/
Текст
r/Z
I. И. НИМЦОВИЧ
КАК Я СТАЛ
ГРОСМЕЙСТЕРОМ
изд-в□ W
№ 5 ішахмдтньіи I 30 коп.
4^ п и сток
А. И. НИМЦОВИЧ
КАК Я СТАЛ
ГРОСМЕЙСТЕРОМ
Под каким углом зрения написана эта книга. — Первые шаги. —
Как следует изучать основы. — О комбинационных радостях и му¬
ках. — Тоска по элементам. — Понятие об исконном враге. — Я на¬
конец сажусь за работу. - Я становлюсь мастером. — О торжестве
моих идей. — Я становлюсь гросмейстером
/. В погоне за жар-птицей матовой атаки. — II. „Историческая^
битва. — III. Пара полууспехов. — IV. Б армейское фиаско. —
V. После переворота,—VI. Несколько слов о периоде 1907—1929.
ТИПОГРАФИЯ
«КРАСНОЙ ГАЗЕТЫ.»
ИМЕНИ ВОЛОДАРСКОГО
ЛЕНИНГРАД
Фонтанка, 57
Ленинградский Областлит 38.206.
Заказ № 1571.
Тираж 8.500.
Другу шахматной кни¬
ги — С. О. Вайнштейну
посвящаю свой труд
1
Под каким углом зрения написана эта книга?
Шахматный писатель, несколько он добросовестно
относится к своей работе, каждый раз при составлении
им нового труяа (или точнее. — при составлении им
плана такового) неизменно должен задать себе сле¬
дующий вопрос: „Может ли книга, которую я соби¬
раюсь написать, представить для изучающего какую-
нибудь реальную ценность, и если да, то в чем именно
эта ценность будет заключаться?" Если ответ на этот
вопрос окажется отрицательным или „почти отрица¬
тельным", то писателю следует либо совершенно отка¬
заться от разработки облюбованной им темы, либо
коренным образом изменить план работы.
Нечто подобное случилось и со мною. Первона¬
чальный мой план состоял в том, чтобы дать в неко¬
тором роде очерк эволюции определенного шахматного
мастера (в данном случае—себя самого). И при этом
мне представлялось существенным рассмотреть эту
эволюцию именно под „психологическим" углом зре¬
1*
3
ния, ибо во всяком развитии личности значительную
роль играют психологические факторы, сознательное
игнорирование которых не может не повлечь за собой
известной нарочитости и искусственности изложения.
И далее, казалось, что вдумчивый анализ вопросов
вроде: „Какие субъективные переживания заставили
меня разувериться в магической силе бурных атак?“
или „Какой психологический момент дал первый тол¬
чок к возникновению мысли о возможности системы?"—
не может быть вполне лишенным дидактической цен¬
ности.
Не обошлось однако без сомнений и колебаний,
которые в конце концов привели к скептицизму. Если
чужое платье не может быть надето без соответствую¬
щей примерки и перекройки, то тем более справедливо
это по отношению к чужому внутреннему опыту. Ведь
процесс очарований и разочарований протекает тоже
индивидуально, в зависимости от характера.
Ввиду всех этих соображений я пришел к решению
использовать биографические данные „нашего^ героя
утилитарно, как внешний повод для практических сове¬
тов. Таким образом искание объективно полезных вы¬
водов составляет единственную цель этой книжки.
II
Первые шаги.—Не отступление от темы, а практи¬
чески важное рассуждение о том, какой возраст
является самым подходящим для первого ознакомле¬
ния с основами шахматной игры
Мне было 8 лет от роду, когда я впервые позна¬
комился с шахматами. Но несмотря на то, что я неме¬
дленно стал шагать вперед и что шествие это пови¬
димому (!?) продолжалось и в дальнейшем, я теперь
смело утверждаю, что мое шахматное развитие про¬
4
текло бы гармоничнее, а главное безболезненнее,
если бы я научился игре не в детском, а в юно¬
шеском возрасте. Читатель скоро убедится в том,
что развитие мое вплоть до 1906 года (а родился
я в 1886 году) было крайне односторонним: сильная
комбинационность за счет позиционной игры. Этого
без всякого ущерба можно было бы избежать, стоило
только повременить и научить меня играть в шахматы
в более зрелом возрасте.
Тут я хотел бы побеседовать с читателем об одном,
не лишенном как общего, так и специально шахматно¬
педагогического интереса, вопросе. А именно: хоте¬
лось бы выяснить, какой взгляд лежит в основе того
якобы разумного требования, чтобы ребенок по воз¬
можности не терял минуты времени, а беспрестанно
учился уму-разуму? Если требование это продик¬
товано одним лишь чувством заботливости по отноше¬
нию к ребенку, то почему же, спрашивается, в запад¬
ных школах все еще держится напр. латынь и почему
в буржуазной Европе курс наук (напр. на прославлен-
ном юридическом факультете!) чуть ли не целиком
состоит из никому не нужного балласта, который
немедленно же по сдаче экзаменов беспощадно выбра¬
сывается вон? И почему же,—снова переходя от сту¬
дента-юриста к приготовишке,—почему же всякие
скучные и нудные дела, как напр. изучение всякого
рода „основ" и „элементов^, считаются весьма под¬
ходящими для ребенка, в то время как взрослый
конечно возмутился бы, если бы ему предложили по¬
заняться такими мало интересными вещами?
Да будет нам позволено рассказать об одной ха¬
рактерной бытовой черте, которая быть может нам
поможет разобраться в данном вопросе. В центральной
Европе, в ме\кобуржуазных кругах распространен
взгляд, что женщине никогда и ни под каким видом
не следует сидеть сложа руки, и поэтому они, даже
5
будучи в гостях, шьют или вышивают и т. п. Тут дело
ясно: в этом взгляде явно манифестируется не вполне
еще изжитое рабовладельческое отношение к женщине.
Ведь в средние века женщина прежде всего была
рабыней* Не лежит ли и в основе нашего отношения
к ребенку сходное чувство? Во всяком случае пора
отрешиться от того взгляда, что ребенку вечно сле¬
дует работать и что всякие скучные и нудные занятия
именно для него и подходят!
Если процесс изучения „основ" является скучным,
то ни в коем случае не следует навязывать эти основы
(в частности если речь идет о шахматах или музыке)
ребенку: подождите пока он подрастет. Но если уж вы
все-таки навязываете их ребенку, то сделайте их
по мере возможности интересными, жи¬
выми и привлекательными! Чувство серой
скуки для ребенка должно быть чувством неведомым!
В дальнейшем мы постар іемся детально начертить
план обучения о новам, совершенно революционируя
эту часть шахматной педагогики, а пока ограничимся
следующим заключением: процесс изучения основ зи-
ждится на фантазии, но в то же время требует и логики;
поэтому идеальным возрастом для начинаю¬
щего следует считать юношеский, но от¬
нюдь не детский!
III
Я начинаю комбинировать, но все более и более
теряю живую связь с шахматной действительностью,
т. е. с требованиями позиционной игры. — О том,
как следует изучать основы
Первое мое ознакомление с основами шахматной
игры прошло под знаком торжественности.
В семье нашей к шахматам относились с большим
6
уважением, ибо отец наш, сам страстный любитель
шахмат, не раз твердил нам об удивительных красотах
этой игры. Я часто упрашивал его показать мне в чем
дело, но отец все откладывав говоря, что „рано такому
малышу думать о шахматах". Наконец он все же со-
гласился, и этот торжественный момент был приуро¬
чен к дню моих 8-леіних именин. Помню од ’ако, что
я был несколько разочарован, так как ходы ладьей,
слоном, конем и т. д. показались мне лишенными
всякого комбинационного интереса. А должен заметить,
что уже до ознакомления с шахматами я сильно увле¬
кался комбинацией как таковой, иб все усилия моих
воспитателей, а главным образом отца, были напра¬
влены именно к тому, чтобы развить во мне комбина¬
ционный дар и любовь к тому миру схоластических
умозаключений и витиеватых хитросплетений, который
так хорошо известен каждому, кто когда-либо зани¬
мался изучением Талмуда.
Разочарование мое однако быстро сменилось чув¬
ством острого любопытства: недели три спустя после
первого урока отец показал мне несколько комбинаций,
в том числе и мат etouffe (белые: Kphl, Фс4, Ке5;
черные: Kph8, ФЬ2, Ла8, п. Ь7 и g7. 1. Ке5 —
f7 4-Kph8 — g8 2. Kf7—h6 + + Kpg8— h8 3. Фс4—
g8 J- Aa8: g8 4. Kh6 — f7 X), а месяца через три после
этого отец в виде награды за успехи в школе проде¬
монстрировал мне „бессмертную“ партию Андерсена,
которую я не только понял, но и сразу страстно по¬
любил.
Часто играя с отцом, я быстро вошел в комбина¬
ционную колею, но запас моих стратегических позна¬
ний долгое время оставался весьма скудным. Чтобы
охарактеризовать педагогический метод отца, я позволю
себе указать на следующую небезынтересную деталь.
Отец частенько твердил мне о том, что центральную
пару пешек (напр. на е4 и d4) только с опаской сле¬
7
дует продвигать на 5-ю горизонталь. И я конечно
вполне уверен в том, что отец, будучи игроком в силу
мастера, прекрасно сознавал обусловливаемую чересчур
быстрым продвижением опасность чисто позицион¬
ного характера: ведь такое продвижение нередко
допускает длительный тормоз (блокаду) зарвавшихся
пешек (напр. белые пешки на е4 и d5; черный конь
тормозит на е5). Но несмотря на то, что такой довод
чисто позиционного характера, казалось бы, не
мог не оказаться полезным, отец главным образом
мотивировал указанное правило абстрактным со¬
ображением: положение пешек на е4 и d4 более богато
возможностями, т. е. можно при случае сыграть либо
е4 —е5, либо d4 — d5.
Так-то я все более и более отдалялся от суровой
шахматной действительности и стал витать в небесах;
и мне все более и более начинало казаться, что право
же не стоит себе голову ломать над тем, как бы соз¬
дать себе хорошую позицию, раз возможность неожи¬
данных для партнера комбинаций кроется одинаково
и в плохих и в хороших положениях! Вот до какой
неправильной платформы добрался я в конце концов...
Прежде чем перейти к критике охарактеризованного
мною выше метода обучения, приведу несколько фак¬
тов из раннего периода моей шахматной карьеры.
1. Первая из моих попавших в печать партий была
сыграна мной в возрасте восьми с половиной лет. Она
напечатана в „Rigaer Tageblatt" и довольно ясно сви¬
детельствует о наличии недюжинного комбинационного
дара.
2. За весь период с 1894—1902 гг. мне в общем
все же приходилось играть довольно редко и исклю¬
чительно с шахматистами первой категории, при чем
я конечно получал вперед. (О педагогической ценности
игры на дачу вперед речь будет еще ниже, см.
главу 8.)
8
3. Несмотря на всю ужасающую антипозиционность
моего стиля, я мало-по-малу все же дошел до того,
что отец должен был ограничиться дачей вперед коня.
Это случилось в 1902 году. В этсм же году я уехал
за границу. Наступает новый период моей шахмат¬
ной карьеры.
Прежде чем перейти к дальнейшему повествова¬
нию, подведем н которые итоги. Читатель конечно
успел уяснить себе одну вещь, а именно: т что с педа¬
гогический стороны в раннем периоде моей эволюции
были допущены ошибки,—иначе стиль моей игры
(в 1902 году) не мог бы быта таким неровным. В чем же
состояли эти ошибки?
Начнем с начала, т. е. с критики первого же урока.
Мне были „показаны ходы",—правильно ли это? Ну
конечно, скажет уважаемый читатель, нельзя без этого.
Но в том-то и дело, что читатель в д інном случае
ошибается: указанный прием является
в корне неправильным. Нельзя взять совер¬
шенно незнакомого с игрой мальчика и сразу же оглу¬
шить его указанием того, что ладья мол ходит вот
как, а слон этак, что пешка как-то нелепо по чере¬
пашьи плетется вперед, а конь дико мечется во все
стороны, что ферзь ходит куда ему вздумается, что
ладья шагает п^ямо и бьет прямо, а пешка ходит
прямо, а бьет вкось и т. д. От > сех этих указаний
в результате получится впечатление одной лишь тоски:
ведь такие воспринятые новичком сведения чисто
фо рмальны, без тени жизненности или содержания,
и потому разнообразие их не может не усугубить
чувства тоски... Нет, обучать основам следует не
так, а совсем по-другому. Поменьше „формаль¬
ного" балласта и побольше содержатель¬
ности— вот основной принцип! Но покажем
конкретно, как мы считаем нужным провести первые
2 — 3 урока.
9
1-й урок: Ознакомление с доской. Понятие о гра¬
нице между белыми и черными. О центральном пункте
дос^и.
Ладья. Понятие о горизонтали и вертикали.
Упражнения и задачи: белая ладья (у ученика всегда
белые) на еі, черная пешка на еб в этом положении
ладья „а т а к у е т“ пешку. В положении — белая
ладья hl, черная пенка еб—ставится требование:
атакуйте пешку. Атакуйте ее сбоку. С тыла.
Ставится ряд баррикад: белая ладья hl, пешки на g2
и Ь4, к роль на fl, черная пешка на d6. Белые ата¬
куют пешку, играя Ahl — ЬЗ — d3. В игру вводится
черная ладья, которая берет на себя роль „защиты"
пешки.
В этом примитивном базисе мы тут же строим ряд
столь же примитивных комбинаций. Напр.: бел. Лаі;
черн. Ah8, п. с7 и е5. Во сколько ходов белая ладья
одновременно может атаковать обе неприятель¬
ские пешки? Сыграем 1. Лаі — а5 ЛЬ8 - е8
2. Ла5 —с5 Ле8 — е7. Продолжаем указанием тен¬
денции попасть на 7-ю горизонталь. Ставим белую
ладью на gl, неприятельского короля на Ь8 и со¬
общаем о том, что король бьет вкось на одно поле.
„Вторгнитесь ладьей на 7-ю горизонталь". Сыграли:
1. Agl — g7 Kph8: g7. Даем ученику пешку на Ь5.
„Защитите пункт вторжения на 7-ю горизонталь".
Сыграли: 1. Ь5 — Ь6 и затем 2. Agl — g7. Вот таким-
то образом ученик без тени скуки посидит с вами
и час и два и незаметно усвоит себе как разные не¬
обходимые понятия, так и комбинационный примитив.
Обратите внимание на то, что первый урок ставит
себе задачей изучение одной лишь ладьи, тогда как
о ходах короля и пешек упоминается лишь вскользь.
И далее, обратите внимание на то, что „игра", т. е.
