣжденія не привели къ желанному ре- зультату, папа отлучилъ Оттона отъ церквп. Но и эта мѣра не смирила Оттона. Тогда папа рѣшился прибѣгнуть къ силѣ. Нуждаясь въ войскѣ и деньгахъ, онъ обратился съ просьбами къ Филиппу-Августу, къ итальянскимъ городскимъ общинамъ п къ германскимъ князьямъ. Французскій король ограничился обѣщаніемъ напасть на Германію въ будущемъ году, а на счетъ денегъ заявилъ, что ихъ могло бы доставить папѣ фран- цузское духовенство, пожертвовавъ на это дѣло треть своихъ доходовъ. Папа обращался къ Пизѣ, Болоньѣ, Милану, но не встрѣтилъ съ ихъ стороны никакого сочувствія. Тогда онъ ’) Мысль, въ которой кроется зерно новаго плана: возвести на престолъ Германіи юнаго Фридриха, младшаго сына императора Генриха VI.
ПАП\ ИННОКЕНТІИ 111. 213 отправилъ горячее окружное посланіе къ германскимъ князьямъ.І Посланіе это. полное горькихъ упрековъ и порицаній по адресу Оттона, напоминаетъ князьямъ, что Оттонъ началъ жестокую войну противъ церкви и королевства Обѣихъ Сициліи, не спросивъ ихъ согласія, и грозитъ князьямъ, что опъ. усилив- шись, обратитъ ихъ въ то состояніе рабства, въ которое обра- тили своихъ бароновъ англійскіе короли Генрихъ II Планта- генетъ и Ричардъ Львиное Сердце. Сознаваясь, какъ и въ по- сланіи къ Филиппу-Августу, въ своемъ заблужденіи насчетъ личности Оттона, онъ ссылается на тотъ же аргументъ: «Самъ Богъ раскаялся въ томъ, что далъ царство Саулу, но, раскаяв- шись, передѣлалъ Свое дѣло и замѣнилъ Саула другимъ ли- цомъ, болѣе молодымъ и бол ѣе преданнымъ. Вотъ изображеніе того, что происходитъ въ настоящее время». Въ образной ссылкѣ на Библію новая мысль Иннокентія проступаетъ яснѣе. Болѣе молодымъ и, какъ онъ думалъ, болѣе преданнымъ былъ, конечно, \мздилійскій король Фридрихъ. Такимъ образом1^ папа желалъ поставить императоромъ своего новаго кандидата, ко- тораго и самъ ранѣе считалъ неудобнымъ, какъ гогенштауфена. Онъ разсчитывалъ на молодого Фридриха, какъ на своего вассала п воспитанника. Посланіе Иннокентія III вызвало вт| Германіи, какъ и слѣдовало ожидать, большія внутреннія волненГя. Одни рѣши- тельно стали на сторону папы. |«Мы умоляемъ тебя, христіан- нѣйшій императоръ, — писалъ одинъ изъ представителей этой партіи къ Оттону—живи въ мирѣ съ тѣмъ, кто вѣнчалъ тебя. Какъ мудрѣйшій сынъ отличнаго отца, обрати копье твое про- тивъ народовъ, не признающихъ тебя. > трб.ч нѣтъ законныхъ основаній, чтобы оскорблять папу и лишать его той благо- дарности, которую заслужилъ онъ. Если ты думаешь, что онъ желаетъ нѣсколько уменьшить права императора, предоставь ему это немногое, чего онъ требуетъ, помысливъ, что ты обя- занъ ему всѣмъ остальнымъ. Перестань нападать на него, ибо ты восторжествовалъ надъ своими противниками лишь благо- даря ему. Наконецъ, имперія принадлежитъ не тебѣ, а X р и с т у, Св. Петру. Развѣ ты не получилъ ее отъ на-
214 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. мѣстникй Аристова, отъ преемника Св Петра? Ты боишься, говоришь ты, упрековъ своей совѣсти. Открой ихъ папѣ; ради успокоенія ихъ онъ будетъ твоимъ ходатаемъ вередъ Богомъ. Довѣрь папѣ свои интересы. Онъ—твой естественный судья, самъ же никому не подсуденъ. Если ты отдашь Св. Петру то, что принадлежитъ ему, ты ничего не потеряешь изъ того, что принадлежитъ тебѣ. Когда-то Константинъ Великіи отдалъ Св. Петру Западную имперію, которую возстановили народы Франціи, Германіи и Англіи, а вмѣстѣ съ имперіей «всю все- ленную». Легко понять, изъ какого лагеря вышло это посланіе. Направленіе высказано въ немъ слишкомъ опредѣленно. Иначе смотрѣла на дѣло другая сторона. Правда, она не сочувство- вала Оттону, какъ папскому избраннику, но крѣпко стояла за независимость имперіи отъ Рима и объявляла, что истиннымъ виновникомъ раздора былъ папа. Въ числѣ лицъ этой кате- горіи находился и знаменитый пѣвецъ Вальтеръ фонъ-деръ- Фогельвейде. I Во время этого разлада неожиданно грянулъ папски, интер- диктъ, "направленный противъ Оттона. Сторонники Рима усердно распространяли ту мысль, что вельфъ Оттонъ долженъ быть низложенъ гогепштауфеномъ Фридрихомъ. На сеймѣ, проис- ходившемъ въ Нюрнбергѣ, былъ избранъ Фридрихъ, король Обѣихъ Сицилія. Въ Италію были отправлены два вѣстника. Одинъ изъ нихъ не поѣхалъ далѣе сѣверной Италіи, гдѣ при- нималъ мѣры для усиленія партіи гибеллиновъ. Второй посѣ- тилъ папу, а затѣмъ отправился на Сицилію,- къ молодому жоролю Фридриху. 1 ^Фридриху Гіьйп всего 2 года, когда умеръ его отецъ, импе рйтрръ Генрихъ VI. успѣвшія короновать своего сына короной Рима^ Тяжело было положеніе вдовы императора, Констанціи. Въ королевствѣ Обѣихъ Сициліи было неспокойно. Населеніе волновалось, доведенное до этого варварствомъ покойнаго го- сударя и своеволіемъ германскихъ князей и правителей всякаго рода, налетѣвшихъ на южно-итальянское королевство, какъ на беззащитную и лакомую добычу. Констанція была вынуждена искать папскаго покровительства. Папа Иннокентіи III согла-
ПАПА ИННОКЕНТІЙ III. 215 сился помочь ей, но при условіи признанія сю за себя и за своего малютку вассальной зависимости отъ Рима. Четырехъ лѣтъ Фридрихъ былъ вѣнчанъ сицилійско-неаполитанскою ко- роною п вскорѣ послѣ этого остался круглымъ сиротою. Въ своемъ духовномъ завѣщаніи Констанція назначила опекуномъ своего сына п верховнымъ правителемъ королевства папу. Иннокентій III немедленно осуществилъ завѣщаніе, отправивъ на Сицилію своего легата Пенсія (Сспсіпй) и поручивъ ему, тремъ епископамъ и государственному канцлеру всѣ заботы о несоверпіеннолѣтнемъ королѣ.,’ Главнымъ воспитателемъ маль- чика-короля былъ упомянутый нами легатъ. Никакихъ свѣдѣній о годахъ воспитанія Фридриха не сохранилось. Будучи три- падцатилѣтнимъ мальчикомъ, онъ жаловался на свое положеніе, говорилъ объ оскорбленіяхъ, имъ претерпѣваемыхъ, объ оби- дахъ, ему наносимыхъ. Знающій положеніе Сициліи въ тѣ годы пойметъ, что эти жалобы юнаго короля вполнѣ правдоподобны. Одинъ пзъ нѣмецкихъ изслѣдователей говоритъ: «кто пожелаетъ написать исторію Италіи того времени, тотъ долженъ будетъ нарисовать печальную картину раздоровъ мелкихъ владѣтель- ныхъ особъ, распри сосѣднихъ городовъ другъ съ другомъ, свѣтскихъ владѣтелей съ духовными, простыхъ гражданъ съ именитыми фамиліями». Высказанное здѣсь объ Италіи вполнѣ примѣнимо къ Сициліи того времени. Она страдала отъ междо- усобій. «Пикто не думалъ о королѣ,—говоритъ современникъ— всякій старался захватить въ свою пользу побольше земель, и пзъ всѣхъ городовъ Сициліи только Палермо и Мессина оставались вѣрными малолѣтнему Фридриху». Даже тѣ лица, которыя были поставлены для того, чтобы блюсти его инте- ресы, пользовались ради своихъ личныхъ цѣлей его безпомощ- нымъ положеніемъ. Насиліе, пренебреженіе основными прави- лами человѣколюбія и безначаліе несказанно тяжело отзывались на народѣ. Развитію этихъ золъ много способствовало сознаніе полной безнаказанности. Раздорами, происходившими между христіанами, пользовались сарацины. Они уходили въ горы, укрѣплялись тамъ и производили оттуда свои опустошительные набѣѣи. Съ одной стороны, Фридриха не жаловали, памятуя о
216 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. невѣроятныхъ жестокостяхъ его отца, императора Генриха VI. Съ другой стороны, тѣ и другіе насильники пытались захватить мѣсто его надзирателя и вмѣстѣ съ тѣмъ правителя государ- ства. Пять разъ Фридрихъ переходилъ изъ рукъ въ руки. Земли его расхищались. Пытались убить его. Справедливо сравниваетъ лѣтописецъ положеніе Фридриха съ положеніемъ убитаго, но еще несъѣденнаго ягненка. Самъ Фридрихъ созна- вался, что жизнь его протекла въ столкновеніяхъ съ людьми столь преступными, злодѣями столь безчестными, какихъ дру- гому не удастся въ своей жизни и повидать. Несомнѣнно, что, высказываясь такимъ образомъ, Фридрихъ учелъ и свои дѣт- скіе и юношескіе годы. Дѣти, поставленныя въ такія условія, развиваются обыкновенно гораздо быстрѣе, чѣмъ дѣти, по- ставленныя въ нормальныя условія жизни. Онъ привыкъ за- мыкаться въ себѣ и полагаться на себя. я,Отт своего отца, дѣда — Фридриха Барбароссы — и вообще своихъ предковъ, гогенштауфеновъ, Фридрихъ унаслѣдовалъ властолюбивую при- роду, отъ матери — ту бѣшеную удаль, которою прославились норманны. Исторія дѣтства научила его скрывать свои истин- ныя побужденія, мыслить самостоятельно, хитрить, прилажи- ваться если нужно, къ обстоятельствамъ и лицамъ. Природный умъ и рѣдкія дарованія нуждались въ духовной іяіщѣ Инно- кентіи III шелъ на встрѣчу его запросамъ, допуская къ нему ученѣйшихъ людей того времени, не исключая и сарацинъ. Фридрихъ былъ продуктомъ взаимодѣйствія трехъ культуръ— германской, итальянской и мавританской. Папа и не подо- зрѣвалъ, что въ его питомцѣ затаился непримиримы" врагъ паштва. Да и Фридрихъ въ своихъ отношеніяхъ къ опекуну не подавалъ ни малѣйшаго основанія къ подобному подо- зрѣнію./ Княжескій посолъ вручилъ молодому Фридриху7 посланіе слѣдующаго содержанія: «Сіятельному государю, королю Си- циліи и герцогу Швабіи, Фридрпху, отъ всѣхъ князей нѣ- мецкой имперіи привѣтъ! Мы, князья нѣмецкой имперіи, издавна пользующіеся правомъ и властью избирать себѣ ко- роля и государя и сажать его на древній столъ рим-
ПАПА ИННОКЕНТІЙ III. 217 свихъ императоровъ, мы съѣхались всѣ въ Нюрнбергѣ, чтобы сов Ьщаться объ общемъ благѣ и избрать себѣ новаго короля. Взоры всѣхъ насъ устремлены на тебя, такъ какъ ты болѣе всѣхъ другихъ достоинъ подобной чести, ты, еще юноша по лѣтамъ, но старикъ по уму и опытности; такъ какъ ты болѣе, чѣмъ кто-либо изъ людей, одаренъ благородными да- рами природы; ты. благороднѣишая отрасль тѣхъ великихъ императоровъ, которые не щадили ни своихъ сокровищъ, ни своей жизни для улучшенія имперіи и благосостоянія своихъ подданныхъ. Принимая все это во вниманіе, мы просимъ те- перь тебя оставить свою наслѣдственною землю и явиться въ Германію для защиты императорской короны отъ враговъ твоего дома». Посланіе это задѣло Фридриха за живое. Тщетны были увѣщанія наиболѣе достойныхъ лицъ. Ему ука- зывали, что онъ, будучи королемъ Сициліи и императоромъ, по необходимости станетъ во враждебныя отношенія къ пап- скому престолу. «Было бы страннымъ заблужденіемъ. — гово- рили ему — обманомъ самого себя дѣлать отечествомъ для нѣмца Неаполь или для неаполитанца Германію, подводить къ одному образу, направлять къ одной дѣятельности столь отдаленныя земли, столь противоположные народы. Нѣмцы, которыхъ мы справедливо презираемъ, родились не на нашей землЬ, а мы для себя желаемъ своего родного короля: онъ долженъ здѣсь оставаться; онъ не долженъ видѣть въ нашемъ прекрасномъ королевствѣ простую прибавку къ огромной, безобразной массѣ, составляющей имперію»... Тщетно умоляла Фридриха его супруга. Фрпдрихъ назначилъ ее правительницей королевства, короновалъ своего малютку-сына (Генриха), какъ своего наслѣдника, и въ мартѣ 1212 года покинулъ Палермо. Съ большими затрудненіями добрался онъ до Рима, такъ какъ и въ Италіи было много сторонниковъ Оттона IV. Свидѣвшись съ папой, Фридрихъ подтвердилъ лэнную зависимость Сици- лійскаго королевства отъ папскаго престола, обѣщалъ освобо- дить своего малолѣтняго сына отъ своей опеки, отдать ему королевство Сицилійское, какъ лэнъ церкви, и предоставить римской куріи какъ надзоръ за малюгкон-королемъ, такъ и
218 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. управленіе королевствомъ. Папа окончательно сталъ на сто- рону Фридриха. Только что Фридрихъ прибылъ въ Констанцъ (Костницъ), какъ черезъ какіе-нибудь три часа передъ его воротами явился сторожившій его Оттонъ. Фридриху удалось спастись, послѣ чего прошло цѣлыхъ три года въ борьбѣ съ неутомимымъ и опытнымъ соперникомъ. Первымъ сталъ на сторону Фридриха чешскій король Оттокаръ. Послѣ этого число его сторонниковъ въ Германіи стало быстро расти. На сто- рону Фридриха стала и Франція. Оттонъ вооружился противъ послѣдней и въ битвЬ при Бувинѣ потерялъ все свое рыцар- ство, послѣ чего ему волей-неволей пришлось уступить Фрид- риху- Въ 1215 году Фридрихъ торжественно короновался гер- манскою короною въ Ахенскомъ соборѣ и тутъ же во все- услышаніе заявилъ о своемъ желаніи отправиться въ крестовый походъ- Этимъ торжественнымъ обѣщаніемъ Фридрихъ еще крѣпче связалъ узы, соединявшія его съ папою. Исполнился вѣщій сонъ Оттона. За нѣсколько лѣтъ до этого Оттону приснилось, что на постели около него распо- ложился медвѣженокъ. Медвѣженокъ росъ и спихивалъ Оттона съ постели, желая воспользоваться ею одинъ. Когда Оттонъ проснулся, приближенные растолковали ему сонъ въ томъ смыслѣ, что подъ медвѣженкомъ слѣдуетъ разумѣть Фридриха, а подъ постелью — императорскій тронъ. Медвѣженокъ сталъ сильнымъ медвѣдемъ и занялъ всю постель. Цапа Иннокентій ІП достигъ своей цѣли. Онъ принималъ дѣйствительное участіе въ судьбѣ имперіи. Онъ дѣйствительно раздавалъ короны, поставлялъ и низлагалъ императоровъ. Дѣй- ствительность воплотила ту теорію, въ которой онъ высказалъ свои глубокія и непоколебимыя убѣжденія. Еще полнѣе, чѣмъ въ Германіи, была побѣда, одержанная папою Иннокентіемъ III въ Англіи надъ королемъ ея Іоанномъ Безземельнымъ. Поводомъ къ борьбѣ между ними послужилъ вопросъ объ избраніи архіепископа кентерберійскаго. Монахи авгусгинскаго ордена выбрали на архіепископскую каѳедру своего пріора Регинальда, не испросивъ предварительно коро- левскаго согласія. Узнавъ объ этомъ и о сношеніяхъ монаховъ
ПАПА ИННОКЕНТІЙ 111. 219 съ Римомъ, Іоаннъ пришелъ въ ярость и приказалъ избрать Іоанна норвичскаго, близкаго ему человѣка. При этомъ король думалъ обойтись безъ папскаго утвержденія. Въ отвѣтъ на это Иннокентій объявилъ незаконными оба выбора и велѣлъ про- извести третьи выборь/въ Римѣ, чтобы совершенно устранить всякое беззаконіе и симонію, къ чему король Іоаннъ много- кратно обнаруживалъ великую склонность. Изъ пятнадцати кандидатовъ пана остановилъ свое вниманіе на способнѣйшемъ изъ нихъ—Стефанѣ Дангтонѣ. Избраніе Лангтона вывело ко- роля изъ состоянія душевнаго равновѣсія. Онъ отправилъ къ папѣ посланцевъ съ заявленіемъ, что никогда не признаетъ Стефана Лангтона кентерберійскимъ архіепископомъ. Несмотря на угрожающій характеръ королевскаго заявленія, Иннокентій посвятилъ Лангтона въ санъ архіепископа и собственноручно вручилъ ему палліумъ. Онъ отправилъ послѣ этого на имя трехъ англійскихъ епископовъ посланіе, въ которомъ пору- чалъ пмъ явиться къ королю и съ надлежащею почтительностью сказать ему, что онъ долженъ подумать о спасеніи своей души, о спокойствіи своего парода, о подобающей Богу чести, бросить всѣ свои предубѣжденія противъ архіепископа, признать его и дать ему возможность спокойно исполнять свои обязанности. «Если слова ваши—продолжалъ папа—не произведутъ на него никакого дѣйствія, вы должны превозмочь въ себѣ всякій страхъ мірской, не остановиться передъ его отказомъ, произ- нести отлученіе на всю Англію и слѣдить за тѣмъ, чтобы оно строго соблюдалось. Если же и это средство останется без- результатнымъ, мы поднимемъ свою руку противъ самого ко- роля». Написалъ онъ посланіе и королю. Но ни убѣжденія епископовъ, ни посланіе папы не поколебали Іоанна. Чело- вѣкъ жестокій и алчный, онъ разогналъ всѣхъ кентерберій- скихъ монаховъ, ограбилъ всѣ церковныя имущества и совер- шилъ рядъ насилій всякаго рода. Онъ не слушалъ ни баро- новъ, ни епископовъ, ругалъ папу съ кардиналами и грозился: «Клянусь зубами Божьими.—кричалъ онъ въ ярости—если вы произнесете отлученіе, я выгоню всѣхъ духовныхъ, всѣхъ епи- скоповъ къ папѣ и завладѣю всѣми ихъ имуществами! Беѣ
220 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. римляне, живущіе въ моемъ королевствѣ, вернутся на родину съ выколотыми глазами и отрѣзанными носами, чтобы вездѣ узнавали ихъ. Если вамъ дорога ваша шкура, убирайтесь съ моихъ глазъ какъ можно скорѣе». Епископы объявили, что Англія отлучена отъ церкви. Замолкъ колокольный звонъ, пре- кратились церковныя службы, покойниковъ сваливали въ ямы безъ благословенія церкви, безъ молитвъ. Король продолжалъ неистовствовать. Угроза личнаго проклятія не укротила Іоанна. Тогда Иннокентій прибѣгнулъ къ тому средству, въ дѣйстви- тельности котораго не сомнѣвался. Онъ объявилъ всѣмъ под- даннымъ Іоанна, что они свободны отъ присяги, принесенной ему. что онъ будетъ низложенъ, а преемникомъ его будетъ лицо, болѣе его достойное. Въ то же время онъ написалъ по- сланіе французскому королю Филиппу-Августу, предлагая ему низложить Іоанна и владѣть со своими потомками его наслѣ- діемъ. Филиппъ-Августъ охотно повиновался папѣ и началъ воину^Іоанцъ сталъ, было, готовиться къ оборонѣ, но римскій иподіаконъ Пандольсъ, получившій аудіенцію у Іоанна, изо- бразилъ ему всѣ бѣдствія, которыя послѣдуютъ въ томъ случаѣ, если онъ не подчинится папѣ. Онъ объявилъ Іоанну, что почти вгѣ сеньоры Англіи находятся въ сношеніяхъ съ Филиппомъ- Августомъ и готовы подчиниться ему. Слова Пандольса такъ подѣйствовали на Іоанна, что онъ согласился на всѣ условія, которыя поставилъ ему папа. Не удовольствовавшись этимъ, онъ издалъ спустя два дня хартію, въ которой заявилъ, что для искупленія грѣховъ, совершенныхъ какъ имъ самимъ, такъ и представителями его рода, какъ живыми, такъ и умершими онъ отдаетъ Англію и Ирландію въ лэнную зависимость отъ Рима, что впредь опъ будетъ лишь вассаломъ папы и въ знакъ своей зависимости отъ него будетъ выплачивать ему ежегодно опредѣленную сумму денегъ, не считая динапія Св. Петра Крайность высокомѣрія быстро смѣнилась у этого недостой- наго человѣка крайностью самоуниженія. Папа восторжество- валъ надъ Іоанномъ послѣ многолѣтней борьбы съ нимъ. Мощь папской власти испыталъ въ свое время и француз скіи король Филиппъ II Августъ. Поводомъ къ этой борьбѣ
ПАП \ ИННОКЕНТІЙ III. 221 Французскій король Филиппъ II Августъ. (Изъ книги „Ьез ѵгаіз рогігаііз йег гоіз сіе Ггапсе", а Рагіз, 1636).
