Теги: общие вопросы военных операций   тактика   оперативное искусство   стратегия   театр военных действий   история войн   период феодализма (iv в - 1861 г)  

ISBN: 978-5-9909607-1-8

Похожие

Казаки служилые и вольные: казачьи подразделения в войнах 1650-х - 1660-х гг. Монография

Когда Полоцк был российским. Полоцкая кампания Ивана Грозного 1563-1579 гг

Московский поход короля Яна ІІ Казимира 1663-1664 гг

О русской истории и культуре

Текст 
                    

•к*1 -

% i

ГАТНОС дело





Литовский гусар. Фрагмент карты «Княжества Ьиржайского» картографа
Ю. Нароновича-Наронского. 1645 г.
Музей Биржайского края «Сэла». Литва

И.Б. Бабулин

СМОЛЕНСКИЙ ПОХОД
И БИТВА ПРИ 1ЛЕПЕЛЕВИЧАХ
1654 ГОДА

nwKiK гатдав

Москва -2018

УДК 355.483(47:438)» 1654»

ББК 63.3(2)45-68

Б12

Бабулин, И. Б.

Смоленский поход и битва при Шепелевичах 1654 года : [12+] / И. Б. Бабулин. - Фонд
«Русские Витязи», 2018. 228 с.: ил. - (Ратное дело). - ISBN 978-5-9909607-1-8.

Научный редактор: А.В. Малов

Последняя большая война между Московским государством и Речью Посполитой
(1654-1667 гг.), ставшая самой упорной и тяжелой за всю историю их конфликтов
н XVI XVII вв„ началась с «Государева похода» на Смоленск. Главной целью боевых операций на
начальном этапе войны стало возвращение этого стратегически важного города, потерянного
Россией в годы Смутного времени.

Взятию Смоленска способствовала решающая победа русской армии в битве при
Шепелевичах 14 (24) августа 1654 г. над литовским войском гетмана Я. Радзивилла. «Государев
поход» закончился триумфальным успехом царя Алексея Михайловича и его реформированной
армии. Возвращение Смоленска позволило не просто расширить владения державы, а карди-
нально решить вопрос укрепления безопасности всей западной границы России.

Новая книга И.Б. Бабулина представляет собой самое подробное и обстоятельное описание
и анализ не только битвы при Шепелевичах, но и всей победоносной для России кампании
1654 г. Автором изучены и учтены достижения и отечественной, и зарубежной историогра-
фии, в первую очередь польской, что в немалой степени способствовало успеху исследования
и более объективному взгляду на события этой войны. В данной работе авторам привлечен
самый представительный круг источников, многие из которых не опубликованы, а некоторые
и не вводились до сих пор в научный оборот.

На обложке:

Пикинер солдатских полков середины XVII в.

Рисунок М.А. Иванова

© Бабулин И.Б., текст, примечания, фото 2018
€ Иванов М.А., рисунок на обложке, 2018
© Фонд «Русские Витязи», издание, 2018

ОГЛАВЛЕНИЕ

МОСКОВСКАЯ «РЕКОНКИСТА».........................5

ИСТОРИОГРАФИЯ И ИСТОЧНИКИ......................11

ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ МОСКОВСКОГО ГОСУДАРСТВА
К НАЧАЛУ РУССКО-ПОЛЬСКОЙ ВОЙНЫ 1654-1667 ГОДОВ.20

ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ ВЕЛИКОГО КНЯЖЕСТВА ЛИТОВСКОГО

В 1654 ГОДУ..................................  29

СОСРЕДОТОЧЕНИЕ РУССКИХ АРМИЙ НА ГРАНИЦЕ
И НАЧАЛО СМОЛЕНСКОГО ПОХОДА....................39

БОЙ НА РЕКЕ КОЛОДНЕ 25 ИЮНЯ 1654 ГОДА.........55

НАЧАЛО ПОХОДА АРМИИ КНЯЗЯ А.Н. ТРУБЕЦКОГО И ВЗЯТИЕ
МСТИСЛАВЛЯ...............................      71

ОСАДА СМОЛЕНСКА И ПОХОД КНЯЗЯ Я.К. ЧЕРКАССКОГО
ПРОТИВ ГЕТМАНА Я. РАДЗИВИЛЛА.................  81

СОСТАВ И ЧИСЛЕННОСТЬ ЛИТОВСКОГО ВОЙСКА

К НАЧАЛУ АКТИВНЫХ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ
В АВГУСТЕ 1654 ГОДА..........................  92

БИТВА ПОД ШКЛОВОМ 2 АВГУСТА 1654 ГОДА.........102

БИТВА ПРИ ШЕПЕЛЕВИЧАХ 14 АВГУСТА 1654 ГОДА....120

ВЗЯТИЕ МОГИЛЕВА, КРИЧЕВА, ШКЛОВА И ГОР........145

ШТУРМ И ВЗЯТИЕ СМОЛЕНСКА.
16 АВГУСТА — 23 СЕНТЯБРЯ 1654 ГОДА............152

ОСАДА ДУБРОВНО И ОКОНЧАНИЕ КАМПАНИИ...........165

ЗАКЛЮЧЕНИЕ..................................  180

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА........................185

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ.............................191

ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ...........................  192

ПРИМЕЧАНИЯ....................................199

ПРИЛОЖЕНИЯ....................................213

МОСКОВСКАЯ «РЕКОНКИСТА»

Рус с ко-польская война 1654-1667 гг. была
начата Россией после неоднократных просьб
гетмана Богдана Хмельницкого не только из-
за помощи 1ибнущей Украине, но и за воз-
вращение русских земель, захваченных Речью
Посполитом по Деулинскому перемирию
1618 г. По условиям данного договора граница
между двумя государствами проходила между
Вязьмой и Дорогобужем (примерно 250 км от
столицы), что не могло не вызывать постоян
ную тревогу и беспокойство в Москве.

В первый год войны возврат утраченных
территорий являлся приоритетной задачей,
поэтому основные силы русских войск были
направлены против городов крепостей восточ-
ных границ Великого княжества Литовского,
являвшегося северо восточной частью единой
Польско-литовской державы.

В середине мая 1654 г. сразу три армии
Московского государства, фактически не
встречая отпора противника, перешли рубежи
Речи Посполитой и двинулись на Смоленск,
Невель и Рославль. Одновременно с ними
украинские казаки, присягнувшие царю на зна-
менитой Переяславской раде, атаковали с юга
в направлении Гомеля. Большой «1осударев по-
ход» стал началом долгой тринадцатилетней
воины — войны, которая должна была окон-
чательно поставить точку в «старом споре сла-
вян между собою» за первенство и гегемонию
в Восточной Европе.

Борьба за Смоленск и земли в верховьях
Днепра началась еще за три века до рассма-
триваемых событий. Постепенно слабеющее
Смоленское княжество уже в XIV столетии ста-
ло яблоком раздора в противостоянии Вильно
и Москвы. Впервые свои претензии на него
заявил Великий князь Московский Симеон
Гордый, предприняв поход на Смоленск
в 1351 г. Однако более могущественному

Великому княжеству Литовскому при князе
Витовте удалось захватить этот город и присо-
единить смоленские земли к своим впадениям
«от моря до моря» (1404 г.).

Война возобновилась во времена Великого
князя Московского Ивана III с победной бит-
вы на р. Ведроше (1500 г.), в которой литовское
войско было разгромлено, а его командую
щий — гетман Константин Острожский — по-
пал в плен При сыне Ивана 111 — Василии III,
ранее захваченный Литвой Смоленск был ос-
вобожден от власти польского короля и вошел
в состав России (1514 г.).

Последующие русско-литовские войны
XVI в. (Стародубская и Ливонская) были не
столь удачны для Московского государства
и закончились с явным перевесом сил объ-
единенной Польско-литовской державы, став-
шей в 1569 г. великои и могущественной Речью
Посполитой.

Смутное время в начале XVII в. едва не
привело Россию к гибели, чем воспользовал-
ся польский король Сигизмунд III, войска ко-
торого заняли Москву, Смоленск, Чернигов,
Дорогобуж, Стародуб, Новгород-Северский
и ряд других русских городов. Освобождение
Москвы в 1612 г. стало лишь прологом к новому
витку противостояния. В боях с войсками Речи
Посполитой армии Московского государства
иногда одерживали локальные победы, но чаще
терпели тяжелые поражения, вызванные явно
проявившейся отсталостью в военном деле.

Однако уже в 1613 г. правительство ново-
го царя — Михаила Федоровича Романова,
решило силой отбить Смоленск у Польско-
литовского государства, прекрасно понимая
важнейшее значение этого города для безопас-
ности западных рубежей Русского государства.
Страна еще не оправилась от Смуты, а русское
войско осадило Смоленскую крепость. Гем не

мело Mihulo/kii Gra\ D/c\ di rose
Ri di Cas\s di Verxciixx ги <ihirix m

Царь Алексей Михайлович. Гравюра Якоба
Туренвлита. XVH в.

менее четырехлетняя борьба за город закончи-
лась неудачей для Москвы.

Новая попытка вернуть Смоленск в 1632-
1634 гг. привела к катастрофе и казни храбрых
воевод М.Б. Шеина и А.В. Измайлова, неспра-
ведливо обвиненных в измене.

Смоленск остался под властью Речи
Посполитой, что делало жестокую схватку
Москвы и Варшавы скорой и неизбежной.
Как справедливо писал в свое время историк
А.Н. Мальцев, подчеркивая значение дан-
ного города, «после объявления войны Речи
Посполитой, русское правительство сосре-
доточило свои основные военные силы на
Смоленском направлении. Смоленск являлся
важнейшим стратегическим пунктом, рас-
положенным недалеко от Москвы, столицы
Русского государства, и других жизненных
центров страны, крупным экономическим
центром, важным узлом дорог. Из Смоленска,
как показали события начала XVII в., Речь
Посполитая могла угрожать целостности и не-
зависимости России»1.

С этим мнением солидарен польский иссле-
дователь К. Бобятыньский. Смоленск — город,
который называли «ключом как к Москве, так
и к Великому княжеству Литовскому». Владея
им, можно было «полностью контролировать
исключительно важное стратегическое про-
странство “Смоленских ворот” — коридор ши-
риной около 80 км между Днепром и Двиной.
Тут проходила кратчайшая дорога из Москвы
на Минск и далее на Вильно, которая позволя-
ла миновать тяжелопреодолимую болотистую
территорию между Днепром и Березиной,
а также размещенное далее на север Поозерье
между Лепелем, Бешенковичами и Полоцком»2.

Можно лишь добавить, что эта погранич-
ная крепость навечно стала символом реша-
ющего противоборства двух, казалось бы, не-
примиримых, врагов. Для Варшавы Смоленск
был «мечом», постоянно угрожающим столице
Русского государства; для Москвы он должен
был стать «щитом», как было в самые трудные
годы Смутного времени. Андрусовское пере-
мирие 1667 г., а затем «Вечный мир» 1686 г.
окончательно поставили точку в данном во-
просе, положив начало многолетнему мирному
сосуществованию России и Речи Посполитой.

Таким образом, далеко не случайно послед-
няя большая война между двумя крупнейши-
ми славянскими державами 1654-1667 гг., став-
шая самой упорной и самой тяжелой за всю
историю их конфликтов в XVI-XVI1 вв., также
началась с «Государева похода» на Смоленск.
Ее вполне можно отнести к категории войн,
начатых «для восстановления прав» (по вы-
ражению Г. Жомини). Потерянный Россией
в 1618 г. город стал тем «камешком», который
спустя четыре десятилетия обрушил «лавину
камней» на идущую к закату Речь Посполитую,
увязшую в войне с украинскими казаками
и крымскими татарами.

Национально ориентированные бело-
русские историки бездоказательно обвиня-
ют Россию в неуемной «имперской» экспан-
сии, не пытаясь понять мотивы царя Алексея
Михайловича и его правительства, а ведь за-
хваченный королевскими войсками Смоленск
стал «красной чертой», перешагнув за которую,
Речь Посполитая обрекла себя на неизбежный
проигрыш в войне с Москвой. Не будь столь
болезненной и острой смоленской проблемы,

основным приоритетом внешней политики
России во второй половине XVII в. вполне
могла бы стать борьба за возвращение русских
земель, захваченных Швецией, при достаточно
мирных отношениях Москвы и Варшавы.

По меткому замечанию известных фран-
цузских историков-славистов II Гонно
и А.С. Лаврова, внешняя политика, которую
вела Россия с XVI в., «исключала возможность
перехода территории, населенной православ-
ными русскими, под иноземное владычество.
Поэтому появление ‘ближнего зарубежья”
после военных поражении в Смутное время
стало неслыханным феноменом... оно спо-
собствовало развитию идеологии реконкисты
и делало возвращение утраченных территорий
главной целью русской внешней политики»5.

Предстоящая война воспринималась в рус-
ском обществе и как конфессиональная борьба
за «православный мир». 1осударев поход «дол-
жен был стать своего рода “священной вой
ной”»4 и привести к освобождению православ
ных от религиозного угнетения Такая война
в глазах верующих людей была морально до-
пустимой, поскольку со времен Св. Августина
Блаженного долгом любого христианского го-
сударства являлась защита невинных от зло-
деев, и использование вооруженных средств
в этих целях являлось оправданным

В сознании русских людей «литва» и «по-
ляки» выступали носителями чуждой («не-
правильной») религии, стремящимися на-
вязать всем православным католическую
веру. Согласно исследованию русских пись-
менных сочинений о Смуте, которое провел
Ь.Н. Флоря, «в большинстве источников для
обозначения жителей этого государства (Речи
Посполитой. — И.Б.) употребляются два раз-
ных термина: “поляки" и “литва” (или “поль-
ские и литовские люди”), однако в научной
литературе уже отмечено, что русские авто-
ры времени Смуты не видели между этими
терминами никакой разницы, они выступали
в одном и том же контексте, сопровождались
одними и теми же эпитетами и, скорее всего,
воспринимались как синонимы... пришедшие
из Речи Посполитой войска именуются как
"польские” или “литовские” люди, с которы-
ми, как мы увидим далее, у жителей России нет
и не может быть ничего общего»5.

1ОЛКЛ£> CAjr/MfRlW D4 REX POLOKfX.

1Я Л. X/TFft-Л VT/E RfSS/Л PRUAS'bt	JAMOGlTM

fiV&ilA. 'KWLEXSVENSl SEVERlEb T ClERKtHOll£4"XEC
\'C^gKV£CORUM иоТЦоЛ,. £T VAKDAljOR REX H/€REDJTBR«

Польский король Ян И Казимир.

1 равюра Петра де Йоде. XVII в. * В

Не стоит думать, будто в России не зна-
ли о том, что в Речи Посполитой проживают
не только католики К представителям про-
тестантских конфессий также относились
враждебно («люторы», «калвинпы» и прочие
«иноверцы»). Деятельность униатской церкви
на землях Белоруссии и Украины должна была
быть прекращена. В го же время, начиная вой-
ну, Россия рассчитывала на действенную по-
мощь православного населения Великою кня-
жества Литовского.

В отечественных источниках того времени
православных Великого княжества Литовского
называли «белорусцами». В грамоте от 7 марта
1654 г. от воевод требовалось, чтобы они «бе-
лорусцов крестьянские веры, которые против
нас не будут, и их жон, и детей не побивали
и в полон не имели, и никакова дурна над ними
не делали, и животов их не грабили. И которые
беларусцы придут к нам в полки, и вы б тех
белорусцев нашим государевым жалованьем
обнадежили и велели их приводить к вере,

что им быть под нашею... рукою навеки неот-
ступно, и нам служить, над польскими и над
литовскими людьми промышлять, с нашими
ратными людьми сопча за один. И которые бе-
лорусцы похотят быть и нам служить вместе
с нашими ратными людьми, и вы б тем людем
велели быть на нашей службе...»*.

Значительная часть православного населе-
ния восточных поветов ВКЛ действительно по-
началу поддержала наступление русских войск.
Крестьяне, враждебно настроенные против
своих панов, приветствовали царские полки.
Письма шляхтичей, перехваченные русскими
воеводами, хорошо показывают настроение
крестьян. Один писал, что они «не с нами,
а против нас будут». Другой шляхтич сооб-
щал, что «мужики молят Бога, чтобы пришла
Москва». По свидетельству еще одного шлях-
тича, в Полоцком воеводстве «мужики вельми
недоброхоты, везде на царское имя сдаютца»7.
Православные мещане и мелкая православная
шляхта также были не против того, чтобы из-
бавиться от засилья местных магнатов, униа-
тов и католической церкви. Ярким свидетель-
ством такой позиции православного населения
Великого княжества Литовского является сдача
без боя Рославля, Невеля, Дорогобужа, Белой,
Полоцка, Копыси, Дисны, Друи, Могилева,
Озерища, Шклова и других городов. Польский
историк К. Бобятыньский признает, что «пра-
вославное население пограничья часто с хле-
бом и солью встречало в воротах своих го-
родов отряды царя Алексея Михайловича, не
оказывая никакого сопротивления»’.

Однако следует отметить, что далеко не
все православные жители Великого княжества
Литовского смотрели на приход русских как на
«освобождение» от власти польского короля
и засилья литовских панов. Как в свое время
отметил Л.С. Абецедарский, в Великом княже-
стве Литовском «значительная часть высшего
православного духовенства, отстаивая автоке-
фалию, к соединению с Россией относилась от-
рицательно»’. Многие представители литовской
православной шляхты, в начале войны под-
державшие наступление русской армии, впо-
следствии перешли на сторону короля. Виной
тому были такие весьма существенные фак-
торы, как ограничение «шляхетской свободы»
московскими воеводами, произвол и грабежи
8

царских ратников, захват в полон местных кре-
стьян и мещан с целью последующей высылки
их в свои поместья в качестве крепостных и др.
Свою роль сыграло также то, что к моменту
начала войны антифеодальное восстание кре-
стьян в Белоруссии в основном уже было пода-
влено литовскими войсками и шляхтой.

Включал ли первоначальный план войны
России с Речью Посполитой лишь возвращение
потерянных в Смуту земель, или цели войны
сразу предполагали присоединение к Москве
всех территорий, населенных православным
населением Речи Посполитой? Вряд ли на этот
вопрос можно дать однозначный ответ.

Согласно мнению видного представи-
теля историографии русского зарубежья
Г.В. Вернадского, целью войны с Польшей
было «не только добиться независимости
Украины от Польши, но отделить Белоруссию
от Польско-литовского содружества, вклю-
чить ее в Московскую федерацию и. таким
образом, объединить три ветви восточных
славян (которые все в то время называли себя
русскими)»10.

По мнению Б.Н. Флори, «религиозная цель
войны тесно связывалась с национально-по-
литической. Военные действия не должны
были ограничиваться защитой Запорожского
Войска от польско-литовской армии и воз-
вращением земель, утраченных Русским го-
сударством в годы Смуты. Уже вскоре после
начала военных действий из военного лагеря
под Смоленском в сентябре 1654 г. вышли гра-
моты, обращенные к православным еписко-
пам Львова и Перемышля, населению Волыни,
Подолии и других земель, с призывом подчи-
ниться власти царя. Все это показывает, что,
начиная войну, русская власть поставила сво-
ей целью добиться решения давно стоявшей
перед ней задачи — объединения всех вос-
точнославянских земель вокруг Москвы, вос-
становления Древнерусского государства в его
прежних границах»11.

На наш взгляд, вряд ли царь Алексей
Михаилович, начиная войну с Речью
Посполитой, ставил такую грандиозную за-
дачу, напоминающую мечту о водружении
креста над Святой Софией. На первом этапе
цель войны была гораздо скромнее. Более точ-
ной представляется позиция А.Н. Мальцева,

Царь Алексей Михайлович в походе.

Художник С. Олейник

который полагал, что «главной своей целью
во время кампании 1654 г. русское правитель-
ство ставило занятие территории Смоленска
и Белоруссии в районе Днепра и Западной
Двины.

В случае успеха русские войска захва-
тывали важные города. Смоленск, Полоцк.
Витебск, Мстиславль, Оршу, Могилев и др.
В случае возможною контрнаступления поль-
ско-литовских войск русские силы, опираясь

на удобные естественные рубежи и много-
численные небольшие города, расположенные
по Днепру, более свободно могли маневри-
ровать людскими резервами и более удобно
транспортировать оружие, боеприпасы и про-
довольствие по Днепру и Западной Двине.
Обладание верховьями Днепра позволяло
русскому правительству оказывать действен-
ную помощь Б. Хмельницкому, так как была
возможность угрожать коронному войску на
Украине с фланга, если бы оно продвинулось
к Киеву», осуществление данной цели должно
было «создать благоприятные предпосылки
для развития военных операции русских войск
на следующий, 1655 г.»12.

С мнением А.Н. Мальцева согласен и поль-
ский историк К. Ьобятыньский, который пи-
шет, что «целью кампании 1654 г. в Белоруссии
было, прежде всего, овладение землями
Великого княжества Литовского на восток от
Березины, которую Москва традиционно счи-
тала границей русских земель»1 .

Программа-максимум (присоединение бе-
лорусских земель ВКЛ), вероятно, возникла
только в 1655 г., после первых впечатляющих
успехов русской армии, ведь, как признает тот
же Б.Н. Флоря, «в конце 1653 г. — первой по-
ловине 1654 т. было во многом неясно, к ка-
ким конкретным ретультатам может привести
очередная русско-польская виина в Восточной
Европе»14. Среди перечисленных обраще-
ний к православным священнослужителям
и населению нет юродов белорусских земель
Великого княжества Литовского, т. е. на пер-
вых порах речь шла только о помощи казакам
Украины.

Перед началом кампании 1654 г. Москва
думала лишь о занятии спорной территории
(Смоленщины), а затем наступательные опе-
рации велись в соответствии с обстоятель-
ствами и имеющимися в ее распоряжении
силами. Как писал в свое время военный те-
оретик 1. Жомини, в этом случае целью даль-
нейшего наступления становится не захват
новых земель, а «обеспечение передачи тер-
ритории противником, а средствами — угро-
за ему в сердце его собственной страны»15.
Не случайно при заключении Андрусовского
перемирия 1667 г. Россия предпочла отказаться
от всех занятых белорусских земель ВКЛ, но

категорически настаивала на признании за ней
Смоленска и Левобережной Украины.

Возврат Смоленска позволил бы России
не только расширить свои владения, но и кар-
динально решить вопрос безопасности своей
западной границы. Не решив «смоленской
проблемы», невозможно было думать об от-
стаивании иных геополитических интересов,
закрепляться на южных рубежах или возвра-
щать потерянный выход к Балтийскому морю.

Царь Алексей Михайлович, напутствуя вой-
ско в предстоящем походе, вспоминал о «не-
правдах польских королей», требуя от ратных
людей крепко стоять «за злое гонение на право-
славную веру и за всякую обиду к Московскому
государству». Воины отвечали ему, что готовы
«за всех православных христиан без всякой
пощады головы свои положить»16. В письме,
посланном к православным жителям Речи
Посполитой с призывом перейти на сторону
царского войска, сообщалось, что царь идет
«на досадителей и разорителей св. восточной
церкви греческого закона, на поляков... дабы
Господь Бог над всеми нами, православными

христианами, умилосердился и чрез нас, ра-
бов своих, тем месть сотворил, и св. восточная
церковь от гонения освободилась и греческими
старыми законами красилась, чтоб за многие
королевские неправды и за нарушение вечного
докончания воздалась месть»*7.

Задача настоящей работы состоит в том,
чтобы, максимально используя все сохранив-
шиеся архивные и опубликованные источники,
исследования отечественных и польских исто-
риков, подробно изучить боевые операции
кампании 1654 г., связанные с освобождением
русской армией Смоленска и поражением ос-
новных сил Великого княжества Литовского
в решающей битве при Шепелевичах.

В работе над книгой большую помощь
автору в его научных изысканиях оказал
А.Э. Юшкевич, которому автор выражает
глубокую и искреннюю благодарность, не-
смотря на ряд расхождений в трактовке со-
бытий и в анализе фактического материала.
Отдельное спасибо О.А. Курбатову, помогав-
шему своими ценными советами, консульта-
циями и замечаниями.

ИСТОРИОГРАФИЯ
И источники

Отечественная историография всегда
уделяла мало внимания русско польской
войне 1654-1667 гг. В результате до настоя-
щего времени в России нет ни одного фунда-
ментального научного исследования, посвя-
щенного основным событиям данной войны,
а имеющиеся отдельные исторические рабо-
ты не лишены многочисленных ошибок и не-
достатков. То же самое, хотя в меньшей сте-
пени, касается и польской историографии.
Польский историк К. Бобятыньский при-
знает, что война Речи Посполитой с Россией
1654-1667 гг. «имела огромное влияние на
расстановку сил в Центрально-Восточной
Европе, но эта проблема еще не дождалась
основательного исследования в польской
историографии. Особенно слабо изучены во-
енные аспекты этого конфликта. Недостает
как целостного синтеза военных действий
1654-1667 гг., так и отдельных работ о раз-
ных этапах войны»'8.

К первым отечественным историческим
работам о военных событиях 1654 г. можно от-
нести сочинения последней четверти XVII —
начала XVIИ вв.

В «Новгородском хронографе» конца
XVII в., созданном неизвестным автором,
имеется лишь запись о том, что царь Алексей
Михайлович «послал бояр и воевод своих
в Польскую землю и многих служивых людей
под Смоленеск град и под иные польские го-
роди», а также о том, что «самодержец ходил
под Смоленеск под город и взяв его. И бысть
великий государь в Литовские земли своим
воинством...»19.

В третьей редакции «Хронографа» XVII в.,
изданного А.Н. Поповым в 1869 г., содержатся
записи о военных действиях в ходе Государева

похода, в частности об осаде Смоленска и раз-
громе гетмана Радзивилла20.

В Летописи Самойло Величко (начало
XVIII в.) очень кратко сообщается о военных
событиях в Великом княжестве Литовском
и поражении гетмана Радзивилла «у реки
Березины под Шкловом» в 1654 г., причем их
описание заимствовано из польского сочине-
ния С. Твардовского21.

В «Русской истории» С. Глинки (1818 г.)
упоминается лишь сражение между русскими
и литовскими войсками на р. Колодне на пути
русского войска к Смоленску22.

Д.Н. Бантыш-Каменский в своей «Истории
Малой России» сообщал фантастические
сведения о том, что «наказной гетман Иван
Золотаренко... разбил у Шклова литовского
гетмана князя Радзивила, обратив его в бег-
ство»23. Вслед за ним эту историю повторил
Н.А. Маркевич, дополнив описание «завоева-
нием» Смоленска Ивэном Золотаренко с ка-
зацкими полками24.

Первым историческим сочинением, в кото-
ром освещались все наиболее важные события
Смоленского похода, стала вышедшая в 1831 г.
работа В.Н. Верха о царствовании Алексея
Михайловича25. В качестве основного источни-
ка историк использовал 7-й том немецкого пе-
риодического издания «Thealrum Еигораешп»
(1685 г.)“.

В многотомной «Истории России»
С.М. Соловьева события начального эта-
па этой войны, а именно летней кампании
1654 г., освещены достаточно кратко. Намного
больше внимания историк посвящает яркому
описанию выступления царя в поход, чем соб-
ственно боевым действиям. В качестве источ-
ников он использовал «Дворцовые разряды»,

письма царя Алексея Михайловича и архивные
«Дела польские» 1654 г. (Ф. 79), а также сочи-
нение польского историка XVII в. Веспасиана
Коховского, совершенно не привлекая до-
кументов главного военного ведомства —
Разрядного приказа (Ф. 210) .

Н.М. Костомаров в своей работе о Богдане
Хмельницком допускает много фактических
ошибок и неточностей (вроде участия в походе
некого «князя Серебряного», фигурирующего
в сочинении В. Коховского), уделяя немного
страниц войне в Белоруссии и роли в ней укра-
инских казаков28.

Неудовлетворительно рассмотрел военные
события 1654 г. Н.И. Павлищев29. Используя со-
чинение В. Коховского, он вслед за Соловьевым
повторил миф о поражении Черкасского под
Оршей. Очень кратко описан Смоленский по-
ход у Д.И. Иловайского30.

В 1905-1906 гг. вышли сразу два исследо-
вания об освобождении Смоленска в 1654 г.,
а именно: Д.И. Довгялло31 и И.И. Орловского32,
в которых были привлечены документы из
актовых книг земского смоленского суда
(Инвентарь Смоленска и Смоленского вое-
водства в 1654 г., Список лиц, осажденных
царем Алексеем Михайловичем в Смоленске
в 1654 г., и Сеймовый декрет 1658 г. по об-
винению смоленского воеводы Филиппа
Обуховича в сдаче Смоленска московским
войскам в 1654 г.). Эти работы имеют очень
важное значение для изучения Смоленской
кампании.

Представитель украинской националь-
ной историографии М.С. Грушевский в сво-
ей «Истории Руси-Украины» рассматри-
вал действия казацких полков под началом
И. Золотаренко на юге Великого княжества
Литовского, используя ранее опубликован-
ные «Акты, относящиеся к истории Южной
и Западной России»33.

Отдельным вопросам, касающимся вой-
ны в Великом княжестве Литовском, по-
священы работы советских историков
И.Ф. Лочмеля34 и А.А. Савича35. Однако эти
авторы очень слабо касались военного аспек-
та борьбы за Смоленск и белорусские земли.
Д.И. Похилевич рассматривал военные со-
бытия 1654 г. в своей статье о белорусском
казачестве36.

«Царский драбант» — жилец из личной
охраны царя. Рис. Э. Пальмквиста. 1674 г.

Самый значительный вклад в исследова-

ние начального этапа русско-польской вой-
ны 1654-1667 гг. на белорусских землях внес
А.Н. Мальцев37. Исследователь наиболее де-
тально из отечественных историков разобрал

-оенные действия в Белоруссии в 1654 г., по-
святив этой теме диссертацию, монографию
и несколько статей. В своих исследованиях
он использовал не только ранее опубликован-

ные сборники материалов (Акты Московского

государства, Акты, относящиеся к истории

Южной и Западной России, Акты Виленской

комиссии и др.), но и сохранившиеся архив-

ные документы РГАДА: Разрядного приказа

(Ф. 210), Приказа Тайных дел (Ф. 27) и фон-
да по сношениям России с Польшей (Ф. 79).

Историк первым привлек многочисленные
архивные документы о боях в Белоруссии, со-
хранившиеся в Московском, Новгородском

и Севском столах главного военного ведом
ства Московского государства — Разрядного
приказа. По обилию фактического материа-
ла монография А.Н. Мальцева до настоящего
времени занимает главное место среди исто-
рических исследований, посвященных первому
периоду войны (1654-1656 гг.). Им же написана
большая статья по истории русско-польской
воины в одном из томов ««Очерков истории
СССР*38. Тем не менее, при всех достоинствах
его работ, основным недостатком исследова-
ний А.Н. Мальцева является неиспользование
им польских документов и исследований. Из
иностранных источников А.Н. Мальцев при-
влек только английскую публикацию XVIП в.
под названием «'ihurloes state papers», в кото-
рой сообщается о штурме и сдаче Смоленска.

Л.С. Абецедарский дал общий очерк со-
бытиям истории ««освободительной борь-
бы народных масс Белоруссии» в 1654-
1667 гг., уделив много внимания штурму
Мстиславля 1654 г. и деятельности полковника
К. Поклонского. Автор также использовал до-
кументы Разрядного приказа (РГАДА, Ф. 210),
но наиболее полно исследовал военные дей-
ствия второго этапа войны: 1658-1667 гг?9,
не имеющие отношения к рассматриваемому
нами периоду.

Л.В. Заборивскии, исследуя политический
и военный кризис, возникший в Восточной
Европе в 1654 г., слишком категорично ут-
верждал, что «ход войны хорошо изучен
в историографии», имея в виду монографию
А.Н. Мальцева и работу польского историка
Г. Виснера о гетмане Я. Радзивилле40. Как пока-
зывает настоящее исследование, даже в наши
дни говорить об «изученности* данной войны
преждевремен но.

Работа А.А. Новосельского, посвященная
действиям северо-западной армии под коман-
дованием В.11. Шереметева в 1654 г., целиком
основанная на архивных документах Разряда,
увидела свет только в 1994 г., после смер-
ти автора4’. Смоленский поход царя Алексея
Михайловича в ней не освещается.

Непосредственное отношение к теме
русско-польской войны имеет работа
М.А. Ткачева, посвященная замкам Белоруссии,
в которой на основе богатого фактического
материала рассказано не только о памятниках

оборонного зодчества, но и о боевых действи-
ях 1654 г., связанных с ними12. К сожалению,
в книге нет ссылок на документы, которыми
пользовался автор

Военным событиям, связанным с борьбой
ia Могилев в 1654-1655 гг., много места уделе-
но в книге В.П. Мелешко*1.

Новый интерес к рассматриваемой теме
появился у отечественных исследователей
лишь в конце XX в. Первой такой работой ста-
ла научно-популярная книга В.В. Карт адова
«Полководцы XVII в.», в которой в главе о кн.
А.Н. Трубецком много места уделено описа-
нию военной кампании 1654 г?4 Указанная
работа написана исключительно на опублико-
ванных источниках и без привлечения поль-
ских документов.

Важным достижением российской исто-
рической науки па ее нынешнем этапе стало
углубленное изучение архивных материа-
лов, относящихся к истории русской армии
и войн России в XVII в. Так, А.В. Малов опу-
бликовал несколько статей по русской ар-
мии середины XVII в. и научно-попу-
лярную работу о русско-польской войне
1654-1667 гг.4* О.А. Курбатов исследовал наи-
более важные вопросы состава и организа-
ции поместной конницы и полков нового
строя к началу войны с Речью Посполитой46.
Российские историки лишний раз подтвердили
тезис о том, что только документы Разрядного
приказа могут быть единственной основой
для изучения состава, численности, структуры
русских вооруженных сил в той или иной во-
енной кампании рассматриваемой эпохи.

Краткий очерк военной кампании 1654-
1655 гг. на литовском направлении в 2010 г.
подготовил Н.В. Смирнов4Ряд важных воен-
ных событий 1654 г. (освобождение Смоленска,
битва под Шкловом) отражено в историче-
ских биографиях царя Алексея Михайловича
И.Л. Андреева4* и А.Н. Боханова49.

Монография Ь.Н. Флори «Русское государ-
ство и его западные соседи (1655-1661 гг.)» по-
священа исследованию дипломатических отно-
шений России со странами Восточной Европы.
Детально рассматривая внешнюю политику на
большом документальном материале как рос-
сийских, так и польских источников, Флоря
ограничивается лишь кратким упоминанием

о походах и сражениях войны 1654-1667 гг.,
вероятно, в силу их слабой изученности.

Из представителей современной бело*
русской национальной историографии сто*
ит отметить несколько одиозную работу
Г. Сагановича51, подвергшуюся справедливой
критике со стороны современных российских
историков51. Вовсе за рамками науки написа-
но компилятивное, однако претендующее на
«свет истины» сочинение А. Тараса, ставшее
ярким образцом националистического мифо-
творчества, что не помешало ему, однако, быть
изданным в России на русском языке53.

Определенный интерес к проблеме взятия
русскими войсками Мстиславля в 1654 г. пред-
ставляет новейшая работа А.А. Метельского54.

В польской историографии русско-ли-
товскому театру военных действий также не
уделялось должного внимания в сравнении
с польско-шведским противостоянием, проис-
ходившим примерно в те же годы (знаменитым
«Потопом» 1655-1660 гг.). Поэтому в описании
событий военной кампании 1654 г. до недавне-
го времени существовали серьезные пробелы
и многочисленные ошибки в трудах историков
прошлого.

Первым и наиболее обширным поль-
ским исследованием истории XVII в., пове-
ствующим в том числе и о военных событи-
ях в 1654 г. в Великом княжестве Литовском,
является исторический труд В. Коховского.
Веспасиан Коховский (1633-1700) — автор че-
тырехтомной фундаментальной хроники на
латинском языке «Польские анналы от смер-
ти Владислава IV». Известный польский поэт
и историк, официальный придворный историо-
граф короля Яна Собеского осветил в своем
труде события 1648-1672 гг. Для создания сво-
ей хроники Коховский использовал значитель-
ное число нарративных источников (хроники,
дневники, мемуары), документальный мате-
риал, собственные воспоминания и воспоми-
нания очевидцев, которые принимали участие
в тех событиях55. Данные о численности цар-
ской армии, которые приводит автор, явно да-
леки от реальности. Так, например, Коховский
писал о 80-тысячном русском войске «кроме
калмыков»,56 вошедшем в Литву в 1654 г., хотя
калмыцкая конница появилась на польском
«фронте» только в 1665 г.
14

Отсутствие необходимого критического
подхода к малодостоверным источникам про-
шлого было характерно и для польских истори-
ков XIX в., в частности Э. Котлубая57. В биогра-
фии Януша Радзивилла историк использовал
«I heat rum Europaeum», фактически соглашаясь
с необыкновенно завышенной оценкой чис-
ленности русского войска в 315 тыс. чел.56 В то
же время несомненным достоинством его ра-
боты является привлечение «компутов» (спи-
сков) литовской армии на 1654 г„ которые не
сохранились до нашего времени. При изучении
событий автор опирался на листы и реляции
(«Z obozu Litewskiego» и др.), собранные и опу-
бликованные А. Грабовским в 1845 г.

В начале XX вв. самым видным исследо-
вателем истории русско-литовского противо-
стояния в середине семнадцатого столетия был
Л. Кубаля, посвятивший «Войне Московской
1654-1655» специальную монографию59. Его
работа сохраняет научную ценность до насто-
ящего времени, хотя источниковая база, ко-
торую использовал автор, весьма ограничена
и многие утверждения автора не выдерживают
критики. Кубаля привлек различные докумен-
ты польских архивов, имеющие отношение
к рассматриваемой теме, однако он не имел
возможности работать с архивами в Варшаве,
Вильно и тем более в России.

Польский историк Г. Виснер исследовал во-
енную деятельность Януша Радзивилла в 1649-
1655 гг.60 с привлечением регистров («компу-
тов») воинских сил, оплаченных сеймом, в том
числе в летней кампании 1654 г. против рус-
ских войск.

Интерес к теме русско-польской вой-
ны 1654-1667 гг. на землях Великого княже-
ства Литовского вновь появился у польских
историков в конце XX — начале XXI в. Так,
в частности, П. Кроль в двух статьях рассма-
тривал события обороны Смоленска в 1654 г.
и «Белорусской кампании 1654 г. (до битвы
под Шепелевичами)»61. В. Бернацкий опубли-
ковал научно-популярную статью о битве под
Шкловом 12 (2) августа 1654 г.61

Наибольший вклад в изучение рассма-
триваемой темы внес К. Бобят ыньский, по-
святив ей монографию «От Смоленска до
Вильно» и несколько статей63. Историк обоб-
щил все известные польские источники

Московский стрелец.

Рис. из альбома А. Мейерберга. 1661 г.

и опубликованные российские документы,
поставив, таким образом, вопрос о необходи-
мости поиска новых материалов в российских
архивах.

Переходя к характеристике Источниковой
базы настоящего исследования, следует отме-
тить, что изучение военных событий 1654 г.
невозможно без комплексного анализа до-
кументальных и нарративных источников.
Отечественные документальные источники
известны гораздо хуже. В Москве, в фондах
РГАДА — Российского Государственного ар-
хива древних актов, сохранился значительный
комплекс материалов по военным событиям
1654 г. в Белоруссии. Немалая часть приказ-
ной документации не только не опублико-
вана, но даже не привлекалась историками
прошлого для исследования событий, связан-
ных со Смоленским походом царя Алексея
Михайловича. Значение того или иного

источника для раскрытия данной темы нерав-
ноценно, но при описании вооруженного кон-
фликта наиболее информативными, вне вся-
кого сомнения, являются документы главного
военного ведомства Русского государства —
Разрядного приказа, архив которого неплохо
сохранился (РГАДА. Ф. 210).

Разрядный приказ (или Разряд) ведал поен-
ным делом и служилыми людьми Русского го-
сударства — учетом находящихся на военной
и гражданской службе, назначением поместных
и денежных окладов, набором ратных людей,
организацией пограничной службы, управ-
лением большей части «украинных» городов.
Через Разряд проводилось руководство бое-
выми действиями. Разрядный приказ делился
на столы: Московский, Приказный, Денежный
и территориальные — Белгородский, Севский,
Новгородский, Владимирский и, позднее,
Киевский. Рассматриваемые источники дают
больше всего информации о составе и орга-
низационной структуре русских вооруженных
сил XVII столетия. Однако эти сведения не
систематизированы и находятся в различных
«Книгах» и «Столбцах».

Основными источниками для ис-
следуемой темы являются: Столбцы
Московского, Белгородского, Севского,
Приказного и Новгородского столов, столб-
цы Дополнительного отдела; а также кни-
ги Московского, Новгородского, Денежного
и Приказного столов. Фонд 210 сохранил «от-
писки» (реляции) воевод и распросы рядо-
вых участников событий, смотренные списки
войск и документы о выдаче денежного жало-
ванья служилым людям «за раны», списки ли-
товских пленных, послужные списки дворян
и детей боярских об их участии в боях и т. п.

Наиболее ценные материалы содержатся
в следующих столбцах:

В столбце N» 255 Московского стола на-
ходятся послужные списки ратных людей
Большого полка кн. Я.К. Черкасского, ко-
торые участвовали в битве под Шкловом;
в столбце N9 261 — роспись литовских
пленных, взятых в разных боях; в столбце
№ 263 — сведения о литовских пленных, взя-
тых в Дубровно; в столбце № 287 — послуж-
ные списки ратных людей Сторожевого пол-
ка кн. М.М. Темкина-Ростовского, бившихся

Русский воин из состава посольства

в Грузию. Рис. X. Кастелли. Около 1642 г.

под Шкловом; в столбце № 655 — наиболее
ценные показания литовских пленных о со-
ставе войска гетмана Я. Радзивилла; в столб-
це № 907 — о командном составе рейтарских
полков, принявших участие в Смоленском
походе; в столбце № 1074 — послужные спи-
ски ратных людей Передового полка кн.
Н.П. Одоевского, сражавшихся на р. Колодне
и под Шкловом; в столбце № 1126 имеется
«Черновая выписка о награждении сеунщи-
ков 162 (1653/54) -163 (1654/55) гг.», в которой,
в частности, содержатся важные подробности
битвы при Шепелевичах.

Столбец № 212 Новгородского стола содер-
жит «Черновую разрядную записную книгу»,
полностью посвященную военной кампании
1654 г.

В столбце № 405 Белгородского стола име-
ются распоряжения о погребении убитых при
штурме Смоленска и полевых укреплениях
(«городках») полковников нового строя во-
круг города, в столбце № 497 — о сборе армий
в 1654 г., о московских стрелецких приказах
в воеводских полках в 1654 г.

В столбце № 283 Приказного стола имеют-
ся данные о раненых на приступе к Дубровно,
16

в столбце № 286 — ценные сведения о горо-
довых служилых корпорациях в воеводских
полках всех армий на 1654 г. («Роспись, кото-
рым городом в котором полку з бояры и во-
еводы быть нынешнего 162 году»), в столб-
це 287 — Роспись служилых корпораций
«понизовых и мещерских городов» дворя-
нам, детям боярским и служилым татарам
на 17.11.1653; в столбце № 360 — сведения
о раненых дворянах и детях боярских, а так-
же о взятых литовских пленных в битве под
Шкловом; в столбце № 589 — документы, каса-
ющиеся полковых дел Сторожевого полка кн.
М.М. Темки на-Ростовского.

В столбце № 157 Севского стола содержит-
ся информация о походе Передового полка кн.
Н.И. Одоевского к Смоленску и начале осады
города, а также о движении к городу осад-
ной артиллерии; в столбце № 274 — о бое на
р. Колодне.

В столбце № 77 Дополнительного отдела
находится делопроизводство полкового шатра
кн. М.М. Темкина-Ростовского во время похо-
да к Дубровно.

В книге № 10 Новгородского стола имеются
сведения об убитых под Мстиславлем, в битвах
под Шкловом и Шепелевичами, а также в дру-
гих боях.

В книге Приказного стола № 7 содержат-
ся наиболее полные списки литовских плен-
ных, взятых в Мстиславле, под Шкловом
и Шепелевичами.

В книге Денежного стола № 103 — сведения
о раненых при штурме Смоленска.

Столбцы Посольского приказа за 1654 г.,
имеющие отношение к военным событиям
в Великом княжестве Литовском в 1654 г.,
сохранились в фонде 79 «Сношения России
с Польшей» (№ 1, 2, 7). В столбце № 1 содер-
жатся допросы литовских пленных. В столбце
№ 2 имеются переводы с перехваченных писем
литвинов с информацией о бое на р. Колодне.

В фонде 27 «Приказ Тайных дел» со-
хранились документы, касающиеся начала
Смоленского похода (№ 84, 85, 86). Столбец
№ 86 содержит списки полков нового строя
и стрелецких приказов в составе отдельных
армий на центральном фронте за 1654-1655 гг.,
а также описание выступления в поход войск
кн. А.Н. Трубецкого в 1654 г. К сожалению.

листы данною столбца перепутаны и сохра-
нились не полностью.

В фонде 143 «Аптекарский приказ» имеют-
ся документы о раненых и убитых стрельцах
на приступах к Смоленску и Дубровно в 1654 г.
(№ 111).

Ряд важных документов по данной
проблематике собрали и опубликовали
Д.М. Ьантыш-Каменский, Н.П. Костомаров,
Ф. Добрянский, А.П. Сапунов, Д.И. Довгялло,
Л.С. Абецедарский, М.Е. Бычкова, А.В. Малов,
О.А. Курбатов, Е.Е. Рычаловский. Среди
опубликованных документов наиболее цен-
ные для разработки обозначенной темы со-
держатся в 3-м томе «Дворцовых разрядов»
(СПб., 1852), в 14-м томе «Археографического
сборника документов, относящихся к исто-
рии Северо-Западной Руси» (Вильна, 1904),
в 34-м томе «Актов, издаваемых Виленской
комиссией для разбора древних актов»
(Вильна, 1909), в 4-м томе «Актов, собранных
в библиотеках и архивах Российской импе-
рии» (СПб., 1836), в 3-м томе «Дополнений
к Актам историческим, собранным и издан-
ным Археографической комиссией» (СПб.,
1848), в 14-м томе «Актов, относящихся
к истории Южной и Западной России» (СПб.,
1889), во 2-м томе «Актов Московского госу-
дарства» (СПб., 1894). Существует ряд архео-
графических изданий, в которых опубликова-
ны документы, имеющие прямое отношение
к теме исследования, в частности: «Книга
сеунчей» в 18-й книге сборника «Временник
императорского московского общества исто-
рии и древностей российских» (М., 1854),
«Записка о военных действиях» из фамиль-
ных бумаг кн. Ф.Ф. Волконского в 4-м томе
«Актов, собранных в библиотеках и архивах
Россиийской империи» (СПб., 1836), письма
царя Алексея Михайловича из Смоленского
похода в «Записках отделения русской и сла-
вянской археологии Императорского русского
археологического общества» (СПб., 1861) и не-
которые иные.

В 1986 г. М.Е. Бычковой под названием
«Синодик по убиенных во брани» была изда-
на рукопись второй половины XVII столетия,
содержащая сведения примерно о 120U убитых
русских воинах в крупнейших сражениях с се-
редины XVI в. до 60-х годов XVII века. Среди

перечисленных имен погибших есть дворя-
не, убитые при штурме Смоленска в 1654 г.
и в иных боях0’.

Особое значение для изучения рассматри-
ваемой темы имеет «Сметный список» воен-
ных сил России 1651 г.»65, который позволяет
восполнить утрату части архивных документов
фонда 210 (Разрядною приказа), касающихся
списков состава и численности поместной кон-
ницы в отдельных русских армиях 1654 г.

Ряд важных документов из фонда
214 («Сибирским приказ»), имеющих отно-
шение к военным действиям 1654 г. в Литве,
а именно: взятию Мстиславля, битве при
Шепелевичах и др., опубликованы в недав-
но вышедшем 1-м томе сборника «Переписка
гетманов Левобережной Украины с Москвой
и Санкт-Петербургом 1654-1764 гг.»66.

Из нарративных источников можно от-
мстить «Летопись Самовидца», в которой,
в частности, упоминается участие в штур-
ме Смоленска украинских казаков Василия
Золотаренко67.

В ходе проведенной работы автором
изучены опубликованные польские доку-
менты, непосредственно касающиеся темы
исследования.

Переходя к характеристике польских ис-
точников, прежде всего следует отметить хо-
рошо известную «Реляцию о военном походе
его царскаго величества Алексея Михайловича
в Литву против Польскаго короля Яна
Казимира, 1654 г.», перевод которой был издан
еще в 1885 г. А.П. Сапуновым в «Витебской ста-
рине». Автор реляции, по всей вероятности по-
сланник короля Ян Млоцкий, описал увиден-
ное им выступление русских войск из Москвы
в поход в мае 1654 г., сообщив при этом много
ценных сведений о составе царской армии

Основными польскими источниками по во-
енной кампании 1654 г. в Литве являются опу-
бликованные в 1845 г. А. Грабовским в 1 -м томе
сборника «Отечественные мемуары в грудах по
истории старой Польши» («Ojczyste spomniki
w phmach do dziejdw dawney Polski». Krakow,
1845), «листы» из лагеря гетмана Я. Радзивилла
(«Z obozu Litewskiego»)”*, а также реляция
о битве при Шепелевичах («Relacia potrzeby,
ktora zaszla mi^drzy wojskiem WKL a Moskw$
pod Ciecierzynem die (dnia) 24.08.1654»)6’.

Очень важным дополнением к ним явля-
ются листы и реляции, опубликованные
А.З. Гельцелем в 1864 г., а именно «Вести из
Литвы о Московской войне» («Awizy z Litwy
о wojnie Moskiewskiej»)70. Ценность отмечен-
ных выше публикаций значительна, учитывая
тот факт, что оригиналы данных документов
не сохранились до наших дней.

Важным источником является копия письма
гетмана Я. Радзивилла королю от 14.08.1654 г.,
которую приводит в своих записках королев-
ский лекарь М. Ворбек-Леттов'1. В данном пись-
ме сообщаются не известные из других источ-
ников подробности битвы под Шкловом.

Э. Котлубаем опубликовано пись-
мо Я. Радзивилла подчашему Упитскому
К. Довгялло-Стрижке, в котором гетман ин-
формирует адресата о потерях в битве при
Шепелевичах !.

Основными источниками сведений об обо-
роне Смоленска литовским гарнизоном явля-
ются 3 документа, опубликованные в 14-м томе
Археографического сборника документов, от-
носящихся к истории Северо-Западной Руси :
1) Инвентарь г. Смоленска и Смоленского во-
еводства в 1654 г., 2) Список лиц, осажденных .
царем Алексеем Михайловичем в Смоленске
в 1654 г., 3) Сеймовый декрет 1658 г. по об- I
винению смоленского воеводы Филиппа
Обуховича в сдаче Смоленска московским вой-
скам в 1654 г.74

Кроме того, о событиях того време-
ни рассказано в мемуарах канцлера вели-
кого Литовского Альбрехта Станислава
Радзивилла 5. Определенный интерес пред-
ставляет анонимная «Краткая история о бун-
тах Хмельницкого», опубликованная в 4-й кни- |
ге «Чтений в императорском обществе истории
и древностей Российских при Московском
университете» (М., 1846).

Смоленск. Гравюра XVII в.

Н целом круг сохранившихся польских
источников о военных действиях в Великом
княжестве Лиговском в 1654 г. достаточно
ограничен и хорошо известен исследовате-
лям. Наиболее важные польские документы
находятся в Главном архиве древних актов
r Варшаве (АГАД) и введены в научный обо-
рот К. Бобятыньским. Стоит пояснить, что,
н отличие от России, в Речи Посполитой XVI-
XVIT1 вв. фондообразоват елями выступали не
государственные учреждения, а магнатские
роды Радзивиллов, Потоцких и др., которые
концентрировали всю дипломатическую и во-
енную переписку. Так, например, в родовом ар-
хиве Потоцких сохранился документ под назва-
нием «Вести из Вильны от 23.08.1654» («Awizy
z Wilna 23.08.1654»), использованный в работе
Т. Василевского, в котором сообщается о поте-
рях литовского войска в битве под Шкловом74.

Из польских нарративных источников,
имеющих отношение к исследуемым событиям,
следует выделить сочинения С. Твардовского,
В.Я. Рудавского и 3. Морштына.

Твардовский Самуил Людвик (ум.
в 1661 г.) — известный польский поэт и ме-
муарист. Его знаменитая поэма «Гражданская
воина» («Wojna domowa»), которую иногда на-
зывают национальным эпосом, была издана
частями (2-я часть в 1651-55 гг., I-я часть —
в 1660 г.), а полностью вышла в 1681 г. в Калише.
Несмотря на то, что она близка к исторической
хронике, в ней много эпических деталей и ли-
тературного вымысла. Твардовский яркими
красками описывает битву при Шепелевичах,
называя ее при этом битвой под Шкловом на
р. Березине77.

Рудавский Вавринец Ян (1617-1674 гг.)
в своей «Истории Польши», касаясь начала
русско-польской воины, сообщает, вероят-
но основанные на слухах, фантастические,
но очень показательные для нарративных

источников сведения о том. что войско царя
Алексея Михайловича состояло из 12 ОЙО фран-
цузов, 6000 шотландцев, 20 000 казаков
и 200 000 русских. Согласно Рудавскому, в бит-
ве под Шкловом против гетмана Радзивилла
якобы было «60 000 москалей», в битве
под «Шепековичами» (Шепелевичами) —
100 000 чел. в войске Трубецкого7’ч

Важным источником о битве при
Шепелевичах является стихотворение участни-
ка сражения поэта Збигнева Морштына, адре-
сованное его командиру поручику Александру
Межинскому в котором участник битвы со-
общает о тяжелых потерях в своем хоругви.

Из иных, как правило, немецкоязычных
источников, имеющих отношение к военной
кампании 1654 г, можно выделить 7-й том не-
мецкого периодического издания «Thealrum
Europaeum» (1685 г.). Данное издание, предна-
значенное для читателей в Западной Европе,
информировало их и о военных событиях на
восточных границах Речи Посполитой

Интерес также представляют опубликован-
ные российским историком С.В. Лобачевым
«Донесения шведского резидента Иоганна де
Родеса о состоянии дел в Московском государ-
стве», в которых, в частности, идет речь о бит -
не под Шкловом и осаде Дубровно в 1654 г.*°

Анализ польских документальных и нар-
ративных источников позволяет сделать вы-
вод о том, что они достаточно хорошо и давно
известны, в отличие от отечественных до-
кументов. В целом изученный в настоящем
исследовании комплекс опубликованных
и неопубликованных источников главного
военного ведомства Московского государ-
ства — Разрядного приказа, позволяет про-
вести достаточно подробный анализ военных
событий, установить состав и численность от-
дельных армий, ответить на некоторые спор-
ные вопросы.

*ч^лУ>-ki/T-Kv^F* *	“-aj r >x . TX . Г>-,	, У> -	•<-гхх'{т 'j-^С.л z» ux. ~ .x ^’y. ~.. -**:. < хУ. .4л., -

ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ
МОСКОВСКОГО ГОСУДАРСТВА
К НАЧАЛУ РУССКО-ПОЛЬСКОЙ
ВОЙНЫ 1654-1667 ГОДОВ

Со второй половины XVI в. русское вой-
ско состояло из служилых людей «по отече-
ству» вотчинных и поместных землевладель-
цев, к которым относилась вся светская элита
московского общества: думные чины (бояре,
окольничие и думные дворяне), московские
чины (стольники, стряпчие, московские дво-
ряне, жильцы), дворяне и дети боярские го-
родовые (выборные, дворовые, городовые);
и служилых людей «по прибору» (стрельцы,
казаки, пушкари и пр.).

Вплоть до середины XVII в. основу во-
оруженных сил Московского государства со-
ставляла поместная конница. Думные чины
занимали высшие командные должности
в войске — полковых воевод и городовых во-
евод в наиболее важных пограничных городах.
Самые знатные лица обычно командовали по-
левыми армиями.

Московские чины формировали Государев
полк, включавший сотни: стольников,
стряпчих, дворян московских и жильцов.
Стольников, стряпчих и московских дворян
также назначали воеводами отдельных полков,
товарищами у «старших» воевод или головами
конных сотен.

Лучшую часть провинциальных (уездных)
служилых людей составляли выборные горо-
довые дворяне и дети боярские. Они перио-
дически несли службу при царском дворе под
названием «жильцов». В военное время жиль-
цы составляли значительную часть Государева
полка, а также назначались головами сотен по-
местного ополчения.

Военная служба городовых дворян и детей
боярских разделялась на полковую и городо-
вую (осадную). Городовую несли неспособные
к походной (полковой) службе по состоянию
здоровья либо материальному положению.
Число служилых дворян и детей боярских по
каждому городу с уездом зависело от земель-
ной площади, пригодной для поместной раз-
дачи. Крупные города имели наибольшее чис-
ло служилых людей, тогда как в малых городах
служилые корпорации дворян и детей бояр-
ских были малочисленны. Помещики каж-
дого уезда формировались в «сотни» разной
численности, которые распределялись по пол-
кам. Большие города (Рязань, Тула, Кострома,
Нижний Новгород и др.) могли выставить не-
сколько сотен. Если служилая корпорация го-
рода была малочисленной (Клин, Звенигород,
Дорогобуж, Верея и др.), то из нескольких
«служилых городов» образовывались сме-
шанные сотни. Во главе сотен ставили голов
из московских дворян либо местных уездных
помещиков. В каждом воеводском полку фор-
мировали две отборные сотни — «Выборная»
и «Подъезжая», набранные либо по боевым за-
слугам входивших в них дворян, либо по знат-
ности и лучшей вооруженности. Все служилые
люди «по отечеству» должны были являться
в поход «коны, людны и оружны», т. е. на коне,
со слугами и оружием.

По Соборному уложению 1649 г. служ-
ба дворян и детей боярских начиналась
с 18 лет. Воины поместной конницы не зна-
ли регулярного строя, но были хорошими

индивидуальными бойцами, постигавшими
воинское ремесло с детства. Они практиче-
ски не слезали с коней, проводя свою жизнь
в боях и походах. У подавляющего большин-
ства имелось огнестрельное оружие н виде
карабинов или хотя бы пара пистолетов. По
мнению О.А. Курбатова, к «началу новой вой-
ны с Речью Посполитой (1654-1667 гг.) задача
вооружения конницы сотенной службы писто-
летами и, в значительной степени, карабинами
была выполнена»81. Вместе с тем следует при-
жать, что русской поместной коннице, при
всех попытках повышения ее боеспособности
и качества вооружения, было сложно проти-
востоять наемной («компутовой») армии Речи
Посполитой в полевых сражениях в силу тра-
диционных недостатков в организации и воин-
ской дисциплине, а также ввиду неудовлетво-
рительного конского состава.

Для полноты приведенной картины следует
сказать несколько слов о боевых холопах, или
«людях з боем», как их тогда называли. В 1664 г.
Григорий Котошикин между прочим писал
о дворянских людях, которые должны идти на
войну со своими господами: «Да в то ж вре-
мя, как бывает у царя смотр всем ратным лю-
дей перед войною, и в то время у стольников
и у стряпчих и у дворян Московские и у жиль-
цов расписывают, сколько за кем крестьянских
дворов, и с метя против крестьянских дворов,
напишут за ними быти к бою людей их, со всею
службою, всяких чинов за человеком человек
по 5, и по 6, и по 10, и по 20, и по 30, и по 40,
смотря по их животам и вотчинам, кроме тех
людей, которые с ними бывают за возами.
А как приклучится бой, и тех людей к бою от
них не отлучают и бывают с ними вместе под
одним знаменем»82. По справедливому замеча-
нию С.К. Богоявленского, «столичный житель
Котошихин знал больше придворную знать,
которая могла вести за собой своих людей
десятками. Но таких было немного, а главная
масса дворянского ополчения, которая пред-
ставляла собой действительную силу, не могла
являться на войну в сопровождении многочис-
ленных людей»83. Более-менее значительная во-
оруженная свита, о которой пишет Котошихин
(10-20 чел.), в то время осталась только у пол-
ковых воевод (бояр, окольничих и, вероятно,
у некоторых стольников).

Московский воевода. Художник С. Олейник

Согласно исследованию Н.В. Смирнова,
«наличие боевых слуг (холопов) у дворян
и детей боярских уже на завершающем этапе
Ливонской войны было скорее исключением,
нежели правилом. Доля их в составе русской
поместной конницы была очень незначитель-
на. Главной причиной неспособности подавля-
ющего большинства уездных дворян и детей
боярских выставить в поход боевых слуг (хо-
лопов) была низкая степень обеспеченности
их земельных владений (поместий и вотчин)
рабочим населением (крестьянами и бобы-
лями)»84. Таким образом, городовые дворяне

и дети боярские приезжали на службу факти-
чески без боевых слуг.

Сопровождающие обоз с припасами по-
мещичьи слуги (обозные холопы, прислуга) не
относились к боевому составу. «Масса коше-
вых (обозных) холопов не считалась полноцен-
ной частью русской поместной конницы, как
при разработке Уложения о службе 1555-56 гг.,
так и в последующее столетие»*5. Считать их за
полноценных воинов нельзя, при определении
степени боеготовности служилого человека
в XVII в. они не учитывались, так же как в лю-
бой другой армии той эпохи.

Служилые татары в войске Московского
государства накануне Смоленского похо-
да 1654 г. были представлены казанскими,
астраханскими, кадомскими, арзамасскими,
касимовскими, шацкими, алатырскими, кур-
мышскими, свияжскими, романовскими, яро-
славскими и темниковскими мурзами и тата-
рами. В служебном отношении основная масса
служилых татар входила в поместное войско,
получая от правительства поместья за служ-
бу на коне. Представители данного служилого
сословия делились на князей, мурз и рядовых
татар-казаков (собственно служилых татар)8*.
Так же как дворяне и дети боярские, они об-
разовывали «сотни» под началом голов, под-
чиняясь своим князьям и мурзам. Поскольку
правительство «относилось с некоторым не-
доверием и к высшему татарскому сословию,
и к служилым татарам»87, головами сотен
(«в приставех») обычно назначались русские
(т. е. православные) дворяне. Согласно источ-
никам, в Смоленском походе также участво-
вали черемисы (марийцы), мордва и, вероят-
но, чуваши. Следует отметить, что «мордва
сохраняла свое внутреннее самоуправление
и выходила на войну собственными подраз-
делениями»88. Известно, например, что сотня
«арзамасской мордвы», согласно «Дворцовым
разрядам», входила в самое привилегирован-
ное подразделение — Государев полк**.

Служилые татары использовались в ос-
новном «для разведывательных целей, флан-
говых обходов и внесения общего беспорядка
в дела противника... для этих целей татарские
отряды достаточно равномерно распределя-
лись по полкам»90. Тем не менее на протяже-
нии XVII столетия «происходило постепенное
22

и неуклонное падение значения служилых та-
тар как самостоятельного вида войска»91. В то
же время, как отмечает А.В. Беляков, в настоя-
щий момент «мы находимся в самом начале ис-
следования такой категории населения России
XVII в., как служилые татары. Нам неизвест-
но слишком многое для того, чтобы делать
какие-либо серьезные выводы об их военном
значении»92.

Среди служилых людей «по прибору» са-
мыми многочисленными были стрельцы.
Стрельцы делились на московских и городо-
вых. Появление полков нового строя в середи-
не XVII в. никак не повлияло на пешее стрелец-
кое войско. Число стрельцов увеличивалось
одновременно с ростом ратных людей нового
строя. Царь Алексей Михайлович особенно
любил московских стрельцов — свою «надвор-
ную пехоту», и постоянно увеличивал их чис-
ленность. Стрельцы получали на вооружение
«солдатскую службу» в виде казенных фитиль-
ных мушкетов, шпаг и полупик и обучались

Гусарский доспех середины XVII в.,
изготовленный в Московской Оружейной
палате.

Калужский областной краеведческий музей

действовать по тем же самым уставам, что
и ратные люди солдатского и драгунского
строя. Авторитет «мира» (коллектива), приви-
легированное положение и сословный харак-
тер обеспечивали высокую организованность
и мобилизационную дисциплину в полках.
В войну 1654-1667 гг. стрельцы неоднократ-
но демонстрировали свои прекрасные боевые
качества в сражениях с поляками, казаками
и шведами. Их бросали в бой как «ударные ча-
сти» в самые опасные и переломные моменты
военных кампаний. К маю 1654 г. в русском
войске числилось 25 приказов московских
стрельцов (Стремянной, или конный приказ
численностью 600 чел., остальные по 500 чел.).
В го же время число городовых стрельцов, ко-
торые редко ходили в походы и несли в основ-
ном городовую службу, не менялось.

Непосредственно в походе на Смоленск
приняло участие 14 московских стрелецких
приказов, а всего в кампании 1654 г. — 17 при-
казов (еще один находился в Яблонове, один —
в Киеве, шесть остались в Москве).

Служилые казаки делились на поместных,
беломестных, пашенных, верстанных, кор-
мовых и т. п. Служба казаков была полковая,
сторожевая и городовая. Полковую и частью
сторожевую службу выполняли поместные ка-
заки наряду с детьми боярскими; иные груп-
пы казаков использовались преимуществен-
но в городовой (осадной) службе. За службу
правительство расплачивалось с казаками
денежным жалованьем и земельными наде-
лами. Размещенные в разных городах казаки
получали название того города, в котором
были поселены. Казаки делились на согни во
главе с головой. В период подготовки к войне
с Речью Посполитой правительство массово
записывало казаков в рейтарскую, драгунскую
и солдатскую службу, уравнивая их в содержа-
нии и службе с ратными людьми нового строя.

Особую группу служилых людей в русском
войске составляли пушкари. Как и стрельцы,
они делились на московских и городовых.
Обычно они жили в городах или на посаде,
получая за службу жалованье и земельные
наделы. Русская армия располагала не только
мощной осадной артиллерией, но и много-
численными полевыми орудиями. Согласно
исследованию А.Н. Лобина, несмотря на

«катастрофическое положение “пушечно-
го дела" после Смуты, правительство царя
Михаила Федоровича сумело в достаточно ко-
роткие сроки решить вопросы по воссозданию
артиллерии на совершенно новом качествен-
ном уровне, соответствующем уровню передо-
вой европейской державы — Швеции.

Даже после Смоленской катастрофы произ-
водство полковых пищалей возросло; при этом
основательная модернизация Пушечного двора
позволила в дальнейшем, к 1650-м — 1670-м гг.,
не только обеспечить стрелецкие, солдатские
и драгунские полки нужным количеством ору-
дий, но и проводить постепенное перевоору-
жение крепостей на южных и западных рубе-
жах государства». В то же время «...дефицит
наступательного крупнокалиберного оружия
был в какой-то мере восполнен путем размеще-
ния больших заказов в Голландии»”. В резуль-
тате закупок в Нидерландах в 30-е годы XVII в.
русская армия получила не менее 50 тяжелых
осадных орудий, большая часть которых при-
няла участие в Смоленском походе 1654 г.

В первые годы войны с Речью Посполитой
в русском войске еще существовали отдельные
категории даточных и «охочих людей», в даль-
нейшем их стали активно записывать в солдат-
ские и драгунские полки.

Согласно данным «Сметного списка» во-
оруженных сил Московского государства
1651 г., общее число ратных людей в России,
по подсчетам видного военного историка
А.В. Чернова, равнялось 133 210 человекам.
В это число входили: московские чины, городо-
вые дворяне и дети боярские — 39 408 человек
(30 %), стрельцы — 44 486 (33,5 %), служилые
казаки — 21 124 (15,5 %), дратуны — 8107 (6 %),
татары — 9113 (6,5 %), черкасы (украинские
казаки) — 2371 (2 %), пушкари — 4245 (3 %),
иноземцы — 2707 (2 %)”.

Однако энергичная подготовка к войне
с Речью Посполитой и форсированное создание
полков нового строя уже к весне 1654 г. внес-
ли значительные изменения в эту, почти тра-
диционную, организацию вооруженных сил.
Полки нового (иноземного) строя в русской
армии середины XVII столетия явились новой,
более совершенной ор1анизацией вооружен-
ных сил Русского государства. В 1654 г. они
были представлены рейтарскими, гусарским,
23

Московский стрелец.

Художник С. Олейник

Солдат полков нового строя.
Художник С. Олейник

драгунскими и солдатскими полками. Если по
«Сметен 1651 г. мы видим в целом русское вой-
ско в своем старом «штатном составе» первой
половины столетия (исключая дра1ун, набран-
ных в 1642-1648 гг.), то за три последующих
года число ратных людей иноземного, или ев-
ропейского, строя (рейтар, гусар, драгун и сол-
дат) резко увеличилось с 8 до 50 тыс. чел. Эти
важнешие преобразования в русской армии
сыграли решающую роль в последующих во-
енных успехах и реорганизации вооруженных
сил по западному образцу.

Значительный рост численности войск но-
вого строя в 1654 г. произошел прежде всего за
счет набора крестьян и посадского населения
в «солдатскую службу». Комплектование пол-
ков нового строя правительство начало с при-
бора, т. е. с добровольного найма служилых
24

и вольных людей, а затем перешло к принуди-
тельному набору. К весне 1654 г. русская армия
насчитывала уже 22 полка солдатского строя.
Известные преимущества в области формиро-
вания, комплектования, вооружения, обучения
и снабжения обеспечивали солдатам численное
превосходство и преобладающее место в соста-
ве русского войска. Солдатские полки вооружа-
лись мушкетами с фитильными и с кремневыми
замками Пикинеры носили латы и шишаки (ка-
ски). Из холодного оружия солдаты имели шпа-
ги, пики, бердыши. Со временем, в условиях не-
прекращающихся войн всей второй половины
столетия, полки нового строя фактически ста-
ли постоянной вооруженной силой. Участники
сражений со стороны противника (поляки,
литвины, шведы) неоднократно отмечали стой-
кость и профессионализм московской пехоты.

Непосредственно в Смоленском походе
1654 г. приняли участие 14 солдатских пол-
ков: семь — в составе главных сил (Аврама
Лесли, Алексея Бутлера, Александра Гипсона,
Кашпира Яндера, Франца Траферта, Ариста
Фамендина и Юрия Кита), семь — в рядах
армии кн. Трубецкого (Данилы Краферта,
Юрия Вена, Германа Фанстадена, Александра
Барклая, Якова Флека, Елисея Цыклера
и Николая Фанстадена).

Рейтары, обученные европейской тактике
и огневому бою, были наиболее боеспособ-
ной частью русской конницы. По сути, они
являлись дворянской конницей нового строя,
поскольку набирались в основном из малозе-
мельных дворян и детей боярских. Рейтарская
«служба» состояла из карабина и пары пи-
столетов. Из холодною оружия рейтары име-
ли сабли, из защитного — латы и шишаки.
Доспехи и оружие они получали из государе-
вой казны. Рейтары вели бой «в правильных,
линейных порядках»”, активно применяя
в ближнем бою огнестрельное оружие. Уже
к первых сражениях войны 1654-1667 гг. совре-
менники отметили, что «рейтары на боях креп-
че сотенных людей». Данный гип кавалерии
был избран московским правительством из-за
недостатка хорошего конского состава «в ка-
честве отрядов мощной огневой поддержки
сотенной конницы», предназначенной для не-
посредственной атаки противника холодным
оружием. Предполагалось, что рейтары будут
сочетать сильный огонь с короткими конны-
ми контратаками. К весне 1654 г. в русской
армии было 6 полных рейтарских полков (по
1000 чел., в 4-м полку — 800 чел.), а именно:

1-й полк: п-к Василий Фандроцкий,
п/п-к Венедикт Змеев, м-р Давыд Фандернизин;

2-й полк: п-к Исак Фанбуковен, п/п-к Франц
Усшегей (?), м-р Мартын Ретца (?)*;

3-й полк: п-к Филипиус Альбертус
Фанбуковен, п/п-к Христофор Юкман,
м-р Юрий Фанлемес;

4-и полк: п-к Василий Кречетников,
п/п-к Яган Вил им Фангален. м-р Михаил Гопт;

* Подполковник Ф. Усшегей (Шогей, Сикл ей) и май-
ор 2-го полка М Реща (Рец) даны предположительно,
по известным данным 1655 г. См РГАДА. Ф, 210. Оп. 9.
№864. Л. 219.

Рейтар полков нового строя.
Художник С. Олейник

5-й полк: п-к Лоренц Мартот, п/п-к Кондрат
Реймер, м-р Фредрик Фанбсмель;

6-й полк: п-к Федор Вормзер, п/п-к Роман
Фраизбеков, м-р Индрик Вин”.

В отличие от старших офицеров-ино-
земцев (кроме Змеева), в чине ротмистра
в рейтарских полках служило немало рус-
ских дворян, впоследствии ставших пол-
ковниками (Федор Зыков, Степан Зубов,
Василии Волжинскии, Иван Ельчанинов,
Иван Лукин, Давыд Зыбин, Григорий
Тарбеев, Иван Шепелев, Семен Скорняков-
Писарев, Иван Полуехтов, Андрей Чубаров
и другие)'.

В Смоленском походе 1654 г. приняли уча-
стие все шесть рейтарских полков: первые
четыре в составе главных сил, а пятый и ше-
стой — в рядах армии кн. Трубецкого.

Гусарский полк русской армии был сфор-
мирован по образцу польско-литовских гусар
осенью 1653 г. Весной следующего года он со-
стоял из 1000 чел.98 Полк возглавил бывший
литовский шляхтич — Христофор Рыльский,
более двадцати лет верно служивший царской
династии. Гусары представляли собой смеше-
ние восточных и западных традиций. Главным
оружием гусара было копье («древко»), пред-
назначенное для «проламывания» рядов про-
тивника. Копья русских гусар были расписа-
ны «иконниками»-стрельцами. В мае 1654 г.
велено «отпустить к гусарскому полковнику
к Христофору Рылскому древка и прапоры
и гротики и токи...» с отставшими от полка гу-
сарами49. Кроме копья, гусар был вооружен па-
лашом, саблей и парой пистолетов. Защитное
снаряжение состояло из нагрудника, шле-
ма-шишака и наручей. Для украшения гусары
могли надевать «крылья» из орлиных перьев,
которые крепились к седлу. Обучить их так же
хорошо, как рейтар, было весьма затрудни-
тельно. Вероятно, поэтому уже весной 1655 г.
полк был расформирован100.

Драгунские полки фактически были ездящей
пехотой и с середины XVII в. вооружались муш-
кетами облегченного типа с замками, которые
называли «драгунскими мушкетами». Иногда
вместо мушкетов драгунам выдавали караби-
ны. Обычное вооружение драгун состояло из
мушкета и шпаги, а при необходимости — бер-
дышей. Драгуны использовали коней только для
передвижения, в бою спешивались и действова-
ли как пехота. Нередко отдельные драгунские
роты входили в состав рейтарских полков. Так
же как и солдат, драгун набирали из крестьян
и вольных людей. К весне 1654 г. в русской ар-
мии было 7 драгунских полков, не считая дра-
гунских рот, приданных рейтарским полкам.

Из указанного числа в Смоленском походе
1654 г. участвовало два драгунских полка под
началом полковников-французов: Клавдиуса
Рейнальдуса де Спевилля (Claudius Reinaldus
de Speville) и Жана де 1фона (в православном
крещении — Антона Грановского). Полк де
Спевилля состоял из отборных комарицких
драгун (1600 чел.). Полк Грановского, набран-
ный из рязанских и тульских городовых ка-
заков (1000 чел.), имел «инженерно-артиле-
рийскую» специализацию. Его задачей было
26

сопровождение тяжелой артиллерии и ведение
осадных работ101.

Таким образом, согласно источникам, не-
посредственно к началу войны 1654-1667 гг. во
всей действующей армии было 36 полков но-
вого (иноземного) строя кавалерии и пехоты
общей численностью около 50 000 чел. Каждый
полк делился на 10-15 рот и насчитывал по
штату 1200 чел. (конница) и 1600 чел. (пехота).
Все ратные люди в полках нового строя, нахо-
дившиеся на службе, получали постоянное де-
нежное и хлебное жалованье, оружие и боевые
припасы к нему. Рейтары, драгуны, солдаты
и стрельцы проходили систематическое обуче-
ние102. В роли обучающих выступали наиболее
опытные офицеры-иноземцы, имевшие опыт
Тридцатилетней и Английской гражданской
войн, в весьма значительном числе нанимав-
шиеся на царскую службу.

В первые годы войны с Речью Посполитой
1654-1667 гг. все полковники полков нового
строя были иностранцами, как принявшими
православную веру, так и сохранившими свое
вероисповедание. Позднее, как выше было от-
мечено, до полковничьих чинов дослужились
уже русские дворяне, с нижних чинов прошед-
шие хорошую военную школу.

Образование полков нового строя в раз-
ной степени отразилось на ратных людях
старой организации. Значительная часть из
них, в основном служившие в конном строю,
в период войны 1654-1667 гг. были поглоще-
ны полками нового строя. В результате ре-
форм число дворян, детей боярских, татар
и казаков, ранее числившихся в «сотенной
службе», неуклонно сокращалось. Как писал
А.В. Чернов, наиболее боеспособную часть
дворян и детей боярских «правительство за-
числило в полки нового строя, большая часть
остальных помещиков была переведена в го-
родовую службу». В результате этой войны
«закончило свое существование поместное
ополчение, долгое время составлявшее ядро
русского войска. Ликвидация его стала воз-
можна только после образования полков но-
вого строя»103.

Конечно, старая сотенная организация по-
местного войска не исчезла в 1654 г. Процесс
перевода дворян, детей боярских, казаков
и служилых татар в конные полки нового

«Атака польских гусар».

Художник А. Теленик

строя растянулся до начала 60-х гг. XVII в.
Большая часть русской конницы, выступив-
шей в Государев поход на Смоленск, явля-
лась хотя и реорганизованным, но все тем
же поместным ополчением первой половины
XVII в. Рейтарские полки лишь дополняли по-
местную конницу. Только с конца 50-х гг. рей-
тары стали главной силой русской кавалерии.
Старая сотенная организация сохранилась
лишь в Государевом полку, где она существо-
вала до 1682 г.

Несмотря на отдельные случаи недоволь-
ства предстоящей войной и мобилизацией со
стороны некоторых московских бояр (по сло-
вам царя, едут с ним «двоедушием» и «поги-
бель прорицают» с «лукавым сердцем»104), сбор
русских армии в поход проходил достаточно
организованно. В первые годы воины количе-
ство служилых людей, уклонявшихся от воен-
ной службы или сбежавших с нее («нетчиков»),
было незначительно. Что касается вопроса
о степени боевого опыта армии «новой моде-
ли», то среди офицеров и рядовых было нема-
ло участников Смоленской войны 1632-1634 гг.

и осады восставшего Пскова в 1650 г., не гово-
ря уже о тех, кто постоянно бился с крымски-
ми татарами на степной границе.

Польский дипломат Я. Млоцкий, наблю-
давший царское войско накануне выступле-
ния русских в Литовский поход 1654 г., видел
несколько тысяч «пехоты со стрельцами: все
они с мушкетами и пиками, обмундирован-
ные, как требует того обыкновенный солдат-
ский строи, и, как сам я. смотря на это. за-
метил, довольно хорошо обучены»105. Летом
1655 г. шведскии резидент в Москве И. де
Родес сообщал в Стокгольм, что несмотря на
урон, причиненным эпидемией чумы, пехота
у царя «очень сильна... Как и многие дру-
гие рода войск, она (даже. — И.Б.) сильнее,
чем в прошлом году»106. О высокой оценке
боеспособности пеших частей московско-
го войска свидетельствует и гот факт, что
в августе 1656 г. польские комиссары на

переговорах под Вильно о союзном догово-
ре против Швеции должны были просить
у русских «предоставить в распоряжение
Яна Казимира 10 тыс. «пехоты доброй»,07.

Таким образом, организация и состав рус-
ской армии к началу войны 1654-1667 гг. по
сравнению с 1651 г. претерпели существенные
изменения. Произведенные преобразования
позволили успешно решать поставленные пе-
ред вооруженными силами задачи в соответ-
ствии с новыми требованиями и состоянием

развития европейского военного искусства.
Хотя, конечно же, большая часть русских рат-
ных людей, мобилизованных в полки нового
строя, приобретала свой боевой опыт непо-
средственно в ходе военных действий, отра-
зивших все достоинства и недостатки прове-
денных реформ. Боевая деятельность русской
армии в целом и отдельных боевых частей
в частности подробно будут рассмотрены в на-
стоящей работе на примерах важнейших бое-
вых операций кампании 1654 г.

ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ
ВЕЛИКОГО КНЯЖЕСТВА
ЛИТОВСКОГО

В 1654 году

С 1386 г. Королевство Польское и Великое
княжество Литовское были объединены еди-
ным правителем, совместившим титулы ко-
роля Польского и великого князя Лиговского,
а в 1569 г. в результате Люблинской унии воз-
никло новое государство — Речь Посполитая.
Оно занимало огромные территории нынеш-
них Польши, Украины, Беларуси. Литвы и ча-
сти современной Латвии. В начале XVII в.,
в период своей наиболее агрессивной экс-
пансии, Польско-литовское государство за-
хватило Смоленскую и Черниговскую земли
у Московского государства (1618 г.), а затем
предотвратило попытку России вернуть
Смоленск в ходе неудачной для Москвы
Смоленской войны (1632-1634 гг.). В то время
Речь Посполитая была одной из великих дер-
жав Восточной Европы и обладала професси-
ональной армией, позволявшей ей вести мно-
гочисленные войны со Швецией, Османской
империей, Крымским ханством и Московским
государством.

Главой Речи Посполитой являлся пожиз-
ненно избираемый Сеймом монарх, носив-
шим титул короля Польского и великого князя
Литовского. В 1648 г. королем стал Ян Казимир
из династии Ваза, правивший на протяже-
нии двадцати лет (1648-1668 гг.). Период его
правления принято считать началом упадка
Польско-литовского государства, вызванного
вт. ч. восстанием казаков на Украине под на-
чалом гетмана Богдана Хмельницкого (1648 г.).

При наличии единого государственного
устройства Королевство Польское и Великое

княжество Литовское имели каждое свой
собственный административный и судебный
аппарат, казну, законодательство и войско.
Собственно Королевство Польское местные
жители называли Короной, а Великое княже-
ство Литовское — Литвой и иногда Великим
княжеством.

Несмотря на периодическое взаимодей-
ствие армии Короны и Литвы на полях много-
численных войн XVII в., в обществе бытовало
убеждение, что каждое из государств должно
оборонять свою территорию, своей армией
и за счет налогов, собранных со своих земель.
В кампаний лета-осени 1654 г. на смоленских
и белорусских землях русской армии пришлось
вести войну исключительно против войска
Великого княжества Литовского. Польское
«коронное» войско в это время сражалось
против казаков на Украине Иными словами,
Литва одна пыталась сдержать наступление
значительно превосходящих сил Московского
государства.

Организация армии Литвы не отлича-
лась от организации армии Короны. Но
армия ВКЛ в отличие от польской не име-
ла постоянных полевых войск, пусть даже
таких немногочисленных, как «кварцяные»
войска, которые использовались для защиты
южных границ Украины. Только в ключевых
городах находились, как правило, неболь
шие гарнизоны, в первую очередь в Вильно
и в Смоленске. Оборона остальных горо-
дов восточной границы государства держа-
лась на ленном праве, или на гарнизонах,

Гусарский доспех первой половины XVII в.
Рис. Б. Гембаржевского

которые набирали магнаты за свой счет и со
своих земель, либо на гарнизонах из ополче-
ния мещан.

Основу обороны страны составляло фе-
одальное ополчение шляхты — посполитое
рушение. Участие в посполитом рушении
было главной и почетной обязанностью всей
шляхты, владеющей землей. Шляхтич вы-
езжал в свою поветовую хоругвь на коне
30

и с соответствующим вооружением, а также
с «почтом»*, в зависимости от занимаемой
должности в государстве либо от земельно-
го надела, которым владел землевладелец.
Iio III Статуту ВКЛ помимо шляхты в поспо-
литом рушении должны были участвовать
духовенство (за исключением иезуитской
коллегии Вильно), литовские татары и меща-
не королевских городов. Посполитое рушение
собиралось на строго оговоренный срок, как
правило, на 3 месяца, и действовало только
в пределах границ своего государства.

Решение о сборе посполитого рушения
принимал Сейм, в результате чего королем
рассылались специальные указы — «вици»,
или королевские универсалы, в которых ука-
зывался срок и место сбора посполитого ру-
шения. В Литве были случаи, когда король
сам мог созвать посполитое рушение, как,
например, в 1626 и 1651 гг. В 1654 г. был из-
дан универсал о сборе посполитого рушения,
в котором король призвал шляхту собираться
под руководством своих поветовых урядников.
Это в корне противоречило сеймовым консти-
туциям и законам Речи Посполитой, которые
подразумевали подчинение посполитого ру-
шения власти великого гетмана. В результате
к началу активной деятельности у Радзивилла
собралось не более 2 тыс. посполитых и волон-
теров, которых он всех отправил в рейд под
Полоцк и Витебск вместе с 4 компутовыми**
хоругвями под общим командованием поручи-
ка Липницкого. При первом же столкновении
с неприятелем они разбежались.

К середине XVII в. посполитое рушение
как защитник государства полностью изжило
себя, что было связано с его невысокими бо-
евыми качествами. Шляхта, владевшая зем-
лей, больше занималась своими хозяйствен-
ными делами, чем военной службой. Однако
в первую очередь низкая боеспособность по-
сполитого рушения напрямую зависела от
невысокой воинской дисциплины землевла-
дельцев. Помимо этого, посполитое рушение
всегда собиралось очень медленно и даже при

* Отделением, состоящим из шляхтича-товарища
и нескольких рядовых бойцов («почтовых»).

** От лат. слова «компут» — список. Компутовая ар-
мия — наемная армия ВКЛ.

сборе никогда не насчитывало полного состава
военнообязанных.

Однако в XVII в. с целью защиты своих
владении поветовая шляхта в период военной
угрозы часто прибегала к найму поветовых хо-
ругвей. Решение принималось самой шляхтой
на поветовых сеймиках. Поветовые хоругви,
как правило, нанимались на 3 месяца, воз-
главлялись местным заслуженным шляхтичем
и оплачивались деньгами, собранными с дан-
ною повета. Организация поветовых хоругвей
не отличалась от компутовых войск, возглав-
лялась ротмистром, и, как правило, практи-
ковался найм казацких и гусарских хоругвей,
которые отличались между собой не столько
внешним видом и защитным вооружением,
сколько наступательным оружием и, соот-
ветственно, тактикой ведения боя. Первые —
с саблей и саадаком, вторые — с древком (ко-
пьем). Зачастую жалованье бойцов поветовых
хиругвей было выше, чем в компутовых вой-
сках. Однако поветовые хоругви набирали из
элементов, которые не попали в компутовые
войска, часто из местных же шляхтичей, из-за
чего боеспособность поветовых хоругвей была
выше, чем у посполитого рушения, по заметно
ниже, чем у компутовых войск. Помимо этого,
поветовые хоругви обороняли только террито-
рию своего повета и редко взаимодействовали
с полевой армией.

Например, Виленский повет летом 1654 г.
выставил 4 поветовые хоругви, помимо со-
бранного посполитого рушения108. Однако да-
лее Виленского повета они так и не ушли, за-
нимаясь только охраной подступов к Вильно
и наблюдением за противником, а в основном
1рабежами близлежащих местностей. Часть из
них стояла недалеко от Глубокого в Виленском
повете. Там же их разогнали передовые отря-
ды русских. Виленский магистрат также нанял
100 казаков. 11ри острой нехватке профессио-
нальных жолнеров поветовые хоругви могли
включить в компутовое войско.

В связи с вышеуказанными причинами
основу вооруженных сил Великого княжества
Литовского в XVII в., так же как и Короны,
составляла компутовая, или наемная армия,
которая создавалась только в период войны
или военной угрозы и не была постоянной
Размер компутового войска, срок его набора,

количество подразделений, а также средства
на его содержание утверждались Сеймом.
После этого король выдавал гетманам <«при-
поведные листы» на найм определенных под-
разделении, в которых оговаривался тип под-
разделения, срок службы, количество бойцов,
а также размер жалованья Учитывая гот факт,
что институт наемничества практиковался
уже более полутора столетий, а также то, что
Речь Посполитая вела постоянные войны,
в государстве всегда был в избытке необходи-
мый контингент профессиональных бойцов.
Однако после восстания Ь. Хмельницкого воз-
никли большие трудности с наймом профес-
сиональных воинов в требуемом количестве
вследствие значительных потерь, понесенных
в борьбе с казаками. Компутовые хоругви со-
бирались значительно быстрее посполитого
рушения, как правило, в течение двух месяцев.
Контингент для найма обычно вербовался на
территории государства, иногда на вассаль-
ных землях Курляндии и Пруссии, в редких
случаях — за пределами Речи Посполитой.

Панцирный «казак» последней четверти
XVII в. Рисунок Е. Шимоновича-
Симигиновского (нач. XVIII в.)

Хоругвь возглявлял ротмистр. Ему помога-
ли поручик и хорунжий, которые, как и рот-
мистр, имели более высокие ставки жалованья.
В результате чего реальное количество людей
в хоругви или роте отличалось от количества
коней и порции примерно на 10-12 %. Т. е. за
счет гак называемых «слепых» коней и порции
обеспечивалось жалованье командному соста-
ву подразделении.

Хоругвь (или рота) не имела постоянного
численного состава и могла насчитывать от
60 до 200 бойцов. Основной организацион-
ной единицей в гусарских, казацких и татар-
ских хоругвях был «почт», который состоял
из «товарища» и нескольких «почтовых», или
«пахоликов» (рядовых). В гусарских хоругвях
собственно товарищей-гусар могло быть все-
го 2о-25 %. Остальные были почтовые, суще-
ственно хуже вооруженные и экипированные,
чем товарищ, и составлявшие вторую и т ретью
шеренги в атаке. Количество почтовых в хо-
ругвях постоянно старались ограничить по-
становлениями сеймов, максимум 4 чел для
товарища и 12 чел. для ротмистра.

Гусары — элитная тяжелая кавалерия
Великого княжества Литовского, аналогичная
польским «крылатым» гусарам. Служба в гу-
сарской хоругви была почетной для многих
знагных родов Речи Посполитой**. Жалованье
в гусарских хоругвях было самым высоким. Но
вто же время доспех, вооружение и, главное,
конский состав гусарии были очень дорогими
«сравнении с экипировкой других подразделе-
ний армии Речи Посполитой. Рост цен в пер-
кой половине XVII в. на конское поголовье
и вооружение был несопоставимо большим
в сравнении с ростом жалованья. По этим
причинам жалованье в гусарских хоругвях ни
в коей мере нс покрывало расходов товари-
ща-гусара. В связи с этим в гусарских хоруг-
вях служили только наиболее обеспеченные
шляхтичи, с большими почтами, а возглавля-
ли данные хорутви, как правило, гетманы либо
магнаты. Реальными командирами гусарских
хоругвей были поручики.

** Например, будущий великий гетман литов-
ский Михаил Казимир Пац служил в 1654-1о55 гг.
обычным товарищем в гусарской хоругви Винцента
1онсевского

Ротмистр татарской хоругви на польской
службе. Рисунок Б. Гембаржевского

Гусары являлись основной ударной силой
литовского войска. Они имели защитное воору-
жение в виде кирасы, шлема, наплечников и на-
ручей. Главным оружием гусара было «древко»,
или копье, которым наносили таранный удар,
пробивая ряды неприятельского войска. Кроме
копья, гусар был вооружен саблей, кончаром
(или палашом) и двумя пистолетами. Поверх до-
спеха гусары могли надевать волчьи или рысьи
шкуры. Хорутви различались по цвету флажков
на копьях. Каждая гусарская хоругвь должна
была иметь несколько комплектов длинных (до
5 м), но легких копий. Так как после атаки и пер-
вого удара копья, как правило, ломались.

К началу войны, согласно компуту 1654 г.,
в литовском войске числились три гусарские
хоругви

— Януша Радзивилла (159 коней),

— Александра Гилярия Полубинского
(122 коня),

— Григория Мирского под командованием
поручика Иеронима Мирского (83 коня),

итого 364 коня"®.

Вследствие финансовых трудностей при
создании гусарских хоругвей, а также низкой
дисциплины гусарии литовские гетманы при
найме отдавали предпочтение рейтарским
подразделениям.

Рейтары — обученные европейской так-
тике и огневому бою кавалерийские полки,
аналогичные западноевропейским и русским.
Как выше было показано, рейтарская «служ-
ба» состояла из карабина и пары пистолетов.
Из холодного оружия рейтары имели сабли
и палаши, из защитного — кирасы и шиша-
ки. Рейтарские кони были более тяжелыми.
Литовские рейтары существенно уступали
немецким в боеспособности и дисциплине.
Случалось, что рейтары являлись на сбор вой-
ска «без зброи». Корнетом (шквадроном) из
нескольких рейтарских хоругвей либо рей-
тарским полком командовал обер-штер («об-
рист»), аналог звания «полковник».

Согласно компуту 1654 г., в литовском
войске был один рейтарский полк — Януша
Радзивилла под командованием обер-штер-
лейтенанга (подполковника) Эрнеста фон
Сакена (660 «порций») — и три отдельные хо-
ругви рейтар111.

Казацкие хоругви — средняя или, скорее,
легкая кавалерия, занимавшая промежуточ-
ное положение между ударными гусарскими
и татарскими хоругвями, — основной и самый
многочисленный вид национальной литовской
кавалерии, начало которому было положено
около 1562 г. формированием на королевской
службе черкесских (пятигорских) хоругвей.
К днепровскому казачеству они не имели ни-
какого отношения. Некоторые наиболее хо-
рошо экипированные казацкие хоругви уже
в середине XVII в. стали называть «панцир-
ными». С конца 60-х гг., для отличия от вос-
ставших украинских казаков, это название

Поход польской кавалерии. 1614 г. Художник Р. Саверей. Лувр. Париж. Франция

Войско нильское под Тневом в 1627 г.

Фрагмент рис. А. Боота. 1632 г. Амстердам. Нидерланды

закрепилось за ними на постоянной основе.
В среднем хоругвь насчитывала 80-150 всад-
ников. Вооружение панцирных состояло из
сабли, пистолетов в ольстрах, ручницы, рога-
тины, а также лука с саадаком (налуч) и кол-
чана со стрелами. Оборонительный комплекс
включал в себя панцирь (кольчугу из мелких
колец — отсюда и название), мисюрку, карва-
ши (наручи) и круглый щит «калкан».

Однако в середине XVII в. большинство ка-
зацких хоругвей уже не имело доспехов, было
вооружено саблей и саадаком либо каким-ни-
будь огнестрельным оружием. В этом плане
эти хоругви ничем не отличались от большин-
ства сотенных Русского государства. Хорошо

вооруженными в казацких хоругвях, как пра-
вило, были товарищи.

