71
Главная улица в Рочестере - место
действия последнего романа
Диккенса «Тайна Эдвина Друд»
2
11
16
21
30
38
44
Человек укрощает океан
К. Л. Болц
Авиапионый салон в
Фарнборо 1978
Артур Рид
Красные стрелы
Майкл Скарлетт
Кеннет Макмиллан,
балетмейстер Королевского
балета
Чарльз Спенсер
Музеи под открытым небом
Роберт Лестер
Британская демократия:
Роль омбудсменов
Джеффри Смит
Мода: Детская одежда
Джин Скроуги
ГА Доверие (Рассказ)
Линн Рид Бэнкс
64 По Великобритании: Край
Диккенса
Боб Смайт
72
85
90
98
105
Ботанический сад в Кью
Рассел Туиск
Спорт: Скачки
Роджер Кин
Издательство Оксфордского
университета
Филлип Хауард
Новые открытия в ветеринар-
ной науке
Джон Ныоуэлл
Заметки и наблюдения
| 1 С Understanding English
A A Hilary Rees-Parnall
I
В 1976 году Международное
агентство по вопросам энергетики,
в которое входит 19 стран-членов,
обратилось к Великобритании с
просьбой взять на себя основное
бремя исследовательских работ по
использованию энергии морских
волн. Правительственное управление
по вопросам энергетики выделило
значительные средства на эти цели
и, если результаты
исследовательских работ
окажутся обнадеживающими,
ассигнования на программу будут
ежегодно пересматриваться.
К. Л. Болц рассказывает об
экспериментах, проводящихся в
этой области.
Всему этому предшествовала исто-
рия, связанная с изобретательской
деятельностью и примерами упор-
ной решимости и энтузиазма.
Побудительной причиной этих пои-
сков было растущее сознание того,
что человечество нуждается в допол-
нительных источниках энергии,
способных поддерживать жизнь
людей на нынешнем уровне. Эти
дополнительные источники энергии
могут быть в виде электрической
энергии (самом удобном виде энер-
гии, применяющемся повсюду,
начиная с освещения и приготовле-
ния пищи до приведения в движение
транспортных средств и различных
механизмов), механической или
тепловой энергии. Ёсе прогрессив-
ное развитие человечества, начиная
с примитивных условий жизни в
каменном веке, зависело от воз-
можности получить больше энергии,
чем может дать человеку его соб-
ственное тело.
Открытие того, что пар может
служить источником большего ко-
личества непрерывно получаемой
и контролируемой энергии, привело
к промышленной революции восем-
надцатого века. Веком позже уче-
ный Майкл Фарадей, работавший
в Лондонском королевском инсти-
туте, продемонстрировал возмож-
ность получения электрической энер-
гии при движении магнитов. В
наше время пар приводит в движе-
ние огромные генераторы, дающие
электрический ток, которым пользу-
ются повсеместно благодаря про-
тянутым тысячам километров мед-
ных проводов энергосистем.
Но в этом есть своя проблема,
которая понудила человечество за-
няться поисками новых источников
энергии. Ибо дело сводится к тому,
что для получения пара используют
уголь, нефть или в весьма незначи-
тельных количествах уран, а все эти
виды горючего относятся к разряду
ископаемых и добыча их из-под
земли не может продолжаться до
бесконечности. Эти виды горючих
ископаемых не возобновляются (за

применяемого в ядерных реакторах
И	на быстрых нейтронах. Но серийное
2
производство таких реакторов еше
не начато). Вот это-то вызывающее
тревогу обстоятельство и застав-
ляет усиленно заниматься изучением
использования возобновляющихся
источников энер!ии, таких, напри-
мер, как, энергии солнца, ветра, и,
прежде всего, энергии морских
волн. Всякий, кому доводилось
бывать на морском побережье или
путешествовать по морю, знает о
колоссальной энергии морских при-
ливов и волн. Морские волны могут
разрушить бетонные молы и рас-
терзать в клочья стальные корпуса
морских судов.
Великобритания со всех сторон
окружена морем, поэтому, естест-
венно, она заинтересована в изы-
сканиях возможности использовать
какое-то количество из огромного
источника энергии морских волн
и приливов. На протяжении более
чем полувека людей, занимавшихся
патентованием своих проектов по
использованию энергии морских
волн, считали чудаками. И пока
мы продолжали жить, обманывая
Теоретически возможность по-
тысячи ме!аватт энергии, а нашим
лучать энергию таким путем ог-
ромна. Институт океанографии про-
вел комплексные исследования про-
цесса волнообразования. Мы не бу-
дем здесь касаться подробных мате-
матических раечтетов - они слиш-
ком сложны. Если мы высчитаем
среднюю высоту морской волны,
назвав ее «усредненной высотой
волны» и вычислим промежуток
времени формирования волны от
одной низшей точки до другой, то
можно будет вывести простую
формулу для исчисления потенциаль-
ной энергии волн. При возведении
значения «усредненной высоты вол-
ны» в квадрат (в метрах) и умноже-
нии полученного результата на
половину величины периода вре-
мени (в секундах), го в результате
получим количество киловатт, при-
ходящихся на погонный метр волны.
Таким образом, волна, высотой в
три метра (от гребня до ее основа-
ния), каждые двадцать секунд будет
обладать энергией, равной 10x9
90 киловатт на погонный метр.
Этих арифметических расчетов
вполне достаточно. Ясно, что тех-
ническое сооружение, длиной в
сотни километров, установленное
в море, может, если его сконструи-
ученым и инженерам вполне по
плечу сконструировать и постро-
ить электростанции, использующие
энергию океанов. Здесь речь идет
уже о гораздо большем, нежели о
незначительном источнике энергии.
3
Теперь все будет зависеть от того,
сумеем ли мы соорудить дей-
ствительно практичные технические
конструкции, насколько рентабель-
ны будут электростанции, работа-
ющие на энергии морских волн и
каков будет процент энергии, извле-
каемой таким образом.
Трудность создания таких элек-
тростанций огромна и требует
осуществления сложнейших и точ-
ных математических, инженерных,
металловедческих, гидродинамиче-
ских и других расчетов. Над этими
расчетами работают многие науч-
ные сотрудники Института океа-
нографии, Национальной физичес-
кой лаборатории, Британской
научно-исследовательской ассоциа-
ции судостроения и некоторых
других учреждений. Существует ко-
ординационный комитет по изуче-
нию энергии морских волн, и в
ноябре 1978 года состоялась первая
в Великобритании конференция по
вопросам использования энергии
морских волн.
Из всех представленных на рас-
смотрение проектов четыре нахо-
дятся в процессе их изучения.
Доктор Стивен Солтер, работа-
ющий в Эдинбургском универси-
тете, создал конструкцию, получив-
шую название «Солтерская утка».
В Национальной машиностроитель-
ной лаборатории разработан проект
вертикальной камеры с изменяю-
щимся уровнем воды. На Станции
гидравлических исследований изу-
чают преобразователь Рассела, наз-
ванный так по имени директора
станции. Знаменитый изобретатель
судна на воздушной подушке сэр
Кристофер Коккерелл разработал
проект, названный контурным пло-
том.
Над разрешением проблемы ис-
пользования энергии морских волн
работают и частные компании.
Доктор Солтер в своей
лаборатории в Эдинбурге
Ими уже создано два проекта,
отличающиеся наибольшим совер-
шенством. Доктор Солтер не
только возглавляет группу сотруд-
ников Эдинбургского университета
и использует возможность прово-
дить исследования морских волн в
бассейне стоимостью в 130 000
рублей. Но он, кроме того, является
директором новой компании «Си
энерджи ассошиэтс» (Объединение
по использованию энергии морских
волн). Ланчестерский политехничес-
кий институт, находящийся в г.
Ковентри в Центральной Англии
взял у этой компании подряд на
проведение научных исследований.
Сэр Кристофер Коккерелл основал
частную компанию «Уейвпауер»
(«Энергия волн») с местопребыва-
нием ее правления в г. Саутхемпто-
не. Компания располагает очень
удобным морским полигоном в
заливе Солент.
Научные исследования начина-
ются, когда бывает сформулирована
основная идея. Эту основную идею
4
воплощают в рабочей модели,
испытываемой в бассейне, где
можно воспроизвести волнение. Мо-
дель снабжают приборами для
измерения движения, ускорений и
так далее и соединяют с устройст-
вом для передачи энергии либо
путем вращательного движения,
либо каким другим образом. Время
от времени в модель вносят усо-
вершенствования, разработанные в
результате обобщения получаемого
опыта. Исследователи получают
также информацию из других лабо-
раторий, касающуюся используе-
мых материалов и элементов кон-
струкции. Следующий этап заклю-
чается в сооружении модели иногда
в одну десятую натуральной величи-
ны будущей действующей электро-
станции. Такая модель подвергается
испытаниям на полигоне в натур-
ных условиях, где продолжают
процесс измерения параметров в
условиях, приближенных к дей-
ствительным. В случае необходи-
мости прибегают к использованию
вычислительной техники для про-
ведения длительных наблюдении и
измерений.
Модель Национальной машино-
строительной лаборатории (рис. 1)
все еще в стадии испытаний в
бассейне. Грубо говоря, основной
принцип ее действия заключается в
том, что устройство представляет
собой перевернутое вверх дном
ведро, опущенное в воду, причем в
дне ведра проделано отверстие.
Поднимающийся при движении вол-
ны уровень воды вытесняет нахо-
дящийся внутри ведра воздух, кото-
рый выходит через отверстие. Когда
уровень воды понижается, внутрь
ведра засасывается атмосферный
воздух. Такое возвратно-поступа-
тельное движение воздуха приводит
в действие турбину. Если такое
устройство в его наипростейшем
виде установить на морском дне,
это повлечет за собой большие
расходы. Поэтому Национальная
5
машиностроительная лаборатория
сосредоточила свое внимание на
использовании этой идеи в прило-
жении к некой плавающей платфор-
ме, закрепленной на якоре. Путем
целого ряда дискуссий был разрабо-
тан проект, использующий систему
клапанов и турбину, изображенную
на стр. 5. Считают, что такое устрой-
ство обладает высоким коэфиииен-
том полезного действия.
Преобразователь Рассела также
находится в стадии лабораторных
испытаний, хотя в применении к
научно-исследовательской гидрав-
лической станции понятие «лабо-
раторные испытания» может быть
использовано с известной оговор-
кой, потому что станция - это
обширная территория, оснащенная
самыми современными машинами
для создания волн. Сотрудники
станции обладают многолетним
опытом испытания масштабных мо-
делей в натурных условиях. Суть
проекта преобразователь Рассела
предельно проста. Он представляет
собой большой ящик с верхним и
нижним отделениями. Передняя
стенка верхнего отделения снабжена
вертикальными дверцами, открыва-
ющимися внутрь. Стенка нижнего
отделения снабжена дверцами,
открывающимися наружу. Когда
волна поднимается на предельную
высоту, под ее давлением откры-
ваются верхние дверцы и вода
поступает в верхнее отделение
ящика и перетекает в нижнее отделе-
ние, приводя во вращение лопасти
турбины. Когда волна спадает,
дверцы нижнего отделения под
давлением воды открываются на-
ружу, и вода выпивается, освобож-
дая отделение. Таким образом
турбина вращается при каждом подъ-
еме воды. На модели установлены
приборы, измеряющие возникаю-
щие силы от потоков воды, периоди-
чески воздействующие на гидравли-
ческую турбину. Существует проект
сооружения более крупной установ-
ки. Схема преобразователя Рас-
села приведена на рис. 2.
6
воды. Два других проекта преду-
сматривают использование прин-
оси предполагается устанавливать
большое количество «уток». При
пипа механического движения.
Первый из этих проектов -
«Солтерская утка». Принцип его
действия дан на рис. 3, приме-
нительно к одному элементу кон-
струкции. Конструкция устанавли-
вается на якорях со слабо натя-
нутым тросом. Кружок в центре
устройства - это изображение длин-
ного полого цилиндра, своего рода
станового хребта для серии «уток».
Во время прохождения волны под
набором из «уток», они то поднима-
ются на волне, то опускаются,
поворачиваясь на полой оси, остаю-
щейся неподвижной. В простран-
стве между «утками» и осью может
находиться гидравлическая жидко-
сть, давление которой может быть
использовано с помощью переточ-
ной системы для получения враща-
тельного движения. На нынешнем
этапе опытов с этой установкой
такой метод - всего лишь один
вариант использования энергии
этом, возможно, в устройствах в
натуральную величину будут уста-
навливать генераторы. Ось с серией
«уток» будут устанавливать пер-
пендикулярно движению фронта
волны. Много сил и времени
отдали исследователи определению
внешней формы «уток», глубины,
на которую они должны погру-
жаться и так далее. После предвари-
тельных опытов небольшая по раз-
мерам модель была опробована на
одном из внутренних озер, а на
озере Лох-Несс была установлена
более крупная модель. Это озеро
почти пересекает всю территорию
Шотландии от восточного до запад-
ного побережья. Во время испыта-
ний произошла поломка болта,
вызванная коррозией, и установку
пришлось извлечь для обследо-
вания. В настоящее время подготов-
лена другая установка для испыта-
ний на озере Лох-Несс и она
пожалуй, представляет собой един-
7
ственное опознанное чудовище, о
котором там знают, и существо-
вание которого признают.
Создается впечатление, что наи-
более совершенной в настоящее
время конструкцией следует считать
контурный плот Коккерелла (рис. 4),
хотя предстоит еще проделать значи-
тельную работу, прежде чем мож-
но будет с достаточной определен-
ностью говорить о его успехе. Плот
состоит из трех секций, скрепленных
между собой петлями. Его ставят
на якорь в положении, когда все
три секции сориентированы перпен-
дикулярно ходу волны. Плот по-
секционно то поднимается на волну,
то скользит с нее вниз. Попросту
говоря, плот движется, повторяя
контур волны. Движение трех сос-
тавных частей плота на петлях
предполагается использовать для
получения энергии. Совершенно
очевидно, что такое движение плота
заключает в себе момент вращения,
но в настоящее время еще не ясно,
можно ли его использовать для
гидравлической системы.
Опыты с моделью в одну сотую
натуральной величины были прове-
дены в бассейне, принадлежащем
Британской корпорации судов на
воздушной подушке в городе Каусе
на острове Уайт напротив порта
Саутгемптон, где находится цент-
ральная контора компании «Уейв-
пауер». После того как с примене-
нием всех приборов были проведены
испытания, модель в одну десятую
натуральной величины была изго-
товлена и доставлена в Солент -
залив, находящийся между Саутгем-
птоном и Каусом. Несколько меся-
цев тому назад парламентский пред-
ставитель статс-секретаря минис-
терства по вопросам энергетики
торжественно открыл испытания
этой модели.
Был разработан проект сооруже-
ния плота в натуральную величину.
Размер каждого плота 107 метров в
длину и 50 метров в ширину. При
осадке в 7 метров плот поднимется
примерно на 5 метров над поверх-
ностью воды, т.е. почти на высоту
обычного жилого дома. На каждом
плоту будет установлено по 8
генераторов, совместная работа
которых будет в среднем давать 1,6
мегаватта электроэнергии. Вся энер-
госистема будет состоять из много-
численных плотов, подающих элек-
троэнергию на центральный пост.
Парламентский представитель
статс-секретаря при открытии испы-
таний модели сказал, что системы
плотов, протяженностью в 1 000
километров - одна вдоль юго-
западного побережья Англии, а
другая вдоль северо-западного по-
бережья Шотландии, где атланти-
ческие волны достигают наиболь-
шей высоты,-способны произвести
половину необходимой Великобри-
8
тании электроэнергии. Это заявле-
ние - не более чем прогноз, и
относиться к нему следует соответ-
ственно. Компания «Си энерджи
ассошиэтс» очень осторожно дает
оценку сроков сооружения первых
электростанции, приводимых в дей-
ствие энергией морских волн, но
компания «Уейвпауер» считает, что
практическое применение устройств
для этих целей начнется в 80-е годы
нашего столетия.
Само собой разумеется, что суще-
ствуют очень трудно разрешимые
проблемы, связанные с сооруже-
нием нужных машин, с передачей
получаемой электроэнергии и так
далее, которые еще предстоит ре-
шить, хотя энтузиасты не сомне-
ваются в их разрешимости. Когда
придет час, то эта проблема привле-
чет к себе основные инженерные
силы, подобно тому, как это было
при строительстве и спуске на воду
гигантских плавучих платформ для
морских нефтеразработок, хотя пес-
симисты всего несколько лет тому
назад говорили, что построить
такие сооружения невозможно.
Когда-то в будущем появятся
такие электростанции, работающие
на энергии морских волн, и это даст
нам несколько важных преиму-
ществ. Прежде всего, такой источ-
ник энергии неисчерпаем. Не при-
дется беспокоиться о том, что
топливо истощится или исчезнет.
Во-вторых, такой источник энергии
будет бесплатным, он дарован нам
самой природой. И, наконец, такие
электростанции будут вырабатывать
большую часть электроэнергии
именно тогда, когда в ней будет
остро ощущаться потребность -
зимой, во время наиболее значитель-
ного подъема высоты волн и
увеличения их энергии. Любая
страна, имеющая такое же побере-
жье, как у нас, будет в состоянии
построить подобные электростанции.
Другой путь использования даро-
вой энергии моря заключается в
обуздании силы приливов. В узкой
части устий рек каждые двенадцать
часов начинается вторжение мил-
лионов тонн воды, поднимающих
уровень рек, а через двенадцать
часов эти массы воды уходят
обратно во время отлива. Эти
водные массы обладают колоссаль-
ными запасами энергии и чем
больше разница между уровнем
воды во время прилива и отлива,
тем больше запас энергии у таких
водных масс. Возможность исполь-
зования энергии приливов изу-
чают во многих странах, в том
числе в Канаде, США, СССР и
Австралии. Только во Франции
существует достаточно больших
размеров станция, работающая на
энергии прилива, но она мала в
сравнении с мощностью современ-
ных электрических станций. В
Великобритании наиболее под-
ходящее место для сооружения при-
ливной электростанции находится в
устье реки Северн, отделяющем
Англию от Уэльса. Здесь наиболь-
ший уровень подъема воды во
время прилива в Европе, равняю-
щийся в среднем 8,8 метра. Но
каждые две недели во время сизигий
подъем воды бывает еше больше.
В 1933 году в Великобритании
появился проект приливной электро-
станции мощностью в 800 мегаватт,
но им никто не заинтересовался.
В настоящее время вопрос об
использовании энергии морских
приливов снова попал в центр
всеобщего внимания. Но на этот
раз речь идет уже о нескольких
тысячах мегаватт электроэнергии.
Управление по вопросам энергетики
уже ассигновало 1 950 000 рублей на
проведение дальнейших исследо-
ваний. Это управление израсхо-
9
довало 52 000 рублей на то, чтобы
обеспечить научно-исследователь-
скую гидравлическую лабораторию
приборами для трех буев, уста-
новленных в устье реки Северн.
С помощью этих приборов прово-
дятся длительные исследования вы-
соты и частоты волн.
Наиболее простым способом ис-
пользования энергии приливов
является сооружение большой пло-
тины поперек русла реки, в которой
устанавливаются шлюзы-ворота и
генераторы, работающие от враще-
ния гидравлических турбин. Когда
начинается прилив, вода проходит
через открытые шлюзы-ворота. При
достижении приливом максималь-
ного уровня, шлюзы-ворота закры-
вают и тем самым создают в
верхнем бьефе большое водохра-
нилище. После этого открывают
другие шлюзы-ворота и вода устрем-
ляется к морю, но по пути отдает
свою энергию рабочим колесам
гидравлических турбин и с их
помощью получают электро-
энергию.
Такой способ самый дешевый.
Применительно к устью реки Се-
верн он свелся бы к сооружению
плотины длиной от 6 до 24 кило-
метров в зависимости от выбран-
ного для строительства электростан-
ции места. Большинство сторон-
ников такой электростанции сходят-
ся на том, что плотина должна
быть длиной в 15 километров.
Подобный простой вариант при-
ливной гидростанции имеет боль-
шой недостаток, заключающийся
в том, что она производит электро-
энергию только во время отлива и
находится в бездействии на протяже-
нии следующих двенадцати часов
суточного цикла. Поскольку запа-
сать электроэнергию в больших
количествах нельзя, такой способ
не очень рентабелен. Существуют
два пути преодоления этого недо-
статка, но можно прибегнуть и к
их комбинации. Один из этих путей
предусматривает создание схемы
станции с двумя водохранилищами.
С помощью дамб создают два
водохранилища для накопления
воды, которую расходуют поочеред-
но: сперва из одного водохра-
нилища подают воду на гидроге-
нераторы, а когда оно опустеет, то
начинают использовать воду друго-
го водохранилища и тем самым
держат гидрогенераторы под по-
стоянной нагрузкой. Во время расхо-
дования воды из второго водохра-
нилища, начинается наполнение пер-
вого. Существует вариант одноре-
зервуарной приливной электростан-
ции, на которой гидравлические тур-
бины сперва вращает напор начав-
шегося прилива, а затем они ра-
ботают на вытекающей из водо-
хранилища воды во время отлива.
Имеется также проект гидро-
электростанций аккумулирующего
типа, где ток от обычных электро-
станций в ночное время подается
на насосы, нагнетающие воду в
водохранилища в период суток с
наименьшим потреблением элект-
роэнергии. Накопленная таким об-
разом вода в дневное время на-
правляется на лопасти гидравличе-
ских турбин для получения электро-
энергии.
Все эти проекты сопряжены с
многочисленными проблемами ох-
раны окружающей среды, а огром-
ная гидростанция на реке Северн не
может не оказать воздействия на
окрестности. Прежде чем будут
приняты решения о ее сооружении,
необходимо разрешить технические
и экономические проблемы. Все что
можно сказать пока о проекте
приливной электростанции на реке
Северн, так это то, что он оживлен-
но обсуждается.	®
10
Одноместный самолет
«Кранфильд А1»
ав“ационныйЪ^
*aPH6opo & в
ihq гппя и (Г»аnurmnn п
Каждые два года в Фарнборо в
Великобритании проводится
авиационный салон. Но мнению
международных наблюдателей -
специалистов в области авиационной
техники, салон в Фарнборо одно из
главных событий. На авиационном
салоне 1978 года в Фарнборо
побывал занимающийся вопросами
авиации корреспондент газеты
«Таймс» Артур Рид.
Двадцать третий авиационный
салон в Фарнборо состоялся на
первой неделе сентября 1978 года.
На нем побывало более четверти
миллиона посетителей. На летном
поле для осмотра было выставлено
более ста самолетов различных
типов, около семидесяти самолетов
было показано в полете. Демон-
страционные полеты проводились
ежедневно во второй половине дня
на протяжении всех семи дней
работы салона.
Салон в Фарнборо - это между-
народная авиационная выставка,
заявки иа участие в которой
от авиационных компаний любой
страны рассматривает организатор
салона - Общество британских авиа-
космических компаний - «Бритиш
аэроспейс».
Для авиационных компаний салон
- важное рекламное предприятие, с
помощью которого они демонстри-
руют свою продукцию - действую-
щие образцы самолетов или миниа-
тюрные электронные приборы раз-
мером с булавочную головку.
На салоне 1978 года в Фарнборо
было более 350 участников, пред-
ставляющих более 450 компаний
из 16 стран.
Авиационный салон проводится
на летном поле Королевского
авиационного ведомства в Фарн-
боро (RAE), находящегося в 65
километрах к юго-западу от Лон-
дона. RAE - одна из самых важных
экспериментальных авиа-космичес-
ких баз в мире. Большая группа
ученых, инженеров и техников,
работающих здесь, занимаются ши-
роким кругом вопросов и резуль-
II
таты их деятельности содействуют
развитии авиации не только в самой
Великобритании, но и в между-
народном масштабе. В последние
годы они работали над многочислен-
ными проектами, начиная с* раз-
работки проекта совместного англо-
французского сверхзвукового пас-
сажирского самолета «Конкорд» и
усовершенствования теплого комби-
незона для летчиков-высотников
вплоть до конструирования систем,
с помощью которых можно было
бы остановить самолет в том
случае, если он скатывается с
взлетно-посадочной полосы.
Одним из наиболее интересных
экспонатов авиационного салона
1978 года была телевизионная сис-
тема на пульте управления самоле-
том, представленная для осмотра в
павильоне компании «Бритиш
аэроспейс».
Инженеры и техники этой компа-
нии уже длительное время за-
нимались изысканием путей замены
в будущем огромного количества
приборов, указателей и сигнальных
устройств на пультах управления в
самолетах, показывающих летчику,
в каком режиме полета находится
его самолет. Они уверены, что
такую замену можно осуществить
Привлекший внимание на салоне
западно-европейский аэробус
«А300»
с помощью катодной трубки,
аналогичной той, что используется
в обычном телевизионном прием-
нике, но соединенной с вычислитель-
ной машиной цифрового действия.
Была сконструирована новейшая
система для пульта управления
самолетом с телевизионными экра-
нами, на котором летчик видит всю
желаемую информацию. Помимо
этого, в случае необходимости,
летчик может затребовать у вычис-
лительной машины дополнитель-
ные данные и для этого ему
достаточно нажать соответству-
ющую кнопку. С работой новой
системы, установленной на тре-
нажере, познакомилось более пяти-
десяти летчиков. В ходе ознакомле-
ния с этой системой, они накопили
более 1000 часов опыта работы.
Кстати, посетители авиационного
салона имели возможность в непо-
средственной близости наблюдать
за работой новой телевизионной
установки.
Другим экспонатом, пользовав-
шимся у посетителей успехом, бы-
ла модель кабины пассажирского
самолета БАе-146, строительство
которого недавно было одобрено
правительством Великобритании.
Самолет БАе-146 будет выпу-
скаться в двух вариантах на 70 и 100
пассажирских мест для эксплуатации
на аэродромах с короткой взлетно-
посадочной полосой. Самолет снаб-
12
«Конкорд» в Фарнборо
безопасную и экономически выгод-
ную эксплуатацию в странах с
жарким климатом, а также ис-
летчиком-испытателем Брайаном
Трабшоу, который первым поднял
в воздух первый собранный в
пользование для посадки и взлета с
Великобритании самолет этого
аэродромов, где окружающая мест-
ность не позволяет эксплуатировать
другие самолеты такой грузоподъ-
емности. Самолет сконструирован
с таким расчетом, что его двигатели
расположены невысоко над поверх-
ностью земли, и авиационные тех-
ники при обслуживании самолетов,
могут не прибегать к помощи
стремянок или эстакад, что особен-
но важно при работе на отдаленных
аэродромах.
На стенде ведущей британской
машиностроительной компании
«Роллс-Ройс», изготовляющей реак-
тивные двигатели, была выставлена
модель в натуральную величину
новейшего двигателя РБ211, кото-
рый уже эксплуатируется на 300-
местном пассажирском самолете
«Локхид Трайстар» и на 400-мест-
ном пассажирском самолете «Боинг-
747». Новый двигатель, получивший
название «535», был недавно
одобрен правительством Велико-
британии для серийного производ-
ства, а американская авиационная
компания «Боинг» выбрала его для
оснащения своего нового пассажи-
рского 200-местного самолета
«Б-757» с двумя двигателями.
Можно без преувеличения сказать,
что звездой салона в Фарнборо
был сверхзвуковой пассажирский
самолет «Конкорд», пилотируемый
типа, два раза прошел на нем на
бреющем полете над посадочной
полосой, а потом произвел за-
хватывающий дух маневр, назы-
вающийся «посадка со взлетом».
П ять са м о лето в это го ти па, лета ю-
щие со скоростью 2160 км/ч,
эксплуатируются компанией «Бри-
тиш эйруэйс», а четыре других -
компанией «Эр Франс». Компания
«Бритиш эйруэйс» осуществляет
пассажирские перевозки на само-
летах «Конкорд» на линии Лондон-
Нью-Йорк с продолжительностью
полета немногим более трех часов,
в то время как на самолетах дозвуко-
вых скоростей такой полет зани-
мает до семи с половиной часов.
Другой самолет для пассажирских
перевозок, привлекший всеобщее
внимание во время работы салона,
был западно-европейский аэробус
«А 300». Этот 300-местный самолет
производится совместно Францией,
ФРГ, Голландией и Испанией. Ком-
пания «Бритиш аэроспейс» спроекти-
ровала и изготовляет для этого
самолета крылья. Уже Почти 200
машин этого типа заказаны различ-
ными странами, и его изготови-
тели в настоящее время заняты кон-
струированием меньшего по вмес-
тимости самолета - 200-местного
варианта аэробуса «А 310». Велико-
британия стала полноправным чле-
13
ном консорциума европейских
стран, строящих эти азробусы. Ее
авиационная промышленность бу-
дет изготовлять для самолета «А
310» крылья, а также будет играть
важную роль в разработке серии
будущих европейских самолетов
всех типов.
Британская компания «Бритиш
аэроспейс» показала в полете усо-
вершенствованный вариант хорошо
известного пассажирского самоле-
та типа «670», снабженного выдвига-
ющимися концами крыльев и усо-
вершенствованными закрылками,
позволяющими самолету взлетать
с полосы длиной всего 1200 метров
при полной загрузке в 89 пассажи-
ров. Прототип самолета «670»
оборудован также особым «глуши-
телем», установленным на реактив-
ных двигателях фирмы «Роллс-
Ройс». По уровню производимого
ими шума, такие двигатели с
«глушителями» могут оказаться
вполне приемлемыми для их экс-
плуатации на аэродромах, нахо-
Серия 700 реактивного самолета
«ХС-125», предназначающегося
для деловых полетов
дяшихся в центре жилой застройки.
Этот новейший тип самолета -
последний в серии. Один из вариан-
тов этой модели будет произво-
диться в Румынии в соответствии
с недавно подписанным соглашени-
ем между правительствами обеих
стран.
Еще одним достижением компа-
нии «Бритиш аэроспейс», продемон-
стрированным на авиационном
салоне, была серия 700 реактивного
самолета «ХС-125». Предназначаю-
щийся для деловых полетов, само-
лет снабжен усовершенствованным
двигателем, он стал меньше по-
треблять горючего и отвечает всем
существующим и подготавливае-
мым международным требованиям в
отношении уровня производимого
его двигателями шума. Самолет
«ХС-125» берет на борт от 7 до 12
пассажиров при двух членах эки-
пажа и может совершать полет без
посадки на расстояние до 4260
километров.
Интересным новшеством в об-
ласти моторостроения, продемонст-
рированным на авиационном салоне
в Фарнборо, были двигатели, ус-
тановленные на десятиместном са-
14
монете фирмы «Бриттен-Норман»
типа «Айлендер» (см. журнал
«Англия» №67, стр. 36-39). Эти
двигатели британской фирмы Даути
- туннельного типа с пропеллером,
помещенным в большой кожух.
Заменив обычный воздушный винт,
пропеллер создает значительно
улучшенную по характеристике воз-
душную тягу по отношению к весу
самолета и делает двигатель менее
шумным. Во время демонстрацион-
ных полетов был показан традицион-
ный тип самолета «Айлендер», а
также более крупный самолет этой
серии - 18-местный «Трайлендер»
с тремя двигателями.
Другая британская фирма,
«Шорте», также производящая само-
леты, продемонстрировала в Фарн-
боро две модели пассажирских
самолетов. Это были - тридцати-
местный пассажирский самолет
«330» с двумя турбовинтовыми
двигателями, рассчитанный на эк-
сплуатацию на пассажирских авиали-
ниях с маленькими аэродромами в
различных странах, и самолет
Вариант «670» пассажирского
самолета ВАС 1-11
меньшего размера - 19 местный
«Скайван». Более 120 машин этого
типа уже проданы.
Был продемонстрирован един-
ственный британский и один из
весьма немногих в мире самолет,
сконструированный специально для
высшего пилотажа. Это одномест-
ный самолет «Кранфильд А1».
Самолет построен Кранфильдским
технологическим институтом и
впервые поднялся в воздух в августе
1976 года. На нем был установлен
двигатель мощностью в 210 лошади-
ных сил, но в настоящее время,
чтобы сделать его более мощным,
он снабжен двигателем в 260 л.с.
Еще один легкий самолет британ-
ского производства, произведший
в Фарнборо большое впечатление,
был «НДН 1 Файеркрэкер». Этот
двухместный самолет, предназ-
наченный для тренировочных по-
летов, способен выполнять весь
комплекс фигур высшего пилотажа.
«Файеркрэкер», впервые поднявший-
ся в воздух 26 мая 1977 года,
сконструирован Десмондом Норма-
ном, соавтором конструкции само-
летов «Айлендер» и «Трайлендер»,
упоминавшихся выше.	®
15
«Красные стрелы» - это название
группы летчиков Британских
королевских военно-воздушных
сил, по собственному желанию
объединившихся на несколько лет
для демонстрационных полетов с
выполнением фигур высшего
пилотажа. Майкл Скарлетт посетил
летчиков этой группы, а фотографии
к статье были выполнены Ричардом
Куком.
Название группы «Красные
стрелы» вошло в повседневную
жизнь англичан. Летчики группы
демонстрировали свое искусство
пилотажа во всех уголках страны,
в Европе, в странах Ближнего
Востока, в Америке и в Канаде.
«Более профессиональной группы
летчиков нет нигде, - говорит
редактор журнала «Флайт» Майк
Рамсден. - Ими выработан стандарт,
предъявляемый к выступлениям на
международных соревнованиях по
высшему пилотажу. Мне кажется,
что это признают все».
Бывший в 1977 году менеджером
группы старший лейтенант Майк
Уайтхауз подчеркивал
представительную роль входящих
в нее летчиков. «Девять летчиков
группы вовсе не лучшие в составе
Британских военно-воздушных сил.
Это просто девять подходящих
парней, прекрасно действующих
в группе и, конечно, прошедших
тщательную тренировку в групповом
пилотаже».
В Королевских военно-воздушных
силах традиция групповых полетов
с выполнением фигур высшего
пилотажа восходит к 1926 году,
когда была создана первая группа
из девяти летчиков, летавших на
самолетах «Глостер Гриб».
После второй мировой войны
во многих эскадрильях были свои
группы высшего пилотажа. Летчики
этих групп летали на самолетах
«Вампир» и «Метеор» и внесли свой
вклад в совершенствование и
оттачивание техники группового
пилотажа. Пожалуй самой известной
предшественницей группы
«Красных стрел» была группа
летчиков, летавших на самолетах
«Хоукер Хантере» из эскадрильи
«Требл-Уан» . Французы - большие
ценители высшего пилотажа,
окрестили эту группу названием
«Красные стрелы» выполняют
фигуру высшего пилотажа
16