222 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. послужило дѣло о разводѣ Филиппа-Августа съ Пнгебургой, унаслѣдованное Иннокентіемъ отъ своего предмѣстника. Дѣло заключалось въ слѣдующемъ. Овдовѣвъ, Филиппъ-Августъ же- нился изъ политическихъ расчетовъ на датской принцессѣ Пнгебургѣ. « Ку деснпчествомъ ли волшебства, навѣтомъ ли діа- вола,—говоритъ средневѣковой авторъ—только король съ нѣ- котораго времени не могъ безъ ужаса видѣть своей жены, ко- торую такъ любилъ невѣстой». Вѣрное предположить, что въ этомъ случаѣ были совершенно неповинны ни волшебники, ни діаволъ. Во всякомъ случаѣ король потребовалъ развода. Не зная за собою никакой вины и глубоко оскорбленная, Ингѳ- бурга не согласилась. У короля нашлись клевреты, пріискавшіе какія-то родственныя отношенія между первою и второю су- пругами своего царственнаго покровителя. Соборъ, состояв- шійся подъ предсѣдательствомъ реймсскаго архіепископа, дяди короля, разрѣшилъ разводъ. Пораженная рѣшеніемъ собора, Лнгебурга отказалась вернуться въ Данію и умоляла дать ей убѣжище въ одноч изъ обителей Франціи. Король заключилъ ее въ одну изъ самыхъ дурныхъ обителей, гдѣ несчастной ко- ролевѣ отказывали въ самомъ необходимомъ. Братъ ея, датсв ій король Канутъ IV, обратился съ жалобой на поступокъ Фи липпа-Августа къ папѣ. Папою былъ въ то время Целестинъ III (1191 — 1198). Его обращеніе къ французскому королю не измѣнило положенія дѣлъ. Положеніе это даже усложнилось, такъ какъ Филиппъ-Августъ вступилъ въ третіи бракъ. Только Иннокентій III выступилъ съ рѣшительными мѣрами. Онъ не могъ—по словамъ католическихъ писателей—не прислушаться внимательно къ голосу отвергнутой женщины. Королевскій санъ — говорятъ они — не избавлялъ отъ обязанностей хри- стіанина, и верховное положеніе не устанавливало въ глазахъ папы никакой разницы между сувереномъ и его подданными. Трудно возражать противъ подобнаго взгляда, основаннаго на словахъ самого папы, но столь же трудно ограничиться только имъ для объясненія дѣятельности Иннокентія. Несомнѣнно, огромную роль игралъ во всемъ этомъ дѣлѣ взглядъ на пап- ство римской ктріи и самого Иннокентія III. Онъ привыкъ, чтобы
ПАПА ИННОКЕНТІЙ ш. 223 дѣла всѣхъ народовъ и государей рѣшались у него; уступокъ и снисхожденія онъ не оказывалъ и въ семейныхъ вопросахъ. Онъ потребовалъ отъ французскаго короля удаленія третьей супруги и возстановленія брачной жизни съ Пнгебургой. «Внушаемые Богомъ,—писалъ папа—мы непреклонны духомъ и неизмѣнны въ намѣреніяхъ. Пи мольбы, ни могущество, ни любовь, ни ненависть не заставятъ насъ уклониться съ прямого пути. Пдя по царственной стезѣ, мы не свернемъ ни направо, ни налѣво, будемъ дѣйствовать безъ страстей, безъ лицепріятія. Какъ бы ты ни ставилъ высоко свой санъ и могущество, все- же ты не можешь противостоять лицу, не говорю нашему, а Божьему, Котораго мы, хотя и недостойные, считаемся пред- ставителями. Наше дѣло есть дѣло правды и истины». Фран- цузскій король не обратилъ на желаніе папы ни малѣіішаго вниманія. Тогда Иннокентіи подвергъ всю Францію отлу- ченію отъ церкви. Всѣ французскіе прелаты получили приказа- ніе обнародовать его въ своихъ діоцезахъ и блюсти за тѣмъ, чтобы оно строго выполнялось. Уже самымъ фактомъ ослуша- нія каждый изъ нихъ лишалъ себя званія, а сверхъ того дол- женъ былъ оАѣтпть за свое неповиновеніе передъ святѣй- шимъ престоломъ въ точно указанный срокъ. Напрасно Фи- липпъ грозился и дѣлалъ попытки сорвать интердиктъ. Обще- ственное мнѣніе было не на его сторонѣ. Королю оставалось удалить Агнесу, что онъ и сдѣлалъ. Интердиктъ былъ снятъ. Уступая противъ своей воли Иннокентію, Филиппъ-Августъ, говорятъ, произнесъ съ горечью знаменательныя слова: «какъ счастливъ Саладинъ, что у него нѣтъ папы!» Однако, страданія Ингебурги не окончились. Агнеса умерла, но смерть ея не улучшила судьбы Ингебурги. Ни новыя угрозы папы, нп ея жалобы ему не заронили въ сердце короля любви къ ней. Король призвалъ ее, но вскорѣ снова подвергъ ее дли- тельному и тяжелому изгнанію. II только потребность въ под- держкѣ Рима побудила Филиппа-Августа, собиравшагося воевать съ Англіей, снова призвать къ себѣ Ивгебургу, хотя и не на радость, не на счастье ей. Но и въ столкновеніи съ королемъ Франціи папская власть сломила твердую королевскую волю.
22 1 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Что же говорить послѣ этого о другихъ, менѣе значитель- ныхъ монархахъ того времени? Короли Кастиліи и Аррагоніи были многимъ обязаны Иннокентію своими успѣхами въ борьбѣ съ сарацинами. Папа имѣлъ огромное вліяніе на судьбу южной Франціи и задѵіпилъ, хотя и кровавыми средствами, распростра- нившіяся въ ней и враждебныя римской церкви ученія. Его вліянію подчинилась еще дикая въ ту пору Норвегія. По его побужденію, съ его благословенія водворились въ Прибалтій- скомъ краю ливонскіе рыцари. Тогда же была предрѣшена судьба пруссовъ. Иннокентій серьезно лелѣялъ мечту о цер- ковномъ подчиненіи Руси, а также и другихъ славянскихъ странъ. Попытки окатоличенія Руси кончились рѣшительной неудачей, благодаря преданности православію князей и народа. Пропаганда католицизма въ Сербіи и Болгаріи создавала бла- гопріятныя Рпму настроенія. Не слѣдуетъ забывать, что ко времени Иннокентія III относится четвертый крестовый походъ, завоеваніе Византіи крестоносцами и образованіе въ области эллинизма Латинской имперіи. На прибрежье Босфора и Мра- морнаго моря, на большую часть Архипелага, на островъ Кан- дію и другія мѣста направилась итальянская колонизація. Въ Софійскомъ соборѣ, національной святынѣ грековъ, было пре- кращено греческое богослуженіе, и на его мѣстѣ водворилось латинское. Владѣтелю Ѵрменіи Иннокентій далъ королевскій титулъ, армянскому католикосу отправилъ священныя одежды. При Иннокентіи III пащ гво достигло апогея своего мо- гущІГ’І’ва. Голосъ римскаго первосвященника громко и пове- лительно раздавался не только съ одного конца Европы до другого, но слышался и въ Азіи Можетъ быть, не менѣе громко, чѣмъ Иннокентій III. говорилъ папа Григорій VII. но между обоими представителями папства — огромная и существенная разница. Григорій VII исповЬдывалъ культъ матеріальной силы. У Иннокентія III она, какъ средство, стояла на послѣднемъ планѣ. Григоріи VII былъ прирожденнымъ солдатомъ, увлекался войною и умеръ, воюя. Его, поклонника матеріальной силы, неотразимо влекло къ себѣ все земное: богатства, земли, побѣд-
ПАПА ИННОКЕНТІЙ ш. 225 ныя торжества и слава ихъ. Онъ былъ своимъ человѣкомъ въ средѣ ростовщиковъ, въ средѣ начальниковъ наемныхъ бандъ, не брезгалъ тѣсными сношеніями съ подозрительными лично- стями, съ подонками общества. Его засосало въ себя все зем- ное. Онъ упивался имъ. Онъ былъ человѣкомъ страстей: стра- стно бился съ врагами, страстно торжествовала побѣды, на- ходилъ наслажденіе въ униженіи, въ страданіяхъ сраженнаго врага. Говоря о Григоріи VII, объ его дѣятельности, анали- зируя и его характеръ, и характеръ его дѣятельности, весьма нелегко разграничить царство духа отъ царства плоти. Намъ приходилось, проживая на берегахъ Балтійскаго моря, ран- ними утрами знойныхъ лѣтнихъ дней заставать ту быстро мѣ- няющуюся картину природы, когда Легкимъ, прозрачнымъ туманомъ вдали Скрыта граница небесъ и земли ’). Вотъ точно такъ же, когда мы сосредоточиваемъ свое вни- маніе на личности и дѣятельности папы Григорія VII, усколь- заетъ отъ насъ граница «града Божьяго» и области обычныхъ земныхъ страстей и вожделѣніи. Безспорно, такой историческій дѣятель былъ необходимъ. На его долю выпала грубая, черная работа, неизбѣжная работа. Но дѣло въ томъ, что въ ея сферѣ' онъ чувствовалъ себя, какъ въ своей родной стихіи. Не таковъ былъ папа Иннокентій III. Мы далеки отъ его идеализаціи, да въ атомъ и нѣтъ никакой надобности, И у него была относительно узкая сфера личныхъ, такъ сказать, вкусовыхъ интересовъ. Онъ былъ, гдѣ это требовалось, не- отразимымъ прокуроромъ, убѣдительнымъ защитникомъ, умѣв- шимъ затронуть нѣжныя струны человѣческаго существа, без- пристрастнымъ судьею, иногда далеко не безупречнымъ съ точки зрѣнія этики дѣятелемъ, въ домашнемъ быту—незауряд- нымъ, повидимому, чревоугодникомъ... Но всѣ эти личные вкусы, личные недостатки не мѣшали его высокоразвитому интел- лекту охватывать широчайшіе горизонты. Онъ '"тоялъ вполнѣ на высотѣ своего положенія. Онъ всею душою понималъ сущ- ') См. нашъ стихотворный сборникъ „Лепестки". СЕ ьДНЕВЪКОВОЕ ПАПСТВО. 15
226 ГРЕДНЕВТ.КОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. постъ Августинова ученья и, не достигнувъ еще осуществле- нія своихъ стремленій, уже сумѣлъ оцѣнить преимущества слова, убѣжденія, сознанія—сравнительно съ грубою матеріаль- ною силой. Онъ зналъ, что завоеванное духомъ болѣе прочно, чѣмъ завоеванное сплоч. Онъ былъ истинно соціальнымъ дѣя- телемъ: не любилъ раздора и былъ убѣжденъ, что сила въ единеніи. Онъ умѣлъ забывать о себѣ, о личныхъ выгодахъ, о папскихъ выгодахъ; его цѣлью было широкое распростра- неніе церковнаго авторитета во имя міровыхъ цѣлей. Панство, какъ высшій авторитетъ, какъ верховная нравственная сила, казалось ему необходимымъ для пораженія неправды и вся- кихъ золъ, для усмиренія страстей, для окончательнаго тор- жества въ будущемъ единства, мира и правды. Онъ работалъ не такъ, какъ работаетъ типографскій наборщикъ, набираю- щій книгу, но какъ авторъ ея, который, постепенно создавая ея содержаніе, обрабатывая по силѣ разумѣнія своего отдѣль- ныя ея части, никогда не упускаетъ изъ виду нг. конечнаго вывода, ни той пользы, которую, по его мнѣнію, она должна принести. Иннокентій былъ послѣднимъ изъ тѣхъ немного- численныхъ папъ средневѣковья, которые въ своей дѣятель- ности никогда не упускали изъ виду возвышенныхъ цѣлей, оправдывающихъ самое созиданіе папства. И ему не была чуждой немощь человѣческая, но и въ царствѣ духа онъ былъ своимъ. Папство и послѣдніе гогенштауфены. ъ 1216 году, на 56 году жизни, скончался папа Инно- і кентій III. Сильный, какъ общественный дѣятель, онъ былъ слабоватъ по отношенію къ самому себѣ и со- вершенно не боролся со своимъ чревоугодіемъ. Обладая въ частности страстью къ апельсинамъ, онъ поѣдалъ ихъ въ чрез- мѣрномъ количествѣ. Чревоугодіе и было, повидимому, причи- ною его смерти, которой не подозрѣвали ни самъ онъ, ни его врачи.