Согласно компуту 1654 г., в литовском вой-
ске числилось 26 казацких хоругвей*'-. Лучше
всех вооруженными и экипированными
были следующие хорузви: Януша Радзивилла
под командованием поручика Александра
Межинского (150 коней), которую считали
элитным подразделением и ценили на поле
боя больше, чем гусарскую хоругвь гетма-
на, и Юрия Кароля Глебовича — поручика
Самуэля Кмицица (120 коней).

Каждый шляхтич (товарищ) обычно имел
еще одного-двух обозных слуг (т. н. «лезная»,
или «лужная челядь»), которые охраняли

лошадей, палатки и телеги с запасами, забо-
тились о продовольствии и фураже и которые
в первую очередь «отличались» при грабежах
неприятельского обоза и городов.

Татарские хоругви — род легкой конницы,
набирались из литовских татар и отличались
от казацких хоругвей только национальным
составом. В среднем хоругвь насчитывала 30-
120 всадников. Вооружались саблями и луками
и, как правило, защитного вооружения не име-
ли. Воевали татары на легких и малорослых
конях. Литовских татар охотно нанимали на
службу, так как содержание их было недоро-
гим. При этом они обладали хорошей выучкой
и подготовкой. Их часто использовали в раз-
ведке и погоне. Татарскую хоругвь возглавлял
ротмистр из литовских татар. Согласно комлу-
ту 1654 г., в литовском войске числилось 8 та-
тарских хоругвей113.

Кавалерия Речи Посполитой обладала
«прекрасного качества конским составом,
большим числом обеспеченной шляхты и маг-
натов, которые могли практически за свой счет
содержать отряды, формально состоящие на
государственном жаловании»11,1. Однако кон-
ский состав хоругвей Литвы был значительно
хуже, а вооружение легче, чем в Короне, что
отмечали современники событий.

Драгуны, так же как аналогичные евро-
пейские и русские формирования, в то время
представляли собой конную пехоту, у. е. кони
служили драгунам только для передвижения,
а на поле боя они спешивались и сражались как
пехота. Хоругви, или «компании», насчитыва-
ли по 100-200 чел. Две-три компании состав-
ляли «шквадрон». Драгунские полки в Речи
Посполитой были меньше пехотных и обычно
состояли из 400-600 чел. Драгуны не исполь-
зовали защитного вооружения, и их главным
оружием был мушкет. Дополнительно могли
иметь сабли, пики. В боях обычно их примени
ли для огневой поддержки польско-литовской
конницы, нередко заменяя ими малочислен
ную пехоту. Недостатком драгун было то, что
когда они спешивались для боя, им приходи-
лось выделять коневодов (до трети состава),
которые должны были держать коней. Драгуны
имели самое плохое конское поголовье.

Согласно компуту 1654 г., в литовском вой-
ске значилось три драгунских полка — Януша
36

Радзивилла под командованием подполков-
ника Германа Ганскопфа (600 «порций»),
Богуслава Радзивилла под командованием
полковника Эбергарда Путткамера (600 «пор-
ций»), полк Эрнеста Яна Корфа (700 «пор-
ций») — и шесть отдельных хоругвей драгун1*5.

Пехота польского образца, или просто
«польская» пехота (гайдуки, драбы, «литов-
ская» или «венгерская» пехота), объединялась
в хоругви, как правило, по 100 чел. с ротми-
стром и поручиком но главе. Хоругвь делилась
на десятки с десятниками во главе. Польская
пехота состояла только из стрелков, воору-
женных мушкетами или ручницами, а также
саблями. Десятники вооружались короткими
копьями, алебардами или топорками. Помимо
жалованья, «драбы» (солдаты) получали ткань
на цветной кафтан, как правило синего или
серого цвета. Жалованье немногочисленной
польской пехоты было существенно ниже не-
мецкой, ценилась она ниже. Однако при этом
ее использовали во всех случаях: при осаде
и штурме городов, рытье траншей, как саперов
и как прикрытие артиллерии, для сторожевой
службы и т. п.

Согласно компуту 1654 г., в литовском
войске «польская» пехота состояла из 7 рот,
или «компаний»116. Лучшей из них была лейб-
компания Януша Радзивилла под командова-
нием Самуэля Яна Юшкевича (200 «порций»).

Пехота иноземного образца (или «немец-
кая» пехота), аналогичная западноевропей-
ской, согласно компуту 1654 г., состояла из
двух полков — Януша Радзивилла (1050 пор-
ций) и Юрия Немирича под командовани-
ем Богуслава Пшипковского (1000 порций),
а также 6 отдельных рот, или «компаний»117.
Немецкую пехоту старались объединять в пол-
ки под командой обер-штера (полковника)
или обер-штер-лейтенанта (подполковника).
Мушкетеры вооружались мушкетами и сабля-
ми, пикинеры (примерно треть или четверть
состава) — пиками и саблями. Пикинеры были
более подготовленными и ценились выше
мушкетеров. Немецкой пехоте очень хорошо
платили. Количество т. н. «слепых»* порций
достигало 10-15 %. Верховные власти Речи
Посполитой, понимая ее значение на поле боя,

«Слепых» порций, т. е. вакантных.

После войны компутовое войско, как правило,
распускалось.

Во второй половине XVII в. в ходе различ-
ных войн польское компутовое войско насчи-
тывало от 24 до 40 тыс. чел., а литовское — от
6 до 23 тыс. чел. Постоянный недостаток де-
нежных средств вследствие неэффективной
финансовой системы государства приводил
к тому, что списочный состав воинских частей

Литовский воин панцирной хоругви.

Фрагмент карты Княжества Биржайского
1645 г. картографа Ю. Нароновича-
Наронского. Музей Биржайского края «Сэла».
Литва

сильно отличался от реального числа бойцов
Наемные подразделения могли по несколько
лет не получать жалованья. Например, в июле
1654 г. литовская армия уже более года не по-
лучала жалованья и не проявляла особого же-
лания спешить к месту сбора. Жолнеры, кото-
рых наняли в 1654-1655 гг., стали постепенно
получать свои деньги только начиная с 1662 г.
и получали в течение нескольких лет.

На чрезвычайном сейме в июне 1654 г. для
ВКЛ был утвержден «компут» в 11 211 «коней*
и «порций»*, не считая смоленского гарнизона,
т. е. примерно около 10 тыс. чел. (Таблица 6),от.
Также было принято решение о сборе подымно-
го налога в размере, который позволил бы пога-
сить задолженность войскам «старого» набора
и набрать дополнительно еще 5 тыс. чел. (буду-
щая дивизия левого крыла В. Гонсевского).

Компутовые войска удалось собрать далеко
не в полном составе, только к началу августа
1654 г. Кроме того, некоторые воинские части
находились в стратегически важных крепостях
ВКЛ. В связи с данными обстоятельствами во-
прос фактического состава и численности ли-
товского войска подробно будет рассмотрен
в дальнейшем, в ходе исследования основных
сражений кампании.

Компутовые войска состояли из подразде-
лений «национального» и «иноземного» набо-
ров. В частности, в кавалерии — из гусарских,
рейтарских, казацких, татарских и драгунских
хоругвей, в пехоте — из рот так называемой
польской или «венгерской» пехоты, а также из
рот и полков «немецкой» пехоты. «Польская»
и «немецкая» пехота отличались между собой
не национальным составом, а тактикой веде-
ния боя и, как следствие, вооружением и внеш-
ним видом.

Основной тактической и организационной
единицей компутовых войск являлась рота,
или хоругвь. Роты немецкой пехоты часто объ-
единяли в полки. Объединение в полки более
мелких формирований также практиковалось
с рейтарами и драгунами, т. е. именно с теми
подразделениями, способ ведения боя которых
был наиболее эффективен при слаженных дей-
ствиях более крупных тактических единиц.

• «Компут» определялся в единицах учета, называ-
емых в пехоте «порциями*, в кавалерии — «конями»

Польско-литовское войско под Смоленском
в 1634 г. Фрагмент рис. С. Саверея. 1636 г.
Амстердам. Нидерланды

периодически старались увеличить долю не-
мецкой пехоты в армии. Предпринимались
попытки вербовки нужного количества солдат
в немецких землях. Однако из-за дипломатиче -
ских интриг набор проходил не так успешно,
как планировали.

Небольшой корпус артиллерии, существо-
вавший в ВКЛ. содержался за счет «квартя-
ного» налога, собираемого с государственных
(державных) земель. Однако ситуация с артил-
лерией в Литве была катастрофической из-за
недостатка денежных средств и незначитель-
ного собственного производства. И только
приватная (частная) артиллерия Рэдзивиллов,
Сапегов и других магнатов немного улучшала
положение. Различные по количеству и каче-
ству арсеналы находились, как правило, но
всех крупных городах и приватных замках.

Относительно небольшую группу воору-
женных формирований Литвы составляли лич-
ные (приватные) подразделения магнатов —
Радзивиллов. Сапегов, Пацев и др. Литовские

магнаты нанимали подобные войска либо фор-
мировали их с «залежных земян» (зависимых
землевладельцев) и использовали в первую
очередь для обороны своих личных замков
и имении в качестве постоянных гарнизонов.
В сравнении с аналогичными подразделениями
XVI в. приватные отряды магнатов были отно-
сительно небольшими и к середине XVII в. со-
кратились до 100-500 бойцов. Как правило, это
были хоругви пехоты, драгун либо казацкие
хоругви Наиболее крупные гарнизоны были
у Казимира Льва Сапеги в Старом Быхове
(4 пехотные хоругви, 100 драгун) и у Богуслава
Радзивилла в Слуцке. Высокая стоимость
и, как следствие, трудности с финансировани-
ем подобных войск во время войны часто за-
ставляли магнатов включать свои приватные
войска в компутовое войско, т. е. переводить
их на государственное содержание, естествен
но, с согласия Сейма и короля.

Для обороны городов из мещан формиро-
вались отряды самообороны, которые своди-
лись в сотни, сотни в полки. Количество сотен
зависело от размеров города и могло состоять
из одной — десяти сотен, в основном пехоты.

Во главе войска Великого княжества
Литовского стоял великий гетман литовский,
его заместителем являлся гетман лиговский
польный. Оба назначались королем пожизнен-
но. Уже после начала войны с Россией (а имен -
но 7 (17) июня) великим гетманом лиговским
стал Януш Радзивилл, ранее бывший польным
гетманом. Новый командующий имел опыт
участия в Смоленской войне 1632- 1634 гг. и, са-
мое главное, как гетман польный успешно ру-
ководил литовским войском в боях с украпн
скими казаками в 1649-1651 гт В частности, он
выиграл две битвы под Лоевом (1649, 1651 гг.),
а в 1651 г. отбил у войск Б. Хмельницкого Киев.
Януш Радзивилл пользовался большим авто-
ритетом и доверием среди своих подчиненных.

Гетманом польным литовским был из-
бран подскарбий великим литовски и и пи-
сарь великим литовский Винцент Корвин
Гонсевский (8 (18) июня), сын известного смо-
ленского воеводы /Александра Гонсевского,
в 1610-1612 гг. бывшего комендантом поль-
ско-лиговского гарнизона в Москве. Винцент
Гонсевский также участвовал в боях с каза
ками Б. Хмельницкого, и частности в битве

под Лоевом (1649 г.), а в 1651 г. разбил казаков
в битве под Чернобылем. Однако проблема
состояла в том, что Гонсевский был политиче-
ским оппонентом Радзивилла и являлся сто-
ронником Яна Казимира, что в дальнейшем
серьезно осложняло взаимодействие между
двумя гетманами.

Проблема дополнительно усугублялась
тем, что в Литве польный гетман не подчинял-
ся великому. Помимо этого, король сам решал,
кому из литовских гетманов передать «припо-
ведные листы» на найм определенных хоруг-
вей. Хоругви, нанятые польным гетманом, не
подчинялись великому гетману, и наоборот.

Ко всему этому к осени 1654 г. литовское
войско было разделено на две части — диви-
зию правого крыла, из сторонников и верных
подразделений Януша Радзивилла, и диви-
зию левого крыла, которую начали набирать
только летом 1654 г. в окрестностях Вильно.
За набор последней отвечал польный гетман
В. Гонсевский.

На литовских знаменах, как прави-
ло, изображался герб Великого княжества
Литовского — «Погоня» (белый всадник с под-
нятым мечом на красном поле). На знаменах
поветовых частей могла быть символика и гер-
бы соответствующих городов.

Тактика литовского войска не менялась
с начала XVII в. Основную роль в полевых
войсках, как и в Короне, играла кавалерия, при
относительно небольшой (в процентном отно
шении) пехоте. Сражение обычно завязывала
легкая и средняя кавалерия (татарские и казац-
кие хоругви), а затем в атаку шла тяжелая кава-
лерия (гусары). Копейный удар гусар нередко
решал исход битвы. Гусарские и казацкие хо-
ругви обычно размещались в центре боевого
порядка, рейтары и драгуны — на флангах.
Пехоте отводилась вспомогательная роль вро-
де защиты обоза. Полковая артиллерия была
малочисленной.

Таким образом, литовская армия в середи-
не XVII в. отличалась от польской лишь своей
численностью, многие аспекты организации,
мобилизации, вооружения, снабжения и бое-
вой тактики аналогичны тем, что были в ко-
ронном войске. Самым боеспособным фор-
мированием было небольшое «компутовое»
войско.

Несмотря на малочисленность компутовых
войск, которые собрались под Оршей в июле
1654 г., это была профессиональная армия, за-
каленная в боях с украинскими казаками, кото-
рая находилась на службе либо непосредствен-
но участвовала в военных действиях с 1648 г.

СОСРЕДОТОЧЕНИЕ РУССКИХ
АРМИЙ НА ГРАНИЦЕ
И НАЧАЛО СМОЛЕНСКОГО
ПОХОДА

1 (10) октября 1653 г. Земскии со-
бор постановил принять Украину в состав
Московского государства и объявить войну
Речи Посполитой. Поздней осенью того же
года Россия начала мобилизацию и сосредо-
точение своих полков на западных границах
с целью приведения их в полную боевую го-
товность к весне 1654 г. Основным театром
военных действий русских войск должно было
стать Великое княжество Литовское, а имен-
но— территория совр. Беларуси, что было на-
прямую связано с достижением главной цели
начального периода войны — возвращением
Смоленска.

Проведение наступательной операции
на Украине возлагалось на казацкое вой-
ско гетмана Богдана Хмельницкого при под-
держке армии воеводы В.Б. Шереметева
(около 12 000 чел.), в мае 1654 г. выдвинутой
вПутивль’18. Первоначально ее хотели напра-
вить к Киеву, но затем переместили в Белгород
и Карпов. Перед ратниками В.Б. Шереметева
была поставлена новая задача — прикрытие
южных границ от возможного удара со сто-
роны Крымского ханства. Сохранившиеся
документы Разрядного приказа позволили ре-
конструировать состав и численность русской
армии в Смоленском походе.

Сосредоточение и оперативное рагвер-
тывание русских армий на заданных рубе-
жах занимало достаточно длительное время,
что было вызвано необходимостью перебро-
ски значительной части основных сил по-
местной конницы на большие расстояния из

внутренних районов страны и плохим состоя-
нием дорог. Полки нового строя набирались до
штатной численности и направлялись в райо-
ны дислокации, предусмотренные планом раз-
вертывания (Вязьма, Великие Луки, Брянск).
Вооружение, снаряжение и необходимые при-
пасы зачастую доставлялись боевым частям
уже в ходе их движения к западной границе.

Для предстоящего наступления у границ
Речи Посполитой к маю 1654 г. русским ко-
мандованием были развернуты три крупные
ударные группировки войск в Великих Луках,
Вязьме и Брянске:

Северо-Западная — под началом воеводы
В.П. Шереметева (ок. 13 000 чел.), наступала из
Великих Лук на Невель, Полоцк, Витебск Она
наносила вспомогательный удар по Полоцкому
и Витебскому воеводствам, одновременно обе-
спечивая безопасность со стороны шведской
Ливонии.

Центральная — под командованием царя
Алексея Михайловича (ок. 40 000 чел.), долж-
на была двигаться через Вязьму на Смоленск.
Самая многочисленная группировка насту-
пала в направлении важнейшего стратегиче-
ского города предстоящей кампании, вклю
чая территорию Смоленского воеводства.
Главные силы под верховным начальством
самого царя состояли из четырех полков —
Государева и трех воеводских (Передового,
Большого и Сторожевого), подчинявшихся кн.
Я.К. Черкасскому.

Юто Западная — под началом кн.
А.Н. Трубецкого (ок. 17 700 чел.) — из

Булава парадная боярина

И.Д. Милославского, второго воеводы

Государева полка в 1654 г.

Москва, середина XVII в. ГОПМК

Брянска на Рославль, Мстиславль, Борисов.
Должна была нанести фланговый удар по
Мстиславскому и Минскому воеводствам,
охватывая смоленские земли с юго-запа-
да. Первоначально также предусматривался
ее поход на соединение с войском гетмана
Б. Хмельницкого, но в дальнейшем первона-
чальный план был отвергнут в связи с изме-
нившейся стратегической обстановкой. Как
выяснилось, Хмельницкий не желал идти на
соединение с Трубецким. На армию Трубецкого
легла задача прикрытия главных сил, нацелен-
ных на осаду Смоленска.

Каждая из трех армий преследова-
ла свою цель и имела собственное опера-
ционное направление, соединение их не
предусматри валось.

Кроме того, украинский гетман Богдан
Хмельницкий послал 20-тысячную казац-
кую конницу под началом наказного гетма-
на Ивана Золотаренко (полки: Нежинский
и Черниговский, а также позднее выделенным
из Нежинского — Стародубский) в белорус-
ские земли для поддержки действий царских
войск. Казаки выдвинулись из Новгорода-
Северского и Стародуба в направлении Гомеля.

Сосредоточение такого количества сил
свидетельствовало о подготовке крупно-
масшабного наступления русской армии на
Смоленск и белорусские земли Великого кня-
жества Литовского. Сведения о малочислен-
ности литовского войска и его неготовности
к отпору, поступавшие из различных источ-
ников, внушали воеводам оптимизм, нередко
переходящий в пренебрежение к противнику.

Состав и действия северо-западной
армии подробно рассмотрены в работе I
А.А. Новосельского «Очерк военных действий
боярина Василия Петровича Шереметева
в 1654 г. на Новгородском фронте»119, поэтому
в настоящей работе мы ограничимся упомина-
нием лишь наиболее важных боевых эпизодов
деятельности указанной воинской группиров-
ки, наступавшей из Великих Лук на Невель,
Полоцк, Витебск.

Уже в ноябре 1653 г. вяземскому воеводе
кн. И.А. Хованскому было велено срочно обо-
рудовать «государевы» станы, готовить дворы
на посаде и в слободах для прибывающих рат-
ников. Служилым людям приказано съезжать-1
ся и Вязьму с запасами «по зимнему пути»120.
В январе 1654 г. туда же, для караульной служ-
бы, послан приказ московских стрельцов
Петра Образцова121.

14 февраля 1654 г. царь Алексей
Михайлович объявил своим придворным, что
«за многие неправды и за крестопреступлен ье*
он решил идти войной на польского короля.
Поход на Речь Посполитую должен начаться
в Троицын день, т. е. 14 мая 1654 г. Государеву
полку приказано собраться в Москве к 1 мая
того же года122. За царским указом последова-
ла «Роспись, которых полков служилым людем
в которых подмосковных селах и деревнях сто-
ять». В ней, в частности, предписывалось рат-
никам «Государева Царева полку» собираться
в Воробьеве, в Ховрине, в Крылатском и других

селах; Большому полку кн. Я,К. Черкасского
с товарищи — в Коломенском, Передовому
полку кн. Н.И. Одоевского — в Тушино и око-
ло Тушино в селах и деревнях113.

27 февраля 1654 г. государь приказал отпра-
вить в Вязьму тяжелую осадную артиллерию —
«наряд, которому наряду быть в ево государе-
ве походу». Во главе наряда были поставлены
боярин и воевода Ф.Б. Долматов-Карпов и кн.
П.И. Щетинин124. Инженерно-артиллерийское
обеспечение Смоленского похода детально ис-
следовано в статье О. А. Курбатова’25.

Поскольку главной целью предстоя-
щей кампании должна была стать сильная
Смоленская крепость, для ее осады был соз-
| дан «отдельный воеводский полк под назва-
нием Большой наряд*, где орудия и пушкари
были заранее распределены между дворянски-
ми «головами у наряду»126. Против крепостных
стен Смоленска направлялась мощная осадная
артиллерия — 40 орудий (6 русских и 34 гол-
ландских). Голландские пищали были закупле-
ны в Нидерландах в 1634-1636 гг. Из орудий
русского литья в поход отправились: «Троил»
(40 фунтов), «Аспид» (35 ф), «Соловей» (25 ф.),
«Барс» (20 ф.), «Грановитая» (16 ф„), «Девик»
(15 ф.)’27. Большой наряд сопровождало не
менее тысячи даточных людей: для транспор-
тировки орудий, возведения осадных батарей
и прочих земляных работ. В состав Большого
наряда был включен драгунский «особый полк
инженерного назначения»126 под началом пол-
ковника Антона Грановского.

Прежде чем приступить к исследованию
состава и сил воинских группировок, следует
отметить, что приведенная А.Н, Мальцевым
численность русских войск, сосредоточенных
на центральном участке, а именно: 41 400 чел.
в статье129 и 41 000 чел. в монографии1’0, не на-
ходит подтверждения в источнике. Историком
указана ссылка на документ Ф. 27. N» 86. Ч. 1.
Л. 233. Но ни на данном листе, ни на других
листах указанного документа такой информа-
ции нет. На Л. 233 сообщаются сведения о чис-
ленности полков нового строя в Государевом
полку — «Всего 14 400 чел.». Вероятно,
А.Н. Мальцев ошибочно прочитал это число
как 41 400 чел.

• «Наряд» — артиллерийский корпус.

Кроме того, приведенная А.Н Мальцевым
роспись полковников, которые должны были
идти в составе центральной армии131, на самом
деле относится к летней кампании 1655 г.

Главные силы к началу
Смоленского похода

Главные силы царской армии на цен-
тральном «фронте» состояли из Государева,
Большого, Передового и Сторожевого полков.
Подробного боевого расписания всех указан-
ных частей не сохранилось, но мы можем вос-
становить их состав, используя имеющиеся
сведения о полках нового строя и стрелецких
приказах и одновременно рассчитав пример-
ную численность поместной конницы в каж-
дом из соединений на основе известных дан-
ных о служилых корпорациях того или иного
города на 1651 г. В решении проблемы уточ-
нения состава воеводских полков важное зна-
чение имеют работы О.А. Курбатова о полках
нового строя в 1654-1656 гг.

1бсударев полк

(командующий: царь Алексей Михайлович)

Воеводы:

Ь.И. Морозов и И.Д. Милославский.

В «Дворцовых разрядах» указано, что
кроме московских чинов (стольники, стряп-
чие, московские дворяне и жильцы) в состав
Государева полка вошли дворяне, татары и ка-
заки из нескольких городов (города и служи-
лые люди: Москва, Владимир, Казань, Кашира,
смоляне, беляне, Коломна, Ряжск, дворовые
люди, астраханские мурзы и татары, дон-
ские казаки, арзамасская мордва, можайские
и борисовские казаки). На знамени донских
казаков был образ св. мученика Меркурия
Смоленского132, что лишний раз подчеркивало
главную цель кампании.

Согласно «Дворцовым разрядам», к маю
1654 г. из московских чинов было сформиро-
вано 4 сотни стольников, 3 сотни стряпчих,
8 сотен дворян московских и 17 сотен жиль-
цов133. Из городовых дворян, детей боярских,
мурз, татар, мордвы и казаков — 20 конных
сотен, также вошедших в Государев полк1’4.
Численность Государева полка к началу похода
неизвестна. О ней отчасти можно судить лишь
по сохранившимся более ранним данным, ве-
роятно, относящимся к зиме 1653-1654 гг.

Знамя Большого полка 1654 г.

Согласно этим сведениям, непосредствен-
но с царем в поход должны были выступить
9 бояр, 4 окольничих, 1 думный дворянин,
350 стольников, 250 стряпчих, 300 дворян
московских и 1100 жильцов. Таким образом,
основные силы Государева полка, не считая
думных чинов (бояр и окольничих) насчиты-
вали 2000 чел. В Государев полк также пред-
полагалось включить следующие соединения:
«замосковных городов и иных городов дворя-
не и дети боярские» — 6000 чел., «заоцких го-
родов туляне и иных городов дворяне и дети
боярские» — 6000 чел., рейтары — 2000 чел.,
гусары — 1000 чел., «мордва и черемиса» —
1000 чел., татары — 500 чел.13 Конницу до-
полняли пехотные части: три полка солдат-
ского строя под началом полковников Аврама
Лесли, Алексея Бутлера и Александра Гипсона
(4800 чел.)14', а также 11 приказов московских
стрельцов (согласно документу — 5600 чел.)' L
Таким образом, по общим подсчетам Разряда,
первоначально Государев полк должен был со-
стоять из 18 500 конных и 10 400 пеших ратных
людей. Итого 28 900 чел.13’

В дальнейшем, как видно из «Дворцовых
разрядов», состав Государева полка в походе
42

был иным (в нем не было «заоцких» и «за-
московных» городов), следовательно, количе-
ство входивших в него бойцов было меньшим.
Вместо одной огромной армии фактически
создана «группа армий», или три отдель-
ных корпуса для самостоятельных действий
(Государев полк, армии кн. Я.К. Черкасского
и кн. А.Н. Трубецкого).

О численности конных сотен московских
и городовых чинов в Государевом полку дан-
ных не сохранилось, но мы можем оценить
мобилизационные возможности служилых
корпораций по смете 1651 г. (Таблица 1). Для
подсчета численности служилых татарских
формирований используем сохранившиеся
более поздние и более точные сведения на
17.11.1653 г., содержащиеся в росписи «пони-
зовых и мещерских городов дворяном и детем
боярским и князем и мурзам и новокрещоном
и гатаром и черемисе», которым велено быть
на государевой службе с боярами и воевода-
ми. Согласно нашим расчетам, теоретически
Государев полк мог состоять максимум из поч-
ти 6000 чел. при условии, что все они высту-
пили в поход в одном соединении. На самом
деле его численность вряд ли превышала 4 тыс.
конных (максимум — 2/3 от «списочного» со-
става), с учетом того факта, что абсолютно
все московские чины и городовые дворяне не

могли отправиться в поход в полном составе
(они исполняли множество других военных
и административных поручений, а также яв-
лялись начальными людьми в других полках).

В Приказе Тайных дел сохранились изве-
стия о составе и численности полков нового
строя, вошедших в Государев полк непосред-
ственно перед началом войны (Таблица 1.1).
Согласно этим данным, в него включили:

—	полк рейтарский Василия
Фандроцкого — 1000 чел.,

—	полк гусарский Христофора
Рыльского — 1000 чел.,

—	полки солдатские: Аврама Лесли —
2400 чел., Александра Гипсона — 1600 чел.,
Кашпира Яндера — 1600 чел.,

—	полк драгунский Клавдиуса де
Спевилля — 1600 чел.,

—	«да в двух полках в рейтарском и в гу-
сарском драгунов же 600 чел.»139.

В Государев полк также вошли 9 (а не
11) московских стрелецких приказов об-
щей численностью 4400 чел. под началом
следующих голов: «конной» (стремянной)
Михайло Зыбин — 600 чел., Семен Полтев,
Иван Баскаков, Осип Костяев, Василий
Философов, Иван Нелидов, Дмитрий Зубов,
Артамон Матвеев — все по 500 чел., Матвей
Спиридонов — 300 чел.*40 Всего в указанных
полках и приказах 14 200 чел.141

Уже после выступления в поход из Москвы
голове Ивану Нелидову с приказом велено
«быть не с государем, а с боярином и князем
Яковом Куденетовичем Черкаским»142, т. е.
приказ был переведен из Государева полка
в Большой полк.

Накануне выступления в поход в Государев
полк также вошел драгунский полк Антона
Грановского (Жана де Грона). Как выше было
отмечено, этот полк (11)00 чел.) был специально
сформирован для сопровождения «Большого
наряда» (осадной артиллерии)’43. В дальней-
шем в Государевом полку значился недавно на-
бранный полк из важских солдат (J600 чел.)*,
который в июне 1654 г. возглавил шотландец
полковник Юрий Кит, прибывший из Риги
прямо под Смоленск’44.

* Важе кого уезда, от р Ваги, ныне — южная часть

Архангельской области.

Таким образом, весь Государев полк состо-
ял примерно из 16 800 чел. конных и пеших,
а с учетом боевых холопов (по нашим расче-
там) численность Государева полка могла до-
стигать 20 000 чел. и более. Местом его сбора
стали дворцовые села в окрестностях Москвы:
Воробьево, Крылатское, Остапово, Нагорное,
Семеновское и др.'45

Перейдем к разбору состава остальных
полков центральной армии.

В Разряде сохранилась «Роспись, которым
городом в котором полку з бояры и воеводы
быть нынешнего 162 году» — она наиболее точ-
но отражает информацию о том, какие именно
«города» (служилые корпорации) входили в те
или иные соединения (воеводские нолки) на-
кануне выступления в поход 1654 г.**

Большой полк

(командующий: кн. Я.К. Черкасский)

Воеводы:

—	кн. Я.К. Черкасский (Тула, Рязань,
Алатырь, кадомские и арзамасские мурзы),

—	кн. С.В. Прозоровский (Кострома, каси-
мовские мурзы и татары),

—	кн. АФ Литвинов-Мосальский (Галич,
шацкие мурзы и татары),

—	Ф.К. Елизаров (Клин, Звенигород, бело-
зерцы разных городов помещики).

О численности конных сотен городовых
дворян и детей боярских данных не сохра-
нилось, но мы можем оценить мобилизаци-
онные возможности служилых корпораций
Большого полка по смете 1651 г. (Таблица 2).
Для подсчета численности татарских соеди-
нений используем более точные сведения на
17.11.1653. Согласно нашим расчетам, теоре-
тически Большой полк мог состоять макси-
мум из 6650 чел., при условии, что все они
выступили в поход в одном соединении. На
самом деле его численность вряд ли превы-
шала 5000 конных (условный допуск — минус
25 % личного состава), с учетом того факта,
что все дворяне и дети боярские не могли от-
правиться на фронт. Исследовавший вопрос

♦* Вышеупомянутая роспись от 17.11.1653 также
содержит списки «служилых городов» в воеводских
полках, но без разбивки по отдельным подразделени-
ям, т. е. является более ранней и, следовательно, пред-
шествующей приведенной ниже.

численности служилых корпораций (приме-
нительно к походам начала XVI в.) А.Н. Лобин
пишет, что в дальний поход «выходила далеко
не вся корпорация в полном составе (ибо слу-
жилые люди отбирались по принципу лучшей
«конности, людности и оружности»), а лишь
те, кто мог нести дальнюю полковую службу
«о-двуконь» (с запасными лошадьми. Скорее
всего, в состав воеводских полков входила
лучшая часть, «выбор»)»146. Историк также от-
мечает многочисленные «отъезды» помещи-
ков, упомянутые в летописях, и делает вывод
о том, что максимальная численность дворян-
ской конницы была ниже списочной примерно
на 25 %*. На наш взгляд, данный коэффициент
подходит для определения максимально воз-
можной численности той или иной служилой
корпорации в походе, хотя на практике про-
цент участвующих в нем мог быть еще меньше.

Количество дворян и детей боярских
в «служилых городах» сокращалось также за
счет верстания их в рейтарские и драгунские
полки нового строя. Это также надо учитывать
при попытках подсчитать возможную числен-
ность поместной конницы.

Кроме того, по одной из первоначаль-
ных росписей в Большой полк из состава
Государева двора должны были войти 80 столь-
ников, 60 стряпчих, 60 дворян московских
и 300 жильцов. Всего 500 чел.147 Скорее всего,
данное число следует добавить к соединению
Черкасского, поскольку он не мог выступить
в поход совсем без сопровождения («свиты»)
московских чинов.

Согласно росписи от 17.11.1653 в полк
Черкасского должны были также войти
200 астраханских татар и 1000 черемис146. Однако
ни в одном из документов, имеющих отноше-
ние к походу Большого полка в 1654 г., они не
упоминаются. Следовательно, скорее всего,
в войске Черкасского этих служилых людей
не было. Некие «астраханские татары», попав-
шие в плен в бою на р. Колодне, были в полку
Одоевского. Возможно, речь идет об этих двух
сотнях.

* На примере похода русского войска под Оршу
в 1514 г. по расчету численности служилых корпора-
ций — 16 000 чел., фактически — 11 000-12 000 чел.,
т. е. примерно на 25 % меньше.

В документах РГАДА сохранилась роспись
московских стрелецких приказов в каждом
из воеводских полков. Она не датирована,
но, судя по названным в ней фамилиям стре-
лецких голов, была составлена в самом кон-
це 1653-го — начале 1654 г. Согласно данном
росписи, с кн. Я.К. Черкасским в поход вы-
ступило два московских стрелецких прика-
за — Аврама Лопухина и Логина Аничкова (по
500 чел. в каждом)14’.

Из полков нового строя в «Большой
полк» вошли полк солдатского строя Алексея
Бутлера (1600 чел.) и рейтарский полк Исаака
Фанбуковена (1000 чел.)150 (Таблица 2.1).

Таким образом, весь Большой полк состоял
примерно из 9100 чел. конных и пеших. Местом
его сбора стало дворцовое село Коломенское
и его окрестности’51.

Передовой полк

(командующий: кн. Н.И. Одоевский)

Воеводы:

—	кн. Н.И. Одоевский (Арзамас, Нижний
Новгород, Вязьма, Дорогобуж, алатырские
мурзы и татары),

—	кн. Ф.Ю. Хворостинин (Суздаль,
Свияжск, Лух, Юрьев, Гороховец, касимовские
мурзы и татары),

—	кн. Д.П. Львов (Кашин, Бежецкий Верх,
Углич, Романов, Дмитров, Можайск, романов-
ские новокрещены и татары).

Аналогично оценим мобилизационные воз-
можности служилых корпораций Передового
полка по смете 1651 г. (Таблица 3). Для подсче-
та численности татарских соединений исполь-
зуем сведения на 17.11.1653. Согласно нашим
расчетам, теоретически Передовой полк мог
состоять максимум из 3650 чел., при условии,
что все они выступили в поход в одном соеди-
нении. На самом деле его численность вряд ли
превышала 2700 тыс. конных (т. е. минус 25 %).

С кн. Н.И. Одоевским в поход также высту-
пил московский стрелецкий приказ — Степана
Коковинского (500 чел.)152. Из полков нового
строя в «Передовой полк» вошли полк сол-
датского строя Франца Траферта (1600 чел.)
и рейтарский полк Филиппа Альбертуса
Фанбуковена (1000 чел.)153 (Таблица 3.1).

Кроме того, в документах упоминают-
ся сотни из Мурома и Атемара154. Служилая
корпорация Мурома по смете 1651 г. состояла

мз 168 чел., однако муромцы служили также
и в Сторожевом полку. По Атемару значатся
только полковые казаки — 147 чел., т. е., веро-
ятно, около 200 чел. следует добавить к назван-
ным цифрам.

Таким образом, весь Передовой полк со-
стоял примерно из 6000 чел. конных и пе-
ших. Местом его сбора стало дворцовое село
Тушино и его окрестности1115.

Сторожевой полк

(командующий: кн. М.М« Темкин-
РисШвский)

Воеводы:

— кн. М М. Темкин-Ростовский (Ржев,
I Ст. Русса, Тверь, Торжок, Старица, Ростов,
Ф Переяславль, Чебоксары, Козьмодемьянск,
I Цывиленск, Царевококшайск, ярославские но-
I вок рещен ы и татары),

— В.И. Стрешнев (Мещора, Пошехонье,
I Волок, Курмыш, курмышские татары),

— И.В. Олферьев (Вологда, Ьелозерье,
I Яранск, свияжские мурзы).

Аналогично оценим мобилизационные воз-
I ножное] и служилых корпораций Сторожевого
К полка по смете 1651 г. (Таблица 4). Для нод-
I счета численности татарских соединений ис-
I пользуем более точные сведения на 17.11.1653.
 Согласно нашим расчетам, теоретически
I Сторожевой полк мог состоять максимум из
I WOO чел., при условии, что все они выступили
I в поход ь одном соединении. На самом деле его
I численность вряд ли превышала 2250 конных
I(т. е. минус 25 %).

Криме того, сохранившиеся документы,
I относящиеся к походу Темкина-Ростовского,
Iназывают в его полку служилых людей
I Мурома и черемис. Численность черемис
I неизвестна. По росписи от 17.11.1653 в пол-
 км Черкасского и Трубецкого должны были
I войти по 1000 черемис в каждый156, одна-
Вко в походе черемисы упоминаются толь-
Iло в полку Темкина-Ростовского15-. Таким
образом, можно допустить, что в составе
Сторожевого полка было около 1000 кон-
1 них черемис, что увеличивает его числен-
ность на соответствующее число. Однако
доптверждений этому нет.

С кн. М.М. Темкиным Ростовским в поход
I выступил московский стрелецкий приказ —
г Ивана Азарьева (500 чел.)15*. Из полков нового

Шлем кн. М.М. Темкина-Ростовского,
первого воеводы Сторожевого полка в 1654 г.
Государственный Эрмитаж

строя в Сторожевой полк вошли полк сол-
датского строя Ариста Фамендина (1600 чел.)
и рейтарский полк Василия Кречетникова
(800 чел.)159 (Таблица 4.1).

Таким образом, весь Сторожевой полк со-
стоял примерно из 5100 чел. конных и пеших.
Местом сбора полка стало дворцовое село
Всехс вятское к северо-западу от Москвы160.

Итак, подведем итоги расчетам состава
и численности всей царской армии на цен-
тральном фронте. В Государевом, Большом,
Передовом и Сторожевом полках, с учетом
корректировки по возможной (но не извест-
ной нам) численности поместной конни-
цы, вышло около 40 000 чел. конных и пе-
ших, что не слишком отличается от данных,
ошибочно приведенных А.Н. Мальцевым
(41 400 чел.)161.

Далее рассмотрим состав и численность
юго-западной армии, дислоцированной к на-
чалу войны в 1654 г. в Брянске.

*

знйл бсокяги Gihit.iiinm полня изд годя

Знамя Особого Большого полка 1654 г.

Силы юго-западной армии

«Особый большой полк»

(или «Брянский полк»)

(командующий кн. А.Н. Трубецкой)

Итак, снова воспользуемся «Росписью, ко-
торым городом в котором полку з бояры и во-
еводы быть нынешнего 162 году»:

Воеводы:

— кн. А.Н. Трубецкой (Ярославль,
Козельск, Лихвин, Воротынск, Таруса,
Верея, Боровск, Руза, темниковские мурзы
и татары),

— кн Г.С. Куракин (Калуга, Мещовск,
Серпейск, Медынь, Алексин, Серпухов,
Ярославец Малой, Одоев, одоевские казаки),

— кн. Ю.А. Долгоруков (Карачев, Брянск,
Почеп, Стародуб, Путивль, рославцы, которые
в Брянске; черниговцы, которые в Путивле; пу-
тивльские казаки),

— кн. С.Р. Пожарский (Рыльск, Новгорода
Северского черниговцы, которые в Рыльске
и Новгорода Северского; рыльские казаки),
46

— С.А. Измаилов (Солова, новокреще-!
ны Московского уезда и разных украинных
городов).

Аналогично оценим мобилизацион-1
ные возможности служилых корпораций.
Брянского полка по смете 1651 г. (Таблица!
5). Для подсчета численности татарских со-
единений используем сведения по росписи|
на 17.11.1653. Согласно нашим расчетам, тео-|
ретически Брянский полк мог состоять мак-|
симум из 4700 чел., при условии, что все они
выступили в поход в одном соединении. На
самом деле его численность вряд ли превы-|
шала 3500 конных (т. е. минус 25 %).

Согласно росписи от 17.11 1653, в полк
Трубецкого должны были также войти
1000 астраханских татар и 1000 черемис162.
Однако ни в одном из документов, имеющих
отношение к походу Брянского полка 1654 г.,
они не фигурируют. Следовательно, можно
сделать вывод, что в войске Трубецкого их не
было. В то же время темниковские татары упо-
минаются довольно часто.

С кн. А.Н. Трубецким в поход пошли
московские стрелецкие приказы — Якова
Ефимьева и Леонтия Азарьева (по 500 чел.)1''1.

Из полков нового строя в Брянский полк вош-
ли полки солдатского строя: Данилы Краферга,
Юрия Вена, Германа Фанстадена, Александра
Барклая, Якова Флека, Елисея Цы клера
и Николая Фанстадена (по 1600 чел.), а также
рейтарские полки Лоренца Мартота и Федора
Вормзера (по 1000 чел.)164 (Таблица 5.1).

Таким образом, весь Брянский полк со-
стоял примерно из 17 700 конных и пеших.
Местом формирования полка первоначально
стало дворцовое село Хорошево к северо-за-
паду от Москвы, но основные силы армии
Трубецкого были собраны позднее в Брянске’65.
Полученное при расчетах число бойцов не
слишком сильно отличается от приводимого
Э. Котлубаем, которое, однако, приписано од-
ному Трубецкому — 18 200 чел.166

Из состава Государева двора в войске
Трубецкого находилось 7 стольников*. 11 стряп-
чих и около 90 человек московских дворян167.

Не следует думать, что все полки солдат-
ского строя оказались под командованием
одного Трубецкого. Благодаря О.А. Курбатову
в нашем распоряжении оказался важный до-
кумент, относящийся к весне 1655 г., позволя-
ющий разобраться в этом вопросе. Согласно
указанному источнику, непосредственно под
началом Трубецкого находилось 3 солдатских
полка: Данилы Краферта (1-й), Андрея Гамонта
(4-и, бывший А. Барклая) и Ефима Франсбекова
(5-й, бывший Я. Флека); у Долгорукова —
2 солдатских полка: Якова Ронарта (2-й, быв-
ший К). Вена — И. Ниротморцева) и Елисея
Цыклера (6-й), у Пожарского — 1 сол-
датский полк: Германа Фанстадена (3-й),
у Измайлова — 1 солдатский полк: Николая
Фанстадена (7-й),6й. Учитывая, что в 1655 г.
соединение Куракина перешло в подчине-
ние Долгорукову, можно сделать вывод, что
2-й полк Вена-Ниротморцева в походе 1654 г.
находился в воеводском полку Куракина.

Таким образом, логично предположить,
что в походе 1654 г. под командованием стар-
шего воеводы — Трубецкого	— находилось

•	Стольники;	А.Т	Измайлов,	МТ	Измайлов,

П.Т.	Измайлов,	П.Т.	Хитрово.	Г.М	Измайлов,

Ф.А Палицын и Ф.И. Сомов; стряпчие: П.М. Измайлов,
ЬЛ	Аргамаков,	II.И.	Сомов,	М.И	Сунбулов,

Б.С. Лавров, М Г. Сонин, А.Е Лавров, РИ Бунин, кн.
ФФ Хотетовский, И.С. Зыбин, Я.Г. Крекшин.

3 солдатских полка, а у остальных воевод — по
одному полку. Наличие конных и пеших частей
в каждом соединении предполагает формиро-
вание смешанных боевых порядков при линей-
ном построении на поле боя. Данный вопрос
будет подробнее рассмотрен в главе о битве
при Шепелевичах.

15 марта на Девичьем поле состоялся
смотр «ученья»- полков рейтарского и солдат-
ского строя169. На следующий день по «зимне-
му последнему пути» из Москвы в Брянск на
«государеву службу» выступили полки сол-
датского строя, назначенные под начало кн.
А.Н. Трубецкого. Как выше было отмечено,
Брянск стал местом сбора юго-западной ар-
мии. Раньше всех, «наперед бояр», туда вы-
ехал «младший» воевода Семен Измайлов.
Вероятно, сопроводив полки, он вернулся
в Москву, так как позднее снова отправился
из столицы вместе со всеми воеводами.

В документах Приказа Тайных дел хра-
нилось краткое описание выступления н по-
ход полковников и полков: «хто после ково
и тому роспись, а каким образцом полки их
шли. и какие знамена полковничьи и их пол-
ков ротные, и хто имяны начальные люди,
и то все писано в лицах в листовой книге»170.
К сожалению, эта книга не дошла до нашего
времени. Сохранились лишь отдельные сведе-
ния о старшинстве и походном порядке полков
в ходе проведенного царем смотра.

«И того ж дня и числа в девятом часу дни
шол перкой полковник Данил Краферт с своим
полком, а в полку ево 1600 человек.

Второй полк полковника Юрьи Вена,
и в полковниково место шол подполковник
с ево полком, а полку ево 1600 человек, а пол-
ковник был болен.

Третей полковник шел Герман Фанстаден
с своим полком, а полку ево 1600 человек.

Того ж месяца, в 17 день, в пяток, в девя-
том часу дни, четвертой полковник Александр
Барклай с своим полком, а колку ево
1600 человек.

Пятой полковник шел Яков Флек с своим
полком, а полку ево было 1600 человек.

Того ж месяца в 18 день, в суботу, в девя-
том часу дни шестой полковник шел Елисей
Цыкляр, а с своим полком, а полку ево
1600 человек»171.

Последний, седьмой полк, опоздал к началу
смотра, за что его солдатам пришлось выпол-
нять строевые упражнения: «того ж дня и чис-
ла пришел полковник Николай Фанстаден
с своим полком, а на смотр и действо в поле не
поспел, и государь указал ему стоять с полком
на Москве реке против набережных палат, по-
тому что у него великого государя в тот день
был стол в Золотой палате... и полковник его
великого государя тешил и салдат своего полку
ворочал ис стороны на сторону»172.

18 марта «вышед из Калуских ворот пол-
ковники салдацкие с полками стояли для пол-
ного собранья около Москвы в деревнях»173,
после чего выступили в поход в Брянск.

В том же документе сообщается о на-
правлении в Брянск двух московских стре-
лецких приказов, назначенных в армию кн.
А.Н. Трубецкого.

«Первый голова шел Яков Ефимьев с сво-
им приказом, а перед ним шло капралство
ево ж приказу, а за ним шел приказ ево весь.
А перед сотнями шли сотники, а перед пя-
тидесятнями пятидесятники с протазанами,
и перед сотнями и перед пятидесятнями шли
знаменщики с знамены и барабанщики з бара-
баны и по барабаном били, а рядовые стрелцы
пятидесятнями шли строем шеренгами и ряда-
ми в четыре человека в шапках для того, что во
всех окрестных государствах перед великими
государи салдаты или стрелцы рядовые на по-
ходе шапок не снимают, а покланяютца одни
началные люди, и царю и великому князю
сотники и пятидесятники идучи покланялися
до земли, а в барабаны бить переставали, в то
время как от царя и великого князя спрашивал
боярин Илья Данилович Милославский голов
стрелецких о здоровье... а в то время в приказе
было 500 человек.

Второй голова шел Леонтий Азарьев с сво-
им приказом, а в приказе было 500 человек.

А стрельцы шли шеренгами и рядами про-
тив того, как писано в первом приказе»,7\

Следует отметить, что болезнь полковника
Юрия Вена свела его в могилу до начала вой
ны, полк в кампании 1654 г. возглавил Иван
Ниротморцев' .

26 апреля 1654 г. по царскому указу
в Брянск выехали воеводы кн. А.И. Трубецкой,
кн. Г.С. Куракин, кн. Ю.А. Долгоруков, кн
48

С.Р. Пожарский и С.А. Измайлов. Им было
приказано быть готовыми к походу со всеми
ратными людьми к 9 мая176. Воеводы должны
были выступить на Рославль и «иные литов-
ские города».

Польский очевидец выступления в поход
Трубецкого (вероятно, Ян Млоцкий) описал
это событие следующим образом:

«Мая 10 дня, двинулся из столицы бо-
ярин Алексей Трубецкой, третий воевода,
с несколькими пехотными полками, одним
полком конницы (последние были покрыты
железной броней на груди и сзади) и Т7 ро-
тами набора (wybrancow); всех, двинувших-
ся с Трубецким из столицы, было тысяч 10.
К 1рубецкому присоединились бояры и кан-
цлер, князь И. Алексеевич Долгорукий (ошиб-
ка Млоцкого — Юрий. — И.Б.), с некоторыми
дворянами. Было на что смотреть! Великий
патриарх из своего дома, над улицею, на

Гусарский полковник X. Рыльский в 1654 г.
Художник С. Олейник

F

которой стоит Девичий монастырь, в Кремле
(па zaniku), велел построить галерею. Сам
царь, стоя с патриархом на этой галерее, делал
смотр проходившему мимо крыльца войску
и тщательно (pilnie) напоминал оттуда боя-
рам и офицерам о верной службе, а патриарх
осенял проходящих крестом и окроплял их
святою водою. Пред Трубецким несли доро-
гое пехотное знамя, при котором находилось
30 солдат, обязанных нести поочередно это
развивавшееся белое знамя. На одной стороне
знамени был изображен Спаситель, а на дру-
гой — Божия Матерь и ангел с оружием, кото-
рый двумя перстами указывал вооруженному
всаднику дорогу.. .»177.

10 мая, согласно «Дворцовым разрядам»,
государь провел смотр войск на Девичьем
поле. Алексей Михайлович лично «смотрел по
сотням стольников, и тряпчих, и дворян мо-
сковских, и жильцов, и городовых и всяких
ратных людей, которым быть в его государеве
походе. И, отсмотря, изволил государь имен их
списки отдать головам сотенным, которому го-
лове у которой сотни быть»178.

По словам польского очевидца (Млоцкого):
«Апреля 20 д., начали стягиваться в столи-
цу войска из разных краев царства; их было
так много, что они стали большими обозами
и полками около столицы. Для его величества
царя, под Девичьим монастырем, над рекою
Москвою, устроен из палаток большой замок,
а немного подальше богатый трон, на кото-
ром сам царь постоянно сидел и делал смотр
войскам, до 10 Мая, днем и ночью; отбывшие
смотр тотчас отправляемы были в поход...»179.

Из записок указанного автора явно видно,
что поляк был поражен размахом и серьезно-
стью увиденных им военных приготовлений.

Государев поход начался 15 мая 1654 г. В тот
же день из Москвы в Вязьму вышел Передовой
полк под началом князей Н.И. Одоевского,
Ф.Ю. Хворостинина и Д.П. Львова, а так-
же Ертаульный полк* под командой
П.В. Шереметева и кн. Т.И. Щербатова
В авангард царь приказал послать «ертоульных

воевод наперед своего государева походу»,
а с ними быть из своего государева полку
5 головам сотенным с сотнями, рейтарскому
полковнику Василию Фандроцкому с полком,
«пехоте полковникам и головам стрелецким
старшему полковнику Авраму Лесли с полком,
Кашпиру с полком, головам Осипу Костяеву,
Насилью Философову, Ивану Нелидову,
Матвею Спиридонову181.

16 мая в поход выступил Большой
полк во главе с воеводами князья-
ми Я.К. Черкасским, С.В. Прозоровским,
А.Ф. Литвиновым-Мосальским и думным
дворянином Ф.К. Елизаровым. 17 мая из сто-
лицы вышел Сторожевой полк под началом кн.
М.М. Темкина-Ростовского и В.И. Стрешнева.
Третий воевода Сторожевого полка — Иван
Алферьев, не смог принять участие в похо-
де («окольничей Иван Олферьев за болезнью
у государевой руки не был»)182. Сотни, которые
должны быть под началом Алферьева, переда-
ли Стрешневу’83.

По словам анонимного автора (упомянуто-
го Млоцкого): «к Путивлю, Вязьме и Великим
Лукам двинулось 70 тысяч пехоты со стрель-
цами: все они с мушкетами и пиками, обмун-
дированные, как требует того обыкновенный
солдатский строй, и, как сам я, смотря на это,
заметил, довольно хорошо обучены. С этою
пехотою соединятся шесть конных москов-
ских полков, над которыми полковники нем-
цы. Болшую часть этого войска видел я своими
собственными глазами; поистине, никак нель-
зя пренебрегать им. При том же, самых госуда-
ревых людей из всех Московских провинций,
вместе с боярскими, считают свыше 500 ты-
сяч**. Я этому не поверил бы, если бы не об-
ратил здесь внимания на бояр, дворян, столь-
ников и Streptuchow (стряпчих. — И.Б.), также
на города с их подвластными и Gallopanemi
(холопами. — И.Б.), которых я видел недавно
в поле, когда, год тому назад, царь велел пред-
ставить себе богатый наряд и, в присутствии
его, обучать таковой и упражнять. Соображая
все это, я должен верить, что собранных людей,

’ Ертаульный полк — временное формирование,
выделяемое из основных сил в качестве авангарда уже
в ходе похода, т. е. передовой конный отряд, предназна-
ченный для поиска противника и разведки боем.

•• Численность русского войска здесь и далее зна-
чительно завышена автором реляции Серьезно при-
нимать в расчет приведенные числа невозможно.

ЗНИВИ Iio ilhUMI'O II ЯР МДА |65« ГОДА

Знамя Большого наряда 1654 г.

готовых к бою по меньшей мере, будет у него
(царя) свыше 200 000. Несомненно то, что этот
поход открыл Москве глаза и показал ей, до
какой степени она могущественна, — о чем до
сих пор она и не помышляла*. К тому же, мо-
сковскую молодежь более 10 лет обучали ино-
земные, непоследние офицеры. Теперь-то, ко-
нечно, польские паны узнают, кем они и каким
неприятелем так пренебрегали...»* 1”.

О выступлении в поход непосредствен-
но Алексея Михайловича польский очевидец
оставил следующие записи:

«17 числа, выехал и сам царь, с таким пара-
дом: войско шло через Кремль; у Кремлевских
ворот, называемых Башнею, устроен был по-
мост о десяти ступенях, покрытый красным
сукном; таким же образом устроен был у водя-
ных (wodnych) ворот, близ реки Москвы, другой
помост, на котором стояло высшее духовенство
(starsi metropolitowie) в облачении, с образами,
кадильницами и святою водою. Парад этот от-
крыт был перекрещенным в чужую веру (ро

* «То pewna ze Moskwie ta wyprawa oczy otworzyla

i pokazala, jaka w nich potega, о czem przedtym ani pomysleli*.

obcemn przechrzczony) Жаном де Греоном (Joan
de Greon)**, с одним полком драгун, в тысячу
простых необученных еще людей, у которых
были мушкеты без шомполов и кремней. За
ним следовал недавно поступивший (przyjety)
из Польши полковником Франц Клавдий
Рейнгольд де Спель (de Speuille)***, также с од-
ним полком драгун, в 1500 человек, снабженных

** Жан де Грон (Греон). Француз-католик. Maincrp
богословия и военный инженер, приехал в Россию в сен-
тябре 1651 г. с целью «креститься в греческий закон»
В сентябре 1652 г. принял православие, после этого его
называли «Антоном Грановским». В 1653 г. царь направил
его в Кирилло-Белозерский монастырь для строительства
новой крепости, но монахам не понравился план укрепле
нии бастионного типа, предложенный Грановским, и он
был отозван. Получил известность своим проектом «о за
ведении в России корабельного дела для заграничной
морской торговли» и предлагал царю с троить корабли
для плавания в Китай, Индию и Бразилию. Командовал
драгунским полком в Смоленском походе 1654 г.

*** Правильно: де Спевилль (de Speville). Француз-
гугенот, поступил на царскую службу в 1654 г. Командовал
драгунским полком в Смоленском походе 1654 г. В 1657 г.
король Людовик XIV просил царя Алексея Михайловича
отпустить полковника Клавдзгуса де Спевилля во
Францию. Однако, как следует из документов, в 1662 г. он
еще находился в России и был отправлен в Казань «учить
инших великого государя стрельцов и солдат, которые
по нашему великого государя указу в Казани инее есть
и вперед будут салдатцкому строю».

мушкетами и фитилями. За ним шел Артамон
Сергеевич (Матвеев. — И.Б.), с 3000 пеших
стрельцов, — сам стройный, в блестящей мо-
сковской броне, покрытой длинною нарчевою
одеждою. Пред ним вели за поводья 10 прекрас-
ных (powodnych) коней, на которых были турец-
кие и персидские шитые золотом чапраки; при
конях было у него два барабана, четыре трубача
и 4 небольшие свирели. Стрельцы его, с муш-
кетами и в хорошей суконной обмундировке,
соблюдали в марше своем хороший порядок.
За стрельцами следовал полковник, прибыв-
ший недавно из Англии (который у покойного
английского короля служил генерал-майором),
по прозванию Друский (Druski)****, шляхтич
из Силезии, согласившийся принять чужое
крещение; с ним было 1000 конницы — все на-
емная шляхта (Slachta), которую в течении не-
скольких уже лет обучал полковник Берггоф
(Исаак Фанбуковен. — И.Б.), — в латах спереди
и сзади и в касках, а также с хорошими кара-
бинами и пистолетами. Сам полковник, одетый
стройно, вел их в хорошем порядке. Потом,
полковник Рыльский (Rylski)***** вел 1000 гу-
сар. обмундированных по польскому образцу,

Hut ан и (Ян, Джон) фон Друшке (Jonas von
Druschke, или Vandruske). Родом из Силезии. Участник
английской гражданской войны, командовал кон-
ным полком в парламентской армии генерала Уильяма
Уоллера в 1643-45 гт. После отставки и ареста Уоллера,
выступающего против диктата О. Кромвеля, фон
Друшке перешел на сторону роялистов. В сентябре
1651 г. он командовал конным полком в армии Карла
(люарта (будущего короля Карла II) в битве с войсками
Кромвеля при Вустере. Генерал-майор В начале 1654 г
поступил на русскую службу, принял православие
и имя Василий. В отечественных документах: Василий
Фандроцкий Назначен командиром рейтарского полка
в Смоленском походе- В его полку служила не «наемная
шляхта», а русские дворяне и дети боярские. Погиб при
штурме Смоленска в августе 1654 г.

«♦♦♦♦ Рыльский Христофор Федорович. На рус-
ской службе впервые упоминается в 1629 г. как «инозе-
мец Христофор Рыльский». Выехал из Польши, и 1631-
1635 гг. командовал ротой «поляков и литвы», защищая
южные границы от вторжений крымских татар Принял
православие, в 1636-37 гг. был воеводой в Перьми
Великой. В 1645 г. для отражения HaSeia ногайцев на-
правлен в Керенский острог В 1650 г. его рота участвова-
ла в походе на восставший Псков. В 1654 г. возглавил пер
вый в русской армии полк «крылатых» гусар. Участвовал
в Смоленском походе. Последний рая упоминается
в 1661 г на встрече австрийского посольства в Москве

с барабанами и свирелями У его лошади были:
на голове султан, на спине крылья и дорогой,
шитый золотом чапрак. Многие из гусар, въез-
жая в ворота, сломали свои копья, питому что
поздно уже опустили их пред виротами...

Мая 18 д., шел сам царь государь. Шествие
началось в 4 часу утра. Прежде всего, шло
шесть приказов (przykazow) царских стрельцов,
в каждом приказе по 600 человек; все в кармази-
не, пурпуре и прекрасных кафтанах, всего 3600.
За ними 8000 красивых молодцов (molojcow) —
всадников в доспехах, 12 000 астраханских ка-
заков, 16 000 гусар иноземных, 10 000 немецких
людей в доспехах...»1"5.

Численность войск, которую приводит
польский очевидец (более 50о тыс. чел.), весьма
далека от реальной и выглядит фантастически.
Тем не менее общая картина шествия царского
войска отражена автором достаточно верно.

О своем выступлении в поход царь писал
Трубецкому в грамоте от 31 мая со стана на пу-
стоши Боуслав: «Пошли в поход противу вра-
га креста Христова и всех святых неприятеля
нашево злодея мая в 18 день, в четверг, после
обеда, чясы за три до вечера». Вскоре царь раз-
бил лагерь на Воробьевых горах, по его словам:
«первой стан был в селе Воробьеве, а для тово
поздно из Москвы пошол: ратные люди шли
с шестаго часу дни, а два перебралися до нас
передние, а посля нас шли воеводы дворовые,
а за ними только II сотен прошло, а те адва
в оддачю чясов вышли за город, а оста лися для
ночи 67 сотен на поле на Девичьем. А шли все
наши ратные люди через дворец. И мы указали
тем достальным на-завтра 5-м часу дни также
через дворец, да на живой мост итить, куда мы,
великий государь, шли, а пошли в пятом часу
дни, а всеодва выбралися, а последняя сотня
за город вышла в полчаса ночи. А в сотне во
всякой своими головами по 90 человек, апричь
людей, а с люд ми после дня царедворцов во
500 человек, а в стольничьих по 1000 по 500 че-
ловек, а городовых по 100 человек, и с людми
после дня по 150 человек. А с Воробьева по-
шел в неделю 21 день, а в Вязьму придем июня
в 4 день, в неделю же...»”6.

Из данного описания видно, что стольники,
входившие в самые элитные сотни Государева
полка, могли позволить себе взять с собой
в поход по 5-10 чел. боевых холопов и слуг,
51

в то время как на долю городовых дворян фак-
тически приходился «один слуга на двоих». Из
описания также непонятно, кого имел в виду
царь, называя такие многочисленные «сотни»:
только ли боевых холопов московских чинов
или также сопровождающих их обозных слуг.

Анализ боевой деятельности Государева
полка в ходе Смоленского похода 1654 г. по-
казывает, что элитные «дворцовые» сотни —
сотни стольников, стряпчих и московских дво-
рян — составляли своего рода лейб-гвардию
царя, постоянно охранявшую особу и место-
пребывание монарха. Нам не удалось найти
в документах ни одного факта о направлении
указанных сотен в какой-либо рейд или «по-
сылку» с кем-либо из воевод. Вероятно, их
высокий социальный статус, законное право
неотлучно быть при государе, а также риск
местнических споров не позволяли это делать.
Что касается боевой деятельности, то из соста-
ва Государева полка непосредственно в схват-
ках с противником участвовали лишь сотни
жильцов и городовых дворян, представляя на
поле сражения ту самую «отборную» помест-
ную конницу. Это о них обычно писали поль-
ско-литовские источники, называя ни много
ни мало «думными боярами»(!). Выявленные
особенности трансформации Государева дво-
ра, который со времен сражений на Ходынском
поле (1608-1610 гг.) фактически перестал при-
нимать непосредственное участие в боях,
позволяют нам говорить о начале процесса
превращения «ратоборцев» в «царедворцев»,
достигшего своей кульминации к концу XVII в.

Среди наиболее знатных представителей
Государева двора в поход выступили: царевич
Грузинский Николай Давыдович (внук изгнан-
ного персами царя Кахетии Теймураза I), царе-
вичи Сибирские Петр и Алексей Алексеевичи
(внуки сибирского хана Кучума), боярин
Никита Иванович Романов (двоюродный брат
отца Алексея Михайловича) и другие.

25 мая на подходе к Можайску царь прика-
зал Сторожевому полку идти через Ржев на кре-
пость Белую, после овладения которой воеводе
Темкину-Ростовскому следовало идти на соеди-
нение с главными силами в Дорогобуж1*7. На сле-
дующий день Государев полк был в Можайске.
Темкин-Ростовский с ратными людьми «во
Ржеву Володи мерову пришли июня в 1 день»1**.
52

26 мая Государев полк прибыл в Можайск,
откуда выступил далее на Вязьму189. Царский
указ о выступлении в поход армии Трубецкого
из Брянска последовал 31 мая190.

1	июня северо-западной армии
В.П. Шереметева сдался без боя первый непри-
ятельский город — Невель191.

2	июня из Ржева под Белую был послан кн.
Степан Шаховской с сотнями. Под крепостью
он появился уже «июня в 6 день на первом часу
дни». Гарнизон Белой открыл огонь из орудий.
Стрелявшие «убили из пушки ядром рейтар-
ского строю Петра Бахтеярова» да ранили од-
ного курмышанина сына боярского192.

4 июня передовые отряды русского войска
вошли в Дорогобуж. Не оказывая сопротивле-
ния, литовский наместник и шляхта бежали из
города. Посадские жители «город Дорогобуж
здали без бою», — писали царю вяземские воево-
ды кн. И.А. Хованский и Б.М. Хитрово193. В тот
же день царь направил в Дорогобуж Ертаульный
полк с воеводами II.В. Шереметевым и кн.
Т.Н. Щербатовым, с которыми было послано
9 сотен (позднее — 10) Государева полка. Кроме
конных сотен под начало Шереметева переда-
ли полк Клавдиуса де Спевилля «с начальными
людми и з драгуны»194. Основные силы царской
армии в тот же день пришли в Вязьму195.

8 июня царь направил под Красное (ныне —
Красный, в 45 км юго-западнее Смоленска)
воевод кн. Ф.Н. Одоевского и Б.М. Хитрово
с 11 сотнями Государева полка196. На следу-
ющий день из Вязьмы к Дорогобужу вышел
Большой полк кн. Я.К. Черкасского.

10	июня Алексей Михайлович выступил
из Вязьмы на Смоленск197. В тот же день кн
М.М. Темкин-Ростовский со своим полком по-
дошел к крепости Белой198.

11	июня П.В. Шереметев, находившийся
в Дорогобуже, получил грамоту царя, в ко-
торой ему было приказано передать бывшие
у него 5 сотен Государева полка и драгунский
полк в отряд воеводы кн. Ф.Н. Одоевского,
а оставшиеся 5 сотен оставить у себя
в Дорогобуже. Воевода писал царю, что ему «на
заставы послать некого», а головы сотен (Иван
Бутурлин, Замятия Леонтьев, Федор Плещеев,
Иван Дашков и Емельян Бутурлин) «на заста-
вы ездить не хотят, бутто... велено им жить
в Дорогобуже до указу»199.

Шлем («шапка ложчатая») боярина

Н.П. Романова, участника Смоленского
похода 1654 г. Россия, XVII в. ГОПМК

В тот же день 11.В. Шереметев получил
j новый приказ: взяв указанные сотни, сот-
I ню стряпчих Г.И. Ртигцева и роту рейтар
I с ротмистром, идти к деревне Березниково,
I где по вестям появились «польские и литов-
I ские люди»200. Поход был безрезультатным,
i и Шереметев вскоре вернулся в Дорогобуж.

Главные силы царской армии неуклон-
I но продолжали движение на запад. 13 июня
L в Дорогобуж пришел Государев полк. На следу-
I ющий день Алексей Михайлович получил ве-
| сти о сдаче крепости Белой Сторожевому пол-
I кукн. М.М. Темкина-Ростовского201. «Бельской
[державец» Ян Нарбут и пленные шляхтичи
[ ошущены в Литву202. В освобожденном горо-
I де царь приказал оставить осадного воеводу
|З.П. Новосильцева, а Темкину-Ростовскому
F идти на соединение с главными силами.

Новосильцеву приказано ведагь «Белой горо-
1ды верхней и нижней и посацких и уездных

людей» В гарнизоне «от приходу литовских
людей оставлены в городе на Белой голова кур-
мышский Лука Дубенской, а у него в сотне ме-
щеряны дворяне и дети боярские, да драгунов
елчан и детей боярских сто чешре человека, да
два человека сотников московских, да с ними
городовых 200 человек стрелцов с ружьем»20’.

20 июня Государев полк выступил в по-
ход из Дорогобужа. В городе были остав-
лены осадные воеводы кн. Д.М. Несвицкий
и П.К. Пущин204.

В пути от Дорогобужа к Смоленску «отли-
чились» гусары Рыльского. Между полковни-
ком Рыльским и воеводой кн. Я,К. Черкасским
произошел серьезный конфликт. Как пи
сал царю Черкасский, на дороге от деревни
Боброве к реке Вопи «на грязех у мельницы
наехали нашого полку на сотни и на полк и на
коши Христофор Рылскои з гусары, и сотни на-
ших полков и полковые коши истеснили и до-
рогу заняли, и тем нам... учинили мешкоту
болшую». По словам воеводы, гусарский пол-
ковник «идет нестроем, скорым делом», и гу-
сары его полка, «которые назади были», гово-
рили, что Рыльский идет «нестройно, вставая
на станах в полночь, ходит скорым обычаем,
а им собратца не дает, и они ево и до станов
съезжать не успевают и тесноту де учинил».
Черкасский послал к Рыльскому гонца, чтобы
полковник «ратных людей нашего полку и их
кошей з дороги не збивал, и нашего 6 полку не
обходил, и чтобы твоим государевым людям
мешкоту не чинил». На это Рыльский прислал
ответ, что «идет де он наперед по твоему госу-
дареву указу». Черкасский заявил ему, что это
ему велено царем идти «наперед» по государеву
указу, а кроме прочего, полковник «идет доро-
гою не строем, покиня своих ратных людей».
По словам Черкасского, Рыльский отвечал ему
«невежливо и говорил мне з болшим шумом
и невежством и тем именя, холопа твоего, обес-
чесгил». После оскорблений в адрес воеводы
лихой гусар «поехал дорогою наперед покиня
свой полк и учал по прежнему государевых
ратных людей нашего полку и их коши тес-
нить и з дороги збивать», — жаловался на него
Черкасский 05 К сожалению, это единственный
яркий документ об участии гусар в Смоленском
походе. Вероятно, позднее Рыльский все-таки
попал в опалу за свое поведение. Полк ему

Зерцальный и гусарский доспехи,
изготовленные в Московской Оружейной
палате в середине XVII в. ГОПМК

больше никогда не доверяли. Так, например,
в Рижском походе 1656 г. он значился всего
лишь одним из голов обоза206.

В середине июня северо-западная армия
воеводы В.П. Шереметева осадила Полоцк '17.
29 июня Полоцк сдался, о чем сообщил
царю приехавший под Смоленск стольник
И.Ж. Кондырев20’.

На юге белорусских земель Великого
княжества Литовского действовали украин-
ские казаки Нежинского и Черниговского

полков под началом наказного гетмана Ивана
Золотаренко. По мнению А.Н. Мальцева, он
должен был наступать «вверх по течению
Днепра и Сожа, перпендикулярно движению
русских войск, нанося удар польско-литовским
войскам во фланг, ломая линию их обороны
по этим рекам»'09. В том же месяце казаки, вы-
ступив из Новгорода-Северского (15 июня)
числом в «20 000 конных и пеших, с пушка-
ми и с запасом пушечным»210, направились
к Стародубу. У наказного гетмана было 7 пу-
шек и 2 пищали21*. Затем полки Золотаренко
осадили Гомель, где наказной гетман получил
царский указ о походе к Смоленску. В ответ на-
казной гетман написал, что не может оставить
осады Гомеля, поскольку «врагов наших, по-
задь нас будучих, есть дело велми небестраш-
ное оставить»2*2. Осада Гомеля затянулась до
13 августа, когда город сдался Золотаренко213.

В целом наступление русских армий по все
му Центральному фронту развивалось весьма
успешно, войско Великого княжества Литовского
было не готово отразить его в силу своей малочис-
ленноети, рассредоточенности и на первых порах
отсутствия главнокомандующего. Компутовое
войско еще предстояло собрать. Посполитое ру-
шение не спешило в обоз под Оршей, В после-
дующих военных действиях оно показало себя
с несли иной стороны. Поветовые хоругви еще не
успели нанять. Как пишет К. Бобятыньский, «ли- ,
товская армия с весны много месяцев собиралась
в лагере под Оршей, не проявляя почти никакой
активности»214. Радзивилл прибыл в ()ршу в кон-
це июня, под его началом тогда было не более
5-6 тыс. бойцов. Гетман мог рассчитывать только
на поддержку местной шляхты, но она не рвалась
на войну с неприятелем. В сложившейся ситуа-
ции Радзивилл не решался дать битву основным
силам русской армии, а мог действовать только
неожиданными налетами отдельных боевых от-
рядов, пытаясь помешать общему наступлению
царских войск.

БОЙ НА РЕКЕ КОЛОДЦЕ
25 ИЮНЯ 1654 ГОДА

Первый бой, произошедший между рус-
скими и литвинами на речке Колодне под
Смоленском 25 июня (5 июля), принадлежит
к числу сражений, известных нам исключи-
тельно по польским источникам и исследова-
ниям. Численность царской армии, стоящей
в таборе, поляки оценивали от 8 до 15 тыс. чел.,
а понесенный ею урон от 1 до 5 тыс. бойцов.
Потери литовского отряда в ночном бою (со
слов самих литвинов) не превышали 30 уби-
тых. Из польских свидетельств мы видим едва
ли не полный разгром и захват русского лаге-
ря, горы шпибших и толпы 6е1ущих неприяте-
лей, не способных оказать серьезное сопротив-
ление из-за беспробудного сна и алкогольного
опьянения.

Прежде чем приступить к детальному раз-
бору данного сражения, следует сказать об
одном мифе, существующем в исторической
литературе с подачи С.М. Соловьева, а имен-
но о якобы бывшем под Оршей поражении
войска Черкасского. Как эмоционально пи-
сал С.М. Соловьев, «под Оршею, трижды не-
счастною, русские потерпели сильное пора-
жение от литвы, которая подкралась к ним
ночью и ударила на спящих»-15. То же самое
повторил Н.А. Павлищев, ссылаясь на сочи-
нение В. Коховского: «выдвинувшийся вперед
и Орше князь Черкасский ночью 3 (13) авгу-
ста был атакован врасплох Гонсевским и раз-
бит»2’'-. Даже А.Н. Мальцев ошибочно напи-
сал о поражении Черкасского под Оршей, не
подвергая сомнению эти явно недостоверные
сведения21’. При проверке данного сообще-
ния выясняется, что ни в польско-литовских,
ни в русских источниках такого факта нет.
На самом деле речь идет о бое на р. Колодне,
ошибочно названном «боем под Оршей».

Последущая неудача Черкасского под Шкловом
2 (12) августа принята историками за мифиче-
ское «оршанское поражение», а Гонсевский пе-
репутан с Ганскопфом, действовавшим в бою
на р. Колодне.

При чтении польских реляций («Авиз»)
с описанием триумфального успеха войска
Великого княжества Литовского в бою на реч-
ке Колодне невольно возникает вопрос: если
Передовой полк под началом кн. Никиты
Одоевского потерпел такое разгромное по-
ражение, то каким же образом уже на следу-
ющий день он продолжил поход к Смоленску
и первым подошел к городским укреплениям
с целью последующей осады города?

Прежде чем приступить к реконструк-
ции рассматриваемого события, обратим-
ся к источникам и историографии вопро-
са. Большинство историков, упоминавших
в своих работах о бое на Колодне, как пра-
вило, цитировали вышеупомянутые «Авизы
из Литвы» от 4 и 7 июля 1654 г. и фрагмент
исторического сочинения придворного исто-
рика В. Коховского с описанием указанного
сражения218. Это относится к работам поль-
ских исследователей Э. Котл у бая-19, П. Кроля2-’",
В. Бернацкого221, К. Бобятыньскопг22 и бело-
русского историка Г. Сагановича225. Из отече-
ственных исследователей только А.Н. Мальцев
писал о стычке на Колодне224 на основе одно-
го документа из Разрядного приказа (Ф. 210),
а именно: Столбцов Севского стола (№ 157),
некритично подойдя к указанному источнику
и не обратив должного внимания на инфор-
мацию в «Делах Польских» (Ф. 79) 1654 г. № 2.
Кроме перечисленных документов, все истори-
ки также использовали опубликованные в XIX
столетии «Дворцовые разряды»225. К ранее
55

опубликованным материалам, имеющим отно-
шение к этой теме, можно отнести и «Краткую
историю о бунтах Хмельницкою» неизвест-
ного автора, называемую также «Аноним
Рачинского»2-’6. Этими источниками перечень
материалов, ранее введенных в научный обо-
рот, фактически был исчерпан.

В настоящем исследовании кроме выше-
указанных архивных источников привлечены
такие важные документы Разрядного приказа,
как: столбцы Московского, Приказного стола,
Белгородского и Севского столов; а также ма-
териалы Приказа Тайных дел.

Согласно «Росписи, которым городом в ко-
тором полку з бояры и воеводы быть нынеш-
него 162 году», составленной накануне похода,
Передовой полк, принявший участие в ночном
бою на речке Колодне в ночь с 24 на 25 июня
(4-5 июля) 1654 г., состоял из служилых го-
родовых корпорации дворян и детей бояр-
ских: Арзамаса, Нижнего Новгорода, Вязьмы,
Дорогобужа, Суздаля, Юрьева-Польского,
Духа, Гороховца, Кашина, Бежецкого Верха,
Углича, Романова, Дмитрова и Можайска227.
Кроме указанных городов, в Передовом полку
были помещики Свияжска, а также алатыр-
ские, касимовские, курмышские и романов-
ские мурзы и татары22*. В послужных списках
дворян и детей боярских, участников боя,
упоминаются также помещики из Мурома
и Атемара, которых стоит добавить к обще-
му числу бойцов. Сведений о численности
служилых дворянских корпораций в походе
1654 г. не сохранилось. Однако выше были
подсчитаны максимальные мобилизационные
возможности вышеуказанных городов по сме-
те 1651 г.229 Общая сумма дает нам примерно
3650 чел. Само собой разумеется, что все они
не могли идти в дальний поход, какое-то число
дворян должно было остаться в городе по де-
лам службы, из-за болезни, дезертирства и т. п.
Максимально возможное число ратников в по-
ходе вряд ли превышало 2700 чел., включая
сторожевую сотню из вяземских поместных
казаков головы Ивана Мякишева, которая упо-
минается в отписках Одоевского 30.

Наиболее информативным источником
являются Столбцы Московского стола № 1074,
сохранившие послужные списки дворян и де-
тей боярских, которые «на боях с полскими
56

Кн. Н.И. Одоевский, воевода Передового
полка в 1654 г. Рисунок XIX в. из «Собрания
портретов россиян» П. Бекетова (1821 г.)

и литовскими людми бились», из полков кн.
Н.И. Одоевского и кн. Ф.Ю. Хворостинина.
По количеству перечисленных сотенных голов
можно выяснить число поместных сотен, непо-
средственно участвовавших в бою «меж речек
Колодни и Волчицы», а именно:

—	19 сотен полка кн. Н.И. Одоевского (кн.
Никиты Горчакова, Семена Хлопова, Максима
Телегина, Ивана Желябужского, Кирила
Пущина, Кузьмы Лачинова, Василия Лачинова,
Александра Протопопова, Гавриила Кайсарова,
Федора Мишукова, Ивана Мякишева, Ивана
Колобова, Семена Чемесова, Григория
Мертвого, Григория Астафьева, Якова
Якушкина, Семена Неелова, Логина Пирютина
и Александра Языкова)231. Кроме московских
чинов в них служили дворяне и дети бояр-
ские Мурома, Суздаля, Арзамаса, Дорогобужа
и Атемара;

—	8 сотен полка кн. Ф.И. Хворостинина
(Богдана Пивова, Петра Корякина, Богдана
Жедринского, Гавриила Доможирова, Ивана
Гладкова, Ивана Зубатого, Ивана Елагина,
Ивана Панова)232. В сотнях служили дворяне

и дети боярские Луха, Юрьева-Польского,
Нижнего Новгорода и Свияжска.

Сведений об участии в бою сотен кн.
Д.И. Львова нет. Либо эти документы не со-
хранились, либо его бойцы по каким-то при-
чинам оказались на достаточном удалении
от эпицентра сражения. Это сотни Степана
Телякова, Никиты Тютчева, Ивана Кашкарова,
Петра Селифонтова, Григория Караулова,
Воина Селифонтова и Бориса Власова233. В сот-
нях служили дворяне и дети боярские Кашина,
Бежецкого Верха, Углича, Романова, Дмитрова,
Можайска, а также романовские новокрещены
и татары.

Таким обратом, из анализа документов
Разрядного приказа следует, что у Одоевского
было 19 конных сотен, у Хворостинина —
8. у третьего воеводы кн. Дмитрия Львова —
7 сотен2’4. Выше мы определили примерное
число бойцов в составе поместной конницы
Передового полка (2706 чел.), т. с. в каждой
из 34 сотен было примерно 79 всадников, что
весьма вероятно.

Кроме помес гной конницы, как выше было
отмечено, в состав Передового полка входили
реитарскии полк Филиппиюса Альбертуса
Фанбуковена (1000 чел.)235, солдатский полк
Франца Траферта (1600 чел.)236 и московский
стрелецкий приказ Степана Коковинского
(500 чел.)237. Иными словами, весь Передовой
полк насчитывал максимум 6000 чел. конных
и пеших. С учетом отставших, больных, дезер-
тиров — не более 5,5 тыс. чел. Как видим, эти
числа далеки от приведенных выше сведений
польских авторов о численности данного со-
единения (от 8 до 15 тыс. чел.).

Боярин и воевода кн. Никита Иванович
Одоевский, один из виднейших вельмож эпо-
хи правления царя Алексея Михайловича, про-
славился как составитель «Соборного уложе-
ния» 1649 г. и видный дипломат, но фактически
не имел опыта командования крупными воин-
скими соединениями.

Второй и третий воеводы Передового полка
окольничие кн. Федор Юрьевич Хворостинин
и кн. Дмитрий Петрович Львов также не могли
похвастаться значительным боевым опытом,
однако пользовались расположением царя.

18	июня 1654 г. царь сообщил воеводе
Передового полка кн. Н.И. Одоевскому, что

он с главными силами пойдет под Смоленск
из Дорогобужа «правою стороною реки
Днепра», а воеводе приказал «реку Днепр пе-
рейти на правую сторону, где пригоже». Для
поиска удобных бродов через Днепр от царя
к Одоевскому был послан посадский человек
дорогобужец. Однако еще за день до этого
князь послал вперед «с реки Ужи полковни-
ков Франца Траферта с салдагы и Филипиюса
Олбертуса Фанбуковена с рейтары, и з дра-
гуны и с их коши, да сотника стрелецково,
а (с ним) сто человек стрелцив. да двух человек
голов с татары» с приказом «салдатам и стрел-
цом на реке Устромце (ныне р. Устром. — И.Б.)
и иных местах мостить мосты». Когда мосты
через Устром были «намощены», Одоевский
выступил из лагеря «за час до света» к наве-
денной переправе. В пути он получил цар-
ский приказ форсировать Днепр под Пневом,
и ему пришлось вернуться «на прежней стан».
Переправа через Устром оказалась ненужной.
Присланный проводник сказал, что «ниже
Дорогобужа на реке Днепре бродов нет» и луч-
ше перейти «на Пневскую дорогу и перелесть
реку Днепр ниже устья реки Вопи», посколь-
ку река «Вонь топка и круто берега и перелаз
на ней пуще реки Днепр». Воевода приказал
под Пневом «через реку Днепр зделать мост»,
а сам с полком пошел на Пневскую дорогу.
Приказ о переправе под Пневом учитывал, что
Большой полк кн. Я.К. Черкасского должен был
переправляться через Днепр под Дорогобужем,
и если, как Одоевский писал царю, «коши» его
полка «сойдутца с коши» Большого полка вме-
сте, «теснота будет болшая и реку, государь,
Днепра перейти будет вскоре немочно»23*.

19	июня Одоевский с полком при-
шел к Днепру под Пневом (позднее —
Соловьевская переправа), и в тот же день его
ратные люди «зделали мост». На следующий
день его отряды «перешли реку Днепр и ста-
ли обозом у реки Днепра». Одоевский писал
Алексею Михайловичу, что по его указу ве-
лено им «стать на третьем стану в деревне
Андронов(е)», а киевские крестьяне ему ска-
зали, что «от П невского перевозу от реки от
Днепра на деревню Андронову» идти ратным
людям будет «криво и дорога проселошная,
речки и грязи большие, и мосты будет мостить
во многих местах». Идти к Смоленску следует

«большою дорогою, первому стану быть в селе
Лукомском, и до стана от Пневского пере-
возу пятьнатцать верст, а другому де, госу-
дарь, стану быть под селом Жгловою горой,
о*1 села Козмы и до стана семнадцать верст,
а от Смоленска будет двенадтцать верст». По
их словам, пневская дорога сойдется с доро-
гою, по которой пойдет Государев полк «от
села Пузына» (вероятно, ныне — Пузово),
там, где был «великой табар боярина Михаила
Борисовича Шеина». Воевода просил разреше-
ния царя идти по Большой смоленской дороге
(она же — Пневская) и, видимо, получил на это
согласие2”.

23	июня голова сторожевой сотни из вя-
земских поместных казаков Иван Мякишев
прислал Одоевскому пленного «поляка»,
которого взяли в Смоленском уезде «по сю
сторону Смоленска в деревни Харине от
Смоленска в 15 верстах». Пленный сказал, что
в Любавичах войск неприятеля нет. Он также

Речка Колодня. Фото автора

«слышал, что в Красном людей нет, побежали
в Литву». Про сбор войска гетмана Радзивилла
в Орше ничего «не слыхал». В Смоленске во-
евода Обухович хочет «бежать в Литву», а смо-
ленские «сидельцы Обуховича из Смоленска не
пустили», около города посады пожгли. В са-
мом Смоленске жители делают вал, а запасов
у них мало240.

В тот же день Одоевский расположил-
ся на ночь лагерем «под селом Козмы» (ве-
роятно, ныне — Кузино) между «двух речек
Вопцов (Большой и Малый Конец. — И.Б.) от
Смоленска в дватцати верстах». Князь сообщал
царю, что выступит далее к Смоленску 24 июня
и на ночь встанет станом «под Жгловою горою
на речке Остринаце (ныне — Строганка. —
И.Б.) от Смоленска в осьми верстах». На во-
прос о том, где удобнее встать под Смоленском,
местные крестьяне сказали, до «государева
приходу под Смоленск» можно разбить лагерь
«в трех верстах против табара боярина и во-
еводы Михаила Борисовича Шеина»241.

24	июня у православных отмечался вели-
кий праздник Рождества Иоанна Крестителя

(Предтечи). По свидетельству польско-литов-
ской стороны вечером того же дня русские
обильно угостились вином. В каком состоянии
были бойцы сторожевых сотен, неизвестно, но
неожиданное нападение epaia они явно прозе-
вали. Интересно то, что голова сторожи Иван
Григорьев сын Мякишев после боя на Колодне
лишился своей должности и стал рядовым
«в сотне и служба ево писана в сотенных спи-
сках». На его место был назначен явно отли-
чившийся в бою голова Иван Афанасьев сын
Желябужский, которому поручено «дозирать
сторожей»»242. Остается только сожалеть, что
будущий известный дипломат, автор записок
о стрелецком восстании 1682 г. и событиях
конца XVII — начала XVIII вв. не оставил вос-
поминаний об этом периоде своей жизни. Он
же позднее был отправлен к царю сопрово-
ждать взятых в данном бою литовских плен-
ных, что говорит о его вероятных заслугах
в происшедшем бою213.

Итак, в ночь с 24 на 25 июня (с 4 на 5 июля
но новому стилю) произошло первое боевое
столкновение — лагерь Передового полка
Одоевского был внезапно атакован врагом.
О точном месте боя и расположения обоза рус-
ских в зто время можно узнать из послужного
списка служилых людей полка кн. Одоевского.
Ви всех без исключения сообщениях речь
идет о бое «меж речек Колодни и Волчицы»,
в котором дворяне и дети боярские бились
«явственно»244. «Волчицей» в документах на-
звана небольшая речка, протекающая восточ-
нее р. Колодни, известная в наше время под
названием «Волчейка». Обе речки впадают
в р. Слроганку, которая, в свою очередь, те-
чет в Днепр. Западнее Колодни расположена
Валутина гора (в те времена — Богданова гора),
восточнее Волчейки — Жглова (Жгловая) гора.
Между двумя названными речками проходит
ныне почти заброшенная проселочная до-
рога, идущая вдоль железнодорожной колеи,
которая в XVI-XVII столетиях была главной
дорогой на Москву («Смоленский гракт», или
«Старая Смоленская дорога»). Часть этой до-
роги в поселке Колодня вплоть до нашего
времени носит название «улица Московский
большак». Дело в том, что в XVII в. нынеш-
няя Старая Смоленская дорога (автодорога
Р134) на участке от д. Соловьево (недалеко от

д. Пнево) до Смоленска проходила несколько
южнее, чем нынешняя, а именно через извест-
ную по сражению 1812 г. д. Лубино. В те вре-
мена по этой дороге двигались все армии от
Москвы к Смоленску и обратно. Именно по
ней шел к Смоленску Передовой полк.

Учитывая имеющиеся у нас данные о рас-
положении лагеря, можно сделать вывод
о том, что в ночь с 24 на 25 июня Одоевский
поставил свой табор на возвышенности рядом
с указанной дорогой между речками Колодней
и Волчейкой. Южнее дороги дополнитель-
ной защитой теоретически могла бы стать
р. Строганка, но в нашем случае это не сы-
грало никакой роли. На карте ясно видно, что
между Колодней и Волчейкой (а также между
Калугиной и Жгловой горами) имеется лишь
два холма, на которых Одоевский мог раз-
бить свой лагерь. Первый — непосредственно
у Строгании, это высота 231, сильно заросшая
лесом и в настоящее время (как мы убедились)
почти непроходимая. Вторая — вытянутая на
север возвышенность, не имеющая лесного
массива, в XIX в. рассеченная новой дорогой
(автодорога Р134) между населенными пункта-
ми Сеньково и Гедеоновкой. Вторая высота —
наиболее вероятное место обоза Одоевского.
Военные теоретики гой эпохи считали, что
«...расположение лагеря будет удобным, на
равнине или невысоком холме, дабы не подвер-
гнуться нападению и не пострадать от наводне-
ния или пожаров»24’. Согласно польским реля-
циям, русские расположились тремя лагерями
(обозами), хотя, возможно, их было больше.

Таким образом, с запада обоз Одоевского
был прикрыт речкой Колодней, с востока —
речкой Волчейкой, с юга — Crpoiанкой.
Северной, открытой части возвышенности,
князь должен был уделить особое внимание.
Вероятнее всего, воевода расставил стороже-
вые посты и караулы непосредственно на до-
роге к Смоленску (к югу от лагеря), а также
западнее и северо-западнее. Восточную сторо-
ну он посчитал безопасной, так как она была
тыловой. Как нам представляется, удар врага
по его табору, вероятнее всего, был нанесен
с юго-восточной стороны.

Гетман Януш Радзивилл, не желая вступать
в сражение с превосходящими силами про-
тивника, собирал свои силы в Орше, надеясь

в дальнейшем дать битву одной из русских ар-
мий, идущих к Смоленску. С целью проведе-
ния разведки и определения численности не-
приятеля гетман выслал передовой отряд (по
польски — «подъезд») дерптского хорунжего
обер-штер-лейтенанта (подполковника. —
И.Б.) Германа Ганскопфа с приказом найти
и атаковать врага.

Согласно одной из сохранившихся отпи-
сок Разрядного приказа, «лета 7162 года июня
против двадесять пятого числа в ночи при-
ходили полские и литовские люди на полк
боярина и воеводы князя Никиты Ивановича
Одоевского и с теми полскими и литовскими
людьми был бой...»246. В «Хронографе» XVII в.,
опубликованном А.Н. Поповым, сообщается,
что «приходили литовские люди изгоним на
князь Никитин полк Ивановича Одоевского
на реке на Колодне июня противу 25-го чис-
ла и был с литовскими людьми бой и Божиею
помощию и государевым счастием в те поры
побили литовских людей много и взяли живых
26 человек»247.

Самыми известными польскими докумен-
тами о бое на речке Колодне являются две ре-
ляции, текст которых стоит привести почти
полностью.

Согласно первой реляции — «Авизам
с Литвы о войне Московской», написанной не-
известным лицом в лагере под Оршей 4 июля
1654 г., «...москва на свой праздник святого
Яна (Св. Иоанна Крестителя. — И.Б.) согласно
старого календаря, под Смоленск подступить
хотела (ибо у них такой обычай, что всегда
привыкли в память какого-нибудь святого
счастье пробовать)...». В состав отряда под-
полковника Германа Ганскопфа входили «рота
немецких рейтар, тринадцать хоругвей легкой
конницы, 4 роты его драгун»24". В. Коховский
оценивает эти силы в 3000 чел., П. Кроль
в 1200-1400, К. Бобятыньский полагает, что
у Ганскопфа было не более 2000 бойцов249.

Радзивилл приказал Ганскопфу идти под
Смоленск, а если там неприятеля не застанет,
далее до самого Дорогобужа, где можно добыть
вести о войске противника. 1 июля гетман про-
водил Ганскопфа из Орши до р. Крапивны.
4 июля, не застав неприятеля под Смоленском,
Ганскопф перешел мост через Днепр под са-
мым Смоленском. Отойдя «от Богдановой
60

околицы... за милю (от себя. — И.Б.) нашел
противника, который 15 тыс. войском сто-
ял обозом, ничего не подозревая». Согласно
«Авизам», Ганскопф приказал нескольким ро-
там напасть на стражу, и когда литвины с ней
«добро сцепились» и погнали, сам «со всеми
людьми ударил, смешался с Москвою, въехал
в обоз неприятельский. И там пан Бог помог,
ибо иные от страху и до оружия не добежали.
Битые, сеченые час и больше, однако посколь-
ку (там) леса были, то другие спаслись, где кто
мог, но тем временем несколько сот трупов
оставили и пожитки». Литвины «пленных до-
брых бояр набрали и татар аж из астраханской
хоругви несколько. Воевода их или польный
гетман погиб, нашими (литвинами. — И.Б.)
застреленный. Между пленными был хорун-
жий царский, с царской хоругвью, что за тем
воеводой носил. Не удовлетворившись этим,
и получив ведомость, что еще 20 тысяч Мо-
сквы днем за теми подходит, а с другими царь
с оставшейся частью войска и пушками, рас-
паленные удачей пошли далее. Но напали толь-
ко на сильную стражу, которую также снесли,
и прочь прогнали. Выехав же на одно поле,
увидев большое войско и пехоту с пикинера-
ми, в добром порядке стали отходить назад.
Пустилась было за ними кавалерия, но ничего
им сделать не смогла. Билась с нею одна стража
добро аж до одного броду, до которого в по-
рядке дошли и переправились. А драгуны не-
приятеля мушкетным огнем удержали, в том
бою (литвины) до тридцати человек потеряли
и пленников ненужных посекли. Москва до-
шла до брода, а далее идти не смела». После
боя литвины «пришли к мосту и городу... вер-
нулись с викторией назад. Вечером того же
дня... стража увидела, что Москва под стенами
Смоленска встала...»250.