«Черные стрелы» за то, что
летчики летали на самолетах,
выкрашенных в блестящий черный
цвет. Это название так и осталось
за ними, став официальным.
В 1965 году группа стала
называться «Красные стрелы»
после того, как летчики сменили
свои машины на более
совершенные двухместные учебные
самолеты «Нат» фирмы «Хоукер
Сидли».
Руководивший в 1977 году
«Красными стрелами» Фрэнк Хор
говорит: «Самолет «Нат»
отличается такой легкостью
управления, такой отзывчивостью
на малейшее движение рулями, что
Вид с пассажирского места в
самолете «Нат», летящем с
«Красными стрелами»,
выполняющими фигуру высшего
пилотажа «двойной переворот»
в первоначальных рекомендациях
по эксплуатации говорилось, что на
нем трудно летать в группе, не
говоря уж о групповом пилотаже».
Самолеты «Нат» группы
«Красные стрелы» отличаются от
серийных всего лишь двумя
модификациями - окраской и
установленными в баках горючего
приспособлениями, позволяющими
брать с собой в полет отдельно
некоторое количество дизельного
топлива. Когда дизельное топливо
впрыскивается в струю раскаленных
Мертвая петля
18

«тое,выходящих из сопла
реактивного двигателя самолета, за
ним образуется завораживающий
зоителей шлейф белого дыма. Этот
дым можно с помощью асящего
вещества сделать крас
синим.
Программа пока	го
высшего пилотажа занимает всего
семнадцать минут, но у летчиков
группы очень напряженное
расписание выступлений. За первое
полугодие IJf 7 года эта группа
^^Ыполнила37 показательных
выступлемй, а с июля по
сентябрь им предстояло выступить
еще 54 раза. Непременным номером
программы авиационн^ салона в
Фарнборо бывают выступления
«Красных стрел».
Когда я первый раз полетел на
одном из самолетов группы, мне
было очень плохо. Правда, мне
любезно сказали, что такое
случается почти со всеми
нелетчиками. Не говоря уж о
выполнении высшего пилотажа
группой самолетов, даже простой
полет в строю - дело далеко не
простое. Наш полет проходил на
высоте около 80 метров. Самолеты
летели со скоростью 480 километров
в час. Впереди и очень близко от
нашего самолета я видел машины
под номерами 5 и 6. Концы их
крыльев находились на расстоянии
всего лишь каких-нибудь четырех
метров от нашего самолета и это
расстояние то сокращалось, то
увеличивалось, когда машины
попадали в воздушные ямы.
Когда привыкаешь к ощущению
полета и перегрузкам, возникающим
при пикировании самолета и резких
виражах, такой полет доставляет
огромное удовольствие.
Звучит короткая команда
«Переворот», и каждый самолет
начинает вращаться с таким
изяществом и точностью, что
создается впечатление, будто
маневр выполняется не каждой
машиной отдельно, а словно
связанными между собой
самолетами. Но еще большее
впечатление производит фигура
высшего пилотажа, называющаяся
«Полет вверх колесами». Эта
фигура выполняется следующим
образом: два самолета, находящиеся
по обе стороны от машины ведущего,
из горизонтального полета
резко уходят вверх и тянут за
собой шлейф дыма. Затем обе
машины делают соответственно
переворот - один самолет через
левое, другой через правое крыло и,
продолжая полет в перевернутом
вверх шасси режиме, снова занимают
свое место в строю. Когда подошла
очередь делать переворот самолету,
на котором летел я, внезапность
маневра лишила меня дара речи -
машина стремительно рванулась
вверх и сразу же начала
переворачиваться. Голова моя при
этом оказалась прижатой куда-то
вбок.
Но, наверное, самые большие
переживания для пассажира
связаны с фигурой высшего
пилотажа, получившей название
«Пиккадилли». Семь самолетов
группы расходятся звездообразно
от места, над которым происходят
демонстрационные полеты, затем
они поворачиваются и летят прямо
к центру поля со зрителями,
снижаясь до различной высоты и
оставляя за собой шлейф дыма.
Затаив дыхание, неотрывно смотрю
на точку, где вот-вот должны
сойтись сближающиеся самолеты
и стараюсь не потерять из виду
каждый из них в отдельности. Но
вот, то один, то другой самолет
внезапно появляется перед глазами,
и, нырнув или проскочив очень
близко от встречного самолета,
уходит в небо.	®
20
Кеннет
Макмиллан.
балетмейстер Королевского балета
Чарльз Спенсер рассказывает о
творчестве Кеннета Макмиллана,
крупнейшего хореографа
Великобритании, mhoi не из балетов
которого вошли в репертуар теа гров
разных стран.
Декорации Барри Кэя для
постановки «Времена года» в
парижской Опере.
На вставке—портрет Кеннета
Макмиллана
1946 год стал решающим в жизни
долговязого, застенчивого и не-
складного шотландского паренька
Кеннета Макмиллана, как, впрочем,
и для будущего всего британского
балета. В этом году Макмиллан
окончил балетную школу театра
«Сэдлере Уэллс» и был принят в
профессиональную балетную труп-
пу «Сэдлере Уэллс».
Он родился в 1929 г. в далеком
шотландском городке Данфермли-
не. Макмиллан не видел ни единого
балетного представления, когда ему
попался балетный журнал, и он
подал заявление в незадолго до
этого сформированную в Лондоне
школу «Сэдлере Уэллс» (ныне
школа Королевского балета).
Чтобы понять его мечтания - и во-
обще развитие британского балета
- нужно обратиться к Сергею
Дягилеву, чей Русский балет открыл
западно-европейской и британской
публике великолепие находившегося
в апогее русского балета.
Когда Дягилев начал приглашать
в труппу нерусских танцовщиков,
он отдавал предпочтение англий-
ским танцовщикам; они восхищали
его своей дисциплинированностью
и серьезностью, и он предсказывал,
что в один прекрасный день они
создадут блестящую труппу. Од-
ним из его открытий была молодая
ирландка Эдрис Станнус, которая,
покинув труппу Русского балета в
1925 г., взяла псевдоним Нинет де
Валуа и основала собственные
труппы в Ирландии и Кембридже,
а в 1931 г. - труппу «Вик-Уэллс» в
Лондоне. На этой основе и сформи-
ровался «Сэдлере Уэллс», и впослед-
ствии - Королевский балет. По-
добным образом ирландец Патрик
Хили-Кей, по сцене - Антон Долин,
и талантливая девушка из Лондона
Алисия Маркова, использовали свои
знания и подготовку, создав труппу
Лондонского Фестивального бале-
та. Впоследствии Мари Рамбер,
которую Дягилев пригласил на
помощь Нижинскому во время
постановки балета Стравинского
«Весна священная», основала
Труппу Мари Рамбер. Эти три
коллектива по-прежнему процвета-
ют и пользуются международной
известностью.
В 1946 г. в Лондоне «Спящей
красавицей» Чайковского в поста-
новке Нинет де Валуа открылся
после перерыва Королевский опер-
ный театр, превращенный во время
войны в танцевальный зал. Партию
принцессы Авроры исполнила юная
Марго Фонтейн. Два года спустя на
той же сцене танцевал и Кеннет
Макмиллан, который из труппы
«Сэдлере Уэллс» был принят в
Королевский балет в Ковент-
Гарден.
В это время британский балет
начал создавать собственный хорео-
графический репертуар - Нинет де
Валуа и Энтони Тюдор (сейчас он
работает в Америке), танцовщик
Роберт Хелпман и особенно Фреде-
рик Аштон сочиняли интересные,
даже выдающиеся балеты для мест-
ных балетных трупп. В этих-то
балетах Макмиллан впервые и
заявил о себе как танцовщик,
выступив в «Золушке» Аштона, в
па-де-труа в «Спящей красавице», а
затем также - в «Ballet Imperial»*
Баланчина, где он был партнером
Берил Грей, ныне возглавляющей
Лондонский Фестивальный балет.
В 1952 г. 22-летний танцовщик
впервые проявил интерес к балет-
мейстерской работе: для Хорео-
графической группы (экспериме-
нтальной студии) театра «Сэдлере
Уэллс» он поставил два балета, в
которых попробовал свои силы
•императорский балет (фр.)
22
в качестве хореографа, - «Сом-
намбулизм» и «Laiderette»**. В них
он проявил себя достаточно ярко,
потому что второй из них был
поставлен Балетом Рамбер, а
постановщик получил предложение
поставить для «Сэдлере Уэллс»
«Dances Concertantes»*, его первую
профессиональную работу. В это
время неопытный Макмиллан имел
мало представления о зрелищной
стороне спектакля, и Нинет де
Валуа, с характерной решитель-
ностью, привела его на театральное
отделение Слейдовской школы изо-
бразительного искусства при Лон-
донском университете для изуче-
ния театрального оформления. Здесь
они выбрали и художника, кото-
рому поручили оформление нового
балета - молодого грека Николаса
Георгиадиса. Их сотрудничество
оказалось вдохновенным и плодо-
творным; Георгиадис оформил два
следующих балета Макмиллана
«Дом птиц» и «Noctambules»**, а
также макмиллановские шедевры
зрелой поры.
«Dances Concertantes» мгновенно
убедили публику в появлении нового
выдающегося таланта; в этом
удивительно свежем, эксперимен-
тальном по характеру балете со-
четается остроумная изобретатель-
ность и идеальное чувство музыки
и ритма. «Это напоминало калей-
доскоп, - писал тогда один из
критиков, - в котором как следует
встряхнули все старые, признанные
представления о танце ... и в
результате получился новый захва-
тывающий рисунок». Неудивитель-
но, что он держится в репертуаре с
1955 г. В отличие от него, «Дом
птиц», созданный на основе сказки
братьев Гримм, был постановкой,
отмеченной высокой театраль-
ностью и глубоким драматизмом,
так же, как и «Noctambules», где
•’лунатики (фр.)
23
маг, загипнотизировав своих посе-
тителей, выводит наружу их скры-
тые заветные желания. Фактически
эти три ранних постановки соединя-
ют в себе различные стороны
таланта Макмиллана: умение вы-
ражать в движении юмор, пристра-
стие к исполненным драматизма
сюжетам и глубокий интерес к
мотивам человеческих поступков.
Впоследствии к этому добавилось
мастерское владение абстрактными
формами.
Сейчас по виду Макмиллана (ему
49 лет) трудно догадаться о его
балетном прошлом; его высокая
фигура скорее кажется неуклюжей,
нежели гибкой, а типично шотланд-
ские крупные черты лица не сразу
выдают скрытое за ними остроумие
и высокий интеллект. В широкой
компании он застенчив и очень
неразговорчив, хотя когда рас-
слабится, говорит превосходно; но
по-настоящему свободно чувствует
себя только в кругу друзей из
своего мира, любимых танцовщи-
ков и театральных художников.
Эта интимность, этот глубоко
личный подход определяет существо
его творчества. Тогда как его
хореография всегда отличается по
меньшей мере изобретательностью
и никогда не бывает скучной, ясно,
что его балеты действуют и трогают
еще сильнее, когда их создатель
лично заинтересован либо в ис-
следовании темы, либо в создании
определенной атмосферы. Ему необ-
ходимо близкое участие его сорат-
ников, которые являются и его
близкими друзьями. Помимо Геор-
гиадиса, Макмиллан сотрудничает
с очень небольшим числом худож-
ников, среди них - Барри Кэй и
Иоланда Соннабенд, которые не
просто воспринимают его замысел
постановки, но непосредственно
содействуют его законченному во-
площению. Показательно, что его
лучшие женские партии, стоящие
в центре таких балетов, как «Ромео
и Джульетта» и «Анастасия», были
созданы им для балерины Линн
Сеймор (канадки по происхожде-
нию), которую с полным осно-
ванием называют его музой. Соеди-
нение совершенного владения клас-
сическим танцем, прекрасной сце-
нической внешности, большого
драматического таланта и способ-
ности передавать в жесте и
движении извечные человеческие
чувства делают Сеймор идеальным
интерпретатором макмилланов-
ского репетуара с его особыми
свойствами.
В 1960 г. вместе с Георгиадиасом
и Сеймор он создал свой первый
бесспорный шедевр - «Приглаше-
ние». Ему предшествовали четыре
характерных балета: очарователь-
ный «Солитер» (успешно возоб-
новленный в 1978 г. в оформлении
Кэя), «Нора», трагическая притча
на тему угнетения, таинственный и
прекрасный «Агон» Стравинского,
в котором Макмиллан обнаружил
еще большую уверенность в транс-
формациях классического канона,
и «Поцелуй феи» того же компози-
тора (еще одно свидетельство связи
с русским балетом), который он
поставил в начале 1960 г., тонко
передав ощущение присущего
музыке Стравинского восхищения
Чайковским и собственное восхище-
ние первым постановщиком его
балетов - Петипа. Участие Линн
Сеймор положило начало их знаме-
нитому ныне содружеству.
«Приглашение» никогда не по-
кидало репертуар; в нем впервые то,
что особенно привлекало Макмил-
лана, обрело совершенное выраже-
(Сверху) «Поцелуй феи»
(Внизу) Сцена из «Анастасии»
24

ние. Глубоко драматическая тема
(в ее основе лежит история страстной
любви, действие происходит в
Южной Америке), сдерживаемая
эротичность, вычленение человечес-
кого опыта, а также странное
ощущение нависшей угрозы, гото-
вой прорваться насилием, - все это
соединено вместе в балете чисто
классического стиля. Что пре-
вращает постановку в волнующее и
захватывающее зрелище - это изо-
бретательность Макмиллана в
использовании языка классического
танца для непосредственной пере-
дачи человеческих эмоций.
Следующий год принес первую
попытку обращения Макмиллана
к форме бессюжетного балета -
«Забавы», которая определила хо-
реографический рисунок двух его
крупных работ: «Весны священной»
Стравинского (1962) и «Симфонии»
(1963) на музыку Первой симфонии
Шостаковича, в которых проявилась
присущая ему способность насы-
щать чистое движение тем же
ощущением драмы, театральной
зрелищности и глубоко личных
переживаний, что и в сюжетном
балете.
К этому времени Макмиллан
выдвинулся в число крупнейших
хореографов мира: он поставил два
балета для Американского балет-
ного театра, а в 1963 г. осуществил
в Штутгартском балете постановку
- «Las Hermanas»* по пьесе Лорки
«Дом Бернарды Альбы» (художник
- Георгиадис, которая и сейчас
идет на сцене Королевского балета).
В этом и следующих его балетах
главным творческим стимулом по-
служила хореографу балерина
Марсия Хейди. Когда ему в 1964 г.
предложили принять участие в празд-
новании 400-летия со дня рождения
•Сестры (исп.)
Шекспира, Макмиллан начал работу
с новым художником Барри Кэем,
с которым также связан один из
наиболее существенных аспектов
его творчества; конструктивные
декорации Кэя оказались провоз-
вестием новых важных открытий,
тогда как литературная основа,
вероятно, подсказала Макмиллану
источники двух его лучших созда-
ний: «Ромео и Джульетты» и
«Песни о земле» Малера.
Поставленный в 1965 г. на волшеб-
ную музыку Прокофьева балет
«Ромео и Джульетта» был его
первым трехактным балетом. Стра-
стная, трагическая история любви
прекрасно раскрыта хореографом с
точки зрения передачи взаимоотно-
шений и судьбы юной пары и
построения сцен, передающих
движение действия, а также созда-
ния превосходных, зажигательных
танцев. Па-де-де в этом балете,
особенно сцена на балконе, отно-
сятся к числу самых проникновен-
ных его творений. Роскошные
декорации Георгиадиса, воспро-
изводящие колонны и арки Вероны,
великолепные ренессанссные кос-
тюмы немало способствуют созда-
нию необходимой атмосферы, а в
центре спектакля стоит образ Джуль-
етты-Сеймор, одного из блистатель-
нейших триумфов балерины. Геор-
гиадис оформлял и «Песнь о
земле», произведение по настрое-
нию очень строгое; первоначально
балет был поставлен Штутгартским
балетом, когда ведущей балериной
труппы была Марсия Хейди, а
сейчас он исполняется по всему
свету. В отличие от пьесы Шекспира,
эта постановка исполнена почти
метафизического спокойствия.
В 1966 г., когда ему исполнилось
36 лет, Макмиллан, находясь в
расцвете сил, предпринял неожидан-
ный шаг, согласившись занять долж-
26
ность директора балетной труппы
Немецкой оперы в Берлине, куда
он взял с собой в качестве ведущей
танцовщицы и Линн Сеймор. Резуль-
татом его трехлетнего пребыва-
ния там явились четыре крупных
постановки: вместе с Георгиадисом
он поставил свою редакцию «Ле-
бединого озера», а с Барри Кэем -
«Спящей красавицы», примечатель-
ную своим пышным русским стилем
и интерпретацией, которая исходила
в первую очередь из музыки Чайков-
ского, а не французской сказки. С
Кэем же он осуществил две поста-
новки более личного характера:
балета на библейскую тему «Каин
и Авель» и «Анастасии», которые
сосредоточены на рассмотрении
отношений в семье, человеческого
страдания и поисков личностью
своего «я». «Анастасия», поставлен-
ная затем в Ковент-Гардене в
расширенном до трех актов вариан-
те в изумительном оформлении
Кэя, и по сей день остается одной
из самых больших сценических удач
Макмиллана.
В 1970 г. Макмиллан вернулся в
Лондон в качестве директора Коро-
левского балета, унаследовав ко-
рону Нинет де Валуа и сэра Фре-
дерика Аштона. Это было заслужен-
ное признание его огромного талан-
та и вклада в развитие британ-
ского балета. Для самого худож-
ника этот период был счастливым,
к тому времени он уже был женат
(его жена - австралийка, и сейчас
у них подрастает прелестная
дочурка). Однако, по правде говоря,
казалось, что новые обременитель-
ные обязанности истощают его
творческие силы; сочетание в одном
лице ролей администратора, им-
прессарио, педагога, а также хореог-
рафа и «отца» - руководство
большой труппой, пользующейся
международным престижем, тре-
бует и этого - оказалось несовмести-
мо с главным желанием и потреб-
ностью Макмиллана: создавать
новые балеты. Он поступил
«Солитер»
27
разумно, сменив пост; в результате
он стал ведущим хореографом
Королевского балета, что оставляло
ему сколько угодно возможностей
работать за границей.
В последние годы мы наблюдаем
полное возрождение его творческого
гения; помимо расширенной ре-
дакции «Анастасии», Макмиллан
возобновил для Королевского
балета «Семь смертных грехов» на
восхитительную музыку К. Вайля
и в той же манере поставил балет
«Отборнейшие синкопы» на синко-
пированную музыку композиций
Скотта Джоплина. Кроме того, он
пополнил репертуар труппы еще
тремя крупными постановками. В
«Ритуалах» (1975), вдохновленных
посещением Японии, осущест-
вляется почти волшебное соедине-
ние восточной традиции и стили-
зации с языком классического
балета. На этот раз художником у
него работала Иоланда Соннабенд,
чья творческая индивидуальность
идеально соответствовала характеру
постановки; с ней он впоследствии
поставил в Штутгарте «Реквием»,
посвященный памяти его неожидан-
но скончавшегося друга, хореографа
Джона Крэнко. Его третий недавно
поставленный балет - «Братья мои,
сестры мои», сложная, исполненная
тревоги композиция, в основу кото-
рой положены детские игры.
В Ковент-Гардене, вновь в
содружестве с Георгиадисом, Мак-
миллан поставил также два велико-
лепных сюжетных балета: «Манон»,
по знаменитому одноименному фра-
нцузскому роману, и «Майерлинг»,
в котором представлены события,
приведшие в 1889 г. к самоубийству
австрийского крон-принца Ру-
дольфа. В последнем Линн Сеймор
создала трогательный образ воз-
любленной принца Ветсеры. Обе
постановки пробудили в их соз-
дателе те же замечательные
качества, которые проявились в
«Приглашении» и в «Ромео и
Джульетте»: в них вновь разра-
батывается тема трагедии страстной
любви и страдания, которое люди
причиняют друг другу. Как всегда,
Макмиллан соединяет в них глу-
бокое проникновение в психологию
изображенных с большим сочувст-
вием главных героев с яркой
театральностью и живописностью в
передаче сюжета.
Завершая свою работу над этим
очерком о творческой биографии
Макмиллана, я в ноябре 1978 г.
присутствовал в Парижской опере
на его балетмейстерском дебюте
в Париже. Только Баланчин был
до того удостоен чести авторского
вечера. «Вечер Макмиллана» со-
стоял из возобновленного балета
«Песнь о земле», новой редакции
«Времен года» на музыку Верди и
совершенно новой работы «Meta-
boles»* на музыку Анри Дютийлё.
Это была идеально подобранная
программа: сугубо отвлеченная и
таинственно абстрактная малеров-
ская постановка, в высшей степени
мелодраматичный новый француз-
ский балет и остроумная компо-
зиция Верди, сатирически изо-
бражающая французские вкусы XIX
столетия, что особенно чувствуется
в превосходных декорациях и
костюмах Барри Кэя. Последняя
постановка, которой открылся этот
вечер, несколько смутила француз-
скую публику, но, отметив эту
сдержанность аудитории, критик
газеты «Фигаро» шутливо высказал
предположние, что «под шотланд-
ской юбкой Макмиллана несомнен-
но еще кое-что имеется».	®
"метаболизмы (фр.)
Линн Сеймор и Давид Валл в
постановке «Майерлинг»
28


Как мы уже сообщали в журнале
«Англия» № 68, в прошлом году
музею в Айронбридже было
присвоено звание лучшего
европейского музея года. В
предлагаемой статье Роберта
Лестера рассказывается о
некоторых других музеях под
открытым небом в Великобритании.
Идея создания музея под открытым
небом не нова. Первая попытка
отойти от представления о музее
как о здании, наполненном экспона-
тами, хранящимися за стеклянными
витринами, была предпринята на
рубеже XX века, когда Артур Газе-
лиус основал в Стокгольме Скансен-
ский музей народного быта. С тех
пор в ряде стран стали прилагать
усилия к сохранению образцов мест-
ного зодчества, для чего их выяв-
ляли и перевозили на специально
выделенные территории под откры-
тым небом.
Наиболее известные музеи под
открытым небом в Англии - это
музей Уилд энд Даунленд в графстве
Сассекс и музей зодчества в Эйвон-
крофт неподалеку от Бромсгров в
Средней Англии. В первом из этих
музеев занимаются спасением и
восстановлением исторических зда-
ний юго-восточной Англии, вклю-
чая дом фермера XIV века, рекон-
струированием майдана углежогов
и, выглядящего несколько нелепо
для великолепной сельской местно-
сти Южного Даунса, городского
дома XVI века. В музее Эйвонкрофт
можно увидеть здания сельскохо-
зяйственного и промышленного
назначения, включая ветряную ме-
льницу, риги и полностью оборудо-
ванные мастерские, где когда-то
изготовлялись цепи и гвозди.
Но как бы ни были полезны
Модель известного паровоза
Стивенсона «Локомоцион» в Бимиш
экспонаты такого рода, некоторые
музеи стремятся придать экспози-
ции гораздо большее значение и
тем самым повысить у зрителей
интерес и понимание того, что они
видят. Все больше становится горо-
дов, создающих сельскохозяйствен-
ные центры, где городские дети
могли бы познакомиться с усло-
виями сельской жизни. В свою
очередь и сельские власти стараются
откликнуться на потребность в
лучшем осмыслении того, что собой
представляла жизнь в эпоху, пред-
шествовавшую промышленной ре-
волюции XVIII века. В графстве
Оксфордшир недалеко от Уитни
была восстановлена помещичья
усадьба, ставшая музеем, где время
от времени сотрудники музея, оде-
тые в старинные костюмы, демон-
стрируют посетителям различные
сельскохозяйственные работы. В
графстве Норфолк недалеко от
Ярмута на территории в 80 гектаров
раскинулась ферма Черч, где любой
посетитель может не только позна-
комиться с условиями жизни в
деревне эпохи королевы Виктории,
но и принять участие в том, что
делается на ферме: помочь подко-
вать лошадь, сделать колесо или
молотить пшеницу. А на работаю-
щей ферме-музее в Актон Скотте в
графстве Шропшир желающие могут
заключить контракт сроком на год
и стать сельскохозяйственными
работниками!
С гораздо большим размахом
действуют национальные музеи на-
родного быта в Уэльсе и в Ольстере
(Северной Ирландии). В 1964 году
был открыт Ольстерский музей
народного быта и транспорта.
Цель музея - показать историю
развития этой провинции во всех ее
социальных аспектах. Музей раз-
местился на территории в 55 гекта-
ров на поместьи Калтра, находя-
31