ПАПСТВО И ПОСЛѢДНІЕ ГОГЕНШТ\УФЕНЫ. 227 Три дня спустя былъ избранъ новый папа, бывшій въ те- ченіе четырехъ лѣтъ воспитателемъ императора Фридриха II. Новый папа принялъ имя Гонорія III (1216—1227). По сви- дѣтельству Якова Витрійскаго, это былъ добрый и религіозный старецъ, весьма простой и благожелательный, растрачивавшій все свое достояніе на нищихъ. У же дряхлому старцу непосиль- ной была та работа, которая досталась ему въ наслѣдство отъ сто великаго предмѣстника. Изъ всѣхъ очередныхъ задачъ, на- мѣченныхъ Иннокентіемъ, Гонорій остановилъ свое вниманіе на Папа Гонорій III. одной, на организаціи новаго крестоваго похода. Иннокентій III. какъ политикъ, руководился въ этомъ отношеніи не только и. можетъ быть, не столько религіознымъ чувствомъ, сколько мірскими соображеніями: походъ на Востокъ, удалявшій госу- дарей съ театра европейскихъ событій, представлялся Инно- кентію отличнымъ средствомъ къ умиротворенію Европы и вообще къ устройству европейскихъ дѣлъ согласно видамъ куріи. Дѣятельное участіе Гонорія въ организаціи новаго кре- стоваго похода обусловливалось его религіознымъ чувствомъ и 15*
ІТ.КОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. личными воспоминаніями изъ давнихъ лѣтъ. Эти воспоминанія такъ оригинальны, такъ характеризуютъ средневѣковье и являются такою яркою иллюстраціей къ тому «невѣдомому», которое у мыслящаго человѣка должно вызывать не снисходительную улыбку недовѣрія, а скромное сознаніе въ ограниченности на- шихъ познаній, что я считаю необходимымъ остановиться на нихъ. Дѣло происходило за 24 года до вступленія Гонорія на папскій престолъ. Папою былъ въ то время Клементъ III. Гонорій же служилъ у кардинала Іакиноа изъ фамиліи Орсини. Кардиналъ долженъ былъ въ качествѣ папскаго легата отпра- виться въ Испанію, Ценсій Савелли (такъ назывался тогда Гонорій) — сопровождать его. Но у Пенсія не было необхо- димой для поѣздки суммы. Всѣ его попытки занять эту сумму не увѣнчались успѣхомъ. Поздно вечеромъ шелъ онъ домой по пустыннымъ улицамъ Рима. II его, удрученнаго неудачей, посѣтило видѣніе. Предъ нимъ предсталъ старецъ и спросилъ его о причинѣ угнетеннаго состоянія, ясно отражавшагося и на лицѣ, и на всей фигурѣ Пенсія. Послѣдній скрылъ истин- ную причину. Тогда старецъ вѣшалъ ему: «Иди спокойно въ домъ свой: господинъ твой не поѣдетъ въ Испанію». Изумился Ценсій, а старецъ продолжалъ: «это такъ же вѣрно, какъ вѣрно то, что папа Клементъ ПІ умретъ, п твой господинъ будетъ его преемникомъ». Ценсій высказалъ сомнѣнье, а ста- рецъ снова сказалъ ему: «это такъ же вѣрно, какъ и то, что Іерусалимъ находится въ рукахъ невѣрныхъ и не освободится ранѣе того времени, когда ты будешь папой *). Вернувшись до- мой, Пенсій узналъ о томъ, что папа заболѣлъ, а поѣздка Іакинѳа отложена. Скоро Клементъ умеръ, а папою сталъ кар- диналъ Іакинѳъ, принявшій имя Целестина III (1191 —1198). По смерти Целестина папствовалъ Иннокентій III, а его преем- никомъ, какъ уже сказано, сдѣлался Ценсій подъ именемъ Гонорія III. Новый папа сталъ настоятельно требовать, чтобы Фрид- ’) Послѣднее предсказаніе исполнилось лишь отчасти. Ценсій сдѣлался папой, Іерусалимъ перешелъ на время въ руки христіанъ, но не въ папство- ваніе Ценсія-Гонорія, а почти два года спустя послѣ его смерти.
ПАПСТВО И ПОСЛѢДНІЕ ГОГЕНШТАУФЕНЫ. 229 рихъ II, его воспитанникъ, выполнилъ обѣщаніе, торжественно данное имъ во время коронованія германской короною въ Ахенѣ,—отправиться въ крестовый походъ. Фридрихъ отвѣчалъ папѣ письмомъ, въ которомъ подтверждалъ свое обѣщаніе, но высказалъ при этомъ нѣсколько пожеланій. «Чтобы вѣрнѣе достичь этой высокой цѣли,—писалъ Фридрихъ о крестовомъ по- ходѣ — необходимо, чтобы римская курія объявила всѣмъ князьямъ и прелатамъ, принявшимъ крестъ, что наложитъ на нихъ церковное запрещеніе, если они не выступятъ къ Иванову дню: пусть никто не отказывается отъ даннаго обѣта кромѣ тѣхъ, кого мы и князья признаемъ за нужное оставить для охраны королевства; пусть папа прикажетъ, чтобы всѣ пови- новались во время нашего отсутствія тому, крго мы назна- чимъ намѣстникомъ; пусть наложитъ церковное запрещеніе на пфальцграфа Генриха и на весь Брауншвейгъ, если опъ за- медлитъ передачей намъ государственныхъ клейнодовъ». Папа быстро исполнилъ всѣ требованія Фридриха, принялъ всю его семью подъ свое особенное покровительство и даже продолжилъ на шесть мѣсяцевъ срокъ, назначенный для сбора войскъ. Начавшаяся переписка между королемъ и папой продолжалась, но всякій разъ Фридрихъ, рѣшительно очаровавшій папу своими посланіями, находилъ какія-либо новыя препятствія къ осуще- ствленію папской мечты. Такъ, напримѣръ, онъ заявилъ папѣ, что до крестоваго похода необходимо самому ему короноваться императорскою короною и вѣнчать своего сына королевскою. Въ области своихъ личныхъ плановъ Фридрихъ быстро пере- ходилъ отъ слова къ дѣлу. Онъ вѣнчалъ своего сына коро- левскою короною, извѣстивъ объ этомъ папу уже послѣ совер- шенія акта. Папа призналъ сына Фридриха королемъ. Въ ноябрѣ 1220 года Фридрихъ и его жена были коронованы папою въ римскомъ соборѣ св. Петра императорскою короною. По окончаніи мессы новый императоръ клятвенно подтвердилъ свое обѣщаніе совершить крестовый походъ. Тогда епископъ остійскій, кардиналъ Уголино, будущій папа Григорій IX, поднесъ императору крестъ. Вмѣстѣ съ императоромъ возло- жили на себя крестъ многіе князья и прелаты. Но, по окон-
230 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. чаніи торжествъ, Фридрихъ нашелъ новый поводъ къ старому пріему, къ отсрочкѣ крестоноснаго предпріятія. Сперва необхо- димо было, по его мнѣнію, выгнать непокорныхъ сарацинъ, находившихся въ Апуліи и на островѣ Сициліи. Только послѣ этого обѣщалъ онъ отправить на Востокъ большое войско въ мартѣ будущаго года и лично послѣдовать за нимъ въ августѣ. Сдѣлавъ папѣ ничего не стоившія самому ему уступки, импе- раторъ отправился въ свое наслѣдственное королевство, Неаполь и Сицилію. Сроки, назначенные императоромъ прошли, но онъ пе исполнялъ своего клятвеннаго обѣщанія. Въ концѣ ав- густа 1221 года египетскій султанъ отнялъ у христіанъ Да- міетту. Значеніе этого событія такъ объясняется трубадуромъ Ріегоія въ его небольшомъ произведеніи, написанномъ по ад- ресу императора Фридриха. «Императоръ!—восклицаетъ труба- дуръ—Даміетта васъ ждетъ. День и ночь плачетъ ея бѣлая башня и зоветъ къ себѣ вашего орла, котораго прогналъ кор- шунъ. Да и трусъ-же орелъ, котораго побѣждаетъ коршунъ! Слава султана — позоръ для васъ. Не говоря о вашемъ по- зорѣ. это—зло для всѣхъ насъ, это — ущербъ для всего хри- стіанства». Гонорій обратился къ Фридриху съ упрекомъ и приписывалъ несчастіе христіанъ его медлительности. Фрид- рихъ отвѣчалъ, что ему не на что ѣхать, такъ какъ онь сильно истратился на коронацію. Въ повтореніи торжественныхъ обѣ- щаній и въ неизбѣжно слѣдовавшихъ за ними отговоркахъ прошло цѣлыхъ шесть лѣтъ. Фридриху мѣшали, по его за- явленіямъ, то непокорные бароны и прелаты, то возмущеніе сицилійскихъ сарацинъ, то недостатокъ силъ, съ которыми онъ могъ бы выступить, то недостатокъ средствъ. Пользуясь послѣднимъ заявленіемъ, онъ два раза собралъ подати съ духовенства, при чемъ во второй разъ облекъ этотъ сборъ въ форму займа. Эти сборы тѣмъ болѣе заслуживаютъ вниманія, что римская курія рѣшительно возбраняла ихъ даже при са- мыхъ крайнихъ государственныхъ нуждахъ. Между папою Го- норіемъ и Фридрихомъ была цѣлая бездна. Гонорій желклъ крестоваго похода, какъ желали его участники перваго похода, соратники Готфрида Бульонскаго. Онъ былъ въ этомъ отно-
ПАПСТВО и ПОСЛѢДНІЕ ГОГЕНШТАУФЕНЫ. 231 шеніи пламеннымъ энтузіастомъ. Фридрихъ не испытывалъ этого высокаго порыва. Его интересовали судьбы собственныхъ вла- дѣній. Онъ охотно исполнялъ желанія папы только въ тѣхъ случаяхъ, когда усматривалъ въ нихъ очевидную пользу для себя, для своего дѣла, для своихъ государствъ. Папа, желая найти новое побужденіе для Фридриха, предложилъ педавно овдовѣвшему императору вступить въ бракъ съ Іолантой, до- черью іерусалимскаго короля Іоанна, тщетно путешествовав- шаго по Западной Европѣ въ исканіяхъ сильныхъ крестонос- цевъ. Фридрихъ и въ глаза не видалъ Іоланты, но согласился на бракъ съ нею, такъ какъ бракъ этотъ придавалъ новый блескъ его императорской коронѣ и увеличивалъ его пышный титулъ. Въ ноябрѣ 1225 года Фридрихъ женился на Іолантѣ, наслѣдницѣ іерусалимской короны. Въ продолженіе нѣсколькихъ мѣсяцевъ отношенія между Фридрихомъ и красавицей-женою не оста- вляли желать ничего лучшаго: онъ берегъ и лелѣялъ ее. Пре- красными казались также отношенія между зятемъ и тестемъ, такъ что король Іоаннъ выхлопоталъ ему у папы новую, двух- лѣтнюю отсрочку крестоваго похода. Несмотря на это, Фрид- рихъ вѣнчался іерусалимскою короною, принялъ присягу вѣр- ности отъ лицъ свиты короля Іоанна, отправилъ въ Акру амальфптанскаго епископа съ двумя графами и тремя сотнями вопновъ для принятія присяги отъ всего населенія, послалъ туда и своего намѣстника. Но скоро добрыя отношенія, о которыхъ мы говорили, рушились. Фрпдрихъ полюбилъ племянницу ко- роля Іоанна и охладѣлъ къ Іолантѣ. Претендентомъ на іеру- салимскую корону выступилъ племянникъ Іоанна. Вальтеръ Бріенскій. Жену свою Фридрихъ билъ, а Вальтеру собирался отрубить голову. Все это зажгло между Іоанномъ и Фридри- хомъ раздоръ. Папа Гонорій видѣлъ въ этомъ раздорѣ помѣху къ исполненію своего завѣтнаго плана и употребилъ всѣ уси- лія, чтобы дотушить его. Примиреніе враждующихъ п было послѣднимъ дѣломъ добродушнаго Гонорія ПІ. Въ мартѣ 12'27 г. онъ скончался. На папскій престолъ былъ избранъ епископъ остійскій Уголино, принявшій имя Григорія IX (1227—1241). Это былъ
тотъ самый Уголино, который послѣ коронованія Фридриха императорскою короною подалъ ему крестъ. Человѣкъ умный п образованный, онъ славился чистотою своей жизни. Имя Григорія было принято имъ съ опредѣленнымъ намѣреніемъ руководиться въ своей дѣятельности примѣромъ Григорія VII. Несмотря на свой восьмидесятилѣтній возрастъ, онъ сохранилъ въ себѣ и силу ума, и свѣжесть памяти. Вступивъ на престолъ, онъ отправилъ къ Фридриху посла- ніе. въ которомъ сообщалъ о смерти папы Гонорія, о своемъ избраніи, и просилъ императора выполнить данный имъ обѣтъ— отправиться въ св. Землю. Свое безусловно корректное посланіе папа закончилъ рѣшительными строками: «Ты же, любезнѣй- шій сынъ нашъ, повинуйся нашимъ просьбамъ и увѣщаніямъ, чтобы не ввести насъ и себя въ такое затруднительное поло- женіе, изъ котораго намъ трудно было бы вывести тебя, не- смотря на наше желаніе». Одновременно съ этимъ Григорій разослалъ посланія ко всѣмъ архіепископамъ и епископамъ, побуждая ихъ принять всѣ мѣры къ скорѣйшей организаціи крестоваго похода. Въ августѣ Фридрихъ былъ уже въ Бриндизи, гдѣ собра- лись крестоносцы. Собравшееся здѣсь крестоносное воинство находилось въ тяжеломъ положеніи, такъ какъ среди него свирѣпствовала тяжелая эпидемическая болѣзнь. Императоръ посадилъ большую часть крестоносцевъ на суда и отправилъ ихъ въ Палестину. Самъ онъ выѣхалъ лишь 8-го сентября, но 14-го вернулся уже подъ предлогомъ болѣзни обратно. Негодованію Григорія IX не было предѣловъ. Онъ не повѣ- рилъ болѣзни Фридриха и наложилъ на него церковное за- прещеніе. Въ циркулярномъ посланіи къ епископамъ папа от- мѣчаетъ прежде всего бѣдственное состояніе церкви, «ладьи Св. Петра», обуреваемой волнами и угрожаемой чудовищами. Большая часть посланія посвяшена Фридриху. Папа указы- ваетъ на тѣ благодѣянія, которыми онъ былъ обязанъ апостоль- скому престолу, передаетъ всю исторію отношеній между нимъ и Римомъ по вопросу о крестоносномъ предпріятіи, пере- числяетъ обѣщанія, дававшіяся Фридрихомъ и нарушенныя
ПАПСТВО И ПОСЛѢДНІЕ ГОГЕНШТАУФЕНЫ. 233 имъ, и патетически восклицаетъ: «внемлите же и видите, есть ли печаль, равная печали апостольскаго престола, вашей ма- тери, столь жестоко и глубоко поруганной сыномъ, котораго она вскормила, на котораго полагала въ этомъ дѣлѣ всю свою надежду, для котораго скопила столько благодѣяній!» Далѣе папа высказываетъ надежду на то, что въ вожатап христіан- скому воинству найдутся мужи, угодные Богу7, чистые сердцемъ и честные. Фридрихъ, не исполнившій своихъ обязательствъ. Папа Григорій IX. по выраженію папы, «самъ подвелъ себя подъ петлю церков- наго отлученія». Объявляя таковое, папа грозится примѣнить къ Фридриху, если онъ будетъ упорствовать, еще болѣе суро- вую мѣру. «Но мы вѣруемъ — говоритъ онъ въ заключеніи своего посланія — въ милость Господа Бога, не желающаго ничьей гибели, и надѣемся, что эта церковная примочка, при- ложенная къ потемнѣвшимъ глазамъ его разума, дастъ ему возможность увидѣть свѣтъ: да узритъ онъ свою наготу и отстранитъ то безчестіе, въ которое впалъ; да обратится къ