В другой литовской реляции — «Авизах»
от 7 июля 1654 г. — сообщалось, что «подпол-
ковник Ганскопф вернулся счастливо из похода
с людьми своими. Семь бояр и трех татар при-
вели пленных, из них самого царя хорунжий,
который знак царский над воеводой должен
был носить. Тринадцать хоругвей отдал новых
и старых красивых. И еще у людей идущих
сзади будет несколько... пленных раненых
в Смоленске оставили...». Ганскопф рассказал,
что застал неприятелей «спящих и наполовину



Старая смоленская дорога у р. Колодни.
Фото автора

пьяных, ибо их воевода старший на день св.
Яна их сильно угощал, так что шедшие впереди
наши 4 коня, потом 10. потом 30 аж в самый
майдан или обозный рынок вошли гихо, а по-
том от нескольких идущих (наших — И.Б.) по-
стрелянные, опомнились, которые закричали:
! Литва! Литва! Только до оружия они броси-
лись, и тревогу учинили, за которой авангард
[ выскочил, а потом и иные хоругви. Били, секли

до самого дня, добычу великую взяли в сере-
бре, пенёндзах, деньгах. Воевода сам в палат-
ке убит, и этот обоз, в котором восемь тысяч
было, на голову снесен и высечен, а того войска
еще два обоза было». Они «выгодно полками
стояли, которые вероятно тоже в страхе были
I бы, если бы вместе стояли; но все же отдельно,
и на этот шум на дело пришли. Об этом наши
I в ночи знать не могли, как рассвело, только
наши их готовность увидели, назад повернули
с малым для себя ущербом, ибо и тех, которых
за потерянных считали, снова объявились,
и едва 30 между собой досчитаться не смогли.
Страх и ужас у неприятеля был большой, и до

царя с тем бросились, и сами того дня как дано
было, под Смоленск не пришли...»“1.

Кроме двух указанных «Авиз», в докумен-
тах архива Посольского приказа сохранились
переводы двух перехваченных литовских пи
сем гетмана Януша Радзивилла королю Яну
Казимиру, в которых также описан этот бой
Согласно первому письму гетмана королю от
б июля из Орши, Радзивилл послал «с болшою
частию войска пана Ганскофа... которой в ту
прошлую субботу за пять верст за Богдановою
околицею мост под Смоленском прошедши,
пошол перед светом на пятнадцать тысяч вой-
ска московского к Смоленску идучего, на ночь
там поставленного, проведал о карауле без-
опасно, за ним в самый обоз вшед несколько
десят сот трупу положивши, а своих на три-
десять непотеряв, вязней добрых бояр и татар
поймав, знамен несколко на десять взял», тем

Холм, на котором находился лагерь
кн. Н.И. Одоевского. Фото автора

не удовлетворившись, «пошол за ними далее
и на новых напал, но и те бегом первых... тот-
час убежали». После чего «от взятых языков
услышав о бытии самого царя» и «пошол назад
и... до меня возвратился». В тот же день «по
отшествии его из Смоленска» царское войско
подступило к городу2*2.

Во втором письме королю от 7 июля
Радзивилл пишет, что после посланного ему
сообщения «о первой счасливой с неприяте-
лем» стычке в его лагерь «приехал вечером
сам пан Гансков с свидетелми... счастливые
росправы». Они привезли восемь пленных,
а «иных четырнатцати велми израненных
в Смоленску оставили и с тринатцатью знаме-
ни». Приведенных «вязней» (пленных) он по-
сылает королю, который узнает от них «какову
неприятель воприял шкоту» и «победу потеря-
ли в нощи». Согласно письму, литвины напали
62

на «на спящих... вместе сном и вином поло-
женных», поскольку на том празднике воевода
«пир всем и едва мало не всему войску учинил,
и гораздо было их уподчивати». Нападавшие
«так тихо пришли, что в самый обоз (въеха-
ли. — И. Б.) и там через два часа и болши руч-
ным оружием билися»253.

В том же фонде сохранилось еще одно
переведенное письмо неизвестного автора
из литовского лагеря, в котором, в частно-
сти, сказано: «...лазутчики наши, что были
в самом таборе называют в том бою нощном
болши пяти тысяч людей побито в самом та-
боре и по лесам зело много, а если и кто ушол
ретко не ранен, что на спящих и пьяных на-
пав, как скот наши резали, о воеводе, что тол-
ко единого (один. — И.Б.) убито сказывают,
что его царь жаловал и велми всполошился,
что тот первый табор, в котором лутчие были
люди нечаянно от горсти людей все побиты,
и злым началом тот первой разумел себе бы-
тии бой...». Автор письма считал, что если
еще будут подобные успехи, «пуще» будут

Г

сетовать «бояре и думные», которые царя от
войны «отговаривают»25*.

Польский придворный историк Веспасиан
Коховскии в своем сочинении о правлении
Яна Казимира в ярких красках описывает этот
кровавый бой. Воспользуемся не менее выра-
I зительным переводом A.1L Сапунова, опубли-
кованным в «Витебской старине»:

Итак, гетман Радзивилл из-под Орши напра-
вил двух полковников, Мирского и Ганкопфа,
с 300U войска, приказав «неожиданно напасть
на неприятеля и возвратиться не иначе, как
после схватки с неприятелем или же, напав
на ближайший его пост, хотя (бы) посмотреть
вблизи на неприятельский лагерь. Непомерная
уверенность в свои силы сделала москвитян
безпечными, между тем, Ганцкоф с 7 ротами,
кратчайшим путем, подступив к главному от-
ряду, который назывался царскою стражею, на-
скочил на спящих, крепким сном после дневной
попойки. Никогда победа не достается легче,
как в случае нападения на раздетых или полу-
сонных. Внезапное в то время нападение и рез-
ня пробудили неприятеля от сна; среди ночного
мрака, при крике и звуке труб, ужас увеличи-
вался еще более. Между тем, в знак призы-
ва к себе на помощь из ближайших стоянок
своих, москвитяне зажигают несколько скирд
соломы. Литовцы, пользуясь светом пламени,
продолжают сечу. Погиб какой-то (incogmtus)
воевода Артемон (Arthemon), а прочих легло
тут же более 11)00 человек, в плен взято 16 бояр,
княжеское знамя, вместе со знаменосцем так-
же досталось в наши руки. Стало рассветать,
и литовцы, удовлетворенные славою и резнею,
дали сигнал к отступлению; с трудом удалось
отвести солдат, которые, будучи обагрены пер-
вою кровью, делаются обыкновенно свирепее.
Москвитяне, оправившись, налетели на отсту-
пающих с таким стремительным напором, что
преследуемые вынуждены были бросить свою
добычу в воду, и по приказанию командиров,
все пленные, по необходимости, были умерщ-
влены. -Ним успехом Радзивилл до того возгор-
дился, что готов был с большею уверенностью
рисковать, бросившись со своим маленьким от-
рядом на неприятельскую армию...»255.

«Хроника о бунтах Хмельницкого» сообща-
। ет о Колодненском бое следующее: Радзивилл
«приказал идти за языком с 7-ю легкими

хоругвями Ганцкофу, великому и опытному
наезднику (kavvaleruwi). Тот благополучно вы-
ступил с величайшей быстротою и, застав Мо-
скву не готовую, которой и не снилось о нашем
войске, сильно ее смешал и положил на месте
5000 человек, а потом сам с хорошею добычей
ушел»256.

В «Theautruni Europaeum» (Т. VII. S. 614) так-
же имеется информация о бое на р. Колодне,
а именно: Ганскопф с отрядом из нескольких
легких хоругвей и драгун, в целом 2500 чел., вы-
ступил к Дорогобужу. В ночь на 25 июня он на-
пал на 800и неприятельского войска под «Богда
Нова» (Bogda Nova). Битва продолжалась до
самою угра, после чего Ганскопф отступил
к Орше. В ходе боя было захвачено 13 знамен
и 7 «бояр»257. Польский историк Э. Котлубай
неверно прочитал название топонима «Bogda
Nova» как «Woda Nowa», т. е. «Новая Вода»255,
в чем нетрудно убедиться, обратившись к не-
мецкому ори1 иналу. Из-за неверного прочте-
ния в ряде исторических исследований по-
явился никому не известный топоним: «Новая
Вода». Населенного пункта либо реки с таким
названием в районе Смоленска не существует.
На самом деле в тексте речь идет о Богдановой
(«Богда Нова») околице под Смоленском, кото-
рая упоминается во всех реляциях.

Разобравшись с польскими и немецкими
источниками о рассматриваемом событии,
перейдем к отечественным. Обратимся к до-
кументам Разрядного приказа, имеющим не-
посредственное отношение к бою на речке
Колодне.

Сведения о потерях русских в ночном бою
не сохранились, но вряд ли они были столь
значительны, как писали поляки и литвины.
В отечественных документах нет имен воевод
и начальных людей, которые значились бы
погибшими на Колодне. Нет ни одного сколь-
ко-нибудь заметного лица из московских чи-
нов или городовых дворян, убитых в этом бою,
о чем красноречиво свидетельствует «Синодик
ио убиенных во брани»259. Если бы в этой стыч-
ке погибло какое-нибудь более-менее знатное
лицо, это обязательно нашло бы отражение
в документах. Ни один полковник или голова
поместной сотни также не погиб в указанном
бою, не говоря уже о мифическом «воеводе
Артемоне». Историк начала XIX в. С. Глинка

писал о ранении кн. Одоевского в бою на
р. Колодне260, но ни в одном источнике такой
информации нет.

О.А. Курбатов в своей работе о полках
драгунского и солдатского строя к началу
войны 1654-1667 гг. обратил внимание на
смену в июле 1654 г. полковника рейтарско-
го полка Ф.А. Фанбуковена на полковника
А. Фамендина, предположив, что первый «по-
лучил ранение в бою на р. Колодне или под
Новой Водой (в ночь на 25 июня), в связи
с чем и был переведен в командование пешим
полком»26'. В то же время, возможно, версия
о ранении является ошибочной и Фанбуковен
был отправлен в пехоту в наказание за то, что
он являлся одним из виновников поражения.
Весьма вероятно, что рейтары несли отводные
конные караулы и, если они пропустили не-
ожиданный налет врага, то в том числе и по
вине полковника*.

Несмотря на чувствительное пораже-
ние на речке Колодне, уже на следующий
день Передовой полк подступил под стены
Смоленска. 26 июня Одоевский писал царю,
что он с полком пришел «под город Смоленеск»
и стал «на реке на Днепре, укрепясь обозом».
В тот же день его люди «зделали для поспе-
шенья мост обычной из хоромного лесу» для
переправы через Днепр262. Таким образом,
атака врага ь ночь на 25 июня лишь на один
день замедлила продвижение царского войска
к Смоленску. Другие воеводские полки даже не
сбавляли темп движения и вскоре также по-
дошли к городу.

Если отвлечься от победных польских ре-
ляций и обратиться к иным документам, име-
ющим отношение к тем событиям, то общая
картина «триумфального» рейда Ганскопфа
выглядит несколько иначе. Вышедший 26 июня
из Смоленска в московский лагерь датчанин
С. Родин сообщил воеводе следующую весьма
любопытную информацию. Перебежчик рас-
сказал Одоевскому, что «гетман Радивил посы-
лал под обоз боярина и воевод (Одоевского. —
И.Б.) подполковника Гансково, а с ним было
с 24 роты, а из Смоленска де с тем полуполков-
ником ратных людей никово не было, а в вожех

* Данное предположение высказано О.А. Курбатовым
в частной беседе.

де у них были из города из Смоленска тор-
говые люди. А как де подполковник Ганцкой
из Орши пришол под Смоленеск и назад шел
к Смоленску, и ево подполковника в город
в Смоленеск пущали одново с начальными
людми, а ратных де людей никово не пустили,
а сказывал де он в городе, что у него побитых
людей много, а языков толко слышал взятых
два человека...»263.

В фонде 79 РГАДА сохранилось также пе-
реведенное письмо некого «Яна Ганжбока» гет-
ману Радзивиллу от 5 июля из Красного, в ко-
тором рассказывается о нападении на русский
лагерь. Не исключено, что «Ян Ганжбок» — это
искаженное в русском переводе имя Германа
Ганскопфа. В письме он, в частности, сообща-
ет, что пришел под Смоленск в пятницу. На
следующий день «во втором часу с полудня»
он узнал, что русские «за милю от Смоленска
стали за Днепром», и в тот же вечер вышел на-
встречу. Между «второго и третья го часу на-
ступил... на табар его», одержав «какову ни
есть победу над неприятелем», чему «вязни...
свидетелствовати будут». Автор пишет, что
ведет языков «нехудых, хотя людей (своих. —
И.Б.) поневоле, что ни есть истерял, также ло-
шадей, понеже со всеми хоругвями в самом та-
боре был и тут от нас неприятель шкоду имел,
как про то сказывают вязни»264.

«Ганжбок» писал: «Я с людми из Смоленска
в осьмом часу рано вышел с войском и одним
походом аж до Красного, а иного быть не мог-

ло, для тово, что неприятель умыслил за мною
погоню послати. И тут час покормя, идем да-
лее. . .»265. Из слов этого «Ганжбока» следует, что
несмотря на «победу» он людей «что ни есть
истерял», т. е. либо отряд его рассеялся в ходе
ночного боя, либо имеется в виду, что ему при-
шлось бросить трофеи. С места сражения он
отступал довольно быстро, так что к вечеру
5 июля уже был в Красном (около 50 км от
Смоленска). Тут можно напомнить вышепри-
веденное сообщение Коховского о том, что
«москва, собравшись, гналась за ними в ве-
ликом порыве, так, что добычу (трофеи) при-
шлось бросить, а пленных старшина приказала
забить».

Подробности боя в ночь на 25 июня со-
держатся в челобитной вяземского поместно-
го казака Куприяна Московлева, который был

одним из пленников, взятых Ганскопфом. Как
выше показано, именно вяземские казаки в то
время несли сторожевую службу. Согласна по-
казаниям Московлева, как «боярин и воевода
князь Никита Иванович Одоевской пришел
под Смоленской и стал на Колодне реке, недо-
шед Смоленска, и в ночи, государь, на стан на
Колодню реку прибегли литовские люди из-
гоном, и с нами бой поставили, и на том бою
меня, холопа твоего, ранили по голове изру-
били саблею и чеканом левую руку переломи-
ли, и в полон меня, холопа твоего, взяли...*.
Московлев «был в полону в литовской земле
три годы», после чего ему удалось вернуться
домой "г. Он был одним из тех выживших, ко-
торые попали в плен. Как видим, в польско-ли-
товских документах даже плененные казаки
названы знатными московскими «боярами».

Для полноты общей картины следует по-
яснить, где во время нападения на Передовой
полк находились другие полки русской армии
и почему они не могли прийти к нему на по-
мощь. Согласно отписке воеводы Большого
полка кн. Я.К. Черкасского, 24 июня его ла-
герь стоял у речек Большой и Малый Вопец
(около 15 км к востоку от лагеря Одоевского
на Колодне). Как писал князь, в тот день
посылал он «ис стану с речек Вопцов под
Смоленск в розъезд голов с сотнями Игнатья
Селиванова, да Ивана Сухотина, да Федосья
Селевина», велев «рассмотреть» места под
Смоленском, где можно «учинить через Днепр
реку мост». На следующий день, как следует
издикуменга, Черкасский разбил стан на реке
Волчейке, поскольку сотенные головы из-под
Смоленска пришли к нему «на стан на реку
Волчайку». Т. е. Большой полк, вероятно, на-
ходился на расстоянии одного дневного пере-
хода от 11ередового полка.

Сотни Черкасского привезли пленно-
го “Немчика... Швитцкие земли и Корелы
Абросом зовут Ериком». Швед сказал, что
«июня против 25 числа» приходил на полк
Одоевского «на сотенных людей ис Смоленска
полковник Корх, а с ним конных людей рай-
тар и драгунов и казаков четыреста человек
да пеших салдат двести человек»'0-. Историк
А.Н. Мальцев некритично воспринял инфор-
мацию от недостаточно осведомленного языка,
решив, что отряд возглавлял полковник Корф

И.А. Желябужский, в 1Ь54 г. голова сотни
в боях на р. Колодне и под Шкловом.
Фрагмент картины «Русское посольство
в Англию в 1б62~16бЗ гг.» Копия с портрета
неизвестного английского художника XMI в.
ГИМ

из смоленского гарнизона. Об участии Корфа
в этом деле ничего не известно, так же как о ка-
ком-либо предприятии этого полковника вне
стен Смоленска. Речь здесь явно идет об од-
ном и том же нападении на лагерь Одоевского
Ганскопфа, а не Корфа.

Сторожевой полк под началом кн.
М.М. Темкина-Ростовского, как следует из от-
писки воеводы, двигаясь от Белой, 2б июня
пришел в Смоленской уезд в д. Липки. Ныне это
деревня в Духовщинском районе Смоленской
области, примерно в 100 км на северо восток
от Смоленска. Остановившись там, воевода
запрашивал царя о направлении дальнейшего
движения к Смоленску20’.

Ертаульный полк П.В. Шереметева, как
выше было отмечено, 11 июня по царскому
указу выступил из Дорогобужа в северо-за-
падном направлении к д. Березниково (оно же
Быково, в 21 версте от Дорогобужа, в 10 вер-
стах от ст. Ярцево). Царь велел ему идти с сот-
нями и 100 рейтарами после получения вестей
о «польских людях» в названной деревне-*9.
Сообщение о противнике оказалось лож-
ным, но поход отвлек силы. Известно, что под
Смоленск Шереметев прибыл с Государевым
полком 28 июня, поскольку на следующий день
был за праздничным столом у царя-1”.

Государев полк во главе с самим царем
20 июня выступил из Дорогобужа и к 24 июня,
по всей вероятности, находился позади
Большого полка на некотором расстоянии.
Узнав о бое на Колодне утром 26 июня, царь по-
слал «на реку Колодню, в передовой полк, к бо-
ярину и воеводам к князь Никите Ивановичу
Одоевскому с товарищи, с своим государевым
жалованьем и о здоровье спрашивать столника
Артемья Степанова сына Волынского»27*.

Таким образом, в ночь с 24 на 25 июня
Передовой полк, шедший по Смоленской доро-
ге впереди остальных войск, оказался в некото-
рой изоляции от остальных воеводских полков
русской армии, попав под удар литовского от-
ряда. Остальные полки не могли оказать ему по-
мощь своевременно, должного взаимодействия
наступающих частей не получилось. Ближе
всех (на расстоянии одного перехода) к лагерю
Одоевского располагался лагерь Большого пол-
ка, бойцы которого не могли прийти на помощь
атакованным рано утром, т. е. скорее всего не
они вынудили Ганскопфа прекратить бой и бы-
стро ретироваться к Красному. Упомянутая
в литовском источнике русская «пехота с пи-
кинерами», вероятно, была полком солдатского
строя Франца Траферта.

Все указанное свидетельствует о слабой ко-
ординации между отдельными соединениями
(воеводскими полками), действовавшими на
разных участках одного «фронта».

На основании вышеизложенного рекон-
струируем ход боя на речке Колодне так, как
это могло происходить в действительности.

Вечером 24 июня (4 июля) Ганскопф со
своим отрядом, не застав под Смоленском
неприятеля, переправился на правый
66

Шлем, подаренный царю Алексею
Михайловичу кн. А.М. Львовым. XVII в.
В 1664 г. выдан И.А. Желябужскому для
выезда на смотр. ГОПМК

берег Днепра у «Богдановой околицы» (район
Богдановой, или Валутиной, горы и поселка
Мох- Богдановка). После этого литовские раз-
ведчики (в два часа после полудня) сообщили
своему предводителю о лагере русского войска,
вставшего у р. Колодни.

Согласно «Авизам», русские расположи-
лись тремя лагерями. Скорее всего, каждый из
трех воевод стоял со своим обозом отдельно.
Однако не исключено, что солдатский полк
также имел свой лагерь при наряде (артилле-
рии). Точнее сказать нельзя за отсутствием не-
обходимых данных.

Сторожевые сотни русских контролирова-
ли дорогу к Смоленску, и, чтобы остаться не-
замеченным, Ганскопф с юга обошел заросшую
лесом Соколью гору (высота 242 м), где оста-
новился в ожидании полной темноты. Между
2 и 3 часами ночи 25 июня (5 июля) литвины

тихо перешли Смоленскую дорогу в тылу
у русского войска, пользуясь тем, что лесной
холм (высота 231 м) превосходно закрывал их
от сторожей Одоевского. Далее, следуя вдоль
русла речки Волчейки, Ганскопф вышел на ла-
герь русских с восточной стороны, откуда они
не ожидали противника. Шедшие впереди бой-
цы, тихо убрав стражу, спокойно въехали в са-
мую середину ближайшего лагеря Передового
полка, который не был готов к такому дерз-
кому нападению литвинов. Охрана табора
I Одоевского утратила бдительность и заметила
врага только тогда, когда он уже был в обозе.
Литвины напали на спящих и пьяных, когда
крики: «Литва!», звуки груб и барабанов раз-
будили лагерь. После чего начался общий бой,
где атакующие смешались с обороняющимися.
Сеча продолжалась «два часа и больше ручным
оружием». Чтобы подать сигнал об атаке дру-
гом лагерям и, вероятно, определить числен-
ность литвинов, русские зажгли стога соломы,
но отчасти это помогло и нападавшим, кото-
рые лучше ориентировались на местности. Из
документов следует, что от удара литвинов би-
гее всего пострадала поместная конница пол-
ков Одоевского и Хворостинина. Когда стало
| светать, литвины, увидев остальные части

Передового полка («пехоту с пикинерами»),
неуспевшие принять участие в бою, бросились
назад. Переправившись через Днепр, всроят
но, в районе устья р. Стабны, они направились
к Смоленску. Литовские драгуны прикрывали
отступление мушкетным огнем до брода че-
рез Днепр. Пленников из полка Одоевского
(по разным данным от 2 до 22 чел.) привели
в Смоленск, большую часть из них при отхо-
де убили, чтобы ускорить отступление. Когда
царские воеводы опомнились и их конные сот-
ни и рейтары начали преследовать Литвинов,
тем пришлось бросить почти все трофеи и до-
бычу. Судьба 13 трофейных знамен, согласно
польским источникам, взятых Ганскопфом
в бою, неизвестна. Вероятно, их оставили
в Смоленске. Литовскому командиру при-
шлось быстро уходить от погони, если верить
Коховскому. Сам подполковник писал, что
бойцов своих «что ни есть истерял». Со слов
очевидцев, в отряде Ганскопфа было «побитых
людей много», то есть заявленные в «Авизах»
потери литовского отряда в 30 человек,

возможно, занижены. Следует подчеркнуть
тот факт, что Передовой полк, видимо, отра-
зил атаку литовского отряда своими силами
до подхода основных сил — Большого полка.
В разрядных документах нет сведений об уча-
стии в данном бою дворян и детей боярских,
бывших под началом кн. Я.К. Черкасского и его
товарищей. Несмотря на внезапное нападение,
бойцы Одоевского смогли отбиться от непри-
ятеля. И хотя победных реляций (сеунчей) от
Одоевского не поступало, он вполне мог пре-
поднести царю вести об отходе противника
как свидетельство своего успеха в бою.

Что касается боевых потерь Передового пол-
ка, то нельзя согласиться с К. Ьобятыньским,
утверждающим, что русские потеряли «не ме-
нее 1000 чел.»272. Урон в тысячу человек, почти
1/6 всего соединения, привел бы к частичной
утрате боеспособности всего соединения. На
деле мы видим, что акция Ганскопфа не задер-
жала наступления русских войск и не поме-
шала начать осаду Смоленска. На наш взгляд,
Одоевский мог потерять убитыми и ранеными
максимум две-три сотни бойцов. Ни одного
убитого знатного лица или начального челове-
ка в отечественных источниках не обнаруже-
но. К сожалению, сведений об общих потерях
в документах не сохранилось.

29 июня, в день Св. Петра и Павла, в лагере
Государева полка под Смоленском «в столовом
шатре» у царя был праздничный стол, на ко-
тором среди прочих угощали раненых дворян
и детей боярских «как был бой у бояр и воевод
князь Никиты Ивановича Одоевского с това-
рищи на Колодне с полскими и литовскими
людми»273.

Неожиданное ночное нападение непри-
ятеля на обоз Одоевского и выяснение при-
чин произошедшего вызвало появление
в Разрядном приказе такого нового уставного
документа, как «Память полковникам и со-
тенным головам» (от 18.07.1654 г.), регламен-
тирующего устройство табора в ночное время
и порядок размещения в нем воинских частей.
С целью большей сосредоточенности на зани-
маемой позиции и, соответственно, большей
боевой готовности подразделений начальным
людям под страхом смертной казни запреща-
лось ставить свои обозные телеги вне обоза
воеводских полков.

Согласно этой «памяти», полковникам
и сотенным головам при расположении на
привал впредь следовало «ставитца» лагерем
под своими знаменами и под знаменами во-
евод в обозе, «все свои телеги ставить подле
своих же полков и сотен в обозе с обозными
же телегами рядом». У тех начальных людей,
у которых есть свои «телеги немногие», также
ставить их «подле обозных же телег, а опричь
в безвестных местах отнюдь не ставить», что-
бы «всякое нестроенье государевым ратным
людем от приходу литовских людей никакие
порухи не учинилось». Если же «полковники
и сотенные головы в обозе с знамены ставитца
не учнут» и своим «всяких чинов людям» о том
«заказу накрепко не учинят», а будут «оплош-
кою и нераденьем ставитца мимо обозу в иных
местех, а тою их оплошкою и нераденьем учи-
нитца над государевыми ратными людьми от
приходу литовских людей какая поруха, и за
то их полковником и сотенным головам и их
полков и сотен всяких чинов людем, быти
от государя царя и великого князя Алексея
Михайловича всея Русии кажнены смертью
беспощады»274.

Данная «память», созданная по горячим
следам прошедшего боя, явно отразила суще-
ствующие недостатки в организации устрой-
ства полевого лагеря полка Одоевского на
р. Колодне, что способствовало возникшему
беспорядку в таборе и успеху неожиданного
налета противника.

Рассказ о бое на речке Колодне будет
неполным, если не упомянуть следующий
интересный факт. По некоторым данным,
в шведском Военном музее в Стокгольме
(Armemuseum) среди прочих трофеев хранит-
ся русское знамя, по внешнему виду, форме
и размерам сходное со знаменами воеводских
полков 1654 г. Вероятнее всего, оно попало
туда из Варшавы, занятой шведами летом
1655 г. Однако ни в одном отечественном до-
кументе не удалось найти подтверждения фак-
та потери воеводского знамени в бою на реч-
ке Колодне. Вместе с тем, учитывая, что среди
коллекции знамен Государева похода 1654 г.,
хранящихся в московской Оружейной палате,
отсутствует знамя Передового полка, захват
неприятелем знамени Одоевского в ходе боя
весьма вероятен.

В то же время заявление литвинов о том,
что в бою на Колодне в плен попал «хорун-
жий царский, который с царской хоругвью,
что за тем воеводой носил», требует уточне-
ния. Согласно документу, в Передовом полку
у государева царева знамени в головах был
суздалец Григорий Борисов сын Кайсаров,
который в плену не был275. В его послужном
списке по окончании кампании сказано толь-
ко то, что он «был на боях». Однако кроме
головы государево знамя сопровождала ох-
рана — стяг «возили у головы у Григорья
Кайсарова» 9 человек детей боярских из
Суздаля, Арзамаса, Дорогобужа, Вязьмы
и Луха276. В то же время, например, воевод-
ское знамя второго воеводы Передового
полка кн. Ф.Ю. Хворостинина в походе со-
провождал голова и 11 человек, а это кос-
венно может означать, что государево знамя
сопровождала свита уж явно не менее, чем
из 12 человек*. Следовательно, «царским хо-
рунжим» литвины назвали одного из детей
боярских, осуществляющих охрану знамени
Передового полка, который был взят ими
в плен в ходе боя.

Следует отметить, что высшее символи-
ческое и культовое значение воинское знамя
в России приобрело лишь в эпоху Петра I.
До этого времени потеря знамени не счита-
лась величайшим позором и воинская часть
не подвергалась расформированию. Кн.
Одоевский не попал в царскую опалу и про-
должал командовать Передовым полком рус-
ского войска в походах на Вильно (1655 г.)
и на Ригу (1656 г.). Возможно все же, какому-
то царскому наказанию подверглась непо-
средственная охрана государева знамени.
По крайне мере Г.Б. Кайсаров, в отличие от
своих ближайших родственников, так и не
был произведен в московские чины, и даль-
нейшая его служба ничем не примечательна.
В 1662 г. он упоминается лишь как воевода
Шуи277. В Литовском походе 1655 г. головой
у государева знамени был уже другой дворя
нин — Семен Хлопов27’.

Подведем итоги исследования боя на
р. Колодне.

* Указанные сведения о количестве детей боярских
относятся к окончанию кампании.

Пикинеры. Западная Европа. Реконструкция.
Фото автора

История войн знает много тяжелых по-
ражений, вызванных беспечностью, потерей
осторожности, отсутствием должного внима-
ния к организации полевых караулов и службе
боевого охранения. Забыв совет автора «Учения
и хитрости ратною строения пехотных лю-
дей», а именно: когда «полковой сторожеставец
и кол о полку обозными телегами обоз обдер-
нет, а особно в таких местех, где недруга чает,
и в таком дела надобно гораздо остерегательну
быти> Одоевский проспал нападение врага.
Ьой на речке Колодне в ночь с 24 на 25 июня
(с 4 на 5 июля) 1654 г. является показательным
примером беспечности и потери бдительности
командующим передовым соединением русской
армии, что повлекло за собой трагические по-
следствия для многих бойцов его полка. В ходе
наступления на смоленском направлении успо-
коенный хорошими вестями о военных успехах
воевода совершенно не подумал о том, что даже
самая сильная армия может оказаться беспо-
мощной перед неожиданным ударом немного-
численного, но решительного врага.

В то же время не стоит преувеличивать
значение успеха литвинов, которым удалось
нанести русским поражение, не имеющее, од
нако, никаких важных последствий для хода
наступления русской армии на Смоленск. В ис-
точниках нет известий о том, какую инфор-
мацию получили литвины от захвата русских
пленных: выяснили ли они численность рус-
ского войска, его планы? Неизвестно, насколь-
ко результат атаки соотносился с изначальной
задачей рейда Ганскопфа

Как справедливо пишет польский историк
II. Кроль, «схватки, проведенные Ганскопфом,
не имели большого значения для хода первых
операций московского войска. Успехи, достиг-
нутые литвинами, не сдержали напор непри-
ятеля и не задержали начало осады. Однако
они имели важное значение для литовского
гетмана и для собранных в лагере жолнеров.

Радзивилл получил известие о наступлении
противника и мог приступить к реализа-
ции своих планов. Победные схватки подня-
ли у литовских жолнеров боевой дух и веру
в победу»280.

Герой боя на Колодне, дерптский хорун-
жий подполковник Герман Ганскопф вскоре
погиб в битве при Шепелевичах 12 (24) авгу-
ста 1654 г., в ходе которой литовское войско
было разгромлено. В памяти современников
он остался благодаря своему лихому налету на
московский лагерь в ночь после Иванова дня.

В дополнение к изложенному выше сле-
дует сказать, что рейд другого литовского

отряда — под началом Станислава Липниц-
кого — против передовых частей северо-за-
падной армии В.П. Шереметева закончился
неудачно. Имея 4 казацкие хоругви и около
2000 чел. посполитого рушения, он был раз-
бит 7 (17) июля на р. Суше (к югу от Полоцка)
ратными людьми воеводы Ж.В. Кондырева.
В результате боя русские литвинов побили,
«языков, и знамена, и литавры, и наряд по-
ймали»281. Здесь мы видим обратный пример:
когда должное внимание к организации по-
левых караулов позволило не только пред-
отвратить внезапное нападение врага, но
и уничтожить его.

НАЧАЛО ПОХОДА

АРМИИ КНЯЗЯ А.Н. ТРУБЕЦКОГО
И ВЗЯТИЕ МСТИСЛАВЛЯ

Перед юго-западной армией под началом
боярина кн. А.Н. Трубецкого, к началу войны
дислоцированной в Брянске, царское командо-
вание поставило достаточно сложную и труд-
новыполнимую задачу. В грамоте государя
от 31 мая 1654 г. Трубецкому было приказано
«итить к Богдану Хмелницкому и промышлять
вместе за милостью Божиею». Воеводе и его
товарищам было велено, чтобы они шли «не
мешкая к Хмельницкому на спех, подводами
или плотами. Как скорее, так и промышляй-
те...». После соединения с гетманом следует
•даром не стоять, будет коронное войско пой-
дет от вас прочь, и вам однолично итить за
ними и с Хмелницким, чтобы их не отпустить
к нам войною, смотря по тамошнему делу, а бу-
дет учнут стоять, и вам бы... промышлять над
ними сопчя с Хмелницким... и вам говорить
о том, чтобы Хмелницкой с черкасы и с вами
шел в сход к нам, великому государю, корунны-
ми месты, а будут пусты места, нельзя итить,
и вам и с ним итить на литовские места к нам
же в сход, а войною зацепить гораздо корун-
ные места... а до тех мест стоять в Борисове,
докуль посылка наша от Радивила воротит-
ца, а как воротитца посылка, и вам итить над
Минским промышлять и над иными городами,
которые пошли вперед, к Люблину и Слуцку
и к Слониму и к Бресте итить бы живыми ме-
сты. И как сойдетеся с Богданом Хмелницким,
и вам бы итить в прям, куды лучше на Коруну
и, за милостью Божиею, воевать и разорять их
землю и святыя Божия церкви очищать и пра-
вославных христиан освобождать...»282.

Место возможного соединения Трубецкого
с Хмельницким обозначено позднее, в «наказе»

посланному к гетману И.И. Ржевскому от 7 ав-
густа того же года: «князю Алексею Никитичю
Трубецкому с товарыщи... велено сходитца
с тобою ж гетманом Богданом Хмельнитцким
к Лутцку ж и над гонителя веры христианские
промытляти сопча заодин...»283.

По планам царского командования, армии
Трубецкого предстояло пройти за одну летнюю
кампанию более 1000 км (Брянск — Брест —
Луцк), что выглядит фантастично и отража-
ет недостаточную осведомленность Разряда
о реальных расстояниях между указанными
городами. Это предположение подтверждает-
ся исчислением в «наказе» расстояний между
Смоленском и Луцком, обозначенным как
90 миль, или 450 верст284, т. е. примерно вдвое
меньше, чем на самом деле. Скорее всего это
можно объяснить путаницей топонимов: речь
идет не о Луцке на Волыни, а о белорусском
Слуцке. Царь хотел, чтобы Хмельницкий также
направил свои основные силы в Белоруссию,
прикрывая главную операцию по взятию
Смоленска.

Гораздо проще было бы поставить зада-
чу совместных действий с гетманскими си-
лами перед русскими войсками, стоящими
в районе Яблонова и Белгорода, что и было
сделано в летней кампании 1655 г. Однако
в 1654 г. южную армию под командованием
В.Б. Шереметева не рискнули отправить на
соединение с Хмельницким, ей «велели быть
на украйне, по прежнему, по крымским ве-
стем, что (хан) хочет приходить на украи-
ну». Стало известно, что крымской хан «све-
дал, что Василей (Шереметев. — И.Б.) пошел
в Путивль», и боярину «велели воротиться

Мстиславль в 1654 году.
Реконструкция автора

опять на украину»285. Здесь стоит пояснить,
что под «украиной» или «украйной» в дан-
ном случае понимается южная граница
Московского государства. Учитывая опасность
крымско-татарского набега, посылать армию
Шереметева в далекий поход, на сход с гет-
маном, было слишком опасно. Это прекрасно
понимали в Москве. Поэтому Шереметев, вы-
ступивший было в Путивль, вынужден был
возвратиться на место своей основной дисло-
кации — в Яблонов (сейчас — село Яблоново
Корочанского района Белгородской области).

Забегая вперед, следует отметить, что
в ходе летней кампании 1654 г., учитывая скла-
дывающуюся оперативную обстановку на ли-
товском театре войны, Трубецкому пришлось
спешно менять первоначальные планы насту-
пления и отказаться от движения к Бресту.
Соединение с войском Хмельницкого утрати-
ло актуальность, основной задачей стал раз-
гром основных сил армии Великого гетмана
Литовского Януша Радзивилла. Только лик-
видировав эту угрозу, можно было сосредото-
читься на реализации главной цели Государева
похода — освобождении Смоленска.

В середине июня 1654 г. армия воеводы кн.
А.Н. Трубецкого выступила из Брянска и вско-
ре перешла границу Речи Посполитой. Первой
крепостью на пути русских войск был Рославль.
72

Этот небольшой и слабо укрепленный городок
Смоленского воеводства не оказал сопротив-
ления и открыл ворота 27 июня. Царь Алексей
Михайлович получил вести о его освобожде-
нии на подходе к Смоленску. В «Дворцовых
разрядах» сообщается, что «июля во 2 день,
под Смоленеск на стан на Богданову околицу,
пригнали к государю от бояр и воевод от князь
Алексея Никитича Трубецкого с товарищи
сеунчики, что, Божиею милостию, а его госу-
даревым счастьем, город Рословль взяли»2*6.
Согласно отписке воеводы, рославльские си-
дельцы «судья Юрьи Остапов, войты Ивашка
Ветлица, Карпунка Буланец со всеми рослав-
скими жилецкими и уездными людьми госуда-
рю добили челом и город Рославль здали»287.
В ответ царь послал к воеводам П.Д. Скуратова
с благодарственным словом, а позднее (27 сен-
тября того же года) даровал «начальным лю-
дям и шляхте войтам и бумистрам» грамоту
за то, что они «рославцы всяких чинов люди»
князя Трубецкого с ратными людьми «встрети-
ли с честью... добили челом и город Рославль
здали»28*. Воеводой в городе был оставлен кн.
Семен Горчаков289.

Следующим городом на пути армии
Трубецкого стал Мстиславль. В отличие от
Рославля, он был более-менее подготовлен
к обороне, и его защитники отказались от пред-
ложенных условий капитуляции. Мстиславль
был основан во второй половине XII в. смо-
ленским князем Романом Ростиславичем на
высоком берегу реки Вихры (правый при-
ток р. Сож). С 1564-1565 гг. город являлся
центром Мстиславского воеводства, образо-
ванного из волостей Мстиславля и Кричева
и состоявшего из одного повета. О большом
значении города говорит тот факт, что в сере-
дине XVII в. в Мстиславле проживало более
7 тыс. жителей290.

Замок Мстиславля находился на
Замковой горе — округлом холме размером
130 х 140 м, примерно в 600 м к юго-западу
от р. Вихры. Согласно информации из кни-
ги М.А. Ткачева и А.А. Трусова, «мощь замка
возрастала от больших естественных рвов —
оврагов, шириной от 50 до 300 м, глубиной
20 и более метров, которые окружали его со
всех сторон. В дополнение на подступах сто-
яли каменные здания костелов и монастырей

с собственными оборонительными укреплена-
ями»39‘. Мстиславль многократно выдерживал
длительные осады благодаря тому, что здесь
был колодец, который содержали в хорошем
состоянии*. Въезд в замок осуществлялся с юга
по единственному подъемному мосту, переки
нутому через глубокий ров (где сейчас дамба).

Согласно исследованию А А Метельского,
фортификационные сооружения замка состо-
яли из глиняных валов, деревянной городни,
вероятно» шириной не более 3 саженей (око-

I ло 5,7 м), скорей всего пяти деревянных ба-
шен (веж), одна из которых была въездной.

1 Замковую гору опоясывал ров глубиной до 20 м.
Внутри замка находился Никольский храм, ко-
. торый одновременно выполнял функции на-
блюдательной башни. На юге от замковой горы
 находился окольный город, который в источни-
ках называется либо острогом, либо «парканом»
(«барканом»). Окольный город был, в свою
очередь, опоясан оборонительным валом.
Фортификационные сооружения окольного го-
рода имели несколько деревянных брам (башен)

с въездными воротами. Это были Троицкая,
Афанасьевская, Поповская, Хиславицкая
(Хославская) и Спасская башни. Они находи-
лись на расстоянии 300-350 м друг от друга,
и только Троицкая и Афанасьевская стояли ря-
дом. Через эти брамы можно было попасть на
«шляхи», которые вели к Смоленску, Могилеву,
Дубровне, Орше, Витебску и Кричеву3’2.

Упомянутые внешние укрепления города,
получившие название «паркам»**, или «бар-
кан», окружали посад. Впервые они упомина-
ются в документах в 1633 г. Посад занимал тер-
риторию к югу и юго-западу от Замковой горы.

По данным начала XVII в., в замке было
«10 пушек и 150 единиц ручного огнестрель-
ного оружия. Серпентины стреляли 5-фун-
товыми ядрами и относились к навальной
артиллерии. «Дели великие» стреляли ядрами
и картечными зарядами весом до 36 фунтов.
Позднее здесь была еще одна полуторная пи-
щаль, которая стреляла картечью. Кроме того,
в замке находился большой запас олова, свин-
ца, ядер, серы и пороха»293.

* Мстиславский замок выдержал осады русских
войск в 1501, 1514, 1535» 1563, 1564» 1633 гг.

** Вероятно, от немецкого -parcham» («пархам») —
территория между стенами замка и внешней оборони
тельной стеной.

Анализ источников позволяет сделать
вывод, что войско Трубецкого подошло
к Мстиславлю 8 (18) июля 1654 г. и осадило
город. Один общий приступ был предпринят
на четвертый день осады. Штурмующие ата-
ковали город и замок со всех сторон. В начале
пали городские укрепления, а затем — непо-
средственно замок. 12 (22) июля Мстиславль
был взят штурмом.

По предположению М.А. Ткачева, «острог
недолго смог выдерживать осаду войск и ар
тиллерии...». После падения «паркана» «...со-
бытия сконцентрировались вокруг замка, куда
успела перебраться значительная часть защит-
ников города. По свидетельству очевидцев,
у осажденных было мало боеприпасов. Даже
предпринимая отчаянные вылазки, они лишь
отдаляли неизбежную развязку»294.

Решительный штурм и взятие Мстиславля
12 (22) июля 1654 г. получил в польской исто-
риографии название «резни Трубецкого».
Белорусский историк Л.С. Абецедарский

назвал это событие «легендой» и подроби»
рассмотрел его в своей работе295.

Много лет спустя, в 1663 г., Мстиславская
шляхта заявляла о потере своих имуществен
ных и фамильных документов, сгоревших при
штурме, наместнику города Николаю Козлу
С учетом того, что прошло столько лет, авто-
ры могли неточно описать, а возможно, и до-
мыслить отдельные детали события. Однакг
в любом случае некоторые из этих заявлений
содержат важную информацию о подробно-
стях штурма города. Тем более что эти заявле-
ния — едва ли не единственный информатив
ный источник по взятию Мстиславля. Никаких

отечественных документов о данной военной
операции в РГАДА найти не удалось. Приведем
фрагменты из наиболее содержательных заяв
лений шляхты с деталями приступа.

Так, шляхтич Александр Плескачевский

позднее вспоминал этот штурм

щим образом: «за прыступенем

следую

потужно

го войска
Алексеем

московского з боярином князем

Трубецким, князем

Коракиным

м

Замковая гора в Мстиславле. Фопю автора

князем Долгуруким, князем

Пожарски

и

Измайловым,

гетманами

и

полковниками

которым отпору дат не могли, и до Мстиславля
цалисе облечь в паркане и городе
Мстиславским, дожидаючи отсечи, два штур-
мы потупим великого войска цара Московского
и срокгим фортелем отважнее выпрамели,
также и на розговорах подежчаючи под город,
великие дары и водности обецывали, кото-
рым они суровее отповедаючи за господар-
иво короля пана нашего милостивого и всю
речь посполитую... здоровя своего з жонами
яз детми и зо всеми маетностями кровю гге-
чатоват обецывали, где за третим отважным
штурмом з огнями и иншыми приправами
великим коштом належытыми паркан и город
Мстиславски запаливши, людей так шляхту,
яко мещан и мужиков, нефолкгуючы маленким
детем и белым головам, тыранско выстинали,
в паркане и в городе дворы дощенту выпалили,
а в малой личбе шляхту и мещан для языков
в полон побрали и в нижние далекие города за
Москву заслали...»296.

Шляхтич Якуб Людогоский: «княз
Трубецкий, стоечи под замком Мстиславским,
през колко дней штурмуючи и добынаю-
чи замок Мстиславский, а потом учинив-
•ли штурм вальныи великий, облегши замок
Мстиславский около и през кгвалт и усильство
великое и през штурм гот замок Мстиславский
добыл и вынял, высек и выпалил, а кого уподо-
бали, то живцом в полон побрали...»297.

Шляхтич Мартин Кисель «мца июля осм-
надцатого дня, кгды неприятел вяроломный
Москвитин княз Алексей Микити Трубецкий,
подступивши под замок его королевской мило-
сти Мстиславский з войском великим з вели-
кою потугою и облегши гот замок около, през
колго дней штурмуючы до оного, тогож року,
мца июля дватцаг второго дня през кгвалт
тсилством великим добывшы тот замок, мечем
людей не мало высек, а иных в полон побрал,
азамок и все место огнем выпалил и ныпусто-
шил и внивеч обернул...»298.

Шляхтич Стефан Песляк сказал: «мца
июня семнадцатого дня, когды неприятел вя-
роломный Москвигин княз Алексей Микити
Трубецкий, з войском з великою потугою ар-
чатно подступившы под замок его кор. Млсти
Мстиславский, стоячы под тым замком, об-
легши, около колко дней штурмы чынечы до
оного, а потом гогож року, мца июня двадцат

Мстиславль. Рисунок середины XIX в.

второго дня учинившы штурм вальныи. зов
всых сторон оступившы, през кгвалт усилсгво
первей паркан, а потом тогож часу и замок
Мстиславский добывши и вынявшы мечом так
шляхту обывателей воеводства Мстиславского,
яко мещан волошан и з инших поветов роз-
ных людей прибылых до того замку от тогож
неприятеля москвигина до осады, мечом вы-
сек и малых детей, а иншых в полон побрал,
все место, паркан и замок огнем выпалил
и спуштосыл... »2’9.

Шляхтичи Мишковские рассказыва-
ли: «в том часе неприятел москвитин княз
Трубецкий з потугою немалою под Мстиславль
подступившы, штурмами потужными, кото-
рых трудно было стримать, добывши самый
паркан и замок Мстиславскии, огнем фунди-
тус (до основания. — И.Б.) выпалил, а людей...
там будучих без милосердя Божого мечом по-
выстинал, а иных в полон позаберал...

Вдова пани Овдотья Безводицкая сообща-
ла: «мца июля семнадцатого дня, кгды подсту-
пил вероломный неприятел москвитин княз
Трубецкий под Мстиславль и штурмы потуж-
ные припущаючи днями и ночми, през три
дни и ночы, а четвертого дня штурмом добыл
того ж року, мца июля двадцат второго дня,
паркан и замок Мстиславскии, а немилосер
дне усих людей шляхту и мещан и хтож колвек
был у том городе Мстиславлю, то всих мечом
выстинали и огнем выпалили...»’01.

Шляхтич Ян Котел сказал: «месяца июля
восемнадцатого дня, царь московский Алексеи
Михайлович, наступая на панство его коро-
левской милости, сам под Смоленск двинулся,

Костел Вознесения Девы Марии. Мстиславль. Фото автора

а под Мстислав отправил гетмана своего кня-
зя Алексея Никитича Трубецкого со многими
полковниками, войска до ста двадцати тысяч,
с арматой могучей, с пушками, с фугасны-
ми (burzacemi) гранатами, того же году ме-
сяца и дня вождь названный Трубецкой под
Мстислав подступивши с войском, тяжким об-
ложением вокруг оточивши, через четыре дня
и ночи, как замок, так и паркан штурмовали,
с пушек били, ядра великие, гранаты пускали,
где большую шкоду (урон) в паркане и замке
в людях чинили, приступы огнистые около той
ночи подводили, потом вождь названный, ме-
сяца июля двадцать второго дня, на рассвете
замок и паркан Мстиславский штурмами и ог-
нем добывши, людей всяких шляхту, мещан
и жидов, также поспольство, всех высекли, по-
том вытрубив (сыграв сбор. — И.Б.), из трупов
вытаскивая живых, в полон на Москву заби-
рали, а скарбы всякие забравши, замок и пар-
кан Мстиславский и все место огнем спалили
и фундитус [до основания] опустошили...»302.
76

Аналогичные описания штурма города со-
держатся в заявлениях других представителей
Мстиславской шляхты303.

При анализе всей имеющейся информации
видно, что штурму города предшествовали
переговоры с предложением капитуляции, от
которой отказались защитники. С их стороны
это было весьма самонадеянно, ибо в горо-
де фактически не было военного гарнизона.
На что рассчитывала местная шляхта, бросая
дерзкий вызов мощной армии неприятеля?
Понимала ли последствия жестокого приступа
для жителей города? Объяснение может быть
одно — решившись оборонять город и замок,
мстиславцы могли надеяться только на по-
мощь армии Радзивилла.

Начался сильный обстрел города из артил-
лерии, в результате которого город загорелся.
Затем, по словам шляхтичей, было два штур-
ма, которые они отбили. Третий штурм, нача-
тый со всех сторон, сначала привел к падению
«паркана», а затем — замка, после чего, опять

со слов писавших, были истреблены почти все
защитники города. Шляхтичи путают дату по-
следнего штурма, называя 22 и 24 июля, и даже
22 июня, но все сходятся в одном: Мстиславль
пал после 4 дней осады (18-22 июля по новому
стилю). Из этого следует, что город был осаж
ден Трубецким 8 июля и взят 12 июля по старо-
му стилю. На наш взгляд, маловероятно, чтобы
за такой короткий период осаждающие могли
провести три штурма. Скорее всего, были от-
дельные атаки на укрепления в ходе разведки
боем, а затем город был взят одним общим
штурмом.

Л.С. Абецедарский, изучивший заявления
шляхтичей, обратил внимание на описание
штурма у Раины Курович, которая тоже на-
ходилась в осажденном замке304. Курович ина-
че дает финал обороны замка. По ее словам,
после падения «паркана» укрывшиеся в замке
шляхтичи сдали его Трубецкому: «кгды княз
Трубецкий замок Мстиславский штурмом
добывши, под замок гдрский подступил, где
войска неприятелские великие обачывши, а не
маючи в замку провиянту, пороху до оборо-
ны и людей, ким бы мели вал осадит, поневаж
замок неприятелеви здати мусели (т.е. вынуж-
дены были сдать. — И.Б.), по котором зданю
замку всю маетност рухомую и справы у шлях-
ты неприятел одобравши и нет ведома, где
поддевши, самых на Москву и на заграничные
замки запровадили...»305.

Возражая против версии о полном истреб-
лении защитников города, Л.С. Абецедарский
ссылался на то, что в плен попало «немало лю-
дей», в том числе руководители обороны го-
родничий Ян Станкевич и другие «начальные
люди». Он же привел в пример царскую по-
хвальную грамоту, посланную в мае 1655 г. «во
Мстиславль бурмистру Андрею Чечету и рад-
цам и лавникам и всяким жилецким людям»
с благодарностью за то, что они «добили челом
и учинились под... высокою государевой ру-
кою». За Мстиславлем было сохранено магде-
бургское право. Царь «жаловал» и «похвалил»
юрожан за службу, за то, что они посылали
своих представителей в Кричев, чтобы «кри-
чевцев сговорить» к сдаче города... Полагать,
что Алексей Михайлович шутки ради посылал
грамоты покойникам, нет никаких оснований.
Следовательно, утверждение шляхтичей о том,

что войско Трубецкого уничтожило всех по-
садских людей в Мстиславле, ложны»'06.

Насколько прав Л.С. Абецедарский, су-
дить сложно из-за недостатка соответствую-
щих источников. Достоверно известно, что
часть «начальных людей» гарнизона города
попала в плен*. Согласно данным Разряда,
кн. А.Н. Трубецкой с товарищами «присла-
ли изо Мстиславля с Ыгнатьем Палицыным
в языцех литовских людей, которые взяты
во Мстиславле» к царю под Смоленск. Это
были: городничий Ян Станкевич, судья Ерош
Раевской, стражники Павел Иванов сын
Кирков (Киркор) и Григорей Коштелинской,
ротмистры Пантелей Лонтковской и Василей
Кривоносов (Кривонос)30’. Даже известный ав-
тор дневника литовский шляхтич М. Ворбек-
Леттов не писал о полном и преднамеренном
истреблении жителей: «москва штурмом за-
хватив Мстислав, одних высекла, других до
Москвы отправила»30’. Согласно отписке
кн. Михаила Пронского патриарху Никону,
Трубецкой с товарищами «взяли литовской
город Мстиславль, и многих польских и ли-
товских людей в том городе побили и живых
поймали»30’. Из данных «Крестоприводной
книги шляхты Великого княжества Литовского
1655 г.» видно, что на царской службе в то
время было «Мстиславского повету шляхты»
24 чел.310 Весной 1656 г. воеводе Мстиславля
Григорию Дашкову было поручено собрать
Мстиславских шляхтичей, которым велено
быть «готовым на службу»31’. Если бы вся
шляхта была перебита при штурме, то вряд ли
возможно было ее собирать для военных по-
ходов спустя полтора-два года.

В «Записке о военных действиях», состав-
ленной в конце 1655 г. и сохранившейся в фа-
мильных бумагах князя Федора Волконского
в архиве Соловецкого монастыря, сообщает-
ся, что «государев боярин и воевода Алексей
Никитич Трубецкой с товарыщи город
Мстиславль взял, и высек, и выжег; а побил
в нем больше пяти на десяти (15. — И. Б.) ты-
сяч»312. Если верить этим числам, то получается,

* Мстиславским воеводой был кн. Григорий
Друцкой-Горский, каштеляном Кшиштоф Цехановец-
кий. Они не были в Мстиславле во время осады, сведе-
ния об их гибели или пленении отсутствуют.

Штурм Мстиславля войсками

кн. А.Н. Трубецкого. Фреска XVIII в.

Костел Вознесения Девы Марии. Мстиславль

что при штурме погибло в два раза больше на-
селения, чем было в городе. Даже с учетом сбе-
жавшейся под защиту укреплений окрестной
шляхты это число явно сильно завышено.

В царской грамоте гетману Б. Хмель-
ницкому от 24 июля 1654 г. сказано, что «город
Мстиславль взяли взятьем, а шляхты поляков
и литвы, и иных служилых людей, и ксензов,
и езувитов, и жидов побито болши десяти ты-
сечь человек»313. Насколько можно верить этим
цифрам — вопрос сложный. В любом случае,
по «обычаю войны» той эпохи неприятельский
город, рискнувший оказать сопротивление,
подвергался беспощадному штурму, при этом
участь защитников была незавидной.

Полные данные о потерях русских войск
при штурме города не сохранились, в спи-
сках погибших указаны только дворяне, дети
боярские и казаки. Согласно этим сведениям,
всего было убито 20 человек: дворян и де-
тей боярских ярославских — 4 чел., дворян
78

карачевских — 5 чел., брянских — 2, почеп-
ский — 1, путивльских — 2, рейтар — 1, пу-
тивльских казаков — 3, новокрещенов — 2.
Представителей известных фамилий и «на-
чальных людей» среди них нет314. Понятно,
что основные потери при взятии Мстиславля
понесла пехота — полки солдатского строя
и стрельцы, но сведений о них найти не уда-
лось. Тем не менее если бы этот урон был зна-
чительным, он бы нашел отражение в иных
сохранившихся документах (сведениях о гибе-
ли начальных людей, челобитных участников
штурма и т. и.), однако в Разрядном приказе
ничего этого нет.

Л.С, Абецедарский и П. Кроль считают,
что на помощь Мстиславлю шла часть «по-
ветового ополчения» (посполитого рушения)
во главе с М. Посоховским, которая была
разбита на подступах к городу315. Это следует
из царской грамоты, в которой сказано, что
«князь Алексей Никитич с товарыщи с на-
шими ратными людьми город Мстиславль
взяли и мстиславских сидельцов, и кото-
рые к ним приходили на помочь с Миколаем
Посоховским, польских и литовских людей
побили и начальных людей Мстиславского
державца и городничего пана Яна Станкевича
с товарыщи к нам привезли...»316. Сведения
об этом бое встречаются в записках участни-
ка событий М. Ворбек-Леттова, который от-
метил, что 24 июля (14-го по старому стилю)
«Москва весь повет оршанский, идущий на по-
мощь Мстиславу, снесла, возы и запасы их за-
брала. Которые не рассеялись, тех позабивали,
а иных, связав, до царя своего отправили»317.

В указанное время Януш Радзивилл с не-
сколькими тысячами конницы выступил из
обоза под Оршей, оставив в нем пехоту и дра-
гун под началом генерала Н. Юдицкого318.
Гетман хотел оказать помощь осажденно-
му городу, но не успел сделать этого. В своем
письме к епископу виленскому Ю. Тышкевичу
(29 июля/8 августа) он писал, что спешно вы-
ступил под Мстиславль, но «...непроходимые
переправы, постоянная непогода, вызывали
долгие задержки в пути...». В послании также
сказано, что часть мстиславцев «имитировала
вылазку, чтобы дать возможность пяти хоруг-
вям шляхты, которые оказались под угрозой,
без урона выйти из города». Уже после штурма,

несмотря на численное превосходство против-
ника, Радзивилл «хотел взять реванш и напасть
на неприятеля, решив отомстить за пролитую
кровь братьи своей...». Он пытался обойти
Трубецкого и атаковать, откуда его не ждали,
со Смоленской дороги, однако ему пришлось
отказаться от своих планов. Когда гетман нахо-
дился в Горах (примерно 50 км от Мстиславля),
«пришли вести из Орши, из Смоленска и из
иных мест, что немалый конный отряд мо-
сковский с немалой частью подрагуненной
пехоты, а также с частью артиллерии, от-
правлен из Смоленска на истребление войска
(литовского. — И.Б.)»3'9. Это была армия кн.
Я.К. Черкасского, которая двигалась к Орше,
оставленной без гарнизона. Опасаясь окруже-
ния противником, Радзивилл отступил к Орше.

Пленный литовский жолнер Яков Баракеев,
бывший в войске гетмана, сообщил следующие
подробности действий Радзивилла. По его сло-
вам, гетман пошел «из Орши в поход, хотел ити
во Мстиславль против государевых ратных лю-
дей бояр и воевод. ..ас ним было ратных людей
пять гысеч». Они «не дошли до Мстиславля за
25 верст», когда от русского пленного узнали,
что «Мстиславль государевы люди взяли и вы-
секли и выжгли, и Родивил де с ними назад
воротился в Оршу, и ныне Родивил в Орше»,
а войска с ним «будет з десять тысяч (явно за-
вышенное число. — И.Б.), а болши нет, а пол-
ковых пушек с ним, что он с собою возит, толко
шесть». Яков попал в плен, когда гетман послал
его с конным отрядом «для языков, хотел по-
сле их выступить на поле». Впрочем, по другим
сведениям, Радзивилл «хотел идти под Шклов
город», узнав о том, что «из Мстиславля идут

I государевы ратные люди» к Орше320.

20 июля «под Смоленск на стан на Девичью
гору к государю... пригнали от бояр и во-
евод сеунчики» с вестью о том, что «го-
род Мстиславль приступом взяли и высек-
ли»’21. Трубецкой прислал к царю стольника
П.Т. Измайлова с товарищами322. В ответ царь
послал к воеводам с «милостивым словом»
П.И. Годунова.

Известный московский археолог Л.В. Алек-
сеев, изучавший Замковую гору в Мстиславле,
писал, что город «был взят, разрушен до ос-
нования, а укрепления сравнены с землей...
I При наших раскопках под слоем огородной

Избиение ксендзов. Фреска ХУП1 в.

Костел Вознесения Девы Марии. Мстиславль

земли было обнаружено огромное пожарище,
отражающее гибель города 22 июля 1654 года,
остатки домов с великолепными изразцовыми
печами, осколки массивных чугунных пушеч-
ных ядер, огромные каменные шары, которые
не успели сбросить на голову врагам во время
штурма городских укреплений...»323.

О степени разрушения Мстиславля го-
ворит и тот факт, что русские не стали раз-
мещать в городе гарнизон. Трубецкой решил
оставить своих ратных людей в Тупичевском
Святодуховском монастыре, расположенном на
восточной окраине Мстиславля. Не исключено,
что именно там находилась ставка командую-
щего во время осады города. Согласно «Книге
сеунчей», воеводы «во Мстиславле на поса-
де в Духове монастыре дворян князя Федора
Оболенского да ярославца Федора Малыгина,
а с ним двесте солдат и наряд и пушечных за-
пасов оставили». С целью укрепления обители
Трубецкой велел «острог около монастыря по-
ставить, и около острогу ров выкопать и всякие

крепости солдаты и Мстиславскими уездными
людьми» сделать. В своей грамоте царь Алексей
Михайлович хвалил Трубецкого за эти дей-
ствия, давая указания ему далее идти «под
Могилев и под иные польские и литовские го-
роды»324. Урочище Тупичевщина возвышается
над окрестными землями и отрезано от города
двумя оврагами. В настоящее время от мона-
стыря сохранились лишь фрагменты ограды,
ворот и часовни конца XIX в.

Рядом с Замковой горой расположен костел
Вознесения Девы Марии, более известный как
«костел кармелитов», который является един-
ственным сохранившимся до нашего времени
свидетелем штурма 1654 г., хотя и отстроенным
заново после перенесенных им разрушений*.
Он расположен недалеко от Замковой горы на
территории бывшего посада. Каменное здание
было построено, по разным данным, между
1637 и 1654 гг. На стенах костела сохранились
две батальные картины, созданные, предпо-
ложительно, в конце XVII — середине XVIII в.
и посвященные событиям 1654 г., называе-
мые: «Трубецкая резня» и «Избиение ксенд-
зов». Как писал Л.В. Алексеев, «Трубецкая
резня» изображает момент осады Мстиславля
в 1654 году, причем в правой стороне ввер-
ху видна Замковая гора с деревянной церко-
вью на ней; «Избиение ксендзов» — расправу
Трубецкого с католическим населением го-
рода»325. Отстаивая свой довод о «Трубецкой
резне» как легенде, Л.С. Абецедарский писал:
«свидетельства шляхтичей о ‘трубецкой резне”
католическое духовенство несколько десятиле-
тий после войны подкрепило наглядно — ро-
списью стен костела в Мстиславле»326.

Автор работы о фресках Мстиславского ко-
стела польский исследователь Ян Обет писал,
что «население этого города в то время было
высечено почти под корень, до такой степе-
ни, что немногих уцелевших жителей и их

потомство стали называть «недосеками»327.
После разрушений в городе 1654 года жизнь
здесь надолго замерла, и, по словам его историка
В.Г. Краснянского, Мстиславль постепенно пре-
вратился в «захолустный городок Могилевской
губернии, отрезанный плохими грунтовыми до-
рогами от всех культурных центров»32’.

Как было отмечено выше, никаких инфор-
мативных отечественных источников о штур-
ме Мстиславля найти не удалось. В документах
Разрядного приказа нет ни подробных отписок
воевод, ни челобитных раненых, сообщающих
детали боя. Вопрос о числе погибших в ходе
приступа остается открытым и вряд ли ког-
да-нибудь будет разрешен.

На наш взгляд, сообщения шляхтичей
можно считать доказательством гибели значи-
тельной части гражданского населения в ходе
штурма города. В то же время надо различать
два понятия: неизбежные жертвы во время
жестокого приступа и собственно «резню»
мирных жителей после него. Нет никаких до-
стоверных данных о том, что после взятия
города русскими было организовано предна-
меренное убийство попавших в плен, т. е. лиц,
не оказывающих сопротивления, что подразу-
мевает суть термина «резня» — убийство без-
защитных. К таковым можно отнести разве что
ксендзов, с которыми в то время не церемони-
лись. Что касается городских жителей, которые
приняли участие в обороне города, т. е. оказали
сопротивление с оружием в руках, то они пре-
красно понимали последствия своих действий.
Часть выживших при штурме была выслана
в Москву и другие города в качестве военно-
пленных, что подтверждается документами.

Мстиславль был взят Трубецким без боль-
ших потерь. Деревянная крепость во время
штурма была зажжена, посад выгорел. При
таких обстоятельствах большие жертвы среди
мирного населения были неизбежны.

* Второй католический храм города — костел
Иезуитов — в те времена был еще деревянным, строи
тельство каменного здания началось лишь в 30-е годы
XVIII в.

ОСАДА СМОЛЕНСКА И ПОХОД
КНЯЗЯ Я.К. ЧЕРКАССКОГО
ПРОТИВ ГЕТМАНА
Я. РАДЗИВИЛЛА

Для изучения действий русской армии
под Смоленском в настоящем исследова-
нии привлечены столбцы Московского,
Белгородского, Севского и Денежного столов
Разрядного приказа, а также опубликованные
«Дворцовые разряды». Кроме того, нельзя
обойти документы, напечатанные в 14-м томе
Археографического сборника документов, от-
носящихся к истории Северо-Западной Руси32’,
использованные 11.И. Орловским в его иссле-
довании Смоленского похода царя Алексея
Михаиловича.

Осада Смоленска очень подробно описана
в статье И.И. Орловского, поэтому в нашей
работе ограничимся привлечением новых ис-
точников, уточнением и конкретизацией от-
дельных фактов, имеющих отношение к штур-
му города.

Смоленская твердыня была построена
н 1587-1602 гг. стараниями сначала фактиче-
ского правителя России, а затем царя Бориса
Годунова. Крепость находилась на левом, юж-
ном берегу Днепра. Главным въездом в го-
род были Днепровские (Королевские) во-
рота, к которым вел мост через реку. Стена
вокруг города имела длину 6,5 км. Ко време-
ни окончания строительства она насчитыва-
ла 38 круглых и четырехугольных башен. Из
указанного числа к началу войны в 1654 г. со-
хранилось 34 башни, поскольку 3 башни за-
падного участка стены были разрушены поль-
скими войсками во время осады 1609-1611 г.,
а еще одна башня (Грановитая) была взорвана
войсками воеводы М.Б. Шеина в ходе осады

1632-1633 гт. На месте трех утраченных башен
в 1626-1632 гт. поляки соорудили земляную
крепость — «Королевский вал» («Королевский
бастион», или «Сигизмундов вал») с 5 бастио-
нами. Высота вала достигала 11 м. На месте
взорванной Грановитой башни в конце 30-х гг.
XVII в. был построен земляной 'Малый вал»
(«Шейнов», или «Владиславов вал»). Оба вала
также иногда именовали «проломами» в зна-
чении указания разрушенных участков стены.
Сильно разрушенный в ходе осады 1654 г. уча-
сток стены у Шеинова бастиона русские назва-
ли «Государев пролом».

В 1654 г. стены и башни нуждались в ре-
монте, исправными были только 10 башен.
По свидетельству очевидца, «эта пограничная

Смоленск. Гравюра первой половины XVII в.

крепость почти в течение двадцати лет оста-
валась без всякого досмотра; оба вала или
иначе “проломы” были совершенно срыты;
крепостная стена во многих местах до земли
была в трещинах столь великих, что чрез не-
которые трещины хлоп мог свободно пролезть.
Два же участка стены были забиты глиной, за-
леплены грязью и сверху выбелены... замок,
словом, был настолько забыт и запущен, как
будто бы, навеки вечные, не имел подвергнуть-
ся штурму»350.

Вина за такое состояние крепости лежала
на смоленских воеводах Кшиштофе 1онсевском
(1639-1643) и Юрии Кароле Глебовиче (1643-
1653). Власти Речи Посполитой не сделали ни
чего для ремонта и восстановления стен и ба-
шен до самого начала 1654 г.

Новый смоленский воевода, писарь
Великого княжества Литовского Филипп
Казимир Обухович был назначен на свой пост
в сентябре 1653 г., а прибыл в город лишь в де-
кабре 1653 г. Располагая достоверными све-
дениями о скором начале войны, Обухович
предпринял .энергичные усилия по исправ-
лению крепостных укреплений. Уже в янва-
ре 1654 г. он писал к гетману о разрушениях
в валах и стене, недостатке пороха и фитиля,
отсутствии продовольствия и невыплаченном
жаловании гарнизону351.

На башнях и валах города находилось
41 орудие, в цейхгаузе — еще 14 пушек552.
Калибр этих орудий, польского и московско-
го производства, был самый разнообразный
(Таблица 7). Запасов пороха, серы, селитры,
олова, ядер и пуль был явно недостаточно для
длительной обороны города.

Ситуация осложнялась конфликтом,
который возник у Обуховича с подвоево-
дой Смоленским Петром Вяжевичем (под-
коморием Мстиславским) и полковником
Вильгельмом Корфом. Для наведения порядка
в городе потребовался универсал короля от
8 апреля 1654 г. с требованием к гголковникам
Вильгельму Корфу и Николаю Тизенгаузену
повиноваться новому смоленскому воеводе.

Лишь в начале мая 1654 г. для исправления
крепостных укреплений в город от короля
прибыл инженер Яков Боноллиг (Bonolligj
В Смоленске высоко оценили его деятельность:
«его, точно ангела послал Бог нам в ту пору»' 4
Вероятно, Боноллиг успел сделать многое и по
возможности максимально подготовить кре
пость к осаде. Под его руководством был вос-
становлен разрушенный участок стеньг, ис-
правлены бастионы, укреплены двое главных
ворот (Королевские и Молоховские), оставлен
ные для вылазок. Перед Королевскими ворота-
ми поставлен большой сруб, набитый камнями

Смоленская крепость в начале XVII в. Макет. Смоленский исторический музей

и землей и окруженный палисадом, чтобы за-
щитить ворота от действий пушек неприятеля.
Перед Молоховскими воротами был насыпан
бруствер, остальные ворота были огорожены
палисадом, чтобы атакующие не могли по-
дойти к ним с петардами. По плану инженера
все защитники города были распределены по
стенам, башням и валам. Все население города
занималось исправлением укреплений днем
и ночью3*5.

23 июня царь со своего стана («Ундова
двора») послал вперед воеводу Б.М. Хитрово
с указанием идти под Смоленск с намерением
осмотреть «где государеву стану быть при-
гоже»336. С Хитрово были посланы 5 сотен
городовых дворян из Государева полка, полк
солдатского строя А. Лесли и 3 московских
стрелецких приказа: Ивана Баскакова, Василия
Философова и Матвея Спиридонова337.

26 июня Передовой полк под командова-
нием кн. Н.И. Одоевского подошел к городу.
Как писал царю воевода, он встал «на реке
Днепре, укрепясь обозом», сделав «для поспе-
шенья мост обычной из хоромного лесу». В тот
же день «прибежал х тому мосту из города из
Смоленска немчин», вышедший «на государево
имя». В распросе перебежчик сказал, что зо-
вут его Солокан Родин, «датцкие земли нем-
чик, служил в Смоленску у немецково у пол-
ковника у Индрика Николаюса Тисанагисона
(Тизенгаузена. — И.Б.) в секретарях». Согласно
показаниям Родина, «в Смоленску де ныне во-
евода Обухович, а ратных людей 3 роты гай-
дуков, а в роте по 35 и по 40 человек, да у пол-
ковника у Корфа 6 рот, а в роте по 90 человек
и по 100 чел., да у подполковника у Индрика
Тисонагусона 5 рот пехоты, а в роте по 90 и по
100 человек. Да в городе ж беларусцы и мещаня,
асколко их порознь того не ведает, потому что
при нем пописи людям в городе не было, а ска-
зывают в Смоленску всяких людей гайдуков
и немецкой пехоты и белорусцов и мещан 6 ты-
сяч человек»338. Перебежчик также сообщил,
что «хлебных де запасов в городе Смоленску
много, а соли мало, покупают кварту в десять
денег. Дожидают де в город Смоленеск торго-
вых людей из Риги с солью и с иными товары
вскоре, а итить им сухим и водяным путем».
Сколько в городе пушек, «он того не ведает,
а зелья в городе двесте бочек». Орудия стоят

«по воротам и по круглым башням», а на мел-
ких башнях (четырехугольных) пушек нет.
Гайдуки и немецкая пехота «стоят по воро-
там», а «белорусцы де и мещане стоят по юро-
ду». Со слов Родина, «у воеводы де Обуховича
с полковником Корфом вражда, потому что
Обухович хотел всеми смоленскими людми
владеть один* и «ныне де у них совсем худо».
Пороховая казна «поставлена в городе против
Королевского валу в земляном погребе»339.

На вопрос воевод: почему по прибытии
русских полков к юроду со стороны защит-
ников города «пушечной стрелбы не было»,
Родин ответил, «потому, что до полков старой
смоленской наряд не доходит. А есть де в го-
роде смоленские две пушки болшие, что взяты
у боярина у Михаила Борисовича Шеина и те
де лежат против пролому боярина Михаила
Борисовича Шеина, одна стоит на колесах,
а другая на земли, а на валу им стоять или на
которой башне поставят того он не слыхал».
О решимости гарнизона перебежчик сказал,
что «они сидеть хотят до тех мест, пока места
их мочь будет». По его словам, «живности де
в городе в Смоленску много, а лошади и соба-
ки из города выгнали вон»”0.

Таким образом, согласно показаниям
Родина, к указанному времени в Смоленске
находилось 3 роты польской пехоты (не более
120 чел.) и 2 полка немецкой пехоты Корфа
и Гизенгаузена (не более 1100 чел.). Итого при-
мерно 1200 воинских людей, не считая воору-
женной шляхты и мещан.

Стоит также отметить одну интересную
деталь в показаниях Родина. Датчанин оши-
бочно приписал «две пушки большие», лежа-
щие у пролома, армии Шеина. Согласно опи-
си артиллерии Смоленска 1654 г., оба орудия
были польскими41. Одно из них — 55 фун-
товый «Василиск» (Bazyliszek.), известный по
описи 1670 года: «Пищаль медная, прозвание
ей "Базл” в станку на колесах, ядром пуд де-
сять гривенок, длина 5 аршин без полутретья
вершка, старого смоленского наряду. На ней
герб с коруною, подписан кругом полатине:
“Стефан король Польский и великий князь
Литовский”... от ушей к дулу вылит змей с кри-
лами, подписан по латине: “Василиск. Тысяча
пятьсот восемьдесят первого’ ». В настоя-
щее время данный военный трофей, взятый

русскими в Смоленске после падения города,
стоит у здания Арсенала в Московском Кремле
среди других наиболее крупных и красивых
орудий на декоративном лафете.

Согласно показаниям плененного наем-
ника — шведа Аброса Ерика, в Смоленске
у Обуховича и полковника Корфа «людей кон-
ных четыреста человек да пеших четыреста че-
ловек да белорусцов с 1000 человек», а хлеб в го-
роде стоит дорого, а сколько «хлебных запасов,
того он не ведает». Ерик дал важные сведения
о расположении орудий в Смоленской крепости:
«наряду де в городе в больших воротах 3 пушки,
да в водяных воротах 1 пушка, да по городовой
стене положены с московской стороны с прихо-
ду 2 пушки, да 2 пушки поставлены по стенам
в розных местах, а иной де наряд лежит на земле,
а сколько того наряду и сколко пушечного зе-
лья и свинцу, того он не ведает, потому что в те
места, где лежит наряд и запасы его не пустили,
а ворота городовые все засыпаны хрящем (кам-
нями. — И.Б.), а оставлены проезжими одни во-
рота к реке Днепру»142.

Из допроса схваченного на оршанской доро-
ге 30 июня смолянина Яна Дронина следовало,
что в составе гарнизона города «конных людей
нет, только есть лошади у однех у старшин (офи-
церов. — И.Б.) и тех де будет человек с пятдесят,
а то все пешие. А пехоты де у полковника Корха
збруйной тысеча двесте человек», кроме того
(у Медирлянского?) «замковой пехоты шесть сот
человек, да у ротмистра Убориша сто человек,
да у Перехреста* сто человек, а иные де служат
воеводе человек з двесте. Да жилецких людей на
посаде тысеча пятьсот человек, да шляхецских
людей, которые оставлены в шляхецких домех
тысячи с четыре; окромя того никаких людей
нет, и про то он ведает подлинно потому, что
видел перепись»141.

Согласно отписке кн. Я.К. Черкасского
от 26 июня, Большому полку велено «ити под
Смоленеск и стать на Есеновой укрепясь обо-
зом и рвом». Таким образом, ему приказано
было устроить табор на Ясенной горе, к югу
от Смоленска, на речке Ясенной. Князь сооб-
щал, что он с ратными людьми «пришли к реке
Днепру и мост на реке Днепре делать начали под

Богдановою околицей, и как Днепр реку пере-
йдем, на Есеново укрепясь обозом станем, и ров
копать учнем, и о том к тебе государю отпишем».
В то же время воевода жаловался на нехватку
шанцевого инструмента. По его словам, кир-
ки и заступы были только у даточных людей,
а у «салдат и стрельцов кирок и заступов нет»144.

В «Дворцовых разрядах» записано, что
«того ж месяца июня в 28 день пришел
Государь под Смоленеск на стан на Богданову
околицу»’45. 30 июня царь приказал встать
на Покровской горе князю Ивану Дашкову
со стрелецкими приказами Дмитрия Зубова
и Осипа Костяева146. С Дашковым также были
головы с 4 сотнями городовых дворян и татар
из Государева полка, полк солдат и 2 приказа
московских стрельцов147. Князю было велено
«зделать земляной город, где преж сего бывали
земляные крепости, где стоял полковник Юрае
Матусов**...»’4”. Кроме того, приказано «изго-
товить место», где поставить «государев наряд
июля к осьмому числу и первому часу дни»14’.

30 июня на оршанской дороге был схвачен
литвин Мартын (сказал, что был в Смоленске
«ротмистром у пехоты») с тайным письмом
от гетмана Радзивилла смоленскому воеводе
Обуховичу. Его задачей было «проведать под-
линно многая рать государева под Смоленеск
пришла и не в круг ли Смоленеск осажен? А то
де гетману Радивилу ведомо, что на Михайлове
таборе Борисовича Шеина стоят государевы
люди...». В пути Мартын узнал, что «пришли
государевы большие люди» и Смоленск «об-
легли в круг». По словам пойманного гонца,
гетман хочет послать «посылку» (отряд) «ты-
сячи три», чтобы сделать шанцы «против го-
рода и королевской башни, чтоб на Днепре под
городом государевы люди мосту не отняли»150.

5 июля царь переместил свой стан
с Богдановой околицы на Девичью гору, «не
доходя Смоленска за 2 версты... в шатрах»151.
Девичья гора позднее получила название
Таборной. Расположена она на правом берегу
Днепра.

В письме полковника Корфа из Смоленска
к гетману Радзивиллу от 8 июля, которое было
перехваченно русскими, сообщалось: «Москва

* Вероятно, речь идет о Дзятковском и Мадакасском.

** Полковник солдатского строя Юрий Матиссон
в период осады Смоленска в войну 1632-1634 гт.

Восточная стена смоленской крепости. Фото автора

I стала на Шеинове окопе, на Покровской горе
I и на Осенной (Ясенной. — И.Б.) горе, особно
I пехоты збруйной зело много и с пики поста-
I вили от туду, явно что на войско гораздо наде-
ятся и от того места заседают чтоб им помощи
। давать городу неудобно было, на то(й) Сенной
король Владислав первый под войском непри-
ятелским имел обоз и сшедшися с преж быв-

I шим с князем паном гетманом...»352.

«Шейнов окоп» — место лагеря воеводы
I М.Б. Шеина в Смоленскую войну 1632-1634 гг.,
I располагалось с восточной части города.
I Покровская гора — на правом берегу Днепра
I к северу от Смоленска. Что касается Ясенной
I горы, то «обоз» Владислава в 1633 г. мог на-
I ходиться на ней лишь в период осады табора
I Шеина на заключительной стадии военных
I действий.

Согласно приведенным польским истори-
ком К. Бобятыньским документам, артилле-
рийские батареи русских были поставлены на
! Покровской горе (к северу от города), в окрест-
ностях церкви Архангела Михаила (к запа-
ду от города) и с южной стороны, откуда вел
I земляные работы шотландский генерал Аврам

(Александр) Лесли. Интенсивный огонь, в том
числе 19 пушек, специально предназначенных
для осады, вызвал большие разрушения. «Из
мощных картаун били без остановки, — со-
общал один из тех, кто был в осаде, — отчего
стены, хоть и новые, но весьма слабые, рас-
сыпались как глина»35'. О плохо проведенном
ремонте позднее рассказал один из строите-
лей Якоб Вонлар: «Некоторые стены и башни
фортеции, на гибель этого города, разбитые
Шеиным, были наспех починены обломка-
ми кирпича и кусками известняка, что стало
важной причиной того, что слишком быстро
разбили две стены и одну башню до земли,
а другая развалилась на части только от одного
звука стенобитных орудий»354.

По данным В. Коховского, из Смоленска
в стан противника бежал один из пушкарей,
который сообщил русским о слабом участке
стены у Малаховских ворот'55. Неудивительно,
что батарея Лесли сосредоточила на нем огонь
с целью пробить пролом.

Отечественных источников о ведении мин-
ной войны осаждающими, скорее всего, не со-
хранилось. В документах Разрядного приказа

обнаружены лишь данные о наличии в дра-
гунском полку Грановского «вымышленников
и подкопных мастеров», а также необходимых
инструментов — «подкопных снастей»: топо-
ров, ломов, кирок и заступов356. Польские ис-
точники сообщают о подкапывании русских
под стены. Защитники города приняли соот-
ветствующие меры, выкопав ров вдоль стены
и возведя земляные укрепления второй линии
обороны на случай подрыва стены.

Вылазки осажденных из крепости не при-
несли успеха. Во время одной из них обороняю-
щиеся потеряли 70 чел., во время второй — 36357.
Видимо, одна из этих вылазок отражена в сле-
дующем документе: солдат полка А. Лесли сооб-
щил, что 7 июля «в ночи, немного меньше полу-
ночи, выходили на Аврамов полк ис Смоленска
литовские люди конные и пешие». Они «наши-
блись» на стоявших в карауле две роты рейтар,
которые отошли к полку Лесли, и «была де меж
ними с обе стороны стрельба». В результате
у русских было ранено лишь двое солдат, стояв-
ших на валу. По словам рейтар, «выходило лит-
вы конных человек с пятьсот», а сколько пеших,
того они не знают. После возникшей перестрел-
ки «литовские люди тотчас в город пошли»55*.

Аврам (Александр) Лесли, осаждавший
Смоленск в войну 1632-1634 гг., расположился
в поле, на своих прежних позициях. Его солда-
ты стали рыть шанцы перед разбитыми квате-
рами (стенами) между Шеиновым бастионом
и Антипинской башней.

8	июля пойманный служилыми татарами
«смоленской сиделец» рассказал, что осажден-
ные опасаются «приступу против малого про-
лому, а поставлены де желдаки на большом
проломе шесть хорогв червовых да три хорог-
ви синих, а на малом проломе поставлены две
хорогви синих... да две хорогви белых, а на
большом проломе пушек з десять...»359.

9	июля по указу царя митрополит
Казанский и Свияжский Корнилий «со всем
священным собором, со кресты и с икона-
ми ходили около Смоленска около всего го-
рода»360, однако демонстрация православных
святынь не смогла повлиять на решимость
гарнизона защищать крепость.

Согласно данным К. Бобятыньского,
«успехом закончилась вылазка, предпринятая
в ночь с 27 на 28 июля (17-18 июля) на шанцы
86

Лесли. Правда, захваченный врасплох против-
ник быстро собрался и отбросил литвинов под
стены крепости, но в ходе преследования по-
пал под огонь литовской артиллерии и понес
чувствительные потери»361. Об этой вылазке
в «Хронографе», изданном А.Н. Поповым, со-
общается следующее: «Июля в 17 день была из
города из Смоленска высылка на Олександров
полк Лестева (?) и был с солдаты бой и в те
поры побито солдатов и поймано и переранено
50 человек. Того же дни из Непровских ворот
литовские люди похватали боярских людей че-
ловек 10 в город Смоленск»362.

Кроме того, «Хронограф» сообщает
о встречном бое под стенами города. 25 июля
«из Лестева полку ходили воинские люди под
город и встретили литовских людей, побили
человек с 40»363.

29 июля гусары полковника Рыльского
поймали у себя в «таборах» литовского лазут-
чика, торговавшего «всяким харчом», который
оказался крестьянином смоленского воеводы
Обуховича364. Несколько русских пленных
были взяты на вылазке 6 августа365.

Обухович энергично готовился к отра-
жению штурма. Незадолго до осады вся кре-
постная стена была разделена на 18 участков
обороны, каждый из которых состоял из одной-
двух «кватер» (участков стены). Каждую «квате-
ру» защищал свой отряд с командиром. Список
этих отрядов сохранился и опубликован366. В го-
роде находились три хоругви грунтовых казаков

Польское 55-фунтовое орудие «Василиск»
1581 г., взятое русскими войсками
в Смоленске как трофей в 1654 г.

Московский Кремль

(по 100 чел., итого 300 чел.), хоругвь грунтовых
бояр (НО чел.), 71 пушкарь; земское ополчение
смоленской, витебской и могилевской шляхты
(978 чел.) а также мещане367. Последних было
около 300 чел., и обороняли они три участка
стены. Итого примерно 1759 чел.

Кроме этого, как отмечено выше, в городе
были два полка немецкой пехоты Вильгельма
Корфа и Николая Тизенгаузена (около
1200 чел.), две (или три) хоругви польской пе-
хоты («гайдуков») Мадакаского (Madakaski)
и Дзятковского (Dziatkowski)368, около
120 чел. Всего примерно 3079 чел. Историк
И.И. Орловский писал, что, по официальным
сведениям, город защищало 3500 чел.36’ Для
обороны всей стены вокруг города этого чис-
ла бойцов было явно недостаточно. Многие
шляхтичи и мещане бежали из Смоленска, не
желая подвергать себя опасности и участво-
вать в обороне города.

Полк Корфа занял оборону на Королевском
валу, полк Тизенгаузена — на Малом (Шеино-
вом) валу. По приказу Обуховича городские
посады вне крепостных стен были сожжены.

Войска царя начали подготовку к приступу.
Однако проводить штурм, пока существовала
угроза атаки со стороны полевой гетманской
армии, было нецелесообразно. Первые шесть
недель осады крепость подвергалась лишь ар-
тиллерийскому обстрелу.

Как верно отметил польский историк
К. Бобятыньский, Алексей Михайлович «чет-
ко отдавал себе отчет, что выпады Радзивилла
могли дезорганизовать тылы войск, осаждаю-
щих Смоленск. Он также опасался, что литов-
ские отряды будут пытаться повторить маневр
Кшиштофа Радзивилла в 1632-1633 гг. по при-
сылке подкреплений Смоленску. Для этого он
решил ликвидировать или заставить отсту-
пить литовские войска, сосредоточенные под
Оршей»370.

Против гетмана Радзивилла был направлен
воевода Большого полка кн. Я.К. Черкасский,
который сошелся с литовским войском в битве
под Шкловом 2 (12) августа 1654 г. Однако пре-
жде чем перейти к изложению хода сражения,
необходимо реконструировать предшествую-
щие ему события.

Накануне выступления в поход к Орше
Черкасский провел смотр своей армии под

Смоленском: «государевых ратных всяких чи-
нов людей... стольников и стряпчих, и дворян
московских, и жильцов, и дворян и детей бо-
ярских городовых, и новокрещенов, и мурз,
и татар по списком смотрели под Смоленском
июля в 1 день...»371. Данные этого смотра не
сохранились, поэтому точной численности его
армии мы назвать не можем.

9 июля 1654 г. «послал государь под Оршу,
на гетмана Радивила и на полских и литов-
ских людей, бояр своих и воевод: князь Якова
Куденетовича Черкаского с товарищи, да князь
Никиту Ивановича Одоевского с товарищи,
да князь Михайла Михайловича Темкина
Ростовского с товарищи. Да на Радивила ж по-
слал государь в прибылом полку столника и во-
евод: князь Петра Елмурзина сына Черкаского
да Ивана Васильева сына Бутурлина»372.

Особый интерес вызывает воеводский полк
князя Петра Елмурзина сына Черкасского, по-
скольку о нем сказано, что он «Государева ер-
таулу прибылой полк»373, т. е. данная воинская
часть была выделена из состава Государева пол-
ка. Следует отметить, что И.В. Бутурлин до это-
го был головой жилецкой сотни, однако сотня
Государева полка не пошла в поход, посколь-
ку вместо Бутурлина ее возглавил Никифор
Воейков374. В делах Тайного приказа имеется
запись о том, что с кн. Петром Черкасским царь
отправил «дворян да детей боярских городов
своего государева полку»375. Тем не менее нет
ни одного свидетельства посылки в данный
поход сотен московских дворян и жильцов
Государева полка. Судя по «Дворцовым раз-
рядам», сотни московских дворян неотлучно
охраняли особу царя. Что касается сотен жиль-
цов, то 9 из них в указанное время находились
в рейдах под Кричев и Дубровну, а остальные
оставались под Смоленском. Скорее всего,
с Петром Черкасским отправились сотни го-
родовых дворян из числа 20 сотен, числящихся
в Государевом полку (большая часть из них на-
ходилась в различных рейдах). В пользу данно-
го утверждения свидетельствует тот факт, что
среди отличившихся в битве под Шкловом из
полка князя Петра названы городовые дво-
ряне — каширянин, белянин и смолянин376.
Учитывая, что согласно «Дворцовым разря-
дам» в Государевом полку значится 2 сотни
каширян, 4 сотни смолян и 2 сотни белян3",

Земляной вал на участке пролома М.Б. Шеина в 1633 г. Рисунок XVII в.

общее число указанных сотен, при условии
направления их в поход в полном составе,
равняется 8. Об отсутствии сотен московских
дворян и жильцов в полку Петра Черкасского
также свидетельствуют данные о составе его
соединения в июне 1655 г. Полк тогда также на-
считывал 8 сотен городовых дворян’78. По не-
которым данным, в полк кн. Петра Черкасского
также входил московский стрелецкий приказ
Ивана Ендогурова, учитывая, что позднее он
был с князем под Дубровно* **.

Таким образом, против литовского вой-
ска были двинута не «отборная конница»
(przebranego kommunika па wyb6r)179, как позд-
нее писал неизвестный литовский автор из
Вильно, а обычные поместные сотни провинци-
альных дворян и детей боярских при поддержке
стрельцов, трех рейтарских полков, одного дра-
гунского, о которых мы расскажем ниже.

О походном порядке русской армии, вы-
ступившей из царского лагеря под Смоленском
в направлении Орши, свидетельствуют до-
просы трех фуражиров, плененных литви-
нами. В письме, отправленном комендан-
том Дубровно Александром Езофовичем
(Юзефовичем-Глебицким. — И.Б.) гетману
Янушу Радзивиллу (от 17 июля 1654 г.), в пере-
воде на русский сообщается следующее:

«Вести сказывал Алексей Трофимов пол-
ку князя Петра Эльмурзина племянника

Яковлева, которой с четвертым (ошибка пере-
вода, правильно: с четырьмя) полками идет.
Взят он в деревне, искал хлеба. Про войско
сказывал, что ево 100 тысяч, толко нужны,
а особно лошеди велми худы.

С первым полком идет князь Одоевской,
а сколко в том полку того не ведает, з другим пол-
ком князь Яков Черкаской и в том числе не веда-
ет, а с третьим полковник его, и в том сказывает
ровно 5 тысяч конных и пехоты, да три пушки,
полк их еще и(з) лесу не вышел». Все полки долж-
ны вскоре «случитца», т. е. соединиться. Войско
движется с осторожностью, «возами всегда на
ночь останавливаютца, в день по две, а временем
и по одной версте»* проходят. Согласно словам
пленника, «царское повеление им, чтоб избив
войско в Орше назад под Смоленск возвратили-
ся». Воеводы «языка нашего не имеют, и нихто не
передался». О дистанции между соединениями
Трофимов сказал следующее: его полк «близко
Яковлева полку, но тот Яков невдалеке сколь да-
леко от Одоевского», а еще «у них так сказывают,
что войско наше (литовское. — И.Б.) из Орши
в Литву убежало, и те ведомости (они) имели от
мужиков наших». Таким образом, Трофимов от-
метил плохой конский состав и ограниченность
в запасах, что являлось обычным для провинци-
альной поместной конницы.

Другой пленный, Иван Алексеев, сказал,
что «в полку их тринатцать тысяч, окромя того

* В Москве приказа И. Ендогурова не было с апреля
1654 г., возможно, к началу похода он находился
в Можайске или в Вязьме, где сменил приказ П. Образцова.

** Возможно, неточный перевод и имеется в виду
одна миля.

вовсе с первым нарознился». Третий, 1имошка
Лукьянов, «также во всем нарознился, а что
пяти тысячах и того половину сказывает»380.

Наиболее важное сообщение Трофимова
позволяет нам сделать вывод о том, что в по-
ход последовательно выступило четыре полка
(что подтверждается «Дворцовыми разряда-
ми») под общим командованием кн. Якова
Черкасского. Впереди, как и положено, шел
Передовой полк кн. Никиты Одоевского, за
ним — Большой полк кн. Якова Черкасского,
далее — Прибылой полк кн. Петра Черкасского
и последним — Сторожевой полк кн. Михаила
Темкина-Ростовского Что касается числен-
ности полков, то число в «тринадцать тысяч»
(со слов Алексеева) больше подходит для
указания численности всей армии кн. Якова
Черкасского. Относительно полка кн. Петра
Черкасского точных данных нет, но, как мож-
но судить из документов о дальнейших бое-
вых действиях, он вряд ли превышал 3300 чел.
1рофимов также прямо сообщает о цели по-
хода — «избить* войско Радзивилла и возвра-
пггься к Смоленску.

21 июля кн. Яков Черкасский получил го-
судареву грамоту об ускорении движения
к Орше, после чего написал кн. Михайлу
Темкину-Ростовскому и его товарищу, что они
«для подлинного ведома послали к вам, а дого-
ворились с бояры передового полку, чтоб нам
идти под Оршу без кошей лехким делом, а у ко-
шен оставить дворян для обереженья, кого
пригоже и вам бы... господам своих полков
с ратными людми быть на сход июля в 26 день,
разобрався без кошей, чтоб нам всеми полками
итить ис стану своего под Оршу июля в 27 день
с утра рано, да без кошей, господа, вам велети
лти не мешкая...»381. Таким образом, «коши»,
т. е. обоз, был оставлен под охраной части
войск, а остальные полки спешно двинулись
к Орше. Вероятнее всего, обоз караулил полк
кн. Петра Черкасскою, поскольку после взя-
1ия Орши от него не было послано сеунщиков
к царю. Большой обоз лишал армию подвиж-
ности, но без запасов она не могла далеко уйти
от своих крепостей. Это не значит, что обоз
надолго был оставлен в глубоком тылу» а ар-
мия далее шла без него. Скорее всего, воеводы
стремились как можно быстрее взять Оршу,
азатем подтянуть обоз к главным силам.

Кн, Я.К. Черкасский,
первый воевода Большого полка в 1654 г.
Рисунок XIX в. из «Собрания портретов
россиян» П. Бекетова (1821 г.)

Насколько ускорилось движение всей
армии, сказать трудно. Известно сообще-
ние Темкина-Ростовского Якову Черкасскому
и другим воеводам с жалобой о том, что
племянник Якова Петр сам не идет и кн.
Михайле пройти не дает. 22 июля Темкин-
Ростовский пришел на стан в деревню Зорино
(в Руднянском районе Смоленской области).
По словам воеводы: «стоим мы в деревне
третей день, и ко князю Петру Елмурзичу
Черкаскому посылали безпрестанно... чтоб он
шел не мешкая или нас пропустил вперед себя
и он, господа, сам не идет и нас (не пропуска-
ет. — И.Б.)». Темкин-Ростовский писал, что от
этого может «учинитца мотчанье великое»
т. е. беспорядок, из-за которого, в случае не-
ожиданного нападения противника, можно по-
пасть в царскую опалу.

