f

/ ) и л

I

у . '

1

У

6 / Л

L -

V'г••

У

Ь

flxxx.
«ixxx:
xi;<хХ

Jxxx

^хххххххххххххххххххххххххххі?
і
ixxxxxxxxxxxxxxxxxxx^xxxxxxê
іхххххххкххххххххххххххххх/чхіь

ШШШШфШ&Ш

'ахх)<ххх;<. < > :х XXXXXXXXXXXXXXXXXIÎFШ
Ш
І
Ш
і
і
ш
І Х Й Ж Ж Х Х Р Р Х Х I
ȀXXXKXXXXXS
S^XÄXXXXXX^XXXXXXXXXXKXXXXXX»ІХХХХХ^Х>У-<XX)<XXXXXXXX><XXXXif
:;|ХХХ >b< • С ѵ Ж т Ѵ Ш х X Х Х Х Х Х X f SÉXXX
°
• ххххххх&>
ІХХХХХХХХХХ>5СХХХХХХХХХХХХХХХ^

J X X X X X X X X W > O Ö ^ X X X X X X X X X X X X X P

Ыхххххххххххххххххххххххххх||
ІХХчХ хХХХ X; 0<XXXXXXXXXXXXX^vXX)<f
^ЖХХХХХХХУѵ^ЖЩбфХХХХХХХХ)!'

тк

'

<

ПЕЧАТАТЬ
съ іпѣмъ,
были

въ

чтобы

по

Цензурный

ПОЗВОЛЯЕТСЯ,
оіпнечатанш
Комшпетъ

три

представлены
экземпляра.

Москва. Іюла 5 го дня і 8 3 в года.

Цен сор ъ и Кавалеръ Иваиъ Снегиревп.

гмштвти
ШЖтч
сое:
и. * : S.vi
/3/

S ~ 2Y

Какъ смѣло и гордо встрѣчаегпъ человек'!. юность свою , юность , цвѣтуіцій , роскошный періодъ жизни, позолоченный блестками удовольствий! вотъ латентъ па право пріобрвтепія новыхъ ощущеній, радостей, ne младенческихъ уже , часто и не невшшыхъ ! . , .
Во младенчеству — слышится ропотъ , въ
юности — раздаются громкія, жаркія восклицанія: дитя говорить будто ощуныо , юноша
изъ полной души выгружаетъ свои чувства,
изъ полг:ыхъ краевъ ея вырывается извивъ
словъ бвглыхъ, краснор вчивыхъ, свитокъ понягпій развивается
юноша видитъ одну безбрежность — и поептъ свои радости
вееггв-жизни, какъ соловей. Онъ хочетъ разжиться , но время быстро перелистываешь
страницы жизни его — и смерть хладнокровно ставить па послпдпей роковую точку свою.,..

Maorie люди, подобно Діогеиу, тщетно
нщутъ человека и съ огнемъ и съ соднечнымъ
лучемъ, — человѣкъ ищстцъ счастія une iiaходитъ его ; смерть и ne искавъ и въ попіьмахъ находить всъхъ безъ разбора — и спускаешь въ подземельаыя потемки —но узелъ
жизни завязапъ . . . звено исшлБнія сцЪплепо
съ нею
ІТримѣч. Автора.
Одна душа служить шзсколькимъ властямъ , эти власти — сгпрасіпн - исполины.
Человъкъ! т ы легкое пламя: вспыхнешь, блеснешь и вмигъ разсыпешься пепломъ. ІІереходящь т ы , человыгь , какъ благія думы , впушаемыя иамъ благочестіемъ. Богатства твои
заемъ, который должеиъ отдать т ы — умирая. . . .
Лебидъ,

Арабекііі

поэть.

О Г Л А В Л Е II I
Первой

1.

Три смерти

Е

Части.

9

2 / 9 9 Волосъ, или лаковый черепъ . 8 9

В Ж ^ ж і р з ь
ТРИ

' ш ш ш ш Я ь
С M E P T И.

Бсѣ твердятъ: на что памъ златаСлезы лыотся^ сквозь него!
Жизнь любовію богата:
Для чего жь стяжать его? . . . .

Гуръ Филатыічъ былъ

прикрасппщій,

добртъйшш и честнѣйшій души чсмвтькъ.
Не вьрише ? прочтите
на одномъ изъ

сами эпишафію

Москопскихъ

кладбшцъ.

На чствероуголыюй черномраморноіі плит Ъ прибавлены еще съ другой стороны
слѣдующіе стихи въ прозаичсскомъ вкусъ:
Лхъ )
Оиъ теперь на пебесахъ,
А мы въ слезахъ.
Увы !
Преклоньте главы ! . .
ЧАСТЬ

I.

*=

1

Гробе мой , гробе ,
Вт.чиый мой доме
Въ земной ушробѣ !
#
Х о т и т е ли,

я опишу

вамъ доско-

на.іыю, со всвми подробностями, эгпотъ
интересный монументъ быіпія Гура Филатьича.
Время ,

а можепгь б ы т ь и чья ни-

будь дерзкая рука или нога свихнула его
сь сгноячаго положенія: онъ теперь всьмъ
туловищемъ свонмъ

надавливаешь

кур-

гана, могилы; сь одной стороны его видна трещина

и сквозь нее

молоденькая

травка :

пробивается

кругомъ

плиты

выогася также поросты зеленыхъ усовъ
ея; шідв мелькаюпгь тамъ гпакъ к с т а т и
голубоголовыя незабудки, узорчатыя гвоздики, пышные колокольчики на сшатныхъ
высокихъ стебелькахъ,

a ішдв манятъ

взоры и руки пунцовыя и желтобокія,
недозр'Клыя еще ягоды земляники.

И бсз7> рекомендаціи,

начеканенной

наемного рукою на могильномъ камнѣ, видно, ч т о Гуръ Филашьичь былъ добрый
человѣкъ : хпѣло его давно уже обратилось г>ъ черноземъ, но и по смерти своей
дасшъ пищу живущему. Миръ праху его!
Только для васъ, читатели, я хочу
шевельнуть

именсмъ

его

еще

разъ ;

піакъ и б ы т ь , поразскажу вамъ житьебытье теперешияго, постояннаго жильца
N-скаго кладбища. Да! забылъ прибавить
кто

онъ такой былъ :

лрнподнявъ ни-

сколько камень съ помощію одного поваго
иріяпіеля моего, могильщика Тихона Сысоевича ,

я проче.іъ

на скрытой части

его следующее :
ІІодь сшіь камнемъ покоится
слова стерлись, —

должно

тѣло...

б ы т ь они

выьдены временемъ и землею.
Далѣе :
По Ъуштъ онъ мнгъ былъ другъ
Т ^ же недочетъ словъ.

первый...

Пониже :
Второй
пруги —

гильдіи купецъ . . . .

Опгъ су-

супругу.

К а. сказкѣ, къ понѣстн, какъ и къ.
лѣсии нужно дълать всегда какое нибудь
предпачинаніе ; къ послѣдней нужна прелюдія, звучный аккорда.; къ первымъ

—

присказка, предисловіе. Вошъ оно :
Я люблю гулять по кладбищамъ: не
смотря на разнородный время - препровождения въ этихъ квартирахъ покойникова.,
не смотря

на веселую

печаль,

чинимую

горожанами пода. Фирмою поминокъ у могила. друзей ихъ и родегпвешшковъ, ч т о
называется до-упою, не смотря на раскинутые черепа, чего бы вы думали? бутылокъ! па раэсоренныя скорлупы яйца.,
орѣховъ

и тому подобныхъ

остатковъ

съъстнаго и питейнаго, — кладбище всетаки кладбище — не сокровища., запорошенныхъ времеиемъ, заколдованныхъ ввкамн, но піруповъ мирное хранилище.

Въ прелестные, розовые майскіе вечера,

когда солнце,

свивал золотистую

хоругвь свою, гааепіъ на за падь въ осльпителыіыхъ ошсвьшахъ багрянца , я час т о брожу съ привычною думою по кочковатому палисаднику кладбища; деревья
тогда т а к ъ таинственно откидываютъ
гпгантскія іпыш свои, воздухъ упояегася
благоуханіемъ

ошъ испаренія

цвьшовъ ,

какъ изъ кадилъ, — еще нисколько времени —

и полнощекая

луна

магически

начшіастъ освьщать окрестные предмет ы , проливая лучи свои на толпы надгробныхъ

камней . . . . въ

эпгь

минуты

В7. природѣ столько гармоиіи , въ д у т ь
сочувствіл! . Но темной сниевь небеснаго купола

разсыпается

столько міріадъ

брилліантовъ — э т о группы міровъ; э т о
звъзды — перлы, —

это чистыя слезы

нраведниковъ. Въ э т и минуты дивишься
болЪе великолѣпному здахіію міра ссго и
напрасно вызываешь къ себь хотя одну

созвучную душу изъ всего обіцирнаго океана швореиія.
Съ такими мечтами
нажды

бродилъ я од-

по N — му кладбищу

и вдругъ

слухъ мой поразился звукомъ чнстаго голоса, какъ звономъ колокольчика —
напивалась какая-то веселая,

то

разгульная

пѣсня; любопытство мое возбудилось, голосъ накликали

меня на пѣселышка :

я

увидѣлъ молодаго дъгпипу съ широкимъ
заступомз, въ рукахъ, кончавшаго работу
свою.

Поярковая

шляпа

съ павлпнымь

его надѣта

высоко спюящін

была

перомъ

набекрень

на

могильный камень , ко-

прораго пОдобмла она грозному прпвпдъпіго.
Я нодошелъ къ трудящемуся.
»Богъ въ помощь гпебъ, добрый человѣкъ!« сказалъ я ему. »Что т ы дт.лаешь?«
Дъпшна едва обернулся ко мнъ.

—

Путь-дорога , баринъ ! — ошвъчалъ онъ
мнѣ—ты

видишь, ч т о я дѣЛаго: пою —
/

и копаю заказную могилу ! —

»Какъ согласовать между собою два
противныя чувства: п ѣ т ь веселую пѣсню
на кладбищЪ и копать могилу?« нодумалъ
я и выразилъ вслухъ мое удивлеиіе.
—Чемужь т у ш ь дивишься, баринъ!-—
ошвъчалъ миг. Тихонъ

Сысоевичь ( т а к ъ

звали дышшу, какъ иослЬ узналъ я) — за
могилу я получу деньги; завтра при похоронахъ также

сойдется мнѣ кое-что,

а гробовая покрыта — по договору, изстари принадлежишь могильщику, а она,
знаешь , бываешь по большой части розовая: ее снесу я вмѣсто свадебнаго подарка моей Дуняшѣ ;

она станешь

ря-

диться въ нее по праздникамъ. Дай Богъ
здоровья покониикамъ , по нхъ милости
мы славно заживемъ !
Тугпъ

сшалъ

онъ

—
описывать

мнѣ

свое будущее супружеское блаженство —
и въ чемъ же состояло оно!
Въ

шомъ,

что

онъ

съ

Любуш-

кою своей станешь вмтстѣ окладывать

дериомъ

могилы . . . играть — и цѣ-

ловаться съ нею . . . . Оиъ говорилъ, восхищался, а засіпупъ его бошалъ о гробовыя крыши

. . . .

Тихонъ Сысоевичь
вполиъ :

былъ

оригииалъ

оиъ понравился мни

за откро-

венность и веселость свою,
—

Да о чемъ же и тосковать, ба-

ринъ?— говорилъ онъ. — Вопіъ придеіпъ
с т а р о с т ь брюзгливая : тогда еще надумаешься какъ надобно умирать.
нится т о т ъ ,

Кручи-

у кого совъсгпь нечиста;

правда , я не богагпъ , живу мертвыми ,
съ нихъ собираю оброкъ , да развѣ лучше

насъ жили,

вошъ х о т ь бы эшотъ

купчина, награбившій себъ золота на дес я т ь жизней?—говорилъ онъ, указывая
рукавицею своею

на замысловатую над-

пись, которою я уже подѣлплся съ вами,
читатель—али вонъ эпшошъ судейской—
продолжалъ оиъ — у котораго и могилат о сиротинка заросла полыныо ? . . . или,

ч т о видишь издали-mo межь
скалшпся

бвлый

ваиъ? . . .

—

камень,

деревьевъ

какъ

въ

са-

Я перервалъ Тихона Сысоевнча, усаднлъ

его подлѣ

себя на могилѣ — и

упросилъ поразсказать мнв

кое-что объ

жильцахъ его.
Короче увъдомить васъ , читатели,
почти каждый вечеръ ходнлъ я къ Тихону Сысоевичу и онъ въ досужные часы за мелкія серебряный монеты потЪшалъ меня многими

дивными , чудными

и разнообразными разсказами.

Ихъ пере-

даю я вамъ. Садитесь и слушайте.
Вош ь первый вечеръ :

Давно,

еще вскорѣ послѣ

Француз-

ского года, какъ называютъ простолюдины незабвенный

1 8 1 2 годъ ,

въ Таган-

къ у Спаса въ Чнгасахъ сіпоялъ на шнрокомъ дворъ, похожемъ на пустырь, за-

ростпшін крапивою, полукаменный и полудеревяииый домъ. Желѣзныя
толстые

болты,

сіпавни

и

мотавшіеся у окоиъ

его , какъ руки скелетовъ; злая шершавая цъпная собака, лаявшая на прохожпхъ
и проѣзжихъ изъ подворотни ; запертая
калитка съ к ол о к ол ьчн к о мъ сверху; мъдиая икона, врѣзаниая на ворошахъ ; низменная

скамейка

близъ нихъ,

нецъ выеокій заборъ

и нако-

со шпилями около

всего двора—въ угрозу ворамъ:—все э т о
выказывало принадлежность

и житель-

с т в о богашаго Московскаго купчины. Таганка и Замоскворъчье и теперь богаты
богатыми.
Хозяина, этого дома съ дородною хозяюшкою своею и парою дѣйючекъ, о которыхъ разскажу вамъ послъ,

х о т я не

затѣнливо, за т о во всякомъ довольства
заживалъ и славился своимъ богаіпствомъ
по всѣму околотку , не смотря на т о ,
что золото

его скрывалось

за семиде-

еятыо ссмыо замками , какъ заколдованный

богатырский кош». Народъ какъ-то

чугпокъ к'ь деньгама», и лишь только-бывало Гуръ Фнлатыічъ

со двора ,

тот-

част» и гнугпъ прсдъ инмъ встрѣчиые люди хребтовые позвонки свои и снимается преда»
рочкою.

ІІИМЪ

ne одна шапка

съ ото-

Гурз» Филатьичъ , сверхз» того,

былъ въ прнходъ своемъ старостою цсрковнымъ , какъ почетный прнхожашшъ ,
ч

H густой голосъ его слышался со страхомъ и уваженіемъ
ніи

Апостола ,

въ церкви при ч т е -

и на биржъ во всякнхъ

спорпыхъ двлахъ. Торговала» же онъ монетами всякаго достоинства, т . е. былъ
мѣнялою. Время-провожденіе Гура Филатьпча

было

утру ,
уже

слишкомъ однообразно : по-

позавгпракавъ посытнъе и поели

напившись чаю , отправлялся

также

па сытой

лошади

въ

онъ

города» ;

тамъ, поіііірпвъ счеты свопха» прнкащнкова», са> тёскамн , сватами и кумовьями

хаживалъ онъ въ ближній трактиръ поч и т а т ь Московскіл Вѣдомостші. Гуръ Фплашьичъ быль не нослВдній динломапіъ :
за чашкой чаю пли за рюмкою водки судилъ и рядилъ оиъ съ товарищами своими о мааеврахъ войскъ Буонапарте,

и съ

видомъ шаинсіпвеішымъ предсказывалъ будущее могущество его, считая Наполеона колдуномъ. Громы Фраиціи грсмвли въ
шо время въ Ишаліи.

Быстрые

успъхи

Фравцузскихъ войскъ занимали тогда собою ие одни пламенные умы, ио и хладнокровные, разчетливые разсудки купеческіе. Многоусшная молва объ нихъ надувалась

какъ шаръ , наполненный газами,

и лопалась тогда только, когда уставали языки нх'ь, или члены
ствеинаго

Ареопага расходились

мамъ. Такимъ
шыічъ,

этого

образомъ

вычнтавъ

и по шолкамъ ,

и Гуръ

газеты

общепо доФила-

по складамъ

натолковавшись вдоволь

объ Аполіонть - Ашпихристъ , о продажи

сивки-бурки ,
странцн

объ определяющемся ппо-

въ гувернеры , о побигн мось-

ки, и пр. и пр.,

ч т о все находила, онъ

въ Впдомостяхъ , въ которыхъ обыкновенно

не

вслухъ

пропускалъ

всему

ничего

и читалъ

собранно разныя с т а т ь и ,

возвращался въ лавку свою. Тамъ опять
закусивъ

чего

нибудь

безъ

Гастроном!il , у ходячаго

претензий

Ресторатёра ,

т . е. у саячпика или колбасника, прохажнвалъ на биржу,
стую,

еннмалъ свою пуши-

высокую бобровую шапку по зи-

мамъ, a лѣтомъ шляпу съ большими полями , важно раскланивался
земляками ,

съ сосѣдями,

однокашниками

людьми с т а т ь и торговой ;

и

прочими

мпнялся но-

востями , зва.іъ къ себи на крестины и
имянины, или , б ы т , званъ самъ
добный

вечерники, уизжалъ

на по-

домой •—

опять: Исть , о т д ы х а т ь — и считать
выручку. По праздниками , поели ранняго
обида и доброй выпивки , хаживалъ онъ

ошъ жены на коиюшіио , гладилъ лошадей, не тяжелою рукой домоваго, по ласковою , хозяйскою , выбнралъ

лучшаго

N

рысака

изъ рысаковъ

запрячь его ,

спонхъ

и велѣвъ

лъіпомъ •— въ гремучую ,

трескучую тележку, съ женою и кулебякой кашнлъ въ Марьину ,
мышкой

куль

съ винами,

держа подъ
а зимой на

б'Вгъ или къ Оедулочу или къ Панкратьнчу перекинуть
въ

трынку

въ карты : въ ламушъ ,

или въ горку ,

и попить ,

дружно оглаживая широкую,

лонатооб-

разную бороду свою н полоская длинные
осетринные

усищи въ пуншт. и Волош-

скомъ впив,
сожительница
тсръ

своемъ

И Матрена
его,

Андроньевна,,

не пмѣла въ харак-

особениыхъ зашъй , и бы-

ла, что называется у купцовъ — безъ норова.

Въ

отсушствіе

сожителя своего

приглашала она къ себь ошъ обѣдни

и

всенощной приходскую попадыо , первую
пріягаелышцу

свою,

а вмѣстъ

съ нею

прихаживали разной породы торговки —
солонин цы

—

и тутъ-то

начиналось

бабье раздолье, Вавилонская перепись голосов!.. Уиомяиутыя первыя пріятелышцы вмисіпп солили огурцы, покупали оптомъ икру,

севрюжину,

рубили

капу-

с т у и заочно, и за сходную цИну , подъ
шипокъ самовара,

кололи глаза

телышцаиъ своими,
свиданіи

пепрія-

съ которыми

цпловались ровно

при

по т р и раза

съ каждой. В о т ъ вѣрньш очеркъ характера

супруговъ — онъ :

спалъ,

илъ ,

считали деньги, рНдко—зубы супруги своей; она — спала, рядилась, домовничала ,
хлопотала

и говорила запоемъ.

Теперь

пора упомянуть и объ наслПдпикахъ ихъ.
Агаша,
иижностн

семнадцати-лИтнін

Гура Фнлатыіча

залогъ

и Матрены

Андропьевпы, уже нисколько лИтъ прнмичала, ч т о зеркало было къ ней ласково,
ласковнс даже, чимъ обычные, роднтельскіе привиты; въ деньгахъ, которыя да-

рили ей въ ымянины блпзкіе
ники на наряды,

родствен-

не находила она ника-

кого вкуса • но за т о самые наряды : на
пр. розовый

платочекъ съ узорчатыми

коймами на русую головку; газовая, алая,
Ярославская ленточка на стройный , хот я не тонкій сгпанъ; цвътные, восшроносенькіе

башмачки

проказиыя ножки ,
гольски

и ловко

съ

к облучками

на

которыми іпакъ щеумъла

она

пристуки-

вать въ случаи, чтобъ обратить на себя вциманіе
шубка

шумной

бссъды ;

пэрчевая

на лисьемъ мЪху, или разшиіпая

кофточка съ буксгяовою уборкою лентъ;
бусы — на бъленькую

шейку

съ само-

цвъпгаыиъ запономъ по средник, все эгпо
нравилось ей, — дппіяшѣ , все э т о шло
къ ней, къ ея бклорозовому личику.

И

разрядясь, распушась, бывало, какъ пава,
торжественно шла она съ матушкою къ
объднъ и заранивала шамъ искры р т у т иыхъ глазокъ своихъ не только въ ссрд-

ца молоденькихъ, гладко-головыхъ купчиковъ-козсльчиковъ,

но и въ степенные

Маятники жизни пожилыхъ вдовцовъ, бог а т ы хъ огпкупщиковъ: салышковъ, мыльниковъ

и прочпхъ

тому подобныхъ гу-

сіпобородыхъ рыцарей аршина и пудовика.

Мпогіе

завпдливо

и ненасытно по-

глядывали на нріігоженькую

купеческую

дочку, в м е с т е и на богатую наследницу;
къ тому же они смотрели на нее только по праздниками, по угощали ее и любезничали

съ нею

въ прямомъ

смысле

будничными нежностями, а именно : молодцы забегали предъ нею впереди

при

возвращенііі ел нзъ церкви и подкидывали ей подъ ноги какой нибудь чувствительный конФектпый билегпецъ,—-на пр.:
Лучше

6S морѣ

утопиться,

Чіъмъ въ несклонную

влюбиться !

или :
Съ тобой ибезе людей лпрожилъбы
Тебя

насвѣтгь:

одну имгъя лишь es предметіь.

ЧАСТЬ

I.

2

И сердечки нхъ стукались, какъ косточки иа щстахъ при общитываніи покупщика, и кисточки на гладковылакнрованныхъ

саиогахъ ихъ тряслись

въ ио-

спѣшной ретирад];. Вдовцы же, глядя на
лее, только хмурились, какъ Бореи, щупали карманы свои и терли лбы*
Надобно з а м е т и т ь ,

ч т о просвѣще-

иіе наше до 1 8 1 2 года простиралось на
весь купеческій

родъ очень не широко :

шѣ изъ купчиковъ / которые доставали
прочитывать Письмопнпкъ Курганова, или
Секреть быть здоровымъ и
или Вгьрное средство
пгаракановь

и проч. ,

долговѣчнымъ,

истреблять клоповь,
почитались между

брапііею своею за образованныхъ ; а пгь,
которые въ піретій разъ уже перечитывали: Таинство черной башни и Гробницу
соч. Г-жи

Радклифь,

ный патешпъ
шихъ

людей

вѣждъ тѣмъ ,

имѣли уже мыслен-

и преіпензію

иа ученѣй-

и отмачивались
что

огпъ пе-

ne публично , а въ

уголышкѣ гдѣ нибудь пили свой сбитень,
или жевали
Же ,

мягкій

сгибень.

Изъ т ѣ х ъ

к т о грамоту зналъ вкривь и вкось,

или изъ

тъхъ,

кто

мейкъ у мучной

чишалъ

лавки только

на

ска-

Святцы

да Псалтырь, были и гонители и чгаиіпели

учёныхъ ,

т.

е. иные

слушали

многословные рззсказы до того , ч т о у
нпхъ

отпадала

нижняя

челюсть

опіъ

верхней въ восгпоргѣ, а иные даже презирали ихъ , называя подобныхъ людей :
мотами,

гуляками и формазоиами ,

что

натолковали имъ отцы ихъ, незатѣйлнвые
степняки.

Впрочемъ

и въ самомъ дт.лѣ

случалось , ч т о молодые торговцы

пре-

давались влеченію обольстшпелыіаго разсказа книги или языка.,

получали новую

пищу и развмтіс понятіямъ свонмъ , забывали

о лавкъ

и шоварахь ,

мечшая

только о волшсбпомъ дворцъ съ его хрустальными кроватями. И дѣвицы, дочки
куцеческія, не по нынвшнему еще ряди-

лпсь il образовались: въ шляпки не убирались и куклы нхъ ;

не танцмейстеры

выкидывали предъ ними pas de Zephire,
а дворовая челядь, о свяшкахъ

нарядив-

шись въ вывороченные тулупы, подъ балалайку толклась предъ молодицами, какъ
волки въ гаенстахъ , потишая нхъ всякими тНлодвиженіями, не цензнрованными моднымъ
изъ

нихъ

ришь

вкусомъ ; рѣдкая,

изжала

Филаткииу

въ т е а т р ъ
свадьбу,

рѣдкая
посмот-

да Меяышка

и колдуна въ одномъ лнцѣ; родители нхъ
не роптали,
тіатирь :
дьлвола

дѣгпіі

смотригпь

(*) , да

учителями
суммы.

что

просятся

какого-то

нудятъ

ихъ

и магазинками

Самыя

пріятныя

ожидали

ихъ

о святкахъ :

Фанты,

загадывать

и

кататься

съ

масляной :

(*) Робертъ-дьявола.

въ

Оберь-

платить
несмитиыя

удовольствія

играть

въ

рядиться ;

горъ

на

о

раз-

бегчпвыхъ

санкахъ

сно ;

о святой:

подъ

звуки волынки

и падать

качаться

на

живопикачсляхъ

и скакать

па до-

скахъ. В о т ъ самыя стринныя Русскія пот е х и , измешшшілся нынѣ вместе съ костюмами и готическими прическами, пугавшими малыхъ рсбятъ и лошадей.
За дочкой Агашей следовала градація
другнхъ дочекъ;
младенчестве ,

но one все умирали въ
обкушавшись

чего - т о .

Нежнымъ родшпелямъ хотелось страстно
иметь сынка - недёжу - опору :

Матрена

Андроиьевна хаживала поклоняться всемъ
Московскимъ Святыми и даже въ Троицкую Лагру пешкомъ ;

сверхъ того она

гадала, ворожнлась и принимала ошъ цыгаиъ разныя зелья и корешки; накоіісцъ—
явился у нее новый поселснецъ міра, Иванушка-сынокъ, съ малолетства еще большой затейнике и баловень ; имъ, кроме
Дальней родни,

ограничивался круге се-

мейства Гура Филатьнча.

Теперь приступишь къ разсказу повисши настоящими началомъ.
Еще одна обмолвка: не укоряйте меня , почтенные читатели , ч т о я гпакъ
подробно описываю моихъ героевъ. Ошсць
Тихона Сысосвича
Гура Фп.іагпьича,

были дворникомъ

у

следовательно разска»

щнкъ мой зналъ но пальцами вси домашняя таинсгпва

ихъ

н передали мни ихъ

подробно.
Не замѣппго было, чшобь Агаша изъ
числа

поситителсй

дома

отца

своего

предгіочппіала кого нибудь особенно ; одиакожь

впиманіе

ея останавливалось па

прикащикИ Артсмьи, который былъ прин я т ь въ домп Гура

Филатьича еще съ

малолитства. У нИкошорыхъ купцовъ существуешь обыкновеніе и донынп :
давать дигпей въ люди,
'
ѣ

т.

ni, гш, с я всякой

а между

нужды ,

навыкнуть торговыми

е.

от-

иашертимъ

оборотами прак-

тически, чего бы не совсѣмъ понялъ сы-

иокъ

B7j дому

родителей - баловннковъ

r

да не всякіе изъ родителей имели бы и
способы къ тому, чіпобъ научить сыновей своихъ всякимъ продажнымъ улоска мь.
Такъ и Лргпемій,

ошъ небогатаго отца

своего , который былъ когда-то въ т о вариществе по торгамъ съ Гуромъ Филаіпьнчсмъ, перешелъ въ домъ его по завешу. Матери лишился онъ еще во младенчествѣ ,

за лею скоро отправился и

ошецъ его , какъ будто въ условленное
между нами м е с т о , оставя сыну въ наследство

одно имя свое безъ

прилага-

тельмаго. Аргпемій остался круглою сиротинкой. Гуръ Фнлатьичь х о т я и помнилъ

дружбу и хлѣбъ - соль

отца

его,

но зачѣмъ же было ему баловать ребенк а ? . . . — онъ сперва служилъ у него но
особенпымь

поруѵенілмъ ,

па посылкахъ
шадей

на

за должкош

пойло,

езднлъ

т.

е.

былъ

, води.іъ лосъ кухаркою

на речку съ бельемъ, ходилъ по церкви

со сборною тарелкой, шушилъ тамъ свечи по окончанін службы, а иногда и подшягивалъ чисшымъ, звонкимъ дишкангапкомъ своимъ басистому пономарю иа левомъ клиросе. Гуръ Филашьичь, надобно
признаться, редко колачивалъ его, да и не за
ч т о было: послушный мальчике псправлялъ
должность ловкаго ординарца его и все порученія, сопряженныя съ сею должностію,
верно и отчетливо, не смотря па худое
содержание: Фризовая чуйка зимою и нанковый сюріпукъ л е т о м ъ ,

были его по-

стоянною одеждою, пшцу же—серые щи,
делилъ онъ вместе съ кучеромъ и дворникомъ; въ празднике давалось ему обыкновенно : конецъ пирога съ кашею и несколько медныхъ денегъ на орехи ,

ко-

торый впрочемъ не т р а т и л ъ онъ, а копилъ ,

покупалъ себе на ннхъ какія ни-

будь вещицы :

молитвен ни чеке ,

гребе-

ночку, осколочекъ зеркальца и проч. 11аконецъ Артемій сталъ подростать: его

V

25

перевели въ лавку закликать иародъ
и тамъ

не лерялъ

онъ

своей

—

расто-

ропности : всѣ были довольны нмъ. Артемий имѣлъ

мягкій и даже

боязливый

характсръ —— онъ угождалъ всякому. Такимъ

образомъ

подросъ и выросъ

онъ

уже до двадцати-лктняго возраста; цѣло*
мудренная жизнь сохранила краску па бі>ломъ

лицѣ молодаго

глаза его имѣли

человека ; черные

выразительность нѣж-

наго сердца ; кудрявые , мягкіе , гляицовитые

волосы,

скобку,

не

обстриженные

довершали красоту

въ

купеческаго

сынка.

Гуръ Филатьичь, замвчая рети-

вость

его къ своему дѣлу

иеподкупную ,

и вѣрность

ръшился согнать

всъхъ

воровъ - прикащнковъ своихъ И поручилъ
Артемыо въ управленіе всю лавку, съ порядочнымъ жалованьемъ, не оставляя однакожъ старой привычки: повѣрять каждое утро сумму свою и счешныя книги.
Такимъ образомъ Артемій сдѣлался приЧАСТЬ

I.

3

кащпкомъ,

обедывали

уже по праздни-

ками за хозяпскимъ сгполомъ, а въ будни,
разумеется, въ городе.
Мудрено ли , ч т о Агаша и Аршсміп
свыкиулись другъ съ другомъ , играя съ
малолетства

вместе'

днями. Артемій ,

по праздничными

въ качестве выочпой

лошади, важивали ее по двору въ санкахъ,
a лѣгпомъ, бывало, съ проворносшію кошки влѣзалъ на любимую ея яблоню за плодами. Агаша умела ценить его заслуги и,
въ доказательство благодарности своей,
припрятывала ему гостинцы и отдавала
ІІХЪ

шанкомъ. Когда же они оба стали под-

растать, mo чувства дружбы нхъ стали
изменяться : къ шшъ привились другія
отрасли.

Артсмій ,

выучившись

четко

писать, дарилъ ее затейливыми стишками ,

хопія

Агаша

не

совсемъ

вильно умела разбирать ихъ ;

пра-

по когда

однажды, въ день ея рожденія, Артемій
подарили ей печатный

песеннике,

она

умела прочесть

и оценишь

замеченные

нмъ красными чернилами строчки, на пр.
„Св тобою и въ

пустыни

Мшъ будешь ссѣтлый рай.

t

или :
у дѣвичъей кровати
Pads вгькъ втьковати ! . . .Іі
Однимъ словомъ: они полюбили друге
друга. Артемій предался первоначальному
нежному чувству своему, страстно, пламенно , — Агаша

более любила его ре-

бячески: сердце ея стремилось

къ нему

на резвыхь мотыльковыхе крылышкахъ,
но готово было спорхнуть съ любимаго
предмета на всякую затейливую обновку,
налюбоваться ею, бросить ее — и опять
искать

разносбразія ; за-то

другіе му-

щшіы при АртемьЪ не имели для нее никакой цепы.
ея воздымала

Съ каждымъ годомъ грудь
более и более

покровъ

свой : сердцу становилось въ иемъ т е с н о . . . . и она уже день ошъ дня внятнее

начинала понимать выразительную грамот у красноркчивыхъ очей пдамениаго юноши. Любовь догадлива: Артемій примѣчал ь іцастье свое, онъ спивалъ его взорами
съ зардѣвшихся лашітъ

любой подруги

своей при каждой встръчъ съ нею. Мило
потупленные глазки ея досказывали, насыщали упосніе его —- и только. Ни одного слова, кромѣ обычиыхъ прнвътовъ,
не срывалось съ усгпъ ихъ.

Поздно Ар-

т е м ы вглянулся въ душу свою — и поздно
ужаснулся. »Что я задумалъ? . . .« говорилъ
онъ самъ съ собою: »бѣдный, безродный,
безталанный

б о б ы л ь ? . . . Согласится-ли

надменный отецъ ея передать любимую
дочку своему батраку?. . . « и благородная
t
амбиція его уязвлялась глубоко и юноша
гордо потрясалъ кудрями.

По чгпожъ и

вправду оставалось еМу начать безъ средства, безъ руководства, безъ всякой помощи къ пріобрѣтенію
чѣмъ бы купить

себк б о г а т с т в а ,

у судьбы

блаженство?

О! какъ дорого д о с т а е т с я оно: цѣна самой жизни полагается ни вочто! Забыть
Агашу, удалиться куда шібудь въ городъ,
размыкать

грусть

тоску свою! . . . Да

развѣ э т о возможно ? . . . Образъ ея врезался въ самое дно сердца его: онъ осязалъ въ немъ щекотливое глоданіе прекрасной змеи. Бедный юноша живо чувствовалъ жгучій , томительный

огонь ,

пожирающій спокойсшвіе его и — молчалъ,
страда.іъ—и таился. Гуръ Филлтыічь самъ
неоднократно

замечалъ ошибки въ счс-

т а х ъ , подаваемыхъ ему Аргпемьемъ; оігь
заставалъ его задумчнвымъ тогда, когда
бы нужно

было пускать

расторопность.
пожималъ

въ ходъ свою

Гуръ Филатьнчь дулся,

плечами

н выговаривалъ

ему

иногда за оплошность, п тогда несчастный
почти со слезами на глазахъ, однимъ выразигаельнымъ

молчаніемъ оправдывался.

Гуръ Фнлатьичь, ношерзавъ слухъ и душу
его обыкновенными советодательетвалш.

а иногда даже попреками, хмурился п о т ходили прочь, не зная на ч т о подумать
и за что

принять

своего. Артемій

поведеніс

пріемыша

все-таки былъ нужеиъ

ему: по одному трезвому поведенію и безкорыстію его, онъ
дороже всехъ

почиталъ

прежде

Артемія

бывшихъ своихъ

прикащиковъ. И Матрена Андроньевна, видя услужливость молодца н верное исподненіе всехъ возложенныхъ на него поручепій, тайно о т ъ мужа,

напр.

что

отделяла ему

нибудь

подешевле ,

купить

за обедомъ лакомый кусочекъ; даже шалуне Иванушка имЪлъ къ нему сильную
привязанность: Артемій шіпіалъ его прожорливость городскими гостинцами , покупалъ ему игрушки и самъ вырЪзывалъ
ему изъ к а р т е коньковъ и седоковъ, показывалъ на с т е н е разный іпени, клСилъ
кораблики изъ кардона, и проч.; со всеми
домашними былъ онъ вежливъ и угодлпвъ;
старая дворная собака издали чуяла при-

блнженіе его и звучно била хвосптомъ о
калитку, изъявляя

радость свою и вы-

тягивала шею, прихваченную цепыо. Онъ
не забывалъ и ее.
Любовь

крейсъ - салаіпъ, выразился

кіпо-то изъ литпісрашоровъ пашпхъ: она
расшетъ скоро; любоышки видались каждый день, с т р а с т ь ихъ питалась, но не
выходила наружу; а посудите сами, каково шерпѣть ; т е р п е т ь и не находить
отрады, даже ис выразить страдапія своего ни одною жалобой, боясь, чтобъ злые
люди не подслушали ее,
подстерегли

даже

чтобъ

преступпаго

они не
біенія

сердца ! . . .
Наступили святки. Обширный дворъ
Гура Филатьича загораживался возами съ
хлѣбомъ, дровами, свининой, солониной и
другими жизненными потребностями. Зима
стояла тогда холодная, трескучая. На всВхъ
Московскихъ

улицахъ

кипела жизнь

въ

яолномъ блескк , разогрѣтая движеніемъ,
Изъ Питера шли обозы съ сахаромъ и
коФс ;

изъ Ярославля тяпулнсь подводы

съ Волжской бълорыбицей, Къ Серпуховской заставь подползали по морозцу южные продукты, тащимые усталыми животинами. А к т о не знаешъ ч т о за суета
и суматоха произходитъ въ т о время у
/
нашихъ заставъ: сапи, высоко нагруженпыя , будто башнями, скрнплтъ и внзжашъ полозьями какъ поросята;

снъгъ,

скованный морозомъ, хрустиш ь подъ лаптями мужичков7>, пляшущихъ

на холоди

па собственпаго сочшіснія; лошади, заиидевѣлыя,

точно выштукатуреиныя или

набъленныя, подобно купчнхамъ, Форкаютъ
прсиеучтнво; хозяева нхъ съ скомканными
бородами, будто дсржащіе въ зубахъ неразчѳсанную банную мочалку, облепленную
-сосульками , какъ ледепцомъ,

шумяіпъ у

-опущениаго предъ ними шлагбаума, ожидая
пропуска; другіе ръзвоіо ішоходыо б ь г у т ъ

Вт, ближній кабакх, а иные въ трактиръ,
который такимъ улыбчивьшъ и вместе
коварнымъ

взоромъ, т . е. раззолоченною

вывескою, смотрнтъ на ннхъ, призывал
къ себе молчанісмъ, куда мпогіе нзъ нихъ
нослтъ оброке свой, унося о т т у д а головоломное всселье. Казаки съ нагайками въ
рукахъ силятся ушгчтожпіпь т е с н о т у ,
а хожалые, потомки древнихъ ярыжекъ,
также озяблые и сгорбленные, какъ ішдій.
скіе п е т у х и ,

грѣютсл

въ ней.

Одішъ

только заставный писарь, Его Благородіс,
съ краснымъ воропншкомъ и носомъ, безучастливо и надменно, подобно Египетскому Паше , постанваепіъ снаружи кордегардіи и потираешь руки. Онъ знаетъ,
ч т о мимо его проползешь беззвучно одинъ
только червяке,

что

съ него

только

в з я т ь нечего, потому чгпо онъ голый.
Если не такая, т о

похожая на о т у

суматоха, была и у Гура Филатьпча на
дпорѣ H въ доме: крикливыя бабы обіпи-

рали пыль
полг.і,

съ полокъ

крыльцо

и с т е и ъ , мыли

съ перилами и посуду,

стирали белье, таскали кульки съ закусками ,

разстайавлипали

стулья.

Матрена Андроньевна, какъ не-

угомонная
вернымъ

по

компатамъ

хозяйка , сама сеяла
глазомъ ревизовала

муку и

кадки своп

ст. мочеными яблокаци, брусникою, огурцами H огурчиками. Агаша кроила и шила
себе обновы. Гуръ Фплатьичь не суетился подобно челядшщамъ своимъ, но былъ
угрюмъ

и іісприступспъ : карманъ

его

худелъ, а кованые сундуки почшіаіпь онъ
не хотелъ.

Артемій въ городе

наблю-

далъ за его доходами.
»A ч т о , батька , Гуръ Филатьнчь ,
ведь иамъ, изволишь видеть, нада-ть, я
чаю, х о т ь одинъ разъ во все святки зад а т ь пиръ у себя въ доме ;

ведь самъ

знаешь, у насъ дочь на возрасте: пожалуй люди скажугпъ , ч т о она какая нибудь

браковка ,

ч т о мы утаиваемъ ее

ото всехъ! « говорила Матрена Андроньеііна мужу своему.
— Про э т о я и самъ знаю—отвечалъ
Гуръ Фнлатыічь — гшръ не пиръ, а угощенье заправское необходимо устроить ,
понимаешь ? Если поднять пируху богат о н рукой , т о пожалуй накличешь т а ких!» жениховъ , ч т о растормашатъ все
нажитое, понимаешь?

—

»Все не все, батька,« возразила Матрена Андроиьевна : »а половинку, изволишь видеть , можно придать
Шен : ведь она у пасъ одна!

за Ага-

Иванушке

еще останется, да онъ и самъ наживете.«
— Молчи, т в о е дело бабье, неразумное, понимаешь! — вскрикну.іъ Гуръ Фнлатьичь, сдвпнуве грозно брови свои — я
еще не ечнталъ у т е б я зубовъ во р т у ,
а ты

перечла мое добро ,

ч т о хочешь

УЖь и делить его; мне и іпакъ ошъ ванінхъ затей приходится л е з т ь въ петлю, понимаешь !

—

»Эхъ, батька, Гуръ Филатычь, ну ч т о
Бога гневить !« завопила было Матрена
Андроньевна ; но Гуръ Филагаьичь т а к ъ
громко притопнулъ на нее ногою ,
она тоіпчасъ

убралась въ свой

что

апарша-

мснтъ — въ кухню.
Однако не емоіпря иа т о ,

когда-то

въ добрый чаеъ разхмелья Гура Фллаіпьича , условлено было между нежными супругами устроить
святкахъ

потешный вечеръ о

н пригласить

дей всякаго чина,
лодцевъ
песни ,

на

него

зваиія и ранга :

и девице

петь

люмо-

подблюдш>ія

а жениховъ играть въ Фанты ,

чтобъ, дескать, Агаше не было долгаго
счдгьиьл въ девкахъ, и сампмъ роднтелямъ
можно бы было

учинить выбора, между

многими. Затейливая мысль !

Признайтесь сами себе,
рыцаршн виста ,

рыцари и

бостона и кадрили (я

разумею

здесь

молодыхъ

людей,

а не

инвалидовъ забаве) , не принесла ли бы
вамъ чистейшаго , насладиіпельнаго удовольствия игра въ Фанты? Будто сердце
ие умеетъ т а к ъ же сладостно биться и
т р е п е т а т ь подъ мотивы унывныхъ святочныхъ песснъ , какъ и подъ звучныя
мелодін танцовальныхъ променадовъ ? Въ
современных!, намъ забавахъ

мы вндимъ

одну тсорію любви , одно несмелое подпрыгиванье другъ къ другу и поспешную
ретираду, — все э т о отпечатокъ какогот о непостоянства, х о т я милаго, красиваго рнсовапія группе, но все-таки в е т р е наго, скорозабывчиваго, мотыльковаго порхапья; но въ потехахъ старины настоящая практика любви. Ну, посудите сами,
какой выгодный

случай

во время

игры

въ Фанты вковаться въ у с т а любимаго
предмета и спить

съ нихъ медлитель-

ный, по гармоничЛжій поцелуй, даже въ
присутствии сердитыхъ маминекъ, рев-

нивыхъ мужей и рошцущихъ отцовъ? Таковы права ч>антовъ !
В о т ъ , напримъръ, хороиятъ золото
и чисто серебро. Послушайте, какіе иапквы; в о т ъ содержаиіе ихъ: молодица въ
разлукѣ

съ милымъ ;

она смошритъ на

него изъ косящетаго окошечка и разливается какъ горлинька одинокая въ круЧИНІІ

своей: »я у батюшки въ терему, я

у матушки
льется

въ высотѣ , — и го.юсъ ея

прямо въ сердце, и въ рукахъ

своихъ вы ощущаете

нѣжное прикосно-

вение ручки ся: съ нее скатывается перстень ,

вы думаете,

что

схоронится

у васъ? — нЪгоъу только одно пожатіе;
не вы счаст.швецъ , не другой, не т р с т і и , а гаопи., к т о условился передать
ей на обмѣнъ свернутую

розовую

бу-

мажку. — Угадайіпсжь, у кого схоронено
золото? ІІс завидуйте, ие т о т ъ на кого
вы думаете, спряпіалъ сокровище свое въ
лучшую сокровищшщу жизни — въ ссрд-

це — ему какъ и вамъ помазали только по
губамъ ; ис угадали, но только заблудились вы
скимъ

въ прогулке глазами

лабиршітамъ ,

по жен-

давайте Фантъ и

ступайте опять искать золото, только
не находите медяницы —
4

обманщицы.

Декорація переменяется : играющіе

особы свились вѣнкомъ, т у т ъ молодицы, —
ц в е т ы , пышно раскинувшіе уборы свои
подъ теиію мужчине,

стройныхъ

тополи, т у т ъ и девы —
смело

развпвающіе

ихъ , т у т ъ

какъ

бупіоиы, не

почки красоте

сво-

и розы наслажденій , и не-

любимый чертополохе, отнугнвающій взоры , все э т о въ перемежку , разноцветный

букепіъ.

Красавицы

заунывно

во-

склицаюшъ: охъ болитъ! — болите сердце лилен по чахломъ репейнике
кая ннбудь
полыни ,

ожога-крапива

которая

ся т о ю же

привилась къ

наоб^ротъ

болыо. ;

или кажалобпт-

любовная

пуще похмелья кружите головы

эпидемія
и щс-

мшпъ сердца , завепіныя имена цветом»
произносятся стыдливо, будто ненарочно; другія прелестницы въ раздумье: кого бы выбрать лекарствомъ для изцеленія боли, но птакъ осторожно, чтобъ ис
высказать тайны своей; выкликается т и повішкъ, да и вправду, ведь онъ иглнсшъ:
какъ не занозить имъ сердца!
Вскоре после того вдругъ заскачете
любовная почта но ухабамъ

всехъ боль-

шихъ дорогъ съ разными транспортами ;
ш у т ъ часто и столица сторонится какому нибудь Звенигороду или Серпухову;
т у т ъ прогоны самые дешевые: съ каждой версты по поцелую,

а на э т у мо-

н е т у невидимую, впрочемъ часто слышимую и мило осязаемую, не установлена
еще

цена

и проба :

часто

достается

она ни по чемъ , расточается безъ . счет а , о т д а е т с я сдачи мелочью, ио часто
нельзя ее д о с т а т ь ни за какія жертвы.
Увы ! . . .

Когда все почты перескачут!,, а у
играющих!, оборвутся перепутанный постромки тсрпенія , раздастся хор ь подблюдныхъ песене: стьй, маши, мучицу, или:
какъ у Спаса въ Чигасахъ за Яузою, оісивутъ мужики - то все богатые ,
лопатой

серебро;

кому кольцо,

ро — и слава I и ступай
своей суженой

къ налою

гребутъ

тому доб-

па право съ
въ эгпоіпъ же

годъ непременно , и будешь т ы

богата,

и щаланливъ.
Кому : кузнецъ скуетъ злапгъ вѣпецъ
т о т ъ также
стень ,

готовь

обручальный пер-

a певѣста набивай сундуки прп-

дапымъ и расплетай косу шелковистую.
Инымъ вправду

выдается

пѣсня,

какъ

сонъ въ руку , только со злапіымъ венцомъ сковывается
или просто

имъ бичь

сплетается

железный,

кпутъ ремен-

ный и скручиваются возжп.
Проказницы из!, девушекъ піайкомъ
выбегаютъ за ворота подслушивать го-

«

лоса, съ

какой

сшороііы

послышатся

раздадутся они , •— о т т у д а будутъ къ
нимъ и женихи ; но если случится , ч т о
въ т о время залаетъ собака издали, эгпо
!

также идетъ къ счету :

красавицы

въ

восторги не разбираюіпъ человъческій ли
э т о шеиоръ, или собачій басъ: онъ только

слышатъ

роковой голосъ —

и во-

склицатотъ: в о т ъ наши женихи! Ворчуньи
матушки,

сидящія какъ т р у т н и ,

простые зрители въ Фаиточныхъ
такллхъ,
игрой,

скучаютъ

какъ
спек-

продолжительною

и поднимаются

въ

иетерпъньи

съ мѣстъ своихъ; но какъ можно! молодежь хоромъ заропщетъ: погодите
годите, еще моспгъ не мостили,

по-

еще не

разыгрывали Фашповъ. И вотъ, по закону игры, вдругъ выступаешь

какой ни-

будь прелестный пищій въ бъломъ плашьнцъ, ловко

перегпянугпомъ газовою лен-

т о й ; ну, какъ не нодать ему милостыню ? миогіе
0

почніпаютъ

за милостыню

себе, если только принимаютъ съ губъ
ихъ подаяніе.

Иной проказникъ кладеіпъ

только одииъ рубль—но все копеечками,
а если случится грошсвикъ, т о просить
сдачи, а если хорошеиькій разнощикъ пододчпвастъ его, положимъ х о т ь яблоками,
оиъ берстъ одииъ десятокъ по яблоку и
каждое

яблоко

кажется

ему за сахар-

ный ананасъ. Особенно при разыгрываніи
Фаитовъ съ медоточнвыхъ у с т ъ бываете
сыпля у запой поцѣлуевъ ;
бываютъ однажды

за т о святки

въ г о д е ,

какъ Май

улыбчивый, какъ юность въ жизни. В о т ъ
каковы деспотическіе
фанты.

законы

игры

въ

Старые брюзги, ревнивые мужья

при всехъ

свидѣтеляхь

женки ихъ по вызову

видягпъ,

выходятъ

какъ
къ мо-

лодцамъ за дверь; чуткіе уши ихъ слыг
шашъ о т з ы в ы
вздрагиваютъ,

поцѣлуевъ

и они молча

какъ лошади при пушеч-

иомъ залпе, пыхтяшъ, отдуваются, какъ
будто сидя въ жаркой вапнѣ; спутницы

жизни нхъ идутъ, неся еще на щекахъ
своихъ пламень и рдянецъ жаркихъ у с т ъ .
Д а здравствующе

Фанты

и въ могиле

своей ! да воскреснуть и обеземертягпся они !
Такія же проделки

были

и у Гура

Фнлатыіча въ раздольный Василъевъ

вечерь.

Между купцами, наехавшими къ нему съ женками, дочками, сыновьями и кумовьями, отмечивался некто Ѳедулъ Цанкратьевпчь, тучный винный откупщике
и, разумеется уже богатый вдовецъ, пожилой и скупой,

какъ сама судьба

для

несчаспгаыхъ. Вь этомъ же зверинце былъ
еще изъ благороднаго ранга Аниспмъ Мнхеевпчь,

Секретарь

старый,

длинный

какой-то Палаты ,
и худощавый

ста-

рике, воплощенная ябеда, чернильный обливанецъ съ красныиъ носомъ, будто бы
обкапаинымъ сургучемъ, въ узкомъ фраке
съ длинными Фалдами,

за т о съ широ-

кими карманами; пышно расчесанный па-

\

рикъ его покрывале подъяческую голову,
какъ зоншомъ ;

на замъчапгелыіомъ носу

его лепились сшрашныя очки, и вся длинная Фигура его

при каждомъ

особенно при поклонахъ,
к а к у ю - т о мудреную,

движенін,

съеживалась въ

Китайскую

букву.

Э т и гости приглашены были къ Гуру
Филатьичу съ цѣлыо какъ ниже сего увпднмъ. После разныхъ закусокъ и попоекъ
начались игрища: Аниснмъ Михеевичь присоединился къ молодежи и въ т о время
когда Ѳедулъ Панкратьевичь съ Гуромъ
Фнлатьнчемъ вели речь о промышленпосіпяхъ, о ходе и упадке торговли ,

обе

ликерахъ и наливкахъ, и многіе изъ уважснія

къ нимъ слушала ихъ

съ глубо-

кими вгшманіемъ, онъ проходили все с т е пени Фанточиоп игры

и былъ

номъ смысле жрецомъ

ся

и мучилъ со

своихъ

въ забавахъ,

смеху

товарищей

въ пол-

что называется, до надрыва животовъ.
Крючки о с т р о т е

его задевали многихъ.

Къ довершсиію удовольствія веселящейся
бескды, ему досталось б ы т ь с т а т у е й и
в о т ъ подняли

ходулн

его на цыпочки,

сгорбили спину, подперли молодца одиой
его же

рукой подъ бокъ, а другую под-

няли коромысломъ, какъ будто готовя его
п у с т и т ь о т х в а т ы в а т ь голубца и начали
век поткшаться надъ

Его Благородіемъ

к т о какъ хотѣлъ и умКлъ. Аниспмъ Михеевичь умильно поглядывалъ

на Агашу

скользкими глазками своими, изъ угожденія ей всячески любезничалъ и почиталъ
еще ссбѣ за особенную честь, ч т о успѣлъ
такъ

распотЪшить

публику.

Даже дѣвицы

невзыскательную
толклись около

него хороводами. Аргпемій былъ робокъ,
какъ и всегда; съ чувство.мъ произпосилъ
свое: охъ болитъ до незабудкѣ, которой
назвалась Агаша и, потупя взоры, передавалъ горящую курилку сосКду, чтобъ она
не выказала

на лицѣ его

отраженіемъ

своимъ волненія души. »Смотри пожалуй

Какой скромница прпкащикъ - т о

у Гура

Фіілатыіча , водой за замутишь его« говорили старушки, издали наблюдая игру
между антрактами пересудовъ и мысленно проча за него ошкормлеыныхъ дочекъ
своихъ.

Некоторый изъ нихъ проникали

застенчивость юноши, а т а к ъ какъ только одна любовь близорука, находили они
въ Агаше множество недосшатковъ: младенческая

резвость ея была

называема

безстыдсгавомъ, а пригожее личико и нарядное платьице — цирюльническою вывеской. Все это, разумеется, было передаваемо завидливыми матушками — и провесными дочками ихъ — другъ другу не
вслух ь: Агаша оіпъ всехъ встречала приветливы» улыбки.
ІІаконецъ
Жребію
ломъ;

досталось

вынутаго

Артемыо,

Фанта ,

по

б ы т ь о раку-

его посадили въ отдаленный уголт>

Комнаты и покрыли белымъ
Робкій юноша

полотиомъ.

смешался еще более ,

но

къ счастію замешательство его было занавешано. Миогимъ спрашнвавшимъ его,
прорицалъ

онъ

светлую

и пасмурную

будущность, не выслушавъ .ихъ ,

чтобъ

только скорей развязаться съ ними ; но
каковожъ было

его нзумленіе и досада ,

когда полотно зашевелилось и нзъ занавеса его показалось вострое, клыкастое
рыло Анисима Михеевича ! . . . »Слушан,
братъ Артемоша,« шегшулъ онъ, крепко
сжимая его руку : »я до нельзя уязвлепъ
прелестями

АГДФЫІ

Гуровпы — помоги

.мне снискать . . . . понимаешь ? . . . могарычн за мной!.. .« и вымолпивъ сіе, АішСІІМЪ

Михеевнчь

облилъ лице свое зияю-

щею улыбкой —

пожаль ему руку еще

разъ и удалился.

Артсмій

пораженъ

его прнзпапісмъ ,

таю,

былъ

ч т о не на-

шелся ч т о и о т в е ч а т ь ему сидя истуканно на стуле.
Дошла очередь

и до Дгаши :

тихо

заколыхалось полотно и явилась она предъ

милыми своимъ съ обвивомъ розъ с т ы д л и в о с т и на щекахъ; по закону игры с т а ла она предъ шшъ на колени,
они молча, но откровенно,
высказывать

другъ

и начали

красноречиво,

другу

души

свои.

Наконец ь настало время признанія : Артемий не у т е р п е л и и поцеловали на груди ея к р е с т ъ ,

мысленно клянясь ей въ

вечной любви ;

она поняла е г о , рука ея

стиснула его руку ,
щеке

—

щека прижалась къ

и слезы ихъ слились

Признательность была понята любовниками въ безмолвіи ; звонкіе голоса
пробудили ихъ.
Вечеръ

по обыкиовенію

меть : хаосъ забавъ всякаго

быль

шу-

рода былъ

зак.ночеиіемъ его. Любовники торжествовали втайне души своей ; только испугали

ихъ

значительный

взоръ

Ѳедула

Панкратьича, жадно брошенный на Агашу
при прощанье съ нею — и шонотъ роЧАСТЬ

I.

5

дишелеи ея съ богатымъ отпкупщикомъ.
Такъ кончился старый годъ.
Отставала лебеду иска отг, стада лебединаго,
Приставала лебедушка ко стаду сѣрыхъ
?yceü.
Свадебная тьСия.
Гробь та же

для

отдыха.

IIa томг> свѣпиъ много оакаиціи:

туда по-

падаютъ

колыбель

безъ протекция.
Мысли вслухъ.

Послѣ блаженнаго вечера , въ грудь
Артемья заронила искорку свою
да - невидимка
ка.
объ

съ

радужиаго

надеж-

крылыш-

Въ пылу счаспіія своего онъ забылъ
Анисимв

МихеевичБ

съ претензия-

ми его. Свободно вздохнулъ онъ.

Между

любовниками было уже нисколько тайно
условлешіыхъ свидашй,
рыхъ Агаша

во время

кото-

со вевмъ просіпоссрдечісмъ

своимъ клялась ему,

ч т о кромъ его ни-

к т о не с о с т а в и т ь ея счастія ; чшо она

готова въ эгпомъ признаться о т ц у , мат е р и и вымолить у нихъ родительское
благословепіе на соединепіе съ нимъ. Артсмій весь былъ восхшцепіе : все чувства
его, проникнуптыя ігвжностію , расплавились въ слезы и онъ плакалъ шакъ весело, шакъ усладительно; червь—совесть—
не глодалъ уже души его.
упрашивала согласія

его

Агаша

сама

па общее

сча-

с т і с . Чемъ же онъ виноватъ, разве онъ
обольстнлъ се каким« ипбудь
Онъ
все

чистосердечно
богатство

посулами?

признался ей,

его

будешь

что

состоять

только въ одном'ь сокровище — въ любви ея. Она повторяла

слова

его

нодъ

диктовку сердца, •— почки цвепювъ блаженства

нхъ

наливались

питательной

росой надежды съ каждымъ днемъ более
и более.

Сердца нхъ

бились одииакимъ

размѣромъ , поцелуи сливались ,

клятвы

сыпались — и смешили судьбу коварную,
таинственную.

Съ нѣкошораго времени Гуръ ФилаіпьІІЧЬ

заключилъ съ супругою своею какой-

то

наступательный

и оборонительный

союзъ противъ дочери своей, неразгаданный для нее ; шопогпъ нхъ,

удивлявшій

ее, произходилъ у нихъ съ глазу на глазъ;
случалось иногда, ч т о во время тайнаго совещапія, Гуръ Фнлатьичь возносилъ свой голосъ, — и потомъ опять все утихало. Члены разходились по своимъ местамъ, но протоколъ судьбы дочери ихъ не былъ еще ни
чѣмъ подписанъ : ни слезами, ни кровыо.
Въ одно время въ полутемному чулане, Где Матрена Андроньевна сама набивала пухомъ огромную

двухъ-спальную

перину, а Гуръ Филатьпчь
тивъ

сидѣлъ про-

нее на кованомъ сундуке ,

к т о - т о постучался

вдругъ

къ нимъ въ замкну-

т у ю дверь костлявою рукою.
Супруги встрепенулись какъ заговорщики, однако опросили нарушителя уединенія своего :

-— Э т о я, батюшка Гуръ Филатыічь
и Матрена Андроньевиа, я, Авдевна !
произнесло какое-шо

существо

—

пискли-

вымъ голосомъ.
»Что она пришла на гробе

ч т о ли

собирать себе?« съ неудовольсшвіемъ произиесъ Гуръ Филатьичь.
— А, э т о Авдевна! — радостно воскликнула Матрена Андроньевиа—впуспшмъ
ее, багпька, ведь я се усылала опрашивать
и выведывать про нашихъ жениховъ. —
'

Немного погодя дверь отворилась ц

въ огпвсрстіе ея всунулась миніашюрная
старушка съ вострыми подбородкомъ, въ
китайчатом шубке
рукахъ ;

взошедъ

и съ косшылемъ въ
помолилась

она какъ

водится въ передний уголь и чшшо раскланялась съ хозяевами.
»ІІу, ч т о новннькаго? да сядь, сядь,
ведь т ы чай устала!« говорила Матрена
Андроньевиа,

подставляя ей небольшую

треножную скамейку, а сама поместилась

па опрокинутую кадку. Гуръ Филатмічь
не парушалъ позиціи

сиденья своего на

сундуке и серьёзнаго вида. Сіпарушка подкатилась въ месту отдохновенія, — обтерла- рукою

роггіъ ,

откашлялась , —-

(это была прслюдія) » начала»:
»Ну, отцы, побегать-шо я побегала,
а пообедать-гпо не пообедала; ужь знать
за грѣхи мои досталось мне натерпеться
H холоду и голоду. Помните, опомнясь вышла я ужь подъ всчеръ съ вашего двора
и направила путь вт> Сущсво подъ Вески;
дорога неблизкая, погода крутила такая,
ч т о и расказать нельзя, вешеръ заметалъ
дорогу спегомъ, словно какъ помеломъ, а
встречиыхъ
валъ.

Однако

ему совсемъ

съ ногъ сби-

я дотащилась-таки кое-

какъ до дому того прнказнаго человека,
«у, женишка-то вашего ; ужь домъ же у
него: ч у т ь в е т с р ъ дуиепгь посильнее, подъ
мышкой сво.ей занссстъ его пс-весть куда!
Вогпъ какъ подошла я къ нему—и давай

стучаться въ окоцпыя

сіпавни пригова-

ривая : корміглпцы-батіошки ,

пустите

дескать па почку б'Вдную, промокшую до
костей старушку,

а вамъ

дескать по-

Шлетъ Господь на мою сиротскую долю.
Вѣриіпе ли, отцы, вѣдь насилу впустили
меня въ ворота , насилу дали для успокоепіл

гръшпаго

т ъ л а половицу въ се-

няхъ,

а поужинать х о т ь бы обгорѣлую

корочку хлѣбца сунули. Л я между тѣмъ
все выввдала да высмоіпрѣла : у Аннсима
Михеевича жнветъ какая-то,

изволите

видѣть, рабочая женщина, да знать между ими е с т ь
стирала

въ корытъ бѣлье и мыла ему

голову всякими
скать

грѣхи ; она въ т о время

какой

укорами : вишь
окаянный

т ы де-

старичишка -

крихтупъ, думаешь, не знаю шгпо ли я
какъ

гпретьёгоднясь

къ Таганскому

заслалъ

купцу с в а т а т ь

т ы сваху
за себя,

сѢдаго дъгпнну, дочь его , a вспомітка,
грѣховодиикъфско.іько

у насъ

ну

5G
самъ знаешь ?

Ѳедощка , ч т о охо-

тою

пъ солдаты пошелъ ,

что

на

чугунныхъ

Акулька

заводахъ

Андрюшка ,
живещъ ,

нѣіпъ, виновата, какъ бишь

назвала она

дочушку 1 . . . . ну да не въ

томъ дело ,« говорила

Авдевпа

»а

вогаъ въ чемъ, ч т о Анмсимъ Михссвичь,
сидя въ бумажном!, колпаке своемъ и починнвая туФлп , не вымолвклъ ни слова
на отвыпъ ей, только ч т о покряхгпывалъ, да обматывалъ Черной ниткой очки
свои, а она т о ужь его: какой т ы батя
деіпямъ , ч т о отступился о т ъ ннхъ и
гонишь со свиту долой ? Наконецъ какът о угомонилась гроза его н собрала ему
ужинать ; ужь самъ

сатана вѣдаетъ ,

прости Господи, что она наварила: нись
багпвішыо ,

нись щи,

а только

какое-

т о хлѣбальное изъ капуешныхъ кочерыжекъ; а когда попросила. онъ кашу помаслить, шакъ вошь вишь изъ спѣтца возьми
сальный

огарокъ,

да

и фриправь

нмъ

свое кушанье. А въ посгпаіщъ подъ образами т а к ъ и е т ъ у ннхе недочету: с т о и т е полштоФііка зорной водочки и еще
I

какая-то травянка цветистая. В о т ъ т ы
и узнай т у т ъ людей. Какъ опомнясь къ
вашей милости пріехалъ, т а к ъ гпого не
хочу, другого не надо, а дома кашу помаслить нечемъ ; ну да ч т о и говорить,
голъ какъ общипанный соколъ !«
Т у т ъ Авдевна перевела духъ и пока супруги менялись меаеду собою значительными взглядами, Авдевна закатилась
опять :
»Ужь какъ я смекнула , ч т о мнѣ у
тамошиихъ хозясвъ выведать более нечего, и побрела со светомъ къ Замоскворечью

къ Ѳедулу

Панкратьпчу.

Тамъ ,

признаться сказать, не многое я узнала:
домина большой , каменный ,

глазомъ не

окинешь, а въ немъ будто ни души, нич т о не шелохнется ; я къ ворошамъ , а
они на замке, я стучаться — а собаки

и всполошились — и залились
няли содом!» такой какъ

под-

па псарне.

Я

пригнулась — и вижу сквозь заборе въ
щелочку, :— шамъ

какіе - т о

взрослые

ребята боснкомъ, гпакіс неуклюжіс, дурнорожіе,

играютъ

трав, шваютъ

въ снежки

еще псове-шо

да подна меня,

знать оіш сами псовые д е т и

«

I

— Врешь т ы , старуха, ото д е т и Ѳедула Панкратыіча о т е первой и второй
жены его! — съ замѣіпнымъ неудовольствіемъ перервалъ разскащицу Гуръ Филатьичь.
»Ну, с т а т ь с я можетъ, батюшка, всё
равно ,

только я тамъ ничего не могла

выведать у запертыхъ вороте, а подумала только , должно б ы т ь богаіпъ хозяине этого дома , ч т о столько собаке
у него спущено
ч т о покараулить
~ томе

на дворе : знать

есть

подвалы съ золо-

Глаза Гура Филатьича
какъ курителыіыя
вольствія

загорелись,

свечки, жаромъ удо-

при последішхъ словахъ с т а -

рушки.
лІТу, маіпь,

что т ы

все это?« вммолвилъ

скажешь на

Гуръ Филатыічь ,

немного спустя времени,
—

Я не эиаю; какъ, т ы ошецъ? —

отвечала Матрена Андроньевна.
)>Да-что,(і начале Гуръфилатьичь первый подавать свое мпеиіе: »подълчій твой
мне не по сердцу

и вблизи

и издали;

теперь онъ еще больше пропахъ для меня сальнымъ огаркомъ:

я воіпъ т а к ъ и

гляжу, какъ о т , распахнешъ своп ропіъ,
а изъ него и потянется светильня!«
— Да ведь за т о оіп, чиновный человеке, не какой нибудь простой, а в о т ъ какой . . . . возразила Матрена Андроньевна»Чц-но-вный ! . . . растянулъ Гуръ Филатыічь э т о слово на несколько частей:
»ведь его только чинъ-mo и обороняешь

«

GO
— Л Ѳедулъ-mo твой ГІанкрашыічь
развіз не такой же обдирало ? ужь чвмъ,
чѣмъ не берегііъ оігь съ
мешь у него дснегъ ;
нуть-mo

ІІІЪХЪ,

к т о зай-

да ужь

и взгля-

на него , т а к ъ

глаза намозо-

лишь: гпуша тушей, сидень, пегіоворогпь,
да H душа-то

потемочная. Лгаша наша

такая приглядная — и что же ? должна
чахнуть за нимъ , какъ цвъпіъ пренъжнын

за тъныо пня

безъ солнца . . . . —

Любви, прибавить бы должно, но доморощенная

поэзія

Матрены

Лпдроньсвны

ограничивалась сказавпымъ.
»Да за т о оиъ

богашъ !« возразнлъ

Гуръ Фплатыічь.
—Богатъ ,апрнданаго все запроенгпъ!—
спорила съ нимъ Матрена Аидроньевна.
»Ä подъячій твой ужь просишь, ужь
онъ подалъ проіиеиіе,

легко-ли

вымол-

в и т ь : десять шысячь!. Да за что? въдь
дочь паша не залежалый товара.! — личико-ли? — хозовый конецъ ! рѣчь-.іп? —

чпіо твой звукъ разсыпаішыхъ монете —
да и вся — со шіпемпелемъ красоты, который сама природа

наложила

на нее!«

говорнлъ съ самодовольствіемъ Гуръ Филатьичь, поглаживая пушистую опушку
подбородка своего.
.— Правда, чгпо твой Ѳедулъ свои карманы надулъ; но ч т о будете, когда онъ
женится въ шретіп разе, поѣдеіпъ въ госшиный

рядъ и всю ораву посшрелятъ

своихъ покинстъ

на Агашнну

заботли-

вость? Ну, какая она будеш ь имъ мать?
она еще

и не умѣешъ б ы т ь ею ;

она,

моя крошечка, захочешь чемъ нибудь потешиться ,

а онъ

ей наперекоръ : си-

ди-ка , голубушка , за чегпырмя стенами,
да гляди не черезъ заборе, а на грязный
дворъ ,

какъ

тамъ

няша , а ее никто
Что

ни говори,

полоскаются
не

уте-

поласкаегаъ.. . .

а чиновница —

толп

дело: ЕЛ Благородіе,

да еще дворянка! Ее

будушъ

Матушка

величать:
>

сударыня,

милосливая
чтение ,

государыня,

ваша честь и по-

а она-гпо себе,

х о т ь ухомъ не

веди: все къ ней съ поклонной головой;
ужь не платочекъ вскинете она на макушку, а целую шляпу съ большими крыльями,
какъ уездная. . . городничиха или исправническія дочери

в о т ъ это будете

повиднее, позначительнее, a Ѳедулъ Панкрагпьевичь твой только что тяжелъ. •—
»Да

что т у т ъ

сердцемъ воскликнулъ

перекоряться! « съ
Гуръ Филатъичь :

»что тяжеле, т о н перевешиваете: Ѳедулъ
Паикратьевичь и грузомъ богаіпъ, сіпалобыіпь весы на его стороне.

В о т ъ пож- -

дсмъ ч т о еще будете о т ъ нашихъ жениховъ
немного

а мясоеду о с т а е т с я уже
«

Т у т ъ домашній арсопагъ разошелся.
Не знаю, какъ для -другихъ, а мы съ
Тпхономъ Сысоевичемъ согласились , ч т о
иегпъ лучше времени во всю зиму, какъ

ангпракгпъ между

святками

и масляной.

Осенью природа разнемогается, сіпоііетъ
ветрами il заливается дождями, какъ слезами. Зима несколько

успокойвастъ

бо-

лезнь ея оковами своими, какъ принятісмъ оніума — она усыпляешь ее лстаргпческимъ сномъ, мертвитъ
ваешь

морозомъ

и заколачи-

въ ледяной, гробь.