щемся в нескольких километрах от
столицы Северной Ирландии на
берегу Белфаст-Лох. Музей народ-
ного быта дополняет музей транс-
порта, занимающий по-соседству
территорию в 16 гектаров. В музее
транспорта, если не считать неко-
торых экспонатов, все еще находя-
щихся в Белфасте, экспозиция дает
картину развития транспорта с
самых отдаленных времен, когда
люди переносили грузы на спине или
использовали деревянную рогулю в
качестве саней, до показа современ-
ных сверхзвуковых самолетов.
Среди экспонатов музея можно
видеть автомобили, кареты и по-
езда, самолеты и даже суда. К числу
самых древних образцов транспорт-
ных средств относятся примитив-
ные повозки, демонстрирующие
гениальность простого изобретения,
когда в случае необходимости колеса
повозок заменяли на каменные или
деревянные катки и с их помощью
разбивали комья земли на поле
после весенней вспашки. Выставлен-
ные пассажирские экипажи выглядят
более элегантными и, хотя первые
автомобили не могли соперничать
с каретами в изяществе, тем не
менее, это были прочные средства
передвижения. Здесь можно увидеть
первые образцы велосипедов и
мотоциклов, по которым видно,
что в те времена, когда еще не было
налажено массовое их производство,
в каждом районе Великобритании
изготовляли отличающиеся друг от
друга модели автомобилей, автобу-
сов и других средств передвижения.
Начиная с середины XIX века
(Сверху слева) В Бимиш ежедневно
демонстрируют выпечку хлеба
(Сверху справа) Баллидуганский дом
ткачей и будка «Блич Ватч»
(Внизу) Музей Уилд энд Даунленд
в графстве Сассекс
Белфаст становится главнейшим
центром судостроения и в особен-
ности начинает славиться качеством
своих паровых котлов. Самым на-
глядным доказательством мастер-
ства ольстерцев в этой области
может служить выставленная в
настоящее время в музее транспорта
Калтра торговая шхуна «Ризалт»
30 метров в длину и 122 тонны
водоизмещением, построенная в
1893 году. В области воздухоплава-
ния Ольстеру принадлежит роль
пионера самолетостроения - там в
1909 году был построен моноплан
Фергусона. Позднее, правда, имя
конструктора стало хорошо извест-
но благодаря тракторам, современ-
ные образцы которых до сих пор
покупают во всем мире. Своим
рождением обязан Ольстеру и про-
тотип самолета «ВТОЛ» (с верти-
кальным взлетом и посадкой), тот-
час получивший кличку «летающая
кровать». Позже эта конструкция
превратилась в самолет типа XG
905. После завершения на нем
испытательных полетов в 1973 году
самолет был передан в музей.
Со временем музей народного
быта, находящийся по другую сто-
рону дороги, будет включать как
деревенский ландшафт с фермами
и ветряными мельницами, так и
небольшую деревню, состоящую из
домов, школы, примыкающих друг
к другу домиков промышленных
рабочих и церкви. Здания, окру-
жающие этот участок, очень раз-
нообразны, начиная с примитивной
фермы до более импозантного
сооружения вроде дома Лисмакло-
ски, в котором когда-то жил пастор.
К производственным зданиям отно-
сится Колайландская фабрика по
изготовлению лопат, производив-
шая эти инструменты для северной
части Ирландии, Баллидуганский
дом ткачей и даже небольшая будка
МУЗЕИ ПОД ОТКРЫТЫМ НЕБОМ
33
из местечка Блич Грин для сторожа,
караулившего льняную кудель, рас-
стилавшуюся на лугу для отбелива-
ния.
Недалеко от Кардиффа на пло-
щади в 40 гектаров в замке св.
Фейгана разместился Уэльсский му-
зей народного быта, открытый в
1946 году. В настоящее время музей
состоит из галерей с традиционным
набором экспонатов и из восстанов-
ленных зданий. Окрестности музея
привлекают экскурсантов и они
приезжают сюда с семьями. Здесь
есть места, отведенные для пикни-
ков и различные удобства для
туристов. Среди сооружений, пред-
назначенных для осмотра - кузница,
фабричка для изготовления шерстя-
ных тканей, помещение для хране-
ния лодок (здесь когда-то была
штаб-квартира рыбаков, ловивших
семгу на реке Уай) и во дворе
гостиницы арена, на которой в
XVIII веке проводились петушиные
бои. Как и подобает музею народ-
ного быта, здесь продолжают куль-
тивировать старинное мастерство и
ремесленники демонстрируют раз-
личные методы работы, одновре-
менно изготовляя традиционные
изделия, которые могут покупать
посетители.
Когда пять лет назад я впервые
посетил Бимиш, это была неболь-
шая территория в одной из долин
графства Дарем с разбросанными
по ней угольными вагонетками и
деталями ржавого машинного обо-
рудования. Сейчас Бимиш - одно
из главных туристических мест в
Северной Англии, куда ежегодно
приезжает более 250 000 экскурсан-
тов. И, несмотря на то, что этот
музей наполовину не закончен, у
него есть все, чтобы считаться
уникальным музеем Европы.
В Бимиш делается все для того,
Восстановленная шахта в Бимиш
34
чтобы с помощью имеющихся ма-
териальных и людских ресурсов
показать посетителям со всей воз-
можной полнотой, как жили люди
за последние сто лет. Хранитель-
ница одного из домов жарит пшенич-
ные лепешки на величественной во
всю стену старинной плите. Через
несколько минут она приносит их в
комнату центрального здания -
Бимиш холл, где пьют чай. А
неподалеку два старых трамвая
перевозят множество пассажиров
из музея транспорта к железнодо-
рожному вокзалу, находящемуся на
дне долины.
«Музей народного быта в Бимиш
создан, - говорит его директор
Фрэнк Аткинсон, - чтобы познако-
мить жителей северо-восточной час-
ти страны с историей края, в
котором они живут. Мы не соби-
раемся давать превратную картину
того, как раньше жили люди,
приукрашивать ее в ту или иную
сторону. Эта жизнь не была ни
«старым добрым», ни «старым
тяжелым временем». В ней было
как плохое, так и хорошее. И мы
искренне стремимся воспитать в
людях чувство гордости за успехи,
достигнутые нашим краем. Может
быть, потому что северо-восточный
район получил слишком большую
долю проблем, и люди здесь наст-
роены так воинственно. Мы хотим
показать им, сколько хорошего
сделал северо-восточный край для
Великобритании и даже для всего
мира».
А в нескольких километрах от
этого места в 1821-1825 годах
Джордж Стивенсон построил пер-
вую железную дорогу между Сток-
тоном и Дарлингтоном. Если же
подняться вверх по долине Бимиш
Берн, то можно увидеть и первый в
мире железнодорожный мост Кози
Арч. Неправильной формы холмы,
иногда похожие на невысокие горы
указывают на места, где находятся
старые шахтные отвалы, а заросшие
травой колеи железной дороги,
вьющейся по всей долине, напоми-
нают о днях, когда уголь свозили
на склады или везли к побережью.
По словам Фрэнка Аткинсона,
когда-то долина «жила кипучей
промышленной жизнью».
Знакомство с районом Бимиш
начинается с демонстрации диапози-
тивов в сопровождении магнито-
фонной записи, рассказывающей
о том, что северо-восточный край
сперва стал центром добычи свинца,
затем здесь стали добывать уголь и
железо, что привело к созданию
черной металлургии, а за ней и
судостроительной промышленности
по берегам рек Тайн, Тиз и Уир.
Рядом с кинотеатром находится
железнодорожная станция Роули,
которую перенесли на шестнадцать
километров с ее первоначального
места и восстановили в том виде, в
каком она была в 1910 году. В зале
ожидания для пассажиров в камине
пылает огонь, посетители проходят
через будку стрелочника, где видят
блестящие медные рукоятки и боль-
шое количество оборудования, от-
носящегося к тому времени. При-
мечательно, что тут выставлено
много заманчивых предметов для
собирателей сувениров, но ни одна
вещь не пропадает, что говорит о
том уважении, с каким люди отно-
сятся к задаче, которую себе поста-
вили основатели музея. У перрона
стоит паровоз, и настанет время,
когда он повезет посетителей музея
к шахтам, расположенным в другом
конце территории.
По другую сторону железнодо-
рожного полотна видны очертания
того, что в будущем будет центром
всего поселка. Здесь уже стоит
подлинный восстановленный мага-
МУЗЕИ ПОД ОТКРЫТЫМ НЕБОМ
35
зин и рядом эстрада для духового
оркестра, на которой по выходным
дням летом играет оркестр. К этим
зданиям прибавится школа, авто-
бусная станция, небольшая желе-
зоделательная фабрика и, конечно,
лавка, торгующая жареной рыбой
и ломтиками картофеля с солью!
По мере возможности Бимиш будет
местом, где все восстановленные
здания будут служить каким-то
эксплуатационным функциям - в
таверне можно будет выпить пиво
и прохладительные напитки, что
так важно для экскурсантов, совер-
шивших прогулку по 80 гектарам
территории музея.
За поселком находится ферма
Покерли. Она еще не открыта для
посетителей, а на склоне долины
расположена ферма Хоум. Со вре-
менем здесь будет собрано подлин-
ное сельскохозяйственное оборудо-
вание. Но у фермы есть и дополни-
тельная задача по разведению жи-
вотных, когда-то широко распрост-
раненных в этом крае, а сейчас
встречающихся все реже и реже, как,
например, седлистая свинья, Клайд-
сдейлская лошадь и Даремская
короткорогая корова. Эта корова
отличалась той особенностью, что
ее разводили главным образом
из-за сала, шедшего на изготовле-
ние свечей.
Одной из причин, почему ферма
Хоум пришла в упадок в текущем
столетии, было оседание почвы
вследствие подземных шахтных раз-
работок. Как ни парадоксально,,
нынешний крупнейший проект вос-
становительных работ в музее
народного быта это сооружение у
подножья холма, на котором стоит
ферма, шахтного штрека для показа
его экскурсантам во время посеще-
ния района шахт. Здесь, помимо
шахтного копра с оборудованием,
восстановлены дома шахтеров, вы-
Внутри восстановленного дома
шахтера в Бимиш
36
строенные в один сплошной ряд.
Все это свидетельствует о том,
насколько работники музея в Би-
миш преуспели всего за несколько
лет работы. В домах на улице
«Фрэнсис стрит», люди жили еще в
1976 году, когда вся эта улица
находилась в поселке Хеттон ле
Хоул, что расположен чуть дальше
к побережью. Потом эти дома
разобрали, перевезли и восстано-
вили здесь по указаниям тех, кто в
них жил, чтобы они выглядели
такими, какими были на протяжении
десятилетий с тех пор, как их
построили в 1870 году.
Фрэнк Аткинсон надеется, что,
как бы это ни звучало странно
в применении к музею, Бимиш не
будет отставать от жизни. Но,
как поясняет свою мысль Аткинсон,
«прошлое все время приближается
к нам». Даже недавнее прошлое
может исчезнуть, если кто-то не
осознает необходимости сохранения
примет повседневной жизни. Вот
почему Фрэнк Аткинсон намерен
построить несколько «префабсов» -
сборных домов, в которых жили
сотни тысяч англичан, потерявших
кров в результате воздушных бом-
бардировок во время войны.
Сейчас у директора музея народ-
ного быта в Бимиш меньше про-
блем, чем их было, когда он
приступил к сбору экспонатов в 1958
году. В то время у него были
громоздкие экспонаты, как напри-
мер, 100-тонный паровой экскава-
тор, который он не знал, где
поставить. На протяжении неско-
льких лет Фрэнк Аткинсон при-
страивал все увеличивавшееся коли-
чество экспонатов коллекции в каж-
дом здании, какое ему удавалось
заполучить: в заброшенной пекарне,
пустых казармах и так далее. Так
продолжалось до 1970 года, когда
местные власти северо-восточного
края согласились финансировать
создание музея народного быта в
Бимиш. Но и в настоящее время
музей испытывает нужду в дополни-
тельных помещениях: в зале цент-
рального здания в Бимиш на
полках стоят различные предметы,
которые когда-нибудь будут вы-
ставлены в помещениях музея.
Ближайшие планы Аткинсона
предусматривают завершение работ
на главной части территории музея,
а что касается его преемников, то
он считает, что у них будет почти
неограниченная возможность для
дальнейшего расширения экспози-
ции музея. Его заветная мечта -
восстановить железную дорогу к
Бимиш. Эта линия несколько лет
тому назад была закрыта для
пассажирского движения, но, как
надеется Аткинсон, со временем
экскурсанты смогут сесть на спе-
циальный поезд с паровозом на
Центральном вокзале в Ньюкасле и
приехать прямо к проектируемому
главному входу в музей.
Фрэнк Аткинсон предвидит время,
когда посетители музея, закончив
осмотр его территории, спустятся в
долину и пройдут мимо водяных
колес, когда-то работавших на ручье
Бимиш. Эти колеса приводили в
движение мукомольню, мельницу
для размола кремня для керами-
ческой промышленности Сандер-
ленда, насосы, откачивавшие воду
из угольных шахт, кузнечный молот
из Фордж Бэнк. «Я надеюсь, -
говорит Аткинсон, - посетители
увидят как люди жили когда-то в
этой долине». Возможно, придет
время, когда Фрэнк Аткинсон
будет не только директором музея
народного быта, а и целой железно-
дорожной системы. И как знать,
может быть, даже и первого в
Великобритании музея угольных
шахт.	®
МУЗЕИ ПОД ОТКРЫТЫМ НЕБОМ
37
британская демократия:
роль омбудсменов
В этой третьей по счету статье,
посвященной некоторым аспектам
демократии в Великобритании,
сотрудник газеты «Таймс» Джеффри
Смит рассказывает о деятельности
омбудсменов - независимых
представителей, уполномоченных
разбирать жалобы граждан по
поводу возможных случаев
бюрократизма в центральных и
местных органах власти и в системе
службы здравоохранения.
В любой высокоразвитой стране
правительственный аппарат ста-
новится настолько громоздким, что
отдельные граждане могут оказать-
ся жертвами несправедливости.
Такое положение может создаться
не вследствие умышленных дей-
ствий некоторых министров или
государственных служащих, а един-
ственно из-за того, что количество
принимаемых постановлений столь
велико, что не все они могут осно-
вываться на достоверной инфор-
мации и не всегда бывает возможно
при выработке постановления по
какому-либо вопросу принять во
внимание каждую потребность част-
ного лица и вынести наилучшее
решение. Иногда может иметь
место и элементарная небрежность
38 или безразличное отношение. Для
того, чтобы предотвратить эти
неизбежные огрехи, в 1967 году Пар-
ламент Великобритании принял
закон о создании должности пар-
ламентского уполномоченного по
административным вопросам.
С самого начала человека, зани-
мающего эту должность, стали
называть по-шведски «омбудсме-
ном» (что в переводе означает
«представитель чьих-либо интере-
сов, уполномоченный»), потому, что
мысль о создании должностного
поста с такими обязанностями, была
заимствована из опыта ряда стран,
главным образом, скандинавских.
Но различие в официальном наз-
вании указывает на их функциональ-
ные отличия. В скандинавских
странах омбудсмены - это офици-
ально назначенные чиновники, к
которым могут обращаться непо-
средственно граждане, если они
считают, что с ними поступили
несправедливо какие-либо адми-
нистративные власти. Британский
парламентский уполномоченный
является назначенным парламентом
лицом, занимающимся разбором и
принимающим решения по поводу
предполагаемых упущений в управ-
лении, на которые ему указывает
кто-либо из депутатов парламента.
Парламентский уполномоченный
Британские парламентские
уполномченные с 1966 года, слева
направо: сэр Эдмунд Комптон, сэр
Аллан Марр, сэр Идуал Пью,
баронесса Серота и Сесл Клотия -
омбудсмен с января этого года
не имеет права принимать жалобы
непосредственно от граждан и
может рассматривать только жало-
бы, относящиеся к деятельности
центральных правительственных
учреждений и ведомств, но не
затрагивающие ряд важных обще-
ственных организаций. Такая огра-
ниченность функций парламентско-
го уполномоченного подвергалась
критике в некоторых кругах. Ны-
нешний парламентский уполномо-
ченный заявил, что он хотел бы
иметь возможность получать жало-
бы непосредственно от граждан.
Позднее были учреждены должно-
сти уполномоченных по вопросам
здравоохранения и местных органов
власти. Это позволило охватить
некоторые, хотя и не все области
государственной деятельности, зат-
рагивающие интересы отдельных
граждан, но находящиеся вне компе-
тенции парламентского уполномо-
ченного.
Ограниченность деятельности
парламентского уполномоченного
объясняется тем, что с самого начала
при учреждении такой должности
имелось в виду оказание помощи
депутатам парламента в проверке
деятельности правительства. На
протяжении веков в Великобритании
сложилась традиция, что со всеми
жалобами граждане обращаются
непосредственно в парламент.
Большую часть своего времени
депутат парламента тратит на
выслушивание и изучение жалоб,
поступающих от населения его
избирательного округа и касаю-
щихся действий отдельных государ-
ственных учреждений. Если депутат
считает, что жалоба нуждается в
дополнительном разбирательстве,
он пересылает ее парламентскому
уполномоченному при условии, что
она, по своему характеру, отвечает
его компетенции.
После проведения соответству-
ющего расследования, парламент-
ский уполномоченный сообщает о
своих выводах депутату парламента,
но может сделать и специальное
сообщение об этом в парламенте,
если считает, что допущенная не-
справедливость не может бытьустра-
нена другим путем. Существует
специальная межпартийная комис-
сия, наблюдающая за деятель-
ностью парламентского уполномо- 39
ченного, но она не вмешивается в
его методы работы и решения. Эта
комиссия сочтет себя заинтересован-
ной в особенности тогда, когда
парламентский уполномоченный,
разбирая жалобу, будет придержи-
ваться мнения, что для устранения
нарушения следует сформулировать
новое правило. Сам парламентский
уполномоченный не имеет права уч-
реждать новые правила. Все на что
он уполномочен - это опубликовать
свое заключение и высказать любую
рекомендацию в надежде, что авто-
ритета его должности и убедитель-
ности сделанного им анализа будет
достаточно. Все прочие действия
относятся к компетенции парламен-
та.
Деятельность парламентского
уполномоченного, как правило,
успешна. В особенности это заметно
в тех случаях, когда ему удается
добиться отмены непродуманного
решения какого-либо государствен-
ного должностного лица, отказы-
вавшегося пересмотреть свое поста-
новление либо из-за заинтересован-
ности в нем его ведомства, либо по
соображениям личного престижа.
Парламентский уполномоченный
оказывается в затруднительном по-
ложении, когда возникает вопрос
о принятых министрами решениях.
В силу закона, парламентский
уполномоченный имеет право рас-
сматривать жалобы на плохое
руководство министров наравне с
аналогичными случаями в работе
40 других государственных служащих.
Но в парламентском законе отсут-
ствует толкование понятия «плохо-
го руководства».
Первый парламентский уполно-
моченный истолковал это понятие
как действие (или неспособность
действовать), основывающееся на
несовершенной процедуре. Если
процедура принятия решения была
правильной, т.е. при условии по-
лучения правильной информации,
необходимых консультаций и так
далее, то каким бы абсурдным ни
казалось принятое постановление,
оно не могло рассматриваться как
пример «плохого руководства». Это
привело к более широкому толкова-
нию «плохого руководства», вклю-
чившему понятие непродуманных
решений. Но как определить разум-
но или неразумно действует ми-
нистр, придерживаясь своей по-
литической линии? Да и можно ли
оценивать действия министра, не
вдаваясь при этом в политическую
оценку его действий? И, если
парламентский уполномоченный
будет действовать таким образом,
то не вступит ли он на опасную
стезю, поскольку высказываться
относительно политической мудро-
сти решений членов правительства
в его задачу не входит?
Трудность вынесения приемлемо-
го для всех решения о том, представ-
ляют ли действия министра пример
плохого руководства или являются
следствием проведения им его по-
литической линии, очень ясно
проявилась в споре, возникшем по
докладу парламентского уполномо-
ченного три с половиной года
назад. Парламентский уполномочен-
ный критиковал министра, кото-
рый, по мнению уполномоченного,
оказывал неоправданное доверие к
вскоре обанкротившейся туристиче-
ской компании. Парламентский
уполномоченный придерживался
мнения, что министр чересчур стре-
милея уверить клиентов этой компа-
нии в ее надежности, вопреки
имевшимся фактам. Не оспаривая
права парламентского уполномо-
ченного делать такой вывод,
министр выступил с возражениями,
в которых утверждал, что дейст-
вовал в пределах своей компетенции,
оказывая поддержку компании, ко-
торую само правительство пыталось
спасти от финансового краха. Ми-
нистру удалось убедить Палату
общин отклонить основные выводы
доклада парламентского упол-
помоченного.
Этот эпизод - прекрасная иллю-
страция опасности, подстерегающей
парламентского уполномоченного,
пускающегося в слишком вольное
толкование узкого вопроса о плохом
руководстве, потому что это может
привести его к вмешательству в
право демократически избранного
министра выполнять свои обязан-
ности, существенная часть которых
сводится к принятию решений имен-
но по такому роду вопросов. Тем
дует, все же, выходить за рамки пра-
вил, касающихся принятия решений.
Случай с туристической компа-
нией стал поводом для обсуждения
еще одного вопроса: какие доку-
менты может востребовать парла-
ментский уполномоченный? Сам
парламентский уполномоченный и
сотрудники его канцелярии имеют
доступ ко всем правительственным
документам, кроме протоколов
заседаний кабинета министров и его
комитетов. При изучении деятель-
ности туристической компании, пар-
ламентский уполномоченный выра-
зил желание ознакомиться с прото-
колами одной из комиссий кабинета
министров. Сделал он это, по
всей вероятности для того, чтобы
убедиться в том, что дело компании
подробно обсуждалось. Ему было
отказано. Но вопрос об этом снова
был поднят в сентябре 1978 года,
когда специальный межпартийный
комитет рекомендовал предоста-
вить парламентскому уполномочен-
ному право знакомиться с протоко-
лами заседаний кабинета министров
за исключением случаев, когда ге-
неральный прокурор, т.е. высшее
правительственное юридическое
лицо, заявит, что такое ознаком-
ление с этими документами может
поставить под угрозу безопасность
государства или каким иным путем
будет противоречить интересам
общественности. Но, если в настоя-
не менее, существует широко рас- шее время парламентский упол-
п рост ране иное убеждение, что пар- помоченный и не пользуется абсо-
ламентскому уполномоченному еле- лютным правом доступа ко всем 41
документам, в большинстве случаев
он свободен знакомиться с любой
документацией, которая ему бывает
необходима. И только в редких
случаях его запросы наталкиваются
на отказ.
Несмотря на то, что выводы,
сделанные парламентским упол-
номоченным в отношении дела о
туристической компании, были
отклонены, сама постановка вопроса
об этом имела другое положитель-
ное последствие. Нынешний упол-
номоченный, как и его два предшест-
венника на этом посту, были раньше
государственными служащими, и
иногда высказывались опасения, не
будут ли люди, всю жизнь посвятив-
шие государственной службе, от-
носиться слишком снисходительно
к ошибкам, допускаемым другими
государственными служащими?
Случай с туристической компанией
со всей убедительностью показал,
что такие сомнения лишены основа-
ний. И хотя этот пример относится
к числу наиболее выдающихся, он
отнюдь не является единственным
случаем независимого поведения
парламентского уполномоченного,
когда речь идет о выносимых им
решениях.
После того как стало очевидным,
что введение должности парламент-
ского уполномоченного в достаточ-
ной мере себя оправдывает, этот
опыт был распространен еще на две
сферы деятельности. Законом от
1972 года были учреждены долж-
42 ности уполномоченных по вопросам
здравоохранения для Англии, Шот-
ландии и Уэльса, а также по вопро-
сам местных правительственных
учреждений. Вопросы, которыми
занимается уполномоченный по
здравоохранению, отличаются от
тех, что входят в компетенцию
уполномоченного по работе мест-
ных правительственных учрежде-
ний, и деятельность их обоих не
совпадает с кругом обязанностей
парламентского уполномоченного.
Деятельность уполномоченного по
вопросам здравоохранения не
затрагивает работы семейных
врачей, фармацевтов, зубных врачей
и оптиков. Наблюдение за их'
работой осуществляется рядом осо-
бых комиссий. В большинстве
случаев эти уполномоченные рас-
сматривают жалобы на больничное
обслуживание и работников адми-
нистративного аппарата националь-
ной системы здравоохранения. Они
могут рассматривать вопрос о
плохой работе только после того,
как жалобы по этому поводу стали
предметом изучения в специальных
органах национальной системы
здравоохранения.
В отличие от процедуры получения
жалоб парламентским уполномо-
ченным, претензии на плохую
работу в системе здравоохранения
можно подавать, минуя депутатов
парламента. Для этого есть веская
причина. В то время как должность
парламентского уполномоченного
была создана, чтобы обеспечить
депутатам парламента возможность
более эффективного контроля за
деятельностью и выявлением
ошибок, допускаемых государствен-
ными органами, должность упол-
номоченного по вопросам здраво-
охранения введена для улучшения
существующей системы разбора
жалоб по поводу больничного
обслуживания. Однако, в обоих
случаях граждане не имеют непос-
редственного контакта с уполномо-
ченными. Это делается отчасти по
принципиальным соображениям, а
частично из-за опасения, что его
завалят жалобами.
Уполномоченный по вопросам
здравоохранения не имеет права
ставить под сомнение заключения
врачей о характере курса лечения
больного. У него нет достаточного
медицинского образования для того,
чтобы высказывать свое мнение
относительно верности диагноза
врачей. Но уполномоченный доста-
точно компетентен для высказыва-
ния суждения о том, хорошо ли
обращались с пациентом и была ли
проявлена к нему необходимая
забота и внимание.
Однако было бы неправильно
говорить о деятельности уполномо-
ченного по вопросам здравоохране-
ния и центральных органов власти
порознь, поскольку в настоящее
время все эти посты занимает один
и тот же человек. На первых
порах считалось, что лучше, если
одно и то же лицо будет по сов-
местительству занимать посты упол-
номоченного по вопросам здраво-
возможной несправедлив-
охранения для Англии, Шотландии
и Уэльса для того, чтобы можно
было выработать единый стиль
работы. Поскольку в то время
должность парламентского упол-
номоченного была занята чело-
веком, имевшим опыт работы в
системе здравоохранения, сочли
удобным, чтобы он выполнял и эту
работу. Его преемник, также рабо-
тавший в органах здравоохранения,
продолжил эту практику. Но такое
положение вовсе не обязательно
будет сохранено в будущем.
Несколько иное положение у
уполномоченных по работе мест-
ных органов власти. Их трое в
Англии, один в Шотландии и один
в Уэльсе. Существует официальная
договоренность о том, что парла-
ментский уполномоченный поддер-
живает с ними связь. Эти уполномо-
ченные разбирают жалобы на неп-
равильные действия местных орга-
нов власти. Они следят за тем,
чтобы при подготовке решений
были соблюдены все необходимые
процедурные нормы.
Будет преувеличением утверж-
дать, что с введением должностей
парламентского уполномоченного,
уполномоченных по вопросам
здравоохранения и деятельности
местных органов власти, система
управления страной изменилась. Но
все эти должности, вместе взятые,
существенным образом гарантир-
руют каждому гражданину защиту
против
ости.


детская
Мини-мода, иначе говоря
детская мода, т.е. модные
туалеты для мальчиков и
девочек, стала в
Великобритании серьезным
делом, заняв важное место
в промышленности. Когда в
шестидесятых годах «Битлз»
произвели поистине
революционный переворот
в культурной и музыкальной
жизни, а мини-юбки к тому
же покончили с
устоявшимися
представлениями о
том, что, когда и где
следует носить, детская
одежда впервые вышла за
рамки традиционного стиля
школьной формы. Многим
ребятам, возможно, и
сейчас еще в школе
приходится носить
стандартные пиджаки и
брюки или школьные платья,
но дома в свободное время
или во время каникул у
них совсем другой вид.
Разумеется, английские дети
экипированы не так
экстравагантно как их
сверстники во Франции или
Италии, где модельеры
создают для детей
изысканные и дорогие
варианты одежды для
взрослых, а фирмы готового
платья, конструируя наряды
для грудных детей, малышей
и подростков, проявляют не
меньше мастерства и
выдумки, чем при создании
туалетов для их пап и мам.
И тем не менее для
английских детей в
последние пятнадцать лет
существует большой выбор
очень милых, ярких нарядов,
не уступающих туалетам
их достопочтенных
родителей. Сначала это
были мини-юбки и бикини
для девочек, затем все
заполонили наряды в
народном стиле с
оборочками и несколькими
нижними юбками; а рядом
- викторианские рукава с
буфами, высокий кружевной
Платье из синей или зеленой
хлопчатобумажной
шотландки. Продается сетью
магазинов «Бритиш хом
сторс»
одежда
ворот, рюши и ткани с
набивным нежным
рисунком в цвет.
Поскольку мужчины
шестидесятых и начала
семидесятых годов
относились к своей одежде
чрезвычайно серьезно,
мальчишки тоже получили
возможность носить
атласные рубашки,
бархатные костюмчики,
широкие кружевные
воротники, а также
фантастические наряды
обитателей «дикого
Запада»: хлопчатобумажные
клетчатые рубашки,
кожаные пояса, ковбойские
сапожки и куртки,
отделанные кожаной
бахромой.
В Лондоне в это время
царили моды Бибы, такое
название установилось за
фирмой художницы и
модельера Барбары
Хуланицки, польки по
происхождению; поначалу
она открыла ряд небольших
модных магазинов, из
которых, в результате,
вырос огромный универмаг.
И оформление магазина, и
товары, продававшиеся в
нем, были выдержаны
целиком в стиле «арт деко»;
там был особый отдел для
детей - настоящий плод
фантазии: школьная
площадка для игр, школьный
Бежевая куртка с коричневой
отделкой на рукавах и
карманах для мальчиков - в
ансамбле с джинсами и
клетчатой рубашкой.
Модели «Хорне»
Юбка с нагрудником фирмы
«Клоткитс». Украшение
заимствовано от польских
узоров. Патронки самого
малого размера
сопровождаются выкройкой
юбки для куклы
класс, громадная карусель в
форме проигрывателя, замок,
обнесенный рвом с водой,
мухомор, где можно было
полакомиться мороженым -
все это служило фоном
продававшихся в магазине
товаров. В середине
семидесятых годов эта эпоха
кончилась, а с нею закрылся
и магазин; и хотя в конце
Ансамбль - длинная юбка с
узором цветущей жимолости,
блузка с рюшем и стеганный
жакет с китайским узором.
Цвета: голубой, бежевый,
красновато-коричневый,
синий с отливом. Модели
«Клоткитс»
1978 года Биба открыла в
Лондоне новый магазин,
столь же уникального
характера, театральные
излишества бурных
шестидесятых и начала
семидесятых годов пошли
на убыль.
Сейчас детская одежда
носит более разумный
характер: наибольшим
успехом среди последних
моделей пользуются жилетки
с галстуками для девочек и к
ним, вместо юбки, брючки
на резинке, присборенные у
бедер, типа шаровар.
Какие-то основные
приметы викторианского
стиля тем не менее
сохраняются: стайки
маленьких «дам» в
длинных юбках в возрасте
трех-четырех лет можно
нередко увидеть днем на
улицах, когда детские сады
распускают своих питомцев.
Мэри Куонт, хотя и
принадлежит к
«добитловскому»
поколению, по-прежнему
одна из ведущих
модельеров страны;
недавно она предложила
для детей очень
разнообразные наряды в
стиле эпохи Реставрации.
Правда, такая
претенциозность в детской
одежде не является
типичной;в моде
последних нескольких лет
преобладали скорее
анти-модные вещи.
В модах для молодежи
господствуют джинсы,
стершие все возрастные и
классовые различия. Сейчас
многие ученики могут ходить
в школу в джинсах, теплых
полосатых носках, ярких
свитерах или стеганных
курточках в китайском
стиле. Это основа одежды
как мальчиков, так и
девочек, начиная от
младших классов и до
университета. Когда-то
джинсы стоили дешево,
однако сейчас они
становятся все более
Брюки на лямках из
рубчатого вельвета с
подобранной к ним рубашкой
из бумажной ткани.
Цвета: бежевый, зеленый.
Модели «Бритиш хом
сторс»
изощренными - яркая
вышивка, блестящая
отделка, всевозможные
значки, - поэтому цена на
них неуклонно растет; в
1978 году специальной
правительственной
комиссии было даже
поручено изучить вопрос о
ценах на джинсы.
Большие универсальные
магазины быстро
откликнулись на интерес к
детской одежде. Их отделы
детской одежды предлагают
богатый выбор более
модных туалетов для детей
и подростков, чем секции
для взрослых: рай для
миниатюрных женщин!
Возникла даже новая
отрасль в промышленности:
надомное производство
детской одежды-туалеты
I Рукав блузки
2	Рукав блузки
3	Воротник
4	Сумочка
5	Руки куклы
6	Рукав платья
7	Рукав платья
8	Подкладка сумочки
9	Рука куклы
ю Рука куклы
11	Брюки на лямках: спинка
12	Нагрудный карман к
брюкам
13	Брюки на лямках: перед
14	Брюки на лямках: перед
15	Брюки на лямках: спинка
16	Лямка к брюкам
17	Ремень сумочки
18	Подкладка к воротнику
19	Платье: кокетка спинки
правая часть
20	Платье: кокетка спинки,
левая часть
21	Нога куклы
22	Нога куклы
23	Перед блузки
24	Спинка блузки
25	Спинка блузки
26	Перед блузки
27	Перед юбки
28	Вторая половина юбки
29	Трусики
30	Трусики
31	Ремень сумочки
32	Платье: кокетка переда
33	Тело куклы
34	Тело куклы
35	Шея куклы
36	Лямка к брюкам
для детей, прежде всего в
виде кроя из купонной
ткани; их можно заказать
по почте. Первая этим делом
занялась фирма «Клоткитс»,
которая и по сей день
является ведущей в этой
области фирмой, чьи
изделия отличаются
большой изобретательностью.
Основали ее в 1969 году
выпускники
художественной школы
Анна и Финн Кеннеди.
Свой первый крой детской
одежды Анна сделала для
выставки в Лондонском
центре дизайна. Она взяла
кусок белой
хлопчатобумажной ткани и
прямо на нем напечатала
патронку очень простого
платья из одного полотнища.
Основной принцип остался
неизменным, хотя сейчас
отдельные детали выкройки
вместе с рисунком ткани
наносятся методом
шелкографии прямо на
рулон материи, которую они
выпускают в нескольких
расцветках. Затем эти
рулоны разрезаются, и
крой рассылается
Слева: кукла «Клоткитти»,
которую вы можете сшить по
выкройке, помещенной сверху
заказчикам вместе с
пуговицами, нитками,
крючками и т.д., а также
инструкцией по пошиву.
Сейчас вместе с кроем
можно заказать готовые
вязаные изделия, носки,
брюки; а в последнее время
такие наборы появились не
только для детей, но и для
взрослых . . и для кукол
тоже. Каталогом фирмы
каждый год пользуются
8о ооо человек, и в
Великобритании, и за
рубежом. Живут и
работают Кеннеди
в городе Льюисе, что в
графстве Суссекс, в
старинном доме. Их
родственники и знакомые
принимают участие в
изготовлении наборов
одежды и составлении
каталогов. По словам
супругов Кеннеди, их
заказчики - это
«нетребовательные семьи»,
совсем не то, что те, кто
покупает изысканные,
вычурные ансамбли в
маленьких модных
магазинах. Как и джинсы,
их наборы переживают
однодневки моды.
Сарафан из рубчатого велеьвета
с воротником, рукавами и
сборкой вокруг подола.
Материал - смесь шерсти с
хлопком. Модель «Маркс и
Спенсер»

Линн Рид Бэнкс родилась в
Лондоне, но в начале второй
мировой войны была эвакуирована
в прерии Канады. Там, в возрасте
восемнадцати лет, она написала
рассказ «Доверие», в котором она
рассказывает о своей первой
любви. Вернувшись в Англию,
она поступила в Королевскую
академию драматического
искусства и недолгое время играла
на сцене. Потом она стала одной из
первых женщин-репортеров
отдела последних известий
независимого телевидения.
Ее первый роман «Комната
формы «L» сразу стал
бестселлером, который
впоследствии стал и очень
удачным фильмом. Недавно она
написала два романа о семье
Бронте и также несколько детских
книг, в которые вошли рассказы
«Самая дальняя гора» и «Легенда
Мидаса». Литературный критик
газеты «Гардиэн» охарактеризовал
одну из ее книг «Мой милый
злодей», написанную для молодежи
о семейной жизни в юго-западном
районе Лондона - как
«проницательный, нежный и даже
смешной рассказ».
Муж Линн Рид Бэнкс скульптор.
У них три сына.