живая комбинация, сразу же как бы вытесняет или
точнее заслоняет всю формалистику. Наша ладья
10
собирается атаковать пешку ученика; если ученику
удается подготовить защиту, то он „выиграл44.
Читатель, надеюсь, понял нашу основную мысль:
мы с самого начала играем, боремся, воюем, но со¬
вершенно не согласны допустить засилья формальных
данных. И мы склонны придать первому впечатлению,
которое ученик составит себе после первого урока,
решающее значение. Его надо заинтересовать, он сразу
же должен почувствовать, что это — игра, в которой
победа и возможна и упоительна!
При изучении ферзя (2-й урок) не плохо ввести
понятие о двойном ударе, т. е. одновременном нападении
на две неприятельские фигуры, о чем мы впрочем уже
отчасти упомянули в 1«м уроке. И тут также живые при¬
меры и комбинации вроде следующей; бел. ФЬ5; черн.
Kpf8, Ла7. Гоним короля на общую с ладьей горизонталь
(7-ю): 1. ФЬ5-Ь8+ и затем 2. ФЬ8- Ь7+ и 3. ФЬ7 : а7.
Эту комбинацию мы варьируем на всякие лады, но
примеры как в этом, так и в других случаях должны
быть весьма простыми и непременно иллюстри¬
рующими какую-нибудь стратегическую истину, напри¬
мер истину о „сдвигающей44 силе горизонтального шаха.
(Черному королю в только-что указанном примере
пришлось покинуть насиженную горизонтальность.)
3-й урок посвящается изучению пешки. Пешка ата¬
кует неприятельскую фигуру. Пешка защищает свою
фигуру (ряд примеров). Пешка защищает (создает)
опорный пункт.
Такой высоко-стратегический полет мысли многим
покажется неуместным. По практика убедила нас в
том, что та самая „пунктуальная44, (основанная
на понятии пунктов) аргументация, которая является
совершенно неудобоваримой для старого шахматиста-
рутинера, с поразительной легкостью усваивается
новичком! Такие задачки,—как например следующая: бел.
Ad3, Kf2, п. е4; черн. Ла8, п. еб; требуется создать
11
опорный пункт; решение: 1. е4 — е5, создавая „пункт"
на d6 с последующей оккупацией его путем Kf2 — е4
— d6 или Ad3 — d6,—многие из моих учеников уже на
втором уроке решали бэз труда. Пунктуальный метод
мышления дается тем легче, чем раньше он вводится
в кругозор и практику ученика.
Если пунктуальный метод мышления усваивается
сравнительно без труда, то проблема коня для новичка
представляет значительные затруднения. И это кажется
нам естественным: здоровый инст/нкт до некоторой
степени протестует против присущего коню способа
передвижения. Конечно разумно выбранные примеры
могут сделать многое, и конь, этот хитроумный плод
человеческой фантазии, в конце концов начнет казаться
близким и понятным. Но педагогу следует остере¬
гаться слишком сложных примеров, ибо всякие Rossel-
sprung^ именно оттенят то „печальное" обстоятельство,
что конь по существу является фигурой „выдуманной",
т. е. что он как бы лишен связи с живой действитель¬
ностью. Хороши упражнения вроде следующих: бел.
Kg2; черн. Cd6 (ходят исключительно белые)—каким
образом конь может забрать слона? То же при поло¬
жении: бел. Kg2; черн. Cd6, п. Ь5, еб, f5 (белому ко¬
ню воспрещается становится под удар неприятельской
фигуры или пешки); решение: Kg2—h4 — g6— h8 —
f7: d6. Если ученик принадлежит к типу уравнове¬
шенных натур, то он без вреда для себя может поза¬
няться примерами вроде следующего: бел. Kal; черн.
ЛЬ7, СЬ6 и сб, п. а5, d3, еЗ, е4; забрать слона сб при
том же условии, что и указанное в предыдущем при¬
мере; решение: Kal — ЬЗ — сі—а2 — сЗ — Ы—аЗ—
с4 — е5:сб. Если же ученик склонен „витать в обла¬
ках", то таких примеров лучше избегать.
Не собираясь давать на этих страницах курс шах¬
матной педагогики, мы пока ограничимся следующими
двумя указаниями:
12
1) Уже после первых 2 — 4 уроков учитель обяза¬
тельно должен определить, к какому именно типу —
комбинационному или некомбинационному — принадле¬
жит данный ученик. В зависимости от этого курс
учения должен носить различный характер (об этом
мы поговорим еще ниже).
2) Эндшпилю с самого начала должно быть уде¬
лено большое внимание. Уменье использовать в кон¬
цовке материальный перевес никоим образом не должно
быть упущено из виду.
IV
О комбинационных радостях и муках
Главная из допущенных по отношению ко мне
ошибок состояла конечно не в том, что первые
уроки не вполне соответствовали тому, что мы те¬
перь считаем себе вправе требовать от идеальной
шахматной педагогики. Ибо, так как я был одарен
значительным запасом живой фантазии, то „формали¬
стический" дух первых уроков отнюдь не мог убить
во м;не живой любви к шахматам. Значительно хуже
было то обстоятельство, что отец повидимому не же¬
лал считаться с тем фактом, что у меня явно намеча¬
лась гипертрофия комбинационности. С такого рода
гипертрофией необходимо считаться, и против нее
следует принимать меры. Вполне естественно, эти
меры должны носить характер позиционного воз¬
действия. Но в чем же таксе воздействие должно
заключаться? Если кормить начинающего разными со¬
ображениями позиционного характера, то получится
такой результат: хрупкий организм новичка окажется
не в состоянии ассимилировать эту премудрость.
Он может быть и запомнит отдельные правила, но
13
его позиционное чутье от этого нисколько не улуч¬
шится, — а ведь именно наличие такого чутья и яв¬
ляется главным мерилом и решающим симптомом в
деле лечения „перекомбинатора".
Выйти из этого положения можно следующим об¬
разом. Вспомним, что некоторые плохо ассимилируе¬
мые человеческим организмом минеральные соли сразу
же прекрасно им ассимилируются, если только ввести
их в организм в химически связанном с другими (ор¬
ганическими) веществами виде. Точно так же поступим
и мы: постараемся как бы химически связать сухую
позиционную премудрость с живым и понятным уче¬
нием об „элементах". Об этих элементах мною напи¬
сана почти целая книга: именно им посвящен первый
(а отчасти второй) выпуск моего труда „Моя система"
(третий выпуск ее посвящен позиционной игре в хи¬
мически чистом виде). Отнюдь не имея в виду рекла¬
мировать свою работу, я в данном случае все же по¬
лагаю, что вправе ее рекомендовать: пережитые мною
в юности шахматные трагедии дают мне на это право.
Я хотел бы показать комбинатору пути к его пози¬
ционному оздоровлению, и никто, полагаю, меня за
это упрекать не станет. Ах, эти трагедии! Эти вечные
комбинационные порывы, неизменно разбивавшиеся о
сухую позиционность трезвого и подчас мало одарен¬
ного противника!..
Но вернемся к „элементам". Мы ими называем
линию, 7-ю горизонталь, проходную пешку, вскрытый
шах, связанную фигуру, пешечную цепь и т. д. В пер¬
вом выпуске моей „Системы" я их подробно разби¬
раю и формулирую целый ряд законов для их плано¬
мерного использования. Соль этого педагогического
приема я усматриваю именно в том, что совершенно
незаметным для изучающего образом законы эти ока¬
зываются содержащими известный запас позиционной
мудрости. Поясним это на примере.
14
То позиционное правило, что вся в сущности борь¬
ба сводится к борьбе между двумя началами, а имен¬
но между тенденцией продвижения пешек (экспансив¬
ностью) с одной стороны и тенденцией блокады этих
пешек с другой стороны, — это правило, по крайней
мере в приведенн й формулировке, является мало по¬
нятным для начинающего. Другое дело, есш подать
это самое правило под таким соусом, будто бы тен¬
денции эти являются не чем-то самодовлеющим, а
всего лишь занятной особенностью одного из элемен¬
тов (проходной пешки). В таком виде наше правило
окажется весьма понятным, и усвоение его не преми¬
нет развить „блокадное чутье" в начинающем, а вме¬
сте с тем и его позиционное чутье (в даль ейшем э о
правило конечно может и должно быть расширено).
Простенький наш закон о блокаде проходных пешек
гласит так: неприятельскую проходчую пешку нужно
постараться заблокировать. Вот в каком смысле для
„комбинатора" можег быть полезно изучение элемен¬
тов по первому выпуску моей „Системы".
Если же начинающий не принадлежит к типу ком¬
бинатора, то он раньше всего должен научиться ком¬
бинировать. Всем этим новичкам мы предлагаем изу¬
чение книги „Мительшпиль" П. Романовского.
V
Период 1902—1906 гг.— Тоска по „элементам*1.—Я от¬
крываю ... пока-что не Америку, но своею „исконного
врага** —Первая серьезная встреча с ним и что он
при этом „изрек**
В первый год своего пребывания за границей я
усиленно играл в шахматы к крайнему неудовольствию
моего отца, непременно требовавшего от меня сдачи
дополнительного экзамена и поступления в универси¬
15
тет. В начале 1903 года я из Кенигсберга переселился
в Берлин, где между прочим познакомился, а впос¬
ледствии и подружился с О. С. Бернштейном и с
Б. М. Блюменфельдом. С Блюменфельдом я сыграл мас¬
су партий, так же как и с мастером фон-Шеве и аме¬
риканцем Бэрдом (D. G. Baird). Значительно превос¬
ходя меня в силе, они все же часто попадали в сквер¬
ное положение, ибо я подчас находил комбинации, о
которых никто другой и не думал бы. Все же я про¬
игрывал огромное большинство партий, ибо без воз¬
можности комбинаций я совершенно терялся.
У меня вовсе не было позиционных директив — ни¬
когда например мне в голову не приходило ослабить чер ¬
ные (либо белые) поля противника (с последующей
их оккупацией) или в корне предотвратить вражеский
прорыв и т. п. Атаковал я во-всю, лез пешками вперед
и ставил комбинационные ловушки. Такие ловушки
узревал я с необычайной быстротой и проводил с
уверенностью, легко и смело рассчитывая на 5—б и бо¬
лее ходов вперед. Помню например, что в игранной
между Барделебеном и студентом Нимцовичем партии я
чуть ли не в полминуты рассчитал следующего
рода эффектную комбинацию: бел: Kpgl, ФЫ, Лс7,
Се4, п. аЗ, Ь2, g2, ЬЗ; черн. КрЬ8, Фс5, Af2, КЬ5, п. g7,
Ьб; ход черных. Выгрыш достигается так: 1.... Af 1-Ь
2. Kp:fl Kg3 + 3. Kpel ФеЗ + 4. Kpdl Фе2 + 5. Kpcl
Фе1+6. Крс2 Ф:е4 + 7. Крсі Ке2 + и8.... Ф:Ы.
В 1904 году я впервые участвовал в турнире
(Haupt-турнир в Кобурге) и получил б-й приз. Окрылен¬
ный этим успехом я поехал в Нюрнберг, чтобы „сыг¬
рать несколько партий с Таррашем“.
Да будет позволено мне рассказать здесь об од¬
ном маленьком шахматно-психологическом эпизоде,
которому было суждено сыграть громадную роль в
истории моего развития. В одной из игранных мной
партий получилось характеризуемое пешечной цепью
16
положение. Допустим были сделаны ходы: 1. е4 еб
2. d4 d5 3. КсЗ Kf6 4. Cg5 Се7 5. е5 Kfd7 6. С:е7
Ф: е7. В этом (приблизительно) положении меня
больно ударила мысль, что „можно сыграть 7. Kf3 и
можно сыграть 7. f4" и что этот мучительный в сущ¬
ности вопрос исчерпывающе может быть решен лишь
таким путем, что кто-нибудь найдет законы
или правила для использования пешеч¬
ной цепи как таковой. Другими словами, меня
чисто интуитивно озарила мысль, что есть стратеги¬
ческие элементы и что таковые как бы ищут свое¬
го идеолога и „законодателя".
Что таким идеологом сумею оказаться я — такая
мысль мне и в голову не приходила, да и вообще
эпизод этот в то время отнюдь не казался мне зна¬
менательным или заслуживающим внимания. Но в
1904 году, когда воспоминание об этой маленькой и
довольно невинной истории уже окончательно успело
испариться, со мной приключилось следующее. При
разборе совместно с неким мастером (имя будет при¬
ведено ниже) партии моей с Гильзе (Кобург 1904) мне
пришлось убедиться в том, что мое маневрирование
ладьями с линии ,,d“ на линию ,,h" и обратно отнюдь
не было вынуждено стратегическими данными. На
крайнем правом фланге положение было такое: бел.
ЛИ, п. g5; черн. ЛЬ8, п. g6. „Вам следовало сыграть
ЛИ — Ьб“, — веским тоном провозгласил мастер. —
„Почему же, — все еще не сдавался я, — ведь и из¬
бранный мною в партии ход ЛИ — dl был не плох".
На это скромное мое заявление последовал тоном,
не допускающим возражений, следующий ответ: „Нет,
следовало сыграть ЛЬб, ибо так в подобных
случаях поступают!" Помню ясно, как при этих
словах, произведших на меня громадное впечатление,
внезапно всплыло воспоминание о вышеописанном
эпизоде с другим элементом, с пешечной цепью, и как
Как я стал гросмейстером. — 2.
17
в этот момент я бесповоротно решил: „Есть законы
и правила для использования как цепи, так и линии,
и я во что бы то ни стало должен их найти!"
Любопытный штрих: мастером, который правда
совершенно случайно и непроизвольно, но все же дал
решающий импульс (толчок) к тому, чтобы я в конце
концов революционировал шахматную стратегию и
низверг псевдоклассический стиль, был не кто иной,
как сам Тарраш, т. е. именно лидер того направления,
которому благодаря моим изысканиям суждено было
сойти со сцены: другими словами, своим, полным вес¬
кости изречением Тарраш в результате сам себе яму
вырыл!
Если я уже в то время сознавал, что Тарраш — мой
оппонент, то я все же никак еще не чувствовал в нем
своего „исконного врага". Но отношениям нашим
вскоре суждено было сильно обостриться. Случилось
это так. Месяца два спустя после эпизода с ,,Ah6“
Тарраш удостоил меня чести сыграть со мной серьез¬
ную партию (см. в отделе партий № 3). Дебют я по
обыкновению разыграл весьма странно, отчасти от¬
того, что я, как уже упомянул выше, в то время
вообще плохо разбирался в „позиции", но отчасти
также и оттого, что я уже тогда сознательно избегал
проторенных дорожек, а в частности не без некоторого
скептицизма относился к догматам господствовавшей
тогда школы. Публики собралось много (хотя партия
носила частный характер), ибо, зная богатство моей
комбинационной фантазии и по недоразумению отожде¬
ствляя это с шахматной силой, публика эта ожидала
если не равной борьбы—ибо Тарраш был тогда в рас¬
цвете своей славы — то все же интересной и весьма
содержательной партии.