29 июля стоявший в таборе под Гомелем
Иван Золотаренко получил царский указ
«итти в Оршу на литовского гетмана Януша
Родивила» и действовать вместе с армией кн.

Я.К. Черкасского’”. Золотаренко снова про-
игнорировал приказ, хотя написал царю, что
немедленно выступает к Орше.

Гетман Радзивилл отправил обоз под
Копысь, а сам вышел в поле под Оршей. Там он
стоял четверо суток, постоянно посылая кон-
ные разъезды для получения точных сведений
о неприятеле. Однако после того как у Орши

Кн. Я.К. Черкасский.

Художник П. Пономаренко

появились передовые части русских, которые
зажгли город, командующий литовской арми-
ей, оценивая свои силы и возможности, при-
нял единственно верное решение — отходить
к Шилову, рассчитывая разбить армии против-
ника по частям. Пленные оценивали москов-
ское войско в 40 тыс. чел.

Черкасский подошел к Орше, в это время от
обоза Радзивилла его отделяло 6 миль. Гетман
через Барань отступил на Копысь. В Копыси он
планировал задержать врага, используя укре-
пления города и одновременно контролируя
дорогу на Могилев. Черкасский отправил разъ-
езды во все стороны, опустошая окрестности.
В это же время к Копыси приблизилась армия
Трубецкого.

Орша не оказала сопротивления царскому
войску, артиллерия в крепости была очень сла-
бой, гарнизона не было. Согласно показаниям
пленного литовского жолнера Якова Баракеева,
в городе «по башням поставлено восмь пушек
неболших, же к стрелбе все те изготовлены, да
в Орше болших пять пушек по полторы саже-
ни и те пушки лежат в просте, к стрельбе ни-
чем не изготовлены»3”.

2 августа под Смоленск в стан царя на
Девичьей горе приехали сеунщики от кн.
Я.К. Черкасского и его товарищей с вестью
о том, что они «город Оршу взяли, а гетман
Радивил из Орши побежал; а бояре и во-
еводы, отпустя сеунчиков к государю, пошли
за Радивилом в поход наспех»385. На следу-
ющий день царь послал к Черкасскому кн.
А.И. Лобанова-Ростовского с «государевым
жалованным словом», т. е. благодарностью'86.
В отписке воевод сообщалось, что гетман, узнав
о том, что у них большие силы, «недождався их
пошол из Орши в Литву наспех, и они, бояре
з государевыми людми, пришод в Оршу языков
поймали». Оршанские «жилецкие люди», кото-
рые остались в Орше и в Кутеинском монасты-
ре, присягнули «на государево имя»387.

В «листе» из литовского обоза под Шкловом
от 12 (2) августа сообщается, что «неприятель
с великими силами с обоих сторон Днепра
наступает. С одной стороны у него 70 тысяч
войска, а с лужными (лужной челядью. —
И.Б.) наверное будет 100 тысяч; с другой сто-
роны войско от Мстиславля, которого 40 ты-
сяч. Города и веси палят». Литвины отвечали

только «чатами и подъездами», т. е. налетами
мелких конных отрядов, но не могли помешать
продвижению русских войск.

30 июля царем под Кричев послан
Ертаульный полк с воеводами П.В. Шеремете-
вым и кн. Т.И. Щербат овым. С воеводами нош -
ли 2 согни городовых дворян Государева полка,
2 роты рейтар из полка В. Фандроцкого, сотня
свияжских татар5**. «Да с стольником же и вое-
водою с Петром Шереметевым послал Государь
приказ стрельцов, стремянной приказ, голову
Михаила Иванова сына Зыбина с приказом»3®9.
Из сообщений русских воевод следовало, что
•город Кричен крепок, стоит на осыпи на вы-
сокой. и ров глубокой и въезд и выезд один,
а наряду и пищалей затинных и винтовальных
в городе много». С воеводами «рагных людей
мало и наряда нет и (с) теми людми города
и осадить неким и впредь приступать нельзя».
В ответном послании царь приказал «со всеми
ратными людми от Кричева отступить и стать
в прикрытье... над городом промышлять зажо-
гом и изождав ветру всякими обычаи», а если
над городом промысл учинит будет немоч-
но», идти воевать Кричевский, Дубровенский
и Горской уезды190. Таким образом, никаких
сведений о «двух штурмах» Кричева, о кото-
рых пишет М.А.Ткачев, в документах нет.

1 августа царь отправил под Дубровно
воевод кн. Ф.Ф. Куракина и кн. В.П. Львова
с 7 сотнями жильцов191. Между 16 и 20 авгу-
ста, после неудачных действий Куракина под
Дубровно, «жилецкие и татарские сотни», ко-
торые были с Куракиным, царь велел послать
под Кричев к Петру Шереметеву391.

В июле того же года части северо-западной
армии ВЛ. Шереметева под командованием
С.Л. Стрешнева и Ж.В. Кондырева взяли Десну,
Друю, Глубокое. В начале августа они овладе-
ли Озерищами и Усвятом, а 14 августа начали
осаду Витебска393.

Итак, подведем итоги. К началу рус-
ско-польской войны власти Речи Посполитой
ничего не сделали для ремонта и восстановле-
ния стен и башен Смоленска. Стратегически
важная пограничная крепость в течение почти

двадцати лет оставалась без всякого досмотра.
«Проломы», образовавшиеся от прежних бо-
евых действий, были наскоро заделаны гли-
ной, валы частично срыты, крепостная стена
во многих местах до земли была в трещинах.
Вероятно, успех в Смоленской войне 1632-
1634 гг. настолько успокоил Варшаву, что о не-
обходимости укрепления восточной границы
никто не думал. Новый смоленский воевода
Обухович предпринял энергичные усилия по
ремонту крепостных укреплений, но было уже
поздно. Недоставало пороху и фитиля, отсут-
ствовало продовольствие, гарнизон долгое
время не получал жалованье. В городе нахо-
дилось около 1200 жолнеров, не считая воору-
женной шляхты и мещан.

Подошедшие к Смоленску русские вой-
ска первоначально расположились тремя ла-
герями. Царь с Государевым полком стал на
Девичьей (Таборной) горе в 2 верстах к севе-
ро-западу от Смоленска. Кн. Я.К. Черкасский
устроил свой табор на Ясенной горе, к клу от
Смоленска, на речке Ясенной. Еще один ла-
герь был разбит на «Шеинове окопе» — месте
бывшего лагеря воеводы М.Ь. Шеина в войну
1632-1634 гг. к востоку от города.

А. Лесли, осаждавший Смоленск в войну
1632-1634 гг., расположился в поле, на своих
прежних позициях. 1лавным объектом ата-
ки стал плохо укрепленный участок стены,
названный позже «Государевым проломом».
Перебежчики подтвердили слабость крепост-
ных укреплений в этом месте.

Войска царя начали подготовку к приступу.
Однако проводить штурм, пока существовала
угроза атаки со стороны полевой гетманской
армии, было нецелесообразно. Первые шесть
недель осады крепость подвергалась лишь ар-
тиллерийскому обстрелу.

Действия армии Радзинилла могли дезорга-
низовать тылы войск, осаждающих Смоленск.
Гетман также мог прислать подкрепление
осажденным, поэтому против него была на-
правлена армия кн. Я.К. Черкасского. Ее за-
дачей было ликвидировать литовскую армию
или заставить ее отступить из-под Орши.

СОСТАВ И ЧИСЛЕННОСТЬ
ЛИТОВСКОГО ВОЙСКА
К НАЧАЛУ АКТИВНЫХ
БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ

В АВГУСТЕ 1654 ГОДА

Попробуем проанализировать: какие же
силы были в распоряжении гетмана Януша
Радзивилла? Могло ли у него быть 10 тыс.
чел.394, как писал польский историк XVII в.
Веспасиан Коховский и говорили некоторые
литовские пленные?

Вернемся немного назад. В июне 1654 г.
армия ВКЛ стояла обозом под Оршей. Только
в конце месяца к ней прибыл Радзивилл, ко-
торый незадолго до этого получил гетманскую
булаву. И это более чем через месяц после на-
чала боевых действий. Силы, которыми мог
располагать гетман ко времени его прибытия
в Оршу, составляли не более 4 тыс. чел.395 И это
при том, что по переписи июля 1654 г. наемная

♦ Например, в гарнизоне Гомеля стояли следую-
щие части из компутового войска ВКЛ: казацкая хо-
ругвь Станислава Казимира Бобровницкого (Stanislawa
Kazimierza Bobrownickiego), татарская Абулевича
(Abulewicz), рота немецкой пехоты Николая Гедройца
(Mikofaj Giedroyc), две роты польской пехоты — Вацлава
Шалевского (Wadaw Szalewski) и Войцеха Славковского
(Wojciech Siawkowski). В гарнизоне Динабурга рота не-
мецкой пехоты Теофила Болта (Teofil Bolt). В гарнизо-
не Дубровны — рота польской пехоты Юрия Кароля
Глебовича (Jerzy Karol Hlebowicz) под началом Юрия
Владислава Гробинекого (Jerzy Wtadyslaw Grabiiiski).
В гарнизоне Витебска — хоругвь драгунов Григория
Кшиштофа Можейки (Hrehory Krzysztof Mozejko)
(см.: Акты, издаваемые Виленской археографической
комиссией для разбора и издания древних актов. Т. 5.
92

(компутовая) армия ВКЛ должна была состав-
лять 11 211 коней и «порций», т. е. примерно
около 10 тыс. чел.196 Но данные цифры были
только на бумаге. Это то количество войск, ко-
торое планировали набрать, либо пополнить
существующие части и соответственно опла-
тить. И это в период боевых действий!

На такую низкую численность армии ВКЛ
на начальном этапе войны повлияли несколь-
ко факторов. Во-первых, ряд подразделений
стояли в гарнизонах крепостей либо в каче-
стве отдельных отрядов находились на гра-
ницах державы*. Всего около 2 тыс. чел. Во-
вторых, многие подразделения еще не успели
присоединиться в Орше к основным силам**.

Вильно, 1871. С. 174). На южных границах ВКЛ нахо-
дились: казацкая хоругвь Шимона Яна Павши (Szymon
Jan Pawsza), казацкая хоругвь Климчицкого (Klimczycki)
и плюс еще несколько подразделений, не известных
нам. Еще 5 казацких и татарских хоругвей и 100 драгу-
нов обороняли южные поветы ВКЛ и были разбиты при
Мозыре (см : List z Wilna d. 8 Aug.).

** Так, например, только накануне сражения при
Шепелевичах. 13 (23) августа, к армии Радзивилла при-
соединились 2500 чел.: драгунский полк Богуслава
Радзивилла (Bogusiaw Radziwiil) под началом Эбергарда
Путткамера (Eberhard Puttkamer) и полк немецкой
пехоты Юрия Немирича (Jerzy Niemirycz) под нача
лом Богуслава Пшипковского (Bogusiaw Przypkowski)
(см.: Bobtatyhski К. Od Smolenska do Wilna .. S. 56).

В-гретьих, армия уже более года не получала
жалования и не проявляла особого желания
спешить к месту сбора. Последнее подтверж-
дается неоднократными требованиями жолне-
ров о выплате жалованья, в частности перед
Шкловской битвой и перед сражением при
Шепелевичах. В-четвертых, армию уже полго-
да косила эпидемия. Во многих подразделени-
ях (в т. ч. и по этой причине) не хватало более
трети штатного состава. Ну и в-пятых, боль-
шинство хоругвей имело некомплект штатной
численности, составлявший в среднем 30 %.
Некомплект был связан со многими причи-
нами: отъезды из армии, эпидемия осени-вес-
ны, проблемы с жалованьем и обеспечением.
Некомплектность прикрывалась документаль-
но ротмистрами, в особенности в частях ино-
земной пехоты и драгун397. Т. е. фальсификация
командным составом реальной численности
подразделений стала нормой в литовском вой-
ске уже в XVII в. Многие ротмистры в срочном
порядке старапись восполнить штатную чис-
ленность своих подразделений, как, например,
подстолий Полубинский — своей гусарской
хоругви, но времени для найма новых бойцов
оставалось очень мало.

Армию на тот момент могли усилить толь-
ко посполитое рушение шляхты с ближайших
поветов либо набранные шляхтой за свой счет
поветовые хоругви, которые отличались бо-
лее высокими боевыми качествами, чем сама
шляхта. Но опять же, посполитое рушение со-
биралось всегда очень медленно и неохотно.
Шляхта старалась использовать поветовые
хоругви для обороны собственных поветов398.
Самый что ни на есть близкий к регулярным
войскам повет, шляхта которого могла усилить
войско гетмана, был Оршанский. Гетман в пе-
риод отступления из-под Орши к Шклову при-
зывал шляхту присоединиться к его армии. Но
ге отказались. В результате атаки московских
войск они были разгромлены, многие позор-
но погибли в период отступления, когда со-
брались толпой на мосту через р Сож. Мост
под тяжестью отступающих рухнул, многие
шляхтичи утонули. Не помогли им посланные
Радзивиллом 4 хоругви399.

В результате к началу активной деятель-
ности у Радзивилла собралось не более 2 тыс.
человек посполитых и волонтеров, которых он

lANVSlO Rwmxil DVI'A DI B1HZA Е
DVBING PRFm 1PE DFl УА4 RO HrttW IWk*
CAPITAN GENtKMJ DELL ESERC'ITO DEI
GrAK DvCAVII Dt LmANIA ъ

Гетман Януш Радзивилл.

Гравюра Морица Ланга. XVII в.

всех отправил в рейд под Полоцк и Витебск
вместе с 4 компутовыми хоругвями под общим
командованием поручика С. Липницкого. Но
при первом же столкновении с неприятелем
они все разбежались*00.

Гетман писал (8 августа н. с.), что «кро-
ме этого щуплого войска более ни панов, ни
шляхты местной, которых перед этим насчи-
тывались тысячи... из тех сейчас ни одного не
видно: сам только, полностью лишенный под-
держки, взяв бремя, уже около 6 недель такого
мощного неприятеля от Полоцка, Витебска,
Смоленска и Мстиславля держу на себе, бес-
покоя его еще, и мешая планы его, когда бить
его и сдерживать не мог»401.

Однако, несмотря на столь малое количе-
ство компутовых войск под Оршей, это была
профессиональная армия, закаленная в боях,
которая находилась на службе либо непо-
средственно участвовала в боевых действиях

Гусары Речи Посполитой. Реконструкция. Фото автора

против украинских казаков с 1648 г. С этой
армией Радзивилл начал активные действия.
Он организовал несколько мобильных рейдов
в глубь захваченных территорий. Это описан-
ный выше рейд под руководством Ганскопфа
под осажденный Смоленск, другой — под
Мстиславль, третий рейд — Липницкого под
Полоцк и Витебск. Плюс несколько мобиль-
ный рейдов, организованных с целью раз-
ведки и захватов языков. Все эти рейды, есте-
ственно, уменьшали силы армии литвинов,
и весьма значительно. Например, в результа-
те рейда Липницкого под Полоцк потери со-
ставили более десятка бойцов, и это помимо
разбежавшегося посполитого рушения402.
В результате рейда Ганскопфа, по его словам.
94

литвины потеряли убитыми, ранеными и про-
павшими 30 чел.

Поэтому неудивительно, что сам гетман
позднее, в марте 1655 г., писал, как бы оправ-
дываясь за свою беспомощность: «Не моя
вина, что как никогда ранее, так и теперь это-
го войска, которое было на службе, я полным
составом в поле вывести не мог, так как из-за
протяженности границ Великого Княжества
Литовского и восстания собственных поддан-
ных, едва ли не половина людей на разных и да-
леких от себя границах в гарнизонах замков
или для защиты уездов должна была быть»403.

Поэтому вопрос о наличии под Оршей
у Радзивилла более 4 тыс. чел., о которых он
неоднократно упоминает: «Что же тут делать?

Разорвать четыре тысячи на куски и дать от-
пор или оборонять всю Литву? Пусть кто
посоветует!»*04, «хотя, по человечески судя,
выдержать четырем тысячам против ста ты-
сяч — едва ли вероятно...»405, требует более
детального анализа.

На сегодняшний день самым актуальным
является список армии ВКЛ на лето 1654 г.406,
составленный К. Бобятыньским на основании
документов Скарбовой комиссии (Таблица 6).

Из этого компута, как указано выше, часть
подразделений находились в гарнизонах кре-
постей либо обороняла южные поветы ВКЛ*.

С целью анализа состава и численности
армии Радзивилла летом 1654 г. подробно рас-
смотрим показания пленных литвинов. Следует
помнить, что к сведениям, получаемым от плен-
ных, следует относиться осторожно и давать им
верную оценку. Офицер знает намного больше,
чем плененный рядовой, шляхтич — больше,
чем пойманный на дороге литовский крестья-
нин. В ходе общего наступления русской армии
в плен попадали различные литовские языки,
показания которых позволяют отчасти разо-
браться в достаточно сложном и запутанном
вопросе: какими силами располагал гетман
Януш Радзивилл в начале августа 1654 г.?

Рассмотрим эти сведения подробнее.
Согласно данным перебежчика — датчанина из
Смоленска С. Родина, на 26 июня Радзивил был

* В гарнизоне Гомеля стояли следующие части из
компутового войска ВКЛ: казацкая хоругвь Станислава
Казимежа Бобровницкого (Stanislaw Kazimierz
Bobrowmcki), татарская Абулевича (Abulewicz), рота
немецкой пехоты Николая Гедройца (Mikolaj Giedroyc),
и две роты польской пехоты — Вацлава Шалевского
Mac law Szalewski) и Войцеха Славковского (Wojciech
Slawkowski). В гарнизоне Динабурга находилась рота
немецкой пехоты Теофила Болта (Teofil Bolt). В гарни-
зоне Дубровно — рота польской пехоты Ежи Кароля
Глебовича (Jerzy Karol Hlebowicz) под командова
иием Ежи Владислава Гробинского (Jerzy Wladyslaw
Grabinski). В гарнизоне Витебска — хоругвь драгу-
нов Григория Кшиштофа Можейки (Hrehory Krzysztof
Mozejko), которая, в свою очередь, входила в состав
какого-то драгунского полка из компутового вой-
ска На юге ВКЛ находились казацкие хоругви Симона
Яна Павши (Szymon Jan Pawsza), 17.07.1654 потер-
певшая поражение в районе Мозыря, Климцицкого
(Klimczycki) и некоторые другие подразделения. Всего
5 казацких и татарских хоругвей и 100 драгун из ком-
путового войска.

Гусарский доспех конца XVII в. Вавель,
Краков

в Орше, а «збор с ним ратных людей с 6000 че-
ловек»407. 30 июня литовский пленный по име-
ни Мартын, посланный гетманом с письмом
к Обуховичу, сказал, что в Орше людей «всяких
с пятнатцать тысяч, а до бою с семь тысяч, да
от Орши две мили на Кропивне стоят две роты
на заставе, а в Красном де и в ыных панских
маетностях людей ратных никово нет...»408.
Другой пленник, смолянин Ян Дронин, под-
твердил, что у Радзивилла «воинских людей...
которые до бою менши десяти тысяч, а всякого
люду в Орше тысечь с пятнадцать»409. 17 июля
служилые черемисы привели к кн. Темкину-
Ростовскому крестьянина Смоленского повета,
который сказал, что Радзивилл стоит в Орше,
а «войска с ним тысяч пять или шесть»410.

26 июля «недошед Орши за 20 верст на реке
Днепре был у государевых людей у ертоула с ли-
товскими людми бой и на том бою... литовских
людей побили и языков поймали». Рязанец кн.
Лев Бабичев из полка Я. Черкасского привел

Гусар Великого княжества Литовского
в 1654 г. Художник С. Шаменков

литвина, сказав, что взял языка, когда был
«в ертоуле». По его словам, «того ж числа, часа
за три до вечера, шли литовские люди с знаме-
ни и с ними у них был бой». Плененный жолнер
Яков Баракеев рассказал воеводам, что «послал
де их Родивил сего ж дни из Орши против го-
сударевых людей для языков пять знамен (хо-
ругвей. — И.Б.) их жолнеров, под четырмя зна-
мены четыреста человек, под пятым знаменем
драгунов было толко дватцать пять человек»,
а сам гетман пришел «в Оршу тому ныне с не-
делю...»411. Баракеев также поведал о неудачном
рейде литовского конного отряда под Полоцк.
По его словам, «преж сего Родивил посылал
под Полотеск для языков жолнеров ста чело-
век, и он Яков был с ними тут же, да шляхты
полторы тысячи и под Полоцким де государевы
люди шляхту побили»412.

Радзивилл ходил на помощь осажденно-
му Мстиславлю с одной конницей (3000 чел.),
оставив под Оршей пехоту и драгун под
96

началом генерала литовской артиллерии
Николая Юдицкого413.

Еще один взятый в стычке под Оршей
пленник «сказался родом пруские земли зо-
вут его Петром прозвище Англин». Служил
он «у Родивила драгунскую службу, а пришол
де он к Родинилу в Оршу тому шесть недель,
да с ним немец 25 человек тое ж пруские зем-
ли». Оценивая силы гетмана, Англин говорил,
что «воинских людей у Родивила всех сказы
вали ему в Орше пятнатцать тысяч, а пеших
де у Родивила гайдуков толко две роты, а те
все конные, болшая половина немец, толко де
Родивил ждет к себе в помочь пеших немец
с часу на час». Особенно он надеется на набор
немецких наемников: «послал полковников
наимовать немец в прускую да в курляндскую
землю, а денги де полковником давал на наем
заимаючи у своей братьи поляков, где хто даст,
а которые де наемные люди и ныне у Родивила
есть в Орше и тем корму дает медными цента-
ми по руски будет толко полтине на месяц». По
словам Англина, отправил их в рейд Радзивилл
«четыре хоронги человек с пятсот, а приказал
де им, чтоб им однолично добитца языков,
а будет де языков они не добьютца, и он их
велит всех постинать (т. е. казнить. — И.Б.)».
Немец также сообщил о том, что король от-
казался помогать гетману, мотивируя отказ
опасностью со стороны Хмельницкого: «слы-
шал де он, Петр, что король приговорил на
сойме, что ему ити было к Родивилу в помочь
посполитым рушеньем и после де того прислал
король к Родивилу лист, что он Родивил про-
мышлял сам о себе, а ему де стало идти нельзя,
потому что гетман Хмелницкой собираетца на
ево королевские украиные городы з болшими
людми». В заключение, оценивая слабые укре-
пления Орши, Англин сказал, что «болшого де
наряду в Орше у Родивила нет, толко де пол-
ковых пушек з десять, а хлеба де у них в Орше
много и всякой живности, крепостей де у горо-
да болших никаких нет»414.

Как видно, воеводы получали достаточно
противоречивые сведения о численности ли-
товского войска в Орше. Так, взятый литвин
Якуб Гробовский сообщил, что служил «дра-
гунскую службу у Нила полковника (Нолде. —
И.Б.)». С гетманом в Орше «тысяч с шесть
всяких, боевых людей, да пехоты немецкой

Родивилова полку с тысячю стоит в Минску...
а стоит де Родивил в Орше в посаде, а город де
Орша худ, а чает де Родивил, послыша госуда-
ревых многих людей приход, побежит в Вилню
потому, что де с ним людей в собранье мало»415.
Другой пленник, взятый ратными людьми
кн. Одоевского, «похолец пана Погирского
Стенком зовут Юрьев сын Гревицкой», сказал,
что с гетманом в Орше «боевых тысечь с семь
всяких людей»416.

Оршанский мещанин П. Тинкович, при-
везенный ярославскими новокрещенами к кн.
Темкину Ростовскому, сообщил, что 28 июля
Радзивилл вышел из Орши и встал в Копыси,
а «служилых людей с ним только пять тысяч
«лгричь пахотных мужиков...»417.

31 июля сотенный голова Юрий Азарьев
>ривел литвина, который в расспросе сказал,
что с гетманом людей «тысяч з десять, гусар
стысячю, а раитар шесть хорунг...»*18. Еще один
титовскии пленный, некий Мишка Март инов,
сказал, что «служил де он в Орше у пана
Мартина Казалевича», и «послал их из Орши
Родивил под государевых людей для языков
полковника Лва Погелского (Погирского. —
И.Б.) да ротмистра Рамановского, а с ними
жолнеров и драгунов 5 знамен, а под знаменем
де было их конных по 20 и по 30 и по 50 че-
ловек, а Родивил ныне стоит в Орше, а с ним
ратных людей: гусар 4 знамени, да 3 знамени
пансырников, а под знаменем будет человек
по 100 да пехоты человек с 1000. Да Родивил
де к себе ждет пехоты 1000 человек, а откуда
ждет того он не ведает. Да у шляхтича пана
Мартина Казалевича в зборе казацкого пол-
ного войска 3000 человек»*. Что касается
московского войска, то известно Мартинову,
что «идут государевы болшие люди под Оршу,
да белорузцы сказывают Родивилу, что под
Смоленском государевы люди болшие, а на-
ряду в Орше з 30 пушек неболших... А рот-
ным людем Родивил уплаты не давал за год
и много (их) де хочет итить врознь»41’, т. е.
дезертировать из войска.

Наиболее информативными стали све-
дения, которые сообщил взятый литвин

* Информация о 3000 чел. у некого Казалевича
(?) — вероятно, недостоверная, так как нс подтвержда-
ется ни одним другим источником.

Польский гусар. Музей Войска Польского.
Варшава

Александр Шемановский, служивший в ка-
зацкой хоругви «при полковнике при Две
Питерском (Погирском. — И.Б.)». Он довольно
подробно, правда, не без ошибок (четыре хо-
ругви гусар вместо трех), рассказал о составе
литовского войска:

«...войскау Родивила в Орше:
гусаров четыре хоронги,
первая де рога ева Радивилова,
другая рота Мирского стражника,
третья воеводича Пернацкого,
Порубенского четвертая рота.

Да у полковника у Корфа четыре роты не-
мец рейтар.

Да у Родивила четыре роты немец.

Да у двух маеоров у Христофа Есмана да
у другово Хормлискаго (Хороманьскою. —
И.Б.) четыреста драгунов.

Да у пана Глебовича у старосты Жмыгпкого
казатцкого одна хорунга под нею полтораста
человек в пансырях,

Казацкие (панцирные) хоругви Речи Посполитой. Реконструкция. Фото автора

Да у самого Родивила хорунга пансырников
двесте коней,

Да казацкого строю у пана Быховца сто
дватцать коней,

Да у пана Высоцкого хорунга казацко-
го ж строю сто коней,

Да у пана Юлдилова хорунга под нею две-
сте коней.

Да у пана Халецкого хорунга под нею сто
пятдесят коней,

Да у пана Немиревича две хорунги казаков
же под ними 150 коней,

Да у него же 100 человек драгунов,

Да у Родивила ж пехоты полские 4 хорунги
под хорунгою по 100 человек.

А перечнем (т. е. всего. — И.Б.) де он слы-
шал всех де людей, которым на бою быть
з десять тысяч». Что касается горожан —
«жилецких людей к Орше», если их собрать,
«будет с тысечю, толко де люди худые, а до-
брые все выбежали из Орши в Полшу...».
Шемановский также рассказал о неудачной
98

попытке Радзивилла деблокировать осажден-
ный Мстиславль. Гетман узнал об осаде «от
хорунжева от Каменского», который прибе-
жал за помощью из Мстиславля в Оршу. По
тем вестям, пошел Радзивилл под Мстиславль,
и когда он прибыл в Радомль, от Мстиславля
«четыре мили», ему «ведомо учинилось, что
государевы ратные люди взяли Мстиславль
и высекли и выжгли, и он де Родивил воро-
тился». После этого гетман послал для языков
пять хоругвей, пытаясь выяснить численность
русского войска. Что касается артиллерии, то
«пушек у Родивила в Орше, что с собою при-
вез шесть, да в Орше пушек с пятнатцать».
С воинской казной «у них скудно», жолнеры
целый год плату не получали. Запасов хлеба
в Орше мало, «живности» (скота) нет, запасов
пороха в Орше 30 бочек. Вокруг распростра-
няются слухи, что «идут к Орше государевы
люди от Смоленска 50 тысяч, да от Мстиславля
50 тысяч, да от Полоцка 40 тысяч». Гетман
Радзивилл «мыслит из Орши итить к Вилне»,

либо к Могилеву, поскольку «от могилевцев
опасаетца измены»420.

Согласно «листу» неизвестного автора из
литовского обоза, 26 июля (5 августа по н. с.)
Радзивилл отправил обоз и пушки под Копысь,
асам с войском «вышел в поле за Оршу, и там
четыре дня и ночи стоял в боевом порядке,
ожидая неприятеля». Попавшихся языков до-
прашивали о неприятельском войске, получая
ответы, что воеводы стягивают свои части от
Полоцка и Мстиславля. Видя, как велики не-
приятельские силы, гетман отступил от Орши
к Ьарани, а затем стал под Копысью. По словам
неизвестного автора листа, неприятель чаты
(разъезды) по 10 тысяч везде пускает, а «наше-
го войска восемь тысяч всего было»421.

В результате, используя различные источ-
ники, как польские, так и московские (допросы
пленных), с различной степенью вероятности
можно подтвердить участие в Шкловской бит-
ве ряда подразделений (Таблица 6). При этом
намного больше данных об участниках бит-
вы при Шепелевичах. Учитывая тот факт, что
между битвами под Шкловом и Шепелевичами
к литовскому войску присоединилось только
2500 драгун и пехоты, логично предположить,
что под Шкловом были те же хоруг ви, которые
ранее участвовали в конных рейдах и кото-
рые позже присутствовали при Шепелевичах.
Таким образом, под Шкловом и позже, при
Шепелевичах, сражались следующие конные
подразделения ВКЛ:

—	все три гусарские хоругви — Януша
Радзивилла, Полубинского и Мирского, всего
364 коня по компуту;

—	один рейтарский полк Януша
Радзивилла в 4 хоругвях и две хоругви рей-
тар — Шварцхофа и Корфа, всего 400 порций
по компуту;

—	16 казацких хоругвей: Януша
Радзивилла, Юрия Глебовича, Кшиштофа
Потоцкого, Александра Полубинского, две
Юрия Немирича*, Сигизмунда Слушки, Юрия
Халецкого, Яна Ьыховца, Льва Погирского,
Петра Каминского, Хризостома Юндзила,
Никодима Скиндера, Самуэля Высоцкого,

Вооружение воина казацкой (панцирной)
хоругви. Музей Войска Польского. Варшава

Яна Романовского и Яна Межинского, всего
1630 коней по компуту;

— два полка драгун — Януша Радзивилла
и Эрнеста Корфа, и 4 драгунские хоругви:
Кшиштофа Есмана, Эрнеста Нольде, Эрнеста
фон Сакена**, Марцина Хороманьского, всего
1754 порции;

—	рота немецкой пехоты Яна Оттенгауза,
200 порций;

—	400 порций венгерской пехоты Януша
Радзивилла, Яна Дмуховского и, вероятно,
Марцина Блендовского.

* По показаниям пленного А. Шемановского: «...да
у пана Нем и ревича две хору ши казаков же под ними
150 коней».

** Потверждений нет, но сам Сакен находился
в главной армии, поэтому вероятно присутствие его
драгун.

Драгун Великого княжества Литовского
в 1654 г. Художник С. Шаменков

Нет вообще данных по татарским хоругвям.

В итоге документально участие в битве под
Шкловом, с меньшей иди большей долей ве-
роятности, мы можем подтвердить только для
5248 коней и порций, или за минусом «слепых»
примерно 4700 человек по штату.

Вполне вероятно, что какие-то из не упо-
мянутых в источниках и переписке подразде-
лений также участвовали в Шкловской битве
либо сопровождали обоз. Например, какая-то
часть казацких и татарских хоругвей, локали-
зовать которые на данном этапе не представля-
ется возможным. Нет четких данных по место-
нахождению ряда подразделений. Неизвестно,
были ли они в гарнизонах городов или в армии
Радзивилла. Возможно, они вообще не были
укомплектованы к лету 1654 г.

Все эти неупомянутые подразделения мы мо-
жем приплюсовать к полученной выше цифре,
чтобы оценить максимально возможное коли-
чество войск Радзивилла в битве под Шкловом.
100

Скорее всего, у гетмана могло быть еще
максимум 426 порций немецкой пехоты*.

У Радзивилла могло быть максимально до
90(1 «коней» из татарских хоругвей** и еще
дополнительно примерно до «200» коней из
казацких хоругвей***. Какая-то часть татар
из компута должна была присутствовать в ли-
товском войске. Как позднее показал взятый
русскими в плен в битве под Шкловом трубач
Яган Кревт, который оценивал литовское вой-
ско в 8 тыс. чел., у Радзивилла есть: «гусар две
хорунги, райтар семь хорунг, салдат тринадцать
хорунг, гайдуков четыреста, драгунов тысяча,
да с ним же де есть татаровя и казаки, а скол ко
де татар и казаков того он не ведает...»422.

Также теоретически могла присутство-
вать на поле битвы рейтарская хоругвь Юрия
Теодора Тизенгауза (120 порций) и еще макси-
мум 100 драгун*’**.

* Неизвестны судьба и местонахождение следующих
подразделении немецкой пехоты: компания Самуэля
Анджея Абрамовича (Samuel Andrzej Abramowicz), компа
ния Монтгомери (Montgomerry, Hugo?), компания Тобиаша
Попеля (Tobiasz Poppell (Popiel)). Вполне вероятно, что они
могли быть в армии Радзивилла. Всего 426 порций.

** Неизвестна судьба и местонахождение следующих
татарских хоругвей: Ислама Смолского (Islam Smolski).
Яхи Мурзы (Jachy Murza), Мустафы Малаховского
(Mustafa (у Рахубы Mikotaja) Malachowski), Баранов
ского (Baranowski (Mikoiaj?)), Чимбая Улана Малу-
жицкого (Czymbaj Ulan Maluszycki), Романа Сенке-
вича (Roman Sienkiewicz), Ассана Левашевича (Assan
Lewaszewicz), Мустафы Барановского (Mustafa Bara
nowski), всего максимум 900 коней по компуту.

*•* Неизвестна судьба и местонахождение 7 казацких
хоругвей: Потоцкого (Potocki (Krzysztof?)), Констанция
Леона Ободинского (Konstancy Leon Obodynski), Лукаша
Россудовского (Lukasz Rossudowski), Ремиана Юрия
Слушки (Remian Jerzy (Jeremia?) Shiszki, wojewodztc
Wendenski), Муховецкого (Muchowiecki), Юрия Казимира
Донбровы (Jerzy Kazimierz D^browa), Яна Сосновского
(Jan Sosnowski, kasztelan Potocki). Всего 505 коней. Но
часть казацких хоругвей воевала на юге против казаков
(примерно 5 казацких и татарских хоругвей).

*”* Неизвестна судьба и местонахождение хоругви
Кшиштофа Потоцкого (Krzysztof Potocki). Однако извест
но, что в гарнизоне Витебска находилась хоругвь драгу-
нов Григория Кшиштофа Можейки (Hrehory Krzysztof
Mozejko), которая, в свою очередь, входила в состав одно
го из драгунских полков или подразделений компутового
войска. А также на юге ВКЛ находились 100 драгунов из
компутового войска неизвестного ротмистра Это могли
быть эти два подразделения. Известно также, что на юге
находилось 100 драгун из хоругви Александра Гилярия
Полубинского (Aleksander Hilary Pohibniski).

В итоге максимально возможная числен-
ность компутовых войск Радзивилла в сраже-
нии под Шкловом могла составлять 6574 «ко-
ней» и «порций», или 5900 человек по штату.
Но надо учитывать все ранее изложенные об-
стоятельства и потери, негативно повлиявшие
на численность армии Радзивилла к началу
августа 1654 г. С учетом потерь у Радзивилла
могло быть примерно всего 5000 человек. Эта
цифра учитывает тот фактор, что все компу-
товые хоругви, н первую очередь татарские,
казацкие и немецкой пехоты, находились в ар-
мии Радзивилла.

11 (1) августа вся немецкая и польская пе-
хота, а также часть драгунов были отправлены
вместе с обозом и артиллерией под Головчин.
Это были все подразделения немецкой пехо-
ты, три хоругви венгерской пехоты численно-
стью около 400 «порций»423 и какая-то часть
драгун.

В итоге у Радзивилла под Шкловом могло
быть всех войск до 5000 человек, из них кон-
ных, включая драгун, от 3500 до 4500 чел.

К. Бобятыньский осторожно предполагает,
что перед битвой Радзивилл имел под своим
началом около 3500 чел., а именно:

—	около 325 гусар (364 «коня» по компуту),
— около 600 рейтар (660 «порций) полка
Я. Радзивилла,

—	1000 чел. легкой конницы (нет данных
о числе хоругвей),

—	максимум 1500 драгун (1900 «порций»)424.

Однако это предположительные данные
историка.

После Шкловской битвы армию Радзивилла
пополнили следующие подразделения: драгун-
ский полк Богуслава Радзивилла (600 порций),
полки немецкой пехоты Януша Радзивилла
(1050 порций) и Юрия Немирича (1000 пор-
ций). Всего 2650 порций, или 2500 человек по
штату. Возможно, в эти дни также подошла
и также сражалась в битве под Шепелевичами
казацкая хоругвь Юрия Владислава Юдицкого
(Jerzy Wtadyslaw Judycki, 120 «коней»), подко-
мория и маршалка Речицкого.

Таким образом, максимально армия Радзи-
вилла могла составлять в битве под Шкловом
примерно 5000 чел. (sic!). Это несколько от-
личается от слов неизвестного офицера перед
битвой, уменьшающего число литовских войск:
«.. .обоз до Головчина отправив, а сами комуни-
ком (отправились. — И.Б.), наклоняя головы,
как можем: но в итоге, чтобы умереть, когда
противник (как у нас есть сообщение) придет,
биться с ним будем, хотя, и двух тысяч сабель
мы не имеем, потому что пехота и драгуны в ко-
мунике нужна только для переправ и засад»425.

Численность противостоящей литвинам
армии кн. Я.К. Черкасского удобнее подсчи-
тать непосредственно при рассмотрении хода
сражения под Шкловом по сохранившим
ся отечественным документам РГАДА, по-
скольку роспись смотра накануне битвы не
сохранилась.

БИТВА ПОД ШКЛОВОМ
2 АВГУСТА 1654 ГОДА

2 (12) августа 1654 года, в утреннее время,
произошло полное солнечное затмение, длив-
шееся около 2 минут. Различные письменные
источники сохранили многочисленные свиде-
тельства проявления тревоги и страха, вызван-
ные этим событием в Западной Европе даже
в достаточно «просвещенном» семнадцатом
столетии. В Речи Посполитой и Московском
государстве было не меньше суеверных лю-
дей, воспринимавших «исчезновение» солнца
на небе как символ грядущих несчастий и бед.
Вопрос был только в том, на кого обрушатся
эти напасти и где прольется больше крови. Так,
например, даже литовский шляхтич Александр
Скоробогатый записал в своем дневнике, что
«с Москвою дело под Шкловом было, с помо-
щью Неба согнали мы с поля неприятеля»426.

Как выше было отмечено, накануне этого
редкого природного явления против гетмана
Радзивилла был направлен воевода Большого
полка кн. Я.К. Черкасский, который сошелся
с литовским войском в битве под Шкловом 2 (12)
августа 1654 г. Все отечественные источники и ис-
следования, как правило, преподносят этот бой
как победу русского войска, в то время как поль-
ские считают его последним успехом Радзивилла.

О победе князя Черкасского над Радзи-
виллом сообщается в таких официальных доку-
ментах, как «Книга сеунчей» и «Дворцовые раз-
ряды», а также в отдельных царских грамотах*.
Опираясь на эти материалы, советский историк
А.Н. Мальцев заключал, что «в сражении под
Шкловом русские войска нанесли поражение

* Например, наказ И.И. Ржевскому и Г Богданову,
посланным к гетману Б. Хмельницкому 7 августа 1654 г.:
«Радивила побили и языки поймали, а Радивил с того
бою побежал к Борисову» (см.: АЮЗР. Т. XIV. С. 5).

Радзивиллу, отступившему к Борисову»427.
Напротив, В.В. Каргалов отметил лишь отступ-
ление гетмана после боя, не упоминая о побе-
де428. Из современных российских историков
о победе под Шкловом писал А.Н. Боханов. Он,
в частности, утверждает, что «в сражении под
Шкловом русские под командованием князя
Юрия Барятинского нанесли поражение и при-
нудили к бегству армию Великого княжества
Литовского...»429. Битва под Шкловом упомина-
ется в статье О.А. Курбатова о тактике русской
конницы, при этом ход битвы и результаты ав-
тор не освещает430.

В польской историографии битве под
Шкловом уделено намного больше внимания,
чем в отечественной. Она отражена в тру-
дах Я. Рудавского, Э. Котлубая, Л. Кубали
и Г. Виснера, но только в последние де-
сятилетия подробно разобрана в статьях
П. Кроля, В. Бернацкого и исследованиях
К. Бобятыньского. О победе литовского войска
писал также белорусский историк Г. Саганович
в своей хорошо известной работе, посвящен-
ной войне 1654-1667 гг.

Что же произошло под Шкловом на самом
деле, и на чью сторону склонилась удача в сра-
жении? Чтобы объективно разобраться в этом
вопросе, проведем комплексный анализ рус-
ских и польских источников.

В литовском лагере под Оршей считали,
что царь послал из-под Смоленска против гет-
мана 40-тысячное войско431. Это число при-
няли на веру В. Коховский432 и Э. Котлубай433.
Польский историк XVII в. В.Я. Рудавский писал,
что у русских было 60 000 чел.434 Современные
польские исследователи признают данное чис-
ло сильно завышенным, с чем нельзя не со-
гласиться, поскольку вся царская армия под

Орша. Замковое городище. Фото автора

Смоленском насчитывала около 40 тыс. чел. Так,
К. Бобятыньский считает, что в распоряжении
Черкасского «находилось, скорее всего, около
20 000 воинов, в основном конницы, ненужной
ни время осады Смоленска»**5. Такую же чис-
ленность русского войска называет белорусский
историк Г. Саганович*3*. П, Кроль полагает, что
у Черкасского было не меньше 10 и не более
15 тыс. чел.*3 Забегая вперед, отметим, что, как
выяснилось в ходе анализа отечес гвенных ис-
точников, наиболее близким к реальному явля-
ется число, не превышающее 12 тыс. чел.

Почему же Радзивилл прекратил отступать
и решил дать битву под Шкловом, невзирая на
численный перевес противника? Вероятно, ре-
шающим фактором было то, что «дальнейшее
отступление могло привести к соединению ар-
мии Черкасского и Трубецкого»*”, а успешно
противостоять двум армиям у гетмана не было
ни малейшего шанса. Поэтому Радзивилл ре-
шил дать сражение наиболее близкому и опас-
ному противнику — армии Черкасского, тогда
как первоначально он планировал встретиться
I с Трубецким.

Наиболее «полное» описание битвы под
Шкловом, если можно так назвать достаточно
краткое сообщение из отписок воевод, содер-
жится в трех основных российских источниках.
В сохранившихся отечественных материалах

это «Книга сеунчей», а также почти аналогич-
ные ей тексты в «Черновой разрядной записной
книге» и «Черновой выписке о награждении
сеунщиков 162-163 гг.»*3’. Важное значение для
установления состава и примерной численно-
сти русского войска в битве имеют сохранив-
шиеся в РГАДА «послужные списки» и «имен-
ные росписи» раненых и убитых дворян и детей
боярских, относящиеся к 1654 г.**"

Ценность нового источника (послужных
списков) отметил О.А. Курбатов, который пи-
шет, что к середине XVII в. в разрядном де-
лопроизводстве уже «существовала практика
составлять “послужные списки” — именные
списки ратных людей (по сотням), в которые за-
носились сведения об их роли в каждом бою»4*1.

В польских источниках о Шкловской бит-
ве сообщают опубликованные еще в 1845 г.
А. Грабовским письма из литовского обоза
13-20 августа 1654 г.**2, а также копия письма
гетмана Я. Радзивилла королю, которое при-
водит в своем сочинении М. Ворбек-Леттов**3.

Отечественные источники той эпохи, как
обычно, не содержат подробностей хода сражения,
но позволяют нам отчасти восстановить общую
картину по отдельным деталям — информации

о раненых и убитых, составе отдельных полков
и подходе их к месту боя и т. п.

Итак, армия Черкасского, имея зада-
чу разбить или отбросить на запад войско
Радзивилла, двигалась за ним вдоль право-
го берега Днепра на юг от Орши до Копыси
и далее, в направлении Шклова. Полки растя-
нулись по дороге и после встречи с противни-
ком вступали в бой постепенно, один за дру-
гим. В авангарде шел кн. Ю.Н. Барятинский,
который обнаружил литовское войско, ожи-
дающее неприятеля в 2 верстах от Шклова, за
р, Шкловкой (ныне — Серебрянка). Основные
силы русской армии в это время еще были
у Копыси. Радзивилл ждал Черкасского с твер-
дым намерением дать битву.

Для начала приведем описание хода битвы
под Шкловом в отечественных источниках.
Наиболее информативным является следую-
щий документ из вышеназванных:

«Августа в 7 день писали к государю бояре
и воеводы князь Яков Куденетович Черкасской
с товары щи: августа ж во 2 день послали они
из-под Копоси для подлинного ведома за гет-
маном Родивилом ертаулного полку столника
и воеводу князя Юрья Борятинского, и с ним
изо всех полков голов с сотнями и того ж числа
прислал князь к ним князь Борятинской, что он
к Шилову пришол и под Шиловым с литовски-
ми людми учинил бой, и они бояре и воеводы
по тем вестям послали к Шилову наперед себя
товарыща своего оиолничего и воеводу ннязя
Дмитрея Петровича Лвова, а сами со всеми
ратными людми от Копыси пошли и Шилову
наспех и пришли на бой з болшим поспеше-
ньем и з гетманом Родивилом и с литовскими
людми у них был бой... на том бою литов-
ских многих людей побили и языки поймали,
а Родивил с того бою з достальными с литов-
скими людми ис-под Шклова побежал...и444.

Воин поместной конницы. Звенигородский историко-архитектурный и художественный музей

Дополним этот источник известными нам
иными русскими и польскими сведениями, ка-
сающимися различных этапов битвы.

Итак, утром 2 августа основные силы
Черкасского находились под Копысью (око-
ло 15 км от Шилова), откуда он послал впе-
ред кн. Ю.Н. Барятинского с сотнями из
всех полков. Сколько и каких сотен помест-
ной конницы было послано с Барятинским,
видно из «послужных списков» голов, го-
родовых дворян и детей боярских. Об этих
головах сказано, что были отправлены впе-
ред, «под Шилов в ертаул к столнику кня-
зю Юрью Никитичю Барятинскому»445, —
из полка кн. Я.К. Черкасского: сотни
Игната Селиванова, Ивана Фомина, Осипа
Арсентьева, Ивана Кондырева, Ивана Гагина;
из полка кн. С.В. Прозоровского: Ивана
Сухотина, Никифора Сухотина; из полка
кн. А.Ф. Литвинова-Мосальского: Ерофея
Дубровина; из полка Ф.К. Елизарова: Ивана
Ростопчина446. Всего перечислено 9 сотен.
Численность «сотен» в то время была различ-
ной. Анализ документов того времени дает нам
разброс от 50 до 115 коней, поэтому в сред-
нем условимся считать по 80 всадников, что
в 9 сотнях составляет примерно 720 чел.

Следует пояснить, что ертаул, или передо-
вая конная часть походной рати, выделялась
из войска уже в ходе похода. Бывшие в нем
I «воеводы и головы не записывались заранее
I в Разрядные книги, а назначались при общей
I «росписи в сотни»447. Задачами Ертаульного
I полка обычно являлись поиск противника
I и разведка боем. Нередко воевода ертаула осу-
ществлял оперативное руководство конной
I схваткой до подхода основных сил.

Согласно послужным спискам, 2 (12) авгу-
I ста «за 2 версты от Шклова учинился бой с ет-
I паном с Родивилом»448. Эта информация не
 противоречит польским документам, причем
IвXVII в. расстояние от городских укреплений
I Шклова до поля битвы, расположенного в се-
Iверо-западном направлении от города, дей-
|ствительно не превышало 2 верст.

I В «листе» неизвестного автора из литовского
Iобоза от 13 августа 1654 г. о начале битвы имеет 
ся следующая информация: 12 (2) августа «в са
мое страшное затмение солнца, день тяжелый
к кровавый... счастливое с неприятелем было

дело под Шкловом. Как-то в часу втором после
полудня дали знать гетману с разъезда, что не-
приятельское войско в полторы или в двух ми-
лях замечено было. Двинул тогда его милость
несколько хоругвей для получения о нем ведо-
мости, которые напали на разъезд москвы из
пятисот коней, которые были для вестей и уста-
новления места войска нашего отправлены, со-
гнали его с поля и прочь прогнали...»449.

В «листе» гетмана Януша Радзивилла к ко-
ролю от 14 (4) августа из-под Головчина, кото-
рый приводит М. Ворбек-Леттов, сообщается,
что когда «неприятель пришел под Шклов и на
стражу напал» т. е. на литовские конные разъ-
езды, гетман послал на него «несколько со-
бранных хоругвей», которые прошли до встре-
чи с противником «полторы мили лесами» до
одной переправы «у дамбы отцов доминикан-
цев». В то же время с другой стороны той же
переправы на холмах «показался неприятель
с несколькими хоругвями». Поскольку с того
места открывался лучший доступ к городу,
гетман решил занять оборонительную пози-
цию, прикрытую справа городскими укрепле-
ниями Шклова, а слева — оврагом и прудами
(сейчас район села Большой Старый Шклов).
Радзивилл двинул войско к переправе, но
«неприятель, иные вероятно имея намере-
ния, скоро исчез, запалив ближайшие села
и фольварки»450.

Под «переправой» здесь понимается пере-
права через речку Серебрянку, в докумен-
тах того времени называемую «Шкловкой».
Примерно в 1 км правее села Большой Старый
Шклов русло Серебрянки резко поворачивает
с северо-восточного направления на юго-вос-
точное, образуя петлю, вытянутую на север.
С левой стороны дуги речка протекает в глубо-
ком овраге, а справа, устремляясь на юго-вос-
ток, бежит к Днепру, огибая территорию, на
которой ранее находились городские укрепле-
ния Шклова.

Литовские хоругви столкнулись с разъез-
дом русских «из пятисот коней и прочь его про-
гнали». Увидев это, гетман послал свои хоруг-
ви за переправу через речку, чтобы выманить
их для удара на свои позиции451. Согласно опи-
санию тех же событий в «листе» Радзивилла,
стремясь упредить противника и «навязать
ему необходимость битвы», гетман выбрал

«из своей казацкой хоругви несколько това-
рищей», чтобы они обнаружили противника,
взяв языка, и втянули его в бой, и дал им в по-
мощь 3 казацкие хоругви. Русские ударили на
них, не видя основных сил литовского войска,
которые «стояли за горой», т. е. были укрыты
за возвышенностью, на которую поднималась
дорога, идущая на юго-запад от переправы на
р. Шкловке. С двух сторон поля битвы распо-
лагались овраги, в них гетман разместил сво-
их драгун. Столкнувшись с разъездом русских
и «пойдя на неприятеля», литвины «с половину
мили полями на нем ехали»452.

Скорее всего, в это время подошел полк кн.
Д.П. Львова, после чего Барятинский и Львов
сообща атаковали литовские хоругви. Как выше
было отмечено, бояре «наперед себя послали
к Шклову товарыща своего околничего и во-
еводу князя Дмитрея Петровича Лвова». Львов
был товарищем воеводы Передового полка, со-
став его воеводского полка также известен по
«именной росписи раненым и убитым». Это
сотни: Степана Телякова, Микиты Тютчева,
Ивана Кашкарова, Петра Селифонтова,
Григория Караулова, Воина Селифонтова
и Бориса Власова453. Итого 7 сотен, что состав-
ляет примерно 560 чел. Т. е. при второй стычке
с литвинами численность поместной конни-
цы возросла до 1280 чел., за вычетом убитых
и раненых из ертаула Барятинского. Вероятно,
об этих боях повествует следующий документ:
голова Иван Дмитриев сын Кондырев и его
люди «были в напуску и бились з гетманом
Родивилом и со многими полскими людми яв-
ственно... многих литовских людей на том бою
побили до смерти, ис пищалей и из луков и са-
блями посекли...»454.

К. Бобятыньский ошибочно полагает, что
полки Барятинского и Львова состояли из
«московских дворян и жильцов», при этом он
ссылается на немецкий источник, в котором,
в свойственной иноземным свидетельствам
манере, обычные рядовые воины названы
«лучшими московскими боярами»455.

Далее к месту сражения стали подходить
основные силы русского войска. По словам
Черкасского, «сами со всеми ратными людми
от Копоси пошли к Шклову наспех и пришли
на бой з болшим поспешением и з гетманом
Родивилом и с литовскими людми у них был
106

бой». Согласно «листу» Радзивилла, русские
поддались на приманку, втянувшись в откры-
тый бой: «не выдержал неприятель, тотчас из
лесу высунулся, как муравьи поля покрыл», по-
слав новые хоругви «до открытого бою», в кото-
ром «не уставая, подходили свежие неприятель-
ские полки, по двадцать, тридцать хоругвей»456.

В «листе» неизвестного автора из Вильны
от 20 августа отмечено, что гетман «пошел
против неприятеля и, не давши через некую
переправу всем войском его переправиться,
с теми которые переправились, биться прика-
зал. Но как с ними расправились, новые полки
наступили очень мощно и поддержали тех, что
прежде переправились. Казацкие роты прежде
столкнулись (с противником. — И.Б.), потом
гусарские посланы, драгуны в засадах по сто-
ронам расставленные, добрый огонь вели...»4".

Можно согласиться с польским историком
В. Бернацким, что Черкасский «решил фор-
сировать переправу и разбить Радзивилла,
не ожидая прибытия свежих сил из Орши
и Мстиславля»458. Поскольку русское вой-
ско растянулось по дороге, идущей вдоль
Днепра, и вступало в битву постепенно, при-
чем его походный порядок известен, то логич-
но предположить, что вслед за полком Львова
в бой вступили основные силы Передового
полка кн. Никиты Одоевского и кн. Федора
Хворостинина (3-я атака), затем Большой полк
кн. Якова Черкасского (4-я атака), «Прибылой
полк» кн. Петра Черкасского (5-я атака) и по-
следним — Сторожевой полк кн. Михаила
Темкина-Ростовского (6-я атака). Полученное
нами число (всего 6 атак) согласуется с поль-
скими документами, согласно которым все ли-
товские хоругви ходили в бой по 5-6 раз.

С подходом Передового полка кн.
Н.И. Одоевского и кн. Ф.Ю. Хворостинина, со-
гласно «именной росписи раненым и убитым»,
в битву вступили следующие сотни (называ-
ем только те, об участии которых в бою есть
документальное подтверждение в источни-
ках): сотни Семена Хлопова, Семена Неелова,
Никифора Лачинова, Кузьмы Лачинова
и Гаврилы Доможирова459. Из «послужных спи-
сков» видно, что в бою также участвовали сот-
ни: кн. Никиты Горчакова, Максима Телегина,
Кирилла Пущина, Ивана Колобова, Василия
Лачинова, Александра Протопопова, Гавриила

Днепр под Шкловом. Фото автора

Кайсарова, Федора Мишукова, Семена
Чемесова, Григория Мертвого, Григория
Астафьева, Федора Уракова, Якова Якушкина,
Александра Языкова, Богдана Пивова, Петра
Корякина, Богдана Жедринского, Степана
Есина, Ивана Елагина, Ивана Панова, Ивана
Красникова460. Итого 26 сотен, что составляет
примерно 2080 чел.

Кроме того, в состав Передового полка вхо-
дил рейтарским полк Ариста Фамендина (око-
ло 1000 чел.), также атаковавший противника.
В документах упоминаются раненые из рот
Давыда Зыбина, 1ригория Тарбеена, кн. Петра
Мещерского и других461. Т. е. при третьей атаке
литовского войска и его позиций численность
поместной конницы и рейтар возросла при-
мерно до 4360 чел., за вычетом убитых и ране-
ных из полков Барятинского и Львова. Таким
образом, вероятно, только в это время числен-
ность русской конницы приблизилась к числу
бойцов, бывших у Радзивилла.

Ярким примером участия рейтар в самой
гуще сражения являются раны ротмистра
Давыда Иванова сына Зыбина*: «тят саблею
по голове по темени, рана болна, а у правой

* В 1660 г. дослужился до звания полковника.

В 1661 г. попал в плен в битве у Кушликовых гор.

руки болшой перст рассечен саблей, да в ле-
вую руку ниже запястья поколот шпагою, да
по левой ноге по берцу да по плюсне сечен
саблею, раны болны»462. Другой рейтар —
Максим Акимов сын Сумароков — позднее
прямо писал в челобитной о рукопашной
схватке в этой битве: «ранен из мушкета...
в левую руку выше локти и латы на нем перед-
нюю доску оборвали»463.

Далее к месту боя подошли основ-
ные силы Большого полка под началом кн.
Я.К. Черкасского, кн. С.В. Прозоровского,
кн. А.Ф. Л итвинова-Мосальского
и Ф.К. Елизарова. Началась четвертая ата-
ка русских на литовское войско и его по-
зиции, в которой, согласно «именной ро-
списи раненых и убитых», приняли участие
сотни: Андрея 1Цепотева, Ивана Кисленского,
Степана Ермолова, Фомы Нарышкина, Андрея
Власова, Ивана Сунбулова, Михаила Маслова,
Василия Апраксина, Осипа Лихарева, Богдана
Ушакова, Родиона Баранова, Федора Полозова,
Федора Чирикова464. Кроме того, в послужных
списках показаны еще сотни: Ивана Ивашкина
(подъездная), Данилы Вердеревского, Ивана

Лихарева, Василия Ракитина, Григория
Дуванова, Федора Селевина, Тита Алалыкина,
Ивана Жемчужникова, Петра Хоненева,
Богдана Ермолова, Андреяна Черевина,
Полуехта Сытина, Семена Маркова и Никиты
Насонова465. Итого 27 сотен, что составля-
ет примерно 2160 чел. В состав Большого
полка также входил рейтарский полк Исака
Фанбуковена (около 1000 чел.), об участии ко-
торого в битве также есть сведения в источни-
ке. Например, рейтар этого полка галичанин
Иван Остафьев сын Нелидов был ранен: «про-
бит копьем в спину, рана лехка»466. Т. е. в чет-
вертой атаке численность поместной конни-
цы и рейтар возросла примерно до 7520 чел.,
за вычетом убитых и раненых, из полков
Барятинского, Львова и Одоевского.

Стоит добавить, что единственная сотня,
которая названа «московской», что предпола-
гает наличие в ней московских дворян и жиль-
цов, — это сотня Андрея Щепотева467. Причем
она не входила в состав Государева полка, а из-
начально была в Большом полку.

В послужных списках удалось обнаружить
факт участия в битве под Шкловом стряпчего
Григория Иванова сына Косагова, будущего ге-
нерала, героя взятия Чигирина и Перекопских
походов, который в то время находился в пол-
ку Ф.К. Елизарова468.

Согласно «листу» из литовского обоза, с под-
ходом основных сил русских «начался страш-
ный бой, длившийся несколько часов, то та, то
другая сторона побеждала», литвины «со све-
жими силами (противника. — И.Б.) постоянно
должны были биться». Хоругви гетмана в ходе
боя были «очень избиты, ибо не было ни одной,
которая бы пять, шесть раз, не сталкивалась
с противником: особенно гетманская казацкая
хоругвь больше десяти раз ударяла, а гусарская
в самый огонь с копьями бросилась, окружил
ее неприятель, и хоть имела поддержку, долж-
на была с неприятелем (в окружении. — И.Б.)
биться». Около знамени много «товарищества
было побито». Много шляхтичей пострадало
из названных двух хоругвей и из «рейтарии
гетманской», немало погибло. Бились литвины
с русскими, «выигрывая и проигрывая больше
5 часов со всем войском». Литовские драгуны
вели огонь из оврагов по обе стороны, так что
московские воины их «окружить не могли». Как
108

только литовская конница отступала под на-
пором русской, последняя попадала под огонь
драгун с двух сторон. Со слов автора «листа»,
драгуния стреляла «только когда мы на них на-
водили» конницу неприятеля, но «не всегда уда-
валось это сделать»469.

Вероятно, вскоре к полю боя подтянул-
ся «Прибылой» полк под началом кн. Петра
Черкасского470. Как выше было указано, его
точный состав установить не удалось. По кос-
венным данным, он вряд ли превышал 3300 чел.
вместе с пехотой (2 приказа стрельцов).
Поскольку об участии в бою стрельцов сведе-
ний нет, скорее всего, в бой вступили поместные
сотни (8 сотен каширян, смолян и белян, или
около 640 чел.) и драгунский полк Клавдиуса де
Спевилля (около 1500 чел.). Об участии послед-
него в битве удалось найти только одно свиде-
тельство — в челобитной полкового подьячего
Василия Бражникова: «Царю... драгунского
строю Клав ди юсова полку полковой подъячиш-
ко Васка Бражников, по твоему государеву указу
послан я, холоп твой, на твою государеву служ-
бу без твоего государева подъемного жалованья
и ходил я в поход с столником и воеводою сс
князем Петром Элмурзичем Черкаским, на бок
против Родивила был и тут у меня, холопа твое-
го, выбилась из рук лошадь с седлом и пистоле-
том и ушла неведомо куды, и я, холоп твой, н<
твою государеву службу волочась пеш в конец
и побит, а купить мне лошеди и седла и писто-
лета ненашто, человек бедной...»47*.

Вероятно, поместные воины и спешен-
ные драгуны приняли участие в пятой атаю
литовских позиций. Т. е. в ней вся числен
ность поместной конницы, рейтар и драгун
возросла примерно до 9660 чел., за вычетол
убитых и раненых из полков Барятинского
Львова, Одоевского и Якова Черкасского. Н<
исключено, что именно после прибытия драгун
Яков Черкасский (вспомнив золотое правило
«Никогда не атакуй с фронта позиции, которые
можно захватить обходным путем») попытал
ся обойти позицию Радзивилла на своем пра
вом фланге. Скорее всего, окружить литвино!
слева было невозможно из-за действенного
огня орудий с городских укреплений Шклова
и строений городского предместья. О не
удачном исходе попытки окружения литов
ского войска впоследствии вспоминал гетман

в своем письме королю. Со слов Радзивилла,
удобная оборонительная позиция его армии
между двух оврагов не позволяла атаковать его
большим силам противника. Ибо, во-первых,
«неприятель наперед войска нашего слабости
увидеть и посчитать не мог», т. е. не мог опре-
делить силы литовского войска, а во-вторых,
оба оврага, в которых сидели драгуны, меша-
ли русским «всеми силами ударить». Узкий
фронт не позволял Черкасскому обрушить
на противника всю массу своей кавалерии.
Ей приходилось вытягиваться вдоль дороги,
полк за полком, друг за другом. В случае, когда
литвины отступали под натиском русских, что
«иногда случалось в то время», овраги с сидя-
щими в них дра1унами становились серьезным
препятствием. Литвины использовали их как
оборонительные рубежи, и противник «не мог
нас обойти, чего постоянно хотел сделать сво-
им правым крылом, но напрасно», ибо драгу-
ны ему «давали добрый отпор»472. Стоит отме-
тить, что овраг, который пытался форсировать
Черкасский своим правым крылом, действи-
тельно является очень глубоким и труднопре-
одолимым, как нам удалось убедиться в ходе
осмотра поля битвы. При этом Радзивилл по-
вернул свой фронт и успешно дал отпор на-
ступающим’ «так как ему каждый раз новый
фронт давал и отличное сопротивление».

Последним к месту битвы подо-
шел Сторожевой полк кн. М.М. Темкина-
Ростовского и В.И. Стрешнева, который, тем не
менее, все же успел принять активное участие
в битве. В последней, по-видимому, шестой ата-
ке литовского войска и позиции Радзивилла,
согласно «именной росписи раненых и уби-
тых», приняли участие следующие сотни:
Ивана Языкова, Федора Парфеньева, Федора
Тыртова. Федора Аксакова, Василия Киреева4’3.
Из послужных списков можно добавить: сот-
ни Григория Неклюдова, Андрея Богданова,
Артемия Мартюхина, Фомы Цызарева,
Василия Желнинского, Ивана Шишкова,
Федора Протасьева, Богдана Тонеева, Степана
Сверчкова, Степана Черткова, Григория
Осорьина, Евсевия Палицына, Афонасия
Шсмякова, Митрофана Хрипунова, Мирона
Александрова, Юрия Азарьева, Федора Змеева,
Якова Чаадаева, Федора Корсакова, Тихона
Костюрина, 1ригория Хвостова, Елизария

Горскина474. Итого 27 сотен, что составля-
ет примерно 2160 чел. Кроме того, в состав
Сторожевого полка входил рейтарский полк
Василия Кречетникова (около 800 чел.475), об
участии которого в битве есть довольно по-
дробные сведения: «162 году августа в 2 день
на государеве... службе в литовской земле
под Шкловым городком был бой с литов-
скими людми з гетманом Радивилом, на бою
был полку боярина и воеводы князь Михайла
Михайловича Темкина Ростовского рейтар-
ского строю полковник Василей Кречетников
с подполковником и с мойеором и с ротмистры
и с порутчики и с прапорщики и со всеми чи-
новными людми и со всем своим полком рейта-
ры на бою служили государю и бились явствен-
но, и убил полковник Василей Кречетников
три мужика, ево роты капитан и поручик Сава
Шепелев убил мужика, порутчик стряпчей
Омельян Толстой убил мужика. Подполковник
Яган Видим Фангален взял живова трубача да
убил мужика...»476. В документе перечислены
все начальные люди и рейтары, отличившиеся
в бою, причем из всех 10 рот. Кроме рот пол-
ковника и подполковника, это роты майора
Михайла Гопта, ротмистров: Ивана Шепелева,
Дементия Тарбеева, Якова Кокошкина, Андрея
Балха, Петра Толстого, Семена Скорнякова-
Писарева и Дмитрия Дурова477.

Таким образом, в последней, шестой атаке
поместной конницы, рейтар и драгун числен-
ность русского войска возросла примерно до
12 620 чел., за вычетом убитых и раненых из
полков Барятинского, Львова, Одоевского,
Якова и 11етра Черкасских. Стоит отметить, что
указанная штатная численность рейтарских
полков была лишь неким идеалом. В реальных
условиях болезни, дезертирство, недостаток
продовольствия приводили к значительному
сокращению численности личного состава еще
до начала активных боевых действий. С учетом
этих факторов, к моменту начала битвы под
Шкловом все войско Черкасского вряд ли пре-
вышало 12 тыс. чел.

Таким образом, против 12 тыс. бойцов
Черкасского Радзивилл имел около 5 тыс.
жолнеров и естественную оборонительную
позицию.

О.А. Курбатов предположил, что
все оперативное руководство конной

Поле битвы под Шкловом. Вид с позиции литовского войска. Фото автора

схваткой осуществлял завязавший бой кн.
Ю.Н. Барятинский, под начало которого были
переданы 35 конных сотен4 8. На наш взгляд, как
следует из комплексного анализа источников,
в битве приняли участие практически все кон-
ные части армии Черкасского (что подтвержда-
ется документально), и значит, главнокоманду-
ющий уже после начала боя должен был взять
на себя общее руководство сражением.

При этом не исключено, что русские
полки атаковали не все сразу (из-за узкого
фронта), а сменяя друг друга, как в битве при
Молодях (1572): «полки выезжали и бились,
сменяя друг друга по чиновной очереди. При
этом каждая пара полковых воевод уверенно
управлялась со своими двумя-тремя десятка-
ми “сотен”»479.

Согласно «листу» из литовского обоза,
«уже в ночи страшной свежие полки непри-
ятельские подходили, а мы уже избитые и с ко-
нями едва живы были». Был примерно девятый
час вечера. «Начал на нас неприятель очень на-
пирать, и мы уже поддаваться стали, но сохра-
нил Боже от того, чтобы тыл показать, до пере-
правы, ибо все бы мы на ней сгинули». Гетман
сказал своим воинам, что подкреплений нет
НО

и надо либо «неприятеля преломить либо по-
гибнуть», приказав всем хоругвям еще раз ата-
ковать противника. И так «почти в отчаянии
на него ударили», что опрокинули и «больше
мили на нем ехали», остановившись только
у табора и пехоты противника. Со слов неиз-
вестного автора «листа», литовские хоругви
были «так избиты, что едва живы были» и, до-
вольствуясь тем, что «такое сильное войско
с поля сбили», ушли обратно «в самых сумер-
ках, хотя и не без великого урону своего, но
в сто раз больше у неприятеля»480.

Сражение длилось более пяти часов. По
словам гетмана, на вновь подходившие пол-
ки противника литовские хоругви по пять, по
шесть раз ударяли, так «что не знали, кому
виктория достанется». Однако в ходе по-
следней атаки неприятель был сбит с поля
и ушел до леса («потерпел конфуз и с поля
уйти должен был»), в котором не задержался,
отступив «аж до табора своего, в 2 милях за
собой стоящего»481. Если эти сведения точны,
то табор Черкасского в ходе битвы находился
около Копыси.

Как известно, исход битвы иногда решает
один батальон. Согласно польским документам,

Поле битвы под Шкловом. Вид с позиции русского войска. Фото автора

успеху последней атаки литвинов способство-
вала ошибка русских рейтар. В русских ис-
точниках такой информации нет. В «листе»
гетмана Радзивилла королю сообщается, что
незадолго перед тем, как сбили Черкасского
с поля, «рейтары их сами, полк с полком столк-
нулись, и дали по своим залп, так, что это об-
щей их конфузии поспособствовало, что за
причина и почему так произошло, сказать пока
трудно...»482. В «листе» из литовского обоза от
13 августа 1654 г. также упомянут этот эпизод.
Согласно сообщению автора, «то нам милостью
божьей помогло, что рейтары неприятельские,
которые все хорошо вооружены были, полк
один дал огня по своим. Или они ошиблись, ибо
уже темно было, или с иной какой причины,
знать не можем, однако в самый горячий бой
это не мало способствовало их конфузии»485.

В том же «листе» особо отмечается личная
храбрость гетмана, который сам был в гуще
битвы: «его милость не стоял, но и сам подвер-
гался большой опасности, и там и там появля-
ясь, и на крыльях, и во главе центра, не только
биться приказывал, но и сам бился, и в непри-
ятельские ряды въезжая и смешиваясь с ними
так, что несколько коней под ним пало»484.

Возвращаясь к вопросу численности армии
Черкасского, можно уверенно утверждать, что
оценки Радзивилла, согласно которым «силы
неприятельской, как сказали языки, было
50 000, как только оком и людским разумом
охватить можно, но в бою и 30 000 не было»44",
сильно завышены.

Проведенный анализ позволяет сделать
вывод, что в битве под Шкловом непосред-
ственно участвовало не более чем 12-тысячное
русское войско, состоящее примерно из 104 со-
тен поместной конницы (точное число назвать
нельзя из-за отсутствия данных по полку кн.
II.Е. Черкасского), трех рейтарских полков
и одного драгунского полка. Солдатские пол-
ки и стрельцы были оставлены в лагере для
охраны пушек и казны (в миле от места боя)
и могли принять участие (открыть мушкет-
ный и пушечный огонь) только в отражении
последней атаки литвинов непосредственно
у своего обоза, что подтверждает соответству-
ющий документ:

«162 году августа в 2 день был бой под
Шкловым городком с полскими и с литовски-
ми людми с гетманом Родивилом, а на том
бою по указу боярина и воевод князя Михаила

Михайловича Темкина Ростовского был голова
московских стрелцов Иван Азарьев с сотники
и с стрелцами своего приказа у государевой
казны и у наряда у пушек... служили против
гетмана Родивила, стояли, с полскими и ли-
товскими людми бились явственно, полских
и литовских людей побили»486. Из приведен-
ного источника видно, что стрельцы стояли
в тылу, т. е. в обозе, на охране казны* и пушек.
Участие стрельцов в бою явно ограничилось
несколькими залпами по литовской конни-
це, которая слишком близко подошла к обозу.
Никаких сведений о потерях приказа Азарьева
также нет, как нет и данных о потерях в стре-
лецких приказах: Аврама Лопухина, Степана
Коковинского, Василия Философова, Ивана
Ендогурова и Ивана Нелидова. Не было урона
и в приданных Якову Черкасскому ротах сол-
датских полков, что согласуется с информацией
из польских источников и подтверждает вер-
сию о том, что битва под Шкловом представ-
ляла собой исключительно кавалерийский бой.

С учетом стрельцов и солдат можно сде-
лать вывод об общей численности армии кн.
Я.К. Черкасского, направленной царем против
Радзивилла из-под Смоленска, — 16-17 тыс.
чел. Т. е. немногим меньше половины армии,
сосредоточенной под стенами Смоленска. Из
этого числа, как показано выше, в битве при-
няло участие не более чем 12 тыс. конных.

С такими значительными силами недаль-
новидный военачальник кн. Яков Куденетович
не только не выполнил поставленную задачу —
разбить или отогнать литвинов, но и позволил
Радзивиллу нанести его войску чувствительное
поражение. Имея значительный перевес в си-
лах (12 против 5 тыс. чел.), русские вступали
в бой сходу, по частям, что позволяло против-
нику отбивать атаку за атакой. О том, что бит-
ву под Шкловом нельзя считать победой не-
задачливого воеводы, говорит и тот факт, что
он сам долго не писал государю о результатах
сражения, а попросту не знал, о чем доклады-
вать. Лишь отступление гетмана позволило
князю объявить битву выигранной. Победная
реляция была отправлена в царскую ставку
лишь 7 августа — 5 дней спустя после битвы!

• Вероятно, имеется в виду оружейная и пушечная
казна, т. е. боеприпасы, порох, фитиль и т. п.

Только когда Черкасский убедился в том, что
Радзивилл ушел из-под Шклова и отступил на
запад, он, с большим опозданием, спешно по-
слал царю сеунч о своей «победе». В подтверж-
дение обратимся к «Книге сеунчей»:

«Августа в 7 день писали к государю бояре
и воеводы князь Яков Куденетович Черкасской
с товарыщи: августа ж во 2 день послали они за
гетманом Радивилом для подлинного ведома
ертоулного полку стольника и воеводу князь
Юрья Борятинского, а с ним изо всех пол-
ков голов с сотнями; и того ж числа прислал
к ним князь Юрьи Борятинской, что он нри-
шол к Шклову, и под Шкловым у него с литов-
скими людми бой учинился. И они... пришли
на бой с большим поспешением, и з гетманом
Родивилом и с литовскими людми у них был
бой и на том бою литовских многих людей по-
били и в полон поймали, а Радивил со всеми
людьми из-под Шклова побежали. И с тою
службою и сеунчом прислали к государю бояре
и воеводы князь Яков Куденетович Черкасской
с товарищи стольника Микифора Левонтьева,
князь Никита Иванович Одоевской с то-
варыщи — жилца Афонасья Иванова сына
Вышеславцова, бояре же и воеводы князь
Михаила Михайлович Темкин Ростовской с то-
варыщи — Афонасья Федорова сына Благова,
стольник и воевода князь Петр Черкасской
с товарищи — стряпчего Микиту Андреева
сына Водова»4Я. Сеунщики были пожалованы
земельными и денежными окладами, а также
соболями.

Вероятно, слухи о не слишком удач-
ном исходе битвы дошли до царской став-
ки под Смоленском дня через два после
боя под Шкловом, поскольку уже 4 августа
Алексей Михайлович решил направить про-
тив Радзивилла армию кн. Трубецкого, при-
казав передать последнему часть рейтар из
полков Черкасского: «Августа в 4 день от ве-
ликого государя писано к боярину и князю
Якову Куденетовичу Черкасскому с товари-
щи, велено им выбрать изо всех полков рей-
тар 1000 человек добрых и конных (и) ото-
слать к боярину и воеводам князю Алексею
Никитичу Трубецкому с товарищи». После чего
Трубецкому «велено идти под Борисов и над
городом и над Родивилом промышлять, сколко
Бог помощи подаст». К кн. Якову Черкасскому

был послан стольник кн. Александр Лобанов-
Ростовский «спросить о здоровье и сказать
государево милостивое слово», причем воево-
де приказано «стать в Копыси, устроив обоз
и товары щей своих, которых пригоже, а с ними
ратных людей велено отпустить под Шклов,
и над Шкловым и над иными литовскими го-
родами промышлять, сколко Бог подаст»488.

Указание о новом походе под Шклов от-
ражало неверную информацию о наличии там
главных сил Радзивилла, в то время как гетман
уже отступил к Головчину. Смену Черкасского
Трубецким еще в свое время заметил поль-
ский историк Л. Кубаля, написав, что «если бы
Черкасский разбил Радзивилла, не требовалось
бы посылать против последнего Трубецкого,
который из-за этого не смог соединиться
с Хмельницким и занять Волынь, как ему было
приказано»489.

8 августа, после получения известий об
отходе литовского войска, царь приказал
Черкасскому «с ратными людми идти под
Дубровну и государевым делом над литовски-
ми людми велено промышлять». Требование
посылки кавалерии к Трубецкому вскоре было
повторено: «послать ис передового и сторо-
жевого полков рейтарских двух полковников
с рейтары»490.

9 августа царь получил противоречивые
вести о действиях Радзивилла: с одной сто-
роны, воеводы писали, что гетман из-под
Шклова «пошол к Головчину и к Борисову»,
с другой стороны, что «Родивил воротился
к Шклову». В связи с этим он снова приказы-
вал Трубецкому «со всеми ратными людьми,
взяв у бояр и воевод (Одоевского и Темкина-
Ростовского. — И.Б.) по полку рейтар с пол-
ковники и с началными людми идти под Шклов
и прося у Бога милости... над Шкловым про-
мышлять сколко... Бог помощи подаст, а как
ратные люди з запасы соберутца и лошади
пооправятца велено им итти в Борисов и над
Радивилом промышлять»491.

Однако вместо отправки полков Ариста
Фамендина и Василия Кречетникова
к Трубецкому Черкасский отпустил к нему толь-
ко тысячу рейтар, вероятно, не желая ослаблять
свое войско, о чем свидетельствует следующий
документ: «Августа в 12 день писали к вели-
кому государю бояре и воеводы князь Яков

Куденетович Черкасской с товарищи, что они по
указу великого государя, выбрав изо всех полков
рейтар тысечю человек в полк к бояром и воево-
дам ко князю Алексею Никитичу Трубецкому...
послали, а они бояре и воеводы князь Яков с то-
варищи и з государевыми ратными людми стоят
меж Оршей и Копоси, ожидают государева ука-
зу, и государь бы о том велел указ учинить»492.

Сколько было послано рот из каждого пол-
ка — неизвестно. Удалось лишь найти упоми-
нание о том, что ротмистр кн. Петр Мещерский
(из полка А. Фамендина) «на боях» был с кн.
Одоевским под Шкловом и с кн. Трубецким под
Шепелевичами «против Родивила бился»49’.

10	августа в своем лагере «меж Копоси
и Орши» Черкасский провел общий «смотр
ратных всяких чинов людей»494. К сожалению,
данный документ не сохранился, поэтому у нас
нет точных данных о потерях русского войска
в битве под Шкловом.

11	августа царь послал к Черкасскому с «го-
сударевым жалованным словом» кн. Семена
Андреевича Хованского495.

Готовясь к походу на Дубровну, армия
Черкасского разбила лагерь между Копысью
и Оршей, о ее дальнейшем наступлении про-
тив основных сил Радзивилла приказа не было.
В тот же день воеводы писали к государю, что
они «стоят меж Орши и Копоси», и августа
в 13 день им «велено по прежнему государеву
указу идти под Дубровну и над Дуборовною
промышлять»490. 17 августа Черкасский полу-
чил повторный приказ «над Дубровною про-
мышлять всякими обычаи»497.

Закончив разбор хода боя под Шкловом,
перейдем к вопросу о потерях русской армии
в этом сражении. В отечественных документах
имеется следующая информация.

Согласно отписке воеводы Передового
полка кн. Никиты Ивановича Одоевского,
«как у них был бой под Шкловом с Родивилом
и с литовскими людми, и в то время товары-
ща ево околничего и воеводу князя Дмитрея
Петровича Лвова литовские люди ранили
в ногу двемя пулками...». В ответ царь прика-
зал Одоевскому кн. Д.П. Львова «для ево ран
отпустить к государю»498. В другом документе
подтверждается, чго «на том бою передового
полку окольничего и воеводу князь Дмитрея
Петровича Львова ранили»499.

Современный мост через р. Серебрянку (Шкловку) на месте прежней переправы. Фото автора

Из сохранившихся материалов о боевых по-
терях можно судить только о том. что в битве
погиб московский дворянин Тимофей Наумов
сын Елизаров50", бывший в полку своего род-
ственника — думного дворянина и воеводы
Федора Кузьмича Елизарова. В росписи убитых
полка князя Темки на-Ростовского названы хотя
и представители известнейших (позднее) фа-
милий, но рядовые воины из городовых детей
боярских: Селад Тургенев и Микита Голенищев-
Кутузов ‘я. В «именной росписи» также упомя-
нуты раненые головы сотен: Андрей ГЦепотев,
Игнатии Селиванов и Иван Кисленской502.
Большинство раненых, о которых сохранились
сведения, как начальные люди, так и рядовые,
получили сабельные ранения (примерно 80 %
раненых). Кроме того, «поколоты копьями»
около 10 %, огнестрельные ранения имелись
также примерно у 10 % участников битвы.

В листе гетмана Радзивилла сказано
о большом уроне для литвинов в Шкловской
битве: «не имели в войске ни одной хоругви,
которая бы менее четырех или пяти раз ударя-
ла, не имели ни одной так счастливой, чтобы
несколько товарищей и кучи челяди не поте-
ряла. Погиб пан Мирский молодой (Иероним
Мирский, погиб в ходе битвы, командуя
114

хоругвью отца. — И.Б.), единственный сын
пана стражника нашего (Григория Мирского),
хотя и больного и уже умирающего, однако
в войске бывшего; погиб пан Немета поручик,
пана подкомория киевского (Юрия Немирича)
кавалер добрый, погиб пан Рек, ротмистр рей-
тарский». По словам гетмана, в этой «крова-
вой, но славной битве» рейтары были ему
«наилучшей компанией». Гусарской и казацкой
хоругвям «досталось тоже, в некоторых по не-
сколько товарищей пало, особенно в гусарской
хоругви, которой половину древка (знаме-
ни. — И.Б.) отсекли, защищая и желая спасти
его, семь товарищей полегли, между которыми
и судья войсковой пан Чудовский». Т. е. одна
гусарская хоругвь потеряла свое знамя, однако
«победоносное войско с поля неприятеля со-
гнало и само отошло»503.

Информация о захвате литовского знамени
подтверждается послужными списками дво-
рян, в которых сказано, что алатырец Иван
Елисеев сын Брюхов «убил знаменщика и зна-
мя взял и то знамя принес в казну»504.

В «листе» неизвестного автора из Вильни
от 20 августа сообщается, что литвины «в кон-
це концов полем овладели и победу одержали,
но с немалым уроном который сколько в малом

Речка Серебрянка (Шкловка) в районе моста. Фото автора

войске очень значительным был. Поручика два
убито, товарищей больше 50: гусарская и ка-
зацкая хоругви гетманские, которым более
шести раз сталкиваться пришлось, в. великом
были огне и те наиболее пострадали. Из по-
ручиков пан Мирский, сын стражника един-
ственный, и пан Немета, поручик подкомория
киевского, погибли. С товарищества гусарско-
го знатнейшие: пан Чудовский, пан Хрептович,
пан Шуйский, пан Сакович, пан Стабровский,
пан Гриневич. Подстрелены: пан Пузына, пан
Сулагыцкий. Из козацкой: пан Мниховский,
пан Яблонский, пан Шлихгинг. Пострелянных
и посеченных не мало... Всех людей погибших
примерно 700 чел. Но этот урон в десять раз
меньше неприятельского, ибо о 6 или 7 тыся-
чах убитых их языки поведали. Воевод двух
передних, а именно: князь Борятинскии убит,
другого не можем назвать, также офицера пе-
реднего, который у них несколько лет был: мы
думаем, что это Лесель. Вязнеи 20 чел. в той по-
требе знатных взято»'505.

Сразу отметим, что «Лесель» — вероятно,
искаженная фамилия полковника Лесли —
никак не мог быть под Шкловом, поскольку
в указанное время находился с полком под
Смоленском.

Польский историк К. Бобятыньский оцени-
вает общие потери литовского войска убитыми
и ранеными в 700 чел., причем убитыми только
200 чел.506 Данный урон вполне допустим, учи-
тывая, что потери русских также были невелики.

В «листе» неизвестного автора из обоза от
14 августа 1654 г. сообщается, что лиговская че-
лядь, которая «для поиска трупов наших уби-
тых ездила на поле битвы, поведала, что видела
более грех тысяч неприятельских тел, посколь-
ку их силы ушли, на том месте, где табор их
стоял, похоронили и в Днепре потопили, не-
которых шкловские хлопы плывущих вниз по
течению видели. Шестерых знатных в церкви
похоронили. Также челядь привела холопа, от
москвы утеканшег о. который рассказал о силе
того войска, которое с Орши шло, и то, что под
Мстиславлем было, все до них двигалось, и на
час только к битве опоздало. Подтвердил и то,
что большая у них была после того боя тревога,
немедленно до Орши отступили. ..»w’.

Сообщение о якобы трех тысячах погиб-
ших из войска Черкасского не подтверждает-
ся отечественными источниками. Литовская
челядь, явно желая угодить своим господам,
многократно преувеличила число убитых
неприятелей.

Согласно «листу» из обоза литовского от
13 августа 1654 г., в битве «погиб вероятно
князь Борятинский, который был послом во
Львове. Погиб воевода Юревич (Juriewicz),
и иных немало наипервейших, что всегда
впереди были. Сгинул некий полковник не-
мецкий, муж очень великий, и некий Микита
Протасьевич, любимец царский». Их опозна-
вали пленные по найденной «броне, панцирям
и шишакам», что говорит о количестве и каче-
стве защитного вооружения убитых. Павших
«очень много было, и все наипервейших лиц,
ибо мы с конницей бились», но «посчитать
всех побитых не можем, ибо неприятель тру-
пы увозил, чего ему трудно было помешать»508.

В «аисте-- гетмана Януша Радзивилла королю
от 14 августа говорится: «из с гаршины (начальных
людей. — И.Б.) их кто погиб, сказать пока трудно,
если пожалуй языка какого доброго взять, но как
со слов пленных, с коней упавших и иных гово-
ривших и доспехи опознавших, то три старших
должно быть полегли: князь Барятинский, что
был послом во Львове, полковник же некий фон
Менден и Микита Протасьевич, голова большой
и царский знать любимец»509.

При проверке информации о гибели вы-
шеуказанных лиц в отечественных источни
ках выясняется, что на самом деле в битве был
убит всего один сотенный голова — муромский
дворянин Микита Протасьевич Лачинов. В «по-
служном списке служилых людей» из Передового
полка кн. Одоевского, в частности, сказано, что
Герасим Федотов сын Дурной, как «под Шкловым
убили голову Микиту Лачинова на его место
был на бою у сотни в головах, государю служил
явственно»510. Из другой «именной росписи-
раненых и убитых известно отчество Микиты
Лачинова — «Микита Протасьев сын Лачинов»5”.
Это был обычный провинциальный дворянин
из Мурома, и непонятно, почему литвины назы-
вают его «любимцем царя». Царь, скорее всего,
лично с ним даже не был знаком. Вероятно, этот
«статус» должен был подчеркнуть важность по-
гибшего в глазах рядовых литвинов*.

• Отец Никиты, IIротасий Тимофеев сын Лачинов
был пожалован за Московские осадное сидение
1618 г. Из его детей также известны: Кузьма, Елисей
и Василий. Елисей, раненый в боях 1654 г., затем стал
головой, служил в рейтарском строю. В 1663 г. основал
Пензу, убит разинцами в 1671 г.

Овраг на левом фланге литовской позиции. Фото автора

Гусары Речи Посполитой. Реконструкция. Фото автора

Лачинов, так же как названный выше мо-
сковский дворянин Тимофей Елизаров, позд-

I вее был включен в «Синодик по убиенных во
брани»512.

Воевода, названный: «Юрьевич», —
это, скорее всего, кн. Федор Юрьевич
Хворостинин. По крайней мере, он один но-
сил такое отчество из всех бывших н бою во

, евод. Под Шкловом он погибнуть не мог, так
как умер спустя два с половиной года после
этих событий, в конце 1656 г.

Кн. Юрий Барятинский и полковник Арист
Фамендин (фон Менден) также блаюполуч-
| но жили еще долгие годы и участвовали во
многих боях. Сообщения об их смерти под
Шкловом не соответствуют действительности.
Польский историк В.Я. Рудавский записал, что
Радзивилл столкнулся под Шкловом с 60-ты-
сячным войском Черкасского и никому не из-
вестного «Киркинского» (Kierkirbki). «Победно
вышло литовское войско из этого боя, в кото-

I ром полет Киркинский»513. Скорее всего, н дан
ном случае имеется в виду искаженная фами
лия кн. Барятинского,

В «Синодике по убиенных во брани» за-
писаны имена еще 12 дворян и детей бояр-
ских из Тулы. Рязани, Арзамаса, Алатыря,
Вязьмы, Галича, Костромы, Углича, Дмитрова,
Можайска и Дорогобужа «с товарищи»'”, ко-
торые, вероятно, погибли в ходе кампании
1654 г., но н каких боях конкретно, не указано.

Никаких иных имен начальных людей,
якобы погибших в битве под Шкловом, в доку-
ментах нет. Вес воеводы, полковники и головы
сотен (за исключением Н. Лачинова) остались
на своих местах. Следовательно, сообщения
польских источников о трех тысячах убитых
в войске Черкасского очень далеки от истины.

По послужным спискам дворян и детей бо-
ярских, участвовавших в битве под Шкловом
и перечисленных в тех или иных сотнях,
определить урон этих сотен невозможно, по-
скольку неизвестна их первоначальная чис-
ленность. Так, например, в подъездной сот-
не И. Ивашкина после битвы насчитывалось
68 чел., в сотне И. Селиванова — 76 чел., в сотне
М. Маслова — 49 чел., в сотне И. Кондырева —
70 чел., в сотне И. Гашна — 98 чел.,

в сотне В. Апраксина — 115 чел., в сотне
И. Кислинского — 53 чел., и т. д. Только по по-
воду сотни Д. Вердеревского сообщается, что
в строю 67 чел., «взятых и побитых нет, только
раненые»515.

Сохранившиеся в архиве данные о боевых
потерях в 35 поместных сотнях разных полков
и 3 рейтарских полках (Таблицы 8, 8.1, 8.2) из
числа бившихся под Шкловом не позволяют
нам сделать вывод о большом уроне армии
Черкасского. Если в 35 сотнях и 3 рейтарских
полках, бившихся в авангарде армии, показано
всего 27 убитых, 94 раненых и 2 пленных, то
даже при более значительных потерях в других
сотнях общее число убитых вряд ли превыша-
ло 300 чел.

Перейдем к вопросу о литвинах, попавших
к русским в плен в этой битве. Сведения о них
сохранились в «именной росписи» служилых
людей, взявших языков в бою под Шкловом.
В ней также сообщается о том, что «на том бою
государевы ратные люди полских и литовских
людей побили и языков поймали». Приведем
лишь несколько имен пленных.

Итак, рейтарского строю Исакова пол-
ку Фанбуковена ротмистр Василий Толстой
взял «немчина цесарских земель Ондреюса
Наира». Камбулата мурзы Черкасского уздень
Чапан Начаеков привел «немчина Шкоцкие
земли Александра Ворса». Стряпчий Дмитрий
Рагозин взял литвина Мосейка Русинова.
Рейтар Матвей Змеев пленил «шляхтича рей-
тарерина гетмановы роты Янковского». Кн.
Петр Голыгин взял литвина Павла Залеского.
Из полка Темкина-Ростовского был прислан
«взятой язык Корфова полку рейтарской рот-
ной трубач Пруской земли немчин Ян Скрапин
с трубою»516. Городовые дворяне из полка кн.
П.Е. Черкасского взяли в плен трех литовских
шляхтичей51. В основном в плен попали ря-
довые шляхтичи и рейтары из состава литов-
ского войска (всего 23 чел.), в том числе два
трубача. Так, например, «августа в 2 день под
Шкловым на бою рейтарского строю подпол-
ковник Вилим Яган Фангалан взял языка нем
чина Родивилова полку». Пленный «немчин»
сказал, что он «трубач Яган Кревт, с Родивилом
де ратных людей восмь тысяч, гусар две хорун-
ги, райтар семь хорунг, салдат тринадцать хо-
рунг, гайдуков четыреста, драгунов тысяча, да
118

с ним же де есть татаровя и казаки, а скол ко
де татар и казаков того он не ведает, а з бою де
чает, что Родивил побежал в Борисов»518.

Довольно точно оценивая результаты сра-
жения и в то же время преуменьшая его на-
кал и драматизм, шведский резидент в Москве
Иоганн де Родес писал, что в распоряжении
Радзивилла находилось «не более 7000 чело-
век». По словам Родеса, «военная инициати-
ва» перешла «к князю Якову Куденетовичу,
но поскольку и та и другая сторона не имели
желания вступать в решающую схватку, между
ними произошли разве что отдельные столкно-
вения, после чего Куденетович немного отсту-
пил, а Радзивилл отвел свои войска...»519.

Итак, подведем окончательные итоги бит-
вы под Шкловом. Кн. Черкасский располагал
значительным превосходством сил над про-
тивником, однако литовское войско добилось
успеха главным образом благодаря лучшему
командованию. Радзивиллу удалось сорвать
планы атакующей стороны, заняв сильную
оборонительную позицию и умножив трудно-
сти подхода к ней скрытыми в оврагах драгуна-
ми. Умелое использование местности, смелые
атаки и контратаки кавалерии, интенсивная
стрельба спешенных драгун оказались доста-
точными для того, чтобы литвины смогли удер-
жать оборонительный рубеж на р. Шкловке.

В решающие моменты битвы, когда русская
конница начинала теснить литовскую и пере-
ходила речку, драгуны вели сосредоточенный
огонь по флангам противника, позволяя кава-
лерии отбивать атаку за атакой. Русская кон-
ница, вынужденная атаковать по узкому фрон-
ту, вступала в бой поэшелонно, подвергаясь
ударам противника с центра и обоих флангов
одновременно. Попытка Черкасского обой-
ти укрепленную позицию литвинов правым
крылом закончилась безрезультатно. В наи-
более критический момент боя гетман бросил
в битву все свои силы, сбив противника с ис-
ходной позиции. Как писал видный военный
историк Г. Дельбрюк, со времен «Марафона мы
знаем, что нет более сильной формы боя, как
оборона, переходящая в надлежащий момент
в наступление»520.