Но

когда Февральское солнце начнешь разыгрываться

па весело оевѣщенномъ небе,

природа какъ бы начинаешь полуоткры/ в а т ь все еіце дремотный
снегъ

понемногу

вежди

разтопляется

щешь въ нагорныхъ ручьяхъ

свои,
и роп-

на пезван-

ную гостью-весну. Особливо въ многолюдном!» городе,

какъ

на примерь

въ Мо-

скве, некоторые жители ея засуетятся
съ своими

мелкими

промышлсішоспіями:

Москва река украшается балаганами, чреватестъ

горами н оперяется

зеленью

ёлокъ вечно - юныхъ. ІІародъ съ удовольствіемъ роится

на набережной

полаке-

мштіь глаза на строеніе комедій; різиы/і
санки легааюшъ по бъгу въ запуски; рсвнивыя лошади Форкаютъ; барыни ахаютъ
(я разумыо

здъсь провинціалыіыхъ) при

видѣ возрастающего раскрашсннаго ,-іубочнаго городка; дъти радосшныш» внзгомъ
изъявляютъ свое удовольсшвіе,

ві.ісовы-

вая головы изъ желтыхъ и голубыхъ карсшъ ; пушистые Московскіе купчины въ
просторпыхъ саняхъ на сыіпыхъ .коняхъ
нодъ бълыми

парусами

прокатываются

по взмѣсившемуся снѣгу съ сташуйпыии
половинами своими, — все какъ будто задьшіепп. новою , воскреснувшею жнзнііо,
вспрыснутою блескомъ весенняго солнца.
Вошь краткое

предисловие

Московской,

бъшсной, ртутной, неумытой кокетки —
масляиицы.
Такова была предмасляная недъля и
въ 1 8 1 0 мъ или 11 мъ году.
Артеміи съ подругой своей свѣшлыми

душами

встречали

блистательное

преддверіе всспы. »Милый другъ, безвинная Агаша« говорила, онъ: »не разцвѣшъ ли
э т о нашего счастія? блескъ любви с в е т лее золота !«
—

Ненаглядный, желанный мой! —

отвечала она: — и сквозь злато, какъ свозь
решето, лыотся слезы,- дорогіе камни, —
все-таки камни, жесткіе, холодные.... не
въ хоромахъ, не въ парчахъ т а и т с я счасшіе, но въ любви и совете; не съ богатсшвомъ
усладой ;

жить намъ въ с в е т е , а съ
не

а спокойство,

металлы

греютъ

взаимность

и

душу,
радость.

В о т ъ такая любовь или подобная ей ФИЛОСОФИЯ

питала любовниковъ. Близка была

развязка :

Артемій

решился

высказать

душу свою родителям!. Агаши—онъ надеялся на заслуги свои, оказанныя имъ.
Въ одно время Артемій взошелъ къ
Гуру Фнлатьичу въ кошпору его, сказать
и услышать роковое слово. Гуръ Филатьичь противъ
ЧАСТЬ

I.

обыкновепія

своего
6

былъ

G6
очень веселъ,

и лишь только

Артемій.

зашворнлъ за собою дверь , хозяинъ

ет

бросился обнимать своего пріемыша, чего
не было шікогда , и ч т о ободрило Аргаемья.
»Второй отецъ мой Г батюшка !« съ
чувствомъ произнесъ АртемиіГ »я прнщелъ.
просить васъ . . . .«
— Знаю, знаю! — перервалъ его Гуръ
Филатьичь—изволь, любезный дружище, я
же теперь т а к ъ зарадованъ! Не говорплъ
ли я всегда, или думалъ, э т о одпо н тоже,
ч т о моя Агаша безпрпдашшца; т ы с т о ишь того. —

'

„

»Какъ , вы соглашаетесь составить
мое счастіе?« весь восторженный произиесъ Артемій.
—

Почему же не согласиться :

ты

давно уже служишь мне верно, честно и
отчетливо — награда, за много — и т ы
скоро получите ее, какъ св/нпъ Богъ —
оіпвечалъ Гуръ Филатьичь.

»Батюшка, родной мой !<< всхлипывая
/

о т ъ слезъ

восклицалъ Артемій :

»такъ

ужь вы знаете объ чемъ я хотѣлъ просить васъ?«
—Какъ не знать!-—самоувѣрительпо
отввчалъ Гуръ Филатьичь— видишь, ч т о
значите стариковская опытность :

ты

задумалъ, а я ужь и отгадалъ. Ведь т ы
просишь о прибавке жалованья, не правдали ? ч т о ? а ?

—

Артемій упалъ съ неба своего : »вы
не поняли меня, хозяішъ

« трепетно

нронзнееъ онъ..
— Ну, полно, не скромничай!—перервалъ
его Гуръ Филатьичь—я знаю, что т в о я
просьба не оіпъ корысти произходнтъ, а
о т ъ чего ішбудь другого

Для ны-

нешняго дня л на все согласенъ ;
можно сказать причину нашей
я знаю,

что

іпы принимаешь

тебе

радости,
участіе

въ нашемъ прибыточномъ убыгпкгь, какъ
добрый

семьяишіъ. Ныне

Ѳеду.гь

Пан-

кратпыічь заслалъ къ намъ сваху сказать,
ч т о онъ

безъ нитки придаиаго береіпъ

нашу Агашу.

ІІу, посуди самъ , какъ но

радоваться; только надобно поскорей спешишь

свагпьбой,

а т о онъ

Ростовскую ярмарку.
то !

у ьдеіпъ на

Вошъ пошіруемъ -

—
Аргаемій пораженный обмеръ совсѣмъ.

Гуръ Филатьичь, занятый своими деломъ,
продолжали
наживные
шали

разсказывать

ему

далыіые

проекты свои. Артемій слу-

H не слыхали его. Наконецъ

Агаши встрепепуло его.
кѣ бросился

ОІІЪ

имя

Въ полуразеуд-.

изъ комнаты—Ц кажет-

ся будто догнали слухи его

и вковался

въ него обидный хохотъ хозяина.
Скоро после т о г о раздались

въ до-

ме Гура Филашьича прошяжныя свадбичныя песни, какъ nà отпеваньи девства.
Онъ настояли на своемъ: Матрена Апдроньевна, всплеспувъ руками и отдави все на
вроизволъ Бога, решилась: варить пиво,

печь благословенный хлебъ, п а х т а т ь масло и проч. —

къ сватьбе.

Девушки-

подруги шили приданое, низали бисере и
стеклярусе. А Агаша? . . . . она , какъ водится, сначала плакала рекою, потомъ ручейкомъ , пошемъ уже слезы ея крапали
какъ дождевішки при какомъ иибудь живомъ воспоминаньи

но ей не всег-

да было время отдаваться влеченію его:
дорогія ткани и золотыл парчи слепили
глаза ея , а самоцветные

камни и раз-

ные сладкіе гостинцы заставляли се даже улыбаться и радоваться . . . . . Гдежъ
клятвы ея? скажите вы , не вписалисьли они въ книгу судсбъ огневыми
тами ? . . . Не будешь-ли

чер-

т ы гореть въ

золоте, а по на т е б е золото, бездушная
дѣвченка . . . . . , ? Да не ужели удивляете
васъ , ч и т а т е л ь , подобная изменчивость
чувствъ

у женщине ? — удивлять мо-

ж е т е только одиа редкость !
Хамелеоне! . . . . . .

Иногда и плакала

Агаша

въ

часы

раздумья. Женское сердце — масса воску:
какая Форма нашнспегпъ на него пзображеніс свое, т о и отразится на пемъ.
Сватьбой спъшнли — потому

что

женихъ спъшилъ на ярмарку.
Гости

тиснились

по вечерамъ

въ

домъ Гура Филатьича ; вездѣ тиснились
для судьбы двухъ человѣкъ
Ile берусь опиеываіпь самую сваіпьбу со всг.ми продѣлками ея. Ноъзжайте,
любопытные, въ Рогожскую или въ Ямскую или куда нибудь

на-городъ,

кишпесь колдуномъ или юродивымъ

приші-

щимъ: васъ впустяшъ купцы не только
посмотръпіь ,

но и принять участіе въ

обыкиовеніяхъ свонхъ, продолжающихся и
до нашихъ временъ...
Время текло т а к ъ же быстро и тогда, какъ и въ нашъ 1 8 3 7 годъ, и уносило
много воды, слезъ, жизни и проч. и проч.

безвозвратно

для

жнвущихъ,

безуча-

ешливо — для отжившнхъ.

Я не п о э т ъ ,

не светлый живопн1-

ссцъ природы, а просто разскащикъ былей и небылице, а потому прошу судить
меня безъ придирокъ, за т о , ч т о я пропускаю

мимо

толкованіе

о

сшраданіи

Артемья : трудно выразить тоску безслезную, жгучую , удушающую.

Скажу

кратко : съ т ъ х ъ поре какъ свершилось
несчастье Артемья , дни, часы и минут ы слились для него въ п ы т к у ; почти
въ ощсуіпсшвіи разеудка, бегалъ онъ по
городу,

вдался

въ пьянство,

всячески

стараясь разееять печаль свою , но напрасно. Веселился онъ насильно, проматывая деньги , здоровье,

следовательно и

самую жизнь. Пріяте.ш были непріяшны
для него—они твердили ему одно «и т о же: ну ч т о д е л а т ь , о чемъ кручинмть-

сл? т ы еще молодь, пригоже, разве не
найдешь себе другой невесты ? —
. Артсмій
свопхъ ;

бегалъ

оть

утешителей

мало по малу утопляя грусть

спою въ вине, т а к ъ привыкъ онъ кі» нему, что считалъ уже необходимы мъ для
себя б ы т ь вслкій день пьянымъ. Во все
время

сватьбы

Агашиной

онъ не могъ

явиться домой, и ч т о бы опъ там ь вепіретнлъ ?

Гуръ

Филатьичь

в и дел ъ ,

ч т о молодець заматывается

и мыслен-

но определилъ

о т ъ себя.

Артемій ,

уволить

его

очнувшись однажды , съ. ужа-

сомъ заметнлъ , ч т о онъ, свер,\ъ всего
своего жалованья, потратнлъ хозяйскихъ
депегъ около няпшсотъ рублей. Э т о усугубило его муыеніе : честь его
еще запятнана

воровствомъ.

не была
Положеніе

его часъ о т ъ часу становилось хуже. Въ
одно утро, предавшись чернымъ мыслямъ
своимъ ,

сидя уединенно въ общеспівеи-

номъ месте, въ какомъ-іпо трактире, и

заливъ грусть свою не одішмъ уже с т а каномъ хмѣльіхаго настоя , вздумалъ онъ
наложишь на себя руки.
пенулось

Сильно встре-

и зарыскало въ груди

его въ-

* щее сердце при этой мысли : слезы невольно выступили наружу. Давно-ш онъ,
цвЪшухцій к|>асотою и молодосшію, былъ
т а к ъ беззаботно покоенъ , даже веселъ,
какъ сама радость, а ч т о более всего —
честенъ въ полномъ смысле этого слова? А теперь 1 . . . . хозяину его некогда
было считаться съ шімъ; но онъ прпмет н л ъ уже изъ подозришельныхъ его взоровъ, ч т о Гуръ Филаіпьичь не добрыхъ
мыслей

объ своемъ

прикащикъ : — на-

града за у т р а т у денегъ, который были
для Гура Филатьпча

дороже

всего

на

с в е т е , ожидала его въ остроге вместе
съ

ворами ,

мошенниками ,

душегубца-

ми . . . Г а ! . . . э т а мысль привела его въ
содроганіе: холодный погпъ проептупилъ по
лицу его, но сердце горело всеми огняЧАСТЬ

I.

7

ми ада. A где Агаша?

Прощай жизнь,

коварная жизнь !. . . обольстила піы юношу кометньшъ блаженствомъ своимъ —
т а к ъ погпухші же сама! Какіе удары ни
разбивались о грудь его ,
но последит

онъ шсрпѣлъ ;

ударе , согласитесь

сами,

сокрушнлъ бы и самое гранитное т е р н е ніе. Такъ думалъ Артемій — и въ глодапіп ошчаЛнГя закрылъ руками лице свое,—
вдругъ все чувства
то

предсмертное

его оковало
самозабвеніе

во же было удивленіе его,

какоеи како-

когда чья-то

рука разшевелнла вииманіе его, тряся за
полу платья.
»Слушай-ка, пріягпель, о чемъ т а к ъ
крепко призадумался шы?" говорила с т о явшая
Фигура

предъ шшъ высокая,
въ

Фризовой

худощавая

шинели,

съ кра-

снымъ, лаковымъ лнцемъ, рыжими усами
и подбитымъ глазомъ, давно уже обмеривая

его издали пристальнымъ

вниМа-

ніемъ. »Ведь огаъ полишія слезе не вы-

*

р о с т е т ъ ничего : лучше признайся-ка въ
чемъ дѣло!« продолжала отвратительная
•Фигура, понизивъ голосъ: »бѣжалъ чтоль
т ы откуда—укроемъ! трупъ чщо-ли не
сможешь вытащишь одинъ изъ-подъ половицы—поможемъ! деисгъ что-лн надобно—пособнмъ!«
— Кому дъло до меня? — сурово ошвѣчалъ Артеміи, на кошораго э т о явленіе
произвело

самое невыгодное впсчашлѣиіе ;

оіі!, отвернулся.
Незнакомая Фигура язвительно улыбнулась

и спокойно

усѣлась

подлъ него.

«Напрасно отталкиваешь участіе ,
ТІІСЛЬ!«

прія-

заговорила она опять: »можетъ на-

с т а н е т ъ такое время, ч т о принллъ бы
нособіс, да поздно, а я не разъ уже помогалъ подобнымъ молодцамъ.«
— A чѣмъ т ы можешь пособить мнѣ?
помощь

т в о я безсилыіа : лучше наложи

заплаты на свои оборванные локти ! —
коротко огавъчалъ Артемій.

«

Фигура улыбнулась еще язвительнее,
шакъ что у с т а ея расплылись почти до
ушей , а глаза блеснули дикимъ огиемъ.
Она распахнула шинель свою — и Артемы съ изумленіемъ увиделъ подъ нею изысканно Щегольской бархатный

каФішшъ ,

застегнутый вызолоченными пуговицами.
»Хочно-ли можешь т ы дашь мнеденегъ? « спешно спросилъ Артег.іій.
•—• Л т ы мне
ішхъ ? —

че.мъ заплатишь за

хладнокровно въ свою очередь

спросила его таинственная Фигура.

»Душею —

если т ы демоиъ — и

всею кровью — если человеке.'« твердо
иронзнесъ Артемій.
— Побереги и т о и другое для себя—
возразилъ незнаком, цъ — а вошь какое
условіе : отдай мне свободу свою.
яЯ

іпсбя

не

—

понимаю !« ошвечалъ

Аршемій.
•— Пожалуй, я растолкую — сказалъ
незнакомецв. —• Дело вошъ въ чемъ: я

набираю охошниковъ — въ солдаты . . .
продайся, H получишь деньги.

—

я А сколько дашь шы мне ихъ?« быстро воскликнулъ Аршсмій.
—

Рублей п я т ь с о т ! » ! . . .

—

яЯ твои!«
— Воіпъ и ладно! т а к ъ по рукамъ-жс,
задатокъ гошовъ.

Эй, малый ! вина,

а

т ы пиши условіе — говорйлъ незнакомец!. ,

распоясываясь

и звуча деньгами.

Пригожій полнощскій мальчикъ,

служи-

т е л ь трактирный, въ беломъ Фартуке,
въ шелковой рубашкѣ , опоясанной золот о ю тесьмою , явился съ закупоренною
бутылкою и со строемъ ргомокъ; ловко раскачнулъ онъ подиосомъ, поставил!» его
предъ гостями — и пошла
веселе.

пируха на-

Условіс было заключено.

Судьба

Артемья свершилась: онъ продался охотникомъ въ солдаты

Кто

видалъ

какъ гуляютъ

охот-

ники, запроданшіеся въ солдаты? К т о не
имѣлъ этого случая ,
первому же

снъжному

тому совътую но
пути

побродить

по болынимъ Московскимъ улицамъ: іпамъ
вЪрпо в с т р ъ т п т ъ

оігь несколько нзво-

щнчьихъ саней, разбѣгчпво
щихся

съ сѣдоками своими

нямъ забвенія —

подкатываюкъ приста-

пт. е. къ шрактнрамъ,

заманивагощимъ къ себъ издали живописными вывѣсками сз> замысловатыми надписями : Керезбергъ,

Варшава,

Враіловъ,

и

все э т о не въ далыіемъ разстояпіи одно-,
го огпъ другаго.

К т о ' изяь домосБдовъ

не быва іъ въ этих!, городахъ, тому покажется любопытно за небольшие, извощпчьи

прогоны,

почти

всю

нзъвздшпь

въ Москвъ

Европу ; къ тому же

вѣдь

о т о не сухая какая нибудь панорама, и
не картина, намалеванная на хо.ісіпъ, но
существенность, одушевленная людьми и
людьми ласковыми, принимающими всякаго

приветливо, учтиво, подчивающими радушно H говорящими съ вами порусски, не
смотря на т о , ч т о они жнвутъ во Фрапціи,

въ Полыиѣ и ш. д. Тамъ увидите

вы также не холодныхъ улитокъ Англичане, съ обточенными, гладкб выскобленными подбородками, но хозяевъ въ полномъ смысле бородатыхъ ,

родиыхъ по-

шомковъ Славяне , пастоящихъ вашихъ
соотчичей.
тамъ ничего

Кроме

не найдете

наго : піамъ также
щами и звучишь
ками. Вошь
ники съ

наружной

вывески ,

вы иностран-

пахнете

Русскими

полновесными поговор-

тамъ-то

отдатчиками

ппруютъ

охот-

своими : піамъ-

шо скромность бываешь на привязи ,

а

похмелье иа спуску. Т о т ъ , к т о в ы т о р говываете себе свободу о т ъ солдатчины
па чужой с ч е т е , не жалеешь

ничего ,

чтобъ угостишь досыта, даже до перссыта, избавителя своего, а этому некогда
и одуматься

#

бываете :

ему не

даюшъ

времени проспаться, а залнваютъ и закармлппаіотъ его, какъ пул ярду па убой.
Опять

повторяю ,

советывалъ бы

всякому Рускому посмотреть х о т ь разе
въ жизни

на катанья охотниковъ :

это

национальная черта; жаль, ч т о не выберется
зить

никто въ роде
эгпу

кистью ;

картону

Тсньера
смелою ,

изобравольною

паша Исторія потеснилась бы

д а т ь место этой выскочке

Вгля-

дитесь какъ охотнике сцдитъ отважно
въ саняхъ : на его улице празднике ,
будни впереди ,

онъ спнтъ себе

—

н ка-

чается, II свнсгпппгь H оправляется — т о
сядстъ гоголемъ , оправите
важно подбоченится ;

рукавицу ,

т о опять

раски-

пешея небрежно, какъ вельможа въ креслахъ, и кричшпъ: »прочь съ дороги, мужике, экой нсучь, сипачь!« онъ уже с т а новится стройным!., бравымъ солдагпомъ
H гордится. —

Сопугпникъ

его стере-

ж е т е весельчака какъ колодника , глазъ

не спускаептт. ci» него, руки не отводишь
ошъ его кушака, какъ будто изъ дружбы — а простякъ цѣлуегпъ своего Іуду.
Извощикъ ихъ ?

ч т о и говорить:

шапка съ заломомъ, руки н а т я н у т ы какъ
возжи — бегунъ разстилается по снежному ковру, санки л с т я т ъ и кувьфкаіотся по ухабамъ . . . . поди , поди ! —

по-

лозья визгнуть и подкатятся кт> подъезду — трактира. Тамъ-то и начинается

хаосе веселій

•— разгульиыя пѣсни

поде гусли самогуды, плясуны и тамбуристы

диво ! В о т ъ

краткая об-

рисовка охотнпчьихъ катапій , который
продолжаются до т е х ъ поръ, пока сапки
впослѣдніе

подвезуте ихъ

кі> Казенной

Палате — и іпамошпій стороже закричишь: лобъі На лбу охотника в ы с т у п и т е
холодный
какъ

п о т е — похмелье

оковы съ т е л а — и дута

снется

для

повыхъ вітденій.

привычка вторая натура.
*

спадспгь ,
про-

Но всему

Такому-то посильному удовольствию
предавался и Артсмій

вполне.

обрзженш его засветились
ведомый ему же.іанія —

Въ

во-

до того неонъ riu.rr, , бу-

шевалъ, раскатывался съ гпкомъ н смехомъ но всей Москве, и, изсіпупленный ,
полуднкій, вскрикнвалъ: юхъ, везде солнце светишь, любо жить на с в е т е !« но
слезы невольно крапали па грудь его—и
сердце

судорожно

сжималось

подъ гпе-

гпомъ скрытой тоски своей. Такъ однажды
катался

онъ по просторному

Замоскво-

речью съ обольсишшслемъ своішъ до поздней ночи,- и докатались
ч т о все т р а к т и р ы

они до того ,

заперли

уже

и не

впускали ихъ никуда. Артемій печальный,
изнеможенный, задремала, уже; вдругъ сопутбикъ его вскрнчалъ: извощикъ, сгпой,
поворачивай правей, ишь какіе огни свет я шъ вонь

у энтого большого дома

поезжай т у д а скорей, э т о должно б ы т ь
трактире! -Артемій встрепенулся, сани

подкатились
онъ

подъ

освещены я

вглядывается —

думали ?
свечи

четыре

окна

—

и чшожъ бы

вы

месшныя

въ выеокихъ поеерьбрсныхъ под-

свечшікахъ, обвншыя черііымъ
стояли

церковный
крспомъ ,

симметрически около розоваго ,

богашо-украшеннаго

серебряными

ми гроба , а въ иемъ лежала
узпалъ

ее,

не смотря

бляхаонъ

на мертвенную

бледность лица и усгпъ, некогда дышавшнхъ весеннею теплотою жизни
она какъ будто только разсшавалась съ
жизнью: какая - т о неземная полуулыбка
еіяла на лице ея , руки прижимались къ
груди

и покоились на засгиывшемъ

уже сердце
Артеміи въ горячке чувстве забился въ окно

. . . .

Сопуптикъ хватплъ-было его за плеча
жилистыми руками, своими; но онъ съ невероятною силою вырвался нзъ его рукъ—

И пустился

къ Каменному

мосту

куда делся — Боге в е с т ь !
Даже Квартальный Надзиратель т а мошияго квартала не могъ дать о т ч е т а
начальству своему о пропавшем!» молодце.
Что
рухи

сделалось

съ Агашей ?

ста-

замоскворечнаго околодка -— піан-

комъ говорили

друге другу,

ч т о мужъ

ея былъ лакомый кровопійца и уже изъ
пірехъ женъ высосалъ жизнь
составляло

его

свирепое

это

удовольствіе.

Догадывайтесь сами, ч т о было причиною
смерти ея. II Тпхонъ Сысосвнчь сказалъ
мне обе ней неудовлетворительно.

Одно песчашіе

влечешь

другое.

Пословица, »писанная опытомъ въ спнтокъ жизни.
»Ну, старуха, полно тосковать!« говорил!»

Гуръ Филлтьичь , перебирая пуки

ассигнаций, жене своей, повязанной т р а урнымъ платкоме : »посмотри-ка сколько

выручки иолучилъ

я сегодня только за

одшгь мъсяцъ! Упгвшься: мы положимъ ихъ
къ старому лріобрътеныо.

Слава

тебъ,

Господи, ныиъ же отслужу молебеігь своему патрону !«
— Л завтра панихиду въ память покойницы : завтра девять дней АгашЪ
Охъ, мои родные, тошно жить на свъшѣ . . . . сгибла

т ы , моя крошечка , мой

голубчакъ бълепькій! —'говорила
щая Матрена

Андроиьевыа ,

плачу-

всплеснувъ

руками.
»Смотри-ка, жена« псрервалъ ее Гуръ
Филатьичъ, продолжая заниматься своимъ
дъломь и вытаскивая
изъ цЪлаго

красную бумажку

пучка : »вить э т о Фальши-

вая . . . . я узналъ ее по ослзаныо , да я
сбуду съ р у к ъ . . . . «
— И полно, Гуръ Филашьичь! какъ т ы
Бога не боишься, что-хочешь обманывать
людей

изъ «пакихъ

пуспіяковъ ;

послу-

шай меня х о т ь одиажды : брось се

»Ну, пожалуй, ішъ б ы т ь такъ!« нех о т я пронзнесъ

Гуръ Фнлатыічь, свср-

піывая асснгнацпо труо^ои.
Близъ него топилась печь : онъ лениво швыриулъ in» нее бумажку.
Быстро охватило ее пламя, втянуло
въ жерло печки—и только ч т о замелькали розовыя искорки на пепле.
»Хозяине! Ѳедулъ Панкратьичь прислалъ къ вамъ что-то!« послышался голосе изъ-за двери.
— А, слава Богу, знать онъ прислал!»
Агашино приданое! — радостно пронзнесъ
Гуръ

Ф и л а т ь и ч ь . . . . поспешно

сунулъ

деньги своп подъ шапку и вьшіелъ изъ комнаты, сопровождаемый старушкой своей;
а Иванушка , малолепшьш сынокъ нхъ ,
высматривавший
замягаія

сквозь щелку двери

на

отца своего, вошелъ вместо его

въ комнату.
Немного
Филатьичь.

погодя

возвратился

Гуръ

Иванушка в с т р е т и л ъ его :

ч'Посмогпри-ка, т я т я , какъ славно горятъ
все разноцветный бумажки твои!« сказали
онъ: »а іпо ч т о за важность одна, вишь,
какъ перлнвается на нихъ огонь!« и дніпя
захлопали о т ъ радости въ ладоши, ч т о
умели составишь

себе такую забавную

игрушку, подражая отцу.
Гуръ Филатьнчь взглянули—и обомлели :

весь нучокъ

ратился уже

ассигнаций его об-

въ пенелъ—инде только

пр ос ка кивали искорк и.
»Ахъ т ы , собачіій сынъ!« заревели онъ
скрежеща зубами, и хлопнули его по виску медными набалдашникомъ палки своей.
Мальчики закатился мертвый.
Донесли ,

что

преступники

былъ

одержнмъ» белою горячкой, и вскоре после піого, не знаю ужь хорошенько, о т ъ
угрызенія ли совести, или о т ъ лекарских!,
мнксшуръ, Гуръ Фнлагиыічь умеръ на подушке, набитой пучками ассигнаций.

Съ учасііііемъ взглянулъ л на могильный камень ,

налегавшій

па прахъ Гура

Филатьича , т я ж к о вздохнулъ — и, обуреваемый черными мыслями, съ грустно
нобрелъ домой... .

;

90 ВОЛОСТ», ИЛИ ЛАКОВЫЙ ЧЕРЕПЪ*

Какъ чудна, смѣшна и разнообразна
жизнь людей! — э т о призма всѣхъ Цвет о в е , переливно меняющихся. У одиихъ
часто

вспрыскивается

она слезами,

у

другихъ ФІаломъ забвепія — виномъ; одиихъ неласковая судьба водитъ за носе,
да еще прищелкиваете по немъ, гладигпъ
нхъ по гладкой макушке шерстяною руковицей и посшавя их!> па хрупкія ходули, заставляете плясать насильно до
слезь; другихъ она ияпчаетъ на мягкихъ
ладошкахъ свопхъ ,

приголубливаете не

помачпхшюму, закатываете въ пухъ удовольспівій , холнтъ

въ благоуханной ку-

пели наслажденій и о т т у д а вдругъ пряЧАСТЬ

I.

8

мо бухнстъ въ грязную лужу невзгоды.
Посмотрите —

иной юноша ходить ко-

зерогомъ, а старикъ на дыбкахъ. И здѣшній свѣшъ

не разгадочеиъ J чтожъ бу-

дешь тамъ ?

'

s

Нашего полку убыло , убыло,
Л х т и , тоски прибыло , прибыло I . .
Плачь Ппвалидовъ на мшлѣ любимого товарища.

За пепастьемъ — ведро ; за тоскою -градость !

Старинное замѣчаи іе.
Не знаю, какъ васъ, читатели, а меня
Тихонъ Сысоичь заохогпилъ слушать некрологію жильцовт. своихъ. IIa другой вечеръ, когда сумеречная темнота, расшпривъ крылья свои, начала оіпѣнягпь Московскія

улицы съ тьмочисленными пе-

реулками ея и безпощадмо сметала съ земли солнечный блестки, какъ вішикомъ, я

.

уже сндѣлъ на
комъ

екомъ кладбище ряд-

съ разскащикомѣ

жескн

велъ

съ

своимъ и подру-

нимъ следующей

раз-

говоре :
»Ну, почтенный товарище« начале я:
»ггЬвесть т в о я

настлала

на душу мою

тени, чернее теперешнихъ:- я и во сне
впдѣлъ Гура Филатьича, который будто
бы вытаскивалъ изъ-подъ меня нодушку,
жалуясь на жесткость гробовой, а, можете
быть, думая, ч т о въ ней зашиты ассигнации его.

Теперь

разскажи-ка мне ч т о

инбудь повеселее. . .«
— Изволь, барпиъ!—огпвечалъ словоохотливый собеседника» мой, обчищая зас т у п е свой о т ъ сырой земли:—у меня е с т ь
и веселый покойнике. Всмоіпрись-ка: вонъ
левей о т ъ черпаго-то креста квартира
его подъ лысой вывеской !

—

Любопытство сдвинуло меня съ места: я

подошелъ

поближе

къ показан-

ной могиле и увиделъ на нросіпомъ, вы-

крашепномъ

кресте

незатейливо

изо-

браженную лысую выписку : т а к ъ иронически называли Тихоне Сысоичь Адамову
голову.
»Вотъ, барипъ, э т о т ъ кудрявый черспъ (Тихоне Сысоичь
страхи какъ похожи

былъ

остряки)

па всселаго покой-

ника, о котором!, я хочу разсказывать :
и глазки, словно опустелый гнезда, н клыки зубовъ,

только носе

у того

былъ

большего роста. .. .«
Эпитафіи

не

заметили

я никакой

на ветхомъ памятнике; крести скачнуло
ветромъ несколько въ сторону
яли онъ точно подбоченясь

и сто-

или шата-

ясь о т ъ похмелья , какъ будто изъ покойника выходили еще какіл-то испаренія H сообщали ихъ дереву.

Только

за-

метили я на кресте начерченныя какіяшо сѵмволичсскія слова , вероятно перочиннымъ ножичкомъ : две палки, подполсанныя поперегъ, точно буква II; но вы-

шло дѣло , ч т о э т о была буква А; еще
Египетская пирамида на скамейкѣ—стало б ы т ь э т о старинное Д, и въ заключеиіи К съ такпмъ большнмъ крючковаіпымъ иосомъ , ч т о я подумалъ: ужь не
готовится ли

начальная буква

«ьаміыіи

героя грядущей повести, вытянуться ко
мнѣ въ
заряда

табакерку

за пріёмомъ

табаку — а э т о

одного

также

сѵмволъ одной изъ с т р а с т и

былъ

покойника ;

къ доиершспіго всего я замыпилъ ,

что

онъ похороненъ точно въ насмешку подъ
осиной, и на его могиле, расположенной
въ сыромъ іпопкомъ месте, вместо розы
выросъ огромный мухоморе.
Когда я вдоволь насмотрелся на могилу со всѣмн ея принадлежностями, Тихоне Сысончь опять завслъ речь: »этого
знаю я лучше

всехъ здешннхъ

посто-

яльцевъ : онъ нашімалъ уголокъ у отца
моего, который

пронзводилъ

тогда об-

ручное мастерство, и мне, еще мальчиш-»

кѣ въ

зпмнііі вечеръ разсказывалъ - бы-

вало мудреныя похождепіа свои.«
Читатель, слышанное пополамъ !
Отставной магистратски! чішовшікъ
Алексий ДороФсевичь Калдусвъ, Коллежскій Секретарь и разныхъ жепъ и вдовъ
услужливый кавалеръ , родился въ 17
1

году на Бутыркахъ,

какъ и многіе вели-

ше люди произходягпъ о т т у д а .

Думаю,

ч т о не только иногородные, но большая
часть и Московскпхъ

жителей

не зна-

юип. въ подробности столицу бараиокъ.
Бутырки! разбирать ли исторически э т о
село, ознаменованное рожденіемъ Алексия
ДороФсевича? не хочу вѣрмть, что оно получило

назваиіе

свое

отъ

Бутырскаго

полка: лучше согласимся, ч т о бичь древней

Россіи, Б а т ы й , приплылъ

т у д а на

• Венеціянскон. гондо.іъ о т ъ Волги черезъ
Оку и Москву ръку, тайкомъ влюбясь въ
какую нибудь Россіянку, Д'Вву снѣговъ, и
въ честь ея давалъ балъ на разчшцешюй

поллпѣ , угощала» красавице

махашшою,

мясомъ любимаго копя своего—огпъ т о г о
это место и прозвалось Башырками ; по
капризная молва преобразила букву а въ
у, и вышли Бутырки, ка» ващимъ услугамъ :

а можегпъ быіпт» , въ эгпо место

ссылали Московскихъ чухонцевъ, где они
делали свое

SSuftec (*) ; какъ бы

т о ни

было, но воіпа» вамъ готовый испаочпикъ
для историческаго романа, недавно откопанный догадками. А ч т о всего вернее, т о
э т о иазваніе, положимъ, можепіъ пропзходшпь и ота» Бутырей, или понятнее: оша»
будочниковъ-иіталидовъ , которые сперва
нанимались караулишь горохе н ретице ,
потомъ,

вышсда» въ чистую отставку,

избрали э т о место отчизною своею, поселялись тама», заводились домкома», пропитывались ,

положимъ х о т ь деланісмъ

мышеловокъ, и такимъ образомъ породи(*) Б у т т е р ъ — масло.

ли великое число
ФІІІ

служителей типогра-

: наборщиков!,, подъемщнковъ, піере-

дорщиковъ, словолитцевъ и проч.
И въ самомъ дѣлѣ, э т а сторона т е снится почти только для особенного этого племени, для ранга людей, опт.іичнаго
опіе другихъ во всемъ смысле этого слова. Теперь промышленность мышеловками
обратилась въ баранки, и если кому угодно посмопірешь на Бутырки во всей ихъ
характеристике , т о милости
пожаловать

просимъ

т у д а осьмаго Сентября въ

празднике Рождества Богородицы, и шамъ
увидите вы все: и Лзіятскую роскошь, и
Немецкую

аккуратность,

промокпутую

пивом!,. Тамъ бываюггіъ въ э т о время: Московское гульбище, шюгородная ярмарка,
откликающаяся гудками и дребежжаньемъ
барабановъ.

Тамъ красуются

для приказныхъ,

трактиры

гоегтшшщы для нзпо-

щпкове; тамъ бываюіпъ раскинутые на

скорую руку лубочные балаганы, завешанные вуалями рогоже, а въ ннхъ найдете
вы и благовонную

помаду изъ сальныхъ

огарковъ съ наклейками портретовъ Зонт а г ъ для Бушырскнхъ

красавице, и ду-

шистый деготь для Ямщикове; тамъ и
выставки женскихъ красотъ , и собачья
комедія ; тамъ всякая всячина , начиная4
о т ъ потомковъ Алексѣя ДороФеевича, до
s
палатки съ верблюдомъ. Почетное лицо
па этомъ гулянье е с т ь — Квартальный
Надзиратель со свитою своею.
И іпакъ, Алексей ДороФеевичь былъ
(упокой

Господи его душу) сьшомъ , пс

т о ч т о бы какого нибудь піередорщика,
но словолпіпца,

следовательно

происхо-

дил!. по прямой лпніи о т ъ бутыря, т . е.
стариннаго земскаго ярыжки. Въ т о время Бутырки х о т я были и попроще ныненшихъ ,

однако тщеславились

шемъ ,

что не задолго до рожденія моего героя,
проезжала
ЧАСТЬ

чрезъ ннхъ
I.

Великая
9

Екате-

as
ріша по пуши ICI, Троице, гостившая лѣтомъ въ Петровском!» дворце.

Алексей
ч

ДороФсевнчь родился въ Феврале месяце
въ день Кассіяна, и въ ш о т ъ высокосиый
годъ, по замечанію спіарожиловъ, развелось на пажитяхъ множество саранчи и
летучнхъ мышей.
Такъ какъ родитель Алексея ДороФеевича былъ
ноявленіе

человеке небогатый , т о

на с в е т е

сына его не было

встречено оркестромъ музыки и заздравными кликами.:

одпе

только

сундукомъ, съ визгомъ

разделяя

собою какую-то добычу,
щали ему прнвѣтъ

мыши за

свой,

между

хоромъ пропиа на крести-

нахъ его вместо бала, была простая медвежья

пляска

перепившихся пшпограФ-

скихъ витязей ,

державшихъ за кушаки

друге друга и рисовавшихъ тяжелыми ногами своими непроизвольный па ;

къ до-

вершенію крестшшаго пира, сказываютъ,
завязалась

драка

между

какимъ-то ка-

ираломъ и церковными псаломщнкомъ, нзе
кошорыхъ послѣдній принеси въ жертву
этого спектакли своп пучекъ (недобрый
знаки для ноіюрождейнаго, какъ увидимъ
ниже) и пошелъ на свою колокольню съ
чистою Головой. Другихъ, также разхрабрнвшмхся гостей, развели уже пожарной
водоливной трубой—и выпроводили чуть
не толчками со двора.

Такими образомъ

разошлись все гости, х о т я биты, за т о
сыты.
IIa зубокъ новорожденному остались —
выбитые зубы.
Виновники бытія Алексея ДороФеевича, какъ чадолюбивый ошсцъ, не редко
обмывали

своего

наследника

простыми

виномъ, будто бы для окрвплостп тела,
и после, скэзываюпіъ,
гостинцами ,
въ рожокъ

между лакомыми

часпю наливали онъ вино
дитяти

пріучая его и къ

сладкому и къ горькому. Лёничка не морщился — а еще съ досады визжалъ, бы-

пало, какъ поросёнокъ, когда долго не давали ему любимой влаги.

Такимъ обра-

зомъ росъ д и т я не по днямъ, а по часамъ
и минутамъ

и становился рослымъ де-

шиной.
Первое знакомство мірскаго новопоселенца съ здѣшнимъ светомъ было ясно,
т и х о , спокойно ,

кроме двухъ случаевъ :

однажды мать его въ домашшіхъ хлопот а х ъ забыла птенца своего спеленупіаго
въ сеняхъ , и его ч у т ь , ч у т ь не всего
разклевали куры, уговариваясь уже между
собою въ спорномъ клохтанье: кому взять
какую часть младенческаго пгѣла; но звонкій голосъ д и т я т и спаса, его оіпъ этого
дележа, а куръ о т ъ т о ш н о т ы пресыщенія, х о т я не спаслось имя его оіпъ обидной прибавки къ нему: куриныл обьгьдки.
В ь другой разе старая няня его, совершая тризну
за иеименіемъ

въ родительскую субботу,
денегъ снесла Мальчишку

въ вишейный домъ и когда хозяине его

сталъ требовать у ней расплаты,

она

заложила его въ обезпеченіе долга своего
за пѣсколько грошей,

которые обѣщала

скоро

принести

вотъ

до сихъ пора, прпноситъ.

образомъ

для выкупа ребенка, и

и скоро ли выкупила.

Какимъ
Лёиичку

отеца. его, никто того не знаепіа., но толковали только, ч т о малютка не тосковала,
на новосельѣ своемъ , а еще хозяйничалъ
у хозяина своего, и ч т о когда сердитый
словолшпецъ азартно кричалъ на кухарку,
какъ осмѣлилась она безъ спроса заложить
сына его ,

она будто храбро отвѣчала,

ч т о оиа сама имветъ

на него права не

менъе отцовскпха. ; ужь въ какомъ э т о
отношеніи значило, право не знаю.
Образование Алексия ДороФеевича началось

съ семилѣтняго возраста : лишь

только минуло золотое, потѣшное младенчество его и наступило отрочество,
Лёиичку стали звать Алексъемъ, а иногда

H

Алешкой,

когда

ОІІЪ,

бывало, слу-

ж р ъ по особеннымъ порученіямъ у отца
своего , бвгивалъ по приказу его за о/сивой содой, ис доносилъ сс до дому и вспрыскивался ею до мертва;
чав

къ побраикамъ

въ іпакомь слу-

присоединялись ему

часто и палочныя уввщація. Алексвй, быт»
еще Лёішчкой,
шоварищами

отличался

своими

въ

уже

между

разныхъ

хит-

ры хъ прожектахъ : онъ умълъ затѣйлпво изъ древесной коры вытачивать малшькія лодочки и пускать пхъ
наву,

полную

отказывался

воды,

въ

въ ка-

которую

оиъ впослъдствіи

времени

спихивать и гостей отца своего ,
шнхъ

въ сумеречкн

т о о святой,

не

шед-

съ гулливаго пира ;

бывало, присаживался оиъ

на большой дорог!» у мостика, прикидывался безногим!., юродпвымъ и покачиваясь на обв стороны, распъвалъ протяжиымъ и прежалостнымъ голосомъ

пѣснь

объ убогомъ Лазарь ; мимошедшіе , иные,
кидали ему въ полу грошевики , а мимо-

ехавшіе стегали кнутомъ, и тогда oui,,
забывая роль свою , вскакнвалъ какъ заяцъ ,

и бежалъ прочь.

Случалось еще-,

ч т о оиь, по особенной протекцін депіен я т ъ тамошпяго пономаря ,

имЪлъ слу-

чай влезать на колокольню и приводить
въ двпжеиіе веЬ Бутырки, ударивши въ
набатъ; пономарлшамъ доставалось за т о
порядкомъ, да и на Лёиичкиной скорченной спынѣ обновляли не одипъ пенпкъ.
Съ семилетняго
приняли., ч т о

возраста

называется,

Алексея

въ еже выл

рукавицы: т о былъ какой-то Болоколамскій мещанинъ, зело - лихой
разуменье.

Онъ

мсиъ поселился

на книжное

съ нсзапамлшпыхъ врепа Бутыркахъ , промы-

шляя себе насущность детской указкой.
Отцы за детей своихъ платили ему к т о
чемъ могъ : к т о связкой баранокъ , к т о
кринкою молока ,

к т о десяіпкомъ яицъ,

к т о самой наседкой. Дядя ІІерфилъ, т а к ъ
звали этого Энциклодедичсскаго самоѵчп-

теля, былъ почишаемъ всею деревней за
самаго мудреного человека , ш. е. ученаго. — Голосу

его

уступали

и въ мір-

ской сходке: оиъ предписывали Буш—мъ
жітіелямъ,

какъ Ликургъ Спартанской

Республике, самые схпрогіе законы ;
судилъ Ii рядилъ,

сколько

оиъ

нраздішковъ

въ кругу должно б ы т ь в'ь году,

когда

наступаете разрешеиіе вина и елея; въ
какія числа, четныя или нечетныя, сбывается виденный соиъ ;

онъ доказывалъ

еще, почему Аксинья не е с т ь человеке,
а только баба ;

онъ мнрнлъ кошекъ съ

собаками , мужей съ женами , горохе съ
бобами; вставлялъ зубы лошадямъ и приготовлялъ румяны девицамъ изъ кирпичныхъ выгперковъ;' бывалъ дружкой у Козлове и сваіпомъ у

не

выговоришь

всего: ужь я сказалъ, ч т о дядя ПерФилъ
былъ Энциклопедисте. Только не добрался онъ : отчего женщина
ротпемь,

бываете обо-

много говорите даже во снѣ и

ходитъ пятками назадъ, когда везде хочется б ы т ь кпереди всехъ: только э т ѣ
думы озадачивали смышленаго человека и
от,

при всемъ уме - разуме

ступился о т ъ

познанія

своемъ о т -

женщинъ.

Дя-

. дю ПерФііла не любилъ только сельскій
дьячекъ , за т о , ч т о онъ отбилъ о т ъ
его часослова пансіоиеровъ, да малые ребята ,

копюрыхъ

пугали

его ушастой

шапкой и усастой бородавкой,

прилип-

нувшей къ правой щеке его, точно наукъкровопінца.
Къ нему-mo, въ число
дящихъ,

болъиоприх»

поступили и бывшій Лённчка,

нынешній Алексей ДороФеевнчь.
Общій учитель былъ строги: бывало

когда

колпаки

онъ

нахлобучиті,

свой на глаза

шерстяной

и хлоннстъ

ру-

кою по столу, все вздрогнутъ, а потомъ
когда вскрикнетъ : к т о создали с в е т е ?
ну,

скорей

отвечать ! —

школьники

одноголосно возопите: вішоватп! впереди

не будемъ! — Нашъ герой не только разбнралъ буквы кси и пси, по и писалъ чошко
и былъ вострлкь въ полной мере; за гао
Фортуна и влюбилась въ него, не смоіпря
на т о , ч т о ее поэты зовутъ кокеткой.
Ч т о изчислять проказы отрочества Алексея Дорофеевича! к т о молодъ не бывалъ,
к т о не щалилъ подѣтски и поюношески.
И ч т о за беда, если опъ подавалъ , бывало, учителю своему умываться чернилами, или мешалъ табакъ его съ землею,
а

страшную

козлу

шапку

и выгонялъ

падевалъ на рога

его иа уличную

вы-

ставку передражнивать своего ментора?
Нужнее сказать вамъ шо , что Алексей
ДороФеецичь тринадцати л е т ъ окончилъ
уже

курсъ наукъ

своихъ

и готовился

вступишь на какое нибудь поприще жизни.
На Бутыркахъ, въ описываемое мною
время ,

находилась т а же

самая церковь

во имя Рождества Богородицы, какую видимъ мы и теперь; въ нее по празднн-

ісамъ, особенно лѣіпомѣ , съезжалось изъ
Москвы множество народа обоего пола къ
обедни. Не дивитесь, тому была следующая причина: въ т о время Московскимъ
Губериаторомъ или, по тогдашнему, Градодержателемъ , былъ Геиералъ-АишеФъ
Князь Алексаидръ

Александровичь

Про-

зоровскій; онъ живалъ съ весны до самой
осени

на приволье

чиспіаго

воздуха въ

Пешровскомъ Дворце, Тогда окрестности
его были пе т о , ч т о ныне: выстриженный , приглажешіыя камевнымъ каткомъ
и ирозвашіыя паркомъ; х о т я іпамъ давались громкіе праздники и сверкали порою,
сквозь темиозеленыя в е т в и дереве , потешные

огни , , но

нике Всликаго

всё - таки

памят-

Петра , заслоненный ле-

сомъ , величественно выказмвалъ

нзъ-за

древесныхъ

живо-

вершине вычурныя ,

писный батеньки свои. То былъ не уголокъ Москвы, а настоящая дача съ придачами деревень:

Петровского

и Зыкова.

Оіпіпуда-mo Градодержатель съ блестящею свитою, ст. скороходами и рослыми
гайдуками , стоявшими сзади раззолоченной, обитой внутри бархаіпомъ карсты,
и сидевшими на крыльцаХъ ся по бокамъ,
езжалъ цугомъ
За ннме

на Бутырки къ обедни.

тянулись линін

другихъ вель-

може чопорно и пышно , съ вершниками
и другими слугами и прислужниками. IIa
Бутырки тогда прихаживали бывало т о л пой т а к ъ

называемые и славившіеся въ

т о время Гусарскіе

пѣвчіе въ красныхъ

каФтанахъ, обшитыхъ золотомъ, между
коимн находились и женщины, острижен»
ныя

вкружекъ

и одетыя

въ мужскія

платья.
В о т ъ по сему-то случаю не только
простые горожане и горожанки Московскіе въ праздішчііыхъ плагпьяхъ своихъ ,
но и вельможи, чтимые жители столицы, роскошно наряженные по вкусу т о г дашняго времени: мужчины въ пышныхъ,

густонапудрешп.іхъ нарикахъ, въ узкихъ
камзолахъ съ золотыми пуговицами,

въ

белыхъ пашпалонахъ, съ огромными т р е х ъ уголыіыми
шслковыхъ

шляпами

подъ мышкой ,

въ

чулкахъ и въ башмакахъ съ

дорогими пряжками, чинно вхаживалн въ
церковь, а дамы въ глазетовыхъ плаіпьяхъ H въ пребогатыхъ

длшшохвосшыхъ

робахъ , усъяпныхъ блёстками, съ готическими головными прическами и съ лицами, улепленными мушками, павами выступали, направляя путь свой къ почетным!» местамъ, отведенным!» ішъ около
клироса. Ихъ сопровождали обыкновенно
и въ церковь гайдуки съ булавами, разчищая ими для баръ своихъ путь по обе
стороны. Туда хажнвалъ и Алексей ДороФсевнчь въ байковой чуйке своей, или
въ затрапезномъ халате, и прямо становился на левый клйросъ на помощь дьячкамъ, нсаломщикамъ и трипачамъ. Въ т о
время былъ

онъ уже

видиымъ юношей

м хогпл почтенный
ходила. иа букву Г ,
выразительную
примечались

носъ его всегда пооднако оиъ нмелъ

ФИЗІОНОМІЮ

, на которой

щедро навешанный

приро-

дой ігюнкія чувства изящества молодаго
человека : лице его было
подъ

бело, только

правымъ глазомъ носилъ оиъ

си-

нее пятно оіпъ уязвленія кулака или камня, неблагонамеренно брошеннаго въ пего
можеш ь б ы т ь какимъ шібудь ревиивцемъ
изъ-за скрытой засады; румянецъ пылалъ
иа его щекахъ, не піо, чтобъ розовый,
но темпобагровый, подъ цвегпъ домашнем
браги, до которой онъ былъ великій охотнике; но когда раздувалъ

ОІІЬ

въ церкви

кадило, т о на лице его отражался самый
яркій ц в е т е огня и иллюминовалъ щеки
его, вздувавшіяся какъ мѣха, самымъ пріягпнымъ розовымъ цвешомъ.
При шакнхъ

наружиыхъ

вывескахъ

и вцуіпреннихъ качествахъ , мудрено ли,
ч т о Алексей ДороФеевичь

обрапшлъ иа

себя взоры

многихъ саноіштыхъ людей,

но более всехъ лестное вниманіе супруги
одного изъ начальников!, Московского Университета. Почтенная старушка жила и
дышала добромъ : она была

богата , но

почитала себя такою тогда только, когда могла разделять
имущество.

съ бедиякомъ свое

Зоркій глаза, ея приметнлъ

смышленость и расторопность мальчика,
особливо когда онъ

съ большой свечей

или сь налоемъ совался услужить духовной особе и кричалъ дишкантикомъ свопмъ на черный иародъ,

принуждая

ихъ

разешупишься, а вельможнымъ, великолепным!, барьшямъ

пріятно кланялся, еще

съ откндкою назадъ правой ноги. Т а т ь яна Ивановна ласково брала его

за под-

бородокъ и гладила по голове, тогда еще
не гладкой.

Мальчике почтительно цело-

валъ благоуханную перчатку ея и съ самодовольными видомъ отходилъ о т ъ нее
прочь.

Однажды она удостоила его разснросами объ его родителях!., о домашнемъ
житье-бытьг. и о проч. о проч. Алексей
ДороФсевнчь

отвечалъ

ей удовлетвори-

тельно, чіпо еще более понравилось доброй барыне ;

лакеи ея съ коврами подъ

мышками, на коіпорыхъ она усердно молилась, сгаоя въ церкви на колЪняхъ, давно уже раскинули предъ

нею карепшую

подножку и держали ее подъ руки, чтобъ
вложить въ карету, но она не спешила
отъездомъ своимъ, продолжала говоришь
съ юношею , стоявшимъ предъ нею, разумеется безъ шапки, милостиво н кончила шемъ, ч т о позволила ему въ случае
какой-либо нужды явиться прямо къ ней
на Моховую въ Университета..

Алексей

ДороФеевичь вступилъ уже на четырнадцатый годъ жизни своем; поиятія его объ
ней развертывались въ голове его понемногу, какъ клубокъ нитокъ, хотя и спутывались шакъ же какъ нитки на клубке,

когда имъ играете резвый котёиокъ; оиъ
поішмалъ , ч т о къ нему лучше пристанете

суконный

каФіианъ съ светлыми

пуговицами, чѣмъ затрапезный халат!» съ
ременными

застёжками ,

обращеніе
лее

и что

съ людьми высиіаго

накличете

на

чинное

тона

него ч е с т и ,

бочѣмъ

товарищество съ бурсаками, съ которыми оиъ кулачился иногда.
Онъ вндалъ въ какой чести
угольныя шляпы,

трехъ-

на какихъ бы головахъ

ни были оне надеты ; онъ видѣ.іъ т а к же ,

ч т о предъ этеми шляпами уважи-

тельно снимаются простыл, круглыя, а
шапки просто досягаютъ
встрече

до земли при

съ оффиціялъпымъ

человекомъ;

даже собаки, завидевшія ихъ издали, прятались

о т ъ ннхъ

прнжавъ

хвосгпы

н

лаяли имъ побранки свои изъ подворолши.
А красный-шо вбротникъ?— фу, т ы Боже
мой ! какъ бы онъ присталъ

къ санови-

тому его носу ! . . ; Юноша становился на
ЧАСТЬ

I.

10

дыбкіг, оглаживался — и жажда къ итщсславію. начала палить его душу. Алексеи
ДороФеевичь остепенился:

украдкой хо-

дила. уже въ питейный домъ, по праздиикамъ не званивалъ

на колокольне , по

буднлмъ не рубиле дровъ въ сарае, но катался с а. горе на саикахъ и по льду на
конькахъ,

оставили компанно кутейни-

ковъ, иеумытыхъ

товарищей своихъ , а

пристрастился ка. зеркалу : сгпрасшь къ
стеклу вообще задвигала

его чувствами

сильнее прежняго ; при взгляде па благородного• человека, онъ дулся какъ лягушка на вола.
Скоро пастушыъ

давно ожидавший

другой періодъ его жизни.
Родитель Алексея ДороФеевнЧа былъ
человека, неимущий: онъ съ радостно глядела, на подростка своей

ФЯМИЛІИ

И

мы-

сленно определило о т д а т ь его куда иибудь долой се хлебова,, чтобь упрочить
его жизнь. Однажды завелъ онъ съ нимъ

речь обе эпіомъ предмете : »Пора т е б е
Алексей,« сказалъ онъ: »самому промышлять
себе насущность : ведь т ы человеке не
простой безграмотный, а ученый,
ешь бегло : и псалтырь

чита-

и часослове и

всякіл кафизмы, пишешь также хорошо ,
четко , разборчиво ; я хочу свести тебя
въ нашу ТипограФІю: шамъ, у меня подъ
рукой , станешь исполнять т ы , сперва
какъ водится, должность тередорщика,
а после, при хорошемъ поведеиіи и смышлености въ работе, можете б ы т ь дойдешь до должности наборщика, а, каково? — начальники полюбятъ , т а к ъ чего ие сделаютъ !«
Ошецъ думалъ, чіпо сыне его обрадуется и кинется благодарить его,

но

вышло напрошивъ: Алексей ДороФеевичь
скислилъ

лице свое

принялъ противное

такъ,

какъ будто

лекарство.

батя , я не хочу коптиться

«Нетъ,
въ твоей

ТипограФІи!« оіпвечалъ онъ: »тамъ всё ку10*

тейники, да увалыш, іпакіс неприглядные;
давай мне другую работу !«
— Да какую же т е б е надобно другую
работу, несмышленый!—обндясь вскричалъ
о т с ц ь его — разве посадить т е б я дурня
въ табачную лавочку

торговать всяки-

ми мелочами, т а к ъ капитала н е т ъ . Али
услать іпсбя промышлять крыжовшікомъ
и пряниками —

все

сама,

пролакомншь

на сбитне и на другомъ чѣмъ пропьешь;
ну

кудажъ т ы годишься, лентяй? да,

постой, у меня есть знакомый обойщикъ....
»ІІС

хочу б ы т ь

H

обойщикомъ,« перер-

валъ Алексей Дорооеевпчь

отца своего :

»а в о т ъ чего мне желается: отдай-ка меня, бапія, къ т е м е масіперамъ, ч т о в о т ъ
сидяпіъ иа лавкахъ въ судейскихъ

пала-

т а х ъ съ перьями за ухомъ и съ очками
на переносье , да размахиваютъ

перомъ

по бумажному полю ; в о т ъ на нсмъ - т о
повоеводствовалъ бы я — ведь говоряіпъ
у нихъ : ч т о крючокъ, т о и пяшачекъ ,

ч т о лишь выгнется слово изъ-подъ пера,
т о й согнется рука задаяніемъ; подумай-ка,
сколько

рублевнковъ

можно

вычеркать

тамъ въ одшіъ день. «
— Понимаю, ото подъячіс, т о е с т ь ,
приказные люди — отвечалъ отецъ. —
Чіпожъ гпы хочешь наняться писать чщоль
у ннхъ? смотри, братъ: эгпихъ ходячихъ, о т ставиыхъ, за мошенническіс дѣла площадчыхъ подълчихъ

быоіпъ нещадно на вся-

комъ перекрестке, какъ бешеныхъ собакъ,
за т о , ч т о они морочатъ добрыхъ людей.—
»Не хочу
приказнымъ,
благородпымъ

б ы т ь ни подъячимъ , ни
а хочу

быть

чиновнымъ ,

офицеромъ ,

ходишь при

шпаге и въ треха,угольной шляпе!« упрямо и настоятельно

говорилъ

Алексей

ДороФесьичь.
— Благородным!,? — изумленно произнес!, отецъ Алексея ДороФсевича -— да съ
чего

т ы э т о выдумалъ

неумой такой-

сякой ? Воіпъ ц счищу съ т е б я дурь-іпо

р

кнутомъ

семнхвоетьшъ ! Да к т о

тебя

шіустшпъ въ судейскую ? разве у тебя
е с т ь какіе казусы
мушки ?

или денежный погре-

—

Алексей

ДороФееішчь

былъ молчать ,

особливо

прииужденъ
въ т о время ?

когда отецъ его размахается бывало руками и ловить своего сына за хохолъ.
»Готовься въ шередорщикп, или подай на себя палку!« были последніе слова родителя Алексея ДороФеевііча.

Чему смѣеиіься

ты 1 — твое

изо-

бразісеиіе ! . . .
Помнишь ли к т о изъ читателей моихъ, когда Университетская ТипограФІя
находилась еще проіпивъ самаго Университета

на м е с т е

нынешцяго

Дворян-

ского И н с т и т у т а , откуда предъ піемъ
временемъ только ч т о переехала Межевая Канцелярия въ Кремль ?

ТипограФІю

за условленную цену опідавалъ тогда Унив е р с и т е т е содержателямъ : Риднгеру и
Клаудію,

которые

самовластительно.

и распоряжались ею
Вотъ

туда-то

сло-

волшпецъ Колдуевъ свслъ сына своего и
чрезъ какого-то услужливаго кума , помощника Фактора , имелъ

доступе къ

Ридигеру, старшему хозяину ТішограФІи.
Мальчика погладили по голове, задали ему
экзамене ,

и оиъ

быстро

прочелъ двѣ

с т а т ь и изъ письмовника Курганова : перечень человіьческихъ

знаній, и разеужде-

ніе Сеиенино: не прилппляй

чувство

сво-

ихъ къ предлежепцимъ увеселен! пмъ, и проч.
Кончилъ

оиъ чшспіс

словами : колит

свое

полное

следующими

удовольствие не

быть пічницею ! . .
Алексею
похвальба
чтенія

въ

ДороФеевичу

его дарованіямъ
нескольішхъ

понравилась
и оиъ после

строчкахъ

вы-

сшавилъ целый <ьрушпъ горбатыхъ,. крючковатыхъ, нзгнбпетыхъ букве собствен-

наго рукописанія. Ридигеръ былъ въ полномъ , нелицемерном!» восторге огпъ совершенства образован!/! его: въ т о время
находилось у пего не много подобных!» грамотных!»

людей.

Алексей

ДороФссвичь

т о т ч а с ъ же былъ определен!» въ наборщики

не соблюдая

градацін повышений.

Отецъ его съ радости заликовалъ т а к ъ
неумеренно, чпів сып ь сшащилъ его домой
на закорточкахъ; нововступившему положили уже жалованья по целому рублю въ
мѣсяцъ и по колачу въ день , чтобъ заохоіпишь его къ должности; но онъ скоро
разлюбилъ

се,

всё

имея въ предмете

благородство : т о прикинется, бывало ,
онъ больнымъ
тяхъ,

и лежите дома на пала-

раскрашивая лубочныя

картинки

къ сказкамъ Картауса, Еруслана и Ивана
Царевича ,

купеческаго сыпка ; но когда

отецъ, проншшувъ мысли его, сталъ дел а т ь ему неласковые проводы изъ дому,
вдругъ замыслилъ онъ бежать; ио куда? —

Помилуйте , ведь Москва велика :

есть

где спрятаться, потеряться между людьми. Ощуиавъ іп> кармане свосмъ сколькот о депегь ,

для бодрости принялъ оиъ

жтитс.шиіго
скоро

зелъл,

которое

свое дѣйствіе

возымело

въ существе его :

прибодрялся онъ и пустился: т о рысыо,
т о наискачь но широкой Московской дороге.
Полудеревенский мальчике, кроме ТипограФІи

своей, зналъ Москву

более по

слуху; прежде же поступленія своего въ
ТштограФІю, хажнвалъ онъ съ ребятишками только

въ

Петровскую

ягодами и грибами.

А теперь

рощу за
вздумалъ

посмотреть свіыпъ и начале съ Охотнаго
ряда; эшо дело было зимой и въ какойт о еще празднике. Боже шы мой , чпіо
увиделъ оиъ тамъ! Правда, Охотный ряде
въ тогдашнее

время сосіпоялъ большею

часіпію изъ дсревяішыхъ лавокъ , раскидаиныхъ на томе же месте , на какомъ
ЧАСТЬ

L

11

цидимъ мы ихъ и теперь, по безъ плана
и симметріи; тогда онъ походилъ на какой-то Азіятскій ярмарочный притонъ :
балаганы , лавки, прилавки, нагруженные
возы со всякими съестными продуктами;
даже кошіыя выставки для охоппшкоиъ:
солидные, т о л с т ы е торгаши, чуть двнжущіеся около
ныя туши
рыбицы

товаровъ сиоихъ, и сви-

на дыбкахъ,

мерзлыя бело-

съ выпученными глазами, снря-

танныя въ сани и выгллдывающія робко
Изъ - поде
какъ

рогожъ,

красавице

покрывавшпхъ

отъ

сглазенья ,

панные гуси съ посинелыми

ихъ,
ощи-

поджавши-

мися ногами, какъ промошавшіеся гуляки
безе саногъ : всё э т о было вперемежку,
всё э т о представлялось въ раме картины обіцаго спектакля, всё эшо было дико, нестройно; но для мальчика показалось
дивнымъ, великолепнымъ зрелшцемъ. Среди Охошнаго ряда, номнятъ еще, я думаю , старожилы ,

находился Монетный

дворъ: тпамъ чеканили монету до временъ
Императора Павла , который ,

скажемъ

мнмоходомъ, перевелъ его въ Петербургъ,
а окружное сшроеніе подарилъ

тогдаш-

нему Оберъ-Полицеймейсшеру Павлу Никитичу Каверину.
На всё
стально ,
пока

э т о зввалъ

ненасышимо,

бочаръ,

ъхавшій

малышкъ
до т в х ъ

припоръ ,

на Неглгшную за

водою, не столкнул!» его съ дороги оглоблей т а к ъ неучтиво, ч т о съ него свалилась шапка. Молча поднялъ ее л ю б о п ы т ный

мальчика» ,

вздохпулъ

и подумалъ :

в о т ъ ка-бы л былъ прнказныМъ человѣкомъ, водовозный

пристав!»

не смѣлъ бы

не иосшорошіться моему благородію и кляча его

не Форкнула бы

на меня т а к и м ъ

Фонтапомь, и се бы спугнула моя пірехъуголыіая шляпа. Оиъ побрелъ далее: Никольская не была еще т о г д а заселена книжниками

и Фарисеями ,

чужихъ умовъ ;

этими

т а м ъ ленились
11*

опекунами
также :

инде лавочки, ннде и часовни. У Казанского Собора сидели

юродивые

пнщіе :

немые просящіе милостыни , и безногіе
бегущіе за богомольцами, неошсшупцо приставая къ нимъ за подаяніемъ.
ДороФсевпчь,

Алексей

насмотревшись на Гости-

ный дворъ, на Лобное место, на роскошный Кремль , на панораму Замоскворечья
съ Краснаго крыльца, на богатыя кареты,
запряженныя цугомъ, на бархатпныя козлы
ихъ, раззолоченные гербы, на нудельи головы, высовывавшіяся изъ окоиъ ея, и на
скороходовъ, одЪтыхъ въ легкіе коропікіе
кафтаны во всякое время года, бегущихъ
собачьею

пиоходыо

вдругъ прыгающнхъ

предъ каретою

и

стрекозами шаговъ

иа пять впередъ, прошелъ на ІІеглшшую;
где теперь красуется юный Кремлевскіп
садъ, тамъ, помиятъ многіе, пропалзывала
каррнкатура рекъ, мутная Неглішка

въ

грязыыхъ берегахъ своихъ, заваленныхъ всякими нечистотами; на большое просіпран-

с т в о оіпъ береговъ ел разстилалась поляна , также нещадно

закиданная даже

трупами жнвотныхъ ; по к т о помните,
что объ Масляной на этой рѣчке стронулись горы съ пригорками и оалаганы разныхъ позорпщь, а катанье экипажей т я нулось о т ъ

Ехолова моста

до Покров-

скаго? IIa ІІсглшшой завязывались въ т о
врем/г по ираздшікам ь и кулачные бои: тамъ
разгуливалъ и Алексей ДороФеевичь, любуясь

па построеніе иедвлыіаго городка

ы . шумной

мае л/тон суматохе ;

опіецъ

никогда не биралъ его па э т о гулянье :
онъ

кашьшалс/і

па обледенелой

досткЪ

о т ъ своего колодезя къ ворогпамъ, а о т т у д а прямо въ помойную яму — и баста!
Но теперь ,

иосудшпс сами , съ каким/,

восторгомъ смотрелъ оиъ на аллею вечнозелепыхъ елокъ, водруженпыхъ по бокам!, горі., на раскрашенные балаганы съ
надписью: камедь всякая:

конная и фоку-

сная и другія ра-тыл позорища;

на разно-

ц в е т н ы е Флаги

парусинныхъ па.іатокъ ,

всющихъ т а к ъ п р и в е т л и в о , какъ сшроусовыя перья на шллпкахъ даме; ну, словомъ, взоръ нашего дикаря захлебнулся созерцаніемъ и уже предъ сумерками Алексей ДороФеевичь

очутился какъ - т о

на

Моховой.

Мысль о доброй барыне , ласкавшей
его на Бутыркахъ въ церкви , быстрее
молніи зажглася въ его воображении »дай
пойду къ ней, растянусь у ногъ ея, какъ
лягавая Діана , и упрошу избавить меня
ошъ цаборщшш;

ну, какой я наборщикъ?«

думалъ онъ: »чувствую, что я .ноблю не
слова набирать на досіпку, а брать . . . .
чтобъ такое ? . . . взятки !« — Да,

оігь

размышляла, о чемъ-то, похожем), на это,
воображая, ч т о вместо оловянпыхъ букве,
серебряныя монеты какъ-то щекотливее
осязаются сгибомъ руки. Геиій подьячес т в а одушевлял!, уже его. Упнверсшпетъ
стоялъ предъ ішмъ.

Но какъ

въ массе

строенш

о т ы с к а т ь ему жилище мило-

стивой госпожи своей? Лзыкъ

доводить

до Кіева, уверяете Русская пословица, а
пословица должна б ы т ь справедлива, потому ч т о она е с т ь гласъ народа, а гласъ
народа—гласъ Божій, и такъ, языкъ доводніпъ не только до Кіева, но и до Сибири . . . . Алексей

ДороФеевичь употре-

билъ его въ дело, и ему указали на парадны я сени Генерала
Кажется , чего бъ легче взойти въ
парадный сени вельможи , чисгаыя , б.іеспіящія, устланный ковромъ ;

но. дорога

э т а кажется скользкою не одному Алексею ДороФеевичу.
т ы я тесьмы

Разубранный въ зо.ю

и красныя заплаты швей-

царъ не только загородилъ ему путь широкою булавою своею, но еще начале гнать
его съ последней приступочки; впрочемъ
Алексей ДороФеевичь

не совсемь

поте-

рялся: оиъ изъявнлъ желаніе свое видеть
Генеральшу и просил, допустить его къ

ней.

Швейцару

показалась

чудною

его

просьба. »Да о т ъ кого-ты, грязный мальчитка?« спросилъ онъ. Алексей ДороФеевичь иропзнесъ магическое имя отца своего — H не приметя на лице швейцара
никакого впечаш.іенія огпъ слове свонхъ,
изумился, ч т о оиъ не знаеіпъ огпца его,
того, кого знаютъ наизусть все Б у т ы р ки. Швейцаре насмешливо улыбнулся; герой наше , почіпя улыбку его за знаке
особенной милости, ободрился, прыгнулъ
впередъ

и оставилъ уже

за собой

не-

сколько ступеней ; вдругь швей царь' содрогнулъ

его вскрикомъ : »куда т ы , не-

умой ? да еще и въ шапке . . . .
с т о я т ъ ci. открытыми

здесь

головами . . .«

Съ словомъ симъ едернулъ онъ съ него
головной набалдашнике —
его

н швырну, п.

на дорогу , а собачонка откуда

возьмись

и давай имъ

мимошедшіе

очевидцы

играть.

ни

Другіе

утверждают!»

еще , ч т о будто бы швейцаре шленнулъ

его

по рожи . . . иу , посудите

будущаго

Коллежскаго

сами —

Секретаря

уда-

рить но роже ! О Ѳемнда (знаете.ін км
Ѳемиду, подьяческую богшно ,

которую

изображают ь, какъ торговку крыжовника и бобовъ, съ весами?) ,

заступись

за

жрецовъ своихь , защити ихъ р о ж и ! . . .
Делать было нечего: Алексей ДороФеевичь
ска въ

скатился

съ крыльца и, omu-

покинутую собакой танку свою ,

прпселъ
остается

на

тумбочке

подумать :

что

ему делать.

Р.другъ, ч т о ни

говорите, а судьба —

кукушка, на жу-

равлпныѵь япцахъ

выенжнвастъ корщу-

нятъ! — загремели шрескучія ресорм —
и къ парадному крыльцу подкатилась карета; мальчика, более нзъ любопытства,
робко

приблизился

къ нем

посмотреть

кого она привезла — н узналъ свою милостивую , нарядную барыню ; швейцару
некогда

уже было о т г о н я т ь его ;

пока

рослые гайдуки вытаскивали пріехавшую

и,ть к а р с т ы ,
дііери

онъ распахнул, предъ ней

и пришпп.шлся

къ иимъ ,

спіавь

въ Форменное положеніе свое.

Госпожа приметила зеваку. »Что т ы ,
мальчике? . . .« спросила она его ласковымъ
голосомъ. — О, сударыня, . . . милостивая
государыня!.. . больше мальчике не нашелся чпіо сказать , какъ не силился выразить

ей уважсніе

стоялъ предъ ней

свое ;

оиъ

въ шапке

всё

еще

и вдругь,

спохватившись о невежестве своемъ, сбросилъ

ее съ себя прямо

въ ноги

госпо-

же, трагически всплеснулъ руками,
зинул!» р о т ъ , выпучилъ глаза

ра-

и остал-

ся на несколько минута» въ шакомъ положепіи.
Госпожа хотела
кинуть

ему, какъ нищему,

въ шапку серебряную монету п

уйти ; но вглядевшись въ лицо его, она
вспомнила объ иемъ, какъ объ давно вндеиномъ сие — . и приказала людямъ проводить мальчика

въ свои апартаменты.

Услужливая челядь домашняя, в е т р е гпивъ госпожу свою , задвинула ее огнь
мальчика стесненною толпою ;

и тогда

какой-то нахале изъ лаксевъ ,

обмеривъ

его прежде

критическимъ

прпметивъ убожество

взглядомъ н

парнишки,

схва-

гпнлъ его за шивороте какъ пуделя и, приподнят, на воздухе , чтобъ онъ не замаралъ

сапожнищачи

своими налакирован-

наго пола, который ему же бы досталось
чистить, поиесь его чуть не иода, мышкой сенями — и такимъ образомь вскинуть во внутрсішіе покои.
Мальчика, не обижался такимъ пріемомъ : оиъ смотрела, не насмотревшись
досыта на окружавшее его

велнколѣше.