For Readers of English
В то время, когда происходит действие
этого рассказа, я жила в Канаде. Это
было в конце второй мировой войны,
мне было около шестнадцати - доволь-
но беспокойное соединение ребенка
и женщины, канадки и англичанки.
Нас с мамой эвакуировали в Саскатун,
Саскачеван, - его эвфимистичсски
именовали «сердцем прерий» - пять
лет назад, и только в последние два
года мы притерпелись к равнинному
однообразию полей пшеницы, громад-
ным просторам, раскинувшимся меж
городами, которые прорезали лишь
резкие очертания вздымавшихся эле-
ваторов, белых в сухом, прозрачном
воздухе.
Мы даже полюбили сам Саскатун;
но в знойные месяцы летних каникул
неизменно с облегчением покидали
его, отправляясь к одному из озер,
разбросанных к северу от города
Принц-Альберт. Своим расположе-
нием озера эти напоминали отпечатки
пальцев, влепленных среди почти
неизведанных северных лесов, на их
защищенных лесами берегах неболь-
шими группами ютились бревенчатые
хижины, обитатели которых: фермеры,
лесорубы, дачники - наслаждались
красотой и тишиной лесов, а в
придачу - всякой живностью, какая
там водилась.
В этих волшебных краях мы обычно
проводили летние дни на открытом
воздухе, купались, катались на каноэ,
гуляли, читали или просто лежали на
солнышке и дремали. По вечерам
загорались синим пламенем трехфуто-
вые сосновые поленья, от них тянуло
приятно пахнувшим дымком, а мы
сидели и разговаривали, слушая, как
играют в соседней хижине студенты-
пианисты и кричит в тростниках выпь,
или смотрели, как на опушке леса,
между нашей верандой и озером,
которое после того, как погаснут
невероятные краски заката, всегда
мерцало светло-серым блеском, пля-
шут мириады светлячков.
At the time of this story I was living in
Canada. It was towards the end of the
Second World War, and I was nearly
sixteen—a rather uncomfortable mixture
of child and woman, Canadian and
English. My mother and I had been
evacuated five years before to Saskatoon,
Saskatchewan—euphemistically known as
the Hub City of the Prairies—and had
only during the last two grown accus-
tomed to the flat sameness of the wheat-
fields, the vast space between towns
broken by the stark, jutting grain
elevators, white in the dry clear air.
We had even grown fond of Saskatoon
itself; but it was always with relief that
we escaped, during the baking hot
months of the summer holidays, to one
of the scattered lakes north of Prince
Albert. Pushed like thumb-prints into
the all-but-unexplored Northern forests,
the sheltered rims of these lakes accom-
modated occasional groups of log cabins
in which farmers, woodsmen and summer
visitors shared the peace and beauty of
the woods with the teeming wild life that
belonged there.
In these magic surroundings we used
to spend the long summer days in the
open air, swimming and canoeing, walk-
ing, reading, or just lying dreaming in the
sun. In the evenings the three-foot pine
logs would burn with their blue flames
and sweet smell, and we would sit and
talk, listening to the piano students
playing in the next cabin and the bitterns
creaking in the reeds, or watch the
fireflies, millions of them, dancing in the
fringe of trees between our porch and the
Lake, which was always a bright, lumi-
nous grey after the unbelievable sunset
colours had faded.
52
То последнее лето перед возвраще-
нием в Англию было особенно прелест-
но. Во-первых, я впервые влюби-
лась. Никто и никогда не убедит меня,
что в пятнадцать лет невозможно
любить. Тогда я любила так, как
никогда потом, - всем сердцем, не
ведая сомнений, безраздельно и про-
стодушно. Или во всяком случае так
я любила к концу того лета. Когда мы
в июне отправлялись на озеро, это
лишь начиналось.
Мой друг работал в Саскатуне, но
озеро было его «стихией»: дебри,
незнакомые и прекрасные, манили его
с неодолимой силой, так что не могу
утверждать, что лишь ради меня
усаживался он по пятницам, как
только представлялась малейшая воз-
можность, на свой мотоцикл и гнал
триста миль по ухабистым дорогам
прерий, чтобы провести с нами уик-
энд.
Случалось, он не мог приехать, и
тогда радость улетучивалась из всего
до следующего понедельника, когда
можно было снова начать дожидаться
пятницы. Он никогда не мог преду-
предить заранее, потому что мы жили
в такой дали от цивилизации, что у
нас не то что телефона, но и телеграфа
не было, поэтому оставить всякую
надежду я могла не раньше полудня в
субботу. В таких условиях триста миль—
не шутка. К тому же Дон был стеснен
в деньгах и иногда подрабатывал по
субботам и воскресеньям сверхуроч-
ными.
Но, если исключить эти пустые
потерянные субботы и воскресенья,
я была счастлива до беспамятства. Так
счастлива, что впервые за многие
годы начала довольно много размыш-
лять о Боге. После того, как Дону
удалось приехать несколько недель
кряду, я самоуверенно вообразила,
что Бог самолично принимает во мне
участие. Я разговаривала с Ним,
словно с приятелем, и в какой-то
момент в этой веренице знойных.
That last summer before we returned
to England was particularly enchanted.
For one thing, I was in love for the first
time. No one will ever convince me that
one cannot be in love at fifteen. I loved
then as never since, with all my heart and
without doubts or reservations or artifice.
Or at least, that is how I loved by the end
of the summer. When we left for the Lake
in June, it was all just beginning.
My boyfriend worked in Saskatoon,
but the Lake was ‘his place’—the strange
and beautiful wilderness drew him with
an obsessive urgency, so I cannot claim
it was only to see me that he got on his
motor-cycle as many Fridays as he
possibly could, and drove three hundred-
odd miles along the pitted prairie roads
to spend the weekend with us.
Sometimes he couldn’t come, and then
the joy would go out of everything until
Monday, when I could start looking for-
ward to Friday again. He could never let
us know in advance, as we were too far
from civilisation to have a phone or even
a telegraph service, so that it wasn’t until
noon on Saturdays that I had to give up
hope. Three hundred miles in those
conditions is quite a journey. Besides,
Don was hard up, and sometimes worked
overtime at weekends.
But except for those lost and empty
Saturdays and Sundays, I was deliriously
happy. So happy that I began to think,
for the first time in years, quite a lot
about God. After Don had managed to
come for several consecutive weekends,
I came to the conceited conclusion that
God was taking personal care of me. I
talked to Him as if to a companion, and
somewhere in that maze of hot, con-
53
задумчивых дней, когда Бог - или
природа, или как вам еще будет
угодно назвать правящую миром Силу,
- казалось, был совсем-совсем рядом,
мне втемяшилось, что если я прямо
задал! какой-нибудь вопрос, то первое,
что придет мне в голову и будет
правильным ответом.
Сейчас легко издеваться над ребя-
чеством этой игры в испытание веры
но факт остается фактом: она срабаты-
вала. Обычно я испытывала ее на
простых вещах. «Будет завтра дождь ?»
«Придет нам сегодня письмо из
Англии?» - и чаще всего - «Приедет
Дон на этой неделе?» Поначалу меня
порядком приводил в замешательство
тот рой утвердительных и отрицатель-
ных ответов, которые проносились у
меня в голове, но через некоторое
время приоткрывался небольшой про-
свет взвихренной пустоты, потом
совершенно отчетливо вспыхивало
«да» или «нет», и я не помню, чтобы
ответ когда-нибудь оказался неверным.
За исключением последнего случая.
Как-то утром в понедельник я
сидела на краю нашего маленького
причала для каноэ, свесив одну ногу
в теплую воду и наблюдая, как
крошечные рыбки с любопытством
тычутся в нее своими прозрачными
носами, когда ко мне подошла мама,
перешагивая через дыры, зияющие
в дощатом настиле.
- Ты не брала пять долларов у меня
из коробки с деньгами ? - спросила она.
- Нет, ... - ответила я, лениво по-
водя ногой и глядя, как рыбки броси-
лись врассыпную.
- Странно, - сказала она. Наверно,
я сунула их в какое-то другое место.
Она ушла, а я улеглась на настил,
ощущая через кофточку тепло и
шероховатость досок, и под прикры-
тыми веками, в которые било раска-
ленное солнце, миг за мигом прожила
от начала до конца два последних дня.
Немного погодя снова пришла мама.
В ее доносившихся сзади глухих
templative days, when God, or nature, or
whatever you care to call the abstract
Power of the world, seemed almost
tangibly close, I conceived the idea that
if I posed a direct question the first
answer that came into my mind would be
the correct one.
The childishness of this faith-game is
easy to deride now; the fact remains that
it worked. I used to try it out on simple
things; ‘Will it rain tomorrow?’ ‘Will
there be a letter from England today?’—
and, most often of all, ‘Will Don come
this week?’ At first I used to be a little
confused by the jumble of negative and
affirmative thoughts that would rush
through my mind, but after a while there
would be a little space of whirling blank-
ness, and then a yes or a no would flash
forth quite clearly, and if it ever proved
wrong, I don’t remember it. Except for
the last time.
One Monday morning I was sitting at
the end of our little canoe-jetty with one
foot trailing in the warm water, watching
the tiny fish prodding at it inquisitively
with their transparent noses, when my
mother came down to me, stepping over
the gaping holes in the planking.
‘Did you borrow a five-dollar bill out
of my cash-box?’ she asked.
‘No . .’ I replied, stirring idly with my
foot and watching the little fish flicker
away.
‘Funny,’ she said. ‘I must have put it
somewhere else.’
She went away, and I lay back on the
planking, feeling it warm and rough
through my shirt, and behind my sun-
baked eyelids relived the past two days,
moment by moment. After a while, my
mother came back. Her hollow footsteps
54
шагах чувствовалась настороженность
и безотлагательность, заставившие
меня сесть.
- Я не могу их найти, - сказала она.
Между бровей у нее мышцы стяну-
лись в тугой узелок.
- Я пойду и помогу тебе искать.
- Бесполезно, - сказала она, усажи-
вая меня. - Теперь я точно помню,
что действительно положила их в
коробку. Больше им негде быть.
- Ну, а что тогда с ними стало?
- Не знаю, - сказала она. Мама
стояла рядом со мной и, хмурясь
смотрела на сверкающую гладь.
Я должна сказать, что Дон был не
единственным человеком, что приез-
жал к нам. У нас было много друзей,
и, по их мнению, ради того, чтобы в
разгар июльской жары провести у
озера субботу и воскресенье, стоило
проделать долгий путь на поезде, а
потом - иначе к нам не доберешься -
трястись на грузовике без всякого
комфорта. Еще заскакивала уйма вся-
кого народа из местных, да еще
дачники из соседних хижин. В пос-
ледний уик-энд у нас, кроме Дона,
останавливалось еще человек шесть.
До сих пор не могу понять, как
мысль о том, что эти пять долларов
взял Дон, вообще пришла мне в
голову. Но она пришла, и меня тотчас
же окутала холодная пелена отвраще-
ния к себе. Посреди ослепительного
зноя меня охватил озноб, и мама
наклонилась и обняла меня одной
рукой.
- Не беспокойся, дорогая, - сказала
она. - Мы не можем точно сказать, кто
их взял.
- Но это же друзья, - пробормотала
я. То, что пришло в голову МНС,
пройди хоть сто лет, ни за что не
пришло бы в голову маме. Она с
таким же успехом заподозрила бы в
воровстве Дона, что и меня.
- Любой мог зайти и взять их, -
сказала она, - пока мы ездили к рифу.
Но здесь не было чужих людей, и
behind me had a worried urgency that
made me sit up.
‘I can’t find it,’ she said. There was a
little knot of muscles between her eye-
brows.
‘I’ll come and help you look.’
‘It’s no good,’ she said, pushing me
back. ‘I remember now, I did put it in
the box. There’s nowhere else it could
be.’
‘Well, what’s happened to it?’
‘I don’t know,’ she said. She stood
beside me, frowning across the bright,
flat water.
I should explain that Don was not the
only person who used to visit us. We had
many friends, and weekends at the Lake
during the heat of July were considered
well worth the long train journey and the
uncomfortable truck ride involved in
reaching us. Lots of local people used to
pop in too, as well as neighbours from
nearby cabins. During the weekend just
past, there had been a good half-dozen
people on the premises besides Don.
I find it quite impossible to this day to
understand why the thought that Don
might have taken the five dollars should
even have crossed my mind. But it did,
and at once a cold pall of self-loathing
fell on me. I shivered in the glittering
heat, and my mother bent and put her
arm round me.
‘Don’t worry, darling,’ she said. ‘We
can’t be sure anyone took it.’
‘But they’re all friends,’ I mumbled.
What had occurred to me would never in
a hundred years have occurred to her;
she would as soon have suspected me of
stealing as Don. She said: ‘Anyone could
have come in and taken it while we were
over at the reef.’ But there were no
55
она это знала. Поселившиеся на берегу
Озера люди составляли крошечную,
замкнутую общину, куда не проникали
ни пришлые, ни бродяги.
По тем временам, при более чем
скромном пособии, которое мы полу-
чали из Англии на прожитье, пять
долларов были для нас изрядной
суммой. Но мама никогда не имела
обыкновения убиваться по поводу
того, чего не воротишь, и велела мне
выбросить все это из головы.
Но я не могла. Наверно, из-за созна-
ния собственной вины в тот миг
невольного предательства случай этот
бередил мне душу. Я ненавидела себя
за то, что поддалась этой мысли в
первый раз, не говоря уже о втором, и
по мере того, как тянулись дни,глупое,
беспочвенное подозрение росло, а с
ним - и моя вина, питая друг друга.
Счастье, которое доставляли мне эти
места, было совершенно отравлено и
точно так же - прелесть ожидания; я
чувствовала, что не смогу снова посмот-
реть Дону в лицо и почти страшилась
приближавшегося уик-энда. Несмотря
на это я не могла избавиться от своих
сомнений, которые угнетали меня
тяжким бременем вины.
Сначала я отказывалась применить
свой новоизобретенный «тест», так как
для этого нужно было признать свои
сомнения перед самой собой в то
время, когда я как раз отчаянно
старалась сделать вид, что их вообще
не существует; потом, достигнув той
стадии, когда мне пришлось их приз-
нать, я боялась «спросить», зная, что
поверю полученному ответу.
Но когда наступила пятница, я
чувствовала себя настолько несчастной
в своем самодельном аду, что больше
не могла этого вынести. В одиночестве
отправилась я на берег; вечерний
воздух был необычайно тяжел, и
недвижная гладь озера была исполне-
на зловещей красоты. Я стояла и
смотрела на догоравший за зубчатым
силуэтом леса закат. Он был прекрасен
strangers, and she knew it. The lakeside
population is a tiny, isolated community,
which no tramps or wanderers ever
invade.
Five dollars was a respectable sum to
us in those days, with only our meagre
allowance from England to live on. But
my mother was never one to cry over
spilt milk, and she told me to forget all
about it.
But I couldn’t. I think it was guilt at
that flash of involuntary disloyalty that
kept the thing alive in my mind. I hated
myself for giving it a first thought, let
alone a second, and as the days went by
the silly, groundless suspicion grew, and
my guilt with it, the one feeding the other.
The happiness of our surroundings was
utterly spoilt, and so was the former
delight of forward-looking; I felt I
couldn’t look Don in the face again, and
almost dreaded the coming weekend. And
yet I could not shake off this feeling of
doubt, which lay on my spirit like a
guilty burden.
At first I refused to apply my newly
found ‘test’, because to do so would be
to admit the doubt to myself, at a time
when I was still desperately trying to
pretend it was not there at all; and then,
when I reached the stage of having to
admit it, I was afraid to ‘ask’ because I
knew I would believe the answer.
But by Friday I was so wretched in my
self-created hell that I could bear it no
longer. I went away by myself onto the
shore; the evening air was unusually
heavy, and the placid water had an
almost ominous beauty. I stood looking
at the dying sunset, beyond the trees’
ragged silhouette. It was beautiful—too
56
- слишком прекрасен для меня в тот
момент. Я чувствовала, что не в
состоянии смотреть на него. Я разры-
далась, сотрясаясь от тяжелых, сухих
рыданий, и внезапно произнесла:
- Это Дон взял пять долларов ?
11 совершенно ясно услышала:
-Да.
С неестественной внезапностью, с
какой вообще совершаются перемены
погоды в этом краю контрастов,
разразилась гроза. Всего лишь миг
тому назад весь запад был залит
красными и лимонными красками
заката, а в следующий - их уже
поглотила чернота туч, и свинцовую
чашу неба расколола молния, разбе-
жавшись, будто прожилки на листе,
бессчетным числом побегов. Она исче-
зла, а я стояла, моргая глазами, во
внезапно объявшей меня тьме; потом
раздался гром, а в следующую секунду
гладь озера вздыбилась сердитыми
пляшущими пиками, и сосны засви-
стели, как хлысты.
В ту ночь я старалась не ждать Дона.
Я чувствовала, что мои мысли могли
каким-то образом передаться ему и что,
почувствовав предательство, он не
приедет. Ирония состояла в том, что
как я теперь инстинктивно ни была
уверена в его виновности, мне хотелось
увидеть его, как никогда прежде.
Лежа в постели под покатой крышей
хижины, я прислушивалась к дождю,
множеством молоточков гвоздившему
у меня над головой, чувствуя, как
ветер, налетая яростными порывами,
сотрясает хижину до самого основания,
глядя, как черный квадрат окна то
и дело озаряется внезапно и ослепитель-
но. Один раз я встала, и, дрожа,
стояла и смотрела поверх макушек
деревьев; при вспышке молнии было
видно, как густой лес податливо
клонится под ветром, словно поле
пшеницы.
Я испытывала такое душевное оди-
ночество, с которым не сравнится
ничто из пережитого мною потом. Мое
beautiful for me, at that moment. I didn’t
feel fit to look at it. I started to cry in
great sobs, and suddenly I said aloud:
‘Did Don take the five dollars?’
And the answer came quite clearly,
‘Yes.’
The storm broke with the uncanny
abruptness of all weather changes in that
land of extremes. One minute the accen-
tuated reds and lemons of the sunset
were smeared across the west; the next,
the blackness of thunderclouds had
obliterated them, and the leaden bowl of
the sky was fissured with lightning which
spread in infinite detail, like the veins of
a leaf. It vanished, leaving me blinking
in the sudden darkness; then came the
thunder, and the next second the flat face
of the Lake was dancing in angry peaks
and the pines were lashing like whips.
I tried not to expect Don that night.
I felt that my thoughts might have com-
municated themselves to him somehow,
and that, sensing my treachery, he
wouldn’t come. But it was ironic that,
convinced, irrationally, as I now was, of
his guilt, I should nevertheless have
longed to see him as I never had before.
I lay in bed under the sloping roof of
the cabin and listened to the rain beating
like multiple hammers over my head,
feeling the wind shake the cabin to its
foundations with one ferocious impact
after another, watching the black square
of window light up with blinding sudden-
ness and frequency. Once I got up and
stood looking out over the treetops,
shivering; when the flashes came, they
showed the solid forest swaying with the
flexibility of a wheatfield.
I experienced a loneliness of spirit un-
equalled by anything I have felt since.
57
странное предательство причиняло мне
жгучую, всепоглощающую боль, кото-
рая, благодаря многослойному изо-
ляционному покрову, которым с года-
ми для самозащиты обросло мое
сердце, было бы теперь невозможно.
Я снова забралась в постель, пытаясь
заглушить вскипавшие в горле слезы.
Но когда побуждаемая нежной, глубо-
кой привязанностью, существовавшей
между нами, ко мне поднялась мама и
поцеловала меня в щеку, она была
мокра от слез.
- Не плачь, милая, - сказала она с
нежностью. - Может, он еще приедет.
- Я не желаю, чтоб он приезжал! -
прорыдала я, не удержавшись; когда
она отпрянув в изумлении спросила:
- «Но почему?», - я была вынуж-
дена солгать; потому, сказала я, что
боюсь за него - как он поедет в грозу
по этим жутким дорогам, которые
размыты дождем и превратились в
сплошное желтое месиво.
Когда она, подоткнув мне со всех
сторон одеяло, ушла, ложь стала
реальностью. Я лежала и думала о
действительной опасности, которой
грозили эти дороги, ... после сильного
ливня по ним небезопасно ходить, на
крутых подъемах ноги буквально разъ-
езжаются под тобой. Хватит ли у него
ума остановиться и обождать, пока не
пройдет гроза? Но дороги северной
Канады не похожи на дружелюбные,
многолюдные дороги Англии, где
всегда есть по близости если не город,
то ферма, до которой можно добраться
пешком. Здесь же можно проехать
целую сотню миль, и, кроме отврати-
тельной дороги, ничто не подскажет
тебе, что ты не первый человек, что
проходит этим путем.
Я представляла, как Дон борется со
стихией, не желая застрять где-то в
затопленных водой дебрях. Сила, с
которой ветер обрушивался на хижи-
ну, заставляла мое испуганное вооб-
ражение рисовать мотоцикл, всегда
казавшийся мне таким тяжелым и
Му strange betrayal hurt in a sharp and
basic way which would be impossible
now, through the layers of self-protective
insulation the years have laid on my heart.
I crawled back into bed, trying to close
my throat against the tears. But when my
mother, prompted by the sweet deep
affinity between us, came in to me, she
kissed my cheek and found it wet.
‘Don’t cry, sweetie,’ she said softly.
‘He may still come.*
‘I don’t want him to!’ I sobbed before
I could stop myself, and when, startled,
she drew back and said, ‘But why?’ I had
to lie, and say it was because I was
afraid for him, riding through the storm
over bad roads which the rain would now
have reduced to sheets of yellow mud.
When she had tucked me in and gone,
the lie became true. I lay thinking about
the very real danger of those roads .. . you
couldn’t walk along them safely after
heavy rain; your feet would slip from
under you on the crude camber. Would
he have enough sense to stop and wait
until the storm ended? But the roads in
Northern Canada are not like the friendly
well-populated English ones, where there
is always a town or at least a farmhouse
within walking distance. You can travel a
hundred miles with nothing but the rough
road itself to show that you are not the
first human being to go that way.
I imagined Don fighting the storm,
unwilling to stop in the middle of some
sodden wilderness. The strength of the
wind buffeting the cabin made the motor-
bike, which had always looked to me so
heavy and solid, seem in my frightened
58
прочным, как нечто настолько хруп-
кое, что его могло перевернуть первым
же сильным порывом ветра. Мне
представлялось, как Дон лежит при-
гвожденный к земле, уткнувшись ли-
цом в желтую глину, и мотоцикл
тащит его за собой; я видела, как
дождь хлещет над воротом кожаной
куртки по его неподвижной молодой
шее; слышала сквозь неистовый шум
грозы кашель поломанной машины.
Много часов спустя, когда я не
меньше сотни раз пережила всю эту
сцену, до меня вдруг дошло, что я
слышу настоящий звук ревущего
мотора. Гроза стихала; ветер лишь
угрюмо, словно задыхаясь от спазм,
завывал среди деревьев, да равномер-
но стучал по крыше дождь. Я лежала
совершенно неподвижно, во мне боро-
лись облегчение и страх, каждый
настолько сильный, что у меня
в легких застывало дыхание, когда
я услышала на деревянной лестнице
тяжелые, усталые шаги Дона.
Он стоял в пустом проеме двери.
Тусклый свет занимавшейся за окном
зари поблескивал на его черных
мокрых волосах, мокром лице и
блестящей куртке, с которой струилась
вода. Он простоял довольно долго,
с трудом переводя дыхание, не зная,
сплю я или нет. Его руки устало
висели по бокам. Я различала его
ссутулившиеся плечи и слышала сла-
бый стук капель, падавших на до-
щатый пол.
Потом я шепотом позвала его и
протянула руку. Он подошел и скло-
нился надо мной, прижимаясь своим
холодным лицом к моему разгорячен-
ному лицу. На подушку с его волос
стекала вода. Он старался удержать
мои руки под одеялом, приговаривая:
- Нет, ты промокнешь, - и тихо
смеялся, одной рукой прижимая мои
руки, а другой - пытаясь стащить с
себя промокшую куртку. Но я вырва-
лась и, обхватив его шею руками,
притянула его к себе - он покорился.
thoughts frail enough to be blown onto
its side by the first gust that struck it.
I thought of Don pinned under it,
skidding, his face pressed into the yellow
clay; I saw the rain beating onto the
stillness of his young neck above his
leather jacket; I heard the coughing of
the disabled machine above the fury of
the storm.
It was hours later, when I had relived
the scene a hundred times, that I suddenly
realised the sound of the roaring engine
was real. The storm was dying; the wind
was no more than a sullen, spasmodic
growl through the trees and a steady
patter of rain on the roof. I lay absolutely
still, relief and panic fighting for ascend-
ancy within me, each in itself over-
whelming enough to freeze the breath in
my lungs as I heard Don’s heavy, tired
footsteps on the wooden stairs.
He stood in the open doorway. The
faint early-dawn light from the window
gleamed on his wet black hair, his wet
face and the streaming, shiny jacket. He
stood for a long moment, his breath
labouring, not knowing whether I was
awake or asleep. His arms hung wearily
at his sides; I could make out his stooped
shoulders and hear the faint tapping as
water ran off him onto the plank floor.
Then I whispered to him, and stretched
out my hand. He came and bent over me,
pressing his cold wet face against my
hot one. The rain from his hair dripped
onto my pillow. He tried to keep my
hands under the bedclothes, saying, ‘No,
you’ll get so wet—’ laughing under his
breath, holding my hands down with one
hand and trying to struggle out of his
soaking jacket. But I got free and threw
my arms round his neck, pulling him
down to me, and he gave in. I felt the wet
59
Сквозь тоненькую пижаму я чувство-
вала, как коробится мокрая куртка;
меня крепко сжимали его невыносимо
холодные руки; его ледяное мокрое
ухо прижималось к моей щеке, его
губы - к моему плечу ... Внезапно во
мне рухнули и чувство вины, и сомне-
ния - так раскалывается весной
твердый покров замерзшего Саскаче-
вана. Вырвавшаяся на свободу река
мчит, унося с собой обломки своих
ледяных оков. Такую же. упоительную
свободу испытывала я теперь, поняв
абсолютную глупость одолевавших
меня страхов.
Большинство истин постигается по-
степенно, через множество мелких
уроков. Но в этот мокрый, тесно
сблизивший нас и освободительный
миг я мгновенно уразумела истинный
смысл любви - вернее, одну из таких
истин, потому что их много и ни одна
не абсолютна, за исключением того
человека, для которого она реальна.
Состоит он вот в чем: что до тех пор,
пока в ком-то не усомнишься по-
настоящему, в него не сможешь по-
настоящему и до конца поверить.
- Дон, - прошептала я ему на ухо
голосом, вместившим все только что
пережитые страхи.
- Глупышка, - нежно шепнул он в
ответ. - Ты же знаешь, я могу вести
«Матильду» даже во время землетря-
сения ... Спи. - Он вытер мне лицо
дальним концом простыни, перевернул
на сухую сторону подушку, уютно
подоткнул со всех сторон одеяло.
Руки мои все тянулись прикоснуться к
нему, а он упорно запихивал их назад,
в тепло. - Закрывай глаза, - приказал
он. Когда я их закрыла, я сразу же
погрузилась в черноту бесконечного
изнеможения. Я заснула посреди его
поцелуя.
На следующее утро солнце ярко
сияло на безоблачном небе. Озеро
напоминало лист прозрачного стекла,
и каждая сосновая иголочка сверкала
чистотой, словно нитка зеленого шелка.
stiffness of the jacket through my thin
pyjamas; his hands, freezing cold, held
me close; his icy wet ear was against my
cheek, his lips pressed to my shoulder.
The guilt and the doubt broke up all at
once within me, the way the solid surface
of the frozen Saskatchewan River breaks
up in the spring. The released water
rushes along, carrying its broken bonds
of ice along in a crashing torrent. That
was the sort of exulting freedom I felt
now I knew the absolute stupidity of my
fears.
Most truths are learned gradually,
through many small lessons. But the truth
about love—or one of the truths, for there
are many, and none is absolute except for
the person for whom it is real—came
rushing in on me in that wet, close,
relieving moment. It was this: that it isn’t
until you have truly doubted someone
that you can truly and finally believe in
them.
‘Don—’ I whispered, into his cold ear,
all my recent fear in my voice.
‘Fathead,’ he whispered back tenderly.
‘You know I can drive Matilda through
an earthquake . . . Go to sleep.’ He dried
my face with a distant corner of the sheet,
turned my pillow over to the dry side,
and tucked the bedclothes snugly round
me. My hands kept creeping out to touch
him, and he kept firmly pushing them
back into the warmth. ‘Close your eyes,’
he ordered. When I did, the long ex-
haustion swept over me blackly. I fell
asleep half-way through his kiss.
The next morning the sun shone
brilliantly from a cloudless sky. The Lake
was a sheet of luminous glass, and every
pineneedle glistened in its cleanness like
60
От потрепанной ненастьем земли под-
нимался одуряющий запах свежести.
Мы сидели втроем на затянутой
проволокой веранде и пили утренний
кофе, смотрели, как блаженствуют на
поленнице, от которой идет пар, наши
почти что ручные бурундуки и смеялись
над ужасами оставшейся позади ночи.
Мама, как видно, дав волю фантазии,
тоже не спала, пока не приехал Дон.
А сама его поездка, несмотря на показ-
ную небрежность Дона отнюдь не
казалась приятной прогулкой.
- Когда ты выезжал из Саскатуна,
уже шел дождь? - спросила я, и когда
он ответил, что шел, прямо несусвет-
ный, у меня вырвалось: - Тогда зачем
ты приехал? Никакой надобности не
было. Это слишком опасно . . .
Он только фыркнул в ответ, повто-
рив, что «Матильда», если понадоби-
тся, выдержит и ярость Атлантичес-
кого океана, - И потом, - добавил он
немного погодя, — в этот уик-энд я
должен был приехать.
Не успела я спросить, почему, как
мама спросила, не хотим ли мы прой-
тись в лавку за продуктами. Вопрос
был риторический; мы сидели, дер-
жась за руки и устремив друг на друга
глаза, и, как могла заметить мама, нам
было все равно, чем заниматься, лишь
бы вместе. Она пошла в комнату за
деньгами и списком предстоящих по-
купок. После ее ухода я заметила под
глазами у Дона черные круги, и
выражение у него было трезвое и
взрослое. Он начал было что-то рас-
сказывать, но не докончил, а, пере-
гнувшись над столом с кофейными
чашками, поцеловал меня. Солнце
блаженным теплом разливалось по
моим закрытым векам и нашим сом-
кнутым рукам.
Мама окликнула меня. В ее голосе
послышалась какая-то странная нота.
Я отправилась в дом. Не привыкши-
ми к его полумраку глазами я не могла
разглядеть ее выражения. Она дер-
жала коробку с деньгами.
a shred of green silk. From the earth rose
an overwhelming smell of bruised fresh-
ness.
The three of us sat on the wired-in
porch and drank our morning coffee,
watched our almost-tame chipmunks
rejoicing on the steaming woodpile, and
laughed at the awfulness of the night
behind us. My mother, too, it seemed,
had lain awake letting her imagination run
riot until she heard Don arrive. And the
drive, for all Don’s pretended non-
chalance, had been no pleasure-trip.
‘Was it raining when you left Sas-
katoon?’ I asked, and when he said it had
been, heaven’s hardest, I burst out, ‘Oh,
then why did you come? You needn’t
have. It was too dangerous . . .’
He pooh-poohed this, and repeated
that Matilda could weather the raging
Atlantic if she had to. ‘Besides,’ he added
after a moment, ‘I had to come this
weekend.’
Before I could ask why, my mother
asked us if we’d walk up to the store for
the groceries. It was a rhetorical question;
we were holding hands and looking at
each other, and she could see it didn’t
matter to us what we did, so long as we
were together. She went into the living
room to collect money and her shopping
list. While she was gone, I noticed that
Don’s eyes had black rings under them;
the expression on his face was sober and
grown-up. He started to tell me some-
thing and then kissed me instead, leaning
across the coffee-cups. The sun was
blissfully warm on my closed eyelids and
on our clasped hands.
My mother called me. Her voice had
a funny note in it. I went in to her. My
eyes, unused to the darkness inside the
cabin, could not see how she looked; but
she was holding the moneybox.
61