^отггг ПАПГТТѴТ ІІ ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. медику и возвратится къ матери церкви съ должнымъ смире- ніемъ и приличествующимъ удовлетвореніемъ; да воспріиметъ средство къ спасенію. Мы же стремимся спасти императора, а не погубить человѣка, котораго издавна любимъ, когда еще мы были въ меньшемъ чинѣ...» Императоръ Фридрихъ, лВпившійся на водахъ въ Пуццуоли, послалъ къ папѣ пословъ съ извиненіемъ и объясненіемъ при- чинъ, побудившихъ его вернуться. Папа не принялъ пословъ и на духовномъ соборѣ въ Римѣ снова произнесъ надъ нимъ отлученіе, разославъ по всей Западной Европѣ извѣщенія о вторичномъ отлученіи императора отъ церкви. Возмущенный императоръ разослалъ всѣмъ христіанскимъ государямъ Западной Европы посланіе, въ которомъ оправды- вался въ неисполненіи своихъ обѣщаніи своею болѣзнью и рѣши- тельно нападалъ па пороки римской куріи. «Мы умалчиваемъ— взывалъ къ общественному мнѣнію императоръ—о симоніяхъ, о многоразличныхъ и неслыханныхъ въ нашъ вѣкъ поборахъ, кото- рые римскій дворъ налагаетъ на церковныхъ лицъ, объ ихъ ростов- щичествѣ, открытомъ и тайномъ, которое до нихъ не было извѣстно міру, и которое такъ портитъ его; ихъ рѣчи слаще меда и мягче масла... ненасытныя піявки! Они говорятъ, что римская курія—церковь, мать наша и кормилица; а эта курія есть корень и начало всѣхъ золъ; она обращается съ нами не какъ мать, а какъ мачеха, что доказываютъ ея дѣла, хо- рошо всѣмъ извѣстныя... Вотъ нравы римлянъ; вотъ сЬти, разставленныя прелатамъ, въ которыхъ римляне хотятъ ихъ поймать всѣхъ вмѣстѣ и каждаго порознь: выманить у нихъ деньги, поработить свободныхъ, обезпокоить мирныхъ: въ овечьей одеждѣ они по существу своему—хищные волки! Они всюду разсылаютъ легатовъ, имѣющихъ власть отлучать отъ церкви, лишать должностей и наказывать не для того, чтобы сѣять плодотворное сѣмя. т. е. слово Божіе, но чтобы исторгать деньги, собирать и пожинать то, чего никогда не сѣяли! Они расхищаютъ святыя церкви, убѣжища бѣдныхъ, пребыванія святыхъ, выстроенныя нашими благочестивыми и простыми отцами для отдохновенія бѣдныхъ и паломниковъ и для под-
ПАПСТВО И ПОСЛѢДНІЕ ГОГЕНІПТАУФЕНЫ. 235 держки монашествующихъ. Развращенные и безчестные, из- вращающіе смыслъ наукъ притязаютъ теперь въ своей дер- зости на имперіи и королевства! Первоначальная церковь была основана па бѣзности и простотѣ, и тогда-то явились святые, помѣщенные въ спискѣ святыхъ; и никто не можетъ давать ей иныхъ основаніи, кромѣ данныхъ и утвержденныхъ Госпо- домъ Іисусомъ. Да, римская курія, плавающая въ богатствѣ, окруженная богатствомъ, основывающаяся на богатствѣ, за- ставляетъ опасаться, чтобы не упали стѣны римской церкви и чтобы она, лишенная цемента, не разрушилась. И римская курія—то знаетъ Тотъ, предъ Кѣмъ открыты сердца всѣхъ!— несправедливо свирѣпствуетъ противъ насъ, говоря, что мы не желаемъ отплыть въ назначенный срокъ, между тѣмъ какъ мы. кромѣ болѣзни, были удержаны еще неминуемыми и важ- ными дѣлами, касающимися церкви и имперіи, изъ которыхъ на первомъ планѣ была надменность сицилійскихъ мятежни- ковъ: и мы считали неблагоразумнымъ отправляться въ св. Землю, оставляя за собою междоусобную войну: мы походили бы на медика, прикладывающаго припарки, но не вынувшаго изъ раны желѣза...» Посланіе императора, обращенное къ госу- дарямъ, закапчивается латинскимъ стихомъ: 'Гипс Іиа гез эцііиг. рагіез сшп ргохішия апіеі! (Тогда твое дѣло совершается, когда горитъ ближайшая стѣна). Этимъ стихомъ онъ какъ бы призывалъ другихъ правителей къ единенію съ нимъ для совмѣстной борьбы съ папствомъ, такъ какъ опасность со стороны послѣд- няго грозитъ не только ему, но и всѣмъ властителямъ. Папа продолжалъ разсылать повсюду грозныя посланія, направленныя противъ императора. Фридрихъ не оставался въ долгу, но отправилъ посланіе ко всѣмъ крестоносцамъ, въ которомъ выяснялъ отношеніе къ нему куріи за все время его жизни, объявлялъ о своемъ намѣреніи отправиться въ св. Землю въ маѣ 1228 года и назначалъ для окончательнаго разрѣшенія вопроса съѣздъ въ Равеннѣ въ великомъ посту. Въ то жр время онъ прилагалъ старанія къ тому, чтобы папское отлу- ченіе не примѣнялось на самомъ дѣлѣ: требовалъ отъ духов- ныхъ лицъ, чтобы опи не закрывали церквей, но продолжали
236 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. совершать божественныя службы, «составляющія непремѣн- ную основу св. церкви:» ослушникамъ грозилъ секуляризаціей церковныхъ имуществъ. Такъ какъ папа Григорій IX продол- жалъ проклинать императора при всякомъ удобномъ случаѣ, императоръ, возстававшій ранѣе противъ куріи, сталъ дѣйство- вать теперь противъ самой личности папы. Онъ составилъ въ Италіи черезъ своихъ агентовъ сильную антипапскую партію, въ составъ которой вошли представители наиболѣе вліятель- ныхъ аристократическихъ фамилій. Приверженцамъ императора удалось вызвать въ Римѣ цѣлое возстаніе противъ Григорія IX, такъ что послѣднему пришлось даже покинуть «вѣчный го- родъ». Не обладая другими средствами, папа безпрестанно отлучалъ своихъ враговъ отъ церкви, чѣмъ немало содѣйство- валъ ослабленію этого церковнаго наказанія. Несмотря на враждебное отношеніе къ нему папы, Фрид- рихъ усердно готовился къ крестовому походу, денежныя сред- ства для котораго должны были доставить, по его требованію, преимущественно монастыри и церкви. Предположенный пмъ съѣздъ въ Равеннѣ не состоялся, такъ какъ ломбардцы не пропустили сюда германскихъ князей. Но обстоятельство это, равно какъ и перспектива иныхъ осложненій, не остановили императора. Схоронивъ въ апрѣлѣ свою супругу Іоланту, при- нявъ мѣры, тѣсно связанныя съ его отъѣздомъ, онъ объявилъ свое завѣщаніе и въ концѣ іюня мѣсяца отплылъ изъ Италіи въ Сирію. Пополненіемъ своего обѣта онъ не смягчилъ папы. Послѣдній даже запретилъ ему отъѣзжать до снятія съ него отлученія, но Фридрихъ или не зналъ этого, или не обратилъ на папскій запретъ никакого вниманія. Несмотря на дурныя, какъ казалось, предзнаменованія, предшествовавшія отплытію Фридриха на Востокъ, несмотря на многія препятствія, встрѣченныя пмъ здѣсь, несмотря даже на немногочисленныя силы, императору удалось достигнуть дипломатическими переговорами того, чего предшественники его по крестоноснымъ предпріятіямъ не были въ состояніи достигнуть силой «Въ 1229 году—писалъ средневѣковой исто- рикъ Матвѣй Парижскій — Господь Нашъ Іисусъ Христосъ,
ПАПСТВО И ПОСЛѢДНІЕ ГОГЕНШТАУФЕНЫ. 237 Спаситель и Утѣшитель Нашъ во всѣ вѣка, посѣтилъ Своею милостью народъ Свой. Онъ услышалъ мольбы всей церкви и предалъ городъ Іерусалимъ и всю землю, освященную кровью Господа, Сына Божія и Искупителя Нашего, во власть хри- стіанскаго народа, а именно'—во власть римскаго императора Фридриха. Господь Богъ, возвышающій кроткихъ во спасеніе, оказалъ благоволеніе народу Своему; Онъ даровалъ ему по- бѣду надъ врагами, поселивъ раздоръ между сарацинами: въ этотъ годъ султанъ вавилонскій такъ былъ стѣсненъ междо- Императоръ Фридрихъ II. усобными войнами, что долженъ былъ отказаться отъ внѣшней войны и принужденъ былъ заключить съ императоромъ пере- миріе на 10 лѣтъ, возвративъ св. Землю христіанамъ безъ пролитія крови». Совсѣмъ иначе отнесся къ этой дипломати- ческой побѣдѣ папа: онъ объявилъ договоръ святотатствен- нымъ и снова отлучилъ императора отъ церкви. Папа ста- вилъ императору въ вину и то, что, будучи отлученнымъ отъ церкви, онъ вошелъ въ храмъ Гроба Господня, и то, что онъ возложилъ на себя собственными руками передъ «великимъ
^38' СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ^ алтаремъ» корону Іерусалимскаго королевства. Свободное от- ношеніе императора Фридриха къ папскому престолу, равно- душіе къ его громамъ не могли быть одобрены римскою ку- ріей, такъ какъ нарушали ея теорію и могли служить соблаз- номъ для правовѣрныхъ католиковъ. Не могли забыться такъ скоро и тѣ обвиненія, съ которыми императоръ выступалъ противъ нея. Враждебныя отношенія между папой и Фридрихомъ про- должались до 1 сентября 1230 года. Въ этотъ день состоялась пхъ торжественная встрѣча въ г. Ананыі, за которою послѣ- довалъ интимныя обѣдъ. И обѣдъ, и собесѣдованія императора съ папою повторялись еще два дня, послѣ чего они разъѣха- лись, примирившись другъ съ другомъ. Папа заявилъ въ по- сланіи къ ломбардцамъ о томъ, что «Фридрихъ II своимъ сми- реніемъ и подчиненіемъ церкви вполнѣ заслужилъ разрѣшеніе отъ церковнаго отлученія». Ссылаясь на бесѣды свои съ импе- раторомъ въ Ананыі, папа прибавлялъ, что они много и долго говорили о ломбардскомъ вопросѣ, что императоръ обѣщалъ ему ничѣмъ не оскорблять ломбардцевъ, и «поэтому—заклю- чаетъ папа—нынѣ мы всякую обиду, нанесенную вами импе- ратору, будемъ разсматривать, какъ сдѣланную въ личное намъ оскорбленіе». Императоръ, съ своей стороны, обратился къ го- сударямъ съ посланіемъ, извѣщавшимъ ихъ о примиреніи съ па- пою. «Папа принялъ насъ съ сердечнымъ расположеніемъ къ намъ, какъ отецъ, писалъ императоръ. Онъ укрѣпилъ нашъ миръ святымъ поцѣлуемъ. Онъ такъ благосклонно, такъ дру- жески высказалъ намъ свои взгляды и намѣренія, не опуская ничего изъ прошлаго, но каждый вопросъ обсуждая отдѣльно, что мы, хотя насъ многое безпокоило и многое могло при- вести въ негодованіе, облегчили нашу душу этою благосклон- ною бесѣдою: негодованіе наше утихло, такъ что мы не хотимъ вспоминать прошлыхъ несчастій, чтобы тѣмъ полнѣе выста- вить то добро, къ которому привели прошлыя несчастія». Не- чего и говорить о массовой радости, вызванной этимъ прими- реніемъ. Миръ между папой и императоромъ продолжался до весны
ПАПСТВО И ПОСЛѢДНІЕ ГОГЕНШТАУФЕНЫ. 239 1239 года. Неожиданно для всѣхъ, въ то именно время, когда срокъ перемирія между Фридрихомъ и мусульманами только что истекъ, когда необходимо было блюсти полное согласіе, папа торжественно отлучилъ императора отъ церкви и «пре- далъ его сатанѣ на погибель». Послѣднія слова, ранѣе не встрѣчавшіяся въ папскихъ буллахъ и формулахъ отлученія, свидѣтельствуютъ о крайней раздраженности проклинавшаго. Напрасно мы искали бы объясненія ихъ исключительной су- ровости въ какомъ-либо мотивѣ исключительнаго, небывалаго значенія. Мотивомъ выступленія папы на старый путь вражды послужила цѣлая сумма отдѣльныхъ фактовъ, естественно вы- текавшихъ изъ сосуществованія двухъ властей, изъ которыхъ каждая претендовала на всемірное господство. Папа обвинялъ императора въ томъ, что онъ помѣшалъ возстановленію храма въ одномъ мѣстечкѣ, запретилъ учреждать новые приходы въ дру- гихъ мѣстахъ, слишкомъ сурово относился къ клирикамъ, под- бивалъ римлянъ къ враждѣ съ папою, завладѣвалъ церковными имуществами, не возвратилъ нп храмовникамъ, нп госпита- литамъ отнятыхъ у нихъ имуществъ; наиболѣе страннымъ изъ обвиненій было обвиненіе императора въ томъ, что онъ «пре- пятствуетъ дѣлу св. Земли». Папа не коснулся здѣсь того, что его, несомнѣнно, сильно раздражало, — обидъ, которыя импе- раторъ наносилъ его родственникамъ, составлявшимъ предметъ нѣжныхъ заботъ папы. Неосновательно было бы думать, что грозная папская булла встрѣтила однообразное отношеніе, какъ неосновательно представлять себѣ средніе вѣка тысячелѣтней эпохой безпро- свѣтной тьмы. Одни изъ современниковъ безусловно повѣрили въ силу папской буллы. Другіе посмотрѣли на нее совсѣмъ иначе. Этотъ иной взглядъ прекрасно отразился въ слѣдую- щей легендѣ. «Одинъ монахъ доминиканскаго ордена, бывшій въ свитѣ Людовика IX во время его похода въ Палестину,- шелъ однажды по улицамъ Дамаска и увидѣлъ старую жен- щину, которая несла въ правой рукѣ сосудъ съ огнемъ, а въ лѣвой—кувшинъ съ водою. Братъ Ивесъ—такъ звали монаха— спросилъ ее: «что ты хочешь съ этимъ дѣлать?» II она отвѣчала
240 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. ему, что хочетъ огнемъ поджечь рай, а водою потушить адъ, чтобы не существовало болѣе ни того, ни другого. Тогда Ивесъ спросилъ ее: «зачѣмъ ты хочешь это сдѣлать?» «Я хочу, от- вѣчала она, чтобы никто не дѣлалъ добра ради вознагражденія вь раю или изъ страха ада, но чтобы всякій дѣлалъ добро един- ственно ради Божьей благодати, въ которой заключены всякія блага». Люди, исповѣдывавшіе подобные взгляды, не могли, ко- нечно, смущаться отъ папскихъ проклятій. Папа Григорій IX скончался въ 1241 году. Его преемни- комъ, если не считать папствовавшаго 16 дней Целестина IV, былъ Иннокентій IV (1243—1254). Однимъ изъ первыхъ ша- говъ его было новое отлученіе императора отъ церкви. Одинъ изъ парижскихъ священниковъ (церкви 8ѣ Оѳгтаіп ГАихеггоіз) обратился къ народу по поводу новаго проклятія Фридриха II со слѣдующими словами: «Я получилъ приказаніе торжественно произнести папскій приговоръ отлученія отъ церкви импера- тора Фридриха II, при горящихъ свѣчахъ, при колокольномъ звонѣ. Знаю, что между императоромъ и папою существуютъ сильныя недоразумѣнія и непримиримая ненависть, причины которой мнѣ неизвѣстны. Знаю, что одинъ изъ нихъ неправъ передъ другимъ, но кто изъ нихъ правъ, вотъ чего я не знаю. Но, на сколько простирается моя власть, я отлучаю и объ- являю отлученнымъ отъ церкви одного изъ двухъ, т. е. того, который несправедливо оскорбляетъ другого, и разрѣшаю того, который несправедливо страдаетъ». Это прекрасное слово, свидѣтельствуя о наличности свободной мысли и въ средніе вѣка, ярко свидѣтельствуетъ и о тѣхъ послѣдствіяхъ, которыя не- избѣжно вытекали изъ оыірщенія папства и злоупотребленій отлученіями. Въ 1245 году былъ объявленъ церковный соборъ. Зная заранѣе, что соборъ повторитъ папское отлученіе, императоръ рѣ- шилъ не допускать собора ни въ Римѣ, ни въ какомъ-либо изъ дру- гихъ городовъ Европы, находившихся въ болѣе независимомъ положеніи. Повидимому, онъ задумалъ также арестовать папу, но послѣдній предупредилъ исполнителей его плана и бѣжалъ въ г. Ліонъ. Входя въ составъ Священной Римской имперіи, Ліонъ
