/
Теги: литература литературоведение художественная литература
ISBN: 5-367-00097-5
Текст
НОБЕЛЕВСКАЯ ПРЕМИЯ 2005
ЧИТАТЬ [МОДНО]
Г A P
01ЬД
коллекция
пин
санкт-петербург
АМФОРА
2006
УДК 820-2-21
ББК 84(4Вл)
П 32
HAROLD PINTER
Plays
Перевод с английского
All rigfits whatsoever in these plays are strictly reserved and applications
for performance, etc, should be made to Judy Daish Associates Ltd,
2 St Charles Place, London WW 6EG, England. No performance may be given
unless a licence has been obtained.
Издательство выражает благодарность
литературному агентству
Judy Daish Associates Ltd
за содействие в приобретении прав
Защиту интеллектуальной собственности и прав
издательской группы «Амфора*
осуществляет юридическая компания
*Усков и Партнеры*
The right of Harold Pinter
to be identified as author
of these works has been asserted by him.
© Фридштейн Ю., вступительная
статья, 2006
© Издание на русском языке,
составление, оформление.
ISBN 5-367-00097-5 ЗАО ТИД «Амфора», 2006
ИЗ ПИНТЕРА НАМ ЧТО-НИБУДЬ!..
Весьма вероятно, что многие из тех, кто ходит сегодня на
фестивали «новой драмы», а также — как знать, возможно,
есть и такие! — кто читает написанные авторами «новой дра-
мы» пьесы, не очень-то помнят, что термин этот, равно как и
стоящее за ним явление, в истории театра возникает не впер-
вые. Формально — в третий раз, если иметь в виду, что пона-
чалу именно этим термином были объединены столь разные
драматурги, как Шоу, Ибсен, Стриндберг, Чехов, создавав-
шие и определявшие театр рубежа XIX-XX веков. Вторич-
но это понятие возникает в середине XX века, и хотя на этот
раз — опять-таки формально — оно относилось исключи-
тельно к театру английскому, но чем как не «новой драмой»
(равно как и «новым театром») был возникший день в день
с лондонской премьерой осборновской пьесы «Оглянись во
гневе» московский театр «Современник»? Впрочем, дело не
в терминах, и в подобных случаях мне всегда вспоминается
замечательная реплика многомудрого доктора Шпигельско-
го из «Месяца в деревне» Тургенева; «Авангарду очень лег-
ко сделаться арьергардом. Все дело в перемене дирекции».
Ведь молодой ниспровергательский задор очень скоро про-
ходит, обнаруживая вместо себя либо суть, либо отсутствие
таковой. В первом случае былая принадлежность к очеред-
ному «революционному» течению останется фактом, ин-
тересным разве что историкам театра, в то время как пьесы
будут — как им, собственно, и положено — читаться и ставить-
ся. В случае же втором и названия пьес, некогда собиравших
5
полные залы, и имена их создателей, былых «властителей
дум», благополучно канут в Лету, и слава богу, если ее во-
ды хотя бы для тех же историков окажутся достаточно про-
зрачными.
Гарольд Пинтер тоже выходец из «новой драмы». Той са-
мой, лондонско-английской, 1950-х, откуда родом Осборн,
Шейла Дилени, Арнольд Уэскер, Джон Арден, Бернард
Копе, Роберт Болт...
Неправдой, и даже почти предательством, было бы ска-
зать, что имена эти, некогда составлявшие предмет и соб-
ственных моих — вполне неравнодушных — штудий, я с тру-
дом вспомнил. Нет, отчего же. Однако их — ну, может быть,
за исключением Осборна — неумолимая Лета так-таки по-
глотила. Гарольд Пинтер остался.
Все дело в том, что большинство его собратьев по «но-
вой драме» (или, скорее, просто сверстников и современ-
ников) работали в совершенно иных жанрах.
Чаще это были пьесы, подчеркнуто реалистические, даже
бытовые, и первые их зрители, некогда умиравшие от скуки
на салонных комедиях либо чувствительных мелодрамах,
невероятно возликовали, узрев то, что явили им эти неоте-
санные, плохо воспитанные, вовсе не из салонов и гостиных
вышедшие мальчишки и девчонки. В этих выскочках, в этих
несомненных парвеню они ощутили живую жизнь — и пра-
вильно ощутили. Красивые сказки приелись — захотелось
некрасивой реальности. Реальность эта и была явлена.
Либо это были притчи — философские, исторические, —
в которых, впрочем, прочитывалась или угадывалась все та
же реальность. И это тоже ужасно нравилось, и это тоже по-
нятно. Разве не так же — уже не в Лондоне, а в Москве — ло-
вили мы «аллюзии» в «исторических» пьесах Радзинского
или в спектаклях Театра на Таганке? По счастью (именно по
счастью!), — сегодня такого нет и былые попытки наших тог-
дашних «властителей дум» выглядеть мудрыми, многозна-
6
чительными и многознающими, поучающими и наставляю-
щими, равно как и собственные наши восторги относитель-
но этих попыток, видятся — другого слова не подберу —
смешными. Вынужденными.
Пожалуй, Гарольд Пинтер остался в значительной степе-
ни оттого, что никогда (или почти никогда) подобных пьес не
писал. Примета высочайшего мастерства — в ощущении, что
его пьес вообще никто никогда не писал: такая естественность
подслушанного человеческого общения в них ощущается —
в этих на первый взгляд абстрактных, почти схематичных,
наконец абсурдных — вот и непременно прилагаемый к Пин-
теру ярлык — историях. Они-то на поверку и оказались жи-
выми — именно потому, что ни к какому времени и ни к ка-
ким реалиям не привязаны; живее стократ, нежели любая из
производившихся тогда в Англии «пьес кухонной лохани».
Не в лохани дело, оттуда ничего, кроме воды, которая сначала
чистая, а потом не вполне, не проистекает. Пинтер подслуши-
вал своих персонажей, руководствуясь совсем иными закона-
ми, — тогда и рождались на свет божий эти печальные зари-
совки, где произносится в тысячу раз меньше, чем могло бы
быть произнесено... Впрочем, вовсе не потому, что персонажи
его «многозначительны»: такое ощущение, что даже в те сло-
ва, что все-таки говорятся, они-то как раз никакого смысла
и не вкладывают. Смысл вкладываем в них jww.
Как ни удивительно, пьесы Пинтера очень хорошо чита-
ются. Легко. Оставляя после прочтения странное послевку-
сие. Рождая долгое «послемыслие». Их трудно забыть, от
них трудно — да и не хочется! — отрешиться. В них одно-
временно и модель жизни, и сама жизнь. Они абстрактны и
конкретны, пунктирны и подробны, их особая реалистич-
ность — в полном отсутствии реалистических деталей. Такое
впечатление, что человек, их записавший, на самом деле
.чиает намного больше, чем мы, и словно бы ждет, что это
его знание мы расслышим, либо угадаем, либо на каком-то
7
чувственном — не вербальном, не рациональном — уровне
уловим. И в этом именно, как мне кажется, Пинтер действи-
тельно восходит к Чехову: недоговоренность, недосказан-
ность, но главное — абсолютное, просто вызывающее несо-
ответствие того, что произносится, тому, что в этот момент
с персонажами случается. Или — не случается.
К героям и сюжетам Пинтера, равно как и к чеховским,
бессмысленно обращаться с вопросом: почему? Точнее, от-
веты на этот вопрос если и существуют, то в сфере, далекой
от рацио, от практических обстоятельств, от конкретики.
Они — если и есть — в сфере ощущений, подчас подсо-
знательных, необычайно глубинных, всегда очень личных.
И ощущение главное, оглушительное, мощное, грандиозно
мощное, при этом в равной степени и совершенно очевид-
ное, и скрыто-потаенное, — одиночество. Мучительное. Не-
избывное. Сводящее с ума. Лишающее опоры. Заставляющее
совершать самые нелепые и алогичные поступки. Куда-то не-
престанно гонящее, но в то же время делающее пассивным
и инертным. Чехов, умирающий, еще совсем не старый,
только-только ощутивший сладость успеха, фантастически
угадал — надолго вперед угадал — эту самую странную и са-
мую страшную судорогу XX века Гарольд Пинтер — один
из очень немногих в этом веке, кто почувствовал самую суть
чеховской тональности, продлив ее.
Самое ошеломительное в его пьесах — в этих историях,
из ничего возникающих и столь вызывающе незавершен-
ных, — это то, что его герои словно бы даже рады своему
одиночеству. Они так с ним свыклись, что, кажется, лиши
их этого чувства — и они не будут знать, что им делать. Оно
уже привычное, спокойно-неизбежное. Одновременно и
Фатум — и домашние тапочки. Эти крайности сближает од-
но: от них не уйти. Эту общность, эту странную соединен-
ность быта и Бездны никто не ощущает так, как Пинтер.
Одиночество — единственное, что его героям принадлежит
8
безусловно и наверняка. Менять на что-то другое — зачем?
Да и будет ли «другое» лучше? А вдруг — нет? Слова бро-
дяги Спунера из пьесы «На безлюдье» звучат как будто от
их общего имени: «Единственная моя, знаете, надежность,
истинный мой уют и утешение в том, что я добиваюсь (сло-
во-то какое! Старается ведь и рад безмерно, что старания его
оказываются не напрасны. — Ю. Ф.) от всех людей безраз-
личия на общем и постоянном уровне... Если же кто вздума-
ет проявить ко мне интерес или, не дай бог, проникнется
чем-то вроде приязни ко мне, то я приду в состояние ост-
рейшего беспокойства... Меня никогда не любили. Вот от-
куда я черпаю силу».
Можно было бы счесть эти фразы «красивой литератур-
щиной», не знай я реальных людей, именно их и произнося-
щих: «Не надо меня любить. Не надо обо мне заботиться.
Не надо ни о чем меня расспрашивать». Не приучены. Не-
привычно. Некомфортно. Даже страшно...
Судьбы пинтеровских персонажей запутанны и непо-
нятны, встречи их мимолетны, случайны, необязательны.
Встретившись — говорят, говорят, говорят... Однако ничего
между ними не завязывается, ничего не случается. Встречи
и невстречи одновременно.
Как ни странно, при такой, казалось бы, «русской приро-
де» пьес Гарольда Пинтера, при его умении вслушиваться,
вглядываться, вовлекаться в потаенно-неназываемое, с его
тягой к «подполью», к тому, что «там, внутри», пьесы его не
стали «своими» на русской сцене.
Замечательно научившись «присваивать» Олби, Артура
Миллера, даже Беккета, даже Кафку, Пинтера русская сце-
на так и не освоила. Точнее — не присвоила. И дело здесь,
быть может, именно в этой его неуловимой и зыбкой, обман-
чивой двойственности. Либо быт, «дно», помойка — и тогда
выходит спектакль про бомжей и отбросы общества, про
обитателей ночлежек и трущоб; либо космизм — и тогда
9
играем отвлеченно-философическую «притчу», и Пинтер
вновь ускользает, выскальзывает, не дается в руки. Уходит
та тональность чуть остраненного иронизма, в которой —
пинтеровская английская природа, его принадлежность — не
случайная — к тому мироощущению и тому театру, откуда
родом Бернард Шоу и Оскар Уайльд.
Тональность Пинтера — не беспросветная мрачность
и осознание «тягот Бытия», равно как и не мучительные раз-
мышления о развитии мира, истории, цивилизации, челове-
ческой природы и так далее. Тональность Пинтера — теат-
ральна Неслучайно же, подобно Шоу, и Пинтер тоже — «ди-
тя кулис». Как, кстати, и Том Стоппард — не менее теперь
у нас известный и точно так же ускользающий. А ведь в анг-
лийском театре были еще и Моэм с Пристли — оба тоже пре-
дельно «английские», а у них — детектив, интрига, клубок
событий, и не один, а много; разматываясь, они переплетают-
ся и перепутываются, и тут уж не до «таинств Бытия» — ра-
зобраться бы в этом хитросплетении...
В пьесах Пинтера за кажущейся серьезностью авторской
мины всегда ощущается некий подвох, некая преувеличен-
ность и чрезмерность: слишком уж все очевидно, словно
писано прямо-таки специально для критиков и «ведов». Но
писано-то на самом деле для зрителей. Для театра. Для игры.
Нет ли здесь эдакой лукавой ловушки? Не «дурит ли он го-
лову», этот загадочный англичанин, недоступный и закры-
тый, — как раньше, когда был «не вполне разрешен», так
и теперь, когда разрешения можно ни у кого не спрашивать?
Забавно ведь на самом деле то, что Пинтера в пору «полураз-
решенности» у нас ставили не меньше, чем сейчас, а больше.
Ставили, «вписывая» в социально-театральный контекст,
и молва про эти «подпольные» спектакли бежала рядом с ис-
ториями про запреты к исполнению в том же Театре на Та-
ганке. Сейчас, когда «можно», Пинтера ставят намного реже.
Конечно, я говорю в большей степени про Москву, но про
10
какие-либо околопинтеровские свершения, происходившие
за ее пределами, тоже слышать не приходилось. Ключ
к Пинтеру так и не найден, с исчезновением флера «запре-
щенное™» словно бы исчез импульс к тому, чтобы ставить
его вообще. Забавно...
Но отчего? Отчего, научившись ставить «легкомыслен-
ного» Чехова, без этой абстрактно-лирической меланхолич-
ности, наши театры никак не решатся посягнуть на столь же
«легкомысленного» Пинтера? Отчего не решатся отринуть
скорбно-печальный, вдовье-сиротский тон и сделать его ге-
роев смешными, нелепыми, чудаковатыми, забавными? Та-
кими вот «недотепами», у которых и «двадцать два несчас-
тья», и «всё враздробь», а они, едва завершив очередной мо-
нолог (поскольку «очень хочется пофилософствовать»!),
тут же, без перехода и пересадки, переключаются на что-то
до такой степени прозаически-никакое, что просто диву да-
ешься: мол как же так?! Да вот так! Неужели вы когда-
нибудь встречали людей, способных философствовать два-
дцать четыре часа в сутки? Разве что Воланду, завтракав-
шему с Кантом, подобное доводилось — ну так мы же по
большей части не Воланды...
Персонажи Пинтера — смешные, и тогда именно — тра-
гичные. Нелепые — и тогда именно содержательные. Неум-
ные — все их глубокомыслие нарочитое и напускное. Пин-
тера следует играть и ставить лицедействуя, фиглярствуя,
притворствуя. Ни на секунду не забывая и не упуская из ви-
ду, что был у него, помимо Шоу и Уайльда, Пристли и Мо-
эма, еще один небезызвестный предшественник. Звали
его — Шекспир. И был он — актером. И сообщил нам —
устами, кстати, меланхолика (!) Жака, что «весь мир — театр».
А также — что в нем «все актеры». И еще — что «каждый не
одну играет роль». Тем же, кто опасается, что подобный
подход может как-то пошатнуть пинтеровский пьедестал,
весьма рекомендую провести пару вечеров в Московском
11
Художественном театре. В числе прочих там идут два совер-
шенно замечательных спектакля. Один называется —
«Вишневый сад». Пьеса Чехова. Второй — «Гамлет». Пьеса
Шекспира. Оба спектакля — очень смешные, местами даже
фарсово-балаганные. Но ничего трагичнее я в жизни не ви-
дел. Быть может, теперь мы и Пинтера научимся ставить.
Тогда он и в самом деле наконец-то станет у нас классиком.
Во всяком случае, он сделал для этого все необходимое.
Часть сделанного — перед вами. Дерзайте!
Юрий Фридштейн
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ*
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
П и т и, пожилой мужчина лет шестидесяти.
Мег, его жена, лет шестидесяти.
Стэнли, мужчина лет тридцати пяти.
Гольдберг, пятидесятилетний мужчина
М а к к а н н, тридцатилетний мужчина.
Л у л у, девушка двадцати лет.
Первое действие — летнее утро.
Второе действие — вечер того же дня.
Третье действие — следующее утро.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Гостиная дома в приморском городке. Налево дверь, веду-
щая в холл. Сзади слева дверь и небольшое окно. В центре,
в глубине сцены, окно из кухни в гостиную. Справа дверь
в кухню. Посередине стол и стулья. Из левой двери с газе-
той в руках выходит Питии садится к столу. Читает. Из
кухни раздается голос Мег.
* Harold Pinter. The Birthday Party
©Neabar Investments Ltd 1957
О Ливергант А., перевод на русский язык, 1995
13
Мег. Это ты, Пити?
Пауза.
Пити, это ты?
Пауза.
Пити?
Пити. Чего?
Мег. Это ты?
Пити. Да, я.
Мег. Чего? (Появляется в кухонном окне.) Вер-
нулся?
Пити. Да.
Мег. Кукурузные хлопья готовы. (Исчезает и вновь
появляется.) Бери.
Он встает, берет тарелку, садится за стол, складывает газету
и ест. Мег входит.
Вкусно?
Пити. Очень.
Мег. Так и знала, что тебе понравится. (Садится
за стол.) Газету купил?
Пити. Да.
Мег. Интересно?
Пити. Ничего.
Мег. Что пишут?
Пити. Ничего особенного.
М е г. Из вчерашней газеты ты мне кое-что вслух
читал, помнишь?
Пити. Да, но сегодняшнюю я еще сам не прочел.
Мег. Расскажешь, если будет что-нибудь инте-
ресное?
14
П и т и. Да.
Пауза.
Мег. Сегодня утром много работы было?
П и т и. Нет. Старые шезлонги сложил да подмел,
вот и всё.
Мег. Погода хорошая?
П и т и. Отличная.
Пауза.
Мег. Стэнли уже встал?
П и т и. Не знаю.
М е г. И я не знаю. Что-то его не видно.
П и т и. Значит, еще не вставал.
М е г. А ты-то его не видел?
П и т и. Я же только что пришел.
Мег. Небось еще спит. (Осматривается, встает,
идет к шкафу, достает из ящика пару носков, берет
моток шерсти и иголку и возвращается к столу.) Ты во
сколько сегодня ушел?
П и т и. В обычное время.
Мег. Было еще темно?
П и т и. Нет, светло.
Мег (штопает). Бывает, ты утром уходишь, а еще
темно.
П и т и. Так то зимой.
Мег. Ну да, зимой.
П и т и. Зимой светает позже.
Мег. Угу. (Пауза.) Про что сейчас читаешь?
П и т и. Про рождение ребенка.
М е г. Да ну! И кто же его родил?
П и т и. Девица какая-то.
М е г. А кто, Пити? Кто?
15
П и т и. Ты ее вряд ли знаешь.
Мег. Как ее зовут?
П и т и. Мэри Сплетт, леди Мэри Сплетт.
М е г. Не знаю такой.
П и т и. Конечно не знаешь.
М е г. А кто родился?
П и т и (изучает газету). Э-э... девочка.
Мег. Значит, не мальчик?
П и т и. Нет.
Мег. Плохо! Я бы на ее месте расстроилась. Маль-
чик ведь лучше.
П и т и. Почему, девочка тоже неплохо.
М е г. А по мне, мальчик — совсем другое дело.
Пауза.
П и т и. Я поел.
Мег. Вкусно было?
П и т и. Очень.
М е г. А у меня для тебя еще кое-что есть.
П и т и. Давай.
Она встает, берет его тарелку и выходит на кухню. Затем
появляется в кухонном окне с тарелкой гренков.
Мег. Ешь, Пити.
Он встает, берет тарелку и смотрит в нее. Входит Мег.
Вкусно?
Пити. Еще не пробовал.
Мег. Наверняка не знаешь, что это такое.
Пити. Почему, знаю.
Мег. Ну,что?
Пити. Гренки.
16
Мег. Правильно.
Пити ест. Мег смотрит на него.
П и т и. Очень вкусно.
Мег. Еще бы.
Пити (поворачиваясь к ней). Да, совсем забыл, вче-
ра на пляже подходят ко мне двое...
Мег. Двое?
Пити. Да. Двое мужчин. Узнавали, нельзя ли по-
жить у нас пару дней.
Мег. Пожить? У нас?
П и т и. Ну да.
Мег. Сколько их?
Пити. Говорю же, двое.
М е г. И что ты ответил?
П и т и. А что я мог ответить? Сказал, не знаю. То-
гда они сказали, что зайдут поговорить.
Мег. Зайдут,значит?
Пити. Обещали.
Мег. Выходит, они про нас слышали.
Пити. Выходит, слышали.
Мег. Получается, что так. Слыхали, наверно, что
у нас хороший пансион. А ведь он и впрямь неплохой.
Наш пансион на хорошем счету.
П и т и. На хорошем.
М е г. Я сама слышала.
Пити. Может, сегодня зайдут. Так ты сдашь им
комнату?
Мег. Конечно, у меня есть для них чудесная ком-
натка с креслом-кроватью.
П и т и. А там убрано?
Мег. Убрано. Все готово к приезду гостей.
17
П и т и. Точно?
Мег. Да. Сегодня бы их и поселила.
П и т и. Вот и хорошо.
Мег берет носки и относит их обратно в шкаф.
Мег. Пойду разбужу этого соню.
П и т и. Сегодня в театре премьера.
М е г. На пристани?
П и т и. Нет, в театре, в городе.
Мег. Если б на пристани, Стэнли тоже мог бы
участвовать.
П и т и. Нет, это серьезный спектакль.
М е г. В каком смысле?
П и т и. Без танцев и пения.
Мег. Что ж тогда актеры делать будут?
П и т и. Разговаривать.
Пауза.
Мег. Ты смотри...
П и т и. А ты любишь, когда поют, верно, Мег?
Мег. Нет, я люблю слушать, как на пианино игра-
ют. Когда Стэнли играл, глаз от него оторвать не могла.
Разве он станет петь? (Смотрит на дверь.) Пойду его
разбужу.
П и т и. А ты разве чай ему еще не носила?
Мег. Носила, я каждый день ему чай в постель
ношу, но это было уже давно.
П и т и. Он выпил чай-то?
Мег. Выпил. Насилу заставила. Стоять над ним
пришлось. Пойду его подыму. (Подходит к двери.)
Стэн! Стэнли! (Прислушивается.) Стэн! Ну-ка живо
вставай, по-хорошему говорю! Я иду, считаю до трех!
18
Раз! Два! Три! Ну, держись! (Выходит и поднимается
по лестнице.)
Раздается крик Стэнли и хохот Мег. Пити ставит тарелку на
кухонное окно. Крики. Смех. Пити садится за стол. Тишина.
Мег возвращается.
Слава богу, идет. (Она тяжело дышит, поправляет
растрепавшиеся волосы.) Я ему говорю: не встанешь —
завтрака не получишь.
Пити. Что, подействовало?
Мег. Пойду согрею ему хлопья.
Мег выходит на кухню. Пити читает газету. Входит
С т э н л и. Он в очках, в пижамной куртке, небрит. Садится
за стол.
Пити. Привет, Стэнли.
Стэнли. Привет.
Молчат. Мег входит с миской кукурузных хлопьев и ставит
ее на стол.
М е г. Ну что, спустился наконец? Видно, кушать
захотел? Надо оставить его без завтрака, верно, Пити?
Стэнли смотрит в тарелку.
Ты хорошо спал?
Стэнли. Вообще не спал.
Мег. Вообще не спал? Слышишь, Пити? Так
устал, что есть не хочется, да? Ну ешь, ешь, будь ум-
ницей. Ешь.
Стэнли ест.
Стэнли. Как погода сегодня?
Пити. Отличная.
19
Стэнли. Тепло?
П и т и. Ветер сильный.
Стэнли. Холодно?
П и т и. Не сказал бы.
Мег. Как тебе хлопья, Стэн?
Стэнли. Гадость.
Мег. Гадость? Ах ты лгунишка эдакий! Что на
банке написано? «Кукурузные хлопья освежают».
Особенно лежебок — вроде тебя.
Стэнли. Молоко скисло.
Мег. Неправда. Пити ведь то же самое ел, верно,
Пити?
Пити. Да.
Мег. Вот видишь.
Стэнли. Ладно, неси второе.
Мег. Второе ему, видишь ли, неси! Сначала пер-
вое съешь!
Стэнли. Хочется чего-нибудь жареного.
М е г. А я не дам.
Пити. Дай, раз просит.
Мег (садится за стол справа). Не дам.
Пауза.
Стэнли. Разве это завтрак?
Пауза.
Всю ночь мне снился завтрак.
Мег. Ты же говорил, что не спал.
Стэнли. Дремал. Всю ночь пролежал, мечтая
о завтраке. А завтрака — нет. На столе пусто.
Пауза.
Что ж, придется, как видно, тащиться на пристань,
в ресторан.
20
Мег (вскакивает). Там тебя лучше не накормят.
Она выходит на кухню. Стэнли широко зевает. Мег появ-
ляется в кухонном окне с тарелкой в руках.
На, ешь. Это тебе понравится.
Пити встает, берет тарелку, несет к столу, ставит ее перед
Стэнли и садится.
Стэнли. Что это?
Пити. Гренки.
Мег (входит). Наверняка не знаешь, что это такое.
Стэнли. Почему же, знаю.
Мег. Что?
Стэнли. Жареный хлеб.
Мег. Ишь ты!
Стэнли. Подумать только, какой сюрпризI
Мег. Ты ведь не ожидал, скажи?
Стэнли. Чего не ожидал, того не ожидал.
Пити (встает). Ну, я пошел.
М е г. На работу?
Пити. Да.
М е г. А чай? Чай-то ты не пил!
Пити. Неважно. Уже времени нет.
М е г. Я тебе в чашке заварю.
П и т и. Не надо, не беспокойся. До скорого. Пока,
Стэнли.
Стэнли. Пока.
Пити выходит в левую дверь.
Так, так, так...
Мег (испуганно). Ты что?
С т э н л и. А ты, оказывается, плохая жена.
Мег. Неправда. С чего ты взял?
21
С т э н л и. Не дать мужу чашки чаю. Кошмар!
Мег. Он знает, что я хорошая жена.
С т э н л и. А вместо чая — скисшее молоко.
М е г. Не скисло оно.
Стэнли. Позор!
М е г. И вообще, не лезь не в свое дело.
Стэнли ест.
Немного найдется жен лучше меня, так и знай. Дом
свой я содержу в чистоте и порядке.
С т э н л и. Не смеши!
Мег. Да! Между прочим, у постояльцев мой дом
котируется.
С т э н л и. У постояльцев? Сказать тебе, сколько
человек остановилось в твоем пансионе с тех пор, как
я живу здесь?
Мег. Ну,сколько?
Стэнли. Один.
Мег. Кто же это?
Стэнли. Я!Я — твой единственный постоялец.
Мег. Неправда! Мой пансион на хорошем счету.
Стэнли. Мало сказать — на хорошем.
М е г. Я сама слышала.
Он отодвигает тарелку и берет газету.
Вкусно было?
Стэнли. Что?
Мег. Гренки.
Стэнли. Аппетитные, ничего не скажешь.
М е г. Не говори этого слова.
Стэнли. Какого слова?
Мег. Этого самого.
22
Стэнли. «Аппетитный», что ли?
М е г. Не произноси его при мне!
Стэнли. Ав чем дело?
Мег. Нельзя говорить таких слов замужней жен-
щине.
Стэнли. Ты в этом уверена?
Мег. Да.
Стэнли. Ну, прости, не знал.
Мег. Так знай.
С т э н л и. А ты откуда знаешь?
М е г. Не твое дело.
Стэнли. Если не замужней женщине, так кому
же говорить эти слова?
Мег. Плохой ты.
С т э н л и. А как насчет чаю?
М е г. А ты хочешь чаю?
Стэнли читает газету.
Тогда скажи «пожалуйста».
Стэнли. Пожалуйста.
Мег. Сначала извинись.
Стэнли. Сначала извинись.
Мег. Нет, правда, извинись.
Стэнли. Нет, правда, извинись.
Мег. Всыпать бы тебе хорошенько!
Стэнли. Ой, пожалуйста, не надо.
Она берет тарелку и, проходя мимо, ерошит ему волосы.
Стэнли вскрикивает и отталкивает ее руку. Она идет на
кухню. Он трет под очками глаза и берет газету. Она входит.
М е г. Я чайник принесла.
Стэнли (рассеянно). Не знаю, что бы я без тебя
делал...
23
М е г. Не стоило б тебе чай наливать...
Стэнли. Это почему?
Мег (наливает ему чай, игриво). Чтобы в следую-
щий раз не дразнил меня такими словами.
Стэнли. Чай настоялся?
Мег. Хороший чай. Хороший, крепкий чай.
Стэнли. Это не чай. Это соус какой-то.
Мег. Неправда.
С т э н л и. И не спорь со мной, старая грымза!
Мег. Как ты смеешь обзывать меня, да еще в мо-
ем собственном доме!
Стэнли. Ив собственном доме нечего соваться
по утрам в спальню к мужчине.
Мег. Стэнли! Неужели тебе не нравится, что ут-
ром я приношу тебе в постель чашечку чаю?
С т э н л и. Не могу я пить это пойло! Ты бы хоть
чайник для заварки на огонь поставила!
М е г. Не выдумывай, хороший, крепкий чай!
Стэнли (опускает голову на руки). Господи, как
все надоело.
Молчание. Мег идет к буфету, берет тряпку и начина-
ет с рассеянным видом вытирать пыль. Сметает пыль со
стола.
Хоть стол не трогай!
Пауза.
Мег. Стэн?
Стэнли. Что?
Мег (робко). Разве я грымза?
Стэнли. Еще какая. От одного вида страшно де-
лается.
24
Мег. Так я тебе и поверила.
Стэнли (в бешенстве). Слушай, ты бы лучше
здесь убрала. Хлев, а не гостиная! А в моей комнате что
творится? Ее надо подмести, обои переклеить. Мне
нужна новая комната!
М е г (с придыханием, поглаживая его руку). Не
скажи, Стэн, у тебя чудесная комната. Сколько счаст-
ливых минут я провела в ней!
Стэнли с отвращением отдергивает руку, вскакивает
и быстро выходит в левую дверь. Она берет его чашку,
чайник и ставит на окно в кухню. Хлопает входная дверь.
Стэнли возвращается.
Мег. Погожий денек, а?
Он идет к окну, вынимает из кармана пижамной куртки
сигарету и спички и закуривает.
Что ты куришь?
Стэнли. Сигарету.
М е г. А мне не дашь?
Стэнли. Нет.
Мег. Люблю сигаретку выкурить.
Он стоит у окна, курит. Она подходит к нему сзади и щеко-
чет ему шею.
Щекотно?
Стэнли (отталкивая ее). Отстань.
Мег. Ты что, уходишь?
Стэнли. Если и ухожу, то не с тобой.
М е г. А я в магазин собираюсь.
Стэнли. Иди.
Мег. Тебе будет тут одиноко одному.
Стэнли. Правда?
25
Мег. Без твоей старушки Мег. Пойду куплю чего-
нибудь для этих двух джентльменов.
Пауза. Стэнли медленно поднимает голову. Говорит не по-
ворачиваясь.
Стэнли. Каких еще двух джентльменов?
Мег. Наших будущих постояльцев.
Он поворачивается.
Стэнли. Что?
М е г. А ты что, не знал?
С т э н л и. Не понимаю, в чем дело.
Мег. Два джентльмена спрашивали Пити, нельзя
ли остановиться у нас на пару дней. Их я и жду. (Берет
тряпку и вытирает клеенку на столе.)
С т э н л и. Не может быть.
Мег. Честное слово.
Стэнли (подходит к ней). Ты нарочно меня
дразнишь.
Мег. Мне Пити сегодня утром сказал.
Стэнли. Когда это было? Когда он их видел?
(Покусывает сигарету.)
Мег. Вчера вечером.
Стэнли. Кто они такие?
М е г. Не знаю.
Стэнли. Он говорил тебе, как их зовут?
Мег. Нет.
Стэнли (ходит по комнате). Значит, они хоте-
ли остановиться здесь? В этом доме?
Мег. Да, в этом доме. (Снимает бигуди.)
Стэнли. Почему?
Мег. Пансион-то, сам знаешь, на хорошем счету.
Стэнли. Кто же они такие?
26
Мег. Вот придут — и узнаешь.
Стэнли (решительно). Они не придут.
Мег. Почему?
Стэнли (быстро). Говорю, не придут. А почему они
не явились вчера вечером, раз собираются здесь жить?
Мег. Может, в темноте дом найти не смогли.
В темноте ведь искать трудно.
Стэнли. Они не придут. Тут какое-то недоразу-
мение. Ладно, не бери в голову. Ложная тревога. (Са-
дится за стол.) Где мой чай?
М е г. Я унесла. Ты же не стал его допивать.
Стэнли. Что значит «унесла»?
Мег. Взяла и унесла.
Стэнли. Зачем?
Мег. Ты же не хотел пить чай!
Стэнли. Кто тебе сказал?
Мег. Ты и сказал.
Стэнли. Кто дал тебе право уносить мой чай?
Мег. Ты бы все равно не стал его пить.
Стэнли пристально смотрит на нее.
Стэнли. Ты с кем разговариваешь?
Мег (неуверенно). Что?
Стэнли (тихо). Поди сюда.
Мег. Чего тебе надо?
Стэнли. Подойди сюда.
М е г. Не пойду.
Стэнли. Хочу задать тебе один вопрос.
Мег явно не по себе. Она переступает с ноги на ногу, но
к нему не идет.
Ну, живей.
Пауза.
27
Ладно, могу спросить и на расстоянии. (Цедит слова.)
Скажите-ка, миссис Боулс, обращаясь ко мне, вы во-
обще отдаете себе отчет, с кем разговариваете, а?
Тишина. Стэнли стонет, сникает, голова падает на руки.
Мег (ласково). Скажи, тебе не понравился завт-
рак, Стэн? (Подходит к столу.) Стэн! Когда ты опять
поиграешь на пианино?
Стэнли что-то бормочет.
Как раньше.
Стэнли что-то бормочет.
Я так люблю смотреть, как ты за пианино сидишь!
Когда еще поиграешь?
С т э н л и. Не могу я.
Мег. Почему?
Стэнли. Потому что у меня пианино нет.
М е г. А то, на котором ты играл на работе?
Стэнли. Шла бы лучше в магазин.
Мег. Будь у тебя работа, тебе не пришлось бы
уезжать отсюда. Играл бы себе на пристани...
Он смотрит на нее и говорит, как бы между прочим.
Стэнли. Кстати... мне предлагают работу.
Мег. Что?
Стэнли. Да, работу. Вот думаю, соглашаться
или нет.
М е г. Не может быть.
Стэнли. Причем хорошую работу. В ночном
клубе. В Берлине.
М е г. В Берлине?
28
С т э н л и. В Берлине. В ночном клубе. Играть на
пианино. Баснословная зарплата. Всё уже на мази.
Мег. Надолго?
С т э н л и. В Берлине мы долго не пробудем. От-
туда в Афины поедем.
Мег. Надолго?
Стэнли. Да. Затем заскочим в... ну в этот... как
его...
Мег. Куда?
Стэнли. Константинополь. Загреб. Владивос-
ток. Одним словом, получится кругосветное турне.
Мег (садится за стол). А ты раньше играл в этих
городах?
Стэнли. Я-то? Да я весь мир объездил! Где я
только не играл! Всю страну исколесил.
Пауза.
Как-то давал я концерт.
Мег. Концерт?
Стэнли (задумчиво). Да. И хороший, доложу я
тебе, концерт получился. В тот вечер все собрались.
Все как один. Да, концерт в Лоуэр-Эдмонтоне.
М е г. А в чем ты был?
Стэнли (про себя). А какой у меня был удар! Ни
у кого такого удара не было. Они потом подошли ко
мне. Стали благодарить. Сколько в тот вечер мы шам-
панского выпили!
Пауза.
Даже отец чуть было не приехал меня послушать.
Я ведь ему открытку послал. Но он все равно вряд ли бы
выбрался. Да, я же... я адрес его потерял, вот в чем дело.
Пауза.
29
Да, в Лоуэр-Эдмонтоне. А после этого, знаешь, что они
со мной сделали? Убрали меня. Взяли и убрали. Мой
следующий концерт уже был объявлен, все было орга-
низовано, продумано до мелочей. Не помню только,
где я должен был играть. Зимой дело было. Приезжаю,
а зал закрыт, окна забиты, даже сторожа нет. Все за-
перто. (Снимает очки и протирает стекла рукавом
пижамной куртки) Здорово они меня надули. Здо-
рово, нечего сказать. Интересно, кто же был зачинщи-
ком? (Горько.) Ладно, Джек, я все понял. Хотят, чтобы
я перед ними на коленях ползал... так я и понял... (На-
девает очки и смотрит на Мег.) Старая грымза, одно
слово. (Поднимается и тянется к ней через стол.)
Правильно я говорю?
М е г. Не уезжай, Стэн. Оставайся. Тебе у нас луч-
ше будет. Оставайся со своей старухой Мег.
Он стонет и ложится лицом на стол.
Ты сегодня себя плохо чувствуешь, Стэн? У тебя
с желудком все в порядке?
Он застывает, затем медленно встает, поворачивается к ней
лицом и говорит ясно и спокойно.
Стэнли. Мег, знаешь что?
Мег. Что?
Стэнли. Слышала новость?
Мег. Нет.
Стэнли. Не может быть.
М е г. Не слышала.
Стэнли. Сказать?
Мег. Какая еще новость?
Стэнли. Так ты не слышала?
Мег. Нет.
30
Стэнли (приближается). Они приезжают сегодня.
Мег. Кто?
С т э н л и. На машине.
Мег. Кто?
С т э н л и. А знаешь, что у них в машине?
Мег. Что?
С т э н л и. В машине у них тачка.
Мег (еле слышно). Неправда.
Стэнли. Правда, правда.
Мег. Врешь.
Стэнли (приближаясь). Большая тачка. Маши-
на остановится, они выкатят тачку, покатят ее по до-
рожке к дому и постучат в дверь.
Мег. Неправда.
Стэнли. Они кого-то ищут. Какого-то типа.
Мег (хрипло). Говорю же, нет!
Стэнли. Сказать, кого они ищут?
Мег. Нет!
Стэнли. Значит, не хочешь?
Мег. Врешь ты всё!
Стук в дверь. Голос Л у л у: «Эй, эй!» Мег проскакивает
мимо Стэнли и берет хозяйственную сумку. Уходит. Стэнли
крадется к двери и прислушивается.
Голос (через почтовый ящик). Миссис Боулс...
Мег. Достала?
Голос. Достала.
Мег. Тот самый?
Голос. Да. Я сама занесу.
Мег. Красивый?
Голос. Отличный. Что мне с ним делать?
М е г. Я не... (Шепчутся.)
Голос. Конечно нет... (Шепчутся.)
Мег. Да, но... (Шепчутся.)
31
Г о л о с. Не буду... (Шепчутся.) До скорого, мис-
сис Боулс.
Стэнли поспешно садится за стол. Входит Лулу.
Л у л у. О, привет.
Стэнли. Салют.
Лулу. Хочу оставить здесь этот сверток.
Стэнли. Пожалуйста.
Лулу подходит к шкафу и кладет на него громоздкий круглый
сверток.
Большой какой.
Лулу. Тебе его трогать нельзя.
Стэнли. Сдался он мне...
Л у л у. В общем, не трогай. (Идет в глубь сцены.)
Дверь бы открыл. Дышать нечем. (Открывает зад-
нюю дверь.)
Стэнли (поднимаясь). Дышать нечем? Я же толь-
ко сегодня утром проветривал.
Л у л у (у двери). Совсем другое дело.
Стэнли. Наверное, сегодня будет дождь. А ты
как считаешь?
Лулу. Хорошо бы. Ты ведь любишь дождь?
С т э н л и. Я? Да я уже в половине седьмого утра
в море купался.
Лулу. Правда?
С т э н л и. До завтрака сплавал до мыса и обратно.
Не веришь?
Она садится, достает пудреницу и пудрит нос.
Лулу (протягивает ему пудреницу). Взглянул
бы на себя.
Стэнли отступает в сторону.
32
Да, побриться тебе не мешает.
Стэнли садится за стол справа.
Ты хоть иногда на улицу выходишь?
Он не отвечает.
Объясни, что ты делаешь? Целыми днями дома си-
дишь?
Пауза.
Путаешься у миссис Боулс под ногами, как будто у нее
без тебя дел нет.
Стэнли. Когда она подметает, я встаю на стол.
Л у л у. Помылся бы. Вид жуткий.
С т э н л и. От того, что я помоюсь, ничего не изме-
нится.
Л у л у (поднимаясь). Вышел бы на свежий воздух.
От одного твоего вида плакать хочется.
С т э н л и. На свежий воздух? Это еще зачем?
Л у л у. На улице чудесно. А у меня с собой бутер-
броды есть.
С т э н л и. С чем?
Л у л у. С сыром.
Стэнли. Имей в виду, аппетит у меня отличный.
Л у л у. Вот и хорошо. А мне вот есть не хочется.
Стэнли (неожиданно). Хочешь, пойдем куда-
нибудь?
Л у л у. Смотря куда.
Стэнли. Никуда. Мало ли...
Л у л у. Но все-таки куда?
Стэнли. Никуда. Идти некуда. Поэтому и мо-
жем пойти — безразлично куда.
Л у л у. Можно и здесь посидеть.
2 Зак. Н' 2322 33
Стэнли. Нет, здесь плохо.
Л у л у. А где же хорошо?
Стэнли. Нигде.
Л у л у. Хорошенькое приглашение, нечего сказать.
Он встает.
Тебе обязательно надо носить эти очки?
Стэнли. Да.
Л у л у. Так ты не идешь гулять?
Стэнли. Сейчас не могу.
Л у л у. Какой-то ты все-таки недоделанный.
Она уходит. Стэнли стоит. Затем подходит к зеркалу и смот-
рит на себя. Идет на кухню, снимает очки и моет лицо. Пау-
за. В задней двери появляются Гольдберг и Мак-
канн. Макканн несет два чемодана, Гольдберг — портфель.
Останавливаются в дверях, затем выходят на сцену. Стэнли
вытирает лицо и видит их спины через кухонное окно. Гольд-
берг и Макканн осматриваются. Стэнли надевает очки
и крадется через кухню к задней двери. Уходит.
Макканн. Тот?
Гольдберг. Тот.
Макканн. Ты уверен?
Гольдберг. Уверен — не то слово.
Пауза.
Макканн. А что теперь?
Гольдберг. Не волнуйтесь, Макканн. Садитесь.
Макканн. А ты?
Гольдберг. Что я?
М а к к а н н. А ты почему не садишься?
Гольдберг. Иясаду.
Макканн опускает чемоданы и садится за стол слева.
34
Садитесь, Макканн. Расслабьтесь. Что с вами? В кои-
то веки привез вас на пару дней к морю отдохнуть.
Если хотите чего-то в жизни добиться, надо научиться
владеть собой, Макканн. Расслабьтесь, сделайте одол-
жение.
Макканн. Ладно, попробую, Нэт.
Гольдберг (садится за стол справа). Все дело
в дыхании. Уж вы мне поверьте. Это доказанный факт.
Вдохнул, выдохнул, расслабился, дышишь свободно,
только и всего. Посмотрите на меня. Когда я еще учил-
ся, Макканн, мой дядя Барни раз в две недели, по пят-
ницам, брал меня с собой к морю. В обязательном по-
рядке. В Брайтон, в Кэнви-Айленд, в Роттингдин —
куда только мы с ним не ездили! На Шабес, бывало, си-
дим мы с ним в шезлонгах под навесом или в лодке
катаемся, волна за бортом плещется, солнышко в море
садится — блаженство, рай земной! (Вспоминает.) Да,
дядя Барни... А как одевался! С иголочки. Старая шко-
ла, Макканн, ничего не скажешь. В то время у него дом
был под Бейзингстоком. Как его уважали! А воспита-
ние? Умоляю, не говорите мне про воспитание. Воспи-
тан он был безупречно. Вообще, разносторонний, что
называется, был человек. Интеллигент до мозга костей.
Макканн. Послушай...
Гольдберг (задумчиво). Да, таких людей уже нет.
Макканн. Нэт, откуда мы знаем, что это тот са-
мый дом?
Гольдберг. Что?
Макканн. Откуда, говорю, мы знаем, что это тот
самый дом?
Гольдберг. А почему вы решили, что мы ошиб-
лись?
Макканн. Лично я номера на калитке не видел.
35
Гольдберг. Ая его и не искал.
М а к к а н н. Да?
Гольдберг (усаживаясьпоудобнее). Знаете,че-
му всегда учил меня дядя Барни? Дядя Барни учил ме-
ня, что джентльмену надо верить на слово. Поэтому-то
я никогда и не брал с собой денег, когда по делам ездил.
Меня обычно сопровождал один из моих сыновей.
В кармане у него — одна мелочь. Так, на всякий случай,
газетку купить, почитать, что там про его отца на роди-
не пишут. Да, человек я был с именем, особенно в дело-
вых кругах.
М а к к а н н. Слушай, странно, никого почему-
то нет...
Гольдберг. Не понимаю, Макканн, отчего вы
так нервничаете? Возьмите наконец себя в руки. У вас
последнее время такой вид, как будто вы на похороны
собрались.
Макканн. Это верно.
Гольдберг. Верно?! А то неверно! Это более
чем верно. Это факт.
Макканн. Может, ты и прав.
Гольдберг. Что с вами, Макканн? Вы больше
мне не доверяете?
Макканн. Доверяю, Нэт, конечно доверяю.
Гольдберг. Объясните тогда, почему сначала
вы себе места не находите, а как до дела дойдет, со-
вершенно невозмутимы?
Макканн. Сам не пойму, Нэт. Когда я точно
знаю, что надо делать, весь страх как рукой снимает.
Мне главное — знать, что делать.
Гольдберг. Да, работаете вы неплохо.
Макканн. Рад стараться, Нэт.
Гольдберг. Знаете, что я сказал, когда подвер-
нулось это дельце? Вы же понимаете, обратиться ре-
36
шили ко мне, больше не к кому. И как вы думаете, ко-
го я попросил себе в помощники?
М а к к а н н. Кого?
Гольдберг. Вас.
М а к к а н н. Огромное спасибо, Нэт.
Гольдберг. Пустяки. Вы способный человек,
Макканн.
М а к к а н н. Слышать такое от тебя — большая
честь, Нэт! Ты ведь человек с положением.
Гольдберг. Да, не спорю, кое-какое положение
у меня имеется.
Макканн. Еще какое!
Гольдберг. Какое-никакое, а имеется, чего гре-
ха таить!
Макканн. Очень даже высокое положение.
Гольдберг. Да, отрицать не стану.
Макканн. Чего там говорить, ты для меня
столько сделал... Я тебе так благодарен...
Гольдберг. Бросьте.
Макканн. Ты всегда был истинным христиа-
нином.
Гольдберг. В известном смысле.
Макканн. Нет, у меня просто нет слов передать,
как я тебе благодарен.
Гольдберг. Будет, будет. Не стоит повторяться.
Макканн. Да, ты прав.
Гольдберг. Право же, не стоит.
Пауза. Макканн наклоняется вперед.
Макканн. Слушай, Нэт...
Гольдберг. Что еще?
Макканн. Это дело... скажи честно, это дело...
не* похоже на все другие?
37
Гольдберг. Тесс!
М а к к а н н. Нет, ответь, и больше я тебя ни о чем
не спрошу...
Гольдберг вздыхает, встает, обходит вокруг стола, задумы-
вается, смотрит на Макканна, а затем тихим, вкрадчивым
голосом читает ему лекцию.
Гольдберг. Основная цель настоящего предпри-
ятия и в самом деле уникальна, поскольку разительно
отличается от всего, чем вам приходилось заниматься
прежде. Вместе с тем нельзя сказать, чтобы в частнос-
тях эта операция не напоминала некоторые другие.
В сущности, все будет зависеть от поведения объекта.
В любом случае, Макканн, могу вас заверить, что зада-
ние будет выполнено без особого ущерба как для вас,
так и для меня. Вы удовлетворены?
Макканн. Конечно. Спасибо, Нэт.
Слева входит Мег.
Гольдберг. Миссис Боулс?
Мег. Да. Что вы хотели?
Гольдберг. Вчера вечером, миссис Боулс, мы
говорили с вашим мужем. Он вам не передавал? Мы
слышали, что вы содержите солидный пансион. Вот
мы с приятелем и решили зайти к вам. Нам, видите
ли, нужна комната на двоих. Позвольте представить-
ся, меня зовут мистер Гольдберг, а моего друга — мис-
тер Макканн.
Мег. Очень приятно.
Здороваются за руку.
Гольдберг. Поверьте, нам тоже очень приятно.
Мег. Вот и хорошо.
38
Гольдберг. Не могу с вами не согласиться. При-
знавайтесь, ведь не часто удается познакомиться в на-
ши дни с приятными людьми, а?
М а к к а н н. Просто никогда.
Гольдберг. Ив этом смысле наша сегодняш-
няя встреча — приятное исключение. Как поживаете,
миссис Боулс?
Мег. Очень хорошо, большое спасибо.
Гольдберг. В самом деле?
М е г. В самом деле.
Гольдберг. Я рад.
Гольдберг садится за стол справа.
Ну-с, что скажете? Устроите нас у себя, а?
Мег. Как вам сказать, на прошлой неделе было
бы сподручнее...
Гольдберг. Вот оно что.
Мег. Да.
Гольдберг. А почему, если не секрет? Сколько
у вас на сегодняшний день постояльцев?
Мег. На сегодняшний день всего один.
Гольдберг. Всего один?
Мег. Да, всего один. Если не считать вас двоих.
Гольдберг. И вашего мужа, разумеется.
Мег. Да, но мы с мужем спим в одной комнате.
Гольдберг. А чем, если не секрет, занимается
наш муж?
Мег. Ведает пляжным реквизитом.
Гольдберг. А, понятно.
Мег. Дома почти не бывает. В любую погоду тру-
дится.
Вынимает из сумки продукты.
39
Гольдберг. Да, ему не позавидуешь. А ваш по-
стоялец? Это мужчина?
Мег. Мужчина?
Гольдберг. Или женщина?
Мег. Нет, мужчина.
Гольдберг. И давно он живет у вас?
Мег. Уже с год.
Гольдберг. Постоянный жилец, стало быть.
А как его зовут?
Мег. Стэнли Уэббер.
Гольдберг. Вот как? А он что, здесь работает?
Мег. Раньше работал. Он пианист. Здесь на пирсе
с оркестром играл.
Гольдберг. Что вы говорите! На пирсе, значит?
И хорошо играет?
Мег. Ой, чудесно. (Присаживается к столу.) Да-
вал он как-то концерт...
Гольдберг. И где же?
Мег (путаясь). В этом... ну... в общем, в одном
большом таком зале. Отец ему шампанское преподнес.
А потом зал заперли, а он выйти не может! Сторож до-
мой ушел. Пришлось ему до самого утра взаперти си-
деть. (С уверенностью.) Его все так благодарили.
Пауза.
А потом заставили на коленях ползать. Вот он и пол-
зал. А потом сел в поезд и сюда прикатил.
Гольдберг. Что вы говорите!
Мег. Да, прямым ходом сюда.
Пауза.
Мег. Вот бы он сегодня вечером поиграл.
40
Гольдберг. А почему именно сегодня?
Мег. Сегодня у него день рождения.
Гольдберг. День рождения?
Мег. Да. Сегодня. Но я ему скажу об этом только
вечером.
Гольдберг. А он сам разве не знает, что у него
день рождения?
М е г. Не знаю, ничего не говорит.
Гольдберг (подумав). Послушайте! А вы не хо-
тите позвать гостей?
Мег. Гостей?
Гольдберг. Да.
Мег (не верит своим ушам). Не знаю.
Гольдберг. Ну что вы, надо обязательно по-
звать гостей. (Встает.) Устроим праздник, а? Что
скажете?
Мег. Давайте!
Гольдберг. Конечно. Надо же сделать ему при-
ятное. Предоставьте это мне.
Мег. Ой, это было бы просто замечательно, мис-
тер Гольд...
Гольдберг. ...берг.
Мег. ...берг.
Гольдберг. Так вы согласны?
Мег. Еще бы. Как хорошо, что вы сегодня при-
ехали!
Гольдберг. Если бы мы не приехали сегодня,
мадам, то приехали бы завтра. Впрочем, и я тоже рад,
что мы приехали именно сегодня. Прямо на день
рождения.
М е г. Я тоже подумала насчет гостей. Вот только
:шлть особенно некого...
41
Гольдберг. А нас с Макканном? Макканн —
душа общества.
Макканн. Чего?
Гольдберг. Что скажете, Макканн? Здесь живет
один джентльмен, у него сегодня день рождения, а он,
представляете, напрочь забыл про него. Вот мы ему и
напомним. Устроим ему день рождения.
Макканн. Серьезно?
Мег. Да, сегодня вечером.
Гольдберг. Сегодня вечером.
М е г. Я надену праздничное платье.
Гольдберг. Ая пару бутылочек прикуплю.
М е г. А я приглашу Лулу. То-то Стэнли обрадует-
ся. Последнее время он что-то совсем скис.
Гольдберг. Ничего, мы его развеселим.
Мег. Надеюсь, мне вечернее платье пойдет?
Гольдберг. Мадам, вы будете прямо как тюль-
панчик!
М е г. И какого же цвета?
Гольдберг. Хм, для этого неплохо было бы сна-
чала посмотреть на ваше платье.
Макканн. Я могу пройти к себе в комнату?
М е г. А я вас вместе поселила. Ничего, что вы бу-
дете жить в одной комнате?
Гольдберг. Я лично не возражаю. А вы, Мак-
канн?
Макканн. Я тоже.
Мег. Так когда вечером собираемся?
Гольдберг. В девять часов.
Макканн (б дверях). Сюда идти?
Мег (встает). Сейчас я вас провожу. Наверх, по-
жалуйста.
42
Гольдберг. С вами? Хоть на край света.
Мег и Гольдберг, смеясь, уходят, за ними М а к -
к а н н. В окне появляется Стэнли. Входит через заднюю
дверь. Идет к левой двери, открывает ее и прислушивается.
Подходит к столу. Останавливается. Садится. Входит Мег.
Идет через комнату и вешает сумку на вешалку. Стэнли
зажигает спичку и смотрит на огонь.
Стэнли. Кто это?
Мег. Два джентльмена.
Стэнли. Какие еще два джентльмена?
Мег. Ну, те, которые собирались прийти. Я пока-
зала им их комнату. Они от нее в восторге.
Стэнли. Так они пришли?
Мег. Они очень симпатичные, Стэн.
С т э н л и. А почему они не пришли вчера вечером?
Мег. Знаешь, им так кровати понравились!
Стэнли. Кто они такие?
Мег (садится). Они очень симпатичные, Стэнли.
Стэнли. Отвечай, кто они такие?
Мег. Говорю же, два джентльмена.
С т э н л и. Не думал я, что они явятся. (Поднима-
ется и идет к окну.)
М е г. А они вот взяли и явились. Когда я верну-
лась из магазина, они уже были здесь.
Стэнли. Что им надо?
Мег. Крышу над головой.
Стэнли. Надолго?
М е г. Не говорят.
Стэнли (поворачиваясь). А почему, собственно,
они остановились здесь? Почему не в другом месте?
М е г. То есть как почему? Наш пансион на хоро-
шем счету.
43
Стэнли (сникает). Как их зовут? Имена их ты
знаешь?
Мег. Ой, Стэнли, не помню.
Стэнли. Но ведь они назвались? Или нет?
Мег. Да, они...
Стэнли. Так скажи, кто они такие? Ну же! По-
пытайся вспомнить.
М е г. А зачем тебе, Стэн? Ты что, их знаешь?
Стэнли. Откуда же мне знать, знаю я их или
нет, раз я не знаю, как их зовут?
Мег. Вообще-то, он говорил мне... Сейчас вспомню.
Стэнли. Ну?
Она вспоминает.
Мег. Гольд, что ли...
Стэнли. Гольдчтоли?
Мег. Да. Гольд...
Стэнли. Ну?
Мег. Гольдберг.
Стэнли. Гольдберг?
Мег. Да, одного из них зовут Гольдберг.
Стэнли медленно опускается на стул слева.
Ты знаешь их?
Стэнли не отвечает.
Стэн, обещаю, они тебя по утрам будить не будут.
Я скажу им, чтобы по утрам не шумели.
Стэнли сидит неподвижно.
Пожалуйста, хоть сегодня не хандри. Ведь у тебя
день рождения.
Пауза.
44
Стэнли (тупо). А?
Мег. Сегодня твой день рождения, Стэн. Я не хо-
тела тебе до вечера говорить.
Стэнли. Нет.
Мег. Да. У меня и подарок для тебя есть. (Идет
к буфетуу берет сверток и кладет перед ним на стол.)
Вот, открой.
Стэнли. Что это?
Мег. Тебе подарок.
С т э н л и. Но у меня день рождения не сегодня,
Мег.
Мег. Нет,сегодня. Разверни.
Он тупо смотрит на сверток, встает и разворачивает его. Вы-
нимает из бумаги игрушечный барабан.
Стэнли (вяло). Барабан. Игрушечный барабан.
Мег (ласково). Это тебе вместо пианино.
Он смотрит на нее, затем поворачивается и идет к левой
двери.
Ты не хочешь меня поцеловать?
Он резко поворачивается и останавливается. Медлен-
но возвращается к ней. Останавливается возле ее стула
и смотрит на нее сверху вниз. Пауза. Затем наклоняется
и целует ее в щеку.
Здесь еще и палочки есть.
Стэнли заглядывает в сверток. Вынимает барабанные палоч-
ки. Бьет в барабан. Смотрит на нее.
Стэнли. Может, повесить его на шею?
Мег следит за ним с некоторым удивлением. Стэнли веша-
ет барабан на шею, тихо стучит по нему палочками, а затем
45
марширует вокруг стола и бьет в барабан. Мег не сводит
с него восхищенного взгляда. Продолжая бить в барабан,
он обходит стол второй раз. Барабанная дробь становится
какой-то беспорядочной, хаотичной. На лице Мег отчаяние.
Он подходит к ее стулу и изо всех сил стучит в барабан,
выражение лица — свирепое, одержимое.
Занавес
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
М а к к а н н сидит за столом и рвет газету на пять одина-
ковых частей. Вечер. Через несколько секунд из левой две-
ри в гостиную входит Стэнли. Замечает Макканна,
останавливается и внимательно на него смотрит. Затем
идет по направлению к кухне. Останавливается.
Стэнли. Добрый вечер.
М а к к а н н. Добрый.
Задняя дверь открыта. За дверью смех.
Стэнли. Какой теплый вечер сегодня. (Повора-
чивается к задней двери, а затем обратно.) Там кто-
то есть?
Макканн продолжает рвать газету. Стэнли идет на кухню
и наливает в стакан воды. Пьет, стоя у кухонного окна. Ста-
вит стакан на стол, выходит из кухни и быстро идет к левой
двери. Макканн вскакивает и преграждает ему путь.
Макканн. Мы, по-моему, незнакомы.
Стэнли. Да, незнакомы.
Макканн. Меня зовут Макканн.
Стэнли. Вы здесь надолго?
46
М а к к а н н. Нет, не надолго. А вас как зовут?
Стэнли. Уэббер.
М а к к а н н. Очень приятно познакомиться, сэр.
Протягивает ему руку. Стэнли пожимает руку Макканна,
Макканн удерживает его руку в своей.
Поздравляю с днем рождения.
Стэнли вырывает руку. Они смотрят друг на друга.
Вы хотели уйти?
С т э н л и. Да
Макканн. В свой день рождения?
Стэнли. Да. А что?
М а к к а н н. А то, что сегодня вечером хозяйка со-
бирается это событие отметить.
Стэнли. Отметить? Что ж, очень жаль.
Макканн. Почему же? Наоборот, хорошо.
За задней дверью слышны голоса.
С т э н л и. К сожалению, сегодня у меня нет на-
строения принимать гостей.
Макканн. Правда? Обидно.
Стэнли. Да, этот день я хочу отметить скромно,
наедине с самим собой.
Макканн. И вам не стыдно?
Стоят молча.
Стэнли. Позвольте мне пройти.
Макканн. Но все уже готово. Гостей позвали.
Стэнли. Гостей? Каких гостей?
Макканн. Меня, например. Оказали честь. (На-
свистывает «Горы Морна».)
47
Стэнли (отступает назад). Какая там честь.
Очередная попойка, только и всего.
Стэнли вместе с Макканном насвистывают «Горы Морна».
В продолжение пяти последующих реплик один насвисты-
вает, другой говорит или оба насвистывают одновременно.
Макканн. Нет, это большая честь.
С т э н л и. Да будет вам.
Макканн. О нет, я бы сказал, очень большая честь.
С т э н л и. А я бы сказал, чушь все это.
Макканн. Нет, вы не правы.
Они пристально смотрят друг на друга.
С т э н л и. А кто остальные гости?
Макканн. Одна юная дама.
Стэнли. Правда? И?..
Макканн. Мой друг.
Стэнли. Ваш друг?
Макканн Именно. Все уже готово.
Стэнли идет вокруг стола, подвигаясь к двери. Макканн
встречает его.
Стэнли. Позвольте.
Макканн. Куда собрался?
Стэнли. Мне надо уйти.
Макканн. А почему бы тебе здесь не остаться?
Стэнли отступает к столу.
Стэнли. Значит, отдохнуть приехали?
Макканн. Ненадолго.
Стэнли поднимает со стола полоску газетной бумаги.
Руки.
48
Стэнли. Что это?
М а к к а н н. Руки. Положи, где лежало.
С т э н л и. У меня такое ощущение, что мы уже
где-то встречались.
Макканн. Ничего подобного.
Стэнли. Вы когда-нибудь бывали в Мейденхэде?
Макканн. Нет.
Стэнли. Кафе Фуллера знаете? В свое время я
часто заходил туда выпить чаю.
М а к к а н н. Не знаю такого.
С т э н л и. А библиотеку Бутса? Помнится, я как-
то видел вас мельком на Хай-стрит.
М а к к а н н. Да ну?
Стэнли. Прелестный городок, не правда ли?
Макканн. Ая откуда знаю?
С т э н л и. Ну что вы! А какие люди: чинные, бла-
гополучные. Я в этом городе родился, вырос. Жили
мы довольно далеко от центра.
М а к к а н н. Да ну?
Пауза.
Стэнли. Так вы здесь проездом?
Макканн. Вроде того.
Стэнли. Здесь очень здоровый климат, вот уви-
дите.
Макканн. Это смотря для кого.
Стэнли. Для меня-то нет. Скорее для вас. (Са-
дится за стол,) Мне здесь нравится, но пора и честь
знать. Домой поеду. Соскучился. (Смеется.) Я бы ни-
когда из дому не уехал, но дела... Вот и пришлось поез-
дить, сами знаете...
Макканн (садится за стол слева). В фирме ра-
ботаете?
49
Стэнли. Нет. Больше не работаю. С меня хватит.
Видите ли, у меня кое-что отложено. Как-нибудь про-
живу. Домой тянет. Ведь в свое время я жил очень ти-
хо, только и делал что пластинки слушал. Не жизнь
была, а рай. А потом решил небольшое частное дельце
открыть, так, по мелочи, вот и пришлось сюда при-
ехать, и застрял. В чужом доме жить — хуже некуда,
правда? У меня ведь поначалу спокойно жизнь скла-
дывалась. Нет, не умеем мы простых вещей ценить, вот
что я вам скажу. Закурим?
М а к к а н н. Не курю.
Стэнли закуривает. За задней дверью — голоса.
Стэнли. Кто там?
М а к к а н н. Мой друг с хозяином дома.
Стэнли. Правда же, по мне никогда не скажешь,
что у меня так спокойно жизнь складывалась? На лице
морщины, верно? Я, собственно, что хочу сказать... са-
ми ведь знаете... вдали от дома... всё наперекосяк... ко-
нечно... Ничего, вот вернусь домой... Знаете... на первый
взгляд может показаться, что я сильно изменился.
Не спорю, внешне я действительно изменился, но по су-
ществу остался таким же. То есть, если на меня сейчас
посмотреть... никогда не подумаешь... Ну скажите, ведь
такой, как я... мухи не обидит, верно?
Макканн смотрит на него.
Вы меня понимаете?
Макканн. Нет. (Замечает, что Стэнли взял по-
лоску газеты.) Руки.
Стэнли (скороговоркой). Вы зачем сюда приехали?
Макканн. Морским воздухом подышать.
50
Стэнли. Странно все-таки, что вы остановились
в этом доме. (Поднимается.)
М а к к а н н. Почему?
С т э н л и. А потому, что никакой это не пансион
и никогда им не был.
М а к к а н н. Пансион, самый настоящий пансион.
Стэнли. Почему вы выбрали именно этот дом?
М а к к а н н. Что-то, я смотрю, для именинника
у вас больно грустный вид, сэр.
Стэнли (резко). Почему вы называете меня «сэр»?
Макканн. А вам не нравится?
Стэнли (опустив глаза). Слушайте, не называй-
те меня «сэр».
М а к к а н н. Не буду, раз вам не нравится.
Стэнли (отходя в сторону). Да, не нравится.
И вообще сегодня не мой день рождения.
Макканн. Нет?
Стэнли. Нет. День рождения у меня только че-
рез месяц.
М а к к а н н. Не знаю, хозяйка утверждает, что се-
годня.
Стэнли. Хозяйка? Да она спятила. У нее не все
дома.
Макканн. Надо же.
Стэнли (опустив голову). А вы что, еще не заме-
тили? Вы вообще многого не знаете. Кто-то, по-моему,
водит вас за нос.
Макканн. Кто бы это мог быть?
Стэнли (облокачивается на стол). Да она сума-
сшедшая!
Макканн. С чего вы взяли?
С т э н л и. Да вы сами не знаете, что делаете.
51
М а к к а н н. Уберите сигарету от бумаги.
За задней дверью слышны голоса.
Стэнли. Где же они, черт возьми! (Гасит сигаре-
ту.) Почему не входят? Что они там делают?
М а к к а н н. Всё волнуетесь.
Стэнли подходит и хватает его за локоть.
Стэнли (настойчиво). Послушайте...
М а к к а н н. Не прикасайтесь ко мне.
Стэнли. Послушайте, прошу вас.
М а к к а н н. Отпустите мою руку.
Стэнли. Пожалуйста, сядьте на минутку.
М а к к а н н (со свирепым видом бьет его по руке).
Убери руку, говорю!
Стэнли пятится назад, держась за руку.
Стэнли. Послушайте, вы поняли, о чем я гово-
рил вам?
Макканн. Да я знать вас не знаю.
Стэнли. Это ошибка! Понимаете?
Макканн. Слушай, друг, ты не в себе.
Стэнли (приближаясь, шепотом). Он вам что-
нибудь говорил? Вы хоть знаете, зачем сюда приеха-
ли? Говорите. Не надо меня бояться. Или он вам ни-
чего не говорил?
Макканн. Что говорил?
Стэнли (свистящим шепотом). Я же объяснил
вам, черт побери, что за много лет, прожитых в Бей-
зингстоке, я ни разу даже на улицу не вышел.
Макканн. Удивляюсь я тебе.
52
Стэнли (рассудительно). Послушайте. На вид
вы человек порядочный. Вам просто морочат голову,
как вы не хотите понять. Откуда вы родом?
М а к к а н н. Угадай.
С т э н л и. Я хорошо знаю Ирландию. У меня там
много друзей. Я люблю эту страну, восхищаюсь ее на-
родом, доверяю ему. Да, доверяю. Ирландцы — честные
люди, у них есть чувство юмора. По-моему, ирландцы —
прекрасные полицейские Я был в Ирландии. Таких за-
катов не бывает больше нигде. Послушайте, может,
пойдем выпьем по стаканчику, а? Тут, неподалеку, в па-
бе есть настоящий «Гиннесс». В здешних местах это пи-
во — большая редкость.
Он замолкает, голоса становятся громче. Из задней двери
входят Гольдберг и Пит и.
Гольдберг (входя). Такая мать — одна на мил-
лион. (Видит Стэнли.) О!
П и т и. Привет, Стэн. Мистер Гольдберг, вы незна-
комы со Стэнли?
Гольдберг. Увы, нет.
П и т и. Познакомьтесь, это мистер Гольдберг,
а это мистер Уэббер.
Гольдберг. Очень приятно.
П и т и. А мы тут в саду свежим воздухом дышали.
Гольдберг. Я рассказывал мистеру Боулсу про
свою старушку мать. Да, времечко было. (Садится за
стол справа.) Когда я был еще совсем молод, мы с од-
ной девушкой, моей соседкой, шли, бывало, в пятницу
пройтись вдоль канала. Красавица она была писаная!
А голосок какой! Соловей, одно слово — соловей! А ка-
кая добрая, чистая — не случайно же она в воскресной
53
школе учительницей работала. Ничего, кроме поцелуя
в щечку на прощанье, я себе с ней не позволял, можете
мне поверить. В наши дни молодежь совсем другая
была, не то что нынче! Мы умели уважать человеческое
достоинство. Клюну ее эдак в щечку — и домой. Иду,
мурлыкаю себе что-нибудь под нос, а рядом, на детской
площадке, детишки играют, ковыляет навстречу ма-
лыш — я шляпу в знак приветствия приподниму, про-
бежит собака — поглажу ее, и все это из самых лучших
побуждений. У меня эти сцены до сих пор перед глаза-
ми стоят. Солнце за собачьей площадкой садится. Ах!
(Довольный собой, откидывается на спинку стула.)
М а к к а н н. Точно так же солнце и за здание го-
родской ратуши садилось.
Гольдберг. Какой еще ратуши?
Макканн. В Каррикмакроссе.
Г о л ь д б е р г. И вы еще сравниваете?! Иду себе по
улице, за калитку — и домой. «Сайми! — крикнет, бы-
вало, моя старушка мать. — Быстрей, а то остынет!»
И что бы вы думали, я нахожу на столе? Рыбу «фиш»!
Ничего вкусней на всем белом свете нет.
Макканн. Ая думал,тебя Нэтзовут.
Гольдберг. Матушка называла меня Сайми.
П и т и. Да, все мы помним наше детство.
Гольдберг. И не говорите! А вы что скажете, ми-
стер Уэббер? Детство. Грелки. Горячее молоко. Ола-
душки. Мыльная пена. Есть что вспомнить.
Пауза.
П и т и (встает из-за стола). Ну, мне пора.
Гольдберг. Куда это вы?
П и т и. Сегодня вечером у меня шахматы.
54
Гольдберг. Так вы не останетесь на наше тор-
жество?
П и т и. Нет. Ты уж меня извини, Стэн. Меня зара-
нее не предупредили, а у меня сегодня партия. Поста-
раюсь пораньше вернуться.
Гольдберг. А мы оставим вам выпить, хорошо?
Да, кстати, надо пойти забрать бутылки.
М а к к а н н. Сейчас?
Гольдберг. А когда же? Давно пора. Вы помни-
те, Макканн, магазин за углом? Назовете мое имя.
П и т и. Нам по дороге.
Гольдберг. Поскорей поставьте мат вашему
противнику и возвращайтесь, мистер Боулс.
П и т и. Постараюсь. До вечера, Стэн.
Пити и Макканн выходят в левую дверь. Стэнли на-
правляется к центру.
Гольдберг. Теплый сегодня вечер.
Стэнли (поворачиваясь). Да отвяжитесь вы!
Гольдберг. Что вы, простите?
Стэнли (двигается к авансцене). Боюсь, что про-
изошла ошибка. Здесь свободных мест нет. Ваша ком-
ната занята. Миссис Боулс забыла предупредить вас.
Придется вам подыскать себе другой пансион.
Гольдберг. А вы, простите, здесь управляющий?
Стэнли. Вот именно.
Гольдберг. Вы серьезно?
Стэнли. Да, здесь я управляющий. Боюсь, что
вам и вашему другу придется обратиться в другой
пансион.
Гольдберг (поднимаясь). Да, совсем забыл, по-
здравляю вас с днем рождения. (Протягивает руку.)
Желаю всего самого наилучшего.
55
Стэнли (делает вид, что не замечает протяну-
той руки). Вы что, глухой?
Гольдберг. Нет, с чего вы взяли? Сказать по
правде, я сейчас в особенно хорошей форме, организм
как часы работает. Для человека, которому за пятьде-
сят, не так уж и плохо, согласитесь? И все-таки, что ни
говори, а день рождения остается днем рождения, хотя
в наше время и принято относиться к этому празднику
как к чему-то будничному, невыразительному. Нашли,
говорят, что отмечать — день рождения! День как день,
ничем от любого другого не отличается. Каково? Неко-
торые вообще готовы день-деньской в кровати прова-
ляться. Знаю я их. До чего, говорят, противно утром
вставать: кожа, мол, раздражена, на лице щетина, глаза
слиплись, во рту помойка, ладони вспотели, нос зало-
жен, ноги воняют — ну чем не смердящий труп?! Когда
я такое слышу, мне, признаться, смешно делается. Ведь
я-то знаю, что такое встать с солнышком под треск се-
нокосилки. Птички щебечут, звонят колокола, пахнет
травой и томатным соком...
Стэнли. Убирайтесь.
Входит Макканн с бутылками.
Унесите отсюда спиртное. В этом доме не пьют.
Гольдберг. Вы явно не в духе, мистер Уэббер,
а между прочим, сегодня у вас день рождения, и добрая
хозяйка с ног сбилась, чтобы отметить это событие.
Макканн ставит бутылки на буфет.
С т э н л и. Я же сказал, унесите бутылки.
Гольдберг. Мистер Уэббер, присядьте на ми-
нутку.
56
Стэнли. Вот что я вам скажу. Не выводите меня
из терпения. Ваши гнусные шутки на меня все равно не
действуют. Но хозяев этого дома я в обиду не дам, так
и знайте. Они живут замкнуто и, в отличие от меня,
в людях разбираются плохо. И я никому не позволю
злоупотреблять их простодушием. (Не так решитель-
но.) И вообще, вы совершенно напрасно пришли сюда.
Здесь вам делать нечего, абсолютно нечего. Шли бы вы
отсюда без лишних разговоров.
Гольдберг. Мистер Уэббер, сядьте.
С т э н л и. Со мной шутки плохи, предупреждаю.
Гольдберг. Сядьте.
С т э н л и. С какой стати я должен садиться?
Гольдберг. По правде говоря, Уэббер, вы начи-
наете действовать мне на нервы.
Стэнли. Вот как? Ну, знаете...
Гольдберг. Сядьте.
Стэнли. Нет.
Гольдберг вздыхает и садится за стол справа.
Гольдберг. Макканн.
М а к к а н н. Нэт?
Гольдберг. Попросите его сесть.
Макканн. Да, Нэт. (Подходит к Стэнли.) Пожа-
луйста, садитесь.
С т э н л и. Не сяду.
Макканн Лучше будет, если сядете.
С т э н л и. А почему вы не садитесь?
Макканн. Сесть должны вы, а не я.
Стэнли. Нет уж, спасибо.
Пауза.
Макканн. Нэт.
57
Гольдберг. Да?
М а к к а н н. Он не садится.
Гольдберг. Так попросите его.
М а к к а н н. Уже просил.
Гольдберг. Еще раз попросите.
М а к к а н н (Стэнли), Садитесь.
Стэнли. Зачем?
М а к к а н н. Вам будет удобнее.
С т э н л и. И вам тоже.
Пауза.
М а к к а н н. Хорошо, если сядете вы, то сяду и я.
Стэнли. Сначала вы.
Макканн медленно садится за стол слева.
М а к к а н н. Ну?
Стэнли. Ну вот, отдохнули, а теперь провали-
вайте!
Макканн (поднимаясь). Вот мерзавец! Сейчас я
ему покажу!
Гольдберг (поднимаясь). Не надо! Я встал.
Макканн. Садись опять!
Гольдберг. Нет, уж если я встал, то не сяду.
Стэнли. Иятоже.
Макканн (надвигаясь на Стэнли), Ты заставил
встать самого мистера Гольдберга!
Стэнли (повысив голос). Ничего, ему полезно!
Макканн. А ну сядь.
Гольдберг. Макканн.
Макканн. Сядь, говорю!
Гольдберг (подходит), Уэббер. (Тихим голосом.)
Сядьте.
58
Молчание. Стэнли начинает насвистывать «Горы Морна».
Небрежно подходит к столу. Они не сводят с него глаз. Пере-
стает насвистывать. Пауза. Садится.
Стэнли. Смотрите, не зарывайтесь.
Гольдберг. Уэббер, что вы делали вчера?
Стэнли. Вчера?
Гольдберг. И позавчера. Что вы делали поза-
вчера?
Стэнли. Что вы от меня хотите?
Гольдберг. Почему вы ни черта не делаете,
Уэббер? Почему мешаетесь у всех под ногами?
С т э н л и. Я? Что вам...
Гольдберг. Зарубите себе на носу, вы — не-
удачник, Уэббер. Почему вы всюду суете свой нос?
Почему морочите голову этой пожилой даме?
М а к к а н н. Хочется ему!
Гольдберг. Почему вы так плохо ведете себя,
Уэббер? Зачем заставляете старика по вечерам хо-
дить играть в шахматы?
Стэнли. Я?
Гольдберг. Почему обращаетесь с этой юной
дамой, словно она прокаженная? Она ведь не прока-
женная, Уэббер!
Стэнли. Какого чер...
Гольдберг. Как вы одевались на прошлой не-
деле, Уэббер? Где вы храните ваши костюмы?
М а к к а н н. Почему ты вышел из организации?
Гольдберг. Что бы сказала ваша старушка
мать, Уэббер?
М а к к а н н. Почему ты предал нас?
Гольдберг. Нехорошо, Уэббер. Вы ведете гряз-
ную игру.
59
М а к к а н н. Черно-пегий*, одно слово.
Гольдберг. Кого вы из себя строите?
М а к к а н н. Кто вы вообще такой?
Стэнли. Вы идете по ложному следу.
Гольдберг. Когда вы сюда приехали?
С т э н л и. В прошлом году.
Гольдберг. А откуда?
Стэнли. Ниоткуда.
Гольдберг. Зачем вы сюда приехали?
С т э н л и. У меня болели ноги.
Гольдберг. А почему вы здесь остались?
С т э н л и. У меня были головные боли.
Г о л ь д б е р г. И вы что-нибудь принимали?
Стэнли. Да.
Гольдберг. Что же?
Стэнли. Фруктовые соли.
Гольдберг. Какие — Энос или Эндрюс?
Стэнли. Эй... эй...
Гольдберг. Вы как следует размешивали соль?
Она шипела?
Стэнли. Постойте, постойте, вы...
Гольдберг. Шипела или нет, отвечайте!
М а к к а н н. Да не знает он!
Гольдберг. Нет, не знает. Когда вы последний
раз принимали ванну?
С т э н л и. Я принимаю ванну каждый...
Гольдберг. Ложь.
М а к к а н н. Ты предал организацию. Я его знаю!
Стэнли. Нет, не знаете!
Гольдберг. Без очков что-нибудь видите?
* Так называли английские карательные войска, действо-
вавшие в Ирландии во время Гражданской войны 1920-х гг.
60
Стэнли. Всё вижу.
Гольдберг. Снять с него очки.
Макканн снимает с него очки. Когда Стэнли поднимается
и тянется за очками, Макканн берет pro стул и переносит на
авансцену. Стэнли натыкается на стул, хватается за него и,
согнувшись над ним, замирает.
Вы прохвост, Уэббер.
Они стоят друг против друга, между ними стул.
Когда вы последний раз хоть чашку за собой вымыли?
С т э н л и. На позапрошлое Рождество.
Гольдберг. Где это было?
С т э н л и. В «Лайонсе».
Гольдберг. Где именно?
С т э н л и. В Марбл-Арч.
Гольдберг. Где была ваша жена?
Стэнли. В...
Гольдберг. Отвечайте.
Стэнли (скрючившись, поворачивает к нему го-
лову). Какая жена?
Гольдберг. Что вы сделали с вашей женой,
Уэббер?
Макканн. Пришил он ее!
Гольдберг. Почему вы убили жену, Уэббер?
Стэнли (садится спиной к зрительному залу).
Какую жену?
Макканн. Как он ее убил?
Гольдберг. Как вы ее убили?
Макканн. Ты ее задушил.
Гольдберг. Отравил мышьяком.
Макканн. Чистая работа, не подкопаешься!
Гольдберг. Где ваша старуха мать?
61
С т э н л и. В санатории.
М а к к а н н. Это точно!
Гольдберг. Почему вы остались холостяком?
М а к к а н н (напевает). «Ждала девчонка у венца..»
Гольдберг. Вы удрали со свадьбы?
М а к к а н н. «...удалого молодца...»
Гольдберг. Вы бросили ее в закусочной?
М а к к а н н. «...Ждать пришлось ей без конца».
Гольдберг. Уэббер, почему вы сменили имя?
Стэнли. Потому что забыл, как меня звали.
Гольдберг. Как вас теперь зовут?
Стэнли. Никак.
Гольдберг. Пробы на нем негде ставить.
М а к к а н н. Точно.
Гольдберг. Вы признаете воздействие на себя
внешних сил?
М а к к а н н. Вот это вопрос!
Г о л ь д б е р г. Вы признаете существование внеш-
них сил, которые отвечают за вас, страдают за вас?
Стэнли. Уже поздно.
Гольдберг. Уже поздно?! Позже некуда! Когда
вы последний раз молились?
М а к к а н н. Он весь вспотел!
Гольдберг. Когда вы последний раз молились?
М а к к а н н. Он вспотел!
Гольдберг. Число восемьсот сорок шесть оче-
видное или вероятное?
Стэнли. Ни то ни другое.
Гольдберг. Неверно! Число восемьсот сорок
шесть очевидное или вероятное?
Стэнли. И то и другое. Оно очевидно, но не ве-
роятно.
62
Гольдберг. Неверно! Как вам кажется, почему
число восемьсот сорок шесть вероятное по очевид-
ности?
С т э н л и. По аксиоме.
Гольдберг. Неверно! Оно очевидное по веро-
ятности. Мы признаем вероятность лишь после того,
как убеждаемся в очевидности. Оно вероятно, пото-
му что очевидно, но не наоборот. Вероятность допус-
кается лишь после доказательства очевидности.
М а к к а н н. Правильно!
Гольдберг. Правильно?! Разумеется, правиль-
но. Мы, вообще, Уэббер, во всем правы, а вы не правы.
М а к к а н н. Абсолютно во всем!
Гольдберг. Сколько можно распутничать?
М а к к а н н. Ты за это заплатишь.
Гольдберг. Чревоугодник!
М а к к а н н. Развратник!
Гольдберг. Почему не платите за квартиру?
М а к к а н н. Осквернитель супружеского ложа!
Гольдберг. Почему нос задираете?
Макканн. Я требую справедливости.
Гольдберг. Чем промышляете?
Макканн. Как относишься к Ирландии?
Гольдберг. Чем промышляете?
Стэнли. Играю на пианино.
Гольдберг. Сколькими пальцами?
Стэнли. Без рук!
Гольдберг. Вы поставили себя вне общества.
В том числе и строительного.
Макканн. Ты предал веру отцов.
Гольдберг. Что вы носите вместо пижамы?
Стэнли. Ничего.
63
Гольдберг. Вы осквернили собственные пе-
ленки.
Макканн. Что ты скажешь про блаженного
Оливера Планкетта?
Гольдберг. Говорите, Уэббер, почему цыпле-
нок перебежал дорогу?
Стэнли. Он хотел... он хотел... он хотел...
Макканн. Он не знает!
Гольдберг. Почему цыпленок перебежал до-
рогу?
Стэнли. Он... он хотел...
Гольдберг. Почему цыпленок перебежал до-
рогу?
Стэнли. Он хотел...
М а к к а н н. Не знает. Он не знает, кто пришел
первым.
Гольдберг. Кто же пришел первым, Уэббер?
Макканн. Цыпленок? Яйцо? Кто из них при-
шел первым?
Стэнли вскрикивает.
Гольдберг. Он не знает. Вы себя хоть в лицо
знаете?
Макканн. Разбуди его. Воткни ему иголку в глаз.
Гольдберг. Подонок. Неудачник.
Макканн. Недоделанный.
Гольдберг. Но мы знаем, как с вами быть. Мы
можем вас стерилизовать.
Макканн. Забыл про Дрогеду?!*
* Имеется в виду резня, учиненная английскими войсками
во главе с Кромвелем в ирландском городе Дрогеде в 1649 г.
64
Гольдберг. Больше он уже никого не укусит.
Макканн. Ты предал нашу землю.
Гольдберг. Ты предаешь наше племя.
Макканн. Кто ты, Уэббер?
Гольдберг. Это не жизнь, Уэббер!
Макканн. Ты труп.
Гольдберг. Труп. Вы не в состоянии жить, ду-
мать, любить. Вы — покойник. Смердящий труп. Вме-
сто жизненных соков — трупный яд!
Молчание. Они стоят над Стэнли. Он скрючился на стуле.
Медленно поднимает голову и ударяет ногой Гольдберга
в живот. Гольдберг падает. Стэнли встает. Макканн хвата-
ет стул и заносит его над головой. Стэнли поднимает дру-
гой стул и прикрывает им голову. Макканн и Стэнли ходят
по кругу.
Гольдберг. Спокойно, Макканн.
Стэнли (кружит по сцене). У-у-у-у!
Макканн. Ну, погоди, иуда.
Гольдберг (поднимаясь). Спокойно, Макканн.
Макканн. Поди сюда!
Стэнли. У-у-у-у!
Макканн. С него пот градом льет.
Стэнли. У-у-у-у!
Гольдберг. Главное — выдержка, Макканн.
Макканн. Ишь, вспотел, ублюдок поганый.
За сценой слева раздается громкая барабанная дробь. Кто-
то спускается по лестнице. Гольдберг снимает с головы
Стэнли стул, они с Макканном расставляют стулья. Все
замирают. Входит М е г в вечернем платье, с барабаном и
палочками.
М е г. А я барабан принесла. И принарядилась.
.4 .Ч.1К. Nb 2322
65
Гольдберг. Прелестно.
Мег. Вам нравится мое платье?
Гольдберг. Платье просто потрясающее. Не-
земной красоты.
Мег. Да, я знаю. Его мне еще отец подарил. (Кла-
дет барабан на стол.) Красивый у него звук, правда?
Гольдберг. Отличный инструмент. Может,ве-
черком Стэн сыграет нам что-нибудь на барабане?
Мег. Сыграешь,Стэн?
С т э н л и. Не могли бы вы вернуть мне очки?
Гольдберг. Ну конечно. (Протягивает руку
Макканну. Макканн передает ему очки.) Ну-с, что мы
имеем? О, да здесь целая батарея. Четыре бутылки
шотландского виски и одна ирландского.
Мег. Мистер Гольдберг, а что пить мне?
Гольдберг. Стаканы, первым делом стаканы.
Откройте бутылку шотландского, Макканн.
Мег (подходит к буфету). Здесь моя лучшая
посуда.
Макканн. Я шотландское не пью.
Гольдберг. У вас же есть ирландское.
Мег (подает стаканы). Прошу.
Гольдберг. Прекрасно. Думаю, миссис Боулс,
разливать полагается Стэнли?
Мег. Да, да. Давай, Стэнли.
Стэнли медленно подходит к столу.
Так вам нравится мое платье, мистер Гольдберг?
Г о л ь д б е р г. Не то слово. Повернитесь-ка. Когда-
то я в этом неплохо разбирался. Ну-ка, пройдитесь.
Мег. Скажете тоже...
Гольдберг. Не стесняйтесь. (Хлопает ее по заду.)
Мег. O-0-oI
66
Гольдберг. Пройдитесь, а мы на вас полюбуем-
ся. Какая осанка! Что скажете, Макканн? Графиня,
не иначе. А теперь, мадам, повернитесь и пройдитесь на
кухню. Как держится!
Макканн (Стэнли). Мне — ирландского.
Гольдберг. Гладиолус, ну прямо гладиолус!
Мег. Стэн, как тебе мое платье?
Гольдберг. Сначала даме, сначала даме. Ма-
дам, ваш стакан, пожалуйста.
Мег. Спасибо.
Гольдберг. Дамы и господа, поднимем бокалы.
Давайте выпьем.
Мег. Лулу еще нет.
Гольдберг. Тем хуже для нее. Итак, кто произ-
носит тост? Миссис Боулс, вам слово.
Мег. Мне?
Гольдберг. Кому же еще?
М е г. А что мне говорить?
Гольдберг. Говорите то, что чувствуете. То, что
у вас на сердце.
Мег смущена.
Сегодня день рождения Стэнли, вашего Стэнли. По-
смотрите на него. Посмотрите на него, и вы найдете
нужные слова. Минутку, свет слишком яркий. Нам
нужен полумрак. Макканн, у вас фонарь с собой?
Макканн (вынимает из кармана небольшой фо-
нарик). Вот он.
Гольдберг. Уберите верхний свет и включите
фонарь.
Макканн идет к двери, выключает свет, возвращается и
направляет фонарь в лицо Мег. За окном еще не совсем
стемнело.
67
Да не на хозяйку дома — на именинника! Осветите
нам лицо юбиляра.
Макканн направляет фонарь в лицо Стэнли.
Итак, миссис Боулс, мы все вас слушаем.
Пауза.
Мег. Даже не знаю, что и сказать.
Г о л ь д б е р г. А вы посмотрите на него. Посмот-
рите внимательно.
М е г. А ему свет не бьет в глаза?
Гольдберг. Нет, нет, начинайте.
М е г. Ну вот... сегодня у нас такая радость... такая
радость... и я хочу выпить за здоровье Стэнли, пото-
му что у него день рождения, и еще потому, что он
давно здесь живет и стал уже моим Стэнли... И, по-
моему, он хороший, хотя иногда и бывает плохим.
Гольдберг понимающе хмыкает.
Других Стэнли я не знаю, зато этого изучила лучше
некуда, хотя он так не считает.
Гольдберг. Правильно! Правильно!
М е г. И знаете, у меня глаза на мокром месте, ведь
я так счастлива, что он сегодня, в свой день рожде-
ния, остался здесь, никуда не уехал. И мне кажется,
что ради него и всех наших дорогих гостей я готова
на всё... понимаете, на всё... (Рыдает.)
Гольдберг. Блестяще! Блестящая речь! Вклю-
чите свет, Макканн.
Макканн идет к двери. Стэнли не двигается.
Вот это тост!
68
Загорается свет, и из левой двери входит Л у л у. Гольдберг
успокаивает Мег.
Ну-ну, выше голову. Улыбнитесь имениннику. Так-
то лучше. Ба! Смотрите, кто к нам пожаловал!
Мег. Это Лулу.
Гольдберг. Рад приветствовать вас, Лулу. Ме-
ня зовут Нэт Гольдберг.
Лулу. Здрасьте.
Гольдберг. Стэнли, налейте опоздавшей. Вы
пропустили тост, дорогая моя, и какой тост!
Лулу. Правда?
Гольдберг. Стэнли, налейте вашей гостье.
Стэнли!
Стэнли передает Лулу стакан.
Отлично. Ну, а теперь поднимем бокалы. Все встали?
Нет, нет, Стэнли. Вы-то как раз должны сидеть.
М а к к а н н. Вот именно. Сидеть.
Гольдберг. Будьте добры, присядьте на минут-
ку. Мы хотим за вас выпить.
Мег. Садись!
Лулу. Садись!
Стэнли садится к столу.
Гольдберг. Ну вот, Стэнли. (Встает со стака-
ном в руке.) Прежде всего мне хотелось бы сказать, что
предыдущий тост тронул меня до глубины души. Ска-
жите, часто ли в наши дни мы сталкиваемся с проявле-
нмями истинного чувства? Крайне редко. Всего не-
сколько минут назад я, как и вы, дамы и господа, за-
давался тем же вопросом: что сталось с любовью,
радушием, искренней привязанностью, к которым нас,
и бытность нашу детьми, приучали родители?
69
М а к к а н н. Как не бывало.
Гольдберг. Иядо сегодняшнего дня думал так
же. Я ведь человек простой, люблю от души посмеять-
ся, посидеть денек с удочкой, покопаться в саду. Я, на-
пример, очень гордился своей старой теплицей, ко-
торую соорудил собственными руками, в поте лица,
можно сказать. Такой уж я человек. Для меня важно
не количество, а качество. Небольшой «остин», чашеч-
ка чая в «Фуллере», книжка из библиотеки Бутса —
и я доволен. Сейчас же я не просто доволен, я совер-
шенно потрясен тостом, который произнесла хозяйка
дома. Одно могу сказать: счастлив тот человек, к кому
обращены ее слова.
Пауза.
Как бы вам лучше объяснить? Понимаете, все мы
странники в этом мире и одиночество — наш общий
удел. Верно?