После 10-го хода Тарраш, скрестив руки на груди,
внезапно изрек следующую фразу : „Н и к о г д а
в жизни своей после 10-го хода я не стоял в такой
18
степени на выигрыш как в данном случае!" Партия
впрочем окончилась в ничью. Но нанесенного мне
перед лицом всех собравшихся „оскорбления" я Тар-
рашу долго не мог простить.
Вскоре партия эта была опубликована к вели¬
чайшему неудовольствию Тарраша, считавшего, что я,
опубликовав партию, совершил чуть ли не преступление.
Впрочем партия была опубликована вовсе не мной,
и другим лицом, неким фон-Паришем, и произошло
это помимо моей воли. Но факт тот, что мы стали
врагами и остались ими вплоть до 1907 года. О курь¬
езном и весьма характерном для Тарраша эпизоде
нашего примирения сообщу позже. Пока же заявляю,
что, не будь чувства вражды по отношению к Таррашу,
я никогда не научился бы настоящим образом играть
в шахматы. Играть си ьнее Тарраша — вот формула
для всех моих вожделений за период с 1904—1906 гг
Всем же читателям моим я могу дать добрый совет
„Если вы хотите добиться результатов, то выберите
себе., .исконного врага и постарайтесь „нака¬
зать его путем низвержения его с пьедестала".
Считаю однако нужным присовокупить следующее:
если чувство вр ды к Таррашу и было вызвано
личными мотивам-', то питалось оно уже не ими
(ибо, начиная с 1904 года, мы уже никогда более не
ссорились), а тем глубоким антагонизмом идейного
свойства, наличи которого я так резко почувствовал
уже с самого начала нашего знакомства. Для меня
Тарраш всегда был посредственностью; правда он
играл очень сильно, но все его взгляды, симпатии
и антипатии, а главное неуменье создать новую
мысль,—все это ясно доказывало всю посредствен-
ность его духовного облика. Я же, обожавший гениаль¬
ность, никак не мог примириться с тем фактом, что
лид ером господствующей школы является посред¬
ственность ! Этот факт меня прямо-таки возмущал!
2*
19
VI
Б армейское фиаско в августе 1905 года как послед¬
ний и решительный стимул: я наконец сажусь за
работу! (1906 г.)
В начале 1905 года я участвовал в Венском тур¬
нире (I—Шлехтер, II—Г. Вольф; я оказался VI из
10 участников, став выше Альбина, Неймана и др.).
Игра моя произвела впечатление (см. в отделе партий
№№ 4 и 5). То же самое имело место в последова¬
вшем за этим матче с Шпильманом (Н~4 — 4 = 5), и я
не в шутку стал воображать, что я вот-вот завоюю
титул мастера. При этом однако я не считался с тем
фактом, что нервы мои за время пребывания за гра¬
ницей успели расшататься. Вечное скитание по шах¬
матным кофейням, нерегулярный образ жизни и полное
отсутствие определенного труда, — все это вместе
взятое весьма невыгодно повлияло на мою нервную си¬
стему, и я стал играть порывисто (в стиле стремительных
атак, как в дни моей самой ранней юности) и плохо.
В августе 1905 года я сыграл в Барменском
смешанном турнире и... провалился (+ 3 — 8 = 6).
В то время я считал этот провал ужасным для себя
несчастьем, сегодня же я уверен в том, что эта неудача
явилась моим „спасеньем из почти безвыходного поло¬
жения". Без этого уготовленного судьбой „спасающего
хода“ положение моих дел вскоре оказалось бы ката¬
строфическим.
Озлобленный тем насмешливым отношением к себе,
которое я встретил со стороны критиков в Барменском
турнирном сборнике партий, я решил бросить шахматно¬
кофейную жизнь, полечить свои нервы, а затем уже
основательно засесть за шахматную работу.
Я засел за работу в первой половине 1906 года
в Цюрихе, где я зачислился студентом (дело в том,
20
что я сумел, помимо аттестата реального училища —
этого одного было бы недостаточно — еще представить
лестный для меня отзыв одного из учителей моего
училища, в котором тот уверял, что я будто бы обладаю
замечательными математическими способностями). Через
2—3 месяца усидчивого труда я сделал огромные
успехи. Рассмотрим: 1) психологические факторы этого
преуспевания, 2) план ученья.
Факторами, облегчившими мне мою работу, я, кроме
имевшегося у меня в запасе комбинационного дара,
еще считаю свое озлобление по поводу неудачи
в Бармене, сильную нелюбовь к Таррашу и глубоко
засевшую в душу „тоску по элементам", описанную
в предыдущей главе,
Уже поверхностный анализ игранных мною в Бар¬
мене партия показал мне, что главной моей слабостью
являлось плохое разыгрывание дебютов (против
1. d2—d4 я не знал защиты). Более глубокий разбор
партий убедил меня еще в том, что я совершенно
не владел искусством консолидирования своего
положения. Это показывает напр. партия моя с Фор-
гачем (№ 7), где я совершенно антипозиционно
лез на флангах.
К этому времени успел выйти в свет сборник пар¬
тий Нюрнбергского турнира 1906 года с примечаниями
Тарраша. Я передал книгу переплетчику, попросив
его, чтобы он вплел в книгу пустые белые листы
между каждыми двумя листами текста. Затем я стал
разбирать некоторые партии, преимущественно игран¬
ные Сальве, Дурасом и Форгачем, а также М. И.
Чигорина за черных. Найденные мною результаты
я сразу же заносил в промежуточные листы. „Играл'4
я всегда за одного из партнеров — либо за белых либо
за черных, при чем я сперва сам старался найти луч¬
ший ход, а затем уже смотрел ход, сделанный в партии.
Таким образом партия длилась по меньшей мере ча¬
21
сов по шесть. Консолидацию я изучал примерно так.
В одной из партий Сальве получилось характерное
для изолированной ферзовой пешки положение: бел.
Kf3, п. d4; черн. Kd7, п. еб (у каждого из партнеров
кроме того масса фигур). Оказалось, белым вовсе не
к чему спешить с занятием пункта е5 конем; через
несколько ходов черный конь сам пустился в путь-
дорогу, стремясь попасть на d5, и таким образом
пункт е5 без всякого усилия со стороны
белых все же оказался в их руках. Такое поло¬
жение дел немедленно было зарегистрировано
на белом листе, при чем солью являлось не
чисто шахматное содержание маневра, а так
сказать ею психологические особенности: „Часто
пункты освобождаются автоматически!" „Не спеши"
и т. д. И в то же время я с каким-то тревожным ин¬
тересом прислушивался к малейшим „шорохам^ по от¬
крытой линии, 7-й вертикали и относительно проход¬
ных пешек. Понятие о „форпосте по открытой линии"
(см. „Мою систему", выпуск I) открыл я именно
тогда. Но самым главным моим удовольствием было
доказывать неправильность, а частенько и общую
поверхностность взглядов в примечаниях Тарраша. На
этом я очень многому научился.
Любопытно, что партии мастеров атакующего стиля,
напр. Шпильмана, Маршалля или Леонгардта, я вовсе
не разрабатывал. Также и партии Тарраша казались
мне совершенно не пригодными для усовершенство¬
вания моего стиля.
Результатом моего усердия оказалось следующее:
1) У меня оказался выработанный детально план
защиты против 1. d2—d4, а именно: 1.... Kf6 и 2....
d7 — d6 — (по стопам Чигорина). 2) Я наловчился
играть в медленно-выжидательном стиле. И мне уже
казалось совершенно непостижимым, как я мог раньше
жертвовать без точного расчета (так я, увы, неодно¬
22
кратно поступал в Бармене!). 3) Важным достижением
являлось также и то, что, благодаря внимательному
разбору некоторых партий, я стал понимать стратегию
замкнутых игр и в частности усвоил принципы пешеч¬
ной цепи, а отчасти и централизации.
Забудем теперь, что речь идет обо мне, и поставим
на мое место любого комбинатора, талант которого
еще не успел созреть. Можно ли рекомендовать ему
примененный мной в 1906 году способ самоусовершен¬
ствования?
Чтобы разобраться в этом вопросе, нужно сперва
отдать себе отчет в следующем. В 1906 году поло¬
жение изучающего было во много раз более затруд¬
нительным, чем в переживаемую нами теперь эпоху
шахматно-педагогического расцвета. Тогда, в 1906 году,
приходилось самому находить позиционные принципы,
тогда как теперь, смею сказать—в значительной
мере благодаря моим изысканиям (в моих трудах
„Моя система" и „Моя система на практике—принципы
уже найдены. Не только „элементы" лежат перед
изучающим как бы на ладони, но и понятие центра¬
лизации, блокады, профилактики и т. п. ясно форму¬
лированы и обоснованы.
И все же метод, примененный мною в 1906 году,
и теперь еще можно смело рекомендовать. Представим
себе юного комбинатора, разыгрывающего •— медленно
и ход за ходом — партию Капабланки. Получается,
допустим, положение, в котором наш комбинатор „го¬
рит нетерпением" узнать, какому из представляющихся
здесь возможными атакующих продолжений было
отдано предпочтение: он смотрит, и оказывается:
Капа сделал совершенно как будто бы пассивный ход.
Комбинатор поражен, быть может даже огорчен, но при
более глубоком анализе он убеждается в скрытой силе
этого хода. Такую же сенсацию производит чисто
маневренный ход (вместо ожидаемого атакующего).
23
Вот этой-то „сенсации" („шок") я склонен придать
громадное значение в педагогическом отношении.
Сколько ему про централизацию ни тверди, комби¬
натор все же вечно будет лезть на фланги, между
тем как продемонстрированный нами „метод сенсаций"
(так мы впредь будем его называть) весьма вероятно
сможет решающим образом повлиять на стиль его
игры* И потоку, наряду с изучением „Системы", мы
предлагаем комбинатору указанный метод сенсаций
как весьма солидное противоядие в борбе с поверхно¬
стностью собственного комбинационного стиля.
И еще: искусство консолидации находится в пря¬
мой зависимости от состояния нервов и уравновешен¬
ности характера. Лучшим консолидатором всех времен
должен быть признан Капабланка (он довел искусство
профилактического маневрирования до небывалой вы¬
соты). Но Капа спортсмен, человек без нервов,
человек совершенно уравновешенной психики. Отсюда
наш совет: комбинатор, занимайся спортом, много гу¬
ляй на свежем воздухе, делай глубокие вдыхания,
старайся быть спо -ойным, делай гимнастику по си¬
стеме Мюллера и т. д.
Ибо мы убеждены, что покойный Шлехтер был
прав, когда утверждал, что каждый комбинатор
может при правильной постановке дела
стать мастером первой категории. Тем
паче это справедливо в наше время (Шлехтер вы¬
сказывал этот взгляд уже в 1905 году, несмотря на
то, что шахматная педагогика в то время еще сладко
дремала в колыбели), ибо теперь мы очевидно пережи¬
ваем эпоху расцвета шахматной редагогики. Комбина¬
ционный та іант плюс пособие плюс правильная поста¬
новка дела (уравновешенность психики!) в итоге не
может не дать силы мастера.
С другой стороны люди мало комбинирующие
могут развить свой комбинационный дар. А впро¬
24
чем можно прожить и без комбинаций. Ион напр.^
отнюдь не обладавший фантазией, все же стал весьма
сильным мастером.
VII
Результаты сказываются: я становлюсь мастером.—
О перемирии с Таррашем (1907 г.) и о том, что за
этим „перемирием" последовало (с 1907—1914 гг.)
Первое мое выступление — в ноябре 1906 года
в Мюнхене — сразу же ознаменовалось крупным успе¬
хом: в турнире в два круга с участием мастеров Шпиль¬
мана, Э. Кона и Пшепюрки (кроме них участвовал еще
Эльяшов и Киршнер) я взял I приз с 81/2 очками
из ІО, опередив при этом второго призера на целых
2 очка. Игра моя не только отличалась солидностью
{см. партию с Коном № 11), но и блистала в то же
время богатством идей (см. № 12). Помню напр. начало
партии с Эльяшовым (у меня черные)- 1. е4 е5
2. Kf3 Кеб 3. СЬ5 Kd4 4. K:d4 ed 5. f4?. Тут я за
доской придумал следующий маневр: 5.... Ф114 -1
6. g3 Фе7 7. 0—0 Фс5!. Последовало: 8. Cd3 h5
9. Kpg2 d5 10. ed Kf6! с многообещающей игрой
(я довольно быстро выиграл).
В начале 1907 года я участвовал в турнире масте¬
ров в Остенде. Тарраш играл в турнире чемпионов.
Мы с ним ежедневно встречались в кафе, но, несмотря
на все мои усилия, он меня абсолютно не замечал,
т. е. попросту игнорировал факт моего существования.
А я между тем продолжал свое победное шествие: в пер
вые две недели набрал 7^2 очков из 9. И вдруг случилось
чудо: Тарраш прозрел! Я в этот день побил В. Кона;
прихожу в кафе, а Тарраш уже там. Не успел я войти,
как Тарраш стремительно подлетел ко мне, радостно
улыбаясь и протягивая руки: „Наконец-то я вас встре¬
25
тил! Как я рад вашим успехам! Не покажите ли
некоторые из ваших партий? Ах, как я рад вашим
успехам!!" Итак полнейший оппортунизм: втаптыванье
в грязь слабого и угодливость перед сильным! В эту
минуту я с особенной ясностью почувствовал всю
посредственность натуры Тарраша.
Искание новых путей, намечавшееся у меня
уже в Бармене и в Кобурге, с улучшением техники
моей игры оказалось так сказать поставленным на
более солидную базу. Если дебютные эксперименты,
испробаванные мною в Бармене (напр.: 1. с4 с5
2. КсЗ g6 3. еЗ Cg7 4. Kf3 Kf6 5. d4 cd 6. ed 0-0
7. Ce2 Kc6 8. d5 КЬ8 с последующей оккупацией
пункта c5; партия Каро — Нимцович), терпели тогда
крушение из-за отсутствия соответствующей техники, то
об этом уже не могло быть и речи в последующие годы.
В 1907 году я стал играть за белых: 1. Kf3 d5
2. d3, и если Кеб, то 3. d4 с глупым положением
черного коня, мешающего продвижению с 7 — с5.
В 1910 году я, смело бросив Таррашу вызов, явно
стал отдавать предпочтение стесненной игре, напр.
варианту Хенема и т. п.