Посудите сами : нзт. дымной ,

тесной ,

стоявшей на костыляхъ Бутырской избушки, настоящей квартиры

Яги Бабы,

судьба перекинула его , какъ въ волшебном!, с и е ,

въ боярскія палаты : вдругъ

увидѣлъ онъ себя окружениаго разноцвет-

иммъ хрусталем!» ч бронзою, люстрами и
канделябрами,

шелковыми

драшірамн и

зеркальными стенами. О чудо чудесь! куда ші оборотится онъ, везде вмднпп. оіпраженіе неловкой Фигуры своей

въ байко-

вомъ х а л а т е , и пюрчокъ т о г о

пучка, за

который бывало

дралъ его

и ошецъ н

наставнике; какое бы непроизвольное движ е т е ни выступило у пего наружу, зеркала передражнпвали его во многихъ местахъ. —

Алексей ДороФсевичь, утроен-

ный , учетверенный,

представлялся въ

несколькихъ экземплярахъ : ему понравились

эти

Фашпасмагорическія

виденія,

онъ бы.гь покинуть одннъ въ зале — и
сперва

робко,

нотомъ

смелее,

начале

издавать изъ своего корпуса разныя позпціи, персвтореішыя зеркалами, какъ дикий Американец!» ,
ным!» внденіемъ.
было ж д а т ь

очарованный
Какихъ

невидан-

зашей

о т ъ необразоваішаго

можно
маль-

чишки: Olli», подходя къ зеркалу, насучи-

вале

на изображены снос кулаки,

крив-

лялся , ломался , хохошалъ оіігь избытка
удовольсгпвія, высовывалъ языкъ: зеркало,
верный живописсцъ-предашель,

оно дав-

но уже отпечатывало Формы его; на шу
пору

где-то

вдали запнщалъ

кинарсеч-

ный органе песенку.
Алексею ДороФеевичу тихонько, ч у т ь
шевеля дубами, пропела въ зеркало Фигура:
Но улице м о с т о в о й ,
Охъ , т ы парень паренёкъ ,
Твой глупенькой разумокъ.

Г> друге звуки музыки переменились :
органе заиграла, веселую место: какъ пошли паши подружки ; Алексей ДороФсевичь не уіперпелъ : подперся подъ бока и
пустился предъ зеркаломъ въ присядку,
бошая въ раму его ногами, да и еще вскрикивая о т ъ избытка удовольетвія : ихъ '.
нхь .' . . .
Музыка прекратилась и послышался
громкій, раздольный хохопгь.

Во îicii двери, ведущія въ залу, были вставлены

усаты я рожи холопьевъ,

^а изъ потайной дверцы давно
вали на Алексея
спода-хозяева,
иа себя ;

ДороФеевича

выглядысами го-

любуясь ого любованьемъ

за смѣхомъ

господ!»

раздался

хохоте чел яд и и цевъ.
ІІаснлу

вытащили

Алексея

Доро-

Феевича, пораженнаго , устыженнаго насмешками свидетелей глупостей его, изъподъ дивана, куда забился онъ сокрыть
позорь свой; паконецъ госпожа, полюбивши его еще более за э т е проказы, приласкала, ободрила , умыла, накормила его
и оиъ начале опять любезничать ,

раз-

сказывая похожденія свои и причину прихода , прося въ за ключей іе разсказа своего определить его в і, какіе нибудь приказные мастера. Откровенность Алексея
ДороФеевича понравилась и госпоже и супругу ея, которому она уже успела отрекомендовать

Фаворита своего. Ему обе-

іцалп исполнить желаніе его п да in. ему
на дорогу дснсгь и гоепнищсва, , велели
оггіиезпш его доѴоп на собсіпвеішыхъ пошевнлхь, взявъ напередъ съ него слово,
какъ можно скорее явиться къ иимъ въ
дома,, где хотели начать хлопотать въ
его пользу.
Обрадованного Алексея Доро<і>еевнча
уже ночыо привезли на Бутырки

и вы-

садили у воротъ дома его.
Словолнтецъ ДороФсГг Абрамовичь не
поверила,

сыну своему,

что

въ дома: пмеіштыхъ бояръ

онъ былъ
и дала, ему

добрый нагоняй, приговаривая: »не ври, не
бродяжничай, работай, трудись!« и проч.
IIa другой день, когда золотые сны
надежда, его разеея.шсь, онъ, вздохнувъ
тяжко , опять над'Влъ байковый халата,
свой H его

повели

оркане.

Г. Н. приняла,

—

бенно суровою

ІП, гпітограч>ію

на

его съ осо-

литой , — лишь только

увидѣл ь она. е г о , ч т о - т о шепнулъ ра-

ботппкамъ евоимъ, а его ввелъ въ контору н зашворилъ за собою дверь.
Теперь надобно предуведомить читателей о т ъ чего особенно сурово прішплъ
Алексея ДороФеевнча начальнике его :
Накануне того дня, печеромъ, велено
было содержателям!» типограФІи, Г. Г. N.
N. явишься къ Его Превосходительству,
одному

изъ Кураторов!»

Они спешно

исполнили

Университета.
его повслеціе и

предстали предъ его вельможество чішнымъ порядком!». Генерале объяви.гь имъ,
что

ОІІЪ

хочешь взять

изъ ихъ ведом-

с т в а подъ свое покровительство такогот о мальчика, сына словолптца. На жсланіе его Немцы прсжалостію возопили

п

завыли ему свои жалобы хоромъ : »помилюте, Ваше Прескадительсва, ми по силе
кошпрактъ не долынсиъ пускапть никач

кой ше.ЮФскъ

на

іпепги за т о . . . .«

ФОЛЮ,

ми нліопшмъ

Генерале

думалъ,

думалъ, прнло-

жнвъ палеце ко лбу, на чпюбъ ему решиться ; между

теме

ІІѣмцы каш, ни

были горды, учащали кланяться ему до
земли ; онъ былъ человеке справедливый
и понялъ ясно,

что нарушите прпвнл-

легію содержателей, отнимая у ннхъ ихъ
достояиіе. »lly, ступайте !« воскликнул!,
онъ паконсцъ: »дѣлать нечего, если нельзя
того исполнить!« Немцы, продолжая разкланпвашься, безмолвно выбрались одинъ за
другимъ изъ пріемной его, обрадованные,
ч т о дело кончилось въ ихъ пользу, и взбешенные на ДороФсевича, что по его милости т а к ъ напугали ихъ зовомъ къ Генералу , ч т о они не успели за ужиномъ
доесть

своего

бутіперброда

и допить

несчетную бутылку пива.
Возвратимся

къ покинутому герою

нашему въ кошпоре тішографш.
Ile долго

осшавн.Ш; Алексея Доро-

феевича въ исиеденін о грядущей участи
ЧАСТЬ

I.

12

. у

его: принесли пуки розогъ и хопгЬли-бьтло
посвліпить его должнымъ порядкомъ въ
рыцари букве; ио оіп, былъ тогда еще провореиъ : какъ кошка гоняясь

за милымъ

предмёіпомъ своимъ, бросился онъ къ окі\у и съ рамой его пробился наружу, ио
не совсемъ счастливо :

въ окна

вбигпы

были гвозди для какихъ-шо,можешь быть,
голубиныхъ припорокъ , и она. , зацепившись

за

нихъ

космами

неразчесапныхъ

полосе свопхъ, повись, какъ новый Авессаломъ

на воздухе.

За ипмъ бросились;

уже несколько рукъ потянулись въ окно
за добычей своей : Алексей ДороФеевичь
висела, какъ удавленнике, съ мужествомъ
шерпелъ нестерпимую боль, на лице его въ
э т о время выгпискивались явственно корчн
тела; ва» добавокъ того, заметя сіце за собою погошо, са. швсрдостйо решился онъ
рвануться, и, увы! оставит, большую часть
кудрей свонхъ

на гйоздяхъ для завивки

шпичьнхъ гнезде, опустился на землю.

Вошь первое обнажепіе столицы существа его.
Онъ бросился бежать прямо къ заступнице своей ; швейцара, не былъ уже
для него иедоступпымъ и пропустилъ его
молча въ парадпыя сени. Милостивая госпожа сама встретила несчасгпнаго , гонимаго рукою судьбы,

въ которой дер-

жала она нукъ розогъ ; ласково , внимательно

выслушала

она жалобу

его и

сколько

могла успокоила юношу и даже

посадила его съ собой на софу , обитую
ШШОФОМЪ

и золотою тесьмою, во исемъ

неприглядиомъ одеяиін его — н потомъ
послала за содержателями

пшпограФІн ,

которые жили недалеко о т ъ нее.
Немного погодя они явились*
• Госножа приняла на себя серьезный
видъ; мальчике затрепетал!,, увидя ихъ,
и прижался къ госпоже

своей ,

и они

смутились не менее , увидим, тамъ уп12*

рямца своего ,

еще ненаказанного

дящаго рядомъ еъ именитою

и си-

госпожею.

»Слушайте, Иѣмцм?« начала Генеральша, возвыея голосъ: »какъ смеете вы управляться еъ работниками своими, какъ съ
закабаленными рабами? разве они вамъ о т даны въ крепость? а? . . .« Тупгь госпожа
привстала съ угрожающнмъ впдомъ, о т ъ
чего Немцы попятились, какъ будто па
колесахь отъехали къ двсрямъ.
—

Ми-мн, ви-ви сударынь, о! помп-

люйте , eô ifi піф£ шефе... bet; © e t t , be?
©Ott!» .

»Что т у т ъ за оправданісГ« прервала
ихъ госпожа: »сііо же минуту о т п у с т и т ь
мальчика
—

изъ ведомства ппшографіи. . . .
Ö! nein, nein . . . сама нужна 1 —

заспорили съ ней Н е м ц ы . . . .
»Какъ, вы еще смеете грубить, измерим проклятые ! кому-же? — мне, начале-

нпце своей! ахъ вы Немчура окаянная, да
знаете им,

ч т о я уморю пасе въ іпюр-

ме . . . гей, люди!« вскрикнула она, сопровождая слова своп звоіюмъ колокольчика,
и когда

вбежала толпа

она , показывая

офччіцілнтовъ ,

иа треііещуіцнхъ

ппо-

сшранцевъ, сказала: »свести Немцове на
Съезжую, а къ Оберъ - Полицеймейстеру
напишу я особенное письмо !«
ЛЮДИ

приступили къ ішмъ.

Содержатели тнпограФІи поняли въ
чемъ дело. Московскую Съѣзжую шехъ времеиъ знали они, н всегда обходили се мимо,
чтобъ не зацепиться за ч т о нибудь и не
упесіпь

на бокахъ

своихъ

палочной па-

грады; оип повалились въ ноги госпоже,
»что т в о я надо ,

матушкпнъ ,

возьми ,

деляй!« вопили они.
— Herne, неіпъ, ничего мне не падобпо
теперь !' — хладнокровно

отвечала

Го-

сножа , прпметішъ нспугъ нхъ, и ношла
прочь.

t

Испуганные пресмыкались предъ нею,
какъ ллгавыя увиваясь у погь ея.
»lly, хорошо!« сказала она наконецъ :
»какъ можно скорее отпустишь мальчика,
а шо я завтра же
тербург!, — и

напишу еще въ Пе-

типограФІя

передастся

другпмъ !«
Слухи пронеслись, будто содержатели, выходя изъ комнаты, съ угрозою посмотрели па ромаиическаго героя, и онъ
будто бы

разхрабрился

жестоко после

нхъ ухода.
На другой же

день Алексей

Доро-

Феевнчь былъ оіппущепъ о т ъ подданства
типограФІпзаконпымъ порядкомъ, а чрезъ

неделю определен!,
в ъ пгрсіпій

съ чнномъ копінста

департамент!,

Магистрата ,

имея опгь роду тринадцать л е т ъ ; э т о

было въ

Вотъ
тя

1 7 . . году.

наконецъ

иесопершсннымъ

ромъ ,

но сперва

и еіпалъ

онъ

хо-

приказнымъ масте-

подъячоскымх

нодма-

сгперьемъ. Пользуясь милостями Генеральши и смышляя самъ
зажиль о т , славно.
ровеснпкъ его ,

разные

обороты,

Геній пода,ячества ,

родпвшійся

вместе

съ

нимъ или, б ы т ь можстъ, в т я н у т ы й пмъ
когда нибудь изъ кружки, одушевила, его.
І5а, Магистрате была его сгаихія: тамъ
она,

быстро

развила, к.іубока,

понятий

свопха, , цѣлкомъ проглотплъ все подъ#

яческіе термины

и не только скорчплъ
I
руку, но и сама, о т ъ прилежнаго письма
согнулся

навеки кріочкома,. Словомъ: онъ

въ полной Форме заслужила, себе назвапіс кривосуда.

Тогда

брагпь взятки

не

почиталось большпмъ грѣхома,; но Алексей
ДороФсевнчь всегда

хоронилъ

иха, о т ъ

жадныха,, завистливыха, товарищей свопха, ; для

чего бы это, думаете вы ? —

отгадайте ! ну , разумеется ,

чтобъ не

делиться съ ними. Когда проситель давала, ему

благодарность

свою

прямо па,

руку, э т о онъ называлъ пріёмомъ съ па-

радиаго крыльца ,

а когда

выдергнвалъ

оиъ за ремсшекъ крышку тавлники своей

и лодчуя

одинмъ

его

взглядомъ

гпабачкоіиъ,
вложишь

нуднлъ

ому

туда

чіпо нпбудь: э т о опт. называлъ пріёмомъ
съ

задняго

крыльца.

Да

мало ли

бы-

ло у него подобныхъ зашей : онъ пріучалъ нуждающихся въ его помощи вкладывать ему деньги въ гербовую бумагу,
за обшлагъ рукава и проч., и перемещал!»
ихъ после въ кармане, или подъ языке,
за щеку, и т . д.
Ужь какъ закрасовался Алексей ДороФеевичь на Бушыркахъ свонхъ , разгулпвая въ свободное время но тамошни мъ
улпцамъ :

оиъ купилъ себе щегольской ,

плисовый

каргпузъ

ремъ

сь большим!»

и съ шелковою кисточкой

кушке , a ха.іашъ яроменялъ

козына ма-

на темно-

зеленый каФГпанъ сь придачею двухъ-рублеп безъ гривны. Впрочемъ , надобно замегашпь, тогдашняя голыдьба нодъячнхъ,

особенно въ Магистратах!,, Думахъ, ЗЪравахъ, Гильдіяхъ, Межевыхъ, Приказа!къ,
Уездныхъ,

Земскихъ

и ІІадворныхъ Су-

дахъ и прочихъ нисшихъ дистанцій была
не очень великолепна ни видомъ , ни костюмомъ

своимъ.

Многіе изъ приказной

челяди ходили въ Палаты
за жалованьемъ —

свои только

и о т т у д а вскоре спу-

скали ихъ въ Яму о т р е з в и т ь с я , почти
ч т о опять до первыхъ чнеелъ новаго месяца; наряжались они т а к ъ же, какъ и Алексей ДороФсевичь прежде: въ байковые и
нанковые сюртуки и были вВкъ неумышы , необриты , краснорожи, съ оштянутымъ

кармапомъ

опіъ груза мѣдныхъ

депегъ ,

какъ у дьячковъ, подпоясанные

веревками , обрывками суконной коймы и
проч., и сидели въ закопченныхъ Судахъ
своихъ просто на поленьяхъ дровъ, уставлеітыхъ стоймя ; после присудствія уносили они седалища

свои подъ мышкой

Домой, чтобъ товарищи не стянули ихъ
ЧАСТЬ

I.

'

13

и не пропили—тогда бъ пришлось сидеть
лмъ на орудіяхъ хожденія своего. Пописавъ немного , нодъячіе , закинувъ перья
за уши, нагибались подъ столъ , вытаскивали нзъ-за широкихъ голенищей
погъ:
ва

ФЛЯГИ

са-

съ сивухой, и пили приста-

безъ церемоніи горлышко

къ губамъ

своимъ , какъ будто играя на волынке ;
после подкликали къ себе пирожника или
сбитенщика, разхаживавшаго т у т е же, и
свертывая
трубку,

мягкій масляный
пожирали

пирогъ

его жадно,

въ

между

т е м ъ какъ масло капало на ихъ бумагу,
а табакъ сыпался какъ перецъ.
А иногда, вместо закуски, жевали они
просто

жвачку изъ бумаги,

извлекая и

нзъ т о г о какую-то для себя пользу.
Да простятъ меня деликатные чит а т е л и за верную обрисовку

б ы т а не-

счастного подьячества. Яизобразилъ (хотя

Теньеровскою

кистью

и Измайлов-

скимъперомъ) истину: пусть сами они в с т у пятся за меня. . . Да впрочемъ, изъ взыскательныхъ, к т о хочетъ, пожалуй себе
не читай вышеписаннаго; я кончаю этнмъ
мое оправданіе. Хвала просвещенію нашему — х о т ь сколько нибудь , но всё подвигаемся H мы впередъ ,

а к т о едегпъ

навстречу намъ — т е остаются назади. Туда имъ H дорога ! „ . .
Алексей ДороФсевичь
о т ъ многихъ товарищей

отмВчивался
своихъ опряіп-

ностію ; этому была причина : вниманіе
ка> нему почтенной госпожи , имя которой многіе воспоминаюіпъ и до снхъ поръ
съ

благоговейіема,. Онъ

прослужилъ

не

долго въ Магистрате своемъ: дела о т т у да поступили въ Камеральный и Юстицкій Департаменты,
телями

Генералы

где были председаМнхайло Васильевичь

Волынскій и Баркове. Они, казалось, не
были склонны покровительствовать ему,
И потому,

получивъ сперва чинъ
13*

под-

канцеляриста, потомъ цѣлаго Канцеляриста ,

перешелъ оиъ безъ далышхъ хло-

потъ и приключений служить вь Межевую Канцелярию.

Госпожа его ,

сдЪлавъ

для него последнюю милость :

отреко-

мендовавъ его Генералу Апрелеву, управлявшему Временным и Отделеніемъ Межевой Канцелярии, скончалась; скоро умерли
и родители его , не успевъ досыта налюбоваться

на свое детище —• и т а -

кимъ образомъ Алексей ДороФеевичь, совершая по нихъ частыя тризны, зажилъ
уже почти ч т о одипъ, совершенной сиротинкой, х о т я племя

ФЭМИЛІИ

его было

разееяно по всѣмъ Бутыркамъ.
Жизнь его скинула уже слишкомъ 2 0
л ѣ т ъ съ костей долой.
Генерале АпрЪлевъ полюбилъ молодаго человека за расторопиость
его с л у ж и т ь и ж и т ь къ себе

п взялъ
въ дома-

шнюю каицелярію: т у т ъ - ш о Фортуна полила

на

него

изъ рога

изобилія

дары

спои

Смело и весело зажилъ онъ . . .

только

прославленный

поэтами внно и

женщины губили его немного, и кого не губили они; и пылкіе и холодные разсудки, и
горячіе и хладнокровные темпераменты;—
ІІО дело не до ішхъ: Алексей ДороФеевичь,
бывъ въ любви и милости у глупого чсловека, какъ Г. Апрелевъ, получалъ бог а т ы е доходы и, разумеется, уже бывъ
почишаемъ всеми знакомыми своими, имелъ
миогихъ ноклоіншковъ: тщеславіе его развертывало почки свои— опъ одевался богато, елъ с ы т о , пиль много и являлся
не последнимъ на всѣхъ Московскихъ гульбищахъ.
Еще несколько зеренъ терпѣнія, чит а т е л ь : великолепный Алексей ДороФеевичь, помните ,

выкупился

о т ъ розогъ

большою частно волосъ евоихъ; къ доверЩенію уничтоженія ихъ, когда-то иочыо,
сказываютъ современники его, напалъ на
него целый хороводь

летучихъ мышек

и началъ выщипывать у него нзъ Уоловы
по волосинке, гоня его полемъ изъ Москвы на Бутырки ; даже плисовый каршузъ

съ болылимъ

подъячаго

козыремъ

и званіе

не спасли несчастнаго.- Какъ

и ошъ чего э т о случилось, право не знаю:
можетъ б ы т ь обнаженная голова его светилась по ночамъ, какъ гнилушка, а для
летучихъ мышей свешъ — магишпъ, притягательная сила. Не верите? — Взгляните

въ Оракулъ

или

въ Сонникъ,

и

тамъ найдете вы : секреть отъ чего не
растутъ

еолосъі — тому причиною также

летучія мыши.
Другіе

папрошивъ

утверждающе ,,

ч т о Алексей ДороФеевичь былъ подверженъ лунатизму

и хажпвалъ по ночамъ

неугомоннымъ дозоромъ мимо т е х ъ оконъ,
откуда

замечалъ

онъ

дпемъ

мельканіе

хорошенькихъ женскихъ головокъ съ ихъ
приветными уловками, и однажды, во время такого путешесіпвія его, облила его

невидимая рука, должно б ы т ь какою нибудь спиргаоватою влагою, потому ч т о
посль того полиняло не только платье
его, но и голова совершенно, за остаткомъ
9 9 волосе по счету самого домоваго, который ласковою рукою завивала, ихъ ему.
Алексей

ДороФеевичь

не унывалъ :

іпаке какъ онъ страстно, до пзступлепія
любилъ весь женскій родъ во всѣхъ разрядах!, е г о ,

т о вздумалъ

для украшенія ,

купить

себе

а ему для прелыценія ,

пышный парика, съ косою, которая преизящно загибалась у него сзади собачьимъ
хвостомъ ;
сталъ

въ этомъ новомъ украшеніи

онъ казаться еще

великолепнее:

все Бутырскія красавицы, варящія щи ,
моющія чугупы и полющія морковь и картофель

въ огородахъ ,

станицами

ходили за пимъ

и любили до безумія

коше-

лекъ его, который расточался для инхъ
на пряники, орехи и вино.

Везде смогнр'Елъ я циркулярно ,
Но не нашелъ такой красы!
Люблю тебя я Формулярно,
О милый бйчь моей косы I . . .
В о т ъ наступи.«, еще новый періодъ
жизни Алексея ДороФесвича.
Настало л е т о светлое, прелестное,
улыбчивое, какъ счастливая любовь; сердце Алексея

ДороФеевича

разступилось,

растворило скрыпучую заслонку свою для
принятія живыхъ впечатлений природы ;
ему наскучило одиообразіе: вино, чсрнилы и
кухарки — оиъ вздумалъ посвятить жизнь
свою

какому нибудь одному

понимающему его насквозь ,

предмету,
который бы

могъ вполне оценить чувства его и натиснупіь на нихъ свою пробу.
Случай къ тому открылся скоро.
Въ т о время было гулянье по праздничнымъ

днямъ

въ ГІетровскомъ - Разу-

мовском!. селе, которое застали и мы во
время владеніл

имъ Князя Долгорукаго

но тогда оно принадлежало еще Фельдмаршалу Кирилле Григорьевичу Разумовскому. Особливо
радушный

въ

Петровъ

хозяииъ славно

день (*)

угощалъ Мо-

сковскую публику : въ крытыхъ
стыхъ

аллеяхъ

прелестнаго

рала музыка — доморощенные

тени-

сада

иг-

артисты

его громко били въ полшпавры ; въ другихъ местахъ
ССЛЫІИКІІ

певчіе

(заправскіе) и пе-

раздольными своими песнями по-

тешали гуляющихъ. Полицейскіе

чинов-

ники т а к ъ же чинно, какъ и теперь, въ
красныхъ мундирахъ съ эполетами, на копгорыхъ изображенъ былъ Георгій победоносецъ, съ воротниками железиаго цвет а (**), стаивали ч>рунтомъ въ разныхъ
местахъ для набліоденія порядка. ІІародъ
пестрыми толпами переливался изъ аллеи
С) 29 Іюня.
(**) А въ Петербурге хажнвалп полиценскіе
чшювпики въ т о время въ голу бы хъ муиДирахъ съ черпымъ бархатнымъ воротішкомъ.

въ аллею.

Тамъ было несколько

цвѣіп-

ішкопъ: пзъ ароматныхъ расгпеній и прелесіпныхъ женщине. Бечеромъ передъ домомъ весь обширный л-угъ и саде горели
брилліаніловыми и сапфирными огнями площе къ и Фонариковъ ;

на воздухе кішелъ

и крутился Фейерверке : р а к е т ы хлопались какъ пробки изъ буіпылокъ,
ки
лись

H шушихи
въ

кувыркались

дребезги

счетными искрами.
около спектакля ,
звучала —
носились —

бура-

и разлета-

разноцветными,
Зрители

не-

толпились

восхищались ,

музыка

подносы съ мороженымъ разпиръ кружился

и кружнлъ

головы. Хозяине радовался. Малые ребята

H мужики , пр.едъ которыми

Фейерверке развергпывалъ

также

светлую

па-

нораму свою, крикомъ и гикомъ выражали восторги свои; даже лошади , запряжешіыя въ грузные экипажи, Форкали и
ржали ; ч у т ь не на Москву налегало
рево Петровской

иллюмпиацін.

за-

Туда въ тнхіГі , отрадный , т е н и стый вечеръ Петрова дня отправился и
Алексей Доро<і>еевичь. Знойное солнце у т рачивало

уже

права свои на природу и

палевые лучи его игриво разсыпжшсь по
пажнтггаъ и лугамъ. Алексей ДороФсевичь
ехалъ на гулянье

въ тележке

со звон-

кома., съ важпммъ и самодовольиымъ видомъ ;

незадолго до того времени полу-

чилъ онъ чиыъ Коллежскаго Регистратора
и былъ одешъ по характеру, вкусу и обряду т о г о времени: въ темпозелепый камзолъ съ красиымъ стаметовымъ подбоемъ,
и въ белые панталоны ; голову его седлала давно ожиданная
уголыіая шляпа ,
пышный

обширная

трехъ-

насилу надвинутая

парикъ его ;

съ боку

на

торчала

шпага; на сапогахъ его, надетыхъ сверхъ
пашпаломъ, мотались кисточки.
Прелестный, розовый вечеръ вымашілъ Алексея ДороФеевича
ки ; самъ-другъ

съ

ФЛЯГОЙ

изъ т е л е ж ВЪ

кармане

пошелъ опъ пѣшкомъ пролесьемъ къ гулянью. Стройные густые леса

привет-

но обмахивали его ветвями своими о т ъ
*

Комарове, а хоры птицъ затыкали уши
его

о т ъ пронзительнаго

жужжаніл па-

доедиыхъ насекомыхъ. Г д е - т о вдали с т о нала иволга

и унывный

голосе ея дро-

бился на далекое пространство ; солнце
гпакъ прощально

вспыхивало закатными

лучами своими ; священная тишина водворилась въ окресшиосгаи леса—всё располагало къ меланхолін и изліянію чувстве,
и. Алексей ДороФеевичь, обоняя и вкушая
влагу свою, не замедлилъ расчувствоваться : оиъ селе отдохнуть

на древесномъ

пне и предался мечтамъ своимъ —

весь,

погрузясь въ дремотную купель размышленій.
Вдругъ ошкуда-то издалека раздались
жалобы кукушки: кукуі куку! Алексей ДороФеевичь встрепенулся и ста.іъ с ч и т а т ь
по числу кукованій ея будущіе года своей

жизни. Верно всякой знаете э т о т ъ роде
гаданья. Онъ начелъ себе всего житья б ы т ь я ровно 9 9 л е т ъ ,

ПО числу волосъ

своихъ, и занисалъ ипіогъ жизни своей въ
памятную книжку. „ О ! " думалъ

ОІІЪ

себе

своимъ разумомъ: „кукушка не болтушка,
ей поверить можно—еще долго о с т а е т ся постранствовать мне но белу-свепіу;
кому жизнь — иго,
круговая

масляпица !

а мне легкая ноша,
Пондемъ же, пиро-

вать!" Съ этимъ словомъ привсшалъ онъ и
выпилъ за здоровье кукушки 9 9 глотковъ.
I
Съ т е х ъ поре въ часы веселья н
разхмелья, любимый припеве его къ каждой песни быль : кукуі
Светелъ и радостенъ душой и красенъ лицемъ явился мой герой на раздольное гулянье. Народе тесно-сжатой толпой прорывался въ садовыя двери —• Алекс е ю ДороФеевичу въ полной

оффиціи,

ско-

рее, чемъ другому, дали дорогу, — онъ

чинно подходилъ къ саду — пдругъ вид и т е — дорогу

ему заслонила какая-то

рослая, храбрая баба, жарко дравшаяся съ
драгуиомъ ,

который ие хогпелъ пропу-

с т и т ь ее въ садъ
сканное ,

даже

Головной

плашокъ

за простое,

неопрятное
с я былъ

неизы-

одѣлніе ея.
смять

въ

борьбе съ солдатомъ, да и его каска пошатнулась на бокъ ;
палашомъ, —

онъ отпихивалъ ее

она тузила его кулаками,

и лишь только Алексей ДороФеевнчь подошелъ

къ ратующимъ,

она, пользуясь

остановкою рукъ драгуна , который хотелъ

Алексею

ДороФсевнчу

очистить

дорогу, пробилась т . дверь, дала по кулаку сосѣдямъ своимъ, думая и въ ннхъ
найти непріятелей,
вергся

какой участи под-

и Алексей ДороФеевнчь, и опра-

вивъ наскоро платокъ свой, вмешалась въ
группу гулявшихъ за садовой решеткой.
На Алексея ДороФеевнча произвела она
не непріятное впечаіплеіііе, нужды н е т ъ ,

что рука ея была не легка: »0 великотелесное женское существо !«

подумалъ

онъ :

почтеыія

»коликаго т ы достойна

и любви !« Участь

его

была

решена :

взоръ и кулакъ бабы, бывшей уже навеселе, — нробнлъ насквозь нежное сердце
Коллежскаго Регистратора.

»Вотъ она ,

давно ожидаемая душой моей!« подумалъ
онъ; все предметы зацветнлнсь еще более въ глазахъ его—посудите сами после
9 9 глотковъ. . . Онъ

пошелъ скорымъ

іиагомъ за храброй Амазонкой своей.
Какъ

светскій

и ловкій

предложнлъ онъ милой
бошлпвыя услуги свои;
ду
няла

въ опоре ,
ихъ,

кавалере,

незнакомке

она, имея нуж-

безъ околичностей

сама

за-

подхватила

его

приподъ

руку и отправились они гулять вместе.
Знакомство ихъ и поимка чувстве быстро
соткались

созвучною

гармоніею

душъ ;

съ т о г о времени любовь сопрягла ихъ неразрывнымъ узломъ, будущность затяну-

ла его . . . Таког.ы капризы судьбы ! Изъ
саду рука въ руку прошли они на деревню ;

госшпшшца ci, гордо - водруженной

елкой у дверей приняла чешу
свои :

тамъ

заключеиь

союзе

любви нхъ

въ недра

былъ скромный

на однихъ еще

сло-

вахъ; о т т у д а прошли они въ верблюжью
палатку,

въ собачью

комедію

и после

уже Алексей ДороФеевичь проводилъ возлюбленную свою въ домъ ся на Б у т ы р к и .
Съ т о г о

времени пленительная

родина

его стала б ы т ь для него еще любезнее. '
Авдотья Коидратьевна, т а к ъ называлась
героиня его ,

открылась

другу своему ,

ч т о она замужемъ и ч т о мужъ ея ушелъ
о т ъ нее охотой въ солдаты ,

съ

техъ

поръ она и не слышитъ объ немъ ни одной вѣсточки ; э т о признаніе отуманило
несколько

светлый

горизонте надежды

Алексея ДороФеевнча :

ему нельзя

было

совокупишься съ нею брачнымъ союзомъ;
но она не унывала и сжавъ кулаки уве-

ря.гсі прелестника своего, ч т о никто не
'V
смѣетъ разлучить йхъ.
На другой день Алексей ДороФеевичь,
богатырски

отсиавши

полсутки ,

при-

цель въ порядокъ мысли свои и съ гордосшію, потирая лобъ, вспомшілъ а прошедшеягь дне блаженства; не опохмелившись и бывъ еще робокъ въ приступахъ
къ женщине, подобной А в д о т ь е Кондратьевпе ,

онъ , наслышавшись о сюжетахъ

ромаиовъ, вздумалъ написать къ ней письмо, т . е. Форменное

признаніе

въ люб-

ви; долго ломалъ оиъ голову и наконецъ,
вспомоществуясь
ною

давно

предавно издан-

книгою ( # ) подъ заглавіемъ :

кладъ капо пишутся

разным

«и. е. комплименты,

выбралъ

туда:

просительное

Человѣка къ женскому

послаиіе

ІІри-

облименты,
онъ

от-

нпкотораго

полу. Онъ переина-

чилъ его, добавилъ своими вставками и изъ
(*) Въ 1712 году.
ЧАСТЬ

I.

14

всего т о г о

вышло

следующее любовное

объяснение :
»Мйлосшивая
долгимъ

Государыня !

временемъ

я честь

Передъ

искала,

съ

вами въ компанію придти , понеже я себя

за вашего ирилЬжиаго слугу чіпу ; и

какое препятсшво :

неужели я васъ ни-

где инде в и д е т ь не получу, кроме уличной выставки ! . .
телъ

чреза.

яко такого

А я бы всесильно хо-

частое

усмопіреніе

изряднаго

ангела

знакомитосши , и з в е с т н о с т ь
буде

васъ,

въ вашей
получить ,

не нротивиость окажется

съ ва-

шей стороны. Чрезъ выеокоеклонное позволеиіе ваше , вамъ, моей госпоже , нечего опасагпьея, приступа моего, поелику
т о не будета. вредитсльыо славе вашей,
и вашимъ добродеіпелямъ я никакого ущерба не причиню,

въ че.чъ

ственноручно. Вашу же

обязуюсь собпріязнь

буду я

во осмотрыни иметь чрезъ миогія л е т а ,
и ч т о окажется по справке

въ вашемъ

о т з ы в е , приму, яко уложеніе с т а т ь и закона. Съ подлшшымъ верно, рукоприкладс т в у ю и скрепляю, оспіріемъ вашей крас о т ы пронзенный, — Столоначалышкъ и
Коллежскій

Регистраторе

Алексей До-

роФсевъ еынъ Колдуевъ. Л е т а

1 7 . . года

Іюня дня . . .«
Э т о в и т і е в а т о е письмо послалъ нашъ
влюбленный
вернымъ

къ КондратьевнВ

легашомъ.

своей съ

Она въ э т о

время

доила корову и не мало изумилась ,
лучи въ опіъ кавалера

по-

своего какую - т о

грамотку. »Ты ис мешай мне, молодецъ,«
сказала она посланному: »что начерчено на
эгпомъ л о с к у т к е , п у с т ь ДороФеичь т в о й
самъ придеиіъ прочитать мне ,

а я че-

ловеке темный на э т и дела!«

Ответь

эпютъ

слово

въ слово

передать

былъ

Алексею ДороФеевичу и онъ полете.іъ къ
Бутырской пастушке своей какъ въ новую Аркадію —

на коровнике. Оиъ при-

цесъ ей госиншецъ

въ стеклянномъ со14*

»

суде, какъ поруку въ любви своей, и должно б ы т ь доказательство этого гостинца

было убедительнее письма,

ч т о она поняла

потому

действіе его более ну-»

с т а г о набора слове.
Долго

жила влюбленная ч е т а

какъ

Павелъ и Виргішія во всякомъ согласін ,
довольстве и наобилін , выключая т о г о ,
ч т о иногда нарикъ Алексея ДороФеевнча
бывалъ

жестоко

ми руками

истязуемъ

Кондратьевны,

страшныи иакоиецъ

превращенъ въ т а к у ю скомканную массу
волосъ А

ч т о его можно было

только на коле. и с т а в и т ь
галы на огороде.
I

надевать

вместо пу-

Она уверила его , чгпо

съ чистою, обнаженною головою к а ж е т с я
онъ п о ч т е н н е е — и съ гаѣхъ поре о т к р ы л - '
ся для всехъ и показался въ люди лаковый
череиъ его, съ косичкой волосъ сзади.
Алексей ДороФеевичь иродолжалъ щ е г о л я т ь , веселиться и в е с е л и т ь собой другихъ

оиъ ,

до ізступленія иа п р е с т о л е

Императора Павла, одевался весь въ желтое

платье ,

которое

было

Фаворит-

нымъ шогдашияго времени , и знакомилъ
возлюбленную свою со всеми Московскими увеселеиіямл: оиъ возилъ ее смотреть
сщоличныя забавы ,

начиная о т ъ пыпу-

Шинаго боа въ куриномъ ряду , до Н е т ровскаго Театра, который и сгорелъ въ
его глазахл.

и нзъ котораго онъ в ы т а -

щилъ ее на корточкахъ. Часто онъ каіпывался

съ нею и на детскихъ

конь-

кахъ, внеящпхъ на воздухе и кружимыхъ
сильными руками наемщика.

Такимъ об-

разомъ долго жилъ онъ попиваючи и припеваючи съ женскнмъ существомъ, называвшимся, ни девоіо , іш вдовою , ни замужнею женою; наконецъ Фортуна у с т а ла баловать его: вдругъ курсъ жизни его
переменился—началось съ того,, ч т о КонДратьеваа однажды на розговеньи, обкушавшись сырниковъ
я

Кой вместо

и опившись

вина муравышаго

ошиб-

спирта,

ис успела дать своего благословенія Алексею ДороФсевнчу,

спешившему

нзъ су-

депскаго места домой—и опочила сиомъ
смертнымъ. — Чего не делаете привычка !

Алексей ДороФеевичь плакала, какъ

дитя и, говорягпъ: лысиной своей, приникая къ гробу ея , вместо молотка заколачивалъ на иемъ гвозди; насмешники выводили догадки , будто о т о онъ делалъ
для того , чтобъ она не выскочила изъ
домовища ;

какъ бы т о ни было , но съ

тЪхъ норъ поблекла

заря счастія

при-

казнаго мастера.

Изъ Временнаго О т д е -

леніа Межевой,

въ которой

срочныя

дела ея ,

перешелъ

кончились
онъ

слу-

жить въ домъ Градскаго Общества •— и
Финансовые

обороты

его приняли худ-

шее положение въ еравненіи съ прежинмъ.
Алексей ДороФеевичь х о т я
лялся праху
прокате

и пок-

покойницы не давать

никакой

женщине

на

поношенна-

го сердца своего, и х о т я часто, какъ вер-

ыый рыцарь, воспоминалъ оігь имя ее со
слезами и скорбію,
рой

особливо после доб-

однако душа его, опелену-

ВЫПИВКИ,

шая ошъ природы особенною нежностью,
лепилась также иногда къ красоте женской , какъ слепая муха къ огшо.
уже Алексей

ДороФеевичь

переступилъ

грань мужества : старость
ращегпы

Вотъ

и кулачные

въ побранкахъ съ товарищами

при дележе, доходца

ис только иступили,

ио и совсемъ сделала вычешъ изъ зубовъ
I
его, кроме нескольких!, клыкоиъ , к о т о рые обитали въ устахъ его посхпмішками и выглядывали только при подношеніи рюмочки къ губамъ, когда онъ сладко
улыбался, и при любезничацьи съ дамами.
Полвековое сиденье за нриказнымъ сіполомъ согнуло

его

еиниу

коромысломъ ,

однако онъ не отчаявался нравиться. Въ
память

Кондраіпьевны,

прилепился

онъ

къ

по

смерти

вшшому

ея

снадобью

еще более; да ведь какъ было и ие вспом»

ішшь

покойницы

любимымъ упражнень-

ем!» ея I
Настал ь

новый періодъ жизни его :

она» бы.гь уже тогда произведет» въ чинъ
Коллежскаго Секретаря , а Титулярнаго
Советника самъ не бралъ онъ — за выч е т ъ жалованья.
Такъ

/

однообразно

часто вспрыскиваема ,
Алексея Доро<і>есвича

*

и скудно ,

хотя

волочилась жизнь
по всемъ тернамъ

старости многія л е т а — и дотянулась
до памятнаго 1 8 1 2 года,
Въ э т о

время

ошсцъ

Тихона Сы-

соича разстался съ Алексеемъ

ДороФее-

вичемъ , нанявшись сопровождать катят о подводы, спешпвшія о т ъ непріятеля
изъ

Москвы.

слуховъ ,

Изъ

далыіихъ

и глухихъ

которые удалось собрать Ти-

хону Сысоичу объ великомъ человеке, могъ
и я составить

неполное , о т р ы в и с т о е ,

кой-какое известіе
жденій его . -

о продолженіи нохо-

Москва пустела. Изъ всѣхъ засгпавъ
тянулись

цепи экипажей.. Остававшіеся

горожане съ унылыми лицами бродили по
запустелым!,

улицамъ обширной столи-

цы; торговціл покидали лавки свои; Фабричные — работы, и съ какимъ-то дпкимъ,
пеистовымъ отчалпіемъ , босикомь и на
разпашку, бежали они въ отворенный для
всехъ настежь арсенале за оружіемъ; раненые Русскіе солдаты, таіцившіеся черезъ
Москву на Владимирскую дорогу, представляли собою картину еще трогательнее.
Алексей ДороФеевнчь ,

безродный , без-

пріютпый бобыль, не нмЛлъ съ кемъ бы
удалиться изъ Москвы, на чыо руку могъ
бы опереться въ случае шатанья своего;
. къ тому же,

рыская по Москве для со-

кращенія времени , онъ упалъ по какомут о влеченію прямо въ погребъ н ушнбъ
себе ногу. Такъ на чемъ же ему было беж а т ь изъ Москвы? а тамъ, находясь за
батареями бочекъ и эскадронами
ЧАСТЬ

I.

15

буты-

яокъ, могъ оиъ пролежать за ними спожопно въ положен hi знмняго медведя.
Оиъ не си вши ль о т т у д а . . . .
Настало прекрасное, блъдно-розовое
«осеннее ѵгпро ; солнце, казалось , т о жалобно проглядывало ,съ высоты своей на
осиротевшую землю, т о ненаглядно, ясно,
во все очн любовалось оно на Русскую
яірнроду. Алексею ДороФееццчу не только не совсемъ было темно въ проспірзн.ной .полумогиле его ,
представлялись

a еіце глазами -его

все предметы вдвойне :

ему казалось піамъ , ч т о кувшины, какъ
кавалеры ,
рукой,,

преважно

подхватывали

подъ узкую талію ея

подпершись

одной

даму - бутылку
н вертелись

редъ его носомъ бешеиымъ вальсощ,.

неА

бабушка, большая бутыль, съ япдовой на
голове, какъ барыня въ шляпке, била въ
такшъ но брюху бочонка, какъ по барабану.

Алексей

ДороФсевичь

и самъ бы

не ушерпелъ н пустился бы выплясывать

г

съ Фаворитками своими, по утппыя ножки его гпакъ вкопались въ песочный полъ,
какъ будто-бы пятки его прибиты были къ нему гвоздями ; сверхъ того внимание его было отвлечено шумомъ и зву'о
ками оружш ладъ. самой головой его, надъ
которой жмурилось маленькое окошечко;
онъ вытянулъ шею свою, вгляделся въ
окно и увиделъ — гаолпу вершниковъ,
одетыхъ какъ-то не понашему; въ средине ея находился

Русский Офицере

завязанными руками ;

съ

предводительство-

валъ этою толпою какой-то

ілолетый

чудакъ съ медвежьей муфіпой па голове.
»A, э т о къ намъ подошла Английская вспомогательная сила!« подумалъ Алексей ДороФеевичь. Вдрутъ надъ головой его раздался спіукъ и гром ь, какъ будто бы по
потолку разъежжали

кареты на греиу-

чнхъ ресорахъ своихъ: онъ взглянулъ на
бутылочную кадриль -— балъ кончился и
ему показалось, ч т о о т ъ внезапности шу15*

»

J1

172
л a , дансёры разбежались , какъ перепугаипыя мыши, попрятались по угламъ и
притаились въ нихъ.

Алексей ДороФсе-

внчь самт, испугался чего-то и хмель спалъ
съ него, какъ тяжкія оковы.
Шумъ надъ головой его съ раскатами
грома усугублялся; наконецъ Алексей ДорОФеевичь попялъ, ч т о за незватіые гос т и пожаловали къ нему въ соседи. Скоро скрыпнула il его дверь : чуткое обоняя іс довело иностранную сволочь до хранилища шшъ. Алексея ДороФеевича, спрятавшегося за бочку, съ самымъ обиднымъ
смехомъ

вытащили

изъ погреба — иа

оркаие.
»A ! руска, руска! du vin , du pain!
apporte !« кричали

неистовые и начали

гнать старика пинками подъ бока за хлебомъ и виномъ.
—

Я не собака, a Коллежскій Секре-

тарь! — азартно отвечалъ онъ —• какъ

смеете пы телесно наказывать человека
благородного ранга? челобитную подамъ!—Толстый чудаке съ му«і>той на голове смеялся, даже надругался более всехъ
надъ нлешивымъ старичкомъ.
IIa другой, на т р е т і й день и т . д.
Алексей ДороФеевнчь терпеливо уже сно- .
сплъ зрелище,
ли верхомъ

какъ Французы въезжа-

на лошадяхъ въ комнаты ,

даже не снимая шапокъ передъ иконами,
съ коіпорыхъ они сняли лишнее металлическое украшеніе.
Алексей ДороФеевнчь какъ будто правы къ уже, во время пребыванія Французовъ

въ Москве , т а с к а т ь разный ноши

по городу, какъ верблюдъ: онъ служиль
у иихъ по особеннымъ порученіямъ.
Представьте, Алексей ДороФеевнчь,
ограбленный, разутый, раздетый , долго
броднлъ по Москве, опираясь вместо палки на дымящуюся головешку.

Ллекеѣй ДороФеевичь въ какое окошко ии взглянегпъ, везде вегарегпишъ вышибенныя стекла, доліы опустелые, іпрепещущіе ставилми; только у некоторых!»,
воротъ , за которыми хранились пой-какіе военные снаряды, стояли караульные
непріятельскіе солдаты: въ священническихъ ризахъ, въ балыіыхъ дамскнхъ башмакахъ и въ шелковыхъ

чулкахъ па ру-

кахъ вместо перчатокъ, дрожа о т ъ холода.
fib

почамъ па зеркальной голове А л е к -

с е я ДороФссвича

часто отражались

за-

рева пожаровъ.

О д н а ж д ы Ѵтсксея ДороФссвича узналъ

старый товарище его по Магистрату ;
разгуливая за Почтамтскими воротами по
двору и улучивъ случай перетащилъ его
ужь какъ-іпо

на блокахъ

съ т р о т у а р а

къ

себе.

Въ

Почтамте

Французский Генерале.
сбережет,

и хранимъ

та.

себе

пріютъ

бдительно

плечами,

драгуне

Смолеискому т р а к т у .
ча Алексея

поч-

пзъ него не-

съ сумками

и направляли

отъ

пъ псмъ нахо-

Французская

Ежедневно выезжали

сколько

одинъ

Почтамте былъ

пожаровъ и расхищенія :
дила

жиле

писемъ за

путь

свой по

Обнаженный пле-

ДороФеевича

прикрыли

ка~

кпмъ-mo мешкомъ вместо шали, а иа голову надели чушь не суповую чашу, или тоют о похожее на т о ; когда ее опрокинули иа его победную головушку, она казалась скорлупой черепа его. Чшожъ делать , тогда маскерадъ былъ общій : на
каждомъ шагу и во всякое время можно
было в с т р е т и т ь разнохарактерную смесь
костюмовъ. Кормили Алексея ДороФсевнча печенымъ картоФелемъ :

огня тогда

было въ волю — и безъ печей находили
где приготовлять его.

Вообразите: Алексея ДороФсеппча похитили раскольники. Преображенская сект а ихъ у т р а т и л а попа своего, который,
говоришь, но какому-то случаю, касающемуся
родному

до его обряда ,
Римлянину

жарился на огне

подобно

благо-

Муцію СцеволЬ, за-

какъ баранъ ,. а Алек-

сей ДороФеевичь къ несчастно очень по-,
ходилъ

па него ,

особенно

въ проФиль,

и но этому-то его въ ночную/пору унесли
раскольники

совеемь

даже

съ мешкомъ

его и, сказываюіпъ, еще будто бы посвятили" въ попы

свои такимъ же

порлд-

ко.чъ, какъ во время оно и въ наборщики.
Когда Французов!» гнали пзъ Москвы,
Алексей

ДороФеевичь находился

въ ле-

ніучемъ с т р о е казаковъ и т а к ж е расхаживал!» съ пикой подъ мышкой.
Въ 1 8 . . . г. онъ опять определился дослужить
тества.

«

въ Домъ

Градскаго

Об-

• Жалко ,

uni о Алексей

ДороФеевнчь

самъ въ подробности не разсказмвалъ никому приключений своихъ ,

а т о бы н я

передал!, вамъ, читатели, прекрасное нродолжепіе ж и т ь я - б ы т ь я его : въ Великій
ноешь обвалившаяся па его голову глыба
снега придавила память его—не взыщите!
Хмелевое снадобье
скаго Секретаря :

доняло

Коллеж-

проживъ более

полу-

века, не могъ онъ победишь эіпаго зелья.
Жизнь не давала еще ему о т с т а в к и своей, за т о Дотъ Градскаго Общества о т пуешилъ его въ чистую — и онъ взя.іъ
страшшческій посохъ.
Видали .in вы неечаепшыхъ оіпставпыхъ подъячнхъ во Фрнзурахъ, толкущихся у Казанскаго Собора? Тамъ на перебой
подхватываютъ рші просителей,

на шум-

бе пишутъ имі. начерно просьбы и ябеды H руководсгавуюіпъ

ими но разиымъ

Судамъ. Тамъ съ аукціона можно купить

услуги нхъ.
бываете

О т т у д а простертъ

указательный

палецъ

ближнюю вывеску т р а к т и р а :

часто
нхъ на

тамъ-то

бываете судебный Ареопаге—договоры ,
уговоры, приговоры , всё э т о венчается
доброй селянкой и мелкою монетою, брошенною • ходатаю въ задашокъ, п.іп учтиво подложенною подъ салфетку, покрывающую гостиный с т о л ь .
Можстъ б ы т ь

съ нхъ

братьей, а

не съ Алексѣемъ ДороФеевичемъ ,
оиъ иногда

и проявлялся

хотя

между ними,

случалось т о , о чемъ я вамъ хочу разоказать.
Слухи носились :

кто-то

всюду подспіавлялъ рожу свою,
за тычками,

хваталъ

всемъ п
гонялся

плюхи и после

взыскпвалъ съ дерзкихъ за безчесшье судсбиымъ порядкомъ.
Алексей ДороФеевичь сперва торговалъ баранками на Бутыркахъ, после по-

лучплъ

привилегію опіъ зиакомыхъ сво-

нхъ носить въ разноску письма ихъ, меняться поклонами и проч. Наконецъ праздная жизнь надоела ему: его видали у Міюзскоіі заставы , преважно расхажішавшаго
со щупомъ въ рукахъ. Въ часы безделья
съ, прехитрыми узорами вязалъ они шерстяныя перчатки

и колпаки,

подобные

темъ, которые носяпгь Малороссіянс, прогуливаясь

по болышімъ дорогамъ съ во-

лампБудто бежала» Алексей ДороФеевичь
изъ монастыря, въ который уговорили его
в с т у п и т ь и выдержать строгій искусъ ,
я не хочу верить!.
Ile скажу читателям!», какъ тьмочпсЛепные' знакомые

Алексея

ДороФеевича

возили его для проказъ съ собою на балы
и въ маскерады, наряжая его въ пвжногазовое женское платье, только безъ вуали. съ открытымъ ліщомъ, и уверяли

безъ

труда,

встретившихся

съ шшъ,

ч т о на нсмъ надета восковая маска; голова его бывала прикрыта большими полями шляпки, изъ-подъ которой блистали
два серые глаза ; какъ ішогда, подпои въ
уговаривали его иадеіпь похоронную шляпу и разгуливать съ горящимъ Факеломъ
по улице; какъ помадили пучецъ его рлз11010 душистою

мазью и капали

между

шемъ на гладкую голову его, будто ненарочно, горячій воскъ, или роняли на нее
зазжеииый шрушъ;

какъ свешивали его

на кушаке изъ слуховаго окна, подобно свиному окороку; проветришься о т ъ сішртныхъ паровъ ; какъ навешивали па него
піайкомъ разную сбрую н посылали прогуливаться; какъ схватывали онъ выпакомъ наряде о т ъ

собакъ

неприветныя

ласки и уносилъ ихъ домой на грешномъ
т е л е ; какъ нировалъ онъ

въ Марышон

роще, сидя на сіпоге сена, или верхомъ
на возу со сгпкляпицей , подобно Бахусу;

какъ наконецъ написали ему лапнсомі* па
черепе какіс-mo гіероглііФЫ, смысле которыхъ изв&стеиъ былъ только ему —
обо всемъ этомъ я умолчу. Алексей .ДороФеевнчь огтперплнвался,

бралъ за по-

тешпичеотво дань и приплясывалъ подъ
чужую дудку: оігь быль всегда весслъ н
мягкосердечснъ — покойнике!

—

Не подтверждено еще ни чьимъ вернымъ засвидеггіельсгпвоваійемъ , будто бы
Алексея

ДороФеевича закопнымъ иоряд-

комъ женили lia как имъ - т о существе ,
вставленном!»

въ

момъ для него ;

Футляре ,

педосягае-

оно заплатило

ему за

разделспіс знатной ч»амиліи его и покинуло старину т о т ч а с ъ

после

венчапіл.

Некоторые видели, по совершены свадьбы,
гнездо его па Бутыркахъ ярко ил.номігнованнымъ; но ведь зіпо можно приписать
и другому какому ' нибудь случаю.
Во время обіцаго иссчасшія, постпгшаго недавно

Москву, я разумею появ-

леіііе холеры , Алексей ДороФеевичь
хошелъ

отдаться

eu

живой

по

и посилъ

всюду съ собою подъ мышкой гробь; наконецъ, ночувствовавъ въ себе дейсіпиіе
ся, цкокошю. сел ь в ь него н скатившись
какъ-то

вь Москву реку,

иоп.іылъ

въ

печь, какъ вф челноке, куда глаза г.шдягаъ,
а они уже никуда не глядели. . .
Онъ отшутился и о т ъ холеры
Его приняли врата...ской богадельни;

но разгульная

его и пробудилась
неиін опаспосіпп

жизнь

не покидала

въ не.чъ но оіпстрасо всеми прегаеизіяии

своими; верно ужь почувсіпвовавъ близко

коисцъ

своп ,

завихрился

барсмъ но сцене разнородныхъ

оігь

ку-

удоволь-

ствий, являлся всюд}—н вдругъ изчезъ,
какъ дымъ. Думали,
С7> иностранными
за дальше леса

ч т о онъ улетелъ

чудесниками въ шару
и за еинія облака ;

которые путешественники

не-

утверждали

m
уже ,

что будто

шідалн

иеііасгпііымъ

ночамъ

обронеинаго

пъ

ней

по т е м п ы м ъ ,

какого-то человека,

лужу

хі стоявшаго

въ

въ трехуголыіомъ паюженін и ока-

менелаго уже, а глаза его и черепъ с в е тились, какъ зажженные маяки; знакомые
о т ч и т ы в а л и его н поминали уже ,

какъ

однажды рыцарь сермяжной брони, проходя по Сущсву дозоромъ, набрелъ- на мужскую человеческую Фигуру, сидящую lieподвижно па т у м б е т р о т у а р а ; э т о

дело

было вечеромъ : мракъ обипвалъ природу
шенешами

своими ;

б у т ы р ь поднссъ

ищу Фигуры Фонарь —

къ

и увндель

мер-

т в а г о человека: улыбка, не о с т ы л а

еще

на уешахъ его, -клыки проглядывали изъ
ошверешыхъ уешъ, но два пальца па рукахъ были

сплюснуты ,

какъ б у д т о бы

оиъ собрался ими прищелкнуть, и когда
бутырь, досадуя на э т у
му ч т о

встречу,

ему бы досталось

пото-

тащить

его

въ Частный доле, пазвалъ неизвеепшаго

локоГшика бродягою.,

ОІІЪ

будгпо бы ожіыь,

прнвсталъ и прохрипелъ: »врешь, я Коллежскій Секретарь Калдуевъ!« и опять
съ.гь на тумбу.
В о т ъ по этому-то
что

онъ

не умсръ

можно думать,

еще , и появится

опять где нибудь.
ІІо ч т о

было причиной,

положимъ

х о т ь и мнимой смерти его , обе этомъ
также разскажу вамъ понаслышке.
Алексѣя

ДороФееппча

подобный же

блюститель порядка о сплпікахъ на самый Васильеве
шнмъ

вечеръ

нашелъ

на последней ступеньке

стоявлестни-

цы , спускавшейся прямо въ Патріаршій
прудъ.

Когда онъ привелъ его въ себя ,

тряся сильно за воропгь, т о воіт> ч т о онъ
поразсиазалъ

ему собравшись

съ силами

и перекрестившись несколько раза.. Сколько возможно, переиначиваю слогъ витіеватаго просьбописца.

Пспосгъдь Алексѣл

Дорофеевича

:

Т а м ъ диво , чудо , ужасъ , с т р а х ъ :
Тамъ

ФИЛИПЪ

въ золошыхъ сережкахъ ,

Т а м ъ копіъ ш а п ц у с т ъ въ башмакахъ j
Сова —Фраишиха въ папильоткахъ

—

А заяцъ па ушипыхъ пожкахъ,
Ужи и г р а ю т ъ на рожкахъ. . . .

»Давно уже я примечаю надъ собою
власть нечистой

силы : возьмусь лн за

стакане вина, хлебсщстъ и кигштъ оно,
пена разыгрывается и хлещете изъ краев!, сосуда — сначала выскакнваюшъ онііпуда

иголочки

снопообразными

Фонта-

нами, иотомъ малеиькіе чсртеняпіы прекрасивые, розоваго цвета, я не утерплю—
л глотаю

нхъ

этого кровь

целкомъ.

Вскоре

разыгрывается во мне :

бывалъ готовъ на вслкіе отваги ,
обуяете

после

тогда такая

веселость ,

я

мною
что

хочется смеяться непрерывно, и это проЧАСТЬ

I.

1 б

должается до т е х ъ поре, пока меня совершенно покинушъ силы. Ночыо наваливается

мне на грудь

постѣпь, и скре-

бешь по ней когтистою лапою; дыхааіе
мое замираете: гляжу во все глаза и ничего не впжу, а рука не смеете подняться
сотворишь

крестное знамеиіе ;

я боль-

шой грешнице, не по летамъ веду разгульную жизнь. — Такимъ образомъ т о го прошло времени.
»Добрые люди, съ которыми однажды
посоветовался я , какъ бы помочь моему
горю, присудили мне купаться по заряліъ.
В о т ъ и пошелъ я однажды въ Сущепо
на Липуновъ пруде; но сперва, не у т е р пв.іъ, зашелъ — и вспрыснулъ свою немочь; чергпенятки: голубенькіе, сереиькіе,
зелененькіе, все гпакіе приглядные съ ясными глазками, какъ бри гліантиками, съ рожками выточенными, гладкими, полирован-

нымн, сі> завитыми хвостиками , нача.іт
выскакивать по обыкновенно изъ кружки,
изъ которой я шілъ более обыкновения*
го, и почувствовалъ я — облепили они меня

какъ комары , нависли па губы , на-

броеались на веки, кружились около носа,
колесомъ; я смахну ихъ, сдавлю, —
руки только дъімокъ пойдешь ,
они

опять

иакинутря

изъ

а после

па меня новые ,

дюжинами , сотнями , несчетными легіонамн; я швыриулъ кружку объ уголъ , аизъ нее и раздался чей-то насмешливый
хохотъ. Нечего делать, заплатплъ я за
кружку

угосіпшпслю, своему ,

который

уверялъ меня , ч т о ничего не вндшпъ н
ne слышать и, поглядывал на, меня скосанепріязненио

захлопнулъ передъ иосомъ

моимъ дверь..
»Вотъ я. же васъ, нечистые бесенят ы ! подумалъ я , и ношелъ къ пруду.
Зеркало воды, былотшхо; спокойно,, какъ.
16*

будто вылито изъ целыіаго стекла,

—

но лишь только бросился я въ него , н
оно зашипело змесю, какъ до того вппо,
и какое же диво! куда ни поплыву, везде
мне

кажется мелко ; лягу въ волны и

нонесутъ оие меня , какъ на пуховике ,
приголубливая. — Такимъ

образомъ за-

нлылъ я въ самое крутоярье; мне почудилось, ч т о шамъ полоскаются у т к и —
вглядываюсь—всё женщины, такой крас о т ы , что разсказать нельзя ; впрочемъ
только до половины т е л а высовывались
one изъ воды ; волосы

у нихъ —

это

гроздія, длинные, зеленые, шелковистые,
словно осока ;
музыка

какъ захохочутъ ,

раздастся ;

вотъ

точно

сплелись оие

на воде хороводомь и начали манить меня къ себе въ средину: »еіпаринушка, къ
ііамъ! къ намъ! ешаривушка, къ намъ! къ
намъ!« Сладенькіе голоски, какъ у райскихъ
шішчекъ, и роскошаыя телодвижеиія ихъ
; ''

Л

притянули меня къ ннмъ, какъ магншпомъ. —
Сіпаринушка, скинь кресте! плешивенькой,
скинь крестъ ! — запели
тутъ

я и догадался

о не

хоромъ ;

чего оме

хотягаъ

о т ъ меня, ужаснулся, и пошелъ - было въ
понятную — a one и начали на меня плескать водою, самік не смея приблизиться
ко кресту: вошь точно пламя, а не вода
досягала

на меня изъ успгь

и ноздрей

ихъ, только не жгло оно меня, а щекотало
т а к ъ пріяіпію н вместе судорожно, ч т о
я захохошаль и уже до т е х ъ поръ смеялся, пока умучился, забылся въ изнеможеніи ; помшо, кажется, полоскалъ ктот о меня, какъ онучу въ воде и перекндывалъ по волнамъ, а рыбы, выбрасываясь изъ пруда, хлестали меня хвостами
своими по щекамъ; но когда я совершенно
прншелъ въ себя, вижу, ч т о меня, оиезснлсішаго, прибило какою-то доброю волною къ берегу; я .іежа.гь на песке, какъ

трупе; ко мне уже повынолзли-было раки, чгпобъ полакомиться міюю и расширили лапы свои—одшгь изъ ннхъ серьгой,
повпсъ на носу моемъ ; но лишь только'
я шевельнулся,

они скрылись,

оставя

на мне следы свои.
»Съ т е х ъ поре полно купаться ; я<
закаялся-было н пшпь, но лукавый опять
соблазнилъ меня.
»Ляпунове прудъ окруженъ несколькими курпшиами дереве; я пошелъ этимъ
разсадникомъ — и заблудился, какъ въ лабиринте.

В о т ъ , кажется, видятся раз-

ныя строепія въ городе:, крыши домовъ
I

и куполы церквей—но дороги шікакъ не
находилъ я къ нимъ и проплуталъ до вечера; но ч т о всего дивнее: мне не встре-г
шилось нп одиой живой души. ІІаконецъ
к т о - т о ударилъ меня по плечу; оглядываюсь —- старике седой , горбатый , ма-

лорослыи ,. кривоносый , съ котомкою за:
плечами, съ суковатою палкою въ рукахъ..
»Путь-дорога, землякъ!« привѣгпствовалъ
онъ меня.—Радъ товарищу!—отвѣчалъ я:
—куда бредешь?—»Да в о т ъ собираю разные коренья

опіъ лихихъ болезней , да

при с в е т е ничего невижу, а.вотъ ужо...,
да пойдемъ вместе ,

поваднее

будете.«,

Я радъ былъ еопутныку, онъ заговорилъ
меня,

краснобай

тсмъ - дорогой,
его.. . Ночь

такой . . . шли мы нуя заслушался разсказовъ

опустилась

невидимкой

на

землю, и гпутъ-то спохватился я , ч т о
мы еще не вышли изъ пролесья. Я ужа*
сиулсл; вдругъ засверкали нредъ нами вдали синенькіе огоньки,, и какую же картину развернули они — всякого рода, цвета ,
овраге

чина и возраста черти, сидели въ.
и наигрывали зубами

концерте

прищелкивая ими и присвистывая пронзительно въ кулаки свои, какъ въ т р у -

бы. Я нопалъ на чертовскую вечернику,
но

не знаю

почему

не

смелъ

остано-

вишься и приближался къ нимъ робко, невольно: я думалъ, ч т о подъ ногами моими ш е л е с т я т ъ листья, но э т о хрустели человеческіе черепы.

Последиіе воло-

сы моп стали дыбомъ. »Вошь н кошпръбасъ!« зашипели черти, увидевъ меня, н
протянули
начали

ко мне руки со смычками и

пилишь меня ими по брюху : я

не ожидал ь ,

чтобъ

оно было

инстру-

ментальное ; но музыка заревела странно

голося ;

какая - т о

неведомая сила

расшевелила мои члены н л пошелъ пляс а т ь насильно. ІІошъ лилъ съ меня градомь. Чертовский смычекъ щекоталъ меня , но

я не

могъ

уняться

Вдругъ

къ счасшію

тухи.

Декорація переменилась : я

тился

па последней

цы,

моему

плясать.

раскидывающейся

пропели пе-

ступени
прямо

очу-

лестнивъ

IIa-

тріаршій прудъ ;

какъ

туда я попалъ,

не знаю !
»Чувствую, ч т о силы мои истрачены уже в с е ,
глаза,

но

смерть заглядываете

плясать

еще

въ

хочется

ихъ ! ахъ I. .«
Думать можно, Алексей ДороФеевнчь
не дотащился до дому своего и, выплясывая последнія силы, невольно опустился на тумбочку умереть т а к ъ же весело,
какъ жплъ.
Ч т о можешъ б ы т ь Алексей

Доро-

Феевнчь после смерти скитался еще по
свету,

вымаливая грехи свои, доказы-

вается темъ, добавилъ мне Тихоне Сысончь, ч т о по ночамъ иногда подходнтъ
къ его окошку плешивая Фигура

и вор-

ч и т е ему сквозь ставень : »вели прибавить къ надписи на могнле моей : здгьсь

лежишь Коллежекій Секретарь, представленный

къ чину

Титулярного

ка , тогда я и успокоюсь
куку ! . . .«

Конецъ первой Части.

Советни— куку !

О Г Л А В Д Е HI
второй

1.^Замогильная жизнь

Е

Части.

. . . .

1

2. Призракъ (ИЛИ пурпуровый плащь) 108

ЗАМОГИЛЬНАЯ

ЖИЗНЬ.

Короток'!. х, бьдеііъ жизни срокъ,
Лишь В'Вчиость временем*. богата j
Намъ опытность даетъ урокъ :
Близкаль паделсдъ злаіпыхъ растрата !
Первый

разъ

въ

ігарушнлъ

ЖИЗНИ

а Мергавешіую тишину кладбища смихомъ
оіпъ чисгааго сердца

на могилѣ Алексѣя

ДороФеевича. Бремя „для размышленій моихъ и повтореній восномипанія о прнключеніяхъ его было досшашочно: Тихона Сысосвпча

позвали, па третій

гулки моей,
гилы рядомъ.
воображеніе.

вепсръ про-

заказывать вдругъ
Эшо извьстіе

дв'Л мо-'

заняло мое

Долго дожидался

я возвра-

Щсііія его, бродя по ухабамъ кладбища и
разглядывая мимоходомъ пышные и бъдЧАСТЬ

ПѴ.

1

ные памятники
ства :

ничтожества

на некоторыхе

человече-

изъ нихъ взоры

мои останавливались надолго—я прнпряіпалъ

места

и Фигуры ихъ г,ъ память

мою до прихода хозлппа могиле, и когда
по возвращенін его просндъ

пересказать

мне обе т е х ъ , чьи т е л а падавлпваютъ
они, т о Тихоне Сысоевнчь. са.важпыма. вндомъ воткнуле передо мною заступа, свой
il улыбнулся иронически. Я понллъ, ч т о
э т о знаке вступлепія грядущей повести
и молчалъ благоговейно.
»Погодите, барине!«.начале one: »ще
не уйдутъ еще о т ъ пасе, а в о т ъ я позайму васъ слышаннымъ мною теперь..,.„«
— Какъ, о т ъ того лакея ве красной
ливрее, который кажется т а к ъ повелительно указывалъ
рябиною

т е б е на место поде

и наперекоръ

другимъ заказьі-

вальщикамъ громко хохоталъ , когда піы
спросиле его о чемъ-то ? — прервалъ я
Тихона Сысоевііча.

»Именно!« огпвъчалъ собесѣдпикъ мой:
»ему было смЪшно,

что

богатые люди

соглашаются умирать; а дача мнѣ добрая
будетъ!« продолжалъ оіпы »за т о я иырылъ
ішъ могилу поглубже другихъ, чгпобъневыскалнлись нзъ-подъ земли гробовыя крыши,
и червямъ т о тамъ будетъ поваднъе ! , . . «
—

Начинай, начинай ! — вскричалъ

я нетерпѣливо.
»Сей часъ, сен ч а с ъ ^ , . .« нехотя произнеси Тнхонъ Сысосвичь. »Вотъ о т ъ чегот о зазубринка оказалась на заступЪ: должно

быть

я

второпяхъ

отъ

радости

дорылся до чьего нибудь сосьдняго гроба
и хруенулъ въ пемъ косточку
Вотъ

паконсцъ

добился я о т ъ

«

до какой

новьстн

Тихона Сысоевнча :

онъ

самъ слышалъ ее сію минуту о т ъ лакея
Въ красной ливре®, и ее, неостылую еще
на язык® очевидца върнаго, передалъ мн®,
а я поочереди

передаю с е ,

вамъ, читатели !

какъ

могу,

Ахъ, еслибъ вы знали какъ хороша
была Клавдія Склонская даже въ гпо время, когда она, бывало, разсердншея , иоложпмъ, х о т ь на горничную свою Ашоіпу
за неумънье
банта

приколоть

ей

ленточнаго

къ поясу, или ввить

въ волосы

цветочную гирлянду изъ искусгпвенныхъ
левкоевъ—а какъ шли они къ ея блѣднорозовому лицу; к с т а т и пришлось уввдомипіь васъ, да дѣло не объ томъ: я хочу
только сказать вамъ, ч т о Клавдія была
очень мила во всякомъ капризв своемъ ;
верхняя губка ея отдувалась гпакъ мило;
правда, глазки теряли нъжную томность
свою и сачь любезный ея ne наше.гь бы
тогда въ ыихъ неба своего, но вврно съ
неііасытимымъ удовольсшвіемъ готовь бы
онъ быль впиться губами своими въ ея
отдувшуюся

губку

и выцъловать

эти

гнъвные глазки. По къ чести души Клавдіи можно прибавить, чпю всякій сердечный пароксизмъ ея продолжался не долго:

по личику ся прокатывалось

ненастное

облако штуіпно, кометно — и умершій
блеске и у.іыбчнвосшь глазе опять njxiлснялись и показывали игру звезде своихь, и горничная, обиженная разумеется
но оплеухой , но какнме нибудь легкимъ
брашіымъ

словомъ , которое

также не

иепрілтпо выпорхало изе у с т е ея, получала удовлетворено

свое

ne

по.іуизно-

шенномъ платье , не пелеринке и тому
подобных!, вещахе, за коіпорыя многіе заплатили бы дороже по претензіямъ
дсчиыхъ

требований

свопхъ.

сер-

Впрочемь

еще нужно сделать дополненіо ке спіро<т>е сей: люди (я разумею здесь мужчннъ),
завоеванные красотою Клавдіи,
быть

согласились бы принять

можете
огне нее

въ задатокъ супружескнхе нежностей и
ѵдаре пяти маленькнхъ пальчпкове, которые т а к ъ щекотливо выпечатали бы
Форму свою на щеке возлюбленнаго, какъ

пушистая лапка киски, разумеется безе
выпуска шиповл» евоихъ.
Я полагаю,

ч т о всякій жениха» не

берете въ число придаиаго за невестой
евоей больших.» ногтей, а к т о не обдумавши

обе этомъ предмете

на произвола» случая,

пускается

того предостере-

гаю; Одішъ серьёзный медике, онъ же и
хирурге и глубок»,
иомъ лице,
меня,

ФІІЗІОЛОГЪ

се важною

все ве од-

миною уверялъ

ч т о у женщина» ногти расшутл»

гораздо скорее, чемъ у белки и чемъ борода у мужчины ;

к с т а т и заметил ь я,

ч т о его борода была не обрита , а она»
уверяла» ,

ч т о она изцарапапа будто бы

о т ъ тупой

бритвы.

После

узналъ

я,

ч т о питомецъ Эскулапа была»

жената».