Л у л у (восхищенно). Верно!
Гольдберг. Увы, это так Но сегодня, Л улу и Мак-
канн, нам с вами необыкновенно повезло. Мы стали
свидетелями того, как один представитель рода челове-
ческого, не стесняясь, высказывает другому свои со-
кровенные чувства, во всей их глубине и силе. Стэнли,
примите мои самые искренние поздравления. От име-
ни всех нас желаю вам счастья. Думаю, что сегодня
самый счастливый день в вашей жизни. Мазальтов!*
Лулу и Мег аплодируют.
Давайте выпьем этот тост в темноте. Выключите
свет, Макканн.
* Поздравляем! (иврит)
70
Л у л у. Замечательная речь!
Макканн выключает свет, возвращается и освещает фона-
риком лицо Стэнли. За окном стемнело.
Гольдберг. Поднимем бокалы! Стэнли, с днем
рождения!
Макканн. С днем рождения!
Л у л у. С днем рождения!
Мег. Желаю удачи, Стэн.
Гольдберг. И поскорей!
Все пьют.
М е г. О, Стэнни!.. (Целует его.)
Гольдберг. Свет!
Макканн. Слушаюсь! (Включает свет.)
Мег. Чокнись со мной, Стэн.
Л у л у. Мистер Гольдберг...
Гольдберг. Называй меня просто Нэт.
Мег (Макканну). Чокнитесь со мной.
Л у л у (Гольдбергу). У вас пусто. Давайте налью.
Гольдберг. Не откажусь.
Л у л у. Вы превосходный оратор, Нэт, понимаете,
превосходный. Где это вы так говорить научились?
Гольдберг. Тебе понравилось, а?
Л у л у. Не то слово!
Гольдберг. Впервые мне довелось читать лек-
цию в Бейсуотере. Никогда не забуду этого вечера.
Лекционный зал не смог вместить всех желающих.
I Парлотт-стрит опустела. Давно это было.
Л у л у. А о чем вы читали лекцию?
Гольдберг. Очевидное и вероятное. Успех был
колоссальный. С тех пор я всегда выступаю на свадьбах.
71
Стэнли не двигается. Гольдберг сидит за столом слева. Мег
и Макканн выходят на авансцену справа. Лулу на авансцене
слева. Макканн подливает себе в стакан из бутылки, кото-
рую держит в руке.
Мег. Плесните и мне вашего виски.
Макканн. Прямо сюда?
Мег. Да.
Макканн. Вы что, мешать любите?
Мег. Нет.
Макканн. Давайте ваш стакан.
Мег садится на ящик из-под обуви, на авансцене справа.
Лулу подливает Гольдбергу и себе и передает ему стакан.
Гольдберг. Благодарю.
Мег (Макканну). А что, лучше не мешать?
Гольдберг. Лулу, садись ко мне на колени, я
тебя покатаю.
Макканн. Почему бы и нет.
Лулу. Покатаете?
Гольдберг. Садись.
Мег (отпивает глоток). Очень вкусно.
Л у л у. Я буду подпрыгивать до самого потолка.
Макканн. Удивляюсь, как вы такое пьете.
Гольдберг. Ну,рискни!
Мег (Макканну). Садитесь на эту табуретку.
Лулу садится Гольдбергу на колени.
М а к к а н н. На эту?
Гольдберг. Удобно?
Лулу. Да, спасибо.
Макканн (садится). Удобно.
72
Гольдберг. Какой у тебя многозначительный
взгляд.
Л у л у. И у вас тоже.
Гольдберг. Ты находишь?
Лулу (хихикает). Будет вам.
М а к к а н н (Мег). Где это вы такое допотопное
платье откопали?
Мег. Отец подарил.
Лулу. Вот уж не думала, что мы с вами сегодня
встретимся.
М а к к а н н (Мег). В Каррикмакроссе доводилось
бывать?
Мег (пьет). Я была в Кинге-Кроссе.
Лулу. Так все неожиданно, ужас прямо...
Гольдберг (она ерзает у него на коленях). Эй,
полегче!
Мег (встает). Танцевать хочу!
Лулу и Гольдберг, не отрываясь, смотрят друг на друга.
Макканн пьет. Мег подходит к Стэнли.
Стэнли, потанцуем?
Стэнли сидит неподвижно. Мег одна кружится по комнате,
затем возвращается к Макканну, он наливает ей виски. Она
садится.
Лулу (Гольдбергу). Сказать по секрету?
Гольдберг. Ну?
Л у л у. Я тебе доверяю.
Гольдберг (поднимаетстакан). Гезундхайт!*
Л у л у. У тебя есть жена?
* За здоровье! (идиш)
73
Гольдберг. Была. Зато какая! Слушай. В пятни-
цу днем отправлялся я обычно в парк. Эй, сделай одол-
жение, пересядь-ка на стол, ладно?
Лулу садится на стол. Он потягивается и продолжает.
Да, в парк. Прогуляться. Иду себе по дорожке, со все-
ми здороваюсь, с мальчиками, с девочками — я ведь со
всеми одинаково вежлив. Погулял — и обратно, домой.
«Сайми! — крикнет, бывало, моя женушка — Быстрей,
а то остынет!» И что, ты думаешь, я нахожу на столе?
Аппетитнейший кусочек рольмопса с маринованным
огурчиком. Пальчики оближешь!
Л у л у. А я думала, тебя зовут Нэт.
Гольдберг. Жена называла меня Сайми.
Лулу. Муж ты, видать, образцовый был.
Гольдберг. Видела бы ты ее похороны! Неза-
бываемое зрелище.
Лулу. Похороны?
Гольдберг (тяжело вздыхает и качает голо-
вой). Никогда не забуду.
Мег (Макканну). Отец как-то хотел взять меня
с собой в Ирландию, а потом раздумал и поехал один.
Лулу (Гольдбергу). Как ты думаешь, ты знал ме-
ня, когда я была маленькой?
Гольдберг. Ты была хорошей девочкой?
Лулу. Да.
М е г. А может, он и не в Ирландию ездил...
Гольдберг. Может быть, я играл с тобой в «ло-
шадки»?
Лулу. Может быть.
М е г. Не взял он меня с собой.
Гольдберг. Или в «ласку».
74
Л у л у. А разве это игра?
Гольдберг. Разумеется.
М а к к а н н. Почему же он не взял тебя в Ирлан-
дию?
Л у л у. Ой, щекотно!
Гольдберг. Не выдумывай.
Л у л у. Я всегда любила мужчин в возрасте. Они
такие жалостливые.
Обнимаются.
Макканн. Я знаю одно местечко. Роскри. Пив-
ная «У матушки Нолан».
Мег. Когда я была маленькой, у меня в комнате
горел ночник.
Макканн. Как-то просидел я там с ребятами до
утра. Всю ночь пели и выпивали.
М е г. А няня сидела рядом и пела мне песни.
Макканн. А утром съедали по тарелке жаркого.
А теперь что?
М е г. У меня вся комната розовая была. Розовый
ковер, розовые занавески, повсюду музыкальные шка-
тулки разбросаны. Под них я и засыпала. А мой отец
был очень известный врач. Поэтому со здоровьем у ме-
ня всегда все было в полном порядке. Родители души
во мне не чаяли, а в других комнатах жили мои братья
и сестры. Все комнаты — разного цвета...
Макканн. Эх, Тулламор, где ты теперь?
Мег (Макканну). Налей-ка еще.
Макканн (наливает ей виски и подпевает). От-
важным фениям* слава!
* Фении — ирландские революционеры второй половины
XIX в.
75
Мег. Какой у тебя приятный голос.
Гольдберг. Спой нам, Макканн.
Л у л у. Любовную песню!
Макканн (декламирует).
В ту ночь, когда вздернули Пэдди,
Пришли с ним проститься друзья.
Гольдберг. Любовную, тебе говорят!
Макканн (поет громким голосом).
Пускай говорят, что исчез земной рай;
Я знаю, он есть, я там был:
Налево сверни у подножья Бэн-Клай,
Иди в направленьи Кут-Хилл.
И ты убедишься, что есть рай, я прав;
Услышишь, как будто во сне:
«Вернись, Пэдди Рейли, к красотке
Джеймс-Дафф,
Вернись, Пэдди Рейли, ко мне!»
Л у л у (Гольдбергу). Ты как две капли воды похож
на моего первого мужчину.
Мег (встает). Давайте в какую-нибудь игру по-
играем.
Гольдберг. В игру?
Мег. Любую.
Л у л у (подпрыгивает). Ой, давайте!
Гольдберг. Так в какую игру играем?
Макканн. В прятки.
Л у л у. В жмурки.
Мег. Да!
Гольдберг. Вы хотите играть в жмурки?
Лулу и Мег (хором). Да!
Гольдберг. Хорошо. Жмурки так жмурки. Ну-с,
все встали. (Встает.) Макканн, Стэнли. Стэнли!
76
Мег. Стэнли,вставай!
Гольдберг. Что это с ним?
Мег (наклоняетя к Стэнли). Стэнли, мы сейчас бу-
дем играть. Вставай, Стэн, не упрямься.
Л у л у. Скорей.
Стэнли встает. Макканн встает.
Гольдберг. Хорошо! Итак, кто будет водить?
Л у л у. Миссис Боулс.
Мег. Только не я.
Гольдберг. Конечно вы.
Мег. Кто,я?
Л у л у (снимает с шеи платок). Вот, пожалуйста.
Макканн. А как в эту игру играть?
Л у л у (завязывает Мег глаза). Неужели вы нико-
гда не играли в жмурки? Не вертитесь, миссис Боулс.
Она не должна до вас дотронуться. Но после того, как
ей завяжут глаза, двигаться нельзя. Надо стоять на од-
ном месте. Если она дотронется до вас, водить будете
вы. Повернитесь. Сколько пальцев?
М е г. Не вижу.
Л у л у. Хорошо.
Гольдберг. Так! Все расходятся, Макканн, Стэн-
ли! А теперь остановились, замерли. Ищите!
Стэнли на авансцене справа Мег ходит по комнате. Гольдберг
ласкает Лулу. Мег дотрагивается до Макканна.
Мег. Поймала!
Лулу. Снимайте платок.
Мег. Какие чудесные волосы!
Лулу {развязывает платок). Ну вот.
Мег. Это вы!
77
Гольдберг. Надевайте платок, Макканн!
Лулу (завязывает Макканну глаза). Так. Повора-
чивайтесь. Сколько пальцев?
М а к к а н н. Не вижу.
Гольдберг. Отлично! Все расходятся. Стоп!
Замерли!
Макканн ходит по комнате, расставив руки.
Мег. Ой, как здорово!
Гольдберг. Тихо! Тсс! Опять все расходимся.
Стоп! Замерли!
Макканн ходит по комнате. Гольдберг ласкает Лулу. Мак-
канн останавливаетя возле Стэнли. Протягивает руку и
дотрагивается до его очков.
Мег. Это Стэнли!
Гольдберг (Лулу). Тебе нравится игра?
Мег. Твоя очередь, Стэн.
Макканн снимает платок.
Макканн (Стэнли). Я возьму ваши очки.
Макканн забирает у Стэнли очки.
Мег. Дайте мне платок.
Гольдберг (обнимает Лулу). Завяжите ему
глаза, миссис Боулс.
Мег. Сейчас. (Стэнли.) Видишь мой нос?
Гольдберг. Нет, не видит. Готовы? Отлично.
Все расходятся. Стоп! Замерли.
Стэнли стоит на одном месте. Макканн медленно пятится
налево. Ломает очки пополам. Мег на авансцене слева. Лулу
и Гольдберг сзади в центре, стоят обнявшись. Стэнли начи-
78
нает очень медленно двигаться налево. Макканн хватает ба-
рабан и подставляет его Стэнли под ноги. Стэнли налетает
на барабан, падает, одна нога застревает в барабане.
Me г. Ой!
Гольдберг. Тсс!
Стэнли встает. Идет по направлению к Мег, барабан воло-
чится за ним. Подходит к Мег и останавливается. Протяги-
вает к ней руки и хватает за горло. Начинает ее душить. Мак-
канн и Гольдберг бросаются к Стэнли и оттаскивают его.
Затемнение.
В окне теперь совсем темно. Сцена погружена во мрак.
Л у л у. Свет!
Гольдберг. Что случилось?
Л у л у. Свет!
Макканн. Сейчас.
Гольдберг. Где он?
Макканн. Пусти меня!
Гольдберг. Кто это?
Л у л у. Кто-то трогает меня!
Макканн. Где он?
Мег. Почему нет света?
Гольдберг. Где ваш фонарь?
Макканн светит фонарем Гольдбергу в лицо.
В меня-то зачем?!
Макканн отводит фонарь в сторону, его выбивают у него
из рук, фонарь падает и гаснет.
Макканн. Мой фонарь!
Л у л у. О боже!
Гольдберг. Где фонарь? Поднимите его!
М а к к а н н. Не могу найти.
79
Лулу. Держите меня! Держите меня!
Гольдберг. Встань на колени. Помоги ему най-
ти фонарь.
Л у л у. Не могу.
Макканн. Куда же он делся?
Мег. Почему нет света?
Гольдберг. Да тише вы! Помогите ему найти
фонарь.
Тишина. Макканн и Гольдберг ползают по сцене, тяжело
дыша. Внезапно из глубины комнаты раздается громкий
барабанный бой. Лулу тихо скулит.
Гольдберг. Сюда, Макканн!
Макканн. Иду!
Гольдберг. Ко мне, ко мне. Осторожнее. Вон там.
Гольдберг и Макканн ползком огибают стол слева, Стэн-
ли — справа. Лулу замечает, что Стэнли приближается
к ней, визжит и теряет сознание. Гольдберг и Макканн по-
ворачиваются и сталкиваются.
Гольдберг. Что это?
Макканн. Кто это?
Гольдберг. Что это?
В темноте Стэнли поднимает Лулу и кладет на стол.
Мег. Это Лулу!
Гольдберг и Макканн двигаются к авансцене справа.
Гольдберг. Где она?
Макканн. Упала.
Гольдберг. Где?
Макканн. Где-то здесь.
Гольдберг. Помогите мне поднять ее.
80
М а к к а н н (двигается к авансцене слева). Не мо-
гу найти ее.
Гольдберг. Должна быть где-то здесь.
М а к к а н н. Здесь ее нет.
Гольдберг (двигается к авансцене слева).
Должна быть.
М а к к а н н. Пропала куда-то.
Макканн находит на полу фонарь и направляет его на стол
и на Стэнли. Лулу лежит на столе, раскинув руки. Стэнли
склонился над ней. Когда свет от фонаря падает на него, он
начинает хихикать. Гольдберг и Макканн приближаются.
Стэнли пятится назад и хихикает. Лицо освещено фонарем.
Они следуют за ним по пятам в глубь сцены. Хихикая, он на-
тыкается спиной на окно в кухню и останавливается. Свет от
фонаря бьет ему в лицо. Он вжимается в стену, смех стано-
вится все громче. Фигуры Гольдберга и Макканна надвига-
ются на него.
Занавес
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Утро. Слева входит Питие газетой и садится за стол.
Читает.
Из кухни доносится голос Мег.
Мег. Это ты, Стэн? (Пауза.) Стэнни?
П и т и. Да?
Мег. Это ты?
П и т и. Это я.
Мег (появляется в кухонном окне). А, это ты. У ме-
ня кукурузные хлопья кончились.
П и т и. А что у тебя еще есть?
81
Мег. Ничего.
П и т и. Ничего?
Мег. Минутку. (Отходит от кухонного окна и вхо-
дит в гостиную.) Газету купил?
П и т и. Купил.
Мег. Интересно?
П и т и. Ничего.
Мег. Эти двое сегодня утром все жаркое подъели.
П и т и. Правда?
Мег. Заварка вроде бы осталась. (Наливает ему
чаю.) Сейчас пойду в магазин. Куплю тебе чего-нибудь
вкусненького. Ой, умираю, голова болит.
П и т и (читает). Ночью ты спала как убитая.
Мег. Да?
П и т и. Как мертвая спала.
Мег. Устала, наверно. (Смотрит по сторонам и ви-
дит в камине сломанный барабан.) Ой, смотри! (Вста-
ет и достает барабан из камина.) Барабан сломали.
Пити подымает глаза от газеты.
Зачем?
П и т и. Не знаю.
Она ударяет рукой по барабану.
Мег. Смотри-ка, еще звуки издает.
Пити. Можно ведь и новый купить.
Мег (грустно). Наверно, его вчера гости сломали.
Хотя я чего-то не помню. (Опускает барабан на пол,)
Жалко.
Пити. Говорю же, всегда можно новый купить.
Мег. Это я его подарила. На день рождения. Как
и хотела.
82
П и т и (читает). Да.
Мег. Он еще не спускался?
Пити не отвечает.
Пити?
Пити. Что?
Мег. Он еще не спускался?
Пити. Кто?
Мег. Стэнли.
Пити. Нет. Я его не видел.
М е г. Я тоже не видала. Надо его поднимать. По-
здно, завтракать пора.
Пити. Все равно есть нечего.
Мег. Да, но он-то этого не знает. Пойду позову его.
Пити (поспешно). Не надо, Мег. Пусть себе спит.
Мег. Ты же сам говоришь, нельзя целыми днями
в постели валяться.
Пити. Пусть поспит сегодня... Оставь его.
Мег. Вообще, один раз я уже к нему ходила. Чаю
отнести хотела. Но дверь мне открыл мистер Макканн.
Сказал, что они разговаривают и что он сам ему чаю
даст. Сегодня, как видно, Стэнли рано поднялся. О чем
они толковали, ума не приложу. Но вот что странно.
Обычно ведь Стэнли еще крепко спит, когда я его бужу.
А сегодня — нет. Я слышала через дверь его голос.
Пауза.
Ты думаешь, они знакомы? По-моему, они старые
друзья. У Стэнли было много друзей, я-то знаю.
Пауза.
Вот я ему чаю и не дала. Он, оказывается, уже пил.
Спустилась я вниз и опять хозяйством занялась.
83
А через некоторое время вижу — идут завтракать.
А Стэнли, наверно, опять спать улегся.
Пауза.
П и т и. Ты ведь в магазин собиралась?
Мег. Да, да, бегу. (Берет сумку.) Голова прямо рас-
калывается. (Идет к задней двери, неожиданно оста-
навливается и поворачивается.) Ты видел, что там, пе-
ред домом?
П и т и. Что?
Мег. Большой такой автомобиль.
П и т и. Да.
Мег. Вчера его не было. Ты... ты внутрь заглядывал?
П и т и. Заглянул.
Мег (возвращается, свистящим шепотом). В ней
что-нибудь было?
П и т и. В ней?
Мег. Да.
П и т и. В ком — в ней?
М е г. В машине, внутри.
П и т и. А что в ней могло быть?
М е г. В ней... тачки не было?
П и т и. Тачки?
Мег. Да.
П и т и. Я никакой тачки не видал.
М е г. Не видал? Точно?
П и т и. А зачем, спрашивается, мистеру Гольдбер-
гу тачка?
Мег. Мистеру Гольдбергу?
П и т и. Это же его машина.
Мег (с облегчением). Его, говоришь? А я и не зна-
ла, что это его машина.
84
П и т и. А чья же, по-твоему?
Мег. Ну, тогда дело другое.
П и т и. Чего ты волнуешься, не понимаю?
Мег. Тогда дело другое.
П и т и. Пойди проветрись.
Мег. Да, иду, иду. Пойду в магазин схожу. (Идет
к задней двери.)
Наверху хлопает дверь.
(Она поворачивается.) Это Стэнли! Что ж я ему на за-
втрак-то дам? (Бросается на кухню.) Что мне ему дать,
Пити? (Появляется в кухонном окне.) Кукурузных хло-
пьев-то нет! (Оба смотрят на дверь.)
Входит Гольдберг. Останавливается в дверях, ловит
на себе их взгляд, улыбается.
Гольдберг. Я вижу, все в сборе!
М е г. А я думала, это Стэнли...
Гольдберг. Между нами есть сходство, вы по-
лагаете?
Мег. Ничего общего.
Гольдберг (входит в комнату). Фигуры у нас
совершенно разные.
Мег (входит в комнату из кухни). А я решила, он
завтракать идет. Он ведь еще не завтракал.
Гольдберг. К вашему сведению, мистер Боулс,
ваша супруга бесподобно заваривает чай.
Пити. Да, случается... когда не забывает.
Мег. Так он сейчас спустится?
Гольдберг. Спустится? Ну разумеется, спус-
тится. Чего ж ему в такой чудный день одному навер-
ху сидеть. Сейчас придет, никуда не денется. (Садится
85
за стол.) А его уже, насколько я понимаю, будет ждать
роскошный завтрак.
Мег. МистерГольдберг!
Гольдберг. Да?
М е г. А я и не знала, что у калитки ваша машина.
Гольдберг. Нравится?
Мег. Кататься поедете?
Гольдберг (Пиши). Хороша, а?
П и т и. А блестит как!
Гольдберг. Старая — значит, хорошая, уж вы
мне поверьте. Вместительная. Впереди просторно. (По-
глаживает чайник рукой.) Горячий. Еще чайку, мистер
Боулс?
П и т и. Нет, спасибо.
Гольдберг (наливает себе чаю). Да, эта маши-
на еще ни разу меня не подвела.
Мег. Так вы кататься поедете?
Гольдберг (задумчиво). А какой багажник! Рос-
кошный багажник. В нем места... как раз хватит.
Мег. Ну, мне пора. (Идет к задней двери, повора-
чивается.) Пити, когда Стэнли спустится...
П и т и. Да?
Мег. Передай ему, что я скоро вернусь.
Пити. Хорошо, скажу.
Мег (рассеянно). Я ненадолго. (Уходит.)
Гольдберг (прихлебывая чай). Хорошая женщи-
на. Чудная женщина У меня такая же матушка была.
И жена как две капли воды на нее похожа.
Пити. Как он сегодня?
Гольдберг. Кто?
Пити. Стэнли. Ему лучше?
86
Гольдберг (не вполне уверенно). Э... немного
лучше, как будто бы немного лучше. Разумеется, мис-
тер Боулс, мне трудно сказать, я ведь, сами понимаете,
не специалист... Вот если бы кто-то... кто разбирается...
взглянул на него... Какая-нибудь знаменитость. Это
было бы совсем другое дело.
П и т и. Да.
Гольдберг. Впрочем, сейчас с ним Дермот. Он...
составляет ему компанию.
П и т и. Дермот?
Гольдберг. Да.
П и т и. Вот незадача!
Гольдберг (вздгяхает). Да. День рождения не
пошел ему впрок.
П и т и. Что с ним стряслось?
Гольдберг (резко). Что стряслось? Нервный
срыв, мистер Боулс. Самый настоящий нервный срыв.
П и т и. Но почему так неожиданно?
Гольдберг (поднимается и идет в глубь сцены).
По-разному бывает, мистер Боулс, очень по-разному.
Буквально на днях мне об этом один знакомый расска-
зывал. Правда, речь шла о другом случае, не совсем та-
ком же, но... похожем, весьма похожем. (Делает паузу.)
Он говорит, я имею в виду моего знакомого, что иногда
это происходит постепенно, с каждым днем болезнь
прогрессирует... все сильней и сильней... с каждым
днем. А бывает, начинается внезапно. Бах! И пожалуй-
ста — нервный срыв. Никто заранее не знает, как пой-
дет заболевание... но у некоторых... исход предрешен.
П и т и. Неужели?
Гольдберг. Да. Этот мой знакомый... он мне об
этом... буквально на днях рассказывал. (Останавли-
87
вается в некоторой нерешительности, затем достает
портсигар и вынимает сигарету.) Прошу, «Абдулла».
П и т и. Нет, нет, я такие не курю.
Гольдберг. Ая иногда позволяю себе сигарет-
ку выкурить. «Абдуллу» или... (Щелкает пальцами.)
П и т и. Ну и вечер вчера был!
Гольдберг закуривает от зажигалки.
Подхожу к двери, а в доме темно. Опускаю шиллинг
в счетчик, вхожу, а вечеринка уже кончилась.
Гольдберг. Вы опустили шиллинг в счетчик?
(Направляется к авансцене.)
П и т и. Да.
Гольдберг. И свет зажегся?
П и т и. Да, я и вошел.
Гольдберг (хмыкнув). Могу поручиться, что
было замыкание
П и т и (продолжает). Вхожу — темно. Ничего не
слышно. Поднимаюсь наверх, а ваш друг Дермот встре-
чает меня на площадке. Он-то мне всё и рассказал.
Гольдберг (резко). Кто?
П и т и. Друг ваш, Дермот.
Гольдберг (медленно). Дермот. Да. (Садится.)
П и т и. Но ведь, бывает, обходится? Я хочу ска-
зать, от этой болезни выздоравливают, правда?
Гольдберг. Обходится? Да, иногда обходится...
более или менее.
П и т и. Я к тому, что, может, он уже поправился?
Гольдберг. Не исключено. Не исключено.
Пити поднимается и берет чайник и чашку.
П и т и. Если к обеду ему лучше не станет, я докто-
ра приведу.
88
Гольдберг (резко). Мы уже об этом позаботи-
лись, мистер Боулс. Пожалуйста, не беспокойтесь.
П и т и (недоверчиво). Что вы хотите сказать?
Входит Макканн с двумя чемоданами.
Сложили вещи?
П и т и относит чайник и чашку на кухню. Макканн пере-
секает комнату и ставит чемоданы на пол. Подходит к окну
и выглядывает.
Гольдберг. Ну?
Макканн не отвечает.
Я, кажется, сказал «ну», Макканн.
Макканн (не поворачиваясь). Что «ну»?
Гольдберг. Что значит «что ну»?
Макканн не отвечает.
Макканн (поворачивается и исподлобья смот-
рит на Гольдберга). Больше я наверх не пойду.
Гольдберг. А что там происходит?
Макканн (отходит в сторону). Сейчас он затих.
Некоторое время назад перестал наконец... лопотать.
В кухонном окне незаметно появляется П и т и.
Гольдберг. Когда он будет готов?
Макканн (угрюмо). В следующий раз сам ту-
да иди.
Гольдберг. Что с вами?
Макканн (шепотом). Я дал ему...
Гольдберг. Что?
МакканнЯ дал ему очки.
Гольдберг. Он обрадовался?
89
Макканн. Оправа сломана.
Гольдберг. Как это произошло?
Макканн. Когда я уходил, он пытался вставить
стекла в глаза.
Пити(а дверях кухни). У меня где-то была изо-
ляция. Оправу можно склеить.
Гольдберг и Макканн поворачиваются и смотрят на него.
Пауза.
Гольдберг. Изоляция, говорите? Нет, нет, не
беспокойтесь, мистер Боулс. Ему сейчас без очков да-
же лучше. Спокойнее.
П и т и (направляется к авансцене). Может, все-
таки вызвать врача?
Гольдберг. Ситуация под контролем, не вол-
нуйтесь.
Макканн подходит к ящику из-под обуви, достает оттуда
щетку и чистит ботинки.
П и т и (идет к столу). А по-моему, доктор ему не
помешает.
Гольдберг. Яс вами согласен. Мы всё сделаем.
Дадим ему немного прийти в себя, а потом я отвезу
его к Монти.
Пауза. Макканн чистит туфли.
Значит, миссис Боулс отправилась в магазин купить
нам что-нибудь вкусное на обед?
П и т и. Да.
Гольдберг. Боюсь только, не пришлось бы нам
раньше уехать.
П и т и. Вот как?
90
Гольдберг. Очень может быть.
Пауза.
П и т и. Ну что ж, пойду покамест посмотрю, как
там мой горох поживает.
Гольдберг. Что значит «покамест»?
П и т и. Пока мы все ждем.
Гольдберг. Ждем чего?
Пити направляется к задней двери.
А вы разве на пляж не собираетесь?
Пити. Нет, мне еще рано. Мистер Гольдберг, по-
зовите меня, когда он спустится, хорошо?
Гольдберг (с серьезным видом). В такой пого-
жий день... у вас на пляже полно народу будет. Одни
лежат на спине, загорают, другие купаться бегут.
Прелесть. А как же шезлонги? Шезлонги готовы?
Пити. Все утром расставил.
Гольдберг. А билеты? Кто будет продавать би-
леты?
Пити. Все будет нормально. Все будет нормаль-
но, мистер Гольдберг. Вы не беспокойтесь. Я скоро
вернусь.
Уходит. Гольдберг встает, идет к окну и смотрит ему вслед.
Макканн подходит к столу, садится, берет газету и начинает
рвать ее на полосы.
Гольдберг. Все готово?
Макканн. Конечно.
Тяжело ступая, с отсутствующим видом Гольдберг идет
к столу. Садится и тут только замечает, чем занимается
Макканн.
91
Гольдберг. Прекратите!
Макканн. Что?
Гольдберг. Зачем вы все время рвете газету?
Прямо как ребенок. Ведь это же лишено всякого смысла
Макканн. Что с тобой сегодня?
Гольдберг. Вопросы, вопросы. Перестаньте за-
давать мне бесконечные вопросы. За кого вы меня
принимаете?
Макканн пристально на него смотрит. Затем складывает
газету, оставляя разорванные полосы внутри.
Макканн. Ну?
Пауза. Гольдберг с закрытыми глазами откидывается
на стуле.
Макканн. Ну?
Гольдберг (устало).Что «ну»?
Макканн. Мы ждем или увозим его?
Гольдберг (медленно). А вы хотите его увезти?
Макканн. Я хочу поскорее со всем этим разде-
латься.
Гольдберг. Естественно.
Макканн. Так мы ждем или увозим его?
Гольдберг (перебивает). Не знаю почему, но
у меня совершенно нет сил. Я чувствую себя как-то...
На меня это не похоже.
Макканн. Вот как?
Гольдберг. Як этому не привык.
Макканн (вскакивает, подходит к Голъдбергу
сзади и шепчет ему на ухо). Давай поскорей уедем, и
дело с концом. Хватит. Надо кончать. Давно пора.
Пауза.
92
Так я иду за ним?
Пауза.
Нэт!
Гольдберг сидит сгорбившись. Макканн подходит к нему
сбоку.
Сайми!
Гольдберг (открывает глаза и пытливо смот-
рит на Макканна). Как вы меня назвали?
Макканн. Кого?
Гольдберг (зловещим голосом). Не смейте на-
зывать меня так! (Хватает Макканна за горло.) Ни-
когда не называйте меня так!
Макканн (извивается). Нэт, Нэт, Нэт, Нэт! Я на-
звал тебя Нэт! Я задал тебе вопрос, Нэт. Клянусь Богом!
Всего один вопрос! Понимаешь? Один-единственный.
Гольдберг (отбрасывает его). Какой вопрос?
Макканн. Мне идти наверх?
Гольдберг (в бешенстве). Наверх? А я думал,
вы больше подниматься наверх не собираетесь!
Макканн. С чего ты взял?
Гольдберг. Вы сами сказали!
Макканн. Ничего я такого не говорил!
Гольдберг. Нет?
Макканн (кричит на весь дом). Кто говорил?
Я?! Ничего я такого не говорил! Я сейчас же иду наверх!
Вскакивает и бросается к левой двери.
Гольдберг. Стойте! (Кладет руки па подлокот-
ники.) Подойдите сюда.
Макканн очень медленно приближается к нему.
93
Хочу знать ваше мнение. Сделайте одолжение, загляни-
те мне в рот. (Широко раскрывает рот.) Внимательно
посмотрите. (Макканн смотрит.) Вы понимаете, что я
имею в виду? (Макканн тупо смотрит на него.) Види-
те, у меня целы все зубы. За всю жизнь я еще ни одного
не потерял. Так-то. (Встает.) Поэтому я и добился та-
кого положения, Макканн. Все потому, что всегда был
в форме. Всю жизнь я твержу одно и то же: жить надо
активно, полноценно. Чтить родителей. Всегда, в любом
возрасте. Главное, Макканн, — добиваться своего любой
ценой — и все будет в порядке. Вы думаете, я выскочка?
Ничего подобного! Я всегда знал свое место. Действо-
вал по обстоятельствам. В школе? Не говорите мне про
школу. Круглый отличник. А знаете почему? Потому
что все учил наизусть. Вы меня поняли? Только наи-
зусть. Ни разу слова не записал. И еще — будьте всегда
настороже. И вы увидите, что я прав.
Потому что я верю в жизнь... (безучастно).
Потому что я верю в жизнь... (безнадежно).
Потому что я верю в жизнь... (потерянно).
Садится на стул.
Сядьте, Макканн, сядьте, чтобы я мог вас видеть.
Макканн становится перед ним на колени.
(Живо, все с большей уверенностью.) «Бенни, Бенни, —
позвал меня отец. — Поди сюда». Он был при смерти.
Я подошел и встал на колени. В те дни я не отходил от
него ни днем, ни ночью. А как же иначе? «Прости, —
говорит, — Бенни, и будь счастлив». — «Да, папа». —
«Ступай домой, к жене». — «Хорошо, папа». — «Бере-
гись пройдох, нищих и бездельников». Он не стал
94
уточнять, кого именно. «Я, — говорит, — всегда жил
для людей и не жалею об этом. Делай свое дело и дер-
жи ухо востро. Всегда будь приветлив с соседями. Ни-
когда, слышишь, никогда не забывай про свою семью.
Учти, семья — это основа основ. Если окажешься в бе-
де, дядя Барни тебя выручит». Я встал на колени.
(Становится на колени лицом к Макканну.) Я поклялся
на Священном Писании. Теперь-то я знаю, что самое
главное. Самое главное, Макканн, — это почтение к ро-
дителям. Почтение! Вы поймите, Макканн... (Ласково.)
Шеймас, кто был до вашего отца? Его отец. А до него?
До него?.. (Торжествующе.) Кому обязан своим рожде-
нием отец вашего отца как не матери отца вашего отца.
Вашей прапрабабушке. (Молчание. Он медленно подни-
мается.) Вот почему я добился такого положения,
Макканн. Потому что всегда был в форме. Мой девиз:
«И трудиться, и отдыхать — от души!» Не болеть ни
одного дня! (Гольдберг садится.) И все же, Макканн,
ударьте меня.
Пауза.
Ударьте меня по лицу.
Макканн встает, кладет руки сначала на колени, затем на-
клоняется и ударяет Гольдберга по лицу.
И еще раз, на дорожку!
Макканн ударяет его еще раз. Гольдберг тяжело дышит,
улыбается.
Отлично!
Входит Л у л у. Макканн переглядывается с Гольдбергом
и направляется к двери.
95
Макканн (в дверях). Даю вам пять минут.
(Уходит.)
Гольдберг. Поди сюда.
Л у л у. Нет уж, спасибо.
Гольдберг. Что случилось? Мы, я вижу, сердим-
ся на дядюшку Нэта?
Л у л у. Я ухожу.
Гольдберг. Давай-ка тряхнем стариной, сыгра-
ем в «двадцать одно» на прощанье.
Л у л у. Спасибо, я уже вчера наигралась.
Гольдберг. Не понимаю, девушка в твоем воз-
расте и с твоим здоровьем должна любить подвиж-
ные игры.
Л у л у. Больно вы хитрый.
Гольдберг. Чем же ты хуже других?
Л у л у. А по-вашему, я такая же, как другие?
Гольдберг. А что, другие — такие же, как ты?
Л у л у. Не знаю я ничего про других.
Гольдберг. Я тоже. Ты — первая женщина,
к которой я прикоснулся.
Л у л у (тревожно). Что бы сказал мой отец, если б
знал? Что бы сказал Эдди?
Гольдберг. Эдди?
Л у л у. Эдди был моим первым возлюбленным.
У нас с ним чистая любовь была. Не то что с вами! Уж
он бы не заявился ко мне в комнату ночью с порт-
фелем!
Гольдберг. А кто открыл портфель, я или ты?
Ладно, Лулу-шмулу, что было, то прошло. Не обижай-
ся. Поцелуй-ка меня лучше.
Л у л у. И не подумаю.
Гольдберг. А ведь я сегодня уезжаю.
96
Л у л у. Уезжаете?!
Гольдберг. Да, сегодня.
Л у л у (в ярости). Вот как? Переспал и в кусты!
Гольдберг. Это еще вопрос, кто с кем переспал.
Л у л у. Вы вероломно соблазнили меня, восполь-
зовавшись тем, что я была не в состоянии сопротив-
ляться.
Гольдберг. Кто ж тебе виноват?
Л у л у. Вы, вы виноваты. Вы утолили свою гадкую
похоть. Научили девушку такому, чего бы она не узна-
ла, даже если бы в третий раз замуж вышла!
Гольдберг. Ишь какая шустрая! На что ж ты
жалуешься?
Быстро входит М а к к а н н.
Л у л у. Я-то вам была не нужна. Вам бы только
желание удовлетворить. О, Нэт, зачем ты это сделал?
Гольдберг. Ты хотела, чтобы я это сделал, вот
я и сделал.
М а к к а н н. Всё по справедливости. (Приближа-
ется.) Ну, что, выспалась?
Л у л у (отступает в глубь сцены). Кто? Я?
М а к к а н н. Такие, как ты, вообще слишком мно-
го времени в постели проводят.
Л у л у. Что вы имеете в виду?
М а к к а н н. Исповедуйся!
Л у л у. Что?
М а к к а н н (свирепо). Исповедуйся!
Л у л у. В чем?
Макканн. В содеянном. На колени!
Л у л у. Что ему надо?
Гольдберг Исповедуйся. Жалко тебе, что ли.
\ :»лк. № 2322
97
Л у л у. Кому? Ему?
Гольдберг. Еще полгода назад у него был ду-
ховный сан.
Макканн. На колени, женщина! Выкладывай
всю правду!
Л у л у (пятится к задней двери). Я всё видела.
Я знаю, что тут происходит, отлично знаю.
Макканн (наступает). Я видел, как ты своим
развратом оскверняешь святые места. Прочь с глаз
моих!
Л у л у. Не задержусь!
Уходит. Макканн идет к левой двери, выглядывает и втал-
кивает в комнату Стэнли, одетого в темный, хорошо сши-
тый костюм и белую рубашку. В руке у него сломанные оч-
ки. Он чисто выбрит. Макканн закрывает за ним дверь.
Гольдберг встает Стэнли навстречу и усаживает его на стул.
Гольдберг. Как поживаешь, Стэн?
Пауза.
Тебе лучше?
Пауза.
Что с твоими очками?
Гольдберг наклоняется.
Сломались? Жаль.
Стэнли с отсутствующим видом смотрит в пол.
Макканн (подходит к столу). У него лучше
вид, ты не находишь?
Гольдберг. Никакого сравнения.
Макканн. Другой человек.
98
Гольдберг. Знаете что?
М а к к а н н. Что?
Гольдберг. Мы купим ему другие очки.
Они начинают заигрывать с ним. Входят в роль, говорят
мягко и со вкусом. На их реплики Стэнли не реагирует.
Пока продолжается их диалог, он неподвижно сидит на
стуле.
М а к к а н н. Причем на наши собственные де-
нежки.
Гольдберг. Само собой. Между нами говоря,
Стэн, давно уже пора завести новые очки.
М а к к а н н. Ты ведь ничего не видишь.
Гольдберг. Верно. Ты косой уже много лет.
Макканн. А сейчас еще больше окосел.
Гольдберг. Он прав, с каждым годом тебе ста-
новится всё хуже.
Макканн. Хуже некуда.
Гольдберг. Тебе нужно долго лечиться.
Макканн. Сменить обстановку.
Гольдберг. Уехать далеко-далеко.
Макканн. В заоблачные дали.
Гольдберг. Вот именно.
Макканн. Ты в тупике
Гольдберг. У тебя анемия.
Макканн. Ревматизм.
Гольдберг. Миопия.
Макканн. Эпилепсия.
Гольдберг. Ты на пределе.
Макканн. Ты конченый человек.
Гольдберг. Но мы можем спасти тебя.
М а к к а н н. От худшей судьбы.
Гольдберг. Верно.
99
М а к к а н н. Несомненно.
Гольдберг. Отныне мы будем для тебя всем.
М а к к а н н. Мы продлим твой сезонный билет.
Гольдберг. Скостим два пенса за завтраки.
М а к к а н н. Дадим тебе скидку на все легковос-
пламеняющиеся товары.
Гольдберг. Будем давать тебе советы.
М а к к а н н. Следить за каждым твоим шагом.
Гольдберг. Заботиться о тебе.
М а к к а н н. Дадим тебе возможность пользовать-
ся баром в клубе.
Гольдберг. Закажем тебе столик.
М а к к а н н. Поможем соблюдать пост.
Гольдберг. Будем печь тебе пироги.
М а к к а н н. Молиться с тобой по праздникам.
Гольдберг. Дадим тебе бесплатный пропуск.
М а к к а н н. Будем брать с собой на прогулку.
Гольдберг. Сообщать сведения из первых рук.
М а к к а н н. Достанем тебе скакалку.
Гольдберг. Майку и трусы.
М а к к а н н. Мазь.
Гольдберг. Припарки.
М а к к а н н. Напальчник.
Гольдберг. Бандаж.
М а к к а н н. Ушные тампоны.
Гольдберг. Детскую присыпку.
М а к к а н н. Спиночесалку.
Гольдберг. Запасное колесо.
М а к к а н н. Желудочный зонд.
Гольдберг. Кислородную подушку.
М а к к а н н. Буддийский молитвенник.
Гольдберг. Гипсовый корсет.
М а к к а н н. Защитный шлем.
100
Гольдберг. Костыли.
М а к к а н н. За тобой будет круглосуточный уход.
Гольдберг. И всё за наш счет.
М а к к а н н. Так-то.
Гольдберг. Мы сделаем из тебя мужчину.
Макканн. И женщину.
Гольдберг. У тебя будет другая профессия.
Макканн. Ты будешь богат.
Гольдберг. У тебя будут связи.
Макканн. Ты будешь нашей гордостью и ра-
достью.
Гольдберг. Ты будешь настоящий «менш»*.
Макканн. У тебя будет успех.
Гольдберг. Ты будешь цельной личностью.
Макканн. Ты будешь отдавать приказания.
Гольдберг. И принимать решения.
Макканн. Ты будешь магнатом.
Гольдберг. Государственным деятелем.
Макканн. Владельцем яхт.
Гольдберг. И домашних животных.
Макканн. И домашних животных.
Гольдберг смотрит на Макканна.
Гольдберг. Это я первый сказал «домашних
животных». (Поворачивается к Стэнли.) Будешь де-
лать все, что захочешь, Стэн. Клянусь.
Молчание. Стэнли сидит неподвижно.
Ну, что скажешь?
Станли очень медленно поднимает голову и поворачива-
ется к Гольдбергу.
* Мужчина (идиш).
101
Гольдберг. Ну, что скажешь? А, приятель?
Стэнли хлопает глазами.
М а к к а н н. Что вы думаете, сэр? О нашем пред-
ложении, сэр?
Гольдберг. Ну да, о нашем предложении. Чем
не предложение?
У Стэнли начинают дрожать руки, в которых он по-прежне-
му сжимает очки.
Что ты скажешь о нашем предложении? А, Стэнли?
Стэнли сосредоточивается, открывает рот, хочет что-то
сказать, издает горлом какие-то невнятные звуки.
Стэнли. У-гуг.... у-гуг... иии... гаг... (С придыха-
нием.) Каах... Каах...
Они смотрят на него. Он издает тяжелый вздох, от которого
сотрясается все тело. Пытается сосредоточиться.
Гольдберг. Ну, Стэнли, дружок, что ж ты мол-
чишь?
Они смотрят на него. Он пытается сосредоточиться. Голова
опускается, подбородок упирается в грудь. Стэнли валится
вперед.
Стэнли. У-гугххх... у-гугхх...
М а к к а н н. Каково ваше мнение, сэр?.
Стэнли. Кааааххх... каааахххх...
М а к к а н н. Мистер Уэббер? Каково ваше мнение?
Гольдберг. Что скажешь, Стэн? Что ты думаешь
о нашем предложении?
102
М а к к а н н. Как вы расцениваете наше предложе-
ние, сэр?
Стэнли передергивается, сникает, роняет голову и, сгорбив-
шись, вновь замирает. В левую дверь входит П и т и.
Гольдберг. Старый, добрый Стэн! Он все та-
кой же. Пошли с нами. Пошли, дружище.
М а к к а н н. Пойдемте с нами.
П и т и. Куда это вы его?
Они поворачиваются. Молчание.
Гольдберг. К Монти.
П и т и. Пусть здесь остается.
Гольдберг. Не валяйте дурака.
П и т и. Мы с женой за ним присмотрим.
Гольдберг. Зачем он вам сдался?
П и т и. Он мой гость.
Гольдберг. Он нуждается в специальном ле-
чении.
П и т и. Ничего, справимся.
Гольдберг. Нет, лучше Монти вы все равно ни-
кого не найдете. Ведите его, Макканн.
Они поднимают Стэнли со стула. Гольдберг надевает ему
на голову котелок. Все трое направляются к левой двери.
П и т и. Оставьте его в покое.
Они останавливаются. Гольдберг внимательно смотрит на
Пити.
Гольдберг (ядовито). А почему бы и вам не по-
ехать с нами, мистер Боулс?
Макканн. Да, почему бы и вам не поехать с нами?
103
Гольдберг. Поезжайте с нами к Монти. В ма-
шине всем места хватит.
Пити не двигается. Они проходят мимо него и идут к двери.
Макканн открывает дверь и поднимает чемоданы.
Пити (упавшим голосом). Стэн, не слушай ты их!
Они уходят.
Тишина. Пити стоит неподвижно. Захлопывается входная
дверь. Шум мотора. Машина уезжает. Тишина. Пити мед-
ленно идет к столу. Садится. Берет газету и открывает ее.
Обрезки бумаги падают на пол. Смотрит на них. Мимо ок-
на проходит М е г и входит в заднюю дверь. Пити внима-
тельно читает газету.
Мег (выходит на авансцену). Машины нет.
Пити. Да.
Мег. Они уехали?
Пити. Да.
М е г. К обеду вернутся?
Пити. Нет.
Мег. Жаль. (Ставит сумку на стол.) Жарко сего-
дня. (Вешает пальто на крюк.) Что ты делаешь?
Пити. Читаю.
Мег. Интересно?
Пити. Ничего.
Она присаживается к столу.
Мег. Где Стэн?
Пауза.
Стэнли уже встал, Пит?
Пити. Нет...он...
Мег. Он что, еще в постели?
104
П и т и. Да... еще спит.
М е г. До сих пор? Когда ж он завтракать-то будет?
П и т и. Пусть... спит.
Пауза.
Мег. Правда, вчера вечером весело было?
П и т и. Меня же не было.
Мег. Разве?
П и т и. Я позже пришел.
Мег. А...
Пауза.
Праздник получился на славу. Я уже много лет так
не смеялась, мы пели, танцевали. В игры играли.
Жаль, что тебя не было.
П и т и. Значит, хорошо было?
Пауза.
Мег. Знаешь, я имела такой успех.
П и т и. Серьезно?
Мег. Да, мне все комплименты говорили.
П и т и. Что ж тут удивительного.
Мег. Нет,правда.
Пауза.
Такой успех...
Занавес
КУХОННЫЙ ЛИФТ*
Комната в подвале. Вдоль задней стены — две кровати.
Между ними — шахта кухонного лифта, прикрытая заслон-
кой. Слева — дверь, ведущая к кухне и уборной. Справа —
дверь в коридор.
Бен лежит на кровати слева и читает газету. Гэс сидит
на кровати справа и с трудом шнурует ботинки. Оба в ру-
башках и в брюках на подтяжках.
Молчание.
Гэс зашнуровывает ботинки, встает, зевает и медленно идет
к левой двери. Останавливается, смотрит вниз и трясет ногой.
Бен опускает газету и наблюдает за ним. Гэс становится на
одно колено, развязывает ботинок и медленно его снимает.
Заглядывает внутрь и вынимает расплющенный спичечный
коробок. Встряхивает его и внимательно рассматривает.
Взгляды мужчин встречаются. Бен шуршит газетой и снова
принимается читать. Гэс кладет коробок в карман и накло-
няется, чтобы надеть ботинок. С трудом зашнуровывает его.
Бен опускает газету и наблюдает за ним. Гэс идет к левой
двери, останавливается и трясет другой ногой. Становится
на колени, развязывает второй ботинок и медленно его сни-
* Harold Pinter. The Dumb Waiter
© Neabar Investments Ltd 1957
© Ряполова В., перевод на русский язык, 1993
106
мает. Заглядывает внутрь и вынимает расплющенную пач-
ку сигарет. Встряхивает ее и внимательно рассматривает.
Взгляды мужчин встречаются. Бен шуршит газетой и снова
принимается читать. Гэс кладет пачку в карман, наклоняет-
ся, надевает и зашнуровывает ботинок. Медленно уходит
в левую дверь.
Бен швыряет газету на кровать и раздраженно смотрит ему
вслед. Снова берет газету и читает, лежа на спине.
Молчание.
Слышно, как слева, в уборной, дважды дергают за цепочку,
но вода не спускается.
Молчание.
Слева появляется Гэс и останавливается в дверях, почесы-
вая голову. Бен швыряет газету на кровать.
Б е н. Ух ты!
Снова берет газету.
Надо же! Ты только послушай! (Глядя в газету.) Ста-
рик восьмидесяти семи лет хотел перейти дорогу.
А было сильное движение, понимаешь? Он думал, что
никак не протиснется. Поэтому подлез под грузовик.
Гэс. Что-что?
Бен. Подлез под грузовик. Под стоящий грузовик.
Г э с. Ну да!
Бен. Грузовик тронулся и задавил его.
Гэс. Иди ты!
Бен. Здесь так написано.
Гэс. С ума сойти!
Бен. Прямо с души воротит, да?
Гэс. Кто ему такое посоветовал?
Бен. Старик восьмидесяти семи лет подлез под
грузовик!
107
Г э с. Невероятно.
Б е н. Вот здесь написано — черным по белому.
Г э с. Неслыханно.
Молчание.
Г э с качает головой и выходит. Бен читает, лежа на спине.
Слышно, как слева, в уборной, дергают за цепочку, но вода не
спускается. Бен присвистывает, прочтя еще что-то. Возвра-
щается Гэс.
Г э с. Я хочу тебя спросить...
Бен. Ты что там делал?
Гэс. Ну, я только...
Бен. Как насчет чая?
Гэс. Сейчас вскипячу.
Бен. Ну так давай.
Гэс. Сейчас, сейчас. (Садитсяна стул. Раздумчи-
во.) Должен сказать, на этот раз он приготовил для нас
очень симпатичную посуду. Она такая... в полоску.
В белую полоску.
Бен читает.
Правда, очень симпатичная.
Бен переворачивает страницу.
Полоска такая, вокруг всей чашки. По ободку. А сама
чашка черная. И блюдце черное, только самая сере-
динка, куда ставят чашку, — белая.
Бен читает.
И тарелки такие же. Только там — на тарелках — чер-
ная полоска, прямо посередине. Да, посуда мне опре-
деленно нравится.
Бен (продолжая читать). Зачем тебе тарелки?
Ты же не будешь есть.
108
Г э с. Я захватил с собой печенье.
Бен. Ну и ешь его поскорей.
Г э с. Я всегда беру с собой печенье. Или пирог. Ты
же знаешь, я не могу пить пустой чай.
Бен. Ну так и вскипяти чай. Время идет.
Гэс вынимает расплющенную пачку сигарет и рассматри-
вает ее.
Г э с. У тебя есть сигареты? Мои вроде кончились.
Высоко подбрасывает пачку и, подавшись вперед, ловит ее.
Надеюсь, сегодня мы быстро управимся.
Тщательно прицелившись, зашвыривает пачку под свою
кровать.
Да, я хотел тебя спросить.
Бен (швыряя газеты на кровать). Ух ты!
Гэс. Что такое?
Бен. Восьмилетний ребенок убил кошку!
Гэс. С ума сойти!
Бен. Точно. Надо же! Восьмилетний ребенок — и
убил кошку!
Гэс. Как он это сделал?
Бен. Это была девочка.
Гэс. Как она это сделала?
Бен. Она...
Берет газету и изучает ее.
Тут не сказано.
Гэс. Почему?
Бен. Подожди-ка. Тут только сказано: «Ее брат,
одиннадцати лет, наблюдал за происходящим из сарая».
Гэс. Иди ты!
109
Бен. Это ж курам на смех!
Пауза.
Г э с. Я уверен, что это сделал он.
Бен. Кто?
Гэс. Брат.
Бен. Наверно, так и есть.
Пауза.
(Швыряет на кровать газету.) Ну и ну! Мальчишка
одиннадцати лет убил кошку и свалил на восьмилет-
нюю сестренку! Прямо с души...
Возмущенно замолкает и снова хватает газету. Гэс встает.
Гэс. Когда он свяжется с нами?
Бен читает.
Когда он свяжется с нами?
Бен. Что это с тобой? Это может быть в любой
момент. В любой момент.
Гэс (двигаясь к изножью кровати Бена). Знаешь,
я хотел тебя спросить.
Бен. Что?
Гэс. Ты обратил внимание, как долго наполняет-
ся бачок?
Бен. Какой бачок?
Г э с. В уборной.
Бен. Нет. Долго?
Гэс. Ужасно.
Б е н. Ну и что?
Гэс. Как ты думаешь, в чем дело?
Б е н. Ни в чем.
Гэс. Ни в чем?
НО
Б е н. Поплавок неисправный, вот и все.
Гэс. Что неисправное?
Бен. Поплавок.
Гэс. Да? Правда?
Бен. Думаю, что да.
Гэс. Ну да! Мне не пришло в голову.
Гэс медленно идет к своей кровати и пробует матрас.
Я сегодня спал довольно плохо, а ты? Кровать так себе.
И под одним одеялом холодно. (Замечает на стене фо-
тографию.) Э, что это? (Вглядывается в нее.) «Первый
состав». Крикетисты. Видал, Бен?
Бен (читая). Что?
Гэс. Первый состав.
Бен. Что?
Гэс. Здесь фотография первого состава.
Бен. Первого состава чего?
Гэс (рассматривает фото). Здесь не написано.
Б е н. А как там с чаем?
Гэс. По-моему, они все староваты.
Гэс медленно проходит на авансцену, смотрит прямо перед
собой, потом оглядывает комнату.
Мне не хотелось бы жить в этом погребе. Здесь не по-
мешало бы окно. Было бы видно, что там, снаружи.
Бен. Для чего тебе окно?
Гэс. Ну, мне нравится, когда можно посмотреть
наружу, Бен. Время быстрей проходит.
Ходит по комнате.
Понимаешь, приходишь куда-то, когда еще темно,
входишь в комнату, которую видишь первый раз,
111
спишь целый день, делаешь свою работу, а уходишь
снова ночью.
Пауза.
Я люблю бывать на природе. А с этой работой никак
не удается.
Б е н. У тебя, кажется, бывает отпуск.
Г э с. Всего две недели.
Бен (опуская газету). Ну, ты меня убил. Можно по-
думать, что ты работаешь каждый день. Как часто это
бывает, работа? Раз в неделю? На что ты жалуешься?
Г э с. Да, но ведь мы все время должны быть наго-
тове. Безвылазно сидишь дома и ждешь вызова.
Бен. Знаешь, в чем твоя беда?
Г э с. В чем?
Б е н. У тебя нет никаких интересов.
Г э с. У меня есть интересы.
Бен. Какие? Назови хоть один.
Пауза.
Г э с. У меня есть интересы.
Бен. Вот взять меня. Какие у меня интересы?
Г э с. Не знаю. Какие?
Б е н. Я работаю по дереву. Делаю модели кораб-
лей. Ты видел, чтоб я сидел без дела? Я никогда не
сижу без дела. Я знаю, как использовать свое время,
и наилучшим образом. И поэтому, когда приходит
вызов, я готов.
Г э с. А тебе никогда не надоедает?
Бен. Надоедает? Что именно?
Молчание. Бен читает. Гэс шарит в карманах своего пиджа-
ка, висящего на спинке кровати.
112
Г э с. Есть сигареты? У меня кончились.
Слышно, как слева, в уборной, спускают воду.
Ну вот.
Гэс сидит на кровати.
Нет, посуда-то здесь хорошая. Да. Очень симпатичная.
Но в остальном ничего хорошего. Хуже, чем в прошлый
раз. Помнишь ту, последнюю, квартиру? Прошлый раз,
где это было? Там хоть приемник был. Нет, правда Он
ведь почти совсем перестал заботиться о наших удоб-
ствах.
Бен. Ты когда кончишь причитать?
Г э с. В таком месте, если долго оставаться, можно
и ревматизм подхватить.
Бен. Мы здесь долго не останемся. Вскипяти-ка
чай. Вот-вот начнется работа.
Гэс берет небольшую сумку, лежащую возле его кровати,
и вынимает оттуда пакетик чаю. Рассматривает его, затем
поднимает глаза.
Г э с. Э, я все хотел спросить тебя.
Бен. Что еще, черт тебя побери?
Гэс. Зачем ты утром остановил машину там, по-
среди дороги?
Бен (опуская газету). Я думал, ты спал.
Гэс. Да, но когда ты остановился, я проснулся. Ты
ведь останавливался?
Пауза.
Там, посреди дороги. Было еще темно, помнишь?
Я посмотрел в окно. Все было в тумане. Я подумал:
113
может, ты хочешь вздремнуть, но ты сидел, весь на-
прягшись, будто чего ждал.
Б е н. Я ничего не ждал.
Г э с. Я, наверно, опять заснул. Так в чем было дело?
Почему ты остановился?
Бен (берясь за газету). Было еще слишком рано.
Г э с. Рано? (Встает.) То есть как? Мы ведь полу-
чили вызов, было сказано тут же отправляться. Мы так
и сделали. Выкатились в ту же минуту. Так как же мог-
ло быть слишком рано?
Бен (ровным тоном). Кто принимал вызов — я
или ты?
Г э с. Ты.
Бен. Было еще слишком рано.
Г э с. Слишком рано для чего?
Пауза.
То есть кто-то должен был уйти отсюда до того, как
мы придем?
Рассматривает постель.
По-моему, простыни не очень-то свежие. По-моему,
от них запах идет. Сегодня утром, когда мы приеха-
ли, я не заметил — слишком устал. Ну, это уж черес-
чур! Не хочу я спать на чьих-то простынях. Я же го-
ворю, что становится все хуже и хуже. До сих пор
простыни всегда были чистые. Я обратил на это вни-
мание.
Бен. Откуда ты знаешь, что простыни не чистые?
Г э с. То есть?
Бен. Откуда ты знаешь, что они не чистые? Ты
же в этой постели уже целый день.
114
Г э с. А, так ты думаешь, это мой запах? (Нюхает
простыни.) Да (Медленно садится на кровать.) Может,
это и мой запах. Трудно сказать. Дело в том, что сам я не
чувствую своего запаха
Бен (глядя в газету). Ух ты!
Гэс. Э, Бен!
Б е н. Ух ты!
Гэс. Бен!
Бен. Что?
Г э с. В каком мы городе? Я забыл.
Б е н. Я тебе сказал. В Бирмингеме.
Г э с. Ну да!
С интересом рассматривает комнату.
Значит, в Центральной Англии. Второй по величине
город Великобритании. Ни за что бы не догадался.
Он щелкает пальцами.
Э, ведь сегодня пятница. Завтра суббота.
Б е н. Ну и что?
Гэс (возбужденно). Мы могли бы пойти посмот-
реть «Виллу».
Бен. Они играют на выезде.
Г э с. Ну да? Фу ты! Жалко.
Бен. Все равно, времени нет. Мы должны будем
тут же уехать.
Г э с. Но мы же раньше так делали? Оставались
и шли на матч, разве нет? Чтобы немного развлечься.
Бен. Сейчас, приятель, завинчивают гайки. За-
винчивают гайки.
Гэс посмеивается.
115
Гэс. Один раз я видел, как «Вилла» проиграла
в матче на кубок. С кем это они играли? Белые футбол-
ки. После первого тайма счет был один-один. Никогда
этого не забуду. Их противники выиграли с пенальти.
Вот это была драма. Да, пенальти был спорный. Спор-
ный. Но все равно они из-за этого проиграли один-два.
Ты там тоже был.
Б е н. Не был.
Гэс. Нет, был. Разве ты не помнишь этот спорный
пенальти?
Бен. Нет.
Г э с. Он свалился у самой штрафной. Потом гово-
рили, что он просто притворялся. Я и сам считал, что
тот тип его не задел. Но судья тут же назначил пе-
нальти.
Б е н. Не задел! О чем ты говоришь?! Да он его
подковал!
Гэс. Это «Вилла»-то? «Вилла» так не играет.
Бен. Иди ты!
Пауза.
Г э с. Э, должно быть, это было здесь, в Бирмин-
геме.
Бен. Что «должнобыть»?
Гэс. «Вилла». Должно быть, это было здесь.
Бен. Они тогда играли на выезде.
Гэс. Потому что, знаешь, с кем они играли? С «Хот-
спурами». Это был «Тотенхэм хотспур».
Бен. Ну и что?
Гэс. Точно помню,что «Тотенхэм».
Бен поворачивается на кровати, чтобы взглянуть на него.
116
Б е н. Не смеши меня, пожалуйста.
Бен снова отворачивается и принимается читать. Гэс зевает
и одновременно говорит.
Гэс. Когда он свяжется с нами?
Пауза.
Да, я хотел бы сходить на футбол. Я всегда был страст-
ным болельщиком. Ну как, может, завтра сходим, по-
смотрим «Хотспуров»?
Бен (без выражения). Они играют на выезде.
Гэс. Кто?
Бен. «Хотспуры».
Гэс. Тогда они могут играть здесь.
Б е н. Не глупи.
Гэс. Раз они играют на выезде, они могут играть
и здесь. Может, они играют с «Виллой».
Бен (без выражения). Но «Вилла» играет на выезде.
Пауза. В щель под правой дверью кто-то просовывает кон-
верт. Гэс видит его. Он встает, смотрит на конверт.
Гэс. Бен!
Б е н. На выезде. Они играют на выезде.
Гэс. Бен,смотри.
Бен. Что?
Гэс. Смотри.
Бен поворачивает голову и видит конверт. Встает.
Бен. Что это?
Г э с. Не знаю.
Бен. Откуда он?
Гэс. Из-под двери.
Б е н. И что же это?
117
Г э с. Не знаю.
Они пристально смотрят на конверт.
Бен. Подними.
Г э с. То есть как?
Бен. Подними.
Гэс медленно идет к конверту, нагибается и поднимает его.
Что это такое?
Гэс. Конверт.
Б е н. На нем что-нибудь написано?
Гэс. Нет.
Бен. Он запечатан?
Гэс. Да.
Бен. Открой его.
Гэс. Что?
Бен. Открой его!
Гэс открывает конверт и заглядывает внутрь.
Что в нем?
Гэс высыпает из конверта на ладонь двенадцать спичек.
Гэс. Спички.
Бен. Спички?
Гэс. Да.
Бен. Дай сюда.
Гэс отдает ему конверт. Бен рассматривает его.
На нем ничего не написано. Ни слова.
Г э с. Странно, да?
Бен. Его подсунули под дверь.
Гэс. Наверно.
Бен. Ну, иди.
118
Гэс. Куда идти?
Бен. Открой дверь и посмотри, кто там.
Гэс. Кто — я?
Бен. Иди!
Гэс смотрит на него в упор, кладет спички в карман, идет
к своей кровати и вынимает из-под подушки револьвер.
Идет к двери, открывает ее, выглядывает и закрывает дверь.
Гэс. Никого нет.
Кладет револьвер на место.
Бен. Что ты увидел?
Гэс. Ничего.
Бен. Быстро же они.
Гэс вынимает из кармана спички и смотрит на них.
Г э с. Ну что ж, они нам пригодятся.
Бен. Да.
Гэс. Правда ведь?
Бен. Да, у тебя же никогда нет спичек.
Гэс. Все время кончаются.
Бен. Ну, вот они и пригодятся.
Гэс. Да.
Бен. Правда ведь?
Гэс. Да, не помешают. Очень даже не помешают.
Б е н. Не помешают, а?
Гэс. Да.
Бен. Почему?
Гэс. Наши кончились.
Бен. Ну, так теперь-то есть?
Гэс. Теперь я могу зажечь плиту.
Бен. Ты всегда клянчишь спички. Сколько их там
у тебя?
119
Г э с. Штук десять.
Бен. Смотри не растеряй их. Да еще с красными
головками. И коробок не нужен.
Гэс ковыряет спичкой в ухе.
(Бьет его по руке.) Не трать их попусту! Ну иди за-
жигай.
Гэс. А?
Бен. Иди зажигай.
Гэс. Что зажигай?
Бен. Плиту.
Гэс. Ты хочешь сказать — газ?
Бен. Кто хочет сказать?
Гэс. Ты.
Бен (сощурившись). Ты хочешь сказать, что я хо-
чу сказать — газ?
Гэс. Ну, ты же именно это хочешь сказать? Газ.
Бен (внушительно). Если я говорю: «Иди зажи-
гай плиту», я хочу сказать: «Иди зажигай плиту».
Гэс. Как можно зажечь плиту?
Бен. Это образное выражение! Зажечь плиту. Это
образное выражение.
Гэс. Никогда не слышал.
Бен. Зажечь плиту! Все так говорят.
Гэс. По-моему, ты спутал.
Бен (угрожающе). То есть как?
Гэс. Говорят «поставьчайник».
Бен (напряженно). Кто говорит?
Они в упор смотрят друг на друга, тяжело дыша.
(Срасстановкой.) Я никогда в жизни не слыхал, что-
бы говорили «поставь чайник».
120
Г э с. А вот моя мать всегда говорила.
Бен. Твоя мать? Когда ты последний раз видел
свою мать?
Г э с. Не знаю, только...
Бен. Тогда к чему ты говоришь про свою мать?
Они в упор смотрят друг на друга.
Гэс, я ведь с тобой не препираюсь. Я только стараюсь
тебе кое-что объяснить.
Гэс. Да, но...
Бен. Кто здесь старший партнер — я или ты?
Гэс. Ты.
Б е н. Я только забочусь о твоих интересах, Гэс.
Тебе, приятель, нужно учиться.
Гэс. Да, но я никогда не слыхал...
Бен (злобно). Никто не говорит «зажги газ»! Как
это газ может что-то зажигать?
Гэс. Как это газ?..
Бен (хватает его обеими руками за горло, держа
на расстоянии вытянутой руки). Плиту, идиот!
Гэс отцепляет руки Бена от своего горла.
Гэс. Хорошо, хорошо.
Пауза.
Бен. Ну, чего же ты ждешь?
Г э с. Я хочу проверить, горят ли они.
Бен. Что?
Гэс. Спички.
Он вынимает раздавленный коробок и пытается чиркнуть
об него спичкой.
Нет.
121
Бросает коробок на кровать. Бен пристально смотрит на
него. Гэс поднимает ногу.
Может, так попробовать?
Бен смотрит на него в упор. Гэс чиркает спичкой о подош-
ву. Спичка зажигается.
Ну вот.
Бен (устало). Поставь же наконец этот чертов
чайник.
Бен идет к своей кровати, но, осознав, что он сказал, оста-
навливается и поворачивает голову к Гэсу. Они смотрят
друг на друга. Гэс медленно выходит в левую дверь. Бен
швыряет газету на кровать и садится на нее, опустив голову
на руки.
Гэс (входя). Заработала.
Бен. Что?
Гэс. Плита.
Гэс идет к своей кровати и садится.
Интересно, кто это будет сегодня.
Пауза.
Э, я все хотел тебя спросить.
Бен (усаживается на кровать с ногами). О господи!
Гэс. Нет, я хотел тебя спросить.
Встает и садится на кровать Бена.
Бен. Ты что это сел на мою кровать?
Гэс продолжает сидеть.
Что с тобой? Ты все время задаешь мне вопросы. Что
с тобой?
122
Г э с. Ничего.
Бен. Раньше ты не задавал мне столько чертовых
вопросов. Что это на тебя нашло?
Г э с. Да я просто так спрашиваю.
Бен. Хватит спрашивать. У тебя впереди работа.
Почему бы тебе не делать ее и помалкивать?
Г э с. Я про нее и хотел спросить.
Бен. Про что?
Г э с. Про работу.
Бен. Про какую работу?
Г э с (осторожно). Я подумал, может, ты что знаешь.
Бен смотрит на него.
Я подумал, может, ты... я хочу сказать... ты не знаешь,
что это будет сегодня?
Бен. Что «это»?
Они смотрят друг на друга.
Г э с (наконец выговаривает). Кто это будет?
Молчание.
Бен. Ты нормально себя чувствуешь?
Г э с. Конечно.
Бен. Пойди завари чай.
Г э с. Да-да, конечно.
Г э с уходит в левую дверь, Бен глядит ему вслед. Затем
вынимает из-под подушки револьвер и проверяет заряд.
Гэс возвращается.
Газ не идет.
Б е н. Ну и в чем дело?
Гэс. Здесь надо опускать монеты.
123
Б е н. У меня ничего нет.
Г э с. У меня тоже.
Бен. Придется тебе подождать.
Г э с. Чего подождать?
Бен. Уилсона.
Г э с. Он может не прийти. Он может просто при-
слать записку. Он не всегда приходит.
Бен. Ну что ж, значит, придется тебе обойтись
без чая.
Г э с. Черт!
Бен. Выпьешь потом. В чем дело-то?
Г э с. Я люблю, чтобы до.
Бен рассматривает револьвер на свету и начищает его до
блеска.
Бен. Ладно, пора приготовиться.
Г э с. Ну, не знаю, скажу тебе, на мой вкус, это уж
слишком.
Берет с кровати пакетик с чаем и кидает его в сумку.
Надеюсь, когда он придет, у него хотя бы найдется
шиллинг. Должен найтись. В конце концов, он хозя-
ин квартиры, так что мог бы позаботиться, чтобы
здесь хватило газа на чашку чаю.
Б е н. То есть как, он хозяин квартиры?
Г э с. А разве нет?
Бен. Он, наверно, просто снял ее. Совсем не обя-
зательно, чтобы квартира была его.
Г э с. Я знаю, что квартира его. Ручаюсь, что и весь
дом его. А он теперь даже не обеспечивает нас газом.
Гэс садится на кровати.
124
Квартира точно его. Вспомни все остальные. Идешь ту-
да по адресу, находишь там и ключ, и чайник, а в доме
ни души...
Пауза.
Э, никто никогда ничего не слышит, ты об этом когда-
нибудь задумывался? Никто ведь никогда не жалуется
ни на шум, ни на что. И мы никогда не видим ни души,
кроме того типа, который приходит. Ты обратил вни-
мание? Интересно, а стены тут звуконепроницаемые?
(Трогает стену над кроватью.) Трудно сказать. Прос-
то ждешь, и всё. А он очень часто даже не считает нуж-
ным появиться, Уилсон-то.
Б е н. А зачем? Он человек занятой.
Г э с (задумчиво). Мне с ним трудно разговаривать,
с Уилсоном. Ты это знаешь, Бен?
Бен. Ты уж как-нибудь перебейся.
Пауза.
Г э с. Я много о чем хочу его спросить. Но когда
его вижу, никак не могу об этом заговорить.
Пауза.
Я вот все думаю о последней работе.
Б е н. О какой последней?
Г э с. Об этой девушке.
Бен хватает газету и начинает читать.
(Встает и смотрит на Бена.) Ты сколько раз уже про-
чел эту газету?
Бен швыряет газету и встает.
Бен (сердито). Что ты имеешь в виду?
125
Гэс. Я только спросил — интересно, сколько
раз ты...
Бен. Ты что, критикуешь меня?
Гэс. Нет, я только...
Бен. Ты поосторожнее, а то получишь в ухо.
Гэс. Но, Бен, послушай...
Бен. Еще и послушай! (Словно призывая кого-то
в свидетели.) Сколько раз можно... До чего обнаглел!
Г э с. Я не хотел.
Бен. Знаешь, приятель, полегче. Полегче.
Бен возвращается на свою кровать.
Гэс. Я просто думал о той девушке, вот и всё.
Гэс садится на свою кровать.
Конечно, и смотреть-то было не на что, но все-таки.
Ведь как противно получилось, а? Как противно. Прав-
да. Я такого даже не припомню. Женщины — они не как
мужчины, не такие крепкие. Более рыхлые, что ли. Ее
просто размазало. Буквально размазало! Черт! Но я все
хотел спросить тебя.
Бен садится на кровать и крепко зажмуривается.
Кто убирает, когда мы уходим? Мне хочется это знать.
Кто занимается уборкой? Может, и не убирают? Мо-
жет, оставляют их так, а? А что, если после нас вообще
никогда не убирают?
Бен (снисходительно). Кретин ты. Ты думаешь, мы
единственное отделение этой организации? Ну помыс-
ли. У них есть самые разные службы.
Г э с. То есть и уборщики, и все?
Б е н. Ну бестолочь!
126
Гэс. Нет, после этой девушки я начал думать...
В выступе стены между кроватями раздается стук и гро-
хот — что-то спускается. Они хватают револьверы, вскаки-
вают и становятся лицом к стене. Шум прекращается. Мол-
чание. Они смотрят друг на друга, Бен резким жестом ука-
зывает на стену. Гэс медленно идет к стене. Стучит по ней
револьвером. В стене пустота. Бен, держа револьвер наго-
тове, идет к изголовью своей кровати. Гэс кладет револьвер
на свою кровать и прощупывает нижнюю часть заслонки.
Находит зазор. Поднимает заслонку. Это широкий ящик,
висящий на тросах. Гэс разглядывает внутренность ящика.
Вынимает оттуда листок бумаги.
Бен. Что это?
Гэс. Сам посмотри.
Бен. Читай.
Гэс (читает). «Два тушеных мяса с жареной кар-
тошкой. Два пудинга из саго. Два чая без сахара».
Бен. Дай я взгляну. (Берет листок.)
Гэс (про себя). Два чая без сахара.
Бен. Хм...
Гэс. Что это, по-твоему?
Бен. Ну...
Ящик уходит вверх. Бен вскидывает револьвер.
Гэс. Подождите! Они спешат, да?
Бен перечитывает записку. Гэс заглядывает ему через плечо.
Это малость... малость странно, да?
Бен (поспешно). Нет. Ничего странного. Наверно,
здесь было кафе, вот и всё. Наверху. Эти помещения
очень часто переходят из рук в руки. Понимаешь, их
владельцы ликвидируют дело. Решают, что оно нерен-
табельно, и выезжают.
127
Гэс. Кафе?
Бен. Да.
Гэс. Ты хочешь сказать, что здесь, внизу, была кухня?
Бен. Да, эти помещения, они мгновенно перехо-
дят из рук в руки.
Гэс. Ты хочешь сказать, здешние хозяева решили,
что дело нерентабельно, и выехали?
Бен. Конечно.
Гэс. Так кто здесь сейчас хозяин?
Молчание.
Бен. Что ты имеешь в виду — «кто здесь сейчас
хозяин»?
Гэс. Кто здесь сейчас хозяин? Если те уехали,
то кто въехал?
Бен. Ну, это все зависит...
Ящик, гремя, опускается и со стуком останавливается. Бен
вскидывает револьвер. Гэс идет к ящику и вынимает из него
листок.
Гэс (читает). «Суп. Печенка с луком. Пирожное
с повидлом».
Пауза.
Гэс глядит на Бена. Бен берет листок и читает. Медленно
идет к лифту. Гэс за ним. Бен заглядывает в шахту, но не на-
верх. Гэс кладет руку на плечо Бену. Бен сбрасывает ее. Гэс
прикладывает палец к губам. Перегибается через край шах-
ты и быстро заглядывает наверх. Бен в панике отшвыривает
его. Бен смотрит на записку. Бросает револьвер на кровать и
решительно говорит.
Бен. Надо бы послать что-нибудь наверх.
Гэс. А?
128
Бен. Надо бы послать что-нибудь наверх.
Г э с. А! Да-да. Наверно, надо.
Эта мысль принесла им обоим облегчение.
Бен (решительно). Быстро! Что там у тебя в сумке?
Гэс. Немного.
Гэс идет к лифту и кричит вверх.
Одну минуту!
Бен. Что ты делаешь!
Гэс исследует содержимое сумки и вытаскивает то, что там
есть, одно за другим.
Гэс. Печенье. Плитка шоколада. Полпинты молока.
Б е н. И все?
Гэс. Пакетик чаю.
Бен. Хорошо.
Гэс. Мы не можем послать чай. Это весь наш чай.
Бен. Ведь газа нет. Для чего же тебе пакетик?
Гэс. Может, они пришлют нам шиллинг.
Бен. Что еще есть?
Гэс (сует руку в сумку). Одно фруктовое пирожное.
Бен. Одно фруктовое пирожное?
Г э с. Да.
Бен. Ты мне не говорил, что взял фруктовое пи-
рожное.
Гэс. Разве?
Бен. Почему только одно? А для меня ты не
взял?
Г э с. Я не думал, что ты тоже захочешь.
Бен. Ну ладно, все равно нельзя посылать одно
фруктовое пирожное.
5 Зак. N. 2322 129
Гэс. Почему?
Бен. Принеси тарелку.
Гэс. Хорошо.
Гэс идет к левой двери и останавливается.
Значит, фруктовое пирожное я могу оставить себе?
Бен. Оставить себе?
Гэс. Ну, они же не знают, что оно у нас есть.
Бен. Это неважно.
Гэс. Разве я не могу оставить его себе?
Бен. Нет. Давай тарелку.
Гэс выходит в левую дверь. Бен заглядывает в сумку. Выни-
мает пакетик хрустящего картофеля. Входит Гэс с тарелкой.
(Тоном обвинителя, высоко подняв пакетик.) А это от-
куда?
Гэс. Что?
Бен. Откуда этот пакетик?
Гэс. Где ты его нашел?
Бен (бьет его в плечо). Ты ведешь нечестную иг-
ру, парень!
Гэс. Это я к пиву!
Бен. Так, а где ты собирался достать пиво?
Г э с. Я его припас, чтобы открыть, когда будет пиво.
Б е н. Я это запомню. Положи всё на тарелку.
Они наваливают всё на тарелку. Ящик тем временем уходит
вверх.
Одну минуту!
Они стоят.
Гэс. Уехал.
Бен. Это всё из-за тебя, всё твои дурацкие штучки!
130
Гэс. Что же делать?
Бен. Придется ждать, когда он спустится.
Бен ставит тарелку на кровать, надевает через плечо ремень
с кобурой, завязывает галстук.
Пора тебе приготовиться.
Гэс идет к своей кровати, надевает галстук, начинает при-
лаживать ремень с кобурой.
Гэс. Эй, Бен!
Бен. Что?
Гэс. Что это здесь происходит?
Пауза.
Б е н. То есть?
Гэс. Какое же это кафе?
Бен. Было кафе.
Гэс. Ты видел плиту?
Б е н. А что?
Г э с. На ней всего три конфорки.
Б е н. И что?
Гэс. Ведь на трех конфорках мало что нагото-
вишь, а надо обслужить целый зал.
Бен (раздраженно). Поэтому так медленно и об-
служивают!
Бен надевает жилет.
Гэс. Да, но что здесь происходит, когда нас тут
нет? Все эти заказы идут вниз, а наверх не идет ниче-
го. Может, это продолжается не один год.
Бен чистит пиджак.
131
Что здесь будет, когда мы уйдем?
Бен надевает пиджак.
Ясно, что дело здесь идет вяло.
Ящик спускается. Они поворачиваются. Гэс идет к лифту
и вынимает записку.
Гэс (читает). «Макароны пастицио. Ормита ма-
карунада».
Бен. Что-что?
Гэс. Макароны пастицио. Ормита макарунада.
Бен. Греческие блюда.
Гэс. Нет.
Бен. Точно.
Гэс. Высокий класс.
Бен. Скорее, а то он уедет.
Гэс ставит тарелку в ящик.
Гэс (кричит в шахту у вверх). Три печенья «Мак-
Вити и Прайс»! Одно — «Лайонс»! Один «Хрустя-
щий картофель Смита»! Одно фруктовое пирожное!
Один шоколад с орехами и фруктами!
Бен. Фирмы «Кэдбери»!
Гэс (вверх). «Кэдбери»!
Бен (подавая молоко). Одна бутылка молока.
Гэс (вверх). Одна бутылка молока! Полпинты!
(Смотрит на этикетку.) Фирмы «Экспресс»! (Ста-
вит бутылку в ящик.)
Ящик уходит вверх.
Еле успел.
Б е н. Не нужно было так кричать.
Гэс. Почему?
132
Бен. Так не положено.
Бен идет к своей кровати.
11у ладно, пока сойдет.
Г э с. Ты считаешь?
Бен. Давай одевайся. Можем начать с минуты на
минуту.
I jc надевает жилет. Бен ложится на спину и смотрит в по-
толок.
Г э с. Ну и местечко. Чая нет, печенья нет.
Бен. Ты, приятель, от еды становишься ленивым,
.'{наешь, что ты становишься ленивым? Нельзя быть
небрежным в работе.
Г э с. Это я-то?
Бен. Ленишься, приятель, ленишься.
Г э с. Кто ленится, я?
Бен. Ты проверял револьвер? Ты даже не прове-
рил револьвер. А на что он похож! Почему ты нико-
гда его не чистишь?
I к- протирает револьвер простыней. Бен вынимает зеркаль-
це и поправляет галстук.
Г э с. Интересно, где повар. У них наверняка был
иг один, иначе бы они не справлялись. Может, здесь
и це есть плиты. А! Наверно, дальше по коридору есть
г те одна кухня.
Б е н. Конечно. Ты знаешь, как готовят «ормиту
млкарунаду»?
Г э с. Нет, а как?
Б е н. «Ормиту»... Уж будь спокоен!
Г э с. Сразу несколько поваров, да?
Гэс прячет револьвер в кобуру.
133
Чем быстрее мы отсюда выберемся, тем лучше.
Надевает пиджак.
Почему он не связывается с нами? У меня такое впе-
чатление, что я здесь уже целую вечность. (Вынимает
револьвер и проверяет заряд.) Ведь мы никогда его не
подводили. Я как раз недавно об этом думал, Бен. Ведь
мы надежные.
Снова кладет револьвер в кобуру.
А все же я буду рад, когда это будет уже позади.
Чистит пиджак.
Надеюсь, сегодняшний тип не будет шуметь, волно-
ваться... Я не совсем в форме. Голова раскалывается.
Молчание.
Ящик опускается. Бен вскакивает. Гэс берет записку. Читает.
Г э с. «Один цыпленок с бамбуковыми побегами
и водяными каштанами. Одно чар-сю с фасолевыми
побегами».
Б е н. С фасолевыми побегами?
Гэс. Да.
Бен. Черт!
Гэс. Что делать, понятия не имею.
Снова смотрит на ящик. В нем лежит пакетик чаю. Он бе-
рет его.
Они прислали обратно чай.
Б е н (с беспокойством). Почему бы это?
Гэс. Может, сейчас не время пить чай.
Ящик уходит вверх. Молчание.
134
Бен (кидает пакетик на кровать и возбужденно
говорит). Слушай. Лучше сказать им.
Гэс. Что сказать?
Бен. Что мы этого не можем, что у нас этого нет.
Г э с. Ну хорошо.
Бен. Дай-ка карандаш. Сейчас мы напишем.
Гэс поворачивается, чтобы достать карандаш, и неожидан-
но обнаруживает, что на правой стене напротив его кровати
находится переговорная трубка.
Гэс. Что это такое?
Бен. Что?
Гэс. Вот это.
Бен (рассматривает ее). Это? Это переговорная
трубка.
Г э с. И давно она здесь?
Бен. То, что надо. Вместо того чтобы кричать
в шахту, надо было говорить в нее.
Гэс. Странно, что я ее не заметил.
Б е н. Ну давай.
Г э с. А как?
Бен. Видишь? Это свисток.
Гэс. Что, вот это?
Бен. Да, вытащи его. Выдерни.
Гэс выдергивает свисток.
Ну вот.
Г э с. А теперь что?
Бен. Подуй в него.
Гэс. Подуть?
Бен. Если в него подуть, то наверху раздается
свист. Тогда они поймут, что ты хочешь говорить. Дуй.
Гэс дует. Молчание.
135
Г э с (держа трубку у рта). Ничего не слышу.
Бен. Теперь говори! Говори в трубку!
Гэс смотрит на Бена, затем говорит в трубку.
Г э с. В кладовой пусто!
Бен. Дай сюда!
Хватает трубку и подносит ее ко рту.
(Говорит очень почтительным тоном.) Добрый вечер.
Простите, что... беспокою вас, но мы подумали, лучше
сообщить вам, что у нас ничего не осталось. Мы посла-
ли наверх все, что у нас было. Здесь не осталось ника-
кой еды.
Медленно подносит трубку к уху.
Что?
Подносит трубку к уху.
Что?
К уху. Слушает. Ко рту.
Нет, все, что было, мы послали наверх.
К уху. Слушает. Ко рту.
Да? Мне очень жаль.
К уху. Слушает.
(Гэсу.) Фруктовое пирожное оказалось черствое.
Слушает.
(Гэсу.) Шоколад размяк.
Слушает.
(Гэсу.) Молоко прокисло.
136
Г э с. А хрустящий картофель?
Бен (слушает). Печенье заплесневело.
Сердито смотрит на Гэса. Подносит трубку ко рту.
Ну, мы очень просим извинить нас за это.
Трубку к уху.
Что?
Ко рту.
Что?
К уху.
Да. Да.
Ко рту.
Да, конечно. Конечно. Сию минуту.
К уху. Голос замолчал. Он вешает трубку.
(Возбужденно.) Ты слышал?
Г э с. Что?
Бен. Знаешь, что он сказал? «Зажгите плиту»! Не
«поставьте чайник»! Не «зажгите газ»! А «зажгите
плиту»!
Г э с. Как мы можем зажечь плиту?
Бен. Что ты хочешь сказать?
Г э с. Газа нет.
Бен (хлопнув себя по голове). Что же делать?
Г э с. Зачем ему понадобилось, чтобы мы зажгли
плиту?
Бен. Чтобы приготовить чай. Он захотел чаш-
ку чаю.
Г э с. Он захотел чашку чаю! А я? Я весь вечер хо-
чу чашку чаю!
137
Б е н (в отчаянии). Что же делать?
Г э с. Что же мы будем пить?
Бен сидит на кровати, глядя перед собой.
Как же мы?
Бен продолжает сидеть.
Я тоже хочу пить. Я умираю от голода А он хочет чаш-
ку чаю. Это уже за гранью.
Бен роняет голову на грудь.
Мне самому не помешало бы подкрепиться. А как
ты? По-моему, и тебе не помешало бы.
Гэс садится на свою кровать.
Мы послали ему все, что у нас было, а он недоволен.
Нет, честное слово, это курам на смех. Зачем ты по-
слал ему всю еду? (Задумчиво.) Зачем я ее послал?
Пауза.
Кто знает, что у него там, наверху? Может, у него там
целая тарелка салата. Там должно что-то быть. Отсю-
да они много не получат. Ты заметил, что они не про-
сили салата? Наверно, у них там целая тарелка са-
лата. Холодное мясо, редиска, огурцы. Кресс-салат.
Рольмопсы.
Пауза.
Яйца вкрутую.
Пауза.
Всё есть. И ящик пива, наверно, есть. Наверно, они
сейчас едят мой хрустящий картофель и запивают
138
пинтой пива. Он ведь ничего не сказал про карто-
фель. Им хорошо, не волнуйся. Ты что думаешь, они
там будут сидеть и ждать, когда им отсюда пришлют
еду? Конечно нет.
Пауза.
Им хорошо.
Пауза.
А он хочет чашку чаю.
Пауза.
По-моему, это не смешно.
Взглядывает на Бена, встает и идет к нему.
Что с тобой? Вид у тебя не очень. Я сам проглотил
бы сейчас таблетку.
Бен выпрямляется.
Бен (тихо). Время подходит.
Г э с. Знаю. Не люблю работать на голодный желу-
док.
Бен (устало). Помолчи немного. Сейчас я дам те-
бе инструкции.
Г э с. Это зачем? Мы всегда делаем одно и то же,
разве нет?
Бен. Сейчас я дам тебе инструкции.
Гэс вздыхает и садится на кровать рядом с Беном. Инструк-
ции даются и повторяются автоматически.
Когда подадут сигнал, ты пойдешь и встанешь за дверью.
Гэс. Встану за дверью.
Бен. Если в дверь постучат, ты ее не откроешь.
139
Г э с. Если в дверь постучат, я ее не открою.
Б е н. Но в дверь не постучат.
Г э с. Стало быть, я ее не открою.
Бен. Когда этот тип войдет...
Г э с. Когда этот тип войдет...
Бен. Закрой за ним дверь.
Г э с. Закрой за ним дверь.
Б е н. Не выдавая своего присутствия.
Г э с. Не выдавая своего присутствия.
Бен. Он увидит меня и подойдет ко мне.
Г э с. Он увидит тебя и подойдет к тебе.
Бен. Тебя он не увидит.
Г э с (рассеянно). А?
Б е н. Тебя он не увидит.
Г э с. Меня он не увидит.
Бен. Но он увидит меня.
Г э с. Он увидит тебя.
Бен. Он не будет знать, что ты здесь.
Г э с. Он не будет знать, что ты здесь.
Бен. Он не будет знать, что ты здесь.
Г э с. Он не будет знать, что я здесь.
Б е н. Я выну револьвер.
Г э с. Ты вынешь револьвер.
Бен. Он станет как вкопанный.
Г э с. Он станет как вкопанный.
Бен. Если он обернется...
Г э с. Если он обернется...
Б е н. То увидит тебя.
Г э с. То увидит меня.
Бен хмурится и проводит рукой по лбу.
Ты что-то пропустил.
140
Бен. Знаю. Что?
Г э с. Получается, что я не вынул револьвер.
Бен. Ты вынешь револьвер...
Г э с. Когда закрою дверь.
Бен. Когда закроешь дверь.
Г э с. Слушай, а ведь раньше ты этого никогда не
пропускал!
Бен. Когда он увидит, что ты стоишь позади него...
Г э с. Я позади него...
Б е н. А я перед ним...
Г э с. А ты перед ним...
Бен. Он растеряется...
Г э с. Забеспокоится.
Б е н. Он не будет знать, что ему делать.
Г э с. И что же он будет делать?
Бен. Он будет смотреть то на меня, то на тебя.
Г э с. Мы не скажем ни слова.
Бен. Мы будем смотреть на него.
Г э с. Он не скажет ни слова.
Бен. Он будет смотреть на нас.
Г э с. А мы будем смотреть на него.
Бен. Никто не говорит ни слова.
Пауза.
Г э с. А что мы делаем, если это девушка?
Бен. Мы делаем то же самое.
Г э с. Абсолютно то же самое?
Бен. Абсолютно.
Пауза.
Г э с. Мы ничего не делаем по-другому?
Бен. Мы делаем абсолютно то же самое.
141
Г э с. А-а...
Гэс встает, его трясет.
Я сейчас.
Уходит в левую дверь. Бен неподвижно сидит на кровати.
Слышно, как слева, в уборной, дергают за цепочку, но вода
не спускается.
Молчание.
Гэс входит слева и останавливается в дверях, в глубокой за-
думчивости. Смотрит на Бена, потом медленно проходит
к своей кровати. Он встревожен. Стоит в задумчивости. По-
ворачивается и смотрит на Бена. Делает несколько шагов
в его направлении.
(Медленно, тихим, напряженным голосом.) Почему он
прислал нам спички? Он же знал, что газа здесь нет.
Молчание.
Бен смотрит прямо перед собой. Гэс заходит с другой сторо-
ны, оказываясь слева от Бена, в изножье его кровати.
Бен. Почему он прислал нам спички? Он же знал,
что газа здесь нет.
Бен поднимает на него глаза.
Почему он это сделал?
Бен. Кто?
Гэс. Кто прислал нам эти спички?
Б е н. О чем ты?
Гэс пристально смотрит на него.
Гэс (хрипло). Кто это там, наверху?
Бен (нервничая). При чем здесь это?
Г э с. А все же, кто?
142
Бен. При чем здесь это?
Бен шарит по кровати, чтобы взять газету.
Г э с. Я задал тебе вопрос.
Бен. Хватит!
Г э с (с нарастающим волнением). Я тебя уже спра-
шивал. Кто сюда въехал? Я тебя спрашивал. Ты ска-
зал, что прежние хозяева отсюда выехали. Так кто же
въехал?
Бен (сидит сгорбившись). Заткнись.
Г э с. Я же сказал тебе, сказал?
Бен (вставая). Заткнись.