Вызов был принят, и, начиная с этого момента,
Тарраш самым беспощадным образом стал травить
меня в прессе. Любимыми его по моему адресу
эпитетами были: „hasslich", „bizarr" (уродливый, стран¬
ный, вычурный метод игры!) и т. д. Теперь все это
кажется мне смешным, но в то время, сколько крови
это мне перепортило!
В 1912 году я чуть не оказался победителем в Сан-
Себастьянском турнире гросмейстеров (фактически
из-за нервности проиграл решительную партию Рубин*
штейну и должен был удовольствоваться дележом
II—III призов с Шпильманом). Тарраш не преминул
злорадно хихикнуть: „Это было бы скандалом, если
бы такая антиэстетичная игра увенчалась I призом!"
26
Я продолжал подкапываться под „крепкое (?)
положение Тарраша: вариант 1. е4 с5 2. Kf3 Kf6!,
далее попытка оздоровления старого варианта: 1. е4 еб
2. d4 d5 3, е5, — все это медленно, но верно ослабляло
положение нюрнбергского чемпиона. Введя в оборот
вариант с 3. е5, я поставил себе целью „доведение
до абсурда" старого понимания центра. В 1912 году
я опубликовал свои партии с Сальве (1911) и Тарра-
шем (Сан-Себастьян 1912), при чем старался доказать,
что старое таррашевское понимание центра отжило
свой век.
Борясь один против всего шахматного мира, я
создал новое понимание игры, новую школу, новую
игру.
В 1913 году я открыл план игр>і, ставший затем
таким популярным: 1. d4 Kf6 2. с4 еб 3. КсЗ СЬ4 —
без d7 — d5; или 1. d4 Kf6 2. с4 еб 3. Kf3 Ь6 также
без последующего d7 — d5, и этим позиция Тарраша
как общепризнанного учителя шахматной мудрости
оказалась окончательно разбитой.
VIII
О торжестве моих идей и гроссмейстерских успехах
1923—1929 гг. — Несколько заключительных советов
После окончания войны правильность моих шах¬
матно-революционных взглядов оказалась общепризнан¬
ной. Казавшиеся при их изобретении такими стран¬
ными и причудливыми варианты мало-по-малу приобрели
права гражданства.
Наоборот, теория Тарраша (об арифметическом
центре, о быстром развитии и т. д.) стали вызывать
одну лишь улыбку.
И параллельно с этим я достиг еще больших
практических успехов, обеспечивших мне звание грос-
27
мейстера. Самым крупным своим успехом я считаю
однако не первые призы в Мариенбаде 1925 г.,
Лондоне 1927 г. и Берлине 1928 г. (в последних двух
я стал выше Боголюбова), а первый приз в Дрездене
1926 г. где я набрал 81/ъ очков из 9 и опередил
Алехина на целых І1/^ очка! И я полагаю,
что именно в Дрездене я сыграл свои лучшие
партии.
Почти все сказано, и можно бы со спокойной
совестью перейти к отделу партий, однако мне хоте¬
лось бы сказать еще несколько слов об „элементах*4
(т. е. о времени их окончательной разработки).
Почувствовав „тоску" по ним уже в 1902 году
(см. гл. V), я все же долго не мог совладать с пред¬
ставившимися мне громадными затруднениями. От¬
дельные звенья, напр. мысль о форпосте, а также
новое понимание пешечной цепи были созданы мной
в период 1911 —1913 гг.
Но посколько каждая новая система помимо
интуиции требует еще детальной разработки, окончатель¬
ное создание моей системы надо приурочить к периоду
1917— 1923 гг. Дело в том, что прав автор поговорки:
discendo discimus, т.е. „уча, мы учимся сами". То же
произошло и со мной: с 1917 года я стал давать
уроки шахматной игры, при чем строго придерживался
однажды избранного мною направления, именно —
учения об элементах. Таким образом я накопил
массу нужных мне деталей относительно линии 7-й
горизонтали, проходной пешки и т. д. После этого
я мог уже со спокойной совестью приступить в 1925
году к изложению собранных материалов в книге
„Моя система".
Любопытно что детальное ознокомление с
элементами дало мне чрезвычайно много также и в
смысле понимания и расчленения витиеватых позицион¬
ных проблем, ибо оказалось, что даже самые сложные
28
позиционные идеи в уменьшенном масштабе содержатся
и в простейших элементах.
На прощание я хотел бы дать еще несколько советов.
Относитесь вдумчиво к шахматам. Поймите, что
основательное оз іакомление с одним элементом
более действительно в смысле улучшения позицион¬
ного чутья, чем поверхностное ознакомление со всеми
элементами. Трактовка элемента полна „позиционной
ценности".
Об игре на дачу вперед: дающий фору портит
стиль своей игры; но шахматист, параллельно также
играющий и турнирные партии, без вреда для себя
может иногда сыграть и давая вперед. Берущему фору
вредно автоматически гнаться за упрощением. Но
играя на защиту и пользуясь методом упрощения
лишь как одним из многих возможных способов за¬
щиты, он несомненно сделает успехи.
Одни лишь „легкие" партии портят стиль игры.
Чередуясь с серьезными партиями они однако допу¬
стимы.
Старайтесь запомнить как можно меньше вариан¬
тов! Позиционное чутье должно стать вашим освобо¬
дителем от рабства „вариантов". И потому: старайтесь
развить в себе это позиционное чутье! Разыгрывайте
партии основательно, методично.
Еще важней ~ это анализ! Анализируйте с товари¬
щем (чуть-чуть превосходящим вас по силе) интере¬
сующий вас дебют. Но дебютами ваш аналитический
труд ни в коем случае не должен исчерпываться—
анализируйте также разные типичные положения,
например положения, в которых у одного из партне¬
ров имеется конь за 2 пешки, или партии (в стадии
мителмшіиля), в которых козыри распределены при¬
мерно так: у одного — фланговая атака; у другого
же — игра по центральной линии. Капабланка именно
таким образом и работает. Он вечно анализирует
29
и всегда именно типичные положения. Капа знаком
с массой таких положений (главным образом из обла¬
сти ферзевого и ладейного эндшпиля).
Но изучающему мы отнюдь не рекомендуем гнаться
за многими „типами" зараз. Одновременный разбор
различных по типу положений породит в результате
один лишь сумбур в мыслях, между тем как осно¬
вательное изучение одного лишь типа не преминет
поднять уровень позиционных познаний.
Если вы, уважаемый читатель, с максимально
доступной вам интенсивностью засядете за
изучение положений типа—ну скажем: центральная
линия против флангового штурма, — то меня нисколько
не удивит, если вы в результате обнаружите более
ясное суждение и в области например эндшпиля.
Процесс изучения какого-нибудь одного из имеющихся
на доске типичных положений ставит себе целью не
только изучение именно этого типичного положения,
а улучшение позиционного чутья в целом!
Я верю в радиоактивную силу этого метода:
весь шахматный организм как бы просыпается и радо¬
стный ждет обновления. Крепнет не только позицион¬
ное чутье, — самым характерным улучшением является
быть может то, что изучающий, раньше гнавшийся за
призраками (например вечно мечтавший о „матовых"
атаках), вдруг самым серьезным образом начинает
считаться с шахматной действительностью (в виде
иллюстрации см. партию № 11).
Итак мы рекомендуем: 1) основательное разы¬
грывание ограниченного числа партий; 2) основа¬
тельное изучение элементов (по книге „Моя си¬
стема"); 3) основательное ознакомление с неболь¬
шим количеством типичных положений путем исчерпы¬
вающего анализа»
Резюмирую: необходимо серьезное отно¬
шение к делу!
30
ОТДЕЛ ПАРТИИ
Желая дать читателю более конкретное предста¬
вление о моей шахматной эволюции, я предлагаю ему
некоторое количество игранных мною партий, причем
предпочтение отдаю партиям из раннего периода моей
шахматной карьеры (1902 —1907).
В этих партиях еще ясно доминирует погоня за
жар-птицей матовой атаки. При внимательном их разборе
приходится однако констатировать и зачатки тех по¬
зиционных идей, которым впоследствии суждено было
сыграть революционизирующую роль в истории шах¬
матной игры, иначе говоря — зачатки нео-роман-
т и з м а.
После кризиса в 1906 г. погоня за матовой атакой
сводится у меня к нулю, а скромно приютившиеся
в уголку позиционные искания начинают расти...
И сразу появляется как бы нарочитая медлительность
в ведении стратегических операций (см. партию
с Э. Коном № 11).
О периоде 1907 —1929 гг. я написал две книги:
„Моя система" и „Моя система на практике" и поэтому
здесь я этого периода касаюсь лишь слегка, главное
свое внимание обратил я на партии из раннего периода
своей карьеры, особенно на те из них, в которых ясно
манифестируются недостатки моего тогдашнего стиля
или же те, в которых чувствуется эволюция этого стиля.
31
В погоне за жар-птицей
матовой атаки
2 окончания из периода
1902 -1904 гг.
№ 1
Черные: М. Ланге
Берлин 1902 г.
и нет как будто спасения
от мата; однако черные
сыграли:
5. . . .
6. ЛЫ : fl
7. Са7 : d4
8. Cd4—а7
9. Afi—Ы
®f7-fl+
Cg7—d4!
e7—e5
Ad8—f8
Kpc8—d8
и белые лишь с трудом
добились ничьей.
№ 2
Черные: Г о ф ф е р
Нюрнберг 1904 г.
1. КЬ4—сб+
2. Afi—Ы+
3. Cf2—а7
Ь7 : сб
КрЬ8- с8
®d7—е8
Единственный ход.
4. ФГ2- f71?
1. Са4—е8!!?
Сверхтонкость! 4. ФГ5 )
быстро фарсировало мат.
После хода в тексте, ввиду
угрозы Феб-Р, принятие
жертвы вынуждено.
4. . . . Фе8 : f7
5. d5 : сб
Это уже погоня не за
жар-птицей, а достаточно
определенно за синей пти¬
цей! Следовало играть
просто: 1. g6 2. Ф: ЬЗ
с сильной атакой; напр.:
2.... Фе2! (Если 2.... Ь5,
32
то 3. ®g3 Kph7 4. Cdl,
и выигр.) 3. Kf3 h5 4. ®g3,
и если теперь Kph7, то
5. Себ d2 6. Се4 dl®
7. ®g5, и выигр.
1. . . . Ла8 : е8?
Об этом-то белые и
мечтали, предлагая слона
на съедение.
2. ФЬ5—Ь6 g7 : h6?
Следовало играть gf и
на 3. Kg4 Ф: f2!.
3. Ке5—g4 и мат
следующим ходом.
Ходом 1. Сс8 белые хо¬
тели закупорить ладью f8,
а с ней и бедного короля.
II
„Историческая битва"
(см. главу V)
№ 3
Белые: Т а р р а ш
Нюрнберг 1904 г.
1. d2—d4 d7—d5
2. с2—с4 КЬ8-с6
3. Kgl—f3 Сс8—g4
4. е2—еЗ е7—еб
5. КЫ—сЗ Cg4 : f3
Быть может плохой ход,
но во всяком случае кра¬
сивый жест! „Я не верю
в вашу теорию сбережения
темпов",—вот что говорит
этот жест.
Черные меняются сразу,
не дожидаясь потерянного
для белых темпа ЬЗ, так как
им интересно выяснить
планы противника: намере¬
ны ли белые сыграть Ф : f3
или gf?
6. ®dl : f3 ...
При gf экспансивная
сила белой пешечной массы
оказалась бы несколько
сниженной благодаря на¬
личию сдвоенной пешки.
6. . . . Кеб—е7
Итак погоня за „при¬
митивом" (т. е. за мато¬
выми призраками) прекра¬
сно совмещалась в моей
18-летней голове с „стран
ными" и витиеватыми ма
неврами.
Черные собираются пе¬
ревести игру в новое ру¬
сло. (Переход в дебютной
стадии из одного дебюта
в другой позднее стал
одним из моих излюблен¬
Как я стал гросмейстером. — 3.
33
ных революционных ло¬
зунгов!)
7. Cfl—d3 с7—сб
8. 0—0 f7- f5
9. Ccl-d2 Kg8—f6
Играя ®d7 с последую¬
щим Kh6, Kg6 и Cd6, чер¬
ные, насколько я могу
судить, могли получить
недурную разновидность
стоневаля- После недосмо¬
тра, допущенного в тексте,
они напротив сразу попа¬
дают в затруднительное
положение.
10. с4 : d5! сб : d5
Тут Тарраш „изрек"
свою знаменитую фразу!
(см. главу V).
Впрочем владей я тогда
блокадными принципами в
той же мере как теперь,
я сыграл бы вероятно
10..,. ed, с тем чтобы
после 11. С : f5 К : f5
12. Ф : f5 Cd6 и т. д. за¬
сесть ферзем и ладьей по
линии „е“, всячески за¬
трудняя использование пе¬
шечного перевеса белых.
11. Лаі—сі
^7—g5
12. ®f3—g3 Кре8—f7
13. f2—f3 Ке7—сб
14. ®g3 : g5 Cf8-e7
15. КсЗ—е2 ®d8—Ьб
16. Cd2—сЗ Ла8—g8
Черным удалось создать
нечто вроде атаки. Теперь
во всяком случае исполь¬
зование пешечного пере¬
веса белых представляется
задачей нелегкой, тем бо¬
лее, что положение ферзя
на Ь6 противодействует
прорыву с еЗ—е4. Близо¬
рукость Тарраша, объявив¬
шего на 10-м ходе пар¬
тию противника совер¬
шенно безнадежной, до¬
стойна внимания.
17. ®g5~~h4 Ag8—g6
18. ФЬ4—h3? . . .
Следовало сразу играть
конем на f4.
В стиле молодости!
18. . . Се7—f8!
34
Тихий ход с двойной
угрозой: Ah6 и Ch6.
19. Ke2-f4 Ag6—h6
20. ®h3-g3 Cf8 —d6
21. ®g3—f2 • . .
Если 21. ®g5, to Cf8!,
но не 21.. . . Ag6(22. K:g6?
hg с угрозой Ah5) из-за
ответа 22. ФЬ4.
21. . . . Ah8—g8
22. g2~g3 Cd6:f4
23. e3 : f4 Kf6~h5
24. ®f2-e3 . . .
24. . . . еб—e5!
25. f4 : e5 f5—f4
26. ФеЗ—d2 Kc6 : d4
27. Kpgl-g2! . . .
Нельзя 27. Cg6-]~ из-за
®:g6! 28. Ф : d4 fg 29.