И так.» : Р.лавдія

довольно

вспыльчива ;

наша была

въ минуту

горячки

она готова была решиться
отвагу;

после

уже

душу ея

своей

на всякую
начинало

т е р з а т ь жало поздняго раскаяиія. Х о т я

и ие долго, къ счаспшо своему, случалось
ей быть причиною какихъ нибудь важных® уроиовъ въ благосостояніи
однако

ЖИЗНИ ,

разбитая чашка съ незабудками,

подаренная ей

но поел®, въ своем®

м®сга® скажу к®мъ, порванная струна на
арф®, выдранный уши мнмишкп, хохолокъ
любимой канарейки, брошенная

въ огонь

капвейная работа, разодранный узоръ, перепутанные

шелки — и проч. и проч.,

заставляли ее иногда долго кручинишься
о вспыльчивости характера своего. Тогда
она плакала піайкомъ,
I
упіѣшалась до случая.
Сборы
Однажды

па

но поел® опять

б а лъ.

поздно вечером®

сидѣла

Клавдія

въ уборной своей предъ туале-

том® ,

собираясь ъхагпь въ Благородное

Собраніе, H между т®мъ как® перукмахеръ
Мосьё ГІлезмръ совокупно съ горничной
Лиіотой истощали над® головой ел всь

туэлетныя

хитрости,

перелистывала

она машинально

к а к о й - т о Журнала, des

Dames, разрѣзываа листки его костяиымъ
ножнчкома. и по временамъ взглядывая на
отражеше

красоты

своей въ вт.рномъ

стекли. Преда, туалетомъ, рвзнымъ, раззолоченыма., горѣли двѣ восковыя свѣчи,
а около него раскиданы и разсгаановлены
были ва. порядки

Ii безпорядкѣ вса; ко-

сметическая принадлежности.
Видала ли вы уборную молодой знатII >й барышни и вмѣсшг. богатой непвсты?
Ч т о ' это за волшебный чертогъ : одно
у цТ. лив шее чудо, превращенное
ствителыюсть иза. Фатпазій

ва. дѣн-

ПІехераза-

ды ! Что за гардины , что за драпиръ !
Туда ссылаютъ дань свою и Розенішпраухъ
и Юнкера, и Бекерсъ и Буисъ и вся эта
иностранная секта Кузнецкаго моста, который

можно

назвать

отрывкомъ за-

твйливаго Парижскаго Палс-Ройяля, соперником!. Невскаго проспекта ! . .

Вг, уборной Клавдіи
кушетке раскиданы

на тонконогой

были чинно рядомъ

бальиыя платья для выбора ел; на овальных!, сталикахъ высились разной Формы
и величины

кордоны

и кордончики

со

всякими наколками и цветами ; изъ шпрокаго шкаФа , сшоявшаго недалеко о т ъ
псе., выдвинуть быль ішжній ящика, съ
башмаками какъ въ магазине
пестрелись разноцветные
ляры ,

отпечатки ;

и оттуда

ножные Ф у т -

я бы сказалъ

вамъ

нечто и о чу.ікахъ Клавдіи и объ узорахъ,
коймпвшихъ ихъ, но ведь вы не поверите
мне на слово: какъ могъ я зайти т а к ъ
далеко и выглядеть?
дамскія изъ мужчине ,
ровъ

Уборныя
кроме перукмахе-

х'олоднаго темперамента

и поло-

теров!,, никто не посещает!,; да, впнов а т ъ , еще трубочисты , какъ люди необходимые везде ; даже и мужья принимаются

тамъ

кажется

не приветнее

таможешіыхъ служителей , ocrçampimaio*

щихъ заграничный

экипаже.

И потому

ограничусь вышесказаннымъ.
Мосьё Плезиръ, не понимавшій всей
насладителыіости поста своего, преравнодушно поводилъ по голове К.іавдіп толстыми руками своими, намазанными благовоішымъ слоеме помады à la tubferose ,
какъ магнетизере; представьте: one шіделе ее
рядке

въ самомъ уіпоиченномъ безно-

H не изменилъ

ни одиой

черты

важнаго лица своего, какъ будто бы оно
было у него восковое, или белый ( ц в е т е
невипостп) полотняный Ф а р т у к е , надет ы й на нсмъ,
стреле

спасалъ сердце его orne

и сетей красоты неотразимой:

верно впнманіе его стремилось болѣе къ
бѣлой ассигнаціи, чемъ къ белой шейке
красавицы; припекалыіыя щипцы его были
жарче сердца: онъ даже не приметил ь на
ней и т о г о родимаго пятнышка, которое
было очень похоже на Фигуру маленькаго
паука. A Клавдія, погрузясь въ кресла, си-

д-г,ла т а к ъ свободпо въ пеглиж® своемъ:
легкій, полураскидиой шелковый капотецъ
т а к ъ вѣрно оптлпвалъ прелестиыя, округлыя, живописпыя, поэшическія Формы т ѣ ла ея; грудь, освобожденная ошъ всякаго
лшшіяго покрова, кромв воротника капот а , едва зацьнлениаго псрломутовою пуговкою, дышала такою полною пъгою !
Склонясь па одіінъ локотокъ, она отдавала голову

свою въ полную волю Пле-

зира ; ножки ея сливались т а к ъ дружно
между

с о б о ю . . . . . . можетъ

б ы т ь шо-

потъ какого шібудь милаго восиомннапія
лелъялъ ея мечтами ;
дверь

—

и вошла

вдругъ

скрипнула

тяжелою

походкою

мать ея.
Г-жа

Склонскал

была уже

совсѣмъ

одѣта: наряд® ея быль не изыскан®, но
щеголеват®

несообразно

пожилым®

лѣ-

ніамъ: »Клавділ« начала она: »еще т ы не
одъта ; карета уже давно подана. . ..«

—

Сей часе, маминька — отвечала

Клавдія.—Охъ, какъ вы несносны, монсье
Плезиръ — продолжала она, относясь къ
головному управителю своему — два часа
уже вы мучите меня наколками : ведь я
еду не подъ вѣиецъ !

—

»Венецъ па голове вашей, сударыня ;
посмотритесь въ зеркало, а погпъ ц другое?« отвечала» Плезиръ, устанавливая протипъ ея т у а л е т а другой туалета», чтобъ
она

могла

увпдашь

и сзади

накладиыя

венецъ вашего

искустпа ?

прелести свои.
—

Это

Fi donc! это вѣнпка.!—съ досадою вскрикнула Клавдія, взгляпѵва» мгновенно па наряде свой въ зеркало—помилуйте, ч т о
за ц в е т ы !

—

»Что за причуды , милая ?« . . важно
произнесла Г-жа Склонена я.
•—Да какъ же, маминька, Г-на» Плезиръ
наряднлъ меня въ какой-то

кипарисный

ввнокъ, какъ будто накаиунѣ ноступлсиіл моего въ гроба.; право э т о досадно.—
\

»Сударыня, разглядите хорошенько!«
началъ оправдываться Г-нъ Плезиръ: »видите ли: вопіъ э т о астра, здвсь слилась
лиліл съ нарцизомъ,

какъ бвлоснвжные

голубки носиками, а эгпо лнстнкн петронь
меня

послвдній вкусъ

«

— Э т о безвкусЫ—вскрикнула Клавдія
притопнувъ ножкой.—Удивляюсь, какъ вы
еще не прпмвта.ш

сюда цвлаго подсол-

нечника ! ІІу кщо носить

нынв

круп-

ные цввты? разив вы думали, ч т о я собираюсь въ маскерадъ,

ч т о хотвли на-

рядишь меня Ф.юрѳй или ходячимъ

гер-

баріемъ, ботаническимъ кабинегпомъ? Помилуйте ,

всвми этими цввгпами можно

бы накормить мою козочку: т у ш ь только недосшастъ салата'!

ч т о я за дере-

венская продавица цввшовъ къ Троицину
дню съ корзшюю на головв? Да съ эдакою

кокардою надобно е х а т ь выставя голову
изъ кареты, чтобъ не измять
»Трудно

се!...—

угодить пресыщенно

вку-

са . . .<( ворчадъ про себя Г-пъ П.іезнръ.
— Переряживайся, мой друге , какъ
хочешь, все равно

сказала Г-жа Склон-

ская: — никто не прнмѣтпгпъ
бале,

потому

ч т о мы верно

насъ на
пріедемъ

туда въ т о время , когда уже загасятъ
все свечи въ Собраніи ! —
Раздался звонъ колокольчика въ швейцарской :

Ашоша

была послана

узнать

к т о имеешъ нужду до хозяекъ дома. Обиженный Плезпръ стоялъ сложа руки въ
1

углу комнаты.

»До свиданія, monsieur !«

сказала Г-жа Склонская: »дочь моя хочепіъ
одеваться. «
—

Votre serviteur! — оіпвечалъ оиъ

разшаркиваясь и выходя изъ комнаты.
Вбежала Ашоша съ письмомъ въ рукахъ: оно было бсзъ подписи; она не зна-

.ia кому о т д а т ь его : мать и дочь об®
протянули к® нему руки, особливо когда
Ашота сказала: «отъ Ипполита Ѳедоровпча Лиізскагоі«
Па щекахя, Клавдіи пролился живой
румянец® при атом® магическом® имени:
она с® стыдлпвостію отступила назад®,
сердце

ея

сильно

ея проглядывала

билось;
письмо ,

когда магпь
она украдкою

бросала на нес уно.ішощіе., вопросительные взгляды.
Наконец®

Г - жа

Склоиская

начала:

»Милая !« произнесла она , обращаясь к®
дочери : »жених®

твой просит® у нас®

пзвішепія — он® не может® ,иын® провожать нас® въ Собрапіе : какое-то пеитятное изввстіе остановило его ; завтра
он® хотьл® извиниться лично и . ..« Лице Клавдіи подернулось печллыо.
•— Для чего же, maman, безпоконгпь
его? для чего ему т е р я т ь с я въ нзвинсніяхъ?

э т о уже очень обыкновенно: какая нибудь
холостая попойка! —
»Ты обижаешь его, Clauclie!« прервала ее мать : >шс сама ли т ы клалась за
него , что сердце
ответно

его признательно

и

къ твоей склонности, а пове•

деніе. . •
.<
—

Чтожъ ,

маменька , мы поедемъ

одпѣ! — отвечала Кландія — а т о пожалуй

мы даднмъ

пишу гордости Г-на

Ливскаго : оиъ подумаешь,

что мы ез-

димъ въ Собраніе только для пего 1 —
»Какъ хочешь, друге мой, но я всетаки обращаюсь къ прежнему предмету
разговора : женпхъ швой не богатъ , не
знатепъ, не чииовенъ: я долго не соглашалась на его нредложеніе ошноснгпсльііо руки твоей ; но т ы сама выстрадала, выплакала мое согласіе

«

Клавдія молчала закусивъ губку свою:
приметно было,, что сильная досада двигала ел душою.

—

Ч т о ж ь , пойдсмъ надевать со.іо-

пы ! — сказала Г-жа Склонская.
«Я пойду въ монастырь!« твердо произнесла

Клавдія ;

но две

слезы,

какъ

граднны , блеснули въ глазахъ ея и разсыпалпсь жемчужными брызгами на жемчужной груди.
»Такъ т ы не едешь на балъ?« спросила сс Г-жа Склонская : »я велю откладывать лошадей. . . . «
—Мне не правится ни одно п л а т ь е —
отвечала Клапдія,— ч т о э т о они растян у т ы , какъ саваны на диване! —
»Давнча они нравились вамъ, сударыня !« осмелилась
горничная Анюта
»особливо

сделать свое замечаніе
съ коварною улыбкой:

розовое съ блондами

вы

говорили, ч т о оно т а к ъ и д е т е вамъ къ
лицу

«
— Вгляиись въ душу свою, Клавдія, я

советую т е б е спроситься разеудка: э т о
обшій опекуне
ЧАСТЬ

IL

браке дело великое! —
2

пажиьшъ голосом!, произнесла Г-жа Склонскал, и вышла нзъ комнаты.
Клапділ сшвырлула съ себя головное
украшеше , сдернула колъцы съ руки

—

и- они, бедные, покатились иодъ комодъ;
молча начала она ходить по комнат].
и вдругъ

остановилась

—

прсдъ Анютой,

робко прижавшейся у с т е н ы .

»Лшота!«

произнесла

голосоме :

она шрагпчеекпмъ

»что т ы думаспіь объ Лішоишіе ?«
.— Онъ, сударыня, шакъ хорошо одевается всегда! —лукаво отвечала горничная.
»Что мне до его нарядов!., мне кажется

онъ

не имеешь

доброй души !«

возразила Клавдія.
1— Ахъ, ч т о вы, сударыня! -— воскликнула Анюта — Графиня Лелева, которая недавно появилась въ Москве, говорить, ч т о онъ такой угодливый ! . , .
»Какъ ! . . . э т а вдова-кокепіка, непременная т е н ь ловкихъ кавалеровъ,

пар-

кетная пробка? . .,« язвительно нронзне-

ела Іѵлавділ: »теперь не удивляюсь чѣмъ
оаъ заияшъ нынешпій вечеръ; uo почему
піы э т о знаешь ?«
Ашогпа молчала.
»Послушай, возьми золото, пусть я
прокляну тебя, но скажи мне всю правду !« начала умолять

Клавдія горничную

свою.
Съ стыдливыми

ужимками

отвечала заикаясь: —

Анюта

Сударыня, я долж-

на б ы т ь вамъ верна . . . . я давно искала
случая . . . мне сказывалъ одииъ

ГраФи-

нцнъ 0ФФ*щіашпъ , ч т о Ипполитъ Ѳедоровичь часто провожаете Госпожу его въ
Петровскій парке ! . . .
»Довольно . . . на, т е б е — поди вонъ!«
сказала Клавдія, суиувъ Ашоте въ руку
какую-то монету; и когда она съ явною
радостно приметила впечатлВніе, сделанное ею на сердце барышни своей, т о насмешливо улыбнувшись

дейспівйо словъ

своихъ, ч т о могъ бы также

приметить

посторонній зритель ихъ tète-à-lête, вышла, Клавдія, съ разгоревшимися щеками
опустилась

сценически

на днвапъ . . . и

черныя , мрачныя, гпрауриыя мечты завились въ ея воображенін, станицами хнщпыхъ птице налетая раздирать д е в с т венную душу, каьъ добычу. »Axe, Ипполите!« думала она: «въ т е б е привыкла вид е т ь я мужа твердого, съ душою созвучною моей !

т ы лн тоіпъ

могучій муже,

съ гордостію попимавшій

преимущество

свое лредъ бедпымъ нашимъ поломъ, іпотъ
ли, къ кому прильнуло сердце мое со всеми своими женскими слабостями? Завтра
я увижу т е б я , по какъ мне
его ? . . . . « Клавдія
туалете.

принять

придвинула къ

»Я сдвину

себе

в о т ъ т а к ъ броіш

свои« говорила она съ собою, смотрясь въ
зеркало : инешъ, лучше я приму презрительную шину, или; но до завптраго еще
долго !« Ыіа оттолкнула т у а л е т е свой ,
раскинулась

на диване еще свободнее и

з а д у м а л а с ь . . . . . мечіпа сменяла другую:
порой будто бы вдали, въ туманной перспектив®, улыбалась ей еще всегда ласкательная надежда; она ощущала еще въ
души своей дѣтскін ленетъ ея . . . . св®чи и агор® л и въ уборной, поспьшный маятник® часов® ея бился т а к ъ однообразно, как® сердце, он® чирликалъ как® кузнечик® . . . . она заснула.

Наступающая

ссора.

Я не был® исповѣдникомъ снов® молодых® барышень; но болтливая горничная Клавдіи тайком® разсказывала , ч т о
грезы ся должно быть были тяжки, потому что подушки ея на постель были
разметаны, одьяло полувисьло и какія-що
восклицашя пронзали тишину ночи. Когда
она вошла к® ней, т щ е т н о

дожидаясь

зову колокольчика , Клардія лежала скрестив® руки на груди и смотря въ пол-

глаза на серьёзную «ыізіопомно портрета
покойнаго

отца

своего ,

бывшаго

иро-

т и в ъ нее на с т е н е ; но можно было удариться оба» заклэдъ, ч т о она думала не
объ иемъ. Канарейка ея давно уже встрепенулась, прочистила носикъ и весело запорхала по предѣламъ ограниченной кварт и р ы своей, разливаясь громкими, закатными трелями.

Клавдтя не слыхала ее :

она прислушивалась шайнаго голоса сердца своего и томилась въ дремотной иегѣ.
»Сударыня , уже 11 й част.!« сказала
Аіпоіпа войдя

въ спалыно барышня сво-

ей : »вы изволили почивать какъ будто
вчера были па балу, а
Насмешливое напоминовеніе объ угпраченномъ бале, по милости пли по немилости Ипполита ,

оскорбило Клавдію;

однако она скрыла досаду свою. »Ужь мне
надоели эти балы, и скучныя веселья !«
отвечала она: »лучшій праздникт, въ жизни человеческой

—

минутное

спокон-

cm ni е, эіпогпъ быстрый , проходящій задаток®

блаженства

ожидающей

нас®

жизни
— А развя вы о чем® иибудь безпокоптесь, сударыня?—как® будто ненарочно спросила ее Ашота : —

ужь ваша ли

жизнь не нолиа утьх® и забавь! — продолжала она — наряды всё піакіе зашьйные, пошѣхц ежедиевныя, богатство непрожнвное, круг® кавалеров®

молодых®,

росписныхъ, как® бы назвапіь их® по ващему-шо, а по нашему: угары, милые посшрвлы , так® их® много вьется около
вас®, сударыня: всь епВшатъ они , как®
сумасшедщіе, угодить вам®, особливо
Г-н®
H

З.НІІНКИН®.

со двора

Бош® мы, т а к ъ не смвй

ВЫДІШІ

пхн поздно ;

без® спроса

и іірнд-

а сами господа , так® ночь

наряжают® днем®, в® яркіе о п т
право т а к ъ , сударыня, не знаю чего еще
не

достает®

спокойетвію ?

к® совершенному
—

вашему

»Совершенно бываютъ покойны только покойники!« смятенно отвечала Клавдія. »Подавай одеваться!« прибавила она.
Анюта метнулась къ шкафу ; Клавдия начала привставать съ постели.
Теперь

выйдемъ

изъ ел комнаты :

вопервыхъ, неприлично быгпь свидетелями намъ мужчинам!» (верно между моими читателями

найдутся

они)

встаю-

щей съ постели молодой барышни, ч у т ь
чуть

не въ костюме

прародительницы

людей до грехопадешя ;
окнамъ
волны

спальни ся
свои :

глядеть

вовшорыхъ, по

прокатили

Ничего нельзя

сквозь нихь.

гардины

было

раз-

Она начала

оде-

ваться въ пріятпомъ полумраке.
Перейдем.» въ гостиную ,
но последнему

вкусу

19 века : въ ней

давно уже расхаживалъ
шагомъ взадъ
веке

и впередъ

въ скромпомъ

т о подходя

убранную

петерпѣливымъ.
молодой чело-

муидпрномъ фраке ,

къ каминному экрану : раз-

смотреть па пемъ Китапскіе узоры, живо обсыпанные бнсеромъ, т о бегло взглядывая

на мозаическую

рамку его ,

то

обводя взорами гопіпческія

ширмочки на

окнахъ.

быль средня-

Молодой человеке

го роста , но стаіпепъ и во всехъ двимссліяхъ

свопхь

выказывалъ

скромную ,

не удалую ловкость и н а т с р т о с т ь паркстнаго
вится

больщаго с в е т а ,
только

которая пра-

мВлочнымъ ,

прихотли-

вьшъ душамъ. Лице его было правильно,
черты пріяшны, резки, впечатлительны
въ памяти , особливо въ женской. Глаза
умны, вдохновенны, хотя не зажигательны H не поразительны

блестящею чер-

нотою полнрованнагр агата, какъ у брю1
иешовъ - победителей. Не удивляйтесь ,
что молодой человеке т а к ъ рано сделался визнтеромъ Г-д ь Склонекпхъ: онъ пріехалъ извиниться
Да,

вы угадали , э т о былъ Иппо-

лцтъ; нознакомшееь съ шшъ поближе.

Иплолнгпъ Ливскій бы.IT, очень не заметешь па выставке людей du bon ton:
ОІІЪ

ездилъ па гулянье ne въ карегпе, не

ua рысакахъ, не въ откидшшъ кабріолеше;
хотя одевался онъ чисто, опрятно и со
вкусомъ, но на плечахъ его не светился
золотой эпелетъ ;

дорожки

бульваровъ

по бороздились по его милости концемъ
гремучей сабли: не задѣвалъ онъ сю дамскихъ пожекъ н не выхватывалъ искръ
изъ камней мостовой ; на губахъ его не
вился легкій, кольчатый усъ ,

на кото-

ромъ бы дрожали блестки пунша н къ которому бы нрисшаналъ нрахъ ноге. Лпвскій не догопя.п, моды а не бега.гь о т ъ
нее :

онъ во вссмъ следовалъ впушетіію

скромной умеренности

п держался

не-

унгралштіета. Изъ волосъ своихъ не взвнвалъ онъ такого хохла, которымъ бы въ
отсушсіпзіп помела можно было с т и р а т ь
по степамъ паугшту ; одиако опт, во время выездовъ

А

свонхъ лелеяль

его х о т я

и скромно , но щегольни и красиво подвивал®

его

вмѣсійѣ

съ правой

буклей.

Он®

избрал® се б® для службы полуучеІ
ную часть, m. е. занимался дБлами, о т носящимися

к® части просвыцеиія. Н®-

кошорые начальники уважали его достоинства ;

только не могли простишь ему,

ч т о волосы

его

были еще не

съ про-

съдыо
Ливскій

равнодушно

жизнь-кокетку :

когда он®

смотрѣ.іъ на
был® несча-

стлив®, презирал® нападки судьбы, как®
несправедливые выговоры ; когда же счас т і е освещало дни его солнечным® проблеском® своим®, он® пел® его в® звучных® стихах® н въ сильных®, одушевленныхъ монологах® прозы — Ливскій был®
поэпп^. Человек®, о т { , "природы отмеченный печатью вдохйовепія изящества, о т мечается от® обыкновенных®

людей съ

претензіямн на все земные избытки. Он®
осторожен® въ своих® поступках®, и по-

тому-то люди ,

кошорыхъ бы въ Риме

назвали плебсйцами,

почитаюіпъ его чу-

дакомъ, даже соседомъ сумасшссгпвію. Оиъ
бываешь
часы ,

иногда беззаботно

веселъ

вь

которые катились бы по сердцу

другаго на тяжкомъ колесе пыпіки — и
наперсрывъ мрачеиъ ,
нисты

въ

какъ и все байро-

общемъ веселье.

Душа его

полна сильными, глубокими чувствами до
краевъ своихъ , но оиъ бываешь

часто

гордъ, смелъ, благородснъ до самоотверженія во многихъ случаяхъ.
Таковъ быль и Лнвскій. Много разъ
придиралась

къ нему судьба неласковая ;

оиъ смопірелъ ей прямо въ глаза и шерпепіемъ молчаливым!», но швердымъ, какъ
искусный Фехтовальщикъ отводилъ удары ся оіпъ сердца своего. Людей, съ пхъ
кичлнвостію,

съ ихь

лузыріюю

наду-

т о с т ь ю , онъ презпралъ , но не глубоко:
ему было скучно, лень сердиться на ннхъ.
Оиъ быле почти

совершенный сирота ;

старшая

сестра е г о ,

давно тайно вы-

шедшая замужъ къ огорченію родителей,
пропала

безъ в ѣ с т и .

Подарки природы,

привитые къ Ипполиту еще при рожденіи его, давали ему , право опереться на
нихъ.

Х о т я Ливскій и былъ не замеча-

емъ шькопюрьши ,

но за тЪ

въ

душе

своей онъ былъ сча'сгпливъ, какъ н миогіе

поэты - а р т и с т ы .

Пропикнувъ

въ

самого себя , въ лоно природы могучей ,
посредсгпвомъ

телескопа

умозрительно-

с т и , онъ утешался. Душа его была чис т а , какъ голубь. ІІаслажденіе безмолвное,
искрящееся только въ глазахъ человека,
постнгающагр ц-вль жизни своей —

на-

сладительнее всехъ прочихъ, мелочныхъ,
восклицателыіыхъ , свойственных!, даже
и скотамъ.
Ливскій ne стремительно, по осторожно
ЖИЗНИ

шедши

по переменчивому

своей, встретился

пути

съ Клавдіей.

После обмена, поимки взглядовъ они вы-

знали друг®
другу

друга

безусловно.

мечшагпельпыя

и предались друг®

В® об® эшв

головы

вдохнуты

горлчія
были

одни понятія, но каждая из® них® имела
и свои слабыя стороны.
женная , как®

Клавдія , изне-

пуховинка

пташки под®

крылом® матери, избалованная всеми угодлпвосіплмн разнообразнаго св®та, но прекрасная соперница

по чувствам®

Иппо-

литу, была вспыльчива и своенравна, как®
все почти женщины: она любила его сильно, пламенно и —

нечего греха таишь ,

иногда ревниво : душа ея имела на него
все прстензіи свои.

Она не хотела де-

лить никакого его двнжспія ни съ одной
женщиной; часто сходились любовники во
вкусах® своих®, но Ипполит® был® горд®;
часто они

и разходилнсь,

но все-таки

понимали, что они необходимы друг® для
друга; каждый из® них® думал® перевос п и т а т ь друг® друга кон въ каких® наклонностях®. Клавдія выплакала согласіе

матери на брат, свой съ Ипполшномъ ;
за т о

оиъ иажилъ

себе

многихъ вра-

гов ь - совмесшниковъ , но ье хотелъ замечать

этого :

онъ самъ ценнлъ

себя

вполне.
Лпвскій прпготовил ь въ воображепіи
свосмъ

ne пышный монологъ нзвішоиія ,

по сердечный, откровенный; онъ, ожидая
Клавдін,

ходч.гь

по

гостиной

мечтая

о ней, о блаженстве, ожпдающеме его въ
будущности; взоры его не сверкали отражсніями любви ,

по яснели всею крото-

с т і ю ся, горели всеми длительными, несгараемымн огнями благороднейшей страсти. Терпепіс его утомилось уже: более
получаса прошло съ т е х ъ порт., какъ опъ
пріехалъ

и велелъ

бывало не пройдете

доложишь

о себе ;

и минуты нолвле-

піл его въ доме Склоискнхъ —

Клавдія

впорхнешь къ нему какъ ласточка, предвестница весны, и онъ обовьстъ гибкій
с т а н ь ся

жадною рукою со всеми нра-

вами .жениха, и уеша его запечатлеют!»
страстную

печать поцелуя на ея улы-

бающихся усгпахъ. One не зпалъ, что подумать о причине медленности ея; вдругъ
дверь
одетая

отворилась —
не

и вошла

попрежнему

въ

Клавдія,

скромный,

коленкоровый капотецъ свой, но изысканно, по последней картинке журнала clés
dames.

Она вошла сценическим!»- шагомъ,

со всемъ достоинством!» трагической героини ; Ипполитъ бросился къ ней — и
обомлела». Выразительно

взглянули они

другъ на друга.
»Клавдія

сударыня

изви-

ните , я потрсвожнлъ васъ раннимъ впзшпомъ !« произнес!» наконецъ Ипполптъ,
первый прервавъ молчаніе и учтиво по»
клонясь ей.
— Я думаю, сударь, вы более виноваты

предъ

собою —

отвечала

ему

Клавдія—вы потревожились после прілтнаго вечера, и для чего жь ? —

»И вы еще спрашиваете?« возразить
Ипполшпъ: »разве я ие признаю себя впо.іие виновашьшъ

за вчерашній

неумыш-

ленный обманъ мой, кошорымъ бышь можешь я огорчилъ васъ глубоко
—»Къ чему такой эгоизмъ?—съ надмвнмосшію прервала его Клавдія — неужели вы т а к ъ самоуверены въ своемъ чуде- г
сномъ , магическомъ действіи

на всехъ ,

ч т о въ ваше отсутствие умираютъ уже
все• удовольствія? О, если т а к ъ , т о вы
х о т и т е быть самымъ жестокимъ и вмес т е премилымъ мучитслемъ!

—

Но лицу Ииполшпа быстро пробежала
т е н ь оскорбления ;

но вскоре

взоръ ег о

опять разсвѣпшлся. »Клавдія!« воскликнулъ
Инполптъ голосомъ воскреснувшей радости: »чѣмъ более вы принимаете на себя
этоіпъ

обиженный шонъ,

т е м ъ менее

м с т и т е мне — я прочелъ вант чувства
на траурной

ФИЗІОНОМІИ

— и восхищаюсь

ими : они для меня вызваны нзъ вашей
ЧАСТЬ

II.

3

души,

глубоко проникнутой вчерашнею

скукой. —

Ангелъ , Клавдія ,

довольно !

Еслибь вы не любили меня , равнодушно
перенесли бы мою невинную измену ; перемкните же э т о т ® видъ опять на улыбчивосіпь глаз®, он® не пристал® к® вам®,
божусь не пристал® ! . . . « и восхищенный
молодой че.іовЪкь бросился поймать руку
прекрасной, чтоб® изцѣловапіь ее.
Клавдія не только

твердо

выдер-

жала эгпо нападете, но еще искусно о т разила его :

она отступала

и оградив®

себя руками, как® щпгпомъ, отвечала не
переменяя голоса: — Остановитесь, Ипнолнш® Ѳсдоровичь, ві.і зашли уже слишком® далеко,

вы усшанешс возвращаясь

назад®; впрочем® мне жалко вас® : я гот о в а принять на себя все убытка,
пряженные съ вашим® лѣченіемь.

со-

—

иКлавдія !и чувствительно произнес®
Ипполит® :
ешься

»видишь

Бог® : т ы раска-

въ обиде своей, нанесенной ми®

прямо въ сердце, это ужь слишком!» —
вмрочомъ

я прощаю шсбв , моя добрая г

но капризная Клавдія : т ы женщина; въ
теперешнем!» мароксизмі; я не въ силахъ
укорять т е б я ,

п я умею ппшагпь

лость , но не месть. Богъ съ тобой

жа—

я ни въ чемъ не впноватъ ! . . . . «
Глаза молодаго человека подернулись
облакомъ уньшія.

Клавдія тронулась, но

она устыдилась появления слезь свонхъ.
Ипполите

пожнралъ

глазами, т а к ъ она

се

сшрасгаиымн

была мила въ эше

минуты: со вкусомъ одетая, съ лицемъ
гпакъ натурально обвпшымъ розами огневой , жгучей ее любви, съ зарницами въ
голубыхъ глазахъ Г. . . О, какъ досадовали
Ипполнгпъ па всю природ,у
н у т ы за т о ,

что

въ э т е ми-

не могъ обнять ее

полными объяітлчн, привлечь и приковать
къ своему созвучіюму сердцу. Оиъ боялся
вторично покуситься на приступа. : амбнція его страдала еще.

»Миръ же, моя Клавдія!« воскликиулъ онъ.
—Войну объявилъ т ы совести своей,
ветреный Ипполигпъ!—возразила Клавдія : — за чемъ т ы

не сдсржалъ вчера

слова своего ? —
Ипполите молчалъ и улыбался: спокойный взоре

его обнаруживал?,

невин-

ность ; они были уже близки къ соверше иному примиренію.
—

Признайся же , т е б е было недо-

суге—продолжала Клавдія: — т ы повѣрялъ
итоге поклонниковъ ГрлФіши Лелевой.—
Ипполите любовался еще сю, ея милымъ капризомъ; но вдругъ взоре его осумрачился при напоминовенш имени ГраФшш.
Клавдія вспыхнула. »Что вы смотрит е на меня взоромъ василиска,

восклик-

нула она обиженно: смотрите какъ Фердинаидъ на свою Луизу ? Правда, здесь есть
коварещво и любовь, но

«

—Остановитесь, сударыня—прервалъ ,
ее Ипполите.—Я могъ бы однимъ словомъ

ne только ограничить ваши

несправед-

ливы,! подозрѣнія, но придавить ихъ въ
самом® зародыш® совершенно, еслибъ вы
спрашивали меня не таким® тоном®. Будьт е уверены, ч т о ГраФиия Лслева но Лад и
Милъфортъ , т а к ъ как® и вы не Луиза!—
»Извините, я не мужчина, чтоб® соперничать съ защитником® дам®!« язвительно прбизнесла Клавдія. »Жалѣю о несчастной , которой присуждено немилосердою судьбою

быть

вашею женою :

скоро рна овдовеет® , потому
пруг®

ея не будетъ

ков®

за дам® всяких®

стей.

избегать

ч т о супоедин-

карточных®

ма-

«

— Отражаюсь таким® же оружіемъ
сожаленія против® будущаго супруга вашего, Клавдія Сергеев на: ему должно будет® нести
наставника

на себе званіе

для избалованнаго

жеиы своей , которая
долговечна

паисіопнаго
ребснка-

по характеру не

»Лучше не жнгпь , чемъ проживать
честь свою. . . . « возразила Клапдія.
— Чеспіь? — произнес!,-было горячо
Ипполшпъ, но одумавшись оіпиечалъ спокойиымъ топомъ: — т а к ъ вы не х о т и т е ,
сударыня, дарить собою здъшшою жизнь?
по эпіоічу мы скоро простимся ! . . . .
»Сей часъ же !« произнесла

Клавдія

и отвернулась ошъ него.
Инполшпъ
и вышелъ.

легко

кшшулъ

Клавдід даже

посмотреть

головою

не обернулась

на него, въ какомъ располо-

жсііін духа вышелъ онъ, чтобъ увидать
сосіпояніе сердца его х о т я

по походке ;

впрочемъ еслибъ она и обернулась, Ипполшпъ не видзлъ бы т о г о , : онъ самъ не
оглянулся

ни разу,

спъшно

пробѣжалъ

переднія с ы т , вырва.іъ изъ рукъ швейцара гі.іащь своп, бросился въ сами — и
поскака.гь въ сильпомъ волнепш духа.
Клавдгя стояла у камина, разглядывая коивейный З'зоръ свой — и не видя

ничего: чувства сл были въ о т с у т с т в и и
Она слышала, какъ завизжали полозья саней удалявшагося Ипполита, и э т и звуки почудились ей адскою музыкой, хохотомъ демоновъ ; какое-то тяжкое предчувсгпвіе

сжало грудь ея

железною ла-

пою; ей думалось: они разсшалнсь надолго.

ІІо она была іпакъ оскорблена пред-

почшеніемъ ГраФшш . . . однако дала ли она
время оправдаться Ипполиту ?
Долго после
бежало

того время кралось и

на пеостаиовчивомъ колесе ево-

смъ, увлекая за собою часы, дни и минут ы , какъ грохотныя волны воды после
шпрокаго разлива своего, стремясь успокоишься въ рамахъ береговъ, берушъ въ
п.іенъ каменья и деревья и т а щ а т ъ ихъ
за

собой у какъ

на аркане. Любовники

продолжали не видаться. Клавдія не присылала по обыкновенно наведаться о его
здоровье : она почитала

себя

жестоко

оскорбленною; Инполншъ также — сколь-

-

ко разт. ни принимался оиъ за перо, чтобъ
написать къ ней несколько
оно выпадало

строке . . . .

пзъ руке его : онъ бьыъ

чуть не выгнанъ

изъ ея дома

поспеш-

ньщъ прощаньем ь. »Она пожалуй обовьете
на письмо мое шелке свой или буклю....«
думалъ оиъ: »или свернспіъ его ігь комокъ
и дасшъ

въ игрушку любимой собачен-

ке . . . .« Оігь сгпрадалъ — и молчале.
Мать

Клавдіи

была рада

несогла-

сно любовниковъ: она желала найти для
нее лучшую иартію, чемъ Ипцолишъ, т о
е с т ь кавалера

богаче и знатнее его. Она

старалась всячески разееявагпь тоску дочери своей — и возила ее на выставки
всехъ баловъ.
Ипполите зналъ объ этомъ; оиъ намеревался
въ

чужіе

взглянуть

выдтн

въ отставку и уехать

край ; по хотѣлъ

еще разе

на Клавдію, чіпобъ узнать ре-

шительно —• решеніе судьбы своей.

Бал
Князь

ъ.

Струнскій

былъ старинный

Московский хлебосол® ;

выписной повар®

его , Француз® , почитался дивом® : он®
из® ничего умел® делать все , и наоборот®, особливо въ настоящее время. Князь
предался

добродетели

потому чгпо имел®
невест®.

гостепріішства,

шестерню дочерей-

Придаток® их® состоял® из®

двух® тысячь душ® — в® закладе. Управитель

Княжескій , Англичанин® Корд®,

был® также геній своего дела: он® всегда

умел®

доставать

господину своему

денег® на бальпыя растраты, какими бы
т о ни было способами , х о т я бы выжимаиъемъ из® выжимок® доходных®. Толпа
молодых® людей статских® и военных®:
Рыбкины, Уткины, Хлыстиковы, Усиковы, Взоровы Дутиковы, Огурчиковы, Хохолковы, н тому подобная дробь прилежно
посещала
ЧАСТЬ

дом® Княжескій.
II.

Между ними
4

разумеется

отмбчивалнсь

и достойные

люди съ правомъ и патентомъ о т ъ природы

па вннманіе.

чрезъ

Склонскихъ

Ипполщпъ
былъ

также

введенъ

къ

Струйскимъ

и спустя несколько време-

ни получилъ

о т ъ нихъ приглашение на

soiree

de danses:

кахъ.

Онъ

тамъ

Клавдію

въ кадрилѣ

это было дело на Свят-

наверное

полагалъ

увидать

и примириться

съ нею

или въ котильоне,

въ ко-

торо.мъ бываетъ столько выгодныхъ случаевъ къ передаче ч у в с т в е ,
впечатлвпін

и

къ обмѣпу

прочаго.

Онъ поехалъ на балъ.
Прелестные

мотивы

Французскаго

кадрнля изъ оперы Цампа оглашали уже
бальную залу, когда
скій ; люстры

туда явился Лив-

и канделябры

разливали

пламень огня, соперничая съ блеснами солнца; визитеровъ было множество; танцовальныя пары толкались, двигались и ше-

велились за стенами зеваке ; жужжанье
и шарканье разносились повсюду,
»Поздравляю, и т ы здесь, на этомъ
петушішомъ

празднике ?« сказалъ к т о -

т о Ливскому, хватая его за руку.
Ипполите обернулся. — Эшимъ привешомъ имею право обменяться съ т о бою, Викешпій! — отвечала. оиъ ему.
Скажемъ мимоходомъ, ч т о Бикентій
былъ если не друге, т о лучшій пріятель
изъ коропікихъ зиакомыхъ Ливскаго: близнеце

его по чувствамъ ,

службе , роду

жизни, только не по характеру—Викентіп
по большей части былъ веселъ до завидливости, онъ былъ жрецомъ удовольствій;
Ипполите не часто предавался обольщение жизни.
»Хочешь ли т ы потолкаться здесь,
какъ озяблый на морозе, или в з я т ь приступомъ средину залы на каждомъ шагу
делая

всемъ

уступку ,

шагая попилиг-

римски и выдерживая битву съ милыми
4*

врагами?« шутливо спросилъ Викентій т о
варшца своего.
— Дай мне обглядеться сперва—отвечай!» Ипполмтъ—я попалъ сюда прямо
какъ въ пчелышкъ, выключая того, ч т о не
медовыя, а водогпочивыя Фразы сыплются
'въ нашъ

слухъ

изъ всВхъ

у с т ъ , и не

о т ь пчелъ, а огпъ модныхъ трутней. —
»Такт» кого же и оглядывать здесь? я
знаю наизусть всехъ рыцарей бала , начиная о т ъ двѣнадцати.іётняго Владиміра
Петровича до шсстндесяпшлепшяго Павлуши ,

какъ называет!» его Скоропоспѣ-

лова, нежная, но заштатная его супруга!«
сказалъ Внкентій, таща за руку Ипполшпа.
— Какъ, на ч т о глядеть здесь?—возразилъ Ипполишъ, останавливая его—представнмъ, ч т о э т о свадебный аукціонъ. —
»Въ самомъ деле!« со смѣхомъ о т в е чалъ

Викентій : »вотъ напрнмеръ

варе — невеста

въ

то-

буФъ - муслиновомъ

переплете ! чемъ можно обраковать ее ?

Прелестный овалъ лица блѣднаго, выкроепнаго по нынешнему вкусу

съ образчика

последней картинки модъ ; а восточные
черные глаза, a Греческій профиль?

по-

смотри же, посмотри, не т е л о , а воланъ,
пробка, духе, пуховинка . . . «
•—Да—примолвил® Ипполит®—судьба ее вот®

до сих® пор® п.- хлопнет®

молотком® въ торговом® услоДіи; видишь,
как® обхаживают® ее оценщики - женихи : у меня худ® карман®,

да крепок®

лоб®! как® будто выговаривает® один®.
Я пробью им® дверь
разгляди - ка ,

славы

на нем®

проба. А у меня

и счастія,

металлическая

сума , только

щенская ,

денежная.

ве моей,

как®

Правда,

на поле,

не ни-

на голо-

сжатом®

въ

осеииее время, не много осталось сѣнца,
за т о я в® добавок® Генерал®! т о р г у е т с я
другой. А я Князь — и х о т я без® золотых® лучей,

за т о со связкою ключей

к® каждому женскому сердцу. Я хорош®,

fr,
какъ Адонисъ, какъ Бельведерскій Апполонъ: мы не умремъ съ голоду и не ожнвсмъ съ супружескаго холода. — А я-то
на костылъ . . . у меня

отбита

нога . .

но тише едешь, дальше будешь—пусть
т ы резва, сударыня , а огпъ одной ноги
.моей не уйдешь !

— Видите ли: я

оФицеръ, воротникъ мой весь расшитый,
а карманъ распороный,
зыблется

на голове моей

саліпанъ — а въ голове — по-

темки — не разглядишь ; плеча кичатся
блескомъ эполегпъ, полюбуйтесь, какъ они
широки, по я не перенесу на ішхъ всехъ
прихотей вашнхъ; усы мои не короче іпвоихъ локонові., однако они исвозжн! и проч.—
»Довольно , довольно !« прервалъ его
Викентій: »торговый молоіпочикъ у женщины—сердце ея. Но врядъ ли состоится аукціонъ. Теперь не въ т о н е опросы
жениховъ H невестъ, однако другъ друга
не проведутъ.

Впрочемъ у всякаго свой

вкусъ, большею частію испорченный бо-

лезнеішою горечью пресыщенія. —

Пой-

дс.чъ дальше.«
Кой-какъ
толпу,
ли

протеснились

вошли

они сквозь

въ аванъ - залу, оправи-

покрой фраковъ ,

измятый

тесно-

тою, и повернули махішалыю въ другое
отделспіе комнате.
»Если хочешь отдаться въ мое путеводипісльство« сказалъ смеясь Викеніпій: »ню я т е б я сей часъ доставлю въ
дамскую уборную—шамъ-то мы наберемся
новостей для начинки журнала на целый
годе : въ

складкахъ

веера

и женскаго

платья т а я т с я піакія вещи,

которыхъ

недоставать т е б е и духе - служитель—
соглядатый.«
Кадриль только ч т о кончилась;
зале

выстроился

стульевъ,
место

для

то

нолукругомъ

очистилось

мазурки;

въ

«ьрунтъ

въ средине

дансёры

разбега-

лись хватая себе пары, какъ будто играя въ жмурки или катаясь по льду на

конькахъ. Шарканье н жужжанье сделались слышнее.
»Я хочу шанцоиать !« отвечалъ Ипполнгпъ на замечание Викентія, давно уже
хпщепто выглядывая

Клавдію въ ц в е т -

нике разряжениыхъ дамъ.
— Подъ чыо дудку ? — спросилъ его
Бикепшій.
»Приличія!« сказалъ Ипполите, и бросился отыскивать Клавдію.
— Я съ тобой секундантомъ, у с т а нешь — помогу, только какъ-то мы переплывемъ чрезъ эіпе волны народа — продолжала. Викентій — видишь ли, въ нихъ
легко , какъ розовый листика. , носится
какая-то дама : какъ она запуталась т у т а ,
одна , быось оба. закладъ — она отыскив а е т е приключений !
ИІІПОЛШПЪ

—

собралъ все свое внима-

ние на указанный предмете — и узпалъ
Клавдію: т е с н о т а разрознила

ее съ- ма-

шерыо ; около нее вились уже кавалеры,
как® шмели.
Лнвскій

догнал® ее

въ піо время ,

когда она уже брала за руку мать свою.
»У нас® одне мысли!« сказал® Викент і п : »еслибъ не т ы , я бы атаковал® приветом® э т у интересную героиню!« но заметив® смятеніе

Ипполита ,

Викентій

узнал® знакомую незнакомку , о которой
он®

ему

часто

натверживалъ,

и за-

кусил® губы.
Клавдію вдруг® окружили: около нее
блистали звезды,
был®

около нее

трепет® золотых®

заметен®

снопов® эпо-

лет®, Генсральскія руки принесли стул®
Для ея оіпдохновеиія. Она села.

Въ э т у

минуту Ипполніпъ съ Викснпіісмъ подошли к® ней. Раздалась музыка. Ипполит®
адресовался к® Клавдіи молча, только выразительным®

взором®

H наклопеиіемъ

головы приглашал® он® ее па мазурку.

»Благодарю васъ!« сухо и равнодушно отвечала Клавдія ;

лице ея не изоб-

личило ее ни въ одиомъ чувстве пріяхппаго внечаіпленіл при виде любішаго предмета.
Викентій взялся защитить его. »Извините, сударыня,« сказалъ онъ ей: »Лішскій не васъ хоіпе.іъ
Ипполитъ былъ еще пораженъ, Клавдія также смешалась выходкой Впкенгпія;
кавалеры, окружавшіе ее, устремили хіа
друзей грозное внпманіе: Внкентій прямо
смотрѣлъ пят, въ глаза. Ипполигпъ очнулся и бросилъ на ближайшаго къ Клаидіи
кавалера вызывной взоръ.
— Почему же піы, мой другъ, не пошла съ пимъ піаіщовать ? это бы еще
ни къ чему не вело ! — сказала Госножа
Склонская, подошедъ къ дочери своей.
»Что это, maman? — пойду я шанцовагаь со вслкимъі . . . .« Клавдія, проникнутая досадой за нанесенную ей обиду Bu-

кеншіемъ, сделала значительное удареніе
па последнем® слове.
Ипполит® обомлел®.
»Пойдемі., несчастный! стыдно сердиться

иа дитю и па женщину !« ска-

зал® Викентій увлекая его
—

. . . .

Сердиться! — воскликнул® пре-

зрительно

Ипполит®

—

мне

жаль этого ребенка : любовь

только

была для

пего самая хрупкая игрушка. —
»Впрочем®

твоя любовь была самая

классическая, а за азбуку наказывают® и
детей !« сказал® Викснтій.

»Чщожь піы

намерен® теперь делать?« продолжал® Впкеніпіп.
—

И т ы еще спрашиваешь! —

от-

вечал® Ипполит®.
Они стали

за колонну

будто

для

совещаніл — и долго молчали, собираясь
с® собою ;

наконец® Внкеишій

восклик-

нул®: »кажется я понимаю тебя !«

Ипполшпъ молча , но крепко сжалъ
его руку. »Послушай,« продолжала» Впкентій; »чтобъ к т о нибудь не проннкъ нашего

заговора«

и опъ начале что - т о

нашептывать ему на ухо.
— Э т о ужь кажется жестоко ! — воскликнулъ Ипполите, выслушавъ мненіе
своего друга.
»A она разве пощадила тебя ?« возразнлъ Бикентій: »сколько было свидетелей позора твоего! Теперь к т о дитя?.,
она или т ы 1«
—

Б ы т ь такъ! — произнесъ Иппо-

л и т е , H они уехали съ бала.
Повыл дгьйспгвующіл

лица.

Полковнике

Змейкинъ ,

пріехавшій

изъ Петербурга

повидаться

съ коллек-

ціею т е т у ш е к ъ

своихъ , чтобъ понаве-

даться, не имеете ли которая изъ пихъ
желанія сделать его наследникомъ и сосват а т ь между прочимъ ему богатую нсве-

сгпу, увидалъ Клавдію въ Собраніи. Она
понравилась

едіу;

узпаиъ же объ ея не-

смыпномъ приданомъ ,

онъ влюбился въ

нее до безумія. Московскія сплетни дали
ему знать ,

ч т о она уже

сделала своп

выборъ, по онъ не отчалвался : онъ хотелъ

сделаться

мнлымъ

насильно,

и

въ следствіе того началъ угождать псячсскн матушке ея; старушки самолюбивы : Г-жа Склонская
ника более ,

полюбила

Полков-

чемъ дочь ся , п мыс.іеішо

стремилась выдать другъ за друга именія жениха съ невестой , а сампхъ ихъ
назначая

въ приданое

взаимному прида-

ному. По этому неудивительно, ч т о Г-жа
Склонская рада была о т в е с т и дочь свою
о т ъ Ипполита, чшобъ передать ее Змейкину.

Между

темъ

онъ принялъ

свон

меры : чрезъ ловкаго камердинера своего
отыскалъ онъ доступъ къ горничной Анюте и

чрезъ

нее-то

успелъ поссорить

любовниковъ, выбравъ предлогомъ къгпо-

ічу тайные выезды Ипполита къ Графине Лелевой, Но действительно ли сердце
Ипполита было

в® разделе,

окажется

въ своем® месте.
Горничиыя, прнблнжснныя къ барышням® своим® ,
происки свои

особы случайныя :

чрез®

оне могут® распутать

и

опять з а п у т а т ь клубок® дела, какъ хот я т ® . Горничная при барышне вес равно, ч т о Секретарь при вельможе. Змейкинъ имел® для Ашоты всегда настежъ
отворенный кошелек®; он® пріучялъ т у ч ное т е л о

свое

подпрыгивать

данс® желаній Клавдіи ,
для

нее сделаться —

поде ка-

и г о т о в ь был®
и геніем®
и

и ар-

лекиномъ,

и Сенекой

полишинелем®.

Кажется ,

уже из® этой обрисовки ха-

рактера его видно, какую степень занимал®

Змей кии® въ

гостях®

у

жизни.

Амур® « Бахус® часто бывали соперниками за обладаніе им® . . . И его любили,
принимали везде съ честію ?. . спросите

в ы . . . . птаковъ с в е т ъ :

Фортуна — ба-

рыня мудреная !
После ссоры любовнпковъ, Ипполита
никто

не узнавала..

заметили

размолвку его

разгласили уже ,
ухабамъ

Пронырливые люди
съ Клавдіеп и

развозили ее по всемъ

Москвы :

один говорили ,

что,

Г-жа Склонская не хотела выплачивать
его долговъ , потому ч т о оиъ женится
не на ней, а на дочери ея; другіе толковали, чгпо Клавдія разсердилась на своего
жениха за т о ,

чгпо оиъ не выдержалъ

сгпрогаго экзамена, ааданнаго ему ею въ
предмете зашнуроваиія корсета ея, подвязывапія башмаковъ и ирочаго.

Ему же

ни до чего по было дела: оиъ казался беззаботно веселымъ, н потому его никто
не

узнавалъ ;

никто

не проникслъ его

замысловъ, кроме Внкентія.
У Ипполита былъ крестнике—жокей
его Петруша, доставшійся ему о т ъ о т ца съ немногими людьми; по разрыве съ

Клавдіей

сватовства своего ,

опт. обра-

тила., казалось, на крестника своего всю
родительскую нежность :

вдругъ с т а л ь

онъ образовывать его, будто бы готовя въ
Академію чепчиковъ : Петруша въ одшгь
мѣсяцъ

оказалт. уже быстрые

успехи :

превосходно танцовалъ Французскую кадриль къ славе нарочно наняпіаго для него танцмейстера и къ удовольствие господпна его, который и самъ въ о т с у т сіпвіе

учителей

иоверялъ

его

знамія.

Ипполшпъ спвшплъ докончить скороспелое образованіе: онъ выучилъ его сверхъ
того са.мымъ необходимымъ въ обхожденін Фразамъ : Русскішъ п Французскимъ.
Иетруша былъ ловокъ, молодъ и хорошъ ;
борода его піолько-что начала покрываться
легкимъ, юнымъ пухомъ, щеки рделись румянцемъ невинности, свѣтлыс глаза только-что начали разгораться желаніями. Ипполитъ самъ съ восхищеніемъ смотрелъ на
питомца своего, съ гордостію думая: »это

ц в е т ъ , взрощенный и развитой мною въ
домашней моей оранжерее: онъ и плоде
припесетъ лш/ь!« Кажется, Ипполитъ былъ
по всемъ самодовольстве; но вглядясь въ
него,

можно было приметить

на лице

его следы жала змеи, тайно , беззвучно
глодавшей душу его.

Предъ масляшіцей

Князь Струйскій

давалъ маскерадъ съ радости: онъ помолвнлъ старшую

дочь свою

за какого-то

драгуна Зверова, коннаго по службе, пехотнаго по гостішымъ , егеря по части
попойки, т . е. въ кругу пуншсвыхъ друзей

ОІІЪ

всегда

езжалъ

въ экипаже за-

стрелыциковъ , ползкомъ.
время разбирать
Жениха :

Но

Струйскимъ

было ли
качества

пусть

онъ былъ весь промок-

« у т ъ ; да ведь

и жена такой т о в а р ъ ,

На который такса не установлена, следовательно онъ ее пропить не могъ; даме
ЧАСТЬ

И.

5

также въ банкометпои игрѣ не с т а в я т ®
па бубновых® и пиковых® дам®.
Чертоги Княжескіе издали еще светились огнями ; сказывают® даже , ч т о
какой-то аккуратный пристав® каланчи,
вглядясь на.это освещсніс, ударила, т р е вогу, воображая впдегпі. пожар®. Несколько
улиц®, окружающих® э т о т ® дом® запружено было каретами: граненые Фонари освещали ихъ зыбким® пламенем®, у подъезда распадались подножки каретныя; там®
бранились кучера, Форка.ш лошади н голосили

разубраиныя

дамы.

Жандарм® ,

как® Зевесъ мнганіемъ бровей, поправлял®
безиорядки указательным® перстом® своим®. Парадны я сени
ница также
шляп®

и мраморная л е с т -

кипели гостями.

красиво

зыбились

Салпіаны

между

стро-

усовымн перьями и маскераднымн кокошниками, а ленточныя кокарды чепчиков®
высоко возносили наколки свои. В® аванъзалЪ у зеркал® был® потоп® визитеров®;

зеркало—троиъ кокетства: кудри, букли,
хохлы и хохолки—оружія его. Перемѣсь
косішомовъ
тельна ,

маскерадиыхъ была

порази-

маски впечатлительны яркими

чертами своими.

Величавые

униженно преклонялись

чалмоносцы

предъ пуховыми

Тирольскими крестьянками, и легкими Казачками съ токами на головахъ. Донъ Кнш о т ы и Гуди брасы ходили манежною собачьею пляскою

па задкахъ предъ прин-

цессами своими. Пудрепыя головы Двора
Людовика XIV

съ откормленными

под-

бородками и пузами, будто неся конгпръбасы, переваливали въ госпншыя и залы:
одни танцовагпь, другіе бросать на ломберные столы карточки, какъ вызывныя
перчатки.
Маскенбалъ
помъ

блеске

а

кипелъ

уже

чопорномъ

въ

пол-

торжестве

своемъ.
Клавдія т а к ъ живописно, т а к ъ грациозно рисовалась въ тапцахъ ; она была
5"

одѣпта Аркадскою

пастушкою

въ бело-

атласномъ короткомъ платьице, окойменномъ незабудками; искуственыая, но всетаки скромная ФІалка, красовалась на груди ея, роскошно полуоткрытой, небрежно полузакинутой

Флеровымъ

ломъ; волосы ся свободно

покрыва-

ВИЛИСЬ

изъ-подъ

большнхъ полей соломенной шляпки н разсыпалнсь упрямой

волной

по округлен-

нымъ плечамъ; буфы рукавовъ ея воздымались какъ паруса ; концы лснгпъ пояса
полоскались

въ воздухе, извиваясь розо-

вымн змейками.
одеть

быль

/

Какъ будто по условію
подстать

ей

гпанцовав-

шій съ нею кавалере, гпакжс въ костюме счастливаго -обпшашеля Аркадіи; оіш,
казалось, оба блаженствовали, ушапвъ несколько
века.

крохъ

То былъ

времени

отъ

золоіпаго

стройный юноша,

пре-

красный собою, женообразный, съ голымъ
подбородкомъ съ свежимъ

румянцем!, на

щекахъ, съ блестящими черными глазами.

»Mais il est beau comme le jour!« восклицали дамы, завидевъ появлепіе его на
балъ, »Кто эіпо , вы не знаете, кузина?
какъ онъ похожъ на брагпа моего юнкера
Ѳедюшу. . . .« — Э т о должно б ы т ь молодой Князь Жоржъ , котораго ошсцъ недавно привезъ изъ Петербурга: о т . только

чгпо кончи.«,

курсъ

въ

Лицее?

—

»Что вы, помилуйте, Жоржа я знаю: т о т ъ
такой повеса ,

студешпъ , а э т о какой

нибудь провішціальный барашекъ, видите,
какъ оиъ

робокъ :

Клавдія

управляешь

имъ, какъ верховьшъ своимъ бегуномъ, а
онъ, бедияжка, боится догпроиушься

до

нее будто до эѳирпой ткани — узнай-ка
ее поближе, очарованье изчезнсгпъ ! . .«
Такъ

переговаривали

между

собою

дамы, взиравшія па гармоническую по костюмамъ пару, и не узиавъ кавалера КлавAin , определили называть его маскерадиой загадкой.

»Фи ! какой леденцовый красавчик® ,
всрбочнал вывеска

с® дутыми щеками ,

коидитерскін коиека. ,

пряничный окунь,

масляный ягненок® съ золотыми рожками!« восклицали модные кавалеры, лорнируя пастушков®.
Скромный юноша несмелым® шагом®
вошел® в® такое многолюдное собраніе ;
ого, как® новичка, застреляли любопытными, пристальными, испытующими, критическими, обмеривающими взорами; многія дамы мысленно репетировали движсиія своп, как® принять его предложеніе
на танцы ;

но оігь обошел®

их® осто-

рожно , как® подводные камни — и подошел® къ Клавдіи,

Самолюбіе женскаго

сердца щекотливо: она съ удовольствіем®
подала ему руку — и скользя небрежно
по паркету, понеслись они въ манежном®
галопе мазурки.
Ипполит®,

прислонясь

къ колонне

недвижно, как® гробовой призрак®, швы-

рялъ на іпанцуіощихъ бсзучасш.півыс взоры. Ликеппіій іпакъ насмешливо и вместе
угрюмо

сверкалъ глазами ,

ч т о Клавдія

боялась

встретишься

ними своими

съ

взорами.
Оба друга были
рокія

завернуты въ ши-

полы домино ;

вались

въ

маскахъ,

черныхъ

лица

нхъ

скры-

бархатиыхъ

полу-

но проницательность

женщи-

ны вероятно открыла нхъ. Змейкипъ съ
Кнлжиинымъ

жснпхомъ ,

съ

которымъ

о т . былъ созвучепъ желаійямн ,
тившись о т ъ
ему

—

букета

Клавдін,

къ полюсу

покосился

и глоталъ завидлпво

возврасво-

на гоношу

каждое слово лго-

бимаго предмета своего, съ пріятностыо
обращенное къ кавалеру ея :

она думала

утонченною любезностью своею продолж а т ь мсгппть Ипполиту ; но увидпмъ ,
к т о останется оіпмщеннымъ. Балъ гремелъ уже несколько часовъ; Клавдія т а к же давно уже танцевала: бледный щеки

ея разгорелись и прелестно пылали

на-

туралыіьшъ румянцемъ ; юноша предался
всему энпіузіазму

танцевъ ;

около нпхъ

свился большой кругъ зевакъ обоего пола.
»Пора!« шепнулъ Викенгаій Ипполиту.
Ипполита, оторвался

о т ъ колонны

и опять прислонился къ иен въ пзнеможеніи, сказавъ:—погоди, я еще не въ состояиіи этого выполнить. —»Трусь!« произнесъ Викентій улыбаясь: »іпебе еще жаль ее; такъ я выполню за тебя мш/зніе !<<
И съ словомъ этимъ оиъ бросился поспешно въ толпу,
ровъ,

окружавшую

дансе-

разсЪкъ волны е я , подошелъ

юноше

и сказалъ

къ

ему повелшпельнымъ

голоеомъ: »Петрушка! что т ы растанцовался , вели скорей подавать барину лошадей !«
Кавалере Клавдіи
нулъ

поспешно

у ней руки своп,

выдер-

опустилъ

ихъ

Форменно по швамъ, вытянулся раболепно, нотупилъ глаза п отвечалъ унижеппо: »сен часъ, сударь!« Ногаомъ обратился
къ Клавдін и сказалъ ей: »извините, сударыня , барину моему угодно е х а т ь . . . .
благодарю васъ за вшімаиіе, поверьте, я
умею

ценить

если угодно

его. . . въ будущін разъ ,
« и не договорит,,

бы-

стро нзчезъ онъ за господами своими, съ
которыми пріехалъ на балъ и копюрые
пушеводили его ко всему.
,

Клавдія, пораженная, пристыженная,

осталась

еще сшатуйно

въ рисовалыю-

іпаііцовальной позиціи своей, не докончивъ
іш Фигуры, ни па . . .

У

изумленного

.

Змейкииа

лись у с т а въ ползевка ;
гадавшись въ чемъ дело,

распахну-

после уже, дооиъ схватилъ

себя за голову и ч у т ь не съ визгомъ досады заскрежеталъ зубами.
По зале раздался шопотъ и шиканье.
ЧАСТЬ

II.

6

Один вскрикнули : »какой адскій заговор®!« другіс зааплодировали: — браво!
браво I . . .

.

Началось смятеніе и волненіс гостей.
Послтъд ствіл
IIa другой

бала.

день утром®

Ипполит®

большими шагами прохаживался

по ком-

н а т е своей, жадно глотая табачный дым®.
Викешпій был® уже у него: ou® сидел® за
ройялыо и весело напевал® песшо: живу
спокойно ,

сытно ,

только-что
дину своему ,

смѣло . . . . Пешруша ,

раскурившій трубку

госпо-

стоялъ у окна , мысленно

повторяя вчерашніе музыкальные мотивы танцев®: новое удовольствіе, доставленное

ему случаем®,

не остыло

еще

ни в® памяти, ни въ глазах® его.
Было молчаніе.
Наконец® Викентій перестал® играть,
и опрокинувшись на спинку кресел® своих®,
сказал® он®: »Ипполит®! иу что, надумал-

сл ли гпы о вчерашнемъ маневре нашей
хитрости ? «
— Я представляю, какъ теперь должна быть

она

измучена,

пристыжена ,

обезчещена! — отвечалъ Ипполитъ.
»Да верно т ы судишь по себе?« возразилъ Викештіій : » т ы помнишь, каково
было перенесть

обидное выраженіе

ся,

сказанное публично: таіщовать со вслкішъіа
Ипполитъ

молчалъ,

но взоры

его

блеснули.
»И гпы еще любишь ее ?« спросил и
Викеншіи,
—

Любовь, не основанная па уваже-

ніи, недолговечна! — отвечалъ Ипполитъ.
»Время лучшее лекарство!« сказалъВикентін. »Я знаю, т ы забудешь ее до перваго

пріема какого нибудь

житейскаго

удовольствія. «
Вдругъ

быстро

отворилась

дверь

комнаты ихъ: вошелъ Полковникъ Змейкинъ. На лице его натиснуша была дерG*

зосгпь, смешанная ce яростно. Сухо , но
учпншо

поклонился

one друзьямъ. Они

привстали съ мѣсшъ свонхъ. Полковшікъ
не зналъ съ чего начать разговоръ. Ипполшпъ предупреди.іъ его. »Я ожидалъ васъ,
Полковник!.!« сказалъ оиъ: »прошу садиться!«
— По этому вы знаете цель пріезда
моего? — гордо спросилъ Змейкпнъ.
»Угадываю !« отвечалъ Ипполите.
— Да! — грозно пронзпесъ Змейкпнъ —
какъ женихъ, маниФестпо публикованный
во всехъ гостнныхъ, какъ будущій муже
девицы Склонской ,

я требую

удовлет-

вореиія: мы должны драться ! —
»II, помилуйте!« вмешался между соперниками Внкешпіп: »вы, Г-пъ Полковнике,
не имеете жалости къ нашему petit enfant
Пегпрушѣ: где ему съ вами драться не за
женщину? онъ можете лишь драться за
конфетку съ ровестниками своими; но если
уже вамъ непременно угодно покулачиться съ кѣмъ ішбудь, чтобъ у т у ш и т ь до-

саду свою,

mo имею честь

рекомендо-

в а т ь моего кучера Захара: ужь какой онъ
собака на э т и дела! . . . . < (
— Позвольте, съ кемъ я имею честь
говорить?

— грубо

возразилъ

ІІолков-

шікъ: — чтобъ мне не ошибиться
»Покорнейшій слуга : Докторъ Медаципы и Хирургіи, Оптики,

Гидравлики,

Магіи, Хиромантіи и Гимнастики !« прервала. его Внкенгаій

самымъ серьёзнымъ

ГОЛОСОМЪ.

—Прибавьте еще: любезности и остроты не всегда удачной! — отвечалъ ПолКовникъ. — Л вижу, продолжалъ онъ, презрительно обводя глазами обоихъ друзей:—
что я попалъ сюда не въ свою сшихію! —
Смело

сверкнули

глаза

Ипполита:

"Полковника. !« гордо пропзнесъ онъ : »я
васъ понимаю, но вы еще не поняли меня : у меня е с т ь
карманпыхъ

пара

прекраеньйшихъ

пистолетовъ,

ччістопами. Х о т и т е ли

заряжениыхъ

принять

одинъ

конец® платка? за другой я буду держатьел — и начнем® дело. Готовы ли вы, или
намереваетесь

прежде

подарить

вдов-

ством® будущую супругу свою ? . . я вам®
позволяю и ото сделать.«
Змѣйкннъ

совсем®

другими глазами

взглянул® уже на Ипполита. —Ile так®
поспешно, государь мой! — отвечал® оиъ:—
мы будем® .драться по всем® правилам®
дуэли. ІІазначеиіе времени, часа и места
остается за мной : я обижен® ! —
Ипполит® молча кивнул® ему головою в® знак® согласія.
»Да попросите
готовишь корпіи!«

свою нсвесіпу

при-

опять вмешался Ви-

кснтій: »ведь женщины все сестры милосердія,

если пуля только оцарапаете вам®

плечо, девица Склонская вместо примочки прольет® на рапу слезу свою — и вы
здоровы. Поверьте моей опытности: женскія слезы содержат® въ себе такую же
едкості., как® и aqua calcis или salurnina.

Если же слепая пуля остановится въ вашемъ боку между первымъ и вторымъ ребромъ, т о не безпокойтесь, я выну ее зубочисткою: положитесь на мое искусство!«
Нельзя было пе улыбнуться на Доктора-самозванца: онъ пе изменялъ своего
сурьёзиаго тона и самоувершпслыіаго вида.
»Вы забавника,!« прнветсгпвовалъ его
Полковникъ , взоры котораго
»Позвольте

прояснели.

мнѣ познакомиться

съ вами

поближе.«
— О! я, какъ дух'!; - служитель, являюсь ко всемъ услугамъ. Гей, люди! вина, для перваго знакомства!— вскрикнулъ
Викенпіій.
Новые

знакомцы

ли одну бутылку,
Шонъ т р е т ь ю ;
ся,

залпомъ

осуши-

потомъ другую, поразговоръ

ихъ оживи-

взоры менялись милостивее —

протянули

уже

другъ

другу

руки

они
во

время сыплн взаимныхъ, удалыхь разсказовъ.

Ипполита,

также

не

отставалъ

о т ъ общей покойки. Змейкпнъ

забылся

н_ начале самоцвепщыми красками описыв а т ь будущее блаженство свое, светлое,
теплое безъ зноя, небо, которое найдешъ
онъ

въ объятіяхъ

Клавдіи. .

. вдругъ

Ипполпшъ выдериулъ у него руку свою,
вскочилъ со спіула

и значительно

про-

изнесъ: »вы, я думаю, государь мой, не заЬылн нашего условія, предшествовавшаго
знакомству ?«
Полковнике опомнился. — Да, о т в е чалъ онъ медленно приподнимаясь. . . . во
вторннкъ ,
лудни

въ двенадцать часовъ поповъ ТюФслсвой

привезу свои пистолеты.

роще... я

—

»A я свои!« сказалъ Ипполитъ: »мож е т е б ы т ь одннъ выстреле измените,
т а к ъ другой угодніпъ . . . .«
—А я захвачу бутылку вина и бисквишовъ!—примолвилъ Викентій,—натощакъ
драться не выгодно, да мы еще и проедемъ
«

такую даль . . . . а право, ТюФелева роща

славное место для кашювъ-самоубійцъ: недалеко о т т у д а сгаойгпъ живое кладбище въ
пруде бгьдиой Лизы.

Сколько воспомина-

ний!... а сколько эффекту? обагришь белый
спегъ алою кровыо — вошъ-начинка для
журнальной заметки въ статьях?. смгьси.—
Хмель разшатывал?. уже Полковника: уходя въ двери , крепко пожалъ онъ
руку Виксншііо.
»Ты все шалишь, Бикеншій !« угрюмо
сказалъ ему Ипнолшпъ, когда оиъ, выведя
Полковника

изъ комнаты чушь не подъ

руки, воротился пазадъ.
— А шы будто дело делаешь, играя
стеклянными

клавишами

рюмокъ,

воз-

разилъ ему Викеншій.
»Да,

теперь

я отъ

ду драться , такъ ,

безделья

бу-

для прспровождспія

времени!« съ насилыюю улыбкою говорилъ
Ипполигпъ.
— Смешны мне эти

соперники-пе-

т у х и — сказалъ Виксшпій,—съ алчностію

бросаются

па нож® и пулю за птичье

существо,

обернутое

въ

хорошенькій

жепскій лереплетецъ, и это у нихъ называется: исполнять долгъ чести; хороша

честь

остаться

ходить курсивно

навѣкн

калекою:

съ подстреленною но-

гою, или отвечать небесному и земному
правосудію. Неразборчивая пуля бездельника должна лишить свѣтъ прекрасной,
светлой, вдохновенной души! Herne, этому не бывать : т ы не будешь съ ним®
драться. —
Импо.штъ

выразительно взглянул®

на него.
—Да, повторяю т е б е —продолжал®
Викеигпій:—ты не будешь драться! т ы ,
не делай же гримас® невероятіа : поссоришься — и т о со мной! —
Р а з в я з к а .
Прекрасное зимнее Февральское утро
весело проглянуло съ безбрежной

высо-

т ы своей; лиловыя окрайшщы неба полупасмуриаго,

томно - го.іубаго ,

ярко о т -

ливали колоритъ свой о т ъ черной массы
ТіоФелевскихъ сосепъ. К у с т ы , завернувшись въ снеговой

саванъ , стояли какъ

могильные пустынные мавзолеи.

Ни од-

ной дорожки не змеилось по белой , пушистой

кружевной

костистые

скатерти ;

следы птицъ

только

выпечатыва-

лись кой-где на снѣжныхъ буграхъ.

Ве-

сна вздохнула уже, какъ после тяжкаго
усыпленія, на природу, и разнесся по ней
животворный
музыкой.

вздохе

ея гармоническою

Солнце проглянуло

улыбчивее

прежняго <— и разсмеялиеь окрестности
дремучаго сосноваго бора. Деревья стояли
еще въ леденцѣ мороза, но искры благотворного

светила

насыпали

уже

на

ппхъ милліоны алмазньГхъ блёстокъ. Молг
чаніе царствовало кругомъ : временемъ
только вздрагивали

леса огпъ встрепе-

пувшагося ветра, и шумное раскачиванье

вершин®

ихъ

проносилось

как® лёіпъ

email хищных® птпцъ , спугнутых® выстрелом® съ домовитых® гнезд® их®.
Ипполит®, завернувшись®® медвежью
шубу, ехал® къ роще по снегу целиком®.
Злая гпройка лошадей его упрямо, съ Форканьемъ

пробивала

сгаыниымъ

себе

местам®.