Г э с (в лихорадочном возбуждении). Я ведь тебе
сказал, кто здесь теперь хозяин? Сказал.
Бен со злобой бьет его в плечо.
Я тебе сказал, кто здесь распоряжается, сказал?
Бен со злобой бьет его в плечо.
(Яростно.) Так зачем он играет в эти игры? Вот что я
хочу знать. Зачем он это делает?
Б е н. В какие игры?
Г э с (неистово, наступая на него). Зачем он это де-
лает? Мы же прошли проверку. Мы уж давно прошли
проверку. Мы вместе ее проходили, ты же помнишь?
Мы уж столько раз показывали себя в деле. Мы всегда
выполняли свою работу. Зачем он все это делает? В чем
смысл? Зачем он играет в эти игры?
Сзади них, в шахте лифта, появляется ящик. На сей раз он
опускается с шумом, сопровождаемым пронзительным
свистом. Гэс бежит к лифту и хватает записку.
(Читает.) Scampi!
143
Комкает записку, берет переговорную трубку, вынимает
свисток, дует в него и говорит.
У нас ничего не осталось! Ничего! Понимаете?
Бен выхватывает трубку и отшвыривает Гэса. Догоняет его
и сильно бьет в грудь тыльной стороной ладони.
Бен. Прекрати! Ты,псих!
Г э с. Но ты же слышал!
Беи (с остервенением). Хватит! Я тебя преду-
преждаю!
Молчание.
Бен вешает трубку. Идет к своей кровати и ложится. Берет
газету, начинает читать.
Молчание.
Ящик уходит вверх.
Они быстро оборачиваются, их взгляды встречаются. Бен
снова принимается за газету. Гэс медленно идет к своей
кровати, садится.
Молчание.
Заслонка захлопывается. Они быстро оборачиваются, их
взгляды встречаются. Бен снова принимается за газету.
Молчание.
Бен швыряет газету.
Б е н. Ух ты!
Вновь берет газету и смотрит в нее.
Только послушай.
Пауза.
Надо же!
Пауза.
144
Ух ты!
Пауза.
Ты такое когда-нибудь слыхал?
Гэс (глухо). Иди ты!
Б е н. Я тебе говорю.
Г э с. С ума сойти.
Бен. Вот здесь написано, черным по белому.
Гэс (очень тихо). Ну да!
Бен. Можешь себе представить?
Гэс. Невероятно.
Бен. Прямо с души воротит, да?
Гэс (еле слышно). Неслыханно.
Бен качает головой. Откладывает газету и встает. Поправ-
ляет револьвер в кобуре. Гэс встает. Идет налево, к двери.
Бен. Ты куда?
Гэс. Выпью воды.
Уходит. Бен обмахивает пиджак и ботинки. В переговор-
ной трубке раздается свист. Он подходит к трубке, берет
свисток и прикладывает трубку к уху. Слушает. Подносит
трубку ко рту.
Бен. Есть. #
К уху. Слушает. Ко рту.
Сейчас же. Так.
К уху. Слушает. Ко рту.
Вас понял. Повторяю. Он прибыл и сейчас же вой-
дет. Применить обычный метод. Вас понял.
К уху. Слушает. Ко рту.
145
Конечно, мы готовы.
К уху. Слушает. Ко рту.
Так.
Вешает трубку.
Гэс!
Вынимает расческу и причесывается, поправляет пиджак,
чтобы револьвер не выпирал из-под него. Слышно, как слева,
в уборной, спускают воду. Бен быстро идет к левой двери.
Гэс!
Распахивается правая дверь. Бен поворачивается, наста-
вив на дверь револьвер.
Ковыляя, входит Гэ с. Он без пиджака, без жилета, без
галстука, без кобуры и без револьвера. Останавливается,
стоит ссутулившись, опустив руки вдоль тела. Поднимает
голову и смотрит на Бена.
Долгое молчание. Они не мигая смотрят друг на друга.
Занавес
СТОРОЖ*
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
М и к, мужчина под тридцать.
А с т о н, мужчина за тридцать.
Д э в и с, старик.
Действие происходит в западном районе Лондона.
Комната. В задней стене окно, наполовину закрытое мешко-
виной. У левой стены — железная кровать. Над ней полка:
банки с краской, коробки с гайками, шурупами. Еще боль-
ше коробок и банок рядом с кроватью. В глубине сцены
справа — дверь. У задней стены свалены в кучу раковина,
стремянка, ведерко для угля, газонокосилка, магазинная те-
лежка для покупок, коробки, выдвижные ящики. Из-под
всего этого видна еще одна железная кровать. Рядом — га-
зовая плита. На плите статуэтка Будды. У правой стены —
камин. Возле него — чемоданы, скатанный ковер, паяльная
лампа, поваленный стул, коробки, несколько трафаретов,
вешалка для платья, несколько коротких деревянных пла-
нок, маленький электрокамин и очень старый тостер. Все
* Harold Pinter. The Caretaker
© Neabar Investments Ltd 1959
© Дорошевич А., перевод на русский язык, 2006
147
это покоится на груде старых газет. Под кроватью Астона
у левой стены — пылесос, невидимый, пока его не включат.
К потолку подвешено ведро.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Зимний вечер
М и к сидит на кровати. На нем кожаная куртка. Тишина.
Он медленно оглядывает комнату, рассматривает по очере-
ди каждый предмет. Поднимает глаза к потолку и смотрит
на подвешенное там ведро. Некоторое время сидит непо-
движно, глядя прямо перед собой. Хлопает входная дверь.
Слышны приглушенные голоса. Мик поворачивает голову,
встает, молча идет к двери, выходит и тихо прикрывает ее за
собой. Тишина. Опять слышны голоса. Они приближаются
и смолкают. Дверь открывается. Входит сначала А с т о н,
потом Д э в и с — неуклюже, тяжело дыша. На Астоне ста-
рое твидовое пальто, из-под которого видны тонкий поно-
шенный темно-синий однобортный костюм в полоску, пуло-
вер, выцветшая рубашка и галстук. На Дэвисе ветхое корич-
невое пальто, бесформенные брюки, жилетка, фуфайка на
голое тело и сандалии. Астон кладет ключ в карман и закры-
вает дверь. Дэвис осматривается.
Астон. Садись.
Дэвис. Спасибо. (Осматриваясь.) Уфф...
Астон. Минутку.
Ищет стул, видит тот, что лежит рядом со скатанным ков-
ром у камина, и начинает вытаскивать его из кучи хлама.
Дэвис. Садиться? Ф-фу... Я и не присаживался...
Так и не присел ни разу... прямо не знаю...
Астон (ставя стул). Вот, пожалуйста.
148
Дэвис. Десять минут перекура за весь вечер, а при-
ткнуться некуда, все места заняты. У всех этих греков
было место, у поляков, греков, черных, у всех, все сиде-
ли, инородцы. А я работал... я ж там работал...
Лстон садится на кровать, вынимает жестянку с табаком и
бумагу и начинает скручивать сигарету. Дэвис наблюдает
за ним.
Все черномазые сидели, черные, греки, поляки, все они,
вот ведь, подсиживали меня, а я как мразь перед ними.
Как он ко мне подъехал, я ему выдал.
Пауза.
А с т о н. Садись.
Дэвис. Ладно, но мне сначала надо, понимаешь...
надо сначала... надо успокоиться, в общем, ясно? Ме-
ня ведь там чуть не прикончили.
Громко вскрикивает, машет кулаком, поворачивается спи-
ной к Астону и глядит в стену.
Пауза.
Астон закуривает сигарету.
А с т о н. Хочешь свернуть?
Дэвис (оборачиваясь). Что? Нет-нет, сигарет не
курю. (Пауза. Подходит к Астону.) Хотя вот что.
Я возьму чуток табаку для трубки, если можно.
Астон (протягивая ему жестянку). На. Давай
бери отсюда.
Дэвис. Вот за это спасибо. Как раз для трубки,
больше не надо. (Вытаскивает трубку из кармана
а набивает ее.) У меня была коробка, только... только
совсем недавно. Но у меня сперли. Сперли на Запад-
ном шоссе. (Протягивает жестянку.) Куда ее?
149
А с т о н. Давай сюда.
Д э в и с (отдавая жестянку). Как он ко мне подъ-
ехал сегодня, я ему выдал. А? Слышал, как я ему
выдал?
А с т о н. Я видел, он на тебя замахнулся.
Д э в и с. Замахнулся? А тебе наплевать. Сволочь
такая, на меня, на старика, я ведь с какими людьми
был знаком...
Пауза.
А с т о н. Да, я видел, он на тебя замахнулся.
Д э в и с. Все это мусор, браток. Они прямо как сви-
ньи. Может, я и бродяжил, да только ты мне поверь, я
чистюля. Уж я-то за собой слежу. Почему я жену бро-
сил. Недели две после свадьбы, да нет, меньше, с неде-
лю, снимаю я крышку с кастрюли — и знаешь, что
там? Куча ее панталон нестираных. В овощной каст-
рюле, да. Где овощи тушат. Я от нее и ушел. С тех пор
не видал. (Ковыляет по комнате, останавливается
против статуэтки Будды, смотрит на нее и оборачи-
вается.) Я и на серебре едал. Но годы уже не те. По-
мню, я был не хуже других. Они со мной воли рукам
не давали. А сейчас и здоровье шалит. Пара приступов
была. (Пауза. Подходит ближе к Астону.) Ты видел,
что с тем стало?
А с т о н. Я поспел к концу.
Д э в и с. Подходит ко мне, сует ведро и велит выне-
сти на помойку. Это не моя работа, помои выливать!
У них там мальчишка есть помои выливать! Меня по-
мои выливать не нанимали! Моя работа — пол вымес-
ти, со столов убрать, посуду ополоснуть, а помои тут
при чем?!
150
Ас тон. Ммм...
Идет направо и берет тостер.
Д э в и с (идя за ним следом). Да если, положим, и
надо? Хотя бы! Если б даже я должен был ведро выно-
сить, что он за цаца такая, чтоб подходить и командо-
вать? Мы с ним наравне работаем. Он мне не хозяин.
Тоже мне главный нашелся!
А с т о н. Он что, грек?
Д э в и с. Да не он. Этот шотландец. Из Шотландии.
Астон возвращается с тостером к своей кровати и начинает
отвинчивать вилку. Дэвис идет за ним.
Ты его видел там?
Астон. Видел.
Д э в и с. Я выдал ему, что делать с ведром. Верно?
Ты слыхал. Гляди, говорю, я старик, говорю, где я вы-
рос, нас учили уважению, когда к старшим обраща-
ешься, и хорошей манере меня выучили, если б мне
пару лет сбросить, я б... я б тебя в бараний рог согнул.
Это уж после, как хозяин меня вышиб. Слишком из
себя много ставишь, он мне говорит. Много ставишь —
это мне! Смотрите, говорю ему, я свои права знаю! Так
ему и сказал. Может, я и бродяжил, но у меня прав не
меньше, чем у других. Давайте уж по-честному, гово-
рю. Все равно он меня вышиб. (Садится на стул.) Вот
какие люди... (Пауза.) Если б ты не подошел, я б сей-
час в больнице был. Я б голову разбил о мостовую,
если б шотландец мне влепил. Скотина! Я еще добе-
русь до него. Как-нибудь вечерком. Если зайду в тот
переулок.
Астон идет к коробке за другой электрической вилкой.
151
Мне-то что, да вот вещички свои я там оставил, в зад-
ней комнате. Прямо все, все, что там было, понимаешь,
в той сумке. Все мое вшивое барахло, черт бы его драл,
там осталось. Суматоха! Вот поспорим, он там сейчас
копается, прямо вот в сей момент.
А с т о н. Я как-нибудь заскочу и принесу тебе.
Возвращается к своей кровати и начинает приделывать
новую вилку к тостеру.
Д э в и с. Все же премного обязан, что ты позво-
лил... позволил передохнуть... две минутки... (Осмат-
ривается.) Твоя комната?
А с т о н. Да.
Д э в и с. Тут у тебя вещей до черта.
А с т о н. Да.
Д э в и с. Хорошо продать можно... если все сразу.
(Пауза.) Вон сколько всего.
А с т о н. Здесь всего хватает, это точно.
Д э в и с. Спишь здесь, а?
А с т о н. Да.
Д э в и с. Прямо на этой штуке?
А с т о н. Да.
Д э в и с. Ну что ж, здесь хоть не надует.
А с т о н. Сквозняка нет.
Д э в и с. Совсем не дует. Другое дело, когда на
улице ночуешь.
А с т о н. Еще бы.
Д э в и с. Ветер со всех сторон тогда.
Пауза.
А с т о н. Да, когда ветер...
Пауза.
152
Д э в и с. Да...
Ас то н. Ммм...
Пауза.
Д э в и с. Со всех сторон тянет.
А с т о н. А-а.
Д э в и с. Я очень на это чувствительный.
А с т о н. Правда?
Д э в и с. Очень. (Пауза.) Тут что же, еще комна-
ты есть?
А с т о н. Где?
Д э в и с. Ну здесь, на площадке... там, где пло-
щадка.
А с т о н. Там ремонт нужен.
Д э в и с. Иди ты.
А с т о н. Там еще работы много.
Короткая пауза.
Д э в и с. А внизу как?
А с т о н. Там закрыто. Не все готово... Полы...
Пауза.
Д э в и с. Мне здорово повезло, что ты зашел в ту за-
бегаловку. Этот шотландский скот меня бы уделал. Ме-
ня уж сколько раз замертво бросали. (Пауза.) Я при-
метил, что там кто-то был, там живет кто-то в соседнем
доме.
А с т о н. Что?
Д э в и с (жестикулируя). Я приметил...
А с т о н. Да. Здесь по всей улице живут.
Д э в и с. Да, там занавески-то опущены, я видал,
когда мы шли.
153
А с т о н. Это соседи.
Пауза.
Д э в и с. Это, значит, твой дом?
Пауза.
А с т о н. Я за него отвечаю.
Д э в и с. Хозяин, значит? (Берет трубку и потяги-
вает, не зажигая.) Да, там такие плотные занавески ви-
сят на окне, я видал, когда мы шли. Я видал, там такие
плотные большие занавески, прямо на окне. Я так и по-
думал, что там, должно, кто живет.
А с т о н. Семья индийцев там живет.
Д э в и с. Черномазые?
А с т о н. Я их редко вижу.
Д э в и с. Черномазые, а? (Встает и прохаживает-
ся.) Да, скажу я тебе, ты тут прибарахлился, порядок,
точно говорю. Не люблю пустых комнат.
Астон присоединяется к Дэвису.
Вот что, друг, у тебя не найдется лишней пары ботинок?
Астон. Ботинок?
Идет к правому краю сцены.
Д э в и с. Эти недоноски в монастыре опять меня
завернули.
Астон (идет к кровати). Где?
Д э в и с. Там, в Лутоне. В монастыре там... У меня
приятель есть в Шеперд-Буше, понимаешь...
Астон (заглядывая под кровать). Может, найдет-
ся пара.
Д э в и с. В Шеперд-Буше этот приятель был. В ту-
алете. Он в туалете служил. Самый лучший туалет
154
у них там. (Смотрит, что делает Астон.) Самый луч-
ший. Всегда мне мыло давал, когда бы я ни пришел.
Отличное мыло. Им там самое лучшее дают. Я нико-
гда без мыла не был, когда в тех краях оказывался.
Астон (вылезая из-под кровати с ботинками).
Коричневые.
Д э в и с. Его уже там нет. Ушел. Это он меня и на-
вел на тот монастырь. Как раз на другом конце Луто-
на. Он слыхал, они там обувь раздают.
Астон. Тебе нужна хорошая обувь.
Д э в и с. Обувь? Без обуви мне крышка. Всю до-
рогу до Лутона пришлось вот в этих переть.
А с т о н. А что у тебя там вышло?
Пауза.
Д э в и с. Я сапожника одного знал в Актоне. Хо-
роший парень.
Пауза.
Знаешь, что этот ублюдок монах мне сказал?
Пауза.
А тут еще есть черномазые поблизости?
Астон. Что?
Д э в и с. Тут еще черномазые есть?
Астон (протягивая ботинки). Посмотри, может,
подойдут.
Д э в и с. Знаешь, что этот ублюдок монах мне ска-
зал? (Разглядывает ботинки.) Эти чуток маловаты.
Астон. Думаешь?
Д э в и с. Похоже, не мой размер.
Астон. Почти новые.
155
Д э в и с. Не могу носить обувь, если не подходит.
Хуже нет. Я сказал тому монаху, эй, говорю, послу-
шай, мистер, он открыл дверь, громадную такую, он ее
открыл, послушай, мистер, говорю, я вон сколько сю-
да прошел, смотри, говорю, я эти ему показал и гово-
рю, ботинок не найдется, а? — ботинок, говорю, чтоб
ходить можно было. Гляди, эти какие, впору на свал-
ку, говорю, я в них не могу. Я слыхал, у вас тут обуви
целый склад. Отвали, он мне говорит. Да нет, говорю,
ты погляди, говорю, я ж старик, ты со мной так не раз-
говаривай, кто бы ты там ни был. Если сейчас не отва-
лишь, он говорит, я тебе коленом под зад дорогу пока-
жу. Ты только послушай, говорю, погоди, я ж только
ботинки и прошу, не станешь же ты меня бить, я три
дня сюда тащился, я ему говорю, три дня без крошки,
мне что же, и есть не дадут, а? Иди, там за углом кух-
ня, говорит, иди туда за угол и, когда наешься, вали от-
сюда. Я пошел на кухню, ну и что? Дали они мне по-
есть! Птичка, тебе говорю, пичуга, крохотная пичуга
и то все бы в две минуты полопала. Ладно, они мне го-
ворят, нажрался — и уходи. Нажрался? — говорю. —
Я вам кто, собака? Все равно как собака. Я вам кто, ди-
кий зверь? А как насчет обуви, я слыхал, вы тут разда-
ете, я зачем сюда пришел? Я уж вашей настоятельни-
це доложу. Будьте покойны. Один там был ирландец,
бандюга, он на меня. Я уматывать. Потом прямиком
в Уотфорд и там себе пару подобрал. Сел на Северное
кольцо сразу за Хендоном, подошва оторвалась, пря-
мо на ходу. Хорошо, у меня старые были завернуты,
со мной еще были, иначе мне хана, друг. Так я при них
остался, понимаешь, хоть они и совсем никуда, ничего
от них уж и нет.
156
А с т о н. Примерь эти.
Д э в и с (берет ботинки, снимает свои сандалии
и примеряет). Вроде бы неплохо. (Ковыляет по комна-
те.) Крепкие, ничего. Да и на вид вполне. Кожа-то как?
Ничего, прочная. Один тип мне замшевые хотел спих-
нуть. Я их ни за что не взял. Лучше кожи нет. Замша
облезает, вытирается, морщится, через пять минут пят-
на не отмоешь. А кожа есть кожа. Да. Обувка ничего.
А с т о н. Ничего.
Д э в и с (помахивая ногой). Все же не подходят.
А с т о н. Ну...
Д э в и с. Не то. У меня нога очень широкая.
Ас тон. Ммм...
Д э в и с. А у этих носок острый, вон какой.
А с т о н. А!
Д э в и с. Я хромать начну через неделю. Те, что на
мне, они совсем никуда, но они хоть удобные. Не
блеск, конечно, зато не трут. (Снимает ботинки и от-
дает Астону.) Все же спасибо, мистер.
А с т о н. Погляжу, может, чего-нибудь высмотрю.
Д э в и с. Дай бог. Я так не могу ходить. Никуда
пойти не могу. А мне надо будет ходить везде, понима-
ешь, поискать, где бы пристроиться.
А с т о н. Куда ты хочешь идти?
Д э в и с. Ну, у меня есть кое-что на уме. Жду вот,
когда распогодится.
Пауза.
А с т о н (склоняясь над тостером). Хочешь... хо-
чешь здесь спать?
Д э в и с. Здесь?
А с т о н. Если хочешь, можешь здесь спать.
157
Д э в и с. Не знаю, ей-богу.
Пауза.
Надолго?
А с т о н. Пока... пока не пристроишься.
Д э в и с (садясь). Да, конечно.
А с т о н. Пока не определишься...
Д э в и с. Ну, я пристроюсь... совсем скоро уж...
Пауза.
А где мне спать?
А с т о н. Здесь. Другие комнаты, они тебе не по-
дойдут?
Д э в и с (приподнимаясь, оглядываясь). Здесь? Где?
А с т о н (приподнимаясь, указывая в глубь сцены).
Там есть кровать, под всем этим.
Д э в и с. А, понятно. Все же это удобно. Это, зна-
чит, я что говорю, я, значит, могу... пока, выходит,
не определюсь. Мебели тут хватает.
А с т о н. Подсобрал. Держу пока что здесь. Думал,
может пригодиться.
Д э в и с. Плита работает или нет?
А с т о н. Нет.
Д э в и с. А как насчет чая?
А с т о н. Никак.
Д э в и с. Туговато. (Рассматривает планки.) Стро-
ишь чего?
А с т о н. Сарайчик, может, во дворе построю.
Д э в и с. Плотник, а? (Поворачивается к газоноко-
силке.) Газон есть?
А с т о н. Взгляни.
Приподнимает мешковину на окне. Они выглядывают.
158
Дэвис. Густоват что-то.
А с т о н. Трава слишком выросла.
Д э в и с. А это что, пруд?
А с т о н. Да.
Д э в и с. И рыба есть?
А с т о н. Нет. Там ничего нет.
Пауза.
Д э в и с. А где ты хочешь сарай сделать?
А с т о н (оборачиваясь). Надо сначала сад расчис-
тить.
Дэвис. Тут трактор нужен, друг.
А с т о н. Сам справлюсь.
Дэвис. Плотничаешь, а?
А с т о н (спокойно). Люблю... работать руками.
Дэвис (берет статуэтку Будды). Это что?
А с т о н (берет и разглядывает статуэтку). Будда
Дэвис. Иди ты.
А с т о н. Будда. Мне нравится. Прихватил его...
в магазине. Приглянулся. Не знаю почему. А ты что
думаешь о таких буддах?
Дэвис. Что ж, они... они в порядке, точно?
А с т о н. Я был доволен, когда его достал. Сделан
очень хорошо.
Дэвис поворачивается и заглядывает под раковину и про-
чий хлам.
Дэвис. Там кровать, да?
А с т о н (подходит к кровати). Мы отсюда всё
уберем. Лестница как раз под кровать войдет.
Они засовывают лестницу под кровать.
Дэвис (показывая на раковину). А это как же?
159
А с т о н. И это, наверно, тоже туда войдет.
Д э в и с. Я тебе помогу.
Они поднимают раковину.
Ну и тяжела!
Астон. Вот сюда.
Д э в и с. Она не пригодится, нет?
Астон. Нет. Я ее уберу. Сюда.
Они засовывают раковину под кровать.
Там уборная, вниз по лестнице. Там и раковина есть.
А барахло можно положить вон туда.
Они начинают переносить ведро для угля, тележку, газоно-
косилку и выдвижные ящики к правой стене.
Д э в и с (останавливаясь). А он не общий, нет?
Астон. Что?
Д э в и с. Туалет, говорю, не общий с этими черно-
мазыми, нет?
Астон. Они живут рядом.
Д э в и с. Не приходят они?
Астон прислоняет ящик к стене.
Потому что, понимаешь... То есть... для ясности...
Астон (подходит к кровати, встряхивает одея-
ло). Синего шкафчика не видал?
Д э в и с. Синий? Вон там. Гляди. Где ковер.
Астон пробирается к шкафчику, открывает, вынимает про-
стыню и подушку и кладет их на кровать.
Хорошая простыня.
Астон. Одеяло немного пыльное.
Д э в и с. Нашел о чем волноваться.
160
Астон выпрямляется, вынимает табак и начинает сверты-
вать сигарету. Идет к своей кровати и садится.
Астон. Как у тебя с деньгами?
Д э в и с. Как сказать... вообще-то, мистер, если по
правде... не так чтоб очень.
Астон вынимает несколько монет из кармана, разбирает их
и дает Дэвису пять шиллингов.
Астон. Вот пара монет.
Д э в и с (принимая деньги). Спасибо, спасибо, доб-
рого здоровья. Как раз сейчас я немного нуждаюсь.
Понимаешь, не получил ничего за целую неделю, что
я работал. Вот так и живешь, так оно и есть.
Пауза.
А с т о н. Я недавно зашел в пивную. Заказал пор-
тер. Мне принесли в толстой кружке. Сел, а пить не
могу. Не могу пить портер из толстой кружки. Я его
только из тонкого стакана люблю. Отхлебнул пару
раз и отставил.
Берет с кровати отвертку и вилку и начинает снова возиться
с электричеством.
Д э в и с (с большим чувством). Если б только рас-
погодилось! Я бы тогда отправился в Сидкап!
А с т о н. В Сидкап?
Д э в и с. Погода сейчас такая дрянная, как я попа-
ду в Сидкап в этих ботинках?
А с т о н. А зачем тебе в Сидкап?
Д э в и с. Там мои бумаги!
Пауза.
6 Зак. М- 2322
161
А с т о н. Твои... что?
Д э в и с. Мои бумаги!
Пауза.
А с т о н. А что им там делать, в Сидкапе?
Д э в и с. Они у одного типа, моего знакомого. Я их
у него оставил. Понимаешь? Там прописано, кто я. Я без
них, без бумаг, ходить не могу. Оттуда видно, кто я та-
кой. Понял? Я без них никуда.
А с т о н. Почему ж так?
Д э в и с. Понимаешь, дело в чем... понимаешь, я
имя сменил. Давно уже. Я под другим совсем именем
хожу! Это не настоящее имя.
А с т о н. Под каким ты ходишь именем?
Д э в и с. Дженкинз. Бернард Дженкинз. Такое мое
имя. Так меня по крайности знают. Но мне с этим име-
нем ходить не стоит. Прав нету. У меня тут страховая
карта есть. (Вынимает карту из кармана.) На имя
Дженкинза. Видишь? Бернард Дженкинз. Гляди. Четы-
ре марки наклеены. Целых четыре. Но я не могу с ними
ходить. Это не настоящее имя, они увидят, сцапают ме-
ня. Четыре марки. Я не пенсы выплачивал, фунты.
Фунты выплачивал, не пенсы. Там другие были марки,
много, но они их так и не наклеили, жмоты, у меня вре-
мени не было этим заняться.
А с т о н. Им надо было проштемпелевать твою
карту.
Д э в и с. А что толку? Я б все равно ничего не полу-
чил. Имя ведь не настоящее. Если я с этой картой пой-
ду, меня сцапают.
А с т о н. А как твоя настоящая фамилия?
162
Д э в и с. Дэвис. Мак Дэвис. Это до того, как я ее
сменил.
Пауза.
А с т о н. Похоже, ты всё собрался теперь уладить.
Дэвис. Если б я только до Сидкапа добрался!
Я все жду, что распогодится. У него мои бумаги, у то-
го типа я оставил, там они все, с ними я что хочешь...
А с т о н. Давно они у него?
Дэвис. Чего?
А с т о н. Давно они у него?
Д э в и с. Ну должно... это в войну было... должно...
вроде как пятнадцать лет прошло.
Внезапно замечает ведро и задирает голову.
А с т о н. Когда захочешь лечь, сразу и ложись.
Меня не жди.
Дэвис (снимая пальто). Ну что ж, прямо и лягу.
А то я... я уж совсем готов. (Снимает брюки и склады-
вает их.) Можно я их туда повешу?
А с т о н. Да.
Дэвис вешает пальто и брюки на вешалку.
Д э в и с. У тебя там ведро наверху.
А с т о н. Течет.
Дэвис (задирает голову). Я тогда на твою лягу.
Ты ложишься?
А с т о н. Починю вот вилку.
Дэвис смотрит на него, потом на плиту.
Дэвис. Ты... ты ее не подвинешь, а?
А с т о н. Тяжелая.
163
Д э в и с. Да.
Ложится в постель. Пробует пружины, примеряется в длину.
Неплохо. Неплохо. Кровать как кровать. Спать можно.
А с т о н. Надо будет абажур на лампочку пове-
сить. Свет прямо в глаза.
Д э в и с. Об этом не беспокойся, мистер, об этом не
беспокойся. (Поворачивается и укрывается с головой.)
Астон ковыряется в вилке.
Свет постепенно гаснет. Затемнение. Свет включается. Утро.
Астон застегивает брюки, стоя у кровати. Поправляет по-
стель. Поворачивается, идет к центру комнаты, смотрит на
Дэвиса. Надевает пиджак, направляется к Дэвису и снова
смотрит на него — сверху. Кашляет. Дэвис внезапно садится.
Д э в и с. Что? Что такое? Что такое?
Астон. Ничего.
Дэвис (уставившись на Астона). Что такое?
Астон. Ничего.
Дэвис (оглядывается). А, да.
Астон идет к своей кровати, поднимает вилку, трясет ее.
Астон. Хорошо спал?
Дэвис. Да. Мертвецки. Совсем как мертвый.
Астон идет к правой стене, берет тостер и рассматривает его.
Астон. Ты... это...
Д э в и с. А?
Астон. Тебе приснилось что-нибудь?
Дэвис. Приснилось?
Астон. Да.
Дэвис. Мне никогда ничего не снится. Ничего-
ничего.
164
Л с т о н. Мне тоже.
Д э в и с. Вот и мне.
Пауза.
11сго ж ты тогда спрашиваешь?
А с т о н. Ты тут шумел.
Д э в и с. Кто?
А с т о н. Ты.
Д:жис вылезает из постели, на нем длинные подштанники.
Д э в и с. Нет, ты погоди. Ты погоди, это ты к че-
му? Кто шумел?
А с т о н. Ты тут стонал. Бормотал.
Д э в и с. Бормотал? Я?
А с т о н. Да.
Д э в и с. Я не бормочу, приятель. Никто мне тако-
го не говорил.
Пауза.
С чего это мне бормотать?
А с т о н. Не знаю.
Д э в и с. Зачем это я буду бормотать?
Пауза.
Никто мне такого не говорил.
Пауза.
Ты, друг, что-то не того.
А с т о н (идет с тостером к кровати). Да нет. Ты
меня разбудил. Я подумал, тебе что-нибудь снится.
Д э в и с. Ничего мне не снилось. Мне никогда сны
не снятся.
Пауза.
165
А с т о н. Может, это кровать.
Д э в и с. И кровать в порядке.
А с т о н. Может, ты не привык.
Д э в и с. А чего мне привыкать-то? Я спал в крова-
тях. И шума никакого не делаю потому, что сплю в кро-
вати. Я в разных кроватях спал.
Пауза.
Послушай, а может, это от тех, черномазых?
А с т о н. Как?
Д э в и с. Шум идет.
А с т о н. От каких черномазых?
Д э в и с. Тех, что у тебя. По соседству. Может, это
те черномазые шумели, проходили сквозь стенку.
Ас тон. Ммм...
Д э в и с. Я так считаю.
Астон откладывает вилку и идет к двери.
Ты куда, уходишь?
Астон. Да.
Д э в и с (хватая сандалии). Погоди минутку, сей-
час.
Астон. Ты чего?
Д э в и с (надевая сандалии). Я лучше с тобой пойду.
Астон. Почему?
Д э в и с. То есть я лучше с тобой выйду, все равно.
Астон. Почему?
Д э в и с. Ты ведь... ты разве не хочешь, чтоб я
ушел?
Астон. Зачем?
Д э в и с. То есть... когда тебя нет. Ты разве не хо-
чешь, чтоб я уходил... когда тебя нет?
166
А с т о н. Тебе незачем уходить.
Д э в и с. То есть я могу остаться?
А с т о н. Делай что хочешь. Тебе не надо уходить
только потому, что меня нет.
Д э в и с. Ты не против, чтоб я здесь остался?
А с т о н. У меня тут ключи. (Наклоняется над ко-
робкой рядом со своей кроватью и ищет их.) От этой
двери и от парадной. (Отдает ихДэвису.)
Д э в и с. Большое спасибо, доброго здоровьица.
Пауза.
А с т о н (встает). Я, пожалуй, пройдусь по улице.
Маленькая... такая лавочка. Там как-то ажурная пи-
ла была. На вид ничего.
Д э в и с. Ажурная пила, дружище?
А с т о н. Да. Может пригодиться.
Д э в и с. Да. (Короткая пауза.) А это что вообще
за штука?
А с т о н (подходит к окну и выглядывает). Ажур-
ная пила? Она, собственно, по тому же принципу, что
лобзик. Но тут, понимаешь, приставка. Ее можно
крепить на дрель.
Д э в и с. А, это хорошо. Они удобные.
А с т о н. Удобные, да.
Пауза.
Слышишь, я как-то сидел в кафе. Оказался за одним
столиком с этой женщиной. Ну, мы начали... начали
разговаривать. Не знаю... о ее отпуске, кажется, куда
она ездила. Она ездила на южный берег. Я уж не по-
мню куда. Ну, мы сидим, значит, разговариваем
понемногу... потом вдруг она кладет руку на мою... и
говорит: ты не против, чтобы я на твое тело взглянула?
167
Д э в и с. Иди ты.
Пауза.
А с т о н. Да. Прямо так и сказала, посреди разго-
вора. Как-то чудно мне показалось.
Д э в и с. Мне тоже такое говорили.
А с т о н. Да?
Д э в и с. Бабы-то? Да они тыщу раз ко мне подхо-
дили с таким же почти что вопросом.
Пауза.
А с т о н. Так как, ты говорил, твое имя?
Д э в и с. Бернард Дженкинз. Оно не настоящее.
А с т о н. Ну а настоящее?
Д э в и с. Дэвис, Мак Дэвис.
А с т о н. Валлиец, да?
Д э в и с. А?
А с т о н. Из Уэльса?
Пауза.
Дэвис. Ну, бывал там, понимаешь... то есть я
что... я там бывал...
А с т о н. А где ж ты родился?
Дэвис (мрачно). Это ты к чему?
А с т о н. Где ты родился?
Дэвис. Я-то... э... ну, трудно сказать, начнешь
вспоминать... я что говорю... давно уж... пока вспом-
нишь... запутаться можно... понимаешь...
А с т о н (наклоняясь к камину). Видишь, розетка?
Включай, если хочешь. На слабый огонь.
Дэвис. Хорошо, мистер.
А с т о н. Сюда прямо и включай.
168
Д э в и с. Хорошо, мистер.
Астон идет к двери.
(Озабоченно.) Так что делать-то?
Астон. Включай просто, и всё. Огонь зажжется.
Д э в и с. Послушай-ка. Не буду я с ним возиться.
А с т о н. Не бойся.
Д э в и с. Нет, я с такими вещами не умею.
Астон. Должно работать. (Включая.) Вот.
Д э в и с. Это... я хотел тебя спросить, мистер, как на-
счет плиты? То есть ты не думаешь, там утечка может
быть... ты как думаешь?
Астон. Она не подключена.
Д э в и с. Понимаешь, дело в чем, она прямо над
моей кроватью, видишь? Следить надо, чтобы не
толкнуть... крантик какой локтем, когда встаешь, усек,
в чем дело?
Обходит плиту и изучает ее.
Астон. Нечего беспокоиться.
Д э в и с. Ну что ж, смотри, это уж ты не беспокой-
ся. Я что ж, я за крантиками присмотрю, пожалуйста.
Чтоб не включались. Это уж мне поручи.
А с т о н. А зачем...
Д э в и с. Э, мистер, еще вот что... ты мне не подки-
нул бы пару монет, чаю попить, как, а?
А с т о н. Я тебе вчера дал.
Д э в и с. Да, верно. Верно. Забыл. Совсем из башки
ион. Точно. Спасибо, мистер. Слушай! Так ты не про-
тив... не против, чтоб я здесь остался? То есть я не из
таких, чтоб себе чего-нибудь эдакого позволить.
А с т о н. Да нет, чего там.
169
Д э в и с. Я, может, в Уэмбли схожу сегодня попозже.
А с т о н. Угу.
Д э в и с. Там забегаловка есть, понимаешь, может,
устроюсь там. Я там был, понимаешь? Им там люди тре-
бовались. Может, им и сейчас кто-нибудь нужен.
А с т о н. Когда это было?
Д э в и с. А? Ну как же, это... почти... сколько... со-
всем недавно. Но дело-то в чем, они никак подходящих
людей найти не могут. Им что надо сделать? Они хотят
от всех иностранцев отделаться, понимаешь, в рестора-
нах. Им надо, чтоб англичанин им чай наливал, вот что
им надо, они прямо на всех углах про это вопят. Это ж
нормально, нет? Вот я туда и пойду... чем... э... чем...
за что и возьмусь...
Пауза.
Если только доберусь туда.
А с т о н. Ммм... (Идет к двери.) Ну что ж, увидимся.
Д э в и с. Да. Пока.
А с т о н выходит и закрывает дверь.
Дэвис не двигается. Ждет несколько секунд, затем идет к две-
ри, открывает, выглядывает, возвращается, закрывает дверь,
вынимает ключи из кармана, пробует один, пробует другой,
запирает дверь. Оглядывает комнату. Затем быстро подходит
к кровати Астона, наклоняется, вытаскивает ботинки и рас-
сматривает их.
Совсем неплохие ботинки. Носки острые. (Снова кладет
их под кровать. Изучает свалку рядом с кроватью Асто-
на, поднимает вазу, заглядывает в нее, затем берет ко-
робку и трясет ее.) Шурупы! (Видит банки с краской
у изголовья кровати, идет к ним и разглядывает.) Крас-
ка. Чего ему здесь красить? (Ставит банку, идет на се-
170
редину комнаты, глядит вверх на ведро и гримасничает.)
Надо тут разобраться. (Идет в правый угол и берет па-
яльную лампу.) У него тут много всего. (Берет Будду\
смотрит на него.) Прямо полно. Надо же. (Замечает
груду газет.) Зачем ему столько газет? До черта всяких
газет. (Идет к кипе и трогает ее. Кипа покачнулась. По-
правляет ее.) Держи! Держи! (Удерживает кипу и уста-
навливает ее наместо.)
Дверь открывается. Входит Мик, кладет ключ в карман
и тихо прикрывает за собой дверь. Наблюдает за Дэвисом.
Зачем ему столько газет? (Лезет по скатанному ковру
к синему шкафчику.) Простыню и подушку здесь дер-
жал. (Открывает шкафчик.) Пусто. (Закрывает шкаф-
чик.) Поспал все-таки. И ничего я не шумел. (Смотрит
в окно.) А это что? (Поднимает другую коробку, пыта-
ется открыть ее.)
Мик бесшумно отходит назад.
Запер. (Кладет ее и выходит вперед.) Наверно, есть
что. (Поднимает выдвижной ящик, роется там, затем
ставит на место.)
Мик бесшумно пересекает комнату. Дэвис полуоборачива-
ется. Мик хватает его за руку и закручивает ее за спину.
Дэвис (кричит). У-у-у-у-у-у-у-й! У-у-у-у-у-у-у-й!
Что такое? Что такое? Что такое?
Мик валит его на пол. Дэвис барахтается, гримасничает,
хнычет и таращится. Мик держит его одной рукой, другой
нажимает ему рот. Дэвис затихает. Мик отпускает его. Дэвис
корчится. Мик предупреждающе поднимает палец. Затем
присаживается на корточки, чтобы рассмотреть Дэвиса. Раз-
глядывает его, встает и смотрит на него сверху. Дэвис расти-
171
рает себе руку, наблюдая за Миком. Мик медленно оборачи-
вается, оглядывает комнату. Подходит к постели Дэвиса
и раскрывает ее. Поворачивается, идет к вешалке, берет брю-
ки Дэвиса. Дэвис хочет подняться. Мик сбивает его ногой
и наступает на него. Потом убирает ногу. Разглядывает брю-
ки и бросает их назад. Дэвис остается на полу, скрюченный.
Мик медленно подходит к стулу, садится, с безразличным
видом наблюдает за Дэвисом.
Долгая пауза.
М и к. Во что играем?
Занавес
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Через минуту. Мик сидит. Дэвис на полу. Молчание.
Мик. Так что?
Дэвис. Ничего, ничего. Ничего.
В ведро наверху капает вода. Оба задирают головы.
Мик (снова смотрит на Дэвиса). Как тебя зовут?
Д э в и с. Я тебя не знаю. Я не знаю, кто ты такой.
Пауза.
Мик. Ну?
Дэвис. Дженкинз.
Мик. Дженкинз?
Дэвис. Да.
Мик. Джен-кинз.
Пауза.
Ты здесь спал ночью?
172
Д э в и с. Да.
М и к. Хорошо спалось?
Д э в и с. Да.
М и к. Ужасно рад... Ужасно приятная встреча.
Пауза.
Так как, говоришь, фамилия?
Д э в и с. Дженкинз.
М и к. Прошу прощения?
Д э в и с. Дженкинз!
Пауза.
М и к. Джен-кинз.
В ведро капает вода. Дэвис поднимает голову.
Ты мне напомнил дядиного брата. Вечно на ходу.
И всегда с заграничным паспортом. В женщинах знал
толк. Твоего сложения. Спортсмен. Прыгун в длину.
Любил демонстрировать технику разбега в гостиной
под Рождество. Питал слабость к орехам. Да, пожалуй,
иначе как слабостью не назовешь. Все не мог наесться.
Арахис, грецкие орехи, бразильские орехи, земляные
орехи. К фруктовым тортам не прикасался. Имел ши-
карный хронометр. Достал в Гонконге. За день до это-
го его вышибли из Армии спасения. Играл четвертым
номером запасным за Бекенхэм. Перед тем как стать
золотым медалистом. Таскал скрипку за плечами. По-
теха! Как детей на Востоке. Наверно, в нем было что-
то восточное. Честно говоря, я никак не мог понять,
как это он приходился братом дяде. Часто думал, что
всё наоборот. То есть что мой дядя был его братом,
а он был мой дядя. Но я никогда его дядей не звал.
173
Собственно, я звал его Сид. И мамаша моя его тоже
Сидом звала. Смешно. Прямо твой портрет. Женился.
На китайце. И уехал на Ямайку.
Пауза.
Надеюсь, тебе хорошо спалось?
Д э в и с. Послушай, я не знаю, кто ты такой.
М и к. В какой кровати ты спал?
Д э в и с. Да погоди...
М и к. Ну?
Д э в и с. В этой.
М и к. А не в другой?
Д э в и с. Нет.
М и к. Разборчивый.
Пауза.
Как тебе моя комната?
Д э в и с. Твоя комната?
М и к. Да.
Д э в и с. Она совсем не твоя. Я не знаю, кто ты та-
кой. Никогда тебя не видел.
М и к. Хочешь верь, хочешь нет, ты до смешного по-
хож на одного парня в Шордиче. Вообще-то он жил
в Олдгейте. Я тогда жил у брата в Кэмден-тауне. Так
у того парня был ларек в Финсбери, прямо у автобус-
ного парка. Когда я с ним познакомился поближе, ока-
залось, он рос в Патни. Да это все равно. Я знаю полно
людей, что родились в Патни. Даже если они и не ро-
дились в Патни, они родились в Фулхэме. Плохо то,
что он не родился в Патни, он только рос в Патни. Ока-
залось, что он родился на Каледониан-роуд, сразу как
подходишь к пивной. А мамаша его все еще жила где
174
другая пивная. Все автобусы проходили мимо двери.
Она могла сесть на тридцать восьмой, пятьсот восемь-
десят первый, тридцатый или тридцать восьмой «А».
И доехать по Эссекс-роуд до Далстон-джанкшн в один
момент. Конечно, если б она села на тридцатый, он бы
повез ее по Аппер-стрит, мимо Хайберн-корнер и по-
том к собору Святого Павла, но в конце концов она бы
приехала к Далстон-джанкшн. Я оставлял у нее вело-
сипед в саду, когда шел на работу. Да, занятно было.
Он с тобой на одно лицо. Нос побольше, но это ерунда
Пауза.
Ты здесь спал ночью?
Д э в и с. Да.
М и к. Хорошо спалось?
Д э в и с. Да!
М и к. Приходилось ночью вставать?
Д э в и с. Нет!
Пауза.
М и к. Как тебя зовут?
Д э в и с (рванулся, хочет встать). Да ты послушай!
М и к. Как?
Д э в и с. Дженкинз!
М и к. Джен-кинз.
Дэвис делает быстрое движение, чтобы подняться. Внезап-
ный окрик Мика отбрасывает его обратно.
Спал здесь ночью?
Дэвис. Да...
М и к (продолжая в быстром темпе). Как спалось?
Дэвис. Спал...
175
Мик. Хорошо спал?
Дэвис. Послушай...
Мик. Где?
Дэвис. Здесь.
М и к. Не там?
Дэвис. Нет!
Мик. Разборчивый. (Пауза. Спокойно.) Разборчи-
вый. (Пауза. Снова дружелюбно.) Ну и как же тебе спа-
лось в этой кровати?
Дэвис (ударяя кулаком по полу). Хорошо!
М и к. Не испытывал неудобств?
Дэвис (кричит). Хорошо!
Мик (встает и направляется к нему). Иностранец?
Дэвис. Нет.
Мик. Родился и вырос на Британских островах?
Дэвис. Конечно!
М и к. И чему тебя учили?
Пауза.
Понравилась моя кровать?
Пауза.
Это моя кровать. Смотри, как бы не надуло.
Д э в и с. Из кровати?
Мик. Нет, из задницы.
Дэвис бросает осторожный взгляд на Мика, тот отворачи-
вается. Дэвис подползает к вешалке и хватает свои брюки.
Мик быстро оборачивается и отнимает их. Дэвис пытается
их схватить. Мик угрожающе протягивает руку.
Хочешь здесь обосноваться?
Дэвис. Брюки отдай сначала.
Мик. Надолго хочешь обосноваться?
176
Дэвис. Отдай брюки, черт!
М и к. Да ну, ты разве уходишь?
Дэвис. Отдай, и я уйду, уйду в Сидкап!
Мик несколько раз тычет брюками Дэвису в лицо. Дэвис
отступает.
Пауза.
Мик. Знаешь, ты мне напомнил одного типа, я
его как-то встретил на том конце Гилфорда...
Дэвис. Меня привели сюда!
Пауза.
Мик. Пардон?
Дэвис. Меня привели сюда! Меня привели сюда!
Мик. Привели? Кто же тебя привел?
Дэвис. Тут живет один... он...
Пауза.
Мик. Трави дальше.
Дэвис. Меня привели сюда, вчера вечером... встре-
тил его в кафе... я работал... меня вышибли... работал
там... если б не он, меня б избили, привел сюда, прямо
сюда привел.
Пауза.
Мик. Боюсь, что ты так и родился вруном, ска-
жешь — нет? Перед тобой домовладелец. Это моя ком-
ната. А сам ты — в моем доме.
Дэвис. Это его... он видел меня, точно... он...
Мик (указывая на кровать Дэвиса). Это моя кро-
вать.
Д э в и с. А это чья тогда?
М и к. А та — кровать моей матери.
177
Д э в и с. А ее здесь вчера не было!
М и к (придвигаясь к нему). Ну-ка придержи язык,
сынок, придержи язык. Подальше от моей мамаши!
Д э в и с. А что... я ничего...
М и к. Ты не очень-то возникай, друг, лишнего не
позволяй с моей матушкой, имей уважение.
Д э в и с. А я имею, у меня уважения больше, чем
у других.
М и к. Тогда хватит мне сказки плести.
Д э в и с. Да ты послушай, я ж тебя не видал рань-
ше, верно?
М и к. И мою мать тоже не видал? Или видал?
Пауза.
Я, кажется, прихожу к выводу, что ты жулик. Ты прос-
то старый негодяй.
Д э в и с. Да подожди ты...
М и к. Потише, братец. Потише, сынок. Не воняй.
Д э в и с. Да у тебя права нету...
М и к. Ты весь дом провонял. Ты старый ворюга,
не отпирайся. Ты старая калоша. Тебе в таком чудном
месте нечего делать. Ты же старый дикарь. Честно.
И нечего тебе по необставленным квартирам шатать-
ся. Я мог бы семь фунтов в неделю за нее получать,
если бы хотел. Завтра же возьму жильца. Триста
пятьдесят в год за помещение. Ни звука. То есть, если
есть такие деньги под рукой, нечего бояться, говори.
Пожалуйста. Мебель и оборудование — за них по-
ложу четыреста или около того. Девяносто фунтов
в год — налоги. За воду, отопление и освещение — для
ровного счета пятьдесят. Это тебе обойдется в восемь-
сот девяносто, если желаешь. Только скажи, и мои по-
178
веренные набросают тебе контракт. Если нет, то у ме-
ня там стоит фургон, я тебя за пять минут свезу в по-
лицию и засажу за нарушение неприкосновенности
жилища, злостное бродяжничество, грабеж среди бе-
ла дня, мелкую кражу, воровство и за то, что прово-
нял весь дом. Что скажешь? Ну а если ты действи-
тельно готов сюда въехать, мой брат отделает тебе всё.
У меня есть брат, первоклассный декоратор. Он тебе
и отделает. Если тесно, там еще четыре комнаты на
площадке почти готовы. Ванная, гостиная, спальня и
детская. А в этой можно сделать кабинет. А брат, о ко-
тором я тебе говорю, он скоро и за те комнаты возь-
мется. Совсем скоро возьмется. Так что скажешь? Во-
семьсот с хвостиком за эту комнату или три тысячи за
весь верхний этаж? С другой стороны, если предпочи-
таешь долгосрочные условия, я знаю, одна страховая
фирма в Уэст-Хэме только и ждет, чтобы тебе офор-
мить сделку. Без всяких дополнительных условий, от-
крыто и законно, незапятнанная репутация; двадцать
процентов на заем, а то и сразу половину взноса; пла-
теж наличными, возвратные платежи, пособия много-
семейным, премиальные системы, зачет срока за хо-
рошее поведение, шестимесячная аренда, ежегодное
изучение соответствующих архивов, чай на столе,
продажа акций, распространение страховых пособий,
компенсация при приостановлении, полная страхов-
ка от бунта, нарушения общественного спокойствия,
нарушения трудовых законодательств, бури, грозы,
молнии, грабежа или падежа скота — с ежедневной
или двойной проверкой. Конечно, от нас потребует-
ся декларация, подписанная твоим личным врачом,
как гарантия твоей физической пригодности к тому,
179
чтобы все это потянуть. Сделаем? У тебя в каком бан-
ке счет?
Пауза.
Дверь открывается. Входит А с т о н. Мик оборачивается
и роняет брюки Дэвиса. Дэвис хватает их и надевает. Астон,
взглянув на обоих, идет к своей кровати, ставит на нее сум-
ку, которую держал в руках, садится и снова начинает чи-
нить тостер. Дэвис отступает в свой угол. Мик садится на
стул. Молчание. В ведро падает капля. Все задирают головы.
Там еще капает у тебя.
Астон. Да.
Пауза.
Крыша подтекает.
Мик. Крыша,а?
Астон. Да.
Пауза.
Надо просмолить.
Мик. Просмолить?
Астон. Да.
Мик. Что?
Астон. Щели.
Пауза.
Мик. Ты промажешь смолой щели на крыше.
Астон. Да.
Пауза.
Мик. Думаешь, поможет?
Астон. Поможет пока что.
180
М и к. Угу.
Пауза.
Д э в и с (внезапно). А что вы делаете?
Они оба смотрят на него.
Что вы делаете, когда ведро полное?
Пауза.
А с т о н. Выливаем.
Пауза.
М и к. Я рассказывал своему другу, что ты собира-
ешься отделать другие комнаты.
А с т о н. Да. (Пауза. Дэвису.) Я достал твою сумку.
Д э в и с. О!
Направляется к нему и берет сумку.
О, спасибо, мистер, спасибо. Дали ее тебе, да?
Возвращается с сумкой.
Мик поднимается со стула и хватает сумку.
М и к. Это что?
Д э в и с. Отдай, моя сумка!
М и к. Я эту сумку видел.
Д э в и с. Моя сумка!
Мик (уклоняясь от него). Что-то знакомая сумка.
Д э в и с. То есть как?
Мик. Ты где ее достал?
А с т о н (поднимаясь, обоим). Хватит вам!
Д э в и с. Моя!
Мик. Чья?
181
Дэвис. Моя! Скажи ему, что моя!
Мик. Это твоя сумка?
Дэвис. Давай сюда!
Астон. Отдай ему.
Мик. Что? Что отдать?
Дэвис. Сумку, черт тебя дери!
Мик (засовывая ее за газовую плиту). Какую сум-
ку? (Дэвису.) Какую сумку?
Дэвис (рванувшись). Да вот же!
Мик (загораживая ему дорогу). Ты куда?
Д э в и с. Я хочу свою... старую...
Мик. Полегче на поворотах, сынок. Ты ломишься
в дверь, когда никого нет дома. Не слишком нажимай.
Врываешься в частный дом и хватаешь все, что только
можно схватить. Смотри не зарывайся, парень.
Астон поднимает сумку.
Дэвис. Ты, ворюга ублюдочный... ворюга чер-
тов... отдавай мою...
Астон. Пожалуйста. (Протягивает сумку Дэвису.)
Мик хватает ее. Астон забирает ее. Мик хватает ее. Дэвис тя-
нется за ней. Астон забирает ее. Мик тянется за ней. Астон
дает ее Дэвису. Мик хватает ее.
Пауза.
Астон забирает ее. Дэвис забирает ее. Мик забирает ее. Дэвис
тянется за ней. Астон забирает ее.
Пауза.
Астон отдает Мику, Мик — Дэвису. Дэвис прижимает сумку
к себе.
Пауза.
Мик смотрит на Астона. Дэвис отходит с сумкой. Роняет ее.
Пауза.
182
Астон и Мик наблюдают за Дэвисом. Он подбирает сумку.
Подходит к своей кровати и садится. Астон подходит
к своей кровати, садится и начинает свертывать сигарету.
Мик стоит не двигаясь.
Пауза.
В ведро падает капля. Они задирают головы.
Пауза.
Как твои дела в Уэмбли?
Д э в и с. Я, собственно, туда не ходил.
Пауза.
Нет. Не получилось.
Мик идет к двери и выходит.
А с т о н. Не вышло у меня с той ажурной пилой.
Когда я туда пришел, ее уже не было.
Пауза.
Д э в и с. Это что ж за парень?
Астон. Мой брат.
Д э в и с. Да? Он вроде бы шутник, а?
Астон. Угу.
Д э в и с. Да... настоящий шутник.
А с т о н. У него есть чувство юмора.
Д э в и с. Да, я заметил.
Пауза.
Он шутник что надо, этот малый, сразу видать.
Пауза.
Астон. Да, у него есть склонность... склонность
во всем замечать смешное.
183
Д э в и с. У него, значит, чувство юмора, а?
А с т о н. Да.
Д э в и с. Да, оно и видно.
Пауза.
Я, как его увидел, сразу понял, что у него на всё свой
взгляд.
Астон встает, идет к ящику, вынимает статуэтку Будды
и ставит на газовую плиту.
А с т о н. Я обязался отделать ему верхний этаж.
Д э в и с. Как... ты говоришь... ты говоришь, это его
дом?
Астон. Да. Я обязался отделать ему весь этаж.
Чтобы здесь была квартира.
Д э в и с. Чем же он тогда занимается?
Астон. Он в строительном деле. У него свой
фургон.
Д э в и с. Он не живет здесь, нет?
Астон. Как я поставлю там сарай во дворе... я то-
гда смогу подумать и о квартире, понимаешь? Возмож-
но, я сколочу чего-нибудь на такой случай. (Подходит
к окну.) Я могу работать руками, понимаешь? Это уж я
могу. Никогда не думал, что получится. А теперь все
что хочешь могу сделать своими руками. Ну, ручную,
понимаешь, работу. Как я поставлю там сарай... у меня
будет мастерская, понимаешь? Можно... по дереву ра-
ботать. Для начала простую работу. Поработать... с хо-
рошим деревом. (Пауза.) Конечно, здесь надо много
всего сделать. Я думаю... все же я думаю поставить пе-
регородку... в одной из верхних комнат. Думаю, выйдет.
Понимаешь... есть такие ширмы... понимаешь... япон-
184
ские. Ими разгораживают комнату. На две половины.
Можно и так сделать, а можно перегородку. Я бы всё
смог сколотить, понимаешь, если б была мастерская.
Пауза.
Впрочем, перегородка, пожалуй, лучше.
Пауза.
Д э в и с. Э, погляди, я все думал. Это не моя сумка.
А с т о н. А, да.
Д э в и с. Да, не моя. Моя — она совсем другая была,
понимаешь? Я знаю, как они сделали. Они как сдела-
ли: они мою оставили, а тебе дали совсем другую.
А с т о н. Нет... там вышло так: кто-то твою сумку
унес.
Д э в и с (поднимаясь). А что я говорил?
А с т о н. В общем, я ее достал в другом месте. Там
еще... одежда есть. Он задешево мне все отдал.
Д э в и с (открывая сумку). А ботинки?
Вынимает из сумки две клетчатые рубахи: ярко-красную
и ярко-зеленую. Расправляет их.
В клетку.
А с т о н. Да.
Д э в и с. Да... что ж, я знаю такие рубашки, пони-
маешь? Такие рубашки — они зимой недолго держат-
ся. То есть это я уж точно знаю. Нет, что мне нужно,
так это такая рубашка с полосками, хорошая рубаш-
ка с полосками... сверху вниз. Вот что мне надо.
Вынимает из сумки темно-красную вельветовую куртку.
Что такое?
А с т о н. Домашняя куртка.
185
Д э в и с. Куртка? (Щупает ее.) Материя вроде
ничего. Посмотри, как сидит.
Примеряет куртку.
Зеркала тут нету, а?
А с т о н. Вроде бы нет.
Д э в и с. Как будто не мешком. Как, по-твоему,
выглядит?
А с т о н. Выглядит в порядке.
Д э в и с. Что ж, я тогда возьму.
Астон берет вилку тостера и изучает ее.
Тогда возьму.
Пауза.
Астон. Ты бы мог... сторожить здесь, если хо-
чешь.
Д э в и с. Что?
Астон. Ты бы мог... присматривать за домом,
если хочешь... ну знаешь, лестница, площадка, крыль-
цо — последить за всем. Чистить звонки.
Д э в и с. Звонки?
А с т о н. Я поставлю парочку. У парадной двери.
Медные.
Д э в и с. Сторожить, значит?
Астон. Да.
Д э в и с. Видишь ли... я никогда не сторожил рань-
ше, понимаешь... я ведь... я никогда... я что хочу ска-
зать... я никогда сторожем не был раньше.
Пауза.
А с т о н. А как насчет того, чтобы стать им?
186
Д э в и с. Ну как сказать... ну, мне бы надо знать...
понимаешь...
А с т о н. Какие...
Д э в и с. Да, какие, понимаешь...
Пауза.
А с т о н. Ну то есть...
Д э в и с. То есть мне бы надо... мне бы надо...
А с т о н. Что ж, я могу сказать...
Д э в и с. Вот... вот именно... понимаешь... чуешь, я
к чему?
А с т о н. Со временем...
Д э в и с. То есть я к чему клоню, понимаешь...
А с т о н. В общих чертах, что тебе...
Д э в и с. Видишь ли, я что хочу сказать... я вот
к чему клоню... то есть что за работа...
Пауза.
А с т о н. Ну вот лестница... и... и звонки...
Д э в и с. Но тогда ведь... разве нет... тогда ведь мет-
ла нужна... точно?
А с т о н. Я тебе достану... И, конечно, еще пару
щеток...
Д э в и с. Инструмент понадобится... вот какое де-
ло... Вещички две-три позарез нужны...
Астон снимает белый халат с гвоздя над своей кроватью.
А с т о н. Вот, надел бы, если хочешь.
Д э в и с. Что ж... вроде ничего, а?
А с т о н. Не запылишься.
Д э в и с (надевает халат). Да, с этим не запылишь-
ся, порядок. Шикарно. Большое спасибо, мистер.
187
А с т о н. Понимаешь, что б мы могли, мы бы... я
бы приделал звонок внизу, перед парадным, и на две-
ри — «Сторож». И ты бы смог открывать, когда спра-
шивают.
Д э в и с. О, я как-то не знаю...
А с т о н. Чего?
Д э в и с. Ну то есть не знаешь ведь, кто там снару-
жи идет, верно? Мне надо поосторожней.
А с т о н. А что, за тобой следят?
Д э в и с. За мной? Ну а если этот мерзавец шот-
ландский меня выследит и придет? Что получается:
я слышу звонок, спускаюсь туда, открываю дверь, а
там кто может быть, любой мужик с улицы может
быть. Тут меня и уделают. А еще придут за картой,
то есть ты погляди, вот, пожалуйста, только четыре
марки на этой карте, вот она, гляди, четыре марки, все,
что есть... Увидят «Сторож», позвонят — да тут же и
зацапают, прямо вот так вот; что тогда делать? Конеч-
но, у меня других карт полно, но они увидят, что я
с чужим именем. Понимаешь, имя, что у меня сейчас,
оно не настоящее. Настоящее мое имя не такое, как я
называюсь, понимаешь? Совсем другое. Понимаешь,
как меня сейчас зовут — это совсем не мое имя. Оно
чужое.
Молчание.
Свет постепенно гаснет. Затемнение.
Слабый свет за окном.
Хлопает дверь. Поворот ключа в двери. Входит Д э в и с,
закрывает дверь и несколько раз щелкает выключателем.
Д э в и с (бормочет). Что такое? (Щелкает выклю-
чателем.) Что там с этим проклятым светом? (Щел-
188
кает выключателем.) Не хватало еще, чтоб света
не было.
Пауза.
Что делать? Дьявол, света нет. Ничего не видно.
Пауза.
Что теперь делать? (Идет, спотыкается.) А-а-а, черт,
что такое? Дайте свет. Минутку.
Ищет спички в кармане, вынимает коробок и зажигает
спичку. Она сгорает. Коробок падает.
А-а-а! Где она? (Нагибается.) Где проклятая короб-
ка? По коробке ударили ногой. Что такое? Что? Кто
там? Что такое?
Пауза.
Топчется на месте.
Где моя коробка? Здесь же она была. Кто там? Кто ее
взял?
Долгая пауза.
Давай! Кто там? Кто там с моей коробкой?
Пауза.
Кто тут есть?!
Пауза.
У меня ножик есть. Вылезай! А ну давай, ты кто?
Идет, спотыкается, падает и кричит.
Молчание.
Едва слышно хнычет. Встает.
Никого!
189
Стоит. Тяжело дышит.
Внезапно начинает жужжать пылесос. С ним двигается
фигура, направляет его. Пылесос скользит по полу за Дэ-
висом, который отскакивает, хочет ускользнуть и падает,
шумно дыша.
А-а-а-а-а! Уйди-и-и-и-и!
Пылесос выключается. Фигура прыгает на кровать Астона.
Я тебе сейчас покажу! Я... я... вот я где!
Фигура вынимает вилку пылесоса из лампового патрона
и вкручивает лампочку. Зажигается свет. Дэвис прижима-
ется к правой стене с ножом в руке. М и к стоит на кровати
и держит вилку.
М и к. Я просто делал весеннюю уборку. (Спуска-
ется на пол.) Тут была розетка на стене. Для пылесо-
са. Но она не работает. Пришлось включить в патрон.
(Ставит пылесос под кровать Астона.) Ну, как сей-
час комната? Я здесь хорошо прошелся.
Пауза.
Мы это по очереди делаем, раз в две недели, брат и я,
хорошенько чистим. Поздно сегодня работал, только
пришел. Но я уж решил взяться, раз моя очередь.
Пауза.
Я здесь, правда, не живу. Нет. Я, собственно, живу
в другом месте, но все ж таки отвечаю я за содержа-
ние помещения, верно? Горжусь своим домом.
Подходит к Дэвису и указывает на нож.
Чего это ты размахался?
Дэвис. Ты ко мне подошел...
190
М и к. Прошу прощения, если напугал. Но я и о те-
бе думал, понимаешь? Вроде бы гость моего брата.
Надо ведь о твоем комфорте позаботиться? Чтоб тебе
пыль в нос не лезла. Кстати, ты сколько еще думаешь
пробыть? Я, собственно, хотел тебе предложить сни-
зить арендную плату, оставить лишь номинальную
сумму, то есть пока ты не устроишься. Просто номи-
нальную, и всё.
Пауза.
А будешь несговорчив, мне придется пересмотреть
весь контракт.
Пауза.
Ты, надеюсь, насилия здесь не собираешься учинить,
а? Ты ведь не из таких, верно?
Д э в и с (с силой). Мне чужого не надо, приятель.
Но если кто меня тронет, пусть пеняет на себя.
М и к. Охотно верю.
Д э в и с. Веришь? Хватит с меня, понял? Слы-
шишь, что говорю? Пошутить — пожалуйста, я не
против, но все тебе скажут... что со мной такое не
пройдет.
М и к. Очень хорошо понимаю, да.
Д э в и с. Я многое стерплю... но...
М и к. ...есть предел.
Д э в и с. Точно.
Мик садится на груду хлама у камина.
Ты что делаешь?
Мик. Нет, просто хочу сказать, что... нахожусь
под большим впечатлением.
191
Д э в и с. A?
М и к. Под большим впечатлением от сказанного.
Пауза.
Да, очень впечатляюще, очень.
Пауза.
По крайней мере для меня.
Д э в и с. Так ты понял, о чем я?
М и к. Да, конечно. Я думаю, мы понимаем друг
друга.
Д э в и с. Да? Что ж... я что скажу... хорошо б... хо-
рошо б, если так. Ты все меня разыгрывал, понима-
ешь? Не знаю за что. Когда я тебе чего сделал?
М и к. Да нет, знаешь, почему всё так? Мы просто
не с той ноги начали. Вот и всё.
Д э в и с. Это точно.
Присаживается рядом с Миком.
М и к. Хочешь сандвич?
Д э в и с. Что?
М и к (вынимая сандвич из кармана). На, бери!
Д э в и с. Купить хочешь.
М и к. Нет, ты меня никак не поймешь. Конечно
же, меня интересуют друзья моего брата. Ты ведь
друг моего брата, верно?
Д э в и с. Я, собственно... оно, пожалуй, слишком
сильно.
М и к. А что, разве он не как друг тебе?
Д э в и с. Да нет, не то чтоб мы такие прямо друзья
были. То есть он мне зла не сделал, но я бы не сказал,
чтобы он какой-то особенный был мне друг. А с чем
сандвич?
192
М и к. С сыром.
Дэвис. Сойдет.
Мик. Держи.
Дэвис. Спасибо, мистер.
Мик. Грустно слышать, что мой брат плохой друг.
Д э в и с. Да друг он, друг, разве я чего говорил...
Мик (вынимая солонку из кармана). Соли?
Дэвис. Нет, спасибо. (Жует сандвич.) Что-то я...
не разберу его.
Мик (шаря по карманам). Забыл перец.
Д э в и с. Не раскушу его никак, вот и всё.
М и к. Где-то у меня горчица была. Положил, ви-
димо, не туда.
Пауза. Дэвис жует. Мик смотрит, как он ест. Затем встает
и направляется к авансцене.
Э-э-э... послушай... можно тебя попросить о совете?
Собственно, ты ведь много всего повидал. Можно
с тобой посоветоваться кое о чем?
Дэвис. Давай валяй.
Мик. Видишь ли, какое дело, я немного беспоко-
юсь за брата.
Дэвис. Твоего брата?
Мик. Да... видишь ли, беда в чем...
Д э в и с. В чем?
Мик. Ну, это не очень приятно говорить...
Дэвис (встает и подходит к авансцене). Давай
говори.
Мик (смотрит на него). Он не любит работать.
Пауза.
Дэвис. Иди ты!
7 Зак. \» 2322
193
М и к. Да, просто не любит работать — вот в чем
беда.
Д э в и с. Правда?
М и к. Ужасно, что приходится говорить такое
о собственном брате.
Д э в и с. Эге.
М и к. Просто робеет перед работой. Очень робеет.
Д э в и с. Знаю таких.
М и к. Знаешь, какие они?
Д э в и с. Встречал.
М и к. То есть я хочу, чтобы он продвигался, раз-
вивался.
Д э в и с. А как же еще, друг?!
М и к. Если имеешь старшего брата, то хочется его
подталкивать, хочется, чтобы он шел избранным пу-
тем. Разве можно болтаться без дела, он только себе
вредит. Я так считаю.
Д э в и с. Точно.
М и к. А он никак за дело не возьмется.
Д э в и с. Не любит работать.
М и к. Робеет.
Д э в и с. И мне так кажется.
М и к. Ты встречал таких, верно?
Д э в и с. Я? Знаю, что за люди.
М и к. Так.
Д э в и с. Знаю, что за люди. Встречал.
М и к. Очень меня беспокоит. Понимаешь, я дело-
вой человек, я в торговом деле. У меня свой фургон.
Д э в и с. Правда?
М и к. Он мне обязался кое-какую работу сде-
лать... мне он здесь нужен, чтобы кое-что сделать...
194
но я не знаю... я прихожу к выводу, что он не спешит
работать.
Пауза.
Что ты мне посоветуешь?
Д э в и с. М-да... веселое дело с таким братцем...
М и к. Как?
Д э в и с. Я говорю, он... он вроде бы смешной тип,
твой брат.
М и к (уставился на Дэвиса), Смешной? Он?
Д э в и с. Ну... смешной...
М и к. Чем же он смешной?
Пауза.
Д э в и с. Что работы не любит.
М и к. Что ж здесь смешного?
Д э в и с. Ничего.
Пауза.
М и к. По-моему, это не смешно.
Д э в и с. Не смешно.
М и к. Ты ведь не собираешься здесь наводить
критику?
Д э в и с. Нет-нет, я что, я ничего... я только сказал...
М и к. Ты язык не распускай!
Д э в и с. Послушай, я ведь что...
М и к. Хватит! (Оживленно.) Смотри! У меня к те-
бе есть предложение. Я думаю всё здесь взять в свои
руки, понимаешь? Мне кажется, тут нужны умелые
руки. У меня много идей, много планов. (Разглядыва-
ет Дэвиса.) Ты бы хотел остаться здесь сторожем?
Д э в и с. Я?
195
М и к. Я буду говорить начистоту. Мне нужен был
бы человек вроде тебя, чтобы за всем присматривать.
Д э в и с. Это... подожди-ка... я ж... раньше никогда
не сторожил, понимаешь?
М и к. Неважно. Просто ты мне кажешься подхо-
дящим человеком.
Д э в и с. Я человек подходящий. Я ведь как, у ме-
ня знаешь сколько предложений раньше было, прямо
так...
М и к. Что ж, я и раньше заметил, когда ты вынул
нож, что с тобой шутки плохи.
Д э в и с. Со мной шутки плохи, парень.
М и к. То есть ты, наверное, служил, правда?
Д э в и с. Служил?
М и к. На военной службе был? Видно, что ты на
изготовку взял.
Д э в и с. А... да. Полжизни там провел, парень.
В заморских... можно сказать... служил... точно.
М и к. В колониях, да?
Д э в и с. И там был. Один из лучших был.
М и к. Вот-вот. Вот такого я и ищу.
Д э в и с. Зачем?
М и к. Сторожить.
Д э в и с. Да, конечно... слушай... гляди-ка... а кто
хозяин — он или ты?
М и к. Я. Могу документально подтвердить.
Д э в и с. А-а... (Решительно.) Ладно, вот что, я не
против немного посторожить, не против присмотреть
за домом для тебя.
М и к. Конечно, мы заключим с тобой небольшое
финансовое соглашение, взаимовыгодное.
Д э в и с. Это уж сам решай как хочешь.
196
М и к. Благодарю. И еще одна вещь.
Д э в и с. Что такое?
М и к. Ты можешь представить рекомендации?
Д э в и с. А?
М и к. Для юриста.
Д э в и с. У меня полно рекомендаций. Мне только
надо сходить в Сидкап завтра. Все мои рекомендации
там находятся.
М и к. Это где?
Д э в и с. В Сидкапе. Там у него не только реко-
мендации, у него там все мои бумаги. Я это место как
свои пять пальцев знаю. Мне все равно туда надо, по-
нимаешь, в чем дело, обязательно туда надо, прямо
вот как.
М и к. Так что рекомендации всегда будут под ру-
кой, когда понадобятся.
Д э в и с. Я в любой день схожу туда, говорю тебе.
Я сегодня хотел, да вот... жду, чтобы распогодилось.
М и к. А-а.
Д э в и с. Слушай. Ты мне ботинки не можешь до-
стать, а? Просто позарез нужны. Куда ж я пойду без
ботинок, а? Как ты думаешь, ты б не смог достать?
Свет постепенно гаснет. Затемнение.
Утро. А с т о н натягивает брюки. Легкая гримаса. Обора-
чивается к своей кровати, берет полотенце со спинки, ма-
шет им. Вешает на место, подходит к Дэвису и будит
его. Дэвис резко садится.
А с т о н. Ты сказал, чтобы я тебя разбудил.
Дэвис. Зачем?
А с т о н. Ты сказал, что думаешь пойти в Сидкап.
Дэвис. Да, хорошо бы мне туда попасть.
А с т о н. День сегодня не ахти.
197
Д э в и с. Что ж, выходит, отменяется?
А с т о н. Я... я опять не очень хорошо спал.
Д э в и с. Я — ужасно спал.
Пауза.
А с т о н. Ты здесь...
Д э в и с. Ужасно. Дождь ночью шел, что ли?
А с т о н. Небольшой.
Подходит к своей кровати, берет маленькую планку и начи-
нает чистить наждачной шкуркой.
Д э в и с. Так и знал. Заливало на голову.
Пауза.
И сквозняком прямо в лицо тянуло.
Пауза.
С мешковиной которое окно не можешь разве закрыть?
А с т о н. Взял бы и закрыл.
Д э в и с. Так как же тогда, а? Дождь прямо на го-
лову льет.
А с т о н. Воздуха надо немного.
Д э в и с (вылезает из постели. На нем брюки, жи-
лет и фуфайка. Надевая сандалии). Слушай. Я всю
жизнь на воздухе провел. Нечего мне про воздух тол-
ковать. Я только о чем говорю: что-то слишком много
воздуха в окно идет, когда я сплю.
А с т о н. Здесь душно очень, когда окно закрыто.
Подходит к стулу, кладет на него планку и продолжает чи-
стить наждаком.
Д э в и с. Да, но послушай, ты ж знаешь, о чем я го-
ворю. Этот дождь чертов — он мне прямо на голову.
Спать не дает. Я ж мог до смерти простудиться на та-
198
ком сквозняке. Вот и всё. Окно только закрой, и ни-
кто простужаться не будет, вот и всё.
Пауза.
А с т о н. Я не могу здесь спать при закрытом окне.
Д э в и с. Да, но я как? Обо мне... обо мне ты поду-
мал? Я — как?
Пауза.
А с т о н. А почему бы тебе наоборот не спать?
Д э в и с. То есть как?
А с т о н. Ногами к окну.
Д э в и с. И что?
А с т о н. Дождь на голову не попадет.
Д э в и с. Нет, так не выйдет. Так не выйдет.
Пауза.
То есть я иначе уже спать не могу. Со мной чего ме-
нять, лучше с окном. Смотри, дождь идет. Погляди
только. Вон как льет.
Пауза.
А с т о н. Я, пожалуй, пройдусь по Голдхок-роуд.
С одним типом надо поговорить. У него верстак есть.
В хорошем состоянии, как я поглядел. Вряд ли он
ему нужен.
Пауза.
Пройдусь туда, попробую...
Д э в и с. Смотри, что получается. В Сидкап сего-
дня уже не добраться. Э, а сейчас не закроешь окно,
а? А то зальет всё.
А с т о н. Закрой пока что.
199
Д э в и с (закрывает окно и смотрит во двор).
А что там под брезентом?
А с т о н. Доски.
Д э в и с. Зачем?
А с т о н. Для моего сарая.
Д э в и с (садится на кровать). Ботинки не при-
смотрел мне еще, что обещал?
А с т о н. Ботинки? Нет. Посмотрю... может, сего-
дня принесу.
Д э в и с. Куда ж мне сейчас в этих выходить? Да-
же чаю не выйдешь попить.
А с т о н. Тут есть кафе по дороге.
Д э в и с. А хоть бы и было, что с того?
Во время следующего монолога Астона в комнате посте-
пенно темнеет. К концу монолога ясно виден лишь Астон;
Дэвис и все предметы — в тени. Свет следует убирать по-
степенно, незаметно.
А с т о н. Я туда захаживал частенько. Давно это
было. А потом перестал. Мне там нравилось. Очень час-
то заходил провести время. Перед тем как уехал. Как
раз перед этим. Мне кажется... это было одно с другим
связано... Они все... там... были постарше, чем я. Но они
вроде всегда слушали. Мне казалось... они понимали,
что я говорил. То есть я обычно с ними разговаривал.
Слишком много болтал. Моя ошибка. И на фабрике то
же самое. Стою там или в перерыв, всегда... треплюсь
о разных вещах... А эти люди, они слушали, что бы я...
им ни рассказывал... И больше ничего. Беда в том, что
у меня было вроде галлюцинаций. И не галлюцинации
даже... У меня было чувство, что я все вижу... очень яс-
но... все... было такое ясное... все обычно... все обычно...
200
все обычно успокаивалось... все успокаивалось... все та-
кое... спокойное... и... так ясно видно... было... Может,
и не так... Но все равно, кто-нибудь должен был сказать.
Я ничего не знал. И... верно, какая-то сплетня объяви-
лась. И пошла ходить. Мне казалось, люди стали смеш-
ные. В кафе. На фабрике. Я все не понимал. Тогда од-
нажды меня увезли в больницу, под самым Лондоном.
Меня... привезли туда. Я не хотел. Все равно... я пытался
убежать, не раз даже. Но... это не просто. Мне задавали
вопросы там. Приводили и задавали разные вопросы.
Ну, я им говорил... когда они хотели... о чем я думал. Хм.
Тогда однажды... этот человек... доктор, наверно глав-
ный... он такой был... видный из себя... хотя я и не знал
точно. Он меня вызвал. Он сказал... он сказал, что у ме-
ня чего-то там было. Он сказал, что они исследовали
и решили. Он мне так сказал. И еще показал пачку бу-
маг и сказал, что у меня чего-то там есть, какая-то бо-
лезнь. Он сказал... просто сказал, понимаешь? У тебя...
вот то-то. Это твоя болезнь. И мы решили, говорит, что
в твоих интересах мы можем предложить только одно
лечение. Он сказал... но я... точно не помню... как он вы-
разился... он сказал, мы что-то сделаем с твоим мозгом.
Он сказал... если нет, ты здесь останешься на всю жизнь,
а если да, у тебя есть шанс. Сможешь выйти, он сказал,
и жить как все. Что вы хотите сделать с моим мозгом,
я его спросил. Но он только повторил, что раньше. Ну,
я был не дурак. Я знал, что я несовершеннолетний.
Я знал, что он ничего со мной не сделает без разреше-
ния. Я знал, что ему нужно разрешение от моей матери.
Я ей написал и сказал, что они хотят сделать. Но она
подписала их бланк, понимаешь, дала им разрешение.
Я знаю, потому что он показал мне ее подпись, когда я
про это заговорил. Ну, в ту ночь я пытался убежать, в ту
201
ночь... Я пять часов перепиливал один прут в окне пала-
ты. Пока было темно. Они обычно светили фонариком
на все кровати каждые полчаса. Так что я все рассчитал.
И когда все было почти готово, у одного там... у него
был припадок, прямо рядом со мной. Так что меня пой-
мали. А через неделю они начали обходить и делать эту
штуку с мозгом. Нам всем должны были это сделать,
в той палате. И они приходили и делали по одному.
По одному в ночь. Я был один из последних. И я все
мог видеть, как это у других происходило. Они прихо-
дили с такими... не знаю, что это такое... вроде больших
зажимов с проводами, а провода шли к маленькой ма-
шине. Электрической. Они клали человека, и этот глав-
ный... главный доктор, укреплял зажимы, вроде науш-
ников, он их укреплял по обеим сторонам черепа. Один
человек держал машину, понимаешь, и он... там он дер-
жал машину, понимаешь, и крутил ее, а главный прос-
то прижимал эти зажимы по обе стороны — на черепе.
А потом снимал. Потом они человека закрывали и боль-
ше не трогали. Некоторые начинали буянить, но по
большей части все обходилось. Они просто так лежали.
Да, они уже ко мне подходили, и в ту ночь, как они при-
шли, я поднялся и стоял, прижался к стене. Мне велели
лечь на кровать, а я знал, что им надо меня положить,
так как, если бы они мне это сделали стоя, у меня мог
бы сломаться позвоночник. Так что я стоял, и тогда
один или двое подошли ко мне, да, я тогда был моложе,
гораздо сильнее, чем теперь, я был очень сильный, од-
ного я положил, а другого схватил за горло, и тогда
вдруг этот главный приставил мне зажимы к черепу, а я
знал, ему не полагалось делать так, пока я стою, вот по-
чему я... в общем, он это сделал. Так что я вышел. Вы-
шел оттуда... но я не мог ходить. Не думаю, чтобы они
202
мне повредили позвоночник. Это все было в порядке.
Главное... что мои мысли стали медленнее... я совсем не
мог думать... не мог... собраться... с мыслями... э-э-э... не
мог... никак собрать их... вместе. Главное — я не слышал,
что говорят. Я не мог смотреть ни направо, ни налево,
мне надо было глядеть только перед собой, потому что,
если я поворачивал голову... я не мог держаться... пря-
мо. И еще головные боли. Я не выходил из комнаты.
Это когда я жил с матерью. И с братом. Младшим. И я
все вещи разложил по порядку у себя в комнате, все ве-
щи, что были мои, но я не умер. Дело в том, что мне сле-
довало умереть. Мне надо было умереть. Но все равно
мне сейчас гораздо лучше. Только я с людьми не гово-
рю теперь. Держусь подальше. Никогда не хожу туда,
к ним, в кафе... И ни с кем не разговариваю... как сейчас.
Я часто думал — вернусь и найду того, кто мне это под-
строил. Но раньше мне еще кое-что надо сделать. Я хо-
чу построить тот сарай, в саду...
Занавес
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Две недели спустя. М и к лежит на полу, под головой у не-
го свернутый ковер, он глядит в потолок. Д э в и с сидит на
стуле, в руках у него трубка.
На нем новая куртка. День. Тишина.
Д э в и с. Я так думаю, он чего-то с крышей сделал.
Пауза.
203
В прошлую неделю вон сколько дождей было, а в вед-
ро совсем и не каплет.
Пауза.
Он, должно быть, смолой снаружи замазал.
Пауза.
Там кто-то расхаживал по крыше прошлой ночью.
Должно быть, он.
Пауза.
Мне так сдается, это он снаружи там замазал на кры-
ше. И ни слова мне не сказал. Вообще мне ни слова
не говорит.
Пауза.
Не отвечает, когда я к нему обращаюсь.
Зажигает спичку, подносит к трубке, задувает ее.
Не дает мне нож!
Пауза.
Не дает мне нож, чтобы резать хлеб!
Пауза.
А как я буду резать хлеб без ножа?
Пауза.
Это ж невозможно!
Пауза.
М и к. У тебя есть нож.
Д э в и с. Чего?
204
М и к. У тебя есть нож.
Д э в и с. Ну есть нож, конечно, есть нож, а как ты ду-
маешь, таким можно хлеб отрезать? Это ж не хлебный
нож. Им хлеб не режут. Я его подобрал где-то. Я и не
помню совсем где. Я чего хочу...
М и к. Я знаю, чего ты хочешь.
Пауза.
Д э в и с (поднимается и идет к газовой плите).
А с плитой этой? Он говорит, она не подключена. От-
куда я знаю, подключена она или нет? Я вон где, я пря-
мо под ней сплю, я среди ночи просыпаюсь — у меня
лицо чуть не в духовке, господи боже! Она прямо у ме-
ня перед лицом, откуда я знаю — может, она взорвется,
когда я лежу в постели, может, она меня угробит!
Пауза.
Но он вроде и внимания не обращает, когда я говорю.
Я сказал ему недавно, слышишь, я сказал ему насчет
этих черных, насчет черномазых, что приходят из дру-
гого дома и пользуются уборной. Я сказал ему, что там
одна грязь была, все перила были грязные, они черные
были, вся уборная была черной. А он что сделал? Он
за всем тут следить должен, ему нечего было сказать,
у него и слова не нашлось сказать. Ему наплевать!
Пауза.
Недели две назад он сидел здесь, он тут со мной раз-
говорился. Недели две. Такого наговорил!.. А с тех
пор и слова не сказал. А тогда говорил и говорил.
И не знаю, с чего это он... Не смотрел на меня, вроде
и не со мной говорил, ему вообще на меня наплевать.
205
Он сам с собой разговаривал! Ему только это и нужно.
Ты вот ко мне подходишь, совета просишь... Он такого
никогда не сделает. У нас с ним не получается разгово-
ра, понимаешь? Нельзя же жить в одной комнате, если
совсем друг с другом не говоришь.
Пауза.
Никак я его не пойму.
Пауза.
С тобой вдвоем мы бы устроили тут как надо.
М и к (задумчиво). Да, ты прав. Слушай, что бы я
сделал с этим домом.
Пауза.
Я бы из него шикарный особняк сделал. Скажем... эту
комнату. Эта комната была бы кухней. Площадь подхо-
дит, окно большое, полно света Я бы сделал... я бы сде-
лал здесь синие с отливом, медно-красные и пергамент-
ные квадраты из линолеума. И эти тона повторил бы на
стенах. Плита, мойка — белые с черным верхом. Для
шкафов, для посуды места сколько угодно. Маленький
стенной буфет и большой стенной буфет, а в углу бу-
фет-вертушка. В буфетах недостатка бы не было. А сто-
ловую сделать через площадку, слышишь? Да. Подъем-
ные жалюзи на окнах, пробковые коврики... Стол... по-
лированный, из тикового дерева, сервант с черными
матовыми ящиками, у стульев гнутые ножки, мягкие
сиденья, кресла с шерстяной кремовой обивкой... Буко-
вый диванчик с плетеным сиденьем из морской травы,
белый жаростойкий кофейный столик... белая керами-
ка... Да. Потом спальня. Что такое спальня? Это убежи-
206
me. Приют отдыха и тишины. Здесь отделка спокойная.
Освещение — самое необходимое. Мебель... красное
и розовое дерево. Лазурно-голубой ковер, голубые с бе-
лым легкие занавески, постельное покрьшало с синими
розочками на белом фоне, туалетный столик — такой,
что можно делать выше-ниже, на нем пепельница, лам-
па с абажуром из рафии... (Садится.) Не квартира была
бы, а дворец.
Д э в и с. Еще бы, так и было бы.
М и к. Дворец.
Д э в и с. А кто бы там жил?
М и к. Я. Мой брат и я.
Пауза.
Д э в и с. А как же я?
М и к (неторопливо). Весь этот хлам здесь, он ни-
кому не нужен. Просто куча старого железа, и толь-
ко. Лом. Разве из этого устроишь дбм? Тут ведь ни-
как не развернешься. Это хлам. Он его так и не смог
продать, ему и двух пенсов за него не дадут.
Пауза.
Хлам.
Пауза.
Но ему как будто все равно, что я думаю, вот в чем
беда. Почему бы тебе не поговорить с ним, не узнать,
чего он хочет?
Д э в и с. Мне?
М и к. Да. Ты же его друг.
Д э в и с. Никакой он мне не друг.
М и к. Но ведь ты живешь с ним в одной комнате,
верно?
207
Д э в и с. Никакой он мне не друг. Его и не разбе-
решь никогда. То есть я хочу сказать, что с таким, как
ты, все ясно...
Мик смотрит на него.
То есть ты себе на уме, я и не говорю, что ты не себе на
уме, это каждый видит. Может, ты и чудишь по-своему,
так ведь все мы такие, а у него всё по-другому. То есть
с тобой, по крайней мере, с тобой ясно, что ты...
Мик. Прямой.
Д э в и с. Точно, прямой.
Мик. Да.
Д э в и с. А вот он, у него никогда не поймешь, что
он еще выкинет.
Мик. Угу.
Д э в и с. Он же бесчувственный!
Пауза.
Понимаешь, мне нужны часы! Мне нужны часы, что-
бы показывали время! Как я могу узнать время без
часов? Я не могу! Я сказал ему, слушай, вот бы сюда
часы, чтобы я знал, который час! То есть, если знаешь
время, чувствуешь себя свободно, понимаешь? А так,
что мне надо делать? На улицу выйду — на часы по-
смотрю, а потом надо не забыть, когда я уже дома. Но
так ведь нельзя, то есть стоит пять минут здесь по-
быть, и я уже забыл. Забыл, который час!
Ходит по комнате.
Потом, смотри. Если я нездоров и днем полежу, отку-
да мне знать, когда я проснусь, пора ли пить чай!
Еще, понимаешь, ничего, когда приходишь. На углу
208
есть часы, и, когда я вхожу в дом, я знаю, который час.
Но когда вошел! Когда я уже здесь! Тогда у меня и
понятия нет, сколько времени.
Пауза.
Нет, что мне нужно, так это часы... здесь, в комнате, то-
гда я, может, еще продержусь. Но он мне ничего не дает.
Садится на стул.
Будит меня! Он меня будит посреди ночи! Говорит,
что я бормочу! Я тебе говорю, я уже было на днях ре-
шил все ему высказать!
М и к. Он не дает тебе спать?
Д э в и с. Не дает мне спать! Будит!
М и к. Какой ужас!
Д э в и с. Я в разных местах бывал. Мне всегда дава-
ли спать. И везде так, куда ни пойди. Кроме как здесь.
М и к. Сон необходим. Я всегда это говорю.
Д э в и с. Точно, сон необходим. Я утром просыпа-
юсь, я измотанный совсем. У меня есть дела, мне надо
ходить везде. Мне надо определиться, мне надо при-
строиться. Но когда я встаю утром, у меня совсем нет
сил. И ко всему еще нет никаких часов.
М и к. Да.
Д э в и с (встает, ходит по комнате). Он уходит, я
не знаю, куда он идет, где это он ходит, он мне не гово-
рит. Мы с ним болтали, бывало, а потом — хоть бы ра-
зок. Я не вижу его никогда, он уходит, приходит позд-
но, только и делает, что меня расталкивает среди ночи.
Пауза.
Послушай! Я просыпаюсь... Я просыпаюсь утром, и
он лыбится на меня! Он стоит тут, смотрит на меня
209
и лыбится! Я его вижу, понимаешь, я его вижу через
одеяло. Пиджак надевает, потом оборачивается, смот-
рит на мою кровать, рот до ушей. Какого дьявола он зу-
бы скалит? Только он не знает, что я за ним смотрю че-
рез одеяло. Слабо ему знать! Не знает, что я его вижу,
думает, я сплю, но я за ним слежу все время через одея-
ло, понял? А он не знает! Он просто смотрит на меня и
зубы скалит, а не знает, что я вижу!
Пауза.
(Наклоняясь к Мику.) Ты, верно, чего хочешь, ты хо-
чешь поговорить с ним, точно? Я уже... Я уже всё
придумал. Ты скажи ему... у нас есть, мол, планы на-
счет этого дома, мы могли бы тут устроиться, мы всё
привели бы в порядок. Смотри, я мог бы все отделать
здесь, я бы тебе помог во всем... если б мы вдвоем тут,
ты да я...
Пауза.
Ты теперь где живешь?
М и к. Я? Ну, у меня есть квартира. Неплохая. Всё
на месте. Приходи как-нибудь, выпьем. Чайковского
послушаем.
Д э в и с. Нет, ей-богу, тебе бы поговорить с ним.
То есть ты же его брат.
Пауза.
М и к. Да... может, и поговорю.
Хлопает входная дверь. Мик поднимается и выходит.
Д э в и с. Ты куда? Это же он!
210
Молчание.
Дэвис стоит, затем идет к окну и выглядывает. Входит
А с т о н. У него в руках большой бумажный пакет. Он сни-
мает пальто, разворачивает пакет и вынимает ботинки.
А с т о н. Ботинки.
Дэвис (оборачиваясь). Чего?
А с т о н. Я их подобрал. Примерь!
Дэвис. Ботинки? Какие ботинки?
А с т о н. Может, подойдут.
Дэвис (снимает свои сандалии и примеряет бо-
тинки, прохаживается, поводит носками, наклоняет-
ся и ощупывает кожу). Нет, не годятся.
А с т о н. Да?
Д э в и с. Не подходят.
А с т о н. Ммм...
Пауза.
Дэвис. Ладно, вот что, я их поношу... пока дру-
гих не достану.
Пауза.
А где шнурки?