Вместе с тем ни одна из сторон не доби-
лась решающей победы. Исход сражения мож-
но назвать неопределенным. Хотя литовской

Сабля, подаренная царю Алексею
Михайловичу кн. Я.К. Черкасским в 1646 г.
Иран, первая половина XVII в. ГО11МК

коннице удалось сбить с поля боя русскую
конницу, но на следующий день Радзивилл
отдал приказ своему войску отступать в свя-
зи с большими потерями и подходом к ме-
сту сражения армии Трубецкого. В ходе бит-
вы ни одна из сторон не добилась желаемого
результата — разгрома армии противника.
Черкасский не смог уничтожить литовское
войско, а Радзивиллу лишь на короткое вре-
мя удалось остановить наступление русских.
Обе армии сохранили боеспособность и были

готовы к новым сражениям. Черкасскому уда-
лось нанести существенный урон армии не-
приятеля и сохранить свои силы, но этим его
заслуги как военачальника и ограничились.

Можно согласиться с мнением польского
исследователя П. Кроля о том, что исход битвы
под Шкловом «фактически был нерешенным.
Обе стороны объявили о своей победе, и се-
годня в работах на тему этой битвы истори-
ки обеих стран приписывают победу каждый
своей стороне. Войско ВКЛ, невзирая на чис-
ленный перевес противника, не было разби-
то (с его стороны в битве принимали участие
только кавалерия и драгуны) и удержало поле
боя, что было важным психологическим фак-
тором и позволяло объявить о своей победе...
но, в то же время, эта победа была куплена до-
рогой ценой... »521.

На наш взгляд» бой Черкасского под
Шкловом напоминает поражение кн. Андрея
Курбского под Невелем в 1562 г. своей неудачей
атаки сильной позиции противника при зна-
чительном превосходстве сил атакующих. Так
же как в битве под Невелем, русское войско не
смогло одолеть гораздо меньшие силы непри-
ятеля, но и само при этом не было разбито42.

Под Шкловом мы видим «традиционное»
построение московской конницы XVI столе-
тия, представляющее собой «глубоко эшело-
нированный боевой порядок с неодинаковой
численностью и боевой ценностью своих ли-
ний»523. Дворяне и дети боярские прекрасно
владели холодным оружием и навыками вер-
ховой езды, но по качеству боевой подготовки,
организации и дисциплине поместные сотни
значительно уступали компутовой кавалерии
Речи Посполитой. Вероятно, после этой бит-
вы русское командование пришло к выводу,
что «опыт сочетания частей “нового строя”
и конных сотен показал низкую способность
последних к линейному бою, и воеводы стали
отводить им роль ертаула и второй линии ос-
новного построения (с прежними качествами
«отвода»)524, т. е. в последующих боях помест-
ная конница все чаще становилась конным
резервом.

БИТВА ПРИ ШЕПЕЛЕВИЧАХ
14 АВГУСТА 1654 ГОДА

После взятия Мстиславля армия кн.
А.Н. Трубецкого выступила к Копыси.
Этот небольшой город с населением около
2000 чел.525 являлся владением Радзивиллов.
Крепость Копысь стояла на левом, возвышен-
ном берегу Днепра. Земляной вал высотой до
7 м хорошо сохранился до нашего времени.
Замок, окруженный двумя речками, впадаю-
щими в Днепр, был военно-административ-
ным центром города. Согласно инвентарю
1651 г. городские укрепления находились в за-
пущенном состоянии.

Копысь не оказала сопротивления русско-
му войску и 4 (14) августа 1654 г. открыла воро-
та. Как писал царю Трубецкой с товарищами,
«сослався з бояры и воеводы со князем Яковом
(Черкасским с товарищи. — И.Б.) пошли на ли-
товского гетмана на Радивила х Копыси, и из
города Копыси попы и городцкие всяких чи-
нов люди шляхта и мещане вышли с образы
и службы и государю добили челом и город
Копысь здали, и с тою отпискою и с сеун-
чем прислали Замятию Тяпкина с товарищи
6 человек*526.

Воеводой в городе оставили Федора
Малыгина, который ранее был в Мстиславле.
При нем находился гарнизон из 100 брянских
стрельцов* под началом сотника П. Киева527.

Получив известия о битве под Шкловом,
произошедшей 2 (12) августа, армия
Трубецкого 6 августа выступила из Копыси
к Шклову, намереваясь «у Шклова стоять» до
государева указа528. Царь отправил Трубецкому
грамоту о том, что, получив вести от воевод,
«Радивил из под Шклова пошол к Головчину

• Вероятно, сотня брянских стрельцов также нахо-
дилась в войске с начала похода.

и к Борисову, да они ж писали, что Родивил во-
ротился к Шклову», велит им со всеми ратны-
ми людми, «взяв у бояр и воевод (Одоевского
и Темкина. — И.Б.) по полку рейтар с полков
ники и с началными людми идти под Шклов
и прося у Бога милости... над Шкловым про-
мышлять сколко... Бог помощи подаст, а как
ратные люди з запасы соберутца и лошади
пооправятца велено им итти в Борисов и над
Радивилом промышлять»529.

Сообщение о том, что Радзивилл вернул-
ся к Шклову, оказалось ложным. На самом
деле он отступил к Головчину, куда двинулась
и русская армия. Головчин (сейчас — село
Белыничского района Могилевской области)
в то время был небольшим укрепленным го-
родом на р. Бабич.

На следующий день после битвы под
Шкловом, а именно 3 (13) августа, соглас-
но «Авизам», к войску Радзивилла прибы-
ло пополнение — 2500 чел. кн. Богуслава
Радзивилла и Немирича530. Польский историк
К. Бобятыньский считает, что это были дра-
гунский полк кн. Богуслава Радзивилла под ко-
мандованием Эбергарда Путткамера (600 «пор-
ций») и полк немецкой пехоты Юрия Немирича
под началом Богуслава Пшипковского
(1000 «порций»). Число в 2500 бойцов он счи-
тает завышенным, если только автор «Авиз» не
имеет в виду (дополнительно) полк немецкой
пехоты Радзивилла (1050 «порций»)5”.

6 (16) августа Радзивилл послал Полубин-
ского с конницей (1 тыс. чел.) для разведки под
Копысь. Под Копысью литвины взяли в плен
«подстреленного московитина», который со-
общил, что армии Черкасского и Трубецкого
соединились. Данные показания нашли под-
тверждение, когда литовские воины увидели

г

Котись. Замковое городище. Фото автора

множество палаток. В русском лагере замети-
ли противника, подняли тревогу и стали стре-
лять из орудий. 7 (17) августа Полубинский
вернулся в лагерь гетмана, однако 9-го (19-го)
опять выступил в разведку с тысячей всадни-
ков. В ходе нее стало известно, что неприятель
переправился через Днепр у Копыси и направ-
ляется непосредственно к ним. Согласно листу
Нежинского, Радзивилл от Головчина «обоз
I с пушками и пехоту отправил к Былыничам,
асам пошел следом с конницей»532.

11 (21) августа, по словам гетмана, «ар-
мия противника наступала на наши разъезды

• под Сметанками, где дело доходило до само-
го Головчина, и на себе привели неприятеля,
который стоял в полумиле от нас: его силу
видя, а нашу слабость, принимая во внима-
ние, войско выступило накануне 22 августа
к Белыничам, где мы стали за Друтью в поле
обозом» ”. Отправленные конные разъезды

сообщили гетману, что неприятель «все дворы
и села огнем палит».

Согласно отписке Трубецкого царю, 8 ав-
густа Трубецкой переправился через Днепр
и выступил к Шклову, где «недошед до Шклова
за пять верст» узнал о том, что «Родивил сто-
ит в Головчине, а Головчин от Шклова дват-
цать верст». Воеводы «с тово стану пош-
ли к Головчину августа в 11 день и пришли
к Головчину того ж числа за два часа до ночи».
Русское войско стало «против города и роди-
ниловых станов», расположенных за рекой.
Литовские разъезды «Родивилова полку стоя-
ли ротами у реки» перед мостом. Государевы
ратные люди «тех литовских людей вбили
в слободы», после чего последние «побежали
за мост через реку в город и в родивиловы
станы». В ходе перестрелки через реку шлях-
тичи говорили русским, что «Родивил одно-
лич но бой даст утре». Русские не могли сразу
переправиться через реку, поскольку литвины,
перейдя ее, «мост розметали», который был
«у самого города», а иные «мосты к городу

и к родивиловым станом перейтить... ника-
кими мерами было немочно», ибо река «топ-
ка и болота и ржавцы болшие, и бродов ни-
где нет». Той же ночью, по словам Трубецкого,
«Родивил из Головчина побежал», а он с то-
варищами «на утренней зоре, прошед к реке,
и, поделав мост, пришли в город и которых
людей в городе застали и тех побили, а иных
взяли в языцех, а город и посады велели вы-
жечь, да в городе ж государь взяли две пуш-
ки железные в станках да тритцать пищалей
затинных»534.

Пленные сообщили, что гетман «пошол
из Головчина к Борисову». Воеводы спешно
выступили за «Родивилом ево сакмою». С ве-
стями о взятии Головчина к царю был послан
Б. Садыков в сопровождении темниковских та-
тар535. На самом деле говорить про одну «сак-
му», т. е. дорогу, не совсем верно. Отходившее
на юго-запад литовское войско направилось
к Белыничам, в то время как русские дви-
нулись на северо-запад, к переправе через
р. Друть у Тетерина. Вероятно, таким манев-
ром Трубецкой хотел опередить Радзивилла
и закрыть ему дорогу к Борисову.

13 (23) августа литовское войско находи-
лось в Белыничах из-за болезни гетмана, ко-
торый даже не мог «на коня сесть»536. Вечером
того же дня отправленные на разведку разъ-
езды принесли вести, что «неприятель, найдя
брод под Чечежином» (Тетерино на р. Друть),
преградил дорогу литовскому войску537.

Согласно Межи некому, когда литвины уз-
нали, что противник зашел им в тыл, гетман
«хотел увести табор, а сам пошел с конни-
цей навстречу (противнику. — И.Б.) под село
Шепелевичи (в тексте — Supelince)538.

Встреча двух противников произошла
14 (24) августа 1654 г. у села Шепелевичи.

Наиболее полное описание битвы при
Шепелевичах содержится в двух основных
отечественных источниках и в одном поль-
ском. В сохранившихся отечественных ар-
хивных материалах это «Черновая выписка
о награждении сеунщиков 162-163 гг.»53’,
а также недавно опубликованная грамо-
та царя Алексея Михайловича к гетману
Б. Хмельницкому о разгроме войска гетмана
Я. Радзивилла под Шепелевичами от 24 августа
1654 г. из фонда 214 («Сибирский приказ»)540.
122

В польских — изданная А. Грабовским еще
в 1845 г. и хорошо известная историкам Реляция
о бое 14 (24) августа 1654 г. («Relacia potrzeby,
ktora zaszla miedzy wojskiem WKL a Moskwa pod
Ciecierzynem die (dnia) 24.08.1654»)541. В ней это
сражение названо «делом под Чечежином», т. е.
локально привязано к селу Тетерино (по поль-
ски — Ciecierzyn) на р. Друть. Однако факти-
чески битва произошла в 15 км к юго-западу от
Тетерино, около села Шепелевичи, о чем свиде-
тельствуют все достоверные источники.

Несмотря на привязку в реляции села
Тетерина, даже в польской историографии за
этой битвой прочно утвердилось наименова-
ние по более точной локализации места сра-
жения как «битва при Шепелевичах», с чем мы
полностью согласны.

Что касается отечественной историо-
графии, то здесь не все так однозначно.
В «Хронографе», изданном А.Н. Поповым, со-
общается, что Радзивилл был разбит «недошед
Борисова», причем литовских людей «побили
болши 6000 человек»542. С. Величко писал о том,
что Радзивилл был разбит у реки Березины под
Шкловом543. Д.Н. Бантыш-Каменский сообщал
фантастические сведения о том, что «наказной
гетман Иван Золотаренко... разбил у Шклова
литовского гетмана князя Радзивила, обратив
его в бегство»544. Долгое время эта баталия
с легкой руки знаменитого российского исто-
рика С.М. Соловьева ошибочно именовалась
как «битва на речке Шкловке»545. Между тем,
исследуя старые и современные карты мест-
ности, нетрудно убедиться, что никакой «реч-
ки Шкловки» в районе Шепелевичей нет и не
было. Речка с таким названием протекает воз-
ле г. Шклова, и на ней действительно проис-
ходило сражение, но не 14 (24) августа, а 2 (12)
августа того же года (т. е. битва под Шкловом),
о котором рассказано в предыдущей главе.

Вслед за Соловьевым Н.И. Костомаров рас-
суждал о «блистательной победе» Трубецкого
под Шкловом, при этом незаслуженно до-
бавляя к победителям украинских казаков
И. Золотаренко, которые в это время нахо-
дились под Гомелем546. Н.А. Павлищев пи-
сал о поражении Радзивилла «у Сепелинцев,
в 15 верстах от Борисова на р. Шкловке»547.
Д.И. Иловайский также повторил невер-
ные сведения о победе «на реке Шклове»548.

Советский историк А.Н. Мальцев неопре-
деленно называл эту битву сражением под
Борисовом54’, Л.С. Абецедарский, напротив,
точно писал о «разгроме войска Радзивилла
под Шепелевичами»550. Л.В. Заборовский ис-
пользовал второе польское название сраже-
ния — битва под Чечежином54.

В.В. Каргалов цитировал фрагмент не
названного им документа, в котором сооб-
щается о победе «на речке на Шкловке»552.
ИЛ. Андреев отмечает битву «у города
Борисова»553, так же как А.В. Малов в своей об-
зорной работе о Русско-польской войне 1654-
1667 гг.554 А.Н. Боханов сообщает о том, что
<20 августа князь Алексей Трубецкой... разбил
пойско под командованием Великого гетмана
Радзивилла на реке Ослик, в пятнадцати вер
стах от юрода Борисова»555, неверно указывая
дату и расстояние от Борисова. Из всех ука-
занных исследователей только Н.В. Смирнов
правильно называет решающее сражение
24.08.1654 битвой при Шепелевичах556.

Такая путаница, на первый взгляд, непо-
нятна. Ведь если обратиться к отечествен-
ным документам, то и в них эта победонос-
ная для русских битва названа «боем под
Шепелевичами». Так, например, в «Книге
сеунчей» сказано, что у Трубецкого «с гетма-
ном Радивилом и с литовскими людьми за
селом Шепелевичами бой был, бой большой,
и на том бою литовских людей побили на го-
лову...»557. В «Черновой разрядной записной
книге» 1654-1655 гг. сообщается, что «з гетма-
ном Родивилом и с литовскими людми за се-
лом Шепелевичами был бой большой...»55*. То
же самое записано в «Черновой выписке о на-
граждении сеунщиков 162-163 гг.»55’. В наказе
посланнику к гетману Б. Хмельницкому дво-
рянину Д.П. Тургеневу от 04.10.1654, в частно-
сти, говорится об успехе русских войск: «князь
Алексей Никитич Трубецкой с товарищи, до-
ведався про то, что Радивил со всеми людми
собрался, на него пошли, и сошли Радивила
меж Шклова и Борисова под Шепелевичами,
и Радивила со всем войском побили на голову,
и в языцек поймали, выбрав самых лутчих лю-
дей, и бунчук, и знамена, и литавры, и пушки
и пушечные всякие запасы, и кореты, и рыдва-
ны, и шатры, и полатки и весь обоз взяли. ..w560.
В челобитной рядового участника битвы

рузского дворянина Спиридона Второго со-
общается, что они «Родивила Яныша и многих
польских и литовских и немецких людей, ко-
торые с ними были меж Головцына и Борисова
за Шепелевичи побили и в языцех поймали.
И я на том бою с сынишком и с племяничиш-
ком был сам шесть, тебе государю служили, 6и-
лися явственно, убили двенадцать мужиков»561.

Откуда же появилась никому не известная
в окрестностях Шепелевичей речка Шкловка?

Единственная запись об этой битве с таким
названием, которую нам удалось найти, содер-
жится в «Дворцовых разрядах». В них, в част-
ности, записано, что «гетмана Радивила поби-
ли, за 15 верст до литовского города Борисова,
на речке на Шкловке, а в языках взяли 12 пол-
ковников, и знамя и бунчук Радивилов взяли,
и знамена и литавры поймали, и всяких литов-
ских людей в языках взяли 270 человек; а сам
Радивил утек с неболшими людми, ранен»562.

Вторичность происхождения указанно-
го документа по сравнению с первоисточни-
ками — отписками воевод и челобитными
участников битвы, очевидна. Вероятнее всего,
при записи в «Дворцовых разрядах» перепис-
чик неверно понял топоним и ошибочно вос-
произвел его. Не исключено, что в оригинале
была указана речка Осливка (иначе — Ослик),
которая протекает возле Шепелевичей, превра-
тившаяся при перезаписи в «Шкловку». Как
бы там ни было, С.М. Соловьев, а за ним мно-
гие другие историки повторили эту ошибку
в своих работах, основательно запутав вопрос
локализации места битвы в отечественной
историографии. Таким образом, самая круп-
ная победа русской армии в кампании 1654 г.
долгое время оставалась «без названия».

Польские исследователи, как правило,
не испытывали проблем с точной привяз-
кой битвы к картам местности, несмотря
на отдельные искажения топонима. О бит-
ве при Шепелевичах писали Я. Рудавский,
Э. Котлубай, Л. Кубаля, Г. Виснер, П. Кроль,
В. Бернацкий, К. Бобятыньский, а также бело-
русский историк Г. Саганович.

Утром 14 (24) августа, согласно «Реляции»,
литовское войско и обоз выступили из
Белыничей к Шепелевичам (названным в доку-
менте Supelinci), через «Владиславову слободу»
(slobode Wladyslawowa), где была переправа

через речку, которую литвины «не могли ми-
новать»565. О том, что искаженное название
«Supelinci» есть не что иное, как Шепелевичи,
писал еще польский историк Л. Кубаля564.
С данным утверждением нельзя не согла-
ситься. Что касается Владиславовой слобо-
ды, то точное местоположение ее неизвестно.
Поскольку в реляции сообщается о переправе
через речку, то, вероятно, речь идет о пере-
праве через р. Осливку в районе д. Эсьмоны
Авангард литвинов из нескольких конных
хоругвей пошел в северном направлении
до самых Шепелевичей, в то время как обоз
с полком (?) подстолия (А.Г. Полубинского)
гетман повернул на запад — к Заозерью565,
вероятно, пытаясь увести его от наседающе-
го противника. Основные силы литовского
войска также направились к Шепелевичам,
фактически двигаясь навстречу Трубецкому,
который в это время шел туда же от села
Тетерино. Переправившись через р. Друть под
Тетерино, передовые конные сотни воеводы
первыми вышли к Шепелевичам. В авангар-
де русской армии шли дворяне и дети бояр-
ские Калуги, Мещовска, Серпейска, Медыни,
Малоярославца и других городов.

К сожалению, в отличие от сохранив-
шихся послужных списков дворян армии кн.
Я.К. Черкасского в битве под Шкловом, анало-
гичных данных по армии кн. А.Н. Трубецкого
в битве при Шепелевичах нет. Количество со-
тен и имена голов поместной конницы юго-за-
падной армии (за редким исключением) также
неизвестны.

Тем не менее, битва при Шепелевичах стала
первым «правильным» победным сражением
новой русской армии, проведенным, по тре-
бованиям европейской воинской науки того
времени, с выстраиванием боевых линий, вза-
имодействием кавалерии и пехоты, мушкете-
ров и пикинеров, так не похожим на традици-
онные тактические приемы московских войск
начала XVII в.

Сделаем небольшое отступление от опи-
сания событий, чтобы попытаться реконстру-
ировать наиболее вероятный сначала поход-
ный, а затем боевой порядок русской армии
в битве при Шепелевичах 14 (24) августа 1654 г.
на основе имеющихся данных о составе всех

Река Друть у Белыничей. Фото автора

1етман Януш Радзивилл. Гравюра XVII в.

соединений армии Трубецкого, «старшинстве»
воевод и полков, известном расположении
полков пехоты и кавалерии в походном и бо-
евом порядках европейских армий на поле боя
середины XVII столетия.

Рекош трукция походного
и боевого порядков русской армии

Как писал в свое время известный воен-
ный исследователь и автор фундаментально-
го труди «История пехоты» Ф.В. фон Рюстов,
«после Тридцатилетней войны способ по-
строения войск вообще и пехоты в частно-
| сти, в сущности, был одинаков у всех наций
в Европе»566. Учитывая наличие значитель-
ного числа английских, шотландских, гол-
ландских и немецких военных специалистов
(полковников и иных «начальных людей»),
внедрявших европейское военное искусство
в русскую армин> той эпохи, современный ис-
следователь может реконструировать порядок
действий этой армии на поле боя с опорой на

сохранившиеся многочисленные документы
и исследования о военном деле в Западной
Европе. Пристальное внимание к источникам
и исследованиям по истории европейских войн
середины XVII в., изучение основ организации,
тактики, управления, вооружения, дисципли-
ны и иных особенностей ведущих европейских
армии того времени позволяет нам воспро-
извести аналогичные образцы боевой дея-
тельности полков нового строя Московского
государства.

Обращаем внимание на то, что все ино-
земцы-полковники не были теоретиками или
великими полководцами-новаторами в во-
енном деле. Наиболее добросовестные из них
лишь пытались в точности повторить или
скопировать «армию новой модели», такой,
какой они ее видели в Англии, Голландии,
Франции, Империи или в различных государ
ствах Германии. В лучшем случае иноземные
«отцы-командиры» действовали, как правило,
шаблонно, старались максимально возможно
ггрименить на «русской почве» свои знания
и опыт, полученный ими до 1654 г.

Наиболее близкими (хронологически)
в этом отношении к войне 1654-1667 гг. яв-
ляются такие важные военные конфликты,
как Тридцатилетняя война 1618-1648 гг. (ее
последние годы) и Английская гражданская
воина 1642-1651 гг. Все иностранные офице-
ры, прибывшие в Россию до 1654 г., в большей
или меньшей степени были участниками этих
двух войн, не говоря уже о менее значимых
вооруженных противостояниях в Европе.
Как справедливо заметил военный историк
Г Дельбрюк, характеризуя военные камггании
английской армии под началом Кромвеля,
«оригинально в нем было не столько то, как
он вел свою армию, сколько описанный нами
(Г. Дельбрюком. — И.Б.) способ ее форми-
рования»567. Поэтому наибольший интерес
для исследования тактики боя представля-
ет последний период Тридцатилетней войны
(1635-1648 гт.).

Самым известным военным теоретиком,
проанализировавшим и систематизировавшим
военно-теоретические взгляды середины —
третьей четверти XVII в„ является имперский
фельдмаршал Раймундо Монтекукколи (1609-
1680 гг.). Его имя стоит в одном ряду с именами

Густава II Адольфа, Тюренна и Конде. Историк
Г. Дельбрюк назвал фельдмаршала «первым те-
оретиком новейшего времени*568, т. е. в отли-
чие от названных полководцев Монтекукколи
выступил не только практиком, но и вы-
дающимся теоретиком военного дела свое-
го времени, обобщив богатый боевой опыт
в «Записках...», или «Основных принципах
военного искусства...».

Сочинение Монтекукколи, имеющее ха-
рактер практической инструкции в различных
областях военного дела, вполне подходит для
реконструкции тактики ведения боя русской
армией в войну 1654-1667 гг.

Разбирая особенности европейского воен-
ного искусства середины столетия, мы получа-
ем возможность реконструировать походный
и боевой порядок русской армии, основой ко-
торой в рассматриваемое время стали конные
и пешие полки нового строя.

Итак, начнем с общих положений, касаю-
щихся боевого порядка.

Если обозначить тезисно, то построение
всех армий Западной Европы на поле боя по-
сле 1648 г. выглядит следующим образом:

—	все войска строятся в 2-3 боевые линии,
конница занимает фланги, пехота — центр;

—	части 2-й линии располагаются про-
тив интервалов 1-й линии, выделяется ре-
зерв из конницы и пехоты (иногда образуя
3-ю линию);

—	в интервалах между частями конницы
располагаются взводы пехоты (мушкетеров);

—	тяжелая артиллерия ставится на флангах
пехоты или перед ее фронтом, легкая — в ин-
тервалах между батальонами или эскадронами;

—	тактическая единица пехоты — бата-
льон, выстраивается в линию из 6 шеренг;

—	пикинеры стоят в центре, мушкетеры —
по флангам.

Сразу следует пояснить, что «батальон» как
тактическая единица пехоты в то время еще
не имел определенной величины. «Отдельная
рота, построенная в боевом порядке, называ-
ется батальоном, так же как и масса, состоя-
щая из нескольких полков, в сплошном бое-
вом порядке»569. В каждом случае все зависело
от численности того или иного полка. Полки
большой численности (от 1000 до 1600 чел.)
обычно строились в два батальона. При этом
126

«батальоном», т. е. основной тактической еди-
ницей, становился «полуполк». Так, например,
было в армиях Саксонии и Бранденбурга, где
«батальоны» формировались из полуполков
в 4-5 рот570.

Учитывая весьма значительные штаты пол-
ков солдатского строя русской армии в начале
войны (1600 чел.), резонно предположить, что
каждый полк также делился на два батальона
или «полуполка» по 5 рот, первым из которых
командовал полковник, а вторым — подпол-
ковник. При этом, как в европейских армиях,
первый батальон в линии обычно стоял спра-
ва, второй — слева (например, шведская армия
в битве под Варшавой 1656 г.).

«Нормальным построением батальона
была просто линия из шести шеренг, причем
все пикинеры батальона сосредоточивались
в центре, мушкетеры же распределялись на
флангах — половина на правом, половина на
левом»571. Пикинеры, так же как и мушкетеры,
строились в 6 шеренг. При принятой глубине
построения мушкетеры могли постоянно под-
держивать огонь (при более тонком постро-
ении мушкетеры не успевали бы заряжать
мушкеты).

Соотношение мушкетеров и пикинеров
в батальоне то время обычно составляло
2 : 1 (на два дивизиона мушкетеров один ди-
визион пикинеров)*. При движении батальо-
на в походном порядке обычно «мушкетерский
дивизион правого крыла шел в голове, затем
дивизион пикинеров, а замыкал движение
мушкетерский дивизион левого крыла. Т. е.
в походном порядке — 6 человек по фронту»572.
В начале гражданской войны в Англии (1642 г.)
мушкетеры еще пользовались сошками для
мушкетов, но в «армии нового образца» они
уже были упразднены573.

Основной тактической единицей рус-
ской кавалерии нового строя в то время был
полк, насчитывающий 1000 чел., помест-
ной конницы — сотня (различной числен-
ности). Драгуны, если они имелись, обычно
помещались на крайних флангах, но в армии
Трубецкого драгунских полков не было.

Следует также отметить очень важный мо-
мент: «полки в боевом порядке размещались

* В Речи Посполитой — 3:1

по чинам и старшинству службы своих коман-
диров». Так, например, известно, что «францу-
зы особенно упорно держались этого местни-
чества. Нередко полки на виду у неприятеля
совершали пустые перестроения, ради соблю-
дения старшинства»574. Каждый эскадрон, ба-
тальон и орудие имели свое определенное ме-
сто в боевом порядке, который нигде не мог
быть нарушен. Подобное «местничество» легко
прижилось и в русской армии, поскольку име-
ло свои традиции в московском стрелецком
войске (где каждый приказ занимал строго
определенное место по старшинству, наруше-
ние оного считалось уроном корпоративной
«чести»)*.

Примерно в то же время, а именно в кон-
це 30-х — начале 40-х годов XVII в., в Европе
появился так называемый «смешанный» бо-
евой порядок, в котором батальоны пехоты
и эскадроны кавалерии стояли в одной линии
поочередно. Как заметил военный историк
А.К. Пузыревский, «перемешивание кавале-
рии с пехотой» использовали шведы «против
многочисленной и стремительной польской
конницы, например, в сражении при Парнове
в 1655 г. Пюйсепор тоже перемешивает в бое-
вых линиях пехоту с кавалерией, располагая
попеременно эскадрон кавалерии и батальон
пехоты, на том основании, что крылья непри-
ятельской линии, состоящие только из кава-
лерии, не решатся атаковать эскадроны, пере-
мешанные с пехотою. Таким образом, желали
предохранить кавалерию от неприятельских
атак, забывая, что она сама есть наступатель-
ный род оружия»575.

По свидетельству французского историка
Шарля де Кинси (1666-1736), «Тюренн переме-
мешивал эскадроны с батальонами»576.

Монтекукколи, достойный противник
Тюренна и один из лучших полководцев свое-
го времени, отстаивал смешанный боевой по-
рядок, аргументируя свою точку зрения тем,
что «по нынешнему же регламенту всю пехо-
ту ставят в центр баталии, а кавалерию — на

* Пример расследования дела о нарушении очередно-
сти написания служилых корпораций при составлении
смотренных списков полков солдатского строя в 1670 г.
приведен в книге Эскин Ю.М Очерки истории местни-
чества в России XVI-XVII вв. М., 2009. С 359-360.

крылья, отстоящие от пехоты на несколько
тысяч шагов: и какую же спросить по совести,
эти два рода войск могут оказать друг другу
помощь? Ведь ясно, как только крылья будут
разгромлены, пехота, покинутая и беззащит-
ная с флангов, обречена на поражение...»577.
Фельдмаршал писал, что шведы после пораже-
ния под Нердлингеном (1634 г.) стали «разме-
щать между эскадронами взводы мушкетеров
и малые пушки — но и этого оказалось недо-
статочно...». В дальнейшем батальоны пехоты
стали чередоваться с эскадронами кавалерии.
Смешение родов войск нужно для того, чтобы
они «при необходимости могли взаимно при-
крывать и поддерживать друг друга...»576.

Таким образом, из всего изложенного сле-
дует, что в середине XVII в. в европейских ар-
миях одновременно существовали два боевых
порядка:

1)	классический; вся пехота в центре, кава-
лерия — на флагах,

2)	смешанный: чередование батальонов пе-
хоты и эскадронов кавалерии.

Какой же вариант боевого порядка выбра-
ли русские воеводы?

Судя по запискам польского шляхтича Яна
Пасека, смешанный боевой порядок применял
воевода кн. Ю.А Долгоруков в битве на реке
Басе в 1660 г., а именно: московская «пехота,
между конными размещенная, очень нам вре-
дила, потому что в случае необходимости ока-
зывала поддержку коннице...»579.

«Примером употребления вышеопи-
санного боевого порядка служит сражение
при Сен-Готарде, в Венгрии, данное туркам
Монтекукколи в 1664 г. В диспозиции отдано
было приказание, при наступлении кавале-
рии не отделяться от пехоты и не произво-
дить атак на неприятеля, удаленного на рас-
стояние, превосходящее 300 шагов, и в случае
удачи не преследовать разбитого неприятеля.
Подобного рода тактика могла быть с успехом
применена против гурок, имевших преиму-
щественно иррегулярную конницу, атаки ко-
торой не могли быть успешны против такого
большого каре, еще издали ослаблявшего ее
своим огнем»580.

Учитывая, что главной силой польско-ли-
товской армии была превосходная кавалерия,
русские могли противопоставить ей то же, что
127

имперцы — туркам, т. е. смешанный боевой
порядок.

Такой боевой порядок можно увидеть в по-
строении шведской армии не только в битве
при Жарнове (Чарнове) 6 сентября 1655 г?1*1, но
и в знаменитой Варшавской битве 28-30 июля
1656 г. По словам Рюстова, смешение обоих
родов войск — кавалерии и пехоты, позднее
рекомендовали Монтекукколи, Пюйсегюр
и Тюренн, хотя от него очень скоро (в 80-х гг.
XVII в. — И.Б.) отказались‘|<2. Вероятно, чаще
всего смешанный боевой порядок военачаль-
ники практиковали в случае наличия у про-
тивника сильной и многочисленной конницы
(шведы и русские против поляков, имперцы —
против турок).

Согласно сохранившимся документам
Разряда, каждый воевода командовал соедине-
нием пехоты и конницы и при движении в по-
ходном строю или в боевом порядке занимал
свое строго определенное место по старшин-
ству, в авангарде, центре и арьергарде армии.
Это также позволяет сделать вывод, что при
развертывании в боевые линии эти соедине-
ния естественным образом образовывали сме-
шанный боевой порядок.

На основании изложенного и имеющих-
ся в нашем распоряжении источников ре-
конструируем походный порядок армии кн.
А.Н. Трубецкого на пути к Шепелевичам.

Походный порядок армии

кн. А.Н. Трубецкого

к 14 (24) августа 1654 г.

(реконструкция)

Авангард (Передовой полк)
воевода кн. Г.С. Куракин
— сотни поместной конницы 8 городов,
— полк пехоты И. Ниротморцева
(2 батальона).

воевода кн. Ю.А. Долгоруков

— сотни поместной конницы 6 городов,
— полк пехоты Е. Цыклера (2 батальона).

Центр (Большой полк)
главнокомандующий — воевода кн.

А.Н. Трубецкой

— рейтарский полк Л. Мартота,

— полк пехоты Д. Краферта (2 батальона),
— рейтарский полк Ф. Вормзера,

Речка Осливка у Шепелевичеи. Фото автора

Дорога к Шепелевичам от переправы через р. Осливку. Фото автора

—	полк пехоты Л. Барклая (2 батальона),
— сборный реитарский полк из армии кн

Я.К Черкасскою,

—	полк пехоты Я. Флека (2 батальона),

—	темниковские мурзы и татары,

—	стрелецкий приказ Я. Ефимьева,

—	стрелецкий приказ Л. Азарьева,
— сотни поместной конницы 8 юродов.
Арьерюрд (Сторожевой полк)
воевода кн. С.Р. Пожарским

—	полк пехоты I. Фанстадена (2 батальона),
— сотни поместной конницы 4 городов,
воевода С. А. Измайлов

—	полк пехоты Н. Фанстадена (2 батальона),
— сотни поместной конницы Солоны и др.
городов.

Общую численность армии кн -VH. Тру-
бецкого, с учетом дополнительно прибывшей
тысячи рейтар из армии Черкасского, следует
оценить примерно в 18 000 чел.

Согласно польскому историку Э. Котлубаю,
многочисленное московское войско выступило

на поле оитвы при Шепелевичах, построенное
в три боевые линии (trzy limje) Л При этом
автор ссылается на так называемый «Аноним
Рачинского», позднее известный как «История
правления Яна Казмира» В. Коховского
Насколько можно доверять этой инфор-
мации — вопрос сложный, учитывая, что
Коховский путается и смешивает сражения под
Шкловом и Шепелевичами, а «линии» называ-
ет «колоннами» (trzema kolumnami) м. Как бы
там ни было, вероятнее всего, при разворачи-
вании строя, согласно требованиям линейной
тактики того времени, русская армия выстрои-
лась в две или три боевые линии. В «Реляции»
также сообщается о двух местах переправы
русского войска через речку Осливку — «ниже
мельницы и под самим местечком», что пред-
полагает возможное построение двух колонн
в две линии и одновременную переправу двух
корпусов из трех имеющихся.

Согласно Монтекукколи, в строю баталии
(боевого построения) армия подра щеляется на

три линии: первую линию, или фронт, вторую
линию, третью линию, или резерв585.

При перестроении из походного в боевой
порядок, в данном случае — развороте поход-
ной колонны на 90 градусов для атаки на юж-
ном направлении, навстречу литовскому войску
Радзивилла, русская армия, согласно прави-
лам перестроения западноевропейской пехо-
ты и традиционным понятиям «старшинства»
воинских частей, должна была выстроиться
строго определенным образом: первые воево-
ды авангарда (Передового полка) и арьергарда
(Сторожевого полка) со своими частями конни-
цы и пехоты выходили вперед и образовывали
правое и левое крылья первой боевой линии.
Вторые воеводы авангарда и арьергарда форми-
ровали правое и левое крылья второй боевой ли-
нии. Самые значительные силы из рейтар и пе-
хоты центра (Большого полка) развертывали
первую и вторую боевые линии. Третью линию
(резерв), по всей вероятности, могли составлять
стрельцы, поместная конница и татары.

Как писал тот же Р. Монтекукколи, «цель
походного порядка — в том, чтобы войска
сразу и несложными перестроениями могли
развернуться в строй баталии. Строй бата-
лии... обычно и служит исходным правилом
для походного порядка: фланг превращается
в голову колонны, где эскадроны и батальо-
ны должны идти друг за другом в той же по-
следовательности, как они стояли в шеренге
плечом к плечу; при этом можно сформи-
ровать столько отрядов и колонн, сколько
потребуется»586.

По замечанию военного историка Г. Дель-
брюка, «развертывание армии в линейный по-
рядок вовсе не делается само собою, а представ-
ляет тактическое произведение искусства»587.

Боевой порядок русской армии
в битве при Шепелевичах
14 (24) августа 1654 г.

(реконструкция)

Правое крыло

Первая линия:

воевода кн. ЕС. Куракин

—	сотни поместной конницы 8 городов
(около 600 чел.),

—	полк пехоты И. Ниротморцева (2 бата-
льона по 800 чел.).

Вторая линия:

воевода кн. Ю.А. Долгоруков

—	сотни поместной конницы 6 городов
(около 850 чел.),

—	полк пехоты Е. Цы клера (2 батальона по
800 чел.).

Центр

Главнокомандующий — воевода кн.

А.Н. Трубецкой

Первая линия:

—	рейтарский полк Л. Мартота (1000 чел.),

—	полк пехоты Д. Краферта (2 батальона
по 800 чел.),

—	рейтарский полк Ф. Вормзера (1000 чел.).

Вторая линия:

—	полк пехоты А. Барклая (2 батальона по
800 чел.),

—	сборный рейтарский полк из армии кн.
Я.К. Черкасского (около 1000 чел.),

—	полк пехоты Я. Флека (2 батальона по
800 чел).

Третья линия:

—	сотни поместной конницы 8 городов
(около 1270 чел.),

—	стрелецкий приказ Я. Ефимьева
(500 чел.),

—	стрелецкий приказ Л. Азарьева
(500 чел.),

—	темниковские мурзы и татары (около
600 чел.).

Левое крыло

Первая линия:

воевода кн. С.Р. Пожарский

—	полк пехоты Г. Фанстадена (2 батальона
по 800 чел.),

—	сотни поместной конницы 4 городов
(около 450 чел.).

Вторая линия:

воевода С.А. Измайлов

—	полк пехоты Н. Фанстадена (2 батальона
по 800 чел.),

—	сотни поместной конницы Соловы и др.
городов (около 360 чел.).

Итого теоретически примерно 19 300 чел.,
но с учетом того, что в рейтарских и солдат-
ских полках не могло быть полного комплекта
бойцов, не более 18 тыс. чел.

Анализ имеющейся информации о «стар-
шинстве» (нумерации) пехотных полков нака-
нуне выступления в поход и сведений о том,

какой полк солдатского строя был в том или
ином воеводском полку, позволил нам найти
необходимое подтверждение предложенной
выше реконструкции боевого порядка в нуме-
рации пехотных полков.

Согласно данному расположению в ли-
ниях, 1-й полк (Д. Краферта) занимал по-
четное первое место в центре боевой линии,
2-й (И. Ниротморцева) — на правом крыле пер-
вой боевой линии, 3-й (Г. Фанстадена) — на левом
крыле первой боевой линии, 4-й (А. Барклая) —
в центре справа во второй боевой линии,
5-й (Я. Флека) — в центре слева во второй бое-
вой линии, 6-й (Е. Цыклера) — на правом крыле
второй боевой линии, 7-й (Н. Фанстадена) — на
левом крыле второй боевой линии. При этом со-
хранялась «местническая традиция», или стар-
шинство всех пехотных частей.

Кроме того, косвенным подтверждением
данного боевого порядка является тот факт,
что для преследования разбитого противника
после сражения Трубецкой направил в рейд во-
евод кн. Ю.А. Долгорукова и С.А. Измайлова.
По существующим еще в XVI в. в русском вой-
ске правилам* и «во второй половине XVII в.
дальнее преследование нередко доверялось
младшим воеводам, тогда как старший оста-
вался на месте битвы с пехотой и обозом»588.
В данном случае в погоню пошли воеводы «вто-
рой линии", в то время как «старшие» должны
были оставаться на месте в своих обозах.

В пользу правильности данной реконструк-
ции свидетельствуют известные данные по по-
ходу 1655 г. Достоверно то, что в летней кампа-
нии указанного года в авангарде армии шли кн.
Ю.А. Долгоруков и С.А. Измайлов (Передовой
полк), далее — кн. А.Н. Трубецкой (Большой
полк), в арьергарде — кн. С.Р. Пожарский
(Сторожевой полк)589. Кн. ЕС. Куракин в похо-
де не участвовал, поэтому кн. Ю.А. Долгоруков
переместился на место первого воеводы
Передового полка, а С.А. Измайлов — на ме-
сто второго воеводы Передового полка (что
также естественно после его повышения
в чине). Во главе Сторожевого полка остался
кн, С.Р. Пожарский.

• «...ино обычай в ратех держит, что всеми людми
в погоню не ходят» (См.; Курбатов О.А. Очерки разви-
тия тактики... С, 86-87).

Рейтарские полки находились под непо-
средственным командованием Трубецкого,
поэтому при смешанном боевом порядке они
оказывались в центре основных сид и вели
бой при поддержке пехоты (аналогично раз-
мешались имперские конные полки в битве
при Сен Готарде в 1664 г.). Фланги прикрывала
поместная конница. Перебрасывать рейтар на
крылья армии не было ни времени (учитывая
развертывание армии и вступление в бой пря-
мо с марша), ни необходимости. Что касается
легкой конницы (в данном случае — темни-
ковских татар), то по аналогии с европейски-
ми кроатами (как писал Монтекукколи) их
следовало располагать так, чтобы «противник
не мог их серьезно атаковать или они не мог-
ли опрокинуться на собственную армию»590.
Иными словами, на месте командующего рус-
ским войском разумно было бы оставить их
в резерве, то есть в третьей линии, с опорой
на стойкие и наиболее боеспособные пехотные
части — стрелецкие приказы.

Тяжелой артиллерии у Трубецкого не
было, легкие полковые пушки, вероятно, рас-
полагались в интервалах между батальонами.
Позади боевых линий находился обоз, обычно
оставляемый в тылу армии и часто обустра-
иваемый в виде вагенбурга. Обоз, согласно
Монтекукколи, «устраивается позади баталии
и охраняется — как от врага, так и от собствен-
ных солдат...»591.

Для понимания целесообразности и прак-
тичности именно такого построения боевых
линий снова обратимся к классическому воен-
ному труду той эпохи. Согласно Монтекукколи,
расстояние между боевыми линиями «прости-
ралось до 300 шагов, так чтобы неприятель-
ские выстрелы не могли одновременно вредить
первой и второй линии, и чтобы первая линия,
приведенная в беспорядок, не могла тотчас
опрокинуться на вторую, увлечь ее за собой,
но чтобы вторая линия действительно могла
возобновить бой свежими силами.

Если неприятель и опрокидывал кава-
лерию первой линии, то он не мог ее далеко
преследовать, потому что с фланга все-таки
оставалась пехота, которая беспокоила его
своим огнем, а с фронта немедленно бро-
сались на него эскадроны второй линии.
Значительность расстояния между боевыми

линиями препятствовала противнику охваты-
нать совершенно фланги боевого порядка, для
этого ему пришлось бы слишком растянуться
и разорвать собственный боевой порядок»11’2.
Насколько эффективной оказалась новая для
русских воевод тактика ведения полевого сра-
жения, видно из литовской «Реляции» о битве
при Шепелевичах.

Что касается гетманского войска, то Януш
Радзивилл действовал в стиле, традиционном
для войск Речи Посполитой той эпохи: силь-
ная конница в хоругвях строилась в первой ли-
нии и атаковала противника первой, стремясь
разрушить его боевой порядок. Более слабые
пехотные и драгунские части при необходи-
мости оказывали ей поддержку, располагаясь
позади во второй или третьей линии. Мощный
таранный удар польско-литовской кавалерии
нередко решал исход многих решающих сраже-
ний XVII в., достаточно вспомнить Кирхгольм
(1605 г.), Клушино (1610 г.) и другие знамени-
тые битвы.

Какими же силами располагал гетман
Радзивилл к началу битвы при Шепелевичах?

Из анализа всего комплекса поль-
ских и отечественных источников следует,
что документально подтверждается уча-
стие в Шепелевичской битве следующих
подразделений:

— всех гусарских хоругвей — Януша
Радзивилла, Григория Мирского (Hrehori
Mirski), Александра Гилярия Полубинского
(Aleksander Hilary Polubirtski);

— скорей всего, всех рейтар, но докумен-
тально только полк Януша Радзивилла под ком.
Эрнеста фон Сакена (Ernest Sacken) — «в плену
гетмана Родивила полковник рейтарской кур-
ляндской земли Эрнест фан Сакин»; Эрнеста
Яна Корфа (Ernest Jan Korff) — показания
пленных. Учитывая упоминания о тяжелых
потерях рейтарии, можно допустить участие
в битве хоругвей Теофила Шварцхофа (Teofil
Schwarzhoff) и Юрия Теодора Тизенгаузена
(Jerzy Teodor Tyzenhauz);

— следующих казацких хоругвей: Януша
Радзивилла — осталось только 30 чел.. Ежи
Кароля Глебовича (Jerzy Karol Hlebowicz) во
главе с поручиком Самуэлем Кмицицем (Samuel

Поле битвы при Шепелевичах. Фото автора

Боевой порядок русской армии при
Шепелевичах. Реконструкция автора

Kmicic) — была в авангарде под Шепелевичами;
Кшиштофа Потоцкого (Krzysztof Potocki) —
«в плену пана Потоцкого товарищ, был вместо
ево у роты» — Самойло Волович, Александра
Гилярия Полубинского — прикрывала отступ-
ление; Яна Быховца (Jan Bychowec) — была
в авангарде под Шепелевичами («в плену казац-
кие роты пана Быховца порутчик Павел Невалт
Езерский»), Хризостома Юндзила (Chryzostom
JundziH) — в плену ротмистр казацкой гетма-
на Родивила Юндзил Хризостом; Никодима
Скиндера (Nikodem Skinder) — в плену казац-
кой роты Никодима Скиндера Ян Волковицкий;
Самуэля Высоцкого (Samuel Wysocki) —
была в авангарде под Шепелевичами; Яна
Межинского (Jan Mierzenski) — автора

письма о битве; Кроме того, в документе на-
звана еще одна хоругвь, которой нет в «компу-
те»: «podkomorzego rzeczyckiego» (может, Юрия
Владислава Юдицкого (Jerzy Wladysiaw Judycki,
marszatek Rzeczycki)).

Кроме того, согласно вышеприведенным
показаниям А. Шемановского, в литовском
войске в Орше в начале августа 1654 г. были сле-
дующие казацкие хоругви: Юрия Владислава
Халецкого (Jerzy Wladyslaw Chalecki), Льва
Погирского (Lew Pogirski) и Юрия Немирича
(Niemirycz, starosta Owrucki).

Нельзя исключать также участие в бит-
ве при Шепелевичах казацких хоругвей
Станислава Яна Липницкого (Stanislaw
Jan Lipnicki), ранее бывшей в Орше; Петра
Каминского (Piotr Kaminski), прибывшего
к Радзивиллу из Мстиславля. Согласно вы-
шеприведенным показаниям М. Мартинова,
в оршанском лагере была хоругвь Яна
Романовского (Jana Romanowskiego);

—	по татарским хоругвям нет точных дан-
ных, но скорее всего какая-то часть татарских
хоругвей присутствовала;

—	драгуны: полк Януша Радзивилла —
«Родивилова полку драгунского строю
капитан Гуриян Елшнин» пленен; полк
Богуслава Радзивилла 13.08.1654 присо-
единился к главным силам; полк Эрнеста
Яна Корфа. Кроме того, согласно показани-
ям А. Шемановского, в литовском войске
в Орше в начале августа 1654 г. были драгун-
ские хоругви Кшиштофа Есмана (Krzysztof
Jesman) и Мартина Хороманьского (Marcin
Choromariski). Согласно показаниям пленно-
го литовского драгуна Я. Гробовского, он слу-
жил в полку «Нила» (Нолде), т. е. драгунская
хоругвь Эрнеста Нолде также была в Орше
у Радзивилла. Вполне вероятным было на-
личие в войске драгунской хоругви Эрнеста
Сакена, командовавшего рейтарским полком;

— «немецкая» пехота: полк Януша
Радзивилла — уничтожен полностью под
Черцами (Cercami) 25.08.1654: «в пле-
ну Родивилова пешево полку маеор
Христофор Выборк»*; полк Юрия Немирича;
13.08.1654 оба полка присоединились

• «regiment Xcia Jmci samego pieszy, cudownie dobry
i pot^zny, w pien wysieczony».

к главным силам; компания Яна Оттенгауза (Jan
Ottenhauz) — погиб в битве;

— 4 хоругви польской («венгерской») пехо-
ты: хоругвь из двух сотен Януша Радзивилла,
рота Яна Дмуховского (Jan Dmochowslu), рота
Мартина Бледовского (Marcin Bl^dowski).

В итоге, с учетом пришедшего подкрепле-
ния 13.08.1654**, а именно драгун и пехоты (по
«компуту» — 2650 «порций», фактически —
2500 чел.), армия ВКЛ под Шепелевичами те-
оретически могла составлять:

— по «компуту» (без учета потерь в боях)
максимум 9224 коней и «порций» (Таблица 6);

— реально, с учетом прежде названной
численности и урону в битве под Шкловом
(700 чел. убитыми и ранеными) максимум
8300 чел. (sic!). Никакого посполитого руше-
ния и поветовых хоругвей у Радзивилла не
было. Ло крайней мере ни одного упоминания
в документах о них нет.

Остается открытым вопрос, участвовала ли
в основном сражении «немецкая» и «венгер-
ская» пехота. И что из себя представлял полк
Полубинского? Вероятно, это какое-то вре-
менное формирование из различных подраз-
делений, которые выделили для сопровожде-
ния обоза. Скорее всего, Радзивилл по своему
обычаю отправил всю пехоту вместе с обозом,
выделив для прикрытия несколько конных
хоругвей под командой Полубинского. Это
подтверждается тем, что Радзивилл не плани-
ровал давать генеральное сражение, учитывая
большую диспропорцию сил, а лишь хотел за-
держать наступающего Трубецкого на перепра-
ве, по сути, повторив Шклов. В пользу этого
говорят и письменные свидетельства того, что
пехота пострадала именно при отступлении,
на переправах.

Вернемся к источникам, повествующим
о ходе самого сражения. Согласно свидетель-
ству участника битвы Яна Межинского, около
«трех часов» появился противник «со всем сво-
им войском могучим, ибо у князя Трубецкого
войска из-под Мстиславля пришло больше

** Казацкая хоругвь речицкого подкомория
Юрия Владислава Юдицкого (Jerzy Wladyslaw Judycki,
podkomorzy Rzeczycki) — 120 коней (из левого крыла
Гонсевского) — 24.08.1654 входила в состав авангар
да под Шепелевичами. Полк немецкой пехоты Юрия
Немирича — 1000 порций.

60 тысяч, и также было то, которое с нашими
под Шкловом билось, пополненное свежими
полками»5”.

Согласно «Реляции», 24 (14) августа «око-
ло полудня шедшие впереди четыре литовские
конные хоругви: пана подкомория Речицкого,
пана Высоцкого, пана старосты Жмудского
и пана Быховца» достигли Шепелевичей, кото-
рые уже пылали594, подожженные передовыми
русскими отрядами. По словам автора, «пер-
вые две хоругви атаковали, немало москвы
положив, взяв больше 20 добрых пленников».
После полученных от них сведений гетман
«приказал зажечь мельницу и строения (рядом
с ней. — И.Б.), которые гореть не хотели, а сам
с войском немножко развлечься и отдохнуть
задумал. В то время, почти в одно мгновение,
войско московское, которое в полутора милях
впереди (от литвинов. — И.Б.) было, быстро
к тому местечку (Шепелевичам. — И.Б.) с шу-
мом пришло, переправившись (через речку. —
И.Б.) ниже мельницы и под самим местечком,
и скоро в поле со многими хоругвями вышло».
Литвины с ними «гарцы*** довольно добрые
делали и языков новых привели, но непри-
ятель со всей силой своей быстро переправил-
ся, скоро остатки местечка захватил, пехотой
укрепил и конным войском с правого бока
в тыл нам (гетманским хоругвям. — И.Б.) за-
ходить начал». После этого литвины «уже не
думали начинать бой с неприятелем, но почти
неохотно должны были. Две другие хоругви,
как в западню какую должны были попасть,
с большим уроном для своих»595.

Источник сообщает о двух местах пере-
правы — у самих Шепелевичей и «у мельни-
цы» (располагалась ниже по течению речки
Осливки), где могли переправиться все пол-
ки русской армии. Обходной маневр кон-
ного войска «с правого бока» позиции лит-
винов, вероятно, означает движение левого
крыла (Сторожевого полка) под началом кн.
С.Р. Пожарского и С.А. Измайлова вдоль лево-
го берега реки Осливки с целью обхода правого
крыла гетманской армии и удара по ее тылам.

Если верить такому спорному источнику,
как «История Яна Казимира» В. Коховского, то
русские на гетмана «всеми силами двинулись

*** Стычки, поединки.

тремя “колоннами” (в тексте у Э. Котлубая —
«линиями». — И.Б.), на первую “колонну”
князь отважно ударил, но две другие окру-
жить его пытались. Пропала спесь и отвага
(у шляхты. — И.Б.) и к бегству она обрати-
лась. Смешались литовские ряды, ездил по ним
князь, ободряя своих, но не мог ничего сделать.
Табор литовский и пушки захватили москали,
наилучшие рыцари полегли, сам князь едва не
утонул»596.

Согласно упомянутой «Реляции», драгуны
«его княжеской милости, князя пана конюше-
го, пана Корфа и пана Ганскопфа оставленные,
мужественно бой начали, но из-за значитель-
ных сил неприятеля, разорванные атакой мо-
сковских рейтар, бежать были вынуждены»597.

По методике Монтекукколи, если полково-
дец намеревается «окружить неприятельскую
армию обоими крыльями, то, чтобы ввести
ее в заблуждение, неплохо сначала выстроить
войска по прямой, а потом, медленно размы-
кая центр строя и быстро закругляя края, из-
гибать ее полумесяцем... таким образом центр
баталии постепенно становится пустым, и вся
армия разделяется на два крыла; первую ли-
нию можно оставить как есть, а силами вто-
рой нарастить ее крылья, двукратно увеличив
их охват»s”.

Если Трубецкой действовал таким обра-
зом, то атакующие противника холодным ору-
жием рейтарские полки (см. выше о рейтарах)
должны были переместиться на крылья армии
и, возможно, атаковать драгун с флангов.

В конце, «почти на смерть, пришел пан
подстолий (А.Г. Полубинский. — И.Б.) со сво-
им полком, он, встретившись с ними (русски-
ми. — И.Б.), два раза отступая, не мог сдержать
неприятельских сил. Больше всего поля нам
(литвинам. — И.Б.) не хватало, между леса-
ми, дворами, озерами, потому, что все войско
выходить должно было (на поле боя. — И.Б.).
Милю или полторы ехал неприятель на наших
шеях, несколько раз мы при отходе отбить-
ся пытались, но никакими мерами не могли.
Войско, на три части разделенное, уходило,
но одним поражением не закончилось: по-
тому что, где пан подстолий свой полк отво-
дил, меньше погибло, кроме тех, кто в самом
бою полег. Другая часть, в середине уходив-
шая, мимо запруд (плотин) через трудные

переправы, меньше имела потерь. Но в пра-
вую сторону, куда немалое войско уходило,
и сам его милость пан гетман со всеми шел
в окружении, на переправе под Черцами, когда
уже и пушки пришли в место очень болотное
и топкое, много войсковой братьи полегло, на-
перед начавши от самого князя, который едва
ушел живым с остатками войска, несколько
раз в болото с моста сбитый, и от толп уходя-
щих саблей расчищал себе дорогу. Пан писарь
польный в болоте остался, неизвестно жив или
погиб. Пан Оттенхауз перед переправой погиб,
там же пан Сакен и пан хорунжий князя его
милости казацкой хоругви на переправе уби-
ты. Что верно, так это то, что много товарище-
ства и войсковых чинов погибло Что до пушек
и возов брошенных (то их) пан Юшкевич слу-
чайно спас у переправы, москву огнем отбив,
из которой несколько хоругвей уже за перепра-
ву перешло. Тогда войско разошлось в разные
стороны, одни вышли к Березине, к владени-
ям пана подкомория, другие к Борисову мимо
войск неприятельских, третьи в лесах и боло-
тах, которые там были, пропали. Его милость
с малой дружиной бежал до переправы, где
Бобр в Березину впадает, и там переправился,
другие же в Борисове переправились. Однако
наибольшая часть, если не все войско, о гет-
мане ничего не ведали, жив он или нет, и со-
всем на то не надеялось и разбежаться хотело,
но пан подстолий, вместе с подкоморием ре-
чицким, Корфом и Путкамером и иными рот-
мистрами, удержали все войско, и повернули
к Смоленичам между Минском и Борисовом,
а в то время пришла новость 26 августа (16) от
его милости князя, чтобы всех собирали и по-
спешали к Минску, куда его милость сам при-
был 27 августа из Борисова...»599.

Согласно сведениям Яна Межинского,
гетман «дал бой, которого избежать не мог...
и споткнулась конница наша, сильно и очень
пагубно от москвы пораженная, должна была
идти врассыпную. И собрать ее было вряд ли
возможно, хотя его милость двинулся аж до
Минска, каким путем рассеявшиеся уходили,
остановить их никакими мерами было нель-
зя, и, думаю, что (бегущие. — И.Б.) этот город
минули. Рейтары и драгуны все пропали. Два
полка пехоты пушки уводили, и четыре хоруг-
ви пехоты венгерской, но потом должны были

Дорога от Шепелевичей к Заозерью. Фото автора

отказаться от них. Полк его милости пехотный,
удивительно хороший и сильный, в пень вы-
сечен. Пана Немирича (полк. — И.Б.) и вен-
герская пехота, которую пан Юшкевич вел,
спаслись. Князя, его милость, почти из рук не-
приятельских вырвала казацкая хоругвь...»600.
Согласно тому же автору, гетману в лесах по-
пался некий крестьянин, который вывел его из
болот. Из хоругви в «полтораста коней только
тридцать бойцов осталось», между которы-
ми «их поручик, родственник Межинского».
Среди погибших он называет пана хорунже-
го надворного, Ганскопфа, Путкамера и двух
ротмистров601.

Обратимся теперь к отечественным источ-
никам. Выше уже было отмечено, что наиболее
подробными свидетельствами о событиях при
Шепелевичах являются: список с отписки кн.
А.Н. Трубецкого, содержащийся в «Черновой
выписке о награждении сеунщиков»602, и цар-
ская грамота гетману Б. Хмельницкому от
24 августа 1654 г. Как и все аналогичные
136

реляции московских воевод того времени,
список фактически не дает нам информации
о ходе самого сражения (воеводы не считали
нужным детально описывать битву), но вклю-
чает интересные подробности последующего
преследования литовского войска русскими от-
рядами. Все другие источники, в том числе за-
пись о битве в «Книге сеунчей»602, намного ко-
роче и не столь информативны, как «черновая
выписка». В царской грамоте Хмельницкому
имеются отдельные важные детали сражения,
дополняющие общую картину событий, кото-
рых нет в «Черновой выписке».

«Августа в 20 день, писали к государю...
бояре и воеводы князь Алексей Никитич
Трубецкой с товарищи, что у них з гетманом
Радивилом и с литовскими людми за селом
Шепелевичами бой был болшой, и литовских
людей побили наголову, и в полон поймали
многих чинов людей, и с того бою Радивил по-
бежал, и государевы ратные люди литовских
людей по дороге и в лесах били и в языцех

Московские рейтары. Реконструкция. Фото автора

имали на семи верстах и болши, до третьева
часу ночи, и на том бою взят Радивилов знак
и Радивиловы роты знамя и иные знамена,
и литавры, и барабаны многие»60*. В царской
грамоте Хмельницкому сообщается, что битва
началась «за пять часов до ночи», после чего
преследование бегущих литвинов велось «по
дорогам и в лесах, побивали и в языцех има-
ли до мосту и до болота...»605. Из этих данных
следует, что в целом битва и по большей части
погоня длились около 8 часов Русские пресле-
довали противника до болота (т. н. «Великое
болото»), начинающегося после села Заозерье.

В обоих фрагментах речь идет о главной
битве 14 (24) августа 1654 г., состоявшейся не-
посредственно после переправы русского вой-
ска через речку Осливку у села Шепелевичи
и преследовании бегущих сразу после бит-
^ы. В ходе нее были разбиты основные гет-
чанские силы. Наступившая ночь позволила
литвинам далеко оторваться от противни-
ка, так как в темноте русские прекратили их
преследовать.

Погоня за уходящим литовским войском
возобновилась на следующий день. Трубецкой
не послал за ним всю армию, а выделил для
этого полки воевод кн. Ю.А. Долгорукова
и С.А. Измайлова (из второй боевой линии).
В царской грамоте Хмельницкому сообщается,
что воеводы выступили в поход 15 августа «на
утренной зоре»'’06. Вслед за противником по-
шли сотни дворян и детей боярских Брянска,
Карачева, Стародуба, Почепа, Путивля
и Соловы. Вероятнее всего, в преследовании
(в документе: «в загоне») также участвовал
рейтарский полк Л. Мартота. О неоднократ-
ных атаках семи «хоругвей рейтар» при отходе
литвинов упоминается в польском источнике.

О втором бое «Черновая выписка» сообщает
следующее: «И августа ж в 15 день, бояре и вое-
воды князь Алексей Никитич Трубецкой с то-
варищи посылали перед собою товарищей сво-
их боярина и воевод князя Юрья Алексеевича
Долгоруково да Семена Измайлова с их госуда-
ревыми ратными людми, и дошли (они — И.Б.)
Ради вила и литовских людей и обоз весь от села

Шепелевичей в 20 верстах, и полских и литов-
ских людей побили и в языцех поймали многих,
и рыдваны, и телеги Радивилова обозу отбили,
и Радивил той же ночи с достальными людми,
покиня обозы побежал...»607.

Согласно царской грамоте Хмельницкому,
«взятые языки в роспросе сказали, что Радивил
тое ночи из обозов своих побежал з досталны-
ми людми»608. Скорее всего, в пути литовский
обоз растянулся на плохой дороге, поэтому он
был разгромлен по частям.

В тот же день в ходе третьего боя гетман-
ское войско понесло самые большие потери,
лишившись остатков обоза и всех своих запа-
сов. Как сообщается в выписке о третьем бое:
«...и того ж числа бояре и воеводы Радивила
и полских людей и последней ево обоз дошли,
и бой с ними был, и литовских людей побили
наголову и языки поймали (многие), и которые
и пешие многие люди и знамена, и литавры,
и барабаны, и наряд, и зелье, и свинец, и фе-
тиль, и шатры, и палатки, и Радивилова корета,
и иные кореты, и рыдваны и телеги отбили все,
а государевых ратных людей убито 9 человек,
ранено 97 человек...»609.

В царской грамоте Хмельницкому уточня-
ется, что «того ж дни боярин и воевода князь
Юрья Алексеевич Радивила сшол с первого
своего бою в десяти верстах, и был бой, и на
том бою полских и литовских многих людей
побил и языки многие поймал. А побиты на
том бою драгуны все девять рот и конные по-
биты многие ж люди... А Родивила збили з ло-
шеди и унесли ево на себе в болото пешево че-
тыре человека...»610.

Согласно сообщению Трубецкого, второй
бой (на следующий день) был в 20 верстах от
Шепелевичей. От места второго боя до тре-
тьего, как следует из царской грамоты, еще
10 верст. Следовательно, место последнего, «боя
под Черцами» (Сегсапп), упомянутого в литов-
ской «Реляции», надо искать в 30 верстах от на-
званного села, а не на р. Друть, как ошибочно
считает польский историк К. Бобятыньский,
которого, скорее всего, ввела в заблуждение
фраза из документа: «...в правую сторону, куда
немалое войско уходило, и сам его милость
пан гетман со всеми шел, на переправе под
Черцами». Верста в XVII в. — это 1066,8 км.
При таком раскладе, с учетом линии отхода,
138

Черцы должны находиться примерно в 32 км
от Шепелевичей, в районе р. Брусяты.

Следует отметить, что территория за-
паднее, юго-западнее и северо-западнее
Шепелевичей сплошь покрыта лесами и боло-
тами. Населенные пункты мелкие и немного-
численные, нормальных коммуникаций прак-
тически нет. Возможно, в те времена там были
различные переправы через заболоченные ме-
ста и мелкие речушки. При этом надо учиты-
вать, что литвины уходили несколькими путя-
ми. Те, кто был еще организован, как хоругвь
Юшкевича, возможно, пошли по единственной
тропе в тех краях, на Заозерье и дальше, т. е. по
пути движения основного обоза с артиллери-
ей. Остальные, скорее всего, спасались врас-
сыпную и в различных направлениях

На старых картах единственная доро-
га с Заозерья идет на д. Сомры. На пути от-
хода к реке Березине встречаются три реч-
ки: Месреда, Брусята и Манча. Что касается
Брусяты — там, вероятно, раньше была бо-
лотистая местность и много воды, о чем сви-
детельствует большое число ирригационных
каналов, а это, в свою очередь, говорит о ее
осушении в последующем.

Поскольку «боем под Черцами» в поль-
ском источнике, скорее всего, названа послед-
няя (третья) стычка 25 (15) августа, то в этом
случае вполне логично предположить, что
серьезным водным препятствием для литви-
нов могла стать р. Брусята. Как раз недалеко
от р. Брусяты, на дороге, идущей к переправе,
находится деревня Харчичи (Charczyce). В ис-
каженном польском переводе ее вполне мож-
но услышать и записать как «Черцы». Судя по
старым картам, именно этот район в прошлом
был серьезно заболочен и стал труднопреодо
лимым препятствием для войска Радзивилла,
где оно понесло наибольшие потери.

В «Книге сеунчей» сообщается о том, что
с победной вестью о бое с Радзивиллом («с отпи-
скою и с сеунчем») к царю были посланы сеун-
щики: от Трубецкого — Алексей Михайлов сын
Беклемишев, от Куракина — Наум Юрьев сын
Кириллов, от Долгорукова — Тимофей Елизаров
сын Маракушев, от Пожарского — Агап
Володимеров сын Небольсин, от Измайлова —
Иван Иванов сын Арцыбашев, а с ними «прово-
жатых темниковских татар 10 человек»611.



Вооружение рейтара. Реконструкция. Музей
военной истории «Стрелецкие палаты».

Москва

Из царской грамоты Хмельницкому не-
ясно, участвовал ли в третьем бое Измаилов.
Не исключено, что он преследовал бегущих
в ином направлении, чем Долгоруков. Тем не
менее после окончания похода царь пожало-
вал воеводу Семена Артемьевича Измайлова
из дворян в окольничие, что являлось очень
высокой оценкой его воинских заслуг'’12. К со-
жалению, никаких подробностей, связанных
с поводом для награждения, не сохрани-
лось. Не исключено также, что царь Алексей
Михайлович чувствовал вину своего отца пе-
ред отцом воеводы — Артемием Васильевичем
Измайловым, казненным в 1634 г. после не-
удачной Смоленской войны.

В списке и в «Книге сеунчей» упоминает-
ся отбитый у литвинов «наряд» (артиллерия).
Напомним, что, согласно «Реляции», гетману
удалось спасти пушки. Определенная ясность
в этом вопросе видна из следующего докумен-
та В полученной позднее Трубецким царской
грамоте указано, чтобы он -пушку болшую
и с станком, что взят а у Роди вила, а к ней ядра
и всякие запасы отослали есте [между строк:
пушку верховую со станком же и со всеми за-
пасы] в полки к бояром нашим и воеводам
ко князю Якову Куденетовичу Черкаскому
с товарищи...»61’. В другой царской грамоте
Трубецкому уточняется, что велено ему «пуш-
ку болшую с станком, да пушку верховую, что
взяты на Радивилове бою да к ним ядра и вся-
кие запасы отослать в полки к бояром и воево-
дам ко князю Якову Куденетовичу Черкаскому
с товарищи»614.

Таким образом, из отечественных источ-
ников следует, чго в битве при Шепелевичах
русскими были захвачены два тяжелых ору-
дия «пушка болшая» и мортира («пушка вер-
ховая»), которые литвины не смогли вывезти
В то же время ничего не сообщается о захвате
пяти легких полевых пушек. Согласно той же
«Реляции», в последний момент литвинам уда-
лось их спасти в бою у переправы.

В ходе трех боеных столкновений 14-
15 (24-25) августа Радзивилл потерял весь обоз:
«рыдваны и телеги», гетманский «Радивилов
знак и Радивиловы роты знамя, иные знамена
и литавры и барабаны многие», все пушечные
и ружейные запасы: «зелье и свинец и фетиль»,
походное снаряжение: «шатры и палатки».
Победителям достались даже «Радивилова ко-
рета и иные кореты» Все это свидетельствует
о том, что литовское войско уходило от пре-
следования «налегке», бросив в лесах и болотах
все, что можно было бросить. Значительная
часть его рассеялась, но впоследствии многие
выжившие бойцы смогли выйти к Борисову
и Минску. В начале сентября 1654 г. в лагере
под Минском собралось около 3 тыс. чел.615

В письме («листе») Януша Радзивилла
подчашему упитскому Кшиштофу Довгялло-
Стрижке от 18 (8) сентября 1654 г. гетман со-
общал, что «неприятель даром его не взял,
ибо имея 83 000 чел. бил нас, которых толь-
ко 5 либо 6 тысяч конницы было. А если

о потерях говорить, то и тысячи наших уби-
тых не пало, а их, по крайней мере, столько
же, если не больше, ибо три дня погибших
хоронили, между которыми двоих воевод
(особенно старого военачальника своего и во-
енного человека, воеводу Григория Куракина),
и очень много старшины своей и иноземной
утратили; а у нас, кроме пана писаря польно-
го (о котором еще думаем, что пленен); пана
Сакена, моего обер-штер-лейтенанта, майора
Вибаха (Wibach), ро тмистра Юндзила, двух ка-
питанов, больше никто из старшины не погиб.
Пушки целые. Возы челядь наша сама разгра-
била и с конями утекла, так, что москали толь-
ко их видели, думаю сейчас там уже пусто, не
было у них повода особо праздновать». Далее
гетман пишет, что «войско рассеянное, снова
собралось, и сейчас мы скоро идем к Березине
для защиты тех краев»616.

В конце «листа» Радзивилл дополняет, что
в битве «огнестрельную рану и удар рогатиной
Греффенберг (Greffenberg, поручик немецкой
пехоты. — И.Б.) мой бедный получил, кото-
рый меня своим телом в то время закрыл...»617.
Русские хорошо видели гетмана в «белом жупа-
не на пестром коне» и так рьяно к нему стреми-
лись, что, по словам Радзивилла, «у одной пере-
правы, 4 неприятельские хоругви так нас быстро
окружили, что из 40 или 50 коней хоругви моей
казацкой едва 5 человек при мне осталось,
и этих бы добили, если бы Юшкевич не пришел
с пехотой и не отбил неприятеля огнем»618.

О гибели гетманской казацкой хоругви об-
разно написал польский поэт и участник бит-
вы Збигнев Морштын:

«Сто и пятьдесят нас записалось,
А сорок и пять только осталось.

Желали не умирать, желали вернуться,
Но почти каждый погиб»614.

Гетман, как бы оправдываясь, сравнивал
битву с другими сражениями войска Речи
Посполитой в 1648-1651 гг. По его словам,
«проиграли обычный бой, не убегали как под
Пилявцами*, не откупались, как под Зборовом,
не выпрашивали как под Берестечком»621'.

* В письме Я. Радзивилла имеются в виду пораже-
ния польских войск под Пилявцами (1648 г.), Зборовом
(1649 г.) и победа под Берестечком (1651 г.) в войне
с казаками Богдана Хмельницкого.

Рейтарский шишак первой половины XVII в.
Западная Европа. Военно-исторический
музей артиллерии, инженерных войск и войск
связи. Санкт-Петербург

При всем уважении к Радзивиллу назвать
битву под Шепелевичами «обычным боем»
нельзя. Последствия поражения были для
Литвы не менее катастрофическими, чем по-
ражение Короны под Пилявцами, и даже бо-
лее. Победа русских в этом сражении полно-
стью ликвидировала угрозу осадной армии
под Смоленском. После разгрома Радзивилла
лишенный всякой надежды на помощь гарни-
зон города продержался только один месяц.
Русские войска почти беспрепятственно дви-
гались по восточным землям Великого кня-
жества Литовского, блокируя и подавляя со-
противление отдельных крепостей. Литовская
полевая армия до конца 1654 г. восстанавли-
вала свою боеспособность и не могла оказать
серьезного отпора противнику.

Польский поэт С. Твардовский довольно
беспощадно писал о проигравших: по его сло-
вам, литвины «как встревоженные упавшим
с горы ястребом куропатки, спасались в леса,
болота, луга... как будто это были вторые
Пилявцы (разгром польского войска в 1648 г.
Б. Хмельницким. — И.Б.) и они соревновались
и бегстве с нами...». По словам Твардовского,
после той «знаменитой победы... Москва за-
брала себе все до Березины, меняя старую

границу. Немало как половину Литвы, Белую
Русь захватила.

17 (27) августа Радзивилл появился
в Минске, куда стали собираться остатки его
разбитой армии. Польный гетман Винцент
Гонсевский, не принимавший участия в бит-
вах под Шкловом и Шепелевичами. только
14 (24) августа приехал в Вильно из Варшавы,
где начал поспешно вербовать новые войска,
так называемую дивизию левого крыла. Но
было уже поздно.

Как справедливо пишет польский исто-
рик К. Ьобятыньский, победа .Москвы в бит-
ве при Шепелевичах «имела для обеих сто-
рон огромное психологическое значение. Для
русской армии стало ясно, что солдата Речи
Посполитой можно победить в открытом
поле, в боях с которым ранее, в течение не-
скольких десятков лет, были только пораже-
ния. Войско Литовское, конечно же, не могло
лишиться своей боеспособности за несколько
часов битвы, но уже перестало верить в свое
явное превосходство над противником и воз-
можность дать отпор превосходящим силам
противника до 1660 г.»622.

К этому можно добавить лишь то, что бит -
ва при Шепелевичах была первой большой по-
бедой русских войск в полевом сражении с ар-
мией Речи Посполитой со времени Московской
битвы 1612 г.

Потери сторон

Урон русской армии в битве при Шепе-
леничах, отраженный в отписке Трубецкого
непосредственно после сражения, вызывает
удивление у любого исследователя. В резуль-
тате многочасового и двухдневного боя «госу-
даревых ратных людей убито 9 человек, ранено
97 человек...»623. При внимательном анализе
этих данных выясняется, что Трубецкой от-
разил потери лишь в рядах своей поместной
конницы. Вероятно, это объясняется гем, что
в первые месяцы войны не было единой си-
стемы учета потерь в войсках «старого» и но-
вого строя. Полки нового строя числились
в Иноземском приказе, и, скорее всего, полков-
ники сами подавали сведения о своих убитых,
раненых и больных в Иноземский приказ, в ко-
тором они получали денежное довольствие.
Поскольку документы Иноземского приказа не

Рейтар. Рисунок первой половины XVII в.
Западная Европа

сохранились, мы никогда не узнаем точных по-
терь русского войска в битве при Шепелевичах.
Особенно это касается пехоты, так как ника-
ких данных о потерях полков нового строя
в Разрядном приказе найти не удалось. Вывод
о том, что 9 указанных погибших в сражении
являлись представителями поместной кон-
ницы, следует из сохранившихся документов
Разряда. В «Записной книге служилых людей,
разных полков и городов, убитых, умерших на
службе и взятых в плен во время походов... по
битыми на Радивилове бою» указаны: из вое-
водского полка Трубецкого — двое московских
дворян, а также по одному сыну боярскому из
Ярославля и Тарусы. Из полка Куракина —
один сын боярский из Ярославца Малого,
представитель известной впоследствии фами-
лии Назар Дружинин сын Радищев. Из полка
Измайлова — один коломенский новокрещен,
Амака(и) мурза Бабеков сын Козанов и двое
татар6 *. Итого ровно 9 человек.

Что касается рейтарских полков, то в до-
кументах сохранились лишь данные об уроне
рейтарского полка Лоренца Мартота «в заго-
не», т. е., вероятно, в преследовании разбитой

литовской армии. Согласно этим сведениям,
полк потерял 5 рейтар убитыми и одного — без
вести пропавшим”25.

Общее количество убитых из числа бой-
цов поместной конницы и рейтар армии кн.
А.Н. Трубецкого за всю летне-осеннюю кам-
панию 1654 г. составило 64 чел. (Таблица 9).

В документе, относящемся к началу сентя-
бря 1654 г., указано общее число раненых на
то время в войске Трубецкого за весь поход:
рейтар — 65 чел., а также «болных и раненых
дворян и детей боярских и татар 635 человек,
салдат 795 человек, стрельцов 25 человек»626.
Число больных могло достигать половины
от числа выбывших из строя, поэтому общее
число раненых, вероятно, могло быть в интер-
вале от 700 до 1000 человек. Конечно, не все
они получили свои раны непосредственно под
Шепелевичами. Обращаем внимание, что это
раненые за период с мая по август, т. е. в ходе
всех боевых действий армии Трубецкого. Урон
убитыми, соответственно, был намного мень-
ше, и вряд ли он превышал 500 чел. в целом за
время боев.

Непосредственно в самой битве при
Шепелевичах Трубецкой вряд ли потерял уби-
тыми более ста человек.

О потерях литовского войска сообщается
как в «Реляции», так и в отечественных доку-
ментах, где перечислены пленные. Согласно
данным «Реляции», погибли в этом «доблест-
ном деле благородные воины, как в лесах и бо-
лотах, так и на суровых переправах», прежде
всего: писарь польный Великого княжества
Литовского, рейтарский полковник Сакен
(Sachin, Rajtariej Oberszter), казацкий рот-
мистр Юндзил (Jundzit), поручик хоругви пана
Быховца Хелцбон (Helzbon), хорунжий казац-
кий Трафенбарк (Trafenbark). На самом деле
Сакен и Юндзил оказались в плену. Убито «то-
варищей много из разных хоругвей, которых
пока еще посчитать нельзя. Некоторые и сей
час, пешие и нагие, подходят». По словам авто-
ра «Реляции», немалый им выпал «урон, когда
за конными и полком его княжеской милости,
венгерская пехота с пушками к Березине отхо-
дила, а из-за суровых переправ никоим обра-
зом поспешить не могла: семь неприятельских
рейтарских хоругвей и иных немало, (шед-
шие. — И.Б.) сначала на иноземную пехоту, по
142

нескольку раз на отходе ударяли и (ее. — И.Б.)
рассеяли; и хотя их пан Юшкевич (Juskiewicz)
и пан Дмуховский (Dmuchowski) с венгерской
пехотой поддержали, но видя ту защиту невоз-
можной, чтобы защитить себя в леса должны
были уходить, с малыми, однако, за милостью
Божией, для своих потерями. Пришло к нам
ночью к Березине пять пушек и несколько во-
зов с порохом привезли»627.

В дополнении «Реляции» указано: «За
Ясвонкой (Jaswonka — искаженное название р.
Осливка) под Чечежином дело было дня 24 ав-
густа, где обоз наш уничтожен.

Паны Оттенгаузен (Ottenhausen), Путкамер
(Putkamer), Ганскопф (Ganskof), Сакен
(Sachin) — убиты.

Пан Фронцкевич (Fronckiewicz), который
гетманский знак носил, пленен.

У его милости князя (гетмана. — И.Б.) пра-
вая нога пробита. Конь под ним убит, валаш-
ский бахмат волчьего цвета.

Пороха восемь возов взято. Фитиля десять
возов.

Пушки во вторник дня 25 августа взяты.

Хоругвей 12 пеших пленено и высечено»62'.
Рассмотрим сведения о пленных литвинах,
взятых в битве при Шепелевичах, сохранивши-
еся в отечественных источниках. Согласно им
20, 22 и 25 августа 1654 г. в Москву Трубецким
были отправлены следующие лица:

начальные люди:

— гетмана Родивила полковник рейтар-
ской курляндской земли Эрнест фан Сакин,

— Родивилова пешево полку маеор
Христофор Выборк,

— ротмистр казацкой гетмана Родивила
Юндин Хризостом,

— пана Потоцкого товарищ, был вместо
ево у роты — Самойло Волович,

— Родивилова полку драгунского строю
капитан Гуриян Елшнин (?),

— казацкие роты пана Быховца порутчик
Павел Невалт (?) Езерский,

— порутчик драгунской Александр Крыер (?),
— порутчик немчин Але (?) Лант,

— казацкие роты Никодима Скиндера Ян
Волковицкий (у роты?),

— прапорщик немчин Христоп Шнейдер,
— капрал Войтех Лаес,
— капрал Ондрюшка Шниер,

Кн. Ю.А. Долгоруков и царь Алексей
Михайлович. Фрагмент рисунка
Э. Палъмквиста. 1674 г.

— капрал Ян Флентман,

— капрал,

— знаменщик немчин Ян Тумашевский,

— хорунжий,

— сержанты (2 чел.).

гусары:

— роты князя Полубинского шляхта
(4 чел.), в т. ч. знаменитый впоследствии пол-
ковник смоленской шляхты на русской служ-
бе — гусар Денис Швейковский,

—	гетмановы роты (1 чел.),

—	еще 1 гусар (рота не указана).

Кроме этого, хоругви пана Потоцкого
(1 чел.), — вероятно, казацкой, — шляхтичи
разных рот (21 чел.), драгуны (37 чел.), рейтары
(3 чел.), солдаты (79 чел.). Помимо них в списке
названы без указания чина и места службы:

—	немцы (17 чел.), поляки (33 чел.) и лит-
вины (32 чел.).

Итого общее количество литовских плен-
ных, взятых в битве при Шепелевичах, со-
ставило 253 чел.629 Как видим, подавляющее
большинство — драгуны и пехота. Отметим,
что в официальных «Дворцовых разрядах»,
в сообщении от 20 августа, указано, что при
Шепелевичах пленено «12 полковников»
и всего «всяких литовских людей в языках

взяли 270 человек, а сам Радивил утек с не-
большими людьми ранен»650. Однако, как
видно из более достоверных документов,
«12 полковников» просто не могло быть,
а общее число пленных незначительно за-
вышено. Т. е. 17 человек либо скончались от
ран, либо подсчитаны пленные, взятые позд-
нее. Указанное в царской грамоте от 24 ав-
густа 1654 г. число пленных «с пятсот чело-
век»651 следует признать завышенным.

В Разрядном приказе сохранились так-
же сведения о том, сколько пленных под
Шепелевичами взято бойцами разных воевод-
ских полков, а именно:

— полком кн. А.Н. Трубецкого — 64 чел.,
— полком кн. Г.С. Куракина — 20 чел.,
— полком кн. Ю.А. Долгорукова — 90 чел.,
— полком кн. С.Р. Пожарского — 38 чел.,
— полком С.А. Измайлова — 27 чел.,

— ратными людьми из полка кн.

Я.К. Черкасского — 14 чел.652

Оценивая результаты битвы, шведский
резидент в Москве Иоганн де Родес писал,
что после сражения под Шкловом «Радзивилл
отвел свои войска, успокоился, и подвергся
нападению со стороны князя Трубецкого,
внезапно подошедшего со своей армией на
помощь князю Якову, и был разбит. У него
осталось только 3000 человек, а сам он был
ранен...»655.

Литовский шляхтич А. Скоробогатый
отметил в своем дневнике, что «с Москвой
дело под Шепелевичами было. Войско наше
уничтожено»654.

Польский историк В.Я. Рудавский записал,
что вскоре после Шкловской битвы «Радзивилл
встретился под Шепековицами (Szepekowicy)
с Трубецким, у которого было 100 000 вой-
ско, и подавленный числом, едва ушел от рук
Трубецкого»655.

Информация о битве при Шепелевичах
(24 августа) содержится в немецком издании
«Theautrum Europaeum». Издатель сообщает
о полним разгроме литовской армии «моско-
витами» и захвате ее артиллерии и обоза"56.

А.Н. Мальцев так оценивал битву: «Эта
победа имела очень большое значение. Войско
Я. Радзивилла не могло оправиться после
этого поражения до конца 1654 г. Радзивилл
с остатками своей армии отс гулил за Березину.

В результате победы... русские войска ликви-
дировали значительную группировку против-
ника, далеко отбросили ее остатки от Днепра
и тем самым могли свободно действовать
в районе Могилев — Дубровна и ликвидиро-
вать последние очаги сопротивления»637.

К. Бобятыньский пишет, что при Шепе-
левичах были уничтожены практически все
рейтары литовского войска «старого набора»636.

В отличие от битвы под Шкловом, пред-
ставляющей собой оборонительный бой ли-
товской армии на заранее занятой благоприят-
ной позиции, битва при Шепелевичах началась
неожиданно для Радзивилла в результате
встречи двух армий, фактически находящихся
на марше. По меткому замечанию известного
военного теоретика Г. Жомини, «случайная
и неожиданная встреча двух армий на марше
порождает один из наиболее впечатляющих
эпизодов в войне»639. Трудно судить, насколь-
ко это столкновение было неожиданным для
Трубецкого, но, вне всякого сомнения, ему
пришлось повернуть свой авангард налево от
дороги, по которой шла его армия. Выдержав
первый натиск литовской конницы, Передовой
полк дал остальной армии возможность раз-
вернуться в том же направлении, что позво-
лило русским построиться в боевой порядок
и перейти в общее наступление.

При Шепелевичах Трубецкой взял ини-
циативу в свои руки, использовал все усилия
для того, чтобы отрезать противнику направ-
ление отхода. Он эффективно провел решаю-
щий маневр еще до битвы, зайдя противни-
ку в тыл и сорвав его попытки пробить себе
дорогу. Трубецкой применил все имеющиеся
у него средства для достижения победы, соче-
тая атаку главных сил неприятеля с обходным
маневром. Комбинация этих двух способов
наступления, при значительном численном

превосходстве его войск, принесла русским
полную победу. Движение вперед больших
масс пехоты нового строя в смешанном бое-
вом порядке было поддержано энергичными
действиями русских рейтар, атаковавших про-
тивника не только «огненным боем», но и хо-
лодным оружием. При этом атаки литовской
кавалерии разбились о боевые порядки пехоты
и рейтар.

Таким образом, Трубецкой выполнил глав-
ную задачу стратегической операции — не
только разбил противника, но и не допустил
возможности организованного отступления.
Беспорядочный отход и бегство рассеянной
литовской армии прикрывали лишь немногие
боевые части, сохранившие порядок и дис-
циплину. В отличие от европейских армий
того времени, которые крайне редко произ-
водили преследование разбитого неприятеля,
Трубецкой не ограничился первым успехом.
Его кавалерия бросилась в погоню за литви-
нами и еще дважды атаковала отходящего про-
тивника на следующий день, удалившись более
чем на 30 верст от основных сил. Как известно,
«большую часть потерь побежденный несет во
время отступления»640. В результате боя 15 ав-
густа были уничтожены основные силы гет-
манской пехоты, остатки армии Радзивилла
спаслись, лишь уйдя в леса и болота. Кн.
Ю.А. Долгоруков со своей кавалерией довел
победу до конца, закрепив успех и помешав
поверженному врагу собраться с силами.

Известный польский писатель Г. Сенкевич
в романе «Потоп» писал, что при Шепелевичах
литовские хоругви были «порублены в бою
с наемной французской пехотой». Как видно
из текста романа, автор очень плохо пред-
ставлял, с какой армией имело дело литовское
войско, предпочитая отдать заслугу победы
вымышленной «французской пехоте».

Опочка

ШЕРЕМЕТЕВ

Ржев

Великие Луки

Себеж°

ПОЛОН

Дис

Я.ЧЕРКАССКИЙ

Вязьма

07 07

РАДЗИВИЛЛ

Борисов

МИНСК

Чаусы

Ст. Быков

Рогачев

иск

Стрешин

Стародуб

Речица

Петриков

Мозырь

Лоев

Царь АЛЕКСЕЙ
МИХАЙЛОВИЧ

Кричев
28 09

Озерище
03.08

Нов. Быхов
03.09 I

Глубокое

23.07^—х

Могилев
\24.08

I 29.08
Чечерск

Копысь
^С.04 08

л^у11кло1

Головчин

СМОЛЕНСК
Дубровно z-
®>-12.10,

ВИТЕБСК
17 11

. 13.08
Гомель

,,01.06
Невель

/ 14 06
Белая л

_ 20.07
Др\я

Г7 02.08
Шепелевичи

РОСТОВСКИЙ

Р^но/Велиж f

Новгород-9	\

Северский

?	( ЗОЛОТАРЕНКО

Дорогобуж

Х25.06	04 08

@ Горы	। /

29.09
.	12 07

Мстиславль \	27

®	о Рославль

Расположение и передвижение войск

X Боестолкновения
0	50	100 км

k	I	-1

русских

литвинов

украинских
казаков



Шепелевичи

Госнка

ЗаСзерье

Обоз

Пупса (Майск)

Эсьмоны

Белыничи

10 км

Трубецкой

Шепелевичи

Мельница,

Теренрвва

Лолубинскии

Радзивилл

БИТВА ПРИ ШЕПЕЛЕВИЧАХ

14 (24) августа 1654 г.

Тетерино
(Цецежин)

ДВИЖЕНИЕ

Трубецкого и Радзивилла
к Шепелевичам

14 (24). 08 X
оз сХ отопила —,	f |

о j. кармсоктЛ кое сСХваювка

 — —

1 км



ВЗЯТИЕ МОГИЛЕВА,
КРИЧЕВА, ШКЛОВА И ГОР

22 июля 1654 г. в царскую ставку под
Смоленском прибыл могилевский шляхтич
Константин Поклонский, ранее перешедший
на сторону русских войск. Царь пожаловал
его званием полковника и велел набрать полк
из православной шляхты и «всяких служилых
людей»641. Недовольный господством литов-
ских магнатов и католической церкви, ущем-
лявших его интересы, Поклонский энергично
взялся выполнять царское поручение, самосто-
ятельно выбирая начальных людей, «кто в ка-
кой чин достоен». За шляхтой, поступившей на
царскую службу, сохранялись все «прежние их
маетности» и «вольности», а кроме того, выпла-
чивалось жалованье. На полковника была воз-
ложена задача: выступить к Могилеву и скло-
нить горожан к добровольной сдаче города
русским войскам. Поклонский имел авторитет
среди православных могилевских мещан, явля-
ясь лидером городского православного брат-
ства и одним из приближенных белорусского
епископа Иосифа Кононовича-Горбацкого44’.

Основными источниками по экспедиции
Поклонского к Могилеву являются докумен-
ты, опубликованные в 14-м томе АЮЗР, а так-
же в сборнике «Русско-белорусские связи».
Наиболее подробно данное событие рассмо-
трено в исследовании В.И. Мслешко, посвя-
щенном истории Могилева643.

В помощь Поклонскому был придан дво-
рянин Михаил Воейков с малочисленным от-
рядом из стрельцов и татар (47 чел). В отряд
вошли 20 московских стрельцов Стремянного
приказа Михаила Зыбина, 5 астраханских
стрельцов приказа Дмитрия Карева и 22 чел.
астраханских татар644.

6 августа отряд Воейкова и Поклонского
прибыл в Радом ль, куда приехала делегация

из Чаус во главе с попом Василием Залужским.
Чаусцы заявили о желании перейти на сторону
русских войск и принести присягу царю. В тот
же день по прибытии в Чаусы Поклонский
начал формирование полка. В результате из
«чаусовцон и сельских крестьян» было со-
брано «войска пеших 800 человек»645. В даль-
нейшем это формирование обычно называли
«Белорусским полком».

8 августа под Чаусы пришел нежинский
полковник Василий Золотаренко с украин-
скими казаками (около I тыс. чел.), направ-
лявшийся к Смоленску. В тот же день в пяти
милях от Могилева Поклонский, Воейков
и Золотаренко разбили три хоругви литовской
шляхты под началом Ждановича и Гижицкого,
вышедшей из города646.

11	августа Поклонский и Воейков вста-
ли обозом в трех милях от Могилева в селе
Петровичи. По сообщению Воейкова,
Белорусский полк тогда насчитывал «пеших
могилевцов, и чаусовцов, и радомцов крестьян
с тысечю человек с бердыши, и с рогатины,
и с пищалми, да конных крестьян со сто чело-
век»647. Согласно отписке Воейкова от 20 авгу-
ста, у Поклонского в полку было уже «тысяч ь
с шесть» крестьян и казаков648. На просьбы
Воейкова к Трубецкому дополнительно при-
слать ратных людей князь ответил отказом,
после чего из полка «многие розбежались».
Однако вскоре к Поклонскому пришли вести
о настроении жителей Могилева, желавших
сдать город русским.

12	августа кн. Ф.Ф. Куракину приказано
«с полковником Костентином Поклонским
идти под Магилев по прежнему государеву
указу и над Могилевым велено промышлять
сопча»64’. 14 ав!уста, «сделав мост на Днепре,

от Могилева за пять верст», Поклонский
и Воейков переправились через реку и остано-
вились в полверсте от города в селе Печерске.
Там они устроили обоз и стали ждать подхода
отряда Куракина из-под Дубровны650.

В первой половине XVII в. Могилев имел
мощные линии укреплений, состоявшие из
«Верхнего города» (замка), «Старого города»
и «Нового города». Укрепления «Старого го-
рода» защищали средневековый торгово-ре-
месленный посад и состояли из земляного
вала, 15 бастионов и четырех каменных во-
рот. В 1609-1633 гг. часть городских предме-
стий была окружена земляным валом (т. н.
«Полевым валом») с бастионами и восемью
воротами и получила название «Новый город».
Три линии обороны превращали Могилев
в мощную крепость.

24 августа жители Могилева открыли во-
рота отряду Поклонского и Воейкова, при-
сягнув на верность царю. Как писал царю
Воейков, «могилевцы шляхта и бурмистры,
и райцы, и лавники и мещане и всяких чинов
люди» под «государеву высокую руку подда-
лися»651. Горожане, которые «живут в право-
славной христианской вере», поклялись «быть

государевою высокою рукою во веки неотступ-
ным». Могилевскому «державцу» Николаю
Петровскому, бурмистру Шелковскому
и 15 шляхтичам-католикам разрешили беспре-
пятственно покинуть город.

31 августа царь приказал Поклонскому
идти под Кричев с целью уговаривать осажден-
ных к сдаче города652. Еще до этих событий под
Кричевом действовал отряд воеводы Петра
Васильевича Шереметева, который, согласно
позднее написанному письму царю от присяг-
нувшей кричевской шляхты, «идучи до города
Кричева, села и дворы наши пожог и все жи-
воты забрал и разорил... а подступя под город
Кричев, город сжег и многих людей в полон
поймал и порубил... приступы чинил, нас са-
мих добывал стрелбою и огнем, а отступя от
города, последние маетности наши разорил
и огнем пожог, и последних людей в полон по-
ймал...»ь5э. Ко времени подхода Белорусского
полка Шереметев уже снял осаду Кричевского
замка и ушел от города. Какой урон он понес,

Пехота в первой половине XVJI в.
Западная Европа

Мушкетер. Рисунок середины XVII в.
Западная Европа

неизвестно, сохранились лишь данные о ра-
нении под Кричевом 29 стрельцов приказа
Михаила Зыбина6*4.