- Смотриэ - сказала она, протягивая
ее мне.
Поверх нескольких однодолларовых
бумажек и мелочи в коробке лежала
купюра в пять долларов.
- Она вернулась! - воскликнула я. -
Вот чудно! Когда, по-твоему, это могло
случиться ?
- Ночью ее тут не было, - произ-
несла она так, словно у нее пересохло
в горле.
Я рассмеялась над ней.
- Какие глупости, - заявила я. -
Должно быть, она тут так и лежала.
Со вчерашнего вечера в доме никого
не было, кроме нас и Дона. Готова
поручиться, что она так и лежала тут
все это время. - Мама не отвечала, и я
сказала: - Ну, живей, давай свой
список, и мы пойдем, пока не настала
самая жара.
Она молча протянула мне список,
потом взяла пятидолларовую бумажку,
с минуту подержала, точно сомневаясь,
давать ее мне или нет; сгорая от
нетерпения скорей вернуться к Дону я
почти выхватила ее у мамы, поцело-
вала ее и помчалась на залитую
солнцем веранду.
Дон сидел ко мне спиной. Он нем-
ного сгорбился и сосредоточенно уста-
вился в пустую кофейную чашку.
Пока я стояла и смотрела, чувствуя,
как солнечное тепло, словно благо-
словение, разливается по моей коже, я
подумала: любить прекрасно, но это
еще не все. Доверие - вот в чем
находит завершение любовь, что де-
лает ее совершенной. Я подумала о
своей детской игре в вопросы и
ответы, и снисходительно посмотрела
на себя, какой я была вчера. Теперь
я знала ответы на все вопросы. Я
легко поцеловала его гладкую, черную
голову.
- Ну, - сказала я. - У меня есть пять
долларов. Пойдем и купим весь мир.
(Я)
© Линн Рид Бэнкс 1977
Из сборника «Что-то настоящее»
(Семь рассказов о любви).
‘Look,’ she said, holding it out to me.
Inside, lying on top of some one-dollar
bills and small change, was another bill
for five dollars.
‘It’s back!* I exclaimed. ‘How funny!
When do you suppose that could have
happened?’
‘It wasn’t there last night,’ she said.
She sounded as if her throat were dry.
I laughed at her. ‘What nonsense!’ I
said. ‘It must have been. Nobody’s been
in the house since last night, except us
and Don. I’ll bet it’s been there the whole
time.’ She didn’t answer, and I went on:
‘Well, come on, let’s have the list and
we’ll be off before it gets too hot.’
She handed me the list in silence, and
then picked out the five-dollar bill. She
held it a moment, as if in doubt about
giving it to me; impatient to get back to
Don I almost grabbed it from her hand,
kissed her, and ran back onto the sun-
flooded porch.
Don had his back to me. He was
hunched up a little, staring with con-
centration into his empty coffee-cup. As
I stood looking down at him, feeling the
sun’s warmth glowing on my skin like a
blessing, I thought: to love someone is
lovely, but incomplete. It’s trust that
rounds love out, making it perfect. I
thought of my child’s asking game, and
shrugged tolerantly at myself as I had
been yesterday. I had the answers to all
the questions now.
I dropped a kiss on the smooth black
head. ‘Come on,’ I said. ‘I’ve got five
dollars. ‘Let’s go buy the world.’ ®
© Lynne Reid Banks 1977
63
По Великобритании:
Значительную часть своей жизни
Чарльз Диккенс провел в
расположенном в юго-восточной
части Англии графстве Кент,
которое часто называют «садом
Англии». Многие из тех мест и
зданий, которые он знал и
описал в своих романах, как
обнаружил Боб Смайт, можно
увидеть и по сей день.
Благодаря массам путешественни-
ков, стекающихся на автобусах в
Стрэтфорд-на-Эйвоне, где родился
Шекспир, город стал одним из
популярнейших туристских объек-
тов в стране и занимает третье
место после Лондона и королев-
ского замка в Уиндзоре. Как ни
странно, при той всемирной извест-
ности, какой пользуется второй
величайший английский писатель,
мало кто бывает в тех краях, где
жил и умер Чарльз Диккенс и
которые он описал во многих своих
романах.
Отец Диккенса, увековеченный в
образе незадачливого мистера Ми-
кобера в «Дэвиде Копперфильде»,
работал клерком на судоверфях в
Чэтеме на реке Медуэй, впадающей
в устье Темзы. По выходным дням
они вдвоем отправлялись за город
по лондонско-дуврской дороге к
особняку в Гэдсхилле, где рухнула
затея Фальстафа в «Генрихе IV».
Если Чарльз будет прилежно тру-
диться, поучал отец, он когда-
нибудь может стать владельцем
этого дома. Красота этих мест,
являвшая столь разительный конт-
раст его мрачной жизни в Лондоне,
так поразила будущего писателя,
что он вернулся сюда в свой
медовый месяц, который провел в
деревне Чок, неподалеку от Гэдс-
хилла. В 1855 г., когда ему было 43
года, будучи уже богатым чело-
веком и всемирно знаменитым
писателем, он купил поместье
Гэдсхилл, где и прожил последние
15 лет жизни, написав свои послед-
ние пять романов.
Среди них был и опубликованный
в 1860 г. роман «Большие ожида-
ния». Действие в первой части
происходит на полуострове Хоо,
расположенном к северу от Гэдс-
хилла и протянувшемся до Темзы.
«Мы жили в болотистом крае, близ
реки, - пишет Пип, мальчик-сирота,
которого взяли на обучение в
подмастерья в кузнице Джо Гардже-
ри, - в двадцати милях от моря.
.. Плоская темная даль за церков-
ной оградой, вся изрезанная запру-
дами, холмами и изгородями, среди
которых пасется скот, - это болота,
а замыкающая их свинцовая по-
лоска - река». На реке стояли
Портрет Чарльза Диккенса
64
65
старые корабли - плавучие тюрьмы,
набитые каторжниками, дожидав-
шимися отправки в Австралию.
Однажды, «в промозглый день,
под вечер», Пип отправился на
церковное кладбище, где его схва-
тил беглый арестант Мэгвич. Запу-
ганный угрозами этого человека,
Пип на следующее утро встретился
с ним и принес ему еды, питья и
напильник, чтобы он мог освобо-
диться от кандалов. Впоследствии
Мэгвича схватили, но в Австралии
он преуспел и много лет спустя стал
безвестным благодетелем Пипа. Не-
легально вернувшись в Англию, он
навестил Пипа, который пытался
помочь ему бежать оттуда, но
Мэгвича затянуло лопастями колеса
того парохода, который должен
был доставить его на свободу.
В деревне Чок и поныне сохрани-
лась кузница, послужившая прооб-
разом кузницы Джо Гарджери -
полуразвалившийся сарай, перед
которым валяются не кузнечные
принадлежности, а разный авто-
мобильный хлам, за ним двор,
Г эдсхилл
полный разбитых автобусов. Пора-
зительным образом это производит
гораздо больше впечатления, чем
если бы его охраняли как истори-
ческий памятник и навели тут
чистоту и порядок. Чувствуешь, что
как раз в таком беспорядке и жила
семья Гарджери.
В той же деревне находится и
коттедж, где Диккенс провел свой
медовый месяц, - очаровательный,
обшитый досками крошечный до-
мик, перед которым растут розы. По
крайней мере, на укрепленной над
дверью доске говорится, что именно
сюда привез Диккенс свою молодую
жену, хотя скептики и сомневаются,
чтобы в двух его маленьких спаль-
нях могли разместиться не только
молодая чета и семейство экономки,
но также и множество гостей,
которых принимал Диккенс во время
своего пребывания там. По их
предположениям, тот дом действи-
тельно находился в этой деревне, а
теперь снесен.
Однако Диккенс, вероятно, с
одобрением отнесся бы к усилиям
Диккенсовского общества (устано-
вившего эту доску), стремящегося
предотвратить разочарование посе-
тителей, а также к выбранному им
дому, идеально соответствующему
своему назначению идиллического
уединения. В «Больших ожиданиях»,
как и в других своих романах,
Диккенс часто описывает реальные
места, хотя и меняет в соответствии
с задачами своего художественного
замысла их местоположение. Так,
трактир «Три Веселых Матроса»,
куда как-то вечерком отправился
Джо Гарджери, спасаясь от ворча-
нья своей жены, сестры Пипа, на
самом деле находится в нескольких
милях от Чока в деревне Лоуэр-
Хайэм. В теперешнем пабе «Шаш-
ки», хотя он и сильно перестроен,
не трудно распознать бывших «Трех
66
Матросов» благодаря его местопо-
ложению: он стоит рядом с тем
местом, где прежде был канал.
Канал этот, между Медуэй и
Темзой, прорыли, чтобы сократить
расстояние - тогда не нужно было
огибать полуостров Хоо и остров
Грейн. После строительства желез-
ной дороги его засыпали, и по
туннелю под Гэдсхиллской грядой
стали ходить поезда.
Еще одна деталь сцены на клад-
бище - церковь в Клиффе, она хоть
и находится на некотором расстоя-
нии от Чока но стоит на самом
краю подымающегося из болот
кряжа. Сейчас это более благодат-
ная местность, чем она была в то
время, когда болотная лихорадка
унесла всю семью Пипа. В одной из
запруд ловит рыбу цапля, которая,
тяжело махая крыльями, в страхе
улетает, когда группа авиамодели-
стов запускает в воздух свои шум-
ные, управляемые по радио модели.
В старых гравийных карьерах обра-
зовались озера, где могут ловить
рыбу и другие рыболовы и держать
свои лодки яхт-клубы. Но в очерта-
ния укреплений, сооруженных в
викторианскую эпоху для защиты
Темзы и ныне заросших ольхой и
крапивой, по-прежнему сохраняется
дух 19-го столетия.
За высокими насыпными берега-
ми, предназначенными для преду-
преждения разливов, словно гигант-
ские игрушки по плоскому полю,
проплывают громады пароходов.
Вечно изменчивое небо движется
навстречу низким эссекским холмам
на другом берегу, сплошь уставлен-
ном резервуарами нефтеочиститель-
ных заводов от Стэнфорда-ли-Хоупа
до острова Кэнви, откуда предпри-
нимал свою неудачную попытку
бегства Мэгвич. В скором времени,
в результате постановления, разре-
шившего строительство нефтеочис-
тительного завода на полуострове
Хоо, подобная панорама развер-
нется и на болотах южного берега.
В настоящее время, единственное
добавление к описанной Диккенсом
панораме, это овцы. Что касается
замка Кулинг (к востоку от Клиффа),
то он по-прежнему вздымается на
безмятежно спокойном фоне. Когда-
Кузница Джо Гарджери
67
то замок принадлежал сэру Джону
Олдкаслу (лорду Кобэму), послу-
жившему прототипом для шекспи-
ровского Фальстафа. Неподалеку от
него, на сельском кладбище находят-
ся могилы братьев Пипа. Не пять,
как пишет Диккенс, а тринадцать
младенческих захоронений, из ко-
торых семь приходится на долю
сестер и братьев, остальные же -
племянники и племянницы семейства
Компортов. Неутомимый хозяин,
Диккенс приезжал сюда в экипажах
со множеством гостей. Зная о его
пристрастии к исполнению собст-
венных произведений, они, как
правило, ожидали от него рассказа
Пипа о горестях сиротства, а он
вместо этого расстилал на одном из
высоких и ровных надгробий ска-
терть и выкладывал на ней обильное
угощение.
На обратном пути от Кулинга
дорога поднимается в гору среди
садов Кента, мимо «Шашек» (они
же - «Веселые Матросы») к самому
Гэдсхиллу, где из дома Диккенса
открывается вид не только на пойму
реки, но и - к югу - на долину, про-
тянувшуюся между Хайэмом и
деревней Кобэм. Быть может, от
того, что в ранние годы Диккенс
узнал немало лишений, он вложил
много души в Гэдс, как он его
называл, получая от него взамен
глубокое удовольствие. «В его
интересе к дому было много такого,
что, как принято считать, присуще
одним женщинам», - говорила его
дочь Мейми. Он энергично бла-
гоустраивал дом, сооружал такие
пристройки, как большая оранже-
рея, оборудовал подачу воды и
лужайку для крокета и даже проло-
жил туннель под проезжей дорогой,
чтобы соединить одну часть сада с
другой - «Пустынным уголком>х
Там же он поместил маленькое
швейцарское шале, присланное ему
в подарок другом-актером - здесь
он писал в уединении, не нарушае-
мом ни его родными, ни друзьями.
В Гэдсе часто бывали гости. «В
то лето (1868), - вспоминает его
управляющий Долби, - не проходи-
ло недели, чтобы он никого у себя
не принимал». Он только что
Коттедж, где Диккенс провел
медовой месяц
68
вернулся из своего последнего за-
граничного турне по США, где
выступал с чтением своих произве-
дений. И, как писали в своей книге
«Англия Диккенса» Майкл и Молли
Хардуик, «он вернулся, как герой-
победитель; он ехал по дорогам,
вдоль которых, махая ему и при-
ветствуя, выстроились фермеры со
своими семьями, мимо убранных и
украшенных флагами в его честь
домов, в Гэдсхилл . . Под конец
утренней службы звонари Хайэма
выскочили из церкви и от радости,
что Диккенс вернулся на родину,
принялись «звонить как безумные».
Гости и сами не сидели без дела.
Диккенс организовывал любитель-
ские спектакли - любимое его
развлечение, - поездки в дилижансе
в Рочестер, прогулки через болота,
или, если идти в противоположную
сторону, через Кобэмский парк.
Именно в эту обстановку он и
поместил мистера Пиквика, героя
своего первого романа «Записки
Пиквикского клуба» (1837): «После
полудня трое друзей отправились
пешком в Кобэм. Это была очаро-
вательная прогулка: день был чу-
десный, июньский, а дорога шла
густым, тенистым лесом, где дул
прохладный ветерок, мягко шелестя
в листве .. Они вошли в парк, где
стояла старинная усадьба, построен-
ная в причудливом и живописном
стиле елизаветинских времен. Во
все стороны расходились длинные
аллеи величественных дубов и вязов;
большие стада оленей щипали све-
жую траву; порой пробегал испу-
ганный заяц...»
Эта усадьба - и впрямь велико-
лепное строение елизаветинской
поры, хотя и отдекорированный в
более позднем стиле; ее парк -
первая крупная работа Хамфри
Рептона (ум.в 1818 г.), одного из
величайших английских мастеров
садово-парковой планировки. Сей-
час в усадьбе, как и в Гэдсхилле,
размещается частная женская школа,
но ее окрестности все еще достаточ-
но прекрасны, чтобы заслужить
тираду мистера Пиквика, вызван-
ную несчастным положением обма-
нутого и брошенного мистера
Тапмена: «Если бы в эти края
стекались все страдающие недугом
нашего друга, думаю, к ним очень
скоро вернулась бы былая привязан-
ность к миру».
Компания продолжала свой путь,
пока не очутилась в середине дерев-
ни, где стоит церковь, а за нею -
Кобэмский колледж, средневековая
богадельня для престарелых. Над
деревней разлит удивительный по-
кой, и, как с полным основанием
говорит мистер Пиквик: - «Это -
один из красивейших уголков, какие
я видел и где вероятно очень
приятно жить».
Прямо насупротив церкви, на той
стороне улицы, стоит «Кожаная
фляга», который, как обнаружили
Паб «Кожаная фляга», Кобэм
69
члены Пиквикского клуба, был
«чистеньким и просторным дере-
венским трактиром с длинной и
низкой комнатой, которая была
заставлена великим множеством
мягких кожаных стульев фантасти-
ческой формы с высокими спинками
и украшена всевозможными ста-
рыми портретами и довольно ста-
рыми, грубо раскрашенными гравю-
рами». Здесь же они обнаружили
мистера Тапмена, восседавшего за
обильным обедом: «. . . жареной
птицей, беконом, элем и т.д., и . . .
менее всего походившего на чело-
века, который распрощался с ми-
ром». Это по-прежнему великолеп-
ное место, где можно прервать
прогулку и подкрепиться перед
обратной дорогой - она может
проходить по долине Медуэя до
Рочестера, города, фактически слив-
шегося с Чэтемом и избранного
Диккенсом в качестве места дейст-
вия его последнего романа «Тайна
Эдвина Друда».
Музыкальный зал в Кобэмской
усадьбе
Впервые Диккенс упоминает о
Рочестере в своем романе «Записки
Пиквикского клуба». Получив заказ
написать серию скетчей для ежене-
дельной публикации, он, казалось,
стремился несколько застраховать
себя, поместив своих персонажей в
такие места, которые ему уже были
знакомы. Члены Пиквикского клуба,
выехав из Лондона в дилижансе,
встречают стреляющего одним
стаккато мистера Джингля, который
сообщает о графстве, в которое они
направляются: «Кент, сэр! - Кто не
знает Кента! - Яблоки, вишни,
хмель и женщины». Его описание
самого Рочестера весьма лаконично:
«Прекрасное место - славная руи-
на - хмурые стены - шаткие своды -
темные закоулки - лестницы вот-вот
рухнут - древний собор - затхлый
запах», и так далее, пока наши
путешественники не подьехали к
гостинице «Бык» (Булл) на Хай-
стрит, ныне гостиница «Ройял Вик-
тория энд Булл».
«Пиквик» - веселая книга, «Боль-
шие ожидания» намного грустнее.
Тут «Ресторейшн-Хаус» превратил-
ся в «Сатис-Хаус», жилище поки-
нутой возлюбленным мисс Хэвишем
и ее племянницы, прекрасной
Эстеллы, дом, который Пипу кажет-
ся «мрачным». Потемневший от
времени, он сохранился и поныне
и пленяет своей простой красотой.
В «Эдвине Друде» еще один из
таких особняков, «Истгейт-Хаус»,
выведен в качестве пансиона, где
проживает героиня романа «Древ-
ний кирпичный дом . . . такой
старый и обшарпанный, а медная
дошечка сияет так ярко, что вместе
они напоминают наделенному вооб-
ражением прохожему дряхлого ще-
голя с огромным новеньким мо-
ноклем в слепом глазу». В настоя-
щее время в «Истгейт-Хаусе» орга-
низован музей Диккенса, на его
70
территории разместилось и швей-
царское шале, которое перенесли
сюда из Гэдса - Диккенс писал в
нем «Друда» в день своей смерти.
«Тайна Эдвина Друда» - книга
мрачная, таинственность которой
лишь возросла в силу того непред-
виденного обстоятельства, что она
осталась незаконченной. Эдвин
исчезает, а поскольку в реке
находят его одежду, можно считать,
что его убили, но автор не оставил
никакого ключа относительно кон-
цовки романа или намека на даль-
нейшую судьбу Эдвина. Эдвину
покровительствует один из канони-
ков рочестерского собора - город в
романе называется : «Клойстергем,
что равнозначно русскому «Мона-
стырск».
Собор и примыкающие к нему
здания составляют фон для многих
эпизодов книги, и Диккенс с удо-
вольствием использует атмосферу,
навеваемую этим средневековым
окружением. «Тихий, сонный горо-
док, весь пропитанный запахом
сырости и плесени, исходящим от
склепов в подземельях под собо-
ром». К собору примыкают «остат-
ки старой каменной ограды, часов-
ни всех святых, здания капитула,
женской обители и мужского мона-
стыря (нелепо и прихотливо встро-
енные во многие его постройки
или вклинивающиеся в его сады)».
Теперь, когда Дуврское шоссе
обходит город стороной, а благо-
даря внутренней кольцевой дороге
движение по главной улице сократи-
лось, Рочестер вновь обретает спо-
койствие и вид, свойственные ста-
ринному «кафедральному» городу.
На Хай-стрит, где сохранился ряд
зданий тюдоровских времен, нахо-
дятся гостиницы, где останавлива-
лись пассажиры дилижансов, а также
и более почтенные общественные
здания, как, например, мэрия клас-
сического стиля, где в «Эдвине
Друде» проживает мэр Сапси. Но
не вся книга овеяна мраком; Дик-
кенс варьирует настроения. Описа-
ние города в летнюю пору - один из
самых лирических его пассажей.
«Массивные стены собора и монас-
тырских развалин словно бы стали
прозрачными, (и) кажется, будто
мягкий свет озаряет их изнутри . . .»
Но преобладают все же более
суровые тона, и, как говорит мистер
Грьюджиус, заглянув в огромный
западный портал собора: «Словно
глядишь в глотку Старика-Вре-
мени».
Борьба этих двух настроений идет
даже на самых последних страницах
романа, где Диккенс пишет, что
приметы лета: солнечный свет,
пенье птиц, аромат цветов - «про-
никают в собор, побеждают его
мирской дух и проповедуют Воскре-
сение и Жизнь». Диккенс был
отнюдь не религиозным человеком,
но такое настроение вполне соот-
ветствовало тому дню, что стал
днем его смерти.	®
Вид на Рочестерский собор из замка
71

отаническиисаав
Ботанический сад в Кью - крупное
научное учреждение, хранилище
знаний по истории ботаники и
цитадель научно-исследовательской
деятельности, направленной
на расширение человеческих знаний
о жизни растений. Посетитель может
встретить здесь, в самом
средоточии ботанических
премудростей, интересных и
деятельных представителей рода
человеческого. Автор этой статьи,
Рассел Туиск, побеседовал
с ботаниками и учеными,
работающими в Кью.
Королевский ботанический сад в
Кью раскинулся зеленым парком
на берегу Темзы, на подступах к
лондонскому аэропорту. Ботани-
ческий сад - одна из главных
достопримечательностей, привле-
кающая туристов. За год его посе-
щает более миллиона с четвертью
человек. Здесь за входную плату
в один пенни обретаешь свободу
передвижения на площади в 121
гектар парковой территории.
Кью одно из самых заслуживаю-
щих посещения мест в Великобри-
тании и англичане любят этот
Ботанический сад. В Кью приез-
жают на пикники, сюда приходят
заниматься студенты, люди отды-
Японские ворота
хают группами, привозят больных
на креслах-каталках, между де-
ревьями прогуливаются парочки
влюбленных, а люди престаре-
лого возраста дремлют, сидя на
солнышке. Посетители бережно
относятся к парку и внимательно
следят за тем, чтобы любое ново-
введение не привело к ухудшению
общего характера Ботанического
сада. В нынешнем году на некоторых
клумбах вместо цветов были
выращены овощи. Так сотрудники
Ботанического сада откликнулись
на всеобщее увлечение разводить
овощи на своих участках для соб-
ственного стола. Овощи были,
конечно, превосходные и вызывали
зависть у овощеводов-любителей.
Но и эти образцово-показательные
овощи не избежали критических
замечаний. «Я приехала сюда вовсе
не для того, чтобы любоваться
огородом», сердито сказала смотри-
телю сада пожилая женщина.
Нынешний директор Ботаничес-
кого сада в Кью профессор Дж.П.М.
Бренан хорошо понимает свою
ответственность за заботу об этом
учреждении, имеющем общенацио-
нальное значение. «Само собой
разумеется, что Ботанический сад
должен меняться, иначе он погиб-
нет. И вообще за короткий срок
невозможно изменить такое место,
как Ботанический сад - против этого
73
Профессор Дж.П.М.Бренан
будет возражать общественность».
В основном Ботанический сад про-
должает сохранять первоначальный
облик, приданный ему его первым
директором сэром Уильямом
Хукером, основавшим, вскоре пос-
ле передачи в 1841 году Ботаничес-
кого сада государству, отдел эко-
номической ботаники с музеями и
гербарий с библиотекой.
Профессор Бренан планирует
создать новый музей, в котором
будут объединены коллекции, рас-
средоточенные в настоящее время
по различным помещениям на тер-
ритории Ботанического сада. Он,
кроме того, хочет построить допол-
нительные помещения для студен-
тов, наладить выдачу справок в
библиотеке с помощью ЭВМ и
предоставить больше удобств для
посетителей. Ведь за своей вычур-
ной внешностью и неизменностью
парка в Кью, Ботанический сад
продолжает оставаться важным
научным учреждением. Очень может
быть, что большинству посетителей,
бродящих по аллеям Ботанического
сада, невдомек, в чем состоит
важнейшая его задача, чем объяс-
няется его всемирная известность и
что это его значение будет сохране-
но независимо от каких бы то ни
было новых касающихся его планов.
В Ботаническом саду существует
четыре отдела: гербарий, где хра-
нится от 4 до 5 миллионов образцов
растений - один из богатейших
гербариев в мире; библиотека с
богатейшей исторической бота-
нической коллекцией, насчитываю-
щей более 120 000 томов, в том
числе рукопись 1370 года и целая
полка с книгами XV века; музеи,
располагающие обширной кол-
лекцией справочных материалов по
экономической ботанике и Джод-
реллская лаборатория, где проводят-
ся исследования по анатомии, цито-
логии, биохимии и физиологии
растений. Эти четыре отдела допол-
няются коллекциями живых расте-
ний и административным аппара-
том Ботанического сада.
В Кью также ведутся важные
работы по охране природы, что
необходимо именно сейчас, когда
тысячам видов растений во всем
мире угрожает полное исчезновение.
В Ботаническом саду растут некото-
рые из растений, находящихся под
угрозой исчезновения, семена дру-
гих хранятся в семенном банке в
Уейкхерст Плейс в графстве Сассэкс
- имении, раскинувшемся на пло-
щади в 187 гектаров. Профессор
Бренан считает, что только тогда,
когда люди познают жизнь расти-
тельного мира вокруг себя, они
поймут, что для сохранения этого
мира, о нем необходимо заботиться.
Как это неудивительно, но Бота-
нический сад в Кью - это притяга-
тельное место для паломничества
Дворец в Кью и королевский сад
74
Illltlll! .! til llllttllt
туристов, находящееся не очень
далеко от центральной части Лон-
дона, тем не менее очень обширное
и тихое место. В светлом кабинете
к директора на первом этаже царит
' атмосфера тихого университета. На
книжных полках выстроились ряды
книг, причем многие из них написа-
ны сотрудниками Ботанического
сада. К слову сказать, на сотруд-
никах Ботанического сада лежит
также обязанность либо полностью,
либо частично провести классифи-
кацию всей флоры более чем десяти
стран мира. К числу этих книг
относятся: «Флора Кипра» (под
редакцией Р.Д. Микла), «Флора
Ирака» (под редакцией К.К.Таун-
сенда) и «Флора тропической
Западной Африки» (под редакцией
Ф.Н.Хеппера). Помимо этого, Бо-
танический сад каждые пять лет
издает приложение к всемирно из-
вестному «Индексу Кью», указателю
растений которым пользуются во
всех ботанических садах земного
шара.
Директор Ботанического сада
профессор Бренан ведает между-
народными связями. Ботанический
сад в Кью поддерживает отношения
и с Советским Союзом, советские
ботаники регулярно посещают Кью.
«Между ботаническими учрежде-
ниями существуют постоянные
отношения - мы, например, обме-
ниваемся семенами растений или
составляем каталоги семян. Между
Ботаническим садом в Кью и
Советским Союзом осуществляется
обмен справочной литературой и
архивными материалами. Недавно
Кью посетил директор ленинград-
ского института имени Комарова
академик Тамен Тахтаджан. Он
провел несколько месяцев в Бота-
ническом саду в Кью». Со своей
стороны и сотрудники из Кью
бывают в Советском Союзе. Не так
давно заведующий отделом физио-
логии растений доктор Питер
Томсон посетил московский инсти-
тут имени Вавилова и генетический
банк. Такое сотрудничество осу-
ществляется по двум направлениям:
на основе соглашения о культурном
сотрудничестве по линии Британ-
ского Совета, а также на основе
АСКАР (Соглашения об англо-
советском сотрудничестве в области
сельскохозяйственной науки). В ка-
честве директора Ботанического
сада профессор Бренан дважды за
последние годы посетил Советский
Союз и принял участие в Междуна-
родном конгрессе ботаников в 1974
году. Он считает, что связи между
ботаниками в будущем станут еще
теснее.
Если пересечь лужайку при выходе
из кабинета директора Ботаниче-
ского сада, то очутишься в гербарии,
в четырех больших флигелях кото-
рого хранятся засушенные растения.
Здесь же помещается отдел охраны
растений, где накапливается инфор-
мация по защите растений во всем
мире. На сотрудниках Ботаничес-
кого сада в Кью лежит обязан-
ность вести каталог растений, нахо-
дящихся под угрозой исчезновения.
В разговор вступает старший
ботаник Найджел Хеппер: «Прави-
тельства должны осознать необ-
ходимость сохранения естествен-
ной среды обитания растений. Здесь
должны сыграть свою роль бота-
нические сады. Но гораздо важнее,
'чтобы растения могли сохраниться
в своих естественных условиях
жизни. Плохо, если растения ока-
жутся в стеклянных банках или
будут расти в горшках в ботаничес-
ких садах. Политики могут воз-
(Сверху) Вид на пальмовую
оранжерею
(Внизу) В орхидейной оранжерее
76
	• -V 
L±£*1 «liWtM»*
Кристин Брайтон изучает крокус
разить: «Вы же выращиваете ваши
растения в горшках? Чего же вам
еще больше?» «Ну какая в этом
польза?»
«В мире существует по всей
вероятности 250 000 различных ви-
дов растений и работа по их таксо-
номии будет продолжаться беско-
нечно долго. Проблема состоит в
том, что виды растений исчезают
гораздо быстрее, чем они успевают
попасть в руки специалистов-бота-
ников». В Ботаническом саду в Кью
работает сорок ботаников и по
словам Найджела Хеппера - «нашу
работу закончить невозможно».
Найджел Хеппер много путешест-
вует и у него интернациональный
подход к проблеме защиты расте-
ний. «В начале нынешнего века
моряки, для того чтобы во время
заходов на Галапагосские острова
получать свежее мясо, оставили
там трех коз. Сейчас поголовье коз
на этих островах насчитывает
15 000, и козы съели почти всю
растительность. К счастью, эту
беду вовремя заметили, и отряды
охотников значительно поубавили
стадо коз, но на Норфолкских
островах существует точно такая же
проблема, однако угроза уничтоже-
ния растительности там зашла
слишком далеко. В Эквадоре были
уничтожены растения близкие к
какао. В настоящее время эквадорцы
пытаются возродить эти растения.
В северной Колумбии (Южная
Америка) в шестидесятые годы
были сведены леса под сельскохо-
зяйственные угодья. Сейчас населе-
ние этой страны начинает осоз-
навать необходимость иметь заслон
из леса против наступления на их
плантации болезней растений. Лес
был естественной для них защитой,
теперь им приходится создавать
эту защиту искусственно». В самое
ближайшее время растения станут
важным источником энергии, а
растения, в настоящее время счита-
ющиеся сорняками, завтра могут
оказаться сельскохозяйственными
культурами.
Музеем заведует очаровательная,
обладающая большим чувством
юмора женщина - мисс Розмари
Эйнджел. Самой большой популяр-
ностью у посетителей музея пользу-
ются яды для отравленных стрел.
Некоторыми этими ядами все еще
пользуется местное население стран
Южной Америки при охоте на
диких животных. Пожалуй, именно
об этих экспонатах прежде всего
спрашивают школьники во время
осмотра музея. Несколько лет назад
большой популярностью у посети-
телей пользовался другой раздел
музея - «Наркотические растения».
«В действительности это были
обычная наперстянка и трава сенны,
но толпы молодых людей сразу же
направлялись к этому разделу.
Самое смешное, что теперь, когда
Посетители в пальмовой оранжерее
78