Ф : d5+ Kpe8! 30. ФЬ5+
Фсб. В этом варианте не¬
льзя было бить ладьей
Т1.. . . Ah : g6, а именно
из-за 28. С : d4 К : g3
29. hg A:g3+ 30. Kpf2
Ag2-|- 31. Kpel A:d2
32. C:b6 Agg2 33. Af2 ab
34. Ас7Ц-, и выигр.
27. . . . Kh5: g3!?
Характерная для моего
тогдашнего стиля игры
ошибка: я строю далеко
рассчитанную комбина¬
цию, но забываю при
этом, что и мой король
уязвим.
Простое продолжение
27.. . . fg вероятно выигры¬
вало без труда; напр. 27.
fg 28 ЬЗ Феб (Угрожая
жертвой ферзя на ЬЗ.)
29. Ahl Ф:е5 30. Ф : Ьб
Kf4+ 31. Kpfl g2+, и мат
в 2 хода.
28. ®d2 : f4+ Kg3-f5+
29. Kpg2—hl Ah6:h2-j-!?
Pointe. К сожалению
комбинация эта непра¬
вильна.
30. Kphl : h2 ...
Если Ф: Ь2, то Kg3-
и вечный шах.
30. . . . ФЬб—g6
31. ®f4-g4? . . .
35
Тарраш не находит опро¬
вержения: 31. еб+ Кр: еб
32. C:f5 K:f5 33. Afel+
Kpd7 34. ®g4, и белые вы¬
игрывают (благодаря свя¬
занности коня f5).
31. . . .
32. Ф?4—ЬЗ
33. КрЬ2—Ь1
34. КрЫ—g2
35. Kpg2—Ы
36. КрЫ—g2
37. Kpg2: fl
38. СсЗ—el
39. Kpfl : gl
40. Cd3—fl
®g6—h6-|—
ФЬб—f4-|-
Kf5-g3+
Kg3-f5 +
Kf5-g3+
Kg3 : fl +
®f4 : cl-{-
Ag8-gl+!
Фсі : el-f-
Феі : e5 ’
Продолжение 40.... Ke2 -j-
41. Kph2 (41. Kphl?
Ф:Н+!) ®f2+ 42. ®g2
ФЬ4-|- форсировало ничью.
41. ФЬЗ: Ь7+ Фе5—g7+?
Отдавать централизо¬
ванного ферзя не следо¬
вало; можно было сыграть
Kpf8, и если тогда 42. Kpf2,
то Kf5. Белые страдают
слабостью черных полей.
(В то время т о таких
тонкостях не думал.)
42. ФЬ7 : g7+ Kpf7 : g7
Тут Тарраш отклонил
предложенную мною ни¬
чью, и партия приняла
следующий любопытный
(и весьма почетный для
неопытного юноши) обо¬
рот.
43. Kpgl—f2 Kpg7—f6
44. Kpf2—еЗ Kd4—еб
Лучше Кеб.
45. f3—f4
Следовало играть СЬЗ.
45. . . . Кеб—d8!
46. Cfl—g2 Kpf6—еб
47. Kpe3-d4 Kd8-c6-|-
48. Kpd4—c5 Kc6-e7
49. Cg2—Ь34-Кре6—f6
50. СЬЗ—d7 Ke7—g6
51. f4—f5 Kg6—e5
52. Cd7—b5 Kpf6 : f5
53. Kpc5:d5 Ke5-f7
54. Cb5—d7+Kpf5-f6
55. Cd7-c8 Kf7-e5!
Угрожая контр-маневром
Kd3, и если Ь2—ЬЗ, то
Kb4-h
56. Ь2—Ь4 Ke5-d3
Партия и теперь еще
полна драматического ин¬
тереса.
57. а2—аЗ Ь7—Ь6
58. Сс8—аб Kd3—el
36
59. a3-a4 Kei—с2
60. Ь4-Ь5 Kpf6—е7
61. Kpd5-c6 Кре7—d8
62. Крсб—Ь7 Кс2—d4
63. K£b7 : а7 Kpd8—с7
Еще последовало: 64. СЬ7
КЬЗ 65. Cf3 Кс5 66. а5
Ьа 67. Ь6+ Kpd6 68. Cdl
Крсб 69. Са4+ Kpd6
70. Се8 Kpd5 71. Кра8
а4, и ничья.
ПІ
Несколько полууспехов пе¬
ред решительным фиаско
(Вена февраль - март
1905 г. и матч с Шпиль¬
маном)
В начале 1905 года
я не без успеха сыграл в
Венском смешанном тур¬
нире мастеров (в 2 круга)
с участием Шлехтера,
Вольфа, Форгача, Видмара,
Перлиса и других. Между
прочим я свел в ничью
обе партии с мастером
Вольфом, выиграл одну
партию у Форгача (да
с пожертвованием
зух фигур) и красиво
разнес альтмейстера Аль¬
бина.
Из Вены я поехал в
Мюнхен, где для меня ор¬
ганизовали матч с Шпиль¬
маном. Первую партию
этого матча я выиграл...
ничего не пожертво-
вав(!), и этот „достопри¬
мечательный" факт пре¬
исполнил мое сердце та¬
кой гордостью, что я почти
вообразил себя вполне
созревшим позици¬
онным мастером!
На самом же деле я в
позиции еще слабо разби¬
рался.
Помню, в Вене произо¬
шел со мной следующий
случай: в турнирной пар
тии с Перлисом мне уда¬
лось выиграть пешку, но...
положение после этого
оказалось лишенным ком¬
бинационных возможно¬
стей, и поэтому я более
не знал, что предпринять.
(Неумение реализовать
материальный перевес во¬
обще является отличи¬
тельной чертой комбина¬
тора!)
Чтобы выйти из этого
неловкого положения, я
предложил ничью и рад
был, что Перлис согла¬
сился.
37
Матч с Шпильманом
окончился в ничью (Ц-4
— 4=5).
К сожалению у меня не
сохранилась запись партий
этого матча. (Три из них
были напечатаны в Bach¬
manns Schachjahrbuch за
1905 год.)
Привожу две партии из
Венского турнира.
№ 4
Белые: Г. Вольф
Вена 1905 г,
1. е2—е4 е7-~е5
2. Kgl—f3 КЬ8—сб
3. Cfl—Ь5 f7—f5
Разумеется! Медленной
защиты я не признавал.
4. d2-d3 . . .
Лучшим продолжением
здесь считается 4. КсЗ.
О таких „бесцветных“
продолжениях как 8. ...
С: сЗ+ (вместо 15—f4)
9. be fe 10. de d6 в связи
с Фе7 и Себ черные ко¬
нечно и не подумывали.
(Совершенно напрасно!)
9. g2-g3
Вполне естественно, что
Вольф старается взорвать
„поспешно и без доста¬
точного прикрытия" про¬
двинувшиеся силы против¬
ника. Но он не предусмат¬
ривает замечательной по
замыслу комбинации чер¬
ных.
Также и 9. КЬ5 СЬб
10. d4 ничего особенного
не давало; напр.: 10... d6
11. de de 12. Cd2 сб
13. КсЗ Фе7 с весьма
устойчивым положением
как форпоста на f4, так и
всей прочей армии чер¬
ных.
4. - . . Kg8-f6
5. ®dl-e2? Cf8-c5
6. КЫ—сЗ Кеб—d4
Можно было также играть
6.. . . d6 или 6... . 0 — 0.
7. Kf3 : d4 Сс5 : d4
8. Cb5 - с4 f5 - f4!
38
9. . . f4—f3l!
10. ®e2:f3 d7—d5!
11. e4:d5 ...
Повидимому можно бы¬
ло брать конем, и Стей¬
ниц—но вероятно только
он один—так бы и посту¬
пил. Защита протекла бы
под знаком опаснейших
авантюр: 11. K:d5 K:d5
12. С: d5 Af8 13. ®h5+g6
14. Ф: h7 C:f2+ 15. Kpd2
®g5+ 16.. Kpc3 Cd4+
17. КрЬЗ ®f6 18. Ф:с7!
(Единственный, но пови¬
димому достаточный ре¬
сурс.); или 11. K:d5 Kg4
12. СеЗ Af8 13. ®e2K:f2
(Если 13. ... С: еЗ, то
14. К: еЗ А : f2 15. ®dl и
т.д.)14.С: d4edl5.ФБ5+
g6 16. Фе5+ Kpd7
17. Kb6+! cb 18. СЬ5Х.
Итак 11. К : d5 повиди¬
мому отражало интересно
задуманную, но все же
опрометчивую атаку чер¬
ных.
11 . . . 0-0
12. ®f3—е2 . . .
Если 12. ®g2, то Kg4
13. f3 Kf2 14. Afi Ch3
15. ®gl К: d3-|- с выигры¬
шем ферзя.
12. . . Cc8—g4!
13. f2—f3 . . .
13. . . . Kf6—e4!l
Блестящий ход в стиле
Морфи.
14. f3:g4 ...
Белые защищаются сла¬
бо. Следовало попытаться
14. de, с тем чтобы после
C:f3 15. ФИ С:е4
пожертвовать ферзя (16.
К: е41). Если же после¬
дует 15. . . . ®d6 (вме¬
сто С : е4), то положение
белых, несмотря на скован¬
ность, все же содержит
возможности спаситель¬
ных перегруппировок.
14. . . .
15. Ь2 : сЗ
16. Cel—d2
Ке4 : сЗ
Cd4 : сЗ+
СсЗ : аі
Теперь положение бе¬
лых проиграно.
39
17. с2—сЗ Ь7 Ь5
18. Сс4—ЬЗ
Нельзя 18. С:Ь5 из-за
ЛЬ8.
18. . . . а7—а5?
Блокирующий ход Фсіб
прямо-таки напрашивался.
Но в то время я еще
не дозрел до понимания
блокады.
19. d5—d6+ . . .
Отчаянная попытка.
19. . . . Kpg8—Ь8
20. СЬЗ—d5 Ла8-аб?
Ни в коем случае не
следовало ослаблять базы
(8-й горизонтали). Правиль¬
но было ЛЬ8.
21. g4--g5 ®d8 : d6
22. Cd5—e4 Od6-c5
23 Ahl-fl Af8:fl+
Если g6, to 24. A: f8—|—
®:f8 25. ®dl Cb2 26.
ФЬЗ СаЗ 27. Ф:Ь5.
24. Фе2 : fl Cal : сЗ
25. ®fl-f5 g7~g6
26. ®f5-c84-Kph8—g7
27. Фс8:а6 СсЗ : d2+
28. Kpel: d2 ®c5—f2+
29. Kpd2 c3 ®f2—d4+
30. Kpc3—c2 ®d4 -c5+
Ничья
Вторую часть партии
черные разыграли в анти-
позиционном стиле (забы¬
ли заблокировать пешку
d6 и ослабили базу). Бе¬
лые не без остроумия
воспользовались указан¬
ными ошибками протит-
ника.
№ 5
Чер ные: Альбин
Вена 1905 г.
1. е2—е4 Kg8-f6
Не вариант Кляцкина
(дебют Алехина), а как
продолжение покажет тео¬
ретически невинная по¬
пытка, не лишенная одна¬
ко психологического яда:
хитрый альтмейстер же¬
лает ввести в азарт опро¬
метчивого юношу.
2. е4—е5 Kf6-g8
3. d2—d4 d7—d5
4. Cfl—d3 e7—еб
5. Kgl—e2 . . .
40
Просто развивающий
ход, но теперь я не „про-
сто“ развивался бы, а рас¬
суждал бы, исходя из най¬
денных мной законов пе¬
шечной цепи. У белых два
шанса: 1) взрывающая пе¬
шечную цепь атака с f2—
f4 —f5; 2) фигурный обстрел
сдавленного пешкой е5 ко¬
ролевского фланга.
В данном положении
нужно было отдать пред¬
почтение второй страте¬
гической идее, ибо поте¬
рю темпов легче исполь¬
зовать в фигурной игре.
Итак следовало сыграть
5. ®g4; напр.: Ьб! (Еще
лучший шанс!) б. Kf3 Саб
7. С:аб К:аб 8. 0 0 с
определенным давлением.
5. . .
6. с2 - сЗ
7. Cel—g5
8. КЫ—d2
9. 0-0
КЬ8—сб
Kg8—е7
Фс18—d7
Ке7—g6
Лучше было 9. Фс2;
напр.: 9. . . . Се7 10. Ь4
с сильной атакой.
9. ... Cf8—е7
10. f2—f4 ®d7—d8
11. Kd2—f3 h7—h6
Вот этого ослабляюще¬
го хода белые именно и
добивались.
12. Cg5 : е7 Кеб : е7
13. ®dl-d2 с7—сб
Подготовляя вероятно
Фс7, Cd7 и 0-0-0, но
главным образом в ожи¬
дании хода g2—g4.
14. Ke2 g3
Белые избегают риско¬
ванных авантюр (14. g4
Ь5 и т. д.). Теперь угро¬
жает КЬ5.
14. ... Ьб—Ь5
15. f4—f5
Но теперь, когда поле
g5 стало доступным для
моего коня, я уже не мо¬
гу побороть своего пыла
и бросаюсь вперед, смело
жертвуя качество.
41
15. . . • еб: f5
16. Kf3 -g5 f5 f4
17. Afl:f4! Kg6:f4
18. ®d2 : f4 Cc8—еб
19. Aal—fl . . .
У белых сильная атака,
и она еще выигрывает в
силе от того, что белый
конь когда угодно может
вторгнуться на f5.
В такого рода положе¬
ниях (но к сожалению
только в такого рода по¬
ложениях) я в то время
проявлял удивительно
тонкое позиционное чутье.
19. . . . Ф(18-Ь6
Если 19.... Фс7, то
20. K:f7 Af8 21. Kd6+
Kpd7 22. ®:f8 f A: f8
23. A: f8 ФЬб 24. Ab8, и
выигр.
20. Kg3—f5! Ke7 : f5
21. Cd3 : f5 ФЬб—c7
Нельзя 21. 0—0—0 из-
за 22. К: f7!.
22. Cf5 : еб f7 : еб
23. Kg5 : еб Фс7-е7
24. ФІ4—f5 Kpe8~d7
Вынужденный ход.
25. Кеб-f8+ Kpd7—с7
26. Kf8~g6 Фе7—е8
27. Kg6 : Ь8 Фе8 : h8
28. ФГ5—еб . . .
Вторгаясь в игру по ли¬
нии ,,f“. Теперь белым
остается только соблюсти
известную предосторож¬
ность, не обнажая чересчур
своего собственного ко¬
роля.
28. . . . Крс7-Ьб
29. Феб—е7 ФЬ8~Ь6
Ища контр-шансов,
30. Фе7—с5~р КрЬб -аб
31. Ь2—Ь4 Ь7—Ь5
Обратите внимание на
следующий красивый ва¬
риант: 31.... Ьб (вместо
Ь5) 32. Ь5+! cb 33. ФаЗ+
КрЬ7 34. Af7+ Крсб 35.