дорогу по пу-

Он® не дождался

Викешпія, обещавшагося б ы т ь его секундантом®, и поспешал®, чтоб® не истрат и т ь времени и не впасть в® безславіе.
Ипполит® задумался: умереть въ ц в е т е
л е т е , ве полиомъ развнве жизни и, может® б ы т ь , оставить по себе память,
заклейменную позоромъ неудачной любовной связи, или, ч т о еще хуже, б ы т ь убийцею чужой жизни, убійцею чести своей,
свободы , совести ! . . . . признайтесь
это

ужасно.

»Но ч т о

за жизнь

—
безе

жизни, без® любви?« думал® он®. Не ужели мог® он® спокойно смотреть на счас т і е соперников®, подглядывать ихъ нѣж-

ности ,

подслушивать

Онъ могъ бы у е х а т ь

ихъ поцѣлуи! . . .
изъ Москвы , изъ

Россін, насильно втолкнуться въ средошочіе всѣхъ удовольсшвій. — А не огпвязчивая

мечта

мннанш . . . .

а свнтокъ

а калейдоскопе

воспо-

вооораже-

нія, гаворчеекаго, самописпаго, въ которомъ бы отразились

ярко все картины

счастлпваго супружескаго б ы т а ,

кото-

рыхъ напрасно задергивала, онъ трауромъ
невішманія, и обе которыя т а к ъ чувствительно ,

такъ

больно

ушибалось

его

сердце ? . . .
»Herne, драться, убить и убиться!«
думалъ онъ. »Дома , па всякій случай, я
сделалъ распоряжеиія. . . . Прощай, коварная жизнь,

прощай , любовь только по

вмени — смерть

моя пристань — по-

шелъ, пошелъ ! . . «
— Воля ваша, барине, лошади не вынесутъ саней: глубокий снегъ, словно бездна, засасываете следы — лрпдегпся намъ

ворошиться пѣшкомъ домой! — говорилъ
кучеръ Ипполита, обращаясь къ нему.
»Я не ворочусь !« коротко отвечалъ
Ипполитъ.
— Да куда же мы едемъ, сударь? воиъ
Симоновская слобода — разве тамъ поискать
безлюдье

дороги.

Тамъ

все - таки-жь не

. . . .

»Игнатій !« прервал?, его Ипполитъ:
»ты

получилъ жалованье

свое впередъ ,

поезжай же куда хочешь , а я

Ип-

политъ выскочила, изъ саней, разсекъ постромку у пристяжной лошади, вскочилъ
па пес — и помчался.
»Да куда же вы, сударь?« крича лъ добрый кучеръ его : »возьмите х о т ь попра»вее, а тамъ сиегъ словно могила . . . .
—

Ее-гпо мне и надобно! — думалъ

про себя Ипполитъ, и продолжалъ мчаться впередъ, придерживаясь левой опушки леса.

Накоиеце лошадь его пала и оиъ съ
нею вместе.
увиделъ

Оглядевшись кругомъ, онъ

въ просеке

леса двухъ

мужи-

ков?., раскапывавших!, груды снега.

Ло-

паты ихъ звякали , какъ будто они выкапывали сопериикамъ могилы. Но Ипполитъ поиялъ

въ чемъ было дело : они

расчищали барьере . . . . онъ обрадовался,
чіпо не отыскивая попалъ прямо на мес т о поединка — я пріехалъ

т у д а пер-

вып. Скоро услышала, оиъ голоса приближавшихся къ нему людей и встрепенулся меспіііо : онъ угадалъ к т о
женъ б ы т ь

э т о дол-

. . . . .

»Воіпъ какъ исправень, ужь она. здесь,
выпьемъ же за его здоровье!« къ удивленно Итіолшпа вскрнчалъ вдругъ появившийся Викентій; за нимъ ехали: Полковнике

Змейкинъ

и секунданте

его дра-

гунскій Капитане Зверева., женихе Княжны Струйской. Все они ч у т ь держались

на лошадяхъ. Дружная попойка невольно
приклоняла ихъ къ земле.
»Ба ! Г-иъ Лпвскій, очень радъ, ч т о
васъ вижу , и чгпо буду иметь удовольстиіс подраться съ вами порядкомъ! ІІзвшшше,

ч т о опоздалъ : вашъ Докторе

внноватъ этому—онъ заманилъ мепя къ
-себе, и , какъ в и д и т е ,
красвъ

иалплъ мепя до

шампаискимъ зельемъ ;

по шѣмъ

лучше, опъ сделалъ мне самыя ясны я доказательства, ч т о если я упаду, іпо пуля пролетптъ мимо мепя.,

а когда она

пролетите, т о я останусь живъ и здоровъ, какъ H теперь имею счастіе быть;
впрочемъ для

познапія этого

не нужно ,

кажется иметь докторскихъ сведѣніп; а,
какъ вы думаете ?« говорнлъ

Змейкинъ

скатившись съ лошади, подходя къ Ипполиту и чертя по снегу извилины, какъ
волкъ подстреленными лапами своими.

— Викентііі, т ы изменник® Г — с ъ
досадою вскрикнул®

Ипполит®,

мрачно

взглянув® па своего друга.
»Km . . . о . . . из . . . м е . . . менникъ ?«
надувшись, как® индюк®, возразил® Змейкин®, приподнимая пистолет® свой.
— Иу, последнюю въ этой жизни чару, пей ужь пзъ одного кубка и горе и
сладость!-—сказал® Викентій, став® между соперниками

и выливая пзъ откупо-

ренной бутылки шампанское въ поднятое
Змейкішымь пистолетное дуло его.
»Викентій, гпы — подлец®!« грозно
вскрикнул® Ипполит®, перешагнув® чрез®
уиавшаго съ похмелья Капитана и отправляясь домой.
— ІІу вот®, не говорил® ли я т е б е ,
ч т о т ы не станешь нынче драться ,

а

только поссоришься — со мною?—вслед®
Ипполиту со смехом® произнес® Викешпій.
Змейкинъ остался съ распахнутым®
ртом®, ужь не известно для чего более:
ЧАСТЬ

II.

7

для лриняшія ли писгполстнаго дула вмес т о бокала, или для зевка, или просто
сшъ изумленія.
На другой день вечеромъ Ипполите
полумиль о т ъ иензвесгпнаго подателя следующую записку :
»Милостивый государь! Вменяя себе
въ долгъ оправдаться предъ вамп, я пишу это письмо: ваше знакомый Докторе
Магіи, Хиромаитіи и вслкаго чертовскаго навожденія , сыграл ь со мною злую
шутку : съ т е х ъ поре не нанду я его
нигде. Не обижаю васъ подозреніемъ, что
вы были съ нимъ въ заговоре . . . . и ожидаю повшорсиія нашего сходбища; впрочемъ ,

какъ виноватый

ляю вамъ уже полное право

предоставназначить

время, часъ и мгьспго.
»Ваше

покорнейший -— Полковнике

Змейкинъ.«
Прочитавъ это письмо ,

Ипполите

улыбнулся , —- предался обычной задум-

чивосіпи своей — и ндругъ глаза его разожглись какою - т о изступлеипою радостію: будто какая-то молніеносная мысль
зарѣяла въ его воображении — Да, я воспользуюсь эшимъ правомъ—сказалъ опъ,
подпявъ карточку,

которая выпала изъ

Полковникова письма,

на которой напи-

санъ былъ адресе его ; онъ припряталъ
ее въ надежное место, спешно набросилъ
на себя плащъ и выбежалъ со двора.

Однажды Викентій по праву короілкаго знакомства своего шслъ къ Ипполит у прямо въ его кабинете , по Петруша пе впустилъ его. »Позвольте-съ, барине почиваете еще,а сказалъ онъ.
— Да разве онъ сурокъ? — возразилъ
Викеитій — спать до лоловины дня!—впрочемъ нужды нешъ, я войду къ нему. —
»ІІельзя-съ, онъ занимается важными
делами !« огавечалъ простодушный ІІсщ7*

руша, устанавливаясь въ дверяхъ, чгпобъ
ис впусшнть въ ішхъ Внкенпня.
/

—Важмыя дела во сне! — со смехомъ
произнесъ В и к е п т і й — давполь Ипполитъ
сделался лупатикомъ ? . . . шушъ чшо нибудь да кросіпся . . . .
»Не угодно ли пообождать его въ зале?« сказалъ П е т р у ш а , — отворяя прошиворасположиую дверь.
— Б ы т ь т а к ъ ! — произнесъ Викентіи
и вошелъ въ залу. Тамъ началъ онъ о т ъ
скуки

гонять

шары по билліарду ;

томъ

вдругъ махиналыго

подошелъ

покъ

окну, оперся на кій и смотрела, ва. раздумье

на маневры Воробьева, подъ кры-

шею и па заборе ,

какъ

вырывали

они

крохи пищи друга, у друга, набегали, приступали и отступали; между т е м ъ появленіе чего-шо достолримечашельнейшаго привлекло все его вшшаиіс: онъ улыбнулся — и ошошела. оіпъ окна.

Немного

погодя подошелъ

къ нему

Наполнить. Лице его по обыкновенно о т теняла глубокая мечтательность креповыми крыльями своими, но оно не выражало мрачныхъ, шяжелыхъ думе, проішкнутыхъ отчаянісмъ.
»Понимаю, понимаю, Ипполипгь!« сказалъ Бикешпш, идя къ нему навстречу :
»іпы метиле Клавдіи.«
Игшолпшъ

въ изумленіп остановил-

ся. — Разве мысли

мои прозрачны для

гпебя ? — спросилъ онъ его.
»ІІс мысли, но действія твои, любезный мой , прозрачны для всякаго, пмеющаго глаза!« отвѣчалъ Впкешпін, »Ну, къ
чорту все сокрсвсішосшн: я увидѣлъ сію
минуту

въ окно оселокъ мести твоей :

черненькій

солопчикъ,

складненькая

го-

ловка , обверченная Фудяровымъ платочкомъ, лица не разглядѣлъ я въ профиль;
она чшо-гао прятала его, какъ запрещенный іповаръ , какъ гусь подъ крыло . . .

что

э т о Кузнечная модистка, или про-

с т о субреточка, горничная ?«
— Слава Богу, т а к ъ т ы не все разгадал® !«

отвечал®

успокоенный

Иппо-

л и т ® : — т ы не постиг® мести моей! —
»Мудрено и постичь!« насмешливо возразили Викеитій: »таинственная девочка,
и ужь верно хорошенькая ,

я полагаюсь

на гпвой вкус® , приходить къ молодому
человеку, одна; он® запирается с® нею—
и забывает® о прелестной тиранке.

—

Браво, э т о любовный мышьяк®, сам® себе нашелъ лекарство !«
—Напрошивъ! — равнодушно говорил®
Ипполит® — при этой девочке я более
воспоминаю

об®

Клавдіи

и сердце

мое

сильнее вращается въ груди при живом®
воспомішаіііи . . . бывало
»Чтожь э т о за существо , ч т о за
олицетворенная загадка?« спрашивал® Викешиій.

—Про э т о я знаю! •— отвѣчалъ Ипполшпъ.
»Да я не ведаю!« сказалъ Викентій.
Ипполигаъ молчалъ.
»Послушай , Ливскій ,« съ неудовольствіемъ иачалъ Викентш : »было время ,
когда и я сиживалъ въ любовныхъ западияхъ: дорога къ иимъ, какъ и къ сердцу
моему , всегда была отворена т е б е ,

не

задвинута рогатками номехъ , не караулена ни чьимъ : ни ухомъ, ни глазомъ, а
т ы . . .«
— Я всегда скромно удалялся о т ъ сцеиъ
Поль-де-Кока , огпъ жнвыхъ каршинъ! —
отвечалъ Ипполитъ — а т ы бы наделалъ
глупостей и въ самомъ серьёзномъ д е л е ! —
»Ну пусть т а к ъ ; да ведь э т о дело
прошлое ! Почему же ие сказать мне т е перь, к т о э т о давалъ т е б е урокъ въ....«
— І І с давалъ, а нринималъ!—прервалъ
его Ипполитъ—знаешь ли

ты—продол-

жалъ онъ, въ сильномъ движеніи—что я

стал®

теперь

хитрецом® ,

шгііономъ ?

еслибъ ад® подслушал® меня . . . . и ou®
захохотал® бы въ

восторге . . . .

и все

это для пес, — для нее одной . . . . развяска близка
»Какой же я глупец® !« воскликнул®
Виксишій: »я H не догадаюсь, что эіпо у
гпебя

была Ашота,

Клавдіи,

лукавая

горничная

про услуги которой

т ы мне

также разсказывалъ ! . .«
Ипполите не отвечал® ни слова, но
взоры его казалось съ неистовым® удовольствіемъ

блуждали

по

страшным®

картинам® Юнговыхъ ночей, взрожденнымъ
въ кипятке мозга.
»И остальное понимаю!« продолжалъ
Викентій: »она также съ тобою въ заговоре пропшвъ Полковника! да каким® же
образом® ? ведь она обзолочена им®.. . .
Женщина-медяница! . . . .«
— И золото линяет®, и чувства етареюшея , как® юность! — говорил® Иппо-

лПпгь. — Помнишь ли наше сужденіе объ
аукціоне
больше

па балу

Сгаруйскнхъ... ? к т о

даешь — шопіъ и хозяішъ въ

нріобрТггоеиіи вещті или женщины — все
равно. Не поспіпгаю, что со мной делается !« прододжалъ

Ипполитъ: »какой - гпо

злейшій демонъ вращается ва. груди моей и подстрекасша.

меня на дела

спыя — я потерялся, — я
себе ,

не сознаюсь въ

не признаю ни одного

которыми

прежде

такъ

ужа-

чувства,

гордился . . . .

ангелъ-хранитель мой покииулъ меня, и
гдъжь ему ужиться съ демономъ, который держшпея за меня крепко тяжелой
рукой своей и управляешь всеми помышлсніями моими деспотически, по произволу ? Ты думаешь, любовь отворила ему
входа, въ душу

JJOIO!

— нешъ, на про шивал

ненависть, ненависть злейшая, могучая,
обвитая всеми Фуріями ада, съ губиіпельнейшнмъ

жаломъ

па языке,

облитомъ

ядомъ, усеяиномъ всеми шерпами, остріЧАСТЬ

И.

8

.

s*
ями : . . . Я вижу теперь жизнь уже не
въ прошедшей

у.іыбчивоснш е я ,

не въ

, потемкахъ будущности ..— для меня она
, сосредоточена

теперь въ одно

щее . — и всѣ порывы

настоя-

черныхъ помыш-

лений монхъ рвутся къ нему, къ своему
магнитному „полюсу •— сердце ворочается во мне судорожно, какъ колоднике, въ
іцепяхъ.,

какъ грешпикъ

въ

тяжкомъ

еле ! . . „ . . я томлюсь, и страдаю въ меддительной, жестокой п ы т к е ! . . . . «
Въ изнеможенш Ипполите опустился въ кресло и закрылъ руками лице своеВикентій потерялъ свою немолчную
веселость. »Да, правда!« ошвечалъ оиъ: »я
не узнаю т е б я — т ы быліъ вссгда птакъ
т и х ъ какъ ребенокъ и въ самыхъ порыкистыхъ ураганахъ горя; шыпецерь
впрочемъ теперь не т ы говоришь со мною,
à хозлинъ

твой — демонъ ;

очень верю. «

этому

я

»Признайся, Ипполитъ, х о т ь самому
себе« немного

погодя началъ опять Ви-

кенгшй : »минута приближенія

Клавдіина

брака люто т е р з а е т ъ т е б я !<с
Ипполитъ ожилъ. По бледпымъ щекамъ его быстро пролилась вспышка румянца струями,

какъ огонь

по порохо-

вымъ ішткамъ ; сильно сжалъ онъ руку
друга своего.
и

»Ты всегда поннмалъ меня

въ молчаніи, Викешпій« сказалъ

онъ

одушевленно: »по теперь далекъ т ы о т ъ
угадки.

Повѣришь ли ? , . . . я жду ея бра-

ка съ жадньшъ, неистовымъ нетерпеніемъ, какъ своего собственнаго.« И онъ раскаленными

глазами посмогпрВлъ на Ви-

кентія.
—

Право,

я начну скоро бояться

тебя, Ипполитъ! — пронзнесъ Викентш
съ участіемъ.
Ипполитъ захохошалъ ,

но такнмъ

прѳизшпельнымъ голосомъ, какъ въ припадке.

Вт. сильном® раздумье, покачав® головою , Викенгпій оставил® песчастнаго.
Ипполита часто заставали приплели его нрннимлгощаго опіп; многіе за гпо
возсіпавали на него , особливо Викентій ,
который

в® качестве Доктора

жал*® ему проповедываіпь

продол-

об® следстви-

ях® зла эта го. »ІІей лучше вино: въ нем®
утопают® все горести

и заботы ! Лю-

бовь, мой милый« говорил® он®: »обыкновенно проходтпъ : или сном® или пьянством® , да п самая ненависть твоя захлебнется в® нем®.« Викедшій н в® самомт. деле

знал®

отчасти

Медицину

въ молодости своей , шедши

х о т я спо-

тыкливо по этому нугпи; непостоянный
характер® отвел® его от® трупов®, но
прежнія заиятія закинули кон-какія познапія

в® намять его.

Ипиолншъ улы-

бался , слушал® друга своего — и не послушал® его.

Въ самый день свагпьбы Клавдіи приня.іъ

оиъ

опіуму

все чувства

более обыкновеннаго :

его какъ

будгпо

разшири-

лись, стали яснее, впечатлительнее, раздражительнее,

нервы

натянулись какъ

струны, кровь бешено разлилась по т е лу, какое-то пріяшное щекотаніе

напо-

добіе дикой радости хніцнаго зверя при
виде кровавой
сердцемъ ;
ли

глаза

какъ

добычи ,

какпмъ
его,

заворочали

блескомъ

какъ

его

прогляну-

эакипѣлъ мозгъ ,

напружились все артеріи и вены,

по которымъ будто прокатывался огонь
свирепымъ клубомъ и брызгале нскр&чи
по ветвямъ Фибръ, грозя спалить все сущсспніо его. Инполишъ зашагалъ по комн а т е , пошомъ пересилцлъ себя — бросился на диванъ, сорвалъ со с т е н ы часы,
подперъ голову руками ,

долго

гллдель

на однообразное, чуть заметное движеніе
минутной стрелки по циФврблатту
роковом часе паеіпа.гь :

—

выцій ио.шіпокъ

ч

звякнулъ полночь ;
онъ все
вихрь

двери

съ шумомъ расторг?»

комнатъ

промчался

своихъ ,

какъ

по нимъ . . . . казалось

будто следы его палііліі снегъ, по которому бѣжалъ оиъ въ неистовстве душевной горячки своей.

Клавдія еъ жестокою радостно спешила м с т и т ь

Ипполиту сватьбою сво-

, ею : она везде казалась веселою , непринужденною, принимала ласки жениха своего и участливо распоряжалась шитьемъ
приданаго. Казалось, резво и разнообразно
мелькали дни ея, какъ радужны я- крылья
бабочки
новости

съ предмета на предметъ ,
па новость ;

и ночи

съ

не были

предателями ея : гусіпая гпьма скрывала
блистанье слеза, ея, волненіе груди. Накопецъ насшалъ день

сватьбы , оканчи-

вающей псріодъ девственной жизни. Она
и миогіе зпавшіе

прежнюю связь её

съ

йпполитомъ, ожидали появленія его, какъ
любовника романическаго : б.іъднаго , въ
трауре,

съ разбросанными

кудрями по

сумрачному лицу; по оиъ не являлся —прошел!» слухе, ч т о онъ уехалъ на Кавказе
пить воды забвенія или драться съ Черкесами

H мириться

съ

Черкешенками.

Клавдгя не теряла надежды. »Авось онъ
появится« думала она: »хогпь въ церковь!
авось выпросить онъ отпуске огпъ ногъ
ГраФііни «Іидпной и придете въ последний разе уколоть .меня взоромь укора, а
я бы и не взглянула на пего : онъ принудил!» меня вручить всю жизнь мею, со
всеми блестящими надеждами ея , человеку, ошъ котораго робко отворачивается сердце мое

«

Роскошно и со вкусомъ убранная въ
богатые

наряды,

предстала

она предъ

алтарь: онъ былъ дня нее жершвецкикомъ,
на которомъ

закалалось снокойствіе ея,

жизнь юности, красоты, — э т о была о т -

ворешіал гробовая дверь :
чей, и

ФІІМІІШЪ

и блеска, све-

ладойа, и голоса певчих«.,

и усіпремлеиіе внимапія народной толпы
на прелестную опішелышцу оіпа. блаженс т в а жизни, H слезы на глазаха. матери
ея . . . по походило ли
поспіриженіе или

все

эіпо

или па

на о т п е в а н ь е ? . , . На-

прасно перекидывала она гаспуіціе взоры
свои чрезъ плюмажи и страусовый перья,
тесгшвшіяся около нее, въ самые отдаленные углы храма, его не было: — »она.
радъ, ч т о сживаешь меня съ рука.,« подумала она, п сердце ея остановилось бпгпься . . . кровь кипяткомъ прикатила

къ

нему; она задумалась и склонила головку,
какъ лилія о т ъ паляіцаго зноя на песчаной почве земли.
По въ іпакихъ
барыни
апгпску ,

прнвозяшъ

случаях«. Московскія
съ

собою

запасную

потому что one неоднократно

уже испытали, до какой степени раздражительна чувствительность ихь : еннр-

пп.І

H о-де-колонь

возвратили

Клавдию

для Окопчавія венчанія. Для иных® обряд®
соединения, для Клавдіи обряд® разлуки,
совершился. Торжественно и пышно потянулась свадебная церемонія из® церкви.
В® э т о
бились

время

вдали заунывно

четверти

часов® ,

раздро-

возвѣщавшія

уже не полночь ли на Спасской башне.
Бале прогремел®
рах® своих® : Клавдія
послѣдняго

на звонких® ресоне танцовала съ

бала Спіруйскнхъ;

она рано

ушла въ спальню
Суматошно бросились -раздевать ее.
Клавдія, недвижная, как® труп®, опустилась въ кресло , стоявшее пред® туалетом® — и выедала от® себя всех®.
Болезненно заблуждали

взоры ся и

съ отвращеиіемъ отторгались

от® бо-

гатых® узоров®, небрежно раскиданных®
но столикам® спальни, и о т ъ узорчатых®
драпировъ

шелковаго

занавеса кровати.

Преде ней горѣлн

две свечи

и сыпали

ртраженіемъ свонмъ милліоиы молніевндиыхь блестокъ и переливчатыхъ огней
на лежавшіе прсдъ туалетомъ брнлліаит ы — эти

огни ослепили

ее: она

съ

досадою погасила свечи, сама раздернула
шнуровку свою — и скрылась за складки занавеса. Тамъ, окруженная- мракомъ ,
вздохнула она свободнее ; усталая, изнеможенная, она впала въ забытье . . . . какъ
будто сквозь
пходяіцаго

сонъ слышала

она голосе

Полковника — и опять

все

упшхло. Сонъ, х о т я не долгій, освежилъ
Клавдію, но вместе и ужаснулъ ее. Супруге ся страстно лобызалъ ея руку....
быстро сообразила она въ мысляхъ ноложеніе свое :

безнадежность и страшная

истина лишили ее последних!» чувстве....
поздно

опамятовалась она , собрала пег-

сяедмія силы,

вырвалась

изъ шелковой

клетки своей . . . . расторгла полы ся —
іг с в е т е лампадный упалъ на лице вдруге

прсдставшаго предъ нее человека. — Боже !

какъ

онъ былъ

бледенъ ! . . . . она

вгляделась — и насилу уверилась , ч т о
предъ нею стоялъ Ипполитъ.
»Жестокій, зачѣмъ т ы здесь? разве
не довольно для т е б я му-ченій моихъ

со

дня нашей . , . . « .
Она не договорила.... Ипполитъ пристально, жадно, страшно посмотрелъ па
нее — и улыбнулся свирепо.
»Я кликну супруга моего . . . . т ы хочешь присутствіемъ своимъ
мое безчссшіс ?

довершить

дерзкій !« продолжа-

ла Клавдія, все еще с т о я въ одномъ положены! и забывшись, что она полуодета.

»Знаешь-ли?

онъ з д е с ь . . . . подле

меня !«
— Я твой супругъ!—грозно пронзнесъ
Ипполитъ -— а онъ и не входилъ сюда.
Клавдія, •— я удовлетворенъ ! . . •
Мгновенно

Клавдія поняла всё ,

съ

ужасомъ извсргнула она изъ себя воздухъ,

и только
»ах® !

чіпо судорожно

произнесла :

« Нпполитъ молча поддержал®

ее объліпіями своими , молча

любовался

он® живописною разсыпкою волос® ея по
бледно-лилейному челу, сомкнутыми глазами , опушкою реснице,

сквозь кото-

рый проступали слезы . . . . H его

слезы

закапали тяжелыми градинами на щеки ея,
»Бог® с® тобою, Ипполит®!« слабым®,
нежным®, укорительным® голосом® произнесла Клавдія.
-—За что т ы напала мстишь мне?—
спросил® ее Ипполит®.
»Ты любишь Графишо?« воскликнула
Клавдія встрепенувшись.
—

Как® же мнѣ ее не любить

—

отвечал® Ипиолншъ — она мол сестра! —
»Как® ?<(
Ипполит® вместо о т в е т а подтвержденія пожал® ей руку.
»Боже , Боже!« воскликнула Клавдія,
ломая руки своп.

—

Успокойся! — равнодушно отве-

чалъ Ипполита». — Будем«, ли мы жить
вместе въ будущей жизни ? —
»Я

твоя !« одушевленно и твердо

произнесла Клавдія и запечатлела на губах«» его поцелуи мира. .
Вдруг«» вошелъ Полковника» въ полнома» самодовольствін
тщательно

и расхмельѣ.

Оиъ

заперт» за собою дверь и ве-

село подошел«» к«> кровати! — А! — воскликнула» онъ, поразившись приметя неожиданную

сцену:

любовники все

еще

держали друга» друга ва» cm иону m мха» объя т і я хъ.
»Слушайте, Полковника»!« важно наконец«» произнесъ Ипполитъ: »я имею полное право быть здесь;

помните ли , вы

сами назначили jure выбирать время, част•
и мтьсто ! —
— Д а , — глухо произнес«» Змейкипа,—
т ы адски воспользовался эгппмъ правомъ,
и я достойно накажу т е б я !

—

»Теперь опяіпь ізы обижены-« хладнокровно

отвечалъ

Иппо.шшь;

»выборь

опять на вашей стороне.«
Полковнике подумалъ съ минуту. —
Везде люди—отчаянно произнеси» онъ: —
они приметите выходе его отсюда, честь
моя

лопнете ,

какъ

мыльный

пузырь.

Слушайте, Г-нъ Ливскій — сказали» оиъ
•возвыся голоси, — первый выстрели» мой:
я завтра утромъ

явлюсь

къ вами, о т -

д а т ь внзіітъ, следовательно вами, не дос т а н е т е времени разгласишь про э т о произшествіе : моя рука верна , глазе метокъ! Если въ васъ осталась х о т я одна
искра совести, т о вы удалитесь отсюда
-неприметно.

—

Можегпъ быть, Полковнике думали»:
когда надоестъ жена—мы постреляемся!
»Будьте спокойны!« отвечалъ насмешливо Ипполите.
Выразительно,

условно и

понятно

друге для друга переглянулись любовни-

ко.

После

этого

Ипполитъ мпотчасъ

*

скры.іся. '

Какъ рлдосглепъ, веселъ н светелъ
душею казался Ипполитъ Внкентно. »Ha•силу-шо отдохнулъ, бедняжка!« говорплъ
Викентш, и забавлялъ друга своего, какъ
дитю , всякими проказами

и разсКазамн

смешныхъ анекдотовъ.
— И какъ глупо было бы умереть о т ъ
руки соперника—сказалъ Ипполитъ, разряжая писпіолетъ своп — я упрямъ, я не
Могу и думать равнодушно, чпіобъ жизнь
моя зависела о т ъ кого нибудь, кроме самого меня.

—

»Иу полно

объ стлромъ.

Слава Бо-

гу, ч т о все т а к ъ кончилось и т ы опять
возвращенъ

въ нашъ дружескій кругъ J«

возразила, Впкеншій.
Ипполитъ

долго

ходилъ

«задъ

и

впередъ по комнате и вдругъ остановил-

ся пред® Викентіемь с® т о ю спокойною
улыбкою, которая давно уже не светилась па лице его. »Знаешь ли, Викеншіші
сказал® он® : »однажды

я думал®

заре-

заться бритвой, чгпобъ умереть не шумно , и вошъ-было ужб приготовил® ее !«
говорил® он®, вынимая бритву из® кармана: »только не постигал® я, куда вернее в т и с н у т ь острее , чтоб® долго не
мучиться , . . . понимаешь ?.« и Нпполіипъ
захохотал®.
— Теперь т е б е можно сказать об®
этом®—отвечал® BnK' imiiii — смотри въ
зеркало: вогпъ э т а бьющаяся жила е с т ь
потайная дверца смеріпи. И т ы
б ы т ь Для себя

апашомикомъ

хотел®

для прак-

тики ? —
»Кажется!« отвечал® Ынно.ішпь съ
поостывшею еще улыбкою на устах® —
и вдруг® черкнул® бритвою
ной Викеитіемъ артеріи.

но указан-

Кровь хлынула—и ноли, іа . . . остановишь ее было уже не возможно; спросите хоть у заправскихъ Докторовъ.
Впкешпін обезпамятелъ

о т ъ изум-

ленія.
»Дома ли Г-нъ Ливскій?« раздался голосе Змѣйкина въ дворяхъ.
Оиъ вошелъ— и Ипполитъ въ предсмертных!»

судорогах«»

ринулся ему на-

встречу, окровеиивъ его платье.
»Измѣпникъ жизни, изменнике дружбы .'« восклицалъ Викентій дикимъ голосом«», стоя падь шруномъ друга своего
Л, II вы, госиодинъ Докторе Murin
п Хнроманшіи, не спасли его?—насмешливо
еиросилъ Полковнике Викеншія.
»Посмотрите — кровь его

на васъ !»

отвечал«» Викентій, указывая Полковнику
• на окровавленный муидиръ его.
— IIa нсмъ самомъ более—возразилъ
Змейкинъ, глядя на Ипполита, плавающаго
въ крови.
ЧАСТЬ

II.

9

»Барине, барине !« мы сюда скачсме
повашимъ следамъ!« раздался голосе лакея Склоискихе въ красной ливрее, внезапно вошедшаго въ комнату.

»Барыню

одели уже е х а т ь съ визитами — а она
и изволила скончаться
яде

говорятъ :

«
— Любовь, любовь! — восклицал!»

Бикеитій качая головою.
»A я все-таки остался иеудовлстпоренъ ни съ той, ни ci» другой стороны!«
вздохнувъ произиесъ Полковнике.
У любовииковъ

после

смерти

ихъ

нашли письма, въ копюрыхъ умоляли они
положить
потому

т е л а ихъ

что

въ одну

они безмолвно

могилу ,

условились

жить замогилыюю жизнью
Желаніе
ти ;

ихъ исполнилось

по смер-

я взг.іянулъ въ могилу ,

она была

просторна и, казалось, такъ гостспрінмно расширяла объятія свои — а въ мі-

ре было имъ шѣсно , или они, э т и два
несчастный существа, теснили кого нибудь? . . . . разгадывайте, читатели, сами!
Вместе съ комкомъ земли скатилъ
я' слезу

па дно могилы,

одну —

дво-

имъ?—да, одну, но за т о искреннюю...

шчш>ъ ^іжтшішшШ
Л Р Ш Р А К Ъ , ИЛИ ПУРПУРНЫЙ ІІЛЛЩЪ.
Есть

въ природе таинства, доселе не-

разгаданны.! никакими изследованіямн ума: природа — чародей,

природа — хозяине

всего

видимаго и невидимаго нами; магики и кабалистики—только жрецы ея, простой человеке—
послушнике, забава, игрушка, иногда Фаворите,
редко поверенный , никогда совершенно доверенный ,

посвященный

въ сокровенности ея.

Чіпожь природа для Астродоговъ,

Фпзіогпо-

мисщовъ и прочихъ волоките ел ? — кокетка !

. »

. ••

Чшо э т о , изъ какой неведомой с т р а н ы
Прозрачный духъ ? . . не житель ли луны ? . - . * *

Я вндълт. похороны К.іавдіи съ Ипполшпомъ: вндълъ два розовые гроба иодъ

богатыми

золотошкашіымн

покровами ;

видел®

весь

парчевыми

погребальный

церемоніалі>, сонровождавшій ихі> на безсрочный оіппускъ домой — въ недра земли; и до сихъ.поръ помню я, какую грусть
навеяли

на душу мою певчіе ,

лосашые,
мают®

которых® обыкновенно

оплакивать заунывно

покойников® ;
бледно

э т и гонани-

богатых®

зыбкій пламень Факелов® ,

разливающих®

свет®

свой при

блёстках® солнца, трескотня искр® их®,
болынія

поля шляп®

и черныя мантіи,

тихо волпующіяся на прислужниках® смерти ,

лошади в® траурных®• попонах® ?

сѵмволическія дроги ,
другая голова

Адамова, п чья-то

въ белом® чепце с® чер-

ными лентами ,

мелькающая

в® карет-

ном® окне, вместе с® обычною спіклянкой со спиртом® для угощепія носа ея ,
длинный ряд® экипажей , толпы зевак®
и нищих® , разбросанный по дороге мозжевелышкь, как® изрубленные члены вой-

ІІОВЪ на полѣ б и т в ы —
сно отпугивало

слухе

всё о т о напран взоры мои :

я

впился ими въ ч у т ь подвижную змееобразную цепь шесгпвія и далеко провожалъ его,
самъ с т о я па одном ь месте со /сложенными к р е с т е на - к р е с т е руками —• наконецъ всё нзчезло изъ глазе монхъ: даль
проглотила х в о с т е церемоніала, народный
толпы

изъ шумныхъ

въ т и х о

волне обратились

журчащіе ручьи

и разбегались

лучисто въ разныя стороны; только пылѣ
вилась ч у т ь заметною струею по дороге —

я остался почти одинъ ,

печаль-

ный, унылый, погруженный въ думы
ІІо какъ быстро переменяются декорацін
и

въ природе

и въ народе :

я видѣлъ

собственными глазами какъ падали у зрит е л е й слезы—у военныхъ на усы и дрожали на пихъ, да-съ, именно слезы, а не
капли пунша, а у с т а т р к и х ъ на разноФормеиные гербы пуговпцъ нхъ; видѣлъ какъ
вздымались паруса грудей красавицъ подъ

кисейными, газовыми и бу<і>ъ-муслиновыми
покрывалами — не было ли все эшо вдохновеніемъ, оіпражеиіемъ горести при виде
содрогательнаго

зрелища ?

Человеке ко

всему можете привыкнуть ,. кроме смерти ,

потому что она делаешь

ему вп-

зншъ свой , ни чемъ неотразимый, только однажды въ жизни.

Я слышалъ чьи-

т о раздпрающіе вопли, вероятно матери
покойницы — и вдругъ всё э т о прошло,
пролетело, — какъ самое время, и я, повторяю опять, остался одинъ еъ жпвѣйшнмъ

воеііоминаніемъ

картины,

проне-

сшейся мимо меня въ стройныхъ рамахъ
свонхъ сію только минуту . . . а теперь?—
другой евпетокъ — другая п дскорація.
Съ одной стороны подкрались подъ
слухъ мои звуки веселой музыки , которые переносятся

у насъ изъ места

место какими - т о ходячими
виртуозами,

подъ музыку

щими себе милостыню ;

въ

Немецкими
испрашиваю-

за нами

вдали

разрешалась

дробь

барабана ,

возвещав-

шаго вход® или выход® какого-то полка,
а навстречу

виртуозам®

показался

це-

лый лсгіонь баб® и дев®, провожавших®
какую-то купеческую певьсіпу въ мыльню накануне

сватьбы ;

другаго рода ,

отличающееся своим® ха-

рактером® :
и бьющих®
клась
вая

пред®

вотъ

взводом®

шествіе
ноющих®

в® ладоши женщин®

самая удалая бабарнца,
какой - т о

диковинный

тол-

наплясы-

шанец®

с®

чудными, живописными телодвпжеиіями ;
К® довершепію разнообразія раздались голоса торговцев® : игрушек®, мороженаго,
клюквы , свежих® яшуь! и проч.; зевак®
собралось опять

несчетное множество ,

раздался смех® и звонкія восклицанія....
Казалось, слезы не остыли еще во многих® глазахі. и—вошь готовы появишься другія, но уже не о т ъ плача, а опгь
смеха. — И будто

не всё

равно

вода,

почерпнутая из® однаго источника, июль-

ко въ разное время и разными сосудами!—
Сколько здесь предметов!»,
рыми можно

надъ кото-

призадуматься ФплосоФамъ

и всемъ апатоміікамъ человечсскихъ сердецъ въ духовномъ отношеніп !
Вечеромъ, въ гпошъ же день, я бы.іъ
уже на новоселье Ипполита
т о есть сидѣлъ
с ..ежей,

и Клавдіи,

па общей могиле ихъ,

непршпоптанпой

еще

кичли-

вымъ, богатымъ мавзолсемъ. Тихоне Сысоевичь былъ особенно веселъ въ эшошъ
вечере: оиъ не даромъ выкопалъ лгобовникамъ глубокую, просторную могилу, какъ
будто зная, ч т о любовники любятъ б ы т ь
въ уединеніи ,

подальше

поближе друге къ другу;
4

за т о

славную

о т ъ прочихъ ,
онъ получила»

дачу , и выпилъ за ихъ

здоровье.
»Вотъ где уготовила коварная судьба брачное ложе несчасгппымъ !« посклнкпулъ я, въ раздумье раскуривая трубку
свою.
ЧАСТЬ

И.

10

— Heme, не судьба, а другое кое-что,.
да мои руки уклали нхъ сюда! — возразилъ
мне Тихонъ Сысосвичь съ важною мшюю.
»Какъ такъ? « епросилъ я его.

«

—

Да т а к ъ — продолжалъ оиъ —

ведь они

сами наложили

иа себя руки,

т а к ъ имъ бы и не следовало находиться
вместе съ отпитыми. . .
»Понимаю !« воскликнули я : »стало
быть для самоубіііцъ е с т ь другое место?«
— Пешто — отвечалъ собеседник«,
мой, — воиъ ,

въ оспновомъ леску- т о

что мелъкаюпіъ кресты —говорилъ оиъ
наводя лопату свою иа т у
да имеете
сила;

достунъ

сторону—ку-

всякая

некрёщеная

а сюда попробуй-ка. . . .

Любопытство двинуло меня штравшпь
глаза своп в«» показанную сторону; Тихоне
Сысоевнчь проводили меня н разсказывалъ,
показывая на окружные предм'еты: »вошь
эта могила , что кирпичами-шо завалена,

припрятала какого-то скрягу:

онъ бро-

сился съ Каменнаго моста въ Москву реку
за цѣлковымъ , который обронил® т у д а
нечаянно :

а

въ

этой,

что

поправке

подъ деревянным® крестом®, по лежит®,
по стоймя стоит®, говорят®, будто-бы
живой ,

богачь ,

похороненный

наскоро

наследниками, которые показывают®, ч т о
он®

выбросился

из® окна за

любимою

птичкой ушицей, въ белом® платьице...;
(здесь Тихоне Сысоевпчь коварно улыбнулся), а там®, подальше под® рябиновым®
кустом® — удавлепикъ напевает® по ночам®

ДНВІІЫЛ

пѣсепки сиплым® голосом®,...

.знать сумасшсдшій был® он®: вишь ему
не давали воли л е т а т ь , онъ был® человек® книжный, мудреный, полетел®, зацепился волосами — и

«

— А э т о к т о подъ мраморпою плитою? — прервал® я разскащика, указывая
на одну замечательную могилу.

10*

по
»Здесь спитъ , да видно худые сны
вндіітъ, что т а к ъ вскоробилъ подъ собою землю!« отвечалъ Тихопъ СысосвнчЫ

„

»одна заклятая душа,
*л
жалуй разскажу. «

о котором я по-

Разумеется, что я не отказался слушать новую повесть и прильнулъ къ иен
всемъ вннманіемъ сволмъ.
Я не- заметнлъ никакой разницы на
кладбище самоубійцъ: гае же кресты, т е
же курганы, т а же дичь, тишина н уедипспіе , если можно т а к ъ назвать место
собранія покойниковъ , — только какоето

безотчетлнвое

чувство

теспитъ

грудь при мысли, что: вотъ здѣсь лежать
(но

покоятся ли?) можете быть

нера-

скаявшееся покойники !
Тихоне

Сысосвичь

по обыкноветю

уперъ лопату свою въ землю, облокотился на нее — H начале :

Начинаю и я въ свою очередь

Б ы т ь можешь вы, читатель , приготовляетесь слушать грядущую повьешь
на спокойпомъ дпвапь, обкладениомъ вальками, въ комкать, оспъщсннон кинкетоп
пли лампой подъ картшшетымъ зошпомъ
а я, я сидьлъ чуть не на черепь; вечерь,
иакидывалъ па меня Фантастическія шипи о т ъ трепещущнхъ деревъ; вдали гдьт о иволга роняла дикіятрелисвощокрестъ
бьлѣли камни, какъ привидЬнія саванами.....
За что купили, за то и продаю1. —
говорить Руская пословица; — ч т о слышалъ, т о и передаю монмъ чптателямъ.

Семейство Ладовыхъ жило въ С — мъ
уьздь

въ

богатомъ

помЬстьЬ

евоемъ.

Глава онаго, Аристархъ Лукнчь, о т с т а в ной Про в и нціз л ьн ы й Секретарь, былъ человькъ добрый , миролюбивый , цьжный
отецъ, гостепрінмный х.іьбосолъ; воспитание онъ полушлъ не блестящее, хотя

былъ сыномъ Бригадира Ёкагпершшискнхъ
времеиъ , участвовавшая
маила и Очакова,

во вз/ішіи Из-,

потому ч т о

шился родителей свонхъ

онъ ли-

в«, юныхъ ле-

тах?» и опекуны присудили мальчика обучишь грамоте и без?» дальных?» хлопотъ
определить скорей въ с т а т с к у ю службу.
За т о судьба наделила

его ориишаломъ

въ спутнице жизни, которая была х о т я
бедна , по образована иностранными разеадшіками знаний по самой строгой Немецкой мерке.

Зинаиде Юрьевне

недо-

ставало только парика и очковъ съ зелеными стеклами, чтооы взойти иа кафедру и начать Философскую проповедь
о с у е т е міра и объ постоянстве жизни
созерцательной; она бредила силлогизмами какъ нсуклюжій

семинаристе, брани-

лась съ домашними п о л а т ы н е , пнво пила понѣмсцки, шохала Иснанскій табакъ,
поанглійски хладнокровно
жу своему логически ,

доказывала му-

что онъ дуракъ »

потому ч т о преисполнен® животности ,
а об® идеализме не имеет® никакого понятия.

Легко можно представить себе ,

ч т о Аристарх® Лукичь ие слишком® был®
рад® пріобретеиію этой ученой выкройки;
но ч т о дѣлагпь? грех® попутал® его въ
молодости :

ему

полюбились

свренькіе

глазки ея, потупленные въ Фоліатпы; on®
думал® найти в® ней скромницу, любителышцу Чеши - Меиеи, и условился с®
нею садить капусту по латыие во вкусе
Горація, и воспевать съ Виргиліемъ т р у ды орашаевъ.

*

И кошка съ собакой сживаются! не
ужели же супруга

хуже этих®

живот-

ных®? Аристарх® Лукичь иногда отмалчивался , иногда смеялся (оігь был® сангвинического темперамента)

над® любо-

мудріемъ жены своей, а иногда отвечал®
на Немецкую запальчивость ся Рускимъ
кулаком® — и таким® . образом® диссертація

прерывалась

и оставалась неудо-

влетворенною со стороны учености : невежество брало верхе , хотя не всегда.
Супруги мирились на некоторое время и свыкались кой-какъ друге съ другомъ въ продолжеиіе. многвхъ л е т ъ . Залогомъ ни любви, ни ненависти ихъ, была одна только дочь ,

какъ - т о упрямо

неподходившая

общіе

подъ

законы и

условія природы: она не походила ни лицемъ, ни харакшеромъ на родителей своихъ. Она при святомъ крещеніи названа
была Прасковьею,
ннкакъ

но Зинаида Юрьевна

не могла помириться въ этнмь

нменемъ и перекрестила ее въ Лукрецію.
Чтобъ не накликать

на себя женскихъ

укоровъ, будемъ и мы звать ее шагл. же.
Лукреція была скромна ,

мила и мечта-

тельна ; она худо понимала речь Цицерона pro

Catilina

и почти

совсемъ не

знала Фигуре пи рпторическихъ, ни, къ
общему удивленно , танцовальныхъ.

Обе

хріяхъ она довольно наслушалась о т ъ ма-

тушки своей, no добровольно соглашалась
съ нею ,

ч т о пышный чепчнкъ

точными

наколками

Зинаиды

съ банЮрьевны

ученье упрямой къ наукамъ дочки ея.
Лукрещя имьла странный, пеносгполниый харакшеръ :
словоохотливой

она слушала

лекціи

маменьки своей кажется

съ пристаільнымъ вниманіемъ, но мысли
ея были откованы
говора ;

о т ъ содержанія раз-

Аристархъ

Лукичь

также

не

много нмьлъ на нее вліянія: на добросердечный

хохошъ его отвьчала она улыб-

кою , но какоіЛ ? . . . скорье можно бъ ее
было счесть за предисловие плача
за слЬдспхвіе радости ;

?

чЬмъ

она дышала т е -

плою любовію къ родигпелямъ, но холодчо отворачивалась

и о т ъ ласкъ и о т ъ

угрозъ ихъ. Старая

няшошка Лукреціи

припомнила одинъ случай ,

произшедшій

вт.

періодь

ея :

Лукре-

ція

была

и

весела :

какъ рыбка

младенчества
тогда

игрива

взметываясь

изъ воды

ва

приволье
могъ

солиечиыхъ

досыта

стную ,

лучей;

налюбоваться

никто ис
на преле-

белокурую малютку съ василь-

ками въ глазах«,. Ей исполнилось уже чет ы р е года.

Однажды въ легашою пору

бегая по саду

и ловя

ц в е т и с т ы х ъ ба-

бочекъ, устала она, села на миловидной
лужайке, приникла головкою къ дерновойскамье — и заснула. Добрая нянюшка лелеяла сонъ вверенная ей птенца: заботливая рука е я ,

вооруженная древссною

в е т в і ю , обмахивала лнчико младенца о т ъ
жала вредныхъ насекомых«., потом«, осторожно накрыла, она Лукрецію кисейным«,
одеяломъ — и начала вязать свой голубой
кастровый чулокъ

съ красными

стрел-

ками. Таким«, образом«, прошло довольно
времени.
жужжаніе

Пронзительное ,
комаровъ

однообразное

накликало дремоту

и на няшошку; вдругъ Лукрсція вскрикнула какимъ-то глухимъ, неяснымъ голосомъ, встрепенулась—-и затряслась какъ

въ лихорадке.

Перепуганная няня броси-

лась къ ней,

вковала въ нес глаза своп

il -— обмерла : Лукрсція сидела уже : кисейное одеяльце, покрывавшее головку ея,
шевелилось на ней , какъ савапъ , глазки
горели сквозь решетчатую ткань кцсеи;
няня сдернула

покрывальце — глаза Лу-

креціи были неподвижно устремлены на
что - т о ,

роганкъ

полуотворен® , руки

всплеснуты ; няня крестила ее дряхлою,
дрожащею рукою — и наконец® ЛукрецІя,
тяжко,

глубоко вздохнув® ,

вые наяву после

какъ впер-

тяжкаго сна , пришла

въ себя.
»Что т ы , мой голубчик® белый, мой
птенчикъ

крохотный ,

что

съ

тобою

стало? іыи какой ужаетень нашел® па т е бя , или какой
твою

душу

грозный сон® возмутил®

ангельскую?....«

няня, лаская Лукрсцію.
Лукреція молчала.

говорила

Няня повторила вопросы свои, обещала вспрыснуть ее съ уголька Богоявленскою и нашёптанною водою—Лукреція упорно молчала.
Иакоиецъ насилу-то докликалась старушка до голоска ея :
»Няня ! я не спала !« говори.«, ребепокъ, боязливо оглядываясь.
—Ахъ, мои спеты, чтожь привиделось т е б е наяву?—опять начала старушка
спрашивать

питомицу

свою.

Лукреція

силилась чіпо-шо вымолвить, но не могла:
какъ будто чья нибудь
грозила

страшная рука .

на нее пальцемъ

своимъ, высу-

пувшись пзъ-за невидимой,

подоблачной

ткани эѳира.
Родители ЛукрецГн

сочли ото про-

исшествие м.іадсическимъ

припадкомъ

не приняли его за важное;

н

но Лукреція

ce того времени стала приметно изменяться

и въ Фпзическомъ

и въ нрав-

сшпсиномъ

огпиошеши:

лость ся пзчезла ;

обычная

весе-

часто въ самыл прі-

ягпііыя минуты игръ своихъ вдругъ она
делалась

печальною,

тоскливою,

какъ

будпю какое нибудь грозное воспоминаніе
налегало

холодными

цепями

своими на

воображеніе ея; часто проступали слезы
на бархате ресннцъ ея; часто порывались
изъ

груди ея одни только вещіе вздо-

хи. Лукреція росла и делалась все задумчивее. Достигши ссмнадцаши-.іепіпяго возраста ,

она сделалась нйстоящнмъ <і>ан-

шасганческимъ сущесшвомъ, призракомъ,
образомъ, вы.іншымъ

изъ массы

блед-

ныхъ облаков«, ; румянецъ на щеках«, ся
завялъ , мечтательная томность заступила его место.

Она , какъ начитанная

романерка, .побила до безумія поэтическій
блескъ луны и мертвенную тишину ночиой природы : часто произносила оиа во
сне какіе-то неясные звуки ,
после

уверяла

окружавишхъ

вскрики и
ее,

что

ничего не помнила.

Более всего боялась

она пурпурпаго цвета :

при взгляде

на

солнечный закате , на снопья багряных®
огнен, копмнвшихъ его, вздрагивала Лукреція

и холодная

дрожь

пробивала всё

существо ся иглами своими. Чего, чего не
пріісуживали копснліумы докторов® : холодный , крепительныя ванны , кровочистпшельныл пилюли, верховую езду, развеянную

жизнь — ничто

не помогало.

Всё отдано было на произволе бдящаго Провидѣшя . . . родители мало находили

утехи

въ

единственном®

чаде

своем®.
Прелесть девственности

развилась

t

в® Лукрецін

совершенно

съ насту пле-

тем® семиадцашаго года. Б® чертах® лица, не поразительных® красотою, но вдохновенных®, умилительных® , сіялъ проблеск® какой - т о пріятностн невыразимой. Она говорила мало, по во всех® звуках® голоса ся отзывалась какая-то тро-

гательная мелодія нзящнѣйшей музыки.
Выразительность томныхъ, красноръчнвыхъ очей ея довершала очарованіе. llpoвинціалыіые Фраиіпііки и многіе пзъ воеииыхъ офицеровъ, сшоявшихъ посгпоемъ въ
помѣсшьѣ Ладовыхъ, какъ шмели съ жужжа пьем ъ приторной

любезности

своей,

цълыми стаями налетали на э т о т ъ прекрасный цвътокъ, суетясь вмъсіпв около
приданаго ея; Аристархъ Лукичь и Зинаида Юрьевна
свои ,

наперерывъ дълали выборы

но Лукреція упорно отказывалась

о т ъ предложеиій пхъ, выговаривая только послВ каждаго очереднаго представления жениха — это не онъ ! Родители ея
сердились :

отсцъ называлъ дочку свою

сумасшедшею

любовницею луны,

а ма-

тушка—пошлою певѣждою, закоренЪл'ою
въ хаост, предразсудковъ. Въ такомъ положеніи протекло много времени, постоянно

однообразнаго

довыхъ.

для

семейства

Ла-

Однажды Лукрсція бродила уединенно по саду :
нивали

извилнсілыя дорожки зама-

ее далеко

въ лабиринты

своп ;

около нее теснилась чаща впшеиъ и яблонь въ белыхъ, цпеггтстыхъ, вессннпхъ
опушкахъ свонхъ, благоухая и разнеживая
взоры серсбромъ цвѣтовъ, будто бы вышпгаыхъ рукою нскуснаго художника въ
пзящныя «кормы. Тучп густились на небосклоне H черно синели страшны M I» ликомъ своимъ ;

вдали вились уже змейки

молиій, но громы покоились еще, и солнце, х о т я болезненно , какъ-шо жалобно,
по проглядывало на природу; искристые
лучи его скользили по цветамъ
казывали вполне — роскошь,
бархатъ

нхъ.

Какъ

и вы-

шелке и

прекрасна , грозна

и величественна природа во всѣхъ явленіяхъ свонхъ, особливо мрачна и іпоржествепна она предъ наступающею грозою:
после быстрых!., порывистыхъ налетовъ
в е т р а , завывающаго голосомъ страшной

MP-убы, вдругъ все ушихаетъ; откуда НІІбудь появнгпся шемноеизая туча, осіянная
багровымъ отсвѣтомъ солнца съ противоположной стороны ,

медлительно задви-

гастъ, охватываетъ она горнзонтъ креповыми крыльями своими, свнваешъ около
себя всшръчныя облака, сливается съ ними и влечетъ за собою,

какъ за знаме-

Пемъ; поминутно измѣняешъ она образъ,
ход ь и цвѣпіъ свой : т о блѣднъетъ какъ
преступленіе, т о чернѣешъ какъ насильственная смерть , т о двигается ,

чуть

ползешъ, какъ окогчешюе чудовпіце , т о
-Юшигпъ хвосшатымь драісономъ ,

шумя

крыльями и блистая огнемъ, т о пріутпхпетъ и заливается

дождемъ ,

какъ не-

счастная любовь слезами, т о ярится, съ
ожесшочеиіемъ пзвергасшъ изъ себя огнеппыя лавы , какъ ошчаяиіс проклятія
злншея
Вепрь.

— и

дохпетъ

какъ

раненный

А солнце предъ разряжеш'ямъ ея

йіакъ коварно улыбается земле ! . . .
ЧАСТЬ

—

И.

11

Лукреція не боялась грозы: она любовалась

дивною ризою, въ которую об-

леклась вся природа для встрѣчи безпокойпой гостьи своей. Взоры мечтательной девицы утопали въ созерцаиіи чудных®, разнообразных® красоте и явлсніщ.
душа человеческая

имеете такое близ-

кое сродство съ нсбо'мъ — только жизнь
въ телесной
цепях®,

оболочке

держите

се въ

какъ хищный коршуне добычу

свою ; въ ней т а к ъ звучно отзываются
и перевгаорпваются глаголы природы —
тогда только бываете душа совершенно
зряча , въ полном® самочувсшвіи своем®.
Дождь крапддъ уже тяжелыми градинами
па жаждущую землю , свеіпь дня потускнел® и птички

попрятались по гнез-

дам® , когда Лукреція отыскала беседку
il полускрылась на балконе ея, чтоб® не
проронишь

іш одного звука,

двпженія грозы.

пи одного

Природа цепенела въ мертвомъ модЧанпі ;

только дождикъ изредка ронялъ

капли свои па древссныл ветви—вдругъ
обливъ

молит,

душной
дя ,

прокате грома по воз-

тверди , ливень рсвучаго дож-

какъ

будто

прорлавшагося

сквозь

нзорванпыя ветром!, облака,—-и застонала
природа — какъ падшій

демоцъ; в е т е р ъ

охватнлъ ее разширенными, взмахнутымн
крыльями своими H развернулось поразительное

зрелище — это

быль

хаосе,

смешеніе, война стихій; молнія пронизывала

все

она какъ

ошвсрсшія

пебеснаго

будто мучила ,

купола,

истязала его :

т о разрывала во многихъ местахъ ,

то

впивалась въ него раскаленными стрелами ,

т о громе палилъ

и въ небо

п въ

землю со всехъ сокрьипыхъ батарей СБОмхъ, т о гроза

отстреливалась

градомъ

во ч т о пи попало и крутилась, какъ дпкій конь ,, и выла крокоднломъ, и хохотала адомх.

Лукреція

не пряталась

о т ъ этого

позорища

и пе защищалась

іпавшихъ

до нее капель

отъ

доле-

дождя парасо-

лемъ своимъ ; личико с я охвачено

было

большими полями соломенной шляпки, и
бѣлыя ленты ея, игрушки вѣшра, полоскались въ воздухъ . . . Съ какою ненасытимостію прислушивалась ода къ глаголу
природы, съ какнмх дикимъ очарованіемъ
вперяла

ненасытные

взоры

въ

разго-

рѣвшіися еврдъ неба: іпамъ раскрывалось
страшное, широкое жерло, шамъ звучали
грохоншые удары, какъ о т ъ млата, гпамъ
выковывались

стрвлы

грома — и э т и

звуки были гармоническою музыкою для
души ея, сроднившейся , посвященной въ
таинства волшебницы природы.
и сквозь звуки громовъ

Вдругъ

разелышала она

чей-то вѣщій вздохъ , вгляпулась въ чашу кустовъ акацін — и прпмЪшила прекраснаго молодаго чсловѣка, укрывающагося

подъ иаклономъ

ихъ

отъ

дождя.

»

Онъ был® въ охотничьем® плапіь® ; ве-тер®, размахивая полы плаща его, выказывал® зеленый казакин® и на нем® висящий патронташ® на широком® ремне.
Онъ

ешоял® ,

живописно опершись на

ружье; шляпа его , размокшая от® дождя, шевелилась около ног® его , теребимая ветром® ,

а освобожденные

волосы

его крушились па голове кольцами, какъ
змеи хвостами ;

взор®

его

устремлен®

был® па Лукрецно, одиноко любовавшуюся бурею: он® был® свидетелем® эпіого
любованія , его сердце понимало мо.ічаніе
ся, он® не сводил® съ нее взоров® : она
любовалась бурею, a ou® е ю !
Лукреція

уронила беглый взор®

на

незнакомца; но какъ быстра поимка его:
она только

вскрикнула

чуть

разелыш-

но, руки ея сжали воздух®—н она, почувствовав®

обмсреніе

всего

существа

своего, тихо начала опускаться на землю.

Очувствовавшись и полуоткрывъ глаза, Лукреція увидела себя въ объяшіяхъ
молодаго человека: одною рукой обвивалъ
онъ станъ ел, а въ другой держа, п, щляну свою

и махалъ ею

падт> лнцемъ ея,

еомъ между т е м е всячески стараясь псЖ
релить въ у с т а ея дыхаиіе жцзіш. Боязливо встрепенулась
ка

въ силкахъ

прелестная

своихъ ,

девуш-

проглянула

на

свешъ — какой переходе: или э т о оптпческій обмане или заблуждепіе чувстве! —
Солнце, блиставшее какъ алмазная короиа,
проливало с в е т е , негу и теплоту свою
съ в ы с о т е на оживленную землю; росники дождя разпрыекались по лисшамъ цвет у т и х ъ плодовитыхъ деревьевъ

и цве-

т о в ъ и въ каждой крапинке ея. уметалось по целому своему солнцу; піамъ скатились все драгоцеиностн

въ одну це-

лую массу: и сапФиръ и яхошпъ и жемчуге й коралле . . . . птички , обрадованный , у м ы т ы я ,

резвились надъ головой

ея семенными группами. Лазурь неба была
т а к ъ прозрачна; окрестность благоухала,
смеялась, яснела, ликовала.
Лукреціи было т а к ъ хорошо въ обълтіяхъ незнакомца ; ч она открыла глаза.
»Вошъ и мое небо!« произнесъ незнакомецъ
страстнымъ голосомъ. Щеки Лукреціи зацвешились зарницами. Незнакомецъ тихо
опустнлъ на землю пріятпую ношу свою.
Она начала благодаришь его за принятіе.
учасщія въ иоложсніи ея ; онл. откланивался молча и внутренио благодарилъ случаи, доставивший ему возможность ч поI
знакомишься т а к ъ близко съ прелссгпиой
девицей, о чудиыхъ свойсшвахъ которой
быль

ОІІЪ

наслышаиъ ошъ всего околот-

ка. Незнакомецъ. предложплъ Лукреціи руку свою , чтобъ проводить

ее до садо-

выхъ воротъ; съ плеишпе.шюю засіпенчивостію приняла она ее — и они пошли.
Впечатленія любви проиикаютъ въ
д у ш и , сродненныя

симпашісю чувстве ,

быстро , непроницаемо ;

любовь , полная

чувств® и пламени, не словоохотлива: она
скрывается внутри души, въ сердце о т дается беззвучный голосе ея; — глаза—
н о т ы , азбука , по которым® напевает®
робко, ощупью—нежные мотивы; вздохе—
предатель. Молодые люди шли
тупясь глазами.

оба по-

Час® ихъ пробил® : они

встретились , сошлись,

шли

вместе п

долго хранили упорное молчаніе.
»Я надтыось,« начала наконец® Лукреція, чтоб® прервать чем® апбудь странное молчаніе ;
ство

но робость , замешатель-

и сшеснепіе

чувств®

не дали ей

окончить.
—Я

вѣрю — отвечал® незнакомец®,

и сам® не знал® ч т о хотел® онъ этим®
выразить.

»

Они оба лгали о т ъ всей души: язык®,
какъ орган® пустословія, не нужен® им®
был® в® посредничестве любви: л люблю!

хоть.ni сказать они и не вымолвили, не
могли выкликнуть изъ себя двухъ словъ.
Опять молчаніе.
»Какъ хороша погода!« въ свою очередь пачалъ незнакомецъ.
Погода, начальная тема разговора гостиныхъ , часто знакомитъ людей ; погода —

обманщица, кокетка, несчетиыя

тысячи

разъ обличенная въ иепосгпоян-

с т в ь , часто бываегпъ предисловіемъ мира
враговъ и любовйиковъ, кумиромъ похвалы
и прочаго.

Если кого шібудь изъ васъ ,

читатели,

о с т а в я т ъ хозяева

дома од-

Иихъ съ особой , нсв-ьдомой вамъ , чѣмъ
начнете вы разговоръ,

какимъ

предме-

томъ? Если вы не рыба и не кандидагаъ
Иа носітіупленіе въ Инсгшипугпъ глухо нѣмыхъ , гпо вѣрно начнете

приписывать

погодЬ какое шібудь качество; дѣло другое знакомые люди . . . .

особенно остав-

ляемые

тому же

наедшгь

и къ

быть

можешь vis-à-vis : туіпъ бездна предмеЧАСТЬ

IL

1 2

пювъ для разговора — напрнмеръ : капвейиый узоръ ,

какая нибудь картинка ,

которую надобно разсматривать двоим«,
вдругъ ,

шушъ можно прикоснуться го-

ловами , и, забывшись, солыіугпьсл даже
губами

. . . . .

»Ахъ какъ хороша погода.'« продолжалъ

незпакомецъ :

»вся в«> свѣшлыхъ

искрахъ ! . . .«
—

Какъ прекрасна природа! — при-

молвила Лукреція.
»A творенія ея ? . . .« прервала, незпакомецъ, страстио взглянувъ на подругу
свою. »0! я обожаю ее за т о до безумія...«
продолжалъ оиъ въ энтузіазмѣ, который
ободрилъ его. »Можещъли, например«., живо писецъ , э т о т ъ неверный раб«. , окрадьтвающій ее, т а к ъ верно, т а к ъ о т ч е т ливо передать взыскательному взору т а т я черты, на которыхъ, какъ па ложе,
покоится

невинность и иочпвастъ свя-

т а я , вдохновенная добродетель ? такую

свт.шозарносіпь , такое величіе, осіяннос
Присутсіпвіемъ

души

высокой,

богато

повитой возвышенными чувствами . . . ! «
— Ay, ау! Лукреція, ay! где т ы , малютка ? — где т ы

заблуднвшійся безе

пастыря агнец® 1 . . . . раздались вдруг® голоса Аристарха Лукича и.Зинаиды Юрьевны; за этим® скоро из®-за лшалеровъ
лип®

показался

супруг®

въ бумажном®

колпаке своем®, только ч т о .совсршившін
послеобеденное ошдохповеніе , а супруга
его съ какою-то книгою въ руке in quarto въ пергаментном® переплете.
»Я хватился т е б я сделать мне лиманаду« говорила. Аристарх® Лукичь ,

за-

видя мельканіе бѣлаго платья дочери своей:
»а т ы , ба! с ъ кем® это?« воскликнул® он®
приметя незнакомца: »так®, видно не даром® я видел® сон®

«

— Верно въ роде Жаиъ-Поль-Рихтера? — прервала его Зинаида Юрьевна.—О,
э т о т ® автор® слишком® причудлив®! —.
12*

Между т е м ь Лукреція, бросившись
въ объятія родителей, тихо воскликнула:
womb оиъ к

и начала разсказывать имъ

приключение свое, но не со всеми подробностями. Незцакомецъ хотя и досадовалъ
на помеху излива пламенныхъ выраженій
своихъ ,

въ которыхъ піакъ ц в е т и с т о ,

легко выливалась

любовь юноши ,

какъ

развивъ лешпы самоцветной, потому что
не скоро опять можно было выискать
случая

для уединенная

свиданія и вы-

просить у себя смелости, но онъ учтиво поклонился родшпелямъ

Лукреціи и

смело, безъ замешательства, встретил«,
наблюдательные ,

обглядывающіе

взо-

ры нхъ.
»Государь мой, очень рад«., очень раде!"
сказалъ Аристархъ

Лукичь, выслушавъ

приключенія дочери: »теперь мы с«, вами
квиты, не правда ли? вы охотитесь въ чужомъ лесу, да еще и въ саду,

ловите

пташекъ на евнетокъ , а я , такъ какъ

аллодіалыіый

владелецъ

меетъ

этихъ,

поймала. г.асъ самихъ бсзъ капкана, очень
радъ. Г-мъ! вы ручны, какъ подстреленный дяшелъ мой ,
между

наградой

и потому

остаетесь

и иаказаніемъ,

очень

радъ, очень радъ . . . милости проенмъ
иа чашку чаю.«
— Ахъ, я попрошу васъ разсказать
мне поподробнее приключеніе о минувшей
грозе—примолвила Зинаида Юрьевна, о т носясь къ незнакомцу: — э т о мне нужно
для сличенія оиисаній о притягательной
силе земли ,

сочппеніе извѣсіпныхъ уче-

ныхъ иашуралисшовъ :
матика Франклина.

Линнея и Мате-

—

»Вашъ покорнейшій слуга, сударыня,
и вашъ , сударь!« отвечала, незнакомецъ
обоимъ. »Прошу нзвннпть меня за неучт и в о с т ь отказа : ни костюмъ мой , ни
положеніе

теперь

не

позволяютъ

во- ,

снользоваться мне вашпмъ предложеніемъ;
если позволите въ другое время. . . ,«

— Излишняя церемонія, сударь! впрочемъ какъ угодно :

я всегда очень радъ.

прибавление заседателя къ сгаолу моему!—
сказалъ Арисшархъ Лукичь.
«Благодарю

за вниманіе

къ

дочери

моей !« откланиваясь произнесла торжественно

Зинаида Юрьевна : »она у насъ,

такая спиритуальная, налшпанная своимъ
собсшвениымъ- идеализмомъ. «
— О . . . только! — воскликнулъ незиакомецъ: взоръ его слетелся со взоромъ
Лукреціи

п скоро зеленый казак инъ его

потерялся въ зелени кустовъ.
»Кажется, онъ добрый малый!« сказалъ
Лрнсшархъ

Лукичь, посматривая вследъ

незнакомцу: »только не нравится мне въ
немъ застенчивость отказа

о т ъ хлѣба

соли — э т о не добрый знаке. . . !«
•—По уверенно ЛаФатера и по толкование Галл я, у кого на лбу сходятся ливіи и пересекаюіпъ другъ друга на самой
средине выпуклости въ виде косвенныхъ

черт®, mom® только имеет® неподдельную
вывѣску ума! — начала распространяться Зинаида Юрьевна—а у кого находятся на
лбу горизонтальный, несколько дугообразныя в® виде бровей линіп, т о т ® должен®
б ы т ь нискаго пронсхождепія , навернлкъ
невежда и умрет® насильственною смертно! — говорила она смотря на мужа своего.—Къ тому же э т о т ® незнакомец® не
имеет®

в® наружности своей

ни важ-

ности Гераклита, ни отчаянности Юнга,
пи саширизма

Вольтера,

ни нежности'

ЛаФоипіена , ші о с т р о т ы Ламартнна, и
наконец® ни двусмысленности Коцебу: онъ
обыкновенный человек®, ежедневный, будничный , расходный !, —
M

»Иу-ка, полно пустозвонишь, жена: видишь, деревья без® ушей;давай-ка нам® лучше чаю!« прервал® ее Аристарх® Лукичь.
»A ослы и съ ушами, да они у них®
все равно, что закрыты» окны!« домолвн-

4

ла Зинаида

144

Юрьевна

и пошла со вздо-

хомъ на судьбу свою къ чайному подносу.
»Слушайте, люди!« возгласила Зинаида
Юрьевна , прпшедъ домой: »не знаетъ ли
к т о изъ васъ кому охота охотиться съ
ружьем«. въ здѣшнихъ окреегаиостяхъ изъ
нашихъ соседей ?«
Люди выпрямились передъ нею, какъ
свечки ,
Вдругъ

переглядывались — и молчали.
между ними выказался

ключницы

чепчике

и экономки въ одномъ лице :

порода этихъ людей где ие тараторит«.?
где не отличается добродетелью домо* »

ваго? т . с. шумомъ ключей и языка, где не
бываютъ ключницы всезнайки? »Какъ же,
сударыня, не знать!« воскликнула Аре«і>ьевна: »у ближайшаго соседа нашего,

го-

сподина Корппікова , большая псарня , у
него все люди ловкіе ловчіе
«
—

А

какой

бишь цвѣтъ

ливреи

его ? -— спросила Зинаида Юрьевна.

»Охъ , дай Богъ память Г« засуетилась АроФьевиа: »да! зеленый, матушка-сударыня ,

зеленый

съ серебрянымъ

га-

луномъ !«
*

— ІІу т а к ъ и есть, я отгадала ! —
еъ иосторгомъ воскликнула Зинаида Юрьевна : — слышите ли ,

мужъ

и

дочь !«•

еще звонче закричала она: — провожатый
нашъ ,

ешремснный

холопъ

Викула Се-

меновича Коргпикова! • Вогпъ ч т о значить
б ы т ь наблюдательницею
что

значишь —

евѣтъ

ФИЗІОІІОМГЙ, В О П І Ъ

ученія

— lux

doctrinae, н tenebrae — невежества!. —
s
Лукреція не внимала словамъ ея :
она

была елишкомъ погружена

сленное созерцаніе

ве. мы-

самой себя ; полный ,

теплый источникъ чувстве, ея, да этаго
времени

сокрытый въ груди,

наружу ,

очи души

пробился

ея открылись : для

пес насшалѣ новый псріодъ жизни ,
вая эра , новая эпоха.

но- .

Аристархе Лукичь хладнокровно выслушалъ замечанія жены своей: а горячность свою береге онъ къ полднику.
»Очень радъ, очень радъ!« пропзнесъ
онъ обычно , и туфли его зашаркали въ
направленіи къ накрытому столу.

IIa другой день рано утромъ, когда
вся окрестность , открывавшая взорамъ
Лукрсціи воздушную панораму, слезилась
еще каплями росы, она стояла уже на балконе павильона; еще блистательнее, еще
величественнее показалась ей природа въ
нагоіпе своей; какъ радушно приветствовала душа ея царспівующій выступе солнца
на безбрежную лазурь горизонта! Мечты
о исмъ завились въ ея воображепін : она
непременно

думала найти его,

предан-

наго Фаніпазіи своей, на вчерашнемъ месте
и послала за шімъ взоръ свой.

Послуш-

ный любовнике, по симпагпііі вызванный

общимъ жсланіемъ , стоялъ уже передъ
нею, какъ духъ-служитель, нъ томъ же
положенін, въ томъ же костюме, съ т а кими же любованіемъ глазъ, какъ и вчера.
Они

поклонились

какъ - т о

сошлись ,

другъ

другу , и

ее ли на

дерновой

скамье. Они не говорили еще другъ другу

ни слова , но незиакомецъ

держалъ

уже руку ея и кровь по всеми Фибрамъ
Лукреціи завозилась огненными змейками,
теснясь около сердца.