80
мы сменили название раздела на
«Медицинские растения», уже не
так много желающих собирается
посмотреть на эти экспонаты».
Случается, что посетители выра-
жают неудовольствие тем, что рас-
тения называются по латыни. На
это у мисс Эйнджел готов немед-
ленный ответ: «Без латинских наз-
ваний не обойтись. Используя их,
ботаники всех стран мира всегда
знают, о каком растении у них идет
речь. Видите ли, латынь - весьма
точный язык. Например, явор, пла-
тан и фиговое дерево у американцев
и англичан называются по-разному.
А с помощью латыни все эти
недоразумения легко и просто
устраняются».
Ботанический сад в Кью рас-
сылает экспонаты для выставок во
все страны мира. «Самое непонятное
заключается в том, - говорит мисс
Эйнджел, - что в самой Англии
спроса на такие экспонаты нет.
По-видимому, иностранцы лучше
понимают значение Ботанического
сада, чем население нашей собствен-
ной страны».
Новейшее здание центрального
комплекса отведено под открытую
в 1965 году Джодреллскую лабора-
торию, в настоящее время занима-
ющуюся вопросами анатомии,
цитогенетики и биохимии растений.
Текущие анатомические исследова-
ния включают обзор систематиче-
ской анатомии односемядольных
растений, по которым готовится
многотомный справочник. Шесть
томов этого труда уже изданы.
Отдел анатомии растений получает
Anemone bucharica, впервые
собранная в 19-ом веке в Туркестане.
Образцы в Кью были собраны в
Афганистане; в Кью их подробно
изучал Найджел Хеппер и
опубликовал официальное описание
Найджел Хеппер
нескончаемый поток запросов,
касающихся строения растений. В
отдел часто приезжают научные
работники для обсуждения вопро-
сов по анатомии растений.
Отдел цитологии растений зани-
мается исследованиями, включаю-
щими подробное описание коли-
чества хромосом, и каротипной
морфологией главным образом у
семейств растений тропической и
субтропической зон. В настоящее
время ведутся исследования, напра-
вленные на выяснение вариаций
количества хромосом у крокусов.
Мисс Кристин Брайтон проводит
эту обширную работу под руко-
водством доктора Питера Бранд-
хэма. Крокусы имеют от 6 до 64
хромосом. Ни один другой род
растений не имеет такого большого
разнообразия набора хромосом.
Кристин работает со студентами и
другими сотрудниками Ботаничес-
кого сада в общем зале, разделен-
ном на отдельные кабины низкими
стенками.
81
Розмари Эйнджел и Лаура Понсонби
В одном из помещений музея
Ботанического сада в Кью хранится
обширная коллекция пород деревьев
и пряностей, включая наиболее
ценную из пряностей - шафран,
получаемый из рылец крокусов.
Доктор Брандхэм занимается изуче-
нием Aloineae, относящихся к
семейству лилий, и уделяет основ-
ное внимание вопросу о мутациях
их хромосом. До настоящего време-
ни им изучены хромосомы 4000
отдельных растений, относящихся к
400 видам, на что у него ушло
десять лет. Доктор Брандхэм много
путешествовал, в особенности по
странам Африки. По его словам,
люди, как и растения, хорошо
приживаются в Кью - Ботанический
сад почти не знает что такое теку-
честь кадров.
Далее по коридору находится
кабинет Ричарда Мура, занимаю-
щегося изучением корневой сис-
темы растений. Тип и строение дере-
ва можно определить по анатомиче-
скому строению его корневой сис-
темы, в Ботаническом саду в
настоящее время его сотрудники
осуществляют наблюдение за со-
ставлением перечня деревьев в пар-
ках Национального общества ох-
раны природы Великобритании. Все
деревья заносятся в память вычис-
лительной машины, которая сох-
ранит сведения о всем националь-
ном растительном богатстве страны
для потомства.
Не так давно отдел, которым
руководит доктор Мур, получил за-
дание от Британской страховой
федерации провести исследования о
повреждениях, наносимых зданиям
корнями деревьев. Исследователь-
ские работы финансирует федера-
ция. По словам Ричарда Мура
самыми главными виновниками
таких повреждений являются то-
поль и ива, за ними следует вяз,
корни которого быстро прорастают
и повреждают фундамент зданий.
В засушливое лето 1976 года общая
стоимость компенсации, выплачен-
ной британскими страховыми ком-
паниями за повреждения зданий
корнями деревьев составила 130
миллионов рублей.
Напротив нового здания нахо-
дится отдел биохимии, где доктор
Линда Феллоуз работает над про-
блемой химиотаксономии, то есть
изучает биохимическое разно-
образие видов растений. Эта
область науки совсем недавно выде-
лилась из обшей биологии.
Помимо выяснения близкого род-
ства между отдельными растениями
или его отсутствия, химиотаксоно-
мия может определить, какие рас-
тения могут быть использованы в
качестве сырья для получения лекар-
ственных препаратов. В последнее
время появилось очень много пуб-
ликаций по этому вопросу, и во
многих странах были созданы химио-
таксономические учреждения. Как
82
говорит доктор Феллоуз, «для по-
лучения эффективных результатов
при химиотаксономических иссле-
дованиях следует объединить зна-
ния области морфологии, биохимии
и органической химии. Эти исследо-
вания требуют также оживленных
международных контактов для по-
лучения соответствующего коли-
чества материалов». По мнению
доктора Феллоуз, Ботанический
сад в Кью располагает всеми воз-
можностями для преодоления этих
трудностей. «Коллекция нашего гер-
бария, знания и опыт сотрудников
Ботанического сада не имеют себе
равных. Они поддерживают отно-
шения как с гербариями, так и со
сборщиками растений».
В настоящее время осущест-
вляется крупный проект по исследо-
ванию химиотаксономии овощей
Lonchocarpus- Мilletia - Derris- Com-
plex, относящихся к подсемейству
Papilionoideae и, главным образом,
изучают распределение в них низко-
молекулярных азотистых соединений.
Работа отдела биохимии разде-
ляется на две основные области.
Первая состоит в изучении химизма
роста растений в зависимости от
условий, в которых может нахо-
диться растение. И, хотя сразу
невозможно охватить все, что связа-
но с этой обширной темой, конечная
цель исследований заключается в
выяснении того, как регулируется
развитие растения на всех стадиях
его жизни, начиная с прорастания
семечка до формирования у него
своих семян. Вторая область связа-
на с вопросом использования химии
для классификации растений.
Химизм роста растений представ-
ляет большой интерес для науки,
потому что включает много научных
проблем и потому что прорастание
является первой фазой, через кото-
рую проходят все растения. Бота-
нический сад в Кью, обладающий
д-р Линда Феллоуз
в лаборатории отдела биохимии
83
богатейшей коллекцией живых
растений, требующих разнообраз-
ных условий, - подходящее место
для такого рода научных исследова-
ний. Здесь изучают влияние на
процесс прорастания таких новых
факторов, как изменение тем-
пературного и светового режимов,
а также воздействие стимуляторов
и ингибиторов на процесс прораста-
ния. Особое внимание обращено
здесь на изучение семян масличных
растений для выяснения новых воз-
можных источников получения пи-
щевого растительного масла.
Вообще растения черезвычайно
богаты необыкновенными химичес-
кими соединениями, о которых мы
еще очень мало знаем. Отдел био-
химии сейчас занят изучением вы-
деляемых и идентифицируемых
видов протеина, содержащихся в
растениях семейства Commelinaceae.
Эти растения изучают и в других
отделах Ботанического сада, но
больше всего ими занимается отдел
цитологии.
Если пересечь территорию Бота-
нического сада, идя от главного
здания, то придешь к Эйтон хауз,
откуда Иан Бейер - помощник
куратора - координирует работу
шести отделов коллекций живых
растений: древесного питомника,
плантации трав, растений умерен-
ных широт, тропических растений,
машинного парка и технических
служб Ботанического сада. Помимо
повседневной работы, в Ботаниче-
ском саду действуют трехгодичные
курсы для студентов, занимающих-
ся подготовкой дипломных работ,
связанных с вопросами руководства
декоративным садоводством.
Курсы при Ботаническом саде
стали создавать еще в девятнад-
цатом веке. Студенты обычно около
девяти месяцев посещают классные
занятия, а два года и три месяца
посвящают работам в саду. Состав
студентов весьма разнообразен.
Некоторые из них приезжают из
других стран. Прошлогодний набор
включал студентов из Голландии
и Западной Африки. Большая по-
пулярность курсов объясняется ны-
нешним интересом к вопросам
окружающей среды и охраны при-
роды.
Иан Бейер, работающий в Бота-
ническом саду в Кью вот уже
шестнадцать лет, считает, что
несмотря на все усиливающееся
применение технических средств в
различных областях жизни, вклю-
чая и садоводство, самым глав-
ным фактором остаются люди.
«Другой возможности наблюдать
за растениями, кроме как поручить
это людям, нет. А ведь мы еще так
мало знаем о растениях и об окру-
жающем нас мире. Каждый день
я убеждаюсь в том, как мало я еще
знаю. Если люди будут больше
знать о том, почему и как растут
растения, они будут лучше пони-
мать, что надо сделать, чтобы
сохранить растительный мир».
Закончим мы наш рассказ беседой
с Лаурой Понсонби - она один из
самых квалифицированных эк-
скурсоводов. Несмотря на то, что
ей доводилось водить по Ботаниче-
скому саду многочисленные экскур-
сионные группы, начиная с весьма
важных посетителей, кончая школь-
никами, она продолжает с прежним
энтузиазмом относиться к своей
работе. «Здесь обязательно увидишь
что-то новое. Даже группы школь-
ников-подростков, которые счита-
ют, что в Ботанический сад ходят
только маменькины сынки, и те
бывают увлечены увиденным, когда
узнают, что цветы и растения - это
составная часть их собственной
жизни. Сохранить мир растений -
наша общая задача».	®
84

Выхоленные лошади, жокеи, одетые
в красочные шелковые костюмы,
азарт спортивной борьбы - все эти
элементы делают скачки особенно
популярными среди других видов
зрелищных развлечений. Автор
статьи - Роджер Кин.
В Великобритании о скачках иногда
говорят как о «спорте королей» и на
протяжении 400 лет монархи, конеч-
но, имели к ним отношение. Но
если говорить о зрелищной при-
влекательности скачек, то без преу-
величения можно сказать, что они
пользуются широкой популяр-
ностью. Очень редко можно встре-
тить человека, равнодушного к
скачкам, будь то домашняя хозяйка,
поставившая небольшую сумму на
какую-либо лошадь в одном из
главных заездов дня или это телезри-
тель, имеющий возможность
видеть до десяти заездов во время
прямых телепередач с ипподрома,
транслируемых почти каждый
уикенд.
Скачки в их нынешнем виде стали
проводиться в XVII веке в городе
Ньюмаркете в графстве Саффолк,
но и в более отдаленные времена
англичане славились своим искус-
ством верховой езды. Сам Юлий
Цезарь, возглавивший вторжение
римских легионов в Британию,
заметил, что ее обитатели «прояв-
ляли необыкновенное умение как
наездники». В XVI веке, как
говорят, король Генрих VIII был
большим любителем скачек и купил
за границей несколько кобыл для
разведения племенных лошадей.
В эпохуанглийской республики при
правлении Кромвеля скачки были
под запретом в течении всех 11 лет
и только с восстановлением мо-
нархии в 1660 году при «веселом
короле» Карле II, унаследовавшем
от своего отца любовь к скачкам,
они были возрождены. Карл II
учредил в октябре 1664 года приз
Города Ньюмаркета, заявив при
Мериель Тафнелл на «СкорчтЭрт»
выигрывает первые скачки для
женщин-жокеев
86
этом, что «этот приз будет разы-
грываться ежегодно на скачках во
второй вторник октября впредь и
навсегда». И за исключением воен-
ных лет эти скачки в Ньюмаркете
проводились каждый год. Король
Карл II учредил также скачки в
честь своего любимого коня «Олд
Роули» и в Ньюмаркете до сего дня
проводится заезд, называющийся
«Миля Роули». Ныне царствующая
королева Елизавета и королева-
мать имеют много скаковых
лошадей и часто посещают скачки.
Но несмотря на то, что скачки
самым тесным образом перепле-
таются с традициями, что их орга-
низация, история и предания сос-
тавляют содержание многочислен-
ных томов, они в наши дни
превратились в прибыльное дело в
котором используется современная
технология вплоть до вычислитель-
ных машин. Скачки привлекают
иностранные капиталовложения,
словом, это целая «промышлен-
ность», в которой работает около
30 000 человек. Важной составной
СПОРТ
частью этой «промышленности»
является коневодство, воспитание
и тренировка кровных лошадей. В
свою очередь, все это дает значитель-
ные доходы из-за границы. В Вели-
кобритании сейчас под выездкой
находится около 11 000 лошадей.
Проведение всех скачек в стране
контролируется Жокейским клубом,
и разработанные им правила легли
в основу всех положений о скачках
в других странах. В Великобритании
существует 64 ипподрома. На 24 из
них проводятся гладкие скачки, в
то время как на всех остальных они
бывают исключительно по прави-
лам национальных охотничьих
Лестер Пигготт и «Алледжд»,
выигравшие приз Триумфальной
арки в Лонгшан. Смотрит на них
Миссис Сангстер, жена владельца
лошади
87
скачек, т.е. проводятся только скачки
с препятствиями (стипль-чезы) и
барьерные скачки. Сезон гладких
скачек начинается в марте и закан-
чивается в ноябре. Эти скачки
считаются наиболее привлекатель-
ными и красочными. Да и призы
на этих скачках значительные.
Национальные скачки продолжа-
ются круглый год, но самым важ-
ным событием среди них - это
Национальный скаковой фестиваль
в Челтнеме в графстве Глостершир,
а самый знаменитый заезд - «Грэнд
Нэшнл», который проводится еже-
годно в марте на ипподроме в
Эйнтри неподалеку от Ливерпуля. В
течение года в Великобритании
бывает несколько тысяч скачек.
Самые знаменитые гладкие скачки
проводятся в Эпсоме в графстве
Саррей. Из них скачки Дарби и
Оукс восходят к 1780 году. В их
число входят также скачки в Аскоте
в графстве Баркшир. Королевские
скачки в Аскоте в июле, на которых
присутствует королева, являются
важным событием не только скако-
вого сезона. В эти дни в Аскот
съезжается вся английская знать.
Все события Аскота транслируются
по телевидению. Многие мужчины
приезжают в цилиндрах и утренних
костюмах, а женщины имеют
возможность продемонстрировать
там самые вычурные и иногда
умопомрачительные туалеты и хи-
троумные шляпки. Джордж Бернард
Шоу в знаменитой сцене в своей
пьесе «Пигмалион», где молодая
Элайза Дулиттл шокирует зрителей
в королевской ложе, описал
скачки на приз «Золотой кубок» в
Аскоте.
Вероятно наиболее известной в
мире лошадью, принимавшей учас-
тие в скачках в Аскоте в последние
годы, был итальянский жеребец
Рибот. В конце пятидесятых годов
он принял участие только в
16 скачках, но выиграл все,
включая приз Триумфальной арки
в Лонгшан во Франции (этот приз
Рибот выигрывал дважды) и коро-
левские призы имени короля Георга
VI и королевы Елизаветы в Аскоте,
считавшиеся в то время самыми
крупными призами в Европе. Но,
пожалуй, еще больший успех выпал
на долю Рибота как на родоначаль-
ника выдающейся классической
ветви скаковых лошадей века. В его
потомстве Рибофил л ио, Риботс
палас, Риболетта, Рибот принц,
Рибокко, Риберо, Буше и Рагуза.
Эти лошади выиграли почти все
крупные скачки в Европе.
Наибольшее внимание в послед-
ние годы средства информации
Великобритании уделяли лошади по
кличке Ред Рам. Этот мерин
дважды выигрывал приз «Грэнд
Нэшнл», самые крупные в мире и
наиболее трудные скачки стипль-
чез и дважды приходил вторым.
Несмотря на то, что Ред Рам
больше уже не принимает участия
в скачках, он остается всеобщим
любимцем и люди специально при-
езжают со всех концов страны,
только чтобы посмотреть на него
во время празднеств или гуляний.
Об этой лошади написаны книги,
сложены песни и даже сняты ки-
нофильмы. Все надеются, что в
ближайшее время появится лошадь,
по всем статьям повторяющая дан-
ные Ред Рама и придаст еще больше
азарта скачкам.
Наиболее популярный жокей на
скачках в Аскоте и на всех других
гладких скачках, это Лестер Пиг-
готт. К 1978 году, будучи в возрасте
43 лет, он восемь раз был чемпио-
ном, семь раз завоевывал приз
Дарби. За свою карьеру Пигготт
выиграл более 3000 заездов. Его
самый лучший скаковой сезон был
88
1966 год, когда он финишировал
первым 191 раз. Пигготт родился в
семье скаковых наездников. Его
дед Эрнест дважды был победи-
телем «Грэнд Нэшнл», а отец Кит -
хорошо известным тренером.
У Пигготта от рождения расщеп-
ленное нёбо и он немного туг на
ухо. Поэтому брать у него интервью
- дело трудное, да к тому же он
часто старается уклониться от
встречи с журналистами. Иногда
сквозь его врожденную застенчи-
вость чувствуется острое чувство
юмора. Когда его однажды спро-
сили, почему он, скача на лошади,
высоко поднимает зад, он ответил:
«Знаете, а куда же мне его деть?»
Именно эта манера Пигготта
позволяет легко найти его в большой
группе жокеев.
В настоящее время Пигготт при-
нимает все больше предложений
выступать на скачках в других
странах, но, несмотря на это об-
стоятельство, он умудрился в ска-
ковом сезоне 1978 года выиграть
94 заезда на 477 скачках в Велико-
британии и прийти пятым в чемпио-
нате страны. Первым был Уилли
Карсон, выигравший 182 заезда (на
986 скачках), ставший в третий раз
чемпионом страны.
До 1972 года женшинам-жокеям
разрешалось выступать только в
одной скачке - упоминавшейся ранее
скачке на приз города Ньюмаркет.
В 1972 году в Кемптон Парк были
учреждены специальные скачки для
женщин-жокеев. Их выиграла мисс
Мериель Тафнелл на лошади «Ско-
рчт Эрт», шансы на победу которой
были оценены в 50 против одного.
Позднее она стала чемпионом среди
женщин-жокеев. С тех пор женщины
регулярно участвуют во всех скачках
наравне с мужчинами, в том числе и
в классических скачках.	®
Публика восторженно встречает
«Ред Рам»
89
ИЗДАТЕЛЬСТВО
ОКСФОРДСКОГО
УНИВЕРСИТЕТА
OXFORD
AT THE CLARENDON PRESS
90
91
«История бунта» Клзрендона,
напечатанная в 1702 году
Филип Хауард воздает дань
уважения этому почтенному
издательству в связи с пятисотой
годовщиной со времени его
основания.
Всякий, кто приезжает в Англию,
должен побывать в старинном анг-
лийском университетском городе -
Оксфорде. Судя по количеству
туристских автобусов, в разгар лета
визгом шин нарушающих дремот-
ный покой его шпилей, большин-
ство так и делает. Налюбовавшись
колледжами, церквами, прославлен-
ными библиотеками, плавным изги-
бом Хай-Стрит, чужестранец может
поинтересоваться: «Все это прек-
расно, но где же, скажите, сам
университет?» Ответ заключается в
том, что Оксфордский университет
состоит из колледжей. Колледжи -
это и есть сам университет.
Его самая знаменитая эмблема и
самый знаменитый представитель -
его издательство, «Оксфорд Юни-
версити Пресс» (ОЮП), которое в
1978 г. отметило пятисотлетие окс-
фордского книгопечатания. В во-
ображаемых углах нашей круглой
планеты, от Владивостока до Кем-
бриджа, люди, не имеющие отноше-
ния к Оксфордскому университету,
знают, как добрых друзей, книги,
выпущенные ОЮП.
У нас в Англии есть пословица,
смысл которой можно выразить
так: одежда красит человека. Но
одежда еще не создает человека.
Точно так же и с книгой: ее со-
держание значит больше, нежели ее
одеяние. И все-таки в определенных
случаях нарядный костюм человеку
не повредит. Новорожденная книга
тоже начинает жизнь с библиогра-
фического эквивалента серебряной
ложки, когда на ее корешке стоит
символизирующий «Оксфорд Юни-
версити Пресс» знак: три короны и
Джон Фелл, Глава колледжа Церкви
Христа и епископ оксфордский
девиз “Dominus llluminatio Меа”*
изображенный на развороте книги.
Три вещи отличают «Оксфорд
Юниверсити Пресс» от других изда-
тельств. Во-первых, это отделение
старинного университета. В юриди-
ческих документах его представи-
тели и поныне величественно име-
нуются как «Канцлер, Главы кол-
леджей и ученые Оксфордского
университета». ОЮП и «Кембридж
Юниверсити Пресс» положили осно-
вание институту принадлежащих
университету и университетом фи-
нансируемых и управляемых из-
дательств.
Во-вторых, имеющее долгую
историю ОЮП превратилось в круп-
ное, современное международное
издательство, не поступившись
своим убеждением, что книга оз-
начает не только прибыль или
утверждение определенной идео-
логии.
В-третьих, слово «Оксфорд» на
обложке книги гарантирует высо-
кий научный уровень и авторитет-
ность издания. Дело в том, что у
•Господь - мой свет (лат.)
92
этого издательства такие критерии,
которые в наше время, как ни
прискорбно, могут показаться
устаревшими. Действующий в нем
критерий научной ценности книги
необычайно высок, ибо он ставит
своей целью публикацию работ
самых выдающихся ученых во всех
отраслях знания. Высоки его кри-
терии и в отношении оформления
книги. Вот как должна выглядеть
оксфордская книга, по мнению
Чарльза Бэйти, занимавшего пост
главного печатника при универси-
тете в 1946-58 гг.: «Шрифт должен
легко читаться, быть ярким и
хорошо располагаться на странице;
бумага должна быть матовой, хоро-
шего цвета, не раздражающей глаз
и приятной на ошупь; страницы -
надежно сброшюрованы и перепле-
тены, а также снабжены соответст-
вующим названием книги. Все
вместе не должно быть обреме-
нительным, тяжелым по весу; книга
должна легко открываться, без
треска и хруста, и открытая лежать
совершенно ровно, спокойно, «по- i
джентльменски» отвечая всем тре- i-'/O
бованиям, а когда мы погрузимся в
чтение, она должна совершенно
исчезнуть из нашего сознания,
оставив нас наедине с автором». Так
говорит библиофил с чисто окс-
фордским подходом. Сэр Джон
Браун, занимающий в настоящее
время пост Генерального директора
ОЮП, говорит: «Если путешество-
вать столько, как я, увидишь, что
слова «Оксфорд Юниверсити Пресс»
служат тебе паспортом и обеспечи-
вают теплый прием всюду, где
читают английские книги».
Пятьсот лет развития ОЮП - это
сложная, увлекательная, а порой и
необычайно веселая история. Ибо
на протяжении первых четырех
Образы литер Фелла - коробка с
матрицами и пуансонами для курсива
цицеро