А с т о н. Нет шнурков.
Д э в и с. Я не могу их носить без шнурков.
А с т о н. Я нашел без шнурков.
Дэвис. Тогда что ж, тогда крышка. То есть они
держаться не будут без шнурков. Чтобы ботинки сиде-
ли на ноге без шнурков, нужно ногу напрягать, пони-
маешь? Ходить с напряженной ногой, понимаешь? Это
же вредно! Большая нагрузка для ноги. А если ботин-
ки зашнурованы, не надо совсем напрягаться.
211
А с т о н (подходит к своей кровати). Может, у ме-
ня завалялись какие.
Д э в и с. Вот, вот, понимаешь, чего мне надо?
Пауза.
Вот какие-то.
Они коричневые.
Больше нет.
А ботинки черные.
Астон не отвечает.
Ладно, подойдут, пока других не достану. (Садится на
стул и зашнуровывает ботинки.) Может, в них я до-
берусь завтра до Сидкапа. Если я туда попаду, смогу
пристроиться.
Пауза.
Мне хорошую работу предлагали. Один тип предлагал,
у него... у него куча планов. У него всё впереди. Но им
нужны мои бумаги, понимаешь, им нужны рекоменда-
ции. Мне надо бы попасть в Сидкап, а то как иначе я их
получу? Они там, в Сидкапе, понимаешь? Главное —
попасть туда. Тут-то и загвоздка. Погода никак не поз-
воляет.
Астон незаметно для Дэвиса тихо выходит.
Не знаю, как еще ботинки придутся. Тяжелая дорога,
я был там раньше. Вроде когда сюда шел. В прошлый
раз я шел оттуда, да... в тот раз... возвращался... дорога
была дрянь... все время дождь шел... хорошо, я не помер
там, на дороге. Но я добрался досюда, шел без останов-
ки... да., шел без остановки. Но все равно я так не могу,
Астон.
Д э в и с.
Астон.
Д э в и с.
212
мне надо сейчас... мне надо опять туда пойти, найти то-
го типа... (Оборачивается.) Черт! Вот ведь гад какой, он
меня и не слушает!
Затемнение.
Ночь. Тусклый свет через окно. Астон и Дэвисна
своих кроватях. Дэвис стонет. Астон садится, поднимается
с постели, включает свет, подходит к Дэвису и трясет его.
Астон. Эй, хватит, слышишь? Я не могу спать.
Дэвис. Что? Что? Что такое?
Астон. Опять расшумелся.
Д э в и с. Я старый человек, что ты хочешь от ме-
ня — чтобы я не дышал?
Астон. Шумно очень.
Дэвис. Ты что, хочешь, чтоб я не дышал?
Астон (идет к своей кровати, надевает брюки).
Пойду глотну воздуха.
Дэвис. Что ты хочешь от меня? Слушай, при-
ятель, я не удивляюсь, что за тобой приезжали. Бу-
дить старого человека посреди ночи — ты и точно
чокнутый! Из-за тебя мне кошмары снятся, кто ж ви-
новат тогда, что мне кошмары снятся? Если бы ты
меня не дергал все время, я бы не шумел! Как ты хо-
чешь, чтобы я спал тихо, когда ты меня расталкива-
ешь все время? Ты что, хочешь, чтобы я не дышал?
Отбрасывает одеяло и вылезает из постели, одетый в фу-
файку, жилет и брюки.
Здесь холод такой, что мне приходится в брюках ло-
житься. Никогда в жизни так не спал. А здесь прихо-
дится. И все потому, что ты не сделаешь отопления,
черт бы его драл! Я видел дни и получше, приятель.
213
И ни в какие заведения меня не помещали, это точно.
Я в здравом уме! И нечего меня дергать. Со мною-то
всё в порядке, ты сам не рыпайся. Знай свое место, то-
то! Могу тебе сказать, твой брат за тобой поглядывает.
Он всё о тебе знает. У меня там есть друг, ты не бес-
покойся. У меня там стоящий друг! Как с мразью со
мной обращается! Чего ж ты меня тогда сюда привел,
раз так думал со мной обращаться? Ты думал, ты ме-
ня получше, как бы не так. Я всё знаю. Они тебя заса-
дили раз, они тебя и еще раз засадят. Твой брат за то-
бой поглядывает! Они могут еще раз к твоей голове
провода подвести! Они еще подведут! Когда захотят.
Им только стукнуть надо. Они тебя в карете отвезут,
парень. Приедут сюда, подхватят и увезут! Будешь
знать тогда! Подведут провода к голове, узнаешь тогда.
Они только взглянут на весь этот хлам, где я сплю,
и сразу поймут, что ты псих. Ну и сплоховали они,
слышишь ты, такого выпустить, а?! Неизвестно, что
тебе надо, уходишь, приходишь, никто не знает, что те-
бе надо! Но с собой я такого не потерплю. Думаешь, я
всю грязную работу за тебя буду делать? Ха! Да ты
в себя приди! Ты хочешь, чтобы я грязную работу де-
лал по всей лестнице только ради как спать в этой во-
нючей дыре? Нашел дурака! Мальчишка! Да ты сам не
знаешь, что ты все время делаешь. Ты же тронулся! Ты
уже наполовину спятил! Все ясно, стоит лишь гля-
нуть. Хоть бы раз монету подкинул! Обращается со
мной как с поганой скотиной! Я-то никогда в дурдоме
не был!
Астон делает легкое движение по направлению к нему. Дэвис
вынимает свой нож из заднего кармана.
214
Попробуй только подойти, приятель! У меня вон что
есть. Он был в деле. Он был в деле. Лучше не суйся.
Пауза.
Они долго смотрят друг на друга.
Думай, что делаешь.
Пауза.
Только попробуй тронь.
Пауза.
А с т о н. Я... мне кажется, тебе пора поискать чего
другого. Мы вроде не поладили.
Д э в и с. Поискать чего другого?
А с т о н. Да.
Д э в и с. Мне? Это ты кому? Сам поищи, понял?
А с т о н. Что?
Д э в и с. Ты! Ты поищи чего другого!
А с т о н. Я живу здесь. А ты — нет.
Д э в и с. Я — нет? Нет уж, я живу здесь. Мне здесь
работу предложили.
А с т о н. Да... в общем, ты не совсем подходишь.
Д э в и с. Не подхожу? Ладно. К твоему сведению,
тут кое-кто думает, что я вполне подхожу. И еще... я
тут остаюсь сторожем! Понял? Твой брат, он мне ска-
зал — понял? Я буду сторожем.
А с т о н. Мой брат?
Д э в и с. Он остается, он здесь будет хозяйничать,
и я с ним.
А с т о н. Слушай. Я дам тебе... пару монет, ты смо-
жешь добраться до Сидкапа.
215
Дэвис. Ты сначала сарай построй! Пару монет!
Когда мне здесь жалованье обещают! Ты сначала
свой вонючий сарай построй! Вот как!
Астон (долго смотрит на него). Это совсем не
вонючий сарай.
Долгая пауза.
(Приближается к нему.) Он чистый. Хорошее дере-
во. Я его построю. Не волнуйся.
Д э в и с. Не подходи!
А с т о н. И нечего называть его вонючим.
Дэвис наставляет на Астона нож.
Сам ты вонючий.
Дэвис. Что?
Астон. Всю комнату здесь провонял.
Дэвис. Это ты мне?!
Астон. Смердишь все время. Вот почему я спать
не могу.
Дэвис. Ты так меня! Ты меня — вонючим?!
Астон. Лучше уходи.
Д э в и с. Я тебе покажу — вонючий!
Выбрасывает руку вперед, она дрожит, нож нацелен Асто-
ну в живот. Астон не шевелится. Молчание. Рука Дэвиса
замирает. Они стоят друг против друга.
Я тебе покажу — вонючий!
Пауза.
Астон. Собирайся.
Дэвис отводит нож, прижимает к груди, тяжело дыша. Астон
идет к кровати Дэвиса, находит его сумку и заталкивает
туда его вещи.
216
Д э в и с. У тебя... у тебя права такого нет... Положь,
не трогай... это мое! (Хватает сумку и приминает со-
держимое.) Ладно... Мне тут работу предложили... ты
погоди. (Надевает куртку.) Ты погоди... твой брат... он
тебе покажет... так меня обзывать... так меня обзы-
вать... никто меня так не обзывал... (Надевает пальто.)
Еще пожалеешь, что так меня обозвал, еще узнаешь,
чем все кончится... (Берет сумку и идет к двери.) Еще
пожалеешь, что так меня обозвал...
Открывает дверь. Астон наблюдает за ним.
Я теперь знаю, к кому обратиться.
Уходит. Астон стоит.
Затемнение.
Свет. Ранний вечер. Голоса на лестнице.
Входят Мик и Дэви с.
Д э в и с. Вонючий! Ты только послушай! Это я!
Ты слыхал, что он сказал, а? Вонючий! Ты слыхал та-
кое? И это он мне сказал!
Мик. Ай-яй-яй.
Д э в и с. Это он мне сказал!
Мик. Ты ведь не вонючий.
Д э в и с. Совсем нет, сэр!
Мик. Если бы от тебя пахло, я бы первый тебе
сказал.
Д э в и с. Я сказал ему, я сказал ему, что... я так ска-
зал: ты еще узнаешь, чем все кончится, приятель!
Я сказал: не забывай о своем брате. Я предупредил, что
ты придешь ему мозги вправить. Он сам не знает, что
заварил. Заварил со мной такое. Я сказал ему, я сказал
ему: он придет, твой брат, он придет, у него всё в поряд-
ке, не как у тебя!
217
М и к. Что ты хочешь сказать?
Д э в и с. Я?
М и к. Ты говоришь — у моего брата не всё в по-
рядке?
Д э в и с. Что? Я вот что говорю: у тебя ведь планы
насчет этого места, насчет... насчет отделки, точно? То
есть у него права нет мной тут командовать. Ты мне го-
воришь, что делать, я здесь работаю для тебя, то есть ты
со мной... Я для тебя не ком грязи какой... мы оба... мы
оба знаем, что он такое.
Пауза.
М и к. Что же он сказал тогда, когда ты ему от-
крыл, что я предложил тебе место?
Д э в и с. Он... он сказал... он сказал... он вроде жи-
вет тут...
М и к. А это что — неправда?
Д э в и с. Неправда?! Это твой дом или нет? Ты его
сюда пустил!
М и к. Я, пожалуй, мог бы его выселить.
Д э в и с. Я то и говорю.
М и к. Да. Я мог бы его выселить. Я домовладелец.
С другой стороны, он постоянный жилец. Уведомить
его, сам понимаешь, дело простое. Все зависит от то-
го, как эту комнату рассматривать. То есть рассмат-
ривать ее как меблированную или немеблированную.
Понял меня?
Д э в и с. Нет, соображаю.
М и к. Вся эта мебель, видишь ли, которая тут, это
все его — кроме кроватей, конечно. Так что вот, здесь
дело для юриста, вот так.
Пауза.
218
Д э в и с. Пускай он убирается откуда пришел!
М и к (поворачиваясь, чтобы взглянуть на него).
Откуда пришел?
Д э в и с. Да.
М и к. А откуда он пришел?
Д э в и с. Ну... он... он...
М и к. Ты кое-что себе позволяешь иногда, а? (Па-
уза. Решительно, быстро.) Ладно, как бы там ни было,
я совсем не против того, чтобы взяться здесь всё
устроить...
Д э в и с. Давно бы так!
М и к. Да, совсем не против. (Поворачивается кДэ-
вису.) Но ты смотри не подрывай свою репутацию.
Д э в и с. Это ты о чем?
М и к. Да ты ведь говорил, что специалист по ин-
терьеру, а мне только хороший нужен.
Д э в и с. Кто?
М и к. Что значит — кто? Декоратор. Специалист
по интерьеру.
Д э в и с. Я? Ты о чем говоришь? Я и не брался за
это. Никогда такого не делал.
М и к. Чего не делал?
Д э в и с. Нет, нет, это не я. Я никогда не занимался
отделкой. С меня и так хватало. Много другой работы,
знаешь ли. Но я... но я на все руки мастер... Дай толь-
ко... дай только подучусь.
М и к. Я не хочу, чтобы ты подучивался. Мне ну-
жен первоклассный, опытный декоратор. Я думал, ты
подойдешь.
Д э в и с. Я? Нет, постой-ка, ты не со мной говорил.
М и к. Что значит — не с тобой? Я с тобой только
и говорил. Тебе одному я открыл свои мечты, свои
219
сокровенные желания, тебе одному и сказал, и толь-
ко потому, что считал тебя опытным, первоклассным
декоратором — по интерьеру... и экстерьеру.
Д э в и с. Нет, послушай...
М и к. Ты что же, не знаешь, как скомбинировать
синие с отливом, медно-красные и пергаментные квад-
раты линолеума и повторить эти тона на стенах?
Д э в и с. Нет, послушай, ты куда клонишь?
М и к. Значит, ты не сможешь фанеровать стол ти-
ковым деревом, не сможешь обить кресло мягкой кре-
мовой обивкой, а к буковому диванчику не сможешь
сделать плетеное сиденье из морской травы?
Д э в и с. Ничего такого я не говорил!
М и к. Черт! Значит, я ошибся!
Д э в и с. Не говорил я ничего такого!
М и к. Так ты паршивый самозванец, приятель!
Д э в и с. Ну скажешь ведь тоже. Ты меня взял
в сторожа. Я собирался помочь тебе, только и всего. Ну
и чтобы... чтобы за плату. Никогда я не говорил об
этом, а ты меня обзываешь...
М и к. Как тебя зовут?
Д э в и с. Опять...
М и к. Нет, как твоя настоящая фамилия?
Д э в и с. Настоящая — Дэвис.
М и к. А под какой ты ходишь?
Дэвис. Дженкинз!
М и к. У тебя две фамилии. А? А теперь вот что:
ты почему же мне всю эту ерунду порол насчет внут-
ренней отделки?
Дэвис. Ничего я тебе не говорил! Да ты меня
слушаешь или нет?
Пауза.
220
Это он сказал тебе. Это, должно, твой брат сказал. Он
чокнутый! Он тебе всего наговорит назло, он чокну-
тый, он уже почти спятил, он тебе и сказал.
М и к (медленно идет к нему). Как ты назвал моего
брата?
Д э в и с. Когда?
М и к. Он — кто?
Д э в и с. Я... я что хотел сказать...
М и к. Чокнутый? Это кто чокнутый?
Пауза.
Ты моего брата назвал чокнутым? Моего брата? Ведь
это, пожалуй... это, пожалуй, нахальство, а?
Д э в и с. Он сам так сказал.
М и к (медленно обходит Дэвиса, рассматривая его).
Странный ты человек. А? Ей-богу странный. Как ты
пришел в этот дом, с тех пор здесь одни несчастья. Чест-
но. Что ты ни скажешь, ничему нельзя верить. Каждое
твое слово можно истолковать и так и эдак. И почти
всегда врешь. Вспыльчивый, неуравновешенный, ни-
когда не угадаешь, чего от тебя ожидать. Ты ведь не что
иное, как животное, если присмотреться. Ты варвар.
И сверх всего прочего ты только и делаешь, что смер-
дишь. Сам посуди. Приходишь, рекомендуешься как
декоратор, я тебя тут же беру — и что получается? Рас-
пространяешься о рекомендациях, которые у тебя где-
то в Сидкапе, — и что получается? Я что-то не заметил,
чтобы ты пошел в Сидкап за ними. Все это огорчитель-
но. Похоже на то, что мне придется рассчитать тебя как
сторожа. Держи. Вот полдоллара.
Роется в карманах, вынимает монету в полкроны и швыря-
ет ее к ногам Дэвиса. Дэвис стоит не двигаясь. Мик подхо-
дит к газовой плите и берет в руки статуэтку Будды.
221
Д э в и с (медленно). Ладно тогда... вот ты как... вот
ты что... раз ты так хочешь...
М и к. Я так хочу!
Ударяет Буддой о плиту. Статуэтка разбивается.
(Яростно.) Можно подумать, что у меня только и забот
что этот дом. Мне и других забот хватает. Всего хватает.
У меня есть и другие интересы. Надо мне свое дело на-
ладить или нет? И подумать о расширении... во всех на-
правлениях. Я же не стою на месте. Я продвигаюсь все
время. Я двигаюсь... все время... Мне надо думать о буду-
щем. Этот дом меня мало трогает. Мне-то что! Пусть
братец о нем беспокоится. Он тут может всё разукра-
сить, пусть делает с ним что хочет. Меня это не волнует.
Я думал, я ему делаю услугу, пустил сюда. У него свои
планы. Ну и хорошо. Я — пас.
Пауза.
Д э в и с. А я?
Молчание. Мик смотрит на него. Хлопает входная дверь.
Молчание. Они не двигаются. Входит А с т о н, закрывает
дверь, идет по комнате и останавливается перед Миком.
Они смотрят друг на друга.
Оба едва заметно улыбаются.
Мик (Астону). Послушай... э... (Идет к двери и
выходит.)
Астон оставляет дверь открытой, пересекает комнату за
спиной Дэвиса, видит разбитого Будду и некоторое время
рассматривает осколки. Затем идет к своей кровати. Снима-
ет пальто, садится, берет отвертку и вилку и возится с ними.
Д э в и с. Я только вернулся за трубкой.
222
А с т о н. Ага.
Д э в и с. Я вышел, и... на полдороге я... я вдруг...
заметил... понимаешь... что не взял трубку. Вот и
вернулся за ней.
Пауза. Направляется к Астону.
Это уже не та вилка, что ты тогда?..
Пауза.
Что, никак не получается, а?
Пауза.
Это, если ты... уперся, тогда, по-моему, может, ты...
Пауза.
Послушай...
Пауза.
Ты ведь это не всерьез сказал, что я смердил, правда?
Пауза.
Мы с тобой друзья были. Ты меня привел, ни о чем не
спрашивал, уложил, ты мне товарищ был. Послушай.
Я все думал, отчего бы я мог шуметь, это все из-за
сквозняка, понимаешь, на меня дуло, когда я спал, вот
я и ворчал, не зная того, а я все думал, то есть я поду-
мал, если б, скажем, ты мне свою кровать уступил,
а себе мою взял, между ними и разницы-то нет, такие
же совсем кровати... У меня бы тогда твоя, а тебе
спать все равно в какой, тогда у тебя моя, у меня твоя,
и всё в порядке, я бы не на сквозняке был, понимаешь,
то есть тебе если дует, то все равно, тебе воздух нужен,
я ведь понимаю, ты тогда был там, доктора эти и все
223
такое, взаперти, я ведь знаю, как там бывает, жарища,
понимаешь, там всегда жарища, я заглядывал как-то,
чуть не задохся, так что самый подходящий выход:
махнемся кроватями, а потом всё по уговору — я здесь
для тебя сторожу, присматриваю для тебя — для тебя,
слышишь, не для кого другого... не... для твоего брата,
слышишь, не для него, для тебя, я твой человек буду, ты
только скажи... скажи только...
Пауза.
Ты как, что скажешь?
Пауза.
А с т о н. Нет, я люблю спать в своей кровати.
Д э в и с. Но ты ж меня не понял!
А с т о н. Все равно вон та — кровать брата.
Д э в и с. Брата?
А с т о н. Когда он ночует. А это моя кровать.
Я только в ней и могу спать.
Д э в и с. Но брата ведь нет! Ушел он!
Пауза.
А с т о н. Нет. Я не могу поменяться кроватями.
Д э в и с. Но ты ж меня не понял!
А с т о н (встает и подходит к окну). Все равно я
буду занят. Мне надо сарай построить. Если я сейчас
не построю, его никогда не будет. А пока его не будет,
я не смогу начать ничего.
Д э в и с. Я тебе помогу сарай построить, вот чего
я сделаю!
Пауза.
224
Я помогу! Мы оба его построим, вместе. Слышишь?
В минуту сработаем! Слышишь, чего говорю?
Пауза.
А с т о н. Нет, я сам могу построить.
Д э в и с. Но послушай, я с тобой, я тут буду, я это
тебе сделаю!
Пауза.
Вместе сделаем!
Пауза.
Господи, мы кровати поменяем!
Астон идет к окну. Стоит спиной к Дэвису.
Ты что же, ты меня выбрасываешь? Нельзя же так.
Послушай, послушай, пускай, слышишь, пускай, я
останусь, пускай, я что говорю, не хочешь меняться,
пусть будет как есть, я в той же кровати останусь, мо-
жет, я поплотней мешковину достану, ладно? На окно
повешу, и не будет дуть, вот и всё, что скажешь, оста-
вим как есть?
Пауза.
Астон. Нет.
Д э в и с. Почему... нет?
Астон (оборачивается к нему). Ты слишком шу-
мишь.
Д э в и с. Но... но... смотри... послушай... только по-
слушай... то есть...
Астон отворачивается к окну.
8 Зак. XV 2322
225
Что ж мне тогда делать?
Пауза.
Что делать?
Пауза.
Куда идти?
Пауза.
Если ты хочешь, чтоб я ушел... я уйду. Ты только скажи.
Пауза.
Еще вот что... ботинки эти... ботинки, что ты мне дал...
они ничего, подходящие... подходящие. Может, тогда
я... отправлюсь...
Астон не двигается. Он стоит у окна, спиной к Дэвису.
Слушай... если я отправлюсь... если б я... достал докумен-
ты... может, ты... может, ты пустишь... может, ты... если я
отправлюсь... и достану мои...
Долгое молчание.
Занавес
КОЛЛЕКЦИЯ*
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Гарри, мужчина за сорок.
Джеймс, мужчина за тридцать.
Стелла, женщина за тридцать.
Билл, мужчина под тридцать.
Осень
Сцена разделена на три части, по форме напоминающие два
полуострова и мыс. Каждая часть строго обозначена и отде-
лена от остальных. Слева — дом Гарри в Белгрейвии. Изящ-
ная отделка, антикварная мебель. Эта часть декораций со-
стоит из гостиной, холла, входной двери и лестницы, веду-
щей на второй этаж. Под лестницей дверь в кухню.
Справа — квартира Джеймса в Челси. Со вкусом подоб-
ранная современная мебель. Зритель видит только гости-
ную. Остальная часть квартиры как бы в правой кулисе.
В глубине сцены посередине телефонная будка.
Будка освещена тусклым светом. В будке мужская фигура
спиной к зрительному залу. Сцена затемнена В доме слышен
телефонный звонок.
Время действия — ночь. Постепенно освещается дом и
улица около дома.
* Harold Pinter. The Collection
© Neabar Investments Ltd 1961
© Козакова P., перевод на русский язык, 2006
227
Гарри подходит к входной двери, отпирает ее и входит
в дом. Он включает свет в холле, идет в гостиную, подходит
к телефону и снимает трубку.
Гарри. Алло.
Голос. Это ты, Билл?
Гарри. Нет. Он спит. Кто это?
Голос. Спит?
Гарри. Кто звонит?
Голос. Что это он разоспался?
Пауза.
Гарри. Разве вы не знаете, что сейчас четыре ча-
са утра?
Г о л о с. А ну-ка растолкай его. Скажи ему, что я
хочу с ним поговорить.
Пауза.
Гарри. Кто это?
Г о л о с. Ну будь паинькой, разбуди его.
Пауза.
Г а р р и. Вы его знакомый?
Голос. Если бы он меня увидел, он бы меня
узнал.
Г а р р и. А, вот как...
Пауза.
Г о л о с. Ну что же ты его не будишь?
Г а р р и. Я не буду его будить.
Пауза.
228
Голос. Скажи ему, я еще позвоню.
( л ышны частые телефонные гудки. Гарри кладет трубку на
рычаг. Мужчина выходит из телефонной будки. Гарри
медленно пересекает гостиную, выходит в холл и поднима-
ется по лестнице. Затемнение.
Высвечивается квартира. Утро. Джеймс входит в комна-
ту и садится на диван. Курит сигарету. Из спальни выходит
Стелла, застегивая на ходу браслет на руке. Она достает
из сумочки одеколон, брызгает на шею и руки, убирает оде-
колон в сумочку и надевает перчатки.
С т е л л а. Я пошла.
Пауза.
Ты что, сегодня не придешь в магазин?
Пауза.
Джеймс. Нет.
Стелла. Разве ты не должен встретиться с пред-
ставителями...
Пауза.
Она медленно идет к креслу, берет с кресла жакет и наде-
вает его.
Ты не встретишься с представителями швейной фаб-
рики по поводу заказа? Может, мне позвонить им из
магазина?
Джеймс. Позвони...
Стелла. Что ты будешь делать?
Он смотрит на нее с улыбкой, потом отводит взгляд.
Джимми...
Пауза.
229
Ты куда-нибудь собрался?
Пауза.
К вечеру вернешься?
Джеймс берет стеклянную пепельницу, стряхивает пепел
и рассматривает ее. Стелла поворачивается и выходит
из комнаты. Хлопает входная дверь. Джеймс продолжает
рассматривать пепельницу.
Свет тускнеет.
Высвечивается дом. Утро.
Билл приносит из кухни поднос и ставит его на столик.
Он поправляет что-то на подносе, наливает чай, усаживает-
ся в кресло, берет газету, читает и пьет чай. Г а р р и, в халате,
сходит по лестнице, спотыкаясь.
Билл (поворачиваясь к нему). Что с тобой?
Г а р р и. Я споткнулся о дорожку!
Спускается в гостиную.
Билл. Ну и что?
Гарри. Ты же собирался ее прикрепить!
Б и л л. Я прикрепил.
Гарри. Это называется прикрепил!
Садится, держась за голову.
Ой...
Билл наливает ему чай.
В квартире Джеймс гасит сигарету и уходит. Свет в квар-
тире гаснет.
Гарри пьет чай, потом ставит чашку на столик.
Где фруктовый сок? Я сегодня сок не пил!
Билл указывает на стакан сока на подносе.
230
Почему он на подносе?
Билл подает ему стакан с соком. Гарри пьет сок.
Это что? Ананасовый?
Билл. Грейпфрутовый.
Пауза.
Гарри. Мне до смерти надоела дорожка на лестни-
це. Сколько можно об этом говорить? Ты ничего не мо-
жешь сделать толком! Тебя ни о чем нельзя попросить!
Пауза.
Билл. Ты когда вернулся?
Г а р р и. В четыре.
Билл. Как провел время?
Пауза.
Г а р р и. А где тосты?
Б и л л. А ты что, хочешь есть?
Гарри. Нет, не хочу.
Б и л л. Я могу сделать...
Г а р р и. Не надо. Не стоит беспокоиться.
Пауза.
Что будешь делать?
Билл. Может, пойду в кино.
Гарри. Хорошая у тебя жизнь.
Пауза.
Ночью тебе звонил какой-то маньяк.
Билл смотрит на Гарри.
Когда я вошел в дом в четыре утра, звонил телефон.
231
Билл. Кто звонил?
Г а р р и. Не имею ни малейшего представления.
Билл. Чего он хотел?
Гарри. Тебя. Такой застенчивый, постеснялся
назвать свое имя.
Билл. М-да...
Пауза.
Гарри. Кто бы это мог быть?
Б и л л. Не знаю.
Гарри. Очень настырный. Сказал, что позвонит
позже.
Пауза.
Так кто же это мог быть?
Б и л л. Я же тебе сказал, что не знаю.
Пауза.
Гарри. Ты на той неделе ни с кем не познако-
мился?
Б и л л. С кем я мог познакомиться? Что ты име-
ешь в виду?
* Гарри. Может, это кто-нибудь из твоих новых
знакомых. Ты же все время знакомишься в поездках
с какими-то людьми.
Б и л л. В этой поездке я ни с кем даже не разгова-
ривал.
Гарри. Бедняжка, как же ты, наверное, скучал.
Б и л л. Да я и был там всего один день... Еще чаю
хочешь?
Гарри. Нет, спасибо.
232
Билл наливает себе чаю.
Слегка высвечивается телефонная будка, в нее входит
мужчина.
Надо побриться.
Гарри сидит, уставившись на Билла, который читает газету.
Через минуту Билл поднимает голову и смотрит на Гарри.
Билл. Ну что?
Оба молчат. Гарри встает, выходит в холл и поднимает-
ся по лестнице, осторожно переступая то место, где сби-
лась дорожка. Билл читает газету. Звонит телефон. Билл
берет трубку.
Билл. Алло.
Голос. Это ты, Билл?
Билл. Да.
Голос. Ты будешь дома?
Билл. Это кто?
Голос. Никуда не уходи. Я сейчас приду.
Б и л л. То есть как это «приду»? Кто это?
Голос. Минуты через две. Хорошо?
Билл. Это невозможно. У меня гости.
Голос. Ничего страшного. Мы можем погово-
рить в другой комнате.
Билл. Что за чушь! Кто вы такой?
Голос. Ты меня узнаешь.
Б и л л. А что, мы с вами знакомы?
Голос. Никуда не уходи. Я скоро буду.
Билл. Что вам надо? Кто вы такой? Вам незачем
приходить! Я сейчас ухожу. Меня не будет дома.
Г о л о с. До встречи.
233
Слышны частые телефонные гудки. Билл кладет трубку
на рычаг. Свет, направленный на телефонную будку, гас-
нет в тот момент, когда из будки выходит мужчина и скры-
вается в кулисе. Билл надевает пиджак, идет в холл, бы-
стро надевает пальто, открывает входную дверь и выходит
из дома. Уходит в правую кулису.
Сверху слышен голос Гарри.
Гарри. Билл, это ты?
Гарри появляется на лестнице.
Билл!
Гарри спускается по лестнице, входит в гостиную, берет со
столика поднос и относит его на кухню. Джеймс выхо-
дит из левой кулисы и рассматривает дом с улицы. Гарри
выходит из кухни и направляется к лестнице. Джеймс зво-
нит у входной двери.
Гарри подходит к входной двери и отпирает ее.
Вам кого?
Джеймс. Мне нужен Билл Ллойд.
Гарри. Его нет дома. Чем могу быть полезен?
Джеймс. Когда он вернется?
Гарри. Трудно сказать. Что ему передать?
Д ж е й м с. Я приду в другой раз.
Г а р р и. Не откажите в любезности назвать свое
имя, и я ему передам, что вы приходили.
Джеймс. Ни к чему все это. Просто скажите
ему, что я приходил.
Гарри. Кто «я»?
Джеймс. Извините за беспокойство.
Гарри. Постойте. (Джеймс поворачивается.) Это
вы звонили сегодня ночью?
Джеймс. Сегодня ночью?
234
Гарри. Да, под утро.
Джеймс. Нет... не я.
Г а р р и. А что вам, собственно, нужно?
Джеймс. Мне нужен Билл.
Гарри. Так это вы звонили несколько минут
назад?
Джеймс. Вы меня с кем-то путаете.
Гарри. Скорее это вы что-то напутали.
Д ж е й м с. Я думаю, что вы просто не всё знаете.
Джеймс уходит. Гарри смотрит ему вслед. Затемнение.
Лунный свет в квартире. Хлопает входная дверь. Входит
Стелла, включает настольную лампу. Смотрит на дверь
в другую комнату.
Стелла. Джимми?
Молчание. Стелла снимает перчатки, кладет на столик су-
мочку, подходит к проигрывателю и ставит пластинку Чар-
ли Паркера. Она слушает музыку, затем уходит в спальню.
Высвечивается дом. Вечер. Билл входит в гостиную из
кухни, с журналами в руках. Он бросает журналы в камин,
подходит к бару, наливает себе немного виски, ложится
у камина на пол и перелистывает журнал.
Стелла возвращается в комнату с белым персидским
котенком. Ложится на диван, поглаживая котенка.
Гарри спускается по лестнице, заглядывает в гостиную,
смотрит на Билла, выходит из дома и скрывается в правой
кулисе. У входной двери дома появляется Джеймс. Он
смотрит вслед Гарри и нажимает кнопку звонка. Билл
встает и подходит к входной двери.
Свет тускнеет в квартире, и музыка прекращается.
235
Билл. Кто там?
Джеймс. Это Билл Ллойд?
Билл. Да.
Джеймс. Мне бы надо с вами поговорить.
Пауза.
Билл. Прошу прощения, мне кажется, я вас не
знаю.
Джеймс. Неужели?
Билл. Уверен, что не знаю.
Джеймс. Тем не менее мне надо с вами кое о чем
поговорить.
Билл. Извините, но я очень занят.
Д ж е й м с. Я ненадолго.
Билл. Мне очень жаль, но я не смогу уделить вам
ни минуты. Изложите ваше дело в письменном виде
и пришлите по почте.
Джеймс. Это невозможно.
Пауза.
Билл (закрывая дверь). Простите, но...
Джеймс (держит дверь ногой). Мне очень нуж-
но с вами поговорить.
Пауза.
Билл. Это вы мне сегодня звонили?
Д ж е й м с. Я. Почему вы меня не дождались?
Б и л л. А, так вы приходили? Я не знал, что вы
здесь были.
Джеймс. Может, вы позволите мне войти?
Билл. Ну, знаете... Врываться в чужой дом не
очень прилично... Что вам надо?
236
Джеймс. Мы зря теряем время. Позвольте мне
войти.
Б и л л. Я ведь и полицию могу вызвать.
Д ж е й м с. Не стоит.
Они смотрят друг на друга.
Билл. Ладно, входите.
Джеймс входит в дом. Билл закрывает дверь. Джеймс про-
ходит в гостиную. Билл идет за ним. Джеймс осматривает
комнату.
Д ж е й м с. У вас есть маслины?
Билл. Откуда вы знаете, как меня зовут?
Джеймс. Так у вас есть маслины?
Билл. Маслины? Боюсь, что нет.
Джеймс. Вы что же, не покупаете маслин для
гостей?
Билл. Вы не гость. Вы вторглись в мой дом. Чем
могу служить?
Джеймс. Вы не возражаете, если я присяду?
Билл. Возражаю.
Джеймс. Ничего, вам придется потерпеть.
Джеймс садится. Билл стоит. Джеймс встает, снимает паль-
то, бросает его в кресло и снова садится.
Билл. Как вас зовут, если не секрет?
Джеймс протягивает руку к вазе с фруктами, отрывает от
грозди виноградинку и ест ее.
Джеймс. Куда бросать косточки?
Билл. Бросайте в свой бумажник.
Джеймс достает из кармана бумажник и плюет в него кос-
точки. При этом он наблюдает за Биллом.
237
Д ж е й м с. А вы парень ничего себе.
Билл. Спасибо за комплимент.
Джеймс. Ну, вы, конечно, не Ален Делон, но вы-
глядите вполне пристойно.
Б и л л. Не могу сказать того же о вас.
Джеймс. Меня не интересует, что вы можете
обо мне сказать.
Билл. Откровенно говоря, приятель, ваше мне-
ние интересует меня еще меньше. А теперь, если
можно, побыстрей излагайте, что вам нужно.
Джеймс встает, подходит к столику с напитками и смотрит
на бутылки.
В квартире Стелла встает с дивана и выходит из комна-
ты, поглаживая котенка. Свет в квартире гаснет.
Джеймс наливает себе виски.
Билл. Будьте здоровы.
Джеймс. Как вы провели время в Лидсе на той
неделе?
Билл. Что?
Д ж е й м с. Я спрашиваю, вы хорошо провели вре-
мя в Лидсе на той неделе?
Б и л л. В Лидсе?
Д ж е й м с. Ну да, как вам понравилось в Лидсе?
Билл. Откуда вы взяли, что я был в Лидсе?
Джеймс. Расскажите подробней про поездку
в Лидс. Вы успели осмотреть город? Может, вы и
окрестности осмотрели?
Б и л л. О чем вы говорите?
Пауза.
238
Джеймс (устало). М-да... Разве вы не возили
в Лидс вашу коллекцию моделей? Ведь с вами езди-
ли ваши манекенщицы.
Б и л л. Ну да? Любопытно...
Джеймс. Вы остановились в гостинице «Вест-
бери».
Б и л л. Не может быть!
Д ж е й м с. В номере сто сорок два.
Билл. Сто сорок два? И что, удобный был но-
мер?
Джеймс. Вполне.
Билл. Приятно слышать.
Д ж е й м с. У вас с собой была желтая пижама.
Б и л л. В самом деле? Это какая же? С черными
инициалами?
Джеймс. Да. На вас была такая пижама, когда
вы пришли в сто шестьдесят пятый номер.
Б и л л. В какой номер?
Д ж е й м с. В сто шестьдесят пятый.
Б и л л. В сто шестьдесят пятый? А разве я остано-
вился не в сто сорок втором?
Д ж е й м с. В сто сорок втором, но вы у себя в но-
мере не ночевали.
Билл. Что ж это я? Плачу за один номер, ночую
в другом?
Джеймс. Сто шестьдесят пятый номер как раз
напротив сто сорок второго. Вам не пришлось ходить
далеко.
Билл. Это уже лучше.
Джеймс. Вы легко могли сбегать к себе по-
бриться.
Б и л л. Из сто шестьдесят пятого?
239
Джеймс. Да.
Б и л л. А что я там делал?
Джеймс (небрежно). В номере остановилась
моя жена. Вы с ней спали.
Пауза.
Б и л л. С чего вы взяли?
Джеймс. Она мне сама рассказала.
Билл. Вам надо получше присматривать за сво-
ей женой.
Джеймс. Обойдусь без ваших советов.
Билл. Ну, дела... А кто ваша жена?
Джеймс. Вы ее знаете.
Б и л л. Не думаю.
Джеймс. Неужели?
Билл. Вряд ли я ее знаю.
Джеймс. Все понятно.
Билл. Дело в том, приятель, что я не был в Лид-
се на прошлой неделе. И я не знаю вашей жены. Я со-
вершенно в этом уверен. Кроме того, я... такими ве-
щами не занимаюсь. Это не в моем стиле.
Пауза.
Мне такое и в голову не придет. Ну, хватит об этом.
Джеймс. Идите сюда. Я хочу вам кое-что сказать.
Билл. Мне некогда. Я жду гостей. У меня сего-
дня коктейль. Знаете, я на следующий год собираюсь
баллотироваться в парламент.
Джеймс. Идите сюда.
Билл. Возможно, я буду министром внутрен-
них дел.
Джеймс подходит к Биллу.
240
Джеймс (доверительно). Уж если вы обращались
с моей женой как со шлюхой, мне кажется, я имею
право знать, что вы о ней думаете...
Билл. Но я незнаком с вашей женой.
Джеймс. Знакомы. Вы с ней познакомились в ба-
ре гостиницы в пятницу в десять часов вечера. Вы с ней
заговорили, потом вы вместе выпили и поднялись на-
верх в лифте. В лифте вы не сводили с нее глаз. Оказа-
лось, что ваши номера на одном этаже. Вы подали ей
руку и помогли выйти из лифта. Потом вы немного по-
стояли с ней в коридоре, затем взяли ее за плечи, поже-
лали спокойной ночи и ушли в свой номер. Она отпра-
вилась в свой. Вы переоделись в желтую пижаму и чер-
ный халат, вышли в коридор и постучали в ее номер,
так как якобы хотели одолжить зубную пасту. Она от-
крыла дверь, и вы вошли. Она еще не успела пере-
одеться. Вам понравился ее номер. Вы сказали: «Как
уютно, сразу чувствуется женская рука». Вам расхоте-
лось спать, и вы присели на... кровать. Она попросила
вас уйти, но вы не ушли. Она заплакала, вы стали ее ус-
покаивать. Вы говорили, что понимаете ее, мол, вдали
от дома, вечные поездки, гостиницы, собачья жизнь.
Вы успокоили ее и остались в номере.
Пауза.
Билл. Послушайте, шли бы вы отсюда... Вы мне
надоели.
Джеймс. Вы же знали, что она замужем... зачем
вы это сделали?
Б и л л. А она разве не знала, что она замужем? За-
чем она это сделала?
Пауза.
241
(С усмешкой.) Вам обидно, да?
Пауза.
О господи, ерунда какая-то. Вы же знаете, что все это
чушь.
Достает сигарету из сигаретницы и закуривает.
Вы считаете, она должна была сопротивляться?
Джеймс. Ну хоть немного.
Билл. Значит, хоть немного должна была?
Джеймс. Да.
Билл. Вы ей верите?
Джеймс. Конечно.
Билл. Всему, что она вам рассказывает?
Джеймс. Безусловно.
Билл. Скажите, она обычно кусается?
Джеймс. Нет.
Билл. Может, царапается?
Джеймс. Немного.
Билл. Какая у вас верная жена. Обо всем, что с ней
происходит, она рассказывает вам в мельчайших по-
дробностях... Так вы говорите, она немного царапает-
ся? (Поднимает руку.) Смотрите, на мне ни одной ца-
рапины. Нигде. Я совершенно не поцарапан. Если хо-
тите, я могу пройти медицинское освидетельствование.
Я готов раздеться догола и продемонстрировать мое
непоцарапанное тело. Да, но нам нужен бескорыстный
свидетель. Может, у вас в «Вестбери» есть знакомая
горничная?
Джеймс аплодирует.
242
Д ж е й м с. А вы шутник. Я и не предполагал, что вы
такой шутник. У вас прекрасное чувство юмора. Знае-
те, как я вас буду называть?
Билл. Как?
Джеймс. Шутник.
Б и л л. Ну что вы, не стоит.
Джеймс. Нет, нет, я всегда рад возможности
сделать заслуженный комплимент. Не хотите ли вы-
пить?
Билл. Как мило с вашей стороны предложить
мне выпить.
Джеймс. Что вы предпочитаете?
Б и л л. У вас есть водка?
Джеймс. Сейчас посмотрим. Кажется, есть не-
много.
Билл. Балдеж.
Джеймс. Как вы сказали? Повторите.
Билл. Что я сказал?
Джеймс. Ну вот вы только что сказали какое-то
слово.
Билл. «Балдеж», что ли?
Джеймс. Это самое.
Билл. Бал-деж.
Джеймс. Потрясающе. Вы, наверное, его еще
в школе подцепили.
Б и л л. Я как-то не задумывался... Точно. Ну ко-
нечно, еще в школе.
Джеймс. Видите, как я угадал. Ваша водка.
Билл. Вы необыкновенно щедры.
Джеймс. Ну что вы. За ваше здоровье.
Пьют.
243
Билл. Будьте здоровы.
Джеймс. Подойдите ко мне.
Билл. Что?
Джеймс. Держу пари, что вы душа общества
в компании.
Билл. Как вы добры, вы прямо-таки осыпали ме-
ня комплиментами, но я бы не сказал, что я душа об-
щества в компании.
Д ж е й м с. Не скромничайте. Я уверен, что вы ду-
ша общества в компании.
Пауза.
Билл. Вы что, действительно так думаете?
Джеймс. Конечно.
Б и л л. По правде сказать, я вовсе не душа обще-
ства в компании, а вот мой приятель, с которым мы
снимаем этот дом, он действительно душа общества.
Джеймс. Яс ним уже познакомился. Похоже, он
веселый малый.
Билл. Да, большой весельчак. Настоящий фо-
кусник.
Джеймс. Настоящий? Со всеми штучками? Ну,
там кролики из шляпы...
Б и л л. Ну нет, не до такой степени. Без кроликов.
Джеймс. Значит, кроликов не может?
Билл. Нет. Все дело в том, что он не любит кро-
ликов. У него на кроликов аллергия.
Джеймс. Бедняга.
Билл. Да, мне его очень жалко.
Джеймс. Он к врачу обращался?
Билл. Это у него с детства.
Джеймс. Он что, вырос в деревне?
244
Билл. Фигурально выражаясь — да.
Пауза.
Ну что же, было очень приятно познакомиться. Прихо-
дите, когда у меня будет больше свободного времени.
Неожиданно Джеймс делает резкое движение вперед.
Билл шарахается от него назад и падает через пуф на пол.
Джеймс хихикает. Пауза.
Из-за вас я разлил водку и замочил пиджак.
Джеймс стоит над Биллом.
Вот возьму и лягну вас сейчас.
Пауза.
Дайте мне встать.
Пауза.
Отойдите, я хочу встать.
Пауза.
Если вы дадите мне встать...
Пауза.
Мне на полу неудобно.
Пауза.
Если вы дадите мне встать, я расскажу вам всю правду...
Пауза.
Джеймс. Скажите мне правду не вставая.
Билл. Нет, я должен встать.
245
Д ж е й м с. Не обязательно. Говорите.
Пауза.
Билл. Ладно, я вам расскажу только потому, что
мне это смертельно надоело... Правда состоит в том, что
ничего подобного вообще не было. Я не знал, что она
замужем. Она мне ничего об этом не говорила. То, что
вы мне рассказали, просто абсурд, потому что между
нами ничего не было. Мы только вместе поднялись
в лифте... тут вы правы... вышли из лифта, и вдруг она
оказалась в моих объятиях. Я в этом совершенно не ви-
новат, потому что я не собирался ее обнимать. Я сам
был крайне удивлен. Не знаю, как это случилось... на-
верное, я ей так понравился... Ну и я... я, конечно, не от-
казался. Мы немного поцеловались около лифта —
в коридоре никого не было, — и все, а потом она пошла
в свой номер.
Взбирается на пуф.
А больше ничего не было. Я вам уже говорил, что я та-
кими вещами не занимаюсь... смысла нет. Я понимаю,
что вы расстроены, но, могу вас заверить, все было очень
невинно. Не более чем несколько поцелуев. (Встает,
отряхивая пиджак.) Мне ужасно жаль, что так получи-
лось. Понять не могу, зачем ей надо было все это приду-
мывать. Чистая фантазия! Нехорошо. Меня бы это на-
сторожило. (Пауза.) Вы ей во всем доверяете?
Джеймс. Около двенадцати вы пошли в ванную
в ее номере, чтобы принять душ. Там вы пели «Вече-
ром во ржи». Вы вытерлись ее полотенцем и вышли из
ванной обернутый полотенцем, как римлянин в тоге.
Б и л л. В самом деле?
246
Д ж е й м с. А потом позвонил я.
Пауза.
Мы с ней поговорили. Я спросил, как она себя чувству-
ет. Она ответила, что всё в порядке. Она говорила тихо.
Я попросил ее говорить погромче. Ей было неудобно со
мной разговаривать, потому что вы сидели рядом, на ее
кровати.
Пауза.
Б и л л. Не сидел, а лежал.
Затемнение.
Слышны церковные колокола. Свет в квартире и в доме.
Воскресное утро. Джеймс один в гостиной читает газе-
ту. Гарри и Билл за столиком в гостиной пьют кофе.
Билл просматривает газету. Гарри наблюдает за Биллом.
Тишина. Слышны церковные колокола.
Снова тишина.
Гарри. Положи газету.
Билл. Что?
Г а р р и. Я сказал, положи газету.
Билл. Почему?
Гарри. Ты уже читал ее.
Б и л л. Не всю. Сегодня много новостей.
Гарри. Оставь газету.
Билл смотрит на Гарри, кидает в него газету и встает. Гарри
подбирает газету и начинает читать ее.
Б и л л. А, так ты сам хотел почитать?
Г а р р и. Я? Ничего подобного.
Нарочито комкает газету и бросает ее на пол.
247
Я вовсе не собирался читать газету. Может, ты хо-
чешь почитать?
Билл. Что-то ты сегодня не в себе.
Гарри. Неужели?
Билл. Определенно.
Г а р р и. А ты не догадываешься почему?
Билл. Нет.
Гарри. Все из-за колокольного звона. Ты ведь
знаешь, как на меня действует колокольный звон.
Б и л л. Я как-то никогда его не замечаю.
Гарри. Гладя на тебя, трудно предположить об-
ратное.
Б и л л. Да что с тобой? Идиотизм какой-то.
Нагибается, чтобы подобрать газету.
Г а р р и. Не трогай газету.
Билл. Почему?
Г а р р и. Не трогай, и всё.
Билл смотрит на Гарри и медленно поднимает газету. Оба
молчат. Билл кидает газету в Гарри.
Билл. Возьми ее. Она мне не нужна.
Выходит в холл и поднимается по лестнице. Гарри разво-
рачивает газету и читает ее.
В квартире Стелла входит в комнату с подносом. На
нем кофе и печенье. Она ставит поднос на столик, подает
чашку Джеймсу. Сама садится и пьет.
Стелла. Печенья хочешь?
Джеймс. Нет, спасибо.
Пауза.
248
Стелла. Аясъем.
Джеймс. Ты поправишься.
С т е л л а. От печенья?
Джеймс. Разве ты хочешь поправиться?
Стелла. Можно и поправиться.
Джеймс. Неужели хочешь поправиться?
Стелла. Вообще-то это не входит в мои планы.
Д ж е й м с. А что входит в твои планы?
Пауза.
Я бы съел маслину.
Стелла. Маслину? У нас нет маслин.
Джеймс. Откуда ты знаешь?
Стелла. Знаю.
Джеймс. Ты даже не посмотрела.
Стелла. Мне не надо смотреть. Я и так знаю, что
у меня есть.
Джеймс. Знаешь, что у тебя есть?
Пауза.
А почему у нас нет маслин?
С т е л л а. Я не знала, что ты любишь маслины.
Д ж е й м с. Ну да, и поэтому мы никогда их не по-
купали. Станешь ты интересоваться, люблю я масли-
ны или нет, если тебе они ни к чему.
В доме звонит телефон. Гарри откладывает газету и идет
к телефону. Билл спускается по лестнице. На мгновение
оба останавливаются, глядят друг на друга. Гарри снимает
трубку. Билл берет газету и садится в кресло.
Гарри. Алло... Что?.. Нет. Вы не туда попали.
(Кладет трубку.) Не туда попали. Как ты думаешь,
кто это звонил?
249
Б и л л. Не знаю.
Гарри. Между прочим, вчера к тебе приходил
какой-то мужчина.
Билл. Ну да?
Гарри. Как только ты ушел...
Билл. Как интересно...
Гарри. Пора перекусить. Жареную картошку бу-
дешь? А может, печеную?
Билл. Спасибо, я не хочу картошки.
Г а р р и. Не хочешь картошки? Что за фантазия?
Так вот, этот мужчина, который приходил вчера,
спрашивал тебя.
Билл. Зачем я ему нужен?
Г а р р и. Он хотел узнать, не чистил ли ты когда-
нибудь ботинки полировкой для мебели.
Б и л л. В самом деле? Странно.
Гарри. Ничего странного. Они проводят опрос
населения.
Б и л л. А как он выглядел?
Гарри. Волосы как солома, коричневые зубы, де-
ревянная нога, глаза цвета морской волны, а на голо-
ве — накладка. Знаешь его?
Билл. Вроде нет.
Гарри. Ты бы его узнал, если б увидел.
Билл. Сомневаюсь.
Г а р р и. Не узнать человека, который так выглядит?
Билл. Многие так выглядят.
Гарри. Что правда, то правда. Спорить не буду.
Но этот человек приходил именно к нам.
Билл. Что ты говоришь! Как же я его не видел?
Гарри. Он был здесь вчера вечером. Знаешь,
у меня было ощущение, что он в маске. И вот это
250
ощущение, что он в маске, сбивало меня с толку. Ты
случайно не помнишь, он вчера вечером здесь не тан-
цевал? Или, может, делал какие-нибудь акробатиче-
ские этюды?
Билл. Вчера вечером здесь никто не танцевал.
Гарри. Ну тогда все понятно. Ты не мог заметить,
что у него деревянная нога, раз он не танцевал. Я-то
эту ногу заметил сразу, потому что, когда он пришел,
он был совершенно голый. Мне показалось, что ему не
было холодно. А под мышкой вместо шляпы у него
была грелка.
Билл. Да, видно, на тебя сильно действуют цер-
ковные колокола...
Г а р р и. Не знаю, как колокола, но я совершенно
убежден, что мне не нравится, когда незнакомые лю-
ди приходят в мой дом без приглашения. (Пауза.)
Кто этот человек и что ему надо?
Пауза. Билл встает.
Билл. Извини, пожалуйста, но мне уже давно по-
ра одеваться.
Поднимается по лестнице.
Гарри почти сразу встает и идет за ним. Медленно подни-
мается по лестнице.
Затемнение в доме.
В квартире Джеймс все еще читает газету. Стелла
сидит молча.
Тишина.
Стелла. Ты не хотел бы сегодня поехать за город?
Пауза. Джеймс кладет газету на столик.
251
Д ж е й м с. Я принял решение.
Стелла. Какое?
Д ж е й м с. Я хочу его увидеть.
Стелла. Кого увидеть? Зачем?
Д ж е й м с. Да так, поболтать...
С т е л л а. К чему все это?
Джеймс. Хочу, и все тут...
Стелла. Понять не могу, чего ты добиваешься.
Зачем тебе это?
Пауза.
Ты что, хочешь его избить?
Джеймс. Нет. Просто мне интересно узнать, что
он может рассказать об этом случае.
Стелла. Зачем?
Д ж е й м с. Я хочу знать, как он к тебе относится.
Пауза.
Стелла. Дело тут вовсе не в нем.
Д ж е й м с. То есть как это?
Стелла. Он здесь ни при чем.
Джеймс. Ты что же, хочешь сказать, что с лю-
бым другим было бы так же? То есть так уж получи-
лось, что это был он, но на его месте мог оказаться
и любой другой?
Стелла. Нет.
Джеймс. Тогда что?
Стелла. Любой другой не мог быть на его месте.
Только он. Но во всем этом...
Джеймс. Вот-вот, как раз об этом я и говорю.
То, что это был именно он. Так вот поэтому, я думаю,
мне с ним стоит познакомиться. Интересно узнать,
252
как он выглядит. Это может быть очень полезно для
меня и поучительно.
Пауза.
С т е л л а. Не ходи. Все равно ты не знаешь, где он
живет.
Джеймс. Ты считаешь, я не должен с ним позна-
комиться?
Стелла. Тебе от этого легче не станет.
Д ж е й м с. Я хочу посмотреть, не изменился ли он.
С т е л л а. То есть как это?
Д ж е й м с. Я хочу узнать, не изменился ли он с тех
пор, как я его видел. То есть, может, он уже сдох, хотя
в последний раз он был в прекрасной форме.
Стелла. Ты его никогда не видел.
Пауза.
Ты же с ним незнаком.
Пауза.
Разве ты знаешь, где он живет?
Пауза.
Когда ты его видел?
Джеймс. Мы с ним ужинали вчера вечером.
Стелла. Ужинали?
Джеймс. Он замечательный хозяин.
Стелла. Ты мне лжешь.
Джеймс. Ты когда-нибудь была у него дома?
Пауза.
Очень симпатичный дом. Ты там была?
253
Стелла. Яс ним познакомилась в Лидсе и боль-
ше его не видела.
Д ж е й м с. Ах так... Мы когда-нибудь можем вме-
сте пойти к нему в гости. Он очень хорошо готовит,
в этом ему не откажешь. Весьма любезный молодой
человек.
Пауза.
Он все прекрасно помнит. Был со мной совершенно
откровенен. Настоящий мужчина. Прямой и чест-
ный. Он подтвердил все, что ты рассказала.
Стелла. Все?
Джеймс. Как бы это сказать... Видишь ли, он на-
мекнул, что ты его завлекла. Очень по-мужски — сва-
ливать все на женщину.
Стелла. Все это ложь.
Д ж е й м с. Ну ты же знаешь мужчин. Я напомнил
ему, что ты сопротивлялась, что все это было тебе не
по душе, но что ты, как бы это сказать, была как будто
загипнотизирована. Я сказал ему, что так бывает. Он
со мной согласился. Он даже рассказал мне, что само-
го его однажды загипнотизировала кошка. Правда,
в подробности он вдаваться не стал. Должен тебе ска-
зать, кажется, мы с ним все уладили. Выяснилось, что
у нас с ним много общего. Он так смешно рассказывал,
как вы познакомились в баре.
Стелла. Меня это не интересует.
Д ж е й м с. По правде говоря, он эту историю вос-
принимает с юмором.
С т е л л а. С юмором?
Джеймс. Он особенно смешно рассказывал про
бар. Мне нравится его отношение ко всей этой исто-
254
рии. Я как мужчина не могу не восхищаться его пове-
лением.
С т е л л а. И как он ко всему этому относится?
Д ж е й м с. Ну а ты как?
С т е л л а. Я не знала, что ты... Я не знала... Я... я
надеялась, что ты всё понял...
Закрывает лицо и плачет.
Джеймс. Ну конечно же я всё понял, понял по-
сле того, как с ним познакомился. Я вполне удовлетво-
рен. Теперь я знаю мнение обеих сторон, трех сторон,
всех сторон! Что об этом говорить! Все встало на свои
места! Всё в порядке! Всё нормально! Могу только до-
бавить, что познакомился с мужчиной, который заслу-
живает уважения. Такого не часто встретишь, и за это
я должен поблагодарить тебя.
Он наклоняется вперед и похлопывает ее по руке.
Спасибо тебе.
Пауза.
Он похож на одного парня из нашей школы, на Хоу-
кинса. Ну точно, он ужасно похож на Хоукинса. Хоу-
кинс был помешан на опере. Так же, как этот твой... ну
как его там... Нет, я не против оперы. Я никогда тебе об
этом не говорил, но я люблю оперу. Может, мы с ним
как-нибудь сходим в оперу. Он сказал, что может запро-
сто достать контрамарки. Он в театре всех знает. Хоро-
шо бы найти старину Хоукинса и взять его с нами на
спектакль. Я считаю, твой хахаль весьма интеллигент-
ный тип, такой культурный, начитанный. У него кол-
лекция китайских ваз, по крайней мере тысяча пятьсот
255
монет каждая. Такое трудно не заметить. Я хочу ска-
зать, у него прекрасный вкус. Вкус из него прямо-таки
прет. Я думаю, этим он тебя и взял. Нет, в самом деле,
спасибо тебе за такое знакомство. После двух лет брака
ты вдруг открыла мне совершенно новый мир.
Затемнение. Свет в доме. Вечер. Билл входит в комнату
с подносом, на нем маслины, сыр, песочное печенье и тран-
зистор. Очень тихо звучит музыка Вивальди. Билл ставит
поднос на столик, поправляет подушки, берет из вазочки пе-
ченье. Джеймс подходит к входной двери и звонит в зво-
нок. Билл идет к двери и открывает ее. Входит Джеймс.
Билл помогает ему снять пальто. Джеймс входит в комнату,
Билл идет за ним. Джеймс замечает маслины на подносе и
улыбается. Билл тоже улыбается. Джеймс подходит к пол-
ке с китайскими вазами и рассматривает их. Билл наливает
виски. В квартире звонит телефон.
Высвечивается квартира. Вечер.
Слабо высвечивается телефонная будка. Там смутно видна
мужская фигура. Стелла выходит из спальни с котен-
ком. Подходит к телефону. Билл протягивает Джеймсу ви-
ски. Они пьют.
Стелла. Алло.
Гарри. Это ты, Джеймс?
Стелла. Что? Нет, это не Джеймс. Кто это?
Гарри. Где Джеймс?
Стелла. Он ушел.
Гарри. Ушел? Ну ладно. Я сейчас приду.
Стелла. Что вам нужно? Кто вы такой?
Гарри. Никуда не уходите.
Частые телефонные гудки. Стелла кладет трубку и садится
на стул с котенком на руках. Убавляется свет в квартире.
Гаснет свет в телефонной будке.
256
Джеймс. Знаете? Вы похожи на одного моего
знакомого. Хоукинса. Да. Был такой парень в нашем
классе. Очень высокий.
Билл. Высокий, говорите?
Джеймс. Да, высокий.
Б и л л. И чем же я на него похож?
Джеймс. Потрясающий был тип.
Пауза.
Билл. Значит, высокий?
Джеймс. Высокий...
Билл. Ну вы тоже не маленький.
Д ж е й м с. Но и не высокий.
Билл. Зато широкоплечий.
Д ж е й м с. Но не высокий же.
Б и л л. А я и не говорил, что вы высокий.
Д ж е й м с. А что вы говорили?
Билл. Ничего я не говорил.
Пауза.
Д ж е й м с. Не такой уж я широкоплечий.
Билл. Вы-то себя видите только в зеркале, верно?
Джеймс. Мне хватает и зеркала.
Билл. Зеркала обманчивы.
Джеймс. Обманчивы?
Билл. Очень.
Д ж е й м с. У вас есть зеркало?
Билл. Зеркало?
Джеймс. Да, зеркало.
Билл. Прямо перед вами.
Джеймс. Аяи не заметил.
Смотрит в зеркало.
9 Зак. >« 2322
257
Идите сюда. Взгляните в зеркало.
Билл подходит к Джеймсу, и они вдвоем смотрят в зеркало.
Джеймс отходит в сторону и смотрит на отражение Билла.
Я бы не сказал, что зеркала обманчивы.
Джеймс садится. Билл улыбается и прибавляет звук
в транзисторе. Оба слушают музыку. Свет в доме меркнет,
смолкают звуки музыки.
Полный свет в квартире.
Слышен дверной звонок.
Стелла встает и идет к входной двери.
Начало диалога за сценой.
Голос Стеллы. Кто там?
Голос Гарри. Здравствуйте, меня зовут Гарри
Кейн. Мне бы надо с вами поговорить. Вам нечего бо-
яться. Можно я войду?
Голос Стеллы. Заходите.
Гарри (входя в комнату). Сюда?
Стелла. Да.
Они входят в комнату.
Гарри. Какая красивая лампа.
С т е л л а. Я вас слушаю.
Гарри. Вы знакомы с Биллом Ллойдом?
Стелла. Нет.
Гарри. Так вы с ним незнакомы?
Стелла. Нет.
Гарри. Разве вы его никогда не встречали?
Стелла. Нет.
Гарри. Знаете, я совершенно случайно нашел его
в трущобах. Однажды бродил по трущобам и набрел
на него. Я сразу понял, что он очень талантлив. Я дал
258
ему дом, работу, и дела у него пошли успешно. Много
лет мы были близкими друзьями.
Стелла. Как интересно.
Гарри. Вы ведь о нем слышали? Он художник-
модельер.
Стелла. Ну конечно...
Гарри. Если не ошибаюсь, вы тоже художник-
модельер?
Стелла. Да.
Гарри. Вы случайно не состоите в клубе «Собе-
рем одежду для бедных»?
С т е л л а. В каком клубе?
Гарри. «Соберем одежду для бедных». Кажется,
я вас там видел.
Стелла. Я даже никогда не слышала о таком
клубе.
Гарри. Жаль. Вам бы там понравилось.
Пауза.
М-да...
Пауза.
Я пришел поговорить о вашем муже.
С т е л л а. О моем муже?
Гарри. Дело в том, что он привязался к Биллу
с какой-то неправдоподобной историей.
С т е л л а. Я знаю. Мне очень жаль, что так слу-
чилось.
Г а р р и. А, так вы в курсе дела. Все это так досад-
но... Понимаете, у мальчика много работы. Он совер-
шенно выбит из колеи.
Стелла. Простите... Все так нескладно полу-
чилось...
259
Гарри. Ужасно.
Пауза.
Стелла. Понять не могу... Мы с мужем жили так
хорошо. Я и раньше ездила в другие города с демон-
страцией моделей. У моего мужа магазин одежды.
Ничего подобного прежде не случалось.
Гарри. Чего не случалось?
Стелла. Моему мужу никогда не приходили
в голову такие нелепые фантазии; придумать такое,
ну просто на ровном месте.
Гарри. Вот и я говорю, что это какой-то абсурд.
Стелла. Конечно.
Г а р р и. И Билл того же мнения. Мы оба так ду-
маем.
С т е л л а. Я знаю, что господин Ллойд был в Лид-
се, но я его видела только мельком, хотя мы и оста-
навливались в одной гостинице. Я незнакома с ним
и никогда с ним не разговаривала. И вдруг мой муж
обвиняет меня... как все это неприятно...
Гарри. Так что же все это значит? Ваш муж что,
не доверяет вам?
Стелла. Ну конечно же доверяет. Но в послед-
нее время с ним что-то происходит. Я думаю, он пе-
реутомился.
Гарри. Ах, как досадно. Уж вы-то знаете, как в на-
шем деле легко переутомиться. Может, вам стоит
устроить себе отпуск. Поехать отдохнуть куда-нибудь,
ну, там на юг Франции.
Стелла. Хорошо бы. Мне очень жаль, что госпо-
дину Ллойду пришлось все это выслушивать.
260
Гарри. Какой хорошенький котенок, просто за-
мечательный. Кис-кис-кис — как его зовут? — иди
сюда, кис-кис.
Гарри садится рядом со Стеллой и гладит котенка. Меркнет
свет в квартире.
Полный свет в доме. Билл и Джеймс в тех же позах.
Звучит музыка. Билл выключает транзистор.
Билл. Хотите перекусить?
Джеймс. Нет.
Билл. Печенье будете?
Д ж е й м с. Я не голоден.
Б и л л. У меня есть маслины.
Джеймс. Маслины?
Билл. Возьмите маслину.
Джеймс. Спасибо, я не хочу.
Билл. Почему?
Д ж е й м с. Я не люблю маслины.
Пауза.
Б и л л. Не любите маслины?
Пауза.
За что же это вы их так не любите?
Пауза.
Д ж е й м с. Я их терпеть не могу.
Билл. Ну да?
Джеймс. Даже запах их ненавижу.
Пауза.
261
Билл. Может, сыр? У меня прекрасный нож для
сыра.
Берет со стола нож для сыра.
Посмотрите. Правда, красивый?
Джеймс. Острый?
Билл. Попробуйте. Возьмите его за лезвие. Им
не порежешься, если знаешь, как его держать. Прос-
то не надо сжимать лезвие в руке.
Джеймс не берет протянутый ему нож. Билл стоит с но-
жом в руке.
Зажигается св<ет в квартире.
Гарри (встает). Ну что же, до свидания. Я очень
рад, что мы поговорили.
С т е л л а. Я тоже.
Гарри. Теперь все стало ясно.
Стелла. Да.
Они идут к входной двери.
Гарри. Чуть не забыл, господин Ллойд просил
меня передать вам наилучшие пожелания... и свое со-
чувствие.
Идет к двери. Стелла стоит неподвижно.
До свидания.
Входная дверь закрывается. Стелла с котенком ложится на
диван, кладет голову на диванный валик и лежит непо-
движно.
Тускнеет свет в квартире.
Билл. Чего вы боитесь?
262
Джеймс (отходя от Билла). Что это?
Б и л л. О чем вы?
Джеймс. Мне показалось, гром прогремел.
Билл. Вы боитесь взять нож?
Джеймс. Нет, не боюсь. На прошлой неделе, ко-
гда вы с моей женой были в Лидсе, мне тоже показа-
лось, что гремит гром.
Билл. О господи, опять вы про это. Я думал,
с этим покончено. Что вам вздумалось снова вспоми-
нать про Лидс!
Джеймс. Нет, нет, не беспокойтесь. Это уже что-
то ностальгическое.
Билл. Душевная рана затягивается быстрей, ко-
гда знаешь правду. Так? Когда точно знаешь, что слу-
чилось. Мне кажется, чувствуешь себя гораздо луч-
ше, когда знаешь...
Джеймс. Конечно.
Б и л л. Не стоит об этом думать. Что было — то
было. Забыть — и не вспоминать. Понятно? Два года
счастливой семейной жизни, разве не так? Нельзя поз-
волять всяким глупостям разрушать ваш брак. Я принес
извинения, ваша жена перед вами извинилась. Честно
говоря, чего еще можно желать?
Пауза. Джеймс смотрит на Билла. Билл улыбается. Г а р-
р и подходит к двери дома, отпирает ее, закрывает за собой
бесшумно и остается в прихожей, не замеченный Биллом
и Джеймсом.
Джеймс. Ничего.
Билл. Каждая женщина в какой-то момент обя-
зательно испытывает бешеный зов плоти. Мне кажет-
ся, иначе это не назовешь. Таково женское естество.
263
Вполне возможно, что вам лично никогда не прихо-
дилось быть счастливым предметом ее вожделения
в такой момент. Но что поделаешь? (Смеется.) Я по-
лагаю, это участь мужей. Вашей вины в этом нет. Так
природа распорядилась. Кто знает, может, у нее боль-
ше никогда не возникнет такая потребность.
Джеймс встает, подходит к вазе с фруктами, берет фрукто-
вый нож и пробует пальцем лезвие.
Джеймс. Довольно острый.
Б и л л. Ну и что?
Джеймс. Попробуем.
Билл. Что «попробуем»?
Джеймс. Давай, не бойся. У тебя нож для сыра,
у меня для фруктов...
Билл. Ну и что?
Джеймс. Иногда мне надоедают слова. А тебе?
Сыграем в игру. Смеха ради.
Б и л л. В какую?
Д ж е й м с. В дуэль.
Билл. Спасибо, я не хочу играть в дуэль.
Джеймс. Нет хочешь. Давай, давай. Тот, кто
первым получит укол острием ножа, будет плакса,
маменькин сынок.
Билл. Вам не кажется, что в этом есть нечто при-
митивное?
Джеймс. Ничего подобного. А ну, давай в пер-
вую позицию.
Билл. Мне показалось, мы стали друзьями.
Джеймс. Конечно, мы стали друзьями. Что с то-
бой? Я не собираюсь тебя убивать. Это всего лишь иг-
ра. Игра, и ничего больше. Ты ведь не трус?
264
Билл. Все это выглядит очень глупо.
Джеймс. Что за характер. Обязательно нужно
испортить человеку хорошее настроение.
Б и л л. Я сейчас положу свой нож на место...
Джеймс. Ая его подберу.
Берет нож Билла и стоит против него с двумя ножами
в руках.
Билл. Теперь у вас два ножа.
Д ж е й м с. И еще один — в заднем кармане.
Пауза.
Билл. Зачем они вам? Вы что, глотаете их, как
шпаги?
Д ж е й м с. А ты?
Пауза. Они смотрят друг на друга.
(Неожиданно.) Ну давай. Проглоти нож.
Джеймс бросает нож в Билла. Билл вскидывает руку, чтобы
закрыть лицо, ловит нож за лезвие и режет руку.
Билл. Ай!!!
Джеймс. Какая реакция! Что-нибудь не так?
Дай-ка я посмотрю.
Рассматривает руку Билла.
Теперь у тебя на руке будет шрам. У тебя ведь рань-
ше не было шрамов?
В комнату входит Гарри.
Гарри. Что случилось? Ты порезал руку? Пока-
жи. (Джеймсу.) Ничего страшного. Небольшой порез.
Ему надо было пригнуться. Я ему тысячу раз говорил:
265
если в тебя кидают нож, самое глупое, что ты можешь
сделать, это поймать его за лезвие. Ты обязательно
поранишься, если только нож не резиновый. Лучше
всего пригнуться. Вы господин Хорн?
Джеймс. Совершенно верно.
Гарри. Рад познакомиться, господин Хорн.
Я Гарри Кейн. Надеюсь, Билл был любезным хозяи-
ном. Я попросил его задержать вас до моего прихода.
Очень рад, что вы нашли время нас навестить. Что мы
выпьем? Виски? Надо выпить. Вы держите магазин го-
тового платья на нашей улице. И вы и мы занимаемся
одним делом. Да? Странно, что мы никогда не встреча-
лись. Вы ведь живете по соседству. (Наливает виски.)
Прошу вас. У тебя есть, Билл? Что ты пьешь? Это твое
виски? О господи, да перестань же ты тереть руку. Это
был всего лишь нож для сыра. Ну что же, господин
Хорн, за ваше здоровье. Дай нам бог здоровья, счастья
и процветания, ну и конечно же вашей жене. В здоро-
вом теле — здоровый дух. Будьте здоровы.
Они пьют.
Между прочим, я только что был у вас. У вашей жены
такой красивый котенок. Билл, если бы ты его видел...
белый-белый. Мы с ней очень мило поболтали. Ска-
жите, я могу быть с вами откровенен?
Джеймс. Конечно.
Гарри. Ваша жена... видите ли... Кое в чем мне
призналась. Да, именно призналась.
Пауза. Билл сосет порезанную руку.
Она призналась, что придумала эту историю. Она
просто выдумала всю эту дурацкую историю. Она
266
сказала, что у нее на то были свои основания. Они даже
незнакомы, Билл и ваша жена, они никогда не разгова-
ривали. Мне об этом говорил Билл, ну а теперь я услы-
шал это и от вашей жены. Между ними ничего нет, они
никогда не встречались. Женщины странный народ.
Я думаю, вы знаете о них больше, чем я. В конце кон-
цов, она ваша жена. Если бы я был ее мужем, я бы не-
медленно отправился домой и дал ей по голове сково-
родкой, чтобы впредь было неповадно придумывать та-
кие дурацкие истории.
Пауза.
Джеймс. Так она всё придумала?
Гарри. Боюсь, что да.
Джеймс. Понятно. Большое спасибо, что вы мне
об этом сказали.
Г а р р и. Я подумал, что, если рассказ будет исхо-
дить от меня, это будет более убедительно, так как я
к этой истории совершенно непричастен.
Джеймс. Конечно. Большое вам спасибо.
Гарри. Что ты скажешь, Билл?
Билл. Всё именно так. Я с этой женщиной незна-
ком. Я ее в глаза не видел. Чистая фантазия.
Джеймс. Как ваша рука?
Билл. Нормально.
Джеймс. Зачем же вы подтвердили все, что она
мне рассказала?
Билл. Смеха ради.
Джеймс. Как?
Билл. Вы мне так надоели с этой историей, что я
решил вас разыграть.
Пауза.
267
Гарри. Видите ли, Билл вырос в трущобах, у него
довольно грубый юмор, поэтому я никогда не беру его
на официальные приемы и банкеты. У него мышление
человека, выросшего в трущобах. Вообще-то я ничего
не имею против людей, которые выросли в трущобах.
Что же до трущобного мышления, то оно вполне умест-
но в трущобах, но когда люди с трущобным мышле-
нием попадают в приличное общество — и к тому же не
пытаются преодолеть свое трущобное мышление, а, на-
против, упрямятся и продолжают вести себя так, как
это принято в трущобах, — так вот, когда они попадают
в приличное общество, они наносят большой вред тем
людям, с которыми общаются. Таков Билл. Есть в нем
какая-то гниль, вам не кажется? Он похож на мокрицу,
к тому же трущобную. Ну, мокрица в трущобах — это
еще куда ни шло, но когда мокрица ползает по чистым
стенам благопристойных домов, оставляя на них слизь,
это уже никуда не годится. Он готов плести любые не-
былицы, чтобы развлечься, в то время как другие раз-
бивают себе головы, чтобы добраться до сути дела
и внести ясность в происходящее. Он же в это время
сидит, сосет свою драгоценную лапу и наблюдает за
всем, как гнилая трущобная мокрица. Еще хотите вы-
пить, господин Хорн?
Джеймс. Нет, мне, пожалуй, пора. Что ж, я рад,
что на самом деле ничего не было. Для меня это боль-
шое облегчение.
Г а р р и. Я вас понимаю.
Д ж е й м с. В последнее время моя жена неважно
себя чувствует. Слишком много работы.
Гарри. Очень жаль. Да, в нашем деле иначе
нельзя.
268
Джеймс. Хорошо бы увезти ее куда-нибудь от-
дохнуть.
Г а р р и. На юг Франции.
Д ж е й м с. В Грецию, на острова.
Гарри. Позагорать бы неплохо.
Джеймс. Да. На Бермудских островах.
Гарри. Прекрасно.
Д ж е й м с. Ну что же, господин Кейн, большое спа-
сибо. Когда я вернусь домой, я больше не буду гово-
рить с ней об этом. Лучше поведу ее куда-нибудь по-
ужинать. Пора всё забыть.
Гарри. Поторопитесь, а то все рестораны скоро
закроются.
Джеймс подходит к Биллу. Билл не реагирует.
Джеймс. Извините, что я поранил вам руку. Хо-
рошо, что вы поймали нож, могло бы пострадать ли-
цо. Порез не очень глубокий?
Пауза.
Послушайте, я хочу извиниться за мою жену, которая
придумала эту идиотскую историю. Она виновата, я
тоже виноват, я не должен был ей верить. Ваша реак-
ция на то, что произошло, была вполне естественной.
Я понимаю, как я вам надоел. Что вы скажете, если мы
пожмем друг другу руки в знак примирения?
Джеймс протягивает Биллу руку, Билл продолжает тереть
руку, но не протягивает ее Джеймсу.
Гарри. Послушай, Билли, разве мы не сыты по
горло этой ерундой?
Пауза.
269
Билл. Так и быть... скажу вам... всю правду.
Г а р р и. О господи, да прекрати же ты валять ду-
рака. Господин Хорн, ступайте домой к своей жене, я
беру на себя stofo грубияна.
Джеймс не уходит. Он смотрит на сидящего Билла.
Послушай, Джимми, разве мы не сыты по горло этой
ерундой?
Джеймс зло смотрит на Гарри. Гарри замолкает.
Б и л л. Я даже не дотронулся до нее... Мы сидели
в вестибюле на диване... два часа... и разговаривали... мы
только разговаривали... мы все время провели в вести-
бюле... мы не поднимались в ее номер... просто говори-
ли о том, что бы мы могли делать, если бы поднялись
в ее номер... два часа... я даже не прикоснулся к ней... мы
только разговаривали...
Долгая пауза. Джеймс уходит.
Гарри садится. Билл продолжает облизывать руку.
Тишина.
Свет уменьшается в доме, зажигается в квартире.
Стелла лежит с котенком.
Хлопает входная дверь. Входит Джеймс. Стоит, глядя
на Стеллу.
Джеймс. Это правда, что между вами ничего не
было?
Пауза.
Он не поднимался в твой номер. Вы разговаривали
в вестибюле.
Пауза.
270
Это так?
Пауза.
Вы сидели в вестибюле и говорили о том, что бы вы
могли делать, если бы поднялись в твой номер. Вот
как это было.
Пауза.
Правда?
Пауза.
Это правда, я спрашиваю?
Стелла смотрит на Джеймса. В ее взгляде сочувствие и по-
нимание. Свет в квартире тускнеет. В полутьме различимы
четыре неподвижные фигуры.
Затемнение.
Занавес
ЛЮБОВНИК*
Сцена состоит из двух частей. Справа гостиная, в центре ма-
ленький холл и входная дверь. Спальня с балконом слева.
К двери в спальню ведут несколько ступенек. Кухня (ее не
видно) справа. У левой стены гостиной, в центре, стоит
длинный стол, покрытый бархатной скатертью. В маленьком
холле шкаф. Комнаты обставлены со вкусом. В доме уютно.
В гостиной Сара, она чистит пепельницы. Утро. На Саре
скромное платье. Из ванной в спальню идет Ричард; затем
он входит в холл, лезет в шкаф и достает оттуда свой порт-
фель; подходит к Саре и целует ее в щеку. На несколько
секунд его лицо озаряет улыбка. Она тоже улыбается.
Ричард (дружески). Ну что, твой любовник се-
годня придет?
Сара. У-гу.
Р и ч а р д. В котором часу?
С а р а. В три.
Ричард. Вы куда-нибудь пойдете или остане-
тесь дома?
Сара. Ну... я полагаю, останемся дома.
* Harold Pinter. The Lover
© Neabar Investments Ltd 1962
© Денисов В., перевод на русский язык, 2006
272
Р и ч а р д. А я-то думал, вы пойдете на выставку.
С а р а. О да... Но, по-моему, сегодня нам захочет-
ся остаться дома.
Ричард. У-гу. Что ж, так или иначе, я должен
идти. (Идет в холл и надевает шляпу.) Как думаешь,
он надолго?
Сара. У-гу.
Ричард. Тогда около шести.
Сара. Да.
Ричард. Счастливо провести день.
Сара. У-гу.
Ричард. Пока.
Сара. Пока.
Он открывает входную дверь и выходит. Она продолжает
уборку.
Затемнение, затем снова свет. Начало вечера. Сара из кух-
ни идет в комнату. На ней то же платье, но теперь на ногах
туфли на высоком каблуке. Она себе что-то наливает, садит-
ся в шезлонг и начинает листать журнал. Часы бьют шесть.
Входит Р и ч а р д. На нем тот же неяркий костюм, что и ут-
ром. Он кладет портфель в холле и проходит в комнату. Она
ему улыбается и наливает виски.
Сара. Привет.
Ричард. Привет. (Целует ее в щеку, затем берет
бокал, протягивает ей вечернюю газету и садится
слева.)
Она берет газету и снова садится в шезлонг.
Спасибо. (Устраивается поудобнее, пьет и облегчен-
но вздыхает.) А-а.
Сара. Устал?
Ричард. Немножко.
273
Сара. Сильное движение?
Ричард. Нет. Движение было нормальное.
С а р а. О, хорошо.
Ричард. Проехал очень легко.
Пауза.
Сара. Мне кажется, ты немножко опоздал.
Ричард. Правда?
Сара. Немножко.
Р и ч а р д. На мосту была небольшая пробка.
Сара встает, подходит к столику с напитками, берет бокал,
затем снова садится в шезлонг.
Хорошо провела время?
Сара. Ну... Утром ездила в поселок.
Ричард. Правда? Кого-нибудь видела?
Сара. Нет. Просто позавтракала.
Р и ч а р д. В поселке?
Сара. Да.
Р и ч а р д. И как?
Сара. Вполне прилично. (Привстает, а затем
снова садится.)
Р и ч а р д. А днем? День прошел хорошо?
С а р а. О да. Чудесно.
Ричард. Был любовник, не так ли?
Сара. Ну... да.
Ричард. Ты показала ему наши штокрозы?
Небольшая пауза.
Сара. Штокрозы?
Ричард. Да.
Сара. Нет.
Ричард. О-о.
274
С а р а. Я должна была это сделать?
Ричард. Нет-нет. Я сказал это потому, что вспом-
нил: ты говорила, он интересуется садоводством.
Сара. Ну... да. Интересуется. (Пауза.) Но вооб-
ще-то не очень.
Ричард. Д-а. (Пауза.) Вы куда-нибудь ходили
или были дома?
Сара. Были дома.
Ричард. А-а. (Смотрит на венецианские што-
ры.) Вон та штора задернута не до конца.
Сара. Да. Чуть-чуть загнулась, а?
Пауза.
Ричард. Сегодня такое солнце. Правда, когда я
ехал обратно, оно уже начинало садиться. Но я пред-
ставил, каково было тем, кто ехал днем. В Сити бе-
зумно жарко.
Сара. Правда?
Ричард. Очень душно. Но я полагаю, душно везде.
Сара. Что поделаешь, если такая температура.
Ричард. Прогноз ведь такой и был?
Сара. По-моему, да.
Небольшая пауза.
Ричард. Еще стаканчик перед ужином?
Сара. У-гу.
Ричард (наливает). Я знаю, что ты опускала
шторы.
Сара. Да, мы опускали.
Ричард. Из-за сильного солнца.
Сара. Да. Ужасно сильное.
Ричард. Беда с этой комнатой: когда солнце све-
тит — весь свет у нас. Вы в другую не переходили?
275
Сара. Нет. Мы были здесь.
Р и ч а р д. Но здесь же ослепнуть можно.
Сара. Можно. Потому-то мы их и опустили.
Пауза.
Р и ч а р д. Но когда опустишь, еще жарче.
Сара. Ты так считаешь?
Р и ч а р д. А может, и нет. Все зависит от ощущений.
Сара. Да. Вероятно. (Пауза.) А что ты делал днем?
Ричард. Был на какой-то встрече. Ничего не ре-
шающей.
Сара. Ужин холодный. Ты очень недоволен?
Ричард. Нет, не очень.
Сара. Просто сегодня готовить не было времени.
(Встает, чтобы пойти в кухню.)
Ричард. Между прочим... хочу кое о чем тебя
спросить.
С а р а. О чем?
Ричард. Тебе приходило в голову, что пока ты
здесь днем мне изменяешь, я сижу на работе, состав-
ляю баланс и черчу графики.
Сара. Интересный вопрос.
Ричард. Да, мне очень интересно.
Сара. Раньше ты никогда меня об этом не спра-
шивал.
Ричард. Но всегда хотел знать ответ.
Небольшая пауза.
Сара. Конечно приходило.
Р и ч а р д. В самом деле?
Сара. Угу.
Небольшая пауза.
276
Ричард. Ну и как тебе это?
Сара. По-моему, пикантность ситуации только
возрастает.
Р и ч а р д. В самом деле?
Сара. Конечно.
Ричард. Хочешь сказать, когда ты с ним... ты
и в самом деле думаешь о том, как я сижу на работе
и составляю баланс?
Сара. Только... иногда.
Ричард. Разумеется.
Сара. Но не все время.
Р и ч а р д. Ну естественно.
С а р а. В определенные моменты.
Ричард. Да-а... Значит, я не совсем забыт.
Сара. Конечно нет.
Ричард. Должен заметить, я весьма тронут.
Пауза.
Сара. Как же я могу тебя забыть?
Ричард. По-моему, запросто.
Сара. Но я же в твоем доме.
Р и ч а р д. С другим.
С а р а. Да и люблю я тебя.
Ричард. Прости, что ты сказала?
С а р а. Да и люблю я тебя.
Пауза.
Ричард (смотрит на нее и легким движением го-
ловы показывает на свой бокал). Давай-ка выпьем еще.
Она тянется за бокалом — он его убирает и начинает смот-
реть на ее туфли.
Что это за туфли?
277
Сара. А-а?
Ричард. Таких я у тебя что-то не видел. Каблук,
по-моему, очень высокий.
Сара (бормоча). Ошиблась. Извини.
Ричард (не расслышав). Извини? Почему «из-
вини»?
Сара. Я... я их сниму.
Р и ч а р д. Я бы сказал, что это далеко не самая
удобная обувь для дома.
Она идет в холл, открывает шкаф, бросает туда туфли на
высоком каблуке и надевает на низком. Он идет к столику
с напитками и наливает себе. Она подходит к большому
столу и закуривает.
Так, значит, ты меня сегодня вспоминала. Как я сижу
в своем кабинете.
Сара. Да. Хотя я не слишком в этом уверена.
Ричард. Почему это нет?
С а р а. Да потому, что знаю: тебя там не было.
Знаю, что в это время ты был с любовницей.
Пауза.
Ричард. Правда?
Небольшая пауза.
Сара. Так ты есть не хочешь?
Р и ч а р д. Я же плотно позавтракал.
Сара. Что значит «плотно»?
Ричард (идет к окну и встает рядом). Какой
чудесный закат!
Сара. Так ты не был у любовницы?
Ричард (поворачивается к ней и смеется). У ка-
кой любовницы?
278
С а р а. О Ричард...
Ричард. Нет, просто какое-то странное слово.
Сара. Странное? Чем же? (Небольшая пауза.)
Я ведь с тобой откровенна, не так ли? Почему бы
и тебе не быть со мной откровенным?
Р и ч а р д. Но у меня нет никакой любовницы. Шлю-
ха есть, а любовницы нет. А это огромная разница.
Сара. Шлюха?
Ричард (берет маслину). Угу. Из тех, что по
вокзалам шляются. О ней и говорить-то не стоит.
Обычная уличная девка.
С а р а. По каким вокзалам? У тебя же машина.
Ричард. Ну, значит, по бензоколонкам. Обслу-
живают на ходу, пока там масло и воду проверяют.
Пауза.
Сара. Какая чистота!
Р и ч а р д. Я бы не сказал.
Пауза.
С а р а. Не думала, что ты так легко на это пойдешь.
Ричард. Почему нет? Раньше ты никогда не ста-
вила вопрос так остро, а? Честность в таких делах —
самое важное. Залог здорового брака. Или ты не со-
гласна?
Сара. Ну, разумеется.
Ричард. Значит, согласна?
Сара. Полностью.
Ричард. Итак, ты со мной совершенно откро-
венна, а?
Сара. Совершенно.
Ричард. Насчет любовника. Я должен последо-
вать твоему примеру.
279
Сара. Спасибо. (Пауза.) Да, я как раз начала что-
то подозревать.
Ричард. Правда?
Сара. Угу.
Ричард. Допустим.
Сара. Нет, правда, но я никак не могу поверить,
что она... ну это... как ты ее назвал?
Ричард. Почему не можешь поверить?
Сара. Потому что этого не может быть. У тебя
ведь всегда был такой вкус. Ты так ценил в женщи-
нах грацию, ценил элегантность.
Р и ч а р д. И остроумие.
Сара. Да, и остроумие тоже.
Ричард. Именно остроумие. Для мужчины жен-
ское остроумие очень важно.
Сара. Она остроумна?
Р и ч а р д (со смехом). Это слово по отношению
к ней употребить нельзя. Нельзя требовать остро-
умия от шлюхи. И не важно, так это или нет. Она
просто шлюха. Такая работа. Либо удовлетворяет,
либо нет.
С а р а. А тебя удовлетворяет?
Ричард. Сегодня да. А завтра... Кто знает... (Идет
в спальню, на ходу снимая пиджак.)
Сара. Знаешь, меня тревожит твое отношение
к женщинам.
Ричард. Почему? Потому что я нашел себе не
такую, как ты? Да я и не искал женщину, которую
мог бы уважать, — как тебя, например. Которую мог
бы любить и которой бы восхищался. Как тобой. Раз-
ве нет? Я хотел только... как это сказать... найти себе
ту, которая сочетала бы чувственность и умение.
280
Только и всего. (Идет в спальню, снимает пиджак,
влезает в тапочки.)
В гостиной Сара допивает свой бокал, а затем, чуть помед-
лив, идет в спальню.
Сара. Жаль, что в этой твоей связи так мало до-
стоинства.
Ричард. Зато его много в моем браке...
Сара. Или утонченности...
Р и ч а р д. И утонченности тоже. Мне ее не надо.
Она есть в тебе.
Сара. Так зачем вообще это надо?
Небольшая пауза.
Ричард. Что ты сказала?
Сара. Зачем... вообще кого-то искать?
Ричард. Но, дорогая, ты же искала. Вот и я.
Пауза.
Сара. Кто начал первый?
Ричард. Ты.
Сара. По-моему, это не так.
Ричард. Тогда кто?
Она смотрит на него с легкой улыбкой.
Затемнение.
Ночь. На балконе лунный свет. Затем на сцене загорается
свет. В спальню входит Р и ч а р д, он в пижаме. Берет кни-
гу и начинает листать. Из ванной выходит С а р а в ночной
рубашке, садится к туалетному столику и начинает приче-
сываться.
Сара. Ричард.
Ричард. А-а?
281
С а р а. А ты, когда ты с ней... ты обо мне думаешь?
Ричард. Иногда. Не очень часто. (Пауза.) Мы
говорим о тебе.
Сара. Ты говоришь с ней обо мне?
Ричард. Иногда. Ее это забавляет.
Сара. Забавляет?
Ричард (выбирая книгу). Ну да.
Сара. И... как же вы обо мне говорите?
Ричард. Сдержанно. Мы представляем... старин-
ную музыкальную шкатулку, которая играет ради на-
шего удовольствия. Ну... когда нам это необходимо.
Пауза.
С а р а. Не могу сказать, чтобы созерцание этой
сцены доставило бы мне большое удовольствие.
Р и ч а р д. Да нет, при чем тут ты. Удовольствие
получал я.
Сара. Да, я это понимаю.
Ричард (садясь на кровать). Я уверен, что днев-
ных утех было вполне достаточно и дополнительного
удовольствия я тебе доставить не смогу. Не так ли?
Сара. Да, это так.
Ричард. Тогда к чему все эти вопросы?
С а р а. Но все-таки начал ты. Задал мне столько
вопросов о том, как... как было у меня. Обычно ты
этого не делал.
Ричард. Нормальное любопытство, только
и всего. (Касается ее лица.) Ты, конечно, не думаешь,
что я ревную, а?
С а р А (улыбаясь и гладя его по руке). Дорогой, я
знаю, что до этого ты не опустишься.
282
Ричард. Господи, разумеется, нет. (Сжимает ее
плечо.) А ты? Ты же не ревнуешь, не так ли?
Сара. Нет. Из твоих рассказов о своей даме я сде-
лала вывод: я провела время куда интереснее тебя.
Ричард. Возможно. (Широко распахивает окно,
затем выглядывает.) Какой покой. Подойди посмотри.
Она тоже подходит к окну. Они стоят молча.
Интересно, что будет, если я как-нибудь вернусь
раньше времени?
Пауза.
Сара. Интересно, что будет, если я как-нибудь за
тобой поеду?
Ричард. Возможно, мы все вместе где-нибудь
в поселке могли бы выпить чаю.
Сара. Почему в поселке, а не здесь?
Ричард. Здесь? Тонко подмечено. (Пауза.) Ведь
твой бедный любовник никогда еще не наслаждался
из окна ночной панорамой, а?
Сара. Нет. К сожалению, ему приходится ухо-
дить до захода солнца.