ПАПСТВО И ПОСЛѢДНІЕ ГОГЕНШТАУФЕНЫ. 241 въ силу особыхъ привилегій былъ независимъ отъ императора. Здѣсь и состоялся церковный соборъ. Онъ открылся торже- ственнымъ богослуженіемъ, которое совершилъ самъ папа, сказавшій по окончаніи его проповѣдь па тему: «О. вы, идущіе по пути, внемлите и видите, есть лп горе, равное тому, ко- торое испытываю я?» Въ своей изящно отдѣланной рѣчи папа сравнилъ, между прочимъ, свои пять печалей съ пятью ра- нами, нанесенными Господу Іисусу Христу. Первая печаль— Папа Иннокентій IV. безчеловѣчные татары, звѣрски опустошающіе христіанскій міръ. Вторая печаль — отпаденіе греческой церкви. Третья—успѣхи новыхъ ересей, особенно въ Ломбардіи. Четвертая — жалкое по- ложеніе святой Земли. Пятая печаль, по словамъ папы, причи- нена ему императоромъ, который вмѣсто того, чтобы защищать церковь, сталъ домашнимъ врагомъ ея, явнымъ гонителемъ намѣстниковъ Божіихъ. Само собою разум Ьѳтся, что папа наиболѣе остановилъ вниманіе своихъ слушателей на своей послѣдней печали. П въ буллѣ своей, изданной послѣ СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 16
242 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПШСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Ліонскаго собора, папа ставитъ Фридриху въ особенную вину заключеніе мира съ султаномъ. Тотъ же самый Матвѣй Па- рижскій, который такъ восторженно привѣтствовалъ пріобрѣ- теніе Фридрихомъ Іерусалима, высказался слѣдующимъ обра- зомъ объ этомъ пресловутомъ договорѣ: «Всего ужаснѣе то, что императоръ во время своего пребыванія въ Палестинѣ за- ключилъ съ султаномъ египетскимъ договоръ о мирѣ или, вѣрнѣе сказать, объ обманѣ, въ силу котораго было позволено произносить день и ночь имя Магомета въ храмѣ Господнемъ». Императору инкриминировалось не только равнодушіе къ обще- христіанскимъ интересамъ, но даже сознательное пренебре- женіе' пми. Его обвиняли въ томъ, что онъ заботился лишь о своихъ выгодахъ, что онъ оставилъ въ мусульманскихъ ру- кахъ храмъ Гроба Господня, что онъ не возвратилъ христіанамъ отнятыхъ у нихъ земель, добившись только возвращенія хра- мовникамъ нѣсколькихъ владѣніи, имъ принадлежавшихъ. Обви- нители императора доходили до увѣренія въ томъ/ что онъ предпочитаетъ сарацинскій законъ христіанской вѣрѣ. До на- шего времени не дошло ни самаго договора императора съ султаномъ, ни полной копіи съ него. Сохранилось лишь 9 раз- розненныхъ пунктовъ въ отчетѣ іерусалимскаго патріарха папѣ Григорію IX, прп чемъ цѣлью отчета было изображеніе не- пристойнаго поведенія императора въ святой Землѣ. Но па- тріархъ былъ непримиримымъ врагомъ императора. Несомнѣнно, что Фридрихъ, предпринимая крестовый походъ, руководился совершенно иными соображеніями, чѣмъ римская курія; онъ не быль ея слугою; цѣли его были политико-экономическаго характера. Несомнѣнна и полная вѣротерпимость императора. И того, и другого было болѣе, чѣмъ достаточно, чтобы заслу- жить непримиримую вражду римской куріи. Спустя около пяти лѣтъ императоръ Фридрихъ заболѣлъ. Чувствуя сильный упадокъ силъ и близящуюся развязку, онъ написалъ да ховное завѣщаніе, въ которомъ каялся по поводу троновъ, нанесенныхъ его войсками церквамъ и монастырямъ Говоря о щедрой раздачѣ завѣщателемъ денегъ и драгоцѣн- ностей сыновьямъ, друзьямъ и приближеннымъ, Матвѣй Париж-
ПАПСТВО И ПОСЛѢДНІЕ ГОГЕНШТАУФЕНЫ. 243 скій прибавляетъ: «и это очень вѣроятно, такъ какъ въ этомъ именно году (1250) пришли къ императору съ Востока, двѣ- надцать верблюдовъ, тяжело навьюченныхъ золотомъ и сере- бромъ. Императоръ былъ другомъ почти всѣхъ восточныхъ сул- тановъ; онъ принималъ большое участіе въ ихъ торговыхъ операціяхъ, такъ что императорскіе купцы доходили частью по землямъ, частью моремъ даже до Инда». Вопреки увѣреніямъ его враговъ, приписывавшихъ ему чуть не отпаденіе отъ хри- стіанства, императоръ умеръ послѣ исповѣди и причащенія, въ одеждѣ цистерціанскаго монаха; при этомъ архіепископъ па- лермскій снялъ съ него отлученіе, наложенное папою Инно- кентіемъ IV. Разсказывая о смерти императора Фридриха II, Матвѣй Парижскій окончательно опредѣляетъ его, какъ «са- маго великаго изъ государей, изумившаго міръ», какъ «прево- сходившаго всѣхъ и поддавшагося только закону смерти». Спустя четыре съ небольшимъ года скончался и папа Инно- кентіи IV. Умеръ папа, но продолжала существовать римская курія, не умерло папство. Слѣдующіе папы, Александръ IV (1254—1261), Урбанъ IV (1261—1264) и Клементъ IV (1265 — 1268), дЬйствовали въ томъ же направленіи. Они прилагали всѣ усилія къ подчиненію папской власти королевства Обѣихъ Сициліи (Сициліи и Неа- поля). Вскорѣ послѣ своего избранія папа Клементъ IV из- далъ буллу, въ которой объявлялъ, что римская церковь имѣетъ полное право распоряжаться судьбами этого государства. Онъ предложилъ корону его брату французскаго короля Людовика Св., Карлу Анжуйскому, при условіи лэнной зависимости отъ пап- скаго престола, хотя во главѣ королевства стоялъ младшій сынъ императора Фридриха II, Манфредъ. Жестокій и безчело- вѣчный Карлъ отозвался на папскій призывъ, вступилъ въ борьбу съ Манфредомъ и разбилъ его войско при Бенѳвентѣ. Манфредъ погибъ въ битвѣ. Старшій сынъ Фридриха II, Кон- радъ IV, погибъ еще въ 1254 году во время удачной борьбы за обладаніе тѣмъ же королевствомъ. Онъ умеръ двадцати шести лѣтъ, оставивъ маленькаго сына Конрадина, послѣдняго представителя династіи Гогенштауфеновъ. столь ненавистной и*
244 СІ’ЕДНЕВЪКОВОЕ П4ПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. папамъ. Въ Германіи водворилось междуцарствіе и сильно да- вала себя чувствовать неразрывно связанная съ нимъ смута. Избранные партіями князей кастильскій король Альфонсъ и, корнуэльскіп принцъ Ричардъ оспаривали свои права на им- перію и каждый изъ нихъ старался склонить папу на свою сторону. Но не въ интересахъ куріи было ни содѣйствовать возстановленію порядка въ Германіи, ни вручить неаполитанскую корону послѣднему Гогенштауфену. Такъ проходили долгіе годы. Когда Конрадину исполнилось 15 лѣтъ, онъ рѣшилъ завла- дѣть своимъ наслѣдствомъ въ Италіи и объявилъ себя королемъ Обѣихъ Сициліи. Въ отвѣтъ на это папа Клементъ IV воспре- тилъ кому бы то нп было признавать его. Не довольствуясь этимь, онъ отлучилъ отъ церкви какъ самого Конрадина, такъ и его сторонниковъ. Конрадинъ между тѣмъ вступилъ со сво- имъ войскомъ въ Римъ, гдѣ населеніе встрѣтило его, какъ императора. Послѣ этого онъ двинулся въ королевство Обѣихъ Сициліи, но потерпѣлъ здѣсь пораженіе. Бѣгство, въ которомъ онъ думалъ найти спасеніе, не удалось. Несчастнаго принца вмѣстѣ съ нЬсколькпми сторонниками его отвели въ неаполи- танскую темницу. Карлъ Анжуйскій образовалъ судебную ком- миссію п предложилъ ей рѣшить участь Конрадина, котораго онъ обвинилъ въ двухъ преступленіяхъ: въ оскорбленіи вели- чества и во враждѣ къ церкви. Въ Г268 году внукъ импера- тора Фридриха II былъ обезглавленъ въ Неаполѣ. Папа вос- претилъ похоронить его трупъ съ соблюденіемъ христіанскихъ обрядовъ. Его просто зарыли на морскомъ берегу. Папство торжествовало побѣду, но побѣда эта не отлича- лась той прочностью, на которую оно разсчитывало. Былъ стертъ съ лица земли ненавистный папству родъ Гогеиштау- феновъ, но не умеръ тотъ духъ, носителями котораго они были. Пзъ всѣхъ папъ, враждовавшихъ съ Фридрихомъ II, главную роль сыгралъ въ судьбѣ императора папа Иннокентій IV. Далеко не всѣ современники этого папы, ново всякомъ случаѣ наилучшіе изъ нпхъ относились къ нему съ осужденіемъ. Отношеніе об- щественнаго мнѣнія къ его дѣятельности отразилось въ слѣ-
ПАПСТВО И ПОСЛѢДНІЕ ГОГЕНШТАУФЕНЫ 245 дующей легендѣ, разсказанной хронистомъ Матвѣемъ Париж- скимъ. Легенда говоритъ, что одному кардиналу приснился та- кой сонъ. Онъ увидѣлъ возсѣдавшаго на великолѣпномъ пре- столѣ Господа. По правую руку отъ него стояла Пресвятая Богородица, по лѣвую — прекраснѣйшая женщина, какъ бы олицетворявшая церковь. Предъ ними стоялъ на колѣпяхъ папа Иннокентій IV, умолявшій о милости. Прекраснѣйшая женщина обратилась къ Господу съ обвиненіями, напранлен- Послѣдніе Гогенштауфены — Конрадъ IV и Конрадиігь. ными противъ папы. «Всеправедныи Судія! сказала она. Учини судъ праведный! Я обвиняю раба Твоего въ трехъ пре- ступленіяхъ. Во-первыхъ, когда Ты учредилъ на землѣ церковь, Ты даровалъ еи особыя вольности: онъ же сдѣлалъ изъ церкви позорнѣйшую рабу. Во-вторыхъ, церковь основана ради спа- сенія грѣшника, т. е. ради стяжанія души несчастнаго: онъ же обратилъ церковь въ мѣняльную лавку. Въ-третьихъ, церковь основана на твердой вѣрѣ, справедливости и истинѣ: опъ же
246 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. поколебалъ нравы и вѣру, уничтожилъ справедливость, затем- нилъ истину. Учини же судъ праведный по моимъ обвиненіямъ!» II отошла въ сторону. Тогда сказалъ Господь, обращаясь къ папѣ: «ступай п по заслугамъ твоимъ получи воздаяніе!» II папа получилъ. Когда кардиналъ проснулся, онъ весь дрожалъ: ужасный приговоръ испугалъ его. Онъ сталъ кричать и долго не могъ придти въ себя. Сбѣжавшіеся на крикъ сочли его за помѣшаннаго. Высшая ступень могущества папской власти и начало ея упадка. Папа Бонифацій ѴШ. Iапство одолѣло имперію. Ближайшіе преемники Гогенштау- феновъ уже не ведутъ борьбы съ папами. Императоръ 'ер Рудольфъ Габсбургскій формулировалъ новое положеніе дѣлъ слѣдующими словами: «Римъ—логовище льва; всѣ слѣды указываютъ на то, что въ него входятъ, но я не вижу слѣ- довъ. которые показали бы, что изъ него выходятъ». Папство одолѣло имперію, но оно пользовалось въ борьбѣ своей съ нею такими средствами и на столько отошло отъ своего первообраза, что паденіе его стало неизбѣжнымъ. Для достиженія своихъ цѣлей папы прибѣгали къ чисто мірскимъ пріемамъ. Для достиженія тѣхъ же цѣлей, внушаемыхъ по преимуществу политическими соображеніями, они пользовались и средствами духовными. Изъ личной вражды они налагали отлученія, проповѣцывалп противъ своихъ личныхъ враговъ на- стоящіе крестовые походы, сулили за кровь своихъ противни- ковъ отпущеніе грѣховъ и блаженство рая. Во имя вѣры, основаніемъ которой служитъ любовь, они освящали вражду и ненависть, жестокость и месть. Папа Бонифаціи VIII отка- зался въ 1299 году утвердить императора Альбрехта въ его санѣ только изъ-за того, что онъ былъ женатъ на сестрѣ не- счастнаго Конрадина. Въ современныхъ мемуарахъ приводятся и слова, будто бы сказанныя папою по этому поводу: «Да не будетъ ему утвержденія, пока жива Іезавель!» Подъ Іезавелью
ВЫСШАЯ СТУПЕНЬ МОГУЩЕСТВА. 247 онъ разумѣлъ жену Альбрехта, злостно называя ее именемъ извѣстной своимъ нечестіемъ израильской царицы, гнавшей пророковъ и погибшей мучительною и позорною смертью. Папство видимо вырождалось. Пресловутый «даръ Констан- тина» оказался гибельнымъ для него. Идеалъ «града Божія» былъ разбитъ въ обломки. Гоняясь за мірскими цѣлями, папство безсознательно рабо- тало надъ собственнымъ своимъ униженіемъ. Папа, недоволь- ный духовнымъ супрематомъ, господствомъ надъ душами и совѣстью христіанъ, стремился къ мірскому владычеству, хо- тѣлъ замѣнить императора въ Германіи и Италіи, подчинить себѣ всѣхъ другихъ королей европейскихъ: ему хотѣлось земной, осязательной власти, съ большими матеріальными средствами, богатымъ доходомъ и множествомъ личныхъ выгодъ. Господ- ствуя надъ душами, онъ хотѣлъ имѣть въ своихъ рукахъ и тѣла, и физическую силу, и сокровища христіанскаго міра. По, стремясь къ такой цѣли, папы приходили къ внутреннему противорѣчію съ существомъ своей власти. Они достигли свѣт- ской власти, но пріобрѣтеніе это неизбѣжно влекло за собою постоянную утрату духовнаго авторитета и умаленіе нрав- ственнаго вліянія папства па общество. Еще Дайте вложилъ въ уста, своего собесѣдника Марка слѣдующія знаменательныя слова: „Всѣмъ объяви теперь, что церковь Рима, Двѣ власти разныя въ себѣ смѣшавъ, Упала въ грязь, а съ ней и діадима“ 2). «Современники—писалъ Вызиыскій — могли теперь видѣть во главѣ (западнаго) христіанства личное честолюбіе; любо- >) Чистилище, пѣснь XVI, ст. 127—129. Мы привели это мѣсто по пере- воду Дмитрія Мина, какъ наиболѣе точному. Переводъ Минаева слишкомъ отступаетъ отъ подлинника, не передаетъ ни лапидарности еі'О слога, ни его колорита. Въ подлинникѣ приведенное нами въ переводѣ мѣсто читается такъ: Ма оі'ь'ішаі сііе Іа сЬіева <1і Вота, Рег сопГошІеге іп ее бпе ге^ітепіі, Сасіе пеі Гап^о, е ве Ьгиііа, е Іа вота.