ЬЗ! Ь4! 36. КрЫ!, и чер¬
ным нет спасенья от угроз
Фе7 или Фаб.
32. Ь2—ЬЗ! Ь5—Ь4
33. Kpgl—Ы . . .
Теперь уже ладья смело
может предоставить своего
короля своим собственным
ресурсам, между тем как
немедленное 33. Af6? ока¬
залось бы тщетной попыТ"
42
кой из-за 33.. .. ФеЗ |-
34. КрЫ Фе1+ 35. Kph2
®g3-f- и т. д.
1. . . . Фо7—е5
2. Af6 : g6!! Фе5—е44
3. Kd4—f3l! Фе4 : g6
33. . . . ФЬб—еб
Парируя грозящее Af6!.
34. Afi—f7 Феб—h6
35. a2—a4!
Изящнее, чем Af6.
36. a4—a5
37. Af7 : a7+
38. Фс5 -Ь6Х
ФЬб—еб
Феб—е8
Аа8 : а7
4. Kf3—е5
5. f2—f3
6. g5—g6
®g6—e4—j—
Фе4 : e5
Сдался.
Не могу отказать себе
в удовольствии поместить
одно сыгранное во время
турнира окончание. Если
вы сравните его с окон¬
чаниями №№ 1 и 2, то
найдете, что оно правда
не менее фантастично, но
все же более корректно.
(См. диаграмму.)
№ 6
Черные: N. N.
Вена 1905 г.
1. Af4—f6 . . .
С угрозой А: g6, затем
Ф: Ь74~ и АЬбХ.
Если бы черные на 3-м
ходе взяли не ладью, а
коня, т. е. 3.. . . Ф : f3-
(вместо Ф : g6), то после¬
довало бы 4. Kph2 Kf5
5. gf Ф :f5 6. А : еб, и
выигр.
Обратите внимание на
то, как победному шествию
пешки ,,g“ (g5—g6) пооче¬
редно препятствуют чер¬
ная пешка g6, белая ладья
g6, черный ферзь g6 и как
перипетии комбинации за¬
ставляют все эти фигуры
исчезнуть (отчасти та¬
ким путем, что одна съедает
другую)!
43
IV
Барменское фиаско
Исследование перво¬
причин этого провала
является заданием настоя¬
щей главы.
Такое исследование, ду¬
мается нам, не может не
оказаться полезным как
в биографическом, так и
в педагогическом отноше¬
ниях.
О плохой постановке
дебюта, как одной из перво¬
причин этого провала, мы
уже говорили. 1. d4 d5
2. с4 Кеб неизменно да¬
вало плохую для меня
партию.
Белыми же я играл бес ¬
цветный вариант шотланд¬
ской партии.
О других причинах мы
поговорим ниже.
№ 7
Черные: Форгач
Бармен 1905 г.
1. е2—е4 е7—е5
2. Kgl—f3 КЬ8—сб
3. d2—d4 е5 : d4
4. Kf3 : d4 Kg8—f6
5. КЫ—c3 Cf8- b4
6. Kd4 : сб
7. Cfl—d3
8. e4 : d5
9. 0-0
10. Cel—g5
11. Kc3-e2
Ь7 : сб
d7-d5
сб : d5
0—0
c7—сб
Идея этого хода—заня¬
тие конем пункта d4; напр.:
11.... Cd6 12. Kd4 h6?
13. K:c6C:h2+ 14. Kphl!
®d6 15. C:f6 ФИ6 16.
Kp:h2 Ф: сб 17. ®d2
(Нимцович—Э. Кон, Мюн¬
хен 1906), и эндшпиль
чуть-чуть к выгоде белых.
Если черные воспрепят¬
ствуют ходу Kd4, играя
11.. . . Сс5, то последует
12. Kg3 h6 13. Cf4 с не¬
плохой игрой для белых.
11. . . . Cc8-g4
12. f2—f3 . . .
Этим ходом начинается
чут ли не „систематиче-
ски“ проводимое ослабле¬
ние собственного центра.
Все последующее при всем
своем остроумии явно до¬
казывает, что я в то время
еще и не мечтал о той
централизации, кото¬
рой позже суждено было
стать краеугольным кам¬
нем моей системы.
44
Ход f3 ослабляет пункт
еЗ. Возможно было 12.Фс1.
15. . • .
16. d3~d4
Af8—е8
12. . . . Cg4—h5
13. Ke2—g3 Ch5—g6
14. f3—f4 . . .
Ослабляя и пункт e4.
Солиднее было Kf5.
14. . . - Cg6 : d3
15. c2 : d3 ...
Открывая линию „с“ и
прикрывая как будто бы
пункт е4. Следовало од¬
нако предпочесть 15. Ф: d3,
ибо в этом случае пред¬
виделась бы возможность
быстрой нейтрализа¬
ции линии „е“ путем сЗ
и Лаеі. А ослабив пункты
еЗ и е4, белые были обя¬
заны думать исключитель¬
но об одном: как бы вновь
укрепить эти пункты. Итак:
15. ®:d3! Ле8 16. сЗ
Сс5-р 17. Kphl и вскоре
затем Лаеі.
То, что белые, вместо по¬
пытки оздоровления своего
слабого центра, погнались
за новым зайцем (пешкой
сб), является дилетан¬
тизмом, и в нем именно
я вижу первопричину мо¬
его фиаско.
Предпочтительнее было
16. Kphl; если тогда ®d6,
то 17. Kf5 Феб (17....
®d7? 18. Kh6+) 18. Kd4
Ф86 19. Kf5, вынуждая
ничью.
16. ... h7-h6
17. Cg5~h4 ®d8-d6
18. f4 f5 Kf6-e4
Весь центр в руках чер¬
ных.
19. ®dl— g4 Kpg8—h7
20. Kg3—h5 Ae8~g8
21. Afl-f3 . . .
„Лезть на фланге"—ти¬
пичная для незрелого шах¬
матиста стратегия.
21. . . ®d6—d7
22. Ch4~g3
45
Вместо этого хода, бы¬
стро ведущего к круше¬
нию атаки, можно было
сыграть 22. АЬЗ, и если
тогда 22... . Лае8, то 23.
Cf6!! с пожертвованием
ферзя на g7, е4 или Ь6;
а именно: 22. ЛЬЗ Лае8
23. CI6.
I. 23.... K:f6 24. ®:g7!
A:g7 25. K:f6-j- Kph8 26.
A: h6+ Ah7 27. A:h7X:
II. 23.. .. gf 24. Ф: e4l;
III. 23.... Cf8 24. ®f4!
K:f6 25. Ф:Ьб-Н
Вся эта на редкость эф¬
фектная комбинация была
найдена мною по оконча¬
нии партии, и мне тогда
стало казаться, что я
упустил заслуженный вы-
игрыш.
Этот взгляд однако едва
ли является правильным.
Дело в том, что в ва¬
рианте III после 22. АЬЗ
Лае8 23. Cf6 Cf8 24. ®f4
у черных имелась защита
24.... g6; напр.; 25. fg—|—
fg 26. Kg3 K:f6 27. ®:f6
Cg7 28. ®f4 (28. ®f2 ®g4)
Agf8 29. ®d2 ®g4, и
выигр. (30. Aadl Ф: d4+
и T. д.)
Из этого анализа яв¬
ствует, что в позиционно
46
плохих положениях „ком¬
бинационное чудо“, увы,
остается мифом.
22. . . Аа8-е8
23. Cg3~e5 СЬ4—d6!
Тонкая защита, ибо если
теперь 24. С: g7, то Cf8, и
атака белых быстро и с ея
кает; напр.:
I. 25. Ag3 (с угрозой
®g6 + !) C:g7 26. K:g7
К : g3 27. К : е8 Ф : е8І;
II. 25. Леі C:g7 26.
А:е4 А:е4 27. ®:g74
A:g7 28. Kf6 4 Kph8
29. К: d7 A: d4 и выигр.
24. Af3--h3 . . .
Попытка, продиктован¬
ная отчаянием. Однако от¬
чаиваться было еще рано,
надо было попросту сы¬
грать С: d6, с тем чтобы
организовать затем защи¬
ту слабых пунктов d4, Ь2
и т. д.
В таком „стиле отчая¬
ния" разыграл я много
концов в этом турнире.
24. ... Cd6 : е5
25. d4 : е5 Ае8 : е5
26. Kh5 : g7 Ag8 : g7
27. Ah3 : h6+ ....
На 27. ФІ4 проще все¬
го f6.
27. . . . Kph7g8
28. ®g4- h4 . . .
Если 28. ФЬ5, то Kpf8
29. ЛЬ8+ Кре7 30. 16+
Кр : f6, и король черных
окажется неуязвимым.
28. . . . f7—f6
и черные легко выиграли.
Последовало еще: 29.
ФЬ5 ЛЬ7 30. ®g6+ Kph8
31. Леі Л:Ь6 32. Ф:Ь6+
Kpg8 33. ЛеЗ Ф : f5, и бе¬
лые сдались.
Мастерски проведенная
Форгачем партия. Что же
касается меня, то я выка¬
зал недостаточное пони¬
мание централизации, а
кроме того обнаружил
склонность к игре в сти¬
ле отчаяния. Так и запи¬
шем.
№ 8
Белые: Шпильман
Бармен 1905 г.
1. е2—е4 е7 е5
2. КЫ—сЗ Cf8—с5
Теория не признает этот
ход полноценным, однако
я и по сию пору не усматри¬
ваю — почему. После, 3.
Kf3 d6 ни 4. Ка4 ни 4. d4
ничего не дают; напр.:
4. Ка4 Фе7!; или 4. d4
ed 5. K:d4 Kf6 6. Ce2
0 — 0 7. 0 — 0 Ле8, после
чего защита пешки е4 пу¬
тем Cg5 опровергается
маневром 8.. . . Ьб 9. Ch4
g5 10. Cg3 К : е4 и черные
во всяком случае не долж¬
ны проиграть.
3. f2—f4 . . .
Знаток гамбитной игры
Шпильман вполне понятно
переводит партию в знако¬
мое ему русло.
3. . . d7—d6
4. Kgl—f3 Kg8—f6
Можно И Cg4.
5. Cfl—c4 Kb8- c6
6. d2—d3 Cc8—еб
Во всяком случае про¬
ще, чем Cg4 7. h3 C:f3
8. ®:f3Kd4 9. ®g3. Впро¬
чем Свенониус предлагает
в только-что указанном
варианте 8. . . . ef (вме¬
47
сто 8. . . . Kd4) и дает
следующее примерное про¬
должение: 8. . . . ef 9.
C:f4 Kd4 10. ®g3 Kh5
11. ®g4 K:f4 12. Ф.44
К: c2 + с преимуществом
для черных (13. Kpd2?
СеЗ-Н
7. Cc4 —Ь5! а7—аб
Желая заставить слона
объясниться.
То же самое достига¬
лось, но без потери темпа
(а7—аб), ходом 0—0. Но
черные очевидно побаива¬
лись варианта (7. . . .
0 — 0) 8. f5 Cd7 9. Cg5.
Защита в этом случае
однако все же была воз¬
можна: 9. . . . Kd4 10.
C:d70):d711. С: f 6 gf 12.
Kd5®d8 13. K:d4 C:d4
14. <I)g4 + Kph8 15. ФЬ4
Kpg7 и t. д., и поэтому
ход 7. . . . аб прихо¬
дится считать ошибкой.
8. СЬ5:с6 + ! Ь7 : сб
9. f4—f5! Себ—с8
10. Cel—g5 ®d8 -d7
Этот ход, к которому
составитель турнирного
сборника партий ставит
восклицательный зиак, я
теперь считаю ошибочным;
следовало играть 10. . . .
Ьб 11. Ch4 g5; и потому
не было оснований у во-
дить слона на с8, если по¬
ле d7 для ферзя все рав¬
но не должно было пона¬
добиться.
11. Cg5 : f6 g7 :f6
У черных правда ком¬
пактное положение цен¬
тральных пешек, но экс¬
пансивная сила этой ком¬
пактной массы чересчур
мала: другими словами—
черное наступление с d6—
d5 не может быть разви¬
то в наступление с d5—d4
плюс сб—с5—с4 ибо Ь2 —
ЬЗ затормозит все. С дру¬
гой стороны у черных
имеются 2 слабости: изо¬
лированные пешки „а“
и Л".
Но все эти рассужде¬
ния, теперь кажущиеся мне
само собой понятными, в
то время являлись лежа¬
щими абсолютно вне мо¬
его шахматного кругозора.
Итак приходится кон¬
статировать недостаточно
глубокое понимание эле¬
ментов: и этот недоста-
48
ток я считаю теперь глав¬
нейшим первоисточником
своих неудач вплоть до
1906 года. Если бы я уже
в то время понижал толк
в элементах (в данном
случае речь идет об эле¬
менте—„пешечная цепь“),
то я провел бы партию
сознательно, а не азартно,
кидаясь во все стороны.
Итак запишем: недо¬
статочное глубокое
понимание элемен¬
тов.
12. ®dl-d2
13. КсЗ-е2
14. Kf3—Ь4
15. 0—0—0
16. Ке2—g3
Сс8—Ь7
h7-h5
0—0—0
d6—d5
Прицеливаясь
Ь5.
на пешку
16. ... Сс5—f8!
Угрожая выигрышем
ферзя и желая прогнать
назойливых коней (СЬб и
затем Cg5).
17. Крсі—Ы
17. ... d5—d4?
Добиваясь „позиционно
невозможного". Чер¬
ные желают провести ата¬
ку с с5—с4 стихиям на¬
перекор! Без этого про¬
маха положение черных,
если не давало шансов на
выигрыш, то все же было
вполне устойчивым. Вся
их задача состояла лишь
в следующем:
1) удержать атакующее
положение в центре, т. е.
оставить пешку на d5;
2) защитить пешку Ь5.
Это все, что требова¬
лось, и поэтому черные
вместо d4? должны были
играть 17. . . . Ch6 18.
Фе2 Cg5 19. Kf3 Cf4.
Как я стал гросмѳйстером — 4.
49
Л*с бопытно отметить
следующее. Кроме пози-
цио ной слабости черные
своим последним х-дом
обнаруживают и недоста¬
ток чисто волевой (психо¬
логический): им лень про¬
гнать коней, — сознание,
что они и „позже успеют
это сделать", парализует
их волю.
Нежелание приве¬
сти угрозу в испол¬
нение и вообще извест¬
ное недоверие к
„примитивным" ма¬
неврам и по сию пору
является характерной для
моего стиля игры чертой.
18. Фс12—е2 Cf8—h6
Поздновато!