Р и ч а р д. И как ему не надоест в дневное-то вре-
мя? Вечные чаепития. Мне бы надоело. Такое впе-
чатление, что чайник или кувшин молока тебя воз-
буждает. А по-моему, они действуют угнетающе.
Сара. Ничего, он привык. Ну а если опустить
шторы, то вообще похоже на вечер.
Ричард. Похоже. (Пауза.) А каково его мнение
о твоем муже?
Небольшая пауза.
283
Сара. Он тебя уважает.
Пауза.
Ричард. Странная оценка моей персоны, но я
весьма тронут. По-моему, я знаю, почему ты его так
любишь.
Сара. Он ужасно мил.
Ричард. Угу.
С а р а. Но бывает, конечно, и другое настроение.
Ричард. Ау кого не бывает?
С а р а. Но тем не менее он всегда ласков. Все его
тело излучает любовь.
Ричард. Омерзительно.
Сара. Вовсе нет.
Р и ч а р д. Я надеюсь, мужчина-то он хороший?
С а р а. Со всех сторон.
Ричард. Какая скука!
Сара. Отнюдь нет. (Пауза.) А к тому же у него
редкое чувство юмора.
Ричард. Очень здорово. Смешит тебя, не так
ли? Надеюсь, соседи вас не слышат? Сплетни — по-
следнее дело.
Пауза.
Сара. Потому-то и хорошо жить в уединении,
вдали от шумных дорог.
Ричард. Здесь я с тобой согласен.
Они возвращаются в комнату, ложатся в постель.
(Открывает книгу и листает ее> затем закрывает
и кладет на столик.) Неинтересно.
Гасит настольную лампу; она делает то же. Лунный свет.
Он женат, не так ли?
284
Сара. Угу.
Ричард. Удачно?
Сара. Угу. (Пауза.) А ты удачно? Но надеюсь, ты
все же не ревнуешь?
Ричард. Нет.
Сара. Хорошо. Потому что мне кажется, у нас
ровные, хорошие отношения.
Затемнение, а потом снова свет. Утренний свет. В спальне
Сара надевает домашний халат и начинает убирать постель.
Дорогой. (Пауза.) Как ты думаешь, ножницы сегодня
принесут?
Ричард (из ванной). Что принесут?
Сара. Садовые ножницы.
Ричард. Нет, не сегодня. (Входит — он уже в ко-
стюме. Целует ее в щеку.) Не раньше пятницы. Пока.
(Выходит из спальни, идет в холл, берет портфель
и шляпу.)
Сара. Ричард.
Он оборачивается.
Ты ведь не вернешься сегодня домой слишком рано, а?
Ричард. Хочешь сказать, он придет и сегодня?
Господи! Он же был вчера, так зачем же сегодня?
Сара. Придет.
Ричард. О-о... Ладно. Рано я не вернусь. Пойду
в Национальную галерею.
Сара. Вот и хорошо.
Ричард. Пока.
Сара. Пока.
Затемнение, затем снова свет. Дневной свет. Сара спускается
в гостиную. Она в обтягивающем ее фигуру открытом чер-
285
ном платье. С поспешностью смотрит на себя в зеркало.
Вдруг замечает, что на ней туфли на низком каблуке. Быстро
идет к шкафу и меняет их на высокий каблук. Снова смот-
рится в зеркало, разглаживает платье на бедрах. Подходит
к окну, опускает шторы, открывает, а затем закрывает их —
в комнату проникает лишь узкая полоска света. Часы бьют
три. Она смотрит на свои часы и идет к стоящим на столе
цветам. Звонок в дверь. Она идет к двери. Это Джон,
молочник.
Джон. Сливки?
Сара. Слишком поздно.
Джон. Сливки!
Сара. Нет, спасибо.
Джон. Почему нет?
С а р а. У меня есть. Я вам что-нибудь должна?
Джон. Миссис Оуэн взяла три банки. Молоко-то
топленое.
Сара. Сколько я вам должна?
Джон. Еще не суббота.
Сара (берет молоко). За молоко спасибо.
Д ж о н. Ну сливки-то попробовали бы. Миссис
Оуэн взяла три банки.
Сара. Спасибо. (Закрывает дверь и несет молоко
на кухню. Возвращается оттуда с чайным подно-
сом — на нем стоят чайник и чашки. Ставит поднос
на маленький столик у шезлонга. На мгновение пере-
водит взгляд на цветы, а потом садится в шезлонг
и разглаживает под юбкой чулки.)
Звонок в дверь.
(Одергивает юбку, идет к двери, открывает.) При-
вет, Макс.
286
Входит Ричард. Он в замшевом пиджаке, без галстука.
Входит в гостиную, останавливается. Она закрывает вход-
ную дверь, медленно идет за ним, а затем садится в шезлонг
и скрещивает ноги. Пауза. Он медленно подходит к шезлон-
гу и становится за ним. Она откидывается на спинку, вытя-
гивает ноги, встает и идет к низкому креслу, которое нахо-
дится слева. Пауза. Он смотрит на нее, потом идет в холл
к шкафу, вытаскивает оттуда тамтам, несет его в комнату,
ставит на шезлонг и становится рядом. Пауза. Она встает,
идет в холл, затем поворачивается и смотрит на него. Он де-
лает движение за шезлонгом — они садятся на его края.
Указательным пальцем он начинает стучать по барабану.
Резким движением она царапает ему запястье — он быстро
убирает руку. Ее пальцы — один за другим — двигаются по
тамтаму в направлении его руки, останавливаются, однако
указательный палец все же вклинивается между его пальца-
ми. Другие пальцы проделывают то же. Мускулы его ног
напрягаются, его рука хватает ее руку, она пытается вы-
рваться; пальцы отчаянно сопротивляются. На мгновение
все замирает, затем она встает, идет к столику с напитка-
ми, закуривает и отходит к окну. Он ставит барабан на стул
справа, берет сигарету и подходит к ней.
Макс. Извините.
Взглянув на него, она отворачивается.
Извините, нельзя ли прикурить?
Она не отвечает.
У вас же есть огонь.
Сара. Оставьте меня в покое.
Макс. Почему? (Пауза,) Я только попросил при-
курить.
Она отходит, осматривает комнату. Он следует вплотную
за ней.
287
Сара (оборачивается). Простите. (Проходит мимо.)
Он идет за ней.
(Останавливается.) Не люблю, когда меня преследуют.
Макс. Дайте прикурить — и я оставлю вас в по-
кое. Я хочу только этого.
Сара (сквозь зубы). Пожалуйста, уйдите. Я жду
человека.
Макс. Кого?
Сара. Мужа.
Макс. Вы такая робкая? А? Где зажигалка? (Па-
уза. Касается ее — она делает глубокий вздох.) Здесь?
Она пытается вырваться — он загоняет ее в угол.
Сара (шипит). Что, по-вашему, вы делаете?
Макс. Умираю — хочу курить.
С а р а. Я жду мужа!
Макс. Дайте прикурить от вашей.
Молчаливая борьба. Она вырывается, отходит к стене.
Молчание.
(Снова приближается.) С вами все в порядке, мисс?
Я только что выгнал этого человека. Он вам не сде-
лал больно?
С а р а. О, как это мило с вашей стороны. Нет. Нет.
Со мной все в порядке. Спасибо.
М а к с. По счастью, я проходил мимо. Вы не пред-
ставляете, что может произойти в таком красивом
парке.
Сара. Действительно трудно...
Макс. Но, слава богу, всё в порядке.
С а р а. Не знаю, как вас благодарить. Я так вам
признательна, правда.
288
Макс. Почему бы вам на минутку не присесть и
успокоиться?
С а р а. О, я и так уже успокоилась, но... спасибо.
Вы очень добры. А куда мы сядем?
М а к с. К сожалению, посидеть на улице не удаст-
ся. Из-за дождя. А что, если мы заберемся в домик
сторожа?
Сара. Думаете, можно? А что скажет сторож?
Макс. Сторож — это я.
Они садятся в шезлонг.
Сара. Никогда не думала встретить такого доб-
рого человека.
Макс. Так обращаться с молодой красивой жен-
щиной — непростительно.
Сара (пристально на него глядя). Вы кажетесь та-
ким опытным... таким знающим.
Макс. Конечно.
С а р а. И таким милым. Поэтому... Вероятно, всё
к лучшему.
Макс. Что вы имеете в виду?
Сара. То, что мы встретились. То что мы встре-
тились. Вы и я. (Проводит пальцами по его бедру.)
Макс (пытается их убрать). Я что-то не очень
понимаю...
Сара. Неужели? (Еще раз проводит пальцами по
его бедру.)
Макс (снова пытается их убрать). Послушайте.
Извините, пожалуйста, но я женат.
Сара (берет его руку и кладет себе на колено).
Ты такой милый. Не надо волноваться.
Макс (вырывая руку). Нет, правда. Меня ждет
жена.
10 Зак. .V-2322
289
С а р а. И ты не можешь говорить с посторонними
девушками?
Макс. Нет.
С а р а. О, какой же ты нудный. Какой вялый...
Макс. Извините...
Сар а. Все вы одинаковые. Дай-ка сигаретку.
М а к с. Ни хрена...
Сара. Простите?
Макс. Поди-ка сюда, Долорес.
С а р а. О нет, теперь не пойду. Обжегшись на мо-
локе, дуешь на воду. Спасибо. (Встает.) Пока.
Макс. Но, дорогая, отсюда выйти нельзя. Запер-
то. Мы одни. Ты в западне.
Сара. В западне? Я — замужняя женщина.
Со мной так не обращаются.
Макс (двигаясь к ней). Время пить чай, Мэри.
Она быстро встает, обходит стол и становится спиной
к стене. Тогда он решает подойти к ней с другой стороны:
наклоняется и лезет под стол — под бархатной скатертью
его не видно. Тишина. Она смотрит вниз и, хотя ног ее не
видно, чувствуется, что он положил руку ей на колено. Она
смотрит по сторонам, стискивает зубы, глотает воздух, по-
том медленно опускается под стол и там исчезает. Долгое
молчание.
Ее голос. Макс!
Затемнение, а затем снова свет. Макс сидит на стуле слева.
Сара (наливает чай). Макс!
Макс. Что?
Сара (ласково). Дорогой. (Небольшая пауза.) Что
случилось? О чем ты думаешь?
290
Макс. Ни о чем.
Сара. Нет, думаешь. Я знаю.
Пауза.
Макс. Где твой муж?
Пауза.
Сара. Мой муж? Ты же знаешь, где он.
Макс. Где?
С а р а. На работе.
Макс. Бедняга. Целый день работает. (Пауза.)
Интересно, как он выглядит?
Сара (хихикает). Ох, Макс...
Макс. Интересно... а смогли бы мы... смогли бы
мы с ним... поладить?
Сара. Сильно сомневаюсь.
Макс. Почему?
С а р а. У вас мало общего.
Макс. Правда? Он явно очень покладистый. И пре-
красно знает о наших встречах, не так ли?
Сара. Конечно.
Макс. Знает тысячу лет. (Небольшая пауза.) Так
почему же он с этим мирится?
С а р а. С чего это ты вдруг о нем заговорил? Ка-
кой в этом смысл? По-моему, это вовсе не предмет
для разговора.
Макс. И все-таки почему он с этим мирится?
Сара. Ой, замолчи.
М а к с. Я задал тебе вопрос.
Пауза.
Сара. Ему все равно.
291
Макс. Правда? (Небольшая пауза.) В таком слу-
чае не все равно мне.
Пауза.
Сара. Что ты сказал?
М а к с. Не все равно мне. (Небольшая пауза.) Это
нужно прекратить. Дальше так продолжаться не
может.
Сара. Ты это серьезно?
Пауза.
Макс. Дальше так продолжаться не может.
Сара. Ты шутишь.
Макс. Нет, не шучу.
С а р а. В чем дело? В том, что я замужем? Наде-
юсь, не в этом. Просто мы зашли слишком далеко.
Макс. Нет, к твоему мужу это никакого отноше-
ния не имеет. Это из-за моей жены.
Пауза.
Сара. Твоей жены?
Макс. Больше я ее обманывать не могу.
Сара. Макс!
М а к с. И так слишком долго ее обманывал. Боль-
ше я так не могу — меня это убивает.
Сара. Но, дорогой, послушай...
М а к с. Не дотрагивайся до меня.
Пауза.
Сара. Что ты сказал?
Макс. Ты слышала.
Пауза.
292
С а р а. Но твоя жена... знает. Что, разве нет? Ты же
сказал ей о нас. Она знала все это время.
Макс. Нет, она не знает. Она думает, что я хожу
к проститутке — и только. Часок-другой — и все. Вот
что она думает.
Сара. Дорогой, но будь же благоразумным... лю-
бовь моя. Ведь она же не против, не так ли?
Макс. Знала бы правду, была бы против.
Сара. Какую правду? О чем ты?
Макс. Если б она знала то, что происходит на са-
мом деле, была бы против. У меня есть настоящая лю-
бовница, с которой я встречаюсь два-три раза в неде-
лю; это женщина, полная грации, элегантности, остро-
умия, воображения.
Сара. Да, все это так и есть.
М а к с. И эта связь длится уже достаточно долго.
С а р а. И все же она не против. Она не будет про-
тив — она счастлива, счастлива. (Пауза.) Но так или
иначе, а прекрати нести чепуху. (Берет поднос и несет
на кухню.) Ты делаешь все, чтобы испортить нашу
встречу. (Уносит поднос, а затем возвращается, смот-
рит на Макса и подходит к нему.) Дорогой, надеюсь, ты
всерьез не считаешь, что у тебя с женой и у нас — одно
и то же. Мой муж, например, вполне способен оценить,
что я...
Макс. Как он это терпит, твой муж! Как терпит!
Он что, не чувствует мой запах, когда возвращается?
И что он говорит? Или он ненормальный! А сейчас —
который сейчас час? Полпятого. Сейчас он сидит в сво-
ем кабинете, зная, что здесь происходит. Что все-таки
он чувствует? Как он это терпит?
Сара. Макс...
293
М а к с. И все-таки, как?
С а р а. Он рад за меня. Радуется тому, что я рада.
Он понимает.
Макс. Наверное, надо с ним встретиться и пого-
ворить.
Сара. Ты что, пьян?
Макс. Наверное, надо так сделать. В конце концов,
он такой же мужчина, как и я. Мы оба мужчины. А ты
всего лишь баба.
Сара (бьет кулаком по столу). Хватит! Что проис-
ходит? Что с тобой? (Тихо.) Пожалуйста, пожалуйста,
перестань. Что ты делаешь, в игры играешь?
М а к с. В игры? Ни в какие игры я не играю.
С а р а. Ой ли? Играешь. Точно играешь. И всегда
играл. Но обычно мне это нравилось.
Макс. Значит, всё. Отыгрался.
Сара. Почему?
Небольшая пауза.
Макс. Дети.
Пауза.
Сара. Что?
Макс. Дети. Надо думать о детях.
С а р а. О каких детях?
М а к с. О моих. О детях моей жены. Они скоро воз-
вращаются из интерната, и я должен о них подумать.
Сара (придвигается к нему). Хочу тебе что-то ска-
зать. Тихонечко. Послушай. Я тебе на ушко, а? Мож-
но? Ну, пожалуйста. Сейчас как раз время шептаться.
А раньше было время пить чай, правда? Нет, правда.
А сейчас время шептаться. (Пауза.) А тебе ведь нравит-
294
ся, когда я на ушко. Нравится, когда я шепчу тебе при-
ятные слова Послушай. Не надо волноваться о... женах,
мужьях и прочей ерунде. Это глупо. Правда, глупо.
Сейчас ты здесь, со мной, здесь и со мной, мы все вмес-
те, и всё, только это и важно, правда! Ты шепчешь мне
на ушко, мы вместе пьем чай, ты пьешь чай, правда?
Мы вместе, это мы, люби же меня.
Макс (встает). Ты слишком тощая. (Отходит.)
Вот в чем дело. Может, я бы и забыл обо всем, если б
не это. Ты слишком тощая.
С а р а. Я тощая? Не смеши меня.
М а к с. Я серьезно.
С а р а. С чего это я вдруг стала тощей?
М а к с. С того. Куда ни сунусь — всюду в меня
вонзаются твои кости. Осточертело.
С а р а. О чем ты говоришь?
М а к с. О том, что ты костлявая.
Сара. Но я же толстая! Посмотри на меня.
По крайней мере полненькая. Ты всегда говорил мне,
что я полненькая.
Макс. Была когда-то. А теперь нет.
С а р а. Да посмотри же.
Макс (смотрит). Нет, совсем не полненькая.
Нигде ничего не выпирает. Ты же знаешь, что я люб-
лю здоровых, как бык. С выменем. Здоровых, как
бык. Со здоровым выменем.
С а р а. То есть коров?
Макс. Нет, не коров. Люблю, чтоб у женщин
было здоровое вымя. И когда-то, много лет назад,
у тебя такое было.
С а р а. О, спасибо.
295
М а к с. Но теперь, если честно, в сравнении с моим
идеалом (смотрит на нее) ты просто кожа да кости.
Смотрят друг на друга. Он надевает пиджак.
Сара. Хорошенькие шуточки.
Макс. Какие уж тут шуточки. (Выходит.)
Она смотрит ему вслед. Затем поворачивается, медленно
идет к тамтаму, берет его и ставит в шкаф. Потом какое-то
время смотрит на шезлонг, медленно идет в спальню и са-
дится на край кровати.
Затемнение, затем снова свет. Начало вечера. Часы бьют
шесть. У входной двери Р и ч а р д. На нем его обычный ко-
стюм. Он входит, кладет портфель в шкаф, вешает шляпу на
крючок, оглядывает комнату и наливает себе выпить.
Из ванной в спальню идет Сара — на ней скромное платье.
Какое-то время они находятся в разных комнатах, но потом
Сара выходит на балкон и смотрит на улицу, а Ричард идет
в спальню.
Ричард. Привет.
Пауза.
Сара. Привет.
Ричард. Любуешься закатом? (Берет бутылку.)
Выпьем?
С а р а. Не сейчас, спасибо.
Ричард. Было ужасно утомительное совеща-
ние — и целый день. С ума сойти можно. И все же
кое-что я сделал. Немного продвинулся. Извини, что
я задержался. Пришлось выпить с парочкой клиен-
тов из-за океана. Нормальные ребята. (Садится.) Как
дела?
296
Сара. Прекрасно.
Ричард. Хорошо. (Молчание.) Ты как будто в ми-
норе. Что-нибудь случилось?
Сара. Нет.
Ричард. Как прошел день?
Сара. Неплохо.
Р и ч а р д. Но и не хорошо?
Пауза.
Сара. Ничего.
Р и ч а р д. О, прости. (Пауза.) Хорошо все-таки воз-
вращаться домой. Ты не можешь представить, как это
приятно. (Пауза.) Любовник был?
Она не отвечает.
Сара. Что? Прости, я задумалась.
Ричард. Любовник приходил?
С а р а. О да. Приходил.
Р и ч а р д. В форме?
С а р а. У меня болит голова.
Ричард. Он был в форме?
Пауза.
Сара. Нам всем нужны выходные.
Р и ч а р д. И ему тоже? А я-то думал, что у любов-
ников их как раз не бывает. Если бы я, например, был
призван для исполнения функций любовника и по-
чувствовал себя склонным, так сказать, к этой рабо-
те, я бы все-таки отказался от нее ввиду неспособно-
сти выполнения непосредственных обязательств в их
совокупности.
Сара. Слишком длинно.
297
Ричард. Хочешь, чтоб я сказал покороче?
Сара. Нет, спасибо.
Пауза.
Ричард. Жалко, что день оказался неудачным.
Сара. Нет, всё в порядке.
Ричард. Надеюсь, все исправится.
Сара. Вероятно. (Пауза.) Я тоже надеюсь. (Выхо-
дит из спальни, идет в гостиную, закуривает и са-
дится.)
Ричард (идет за ней). И тем не менее ты сего-
дня очень красива.
Сара. Спасибо.
Ричард. Да, я считаю, что ты очень красива Я гор-
жусь, когда меня видят рядом с тобой. Когда мы идем
в ресторан или в театр...
С а р а. Я очень рада.
Ричард. Или на Охотничий бал.
Сара. Да, на Охотничий бал.
Ричард. Страшно горжусь, когда иду рядом и
держу тебя под руку. Когда вижу, как ты улыбаешься,
смеешься, ходишь, говоришь, наклоняешься. Или прос-
то сидишь без движения. Когда слышу, как ты гово-
ришь. Ты так хорошо владеешь и разговорным языком,
и фразеологией и так верно употребляешь самые слож-
ные идиомы. Да. Чувствую, как другие завидуют, вижу,
как они пытаются добиться твоей благосклонности лю-
быми средствами. Но твой строгий нрав их останавли-
вает. И не забываю, что ты — моя жена Ты для меня ис-
точник глубокого удовлетворения. (Пауза.) Как у нас
с обедом?
С а р а. Я о нем как-то не думала.
298
Ричард. Почему?
Сара. Думать об обеде значит портить себе на-
строение.
Ричард. Да-а? Очень жаль. Потому что я голод-
ный. (Небольшая пауза.) Ты же понимаешь, что, зани-
маясь сложными финансовыми проблемами в Сити, че-
ловек не может сам готовить себе обед.
Она смеется.
Но предполагает, что его жена должна исполнять неко-
торые из ее супружеских обязанностей.
Сара. О, господи!
Р и ч а р д. А впрочем, я знал, что рано или поздно
это случится.
Пауза.
Сара. Как эта твоя... потаскуха?
Ричард. Великолепно.
Сара. Толстеет или худеет?
Ричард. Прости?
Сара. Она толстеет или худеет?
Ричард. Худеет с каждым днем.
С а р а. А тебе это, конечно, не нравится.
Ричард. Нет, почему же. Мне нравятся худые.
С а р а. А я думала, наоборот.
Ричард. Правда? И почему ты так думала? (Па-
уза.) Конечно, то, что ты не приготовила обед, нахо-
дится в соответствии с той жизнью, которую ты ве-
дешь в последнее время.
Сара. Правда?
Р и ч а р д. В полном. (Небольшая пауза.) Возмож-
но, я сейчас резковат. Я резок?
299
Сара (глядя на него). Не знаю.
Ричард. Да. Когда сегодня на мосту возникла
пробка, я пришел к выводу.
Пауза.
Сара. Правда? К какому?
Ричард. Это надо прекратить.
Сара. Что?
Ричард. Твое распутство. (Пауза.) Твою разврат-
ную жизнь. Ты пошла по торной тропе — тропе вожде-
ления.
С а р а. Да неужели?
Ричард. Да. И я пришел к непреложному ре-
шению.
Сара (встает). Холодную ветчину будешь?
Ричард. Ты поняла, что я сказал?
С а р а. Не думаю. В холодильнике есть что-то хо-
лодное.
Ричард. Уверен, что слишком холодное. Дело
в том, что это мой дом. С сегодняшнего дня я запре-
щаю тебе принимать любовника в этом помещении.
В любое время дня. Тебе это ясно?
С а р а. Я сделала тебе салат.
Ричард. Чего-нибудь выпьешь?
Сара. Да.
Ричард. Что ты будешь?
Сара. Ты знаешь. Ведь мы женаты десять лет.
Ричард. Да, десять. (Наливает.) Странно, конеч-
но, что мне понадобилось столько времени, чтобы по-
нять то унизительное состояние, в котором я оказался.
Сара. Десять лет назад никакого любовника у ме-
ня не было. Тогда не было. Не в медовый же месяц.
300
Ричард. Не имеет значения. Важен факт: я —
муж, который предоставляет свой дом любовнику же-
ны в любой день, когда она этого захочет. Пожалуй, я
слишком щедрый. Я щедрый, а?
Сара. Конечно. Ты ужасно щедрый.
Ричард. Передай ему, пожалуйста, мои наилуч-
шие пожелания и попроси его — если хочешь в письмен-
ной форме — прекратить эти визиты. Начиная с... (смот-
рит на календарь) двенадцатого числа сего года.
Длинная пауза.
Сара. Как ты можешь так говорить? (Пауза.)
И почему сегодня? Это так неожиданно. (Пауза.)
А? (Придвигается к нему.) Да, на работе... у тебя был
тяжелый день. Все эти заокеанские гости, они утом-
ляют. Но говорить так... просто... просто глупо. Я здесь.
Я с тобой. И ты всегда понимал, как много значат эти
свидания. Ты всегда понимал. (Прижимается к нему
щекой.) А понимание встречаешь так редко, дорогой.
Ричард. Думаешь, приятно осознавать, что по-
стоянно, два или три раза в неделю, жена бывает тебе
неверна?
Сара. Ричард...
Ричард. Это невыносимо. Стало невыносимым.
И больше я этого терпеть не намерен.
Сара. Милый... ну, пожалуйста.
Ричард. Пожалуйста что?
Она чуть отодвигается.
Сказать, что я предлагаю тебе сделать?
Сара. Что?
301
Ричард. Отвези его на какой-нибудь пустырь.
Найдите канаву. Или кучу шлака. Или помойку. А? Как
насчет этого?
Она тихо встает.
Или купите каноэ и найдите какой-нибудь стоячий
пруд. Что угодно. Где угодно, только не у меня в гос-
тиной.
Сара. Боюсь, это невозможно.
Ричард. Почему нет?
С а р а. Я говорю, это невозможно.
Р и ч а р д. Но если ты и дальше собираешься с ним
встречаться, такие советы напрашиваются сами со-
бой — ведь сюда-то ему доступ закрыт. Я пытаюсь тебе
помочь, дорогая, потому что люблю тебя. И ты это зна-
ешь. Но если я увижу его в этом помещении, то выши-
бу ему зубы.
Сара. Ты сошел с ума.
Ричард (пристально смотрит на нее). Я разо-
бью ему голову.
Пауза.
С а р а. А как насчет твоей грязной потаскухи?
Ричард. Она уволена.
Сара. Да? Почему?
Ричард. Слишком костлявая.
Небольшая пауза.
Сара. Но ты же сказал, что любишь, что лю-
бишь... Ричард, ты же любишь меня.
Ричард. Конечно.
Сара. Да... ты любишь меня... но ты ведь не про-
тив него... ты ведь понимаешь... правда? То есть я хо-
302
тела сказать, ты знаешь лучше, чем я... дорогой... все
в порядке... все хорошо... наши вечера... и те дневные
часы... ты ведь понимаешь... Послушай, у меня есть
для тебя обед, он готов. Я просто пошутила. Говяди-
на по-бургундски. А завтра приготовлю цыпленка по-
охотничьи. Хочешь?
Они смотрят друг на друга.
Ричард (тихо). Прелюбодейка.
Сара. Нельзя так говорить, это невыносимо. Ты
знаешь, что нельзя. Чего ты добиваешься?
Несколько секунд он на нее смотрит, потом идет в холл,
открывает шкаф и достает тамтам. Она за ним наблюдает.
Ричард (возвращается). Что это? Я нашел его
совсем недавно. Что это? (Пауза.) Что это?
С а р а. Не надо его трогать
Ричард. Но он же у меня в доме. Либо эта вещь
моя, либо твоя, либо чья-то еще.
Сара. Это ерунда. Я купила его на распродаже.
Это ерунда, а ты что подумал? Поставь на место.
Ричард. Ерунда? Барабан в моем шкафу —
ерунда?
Сара. Поставь на место.
Р и ч а р д. А не имеет ли он отношения к этим тво-
им веселеньким денечкам?
Сара. Вовсе нет. Какое отношение?
Ричард. Имеет. Точно имеет. Я догадался.
Сара. Ни о чем ты не догадался. Дай его мне.
Ричард. Что он с ним делает? Что вы с ним де-
лаете? Играете, пока я работаю?
Она пытается забрать барабан — он не отдает. Они тихо
стучат по нему пальцами.
303
Какова его функция? Это же не просто украшение.
Что вы с ним делаете?
С а р а (с тоской в голосе). Ты не имеешь права меня
допрашивать. Никакого права. Это наше дело, и не за-
давай, пожалуйста, вопросов. Не надо. Это наше дело.
Р и ч а р д. Я хочу знать.
Сара (закрывает глаза). Не...
Ричард. Вы оба на нем играете? А? Оба играете?
Вместе?
Сара (быстро отходит, потом оборачивается,
шипит). Ты дурак! (Холодно на него смотрит.) Ты ду-
маешь, он единственный? Правда? Думаешь, един-
ственный, с кем я развлекаюсь? А? Не будь глупым.
Сюда приходят и другие, другие клиенты приходят все
время, и я их принимаю. Во все другие дни, все время.
Ни ты, ни он даже не подозреваете, ни ты, ни он. Когда
наступает лето, я угощаю их клубникой. Со сливками.
Незнакомые люди, совершенно незнакомые. Но мы
знакомимся. Они приходят, и мы знакомимся. А прихо-
дят они, чтобы... посмотреть на штокрозы. А потом оста-
ются выпить чаю. Всегда. Всегда
Ричард. Это правда. (Тихо стуча в барабан, при-
двигается к ней. Затем, продолжая стучать, смот-
рит ей в глаза, потом хватает ее руку и с силой на-
давливает на барабан.)
Сара. Что ты делаешь?
Ричард. Так вы делаете?
Она вырывается, отходит от стола.
(Идет к ней, рука продолжает выбивать дробь.) Так?
(Пауза.) Как интересно. (Резко бьет в барабан, по-
304
том бросает его на стул.) Спички есть? (Пауза.)
Спички есть?
Она снова отступает за стол.
Давай не ломайся! Твой муж не будет возражать, если
ты дашь мне прикурить? Ты побледнела? Почему ты
побледнела? Такая красивая девушка...
Сара. Прекратите немедленно!
Ричард. Ты в западне. Мы одни. Я запер дверь.
Сара. Вы не должны этого делать, не должны,
не должны!
Ричард. Он возражать не будет. (Начинает мед-
ленно двигаться к столу.) И никто не узнает. (Пауза.)
И никто не услышит. Никто не знает, что мы здесь. (Па-
уза.) Ну! Дай же прикурить. (Пауза.) Дорогая, выйти-
то все равно нельзя. Ты в западне.
Они смотрят друг на друга с разных сторон стола. Вдруг
она хихикает. Пауза.
С а р а. Я в западне. (Пауза.) Что скажет муж? (Па-
уза.) Ведь он меня ждет. Ждет. А я не могу выйти.
Я в западне. Вы не имеете права так обращаться с за-
мужней женщиной, а? Подумайте, что вы делаете, по-
думайте! (Смотрит на него, наклоняется, лезет под
стол, ползет к нему. Появляется с другой стороны сто-
ла, стоит на коленях и смотрит ему в глаза; рука дви-
жется по его ноге выше колена.)
Он смотрит на нее сверху вниз.
Ты очень наглый, правда. О да, это так. Но муж пой-
мет. Пойди сюда. Опустись. Я все объясню. В конце
концов, подумай о моем браке. Он же меня обожает.
305
Опустись, и я все тебе объясню. На ушко. Сейчас же
время шептаться, не так ли? (Берет его за руки.)
Он опускается на колени рядом с ней.
(Гладит его по липу.) Мы будем пить чай. Уже очень
поздно, а? Но мне это нравится. Ты милый! Раньше я те-
бя не видела после заката. У мужа какое-то совещание —
задержится допоздна. А ты изменился. Почему ты надел
этот странный костюм и галстук? Обычно ты одет по-
другому, не так ли? Сними пиджак, а? А хочешь, чтобы
я переоделась? Надела что-нибудь другое? Для тебя, до-
рогой, я это сделаю. Хочешь?
Пауза. Их тела почти соприкасаются.
Ричард. Да. (Пауза.) Сделай. (Пауза.) Сделай.
(Пауза.) Переоденься. (Пауза.) Ты очень миленькая
потаскушка.
Они неподвижно стоят на коленях — она над ним склонилась.
Занавес
ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ*
Пьеса в двух действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Макс, семидесяти лет.
Л е н н и, за тридцать.
Сэм, шестидесяти трех лет.
Джой, лет двадцати пяти.
Т э д д и, лет тридцати пяти.
Р у т, за тридцать.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Вечер. Л е н н и с газетой сидит на диване, в руке у него ка-
рандаш. На нем темный костюм. На последней странице он
делает какие-то пометки. Появляется Макс — выходит из
кухни. Идет к буфету, открывает верхний ящик, роется
там, потом закрывает. На Максе старый шерстяной свитер
и шапочка, в руке палка. Он идет на авансцену, останавли-
вается и оглядывает комнату.
Макс. Куда ты дел ножницы? (Пауза.) Я говорю,
что ищу ножницы. Куда ты их цел? (Пауза.) Ты меня
слышишь? Хочу из газеты кое-что вырезать.
* Harold Pinter. The Homecoming
© Neabar Investments Ltd 1964
© Денисов В., перевод на русский язык, 2006
307
Л е н н и. Я ее читаю.
М а к с. Не из этой газеты. Эту я даже не открывал.
Я говорю о воскресной, которую я смотрел на кухне.
(Пауза.) Слышишь, что я говорю? Я ведь с тобой раз-
говариваю. Где ножницы?
Л е н н и (спокойно смотря на него). Ты когда-
нибудь заткнешься, старый пердун?
Макс (поднимая палку и замахиваясь на него).
Предупреждаю: не разговаривай со мной таким тоном.
(Садится в большое кресло.) В этой газете реклама фла-
нелевого белья. Из флотских запасов. Продаются за
гроши. Надо купить себе пару. (Пауза.) Неплохо бы
подымить. Дай-ка мне. (Пауза.) Я прошу тебя дать мне
сигарету. (Пауза.) Смотри, какая у меня дрянь. (Выни-
мает из кармана измятую сигарету.) Честное слово,
старею. (Закуривает.) Думаешь, я был слабак? Я тебе
фору мог дать сто очков. Я и сейчас сильный. Спроси
своего дядю Сэма, какой я был. Но у меня всегда было
доброе сердце. Доброе. (Пауза.) У меня был дружок
по фамилии Мак-Грегор. Я звал его Мак. Помнишь
Мака, а? (Пауза.) Ха! В Вест-Энде нас с ним терпеть не
могли. Знаешь, у меня до сих пор шрамы. Когда мы по-
являлись, все вставали и расступались. И тишина — ты
даже не представляешь. Заметь, он был здоровый, фу-
тов шесть, даже больше. А фамилия Мак-Грегор по-
тому, что его семья из Абердина. Но одного его звали
Маком. (Пауза.) Он очень любил твою мать, правда.
Очень. Всегда говорил ей комплименты. (Пауза.) За-
меть, она не такая уж плохая была. Хотя глядеть на ее
гнусную, паршивую рожу — меня прямо воротило.
Но она, сука, не такая уж плохая была. Так или иначе,
а я, блядь, отдал ей свои лучшие годы.
308
Л е н н и. Да заткнись ты, придурок, читать не
даешь.
Макс. Слушай, ты! Еще раз такое скажешь, я, блядь,
хребет тебе разрублю! Так разговаривать с отцом!
Л е н н и. Знаешь что, у тебя начинается слабо-
умие. (Пауза.) Что ты думаешь о Втором Дыхании из
заезда три тридцать?
Макс. Где?
Л е н н и. В Сэндаун-парке.
Макс. Никаких шансов.
Л е н н и. Да есть же.
Макс. Никаких.
Л е н н и. Он придет первым. (Делает пометку
в газете.)
Макс. Он спорит со мной о лошадях! (Пауза.) Да
я буквально жил на ипподроме. Одно из моих увлече-
ний. Эпсом! Я знаю там каждый миллиметр. Меня там
все знали! Свежий воздух, потрясающая жизнь... (Па-
уза.) А он со мной о лошадях! Сам знает только их
клички — и то из газет. А я — я трепал их гривы, дер-
жал их, успокаивал перед скачками. Меня всегда зва-
ли. «Макс, — говорили они, — вот эта лошадь нервная,
только ты можешь ее успокоить». И это правда. Я... я
чувствовал лошадей инстинктивно. Мне надо было
стать тренером, мне много раз предлагали, сам герцог
предлагал... забыл его имя... один из герцогов. Но у ме-
ня были семейные обязанности, я нужен был дома.
(Пауза.) Сколько раз я видел, как лошади бурно фи-
нишируют. Незабываемо! И заметь, я на бегах всегда
выигрывал, деньгу имел, и знаешь почему? Потому
что у меня всегда был нюх на хороших лошадей. Я их
чуял. Причем не только жеребцов, но и молодых кобы-
309
лиц тоже. Потому что кобылицы более нервные, нико-
гда не знаешь, что они выкинут. Ты это знаешь? Да что
ты знаешь! Ничего. А я всегда мог угадать хорошую
кобылицу, у меня был один прием: я смотрел ей пря-
мо в глаза, понимаешь? Стоял перед ней и смотрел
прямо в глаза, своего рода гипноз. И по ее глазам я мог
определить, будет она бегать или нет. Это особый дар.
Я имел дар. (Пауза.) А он еще толкует мне про ло-
шадей!
Л е н н и. Отец, ты не против сменить тему? (Пау-
за.) Я хочу тебя спросить: то, что мы ели сегодня на
обед, как это называлось? Как ты это называешь? (Па-
уза.) Почему бы тебе не завести собаку? Ты же собачий
повар. Честно.
М а к с. Не нравится — вали.
Л е н н и. Ухожу. Чтобы нормально пообедать.
Макс. Ну, вали! Чего ждешь?
Л е н н и (смотрит на него). Что ты сказал?
М а к с. Я сказал, мотай отсюда, вот что я сказал.
Л е н н и. Будешь со мной так разговаривать, папа-
ша, — вылетишь сам.
М а к с. Да ты что, сука... (Хватает палку.)
Л е н н и. Но, папочка, ты же меня не ударишь, а?
Не надо меня бить, папа, пожалуйста, не надо. Я не
виноват, это они. Я ничего такого не сделал, отец, чест-
но. Не лупи меня палкой, отец.
Молчание. Макс сидит сгорбившись. Ленни читает газету.
У входной двери появляется Сэм. На нем шоферская
форма. Он вешает на крючок кепку и входит в комнату.
Идет к стулу, садится, вздыхает.
Привет, дядя Сэм.
310
Сэм. Привет.
Л е н н и. Как дела, дядя?
Сэм. Неплохо. Немножко устал.
Л е н н и. Устал? Конечно, устал. Где ты был?
С э м. В аэропорту.
Л е н н и. Ездил в аэропорт? Наверно, по М-4?
Сэм. Да, по этой дороге.
Л е н н и. Те-те-те... Да, ты имеешь право устать,
дядя.
С э м. А всё эти шоферы.
Л е н н и. Знаю, потому и говорю. Я тоже их имел
в виду.
Сэм. Обалдеть от них можно.
Пауза.
Макс. Эй, я ведь тоже здесь.
Сэм смотрит на него.
Я сказал, я тоже здесь. Я здесь сижу.
С э м. Я знаю, что ты здесь. (Пауза.) Я возил сего-
дня в аэропорт одного янки.
Л е н н и. Янки? Это был янки?
С э м. Я провел с ним целый день. В полпервого он
сел у «Савоя», дальше я повез его в «Каприз» на ланч.
Он поел, снова сел ко мне, и я повез его на Итон-
сквер — он должен был навестить там друга, — а в пя-
том часу повез прямо в аэропорт.
Л е н н и. Летел куда-нибудь, что ли?
Сэм. Да. Посмотри, что он мне подарил. Коробку
сигар. (Достает из кармана коробку.)
Макс. Подойди-ка. Дай мне на них посмотреть.
Сэм показывает сигары.
311
(Берет из коробки одну, сжимает ее и нюхает.) Это
хорошая сигара.
Сэм. Хочешь попробовать?
Макс и Сэм закуривают.
Знаешь, что он мне сказал? Сказал, что я лучший шо-
фер из всех, кто его возил. Самый лучший.
М а к с. С какой точки зрения?
С э м. А?
М а к с. С какой точки зрения?
Л е н н и. С точки зрения класса вождения, отец,
а также с точки зрения, я бы сказал, общей культуры.
Макс. Решил, что ты хороший шофер, так, Сэм?
Ну, он подарил тебе первоклассные сигары.
Сэм. Да, он решил, что я самый лучший шофер из
всех, кто его возил. И знаешь, это все говорят. Никого
не хотят, только меня. Говорят, что я лучший шофер
фирмы.
Л е н н и. Уверен, что другие шоферы ревнуют, да,
дядя?
Сэм. Конечно ревнуют. Очень ревнуют.
Макс. Почему?
Пауза.
С э м. Я же тебе сказал.
Макс. Нет, мне все-таки не совсем понятно, Сэм:
почему другие шоферы ревнуют?
Сэм. Потому что, во-первых, я лучший шофер,
а во-вторых... потому что я не позволяю себе вольнос-
тей. (Пауза.) Видишь ли, я на людей не давлю. Эти ту-
зы, деловые люди, не любят, когда шофер все время
треплется, они просто хотят ехать тихо-спокойно. И уж
312
если они едут в «хамбере-суперснайпе», они могут се-
бе это позволить. В то же время меня отличает еще од-
но... Когда надо, я знаю, что сказать. (Пауза.) Напри-
мер, сегодня я сказал этому янки, что участвовал во
Второй мировой войне. Не в Первой. Я сказал, что, ко-
гда была Первая, я был еще слишком молод. Сказал,
что участвовал во Второй. (Пауза.) Оказалось, он тоже
в ней участвовал.
Л е н н и (вставая, направляясь к зеркалу и поправ-
ляя галстук). Наверное, он был полковником Военно-
воздушных сил Соединенных Штатов.
Сэм. Да.
Л е н н и. Возможно, штурманом на «летающей кре-
пости». А сейчас, наверное, какой-нибудь высокий чин
в знаменитой авиационной фирме.
Сэм. Да.
Л е н н и. Да, я знаю людей такого типа. (Повора-
чивается направо и выходит.)
С э м. У меня ведь большой опыт. Уже в девятна-
дцать водил мусоровоз. Затем перегонял машины на
сотни километров. Потом стал таксистом и вот уже
пять лет работаю в этой фирме.
Макс. Интересно, почему ты так и не женился.
С такими талантами... (Пауза.) Нет, правда: такой
мужчина...
Сэм. Есть еще время.
М а к с. Да что ты?
Пауза.
Сэм. Ты удивишься.
Макс. Что, трахаешь пассажирок?
С э м. Я — нет.
313
М а к с. На заднем сиденье своего «снайпа»? Вти-
харя, где-нибудь на стоянке?
С э м. Я — нет.
М а к с. На заднем сиденье? А подлокотники опус-
каешь или как?
С э м. Я никогда не делал этого в своей машине.
Макс. Ты выше этого, да, Сэм?
Сэм. Вот именно.
Макс. Выше того, чтобы трахаться от души на
заднем сиденье?
Сэм. Пусть это делают другие.
Макс. Другие? Какие другие? Значит, у тебя ни
хрена не стоит.
Сэм. Просто я не делаю из машины борделя.
Ни из своей... ни из машины шефа. Как другие.
Макс. Другие? Какие другие? (Пауза.) Какие
другие? (Пауза.)
Сэм. Другие.
Пауза.
Макс. Когда ты найдешь себе хорошую девушку,
Сэм, дай знать своей семье, не забудь, и мы устроим
шикарную пирушку, обещаю. Она может жить здесь,
и нам всем будет хорошо. Мы будем по очереди гу-
лять с ней в парке.
Сэм. Сюда я ее не приведу.
Макс. Дело твое. Можешь привести твою жену
туда, где ты живешь. А можешь снять номер люкс
в шикарном отеле. Решать тебе.
С э м. У меня нет жены. (Встает, идет к буфету, бе-
рет из вазы яблоко, надкусывает.) Слегка проголодал-
ся. (Смотрит в окно.) Во всяком случае такой, какая
314
была у тебя. Таких*., теперь нет. Как Джесси. (Пауза,)
А я ведь возил ее раза два, знаешь? Возил в своем так-
си. Прелестная была женщина. (Пауза.) Но.., она была
твоей женой. И все же... это были, пожалуй, самые вос-
хитительные вечера в моей жизни. Когда я ее просто ка-
тал. Такое удовольствие.
Макс (тихо, закрывая глаза). Господи.
Сэм. Мы останавливались у киоска, и я покупал
ей чашечку кофе. С ней было очень приятно.
Молчание. У входной двери появляется Джой. Он вхо-
дит в комнату, снимает пиджак, бросает на стул и останав-
ливается. Молчание.
Джой. Немножко проголодался.
С э м. Я тоже.
Макс. Кто я вам, мамаша? А? Надо же! Прихо-
дят, блядь, в любое время дня и ночи, как собаки. По-
ищите себе мамочку!
Входит Л е н н и. Останавливается.
Д ж о й. Я вернулся с тренировки.
Сэм. Да. Мальчик весь день работал и весь вечер
тренировался.
М а к с. А чего ты, сука, хочешь? Весь день отси-
живаешь жопу в аэропорту, жрешь там булки с дже-
мом, а потом являешься сюда и думаешь, что я тут же
побегу на кухню? Прожил шестьдесят три года, а го-
товить не научился!
С э м. Я умею готовить.
Макс. Тогда иди и готовь.
Пауза.
315
Л е н н и. Но, папочка, мальчики хотят, чтобы еду
приготовил именно ты, папочка. Они этого просто жаж-
дут. Понимаешь, так, как ты, не умеет готовить больше
никто.
Макс. Перестань называть меня папочкой! Кон-
чай называть меня папочкой, понял?
Л е н н и. Но я твой сын. Ты же укрывал меня в кро-
ватке каждую ночь. Он ведь и тебя укрывал, а, Джой?
(Пауза.) Ему нравилось укрывать своих сыновей. (По-
ворачивается и идет к входной двери.)
Макс. Ленни.
Л е н н и (оборачиваясь). Что?
М а к с. Я и сейчас могу укрыть тебя, сын. И ук-
рою — помяни мое слово.
Они смотрят друг на друга. Ленни открывает входную
дверь и выходит. Молчание.
Д ж о й. Я тренировался с Бобби Доддом. (Пауза.)
И хорошо поработал с «грушей». (Пауза.) Я в непло-
хой форме.
Макс. Бокс — спорт джентльменов. (Пауза.)
Я скажу, что ты должен делать. Ты должен уметь за-
щищаться, а также должен уметь нападать. Это твой
единственный изъян. Ты не умеешь защищаться, ты
не умеешь нападать. (Пауза.) Если освоишь это ис-
кусство — сможешь пробиться на самый верх.
Пауза.
Джой. Я, кажется знаю... как этого добиться.
(Находит пиджак, берет его, идет в холл, поднимает-
ся по лестнице.)
Пауза.
316
Макс. Сэм... почему бы тебе тоже не уйти, а? По-
чему бы и тебе не пойти наверх? Оставь меня в по-
кое. Оставь.
С э м. Я хочу кое-что пояснить насчет Джесси, Макс.
Правда хочу. Когда я возил ее в такси по городу, то де-
лал это ради тебя. Ухаживал за ней вместо тебя, когда
ты был занят. Понятно? Я показывал ей Вест-Энд. (Па-
уза.) Другим своим братьям ты бы ее не доверил. Ты бы
ее не доверил Маку, а? А мне доверял. Хочу тебе напом-
нить. (Пауза.) Старина Мак умер несколько лет назад,
ведь так? Он умер? (Пауза.) Это мерзкое трепло, воню-
чий ублюдок. А ведь он был твоим другом.
Пауза.
Макс. Ох, Сэм...
Сэм. Что?
Макс. Почему я тебя еще не выгнал? Ты ведь
просто старый червяк.
Сэм. Да?
Макс. Ты же слизняк.
С э м. Да что ты!
Макс. Как только ты перестанешь мне платить,
то есть станешь слишком стар, чтобы зарабатывать,
знаешь, что я сделаю? Я тебя вышвырну.
Сэм. Правда?
Макс. Точно. То есть неси деньги — и я тебя терп-
лю. Но как только фирма от тебя избавится, можешь
выметаться.
Сэм. Но ведь это и мой дом. Это был дом нашей
матери.
Макс. Яблоко от яблони недалеко падает. Хрен
редьки не слаще.
317
Сэм. Дом нашего отца.
Макс. Нет, ты только погляди: сперва одно дерь-
мо, потом другое. Два говна — вонь одна. (Пауза.) На-
шего отца! Я ведь его помню, так что не беспокойся.
Он обычно подходил к моей кровати и смотрел на ме-
ня. Да-да, мой старик делал именно так. Наклонялся,
брал меня на руки. Я был еще вот такой. Качал на ко-
ленях. Давал бутылочку. Вытирал. Улыбался. Шлепал
по попке. Перебрасывал с руки на руку. Подбрасывал,
а потом ловил. Я помню отца.
Затемнение, а потом снова свет. Ночь. На пороге стоят
Тэдди и Р у т, оба в элегантных летних костюмах и лег-
ких плащах, с двумя чемоданами. Осматривают комнату.
Тэдди (подбрасывает ключ, улыбается). А ключ-
то подошел. (Пауза.) Значит, замок не меняли.
Пауза.
Рут. Никого.
Тэдди (глядя наверх). Спят.
Пауза.
Рут. Можно мне сесть?
Тэдди. Конечно.
Р у т. Я устала.
Пауза.
Тэдди. Тогда сядь. (Она не двигается.) Это крес-
ло отца.
Рут. То?
Тэдди (улыбаясь). Да, то. Пойду посмотрю —
комната на месте?
318
Рут. Куда она могла деться.
Т э д д и. Нет, я хотел сказать — посмотрю, оста-
лась ли моя кровать.
Р у т. А если в ней кто-то спит?
Т э д д и. Нет. У них у всех свои кровати.
Пауза.
Р у т. А может, кого-нибудь разбудить? Сказать,
что ты приехал?
Т э д д и. Не сейчас. Сейчас уже поздно. (Пауза.)
Подняться? (Идет в холл, смотрит наверх, возвраща-
ется.) Что же ты не садишься? (Пауза.) Я только под-
нимусь и... посмотрю. (Снова идет к лестнице, осто-
рожно поднимается.)
Рут стоит, потом медленно обходит комнату.
(Возвращается.) Она все еще там. Моя комната. Пус-
тая. И кровать там. Что ты делаешь?
Она смотрит на него.
Одеяла есть, а простыней нет. Но я их найду. Слышно,
как кто-то храпит. Правда. Значит, все по-прежнему
здесь. Раз храпят. Тебе холодно?
Рут. Нет.
Т э д д и. Принести тебе выпить? Чего-нибудь со-
гревающего?
Рут. Нет, я ничего не хочу.
Т э д д и (расхаживая по комнате). Как тебе нра-
вится эта комната? Большая, правда? Это большой
дом. Я хочу сказать, прекрасная комната, а? Здесь ко-
гда-то была стена, вон там... и дверь. Мы ее сломали...
много лет назад... чтобы сделать большое помещение.
319
Дом, как видишь, не разрушился. Мать к тому време-
ни умерла.
Рут садится.
Устала?
Рут. Немножко.
Т э д д и. Если хочешь, можно лечь. Будить их сей-
час смысла нет. Просто лечь. Увижусь с ними утром...
Утром увижу отца.
Пауза.
Рут. Так ты хочешь здесь остаться?
Т э д д и. Остаться? (Пауза.) Мы и приехали, что-
бы остаться. Просто не можем не остаться здесь... на
несколько дней.
Рут. По-моему... дети... будут скучать.
Т э д д и. Не глупи.
Рут. Очень возможно.
Т э д д и. Послушай, мы ведь через несколько дней
вернемся. (Ходит по комнате.) Ничего не изменилось.
Все то же самое. (Пауза.) И все-таки утром для него
будет сюрприз, а? Для моего старика. По-моему, тебе
он очень понравится. Правда. Он... конечно, старый.
Стареет. (Пауза.) Я здесь родился, ты это понимаешь?
Рут. Знаю.
Пауза.
Т э д д и. Почему ты не идешь спать? Простыни я
найду. Почему-то совершенно не хочется спать,
странно, а? Думаю, я еще посижу. Ты устала?
Рут. Нет.
Т э д д и. Иди спать. Я покажу тебе нашу комнату.
320
Рут. Нет, не хочу.
Т э д д и. Тебе и без меня там будет удобно. Правда.
То есть я скоро приду. Послушай, комната наверху, со-
всем рядом. Первая дверь. Ванная — следующая. Тебе,
знаешь... нужно отдохнуть. (Пауза.) Просто хочу... не-
много походить здесь. Ты не против?
Рут. Конечно нет.
Т э д д и. Ну... Показать тебе комнату?
Рут. Нет, мне здесь хорошо.
Т э д д и. Тогда не ложись, я ведь не сказал, что это
обязательно. То есть можешь остаться со мной. Хо-
чешь, я приготовлю чай или что-нибудь еще. Главное,
потише, а то кого-нибудь разбудим.
Р у т. Я сижу тихо.
Т э д д и. Конечно, конечно. (Подходит к ней; мяг-
ко.) Послушай, по-моему, сейчас у нас все в порядке.
Я здесь, то есть... я с тобой. Не надо нервничать. Ты
нервничаешь?
Рут. Нет.
Т э д д и. И не надо. (Пауза.) Они очень сердечные
люди, правда очень сердечные. Это моя семья. Не
людоеды же они! (Пауза.) А может, и в самом деле
пойти спать? Вставать-то ведь все равно придется ра-
но — здороваться с отцом. По-моему, будет неудобно,
если он увидит нас в постели. (Посмеивается.) При-
дется встать без чего-нибудь шесть, спуститься и по-
здороваться. (Пауза.)
Р у т. Я, пожалуй, немного подышу.
Т э д д и. Подышишь? (Пауза.) Что это значит?
Рут (вставая). Немножко прогуляюсь.
Т э д д и. Среди ночи? Но... мы только что приеха-
ли. Надо ложиться.
11 Зак. № 2322
321
Рут. Мне просто хочется глотнуть свежего воздуха.
Т э д д и. Но я иду спать.
Рут. Хорошо.
Т э д д и. А что же мне делать? (Пауза.) Меньше все-
го сейчас хочется гулять. Зачем тебе свежий воздух?
Рут. Просто хочу, и всё.
Т э д д и. Но уже поздно.
Р у т. Я далеко не уйду. Я вернусь.
Пауза.
Т э д д и. Я дождусь тебя.
Рут. Зачем?
Т э д д и. Спать я без тебя не пойду.
Рут. Можешь дать мне ключ?
Он дает ей ключ.
Почему бы тебе не лечь спать?
Он обнимает ее за плечи и целует. Они какое-то время
смотрят друг на друга.
(Улыбается.) Я ненадолго. (Выходит.)
Тэдди подходит к окну, наблюдает за ней, затем становит-
ся вполоборота к окну и вдруг начинает покусывать паль-
цы. В глубине сцены слева появляется Л е н н и. На нем
пижама и халат. Он останавливается и наблюдает за Тэдди.
Тот оборачивается и замечает его. Молчание.
Тэдди. Привет, Ленни.
Л е н н и. Привет, Тэдди.
Пауза.
Т э д д и. Я не слышал, как ты спустился.
322
Л е н н и. Я не спускался. (Пауза.) Я сплю теперь
внизу, в соседней комнате. У меня здесь что-то вроде
кабинета, совмещенного со спальней.
Т э д д и. А-а. Я... тебя разбудил?
Л е н н и. Нет. Просто сегодня мне не спалось.
Знаешь, как бывает — не можешь заснуть, и всё.
Пауза.
Т э д д и. Как себя чувствуешь?
Л е н н и. Ну... просто неважно сплю. По крайней
мере сегодня.
Т э д д и. Снились кошмары?
Л е н н и. Да нет, я бы не сказал. Это был не совсем
сон. Просто что-то не давало мне заснуть, и всё. Что-
то тикало.
Т э д д и. Тикало?
Л е н н и. Да.
Т э д д и. Так что это было?
Л е н н и. Не знаю.
Пауза.
Т э д д и. У тебя в комнате есть часы?
Л е н н и. Да.
Т э д д и. Так, наверное, они и тикали.
Л е н н и. Да, может быть. Вероятно. (Пауза.) Ну,
если это часы, надо бы что-то придумать. Как-нибудь
их заглушить.
Пауза.
Т э д д и. Я... приехал на несколько дней.
Л е н н и. Вот как?
Пауза.
323
Т э д д и. Как наш старик?
Ленни. Лучше не бывает.
Пауза.
Т э д д и. Я тоже в порядке.
Ленни. Да? (Пауза.) Значит, ночевать будешь
здесь?
Т э д д и. Да.
Ленни. Что ж, можешь спать в своей старой ком-
нате.
Т э д д и. Да, я туда поднимался.
Ленни. Да, можешь спать там. (Зевает.) Ну ладно.
Т э д д и. Пойду спать.
Ленни. Да?
Т э д д и. Да, чуть-чуть прикорну.
Ленни. Ну, я тоже пойду.
Тэдди берет чемоданы.
Я тебе помогу.
Т э д д и. Не надо, они не тяжелые. (Идет с чемо-
данами в холл.)
Ленни выключает в комнате свет. Свет в холле остается.
Ленни тоже идет туда.
Ленни. Ничего не хочешь?
Тэдди. Что?
Ленни. Тебе ничего не надо на ночь? Стакан во-
ды или чего-нибудь еще?
Тэдди. Есть тут простыни? • *" \ -
Ленни. Они в шкафу, в твоей комнате.
Т э д д и. А, хорошо.
324
Л е н н и. Там иногда ночуют мои друзья, я имею
в виду, в твоей комнате, когда попадают в наши края.
(Выключает свет в холле и включает над лестницей,)
Т э д д и (начинает подниматься по ступенькам).
Значит, увидимся за завтраком.
Л е н н и. Да, конечно. Пока.
Тэдди поднимается. Л е н н и выходит в левую дверь. Мол-
чание. Свет над лестницей гаснет. Горят лишь ночники
в холле и комнате. Л е н н и возвращается в комнату, подхо-
дит к окну, смотрит. Затем отходит, включает лампу. У него
в руках маленький будильник. Садится, ставит его перед со-
бой и закуривает. У входной двери появляется Рут, оста-
навливается. Ленни поворачивается и улыбается. Она мед-
ленно входит в комнату.
Ленни. Добрый вечер.
Рут. По-моему,утро.
Ленни. Здесь вы правы. (Пауза.) Меня зовут
Ленни. А вас?
Рут. Рут. (Садится и поднимает воротник пальто.)
Ленни. Холодно?
Рут. Нет.
Ленни. Прекрасное лето, не так ли? Замечатель-
ное. (Пауза.) Хотите чего-нибудь? Чего-нибудь осве-
жающего. Аперитив или что-нибудь еще?
Рут. Нет,спасибо.
Ленни. Рад, что вы отказались. В этом доме спирт-
ного не держат. Но имейте в виду, я бы мог быстро при-
нести, если, например, вечеринка. Ну какой-нибудь
праздник... вы понимаете. (Пауза.) Очевидно, вы как-то
связаны с моим братом? С тем, который приехал из-за
границы.
325
Р у т. Я его жена.
Л е н н и. Послушайте, может, вы мне посоветуете.
Я намучился с этими часами. Они тикают, а я не могу
спать. Но проблема в следующем: я не уверен, что ти-
кают именно они. Ночью может тикать все что угодно,
вы так не думаете? Все предметы, которые днем ка-
жутся вполне обычными. Днем они вас не беспокоят.
А вот ночью любой из них может вдруг начать тикать.
В то время как днем они совершенно обычные. Днем
они тихие как мыши. Поэтому, если я буду утверж-
дать, что мне не дает спать именно тиканье часов, эта
гипотеза может оказаться ложной. (Идет к буфету,
наливает из графина в стакан и подает ей.) Пожалуй-
ста. Уверен, вам это сейчас кстати.
Рут. Что это?
Л е н н и. Вода.
Она берет стакан, отпивает, потом ставит его на столик ря-
дом со своим стулом.
(Наблюдает за ней.) Правда, забавно? Я в пижаме, а вы
полностью одеты. (Идет к буфету и наливает еще ста-
кан.) Не возражаете, если я тоже попью? Да, забавно
снова видеть братца через столько лет. Это, пожалуй,
тот допинг, который и нужен отцу. Когда утром он его
увидит, его до самых яиц проймет. Знаете, я сам уди-
вился, когда увидел Тэдди. Старину Тэдди. Я думал, он
в Америке.
Рут. Мы ненадолго приехали в Европу.
Л е н н и. Вы оба?
Рут. Да.
Л е н н и. Значит, вы там вроде того, что с ним
живете?
326
Рут. Мы женаты.
Л е н н и. И сейчас ненадолго приехали в Европу.
Много повидали, а?
Рут. Мы только что из Италии.
Л е н н и. Значит, сначала вы поехали в Италию?
А потом он привез вас сюда познакомить со своей се-
мьей, да? Что ж, могу вам сказать, что наш старик бу-
дет рад вас видеть.
Рут. Прекрасно.
Л е н н и. Что вы сказали?
Рут. Прекрасно.
Пауза.
Л е н н и. Где вы были в Италии?
Р у т. В Венеции.
Л е н н и. В старой доброй Венеции? А? Забавно.
Знаете, у меня всегда было такое чувство, что если бы
я участвовал в последней войне, скажем в итальянской
кампании, то, наверное, побывал бы в Венеции. У меня
всегда было такое чувство. Но тогда я, к сожалению,
был слишком юн, чтобы воевать, ребенок, совсем ма-
ленький, иначе я наверняка побывал бы в Венеции. Да,
я почти наверняка побывал бы там со своим батальо-
ном. Не возражаете, если я возьму вас за руку?
Рут. Зачем?
Л е н н и. Просто дотронусь. (Встает и идет
к ней.) Просто прикоснусь.
Рут. Зачем?
Л е н н и (смотря на нее). Сейчас объясню. (Не-
большая пауза.) Однажды вечером, не так давно, я
стоял в доках, под аркой, совершенно один и смотрел,
как матросы переносят гик и возятся с нок-реем.
327
Вдруг ко мне подошла некая женщина и сделала некое
предложение. Она давно искала меня. Никак не могла
меня найти. Однако она все-таки меня нашла и, когда
нашла, то сделала мне это предложение. Оно не было
чем-то необычным, и при иных условиях я бы его при-
нял. Я хочу сказать — если бы с ней все было в поряд-
ке. Но дело в том, что она вся насквозь прогнила от си-
филиса. Поэтому я ее отверг. Но женщина оказалась
очень настойчивой и начала так активно приставать ко
мне, прямо там, под аркой, что я просто не мог больше
терпеть, и поэтому я ей двинул. Я тогда думал с ней
покончить, понимаете, убить, и, надо сказать, убийство
это было бы из легких, раз плюнуть. Ее шофер — он-
то меня и разыскал по ее приказу — выпивал за углом,
и мы с этой женщиной были, понимаете, одни под ар-
кой, а мимо шли пароходы, вокруг ни души, на Запад-
ном фронте без перемен, а она стояла там у стены, а
потом начала сползать после моего удара. Словом, все
располагало к убийству. И шофер бы ей не помог. Он
никогда бы ничего не рассказал. Он старый друг нашей
семьи. Но... в конце концов я подумал... а-а, зачем мне
все эти заботы... понимаете... прятать труп и так да-
лее — такое напряжение. А потому я еще раз двинул ей
в нос, дал пару раз ногой — с тем и оставил.
Рут. Как вы узнали, что она больна?
Л е н н и. Как узнал? (Пауза.) Я так решил. (Мол-
чание.) Вы с братом что, молодожены?
Рут. Мы женаты уже шесть лет.
Л е н н и. Он всегда был моим любимым братом,
старина Тэдди. Вы этого не знали? И как перед Богом,
могу сказать, что мы всегда им гордились. Доктор фи-
лософии и тому подобное — это производит впечатле-
328
ние. Конечно, он очень чувствительный, не так ли?
Тэд. Очень. Я часто думаю, что хотел бы быть таким же
чувствительным, как он.
Рут. Правда?
Л е н н и. О да. О да, очень хотел бы. То есть не то
чтобы я не чувствительный, я чувствительный. Просто
хотел бы стать чуть более — только и всего.
Рут. Да?
Л е н н и. Да, чуть более — только и всего. (Пауза.)
Хочу сказать, что я очень чувствителен к атмосфере,
понимаете? Но эта чувствительность уменьшается, ко-
гда люди выдвигают по отношению ко мне непомер-
ные требования. Например, на прошлое Рождество я
решил поработать на уборке снега в нашем районе —
в этом году у нас в Европе были сильные снегопады.
Какой-то большой финансовой необходимости в этом
не было — просто захотелось, внутренний голос при-
звал меня. Я предвкушал, какое будет удовольствие —
ощутить бодрящее покусывание морозного воздуха
ранним утром. И я оказался прав. В половине шестого
утра я стоял на углу в своих снегоходах и ждал гру-
зовика, который должен был отвезти меня на место.
Жуткий мороз. Итак, грузовик пришел, я вскочил
в кузов, фары горят, грузовик тряхнуло, и мы трону-
лись. Приезжаем туда, лопаты в руки, сигареты в зубы
и давай разгребать эти декабрьские сугробы, и все это
еще до первых петухов. Ну вот, в то утро, когда я пил
чай в соседнем кафе, а лопату поставил у стола, подхо-
дит ко мне одна старая женщина и просит помочь пе-
ренести железный каток для белья. Она сказала, что
зять ей его оставил, но оставил не на том месте, по-
ставил в гостиной, а она, естественно, хочет, чтобы он
329
стоял в задней комнате. Он подарил ей этот каток, по-
нимаете, каток для белья, чтобы гладить после стирки.
Но он поставил его не на то место, в гостиной. Глупо,
конечно, было ставить его там — там он стоять не дол-
жен. Поэтому я сделал перерыв в работе, чтобы ей по-
мочь. Она жила рядом. Но дело в том, что когда я туда
пришел, то понял — с места я его не сдвину. Он весил,
должно быть, полтонны. Как ее зять приволок его
и поставил — вообразить не могу. Ну вот, я пытаюсь
сдвинуть его плечом, рискуя порвать связки, а эта ста-
рая дама стоит рядом, подгоняет и даже пальцем не
шевельнет, чтобы мне помочь. Через несколько минут
я ей говорю: «Послушайте, запихнули бы вы этот же-
лезный каток себе в жопу! И вообще, говорю, ими дав-
но уже никто не пользуется, нельзя автосушилку ку-
пить что-ли?» Мне очень хотелось задать ей трепку,
но, поскольку после уборки снега у меня было припод-
нятое настроение, я просто ткнул ее в живот, вышел
и вскочил в автобус. Извините, я могу убрать пепель-
ницу, чтобы она вам не мешала?
Рут. Она мне не мешает.
Л е н н и. Она мешает вам пить. Стакан вот-вот
упадет. Или пепельница. Я очень волнуюсь за ковер.
То есть не я, а отец. Он помешан на чистоте и порядке.
Не любит грязи. Поэтому, поскольку вроде вы сейчас
не курите, я уверен, что вы не против, если я ее подви-
ну. (Берет пепельницу.) А теперь, если не возражаете,
я возьму ваш стакан.
Р у т. Я еще не допила.
Л е н н и. По-моему, вы выпили вполне достаточно.
Рут. Нет.
Л е н н и. По-моему, вполне.
330
Р у т. А по-моему, нет, Ленард.
Пауза.
Л е н н и. Не зовите меня, так, пожалуйста.
Рут. Почему?
Л е н н и. Так звала меня мать. (Пауза.) Дайте-ка
стакан.
Рут. Нет.
Пауза.
Л е н н и. Тогда я его сам возьму.
Рут. Если вы возьмете стакан... я возьму вас.
Пауза.
Л е н н и. А нельзя мне взять стакан так, чтобы при
этом вы не взяли меня?
Р у т. А почему бы мне не взять вас?
Пауза.
Л е н н и. Вы шутите. (Пауза.) Вы же любите друго-
го. У вас была тайная связь с другим. Его семья об этом
даже не знала И вот вы являетесь сюда без предупреж-
дения и начинаете мутить воду.
Рут (берет стакан и протягивает его Пенни).
Глотните. Давайте. Глотните из моего стакана.
Он замирает.
Сядьте ко мне на колени. И глотните как следует.
(Похлопывает себя по колену. Пауза. Затем встает и
со стаканом идет к нему.) Откиньте голову и открой-
те рот.
Л е н н и. Уберите от меня этот стакан.
331
Рут. Ложитесь на пол. Давайте. Я волью вам
в рот.
Л е н н и. Вы что, меня соблазняете?
Рут (осушая стакан, отрывисто смеется). Ох, я
так хотела пить. (Улыбается ему, ставит стакан,
идет в холл, поднимается по лестнице.)
Л е н н и (идет за ней, кричит). Так в чем дело?
Соблазняете или нет?
Молчание. Он возвращается в комнату, берет свой стакан и
осушает его. Дверь наверху хлопает. Свет над лестницей за-
горается, по ступенькам спускается М а к с — на нем пижа-
ма и шапочка.
Макс (входит в комнату). Что здесь происхо-
дит? Ты пьян? (Смотрит на Ленни.) Ты что кри-
чишь? С ума сошел?
Ленни наливает себе еще воды.
Носишься среди ночи по дому и орешь во всю глот-
ку. Ты что, буйный?
Л е н н и. Я думал вслух.
Макс. Джой внизу? Ты кричал на Джоя?
Ленни. Ты не слышал, что я сказал, отец? Я ска-
зал, что думал вслух.
Макс. Ты думал так громко, что поднял меня
с постели.
Ленни. Послушай, а ты случайно не собираешь-
ся... сыграть в ящик?
Макс. Сыграть в ящик? Он будит меня среди но-
чи, я думаю, что у нас воры, думаю, что его зарезали,
спускаюсь, а он говорит, чтобы я сыграл в ящик.
Ленни садится.
332
Он с кем-то разговаривал. С кем бы это? Все спят. Он
с кем-то разговаривал. И не говорит с кем. Притворя-
ется, что думал вслух. Ты что, кого-то здесь прячешь?
Л е н н и. Просто хожу во сне. Отвали-ка, оставь
меня в покое, а?
Макс. Мне нужно объяснение, понятно? Я спра-
шиваю, кого ты здесь прячешь.
Пауза.
Л е н н и. Знаешь что, отец, раз уж ты настроен... по-
говорить, я задам тебе один вопрос. Этот вопрос я хочу
задать тебе уже давно. В ту ночь... ну, знаешь... в ту
ночь, когда ты меня делал... в ту ночь с мамой, как это
было? Когда у тебя загорелись глаза Как это было? Ка-
кие были обстоятельства? Я хочу знать подлинные
факты, предшествовавшие моему рождению. Напри-
мер: думал ты обо мне или вовсе не думал? (Пауза.)
Я спрашиваю об этом только потому, что хочу все
знать, понимаешь, а? Я любопытный. И многие мои ро-
весники разделяют это любопытство. Ты это знаешь,
отец? Они нередко раздумывают, иногда в одиночку,
иногда в компании, о реальных фактах той ночи — но-
чи, когда их делали по образу и подобию двоих, зани-
мавшихся этим. Этот вопрос я, пожалуй, задаю слиш-
ком поздно, но раз уж так случилось, что сегодня мы
оба не спим, я решил — а спрошу-ка я об этом.
Пауза.
Макс. Ты у меня утонешь в собственной крови.
Л е н н и. Если ты предпочитаешь ответить на мой
вопрос в письменной форме, я не возражаю.
Макс встает.
333
Надо было спросить мою дорогую мамочку. Почему
я не спросил мою дорогую маму? А теперь уже слиш-
ком поздно. Она отошла в лучший мир.
Макс плюет в него.
(Смотрит на ковер.) Посмотри, что ты наделал. Ут-
ром мне придется его чистить.
Макс поворачивается, идет наверх. Ленни сидит не дви-
гаясь.
Затемнение, затем снова свет на сцене. Утро. Джой си-
дит перед зеркалом. Он медленно делает зарядку. Потом
тщательно причесывается. Затем несколько раз усиленно
боксирует с тенью, смотрясь при этом в зеркало. Слева,
в глубине сцены, появляется Макс. Оба, Макс и Джой,
одеты. Молчание. Макс наблюдает за Джоем. Джой пере-
стает боксировать, берет газету, садится. Молчание.
Макс. Ненавижу эту комнату. (Пауза.) А люблю
кухню. Там приятно. Уютно. (Пауза.) Но я не могу
там находиться. Знаешь почему? Потому что он там
всегда моет и драит тарелки, а я этого не переношу,
вот почему.
Джой. Тогда почему ты не пьешь чай здесь?
М а к с. Я не хочу приносить сюда чай. Ненавижу
пить здесь. Хочу пить там. (Идет в холл, смотрит в на-
правлении кухни.) Что он там делает? (Возвращается.)
Который час?
Джой. Полседьмого.
Макс. Полседьмого. (Пауза.) Сегодня я собира-
юсь на футбол. Пойдем? (Пауза.) Я с тобой разгова-
риваю.
Джой. Сегодня у меня тренировка. Шесть раун-
дов с Блэкки.
334
Макс. Так это в пять. До пяти у тебя будет время.
Это первая игра сезона.
Джой. Нет, не пойду.
Макс. Почему? (Пауза. Идет в холл.) Сэм! Пой-
ди сюда!
Макс возвращается в комнату. Входит Сэме тряпкой.
Сэм. Что?
Макс. Что ты там делаешь?
Сэм. Мою посуду.
М а к с. А что еще?
Сэм. Сгребаю твои объедки.
Макс. Бросаешь их в ведро, так?
Сэм. Именно.
Макс. Что ты хочешь этим доказать?
Сэм. Ничего.
Макс. Нет, хочешь. Ты ненавидишь готовить мне
завтрак, ведь так? Потому-то и носишься по кухне, и
скоблишь сковородку, сгребаешь объедки в ведро,
трешь тарелки, выливаешь заварку... Вот почему ты,
на хрен, это делаешь каждое утро. Уж я-то знаю. По-
слушай, Сэм, хочу кое-что тебе сказать. Начистоту.
(Двигается ближе.) Я желаю, чтобы ты избавился от
неприязни, которую испытываешь ко мне. Не по-
нимаю, откуда это. По чести сказать, разве я когда-
нибудь давал тебе повод? Никогда. Когда отец умер,
он сказал мне: «Макс, присмотри за братьями». Так
и сказал.
Сэм. Как он мог сказать, если умер?
Макс. Что?
Сэм. Как он мог сказать, если умер?
Пауза.
335
Макс. Перед тем, как он умер, Сэм. Как раз перед
смертью. Это были его последние слова. Его послед-
ние святые слова, Сэмми. Думаешь, я шучу? Думаешь,
то, что велел отец на смертном одре, я не выполню до
самого конца? Слышишь, Джой? Ему на всё напле-
вать. Даже на память нашего отца. Какой же ты после
этого сын, ты, чертов олух? Проводишь все время за
кроссвордами! Хотели, чтоб он продолжил отцовское
дело, стал мясником, а он там даже веника в руки не
взял! А Мак-Грегор к концу недели уже мог быть
управляющим. Скажу тебе так: я уважал отца не толь-
ко как человека, но и как классного мясника! И чтобы
доказать это, я пошел к нему в лавку и научился раз-
делывать туши. Я увековечил его имя кровью. Я дал
жизнь трем сыновьям и вырастил их. Все это сделал я
один. А что сделал ты? (Пауза.) Что сделал ты? Ты,
обормот!
Сэм. Ты не хочешь домыть посуду? Вот тряпка.
Макс. Так что постарайся избавиться от своей
неприязни, Сэм. В конце концов, мы братья.
Сэм. Тебе нужна тряпка? Вот она. Возьми.
По лестнице спускаются Тэдди и Рут. Проходят че-
рез холл и останавливаются на пороге комнаты. Осталь-
ные поворачиваются и смотрят на них. Джой встает. Тэдди
и Рут в халатах. Молчание.
Тэдди (улыбается). Привет... отец... мы проспа-
ли. (Пауза.) Что на завтрак?
Молчание.
Ха-ха... мы проспали.
Макс (Сэму). Ты знал, что он здесь?
336
Сэм. Нет.
Макс (Джою). А ты знал, что он здесь? (Пауза.)
Я спрашиваю: ты знал, что он здесь?
Джой. Нет.
Макс. Тогда кто знал? (Пауза.) Кто знал? (Пау-
за,) Я не знал.
Т э д д и. Я хотел спуститься, отец, собирался...
быть здесь, когда ты встанешь. (Пауза.) Как дела?
(Пауза.) Ммм... послушай... я хочу... чтобы ты позна-
комился с...
Макс. Сколько времени ты пробыл в этом доме?
Т э д д и. Всю ночь.
Макс. Всю ночь? Из меня делают посмешище.
Как ты сюда вошел?
Т э д д и. У меня есть ключ.
Макс (присвистнув, смеется). Кто это?
Т э д д и. Как раз хотел вас познакомить.
Макс. Кто просил тебя приводить в дом по-
таскух?
Т э д д и. Потаскух?
Макс. Кто просил тебя приводить в этот дом
грязных потаскух?
Т э д д и. Послушай, не дури...
М а к с. И вы провели здесь всю ночь?
Т э д д и. Да, мы приехали из Венеции...
Макс. Значит, всю ночь у нас в доме провела во-
нючка. Всю ночь в моем доме была мерзкая вонючая
сифилитичка.
Т э д д и. Перестань! Что ты говоришь!
М а к с. Я не видел этого сукина сына шесть лет, а
он является домой, даже не предупредив, приводит
с собой помойную девку и валяется с ней в моем доме!
337
Тэдди. Она моя жена! Мы женаты!
Пауза.
Макс. Под этой крышей никогда не было шлюх.
С тех пор, как умерла твоя мать. Слово чести. (Джою.)
Ты потаскух сюда водил? А Ленни водил? Они приез-
жают из Америки и привозят с собой свое помойное
ведро. И ночной горшок. (Тэдди.) Убери от меня эту за-
разу! Убери ее отсюда!
Тэдди. Она моя жена.
Макс (Джою). Выброси их за дверь. (Пауза.) Док-
тор философии! Сэм, хочешь познакомиться с докто-
ром философии? (Джою.) Я сказал, выброси их за
дверь. (Пауза.) В чем дело? Оглох, что ли?
Джой. Ты старик. (Тэдди.) Он старик.
В комнату входит Л е н н и, он в халате. Ленни останавли-
вается, все на него смотрят. Макс поворачивается и изо
всех сил бьет Джоя в живот. Скрючившись, Джой бредет
по сцене.
Макс, не выдерживая напряжения, начинает оседать. Коле-
ни гнутся, он тянется за палкой. Сэм идет к нему. Макс бьет
его палкой по голове, Сэм оседает, закрывая голову руками.
Джой, прижав руки к животу, опускается у ног Рут. Она
смотрит на него. Ленни и Тэдди замерли. Джой медленно
встает и становится рядом с Рут, затем поворачивается
к Максу. Сэм обхватил голову. Макс тяжело дышит, очень
медленно поднимается на ноги. Джой подходит к нему. Они
смотрят друг на друга. Молчание. Макс проходит мимо
Джоя, идет к Рут и указывает на нее палкой.
Макс. Мисс.
Рут (подходя к нему). Да.
Макс. Вы мать?
338
Рут. Да.
Макс. Сколько у вас детей?
Рут. Трое.
Макс (оборачиваясь к Тэдди). И все твои, Тэд?
(Пауза.) Тэдди, а почему бы нам не обняться и не поце-
ловаться, а? Как в прежние времена. Почему бы нам не
обняться и не поцеловаться, а?
Т э д д и. Ну давай.
Пауза.
Макс. Хочешь поцеловать своего старого отца?
Хочешь обнять своего старого отца?
Тэдди. Ну давай. (Делает к нему шаг.) Давай.
Пауза.
Макс. Ты все еще любишь своего старого па-
почку, а?
Смотрят друг на друга.
Тэдди. Давай, отец. Давай обнимемся.
Макс начинает хихикать, в горле у него булькает.
Макс (оборачиваясь к семье). Он все еще любит
своего отца!
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
День. На сцене Макс, Тэдди, Ленни и Сэм. Все
курят сигары. В глубине, слева, с кофейным подносом по-
является Д ж о й, за ним Рут. Она подает мужчинам чаш-
339
ки кофе, садится со своей. Джой ставит поднос на пол.
Макс улыбается Рут.
Рут. Обед был очень хороший.
Макс. Рад, что он вам понравился. (Остальным.)
Вы слышали? (Рут.) Скажу честно, я вложил в него
всю душу. (Делает глоток.) А кофе чудесный.
Р у т. Я рада.
Пауза.
Макс. Чувствую, что вы здорово готовите.
Рут. Неплохо.
Макс. Нет, я чувствую, что вы классно готовите.
Я прав, Тэдди?
Т э д д и. Да, она готовит очень хорошо.
Пауза.
Макс. Давненько вся семья не собиралась вме-
сте, а? Если бы только мать была жива. Как ты счита-
ешь, Сэм? Что сказала бы Джесси, если была бы жи-
ва? Побыть с тремя сыновьями. Тремя отличными
взрослыми парнями. И чудесной снохой. Жаль толь-
ко, что ее внуков здесь нет. Она бы ласкала их, сюсю-
кала, так, Сэм? Суетилась бы вокруг них, играла, рас-
сказывала бы сказки, щекотала — такой был бы вос-
торг. (Рут.) И знаете — она научила этих парней
всему. Научила их морали. Я вам говорю. Весь их мо-
ральный кодекс заложен матерью. А еще у нее было
большое сердце. Какое сердце! А, Сэм? Послушай, что
тут ходить вокруг да около! Эта женщина была опорой
семьи. Я по двадцать четыре часа работал в лавке, час-
то находился в отлучке — ездил по стране за мясом,
340
выбивался в люди, но при этом знал, что оставляю до-
ма женщину с железной волей, золотым сердцем
и с душой. Верно, Сэм? (Пауза.) Какая душа! (Пауза.)
Заметьте, я был с ней щедр. Никогда не оставлял ее
без гроша. Помню, я вел переговоры с классными мяс-
никами — у них и на континенте были связи. Я соби-
рался войти с ними в дело. Помню, прихожу я вечером
домой и ничего не говорю. Сначала искупал Ленни,
потом искупал Тэдди, потом искупал Джоя. Какое
удовольствие было купаться, правда, мальчики? А по-
том спускаюсь, говорю, чтобы Джесси положила ноги
на пуф, — кстати, где он, я что-то давно его не видел.
Кладет она ноги на пуф, а я ей и говорю: «Джесси, ка-
жется, наш корабль входит в гавань и я в состоянии
кое-что тебе купить, я куплю тебе платье из голубого
рубчатого шелка, богато инкрустированное жемчугом,
а на каждый день брюки из тафты в сиреневый цвето-
чек». А потом я налил ей шерри-бренди. Помню, как
ребята спустились вниз — в пижамах, волосы блестят,
лица розовые, это было еще до того, как они начали
бриться, — и встали на колени у наших ног, у ног
Джесси и моих. Это было как Рождество.
Пауза.
Р у т. И что случилось с этими мясниками?
Макс. Они оказались такими же жуликами, как
и все остальные. (Пауза.) Паршивая сигара. (Гасит
ее и оборачивается к Сэму.) В котором часу тебе ид-
ти на работу?
Сэм. Скоро.
Макс. Ты ведь работаешь сегодня днем, а?
Сэм. Да, я знаю.
341
Макс. Что значит «знаю»? Ты опоздаешь. И по-
теряешь работу. Что ты делаешь, хочешь меня опо-
зорить?
С э м. За меня не волнуйся.
М а к с. У меня прямо желчь разливается. Желчь,
понимаешь? (Рут.) Всю жизнь я проработал мясником,
моими орудиями были топор и доска, доска, на которой
рубят, понимаете, топор и доска. Я содержал семью —
и в роскоши! Две семьи! Моя мать была прикована
к постели, а братья инвалиды. И я должен был оплачи-
вать им лучших психиатров. Читать книги, чтобы раз-
бираться в их болезнях, чтобы оказывать им первую по-
мощь. Убогая семейка — три ублюдочных сынка и же-
на, грязная сука, — не рассказывайте мне о родовых
муках, я знаю, что это такое, у меня все еще схватки, ко-
гда я кашляю, у меня начинает болеть спина, а мой пас-
кудный лодырь-братец даже не хочет вовремя ходить
на работу. Лучший в мире шофер! Всю жизнь сидеть на
мягком, давить пальцем на гудок и еще называть это ра-
ботой! Да он не отличит коробку скоростей от собствен-
ной жопы!
Сэм. Пойди и спроси моих клиентов. Они только
меня и заказывают.
М а к с. А другие шоферы что делают, целый день
спят?
С э м. Я могу везти только одного клиента, а они
хотят все сразу.
М а к с. Да ты и можешь — со всеми сразу. За пол-
тинник подставишь зад хоть на мосту Блэкфрайерс.
Сэм. Я-а?
Макс. Хоть за пару шиллингов с леденцом в при-
дачу.
342
С э м. Он меня оскорбляет. Он оскорбляет своего
брата. А мне без четверти пять везти пассажира в Хэмп-
тон-Корт.
М а к с. А знаешь, кто умел водить? Мак-Грегор!
Мак-Грегор, это был шофер.
Сэм. Тебе так кажется.
Макс (указывая палкой на Сэма). Он даже в войне
не участвовал. Этот хрен даже на войне не был!
С э м. Я был!
М а к с. И кого ты убил?
Молчание. Сэм встает, идет к Рут, пожимает ей руку
и выходит на улицу.
(Поворачивается к Тэдди.) Ну, как ты жил все эти го-
ды, сын?
Т э д д и. Я жил очень хорошо, отец.
Макс. Приятно, что ты с нами, сын.
Тэдди. Приятно возвращаться домой, отец.
Пауза.
Макс. Надо было сказать мне, что ты женился,
Тэдди. Я бы послал тебе подарок. Где была свадьба,
в Америке?
Тэдди. Нет, здесь. За день до того, как мы туда
уехали.
Макс. Было много народу?
Тэдди. Нет, не было никого.
Макс. Ты сошел с ума. Я бы устроил тебе шикар-
ную свадьбу. Мы бы собрали здесь все сливки. И мне
было бы приятно ее оплатить, слово чести.
Пауза.
343
Т э д д и. Ты был тогда занят. Я не хотел тебя бес-
покоить.
М а к с. Но ты же моя плоть и кровь. Ты мой перве-
нец. Я бросил бы всё, Сэм отвез бы тебя на церемонию
в своем «снайпе», Ленни был бы твоим шафером, а по-
том мы все проводили бы вас на пароход. Надеюсь, ты
не думаешь, что я против брака, а? Не глупи. (Рут.)
Я столько лет просил своих младших найти себе при-
личных, милых девушек — в этом ведь смысл жизни.
(Тэдди.) Но это все не важно: ты ведь это сделал, ты
сделал отличный выбор, у тебя чудесная семья, блестя-
щая карьера... А кто старое помянет... (Пауза.) Послу-
шай, что я скажу. Хочу, чтобы вы оба знали: я даю вам
свое благословение.
Тэдди. Спасибо.
М а к с. Не за что. Много ли в нашем квартале до-
мов, где сидит сейчас доктор философии и пьет кофе?
Пауза.
Р у т. Я уверена, Тэдди очень счастлив... узнать,
что я вам понравилась. (Пауза.) По-моему, он не был
в этом уверен.
М а к с. Но вы же прелестная женщина.
Пауза.
Р у т. Я была...
Макс. Что? (Пауза.) Что она сказала? (Все смо-
трят на нее.)
Рут. Когда я впервые встретила Тэдди... я была...
другой.
Тэдди. Нет. Ты была такой же.
344
Рут. Нет,другой.
Макс. Кому какое дело? Послушайте, живите
в настоящем и ни о чем не беспокойтесь. Я хочу ска-
зать, не забывайте, что Земля существует по крайней
мере пять тысяч миллионов лет. Кто может позволить
себе жить в прошлом?
Пауза.
Т э д д и. Она мне там очень помогает. Чудесная
жена и чудесная мать. Очень общительная. У нее уйма
друзей. В университете... знаете ли... замечательно...
прекрасно. У нас чудесный дом... у нас есть все... все что
угодно. Обстановка очень благоприятная. (Пауза.)
Мой факультет... процветает. (Пауза.) У нас, знаете ли,
три мальчика.
Макс. Все мальчики? Это забавно, а? У тебя три,
и у меня три. У тебя три племянника, Джой. Джой! Ты
дядя, слышишь? Ты можешь научить их боксу.
Пауза.
Джой (Рут). Я боксер. Тренируюсь вечерами по-
сле работы. А днем разбираю дома.
Рут. Правда?
Джой. Да. Но надеюсь, что, когда наберусь опы-
та, буду заниматься только боксом.
Макс (Ленни). Заметь, как свободно он говорит
со своей невесткой. Это потому, что она умная и сим-
патичная. (Наклоняется к ней.) А скажи, дети по те-
бе не скучают?
Она смотрит на него.
345
Т э д д и. Разумеется, скучают. Они ее любят. Но
мы их скоро увидим.
Пауза.
Л е н н и (Тэдди). У тебя сигара погасла.
Тэдди. Ах, да.
Л е н н и. Дать огонька?
Тэдди. Нет-нет. (Пауза.) У тебя тоже.
Л е н н и. Ах, да. (Пауза.) Но Тэдди, ты ничего нам не
рассказываешь о своей работе. Ты доктор философии.
Что ты преподаешь?
Тэдди. Философию.
Л е н н и. Тогда хочу кое о чем тебя спросить. Ты
не находишь некоего логического несоответствия
в основных положениях христианского теизма?
Тэдди. Этот вопрос вне моей компетенции.
Л е н н и. Хорошо, спрошу иначе... Надеюсь, ты не
против, если я задам тебе несколько вопросов, а?
Тэдди. Если они в моей компетенции.
Л е н н и. Давай я спрошу тебя так: может ли непо-
знанное заслуживать уважения? Другими словами:
как можно поклоняться тому, чего не знаешь? В то
же время было бы нелепо полагать, что познанное на-
ми непременно заслуживает поклонения. То, что мы
знаем, можно оценивать по-разному, но, рассуждая
здраво, поклоняться этому не обязательно. Другими
словами: кроме познанного и непознанного что еще
существует?
Пауза.
Тэдди. Боюсь, что я не тот человек, кто может
тебе ответить.
346
Л е н н и. Но ты же философ. Ответь откровен-
но: как ты относишься к таким вещам, как бытие и
небытие?
Т э д д и. А как ты к ним относишься?
Л е н н и. Например, возьмем стол. С философ-
ской точки зрения. Что это?
Т э д д и. Стол.
Л е н н и. То есть ты считаешь, что стол — это стол,
и не более того. А знаешь, многие, наверное, могут по-
завидовать твоей уверенности, не так ли, Джой? На-
пример, у меня есть пара друзей, мы часто сидим в ба-
ре отеля «Рид» за рюмкой-другой ликера, и они всегда
об этом рассуждают, например: «Возьмем стол, — го-
ворят они. — Возьмем его». — «Хорошо, — отвечаю
я, — возьмем его, возьмем стол. Но раз вы его взяли,
что вы будете с ним делать? Раз он у вас есть, куда вы
собираетесь его деть?!»
Макс. Можно, наверное, его продать.
Л е н н и. Много за него не получишь.
Джой. Можно порубить его на дрова.
Ленни смотрит на Джоя и смеется.
Р у т. Не будьте, однако, слишком уверены. Вы кое-
что забыли. Взгляните на меня. Я... двигаю ногой. Де-
лаю только это. Но на мне... белье... оно двигается вмес-
те с ней... оно приковывает ваше внимание. Может
быть, вы меня неправильно понимаете. Действие про-
стое. Двигается... нога. Двигаются и мои губы. Почему
ваши наблюдения не ограничиваются этим? Может, то,
что они двигаются, важнее... слов, которые они произ-
носят. Такую... возможность... следует учитывать.
Молчание. Тэдди встает.
347
Я родилась недалеко отсюда. (Пауза.) Потом... шесть
лет назад уехала в Америку. (Пауза.) Там скалы. Ска-
лы и песок. Он тянется... так далеко... куда ни бросишь
взгляд. И там столько насекомых. (Пауза.) И там
столько насекомых.
Молчание. Она неподвижна.
Макс (встает). Что ж, время идти в спортзал.
Время работать, Джой.
Л е н н и (вставая). Я с тобой.
Джой сидит и смотрит на Рут.
Макс. Джой.
Джой встает, и трое мужчин выходят. Тэдди садится
рядом с Рут, берет ее за руку. Она ему улыбается. Пауза.
Тэдди. По-моему, нам надо возвращаться, а?
(Пауза.) Поедем домой?
Рут. Почему?