Онъ вперили

въ

нее крошкій взоре свой —и Лукрсція успокоилась. — Я понимаю тебя! — произнесла она умилительными

голосомъ — я

вверяюсь и предаюсь гпебе : будь мопмъ
хранитслемъ на всю жизнь!

. . . .

Незиакомецъ сжалъ ее въ объятіахъ
свонхъ

и торжественно

взглянули

па

улыбающіяся ему небеса.
— К т о т ы ? — спросила его наконецъ
Лукреція.

Пезнакомець молчал®.
—Послушан!—продолжала она—между нами нет® уже шаіінъ; родители мои
предубеждены"прошив® т е б я :

они счи-

т а ю т ® т е б я . . . нпским® породою.. . .
Незнакомец® горько улыбнулся.
— Я не разделяю съ ними этой мыс л и — говорила Лукреція свободным® голосом® — по . . . желала бы знаіпь, чтобы
успокоить их®. Правда ли, ч т о т ы
Глаза незнакомца осумрачилпсь,

?
мн-

ил псгодовапія, смешанного съ презрепісмъ,
облила лице его.
—

Твоя ! —

воскликнула Лукрсція

твердым® голосом® —

и онъ опять при-

нял® и заковал® ее въ объяшія.
»Мол/« подтвердил® незнакомец®. »О,
ч т о нам®

до критического разбора лю-

дей — человек® везде человек®, только
съ разными наклонностями. Пусть я низок® породою , но затвердела ли она на
мне корою ;

пусть

образование мое

не

имѣегпъ нежныхъ привнвокъ ,
леются

къ теплицахъ

гостиныхъ,

я горячусь ею — не опираясь
рожденія.
шакнмъ,

Хочешь ли

какіе лепо

иа право

т ы любишь меня

каковъ я е с т ь , безъ мерки и

весовъ разборчивости—и я т в о й , дольше, чѣмъ на сроке

здешней

жизни?..«

Лукреціи нечего было прибавить къ
.слову своему,

которьшъ

она высказала

все : она только пожала его руку.
ІІезнакомсцъ

продолжали : пя давно

наслышапъ о т е б е — я заочно уважалъ
т е б я , я узналъ бы шебя всегда и везде:
пусть бы

изгладились черты твои изъ

памяти моей, или изменились бы скорбію и
тяжссшію л е т е , или бы глаза мои лишились с в е т а — я бы узналъ т е б я ! «
\

— Я сама знаю т е б я давно: сердце
мое давно

ожидало т е б я ! —

Лукреція.
Они разсталнсь.

отвечала

Незнакомецъ
ne спешнлъ

по какой - т о причанѣ

воспользоваться

предложе-

ніелъ Ладовыхъ : посетить нхъ.
Любовники видались после того час т о въ саду , но ихъ никто не вндалъ.
Они познакомились еще ближе другъ се.
другомъ H никогда не хотели , не могла
разетаться. Лукреція была т а к ъ покойна , душа ея жила , а сердце наслаждалось этого чистою жшпію.

Однажды, не

*
посоветовавшись се. милымъ своимъ, она
пришла ке. роди т е л ямъ, только что помирившимся предъ темъ временем!., сила между ними на д и в а н е — и призналась
имъ откровенно въ любви своей. »Я помню
его съ первымъ лепетомъ младенчества
моего !« говорила она: »я видела его т о гда на самомъ томе, же месте, въ саду,
где и недавно, когда няня лелеяла и сторожила coin. мой. Черты лица его вкопались

ве. памяти

моей резко :

тогда

one напугали меня—я видела его въ пур-

пурномъ плаще . . . . глаза его жгли грудь
мою.

О ! какъ

я

страдала ;

по слава

Вышнему , ие страшным«, нашла я его :
и какое

дивное ,

волшебное

действіе

произвело на меня эшо совсемъ

не сон-

ное ппдт.ніе , я не могу выразишь того !
Чувства

неразгаданный

къ нему

росли

вместе со мною ; судьба указала мне иа
пего , а вы мне отдадите его, не правда ли ?« говорила она умоляющими голосомъ, ласкаясь къ родителям«, своим«,.
Аристарх«,

Лукичь

мало

поинмалъ

Исповедь дочери своей: видно только было, ч т о она не совсьмъ была ему нравна,
потому

что

от.

нахлобучили

колпакъ

свой на глаза, а Зинаида Юрьевна начала
прямо ,

храбро о т с т а и в а т ь

мнепіе свое

объ незнакомце. »Еслибъ я была Гомеромъ,
id est, слепцомъ« говорила она: »и тогда бы
постигла невежество холопа! Имеегаъ ли
оиъ дмпломъ хогш, о т ь

какого

нибудь

Ученого Общества ! . . Имеет® ли невежда
диплом® па человека ? он® просто , как®
говорил®

ФИЛОСОФ®

Платон®, ощипанное

животное на двух® логах® ,

id est : пе-

тух® без® перьев®, без® запаса сведений
об® возвышенной жизни . . . ; Храни тебя
премудрость о т ъ навожденій, или лучше
сказать, о т ъ шалостей ребячества; сон®
твой или явь , ото просто грезы д е т ства ; няня твоя — старая
голове

у нее заключен®

дура :

одни®

въ

только

клубок® сказок®, копіорыми она помутила
источник® возникающих®

понлшін тво-

их®, из® котораго я сама хотела почерпать

и обработывать

свѣжія

познанія

на диво света. Поучись, — узнай секрет ы Химін, вникші въ опыты Физнческіс,
прочитай драгоценный книги: Открытия
тайны древнихъ магиковъ — и очи разума твоего

просветятся

и свита неви-

димых® духов® твоих® нзчезиетъ, как®

утреннія т е н и при с в е т е солнечном® !..«

%

—Маменька—прервала Лукреція лекцію Зинаиды Юрьевны,—я понимаю себя
и его — для меня довольно

. . . .

«Ты ребенокъ и такой еще , который не далекъ ошъ указки!« воскликнула
огорченная маменька. »Запрещаю т е б е и
думать объ немъ !«
Здесь уже H Аристархе Лукпчь, вопреки обычаю своему радоваться,

былъ

очень не радъ.—Да—примолвила, онъ—провожатый твой кажется ничего .не спібнтъ:
онъ охопшикъ

H верно водится только

съ собаками. Куда онъ годится? онъ хуже
садовника моего : не различить

щевелю

ошъ шпината; онъ не с т о и т е и повара
моего, потому что верно не умеегпъ приготовить пулярдовъ

. . . . .

Въ одинъ прекрасный розовый Майский вечеръ

Лукреція гуляла

Иымъ своимъ по саду; она

съ любез-

доверчиво

от-

крыла ему неуспехе признаиія своего роДителямъ въ любви; оиъ укорялъ ее, но
.ЧАСТЬ

И.

13

нежно, въ томе , ч т о она не посоветовавшись съ нимъ, слишкомъ рано приняла окончаіпелыіыя меры; потоми вдругь
остановился

онъ предъ нею , прямо по-

смотрели ей въ глаза — и спросилъ ее:
не переменила ли она

объ немъ

своего

мпенія ?
ЛукрецГя

хладнокровно

выдержала

испытующій взоръ его.-—Милый другъ —
отвечала она:— разве безпомощиый, слабый цвегпокъ отворачивается
нечнаго

света ,

проливающего

ошъ солпа него

теплоту жизни? моя жизнь светла т о бою—урна жребія моего въ твоей душе,
въ твоихъ чувсгпвахъ. . . . .«
—Ангелъ!—воскликнулъ въ восторге
незнакомецъ—ты возмешь и мою жизнь
на небо свое! Узнай же тайну. . .
»A ч т о у тебя, любезный, за тайна
съ дочерью моею? только par pari gauclet, Сократъ говорили. . .«

— Я вижу въ васъ, сударыня, Ксантиппу (*)!— отвечалъ незиакомецъ, огорчившись—il потому удаляюсь оіпъ воплоЩеішаго грѣха.

. . . .

Зинаида Юрьевна, делая въ саду кат я - т о ботаничеекія

изследованія,

под-

слушала любовшіковъ. Съ т е х ъ поръ Лукреція познала горесть разлуки: она показывалась

въ садъ только въ ирисут-

ствіи матери. Такимъ образомъ дни, сцеплялись

еъ днями , составились недели.

Они не видались. Лукреція изнывала.
Однажды

Аристарху Лукичу

чело-

век«. в«, зеленой ливрее вручил«, записку,
содержаіііемъ которой спешилъ о т . поделишься съ супругою своею: Аристархе Лукичь паделъ очки и прочелъ вслухъ предъ
Всемъ семсйствомъ своимъ следующее :
»Любезный еоседъ! Уже скоро минет«.
Две недели, какъ я возвратился изъ Мо(*) Злая жена Сократа.

сквы; захлопотался я шамъ: всё по Гражданской Палате, да по Опекунскому Сов е т у улаживал® дела своп.
дохнул®.

Насилу о т -

Нынче пріеду я къ т е б е обе-

дать : т ы верно

велишь приготовишь

любимую уху мою из® ершен. Л пріеду
я не один®, а съ племянником®, который
только чгпо кончил® курс® въ X—оком®
Университете и прибыл® ко мне, так®
какъ къ опекуну своему, за нменіемъ о т ца. Чудо чгпо за малый ! хочется упечь
его подъ ружье, да не дается, злодей: не
отведешь

его от® журналов® , да ошъ

книг®, такая с т р а с т ь привилась къ мальчишке. ІІу, сосед®, короче сказать т е б е ,
мне нестерпимо хочется сиротинку, при
себе, т о е с т ь , пока смерть
кнула меня
дат® ,

пзъ списков®

поскорей

хочет® т а с к а т ь

женить

ие вычер-

старых® солего, коль не

лядунки с® порохом®,

чтоб® только развлечь чем® нпбудь,

а

т о пожалуй отдастся он® книжному ра-

зуменьго — и поминай какъ звали разсудоіа> его , помнишь ли , какъ Заседатель
нашъ Н ы т и к о в ъ ? — В ъ предмете у меня
есть для него невеста ; коль т ы одобришь — и дело въ шляпе. Л пісбе лучше знать ея качества, это дочь твоя !
Подумай - ка надосугВ , да приготовь запить чемъ нибудь уху и жирную кулебяку свою — оно было бы к с т а т и . «
»NB, У племянника пятьсогпъ душъ
чистыхъ,

да: о т ъ меня перепадете ему

кое-что: т ы знаешь, я однпокъ какъ т е саке въ ножнахъ. Прощай , ожидай насъ.
Твой старый друге — Кортиковъ. P. S.
Кланяйся о т ъ меня семейству своему !«
—Очень радъ, очень радъ! Эй, люди!
скорей согнать всю дворшо на пруде ловить рыбу, неводе растянуть на гумне!
Да язамѣпшлъ— говорнлъ Аристархе Лу-кичь—изъ всего письма, ч т о Полковнике
пріедетъ къ намъ обедать и верно не ра-

но,

следовательно пс худо бы и позав-

тракать ! —
»Л я заметила

въ письме его мно-

жество ошибокъ прошивъ правилъ Грамматики и Риторики!« отвечала Зинаида
Юрьевна. »Разберемъ его критически: вопервыхъ,

зачемъ въ самомъ начале

по-

сшавленъ восклицательный знаке ? а далее, главное предложеніе не отделено запятыми о т ъ придашочныхъ и вводныхъ;
во вторыхъ. . .«
— Постой!— прервалъ ее съ досадою
Аристархе Лукичь—нзъ твоей Грамматики не сваришь и супу, въ какомъ бы она
переплете ни была! Вникнемъ-ка в о т ъ во
что: кажется соседу нашему, не смотря
на т о , ч т о онъ инвалиде , хочется завоепаіпь дочку нашу? —
»Вотъ еще ч т о выдумалъ твой негодный псарь !« возразила ему жена его:
»къ Лукреціи сватались не ему подстать,
да она отказалась. . » .«
'

.

/

— Разве т ы ne поняла изъ письма,
ч т о онъ проситъ ее для своего племянника, какого-то учеиаго, перепеченаго изъ
вашей братьи? — спросилъ ее Аристархе
Лукичь.
»Когда мне

было разбирать

это ?«

отвечала Зинаида Юрьевна: »я наблюдала
слогъ письма его : онъ теменъ, а по/ь
снсній п е т ь ! хогпь

нъ нотахъ бы вы-

ставилъ онъ их«. : я конторщика своего
паиіколила писать лучше Полковника. Племянник«. !« прибавила

она нодумавъ не-

сколько: »давай его сюда — мы зададнмъ
ему строгій экзамене ! . .«
Лукреція сидела молча и недвижно
какъ прекрасное произведете скульптуры.
—Лукерыошка!—произнесъ Арисгпархъ
Лукичь зевая — кажется это дело доход и т ь до тебя ! . г .
»Mi amioé, покажи ему плоды гпехъ
семяиъ,

который

я насадила въ т е б я

сколько могла!« прибавила Зинаида Юрьевна.

Лукреція очнулась, привстала, подошла къ родителям® своим® , взяла их®
за руки и сказала: — к т о бы онъ ни был®,
ваш® ныпешній гость ,

он® никогда не

будет® моим® мужем® ! —
»Овечка моя, подумай, ведь опъ богат® : он® будет® гпебя кормить малиной , у Полковника свои улыі. . . начал®
Аристарх® Лукичь.
пИ піы говоришь так®
но ? однако

и

уверитель-

въ произношенін

сдела-

ла грубую ошибку возвыся голос® !« придралась Зинаида Юрьевна : »почему бы не
соблюсти просодіи ? . .«
— Клянусь торжественно въ справедливости слов® моих® ! — твердо произнесла Лукреція—и пусть накажет® меняПог®,
если я нарушу сердечный голос® мой —
душевную

думу и верное

слово

. . . .

Лукрсція не договорила ; она вышла из®
комнаты: душа ея, полная чувствами до
краев® своих®, искала уеднненія.

»У нее моральная болезнь : Пепіербургскій докторе мой сказалъ бы, ч т о у
нея засорснъ одинъ изъ желудочковъ мозга!« важными голосомь произнесла Зинаида
Юрьевна.
— Бедняжечка в р е т е , будто съ голода —

прибавили Аристархи Лукичь—

Жаль ее , а ѣ с т ь ничего не хочетъ . . . .
Въ исходе втораго часа всё селеніе
Ладовыхъ огласилось колокольчиком!.. К т о
живали въ деревнлхъ, особливо если оне
находились не на большой дороге, т е знающи какъ любопытно услыхать звонокъ
колокольчика. »Новости, новосшн!« говорите
помещике, открывая окно: »верно э т о возвращается

поверенный

мой

Ѳомка нзъ

города съ газетами ; посмотримъ-ка, какая въ столице такса на муку.—Ахи, ахи! —
восклицаютъ дочки его — верно э т о раз-Нощикъ съ нарядами : папенька продали
хлебъ, у него е с т ь деньги, какъ мы ради, какъ мы ради ! .
ЧАСТЬ

II.

. . оне вспрыгаюш1 4

ся; а горничныя ихъ, откормленныя, какъ
осешіія телушки , выбегаютъ по приказаыію барышень

ііа крыльцо

помахать

разнощику, чшобъ оігь не проехалъ мимо,
но т а к ъ осторожно, чгпобі. не замътнлъ
баринъ ;

и у нихъ е с т ь свои радости :

старые поясы и ^арежсвые платки барышенъ, при покупке новых«., верно перейдут«. къ нимъ, следовательно имъ буд е т е въ чсмъ показаться

на предстоя-

щую ярмарку и задать топу всемъ Иванамъ , Аитонамъ и Семеиамъ лакейскаго
рода.
Къ старинному

подъезду Ладовыхъ

подкатилась бричка тройкою; лихой кучеръ, съ заломистой шапкой на забубённой голове, ловко осаднлъ лошадей; лакей,
бывшій денщике Полковника , усачь , съ
шрамомъ па лнцѣ, ужь Богъ в е с т ь о т ъ
чего : о т ъ сабельнаго ли удара въ сраженіи, или о т ъ осколка бутылки во время
драки въ шинке,

высадилъ изъ брички

пожилаго, толсгпаго , широкоплечего муЩтіу

въ военном!,

сюртуке, съ дооро-

душнымь, румТшымъ лицемъ, съ плъшыо
на голове, съ крестами на шеѣ и на груди, и съ натуральною палкою въ рукахъ;
за шшъ выскочилъ молодой человеке въ
Чсрномъ Фраке , ловкій , с т а т н ы й ; ждаиымъ гостямъ радушно

ошворилъ хозя-

ине гаирокія объяпіія свои, какъ вороты,
произнося

обычныя

восклицанія

свои :

«очень радъ, очень радъ! милости просимъ,
очень радъ, очень радъ ! . .« Полковникъ
разчмокался съ ішмъ въ обе щеки и начале рекомендовать племянника своего: —
Х с х е , хе! вопіъ т е б е и обещанный повеса,« говорилъ онъ: «только э т о не нашего поля ягода и не нашаго леса грибъ,
всё съ книгами перешептывается — понимаешь ? . . хе, хе, хе !

—

»Очень радъ , очень радъ ! къ женѣ
его скорей!« отвечалъ Аристархе Лукичь.
14*

Зинаида

Юрьевна между тем® де-

лала над® молодым® человеком® наблюдетя
свои из® окна; »0!« говорила она сама с®
собою: »у него

ФИЗІОПІОМІЯ

лице не велико ,

выразительна,

въ двенадцатую долю

изданія, не более ; однако на нем® навешаны ученьія качества ;

даже из® того

можно посудить об® них®, что и платье
его въ пыли: верно онъ рылся в® фоліан»
max®. Ну вот®, какъ же его сравнить съ
тем® провожатым® холопом®, ужь я т о т »
час® узнйю цепу людям® ! , , . , < <
Гости вотли , пошли рекомендации
Зинаида

Юрьевна тотчас® ,

оправивши

чепчик® свой , приступила к® молодому
человеку

с® разными вопросными крюч-

ками ? ? ? на которые он® »отвечал® удовлетворительно ; она была в® восторге
о т ъ него. »Да вы сведущи во всех® о т раслях® наук®!« восклицала Зинаида Юрьевна: »id est энциклопедист®. . . . . «

—Полно, жена, соловья баснями не кормят!.!— прервали ее Аристархи Лукичь:-—
прикажц-ка скорей лодагпь анисовки.

—

»Да дочку свою па закуску.... хоть
Глазами только, хе, хе, хс !« примолвили
Полковники.
-—Очень радъ, очень ради! жена, ходпже безъ нотиыхъ піактовъ!—продолжали
Аристархи Лукичь.
Зинаида
друзья
молодой

не

Юрьевна

вышла ;

наговорились

человеке

съ

между

старые
собою;

заметными

не-

Шерпешемъ ходили по комнате. Немного
погодя услышали онъ легкую походку девушки, сердце его забилось : онъ не вытерпели и бросился

къ ней навстречу

восклнкиувъ : моя ! . . .

.

»Браво, племяннике!« вскричали Полковники: »воіпъ это по нашему, безъ команды бросился на милаго врага сердца
своего, когда оно забило дробь, хе,хс хе!..«

1GG
— Очень радъ, очень радъ! вошъ и наливка домашняя, воіпъ и салашъ доморощеным

къ мозговымъ

кошлсгпамъ !

—

прибавилъ Лрнстархъ Лукичь.
»Ахъ !« произнесла Лукреція , узнавъ
незнакомца

своего

и поразись

ужасомъ

о т ъ этого явленія : «удались,

удались,

судьбе не угодно . . . . я дала

страшную

клятву ! . . . въ міре духовномъ—я твоя!«—
более

она

не могла ничего

вымолвить

и упала безъ чувствъ на диванъ.
Незиакомецъ самъ поразился не менее.—
Ч т о эгао значить! — вскрнчалъ онъ: —
измена . . . .

клятва

другому ? . женщи-

на ! . . . Онъ поспешил«, исполнить волю
ея и удалился поспешно съ змісю тоски
въ груди своей.
»Хс, хе, хе! ну, ч т о делать, насильно миль не будешь !« покачавъ

головой

произнесъ Полковинкъ.
— Ш т и простынут«., на-тощакъ ничего начинать не должно ;

вогнъ пообе-

даюшъ, т а к ъ заговоряпхъ другое!—отвечаль Аристархъ Лукичь.
Въ окно видно

было какъ Зинаида

Юрьевна гналась за молодымъ человѣкомъ
съ толстою книгою

въ рукахъ,

крича

изъ всей мочи : »куда жь вы, сударь? пос т о й т е , постойте! помогите мпѣ перевести Цицеронову Фразу ex oratione . . . .
de . . . . «
Леіпо проходило , болезнь Лукрецін
усиливалась : всѣ уездные и вольнопрактикующие врачи, истощнвъ иадъ нею запасы еведѣнін свонхъ , по чести объявили , что у нее находится

въ растрой-

сшве церебральная система. И въ самомъ
деле показанія ихъ попадали на правду :
Лукрсція сперва впала въ горячку, но по
счастливомъ переломе этой болезни, въ
душе ея осталась тихая грусть, далеко
запустившая въ нее корни свои ; ЛукреЦІя впадала въ какое-то. самозабвеніе, уо-

ворила какъ будто въ ошсушствіи разума.

И прежде на ней

приметна

была

бледная печать меланхоліи, но после, въ
настоящее время, мыслеииоспхь ея дошла
до упадка величайшей степени: особливо
по ночамъ разнемогалась она , лунагаизмъ
начал® делать на нее еще большее вліяніе : тогда она говорила съ к е м ъ - т о ,
молилась — и плакала. На все вопросы,
делаемые ей домашними, она только улыбалась горестно н въ уныломъ раздумье
отвечала, ч т о она здорова — а окружающее ее больны. Можно посудить, каково было родителямъ ея: счастливый характере Аристарха Лукича избавлял® его
отъ

неутешной горести ; однако

видя

тайный страданія дочери, слыша немые
вопли ея, выражающіеся во вздохахъ, онъ
плакал® иногда, и сочный бивсшексъ редко утешал® его, поверженного въ думы;
онъ разсыпалъ деньги по бедным® семействам®, договариваясь съ ними молиться

за здоровье дочери, отыскивал«, знахарей:
ни ч т о

не помогало.

Зинаида

Юрьевна

отчитывала ее , думая у т е ш и т ь

дочь

свою красноречіемъ Греческих«, и Латинскнхъ витій

(она полагала,

ціл скучаешь).

ч т о Лукре-

Но Лукреція не жалова-

лась ни на ч т о : она даже не упомянула
ни разу и объ незнакомце своемъ, который пропалъ о т ъ дяди Богъ в е с т ь куда;
полагали , что онъ уехалъ вояжировать,
чтобъ разееять тоску свою о непостолнешве женщшгь.

Ему никто не умелъ

расшолкавать причины отказа Лукреціи.
Наступила осень мрачная,
вая.

Каково

проводить

это

дождливремя

въ

уединенной деревне, безъ книг«., безъ общества ;

впроче.чъ

у всякаго

свои же-

лапія и удовольствія : у Аристарха Лукича скука обозначалась зевапьемъ ,

вле-

чепію когпораго онъ удовлепіворялъ спаньсмъ. Зинаида Юрьевна получала журналы:
она хотела идти рядомъ съ современно-

сшію просвещенія века своего, а бедная
Лукреція

жила машинально :

она къ не-

счастно своему не лишена еще была способности чувствовать — осень
угрюмостію

и суровостію

со всею

своею имела

на душу ея сильное вліяніс , она грызла
ея сердце и накидывалась на нее черною
тенью ;

ни одинъ лучь утешенія давно

уже пе скользили по ней, не разсвѣщали
п у с т о т ы теней скуки ея.
Однажды
всё пебольшее

въ послеобеденное
семейство

время

Ладовыхъ си-

дело за круглыми спіоломъ :

Аристархи

Лукичь въ бумажномъ колпаке своемъ на
диване, подперши руками лице—онъ мысленно сожалели
пушка

о пропаже мухъ , хло-

его висела

безъ действія, и нп

ему, ни слуге его заняться было печемъ;
бывало самъ баринъ надосуге не праздно
проводили время: они со всею воинскою
хшпростію вели атаку свою на безпокойІІЫХЪ

насекомыхъ—то крался къ столу,

на котором® оставались крошки оіпъ завтрака его, и истреблял® иа нем® мух® целыми легіонами; т о преследовал® ихъ налету; т о защищался о т ъ них® размахивая оружіемъ своим®.

Э т о запяшіе

до-

ставляло ему пользу : о т ъ двнжеиія аппетит® его увеличивался,

а когда бы-

вало

на ратных®

заставал®

его

сон®

подвигах®, слуга его, малый лет® осьмнадцати ,

ігь мухояровой куртке своей,

приходил® иа театр® сражеиія съ большою липовою вѣтвію и обмахивал® героя,
защищая его от® нападенія мух®. Зинаида
Юрьевна сидела подле пего на креслах®,
расторгая бумажныя полы Энщіклопсдичсскаго Лексикона, только ч т о полученного
с® почты, чтобы проникнуть скорей сокрывшіясл за ними тайны премудрости и
о т ы с к а т ь э т и ключи въ недра природы.
Полубольная H истомленная Лукреція сидела прогнив® нее, привалясь в® пзпемоЖеиіи къ спинной подушке кресел®. По-

для и е я ,

а прямо противъ

Аристарха

Лукича, стояли для соблюденія квадрата
еще креелы, но пустыя.
Природа заливалась дождемъ, стучавшимся въ окиы; однообразное раскачиваніе деревъ, сопряженное съ глухимъ шумомъ, серы я , ненастныя облака, тянувшіяся но небосклону,
церемонія ,

какъ погребальная

какъ привидънія въ саванахъ

свонхъ , раннія сумерки ,
все видимое —

опускающія на

невидимый

породили бы самыя

крепъ свой,,

испріятныя впечаш-

ленія въ душе каждаго весельчака, прнсушствовавшаго тогда
выхъ.

Ветеръ

беседующими

въ семействе Ладо-

какъ будто аукался
и трепалъ

съ

лихорадочною

дрожью осгпавшіссД листья на обиаженпыхъ деревьяхъ, верхи которыхъ виднелись изъ окоігь, какъ мачты корабельиыя.
То в е т е р ъ взвивалъ э т и листья вихремъ
и пускалъ

пуховинками

по воздуху, т о

гпа.іъ ихъ съ шумомъ по земле,

дождь

крапалъ на них«, и оіш, слышалось, будт о кипели , какъ котелъ полный воды.
Лукреція устремила въ окио безучасшлпвый взоръ свой . — однообразный видъ и
шумъ

навелъ

на нее магическую дремо-

т у , ветьви древесъ, раскачиваясь предъ
нею, настилали на стекла Фантастическая т е ш і ;

она тихо

свою — и взоры
лись —

вдругъ

склонила

ея невольно
вегперъ

голову
сомкну-

взревелъ

еще

сильнее, закрушплъ облака — и погпалъ
Ихъ, каіуь лебединое сшадо въ одну с т о рону — на дворе т е н и сумрака сгусти-»
лпсь еще более, въ комиатахъ потемнело , и сквозь

эту

темень

неожиданно

прорезался бледный серпъ луны , еіяніе
ея

полилось — несколько лучей ,

Пукъ стрелъ ,

какъ
$

прорвались в«, гостиную

Ладоцьіхъ и затеплились слабьщъ мсрца»
иіемъ ;

вдругъ Дукрсція открыла глаза ,

иуна навела на нее ликъ свой, мутный,
бледный ,

такъ лучь гробовой

лампады.

Она скрестила руки — легкое

содрога-

нье пробежало электрической струей по
т е л у ел: тяжко задышала она.
Аристархи Лукичь проговорили было : на ч т о , скоро ли ужинать?« но приметней положеніс дочери своей, онъ заботливо оборотился къ ней и спросили
ее: »что съ тобою, дигпя мое ? . . . «
Лукреція отвечала чуть внятно: —
да . . . . его еще н е т и ! . . . .
»Кого, Лукерыошка?« продолжали Аристархи Лукичь.
— Кого? . . возразила Лукреція улыбнувшись горько — а когожг. дожидаются
э т и порожнія креслы. . . . ?
»Бедная, больная душа, дол голь скитаться

тебѣ по іпсрнамъ невежества ?

К т о можетъ исхишшпь тебя изъ этой
темной

пучины ? . '.« примолвила Зинаида

Юрьевна.
— ОіЩ матушка, он»!-—тяжко произнесла Лукреція—попросите его, ахъ, зак-

линаю васъ: пошлите за иимъ, оиъ дожидается

там®

за густым® ущельем®

у

дикой сосны, разщепленной громом®, оиъ
велит®, онъ приказывает® ми® просить
пас® . . . . слышите ли? . . . «
Вдали раздался выстрѣлъ точно раскат® грома. Лукреція вскрикнула, привстала съ кресел® своих® , луна отлила
на ней всё сіяніе свое ,

па лиц® ея со-

средоточила она весь блеск® лучей

сво-

их®. Лукреція, облѣдпеииая ими, съ мутными глазами, мертвенно открытыми, совершенно походила на мертвеца.
»Чгпожь, исполним® волю ея!« сказал®
Аристарх® Лукичь : »кого это она ожидает®, бѣдняжка. Да какъ зовут® его?..«
— Пурпуровый плащь, онъ ужь близко ! . . съ усиліемъ произнесла Лукреція, и
Начав® нсшоргапіь из® себя воздух®, какъ
иредныя испареиія,. . . опустилась въ креСлы. Глаза ея опять сомкнулись.

»A, понимаю!« сказала Зинаида Юрьевна: »она спитъ, это на нес действуешь
лунатизме . . . . оставимъ ее въ покое !«
Беле ли подать огня; Лукрецио осторожно отнесли въ крсслахъ въ спальню ся.
Супруги опять задумались; набежавшее облако проглотило луну, ветеръ распахиулъ опять свистящія крылья свои;
вдругъ дверь точно сорвалась съ петель
свонхъ , расторглась, все вздрогнули -—
въ нее вошелъ человеке въ пурпуровомъ
плаще , волосы его были въ безпорядкѣ,
лице мрачно; одною рукой прихвачивалъ
онъ полы плаща своего , въ другой держалъ писгаолетъ.
Супруги обмерли со страха.
Послышался издали голосе Лукреціи,
слабо изливающейся жалобами.
»Извините меня!« произиесъ вошедіній:
»я не нашелъ никого въ передней и при*
бежалъ искать спасеніл — сюда.«

Супруги молча впились съ него взорами, которые выражали вопросе :

что

это значшпъ? . .
»Я
мецъ ,

усталь !«
опустясь

продолжалъ

незиако-

безъ церемоніи въ

те

неприкосновенны«, ожидавшіе его креслы,
на которыя

показывала Лукреція:

вольте

отдохнуть.

мне

»поз-

Ночь и буря

сбили меня съ дороги ; я ехалъ верхомъ,
недалеко

отсюда

напали на меня раз-

бойники ,

и ранили лошадь мою ; я въ

темноте

спустнлъ

наудачу

пистолет-

ный курокъ, выстрѣлъ свсркнулъ и освѣгпилъ одного изъ нихъ
другаго я кой - какъ

раненаго,

спасся , спасъ

драгоценности свои . . . .

отъ
все

и прибежа.гь

сюда . . . къ вамъ . . . еще разъ извините.
Могу ли я надеяться иа позволеніе ваше:
провести мне здесь

наступающую ужа-

сную ночь? . .« Изъ выговора незнакомца
заметно было, ч т о оиъ не Рускін ; онъ
сложплъ плащь свой па спинку
ЧАСТЬ

II.

15

креселъ

и представился взорами хозяевъ

въ до-

рожномъ сюртукѣ.
Зинаида Юрьевна не собралась еще съ собой о т в е т и т ь ему что нибудь; Аристархи
Лукичь приветствовали ему: »очень ради,
очень ради ! мы поужинасмъ в м е с т е . . . .«
Оправившись, Зинаида Юрьевна о т неслась къ незнакомцу. — А что, сударь,
имени и отчества вашего не знаю,
принадлежите

къ какой с е к т е :

вы

Роман-

тизма или Классицизма ? —
Незнакомецъ, не вслушавшись хорошенько въ вопроси ея, отвечали, ч т о они
ЛИФЛЯНДСКІЙ

Бароне, путешествующий по

Европе для сшатистическнхъ сведений оби
пей и Идешь теперь въ Москву; но неприятный случай завели его къ ними въ доми,
однако

онъ

возыаграждени

за э т о

те-

перешними врсмяпровождешемъ своими, И
проч. и пр. Незнакомецъ отвечали удовлетворительно целыми периодами на заданны;! ему шемы Зинаидой Юрьевной '

оиъ, х о т я скромно , но выказывалъ множество разнообразныхъ
и между т е м е
піи хозяина

позианін свонхъ

выигралъ много во мнѣ-

подробнымъ шолкованіемъ о

предмете Гастрономіи;, впрочемъ э т о покаместъ была еще шеорія, но вотъ скоро
пришелъ ОФФііціантъ съ докладомъ : поставили кушать! Велели» позвать Лукрецио, если она проснулась ,, а сами между
т е м е хозяева
столовую.

и гость

Баронъ

руку свою —

отправились въ

предложилъ

хозяйке

Аристархе Лукичь шелъ,

пушеводимый запахомъ ужинныхъ блюдъ.
Столовая была освещена ярче, чемъ
гостиная

одной лампой подъ

зоншомъ.

Супруги пристальнее оглянулись въ черт ы лица гостя своего и нельзя было не
Удивишься разительному сходству его съ
Незиакомдемъ, женихомъ Лукреціиг только Баронъ былъ несколько постарше его,
Полосы имелъ чернее , кудри пушистее,
блескъ глазе огннегнее.

Пришли доложить,

что

Лукрсція

Аристарховна изволить почивать. Ее не
решились безпокоить , и с® л и за стол®
втроем®.

Барон® угождал® хозяину по-

хвальбой блюд® его, съ признаками добраго аппетита; хозяйк® разсказывалъ он®
со всею методическою точностно, какіе
продукты им®ешъ шакая-то земля , какой крепсъ - салаіпь растет® у Французов® , какая

капуста

у

Американцев®.

»Там®!« говорил® онъ: »капуста настоящій
пергамент®: из® нее поселенцы дълают®
в®ера и альбомы, пишут® на листах® ея
супружескія рядныя, и проч. Я сам®« у т верждал® Барон®: »вписал® не один® стих®
въ альбом® одной Американской барыши®
на капустном®
pour

лист® и она носила его

souvenir на шляпк® своей вмѣспЮ

строусоваго пера.«
Разговор®

съ

капусты

иепримът-

нымъ образом® склонился на другіе предметы: р®чь зашла об® литшератур®, ДУ"

хоборцахъ — и т а к ъ далее. Здесь Баронъ
выказали
» совершенство своихъ познаиій.
Опъ насказалъ имъ множество критическихъ новостей и анекдотовъ: Аристарху
Лукичу объ диве-поваре, делающемъ грибную икру, постную яичницу и к о т л е т ы въ
папильоткахъ изъ бисквитнаго и сахарнаго т е с т а ; Зинаиде Юрьевне толковали
онъ объ лекціяхъ Кузеня и объ последнемъ сочиненш
когда

коснулось

Альфреда де Биныі ; но
дело

о магнетизме

и

пспхологическихъ явленіяхъ природы, Бароне приняли на себя важную мину, постучали

двумя

пальцами

по табакерке

своей, хитро выделанной изъ раковины, и
улыбнулся самодовольно. »Да!« сказалъ опъ:
»преследовать

природу

анатомическими

ножемъ—вотъ тема жизни моей; Химія,
Алхимія, Физика, Метафизика— э т о кумиры мои: имъ отдаиы все лучшіе дни мои;
за ішхъ претерпели

я и ношу до сиуь

пори на себе тяжелый креспгь. За т о

не ѣзднвши

въ Египеіпъ разбирать

за-

гадки ІероглгіФов®, я знаю, отсюда вижу,
чтЬ начеканено на пирамидах® древним®
резцом® глубокоумія, угадываю даже т о ,
ч т о соскоблила

съ них® коса времени !«

Т у т ® Барон® насказал® такіс странные
H вместе

занимательные

анекдоты

о

дивных® явлешяхъ природы, чгпо и Аристарха. Лукичь забыл®
он® ужинал®

об® т о м ® ,

и ч т о давно уже

что

насту-

пи.!® неріодъ спанья: онъ слушал® его и
глотал® каждое слово какъ кусок® смачной пулярды.
лась

во всех®

З&інаида Юрьевна потерячувствах®

своих® : она

отдалась одному органу слуха. Барон® замолчал® уже, а супруги все еще прислушивались къ звучным® выражегиямъ его,
вглядывались

в® странныя жесты его ,

в® дикую улыбку; чем® далее вилась цвет и с т а я связь разеказовъ его, пгвмъ ярче ,
огшісіпье блистали глаза Барона.

Кукушка на сіпарииныхъ
часахъ столовой

спіенныхъ

прокуковала

уже две-

надцать разе : Арпсіпархъ Лукичь наконецъ угомонился

и встугшлъ сопеньем«,

своимъ въ совещаніе

с«, сонными тепа-

ми , являвшимися ему въ лестныхъ грёзахъ. Зинаида Юрьевна , держа

еще въ

памяти слова дочери своей , и вызнав«,
онытомъ кабалисшичсскія познанія Барона , начала разсказывать ему о болезни
ея, постигшей ее съ самаго младенчества,
и о томъ , что она призывала кажется
его

особу помочь ненапіуральнымъ при-

падкам«. ея. Баронъ не показалъ

іш ма-

лепшаго удивленія : выслушавъ ее , оиъ
отвечалъ спокойно, что больные, подобные дочери ея, имеюіпъ инспгинктъ узнавай«» издали людей, находящихся въ сродс т в е съ душами и хъ ,

связывающимися

невидимыми нитями, чшо они указываюшъ
на ішхъ и имеюшъ друге к«, другу сильную притягательную силу. »Природа« го-

ворилъ оиъ : » г о т о в и т ь
алы ,

чудные матери-

а голова человеческая — э т о ла-

боратория, печь, въ которой совершается
очистка и приготовление ихъ. Е с т ь выродки люден, нснодходящіс подъ общіяусловія;
е с т ь существа, выдерживающія жестокія
битвы съ болезнями особеннаго рода, нелропикнутыми доселе Медициною — э т о
ступки, въ которыхъ тяжелый молоть
исш.ппанія т о л ч е т ъ ме.ікія земныя страс т и , освещеішыя, нагіримеръ газомъ любви. Угодно ли? прнсіпушімъ къ опыту !а
I
Зинаида
го магика

Юрьевна

слушала

съ ііенасыгпнымъ

Она, осведомившись

днвна-

вниманіемъ.

о положении дочери

своей, повела его въ снальшо ея. Лукрсція лежала на постели въ горизонтальномъ положены, недвижимо, въ какомът о оцепенеиіи :

лучи луны пробивались

въ комнату

и набрасывали

ея

мерцающую разеыпку свою.

на нее

»Вотъ моя страдалица!« сказала Зинаида Юрьевна : »объ болезни ея

не чи-

тала я ни въ одной древней книге, даже
»
in antiquo Tesauro не помещено объ ней
Ни слова !«
Баронъ взглянули на Лукрецйо — и
лице его облилось какою-то злою улыбкой. — Свети месяца

мешаете ей ви-

д е т ь окружающіе ее предметы! — сказали опъ •— занавесьте окно.

—

Окно занавесили : полотняная гардина скатилась

по немъ ;

Лукреція ше-

вельнулась.
— Надобно застлать совершенно с в е т и
луны! —- продолжали Баронъ. — Видите
лп: лучи прокрадываются и теперь, какъ
Змеи; предоставьте э т о мне!-—Онъ отворили окно ,
у него

взяла, плащь свой, висевшін

на руке , растянули

и прикре-

пили его къ окну, заслоняя лунный свѣтъ.
Ветерокъ заколебали полами его: о т ъ
Пего откинулся какой-то багровый цвѣтъ,
ЧАСТЬ

II.

16

какія - mo Фашпасішіческія

т е н и начали

пробегать по немъ, рисуясь чудными образами. Лукреція

вдруг®

приподнялась,

открыла глаза и застонала,
»Не троньте теперь се и не называйт е по имени, она спнтъ!« воскликнул® Барон®. »Эти движенія непроизвольный, насильственный: сен час® она успокоится !«
Онъ подошел® къ Лукрецін;
было рассмотреть,

можно

что глаза ея бли-

стали одушевленным®

огнем®, въ них®

отливался

жизни.

кипяток®

Со всею

энёргіею чувств® произнесла она: »пако•
пси,о ты здѣсъ . . . .« Барон® молча вглянулся въ нее. — Успокойся, заблудшаяся
душа ! — произнес® онъ повелительно :
глаза ихъ слетелись взорами.

Лукреція,

казалось, силилась, но не могла о т в е с т и
своих®

от® магнитизма

ouçft незнаком-

ца; но за т о заметно было, ч т о со всехе
членов®

т е л а ея,

тых® , скатились

судорожно протянуцепи ;

тихо начала

она шевелипіь устами ,

какъ будто

въ

легкой з е в о т е — и склонилась опять на
подушки.
»Теперь ручаюсь вамъ честыо своею,
ч т о она заснула!« сказал«. Баронъ: »и заснула спокойно, безмятежно, младенчески;
поверьте ,

она давно

такъ

не

спала.

Пусть плащь мои висите на окне!« Онъ
выпулъ изъ кармана своего зеленый ларчикъ

H досталъ

изъ него какой-то по-

рошекъ ; свешавши его на аптекарскихъ
вескахъ,

тщательно

раздЪлилъ на не-

сколько ровныхъ частей и велель курить
имъ въ спальне ея по нескольку разе въ
продолженіе ночи.

Порошекъ вспыхнул«.,

но, къ удивленно Зинаиды Юрьевны, не
производилъ никакого запаха,

»lie безпо-

койтесь, она обоняетъ его!« говорилъ Баронъ улыбаясь.
-— Чемъ мне благодарить

васъ за

услуги, коіпорагобы и древпіе кабалистики

назвали: vir clarissimus?—сказала Зинаида
16*

Юрьевна выходя съ Барономъ нзъ спальни
дочери своей.
»Спросите у иея!« отвѣчалъ онъ.
Все разошлись но комнатамъ своимъ.
Зинаида Юрьевна распорядилась: кому изъ
домашнихъ быть при Лукреціи и на какомъ посту , а сама заперла спальню ея
и взяла

ключь

кі> себе.

Она ,

надобно

признаться, всё еще подозревала несколько диковнннаго гостя своего, чтобъ онъ
не испортилъ

дочери ея какимъ нибудь

лишнимъ навождепіемъ своимъ.
Далеко было за полночь.
Поутру все собрались къ завгпракуЛукреція была блѣдна, но поводимому гораздо спокойнее прежняго. Баронъ явился со всею важностію и хладнокровіемъ
своимъ ; правый глазт.

его быль ззлеп-

ленъ пласіпыремъ подъ черною гпаФгпой;
наружность его исказилась этой наклейкой, одпакожь она была выразительна: она
отражала

въ себе

все черты

перваго

незнакомца, только суровье, старообразнее; опушка черныхъ, смолыіыхъ волоса,
а баккембардъ

придавала

свирепость вампира ;
глазе,

дикость ,

ему какую-то

блеске огнисшыхі.

злая , насмешливая и

вместе презрительная улыбка,

отвора-

чивали о т ъ него сердце каждаго. Съ перваго взгляда онъ былъ даже привлекаіпеленъ ;

по если

всмотреться,

больше всматриваться

или чемъ

въ зі/тіе наруж-

ности его , т е м е более отпугивала она
взоры. Онъ обошелся съ Лукреціей какъ
съ давно

знакомою

особой :

ловко , не-

принужденно осведомился объ ея зДоровье
и предсказывали

ей скоро

совершенное

здоровье. Аристархи Лукичь благодарили
его

более буттербротомъ , чемъ слова-

ми. Лукреція не благодарила его, но взоры ея

казалось ненасытнмо

вглядыва-

лась въ него: она следила ими все движснія его,

Баронъ уводили нхъ за собою ,

какъ пленника на аркане—Лукреція буд-

mo не смела отвратишь ихъ опіе него:
глаза ея одушевлялись, разжигались о т ъ
сообщенія пскръ изъ г.іазъ чуднаго человека, но сердце ея трепетало, какъ бабочка на острее шпильки. •
Барона, разумеется, упросили Лядовы о с т а т ь с я у нихъ на несколько дней,
чтобъ д а т ь
годеяпія

ему время довершить бла-

свои

для дочери

и воспользо-

ваться комііаніею его. При немъ Лукреція часе

о т ъ часу становилась живее :

т е л о ея сбрасывало съ себя предсмертную оболочку ,
розы ;

на щекахъ ея зарделись

наблюдательный

взоръ

могъ бы

приметить, ч т о эгае розы были болезнеиныя, ч т о э т о только листки розы ,
оборванные

посыпать могилу. Припадки

Лукреціп уменьшались, однакожь не прекращались еще совершенно: она продолжала
во сне говоришь съ кемъ-то : горничные
ея подслушивали к а к і я - т о отрывисшыя
I
слова, задушаемыя вздохами и шрогашель-

ными жалобами; казалось, ома просила пощады и судорожно вырывалась оіпъ когото ,

какъ пгпнчка

изъ когтей демона ;

ее не смели будить и опрашивать; поутру

уверяла

не помнипіъ.

она в с е х ъ ,

что

Часгпо .Іукреція

ничего
вставала

съ постели, садилась за роняль, въ потьмахъ разбирала мудреную грамоту

ІІОГПЪ

Ii пленительно пела , изливая жалобные
мотивы

на

судьбу,

на людей ;

каза-

лось, эти звуки были эхомъ плача души
ея — шо сквозь

унылые

аккорды

му-

зыки будто проскакивали искры, треща
какъ Феперверочиыя ракеты , будто хохопгь незрнмыхъ духовъ

отдавался

въ

басахъ, прокатывались громы — и опять
все утихало и чушь слышались клавиши,
робко , редко издавая т о н ы своп , какъ
бьющееся
ромъ ;

сердце

болезнеииымъ

кисть руки Лукреціи

разме-

оставалась

на клавншахъ, другая придерживала сердце : она успокоивалась ;

»

іпакъ заставали

се иногда спящею со склоненной головой
и с® застылыми слезами на пламенных®
щеках®, которым капали на них® , какъ
на раскаленное

железо . . . . Барон®

уве-

рял®, ч т о э т о всё скоро кончится само
по себе; взор® его заставлял® и Лукрецію

подтверждать

т о же : она ни въ

чем® up прекословила ему; сами родители уговаривали ее слушаться шаипсшнеіінаго, повиноваться всем® предішсаыіямъ
его , выдерживать все діеіпм.
- Такъ протекло две недели ; Барон®
наконец® назначила, день отъеда своего :
он® уверял® добрых® хозяев® , ч т о ему
непременно должно отлучишься

въ Мо-

скву, может® б ы т ь , не надолго, а может®

быть

и навсегда ;

во разсказывалъ
Лукреціи

будушій ход®

и способы

жественно клялся,
исцелит® ее ,

он® заботли-

лечепія

болезни

ея ;

тор-

ч т о будущая

весна

возвратит® ей здоровье.

Накануне отъезда своего в® последнюю

ночь онъ предупредили родителей Лукреціи, чтобъ они не пугались припадковъ ея.
»Наступаешь переломи болезни!« говорилъ онъ :

»надобно теперь какъ можно

стараться покоить ее, не раздражать иервовъ, удалять всякое воспомиианіе о прежнемъ, а более всего стараться всячески
удовлетворять
выскажепіъ
жешь

желаніямъ ея :

вами лекарство

где оно

находится.

она сама

свое ,

ука-

Старайтесь

воспользоваться имъ, не іперяя времени,
иначе

дочь

наша

будешь невозвратима

къ разеудку. Когда совершится благополучно переломи, я поздравлю васъ съ минованіеми

опасности — вами

останется

только исполнить завыиъ мой : не раздражать ее H исполнить т у же минуту
всякую просьбу ея въ точности !«
—

Непременно , непременно , очень

радъ, очень радъ! — говорили Аристархи
Лукичь : —

верно

она захочеіпъ

арти-

гаоковъ :

она всегда т а к ъ

любила ихъ,

у меня припасены
»Вопреки всемъ жеищинамъ , ома до
нарядовъ ие охотница!« произнесла Зинаида Юрьевна. »Быть можетъ, ей вздумается прочесть Теорію Изящной Словесности!«
— Не знаю! тогда услышите и увидите; быіпь можешь и я буду свидетелемъ просьбы ея ,

быть

можетъ

и

я

постараюсь помочь вамъ! — отвечалъ Баронъ таинственно.
Супруги кинулись стократно благодаришь его.
»Ile погневайтесь , Бароне - сударь!«
сказалъ Аристархе Лукичь: »за малое предложеніе мое; вы завтра едегпе, чЪмъ богатъ

т е м е и раде ,

очень радъ ! я не

собиралъ еще оброка

и остаюсь у васъ

въ долгу . ..« Ариспіархъ Лукичь

супулъ

ему въ руку пучокъ разноцвешныхъ ассигнации

По лицу

Барона

пробежало облако

пегодовашя. »Чем® я заслужил® , сударь,
такое низкое ваше мненіе обо мне?« спросил® онъ обиженным®

тоном®.

»Думае-

т е лн вы, ч т о ветхая бумажка придаст®
более цены

гостенріимству

вашему, и

впишется цветистым® листом® в® альбом® моего воспомшіапія об® вас®? Думает е лн вы найти

во мне какого

нибудь

Фокусника, морочнлу, шарлатана, глотающаго целковые и закусывающаго хлопчатого бумагой ? Вы верно полагаете, ч т о
я какой иибудь

отрывок®

иностранной

спекулаціп , балаганный ученик® ученика
Пннетши, у котораго т а л а н т ® , обвернутый въ ассигнаціонный переплет®, выставлен®, какъ вывеска, на общее позорище ? . . Ч т о вы думаете«

продолжал®

он® понизив® голос®: »піяжеле ли всё ваше
золото
состава,

порошинки

моего алхимическаго

из® котораго знаніе

иосшь выливают®

и опыт-

целы я массы

\

этого

t
196
металла , за которымъ глупецъ Колумбъ
езднлъ за моря и іпрагпилъ жизнь, какъ цент а ръ изъ кубка, скоро истощающагося?..«
Аристархе Лукичь молчала.; онъ придерживался

благому

правилу : если онъ

чего мало понималъ, т о нропускалъ мимо ушей ,

какъ стадо поднебесныхъ дн-

кнхь гусей, зная, ч т о ни одннъ изъ нихъ
не вдънегпся къ нему въ ухо жемчужпою
серьгой. Больше думать, меньше жить !
пословица верная ;

но Зинаида Юрьевна

вскрыла черепъ нознаній свонхъ.
—

Довольно, сударь — сказала она

взявъ Барона
е с т ь люди,
шею ,

за руку : — нобили ,

рожденные съ великою ду-

созвучны

кажетесь

то

взять

вашей , —

вы не о т -

съ собой

восномина-

иія объ уваженін женщины : я не

СЭФО ,

не Семирамида, не Клеопатра; но имею
право просишь васъ сказать имснемъ моимъ всемъ ученымъ академиками с в е т а ,
ч т о вы —

человеке достойнейший,

та-

коп ,

для котораго бы и Діогенъ поте-

снился въ бочке своей, и Ѳокіонъ, котораго
самъ Демосфсиъ звалъ сЪкпрою речей своихъ, онемели бы предъ нами, какъ рыба,
и нее герои спеша

переломили бы попо-

лам!, лучи сланы своей, чтобы поделиться

съ вами.

Пусть

огпъ словъ моихъ

покачнутся парики ученыхъ , пусть они
напечаніаіопгь
аФФитахъ

эти слова на особепныхъ

и прибыотъ

ихъ

ко лбамъ

своими , на весь вид ь , какъ къ площадными столбами,

къ которыми прико.іа-

чиваютъ таксу цепы говядине, для ведома всехъ и каждаго ! —
Баронъ молча благодарили ее.
стархи Лукичь

Ари-

насилу дослушали домо-

рощеннаго вигпііо своего : не одинъ рази
повторял!,

онъ

въ

продолженіе

речи :

очень радъ! и прнглаенлъ т о т ч а с ъ гостя
идти ужинать.
Зинаида Юрьевна торжественно повела его за руку , какъ др>евніе Римляне

ввозили полководцсвъ своихъ , спдевшпхь
на

колеснпцахъ

ГІочсрк«.

погъ

победы, въ Капнтолію.
Зинаиды

Юрьевны быль

самый праздничный.
Наступила роковая ночь для Лукреціи.
Iîce ставни окошіыя затворили; людям«,
отданъ былъ строжайшій приказ«, хранить
молчаніе и наблюдать смертную тншішу.
За ужином«. Еаронъ препоручилъ Аристарху
Лукичу, чтобы онъ далъ принять дочери
своей успокоительный порошекъ, а самъ
почему - т о не хотелъ войгщі къ ней.
»Понимаю !«
Лукичь ;
какъ

отвечалъ

Аристарх«.

»ей порошекъ надобно выпить,

яйцо

въ смятку !<< и покцзалъ на

практике э т о принятіе.
Лукреція

точно скоро

успокоилась,

Зинаида Юрьевна попеременно съ ш т а т ными женщинами своими дежурила у постели дочери ;
переднемъ

углу

у образа Богоматери въ
теплилась лампада. На

столѣ

подъ зеленым® зонтом®, для со-

хранен! я зренія,

горела восковая

свеча

во всю ночь, которая на гпу пору была самая мрачная, дождливая, оглашаемая с т о нами

взрывистыхъ

вѣтровъ.

Дождик®

шипел® точно кипяток® ; г д е - т о вдали
у мучцаго амбара

сторож® наколачивал®

въ разбитую чугунную доску, точно домовой ;

ходя дозором® въ указные часы

свои , простудился о т ъ сырости и гнилости Октябрской погоды и кашлял® сиповатым® голосом®.
Г>® спальне Лукрецін все было тихо;
только размерный маятник®
часовъ раздавался ,

стенных®

какъ шаги

часоваго.

Волшебная дремота, как® очароваціе, заглянуло под® крылатые чепчики караульных® женщин® ,
было

так®

подъ т е н і ю которых®

сладко дремать им® ! , Лу-

креція спала , грудь ея воздымалась т и хими

волнами ,

как®

розовая

у с т а полуоткрывались ,
почка

готовясь

развер-

нуться к7. утру и зацвесіпь розовою, благоуханною жизпію своею; вдругъ въ самую
глухую

пору ночи она почувствовала во

сне еще (какъ она сама после разсказывала), ч т о на грудь ея накинулась чья-то
холодная, свинцовая рука, а въ уши вкопался знакомый голоса., произнося следующая слова :
»Угрюмый, какъ самъ жребій, я всегда
и всюду надъ тобою

бодрствую незри-

мымъ духомъ. Я властелине півон! Коль
хочешь , я для т е б я наполню весь міръ
любовью, и сонъ твой обворожу прихотливыми , райскими грезами ! П'редъ тебя
готовь

я являться

и въ рубиновомъ и

въ огненномъ венце. Ты человеке—отдайся мне тѣломъ и душсю, и тогда я т е бя выкуплю изъ когтей смертнаго уничтожения ;

я сокрою

тебя

отъ

света

въ утробы горе, какъ лучшую ал мази иу
его; я обращу тебя въ песчинку и залью
морскими волнами, задвину водяпымъ іцч-

т о м ъ — я приставлю къ т е б е невидимую
стражу

духоиъ.

цветы —

Мы помчимся срывать

самаго неба съ садовъ подоб-

лачнмхъ; мы не соспіареемся съ тобою въ
море бытія: я буду лелеять т е б я тамъ
въ сердцевине звезде — въ этнхъ гпездахъ Ангеловъ ! . . . Но если т ы презришь
меня ? . . дерзкая, страшись — я подавлю
гпебл жезломъ власти моей: я буду везде
стеречь тебя, какъ демонъ; я подслушаю
каждый издохъ твой ; я оледЫно циЬтъ
жизни твоей ядомъ взоровъ моихъ; я дамъ
отдохнуть душе твоей , дамъ минутно
насладиться любовію къ жизни—и вдругъ
неожиданно

пронжу се

насквозь

явлені-

емъ моимъ: пусть замрете она опіъ палящихъ очей моихъ—они будутъ стрясать

съ себя красныя

искры

и сеяпіь

ихъ около т е б я Нъ темную ночь; мертвящая рука моя будепіъ

прерывать ды-

ханіе т в о е —. т ы умрешь

не однажды.

Я обовьюсь около груди твоей
Члсть II.
17

нзвили-

с т о ю змѣею :

полсердца твоего будете

г о р е т ь о т ъ огненнаго жала ея, полсердца защемитъ о т ъ холоднаго нрикосновенія ; я медлительно впутаюсь ,
въ у с т а

твои

моими —

вопьюсь

и вдохну

въ

сердце т в о е пламень неудовлетворимый :
т а м ъ раскипятся знойный с т р а с т и твои
какъ бездна . . . Т ы будешь пить медлительный
плащь

ядъ ,

замирать

мой будетъ

томительно ,

брачной

пли погре-

бальной одеждой нашей ! Внимай :

воіпъ

З словіс . . . !«
г

Лукреція

открыла глаза — т я ж к о

вздохнула и, казалось, прислушивалась чегот о . — И ъ т ъ , никогда! — произнесла она
півердымъ голосом«., и в«, т у же минуту
спальня ея огласилась стонами: глаза ея
мертвенно заблуждали,грудь начала воздыматься, какъ въ предсмертныхъ, судорожныхъ усиліяхъ борьбы съ жнзнію , щекй
ея пылали, казалось жизнь и смерть спорили

за добычу свою . . В с е окружав-

шіе ее встрепенулись: началась толкотня
и суета около нее.

'

»Пощади меня, таинственный человек® ,

мой злобный геній ! отойди о т ъ

меня!« произносила Лукреція удушающим®,
слабым® голосом®.
— Э т и слова относятся къ Барону!—
сказала Зинаида Юрьевна —- да его здесь
нет®; осведомтссь об® нем® ! —
Лукреція страдала: из® уст® ся вырывались

какіе - іпо невнятные

звуки.

Пришли сказать, ч т о Барон® заперся в®
своей комнате; ч т о онъ *ие спнтъ; что
там® шум® и блистают® огни.
»Да ! . . .« произнесла наконец® Лукреція—н въ т у же минуту отдохнула. Жалобно она взглянула на мать свою — велела
призвать отца — и стала просишь ихъ
о т д а т ь ее замуж® —
рики насилу опомнились

за' Барона.

Ста-

огпъ удивленія.

»Да разве т ы любишь его?« спросили они
дочь свою.

Лукреція не подтвердила слова о любви , но говорила ,

ч т о э т о т а к ъ быть

должно.
Старики вспомнили ,

ч т о прекосло-

в и т ь ей опасно, задумались -— и опустили головы.
Ушромъ Баронъ пришелъ
вммъ

въ дорожномъ

къ Ладо-

платье своемъ —•

прощаться.
Зинаида Юрьевна взяла на себя разсказашь ему просьбу дочери.
— Право?— съ изумленіемь восклпкнулъ Баронь —

я не ожидалъ этого! —

»Что • делать !« горестно произнес/»
Арисшархъ Лукичь :

»у меня четыреста

душъ, Лукреція единственная наследница
наша . . .«
Баронъ просилъ д а т ь ему несколько
времени подумать обь эіпомъ иредложеній.
Скоро разнеслась по всему околодку
в е с т ь объ замужстве богатой невесты
съ ннссіпранцемъ, не смотря на т о , что

Баронъ ігь число договорных!, условій о
приданомі. вкліочилі. с т а т ь ю : сохранять
бракъ ихъ втайне до окончанія его: »потому« говорюсь онъ: »что всякій лишній
шуме , вслкін чужой глазъ можешь безпокошпь еще не совсЬмъ выздоровевшую
невесту мою, которую хочу скоро увезт и въ Карлсбадъ!« Однакожь сколько ни
старались, не могли скрыть этой новос т и : у Аристарха Лукича были ѵь доме
женщины, а у пнхъ языки, следовательно дело вышло наружу. Къ тому же въ
доме завелись лишнія хлопоты ,

суеты,

шили приданое , набивали пухъ въ перину . . . .

н проч.

Однажды вдругъ является къ Ладовммъ Полковнике Коріппковъ.

»Xe , хе ,

хе ! любезный сосед ь !" приветствовал ь
онъ Аристарха Лукича обнимая его: »что
это т ы

вздумалъ скрывать

рыхъ друзей

ошъ с т а -

радость свою ? мы не по-

мешасмъ т е б е : племяннике мой взялся

за разум«., не хочет«, жениться, а е д е т е
на Кавказъ, чтоб«,
ІІижегородскій
онъ хоіпелъ
вамъ.

вступить тамъ въ

драгунскій полке ;
заехать

Да где же

скоро

проститься и къ

нареченный

зяітошка

твой? мне нетерпеливо хочется обнять
его. Давай его сюда, или пондемъ къ нему : пора выпить за здоровье будущихъ
супруговь ! . .«
— Очень радъ, очень радъ! — отвечалъ
Ариспіархъ Лукичь — только Баро-пъ не
любитъ если к т о ему помешаешь.

—

»Пустое, брапіъ: если оиъ разеердится, мы разцелуеися и помиримся!«—сказалъ
Полковнике.
»Вотъ его комната, да тише, брат е ц ъ , боюсь не помешать бы ему : о т .
часто печетъ должно быгць аладьн изъ
хлориновой извести въ химической печке
своей!« говорили Аристархе Лукичь, подходя

съ ГІолковникомъ къ двери комна-

т ы Бароновой и указывая на нее.

Полковник® не привык® б ы т ь вежливым®: ou® по желанью Аристарха Лукича подкрался на цыпочках® ,

но далее

не мог® т е р п е т ь — и толкнул® дверь.
Барон® не ожидал® посещеніл : онъ
не крепко запер® дверь свою — крючекъ
отскочил® , и глазам® вошедших® представилась странная картина: Барон® съ
обнаженною головою, гладкою какъ ладонь,
спдѣль

против® дсревлинаго

разчесывалъ

болвана н

на нем® парик® свой ;

стырь отлеплен®

пла-

был® о т ъ глаза его :

он® быль крив® , какъ Циклоп® ; нскуствсішьні стеклянный глаз® лежал® подле него опущенный въ стакан® воды.
Аристарх® Лукичь только всплеснулъ
руками. Полковник® вскричал® : »а! а!..«
Барон® , ' встретив®

испуганным®

взором® незваных® гостей и приметив®
военный виц® - мундир® Полковника , испугался

еще

более:

быстро, какъ ди-

кая

кошка взметнулся

онъ

«ъ раство-

ренное окно — и пропалъ.
Немного погодя, когда старые друзья
собрались съ собой о т ъ изумлеиія.

Пол-

ковник!. спросилъ Аристарха Лукича: »Да
разве іпы не чшпалъ печагпныхъ
въ которых!, подробно

ЭФФИШЬ,

прописаны были

примѣты бежавшего изъ Сибири мошенника ? . .«
— И не слыхалъ даже: въ моемъ подробнвйшемъ' поваре не сказано объ томъ
ни слова!—оіпвечалъ Аристархъ Лукичь.
»Vanitas vanitatum!« произнесла

Зи-

наида Юрьевна, услышавъ ужасную истину и раскачивая головою.
Вь комнате

Барона-самозванца дол-

го пахло удушливымъ дымомъ после бегс т в а его.
Лукреція

опять впала

въ прежнее

нзнсможеніе ; въ такомъ иоложеніи про-

текло несколько дней ; однажды вдруг®
встрепенулась она , оживши ,

какъ про-

снувшаяся птичка : вся. наружность
дыхнула

цветущею жизнію,

съ сердца

сдвинулся молоть враждующаго
чувства — глаза

ея

съ нею

весело проглянули . . .

она сама не знала чему приписать

эту

перемену, — въ э т у минуту вошел® Полковник® съ племянником® своим®, и объявил® , ч т о мошенника их® поймали въ
Москве ; но онъ предупредилъ наказаиіе
иравосудія и'Застрелился какимъ-то

се:

кретнымь сыспгрѣломъ.
Я не хочу досказывать, что Лукрецію сельскій священник® разрешил® о т ъ
клятвы: не принадлежать первому милому незнакомцу своему, которую она произнесла по ысведепію, а ч т о онъ соединил® любовников®

—

читатели

догадаются об® этом®.
ЧАСТЬ

II.

18

сами

»Очень радъ, очень радъ! теперь е с т ь
у насъ четвертый приборе и це пустыя
кресла!« говорилъ Аристархъ Лукичь, благословя детей.
— Вы когда-то, помаю я, назвали меня Ксантиппой !—сказала Зинаида Юрьевна, обращаясь къ нареченному сыну своему — ire желаю вамъ найти ее въ дочери моей , а ей т а к ъ желаю видеть

въ

васъ Сократа ! —
»Къ черту всехъ ихъ! хе, хе, хе! Я
уверенъ, ч т о Лукреція Аристарховна полюбитъ племянника моего больше вупоглазой лупы своей !«

Пурпуровый плащь самозванца Барона
схороненъ былъ , какъ трупе, въ лесу,
а самъ призраке на кладбище самоубійцъ
въ Москве, въ шомъ м е с т е , где указывали Тихоне Сысоевичь па выпуклую мо-

гилу, въ которой ему было т ѣ с п о и не
спокойно, и на которой не росла пірава,
а по зимамъ

даже

б у д т о прожженный

таялъ

снѣгъ,

какъ

певпдимымъ . пламе-

нем!. ІІЗЪ-ПОДЪ могилы.

Коиецъ второй Части.

l â n i
xxxXxxxxxxxpxxxxxxxxxxxüi:><5<ххххххххх#

П Е Ч А Т А Т Ь

П О З В О Л Я Е Т С Я ,

с,ъ шѣмъ , чтобы по отпечатапіа
представлены
были въ Цензурный Комишетъ три экземпляраМосква. Августа а 1 го дня 1836 года.

Ценсоръ и Кавалеръ Иванъ Снсгирсвъ.

ОГ

Л А В Л Е Н І Е

третьей

част

и.

J.

Свадебные похороны

2.

Прекрасный скелетъ

. 114.

3.

Безпокойный покойникъ

. 154.

4.

Праздникъ мертвыхъ, или тайна могилы

. . .

1.

212.

сонное

бьшаетъ

повторешемъ

явнаго,

иногда наоборогпъ: явь заннмаетъ произшеспівія
этомъ

у сна,
разскажу

даже у горячки.
я вамъ

подробнее

Объ
въ

следующей поввстн.

* Общество самоубійцъ было самое веселое: имъ отделили мѣсто обнаженное,
пустынное; кой-гдъ травки или былинки,
рѣдко какой нибудь полевой цвѣтокъ высовывали
стки

сквозь

землю

своп и опять

печальные

ро-

скоро поникали го-

ловками, какъ бы тоскуя о бездольЪ своемъ на могилахъ непокаявшихся.

»Здѣсь

все лежатъ горячія головы!« говорилъ Тихонъ Сысосвичь, поводя кругомъ по курганамъ указательною лопаткой своей, безъ
которой онъ, какъ Коммисаръ безъ шпаги,
не

выходилъ

никуда.

«Правда« продол-

жалъ опъ: «теперь застылъ въ нихъ мозгъ
и уже, я чаю, оскалилась холодная костяк-

ка черепа ; однако, сс.пі веришь словам!»
дъдовъ объ зрячих о душахѵ,

живущих ч»

и по смерит , шо прндсгпсд повторить:
горячіл головы — веселый народсць { нмъ
теперь

еще

жарче

въ адскомь

пек ль :

гпамъ , я думаю , и ргпоцъ, и хохощь, ц
скрежсшь

зубовъ , и вмзжанье пилы по

(оставамъ

костяцымъ нздаюгпъ дивную

музыку, лучше балаганной под ь Иовинским ц;
только , говорить , живымъ людямъ не
слыхать аткликовъ пирушекъ нхь, рззвъ
о полуночи

прниикпува.

ухомъ КЪ Л10ГЦ-

лѣ! да к т о рьщнтся на это ? забъгльія
души разомь

завербуютъ

смъльчака въ

свой бьсовскій легіоцъ ! . , .ц
Я даль себе, слово какъ можно скорве

воспользоваться

правомъ поученья ,

чшобь услыхать концершь, играемый м}>
чащігмися душами гръшшіковъ на зубзхъ
безъ смычка и струна., à между прочимъ
спросилъ оратора своего: почему онъ полагаешь , что жильцы здъщніе
»

ДОЛЖІЩІ

бишь

веселия

и горячіа

головы

и къ

Пюму же музыканты? разив черіпи хорошіе капельмейстеры ?
»Слухи е с т ь » оіпвѣчалъ Тихоиъ Сыеоевнчь : »чіпо въ адъ попадаюіпъ
Шею частно актеры, разгульные

больмолод-

цы» промотавшіеся наследники , «мжусъпокусные комедіанты , дьвы горькой радости и другіе людимы, выслужившіе годы на служба искусителей рода челавьЧсскаго: т а м ъ у нихъ въ пекли мало хромыхъ и слвпыхъ нищнхъ, старых ь богомольцевъ и иныхъ людей постнаго вида,
Имъ вишъ мвшаюгпь только иногда предаваіпься полному разгулу своему :

влю-

бленные, вздыхающіе до ушей ; старушки съ коврами подъ мышкой и съ молитвенниками; обманомъ сіпяжавшіе себв названіс благотворителей; откупщики, попгыощіе въ котлахъ, какъ въ жаровняхх»
по горло засыпанные деньгами; да судьи,
—
I
которымъ за какую-то провинность при-

.

суждено

держать

ную монету

въ рукахъ

и вылизывать

раскаленнаписанныя

ими ябеды съ горячей сковороды, на которой глубоко нацарапаны слова когтями
демоновъ

«

Тихонъ Сысоевнчь насказалъ мпѣ кучу

анекдотовъ

объ погребенныхъ

безъ

отпѣванья ; но я нхъ не почелъ занимательными: ч т о женщина обманула вора,
a подъячій сатану; ч т о богатый не поскупился д а т ь бвдному мъшокъ на милостыню, а сердобольный докторъ рецептъ
на лвкарство даромъ—это ужь псе очень
обыкновенно: это часто повторяется п
на сцеиѣ

ЖИЗНИ ,

Л

на сценѣ водевиля, и

въ нравственно - сатирпческо - критическихъ романахъ. Мы, гуляя н разговаривая,
пришли къ оврагу: я уронилъ взоръ свой
въ глубину его — и мнѣ представился
тамъ могильный кургаиъ.
»Что это значигаъ? разив за наказаnie метнули вы т у д а чье нибудь въ осо-

беішости грѣшиое пгвло?« спросилъ я сопутішка своего.
—Оно само провалилось туда по предпіісанііо сатаны! Могилу эгпого грѣшника
оіпдьлястъ тоне,рь тоненькая

перегоро-

дочка огпъ ада ! — опівѣчалъ мнѣ Тихонъ
Сысоевнчь.— Впрочемъ тугпь нохороненъ
Не человѣкъ и не духъ,

а только. . . .