Основу оборонительных укреплений
Кричева составлял замок, находившийся на
высоком холме, на правом берегу реки Сож.
Замок был деревянным, имел пять башен и со-
единялся с городом подъемным мостом. Вокруг
посада, располагавшегося западнее замковой
горы, возвышался земляной вал и деревянные
укрепления («паркан») с башнями. В городе
имелись свои пушкари и артиллерия.

После прибытия Поклонского под Кричев
полковник начал переговоры с горожанами. Во
[лаве гарнизона был шляхтич Симановский,
который сообщил Поклонскому, что у них
«все испустошено пои маньем в полон и огнем
от стольника и воеводы Шереметева: дважды
будучи в Кричеве извоевал, толко одними ду-
шами остались есмя»655.

20 сентября он заключил с договор о сда-
че города, но «кричевцы на первом с пол-
ковником договоре не устояли и, обнадежа
полковника сдачею, из города вышли с боем
и возы полковниковы все побрали...»656. Как
писал сам Поклонский, они «о|б]манно по-
чали со мною быть, будто хотели поддатися,
а тем временем на нас напали... и тамо едва
до коней и до сгрелбы пришли есмя, моих дву
убили, а несколько ранили... и для того от-
ступил емся от города и ночевал за пять верст
с сторожею...»657.

Тем не менее через три дня кричевцы при-
слали трех шляхтичей на переговоры о капи-
туляции города. 28 сентября Кричев сдался
Поклонскому65". Царским указом от 6 октя-
бря того же года Поклонскому предписыва-
лось идти к Борисову и Минску и зимовать
в Борисове на реке Березине, чтоб «за реку за
Березину польских и литовских людей не пере-
пустить»659. Сведений об этом походе в доку-
ментах нет.

Рассмотрим дальнейшие действия армии
Трубецкого.

После победы при Шепелевичах царь ре-
шил повернуть армию Трубецкого против
остающегося в тылу Шклова, гарнизон кото-
рого отказался капитулировать. Уже 16 авгу-
ста князю «велено идти от Борисова к Шклову
и над Шкловым промышлять»060.

В середине XVII в. Шклов был одним
из крупнейших городов ВКЛ и насчитывал
более 8,5 тыс. жителей. Городские укрепле-
ния состояли из замка, мощного земляного
вала длиной около 2200 м, деревянной стены
с двумя десятками башен и четырьмя воро-
тами. С востока крепость прикрывал Днепр,
с юго-запада — речка Шкловка (Серебрянка),
впадающая в него, а с севера был вырыт ров,
соединяющий обе реки. Замок, имевший 4 де-
ревянные башни, размещался на острове по-
среди искусственного водоема, образованного
р. Ш к ловкой, и был связан с городом подъем-
ным мостом. В арсенале замка хранился значи-
тельный запас оружия и боеприпасов. Вокруг
Шклова располагались пять предместий, не
имевшие укреплений.

Подойдя к городу, Трубецкой, вероятно
без должной подготовки, предпринял ноч-
ной штурм Шклова «aBiycra против 27 числа»

(с 26-го на 27-е). Как позднее писал коман-
дующий в отписке царю, «приступали они
к Шклову и в те поры шкловцы в осаде от-
сиделись...»661. Никаких подробностей этого
штурма в документах найти не удалось, кроме
того факта, что в нем принимали участие и со-
шедшие с коней рейтары662. После неудачно-
го приступа Трубецкой и его воеводы велели
«зделать шанцы к городу ближе понову, и в го-
род по хоромам из наряду и из ружья велели
стрелять беспрестанно, и тесноту городским
людем учинили болшую...»663.

Полных сведений о числе убитых при
штурме ратных людях найти не удалось. В до-
кументах имеются сведения лишь о 12 погиб-
ших дворянах и рейтарах064, в том числе о двух
представителях известной калужской фамилии
Дурново*. Русским полкам пришлось перейти
к планомерной осаде Шклова, которая продли-
лась 12 дней.

С целью получения новых вестей о разби-
том литовском войске 29 августа Трубецкой
послал «до Борисова до реки Березины го-
лов с сотнями» Василия Тухачевского,
Наума Хомутова, Ивана Беклемишева, Илью
Шишкина, Николая Чаплина, Ермолу Дурова,
Александра Сухотина и рейтарского ротми-
стра Матвея Беклемишева с ротой «для язы-
ков и для проведыванья про Радивила, и голо-
вы с сотнями в той посылке литовских людей
взяли, и привели языки Борисова города пи-
саря, да с ним пятнатцать человек, а едучи они
к Борисову выжгли и повоевали местечки Бобр
и Дубки, Лошницы и Борисов город и слободы,
которые после Радивилова пожогу в остатке
были, выжгли все». Об этом рейде Трубецкой
сообщил царю 5 сентября того же года665.

Осажденный Шклов недолго оказывал со-
противление. Русские войска снова «к при-
ступу совсем изготовились и хотели присту-
пать в другой раз, и шкловцы, не дожидаясь
другово приступу, государю добили челом
и город здали». 7 сентября армия Трубецкого
вошла в Шклов, в котором «шляхта и всяких
чинов люди» принесли присягу государю.
С сеунчем о взятии города в царскую став-
ку под Смоленск был послан Степан Жданов

* Трофим Леонтьев сын Дурново и Ефим Федоров
сын Дурново.

«с товарищи»666. В ответ Трубецкому было при-
казано собрать все, что «в Шклове отобрано
у шкловских сиделцов, всякого ружья мушке-
тов и пищалей и бердышей и топорков и ро-
гатин и протазанов», и прислать собранное
«в стан под Смоленск не мешкая»667. В Шклове
были оставлены воеводы Василий Яковлев
и Наум Кирилов668.

После этого русское командование рас-
порядилось отправить часть юго-западной
армии с двумя воеводами под Борисов, а «бу-
дет де Родивил из Борисова пошол, велено им
идти в сход к гетману к Богдану... промыш-
лять заодно»669. С целью закрепления успеха
при Шепелевичах в царском указе от 8 сентя-
бря Трубецкому было велено, чтобы он послал
к реке Березине «товарищей своих боярина
и воевод князя Юрия Алексеевича Долгорукого
да Семена Измайлова». С воеводами следовало
отправить «две тысячи рейтар да тысячи с пол-
торы из дворян и детей боярских, которые
похотят нам служить охотою, а понуже б ты-
сяча человек, да пехоты два полки салдацких
полных, а будет неполных, дополнить из иных
полков». Кроме того, с воеводами послали сот-
ню стрельцов. Долгорукову и Измайлову пред-
писывалось идти в «Борисовский и Минской
уезды воевать», в то время как остальным ча-
стям армии Трубецкого приказано «идти под
город Горы и над Горами промышлять...»670.

Более детальные данные о силах, отправ-
ленных с Долгоруковым и Измайловым, со-
держатся в следующем документе. Кроме
собственных полков воевод, «в прибавку к их
полкам», Трубецкой послал «дворян и детей
боярских и темниковских мурз и татар их со-
тен, а в них 453 человек». В поход пошли оба
рейтарских полка: «Ларонца полку Мартота
да Федорова полку Вормзера рейтар 1208 че-
ловек». Здесь указаны те, которые на тот мо-
мент находились в строю, поскольку кроме
них «райтар же, которым ехать немочно бол-
ных 428 человек, раненых 65 человек». Не
исключено, что эти числа свидетельствуют
о безвозвратных потерях рейтар в предше-
ствующих боях — 299 чел., но в любом слу-
чае это максимально возможное число убитых
и беглых. Поредевшие полки было решено
пополнить рейтарами полка В. Кречетникова
из армии кн. Я.К. Черкасского: «и в то число

Бой гусара и решпара. Фрагмент карты Княжества Биржайского 1645 г. картографа
Ю. Нироновича-Наронского. Музей Биржайского края «Сэла». Литва

взят Васильев полк Кречетникова весь, в те
в два полка дополнить 552 человек, и в указ-
ное число в 2000 рейтар не дошло 240 человек».
Иными словами, после добавления 552 рейтар
необходимой численности — 2000 чел. — все
равно не получилось, т. е. в поход выступило
1760 рейтар.

В бывших под началом Долгорукова
и Измайлова «салдацких в 2 полках сал-
дат 2285 человек»*. Их тоже решили допол-
нить «с пяти полков... в те два полка 915 чел.
и учинены солдацьие полки по 1600 человек».
Кроме них, было отмечено выше, в поход
пошли еще «с сотником 100 человек стрельцов
московских»671.

Таким образом, в поход выступило 5513 чел.
и неизвестное число поместной конницы из
воеводских полков Долгорукова и Измайлова
(не более 1200 чел.) Bcei о около 6700 чел.

Непосредственно с Трубецким остались
следующие силы:

«в трех полках дворян и детей боярских
и темниковских татар 2061 человек.

• Как видно из первоначальной штатной числен
ости в 160U чел., в двух полках в целом не xeaiaei
915 чел. Это могут быть как убитые, раненые и боль-
ные, так и дезертиры.

Салдацких 4 полка, а в них салдат
4310 человек,

Да з головою с Лсвонтьем Азарьевым 3 че
ловек сотников, 289 стрельцов».

Кроме них, «болных и раненых дворян
и детей боярских и татар- — 635 чел., солдат
795 чел., стрельцов 25 чел. Всего «больных
и раненых дворян и детей боярских и рейтар
и солдат и стрелцов 1948 человек»672.

Таким образом, всего у Трубецкого оста-
лось 8612 чел, С учетом отправленных в корпу-
се Долгорукова и Измайлова к началу сентября
1654 г. под командованием Трубецкого находи-
лось примерно 15 300 чел., без учета полка сол-
датского строя Ивана Ниротморцена и москов-
ского стрелецкого приказа Якова Ефимьева.
ранее отправленного в Могилев673.

Стоит также дополнить, что согласно цар-
ской фамоте, начальных людей и рейгар, ко-
торые ранее были присланы к Трубецкому из
полков кн. Я.К. Черкаского и кн. М.М. Темкина-
Ростовского, следовало отпустить обратно, за
исключением рейтар, пополнивших полки
Трубецкого. В грамоте воеводам сообщается,
что два рейтарских полка, которым ранее ве-
лено быть на службе с Трубецким, велено быть
в походе «з боярином нашим и воеводою с кня-
зем Юрьем Алексеевичем Долгоруково, а будет

те райтарские два полка неполны, и вы 6 те
два полка велели дополнить из райтарского
полку бояр наших и воевод князя Михайла
Михайловича Темкина Ростовского»674.

После неудачного штурма Смоленска царь
решил перебросить часть пехотных полков из
армии Трубецкого под Смоленск, значительно
ослабив юго-западную группировку.

5 сентября последовал указ о том, что во-
еводе приказано отобрать «у себя четыре пол-
ка (в тексте зачеркнуто: пять полков. — И.Б.)
салдацких с полков с полковники и чиновны-
ми людми и з салдаты, да пятой Барклаев полк
с маеором прислали б нам тотчас на стан под
Смоленск немешкая...»675. Как видно из доку-
мента, к этому времени полковник Александр
Барклай уже выбыл из строя. Возможно, он был
убит (смертельно ранен) под Шепелевичами
или в других боях, поскольку в дальнейшем
его имя в источниках больше не упоминает-
ся. В продолжающейся осаде Смоленска его
полк возглавил полковник Андрей Гамильтон
(в русских документах: Гамолтон, Гамою и др.).
Кроме него, как следует из анализа косвенных
источников, на осаду города были отправлены
полки солдатского строя Данилы Краферта,
Ивана Ниротморцева, Германа Фанстадена
и Якова Флека.

18 сентября Трубецкой сообщил в цар-
скую ставку под Смоленск, что Долгоруков
и Измайлов ушли в поход, а сам он пойдет, как
ему велено, «из Шклова под город Горы вско-
ре»676. Затем гонцы от Долгорукова принесли
вести, что «Радивил из Менска побежал в дая-
ние литовские городы»6’ и нигде значительных
сил противника не обнаружено. Но эти данные
оказались неверными, так как Радзивилл соби-
рал свою армию в лагере под Минском. После
этого, 22 сентября, пришел царский указ о том,
что «за Радивилом идти невелено, быть (им. —
И.Б.) в полку по прежнему»678. Долгоруков
и Измайлов вернулись к Трубецкому.

Пришедший в Могилев шляхтич
И. Алексеев сообщил о слабости гетман-
ских сил, стоявших в окрестностях Минска:
«...пошел де Родивил из Минска в Люблинеч,
а с ним коней за сто; а полковник де Родивилов
Холецкий остался у Смеловичех, а с ним де
толко семь хоруговей, а пехота де Родивилова
в местечке Игувене, за Березиною восемь миль.
150

А ротмистр де у них Юшкович, а пехоты де
венгерские за триста человек... А в Минске
Буславовых (Богуслава Радзивилла. — И.Б.)
людей 4 хорунги драгунов, и под теми де хо-
рунгами толко с двесте человек. А полной де
гетман Госевский сказывают, что хотел быть
в Минску в прошлую пятницу, сентября в пер-
вый день, а с ним де идет три тысечи люду»67’.

Еще до подхода князя к крепости Горы
(сейчас — деревня Горы Горецкого райо-
на Могилевской области) там происходили
какие-то боевые столкновения между русски-
ми и литвинами, в которых были задейство-
ваны гусары Рыльского. 5 сентября гусары
упоминаются при конвоировании литовской
шляхты к Смоленску680. 22 сентября гусары
прислали пленных из-под Гор681, из чего мож-
но заключить, что гусарский полк либо его

Обстрел осажденного города из мортир.

Рисунок XVII в.

часть были ранее посланы для блокады кре-
пости Горы. В пользу данного предположения
свидетельствует тот факт, что после сдачи Гор
Трубецкому из городской тюрьмы был осво-
божден «русский полоняник» — «иноземец
гусарского строю Василий Михайлов сын
Шабловский»682. Кроме того, нет никаких дан-
ных об участии гусар полка Рыльского в штур-
ме Смоленска 16 августа. Если бы они в ука-
занное время находились под Смоленском, то
непременно, сойдя с коней, приняли бы в нем
участие. Из перехваченной у литвинов записки
с разведданными о русских полковниках следо-
вало, что к концу кампании 1654 г. у Рыльского
в строю было 800 гусар, «больши нет»681.

Вместе с гусаром среди захваченных в по-
лон под Горами оказались также два москов-
ских стрельца приказа Осипа Костяева684, т. е.
часть этого приказа также была направлена
для действий против местного гарнизона.

29 сентября Трубецкой, стоявший обозом
в Горках, подошел к крепости Горы. В конце
XVI в. по распоряжению владельца Гор кан-
цлера Великого княжества Литовского Льва
Сапеги здесь был построен мощный замок
с земляным валом и семью бастионами. Высота
вала превышала 20 м. Единственная дорога
к воротам замка «проходила у подножия ва-
лов, начиная с южного углового бастиона, а за-
тем шла по дну рва» между замковым валом
и дополнительным нижним валом. Согласно
ревизии 1627 г., в замке было 29 штурмаков же-
лезных (орудия, стрелявшие дробью. — И.Б.),
28 гаковниц, 67 мушкетов и две медных пуш-
ки. Вероятно, уже в то время кроме замковых
укреплений существовал «паркан» — внешняя
линия городских укреплений, упоминаемый
в документах в 1683 г.685 Можно сказать, что
Горы были достаточно мощной крепостью,
способной выдержать долгое сопротивление
неприятелю.

Еще в июне 1654 г., согласно показаниям
литвина Яна Дронина, быховский «державец»
Богуш писал в Горы с просьбой прислать людей

против казаков Золотаренко, но из Гор помощь
не прислали, потому что «в городке Горах учи-
нился сполох от государевых людей, сказали де
(Богушу. — И.Б.), что будет на них государевых
людей двенатцать тысяч»686.

Царю докладывали, что «в Горах ляхи
в собранье многие люди, они царского вели-
чества ратным людям чинят многую шкоду,
и те царского величества бояре и воеводы
учели было промышлять жестокими промыс-
лы»687. Историк М.А. Ткачев считал, что вой-
ска Трубецкого «пошли на приступ», но в доку-
ментах нет никаких сведений, указывающих на
то, что имел место штурм города. Согласно от-
писке Трубецкого, в тот же день, когда воево-
ды подошли к Горам, «за пять верст» до города
«приехали к ним города Гор державец полков-
ник Павел Красовский да ротмистр Ян Жаред
(Жарей?) с товарищи, государю добили челом
и город Горы здали и бояре и воеводы в город
вошли и того ж числа с тою службою и с сеун-
чом послали стряпчего Бориса Аргамакова»688.
После падения Гор армия Трубецкого высту-
пила к Дубровне.

Рейтарский полк Лоренца Мартота был
отправлен из Гор к Смоленску. После оконча-
ния кампании 1654 г. рейтары оставили свои
«знамена и литавры, и латы, и шишаки, и ка-
рабины, и пистоли» в Смоленске и Вязьме68’.
Однако в походе следующего года полк снова
был отправлен в Брянск.

Подведем итоги. В августе-сентябре 1654 г.
сильные города-крепости — Могилев, Шклов,
Кричев и Горы — были заняты русскими вой-
сками. Самый крупный город — Могилев —
был взят без боя при минимальном участии
русских войск казаками Белорусского полка
К. Поклонского.

Для закрепления победы при Шепелевичах
кн. А.Н. Трубецкой послал в рейд к р.
Березине полки воевод кн. Ю.А. Долгорукова
и С.А. Измайлова, которые вернулись об-
ратно, нигде не встретив организованного
противника.

штурм И ВЗЯТИЕ СМОЛЕНСКА
16 АВГУСТА - 23 СЕНТЯБРЯ
1654 ГОДА

С самого начала осады тяжелые осадные
орудия вели огонь по городским укреплениям,
разбивая стены и сбивая зубцы. Особое вни-
мание осаждающих было обращено на участки
крепости, пострадавшие в осаду 1632-1634 гг.
Сильная бомбардировка города продолжалась
около месяца. В начале августа московской ар-
тиллерии удалось основательно разрушить две
башни и два участка стены между Малым ва-
лом и Антипинской башней690.

В старинной «Песне о взятии Смоленска»
особо подчеркивается роль самой мощной
осадной 40-фунтовой пищали «Троил» и гол-
ландских осадных орудий в разрушении кре-
постных стен:

«Рявкнул на Смоленеск Троило,
Бакштам (башням), стенам не мило!

С ним голанки равно ставят,
Государю Смоленеск славят...»**1.
Одновременно солдаты, стрельцы и даточ-
ные люди копали шанцы, приблизив их почти
на 10 саженей* к стене. Подготовка к штурму
велась весьма энергично. Когда царь получил
известие о разгроме лиговского войска в битве
при Шепелевичах 14 августа 1654 г., он принял
решение о штурме Смоленска. В ночь на 16 (26)
августа последовал общий приступ.

Согласно документам Разряда, полки
солдатского и драгунского строя располо-
жились вокруг города в шести земляных
укреплениях — «городках», а именно: «под
Смоленском в городках полковники: старшей

* Согласно «Соборному уложению- 1649 г. сажень
равнялась 2,16 м.

полковник Аврам Лесли, полковник Александр
Ильин Гибсон, полковник Антон Алексеевич
Грановской, полковник Франц Траферт, пол-
ковник Кашпир Яндер, полковник Юрьи
Кит»692. Примерное расположение четырех из
них (Лесли, Гибсона, Грановского и Траферта)
нам известно по «Дворцовым разрядам», сооб-
щающим о ходе штурма.

Несмотря на то, что записи о неудач-
ном штурме Смоленска 16 августа 1654 года
в «Дворцовых разрядах» весьма лаконичны,
они достаточно информативны:

«Того ж дни, против 16 числа в ночи, был
приступ к городу Смоленску. А на приступе
были воеводы: у государева пролому боярин
и воевода князь Иван Никитич Хованской,

«Королевский (Сигизмундов) вал» смоленской
крепости, построенный в 1626-1632 гг.

Рисунок XVII в.

Бастион Королевского вала. Фото автора

а с ним были дворяне: князь Иван княж
Михайлов сын Хромой Волконской, Федор
Михайлов сын Толочанов, Никифор Матвеев
сын Толочанов. И князь Ивана Хромого-
Волконского на приступе убили. У науголь-
ной башни у Веселухи с лесницами был окол-
ничей и воевода князь Дмигрей Алексеевич
Долгоруково, а с ним полковник Антон
Грановской с драгуны и с даточными людми.
К Малаховским воротам и к старому пролому
околничей и воевода князь Петр Алексеевич
Долгоруково, а с ним полковник Франц
Траферг с солдаты. К Лучинской башне окол-
ничей и воевода Богдан Матвеевич Хитрово,
ас ним полковник Александр Гипсон с солда-
тами; да с ним же указал Государь быть и при-
ступать к Днепровым воротам и к наугольной
башне голове стрелецкому Артэмону Матвееву
с приказом. К Пятницким воротам столник
и воевода Иван Богданов сын Милославской,

а с ним дворяне Таврило да Михайло Федоровы
дети Самарины. К Королевскому пролому при-
ступал голова стрелецкой Дмитрей Иванов
сын Зубов; и голову стрелецкого Дмитрея
Зубова на приступе убили»693.

Разберем имеющиеся сведения подробнее
с использованием архивных данных о числе
раненых в полках нового строя и стрелецких
приказах.

Самое многочисленное соединение под нача-
лом боярина и воеводы кн. И.Н. Хованского, кн,
И.М. Хромого-Волконского, Ф.М. Толочанова,
Н.М. Толочанова и полковника А. Лесли штур-
мовало разрушенный юго-восточный участок
крепости (так называемый «Государев пролом»)
от Шеинова бастиона до Антипинской башни*.
Руководивший атакой кн. И.Н. Хованский имел
опыт осадной войны в ходе действий против
восставшего Пскова в 1650 г.

* Шейнов бастион был построен на месте взорван
нои русскими в 1633 г. [рановитои башни Ангипинская
башня была разрушена наполовину также в 1633 г.,
в ходе осады Смоленска армией М Ь. Шеина.

Шейнов вал. Фото автора

По всей вероятности, под общим командо-
ванием Лесли (потери его полка 862 чел. ране-
ными) находилось еще два пехотных полка —
Кашпира Яндера (358 раненых) и Юрия Кита
(53 раненых), а также отдельные роты пол-
ков Алексея Бутлера (6 раненых) и Филиппа
Альберта Фанбуковена (14 раненых)6"*’.

Анализ сохранившихся источников по-
зволяет сделать вывод о том, что рейтары
Фандроцкого (19 раненых) приступали к го-
роду вместе с полками Хованского и Лесли.
Рейтарский полк был оставлен при главной
армии, стоявшей у стен осажденного города.
Скорее всего, каждая рота направила доброволь-
цев. Каски, кирасы, карабины были хорошей
экипировкой для осадно-штурмовых действий.
В участии кавалеристов в штурме крепостных
укреплений не было ничего необычного.

Отряд воеводы кн. Д.А. Долгорукова, дра-
гунский полк А. Грановского (134 раненых)
154

и даточные люди (392 раненых) атаковали
восточный участок стены у наугольной баш-
ни Орел.

Отряд воеводы Б.М. Хигрово и пехотный
полк А. Гипсона (216 раненых) штурмова-
ли северо-восточный участок стены у башни
Веселуха (Лучинская).

Московский стрелецкий приказ головы
А. Матвеева (17 раненых) — северный участок
стены, мост через реку и Днепровские ворота.
Кроме того, согласно наградной царской гра-
моте, на данном направлении в штурме города
участвовала часть солдат полка А. Гипсона695.

Отряд воеводы И.Б. Милославского,
Г.Ф. Самарина и М.Ф. Самарина — северо-за-
падный участок стены и Пятницкие ворота.
Под их началом находились не названные
в источнике стрелецкие приказы Скорее все-
го, это приказы Ивана Баскакова (152 раненых)
и Осипа Костяева (81 раненый)696. Согласно ис-
точникам, в подчинении Милославского так-
же находился приказ Матвея Спиридонова,
не участвовавший в штурме и, скорее всего,

оставленным на охране лагеря69 . Стрелецкий
приказ Семена Полгева (11 раненых), в силу
своей элитарности (2-й но порядку), вероят-
нее всего, атаковал с Покровской горы — места
ставки царя, поддерживая стрельцов Матвеева.
Отдельные сотни приказов Логина Аничкова
(четверо раненых), Аврама Лопухина (двое ра-
неных), Ивана Азарьева (трое раненых)
и Ивана Ендогурова (один раненый)'”1' также
могли стоять на охране Покровской горы.

Московский стрелецкий приказ го-
ловы Д. Зубова (23 раненых) приступая
к Королевскому бастиону.

Отряд воеводы кн. II.А. Долгорукова и пе-
хотный полк Ф. Траферта (161 раненый) штур-
мовал южный участок стены: Молоховские во-
рота и Шейнов бастион099.

Незначительные потери в солдатских пол-
ках А. Бутлера и Ф.А. Фанбуковена, а также
стрелецких приказах Л. Аничкова, А. Лопухина,
И. Азарьева и И. Ендогурова объясняются тем,
что основной состав этих частей находился
в походе с армией кн. Я.К. Черкасского против
гетмана Я. Радзивилла. В штурме могли при-
нимать участие отдельные оставленные роты
или сотни указанных полков.

Согласно «Летописи Самовидца», на при-
ступе также были украинские казаки нежин-
ского полковника Василия Золотаренко — бра-
та наказного гетмана. Они «отважно починали
в приступах аж на верху мурах смоленских по
лествицах; аже оных немцы вспирали, але мно-
гие, и в город упавши, погинули»700. Согласно
«Дворцовым разрядам», полковник прибыл
в царскую ставку под Смоленск 15 августа701,
т. е. участие его казаков в приступе 16 авгу-
ста весьма вероятно. Вместе с Василием под
Смоленск пришла тысяча казаков °2, потери
их неизвестны.

Исходя из данных о числе раненых, можно
сделать вывод, что главный удар по смолен-
ским укреплениям, как и в воину 1632-1634 гг,
наносился с южной стороны, н данном случае
частями кн. И.Н. Хованского и А. Лесли.

О приступе к Смоленску, состоявшемся
16 августа, царь Алексеи Михайлович писал
кн. Я.К. Черкасскому, что ратные люди «на
юрод взошли и башню засели, и на городе
и на башне был окольничей Богдан Матвеевич
Хитрово да Иван Оврамов сын Лесль, а с ними

А.С. Матвеев, в 1654 г. стрелецкий голова,
участник штурма Смоленска. Портрет
XYIH в. ГИМ

многие государевы люди, и был бой шесть ча-
сов. и полских и литовских людей побили мно-
гих, и литовские люди, видя свое безсилие под-
катили под башню пороху и тот порох зажгли
на приступе, и в башнях государевых людей
побито з двесте человек да ранено с Ю00...»703.

В другом письме в Москву, к своим се-
страм, царь дополнял свое сообщение тем, что
«наши ратные люди зело храбро приступали
и на башню, и на стену взошли, и бой был ве-
ликий; и по грехам, под башню польские люди
подкатили порох, и наши ратные люди сошли
со стен многие, а иных порохом опалило; ли-
товских людей убито больше двухсот человек,
а наших ратных людей убито с триста человек
да ранено с тысячу»704.

Из данных писем царя непонятно, какая
башня была взорвана. Учитывая, что Хитрово
штурмовал укрепления в районе башни
Весел) хи (Лучинской), а Иван Лесли — стены
от Шеинова бастиона до Антипинской башни,
речь идет о двух разных направлениях атаки.

Вероятно, обе башни (Веселуха и Антипинская)
были захвачены русскими в ходе штурма, но
взрыв пороха в одной из них привел к общему
отступлению штурмующих. Башня Веселуха
не была уничтожена и хорошо сохранилась до
настоящего времени, тогда как о разрушениях
Антипинской известно из документов (в на-
стоящее время она не существует)*.

Смоленский воевода Ф. Обухович более
подробно описал этот штурм. Его сведения по-
могают прояснить детали приступа. По словам
главного участника обороны, «во втором часу
по полуночи, давши сигнал из трех гортонов,
неприятель ударил со всех сторон на крепость
и, приставивши широкие лестницы, полез по
ним на стены. Таких лестниц насчитывали
до 4000. Сначала московитяне вскочили на
Большой вал (Королевский вал), но здесь их
быстро отразили, положив несколько сот че-
ловек и их полковника Зубова»705.

Как видно, первый удар атакующих обру-
шился на Королевский вал. Гибель стрелец-
кого головы Дмитрия Зубова подтвержается
в «Дворцовых разрядах», но его приказ не мог
потерять «несколько сот человек», так как на-
считывал всего 500 чел. В ходе штурма у него
было ранено 23 чел. Известно также о ранении
одного из сотников приказа Зубова «Мокей
Мордвинов бит кирпичем, из ушей шла кровь,
засыпан был в башне»**.

Согласно описанию Обуховича, не мень-
ше пало русских «и при Угловой башне (баш-
ня Орел. — И.Б.), где уже солдаты вскочили
на стену, но должны были отступить перед
немецкой пехотой, пришедшей на помощь
с Большого вала»707. Башню Орел, как выше по-
казано, штурмовали драгуны А. Грановского.

С особой силой «обрушился царь на
Королевские (Днепровские) ворота, желая че-
рез них въехать в город с Покровской горы,
откуда (он) смотрел на штурм. Несколько ты-
сяч людей с петардами устремились сюда, но,
встретив перед воротами преграды, начали ру-
бить палисад (частокол. — И.Б.). Осажденные
били их сверху, сбрасывали на них бревна,

• Согласно сведениям И.И. Орловского, указанная
башня «Малая 4-х угольная», которую ошибочно назы-

вали «Антифоновскою», была сильно разрушена и ра-
зобрана из-за ветхости в 1819 г.

стреляли залпами, бросали камнями, кирпича-
ми; с соседних башен помогали им выстрелами
из пушек. Но неприятели (русские. — И.Б.) по
трупам своих товарищей отважно лезли впе-
ред, вырубили палисад и разбросали избицу
(сруб. — И.Б.). Пан Остик со своей пехотой за-
щищался здесь храбро, насколько было силы;
упорно бились здесь и мещане. К ним на по-
мощь прибежали жены их; они лили на осаж-
дающих сверху кипяток, сыпали золу; в конце
концов, неприятель должен был уступить.. .»70в.

Отмеченная в описании массированная
атака Королевских ворот подтверждает наше
предположение о том, что их штурмовали
не только приказ Матвеева (500 чел.) и часть
солдат А. Гипсона, но и другие стрелецкие
приказы.

По словам Обуховича, неудача постигла
русских и «на соседних кватерах. Много здесь
своей крови он пролил и отступил, побросав
лестницы...»709. В данном случае идет речь об
участке крепостной стены с Пятницкими воро-
тами, к которым приступал И.Б. Милославский
со стрельцами.

В то же время Обухович отметил, что «осо-
бенно сильный натиск был произведен на уча-
сток от (башни) Веселухи до сбитых кватер, то
есть до Антифоновской (или Антипинской. —
И.Б.) башни». Когда у литвинов «вышли заря-
ды и не стало камней, они сбросили на осаж-
давших два улья с пчелами, которые быстро
прогнали их в окопы»710.

Однако «наибольшее внимание неприятель
(русские. — И.Б.) обратил на сбитые квате-
ры и башни (т. е. Антифоновской башни до
Шеина пролома). С 12-ю знаменами солдаты

Пищаль «Троил». Московский Кремль

взобрались по щебню на башню и уже торже-
ствовали победу». Литвины «бились на сте-
не в рукопашную, но должны были, наконец,
уступить.

Услышав об этом, пан воевода приска-
кал сюда и велел козацкому ротмистру, пану
Овруцкому снова идти в бой. В тот же момент
Овруцкий был ранен пулей, а копьем проби-
ли ему руку, и он, видя свою беспомощность
пред натиском неприятеля, повернул назад.
Воевода послал к полковнику Корфу и на про-
чие кватеры, чтобы как можно скорее спешили
на помощь.

Неприятель (т. е. русские. — И.Б.) между
тем с башни перебрался на стены, а со стен
проник и внутрь города. Пришедшие поспеш-
но на помощь схватились с ними в рукопаш
ную. Но все люди наши были давно изнуре-
ны, раскаленное от беспрерывной и сильной
стрельбы оружие не годилось больше к делу.
Осажденные видели уже, что настал последний
час их и крепости; многие обыватели побежали
с места битвы по домам и по избам, и напрасно
воевода гнал их в бой, а Корф заклинал их име-
нем Бога и отчизны не уступать врагу.

Густой стрельбой москвитяне со стен по-
ражали наших. Здесь пало много разной
шляхты, немецкой и польской пехоты пана
Мадакаского и Дзятковского и других, которые
отважно громили неприятеля, висевшего уже
над ними. Тогда же убито было и несколько
лучших смоленских пушкарей, защищавших
подступ к пушкам против башни

В данном случае под захваченной русски-
ми башней имеется ввиду Антипинская башня
(она же Антифоновская, или Малая четырех-
угольная), находившаяся между Шеиновым
бастионом и круглой Евстафьевской башней.
В исторической литературе разрушенная баш-
ня иногда ошибочно называется Лучинской.
На самом деле Лучинская — это старое назва-
ние башни Веселухи. Она не была уничтожена
в ходе этого штурма и сохранилась до настоя-
щего времени.

Вернемся к рассказу Обуховича.

«Неприятель уже встащил на эту башню
по груде развалин два орудия, и если бы ему
удалось их там утвердить, то все защитни-
ки были бы перебиты и замок взят. Но див-
ным промыслом Божиим, когда от нашего

Башня Долгочевская. Смоленск.
Фото автора

пушечного выстрела помост с неприятелями
на башне обвалился, произошел взрыв поро-
ха, который они притащили с собой в башню.
Пушки и люди, бывшие при них, взлетели на
воздух. Видя в этом помощь свыше, наши вос-
прянули духом и снова вскочили на кватеры,
занятые врагом. Особенно отличились здесь
инженер Бонолиус; пан Униховский, посудок
Смоленский; и пан Парчевский, писарь зем-
ский, которые прогнали со стен оставшихся
неприятелей. Штурм этот продолжался в те-
чение семи часов...»712.

Итак, в критический момент в башне про-
изошел взрыв пороха. Ее остатки обрушились,
что привело к общему отступлению атаку-
ющих. Литвины вернули свои позиции. Из-
за больших потерь царь решил остановить
штурм, который продолжался в течение семи
часов. Можно согласиться с мнением истори-
ка И.Л. Андреева о том, что вряд ли защитни-
ки «в разгар боя сумели подкатить под баш-
ню порох и взорвать ее», как считал царь713.

Осадные работы

Обухович прямо говорит: «когда от пушечного
выстрела помост с неприятелем на башне об-
валился, произошел взрыв пороха, который он
притащил с собой в башню...»74.

Обухович также сообщает о штурме
Малого (Шеинова) вала, куда приступали сол-
даты и драгуны полка Ф. Траферта

«Не меньший натиск неприятель произ-
вел и на Малый вал (Шейнов пролом). Здесь
неприятель разрушил все преграды, вырубил
несколько рядов палисада, оттеснил с нижнего
вала немецкую пехоту и уже стал взбираться
наверх, где стояли пушки. Но в тот момент, ког-
да наших охватило уже отчаяние, бердышники
с ближайших кватер пана подсудка, вышедши
потайным ходом, напали из-за вала на непри
ягеля. Много погибло защитников вала, когда
пан Тизенгауз с полком подскарбия и с други-
ми людьми мужественно оборонял его, пока пе-
хота уже потеряла возможность стрелять из на-
калившегося оружия. Сам Бог спас город; если
бы неприятель еще на полчаса продлил штурм,
он ворвался бы через этот вал в крепость, ибо
наши, прекратив стрельбу, совершенно опусти-
ли руки, а помочь им было некому»’15.

Таким образом, штурм был остановлен,
гарнизону помог случай. Алексей Михайлович
прекратил атаку, упустив скорую победу.
Обухович значительно преувеличивает потери
русских (до 7 тыс. убитых и 15 тыс. раненых716),
но в одном он точен: «прояви царь и его воево-
ды большую твердость и согласованность, под-
держи вовремя атакующих резервами — город
был бы занят уже в середине августа»717.

Лядунка (патронная сумка) середины XVII в.
Принадлежала боярину Б.М. Хитрово,
участнику осады Смоленска в 1654 г. ГОПМК

Можно дополнить, что рейтарский полк
Василия Фандроцкого также принял участие
в штурме Смоленска. Судя по всему, полковник
был одним из тех, которые первыми ворвались
в крепость («с 12 знаменами») и погибли при
взрыве башни. О находке его тела в докумен-
тах не сообщается. Впоследствии его имя было
записано в «Синодик по убиенных во брани»,
относящийся ко второй половине XVII в. В на-
званном синодике среди других имен право-
славных воинов, погибших при штурме 16 ав-
густа 1654 г., провозглашается «вечная память»
под «городом Смоленском убиенным на при-
ступе... полковнику Василию Фалдоротцкому
и всем начальным людем и рейтаром...» '8.

В книгах Денежного стола Разрядного при-
каза удалось найти документ, подтверждаю-
щий гибель полковника в результате взрыва
Антипинской башни. В общем списке ратных
людей, получивших денежное жалованье за
раны на приступе к Смоленску, названы «рей-
тары Васильева полку Франдроцкого баро-
нета». Сохранившиеся сведения о ранениях
рейтар прямо свидетельствуют о том, что пол-
ковник оказался в эпицентре взрыва пороха
(-зелья») на башне. Из 18 названных в росписи

Башня Орел. Смоленск. Фото автора

раненых рейтар от ожогов различной степени
тяжести пострадали 11 чел. Ранения двух из
них прямо подтверждают наше предположение.
Рейтарский прапорщик Микита Федоров сын
Тороканов «раздроблен, как взорвался в баш
не мост с зельем и в то время скинуло ево за
город». Рейтар Дементий Федоров сын Норов
«раздроблен от зелья, скинуло ево з башни»71’.

Первыми, кто взошел на смоленские сте-
ны (и сумел при этом уцелеть), оказались
Б.М. Хитрово (вероятно, на время овладев-
ший Лучинской башней) и сын полковника
А. Лесли Иван. Что касается Фандроцкого, то
он стал первым полковником-иноземцем на
русской службе, павшим на этой войне.

Вероятно, тогда же, при взрыве башни, по-
гиб воевода кн. Иван Михайлович Хромой-
Волконский, сын известного героя Смутного
времени, защитника Боровского монастыря,
убитого поляками при штурме обители в 1610 г.

Сохранились распоряжения царя о погре-
бении воинов, убитых на приступе 16 августа,
на следующий день после штурма:

Башня Веселуха. Смоленск. Фото автора

«Послать ко все полковником память, чтоб
велеть ямы копать безденежно, а велеть в тех
ямах положить тела убитых людей и отпеть
тех же полков попов и похоронить... августа
в 17 день, по государеву указу... память стар-
шему полковнику Авраму Ильичу Лесли, веле-
ли мы в своем полку солдатом выкопать ямы
безденежно и в те ямы... собрать тела поби-
тых всяких чинов людей, которые побиты под
Смоленском... »720.

Всего же, согласно документу, при штурме
Смоленска было ранено 39 начальных людей
и 2505 рядовых воинов (Таблица 10).

Кроме вышеприведенного источника о ра-
неных при штурме сохранился еще один до-
кумент о потерях трех приказов московских
стрельцов в ходе штурма Смоленска 16 авгу-
ста. В РГАДА (Ф. 143) этот документ ошибоч-
но озаглавлен как «Списки стрельцам, ране-
ным и убитым на приступе под Дубровною».
Речь в нем идет о стрелецких приказах Ивана
Баскакова, Осипа Костяева, Ивана Нелидова
и Артамона Матвеева.

Дело в том, что из четырех названных
в штурме Дубровно участвовал только при-
каз Ивана Нелидова, о котором в докумен-
те прямо сказано, что был «на приступе под
Дубровною». Остальные приказы оставались
под Смоленском, и их потери «на приступе»
на самом деле отражают урон стрельцов при
штурме Смоленска 16 августа.

Смотр стрельцов производился в период
с 26 сентября по 4 октября 1654 г. В указанное
время (26 сентября) в приказе Ивана Баскакова
по росписи налицо 439 человек, из них пяти
десятников 9, десятников 38, рядовых 392.
В том же числе раненых «легкими ранами» 64,
и «те стрельцы будут ь его государеве службе».
Раненых «тяжелыми ранами» 16, своей смертью
померли 6, «на приступе побиты» 12, сбежал
1, от стрельцов отставлены 8, переведен в при-
каз М. Зыбина 1. Из придаточных 17 вяземских
стрельцов 30 сентября сбежало 3 человека.

По смотру 4 октября в приказе Осипа
Костяева налицо 452 человека. На приступе
убито 9, «от тяжелых ран померло» 7, да «тяже-
лыми ранами ранено» 20, легкими ранами — 79.
Всех раненых — 98. На том же приступе «без-
вестно пропало» 5, отпущен в Москву 1, а так-
же 2 человека «взяты в полон в посылке под
Горами». Своей смертью умерли 3. В Вязьме
остались больными 2, отпущены к Москве за
скорбь 8, выписаны в приказ Михаила Зыбина
2, сбежали со службы 9.

В приказе Артамона Матвеева ранено «лег-
кими ранами 13 человек, тяжелыми — 6, по-
бито до смерти — 4», а всего на смотре нали-
цо 438 чел., «опричь вязмич», которых было
19 чел., итого налицо 457 чел.721

При штурме особо отличились ко-
мандовавшие стрельцами Иван и Семен
Милославские, а также Артамон Матвеев.
В царской грамоте о награждении названных
лиц сказано, что Иван и Семен Милославские
были на приступе «бились явственно самым
жестоким делом при наших государских
очах», т. е. на глазах царя, наблюдавшего за
боем. Артамон Матвеев помог отвести солдат
полка А. Гипсона от Днепровских ворот, ког-
да они попали в трудное положение: «по го-
судареву указу в Смоленской приступ с своим
приказом салдатом Гибсонова полку помогал
и их не выдал и отводил их от Царе... брам от

Г

Авраачиевская башня. Смоленск. Фото автора

самово мосту и с мосту при наших государских
очах»722.

Можно лишь добавить, что Стремянной
стрелецкий приказ (1-й) Михаила Зыбина не
участвовал в штурме, так как в то время на-
ходился под Кричевом. Неизвестны также по-
тери погибшими в приказе Дмитрия Зубова,
приступавшего к Королевскому бастиону, кро-
ме того, что сам Зубов был убит.

В царской ставке эта неудача не приве-
ла к упадку духа, войска активно готовились
к новой атаке крепости. Положение же осаж-
денных после штурма сделалось очень тяже-
лым. Защитники Смоленска понесли боль-
шие потери. Между тем, на оборону только
Королевского и Шеи нова валов требовалось
не менее 1500 чел. Крепость очень сильно
пострадала от ядер, в стенах и башнях были
пробиты бреши, многие пушки испорчены,
палисады вырублены. Шейнов бастион был
почти полностью разрушен, восстановить
его не было никакой возможности. Особенно

сильно пострадали два участка стены между
Евстафьевской башней и Шеи новым бастином
и стоявшая между ними Антипинская (Малая
четырехугольная) башня. Провианта в крепо-
сти не было. Обуховичу стало ясно, что нового
штурма крепость не выдержит.

Русские войска готовились к новому
приступу, поставив напротив Еленевских
(Никольских) ворот новую батарею из
19 орудий.

Ко всему прочему, писал И.И. Орловский,
чтобы окончательно «сразить мужество осаж
денных, русские прислали в крепость для вру-
чения воеводе Обуховичу копию письма его
к гетману, где он, подробно описав все дефек-
ты замка и разрушения, причиненного оса-
дой, просил у гетмана немедленной помощи.
Это письмо было найдено русскими в шка-
тулке жены гетмана в лагере под Шепелевым
(Шепелевичами. — И.Б.), после поражения гет-
мана .. Получив это письмо, воевода, боясь об-
винения в секретных связях с москвитянами,

Надвратная церковь на месте Днепровских ворот. Смоленск. Фото автора

показал его шляхте, которая после этого окон-
чательно упала духом»723.

После поражения Радзивилла в битве под
Шепелевичами 14 (24) августа осажденные по-
теряли всякую надежду на помощь.

Между 17 и 20 августа царь приказал воево-
дам кн. Ф.Ф. Куракину и кн. В.П. Львову идти
из-под Дубровны под Смоленск на Девичью
гору, а жилецкие и татарские сотни, бывшие
с ними, передать воеводе П.В. Шереметеву, от-
правленному под Кричев™.

Второй штурм города так и не состоялся.
2 сентября 1654 г. воевода Ф. Обухович и пол-
ковник В. Корф начали переговоры о капиту-
ляции: «воевода Филипп Казимер Обухович
и полковник Корф высылали из города, чтоб
Государь пожаловал, велел к ним к городу
прислать на договор своих государевых дум-
ных людей.

И сентября в 10 день послал Государь
к ним на договор... Ивана Богданова сына
Милославского да Семена Юрьева сына
162

Милославского, да с ними голову стрелецко-
го Артемона Сергеева сына Матвеева да дьяка
Максима Лихачова» 25. В результате перего-
воров решено «город Смоленск сдать велико-
му государю, а их бы, воеводу и полковника,
и шляхту и мещан... отпустить в Литву, а ко-
торые шляхта и мещане похотят служить госу-
дарю, и тем остаться в Смоленску»726.

20 сентября Иван Милославский сооб-
щил царю, что вошел с передовым отрядом
в Смоленск, встав «во дворе Петра Вежевича»,
после чего «шляхту и мещан и казаков и гай-
дуков стали приводить к вере», т. е. к присяге
государю. С сеунчем в царскую ставку был от-
правлен голова московских стрельцов Матвей
Спиридонов 27. Только из местной шляхты
царю присягнуло 364 чел., не считая предста-
вителей иных сословий.

21 сентября в Смоленске едва не возник
бунт, когда на двор Обуховичу пришли «гайду
ки и желдаки», желающие уйти из Смоленска
и требующие вернуть им знамена, которые

Шляхтич из панцирной хоругви ВКЛ
середины XVII в. Художник С. Шаменков

Гайдук венгерской пехоты ВКЛ середины
XVII в. Художник С. Шаменков

воевода передал победителям. Бунтовщики
заявляли, что их «обесчестили», поскольку
согласно договору их следовало «отпустить
з знамени»’’н. Чем закончилась эта история,
неизвестно, но, вероятнее всего, поступили
в соответствии с условиями договора о капи-
туляции. Милославский расставил караулы по
городу: у «Царской брамы» (Королевских, или
Днепровских ворот) — 100 чел., в Молоховских
воротах — 100 чел., на башнях у пушек по
5 чел. стрельцов, «да в башне проломной, что
пробита из шанцов Аврама Лесли поставили
ево полку триста человек салдат», а остальные
стрельцы были расставлены по стенам729.

23 сентября царь Алексей Михайлович
выступил со «своего государева стану,
с Девичьи горы, к Смоленску со всеми пол-
ки... и пришед Государь к Смоленску, и стал

против Молоховских ворот со всеми полки...
Смоленской воевода и полковник и литовские
люди из Смоленска вышли, и Государю челом
ударили в поле, и знамена положили перед ним
государем и пошли в Литву.

И отпустя литовских людей, пошел
Государь в Смоленск и был в Смоленску;
и того ж дни пошел из Смоленска и стал у го-
рода Смоленска, против Молоховских ворот,
в шатрах, на прежнем месте»710.

В этот день, как пишет И.И. Орловский,
«под стенами Смоленска происходило явле-
ние обратное тому, какое видели здесь в 1634 г.,
при капитуляции Шеина». Перед царем «нес-
ли знамя с изображением золотого орла, цар-
ские лошади были великолепно украшены,
даже ноги их были унизаны жемчугом. Сам
царь был окружен 24 гусарами... смоленский

воевода Обухович и полковник Корф и литов-
ские люди, которые похотели идти в Литву,
вышли из Смоленска через Молоховские во-
рота и поровнявшись на поле с государем,
слезли с коней и ударили ему челом; все вой-
сковые знамена положены были как трофеи
у ног государя...»”1.

По условиям договора, остатки литовского
гарнизона покинули город. В Смоленске оста-
лись почти все мещане и немало шляхты, при-
сягнувшей царю. Значительная часть смолен-
ской шляхты перешла на русскую службу. Так,
например, известно, что летом 1656 г. в вой-
ске кн. Я.К. Черкасского находилось три роты
смоленской шляхты с ротмистрами кн. Петром
Друцким-Соколинским (1-я), Данилом Гурко
(2-я) и Денисом Швейковским (3-я)732.

Итак, 23 сентября (3 октября по ново-
му стилю) 1654 г. стало датой освобождения
Смоленска. Взятие города имело огромное
политическое и военное значение. Польско-
литовское государство потеряло самую силь-
ную крепость на своих восточных грани-
цах, откуда оно могло держать под ударом
Москву. Полуторавековой спор за обладание
Смоленском окончательно был решен в поль-
зу России.

Литовский шляхтич Раховский (Rachowski)
в начале ноября 1654 г. писал коронному хо-
рунжему А. Конецпольскому о том, что «после
взятия Смоленска противник открыл себе во-
рота в Литовское княжество. Теперь, если он
захочет, сможет захватить Вильно и гостить
там. Не имея перед собой никаких крепостей,
он скоро будет на пограничье... Сейчас про-
тивник дальше Березины не движется. Даже
вблизи Березины никого нет. Захватывают зам-
ки, а те которые уже захватили, укрепляют»”3.

Русская армия закреплялась на занятой
позиции и занялась обеспечением безопасно-
сти своих тылов. В дальнейшем эта террито-
рия стала базой для будущего наступления на
Вильно.

Смоленский поход закончился. 5 октя-
бря 1654 г. царь пошел из «своей Государской

отчины, из Смоленска в Вязьму». Первым смо-
ленским воеводой стал Григорий Гаврилович
Пушкин, проявивший себя как хороший ди-
пломат и администратор, первый боярин из
рода Пушкиных.

Из «Дворцовых разрядов» следует, что при-
дя на «прежней стан на Девичью гору», царь
стоял на ней 4 дня. 10 октября «пошел Государь
с стану с Девичьи горы в Вязьму*. В Вязьму
прибыл 21 октября734.

23 октября 1654 г. для скорейшего заверше-
ния осады Витебска из-под Смоленска отпра-
вились два полка солдатского строя — Якова
Флека и Андрея Гамолтона, ранее бывшие в ар-
мии кн. А.Н. Трубецкого”5.

Подведем итоги смоленского взятия. Как
выше было отмечено, на Смоленском направ-
лении русское правительство сосредоточило
свои основные военные силы. Смоленск яв-
лялся важнейшим стратегическим пунктом,
расположенным недалеко от Москвы, столи-
цы Русского государства, крупным экономи-
ческим центром и важным узлом дорог.

Возвращение Смоленска, потерянного
Россией в годы Смутного времени, было глав-
ной целью первого года войны. Из Смоленска,
как показали события Смуты, Речь Посполитая
могла угрожать целостности и независимости
России. Победа русской армии в решающей
битве при Шепелевичах над литовским вой-
ском гетмана Я. Радзивилла способствовала
взятию города. Несмотря на отбитый штурм
16 (26) августа, осажденный смоленский гар-
низон, потеряв всякую надежду на помощь,
сложил оружие и знамена к ногам царя.

В дальнейшем Смоленск стал основным
опорным пунктом на западной границе России.
Здесь проводились смотры войск перед похо-
дами, были сосредоточены большие запасы во-
оружения, снаряжения и продовольствия.

Андрусовское перемирие 1667 г., а затем
«Вечный мир» 1686 г. окончательно поставили
точку в данном вопросе, положив начало мно-
голетнему мирному сосуществованию России
и Речи Посполитой.

ОСАДА ДУБРОВНО
И ОКОНЧАНИЕ КАМПАНИИ

Последним серьезным препятствием на
пути продвижения русских войск на литов-
ском театре военных действий стала крепость
Дубровно (в источниках — Дубровна) — го-
род, расположенный на левом берегу Днепра
в 100 км западнее Смоленска. Захват верхнего
течения реки позволял царскому командова-
нию обеспечить коммуникации между двумя
направлениями наступления: с одной сто-
роны — русской армии, идущей на запад от
Смоленска к Орше, с другой — украинских ка-
заков И. Золотаренко, двигающихся от Гомеля

к Могилеву. Для реконструкции действий рус-
ской армии под Дубровно важнейшее значение
принадлежит документам Разрядного приказа.

Оборонительные укрепления Дубровно
в те времена состояли из замкового комплекса
и собственно города. Замок располагался на
горе у впадения речки Дубровенки в Днепр.
В 1593 г. посол австрийского императора
Н. Варкоч, проезжая через Дубровно, отметил

Дубровно в 1654 году. Реконструкция автора

Дубровно. Замковое городище с северо-запада. Современное фото

следующее: «Город стоит на Днепре, а по дру-
гую сторону замка протекает река Дубровица.
Замок этот обширный в окружности, только
весь деревянный»756.

Согласно более подробному описанию
(«Инвентарю») 1645 г., замок, или острог, был
обнесен деревянными стенами с тремя башня-
ми со стороны реки Дубровенки. Одна из них,
«вежа высокая, старая», стояла около въезда
в замок, на территории которого, вероятно,
уже в то время находился дворец владельца
города — Юрия Кароля Глебовича. Две ука-
занные реки защищали замок с севера и с юга,
а с восточной стороны располагалось допол-
нительное укрепление — «подзамок» (или
«пригородок»), отделенный от замка стеной
с воротами («брамой»). Подзамок также был
обнесен острогом с тремя башнями, не считая
проездной’’7. Весь замковый комплекс общей
площадью 5625 кв. м отделялся от города глу-
боким рвом с водой.

В распоряжении защитников города на-
ходился весьма приличный арсенал. В цейх-
гаузе замка было «18 пушек (в том числе
166

4 серпантины и 3 именные бронзовые пушки),
5 шмыговниц, 5 «киев» простых железных,
6 «киев» наподобие узких мортир, 64 гаковни-
цы, 68 пехотных мушкетов, 37 пушниц, а так-
же 39 больших тяжелых мушкетов («кобыл»).
Таким образом, в дубровенском цейхгаузе на-
считывалось 242 единицы огнестрельного ору-
жия, а также бронзовые формы для отливки
ядер и пуль, 14 железных и 4 каменные формы,
а также боеприпасы»756.

Что касается численности гарнизона и жи-
телей, то, по словам позднее взятых пленных,
в городе находилось до 5 тыс. чел/59 Если све-
дения верны, то из этого следует, что все за-
щитники не могли разместиться в относитель-
но небольшом замковом комплексе (стороны
которого с запада и востока не превышали
45 м, хорошо простреливаемые даже из руч-
ного оружия), и, скорее всего, существовали
еще городские укрепления, представлявшие
собой земляной вал (позднее названный в на-
казе царя воеводе З.Ф. Леонтьеву «земляным
большим городом» 40), окружавший посад
Дубровно. В пользу этого предположения

Дубровно. Замковое городище с северо-востока. Фото автора

свидетельствует и то, что Н. Варкоч описыва-
ет Дубровно как замок «обширный в окружно-
сти», явно имея в виду городские укрепления,
поскольку маленький замковый комплекс при
нсем желании нельзя назвать «обширным».

1 августа 1654 г. царь Алексей Михайлович
из своей ставки под Смоленском направил
к Дубровно семь сотен жильцов Государева
полка под началом кн. Ф.Ф. Куракина и кн.
В.П. Львова41. Скорее всего, выдвижение пе-
редового кавалерийского отряда имело задачу
блокировать крепость. Однако не исключено,
что выделение таких незначительных сил пре-
следовало цель выяснить настроение горожан
и принудить их к сдаче без боя. Однако гарни-
зон Дубровно оказал упорное сопротивление
сразу после подхода отряда Куракина.

7 августа, сообщал князь Федор Куракин
царю, «выходили из города из Дубровны ли-
товские конные и пешие многие люди с знаме-
ны и с нарядом, и у них с теми литовскими
людьми был бой», и хотя «на том бою госуда-
ревы ратные люди литовских многих людей
побили и в город вогнали», стало ясно, что

Дубровна относится к числу крепостей, ов-
ладение которыми потребует большого тру-
да. Не имея возможности вести полноценную
осаду, воеводы «Дубровенской уезд повоева-
ли и села и деревни пожгли и полон многой
поймали»42. Особенно неприятным был тот
факт, что в ходе упомянутой вылазки гарнизо-
на был ранен второй воевода: «князя Насилья
Петровича Лвова литовские люди ранили» °.
По царскому указу кн. В.П. Львову было «ве-
лено ехать к государю», а на его место в то-
варищах с Куракиным приказано быть бра-
ту Василия — «околничему и воеводе князю
Семену Петровичу Лвову»744. 15 августа кн.
Семен Львов приехал под Дубровну, а Василий
отправился под Смоленск’45.

Убедившись, что Дубровно не намере-
но сдаваться без боя, русское командование
принимает решение повернуть против него
армию кн. Я.К. Черкасского, которая после
боя под Шкловом стояла около Копыси746.
Причем первоначально планировалось от-
править Черкасского «промышляти над
Шкловым и Быховым и над иными литовскими

Валы Дубровно. Фото автора

городами»747, но затем овладение Дубровно
сочли приоритетной целью.

8 августа последовал царский указ, соглас-
но которому Черкасскому с войском следо-
вало «идти под Дубровну и государевым де-
лом над литовскими людми... промышлять».
Бесполезная в деле осады кавалерия — два рей-
тарских полка из армии Черкасского — времен-
но передавалась в армию кн. А.Н. Трубецкого,
преследующего отходящее литовское войско.
Царский указ гласил: «послать ис передового
и сторожевого полков рейтарских двух пол-
ковников с рейтары»"48.

Следующим шагом царского командования
стал отзыв самого Куракина и его конных со-
тен под Смоленск, поскольку, как выше было
отмечено, задачу взятия Дубровно поручили
Черкасскому.

17 августа царским указом Куракину веле-
но было «ехать к государю», а кн. С.П. Львов
168

должен был сменить своего брата Дмитрия
на месте второго воеводы Передового полка.
Князю Семену Львову приказано нести службу
в товарищах Одоевского, на «брата ево окол-
ничева князя Дмитриево место Петровича
Лвова». Передовой полк под началом кн.
Н.И. Одоевского в составе армии Черкасского
также направлялся под Дубровно. Причем
бывших с Куракиным «ратных людей и дво-
рян и жилцов и детей боярских и драгунов»
велено отослать в Ертаульный полк к воеводе
П.В Шереметеву. Из данного документа сле-
дует, что кроме конных сотен с Куракиным
под Дубровно было какое-то число драгун (ве-
роятно, из полка де Спевилля), однако вряд
ли оно было значительным"49. В тот же день
Черкасскому, подошедшему к городу, прика-
зано «над Дубровною промышлять всякими
обычаи»750.

Черкасский не стал медлить с осадны-
ми работами и в ближайшую ночь направил
к городским валам «стрелецкие и салдацкие
и драгунские полки», приказав им «у города

для приступного времени учинить крепости»,
т. е. устроить осадные лагеря (или «земля-
ные городки»). В ответ «литовские люди из
Дубровны учали стрелять из наряду, и в то вре-
мя убиты ис пушки сторожевого полку стол-
ник князь Юрьи Звенигородцкий да пошехо-
нец Максим Люткин, да в то время из наряду
во всех полках побито салдат и стрелцов 8 че-
ловек...»751. Погибший под Дубровно стольник
кн. Звенигородский позднее удостоился чести
занесения в известный «Синодик по убиенных
во брани»752.

Исходя из числа воевод, командовавших
полками в начале осады, можно предполо-
жить, что с разных сторон город был окру-
жен четырьмя лагерями: Я.К. Черкасского,
Н.И. Одоевского, М.М. Темкина-Ростовского
и П.Е. Черкасского. Они перекрыли дороги на
Оршу, Витебск, Смоленск и Рославль.

19 августа, сообщал царю воевода
Передового полка кн. Н.И. Одоевский, когда
«ратные пешие люди делали под городом под
Дубровною шанцы, и в тех, государь шанцах,
ранили салдат Францова полку Траферта ма-
юровы роты Гардешку Филипова... застрели-
ли из пищали» и еще трех человек'53.21 августа
были обстреляны стрельцы приказов Василия
Философова и Степана Коковинского, которые
«везли к городу к Дубровне щиты и туры для
приступу», при этом тяжело ранены два чело-
века754. О щитах упоминает и стрелец приказа
Логина Аничкова Асташка Тимофеев в своей
челобитной, как они «тащили к городу щиты,
убили з города литовские люди из затиной пи-
щали брата моево роднова Василья Тимофеева
до смерти...»755. Из данного документа видно,
что осаждающие использовали большие дере-
вянные щиты для прикрытия людей от пуль
и «туры для приступу». Под «шанцами» следу-
ет понимать как устройство окопов, так и ве-
дение апрошей (подступов) — зигзагообраз-
ных траншей, необходимых для приближения
к атакуемому фронту крепости. Воеводы ниче-
го не сообщают об устройстве минных галерей,
что, вероятно, связано с отсутствием в войске
Черкасского специалистов-инженеров ука-
занного профиля. В ходе штурма атакующие
предположительно использовали штурмовые
лестницы, хотя сведений об этом найти не уда-
лось. Т. е. избранные методы атаки крепости

Черкасским были вызваны отсутствием осад-
ной артиллерии и желанием быстро взять го-
род прямым штурмом.

Общая атака на крепость, вскоре предпри-
нятая русскими, была отбита защитниками
Дубровно и закончилась большими потеря-
ми армии Черкасского. Согласно отписке во-
еводы Сторожевого полка кн. М.М. Темкина-
Ростовского, приступ был «августа в 21 день».
В ходе неудачного штурма были ранены пя-
тидесятник и 12 стрельцов приказа Ивана
Азарьева, а сам стрелецкий голова убит. Как
писал царю воевода, «на приступе, государь,
убили до смерти голову московских стрельцов
Ивана Азарьева». Сам приказ был временно
передан под начало брата убитого — Юрия
Азарьева756.

Более точное время штурма указано в от-
писке кн. Н.И. Одоевского: «августа, государь,
против 22 числа в ночи на приступе под го-
родом Дубровною, полские и литовские люди
ранили сотников стрелецких Васильева при-
казу Философова Андрея Тимофеева сына
Амирева, Степанова приказу Коковинского
Ивана Путилова сына Меркулова...».
Тяжелораненых отправили в царскую ставку
под Смоленск’57. Одоевский также сообщает
о ранении на приступе капитанов Степана
и Тимофея Нееловых, подпрапорщика, сер-
жанта и 8 солдат из полка Франца Траферта758.
По сохранившимся документам Разряда мож-
но установить все воинские части, штурмовав-
шие Дубровну в ночь с 21 на 22 августа. Так,
известно, что в неудачной атаке участвовали

6-фунтовая немецкая попевая пушка.
Гравюра около 1660 г.

и стрельцы приказа Ивана Нелидова, о чем
упоминается в челобитной стрельца Мишки
Грязнова, который писал «на том приступе
брата моего родново Гаврилка Грязнова рани-
ли из затиные пушки...»15’. Стрелец Осипова
приказа Костяев также получил ранение на
приступе к Дубровно760. Среди раненых на-
званы поручик полка солдатского строя
Алексея Бутлера761, стрелец приказа Ивана
Ендогурова762, прапорщик рейтарского полка
Исака Фанбуковена ", солдаты полка Филиппа
Фанбуковена764. Кроме того, из состава воевод-
ского полка кн. П.Е. Черкасского на приступе
к Дубровно ранено 67 драгун65, вероятно, быв-
ших под началом де Спевилля.

Сведений о числе погибших при штурме
Дубровно найти не удалось, вероятно, они не
сохранились. С учетом нижеприведенных дан-
ных о количестве раненых (более 700), убитых
вполне могло быть две-три сотни.

Наиболее полные данные о раненых при
штурме Дубровно сохранились в «Росписи,
что кому дано государева жалованья под
Смоленском... всяких чинов людям, которые
ранены на государевой службе под Дубровною
на приступе во 162 году августа в 22 день роз-
ных полков и которые ранены под Дубровною
в розных числах»766. Все эти сведения по-
местим в таблицу по полкам, в которых они
названы (листы в документе перепутаны),
добавив данные о раненых солдатах полка
Ф.А. Фанбуковена и стрельцах И. Азарьева из
других документов767. Однако следует заме-
тить, что сведения о числе раненых стрельцов
приказа И. Нелидова в Разряде противоречат
данным Аптекарского приказа (85 и 104 чел.),
поэтому в примечаниях укажем возмож-
но большее общее число раненых — 759 чел.
(Таблица 11).

Непосредственно о ходе штурма никаких
сведений найти не удалось, кроме единствен-
ного задокументированного факта: русские
сожгли одну из крепостных деревянных ба-
шен, в которой погибло много защитников. Об
этом рассказали позднее плененные дубровен-
цы — «литовские мужики», Данила Бабенков
с товарищами. Они сообщили воеводам, что
в Дубровне «старшей пан Изупович, да другой
Хаецкий, а третей Храповицкий, да шляхты
человека с три(дцать), да казаков сто человек,
170

Шлем пикинера. Середина XVII в. Западная
Европа. Военно-исторический музей
артиллерии, инженерных войск и войск
связи. Санкт-Петербург

да желдаков сто человек, а жидов де человек
с полтораста, да крестьян тысяч с пять, а поби-
то в Дубровне литовских людей, как государевы
ратные люди приступали, с пятсот и болши...».
По словам названных пленных, больше всего
погибло защитников как раз там, «где башня
сожжена». Сведения о наличии пороха у осаж-
денных дубровенцы дали противоречивые.
Один сказал, что «пороху де теперь в Дубровне
нет, только есть селитра, а порох делать не кому,
мастера нет, поехал в Литву», другой — что по-
рох в достатке. Со слов третьего, «казаков в го-
роде сто человек, а желдаков д весте...»76*.

Совершенно фантастические данные о чис-
ленности гарнизона приводит Г. Саганович, не
указывая при этом источник'69.

Надо полагать, что активное участие в обо-
роне города приняли значительная часть го-
рожан и укрывшихся в «земляном большом
городе» крестьян, иначе трудно объяснить,
каким образом 200 человек гарнизона смогли
отразить штурм не менее 8 тыс. атакующих.
Территория замкового комплекса слишком
мала, чтобы вместить так много защитников
(около 5 тыс. чел.), даже если их число завы-
шено. Вероятно, главный удар русских был

Кираса середины XVII в. Россия. Мастер
Н. Давыдов. ГОПМК

направлен на южную сторону крепости, от
реки Дубровенки, поскольку северная сторона
города в те времена представляла собой крутой
склон, резко спускающийся к Днепру. В поль-
зу этой версии можно привести факт наличия,
согласно описанию 1645 г., большего числа кре-
постных башен именно с южной стороны.

Что касается руководителей обороны
Дубровно, то, как видно из показаний пленных
и данных, полученных после капитуляции го-
рода, старшим в городе был мечник минский
Александр Казимир Юзефович-Глебицкий (он
же «Езопович»). Ему активно помогали столь-
никович (сын стольника) витебский Доминик
Храповицкий (Dominik Chrapowicki) и «город-
ничей дубровенской» Якуб Хоецкий (Chojecki).
Упомянутые выше хоругви конницы и пехоты
возглавляли Юрий Храповицкий, «ротмистр
хоругви казацкой», и Юрий Гробинский (Jerzy
Wladislaw Grabinski), «ротмистр пехоты вен-
герской»770. Вряд ли гарнизон потерял более
500 убитыми, как говорили пленные. Скорее
всего, это число завышено.

Польский историк К. Бобятыньский в своем
исследовании о начальном этапе войны 1654-
1667 гг. пишет о том, что гарнизон Дубровно

«состоял в основном из окрестной шляхты
и мещан, при поддержке приблизительно сот-
ни жолнеров из роты польской пехоты, ука-
занной в компуте под началом Глебовича...
командовал обороной города мечник минский
Александр Казимир Юзефович-Глебицкий» '.
Показания пленных позволяют уточнить со-
став гарнизона Дубровно. Это была рота вен-
герской пехоты Юрия Кароля Глебовича (Jerzy
Karol Hlebowicz) под руководством Юрия
Владислава Гробинского в количестве 100 «пор-
ций» и казацкая хоругвь под началом Юрия
Храповицкого, скорее всего, численностью 100—
120 «порций». Всего примерно 200-220 «пор-
ций», или 170-190 чел. Обе хоругви являлись
частновладельческими (приватными) жмуд-
ского старосты Юрия Глебовича и набирались
с его земель. Венгерская рота в феврале 1654 г.
была включена в компут армии ВКЛ и в даль-
нейшем оплачивалась государством. А казац-
кая так и осталась на содержании Глебовича.
Скорее всего, она формировалась из зависи-
мой шляхты (ziemianie zalezni) дубровенских
земель Глебовича. Известно, что Глебович
обязал местных «зависимых земян» служить
по-казацки и использовал их, в том числе для
обороны своих городов*. Что касается осталь-
ных защитников города — шляхты, мещан, кре-
стьян, — то цифра в 5 тысяч, озвученная плен-
ными «мужиками», завышена. Иначе нужно
допустить, что в замке и «подзамке» собралось
всего более 20 тыс. чел., чего физически быть не
могло, учитывая размеры города и возможное
количество всех проживающих в окрестностях
Дубровно. Наиболее реальна, на наш взгляд,
цифра в 2-3 тыс. шляхты, мещан и крестьян
вместе с семьями. Из них около I тысячи тех,
кто мог участвовать в обороне города.

Узнав о неудачном штурме и больших по-
терях, царь запретил князю Якову Черкасскому
повторять приступ. 24 августа он приказал
воеводам «над литовскими городами над
Дубровною и над Копосью промышлять зажо-
гом и зговором всякими обычаи, а приступать
им к тому городу не велено»772.

Выполняя царскую волю. 27 августа
Черкасский послал «под город Дубровну голову

* Выражаю благодарность К. Бобятыньскому за
разъяснение по данному вопросу.

Стрелецкий голова. Реконструкция. Музей
военной истории «Стрелецкие палаты»

стрелецкого Аврама Лопухина» с товарищем.
Однако попытка переговоров с «дубровенски-
ми сидельцами» не удалась, из города «учали
стрелять» и ранили напарника Лопухина'* 7’.

7 сентября царь направил к Дубровне
в полк кн. М.М. Темкина-Ростовского окольни-
чего и воеводу Ивана Васильевича Олферьева,
который ранее из-за болезни не мог принять
участие в походе. Олферьеву велено «быть на
государевой службе с ним боярином и воево-
дой в товарищах»774. Под его начало возвра-
щался воеводский полк, с которым он должен
был выступить из Москвы в мае 1654 г., до
172

этого находившийся в подчинении Темкина-
Ростовского и Стрешнева.

Осада города продолжалась. После штурма
прошел месяц, осажденные упорствовали и не
сдавались, а 13 сентября даже выходили на
вылазку775. Как писал А.Н. Мальцев, Дубровна
к этому времени «оставалась единственным
городом на верхнем течении Днепра (не считая
Старого Быхова), который находился в руках
польско-лиговских войск. Взятие Дубровны
русскими войсками имело большое значение,
так как позволяло обеспечить безопасность
Смоленска и всего Левобережья Днепра»776.

20 сентября Черкасский провел третий
смотр «ратных всяких чинов людей»777 своей
армии с выяснением, кто «в естех и в нетех»,
кто на службе помер и «от польских и литов-
ских людей» побит. Данный документ также не
сохранился, что не позволяет нам определить
общий урон его войска к завершению летней
кампании 1654 г.

В письме неизвестного польского автора
из Радошкович (Минское воеводство) сообща-
лось, что «под Дубровной стоит 100 000 вой-
ска московского. Бургомистр смоленский
Стефанек (Stefanek), который присягнул на
имя царское, подъезжал под Дубровну (угова-
ривать. — И.Б.), чтобы они (горожане) больше
не сопротивлялись, поддались Москве», по-
скольку «мощная смоленская фортеция уже
в руках неприятельских», сказав, мол, как они
«с таким малым гарнизоном, обороняться бу-
дут?». Однако защитники «не теряли храбро-
сти, и не верили ему». Юзефович выезжал на
разговор к смоленским шляхтичам и упрекал
их в том, что они «при такой мощной фор-
теции, имея все необходимое для обороны
в запасах, сдались неприятелю». Он же, «при
меныпей фортеции, имея однако довольно
людей при всякой живности, пушках и поро-
хе, сдаваться не собирается». Автор письма
добавлял, что если «так лениво к ним помощь
идет, то надежды нет...». Кроме того, пан вое-
вода и пан Корф сообщили, что от Смоленска
к Дубровно* войско идет с разрушительными
орудиями, и уже в нескольких милях большой

* Лист от 26 октября (нового стиля) 1654 г., т. е. ав-
тор не знал, что Дубронна к этому времени уже сдалась
12 (22) октября 1654 г.

шум слышали, наверное, снова (русские. —
И.Б.) штурмуют...»'78.

Устав от бесплодных ожиданий капитуля-
ции города, сразу после падения Смоленска
Алексей Михайлович двинул против Дубровно
четыре тяжелых осадных орудия, громивших
до этого смоленские крепостные стены. 23 сен-
тября царь приказал послать к Черкасскому
«в полки з головою со князем Дмитрием
Волконским да с подъячим с Иваном
Амиревым рекою Днепром в судах и на пло-
тах наряд, две пищали галанские по пуду по
пятнатцать гривенок ядро, да русского литья
пищаль Соловей ядро в дватцать в пять гриве-
нок, пищаль Левик ядро пятнатцать гривенок
со станы и с колесы и с волоками и с конаты.
Да к тем же пищалем по сту ядер, да пушечных
запасов двесте пуд зелья пушечного, пять пуд
зелья ручного...»779.

Учитывая, что расстояние от Смоленска
до Дубровно по Днепру около 100 км, орудия
могли доставить к осажденному городу не
ранее последних чисел сентября. «Большой
наряд» везли по реке, «выход к водным арте-
риям позволил перейти от обременительной
перевозки орудий на подводах к перемеще-
нию их на плотах и стругах»780. Но прибытии
артиллерии воеводы «наряд с плотов снять
велели и поставили под городом Дубровною
в земляном городке и под городу стрелять
велели...»781. Кн. Д.И. Волконский успешно
справился с порученным делом, несмотря на
то что из отправленных с пушками «даточ-
ных людей сто человек... збежало 20 человек»
и канаты, с помощью которых «волокли пуш-
ки», оказались «худы» и в пути неоднократно
рвались782.

Из четырех названных орудий две пи-
щали «русского литья» были созданы мо-
сковскими мастерами. 15-фунтовая пищаль
«Левик» была отлита в 1636 г., а 25-фунтовая
пищаль «Соловей» — н 1590 г.** Стоит осо-
бо отметить, что Дубровна стала одной из
немногих крепостей в долгие войны эпохи
правления царя Алексея Михайловича, про-
тив которой была применена тяжелая осад-
ная артиллерия: как самые современные

** Оба орудия прослужили долго и были потеряны

царем Петром I под Нарвой в 1700 г.

Стрелец. Реконструкция. Музей военной
истории «Стрелецкие палаты»

«голанки», так и отечественные «проломные
пищали»***. Орудия главного калибра ме-
тодично обстреливали стены и валы города.
По всей вероятности, бомбардировка продол-
жалась не более двух недель до самого конца
осады. Количество сделанных выстрелов из
400 имеющихся — неизвестно.

Согласно исследованию О.А. Курбатова,
для руководства и проведения осадных работ
из-под Смоленска была отправлена рота дра-
гун из полка А. Грановского во главе с фран-
цузским инженером-капитаном Августом
Милетом — «Афустом Ивановым». Одной из
задач их являлось «по видимому, оборудова-
ние осадной батареи... надо полагать, что эта
батарея приняла активнейшее участие в осаде,
которая завершилась капитуляцией гарнизона
только в октябре»783.

Кроме обстрела Дубровно осадная артиллерия
применялась в Государевых походах 1654-1656 гг. лишь
против каменных крепостей Смоленска (1654), Дииа-
бурга (1656), Кокенгаузена (1656) и Риги (1656).

Поскольку осажденные делали частые вы-
лазки, пушкарей и орудия защищали пехотные
части. Охрану осадной артиллерии осущест-
вляли различные полки и приказы по сменам.
Так, например, известно, что пушки охра-
няли в том числе московские стрельцы при-
каза Аврама Лопухина, о чем свидетельству-
ет следующий документ. 2 октября кн. Яков
Черкасский писал царю: «у твоего государева
болшого наряда стоял в карауле под городом
Дубровною Аврамова приказу Лопухина сот-
ник Микита Сивцов, и того ж, государь, чис-
ла у твоего государева болшого наряда ево
Микиту з города Дубровны ранили из затин-
ной пищали в левую ногу навылет...»784. Кроме
Сивцова под Дубровно, вероятно, в ходе штур-
ма были ранены сотники того же приказа
Филипп Товарков и Парамон Волков785.

В начале октября под Дубровно при-
ехали протопоп г. Копыси Антоний, шляхтич
Василий Лавринов, мещанин Яков Богданов
и другие лица.

Вслед за ними прибыл игумен Кутеинского
монастыря Иоиль с братьею. Они предложи-
ли Черкасскому свою помощь с тем, чтобы
уговорить осажденных сдаться. Ближе всех
к городским укреплениям подошли Лавринов
и могилевский мещанин Марк Сидорский, но
«дубровенские сидельцы» стали стрелять по
ним и убили Лавринова. В тот же день (5 ок-
тября) осажденные сделали еще одну «выла-
ску на пеших людей, которые были под горо-
дом в городке» — она была отбита русскими
войсками w.

Вероятно, еще об одной неудачной попытке
переговоров сообщается в судебной тяжбе ор-
шанского мещанина Германа Шырая, который,
подчеркивая свои заслуги перед царем, писал,
что он «за посланем его милости князя Якова
Куденетовича Черкаского и инших товарищов
его полковников Его Царского Величества под
Дубровну на розкговор з шляхтою, з мещан-
ми, яко со своими знаемцами, добре два разы
подъезжал, где его Германа Шырая, за другим
разом мало не забито, што добре ведомо и его
милости князю Петру Елмурзовичу Черкаскому,
6о он на тот час з шанцу близкого, что был под
Дубровною, на то сам очыма своими гледел.. .ж787.

Днепровские города один за другим подчи-
нялись царю. Дубровно продолжало запирать
174

«речной путь от Смоленска к Орше, Копыси,
Шклову, Могилеву, где уже стояли русские
гарнизоны»788. Однако, несмотря на проявлен-
ное упорство в обороне, защитники поняли,
что после подхода к Дубровно еще одной рус-
ской армии положение их будет безнадежным.
Гарнизон ждал помощи войска Радзивилла, но
вместо него 6 октября из-под Шклова прибыло
войско кн. А.Н. Трубецкого. Князь писал царю,
что он и его товарищи «стали около города
и шанцы покопали близко города, и на при-
ступ изготовились, и свестись с бояры и во-
еводы хотели к Дубровне учинить приступ;
и дубровинские сидельцы не дождався при-
ступу, государю добили челом и город сдали...
Того ж числа писали к государю бояре и воево-
ды князь Яков Куденетович Черкасский с то-
варищи: октября в 11 день выходили к ним из
города Дубровны шляхта Храповицкий с това-
рищи, да мещан белорусцов человек с 10; и го-
ворили, что с ними о гороцкой сдаче учинить
договор; и они, бояре и воеводы, им дубровин-
цом говорили, что они государю добили че-
лом и город сдали, как иные многие польские
и литовские люди государю добивали челом
и городы здавали, а на себя ж большие крови
ненавели; и октября в 12 день дубровинцы ли-
товские люди государю добили челом и город
здали и ворота осыпали...»789.

Вероятно, решив, что второго штурма
крепость не выдержит, Глебовицкий выслал
на переговоры своих представителей во главе
с Д. Храповицким. Об условиях капитуляции
в отечественных документах информации нет,
но 12 октября ранее засыпанные землей го-
родские ворота были отрыты и русские вой-
ска вошли в Дубровну. С победной вестью —
«сеунчем» — воеводы послали к царю под
Смоленск дворянина Я. Жукова с товарища-
ми7^". Можно дополнить, что 9 октября москов-
ский стрелецкий приказ Якова Ефимьева, на-
ходившийся в Могилеве, также получил приказ
идти к Дубровне, куда выступил 11 октября'91.

14 октября Яков Черкасский сообщал
в ставку царя, что он получил (вероятно, тай-
ный) указ государя, решающий судьбу города.
По его словам, «столник князь Петр Елмурзин
Черкаской сказывал нам... твой государев
именной приказ, как будет город Дубровна
здатца, и нам бы... шляхты лутчие выбрать

Стрелецкое сотенное знамя. Реконструкция

прислать к тебе, государю, с ним князь Петром,
а достальную шляхту велеть послать в Тулу,
а мещан и уездных людей роздать ратным лю-
дем семьями, а город Дубровну выжечь...».
Окольничему Богдану Хитрово было поруче-
но выбрать 30 «лучших» людей и отправить их
под конвоем к царю под Смоленск792.

Известно, что вести о сдаче Дубровно царь
получил, возвращаясь из Смоленска, «октября
в 16 день, на дороге, идучи к Дорогобужу»793.
Т. е. когда шли переговоры об условиях сдачи,
судьба города уже была решена волевым ре-
шением государя и воеводы не могли принять
предложения осажденных, противоречащие
царскому указу. Надо полагать, что упорное
сопротивление небольшой крепости настоль-
ко сильно разгневали Алексея Михайловича,
что он желал демонстративно наказать строп-
тивую шляхту и мещан в назидание другим ли-
товским городам. Вероятно, этим объясняется
нарушение условий договора, заключенного
воеводами с дубровенцами (если оно было),
о которых писали польские и иностранные
источники, но о которых нет известий в оте-
чественных документах.

Так, шведский резидент Иоганн де Родес,
находившийся в то время в Москве, сообщал:
«Дубровна, которая, видимо является краси-
вым городом, тоже, по всей вероятности, была
долгое время в осаде, однако осажденные
упорно сопротивлялись, вследствие чего во
время одного только штурма погибло 2000 че-
ловек, не говоря уже о погибших в отдельных
стычках. В конце концов, когда стрелять уже

было нечем, и не было больше пороха, они
сдались на определенных условиях, однако,
несмотря на заключенный договор, этот город
был разграблен, сожжен и полностью разру-
шен, а часть населения порублена или взята
в плен»794.

Сведения Родеса о гибели двух тысяч чело-
век при штурме Дубровно, конечно же, сильно
завышены, но следует признать, что овладение
этой крепостью стоило русским войскам боль-
шой крови. Судя по числу раненых, приступ
к Дубровне в ночь на 22 августа был одним из
самых жестоких и неудачных штурмов в рус-
ско-польской войне 1654-1667 гг., с весьма
значительными потерями у атакующих. Этот
штурм лишний раз продемонстрировал неком-
петентность в военном деле главнокомандую-
щего — кн. Якова Куденетовича Черкасского,
который не смог ни разбить полевую армию
ВКЛ, ни взять далеко не самую сильную кре-
пость Великого княжества Литовскою.

Что касается судьбы пленных, то, соглас-
но документам Разрядного приказа, 5 ноября
1654 г. московские стрельцы привезли под кон-
воем в Вязьму «дубровенских поляков», рас-
пределив их по дворам. Самые знатные плен
ники были перечислены поименно.

«Дубровенской шляхты:

Александр Езопович, мечник минский
(Юзефович Глебицкий. — И.Б.)\

Доминик Хроповицкий, столник
витепский;

Юрьи Хроповицкий, ротмистр хоругви
казацкой;

Юрьи Гробинский, ротмистр пехоты
венгерской;

Якуп Хоецкий, городничей
дубровенской...».

Остальная литовская шляхта названа без
титулов и званий — всего около 20 чел. Всего
же ксендзов, шляхты, их жен и детей и челяди
79 чел. Дубровенские мещане, 159 чел., были
«розданы дворянам за приставы», т. е. содер-
жались в Вязьме под арестом.

К. Бобятыньский ошибочно пишет про
«несколько штурмов» Дубровно, тогда как до-
кументы свидетельствуют только об одном.
Историк также сообщает, что «после долгих
переговоров, царские полководцы согласились
на выгодные для дубровенцев условия. Между

Руины замка Старый Быков. Фото автора

прочим, им гарантировали, что тем, кто за-
хочет вернуться в Речь Посполитую, не будут
чинить никаких препятствий. Однако после
сдачи оружия выяснилось, что вероломный не-
приятель, как и в Горах, не собирается выпол-
нять условий договора*. Под предлогом встре-
чи с царем защитников вывезли в Смоленск.
Укрепления и постройки сравняли с землей.
Мужчин выслали в Казань, разлучив с жена-
ми и детьми, которые увезены в Смоленск»'95.

По мнению российского историка
В.В. Каргалова, никакого договора с гарнизо-
ном Дубровны не было, русские воеводы «не
приняли никаких условий — это была не сда-
ча, а капитуляция, даже речи не шло о свобод
ном отъезде начальных людей” и гарнизона
в Польшу или Литву»-96.

Как в свое время справедливо писал
А.Н. Мальцев, оценивая действия русского

* Про якобы нарушение воеводами условий капиту
ляции крепости Горы К. Бобятыньский не дает никаких
пояснений.

военного командования, взятие Дубровны «оз-
начало завершение последней крупной опера-
ции на центральном участке русско-польских
военных действий. На примере Дубровны
можно проследить, какие меры применялись
русским правительством по отношению к тем
городам, которые оказывали сопротивление...
Такие меры царское правительство принимало
в исключительных случаях. Выводу из города
подлежали и мещане, на которых русское пра-
вительство в белорусских городах старалось
опираться и чьей поддержкой обыкновенно
пользовалось. Принятием таких суровых мер
русское правительс гво хотело покарать упорно
сопротивлявшийся город в назидание другим
белорусским городам и одновременно удов-
летворить русских служилых людей, разрешая
им брать крестьян и мещан в плен. Лучшие
мещане выделялись из общей массы горо-
жан и не подлежали раздаче ратным людям,
а выводились в другие города. Из Смоленска
лучшую шляхту велели отпустить к царю,
а мещан и уездных людей роздали ратным лю-
дям. Тем же, которых "ратные люди не взяли”,
велено было идти в Смоленск, Смоленский
уезд и в другие русские города и уезды. Таким

образом, все население Дубровны выводилось
в русские земли»797.

17 октября 1054 г. все укрепления и по-
стройки Дубровно были сожжены. 19 октября
армии Черкасского и Трубецкого выступили
к Смоленску и Брянску, завершив кампанию
1654 г.' “ Воевода И.В. Олферьев с полком сол
датского строя и двумя стрелецкими прика-
зами А. Лопухина и Л. Аничкова 23 октября
был направлен из-под Дубровны в гарнизон
Могилева799.

Итак, подведем итоги Осадная операция
по овладению Дубровно почти на два меся-
ца (17 августа — 12 октября 1654 г.) сковала
действия полевой армии кн. Я.К. Черкасского
и после его неудачных действий дополни гель-
но потребовала привлечения сил армии кн.
А Н. Трубецкого. Особо стоит обратить внима-
ние на значительное количество сил и средств,
в том числе тяжелой артиллерии, задейство-
ванных для взятия далеко не самой сильной
крепости Речи Посполитой. В начале октября
под стенами города собралось не менее чем
25-тысячное русское войско. Концентрация та-
ких значительных сил породила в Литве слухи
о loO-тысячном зойске «московитов», осадив-
шем Дубровну. Это притом, что собственно
военный гарнизон города насчитывал около
200-300 казаков и гайдуков, а остальные за-
щитники (около 1 тыс. чел.) фактически были
вооруженным ополчением.

Значительные потери русских в результа-
те неудачного штурма в ночь с 21 на 22 ав-
густа 1654 г. (более 7(H) только ранеными)
повлекли за собой строгий царский указ
о запрете новых приступов, что, в свою
очередь, лишило Черкасского инициативы
и обрекло на долгое стояние под стенами
Дубровно. Возможно, более основательные
приготовления к штурму 22 августа приве-
ли бы к падению крепости, но Черкасский
слишком спешил доложить царю об успехе,
начав атаку без должной подготовки Здесь
уместно вспомнить слова великого фран-
цузского военачальника: «Стремительность
в осадах, — как позднее говорил маршал
Вобан, — не ускоряет взятие крепости, но
часто отдаляет и делает более кровопро-
литным»’00. Скорее всего, крепость мог-
ла быть взята в ходе второго генерального

Ольстра (пистолетная кобура) середины
XVII в. Звенигородский историко-
архитектурный и художественный музей

штурма совместными усилиями Черкасского
и Трубецкого в начале октября 1654 г., но до
нового приступа дело не дошло.

Управление осадными работами и бомбар-
дировка города велись Черкасским недостаточ-
но эффективно, поскольку решающим факто-
ром, вызвавшим прекращение сопротивления
и капитуляцию осажденных, стало прибытие
еще одной русской армии. Н документах ниче-
го не говорится о том, удалось ли Черкасскому
пробить брешь в стенах или разрушить укреп-
ления Дубровно, т. е. насколько командующе-
му удалось реализовать цель осадной операции
в ходе предпринятых им действий. Вероятно,
одной из причин неудач Черкасского явилось
отсутствие военных инженеров и саперов, ко-
торых и не могло быть в его армии, отправ-
ленной из-под Смоленска не для взятия кре-
постей, а для разгрома полевой армии гетмана
Я. Радзивилла. Лишь прибытие французского
инженера Августа Мелета — одного из лучших

специалистов осадного дела, о чем свидетель-
ствует тот факт, что он оставался в штате
«начальных людей за полками» и в последу-
ющие годы, — могло исправить сложившееся
положение.

Тем не менее, несмотря на все сопутствую-
щие осаде неудачи, овладение крепостью яви-
лось несомненным успехом Москвы. Стоит
отметить, что город удалось взять до конца
сезона боевых действий. Как справедливо за-
метил российский историк О.А. Курбатов, «ов-
ладев верховьями Днепра и Западной Двины,
русское командование стало активно исполь-
зовать эти водные артерии для перевозки
войск и всех видов грузов»801.

В «Записке о военных действиях», состав-
ленной позднее при царском дворе, в частности
сказано, что Орша, Дубровно, Копысь и Шклов
«стоят вниз по Днепру; а Дубровна одна пуста
ныне, а те все жилы городы»802. Следует допол-
нить, что разрушенная и сожженная Дубровна
недолго оставалась пустым местом. Уже весной
1655 г. царь принял решение о восстановлении
укреплений города и с этой целью направил
туда воеводу З.Ф. Леонтьева. Согласно от-
писке Леонтьева царю, в мае того же года он
«зделал земляной город, и ров около города
выкопал и острог поставил и всякие крепости
учинил, и тому городу чертеж послал к тебе,
государю, и мерою, государь, около того горо-
да и острога двесте пятдесят шесть сажень, да
отводнова, государь, острошку и раскату будет
восемдесят одна сажень...»802. Чертеж города,
к сожалению, не сохранился. Из приведенного
описания можно сделать вывод, что восста-
новленный замок, или «отводной острожок»,
как называет его Леонтьев, был меньше преж-
него замка (40 х 45 м) и не занимал террито-
рию «подзамка», а «новый земляной город»
по периметру был равен 552,96 м (примерно
138 х 138 м). Насколько новые укрепления
«большого города» соответствовали прежним,
неизвестно, но учитывая тот факт, что воево-
де пришлось копать ров, вероятно, они также
были меньше прежних.

В настоящее время от былых высоких ва-
лов Дубровно почти ничего не сохранилось,
и трудно понять, каким образом эта неболь-
шая крепость два месяца смогла выдерживать
осаду значительных сил неприятеля.

Что касается действий на северо-запад-
ном «фронте», то с сентября 1654 г. на линии
Люцин — Режица — Динабург там действовал
вышедший из Пскова отряд под командовани-
ем Л. Салтыкова и Е. Елагина804.

Последним крупным успехом русской ар-
мии в кампании 1654 г. стало взятие приступом
Витебска 17 ноября, который пришелся на долю
северо-западной армии В.П. Шереметева805.
В ходе штурма его бойцы «взяли приступом
два острога и литовских людей, а достальные
литовские люди побежали в верхние в два го-
рода, и, видя свое изнеможение, те литовские
люди государю добили челом и верхние два
города здали»800. В этом бою, как было выше
отмечено, принимали участие и два полка сол-
датского строя из армии кн. А.Н. Трубецкого.
Там же, под Витебском, сражались украинские
казаки Василия Золотаренко, прибывшие к го-
роду после падения Смоленска807.

К концу ноября 1654 г. русские войска
заняли города Лифляндского воеводства —
Резекне и Люцин, выйдя на границы швед-
ской Прибалтики. Польские части прибы-
ли на помощь литвинам только в сентябре
1654 г., когда «фронт» стабилизировался по
р. Березине. Гетманы собирали новую армию,
но до самого начала января 1655 г. она почти
не вела никаких боевых действий против рус-
ских войск808.

В дополнение к описанным событиям сле-
дует добавить, что успехи русских войск в вой-
не с Речью Посполитой были омрачены страш-
ной эпидемией чумы. В июне 1654 г. болезнь,
занесенная из с тран Востока, дошла до Москвы
и ее окрестностей. Люди умирали тысячами,
«моровое поветрие» нанесло огромный урон
населению столицы (умерло более половины
жителей), многие покидали город и разно-
сили болезнь по ближайшим селам и дерев-
ням. Царице с сыном и патриарху Никону
пришлось выехать в Троице-Макарьев мона-
стырь в Калязине. Москва вымирала целыми
дворами, но оставленные в столице стрельцы
продолжали нести службу по охране обще-
ственного порядка. Из шести бывших в го-
роде стрелецких приказов (Якова Горсткина,
Лаврентия Капустина, Богдана Коковинского,
Якова Соловцова, Маковея Полтева и Петра
Образцова) ко времени окончания эпидемии

выжило «московских стрельцов шести при-
казов 277 человек»8*''’. Благодаря мерам каран-
тинного характера удалось не допустить рас-
пространения чумы в действующей армии,
благодаря чему урон от боевых действий был
намного меньше ущерба, причиненного «моро-
вым поветрием».

Эпидемия дезорганизовала тылы русской
армии, способствовала приостановке наступ-
ления, командование приняло решение за-
крепляться на занятых рубежах. Воеводы
занялись ликвидацией последних очагов
сопротивления.