248 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. стяжаніе, жадность, эгоизмъ, коварство; въ рукахъ его—мірскія, низкія средства. Мірскою сдѣлалась рука, мірскимъ должно было сдѣлаться и сердце. Мало того: самое небо теперь стало служить землѣ, духовные интересы—свѣтскимъ, теократическія формы сдѣлались средствомъ для свѣтскихъ предпріятій. При- ношеніями (всѣхъ) пародовъ содержалось великолѣпіе папскаго двора п его войско, духовная власть стала средствомъ къ под- чиненію королей и народовъ. Вездѣ мірскія цѣли стали на. первомъ планѣ: казалось, папа забылъ о своей высокой ду- ховной роли и добровольно отъ нея отказывался. И онъ дол- женъ былъ забыть, ибо не стало болѣе того, кто постоянно напоминалъ папѣ объ его настоящемъ назначеніи, не стало императора. Пока папы имѣли въ его лицѣ могучаго сопер- ника, который могъ располагать въ борьбѣ съ ними значи- тельными матеріальными средствами, до тѣхъ поръ они удер- живали себя на надлежащей высотѣ... Императоръ былъ по- стояннымъ стимуломъ для папы. — Но, когда не стало болѣе этого стимула, великая роль папства окончилась... Не разбирая средствъ, жертвуя духовными интересами ради свѣтскихъ, папство достигло огромной власти. Но власть эта не имѣла никакихъ твердыхъ основъ: она не коренилась уже въ общемъ убѣжденіи, не имѣла за собою, какъ прежде, голоса народовъ, не внушала уже прежняго благоговѣнія. Въ нравственномъ отношеніи она ничѣмъ не отличалась отъ другихъ земныхъ властей, по характеру своему совсѣмъ не стояла выше ихъ и ничѣмъ не могла уже оправдать своихъ притязаній на все- мірное господство. Народы начинали сознавать, что «намѣст- никъ Христа» на землѣ злоупотребляетъ своимъ положеніемъ, прикрывая именемъ вѣры мірскія, человѣческія, эгоистическія цѣли. Съ негодованіемъ видѣли народы, какъ ихъ кровью оку- палось свѣтское владычество папы, какъ ихъ приношеніями и жертвами поддерживался блескъ папскаго престола. Тяжелое сомнѣніе легло на всеобщее сознаніе, сомнѣніе въ законности такой власти, которая требовала такъ много п въ замѣну не давала ничего?». Чисто мірскія цѣли папства и характеръ дѣйствій римской
ВЫСШАЯ СТУПЕНЬ МОГУЩЕСТВА. 249 куріц не могли не вызвать извѣстныхъ послѣдствій, неблаго- пріятныхъ папству. Мы разумѣемъ здѣсь прежде всего тѣ рѣзкія обвиненія христіанскаго Рнма, которыя начались съ XI в. и зарождались въ средѣ самого духовенства. Въ этихъ обвиненіяхъ нетрудно уловить вполнѣ опредѣленную мысль. Новый Римъ измѣнилъ идеаламъ христіанства и воплотилъ въ себѣ, какъ роковое наслѣдство, пороки Рима языческаго. Такія отзывавшія языческою стариной и слишкомъ свѣтскія наименованія, какъ «римская курія» пли оффиціальное прозваніе папскихъ лега- товъ «проконсулами» невольно наталкивали на мысль, столь отчетливо выступающую въ обвиненіяхъ, поводъ къ которымъ подавалъ христіанскій Римъ. Въ 1152 году св. Бернардъ писалъ папѣ: «Твои легатъ ходилъ отъ народа къ народу, пзъ одного королевства въ другое, повсюду оставляя ужасные слѣды своего пребыванія. Онъ святотатствовалъ въ храмахъ, начавъ съ под- ножій Альповъ и Германіи и кончая предѣлами Франціи и Нормандіи, совершая постыдныя дѣла: опъ грабилъ святыя мѣста, которыя посѣщалъ, и заставлялъ своихъ помощниковъ брать выкупъ съ тѣхъ, которыхъ не могъ посѣтить самъ. По- всюду слышится одинъ крикъ; на него жалуются — и бѣлое духовенство, и черное, и бѣдняки, и богачи: онъ сталъ притчею въ школахъ, княжескихъ замкахъ и на распутіяхъ». Эти слова св. Бернарда напоминаютъ рѣчь Цицерона противъ классиче- скаго грабителя Берреса. Кстати сказать, они какъ нельзя лучше свидѣтельствуютъ о существованіи и вь средніе вѣка той силы, которая называется общественнымъ мнѣніемъ. Ле- гатъ, столь ярко изображенный въ письмѣ св. Бернарда, не былъ единственнымъ въ своемъ родѣ. Въ одной монастырской хроникѣ, писанной въ Германіи, читаемъ слѣдующія строки: «Радуйся. Римъ, наша мать! воть открываются цѣлые водопады земныхъ сокровищъ: по направленію къ тебѣ несутся цѣлыя рѣки золота, цѣлые потоки серебра. Радуйся человѣческимъ беззаконіямъ: ты собираешь плоды ихъ. Радуйся раздору: онъ вырвался изъ бездны адскихъ глубинъ, чтобы помочь тебѣ со- бирать сокровища. Ты обладаешь теперь всѣмъ, чѣмъ жаждалъ всегда обладать: воспой веселую пѣснь: ты побѣдилъ землю
250 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. злобой людскою, но не благочестіемъ. Всѣхъ людей влечетъ къ тебѣ не набожность, не чистая совѣсть, а тѣ преступленія, которыя совершаютъ они, и то разрѣшеніе, которое получаютъ отъ тебя за деньги». Данте, передавая въ своей «Божественной Комедіи» фан- тастическій разговоръ съ папою Николаемъ III, говоритъ: „Быть можетъ, былъ я дерзокъ, говоря Такія рѣчи съ укоризной злою, Но я сказалъ: „Спаситель Нашъ, даря Ключи Петру, какой къ тому казною Подвергнутъ былъ п требовалъ чего? Повѣрь, не болѣ, какъ: иди за Мною! А Петръ и тѣ, кто вмѣсто одного Погибшаго въ санъ выбрали Матнея, Сребра-ль иль злата ждали оть него? Для сішонистовъ поэтъ придумалъ ужасную казнь. Они стояли ногами вверхъ; головы ихъ были погружены въ узкія отверстія, ноги торчали, начиная съ икръ, а подошвы ихъ не- престанно обжигались негасимымъ пламенемъ. Намекая на эту казпь, поэтъ продолжаетъ: И если бъ я не уважалъ ключей, Которыми, облекшись въ санъ высокій, Ты въ свѣтлой жизни властвовалъ, злодѣй, — Я-бъ посильнѣй здѣсь высказалъ упреки; Вашъ алчный духъ всѣмъ въ мірѣ омерзѣлъ, Тонча добро п вознося пороки 1)“... Петрарка въ ужасѣ восклицалъ: «Золото открываетъ небо. Но что я говорю? Христа продаютъ за золото». Причина упадка папской власти заключалась прежде всего въ вырожденіи папства, въ измѣнѣ его высокимъ идеаламъ «града Божьяго». Власть, сила и богатства могутъ быть и могучимъ средствомъ и заманчивою цѣлью. То, что было сред- ствомъ, теперь становилось и даже стало цѣлью. Сознавали это и терзались этимъ сравнительно немногіе, избранные. Массы ') Вож. Комедія, и. XIX, ет. 88—105. •
ВЫСШАЯ СТУПЕНЬ МОГУЩЕСТВА. 251 удовольствовались бы культомъ. Но въ періодъ могущества папской власти выросли и сплотились націи, главные враги папства, учрежденія космополитическаго. Сами не сознавая того, что дѣлаютъ, папы не разъ поддерживали чисто націо- нальныя стремленія, лишь бы сразить своихъ ненавистныхъ враговъ въ лицѣ императоровъ и королей. Если бы папство проявляло свою дѣятельность исключительно въ сферѣ духа, если бы оно удержалось на высотѣ древняго идеала, если бы оно не прельстилось благами міра сего, оно могло бы со- хранить свой авторитетъ и въ позднѣйшую пору. Но папство, вмѣшивавшееся во внутреннюю жизнь народовъ и государствъ, оскорблявшее и пароды, и государей, было тѣмъ самымъ об- речено на паденіе. Если папамъ удалось сокрушить Гогенпітау- феновъ и до поры до времени проявлять свою силу въ такъ на- зываемой Священной Римской имперіи, объясняется это и слабостью верховной власти въ Германіи, и утопичностью ея стремленій, и національною разрозненностью и кристаллизаціей феодализма, выразившагося въ формы сильныхъ и почти не- зависимыхъ отъ имперіи княжествъ. Не то было во Франціи. •Здѣсь власть облеклась въ ясно опредѣлившіяся внѣшнія формы и направляла свою дѣятельность къ реально осуществимымъ цѣлямъ. Она опиралась на силы народа. Борьба папства съ подобною властью грозила ему пораженіемъ, но, несмотря на это, папство ринулось въ эту безнадежную борьбу. Борьба эта неразрывно связана съ именемъ папы Бонифація VIII (1294—1303). Кардиналъ Бенедетто Каетани (Вепесіеііо Саѳіапі), приняв- шій имя Бонифація VIII, имѣлъ во время своего избранія на папскій престолъ 76 лѣтъ отъ роду. Онъ обладалъ красивою и величественною наружностью и былъ бодръ не по лѣтамъ. Отлично образованный человѣкъ, докторъ гражданскаго и цер- ковнаго правъ, Бонифацій былъ каноникомъ въ Парижѣ и Ліонѣ, исполнялъ въ Римѣ обязанности папскаго адвоката и нотаріуса. Папа Мартинъ ГѴ возвелъ его въ кардинальскій санъ, а Николай IV сдѣлалъ его папскимъ легатомъ. Бони- фацій обладалъ большимъ служебнымъ опытомъ и по харак-
252 средневѣковое папство п его представители. теру своему скорѣе годился для свѣтской власти, чѣмъ для духовной. Ему были совершенно чужды тѣ черты, которыя характеризовали папъ-отшельниковъ, папъ-аскетовъ, пли не- давняго сравнительно папу Иннокентія III. Предмѣстникъ Бо- нифація VIII, добровольно отказавшійся отъ папской власти послѣ восьмимѣсячнаго правленія, папа Целестинъ V былъ отшельникомъ по самой своей природѣ: разговорамъ съ дѣль- цами куріи онъ предпочиталъ трогательныя бесѣды съ птичкой, летавшей надъ нимъ, съ облачкомъ или распускающимся цвѣт- комъ; избранный въ папы, онъ скромно въѣхалъ въ «вѣчный городъ» на ослѣ. Не таковъ былъ Бонифацій. Онъ былъ крайне властолюбивъ, любилъ торжества и помпу. Шумными и тор- жественными были его въѣзды въ родной городокъ Ананьи и въ городъ Римъ. Въ послѣднемъ его встрѣчала знатная моло- дежь, устроившая въ честь его прибытія конскіе бѣга: духо- венство сопровождало его съ пѣніемъ и ѳиміамомъ. Послѣ вѣнчанія тіарой Бонифацій ѣхалъ, сопровождаемый кавалька- дой, верхомъ па лошади, при чемъ лошадь его вели съ двухъ сторонъ подъ устцы короли сицилійскій и венгерскій. Тѣ же короли съ коронами на головахъ служили ему на торжествен- номъ обѣдѣ, устроенномъ въ день его вѣнчанія. Новый папа страшно дорожилъ доставшеюся ем) властью. Опасаясь, какъ бы Целестинъ V не вздумалъ вернуться па папскій престолъ, онъ приказалъ арестовать его и, не обративъ никакого вниманія на колѣнопреклоненныя просьбы его о раз- рѣшеніи жить въ скромной келейкѣ въ качествѣ простого инока, заключилъ его въ темницу въ кампанскомъ замкѣ Фумоне. гдѣ несчастнаго сторожили шесть рыцарей и тридцать воиновъ, □то не помѣшало, однако, Бонифацію устроить почившему черезъ десять мѣсяцевъ Целестину великолѣпныя похороны, объявить его Святымъ и установить день его ежегоднаго чество- ванія. Когда кардиналы Яковъ и Петръ Колонны объявили Бонифацію, что не могутъ признать его законнымъ папою, онъ пе только лишилъ ихъ кардинальскаго достоинства, но отлучилъ ихъ и все ихъ семейство отъ церкви, проклялъ по- томковъ этого знаменитаго рода, наложилъ арестъ на его имѣнія
ВЫСШАЯ СТУПЕНЬ МОГУЩЕСТВА. 253 п срылъ принадлежавшіе фамиліи Колонновъ дворцы. Къ участію въ этой борьбѣ чисто личнаго характера онъ призывалъ все христіанство, какъ будто рѣчь шла о крестоносномъ предпріятіи, объ отвоеваніи у невѣрныхъ всехрпстіанской святыни. Въ вѣкъ наивысшаго проявленія папскаго властолюбія на престолѣ папскомъ утвердился прирожденный властолюбецъ. Онъ принималъ посольство императора Альбрехта, сидя на тронѣ, одѣтый въ императорское облаченіе. Вотъ въ какихъ Папа Бонифацій VIII. выраженіяхъ разсказываетъ объ этомъ одинъ изъ современни- ковъ: «II сидя на тронѣ, вооруженный и опоясанный мечомъ, съ діадемой императора Константина на головѣ, сжавъ правою рукою рукоятку опоясаннаго меча, онъ сказалъ: «Развѣ я пе верховный первосвященникъ? Развѣ моя каоедра не принад- лежала Св. Петру? Развѣ я не могу считать себя опекуномъ надъ правами имперіи? Я самъ — Цезарь, я самъ—императоръ». Какъ прирожденный властолюбецъ, Бонифаціи VIII былъ
75 1 СРЕДНЕВѢКОВОЕ П1ПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. замѣчательнымъ выразителемъ того направленія, котораго дер- жалось папство, навсегда порвавшее свою связь съ древними идеалами. Разсуждая строго логически, Бонифацій довелъ уна- слѣдованную имъ доктрину до крайнихъ предѣловъ. Свои воз- зрѣнія на папскую власть онъ высказалъ въ своихъ буллахъ. Въ буллѣ «Сіегісіз Іаісоз» онъ запрі щалъ мірянамъ требовать и получать субсидіи отъ духовенства, а духовенству запрещалъ уплачивать что-либо мірянамъ безъ особаго папскаго разрѣ- шенія. За нарушеніе этого предписанія онъ грозилъ отлуче- ніемъ отъ церкви и мірянамъ, и лицамъ духовнымъ. «Въ буллѣ «Ап.чспИа, ГІИ» онъ говорилъ: «Господь, налагая на насъ обя- занности апостольскаго служенія, поставилъ насъ выше ко- ролей и императоровъ для того, чтобы мы отъ Его имени вы- рывали съ корнемъ и уничтожали зло, созидали и насаждали добро». Если булла «ІІпат 8апсіат> и въ самомъ дѣлѣ под- ложна, какъ йолагаютъ нѣкоторые ученые, она во всякомъ случаѣ правдоподобна, такъ какъ вполнѣ согласуется и съ ученіемъ о папской власти, и съ личнымъ характеромъ Бони- фація VIII. «Есть два меча,—говорится въ ней—мечъ духов- ный и мечъ свѣтскій; оба они принадлежатъ церкви: одинъ изъ нихъ держитъ церковь руками папы, другой она держитъ руками королей, пока папы этого желаютъ или допускаютъ это. Одинъ изъ этихъ мечей долженъ быть подвластенъ дру- гому7, а именно — свѣтскій духовному. Если свѣтская власть совращается съ пути, она должна подлежать суду духовной власти. Поэтому мы объявляемъ и постановляемъ, что всякое человѣческое существо подчинено римскому первосвященнику». Правда, французскій король Филиппъ Красивый не отличался нравственною чистоплотностью и съ этой стороны нуждался въ напоминаніяхъ о христіанской морали. Но не на словахъ пап- ской буллы о добрѣ и злѣ приходится ставить логическое уда- реніе. Не коснуться этой стороны папа не могъ. Вѣдь, не могъ же онъ оффиціально требовать подчиненія, основываясь на своемъ желаніи подчинить римскому престолу всѣхъ и все' На первый планъ въ буллахъ Бонифація выступаетъ все то же властолюбіе какъ римской куріи, такъ и самою папы.
255 ВЫСШАЯ СТУПЕНЬ МОГУЩЕСТВА. Французскій король Фитиппъ IV’ Красивый. (Изъ книги Лея ѵгаіз рогігаііе йез гоіз Де Ггапсе, а Раня, 1636
256 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Столкновеніе властолюбиваго Бонифація съ французскимъ королемъ Филиппомъ IV Красивымъ, повлекшее за собою не- выгодныя для папства послѣдствія, произошло по поводу во- проса о правѣ государства облагать податьмп духовенство своей территоріи. Конечно, вопросъ этотъ не былъ причиною борьбы, имѣвшеп свои глубокія причины, нами уже выясненныя, но все-же онъ сыгралъ въ этой борьбѣ видную роль. Каковъ пастырь, таковы и пасомые. Французское духовенство было убѣждено въ томъ, что оно представляетъ собою часть корпо- раціи, лишь отчасти соприкасающуюся съ государствомъ, что самая корпорація, независимо отъ государственныхъ территорій, существуя сама по себѣ, представляетъ какое-то космополити- ческое сообщество. Духовенство смотрѣло на свое дѣло, какъ на дѣло высшее всѣхъ государственныхъ дѣлъ, вмѣстѣ взятыхъ. Оно ставило себя выше государства, выше всякихъ его нормъ. Оно требовало для себя корпоративныхъ привилегій, такъ какъ считало своею космополитическою столицей Римъ и своимъ государемъ папу. Духовенство не только объясняло свои тре- бованія соображеніями теоретическаго характера, но и ссыла- лось на цѣлый рядъ привилегій, уже полученныхъ имъ отъ французскихъ королей предшествующаго времени. Оно не от- казывалось при этомъ содѣйствовать матеріальною помощью дѣлу мира и порядка, но при условіи добровольныхъ взносовъ (<1оп дгаіиіі), но отнюдь не обязательной подати, которая при- низила бы его до положенія того или другого изъ обществен- ныхъ слоевъ, составляющихъ населеніе французской территоріи. Съ такою точкой зрѣнія никакъ не могли согласиться ни король, ни его вѣрные юристы. Они смотрѣли ва духовенство по отношенію къ податному вопросу, какъ на одно изъ суще- ствующихъ въ государствѣ сословій. Вѣдь, то же духовенство не преминетъ стать подъ защиту государства въ случаѣ какой- либо опасности. Вѣдь, оно нуждается въ охранѣ и защитѣ го- сударства даже въ своихъ собственныхъ дѣлахъ, какъ напри- мѣръ, въ случаѣ борьбы съ ересью. Вѣдь, въ послѣднемъ слу- чаѣ, оно непремѣнно обратится къ' государству, безъ котораго обойтись не можетъ.