»Какъ піакъ, ч т о такое?« спросилъ я.
Тихонъ Сысоевнчь пустился въ росказни.
Изъ коллекціи краснорѣчивыхъ словъ
его набралъ я порядочный букеіпъ ,
влекъ

изъ пего экстракта. ,

из-

процвдилъ

сквозь сито повъствованіл— и в о т ъ ч т о
вышло изъ всего этого; по обыкновенно,
Читатель, всѣмъ добромъ быо челомъ !
Задолго еще до 1837 года, недалеко огпъ Муромскаго леса, въ левую с т о рону о т ъ большой дороги находилась небольшая деревенька. Владетели ея, про-

живши въ сіполнцахъ лучшую чаешь имЬнія своего, не дощупались

въ

пустыхъ

карманах?» ходячихъ векселей па способы
столичной жнзші

н со вадохомъ

ріінш*

лист, переселиться въ уцѣлѣвшую деревушку, сокрашя цЬлыя числа расходовъ свонхъ
и осгпавя ссбіі на прожшпокъ одни дроби.
I

Среди ветхихъ, к р ы т ы х ъ соломою хнжинъ
съ маленькими сплюснутыми прорѣзами
окошекъ, подобиыхъ Фигурою Китайскимъ
»

глаза мъ, с т о л ль господскій домикъ, укромный по виду и объятности своей, за шо красивый по мвсшоположенію: высокія, сіишолисгавениыя липы

миролюбиво склоняли

надъ кровлею его въшвіі свои, какъ зонт ы ; уногъ крыльца въ подгорьъ бвжала
рѣка

въ кремішстмхъ

чрезъ нее перегибался

рамахъ

своихъ ;

мосіпъ • за нимъ

зеленѣлъ садъ, а сквозь букеты в ѣ т в е й
его, шелестимыхъ в в т р о м ъ , отливалось
серебро

цвъшовъ

плодоносныхъ деревь-

свъ — и все о т о находилось на стражи

Хозяйскнхъ глазъ ; всъми этими видами,
хотя ие роскошными ,

однако скромно -

милыми, упоева.іся взоръ прямо съ балкона. За домикомъ зеркалился прудъ н разсспилалнсь пажнгпи яровыхъ,

еще чуть

оперениыя зеленью.
Въ прекрасный весенпій

вечсръ

на

балконв, установленномъ горшками резеды н левкоевъ съ нзысканпымъ вкусомъ,
сндвло небольшое общество за круглымъ
Чайнымъ

столомі».

Прошивь

самовара,

управляясь съ пнмъ, находилась довольно
тучная пожилая женщина, х о т я въ простом!. домашнсмъ ,

однако въ модно-по-

кройномъ костюмг. — э т о была хозяйка
Дома Палагся Кононовна; подлъ нее въ креслахъ ,

обтянутыхъ полпнялымъ

СЭФЬЯ-

Номъ, сндѣлъ низеиькій, щедушный стариЧекъ ві.гороховомъ сюртукъ съ дворянскою
Медалыо въ пегплицв ,

держа in. рукахъ

Journal de Débats — въ этомъ сшаричкѣ
читатели увндятъ самого хозяина, Кия-

зя Петра Петровича Оникова ; протнвъ
него сидели дне Кияжпм дочки его: брюнеточка Маргарита и блондиночка Лиза;
он® въ раздумь® помешивали
кахъ

свонхъ

серебряными

Маргарита — созерцательно

въ чашечложечками :
устремпвъ

гранаты глазъ своихъ въ голубыя обълшія
небесъ j

такъ

любовно

раснахнутыхъ

надъ нею, а Лиза—разсмашривая рисунокъ
незабудки, изображенной на любимой чашки ея. Копецъ стола занимали еще гари
особы : одна усатая въ воеішомъ вицъ мундир®, съ янтаремъ въ зубахъ — ото
былъ гусарскій Корнетъ въ отпуску, доводившійся какъ - т о издали сродни хозяевам® дома ; другая Фигура, съ бахромочкою тоненьких®

бакснбардъ

на

тол-

стом®, красном® лице, въ спіашскомъ сюртук® ,

сшитомъ можетъ б ы т ь какнмъ

нибудь колодником® па даровщинку, говорила запоем® и хвастала какъ КапишанъИсправиикъ: т о и былъ Кашішанъ-Испра-

вникъ изъ ближияго городка, находнвшій
особенный

вкусъ

въ роме

Княжескомъ.

Третья Фигура, довершавшая букешъ о т дельной компаніи, заключалась въ учитель иностранце, погребенномъ въ Футляре га.істуха :
плавала
Monsieur

короткая шея его

въ немъ ,
Шальё

точно

не находя берегоиъ :
намазывалъ

хлѣбъ сливочное масло,

на белый

въ Англійскомъ

вкусе , для десятилетняго

рыженькаго

Шалуна — наследника Киязя Оішкова.
»Во Францін народное вече кажется
переселилось изъ будуаровъ и гостшіыхъ
на площадь :

т а м ъ всё еще колышется

сильное раздраженіс

въ народе.

Нажива

горячимъ голопамъ, жатва журналистамъ!«
сказалъ
ный

Князь П е т р е ,

листокъ

передавая г а з е т -

разсаднику

предмудрости

въ доме своемъ.
— О ! je vous assure, что все кончится съ переменою погоды! Я долженъ сознаться — оіпвечалъ Г. Шальё довольно

чистммъ Русским® языком®—земляки мои
у погоды заняли непостоянство свое. —•
»Такъ, Государь мой!«, возгласил® Капитан ь-Пснранникъ : »а погода-то у кого же взяла на-прокаіпъ вёдро и ненастье
свое .

. .

СМІІІО

спросишь? чего-съ ?«

— У женщин®!—отввчалъ гусарскій
Корнет® с® самодовольною улыбкою, ч т о
случилось ему

такъ

удачно

и кстати

сострить,
Маргарита улыбнулась: легкій румянец®, какъ круги на вод®, мгновенно разыгрался на лиц® ся—и стаялъ. »Все на
бьдныхъ женщин®!« произнесла она: »в®рцо
женщины и въ гпомъ виноваты, чіпо он®
изъ трусов® дълаюшъ, если не храбрецов®,
т о уже конечно Донъ-Кнхотовъ. . . .«

ѵ

— То есть, людей мужескаго рода,
сражающихся , если не съ баранами,
съ скромными

овечками

то

на паркетном®

лугу . . хз, ха, ха ! — прибавил® смьясь
Капитаиъ-Исправннк®.

Вдругъ две стрелы вонзились м е т ко въ Корнета: заметно было, ч т о оиъ
скнсднлъ лице свое некрасивой гримасой,
Кэкъ будто подавился пулей. »Вашеострсуміе, Г. Исправнцкъ, подернуто архивною
ііы.іыо ,

выколоченною пзе бумаге , или

изъ голове аресшашповъ!« отвечалъ оиъ
азартно, впрочемъ съ проблескомъ улыбКп на усціахъ,
гг—• A раще , смею доложить , припахиваешь казармениою школою! — о т разился Испрарникъ,
Маргарита кинула . имъ яблоко раздора — и замолчала.
»Ваше восиитаніс« продолжалъ Корнещъ : »ограничивается поверкою расходов!. по щетам'ь ,

а подвиги :

ярмарочныхъ виаитрропъ

осыпкою

бранными сло-

вам», иеогпьюкашіыми доселе ни въ одной
хрестоматін комплимещповъ, вознею илц
лучше сказать наружною анашоміею Шруповъ, подкннушыхъ

где нибудь во вве-

реішомъ вамъ уѣздѣ ,
и іпелятпъ

оброкомъ въ куръ

<

— А ваше образованіе докормило коней
своихъ только до пѣсеоннка, откуда почерпаете

вы изношенныя

до веіпошекъ

любезности, а храбрыя дъянія вѣнчаются рубкою головъ—съ бутылокъ! — возразилъ Исправнвкъ, также улыбчиво.—
Да! к т о сравнится со мною въ претерпъваемыхъ трудахъ и мученіяхъ? —иродолжалъ онъ гордо подбоченясь.
»Върно у васъ болъли зубы, или вы
упражнялись прививкою этой болѣзнп къ
другнмъ

людямъ ? . . . « захохотавъ прср-

валъ его Корнетъ.
—

Да-съ, можетъ быть! — нронп-

чески отвъчалъ Исправникъ.—Чпіобъ сохранить челюсть или вею голову, почему
не лишить иъкоторыхъ

людей и всъхъ

зубовъ! В о т ъ , намедни, какъ я въ бурную
ночь, да еще въ лт.су оіпыскивалъ мошенииковъ.

. . . . .

»A нашли их?, въ собствснныхъ руКахъ!« подхвашнлъ Корнешъ: »должно б ы т ь
интересные и ловкіе э т и воришки, ч т о
успвлн

спрятаться т а к ъ

за друга невидимками

близко друг?,
«

— Интересные! —отвѣчалъ Исправникъ: — не угодно ли съ ними (Ознакомиться ; —

они никому не спускаютъ :

ни отцу, ни матери — по присяга!

—

»Я знакомлюсь только съ честными
людьми !«
угодно,

возразилъ

Кориетъ : »а если

я отрекомендую

имъ

въ няіш

мою саблю ! . . «
—

Господа !

—

вмвшался

Князь

Петръ — кажется первая піеса видимаго
нами спектакля, под?, пазваіііемъ шутка,
кончилась; уже теперь начинается другая
съ заглавіемъ : ссора , а т р е т ь я

парно

будсгпъ выставлена на изустной аФФііша
красными буквами: драка ? —

»И, помилуйте, ІСнязь, э т о еще начинается первая піеса . . , .« сказала. КоірнеіШ»
—

И кончится одннмъ дъйствіемі»

не правда ли,

Г-нъ гусаръ ? — спросил*

Ііслравникъ.
Досада Корнета не остыла еще: о.і*
быль зацвплснъ и Маргаритою ;
же кивнулъ

однако

головою въ знакъ согдасія»

какъ лошадь, затянутая въ хомутъ.
»Радуюсь , господа , вашему

прими*

реиііо!« сказалъ Князь: »потому ч т о люблю
васъ равно обоихъ: вы доказали МНЕ дружество свое пгьмъ , что не оставляете
домъ мой, когда оіп. потеряла, уже блескъ
ламцъ и балыіыхъ жирандолей, когда оігь
отцгЕпясшся теперь сумерками и развѣсами дикихъ, плакучихъ березъ. Да!« продолжаль Князь съ чувством!., взявъ èoперниковъ
это !

за руки :

»я умъю

Не ссорьтесь же

мѣ дружества: пусть

никогда

ЗДЕСЬ

ОЦЕНИШЬ

въ до-

у меня каж-

дый порогъ дома моего будеіпъ для всъхъ

/

порогомъ

забвепія , примиренія . . . . По-

ЦЪлуйтесь же — и баста !«
Губы соперников?, вытянулись другъ
противъ друга, и прежде чѣмъ раздался
чмокъ их?,,

послышался вблизи громкій

хохогпъ . . . .

предъ балкоиомъ зашевели-

лись к у с т ы сиреней.
»Готова пропарировашь все за ничего,
г
ч т о э т о проказитъ шалунъ нашъ КсеноФонт?. !(і молвила Княгиня; рыженькій
сынокъ ея быстро бросился къ шевелившемуся к у с т у ; Лиза робко, но оживленно
обратила на него глаза свои.
К у с т ъ раскрылся, какъ разорвапныя
полы

зэнавЬса

и изъ-за него ловко вы-

казался молодой человѣкъ въ щегольском?,
бархатномъ

архалухв.

»Браво,

mon on-

cle, вы чудный миротворецъ !« произнесъ
онъ

со

смѣхомъ

обращаясь

къ

Князю

Петру : »да вы и изъ кошки съ собакой
сдѣлаете Кастора и Поллукса. Я прилря' гпался съ гпьмъ , чтобъ попугать чамъ
ЧАСТЬ

III.

2

пибудь храбрых® гостей ваших® , да не
утерп®,гь — п захохотал®
му дружеству . ..«

скоросп®ло-

Опъ иоочсрсди подо-

шел® раздать всей бес®д® привйты своп:
у Княгини поцѣловалъ ручку

и увърялъ

ее , клянясь сввшомъ луны , как® чгшітсль

Алкорана,

что

ручка

вкуснѣе ананаса и ароматнъе

тетушки
цѣлаго ко-

сметичсскаго магазина; Князя Петра поц®ловалъ въ плечо и промолчал® , только улыбнулся; съ барышнями, которых®
он® называл® mos soeures, разшаркался непринужденно

и также

заклинал® их®

цтДымъ букетом'ь Флоры повйрить ему,
ч т о он® похитили у нее вс® цв®ты
для ныийшняго дня
зубрались

въ особенности ра-

разнообразною роскошью

сот® ихъ ;

что

ОІІЪ

н

созерцал®

кра-

их® въ

профиль, сидя въ тайник® своем®, и досадовал®, ч т о не мог® въ т о время поймать Амура, какъ щенка, выдернуть у него перышко

изъ крыла

и списать

съ

ііихъ силуэты ; рыженького братца своего звучно
Гувернеру
руку,

поцеловалъ
его

такъ

оиъ въ лобъ , а

дружески

ч т о тоигь побагропелъ

дувшаяся піявка;

наконецъ

пожаль
какъ на-

КССІІОФОППГЬ

подошелъ къ сопершікамъ, неохотно примирившимся. »Добрый вечеръ, друзья!« сказалъ оиъ: »а я и не узналъ васъ: за минуту

предъ симъ , вы , Г. Исправшікъ ,

Шочь въ точь походили въ азарте своемъ. на изображеніе

противника Георгія

Победоносца, пресмыкающагося- нредъ копісмъ его ; ваше лице потускнело , какъ
булатъ: я думалъ , ч т о вы скушали семячко мака — оно дало ростки свои внутри васъ скоро,

какъ крейсъ-салатъ , а

Цвѣгаъ его и отразился на вашихъ

ще-

Кахъ ; а вы, Г. воинъ , поднявши голову
въ

угрожающем!,

положении ,

походили

Фигурой своей па хвостъ скорпіона: каше
•Піце пылало кровыо, а сердце, б ы т ь модели. , било ретираду. И на вашу звез-

ду пришло затмѣніе!« говорила язвительно КсеноФонтъ, багло взгляпувъ на Маргариту и поиизя голосъ. »Чтожь дѣлать:
и на лѣто лриходшпъ
радость

налетаетъ

осень и на розу-

черное

облако не-

взгоды; ч т о касается до меня, т о я для
осторожности

лучше

люблю смотрѣть

на красоту въ телескопъ, т . е. издали,
а вы видите с в в т ъ свой въ потемках?,;
огонь души вашей теплится
сальнаго огарка ,

въ сердца

я нрдразумъваю мягка-

го . . . . ^повърьте же

мыв

—

честное

слово — вѣрнье векселя . . . . .

.и

Въ э т о время Княгиня чихнула.
»Слышите ли,
/

в о т ъ правда, — чн-

хапье е с т ь выстрѣлъ носа здоровьемъ и
подтверждеиіемъ

справедливости

бы ru о ни было словъ . . . .
обратимся
'ввдалъ

къ

прежнему :

и сахаръ

и перецъ

чьихъ

И такъ ,

я самъ излюбви

ІІо вы сердитесь на меня, кузина, и герои
ваши т о же; ну, помиритесь же еще разъ:

ваши губки сливаются точно розы, ц®луясь, сплетаются бугпонамн

«

— Полно, Ксенофонтъ! вс® твои мысли,

это

шеорія

в®тряной

м®лытцы,

а слова — пёредражшгеанье ея! —прервал®
его Корнет®.
»Ну, полно-же и т ы ! « отвѣчалъ Ксснофонтъ :
ную ,

»прими на себя опять невин-

овечыо Физіономію свою.

Видишь

ли, добродушіе, э т о т ® бенефис® природы,
у Исправника живет® въ душ® и смотр и т с я из® глаз® его, какъ изъ окошечек®, а
т о взъерошенная опушка усов® т в о и х ® , —
какъ у орелесшнаго супруга евин

«

—Конец®, конец®, к® берегу скор®н!—
прервал® вс®хъ Князь Петр®—поговорнмт е - к а о чем® нибудь таком® общем®....
»Что э т о не ®дсшъ к® нам® дядюшка?—вот® предмет® разговора!« вмвщалась
Княгиня Палагея Кононовна. »Да, да ч т о
э т о он® запал® и въ самом® д®л®? хошвлъ
из® Москвы выъхать еще въ середу

а ужь ныігй понедѣлмшкъ !«

заговорили

миогіе объ общемъ дядюшки, объ кошоромъ скоро уведомлю я ч и т а т е л я .
—Вѣрно у лошадей его ревматизмъ
или подагра—прибавила.

КССНОФОШПЪ—

т о бы мы давно пользовались

а

его бест.-г

дой и слушали бы ва. сотый разъ похождспія любимца его к о т а

ФараФОшкп

по

птичьимъ гнвздамъ ! -—
»Ты, повяса, никому не спускаешь, даже
и будущему благодѣтелю своему!« возразила ему Княгиня с а. иеудовольствіемъ.
— О будущемъ говорятъ только по
догадкамъ, а догадки не вѣрны , потому
ч т о онѣ женскаго рода!—отвѣчалъ КсснОФОіігаъ взглядывая лукаво на Княженъ.
Княжны улыбнулись, перешепнулись
очема.-то, вешали и пошли бродить по
аллея, тянувшейся до еамаго моста ряілі.
Прохлада т в п и с т а г о вечера скоро выманила всю компаиію с о п у т с т в о в а т ь

пре-

красныма. сестрицамъ ва. прогулки ихь.

Г>отъ теперь время
піелямъ

сказать чшпа-

объ соотиошспіяхъ Княжеского

семейства съ упомянутьшъ дядюшкой и
гостями его.
Нокаместъ

они сплстаютъ

общій

разговоре, мы займемся самими ими.

Л сказалъ уже, ч т о Князь Ониковъ
дорого купилъ опытность жизни,

про-

Живъ все почти тгвпіс свое въ сгполицахъ ;

за т о дешево

хотѣлъ

оиъ про-

д а т ь судьбу безпридашіыхъ дочерей свонхъ.

Старшая ,

Маргарита,

себе

оіпъ природы на зубокъ

віе,

понимала ,

что

получивъ
тщссла-

т и т у л ъ ея

H вызолочеиъ

сіятельными

не придавалъ

блеску

хотя

лучами,

по

томмымъ нрпщу-

рамъ глазъ ея; правда, она была прекрасна, какъ Психея, ио любовь не одушевляла лица е я ,

ошлптаго въ правильную

Форму; столичные женихи , иные надое-

ли ей шпичьею болтовнёю своего; иным*
надовла она претензіями разборчивости,
и когда Фортуна

отпустила

о'гаъ себя

отца ея въ чистую о т с т а в к у безъ мундира, Маргарита замѣтила, ч т о давнчьс
сидѣнье съ Кйяжескимъ пштуломъ, обернутымъ только въ дворянскую грамоту
безъ прилагательных?) даров?>, нельзя при* вести к?, одшіакому знаменателю. В?> де~
рсвігв ей пріятно стало исканіе человѣка еъ одной звѣздочкой
одной душой

на эполета, съ

въ т а л а , не бывшей еще

въ оцанкѣ гостиных?, и балыіыхъ залъ.
Тусарскін Корпеть Живичь изъ Корпуса
попалъ съ полкомъ своимъ посіпоемъ прямо въ деревню, отстоявшую на насколько десяіпковъ

версгаъ

отъ

Княжескаго

иманія. Покойный отецъ его ѣзжалъ во
время оно вмаста съ Княземъ на охоту,
вмѣсіпа обадали они въ Клуба , вмаста
служили по выборам?, и вмаста тужили
за ломбериымъ столомъ об?, измаиа чер-

ионной шестерки

съ загнутым® углом®.

Князь принял® сына друга своего съ родным® радушіем®, х о т я и узнал® наизусть
достаток® или лучше сказать недостаток® его. Кориеіпъ Живичь не подозрѣвалъ ,

ч т о Княжеское

ішѣніе Ьдержимо

чахоточными припадками; дочь его была
прекрасна, к® гному же Княжна, умна и бездушна, какъ иная книга съ звучным® заглавием®. Он® предался ей оптом®, х о т я
Маргарита передавала ему насущный нѣжности взором® своим®

на аптекарских®

вьсахъ по внушеиіго женскагэ лукавства,
*

чтоб® брать съ него дань жаркою

лю-

бовью, чтоб® надувать его взаимностью
понемногу, какъ шар® газами , и потом®
вдруг®

взлетъть

съ

нимъ ,

подобно

аэростату, въ эѳиръ наслаждений. И героев® водили дъвы
ПЯХ®

на ленточных®

ЦЕ-

, какъ ягнят® ; постепенное завле-

каніе въ любви прочиъе.

Бываюіпъ в?, природа чудныя яв.ісиія : na одной в а т к а

цватутъ

разные

цвагпы, так?, разнородны были н сестрицы —

Княжна Лиза не симпатизировала

Маргарита; кроткая душа ея не вмащала
в?, себв излишних?, требовапій и желаній:
роза вянетъ о т ъ жаркаго дыханія , она
любитъ

только

теплоту,

съ почками

свВжихъ

ощущещй сердца ; она

искала

скромной тѣни для успокоенія души, под?,
пріюгаомъ которой отдохнула бы она оіпъ
балыіаго угара. Душа Лизы была глубоко
впечатлительна.
Ксенофонтъ называла ее сестрою по
нраву самаго дальняго родства. Князь былъ
воспитателем?, и опекуномъ его. Закатъ
младенчества и восход?, юношества своего встрвгпилъ онъ въ дома Оншсовыхъ,
вмаста

оба руку съ Лизою. Души пхъ

сжились , срослись , созвучіе гпрмопіп iiaпояло нхъ

усладой

изъ

одного

кубка,

теплота

ê
чувства,

одинаково

на. живой

развивалась

у

нихъ

агпмосФерЕ любви-,

сердца пха. сопряглпсь, окиггвлись сосгпрастіемъ -г— и оба они молчали, разговаривал только взорами.'
также

небогашъ ;

ботливо

управлялъ
,

КССНОФОШПЪ

КССНОФОШПЪ

опекуиъ

его. не

нмЕніемъ

покннувъ

былъ
за-

сироты.

студентчсскую

книгу, не иринялъ сабли; онъ не осщавплъ
своей

Лизы

и иавѣща.іъ

со

часто въ

свободное ота. должности время въ укромном!. уголкъ уедішенія.

ОІІЪ

былъ вѣ-

трснъ и раздражителснъ, по добръ: голосъ требованія не вковывался ва, слуха,
его ; но взоръ прозьбы, особенно Лизы,
такой кроткій , умоляющій ,
сердце

его

Родители
стіемъ

ва. полное
Княженъ

на любовь

подчішялъ

повнновеше

смотр'Елн
дѣтей,

са,

ея.
уча-

но взаимная

б'Едносгпьихъ пугала расчетливость Княгини.

Между

любовниками

втѣснилсл

Капитана, - Исправника. Рогаткішъ ;

омъ

часто безпоконлъ Княжну піѣцыд своею,
которая обыкновенно

являлась накануне

его : сшрашнымъ , рогатымъ еилуэтомъ*
Въ околотке говорили ,

ч т о оиъ бралъ "

оброкъ даже съ разбойниковъ, гнездившихся въ дебряхъ Муромекихъ лесовъ, и потому

кошелекъ

стію

своею

его превышалъ шучно-

самое брюхо его. Княгиня

подавала голосъ свой въ его пользу,
Князя

останавливало

произіожденіе

несколько;

Исправника :

но

низкое

отецъ

его

былъ не высокоблагородный , даже и не
благородный , а просто, какъ именуютъ
оіпцевъ семннарнстовъ: Его Высоковосхожденіе.
Пухлое, круглое и румяное лице Рогаткина, какъ восходящій месяце ,
торная

при-

нежность, цатискомъ выжатая

изъ мозга,

допошопныя

познанід его о

с в е т е , все э т о , разумеется , содрогало
робкую душу Лизы ; но оиъ не унывалъ
и подслуживался : къ Князю

присылкою

парочпаго

съ газетами ;

кардонами

чепчнковъ

къ Киягин® съ

покроя

самой

поі-

*

слЕдней архитектуры , а Княжнам® выписывал®
ВЫВЕСКИ

по

почт® романы ,

журналы,

мод® , и проч.

Теперь об® дядюшк® :
Антон®
отставной

Ашпоаовичь
ФЛОШСКІЙ

Прутиков®,

Лейшенантъ,

дво-

юродный брат® Княгинй, былъ богат® и
бездЕшенъ; на его имЕніе
съ

ЦЕЛИЛИСЬ

КІІЯЗЬ

Княгинею и, вѣроятцо , при всяком®

желаньи ему здоровья , подавали заранѣе
за

упокой —

они

слЕдпиками его.

были законными на-

Он® былъ старикъ ха-

ракшера упругагО, нелюдим® , насшоящій
морской тюлень :

правь моря былъ ему

извЕсшнѣе характера женщины, потому
он®

и не

ХОШЕЛЪ

ни с® кѣмъ

свободы холостой жизни ;

ДЕЛИШЬ

умѣвъ управ-

ляться съ китом®, оиъ роб®лъ с х в а т и т ь
за крылышки бабочку-жеищину.

Сестру

свою любил® он® по должности родства

Г

II
.

1

И, съ дозволсиія артикула Фамилыіаго, опъ
звалъ сс обыкновенно чайкою, кувыркающеюся предъ бурею, когда она жалобно
выкладывала
сходы своп

предъ иимъ

грядуіціе

ра-

на предстоящія т р а т ы за-

мѵжства дочерей. Племяннице звалъ опт.
щуками В!, золотыхъ серьгахъ, прародителей которыхъ блаженной памяти Ека- ,
тершіа II впускала
ды ,

на память.

въ Првснснскіс пру-

Онъ-то

сбирался прі*

е х а т ь погостить къ едшіствсипымъ родственникам!. своимъ съ гостинцами , посулами и надеждами ; его-то ожидали съ
неіперпѣніемъ ,

глотая каждую минуту

времени, какъ Сапіурпъ ,

цѣлкомъ , безъ

приправы.
Теперь
ство

догошімъ

и вслушаемся

гуляющее

обще-

въ общій разговоре

его, ч т о застааемъ.
» В о т ъ я нхъ и накрылъ какъ шапкой . . . . . . . договаривалъ Исправнике, жесіпируя сценически.

—Кого-эгпо-с?.?—спросила Маргарита,
догоняя прогуливавшуюся компанію, о т ъ
которой

отставала

она , чіпобъ начер-

т и т ь сгмволическій гіероглиФъ на береза,
покрытой чешуею коры ,

похожей цвВ-

томъ на мраморъ.
»Да гаакъ-съ , у иасъ шла рачь объ
разбойниках?) . . .« отвачалъ Исправника.
— А ч т о т а к о е значитъ разбойника,
маминька? — вмѣшался Князекъ Ѳсдюша,
адресуясь къ матери своей.
»Спроси об?, этомъ

у Ивана

Фара-

Фотпьсвича !« отвачалъ вмвспю Княгини
КсепоФошпъ, указывая на Исправника.
«Разбойника піотъ, к т о

отнимаетъ

у людей досгпояніе ихъ беззаконно, т . е.
без?, дозволенія правительства!« сказала
Рогапікіш?,.
—

Bom?, прекрасное опредѣленіе! —

заматил'г, Кориегпъ—по этому разбойники
имвютъ своп раздѣленія, т . е. б ы в а ю т ъ
льсные, городскіе, и проч. ?«

Исправник®

закусил® губу

и гото-

вился разразиться досадой, особливо когда КсеноФонтъ

громко захохотал® , но

крошкій взор® Лизы успокоил® его. »Вы
кажется обѣщали нам® продолжение разсказов®

о поисках®

своих®

в®

Муром-

ском® лѣсу?« сказала оиа просительным®
голосом®.
4
ч
— Ах® какъ я люблю слушать про
ужасы ночей, о духах® и о разбойниках®!—воскликнул®

Ѳедюша,

ством® пріятной

тѣснясь

съ чув-

боязни около родите-

лей своих®.
»И мы т о жё!« Прибавили сестрицы
сплетаясь руками.
Иван® ФараФоптьевичь угостила» одну ноздрю свою гаабакомъ ,
съ

самодовольным®

видом®

откашлялся
и начал® :

—Да-съ, конечно-съ, пріяшно слушать от®
гисторіщ
своею

а каково дѣйствовашь въ них®
особою !

Чіпо - съ ? — - то-шо и

е с т ь ! Дьло было, изволите видишь, с®

вашего позволенія, къ примяру сказать,
вогпъ въ чемъ-съ: л я т ъ десяшокъ тому
пазадъ я служилъ еще въ Земской ПолпЦІи; однажды начальство откомандировало
Меня чинить поиски въ лясу вслядствіе
разхищенія тяжелой почты. Со мною, признаться сказать ,

было довольно народу

сотекихъ и десятскихъ; рыскали мы по
частому лясу цялый день-донской,
по сумеркамъ :

какъ

темень и тишь кругомъ

была, словно в о т ъ въ пустыня безлюдной, рядко, рядко завидишь какого звярка — и тогпъ бяжитъ скоряи въ с т о рону на почтовыхъ ногахъ ,
Пашимъ знакомствомъ.

не льстясь

Вотъ

этакимъ-

Шо побытомъ и прослонялись

мы долго

по пустому.

Былъ

тогда

между

одинъ инвалидный капралъ :

нами

замокъ къ

Ружыо его былъ привязанъ ремнемъ,

а

Рука къ богатырскому плочу—мочалкой ;
сверхъ того онъ нмялъ полторы ноги :
т . е. одну цялую , а другую съ педочеЧАСТЬ

Ш.

3

томъ половины, отрубленной па Очаковском?. приступа; костыллшка его лежала на свдлв : лихо, собака,

мешала она

сю бывало, артикула но старинной команда',

какъ - т о

выпучи ,

съ приговорками :

язык?, уложи ,

глаза

губы подбери ,

чшобъ а>урА колесом?, не зацепила! н иное
еще ч т о - т о прибавляла онъ; в о т ъ помянутый капрала

и вызвался

подать го-

лоса свой въ пользу поисков?. ; военный
ооватъ у насъ составился подъ дубомъ,
къ которому прислонила команда вилы, косы и Фузеи свои.- »Смаю доложить, ваше
благородіе!« начал?, капрал?,, относясь ко
мна : »если мы будемъ бродпггіь вса вмас т а , какъ

стадо баранов?,, и г и к а т ь ,

словно сторожа на лошадей,

о т ъ насъ

попрячутся воры , какъ грибы нодъ лис т ы , или лягушки в?, хвороста; не лучше ли намъ раздвлиться в?, разсыпную и
отправиться

каждому

своим?,

пугпемъ-

дорогою ; а какъ наткнемся на человвка

вида
и ne одолѣсмъ его
• сумншпсльнаго
•
поодипачк®, можно подать голос® другъДругу !

«

— Б с ѣ одобрили мнѣиіе капрала; я подноса» ему за догадку добрый глоток® из®
запасной дорожной
разъехались m

ФЛЯЖКИ

своей, — и

какъ въ сказках® сказы-

вается, въ разныя стороны ; мне, ч т о бы не о т с т а т ь оіпъ других®, вздумалось
прихлопнуть свою животину н стал® я
Направляться к® просек® леса, да видно
леровикъ ч т о ли меня обошел® : куда я
ни ехал® ,

куда ни поворачивала», а все

выезжал® на старое мѣсто, которое заметил®

я тем®,

была притоптана

что

трава

на нем®

ота» нашей стоянки ;

должно б ы т ь вечерело уже, потому ч т о
в® лесу, и до того погпемочпома., вдруг®
стало ч у т ь ли не темнее земных® недр®;
я глядь на небо,
надо мною ,

тучи ночныя навнелн

словно скалы и будто гро-

зят® придавить меня; неоднократно про-

3 G

4

носился

по лѣсу вскрикъ

зывался

свисте съ перекашами , — о т -

клика не было.

Обояніе

мой и прорестраха

запало

въ душу мою; повеся голову и выпустпвъ
повода изъ руке, крался я по тенетамъ
лесиымъ, Богъ в е с т ь куда; вдругъ к т о - т о
ухиулъ

па меня со стороны, — и ло-

шадь понесла

меня . . . .

помню только >

ч т о я къ счастію скатился съ нее валькомъ; после ужь разгляделъ », ч т о ехалъ
иодъ гору , прямо въ речку,

И

ФИЛИНЪ

,

какъ добрый пріятель, предосіперегъ меня дозорнымъ окрикомъ своимъ. Внизу въ
подгорье лепился какой - т о мостикъ, и
сслибъ я не попала, па него ,

а промах-

нулся со всего разлета, какъ акробапшый
балансёре, лъ крутой оврагъ, шипевшій
подобно змее водою, далеко бы пришлось
отыскивать

т е л о мое

людямъ и пгаи-

цамъ! Очнулся я съ испуга, а сердце все
еще билось во мне, какъ воробей въ силке; душу взяло раздумье: куда дѣвашься

•С

'

3 7

ошъ потопа ночи и о т ъ сятей лъса? Я
хііагпь за писшолеіпъ, осмошрялъ е с т ь ли
на по^ікЯ порохъ — и шушъ только хватился , ч т о у меня въ рожк£ насыпаиъ
Не порохъ, а шабакъ, и я съ простоты,
Да недогадки, зарядилъ пистолетное дуло шабакомъ, какъ честный носъ свой...
Что

будешь

дялать ? писшолетъ

вы-

сморкаться не умяетъ : онъ только чихаетъ; разрядить его не чямъ, зарядишь
Шакже.
—Я побрелъ ощупыо впередъ, цѣпляясь
за к у с т ы руками, а за корни ихъ йогами.
—

Вдругъ вдали сверкнула, огонекъ

сквозь перегибы в я т в е й ; я возрадовался,
и бросился къ нему рщеью на собственньіхъ подвижка х ъ , т о е с т ь ногахъ , потому чшо помянутый нечаянный случай
Далъ кошо моему безерочный

отпускъ.

На мигаиье огня, какъ на зовъ, подошелъ
« близко къ пему —

и услыхалъ говоръ

многнхъ голосовъ — вглядываюсь, за ка-

шеварнымъ

котломъ сидитъ толпа лѣ-

сныхъ жильцовъ: к т о подкидываепгъ стчья
въ огонь, к т о помъшиваетъ кашицу ножшцемъ, к т о процвжпваетъ вино сквозь
воронку горла . . . усачи такіе грозные,
посвистывают?,,

да напвваюшъ :

молодецкая , оюшпье

воля

притоманное ! . . Из

дсревьяхъ около нхъ навѣшаны

топори-

ки и топоры, ножи и рогатины, и блес т я т ъ піакъ ярко, какъ глаза хозяева их?,,
свѣтлыми

лезвеями своими.

Ч т о оста-

валось МНЕ дѣлагиь ? о с т а т ь с я
вомъ — видь они глазасты,
Шслохиуться.'Ш

безъ

спроса,

за дсре-

отыщутъ!
•—• услы-

шатъ — H разнимут?, по частям?, ! . . . •
Думала, думал?, и решился — на ч т о бы
вы

думали ?

бежать , —

прикинуться

зверкомъ? — безкрылая пуля отыщешь
вшюватаго , да ктому же я не бегивалв
и опіъ

барышенъ

на святочном?, пиру,

когда приходилось имъ отмеривать миВ
ленты

по жребію

вьшутаго

Фанта

я

прикреплять ихъ узломъ къ губамъ моимъ. Ile посрамлю себя и теперь! отозвалось въ душе моей ;

для смелости

по-

иіохалъ я табаку, ощупью допилъ содержите

ФЛЯГИ,

вытащнлъ изъ кармана пи-

с т о л е т е — и бросился дикой кошкой въ
средину шайки! »Сдавайтесь, нечестивые!«
закрнчалъ я громомъ, потрясая оружіемъ
своимъ: »вы окружены со всѣхъ стороне,
на васъ отвеюду протянуты рылы фузей, H если к т о

шевельнется

даже мысленно,

э т о будетъ

изъ васъ
последнее

Авиженіе е г о - -накануне смерти!« Чтобъ
вы думали, ведь они все перетрусились
опіъ такой неожиданности: какъ сидели—
Шакъ піутъ и окаменели, какъ очарованные—да и красный же воротникъ мой, выставленный

на самый впдъ . . . Вотъ-съ,

в, чшобъ не д а т ь имъ образумиться, закрнчалъ

еще

грозней :

»если

хотите

Помиловаиія , вяжшпе друуъ другу руки,
это будете все равно, ч т о добровольное

и добросовестное признапіе въ впие: половина наказанія долой. Jïy, живей,—ты,
космачь,

перетягивай

кушакомъ локти

соседу своему, а т ы , бритый лобъ, опеленан ноги
команде,

своему соседу,

и т . д., по

а т о разнесу черепъ

въ дре-

безги, какъ стеклянный шара», и оскоромлю чьим® нибудь мозгомъ вашу кашицу!«
Страха» разбойников® былъ т а к ъ велик®,
чшо они, какъ и я же, не заметили т о го , чшо я по ошибке

держал®

писто-

лет® обратив® дулом® ка» себе; мигом®
повскакали они вязашь другъ-друга, и передрались
ными ;

еще

за честь б ы т ь

я обратился назад®

связан-

и говорил®

будто своей команде : »а вы не трогайт е с ь съ места ,
на прицеле!«

только держите глаза

Осіпальнаго

разбойника

я

связал® сам® — и погнал® всех® перед®
собой, какъ стадо, въ город®

. . . .

»Как® же вы въ т е м н о т е пашли дорогу

и каким® же

образом®

разбойники

послѣ перехода страха не заметили ошибки своей?« спроси.іъ Корнетъ разскащика
— Я свѣтплъ имъ дорогу вытащивъ'
изъ-подъ котла пылающую головешку, а
команда моя нашла меня
ро по ч у т ы о ! —
ліісправна же

т о г о ско-

ПОСЛЕ

отвЕчалъ Исправникъ.
была

ваша

лягавая

команда!« прибавилъ Ксенофошпъ. »Да ч т о
же вы

не выхлопотали себя

за эшошъ

образцовый подвнгъ знака отличіл на шею:
вЕрно не одинъ

изъ пойманныхъ грозил-

ся повѣсить вамъ каменный медальенъ на
грудь, или васъ повѣсить медальеномъ па
—

Да ч т о ни говорите, господа —

прервалъ его Исправникъ — в ѣ р ь т е , или
не в ѣ р ь т е , а ч т о бы сталось съ вами въ
моемъ положеніи

въ т а к о е

критическое

время , чего-съ ? . . .
»Усшупаемъ вамъ пальму первенства!«
возразилъ
Шакихъ

КсеноФошпъ : »мы

не имъемъ

громкихъ рѣчей, пугающихъ раз-

ЧАСТЬ

Ш.
ч

4

бойпиковъ, въ которых® бы каждое слово
было выковано из® гремучаго серебра.«
— О, маменька, я не боюсь разбойников®: явись они х о т ь сію минуту!—воскликнул® Ѳедюша, размахивая деревянного
саблею своею и пятясь от® гигантских®
т е н е й , откинувшихся от® дерев®.
»И мы т о же не испугаемся подобной
встречи , когда нас® провожает® такой
доблеспівенный кавалер®, какъ Иван® ФараФОНгпьевичь !«

молвила Княжна Марга-

рита.
— Много чеспга-съ, сударыня? а я бы
посмотрел®

съ удовольствіем®

на дей-

с т в і е стрел® красоты ирошшп. неистовс т в а злодейства

Прекрасная мысль!—

произнес® опъ невнятно спустя несколько времени и подошел® к® КсеноФонту«г

-— Слушай, друг® — шепнул® оиъ ему —
,'
сыграем® съ нашими героинями маленькую
шутку :

заведи их® подальше въ лес®,

а мы съ Живичемъ

и бросимся на них®

съ гикомъ ; one заахаютъ, —

а мы за-

хохочемъ. Не правда ли, ведь мы славно,
лихо

нзобличммъ

ихъ

комнатную сме-

лость ? . .
«Пожалуй !« отвечала. КсеіЮФОнтъ :
«только т и ш е воспевай свою баюкальную
песнь лесу : іпы знаешь

какова женская

нервуі, и къ чему т е б е кричать, подобно
рыцарю каланчи ;

покажись

только

въ

проФиль, вывороти на изнанку свою праздничную

ФИЗІОНОМІЮ,

ми бровей—и т ы
—

осумрачи лице т у ч а будешь насіпоящій

«

О! плугпъ! — перебилъ его Рогагп-

кинъ охорашиваясь.
Живичь согласился б ы т ь действуюіцимъ члеиомъ заговора. КсеноФоигпъ име.іъ
свои виды

на предложеніе

Исправника :

ему хотелось побыть наедине съ Лизою.
»Пе пора ли домой, ч т о - т о наше даДЮшка!« заговорила Княгиня.
— Еслибъ оиъ пріехалъ, мы бы услыхали, ma c h è r e , колокольный дишкашпъ
4*

тройки его; впрочемъ пожалуй воротимся и составила в и с т а до ужина! — сказала Князь.
»Ахъ, сестрицы!« воскликнула КсеноФОНГПЪ

: »я забыла показать вамъ перлъ

нашихъ мѣстоположеній ; вообразите: въ
лево за этой просекой крутой излома реки бешсио мечется подъ гору ,

глубоко

надаетъ пуховою пѣною — и ропщете
тамъ , вдали, какъ несчастный на судьбу, а въ волнахъ ея отражается все : и
амфитеатры

холмовъ , и силуэты кур-

шинъ , и купы

подстрижеиныхъ ,

какъ

ваше жокей Павлуша , липъ, и звездное
небо . . . . . довольно , пойдемъ т у д а . . м
Глаза романёрки Маргариты
кали

отъ

удовольствия

засвер-

наслаждаться

зрѣніемъ изящнаго местоположенія ; Лиза готова была следовать всюду за магаитомъ души своей —

оне пошли.

И въ самомъ деле оптическое обольщеиіе сулило имъ еще издали дивиыя на-

слаждеиія : присутствіе
ночи,

накидывавшей

ниспускающейся

иа вся

предметы

таинственную оболочку свою; безжизненная тишина окрестностей; вся природа,
дремавшая будто въ оковахъ очарованія ,
виднялась подобно прекрасному ландшафт у , вложенному въ прекраенѣйшія рамы.
Солнце утопало за толпою сліянныхъ облаковъ : одна пурпуровая полоса, какъ знамя войны,
Коймила
зыбилось

развивалась по горизонту

западъ ,

a отраженіе

въ зеркаля

и

ея ч у т ь

водъ. »Ma soeure-,

вы постоянная любовница природы,« сказала, Ксенофоитъ,

обращаясь къ Марга-

р и т я : »видите ли — здясь она младетгески дявствеипа ,

какъ будто сію толь-

ко минуту вышла изъ-подъ рѣзца великаго художника.

Не правда ли, во всемъ

есть своя поэзія, какъ и въ вашихъ глазах!, ясняетъ она, беззвучная , но выразительная ; есть вещи въ природѣ , которых!, мы не зиаемъ ,

но дадимъ шіъ

имя

и приличный эпитешъ

съ псрваго

взгляда на пнхъ ; наслаждайтесь же гармоніею

души

своей, —

душа ,

полная

чувств® вдохновительных®, ищет® уединепія. Мы оставляем® вас® самих® ссб®....«
КссиоФонт® ш у т я поставил®
гариту против® серпа луны ,
только чшо вырисовался

Мар-

который

на темной си-

нев® неба — и увлек® за собою Лизу далеко ,

далеко

о т ® чужих®-глаз®

и не-

скромных® языков®.
Тихо бродили они- рука въ руку по
дебрям® лабнршшшаго лѣса ; о чем® они
думали, всякій знает® сколько граней во
влюбленной душ® и сколько чувств® о т ражается в® каждой грани. . .
»Elise,

мп®.нужно с® вами погово-

р и т ь !« начал® Ксенофошпъ : »в® вашем®
присугпсгпіті

я не умѣю

быть

безмол-

вным®, подобно этой скромнмдв-луп®.«
Княжна Лиза мило взглянула на него
пол® - взором®

и

потупила глаза свои ;

прозрачный румянеці., облившій лице о я,
былъ поглощенъ океаномъ мрака, но КсеНОФОШПЪ

осязалъ трепетаиіе

руки е я ,

обвивъ ее своею; безмолвіе ея было проникнуто чувствомъ :

Лиза молчала кра-

сноречиво , понятно.
»МИЛЫЙ

друге, т ы хочешь подтвер-

дить поверье :
продолжала,

любовь не многословна !«

КсеиоФонш ь : ишаке будсмъ

говоришь чувствами, ведь іпы понимаешь
меня? . . .«
—

И отвечаю т е б е !

— примолвила

Лиза съ усиліемъ. Въ ней заменит была
борьба девической стыдливости

съ пла-

менем!, любви.
КсеиоФонгпъ

привлекъ

руку ся

къ

груди своей, — сердца ихъ сплавились,—
«друге за сшрастнымъ , медлительным!,
поцелуемъ — раздался по лесу не. въ далеки оіпъ нихъ пронзительный
Маргариты.
лась

крепко

Лиза

вздрогнула

къ любимцу

вскрнкъ
и прижа-

души

своег.

»Ile пугайся, милый другъ, эгпа выдумка не с т о и т ь труда разгадки!« успокоивалъ ее Ксеиофошпъ : »Г. Рогаткинъ
держитъ

экзамене

на

должность

хо-

зяина лѣсовъ и въ первый разъ еще дебютируешь

въ его

разсказалъ коротко

роле.«

КсеноФонтъ

умыселъ заговорщи-

ковъ против?, геройства сестрицъ.
Крикъ усугубился: Лиза начала безпокоиться обе ужасе с е с т р ы —

и зар-

валась къ ней. КсеноФонтъ самъ хотел?,
прервать

завязку

драмы

на

комедію,

и по зону голоса, умолявшаго о помоищ ,
полетелъ къ Маргарите.
Но ч т о представилось глазам?, ихъ :
разбойники настолщіе, безъ вывески Исправническаго т и т у л а , напали на Маргариту,
Двое заговорщиков?, сами изумились т о м у :
к т о ихъ предупредила, и когда Корнсіпъ
выскочила

нзъ-за кустовъ ,

чтобъ уча-

с т в о в а т ь въ опасности Княжны, а Ксенофонтъ спешила къ нему на помощь съ

противоположной стороны ,

разбойники ,

завидя ихъ, разбежались. — И въ Исправникъ былъ недочетъ.
Онъ угпянулъ
и

когда

ошъ

прежде всъхъ домой,

две пары

страха,

опомнившись,

другія

огаъ

иныя

нечаянности

Нзумленія, спѣшили т у д а же, Исправникъ
встръгаилъ ихъ на крыльце: т а м ъ жарко разхрабрился

онъ и увѣрялъ

всѣхъ ,

ч т о онъ бросился за разбойниками въ погоню прежде всъхъ и ,

потеря въ слѣды

ихъ, пошелъ о т ы с к и в а т ь шпагу свою.
Молодые

люди

не

имели

времени

посмеяться иадъ нимъ, а Князь съ Княгинею

наахагпься ,

звукъ

потому

путеводпаго

что

раздался

колокольчика

и

къ

подъезду подкатилась дорожная, зап тленная повозка ,

запряженная лихою ,

злою

тройкою лошадей.
Изъ нес выгрузился человеке

сред-

иихъ л ъ т ъ въ демикапюновомъ казакине

j
съ гпрубкою въ зубахъ, съ опушкою бак-

кенбардъ и усовъ

на

худощавом®

лиц®.

»Дядюшка, дядюшка!« слились голоса всптр®шившихъ его :

к т о за чшо успѣлъ

вы-

хватил® его изъ повозки ; сперва в ы т а скивали, потом® втаскивали богатаго дядюшку въ комнаты; одн® Княжны с т о яли в® скромной неподвижности, а Ксенофонтъ молча обмвривалъ его критическими взорами.
»Ах®, как® в ы переменились, дядюшк а , какъ похудели, узнать нельзя ! в®рно вы нездоровы? ч у т ь не дедушкой с т а ли!« приветствовали его.
Исправник® врѣзался между Князем®
и дядюшкой и т а к ъ согнул® спину свою,
вырисовывал низкій

поклон®,

ч т о хре-

бет® его мог® б ы т ь мостом®, т о

есть

путем® сообщенія между родственниками.
Дядюшка казался каким®-то
ственным®

гіероглиФомъ :

таин-

прежняя

ве-

селость его исчезла; молча обводил® он®
предстоявших® обаяющими глазами

сво-

ими , какъ удавъ, и насилу промолвила :
"да, не видались мы давно , время и болезнь вычли много л е т ъ изъ жизни моей, а племянницы мои какъ похорошели!
л помшо, какъ one играли въ куклы , а
теперь, думаю, играют?, живыми куклами. Воіпъ, э т у какъ бишь зовутъ ?« говорила ои?>, ласково взявъ Лизу за подбородокъ

и впиваясь

въ

нее

жадиыми

взорами. »Посмотри на меня, жизненочекъ!
уто, т ы пуглива , как?, рыбка ? в о т ъ я
увезу т е б я съ собой в?, Саратовскія поместья мои и наделю всеми дарами

бо-

г а т с т в а и жизни . . . .«
— Благодарю васъ, дядюшка, я о т ъ
родителей никуда не соглашусь уехать! —
скромно отвечала ему Лиза.
»Что т ы ,

что т ы ! пожалуй

дя-

дюшка обидится и возисшъ вместо т е бя Ѳедюшу !« заворчала на нее Княгиня,
подводя къ дяде сына своего.

—А, рыжичикъ! — продолжал! дядя»
гладя Ѳедюшу по голове—я и гпебе привезя, гЬстинцу!—Онъ развалился
слахъ,

въ кре-

опустилъ руки въ глубокіе кар-

маны свои — и начале в ы т а с к и в а т ь изъ
нихъ разный вещи.
Исправникъ подкарауливал! завистливыми глазами

своими

появленіе

каждой

изъ нихъ; дядюшка между множеством!
зологпыхъ колецъ и цепочекъ, вытащилъ
изъ кармана

миніатюрный

серебряном!

Футляре ,

образокъ

въ

и часы съ кра-

сивымъ кадрантомъ.
»Ба, ба, ба !« завопнлъ Исправникъ:
»какъ эгпе вещи, почтенный дядюшка-съ,
очутились у васъ? например! : э т и часы
отняли насиліемъ у нашего
въ последний проезде

Городничаго

его чрезъ Муром-

скій лесі,; а образокъ у супруги его Б е р м
Савастьяиовиы ;
у сыщиковъ

все

приметы
«

описаны

ч
Дядюшка
спряталъ

какъ

вещи

«Какъ - съ ,

будто

обратно

смѣшался
въ

и

карманы

а у кого отнялъ э т е вещи

вашъ Городничій ?« спросилъ оиъ.
—
лукаво

Э т о г о не можемъ зиать-съ !
улыбнувшись

отвечалъ

—

Исправ-

никъ: — а желательно бы услыхать, к т о
вамъ ихъ передалъ - съ ? —•
»Мои пягпь
ихъ

въ

лесу

пальцевъ ! —
подле

сказалъ дядюшка ,

я нашелъ

убитаго человека!«

не приготовляясь къ

ответу.
— Убитаго!—воскликнулъ Иване ѲараЧ'Оитьевичь.—По этому-съ в ы не откажит е с ь завтра указать мне дорогу къ подиятію гпела-съ, т а к ъ какъ самому исправному Капитане - Исправнику ?

«

Дядюшка какъ б у д т о испугался при
ньшолвке имени: Исправнике — и т о л ь ко кивнулъ

ему головою.

Между

темъ

Рогаткииъ захлопоталъ собирать команду
свою. О, я найду виновнаго, узнаю, розы-

щу его разомъ!« говорила она, надувшись
прокашною важностію.
Дядюшка чшо-піо вдругъ переменился и с т а л а жаловаться па головную боль,
отказался

отъ

ужина

и его

пюгпчасъ

проводили

въ приготовленную для него

комнату съ мягкою постелью; тамъ заперся онъ съ камердииеромъ своими
Б е е заходили на цыпочкахъ , чгпобъ
не обезпокоить дядюшку. Князь съ Княгинею

шептались , почему въ повозке дя-

дюшки нешъ

чемодановъ и узловъ,

со-

держащихъ подарки наследниками »A разве гпы не заметила, мои друге,« сказала
Князь: »что боковой карманъ его о т т о пырился ,
Судьи ;

какъ верхняя

губа

верно онъ набита

у нашего

ломбардными

билетами !«
— К с т а т и , мой милый, объ Исправницу .—. отвечала Княгиня — ч т о э т о онъ
присталъ къ дядюшке, какъ къ тюремному колоднику своему! ч т о опъ за про-

водішкъ его ? Л Лиза-mo наша всем® правится , въ особенности

дядюшки :

онъ

дастъ ей богатое приданое ; только надобно научить се , чтобъ она более ластилась къ нему.

—

»Какой оаъ невежа, э т о т ъ выписной
дядюшка; и не цримѣтилъ
дира

на мне мун-

и не удосіпонлъ взглядом® !« поду-

мал® 'про себя гусар®.
—

ОПТ»

должно б ы т ь невежлив® какъ

Готтешпогпъ , несносен®
книга ! —
»Он®

какъ

скучная

мыслила Маргарита.
страшен® ,

какъ

смертный

грех®! его ласки — ласки вампира!« передала Лиза КсеноФОнту замечания свои.
— Да, от® него пахнет® издали лесом®, а вблизи корабельной пенькой ! —
отвечал® ей Ксенофотпъ.
»Лице ч т о - т о знакомо мне!« размышлял® Исправник® : »однако пора !« хлопотал® онъ : »завтра чем® свет®

пущусь

на поиски; дайте мне Фонарей и людей!«

я еду въ городе и

« з е в о т а застала

его иа половине речи.

Изъ оконъ

сто-

ловой Княжеской видно было, какъ одна
заря

на западе

потухла

подернутому золою,

подобно углю,

а другая —

краса-

вица , б у д т о вспыхивала уже на востоке.
На другой день
ство

утромъ все семей-

Княжеское піакимъ же

порядкомъ,

какъ и накануне вечеромъ, сидело за круглы мъ чайньшъ сшоликомъ на балконе со
всеми гостями своими, выключая Исправника, въ ожиданіи пробужденія дядюшки;
но в о т ъ уже пробило восемь

и

девять

часовъ, а онъ еще не показывался ; комн а т а его была заперта изнутри.

Утрен-

нія

вскате

тени

разсеялись

солнечнаго

шара

на

уже
куполе

при

небесный;

птички пронзали тишину воздуха щебетаиьемъ
пега

своимъ ;

теплоты

природы —

сіяніе солнца
разширяла

лилось ;

все

дядюшка не появлялся.

были и думать

поры
За-

о ириключенін въ лесу

съ Маргаритой : мысли всехъ устремлены были къ дядюшке, дорогому по однимъ
деньгамъ.
»Что э т о оиъ, здоровъ ли оиъ? проснулся ли

оиъ ?«

восклицали

Князь

съ

Княгинею, покачивая головами, какъ часовые маятники. »Поди-ка, Ѳедюша, посмотри осторожнее въ окно комнаты его :
Не заметишь ли въ немъ чего.«
• I
Ѳедюша

пустился

I

стрелою

жать за задній Фасаде дома ,

забе-

где нахо-

дилась особенная пристройка для дядюшки.
»Да н е т ъ и Исправника нашего« примолвилъ КсеиоФонтъ: »но место его занимаешь э т о т ъ т о л с т ы й самоваре

изъ

красной меди: т о ч ь въ т о ч ь и талія его
и ц в ѣ т ъ лица и воротника
ра и т а к і я же
въ которыхъ

антресоли

вицъ-муидипа плечахъ

j

временемъ б ы в а е т е миог»

паровъ , времеиемъ холода до пяти граДусовъ по реомюру . . .«
ЧАСТЬ

III.

5

— Маммаька, пашшька! — восклицал®
прибежавший

Оедюша—комната дядюш-

ки заперта, а окпы отворены настежъ'в® комнате н е т ® никого ,

под® окном®

ирнтошпана трава , равно и цвѣтнцчек®
ваш®, который мы сами посадили н берегли
для дядюшки ;

я звал® его —

отклика

непіъ; я вскарабкался по стен® к® окну,
посмотрел® в® него: въ комнате пусто;
я даже испугался сам® не знаю чего
побежал® сюда.

—

Заволновалась вся беседа:
ніе всех®

и

пронзилось

воображе-

какимъ-то

зреніемъ — кавалеры ,

наскоро

подопосове-

товавшись между собою , пошли к® дядюшкиной комнате

под® предводитель-

ством® Князя П е т р а , который, заложиЬ®
руки назад® ,

крался по с т е н к е

на ци-

почкахь, чтоб® не обезпокошпь

дядюш-

ки паче чаянія если он® дома.
Князь

Петр®,

не при всех®

будь

сказано, былъ близорук®: онъ верно раз-

глядывалъ только масти, карпгь, поошому и нельзя было надеяться, чіпобъ онъ
разсмотрелъ

что

ішбудь

въ

замочную

скважину двери.
Корпеть и

КССІІОФОНПІЪ,

приложивъ

къ ней глаза и уши, въ свою очередь согласно

доказали,
'

чшо

въ комнате

дя-

дюшки валялась на полу только какая т о бумага, двигаемая ветромъ, вероятно
упавшая со стола. ГІе дожидаясь сигнальной мины Князя ,

они соединенными си-

лами выломали дверь — и вошли въ пус т у ю комнату.
Еслибъ дядюшка скрывался тамч, ; въ
Шапке невидимке

и іпоі;да бы ошыска.да

его посредствомъ осязанія , но и съ, іщмощію

его т щ е т н ы

были все поиски,

х о т я бы спустишь со своры глаза вседъ
сыщиковъ вселенной. — Ониковъ бросился поднять бумагу ; однако т о бщл ь не
ломбардный билешъ,

а простая записки,

исчерченная карандашемъ; онъ насшавллъ

в

на пес лорпетъ своп

и прочс.іъ

вс.іухь

следующее :
»Благодарю
]ЮДствеиниковъ !

за

пріемъ

Еслибъ

любезныхъ

не

помешала,

мне собака Исправника, ваше, я бы погос т н л ъ у васъ добрыма, порядкомъ; за т о
.

я выгощусь у пего па спине , когда онъ
попадете въ т е с н ы й , игольный йіеремъ
мой. И дураки бывають годны къ чему
нибудь : еслибъ не от> , мы породнились
бы заправски; впрочемъ, б ы т ь
еще увидимся. . . . .

можете,

.«

Никто не поняла, ни слова изѣ всей
записки. Определили только, ч т о г о с т ь
•иХЪ была, подложный дядюшка ;
черты лица его , вковаішыя

однако

ва, память

Князя и Княгини, не ужели обманули ихъ?
они видели у него много вещей, принадлежа ЩИ хъ нзетарн Л е й т е н а н т у . Дамы ,
долго дожидаясь

іюзвраЩенія кЬвалсроігЕ

свонхъ, вкрались по слѣдамъ йхъ въ комн а т у и удивились

еще более случивше-

муся ; одинъ Ксенофошпъ хохоталъ
всего сердца ,

отъ

называя дядюшку духомъ,

Иовичкомъ, неопышнымъ рекрушомъ , новобранцемъ

изъ бѣсовскаго легіона ,

ко-

Шораго иобѣдилъ Княжескій домовой, безъ
платы

и

пайка служившій

у

его Сія-

т е л ь с т в а дворпикомъ.
Вдруп,

загремѣли ресоры Исправии-

Меской тележки; п ы х т я ввалился онъ въ
сборную комнату

т а к ъ поспешно,

что

nè успелъ скинуть и картуза своего; съ
нимъ разумеется шотчасъ хотели поделиться

следствіемъ

розыскопъ свбихъ ,

но онъ предупредилъ всехъ. »Знаю, зиагср
догадываюсь!« воскликнулъ онъ: »посмотрите

только

ч т о находится

на вашемъ

дворе; будь я уличенный шельма,
Тйггіулярньш

Советникъ,

если

а не

э т о не

трупъ вашего иастоящаго дядюшки, котораго ограбили разбойники

и убили въ

лесу давно уже, потому ч т о онъ подернулся землею; мы подняли т е л о въ лесу

съ Уездным® врачей® : онъ щупал® у него пульс®, а я все карманы, и не нашелъ
въ шіхъ ничего ,

кроме подорожной его,

въ которой прописан® Формулярно и аккуратно

чин® покойника и т о ,

чтоб®

ему везде давали безъ задержания по т р и
лошади

за

указные

прогоны....

а на

т о т ® свет®« прибавил® онъ любезничая:
»угодил® онъ без® прогонов®

по прото-

ренной широкой дороге. «
Нечего

говорить

об® Испуге всего

семейства, особливо женщин® : междоме*

пііямъ не было конца; пока оне предавались паническому с т р а х у своему, мужчины горячо разсуждали

об® этом® деле :

»Вы делали поиски ие но судебному

ар-

тикулу!« сказал® Исправник®: »все ли вЫ
осмотрели ? н е т ® ли

следов®

незванаго

г о с т я под® к р о в а т ь ю , в® т ю ф я к е ,

въ

комоде, въ самой замочной скважине.. .
Рогаткинъ

пристально

осматривал®

и

обшохивалъ всю мебель , все вещи, нахо-

дившіяся въ комнате —

и вдругъ вскри-

чалъ радостно : »видите ли, всякое дело
боится мастера: колодникъ — заплечнаго,
Шайное—явпаго и. т . д.« Оаъ показалъ на
с т е н у близъ окна, на которой начерчены
были крупныя слова: пвездть и нигдгъі« »Знаеітіе ли«

продолжалъ

Исправиикъ :

»такъ

прозывается атаманъ Муромской шайки ;
исторіія^ его

не длинна :

онъ проклятъ

отцомъ за позорную жизнь и пошелъ въ
разбойники охотой ; нечистая сила дейс т в у е ш ь съ ннмъ за одно, союзно: гопорягпъ,

оиъ у м ѣ е т ъ накидывать на себя

Веякія личины и проникать безъ разрыва т р а в ы всюду; онъ и самъ уже и м е е т е
Чинъ колдуна и оборотня—теперь извес т н о ли вамъ

к т о вчера бесвдовалъ

съ

нами, ась, чего-съ . . . . ? о п ы т н о с т ь е с т ь
свеча во всякомъ казусе. . !«
—

Чтожъ

эгпомъ письме? —

онъ

не подписался

иа

спросил?. КсеноФонтъ,

отдавая ему письмо атамана.

Иване Фарафонтьевичь наскоро пробежалъ

записку

коральковыми

глазами

своими ; злоба за ругательныя насмешки
надъ нимъ разожгла въ нихъ искры. » 0 !
онъ расплатился кровыо!« — сказалъ оаъ
скомкавъ записку.
Потомъ положилъ ее въ бумажнике,
прибавивъ : »это годится для уличенія."
Покойиаго

дядюшку ,

о т п е т . род-

ствепнымъ вытьемъ, какъ водится, положили въ матушку-сыру землю со всеми чинными обрядами.

КІІЯЗЬ,

спустя не-

сколько дней после происшествія э т а г о ,
отправился

въ Москву о т ы с к и в а т ь

следство его и в с т у п и т ь

на-

въ права его

законнымъ порядкомъ, вероятно для т о го3 чтобъ
ску потери

разсеять сколько шібудь т о путешествіемъ.

Часто, когда среди роскошиаго л е т а
забурлите

ненастная погода, и в е т е р ъ ,

какъ колоднике,
Или орелъ,
Клетки,

сбившій съ себя цепи,

вырвавшійся

изъ железной

взмахнете крыльями

т и т с я въ воздухе, —

и закру-

я вспоминаю с т и -

хи поэта :
Что наше северное лето?
Каррикатура южных® зиме!
Природа заливалась дождемъ и глазки сестрице, въ нодраженіе ей, ч у т ь не
слезились о т ъ скуки домоседнаго времяировожденія. Княгиня вышивала по канве
кушакъ приходскому священнику.
рита

извлекала

изъ ройяля

Марга-

Фаншасти-

Ческіе мотивы; акомпаииментъ любви не
Дружба:

взоре Корнета, устремившійся

На нее, сверкал® какъ зажженая
Ѳедюша съ гувернером®
и® л о т о ;

КсеноФонтъ

своим®
съ

ракета.
играл®

Лизою

уча-

ствовали в® деревенской игре этой, проЧАСТЬ

Ш .

б

игрывая блаженное время любви, въ которое вместо часовой стрелки движется на кадрангпе часовъ розовый
Амура.
всякій

персте

Они сидели другъ подле друга ;
изъ

беседы

наслаждался

своим»

бышіемт., не испрашивая у счастья займа

и живя налпчнымъ

вдругъ

широко

удовольствіемъ ;

отметнуласг,

дверь го'

спитой —

ч

и явился Иване ѲараФоптье-

вичь съ насущного улыбочкой своей ; все
отъ

души

не поскупились бы

послать

его къ чорту, еслибъ онъ уже не былъ
при ни сане въ его вдадеше
ревизіи грешныхъ
тельство

душъ.

постоянной

по последней
В о т ъ доказа-

дружбы

его

къ

•
Княжескому дому : н погода но удержала
его о т а , поіезда къ нпмъ. —

Т

Ішо нова-

го-съ? — были первыя слова его, сопровождаемая

частыми

поклонами,

какъ шог-

дащній дождике.
ДІогода, какъ каждая секунда времени,
Сеть повоешь 1« отвечалъ ему КорнеШ'Ь

Іѵсенофоіітпъ, чтоба» поскорей избавиться
огпъ докукъ его , отвел® Исправника к®
стороне и, обшаривъ все у с т у п ы л е с т ницы памяти своей, чтоб® даіпь какое шібудь преднс.ювіе грядущему разсказу, поведал® ему серьезным® голосом® , ч т о онн
получили спо минуту новое известіе об®
покойном® дядюшке.

......

»Что-еъ . . . говорят® онъ былъ богата. , какъ откупщик®! Б у д т о корабль
его

чуть

не потонул®

от®

тяжести

металла ! Чего-съ ? . .« перервал® его Исправника».
— Эх®, Иван® ѲараФОнтьевпчь!—возразил® ему Ипполит® — я вижу вы доверчивы, какъ ребенок®: вас® можно жеи и т ь наизусть па луне и д а т ь вам® за
нею

в® приданое все

звезды

с® неба,

смести их® веником® и нанизать на бусы вашей супруге вместо бриллиантов®.
Ну

можно ли во всем® в е р и т ь

молве ?

она т а к ж е врет®, как® мадригал® и эпи-

покойный дядюшка получала. пен-

ШЛФІЯ:

сію ,

которую помогала

ему проживать

ключница его, а сундуки его выкладеиы
были

заморскими

раковинами ;

но поло-

жимъ х о т ь кой-что и было у него, псе
т о о т н я т о оберъ - мошенникомъ,

пгемъ

самымъ, который т а к ъ неучтиво относился обе васъ. . . .
»Проклятый !« т о п н у т , ногою зарычалъ Исправникъ.

»Что же осталось на-

личнаго?« спроснлъ онъ нетерпеливо.
—

Ключница

къ вашнмъ услугам!,, .

донашивающая съ заплатами половину века , и еще онъ

любилъ заниматься На-

туральною Исторіею . . . у него е с т ь прекрасная на шпилькахъ коллекція букашекь
усагпыхъ и съ рожками! — отвечала, Ксенофонтъ.
»Благодарю покорно!« проворчалъ скороговоркою Исправникъ.
Ксенофошпъ ч у т ь не захохоталъ; но
онъ пребылъ

веренъ позиціи своей :

на

постной

ФИЗІОНОМІН

мина учасшіи
і-онтьевича.

его

выпечатывалась

въ положеніи Ивана ѲараИсправиикъ схватился-было

за шляпу, но взглянувъ на Лизу , о с т а новился: не любовь къ ней, но с т р а с т ь
сражалась съ корыстолюбіемъ его.
»Да!« прибавилъ КсеноФонтъ: »я о т крылся вамъ какъ другу семейства Княжескаго :

теперь беднымъ кузинамъ мо-

имъ не на чіпо будешь купить

и рези-

иовыхъ корсеишва. къ свадьбъ, которые,
говоряіпъ, в х о д и т ь въ столицахъ въ моду.«
— Я ваша покорнейшій слуга, Ваше
Сіятельсгаво! —

воекликнулъ Исправиикъ

подбегая къ Княгине.
»Я въ т о м а не сомневаюсь !« о т в е чала Княгиня : »но куда же вы собрались?
подобно

доктору

объ нашемъ

только

здоровьи

осведомились

и опять

пускае-

т е с ь на дожди къ!«
— О , сударыня , теперь л знаю сос т о и т е вашего здоровья!—сказала знача-

гпельно Исправнике — къ дождю я привыкъ, какъ къ жизни , какъ къ

должно-

с т и своей: я не пряника., не размокну!—Она, уехалъ; прошло еще несколько дней,
но Исправникъ не появлялся.
Ксенофошпъ
еказывалъ

удачу

са, шоржссіпвомт,
хнгпроспан

раз-

своей даже

въ прпеутсшвіи Княгини; она, бывъ обольщена посулами надежде на б о г а т с т в о дядюшки, по сожалела объ ошсутсгпвіи его;
прочіе

члеиы

ея

семейства,

предались

искренней радости объ удалеиіц его»
Къ

большой

радости

семейства,

Князь І І е т р ъ шісалъ, ч т о лучшая деревня покойника

осталась

чиста, т . е. не

заложена въ С о в е т е ; ч т о онъ хлопочете
теперь въ Гражданской
таете

Палате и печа-

въ газегпахъ : съ душевнымъ

при-

скорбісмъ уведомляя о смерти дядюшки,
о вызове до.іжниковъ его и кредиторовъ,
и проч.; ч т о въ обществе Клуба нашелъ

ou® множество

старых®

с® которыми теперь

сослуживцев®,

играет®

vis-à-vis

в® в и с т ® ; ч т о на устрицы возвысилась
цена — и кончил® письмо зовом® семейс т в а своего скорее въ Москву, где поймал® онъ на-лсгпу Фортуну свою.
Весть

о богатстве

распространилась

Князя быстро

но всей окрестности ;

Исправника не принимали ,

сколько раз®

Ни принимался онъ ч и т а т ь у ворот® жалобныя элегін свои. Поздравляющим® не
было конца; но их® т а к ж е провожали за
недосугами: спешили скорее укладываться и е х а т ь в® Москву.
Природа
чернаго

не скинула

черепа непогоды,

еще

съ

себя

в® доме шла

сумотоха сборов® въ дорогу: везде с т о яли раскинутые

п зашнурованные чемо-

даны, навалены узлы и кардоиы; дамы сидела уже в® дорожных® чепцах® съ большими полями, съ огромными ридикюлями,

содержавшими въ себе плашки и сшкляики
съ каплями

о т ъ историки

и духами. У

подъезда стояла ненапряженная кареіпа :
къ ней привинчивали сундуки и пр.
Вся компаніл накануне отъезда сидела въ столовой, ожидая перемены погоды; сборы были уже кончены; Корнете
Живичь наводил?, на горизонте зрительную т р у б у и предсказывалъ вслух?, астрономическія наблюденія свои. КсеиоФоитъ
изеледывалъ метеорологическія наблюдеиія на лице Лизы: оно предсказывало ему
благоприятную
порученія

погоду ;

дворецкому

Княгиня делала
и старосте

обе

отправке въ Москву хлеба на продажу ,
о сборахъ оброка и прочее. Старая няня,
^возрастившая все

поколеніе

Княжеское,

і сидела въ углу и вязала чулокъ ,

поми-

І; н у т н о спуская петли , потому чіпо іпиf грашка, любимый к о т ъ Княгини , забавлялся ея клубкомъ и дергал?, нитки, запутывая ихъ въ кружева. —

На другой

день положено было непременно в ы е х а т ь ,
не смотря

на капризы

этой

кокетки

погоды; на дворе вечерело уже, въ сшеКлы хлесталъ дожди къ , Флюгеръ — пет у х ъ , торчавшій на кровле дома , скрипелъ ,

поворачиваясь ошъ в е т р а ,

какъ

Шижкій грешникъ зубами; невольно г р у с т ь
закралась въ сердце каждаго; подали самоваре: общество оживилось, все придвинулись къ круглому с т о л у — и посыпался
разговоре ,

какъ беглый

огонь,

живой ,

обильный.
»Люблю я чай за его варіяціи, особенно

за

скличку

къ себе

охотниковъ

в е с т и речь о быломъ , е т а р ы х ъ годахъ,
о молодыхъ

надеждахъ . . . .

да здрав-

с т в у е ш ь Китай!« говорилъ КсеноФошпъ.
»Домна Карповна!« продолжалъ онъ, обращаясь къ старушке: »будь нашею прелестною Шехеразадой, — в ъ памяти твоей,
не задетой крылами времени, накладено,
какъ въ чемодане, много анекдоіповъ. ІІо-

разекажи-ьа

нам® например® :

как® гпы

езжала всшарнну ne на помеле, а в® каком® бмшь-экипаже
сам» 1 . . .