Т э д д и. Но ведь мы приехали сюда на несколько
дней, не так ли? По-моему, можно здесь пробыть...
еще меньше.
Рут. Почему? Тебе что, здесь не нравится?
Тэдди. Конечно, нравится. Но сейчас захотелось
вернуться к нашим мальчикам.
Пауза.
Рут. Тебе что, не нравится твоя семья?
Тэдди. Какая семья?
Рут. Твоя семья. Которая здесь.
Тэдди. Конечно, нравится. О чем ты говоришь?
Пауза.
348
Рут. Нравится не так сильно, как тебе казалось?
Т э д д и. Конечно нравится. Конечно... они мне
нравятся. Не знаю, о чем ты. (Пауза.) Послушай, ты
знаешь, какое там сейчас время суток, а?
Рут. Что?
Т э д д и. Сейчас утро. Около одиннадцати.
Рут. Правда?
Т э д д и. Да, там на шесть часов меньше... Я хочу
сказать... там время на шесть часов отстает от здеш-
него. Мальчики сейчас в бассейне... плавают. Поду-
май только. Там утро. Солнце. Так поедем, а? Там так
чисто.
Рут. Чисто.
Т э д д и. Да.
Р у т. А здесь грязно?
Т э д д и. Нет, конечно, нет. Но там чище. (Пауза.)
Послушай, я ведь привез тебя, чтобы только познако-
мить с семьей, не так ли? Вы познакомились, и мы
можем ехать. Скоро начнется осенний семестр.
Рут. Ты считаешь, что здесь грязно?
Т э д д и. Я не сказал, что здесь грязно. (Пауза.)
Я этого не говорил. (Пауза.) Послушай, я пойду и
уложу вещи. А ты немного отдохнешь. Ладно? Их не
будет по крайней мере еще час. Ты можешь поспать.
Отдохни. Пожалуйста.
Она смотрит на него.
Когда мы вернемся, ты поможешь мне с лекция-
ми. Я бы этого очень хотел. Я был бы тебе так благо-
дарен. Правда. Мы сможем купаться, до октября. Ты
же знаешь. А здесь, здесь негде купаться, кроме как
в том бассейне... Знаешь, какая там вода? Как моча.
349
Как грязная моча. (Пауза.) Тебе же понравилась Ве-
неция? Это было чудесно, а? Ты провела прекрасную
неделю. Хочу сказать... я привез тебя туда. Я говорю
по-итальянски.
Р у т. Я могла там побывать и раньше, если бы во
время войны поступила в госпиталь.
Пауза.
Т э д д и. Отдыхай. А я пойду собираться. (Выходит,
поднимается по ступенькам.)
Она закрывает глаза. В глубине сцены слева появляется
Л е н н и. Входит в комнату и садится с ней рядом. Она от-
крывает глаза. Молчание.
Л е н н и. Дни становятся короче.
Рут. Да, стало раньше темнеть.
Пауза.
Л е н н и. Скоро будет зима. Время обновлять гар-
дероб.
Пауза.
Рут. Это приятно.
Л е н н и. Что?
Пауза.
Р у т. Я всегда... (Пауза.) Вы любите одеваться?
Л е н н и. О да. Очень люблю.
Пауза.
Рут. Мне нравится... (Пауза.) Как вы находите
мои туфли?
350
Л е н н и. Очень симпатичные.
Рут. Нет, там я не могу достать те, которые хочу.
Л е н н и. Не можете там достать? Да?
Рут. Нет... там такие достать нельзя. (Пауза.) До
отъезда я работала моделью.
Л е н н и. Демонстрировали шляпки? (Пауза.) Как-
то я купил шляпку одной девушке. Мы увидели ее
в витрине. Сейчас расскажу, какая она была. На ней
был букетик нарциссов, черная атласная лента и чер-
ная вуаль. Очень ей шла.
Рут. Нет... я демонстрировала свое тело. Была
фотомоделью.
Л е н н и. В помещении?
Рут. Это было до того, как я... обзавелась детьми.
(Пауза.) Нет, не всегда в помещении. (Пауза.) Пару раз
мы ездили в одно место за город. На поезде. Да нет, раз
шесть-семь. Мы проезжали... высокую, белую водона-
порную башню. Это место... этот дом... был очень боль-
шой... деревья... там было озеро, знаете... мы обычно пе-
реодевались и шли к озеру... мы спускались по тропин-
ке... по камням... которые были... на этой тропинке.
Или подождите-ка... да... когда мы переодевались в до-
ме, слегка выпивали и ели холодные закуски. (Пауза.)
Иногда мы оставались в доме, но... чаще... спускались
к озеру... и там фотографировались. (Пауза.) Послед-
ний раз я была там как раз перед отъездом в Америку.
Пошла пешком от станции до ворот и потом по аллее
к дому. Окна в доме светились... я стояла на аллее...
весь дом просто сиял.
По ступенькам с чемоданами спускается Т э д д и. Он ста-
вит их и смотрит на Ленни.
351
Т э д д и. Что ты ей говорил? (Подходит к Рут.)
Вот твое пальто.
Ленни идет к проигрывателю и ставит пластинку — звучит
медленный джаз.
Рут, давай одевайся.
Ленни (Рут). Как насчет одного танца, прежде
чем вы уедете?
Т э д д и. Мы уезжаем.
Ленни. Только один танец.
Т э д д и. Нет. Мы уезжаем.
Ленни. Только один танец с братом мужа. (На-
клоняется к ней.) Мадам?
Рут встает. Они медленно танцуют. Тэдди стоит и держит ее
пальто. У входной двери появляются Макс и Джой,
они входят в комнату и останавливаются. Ленни целует
Рут. Они стоят и целуются.
Джой. Господи, она же на всё готова! (Пауза.) Ну
и девка! (Пауза.) Старина Ленни обзавелся девкой.
(Подходит к ним и берет Рут за руку, улыбается
Ленни. Садится на диван, обнимает Рут и целует, по-
том смотрит на Ленни.) Как раз в моем вкусе. (Об-
нимает ее, опускаясь вместе с ней на диван, целует,
затем смотрит на Тэдди и Макса.) Это приятней,
чем массаж.
Ленни садится на подлокотник, гладит волосы Рут, Джой
ее обнимает. Подходит Макс, смотрит на чемоданы.
Макс. Ты уезжаешь, Тэдди? Уже? (Пауза.) Ну и
когда приедешь еще раз, а? Послушай, когда ты при-
едешь в следующий раз, не забудь предупредить, же-
352
нат ты или нет. Я всегда буду рад познакомиться
с твоей женой. Честно. Это я тебе говорю.
Джой наваливается на Рут. Они почти неподвижны. Ленни
гладит ей волосы.
Послушай, думаешь, я не знаю, почему ты не сказал
мне, что женат? Знаю. Потому что тебе было стыдно.
Думал, я не одобрю твой брак с женщиной, которая по
положению ниже тебя. Плохо же ты меня знаешь. У ме-
ня широкие взгляды. Я человек широких взглядов.
(Смотрит ей влиир, затем вновь к Тэдди.) Имей в виду,
она красивая женщина. Красивая. И еще мать. Мать
троих детей. Ты сделал ее счастливой. Тебе есть чем
гордиться. То есть ее можно считать классной женщи-
ной. И душевной.
Джой и Рут падают с дивана на пол. Джой сжимает ее в объ-
ятиях. Ленни встает рядом, смотрит на них, осторожно тро-
гает Рут ногой. Неожиданно Рут отталкивает Джоя и вста-
ет. Джой тоже поднимается и пристально смотрит на нее.
Р у т. Я бы хотела поесть. (Ленни.) И выпить тоже.
У вас выпить есть?
Ленни. Есть.
Рут. Налей мне, пожалуйста, стаканчик.
Ленни. Чего?
Рут. Виски.
Ленни. Это есть.
Пауза.
Рут. Тогда налей.
Ленни идет к буфету, достает бутылку и стаканы. Джой
подходит к ней.
12 Зак. М> 2322
353
Сними пластинку.
Джой смотрит на нее, поворачивается, снимает пластинку.
Я хочу поесть.
Пауза.
Д ж о й. Я не умею готовить. (Показывает на Мак-
са.) Он у нас повар.
Ленни (подносит ей стакан виски). С содовой?
Рут. Что это за стакан! Я не могу пить из такого.
У вас разве нет высокого?
Ленни. Есть.
Рут. Тогда перелей в высокий.
Он уносит этот стакан, переливает виски в высокий и снова
подает ей.
Л е н н и. Со льдом? Или чистый?
Р у т. Со льдом? Что вы в этом понимаете!
Ленни. Лед есть. Только формочка намертво
примерзла.
Рут пьет.
(Смотрит на окружающие.) Может, все выпьем? (Сно-
ва идет к буфету, разливает виски.)
Джой (придвигается к Рут). Что ты хочешь по-
есть?
Рут (расхаживая по комнате, к Тэдди). А твоя се-
мья когда-нибудь читала твои труды?
М а к с. Я — никогда. Никогда не читал ни одного.
Тэдди. Ты бы их не понял.
Ленни обносит всех стаканами.
354
Джой. Что ты хочешь поесть? Впрочем, я не го-
товлю.
Л е н н и. С содовой, Тэд? Или чистый?
Т э д д и. Вы бы не поняли моих трудов. У вас нет
ни малейшего представления о том, что я пишу. Вы бы
не оценили их смысла Вы темные. Вы все. Нет никако-
го смысла посылать вам мои труды. Вы ничего не пой-
мете. И дело тут не в уме, а в мировоззрении. В том, на-
сколько вы способны оперировать понятиями о вещах,
а не вещами. Я хочу сказать, что дело в умении связы-
вать одно с другим, соотносить, уравновешивать. Ви-
деть, в способности видетъ\ Я умею. Потому-то я и пи-
шу свои труды. Если бы вы почитали их... увидели бы,
как некоторые могут... смотреть... на вещи... как некото-
рые могут поддерживать... интеллектуальное равнове-
сие... интеллектуальное равновесие... вам это принесло
бы пользу. А вы — просто предметы. Просто... двигае-
тесь. Я это вижу. Вижу, что вы делаете. Это то же, что
делаю я. Но вы в этом погрязли. Вы меня не заставите...
Я не погрязну.
Затемнение, затем снова свет на сцене. Вечер. Т э д д и си-
дит. Он в пальто, рядом стоят чемоданы. Пауза.
Сэм. Тэдди,ты помнишь Мак-Грегора?
Т э д д и. Мака?
Сэм. Да.
Тэдди. Разумеется, помню.
Сэм. Что ты о нем думаешь? Он тебе нравился?
Тэдди. Да, нравился. А что?
Пауза.
Сэм. Знаешь, ты всегда был моим любимцем.
Всегда. (Пауза.) Когда ты написал мне из Америки, я
355
был очень тронут, знаешь ли. То есть ты писал не-
сколько раз отцу, а мне никогда. Но потом, когда я по-
лучил от тебя то письмо... ну, я был очень тронут. Я ни-
когда ему не говорил. Никогда не говорил, что получил
от тебя письмо. (Пауза. Продолжает шепотом.) Тэдди,
я хочу тебе что-то сказать. Ты всегда был любимцем
у матери. Она мне говорила. Ты всегда был... всегда
был главным предметом ее любви. (Пауза.) Почему бы
тебе не остаться еще на пару недель, а? Мы могли бы
весело провести время.
У входа появляется Л е н н и, идет в комнату.
Л е н н и. Ты все еще здесь, Тэд? Опоздаешь на
первый семинар. (Идет к буфету, открывает, смот-
рит направо, налево, а затем оборачивается.) Где мой
сандвич с сыром? (Пауза.) Кто-то взял мой сандвич
с сыром. Я его здесь оставил. (Сэму.) Ты его украл?
Тэдди. Это я взял твой сандвич, Ленни.
Молчание. Сэм смотрит на них, берет шляпу и выходит.
Молчание.
Ленни. Ты взял мой сандвич с сыром?
Т э д д и. Да.
Ленни. Этот сандвич я сделал себе сам. Разрезал
булку пополам и намазал маслом. Я отрезал кусок
сыра и положил в середину. Я положил сандвич на
тарелку, а тарелку поставил в буфет. Я сделал все это
перед тем, как уйти. И вот я прихожу, а ты его съел.
Тэдди. Ну и что теперь делать?
Л е н н и. Я жду, когда ты извинишься.
Тэдди. Но, Ленни, я сделал это умышленно.
Ленни. Хочешь сказать, что съел его не по ошибке?
356
Т э д д и. Нет, я видел, как ты его туда положил.
Я проголодался и съел.
Пауза.
Л е н н и. Наглое бесстыдство. (Пауза.) Почему ты
так... мстителен по отношению к собственному бра-
ту? Я потрясен. (Пауза.) Тэд, я бы сказал, что это
твое истинное отношение ко мне, ведь так? Ты от-
крыл свои карты. То есть сейчас тебя ничто не оста-
навливает. А как еще это можно объяснить? Слям-
зить сандвич младшего брата, который он специаль-
но себе сделал, в то время как брат на работе, это не
двусмысленно, это однозначно. (Пауза.) Я бы сказал,
заметь, что за последние шесть лет ты стал несколь-
ко угрюмым. Несколько угрюмым. Менее открытым.
Менее общительным. Это странно, так как я думал,
что в Соединенных Штатах Америки, хочу сказать,
где столько солнца и все такое, такие просторы, в ста-
ром добром студенческом городке, в твоем положе-
нии лектора, в центре тамошней интеллектуальной
жизни, в старом добром студенческом городке, вихрь
светской жизни, все это так стимулирует, все твои ре-
бята и все такое, куча развлечений, бассейн, автобу-
сы «Грейхаунд» и все такое, тонны ледяной воды, эти
удобные бермудские шорты и все такое, в старом доб-
ром студенческом городке, в любое время дня и но-
чи можно выпить кофе или голландского джина, — я
думал, что ты станешь более общительным, а не ме-
нее. Потому что знай, Тэдди: мы на тебя равняемся,
Тэдди. Члены твоей семьи чтят тебя, парень, и зна-
ешь, что они делают? Стараются следовать твоему
примеру. Потому что ты — главный предмет нашей
357
гордости. Потому-то мы и были так рады, когда ты
вернулся, рады тебя видеть в родных местах. Вот по-
чему. (Пауза.) Нет, послушай, Тэд, нет сомнения, что
мы живем здесь не так насыщенно, как вы. Но мы
ближе друг к другу. Конечно, мы заняты. Джой —
боксом, я — своей работой, отец все еще хорошо игра-
ет в покер, и притом на нем еще и кухня — он по-
прежнему хорошо готовит, а дядя Сэм — лучший шо-
фер в компании. Но тем не менее мы едины, Тэдди, а
ты — наша неотъемлемая часть. Когда мы тихо сидим
у нас в садике, уставясь в ночное небо, у нас всегда
стоит пустой стул, твой стул, Тэд. И потому, когда по-
сле долгого отсутствия ты возвращаешься к нам, мы
ожидаем от тебя немного снисхождения, je ne sais
quoi*, немного душевной щедрости, немного какой-то
широты — нас это бы подбодрило. Мы так ждем это-
го от тебя. Но что получаем? Что получаем? Разве ты
нам это дал?
Пауза.
Т э д д и. Да.
По лестнице спускается Джой с газетой.
Л е н н и (Джою). Как дела?
Джой. М-м... неплохо.
Л е н н и. Что это значит? (Пауза.) Что это значит?
Джой. Неплохо.
Л е н н и. Я хочу знать, что значит это «неплохо».
Джой. Какое тебе дело?
Л е н н и. Джой, ну-ка расскажи брату всё.
Пауза.
* Как бы сказать {франц.).
358
Д ж о й. Я не дошел до конца.
Л е н н и. Не дошел до конца? (Пауза. С нажимом.)
Не дошел до конца? Но ты же провел с ней два часа.
Джой. Ну?
Л е н н и. Ты провел с ней там два часа и не дошел
до конца!
Джой. Ну и что?
Л е н н и (подходит к нему.) Что ты хочешь ска-
зать?
Д ж о й. То есть?
Л е н н и. Хочешь сказать, что она динамистка? (Па-
уза.) Она динамистка! (Пауза.) Что ты об этом дума-
ешь, Тэд? Оказывается, твоя жена — динамистка. Он
пробыл с ней два часа и не дошел до конца.
Д ж о й. Я не сказал, что она динамистка.
Л е н н и. Ты шутишь. По-моему, так динамистка,
а, Тэд?
Т э д д и. Может, он не нашел к ней подхода.
Л е н н и. Джой? Не нашел подхода? Не смеши ме-
ня. Да у него было больше девок, чем ты в жизни съел
пирожных. Он неотразим. Нам всем до него далеко.
Расскажи ему о твоей последней, Джой.
Пауза.
Д ж о й. О ком?
Л е н н и. О твоей последней. Когда мы останови-
ли машину...
Д ж о й. А, о той... да... ну, как-то вечером на той не-
деле, мы ехали в машине Ленни...
Л е н н и. В «альфе».
Д ж о й. И ммм... неслись по дороге...
Ленни. Около тюрьмы.
359
Джой. Да, недалеко от «Скрабса».
Л е н н и. Мы решили немножко проехаться по
Северному Паддингтону.
Д ж о й. И ммм... было уже довольно поздно, да?
Л е н н и. Да, было поздно. Ну?
Пауза.
Д ж о й. А потом мы... ну, у обочины мы увидели
машину... с двумя девицами.
Л е н н и. И их кавалерами.
Джой. Да, были там и двое хмырей. Выходим мы...
значит... и говорим этим... кавалерам... чтобы они ушли...
что они и сделали... И тогда мы вытащили девиц из
машины...
Л е н н и. Мы не повели их к «Скрабсу».
Джой. Нет, не к «Скрабсу» — там нас засекла бы
полиция... ну, ты понимаешь. Мы повели их в разва-
лины... там, где упала бомба.
Л е н н и. В развалины.
Джой. Да, где битый кирпич. (Пауза.) Ну и там
их... это... поимели.
Л е н н и. Ты упустил самый смак. Он упустил са-
мый смак!
Джой. Что, именно?
Л е н н и (Тэдди). Его телка говорит ему: «Я не
прочь, но надо какое-нибудь средство. Противозача-
точное средство». «Нет у меня никакого противозача-
точного средства», — отвечает ей старина Джой. «В та-
ком случае я не буду», — говорит она. «Нет, будешь, —
отвечает Джой, — а на противозачаточные средства
мне наплевать». (Смеется.) Даже моя засмеялась, ко-
гда это услышала. Да, даже она засмеялась. Так что
360
старину Джоя трудно остановить, когда он этого хочет,
понял? А сейчас он провел с твоей женой наверху це-
лых два часа и даже не дошел до конца. Значит, Тэд,
твоя женадинамистка. А как ты считаешь, Джой? Ты
удовлетворен? Только не говори, что удовлетворен,
раз не дошел до конца.
Пауза.
Д ж о й. Я много раз доходил до конца. Иногда...
можно быть довольным... так всего и не получив. А ино-
гда., можно быть счастливым... не получив ничего.
Ленни пристально смотрит на него. У входной двери появ-
ляются Макс и Сэм.
Макс. Где эта шлюха? Все еще в постели? Она
нас всех превратит в животных.
Ленни. Это динамистка.
Макс. Что?
Ленни. Джой у нее на крючке.
М а к с. В каком смысле?
Т э д д и. Он пробыл с ней два часа, а всего так и не
добился.
Пауза.
Макс. Мой Джой? Она сделала такое с моими
мальчиком? (Пауза.) С моим младшеньким? Те-те-
те. Как ты себя чувствуешь, сын? Ты в порядке?
Джой. Конечно, в порядке.
Макс (Тэдди). Она и с тобой такое делает?
Т э д д и. Нет.
Ленни. Он имеет всё. До упора.
Макс. Ты так думаешь?
361
Джой. Нет.
Пауза.
Сэм. Он ее законный муж. Она его законная жена
Джой. Нет! Он не имеет! Говорю вам. Говорю вам
всем. И убью любого, кто скажет, что он имеет всё.
Макс. Джой... а что ты так разволновался? (Лен-
ни.) Это потому, что он не в порядке. Понимаешь, что
случилось?
Джой. Кто расстроен?
Макс. Джой. Никто не говорит, что ты не прав.
Наоборот, все говорят, что ты прав. (Пауза. Поворачи-
вается к остальным.) Знаете что? Пожалуй, неплохо
иметь в доме женщину. Пожалуй, это хорошо. Кто зна-
ет! Может, надо ее тут оставить. (Пауза.) Давайте спро-
сим: хочет она остаться?
Пауза.
Т э д д и. Боюсь, что нет, отец. Она не совсем здо-
рова, и мы должны вернуться домой, к детям.
М а к с. Не совсем здорова? Я же говорил тебе, что
умею ходить за больными. Об этом не волнуйся. Пожа-
луй, мы ее оставим.
Пауза.
С э м. Не глупи.
Макс. Что здесь глупого?
Сэм. Ты говоришь чушь.
Макс. Я?
С э м. У нее же трое детей.
Макс. Она может иметь еще! Здесь. Если ей так
хочется.
362
Т э д д и. Больше она не хочет.
Макс. Откуда ты знаешь, чего она хочет, а, Тэд?
Т э д д и (с улыбкой). Самое лучшее для нее — вер-
нуться со мной домой, отец. Правда. Мы ведь женаты,
ты же знаешь.
Макс (щелкая пальцами, ходит по комнате). Ко-
нечно, мы должны будем ей платить. Понимаете? Мы
не можем оставить ее без карманных денег. Надо на-
значить небольшое содержание.
Джой. Конечно, мы будем ей платить. Ей нужны
будут карманные деньги.
М а к с. Я о том и говорю. Нельзя, чтобы женщина
не имела пары монет на чулки.
Пауза.
Л е н н и. Откуда возьмутся деньги?
Макс. Ну, сколько она может стоить? Уж не бо-
лее сотни.
Л е н н и. Я спрашиваю, откуда возьмутся деньги,
чтобы кормить лишний рот. И одевать лишнее тело.
Это вы понимаете?
Д ж о й. Я буду покупать ей одежду.
Л е н н и. На что?
Джой. Буду тратить на это часть зарплаты.
Макс. Вот так. Мы пустим шапку по кругу. Сде-
лаем пожертвования. Мы все взрослые люди, у нас
есть чувство ответственности. Каждый что-то вло-
жит. Это в духе демократии.
Л е н н и. Это влетит нам в копеечку, отец. (Пау-
за.) Я хочу сказать, что это не та женщина, которая
будет ходить в поношенном. Ей подавай самое мод-
363
ное. Вы же сами захотите, чтобы она была шикарно
одета, не так ли?
Макс. Ленни, ты не против, если я сделаю малень-
кое замечание? Не хочу тебя критиковать, но, по-мое-
му, ты обращаешь слишком много внимания на матери-
альную сторону. Есть и другая сторона. Человеческая.
Понимаешь, о чем я? Есть человеческие отношения.
Не забывай о них.
Л е н н и. Не забуду.
Макс. Вот и не забывай. (Пауза.) Послушай, мы
будем обращаться с ней соответственно, то есть так, как
она привыкла. В конце концов, она не женщина с ули-
цы, она моя сноха.
Джой. Правильно.
М а к с. Ну вот видите. Джой что-то даст, Сэм тоже...
Сэм смотрит на него.
Я выделю сколько-нибудь из своей пенсии, Ленни
тоже отстегнет. А как насчет тебя, Тэд? Сколько ты
положишь на бочку?
Т э д д и. Я ничего не положу на бочку.
Макс. Что? Ты не хочешь помочь содержать собст-
венную жену? Ты, паршивое дерьмо. Твоя мать бы кон-
цы отдала, если бы узнала о таком твоем отношении.
Ленни. Эй, отец. (Выступает вперед.) У меня
идея получше.
Макс. Какая?
Л е н н и. Не надо нам всем идти на такие затраты.
Я знаю таких женщин. Их содержать — весь бюджет
развалится. У меня предложение получше. Почему
бы мне не устроить ее на Грик-стрит?
Пауза.
364
М а к с. То есть пускай займется делом? (Пауза.)
Гениально. Блестящая идея. То есть чтобы она сама
зарабатывала — лежа на спине?
Л е н н и. Да.
Макс. Чудесно. Только это должен быть непол-
ный рабочий день. Нельзя, чтобы ее всю ночь не
было дома.
Л е н н и. Я сокращу ей рабочий день.
М а к с. По сколько часов?
Л е н н и. Четыре часа за ночь.
М а к с (с сомнением). Этого достаточно?
Л е н н и. За четыре часа она прилично заработает.
Макс. Ну, ты лучше знаешь. Правильно. Конеч-
но, мы не допустим, чтобы девушка работала на из-
нос. У нее ведь будут и домашние обязанности. Когда
ты устроишь ее на Грик-стрит?
Л е н н и. Это не обязательно Грик-стрит, отец.
В том районе у меня масса квартир.
Макс. Правда? А как насчет меня? Почему ты не
дашь мне хоть одну?
Л е н н и. Ты уже бесполый.
Джой. Эй, минуточку, о чем это вы говорите?
М а к с. Я знаю, о чем он. Ленни говорит, что она са-
ма себя может обеспечить. Как ты думаешь, Тэдди?
Это решит все проблемы.
Джой. Эй, подождите. Я не хочу делить ее с дру-
гими.
Макс. Что ты сказал?
Д ж о й. Я не хочу делить ее со всякой швалью!
Макс. Швалью! Что ты из себя строишь! Какое
высокомерие! (Ленни.) Ты будешь приводить ей вся-
кую шваль?
365
Л е н н и. У меня очень солидные клиенты, Джой.
Тебе с ними никогда не сравниться.
М а к с. А потому считай себя счастливчиком, если
мы тебя включим в ее клиентуру.
Джой. Вот уж не думал, что мне придется делить
ее с другими!
М а к с. Но тебе придется делить ее с другими. Или
она тут же уезжает в Америку. Понял? (Пауза.) И без
того дело непростое, а тут еще ты лезешь. Меня кое-
что беспокоит. Тот ли у нее уровень? А? Тебе виднее,
Тэдди. Ты считаешь, уровень есть? (Пауза.) Я вспом-
нил про динамо... Это что, в ее привычках? Тогда она
не годится. (Пауза.)
Тэдди. Это были просто любовные игры... Я по-
лагаю... полагаю... именно так и было.
Макс. Любовные игры? Битых два часа? Не хре-
на себе, любовные игры!
Л е н н и. Не думаю, что нас должно это беспоко-
ить, отец.
Макс. Откуда ты знаешь?
Л е н н и. Утверждаю как специалист. (Подходит
к Тэдди.) Послушай, Тэдди, ты ведь мог бы нам помочь.
Если бы я послал несколько открыток тебе в Америку...
знаешь, такие миленькие, с фамилией и телефоном,
очень скромные, ты мог бы раздать их... разным лицам,
которые собираются сюда. Конечно, ты будешь иметь
некоторый процент.
М а к с. То есть не надо говорить, что она — твоя
жена.
Л е н н и. Нет, мы назовем ее как-нибудь по-друго-
му. Долорес или как-нибудь еще.
Макс. Или Испанская Джекки.
366
Л е н н и. Не увлекайся, отец. Надо назвать ее как-
то поблагороднее... например, Цинтия или Джиллиан.
Пауза.
Джой. Джиллиан.
Пауза.
Л е н н и. Я хочу сказать, Тэдди, что ты наверня-
ка знаешь множество профессоров, заведующих ка-
федрами, в этом духе. Когда они живут здесь неделю
в «Савое», им нужно пойти в уютное место, чтобы
как следует дерануть хорошую сучку. И ты, безуслов-
но, в состоянии обеспечить их информацией из пер-
вых рук.
Макс. Конечно. Ты можешь дать им нужные све-
дения. Спорим, и двух месяцев не пройдет, как у нас
будет целый список желающих.
Л е н н и. Ты можешь стать нашим представите-
лем в Штатах.
Макс. Конечно. Мы выйдем на международную
арену! И тогда «Пан-Америкен» будет давать нам
скидку.
Пауза.
Тэдди. Она же постареет... очень скоро.
Макс. Нет... В наше-то время! Сейчас прекрасно
работает служба здоровья. Постареет! Как она может
постареть? Она же будет иметь колоссальное удо-
вольствие!
По лестнице спускается Рут. Она одета. Входит в комна-
ту, улыбается всем присутствующим и садится. Молчание.
367
Т э д д и. Рут... моя семья приглашает тебя остаться
подольше. Как бы... в гостях. Если тебе такая идея нра-
вится, я не возражаю. Дома мы справимся... до тех пор,
пока ты не вернешься.
Рут. Как мило с их стороны.
Пауза.
Макс. Это от чистого сердца.
Рут. Очень мило с вашей стороны.
Макс. Это доставит... удовольствие и нам.
Пауза.
Рут. Боюсь, это вас затруднит.
Макс. Затруднит? О чем ты говоришь! Какие за-
труднения? Послушай, что я тебе скажу. С тех пор, как
умерла бедная Джесси, — а, Сэм? — в этом доме не было
женщин. Ни одной. В этом доме. И скажу тебе почему.
Потому что образ их матери нам очень дорог, и другая
женщина... опорочила бы его. Но ты... Рут... ты не только
красивая, ты нам еще и родня. Ты родственница. Твое
место здесь.
Пауза.
Р у т. Я очень тронута.
Макс. Конечно, ты тронута. И я тронут.
Пауза.
Т э д д и. Только, Рут, должен тебе сказать... что,
если ты останешься, тебе придется потуже затянуть
поясок. В финансовом плане. Мой отец не слишком
богат.
Рут (Максу). Я сожалею.
368
Макс. Нет, просто ты должна будешь приносить
немного в дом, только и всего. Несколько пенсов. Не
больше того. Пока Джой не станет чемпионом. А ко-
гда он станет чемпионом... ну...
Пауза.
Т э д д и. Или ты можешь уехать со мной.
Л е н н и. Мы бы сняли тебе квартиру.
Пауза.
Рут. Квартиру?
Л е н н и. Да.
Рут. Где?
Л е н н и. В городе. (Пауза.) Но ты можешь жить
и здесь, с нами.
Макс. Конечно, можешь. Это твой дом. Можешь
остаться в лоне семьи.
Л е н н и. А туда будешь просто забегать на пару
часов по вечерам — только и всего.
Макс. Всего на пару часов, и всё. И всё.
Л е н н и. И будешь достаточно зарабатывать, что-
бы жить здесь.
Пауза.
Рут. Сколько в этой квартире будет комнат?
Л е н н и. Немного.
Р у т. Я бы хотела по крайней мере три и ванную.
Л е н н и. Тебе не нужны три комнаты и ванная.
Макс. Ванная ей нужна.
Л е н н и. Но не три комнаты.
Пауза.
369
Р у т. Я бы хотела. Правда.
Л е н н и. Достаточно двух.
Рут. Двух недостаточно. (Пауза.) Мне нужна гар-
деробная, комната отдыха и спальня.
Пауза.
Л е н н и. Хорошо, мы снимем тебе трехкомнатную
квартиру с ванной.
Рут. Какие там будут удобства?
Л е н н и. Все удобства.
Р у т. И горничная?
Л е н н и. Конечно. (Пауза.) Сначала мы тебя про-
финансируем, а потом, когда дело пойдет, будешь
возвращать нам частями.
Р у т. О нет, на это я не согласна.
Л е н н и. Почему нет?
Рут. Вы должны рассматривать ваши первона-
чальные расходы просто как капиталовложение.
Пауза.
Л е н н и. Понимаю. Хорошо.
Р у т. И, разумеется, вы обеспечите меня необхо-
димой одеждой.
Л е н н и. Мы обеспечим тебя всем. Всем, что необ-
ходимо.
Рут. Мне понадобится ужасно много. Иначе я бу-
ду недовольна.
Л е н н и. У тебя будет все.
Р у т. Я, естественно, составлю инвентарный спи-
сок всего, что мне необходимо, и в присутствии сви-
детелей вам надо будет там расписаться.
Л е н н и. Естественно.
370
Рут. Все аспекты соглашения и условий найма
должны быть к нашему общему удовлетворению про-
яснены прежде, чем мы подпишем контракт.
Л е н н и. Конечно.
Пауза.
Рут. Что ж, возможно, этот проект следует при-
знать реалистичным.
Л е н н и. Думаю, да.
М а к с. А весь день ты, конечно, будешь свободна.
Если будет желание, немного поможешь тут на кухне.
Л е н н и. Застелешь кровати.
Макс. Немного приберешься.
Т э д д и. Составишь им компанию.
Сэм (выступая вперед, на одном дыхании). Мак-
Грегор трахал Джесси на заднем сиденье моей маши-
ны, когда я их вез. (Он хрипло вскрикивает, падает
и лежит не двигаясь.)
Все смотрят на него.
Макс. Что с ним? Умер?
Л е н н и. Да.
Макс. Труп? Труп у меня на полу? Убрать его
отсюда! Вон его отсюда!
Джой (склонившись над Сэмом). Он не умер.
Л е н н и. Возможно, он был мертв в течение три-
дцати секунд.
М а к с. Он даже не умер!
Л е н н и (смотрит на Сэма). Да, еще дышит.
Макс (указывая на Сэма). Знаете, что было у это-
го человека?
Л е н н и. Почему было? Есть.
371
Макс. Есть! Больное воображение.
Пауза.
Рут. Да, ваша идея выглядит очень привлекательно.
Макс. Ты хочешь все уладить сегодня или пока
отложим?
Рут. Пока отложим.
Т э д д и (встает и смотрит на Сэма). Я хотел по-
просить его отвезти меня в аэропорт. (Идет к чемо-
данам и берет один.) А твой, Рут, я оставляю. Пойду
на метро.
Макс. Послушай, если ты пойдешь в другую сто-
рону, сначала налево, потом направо, — помнишь? —
там могут быть такси.
Т э д д и. Да, может быть, я так и сделаю.
Макс. Или можешь поехать на метро до «Пика-
дилли-сэркус», это всего десять минут, а потом отту-
да—в аэропорт на такси.
Т э д д и. Да, наверное, я так и сделаю.
М а к с. Но имей в виду, с тебя возьмут двойную
цену. За поездку в аэропорт и обратно. Потому что
туда больше шести миль.
Т э д д и. Да. Что ж, до свидания, отец. Будь здоров.
Они обмениваются рукопожатием.
Макс. Спасибо, сын. Послушай, что я тебе скажу.
Приятно было повидать тебя.
Пауза.
Т э д д и. А мне тебя.
Макс. Твои мальчики обо мне знают, а? По-
твоему, им будет приятно получить фотографию их
дедушки?
372
Т э д д и. Да, приятно.
Макс вытаскивает бумажник.
М а к с. У меня есть одна. Здесь, в бумажнике. Ми-
нутку. Вот. Эта им понравится?
Т э д д и (взяв фотографию). Они будут в востор-
ге. (Оборачивается к Ленни.) Прощай, Ленни.
Они обмениваются рукопожатием.
Ленни. Пока, Тэд. Рад был тебя повидать. Счаст-
ливо доехать.
Т э д д и. До свидания, Джой.
Д ж о й (не двигаясь). Пока.
Тэдди идет к входной двери.
Рут. Эдди.
Тэдди оборачивается. Пауза.
Не становись чужим.
Тэдди выходит и закрывает за собой входную дверь.
Молчание. Трое мужчин стоят. Рут в спокойной позе си-
дит на стуле. Сэм лежит не двигаясь. Джой медленно идет
по комнате и становится на колени у ее стула. Она легко
касается его головы. Он кладет голову ей на колени. Макс,
наклонясь над ними, раскачивается взад-вперед. Ленни
стоит неподвижно.
Макс (оборачивается к Ленни). Наверное, я слиш-
ком стар. Она считает меня стариком. (Пауза.) А я не
так уж и стар. (Пауза. Рут.) Думаешь, я слишком стар
для тебя? (Пауза.) Послушай, ты думаешь, ты всегда
будешь с этим увальнем, а? Думаешь, всегда будешь
его иметь... всегда... все время? Ты пойдешь работать!
373
И будешь их обслуживать, ясно? (Пауза.) Она это по-
нимает? (Пауза.) Ленни, ты думаешь, она понимает...
(начинает заикаться), что... что... что мы задумали?
Чего... мы хотим? Думаешь, это ей понятно? (Пауза.)
По-моему, не совсем. (Пауза.) Понимаешь, о чем я?
Послушай, у меня такое чувство, что она всем нам на-
тянет нос, спорим? Использует нас, она нас использу-
ет, это я тебе говорю! Я это чувствую! Спорим? (Пау-
за.) Она... не пойдет на уступки! (Начинает стонать,
хватает палку и падает на колени около ее стула. Его
тело оседает. Он прекращает стонать, выпрямляет-
ся. Все еще стоя на коленях, смотрит на нее.) Я не ста-
рик. (Пауза.) Ты меня слышишь? (Тянется к ней ли-
цом.) Поцелуй меня.
Она продолжает тихо поглаживать голову Джоя. Ленни
стоя наблюдает за ними.
Занавес
ПЕЙЗАЖ*
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Д а ф ф, мужчина за пятьдесят.
Бет, женщина под пятьдесят.
Кухня в загородном доме. Длинный кухонный стол. Бет
сидит в кресле в стороне от стола слева. Д а ф ф сидит на
стуле у стола справа. На заднем плане мойка, плита и про-
чее кухонное оборудование. За окном — вечернее освеще-
ние. Дафф во время своего монолога обращается к Бет,
но как бы не слышит того, что говорит она. Бет на протяже-
нии своего монолога не смотрит на Даффа и тоже как бы не
слышит, что говорит он. Оба они спокойны и раскованны.
Б е т. Я люблю стоять у моря на берегу.
Пауза.
Я там часто стою. Очень часто. Мне там нравится.
Люблю стоять на берегу.
Пауза.
Так вот, я стояла на берегу. У самого моря. У моря
всегда прохладно. А за дюнами жарко. На берегу про-
хладно. Я люблю там стоять.
Пауза.
* Harold Pinter. Landscape
© Neabar Investments Ltd 1967
© Козакова P., перевод на русский язык, 2006
375
На пляже много народу...
Пауза.
Все ходят по пляжу. Мужчины. В основном мужчи-
ны ходят туда-сюда по пляжу.
Пауза.
Я стала спускаться по дюнам к морю. Мой муж спал
за дюнами. Когда я встала, он повернулся на другой
бок. Веки опущены. Плавки немного сползли, и ви-
ден пупок. Он дремал... так сладко.
Пауза.
Хочешь ребенка? Это я сказала. Детей хочешь
иметь? Малыша? Нашего малыша? Правда, хорошо
бы завести ребенка?
Пауза.
Женщины, лежащие неподалеку, повернулись и по-
смотрели на меня.
Пауза.
Хочешь ребенка? Хочешь?
Пауза.
Женщины повернулись и уставились на меня. Я по-
шла, а они всё лежали и смотрели. Тогда я обернулась.
Пауза.
Что это вы уставились?
Пауза.
Я, конечно, так не сказала, я просто смотрела на них.
Стояла и смотрела.
Пауза.
376
Я красивая.
Пауза.
Я вернулась туда, где он лежал на песке. Он перевер-
нулся. Ступни в песке, голова на руках.
Д а ф ф. Собака сбежала. Я забыл тебе сказать.
Пауза.
Вчера мне пришлось ненадолго укрыться под дере-
вом. Дождь пошел. Забыл тебе сказать. Вместе с ка-
кими-то подростками. Незнакомыми.
Пауза.
Потом дождь начал стихать. А то лил как из ведра.
Я дошел до пруда. И тут почувствовал несколько
крупных капель. К счастью, я был недалеко от дере-
ва. Там я и спрятался. Забыл тебе рассказать.
Пауза.
Помнишь, какая вчера была погода? Помнишь этот
ливень?
Бет. Он почувствовал, что на него упала тень, и
посмотрел на меня снизу.
Д а ф ф. Жаль, у меня не было с собой хлеба. Я бы
покормил птиц.
Бет. Руки у него были в песке.
Д а ф ф. Птицы скакали вокруг дерева. Такой го-
мон подняли.
Б е т. Я легла рядом с ним, не прикасаясь к нему.
Д а ф ф. А больше никого под деревом не было. На
другой стороне пруда, тоже под деревом, стояли муж-
чина и женщина. Мне не хотелось промокнуть, и я
остался под деревом.
Пауза.
377
Да, забыл тебе сказать. Под деревом собака была
со мной.
Пауза.
Бет. Разве эти женщины знают меня? Что-то я их
не узнаю. Я их раньше никогда не видела. Я их не
знаю. Совершенно точно. Почему они на меня смот-
рят? Во мне нет ничего особенного. Во мне что-
нибудь не так? Я ничем не отличаюсь от других.
Д а ф ф. Собака не помешала бы мне кормить
птиц. Как только мы добрались до дерева, она тотчас
же уснула. Но даже если бы она не спала...
Пауза.
Бет. Мужчины всегда вежливо предлагали мне
руку, когда я выходила из машины, или проходила
в дверь, или спускалась по лестнице. Всегда. Если
они дотрагивались до моей шеи или руки, они это де-
лали очень деликатно. Все. Кроме одного.
Д а ф ф. Знаешь, по всему парку было полно поме-
та: на дорожках, у пруда. Собачий помет, утиный...
по всем дорожкам. Дождь его не смыл. Только после
дождя стало жутко скользко.
Пауза.
Утки укрылись на островке посреди пруда. Да я все
равно не стал бы их кормить. Я бы лучше покормил
воробьев.
Б е т. Я сейчас могла бы встать с кресла. Я такая
же, как и раньше. Правда, я одеваюсь иначе, но я все
еще красивая.
Долгая пауза.
378
Д а ф ф. Почему тебе как-нибудь не сходить со
мной к пруду, взяли бы с собой хлеба. Почему ты не
можешь это сделать?
Пауза.
В парке я иногда встречаю знакомых. Ты их всех то-
же знаешь.
Пауза.
Бет. Когда я поливала цветы, он стоял и наблюдал
за мной, он смотрел, как я ставлю цветы в вазу. Ему
нравилось, что я занимаюсь этим так серьезно. Я дела-
ла это очень сосредоточенно, я ему сказала, что собира-
юсь полить цветы и поставить срезанные цветы в вазу.
Он ходил за мной по гостиной на некотором расстоя-
нии и наблюдал, как я это делаю. Я поставила цветы
в вазу и стояла не двигаясь. Я слышала его шаги. Он до
меня не дотронулся. Я прислушивалась. Я смотрела на
белые и голубые цветы в вазе.
Пауза.
Потом он до меня дотронулся.
Пауза.
Он дотронулся до моей шеи. Легким движением
пальцев, едва ощутимым движением пальцев он при-
касался к моей шее.
Д а ф ф. Когда дождь перестал и я посмотрел на
другую сторону пруда, мужчины с женщиной под де-
ревом не было. Странно. В парке не было ни души.
Б е т. На мне был белый пляжный халат, а под ха-
латом — ничего.
Пауза.
379
На пляже никого не было. Вдали на волнорезе сидел
мужчина. Он сидел на солнце так далеко от меня, что
казался не больше булавочной головки. Я видела его,
когда стояла на дюнах или шла с берега за дюны. Ко-
гда я ложилась за дюнами, я его не видела, а значит,
и он не видел меня, когда я лежала.
Пауза.
Мне могло показаться, что он там сидит. Может,
на пляже вообще никого не было. Возможно, пляж
был совершенно пуст. Он не мог видеть моего мужа,
потому что мой муж все время лежал за дюнами.
Пауза.
Как сладко ты дремлешь, сказала я ему. Но меня не
проведешь... Я бесшумно легла рядом с ним.
Д а ф ф. Ну что ж...
Бет. Мою кожу...
Д а ф ф. Я теперь сплю хорошо.
Бет. ...покалывало.
Д а ф ф. Каждый день с вечера до утра, не просы-
паясь.
Б е т. Я уже искупалась.
Д а ф ф. Знаешь, может, это оттого, что я хожу на
рыбалку. Я узнал много нового про рыб.
Б е т. Но мне все еще казалось, что холодная вода
покалывает кожу.
Д а ф ф. Рыбы — крайне пугливые существа. С ни-
ми надо обращаться очень осторожно. На рыбной
ловле нужно вести себя спокойно. Не следует суе-
титься. Никогда.
380
Б е т. Я знала, что где-то поблизости есть отель,
где мы могли бы выпить чаю.
Долгая пауза.
Д а ф ф. Что бы там ни было, но и мне наконец по-
везло. Когда я выбрался из парка, пивные уже были
открыты.
Пауза.
Я и подумал, что неплохо бы заглянуть в пивную —
пропустить кружечку. Забыл тебе рассказать. В пивной
я познакомился с одним типом. Сначала я поговорил
с хозяином. Он меня знает. А потом пришел этот псих.
Он заказал кружку и тут же стал ругать пиво. Он мне
здорово надоел.
Бет. Наверное, бар отеля был уже открыт. Мы бы
посидели в баре. Он бы предложил мне выпить. Что
бы я выпила? А он что? Что бы он захотел выпить?
Когда он будет делать заказ, я услышу его голос. А еще
он спросит у меня, что я хочу выпить. Потом он сдела-
ет заказ, и я еще раз услышу его голос.
Д а ф ф. Это не пиво, а моча, сказал тот тип. Его не-
возможно пить. А я ему говорю, что пиво совершенно
нормальное. И вовсе не нормальное, говорит он, я уже
вам сказал, что это за пиво. А я ему говорю, да это луч-
шее пиво во всей округе. Вовсе нет, говорит он, это мо-
ча. Хозяин взял у него кружку и попробовал пиво. Хо-
рошее пиво, говорит хозяин. Кто-то перепутал бочо-
нок из-под пива с ночным горшком, сказал этот тип.
Пауза.
Тут хозяин бросил на прилавок монету в полкроны
и велел ему забрать деньги. А тот говорит, что кружка
381
стоит на три пенса меньше, так что он должен хозяину
три пенса, но у него сейчас нет мелочи. Три пенса, го-
ворит хозяин, отдайте от моего имени вашему сыну.
У меня нет сына, говорит этот тип, у меня никогда не
было детей. Бьюсь об заклад, говорит хозяин, что вы
и не женаты. А этот тип и говорит, да, я не женат. Ни-
кто не хочет за меня замуж.
Пауза.
А потом он попросил хозяина и меня выпить вместе
с ним. Хозяин сказал, что он выпьет кружку. Я сразу
ничего не ответил, тогда он подошел ко мне и говорит:
выпей со мной, ну выпей со мной.
Пауза.
Он положил на прилавок десять шиллингов и сказал,
что он тоже выпьет кружку.
Долгая пауза.
Бет. Потом я быстро встала, спустилась на пляж и
вошла в воду. Я не плавала. Я не умею плавать. Я ка-
чалась на волнах. Я лежала на воде. Волны были не-
большие. Я чувствовала их затылком.
Долгая пауза.
Д а ф ф. Когда будет хорошая погода, ты бы посиде-
ла в саду. Тебе там понравится. Свежий воздух. Я часто
сижу в саду. И собаке там хорошо.
Пауза.
Я посадил цветы. Тебе будет приятно смотреть на
цветы. Ты сможешь срезать цветы и забрать их в дом.
Тебя никто не увидит. Там никто не бывает.
Пауза.
382
Нам здорово повезло. Мы можем жить в доме мисте-
ра Сайкса в тишине и покое. Я подумал, что мы мог-
ли бы пригласить в гости моих знакомых из деревни,
но потом передумал. Ни к чему это.
Пауза.
Знаешь, чего в саду очень много? Бабочек.
Бет. Потом я сняла купальник и надела пляжный
халат. Под халатом на мне ничего не было. На пляже —
ни души. Только вдали на волнорезе пожилой мужчи-
на. Я легла рядом с мужем и прошептала: «Хочешь ре-
бенка? Ребенка? Нашего ребенка? Хорошо бы завести
ребенка».
Пауза.
Д а ф ф. Жуть, какой был ливень, помнишь?
Пауза.
Подростки, укрывшиеся от дождя под тем же деревом,
что и я, все время шушукались и смеялись. Я прислу-
шался, стараясь понять, над чем они смеются, но не ра-
зобрал ни слова. Они говорили шепотом. Я прислуши-
вался, но никак не мог разобрать, над чем это они так
смеялись...
Пауза.
Так и не понял.
Пауза.
Знаешь, я помню, ты молодая редко смеялась. Ты
была очень серьезная.
Долгая пауза.
383
Б е т. Ах вот почему он выбрал такое уединенное
место. Он хотел, чтобы я могла спокойно рисовать.
Я взяла с собой альбом. Достала его. Вынула каран-
даш. Вообще-то там нечего было рисовать. Только
пляж да море.
Пауза.
Я могла бы нарисовать его. Но он не хотел, чтобы я
его рисовала. Он засмеялся.
Пауза.
Я тоже засмеялась.
Пауза.
Я подождала, пока он кончит смеяться, потом улыб-
нулась и отвернулась от него. Он коснулся моей спи-
ны и повернул меня к себе. Я сморщила нос, и мы по-
смеялись.
Пауза.
Он смеялся надо мной. Точно, надо мной. Поэтому я
и не стала его рисовать.
Долгая пауза.
Д а ф ф. Когда ты была молодая, ты была отличной
хозяйкой. Помнишь? Я гордился тобой. Ты никогда не
суетилась, дом содержала в идеальном порядке и рабо-
ту всегда выполняла спокойно. Он мог на тебя поло-
житься. И он это понимал. Он доверял тебе вести хо-
зяйство и знал, что все будет на высшем уровне. Пом-
нишь, мы с ним поехали на север? Это было длинное
384
путешествие. Когда мы вернулись, он был очень дово-
лен тем, как ты присматривала за домом, все было в по-
рядке, все работало как по часам.
Пауза.
Ты по мне скучала. Когда я вошел в кухню, ты стоя-
ла не шевелясь. Я пересек кухню и подошел к тебе.
Пауза.
Я до тебя дотронулся.
Пауза.
Мне надо было что-то тебе рассказать. Помнишь, я не
стал сразу говорить тебе об этом, решил подождать
до утра.
Пауза.
Я рассказал тебе, что я тебе изменил, предал тебя.
Пауза.
Ты не заплакала. У нас было немного свободного вре-
мени. Мы взяли собаку и пошли к пруду. Потом мы
постояли под деревом. Я не понял, зачем ты взяла с со-
бой дорожную сумку. Я спросил тебя об этом. Я спро-
сил, что у тебя в сумке. Там был хлеб. Ты кормила
уток. А потом мы опять стояли под деревом и смотре-
ли на другую сторону пруда.
Пауза.
Когда мы вернулись домой, ты взяла в ладони мое
лицо и поцеловала меня.
13 Зак. .V. 2322
385
Бет. Мне совсем не хотелось выпивать.
Пауза.
Я нарисовала на песке лицо, потом пририсовала тело.
Женское. А рядом — мужское. Они как бы лежали,
не прикасаясь друг к другу. Это были какие-то стран-
ные фигуры, не очень похожие на человеческие, ветер
гнал песок, и контуры рисунков стали исчезать.
Я подползла к нему, положила голову ему на руку и
прикрыла глаза. Сквозь полуопущенные веки перед
глазами мелькали красные и черные мушки. Я потер-
лась щекой о его руку. А красные и черные мушки все
мелькали у меня перед глазами сквозь полуопущен-
ные веки. Я уткнулась ему в бок и совсем закрыла
глаза.
Долгая пауза.
Д а ф ф. Помнишь, мистер Сайке сразу же взял нас на
работу в тот день, когда мы пришли к нему наниматься?
Пауза.
Он тогда сказал, ему кажется, что мы с тобой можем
хорошо сработаться. Помнишь? Так и вышло. Точно
так. Я был хорошим шофером, отлично чистил обувь,
я вполне оправдывал свою зарплату. Я все умел делать.
Он никогда не испытывал неудобств, ни в чем. А ведь
он был мрачный и придирчивый.
Пауза.
Мне никогда не было его жалко, никогда, хотя он
и был очень одинок.
Пауза.
386
Он сам выбрал тебе красивое голубое платье для ра-
боты. Ему было небезразлично, как ты выглядишь,
ему хотелось, чтобы при гостях ты выглядела хорошо.
Бет. Он повернулся и обнял меня одной рукой.
Д а ф ф. Ты хочешь, чтобы я с тобой поговорил?
Пауза.
Хочешь, я расскажу тебе обо всем, чем я занимался?
Пауза.
Все, о чем я думал?
Пауза.
Хочешь?
Пауза.
Мне кажется, тебе это будет интересно.
Бет. Потом он прижал меня покрепче.
Долгая пауза.
Д а ф ф. Он был заинтересован в том, чтобы ты
была хорошо одета и производила приятное впечат-
ление на гостей.
Б е т. Я доехала до перекрестка на автобусе и по-
шла по переулку мимо старой церкви. Было ти-
хо, только птицы щебетали. Посредине крикетного
поля ходил старик, он нагнулся, будто искал что-то.
Я укрылась от солнца под деревом.
Пауза.
Потом я услышала шум мотора. Водитель машины
увидел меня и остановился. Я стояла не шевелясь.
Машина тронулась и медленно поехала в мою сторону.
387
По пыльной дороге я обошла машину спереди. Солн-
це светило мне в глаза, и я не видела водителя. А он
за мной наблюдал. Я подошла к дверце, она была за-
перта. Я наклонилась и посмотрела на водителя. Он
перегнулся через сиденье и открыл дверцу. Я села ря-
дом с ним на переднее сиденье. Он быстро развер-
нулся, моментально, как бы одним движением, и мы
поехали по переулку до перекрестка, а потом к морю.
Пауза.
Д а ф ф. Знаешь, многие нам завидуют, потому что
мы живем в этом доме и он весь принадлежит нам.
Слишком большой дом для двоих.
Бет. Он сказал, что здесь есть безлюдный пляж,
о котором никто не знает. Туда мы и направляемся.
Д а ф ф. Я был очень нежен с тобой. В тот день я
был к тебе очень внимателен. Я знал, что у тебя плохое
настроение, поэтому обращался с тобой как с ребен-
ком. По дороге домой я все время держал тебя за руку.
Ты взяла мое лицо в ладони и поцеловала меня.
Б е т. У меня в сумке была еда, я ее сама пригото-
вила. Я даже хлеб сама испекла.
Д а ф ф. Я не стал тебе рассказывать об этой девуш-
ке. Ни к чему было вдаваться в подробности. Я решил
не делать этого.
Бет. Окна машины были открыты, а верх — поднят.
Пауза.
Д а ф ф. В ту пятницу мистер Сайке устраивал
ужин. Он похвалил тебя за еду и прекрасное обслу-
живание.
Пауза.
388
У него в гостях были две женщины. И больше нико-
го. Я их никогда раньше не видел. Может, это были
его мать и сестра.
Пауза.
Было довольно поздно, когда он захотел кофе. К это-
му времени я уже лег спать. Я, наверно, должен был
спуститься в кухню и помочь тебе, но в тот день я
очень устал.
Пауза.
Я проснулся, когда ты легла рядом. В тот день ты совер-
шенно сбилась с ног. Едва твоя голова коснулась по-
душки, как ты тотчас же заснула. Откинулась на спину
и... заснула.
Бет. Он был прав. Место было уединенное. На
пляже ни души.
Д а ф ф. Я тут на днях осмотрел дом. Все собирал-
ся тебе об этом сказать. Скопилось много пыли. Надо
бы мебель протереть полировкой.
Пауза.
Мы можем подняться в гостиную и открыть там ок-
на. Я вымою хрустальные графины. Мы могли бы
как-нибудь посидеть наверху и выпить, если выдаст-
ся приятный вечер.
Пауза.
Кажется, у нас завелась моль. Когда я раскрыл што-
ры, из них вылетела моль.
Пауза.
Бет. Конечно, когда я состарюсь, я не буду такая же,
как сейчас, конечно же не буду. И юбки такие не смогу
389
носить, и ноги у меня будут не такие красивые, я поста-
рею и изменюсь, и это неизбежно.
Д а ф ф. По крайней мере... по крайней мере, я те-
перь могу спокойно пойти в пивную или к пруду и ни-
кто не капает мне на мозги.
Долгая пауза.
Бет. Видишь ли, все это... твое невесомое прикос-
новение, нежный взгляд, прикосновение твоих пальцев
к моей шее, твои глаза, тишина кругом — все это мне
так по душе; и красивый букет в вазе, и прикосновение
к цветам — все это меня так волнует.
Пауза.
Я часто наблюдала за людьми. Я видела много людей
на своем веку.
Пауза.
Мимо проносятся машины. Рядом с мужчинами де-
вицы. Машины подпрыгивают, а эти куклы верещат.
Пауза.
Люди в баре отеля тоже верещали. Девицы с длинны-
ми волосами. Все улыбаются.
Д а ф ф. Все ерунда. Главное, что мы вместе. Это
самое главное.
Долгая пауза.
Б е т. Я встала рано. У меня было много работы по
дому. Накануне вечером я положила посуду в мой-
ку и залила водой. Посуда в мойке за ночь отмокла.
Так ее легче мыть. Собака проснулась и ходила за
390
мной по дому. Утро было туманное. Легкий туман шел
от реки.
Д а ф ф. Этот придурок в пивной делал вид, что он
большой специалист по пиву. Он и понятия не имел,
что я специально учился, как хранить пиво. Я свое
дело знал хорошо.
Б е т. Я открыла дверь и вышла наружу. На улице
никого не было. Солнце уже встало. Вся земля была
мокрая, вся покрыта влагой.
Д а ф ф. Тот, кто занимается хранением пива, от-
вечает за его качество. Он встает рано утром и помо-
гает вознице управиться с бочками. Они скатывают
бочки по желобу через люк погреба. На веревке их
опускают на подставки, кладут набок и надевают на
них обода, а затем с помощью рычага и противовеса
ставят на стеллажи.
Бет. Было все еще туманно, но постепенно туман
рассеивался.
Д а ф ф. Затычку ставят по вертикали в специаль-
ное отверстие. Молотком в нее насквозь забивают ко-
лышек, а потом его вынимают, чтобы пиво дышало.
Бет. Светило солнце, но воздух еще был сырой.
Ветки деревьев были похожи на перья.
Д а ф ф. Потом приделывают кран.
Б е т. На мне было голубое платье.
Д а ф ф. Пиво держат в бочке три дня, на бочки на-
кидывают влажные мешки. Пол в погребе ежедневно
поливают из шланга, мешки на бочках смачивают.
Бет. Было прекрасное осеннее утро.
Д а ф ф. Трубы, по которым пиво поступает к на-
сосу в баре, тоже надо промывать ежедневно.
Б е т. Я стояла окутанная туманом.
391
Д а ф ф. Потом начинайте выкачивать пиво, выка-
чивайте осторожно, пока не дойдете до осадка. С осад-
ком самая возня. У вас должна быть запасная пустая
бочка. Сливайте осадок в запасную бочку, а потом от-
правьте ее в пивоварню.
Б е т. На солнце.
Д а ф ф. Каждый день проверяйте уровень пива
в бочке медным стержнем, чтобы знать, сколько у вас
пива. Мелом отмечайте на бочках уровень. Тогда у вас
будет полная ясность и вы всегда будете знать, сколь-
ко пива осталось в бочке.
Б е т. Я вернулась в кухню и присела на стул.
Д а ф ф. Этот придурок в пивной сказал мне, что он
крайне удивлен. Он сказал, что впервые слышит, что
пол в погребе надо поливать из шланга. Он думал, что
в погребах устанавливают автоматическую систему
охлаждения. Он думал, что баночное пиво насыщают
кислородом из баллонов. А я ему объяснил, что я имел
в виду не баночное пиво, а нормальное, бочковое. Он
тогда сказал, что всегда думал, что пиво из контейне-
ров накачивают в банки. А я ему ответил, что вполне
возможно, но что я говорил о пиве высшего качества,
бочковом. Он со мной согласился.
Пауза.
Бет. Собака уселась на полу возле меня. Я ее погла-
дила В окно было видно всю долину. В долине я увиде-
ла детей. Они бежали по траве вверх по склону холма.
Долго сидят молча.
Д а ф ф. В тот вечер я так и не увидел твоего лица.
Ты стояла у окна Ночь была очень темная. Лил дождь.
392
Он стучал по окнам, отскакивал от оконных стекол. Ты
знала, что я вошел в комнату, но не повернулась. Я по-
дошел к тебе. Куда ты смотрела? Ведь за окном было
очень темно. В стекле я видел твое отражение, очерта-
ния твоей фигуры. На стекле было одно светлое пят-
но — должно быть, твое лицо светилось в темноте.
Я стоял рядом с тобой. Казалось, что ты в забытьи.
Не прикасаясь к тебе, я чувствовал твое тело.
Долгая пауза.
Бет. Когда я рисую, я всегда помню об основных
законах светотени. Предметы, поглощающие свет,
бросают тень. Тень вытесняет свет. Форма тени зави-
сит от формы предмета, от которого падает тень. Впро-
чем, не всегда. То есть не всегда впрямую. Иногда не-
возможно определить, от какого предмета падает тень.
Пауза.
Но я всегда помню о правилах техники рисунка.
Пауза.
Главное — не сбиться с толку. Не утратить остроту
ощущения.
Пауза.
Д а ф ф. Раньше ты носила пояс из цепочки. На
нем висели ключи, наперсток, записная книжка, ка-
рандаш и ножницы.
Пауза.
Ты стояла в прихожей и била в гонг.
Пауза.
393
Какого черта ты бьешь в этот дурацкий гонг?
Пауза.
Маразм какой-то. Стоять в пустой прихожей и бить
в этот идиотский гонг. Никто не услышит твой гонг.
Здесь никого нет. В доме нет никого. Я один тут остал-
ся. И обеда нет. Нет обеда. Ни жаркого, ни пирога, ни
овощей, ни мяса. Проклятье.
Пауза.
Бет. Чтобы не сбиться с толку... Я попросила его
повернуться и посмотреть мне в глаза, он повернулся
и посмотрел, но я не видела его глаз.
Пауза.
Я не могла понять, смотрит он на меня или нет.
Пауза.
А ведь он повернулся и вроде бы смотрел на меня.
Д а ф ф. Я снял с тебя пояс, и тогда наперсток, клю-
чи и ножницы соскользнули на пол. Я дал по гонгу но-
гой, и он отлетел в сторону. Прибежала собака. Я ду-
мал, что ты подойдешь ко мне, бросишься в мои объя-
тия и поцелуешь меня, я думал... ты даже отдашься
мне. Я бы овладел тобой прямо перед собакой, как на-
стоящий мужчина, в прихожей на полу, на каменном
полу, и я бил бы в гонг; смотри не напорись на ножни-
цы, я брошу их подальше вместе с наперстком, пусть
собака погоняет наперсток по полу; а ты будешь умо-
лять меня, чтобы я тобой овладел, а я буду бить в гонг,
и, если гонг будет звучать глухо, я повешу его обратно
на крюк и прижму тебя к гонгу, и ты будешь сотря-
саться вместе с гонгом, мы поднимем шум, сзывая всех
394
к ужину, к обеду, а ну доставай бекон, разбей свою го-
лову о гонг, да смотри, чтоб собака не проглотила на-
персток, бей в гонг...
Долгая пауза.
Бет. Он лежал чуть выше и смотрел на меня свер-
ху. Я прижалась плечом к его бедру.
Пауза.
Он так нежно коснулся моей шеи, так нежно поцело-
вал меня в щеку.
Пауза.
Я положила руку ему на грудь.
Пауза.
Как приятно чувствовать телом песок. Чувствовать
кожей прикосновение песчинок.
Пауза.
Надо мной небесная твердь. Слышен морской прибой.
Пауза.
О моя единственная любовь, сказала я.
Занавес
НА БЕЗЛЮДЬЕ*
Посвящается Джимми У эксу
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
X е р с т, мужчина за шестьдесят.
С п у н е р, мужчина за шестьдесят.
Ф о с т е р, мужчина за тридцать.
Б р и г г з, мужчина за сорок.
Просторная гостиная лондонского дома на северо-запад-
ной стороне. Добротная, но скудная мебель. Вольтеровское
кресло, в которое садится X е р с т. Книжная стенка, где
различные керамические изделия, в том числе две большие
пивные кружки, служат подставками.
На окне тяжелые занавеси.
Главный предмет обстановки — старинный сервант с мра-
морной столешницей, обнесенной медными перильцами,
с открытыми полками, уставленными различными бутылка-
ми: крепкие напитки, аперитивы, пиво и т. д.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Лето. Ночь
С п у н е р стоит посреди комнаты. На нем заношенный кос-
тюм, темная выцветшая сорочка, мятый галстук в крапинку.
X е р с т у серванта наливает виски. Одет с иголочки: спортив-
ная куртка, отлично скроенные брюки.
* Harold Pinter. No Man's Land
© Neabar Investments Ltd 1974
© Муравьев В., перевод на русский язык, 2006
396
X е р с т. Не разбавлять?
С п у н e p. Нет, не разбавлять, пожалуйста, ничем
не разбавлять.
Херст подносит ему стакан.
Спасибо. Как это любезно с вашей стороны. Право,
как любезно.
Херст наливает себе водки.
Херст. Будем.
С п у н е р. Ваше здоровье.
Пьют. Спунер прихлебывает. Херст выпивает водку зал-
пом, снова наливает, отходит к своему креслу и садится.
Спунер допивает стакан.
Херст. Наливайте сами, пожалуйста.
Спунер. Ужасно любезно с вашей стороны.
Подходит к серванту, наливает, оборачивается.
Доброго вам здоровья. (Пьет.) О чем бишь я гово-
рил, когда мы подошли к вашим дверям?
Херст. А-а... да, припоминаю.
Спунер. Да! Я говорил о силе. Помните?
X е р с т. О силе. Ну да.
Спунер. Да. Я, знаете, как раз собирался сказать,
что есть такие люди, с виду сильные и мыслят насчет
силы очень убедительно; мыслить-то мыслят, а факти-
чески без толку. Что у них есть, так это сноровка, а не
сила. Они выработали и соблюдают всего-навсего рас-
считанную позу. В половине случаев это действует.
Только эдакий умный и проницательный человек спо-
собен раскусить эту позу и разобраться, что ядрышко,
по сути дела, трухлявое. Вот я такой человек.
397
X е р с т. То есть не такой, а эдакий?
С п у н е р. Ну да, эдакий, человек умный и прони-
цательный. Нет, не такой, боже упаси, вовсе нет.
Ни в коем случае.
Пауза.
Ничего, если я лишний раз скажу, как это было с ва-
шей стороны любезно, меня пригласить? Собственно,
вы — сама любезность, может статься, даже приснолю-
безность, в Англии и Хампстеде, ныне и во веки веков.
Оглядывает гостиную.
Какая изумительно приятная комната. Мне здесь так
спокойно. Бестревожно. Только, пожалуйста, не волнуй-
тесь, я долго не пробуду. Я ни с кем долго никогда не бы-
ваю. Не хотят. И для меня это очень удачно складывает-
ся. Единственная моя, знаете, надежность, истинный мой
уют и утешение в том, что я добиваюсь от всех людей
безразличия на общем и постоянном уровне. Тем самым
я могу быть уверен, что мыслю о себе правильно, что я
определен как таковой. Если же кто вздумает проявить
ко мне интерес или, не дай бог, проникнется чем-то вро-
де приязни ко мне, то я приду в состояние острейшего
беспокойства. По счастью, такая опасность невелика.
Пауза.
Я говорю с вами столь сверхоткровенно лишь пото-
му, что вы явно человек сдержанный, а это импони-
рует, что вы к тому же чужой мне человек, и потому
еще, что вы — сама любезность.
Пауза.
И часто вы обретаетесь в Хампстедском парке?
398
X е р с т. Нечасто.
С п у н е р. Но во время ваших вылазок... положим,
крайне редких... во время ваших редких вылазок... вы
вряд ли ожидаете натолкнуться на подобных мне?
Видимо, так?
X е р с т. Вряд ли.
С п у н е р. Я-то часто обретаюсь в Хампстедском
парке и ничего не ожидаю. Слишком я стар, чтобы
ожидать чего бы то ни было. Вы согласны?
X е р с т. Согласен.
С п у н е р. Поистине кругом ловушки и силки. Но
все же я, само собой, немало наблюдаю, поглядываю
меж ветвей. Один остряк изволил меня однажды обо-
звать «в промежность веточек подглядчик». По-моему,
весьма неуклюже.
X е р с т. Малоудачно.
С п у н е р. Ах, как вы правы, боже мой.
Пауза.
X е р с т. Тоже мне остряк.
С п у н е р. Вы как нельзя более правы. Ведь у нас
всего и осталось что родной язык. Можно ли его спа-
сти — вот в чем, по-моему, вопрос.
X е р с т. То есть от чего зависит его спасение?
С п у н е р. Примерно так.
X е р с т. Его спасение, должно быть, зависит
от вас.
С п у н е р. Необычайно любезно с вашей стороны.
И от вас, вероятно, тоже, хотя покамест не имею доста-
точных оснований это утверждать.
X е р с т. В том смысле, что я больше помалкивал?
399
С п у н е р. Вы немногословны. Это большое облег-
чение. Представьте, что не я один, а оба мы тараторим
наперебой, — каково? Попросту нестерпимо.
Пауза.
Кстати же насчет подглядывания, я тут чувствую, что
обязан внести ясность. Секс я не подглядываю. Это де-
ло навеки прошлое. Вы меня понимаете? Когда раз-
двинутые ветви являют передо мной, скажем так, сек-
суальные перипетии в прямом и переносном смысле,
мне видны одни глазные белки, они наплывают и заса-
сывают, и не отодвинуться, а если ты не можешь как
следует отодвинуться от людей, если утратишь сто-
ронний взгляд на вещи, то игра уже не стоит свеч, за-
будь о ней и помни только, что кругозор твой спасает
отдаление, причем отдаление в лунном свете, и доста-
точное отдаление.
X е р с т. Чувствуется большой опыт за вашими
плечами.
С п у н е р. И за душой не меньше. Да что опыт, су-
щие пустяки. У всякого он есть, всякий его по-своему
распишет. Пусть его толкуют психологи, пусть разма-
зывают сновидения. Хотите, я и сам вырисую вам лю-
бой опыт, на ваш вкус или на мой? Детские игры. На-
стоящее нас грубо обкрадывает. А я поэт. Мое место
там, где я бессменный творец жизни.
Херст встает, подходит к серванту, наливает водку.
Что, я слишком далеко зашел?
Херст. Надеюсь, что вы зайдете много дальше.
С п у н е р. Правда? Но это не к тому, что я вас, не
дай бог, заинтересовал собой?
400
X е р с т. Ничуть.
С п у н е р. Вот и слава богу. А то у меня прямо
сердце упало.
Херст отводит занавесь, глядит в окно, роняет занавесь,
остается на месте.
И тем не менее вы правы. Инстинкт вас не подвел.
Я могу пойти и дальше, в том и в другом смысле. Могу
наступать, могу закрепиться на позициях, произвести
отвлекающий маневр, подтянуть кавалерию, отсту-
пить или же ринуться вперед напропалую, сознавая,
что если радость преизобилует, то радости несть пре-
град. Я имею в виду, как вы, наверно, уловили, что я
свободный человек.
Херст наливает себе еще водки и выпивает ее. Он ставит
стакан, осторожно подходит к креслу, садится.
Херст. Давненько в нашем доме не бывало сво-
бодного человека.
С п у н е р. В нашем?
X е р с т. В моем.
С п у н е р. А кроме вас?
Херст. Что — кроме меня?
С п у н е р. Есть здесь еще люди? Еще кто-нибудь?
Херст. Какие люди?
С п у н е р. Там у вас на полке две кружки.
Херст. Вторая для вас.
С п у н е р. А первая?
Херст. Хотите первую? Может, хотите чего-
нибудь закусить?
С п у н е р. Не рискну. Я уж лучше остановлюсь на
виски.
Херст. Наливайте себе*
401
С п у н е р. Спасибо.
Подходит к серванту.
X е р с т. Мне тоже виски, будьте так добры.
С п у н ер. Да ради бога. А вы разве не водку пили?
X е р с т. Теперь почту за честь выпить с вами виски.
Спунер наливает.
С п у н е р. Вам ничем не разбавлять, не смягчить?
X е р с т. Нет, ничем не смягчать.
Спунер подносит Херсту его стакан.
Спунер. Самого доброго вам здоровья.
X е р с т. Вам того же.
Пьют.
Скажите-ка... а вы часто обретаетесь в питейном за-
ведении Джека Соломинки?
Спунер. Яс детства тамошний завсегдатай.
X е р с т. Ну и что, нынче он не хуже кабак, чем был
в разбойничью пору, когда тамошние завсегдатаи были
разбойники? К примеру, тот же Джек Соломинка Ве-
ликий Джек Большая Соломинка. Как там, по-вашему,
многое с тех пор изменилось?
Спунер. Там изменилась моя жизнь.
X е р с т. Господи боже! Да неужели?
Спунер. Мне припомнилась летняя ночь, когда
мы выпивали с одним венгерским эмигрантом, при-
езжим из Парижа.
X е р с т. Выпивали из одной посудины?
Спунер. Отнюдь. Вы, я так полагаю, догадались,
что это был выходец из венгерской аристократии?
402
X е р с т. Я так полагаю, догадался.
С п у н е р. В тот летний вечер я при его посред-
стве впервые осознал, как спокойно можно жить сре-
ди гогочущих йэху. Он произвел на меня необычайно...
успокоительное воздействие, и это без всякого стара-
ния, без всякого... желания воздействовать. Он был го-
раздо старше меня. Мои ожидания в те дни, а в те дни
я, признаюсь, имел ожидания, никак не включали его
в пределы допустимого. Я доплелся до Хампстедско-
го парка, одержимый воспоминаниями более мер-
зостными, нежели обычно, и вдруг обнаружил, не
слишком тому удивившись, что заказываю пиво
у стойки упомянутого заведения. Получив оное и ми-
новав сугубо отвратное скопище низкопоклонству-
ющих грамотеев, я с кружкой в руке ненароком набрел
на столик, где он являл свою плешь, загар и покой.
О, как же он был плешив!
Пауза.
И кажется, когда добрая половина кружки безвоз-
вратно исчезла в моих недрах, я высказался внезап-
но, внезапно высказался и услышал... отзвук, да, ина-
че не назовешь, отзвук, подобных которому...
X е р с т. Что он пил?
С п у н е р. Как?
X е р с т. Что он пил?
С п у н е р. Перно.
Пауза.
И приблизительно в этот миг я интуитивно убедил-
ся, что он наделен ясностью духа в такой степени, по-
добной которой я никогда не встречал.
403
X е р с т. Что он сказал?
Спунер изумленно взирает на него.
С п у н е р. Вы полагаете, будто я помню, что он
сказал?
X е р с т. Нет, не полагаю.
Пауза.
Спунер. Что он там сказал... после стольких
лет... это ни так, ни сяк не относится к делу. Что он
сказал — неважно; а, по-видимому, то, как он си-
дел, — вот что осталось со мною на всю жизнь и, это
уж я вполне уверен, сделало меня таким, каков я есть.
Пауза.
И вас я встретил нынче вечером в том же заведении,
хоть и за другим столиком.
Пауза.
И как тогда я был им поражен, так теперь поражен
вами. Но останусь ли я поражен вами до завтра, как
остался поражен им доныне? Ведь пораженье пора-
женью рознь.
X е р с т. Не могу вам сказать.
С п у н е р. И никто не сможет.
Пауза.
У меня к вам еще один вопрос. Вы себе представляе-
те, откуда я черпаю силу?
X е р с т. Силу? Нет, не представляю.
Спунер. Меня никогда не любили. Вот откуда я
черпаю силу. А вас? Когда-нибудь? Любили?
X е р с т. Да нет, вряд ли.
404
С п у н е р. Однажды я заглянул в лицо своей мате-
ри. Оно выражало не что иное, как безграничную зло-
бу. Мне еще повезло, что хоть жив остался. Вы, конеч-
но, полюбопытствуете, чем я заслужил такую мате-
ринскую ненависть.
X е р с т. Описались.
С п у н е р. Совершенно верно. И сколько лет, как
вы думаете, мне было в то время?
X е р с т. Двадцать восемь.
С п у н е р. Совершенно верно. Впрочем, я вскоре
покинул родительский кров.
Пауза.
Должен сказать, что моя мать по-прежнему остается
неотразимой женщиной во многих отношениях.
Пышней, чем у нее, не бывает.
Херст выжидательно смотрит на него.
Булочек с изюмом. Пышнее не бывает.
Херст. Вы не будете так любезны налить мне
еще глоток виски?
С п у н е р. Разумеется.
Берет стакан, наливает в него виски, протягивает Херсту.
Пожалуй, настало время представиться. Меня зовут
Спунер.
Херст. А-а.
С п у н е р. Я стойкий приверженец искусств, в осо-
бенности поэтического искусства, и наставник молоде-
жи. Я держу открытый дом. Ко мне приходят юные по-
эты, читают мне свои стихи. Слушают мое мнение, пьют
мой кофе, причем бесплатно. Допускаются женщины,
405
некоторые из них поэтессы. Некоторые — нет. Мужчи-
ны тоже не все поэты. Большей частью нет. Но окна
в сад распахнуты, жена моя разливает оранжад по фуже-
рам, звенят кубики льда, летний вечер, то один, то дру-
гой юный голос разольется в балладе, юные тела про-
стерты в сумеречном свете, жена моя скользит из тени
в тень в своем длинном платье — какой в этом вред? То
есть кто может нас в чем-либо упрекнуть? Какой укор
можно обратить к тому, что является, au fond*, стремле-
ньем поддержать искусство, а с ним и добродетель?
X е р с т. А с ним и добродетель. (Поднимает ста-
кан.) Всяческого вам здоровья.
Спунер впервые присаживается.
С п у н е р. Когда у нас был коттедж... когда у нас
был свой коттедж... наши гости пили чай на лужайке.
X е р с т. И у меня тоже.
Спунер. Тоже на лужайке?
X е р с т. И у меня тоже.
Спунер. Тоже был коттедж?
X е р с т. Пили чай на лужайке.
Спунер. Куда они делись? Куда делись наши
коттеджи? Куда девались наши лужайки?
Пауза.
Смелее. Откройтесь мне. Вы ведь уже приоткрылись.
Вы, несомненно, упомянули о своем прошлом. К чему
заминка? У нас есть нечто общее: наша память о сель-
ских усладах. Оба мы англичане.
Пауза.
* В сущности (франц.).
406
X е р с т. В той деревенской церкви балки были
увешаны гирляндами в честь юных покойниц-прихо-
жанок, слывших девственницами.
Пауза.
Положим, гирлянд удостаивались не одни девушки,
но и все те, кто, не вступая в брак, унес с собой в мо-
гилу незапятнанный цветок непорочной жизни.
С п у н е р. То есть почести эти воздавались не
только юным прихожанкам, но и юным прихожанам?
X е р с т. Именно.
С п у н е р. И старики прихожане, скончавшиеся
холостяками, тоже удостаивались гирлянды?
X е р с т. Конечно.
С п у н е р. Я восхищен. Так расскажите же. Рас-
скажите еще о старых добрых извращениях, коих вы
были свидетелем и соучастником. Расскажите со
всем размахом и блеском, какие вам под силу, об эко-
номосоциополитической структуре той среды, где вы
достигли зрелости. Расскажите же.
X е р с т. Больше не о чем.
С п у н е р. Тогда расскажите о своей жене.
X е р с т. О какой жене?
С п у н е р. О том, какая она была красивая, какая
нежная и верная. Расскажите мне, любителю крике-
та, о своем партнере: упругий ли был у нее подскок,
быстрый ли мах на угрозу калитке, проходил или нет
с ней крученый мяч, что было вернее — прямой по-
сыл или же правый отскок с левым выпадом? Други-
ми словами, как принимала она подачу с финтом?
Долгая пауза.
407
А, не хотите говорить. Ну тогда я скажу вам... что у мо-
ей жены... было все. Глаза, ротик, волосы, зубы, ягоди-
цы, груди — всё на свете. И ноги.
X е р с т. Которые она унесла.
С п у н е р. Кто унес? Ваша или моя?
Пауза.
А сейчас она здесь, ваша жена? Может быть, трепе-
щет в запертой комнате?
Пауза.
Она жила здесь? А там она жила, в вашем коттедже?
Считаю своим долгом сообщить вам, что все это не-
убедительно. Я человек прямой и проницательный.
Вы меня недооцениваете. Может статься, вы и даме
тоже не воздаете должного? Я начинаю сомневаться
в том, что вы способны хоть как-то воспринять истин-
но точное и тем самым в сущности поэтичное опреде-
ление. Я начинаю сомневаться, в самом ли деле вы ис-
тинно помните ее, истинно ее любили, истинно ласка-
ли, истинно лелеяли, истинно пеклись о ней; не вернее
ли, что вы ее себе ложно представляли, вместо того
чтобы истинно обожать? Все ваши возможные доводы
я поставил под вопрос и нахожу их легковесными.
Долгая пауза.
У нее были, надо думать, карие глаза?
Херст осторожно поднимается, пошатываясь подходит
к серванту, наливает виски, пьет.
Херст. Карее дерьмо.
408
С п у н е р. Ай-яй-яй, да мы, как я погляжу, чуточ-
ку впали в сентиментальность?
Пауза.
Карее дерьмо. Я задаюсь вопросом: видел ли я когда-
нибудь карее дерьмо? Или, уж бог с ним, хоть ка-
рие глаза?
Херст швыряет в него стаканом и промахивается. Стакан
катится по ковру.
Да мы, кажется, проявляем чуточку враждебности? Да
мы, кажется, — говорю уважительно — чуток перебра-
ли эля, и не пошел нам впрок ячменный сок, пронзаю-
щий нутро? Пронзает, а?
Долгая пауза.
Херст. Сегодня вечером... друг мой... я на глазах
у вас дотягиваю дистанцию... давным-давно сошедши
с круга.
С п у н е р. Ага, метафора. Это уже лучше.
Пауза.
Сказал бы я, на базе беглого знакомства, что вам су-
щественно недостает мужской хватки; а надо первым
делом ложку мимо рта не проносить, главное же —
горшок хвать, на горшок глядь, горшок в нем распо-
знать, горшком и называть и рядом с горшком стоять
на своем, будто он родом из твоего ануса. Такой спо-
собности, на мой взгляд, у вас нет.
Пауза.
Извините за непринужденность. В ней нет методы,
мой стиль — разброд. Так вы, стало быть, не против,
409
если я достану свои четки и молитвенный коврик
и восприветствую вашу, как я понимаю, импотенцию?
Встает.
Приветствую. И соответствую. И, соответственно
приветствуя, целиком и полностью к вашим услугам.
Имейте меня в виду. Я ценный свидетель. А то и друг.
Херст стоит, вцепившись в сервант.
Вам нужен друг. Перед вами, приятель, долгий вод-
ный путь, и пока что вы гребете против течения в оди-
ночку. Давайте-ка я сяду на весла Ведь, коль скоро мы
говорим о реке, речь идет о глубоком и зыбком соору-
жении. Другими словами, никогда не отвергайте руку
помощи, тем более руку столь редкого свойства. И де-
ло не только в ее редком свойстве, нет, сам жест, само
предложение руки совершенно беспримерно. Я наби-
ваюсь к вам в друзья. Не отвечайте, не подумав.
Херст делает шаг, останавливается, хватается за сервант.
Памятуйте вот о чем. Пропала кареглазая супруга,
и без нее приходится нам туго, она ушла и не вернется
к вам, тиримбимбим-тиримдирим-тарамбарам-барам-
бамбам-блям-блям.
X е р с т. Не вернется.
Пауза.
На безлюдье... там все недвижно... там нет перемен... и
возраста нет... и все пребывает... вовеки... в оледене-
лом... безмолвии.
Херст отцепляется от серванта, еле держась на ногах, пере-
секает комнату, хватается за кресло.
Пережидает, делает шаг, падает.
410
Пережидает, поднимается, делает шаг, падает.
Спунер наблюдает за ним.
X е р с т доползает до двери, исхитряется открыть ее, вы-
ползает из комнаты.
Спунер сидит неподвижно.
Спунер. Нам этот вид давно знаком. На брюхе
до дверей ползком, дверь отворяем языком.
Поднимает глаза к потолку, прохаживается, присматрива-
ясь к предметам обстановки, останавливается, заложив руки
за спину, обводит комнату взглядом.
Где-то в доме закрывается дверь.
Тишина.
Отворяется и громко хлопает входная дверь.
Спунер настораживается и замирает.
В гостиную входит Ф о с т е р. Одет небрежно.
Заметив Спунера, останавливается, стоит и разглядывает его.
Молчание.
Ф о с т е р. Вы что пьете? Ужас, до чего пить хочу.
Как самочувствие? А у меня глотка пересохла.
Подходит к серванту открывает бутылку пива, наливает.
Вы что пьете? Ну я припозднился. Устал как собака.
Вот чего мне надо. (Пьет.) Такси? Куда там. Не нрав-
люсь водителям. Что-то со мной не так. Даже неизвест-
но — что. Может, походка. А может, что я инкогнито.
Уф, это уже лучше. Здорово полегчало. Как самочув-
ствие? Что пьете? Вы кто такой? Я уж думал, не добе-
русь. Ничего себе прогулочка. Это бы ладно, да я ведь
безоружный. В Лондоне-то я пистолет с собой не тас-
каю. Ну и подумаешь. Ты если на Востоке обжился,
значит, всё. А я на Востоке дома И все равно приятно,
когда впереди светит, будто маячок. С хозяином виде-
411
лись? Мой отец. Мы на вечерок так это слегка отлучи-
лись. А он собирался дома посидеть, послушать вокал.
Надеюсь, отдохнул в свое удовольствие. Вы-то кто та-
кой? Что пьете?
С п у н е р. Я его друг.
Фостер. Что-то не похоже.
Б р и г г з входит в гостиную, останавливается. Плотный
мужчина, одет небрежно.
Б р и г г з. Это еще кто?
Фостер. Его зовут Друг. А это мистер Бриггз.
Мистер Друг — мистер Бриггз. А я — мистер Фостер.
Старых английских кровей. Джон Фостер. Джек.
Джек Фостер. Старая английская фамилия. Фостер.
Джон Фостер. Джек Фостер. В общем, Фостер. А это-
го зовут Бриггз.
Пауза.
Бриггз. Мистер Друг мне с лица знаком.
Ф о с т е р. С лица?
Б р и г г з. Я его знаю.
Фостер. Ну да?
Б р и г г з. Я вас знаю.
С п у н е р. Возможно, возможно.
Бриггз. Угу. Собираете со столиков пивные круж-
ки в кабаке на Меловой Ферме.
С п у н е р. Там хозяин — мой друг. Когда ему рук
не хватает, я прихожу на выручку.
Бриггз. Это кто сказал, что хозяин — ваш друг?
Фостер. Вот он сказал.
Б р и г г з. Я говорю про кабак «Бычья голова» на
Меловой Ферме.
С п у н е р. Да, да. И я про него.
412
Бриггз. Ну ия про него.
Ф о с т е р. «Бычью голову» я знаю. Там хозяин —
мой друг.
Б р и г г з. А этот, значит, кружки там собирает.
Ф о с т е р. Кабак первый класс. Я хозяина кото-
рый год знаю.
Бриггз. Этот говорит, что он друг хозяина.
Ф о с т е р. Он еще говорит, что он друг нашего
друга.
Бриггз. Какого — нашего?
Ф о с т е р. Здешнего нашего хозяина.
Бриггз. Ну, значит, все его друзья, в кого ни
ткни.
Ф о с т е р. В кого ни ткни. Сколько у вас всего
друзей, а, мистер Друг?
Бриггз. Он, наверно, и считать перестал.
Ф о с т е р. Ну вот, а теперь еще я. Я — один из ва-
ших новых друзей. Я ваш самоновейший новый друг.
А он — нет. Бриггз — нет. У него в друзьях одна своя
плешь. Люди как-то не очень доверяют Бриггзу.
Не спешат они предаться ему всей душой. А ко мне
проникаются с первого взгляда.
Бриггз. Бывает, и влюбляются с первого взгляда.
Ф о с т е р. Бывает, и влюбляются. Когда я, ска-
жем, путешествую, то ко мне все со своим золотом,
а дерьма никто даже не предлагает. На меня сразу
глаз кладут, особенно женщины, особенно в Сиаме
или на острове Бали. Да вот он не даст соврать. Скажи
ему про тех сиамских девчонок.
Бриггз. Влюбились с первого взгляда.
Ф о с т е р (Спунеру). Но вы-то ведь не сиамец?
Бриггз. Какой из него сиамец.
Ф о с т е р. А вы где-нибудь когда-нибудь бывали?
413
С п у н е р. Я бывал в Амстердаме.
Фостер и Бриггз пялятся на него.
То есть я там побывал... напоследок. Европу я знаю от-
лично. Кстати, зовут меня Спунер. Так вот, однажды
в Амстердаме... Сидел я под тентом в кафе у канала.
Погода была дивная. За соседним столиком, в тени, не-
кто сидел, посвистывал под нос, очень смирно сидел,
буквально без движения. А с берега канала удил рыбо-
лов. Он поймал рыбину и вскинул ее на удочке. Кель-
нер радостно захлопал, они с рыболовом дружно рас-
смеялись. Шла мимо девчушка и тоже засмеялась.
Шла мимо парочка — поцеловались. Рыбина висела,
качалась и трепыхалась на крючке; и рыбина, и удочка
поблескивали в солнечном свете. Рыболов от радости
разрумянился. А я решил написать это все — изобра-
зить канал, кельнера, девчушку, рыболова, влюблен-
ных и рыбину, а на заднем плане, в тени, того соседа —
и назвать картину «Свист». Вот-вот: «Свист». Попа-
дись вам такая картина, с таким названием, оно бы вас
как, очень озадачило?
Пауза.
Фостер (Бриггзу). Хочешь ответить на этот во-
прос?
Бриггз. Нет. Сам давай отвечай на этот вопрос.
Фостер. Ну, за себя скажу, что название меня бы,
наверно, озадачило. Но картину я, может, и оценил бы.
Может, даже был бы за нее признателен.
Пауза.
Слышали, что я сказал? Может, я даже был бы при-
знателен за эту картину. Хорошие произведения ис-
414
кусства меня вообще трогают за живое. Я вам не
какой-нибудь козел бесчувственный.
Пауза.
Как это любопытно, что вы, оказывается, художник.
Рисуете, надо полагать, на досуге?
С п у н е р. Само собой.
Ф о с т е р. Ну и как, нарисовали эту картину под
названием «Свист»?
С п у н е р. Боюсь, что пока нет.
Фостер. Вы не оттягивайте. А то, чего доброго,
пропадет вдохновение.
Б р и г г з. А пивные кружки рисовали?
С п у н е р. Да приходите в любое время, посмот-
рите мою коллекцию.
Б р и г г з. Чего, пивных кружек?
С п у н е р. Нет, нет. Картин.
Ф о с т е р. А где вы ее держите?
С п у н е р. В своем загородном доме. Вам окажут
самый теплый прием.
Фостер. Кто окажет?
С п у н е р. Моя жена. Обе мои дочери.
Фостер. Правда? Я им понравлюсь, как вы ду-
маете? Они меня полюбят с первого взгляда?
С п у н е р (смеясь). Вполне вероятно.
Фостер. Ас ним как будет?
Спунер смотрит на Бриггза.
С п у н е р. Они на редкость приветливые женщины.
Фостер. Везучий вы человек. Что пьете?
Спунер. Шотландское.
Фостер подходит к серванту, наливает виски, стоит со ста-
каном в руке.
415
Ф о с т е р. Вот как вам покажется? Был я на Восто-
ке... и однажды... какой-то вонючий старый хрен, с ви-
ду бродяга, в чем мать родила, сунулся ко мне попро-
шайничать. Я его не знал, первый раз в глаза видел,
но сразу понял, что ему доверять нельзя. Он, да еще со-
бака при нем, на двоих полтора глаза. Ну я ему и
швырнул какую-то там монетку. Он эту вшивую мо-
нетку поймал, глянул на нее, как на вошь, и швырнул
обратно. У меня, конечно, рука сама дернулась, хвать —
а вшивая монетка будто в воздухе растворилась. Па-
дать не падала. Будто, понимаешь, в воздухе... раство-
рилась... до меня не долетела. А он ругнулся — и наутек
со своей собакой. Ах да, вот ваше виски. (Подает ста-
кан.) Ну и как вам такой случай?
С п у н е р. Фокусник это был.
Ф о с т е р. Правда так думаете?