19. Kg3 : Ь5 Ch6~g5
20. g2—g3! c6—c5
См. первую часть при¬
мечания к 17-му ходу.
Единственно разумным
планом сопротивления
являлось: 20. . . . С: Ь4
21. hg ЛЬб с последующим
Adh8 и отыгрышем пешки.
21. Kh4-g2 с5—с4
22. Ь2—Ь4 с4—сЗ
В стиле отчаяния.
23. h4 : g5 ФсГ7—а4
24. КрЫ—al Ah8 : h5
25. Ahl : Ь5 сЗ : Ь2 j
26. Kpal-bl Cb7-d5
27. e4 : d5 Ad8 : d5
У белых теперь дей-
стгительно не имеется
„защиты" от угрозы Аа5;
напр/ 28. с4 Аа5 29.
Ф;Ь2 Ф:с11;. Но увы—
черный король получает
мат, раньше чем ладья
успеет „развернуться".
28. Ah5-h8+ Крс8-Ь7
29. Фе2—f3 с7—сб
30. ®f3—Ь5 Сдался.
№ 9
Белые: А и
Бармен 1905 г.
В этой сравнительно
тонко разыгранной партии
мы главным образом оста¬
новимся над дебютной
стадией и конце, что же
касается мительшпиля, то,
несмотря на всю его ком-
бинационность, мы рас¬
смотрим его лишь с точки
зрения допущенных в нем
50
типичных (для 19-летнего
Нимцовича) ошибок.
de! 12. К: c4 Ьб в связи
с СЬ7, и черные стоят
1. d2—d4
2. Kgl-f3
d7-d5
e7—еб
3. Cel—f4
Cf8—d6
4. Cf4—g-3
Kg8-f6
5. Kbl—d2
Kf6—e4
6. e2—e3
Kb8-d7
7. Cg3 : d6
c7 : d6!
8. c2—c4
0—0!
9. c4 : d5
• . t
прилично.
9. . . .
еб : d5
10. Cfl—d3
Kd7—f6
11. 0 0
Od8-a5!
12. Kd2—ЬЗ
Фа5—b6!
13. Ь2—h3
a7—a5
14. Aal—bl
C c8—d7
15. Odl e2
Aa8—c8
16. Kb3—d2
Ac8 — c7
Дебют разыгран мною
оригинально: и оригиналь¬
ность (не оригиналь¬
ничанье, как утвержда¬
ли Тарраш и прочие
„друзья" мои!) заключает¬
ся в том, что я соединяю
в одном плане два совер¬
шенно различных по сти¬
лю мотива: 1) таррашев-
ский мотив свободной фи¬
гурной игры (в варианте
9. cd cd, как это и слу¬
чилось в партии) и 2) нео¬
романтический по духу
мотив обстрела центра
дальнобойными фигурами,
при чем собственному пе¬
шечному центру уделяется
лишь скромно выжидатель¬
ная роль (в варианте 9.
Cd3 [вместо 9. cd] Kdf6
10. Фс2 K:d2! 11. K:d2
Последующая „работа"
по линии „с" заслуживает
одобрения.
17. Kf3-el Af8—с8
18. Kpgl—Ь2 Cd7-a4
Желая вызвать Ь2—ЬЗ
и чрез это — ослабление
пункта сЗ.
19. f2-f3
Ке4 - g5
В этот момент черные
вполне правильно решили,
что ладьям,
сти пункта
перейти на
линии „с".
20. ЬЗ—Ь4
21. Ь2—ЬЗ
ввиду слабо-
еЗ, следует
линию „е“ с
Kg5—еб
Са4-с6!
См. предыдущее приме¬
чание.
4’
51
22. g2—g4
23. Фе2— f2
24. Cd3 : b5
25. g4—g5
26. Ф(2—g3
27. ®g3-f2
28. ФГ2—g3
29. Kei—g2
Ac7-e7
Себ—b5!
ФЬб : Ь5
Kf6-d7
ФЬ5—e2-H
Фе2—аб!
Лс8—сЗ
ЛсЗ с2
Выигрывая пешку.
30. Afi—f2 Лс2 : а2
31. Kg2-el Ь7—Ь5
Типичная ошибка:по¬
сле достижения выигрыш¬
ного положения я сразу
начинаю сдавать. Обра¬
тите внимание на то, что
черные на31-мходе избе¬
гают прямых угроз, а на¬
оборот стараются играть
в „робком и стыдливом
стиле", дабы не огорчить
еще более удрученного
горем противника!!
Разумеется надо было
играть просто и грубо:
31... . Kef8 (Угрожая пеш¬
ке еЗ.) 32. f4 Феб (Угрожая
пункту сЗ.) и т. д.
32. ЛЫ-сІ
33. Kei—d3
34. Kd3—Ь4
35. КЬ4 : a2
a5—a4
a4 : ЬЗ!
Фаб—аЗ
ЬЗ : а2
Благодаря жертве каче¬
ства партия вновь вошла
в „полосу треволнений",
а такая полоса мне тогда
именно и нравилась. Жер¬
тва впрочем вполне кор¬
ректна.
36. ®g3 - gl
37. Acl—al
38. f3 - f4
39. Kd2—f3
40. Aal : a2
41. ®gl—g4
ФаЗ : еЗ
ФеЗ : d4
Кеб : f4
®d4—еЗ
Ae7—e8
41. . . . Kd7- c5
Типичнейшая ошибка!
Естественный ход 41... •
Ке5! сразу упростил бы
игру и окончательно раз¬
рядил бы атмосферу; напр.:
42. К:е5 de 43. ®d7? Af8
44. Ф:Ь5 ФЬЗ-|- и т. д.
или 42. ®g3 Ked3 43. Л 1
Ь4 с легким выигрышем.
52
Но я в то время
ненавидел упрощаю¬
щие игру ходы!
42. Kf3—gl Kc5-d3
43. Af2-f3 ФеЗ—e5
44. ®g4~g3 . . .
Теперь кони как-то не¬
лепо „повисли" (белая
угроза: Ad2). Черным сле¬
довало вместо 43.... Фе5
играть Фе4!. Тогда 44. Ф^З
о гражалось посредством
44.... КЬ5.
44. . . Ь5—Ь4
45. Аа2—d2 Kf4—h5
Теперь колоссальные в
свое время шансы черных
быстро испаряются, и пар¬
тия кончается в ничью.
Еще последовало:
46. Ф:е5 К:е5 47. АЬЗ
Kg4+ 48. Kpg2 Ае4 49.
A:d5! Af4 50. A:d6 f5
51. Af3 Ke5 52. A:f4
K:f4+ 53. Kpf2b3 54. Kf3
Kc4 55. Ad8+Kpf7 56. Kd2
Kpe7 57. Ab8K:d2 58. Kpe3
Kg2+ 59. Kp:d2 K:h4
60. КреЗ Креб 61. A:b3
Ничья.
Итак турнир в Бармене
окончился моим полным
провалом, и только сла¬
бым утешением мне по¬
служил выигрыш у 3-го
призера разносной партии,
которую я и привожу ниже.
Стремительный стиль этой
партии получает свой опре¬
деленный колорит от раз¬
бросанных в ней там и сям
нео - романтических бле¬
сток.
№ 10
Черные: В. Кон
Бармен 1905 г.
После вступительных
ходов 1. е2—е4 е7—е5
2. Kgl-f3Kg8-f6 3.Kf3:e5
d7 — d6 4. Ке5—f3 Kf6:e4
5. Kbl—c3 Ke4—f6? 6.
d2—d4 d6—d5 белые пред¬
приняли атаку в ориги¬
нальном стиле.
7. Kf3—е5 . . .
Последовало:
7. . . .
8. КсЗ—е2!
Полнейший
тизм!
8. . . .
9. Ке2—g3
Сс8—f5
• • •
нео-роман-
Cf8-d6
Cf5—е4
53
10. f2—f3 Ce4—g6
11. Cel—g5 h7--h6
12. Cg5-h4 Ф<18—e7
13. Cfl—b5+ c7-c6
14. 0-0 Cd6: e5
15. d4 : e5 Фе7—c5-}~
16. Afi—f2 Kf6—d7
17. Cb5- d3 0-0
18. f3-f4 Kb8—a6
He спасало и f7—f5.
19. ®dl—g4 . . .
С разносом, ибо если
19.... C:d3, то 20. cd
с последующим Kf5.
19. . . . Kpg8—h7
20. Фг4 : d7 ...
и черные через 4 хода
сдались.
V
После переворота 1906 г.
(см. главу VI)
№ 11
Белые: Э. Кон
Мюнхен 1906 г.
1. d2-d4 Kg8—f6
2. с2 - с4 d7— d6
3. КЫ—сЗ Kb8~d7
4. е2—е4 . . .
Лучшим способом раз¬
вития здесь признается
4. еЗ в связи с Cd3, Ке2,
0 - 0 к наконец f4.
4. . . е7—е5
5. Kgl— f3 Cf8—е7
6. Cfl — d3 ....
Я бы предпочел здесь
6. СеЗ, затем 7. Фс2 и 8.
0-0-0.
6. ... 0-0
7. Ссі—еЗ Kf6—g4
На первый взгляд бес¬
цельный ход, ибо К: еЗ не¬
сомненно — к выгоде бе¬
лых. В действительности
же Kg4 является всту¬
плением к весьма тонкой
54
комбинации в позиционном
стиле.
8. 0-0 е5: d4
9. Kf3 : d4 ...
На 9. С: d4 последова¬
ла бы та комбинация, на
которую мы намекнули
выше, а именно: 9. С : d4
с5! 10. СеЗ К : еЗ 11. fe
Cf6l 12. Фс2 С : сЗ! 13.
Ф : сЗ Ке5 с вполне ус¬
тойчивым положением для
черных.
Из одного этого приме¬
ра явствует, что усилен¬
ная работа, о которой я
пространно рассказывал в
VI главе, успела револю-
ционировать весь мой шах¬
матный организм: комби¬
национный талант теперь
уже ищет себе примене¬
ния не в диких матовых
атаках, а в чисто позици¬
онных стычках, и целью
этих комбинаций является
уже не „полнейший раз¬
гром" противника, а все¬
го - на- всё лишь дости¬
жение устойчивого
положения.
9. . . . Kg4 : еЗ
10. f2 : еЗ Kd7-e5
Черные достигли устой¬
чивого положения, но пока
отнюдь не большего и это
они, как видно из даль¬
нейшего, вполне учли.
И. Cd3—е2 Се7—g5
12. ®dl-d2 Af8—е8
13. КсЗ—d5 Cc8—еб
14. Kd4 : еб
Предпочтительнее здесь
было 14. ЬЗ и при случае
Kf4 с двумя центральными
конями.
14. . . . Ле8 : еб
15. Kd5—f4 Леб—е8
16. Aal—cl ®d8-d7
Согласно моей системе,
черным следовало бы до¬
биваться размена одной
из сдвоенных пешек про¬
тивника (е4), дабы открыть
себе доступ к остающейся
в живых пешке (еЗ). И по¬
этому в 1929 году я бы
сыграл 16... Kd7 17. Cf3
Kf6 18. ®d3 сб! 19. ЬЗ
(Защищаясь от угрозы
ФЬ6.) ФЬ6 20. g3. В даль¬
нейшем черные отдадут
пешку d6 взамен пе¬
шки е 4, после чего выше¬
упомянутый подступ к пе¬
шке еЗ окажется откры¬
55
тым. Но в 1906 году я,
гордясь своей новоі риоб-
ретенной устойчивостью,
старался избегать всяких
неясностей, ибо авантюра
как таковая казалась мне
не сладостно - заманчивой,
а просто принижающей то
чувство, которым я гор¬
дился и которое поэтому
лелеял: чувство радости и
глубокого удовлетворения
от того, что мне наконец-
то удалось освободить¬
ся от дикого азарта
былых баталий...
17. Ф<12—еі
18. Се2—d3
19. Феі— f2
Ke5—g6
Cg5-f6
Cf6-e5
Тот факт, что я зани¬
маю укрепленн лй пункт
е5 поочередно разными
фигурами, доказывает, что
искусство лавирования в
то время уже не соста¬
вляло для меня секрета.
(Какой прогр сс сравни¬
тельно с партиями 1905
года!) Но упомянутый ма¬
невр (игра на базисе е5)
знаменателен и в психо¬
логическом смысле: слов¬
но я хожу и радуюсь
устойчивости своего поло¬
жения, и любуюсь ею, и
смотрю на нее со всех
сторон, и не когу нагля¬
деться...
Так радостно будете пе¬
реживать процесс своего
шахматного оздоровления
и вы, дорогие приятели-
комбинаторы! И поэтому—
учитесь!
20. Асі—с2 Ле8~£8!
21. Kpgl-hl Ь7-Ь6
22. ®f2— f3 Ла8—е8
Что ни ход, то консо¬
лидация!
23. Лс2—f2 Kg6 -h8
Чтобы сыграть f6 и Kf7.
24 ФГЗ—h5 с7—сб
25. g2-g4 f7—f6
26. c4—c5! . . .
Начало великолепно за¬
думанной атаки; черным
теперь приходится соблю¬
дать крайнюю с сторож¬
кость.
26. ... Се5 : f4
27. Af2 : f4 d6 : c5
28. Cd3-c4+ Kh8-f7
29. g4—g5 Ae8—e5
30. Af4—f5!l . . .
56
Гвоздь гениального за¬
мысла Э. Кона!
30 Ае5 : f5!
I. 30.... g6 (Вместо Л: f5.)
31. ФЬб Леб! (Нельзя
31....gf 32. gf, и белые
матуют.) 32. Л : f6! К : Ьб
33. С: еб-h Ф : еб 34. Л:еб
Л : fl-|- 35. Kpg2, и черные
не могут выиграть.
II. 30.... Л:е4 31. gf
Л : с4 32. fg Кр : g7 33.
Ag5-H Kph8 34. ФЬб!
ФИ5 + ! 35. A:d5 К : Ьб
36. A:f8+ Kpg7 37. Add8,
и шансы отнюдь не на
стороне черных. Два пре¬
лестных варианта!
31. е4 : f5 f6 : g5
Лучшим ходом здесь
было 31. .. . КрЬ8!. Глав¬
ный вариант следующий:
32. Adi (Ни 32... g6 ни
32... . С : f7 ничего не да¬
ют; напр.: 32. С: f7 Ф : f7
33. g6 ®d5 “р и затем Ьб.)
ФИ5! 33. C:f7 (33. <X>:f7??
ФІЗ+, и выигр.) g6! 34.
С : g6 Ф: g6 35. Ф : g6 hg,
и теперь разве что 36.
Ad7 с шансами на ничью.