ВЫСШАЯ СТА ПЕНЬ МОГУЩЕСТВА. 257 Духовенство не ограничивалось податною сферою. Оно требовало для своихъ сочленовъ неподсудности существующимъ въ государствѣ судебнымъ установленіямъ. Клирикъ, совер- шившій преступленіе, подлежалъ, но мнѣнію духовенства, прежде всего суду духовному. Если духовная власть найдетъ необходимымъ лишить его духовнаго сана и лишитъ такового, тогда и только тогда онъ можетъ быть подвергнутъ суду госу- дарственному. Если же духовная власть, найдя смягчающія вину обстоятельства, оправдаетъ виновнаго, государственное правосудіе не имѣетъ права посягать на него. При этомъ не- обходимо имѣть въ виду, что подъ тѣмъ же словомъ «клирикъ» скрывалось въ средніе вѣка широкое понятіе. Клириками на- зывались тогда не только священнослужители, не только лица духовныя, но и великое множество свѣтскихъ людей, по тѣмъ или другимъ причинамъ вошедшихъ въ составъ духовнаго со- словія. Вспомнимъ, что и у насъ въ древней Руси въ составъ церковнаго общества входили свѣтскіе люди, напримѣръ, изгои. На Западѣ же низшая степень духовнаго званія (иподіакон- ство) давалась множеству свѣтскихъ людей, стремившихся къ этому званію исключительно ради тѣхъ привилегій, которыми пользовались лица духовнаго званія. Такимъ образомъ масса людей была изъята изъ сферы компетенціи государственныхъ судовъ. Съ другой стороны, сфера дѣятельности духовныхъ судовъ была въ ту пору значительно шире, чѣмъ въ послѣ- дующее время, такъ какъ имъ подлежали дѣла брачныя, се- мейныя, дѣла о завѣщаніяхъ, дареніяхъ и клятвопресту- пленіяхъ. Когда Филиппъ Красивый, нуждаясь въ средствахъ на военныя издержки, обложилъ податью французское духовенство, Бонифацій направилъ противъ короля свою знаменитую буллу «Сіегісіз Іаісоз». «Всегда свѣтскіе люди — говоритъ онъ въ ней—были враждебны духовнымъ; вражда ярко обнаруживается теперь; не довольствуясь своею собственною властью, они по- сягаютъ теперь на права духовенства, хотя сами не имѣютъ никакой власти ни надъ имуществомъ, ни надъ людьми церкви». Далѣе папа отлучалъ отъ церкви «всѣхъ клириковъ, которые СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО. 17
25Я СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. уступили бы хоть часть своихъ доходовъ безъ папскаго по- зволенія, а равно всѣхъ королей, князей, должностныхъ лицъ и иныхъ, которые наложили бы или потребовали подати». Въ той части буллы, гдѣ идетъ рѣчь объ иммунитетѣ духовенства, папа не сказалъ ничего новаго, но повторилъ постановленіе Латеранскаго собора, происходившаго въ 1215 году. Тамъ же, гдѣ Бонифацій коснулся исконной враждебности свѣтскихъ лицъ по отношенію къ духовнымъ, онъ допустилъ грубую передержку Король отвѣчалъ папѣ, выражаясь суровымъ языкомъ окру- жавшихъ его лѳгистовъ, слѣдующимъ образомъ: «Свѣтское об- щество существовало уже въ то время, когда не было кли- риковъ. До возникновенія церкви короли Франціи уже стояли на стражѣ интересовъ своего государства и властно управляли имъ... Что желаетъ сказать папа, противопоставляя клириковъ свѣтскимъ лицамъ? Развѣ церковь состоитъ изъ однихъ духов- ныхъ лицъ? Развѣ Іисусъ Христосъ умеръ только за клири- ковъ?.. И при чемъ тутъ насильственно попранныя вольности церкви? Развѣ вольности церкви могутъ помѣшать королю при- нимать мѣры, необходимыя для защиты своего государства? Іисусъ Христосъ сказалъ: «воздадите кесарево кесареви», а намѣстникъ Іисуса Христа запрещаетъ платить подать кесарю... Клирики—такіе-же члены государства, какъ и свѣтскія лица. Нелѣпо освобождать ихъ отъ споспѣшествованія ему и въ то же время позволять имъ мотать церковныя деньги на шутовство, пиры и другіе пустяки въ ущербъ бѣднякамъ, которыхъ они должны были бы кормить»... Сопоставляя взгляды и той, и другой стороны, мы видимъ, что между обѣими сторонами было принципіальное и притомъ непримиримое противорѣчіе. Папа понялъ, съ кѣмъ имѣетъ дѣло, и пошелъ на нѣкоторыя уступки. Опъ разрѣшилъ королю Филиппу взимать съ французскаго духовенства десятину въ продолженіе трехъ лѣтъ, обѣщалъ содѣйствовать возведенію на германскій престолъ его брата Карла Валуа и канонизировалъ его дѣда Людовика IX Разсчитывая на прочность соглашенія, Филиппъ представилъ на третейское рѣшеніе папы свое не-
ВЫСШАЯ СТУПЕНЬ МОПЩЕСТВА. 259 согласіе съ англійскимъ королемъ. Но папа пожелалъ играть роль судьи. Установившіяся, было, мирныя отношенія быстро разрушились. Бонифацій направлялъ противъ Филиппа буллу за буллой. «Безчисленныя жалобы — писалъ онъ — приходятъ къ нему на обиды, несправедливости и притѣсненія, которыя галликанская церковь терпитъ отъ короля. Пэры, графы, знать, коммуны, города обращаются къ папѣ съ тѣми же жалобами*. Не довольствуясь буллами, папа созвалъ французское духовен- ство въ Римъ. На этомъ соборѣ былъ поднятъ вопросъ «о преобразованіи французскаго королевства и его короля, чтооы исправить былыя злоупотребленія и установить хорошее пра- вленіе». Папа не скрылъ этого отъ Филиппа, но писалъ ему: «Выслушай, сынъ мой, (Аизспііа, Гііі) слова нѣжнаго отца... Богъ поставилъ насъ, хотя мы и недостойны того, надъ ко- ролями и королевствами и наложилъ на насъ ярмо апостоль- скаго служенія, чтобы вырывать, уничтожать, разсѣевать, со- зидать и насаждать во имя Его... Бойся думать, что надъ тобою нѣтъ высшаго и что ты не подчиненъ главѣ католиче- ской іерархіи: кто Д) маетъ такъ, тотъ безумецъ, а кто упорно поддерживаетъ его, тотъ — невѣрный, отлученный отъ стада добраго пастыря. Любовь, которую я питаю къ тебѣ, не позво- ляетъ мнѣ скрывать отъ тебя убѣжденіе въ томъ, что ты при- тѣсняешь своихъ подданныхъ... Часто я отвращалъ тебя отъ этого, но безъ пользы». Перечисливъ жалобы и высказавъ рядъ упрековъ, папа продолжалъ: «Радѣя о твоемъ спасеніи и желая блага народу, который дорогъ мнѣ, я созываю предъ лицо свое архіепископовъ, епископовъ, аббатовъ, докторовъ богословія, чтобы побесѣдовать съ ними о преобразованіи твоего государства». Ко всему этому папа присоединилъ за- явленіе, что король обязанъ явиться на соборъ лично или прислать своего представителя, въ противномъ случаѣ соборъ состоится и въ отсутствіе ихъ. Получивъ буллу, кополь приказалъ сжечь ее и оповѣстилъ о сожженіи буллы при трубныхъ звукахъ. Какъ бы въ отвѣтъ на созывъ папою собора, король созвалъ генеральные штаты. «Папа — сказалъ имъ король — заявилъ, что я подчиненъ ему 17*
260 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. въ своемъ правленіи п получилъ свою корону отъ него. Не довольствуясь этимъ страннымъ, новымъ, неслыханнымъ за- явленіемъ, онъ желаетъ перейти отъ словъ къ дѣлу; онъ по- требовали къ себѣ прелатовъ моего королевства, чтобы испра- вить злоупотребленія и тотъ вредъ, который я наношу церкви, сеньорамъ и пароду... Если церковь стЬснена, если она экс- плуатируется и попирается, дѣлается это римскою куріей, и злоупотребленія ея растутъ, все болѣе и болѣе увеличиваясь, при Бонифаціи VIII». Король говорилъ далѣе, что не можетъ терпѣть этого безъ потери своей чести и своихъ правъ. Въ заключеніе онъ просилъ совѣта и помощи <для сохраненія древней свободы и возстановленія (въ надлежащемъ видѣ) ко- ролевства и галликанской церкви». Бароны и горожане, еди- нодушно воздавъ королю хвалу и благодарность, объявили, что, «они скорѣе готовы отказаться отъ своихъ имѣній и отъ самихъ себя, страдать и испытывать муки даже до смерти, чѣмъ терпѣть папскія притязанія, даже въ томъ случаѣ, если бы король пожелалъ выносить ихъ». Бароны не удовольство- вались своимъ заявленіемъ въ собраніи генеральныхъ шта- товъ, но отправили грамоту соотвѣтственнаго содержанія въ коллегію кардиналовъ. Національное воодушевленіе прояви- лось съ такою силою, что французское духовенство отправило къ папѣ посланіе съ просьбою о возстановленіи былого еди- ненія церкви съ государствомъ и объ отмѣнѣ собора. Просьба духовенства обусловливалась, повидимому, его неловкимъ и даже опаснымъ положеніемъ. «Свѣтскія лица—писали папѣ кли- рики — избѣгаютъ нашего общества; онп удаляютъ насъ изъ своихъ собраній и обществъ, какъ будто мы были виновны въ измѣнѣ: они пренебрегаютъ церковными запрещеніями; раз- рывъ съ церковью неминуемъ.» Соборъ все-таки состоялся. Королю предстояло отлученіе отъ церкви. Папа вознамѣрился даже низложить его. Но ко- роль принялъ мѣры, чтобы низложивъ папу. Тогда и на со- браніи прелатовъ и бароновъ, и на собраніи генеральныхъ шта- товъ посыпался на папу рядъ обвиненій. Въ обвинительномъ актѣ было 29 пунктовъ. Парижскій университетъ сразу и
ВЫСШАЯ СТУПЕНЬ МОГУЩЕСТВА. 261 рѣшительно принялъ сторону короля. Онъ заявилъ, что Іисусъ Христосъ никогда не хотѣлъ пользоваться свѣтскою властью, что Онъ вручилъ апостолу Петру чисто духовную власть, что папы не могутъ имѣть большей власти, чѣмъ та которую имѣлъ Христосъ и апостолы. Въ заявленіи университета отра- Папа Бонифацій ѴШ и злѣйшій врагъ его Колонна. зилось и національное самосознаніе французовъ. Сторонники папы заявили, что императоры получали свою власть отъ пап- скаго престола, хотя были владыками всего свѣта. Универси- тетъ отвѣчалъ, что ему совершенно неизвѣстно, какія отноше- нія существовали между императорами и папскимъ престоломъ,
262 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. по что французскіе короли никогда не были вассалами импе- раторовъ и не получали своихъ коровъ отъ римскаго перво- < вишенника. Дѣло не ограничилось одними словами. Уполномоченный королемъ легистъ Ногаре, направился въ Италію, поселился во Флоренціи и началъ здѣсь ковать заговоръ противъ папы. Нала между тѣмъ переѣхалъ изъ Рима въ свой родной горо- докъ Ананыі. Заговорщики проникли сюда и вошли въ городъ съ криками: «да здравствуетъ король Франціи!» Папа, узнав- шій, въ чемъ дѣло, одѣлся въ папское облаченіе, надѣлъ на голову тіару, взялъ въ руки крестъ и ключи и, сидя на пап- скомъ престолѣ, ожидалъ враговъ, къ которымъ присоедини- лись и жители Ананыі. Одинъ пзъ злѣйшихъ враговъ папы, Джакопо Колонна, вошелъ первымъ и обратился къ папѣ съ оскорбительными словами. Вошедшій за нимъ Ногаре потре- бовалъ отъ папы пли созыва собора, или сложенія папскаго сана. Папа отвѣчалъ, что предпочтетъ смерть отреченію. Впо- слѣдствіи сложилась легенда, что папѣ было нанесено при этомъ личное оскорбленіе. Но сущность дѣла не въ томъ, дана ли была папѣ пощечина или нѣтъ. Хотя жители Ананьи и перешли на сторону Бонифація и спасли его отъ враговъ, онъ, какъ папа, потерпѣлъ рѣшительное пораженіе. Вернув- шись въ Римъ, онъ засталъ въ «вѣчномъ городѣ» полную анархію, справиться съ которою уже не имѣлъ силъ. Бодраго и гордаго старца сразу сломило несчастіе. Черезъ нѣсколько дней Бонифація не стало. Преемникъ Бонифація VIII, Бенедиктъ XI, человѣкъ крот- кій и миролюбивый, примирился съ Филиппомъ. Но въ дѣлѣ, этомъ сыграли преимущественную роль совершившіяся собы- тія. Новый папа былъ очевидцемъ бурныхъ сценъ въ Ананьи и понялъ, на чьей сторонѣ сила. Бенедиктъ пробылъ папою недолго, всего восемь мѣсяцевъ. Ходили, повидимому, небез- основательные слухи объ его насильственной смерти, виновни- ками которой называли все тѣхъ-же враговъ—Ногаре и Ко- лонну. Подосланный ими въ папскую резиденцію Перуджію молодой человѣкъ, наряженный въ женское платье, проникъ
АВИНЬОНСКІЕ ПАПЫ И «ВЕЛИКІЙ РАСКОЛЪ». 263 къ папѣ и вручилъ ему отъ имени аббатиссы монастыря во имя св. Петрониллы серебряный сосудъ съ прекрасными винными ягодами. Папа, отвѣдавъ одну изъ нихъ, внезапно заболѣлъ, послѣ чего вскорѣ скончался. Послѣ кончины Бенедикта XI папская каѳедра пустовала около одиннадцати мѣсяцевъ. Въ Перуджіи, куда съѣхались на конклавъ кардиналы, цѣлыхъ девять мѣсяцевъ шла борьба между итальянскимъ и французскимъ вліяніями, между фа- миліями Каетани и Колонна. Французское вліяніе одержало верхъ, и на папскій престолъ былъ возведенъ архіепископъ бордосскій Бертранъ де Го, принявшій имя Клемента V. Но- вый папа (1305—1314) не могъ поселиться не только въ Римѣ, но и въ Италіи вообще, въ виду тревожнаго настроенія итальянцевъ. Резиденціей своей онъ выбралъ городъ Авиньонъ. Авиньонскіе папы и „великій расколъ". Д о нашего времени дошла легенда о томъ, что король Фи- ду-Ь липпъ Красивый и папа Клементъ V заключили между V собою какой то таинственный договоръ въ лѣсу у Сенъ- Жанъ д’Анжелп. Легенда говоритъ, что король потребовалъ отъ папы за свое покровительство ему исполненія шести тай- ныхъ и ужасныхъ условій. Въ легендѣ этой отразилась дѣй- ствительность, заключавшаяся въ томъ, что между королемъ и папою на самомъ дѣлѣ происходили какіе-то переговоры, и совмѣстно вырабатывались какія-то условія. Болѣе, чѣмъ вѣ- роятно, что папа обязывался этими условіями смотрѣть сквозь пальцы на одни поступки короля и помогать ему въ другихъ. Король не примирился съ покойнымъ Бонифаціемъ п про- должалъ борьбу съ нимъ, какъ будто бы онъ еще оставался въ живыхъ. Отъ этого времени дошла до насъ «челобитная фран- цузскаго народа противъ Бонифація» (Бііррііцие сіи реиріе <1е Егапсе сопіге Вопіі’асе). Эта челобитная была отвѣтомъ на буллу умершаго папы «Бпат Вапсіаиі». Въ этомъ оригинальномъ памятникѣ еще разѣ высказывается мысль о свободной коро-
264 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. левской власти во Франціи. Король не признаетъ въ предѣ- лахъ своей власти никакого повелителя кромѣ Бога. Папа Бонифацій, посягая на власть французскаго короля, совершилъ смертный грѣхъ. «Когда Богъ Отецъ создалъ небо и четыре стихіи, когда Онъ создалъ Адама и Еву, Онъ сказалъ имъ и потомкамъ ихъ: «то, что попираетъ нога ваша, будетъ вамъ» г). Этими словами Онъ хотѣлъ сказать, чтобы каждый человѣкъ былъ господиномъ той земли, которую занимаетъ... Сыновья Адама раздѣлили между собою землю и были ея сеньорами въ продолженіе трехъ тысячъ лѣтъ и болѣе, до Мельхиседека, который первый былъ священникомъ и королемъ, но онъ не былъ господиномъ всей земли, и ему повиновались скорѣе, какъ королю, чѣмъ какъ священнику. Посл ѣ его смерти прошло много времени, шесть тысячъ лѣтъ и болѣе, и не было ни- какого другого (подобнаго) священника. Далѣе челобитная го- воритъ, что у евреевъ первосвященникъ никогда не обладалъ свѣтскою властью, что, напротивъ, въ предѣлахъ свѣтской власти онъ подчинялся царямъ. Затѣмъ онъ переходитъ къ Новому Завѣту. «Іисусъ Христосъ былъ Верховнымъ Перво- священникомъ. и нигдѣ не написано, чтобы онъ обладалъ земною властью. Если Іисусъ Христосъ сказалъ св. Петру: «что ты свяжешь на землѣ, будетъ связано на небѣ», такъ эти слова имѣли исключительно духовное значеніе. Мерзкое дѣло, ересь—распространять ихъ, какъ сдѣлалъ Бонифацій, на свѣтскую власть». Заключается этотъ историческій документъ пожеланіемъ, чтобы король ради сохраненія своей независимой власти повелѣлъ осудить Бонифація, какъ еретика». Судебный процессъ, направленный противъ умершаго папы, происходилъ въ 1310 году. Тутъ были пущены въ ходъ и старые, п новые документы, и различныя свидѣтельскія пока- занія. Были отправлены комиссары даже въ Италію, чтобы опросить свидѣтелей, не могшихъ прибыть на судъ вслѣдствіе старости или болѣзни. На Бонифація возводились самыя не- вѣроятныя преступленія; его обвиняли чуть-ли не въ сноше- *) Въ Библіи: „и наполните землю, и господствуйте ею“.