С п у н е р. Разумнее всего будет с вашей стороны не
придавать этому инциденту ни малейшего значения.
Ф о с т е р. А загадки Востока вы, значит, отрицаете?
С п у н е р. Просто фокус-покус в восточном вкусе.
Ф о с т е р. Словом, ерунда, и всё тут?
С п у н е р. Разумеется. Ваше здоровье. (Пьет.)
Входит Херст в халате.
Бриггз идет к серванту, наливает виски.
X е р с т. Не могу спать. Немного вздремнул. Вот
думаю. Может, и хватит. Да. Видел сон, проснулся. На-
строение бодрое. Кто нальет мне стакан виски?
Херст садится. Бриггз подносит ему виски.
Господи, да вы уже? Откуда вы знали? А ведь зна-
ли откуда-то. Тонкое у вас чутье. Будем. Первая сего-
416
дняшняя. А какой сегодня день? Сколько времени?
Еще ночь?
Б р и г г з. Да.
X е р с т. Все та же ночь? А мне снился водопад.
Нет, нет, озеро. Кажется, это было... совсем недавно.
Никто не помнит, когда я пошел спать? Еще до суме-
рек? А хорошо засыпать под вечер, после чаю с тоста-
ми. Слышишь первые слабые вечерние звуки, потом
ничего. Везде только еще переодеваются к обеду. А ты
подоткнул одеяло, ставни затворены, на один переход
впереди остальных.
Протягивает стакан Бригтзу, тот наливает и возвращает его.
Что-то мне тягостно. Что такое? Ах да, сон. Водопа-
ды. Нет, нет, озеро. Вода плещется. Тонет кто-то. Не
я, кто-то другой. В компании-то хорошо. А вот про-
снитесь-ка, и кругом никого, одна мебель обступи-
ла и смотрит на вас? Очень неприятно. Я пробовал,
я через это прошел — будем — и под конец решил,
что без людей нельзя. Без вам подобных. Это я пра-
вильно. А то смеешься в одиночку — и жалостно вы-
ходит. У всех налито?
Глядит на Спунера.
А это кто? Ваш друг? Может быть, кто-нибудь меня
представит?
Ф о с т е р. Это ваш друг.
X е р с т. Когда-то я знавал поразительных людей.
Где-то завалялся фотоальбом. Я найду. Лица на сним-
ках вас поразят. Очень красивые. Сидят на траве, пик-
ник, корзинки. А у меня были усы. У многих моих дру-
14 Злк. Л* 2322
417
зей были усы. Поразительные лица. Поразительные
усы. Что особенно одушевляло сцену? Вероятно, лас-
ковое выражение лиц. Сияло солнце. У девушек были
чудные волосы, темные, у некоторых рыжие. И белая
кожа под платьями. Это все в моем альбоме, я найду
его. Вас изумит девичье обаяние, их грация, непринуж-
денность поз — как они сидят, разливают чай, кокетни-
чают. И это все в моем альбоме.
Осушает стакан, поднимает его.
Кто из вас самый любезный?
Бриггз берет у него стакан, идет к серванту.
Спасибо. Что бы я делал без вас обоих? Сидел бы так
до бесконечности и ждал бы, пока кто-нибудь явится
и подаст мне стакан. А что бы я делал дожидаясь?
Смотрел бы свой альбом? Строил бы планы на бу-
дущее?
Бриггз (поднося ему стакан). Дополз бы до бу-
тылки и заткнул бы ею хайло.
X е р с т. Нет. Я пью с достоинством.
Пьет, смотрит на Спунера.
Что это за человек? Я его знаю?
Ф о с т е р. Говорит, что ваш друг.
X е р с т. Подлинные мои друзья глядят на меня из
альбома. У меня был свой мир. У меня свой мир. Не
думайте, что раз он канул в прошлое, то я стану смеять-
ся над ним, сомневаться в нем, подозревать, что, в сущ-
ности, его и не было. Нет. Мы говорим о моей юности,
и она никогда не сгинет. Нет. Она была. Была допод-
линно, и люди были подлинные, хотя и... преломлен-
ные светом, хотя и подвластные... освещению.
418
Я стоял, и моя тень упала на нее. Она подняла гла-
за. Дайте мне бутылку. Бутылку мне дайте.
Бриггз подает ему бутылку. Он пьет из горлышка.
Сгинула. А была она? Сгинула. Никогда ее не было.
Всегда пребудет. Я сижу здесь во веки веков.
Какие вы любезные. Хорошо бы вы сказали мне,
что за погода на улице. Хорошо бы вы, черт вас дери,
сказали мне, что это за ночь — сегодняшняя, завтраш-
няя или еще какая-нибудь, позавчерашняя. Честно
скажите. Позавчерашняя?
Наливайте себе. Ненавижу пить один. Слишком
много одинокого паскудства.
Что это было? Тени. Сверканье в листве. Беготня
по кустам. Юные парочки. Плеск воды. Это было во
сне. Озеро. Кто тонул у меня во сне? Меня ослепило, я
помню. Позабыл. Ради всего святого. Звуки смолкли.
Повеяло холодом. Во мне открылась течь, и не заткнуть.
Поток хлещет сквозь меня, и не остановить. Меня смы-
вает. Кто это? Я задыхаюсь. Рот заткнут муфтой. Наду-
шенной муфтой. Кому-то нужна моя смерть. Она под-
няла глаза, и меня шатнуло. Подобной красоты я нико-
гда еще не видел. Отравная прелесть. Такая жизнь нам
не по силам.
Я ничего не помню. Я сижу здесь, в комнате, и всех
вижу, всех и каждого. Теплая компания. Царит друже-
любие. Разве я сплю? Никакой воды. Никто не тонет.
Да, да, давайте, давайте, давайте же, громче, чтоб го-
лоса, чтоб голоса, чтоб голоса, да что же вы меня моро-
чите, ублюдки, призраки, длинные призраки, вы же не
беззвучные, я слышу ваше гуденье, и я в голубой крах-
мальной сорочке, в голубой крахмальной сорочке,
419
в отеле «Ритц», да, я его знаю, этого метрдотеля, Бо-
рис, да, Борис, он там уже много лет, и слепящие тени,
потом плещет вода...
С п у н е р. Это я тонул у вас во сне.
Херст сползает на пол. Все подходят к нему.
Фостер поворачивается к Спунеру.
Ф о с т е р. А ну мотай отсюда.
Бриггз поднимает Херста на ноги. Херст отталкивает его.
Херст. Руки прочь.
Стоит выпрямившись. Спунер подается к нему.
С п у н е р. У него есть внуки. Как у меня. Равно как
у меня. Мы оба отцы семейств. Мы ровесники. Я пони-
маю его нужды. Дайте я возьму его под руку. Имейте
почтение к нашему возрасту. Пойдемте, я усажу вас.
Берет Херста под руку и подводит его к креслу.
Нет жалости в этих людях.
Фостер. Господи.
Спунер. Я ваш подлинный друг. Потому-то
и сон ваш был столь... огорчительным. Вы видели во
сне, что я тону. Но вы не волнуйтесь. Я не утонул.
Фостер. Господи.
Спунер (Херсту). Хотите, я приготовлю вам
кофе?
Б р и г г з. Он думает, что он амстердамский кельнер.
Фостер. Service поп compris*.
Б р и г г з. А на самом деле уносит пивные кружки
в «Бычьей голове». И подносит урыльники.
* Услуги в счет не включены {франц.).
420
Ф о с т е р. Видать, наш хозяин побывал нынче ве-
чером в «Бычьей голове» и там якшался с кем не сле-
дует. (Спунеру.) Слушай, дядя, тут, похоже, вышло ма-
ленькое недоразумение. Ты не в каком-нибудь припор-
товом нужнике. Ты в доме у человека состоятельного,
у человека достойного. Ты меня понял?
Оборачивается к Бриггзу.
Ну чего я из кожи лезу? Вот скажи, а?
Снова обращается к Спунеру.
Послушай, малый. Мы этого джентльмена бережем
от дурного глаза, от злодеев и злоумышленников, и
можно бы тебя мигом шпокнуть, мы ведь за этим
джентльменом ухаживаем, причем по любви.
Оборачивается к Бриггзу.
Ну что я с ним языком болтаю? Только время изво-
жу без толку. Свихнулся я, что ли. Обычно-то я бол-
товню не развожу: кому это надо? Когда я в норме, я
помалкиваю.
Снова обращается к Спунеру.
Понял, в чем дело? Какая-то у меня к тебе, что ли,
симпатия.
С п у н е р. Манеры мои вам нравятся.
Ф о с т е р. Наверно, не без того.
Б р и г г з. Ирландцы его при мне кастрировали.
Ф о с т е р. С этими ирландцами вечно чего-нибудь
недосчитаешься. (Спунеру.) Слушай, давай разберем-
ся, ладно? Тебе подвернулся богатый, влиятельный че-
ловек. Не на твой рот кусок, дядя. Ну как тебе объяс-
нить? Тут совсем другая сфера. Тут иначе себя мыслят.
421
Тут кругом шелк. Кругом органди. Кругом икебана.
Тут готовят по рецептам восемнадцатого века. Тут ни
тебе карамелек, ни жареной картошечки в кулечках.
Тут принимают молочные ванны. Тут звонки со шну-
рами. Тут все организованно.
Б р и г г з. Не забегаловка небось.
Ф о с т е р. Не забегаловка. У нас все настоящее.
Ни тебе подделок, ни эрзацев, бутылка бренди засто-
ялась — выбрасываем. Опасно ходишь, дядя, не осту-
пись. (Бриггзу.) Ну что я ему шею не сверну — и ко-
нец бы делу?
С п у н е р. Я одних лет с вашим хозяином. Я в те
же времена бывал на пикниках.
Ф о с т е р. Слушай, приятель. Вон тот в кресле —
это же творческая личность. Это же художник слова.
Мы ему облегчаем жизнь. Дело наше ответственное. Не
подрывай ты нам домашнее благоустройство. Ты меня
понял? Не нарушай наш семейный лад.
Б р и г г з (Фостеру). Раз ты не можешь, придет-
ся мне.
Делает шаг к Спунеру и манит его указательным пальцем.
Иди-ка сюда.
X е р с т. А где сандвичи? Нарежьте хлеб.
Б р и г г з. Нарезан.
X е р с т. Нет, не нарезан. Нарежьте!
Бригтз стоит в раздумье.
Б р и г г з. Пойду нарежу.
Выходит из комнаты.
X е р с т (Спунеру). Откуда-то я вас знаю.
422
Ф о с т е р. Придется уж мне дом прибрать. Больше
некому. К завтраку будет ваш консультант по финансо-
вой части, надо еще и это в голове иметь. А у него что ни
день, то новое дело. Сегодня ему подавай тост и яйца
всмятку, завтра — апельсиновый сок с яйцами-пашот,
послезавтра — болтунью с копченой лососиной, а то и
грибной омлет с шампанским. Того и гляди рассветет.
Новый денечек. Консультант ваш спит и видит во сне
завтрак. Яйца ему снятся — яйца, яйца, яйца. Как еще
можно сготовить яйца? Я еле стою, всю ночь на ногах.
Безостановочный круговорот. Ни дна ни покрышки —
вот она, моя жизнь. Иной раз очнешься, оглядишься —
и тоска возьмет. Не могу я жить по-лондонски. Кто бы
знал, чего мне не хватает.
Входит Б р и г г з, останавливается, слушает.
Мне не хватает сиамских девочек. И балийских дево-
чек тоже не хватает. Откуда их здесь раздобудешь.
Случайно разве увидишь на школьных ступеньках —
учат английский язык и манеры и не станут хихикать
и обжиматься по-своему. На Риджент-стрит — разве
можно. А мне, бывает, только и надо бы с ними пооб-
жиматься и похихикать. Я ведь мог бы найти себе
другое занятие. И зажить по-другому. Не обязан я
всю жизнь подтирать блевотину за пьянью. Мог бы
найти свой уголок и был бы счастлив. Свой уголок,
свое счастье.
Б р и г г з. Нету у нас хлеба, кончился. Гляжу я на
этого домоправителя — ну, психопат! Только бы без-
дельничать. Лучше всего котом при бабе. Только бы
ему на Малайские проливы, разлечься под балдахи-
ном и ждать, пока принесут горячий пунш. Возит
423
свои причиндалы по белу свету, потаскун. (Спунеру.)
Посторонись.
Спунер отходит в сторону.
Б р и г г з (Херсту). Вставай.
Херст медленно поднимается. Бриггз ведет его к двери.
Шевелись, шевелись. Нечего оглядываться.
X е р с т. Я знаю этого человека.
Бриггз выводит X е р с т а из комнаты.
Долгая пауза.
Ф о с т е р. Знаешь, что я видел однажды в пусты-
не, в австралийской пустыне? Идет мужик и несет
два зонтика. Два зонтика. Посреди пустыни.
Пауза.
С п у н е р. А что, был дождь?
Ф о с т е р. Нет. Был прекрасный день. Я чуть не
спросил, зачем они ему, но потом передумал.
Спунер. Отчего?
Ф о с т е р. Ну как, я решил, что он чокнутый. Че-
го доброго, заморочит мне голову.
Прохаживается по комнате, останавливается у двери.
Слушай. Знаешь, как это бывает — ты сидишь при
свете, и вдруг он раз! — и гаснет? Я тебе покажу. Раз!
Выключает свет.
Затемнение.
424
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Утро
С п у н е р один в гостиной. Занавеси задернуты, но лучи
дневного света пробиваются сквозь них.
Спунер сидит. Встает, медленно подходит к двери, вяло тро-
гает дверную ручку, возвращается к креслу.
Спунер. Подобный казус мне знаком. Пробуж-
денье под замком. В чужом дому царит затишье.
Садится, поеживаясь.
Дверь отпирают. Входит Б р и г г з с ключом в руке. На нем
пиджачная пара. Раздвигает занавеси. Льется дневной свет.
Б р и г г з. Велено спросить, не голодны ли вы.
Спунер. Еда? Я к ней вообще никогда не при-
касаюсь.
Б р и г г з. Консультант по финансовой части не
приехал. Можете съесть его завтрак. Телефонировал
меню, а потом позвонил, что/свидание не состоится.
С п у н е р. По какой причине?
Б р и г г з. С ним разговаривал Джек, а не я.
С п у н е р. И какую же причину он назвал вашему
другу?
Б р и г г з. Джек говорит, он сказал, что его застиг-
ла врасплох финансовая катастрофа на туземной
почве и он в эпицентре событий.
Пауза.
Спунер. Тогда ему самому наверняка нужен
консультант.
Пауза.
425
Бриггз. Чего мне вам нести завтрак, если он
пропадет зря.
С п у н е р. У меня ничего зря не пропадает.
Бриггз выходит.
Подобный казус мне знаком. Дверь отпирается. Вхо-
дит неизвестный. Манят подачкой. Акула затаилась.
Молчание.
Входит Бриггз с подносом. На подносе завтрак под се-
ребряными крышками и бутылка шампанского в ведерке.
Он ставит поднос на столик и придвигает стул.
Бриггз. Яичница. Открыть шампанское?
Спунер. Холодное?
Бриггз. Ледяное.
Спунер. Откройте, пожалуйста.
Бриггз принимается открывать, Спунер поднимает одну
крышку за другой, смотрит в тарелки, откладывает крыш-
ки, намазывает тост маслом.
А кто готовил?
Бриггз. Мы всё делаем на пару с Джеком.
Бриггз наливает шампанское и подает Спунеру наполнен-
ный бокал. Тот отхлебывает.
Пауза.
Спунер. Благодарю вас.
Принимается за еду. Бриггз придвигает к столику еще
один стул и садится наблюдать.
Бриггз. Мы с Джеком старинные приятели. По-
знакомились однажды на углу. Только надо вам ска-
зать, что он все это не подтвердит. Он по-своему рас-
426
скажет. Стою я, значит, на углу. Вдруг подъезжает ма-
шина. Он за рулем. И спрашивает меня, как проехать
на Болсовер-стрит. Болсовер-стрит, говорю ему, в са-
мой середине хитрого узла с односторонним движени-
ем. Добраться туда проще простого; беда в том, что, до-
бравшись, не выберешься. Если, говорю, он и правда
хочет попасть на Болсовер-стрит, то вернее всего бу-
дет сразу свернуть налево, потом первый поворот на-
право, потом второй направо, третий налево, не пропу-
стить магазин скобяных изделий, развернуться на пло-
щади, держась ближе к центру, а там направо по
Второй Конюшенной — и стоп. Упрешься в высочен-
ное учреждение с полукруглым внутренним двором.
Тут можно словчить: полукруг по двору, выехал на
другую улицу и следуй указателям, мимо двух свето-
форов и налево первым разрешенным поворотом. Все
время держи перед глазами телевизионную башню.
Дальше вообще пустяки: задним ходом в подземный
автопарк, переключай скорость, дуй напрямую — и по-
жалуйста, вот тебе Болсовер-стрит. Я его, правда,
опять предупредил, что найти Болсовер-стрит — это
полдела, главное — отмотаться от нее. Знавал, я гово-
рю, одного-двух таких, что годами катались туда-сюда
по Болсовер-стрит. Вся их молодость пошла псу под
хвост. А кто там живет — у тех лица серые, а на лицах
беспросветная тоска, но кому какое дело, сами пони-
маете. Всем лишь бы сберечь нажитое путями непра-
ведными. Я об этом даже написал заметку в «Тайме»
под заглавием «Жизнь в тупике». А, пиши не пиши.
Вот я ему и сказал, что пусть-ка он лучше и думать за-
будет про Болсовер-стрит. Помню свои точные слова:
далась тебе, говорю, эта поездка, плюнь ты, а то пропа-
427
дешь с концами. Нельзя, говорит, нужно, мол, доста-
вить пакет. Я ведь почему с ним канителился — лицо
у него симпатичное, открытое. Видно, что человек со
всеми хочет по-хорошему. А так-то мне бы на него на-
чхать. Только он все это не подтвердит. Он по-своему
расскажет.
Спунер закрывает тарелку крышкой. Бриггз наливает шам-
панское в бокал Спунера.
У вас когда последний раз было шампанское к завтраку?
Спунер. Сказать по чести, шампанское — это
мой напиток.
Б р и г г з. Да ну?
С п у н е р. Я знаток вин. (Пьет.) Дижон, тридца-
тые годы. Я много раз ездил в Дижон, отведать та-
мошних вин, с моим французским переводчиком. Да
и после смерти его я по-прежнему бывал в Дижоне,
пока эта возможность не отпала.
Пауза.
Гюго его звали. Отличный собутыльник.
Пауза.
Вы, конечно, поинтересуетесь, что он переводил? От-
вечаю: мои стихи. Ведь я поэт.
Бриггз. Ая думал, все поэты молодые.
С п у н е р. Я молод. (Тянется за бутылкой.) Поз-
вольте и вам налить?
Бриггз. Нет, спасибо.
Спунер рассматривает этикетку.
Спунер. Превосходная марка.
Б р и г г з. Я тут ни при чем.
428
С п у н е р (наливает). Стихотворный перевод —
чрезвычайно трудное занятие. Одни только румыны
поддерживают это мастерство на должном уровне.
Б р и г г з. С утра пораньше работают за бутылкой?
Спунер пьет.
Допивайте ее. Предписание врача.
Спунер. Да, кстати, нельзя ли полюбопытство-
вать, почему меня заперли в этой комнате?
Б р и г г з. Предписание врача.
Пауза.
Захотите кофе — скажите.
Пауза.
Вот, наверно, здорово — быть поэтом, иметь поклон-
ников, переводчиков. И быть молодым. Сам-то я не
молодой и не поэт.
Спунер. Да. Вы мне напомнили. Я должен идти.
У меня в двенадцать совещание. Спасибо вам боль-
шое за завтрак.
Б р и г г з. Какое совещание?
Спунер. Редакционное. Я состою в редколлегии
недавно основанного поэтического журнала. Наше
первое совещание назначено сегодня на двенадцать.
Опаздывать не годится.
Б р и г г з. Где будет это совещание?
С п у н е р. В «Бычьей голове» на Меловой Фер-
ме. Хозяин любезно предоставил нам собственную
комнату на втором этаже. Важно, чтобы не было
лишних ушей, знаете, при обсуждении редакционной
политики.
Б р и г г з. В «Бычьей голове» на Меловой Ферме?
429
С п у н е р. Да, там. Хозяин — мой друг, в силу чего
и счел возможным уступить нам собственную комнату.
Ну, я его, конечно, не преминул поставить в извест-
ность, что лорду Ланну угодно почтить наше совеща-
ние своим присутствием. Он сразу уяснил, что извест-
ная изоляция будет, так сказать, в порядке вещей.
Б р и г г з. Лорду-улану?
С п у н е р. Нашему патрону.
Б р и г г з. Он случаем не из бенгальских уланов?
С п у н е р. Нет, нет. Он потомок норманнов.
Б р и г г з. Культурный человек?
С п у н е р. По отзывам — безупречен.
Б р и г г з. А то некоторым аристократам искус-
ство не по вкусу.
С п у н е р. Лорд Ланн — человек чести. Ему искус-
ство по вкусу. Он заявлял об этом публично, а слову
своему он никогда не изменяет. Но я должен идти.
Лорд Ланн не разделяет мнения, что поэтам можно
вольничать с временем.
Б р и г г з. Джеку бы найти заручку.
С п у н е р. Джеку?
Б р и г г з. Он же поэт.
С п у н е р. Поэт? В самом деле? Что ж, если он при-
шлет мне образчики своего творчества, отпечатанные на
листах форматом ин-кварто через два интервала плюс
отдельная копия отдельной почтой на случай пропажи
или хищения, и приложит маркированный конверт
с обратным адресом, то я их прочту.
Б р и г г з. Вот за это спасибо.
С п у н е р. Пустое. Передайте ему — он может рас-
считывать на оценку предельно беспристрастную и,
смею добавить, высокодостоверную.
430
Б р и г г з. Я передам. Ему правда очень нужна за-
ручка. Босс мог бы его поддержать, да, видно, не жела-
ет. Может, потому, что сам поэт. Тут, может, есть мо-
мент ревности, кто его знает. Нет, босс, конечно, чело-
век очень хороший, ничего не скажешь. Очень даже
воспитанный человек. Но все мы люди, и он тоже.
Пауза.
С п у н е р. Босс... сам тоже поэт?
Б р и г г з. Ну вот еще. Он только поэт, что ли? Он
плюс к тому еще эссеист и критик. Вообще литератор.
С п у н е р. То-то я думаю — лицо как будто знакомое.
Звонит телефон. Бриггз идет к аппарату, снимает трубку,
слушает.
Бриггз. Слушаю, сэр.
Забирает поднос и уходит. Спунер остается сидеть.
С п у н е р. Подобный казус мне знаком. Беззвуч-
ный голос. Ему внимают. Общенье с верхним этажом.
Наливает шампанское.
Входит Херст в пиджачной паре, за ним Бриггз.
X е р с т. Чарлз! Наконец-то вы заглянули.
Пожимает Спунеру руку.
Надеюсь, вас приняли как следует? Денсон, поза-
ботьтесь о кофе.
Бриггз выходит из гостиной.
Вы просто превосходно выглядите. И ничуть не изме-
нились. Это сквош, надо полагать, держит вас в форме?
Помню, в Оксфорде вы играли мастерски. И по-преж-
431
нему играете? Разумно. Молодцом. Боже мой, сколь-
ко лет, сколько зим. Когда мы последний раз виде-
лись? Я так подозреваю, что последний наш совмест-
ный обед был в тридцать восьмом, в клубе. Совпадает
с вашими воспоминаниями? Был Кроксли, ага, Уайет,
погодите, погодите... ну да, и Берстон-Смит. Вот была
компания! И вот был вечерок, как сейчас помню! Все,
разумеется, на том свете. Да нет, нет! Я болван. Идиот я.
Наша последняя встреча — да я ее прекрасно помню.
Павильон на стадионе «Лордз», тридцать девятый,
матч с вестиндцами, Хаттон и Комптон отбивали как
боги, Константин бросал, война висела в воздухе. Всё
правильно? И мы распили бутылку превосходнейше-
го портвейна. Вид у вас такой же спортивный, как был
тогда Как воевалось, хорошо?
Б р и г г з приносит кофе, ставит поднос на стол.
О, спасибо, Денсон. Оставьте там, ладно? Вот так, хо-
рошо.
Б р и г г з выходит из гостиной.
А что Эмили? Какая женщина. (Наливает.) Вам чер-
ный? Пожалуйста. Какая женщина. Надо вам сказать,
что я в один прекрасный день в нее влюбился. На-
до, надо вам признаться. Пригласил ее выпить чаю
в «Дорчестере». Открыл ей свое увлечение. Решил
взять быка за рога. Предложил ей вам изменить. Не
отрицал, что вы чертовски славный малый, указал,
что я никак не посягаю на ваше достояние, мне нуж-
на лишь та ее частица, которую все женщины держат
под спудом, про черный день. Адское это было заня-
тие — уламывать ее. Она твердила, что обожает вас, что
432
двоедушие обессмыслит ее жизнь. Я уж пустил в ход
лепешечки с маслицем и уилтширские сливки, ола-
душки и клубнику. В конце концов не устояла. Вы об
этом небось знать не знали, а? Ну, теперь-то нам уж
не по возрасту волноваться задним числом, верно?
Садится с чашкой кофе.
Я снял на лето коттеджик. Она приезжала на маши-
не раза два-три в неделю. За покупками ездила, и я
входил в программу поездок. Вы тогда оба жили на
ферме. Вот именно. На ферме ее отца. Приезжала по-
пить чаю или, положим, кофе — ну, словом, в самые
невинные часы. В то лето она принадлежала мне,
а вы-то воображали, будто она целиком ваша.
Прихлебывает кофе.
Ей нравился коттедж. И цветы она любила не меньше
моего. Нарциссы, крокусы, собачьи фиалки, фуксии,
жонкилии, гвоздики, вербена
Пауза.
Ее нежные тонкие руки.
Пауза.
Никогда не забуду, как она касалась жонкилий.
Пауза.
Помните, вы с нею как-то, в тридцать седьмом это, ка-
жется, было, ездили во Францию? Я ехал тем же паро-
ходом. Из каюты не выходил. И пока вы занимались
своими упражнениями, она являлась ко мне. Подобной
пылкости я в женщинах не встречал. Увы и ах.
Пауза.
433
Вы всегда были поглощены своей физической... подго-
товкой... разве не так? Да оно и неудивительно. Отмен-
ное, черт возьми, телосложение. По природе атлет. Ме-
дали, грамоты, имя золотыми буквами. Придя однажды
первым к финишу, снова и снова рвешься побеждать.
Этот яркий миг — он никогда не тускнеет. Не сошли
с дорожки? Что же мы с вами так редко виделись после
Оксфорда? Я к тому, что ведь жизнь ваша имела и дру-
гое измерение? Вы предались литературе, как и я. Да,
да, понятно, встречались мы иногда на пикниках, пом-
ните, Табби Уэллс с компанией, пили в клубе бок о бок
виски с содовой, но толком-то не сблизились, верно?
Любопытно — почему? Хотя, конечно, я дьявольски ра-
но добился успеха.
Пауза.
Так вы говорите, воевалось хорошо?
С п у н е р. Да в общем неплохо.
X е р с т. Прекрасно. Военный летчик?
С п у н е р. Военный моряк.
X е р с т. Прекрасно. На эсминце?
С п у н е р. На торпедном катере.
X е р с т. Высший класс. Убитых немцев на счету?
С п у н е р. Один-два есть.
X е р с т. Не слабо.
С п у н е р. А вы?
X е р с т. Я был в войсковой разведке.
С п у н е р. А-а.
Пауза.
X е р с т. А после войны опять взялись за перо?
С п у н е р. Ну да.
X е р с т. И я тоже.
434
С п у н е р. И, кажется, изрядно преуспели.
X е р с т. О да, вполне. Сейчас уже лучшее время
позади.
С п у н е р. Со Стеллой видитесь?
Пауза.
X е р с т. Со Стеллой?
С п у н е р. Не могли же вы позабыть.
X е р с т. С какой Стеллой?
С п у н е р. Со Стеллой Уинстенли.
X е р с т. Уинстенли?
С п у н е р. Сестрой Банти Уинстенли.
X е р с т. А, Банти. Нет, не вижусь.
С п у н е р. Вы были к ней весьма неравнодушны.
X е р с т. Вы так думаете, старина? Вам-то откуда
знать?
С п у н е р. Я ужасно любил Банти. А он имел на
вас большущий зуб. Хотел даже съездить вам по фи-
зиономии.
X е р с т. За что?
С п у н е р. За то, что вы соблазнили его сестру.
X е р с т. А ему какое дело?
С п у н е р. До родной сестры?
X е р с т. Вот именно.
Пауза.
Ну и куда же вы клоните?
С п у н е р. Банти познакомил Стеллу с Рупертом.
Он очень любил Руперта. Был у него на свадьбе по-
саженым отцом. Они с Рупертом дружили с незапа-
мятных пор. Он грозился отхлестать вас.
X е р с т. Кто грозился?
С п у н е р. Банти.
435
X е р с т. Поговорить со мной напрямик у него
храбрости не хватило.
С п у н е р. Стелла просила его не делать этого.
Умоляла держать себя в руках. Умоляла не говорить
Руперту.
X е р с т. Понятно. А кто сказал Банти?
С п у н е р. Я сказал Банти. Я ужас как любил Бан-
ти. И Стеллу тоже ужас как любил.
Пауза.
X е р с т. Выходит, вы были близким другом семьи.
С п у н е р. Дружил я больше с Арабеллой. Мы
вместе катались верхом.
X е р с т. С Арабеллой Хинскотт?
С п у н е р. Да.
X е р с т. Я знал ее в Оксфорде.
С п у н е р. Я тоже.
X е р с т. Арабелла была мне очень симпатична.
С п у н е р. А ей был очень симпатичен я. Банти
так никогда и не выяснил, насколько именно был я
ей симпатичен и во что вылилась ее симпатия.
X е р с т. Что вы имеете в виду, черт вас дери?
С п у н е р. Банти мне доверял. На их свадьбе я
был шафером. Арабелле он тоже доверял.
X е р с т. Должен вас предупредить, что я всегда
чрезвычайно симпатизировал Арабелле. Отец ее был
моим наставником. Я подолгу живал у них в доме.
С п у н е р. Я прекрасно знал ее отца. Он принимал
во мне большое участие.
X е р с т. Арабелла была девушка очень эмоцио-
нальная, тонкая и восприимчивая.
С п у н е р. Согласен.
Пауза.
436
X е р с т. Вы что же, намекаете, будто находились
в связи с Арабеллой?
С п у н е р. До известной степени. Связь в обычном
смысле ей не требовалась. У нее были свои, особые
пристрастия. Она состояла со мной в устной связи.
Херст встает.
X е р с т. Начинаю думать, что вы негодяй. Как вы
смеете подобным образом отзываться об Арабелле
Хинскотт? Да я вас забаллотирую в клубе!
С п у н е р. О дорогой сэр, позвольте вам напомнить,
что вы изменяли Стелле Уинстенли с моей собствен-
ной женой Эмили Спунер на протяжении долгого
и слякотного лета и этот факт был известен всем и каж-
дому в Лондоне и окрестностях. И далее — что Мюри-
эл Блэквуд и Дорин Базби так никогда и не оправились
от воздействия вашей маниакальной половой одержи-
мости. Смею ли напомнить вдобавок, что ваша так на-
зываемая дружба — иначе говоря, растление Джеффри
Рэмсдена — была притчей во языцех всего Оксфорда?
X е р с т. Да это безобразие! Как вы смеете? Вы
у меня отведаете хлыста!
Спунер. Это вы, сэр, себя безобразно вели. По от-
ношению к прекраснейшим представительницам пре-
краснейшего пола и лучшей из них — моей жене. Это
вы запятнали своими безобразиями и извращениями
женщину, соединенную со мной нерушимыми узами.
X е р с т. Я, сэр? Безобразиями? Извращениями?
Спунер. Да, безобразиями. Она мне обо всем
рассказала.
X е р с т. И вы приняли всерьез болтовню фер-
мерши?
Спунер. Да, ведь я и сам был фермером.
437
X е р с т. Какой из вас фермер, сэр? Дачник вы,
и не более того.
С п у н е р. Я написал свою «Дань Уэссексу» на да-
че в Уэст-Апфилде.
X е р с т. Мне не выпало счастья прочесть вашу
«Дань».
С п у н е р. Она писана терцинами, в той стихо-
творной форме, которой вы, с вашего позволения, ни-
когда не могли овладеть.
X е р с т. Да это возмутительно! Кто вы такой? Что
вы делаете в моем доме?
Подходит к двери, кричит.
Денсон! Виски с содовой!
Прохаживается по комнате.
Вы — хам, это сразу видно. А тот Чарлз Уэзерби, кото-
рого я знал, был джентльменом. Изничтожение чело-
века. Мне вас жаль. Куда подевался одушевлявший вас
нравственный пафос? Он исчерпан до дна.
Входит Б р и г г з, наливает стакан виски с содовой, подает
его Херсту. Тот смотрит на стакан.
До дна. До самого дна. (Пг>ет.) Не понимаю... не пони-
маю... а между тем наблюдаю... постоянно наблюдаю...
как самые утонченные, образованные люди меняются
легче легкого, почти на глазах становятся подонками,
жуликами, грабителями. В мое время никто не менял-
ся. Человек оставался самим собой. Только религия
ломала людей, но, по крайней мере, это было лучезар-
ное несчастье.
Пьет, усаживается в свое кресло.
438
Мы тут не какие-нибудь бандиты. Лично я готов про-
явить терпимость. Я буду с вами обходителен. Пока-
жу вам свою библиотеку. Может быть, даже и каби-
нет покажу. Могу показать даже ручку и блокнот.
Скамеечку для ног — и ту, может статься, покажу.
Протягивает стакан.
Еще.
Бриггз принимает стакан, наполняет его и отдает.
Могу даже фотоальбом вам показать. И, быть может,
вы там даже увидите лицо, которое напомнит вам ваше
собственное, ваше прежнее. И другие лица увидите,
в тени, или чьи-то щеки вполоборота, или подбородки,
или затылки, или затененные шляпами глаза, которые
напомнят вам тех, кого вы некогда знали и в мыслях
давно схоронили, но они-то и пошлют вам взгляд иско-
са — только не чуждайтесь добрых привидений. При-
знайте, полюбите добрые привидения. В них есть чув-
ство, оно... схвачено. Склонитесь перед ними. Конечно,
это не освободит их из вечного плена, но кто знает... ка-
кое облегчение... это может им доставить... кто знает,
не оживит ли это их... в невидимых оковах, в прозрач-
ных узилищах. Вы думаете, это жестоко... оживлять их,
раз они обречены на неподвижность? Нет. Из глубины
глубин они тянутся навстречу вашему касанию, ваше-
му взгляду, и, когда вы улыбаетесь, радость их... безгра-
нична. Истинно говорю вам, пекитесь о мертвых тем
попечением, какого сами ищете ныне, в вашей, как вы
ее называете, жизни.
Пьет.
439
Б р и г г з. Тухлый номер, приятель, тухлый номер.
Сущая мертвечина!
Долгая пауза.
Херст. Вздор.
Пауза.
Подайте бутылку.
Б р и г г з. Не дам.
Херст. Что?
Б р и г г з. Говорю — не дам.
Херст. Без штучек. Без выходок. Давайте бу-
тылку.
Пауза.
Б р и г г з. Сказал — нет.
Херст. Такой ваш отказ чреват отказом от места.
Б р и г г з. Не можете вы отказать мне от места.
Херст. Почему это?
Б р и г г з. Потому что я не уйду.
Херст. Велю — так и уйдете. Давайте бутылку.
Долгая пауза.
Обращается к Спунеру.
Принесите мне бутылку.
Спунер идет к серванту. Бриггз не двигается.
Спунер берет бутылку виски, приносит ее Херсту.
Херст наливает себе и ставит бутылку рядом с креслом.
Бриггз. Тогда уж и я выпью.
Подходит со стаканом, наливает, пьет.
440
X е р с т. Какая наглость. Впрочем, неважно. Он все-
гда был лоботрясом. На улице льет? Август в Англии —
это сплошные дожди. Вы когда-нибудь шарида по анг-
лийским овражкам? Под грудами хвороста, иод опав-
шей листвой там отыщутся почернелые теннисные мя-
чи. Девушки швыряли их собакам, дети перебрасыва-
лись друг с другом, и они закатились в овражки.
И затерялись там, пропащие, столетия назад.
В гостиную входит Ф о с т е р.
Ф о с т е р. Вам пора на утреннюю прогулку.
Пауза.
Я сказал: вам пора на утреннюю прогулку.
X е р с т. Мне — на утреннюю прогулку? Нет, нет,
боюсь, что сегодня у меня нет на это времени.
Ф о с т е р. Вам пора на прогулку по лесопарку.
X е р с т. Вряд ли выберусь. Я слишком занят.
Многовато неотложных дел.
Ф о с т е р. Что это вы пьете?
С п у н е р. Ячменный сок, пронзающий нутро.
X е р с т (Спунеру). Боже мой, да у вас не налито.
Где ваш стакан?
С п у н е р. Спасибо. Мешать напитки неразумно.
X е р с т. Мешать?
С п у н е р. Я пил шампанское.
X е р с т. Конечно, да, конечно, Альберт, еще бу-
тылку.
Б р и г г з. Сию минуту, сэр.
Бриггз выходит.
X е р с т. Вряд ли выберусь. Многовато неотлож-
ных дел. Надо написать эссе. Критическое эссе. При-
441
дется поднять папки и выяснить, что подлежит моей
критической оценке. А то в данный момент это от ме-
ня ускользает.
С п у н е р. Тут я мог бы вам помочь.
X е р с т. Неужели?
С п у н е р. Двояким образом. Во-первых, у меня чу-
тье хорька. Я разом нахожу нужную папку. Во-вторых,
я и сам написал бог весть сколько критических эссе.
Позвольте, у вас есть секретарь?
Ф о с те р. Я его секретарь.
С п у н е р. Секретарская должность не к лицу че-
ловеку ваших дарований. Юный поэт должен стран-
ствовать. Странствовать и страдать. Поступите-ка,
пожалуй, во флот, повидайте море. Путешествуйте,
изучайте.
Ф о с т е р. Я уже был моряком. Побывал и там
и сям. А теперь я здесь, где требуюсь.
Б р и г г з с шампанским останавливается в дверях, слушает.
С п у н е р (Херсту). Вы упомянули о фотоальбо-
ме. Я посмотрел бы его вместе с вами. Я подобрал бы
к лицам имена. Можно было бы устроить настоящую
эксгумацию. Да, я убежден, что в этом плане был бы
вам неимоверно полезен.
Ф о с т е р. Те лица безымянны, приятель.
Б р и г г з заходит в комнату, ставит ведерко с шампанским.
Б р и г г з. И останутся безымянными.
X е р с т. В сердце моем есть области... куда ни од-
на живая душа... ни прежде... и вообще никогда... не
проникнет.
Бриггз открывает шампанское, наливает бокал Спунеру.
442
Бриггз. Прошу вас. Игристое. (Херсту.) Плес-
нуть вам, сэр?
X е р с т. Нет, нет. Я останусь... при своем.
Б р и г г з. А я, как и мистер Друг, выпью шампан-
ского, вы позволите, сэр?
X е р с т. Естественно.
Б р и г г з (Фостеру). Где твой стакан?
Ф о с т е р. Спасибо, не надо.
X е р с т. Ну ради же бога, будьте общительнее. Об-
щительнее. Вписывайтесь в социум, вам предназначен-
ный. Скрепленный с вами как бы стальными узами.
Бриггз наливает Фостеру.
Ф о с т е р. До обеда-то еще далеко.
Бриггз. Шампанское лучше всего идет поутру,
эх ты, козел.
Ф о с т е р. Ты меня козлом не называй.
X е р с т. Мы трое старинных друзей, не забывайте
об этом.
Бриггз. Потому я его козлом и назвал.
Ф о с т е р (Бриггзу). А ну помалкивай.
Херст поднимает стакан.
X е р с т. За наше благополучие.
Гомон «Будем здоровы». Все пьют.
Смотрит в окно.
Свет... там за окном... мутный... едва ли дневной. Быст-
ро смеркается. Неприятно. Давайте занавесимся. За-
жгите лампы.
Бриггз задергивает занавеси, включает свет.
443
Ох, насколько легче.
Пауза.
Какое блаженство.
Пауза
Сегодня я приду к заключению. И ряд вопросов... се-
годня будет разрешен.
С п у н е р. Я помогу вам.
Ф о с т е р. Я был на Бали, там меня нашли. Я мог
не уезжать оттуда, мог не приезжать сюда. Но я почув-
ствовал... что призван... и у меня нет другого выбора.
Я мог не покидать свой дивный остров. Но какая при-
манка для простого мальчишки. Я был никем и прозя-
бал в безвестности. А тут меня зовет знаменитый пи-
сатель, хочет, чтоб я стал его секретарем, шофером, до-
моправителем, переписчиком. Откуда он узнал обо
мне? Кто ему сказал?
С п у н е р. Он воспарил воображением. Немногим
это дано. Не многие умеют. А он сумел. Поэтому-то
он богоугоден.
Б р и г г з. Ты явился по моей рекомендации. Я люб-
лю молодежь: от нее бывает прок. Но молодежь должна
быть открытой и честной. От неоткрытой и нечестной
молодежи проку не бывает. Вот я тебя и рекомендовал.
Ты был открыт навстречу всему свету.
Ф о с т е р. Я доволен своей работой. Я обслуживаю
личность особого склада, чей интеллект для меня пи-
тателен. Он меня взрастил и расширил мой кругозор.
Такой личности служить не стыдно, и она вправе
предъявлять запросы. Главное же, что ее запросы не
идут вразрез с уголовным правом — и мне не прихо-
дится мошенничать. Меня очень легко было совратить
444
с пути. А так я чувствую, что труд мой — дело достой-
ное, дело чести. Это чувство меня не покидает. Чувство
исполненного долга.
Указывает на Бриггза.
Вот мой сотоварищ, он же поручитель. Я у него мно-
гому научился. Он был моим наставником. Такого
бескорыстия я на свете не встречал. Да он сам вам
расскажет. Дайте ему сказать.
Б р и г г з. Кому?
Ф о с т е р. Что?
Б р и г г з. Сказать-то кому?
Фостер глядит на Спунера.
Ф о с т е р. Вот... ему.
Б р и г г з. Ему? Этому поганому тряпичнику?
Этому золотарю? Сортирной глисте? Ты что, офона-
рел? Ты посмотри на него. Он же на столе нагадит,
а под столом напакостит. Чего с ним вообще разгова-
ривать?
X е р с т. Да, да, все верно, но в душе он добряк.
Я знаю его по Оксфорду.
Долгая пауза.
С п у н е р (Херсту). Возьмите меня к себе в секре-
тари.
Херст. К нам, кажется, большая муха залетела?
Слышите — жужжит.
С п у н е р. Нет.
Херст. Это вы сказали — нет?
С п у н е р. Да.
Пауза.
445
Я вас прошу... рассмотреть мою кандидатуру. Если бы
на мне был костюм вроде вашего, вы увидели бы меня
в ином свете. Я как никто умею обращаться с лавочни-
ками, разносчиками, коммивояжерами, монахинями.
Могу, если нужно, молчать, могу поддерживать беседу.
Обсуждать могу все что хотите — будущее страны, ди-
корастущие цветы, Олимпийские игры. Я, правда, пе-
реживаю трудное время, но мое воображение и сообра-
жение остались в сохранности. Моя воля к труду не по-
дорвана. На меня можно возлагать самые тяжелые и
незавидные обязанности. Настроен я всегда так, как
требуется. Я, в сущности, очень смиренного нрава.
Я честный человек; да мне и не поздно стать еще чест-
нее. Готовлю я так, что пальчики оближете. Мне по ду-
ше французская кухня; однако стряпня без выкрутасов
тоже в моих возможностях. Малейшей пыли я терпеть
не могу. На кухне у меня все будет блестеть. Я береж-
но отношусь к вещам. Я обеспечу прекрасный уход за
вашим серебром. Играю в шахматы, в бильярд, на пиа-
нино. Могу исполнять вам Шопена Могу читать Биб-
лию вслух. Я отличный собутыльник.
Пауза.
Жизнь мою, прямо скажу, искалечили превратности.
Я был лучшим из лучших в своем поколении. Но
что-то стряслось. Не знаю, что это было. Однако, пре-
терпев обиды и лишения, я все же остался верен себе.
Я — это я. И я предлагаю вам свои услуги отнюдь не
униженно, а с древней гордыней. Я прихожу к вам
как воин — и буду счастлив признать вас своим вла-
дыкой. Я преклоняю колено перед вашими совер-
шенствами. Я наделен благочестием, благоразумием,
446
благожелательством и благонравием. Отвергнете
их — и останетесь внакладе. Дворянская честь велит
мне вести себя учтиво, браться за дело отважно, ис-
полнять повеления скромно и почтительно, то есть
ни под каким видом не вторгаться в вашу личную
жизнь. При этом от меня не ускользнет никакой
умысел против вас. Шпага моя будет всегда наготове,
дабы пресечь любые происки темных злокозненных
сил. Я не премину сохранить ясное лицо и чистую со-
весть. Я заслоню вас своим телом от смерти и смело
от вашего имени приму ее вызов, будь то на поле бра-
ни или в опочивальне. Я — ваш рыцарь. Скорее я до-
блестно лягу костьми, нежели дозволю осквернить
ваше достоинство внутреннему врагу или иноземно-
му супостату. Вот он я, приказывайте.
Долгая пауза.
Херст неподвижно сидит. Фостер и Бриггз неподвижно
стоят.
Погодите отвечать, я еще кое-что скажу. Я время от
времени устраиваю поэтические вечера в верхнем по-
мещении одного кабачка. Бывает немало народу, осо-
бенно молодежи. Я буду счастлив устроить такой вечер
для вас. Вы прочтете свои стихотворения перед заин-
тересованной и внимательной аудиторией, аудитори-
ей, потенциально переполненной величайшим энтузи-
азмом. Гарантирую вам полный зал и с удовольствием
оговорю для вас солидный гонорар или, если предпо-
читаете, добрую долю выручки. Молодежь, смею заве-
рить, просто сбежится слушать вас. Мой комитет по-
чтет за особую честь оказать вам гостеприимство. Вас
представит специалист по вашему творчеству, может
447
быть, я и представлю. После чтения, которое, я убеж-
ден, пройдет с потрясающим успехом, мы можем спус-
титься в нижний бар, и хозяин — кстати сказать, мой
друг — с великой радостью попотчует вас за счет заве-
дения. Там рядом есть индийский ресторан с прекрас-
ной репутацией, где вы будете гостем нашего комитета.
Личность ваша, столь редко лицезримая, строки ваших
стихов, столь многим известные, но редко слышанные
и теперь произнесенные вами с авторитетностью их
творца, — все это станет событием редчайшей катего-
рии: уникальным. Умоляю вас, задумайтесь над обще-
ственным значением подобного мероприятия. Вы соб-
ственной персоной предстанете перед молодежью,
а молодежь предстанет перед вами. Да и люди пожи-
лые, те, кто потерял почти всякую надежду, на этот раз
оставят семейный круг и явятся на вечер. А с прессой
хлопот у вас не будет. Я это возьму на себя и устрою
так, чтоб вас не донимали. Ну, может быть, вы согласи-
тесь на полдюжины снимков, но не более того. Если,
конечно, сами не пожелаете высказаться по такому
случаю. Если вам не покажется неуместной, скажем,
небольшая пресс-конференция, после чтения, перед
ужином, где вы обратитесь через прессу к широкому
читателю. Но это спонтанно, это вовсе не будет обус-
ловлено. Давайте пока утвердимся в намерении устро-
ить чтение для избранных в уютной и благоприятной
обстановке, давайте подумаем о вечере, который станет
памятен для всех, кто примет в нем участие.
Долгая пауза.
X е р с т. Давайте лучше сменим тему.
Пауза.
448
В последний раз.
Пауза.
Что я такое сказал?
Ф о с т е р. Вы сказали, что меняете тему в послед-
ний раз.
X е р с т. А что это значит?
Ф о с т е р. Это значит, что больше вы тему менять
не будете.
X е р с т. Никогда?
Ф о с т е р. Никогда.
X е р с т. Никогда?
Ф о с т е р. Сами сказали, что в последний раз.
X е р с т. Но что это значит? Значит это что?
Ф о с т е р. Значит, что навсегда. Значит, что тему
сменили раз и навсегда, в последний раз и окончатель-
но. Если, скажем, речь зайдет о зиме, то зима никогда
не кончится.
X е р с т. А речь зашла о зиме?
Ф о с т е р. Теперь зашла. Значит, зима никогда не
кончится.
Б р и г г з. И это окончательно.
Ф о с т е р. Окончательно и навсегда. Если, напри-
мер, речь зашла о зиме, то весны больше никогда не
будет.
X е р с т. Но дайте спросить — я должен спросить...
Ф о с т е р. И лета больше никогда не будет.
Б р и г г з. Почек на деревьях...
Ф о с т е р. ...никогда не будет.
X е р с т. Но я должен спросить...
Бриггз. Снег...
15 Зак. №2322
449
Ф о с т е р. ...будет сыпать всегда. Потому что вы
сменили тему. В последний раз.
X е р с т. А мы сменили? Вот в чем вопрос. Я сме-
нил? Разве мы сменили тему?
Ф о с т е р. Конечно. Прежняя тема закрыта.
X е р с т. А какая была прежняя тема?
Ф о с т е р. Она забыта. Вы ее сменили.
X е р с т. А о чем речь теперь?
Ф о с т е р. О том, что никак нельзя сменить тему
после того, как ее сменили.
Б р и г г з. В последний раз.
Ф о с т е р. Так что больше ничего никогда не слу-
чится. Вы просто будете вечно здесь сидеть.
Б р и г г з. Но не один.
Ф о с т е р. Нет, не один. Мы будем с вами. Бриггз и я.
Пауза.
X е р с т. Сейчас ночь.
Ф о с т е р. И всегда будет ночь.
Бриггз. Потому что тему...
Ф о с т е р. ...больше сменить нельзя.
Долгая пауза.
X е р с т. Но я слышу, как птицы щебечут. Вы раз-
ве не слышите? Неслыханные звуки. Я слышу их так,
как они, наверно, раздавались тогда, в моей юности,
хотя я тогда их не слышал, а они раздавались кругом.
Пауза.
Да. Это так. Я иду к озеру. Кто-то спешит за мной,
ломится сквозь чащу. Я от него ускользнул. Я ви-
жу, как тело колышет вода. Волнуюсь, приглядыва-
450
юсь — нет, показалось. На воде никого нет. Я говорю
себе: я видел утопленника. Но мне показалось. Там
никого нет.
Долгая пауза.
С п у н е р. Нет. Вы на безлюдье. Там все недвижно,
там нет перемен, и возраста нет, и все пребывает вове-
ки, в оледенелом безмолвии.
Долгая пауза.
X е р с т. Пусть так, пью за это.
Пьет.
Медленное затемнение.
ПРЕДАТЕЛЬСТВО*
Посвящается Саймону Грэю
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Эмма
Джерри
Роберт
Официант
В 1977 году Эмме тридцать восемь лет, Джерри и Роберту —
по сорок.
Пьеса может идти без антракта или с коротким перерывом
после сцены четвертой.
1977 год
СЦЕНА ПЕРВАЯ
Пивной бар. 1977. Весна. Полдень.
Эмма сидит в углу за столиком. Подходит Джерри. Ста-
вит кружку пива для себя и бокал вина для Эммы. Садится.
Они улыбаются, молча поднимают бокалы, пьют.
Джерри откидывается на спинку стула и смотрит на Эмму.
Джерри. Так вот...
Эмма. Как жизнь?
* Harold Pinter. Betrayal
© Neabar Investments Ltd 1978
© Носик Б., перевод на русский язык (сцены 1-4), 2006
© Харитонов В., перевод на русский язык (сцены 5-9), 2006
452
Джерри. Всё в порядке.
Эмма. Хорошо выглядишь.
Джерри. Ну а чувствую себя что-то не очень.
Эмма. Да? А что с тобой?
Джерри. Похмелье.
Поднимает кружку.
Будем здоровы!
Пьет.
А ты как?
Эмма. Прекрасно.
Оглядывает зал. Переводит взгляд на Джерри.
Всё как в былые времена.
Джерри. Н-да. Давненько ж это было.
Эмма. Давно.
Пауза.
А я тут вспоминала тебя на днях.
Джерри. Бог мой! С чего б это вдруг?
Эмма улыбается.
Так с чего же?
Э м м а. Да так, приятно время от времени вспом-
нить прошлое. Правда?
Джерри. Это уж точно.
Пауза.
Ну а как вообще дела?
Э м м а. Да неплохо.
Пауза.
Знаешь, сколько мы не виделись?
453
Джерри. Ну-у, с того раза, как я приходил на
этот закрытый просмотр, постой, когда это...
Эмма. Нет, я не об этом.
Джерри. А-а, ты хочешь сказать — не виделись
наедине?
Эмма. Да.
Джерри. О-хо-хо.
Эмма. Два года.
Джерри. Да, так оно, наверно, и есть.
Пауза.
Эмма. Целую вечность.
Джерри. Да. Давненько.
Пауза.
Ну а как идут дела? Как твоя галерея?
Эмма. А тебе нравится моя галерея? Что ты
о ней думаешь?
Джерри. Хорошая галерея. Можно даже ска-
зать — очень хорошая.
Эмма. Я рада, что ты так считаешь. Так оно
и есть. Мне эта работа нравится.
Джерри. Чудной народ художники, верно?
Эмма. Нет. Нисколько не чудной.
Д ж е р р и. В самом деле? Это грустно.
Пауза.
Ну а как Роберт?
Эмма. Когда ты его в последний раз видел?
Д ж е р р и. Да я его уже много месяцев не видел.
Даже не знаю, в чем дело. А ты к чему?
Эмма. Что — к чему?
454
Джерри. Почему ты спросила?
Эмма. Просто так. Как твой Сэм?
Джерри. Ты хотела спросить, как Джудит.
Эмма. Разве?
Д ж е р р и. Ну ты же помнишь наш ритуал. Я спра-
шиваю, как твой муж, ты спрашиваешь, как моя жена.
Э м м а. Ах да, конечно. Ну и как твоя жена?
Джерри. Хорошо.
Пауза.
Эмма. Сэм, наверно, уже... большой.
Джерри. Большой. Совсем большой. Увлекается
бегом на длинные дистанции. Мечтает стать зоологом.
Эмма. Правда? Это чудесно. А как Сара?
Д ж е р р и. Ей исполнилось десять.
Эмма. Боже мой! Впрочем, так и должно быть.
Пауза.
Джерри. Так и есть.
Пауза.
А Неду пять, верно?
Эмма. Помнишь все же.
Д ж е р р и. Ну уж это-то я помню.
Пауза.
Эмма. Так.
Пауза.
Значит, у тебя все в порядке?
Джерри. Ну... Ну да, конечно.
Пауза.
455
Эмма. Вспоминаешь меня когда-нибудь?
Джерри. Мне нет нужды тебя вспоминать.
Э м м а. Ах так?
Джерри. Вспоминать нет нужды. Я помню.
Пауза.
А в общем у меня все нормально. У тебя-то как?
Эмма. Хорошо, правда все хорошо. Все в порядке.
Джерри. Отлично выглядишь. Прехорошенькая.
Эмма. Правда? Спасибо. Так приятно тебя
видеть.
Джерри. Мне тоже. В том смысле, что видеть.
Эмма. Хоть вспоминаешь меня иногда?
Джерри. Да, иногда тебя вспоминаю.
Пауза.
Тут как-то видел твою Шарлотту.
Э м м а. Не может быть! Где? Она мне ничего не
сказала.
Джерри. Она меня не видела Это было на улице.
Э м м а. Но ты ведь ее столько лет не видел.
Д ж е р р и. И все же я ее узнал.
Эмма. Каким образом? Как же ты узнал ее?
Джерри. Вот узнал.
Э м м а. Ну и как она тебе?
Джерри. Вылитая ты.
Эмма. Нет, серьезно, что ты подумал о ней?
Д ж е р р и. Я подумал, что она прелестна.
Эмма. Да Она очень... Она просто обалденная.
Ей ведь тринадцать уже.
Пауза
456
Ты помнишь, как однажды... боже, как все это было...
помнишь, как ты взял ее на руки, подбросил, а потом
поймал?
Джерри. Она была легонькая.
Э м м а. И знаешь, она тоже помнит.
Д ж е р р и. Не может быть.
Эмма. Н-ну да... Как ее подбросили в воздух.
Джерри. Вот это память.
Пауза.
А она знает... про нас с тобой, нет?
Эмма. Конечно нет. Просто она помнит тебя —
ты наш старый друг.
Д ж е р р и. Ну и хорошо.
Пауза.
Да, помню, как все там собрались в тот день, все стоя-
ли вокруг — и твой муж, и моя жена, и все наши дети.
Э м м а. В какой день?
Д ж е р р и. Да вот когда я ее подбросил. У вас на
кухне.
Эмма. Это было у вас на кухне.
Долгая пауза.
Джерри. Эмма, милая...
Э м м а. Не надо.
Пауза.
Все это было так...
Джерри. Кажется, что все это было так давно.
Эмма. Тебе так кажется?
Джерри. Повторить?
457
Берет кружку и бокал, вдет к стойке. Эмма сидит неподвиж-
но. Он возвращается, ставит на стол вино и пиво, садится.
Э м м а. Я тут вспоминала тебя на днях.
Пауза.
Проезжала через Килберн и вдруг увидела, где я.
Я остановилась, потом свернула на Кинсей-драйв и вы-
ехала на Уэссекс-гроув. Проехала мимо и остановила
машину метров за пятьдесят от нашего дома; мы ведь
всегда так делали, помнишь?
Джерри. Да.
Э м м а. Из нашего дома вышли какие-то люди.
Пошли по улице.
Джерри. Что за люди?
Эмма. Так... молодые. Я вышла из машины и
поднялась на крыльцо. Посмотрела на звонки, ну
там, где фамилия возле каждой кнопки. Поискала на-
шу фамилию.
Пауза.
Джерри. Грин.
Пауза.
И не нашла, да?
Эмма. Да.
Джерри. Потому что нас там больше нет. Нас
же давно там нет.
Эмма. Да. Очень давно.
Пауза.
Д ж е р р и. Я слышал, ты видишься с Кейси.
Эмма. Ты о чем?
458
Джерри. Кейси. Ну просто я слышал, что ты...
что ты иногда с ним видишься.
Эмма. Где ты это слышал?
Джерри. Так... разные люди... разговоры.
Эмма. Боже милосердный!
Д ж е р р и. И странная вещь: когда я услышал, я
разозлился, и только, просто меня разозлило, что вот
о нас с тобой в былые времена никто не шушукался.
Меня так и подмывало сказать: да что вы мне расска-
зываете, ну посидела она, может, раз-другой в баре с
этим Кейси, кому какое дело, вот у нас с ней целых
семь лет был роман, а вы, черти, — никто из вас даже
понятия не имел об этом.
Пауза.
Э м м а. А вот интересно... Вдруг кто-нибудь знал
про нас, все эти годы?
Джерри. Чепуха. Мы с тобой были на высоте. Ни-
кто ничего не знал. Да и кто в те дни бывал в Килбер-
не? Одни мы с тобой.
Пауза.
Ну а что же все-таки у тебя с Кейси?
Эмма. Ты о чем?
Джерри. Что между вами происходит?
Эмма. Заходили иногда посидеть в баре.
Джерри. Мне-то казалось, что ты невысокого
мнения о его книгах.
Э м м а. Я переменила мнение. Или его книги пе-
ременились. Ты ревнуешь?
Д ж е р р и. К кому?
Пауза.
459
Я не могу ревновать к Кейси. Я его литературный агент.
Я давал ему советы, когда он разводился. Я читаю все
его черновики. Это я убедил твоего мужа издать первый
роман Кейси. Я сопровождаю его в Оксфорд, когда он
выступает в Студенческом обществе. Он... мое детище.
Я открыл его, когда он еще был поэтом, это было черт
знает когда.
Пауза.
Он даже таскал меня в Саутгемптон знакомиться с па-
пой и мамой. Так что я не могу ревновать к Кейси.
И вообще, между нами ведь больше ничего нет, так?
Мы уже целую вечность не встречались. Так что если
тебе хорошо, то я рад за тебя, ей-богу.
Пауза.
А как Роберт?
Пауза.
Эмма. Ну... видишь ли... мы с ним, наверно, рас-
станемся.
Джерри. Ого?
Э м м а. У нас был долгий разговор... этой ночью.
Джерри. Ночью?
Э м м а. И представляешь, что я узнала... этой но-
чью? Что он предавал меня много лет. У него были...
другие женщины.
Д ж е р р и. Не может быть! Ну и дела!
Пауза.
Но ведь и мы его много лет обманывали.
Эмма. Вот и он — обманывал меня много лет.
460
Джерри;Ияне знал об этом.
Э м м а. Я тоже не знала.
Пауза.
Д ж е р р и. А Кейси об этом знает?
Эмма. Может, ты перестанешь называть его по
фамилии? Его зовут Роджер.
Д ж е р р и. Ну да, Роджер.
Э м м а. Я позвонила именно тебе. Даже не знаю
почему.
Джерри. Как все же странно. Мы с ним были та-
кие друзья, помнишь? Мы с Робертом... ну допустим
даже, что я его не видел в последнее время, но ведь
раньше-то, все эти годы, сколько раз мы выпивали
с ним, сколько раз ходили вместе обедать... и мне даже
в голову никогда не приходило... ни малейшего подо-
зрения... что у него кто-то есть... кто-то кроме тебя. Ни-
когда. Ни малейшего. Ведь когда, скажем, сидишь
с приятелем в баре или, скажем, в ресторане и он нет-
нет да и выскочит, ну, скажем, в туалет, сама знаешь,
как бывает, — так вот, я к тому, что если он выскочит
в туалет, а при этом еще позвонит кому-нибудь тай-
ком, ну, надо ему пару слов, чтоб ты не знал, то ты этот
его тайный звонок вроде как чувствуешь — замечала? —
нет, как будто даже гудки эти слышишь: ту-у, ту-у,
ту-у-у. Так вот, с Робертом я этого никогда не чувство-
вал. Ни разу, никаких этих ту-у, ту-у, ту-у-у, ни в одном
баре, сколько мы с ним ни бывали. Самое смешное, что
это ведь я всегда тебе ту-ту-ту потихоньку, пока он там
поддавал у стойки. Вот что самое смешное.
Пауза.
А когда он тебе про все это рассказал?
461
Эмма. Этой ночью. Да мы, кажется, так и не ло-
жились всю ночь.
Пауза.
Джерри. Всю ночь проговорили?
Эмма. Да, всю ночь.
Пауза.
Джерри. Обо мне речь не заходила?
Э м м а. О чем?
Д ж е р р и. Я просто...
Э м м а. Я просто взяла и позвонила тебе утром,
просто так, потому что я... потому что мы старые дру-
зья... я всю ночь не прилегла... теперь все это кончено...
и мне вдруг захотелось тебя повидать.
Д ж е р р и. Ну и правильно, я тоже рад тебя ви-
деть. Очень рад. И мне жаль... что всё так...
Э м м а. А ты хоть помнишь? То есть ты действи-
тельно помнишь?
Джерри. Помню.
Пауза.
Эмма. Тебе ведь не по средствам тогда была эта
квартирка на Уэссекс-гроув, когда мы ее сняли, да?
Джерри. Ну, когда любовь, что-нибудь да при-
думаешь.
Э м м а. Я купила занавески.
Джерри. Ты тоже что-то придумала.
Эмм а. А ты знаешь, я не оттого тебе позвонила, что
вдруг воспоминания нахлынули, нет, нет, какой толк
вспоминать! Просто хотела узнать, как ты. Нет, честно.
Скажи, как ты? Как твои дела?
462
Джерри. Какое это все теперь имеет значение?
Пауза.
Так ты вчера ничего не сказала Роберту про нас
с тобой?
Эмма. Пришлось рассказать.
Пауза.
Он рассказал мне все. И я ему все рассказала. Мы
глаз не сомкнули... всю ночь. Среди ночи вдруг Нед
спустился из спальни. Мне пришлось пойти уложить
его. Потом я вернулась вниз. Он, наверно, услышал
наш разговор и проснулся. И ты знаешь...
Джерри. Ты ему все рассказала?
5 м м а. Мне пришлось.
Джерри. Ты все ему рассказала... про нас с то-
бой?
Эмма. Мне пришлось.
Пауза.
Д ж е р р и. Но ведь он мой самый старый друг. Ты
пойми, я взял его дочурку на руки, и подбросил,
и поймал ее, и это было у нас на кухне. А он стоял ря-
дом и смотрел.
Эмма. Все это теперь не имеет значения. Все
кончено.
Джерри. Как так? Что кончено?
Эмма. Все кончено. Все позади.
Она пьет.
463
1977 год, в тот же день
СЦЕНА ВТОРАЯ
Кабинет в доме Джерри. 1977. Весна.
Джерри сидит. Роберт стоит со стаканом в руке.
Джерри. Спасибо, что зашел.
Р о б е р т. Да ну, невелик труд.
Джерри. Нет, нет, я знаю, тебе было нелегко...
Я знаю... Ведь дети...
Роберт. Нет, не страшно. Мне показалось, что
у тебя что-то срочное.
Джерри. Да... Ты уже подыскал кого-нибудь?
Роберт. Зачем?
Джерри. Для детишек.
Роберт. А-а, ты об этом. Да. Да. Право, всё в по-
рядке. К тому же Шарлотта уже не ребенок.
Джерри. Это правда.
Пауза.
Может, ты сядешь?
Р о б е р т. Ну что ж, пожалуй. Сейчас сяду.
Пауза.
Джерри. Джудит в больнице... у нее ночное де-
журство. А дети... дома... наверху.
Роберт. Угу.
Д ж е р р и. Я должен поговорить с тобой. Это важно.
Роберт. Говори.
Джерри. Сейчас.
Пауза.
464
Роберт. Вид у тебя что-то неважный.
Пауза.
Что случилось?
Пауза.
Может, это по поводу тебя и Эммы? Да?
Пауза.
Так я все знаю.
Джерри. Да. Мне уже... было сказано.
Р о б е р т. Ах вот как.
Пауза.
Послушай, это не так важно. Все это давным-давно
кончилось, верно?
Джерри. Это важно.
Роберт. Да? А почему?
Джерри (встает, ходит по комнате), Я думал,
я с ума сойду.
Роберт. Когда?
Джерри. Сегодня вечером. До самого твоего при-
хода. Я все думал, звонить тебе или нет. Я считал, что
я должен тебе позвонить. И два часа не мог... решить-
ся. К тому же ты сидишьх детьми... Я боялся, что мы
не увидимся. Мне казалось, я схожу с ума. Я очень те-
бе благодарен, что ты... пришел.
Р о б е р т. Да оставь, ради бога! А что, собственно,
ты хотел мне сказать?
Пауза. Джерри садится.
Д ж е р р и: Я не понимаю, зачем она рассказала те-
бе. Не понимаю, как она могла тебе рассказать. Прос-
465
то не понимаю. Видишь ли, я знаю, что у вас произо-
шло... я с ней сегодня виделся... мы посидели в баре... я
не видел ее бог знает сколько... она рассказала мне, ну,
про это, про ваши неприятности, про вас обоих... и так
далее. Так что я знаю. И мне правда очень жаль.
Роберт. Жалеть тут не о чем.
Джерри. Как это не о чем?
Пауза.
А главное, я просто понять не могу... зачем ей это
нужно было... рассказывать... сколько лет прошло, и
вдруг... ни с того ни с сего вчера вечером...
Роберт. Вчера вечером?
Д ж е р р и. Не посоветовалась со мной. Не преду-
предила ни о чем. В конце концов, ведь мы с тобой...
Р о б е р т. Но она ничего не говорила мне об этом
вчера.
Джерри. Что значит — ничего?
Пауза.
Я все знаю — что у вас вчера произошло. Она мне
рассказала. Вы ведь не спали всю ночь, так или нет?
Роберт. Это правда.
Д ж е р р и. И она рассказала тебе... вчера., про нас.
Разве не так было?
Р о б е р т. Не так. Вчера она ничего не рассказыва-
ла мне про вас. Она рассказала мне про вас четыре го-
да назад.
Пауза.
Так что ей незачем было мне снова рассказывать вче-
ра. Потому что я уже знал все это. И она знала, что я
466
знаю, потому что она сама же и рассказала мне все
четыре года назад.
Долгая пауза.
Джерри. Как же так?
Р о б е р т. Я, пожалуй, все же сяду.
Садится.
А я думал, ты знаешь об этом.
Д ж е р р и. О чем — об этом?
Р о б е р т. О том, что я знаю. О том, что я уже дав-
ным-давно все знаю. Я думал, ты об этом знаешь.
Джерри. Ты думал, что я знаю?
Роберт. Она мне сказала, что ты не знаешь. Но я
не поверил.
Пауза.
Так или иначе, я, насколько мне помнится, думал все
же, что ты знаешь. Но вот ты говоришь, что не знал.
Джерри. Она сказала тебе... когда?
Р о б е р т. Я это сам узнал. Так уж вышло. Я ей ска-
зал, что знаю, и тогда она... подтвердила, что это так.
Джерри. Когда это было?
Р о б е р т. Да ну, Джерри, давным-давно.
Пауза
Д ж е р р и. Но ведь мы с тобой виделись... часто
виделись... все эти четыре года. Мы вместе обедали.
Р о б е р т. Но в сквош больше не играли.
Д ж е р р и. Я был твоим лучшим другом.
Р о б е р т. Ну да, конечно.
Джерри смотрит на него пристально, потом хватается за
голову.
467
Ну, не расстраивайся. Какой смысл?
Долгая пауза. Джерри поднимает голову.
Джерри. Почему она не сказала мне об этом?
Роберт. Ну откуда же мне знать, старина? Это
у нее надо спросить.
Д ж е р р и. А ты мне почему не сказал?
Пауза.
Р о б е р т. Я думал, ты должен знать.
Джерри. Ты думал, но ведь наверняка ты не
знал. Значит, нельзя сказать, что ты знал.
Роберт. Нет, нельзя.
Джерри. Тогда почему же ты не сказал мне
об этом?
Пауза.
Р о б е р т. О чем — об этом?
Д ж е р р и. О том, что ты знаешь. Мерзавец ты,
вот кто.
Р о б е р т. Э, нет, Джерри, мерзавцем меня назы-
вать не надо.
Пауза.
Джерри. Что же нам делать?
Роберт. Нам с тобой ничего не нужно делать.
С браком моим покончено. Остаются кое-какие фор-
мальности. Это касается детей. Вот и все.
Долгая пауза.
Джерри. Надеюсь, ты хоть не собираешься рас-
сказывать Джудит?
468
Роберт. Рассказывать Джудит? О чем? Ах, про
тебя с Эммой. То есть ты хочешь сказать, что ей ни-
чего не известно? А ты уверен в этом?
Пауза.
Нет, нет, я ни о чем не собирался рассказывать Джудит.
И ты, кажется, не понимаешь. Ты, кажется, не понял еще,
что мне на все это с высокого дерева... Ну да, я ей вмазал
раз или два, Эмме. Но ювсе не во имя принципов. Не из
каких-нибудь там моральных побуждений. Просто по-
явилось вдруг желание задать ей хорошую трепку. Дав-
но руки чесались... ты понимаешь.
Пауза.
Джерри. Но ведь ты тоже изменял ей много лет,
правда?
Р о б е р т. О да.
Д ж е р р и. И она ничего об этом не знала? Ничего?
Роберт. Разве?
Пауза.
Д ж е р р и. Я, во всяком случае, не знал.
Р о б е р т. О нет, ты у нас вообще ни о чем таком
не знал. Не знал?
Пауза.
Д ж е р р и. Не знал.
Роберт. Знал, Джерри, знал.
Джерри. Да, ты прав. Я жил с ней.
Роберт. Знаю. Пополудни. От обеда до ужина.
Джерри. Иногда и дольше. Целых семь лет.
469
Р о б е р т. Ну да Так что уж все, что там можно было
знать, ты узнал. За семь-то лет, от обеда до ужина. Вот
кто действительно ничего этого не знает, так это я.
Пауза.
Надеюсь, она за тобой хоть присматривала.
Долгая пауза.
Джерри. Мы с тобой хорошо относились друг
к другу.
Р о б е р т. А мы и сейчас неплохо друг к другу от-
носимся.
Пауза.
Я тут как-то наткнулся на старину Кейси. У него, ка-
жется, роман с моей женой. Мы с ним уже столько лет
не играли в сквош. А когда-то у нас здорово получа-
лось, черт бы его драл.
Д ж е р р и. Он располнел.
Роберт. Да, мне тоже показалось.
Д ж е р р и. Он идет под гору.
Роберт. Да?
Д ж е р р и. А ты разве не замечаешь?
Р о б е р т. В каком смысле «под гору»?
Джерри. То, что он пишет. Его книги.
Р о б е р т. А, его книги. Его творчество. Его мас-
терство. Да, его творчество похоже что сходит на нет,
или я ошибаюсь?
Джерри. Пока еще покупают.
Роберт. Да, продается очень бойко. Совсем не-
плохо продается. Неплохо для нас. Для тебя и для
меня.
470
Джерри. Вот именно.
Роберт. Кто-то мне тут недавно рассказывал —
кто ж это мог быть, наверно кто-нибудь из отдела
рекламы, — так вот, мне рассказывали, что Кейси ез-
дил на днях в Йорк надписывать экземпляры своей
новой книжки, ну как обычно, в книжной лавке, чи-
тателям, и вместе с ним ездила Барбара Спринг, ты
ее знаешь, так вот, публика целый день толпилась во-
круг него — за автографом, а возле Барбары Спринг
толпилась только одна старая дама с собакой. Мне-то
кажется, что Барбара Спринг пишет... очень неплохо.
Ты как думаешь?
Джерри. Так же.
Пауза.
Р о б е р т. А все же мы пока оба на нем неплохо за-
рабатываем, на Кейси, как ты считаешь?
Джерри. Совсем неплохо.
Пауза.
Роберт. Тебе приходилось за последнее время
читать какие-нибудь хорошие книги?
Д ж е р р и. Я читал Йетса.
Роберт. Йетса. Ну как же.
Пауза.
Джерри. Ты когда-то читал Йетса на Торчелло.
Р о б е р т. На Торчелло?
Джерри. Ты что, не помнишь? Много лет назад.
Ты отправился один на Торчелло, ранним утром.
И читал там Йетса.
471
Роберт. Точно. Ну да, я тебе про это рассказывал.
Пауза.
Да, да.
Пауза.
А куда ты собираешься летом с семьей?
Д ж е р р и. В Озерный край.
1975 год
СЦЕНА ТРЕТЬЯ
Квартира. 1975. Зима.
Джерри и Эмма сидят.
Молчание.
Д ж е р р и. И что же ты предлагаешь?
Пауза.
Э м м а. Я просто не знаю, что нам делать, вот и все.
Джерри. Н-ну...
Пауза
Э м м а. Я говорю об этой квартире...
Джерри. Понятно.
Эмма. Ты хоть можешь припомнить, когда мы
здесь были в последний раз?
Джерри. Кажется, летом.
Эмма. Да? Неужели?
Д ж е р р и. Я знаю, тебе может показаться...
Эмма. Это было в начале сентября.
472
Джерри. Ну так это еще лето, разве не так?
Эмма. Стоял страшный холод. Было начало осени.
Джерри. Ну сейчас тоже не жарко.
Эмма. Мы еще хотели привезти новый электро-
камин.
Джерри. Да, я так и не собрался.
Эмма. Какой в этом смысл, если мы здесь не
бываем.
Джерри. Но вот же мы здесь.
Э м м а. Не так, как раньше.
Долгая пауза.
Джерри. Ну, многое изменилось. Ты была так
занята, работа и все такое.
Эмма. Да, я знаю. Но мне действительно нравит-
ся эта работа. И я не собираюсь ее бросать.
Д ж е р р и. Да нет же, это здорово. Для тебя просто
великолепно. Но у тебя никогда...
Эмма Что ж, если на тебе галерея, надо ею зани-
маться, в ней надо бывать.
Д ж е р р и. А значит, ты не бываешь свободной
днем, верно?
Эмма. Верно.
Джерри. Так как же мы можем встречаться?
Э м м а. А ты припомни, часто ли ты теперь в Анг-
лии. Ты же вечно в отъезде.
Д ж е р р и. Но когда я здесь, ты днем занята. И мы
не можем увидеться.
Эмма. Мы можем встретиться в перерыв.
Джерри. Да, мы можем встретиться среди дня,
но, если у нас всего час, стоит ли тащиться в такую
даль. Я уже стар для этого.
473
Э м м а. А я и не предлагала.
Пауза.
Ты знаешь, раньше... мы были такие изобретательные,
мы так стремились... и было ведь иногда... казалось, ну
просто никак невозможно встретиться... никакой воз-
можности... и все же мы встречались. Мы встречались
здесь, мы сняли эту квартиру, и мы встречались в ней,
потому что нам этого очень хотелось.
Джерри. Какая разница, очень мы этого хотим
или не очень, если ты все равно днем занята, а я и во-
все в Америке.
Долгая пауза.
А вечером это всегда было невозможно, и ты это зна-
ешь. У меня семья.
Э м м а. У меня тоже есть семья.
Пауза.
Д ж е р р и. Я об этом прекрасно знаю. И хотел бы
тебе напомнить, что твой муж — мой самый старый
друг.
Э м м а. На что ты намекаешь?
Д ж е р р и. Я ни на что не намекаю.
Эмма. Что ты хотел этим сказать — насчет мужа?
Д ж е р р и. О боже! Да ничего такого я не хотел
этим сказать. Кроме того, что сказал.
Эмма. Понятно.
Пауза.
Мне одно ясно: в прежние времена мы старались что-
то придумать, мы освободились бы на вечер, как-то
бы всё устроили, встретились и пошли бы в отель.
474
Джерри. Да, так мы и делали.
Пауза.
Однако это все... чаще всего это было... еще до того,
как мы сняли квартиру.
Эмма. Не так уж часто мы здесь ночевали...
в этой квартире.
Джерри. Да, не часто.
Пауза.
Мы вообще мало где ночевали.
Долгая пауза.
Э м м а. И ты можешь позволить себе... чтоб она
стояла пустая, вот так, из месяца в месяц?
Джерри. Н-ну-у...
Эмма. Стояла просто так, зазря, никто же здесь не
бывает. Мне даже думать об этом невыносимо, честно
тебе скажу. Стоит она вот так... ненужная. Весь день,
всю ночь. Изо дня в день. Из ночи в ночь. И все это то-
же впустую — и посуда, и занавески, и постельное бе-
лье, и все прочее. И скатерть, которую я привезла из
Венеции. (Улыбается.) Нет, это же просто смешно.
Пауза.
Это просто... нежилой дом. Мертвый дом.
Д ж е р р и. А это и не дом.
Пауза.
Я знаю. Я знаю, что тебе хотелось... но это никогда
и не могло... быть настоящим домом. У тебя есть дом.
У меня есть дом. С занавесками и всем прочим.
475
И с детьми. По двое детей в каждом из наших домов.
А здесь нет детей, так что это уже не настоящий дом,
не такой.
Э м м а. А мы никогда и не думали, что он будет
такой же, как те. Правда?
Пауза.
Ты-то и вообще не считал его домом, ни с какой сто-
роны, верно?
Джерри. Да. Просто это была квартира... ты
знаешь.
Эмма. Чтоб заниматься любовью?
Джерри. Нет, чтоб любить.
Эмма. Ну, теперь и этого осталось не много,
верно?
Долгая пауза
Д ж е р р и. Я не думаю, чтоб у нас не осталось
любви друг к другу.
Пауза.
Э м м а. Ах так.
Пауза.
Ну и что же ты будешь делать со всей этой... обста-
новкой?
Д ж е р р и. С чем?
Э м м а. С вещами.
Долгая пауза.
Джерри. Знаешь, это все можно уладить до-
вольно просто, если только мы примем решение.
476
Э м м а. То есть продать все миссис Бэнкс по де-
шевке, а она... она потом может сдать меблированную
квартиру.
Джерри. Верно. Кровать эта тут была?
Э м м а. То есть как?
Джерри. Или здесь не было кровати?
Эмма. Мы купили эту кровать. Мы же вместе хо-
дили ее покупать. Мы всё купили.
Д ж е р р и. Ах да.
Эмма встает.
Эмма. Значит, ты уладишь всё с миссис Бэнкс?
Пауза.
Я ничего отсюда не возьму. Мне просто некуда будет
поставить, сам знаешь. У меня есть дом, со скатертя-
ми и со всем прочим.
Джерри. Ладно, я займусь, обговорю все с
миссис Бэнкс. Нам будет причитаться пара монет,
так что...
Эмма. Нет, нет, деньгами я тоже не возьму, пре-
много тебе благодарна.
Долгая пауза.
А теперь я пойду.
Он поворачивается, смотрит на нее.
Ах да, ключ. (Вынимает связку, пытается отцепить
от нее ключ.) О боже! (В отчаянии дергает ключ. Бро-
сает ему всю связку.) Отцепи.
Он ловит связку, смотрит на Эмму.
477
Сделай это, прошу тебя. Мне еще надо заехать за
Шарлоттой в школу. Мы с ней едем за покупками.
Он отцепляет ключ.
Ты заметил, что мы встретились как раз днем? В чет-
верг галерея после обеда закрыта. Поэтому я сейчас
здесь. По четвергам мы закрываем пополудни. Я могу
взять свои ключи?
Он передает ей связку.
Спасибо. И знаешь, я думаю, мы всё правильно ре-
шили.
Она выходит. Он стоит неподвижно.
1974 год
СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ
В доме Роберта и Эммы. Гостиная. 1974. Осень.
Роберт наполняет стакан Джерри. Идет к двери.
Роберт. Эмма! Джерри пришел!
Э м м а (из-за кулис). Кто-кто?
Роберт. Джерри.
Эмма. Сейчас я спущусь.
Роберт протягивает Джерри стакан.
Джерри. Твое здоровье.
Роберт. Твое здоровье. Она там укладывает Неда.
Надо полагать, он с минуты на минуту отбудет.
Джерри. Куда отбудет?
478
Р о б е р т. В страну снов.
Джерри. А-а. Кстати, вы как спите?
Р о б е р т. То есть?
Джерри. По-прежнему не высыпаетесь? Я имею
в виду Неда.
Роберт. Ах, Неда. Нет, ничего. Он становится
спокойнее. Но знаешь, что мне тут сказали?
Джерри. Что?
Роберт. Мне сказали, что мальчики вообще
в этом смысле хуже, чем девочки.
Джерри. Хуже?
Роберт. Ну да, младенцы. Мне сказали, что
мальчики в младенческом возрасте плачут больше,
чем девочки.
Джерри. Неужели?
Р о б е р т. А ты сам этого не замечал?
Джерри. Э-э... Да, пожалуй, мы замечали тоже.
А ты?
Р о б е р т. Я заметил. А в чем, по-твоему, дело?
Как ты думаешь, почему это так?
Джерри. Ну, я думаю... мальчики больше озабо-
чены.
Роберт. Уже в младенческом возрасте?
Д ж е р р и. Да.
Р о б е р т. Ну а какого черта им беспокоиться, какие
у них заботы... еще в младенчестве? Как ты думаешь?
Джерри. Ну... столкновение с внешним миром —
так я думаю, они покидают материнское лоно и все
такое.
Р о б е р т. А девочки? Они тоже покидают лоно.
Джерри. Согласен. Но и ты согласись — никто
из нас никогда не слышал, чтобы кто-нибудь всерьез
479
обсуждал этот вопрос — о том, что девочки покидают
лоно и все такое. Никто ведь не обсуждал, верно?
Р о б е р т. Я готов обсудить.
Джерри. Ты? Ясно. Ну и что ты можешь сказать
по этому поводу?
Р о б е р т. Но ведь я первый задал тебе вопрос, ты
и ответь.
Джерри. Какой вопрос?
Роберт. Почему ты утверждаешь, что перед
мальчиком, покидающим материнское лоно, встает
больше проблем, чем перед девочкой?
Джерри. Разве я утверждал это?
Роберт. Ты даже-лошел дальше и утверждал,
что младенцы мужскаго пола в большей степени
обеспокоены столкновением с внешним миром, чем
младенцы женского пола.
Д ж е р р и. А ты разве так не считаешь?
Роберт. Да, я считаю, что это так.
Пауза.
Д ж е р р и. А как ты думаешь, почему это так?
Р о б е р т. Не знаю.
Пауза.
Д ж е р р и. А ты не думаешь, что это каким-то об-
разом связано с различием их пола?
Пауза.
Роберт. Боже милостивый, конечно же! Неиз-
бежно связано.
Входит Эмма.
Эмма. Привет! Вот не ждали.
480
Д ж е р р и. Да я тут пил чай у Кейси.
Эмма. Где это?
Джерри. Здесь рядом, за углом.
Э м м а. А мне казалось, что он живет... в Хампсте-
де или еще где-то.
Роберт. Ты отстаешь от жизни.
Э м м а. А что?
Джерри. Он ушел от Сюзанны. Он теперь живет
один, здесь неподалеку, за углом.
Э м м а. Ах вот как.
Роберт. Пишет роман о человеке, который оста-
вил жену с тремя детьми и поселился на другом кон-
це Лондона, чтобы написать роман о человеке, кото-
рый оставил жену с тремя детьми...
Эмма. Надеюсь, этот его роман будет лучше, чем
его последний роман.
Роберт. Последний? Ах последний. Это про то,
как человек живет в большом доме в Хампстеде с же-
ной и тремя детьми и пишет роман о человеке...
Джерри (Эмме). А чем тебе не понравился тот
роман?
Э м м а. Я, собственно, тебе уже говорила.
Джерри. Мне кажется, это лучшее из всего, что
он написал.
Эмма. Может, это и лучшее из всего, что он напи-
сал, и тем не менее вещь эта до омерзения фальшива.
Джерри. Фальшива? В каком смысле — фаль-
шива?
Э м м а. И об этом я уже говорила.
Джерри. Разве?
Роберт. Да, да, говорила. Мы тут как-то обедали
вместе, отлично помню, только не помню где, ты, я,
16 Зак. №2322
481
Эмма и Джудит, и Эмма прочла нам за пудингом бле-
стящий доклад о фальши в произведениях Кейси на
примере как раз этого его последнего романа. «Горь-
кое похмелье». Это была волнующая речь. К сожа-
лению, Джудит должна была нас покинуть в самой
середине этого выступления, потому что ей нужно
было на ночное дежурство в больницу. Как она, кста-
ти, поживает?
Джерри. Всё прекрасно.
Пауза.
Роберт. А когда мы будем с тобой играть в
сквош?
Джерри. Ты для меня слишком сильный игрок.
Роберт. Ерунда. Я вообще не сильный игрок.
Просто я в лучшей форме.
Джерри. Это почему же? Почему это ты в луч-
шей форме, чем я?
Роберт. Потому что я играю в сквош.
Д ж е р р и. Ах играешь. И часто?
Роберт. Н-н-ну...
Д ж е р р и. С кем?
Роберт. Как правило, с Кейси.
Д ж е р р и. С Кейси? Боже правый! Ну и как он
играет?
Р о б е р т. Со всей честностью. Так сказать, с по-
следней прямотой. Но мы-то с тобой — мы ведь и прав-
да не играли целую вечность. Мы должны непременно
поиграть. Ты ведь неплохо играл.
Джерри. Да, я неплохо играл. Решено. Я тебе
позвоню.
Роберт. Верно, почему бы тебе не позвонить?
482
Джерри. Позвоню, и мы условимся.
Роберт. Идет.
Джерри. Надо. Обязательно.
Р о б е р т. А после игры я угощу тебя обедом.
Джерри. Нет, нет. Это я тебя угощу. При-
глашаю.
Роберт. Кто выиграет, тот и угощает.
Э м м а. А мне можно поглядеть?
Пауза.
Р о б е р т. На что?
Эмма. Можно мне поглядеть на игру, а потом я
угощу вас обоих обедом.
Роберт. Видишь ли, если уж говорить со всей чест-
ностью, так сказать с последней прямотой, то нам,
собственно, ни к чему, чтоб там была женщина, пра-
вильно я говорю, Джерри? Потому что игра в сквош —
это, видишь ли, не просто игра в сквош, это нечто
большее. Ну, сперва, конечно, сама игра. После это-
го — душ. После этого — твоя пинта пива. А потом
уж — обед. Потому что ты это заслужил. Ты сражался,
а теперь — теперь тебе хочется получить свою пинту
пива и свой обед. И, честно говоря, тебе вовсе не хо-
чется, чтоб женщина угощала тебя обедом. Честно го-
воря, тебе вовсе не хочется, чтоб здесь была женщина,
здесь или поблизости, хотя бы за милю отсюда. Чест-
но говоря, тебе вовсе ни к чему, чтоб она торчала на
площадке во время игры, или в душе, или потом в пив-
ной, или даже в ресторане. Потому что, видишь ли, за
обедом хочется поговорить с другом о сквоше, или
крикете, или о книгах, или даже о женщинах, хочется
поговорить всласть и не бояться, что тебя кто-то пре-
483
рвет на полуслове. Вот, собственно, в чем тут дело. Ты
согласен, Джерри?
Джерри. Давненько не играл я в сквош.
Пауза.
Роберт. Вот давай и поиграем на той неделе.
Джерри. На той неделе я не смогу. Я буду в
Нью-Йорке.
Эмма. Уезжаешь?
Джерри. Да, еду. С одним из самых моих знаме-
нитых писателей.
Э м м а. С кем же это?
Д ж е р р и. С Кейси. Кто-то там надумал ставить
фильм по его роману, тому самому, который тебе не
нравится. Мы должны это с ним обсудить. Речь шла
о том, что либо они приедут сюда, либо мы к ним. Но
Кейси считает, что он заслужил путешествие.
Э м м а. А ты?
Джерри. Что — я?
Эмма. Ты тоже заслужил путешествие?
Роберт. Джудит тоже летит с вами?
Джерри. Нет. Но он просто не может лететь один.
Так что мы поиграем в сквош, когда я вернусь. Через
неделю, самое большее через десять дней.
Роберт. Отлично.
Джерри (Эмме). Пока. Спасибо за выпивку.
Эмма стоит неподвижно. Роберт возвращается. Целует ее.
Эмма целует его. Потом отстраняется, кладет голову ему
на плечо, тихо плачет. Он бережно обнимает ее.
484
1973 год
СЦЕНА ПЯТАЯ
Номер в гостинице. Венеция. 1973. Лето.
Эмма лежит с книгой. Роберт смотрит в окно. Скольз-
нув по нему взглядом, Эмма снова утыкается в книгу.
Эмма. Значит, завтра Торчелло?
Роберт. Что?
Эмма. Завтра мы едем на Торчелло?
Роберт. Да. Торчелло.
Эмма Замечательно.
Роберт. Ммм...
Эмма. Скорее бы.
Пауза.
Роберт. Хорошая книга?
Эмма. Ммм... Да
Р о б е р т. А что это?
Эмма. Новинка Некий Спинке.
Р о б ер т. Ах эта. Джерри мне говорил.
Эмма. Джерри? Когда?
Р о б е р т. На прошлой неделе, за обедом.
Эмма Правда? Она ему нравится?
Р о б е р т. Спинке — его детище. Он его открыл.
Эмма Даже так? Я не знала
Роберт. Мало ли начинающих несут рукописи.
Пауза
Так, по-твоему, это хорошо?
Эмма. По-моему, да. Мне нравится.
Роберт. Джерри тоже одобряет. Тебе надо как-
нибудь с нами пообедать и поговорить о ней.
485
Эмма. Это совершенно необходимо?
Пауза.
Она того не стоит.
Роберт. Другими словами, она не так хороша,
чтобы пообедать со мною и Джерри и поговорить
о ней?
Эмма. Что за ахинею ты несешь?
Роберт. Надо мне ее перечитать, раз она вышла
Эмма. Перечитать?
Роберт. Джерри предлагал нам издать ее.
Эмма. Правда?
Роберт. Естественно. А я отверг.
Эмма. Почему?
Р о б е р т. Да ничего нового из этой темы уже не
выжмешь.
Э м м а. А какая здесь, по-твоему, тема?
Роберт. Предательство.