В результате кампании 1654 г. на землях
Великого княжества Литовского русскими
войсками были заняты следующие горо-
да: Смоленск, Дорогобуж, Белая, Рославль,
Могилев, Шклов, Копысь, Горки, Горы,
Дубровно, Невель, Полоцк, Дисна, Друя,

Озерище, Усвят, Глубокое, Кричев, Режица
(Резекне), Люцин (Лудза), Мстиславль,
Радомль, Орша, Головчин, Суша, Красный,
Себеж, Витебск и другие, менее значимые насе-
ленные пункты. В той же кампании украинские
казаки Ивана Золотаренко захватили Гомель,
Чечерск, Новый Быхов, Речицу, Жлобин,
Рогачев, Стрешин, Горваль810.

Таким образом, в результате военных дей-
ствий 1654 г. на русско-литовском театре вой-
ны от Гомеля до Резекне русскими войсками
и украинскими казаками были заняты обшир-
ные территории до Днепра и Западной Двины.
Взято 33 города. Под фактическим контролем
русского правительства оказалось междуречье
Днепра и Березины, оставленное литовским
войском после битвы при Шепелевичах.

«Смоленский вопрос» был окончательно
решен в пользу России.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Итак, задача настоящей работы состояла
в том, чтобы максимально используя все со-
хранившиеся архивные и опубликованные ис-
точники, исследования отечественных и поль-
ских историков, подробно изучить боевые
операции кампании 1654 г., связанные со взя-
тием русской армией Смоленска и поражением
основных сил Великого княжества Литовского
в решающей битве при Шепелевичах.

Российский историк Н.В. Смирнов, ана-
лизируя кампанию 1654 г., отметил две ос-
новные тенденции, которые подтверждаются
в настоящем исследовании. Прежде всего,
«очевиден учет опыта Смоленской войны
и желания избежать повторения ошибок со-
бытий 1632-33 гг.:

— Увеличение фронта наступления за счет
создания отдельного соединения на северо-за-
падном направлении (полк В.П. Шереметева),
увеличение роли и численности ар-
мии на юго-западном направлении (полк
А.Н. Трубецкого) и посылки войск на Украину
(полки В.Б. Шереметева и Ф.В. Бутурлина).

— Активные действия русских войск
против полевой армии Великого княжества
Литовского под командованием великого гет-
мана Я. Радзивилла. Настойчивые действия
полков А.Н. Трубецкого и Я.К. Черкасского
привели к боям у Шклова и Шепелевичей
(12 и 24.08.1654 г.) и разгрому литовской ар-
мии, решившему в итоге судьбу Смоленска
и всей летней кампании.

— Тщательная подготовка и настойчивость
при осаде Смоленска. Предварительное выдви-
жение осадной артиллерии позволило быстро
перейти от блокады крепости к правильной
осаде и предпринять быстрый штурм. Весть
о разгроме литовской армии стала последним
аргументом, заставившим капитулировать
смоленский гарнизон».

Второй тенденцией кампании стала «ярко
выраженная борьба за коммуникации и, глав-
ным образом, за Днепр. Контроль над рекой имел
стратегически важное значение, т. к. она лучше
других связывала два изолированных театра во-
енных действий — Украину и Белоруссию»8’1.

Как пишет Н.В. Смирнов, польско-литов-
ское руководство допустило ряд просчетов
в подготовке кампании 1654 г., которые также
не противоречат нашим выводам:

—	в политическом плане роковую роль
сыграло противостояние политического ру-
ководства Короны и Великого княжества
Литовского, лично короля Яна Казимира и гет-
мана Януша Радзивилла, сказавшееся на под-
готовке к войне;

—	организационные проблемы вооружен-
ных сил Речи Посполитой: недостаток денежных
средств, ограничивающий численность армии;
разделение на две самостоятельные группи-
ровки без единого командования — дивизии
правого крыла (великий гетман Я. Радзивилл)
и левого крыла (польный гетман В. Гонсевский);

—	отсутствие польских войск на литов-
ском театре войны, приоритетное внимание
к Украине польских магнатов, стремившихся
в первую очередь сохранить свои владения от
нападений казаков.

Действия гетмана Я. Радзивилла в этой си-
туации «основывались на опыте Смоленской
войны и недооценке противника. Он рассчи-
тывал, базируясь на поднепровские крепости,
сорвать осаду Смоленска, дождавшись под-
хода многочисленных польских и литовских
подкреплений... однако на этот раз ситуация
развивалась иначе. Русская армия навязала
Радзивиллу активную стратегию, нанеся ему
поражение и отбросив к Минску»8’2.

В то же время с рядом положений
Н.В. Смирнова трудно согласиться, а именно:

— «на протяжении всей кампании очевидно
желание русского командования держать макси-
мальное количество войск в главной армии»813.

Поскольку взятие Смоленска являлось при-
оритетным направлением, русское командова-
ние не желало ослабления центральной груп-
пировки. Все остальные направления действий
являлись второстепенными и не должны были
мешать достижению главной цели. Неудачный
штурм Смоленска 16 (26) августа лишь под-
твердил правильность избранной тактики;

— «к традиционным чертам действий рус-
ских войск следует отнести и осторожность
в проведении кампании 1654 г.... командова-
ние русской армии отказывалось от рискован-
ных глубоких операций, предпочитая методич-
ную борьбу за крепости»814.

Сражения под Шкловом и Шепелевичами
как раз и явились результатом «глубоких
операций», активного поиска противника
и стремления дать ему генеральную битву.
Упрекать русских воевод в осторожности не-
верно, наоборот, кн. Я.К. Черкасский под
Шкловом действовал слишком горячо и легко-
мысленно, смело и необдуманно атакуя силь-
ные позиции противника. Кн. Н.И. Одоевский,
слишком уверенный в своих силах, проявил
полную беспечность на р. Колодне, забыв
о всякой осторожности. Кн. А.Н. Трубецкой
решительно и настойчиво добивался победы
под Шепелевичами. преследуя разбитого не-
приятеля до р. Березины. Методичная борьба
за крепости началась лишь после поражения
главных сил литовской армии;

— «значительная доля вины за неудачи
Речи Посполитой ложится на великого гетмана
Я. Радзивилла. При его попустительстве литов-
ская часть государства оказалась совершенно
неготовой к отпору...»815.

На наш взгляд, в тех условиях великий
гетман литовский Януш Радзивилл сделал
все что мог, учитывая, что главнокомандую-
щим литовским войском он стал тогда, когда
русские войска уже подходили к Смоленску.
Обстоятельства складывались так, что с име-
ющимися силами и средствами, без помощи
польской армии, он ничего не мог противопо-
ставить противнику.

Польский историк К. Бобятыньский
справедливо пишет, что «принимая решение

начать войну, Алексей Михайлович и его
сподвижники сделали соответствующие вы-
воды с поражений, понесенных в 1632-1634 гг.
Огромными усилиями была реформирована
армия. Значительно увеличилась численность
полков нового строя... благодаря этим уси-
лиям в 1654 г. против войск Речи Посполитой
вышли воины, которые значительно превос-
ходили своей боеспособностью своих предше-
ственников первой половины XVII в.

В 1654 г. московские войска атаковали
Великое княжество Литовское с нескольких на-
правлений. не сосредотачиваясь, как во время
предыдущей войны, только в районе “смолен-
ских ворот”. Умело используя численное пре-
имущество, царские войска окружали и разби-
вали полевые отряды Януша Радзивилла и на
несколько месяцев “выключали” их из боевых
действий. Удачной была осада Смоленска...
благодаря использованию тяжелой артил-
лерии, быстро проявились все недостатки
спешно проведенного ремонта укреплений.
Моральный дух гарнизона был сломлен и он
очень быстро решил капитулировать»816.

Изучение военных событий 1654 г. в насто-
ящем исследовании лишний раз показало, что
восстановить объективную картину событий
невозможно без комплексного анализа россий-
ских и польских документальных и нарративных
источников. Как обычно бывает, российские
документальные источники известны гораздо
хуже польских документов. В Москве, в фондах
РГАДА — Российского Государственного архи-
ва древних актов, сохранился комплекс матери-
алов по военным событиям 1654 г. в Белоруссии.
Немалая часть приказной документации не
только не опубликована, но даже не привлека-
лась историками прошлого. Значение того или
иного источника для раскрытия данной темы
неравноценно, но при описании вооруженно-
го конфликта наиболее информативными, вне
всякого сомнения, являются документы главно-
го военного ведомства Русского государства —
Разрядного приказа, архив которого неплохо
сохранился (РГАДА. Ф, 210).

В первый год войны 1654-1667 гг. возврат
утраченных территорий являлся приоритетной
задачей Московского государства, поэтому ос-
новные силы русских войск были направлены
против городов-крепостей восточных границ

Великого княжества Литовского, являвшего-
ся северо-восточной частью единой Польско-
литовской державы.

Энергичная подготовка к войне с Речью
Посполитой и форсированное создание полков
нового строя уже к весне 1654 г. внесли значитель-
ные изменения в традиционную организацию
вооруженных сил. Полки нового (иноземного)
строя явились более совершенной организацией
вооруженных сил Русского государства. Число
ратных людей «иноземного», или европейско-
го строя (рейтар, гусар, драгун и солдат) увели-
чилось с 8 до 50 тыс. чел. Эти преобразования
в русской армии сыграли решающую роль в по-
следующих военных успехах и peopiанизации во-
оруженных сил по западному образцу.

Произведенные правительством реформы
позволили успешно решать поставленные перед
армией задачи в соответствии с новыми требо-
ваниями и состоянием развития европейского
военного искусства. Хотя, конечно же, свой
боевой опыт полки нового строя приобретали
непосредственно в ходе военных действий, от-
разивших нее достоинства и недостатки про-
изошедших преобразований. Как справедливо
отметил Н.В. Смирнов, «успехи русской армии
в начале русско-польской войны были обеспече-
ны не столько численным превосходством рус-
ской армии, сколько тщательной подготовкой
и хорошей организацией боевых действий»817.

Литовская армия в середине XVII в. отли-
чалась от польской лишь своей численностью,
многие аспекты организации, мобилизации,
вооружения, снабжения и боевой тактики
аналогичны тем, что были в коронном войске.
Достоинства и недостатки армии Великого
княжества Литовского также повторяли свой
польский образец. Самым боеспособным
формированием было небольшое постоянное
«компутовое» войско, фактически регуляр-
ные части. Что касается посполитого рушения
и поветовых хоругвей, то по своим боевым
качествам они далеко уступали компутовому
войску. К тому же собрать их и отправить на
войну оказалось большой проблемой для ли-
товского командования.

Продвижение русских армий по все-
му «фронту» развивалось успешно, войско
Великого княжества Литовского было не гото-
во отразить его в силу своей малочисленности,
182

рассредоточенности и, на первых порах, отсут-
ствия главнокомандующего. Ни компутовое
войско, ни посполитое рушение с поветовыми
хоругвями ничего не могли противопоставить
неотвратимому крупномасштабному наступле-
нию русских войск. В июне-июле 1654 г. гетман
Я. Радзивилл имел под своим началом не бо-
лее 5-6 тыс. бойцов. В сложившейся ситуации
он не мог дать битву основным силам русской
армии, а мог действовать только неожиданны-
ми налетами отдельных боевых отрядов, без-
успешно пытаясь задержать русские войска.

Имея превосходную конницу, гетман по-
стоянно посылал в разведку конные разъезды,
нащупывая слабое место противника с целью
атаковать один из передовых корпусов непри-
ятеля. Бой на речке Колодне в ночь с 24 на
25 июня (с 4 на 5 июля) 1654 г. является по-
казательным примером беспечности и потери
бдительности командующим передовым соеди-
нением русской армии кн. Н.И. Одоевским, что
повлекло за собой трагические последствия
для многих бойцов его полка. В то же время
не стоит преувеличивать значение данного
успеха литвинов, которым удалось нанести
русским поражение, не имеющее, однако, ни-
каких важных последствий для хода наступле-
ния русской армии на Смоленск.

К началу русско-польской войны вла-
сти Речи Посполитой ничего не сделали для
ремонта и восстановления стен и башен
Смоленска. Стратегически важная погранич-
ная крепость почти в течение двадцати лет
оставалась без всякого досмотра. Вероятно,
успех в Смоленской войне 1632-1634 гг. на-
столько успокоил Варшаву, что о необходимо-
сти укрепления восточной границы никто не
думал. Новый смоленский воевода Обухович
предпринял энергичные усилия по ремонту
крепостных укреплений, но было уже поздно.

Действия армии Радзивилла могли дезорга-
низовать тылы войск, осаждающих Смоленск.
Гетман также мог прислать подкрепления
осажденным, поэтому против него была на-
правлена армия кн. Я.К. Черкасского. Ее за-
дачей было ликвидировать литовскую армию
или заставить ее отступить из-под Орши.

В первом крупном сражении — битве под
Шкловом 2 (12) августа, кн. Я.К. Черкасский рас-
полагал значительным превосходством сил над

противником, однако литовское войско доби-
лось успеха главным образом благодаря лучше-
му командованию. Радзивиллу удалось сорвать
планы атакующей стороны, заняв удачную обо-
ронительную позицию и умножив трудности
подхода к ней скрытыми в оврагах драгунами.
Умелое использование местности, активные
атаки и контратаки кавалерии и интенсивная
стрельба спешенных драгун оказались достаточ-
ными для того, чтобы литвины смогли удержать
оборонительный рубеж на р. Шкловке. Вместе
с тем ни одна из сторон не добилась решающей
победы. Исход сражения можно назвать не-
определенным. Несмотря на потери, обе армии
сохранили боеспособность и были готовы к но-
вым сражениям. К. Бобятыньский пишет: «бит-
ву под Шкловом можно смело считать одним
из наилучших показательных, самостоятель-
ных успехов литовского оружия в XVII в.»”8,
однако, на наш взгляд, это преувеличение. Что
стало бы с армией Радзивилла, если бы он не
отступил на следующий день после битвы? Чего
достиг гетман, сбив противника с поля битвы,
если ни разбить, ни задержать неприятеля не
удалось? Возобновление битвы против армии
Черкасского могло бы окончиться разгромом
литовского войска, учитывая слабость гетман-
ских сил.

Особенно стоит отметить незначительный
урон русского войска в битве под Шкловом.
Ни о каких 3000 убитых, как сообщает поль-
ский нарратив, говорить не приходится. Даже
с учетом сохранившихся неполных сведений
о потерях можно сделать вывод о том, что дан-
ное число в несколько раз завышено.

В отличие от битвы под Шкловом, представ-
ляющей собой оборонительный бой литовской
армии на заранее занятой благоприятной пози-
ции, битва при Шепелевичах 14 (24) августа на-
чалась неожиданно для Радзивилла в результа-
те встречи двух армий, находящихся на марше.
Кн. А.Н. Трубецкой, взяв инициативу в свои
руки, использовал все усилия для того, чтобы
отрезать противнику направление отхода. Он
эффективно провел решающий маневр еще до
битвы, зайдя противнику в тыл и сорвав его по-
пытки пробить себе дорогу. Воевода применил
все имеющиеся у него средства для достиже-
ния победы, сочетая атаку главных сил непри-
ятеля с обходным маневром. Комбинация этих

двух способов наступления, при значительном
численном превосходстве его войск, принес-
ла русским полную победу. Движение вперед
больших масс пехоты нового строя в смешан-
ном боевом порядке было поддержано энергич-
ными действиями русских рейтар, атаковав-
ших противника не только «огненным боем»,
но и холодным оружием. Трубецкой выполнил
главную задачу стратегической операции — не
только разбил противника, но и максимально
лишил его возможности организованного от-
ступления. Беспорядочный отход и бегство
рассеянной литовской армии прикрывали
лишь немногие боевые части, сохранившие
порядок и дисциплину. В отличие от европей-
ских армий того времени, которые крайне ред-
ко производили преследование разбитого не-
приятеля, Трубецкой не ограничился первым
успехом. Его кавалерия бросилась в погоню за
литвинами и еще дважды атаковала отходяще-
го противника на следующий день, удалившись
более чем на 20 верст от основных сил. В ре-
зультате боя 15 (25) августа были уничтожены
основные силы гетманской пехоты и рейтар,
остатки армии Радзивилла спаслись, лишь уйдя
в леса и болота. Кн. Ю.А. Долгоруков со своей
кавалерией довел победу до конца, закрепив
успех и помешав поверженному неприятелю
собраться с силами.

Битва при Шепелевичах стала первым «пра-
вильным» победным сражением новой русской
армии, проведенным по требованиям европей-
ской воинской науки того времени, с выстра-
иванием боевых линий, взаимодействием ка-
валерии и пехоты, мушкетеров и пикинеров,
так не похожим на традиционные тактические
приемы московских войск начала XVII в.

Главной целью первого года войны было
возвращение Смоленска — стратегически
важного города, потерянного Россией н годы
Смутного времени. Победа русской армии
в решающей битве при Шепелевичах над ли-
товским войском гетмана Я. Радзивилла спо-
собствовала взятию города. Несмотря на от-
битый штурм 16 (26) августа, осажденный
смоленский гарнизон, потеряв всякую надеж-
ду на помощь, сложил оружие и знамена к но-
гам царя. Польский историк К. Бобятыньский
признает, что капитуляция Смоленска стала
результатом битвы под Шепелевичами819.

На Смоленском направлении русское пра-
вительство сосредоточило свои основные во-
енные силы. Смоленск являлся важнейшим
стратегическим пунктом, расположенным не-
далеко от Москвы, столицы Русского государ-
ства, крупным экономическим центром и важ-
ным узлом дорог. Из Смоленска, как показали
события Смутного времени, Речь Посполитая
могла угрожать целостности и независимости
России. Андрусовское перемирие 1667 г., а за-
тем «Вечный мир» 1686 г. окончательно поста-
вили точку в данном вопросе, положив нача-
ло многолетнему мирному сосуществованию
России и Речи Посполитой.

Смоленский поход отнюдь не был «триум-
фальным шествием» или легкой прогулкой по
землям Речи Посполитой, как может показать-
ся на первый взгляд. Русская армия терпела
досадные поражения в бою на р. Колодне, под
Шкловом, неудачно штурмовала Смоленск,
Шклов и Дубровно. Однако эти тактические
промахи не сказались на общем ходе победо-
носной кампании 1654 г. из-за правильно вы-
бранной стратегии, что является несомненной
заслугой русского командования.

В ходе успешного наступления русские вой-
ска захватили: Полоцк, Витебск, Мстиславль,
Оршу, Могилев, Шклов и др. Опираясь на
удобные естественные рубежи, многочислен-
ные большие и малые города, расположенные
по Днепру и Западной Двине, русское коман-
дование могло свободно маневрировать люд-
скими резервами и более удобно транспорти-
ровать оружие, боеприпасы и продовольствие
по рекам. Обладание верховьями Днепра по-
зволяло русскому правительству оказывать
действенную помощь Б. Хмельницкому, так
как была возможность угрожать коронному
войску на Украине с фланга, если бы оно про-
двинулось к Киеву.

К концу кампании 1654 г. русские вой-
ска вышли на западную границу бывшего
Смоленского княжества (по р. Днепр) и заняли
северо-восточную часть бывшего Полоцкого
княжества (до р. Западная Двина). Из дне-
провских крепостей только Старый Быхов

продолжал оказывать сопротивление украин-
ским казакам И. Золотаренко, осаждающим
город.

Успешное окончание Смоленского похо-
да создало благоприятные предпосылки для
развития военных операций русских войск на
следующий, 1655 г. и позволило Москве при-
ступить к выполнению программы-максимум
(присоединению Белоруссии). Если перед на-
чалом кампании 1654 г. русское правительство
думало лишь о занятии спорной территории
(Смоленщины), то затем, на фоне блестящих
успехов первого года войны, наступательные
операции велись в соответствии с достигну-
тыми результатами и имеющимися в распоря-
жении силами. Главной целью стало Вильно —
столица Великого княжества Литовского.
В то же время присоединение «Белой Руси»
не являлось приоритетным направлением
внешней политики Московского государства.
Неслучайно при заключении Андрусовского
перемирия 1667 г. Россия предпочла отказать-
ся от всех занятых белорусских земель ВКЛ, но
категорически настаивала на признании за ней
Смоленска и Левобережной Украины.

Поражение Речи Посполитой в ходе кампа-
нии 1654 г. объяснялось не только ее неподго-
товленностью к войне, но и внутренней слабо-
стью государства вследствие антифеодальной
борьбы белорусских крестьян, действий укра-
инского казачества и религиозного гнета в от-
ношении православного населения. Важной
причиной военных неудач Великого княжества
Литовского явилось отсутствие поддержки со
стороны коронной (польской) армии, заня-
той войной на Украине. В то же время в рядах
московского войска образовались первые во-
инские отряды «присяжной» шляхты с тремя
основными центрами базирования: поветы
по Западной Двине (Полоцк, Витебск, Дисна
и др.), Смоленск с округой (Рославль и Белая)
и Могилев, где расположился «Белорусский»
полк К. Поклонского820. В дальнейшем одной из
самых боеспособных частей русской армии ста-
ли роты смоленской шляхты, принявшие уча-
стие во всех войнах второй половины XVII в.

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

ИСТОЧНИКИ

НЕОПУБЛИКОВАННЫЕ

РГАДА

1.	Ф. 27. Приказ Тайных дел. On. 1. № 86. Ч. 1.

2.	Ф. 79. Сношения России с Польшей. On. 1.
1654. № 1, 2, 7.

3.	Ф. 143. Аптекарский приказ. 1654. On. 2.
№ 111.

4.	Ф. 210. Разрядный приказ.

Оп. 6 а. Записные книги Московского стола.
№9.

Оп. 6 в. Книги Новгородского стола. № 10.

Оп. 6 е. Книги Приказного стола. № 7.

Оп. 6 ж. Книги Денежного стола. № 103.

Оп. 9. Столбцы Московского стола. № 254,
255, 261, 263, 268, 270, 274, 287, 655, 745,
864, 867, 907, 1074, 1126.

Оп. 11. Столбцы Новгородского стола. № 212.

Оп. 12. Столбцы Белгородского стола. № 405,
497, 770.

Оп. 13. Столбцы Приказного стола. № 283,
286, 287, 296, 360, 589.

Оп. 14. Столбцы Севского стола. № 157, 274.

Оп. 17. Столбцы дополнительного отдела.
.№ 77, 78, 80.

ОПУБЛИКОВАННЫЕ

1.	Акты, издаваемые Виленской комиссией
для разбора древних актов. Вильна, 1909.
Т. 34.

2.	Акты Московского государства, издан-
ные Императорской Академией Наук. Т. 2.
Разрядный приказ. Московский стол. 1635-
1659. СПб., 1894.

3.	Акты, относящиеся к истории Южной
и Западной России. Т. XIV. СПб., 1889.

4.	Акты, собранные в библиотеках и архивах
Российской империи. Т. 4. СПб., 1836.

5.	Археографический сборник документов,
относящихся к истории Северо-Западной
Руси. Т. 14. Вильна, 1904.

6.	Белоруссия в эпоху феодализма. Т. 2. С се-
редины XVII до конца XVIII века. Минск,
1960.

7.	Дворцовые разряды. Т. 3 (1645-1676). СПб.,
1852.

8.	Документы об освободительной войне
украинского народа 1648-1654 гг. Киев,
1965.

9.	Донесения шведского резидента Иоганна
де Родеса о состоянии дел в Московском

государстве // Лобачев С.В. Патриарх
Никон. СПб., 2003. Приложение 4.

10.	Дополнения к Актам историческим, со-
бранным и изданным Археографической
комиссией. Т. 3. СПб., 1848.

11.	Записки отделения русской и славянской
археологии Императорского русского ар-
хеологического общества. Т. 2. СПб., 1861.

12.	Книга сеунчей // Временник общества
истории и древностей российских. Т. 18.
М., 1854.

13.	Котошихин Г.К. О России в царствование
Алексея Михайловича // Русское истори-
ческое повествование XVT-XVII веков. М.,
1984. С. 279-280.

14.	[Коховский Веспасиан] Извлечения из
«польской летописи» В. Коховского //
Витебская старина. Т. 4. Отд. II / Сост.
А.П. Сапунов. Витебск, 1885.

15.	Краткая история о бунтах Хмельницкого
и войне с татарами, шведами и уграми в цар-
ствование Владислава и Казимира в продол-
жение двенадцати лет, начиная с 1647 г. //
Чтения в императорском обществе истории

и древностей Российских при Московском
университете. Кн. 4. М., 1846.

16.	Крестоприводная книга Великого кня-
жества Литовского 1655 г. // Памятники
истории Восточной Европы. Т. IV. Москва;
Варшава, 1999.

17.	Летопись Самовидца о войнах Хмель-
ницкого. М., 1846.

18.	Малов А.В. Перевод с галансково пись-
ма, что подал боярину Илье Даниловичу
Милославскому райтарсково строю пол-
ковник Исак фан Буковен, как всяких чи-
нов урядников воспросить про ратное уче-
нье, что всякому уряднику в ратном строе
подобает ведать. И против тех воспро-
сов — ответ // Российский архив. История
отечества в свидетельствах и документах
XVIII-XIX вв. М. 1995. С. 7-9.

19.	Материалы для истории Малороссии / Изд.
П.К. Свидзинским. Т. 2. Киев, 1852.

20.	Монтекукколи Р. Записки Монтекукколи,
генералиссимуса императорских войск,
или Общие принципы военного искус-
ства в трех книгах. Пер. Я. Семченкова.
Монреаль, 2012.

21.	Новгородский Хронограф XVII в. //
Тихомиров М.Н. Русское летописание. М.,
1979. С. 298-299.

22.	Переписка гетманов Левобережной
Украины с Москвой и Санкт-Петербургом
1654-1764 гг.: сборник документов /
отв, ред. и сост. Е.Е. Рычаловский. Т. 1.
Гетманство Богдана Хмельницкого. 1654-
1657 гг. М., 2017.

23.	Попов А.Н. Изборник славянских и рус-
ских сочинений и статей, внесенных
в Хронограф русской редакции. М., 1869.

24.	Приправочный список с дозорной кни-
ги города Темникова и Темниковского
уезда 1613/14 г. / Сост. М.М. Акчурин,
А.В. Беляков. Казань, 2015.

25.	Реляция о военном походе его царского
величества Алексея Михайловича в Литву
против Польскаго короля Яна Казимира,
1654 г. И Витебская старина. Т. 4. Отд. II.
Сост. А.П. Сапунов. Витебск, 1885. № 89.
С. 347-352.

26.	Русско-белорусские связи. Сборник доку-
ментов (1570-1667). Минск, 1963.

27.	Синодик по убиенных во брани //
Бычкова М.Е. Состав класса феодалов
России в XVI в. М., 1986. Приложение.
С. 174-193.

28.	«Сметный список» военных сил России
1651 г. // Дворянство России и его крепост-
ные крестьяне XVII — первая половина
XVIII в. М., 1989. С. 8-33.

29.	Учение и хитрость ратного строения пехот-
ных людей / Под ред. А.З. Мышлаевского.
СПб., 1904.

30.	Listy xi?cia Janusza Radziwilia, wojewody
Wileriskiego, hetmana W.X.L. do Krzysztofa
Dowgiatiy Stryzki, podczaszego Upitskiego //
Kotlubaja E. Zycie Janusza Radziwilia. Wilno,
1859. Dodatek XIII. S. 372-373.

31.	[Michalowski J.] Jakuba Michatowskiego,
wojskiego Jubelskiego, a pozniej kasztelana
bieckiego Ksi?ga pami?tnica z dawnego
r?kopisu b^dqcego wlaSnosci^ Ludwika hr
Morsztyna / wyd. A.Z. Helcel. Krakow, 1864.

32.	Morsztyn Z. Wybdr wierszy. Wroclaw, 1975.

33.	Ojczyste spominki w pismach do dziejow
dawnej Polski I wyd. A. Grabowski. T. 1.
Krakow, 1845.

34.	Pasek /. Ch. Pami?tniki Jana Chryzostoma
z Goslawic Paska / Opr. /. Czubek. Lwdw,
[1929].

35.	Radziwdl A.S. Pami?tniki о dziejach w Polsce.
T. III. Warszawa, 1980.

36.	[Rudawski WJ.J Historia polska od smierci
Wladysiawa IV az do pokoju Oliwskiego, czyli
dzieje panowania Jana Kazimierza od 1648 do
1660 r. T. 1. Petersburg; Moghylow, 1855.

37.	Skorobohaty A.D. Diariusz I oprac. T.
Wasilewski. Warszawa, 2000.

38.	Theatrum Europaeum. Th. VII. Frankfurt am
Main, 1685.

39.	Twardowski S. Wojna domowa z Kozaki i Tatary,
Moskw^, potym Szwedami i z W?gry przez lat
dwanascie za panowania Najjasniejszego Jana
Kazimierza tocz^ca si?, na cztery podzielona
cz?sci oyczyst$ muzQ od Samuela z Skrzypny
Twardowskiego; Opus posthumum. Typis
Collegii Calliensi (Kalisz), 1681.

40.	Vorbek-Lettow M. Skarbnica pami?ci.
Pami?tnik lekarza krola Wladysiawa IV / Oprac.
E. Galos, E Mincer pod red. Wl. Czaplickiego.
Wroclaw, 1968.

ЛИТЕРАТУРА

ИССЛЕДОВАНИЯ НЕОПУБЛИКОВАННЫЕ

1. Мальцев А.Н. Борьба за Белоруссию в 1654-1656 гг. Дис. / к.и.н. М., 1948.

ИССЛЕДОВАНИЯ ОПУБЛИКОВАННЫЕ

1.	Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия.
Очерки русско-белорусских связей второй
половины XVI — XVII в. Минск, 1978.

2.	Алексеев Л.В. По Западной Двине и Днепру
в Белоруссии. М.» 1974.

3.	Андреев И.Л. Алексей Михайлович. М.,
2003.

4.	Бантыш-Каменский Д.И. История Малой
России. Ч. 2. М„ 1830.

5.	Барсуков А.П. Списки городовых воевод
и других лиц воеводского управления
Московского государства. М.» 2010.

6.	Беляков А.В. Служилые татары Мещерского
края XV-XVII вв. // Единорогы Материалы
по военной истории Восточной Европы
эпохи Средних веков и Раннего Нового
времени. Вып. 1. М., 2009,

7.	Беляков А.В. Российские служилые татары
в войнах с Речью Посполитой и Швецией
в XVII в. // Смута в России и Потоп в Речи
Посполитой: опыт преодоления госу-
дарственного кризиса в XVII столетии.
Материалы Российско-польской научной
конференции. Москва, 24-26 октября 2012.
М„ 2016. С. 330-340.

8.	Берх В.И. Царствование царя Алексея
Михайловича. М„ 2013.

9.	Бабятынъск! К. Аднооны жыхароу ВКЛ
да маскоускага войска у 1654-1655 г. //
Беларусь) ric гарычны агляд. Т. XIV. № 1-2.
2007. С. 54-80.

10.	Бобятинсъкий К. Нев!дом) джерела
з icTopii вшськових д!й у период вшни
Реч) Посполито! з Московию на територй
Великого кня.з)вства Литовського у 1654-
1655 роках // Украшський археограф!чний
щор)чник. Вип. 12. Т. 15. Кигв, 2007.

11.	Богоявленский С.К. Вооружение русских
войск в XVI-XVII вв. // Исторические за-
писки. М.» 1938. Т. 4. С. 263.

12.	Боханов А.Н. Царь Алексей Михайлович.
М., 2012.

13.	Величко С. Летопись событий в юго-запад-
ной России. Т. 1. Киев, 1848.

14.	Вернадский Г.В. Московское царство.
Ч. 1 -2. Тверь; М., 1997.

15.	Глинка С. Русская история. Ч. 6. М.. 1818.

16.	Гонно П., Лавров А.С. От росов до России:
История Восточной Европы (ок. 730-1689).
СПб.. 2017.

17.	Грушевський М.С. 1стор)я Украши — Pyci.
Т. IX. Кн. 2: Роки 1654-1657. Кигв, 1997.

18.	Дельбрюк Г. История военного искусства.
Средневековье. Новое время. Смоленск,
2003.

19.	Денисон Дж. История конницы. Кн. 1. М.,
2001.

20.	Довгялло Д.И. Смоленск в 1654 году. Вильна,
1905.

21.	Дюпюи Р.Э., Дюпюи Т.Н. Всемирная исто-
рия войн. Кн. 2. СПб., М., 1997.

22.	Жомини Г. Стратегия и тактика в военном
искусстве. М.» 2009.

23.	Заборовский Л.В. Россия, Речь Посполитая
и Швеция в середине XVII в. М., 1981.

24.	Иловайский Д.И. Отец Петра Великого. М.,
2008.

25.	Каргалов В.В. Полководцы XVH в. М., 1990.

26.	Клаузевиц К. фон. Принципы ведения вой-
ны. М„ 2009.

27.	Костомаров Н.И. Богдан Хмельницкий. М.,
1994.

28.	Кочегаров К.А. Константин Поклонский
и события в Могилеве накануне рус-
ско-польской войны 1654-1667 г. //Древняя
Русь. Вопросы медиевистики. 2016. No 1 (63).
С. 56-63.

29.	Кроль П. Беларуская кам пан 1я 1654 г. (да
61твы над Шапялев1чам1) // Беларусь!
гктарычны агляд. Т. VI. No 1-2. 1999.
С. 7-32. [Электронный ресурс] <http://
www.belhistory.eu/pyotr-krol-belaruskaya-
kampaniya-1654-g-da bitvypad-
shapyalevichami/x

30.	Курбатов О.А. Рецензия на книгу:
CaeaHoeiH Г. Невядомая вайна 1654-67.
Минск, 1995. И Архив русской истории. М.,
2002. С. 339-344.

31.	Курбатов О.А. Морально-психологические
аспекты тактики русской конницы в сере-
дине XVII века // Военно-историческая ан-
тропология. Ежегодник. М., 2003.

32.	Курбатов О.А. Государев Смоленский
поход 1654 года [Электронный ре-
сурс] // «Седмица». 2004. <http://rusk.ru/
st.php?idar=711883>.

33.	Курбатов О.А. Роль служилых «немцев»
в реорганизации русской конницы в се-
редине XVII века // Иноземцы в России
в XV-XVII веках. Сборник материалов кон-
ференций 2002-2004 гг. М.» 2006. С. 18-34.

34.	Курбатов О.А. «Оружность» русской кон-
ницы 1630-х — начала 1650-х гг. // Военно-
исторический журнал «Цейхгауз». Вып. 23.
2006. С. 2-4.

35.	Курбатов О.А. Полк Антония Грановского
в походе 1654 г.: о положении иноземных
специалистов инженерного и артиллерий-
ского дела в русском войске // Иноземцы
в России в XV-XVII веках. Сборник ма-
териалов конференций 2002-2004 гг. М.,
2006. С. 316-335.

36.	Курбатов О.А. Организация и боевые ка-
чества русской пехоты «нового строя» на-
кануне и в ходе русско-шведской войны
1656-1658 годов // Архив русской истории.
М., 2007. Вып. 8. С. 157-197.

37.	Курбатов А.А., Курбатов О.А. Инженерно-
артиллерийское обеспечение Смоленского
и Рижского государевых походов 1654-
1656 гг. // Военно-исторический журнал.
№ 8. 2008. С. 29-34.

38.	Курбатов О.А. Шляхетские формирования
Великого княжества Литовского царской
службы в боевых действиях 1654-1667 гг.
// Судьбы славянства и эхо Грюнвальда:
Выбор пути русскими землями и наро-
дами Восточной Европы в Средние века
и раннее Новое время (к 600-летию битвы
при Грюнвальде/Танненберге). Материалы
международной научной конференции
/ Отв. ред. А.И. Филюшкин. СПб., 2010.
С. 157-161.

39.	Курбатов О.А. Полки драгунского и сол-
датского строя, существовавшие к началу
русско-польской войны 1654-1667 гг. //
Единорогъ. Материалы по военной исто-
рии Восточной Европы эпохи Средних
188

веков и раннего Нового времени. Вып. 2.
М., 2011. С. 503-510.

40.	Курбатов О.А. Очерки развития такти-
ки русской конницы «сотенной службы»
с середины XVI до середины XVII в. //
Военная археология. Сборник материалов
Проблемного Совета «Военная археология»
при Государственном Историческом музее.
М.» 2011. Вып. 2. С. 58-91.

41.	Курбатов О.А. Очерк истории конных
полков «нового строя» русской армии от
начала их существования до окончания
русско-шведской войны 1656-1658 гг. //
Единорогъ. Материалы по военной исто-
рии Восточной Европы эпохи Средних ве-
ков и Раннего Нового времени. Вып. 3. М„
2014. С. 90-136.

42.	Курбатов О.А. Неизвестная армия царя
Алексея Михайловича: шляхта Великого
княжества Литовского на царской служ-
бе во время войны России с Речью
Посполитой 1654-1667 гг. И Смута в России
и Потоп в Речи Посполитой: опыт преодо-
ления государственного кризиса в XVII
столетии. Материалы Российско-польской
научной конференции. Москва, 24-26 ок-
тября 2012. М., 2016. С. 293-308.

43.	Курбатов О.А. Организация осадного пар-
ка и инженерно-артиллерийского дела рус-
ской армии в 1630- 1650-х гг. [Электронный
ресурс] // История военного дела: иссле-
дования и источники. 2017. Специальный
выпуск VI. Русский «бог войны»: исследо-
вания и источники по истории отечествен-
ной артиллерии. Ч. III. С. 237-340. <http://
www.milhist.info/2017/03/16/kyrbatov_6>
(16.03.2017).

44.	Курзов Г.Л. О крепости старой... Смоленск,
2005.

45.	Лобин А.Н. Неизвестная война 1654-
1667 гг. [Электронный ресурс] И Научно-
просветительский журнал «Скепсис».
<http://scepsis.net/library/id_ 1104.html>

46.	Лобин А.Н. Битва под Оршей. СПб., 2011.

47.	Лобин А.Н. Производство русской артил-
лерии на Пушечном дворе в 1584-1645 гг.
[Электронный ресурс] // История во-
енного дела: исследования и источники.
2016. Специальный выпуск. VI. Русский
«бог войны»: исследования и источники

по истории русской артиллерии. Ч. III.
С. 147. <http://www.milhist.info/2016/02/09/
lobm_7/> (09.02.2016)

48.	Лочмель И.Ф. Очерк истории борьбы бело-
русского народа против польских панов.
М., 1940.

49.	Малов А.В. Русская пехота XVII века:
Государево жалованье — служилое пла-
тье // Военно-исторический журнал
«Цейхгауз». Вып. 17. 2002. № 1. С. 10-16.

50.	Малов А.В. Конница нового строя в русской
армии в 1630- 1680-е годы // Отечественная
история. 2006, № 1. С. 118-131.

51.	Малов А.В. Русско-польская война 1654-
1667 гг. М., 2006.

52.	Мальцев А.Н. Война за Белоруссию
и освобождение Смоленска в 1654 г.
// Исторические записки. 1951. № 37.
С. 125-143.

53.	Мальцев А.Н. Боевое содружество
русского, украинского и белорусско-
го народов в борьбе за освобождение
Украины и Белоруссии (1654-1655 гг.) //
Воссоединение Украины с Россией 1654-
1954. С6. ст. М„ 1954. С. 264-306.

54.	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия в сере-
дине XVII века. М., 1974.

55.	Маркевич Н.А. История Малороссии. М.,
1843.

56.	Марков М.И. История конницы. Ч. 3. Отд.
2. Тверь, 1888.

57.	Мелешко В.И. Могилев в XVI — середине
XVII вв. Минск, 1988.

58.	Модестов Ф Э. Смоленская крепость.
Смоленск, 2003.

59.	Мяцельаа А.А. Мсщслаускае княства i вая-
водства у XII-XVIII стст. Мшск, 2014.

60.	Николаев Н.Г. Исторический очерк о рега-
лиях и знаках отличия русской армии. Т. 1.
СПб., 1898. Приложения. С. 10.

61.	Новосельский А.А. Очерк военных действий
боярина Василия Петровича Шереметева
на Новгородском фронте в 1654 г. //
Исследования по истории эпохи феодализ-
ма. М„ 1994. С. 117-135.

62.	Орловский И.И. Смоленский поход
царя Алексея Михайловича в 1654 году.
Смоленск, 1906.

63.	Очерки истории СССР. Период феодализ-
ма. XVII в. М., 1955. С. 480-518.

64.	Павлищев Н.И. Польская анархия при Яне
Казимире и война за Украину. СПб., 1887.
Т. I-III.

65.	Похилевич Д.Л. Белорусское казачество //
Науков! записки Львшского Державного
Ужверситету iMeHi Ивана Франка. Т. XLIII.
Вип. 3. 1957. С. 145-172.

66.	Пузыревский А.К. Развитие постоянных
регулярных армий и состояние военно-
го искусства в век Людовика XIV и Петра
Великого. СПб., 1889.

67.	Рахимзянов Б.Р. Касимовское ханство
(1445-1552 гг.). Очерки истории. Казань,
2009. С. 80.

68.	Рюстов Ф.В. фон. История пехоты. Т. 2.
СПб., 1876.

69.	Савич А.А. Борьба за Белоруссию
и Украину в 1654-1667 годы (Из исто-
рии русско-польских отношений второй
половины XVII в.) // Ученые записки
МГПИ им. В.П. Потемкина. Кафедра исто-
рии СССР. Т. II. Вып. 2. М., 1947.

70.	Сагановгч Г. Невядомая вайна: 1654-1667.
Мшск, 1995.

71.	Смирнов Н.В. Боевые холопы в составе
поместной конницы во второй полови-
не XVI — первой половине XVII вв. //
Исследования по истории средневековой
Руси. М.; СПб., 2006. С. 381.

72.	Смирнов Н.В. «Как под Конотопом упа-
док учинился...» (мифы и историческая
реальность) // Труды по русской истории.
Сб. ст. в память о 60-летии И.В. Дубова.
М.» 2007.

73.	Смирнов Н.В. Военная кампания 1654-
1655 гг. на литовском направлении И
Судьбы славянства и эхо Грюнвальда:
Выбор пути русскими землями и наро-
дами Восточной Европы в Средние века
и раннее Новое время (к 600-летию битвы
при Грюнвальде/Танненберге). Материалы
международной научной конференции.
СПб., 2010. С. 295-300.

74.	Смоленская шляхта / Под ред. Б.Г. Федорова.
Т. I-II. М., 2006.

75.	Соловьев С.М. История России с древней-
ших времен // Сочинения. Кн. V. Т. 10. М.,
1990.

76.	Тарас А.Е. Войны Московской Руси
с Великим княжеством Литовским и Речью

Посполитой в X1V-XVII веках. М.; Минск,
2006.

77.	Ткачев М.А. Замки Беларуси. Минск, 1977.

78.	Ткачоу М.А., Трусау А.А. Старажытны
Мсцклау. Mihck, 1992.

79.	Филюшкин А.И. Мифология и реалии бит-
вы под Невелем 1562 г. // Studia Slavica et
Balcanika Petropolitana. Петербургские сла-
вянские и балканские исследования. 2012.
№1(11). Январь — Июнь. С. 197-202.

80.	Флоря Б.Н. Образ поляка в древнерус-
ских памятниках о Смутном времени И
Польско-литовская интервенция в России
и русское общество. М., 2005. Приложение.

81.	Флоря Б.Н. Русское государство и его за-
падные соседи (1655-1661 гг.). М., 2010.

82.	Чернов А.В. Вооруженные силы Русского
государства в XV-XVII вв. М., 1954.

83.	Biernacki W. Bitwa pod Szklowem
12.VIII. 1654 П Taktyka i strategia. 2/2004.
S. 28-37.

84.	Bobiatynski K. Od Smolenska do Wilna.
Wojna Rzeczypospolitej z Moskw$ 1654-1655.
Zabrze, 2004.

85.	Bobiatynski K. Dzialalnoic wojskowa Alexandra
Hilarego Polubinskiego podczas wojny
z Moskwa w latach 1654-1655 // Materiaty do
Historii Wojskowosci. T. II. 2004. S. 75-92.

86.	Bobiatynski K. Dziatania armii Wasyla
Piotrowicza Szeremetewa na lerenie
wojewddztwa potockiego w czasie wojny
Rzeczypospolitej z Moskwg w latach 1654-
1655 // Studia historyczno-wojskowe. T. II.
2007. Zabrze, 2008. S. 129-145.

87.	Bobiatynski K. Bitwa pod Szklowem
(12 sierpnia 1654 r.) — pytania i kontrowersje
11 Wroclawskie Studia z Historii Wojskowosci.
T. I: Od Grunwaldu do Bzury — bilwy

i boje polskie na przestrzeni dziejow / red. j.
fydrysiak, D. Kores, J. Maron i K. Widziriski.
Wroclaw, 2012. S. 87-105.

88.	Gembarzewski B. Husarze. Ubior,
opoz^dzenie I uzbrojenie 1500-1775.
Warszawa, 1939.

89.	Kochowskt W. Historia panowania
Jana Kazimierza z Klimakterow przez
wspolczesnego tlomacza w skrocenia na polski
jezy przelozona. T. I. Poznan, 1859.

90.	Kotlubaja E. Zycie Janusza Radziwilla. Wilno,
1859.

91.	Kroll P. Obrona Smolenska w 1654 r. //
Staropolska sztuka wojenna XVI-XVII
wieku. Prace ofiarowane Profesorowi Jaremie
Maciszewskiemu / Red. M. Nagielski.
Warszawa, 2002.

92.	Kubala L. Wojna Moskiewska r. 1654-1655 //
Szkice historyczne. Ser. III. Warszawa, 1910.

93.	Obst J. Fresk w kosciele Mscislawskjm // Litwa
i Rus. T. II. Cz. 1. Wilno, 1912.

94.	Rachuba A. Wysilek mobilizacyjny Wielkiego
Ksi^stwa Litewskiego w latach 1654-1667 //
Studia i Materiaty do Historii Wojskowosci.
T. 43. 2007.

95.	Sawicki M. Artyleria i cekhaus smoleriski
w 1654 roku // Organizacja armii w nowotytnej
Europie: struktura — urz^dy — prawo —
finance / Red. K. Lopatecki. Zabrze, 2011.

96.	Wasilewski T. Zarys dziejow Boguslawa
Radziwilla / wyd. T. Wasilewski. Warszawa,
1979.

97.	Wisner H. Dzialalnosc wojskowa Janusza
Radziwilla 1648-1655 // Rocznik Bialostocki.
T. XIII. Warszawa, 1976.

98.	Wisner H. Janusz Radziwilt: 1612 do 1655,
wojewoda wilenski, hetman wielki litewski.
Warszawa, 2000.

СПИСОК СОКРАЩЕНИИ

АГАД — Главный архив древних актов
в Варшаве.

АМГ — Акты Московского государства.

АЮЗР — Акты, относящиеся к истории
Южной и Западной России.

в.	— век.

ВКЛ — Великое княжество Литовское.

ВОИДР — Временник Императорского обще-
ства истории и древностей российских.

Вып. — выпуск.

г.	— год.

ГИМ — Государственный исторический музей.

Гл. — глава.

ГОПМК — Государственная Оружейная палата
Московского Кремля.

Док. — документ.

ДР — Дворцовые разряды.

ЗОРСА — Записки отделения русской и сла-
вянской археологии императорского
Русского археологического общества.

Кн. —- книга.

кн. — князь.

Л. — лист.

М. — Москва.

об. — оборот.

Оп. — опись.

Оп. 6 а. — Оп. 6 а. Записные книги Московского
стола.

Оп. 6 в. — Оп. 6 в. Книги Новгородского стола.

Оп. бе. — Оп. 6 е. Книги Приказного стола.

Оп. 6 ж. — Оп. 6 ж. Книги Денежного стола.

Оп. 9. — Оп. 9. Столбцы Московского стола.

Оп. 11. — Оп. 11. Столбцы Новгородского
стола.

Оп. 12. — Оп. 12. Столбцы Белгородского
стола.

Оп. 13. — Оп. 13. Столбцы Приказного стола.

Оп. 14. — Оп. 14. Столбцы Севского стола.

Оп. 17. — Оп. 17. Столбцы дополнительного
отдела.

отд. — отделение.

прим. — примечания.

ПКК — Памятники, изданные Киевской ко-
миссией для разбора древних актов.

РГАДА — Российский государственный архив
древних актов.

РИБ — Русская историческая библиотека.

С. — страница.

см. — смотрите.

Соч. — сочинение.

СПб. — Санкт-11етербург.

Стб. — столбец.

Т. — том.

Ф. — Фонд.

Ф. 27 — Ф. 27. Приказ Тайных дел.

Ф. 79 — Ф. 79. Сношения России с Польшей.

Ф. 143 — Ф. 143. Аптекарский приказ.

Ф. 210 — Ф. 210. Разрядный приказ.

Ч. — часть.

чел. — человек.

ЧОИДР — Чтения в Императорском обществе
истории и древностей российских при
Московском университете.



ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ

Абецедарский Л. С. — 8,13,17,74,77,78,80,123

Аброс Ерик — 65, 84

Азарьев Иван Иванов сын, стрелецкий голо-
ва — 45, 112, 155, 169, 170

Азарьев Леонтий Романов сын, стрелецкий го-
лова - 46, 48, 130, 149

Азарьев Юрий Иванов сын — 97, 109, 169

Аксаков Федор — 109

Алалыкин Тит Васильев сын — 108

Алексеев Илья — 150

Александров Мирон Евсеев сын — 109

Алексеев Иван — 88

Алексеев Л. В. — 79, 80

Алексей Алексеевич, царевич Сибирский — 52

Алексей Михайлович, царь — 6,8,10, 11,12,15,
17» 18, 19, 22, 39, 40, 41, 49, 50, 52, 53, 57, 68,
72, 77, 80, 81, 87, 113, 158, 163, 173, 181

Алферьев (см. Олферьев)

Амирев Андрей Тимофеев сын — 169

Англин Петр — 96

Андреев И. Л. — 13, 124, 157

Аничков Логин Иванов сын, стрелецкий голо-
ва — 44, 155, 169, 177

Апраксин Василий Иванов сын — 108, 118

Аргамаков Борис Лаврентьев сын — 151

Арсентьев Осип Степанов сын — 105

Арцыбашев Иван Иванов сын — 139

Астафьев Григорий Безсонов сын — 56, 107

Бабенков Даниил — 170

Бабичев Лев, кн. — 95

Балк (Балх) Андрей — 109

Бантыш-Каменский Д. Н. — 11, 17,123

Баракеев Яков — 79, 96

Баранов Родион Денисов сын — 108

Барклай Александр, полковник — 25, 47, 130,
131, 132, 150

Барятинский Юрий Никитин сын, кн., стольник
и воевода— 102,104,105,106, ПО, 113,117,118

Баскаков Иван Михайлов сын, стрелецкий го-
лова — 43, 83, 154, 160

Бахтеяров Петр — 52

Безводицкая Овдотья — 75

Беклемишев Алесей Михайлов сын — 139

Беклемишев Иван — 148

Беклемишев Матвей Григорьев сын — 148

Беляков А. В. — 22,

Бернацкий В. — 14, 55, 102, 106,124

Берх В. Н. — 11

Благово Афанасий Федоров сын — 113

Блендовский Марцин — 99, 135

Бобятынский К. — 6, 9, 11, 14, 19, 54, 55, 67, 85,
86, 87, 95, 102, 103, 106, 116, 121, 124, 139,
142, 144, 171, 175, 181, 183

Богданов Андрей Никифоров сын — 109

Богданов Яков — 174

Богоявленский С. К. — 21

Богуш — 151

Боноллиг Яков — 82, 157

Боханов А. Н. — 13, 102, 124

Бражников Василий — 108

Брюхов Иван Елисеев сын — 116

Буланец Карп — 72

Бутлер Алексей, полковник — 25, 42, 44, 154,
155, 170

Бутурлин Емельян Иванов сын — 52

Бутурлин Иван Васильев сын — 52, 87

Быховец Ян — 98, 99, 134

Бычкова М. Е. — 17,

Варкоч Н. — 165, 167

Василевский Т. — 19

Василий III, вел. кн. Московский — 5

Величко С. — 11

Вен Юрий, полковник — 25,47,48

Вердеревский Даниил — 108, 118

Вернадский Г. В. — 8

Ветлица Иван — 72

Вибах — 141

Вин Индрик, майор — 25

Виснер Г. — 13, 14, 102, 124

Витовт, вел. кн. Литовский — 5

Владислав IV, король Речи Посполитой — 14,85

Власов Андрей — 108

Власов Борис — 57, 106

Водов Никита Андреев сын — 113

Воейков Михаил Петров сын — 145, 146

Воейков Никифор — 87

Волков Парамон — 174

Волковицкий Ян — 134, 143

Волжинский Василий Иванов сын — 25

Волконский Дмитрий Иванов сын, кн. — 173

Волконский-Хромой Иван Михайлов сын,
кн. — 153, 159

Волконский Федор Федорович, кн., боярин
и воевода — 17, 77

Волович Самуэль — 134, 143

Волынский Артемий Степанов сын — 66

Вонлар Яков — 85

Ворбек-Леттов М. — 18, 77, 78, 104, 105

Вормзер Федор, полковник — 25, 47, 129, 131,
148

Ворс Александр — 119

Второй Спиридон — 124

Выборк Христофор — 134, 143

Высоцкий Самуэль — 98,99, 134

Вышеславцев Афанасий Иванов сын — 113

Вяжевич Петр — 82, 162

Гагин Иван Иванов сын — 105, 118

Гамонт (Гамолтон) Андрей, полковник — 47,
150, 164

Ганскопф Герман, подполковник ВКЛ — 36, 60,
61,62,63,64,65,66,67,69,70,94,136,137,143

Гельцель А. 3. — 18

Гижицкий — 145

Гипсон Александр, полковник — 25,42,43,152,
153, 154, 156, 160

Гладков Иван Петров сын — 56

Глебович Юрий Кароль — 35, 82, 97, 99, 133,
166, 171

Глинка С. — 11,63

Годунов Борис Федорович, царь — 81

Годунов Петр Иванович — 79

Голенищев-Кутузов Никита — 115

Голыгин Петр, кн. — 119

Гонно П. — 7

Гонсевский Александр, воевода смолен-
ский — 37

Гонсевский Винцент Корвин, гетман польный
литовский — 32, 37, 55

Гонсевский Кшиштоф (Криштоф), воевода
смоленский — 82

Гопт Михаил, майор — 25, 109

Горсткин Елизарий Иванов сын — 109

Горсткин Яков Иванов сын, стрелецкий
голова — 178

Горчаков Никита Дмитриев сын, кн. — 56, 107

Горчаков Семен Савин сын, кн. — 72

Грабовский А. — 14, 17, 103, 123, 134

Грановский Антон, полковник — 26, 41, 43, 50,
86, 152, 153, 154, 156

Гревицкой Степан — 97

Греффенберг — 141

Гриневич — 116

Гробинский Юрий Владислав — 171, 175

Гробовский Якуб — 96

Грон Жан де (см. Грановский Антон)

Грушевский М. С. — 12

Грязнов Гавриил — 170

Грязнов Михаил — 170

Гурко Даниил — 164

Дашков Григорий — 77

Дашков Иван Иванов сын, кн. — 52, 84

Дзятковский — 87, 157

Дельбрюк Г. — 120, 126, 131

Дмуховский Ян — 99, 135, 143

Добрянский Ф. — 17

Довгялло Д. И. — 12, 17

Довгялло-Стрижка Кшиштоф — 18, 140

Доможиров Гавриил Никитин сын — 107

Долгоруков Дмитрий Алексеевич, кн., околь-
ничий и воевода — 153, 154

Долгоруков Петр Алексеевич, кн., окольничий
и воевода — 153, 155

Долгоруков Юрий Алексеевич, кн., боярин
и воевода — 46,47,48,74, 128,129, 131,132,
138, 143, 144, 148, 149, 151

Долматов-Карпов Федор Борисович, боярин
и воевода — 41

Доможиров Гавриил — 56

Дронин Ян — 84, 95, 151

Друцкий-Соколинский Петр, кн. — 164

Дубенской Лука — 53

Дубровин Ерофей Семенов сын — 105

Дуванов Григорий — 108

Дурново (Дурной) Герасим Федотов сын — 118

Дуров Дмитрий — 109

Дуров Ермолай — 148

Жаред Ян — 151

Жданов Степан — 148

Жданович — 145

Жедринской Богдан Никитин сын — 56, 107

Желнинской Василий Афонасьев сын — 109

Желябужский Иван Афанасьев сын — 56, 59

Жемчужников Иван Прокофьев сын — 108

Жомини Г. — 6, 9, 144

Жуков Яков — 174

Заборовский Л. В. — 124

Залесский Павел — 119

Залужский Василий — 145

Звенигородский Юрий Юрьев сын, кн. — 169

Змеев Венедикт Андреев сын, подполков-
ник — 25

Змеев Матвей — 119

Змеев Федор — 109

Золотаренко Василий, полковник — 17, 145,
155, 178

Золотаренко Иван, наказной гетман — 11, 12,
54, 89, 123, 165, 184

Зубатый Иван Небаженов сын — 56

Зубов Дмитрий Иванов сын, стрелецкий голо-
ва — 43, 84, 153, 155, 156, 161

Зубов Степан Афанасьев сын — 25

Зыбин Давыд Иванов сын — 25, 107

Зыбин Михаил Евстафьев сын, стрелецкий го-
лова — 43» 91, 145, 147, 160, 161

Зыков Федор Андреев сын — 25

Езерский Павел Невалт — 134, 143

Елагин Иван Казаринов сын — 56, 107

Елизаров Тимофей Наумов сын — 115

Елизаров Федор Кузьмич, думный дворянин
и воевода — 43, 49, 105, 108, 115

Елшнин Гуриян — 134, 143

Ельчанинов Иван Дорофеев сын — 25

Ендогуров Иван Андреев сын, стрелецкий го-
лова — 112, 155, 170

Ермолов Богдан Романов сын — 108

Ермолов Степан — 108

Есин Степан — 107

Есман Кшиштоф — 97, 99, 134

Ефимьев Яков Сергеев сын, стрелецкий голо-
ва — 46, 48, 130, 131, 149, 174

Иван III, вел. кн. Московский — 5

Ивашкин Иван Андреев сын — 108, 118

Измайлов Артемий Васильевич, окольничий
и воевода — 6, 140

Измайлов Петр Тимофеевич — 79

Измайлов Семен Артемьев сын, стольник и вое-
вода - 46,48,74, 130, 131, 132, 135, 138, 140,
143, 148, 149, 151

Иловайский Д. И. — 12, 123

Казалевич Мартин — 97

Кайсаров Гавриил Борисов сын — 56, 107

Кайсаров Григорий Борисов сын — 68

Каменский Петр Владислав — 98, 99, 134

Капустин Лаврентий Иванов сын, стрелецкий
голова — 178

Караулов Григорий — 57, 106

Каргалов В. В. — 13, 102, 124, 176

Карев Дмитрий — 145

Кашкаров Иван — 57, 106

Киев Петр — 121

Кинси Ш. де — 128

Киреев Василий — 109

Кириллов Наум Юрьев сын — 139, 148

Киркор Павел Иванов сын — 77

Кисель Мартин — 75

Кисленский Иван Григорьев сын — 108,115,118

Кит Юрий, полковник — 25, 43, 152, 154

Кмициц Самуэль — 35, 133

Козаков Амакай мурза Бабеков сын — 142

Козел Николай — 74

Коковинский Богдан Андреев сын, стрелецкий
голова — 178

Коковинский Степан Семенов сын, стрелецкий
голова — 44, 57, 112, 169

Кокошкин Яков Романов сын — 109

Колобов Иван Иванов сын — 56, 107

Кондырев Иван Дмитриев — 105, 106, 118

Конде, Людовик Бурбон Великий, принц,
французский генералиссимус — 127

Кондырев Ждан Васильевич, думный дворя-
нин и воевода — 54, 70, 91

Конецпольский Александр, коронный хорун-
жий — 164

Корсаков Федор Михайлов сын — 109

Корф Вильгельм, полковник ВКЛ — 65, 82, 83,
84, 87, 157, 162, 164, 172

Корф Эрнест Ян, полковник ВКЛ — 36, 97, 99,
133, 134, 136

Корякин Петр Владимиров сын — 56, 107

Косагов Григорий Иванов сын — 108

Костомаров Н. М. — 12, 17, 123

Костюрин Тихон Александров сын — 109

Костяев Осип Васильев сын, стрелецкий голо-

ва — 43, 49, 84, 151, 154, 160, 170

Котел Ян — 75

Котлубай Э. — 14, 18, 47, 55, 102, 124, 130, 136

Котошихин Г. К. — 21

Коховский В. — 12, 13, 55, 64, 85, 92, 102, 135

Кочегаров К.А. — 187, 210

Коштелинской Григорий — 77

Красников Иван — 107

Краснянский Г. — 80

Красовский Павел — 151

Краферт Даниил, полковник — 25, 47, 129, 131,
132, 150

Кревт Яган — 100, 119

Кречетников Василий, полковник — 25,45,109,
113, 148, 149

Кривонос Василий — 77

Кромвель Оливер, лорд-протектор
Англии — 126

Кроль П. — 14, 55, 69, 78, 102, 120, 124

Крыер Александр — 143

Кубаля Л. — 14, 102, 113, 124, 125

Куракин Григорий Семенович, кн., боярин
и воевода — 46,48,74,129, 131, 132,141,143

Куракин Федор Федоров сын, кн., стольник
и воевода — 91, 145, 162, 167

Курбатов О. А. — 10, 13, 17, 21, 41, 64, 102, 103,

ПО, 173, 178

Курович Раина — 77

Кучум, хан Сибирский — 52

Лавринов Василий — 174

Лавров А. С. — 7

Лаес Войцех — 143

Лачинов Василий Протасьев сын — 56,107

Лачинов Кузьма Протасьев сын — 56, 107

Лачинов Никита (Никифор) Протасьев сын —
107, 118

Леонтьев Замятия Федоров сын — 52, 166, 178

Лесли Аврам (Александр), «старший» полков-
ник — 25, 42, 43, 49, 83, 85, 86, 91, 116, 152,
154, 155, 160

Лесли Иван Аврамов сын — 155, 159

Липницкий Станислав Ян — 30, 70, 93, 94, 134

Литвинов-Мосальский Андрей Федорович, кн.,
окольничий и воевода — 43, 49, 105, 108

Лихарев Иван Федоров сын — 108

Лихарев Осип Никитин сын — 108

Лихачев Максим — 162

Лобанов-Ростовский Александр Иванов сын,
кн. — 90, 113

Лобачев С. В. — 19

Лобин А. Н. — 23, 44

Лонтковский Пантелей — 77

Лопухин Аврам Никитин сын, стрелецкий го-
лова — 44, 112, 155, 172, 174, 177

Лочмель И. Ф. — 12

Лукин Иван Денисов сын — 25

Лукьянов Тимофей — 89

Львов Василий Петров сын, кн., стольник
и воевода — 91, 162, 167

Львов Дмитрий Петрович, кн., окольничий
и воевода — 44, 49, 57, 105, 106, 114, 168

Львов Семен Петрович, кн., окольничий и во-
евода — 167, 168

Людогоский Якуб — 75

Люткин Максим — 169

Мадакасский — 87, 157

Малов А. В. — 13, 17, 124

Малыгин Федор — 79, 121

Мальцев А. Н. — 6, 8, 9, 12, 13,41, 45, 54, 55, 65,
102, 124, 143, 172, 176

Маркевич Н. А. — 11

Маракушев Тимофей Елизаров сын — 139

Марков Семен Никонов сын — 108

Мартинов Михаил — 97, 134

Мартот Лоренц, полковник — 25, 47, 129, 131,
138, 142, 148, 151

Мартюхин Артемий Данилов сын — 109

Маслов Михаил Андреев сын — 108, 118

Матвеев Артамон Сергеев сын, стрелецкий го-
лова — 43, 51, 153, 154, 156, 160, 162

Межинский Александр — 19, 35

Межинский Ян — 99, 134, 135, 136

Мелешко В. И. — 13, 145

Меркулов Иван Путилов сын — 169

Мертвый Григорий Ильин сын — 56, 107

Метельский А. А. — 14, 73

Мещерский Петр, кн. — 107, 114

Милет Август — 173, 177

Милославский Иван Богданов сын — 153, 154,
156, 160, 162, 163

Милославский Илья Данилович, боярин и вое-
вода — 41, 48,

Милославский Семен Юрьев сын — 160,162

Мирский Григорий — 33, 63, 97, 99, 115, 132

Мирский Иероним — 33, 115, 116

Михаил Федорович, царь — 5, 23

Мишковские — 75

Мишуков Федор Абрамов сын — 56, 107

Млоцкий Ян — 17, 27, 48, 49,

Мниховский — 116

Монтекукколи Раймундо, австрийский (им-
перский) генералиссимус — 126, 127, 129,
130, 131, 132, 136

Мордвинов Мокей — 156

Морозов Борис Иванович, боярин и вое-
вода — 41,

Морштын Збигнев — 19

Московлев Куприян — 64, 65

Мякишев Иван Григорьев сын — 56, 58, 59

Нарбут Ян — 53

Нарышкин Фома Иванов сын — 108

Насонов Никита Петров сын — 108

Начаеков Чапан — 119

Небольсин Агап Владимиров сын — 139

Неелов Семен Иванов сын — 56,107

Неелов Степан — 169

Неелов Тимофей — 169

Неклюдов Григорий Захарьев сын — 109

Нелидов Иван Никитин сын, стрелецкий голо-
ва — 43, 49, 112, 160, 170

Немирич Юрий — 36,98,99,100,115,121,134,137

Немета — 116

Несвицкий Даниил Матвеев сын, кн. — 53

Николай Давыдович, царевич Грузинский — 52

Никон, патриарх Московский — 77

Ниротморцев Иван, полковник — 47, 48, 129,
131, 132, 149, 150

Новосельский А. А. — 13, 40

Новосильцев Захарий Петров сын — 53

Нольде Эрнест — 96,99, 134

Норов Дементий Федоров сын — 159

Оболенский Федор, кн. — 79

Образцов Петр Дементьев сын, стрелецкий
голова — 178

Обет Я. — 80

Обухович Филипп Казимир, воевода смолен-
ский — 12, 17, 82, 83, 86, 156, 158, 161, 162,
164

Овруцкий — 157

Одоевский Никита Иванович, кн., боярин
и воевода — 16,41,44, 49, 52, 56, 57, 58, 59,
60,64,65,66,67,68,69,83,84,87,89,97,106,
113, 114, 168, 169, 181, 182

Одоевский Федор Никитич, кн. — 52

Олферьев Иван Васильевич, окольничий и во-
евода — 45, 49, 172, 177

Орловский И. И. — 12, 81, 87, 161, 163

Осорьин Григорий Иванов сын — 109

Остапов Юрий — 72

Остик — 156

Острожский Константин, гетман ВКЛ — 5

Оттенгаузен (Оттенгауз) Ян — 99,135,136, 143

Павлищев Н. И. — 12, 55, 123

Паир Андреюс — 119

Палицын Евсевий Григорьев сын — 109

Палицын Игнатий — 77

Панов Иван Васильев сын — 56, 107

Парфеньев Федор — 109

Парчевский — 157

Пасек Ян — 128

Песляк Стефан — 75

Петр Алексеевич, царевич Сибирский — 52

Петровский Николай — 146

Пинов Богдан Степанов сын — 56, 107

Пирютин Логин Нелюбов сын — 56

Плескачевский Александр — 74

Плещеев Федор Львов сын — 52

Погирский Лев — 97, 99, 134

Пожарский Семен Романович, кн., окольничий
и воевода — 46,48,74,130, 131,132,135,143

Поклонский Константин, полковник — 13,145,
146, 147, 151

Полозов Федор Дементьев сын — 108

Полтев Маковей Леонтьев сын, стрелецкий
голова — 178

Полтев Семен Федоров сын, стрелецкий голо-
ва — 43, 155

Полубинский Александр Гилярий, писарь
польный ВКЛ — 33,93,97,99, 121, 125, 133,
134,136

Полуехтов Иван Леонтьев сын — 25

Попов А.Н. — 11, 60, 86, 123

Посоховский Николай — 78

Потоцкий Кшиштоф — 99, 134

Похилевич Д. И. — 12

Прозоровский Семен Васильевич, кн., боярин
и воевода — 43, 49, 105, 108

Пронский Михаил Петрович, кн., боярин — 77

Протасьев Федор — 109

Протопопов Александр Васильев сын — 56,107

Пузына — 116

Пузыревский А. К. — 128

Путткамер Эбергард, полковник ВКЛ — 36,
121, 136, 137,143

Пушкин Григорий Гаврилович, боярин
и воевода — 164

Пущин Кирилл Панкратьев сын — 56

Пущин Панкратий Константинов сын — 53,
107

Пшипковский Богуслав — 36, 121

Пюисегюр Жак-Франсуа, маркиз де — 128,129

Рагозин Дмитрий Иванов сын — 119

Радзивилл Альбрехт Станислав, канцлер вели-
кий литовский — 18

Радзивилл Богуслав, великий конюший ВКЛ —
36, 37, 101, 121, 134, 150

Радзивилл Криштоф — 87

Радзивилл Януш, гетман великий литовский —
11, 13, 14, 16, 17, 18, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 54,
59, 61, 63, 72, 76, 78, 79, 81, 84, 87, 88, 89,
90, 91, 92, 93, 94, 95, 97, , 98, 99, 100, 101,
103, 104,106,112, 113,122,123,133,139,142,
143, 144, 155, 162, 164, 177, 180, 181

Радищев Назар Дружинин сын — 142

Раевской Ерош — 77

Ракитин Василий Иванов сын — 108

Раховский — 164

Реймер Кондрат, подполковник — 25

Рек — 115

Ретца Мартын, майор — 25

Ржевский Иван Иванов сын — 71

Родес Иоганн де, шведский дипломат — 19, 27,
119, 143,175

Родин Солокан — 64, 83, 95

Романов Никита Иванович, боярин — 52

Роман Ростиславович, кн. Смоленский — 72

Романовский Ян — 97, 99, 134

Ронарт Яков, полковник — 47

Ростопчин Иван Дмитриев сын — 105

Ртищев Григорий Иванович — 53

Рудавский В. Я. — 19, 102, 118, 124, 143

Русинов Мосей — 119

Рыльский Христофор Федоров сын, полков-
ник — 26, 43, 51, 53, 86, 150, 151

Рычаловский Е. Е. — 17

Рюстов Ф. В. фон — 126, 129

Савич А. А. — 12

Саганович Г. — 14, 55, 102, 103, 124, 170

Садыков Богдан Семенов сын — 123

Сакен Эрнест фон, подполковник ВКЛ — 34,
99, 133, 134, 136, 143

Сакович — 116

Самарин Гавриил Федоров сын — 153, 154

Самарин Михаил Федоров сын — 153, 154

Сапега Казимир Лев, подканцлер литовский —
37, 151

Сапунов А. 11. — 17, 63

Сверчков Степан Воинов сын — 109

Селении Федосий (Федор) Александров сын —
65, 108

Селиванов Игнатий Михайлов сын — 65, 105,
115,118

Селифонтов Воин — 57, 106

Селифонтов Петр — 57, 106

Сивцов Никита — 174

Сигизмунд III, король Речи Посполитой — 5

Сидорский Марк — 174

Симановский — 147

Симеон Гордый, вел. кн. Московский — 5

Ск индер Никодим — 99, 134

Скорняков-Писарен Семен Семенов сын — 25,
109

Скоробогатый Александр — 102, 143

Скрапин Ян — 119

Скуратов Петр Дмитриев сын

Слушка Сигизмунд — 99

Смирнов Н. В. — 13, 21, 124, 180, 182

Собеский Ян, король Речи Посполитой — 14

Соловцов Яков Павлов сын, стрелецкий
голова — 178

Соловьев С. М. — 11, 55, 123, 124

Спевилль (Деспевиль) Клавдиус Рейнальдус де,
полковник — 26. 43, 50. 52, 108. 168, 170

Спиридонов Матвей Никифоров сын, стрелец-
кий голова — 43, 49, 83, 154, 162

Стабровский — 116

Станкевич Ян — 77, 78

Стрешнев Василий Иванович, боярин и воево-
да — 45, 49, 109

Стрешнев Семен Лукьянович, окольничий
и воевода — 91

Сулатыцкий — 116

Сумароков Максим Акимов сын — 107

Сунбулов Иван Исаев сын — 108

Сухотин Александр — 148

Сухотин Иван Семенов сын — 65, 105

Сухотин Никифор Осипов сын — 105

Сытин Полуехт Иванов сын — 108

Тараканов Никита Федоров сын — 159

Тарас А, — 14

Тарбеев Григорий Федоров сын — 25, 107

Тарбеев Дементий Тимофеев сын — 109

Твардовский С. — 11, 19, 141

Теймураз I, царь Кахетии — 52

Телегин Максим Никитин сын — 56, 107

Теляков Степан — 57, 106

Темкин-Ростовский Михаил Михайлович, кн.,
боярин и воевода — 15, 16, 45, 49, 52, 53,
65. 87,89, 97, 106,109,112,113,115, 150.169,
172

Тизешаузен (Тизенгауз) Николай, полковник
ВКЛ - 82, 83, 87, 158

Тизенгаузен (Тизенгауз) Юрий Теодор — 1о0,
133

Тимофеев Астафий — 169

Ткачев М. А. — 13, 72, 74, 91, 151

Товарков Филипп — 174

Толочанов Никифор Матвеев сын — 153

Толочанов Федор Михайлов сын — 153

Толстой Василий Петров сын — 118

Толстой Емельян Степанов сын — 109

Толстой Петр Степанов сын — 109

Тонеев Богдан Матвеев сын — 109

Трафенбарк — 143

Траферт Франц, полковник — 25,44, 57,66,152,
153. 155, 158, 169

Трофимов Алексей — 88, 89

Трубецкой Алексей Никитич, кн., боярин
и воевода — 13, 16,25, 39, 40,42,45,46, 47,
48,49, 51, 71,72, 74,75,76,77,79,80,90,103,
113,121, 122, 123,124,125,129,130, 131,132,
135,136,137, 139, 142,143,144, 147, 148,151,
164, 168, 174, 177, 180, 181, 183

Трусов А. А. — 72

Гумашевский Ян — 144

Тургенев Дмитрий Петров сын — 124

Тургенев Селад — 115

Тухачевский Василий Яковлев сын — 148

Тыртов Федор — 109

Тышкевич Юрий, епископ виленский — 78

Тюренн Анри де Ла Тур д’Овернь, француз-
ский маршал — 126, 128, 129

Тютчев Никита — 57, 106

Убориш — 84

Униховский — 157

Ураков Федор — 107

Усшегей Франц, подполковник — 25

Ушаков Богдан Лукьянов сын — 108

Фамендин Арист, полковник — 25, 45, 64, 107,
113, 114, 118

Фанбемель Фредрик, майор — 25

Фанбуковен Исак, полковник — 25,44, 51,118,
170

Фанбуковен Филипиус Альбертус, полков-
ник - 25, 44, 57, 64, 154, 155, 170

Фангален Яган Вилим, подполковник — 25,
109, 119

Фандернизин Давыд, майор — 25

Фандроцкий Василий, полковник — 25, 43, 49,
51.91. 154, 159

Фанлемес Юрий, майор — 25

Фанстаден Герман, полковник — 25, 47, 130,
131, 132, 150

Фанстаден Николай, полковник — 25, 47, 48,
130, 131, 132

Философов Василий Иванов сын, стрелецкий
голова — 43, 49, 83, 112, 169

Флек Яков, полковник — 25, 47, 130, 131, 132,
150, 164

Флентман Ян — 144

Флоря Б. Н. — 7, 8, 9, 13,

Фомин Иван — 105

Франзбеков Ефим, полковник — 47

Франзбеков Роман, подполковник — 25

Фронцкиевич — 143

Халецкий Юрий Владислав — 98, 99,134

Хвостов Григорий Иванов сын — 109

Хворостинин Федор Юрьевич, кн., боярин
и воевода — 44, 49, 56, 57, 68, 106, 118

Хелцбон — 143

Хитрово Богдан Матвеевич, окольничий — 52,
83, 153, 154, 155, 159, 175

Хлопов Семен Парамонов сын — 56, 68, 107

Хмельницкий Богдан, гетман Войска Запорож-
ского — 5, 9, 12, 29, 31, 37, 39, 40, 71, 72, 78,
123, 137, 141, 184

Хованский Иван Андреевич, кн. — 40, 52

Хованский Иван Никитич, кн., боярин и вое-
вода — 152, 153, 155

Хованский Семен Андреев сын — 114

Хоецкий Якуб — 171, 175

Хомутов Наум — 148

Хоненев Петр Федоров сын — 108

Хороманьский Марцин — 97, 134

Храповицкий Доминик — 171, 174, 175

Храповицкий Юрий — 171,175

Хрептович — 116

Хрипунов Митрофан — 109

Цызарев Фома Данилов сын — 109

Цыклер Елисей, полковник — 25,47,129,131,132

Чаадаев Яков Семенов сын — 109

Чаплин Николай — 148

Чемесов Семен Федоров сын — 56, 107

Черевин Андреян Ларионов сын — 108

Черкасский Петр Эльмурзин, кн., стольник
и воевода — 87, 88, 89, 106, 108, 112, 113,
119,169, 170, 174

Черкасский Яков Куденетович, кн., боярин
и воевода — 12, 15, 39,41, 42, 43, 44, 45,49,
52, 53, 55, 65, 67, 79, 81, 84, 87, 89, 90, 91, 95,
101,102, 103,104, 106, 108,109, 111,112,114,
117, 121, 125, 130, 131, 140, 148, 155,164, 167,
169, 171, 174, 175, 177, 180, 181, 182

Чернов А. В. — 23, 26

Чертков Степан Иванов сын — 109

Чечет Андрей — 77

Чириков Федор Петров сын — 108

Чубаров Андрей Алексеев сын — 25

Чудовский — 115, 116

Шабловский Василий Михайлов сын — 151

Шаховской Степан, кн. — 52

Шварцхоф Теофил — 99, 133

Швейковский Денис — 143, 164

Шеин Михаил Борисович, боярин и воевода —

6, 58, 81, 83, 84, 85, 163

Шемановский Александр — 97,134

Шемяков Афанасий Артемьев сын — 109

Шепелев Иван Алексеев сын — 25, 109

Шепелев Савва Алексеев сын — 109

Шереметев Василий Борисович, боярин и во-
евода — 39, 71, 180

Шереметев Василий Петрович, боярин и во-
евода — 13, 39, 40, 52, 54, 70,178, 180

Шереметев Петр Васильев сын, стольник и во-

евода — 49, 52, 53, 66, 91, 146, 162, 168

Шишкин Илья Кондратьев сын — 148

Шишков Иван Иванов сын — 109

Шлихтинг — 116

Шнейдер Христоф — 143

Шниер Андрей — 143

Шуйский — 116

Шырай Герман — 174

Щепотев Андрей Федоров сын — 108, 115

Щербатов Тимофей Иванов сын, кн., стольник
и воевода — 49, 52, 91

Щетинин Петр Иванов сын, кн. — 41

Юдицкий Николай — 78, 96

Юдицкий Юрий Владислав — 101, 134

Юзефович-Глебицкий Александр Казимир —

88, 171, 172, 174, 175

Юкман Христофор, подполковник — 25

Юндзил Хризостом — 98, 99, 134, 141, 143

Юшкевич А. Э. — 10

Юшкевич Самуэль — 36, 136, 137, 141, 143, 150

Яблонский — 116

Языков Александр Федоров сын — 56, 107

Языков Иван — 109

Яковлев Василий — 148

Якушкин Яков Иванов сын — 56, 107

Ян Казимир, король Речи Посполитой — 17,28,

29, 38, 61, 63, 180

Яндер Кашпир, полковник — 25, 43, 152, 154

Янковский — 119

ПРИМЕЧАНИЯ

Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия в середине XVII
века. М., 1974. С. 31.

2	Bobiatynski К Od Smolenska do Wilna. Wojna
Rzeczypospolite) z Moskw q 1654-1655. Zabrze, 2004.
S. 64-65.

’ Гонно П., Лавров A.C. От росов до России: История
Восточной Европы (ок. 730-1689). СПб., 2017. С. 277.

4	Флоря Б.Н Русское государство и его западные со-
седи (1655-1661 гг.) М., 2010. С. 9.

5	Флоря Б.Н Образ поляка в древнерусских памят-
никах о Смутном времени // Польско-литовская ин-
тервенция в России и русское общество. М., 2005.
Приложение. С. 382.

*	Мальцев А.Н Россия и Белоруссия... С. 30.

Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия. Очерки
русско-белорусских связей второй половины XVI-
XVII в. Минск, 1978. С. 150.

*	Bobiatynski К. Od Smolehska do Wilna... S. 39.

Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия ... С. 147.

’ Вернадский Г.В. Московское царство. Тверь; М.,
1997. Ч. 1-2. С. 134.

11	Флоря Б.Н. Русское государство... С. 10.

12	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия ,. С. 37, 38.

11 Bobiatytiski К. Od Smolenska do Wilna... S. 37.

м Флоря Б.Н. Русское государство... С. 11.

15	Жомини Г. Стратегия и тактика в военном искус-
стве. М., 2009. С. 12.

16	Соловьев С.М История России с древнейших вре-
мен // Сочинения. Кн. V. Т. 10. М., 1990. С. 599-600.

” Там же. С. 601.

Бобятинський К. Невщом! джерела з icropii вш
ськових дш у перюд вшни Реч! Посполито! з Москов>ею
на територп Великого княз!вства Литовського у 1654-
1655 роках // Украшський археографшний щор!чник.
Вип. 12. Т. 15. КиТв, 2007. С. 7.

” Новгородский Хронограф XVII в. // Тихоми
ров М.Н. Русское летописание. М., 1979. С. 298-299,

21	Попов А.Н. Изборник славянских и русских сочи-
нений и статей, внесенных в Хронограф русской редак-
ции. М., 1869. С. 395-398.

Величко С. Летопись событий в юго-западной
России. Т. 1. Киев, 1848. С. 189-190.

22	Глинка С. Русская история. Ч. 6. М., 1818. С. 70.

22	Бантыш-Каменский Д.Н История Малой России.
М., 1830. Ч. 2. С. 3.

24	Маркевич Н.А. История Малороссии. М., 1843.

24	Берх В.Н. Царствование царя Алексея
Михайловича. М., 2013.

26	Theatrum Europaeum. Th. VII. Frankfurt am Main,
1685.

27	Соловьев С.М. История России... Кн. V. T. 10.
С. 596-605.

“	Костомаров Н.И. Богдан Хмельницкий. М., 1994.
С. 654-657.

29	Павлищев Н.И. Польская анархия при Яне
Казимире и война за Украину. Т. I—III. СПб , 1887.

10	Иловайский Д.И. Отец Петра Великого. М., 2008.
С. 124-133.

21	Довгялло Д.И. Смоленск ь 1654 году. Вильна, 1905.

22	Орловский И.И. Смоленский поход царя Алексея
Михайловича в 1654 году. Смоленск, 1906.

” Грушевський М.С Icropm Украши — Pyci. Т. IX. Кн.
2: Роки 1654-1657. Ки1в, 1997.

29	Лочмель И.Ф. Очерк истории борьбы белорусского
народа против польских панов. М.,1940.

25	Савич А.А. Борьба за Белоруссию и Украину
в 1654-1667 годы (Из истории русско-польских отно-
шений второй половины XVII в.) И Ученые записки
МГПИ им. В.П. Потемкина. Кафедра истории СССР.
Т. II. Вып. 2. М.» 1947.

24	Похилевич Д.Л. Белорусское казачество // Наукойi
записки Львгвского Державного Ушверситету 1мен1
Ивана Франка. Т. ХЕШ. 1957. Вип. 3. С. 145-172.'

Мальцев А.Н. Борьба за Белоруссию в 1654-
1656 гг. Дис. / к. и. н. М.» 1948; Мальцев А.Н. Война
за Белоруссию и освобождение Смоленска в 1654 г. //
Исторические записки. 1951. № 37. С. 125-143; Он же.
Боевое содружество русского, украинского и бело-
русского народов в борьбе за освобождение Украины
и Белоруссии (1654-1655 гг.) И Воссоединение Украины
с Россией 1654-1954. Сб. ст. М.. 1954. С. 264-306;
Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия в середине XVII
века. М., 1974.

м Очерки истории СССР. Период феодализма. XVII в.
М., 1955. С. 480-518.

Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия. Очерки
русско-белорусских связей второй половины XVI —
XVII в. Минск, 1978.

40	Заборовский Л.В. Россия, Речь Посполитая
и Швеция в середине XVII в М., 1981. С. 71.

41	Новосельский Л.Л Очерк военных действий боя
рина Василия Петровича Шереметева на Новгородском
фронте в 1654 г. И Исследования по истории эпохи фе
одализма. М., 1994. С. 117-135.

42	Ткачев М.А. Замки Беларуси. Минск, 1977.

41	Мелешко В.И. Могилев в XVI — середине XVII мв.
Минск, 1988. С. 226-256.

44	Каргалов В. В. Полководцы XVII в. М„ 1990.

45	Малов А.В. Перевод с галансково письма, что по-
дал боярину Илье Даниловичу Милославскому райтар-
сково строю полковник Исак фан Буковен, как всяких
чинов урядников поспросить про ратное ученье, что
всякому уряднику в ратном строе подобает ведать.
И против тех воспросов — ответ // Российский ар-
хив. История отечества в свидетельствах и документах
XVIII-XIX вв. М. 1995. С. 7-9; Он же. Русская пехота
XVII века; Государево жалованье — служилое платье И
Цейхгауз. Вып. 17. 2002. N₽ 1. С. 10-16; Он же. Конница
нового строя в русской армии в 1630-1680-е годы //
Отечественная история. 2006, N” 1. С. 118-131; Он же.
Русско-польская война 1654-1667 гт. М„ 2006.

44 Курбатов О.А. Морально-психологические аспек-
ты тактики русской конницы в середине XVII века //
Военно историческая антропология. Ежегодник. М..
2003; Он же. Государев Смоленский поход 1654 года //
[Электронный ресурс) // «Седмица». 2004. <http://
rusk.ru/sl.php?idar=7U883>; Он же Роль служилых
«немцев» в реорганизации русской конницы в сере-
дине XVII века // Иноземцы в России в XV-XVII ве-
ках. С6. мат. конф. 2002-2004 гт. М., 2006. С. 18-34;
Он же. Полк Антония Грановского в походе 1654 г.:
о положении иноземных специалистов инженерного
и артиллерийского дела в русском войске И Там же.
С. 316-335; Он же. Организация и боевые качества
русской пехоты «нового строя» накануне и в ходе рус-
ско- шведской войны 1656-1658 годов // Архив русской
истории. М., 2007. Вып. 8. С. 157-197; Курбатов А.А.,
Курбатов О.А. Инженерно-артиллерийское обеспе-
чение Смоленского и Рижского государевых походов
1654-1656 гг. // Военно-исторический журнал. № 8.
2008. С. 29-34; Курбатов О.А. Шляхетские формирова-
ния Великого княжества Литовского царской службы
в боевых действиях 1654-1667 п. // Судьбы славян-
ства и эхо Грюнвальда: Выбор пути русскими землями
и народами Восточной Европы в Средние века и ран-
нее Новое время (к 600-летию битвы при Грюнвальде/
Танненберге). Мат-лы междунар, науч. конф. I Отв.
ред. А.И. Филюшкин. СПб., 2010. С. 157-161; Он же
Полки драгунского и солдатского строя, существовав-
шие к началу русско-польской войны 1654-1667 гг. //
Единорогь. Материалы по военной истории Восточной
Европы эпохи Средних веков и раннего Нового време-
ни. Вып. 2. М„ 2011. С. 503-510; Он же. Очерки разви-
тия тактики русской конницы «сотенной службы» с се-
редины XVI до середины XVII в. // Военная археология.
Сборник материалов Проблемного Совета «Военная

археология» при Государственном Историческом музее.
М., 2011. Вып. 2. С. 58- 91; Он же. Очерк истории кон
ных полков «нового строя» русской армии от начала их
существования до окончания русско-шведской войны
1656-1658 гг. // Единорогь. Вып 3. М„ 2014. С. 90-136.

47 Смирнов Н.В. Военная кампания 1654-1655 гг. на
литовском направлении И Судьбы славянства и эхо
фюнвальда; Выбор пути русскими землями и народами
Восточной Европы в Средние века и раннее Новое вре-
мя (к 600-летию битвы при Грюнвальде/Танненберге)
Мат-лы междунар, науч. конф. СПб., 2010. С. 295-300.

44 Андреев И.Л. Алексей Михайлович. М., 2003.

4* Боханов А.Н. Царь Алексей Михайлович. М., 2012.

50 Флоря Б.Н. Русское государство и его западные со-
седи (1655-1661 гг.) М., 2010.

** Сагановт Г. Невядомая вайна: 1654-1667. Mihck,
1995.

52 Курбатов О.А. Рецензия на книгу: Саганов1ч Г.
Невядомая вайна 1654-67. Минск, 1995.//Архив русской
истории М., 2002. С. 339-344; Лобин А.Н Неизвестная
война 1654-1667 гт. // [Электронный ресурс] // Научно-
просветительский журнал «Скепсис». <http://scepsis.
net/library/id_ 1104.html>

** Тарас А.Е. Войны Московской Руси с Великим кня-
жеством Литовским и Речью Посполитой в XIV-XVI1
веках. М., Минск. 2006.

54 Мяцелъаа А.А. Мсц1слаускае княства i ваяводства
у XII—XVIII стет. MiHCK, 2014.

и Kochowski W Historia panowania Jana Kazimierza
z Klimakterow przez wspolczesnego tlomacza w skrocenia
na polski jezy przelozona. Poznan. 1859. T. I.

54 Kochowski IV Historia panowania Jana Kazimierza..
S 178-179.

57 Kotlubaj E. Zycie Janusza Radziwilla. Wilno, 1859.

* Ibid. S. 192.

и Kubala L Wojna Moskiewska r. 1654-1655 // Szkice
historyezne. Ser. III. Warszawa, 1910.

*° Wisner H. Dziaialnosc wojskowa Janusza Radziwilla
1648-1655 H Rocznik Bialostocki. XIII. Warszawa, 1976;
Item. Janusz Radziwitl 1612 do 1655, wojewoda wilciiski,
hetman wielki htewski Warszawa, 2000.

61 Кроль П. Беларуская кампашя 1654 г. (да бггвы
над Шапялев1чам1) [Электронный ресурс] // Беларуси
Нстарычны агляд. Т. VI. 1-2. 1999. С. 7-32. chttp://
www.belhistory.eu/pyotr-krol-belaruskaya-kampaniya-
1654-g-da-bitvy-pad-shapyalevichami/>; Kroll Р. Obrona
Smolehska w 1654 r. // Staropolska sztuka wojenna
XVI-XVII wieku. Prace ofiarowane Profesorowi Jaremie
Maciszewskiemu I Red. M. Nagielski. Warszawa, 2002.

42 Biernacki W Bitwa pod Szklowem 12.VIII. 1654 П
Taktyka i strategia. 2/2004. S. 31-32.

61 Bobiatynski K. Od Smolenska do Wilna. Wojna
Rzeczypospolitej z Moskwq 1654-1655. Zabrze, 2004;
Bobiatynski K. DzialalnoSc wojskowa Alexandra Hilarego
Polubirtskiego podezas wojny z Moskwa w latach

1654-1655 If Matenaty do Historii WojskowoSci. T. II.
2004. S. 75-92; Бобятинський К. Неводом! джерела
з icropii вшськових Д1й у перюд вшни Реч; Посполитой
з MocKoeiero на територн Великого князгства
Литовського у 1654-1655 роках // УкраТнський
археографшний щор1чник. Вип. 12. Т. 15. КиТв, 2007.
С. 7-24; Bobiatyhski К. Bitwa pod Szklowem (12 sierpnia
1654 г.) — pytania i kontrowersje // Wrodawskie Studia
z Historii Wojskowosci. T. I: Od Grunwaldu do Bzury —
bitwy i boje polskie na przestrzeni dziejdw / red. j. Jfdrysiak,
D. Kores, J. Maron i K. Widzinski. Wroclaw, 2012. S. 87-105.

44 Синодик по убиенных во брани // Бычкова
М.Е. Состав класса феодалов России в XVI в. М., 1986.
Приложение. С. 174-193.

65 «Сметный список» военных сил России 1651 г. //
Дворянство России и его крепостные крестьяне XVII —
первая половина XVIII в. М., 1989. С. 8-33.

44 Переписка гетманов Левобережной Украины
с Москвой и Санкт-Петербургом 1654-1764 гг.: сб. док.
/ отв. ред. и сост. Рычаловский Е.Е. Т. 1. Гетманство
Богдана Хмельницкого. 1654-1657 гт. М., 2017.

47 Летопись Самовидца о войнах Хмельницкого. М.,
1846. С. 22.

44 Ojczyste spomniki w pismach do dzieldw dawney
Polski / wyd. A. Grabowski. T. I. Krak6w, 1845. S. 120-121.

•* Relacia potrzeby, ktora zaszla miedzy wojskiem WKL
a Moskw^ pod Ciecierzynem die (dnia) 24.08.1654 // Ibid.
S. 121-125.

" Jakuba Michaiowskiego, wojskiego lubelskiego,
a pdzniej kasztelana bieckiego ksi^ga pamqtkowa
z dawnego r^kopisu b^d^cego wlasnosciq Ludwika hr.
Morsztyna I wyd. A.Z. Helcel. Krakow, 1864.

71	Vorbek-Lettow M. Skarbnica pami^ci. Pami^tnik
lekarza krdla Wtadyslawa IV. Wroclaw, 1968. S. 191-195,

72	Listy xi^cia Janusza Radziwilla, wojewody Wileriskiego,
hetmana WJLL do Krzysztofa Dowgialty Stryzki,
podczaszego Upitskiego // Kotlubaj E. Zycie Janusza
Radziwilla. Wilno, 1859. Dodatek XIII. S. 372-373.

71	Археографический сборник документов, относя-
щихся к истории Северо-Западной Руси. Т. 14. Вильна,
1904 С. 1-56.

74	Орловский И.И Смоленский поход царя Алексея
Михайловича в 1654 году. Смоленск, 1906.

” Radziwill A.S. Pami^tniki о dziejach w Polsce. T. III.
Warszawa, 1980.

76	Wasilewski T. Zarys dziejdw Bogusiawa Radziwilla /
wyd. T. Wasilewski. Warszawa, 1979. S. 46.

77	Twardowski S. Wojna domowa z Kozaki i Tatary,
Moskwq, potym Szwedami i z Wfgry przez lat dwanaicie
za panowania Najjasniejszego Jana Kazimierza toczqca siy,
na cztdry podzielona cz?sci oyczystq muz$ od Samuela
z Skrzypny Twardowskiego; Opus posthumum. Typis
Collegii Calliensi (Kalisz), 1681.

7‘	Rudawski W.J. Historia polska od smierci
Wtadyslawa IV az do pokoju Oliwskiego. T. 1. Petersburg;
Moghylow, 1855. S. 249, 253.