АВИНЬОНСКІЕ ПАПЫ И «ВЕЛИКІЙ РАСКОЛЪ». 265 ніяхъ съ сатаною; ему приписывались грѣхи жителей Содома и Гоморры. По всѣмъ вѣроятіямъ, негласнымъ вдохновителемъ свидѣтелей былъ все тотъ же Ногаре. Память папы была очернена до невѣроятной степени. Папство унижено. Однако, несмотря на желаніе Филиппа, покойный папа не былъ при- знанъ еретикомъ. Зато дѣйствія Филиппа были признаны, вопреки истинѣ, добросовѣстными. Про обвинителей судъ вы- Віеннскій соборъ при иаиѣ Клементѣ V (миніатюра XVI в.І. сказался въ томъ смыслѣ, что они слишкомъ увлекались ре- лигіознымъ рвеніемъ. Буллой Клемента «Вех §1огіа мНпіііпі» все было прощено и предано забвенью. Въ припискѣ къ буллѣ было сказано о помилованіи Ногаре и Колонны. Происхо- дившій въ 1311 году Віеннскій соборъ подтвердилъ судебное постановленіе. На этомъ же соборѣ, подчиняясь настойчивымъ требованіямъ Филиппа, Клементъ V объявилъ уничтоженнымъ рыцарскій орденъ Храмовниковъ. Прикрываясь знаменемъ религіи, король Филиппъ достигъ, уничтожая орденъ, осуіце-
266 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. ствленія своихъ фискальныхъ цѣлей, не имѣющихъ ничего общаго ни съ нравственностью, ни съ религіей. Начиная съ Клемента V, резиденціей папъ сталъ г. Авиньонъ. вскорЬ купленный ими и сдѣлавшійся ихъ собственностью. Они не жили такимъ образомъ на территоріи ни французскаго, ни какого-либо иного короля или правителя. Почти семидесяти- лѣтнее пребываніе папъ въ г. Авиньонѣ стало, съ легкой руки итальянцевъ, называться «семидесятилѣтнимъ вавилонскимъ плѣ- неніемъ папъ» и даже «церкви». Съ послѣднимъ опредѣленіемъ мы никоимъ образомъ не можемъ согласиться, не вступая сами съ собою во внутреннее противорѣчіе. Но и первое опредѣ- леніе эпохи въ исторіи папства оказывается не вполнѣ соот- вѣтствующимъ дѣйствительности. Никакого плѣненія на самомъ дѣлѣ не было. Клементъ V п его преемники жили въ отлично укрѣпленномъ Авиньонѣ по топ причинѣ, что жить въ немъ было гораздо безопаснѣе, чѣмъ въ тогдашней Италіи, гдѣ происходили непрерывныя и кровавыя междо- усобія. Лучшимъ доказательствомъ послѣдняго можетъ служить посланіе папы Іоанна XXII, ближайшаго преемника Кле- мепта V, отправленное пмъ въ Италію и обращенное ко всѣмъ маркизамъ, графамъ, баронамъ, сеньорамъ, подестамъ и капи- танамъ, къ коммунамъ и корпораціямъ и ко всѣмъ обитате- лямъ Ломбардіи, Тревпзанской мархіи, Венеціанской респу- блики, патріархатовъ Градо и Аквплеи и архіепископства Ге- нуэзскаго. «Свѣдѣнія о бѣдствіяхъ, постигшихъ ваши города и страны,—писалъ папа—дошлп до нашего слуха; мы узнали о безчисленномъ множествѣ золъ, которыя пришлось вытер- пѣть имъ не только отъ иностранцевъ, ведущихъ тамъ войну, но и отъ тѣхъ, болѣе чѣмъ гражданскихъ войнъ, которыя ведутъ другъ противъ друга братья и родственники, попирая ногами своими всѣ законы природы. Дома поднялись противъ домовъ и общины противъ общинъ, и населеніе ихъ раздѣли- лось на враждебныя партіи; послѣдствіями этого являются развалины, опустошенія, пожары, потеря имуществъ, опасность для душъ... Чтобы исполнить тотъ отеческій долгъ, который возлагаетъ на меня Св. Писаніе, я заклинаю васъ, мои воз-
АВИНЬОНСКІЕ ПАПЫ И «ВЕЛИКІЙ РАСКОЛЪ». 267 любленныя дѣти, хранить твердо въ памяти своей, что подоб- ные эксцессы оскорбляютъ Господа Бога, наносятъ ущербъ ближнему, стираютъ съ лица земли невинныхъ, а порою на- влекаютъ справедливое наказаніе на виновныхъ. Виновники этихъ преступленіи, возмутители общественнаго порядка по- гибаютъ лютою смертью, или въ лучшемъ случаѣ, подвергаются изгнанію, лишаются всего своего имущества за то, что желали завладѣть богатствами и правами, принадлежавшими другому лицу. Но что всего прискорбнѣе — къ несчастіямъ отдѣльныхъ лицъ присоединяются общественныя бѣдствія. Беззаконія отдѣль- ныхъ лицъ становятся беззаконіями всѣхъ, и кара постигаетъ всѣхъ: партіи, оспаривая власть, истощаютъ свои силы; и между тѣмъ, какъ согласіе способствуетъ росту и благополучію даже самыхъ незначительныхъ вещей, самыя крупныя гибнутъ, когда налагаетъ на нихъ руку раздоръ. Такъ раздѣляется на отдѣль- ные члены Христосъ, слава Котораго состоитъ въ томъ, что Онъ объединилъ все раздѣленное, Онъ — справедливый Судія, могучій и терпѣливый; онъ воздастъ гордымъ то, что они за- служили. Если они не обратятся къ раскаянію, ихъ ожидаютъ адскій огонь, мракъ кромѣшній, вѣчный плачъ и скрежетъ зубовъ. Вотъ почему мы убѣждаемъ васъ, наши возлюблен- нѣйшія чада, убѣждаемъ Кровью безпорочнаго Агнца, Іисуса Христа Господа Нашего, молившагося на крестѣ за враговъ своихъ, убѣждаемъ васъ забросить далеко отъ себя убійствен- ное оружіе, снять съ себя ненависть вмѣстѣ съ копьями, уничтожить свои враждебные союзы и соединить воли ваши въ совершенный аккордъ искренней любви». Это краснорѣчи- вое посланіе, свидѣтельствующее о бурныхъ смутахъ въ Италіи, не оказало никакого дѣйствія на возлюбленнѣйшпхъ чадъ вы- сокаго автора. Италія не могла дать мирнаго убѣжища като- лическому первосвященнику. Во время борьбы Іоанна XXII съ императоромъ Людовикомъ Баварскимъ римляне не разъ отправляли къ папѣ пословъ съ приглашеніемъ переѣхать въ исконную резиденцію папъ, но папа уклонялся подъ пред- логомъ неотложной необходимости пребывать изъ-за дѣлъ въ Авиньонѣ. Такимъ образомъ то, что называется «плѣне-
268 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО П ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. кіемъ» справедливѣе было бы назвать эмиграціей, такъ какъ не существовало не только внѣшнихъ, но и внутреннихъ признаковъ плѣненія. Въ извѣстной зависимости отъ французскаго короля стоялъ папа Клементъ V, но сказать то же самое объ остальныхъ авиньонскихъ папахъ безъ явной натяжки нельзя. Пребываніе папъ въ ближайшемъ сосѣдствѣ съ тогдашней Франціей спо- собствовало, конечно, извѣстному сближенію папъ съ ея ко- ролями. II тѣхъ, и другихъ связывали сверхъ того общіе интересы. Ослабленіе Германіи, ослабленіе итальянскихъ ги- беллиновъ входили въ интересы п папъ, и королей Франціи. Оставивъ въ покоѣ Францію, оставаясь въ Авиньонѣ, но ни- когда не покидая мысли о возвращеніи при благопріятныхъ обстоятельствахъ въ Римъ, папы стали дѣйствовать противъ императоровъ. Папы дѣйствовали такъ не потому, что ихь политикой руководили французскіе короли, а по той причинъ, что борьба съ императорами была наслѣдственною политикой папства. Духъ папства оставался тѣмъ же. Трое авиньонскихъ папъ (Іоаннъ XXII, Бенедиктъ XII и Клементъ VI) вели послѣдова- тельную и упорную борьбу съ императоромъ Людовикомъ Ба- варскимъ. Первое столкновеніе между Людовикомъ и Іоан- номъ XXII произошло изъ-за того, что Людовикъ послалъ помощь отлученному папою отъ церкви Висконти. Въ октябрѣ 1314 года пять курфюрстовъ выбрали Людовика Баварскаго на германскій престолъ. Остальные два курфюрста подали свои голоса за Фридриха Австрійскаго. Изъ-за этого разногласія въ коллегіи курфюрстовъ возникла между обоими избранниками война, продолжавшаяся цѣлыхъ восемь лѣтъ. Вскорѣ послѣ окончанія этой войны меледу соперниками состоялось полное примиреніе, при чемъ Людовикъ самъ предложилъ Фридриху оспаривавшуюся корону при условіи, если папа дастъ на это свое согласіе. Но папа Іоаннъ XXII рѣшительно высказался противъ обоихъ кандидатовъ, выставивъ своего—только что вступившаго на французскій престолъ, третьяго сына Филиппа Красиваго, Карла IV. Когда папа сталъ совмѣстно съ Іоан-
ЛВИНЪОНСКІІ ПАПЫ И «ВЕЛИКІЙ РАСКОЛЪ». 269 номъ Богемскимъ ’) склонять курфюрстовъ къ избранію Карла, Людовикъ бросилъ папѣ обвиненіе въ томъ, что онъ сопротивлялся волѣ Божіей, такъ какъ старался потушить одно изъ двухъ великихъ свѣтилъ, поставленныхъ Богомъ, чтобы озарять весь щръ. «Разрушать имперію—писалъ Лю- довикъ—значитъ вносить неурядицу въ нѣдра самой церкви, значитъ сѣять сѣмена ересей и раздоровъ.» Не довольствуясь протестомъ, Людовикъ прибылъ въ Италію, короновался въ послѣдній день мая 1327 года въ Миланѣ итальянскою коро- ною, а въ январѣ слѣдующаго года вступилъ въ Римъ. Мѵро- помазаніе было совершено двумя архіепископами, арльскимъ и венеціанскимъ, отлученными папою отъ церкви. Импера- торская корона была поднесена городскими синдиками и гла- вою ихъ — извѣстнымъ Колонною. Затѣмъ Людовикъ объявилъ низложеннымъ папу Іоанна XXII, «того, — по его словамъ— кто называлъ себя папою Іоанномъ, а въ сущности былъ ни- кѣмъ инымъ, какъ нечестивцемъ и еретикомъ, жаждавшимъ обогащенія». Поставленный Людовикомъ подъ именемъ Нико- лая V антипапа вторично совершилъ надъ нимъ обрядъ коро- нованія. Всѣ эти поступки Людовика напоминали рѣшитель- ный образъ дѣйствій Гогенштауфеновъ. но самъ онъ не похо- дилъ на нпхъ, такъ какъ былъ слабохарактеренъ и непостояненъ и короновался императорскою короной главнымъ образомъ только потому, что папа отказалъ ему въ коронѣ. Не получая необходимой помощи, онъ безъ успѣха и не безъ затрудненій вернулся въ Германію. Смерть Іоанна XXII, не примирившагося съ Людовикомъ, казалось, должна была улучшить его положеніе, но такого улучшенія не послѣдовало, хотя новый папа Бенедиктъ XII обладалъ характеромъ миролюбивымъ. Дѣло въ томъ, что Лю- довикъ кинулся въ новую авантюру. Онъ заключилъ противъ французскаго короля Филиппа VI Валуа союзъ съ его вра- гомъ, англійскимъ королемъ Эдуардомъ III, поднялъ противъ Франціи фламаидпевъ и обѣщанъ признать Эдуарда королемъ 1) Карлъ IV былъ женатъ на сестрѣ Іоанна Богемскаго.
270 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. Франціи. Эдуардъ III, въ свою очередь, обѣщалъ Людовику примирить его съ папою. Бенедиктъ XII изъявилъ принципіальное согласіе на при- миреніе, но тогда выступили со своимъ знаменитымъ протес- томъ нѣмецкіе князья. Непрестанныя вмѣшательства папъ во внутреннюю жизнь Германіи и ростъ общественнаго мнѣнія сдѣлали свое дѣло и въ этой странѣ. Гогенштауфены сошли въ могилы, но духъ ихъ не умеръ. Князья рѣшили поддер-1 жать Людовика, но воспользоваться для этого своими собствен- ными силами, а не помощью со стороны. Они подписали въ іюлѣ 1338 года соглашеніе курфюрстовъ (Кпгѵегеіп), въ кото- ромъ заключалось слѣдующее положеніе: «кто былъ закон- нымъ путемъ избранъ большинствомъ курфюрстовъ, тотъ дол- женъ считаться настоящимъ и законнымъ нѣмецкимъ королемъ, не нуждаясь въ папскомъ утвержденіи...» Рейхстагъ, происхо- дившій вскорѣ послѣ этого во Франкфуртѣ, пошелъ еще дальше: онъ объявилъ образъ дѣйствій римской куріи по отношенію къ Людовику незаконнымъ, объявилъ папское отлученіе не- дѣйствительнымъ и постановилъ рѣшеніе, что единогласной подачи голосовъ курфюрстами достаточно для полученія ихъ кандидатомъ титула не только германскаго короля, но и рим- скаго императора. Единодушіе князей, дѣйствовавшихъ вполнѣ благопріятно для Людовика, не пошло ему въ прокъ. Поверхностный, без- вольный, корыстолюбивый, несправедливый и омрачившій свою дѣятельность цѣлымъ рядомъ насильственныхъ поступковъ, Людовикъ скоро оттолкнулъ отъ себя князей. Тогда онъ объ- явилъ о сложеніи съ себя императорскаго титула и обратился къ папѣ Клементу VI съ униженной просьбою о снятіи отлу- ченія отъ церкви. Въ отвѣтъ на это Клементъ VI подвергъ его повторному торжественному отлученію. Три духовныхъ курфюрста, герцогъ саксонскій и король богемскій избрали королемъ и императоромъ кандидата паны, сына Іоанна Богем- скаго, Карла, вступившаго на престолъ подъ именемъ Карла IV. Отъ новыхъ осложненій избавила Германію вскорѣ послѣдо- вавшая внезапная кончина Людовика. Папскій избранникъ
АВИНЬОНСКІЕ ПАПЫ И «ВЕЛИКІЙ РАСКОЛЪ». 271 оказался правителемъ, вполнѣ подходящимъ для папства, такъ какъ совершенно отказался отъ всякихъ химерическихъ стре- мленій къ созданію всемірной имперіи. Такимъ образомъ авиньонскіе папы не походили по своей дѣятельности на плѣнниковъ. Направленіе ихъ дѣятельности совпадало съ интересами Франціи, но изъ этого нельзя дѣ- лать тѣхъ выводовъ, которые дѣлались когда-то. Авиньонскихъ папъ называли «вассалами» французскихъ королей. Историкъ Лоранъ (Ьаигепі) называлъ ихъ даже «рабами» французскихъ королей ’). Одинъ изъ нашихъ старыхъ историковъ (Вызин- скій) писалъ, что авиньонскіе папы предприняли ожесточен- ную борьбу съ германскими государями «не по личному по- бужденію, не въ своемъ интересѣ, даже противъ воли». То же самое высказывается по привычкѣ и теперь. Мы уже въ достаточной степени выяснили, что борьба эта была какъ бы «наслѣдственной», что таковы были традиціи римской куріи, что борьба эта была какъ бы рецидивомъ старой болѣзни, которою было одержимо папство. Было бы достойно удивленія, если бы авиньонскіе папы оставили безъ всякаго вниманія происходившія въ Германіи междоусобія, тогда какъ до сихъ поръ папство такъ чутко реагировало на нихъ. Авиньон- скіе папы не упускали изъ виду и другую традиціонную за- дачу папства — подчиненіе Восточной церкви римскимъ перво- священникамъ. Папа Иннокентій VI (1352—1362) отправилъ въ Византію своего легата, которому поручилъ утвердить императора Іоанна Палеолога въ его намѣреніи подчинить Восточную церковь папѣ. Онъ же посылалъ деньги и суда съ хлѣбомъ въ Смирну. Съ самаго начала авиньонскіе папы пользовались г. Авиньо- номъ, какъ своею собственностью. Въ 1348 году папа Кле- ментъ VI купилъ его за 80.000 флориновъ у неаполитанской королевы Іоанны II, бывшей графинею Прованса. Не думаемъ, чтобы покупка эта знаменовала собою рѣшеніе Клемента VI х) Въ подтвержденіе правильности своего опредѣленія Лоранъ ссылается на фразу источника, относящуюся только къ папѣ Клементх V.
272 СРЕДНЕВѢКОВОЕ ПАПСТВО И ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ. навсегда связать папство съ этимъ городомъ. Можетъ быть, это было вызвано тою нуждою въ деньгахъ, которую испыты- вала въ это время упомянутая королева. Во всякомъ случаѣ и при Клементѣ VI не порывались связи папства съ Римомъ. Явившееся къ этому папѣ торжественное посольство изъ Италіи просило его принять титулъ сенатора и капитана г. Рима, поскорѣе вернуться въ Римъ п сократить столѣтній срокъ, установленный Бонифаціемъ VIII для церковныхъ юби- леевъ, столь выгодныхъ папству и Риму, на половину. Предло- женіе титуловъ папа принялъ безпрекословно, на предложеніе о переѣздѣ въ Римъ не отвѣтилъ категорическимъ отказомъ, но указалъ на неудобство даннаго момента, наконецъ -— охотно исполнилъ послѣднюю просьбу, издавъ по этому поводу буллу «Гпірепііиз». «Единородный Сынъ Божіи пріобрѣлъ для насъ неисчерпаемую сокровищницу заслугъ, къ которымъ присоеди- нились еще заслуги Пресвятой Дѣвы и всѣхъ святыхъ, и пре- доставилъ распоряженіе этимъ сокровищемъ св. Петру и его преемникамъ». На этомъ основаніи — говорится далѣе въ буллѣ—папа Бонифацій VIII постановилъ, чтобы всѣ посѣтив- шіе въ 1300 и слѣдующихъ сотенныхъ годахъ въ продолженіе извѣстнаго числа дней римскія церквп св. Петра и св. Павла, получали отпущеніе всѣхъ своихъ грѣховъ. «Мы разсудили,— продолжаетъ папа—что въ законѣ Моисеевомъ, для духовнаго выполненія котораго приходилъ Іисусъ Христосъ, пятидесятый годъ былъ годомъ юбилейнымъ и срокомъ отпущенія долговъ. Мы приняли во вниманіе короткую продолжительность чело- вѣческой жизни—вѣдь, немногіе изъ людей доживаютъ до ста лѣтъ—и, желая, чтобы возможно большее число людей поль- зовалось ощущеніемъ грѣховъ, мы даруемъ это отпущеніе всѣмъ вѣрнымъ, которые, истинно покаясь п исповѣдавъ грѣхи свои, будутъ посѣщать церкви св. Павла п св. Іоанна Латеранскаго въ 1350 году п въ слѣдующее время по прошествіи каждыхъ пятидесяти лѣтъ». Когда англійскій король Эдуардъ III письменно просилъ Клемента VI предоставить англійскимъ капитуламъ право сво- бодныхъ выборовъ съ устраненіемъ папскихъ назначеній
АВИНЬОНСКІЕ ПАПЫ И «ВЕЛИКІЙ РАСКОЛЪ». 273 авиньонскія папа отвѣчалъ ему: «Кажется, ты думаешь, что твоимъ парламентамъ дозволено распоряжаться тѣмъ, что ка- сается сбереженій и запасовъ церкви, что распоряженія свя- тѣйшаго престола зависятъ отъ твоей воли, и что ты можешь по своему желанію ограничивать рго могущество. Твоимъ со- вѣтникамъ должны быть извѣстны каноническія наказанія, по- стигающія тѣхъ, кто устанавливаетъ правила, предосудительныя въ смыслѣ посягновенія на свободу церкви. Не апостолы даже, но Самъ Господь даровалъ римской церкви пер