Эмма. Ничего похожего.
Роберт. Да? Тогда какая же?
Э м м а. Я еще не дочитала. Скажу после.
Роберт. Ладно. После скажи.
Пауза.
Не исключено, что я имею в виду другую книгу.
Долгая пауза.
Кстати, я вчера заходил в «Америкэн экспресс».
Она поднимает глаза от книги.
Эмма. Да?
Роберт. Да. Получить деньги по туристским че-
кам. Там курс вьппе, чём здесь, например, в гостинице.
486
Эмма. Да?
Роберт. Да. И там для тебя было письмо. Меня
спросили, не родственники ли мы, я сказал, что род-
ственники. Тогда они спросили, не хочу ли я забрать
письмо. Попросту говоря, отдали его мне. Но я отка-
зался брать, велел оставить. Ты его получила?
Эмма. Да.
Роберт. Видимо, вчера вечером, когда делала
покупки?
Эмма. Совершенно верно.
Р о б е р т. Ну и слава богу.
Пауза.
Честно говоря, я был поражен, когда они предложили
мне его забрать. В Англии это немыслимая вещь.
А итальянцы... полная безалаберность. Ведь, если моя
фамилия Дауне и твоя фамилия Дауне, из этого еще не
следует, что мы супруги, а именно так они рассудили
своими веселыми средиземноморскими башками. Мог-
ло случиться — и скорее всего, — что мы абсолютно по-
сторонние люди. Теперь представь, что я, которого они
так легко записали в твои мужья, подтверждаю, что я
муж, хотя на самом деле я абсолютно посторонний, за-
бираю письмо, распечатываю, из праздного любопыт-
ства прочитываю и бросаю в канал, — это же значит,
что ты никогда его не получишь, тебя лишают законно-
го права самой вскрывать собственную корреспонден-
цию, и все благодаря венецианскому наплевательству.
Я всерьез подумываю написать обо всем этом венеци-
анскому дожу.
Пауза.
487
Собственно, я потому и не взял письмо и не принес
тебе, что на моем месте свободно мог оказаться со-
вершенно посторонний человек.
Пауза.
Они же не знали и никак не могли знать, что я твой
муж.
Эмма. Недотепы.
Роберт. Да, на свой веселый средиземномор-
ский лад.
Пауза.
Эмма. Это письмо от Джерри.
Роберт. Да, я узнал почерк.
Пауза.
Как он там?
Эмма. О'кей.
Роберт. Ладно. А Джудит?
Эмма. Прекрасно.
Пауза.
Роберт. Про детей что-нибудь пишет?
Э м м а. Да вроде ничего.
Роберт. Тогда, надо полагать, с ними все в по-
рядке. Иначе бы написал.
Пауза.
Еще какие новости?
Э м м а. Да никаких.
Долгая пауза.
488
Роберт. Тебе очень хочется на Торчелло?
Пауза.
Сколько раз мы были на Торчелло? Два раза. Я помню,
тебе очень понравилось, когда я возил тебя в первый
раз. Ты влюбилась в это место. Когда ж это было — лет
десять назад? Вроде бы... через полгода после свадьбы?
Ну да. Ты помнишь? Интересно, как тебе там завтра
понравится.
Пауза.
Как ты находишь Джерри в эпистолярном жанре?
Эмма отрывисто смеется.
Ты дрожишь? Холодно?
Эмма. Нет.
Роберт. Одно время он мне тоже писал. Длинню-
щие письма о Форде Мэдоксе Форде. И я ему писал,
можешь себе представить. Тоже длиннющие письма...
о Йетсе, надо думать. Мы тогда оба редактировали по-
этические журналы. Он в Кембридже, я в Оксфорде.
Ты знала об этом факте? Мы были очень способные
молодые люди. И закадычные друзья. Мы и сейчас за-
кадычные друзья. Все это было задолго до моей встре-
чи с тобой. И до вашей встречи. Все хочу вспомнить,
когда я вас познакомил. И никак — ничего не помню.
Но ведь я вас знакомил? Наверняка Когда же? Может,
ты помнишь?
Эмма. Нет.
Роберт. Совсем не помнишь?
Э м м а. Не помню.
489
Роберт. Странно.
Пауза.
Он не был шафером на нашей свадьбе?
Эмма. Прекрасно знаешь, что был.
Р о б е р т. Ну конечно. Тогда, наверное, я вас и по-
знакомил.
Пауза.
Для меня в письме ничего не было?
Пауза.
Никаких деловых соображений, издательских пла-
нов? Он не открыл какой-нибудь новый оригиналь-
ный талант? Старина Джерри очень талантливый ис-
катель талантов.
Эмма. Для тебя ничего.
Роберт. Для меня ничего. Не любит он меня.
Эмма. Он меня любит, а я его.
Роберт. Да. Конечно. Так я и подумал, что-то
в этом роде.
Эмма. Когда же?
Роберт. Что — когда?
Эмма. Когда ты это подумал?
Роберт. Вчера. Только вчера. Когда узнал его
почерк на конверте. А до вчерашнего дня ни сном ни
духом не подозревал.
Эмма. Понятно.
Пауза.
Мне очень жаль.
490
Роберт. Жаль?
Долгая пауза.
А как же вы... устраиваетесь? Это же не так просто.
У тебя двое детей, у него двое детей, да еще жена
в придачу...
Э м м а. У нас есть квартира.
Роберт. А-а, понял.
Пауза.
Хорошая?
Пауза.
Квартира. Он солидно обставлен... ваш роман.
Эмма. Да.
Роберт. Давно это?
Эмма. Порядочно.
Р о б е р т. А если точнее?
Эмма. Пять лет.
Роберт. Пять лет?
Пауза.
Неду год.
Пауза.
Ты меня слышишь?
Эмма. Да. Он твой сын. Джерри был в Америке.
Два месяца.
Долгая пауза.
Р о б е р т. Он писал тебе из Америки?
Эмма. Конечно. И я писала.
491
Роберт. Ты ему сообщила, что ждешь ребенка?
Э м м а. Не в письме.
Р о б е р т. А когда сообщила, ему приятно было
узнать, что отцом буду я?
Пауза.
Мне всегда нравился Джерри. Честно говоря, он мне
больше тебя нравился. Пожалуй, мне самому надо
было завести с ним роман.
Долгая пауза.
Слушай, тебе очень хочется ехать на Торчелло?
1973 год, позже
СЦЕНА ШЕСТАЯ
Квартира. 1973. Лето.
Эмма и Джерри целуются. В руках у нее корзинка
и сверток.
Эмма. Милый.
Джерри. Милая.
Не отпускает ее. Эмма смеется.
Эмма. Дай я поставлю.
Ставит корзинку на стол.
Джерри. Что там?
Эмма. Завтрак.
Джерри. Какой?
492
Э м м а. На твой вкус.
Джерри разливает вино.
Как ты меня находишь?
Джерри. Прелесть.
Эмма. Хорошо я выгляжу?
Джерри. Хорошо.
Передает ей стакан.
Эмма (пробуя). Ммм...
Джерри. Как там было?
Эмма. Прелестно.
Джерри. Ездила на Торчелло?
Эмма. Нет.
Джерри. Почему?
Эмма. Уже не помню. Не то катера забастовали,
не то еще что.
Джерри. Катера забастовали?
Э м м а. Ну да Как раз в тот день.
Джерри. Понятно. А на гондолах нельзя было?
Эмма. Гондолы на Торчелло не ходят.
Д ж е р р и. В старину ходили. Когда не было кате-
ров. Иначе как туда добирались?
Эмма. На гондолах туда несколько часов.
Джерри. Пожалуй, да.
Пауза.
Получил твое письмо.
Эмма. Молодец.
Д ж ер р и. А ты мое?
Эмма. Конечно. Скучал?
Джерри. Да. Вообще-то я тут прихворнул.
493
Эмма. Что такое?
Д ж е р р и. Да так, схватил простуду.
Она целует его.
Эмма. Соскучилась.
Окидывает комнату взглядом.
Ты что, не заходил сюда?
Джерри. Нет.
Эмма. Придется пылесосу поработать.
Джерри. Потом.
Пауза.
Я утром с Робертом говорил.
Эмма. Да?
Джерри. Поведу его в четверг обедать.
Э м м а. В четверг? А чего ради?
Джерри. Моя очередь.
Эмма. Нет, почему ты должен вести его обедать?
Джерри. Потому что моя очередь. В прошлый
раз он водил.
Эмма. Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю.
Д ж е р р и. Не понимаю. О чем?
Эмма. Что стоит за этим обедом?
Джерри. Ничего не стоит. Мы водим друг друга
обедать тысячу лет. Он меня, потом я его.
Эмма. Ты меня не так понял.
Д ж е р р и. А как надо?
Эмма. Ладно, в двух словах. Вы часто встречае-
тесь или обедаете, чтобы обсудить какого-то писате-
ля или какую-то книгу. Так? Вот за такими встреча-
ми или обедами что-то стоит.
494
Джерри. Ну, значит, за этим обедом ничего не
стоит.
Пауза.
Эмма. Ты без меня не открыл каких-нибудь но-
вых писателей?
Джерри. Нет. Сэм упал с велосипеда.
Э м м а. Да что ты!
Джерри. Потерял сознание. Почти минуту был
без сознания.
Эмма. Кто с ним был? Ты?
Джерри. Нет, Джудит. Сейчас все нормально.
А потом еще я слег.
Эмма. Бедный ты мой.
Джерри. Так что время пропало даром.
Эмма. Теперь все наладится, раз я вернулась.
Джерри. Конечно.
Эмма. Да! Ведь я прочла твоего Спинкса.
Джерри. Как он тебе?
Эмма. Превосходная книга.
Д ж е р р и. А Роберту совсем не понравилась. От-
казался издавать.
Эмма. Что он собой представляет?
Джерри. Кто?
Эмма. Спинке.
Джерри. Спинке? Худой такой. Под пятьдесят.
Всегда в темных очках. Живет один, снимает кварти-
ру. Вроде нашей. Такой весь... отрешенный.
Эмма. Ему нравится снимать квартиру?
Джерри. Да.
Эмма. Мне тоже. А тебе? Еще нравится? Нра-
вится тебе у нас?
Джерри. Замечательно, что здесь нет телефона.
495
Э м м а. А то, что здесь я, замечательно?
Джерри. Ты тут вполне кстати.
Эмма. Готовлю тебе и всячески угождаю.
Джерри. Ты умница.
Э м м а. Я кое-что купила в Венеции. В хозяйство.
Разворачивает сверток, достает скатерть. Расстилает ее на
столе.
Нравится?
Джерри. Прелесть какая.
Пауза.
Эмма. Как ты думаешь, мы с тобой когда-нибудь
съездим в Венецию вместе?
Пауза.
Вряд ли, да?
Пауза.
Джерри. Ты считаешь, что в четверг, или не
в четверг, я не должен идти обедать с Робертом?
Э м м а. С чего ты взял?
Джерри. Ты считаешь, что мы с ним вообще не
должны видеться?
Э м м а. Я этого не говорила. Как вы можете не ви-
деться? Не городи чепухи.
Пауза.
Д ж е р р и. Я тут без тебя чуть с ума не сошел. Си-
дел, ковырялся с юристами в договоре. И хоть убей, не
мог вспомнить, куда девал твое письмо. Не мог вспом-
нить, клал я его в сейф или не клал. Придумал какой-
то повод, полез в сейф— нет письма И этим чертовым
496
договором надо заниматься. А у меня в голове одно: как
оно лежит где-нибудь дома, как его находят...
Эмма. Ты нашел его?
Джерри. Дома, в шкафу, в кармане куртки.
Эмма. Господи!
Д ж е р р и. А несколько месяцев назад — я тебе не
говорил — тоже была история. Мы с тобой как-то вече-
ром встретились, посидели в баре. Около восьми я был
дома, вхожу, Джудит говорит: привет, ты сегодня позд-
новато. Виноват, говорю, встретил Спинкса, немного
выпили. Спинкса, говорит, как странно, он только что
звонил, пять минут назад, хотел с тобой поговорить
и ни словом не обмолвился, что вы виделись. Я говорю:
Спинке — бестолочь, какой с него спрос. Наверное,
что-нибудь хотел сказать, потом забыл, а теперь вспом-
нил. Сейчас я ему позвоню. Поднялся к ребятам, потом
сели ужинать.
Пауза.
Слушай, когда это было, несколько лет назад — не то
Рождество, не то еще что... не помнишь? — мы все со-
брались в вашей кухне, ребята вертелись под ногами,
и я подхватил Шарлотту и несколько раз подкинул до
потолка. Помнишь, как она смеялась?
Эмма. Мы все смеялись.
Джерри. Легонькая такая. И мы все тут же в тво-
ей кухне — твой муж, моя жена, все ребята Не идет это
у меня из головы.
Эмма. Вообще-то это было в твоей кухне.
Он берет ее за руку. Стоят. Идут к постели, ложатся.
Что из того, что ты ее подбрасывал?
Ласкает его. Обнимаются.
17 Зак. №2322
497
1973 год, позже
СЦЕНА СЕДЬМАЯ
Ресторан. 1973. Лето.
За столиком сидит Роберт, пьет белое вино. В сопро-
вождении официанта подходит Джерри,садится.
Джерри. Привет, Роберт.
Роберт. Привет.
Джерри (официанту). Виски со льдом.
Официант. Воду подать?
Джерри. Что?
Официант. Будете разбавлять?
Джерри. Нет, воды не надо. Со льдом.
Официант. Слушаюсь,синьор.
Роберт. Виски? Днем ты его вроде бы не пьешь.
Д ж е р р и. Я тут перенес простуду.
Роберт. А-а.
Джерри. Только виски и спасся, пил и в обед,
и вечером. И продолжаю пить в обед, для страховки.
Р о б е р т. В лечебных целях.
Джерри. Именно.
Официант приносит виски со льдом.
Твое здоровье.
Роберт. Твое здоровье.
Официант. Меню,синьоры.
Передает им меню, уходит.
Р о б е р т. А как ты вообще? Если не считать про-
студы?
Джерри. Прекрасно.
498
Роберт. Для сквоша еще не созрел?
Джерри. Сначала разделаемся с простудой.
Роберт. Ты с ней вроде бы разделался?
Джерри. Тогда ради чего я пью в обед виски?
Р о б е р т. Ах верно. Но сыграть наконец надо. Сто
лет не играли.
Джерри. Тебе, кстати, сколько сейчас?
Роберт. Тридцать шесть.
Джерри. Значит, и мне тридцать шесть.
Роберт. Сколько есть, все наши.
Д ж е р р и. Не поздновато для сквоша?
Роберт. Звони. Надо сыграть.
Джерри. Как было в Венеции?
Официант. Заказ готов,синьоры?
Роберт. Ты что возьмешь?
Джерри. Дыню. И piccata al limone с зеленым
салатом.
Официант. Insalata verde. Prosciutto е melone?
Джерри. Нет, только дыню. Со льдом.
Роберт. Ая возьму prosciutto и дыню. Жареные
scampi. И шпинат.
Официант. Еspinaci. Grazie,signore.
Роберт. Принесите сразу «Корво бьянко».
О ф и ц и а н т. Si, signore. Molto grazie.
Уходит.
Джерри. Это здешний ветеран или его сын?
Роберт. Ты хочешь сказать, что его сын тоже
здешний ветеран?
Д ж е р р и. Да нет. Этот — сын того или не сын?
Того, который работает здесь всю жизнь?
Роберт. А-а, нет. Он его отец.
499
Джерри. Хм... Отец?
Р о б е р т. В общем, это тот, у которого прекрас-
ный итальянский язык.
Джерри. Понял. А ты все так же замечательно
говоришь по-итальянски?
Р о б е р т. С чего ты взял?
Джерри. Ты замечательно говоришь по-италь-
янски.
Роберт. Нет, это Эмма очень хорошо говорит
по-итальянски.
Джерри. Правда? Не знал.
С бутылкой подходит официант.
Официант. «Корвобьянко»,синьор.
Роберт. Спасибо.
Джерри. Так как там было? В Венеции?
Официант. Венеция,синьоры? Венеция — это
прекрасно. Это самый красивый город в Италии. Ви-
дите эту картину на стене? Это Венеция.
Роберт. Действительно Венеция.
Официант. Вы знаете, чего нет в Венеции?
Джерри. Чего?
Официант. Traffico.
Улыбаясь, отходит.
Роберт. Твое здоровье.
Джерри. Твое здоровье.
Роберт. Ты когда там был последний раз?
Джерри. Очень давно.
Роберт. Что Джудит?
Д ж е р р и. Ачто Джудит? Дав общем о'кей. Работа.
Роберт. Ребята как?
500
Джерри. Нормально. Сэм, правда, грохнулся...
Р о 6 е р т. Ну да?
Д ж е р р и. Но ничего страшного. Так как Венеция?
Р о б е р т. Я забыл: вы же бывали там с Джудит.
Джерри. Уже очень давно не были.
Пауза.
Как Шарлотта? Ей понравилось?
Роберт. Думаю, что понравилось.
Пауза.
Мне понравилось.
Джерри. Отлично.
Р о б е р т. На Торчелло ездил.
Джерри. Правда? Прелестное местечко.
Роберт. Фантастический был день. Встал чуть
свет и — жжик через лагуну, прямо на Торчелло.
Кругом ни души.
Джерри. Как это — жжик?
Р о б е р т. На катере.
Джерри. А-а. А мне казалось...
Роберт. Что?
Джерри. Столько времени прошло, могу оши-
баться. Мне казалось, что на Торчелло добирались на
гондоле.
Р о б е р т. На гондоле туда несколько часов. А тут
жжик через лагуну спозаранок.
Джерри. Симпатично.
Р о б е р т. Я был один как перст.
Д ж е р р и. А Эмма?
Р о б е р т. Спала, я полагаю.
Джерри. А-а.
501
Роберт. Несколько часов я просидел на острове
совсем один. В сущности, это был апофеоз всей по-
ездки.
Джерри. Правда? Потрясающе.
Роберт. Сидел на травке и читал Йетса.
Джерри. Йетс на Торчелло?
Роберт. Прекрасное сочетание.
Официант приносит заказ.
Официант. Одна дыня. Prosciutto и дыня.
Роберт. Prosciutto мне.
Официант. Buonappetito.
Роберт. Эмма читала роман твоего приятеля...
ну этого...
Джерри. Какого именно?
Роберт. Спинкса.
Джерри, А-а, Спинкса... Который тебе не понра-
вился.
Роберт. Который я не стал издавать.
Джерри. Помню. Эмме понравилось?
Роберт. Она без ума от него.
Джерри. Правильно.
Роберт. Тебе, кажется, тоже нравится?
Джерри. Нравится.
Роберт. Иу читателей успех?
Джерри. Огромный.
Роберт. Слушай, что это доказывает: что я архи-
требовательный издатель или просто глупый?
Джерри. Просто глупый.
Роберт. Согласен. Я очень глупый издатель.
Джерри. Отнюдь нет. Что ты плетешь? Ты хоро-
ший издатель. Что ты плетешь?
502
Р о б е р т. Я плохой издатель, потому что я ненави-
жу книги. Или точнее — прозу. Еще точнее — совре-
менную прозу, а совсем точно — современные романы,
когда за первенцем сразу вылетает второй, и ты изволь
пестуй это дарование, дрожи над ним, рискуй деньга-
ми, науськивай на третий роман, не слезай, пока не на-
пишет, хлопочи о суперобложке, корми рецензентов,
колдуй с договором, следи, чтобы баловень судьбы ра-
ботал на износ, — и всё, видите ли, во имя Литературы.
Знаешь, что у вас с Эммой общего? Вы оба любите ли-
тературу. То есть современную прозу, вы любите но-
вый роман нового Кейси или Спинкса. Вы без этого
жить не можете.
Джерри. Пожалуй, ты перебрал.
Роберт. Полагаешь? Ты полагаешь, Эмма может
без этого жить?
Джерри. Откуда я знаю? Она твоя жена.
Пауза.
Роберт. Верно. Ты совершенно прав. Не надо
мне было с тобой советоваться. Вообще ни с кем не
надо советоваться.
Д ж е р р и. Я не прочь выпить еще вина.
Роберт. Да, разумеется. Официант! Еще бутылку
«Корво бьянко». А где же обед? Эта забегаловка совер-
шенно испортилась. Но в Венеции, должен тебе сказать,
еще хуже. Тем вообще на все наплевать. Я не пьян.
С «Корво бьянко» не пьянеют. Слушай... Вчера вече-
ром... я засиделся... терпеть не могу коньяк., от него пах-
нет современной литературой. Прости, пожалуйста...
Приходит официант с бутылкой.
503
Официант. «Корвобьянко».
Роберт. Мне в этот же бокал. А где наш обед?
Официант. Сейчас будет.
Р о б е р т. Я сам разолью.
Официант забирает использованные тарелки, уходит.
Правда, не обижайся, давай твой бокал. Я объясню
тебе, в чем дело: я не нахожу себе места в Лондоне.
На меня свалилось счастье — не в Венеции, конечно,
а на Торчелло, когда я там утром болтался совершен-
но один, — самое настоящее счастье, я мечтал там на-
всегда остаться.
Джерри. Все мы...
Роберт. Да, все мы иногда... И с тобой такое бы-
вает, правда?
Пауза.
Хотя ничего плохого вроде бы не происходит. Есть се-
мья. С Эммой замечательные отношения. Я ее очень
уважаю. И если хочешь знать, я считаю Кейси перво-
классным писателем.
Д ж е р р и. В самом деле?
Роберт. Первоклассным. Горжусь, что я его из-
дал, а ты его открыл, ты просто молодчина.
Джерри. Спасибо.
Р о б е р т. У тебя есть нюх, ты ищешь, и я ценю
в тебе это. И Эмма ценит. Мы часто говорим на эту
тему.
Джерри. Как Эмма?
Роберт. Прекрасно. Ты бы зашел как-нибудь,
посидим. Ей будет очень приятно тебя увидеть.
504
1971 год
СЦЕНА ВОСЬМАЯ
Квартира. 1971. Лето.
В комнате никого. Дверь в кухню открыта. На столе при-
боры, тарелки, стаканы, бутылка вина.
Открывается входная дверь, появляется Джерри с ключом.
Джерри. Привет.
Э м м а (из кухни). Привет.
Эмма выходит из кухни. На ней фартук.
Я буквально только что пришла. Хотя надо было
явиться гораздо раньше: я ведь мясо тушу. Это заня-
тие на часы.
Джерри целует ее.
Голодный?
Джерри. Да.
Целует ее.
Эмма. Ты не шутишь? Когда оно еще поспеет!
Садись. Пойду потороплю.
Джерри. Какой милый фартучек.
Эмма. Умница.
Целует его, уходит на кухню. Разговаривает оттуда. Джер-
ри наливает вино.
Чем ты занимался?
Джерри. Прошелся парком.
Э м м а. И как там?
Джерри. Красиво. Никого народу. Дождик мо-
росит.
Пауза.
505
Посидел под деревом. Полнейшая тишь. Глазел на
Серпантин*.
Пауза.
Э м м а. А потом?
Джерри. Потом взял такси до Уэссекс-гроув, на-
шел дом номер тридцать один. Подошел к подъезду,
открыл дверь, поднялся по лестнице, опять открыл
дверь и обнаружил тебя в новом фартуке, готовящей
тушеное мясо.
Эмма выходит из кухни.
Эмма. Оно еще тушится.
Джерри. Которое еще тушится.
Эмма наливает себе рюмку водки.
Водка? Днем?
Эмма. Что-то захотелось.
Пауза.
Вчера встретила Джудит. Она говорила?
Джерри. Нет.
Пауза.
А где?
Э м м а. В обед.
Д ж е р р и. В обед?
Эмма. Она что, действительно ничего не говорила?
Джерри. Ничего.
Эмма. Интересно.
* Искусственное озеро в Гайд-парке, с пляжем и лодочной
станцией.
506
Д ж е р р и. А где? Где ты обедала?
Эмма. Кафе в «Фортнум и Мейсон».
Джерри. «Фортнум и Мейсон»? Какого черта ее
туда занесло?
Эмма. Обедала с какой-то дамой.
Д ж е р р и. С дамой?
Эмма. Да.
Пауза.
Д ж е р р и. От ее больницы «Фортнум и Мейсон»
не так уж близко.
Э м м а. Не так уж и далеко.
Джерри. Да... пожалуй.
Пауза
А ты?
Эмма. Что — я?
Джерри. Ты-то что делала в «Фортнум и Мей-
сон»?
Эмма. Обедала с сестрой.
Джерри. А-а.
Пауза.
Э м м а. И Джудит... ничего не сказала?
Д ж е р р и. Да я ее толком и не видел. Вчера при-
шел поздно, встречался с Кейси. А сегодня она ра-
но ушла.
Эмма. Ты не думаешь, что она знает?
Джерри. Что знает?
Э м м а. О нас.
Д ж е р р и. Не думаю.
Эмма. Ты уверен?
Джерри. Она очень занята. Больница. Дети. Ей
некогда... задумываться.
507
Э м м а. А улики? Ей никогда не хотелось в них
разобраться?
Джерри. Какие еще улики?
Эмма. Ну... какие-нибудь найдутся...
Д ж е р р и. У нее таких нет.
Эмма. А-а... тогда хорошо.
Пауза
Д ж е р р и. У нее есть поклонник.
Эмма. Правда?
Джерри. Тоже врач. Водит ее иногда в кафе.
Мне это... действует на нервы. То есть это она гово-
рит, что этим все ограничивается. Она ему нравится,
он ей нравится, и так далее и тому подобное... вот это,
наверное, и действует мне на нервы. Я не знаю точно,
что происходит.
Э м м а. А почему, собственно, ей не иметь поклон-
ника? У меня, например, есть.
Д же р ри. Это кто же?
Эмма. Здравствуйте. Ты, по-моему.
Д ж е р р и. Ах да.
Берет ее за руку.
Я больше чем поклонник.
Пауза
Э м м а. А скажи... тебе никогда не хотелось... изме-
нить свою жизнь?
Джерри. Изменить?
Эмма. Ну да
Пауза
508
Джерри. Это невозможно.
Пауза.
Эмма. Ты не думаешь, что она была тебе неверна?
Джерри. Нет. Не знаю.
Эмма. Сейчас, например, когда ты был в Америке?
Джерри. Нет.
Э м м а. А ты сам изменял?
Джерри. Кому?
Эмма. Мне, конечно.
Джерри. Нет.
Пауза.
А ты мне?
Эмма. Нет.
Пауза.
А если бы она тебе изменила, как бы ты поступил?
Д ж е р р и. Да это не для нее. Она занятой чело-
век. У нее тысяча дел. Она очень хороший врач. Ей
всего хватает. Детей любит.
Эмма. Разве что.
Джерри. Меня любит.
Пауза.
Эмма. Разве что.
Долгая пауза.
Джерри. Это не пустые слова.
Эмма. Конечно.
Джерри. Ая обожаю тебя.
Пауза
509
Обожаю.
Эмма берет его за руку.
Э м м а. Я знаю.
Пауза.
Слушай. Мне надо тебе кое-что сказать.
Джерри. Да?
Э м м а. Я беременна Это случилось, когда ты был
в Америке.
Пауза.
Пожалуйста, не думай на кого-нибудь. Это мой муж.
Пауза.
Джерри. Да, да. Понятно.
Пауза.
Очень рад за тебя.
1968 год
СЦЕНА ДЕВЯТАЯ
В доме Роберта и Эммы. Спальня. 1968. Зима.
В комнате полумрак. В темном углу едва различим Д ж е р -
р и. Из-за двери слабо доносится музыка.
Дверь открывается, впустив поток света и музыки. Входит
Эмма. Закрывает за собой дверь. Идет к зеркалу, видит
Джерри.
Эмма. Господи!
Джерри. Тебя жду.
510
Эмма. Как это понять?
Д ж е р р и. Я знал, что ты придешь.
Пьет.
Э м м а. Я просто забежала причесаться.
Джерри встает.
Д ж е р р и. Я все рассчитал. Я знал, что тебе нужно
будет причесаться. И что ты отколешься от компании.
Эмма подходит к зеркалу, причесывается. Джерри смот-
рит на нее.
Ты красивая хозяйка.
Эмма. Тебе нравится сегодня у нас?
Джерри. Красивая.
Подходит ближе.
Послушай. Я смотрел на тебя весь вечер. Я должен те-
бе сказать, я хочу тебе сказать, я обязан тебе сказать...
Эмма. Джерри, не надо...
Джерри. Ты чудо.
Эмма. Ты пьяненький.
Д ж е р р и. Не имеет значения.
Обнимает ее за плечи.
Эмма. Джерри.
Д ж е р р и. Я был шафером на твоей свадьбе. Ви-
дел тебя в белом. Как ты плыла в белом.
Э м м а. Я не была в белом.
Джерри. Знаешь, как должно было случиться?
Эмма. Как?
511
Д ж е р р и. Я должен был обладать тобою белой
до свадьбы. Замарать тебя, белую, свадебную, а уж
потом быть твоим шафером.
Эмма. Шафером со стороны мужа. Твоего луч-
шего друга.
Джерри. Нет, твоим шафером.
Эмма. Мне надо идти.
Джерри. Ты прелесть. Я по тебе с ума схожу.
Я говорю слова, которых никто никому не говорил.
Разве ты не понимаешь? С ума схожу. Это смерч
какой-то. Ты была когда-нибудь в Сахаре? Послушай.
Это правда. Послушай. Ты завладела мною целиком.
Ты такая прелесть.
Э м м а. Да ничего особенного.
Джерри. Такая красивая. Посмотри, как ты
смотришь на меня.
Э м м а. Я совсем... не смотрю на тебя.
Джерри. Посмотри, как ты на меня смотришь.
Я весь в горячке, сбит с толку, раздавлен, ты ослепля-
ешь меня, мое сокровище, я спать теперь не смогу, по-
слушай, это правда, я не смогу переставлять ноги, сва-
люсь, буду лежать пластом, ты держишь в руках мою
жизнь, ввергаешь меня в ступор — ты знаешь, что это
такое, ступор? Это значит владеть пустотой, владеть
ничем, владеть одиночеством. Я люблю тебя.
Э м м а. За дверью мой муж.
Д ж е р р и. На словах это все знают. Весь мир зна-
ет. А по-настоящему никто не знает. И не узнает. Они
в другом мире живут. Я обожаю тебя. Я потерял го-
лову от любви к тебе. И если кто-нибудь что-то гово-
рит сию минуту, я никому и ничему не поверю. Ни-
чего у них не было. Не было. Только наше есть. Твои
глаза меня погубят. Ты прекрасна.
512
Эмма. Нет.
Д ж е р р и. Да.
Целует ее.
Она вырывается.
Он опять целует.
Громкий смех за дверью.
Она вырывается.
Распахивается дверь. На пороге Роберт.
Эмма. Твой лучший друг пьян в стельку.
Джерри. Поскольку ты мой лучший и самый
старый друг, а сегодня еще и хозяин, я решил не упу-
скать случая и сказал твоей жене, какая она красивая.
Роберт. Правильно.
Джерри. Конечно, правильно... смотреть правде
в глаза... не смущаться сделать признание от чистого
сердца — это не запрещается.
Роберт. Никоим образом.
Д ж е р р и. У тебя все прекрасно устроилось, пре-
красно, что она такая красивая.
Роберт. Правильно.
Джерри подходит к Роберту, берет его под локоть.
Д ж е р р и. Я тебе говорю это как твой самый ста-
рый друг. Как твой шафер.
Роберт. Все верно.
Энергично пожимает его плечо, поворачивается и уходит
из комнаты.
Эмма вдет к двери. Джерри хватает ее за руку, останавливает.
Оба стоят и смотрят друг другу в глаза.
ГОЛОСА СЕМЬИ*
Радиопьеса
Первый голос: молодой человек
Второй г о л о с: женщина
Третий г о л о с: мужчина
Первый голос. Мне здесь очень хорошо.
Погода все время меняется, но в целом на удивле-
ние тепло... чаще тепло, чем прохладно.
Надеюсь, ты здорова и не так измотана, как в тот
раз, когда я тебя видел.
Нет, усталости ты не ощущала, ты чувствовала се-
бя прекрасно — просто выглядела утомленной.
Скучаешь ли ты по мне?
Мне очень весело, думаю, ты будешь рада это слы-
шать.
В данный момент я почти в стельку пьян.
Сегодня вечером выпил пять пинт в «Гербах ры-
боторговцев», потом три двойных скотч-виски и бук-
вально кувырком вкатился домой.
Кстати, о моем доме: могу тебя уверить, у меня ис-
ключительно милая комната. И ванная тоже. Исклю-
* Harold Pinter. Family Voices
© Neabar Investments Ltd 1981
© Зарифов П., перевод на русский язык, 2006
514
чительная. Время от времени я с истинным наслаж-
дением принимаю там ванну. Как и все в доме. Все
они, совершенно голые, лежат в ванне, испытывая ис-
тинное наслаждение. Жильцы нашего дома, все до
одного, только и говорят о том, как великолепны на-
ши общие ванна и ванная комната, и буквально каж-
дому встречному норовят рассказать, как здесь мож-
но замечательно искупаться, в этом более или менее
несравненном, прямо скажем, месте.
Это во многом заслуга хозяйки дома — некой мис-
сис Уизерс, которую при более близком знакомстве
все находят в высшей степени обворожительной, че-
ловеком, обладающим неоспоримыми достоинствами.
Разумеется, я пошутил, сказав, что я пьян.
Держу пари, ты посмеялась.
Мама?..
Ты поняла, в чем соль шутки? Ты ведь знаешь, я
не прикасаюсь к спиртному.
Мне хорошо в этом огромном городе, где я сам по
себе. Я надеюсь в скором времени завести себе друзей.
И подруг тоже.
Я мечтаю встретить какую-нибудь замечательную
девушку. Я привезу ее домой и познакомлю с мамой.
Мне приятно гулять по этому огромному горо-
ду — гулять самому по себе. Занятно никого не знать.
Когда я прохожу на улице мимо людей, те даже не со-
знают, что я с ними незнаком с сотворения мира. Они
знакомы с другими, еще больше людей знают их —
и поэтому они, естественно, полагают, что даже если
я не знаю их самих, то уж наверняка знаком с теми,
другими, знающими их, людьми. И они смотрят на
меня, стараясь привлечь внимание, ждут, когда я
515
с ними заговорю. Но я, будучи с ними незнаком, мол-
чу. И даже не испытываю ни малейшего искушения
вступить в разговор.
Мама, пойми, я не одинок, поскольку все, что я ко-
гда-то пережил, — со мною; я как бы нахожусь в его об-
ществе — например, в обществе моего детства, от нача-
ла до конца которого ты, мама, и отец направляли меня.
Я в очень хороших отношениях с домовладелицей,
миссис У изерс. Она говорит, что я — ее утешение. Мы
с ней слегка выпиваем за ланчем, еще раз — за вечер-
ним чаем, а потом идем поздним вечером в «Гербы ры-
боторговцев» пропустить парочку пинт.
Во время Второй мировой войны она служила
в женском подразделении ВВС. «Не поджимай хвост,
Чарли, — любит говорить она — Зови его летным сер-
жантом — и он будет счастлив, как свинья в луже».
Она бы тебе наверняка понравилась, мама.
Кажется, светает. Я могу различить, как начинает
рассветать. Новый день. День, который я горячо при-
ветствую. И потому я заканчиваю это письмо к тебе,
дорогая мама. Твой любящий сын.
Второй голос. Родной. Где ты? Цветы тут
восхитительные. Цветики. Ты их так любил. Почему
ты совсем не пишешь?
Я думаю о тебе и гадаю, не заболел ли ты. Дума-
ешь ли ты когда-нибудь обо мне, твоей матери? Хоть
изредка? Вообще?
У тебя изменился адрес?
Подружился ты с кем-нибудь? С хорошим пар-
нем? Или славной девушкой?
Вокруг так много хороших ребят и славных девушек.
Пожалуйста, не связывайся с плохими. Ты можешь
516
попасть из-за них в ужасную беду! Тебе было бы это
отвратительно. Ты ведь такой разборчивый, такой
щепетильный.
Я часто думаю о том, что хотела бы прожить остаток
жизни вместе с тобой и твоей молодой женой. И чтобы
она была тебе отличной женой, а я время от времени
обедала с вами. Я сама бы с огромным удовольствием
готовила обед, случись вам утомиться за долгий день —
а я уверена, что так оно и будет.
Иногда я прогуливаюсь в горах и думаю о тебе. Ду-
маю о тех временах, когда ты гулял в горах со своим от-
цом, запасшись бутербродами с сыром. Было же так?
Вы сидели вдвоем на вершине и вместе ели мои бутер-
броды с сыром. Ты помнишь нашу шуточку — «ням-
ням»? «Мы чертовски приятно прогулялись», — гова-
ривал твой отец. «Ты хочешь сказать, у вас был хоро-
ший ням-ням», — отвечала я. И вы оба смеялись.
Милый мой. Я по тебе соскучилась. Я тебя роди-
ла Где ты? Я написала тебе три месяца назад о смер-
ти отца. Получил ли ты мое письмо?
Первый голос. Я вовсе не уверен, что мне
нравятся жильцы этого дома — за исключением мис-
сис Уизерс и ее дочери Джейн. Джейн — школьница,
усердно занимающаяся уроками. Она не переставая
грызет гранит науки. Это впечатляет. Сейчас такое
встретишь не часто. Но я совсем не уверен насчет
других жильцов.
Один из них — старик.
Тот, который старик, ложится рано. Он лысый.
Другая — женщина, носит красные платья.
Третий — еще один мужчина.
517
Он крупный. Много крупнее первого. Волосы
у него черные. У него черные брови и черные волосы
на пальцах рук.
Я расспрашивал про всех них миссис Уизерс, но
она не желает разговаривать ни о чем, кроме своей
службы в женском подразделении ВВС во время Вто-
рой мировой войны.
Я решил, что Джейн не дочь, а внучка миссис
Уизерс. Миссис Уизерс семьдесят лет. Джейн — пят-
надцать. Уверен, что так оно и есть.
Ночами я слышу шепот, доносящийся из других
комнат, но не разбираю слов. Слышу шаги на лестни-
це, но выйти и разведать, что там, не отваживаюсь.
Второй голос. По мере того как смерть под-
ступала к твоему отцу, он все чаще говорил о тебе, го-
ворил с нежностью и недоумением. Я утешала его,
внушая, что ты ушел из дома для того, чтобы заста-
вить его тобой гордиться. Кажется, мне это удалось.
Одной из последних его фраз было: «Хлопни его по
спине за меня. Хлопни его за меня».
Первый голос. Я сделал замечательное откры-
тие. Того лысого старика, который рано ложится, зовут
Уизерс. Бенджамин Уизерс. Если это не случайное
совпадение, то, значит, он их родственник
Я спросил миссис Уизерс, как все обстоит на са-
мом деле. Она налила себе джину и довольно долго
молчала, перед тем как выпить. Потом взглянула на
меня и сказала: «Ты мой любимчик. Я всегда хотела
иметь любимчика, но у меня его никогда не было.
А теперь есть».
Порою она прижимает меня к себе, словно родная
мать.
518
Но я не забываю, что у меня есть мать, что моя
мать — ты.
Второй голос. Иногда я спрашиваю себя:
помнишь ли ты, что у тебя есть мать?
Первый голос. Кое-что произошло. Женщина,
носящая красные платья, как-то раз остановила меня и
пригласила к себе на чашку чая. Я пошел. Ее комната
намного больше, чем я ожидал. Внутри — диваны и за-
навески, покрывала, накидки, коврики, и все стены
обиты чем-то мягким, темно-синим. Джейн сидела на
диване и с виду как будто бы учила уроки. Мне пред-
ложили сесть на тот же диван. Чай уже ждал на столе,
разлитый в очень красивые фарфоровые чашки. Сна-
чала подали чашку мне, потом Джейн. Она улыбнулась
мне. «Я не представилась, — заговорила женщина. —
Я леди Уизерс». Джейн, забравшись с ногами на диван,
прихлебывала чай. Пальцы ее ног, обтянутых чулками,
упирались мне в бедро. Диван был не самым большим
в мире. Леди Уизерс сидела напротив — на диване, зна-
чительно превосходившем размерами наш. Платье
у нее, решил я, не красное, а розовое. Джейн была вся
в зеленом, за исключением ног, на которых были чер-
ные чулки. Леди Уизерс спросила о тебе. Я совершен-
но убежденно ответил, что ты лучшая мать в мире. Она
попросила называть ее Лэлли. А Джейн — Джейн.
Я сказал, что и так звал Джейн Джейн. Джейн предло-
жила мне булочку с изюмом. Кажется, это была булоч-
ка с изюмом. Леди Уизерс откусила от своей булочки.
Джейн — от своей. Пальцы ее ног лежали теперь у ме-
ня на коленях. Леди Уизерс, казалось, была полностью
поглощена своей булочкой там, у себя на диване. Она
прикончила одну и принялась за вторую. Никогда
519
прежде я не видел столько булочек с изюмом. Мне хва-
тило одного беглого взгляда, чтобы заметить, что они
громоздились на подносах, расставленных по всей ком-
нате. Леди Уизерс благополучно покончила со второй
булочкой и тут же взяла новую. Джейн между тем пе-
режевывала свою булочку почти мечтательно, и когда
на верхней губе у нее вдруг оказывалась изюминка, не
спеша слизывала ее. Это никак не вязалось у меня в го-
лове с тем обстоятельством, что пальцы ее ног пребы-
вали в непрерывном движении, даже в возбуждении.
Рот ее, занятый едой, работал ритмично, спокойно;
пальцы ног, ничем не занятые, были возбуждены и на-
пряжены до крайности, вели себя, прямо скажем, исте-
рически. Булочка мне досталась твердая, как обломок
скалы. Я укусил ее, но она выпрыгнула у меня изо рта
и скакнула на колени. Ее схватили пальцы ног Джейн.
Это их немного успокоило. Довольно ловко девушка
покатала булочку ногами. Я вспомнил, как она, во вре-
мя одного из первых наших разговоров, сказала, что хо-
чет стать акробаткой.
Второй голос. Дорогой мой! Где ты? Почему
ты совсем не пишешь?
Никто не знает твоего адреса. Никто не знает, жив
ты или мертв. Никто не может тебя разыскать. Ты
сменил имя?
Если ты жив, то ты чудовище. Отец проклял тебя
на смертном одре. По правде сказать, он проклял и
меня. Он проклинал всех, кого видел. Только тебя он
так и не увидел. Я не виню тебя одного в его ужасном
состоянии духа перед смертью, но твое отсутствие, твое
молчание страшно его угнетали, порождали в нем чув-
ство смертельной усталости. Он отошел, жалуясь
520
и проклиная. Ты этого хотел? Теперь я совсем одна —
не считая Милли, которая иногда приходит навестить
меня из Доувера. Она приносит мне некоторое утеше-
ние. В ее глазах, когда она говорит о тебе, стоят слезы;
глаза твоей любимой сестры полны слез. Она сделала
по-настоящему удачную партию, и у нее чудный сы-
нишка. Когда сынишка подрастет, он захочет узнать,
где его дядя. Что мы ему ответим?
Или в не слишком далеком будущем ты вдруг
прикатишь к нам на красивой новой машине, в новом
великолепном костюме — как снег на голову — и об-
нимешь меня?
Первый голос. Леди Уизерсподнялась. «По-
скольку Джейн делает уроки, — сказала она мне, — мо-
жет быть, вы не будете против сейчас уйти и снова
прийти к нам в другой день?» Джейн убрала ноги —
вместе с моей булочкой, зажатой между двумя боль-
шими пальцами. «Да, конечно, — ответил я, — если
только Джейн не хочет, чтобы я ей помог с урока-
ми». — «Спасибо, не нужно, — отозвалась леди Уи-
зерс, — с уроками я помогу ей сама».
Чего я еще не рассказал, так это что я собираюсь
наняться репетитором. Я считаю, из меня выйдет от-
личный репетитор для подростков — по любому пред-
мету. Джейн была бы идеальной ученицей. У нее пря-
мо страсть к учебе. В этом вся ее сущность — это скво-
зит в каждом ее вздохе, каждом вдохе и вьщохе. Когда
она обращает к вам взгляд, в ее глазах — неопытных,
неискушенных, наивных, но жаждущих — вы читаете
глубокую любовь к учению.
Все какие-то полуночные мысли, мама; хотя на ча-
сах ровно десять двадцать три.
521
Второй голос.Дорогой!..
Первый голос. Сегодня днем, когда я, думая
обо всем этом, лежал в ванне, в дверь квартиры,
должно быть, позвонили. Открыл, вероятно, тот са-
мый мужчина, у которого черные волосы. На пороге
стояли две женщины. Назвались они моими матерью
и сестрой и спросили меня. Мужчина сказал, что не
знает такого. Нет, никогда обо мне не слышал. Нет,
здесь нет жильцов с таким именем. В доме живет одна-
единственная семья, чужим комнаты не сдаются.
Нет, большое спасибо, они хорошо поживают и без
незваных гостей. «Я советую вам обеим, — сказал он
им, — отправляться восвояси и не надоедать больше
простым рабочим людям своими сплетнями и наве-
тами, этими слишком откровенными выделениями
испорченного ума, исчерпавшего все другие средства
Таких, как вы, я чую за версту и хоть сейчас могу за-
явить на вас за умьппленное нанесение ущерба, оскорб-
ление личности и бродяжничество — другими слова-
ми, за намеренное обивание порогов из-за отсутствия
каких-либо значительных средств к существованию.
Поэтому проваливайте отсюда, пока я не вызвал по-
лицейского».
Я купался, когда вдруг дверь в ванную комнату
открылась. Я думал, что запер ее. «Меня зовут Рай-
ли, — представился он. — Как ванна?» — «Отмен-
но», — ответил я. «А ты крепко сколочен, хотя
и стройный, — сказал он. — Я-то думал, ты мозгляк.
Никогда бы не подумал, что ты так крепко сбит и так
строен, но сейчас вижу». — «О, спасибо!» — прогово-
рил я. «Не меня благодари, — ответил он. — Возбла-
годари Господа. Или свою мать. Только что я выста-
522
вил за дверь двух самозванок. С этой стороны дерьма
нам больше не подвалит». Потом он уселся на край
ванны и пересказал все так, как я тебе только что по-
дробно изложил.
Интересно, почему отец не дал себе труда совер-
шить эту поездку вместе с ними?..
Второй голос. Я слышу на лестнице поступь
твоего отца. Слышу его шаги. Но его шаги и кашель
затихают. Двери он не открывает.
Порою мне кажется, что я всегда сидела так. Ино-
гда мне кажется, что я всегда сидела вот так — в оди-
ночестве, у равнодушного пламени — шторы задерну-
ты, ночь, зима.
Как видишь, у меня тоже есть свои мысли. Мысли,
о которых, кроме меня, никто не знает, о которых ни-
кто в нашей семье никогда не знал. Но сейчас я пишу
о них тебе — где бы ты ни находился.
Я хочу сказать, что, к примеру, когда я мыла твою
головку — самым лучшим шампунем, — споласкивала
тебе ее, а потом вытирала своим мягким полотенцем —
так нежно, что ты ни единым звуком не выказывал не-
довольства или раздражения, — потом заглядывала
в твои глаза и видела, что ты глядишь в мои, и знала,
что тебе, кроме меня, никто, совсем никто не нужен,
что ты совершенно счастлив у меня на руках, — я од-
новременно сознавала, например, что сижу возле хо-
лодного пламени, одна, зимой, посреди вечной ночи,
без тебя...
Первый голос. Оказалось, леди Уизерс игра-
ет на пианино. Они, все три женщины, расселись по
комнате. Повсюду были расставлены бутылки «вин
розе» розоватого оттенка, который мне никогда не
523
забыть. Женщины потягивали вино из великолепных
бокалов с таким изяществом и грацией в движениях,
какие, считал я, давно уже умерли. На алебастровой,
поразительно юной шее леди Уизерс красовалось оже-
релье. Она играла Шумана. Она мне улыбнулась.
Миссис Уизерс и Джейн тоже мне улыбнулись. Я взял
стул. Я его взял... и сел. Я сижу на этом стуле. Я нико-
гда с него не встану.
Ах, мама! Я нашел свой дом, свою семью. Даже
в мечтах мне редко являлось такое счастье.
Второй голос. Наверное, я должна совсем те-
бя забыть. Наверное, я должна проклясть тебя, как
твой отец. О, я молю, я молюсь о том, чтобы жизнь
превратилась для тебя в пытку. Я жду письма, в ко-
тором ты будешь звать меня. Чтобы плюнуть на это
письмо.
Первый голос. Мама, мама! Я пережил пре-
неприятнейшую и загадочную встречу — с мужчи-
ной, зовущим себя мистер Уизерс. Мне нужен твой
совет.
«Зайди-ка, сынок, — позвал он. — Скорее. Не ле-
нись. Не вся же ночь у меня свободна». Я вошел.
Кувшин. Умывальник. Велосипед.
«Знаешь, где ты? — спросил он. — Ты в моей ком-
нате. А не на Юстонском вокзале. Понимаешь? Здесь
настоящий оазис. Единственная комната в доме, где
можно поймать караван-сарай до любого пункта в за-
падном направлении. Compris? Comprende? Понима-
ешь? Готов ли ты идти за мной вниз по склону? По-
смотри на меня. Меня зовут Уизерс. Я там или где-то
поблизости. Идешь за мною? Любая жульническая
терминология воспрещается. Ты со мной? Запрет на
524
любые излишества. Все, что имеет к этому отноше-
ние, — verboten*. Ты в краю, пораженном болезнью,
боксер. Перенеси весь свой вес на левую ногу — ты
можешь взять всё в свои руки. Не переставай притан-
цовывать. Старый фокстрот — классический ответ,
но речь не о нем. И не о другом ответе... Вставайте,
рабы! Понимаешь? Это жилище для тварей, вверх
и вниз по лестнице. Плоды ритмических разрывов,
ритмичные боковые удары, ром и рулетки, макарон-
ные лохмотья, клецки в майонезе, катапультирую-
щийся навоз грязной и ветхой ерунды, откровенные
атрибуты личной собственности. Ты за мной успева-
ешь? Все одно к одному. Это у тебя впереди или по-
зади. Я единственный спаситель грации, которой, ты
чувствуешь, тебе так недостает. Двигайся вниматель-
ней. Не отставай. Понял, к чему я клоню? Не давай
себе заплесневеть. Следи за плесенью. Научись чув-
ствовать ее, чувствовать косность. Взгляни на меня».
И я посмотрел.
Второй г о л о с. Я больна.
Первый голос. Мама, это было все равно что
заглянуть в шахту с раскаленной лавой. Достаточно
было одного взгляда.
Второй голос Вернись ко мне!
Первый голос. Я составил компанию миссис
Уизерс, пившей на кухне «кампари» с содовой. Она
рассказывала о своей молодости. «Я была просто-
таки лакомым кусочком, — сказала она. — Ну прямо
кусочек пудинга с изюмом. Поклонники часто прихо-
дили за много миль попытать счастья. Я втюрилась
* Запрещено (меле.).
525
по уши в одного, который служил в ВВС Морфлота.
Он меня обожал. Его убили, потому что не хотели,
чтобы мы были счастливы. Я могла бы выйти за него
и нарожать кучу сыновей. Но нет. Он потонул вмес-
те со своим кораблем. Я услышала об этом по радио».
Второй голос. Я жду тебя...-
Первый голос. Позже в тот же вечер мы с Рай-
ли распили у него в комнате на двоих чашку какао.
«Люблю стройных парней, — рассуждал Райли. —
Стройных, но крепких. Я никогда этого не скрывал.
Но мне приходилось сдерживать себя, приходилось
держать свои склонности в узде. Все оттого, что боль-
ше всего я расположен к религии, Я всегда был чело-
веком глубоко религиозным. Можешь вообразить,
в каком напряжении находилась моя душа. Я все вре-
мя нахожусь в состоянии глубокого душевного, эмо-
ционального, нервного и физического напряжения.
Это изнурительно — та дисциплина, которой я вынуж-
ден себя сковывать. Жгучее вожделение охватывает
меня, но оно противоречит моему основному стремле-
нию, а именно — стремлению быть правым перед Бо-
гом. Ты видишь: я здоровяк и мог бы задавить такого
тоненького паренька, как ты. До смерти. До той самой
смерти, под которой я и понимаю любовь. Чтобы не
поддаться этому желанию, я сковываю его по рукам
и ногам. Подобные вещи мне удаются хорошо, ведь я
по профессии полицейский. И меня очень уважают.
Уважают и на службе, и в приходе. Единственно, где
меня не слишком жалуют, это в этом доме. Здесь меня
даже за дерьмо не считают. Хотя я всегда был близкой
их родней. В своем роде. У меня отличный тенор, но
меня никогда не приглашают здесь спеть. Живу все
526
равно как посреди пустыни Сахары. Тут слишком
много женщин — вот в чем беда. А с Болди говорить
бесполезно. Он обитает где-то в другом, одному ему
известном месте. Я люблю здоровье и силу, умную бе-
седу. Потому-то ты и пришелся мне по душе — не счи-
тая того, что меня к тебе тянет физически. Мне не
с кем поговорить. Эти женщины обращаются со мной
как с прокаженным. Невзирая на то, что я родня. В не-
котором роде».
В каком роде?
Леди Уизерс — мать Джейн или ее сестра?
Если то или другое, то почему Джейн не называют
«леди Джейн Уизерс»? А может быть, она и есть леди
Джейн Уизерс? Или ни то и ни другое? Или, может,
миссис Уизерс в самом деле достопочтенная миссис
Уизерс? Но если так, то кто такой мистер Уизерс?
В любом случае — почему его фамилия Уизерс?
Я имею в виду, кем он приходится остальным Уизер-
сам? И кто такой Райли?
Ты видишь, я озадачен, взволнован и смущен,
но и доволен. Жизнь моя обрела какие-то очертания.
В доме, как ты, несомненно, уже убедилась, царит
очень теплая атмосфера. И, как ты, без сомнения, по-
няла из моего рассказа, я свободно разговариваю со
всеми жильцами дома — за исключением мистера
Уизерса, с которым никто не разговаривает и о кото-
ром никто не упоминает, с полным, по-видимому, на
то основанием. Но из дома я выхожу редко. У меня та-
кое впечатление, что из него никто не выходит. Один
Райли — да и то редко. Он, вероятно, служит в тайной
полиции. Джейн по-прежнему сидит и сидит за урока-
ми, хотя явно ни в какую школу не ходит. Леди Уизерс
527
на улицу не выходит совсем. К ней приходят гости.
Она принимает гостей. Это и есть те самые шаги на ле-
стнице, которые я слышу по ночам.
Третий голос. Я знаю, мать написала тебе, что
я умер. Это не так. Я отнюдь не умер, хотя многие с дав-
них пор желали моей смерти — особенно ты. Не кто
иной, как ты с давних пор молился о моей смерти.
Я слышал эти молитвы. Они звенят у меня в ушах —
молитвы жаждущего моей погибели. Но я не умер.
Ну, вообще-то, не совсем так. Я лгу. Я веду тебя,
играя, по дорожке через сад, чуть-чуть резвлюсь — вот
и всё. Потому что я мертв. Как дверной гвоздь. Я пи-
шу тебе из могилы. Несколько строк & память о про-
шлом. Только чтобы поддержать связь с тобой. Ста-
риковский привет из темноты. Прощальный поцелуй
от папули.
Наверное, я первым на следующий же день назову
это лицемерием. Больше, собственно, мне сказать нече-
го. Все это просто довольно нудная возня. И к чему я
ввязался в нее? Ради тебя, полагаю, из-за того, что ты
был таким любящим сыном. Я улыбаюсь, лежа в своей
стеклянной могиле.
Знаешь, почему я назвал ее стеклянной? Потому
что я вижу сквозь нее.
С огромной любовью. Продолжай в том же духе.
Если говорить совсем начистоту, есть одна вещь, ко-
торая меня беспокоит. Хотя повсюду царит абсолют-
ная тишина — тишина, длящаяся час за часом, — время
от времени мне слышится лай собаки. Я слышу этого
пса Он меня пугает.
Первый голос. Они придумали мне про-
звище. Бобо — называют они меня. «Доброе утро,
528
Бобо», — говорят они. Или: «До завтра, Бобо». Или:
«Не вешай носа, Бобо». Или: «Не забудь плавки, Бо-
бо». Или: «Следи за мячом, Бобо». Или: «Иди с этой
стороны трамвайной линии, Бобо». Или: «Как у тебя
насчет грифеля в карандаше, Бобо?» Или: «Как твои
штучки-дрючки, Бобо?» Или: «Не слишком ли у те-
бя резиновые галоши, Бобо?»
Единственный, кто не называет меня Бобо, — это
старик. Он меня никак не зовет. И я его тоже. Мы с ним
не видимся. Он сидит в своей комнате. Я к ней и близ-
ко не подхожу. Он старый и скоро умрет.
Второй голос. Тебя разыскивает полиция.
Ты, может быть, помнишь, что тебе нет еще двадцати
одного года. По всем отделениям передано точное
твое описание. Они заверили меня, что не передох-
нут ни секунды, пока ты не будешь найден. Я увере-
на (сказала я им): ты в руках уголовников, которые
проституируют тебя. В письменных показаниях я на-
писала, что ты никогда не отличался сколько-нибудь
твердым характером и легко поддаешься даже само-
му грубому обману или уговорам. Женщины стали
твоим бичом, когда ты был еще мальчишкой. Я не за-
была ни о Франсуазе, служанке-француженке, ни
о той бесчестной женщине, что прикрывалась про-
фессией гувернантки, — мисс Кармайкл. Тебя оты-
щут, мой мальчик, и тебе не будет никакого снисхож-
дения.
Первый голос. Мама,я возвращаюсь, чтобы
обнять тебя.
Я возвращаюсь домой.
Возвращаюсь, чтобы сжать плечо отца. Где наш ста-
рик? Я ужасно хочу перекинуться с ним словечком-
18 Зак. № 2322
529
другим. Где же он? Я проверил все его любимые угол-
ки, даже старую беседку, но нигде не смог его найти. Не
хочешь ли ты сказать, будто он — в его-то годы — ушел
от тебя? Это было бы большим ребячеством с его сто-
роны. Куда ты дела его, мама?
Второй голос. Вот что я скажу тебе, родной.
Я отказалась от тебя, как отказываются от гиблого
дела. Скажи мне только одну, последнюю вещь. Как,
по-твоему, слово «любовь» что-нибудь значит?
Первый голос. Я возвращаюсь.
Я собираюсь в обратный путь, к тебе. Что ты мне
скажешь при встрече?
Третий голос. Я многое могу тебе сказать.
Но я совершенно мертв. И то, что я хочу тебе сказать,
не будет сказано никогда.
ПЕРЕД ДОРОГОЙ*
Пьеса в одном действии
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Николас, сорок пять лет.
Виктор, тридцать лет.
Джила, тридцать лет.
Ники, семь лет.
Николас(зо своим рабочим столом. Наклоня-
ется вперед и говорит в селектор). Введите его. (От-
кидывается на спинку стула.)
Дверь открывается. Медленно входит Виктор. Одежда
его изодрана, лицо в кровоподтеках. Дверь за ним закры-
вается.
Здравствуйте! Доброе утро. Как самочувствие? Ну
что, договорились? Не будем морочить друг другу го-
лову, а? Нам это ни к чему. Вы же цивилизованный
человек. Я тоже. Садитесь.
Виктор медленно опускается на стул.
(Встает, подходит к Виктору.) Что это такое, как по-
вашему? Правильно, мой большой палец! А это? Ми-
* Harold Pinter. One for the Road
© Harold Pinter 1984
© Кацнельсон Ю., перевод на русский язык, 1989
531
зинец! Итак, большой и мизинец. Сейчас я провожу
своим большим пальцем у вас перед глазами. Вот так.
Теперь то же самое я делаю с помощью мизинца А мо-
гу и тем и другим сразу. Вот так. Вообще могу делать
все, что мне заблагорассудится. Наверное, думаете,
я сумасшедший, да? Что ж, моя мать так и считала.
(Смеется.) Думаете, трясти пальцами перед глазами —
это глупо, а? Пожалуй, я с вами соглашусь. Да и вооб-
ще вы человек выдающихся умственных способнос-
тей. Ну а что бы вы сказали, если бы перед глазами
у вас был не палец, а ботинок или (указывает между
ног)?.. И что это меня на глазах заклинило? А ведь
и вправду заклинило? Похоже, что так. Но не на сво-
их же, а на чужих! Тех, кого ко мне сюда приводят, как
вас. Потому что глаза — самое уязвимое, что есть у че-
ловека. Именно через них просвечивает его душа. Вы
верующий? Я — да. Ну, и на чьей же стороне, по-ваше-
му, Господь Бог? А? Нет, тут явно требуется выпить.
(Подходит к бару. Наливает себе виски.) Не терпится,
наверное, узнать, где сейчас ваша жена? В соседней
комнате. (Пьет.) Красивая женщина. (Снова пьет.)
Господи, до чего хорошо. (Наливает виски.) За меня не
волнуйтесь. Пить я умею. (Пьет.) Вы, должно быть,
уже заметили, что я люблю поболтать о том о сем.
И, возможно, полагаете, что это все давно отрепетиро-
ванная, вполне предсказуемая и, так сказать, общепри-
нятая метода. И выглядит она примерно так: я тут се-
бе болтаю — дружелюбно, беззаботно, — словом, всту-
паю в игру с легким сердцем, даже беспечно. А в это
самое время за кулисами прячется другой — молчали-
вый, мрачный, весь изготовленный для прыжка, как
пума. Нет-нет. Уверяю вас, что это не совсем так. Мне
532
незачем прятаться. Ведь здесь я полный хозяин. Сам
Господь Бог говорит моими устами. Между прочим, я
имею в виду Господа Бога из Ветхого Завета, хотя, по-
верьте, ничего еврейского во мне нет. Меня тут все
уважают. Включая вас, не так ли? Что ж, полагаю, что
именно таким образом и следует ко мне относиться.
Пауза.
Встать!
Виктор встает.
Сесть!
Виктор садится.
Большое спасибо.
Пауза.
Скажите-ка мне вот что...
Молчание.
Да, красивая женщина ваша жена. Ничего не скажешь,
повезло вам. Интересно бы узнать... нет, сперва перед
дорогой требуется выпить... (Наливает себе виски.) Вы
меня уважаете, не так ли? (Подходит к Виктору и при-
стально смотрит на него сверху вниз.)
Тот поднимает на него глаза.
Так я правильно сказал, а?
Молчание.
Виктор (тихо). Я вас не знаю.
Николас. Но уважаете.
В и к т о р. Я вас не знаю.
533
Николас. Вы что, хотите сказать, что не уважае-
те меня?!
Пауза.
Или что уважали бы, если бы получше узнали? А вы
хотели бы узнать меня получше?
Пауза.
Хотели бы, а?
Виктор. То, чего я хотел бы, не имеет никакого
отношения к делу.
Николас. Напротив. И самое прямое.
Пауза.
Я столько всякого про вас слышал. И страшно рад
нашей встрече. Впрочем, далеко не уверен, что «рад»
подходящее в данном случае слово. Что касается
языка, то приходится быть чрезвычайно осторож-
ным. Заинтригован! Да-да, не рад, а именно заинтри-
гован. Ну, во-первых, потому, что столько всякого
про вас слышал. А во-вторых, потому, что если вы
и на самом деле не уважаете меня, значит, вы — чело-
век в своем роде уникальный. Ведь все остальные тут
знают, что моими устами говорит сам Господь Бог.
А вы, насколько я понимаю, вообще неверующий?
Пауза.
И, следовательно, не верите в путеводную звезду?
Пауза.
Но тогда во что же?
Пауза.
534
Выходит, в моральном отношении... вы, так сказать,
барахтаетесь в жидком дерьме. Это, знаете... когда
съешь тухлый омлет...
Пауза
Сдается мне, что я заслужил право пропустить еще
один стаканчик перед дорогой. (Снова наливает себе.
Пьет.) А как вы насчет виски?
Пауза.
Говорят, у вас чудесный дом. Полно книг. И все такое.
Кто-то мне рассказывал, что некоторые из моих маль-
чиков немного там порезвились. Мочились на ковер
и прочее в том же духе. Жаль, что они так нехорошо
себя вели. Честное слово, жаль. Но знаете, как это бы-
вает? На них ведь лежит такой груз ответственности.
Они все время его ощущают, он всегда с ними. День и
ночь... этот груз. Вот им и приходится иногда мочиться
на ковры, чтобы... Вы понимаете. Вы же интеллигент-
ный человек.
Пауза.
А как поживает ваш сын?
В и к т о р. Я не знаю.
Н и к о л а с. О, уверен, с ним все в порядке. Сколько
ему? Семь или что-то в этом роде? Мне говорили, совсем
уже большой мальчик Только вот ведет себя как малень-
кий несмышленыш Ас ним и правда все в порядке?
В и к т о р. Не знаю.
Николас. Да, наверняка в порядке. Попозже я
сам с ним поговорю и выясню это. Если я не ошиба-
юсь, он где-то там, на втором этаже.
Пауза.
535
Ну так...
Пауза.
Что вы на все это скажете? Будем друзьями, а?
Пауза.
Что до меня, то я готов быть с вами до конца откро-
венным. Как и положено друзьям. Меня, например,
влечет к себе смерть. А вас?
Пауза.
Ну так как же? Тоже влечет? Не обязательно своя
собственная. Нет, смерть других. Понимаете, других!
Влечет ли она вас, по крайней мере в той же степени,
что и меня?
Пауза.
Смерть. Смерть. Смерть. Наиболее уважаемые ав-
торитеты свидетельствуют: она — прекрасна! Самое
чистое, самое гармоничное, что только может быть на
свете. По сравнению с ней секс — просто ерунда.
(Пьет.) Кстати, о сексе... (Принимается безудержно
хохотать, затем так же внезапно останавливается.)
Как она у вас... любит это дело? Или она... предпочи-
тает заниматься чем-нибудь другим... сами знаете
чем? В общем, что ей нравится? Я веду речь о вашей
жене. Вашей жене!
Пауза.
Знаете этот старый анекдот: любит ли ваша жена
спать? (Грубо, изменившимся голосом.) Я спрашиваю:
она любит спать?! (Смеется.) Вопрос, сами понима-
536
ете, двусмысленный. С одной стороны, она может
при этом заниматься тем, чем занимаются кошки,
а с другой — просто спать!
Пауза.
Да, все мы — дети Господни. Даже ваша жена.
Пауза.
Ведь что, в сущности, от вас требуется? Только од-
но — быть честным. Других обязанностей у вас нет.
Подумайте-ка об этом. И хорошенько. Знакомы ли
вы лично с человеком, который возглавляет нашу
страну? Нет? Отличный парень, доложу я вам. От-
личный. На днях сам отвел меня в сторону — кажет-
ся, это была среда... да-да, среда, и он давал прием: во-
круг еще толпилась целая уйма народу, приезжие
знаменитости и все такое, а он отводит меня в сторо-
ну и говорит... таким... как бы это поточнее выразить-
ся?., сиплым шепотом. Да-да, именно так. «Ник, —
говорит он. Ник — это мое имя. — Ник, если тебе
когда-нибудь встретится кто-нибудь, кто, по твоему
разумению, готовится взять меня за жабры, скажи
ему, скажи им, чтоб не таились. Честность — вот луч-
шая политика. Так и скажи». А какой потрясающий
там был сыр! Козий. Ну а теперь перед дорогой поло-
жено по новой... (Отходит, снова наливает виски.)
У нас с вашей женой состоялась премиленькая бесе-
да. Только вот выглядит она у вас что-то неважнец-
ки. Месячные, наверно? У женщин это бывает.
Пауза.
Знаете, старина, а я ведь люблю не только одну
смерть, но и многие другие вещи. Природу, напри-
537
мер. Деревья там и всякое такое. Голубое небо над го-
ловой. Цветы...
Пауза.
Скажите-ка мне... по правде. Вы уже начинаете лю-
бить меня?
Пауза.
А вот ваша жена, я думаю, уже. Начинает. Начинает
в меня влюбляться. Еще немного — и она сделает это.
Беда только, что у меня есть соперники. Да-да, здесь
чуть не каждый, представьте, влюблен в вашу жену.
Не удивляйтесь — с такими глазами, как у нее... Кста-
ти, как ее зовут? Джила или что-то в этом роде?..
Пауза.
Кем бы вы хотели быть? Оставаться самим собой
или стать мной?
Пауза.
На вашем месте я бы предпочел второе. Конечно, иг-
рок вы что надо, я признаю. Да вот стоите не в тех во-
ротах. А я — бью без промаха. Вам ясна моя мысль?
Господи, дай мне исповедаться перед тобой! Позволь
сделать признание! Еще ни разу в жизни — слы-
шишь: ни разу! — не был я так растроган, как поза-
вчера. Да-да, в пятницу, когда первый человек стра-
ны обратился к своей стране со словами: «Мы все
патриоты, мы все — как один. И у всех у нас — одно
общее наследие». У всех, значит, кроме вас?
Пауза.
538
Я чувствую эту связь, чувствую. Эти узы братства.
И разделяю с другими связующие нас интересы. И я
не одинок. Не одинок!
Молчание.
Виктор. Убейте меня.
Николас. Что?!
Виктор. Убейте меня.
Николас (подходит к нему, обнимает за плечи).
В чем дело?
Пауза.
В чем дело, черт подери?!
Пауза.
Ммм?
Пауза.
Да вы, наверно, просто голодны. Или пить хотите. Вот
что я вам скажу. Ненавижу отчаявшихся. Отчаяние
для меня невыносимо. От него так и шибает в нос во-
нью. Это как позорное пятно. Отчаяние, старина, тот
же рак. И его надо кастрировать. Да-да, я сам не раз
убеждался, как это помогает. Оскопишь человека —
и отчаяние, фьють, само улетает. И вот уже перед тобой
совсем другой человек. Счастливый! Или счастливая.
А ну, поглядите-ка на меня!
Виктор подчиняется.
Э, да у вас в глазах всю душу видать...
Затемнение.
В комнате свет. За окном день.
539
Николас (стоит рядом с маленьким мальчи-
ком). Как тебя зовут?
Ники. Ники.
Николас. Правда? Как странно.
Пауза.
Нравятся тебе ковбои? Индейцы?
Ники. Так. Не очень.
Николас. Ну а что тебе тогда нравится?
Ники. Самолеты.
Николас. Какие? Которые настоящие или кото-
рые игрушечные?
Ники. Которые и те и другие.
Н и к о л а с. Да ну?
Пауза.
А почему они тебе нравятся?
Пауза.
Н и к и. Ну... Потому что они так быстро летают.
По воздуху. Это которые настоящие.
Николас. А которые игрушечные?
Ники. Если понарошку, то тоже.
Пауза.
Николас. А своих мамочку и папочку ты лю-
бишь?
Пауза.
Так ты любишь своих мамочку и папочку?
Ники. Да.
Николас. А за что?
Пауза.
540
За что?!
Пауза.
Тебе что, трудно ответить на мой вопрос?
Пауза.
Н и к и. А где моя мама?
Николас. Так ты, значит, не любишь своих ма-
мочку и папочку?
Ники. Нет, люблю.
Николас. А за что?
Пауза.
Тебе хочется стать солдатом, когда ты вырастешь?
Ники. Это можно.
Николас. Можно? Вот и отлично. Тебе, значит,
нравятся солдаты. Отлично. Тогда скажи: почему ты
плевал моим солдатам в лицо и брыкался? Настоя-
щее сражение устроил...
Н и к и. А это были чьи солдаты, твои?
Николас. Они солдаты твоей страны!
Ники. Эти солдаты мне не понравились.
Н и к о л а с. Ну ты им тоже не понравился, мой
дорогой.
Затемнение.
В комнате свет. За окном ночь. Николас сидит. Джила
стоит. Платье на ней изодрано. Лицо в кровоподтеках.
Николас. Когда вы встретили своего мужа?
Джила. Когда мне было восемнадцать.
Николас. Почему?
541
Джила. «Почему»?
Николас. Да, почему?
Джила. Мы... просто встретились.
Николас. Почему?
Джила. Встретились, и всё. Я ничего заранее не
планировала.
Николас. А почему?
Джила. Потому что я его тогда не знала.
Николас. Почему?
Пауза.
Почему?
Джила. Мы не были знакомы.
Николас. Почему?
Джила. Мы встретились случайно.
Николас. Когда?
Джила. Когда мне было восемнадцать.
Николас. Почему?
Д ж и л а. Он находился в комнате.
Николаев комнате?
Джила. Да, в той же комнате, что и я.
Николас. Что и вы?
Джила. Что и я.
Николас. Что и я?!
Пауза
Джила (кричит). Что и я!
Николас. Значит, комната... Какая комната?
Джила. Просто комната.
Николас. Чья комната?
Джила. Комната моего отца.
Никола с. Вашего отца? При чем тут отец?!
Пауза.
542
Ах ты, кошка драная! Она еще будет тут отца припле-
тать! Да как ты смеешь!
Пауза.
Твой отец был замечательным человеком. Страна гор-
дится им. Хоть он и умер. Это был человек чести. Он
умер, и ты, значит, намерена теперь оскорблять его
светлую память?!
Пауза.
Хочешь опозорить? Втоптать, значит, в грязь память
о своем собственном отце?! Да этот человек сражал-
ся за нашу страну! Я счастлив, что знал его. Я его бо-
готворил. Как и все мы. Он в бога верил. Верил\ А не
думал\ Не то что ты, дерьмо собачье! Вот уж кто умел
жить. Жить! Сплав железа с золотом — вот чем он
был. И всегда был готов умереть. Умереть, пони-
маешь? Умереть за свою страну. Своего Бога. Слы-
шишь, ты, мешок с дерьмом? И надо же, чтобы он по-
родил на свет такое отродье! Какая ирония судьбы.
Бедная его душа! Там, в небесах, у него, должно быть,
нет ни минуты покоя. И все из-за тебя, падаль ты
мерзкая! И еще осмеливаешься после всего этого по-
минать его имя! Да я, может, любил этого человека,
как отца родного!
Молчание.
Где ты встретилась со своим мужем?
Д ж и л а. На улице.
Николас. Что ты там делала?
Джила. Гуляла.
Николас. А что делал он?
543
Джила Тоже гулял.
Пауза.
Я что-то уронила. А он поднял.
Николас. Что это было?
Джила. Вечерняя газета.
Николас. Ты была пьяна...
Пауза.
Накачалась наркотиками...
Пауза.
Убежала из больницы.
Д ж и л а. Не была я ни в какой больнице.
Николас. А сейчас ты где?
Пауза.
Где ты сейчас находишься? Думаешь, небось, что
в больнице? А?
Пауза.
А кто у нас там наверху, как ты думаешь? Монашки?
Пауза.
Так кто же там, по-твоему?
Д ж и л а. Не монашки.
Николас. Тогда кто?
Джила. Там мужчины.
Николас. И они тебя насиловали?
Джила молча смотрит на него.
Сколько раз?
Пауза
544
Сколько раз они тебя там насиловали?
Пауза.
Сколько раз, я спрашиваю?! (Встает. Приближает-
ся к ней. Поднимает большой палец.) Смотри! Это
мой большой палец. А это мизинец. Я провожу ими
у тебя перед глазами. Вот так. Ну, сколько же раз ты
была изнасилована, а?
Д ж и л а. Не знаю.
Николас. И при этом считаешь себя надежной
свидетельницей? (Подходит к бару. Наливает вис-
ки. Садится. Пьет.) Ты красивая женщина. Вернее,
была красивая. (Откидывается на спинку стула. Сно-
ва пьет. Вздыхает.) Твоему сыну... семь. Ну и вредина
же он у тебя. Это ты его таким вырастила. Ты подучи-
ла. Разве у тебя не было выбора? Ты же могла воспи-
тать его настоящим человеком! А вместо этого вырасти-
ла вредину. Научила его плевать, брыкаться, оказывать
сопротивление. И кому?] Солдатам чести! Солдатам са-
мого Господа Бога!
Пауза.
Впрочем... в некотором роде мои сетования носят, я
бы сказал, уже отвлеченный характер.
Пауза.
Да и ты сама меня больше не интересуешь. Скорей
всего, я даже выпущу тебя отсюда... в свое время.
А пока суд да дело, ты еще сможешь нас тут всех не-
много поразвлечь.
Затемнение.
В комнате свет. За окном ночь. Николас стоит. Виктор
сидит. На этот раз опрятно одет.
545
Николас. Ну, как ты теперь, а? Похоже, выживем?
Виктор. Да.
Николас. Да?
Виктор. Да. Да.
Н и к о л а с. Да ну? Как это?
Виктор. О...
Пауза.
Николас. Ничего не разберу.
Виктор. Рот... рот...
Николас. А что с ним такое?
Пауза.
Ну а как насчет того, чтобы глотнуть? Перед доро-
гой, а? Что ты на это скажешь? (Подходит к бару. На-
ливает из бутылки в два стаканчика, подносит один
из них Виктору.) Пей! Это придаст твоим членам си-
лу! А мы уж потом подыщем кого-нибудь, на кого ее
можно будет употребить. (Смеется.) Нам это ведь
пара пустяков. Там, наверху, у нас первоклассный
бордель. На шестом этаже. Люстры и все, что полага-
ется. Там тебя обсосут и выплюнут чистеньким.
И представляешь, все они пришли туда добровольно.
Их отцы заняты тем же делом, что и я. А именно, на-
поминаю тебе еще раз: наше дело — содержать мир
в чистоте! На радость Господу. Понял? Так пей же!
Пей! Или ты, может, брезгуешь пить вместе со мной?
Виктор заставляет себя выпить. Голова его запрокиды-
вается.
Будем здоровы! (Пьет.) А теперь можешь идти.
Пауза.
546
Я сказал, можешь уходить. Мы с тобой еще встре-
тимся, надеюсь. А уж друзьями-то останемся, думаю,
навсегда. Ну, иди. Радуйся жизни. Веди себя хорошо.
Люби свою жену. Через недельку-другую она к тебе
присоединится. Если захочет... Да, сдается мне, мы
оба многое вынесли из наших дискуссий.
Виктор в ответ мычит что-то нечленораздельное.
Что?
Виктор снова пытается что-то сказать.
Что?
В и к т о р (с трудом). Сын...
Николас. Ах, сын. О нем тебе нечего беспоко-
иться. Ну и вредина же он у тебя. Был...
Виктор распрямляется. В упор смотрит на Николаса.
Молчание.
Затемнение.
Занавес
ГОРСКИЙ язык*
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Молодая женщина
Пожилая женщина
Сержант
Офицер
Караульный
Заключенный
Мужчина в колпаке
Второй караульный
1
Тюремная стена
Очередь женщин. Пожилая женщина баюкает свою
руку. Корзина возле ее ног. Молодая женщина дер-
жится руками за локоть пожилой. Входит с е р ж а н т, за
ним — офицер. Сержант указывает на молодую женщину.
Сержант. Имя?
Молодая женщина. Мы уже сказали наши
имена.
* Harold Pinter. Mountain Language
© Harold Pinter 1988
© Левкин А., перевод на русский язык, 1990
548
Сержант. Имя?
Молодая женщина. Мы сказали наши имена.
Сержант. Имя?
Офицер (сержанту). Прекрати этот бардак.
(Молодой женщине.) Есть жалобы?
Молодая женщина. Ее укусили.
Офицер. Кто?
Пауза.
Кто? Кто был укушен?
Молодая женщина. Она. Ее рука разодрана.
Ее рука укушена. Это кровь.
Сержант (молодой женщине). Ваше имя?
Офицер. Заткнись.
Подходит к пожилой женщине.
Что случилось с вашей рукой? Укусил ли кто-либо
вашу руку?
Женщина медленно поднимает руку. Он исследует ее.
Кто это сделал? Кто укусил вас?
Молодая женщина. Доберман Пинчер.
Офицер. Который?
Пауза.
Который?
Пауза.
Сержант!
Сержант подходит.
Сержант. Сэр!
549
Офицер. Взгляни на руку этой женщины. Ду-
маю, большой палец не спасти. (Пожилой женщине.)
Кто это сделал?
Она смотрит на него.
Кто сделал это?
Молодая женщина. Большая собака.
О ф и ц е р. Ее имя?
Пауза.
Как ее звали?
Пауза.
У каждой собаки есть имя! Они откликаются на свое
имя. Они получают свои имена от родителей, и это
их имена, их так зовут! Перед тем как кусать, они
представляются, называя свое имя. Это официальная
процедура. Они называют свое имя и после этого ку-
сают. Как ее звали? Если вы мне скажете, что одна из
наших собак укусила эту женщину не представив-
шись, я прибью эту собаку собственноручно!
Молчание.
Теперь — внимание! Тишина и внимание! Сержант!
Сержант. Сэр?
Офицер. Примите жалобы.
Сержант. Жалобы? Имеются ли у кого-то тут
жалобы?
Молодая женщина. Нам сказали быть здесь
в девять утра.
Сержант. Правильно. Совершенно верно. Этим
утром в девять утра. Абсолютно так. В чем состоит
жалоба?
550
Молодая женщина. Мы пришли сюда в де-
вять утра. Теперь пять часов. Мы стоим здесь восемь ча-
сов. Под снегом. Ваш человек спустил на нас доберман-
пинчеров. Один из них укусил руку этой женщине.
Офицер. Как звали собаку?
Молодая женщина.Яне знаю, как ее звали.
Сержант. Позвольте, сэр?
Офицер. Валяй.
Сержант. Ваши мужья, ваши дети, ваши отцы,
все эти, которых вы дожидаетесь увидеть, — все они
мерзавцы. Они враги государства. Дерьмо.
Офицер делает шаг к женщинам.
Офицер. Теперь слушать сюда. Вы с гор. Вы ме-
ня слышите? Ваш язык мертвый. Он запрещен. Здесь
на вашем языке говорить запрещено. Вы не можете го-
ворить на вашем языке с вашими мужчинами. Не раз-
решается. Понятно? Вы не имеете права говорить на
нем. Он вне закона. Можно говорить только по-
столичному. В этом месте дозволен только этот язык.
Вы будете сурово наказаны, если попытаетесь загово-
рить здесь на своем горском языке. Это приказ. Воен-
ный. Закон. Ваш язык запрещен. Он умер. Никому
нельзя говорить на вашем языке. Его не существует.
Вопросы есть?
Молодая женщина.Я по-горски не говорю.
Молчание.
Офицер и сержант медленно обходят ее. Сержант кладет
руку ей на талию.
Сержант. А на каком-таком языке ты говоришь?
На каком-таком языке ты болтаешь своим задом?
551
Офицер. Сержант, эта женщина пока еще не со-
вершила преступления. Помните об этом.
Сержант. Сэр! Но вььведь не утверждаете, что
она без греха?
О ф и ц е р. О нет. О нет, разумеется, я этого не
утверждаю.
Сержант. Она полна им. Он переполняет ее.
Офицер. Она по-горски не говорит.
Женщина выворачивается из-под руки сержанта и повора-
чивается к мужчинам лицом.
Молодая женщина. Меня зовут Сара Джон-
сон. Я пришла повидать своего мужа. Я имею право.
Где он?
Офицер. Покажите мне ваши бумаги.
Она передает ему листок бумаги. Он просматривает его,
поворачивается к сержанту.
Он вовсе не с гор. Он в карцере.
С е р ж а н т. Да уж. По мне, так она выглядит как
долбаная интеллектуалка.
Офицер. Но вы сказали, что она вихляет задом.
Сержант. Интеллектуальные задницы вихля-
ются лучше всех.
Затемнение.
2
Комната свиданий
Заключенный сидит. Пожилая женщина сидит,
рядом корзина. Караульный возле них.
Заключенный и женщина разговаривают с сильным сель-
ским акцентом.
552
Пожилая женщина. Тута хлебушко.
Караульный (тычет ей в бок дубинкой). За-
прещено. Язык запрещен.
Она смотрит на него. Он тыкает ее дубинкой.
Запрещено. (Заключенному.) Скажи ей, чтобы гово-
рила по-столичному.
Заключенный. Она не умеет.
Тишина.
Она на нем не говорит.
Тишина.
Пожилая женщина. Тута яблочки.
Караульный (тычет ее дубинкой и кричит).
Запрещено! Запрещено, запрещено, запрещено! Гос-
поди Иисусе! (Заключенному.) Она понимает, что я
ей говорю?
Заключенный. Нет.
Караульный. Нет? (Поворачивается к ней.)
Нет?
Она глядит на него.
Заключенный. Она старая. Не понимает.
Караульный. А кто виноват?
Смеется.
Уж не я, во всяком случае. И еще я скажу вам вот что.
У меня жена и трое детей. А вы все набиты дерьмом.
Тишина.
Заключенный. У меня жена и трое детей.
553
Караульный. У тебя что?..
Тишина.
Что у тебя?
Тишина.
Ты что сказал, у тебя что? Что-что у тебя?
Тишина
У тебя что?
Он подходит к телефону и набирает одну цифру.
Сержант? Яв голубой комнате... да... полагаю,
что должен сообщить. Сержант... кажется, тут у меня
шутник выискался...
Полузатемнение. Фигуры остаются неподвижными.
Голоса.
Голос пожилой женщины. Детушки до-
жидаютси.
Голос заключенного. Тебе руку укусили.
Голос пожилой женщины. И всё-то тебя
дожидаютси.
Голос заключенного. Они укусили руку
моей матери!
Голос пожилой женщины. Вотвернесси,
так они тебя так дожидаютси, кажный тебя дожида-
етси. Все-то они тебя дожидаютси, всё тебя увидеть
дожидаютси.
Загорается свет. Входит сержант.
Сержант. Это что такой за шутник?
Затемнение.
554
3
Глас во мраке
Голос сержанта. Что это за долбайая баба?
Что эта долбаная баба тут делает? Кто пропустил эту
долбаную бабу через эти долбаные двери?
Голос второго караульного. Это его
жена.
Включается свет.
Коридор.
Мужчина в колпаке, которого ведут карауль-
ный и сержант. Молодая женщина поодаль,
глядит на них.
Сержант. Это что ж такое? Прием в честь леди
Дак-Мак? Где кровавый Потрошитель? Кто допус-
тил кровавого Потрошителя до леди Дак-Мак?
Подходит к молодой женщине.
Хэлло, мисс. Мои извинения. Маленькая неполадоч-
ка администрации. Я в ужасе. Они направили вас
в неправильные двери. Невероятно. Кто-то за это от-
ветит. Во всяком случае, по крайней мере, чем я могу
быть для вас, милая леди, как это говорится в кино,
быть полезен?
Полузатемнение. Фигуры остаются неподвижными.
Голоса.
Голос мужчины. Я смотрел на тебя, спящую.
И ты открыла свои глаза. И увидела меня над собой,
улыбающегося.
Голос молодой женщины. Ты улыбался.
Когда мои глаза открылись, я увидела тебя над собой,
улыбающимся.
555
Голос мужчины. На озере.
Голос молодой женщины. Весна.
Голос мужчины. Я обнимаю тебя. Я согре-
ваю тебя.
Голос молодой же н щ и ны. Когда мои глаза
открылись, я увидела тебя над собой, улыбающимся.
Включается свет. Мужчина в колпаке изнемогает, молодая
женщина пронзительно стонет.
Молодая женщина.Чарли!
Сержант щелкает пальцами. Караульный уволаки-
вает мужчину в колпаке.
Сержант. Да, вы вошли не в те двери. Это, долж-
но быть, компьютер. У него, наверное, двусторонняя
грыжа. Но я вам вот что скажу: если вы желаете иметь
любую информацию касательно любых аспектов жиз-
ни данного места, то у нас есть тип, бывающий в офисе
каждую вторничную неделю за исключением дождли-
вой погоды. Звякните ему в один из этих дней, увиди-
тесь, всё в порядке. Его зовут Доук Джозеф Доук.
Молодая женщина. Могу я переспать
с ним? Если я пересплю с ним, то все будет в порядке?
Сержант. А как же. Какая проблема.
Молодая женщина. Благодарю вас.
Затемнение.
Заключенный. Мамаша, ты говори.
Пауза.
Ма, я ж с тобой говорю. Слышь? Можно. Ты можешь
со мной по-нашенски.
Она не двигается.
556
Можно.
Пауза.
Мамаш, ты слышь? Я ж с тобой по-нашенски.
Пауза.
Ты слышь?
Пауза.
Я ж по-нашенски!
Пауза.
Ты не слышь, что ли? Ты меня слышь?
4
Комната свиданий
Караульный, пожилая женщина, заклю-
ченный.
Тишина.
Лицо заключенного окровавлено. Он сидит и дрожит.
Женщина недвижима. Караульный смотрит в окно. Повора-
чивается и смотрит на обоих.
К а р а у л ь н ы й. О, совсем позабыл. Правила из-
менены. Она может говорить. Она может говорить на
своем языке. Вплоть до дальнейших распоряжений.
Заключенный. Она может говорить?
Караульный. Да. Вплоть до дальнейших рас-
поряжений. Новые правила.
Пауза.
Она не реагирует.
557
Заключенный. Мамаша!
Караульный. Скажи ей, что можно говорить
на ее языке. Новые правила. Вплоть до дальнейших
распоряжений.
Заключенный. Мама!
Она не реагирует, сидит неподвижно.
Дрожь заключенного усиливается. Он валится со стула на
колени и начинает задыхаться и неистово трястись. Сер-
жант входит в комнату и изучает трясущегося на полу
заключенного.
Сержант (караульному). Ты только взгляни на
него! Ты идешь им навстречу, чтобы протянуть им ру-
ку помощи, а они класть на это хотели.
Затемнение.
СОДЕРЖАНИЕ
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ 13
КУХОННЫЙ ЛИФТ 106
СТОРОЖ 147
КОЛЛЕКЦИЯ 227
ЛЮБОВНИК 272
ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ 307
ПЕЙЗАЖ 375
НА БЕЗЛЮДЬЕ 396
ПРЕДАТЕЛЬСТВО 452
ГОЛОСА СЕМЬИ 514
ПЕРЕД ДОРОГОЙ 531
ГОРСКИЙ ЯЗЫК 548
Пинтер, Г.
П 32 Коллекция: пьесы / Гарольд Пинтер; [пер. с англ.;
вступ. ст. Ю. Фридштейна]. — СПб.: Амфора. ТИД Ам-
фора, 2006. - 559 с. - (Серия «Амфора 2006»).
ISBN 5-367-00097-5
Настоящее издание — коллекция лучших пьес английско-
го драматурга Гарольда Пинтера, лауреата Нобелевской пре-
мии 2005 года.
УДК 820-2-21
ББК 84(4Вл)
Литературно-художественное издание
Гарольд Пинтер
КОЛЛЕКЦИЯ
Ответственный редактор Татьяна Уварова
Художественный редактор Юлия Двоеглазова
Технический редактор Любовь Никитина
Корректор Елена Васильева
Верстка Максима Залиева
Подписано в печать 13.03.2006.
Формат издания 84x108'/за. Печать офсетная.
Усл. иеч. л. 29,40. Тираж 7000 экз.
Изд. № 60099. Заказ № 2322.
Издательство «Амфора».
Торгово-издательский дом «Амфора».
197342, Санкт-Петербург, наб. Черной речки, д. 15, литера А.
E-mail: info@amphora.ru
Отпечатано с готовых диапозитивов в ОАО «Лениздат».
191023, Санкт-Петербург, наб. р. Фонтанки, 59.
Мо*но сказать что в п
счастливо -nanZ тере
и в то же рпо, Р ЛОксально
иБеккет. °е и Каа>а, Пристли
Для МНОГИХ ОН — to
н°. пожалуй та^рГа'ПС09п'{а-
пае^:Да4'псл°в1ГЙСТВОЭ^
ознакомления с рг! ДУМЧИВ0Г0
гРМноотреШитЬСя°0ПтРп0изееДениями
рпРогивореЧи/^зенРазРешимь(х
;Р™ени. Основополатя?ВеКа Нашег°
Писанного Пинтеоп? Щ6Й т е<*го
"Роблема нротивоЛ ЯВЛяегся
0^аюЩеГСзниГИЯЧеЛОеека
им самим ПолчаИс3^ппР°^аостояния,
и^тельнь^во1гСОЗНавае^о,
^бя, свою неноToll "^Ранить
довеку найти путЬРГл0СТЬ' ка* ОДному
*а* пробиться к его СпГГ0Му Че™*4
дышать и понять°сбя НИЮ'Застае^
(§) "3^*.
Я#фй'в
"■""■■■"if..,,
'SBN 5-357-00097.5