74	Morsztyn Z. Wybor wierszy. Wroclaw, 1975.

10	Донесения шведского резидента Иоганна де
Родеса о состоянии дел в Московском государстве II
Лобачев С.В. Патриарх Никон. СПб., 2003. Приложение 4.

41	Курбатов О.А Очерки истории конных полков. .
С. 97.

42	Котошихин Г.К. О России в царствование Алексея
Михайловича // Русское историческое повествование
XV1-XV11 веков. М., 1984. С. 279-280

“ Богоявленский С.К. Вооружение русских войск
в XV1-XVI1 вв. // Исторические записки. М., 1938. Т. 4.
С. 263.

44	Смирнов Н.В Боевые холопы в составе поместной
конницы во второй половине XVI — первой половине
XVII вв. // Исследования по истории средневековой
Руси. М.; СПб., 2006. С. 381.

45	Смирнов Н В «Как под Конотопом упадок учинил-
ся...» (мифы и историческая реальность) // Труды по
русской истории. Сборник статей в память о 60-летии
И.В. Дубова. М.» 2007. С. 381

* Приправочный список с дозорной книги горо-
да Темникова и Темниковского уезда 1613/14 г. / Сост.
М.М. Акчурин, А.В. Беляков. Казань, 2015. С. 14.

47	Рахимзянов Б.Р. Касимовское ханство (1445-
1552 гг.) Очерки истории. Казань, 2009. С. 80

44 Приправочный список с дозорной книги города
Темникова... С. 4.

" ДР. Т. 3 (1645-1676). СПб., 1852. Стб 417.

40 Беляков А.В. Служилые татары Мещерского края
XV-XVI1 вв. // Единорогъ. Вып. 1. М., 2009. С. 181.

** Там же. С. 191.

42	Он же. Российские служилые татары в войнах
с Речью Посполитой и Швецией в XVII в. // Смута
в России и Потоп в Речи Посполитой: опыт пре-
одоления государственного кризиса в XVII столетии
Материалы Российско-польской научной конферен-
ции. Москва, 24-26 октября 2012. М., 2016. С. 340.

” Лобин А.Н. Производство русской артиллерии на
Пушечном дворе в 1584-1645 гт. (Электронный ресурс)
И История военного дела: исследования и источники.
2016. Специальный выпуск. VI. Русский «бог войны»:
исследования и источники по истории русской артил-
лерии. Ч. III. С. 147. <http://www.milhist.info/2016/02/09/
lobin_7/> (09.02.2016)

44	Чернов А.В Вооруженные силы Русского государ-
ства в XV-XVII вв. М„ 1954. С. 175.

45	Курбатов О.А. Очерки истории конных полков.
С. 90.

44	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9.	907. Л. 45-89.

47	Там же. Л. 7-8, 48-49, 55-57, 65-67, 79.

44	Курбатов О.А Очерки истории конных полков...
С. ПО.

44	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. М» 867. Л. 493-494.

100	Курбатов О.А. Очерки истории конных полков
С. 113-114.

101	Он же. Организация и боевые качества русской пе-
хоты «нового строя»... С. 175-176; Он же. Полк Антония
Грановского в походе 1654 г.... С. 319.

102	Чернов А.В. Вооруженные силы Русского государ-
ства... С. 151-152.

Там же. С. 167.

104	Соловьев С.М. История России... С. 602.

105	Реляция о военном походе его царского величе-
ства Алексея Михайловича в Литву против Польскаго
короля Яна Казимира, 1654 г. // Витебская старина.
Т. 4 Отд. 11 / Сост. А.П. Сапунов. Витебск, 1885. № 89.
С.347-352.

104	Донесения шведского резидента Иоганна де
Родеса... С. 368.

107	Флоря Б.Н. Русское государство... С. 109.

104	List г Wilna d. 8 Augusti // Ojczyste spominki... S. 111.

109	Bobiatynski K. Od Smoledska do Wilna... Aneks 1.
S. 233-236.

110	Ibid. S. 233.

Ibid. S. 235.

*“ Ibid. S. 233-234.

112 Ibid. S. 234-235.

1,4 Курбатов О.А. Очерк истории конных полков...
С. 95.

115 Bobiatynski К. Od Smolehska do Wilna... Aneks I.
S. 235.

1,4 Ibid. S. 236.

1,7 Ibid. S. 235.

"• ДР. T. 3. Стб. 422.

119	Новосельский А.А. Очерк военных действий боя-
рина Василия Петровича Шереметева... С. 117-135.

120	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия... С. 27.

121	Там же. С. 28.

122	ДР. Т. 3. Стб. 400.

122	РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 286. Л. 227.

124	Там же. Ф. 27. On. 1. № 86. Ч. 1. Л. 348.

125	Курбатов А.А., Курбатов О.А. Инженерно-
артиллерийское обеспечение Смоленского и Рижского
государевых походов... С. 29-34.

126	Там же. С. 29.

127	Курбатов О.А. Организация осадного парка и ин-
женерно-артиллерийского дела русской армии в 1630-
1650-х гг. [Электронный ресурс) // История военного
дела: исследования и источники. 2017. Специальный
выпуск VI. Русский «бог войны»: исследования и источ-
ники по истории отечественной артиллерии. Ч. Ш. С.
237-340 <http://www.milhist.info/2017/03/16/kyrbatov_6>
(16.03.2017). Автор также благодарен А.Н. Лобину за

ранее предоставленную информацию о названиях
орудий.

124	Курбатов А.А., Курбатов О.А. Инженерно-
артиллерийское обеспечение Смоленского и Рижского
государевых походов... С. 30.

129	Мальцев А.Н. Борьба за Белоруссию... С. 132.

120	Он же. Россия и Белоруссия... С. 29.

151 Там же. С. 29.

1,2 Николаев Н.Г. Исторический очерк о регали-
ях и знаках отличия русской армии. Т. 1. СПб., 1898.
Приложения. С. 10.

122 ДР. Т. 3. Стб. 415-416.

124 Там же. Стб. 416-417.

122 РГАДА Ф. 210. Оп 12. № 497. Л. 242.

124 Там же. Л. 242.

127 Там же. Л. 274 (продолжение Л. 242).

124	Там же. Л. 274.

РГАДА. Ф. 27. On. 1. № 86. Ч. 1. Л. 233.

140	Там же.

141	Там же. — В документе ошибочно посчитано
14 400 чел.

142	Там же. Л. 237.

142	Курбатов О.А. Организация и боевые качества
русской пехоты «нового строя»... С. 176.

144	АЮЗР. Т. XIV. С. 645.

142	РГАДА. Ф. 210. Оп. 13.	286 Л. 227; Курбатов О.А.

Очерк истории конных полков... С. 105.

144	Лобин АН Битва под Оршей. СПб., 2011
С. 103-104.

147	РГАДА. Ф 210. Оп. 12. № 497. Л. 243.

144	Там же. Оп. 13. № 287. Л. 23.

149	Там же. Оп. 12. № 497. Л. 152.

150	Курбатов О.А. Полки драгунского и солдатского
строя... С. 505; Он же. Очерк истории конных полков...
С. 106.

“•	РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 286. Л. 227; Курбатов О.А.
Очерк истории конных полков... С. 105.

152	Там же. Оп. 12. № 497. Л. 152.

122	Курбатов О.А. Полки драгунского и солдатского
строя... С. 505; Он же. Очерк истории конных полков. .
С. 106.

124	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9.	1074. Л. 8.

122	Там же. Оп. 13. № 286. Л. 227; Курбатов О.А. Очерк
истории конных полков... С. 105.

124	РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 287. Л. 22, 23.

157 Там же. № 589. Л. 619.

224 Там же. Оп. 12. N» 497. Л. 152.

*” Курбатов О. Л. Полки драгунского и солдатского
строя... С. 505; Он же. Очерк истории.. С. 106.

“° Он же. Очерк истории конных полков... С. 105.

Мальцев А.Н. Борьба за Белоруссию... С. 50.

,и РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 287. Л. 22.

•« Там же. Оп. 12. № 497. Л. 152.

164	Курбатов О.А. Полки драгунского и солдатского
строя... С. 505; Он же. Очерк истории конных полков...
С. 106.

165	Он же. Очерк истории конных полков... С. 105.

166	Kotlubaj Е. Zycie Janusza Radziwiita... S. 192.

167	РГАДА. Ф. 210. On. 13. № 286. Л. 135 об.-139 об.

Там же. Оп. 12. № 770. Л. 40.

ДР. Т. 3. Стб. 403.

170	РГАДА. Ф. 27. On. 1. № 86. Ч. 1. Л. 305.

Там же. Л. 305-307.

172	Там же. Л. 309.

175	Там же. Л. 285.

174	Там же. Л. 291-292.

175	Курбатов О.А. Полки драгунского и солдатского
строя... С. 506.

176	ДР. Т. 3. Стб. 407-408.

177	Реляция о военном походе... С. 347.

178	ДР. Т. 3. Стб. 410.

,л	Реляция о военном походе... С. 352.

,м	ДР. Т. 3. Стб. 411.

РГАДА. Ф. 27. Оп. 1. № 86. Ч. 1. Л. 260 а.

“2	ДР. Т. 3. Стб. 411-412; РГАДА. Ф. 27. On. 1. № 86.
Ч. 1. Л 350-351.

,ю	РГАДА. Ф. 210. Оп. 17. No 77. Л. 24.

184	Реляция о военном походе... С. 348.

1,5	Там же. С. 353.

"в РГАДА. Ф. 27. On 1. М» 86. Ч. 1. Л. 330-331; ЗОРСА.
Т. 2. СПб., 1861. С. 713-714; Мальцев А.Н. Война за
Белоруссию... С. 136.

187	ДР. Т. 3. Стб. 424.

188	РГАДА. Ф. 210. On 13. N> 589. Л 454

,w	ДР. Т. 3. Стб. 424.

РГАДА. Ф. 27. On. 1. № 86. Ч. 1. Л. 329а-332.

1,1 Новосельский А.А. Очерк военных действий боя-
рина Василия Петровича Шереметева... С. 121.	**

1,2 РГАДА. Ф. 210. On. 13. № 589. Л 454.

,и РГАДА Ф. 27. On. I. № 86. Ч. 1. Л. 356; ДР. Т. 3.
Стб. 425.

1,4 РГАДА. Ф. 210. Он. 14 № 157. Л. 68.

'« ДР. Т. 3. Стб. 426.

,w Там же. Стб. 426-427.

•” Там же. Стб. 429.

1	,8 РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 589. Л. 463.

Там же. Оп. 14 № 157. Л. 68.

200	ДР. Т. 3. Стб. 429-430.

201	ДР. Т. 3. Стб. 430-431; РГАДА. Ф. 27. On. 1. № 86.
Ч. 1. Л. 359.

202	РГАДА. Ф. 210. Оп 13. № 589 Л. 416-416об.

201	Там же. № 589. Л. 432.

204	ДР. Т. 3. Стб. 431-432.

204	РГАДА. Ф. 210. Оп. 14. № 157. Л. 118-121.

206	Там же. N» 745. Столп. 2. Л. 24-25.

207	Новосельский А.А. Очерк военных действий боя-
рина Василия Петровича Шереметева... С. 122-123.

208	ДР. Т. 3. Стб. 432.

109	Мальцев А.Н. Борьба за Белоруссию и освобожде-
ние Смоленска... С. 135.

210	АЮЗР. Т. XIV. СПб.. 1889. Стб. 127-128.

2	,1 Там же. Т. X. СПб., 1878. Стб. 681.

2	,2 Там же. Т. XIV Стб 135-138.

211	Там же. Стб. 143.

2,4	Bobiatynski К. Od Smoleiiska do Wilna... S. 47.

2IS	Соловьев C.M. История России... T. 10. С. 603.

214	Павлищев Н.А. Польская анархия при Яне
Казимире... Т. 2. С. 131

2,7	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия... С. 41.

2,8	Kochowski W. Historia panowania Jana Kazimierza...
T. I. S. 178-179.

218	Kotlubaj E. Zycie Janusza Radziwiita... S. 194.

220	Кроль П. Беларуская кампания 1654 г.

221	Biemacki W Bitwa pod Szklowem 12.VII1.1654..
S. 31-32.

222	Bobiatynski K. Od Smoleriska do Wilna... S. 48 49.

223	Сагановт Г. Невядомая вайна 1654-1667... С. 16.

224	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия... С. 40;
Мальцев А.Н Война за Белоруссию .. С. 138.

225	ДР. Т. 3. Стб. 432.

228	Краткая история о бунтах Хмельницкого и вой-
не с татарами, шведами и уграми в царствование
Владислава и Казимира в продолжение двенадцати лет,
начиная с 1647 г. И ЧОИДР. Кн. 4. М , 1846. С. 54.

227	РГАДА. Ф. 210. On 13. № 286. Л. 224-226.

228	Там же. No 287. Л. 21.

129	«Сметный список» военных сил России 1651 г....
С. 8-33.

“° РГАДА. Ф. 210. Оп. 14. № 157 Л. 89-92.

241	Там же. Оп. 9.	1074. Л. 1-8.

242	Там же. № 1074. Л. 93-95.

244	Там же. Оп. 13. № 360. Л. 1-23

2,4	Там же. № 360. Л. 1-23.

244	Курбатов О.А. Очерк истории конных полков...
С. 106.

244	РГАДА. Ф. 210. Оп. 14 № 157. Л. 53-54.

247	Там же. Оп. 12. М» 497. Л. 152.

244	Там же. Оп. 14. № 157. Л. 53-54.

249	Там же. Л. 81-82.

140	Там же. Л. 89-92.

141	Там же. Л. 97.

242	Там же. Оп. 9. № 1074. Л. 2-3.

241	Там же. Оп. бе. № 7. Л. 6.

244	Там же. Оп. 9. № 1074. Л. 1-92.

244	Монтекукколи Р. Записки Монтекукколи, генера-
лиссимуса императорских войск, или Общие принципы
военного искусства в трех книгах / Пер. Я. Семченкова.
Монреаль, 2012. С. 91.

244	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. W» 1074. Л. 15.

247	Полое А.Н. Изборник славянских и русских сочи
нений... С. 397.

244	Awizy z Litwy о wojnie moskiewsiej, Orsza
4.07.1654 II Jakuba Michalowskiego, wojskiego lubelskiego,
a pbzniej kasztelana bieckiego ksi^ga pami?tkowa... S. 721

249	Kochowski W Historia panowania Jana Kazimierza...
S. 178; Кроль П. Беларуская кампан!я...; Bobiatynski К.
Od Smolenska do Wilna... S. 48.

250	Awizy z Litwy о wojnie moskiewsiej, Orsza
4.07.1654... S. 721-722.

251	Awizy z pod Orszy z 7.07/1764; Jakuba Michalowskiego,
wojskiego lubelskiego, a pozniej kasztelana bieckiego ksiega
pamiatkowa... S. 723.

242	РГАДА. Ф. 79. On. 1. Стб. 1654 г. № 2. Л. 20-28.

255	Там же. Л. 29-33.

244	Там же. Л. 40-41.

254	Kochowski W. Historia panowania Jana Kazimierza..
S. 178-179; Извлечения из «польской летописи»
В. Коховского // Витебская старина. Т. 4. Витебск, 1885.
С. 370.

244	Краткая история о бунтах Хмельницкого... //
ЧОИДР. Кн. 4. М„ 1846. С. 54.

247	Theautrum Europaeum. Т. VIL Frankfurt am Main
1685. S. 614.

244	Kotlubaj E. 2ycie Janusza Radziwilia... S. 193.

249	Синодик по убиенных во брани... С. 174-193.

240	Глинка С. Русская история. С. 70.

241	Курбатов О.А. Полки драгунского и солдатского
строя... С. 505.

242	РГАДА. Ф. 210. Оп. 14.	157. Л. 103.

244	Там же. Л. 103-108

244	Там же. Ф. 79. On. 1. Стб. 1654 г. N» 2. Л. 18-19.

244	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия... С. 40-41;
РГАДА. Ф. 79. On. I. Стб. 1654 г. № 2. Л. 19.

244	РГАДА. Ф. 210. Оп. 13.	296. Л. 380.

247	Там же. Оп. 14.	157. Л. 109-113

244	Там же. Оп. 13. № 589. Л. 440.

249	ДР. Т. 3. Стб. 429-430; Орловский И.И. Смоленский
поход царя Алексея Михайловича... С. 11-12.

270	ДР. Т. 3. Стб. 433.

271	Там же. Стб. 432.

272	Bobiatynski К. Od Smolenska do Wilna... S. 48.

274	ДР. T. 3. Стб. 432.

274	РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. №> 589. Л. 628.

•’ Там же. Оп. 9. № 1074. Л. 1.

274 Там же. V» 1074. Л. 14.

Барсуков А.П. Списки городовых воевод и других
лиц воеводского управления Московского государства.
М., 2010. С. 321.

274 РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 1074. Л. 104.

279 Учение и хитрость ратного строения пехотных
людей / Под ред. А.З. Мышлаевского. СПб., 1904. С. 223.

ж Кроль П. Беларуская кампашя 1654 г.

2	,1 Новосельский А.А. Очерк военных действий боя-
рина Василия Петровича Шереметева... С. 123.

242	Грамота царя Алексея Михайловича кн. А.Н. Тру-
бецкому от 31 мая 7162 года И ЗОРСА. Т. 2. СПб., 1861.
С.713-715.

244	АЮЗР. Т. 14. Стб. 6.

244	Там же. Стб. 10.

244	Грамота царя Алексея Михайловича кн. А.Н. Тру-
бецкому... С. 714.

244	ДР. Т. 3. Стб. 434.

247	Книга сеунчей // ВОИДР. М , 1854. Т. 18. С. 2.

244	РГАДА. Ф. 210. Оп. 12. № 497. Л. 179-180.

249	Барсуков АП. Списки городовых воевод... С. 227.

290	Мяцельск! А.А. Мсцклаускае княства i ваяводства
у X1I-XVIII стст. Мшск, 2014. С. 228, 312.

291	Ткачоу МЛ., Трусау А.А. Старажытны Мсцклау.
Мшск. 1992. С. 21-22.

292	Мяцельск! А.А. Мсцгслаускае княства i ваявод-
ства... С. 230-237, 294-297, 556-564.

294	Ткачев М.А. Замки Беларуси... С. 91.

299 Там же. С. 92-93.

195 Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия. С. 151.

296 Акты, издаваемые Виленской комиссией для раз-
бора древних актов. Вильна, 1909. Т. 34. С. 157-158.

297 Там же. С. 222-223.

299 Там же. С. 256-257.

299 Там же. С. 275.

“° Там же. С. 313.

301 Там же. С. 317.

303 Там же. С. 348-349.

303 Там же. С. 9, 269, 276, 281, 282, 283-284, 287, 289,
295, 297, 298, 299, 302, 305, 311, 322, 326, 338, 339.

309 Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия... С. 152.

505 Акты, издаваемые Виленской комиссией... С. 290.

309 Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия... С. 152.

307 РГАДА. Ф. 210. Оп. 6 е. № 7. Л. 10 об.-И.

309 Vorbek-Lettow М Skarbnica pamifci... S. 187.

~ Дополнения к Актам историческим, собранным
и изданным Археографической комиссией. СПб., 1848.
Т. 3. С. 522.

3,0 Крестоприводная книга Великого княжества
Литовского 1655 г. // Памятники истории Восточной
Европы. Т. IV. М.; Варшава, 1999. С. 112.

111 АМГ. Т. 2. Разрядный приказ. Московский стол.
1635-1659. СПб., 1894. С. 495.

312 Акты, собранные в библиотеках и архивах
Российской империи. Т 4 СПб., 1836. С. 128.

,и Грамота царя Алексея Михайловича гетма-
ну Б.М. Хмельницкому о движении полков князя
Я.К. Черкасского на Оршу, взятии царскими войсками
Мстиславля, Десны и Друи, пожаловании шляхтича
К.Ю. Поклонского, с предписанием казакам высту-
пить вместе с полками А.В. Бутурлина на польские
и литовские земли. 1654 г. июля 24 // Переписка гет-
манов Левобережной Украины с Москвой и Санкт-
Петербургом 1654-1764 гг.: сборник документов / отв.
ред. и сост. Е.Е. Рычаловский. Т. 1. Гетманство Богдана
Хмельницкого. 1654-1657 гг. М„ 2017. С. 119.

зм РГАДА. Ф. 210. Оп. 6 в. № 10. Л. 3-9.

315	Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия... С. 152;
Кроль П. Беларуская кампания 1654 г.

3,9	Книга сеунчей... С. 3.

3,7	Vorbek-Lettow М. Skarbnica pami^ci... S. 186.

311	List z Wilna 8.08.1654 // Ojczyste spominki...
S. 110-111.

3,9	List do J. Tyskiewieza. 8.08.1654 // Ojczyste
spominki... S. 112-113.

320	РГАДА. Ф. 210. On. 9. Н» 655. Л. 68.

321	ДР. T. 3. Стб. 435.

322	Книга сеунчей... С. 2-3; РГАДА. Ф. 210. Оп. 9.
№ 1126. Л. 3.

323	Алексеев Л.В. По Западной Двине и Днепру
в Белоруссии. М., 1974. С. 116.

329	Книга сеунчей... С. 3-4.

325	Алексеев Л.В. По Западной Двине и Днепру
С. 120.

129	Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия... С. 151.

327	Obst J. Fresk w kosciele Mscislawskim // Litwa i Rus.
T. II. Cz. 1. Wilno, 1912. S. 31.

ш Алексеев Л.В. По Западной Двине и Днепру. .
С. 121.

329	Археографический сборник документов, относя-
щихся к истории Северо-Западной Руси. Т. 14. Вильна,
1904. С. XIII. 1-56.

330	Археографический сборник документов... С. 40.

331	Там же. С. XVII, 48.

332	Там же. С. XVII, 2-4.

333	Там же. С. XV, 42, 51

339	Там же. С. XVI, 42.

333	Там же. С. XVI, 24, 40, 42, 49.

339	РГАДА Ф. 27. On. I. N» 86. Ч. 1. Л. 362 а.

337	Там же. Л. 362а - 363.

333 Там же Ф. 210 Оп. 14 № 157. Л. 103-108.

399 Там же. Л. 103-108.

390	Там же.

391	Инвентарь Смоленска и Смоленского воеводства
1654 года И Археографический сборник документов...
С. 2-4.

392	РГАДА. Ф. 210. Оп. 14 № 157. Л. 109-113.

393	Там же. Ф 79. On. 1. Стб. 1654 г. № 1. Л. 16; Мальцев
А.Н. Война за Белоруссию... С. 139.

399	Там же Ф. 210. Оп 14. Н> 157. Л. 122.

393	ДР. Т. 3. Стб. 432.

399	Там же. Стб. 433-434.

397	РГАДА Ф. 27. On. 1. Я» 86. Ч. 1. Л. 365.

391 РГАДА. Ф. 210. Оп. 14. № 157. Л. 140.

399 Там же. № 157. Л. 143.

359 РГАДА. Ф. 79. On. 1. Стб. 1654 г. № 1. Л. 15.

331 ДР. Т. 3. Стб. 434.

332 РГАДА. Ф. 79. On. 1. Стб. 1654 г. № 2. Л. 34-40.

333 BobiatyAski К. Od Smoleriska do Wilna... S. 72.

339 Ibid. S. 72.

335 Kochowski IV. Historia panowama Jana Kazimierza...
S. 181

339 РГАДА. Ф. 210. On. 14. № 157. Л. 138.

357 Bobiatynski К. Od Smoledska do Wilna... S. 72.

338 РГАДА Ф. 210. On. 13. № 589. Л. 601.

353 Там же. On. 17. Л» 77. Л. 29.

360 Там же. Ф. 27. On. 1. J* 86. Ч. I. Л. 367.

361 Bobiatynski К. Od Smolenska do Wilna... S. 73.

343 Попов А.Н. Изборник славянских и русских сочи-
нений... С. 397.

345 Там же. С. 397.

364 РГАДА. Ф. 210. Оп. 14. № 274. Л. 50.

** Там же. Оп. 13. № 283. Л. 112.

346 Археографический сборник документов.

С. XXVIII-XXIX.

367 Там же. С. XIV.

4,4 Там же. С. 44, 45.

*’ Орловский И.И. Смоленский поход... С. 24.

37п Bobiatynski К. Od Smolenska do Wilna . S. 49.

371 РГАДА. Ф. 210. On. 14. № 157. Л. 253.

371 ДР. Т. 3. Стб. 434-435.

373	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11.	212. Л. 107-109.

374	ДР. Т. 3. Стб. 437.

375	РГАДА. Ф. 27. On. 1. № 86. Ч. 1. Л. 366.

376	Там же. Ф. 210. Оп. 13. № 360. Л. 26.

377	ДР. Т. 3. Стб. 417.

371	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 268. Л. 164-166; ДР. Т. 3.
Стб. 480-481

373 List z Wilna d. 20 Augusti, do Warszawy // Ojczyste
spomniki... S. 120.

“° РГАДА. Ф. 79. On. I. Стб. 1654 г. № 2. Л. 56-57.

381 Там же. Ф. 210. Оп. 17. № 77. Л. 25.

383	Там же. Л. 26.

383	АЮЗР. Т. XIV. Стб. 139.

384	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9 № 655. Л. 68.

385	ДР. Т. 3. Стб. 439- 440.

386	Там же. Стб. 440.

387	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 1126. Л. 7-8; On. 11. № 212.
Л. 113.

388	Там же. Ф. 27. On. 1. № 86. Ч. 1. Л. 368.

383	ДР. Т. 3. Стб. 437-438.

330	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 251.

3,1 ДР. Т. 3. Стб. 439.

333 Там же. Стб. 443.

3,3 Новосельский А.А. Очерк военных действий боя-
рина Василия Петровича Шереметева .. С. 123-124.

334 Kochowski W. Historia panowania Jana Kazimierza...
S. 179.

33' Z obozu litewskiego z pod Orszy, d. 20 Lipca r. 1654 //
Ojczyste spominki... S. 108-109; Z obozu pod Orsz^ dnia
2 Augusti, pisany do Wilna // Ibid. S. 109-110.

3,6 Bobiatynski K. Od Smolenska do Wilna... S. 47;
Rachuba A. Wysilek mobilizacyjny Wielkiego Ksi^stwa
Litewskiego w latach 1654-1667 // Studia i Materiaty do
Historii Wojskowosci. T. 43. 2007. S. 43-60.

337 Rachuba A. Wysilek mobilizacyjny Wielkiego
Ksi^stwa Litewskiego... S. 43-44.

*• List z Wilna d. 8 Aug. // Ojczyste spominki..
S. 110-111.

” Bobiatynski K. Od Smolenska do Wilna.. S. 48.

400 Z obozu litewskiego z pod Orszy, d. 20 Lipca r. 1654 //
Ojczyste spominki... S. 108-109.

401 Listy xi^cia Janusza Radziwilla, wojewody Wilenskiego,
hetmana W.X.L. do xi^cia Jerzego Tyszkiewicza. Bisk.
Wileiisk. // Ojczyste spominki w pismach... S. 112-113.

403 Z obozu litewskiego z pod Orszy, d. 20 Lipca r. 1654 //
Ojczyste spominki w pismach... S. 108-109.

403 Bobiatynski K. Od Smolenska do Wilna... S. 47.

4<M Z obozu litewskiego z pod Orszy, d. 20 Lipca r. 1654 II
Ojczyste spominki... S. 109.

40s Z obozu pod Orszq dnia 2 Augusti, pisany do Wilna
// Ibid. S. 110.

404 Bobiatynski K. Od Smolenska do Wilna... S. 233-236.

407 РГАДА. Ф. 210. On. 14. Nt 157. Л. 108.

488 Там же. Ф. 79. On. 1. Стб. 1654 г. № 1. Л. 14.

Там же. Л. 16.

4,0 Там же. Ф. 210. Оп. 13. № 589. Л. 619.

4,1	Там же. Оп. 9. № 655. Л. 70-71.

4,2	Там же. № 655. Л. 68.

4,3	List z Wilna d. 8 Aug. П Ojczyste spominki...
S. 109-111.

4,4	РГАДА Ф. 210. On. 9. № 655. Л. 68-69.

4,5	Там же. Л. 72.

4,8 Там же. Л. 73.

4,7 РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 589. Л. 540

4,8 Там же. Л. 678.

4,3 Там же. Оп. 9. № 655. Л. 91.

420 Там же. Л. 77-75.

423 Z obozu Litewskiego d. 14 Augusti 1654 П Ojczyste
spomniki... S. 117-118.

422 РГАДА Ф 210. On. 13. № 589. Л. 684.

423 Bobiatynski K. Bitwa pod Szklowem... S. 97.

434 Ibid.

*к List z obozu pod Szklowem d. 12 Augusti r. 1654 //
Ojczyste spominki... S. 114.

424 Skorobohaty A.D. Diariusz / Wyd. T. Wasilewski.
Warszawa, 2000. S. 63.

417 Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия... С. 43;
Мальцев А.Н. Война за Белоруссию... С. 141.

424 Каргалов В.В. Полководцы XVII в. С. 282.

424 Боханов А.Н. Царь Алексей Михайлович. С. 236.

450 Курбатов О.А. Очерки развития тактики русской
конницы... С. 58- 91.

4,1 Z obozu pod Orsz^ dnia 2 Augusti, pisany do Wilna //
Ojczyste spominki... S. 109.

4M Kochowski W. Histona panowania Jana Kazimierza. .
S. 179.

4H Kotlubaj E. Zycie Janusza Radziwilla... S. 194

454 Rudawski W.f. Histona polska od imierci
Wtadyslawa IV... S.253.

4,5 Bobiatyhski K. Od Smoleriska do Wilna... S. 51.

4M Сагановт Г. Невядомая вайна... С. 18.

4,7 Кроль П. Беларуская кампашя 1654 г.

424	Там же.

424	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 107-109; Оп. 9.
№ 1126. Л. 17-21; Книга сеунчей... С. 6-7.

440	Р1АДА. Ф. 210. Оп. 9. № 255, 287, 1074; Оп. 13.
№360.

441	Курбатов О.А. Очерки развития тактики русской
конницы... С. 88.

441	Z obozu Litewskiego d. 13 Augusti г. 1654 П Ojczyste
spominki... S. 114-116; Z obozu Litewskiego d. 14 Augusti r.
1654// Ibid. S. 116-117, 117-118; List z Wilna d. 20 Augusti,
do Warszawy//Ibid. S. 120-121.

441	Vorbek-Lettow M. Skarbnica pami^ci. S. 191-195.

444	РГАДА. Ф. 210. On. 11. № 212. Л. 107-109; On. 9.
№ 1126. Л. 13-14.

445	Там же. On. 9. № 255 Л. 16.

446	Там же. Л. И, 16, 31, 34, 95. 96, 115, 127.

447	Курбатов О.А. Очерки развития тактики русской
конницы... С. 63.

444	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 255 Л. 16.

444	Z obozu Litewskiego d. 13 Augusti г. 1654 // Ojczyste
spominki... S. 114.

450	Vorbek-Lettow M. Skarbnica pami^ci... S. 191

451	Z obozu Litewskiego d. 13 Augusti r. 1654 // Ojczyste
spominki... S.114-115.

452	Vorbek-Lettow M. Skarbnica pamifci... S. 191-192.

455	РГАДА. Ф. 210. On. 13. № 360. Л. 15-17, 19.

454	Там же. On. 9. № 255. Л. 31.

4SS	Bobiatyhski K. Bitwa pod Szklowem... S. 93.

454	Vorbek-Lettow M. Skarbnica pami^ci... S. 192.

457	List z Wilna d. 20 Augusti. do Warszawy // Ojczyste
spominki... S. 120-121.

444	Biemacki W. Bitwa pod Szklowem... S. 34.

454 РГАДА. Ф. 210. On. 13. № 360. Л. 12, 15. 17.

“° Там же. On. 9. № 1074. Л. 1-103.

441 Там же. On. 13. № 360 Л. 18

462 Там же. Л. 12.

441 Там же. № 589. Л. 603.

444 Там же. №360. Л. 1,4-10.

445 Там же. Оп. 9. № 255 Л. 6, 38, 59,68, 73, 88,114, 126.

440 Там же. Оп. 13. № 360. Л. 4

447 Там же. Оп. 9. № 255. Л 144.

444	Там же. № 255. Л. 125.

449	Z obozu Litewskiego d. 13 Augusti г. 1654 П Ojczyste
spominki... S. 115.

470	РГАДА. Ф. 210. On. 13. № 360. Л. 26.

471	Там же. Оп. 9. № 283. Л 68.

472	Vorbek-Lettow М. Skarbnica pami^ci... S. 193.

472	РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 360. Л. 21-23.

474	Там же. Оп. 9. № 287. Л. 1-38.

475	Курбатов О.А. Очерк истории конных полков...
С. 107.

474	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 287 Л. 39-41.

477	Там же. № 287. Л. 39-41.

471	Курбатов О.А. Очерки развития тактики русской
конницы... С. 66-67.

471	Там же. С. 65-66.

4,0	Z obozu Litewskiego d. 13 Augusti г. 1654 // Ojczyste
spominki... S. 116.

441	Vorbek-Lettow M. Skarbnica pamifci... S. 192-193.

442	Ibid. S. 194.

441	Z obozu Litewskiego d. 13 Augusti r. 1654 // Ojczyste
spominki... S. 116.

444	Ibid. S. 116.

444	Vorbek-Lettow M. Skarbnica panned... S. 194.

446	РГАДА. Ф. 210. On. 9. № 287. Л. 43-51.

447	Там же. On. 11. № 212. Л. 107-109; Книга сеунчей.
С. 6-7.

444	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 245-248.

444	Kubala L. Wojna Moskiewska... S. 407.

4,0	РГАДА. Ф. 210. On. 11. № 212. Л. 255.

4,1	Там же. Л. 217.

4,2	Там же. Л. 223.

т Там же. Оп. 9. № 864. Л. 179.

494 Там же. Оп. 14. № 157. Л. 253.

ДР. Т. 3. Стб. 441.

4,6 РГАДА. Ф. 210. On. И. № 212. Л. 215.

497	Там же. Л. 261.

498	Там же. Л. 252-253.

4,4	ДР. Т 3. Стб. 440.

500	РГАДА. Ф. 210. Оп. 6 в. № 10. Л. 1; Оп. 13. № 360.
Л. 10.

501	Там же. Оп. 13. to 589. Л. 544-547.

502	Там же. № 360. Л. 1,4.

404	Vbrbek-Lettow М. Skarbnica pamifei... S. 193.

404	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. to 255. Л. 59.

505	List z Wilna d. 20 Augusti, do Warszawy // Ojczyste
spominki... S. 120-121

506	Bobiatynski K. Bitwa pod Szklowem... S. 99.

507	Z obozu Litewskiego d. 14 Augusti r. 1654 U Ojczyste
spominki... S. 116-117.

408	Z obozu Litewskiego d. 13 Augusti r. 1654 // Ibid.
S. 116.

409	Vorbek-Lettow M. Skarbnica pami^ci... S. 194.

5,0	РГАДА. Ф. 210. On. 9. to 1074. Л. 1.

»" Там же. On. 13. № 360. Л. 17.

4,2	Синодик по убиенных ьо брани... С. 186.

4,4	Rudawski W.J. Historia polska od Smierci
Wladysiawa IV... S. 253.

414	Синодик по убиенных во брани... С. 186.

5,5	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. to 255. Л. 1-59.

5,6	Там же. Оп. 13. to ЗбО. Л. 24-27.

5,2	Там же. Л. 26.

4“	Там же. to 589. Л. 684.

Донесения шведского резидента Иоганна де
Родеса... С. 362.

Дельбрюк Г. История военного искусства.
Средневековье. Новое время. Смоленск, 2003. С. 523.

421	Кроль П. Беларуская кампашя 1654 г.

422	Фалюшкин А.И. Мифология и реалии битвы под
Невелем 1562 г. // Studia Slavka et Balcanika Petropolitana.
Петербургские славянские и балканские исследования.
2012. №1(11). Январь - Июнь. С. 197- 202.

423	Курбатов О.А. Очерки развития тактики русской
конницы... С. 70.

424	Там же. С. 69.

424	Ткачев М.А. Замки Беларуси... С. 174.

426	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. to 212. Л. 115; Оп. 9. № 1126.
Л. 10; Книга сеунчей... С. 6.

42’	Русско-белорусские связи Сборник документов
(1570-1667). Минск, 1963. С. 336.

424	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 655. Л. 63.

429	Там же. Оп. 11. №212. Л. 217.

440	Bobiatynski К. Od Smolenska do Wilna... S. 56.

4,1 Ibid. S. 57.

142 List P. Mirzebskiego, do JP Stefana KoryciAskiego
kanclerza w. kor. — Z Wilna d. 30 Augusti r. 1654 //
Ojczyste spomniki... S. 126.

444 Relacia potrzeby, ktora zaszla miedzy wojskiem WKL
a Moskwq... // Ibid. S. 122.

444 РГАДА. Ф. 210. On. 9. № 655. Л. 63,65; № 1126. Л 15.

444 Там же. № 655. Л. 76.

4,6 Relacia potrzeby, ktora zaszla miedzy wojskiem WKL
a Moskw^... // Ojczyste spomniki... S. 122.

447	Ibid. S. 122.

448	List P. Mirzertskiego... S. 126.

449	РГАДА. Ф. 210. On. 9. № 1126. Л. 17-21.

440	Грамота царя Алексея Михайловича гетма-
ну Б.М. Хмельницкому о разгроме войска гетмана
Я. Радзивилла под Шепелевичами, взятии Озерища
и Гомеля 1654 г. августа 24 // Переписка гетма-
нов Левобережной Украины с Москвой и Санкт-
Петербургом 1654-1764 гг.: сб. док. / отв. ред.
и сост. Е.Е. Рычаловский. Т. 1. Гетманство Богдана
Хмельницкого. 1654-1657 гг. М., 2017. С. 129-132.

441	Relacia potrzeby, ktora zaszla miedzy wojskiem WKL
a Moskw^... // Ojczyste spomniki... S. 121-125.

442	Полое А.Н. Изборник славянских и русских сочи-
нений... С. 398.

444 Величко С. Летопись событий... С. 189.

444 Бантыш-Каменский Д.Н. История Малой России.
М., 1830. Ч. 2. С. 3.

444 Соловьев С.М. История России.. Кн. V. Т. 10.
С. 603.

444 Костомаров Н.И. Богдан Хмельницкий. С. 656.

447 Павлищев Н.А. Польская анархия при Яне
Казимире... С. 131-132.

448 Иловайский Д.И. Отец Петра Великого. С. 130

449 Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия... С. 43;
Мальцев А.Н. Война за Белоруссию... С. 141.

440 Абецедарский Л.С. Белоруссия и Россия... С. 158.

441 Заборовский Л.В Россия, Речь Посполитая
и Швеция... С. 81.

Каргалов В.В Полководцы XVII в. С. 287.

454 Андреев И.Л. Алексей Михайлович. С. 274.

444 Малов А.В. Русско-польская война 1654-1667 гг.
С. 18.

44 Боханов А.М. Царь Алексей Михайлович. С. 236.

534 Смирнов Н.В. Военная кампания 1654-1655 гг....
С. 285.

337 Книга сеунчей... С. 7.

354 РГАДА Ф 210. Оп. 11. № 212. Л. 101.

334 Там же. Оп. 9. № 1126. Л. 17.

344 АЮЗР. Т. XIV. Стб. 87, 108.

561 АМ Г. Т. 2. С 386.

342 ДР. Т. 3. Стб. 444

343 Relacia potrzeby, ktora zaszla miedzy wojskiem WKL
a Moskw^... // Ojczyste spomniki.. S. 122.

544 Kubala L Wojna Moskiewska... S. 407.

545 Relacia potrzeby, ktora zaszla miedzy wojskiem WKL
a Moskw4...S. 122.

344 Рюстов Ф.В. фон. История пехоты. Т. 2. СПб.,
1876. С. 78.

547 Дельбрюк Г. История военного искусства.
Средневековье. Новое время. Смоленск, 2003. С. 419.

344 Там же. С. 492.

364 Рюстов Ф.В. фон. История пехоты. С. 78-79.

570 Там же. С. 49,95.

571 Там же. С. 79.

372 Там же. С. 86.

573 Дельбрюк Г. История военного искусства. С. 420.

574 Марков М.И. История конницы. Ч. 3. Отд. 2.
Тверь, 1888. С. 8.

575 Пузыревский А.К. Развитие постоянных регу-
лярных армий и состояние военного искусства в век
Людовика XIV и Петра Великого. СПб., 1889. С. 115.

574 Денисон Дж. История конницы. Кн. 1. М., 2001.
С. 253.

377 Монтекукколи Р. Записки Монтекукколи... С. 156.

374 Там же. С. 158, 156.

574 Pasek /. Ch. Pami^tniki Jana Chrzyzostoma z Goslawic
Paska // Opr. f. Gzubek. Lw6w, 1929. S. 157.

340 Пузыревский А.К. Развитие постоянных регуляр-
ных армий... С. 115.

541 Рюстов Ф.В. фон. История пехоты. С. 105.

542 Там же. С. 112.

343 Kotlubaj Е. Zycie Janusza Radziwilla... S. 196.

544 Kochowski W. Historia panowania Jana Kazimierza...
S. 179.

344 Монтекукколи P. Записки Монтекукколи... С. 13.

344 Там же. С. 82.

347 Дельбрюк Г. История военного искусства... С. 494.

344 Курбатов О А. Очерки развития тактики русской
конницы... С. 87.

344 АМГ. Т. 3. С. 436.

340	Рюстов Ф В. фон. История пехоты. С. 100.

341	Монтекукколи Р. Записки Монтекукколи...
С. 42-43.

342	Рюстов Ф.В. фон. История пехоты. С. 101;
Монтекукколи Р. Записки Монтекукколи . С. 40.

341	List Р. Mirzertskiego... S. 126.

344	Relacia potrzeby, ktora zaszla miedzy wojskiem WKL
a Moskw^...// Ojczyste spomniki... S. 123.

343	Ibid. S. 123.

344	Kochowski W. Historia panowania Jana Kazimierza...
S. 179.

347	Relacia potrzeby, ktora zaszla miedzy wojskiem WKL
a Moskw^... // Ojczyste spomniki... S. 123.

344	Монтекукколи P. Записки Монтекукколи .. С. 45.

344	Relacia potrzeby, ktora zaszla miedzy wojskiem WKL
a Moskwq... // Ojczyste spomniki... S. 124.

400	List P. Mirzertskiego... // Ibid. S. 126.

401	Ibid. S. 126-127.

402	РГАДА. Ф. 210. On. 9. № 1126. Л. 17-21 (прим.: ли-
сты перепутаны, правильный порядок листов: 17, 21,
19 (18 идентичен 19), 20).

403	Книга сеунчей... С. 7-8.

604	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 1126. Л. 17.

403	Грамота царя Алексея Михайловича гетману
Б.М. Хмельницкому... С. 130.

404	Там же. С. 131.

407	РГАДА Ф. 210. Оп. 9. № 1126. Л. 17, 21.

404	Грамота царя Алексея Михайловича гетману
Б.М. Хмельницкому... С. 131.

444	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. М 1126. Л. 21, 19.

410	Грамота царя Алексея Михайловича гетману
Б.М. Хмельницкому... С. 131.

4	,1 РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 1126. Л. 19; Книга сеун-
чей... С. 8.

4	,2 ДР. Т. 3. Стб. 454.

4	,3 РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. N» 263. Л. 95.

4	,4 Там же. W» 263. Л. 98.

4	,3 List xcia Boguslawa Radziwilla do J.P. Kanderza
w. kor. — z Kopila d. 9 Septemb. R. 1654 // Ojczyste
spominki... S. 128-129.

4	,4 Listy xi^cia Janusza Radziwilla, wojewody
Wilenskiego, hetmana W.X.L. do Krzysztofa Dowgially
Stryzki... S. 373.

4	,7 Ibid.

4	,4 ibid.

414	Bobiatynski K. Od Smolenska do Wilna... S. 59.

620	Listy xi^cia Janusza Radziwilla, wojewody
Wilehskiego, hetmana W.X.L. do Krzysztofa Dowgiatty
Stryzki... S. 373.

Twardowski S. Wojna domowa z Kozaki i Tatary,
Moskwa... S. 126-127.

bU	Bobiatynski K. Od Smolebska do Wilna... S. 60.

423	РГАДА. Ф. 210. On. 9. № 1126. Л. 19; Книга сеун-
чей... С. 8.

424	Там же. Оп. 6 в. № 10. Л. 3-9, 22 об.

423	Там же. № 10. Л. 3 об.-4.

424	Там же. Оп. 12. W» 497. Л. 1-2.

627	Relacia potrzeby, ktora zaszla miedzy wojskiem WKL
a Moskw^... 11 Ojczyste spomniki... S. 124-125.

«• Ibid. S. 125.

429	РГАДА. Ф. 210. On. 13. № 7. Л. 22 об. - 64; On. 9.
№ 261. Л. 209.

430	ДР. T. 3. Стб. 444.

431	Грамота царя Алексея Михайловича гетману
Б.М. Хмельницкому... С. 131.

“ РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. N» 7. Л. 28 об. - 34.

433	Донесения шведского резидента Иоганна де
Родеса... С. 362.

434	Skorobohaty A.D. Diariusz. S. 63.

433	Rudawski W.J. Historia polska od Smierci
Wtadyslawa IV... S. 253.

656	Theatrum Europaeum. Th. VII. S. 617-618.

437	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия... С. 47.

434	Bobiatynski К. Od Smolenska do Wilna... S. 91.

439	Жомини Г. Стратегия и тактика... С. 217.

640	Клаузевиц К. фон. Принципы ведения войны. М.,
2009. С. 76.

441 АЮЗР. Т. XIV. Стб 191-192.

М2 Кочегаров К.А. Константин Поклонский и собы-
тия в Могилеве накануне русско-польской войны 1654-
1667 гт. // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2016.
№ I (63). С. 62.

443	АЮЗР. Т. XIV. Стб. 184-234; Мелешко В.И. Могилев
в XVI — середине XVII в.... С. 226-256.

444	АЮЗР. Т. XIV. Стб. 194.

645 Там же. Стб. 211.

644 Там же. Стб. 213-214.

647 Там же. Стб. 216.

444 Там же. Стб. 229.

649 РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 260.

450 АЮЗР. Т. XIV. Стб. 227.

431 Там же. Стб. 234.

651 Там же. Стб. 241-242.

653 Там же. Стб. 412.

434 РГАДА. Ф. 210. Оп 6 ж. № 103. Л. 279.

455 АЮЗР. Т. 14. Стб. 398-399.

434 Там же. Стб. 453-454.

457 Там же. Стб. 399-400.

434 Там же.

439	Белоруссия в эпоху феодализма. Т 2. С середины
XVII до конца XVIII века. Минск, 1960. С. 62.

440	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 212-213.

441	Там же. Л. 89-90.

442	Там же. Оп. 13. № 283. Л. 70, 72.

443	Там же. Оп. 11. № 212. Л. 89-90.

444	Там же. Оп. 6. N“ 10. Л. 4-4об.

445	Там же. Оп. 11. № 212. Л. 145-146.

444	Там же. Оп. 11. № 212. Л. 89-90; Оп. 9. № 263.
Л.102.

447	Там же. Оп. 9. № 263. Л. 95.

444	ДР. Т. 3. Стб. 447.

449	РГАДА, Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 221.

470	Там же. Оп. 9. № 655. Л. 33-34.

471	Там же. Он. 12. № 497. Л. 1-2.

471	Там же. N® 497. Л. 1-2.

473	АЮЗР. Т. XIV. Стб. 428, 433.

474	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9.	263. Л. 79-80.

473	Там же. Л. 96.

474	Там же. Оп. 11. № 212. Л. 67.

477	Там же. Оп. 9. № 263. Л. 119

471	Там же. Оп. 11. № 212. Л. 179.

479	АЮЗР. Т. XIV. Стб. 331-332.

“° РГАДА. Ф. 210. Оп. бе. №7. Л. 46 об.

4,1 Там же. Л. 63.

4,2 Там же. Оп. 13. № 283. Л. 172.

443 Там же. Ф. 79. On. 1. Стб. 1654 г. № 7. Л. 3, 7.

4,4 Там же. Ф. 210. Оп. 13. № 283. Л. 172.

4,3 Ткачев М.А. Замки Беларуси. С. 178.

444 РГАДА Ф. 79. On. 1. Стб. 1654 г. № 1. Л. 17.

447 Ткачев М.А. Замки Беларуси. С. 179.

РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 62.

449 Там же. Оп. 9. № 274. Л. 170.

490	Археографический сборник документов . С. XXV

491	Песня о взятии Смоленска // Орловский И.И. Смо-
ленский поход... С. 45.

492	РГАДА. Ф. 210. Оп. 12. № 405. Л. 121.

493	ДР. Т. 3. Стб. 442-443.

494	РГАДА. Ф. 210. Оп. 6 ж. № 103. Л. 5-202.

493	Там же. Оп. 17. № 80. Л. 60-61.

494	Там же. Оп. 6 ж. № 103. Л. 255- 277.

6,7	Там же. Оп. 17. № 78. Л. 173.

494	Там же. Оп. 6 ж. № 103. Л. 255-277.

499	ДР. Т. 3. Стб. 442-443.

'°®	Летопись Самовидца. С. 22.

701	ДР. Т. 3. Стб. 442.

702	АЮЗР. Т. XIV. Стб. 142.

703	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 207.

’°4	Каргалов В.В. Полководцы XVII в. С. 283.

705	Археографический сборник документов... С. 45;
Орловский И И. Смоленский поход... С. 31.

706	РГАДА. Ф. 210. Оп. 6 ж. № 103. Л. 4 об.

707	Археографический сборник документов... С. 45;
Орловский И.И. Смоленский поход... С. 31-32.

744 Археографический сборник документов... С. 45;
Орловский И.И. Смоленский поход... С. 32.

709 Там же.

7,0 Археографический сборник документов... С. 46;
Орловский И.И. Смоленский поход... С. 32.

7,1 Орловский И.И. Смоленский поход... С. 33.

712 Там же.

7,3 Андреев ИЛ. Алексей Михайлович. С. 272.

714 Орловский И.И. Смоленский поход. С. 23.

7,5 Археографический сборник документов... С. 46;
Орловский И.И. Смоленский поход... С. 34.

7,4 Археографи ческий сборн и к... С. 46; Орловский И. И.
Смоленский поход... С. 34.

7,7 Андреев ИЛ. Алексей Михайлович. С. 273.

7,4 Синодик по убиенных во брани. С. 186.

7,9 РГАДА. Ф. 210. Оп. 6 ж. № 103. Л. 2-4 об.

720 Там же. Оп. 12. N» 405. Л. 120. 122.

711 Там же. Ф. 143. Оп. 2. Стб. 1654 г. № 111. Л. 1-14.

727 Там же. Ф. 210. Оп. 17. № 80. Л. 60-61. — Автор бла-
годарит О.А. Курбатова за предоставленный документ.

723 Орловский И.И. Смоленский поход... С. 34-35.

724 ДР. Т. 3. Стб. 443.

723	Там же. Стб. 448.

724	Там же.

727	РГАДА. Ф. 210. Оп. 17. № 78. Л. 173.

721 Там же. Л. 178.

729	Там же.

730	ДР. Т. 3. Стб. 449.

731	Орловский И.И. Смоленский поход... С. 40-41.

732	РГАДА. Ф. 210. Оп 9.	270. Л. 560-571.

733	Письмо Раховского корунному хорунжему
А. Конецпольскому от 5.11.1654 г. // Документы об ос-
вободительной войне украинского народа 1648-1654 гг.
Киев. 1965. С. 773, 775.

734	ДР. Г. 3. Стб. 452-454.

733	РГАДА. Ф 210. Оп. 17. № 78. Л. 154.

734	Ткачев М.А. Замки Беларуси. С. 180.

737 Там же. С. 180-181.

734 Там же. С. 181.

739	РГАДА. Ф. 210. Оп. 17.	77. Л. 41.

740	Ткачев М.А. Замки Беларуси. С. 183.

741	ДР. Т. 3. Стб. 439.

742	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. М» 212. Л. 104-105.

743	Там же. Л. 106.

744	Там же. Л. 259.

743	Там же. Л. 259.

744	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 215; Мальцев А.Н.
Война за Белоруссию... С. 141.

747	АЮЗР. Т. XIV. Стб. 6.

744	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 255.

749	Там же. Л. 259.

730	Там же. Л. 261.

731	Там же. Оп. 6 а. № 9. Л.23 об.

732	Синодик по убиенных во брани... С. 174-193.

733	РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 283. Л. 19.

734	Там же. Л. 22.

733	Там же. Л. 24.

734	Там же. Оп 17. 77. Л. 22-23.

737 Там же. Оп. 13. № 283. Л. 3.

™ Там же. Л. 17-18.

739	Там же. Л. 28.

740	Там же. Л. 12.

741	Там же. Л. 31.

742	Там же. Л. 77.

743	Гам же. Л. 223.

744	Там же. Л. 226.

743	Там же Л. 40.

744	Там же. Л. 193-208.

747	Там же. Оп. 17. N» 77. Л. 22-23; Оп. 13. № 283. Л. 217,
221, 222.

7Ы Там же. Оп. 17. № 77. Л. 41.

747 Сагановш Г. Невядомая вайна: 1654-1667... С. 25.

770	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 263. Л. 352-355. 366

771	Bobiatynski К. Od Smolebska do Wilna... S. 79-80.

777	РГАДА. Ф. 210. On. 11 № 212. Л. 267.

773	Там же. Оп. 13. № 283. Л. 69.

774	Там же. Оп. 11. М» 212. Л. 268.

775	Там же. Оп. 14. № 157. Л. 243.

778	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия... С. 48.

777	РГАДА. Ф. 210. Оп. 14. № 157. Л. 253.

771	List, pisany z Woiewodztwa Minskiego,
z Radoszkowicz 26.10.1654 // Материалы для истории
Малороссии. Изд. П. К. Свидзинским. Т. 2. Киев, 1852.
С. 48-49.

777	РГАДА. Ф. 210. Оп. 14.1* 157. Л. 230-231.

780	Курбатов А.А., Курбатов О.А. Инженерно-
артиллерийское обеспечение... С. 34.

781	РГАДА. Ф. 210. Оп. 14. К» 157. Л. 230-231.

7,7	Там же. Л. 230-231.

783	Курбатов О.А. Полк Антония Грановского...
С. 330-331.

784	РГАДА. Ф. 210. Оп. 17. № 78. Л. 56.

785	АМГ. Т. 2. С. 409.

784	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия... С. 48.

787	Акты, издаваемые Виленской комиссией для раз-
бора древних актов. Т. 34. Вильна, 1909. С. 61.

788	Каргалов В.В Полководцы XVII в. С. 289.

784	Книга сеунчей. С. 10.

799	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 1126. Л. 26-27; Оп. 11.
№ 212. Л. 53-54.

7,1 АЮЗР. Т. XIV. Стб. 428, 433.

7,7 РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. № 254. Л. 225.

7,3 ДР. Т. 3. Стб. 453-454

744	Донесения шведского резидента Иоганна де
Родеса... С. 363.

7,5	Bobiatynski К. Od Smolenska do Wilna... S. 80.

799	Каргалов В.В. Полководцы XVII в. С. 290.

797	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия... С. 49.

7,8	Там же. С. 49.

799	АЮЗР. Т. XIV. Стб. 426, 431

800	Дюпюи Р.Э., Дюпюи Т.Н. Всемирная история войн.
Кн. 2. СПб., М.. 1997. С. 447.

801	Курбатов А.А., Курбатов О.А. Инженерно-
артиллерийское обеспечение... С. 32.

и7	Акты, собранные в библиотеках и архивах
Российской империи. Т. 4. С. 128.

803	РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. N* 274. Л. 204.

804	Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия .. С. 37.

803	ДР. Т. 3. Стб. 454-455.

804	РГАДА. Ф. 210. Оп. 11. № 212. Л. 43-44.

807	АЮЗР Т XIV. Стб. 171-172.

808	Bobiatyftski К. Od Smolehska do Wilna... S. 100.

•°* Дополнения к актам историческим Т. 3. СПб.,
1846. С. 490.

810 Записка о военных действиях /I Акты, собранные
в библиотеках и архивах Россиийской империи. Т. 4.
СПб., 1836. С. 127-128.

8,1 Смирнов Н.В. Военная кампания 1654-1655 гт. на
литовском направлении... С. 285-286.

8,7 Там же. С. 287.

813 Там же. С. 286.

8,4 Там же.

8,5 Там же. С. 289.

814 Bobiatynski К. Od Smoleftska do Wilna... S. 229

8,7 Смирнов Н.В. Военная кампания 1654-1655 гг. на
литовском направлении... С. 289.

8,8 Bobiatynski К. Od Smolenska do Wilna... S. 223.

8,4 Ibid. S. 223.

870 Курбатов О.А. Шляхетские формирования
Великого княжества Литовского царской службы в бое-
вых действиях... С. 157.

ПРИЛОЖЕНИЯ

Приложение I

Русские армии на начало Смоленского похода 1654 г.
(центральное направление)

Таблица 1

Государев полк
Поместная конница

(Мобилизационный потенциал служилых
корпораций по данным 1651 г.)

Служилые корпорации в воеводских полках на 1654 г. (города)	Численность служилой корпорации по данным 1651 г. (чел.)
Москва (32 сотни)	2971
Владимир (2 сотни)	297
Казань (1 сотня)	364
Кашира (2 сотни)	403
Смоляне (4 сотни)	480
Беляне (2 сотни)	198
Коломна (1 сотня)	152
Ряжск (1 сотня)	106
Дворовые люди (1 сотня)	ок. 100
Астраханские мурзы и татары (2 сотни)	300*
Донские казаки (2 сотни)	187
Арзамасская мордва (1 сотня)	236
Можайские и борисовские казаки (1 сотня)	179
Всего	5973

* Сведения по мурзам и татарам даны по росписи от
17.11.1653.

(Сост. по: РГАДА Ф 210. Оп. В. № 287- Л 19-23. 61-
62; ДР. Т. 3. СПб., 1852. Стб. 415-417; «Сметный список»
военных сил России 1651 г. // Дворянство России и его
крепостные крестьяне XVI) — первая половина XVIII в
М . 1989. С 8-33).

Таблица 1.1

Стрелецкие приказы и полки
нового строя в Государевом полку

Полки и приказы	Численность (чел.)
Московские с грелецкие приказы	
Михаила Зыбина (кконной»)	600
Семена Полтева	500
Ивана Баскакова	500
Осипа Костяева	500
Василия Философова	500
Ивана Нелидова	500
Дмитрия Зубова	500
Артамона Матвеева	500
Матвея Спиридонова	300
Всего	4400
Рейтарские и гусарские полки	
Василия Фандроцкого (рейтарский)	1000
Христофора Рыльского (гусарский)	1000
Драгуны при рейтарских и гусарских полках	600
Драгунские полки	
Антона Грановского	1000
Клавдиуса де Спевилля	16U0
Солдатские полки	
Аврама Лесли	2400
Александра Гипсона	1600
Кашпира Лидера	1600
Юрия Кита	1600
Всего	12 400

(Сост. по; РГАДА. Ф. 210. Оп. 12. № 497. Л. 152-153;
Ф. 27. On. 1. М» 86. Ч. 1. Л. 233; АЮЗР. Т. XIV. СПб., 1889.
С. 645; Курбатов О.А. Полки драгунского и солдатского
строя, существовавшие к началу русско-польской
войны 1654-1667 гг. // Единорогь. Материалы по воен-
ной истории Восточной Европы эпохи Средних веков
и Раннего Нового времени. Вып. 2. М., 2011. С. 504-505)

Таблица 2

Большой полк
(кн. Я.К. Черкасский)
Поместная конница

(Мобилизационный потенциал служилых
корпораций по данным 1651 г.)

Служилые корпорации в воеводских полках на 1654 г. (города)	Численность служилой корпорации по данным 1651 г. (чел.)
Полк князя  Якова Куденетовича Черкасского	3820
Тула	683
Рязань	1937
Алатырь	650*
Кадомские мурзы и татары	319*
Арзамасские мурзы и татары	231*
Полк князя Семена Васильевича Прозоровского	1722
Кострома	1359
Касимовские мурзы и татары	363*
Полк князя  Андрея Федоровича Литвинова- Мосал ьского	693
Галич	592
Шацкие мурзы и татары	101*
Полк  Федора Кузьмича Елизарова	415
Клин	19
Звенигород	46
Белозерцы разных городов помещики	350
Всего	6650

(Сост. по: РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 286. Л. 225;	287.

Л. 22-23; «Сметный список» военных сил России
1651 г... С. 8-33)

Таблица 2.1

Стрелецкие приказы и полки
нового строя в Большом полку

Московские стрелецкие приказы	Численность (чел.)
Аврама Лопухина	500
Логина Аничкова	500
Всего	1000
Рейтарские полки	
Исаака Фанбуковена	1000
Солдатские полки	
Алексея Бутлера	1600
Всего	2600

(Сост. по: РГАДА. Ф. 210. Оп. 12. № 497. Л. 152;
Курбатов О.А. Полки драгунского и солдатского строя,
существовавшие к началу русско-польской войны...
С. 505; Он же. Очерк истории конных полков «ново-
го строя» русской армии от начала их существования
до окончания русско-шведской войны 1656-1658 гг. //
Единорогь. Материалы по военной истории Восточной
Европы эпохи Средних веков и Раннего Нового
времени. Вып. 3. М., 2014. С. 106)

Таблица 3

Передовой полк
(кн. Н.И. Одоевский)
Поместная конница

(Мобилизационный потенциал служилых
корпораций по данным 1651 г.)

Служилые корпорации в воеводских полках на 1654 г. (города)	Численность служилой корпорации по данным 1651 г. (чел.)
Полк князя Никиты Ивановича Одоевского	1921
Арзамас	663
Нижний Новгород	330
Вязьма	160
Дорогобуж	46
Алатырские мурзы и татары	722*
Полк князя Федора Юрьевича Хворостинина	821
Суздаль	289
Свияжск	117*
Юрьев	195
Лух	57
Гороховец	16
Касимовские мурзы и татары	147*

Служилые корпорации в воеводских полках на 1654 г. (города)	Численность служилой корпорации по данным 1651 г. (чел.)
Полк князя Дмитрия Петровича Львова	908
Кашин	229
Бежецкий Верх	130
Углич	154
Романов	125
Дмитров	70
Можайск	89
Романовские новокрещены и татары	111
Всего	3650

(Сост. по: РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 286. Л. 225-226;

287. Л. 21; «Сметный список» военных сил России
1651 г.... С. 8-33).

Таблица 3. /

Стрелецкие приказы и полки
нового строя в Передовом полку

Московские стрелецкие приказы	Численность (чел.)
Степана Коков и некого	500
Всего	500
Рейтарские полки	
Филиппа Альбертуса Фанбуковена	1000
Солдатские полки	
Франца Траферта	1600
Всего	2600

(Сост. по: РГАДА. Ф. 210 Оп. 12. № 497. Л. 152; Оп. 14.
N» 157. Л. 53-54; Курбатов О.А. Полки драгунского
и солдатского строя, существовавшие к началу рус-
ско-польской войны... С. 505; Он же. Очерк истории
конных полков «нового строя»... С. 106)

Таблица 4

Сторожевой полк
(кн. М.М. Темкин-Ростовский)
Поместная конница

(Мобилизационный потенциал служилых
корпораций по данным 1651 г.)

Служилые корпорации в воеводских полках на 1654 г. (города)	Численность служилой корпорации по данным 1651 г. (чел.)
Полк князя  Михаила Михайловича Темкина-Ростовского	1270
Ржев	266
Руза	42
Тверь	78
Торжок	112
Старица	36
Ростов	131
Переяславль	152
Ярославские новикрещены и татары	106
Чебоксары	56
Козьмодемьянск	40
Цивиленск	28
Царевококшайск	23
Астраханские татары	200*
Полк Василия Ивановича Стрешнева	679
Мещора	385
Пошехонье	131
Волок	18
Курмыш и курмышские татары	145*
Полк Ивана Васильевича Олферьева	1042
Вологда	663
Белозерск	6+84
Еранеск (Яранск)	12
Свияжские мурзы	277*
Всего	2991

(Сост. по: РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. М> 28Ь. Л. 226;	287.

Л. 20, 21, 23; «Сметный список» военных сил России
1651 г.... С. 8-33)

Стрелецкие приказы и полки нового
строя в Сторожевом полку

Московские стрелецкие приказы	Численность (чел.)
Ивана Азарьева	500
Всего	500
Рейтарские полки	
Василия Кречетникова	800
Солдатские полки	
Ариста Фамендина	1600
Всего	2400

(Сост. по. РГАДА Ф. 210. Оп. 12. № 497. Л. 152;
Курбатов О.А. Полки драгунского и солдатского строя,
существовавшие к началу русско-польской войны...
С. 505; Он же. Очерк истории конных полков «нового
строя»... С. 106)

Таблица 5

Особый Большой полк
(«Брянский полк»)
(кн. А.Н. Трубецкой)
Поместная конница
(Мобилизационный потенциал служилых
корпораций по данным 1651 г.)

Служилые корпорации в воеводских полках на 1654 г. (города)	Численность служилой корпорации по данным 1651 г. (чел.)
Полк князя Алексея  Никитича Трубецкого	1710
Ярославль	630
Козельск	67
Лихвин	60
Вороты нск	20
Таруса	103
Верея	16
Боровск	52
Руза	42
Темниковские мурзы и татары	720*
Полк князя Гритория Семеновича Куракина	812
Калуга	145
Мещовск	116
Серпейск	49
Медынь	50

Таблица 4.1

Служилые корпорации в воеводских полках на 1654 г. (города)	Численность служилой корпорации по данным 1651 г. (чел.)
Алексин	76
Серпухов	16
Ярославец Малый	48
Одоев	277
Одоевские казаки	35
Полк князя Юрия Алексеевича Долгорукова	1137
Карачев	170
Брянск	144
Почел	46
Стародуб	58
Рославцы, которые во Брянску	85
Путивль и черниговцы, которые в Путивле	477
Путивльские казаки	157
Полк князя Семена Романовича Пожарского	608
Рыльск	312
Новагородка Северского черниговцы, которые в Рыльску	36
Новагородка Северского	161
Рыльские казаки	99
Полк Семена Артемьевича Измайлова	485
Солова	141
Новокрещены Московского уезда и разных украинных городов	344
Всего	4752

(Сост. по: РГАДА. Ф. 210. Оп. 13 N» 286. Л. 224;
№ 287. Л. 22; «Сметный список» военных сил России
1651 г.... С. 8-33)

Таблица 5.1

Стрелецкие приказы и полки
нового строя в Брянском полку

Московские стрелецкие приказы	Численность (чел.)
Якова Ефимьева	500
Леонтия Азарьева	500
Всего	1000

Полки	Численность (чел.)
Рейтарские полки	
Лоренца Мартота	1000
Федора Вормзера	1000
Солдатские полки	
Данилы Краферта	1600
Юрия Вена — Ивана Ниротморцева	1600
Германа Фанстадена	1600
Александра Барклая	1600

Полки	Численность (чел.)
Якова Флека	1600
Елисея Цыклера	1600
Николая Фанстадена	1600
Всего	13 200

(Сост. по: РГАДА. Ф. 210. Оп. 12. № 497. Л. 152;
Ф. 27. On. 1. № 86. Ч. 1. Л. 309; Курбатов О.А. Полки
драгунского и солдатского строя, существовавшие
к началу русско-польской войны... С. 506; Он же. Очерк
истории конных полков «нового строя*... С. 106)

Приложение II

Войско Великого княжества Литовского
в летней кампании 1654 г.

Таблица 6

Соединения	Численность (коней/порций) по компуту	Шклов 02.08.1654 (коней/порций) (теорет.)	Шепелевичи 14.08.1654 (коней/порций) (теорет.)
Гусарские хоругви  В том числе:	364	364	364
Януша Радзивилла (Janusza Radziwilia)	159	*	*
Александра Гилярия Полубинского (Aleksandra Hilarego Polubinskiego)	122	*	*
Григория Мирского, поручик Иероним Мирский (Hrehorego Mirskiego, porucznik Hieronim Mirski)	83	*	*
Казацкие хоругви  В том числе:	2424	1630	1630
Януша Радзивилла, поручик Александр Межинский (Janusza Radziwilia, porucznik Aleksander Mierzenski)	150	*	♦
Юрия Кароля Глебовича, поручик Самуэль Кмициц (Jerzego Karola Hlebowicza, porucznik Samuel Kmicic)	120	♦	*
Богуслава Радзивилла, поручик Волан (?) (Boguslawa Radziwilia, porucznik Wolan (?))	120	?	?
Кшиштофа Потоцкого, поручик Юрий Владислав Углик (Krzysztofa Potockiego, porucznik Jerzy Wladyslaw Uhlik)	100	*	*
Александра Гилярия Полубенского, поручик Констанций Котовский (Aleksandra Hilarego Polubinskiego, porucznik Konstanty Kotowski)	120	*	4с

Соединения	Численность (коней/порций) по компуту	Шклов 02.08.1654 (коней/порций) (теорет.)	Шепелевичи 14.08.1654 (коней/порций) (теорет.)
Потоцкого (Potockiego [Krzysztofa?])	100	?	?
подкомория Киевского Юрия Немирича, поручик Немета (podkomorzego kijowskiego Jerzego Niemirycza, porueznik Niemsta)	100	*	♦
Зигмунта Адама Слушки, хорунжего надворного ВКЛ, поручик Станислав Ян Липницкий (Zygmunta Adama Sluszki, chor^zego nadwornego WKL, porueznik Stanislaw Jan Lipnicki)	100	*	*
Юрия Владислава Халецкого, старосты Мозырьского (Jerzego Wladyslawa Chaleckiego, starosty mozyrskiego)	120	♦	*
Яна Быховца (Jana Bychowca)	120	*	*
Льва Погирского (Lwa Pogirskiego)	80	♦	*
Петра Владислава Каминского (Piotra Wladysiawa Kaminskiego)	120	*	♦
Немирича, старосты  Овруцкого (Niemirycza starosty owruckiego JJerzego?])	64	*	*
Хризостома Юндзила (Chryzostoma Jundzilta)	86	*	*
Никодима Скиндера (Nikodema Skindera)	50	*	*
Самуэля Высоцкого (Samuela Wysockiego)	100	♦	*
Яна Романовского (Jana Romanowskiego)	100	*	*
Симона Павши, поручик Лукаш Третьяк (Szymona Pawszy, porueznik Lukasz Trzeciak)	100	-	-
Станислава Казимира Бобровницкого, поручик Андрей Горский (Stanisiawa Kazimierza Bobrownickicgo, porueznik Andrzej Gdrski)	69	-	-
Констанция Леона Ободинского (Konstantego Leona Obodyiiskiego)	39	?	?
Яна Межинского (Jana Mierzenskiego)	100	♦	*
Стефана Климчицкого (Stefana Klimczyckiego)	100	-	-
Лукаша Россудовского (Lukasza Rossudowskiego)	120	?	?
Еремии Слушки (Jeremiego Shiszki)	26	?	?
Муховецкого (Muchowieckiego)	20	?	?
Юрия Казимира Донбровы (Jerzego Kazimierza D^browy)	100	?	?

Соединения	Численность (коней/порций) по компуту	Шклов 02.08.1654 (коней/порций) (теорет.)	Шепелевичи 14.08.1654 (коней/порций) (теорет.)
Татарские хоругви  В том числе:	960	900	900
Ислама Смолского (Islama Smolskiego)	150	?	?
Яхи Мурзы (Jachy Murzy)	100	?	?
Мустафы Малаховского (Mustaiy Malachowskiego)	100	?	?
Барановского (Baranowskiego [Mikolaja?])	100	?	?
Чимбая Улана Малужицкого (Czymbaja Uiana Maluszyckiego)	100	?	?
Романа Сенкевича (Romana Sienkiewicza)	100	?	?
Абулевича (Abulewicza)	60	-	-
Ассана Левашевича (Assana Lewaszewtcza)	120	?	?
Мустафы Барановского (Mustafy Baranowskiego)	130	?	?
Рейтары  В том числе:	1020	900	900
полк Януша Радзивилла под ком. Эрнеста Сакена (Janusza Radziwilla, dowodzony przez Ernesta Sackena) — 4 хоругви	660	*	*
хоругвь Юрия Теодора Тизенгауза (Jerzego Teodora Tyzenhauza)	120	?	?
хоругвь Теодора Шварцхофа (Teodora Schwarzhoffa)	120	*	*
хоругвь Эрнеста Яна Корфа (Ernesta Jana Korffa)	120	*	*
Драгуны  В том числе:	2674	1754	2354
полк Януша Радзивилла под ком. Германа Ганскопфа (Janusza Radziwilla, dowodzony przez Hermana Ganzkopfa)	600	*	*
полк Богуслава Радзивилла под ком. Эбергарда Путткамера (Boguslawa Radziwilla, dowodzony przez Eberharda Puttkamcra)	600	—	♦
полк Эрнеста Яна Корфа (Ernesta Jana Korffa)	700	*	*
хоругвь Александра Гйлярия Полубинского (Aleksandra Hilarego Potubinskiego)	120	—	
хоругвь Кшиштофа Потоцкого (Krzysztofa Potockiego)	200	—	—
хоругвь Кшиштофа Есмана (Krzysztofa Jesmana)	120	*	*
хоругвь Эрнеста Нолде (Ernesta Nolde)	100	*	♦

Соединения	Численность (коней/порций) по компуту	Шклов 02.08.1654 (коней/порций) (теорет.)	Шепелевичи 14.08.1654 (коней/порций) (теорет.)
хоругвь Эрнеста Сакена (Ernesta Sackena)	100	*	*
хоругвь Марцина Хороманьского (Marcina Choromanskiego)	134	♦	♦
Немецкая пехота  В том числе:	2909	626	2676
полк Януша Радзивилла (Janusza Radziwilia)	1050	—	♦
полк Юрия Немирича под ком. Богуслава Пшипковского (Jerzego Niemirycza, dowodzony przez Bogustawa Przypkowskiego)	1000	—	♦
компания Самуэля Андрея Абрамовича (Samuela Andrzeja Abramowicza)	176	?	?
компания Яна Оттенгауза (Jana Ottenhauza)	200	*	♦
компания Николая Гедройца (Mikolaja Giedroycia)	113	—	—
компания Хьюго Монтгомери (Monlgomerry [Hugona?])	100	?	?
компания Тобиаша Попеля (Tobiasza Popiel^)	150	?	?
компания Теофила Болта (Teofila Bolta)	120	-	•
Польская пехота:	800	400	400
лейб-компания Януша Радзивила под ком. Самуэля Яна Юшкевича (Janusza Radziwilia, dowodzona przez Samuel Jana Juszkiewicza)	200	*	♦
компания Яна Дмоховского (Jana Dmochowskiego)	100	♦	*
компания Юрия Кароля Глебовича под ком. Юрия Владислава Гробинского (Jerzego Karola Hlebowicza, dowodzona przez Jerze Wladysiawa Grabinskicgo)	100	—	—
компания Богуслава Радзивилла (Bogustawa Radziwilia)	100	-	-
компания Марцина Блендовского (Marcina Bt^dowskiego)	100	*	*
компания Вацлава Шалевского (Waclawa Szalewskiego)	100	—	—
компания Войцеха Славковского (Wojciecha Siawkowskiego)	100	—	—
ВСЕГО:	11161 (ок. 10 000)	Максимально 6574 коней и порций, или 5900 чел.	Максимально 9224 коней и порций, или 8300 чел.

(Bobiatynski К. Od Smolenska do Wilna. Wojna Rzeczypospolitej z Moskw«j 1654-1655. Zabrze, 2004. S. 233- 236. —
Сост. К. Бобятыньским no: BPAN Krakdw. Rkps 1404. T. III. S. 134-137)

Приложение HI

Артиллерия Смоленской крепости
к началу осады в 1654 г.

Таблица 7

Башни и бастионы	Название орудия либо надпись	Производство ОРУДИЯ	Калибр (в фунтах)
Королевская (Днепровская)	—	—	6
Костыревская	—	—	6
Крылошевская	кор. Сигизмунда III*	Речь Посполитая	6
Лучинская (Веселуха)	«Лис» (“Lis’)2	Россия	10
Веселуха (Орел)	“N( М) iedzwiadek”3	Речь Посполитая	10
Аврамовская	—	—	2
Заалтарная	1.	кор. Сигизмунда III  2.	кор. Сигизмунда II?	Речь Посполитая  Речь Посполитая	4  6
Долгочевская	—	Россия	6
Еленевская (Никольская)	—	Россия	4
Антипинская	1.	кор. Сигизмунда II Августа  2.	“Sokol”, Malcher Budzieiewski	Речь Посполитая Речь Посполитая	1  4
Малый вал  (Шейнов бастион)	1	.-  2	.-  3,-  4. -	Я®	3  3  1,5  1,5
«против того валу на земле лежат»	1.	“Bazyliszek” кор. Стефана5  2.	“Witolt”6	Речь Посполитая  Речь Посполитая	55  40
Малаховская	1.-  2.-	Россия  Россия	6  5
«напротив нее»	“Раппа”7	Россия	35
Казадаловская  (Кассан даловская)	1.	“Homos”, кор. Сигизмунда III8  2.	кор. Сигизмунда III  3.	“Sokol"	Речь Посполитая Речь Посполитая Речь Посполитая	6  6  4
Тулинская (Громовая)	—	Россия	6
Копыти некая	—	Россия	5
Великий вал  (Королевский бастион)	1.	кор. Сигизмунда III  2.	-  3.	кор. Сигизмунда III  4.	мортира  5.	кор. Сигизмунда III  6.	кор. Сигизмунда III  7.	кор. Сигизмунда III  8.	«Левик» (“Lewek”)’  9.	“Brat” или “Szturmak”	Речь Посполитая Россия  Речь Посполитая Россия  Речь Посполитая Речь Посполитая Речь Посполитая Россия Россия	12 6 4 ?  12 4  4  13 30
Шеиновская (Коломенская)	-	Россия	4
Богословская	-	Россия	2
Микулинская (Никольская)	-	Россия	6
Семеновская (Городецкая)	-	Россия	6
У Литейн. двора (“Rodgisera”)	(не доделано)	Речь Посполитая	4

Башни и бастионы	Название орудия либо надпись	Производство орудия	Калибр (в фунтах)
На лугу (na Bloni)	“Brat”10	Речь Посполитая	4
Цейхгауз	1. “Brat”  2.-  3.	кор. Сигизмунда III  4.	(немецкая надпись)  5.	кор. Сигизмунда III  6.	“Jaszczorka”11 кор. Сигизмунда Ш  7.	-  8.	-  9-14. (6 пушек)	Речь Посполитая Россия  Речь Посполитая ?  Речь Посполитая Речь Посполитая ?  Россия  Россия	6  6  1,5  1,5  3  1,5  1,5  1  « •	я  pienc

1 По описи 1670 года: «Пищаль медная Литовского
литья, в станку на колесах, ядром 7 гривенок, длина
4 аршина без трех вершков; на ней герб королевской
и подпись по латине: «Жигимонт третий, Божиею ми-
лостию король польский и великий князь Литовский,
тысяча шесть сот тридцать первого».

1 По описи 1670 года: «Пищаль медная Руского ли-
тья, прозвание ей «Лисица», в станку на колесах, ядром
12 гривенок, длина 5 аршин без дву вершков; старого
Смоленского наряду... делана сия пищаль Лисица в лето
семь тысяч восмдесять третьего, делал Андрей Чехов».

’ По описи 1670 года: «Пищаль медная Литовского
литья, прозвание ей «Медведь», в станку на колесах,
ядром 9 гривенок, длина 5 аршин без получетверта
вершка, старого Смоленского наряду; на ней орел одно-
главой, над ним подпись по латине: «тысяча пять сот
тридцать первою».

4	По описи 1670 года: «Пищаль медная Литовского ли-
тья, прозвание ей «Дедок», в станку на колесах, ядром
19 гривенок, длина 5 аршин без одинадцати вершков...
по выше герба подпись по латине: «тысяча пять сот
пятдесят четвертого».

5	По описи 1670 года: «Пищаль медная, прозвание
ей «Базл», в станку на колесах, ядром пуд десять гри
венок, длина 5 аршин без полутретья вершка, старого
Смоленского наряду. На ней герб с коруною, подписан
крутом полатине: «Стефан король Польский и великий
князь Литовский»... от ушей к дулу вылит змей с кри-
лями, подписан по латине: «Василиск. Тысяча пятьсот
восемьдесят первого».

‘По описи 1670 года: «Пищаль медная Литовского ли-
тья, прозвание ей «Витолт», в станку на колесах, ядром
32 гривенки, длина 6 аршин без полувершка, старого
Смоленского наряду... подле герба подпись Немецким
писмом: «тысяча пять сот осьмаго году».

7	По описи 1670 года: «Пищаль медня Руского литья,
прозвание ей «Острая панна», в станку на колесах,
ядром 35 гривенок, длина полпята аршина с полу-
вершком, старого Смоленского наряду. На ней подпись
Руским писмом. «Божиею милостию Иоан, царь и ве-
ликий князь, государь всеа Русии; сия пищаль сделана
в лето семь тысяч семдесят второго, мастер Кашпир
Ганусов»... Весу 185 пуд».

• По описи 1670 года: «Пищаль медная Литовского
литья, в станку на колесах, прозвание ей «Гернаст»,
ядром 7 гривенок, длина 6 аршин без полутора вершка,
старого Смоленского наряду... подпись по латине: «ты-
сяча пять сот тридцать пятого».

* По описи 167(| года: «Пищаль медная, прозвание
ей «Левик», в станку на колесах, ядром 16 гривенок,
длина 6 аршин без вершка, старого Смоленского на-
ряду. Подпись у казны Руским писмом: «Божиею ми-
лостию, повелением царя и великого князя Иоанна
Васильевича, государя всеа Русии, сделана сия пищаль
семь тысяч шестьдесят первого лета, месяца марта, де-
лал Степан Петров». Назади за казною, вылит левик.
Весу 145 пуд...».

10	По описи 1670 года: «В Казенном аибаре, что на
Облони...Пищаль медная, прозвание ей «Брат», в стан-
ку на колесах, ядром 35 гривенок, длина 5 аршин без
трех вершков, старого Смоленского наряду; на ней герб
с коруною...». По той же описи второй «Брат» литов-
ского литья того же калибра.

11	По описи 1670 года; «Пищаль медная Литовского
литья, прозвание ей «Ящерица», в станку на колесах,
ядром полторы гривенки, длина 4 аршина без чети,
старого Смоленского наряду; на ней два герба королев-
ские, подпись по латине: «тысяча шесть сот тридцать
третьяго».

(Сост. по: Инвентарь г. Смоленска и Смоленского воеводства 1654 года // Археографический сборник докумен-
тов, относящихся к истории Северо-Западной Руси. Т. 14. Вильна, 1904. С. 2-5; Дополнения к актам историческим,
собранные и изданные Археографической комиссией. Т. 5. СПб, 1853 г. № 51. С. 294-310)

Боевые потери русской армии
в сражениях кампании 1654 г.

Приложение IV

Битва под Шкловом 2 (12) августа 1654 г.

Большой полк

Таблица 8

Служилые люди	убитые		пленные		раненые	
Полки и сотни	нач. люди	рядовые	нач. люди	рядовые	нач. люди	рядовые
Полк  кн. Я.К. Черкасского	0	5	0	1	4	43
Московск. чины («свита»)	-	-	-	-	-	2
Андрея Щепотева	-	-	-	-	1	7
Игната Селиванова		3	-	1	1	3
Ивана Фомина	-	-	-	-	*	2
Ивана Кисленского	•	-	*•	-	1	3
Ивана Кондырева	-	1	-	-	-	3
Степана Ермолова	•	-	•	*	-	3
Фомы Нарышкина	-	-	-	-	-	1
Андрея Власова	-	-	-	-	-	2
Ивана Сумбулова	-	-	-	-	-	5
Осипа Арсеньева	-	-	•	-	-	1
Михай ла Маслова	-	-	-	-	-	3
Василия Апраксина	-	-	-	-	-	1
Осипа Лихарева	-	-	•	-	*	1
Дворовые люди	-	1	-	-		3
Рейтары  Исаака Фанбуковена	-	1	-	-	1	3
Полк  кн. С.В. Прозоровского	0	3	0	0	0	6
Выборные («свита»)	-	-	-	-	-	1
Богдана Ушакова	•	2	-	-	-	-
Родиона Баранова	-	-	-	-	-	2
Федора Полозова	-	-	•	-	-	2
Федора Чирикова	-	1	0	0	0	1
Полк кн. А.Ю. Литвинова- Мосальского	-	1	-	-	-	1
Ерофея Дубровина	-	1	-	-	-	1
Полк Ф.К. Елизарова	-	1	0	0	0	1
Московск. чины («свита»)	-	1	0	0	0	1
Всего по всем полкам	0	11	0	1	4	51

Передовой полк

Таблица 8.1

Служилые люди	убитые		пленные		раненые	
Полки и сотни	Нач. люди	Рядовые	Нач. люди	Рядовые	Нач. люди	Рядовые
Полк  кн. Н.И. Одоевского	2	9	0	0	1	14
Семена Хлопова	-	-	-	-	-	1
Семена Неелова	-	-	-	-	-	2
Никифора Лачинова (уб.)	1	2	-	-	-	-
Кузьмы Лачинова	-	1	-	-	-	-
Рейтары  Ариста Фамендина	1	6	-	-	1	11
Полк  кн. Ф.Ф. Хворостинина	0	0	0	0	0	4
Гаврилы Доможирова	•	-		-	•	4
Полк кн. Д.П. Львова	0	2	0	1	0	7
Выборные («свита»)	-	-	-	•	—	2
Степана Телякова	-	-	-	-	*	1
Микиты Тютчева	-	-	-	-	-	1
Ивана Кашкарова	-	-	-	-	-	1
Петра Селифонтова	•	-	*	•	•	1
Григория Караулова	-	I	-	-	-	1
Воина Селифонтова	-	1	-	-	-	-
Бориса Власова	-	-	-	1	-	-
Всего по всем полкам	2	11	0	1	1	25

Сторожевой полк

Таблица 8.2

Служилые люди	убитые		пленные		раненые	
Полки и сотни	Нач. люди	Рядовые	Нач. люди	Рядовые	Нач. люди	Рядовые
Полк кн.  М.М. Темкина-Ростовского	0	2	0	0	0	7
Выборные («свита»)	-	1	-	-	-	-
Ивана Языкова	-	-	-	-	-	1
Федора Перфеньева	-	-	-	-	-	1
Федора Тыртова	-	-	-	-	-	1
Федора Аксакова	-	-	-	•	-	1
Рейтары  Василия Кречетникова	-	1	-	-	-	3

Полк В.И. Стрешнева	0	1	0	0	0	6
Выборные («свита»)	-	1	-	-	-	5
Василия Киреева	-	-	-	-	-	1
Всего по всем полкам	0	3	0	0	0	13

Всего по всем трем полкам: убито 27 чел., ранено 94 чел., пленено 2 чел.
(РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. № 360. Л. 1-23)

Таблица 9

Боевые потери дворян и детей боярских из армии Трубецкого
при штурмах Мстиславля и Шклова,
в битве при Шепелевичах и в других боях кампании 1654 г.

	Кол-во убитых, чел.				
	Штурм Мстиславля	Шепелевичи	Штурм Шклова	Иное (загоны и т. п.)	Всего:
Полк А.Н. Трубецкого					10
Московские чины	-	2	-	-	2
Ярославль	4	1	1	1 (плен)	7
Таруса		1	-	-	1
Рейтарский полк Л. Мартота	1	-	8	5	14
Татары	-	3	-	-	3
Полк Г.С. Куракина					1
Ярославец Малой	-	1	*	-	1
Полк Ю.А. Долгорукова					14
Карачев	5	•	-	-	5
Брянск	2		1	-	3
Почеп	1	-	-	-	1
Пут ив ль	2	-	-	-	2
Путивльские казаки	3	-	-	-	3
Полк С.Р. Пожарского					8
Рыльск	-	-	-	7 (?)	7
Брянск	-	-	1	-	1
Полк С.А. Измайлова					15
Солова	-	-	-	2	2
Новокрещены	2	1	1	9	13
Всего	20	9	12	21	64

(Сост. по: РГАДА. Ф. 210. Оп. 6. Кн. 10. Л. 3-9)

Список раненых при штурме Смоленска
16 (26) августа 1654 г.

Таблица 10

Полки	Кол-во чел.	
	Начальные люди	Рядовые
Рейтары полка Василия Фандроцкого	1	17/1*
Солдаты полка Аврама Лесли	10	849/3
Драгуны полка Антона Грановского	4	130
Солдаты полка Александра Гипсона	1	215
Солдаты полка Кашпира Яндера	11	344/3*
Солдаты полка Франца Траферта	3	100/1*
Драгуны полка Франца Траферта (4 роты)	3	53/1*
Солдаты полка Юрия Кита	6	47
Солдаты полка Алексея Бутлера	0	6
Солдаты Филиппа А. Фанбуковена	0	14
«Охочие люди» разных городов	0	28
Пушкари «у Болшого наряду, у полковых пищалей»	0	7
Даточные люди	0	392
Стрельцы приказа Семена Полтева	0	11
Стрельцы приказа Ивана Баскакова	0	152
Стрельцы приказа Осипа Костяева	0	81
Стрельцы приказа Дмитрия Зубова	0	23
Стрельцы приказа Артамона Матвеева	0	17
Стрельцы приказа Логина Аничкова	0	4
Стрельцы приказа Аврама Лопухина	0	2
Стрельцы приказа Ивана Азарьева	0	3
Стрельцы приказа Ивана Ендогурова	0	1
ВСЕГО:	39	2505

• Дробью отделены умершие от ран после при-
ступа: рейтар — 1, солдат полка А. Лесли —
3, драгуны полка Ф. Траферта — 1, стрелец приказа И.

Ендогурова — 1, солдаты полка К. Лидера — 3, солдат
полка Ф. Траферта — 1. Итого: 10 чел.

(Сост. по: РГАДА. Ф. 210. Оп. 6-ж. Кн. 103. Л. 1-281об.)

Таблица 11

Список раненых при осаде и штурме Дубровно

22 августа (1 сентября) 1654 г.

Воеводские полки	Кол-во чел.
Большой полк кн. Я.К. Черкасского	252
Дворяне и дети боярские Тулы и Рязани	14
Сотники московских стрельцов	2
Стрельцы приказа А. Лопухина	89
Прапорщик рейтарского строя	1
Рейтары полка И. Фанбуковена	12
Начальные люди солдатского строя	1
Солдаты полка А. Бутлера	133
Передовой полк кн. Н.И. Одоевского	251
Стрельцы приказа В. Философова	56*
Стрельцы приказа С. Коковинского	55**
Начальные люди драгунского строя	3
Драгуны	45***
Начальные люди солдатского строя	4
Солдаты полка Ф. Траферта	54
Служилые татары	29
Боярские люди	5
Полк кн. П.Е. Черкасского	220
Дети боярские (смолянин)	1
Сотники московских стрельцов	3
Стрельцы приказа И. Нелидова	85****
Стрельцы приказа И. Ендогурова	41
Начальные люди драгунского строя	11
Драгуны	67
Боярские люди	12
Сторожевой полк  кн. М.М. Темкина-Ростовского	17
Стрельцы приказа И. Азарьева	14
Начальные люди солдатского строя	1
Солдаты полка ФА. Фанбуковена	2
Всего	740

* Из них 23 чел. жалованье не дано (Л. 240).

•• Из них 12 чел. жалованье не дано (Л. 246).

**♦ Из двух рот драгун рейтарского полка
А. Фамендина.

**** По данным Аптекарского приказа у И. Нелидова
было 104 чел. раненых. — См.: «Роспись стрелцом
Иванова приказа Никитича Нелидова, кои ис-под
Дубровны отпущены под Смоленск: ранены тяжелыми
ранами — 45 человек, легкими ранами — 59 человек, да

с ранеными отпущены болны 9 человек. Да того ж при-
казу стрельцы на приступе под Дубровною убиты до
смерти 19 человек, да от ран померли 2 человека. Всего
раненых и мертвых 125 человек, болных 9 человек»
(Ф. 143. Оп. 2. 1654 г. № 111. Л. 9-13). С учетом этих
данных всего будет 759 раненых.

(Сост. по: РГАДА. Ф 210. Оп. 13. № 283. Л. 193-208;
217, 221, 222; Оп. 17. N» 77. Л. 22-23).

Серия: «Ратное дело»

И.Б. Бабулин

СМОЛЕНСКИЙ ПОХОД И БИТВА
ПРИ ШЕПЕЛЕВИЧАХ 1654 ГОДА

Научный редактор: А.В. Малов
Макет и обложка: В.А. Передерий
Художник: М.А. Иванов
Верстка: ТВ. Мурина

Корректор: Ю.В. Хамзина

Фонд «Русские Витязи»
Россия, 125009, Москва,
Нижний Кисловский переулок, д. 6, стр. 1.

Тел.: +7 (495) 690-27-98; тел./факс: +7 (495) 690-32-81
fsark@yandex.ru; fsal2@yandex.ru
aerospaceproject.ru; русские-витязи.рф

Исполнительный директор: Ю.М. Желтоногин
Главный редактор: ОТ. Леонов
Руководитель издательских и медиа-проектов: С.А. Попов

Тираж 1000 экз.
Формат 84 х 108/16
14,25 печ. листа

Драгун полка А. /'рановского у стен освобожденного Смоленска в 1654 г.
Художник В. Типикин



Till И JU А К'Ъ К II Я 3 II . 'Г 1'1 и К П 11 \ Р'О Г ТО1Б Г КАТ© .



Бабулин Игорь Борисович, родился н г. Грозном (1968). В 1993 г. окончил исто-
рический факультет Калужского государственного педагогического института
им. К.Э. Циолковского, в 20110 г. — Юридический институт МВД России. Бо-
лее 20 до служив в органах внутренних дел, подполковник юстиции. Работал
в подразделениях дознания, следствия, преподавал правовые дисциплины
в УЦ УВД Калужской области и Калужском филиале Юридического колледжа
Международной полицейском ассоциации.

В 2013 г. защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата
исторических наук в Институте российской истории РАН по теме: «Борьба за
Украину н гетманство 11. Выгоне кою: военные события 1658-1659 гг.».

Со времени учебы на историческом факультете увлекается военной исто-
рией XV1-XVH вв. Автор более 20 публикаций по истории вооруженных сил
и войн эпохи правления царя Алексея Михайловича (1645-1676 гг.).

В серии «Ратное дело» в 2015 г. вышла книга И.Б. Бабу/ ина «Борьба за Укра-
ину и битва под Конотопом (1658-1659 гг.)».

В серин «Ратное дело» готовится к выходу следующая книга:

В.С. Великанов. Русский вспомогательный корпус
на польско-саксонской службе 1704-1707 i г. и сражение при Фрауштадте.

пшис китязи