93
столетий профессора сами заправ-
ляли своим издательством. Лишь
в 1866 г была введена должность
профессионального книгоиздателя и
книгопродавца, назначенного Сек-
ретарем Представителей печати (как
именуется его правление) и коммер-
ческим директором. Лейтмотивом
деятельности ОЮП является по-
стоянное стремление совместить
три труднейших цели: распростра-
нение знания ради самого знания,
просвещение читающей публики и
получение прибыли - или стремле-
ние хотя бы избежать убытков.
Ученым, особенно в Оксфорде, с их
великолепным, надмирным пре-
небрежением к реальной распродаже
книг, подчас удается перетянуть воз
в свою сторону. В Оксфорде отдают
глубокое предпочтение старым
книгам и с глубоким подозрением
относятся к тем, что пользуются
популярностью. Иногда хорошей
книгой, отвечающей требованиям
Представителей печати, оказы-
валась работа такой непостижимой
учености, что она, некупленная и
непрочитанная, так и застревала
здесь на полках, несомненно, од-
нако, являя собой последнее слово
по данному предмету вплоть до
Судного дня.
Премия в этом изумительном
некоммерческом состязании нерас-
ходящихся книг должна достаться
переведенному с немецкого ис-
следованию Мюллера «Некоторые
особенности голосового аппарата
воробьиных (до сей поры остав-
шиеся незамеченными)». Это пос-
леднее слово о строении горла
воробьев вышла в 1878 г. За пос-
ледующие 25 лет, несмотря на
горячие рекомендации такого ав-
торитета в естествознании, как4
знаменитый Чарльз Дарвин, было
«продано» всего 49 экземпляров
книги. Но данные о продаже не
сообщают о том факте, что 40 из
них были выданы бесплатно. По-
добное безразличие к коммерческим
соображениям проявилось и в
других изданиях. «Плутарх» Уит-
тенбаха был принят к изданию в
1788 г. А рукопись заключитель-
ного, седьмого тома комментариев
была получена лишь в 1820 г., что
Нынешние представители
Оксфордского университетского
издательства
94
нельзя назвать большой удачей для
тех, кто успел состариться,
дожидаясь его.
Первая отпечатанная в Оксфорде
книга - причина отмечаемого в этом
году пятисотлетнего юбилея -
представляет собой в известной
мере курьезный случай. В ней
перепутано как имя автора, так и
дата издания; впоследствии на по-
добные вещи придирчивые мужи из
«Клэрендон Пресс», стремившиеся
к совершенству, взирали с неодобре-
нием. Эта книга должна как будто
содержать рассуждения св. Иеро-
нима относительно апостольского
символа веры и датирована 1468 г.,
т.е. вышла якобы за девять лет до
того, как Кэкстон доставил в
Лондон первый печатный станок.
Если бы дата была верна, она была
бы первой отпечатанной в Англии
книгой. К сожалению, все, кроме
самых ревностных оксфордских биб-
лиографов, пришли к заключению,
что эта дата была проставлена
ошибочно вместо 1478 г. ввиду того,
что на титульном листе из обо-
значенной римскими цифрами даты
выпала цифра X. Никто не нашел
удовлетворительного объяснения
того, почему в первую книгу, отпе-
чатанную в этом храме науки
людьми, по-видимому, обученными
блюсти в науках точность, вкралась
такая грубая ошибка. Во всяком
случае, эта первая изданная в
Оксфорде книга в довершение всего
принадлежит не св. Иерониму, а его
противнику-полемисту Тиранию.
В истории ОЮП немало очарова-
тельных анекдотов. Например,один
Представитель печати два века тому
назад заявил во время проповеди:
«В заключение мне остается лишь
побудить вас к изучению греческой
литературы, которая не только
возвышает вас над грубым стадом,
но нередко позволяет занять посты
Театр «Шелдониан» в Оксфорде
с солидным окладом». В 18 веке
произошел грандиозный скандал,
когда обнаружилось, что сам вице-
канцлер растратил свыше 2.000
ф.ст., большую часть выручки от
первых двух изданий «Истории
бунта» Клэрендона. Вицеканцлер
этот был отчаянный игрок. Уни-
верситет потребовал, чтобы он
возвратил деньги, а чтобы дать ему
такую возможность, его определили
на должность профессора богосло-
вия и даже восстановили его в
должности Представителя печати.
Возможно, крупнейшей фигурой в
истории издательства был Джон
Фелл, глава колледжа Церкви Хри-
ста и епископ Оксфордский, который
занял пост Представителя печати в
1662 г. Он разместил печатные
станки в прекрасном здании театра,
построенном архитектором Кристо-
фером Реном и переданном Уни-
верситету архиепископом Шелдо-
ном. Именно Фелл действительно
превратил университетское изда-
тельство в подлинно научное. Он
купил для него в Голландии редкост-
ные шрифты и создал коллекцию
95
прекрасных шрифтов и типограф-
ских декоративных форм - неко-
торые иэ них используются и
поныне.
«Библейский» бум во второй
половине девятнадцатого века не
давал остановиться печатным стан-
кам и обеспечивал поступления в
фонды Представителей печати, ко-
торые использовали их для публи-
кации солидных, но не суляших
прибыли научных книг. Выход
исправленного издания «Нового за-
вета» в 1881 г. произвел сенсацию.
В день его выпуска разошелся
миллион экземпляров. Потребо-
вались дополнительные наряды по-
лиции для регулировки движения
в районах, где располагались
склады «Оксфорд» и «Кембридж
Юниверсити Пресс», совместно
выпустивших это издание. На
переплет Библии ежегодно уходило
100.000 шкур. Подсчитали, что в
среднем шкуры козы хватало на
десять Библий.
Издательство разработало испол-
ненную достоинства формулу от-
клонения рукописей, более утеши-
тельную для расстроенных авторов,
нежели простое уведомление об
отказе: «Многоуважаемый сэр,
Представители печати рассмотрели
Ваше предложение относительно
издания ... и поручили мне ответить
Вам и передать их благодарность за
столь любезно сделанное Вами
предложение и сожаление по поводу
невозможности принять его». Отказ
в таком стиле почти равносилен
публикации в менее известном
издательстве.
В настоящее время «Оксфорд
Юниверсити Пресс» стало одним из
крупнейших среди не принадлежа-
щих государству издательств в мире.
Его размах и влияние наглядно
проявляется в деятельности его
зарубежных филиалов. Первый был
основан в Нью-Йорке в 1896 г.,
затем последовали его отделения
в Австралии (1903), Канаде (1904),
Индии (1912) и Южной Африке
(1916). Сейчас они имеются в 20
странах, и их насчитывается 26.
Через склад ОЮП в северной части
Лондона проходит около 14 млн.
книг в год. Начиная с 1970 г. заказы
от книжных магазинов заклады-
ваются в ЭВМ, первую систему
подобного рода, применяемую в
Великобритании в области книжной
торговли. Каталоги ОЮП насчиты-
вают около 19.000 названий книг
и музыкальных произведений. Из-
дательство ежегодно печатает около
10 миллионов книг, из которых при-
мерно 800 названий оно публикует
впервые. Многие из его изданий, от
первого клэрендоновского бестсел-
лера до Библий и «Оксфордских сло-
варей» являются предметом гордо-
сти, и отражают величие английс-
кого языка и своего родного Уни-
верситета.
ОЮП печатает литературу на
многих языках с различной письмен-
ностью, включая египетские и ми-
нойские иероглифы, санскрит,
греческий, древнееврейский, араб-
ский и тибетский алфавит, кирил-
лицу и китайские иероглифы. Слож-
ные математические и другие знаки
и графики воспроизводятся фотоспо-
собом на современном оборудо-
вании, которое в 1973 г. пополни-
лось одной из крупнейших в Велико-
британии печатных машин одно-
цветной ролевой офсетной печати.
Пожалуй самым знаменитым
символом ОЮП является 13-
томный «Оксфордский словарь анг-
лийского языка», который начал
выходить под редакцией сэра Джейм-
са Маррея. Издание завершилось
в 1928 г. Работа над словарем
продолжается; сейчас издается
четырехтомное приложение, от-
96
ражаюшее развитие английского
языка в 20 веке.
К числу выдающихся изданий
относятся «Национальный био-
графический словарь», самый боль-
шой из национальных биографи-
ческих сводов, и «Греко-английский
лексикон» Лидделла и Скотта, веро-
ятно, не имеющий себе равных.
Имеются также Оксфордские изда-
ния античных и средневековых про-
изведений; тут издается серия
«Писатели-классики», «Оксфордские
книги стихов», охватывающие много
столетий и языков, среди них самую
известную - «Оксфордскую книгу
английских стихов», впервые
увидевшую свет в 1900 г.
ОЮП было одним из первых
издательств, которые стали выпус-
кать учебные пособия по академи-
ческим дисциплинам и теперь ведет
крупную международную торговлю
учебниками по различным отраслям
знания, особенно по экономике,
географии, химии и технике. Не
забыты и книги более популярного
характера, в том числе и книги в
бумажных обложках. Словари ци-
тат, «путеводители» по театру,
изобразительному искусству, музы-
ке и национальным литературам,
современная поэзия, драматургия,
изобразительное искусство, музыка,
детские книги, карты и атласы -
все они представляют важные раз-
делы сводного каталога ОЮП.
Раздел каталога, посвященный пре-
подаванию английского языка,
предлагает вниманию читателя ряд
новейших аудио-визуальных сред-
ств.
Каталог раздела русского языка
и литературы естественно включает
первоклассные «Оксфордские сло-
вари» и учебники грамматики, линг-
вистические курсы, рассчитанные
на различный уровень знания, в том
числе - один для студентов-
Сэр Джеймс Маррей, основатель
«Оксфордского словаря английского
языка»
естественников, богатый выбор клас-
сических произведений Чехова, Тол-
стого и других русских классиков -
и, конечно же, гигантский труд
профессора Бориса Унбегауна по
исторической этимологии русских
фамилий, источником которого по-
служили такие увлекательные изда-
ния, как адресная книга Санкт-
Петербурга за 1910 год, «Весь
Петербург».
Широко представлена также
история и историческая биогра-
фия, философия, социология и меди-
цина. И последняя, хотя отнюдь
немаловажная область - издание
ОЮП длинного списка научных
периодических изданий.
ОЮП - наше крупнейшее книжное
издательство. Но его значение не
определяется одними лишь раз-
мерами и числом книг, сделавших
его эмблему привычным символом
знания повсюду, где люди тянутся
к знанию. Оно заключено в не-
истребимом, благородном убежде-
нии издателей, что истина, высокий
научный уровень и хорошие книги
важнее прибылей и политики. ®
97
новые открытия в
ветеринарной науке
Научные исследования в области
ветеринарии в Великобритании
основываются на двух традициях:
передовых исследованиях в
зоологии и высоком уровне ведения
сельского хозяйства. В своей статье
Джон Ньюуэлл рассказывает о
некоторых новейших и наиболее
значительных достижениях в
ветеринарной науке.
Основная доля средств в Велико-
британии, идущих на научные ис-
следования в ветеринарии поступает
из государственного бюджета. Эти
средства направляются через Совет
по научно-исследовательской работе
в области сельского хозяйства,
который распределяет фонды и
контролирует основные направле-
ния экспериментальных работ, ве-
дущихся в лабораториях, известных
специалистам-ветеринарам во всем
мире. В число этих лабораторий
входят; научно-исследовательский
центр животноводства в Эдинбурге,
институт физиологии животных в
Бэйбрахаме близ Кембриджа,
институт по изучению болезней
животных, находящийся неподалеку
от Ньюбери в графстве Баркшир,
научно-исследовательский институт
вирусных болезней животных в
Пирбрайте в графстве Саррей и
национальный научно-исследова-
тельский институт молочного живот-
новодства недалеко от Рэдинга.
Важные работы в области ветери-
нарной науки осуществляют крупные
химические и фармацевтические
концерны, например, «Уэлком фаун-
дейшн» и «Импириал Кемикал
индастриз», а также ведутся на
ветеринарных факультетах боль-
шинства университетов Великобри-
тании и прежде всего в Бристоле,
Эдинбурге, Кембридже и Глазго.
Особенно важная по своему аван-
гардному значению научно-
исследовательская работа ведется
в Королевском ветеринарном кол-
ледже при Лондонском универси-
тете и на принадлежащих ему стан-
циях в окрестностях Лондона.
Очень трудно определить, каким
темам, характеризующим много-
образие ведущихся в Великобрита-
нии научно-исследовательских ра-
бот в этой области, следует отдать
предпочтение. Но, быть может,
именно благодаря далеко идущим
последствиям применения метода
клонинга и увеличения поголовья
породистого скота вообще путем
применения искусственных способов
размножения животных, об этом
стоит поговорить. К этому в осо-
бенности есть еще повод и потому,
что наши ученые-ветеринары безу-
словно ушли в этих направлениях
вперед по сравнению с учеными
других стран.
Несомненно, наиболее сенсацион-
ное заявление в этом плане было
сделано более двух лет назад
доктором Дереком Бромхоллом,
работавшим тогда на факультете
зоологии при Оксфордском универ-
ситете. Доктору Бромхоллу удалось
успешно осуществить оплодотворе-
ние яйцеклеток, взятых у крольчих
не с помощью спермы, а сома-
98
тическими клетками (тканевыми
клетками) тканевой культуры, по-
лученной из тканевых клеток
другого кролика. Оплодотворение
было осуществлено вне организма
животного. Опыты доктора Бром-
холла открыли широкие перспек-
тивы для получения, так сказать,
«под копирку» породистого скота
и других сельскохозяйственных
животных. Были высказаны опасе-
ния, что этот метод, получивший
название клонинга, может быть
использован для получения со-
вершенно идентичных человеческих
существ. Но доктор Бромхолл и
большинство других специалистов
считают, что такого рода предполо-
жения лишены реальности и что
возможные выгоды, вытекающие
из результатов его опытов, во
много раз превосходят все негатив-
ные последствия их использования.
Доктор Бромхолл в своих опытах
прибегал к стимулированию орга-
низма крольчихи к воспроизвод-
ству большого количества яйце-
клеток, т.е. к ненормально массо-
вому их воспроизводству. После
этого он хирургическим путем
извлекал под анастезией яйцеклетки
из яичников крольчихи. Следующий
этап состоял в отработке исключи-
тельно тонкого микрохирурги-
ческого способа, обеспечивавшего
искусственное «оплодотворение»
каждой яйцеклетки соматической
клеткой. При этом каждая яйцеклет-
ка помещалась в миниатюрную
чашеобразную посуду, куда вво-
дилась одиночная клетка, взятая
острой микропипеткой из тканевой
культуры. В последующих экспери-
ментах две клетки понуждали к
слиянию, воздействуя на них
вирусом.
После ряда неудач доктор Бром-
холл пришел к выводу, что секрет
получения слияний ядер клеток
заключается в том, что два клеточ-
ных ядра, а именно яйцеклетки и
«псевдоспермы», т.е. ядро клетки
донора, должны находиться на
абсолютно той же стадии цикла
деления клеток. Доктор Бромхолл
применил химический «тормоз»,
чтобы приостановить в нужный
момент процесс деления донор-
ского ядра. Добившись таким путем
синхронизации процесса, доктор
Бромхолл осуществил слияние ядер
донорской клетки и яйцеклетки.
Вслед за этим последовало деление
ядра яйцеклетки, началось деление
самой клетки, как это обычно
происходит у эмбриона.
Доктор Боб Мур из института
физиологии животных близ
Кембриджа
Сотрудник «Уэлком Фаундейшн»,
доктор Лазло Нодж, создавший
для поросят новую вакцину против
энтерита
Во второй серии опытов доктор
Бромхолл усовершенствовал свой
метод и вот эти-то новые экспери-
менты и привели его к созданию
условий для клонинга, т.е. вос-
производства, так сказать, факси-
мильного животного. Ядро яйце-
клетки было полностью заменено
ядром, изъятым из клетки донора
и, если бы полученному таким
способом эмбриону дали возмож-
ность, а он в свою очередь был
бы в состоянии развиться пол-
ностью, то весь генетический набор
всех клеток такого плода был бы на
сто процентов аналогичен генетиче-
скому набору донора. Это по-
зволило бы, например, вырастить в
клеточной культуре большое ко-
личество соматических клеток по-
родистого скота и использовать
миллиарды таких клеток в качестве
донорских. Кроме того, если яич-
ники обычной беспородной коровы
принудить с помощью лекарствен-
ных препаратов подготовить боль-
шое количество яйцеклеток, со-
зревших для оплодотворения, их
можно будет изъять хирургическим
путем, а затем оплодотворить или
точнее псевдооплодотворить вне
организма животного, используя
клетки тканевой культуры.
Яйца, в которых ядро было
полностью удалено, могут быть
после подсадки другого ядра снова
имплантированы и, если такие яйца
полностью разовьются и на свет
появится обычным путем животное,
то каждое из них будет представлять
собой полученное «под копирку» по-
родистое животное, такое же, каким
было животное донор клеток.
Любое потребное количество «ко-
пий» может быть выращено в
любом, имеющемся в распоряжении
количестве приемных животных-
матерей. По сути дела это процесс,
являющийся подлинным клонин-
гом, сделает возможным в одном
поколении воспроизвести на свет
любое количество генетического
набора «оригинала». При использо-
вании этого способа совершенно
исключено пятидесятипроцентное
ослабление генетического типа за
счет ген другого животного-
родителя, что имеет место при
обычном перекрестном скрещи-
вании.
Другой шаг в направлении увели-
чения поголовья породистого скота
с помощью искусственных средств
был сделан благодаря работам
группы ученых под руководством
доктора Боба Мура, работающего
в институте физиологии животных
близ Кембриджа. Если яйцеклетки
млекопитающих внедрять в яйцево-
ды коров, овец или свиней перед
самым оплодотворением или во
время их оплодотворения то это
100
может привести к увеличению ко-
личества рождающихся животных
и, естественно, увеличит продуктив-
ность животноводства. Но все дело
в том, как получить необходимое
количество яйцеклеток, чтобы мож-
но было применить этот метод в
крупных масштабах. Доктор Мур
разработал способ, при помощи
которого можно получать потреб-
ное количество яйцеклеток из яични-
ков только что забитых животных.
В замороженном виде яйцеклетки
доставляют в лабораторию, там их
выращивают в тканевой культуре
до того момента, когда они вступа-
ют в стадию готовности к оплодот-
ворению, после чего пересаживают
в яйцеводы только что оплодотво-
ренной овцы. Трансплантированные
яйцеклетки оплодотворяются ес-
тественным путем сперматозоидами
и процесс их развития идет
обычным путем до самого окота
здоровых ягнят. Хотя в своих
опытах доктор Мур использовал
только овец, он считает, что нет
никаких оснований думать, что
этот метод не может быть также
использован применительно к особ-
ям крупного рогатого скота и
свиньям.
Использование забиваемого на
бойнях скота для получения яйце-
клеток имело бы три весьма важных
преимущества для фермеров и
скотоводов. При разведении круп-
ного рогатого скота, где этот метод
мог бы иметь особо важное значение
с коммерческой точки зрения,
станет обычным появление на свет
двоен, что значительно увеличит
производство говядины. (А единст-
венно достаточно значительный
источник яйцеклеток для такого
массового производства мяса - это
бойни). Овцы, свиньи и породистый
рогатый скот, достигший возраста,
непригодного для воспроизводства
потомства, могут тем не менее
быть использованы для получения
от них яйцеклеток. И, если мнение
сельскохозяйственных ученых ока-
жется верным и метод клонинга
применимым для увеличения пого-
ловья породистых сельскохозяйст-
венных животных, то и в этом слу-
чае наиболее вероятным источни-
ком получения большого количества
яйцеклеток будут бойни.
Пока что в проводимых опытах
яйцеклетки иссекались из тела
животного и выдерживались в
клеточной культуре в фолликулах, в
целых отрезках яичников, взятых у
убитого животного. В настоящее
время разрабатывают метод выяв-
ления важного гормонального и
Доктор Стин Уилладсен
других факторов, присущих таким
фолликулам, с тем чтобы затем
искусственным путем воссоздать
соответствующую среду для выра-
щивания в ней отдельно взятых
яйцеклеток. Пока что пересадку
яйцеклеток необходимо осуществл-
ять не позже тридцати шести часов
после удаления фолликулов. Но в
настоящее время ведутся работы по
применению другого метода хране-
ния яйцеклеток, аналогичного тому,
что используется для сохранения
эмбрионов на начальной стадии их
развития. Этот метод состоит в
том, что эмбрионы погружают на
неопределенно долгое время в ана-
биозное состояние путем глубокого
охлаждения их жидким азотом.
Другой ученый, работающий в
институте физиологии животных,
доктор Стин Уилладсен пошел
иным путем. Он взял у овцы одно
оплодотворенное яйцо и разделил
его на две части, при этом из каж-
дой его половины развились два
нормальных ягненка. Ягнята по-
лучились абсолютно одинаковыми
- клоновыми, потому что обладали
совершенно одинаковым генетичес-
ким набором. Это достижение, о
котором недавно было сделано
сообщение, как полагают, является
первым случаем, когда был
осуществлен действительный кло-
нинг млекопитающего. Этот опыт
по сути дела является искусствен-
ным созданием идентичных близ-
нецов.
Техника этого эксперимента
сводится к изъятию у овцы эмбрио-
на спустя два дня после ее оплодот-
ворения, когда эмбрион находится
на стадии двух клеточного развития.
После этого с эмбриона удаляют
его защитную оболочку, отделяют
две клетки друг от друга и создают
для каждой из них в отдельности
свою защитную оболочку. Такая
оболочка обеспечивает яйцеклеткам
выживание во время подсадки их в
матку другой овцы. Но оболочку
еще раз удаляют, чтобы эмбрион
полностью развился, а затем
эмбрион снова имплантируют в
матку новой овцы. В настоящее
время этот метод слишком сложен,
чтобы его можно было применять
на фермах, но он открывает новые
перспективы.
Пересадка эмбрионов может
осуществляться не только ради ус-
коренного увеличения поголовья
скота. Не так давно новую стра-
ницу в истории животноводства
открыли поросята двух опоросов.
Дело в том, что эти поросята, по-
явившиеся на свет на одной ферме
в графстве Стаффордшир, были
зачаты в Соединенных Штатах
Америки. В виде эмбрионов их
привезли самолетом в Великобрита-
нию и имплантировали в матки
английских свиней. Этот сов-
местный англо-американский экспе-
римент также войдет в историю,
потому что он вышел за рамки
международных правил по конт-
ролю за здравоохранением. Только
таким путем можно транспорти-
ровать животных из одной страны
в другую и при этом не опасаться,
что среди них окажется больное
животное.	W
Эксперимент отличался слож-
ностью. Двенадцать свиней в Стаф-
фордшире и двенадцать свиней в
Салливане (в 300 км от Чикаго)
получали на протяжении восем-
надцати дней с кормом гормональ-
ный препарат, чтобы тем самым
синхронизировать у них период
созревания яйцеклеток и чтобы
период течки наступил у них в
промежуток времени от шести до
восьми дней после этого. Спустя
четыре с половиной дня после
случки, американских свиней опери-
102
ровали под наркозом и у них
были удалены эмбрионы. Эмбрио-
ны поместили в инкубатор, до-
ставили их самолетом в Чикаго, а
оттуда в Лондон, откуда в
кратчайший срок привезли на
ферму, где имплантировали в матки
английских свиней. Вся операция
длилась двадцать один час.
Такого рода технический прием
может быть применен не только
для облегчения разведения живот-
ных в международном масштабе,
но и для значительного увеличения
поголовья молодняка, получаемого
от наиболее высокопородных жи-
вотных на протяжении их жизни.
И, наконец, заслуживает вни-
мания другая работа английских
ученых, правда, несколько иного
плана, но имеющая значение с
экономической и гуманной точек
зрения. Речь идет об одном специ-
фическом тропическом заболевании.
В результате распространения
особой формы сонной болезни ско-
та - нагана - на обширной терри-
тории Африки животноводство
становится экономически невоз-
можным.
Попытки использовать метод
вакцинирования в качестве сред-
ства борьбы с сонной болезнью не
привели к желаемому результату.
Неудача объясняется тем, что нахо-
дящийся в крови больных живот-
ных паразит трипанозома, вызыва-
ющий это заболевание, обладает
способностью постоянно изменять
белковый состав своей внешней
оболочки. Поскольку иммунная сис-
тема человека и животных обладет
способностью опознавать трипа-
нозомы как чужеродные белковые
тела только по составу их оболочек
- антигенам, получается, что как
только иммунная система живот-
ного распознает один тип антиген
в качестве чужеродного белка, три-
панозома меняет состав белковой
оболочки на другой. Это позволяет
ей эффективно маскироваться до
той поры, пока иммунная система
организма животного снова не
опознает ее.
Пока еше не ясно, изменяется ли
белковый состав оболочки у одного
поколения трипанозомы или это
Поросята, которые родились на
ферме в графстве Стаффордшир
после того, как их эмбрионы были
доставлены самолетом через
Атлантический океан. Справа*^
ветеринарный врач Эдди Стрейтон,
принимавший роды поросят
103
происходит в последующих поко-
лениях паразита. Но в любом
случае, если заболевание не устране-
но в ранней стадии, оно имеет
тенденцию превращаться в хро-
ническое. Отсутствие вакцин при-
вело к широкому применению ле-
карственных препаратов в качестве
средств борьбы с сонной болезнью,
а это, в свою очередь, вызвало у
паразита появление способности им
противостоять.
Однако есть признаки того, что
в будущем положение изменится.
Сложность проблемы создания
новых лекарственных препаратов
против трипанозомы заключается
в том, что ученым не удавалось
вырастить трипанозом в питатель-
ном растворе вне тела животного.
Недавно доктор Джон Дойл из
Глазго и доктор Хироюки Хируми
из Вакайяма (Япония), работающие
совместно в лаборатории болезней
животных в Найроби, открыли
способ выращивания трипанозом в
лабораторных условиях. Для этой
цели они применили пластиковые
сосуды, внутренняя поверхность
которых была выстлана клеточной
тканью, очень точно воспроизво-
дящей естественные условия сущест-
вования паразита. Сосуды напол-
нялись тщательно подобранным
по составу питательным раствором.
Часть полученной таким образом
культуры трипанозом была отправ-
лена самолетом в Кембридж в
Молтеноский институт паразито-
логии, где группа ученых во главе
с доктором Брюсом Ньютоном
проделала большую работу по
созданию новых методов борьбы
с трипанозомами, укоренившимися
в организме животных.
Доктор Роджер Клейн и другие
ученые Молтеноского института
открыли несколько лет тому назад,
что трипанозомам свойствен один
определенный способ обмена ве-
ществ, отличающийся от обмена
веществ в организме животного,
пораженного паразитом. Этот спо-
соб у трипанозомы состоит в
расщеплении аминокислоты трео-
нина и использовании продуктов
расщепления для синтезирования
липидов, используемых затем для
построения клеточных оболочек и
других целей. Синтезирование ли-
пидов - необходимый процесс
жизнедеятельности. Если будут
найдены средства, способные пре-
дотвратить такое расщепление трео-
нина, то тогда удастся уничтожать
трипанозому, не нанося никакого
вреда или ограничиваясь только
незначительным ущербом орга-
низму животного-хозяина. Доктор
Клейн уже разработал состав, до-
казавший в эксперименте с клеточ-
ными культурами способность
достигать намеченной цели.
Второй метод, также разрабаты-
ваемый доктором Клейном, состо-
ит в создании вещества, очень
похожего по своему составу на
треонин, но которое, будучи раз-
ложенным трипанозомой, убивает
паразита. Поскольку организму
животного не свойствен такой про-
цесс разложения аминокислоты, его
организм теоретически не может
сам производить губительные про-
дукты такого расщепления. Доктор
Клейн надеется примерно через год
или несколько позже испытать на
животных оба эти способа в лабо-
раторных условиях. В настоящее
время существует твердое убежде-
ние, что эти исследования приведут
к разработке новых и более эф-
фективных способов борьбы с этим
тяжелым заболеванием животных
в Африке. Кроме того, аналогичный
способ может быть применен и в
борьбе против заболеваний сон-
ной болезнью людей.	®
104
'За.меГли. илХм^л
(3 РсеЯл^иХо
В Королевской академии искусств в
Лондоне, с ноября прошлого года до
марта нынешнего, было выставлено
величайшее собрание предметов из
золота, когда-либо виденное за
пределами Южной Америки.
Выставка «Золото Эль Дорадо»
состояла из экспонатов Музея Золота
в Боготе, Колумбия, и
государственных и частных коллекций
со всего мира. Её целью было
рассказать историю поисков
легендарного Эль Дорадо, «золотого
индейца», и конфликта между
испанскими конквистадорами и
колумбийскими индейцами, а также о
том, как первобытное индейское
общество достигло такого высокого
уровня технологии обработки
предметов из золота. Ослепительно
Выставка Эль Дорадо - трость из
золота из района Сину
Золотая маска народности Кимбая
освещенные в темных,
пещерообразных углублениях,
500 изысканных экспонатов -
украшения, маски, орнаменты
жертвоприношений и другие предметы
ритуала - сформировали потрясающую
выставку. Некоторые из них
производили впечатление одними
размерами, другие требовали близкого
изучения для оценки их утонченных
деталей.
На протяжении столетий легенда
гласила, что Эль Дорадо был
потерянным городом, полным
драгоценностей храмом или даже
целой империей. Теперь нам известно,
что «позолоченный» был человеком,
предводителем народности Муиска,
которая жила в Андах в окрестностях
нынешней Боготы. Он получил свое
имя от ритуала, который совершали на
таинственном, круглом озере
Гватавита, на высоте 3000 метров
над уровнем моря в Андах;
предводителя доставляли к центру
озера на камышином плоту
покрытым с ног до головы золотой
пылью, в то время как люди бросали
в озеро огромное количество золотых
приношений. Немало попыток было
сделано осушить озеро и извлечь
клад, но теперь эта местность
105
охраняется законом. Золотая
миниатюра, изображающая такой
плот с несколькими человеческими
фигурками, была одним из
центральных объектов выставки.
Другой зал выставки был посвящен
технологии мастеров по золоту, их
кажущимся грубыми инструментам -
тигелям, наковальням, формам, -
контрастирующим с изысканной
филигранностью изделий, которые
они производили. Колумбийцы были
мастерами метода «потерянного
воска», которым до сих пор
пользуются некоторые ювелиры.
Центром выставки был зал, полный
великолепно мерцающими
предметами искусства работы 12
основных племен, живших вокруг
священного озера, - каждое со своими
особенными стилистическими чертами.
Замерзшие могилы: Д-р И эн Стэд,
заместитель куратора одного из
отделов Британского музея,
осматривает лебедей, изготовленных из
фетра 2000 лет назад
И, наконец, зал, посвященный смерти
и загробной жизни - золотые
похоронные маски, мумифицированные
тела, и целая реконструированная
могила, своей мрачностью
возвращающая посетителя к земной
реальности.
Другая выставка, проходившая в
Британском музее, привлекла
настолько же большое внимание, что и
«Эль Дорадо». Минувшей зимой, даже
в необычно суровую январскую
погоду, выставку ежедневно посещало
3000 человек. Название ее более
чем подходило к сезону -
«Замерзшие могилы». Темой ее
были культура и искусство древних
племен Сибири, и ее приблизительно
150 экспонатов были привезены из
Государственного Музея Эрмитажа
в Ленинграде. Эта выставка была
позднейшей из серии обменов между
двумя музеями, она также отметила
открытие новой Галереи
специальных выставок в Британском
музее.
Экспонаты выставки датировались
VI-IV вв. до н.э. и были в основном
найдены при раскопках могильных
курганов, в которые кочевые
народности Горного Алтая с огромной
помпезностью и торжественностью
помещали на вечный покой своих
предводителей. Замечательные
предметы искусства, в особенности
изделия из дерева, кожи и текстиля,
выглядящие удивительно свежо
вследствие консервации в вечной
мерзлоте, привлекли большое
внимание английской прессы.
Обозреватели отметили такие
предметы одежды, как аккуратно
скроенное детское меховое пальто и
тонко тканную мужскую рубаху. Они
употребляли такие эпитеты как
«блестящий» и «великолепный»,
описывая мастерство и артистичность
вышивок и аппликаций, и особенно
в изумительных, выглядевших
живыми, птицах и зверях из дерева
и металла, украшавших уздечки и
седла блестящих наездников. Для
Уильяма Фивера из газеты «Обсервер»
общее впечатление от выставки
106
Иллюстрация Наталии Гончаровой
было подобно «чарующей романтики
машины времени».
Хотя воры-могильщики оставили
немного орнаментов в курганах
Горного Алтая, посетители выставки
«Замерзшие могилы» имели
возможность увидеть некоторые
великолепные примеры работы
сибирских ювелиров того времени.
На выставке экспонировались также
пряжки и другие личные вещи, все
великолепной работы, из Сибирской
коллекции Петра Великого, также
привезенные из Эрмитажа.
В конце прошлого года Британский
музей устраивал выставку русских
футуристических книг под названием
«Мирсконца». Выставка была
организована Сюзаной Комптон,
которая изучала историю искусств
в Лондонском университете, в
сотрудничестве со славянским и
восточно-европейским справочным
отделом Британской библиотеки.
Книги, большинство которых было
опубликовано между 1912И1916ГГ.,
показывали, как футуристы соединяли
литературное и графическое искусство
в стремлении возбудить в публике
сознание новых и смелых видов
красоты. Экспонаты были самые
разнообразные, от стихов, написанных
с помощью резиновых штампов-букв,
напечатанных на обоях или даже
написанных от руки, до книг с
рисунками в стиле первобытной
настенной живописи и фольклорного
искусства. Среди работ многих
художников, представленных на
выставке, были полотна Натальи
Гончаровой, Казимира Малевича,
Михаила Ларионова и Владимира
Бур люка.
В этом году один из самых известных
книжних магазинов в Англии -
Блэквелл в Оксфорде - празднует
свое столетие. Основанный в 1879 г.
Бенджамином Блэквеллом,
антикваром-самоучкой, магазин начал
свое существование крошечной
лавкой - если три посетителя входили
одновременно, продавцу приходилось
выходить наружу - вспоминает сын
Бенджамина, Базил. Базил - теперь
сэр Базил - вошел в бизнес своего
отца в 1913 г., заменив его на посту
председателя в 1924 г. .и сохранив
этот пост до своего восьмидесятилетия
в 1969 г. В настоящее время старший
сын сэра Базила - Ричард - в свою
очередь управляет семейным
бизнесом, который разросся в
большую международно известную
книготорговую фирму и издательство
с годовым капиталооборотом свыше
40 миллионов рублей.
Магазин, знакомая примета одной
из старейших и красивейших улиц
Оксфорда, имеет в продаже более
400.000 книг и его современное
подвальное продолжение—
Норингтонская комната, содержит
свыше 4 км полок. Издательская часть
бизнеса имеет достойную историю.
Среди авторов, чьи книги были
впервые опубликованы фирмой,—
Алдоус Хаксли, Ситвеллы, Хамберт
Вулф и Грэм Грин. Издательство
также выпускает научные книги.
Особенно хорошо известны в СССР -
его тексты по медицине. В
ознаменование своего столетнего
107
Книжный магазин Блэквелл
юбилея Блэквелл приподнес в
подарок самому молодому колледжу
Оксфорда - Сэйнт Кросс, основанному
в 1965 году - 450.000 рублей,
которые колледж использует для
расширения своих помещений.
И еще к вопросу о книгах, в начале
сентября этого года в Москве
состоится Международная книжная
ярмарка, на которой будут
представлены несколько
британских издательств.
аиилх
16-й Белфастский Фестиваль
проходил с 9 по 25 ноября прошлого
года. Сначала это было в основном
студенческое мероприятие,
финансировавшееся Университетом
королевы в Белфасте, но с тех пор
фестиваль развился в международное
событие большой важности, которое
теперь финансируется Советом
Искусств Великобритании и кассовые
сборы покрывают половину общей
стоимости его проведения. На
фестивале 1978 г. было продано
бо.ооо билетов на 200 различных
представлений - почти столько же,
сколько на фестивале в Эдинбурге.
Его обширная программа охватывала
самые различные области культуры -
от оперы и камерных концертов до
джаза, местной фольклорной и рок
музыки, драматических представлений,
обсуждений, поэтических чтений и
художественных выставок, включая
выставку детского искусства.
Кинотеатры Белфаста показывали
полную программу классических
фильмов - старых и новых, и
высокие гости читали лекции в
Ольстерском музее на самые
различные темы - «Два столетия
Г осударственного картографического
управления», «Еда, музыка и смех» и
«Ирландский писатель и его
читатели в 19-м столетии».
Одним из центральных событий
музыкальной программы была
108
мировая премьера прежде не
исполнявшейся оперы Доницетти
«Габриела ди Верджи», рукопись
которой была недавно найдена в одной
из библиотек Лондонского
университета. Исполнили оперу
Североирландская опера траст
компани и Ольстерский оркестр.
Великолепный молодой австрийский
виолончелист Генрих Шифф, который
уже выступал на фестивалях в
Эдинбурге, Зальцбурге и Вене,
дебютировал в Белфасте с концертом
для виолончели Эльгара, а также
выступил с уроками мастерства.
Среди других солистов с мировыми
именами были Раду Лупу, румынский
пианист, и сопрано Хетер Харпер—
уроженка Белфаста. Национальный
молодежный джазовый оркестр
развлекал публику великолепным
стилем и точностью исполнения,
и дополнительные джазовые
концерты были даны ведущими
американскими, ирландскими и
английскими джазистами, включая
квинтет Ронни Скотта из Лондона.
Одним из событий драматической
программы явилось появление
нескольких ведущих драматургов,
включая Дэйвида Мерсера и
Кристофера Хамптона, которые
провели публичные обсуждения
своих совершенно различных
сценариев Ибсеновского «Кукольного
дома» (оба фильма были показаны в
Саксофонист Ронни Скотт}
выступавший на фестивале в Белфасте
Белфастском кинотеатре). Одноактная
пьеса Мерсера «Губернаторша»
была показана в исполнении группы
«Осборн Плэйере». Ирландская
писательница Эдна О’ Браян
пользовалась большой популярностью,
и ирландский поэт Шеймус Хини дал
серию дневных концертов-чтений с
комментариями, читая как еще не
опубликованные работы, так и старые,
любимые публикой стихи.
C4UUUL ЛоЩ*'
В сентябре прошлого года Ассоциация
Великобритания-СССР организовала
очень успешную «Британскую
Неделю» в Новосибирске. Были
организованы выставки:
«Британский дизайн», «Искусство
детей», «Техническое развитие в
Шотландии» и «Английские книги по
искусству», а также фотовыставки
на темы «Британия сегодня» и
«Англо-сибирские связи с 1553 г. до
наших дней». В выставочном центре
была показана полная программа
документальных фильмов, включая
фильм о 25-ой годовщине коронования
Королевы Елизаветы II, в то время как
главные кинотеатры города
показывали английские
мультипликационные и
художественные фильмы. Органист
Джеймс Долтон, струнный квартет
Габриэли, Певцы «Бакхолиян» и
победитель конкурса пианистов им.
Чайковского Теренс Джуд дали
концерты в Консерватории. Среди
членов жюри на конкурсе по
109
\ \