Или также 33. . . Фе4-]~
34. Kpgl Ф : еЗ Ц-, и шан¬
сы черных на выигрыш
кажутся нам проблематич¬
ным. Но, повторяем, при
33....g6 черные все же
оставались с лишней пе¬
шкой.
После хода в тексте
Кон мог добиться ничьей.
(Неважно разыграв дебют,
он гениально задуманной
атакой уравнял игру, и
ничья была им заслужена,
хотя с другой стороны
черные провели партию в
хорошем стиле и имели
право рассчитывать на по¬
беду.)
32. f5~f6 g7 : f6
33. Afi : f6 Kpg8-g7
34. Af6 : f7 + Af8:f7
35. ФЬ5 : g5+ . . .
Казалось бы безразлич¬
но, побить ли сперва на
f7 или на g5; в действи¬
тельности же следова-
л о начать с 35. С : f7.
57
Почему? — вскоре станет
ясным.
35. ... Kpg7— f8
36 Сс4 : f7 ®d7-dl+
37. Kphl—g2 ®dl - c2+
38. Kpg2— f3 Kpf8 : f7
Вечного шаха пока опа¬
саться нечего, и у черных
во всяком случае лишняя
пешка. В дальнейшем я
разыграл один из луч¬
ших эндшпилей сво¬
ей жизни.
39. ®g5—е5 . . .
Не только централизуя
ферзя, но и занимая важ¬
ную в смысле защиты пе¬
шки Ь2 диагональ Ь8 —Ь2.
Задача черных поэтому
сводится к тому, чтобы
прогнать неприятельского
ферзя с указанной диаго¬
нали; но эта задача затруд¬
няется тем, что черным не
следует при этом выпус“
кать из рук „своей" диа¬
гонали g6—bl. В страте¬
гическом отношении энд¬
шпиль этот является таким
образом борьбой между
чернопольными и бело=
польными пунктами.
39. . . ®c2-dl+
Этот временный уход
с диагонали g6—bl необ¬
ходим как мера для децен¬
трализации неприятельско¬
го ферзя.
40. Kpf3—f2 ©dl—d5
41. Фе5—f4+ . . .
Если 41. ФЬ8, то Kpg6.
41. . . . Kpf7-g6
Угрожая ®f5.
42. Kpf2-el ®d5—f5
Возвращение на „наси¬
женную" диагональ.
43. ®f4—g3 j- Kpg6—h5
44. ®g3—g7 . . .
Сравните примечание к
39-му ходу белых.
После обоюдного „воз¬
вращения ферзей на роди¬
58
ну" создается впечатление,
что ничто, в сущности ГО“
воря, не изменилось. Од¬
нако это не так: в дей¬
ствительности черный ко¬
роль вторгся в игру.
44. . . . ®f5—e4!
Эта централизация силь¬
на не только как таковая
(т. е. не только тем, что
она усиливает значение
ферзя), но и тем, что она
является подготовительной
мерой для предстоящей
экскурсии короля, ибо до¬
казано (см. „ Систему “),
что экскурсия короля до¬
пустима только под про¬
текторатом централизо¬
ванного ферзя.
45. ®g7-f7 + Kph5-g4
46. ®f7—g7 + . . .
Если 46. Фс17-р, то Kph4.
46. - . . ®e4~g6
47. ®g7-d7+ Kpg4—f3
48. ®d7—h3+ Kpf3-e4
В техническом отноше¬
нии экскурсия короля про¬
текает под лозунгом: не
попаду на ЬЗ, так причалю
на е4 (две гавани!).
49. Креі—е2 Кре4—е51
Теперь результаты тон¬
кой стратегии черных на¬
чинают сказываться: белым
удалось правда отразить
наступление неприятель¬
ского короля, но им при¬
шлось при этом отказать¬
ся от владения важной
диагональю Ь8—Ь2. При
таких условиях атака чер¬
ных по диагонали g6—с2
окажется неотразимой.
50. Кре2—d2 с5—с4
„ Материализация" диа¬
гонали, на которой создан
теперь опорный пункт d3.
51. ФЬЗ-fl ®g6—е4
Активность белых очень
ограничена (нависла веч¬
ная угроза ®d3~[ ).
52. ®fl—е2 Кре5—d6!
Король сделал свое дело
и теперь скромно исчезает.
53. Фе2—-fl Kpd6~e7
Экскурсия короля про¬
текла по следующему мар¬
шруту : К pf 7—g6—h5—g4
—f3—e4-e5—d6—e7.
54. ®fl—e2 b6—b5
59
Остальное уже просто.
Еще последовало: 55. ФИ
а5 56. ®gl Фе5 57. Крс2
Ь4 58. ®f2 Фе4 + 59.
Крсі а4 60. ®g3 ЬЗ 61.
ab сЬ 62. Фс7 4"Креб 63.
Фс8+ Kpd5 64. ФИ7+
Крс4 65. ®f7 + Kpd3, и
белые сдались.
В этой партии я показал
высокий класс и большую
зрелость игры.
№ 12
Белые: Шпильман
Мюнхен 1906 г.
Нижеследующая партия
была сыграна в том же
турнире, что и предыду¬
щая, но проведена в бо¬
лее „энергичном стиле".
Но этот стиль только при
поверхностном взгляде мо¬
жет показаться родствен¬
ным тому стилю, который
принес мне столько разо¬
чарований (Бармен!). Под-
вері нутая внимательному
анализу игра моя в этой
партии производит вполне
удовлетворяющее впечат¬
ление (см. напр. примеча¬
ние к 4-му ходу черных).
1. е2-е4 е7-~е5
2. f2—f4 d7—d5
3. е4 : d5 с7—-сб
Изобретенная мною но¬
винка.
4. ®dl-f3 . . .
Если 4. КсЗ, то ef 5.
Kf3 cd с равными шансами.
4. . . . е5 : f4
Сейчас же после окон¬
чания партии я показал
такой вариант: 4.. . . cd
5. fe Кеб 6. СЬ5 Сс5 7.
сЗ С : gl 8. Л : gl ФЬ6 9.
С:сб + Ьс 10. d4 Саб, и
у белых слабы белые поля.
Из этого примера, как
и из эндшпиля с Э. Ко¬
ном, явствует, что страте¬
гия игры по пунктам оп¬
ределенного цвета, вообще
говоря являвшаяся в ту
пору еще неведомой об¬
ластью, уже не составляла
для меня секрета.
5. d5 : сб КЬ8 : сб
б. Cfl—Ь5 Kg8—f6
Черные смело предлага¬
ют пешку за лучшее раз¬
витие.
60
7. d2—d4 Cc8—d7
8. Kgl-e2 . . .
Если 8. сЗ, то ФЬб.
8. . . . ®d8-b6
9. ®f3-d3 Cf8—d6
10. c2—c4 0—0!
Повидимому вполне пра¬
вильная жертва фигуры.
11. СЬ5 : сб
12. с4—с5
13. d4 : с5
14. Cel : f4
Cd7 : сб
Cd6 : с5
ФЬб : с5
Af8-e8
С тройной угрозой: Cd5,
C:g2 и Л:е2 +
15. КЫ-сЗ Себ :g2
Спокойный и исполнен¬
ный трезвого реализма
отыгрыш пожертвованного
материала.
16. 0-0-0 Cg2 : hl
17. Adi: hl Aa8—d8
С сильной атакой.
18. ®d3-c2 . .
Если 18. ФІЗ, то Ь5 19.
КрЫ Ь4 20. Kdl А:е2
21 Ф : е2 ®f5 -р, и выигр.
18. . . . Kf6—d5
С угрозой 19 ... КЬ4
20. ФЬЗ А ; е2.
19. Cf4—d2 . е
Если 19. К: d5, то Ф: с2~Р
20. Кр : с2 А: e2-p21.Kpd3
А: Ь2 22. Kpd4 (или сЗ)
Л : а2 с легким выигрышем.
19 Kd5—Ь4
20. Фс2—dl Kb4-d3+
21. Kpcl-bl Kd3- f2
Сдался.
VI
Несколько слов о периоде
1907- 1929 гг.
В одном из примечаний
к предыдущей партии я
заметил, что уже в 1906 г.
я имел ясное понятие о
стратегии использования
слабого комплекса полей
определенного цвета. Это
61
замечание я хотел бы те¬
перь уточнить.
Настоящее, научно обо¬
снованное понимание этой
сложнейшей стратегии бы¬
ло мне конечно еще чу¬
ждо. Если мне иногда и
приходилось играть по бе¬
лым полям (как напр. в
эндшпиле с Э. Коном), то
все же маневры эти но¬
сили скорее случайный и
интуитивный характер.
В конце 1906 года по¬
ложение дел было таково:
новоприобретенные мною
устойчивость и техника
сделали для меня возмож¬
ным смелыми шагами
пойти по тому пути ре-
волюционирования шах¬
матной стратегии, кото¬
рый казался мне таким при¬
влекательным уже в 1904 г.
(ср. партию № 3). Закон¬
чив построение своей те¬
ории об элементах и по¬
чувствовав лишь тогда
крепкую почву под но¬
гами, я последовательно
стал строить новое пони¬
мание: 1) теории центра,
2) блокады, 3) централи¬
зации, 4) избыточной за¬
щиты и других революцио-
нирующих игру принципов.
Все эти идеи весьма
ясно изложены в моей но¬
вой книге: „Моя система
на практике", и там же
указана эволюция моего
шахматного мировоззрения
за годы 1907—1929. К этой
книге я и отсылаю инте¬
ресующегося читателя, а
здесь ограничусь опубли¬
кованием лишь одной пар¬
тии, именно сыгранной
мной в 1923 году „бес¬
смертной партии на цуг¬
цванг ".
Кто бы мог в 1902 году
предвидеть, что класси*
ческую партию на цуг¬
цванг, т. е. партию, пол¬
ную возможного максиму¬
ма выжидательной
стратегии, сыграю именно
я, тот самый, который в
дни ранней юности ка¬
зался неизлечимым комби¬
натором в самом что ни
на есть антипозиционном
стиле!
Но повторяем: комби¬
национный талант плюс
усердная основательная
работа могут сделать не¬
возможное возможным, и
поэтому мы еще раз в за¬
ключение советуем: „Ком¬
бинаторы, старайтесь шаг
62
за шагом усвоить по¬
нимание важне ших пози¬
ционных мотивов и стра¬
тегии! А вы, другие, не
любящие комбинаций, ста¬
райтесь полюбить их, учи¬
тесь им, ибо только со¬
единение комбинационной
и позиционной игры до¬
ставит вам те успехи, те
радости и упоение, кото¬
рыми так богаты шах¬
маты! “
№ 13
Белые: 3 е м и ш
Копенгаген 1923 г.
1. d2—d4
Kg8-f6
2. с2-с4
e7—еб
3. Kgl—f3
b7—b6
4. g2—g3
Cc8-b7
5. Cfl—g2
Cf8-e7
6. КЫ—c3
0-0
7. 0-0
d7—d5
Лучше Ke4,
но и еде-
ланный ход не плох: он
достаточно солиден и, на¬
сколько я могу судить,
отнюдь не идет в разрез
с дебютной идеей.
8. Kf3—е5 с7-с6
Можно было и Фс8.
9. с4 : d5 . , .
Слишком поспешно раз¬
вязывая противнику руки.
Интересные варианты по¬
лучаются при 9. е4; напр.:
Kbd7 10. ed cd 11. cd
K:e5 12. d6! Кеб!, но не
12. .. С : g2 13. de Ф : е7
14. de С : fl 15. ef Ф : f6
16. Ф:И с некоторым
преимуществом для белых.
9. . . . c6:d5
10. Ccl-f4 . . .
10. . . . а7—аб!!
Ход, исключительно про¬
диктованный моим пони¬
манием элемента „откры¬
тая линия*: укрепляется
положение грядущего фор¬
поста коня на с4, — ибо
черные подготовляют Ь6—
Ь5 плюс КЬ8 сб--а5—с4
согласно моей системе.
11. Лаі-сі
12. ®dl—ЬЗ
13. Ке5: сб
Ь6-Ь5
КЬ8-с6
63
Стоит темпа. Возможно
было 13. К: Ь5 К : е5 14.
КсЗ с осложнениями.
13. . . . СЬ7 : сб
14. h2—ЬЗ ....
Следовало ходом 14. Ке4
играть на уравнение.
14. . . . ®d8—d7
15. Kpgl—h2 Kf6—h5
Первоначальный план
мой состоял в маневре ФЬ7
плюс Kf6 — d7 — Ьб — с4.
(Игра по линии „с"!) Одна¬
ко сделанный ход сильнее.
16. Cf4—d2 f7— f5
17. ФЬЗ-dl Ь5-Ь4
18. КсЗ—Ы Себ—Ь5
19. Afl-gl . . . .
С намерением сыграть
7. е4.
19. .
Се7—d6!
Подготовляя комбина¬
ционно-позиционную жер¬
тву фигуры.
20. е2—е4 f5 : е4!
21. ®dl : h5 Af8 : (2
Вторая горизонталь плюс
две пешки плюс скомкан¬
ное положение белых фи¬
гур,—все это вместе взятое
является достаточной ком¬
пенсацией за пожертвован¬
ную фигуру.
22. ФИ5—g5 Ла8— f8
23. Kph2—hl Af8—f5
24. ®g5—e3 Cb5-d3
25. Acl—el . . .
Черные почти запато¬
вали своего противника.
Теперь им осталось только
сделать одно последние
усилие, и белые окажутся
в положении цугцванга.
25. . . . Ь7-Ь61
Сдался,
У белых нет ходов! Если
напр. 26. Kph2, то A5f3,
и то же самое при 26. g4.
64
ж.
да
БИБЛИОТЕЧКА ШЙХИЙТИСТЙ
В. И. Созин.— Комбинации и ловушки.
Ц. 30 к.
Е. Д. Боголюбов.— Современное начало
d2—d4! Ц. 60 к.
Ф. П. Богатырчук.— Борьба за первен¬
ство мира. Ц. 30 к.
А. Ф. Ильин-Женевский.— Записки со¬
ветского мастера. Ц. 30 к.
П. А. Романовский.—Что должен каждый
знать о дебюте (в печати).
ПОДПИСНАЯ ЦЕНА!
12 книг—2 р.50 к., 6 книг—1 р.35 к.,3 книги—70 к.
СКЛАДЫ ИЗДАНИЯ
ЛЕНИНГРАД: Проел. На-итсона. д. № 16. Телефон № 549-87.
Издательство .ШАХМАТНЫЙ ЛИСТОН".
МОСКВА: Кузнецкий яоот, 18. .МЕЖДУНАРОДНАЯ КНИГА".
В ПРОВИНЦИИ: Отделения и аагазины Государотвени. изд-ва.