Выставка британского дизайна в
Новосибирске
английскому языку между местными
школами был Антони Твайт,
который прочел также лекции о
современной английской прозе и
поэзии. Среди других лекторов были
Майкл Комптон, куратор лондонской
галереи Тэйта (он прочел лекции о
Генри Муре и британской ландшафтной
живописи) и Майкл Ридд, главный
геолог Британской национальной
нефтяной корпорации, который
прочел лекцию «Поиски
ресурсов углеводорода».
В менее серьезной области, парад
британских мод с использованием
советских манекенщиц пользовался
большой популярностью. На жителей
Новосибирска произвела большое
впечатление также игра на волынке
Джо Вильсона из Глазго. Британский
посол посадил памятное дерево в
Ботаническом институте в
Академгородке, где Джон Массей-
Стюарт - широко известный писатель-
путешественник - передал коллекцию
растений и семян из Ботанического
сада в Кью. Также в Академгородке
была организована выставка научных
книг оксфордского издательства
«Пергамон Пресс».
Геннадий Рождественский, в
настоящее время главный дирижер
Симфонического оркестра Би-би-си,
продолжает восхищать английских
слушателей своими чуткими и
оригинальными интерпретациями. В
декабре прошлого года мы имели
возможность услышать
Рождественского с его женой
Викторией Постниковой в
фортепианном концерте в церкви
Св. Иоанна на Смит Сквер в Лондоне.
Помимо музыки английских
композиторов, они впервые
исполнили, вместе с симфоническим
хором Би-би-си, сцену из
незаконченной оперы-балета
Мусоргского «Млада», рукопись
которой была найдена самим
Рождественским в архивах
Римского-Корсакова в 1930-х гг.
Этой осенью советские любители
музыки смогут услышать трех
английских пианистов, которые
собираются посетить СССР: Аллан
Шиллер (в сентябре), Ричард Мейрик
(в октябре) и Хауард Шелли (в ноябре).
Позднее, в конце ноября, Лондонский
Симфонический Оркестр под
управлением Колина Дэйвиса посетит
Ленинград и Москву и даст по три
концерта в каждом городе. В
программу войдут произведения
Гайдна, Моцарта, Берлиоза, Брамса,
Шостаковича, Стравинского и
Сибелиуса. Солировать в концерте
Гайдна для трубы будет Морис
Мерфи, первая труба Лондонского
Симфонического Оркестра, и в
концерте для скрипки № 2 Моцарта
- Владимир Спиваков.

Для старшего поколения английских
любителей футбола среда 15 ноября
1978 г. была случаем для
возвращения в прошлое. В
футбольном клубе Челси, Стамфорд
Бридж, на юго-западе Лондона,
после 33-летнего перерыва, состоялся
повторный матч между Челси и
НО
Острый момент борьбы между Роном
Хэррисом из клуба Челси и динамовцем
Владимиром Казаченком
московским Динамо. В 1945 г.
советская команда была чем-то вроде
тайны и матч привлек юо-тысячную
толпу, как вспоминает Джеффри Грин
в газете «Таймс»: «Они запрудили
стадион Челси, вливаясь через
железнодорожную насыпь, через
соседние дома и сады, карабкаясь на
крышу старого покрытия и сметая
барьеры ...» На этот раз, в 1978 г.,
толпа была несколько меньше - молодое
поколение болельщиков привычно к
международным матчам, советская
команда хорошо известна, и тайна
давным-давно развеялась. «Ранний
дождь и холодная, ветренная ночь
не способствовали событию».
Джеффри Грин продолжает: «И
опять русские дали своему
противнику урок по аккуратным
пасам и быстроте игры». Финальный
счет - 2:1 в пользу «Динамо».
Для британских теннисных команд
1978 г. был юбилейным. В начале
ноября национальная женская
команда встретилась с лидирующими
американскими теннисистками в 50-м
турнире на Кубок Вайтмана,
состоявшемся в лондонском
королевском Альберт Холле. И, может
быть под стать этому, в этом
юбилейном году результат ежегодной
встречи между двумя странами
невозможно было предугадать до
самого последнего момента. Только в
третьем сете финального (пятого) матча
Великобритания захватила победу,
когда Су Баркер и Вирджиния Уэйд
побили американок Крис Эверт и Пам
Шрайвер. Пробки от шампанского
полетели на корт, когда одна
из самых возбужденных толп,
когда-либо виденных Альберт
Холлом, ликовала по поводу
британского достижения. Эта
знаменательная победа была только
десятой для Великобритании с начала
соревнований в 1923 г.
Для руководителя британской
команды Пола Хатчинса эта победа
явилась дополнительным стимулом для
принятия участия в матче на высший
международный мужской теннисный
приз - Кубок Дэйвиса. Англия
вошла в финал в 1978 г. впервые за
41 год, победив, на удивление,
III
Сборная Великобритании на розыгрыше
кубка Уайтмана, слева направо:
Анн Хоббс, Сю Маппин, Мишель
Тайлер, Сю Баркер, Вирджиния Уэйд
австралийцев, но не будет ли слишком
много - ожидать от британской
команды - Бастера Моттрама, Джона
и Дэйвида Ллойдов и Марка Кокса -
победы над американской командой,
состоящей из лучших в мире
теннисистов ? К сожалению,
надежды на повторение успеха
женщин не оправдались, сила и
быстрота Джона Макэнро и опыт
Стэна Смита оказались слишком
Молодой доброволец на раскопках
Уотлинг Корт
большим препятствием для британских
теннисистов. Но несмотря на этот
проигрыш (1:4), британская
теннисная команда завоевала себе
славу, и память о 1978 г. останется
сокровищем для теннисных
болельщиков.
Недавние археологические раскопки
в сердце Лондона открыли множество
остатков прошлого британской
столицы. Раскопки проводились
департаментом городской археологии
Музея Лондона в районе Вотлинг
Корта около Маншон Хауса.
Добровольцы, работавшие на
раскопках, нашли следы
последовательных обитателей с бо-х
гг. н.э. до наших дней. Обгорелые
камни подтвердили свидетельства о
разграблении Лондиниума (римское
название Лондона) королевой
Боадисией и ее войсками и о пожаре
120-х гг., при императоре Адриане, в
то время как последующие остатки
указывают на до сих пор неизвестный
пожар 150-х гг.
Шестимесячные раскопки открыли
также две римские мозаиковые
мостовые, которые считают
древнейшими из найденых в Лондоне.
Эти мозаики, покрытые черными и
112
белыми рисунками круглой формы,
были найдены в здании, построенном
в конце 1-го - начале 2-го вв. н.э. В
одно время это, возможно, была
впечатляющая вилла, стоящая на том
месте, где в те времена был берег
Темзы.
По словам Джона Скофилда,
заведующего раскопками, большинство
основных вопросов по истории этого
района было решено. Однако
вопрос - что происходило в Темные
времена между 500-ми и 700-ми
гг. н.э., остается невыясненным.
Ранняя саксонская хижина - одна из
последних находок в районе раскопок -
возможно даст ответ. Она обнаружена
под похожей на нее, построенной
позднее хижиной, а неподалеку оттуда
был найден также подвал большого
саксонского здания с деревянным
каркасом постройки 9-10 вв. По
следам домашних отходов и пищи,
найденых на полу здания, археологи
смогли составить картину саксонского
быта. Над этими саксонскими остатками
были найдены средневековые
подвалы и покрытые мелом
выгребные ямы.
Несмотря на то, что раскопки
закончены, эти важные открытия
немного продвинули вперед
разрешение загадки римского,
саксонского и средневекового
Лондона, и археологи уже трудятся над
планами будущих раскопок в новом
районе, неподалеку от театра
«Мермэид» (Русалка), где, как
считают, грязь скрывает
римскую береговую стену.
Hl fco/vo ъал.
Британская компания РФД
Инжиниринг Лимитед выпустила
«машину для классной комнаты» -
тренер для водителей, где
ученик-водитель в безопасности
классной комнаты автомобильной
школы может исправлять ошибки
Авто-инструктор
по мере того, как он их делает.
Машина под названием
«Авто-учитель» использует систему
обратного проектирования,
сконструированную таким образом,
что учащийся может водить машину
по кольцу со «скоростью», прямо
реагирующей на педаль акселератора
встречая рискованные дорожные
ситуации и разрешая их по мере их
появления. Если студент не слушает
подражаемые звуки двигателя, или
не проверяет показания спидометра
или слишком быстро заворачивает за
угол, машина сойдет с дороги и
водитель увидит на экране
реалистичную картину своей
ошибки. Ученик должен после этого
манипулировать машину, чтобы
вывести ее обратно на дорогу. При
попытке старта на горе машина очень
правдоподобно «покатится назад»,
если шофер не последует правильной
процедуре.
Контрольный пункт инструктора
расположен позади водительского
сиденья и может использоваться для
программирования при таких
случаях, как аварийная остановка.
113
Индикатор покажет с точностью до
одной сотой секунды, сколько
времени ученику потребовалось на то,
чтобы отреагировать. Там же
расположен выключатель, дающий
наклон до I :з, и различные
лампы сигнала предостережения могут
быть включены чтобы видеть, как
ученик на них реагирует.
Снабженный акселератором,
тормозами, сцеплением и щитом с
обычными приборами, «Авто-учитель»
транспортабелен и существует в
двух вариантах - для право и
левостороннего движения. Также
были созданы варианты «Авто-
учителя» для автобуса и грузовика.
Другая водительская новинка -
«Инвашру» - сконструирована для
водителей-инвалидов, постоянно
прикованных к инвалидным креслам.
Отличительной чертой этой машины
является то, что она была построена
группой школьников из Шроусберской
школы в графстве Шропшир, для
представления на школьный конкурс
«Построй автомобиль»,
организованный в 1978 г. фирмой
«Бритиш Петролеум». Тогдашний
Министр по делам инвалидов Алф
Моррис был восхищен машиной, и в
данный момент возможность
коммерческого производства
автомобиля рассматривается со всей
серьезностью, в то время как в
брюссельской штаб-квартире
Европейского Экономического
Сообщества было вынесено
предложение об использовании
автомобиля как стандартного во всех
странах Сообщества.
Самой интересной чертой машины
является то, что водитель
может садится в нее со своим
инвалидным креслом, которое
становится его водительским
сиденьем. Главная проблема уже
существующих инвалидных машин -
это то, что водитель-инвалид должен
переместиться со своего инвалидного
кресла в машину, а затем втащить за
собой кресло. Группа школьников-
конструкторов разрешила эту
проблему - их машина снабжена
задней дверью со скатом, который
откидывается на тротуар. Водитель
задвигает кресло в машину прямо за
руль. Двери имеют электронное
управление, ножное или ручное
управление устанавливается в
зависимости от инвалидности
водителя. В машине остается
достаточно места для пассажиров - в
отличие от стандартных инвалидных
машин, это настоящий семейный
автомобиль.
Автомобиль для инвалидов «Инвашру»
114
^Understanding
English^
More practice in modern English
usage: by Hilary Rees-Parnall
Charles Dickens
Charles Dickens occupies a central
place in English literature. His
books have reached a world-wide
audience, and are also still very
popular in Britain. There have been
many books about Dickens and
the England he knew, and one of
the most delightful volumes is
The World of Charles Dickens by
Angus Wilson, published by Mar-
tin Seeker and Warburg. Here is an
extract about the theatrical per-
not all politics or even social
indignation and social good works;
leaving aside his European jaunts
and his long family sojourns in
Paris and Boulogne, Dickens was
as energetic and active in pursuit
of private pleasure as of public
good. The two things, indeed,
were never quite separate for him.
His principal hobby of these years
was amateur acting and amateur
stage management; but the thea-
tricals were conducted for charities,
in great degree on behalf of the
arts. The proceeds of many of the
performances went to writers who
had fallen upon hard times, or to
families that had been left un-
provided for.
The large earnings of Dickens
himself, George Eliot, or Bulwer
Lytton, the considerablest/fZ/c/ency
left by Thackeray (all sums earned
at the cost of driving hard work
and extraordinary energy) make us
formances which Dickens organ- a sketch by Hablot Browne, one of
ised for charity.	Dickens s illustrators, better known
115
Mill KI ll\IJ. WAlthWH K. Ы.К1П
.	. . A fl! a !» CGHJ . • r GF
THE &TJILD 4\H LITERATURE AMD ART;
t < «• O*	LTTT1>W Ы.-	***
NOT SO HAD AS WE SEEM
OR. KAN’ *101» TO A CHARACTER
MR. NIGHTINGALE’S DIARY.
TWO O’CLOCK IN THE MORNING.
Playbill fora theatrical performance
by the Dickens Company in 1852
forget what a high proportion of
writers fell through the wide-
meshed Victorian net into genteel
poverty. There were vastly rich
painters, like Millais, too, and some
well-to-do actors; but, for the
rest, the danger for all kinds of
artists of disaster from ill health or
bad luck was as great as it was for
all the Victorian professional class
who did not prosper. Dickens's
associates lived in a journalistic
world of writers depending upon
placing articles, or of artists living
by illustration - for them life was
at once comfortable and very
precarious. Both Dickens's prin-
cipal illustrators, on whom,
whether we like it or not, much of
our vision of Dickens's world
depends - both Cruikshank and
Phiz ended in receipt of royal
pensions to keep them alive.
Dickens's energy in befriending
and helping needy artists was
extraordinary; theatricals were the
self-indulgence which made his
generosity possible. He was always
awake to the need for some wider
scheme to give decency to the
closing years of members of his
profession. It was to this end that
he and Bulwer Lytton devised the
Guild of Literature and Art by
which a colony for writers in
retirement was to be built upon
the grounds of Lytton's estate at
Knebworth. The first theatricals to
raise money for the project were
given in the Great Hall of Lytton's
magnificent, sham-medieval castle
at Knebworth in 1850. By this and
other performances a large sum of
money was raised. Lytton, an
M.P., got a charter of incorpora-
tion through the Commons in
1854; but by law seven years had
to pass before pensions could be
granted. 'I do stoutly believe that
this plan carried, will entirely
change the status of the literary
man in England,' Dickens wrote
to Lytton. But when the time came,
as so often happens where the
organising of the lives of artists is
concerned, few writers of the
desired kind were willing to take
up the offer,.and what could have
been a remarkable scheme of
welfare necessarily petered out.
Nor, during this decade, was
Dickens any more successful in
his attacks upon the committee of
the Royal Literary Fund, which he
accused of spending more of their
money upon administration than
upon needy writers. 'I am de-
termined to reform it or to ruin it,' he
wrote to Macready in 1857; but
he did neither.
The purposes of the theatricals,
though sincere and no doubt a
blessing to those who received the
benefits, were really less important
116
to Dickens than the sheer pleasure
he got out of them - pleasure in
acting, more pleasure still in
management (particularly when,
with Bulwer's play. Not So Bad as
We Seem, laid in George H's
reign, the company began provin-
cial tours), and a great deal of
pleasure in the sheer conviviality.
for, as in his youth all his family
had been involved in productions,
now he involved all his friends. Not
that, in the main, they needed to
be involved. There were disap-
pointments, let-downs, failures to
learn parts, inconstancy in re-
hearsal, and as a result some minor
quarrels; but in general Dickens
succeeded in being a very strict
manager, and there was extra-
ordinarily little dissension - surely
a remarkable tribute to his charm,
his power of leadership and, per-
haps less expected, his tact, but
above all to his great power of
liking and caring for his friends.
(Slightly adapted.)
Vocabulary
jaunts journeys for pleasure
sojourns a sojourn is a stay in a
place for some time
proceeds profits
had fallen upon hard times to
fall upon hard times is to find it
difficult to make a living after a
period of some success
sufficiency quantity (of money,
in this case)
wide-meshed Victorian net a
wide-meshed net is one with large
holes in it. The metaphor of a net
is used to describe a society with
safeguards for its members.
genteel poverty trying to main-
tain the style of the upper classes,
without the money to do so
precarious uncertain
needy very poor
sham-medieval imitation medi-
eval
stoutly firmly
The Dickens Dramatic Company in 1854
117
petered out gradually came to an
end
provincial tours tours of the
provinces
conviviality merry-making
let-downs disappointments
dissension quarrel, argument
The World of
Horse-Racing
And now we turn to the twentieth
century - to the world of horse-
racing, as portrayed by Dick
Francis in one of his 'horsy'
thrillers. Knock Down.
Jonah Dereham, a bloodstock
agent, visits the Ascot sales with
his girlfriend, Sophie.
I took her down to the stables
where there were several horses
I wanted to look at, the underfoot
conditions that day rock hard, not
oozing mud. She dutifully stuck
her head inside each box to look at
the inmates, though her claim to
know less about horses than
quantum mechanics was quickly
substantiated.
'Do they see two views at once,
with their eyes on opposite sides of
their head like that?'
'Their brains sort it out,' I said.
'Very confusing.'
'Most animals look sideways.
And birds. And fish.'
'And snakes in the grass,' she
said.
Some of the horses had atten-
dants with them. Some didn't.
Some had attendants who had
vanished temporarily to the re-
freshment room. Everywhere lay
the general clutter of stables in the
morning: buckets, muck sacks,
brushes, bandages, haynets and
halters, mostly in little dumps
either outside or inside each box
door. Most of the early lot numbers
had stayed overnight. I asked for
three or four horses to be led out
of their boxes by their attendants
to get an idea of how they moved.
They trotted obligingly back and
forth along a wider piece of
ground, the attendant running
alongside holding them by the
head on a short rope. I watched
them from behind and from dead
ahead.
'What do you look for?' Sophie
asked.
'Partly whether they dish their
feet out sideways.'
'Is that good ?'
I shook my head, smiling. 'The
fastest ones generally don't do it.'
We went up to the О-shaped ring,
where the wind whistled through
with enthusiasm and the meagre
crowd of participants stamped
their feet and tucked their hands
under their armpits.
I bought two three-year-old
fillies for a client in Italy, then I
took Sophie to warm up over
some coffee.
We munched and drank, and I
checked ahead through the cata-
logue, making memory-jogging
notes about the horses we had
seen in their boxes.
'Does it go on like this all day?'
Sophie asked.*
'A bit boring for you, I'm afraid.'
'No. . . Is this what you do, day
after day?'
'On sales days, yes. Other days I
fix up deals privately, or go to the
races, or see to things like trans-
port and insurance. Since last week
I've barely had time to cough.’
'Are there a lot of horses for
sale?' she said doubtfully. 'I
wouldn't have thought there were
enough for so many people all to
118
be involved in buying and selling/
'Well. ... In Britain alone there
are at present about seventeen
thousand thoroughbred brood-
mares. A mare can theoretically
have a foal every year, but some
years they're barren and some
foals die. I suppose there must be
about nine thousand new foals or
yearlings on the market every
season. Then there are about
twenty thousand horses in training
for flat races, and heaven knows
how many jumpers, but more than
on the Flat. Horses which belong
to the same people from birth to
death are exceptions. Most of them
change hands at least twice.'
'With a commission for the agent
every time?' Her expression held
no approval.
I smiled, 'Stockbrokers work for
commission. Are they more res-
pectable?'
'Yes.'
'Why?'
'I don't know. Don't confuse me.'
I said, 'France, Italy and espe-
cially America are all at it in the
bloodstock business hammer and
tongs. There are about thirteen
hundred stud farms in the British
Isles and thousands more round
the world.'
'All churning out horses. . . and
only so that people can gamble.'
I smiled at her still disapproving
expression. 'Everyone needs some
sort of fantasy on their bread.'
She opened her mouth and shut
it, and shook her head. 'I can never
decide whether you are very wise
or an absolute fool.'
'Both.'
'Impossible.'
'Dead easy, I'm afraid. Most
people are.'
(Slightly adapted.)
Vocabulary
bloodstock thoroughbred horses
i.e. horses of pure breed
oozing emitting
clutter confusion, disorder
clumps groups
lot numbers items to be sold in a
sale are numbered as 'lots'
dead directly
dish fling
fillies female foals
munched chewed
memory-jogging to jog some-
one's memory is to make them
remember something
broodmares a mare, or female
horse, used for breeding
foal a young horse
yearlings a horse between one
and two years old
flat race on level ground without
obstacles
jumpers horses which can jump
over fences
commission payment as per-
centage of sale price
hammer and tongs with great
energy
stud farm place where horses are
bred
churning out producing
Straight from the
Horse’s Mouth!
Horses and horse-racing have
given a lot of colloquial expres-
sions to English. Here are a few
of the most popular ones.
A willing horse is a willing
worker, but a dark horse is some-
one who will probably surprise
you. An ass or a donkey is a foolish
person. When you eat like a horse.
you eat an enormous amount of
food. If you back the wrong horse
(literally, bet on a horse that loses
119
the race), you support the loser in a
contest. On the other hand, if you
flog a dead horse, you waste your,
energy by supporting a cause that
is already lost. When you put the
cart before the horse, you do
things in the wrong order.
If somebody talks the hind leg
off a donkey, they talk con-
tinuously and rather foolishly, but
they do all the boring, unskilled
work if they do the donkey work.
When a person takes the leadxhey
get in front of everyone else, just
as a horse does in a race. If they're
riding for a fall, they are heading
for disaster. Hold your horses and
don't rush your fences both mean
that one shouldn't be hasty in one's
actions. If someone is on their
high horse, they are acting very
much on their dignity. If they have
the whip hand they are well in
control, but if they give the horse
its headlhey let it go its own way.
Of course, you can believe every-
thing you read in 'Anglia', be-
cause it comes straight from the
horse's mouth - from a first-hand
source of information ! You can
tell a horse's age by looking at its
teeth so you should never look a
gift horse in the mouth - accept a
present ungratefully by examining
it critically for faults. Nor is it a
good idea to dose the stable door
after the horse has bolted - you
would be taking action too late for
it to be useful.
Let’s Get to the
Root of the Matter!
Finally, can you match up the
following sentences with the col-
loquial expressions below? All the
expressions have something to do
with plants, flowers or trees.
1	Sometimes things are very
difficult. Life is not all....
2	Mary led Sam.......She kept
promising to marry him, but in
the end she left him for John.
3	Susan's ready to ...... She's
travelled all over the world,
but now she wants to settle in
one place.
4	The police were determined to
	 It took them several
weeks but they finally dis-
covered the cause of the fire.
5	Don't ...... Tell	me exactly
what it is you want to say.
6	John's....... He's much nicer
than any of his brothers.
7	Sally's done very well in her
job. She's at ........... in	her
profession.
8	You should act quickly. Don't
let........
9	I feel as if all our hard work is
beginning to..........The results
are really worth the effort we
put in!
10	The teacher realised that the
class might cause trouble, but
managed to............
A the grass grow underyourfeet
В nip it in the bud
C the top of the tree
D the pick of the bunch
E a bed of roses
F beataboutthebush
G put down roots
H bearfruit
I get to the root of the matter
J up the garden path
Answers to test
a oi d s
н 6 it
V 8 Э £
э l г г
0 9 BL
120
АНГЛИЯ
Мы будем благодарны читателям та отзывы
о нашем журнале. Адрес редакции:
P.O. Box No. 5, London S.E.I
Журнал Англия продается в следующих
городах:
•Алма-Ата
Архангельск
Астрахань
•Ашхабад
•Баку
•Барнаул
Брест
’Брянск
Вильнюс
•Витебск
•Владивосток
•Волгоград
•Воронеж
• Ворошиловград
•Горький
•Днепропетровск
•Донецк
•Душанбе
•Ереван
•Запорожье
Иваново
Иркутск
•Казань
Калинин
Калининград
Каменск-Шахтинский
Караганда
Каунас
Кемерово
•Киев
Киров
Кировоград
•Кишинев
•Краснодар
•Красноярск
•Куйбышев
Курск
Кустанай
•Ленинград
•Львов
Магадан
•Минск
•Москва
•Мурманск
Николаев
•Новосибирск
•Одесса
Омск
Орел
Оренбург
Павлодар
Пенза
Пермь
•Петрозаводск
Петропавловск
(Казахская ССР)
Полтава
Псков
•Рига
•Ростов-на-Дону
Рязань
•Саратов
•Свердловск
•Симферополь
Смоленск
•Ставрополь
•Таллин
Тамбов
•Ташкент
•Тбилиси
Томск
Тула
Ужгород
Ульяновск
Усть-Каменогорск
Уфа
•Фрунзе
•Хабаровск
•Харьков
Херсон
Целиноград
•Челябинск
Чернигов
Чита
Южно-Сахалинск
Ярославль
ПЕРЕДАЧИ БИ-БИ-СИ
Би-би-си ежедневно передает на
русском языке программы для
слушателей в Советском союзе. В
нижеследующем расписании передач
указано московское время.
0645-0700	метров
На коротких волнах - 16,19,25, 31 41
На длинной волне - 1500
0745-0800
На коротких волнах - 16,19, 25, 31
На средней волне - 231
1345-1445 (суббота и воскресенье)
На коротких волнах - 13,16,19
1600-1630
На коротких волнах -13,16,19
1745-1830
На коротких волнах -13,16,19,25, 31
1830-1845 (понедельник - суббота)
На коротких волнах - 13,16,19,25
1830-1900 (воскресенье)
На коротких волнах - 13,16,19,25, 31
1945-2045
На коротких волнах - 13,16,19,25, 31
2200-2230
На коротких волнах - 19,25, 31,41,49
2300-2400
На коротких волнах - 19,25, 31,41,49
2400-0030 (пятница и суббота)
На коротких волнах - 19,25, 31
(• города, где подписка на журнал принимается
отделениями Союзпечати)
Журнал «Англия» издается британским
правительством и распространяется в
Советском Союзе в соответствии с условиями
соглашения между правительствами
Великобритании и СССР.
Printed in England by
Balding + Mansell. Wisbech
Dd 596894 Pro 11911
На первой странице обложки:
Марион Тейт и Десмонд Келли танцуют в
постановке «Отборнейшие синкопы»
Кеннета Макмиллана
На последней странице обложки: Майкл Гарт-
один из последних оставшихся бондарей в
Уэльсе
Все передачи начинаются с выпуска последних
известий.
Радиохроника текущих событий «ГЛЯДЯ ИЗ
ЛОНДОНА» передается по будним дням в
1600,1745,1945 и 2300.
Обзор текущих событий под названием
«ПАНОРАМА» передается по будним дням
в 2200.
Программа текущих событий «УИКЭНД»
передается по субботам в 2300.
ЗАМЕТКИ нашего наблюдателя передаются
по воскресеньям в 1745, 1945 и 2300.
Тематические передачи первый раз выходят
в эфир в 2300. Передачи идут по следующим
дням недели: Воскресенье, понедельник,
вторник, среда и четверг. Эти программы затем
повторяются на следующий день в 1945 и через
день в 1745.
Программа музыки ПОП передается по
пятницам в 2400. Программа ДЖАЗА - по
субботам в 1945.
Религиозные программы передаются по
субботам в 2400 и по воскресеньям в 1345 и 1745.