Муромекими-шо ле-

.и

— По смейся, дружок®, въ свое время
Ii я была в® виду!—отвечала сгпарушкаІІЯІІЯ.
»ІТомшо и об® этом® півоп росказшіГ«
продолжал® КсеноФопшъ: »знаю, ч т о

все

теперсшіііе дедушки отдавали чесгпь вкусу покойнаго

супруга твоего ;

впрочем®

и теперь еще, не сердись, няня, т ы

мо-

жешь соблазнить стараго домоваго, как®
бывало

прежде

съ цветами

башенный

н травами

чепец® т в о й

соблазнял®

ко-

ров®. . . .«
Все заемвялпсь и сама няня.

»K®

делу, к® делу скорей , машина заводится ! . . .« вскричал® КсеноФоптъ серьезно,
какъ

капельмейстер®

готовясь

подать

на

музыкантов®,

сигнальный знак®

начат» о у в е р т ю р ы .

к®

»Ѳбь чемъ же бы вамъ гюразсказагпьШй?(( начала шиш» »Правду молвить: и нянчила
г

я многнхъ,

и сама нашшчнлась съ

орсмь. ВЪгпъ, однажды, къ примеру ска-

зать, было дело въ т а к у ю же пору, какъ
Нынче : собрались мы е х а т ь

с?, обозом?,

"зге Москвы сюда въ деревню ;
Кружилась такая ,

ч т о старики

непогода
не за-

поившие : т о г д а еЩе былъ живъ покойный Князь ,

отсцъ Петра

Петровича ,

оаъ только ч т о женился н уехал?, огпъ
Насъ съ молодою женою свосю ііалерсдъ :
знать нмъ лучше было двоНмь,—молодежь
Нсегда наперед?, бежит?., а с т а р о с т ь коНьіляетъ сзади. Я б ы л а * т о г д а еще сама
Молода, и намъ съ унравшпелемъ, вечная
е

"іу память !

оиъ былъ т о г д а

еще мо-

им?, жешіхомъ, показалось скучно тащшпье

а шагом?., какъ Фурѣ сз. больными, да а

Ночг. накрывала" насъ

какъ шапкой ;

мы

распустили з о н т е вместо паруса, опередила

обоз?. — и въехали

подъ навесы

Муромскаго леса, • спеша скорей

къ при*

сшани.
»Дождикъ пересшалъ,

налегала ночь

т е м н а я , душная; мы поспешали и, Богь
ведаетъ

какъ э т о случилось ,

потеряли дорогу и остановились
спугпін ;

на т у

пору

ч т о мы
на ра-

попался иамъ на-

в с т р е ч у старичекъ худенькой, бледненькой, сединькой, съ котомкою за плечами,
съ вязанкою лаптей на плечахъ, съ палкою въ рукахъ: мы его спросили: »куда,
дескать, добрый человъкъ, проехать нам'Ь
до деревни ?« оиъ молча показалъ рукою
влево — и пошелъ себе своей дорогой.
»Указанная дорога вилась змеей между частымъ лесомъ ;
ужастень:
куда

меня сіпала бращь

смеркалось все гуще и гуще,

ни оглянусь — все

видятся

ми®

красные глаза старичка и метелочка сединькой бородки его, въ т е м н о т е шевелящаяся о т ъ в е т р а ; я указывала на него сопутпику своему, а оиъ заверялъ ме-

" я , ч т о о т о пень или птица , сидящая
"я немъ. Г>отъ ѣхали , ехали мы , конца
"е видать, кругома» —

море леса, сучья

"леіцутъ по лпцамъ и сбнваютъ
бя на насъ капли дождя.

съ се-

Ужь мы дума-

ли воротиться, но вдругъ дорога расширилась — и прямо

потянулась

ка,

мо-

сту. »Слава Богу !« подумали мы : »верно
Иіута. близко жилое место!« Лошадки наши шарахнулись, деревянный м о с т е о т о звался поде ногами ихъ — и вдругъ

оне

остановились; мы ихъ понукать и просьбами и угрозами: пе т у т а , т о б ы л о — с т о яще себе какъ вкопанныл ;

на т у

пору

опять завыла гроза, с т о н е по лесу да и
только , ливень посыпался градомъ.
иутникъ

мой слезъ

съ повозки,

Соя

за

нимъ къ лошадкамъ п о с м о т р е т ь или лучше сказать

ощупать

въ т е м н о т е ,

запнулась ли за какой рожонъ наша

не
по-

иозка : вдругъ все небо осветилось молШей и мы съ ужасомъ вгляделись , ч т о

доехали до такого м е с т а , за которым*
моешь разобрапъ и внизу шипишь бездна,
къ которую молііія будто обронила огня
свои . . . я т а к ъ п не вспомнилась! Крик*
мой былъ не разелышаиъ: громовый ударь
заглушила, его, прокагпясь в о т ъ надъ' самыми головами нашими, и за иимъ, как*
теперь слышу,, раздался х о х о т ъ

нечело-

веческие мне показалось, ч т о старпчекъ
растешь і т > бездны н маннтъ иасъ

к*

себе туда.
>»Ужь спасибо

лощадкамъ ,

а т о мЫ

гнали было их!, на свою голову. Я видала,
какъ барыня падала въ обмороке, должно
б ы т ь и я переняла

у нее : когда очув-

ствовалась, мы были уже т .

деревушке;

послѣ разсказывалъ мне Тарасъ Гаврилычь,
сопутникъ мой, ч т о насилу огпвелъ оиъ
лошадей

подъ усгццы

оіпъ ногнбелыіаго

м е с т а , молнія указывала ему дорогу к *
двумъ избушкамъ , стоявшимъ въ лесу ;
какъ за иаказаше, насилу достучались мы

не одну из® нчхъ ;

хозяин® такой rjay-

бый, в с т р е т и л ® паса. с® рожном®, запалил® лучину и указал® на лапку,«
Пока старушка передыхала , слушатели переглянулись между собой; ночь затопляла

землю мраком® ,

пред® окнами

разкачнвалнсь бороды в е т в е й ,

накидывая

На стекла Фантастическія т е н и ; воцарилась тишппа.

Княгиня т а к ж е присоеди-

нилась к® беседе; чай уже отпили п т у х Нувшій самовара, производил® попеременно : т о какой - т о жалобный звук® , т о
иредсмсртнос хрипенье зарезаннаго человека; в® деревне, в® удаленіц, прибавьте
Притом® таішсіпвеішые сумерки и непогоду . . . .

какъ-то э т о вес располагает®

На. ощущснію пріятной боязни
тамъ

разскащица

клад® ,

Ужасах® : ея каѳедра —

— о, да!

особливо об®

центр® общаго

госдішепія, около нее теснились кучкой,
а

жирный кот® лежал® у ног® ея т р о -

феем®.

Старушка,

как® будто ссучив®

прерванный

ішгпті

дребежжаньемъ

разсказа

веретена ,

своего поде
продолжала :

»Тарасъ Гаврилычь тихонько успокоивалъ
меня : чего дискать т ы

боишься, Домна

Карповна? хозяине наше, правда , неприглядный, но оне одипъ, чего его бояться? старуха, должно б ы т ь мать его, ушла
съ подойником!) иа коровнике; съ широкпхъ полатей

свешивалась голова маль-

чишки л е т е десяти, плутоватаго, косаго : кроме ихъ мы никого не видали ; я
поддобривала всячески хозяина, вступала
съ нимъ въ разговоре, но онъ кроме да
и тыпъ ничего не отвечалъ; я поподчивала его дорожною вишневкой. »Сама прежде выпей!« рыкнулъ оиъ на меня ,
будто

какъ

опасаясь н е т ъ ли въ наливке о т -

равы; почему же не т а к ъ , я выпила, онъ
неохотно

чокнулся

съ сопутникомъ мо-

имъ, исказилъ лице свое страшною улыбкой — и, не пожелавъ намъ добраго здоровья, какъ водится изъ у ч т и в о с т и , о т -

вѣдалъ вишневку и огашолкнулъ ошъ себя чарочку ;

мы было

просили его раз-

делишь запасную хлебь-соль нашу — не
согласился. »Неколи!« отвечалъ и,заткнувъ
за поясе шопоръ, ушелъ изъ избы; я обрадовалась

отсушствію

его,

и хотела

было успокоиться , но проклятый мальчишка, свесивъ голову съ полагпей, пугалъ
меня какимъ-то шпіонствомъ; за этимъ
скоро услышали

мы шуме

у вороте и

Форканье лошадей: я подняла оконце, робко выглянула въ него, прислушалась: гоноре многихъ людей, с в и с т е , гамъ; за воротами двигались ,

какъ т е н и ,

рослые

Мужичины, они шумно стучались въ ворота. »Ну , пріѣхали !«

подумала я ;

были кругомъ заперты :

мы

б е ж а т ь не ку-

да, кроме какъ на т о т ъ с в ѣ т ъ ; но возг

ласъ хозяина разрешилъ мое недоуменіе:

"Проезжайте дальше, м е с т а н е т ъ !«

—

Нуспш, али піы некрещеный какой ? дай
• передохнуть иамъ съ животами своими!—
ЧАСТЬ

III.

?

кричали за воротами, и наподдали въ них®:
шіда затрещали вереи и оконницы вздрогнули.
рота ,

Медленно скрыпя

откинулись во-

хозяин® н е х о т я принял® гостей;

горящая лучина, бросив® па лице его, запушенное волосами, зарево свое, выказала
впшн® досаду хозяина. Въ ворота въехали ч е т ы р е

нагруженный

повозки —

и

какъ же обрадовалась я, когда узнала, —
ч т о э т о быль обоз® наш®.

Слава Богу

и дождик® перестал® ; я вздохнула свободно : пошли у нас® опросы , приветы;
вышло дело, ч т о мы напали нечаянно на
большую дорогу, где и съехались е® своими. А мальчишка все не спускал® съ нас®
глаз® лежа на полатях®, пощелкивая орехи
и задорливо кидая скорлупы ч у т ь не в»
щи ужимавшим® мужичкам®. Пртцло время ложиться спать ; хозяин® с т а л ь повеселее, натаскал® нам® соломы и укладывал® заботливо спать: верно он® ожидает® въ полночь товарищей своих®! по-

думала я :

чтобъ

сошіыхъ

р е з а т ь , какъ гусей! —

насъ

пере-

и предупредила

всехъ. »Чего намъ бояться!« одноголосно
отвечали мужички: »насъ пятеро, и Богъ
за добрыхъ людей,« — Усталые, они скоро захрапели ; я легла на лавку; Тарасъ
Гаврилычь не раздеваясь положилъ шапку иодъ голову

II

сшорожилъ

СОІІЪ

мой

по я не спала, мне чудио казалось: почему неприглядный хозяине укладывалъ насъ
спать иодъ полати и не позволялъ остав и т ь огня въ и з б е ,

въ случае дискать

какого несчасшіл; впрочемъ

ОІІЪ

позволилъ

«

намъ съ усмешкою крепко запереться и
к а ж е т с я снаружи задвннулъ

насъ чемъ-

т о ; пострелъ сынишка его, какъ

лесо-

викъ, все щелкалъ зубами, но и оиъ заШнхъ: всё покоилось около насъ; я выпада , отворила оконце и села подъ нимъ.
На т у

пору

выглянулъ

Щучь , такой красивый ,

месяце

пзъ-за

щеголеватый ,

какъ жеішхъ ; но т у ч а , опять задерну7 *

ла его, словно занавеской —

и онъ, ба-

т ю ш к а , т а к ъ жалобно посматривадъ изъза нее на меня ,

какъ будто тосковалъ

объ чемъ-то, вида мне сильно взгрустнулось: — впереди лесъ, за нами лесе, кругомъ

безлюдье . . . . я притаилась ,

какъ

сонная на лавке, а сама глазе не спускала
съ двери: не пройдете ли к т о , не подъе д е т е ли к т о , но никого не было; я было х о т е л а успокоиться —

налёте

вет-

ра какъ по струнамъ ударилъ по деревьямъ —

откликнулись

они —

и задви-

гались, словно живыя, или т е н и живыхъ;
чушь брежжало на дворе; вдругъ иа полат я х ъ запелъ п е т у х е , —

но т и х о , удуш-

ливымъ голосомъ, какъ б у д т о подалъ сигнале. »Распадитесь, злые духи!« проговорила я —

но т у т ъ заметила, ч т о э т о

неотступный

мальчишка

потешается ;

вдругъ зашевелились полати, дверь наша
скрипнула

• и не смотря на внутрен-

ній запоре, отворилась. Стемнело предъ

светомъ.

К т о - т о вошелъ ; я тихонько

разбудила сопутника своего, шепнула ему
объ опасности — и пошли мы ощупыо
отыскивать дверь, какъ будто играя въ
гулючки.

»

»Тарасъ Гаврилычь ошарилъ ее; с в е т ъ ,
чуть - ч у т ь брежжущій, далъ намъ разглядеть хозяина, пробиравшагося къ иоматямъ: въ рукахъ его ч т о - т о сверкало.
Тарасъ Гаврилычь выюркиулъ въ недотворенную дверь, я за нимъ—и прижалась
въ сеняхъ — онъ бросился къ воротамъ,
а они затворены, пока онъ оіпворялъ ихъ
осторожно, чтобъ не зашуметь, я вглядывалась въ избу: полати тихонько спускались на цепяхъ , на шіхъ,
Кахъ,

на колѣн-

стояли мужики съ топорами , а

Между ними мальчишка, продолжая равноДушно пощелкивать орехи—вдругь цепи
ромко звякнули — палаши скатились, я

г

не вспомнилась — какъ будто сквозь сонъ
слышала, ч т о наши обозные мужики, при-

давленные ими , глухо

вскрикнули —•

ІГ

только... сердце во мігв застыло переставь
биться. —

Гаврилычь

подхвати.іъ меня

на руки, спешно подпіащнлъ къ чьей-то
лошади , запряженной въ повозку, обрУ'
билъ

у пей постромки,

взметнулся на

нее, вскинувъ меня къ себъ на седло, прихлопнул!, но лошади, мы перескочили чсрезъ плетень, п і у т ъ намъ сунулся было
перебъжапіь дорогу

какой-то

красной огненной бородой ,
крестились —

козелъ съ

но мы пере-

и помчались въ лесъ Бог*

вѣдасшъ но какой дороге.

За нами гна-

лись . . . . вдали занималась заря

«

—Довольно, ужь въ самомь деле занимается заря!—• прервала ее Княгиня-—'
пора о т д о х н у т ь , и въ п у т ь ! —
»Объ осталыіомъ догадываемся!« прйбавн.іъ

КССНОФОШПЪ

:

»бабушка

съ

ІПОГО

времени сделалась славною наездницей въ
чепчике и съ карабішомъ въ рукахъ—она
собой воскресила древнее амазонство. •

Весело проглянул®

солнечный день ;

Княжеское семейство перекрестясь село
B

e чегавероместную карсту, запряженную

Шестерней

добрых® лошадей,

Ировождеиіи кавалеров®

и въ со-

своих® выехало

в® путь ; за каретой поспешали слуги,
Вооруженные к т о чем® попало въ случае
Встречи

съ разбойниками.

И Муромскій

«Ьсъ имел® свою дикую, мрачную красоШу : таинственные развесы сосен®
ОЩпіеия.ш
Німъ

путешественников®

полумраком® ;

его

нріят-

он® слезились

еще

Филями дождя; тиховейный ветер® веусладительною прохладой; утро было блистательно ; дальнід места
Кой-где разевещенныя

леса.

солнцем® , упос-

Валц взор® дивными, великолепными картинами ,
с

представляя

куполы

гоішіче-

кііхъ храмов® времен® Феодализма; шпнч-

Кч, резвыми группами летая въ обгон®,
Пе

реклнкались между собой, как® будто

У каясь, играя въ горелки; лошади у с т а -

а

ли и т и х о плелись по зыбучимъ пескамъ;
палящій зной полудня сталъ
и въ лесъ —

тогда души

недоступны страху :

проникать
всехъ были

one переполнялись

чарующею гармоніей природы; редко, ред*
ко встречались

имъ иочшовыя тройки,

оглашая дремоту ихъ

звукомъ

заливча-

т а г о колокольчика, или ударомъ бича, разносившимся
такъ

перекатами вдали.

однообразно

граяхали

Где-иЮ

вороны

И

почтенный д я т е л ъ долбнлъ кору дерев*
высоко-ученымъ носомъ своимъ, —
будто

делая

надъ шшъ

как*

аиашомичсскія

изследованія состава его.
В о т ъ проехали

почти и л е с ъ ,

за

ішмъ мелькали уже юиыя березки съ свежими , светло-зелёными опушками. Койгде встречались корчмы одинокія, избочененныя, учтиво нагибавшіяся предъ проезжими ,

а за ними и поле , разсгпилав-

шееся гладкимъ, лоснящимся , безграничнымъ покрываломъ, расшитымъ красивы-

ми букетами цветов?., оно т а к ъ приветно

издали

еще манило успокоишься

на

волнистой постель своей; т у т ? , же грядами переливалась рожь, беременная зернами , выказывающая

из?, складок?, сво-

их?», лениво шелестимыхъ ветромъ, лазурные, звѣздистые васильки: кой-где кустарник?. кудрявилъ нивы. Природа

те-

ряла движеніе свое и стояла разслабленнаа зноемъ, какъ въ очарованіи.
»Слава Богу , лесъ кончился прежде
дня, теперь бояться исчего !«

говорили

дамы , закусывая каждое слово ломтиками апельсинов?. ;

оне подняли каретпыя

окна, пыль вилась надъ ними балдахином?,
и душила ихъ ; лошади едва ступали по
раскаленной поверхности земли
смолкли :

о чемъ

оиѣ думали ?

б ы т ь шептали стихи :
Зелепый луг?,, зеленый лугъ!
Какъ разспіилаешься т ы гладко,
ЧАСТЬ

III.

8

Все
моженіъ

Какъ здесь покоится мой духъ —
Какъ т у т ъ задумываться сладі;о . . • -«
Вдругъ
несколько

показались
увечиыхъ

имъ

навстречу

нищйхъ

или бого-

мольце въ хромыхъ , слепыхъ, бредущихь
съ палочками и съ С}'мами, босикомъ, подноясанныхъ
каретою ,

ремнями.

Поровиявшись

прежалостио

просьбу объ милостыни,

завопили

съ
он«'

пе скупясь ра-

с т о ч а т ь приговорокъ II поклоновъ.

I

»Постойте !«

закричала Княгиня на

кучера и Форейтора своего, высовываясь
изъ к а р е т ы . Предъ путешественниками
въ подгорье перегибался мостъ чрезъ речку; въ стороне журчалъ
ручей ,
спеша

сверкая
какъ

сень дерсвъ,
вдали.

меланхолически

изменчивыми лучами

будто

на успокоеше

букешно

под*

раеположенныхъ

Въ карепгБ было душно

и непо-

койно о т ъ продолжптелыюй качки;
далеко

и

мелькалъ какой - т о

не-

могильный

крестъ: вероятно т а м ъ , дома, въ зем.іъ

Шлелъ прахъ

б ы т ь м о ж е т е какого nit-

будь п у т е ш е с т в е т і и к а , убишаго разбойниками; им?. захотелось вздохнуть подъ
ннмъ: всс выманивало на полную свободу
воздуха ,

погулять , побродить ,

помеч-

т а т ь — къ тому же э т и бедные тпціе
жалобились на помощь. Дамы вышли изъ
кареты

— отверзли

уста

ридикюлей

своих?.: вдруг?, шіщіе бросились на ннхъ
и уставили на иихъ п и с т о л е т ы . — Расплачпвайтесь,

а

то

поздно

будете :

не у с п е е т е и зажмуриться, какъ смерть
верхомъ па пуле вгписнспіся в?, грудь! —
закричали

они ;

слуги

отстали

дамъ , заехавъ въ шперпаумъ

от?,

; кавалеры,

женихи КняжепЪ , были т а к ж е недогадливы :

Корнетъ

спешилъ

раскуривать

т р у б к у , обрадовавшись, ч т о улучилъ къ
тому случай ; потому ч т о

въ присут-

с т в і и дамъ неучтиво бы было прогонять
облака пыли табачными. КсеноФонтъ, разсматривая

памятью

записную

кшіжку

любопныхт»

поцѣлуевъ ,

встрѣпшлъ

въ

э ш о т ъ день пробеле : ему хотелось

за-

метишь его

краснымъ

караидашемъ

—

онъ вмбиралъ м е с т о , где бы побродишь
рука объ руку съ Лизою.

. . . .

IIa звонкое : »ахъ!« дамъ , все бросились къ

ІІИМЪ

па помощь, но поздно было:

разбойники выхватили у нпхъ рндшлолн
и разсыпа.іись
ними

разбежкой

поскакали ;

они

къ

рѣке.

кинулись

За

прямо

въ р е к у , какъ днкія у т к и , юркнули въ
волны оя —

и пошли окунями иодъ во-

дою. Въ шіхъ стреляли беглымъ оінемъ,
но разбойники пропали : »Пу, т у д а и дорога !« подумали гонители ихъ ;
они

вынырнули изъ

воды и

вдруг*

очутились

на другомъ берегу, стряхиваясь ошъ воды
и держа

въ зубахъ

какъ верные пудели.

отнятую

добычу ,

Все эгпо было д*-

ломъ несколькихъ мииуіпъ: к у с т ы но бережыо па другой стороне зашевелились,
раздвинулись, п изъ ішхъ показалась кур"

чавая голова , манившая товарищей ; потом® поднялось огромное туловище,

—

взор® разбойника, скрывавшагося в® кустах® ,

вонзился

въ проезжих®.

Дамы

Насилу опомнились , насилу вложили ихъ
в® к а р е т у : он® опасались въ потемках®
ея в с т р е т и т ь

еще каких®

нибудь иа-

падчиковъ. Наконец® карета со всеми провожатыми своими подъехала к® берегу :
на прошивной стороне его спокон по сидели разбойники
отняты.®

и пристально

деньги ,

считали

раскладывая ихъ

ровпыя кучки по числу людей.

на

Атамань

их®, следившій движеніе проезжих®, когда
Дождался прнближенія их® на такое разстояніе , ч т о голоса, его не мог® потеряться , начал® п р и в е т с т в о в а т ь

нхъ и

Досылать им® по воздуху поцелуи.
«Ах® ! . . . э т о дядюшка!« произнесли
Княжны , узнав® г о с т я своего.
— А , здравствуйте, съ моего угоіцеиія, голубушки! Как® младшая племянница

моя похорошела!—крнчалъ разбойнике, прозванный ввздгъ и шігд/ъ—жалко,

что

те-

перь недоеужно проститься мне съ вами;
но мы увидимся скоро, даю честное мошенническое слово мое; насъ г о н я т ь изъ
Мурома,

я заеду

за Лизою

въ Моекву

когда поеду въ Сарагповскія вотчины свои;
•не забывай же меня, дружочикъ : кого я
полюблю съ разу , т о г о изъ груди моей
не в ы т я н е т е
лами

и пышка в м е с т е съ жи-

. . . .
КсеиоФотпъ

прицелился и в ы с т р е -

лнлъ въ пего мнгомъ; разбойнике, стороживши! движсніе рукъ его, быстро метнулся
его,

за с т в о л е дерева ,
какъ раненая птица,

однако шапка
взлетела на

воздухе и вонзившись на обрапшомъ пути
въ волны реки, поплыла
»Мегаокъ, б р а т ь , т ы : я бы дал ь т е б е
славное жалованье, еслибъ т ы

согласил-

ся б ы т ь подмастерьем!, ножоваго дела!«
надувши

грудь

закричялъ

вследъ

•т>

Ксс*

нвфошпу разбойник?.

и поменялся

ее иимъ пулей, заблудившейся въ воздухе.
Когда карета въехала на мостъ, разбойники подобрали каждый свою часть нзъ
Добычи и пустились по излучииамъ берега въ бегство; дамы, все еще трепешавШія, съ ужасомъ почувствовали т о п о т н ю
копскнхъ подковъ объ брсвиы моста. »Не
скрывается ли

подъ шімъ к т о нибудь ?«

думали «one, и ни какъ пе согласились о т П у с т и т ь ни кавалеровъ, ни слугъ своихъ
въ дальнюю погоню за разбойниками, которые, кажется, нарочно отводили о т ъ
нихъ защшпниковъ,

чтобъ удачнее

па-

пасть на ішхъ и, Бог?, з н а е т ъ , куда бы
увлечь ихъ за собою.
КсеноФонтъ навел?, назадъ на дорогу
зрительную трубку свою—роковой мостъ
Подвинулся къ его взорамъ. IIa немъ сиДѣлъ человеке, облокотясь

въ раздумье

"а перилы: по одежде атамане, по виду
Другой к т о - т о .сиделъ,

сиделъ и бух-

пул® в® ярыя волны —
казалось

ему

H оттуда

выхватилось

по-

пламя — и

наконец® даль задёрнула остальное.
Поел® произшесіпвія

ссго до самой

Москвы ехали путешественники, только
на сіпапціях® выходя изъ к а р е т ы , а по
ночам® самый
огромную
глаза

кузов® ея казался им® за

курчавую

которой

голову разбойника ,

будто

проглотили их®

живых® и теперь там® в® черепе притаились они на полочках®; глядя на дам®
в® окошко кареты, можно было сравнить
их® тогда с® крошней , в® которой сидят® обыкновенно болтливыя
потому ч т о one были

курочки,

въ ней бншком®

набиты съ прислужницами своими, а кавалеры ехали верхами с® боков® кареты.
Панорамы картинпстыхъ места, не вызывали испуганных® романёрокъ на приволье гулянья ; но вот® уже засверкали
вдали купо.іы

Московских®

колоколен® :
f
тогда успокоились он®. »Недалеко Кузнец-

кій м о с т ъ ; т а м ъ приданое мое;
«Брно
нашего

папенька д а с т ъ
пріезда ;

бале

нынче

завтра

по случаю

большіе

рукава

входятъ въ моду!« и проч. »Слава Богу, ч т о
Мы б о г а т ы — т е п е р ь мы кажется совершенно счастливы!« думали Княжны. В о т ъ
мечпіы, завпвшіяся т о г д а въ воображспіи
Ихъ; карета быстро катилась, показались
заставные столбы

н на нихъ гордо во-

друженные о р л ы — в о т ъ прозвучалъ шлагбауме —

и раздалось

дребежжанье

соръ и шумный с т у к ъ колесъ

ре-

объ кам-

чи мостовой. Здесь воспоминаніе ихъ было приковано почти къ каждому м е с т у .
Здесь н е т ъ разбоя : one въ Москве.

О б с т о я т е л ь с т в а въ доме Князя переменились: онъ сделался богатъ и жплъ
Ma прекрасной

даче

въ

окрестностях!.

Москвы; его посещало лучшее обшеспіво
Шолпцы ; у в о р о т е нзящиаго дома его

с

каждую ночь граненые- Фонари проливали
зарево пламени- на далекое пространство.
На обширном® дворе

Княжеском®

тол-

пились к а р е т ы съ затейливыми гербами;
сад® бывал® часто освѣщсн®, окна распахн у т ы : въ них® мелькали пары танцующих® ; музыка гремела звучная : и духовая н роговая и инструментальная; везде роились люди — любопытные

осаж-

дали заборе ц сквозь чугунный переплете
его выглядывали

всю роскошь

паркет-

ного рыцарства, всю з а т е й л и в о с т ь моднаго вкуса.
»Как® счастливо
с т в о !« думали

Княжеское

и говорили

семей-

все зяавшіе

ирежнія о б с т о я т е л ь с т в а его: »а как® счас т л и в ы Княжны Г Оне теперь
себе любых® женихов®
гатым® можно
въ прочности
.ш оне

увидим® L

по выбору ,

условиться

въ цене

этого товара.«

въ самом® деле

купят®
бон

ІІо были

счастливы ?•• •

Въ

ОДШІЪ

вечеров?. ,

пзъ роскошпыхъ Іюльскихъ-

которые

Вдохновительным« ,

называют?,

поэты

на даче Княжеской

особенно шумно ликовало нескромное пиршество ,

т о былъ день, замечательный

для его семейства —

молва

разгласила

помолвку двухъ дочерей его, кошорыя составили себе пренраспыя

портик. Княж-

на Маргарита , наряженная какъ на выставку ,

сверкая

взорами о т ъ избытка

удовольствия, сидела объ руку с?. Корнегпомъ ;
мужпей.

она почитала
Какъ

это

уже себя полузаново

и заманчиво:

в с т у п а т ь въ храмйну жизни еще неизведанной, но давно ожидаииой. Живичь гусаръ : у Живича

черные емоляные усы

какъ бахрома опущаютъ губы и в ы о т с я
они струйками дыма , подобно локонамъ
юааго,

игрпваго барашка;

къ тому же

Живичь сама, недавно разбогателъ, и иіакъ
Нечаянно, нежданно: какая-то старая бабка,
умершая

иедавно

въ Малороссін,,

такъ

к с т а т и по случаю сватовства его, отказала ему все дары благословенной почвы
земли своей и значительную часть ход»'
чаго имепія ;

онъ

уже

подарилъ

неве-

с т е своей щегольскую карету для свадебныхъ визнтовъ ;

онъ т а к ъ гордо и

ловко рисуется предъ гостями, вытвердивъ

заранее

предъ зеркаломъ Ree iij>1-

емы моднаго кавалера.
А Лиза, о т ъ чего это она т а к ъ печальна? союзное кольце сковало и ее пухленькій, мякенькій нальчикъ! разве оно выковано изъ особенного тяжелого металла?
Да-съ , оно жметъ не только нальчикъ
ея ,

оно давитъ гиегпомъ и грудь:

по-

с м о т р и т е , Княжна Лпза горитъ вся въ
брилліайтовочъ пожаре, но взоры ся изобличаюіпъ ее

въ тяжкой горести — они

т о блеснутъ какимъ - т о

иеесшествен-

нымъ огиемъ, т о п о т у х н у т ь , какъ падучія звезды въ воздухе.

Архитекторы

чепчиковъ и салоповъ истощили все иску-

ство

свое

изъ

запаснаго

вдохповепія,

Чтобъ лакомить общій вкусъ уборкой головы ея.

Ile ошъ т о г о ли

она поникла

головою и слезы придали повыл, свежія
блестки на искристые наряды Невесты,
чщо

Ксенофонпіъ

злоумышленно

былъ

йосланъ родителями ея въ иовоііолучениую
Ими но наследству
Для приведенія

ошъ дядн

деревню

въ порядокъ какихъ - т о

Шамошішхъ делъ, объ кошорыхъ намекали
ему, чіпо она можешь д о с т а т ь с я ему въ
Приданое за Лизой , а между пхемъ спешили они

въ

его о т с у т с ш в і е

скорее судьбу Лпзы ,
Ковавъ

се къ другому

скаго рода.

решить

безвозвратно присуществу

муже-

В о т ъ онъ жен ихъ , ч т о <сн-

Дигпъ подле нее, лысый Князь ЛгаФонъ,
Настоящій сіяшельный: двойной подбороДокъ его , брюшной прнвесокъ и пухлое
лице, покрытое лакомь пресыщенія, зпаиеиуетъ въ немъ исправнаго випіязя га-

сшромомііц какую же припиллегііо имеет®
ОІІЪ

прсдт. Ксеиофоигпомъ? — следующую:
Князь

АгаФонъ

сіятельныхъ

не загамншъ

лучей Лизы

собой

на дворянской

грамоте : грудь его если и не сберегла
въ себе горячности юности , за т о она
украшена снаружи холодною звездой и каI
кими-шо иностранными орденами.; пусть
голова его покрыта серебряною бптыо, за
т о Сибирское

пменіе его беременно зо-

лотыми слитками.

Въ заключсніе , on®

освоился давно характером®
Петрома» :

съ Князем®

он® господствовал® съ ним®

за ломберным® и за обеденным® столом®
- в® Клубе ; он® цѣлкомъ глотал® устрицы й закусывал® пилюлями ;

он® в н у т -

ри набальзамирован® былъ спиртами ,

а

снаружи обвернут® Фланелью и настоен®
камфорою ;

х о т я т е н ь косичек® волос®

его подобнлась рогам®, защищавшим® солнечную лысину,

однакожъ не приметно

'было, чтпобъ онъ грозился бодаться—онъ
был?, смиреиъ какъ теленок?,,

прост?,,

Шолепхъ и миролюбиво какъ еунругъ коровы , одинмъ словомъ :

самое кроткое

Животное изъ числа земноводиыхъ.
гатое платье н е в е с т ы его ,
ванное блестками,
звезды ночи ,

Бо-

иллюмино-

затмевавшее

собою

было еще только предн-

словіемъ подарков?, его. Княжна Лиза не
Могла долго т е р п е т ь прнсугпсшвія жениКа своего ; онъ молча сиделъ подле псе
« сопел?,, какъ волынка, не зная, съ чего начать

разговора ; она вегпала и, не

смотря на следствія неучтивости, ушла
въ свою комнату и заперлась въ иен.
Тамъ

дала она полную

волю пзлп-

ву с.ісзъ своих?, ; в?> растворенное окно
пахнуло на нее евежимъ вечерним?, возДухом?, ;

она отдохнула

немного п ope-

Далась мечіпамъ.
Боже мои ,

чего пе снилось

ел во-

зражение ! •. • • по могла ли она ошра-

зшиь проклятіе родительское въ случа®
отказа

своего Князю даже теплейшими

молитвами

сердца ? —

Какая

учасгпь

ожидала ее, какое нзвесіціе всіпрътнпгь
КсеиоФонгпъ ? . . . Тяжко

она зарыда'

ла, кинулась шічкомъ на подушку свою •—
и долго пребыла

почти въ отсутствии

ч у в с т в е . . . . въ горячке Фашшзіи она
забылась. . . .

Вдругъ

слухъ ея пронзиЛ-

en чьимъ-шо голосомъ ,
ее по имени ; Лиза
пялась —
взоръ

щеки

безумно

к т о - т о назвал1'

вздрогнула , припоД"

ея разгорелись
заб.іуждалъ

а

по окресПГ

нымъ предмешамъ — и ошыскалі» дивное
явлсніс :

почудилось

ей

или

лось , только она заметила ,
т о страшное

на

въ самую

яблоне ,

предъ

ч т о чье -

лице заглядывало

въ окошко и старалось
ближе

привнд*"
къ вей

в с т а в и т ь с я по-

раму ; к т о - т о сидел*

раскинувшей

ветви

окномъ Лизиион спальни , и

своп
наги-.

бая ихъ шяжесгпію своею ,

следилъ съ

дерева уединенную грусть неіцасганой.
»Здравствуй, красавица!« послышался
голосъ : »л гіріехалъ за тобою; поедемъ,
лошади готовы ! да нельзя ли т е б е достать

зеленую

шкатулку

въ клеёнча-

іпомъ чехле у отца своего ? съ него мы
Далеко уедемъ. Все комнаты въ вашемъ
доме выходилъ я, а въ кабинете не проникъ: оиъ недавно окропленъ святою водою ; ну, собирайся же скорее. . . «
— Чудовище! — могла только глухо
въ ужасе вскрикнуть Лиза . . . . она узнала
самозванца дядюшку. Горячка палила все
чувства ея.
Разбойнике улыбнулся злобно, насмешливо, все черты лица его зазіяли глубокимъ ядомъ презрепія, сметапнаго съ негоДованіемъ, проступавшемъ въ глазахъ его.
"Це ужели жеиихъ твой лучше

меня?—«

пронзнесъ онъ и захохотала, судорожно ;
ЧАСТЬ

III.

9

шли т ы надеешься на того стрелка, ч т о
провожал® тебя Муромским® лесом®? он®
давно продался мне, какъ и я сам®

«

Т у т ® онъ обе|мгулся назад®

и съ кемъ-

т о невнятно проговорил®,

потом® ши-

роко раздвинул® веіпыш яблони, на которой сидел®, и Лизе живо представился призрак® КсеноФошпа бледный ,

дер-

жавший шнрокій нож®

про-

в® руках®

тив® сердца своего и смошревшій па нее
укорительно, презрительно. »0! пощади?
пощади !« слабо произнесла она ;

мечты

ея закружились нестройным® хороводом®,
перемешанным® изъ сбора разных® идей,,
разеудокъ терялся, и мудрено ли: сіпольг
ко нсожнданносгаей

и пронзающих®

рестей в® такое короткое время.

гоЛиза

протянула руки въ окошко, но не могла
снести блистанія взоров® КсеноФонгпа, с®
недвижною

мсртвениостГю

устремлен-

ных® на нее ; она крепко стиснула глаза, но чувствовала, ч т о зреиіс души ел

сильнее глазе : оно какъ будто разорвало оболочку свою и подсказывало ей япллвшіяся картины.
»Погоди, э т о еще не все!« прибавиле
разбойнике: »любезный твой не даромъ получаете о т ъ меня паекъ: смотри, в о т ъ
Шо его работа!« говорилъ онъ выпуты-

э

вая изъ-за сучьевъ ч ь ю - т о
ную голову,

которую

отрублен-

держалъ

волосы . . . Лпза вгляделась

онъ за

и узнала по

Ьолосамъ голову брата своего — лице его
затекало кровыо, она чувствовала , ч т о
родиая кровь

закапала

съ головы пря-

мо па псе и за язвила огнемъ руки ея ,
грудь, все тело, какъ брызгами расплавленпаго сургуча.
В ь одной руке держалъ разбойнике
Мертвую голову,

другую

съ расширен-

ными пальцами простирали къ ней, какъ
33

верною добычей — все э т о довершало

УЖасъ ея ,

прожгло самый мозгъ : более

Мертвая, чемъ живая-—закатилась опак..»

»Ma soeure, ma cher, bon Dieu! как*
она заспалась !« раздались голоса

за две-

рями комнаты ея; особы, опрашивавшая
ея, прислушивались у дверей какого нибудь движепія ея : но кроме размерных*
маховъ маятника ничего не было слышно.
На смену
гіе, —

къ нимъ прибежали дру

т о ж е ; наконецъ и родители —

все отзвука и е т ъ ; выломали дверь. Боже.
Лиза лежала неподвижно съ полузакрыты'
ми глазами и устами; руки ся были разметаны ; волосы пышной каскадом сбросились

съ подушки и висели

рядке;

оконныя

ветра ;

въ безпо-

рамы хлопали по вол*

нежно-розовый

румлиецъ

чуть

заметной струйкой теплился еще на
кахъ е я , но она похолодела ,

сердце ся

затворило жизненную заслоиочку свою —"
и перестало биться
Чрезъ полчаса сгпоялъ подле кроват и ея Докторе; у Лизы разрезали пыШ'

вый рукава, богапіаго

платья и хотѣ.ш

пустишь ей кровь; Докторе внимательно щупала, пульсе ея, смотря на движете

секундной

Медицинское

стрелки

часовъ свопха, :

наблюдение верный термо-

метра, жизни! скажсма, мимоходом!,. »Теперь поздно, ее спалила горячка, уже она
умерла! Жизнешіыя пиши ея разорвались
все

вдругъ ошъ

разве

раздраженной

нервги ;

не попробовать ли еще силу маг-

нетизма ?« Можете судить, каково было
принято всеми э т о извѣстіе :

невеста,

за часе предъ тЪмъ красовавшаяся подле
Жениха

благоуханною

красотой

своей,

исполненная теплотою юной жизни, лежала свежею обновкой для могилы !
Въ прихожей толкались уже гробовщики съ веселыми лицами , перешептываясь съ лакеями.

Молодаго Князька на-

шли лежащимъ въ глубоком!, обмороке.
Въ день, назначенный для свадьбы, приготовлялись , совершить последний долгъ

умершей г все окна въ доме были отворены; около гроба симметрически уставлены были большія местные
витыл

чернымъ крепомъ

свечи, об-

съ бантами ;

лице покойницы было бледно ,

какъ во-

сковое , голова убрана цветами , воздушный Формы т е л а ся обвиты были дымкою, иа ней надето было свадебное плаіпье
съ причудами богатыхъ украшеиій. Слуги
въ глубокомъ

трауре

суетились

около

гроба съ серебряными курильницами ; койк т о изъ сродников?, и зпакомыхъ ся разхаживалн по комнате

съ белыми плат-

ками у глазе, закрывая другъ о т ъ друга
скудость
дителей

безслезныхъ

очей.

Души ро-

ея горели огнями пыгакп сове-

с т и , ирсдъ неумолимымъ судомъ которой стояли они, какъ преступники, приговореішые къ выслушанію смершнаго приговора.
Одна Маргарита
печаль

спою. Князь

звучно
АГЗФОПЪ,

выражала
шо

ело-

Ill
жив® на брюхе руки , пю закинув® ихъ
за сгшпу, медленно прохаживался по комЧаще, отыскивая инструментом® обопя"ія своего где бы найти сосуд® помипоЧепГя; и об® чем® было ему тосковать:
и у бутылки эрмитаэіспаго мог® онъ найЧщ такую же гладенькую шейку, а черЧьія очи — у трефовой и пиковой масши.
Яви лея Доктор®; но увидев® въ другой
раз® невозможность пособія своего,

по-

молился праху, выманил® осторожно управителя

дома па крыльцо и попросил®

его не забыть доложить господам® своЧм® }

чшо он® едтьлалъ вшить , а сам®

^Ыкрался из® комнаты
1 С

ШІІ

атаку

и пустился

ве-

на карманное здоровье дру-

гих® больных®.

Разнесся Фнміамъ ладо-

Ча, раздались протяжные ,

содрогающіе,

Убінствеиные голоса, отпевавшіе жизнь,
'Чищцшилась на гроб® тяжелая крыша,
Чапеки заслонившая

белый свет®

ошъ

"аоровъ; под® сводами церкви послышались

звуки роковаго молотка — поіпомъ опять
пеніе и вой. Забегали со стклянками разныхъ спиртовъ ; накоисцъ процессія иотяиулась; могила

обычной чередою про-

глотила пасшыо своею убыль еще одной
жизни, какъ океаиъ каплю — земля глухо
застучала о гробъ — и все кончено!....'
»Она была похоронена гпамъ, не далеко оше церкви!«

сказалъ Тнхоцъ Сы-

соевпчь, показавъ рукавицею

на моги.іЫ

ошнешыхъ — и замолчалъ.
«

— Какую же

имееш ь связь

этот*

разсказъ съ самоубійцей или съ чемъ-пЮ
похожимъ па это, похороненпымъ

здѣсь

въ овраге ? — спросн.іъ я.
»Обь этомъ

есть

другая

исторіл

теперь дошло дело и до исчиспшго , который, говорят!., помогъ боярышне умереть!« оптечалъ онъ.
— Понимаю, стало б ы т ь прошедшая
повесть и кончена и не кончена ? — спроенлъ я съ сильаымъ учасшіемъ.

/

»Вотъ

послуішешъ

далѣе , .лучше

поймешь !« промолвила лесная Шехеразада моя.
Сумерки опустили уже черный балдахинъ спой иа природу и прикрыли всехъ
равно полами его; мы разошлись въ разныя стороны до следующего вечера.

Я

былъ завлеченъ, но не удовлетворенъ заг
гадочною развязкой повести. Дивныя мечты

о комедіяхъ

и драмахъ

ской жйзни провожали меня
ща домой. —

человечесъ кладби-

Я опредѣлилъ въ мысляхъ

свопхъ, ч т о и я взялъ у могилы отпускъ
иа короткій срокъ: притягательная сила
ея непобедима; однако миогіе еще, х о т я
судорожно,

но силятся

побороться съ

оброчшщен е я , — смертью; рѣдкііі поддается ей добровольно

ЧАСТЬ

III.

10

Ш

И

Е

Е

И

Ь

ПРЕКРАСНЫЙ

Ш

1

Ш

№

0

Й

*

СКЕДЕТЪ.

Если кого любовь убьепгь , — любовь и
воскресишь, какъ весеннее дыханіе обмеръвшую
мошку; она даже можепіъ обезсмершишь, овѣковъчишь созданіе свое. И у любви есть орудие, беззвучное, но сильнодействующее, какъ
ядъ , поднесенный въ прекратишь бокалѣ ; по
на кого чаще , на враговъ или на друзей обращаешь она оружіе свое Р . . . Прежде надобно определишь: кшо другъ и врагъ е я ! . . . .
Ci. тобой и смерть улыбчивая жизнь мни . . . .

Меня не остановила и пасмурная погода б ы т ь на...скомъ кладбище по приглашенію Тихона Сысоевича. Глубокій ве-

черъ воцарялся въ природе ;

тяжелы л ,

свішцовыя облака, надвигаемы я безъ в е т ра, на горизонте, нахлобучивали его какъ
Шляпой съ широкими полями, предъ которыми обыкновенно п ы л а е т е смоляной Факеле , предшествующий похоронамъ. Еще
дичее и унылее показались мне Курганы
H памятники могильные, тесплщісся въ
саду мертвецов!,.

Компаніонъ мой дожи-

дался уже меня, сндя на осколке камня
и плегпя лапоть; неизменная песня его:

поплъ, нормаль сударушку, все прочилъ за
себя! звонко окликала окрестность.
»Что э т о т ы разголосился, пріятель?«
спроснлъ я его л »не делаешь ли переклички мерпівецамъ ,?«
—

Какъ мне ее делать, ведь всехъ
/

поимяпно не узнаешь!—отвечалъ

онъ:—

земле моей всякий день прибыль , народе
играете въ гулючки :

одипъ схорошітъ

Другаго, a поіпомъ самъ пойдете искать
его съ закрытыми глазами и дожидает-

1 IG
ся въ очередь своего искателя . . . . . какъ
д о с т а е т е только "места

у родимой на-

шей матери землицы — загладишь да загладить человека въ угпробе своей, словно волна зальегпъ его, или проглотить,
какъ окіяиъ море великое.

—

и А. случалось лп, чтобъ у земли о т нимали ся добычу, т о е с т ь хоронили бы
живыхъ, б ы т ь можепіъ по ошибке, какъ
бывало у язычниковъ поступали съ христианами ?« спросила, я.
— А т ы разве знаешь объ эгпома.?
разве
дела

ты

подгляделъ

ила

подслушалъ

могильныхъ покойниковъ ? к т о съ

ними советенъ ! Разсказываютъ — велъ
речь Тихонъ Сысоевичь,—-'что и у насъ
на Русн въ несчастное время мора предъ
т е м ъ , какъ появился Пугачевъ воръ-собака, люди падали словно мухи ошъ мороза и в о т ъ вишь

случилась какая

за-

гадка : везли солдаты, ну воиа, т е , чіпо
спюягаъ ca. копіями

у будочпыхъ

нзбу-

Шек® въ ссрмяжныхъ армяках®, большой
ящикъ съ трупьями

и только ч т о

по-

ворошили къ погоспгу , а одипъ и взмолился изъ них®: »выпусти, дескать, меня,
Человек® служилый, я живъГ« —

Врешь,

молчи!—отвечал® исправный воин® — доцт о р а - т о разве хуже нас® съ тобой знают®, к т о жив® и к т о умер®, кому надо ж и т ь , и кому пора умирать? . . . вот®
не п.іоше этого случилось , до чего мы
с® тобой речь довели, опомнясь . . .
»Что такое? пора, начинай!« прервал®
я его: »піы обѣіцалъ ныне досказать мне
вон® о т о й глубокой могиле, чшо заросла полыньемъ и крапивой . . .«
•—Л ч т о ж ь она за барыня шакая-эдакал , чтоб® ужь на ней и дикая гирава
не укоренилась? т а к ж е вот® къ примеру
сказать: видали мы в и т ь какцхъ хватов®
покойников®

важных®

да

сановитых®,

по бось прошли они по всему жизненному п у т и Форсовишо

и шапки

не ломая

ии перед?, кемъ , а т у т ъ ,
і

смирнехонько л с ж а т ъ

г

поглядишь ,

ужь безъ шапки

мои голубчики; бывало, я чаю, если муха сядешь на щеку, кричит?, рабам?, своимъ : сгоните прочь грязную ! а въ землянке

надъ

НИМИ

последний червяке на-

больший хозяине: т о ч и т ь себе да т о ч и т ъ
чванливый черепе и не с л ы х а т ь его раб о т ы ; вшпь и червяк?., я чаю, думаете
себе своимъ разумомъ : буДЬіпъ т е б е , человече,спесивый барине,царствовать надъ
вселенной! давплъ шы меня п я т о ю ,

те-

перь
»Вперед?., впередъ , пора д е л а т ь начине, добрый товарищь!« о п я т ь прервалъ
я любомудріе собеседника моего: »смотри,
ужь скоро небесный Фонарике выскочите
изъ окошечка своего I«
— Ч т о жь, разве онъ соглядатый какой? авось не подслушает?, и не разскаж е т ъ пашей

исіпоріи

малымъ

ппіенчи-

камъ своимъ — звѣздочкамъ!— сказать Т н Хонъ Сі>ісоевичь и началъ
Слушайте внимательно , ч и т а т е л и ;
разскащикъ

мой подь

рукою

да.іъ

мне

знать, ч т о э т о т ъ вечерь нашей беседы
последний ;

на другой день онъ грозился

у й т и въ дерсвшо

но случаю

приближе-

нья рабочей поры, для т о г о и сплелъ онъ
себе

новые ланпш :

въ ішхъ спокойнее,

говорилъ

онъ, ноге

тому же

приди-ка въ новыхъ

али выкажи

уложишься,

алый кушакъ

да къ

езиогахъ ,

и синіи ка<і>-

т а н ъ : все осіпупягпъ московца

и начну шъ

ошаривать карманы , отыскивая гостиицевъ. Когда онъ в о з в р а т и т с я , не, знаю г
шамт, ожидала его какая-шо Дупаша, или
Матрена, лучшая изъ всехъ Матрепъ.
Я ужь, к а ж е т с я , неоднократно извинялся предъ читателями, ч т о передаю
Не оптомъ доморощенное в н т і й с т в о ТиХопа Сысоевича: чужія слова не бусы, —
Не нанижешь ихъ на н и т к у памяти!

Пышно, великолепно схоронили Княжну Лизу; праздиыхъ зеваке, въ личинахъ
сердоболія,
счастін

принимавшихъ

и несчасшіи своихъ

участіе

въ

браілій изъ

одного л ю б о п ы т с т в а , было множество ,
и на кладбище

толпились они , всякаго

возраста, пола, чина и зваиія. Люди Княжеские , потрясая мешками
деньгами ,

съ медными

оделяли нщцихъ грошевиками

и пятаками.

Увечныя и уродлпвыя гар-

ши съ шеями, трясущимися какъ сіпудеиь,
двоеряднымъ строемъ вытягивались предъ
милостивцами ; какой-то о т с т а в н о й унтеръ-ОФііцеръ ,

т а к ж е шіщій , съ меда-

лями на изношенномъ с ю р т у к е своемъ и
съ костыляшкой
управлял!»

подъ одною коленкой,
голосаіпыхъ

ни-

щи хъ , усгпавлялъ ихъ въ порядокъ

вы-

правлялъ

оркесгпромъ
горбы

на нарушавшихъ

и грозно

покрнкивалъ

дисциплину, именно на

т е х ъ , к т о подавался писредъ, чіпобъ схватить

скорѣп

милостыню

и после

по-

«

дойти за другою ,

лишив® других® до-

лей ихъ ; оіп, пристукивал®

в® особен-

ности грозно деревянным® орудіемъ вспоможенія" ходьбы или лучше

сказать ко-

выляиья своего, на с т а р у х ® , шрспсшавШихъ

пред®

ним®

вблизи

ся на него издали.

Покойницу

ли въ венчальном®
ных® бусах® ,
ком®

платье

великолЬпш ;

пронырливые

люди

з.півшпхположи-

въ жемчуж-

одпимъ словом® :

Княжеском®

быть

и

во всядолжно

подсмотрели

всё э т о еще въ самый день похорон® ея:
в® гостиных®

за

картами , въ ложах®

т е а т р а и въ кабинетах® за кипами бумаг® ,

только

и

слов®

было ,

чшо

о

Прекрасной покойнице; но находились .поди ,

которые молчали об® этом®, пронс-

Шествіп, но действовали успешнее первых®. Лишь только сумерки разбили над®
землею черный шатер® свой, мошенники
сговорились отправишься на кладбище съ
заступами въ руках® ,

вероятно не для

v.

.
Фаитасшическихъ прогулок?, и не с?, цѣ.шо
Германскихъ студентов?. ,
быв?, въ

СОСГПОЯІІІІІ

которые , не

за дорогую цену по-

к у п а т ь т р у п ы для Анатомических?, препаратовъ,

воруюгпъ ихъ

но иочамъ съ

кладбище и перетаекпваютъ вь- Лнатомическіе кабинеты на корточкахъ, прикрывая пхъ плащами ;
прогуливались

у

ннхъ

мужсскомъ одеяпін ;
отвечали они ,
товарищей

случалось ,

что

своихъ

іпакъ

и женщины

на вопросы
тащапіъ

въ

дозора
пьяныхъ

со свадьбы.

Рускіе

мошенники как?, т е н и прокрались за горфдской валъ —

и под?, настилкою ночи

благополучно прибыли къ м е т е поисковъ
своихъ.
Тишина

на кладбище была настоя-

щая могильная ,

даже не с л ы х а т ь было

дозорныхъ завываній
баке.

и караульныхъ со-

»Ну, товарищи,

всё такижь она

не ушла о т ъ меня : кажется здесь припрятали ее; хорошо ч т о еще

не задви-

»

пули каменного глыбою, а т о возни было
бы не мало!« говорилъ одииъ изъ мошенИикопъ, по виду казавшінсл предводшпелемъ прочихъ, съ розмаху впшекивая заступъ свой въ свежую

могилу.

— А в о т ъ кликнемъ ее по имени —
не о т з о в е т с я ли! —

нода.іъ свое мненіе

другой.
»Именно з д е с ь , —

вотъ

и зарубка

на дереве!« прибавилъ т р е т і й : »я давно
еще заметилъ

подле

нее

чернаго Ангела

на камне

вотъ

этого

и беседку

оградой около повалки какого-то

съ

семей-

с т в а . . . .«
;
— Ну, дружней, ребята, ч т о слова
Шерягпь по пустому, ведь мы не бабы, не
Чулки

вяжемъ ,

а нсводъ

закндываемъ!

Или ужь васъ дрожь забрала о-сю пору? а
ч

піо вы давнча-гпо говорили въ кружале,

к

огда порывались сюда и д т и ? . . .

понуж-

Далъ предводитель мошешшковъ, должно

быть

нанятых®,

неопытных®,

нович-

ков® в® ремесле своем®.
»Чего р о б е т ь !

ведь э т и все голо-

ваны на памятниках® каменные , и глазом® не моргнут® !« отвечали они , показывая на разныя
на могильных®

Фигуры,

камнях®.

нзееченныя

Три

дружно впились в® рыхлую ,

заступа

непригаоп-

танную еще землю на могиле, и чокаясь
между собой,

начали вскидывать землю

кучами.
Луна замерцала

съ высокой

долины

небесной тусклым® светом®, роняя дождь
блесток® на землю сквозь перегибы в е т вей, — вот® полились они ярко ,

ярко ,

лучи ея будто вспыхнули — и заглянули
въ глаза ночным® работникам®.
От®

деревьев®,

ветром® ,
откинутыя

чуть

потянулись
тени ;

движимых®

и

зашевелились

луна,

какъ у т л ы й

чолнъ, носимый по волнам® океана , ныряла между гряд® облаков® : іпо прогла-

Шьівалп они ее, задвигая наплывомъ своІІМЪ,

какъ щитами, и море ночн являлось

во всей н а г о т е своей; т о выплывала она
На горизонт!, и быстро выказывала мелькаше- крестовъ и белокаменных!, памятников!,, рисовавшихся привидешями, закутанными въ саваны, ярко отливающимися между

темнозеленой

сетки

древес-

ныхъ в е т в е й .
Мошенники невольно окидывали испуганными взорами окрестныя места и руки ихъ опускались , дрожь приткала въ
сердце.
»Не с м о т р и т е посторопамъ, молодцы,
а т о и іісвесіпь-чшо

привидится !« зиа-

чншельно сказалъ предводитель : »вгляцніесь-ка лучше въ могилу,

ne близко ли

Дно ея?«
—
ада ! —

Д а , близко, дно ее — покрышка
вымолвилъ кто-іпо, раскаяваясь

уже въ поступке своемъ.

»A pmo ч т о , чу! слышишь, какъ ботиулъ засіпупъ мой о чіпо-іпо твердое,—
воіпъ она голубушка, крыша-то гробовая!"
говорил, предводитель, усердно раскапывая могилу.
— Э т о еще только кнрпнчь; ужь не
складень ли

въ

надъ гробомъ ?

земле

каменный

своде

подп т у і п ъ добывай его

не человеческими силами! — пробуркнуле
съ пегодовапіемъ другой.
« Э х ъ , месяцъ-гао опять закатился,
али у него глазъ засорился ,
сам?,

спать

али онъ й

з а х о т е л ъ ? не за ч т о

и пайка . д а в а т ь ,

когда

ленится

ему
быть

дозоромъ земнымъ. ІІу, еще прибавлю,—*
дружней, ребята! Будь я ребенокъ, а не
мужъ,

чшобъ мне вечно кружиться ве-

ретеиомъ на куриной ножке въ адскоме
пекле ,

если скоро

не доберемся мы до

деревяішаго домовища.

Когда бы она по-

хоронена

тамък

была

вонъ

предводитель, указывая

говорилъ

на могнлы само-

убійцъ : »тамъ бы обошелся я н бсзъ вашей помощи—тамъ у меня въ услуженіи
есть х в а т ы т а к і е , ч т о подъ морскимъ
Дномъ о т ы і ц у т ъ заказную вещь, а сюда
Не п р и с т у п я т ъ ; —
Добуду огня

и вина,

постойте, я

вамъ

съ ними повадпее

Нойдегпъ работа!« Вмнгъ скрылся оіп», наПравя

шаги свои

Ніых7. ;

немного

къ могиламъ
погодя

неотиБ-

послышался го-

лосе его , произносивших какіе-то
нятные

вскрики ; —

непо-

за шімъ вковались

нъ слухе ігхъ частые отзвуки, подобные
звериному реву, — заблистали разноцветные огоньки ,
Метель,

вдали

засеялась

огненная

мошенники вглядывались : т а м ъ

Каждая ёлка разсыпалась искрами, изъ коніорыхъ образовались
ленные глаза ; ужасъ
не груди

ихъ

страшные,

распа-

и сомнеиіе запали

и заступы

выпали

изъ

Рукъ при виде адской иллюминации »Знать
Хозяине
Подумали

нашъ знается

съ нечистыми!«

они и передали вс.іухъ

другъ

другу замечапіл свои: »покинем® его, братцы , a іпо не у ц е л е т ь нам®!« условливались они и г о т о в ы были разойтись.
»Пообождите, я взгляну, ч т о там®
делается !« воскликнул® один® удалец®:
»не даром® хозяин®

назвал® меня подма-

стерьем® своим® — ужь я ис раз® обведен® былъ
денія

мертвою

рукою

духов® !« сказал®

следам® предводителя
Дальній с в е т ®

о т ® напа-

и пустился и»
о т ы с к и в а т ь его.

напутствовал®

ему

в®

поисках®: перескакивая чрез® могилы, он®
крался осторожно

къ освещенному

ме-

с т у ; сухіе сучья трещали под® его ногами и гибкая трава

будто змеей обви-

валась около них®; скоро дошел®, онъ Д°
роковаго м е с т а , спрятался за могильный
камень и увидел® невиданное, неслыханное

и неразсказаішое

диво :

еще

въ сказках®

па нескольких® деревьях® сидели

обезьяны

всяких® пород® , запутавшись

хвостами въ в е т в я х ® и раскачиваясь » а

сучьяхт,, какъ въ колыбели; опт, щелкали
зубами, вмѣсгио орѣховъ, человвческія кос т и ; глаза ихъ светили какъ свечи, т а к ъ ,
что
ішхъ ,

когда

жмурились

светъ

отличалась

некоторый

ослабевалъ ;

одна

т а к о й степени ,

между ними

малорослая

царица чертей, седая

изъ

обезьяна ,

и криворотая

до

ч т о если она издавала

какой нибудь звукъ, у с т а ея прикасались
къ самому уху, передавая ему по доверенности какую нибудь тайну; щеки ея запутались густыми баккепбардами; па глазахъ блистали очки,

въ которыхъ вме-

с т о с т е к о л ъ вставлены были: для одного глаза мутная бляха свинца, а для другаго Фольга, поминутно менявшая ц в е т ъ
свой :

т о краснела она какъ кровь , шо

зеленела какъ глаза жабы ;

ч е р т ы лица

ея подергивались т а к ж е различными впдоПзмвненіями: т о силилась она улыбнуться, т о мила какого-то негодованія искажала его и въ э т о время нижняя челюсть ея
ЧАСТЬ

III.

11

отпадала широко о т ъ верхней, и между
ими неистово вращался огненный языке,
какъ маятнике ,

то

ком?. и брызгалъ

свертывался клуб-

искрами. . . . пад ь нею

т а к ж е раскачиваясь

на кустах?»,

висли

придвориыя ея, когпорыя отличались от?»
других?» завившими хвостиками своими и
держали иадъ владычицей балдахине пурпурная ц в е т а , выкроенный вероятно изъ
плаща призрака

(знакомая уже

читате-

лям?. моим?.); она ч т о - т о рявкала на своемъ языке и пред?, нею, чинно преклонясь,
с т о яле начальнике шайки мошенников?» ;
обе руку

с?» ним?, вытягивался

черный

к о т ъ на задних?» лапах?,, обходившийся съ
ним?, подружескиг разбойнике гладил?» его
по спине, искры трещали на н е й — а к о т ъ ,
расширяя к о г т и , поводилъ лапой своей по
усам?, его. разчесывая ихъ какъ чпетымъ
гребнемъ и к р у т я молодецки. Вдруг?, верно почуяли

нечистые

присутствие

по-

с т о р о н н я я , п всполошились: царица пер-

кувыркнулась несколько разе па д е р е в е ,
ея примеру последовали прочія —
чали

мгновенно

кувырке

изменять

образы

п на-

при каждом®

свои, т а н ц у я повоФор-

Меішый вальс®: т о являлись совами, в®
чепчиках® съ широкими оборками, т о корЩуньями, обчищая

о к о с т и клевы свощ

заиекшіеся кровыо, т о драконами с® цзмахНуты ми перепончатыми крыльями,

выт-

канными из® пелен® пламя, наконец® закувыркались оне совершенным® колесом®—
и

пошел® • хаос®

превращений

< въ

глазах® у любонытнаго удальца помутилось, зарябило, —

т о г д а въ о т с у т с т в і н

чувств® с к а т и л с я он® за камень . . .
Может®

быть

н спал®

онъ ,

мо-

'Кспіь быть и во сие, какъ пред® Фонарем® воображепія

передвигались

"им® все эти яв.іепія

пред®

Китайскими

те-

нями , только ou®, очувствовавшись

на-

разевеше,
в

"еспгЬ

когда

страх®

разееевается

сл. утренними т е н я м и ,
4

'11*

крепко

и

с х в а т н л ъ себя за голову, какъ б у д т о черепе его разросся, побѣжалъ безе оглядки домой —

и п о т о м ъ , нсповедавъ же-

н е своей виденное , г о в о р и т е ,

сделался

ч е с т н ы м ъ человекомъ.
Прочіе два мошенника т е р я л и

тер-

пѣиіс дожидаться его, •— они. т а к ж е хот е л и было разойтись, какъ вдругъ явился
хозяине ихъ, распахнулъ иолу свою , —ііодавнлъ пружинку въ потайномъ
ре

—

и осветилъ

ихъ

Фона-

перпугавшихся.

Подъ мышкой у него бы.да сулея съ виномъ,

надъ свечей

завивалось голубова-

т о е пламя, вино кипело и пенилось.
»Хозяине,

где т ы был ь , съ кѣмъ

т ы перговаривалъ , откуда т ы принес*
добытое, что за огни тамъ светились?«
закидали его вопросами.
—

Ile ваше

дело

дознаваться обе

э т о м ъ ! — сухо о т в е ч а л ъ онъ — в ы п е й т е
лучше

по чарке для бодрости

ч и т е дело. —

и докон-

»Ужь полно п и т ь ли?« возразили мошенники: » т у т ъ ч т о - т о не ладно!«
— Э к и простые! — съ досадою крикнулъ хозяине ихъ — а я было еще х о т ѣ л ъ
пустишься ça» вами о т ы с к и в а т ь разрывъ
траву; послушангае-ка, скиньте к р е с т ы ! —
увидьте ,

какъ дело пойдетъ — говоря

э т о оиъ выпилъ чарку виііа: вдругъ все
Черты лица его просветлели, кровь бешено задвигалась, глаза блеснули, какъ звезды въ темную ночь.
»Господи

благослови ,

попробуемъ !«

произнесли мошенники , крестясь и хват а я с ь за чарки —

пальцы

нхъ опалило

раскаленное стекло сосудовъ, ц в е т е вини помутился —

изъ него со евнетомъ

поднялись гусгаыя парныя облака, и когда
перепуганные, они уронили чарки на землю ,

вместо с т е к л а представились имъ

осколки черепа ; ядовитая жидкость обрызнула

ІІХЪ

огнемъ.

«Пропадай т ы совсѣмъ
нппскимъ

своимъ

духомъ !«

и съ с а т а воскликнули

мошенники и, т в о р я молитву, побежали
в?, ужасе, натыкаясь на курганы могилъ.
Дико,

судорожно

шепродавсцъ

вследъ

захохоталъ

имъ :

»Вот г.

дуду-

раки - то!« подумалъ онъ : »далеколь пмъ
до ада, а т о р г у ю т с я еще , пришли о т пять
сами

у земли наследственность ея . . а
не х о т я т ъ со сватами моими

делиться

душами,

нанными . . . .

однако

добро бы
ужь

они

по-

незапятглубоко

всчесалн землю; ну в о т ? . , насилу-то показался ,

какъ спесивый г о с т ь ,

месяце

червонный; эге ! вогпъ наконецъ блеснула
и бляха на гробу, т е п е р ь я и одннъ скоро управлюсь: до с в е т у долго еще ; попову п е т у х у , чтоб?, онъ не папелъ преждевременно, вчера еще я перерезалъ горло; давай р а б о т а т ь ! . .« Произнося какіят о заклинанія, разбойнике скоро добрался до дна гроба, спрыгнулъ въ могилу и

съ помощ'ио топора вскрылъ его крышу;
яркій свѣшъ месяца засталъ его въ эшомъ
Упражненіи.

Задивился

разбойнике :

по-

койница, предмете всехъ усилій его, лежала

въ гробу ішчкомъ , »— венчальные

уборы ся были смяты, волосы раскиданы
По лицу въ безпорядке, какъ будто она
билась въ гробу, выпрашиваясь изъ душной могилы ; некогда было раздумывать
ему иадъ чудомъ этпмъ: онъ безешрашио
прпподнялъ ее изъ гроба, обобралъ съ нее
все драгоценности ,

и увндевъ

еще на

Руке ся золотое обручальное кольцо, схватился за него; но оно крепко впилосьвъ
т е л о ; мошешшкъ начале тормошить и
Дергать покойницу за р у к у ,

немедленно

определяя ей о т р у б и т ь палецъ, какъ вдругъ
не т р у п е будто зарделась жизнь ;

пор-

віа его б у д т о скатила съ себя смертиыя
°ковы и раздражилась ; какое-то напряженное
Изъ

ИОСУ

движете

шевельнуло имъ

ПОКОЙНИЦЫ

— и

хлынула кровь пря-

мо па разбойника; наконецъ ужаснулся и
онъ: туптъ не могли помогать ему духи.
»Боже!« подумалъ, но не смѣлъ произнесгпь
оиъ с в я т а г о имени: »кровь ел запятнала
мою душу! не эшогпъ ли сонъ давно мною
виденный,

но

теперь

сбывающейся

со

мною на яву, встревожилъ гпакъ воображеніе

мое . . ? не

насгпалъ ли

мой , роковый часъ, когда они

уже

час*

налетят*

па мою душу хищными вранами и расхит я п і ъ ее по частямъ, какъ свою добычу?.Раскаяиіе
думалъ

никогда

не поздно ! . . . . «

Он*

уже закидывать покойницу зем-

лею и вдругъ услышалъ почти надъ голо^
вою своей топоіпъ бегущаго человека, —
содроганіе

проникло

въ

душу

его ,

но

с к р ы т ь с я было уже п о з д н о . . . оиъ пошел*
навстречу жребія своего.
КсеноФонтъ возвратился изъ дальней
деревин Княжеской ;

надежда

окрыляла

поспешность его; но каково же было положеніе его, когда онъ узналъ въ пемно-

гихъ словах® поразительную истину ? . .
Е с т ь с т р е л ы , кинжалы горести , вонзаіощія острія H холодныя лезвія свои в®
сердца поспешно ; по когда вдруг® в т и снутся

они

союзпо

Ii завращаются въ

нем®, как® змеи, п зажгут® его целым®
потоком® пламени, — выносимо ли э т о
t
Для чсловеческаго

сердца ? . . После ми-

иутнаго мертвеннаго окамененія, сверх естественный
Ксенофошпа :

силы

влились въ

какъ безумный воспрянул®

он®, ?— т у т т . - т о живой,
рактер® его вступил®
развернул®

жилы

существом®

огненный ха-

в® права свои и
его своевольно.

»Прочь в е т х а я жизнь! одна смерть верная
любовница несчастных!» ! . . къ ней ,

къ

ней ! . .« КсепоФошпъ бежал® обнять могильный курган®, задвигавший о т ® него
милые останки, впиться въ него н о г т я Ми, размешать его, досягнуть до обручНицы с® осиротелою душой своей, с л и т ь ся съ нею устами, перелить и® них® ГОЧАСТЬ

III.

1 2

рячку души своей ИЛИ оледенишь ее при»
коеновеніемъ

мертвыхъ

усщъ —

н по-

делишься могилой,
Эшо оцъ бежалъ по кладбищу, о т ы скивая

по руководству

"чувстве

Лизы своей , •— вдругь к т о - т о

прахе
засту-

пили ему д о р о г у — с в е т е луны обличило
разбойника ,

б ы в ш а я хозяином?. Муром-

скихъ .«есовъ. — А! ненавистный, не т ы
ли , палачь ,

разшпбъ

урну судьбы

ея ,

въ которой заключалась сокровищница красоты

и ю н о с т и ? . . Слезы заструились

по бледному

лццу КсеиоФошпа ;

оцъ не

договорил?..
»Я!« твердо

оіпвечалъ

разбойнике :

ѵя былъ уже въ нѣдрахъ могилы, но побоялся подслушать въ ней разгадку жизни. . . Я великій греши и къ, меня не омыла, но запятнала

кровь ея , боюсь даже

раскаяватьс'я, ч т о б ь Онъ не почелъ эпю
ругательствомъ

.Своимъ ! , .«

надъ велнкішъ аменемь

—Погибни, презренный!—восклпкиулъ
КССНОФОШПЪ—да

проклянете тебя земля,

какъ мать родная ,
твоей :
пеною

я не пролыо

она обрызнешь меня
желчи

погибшей

крови

ядовитою

души, . . Е с т ь

Богъ надъ нами ! —•
Мщеиіе заглохло въ душе КсеноФОита ;

оиъ отвернулся ошъ разбойника и

Xогпелъ продолжать иуіпь свой, но разбойнике , опаленный ироклятіемъ,

какъ

молніею, труномъ повалился ему въ ноги. »Ты человеке!« умолялъ онъ его: » т ы
•не должеиъ о т в е р г а т ь спасеыія даже врага своего : покажи мне эіпотъ путь, съ
которого я совратился, не покинь меня,
какъ путника, заблудившатося
ную ночь въ потемочномъ лесу!

въ т е м повѣрь

мне : т ы въ этомъ найдешь угпешспіе,
а я спасеиіс; отчаяніе давишъ насъ обопхъ гпетомъ своимъ!«
Ксепофонтъ имелъ доброе сердце —<
умоляющій

голосъ

разбойника проник*
12*

щ. его душу и онъ заботливо ск.юпнлся
надъ раскаивающимся.
»Отстань ,

отвяжись , недобрый !«

глухо восклицал, разбойнике, къ кому-то
обращаясь: »довольно управляла, т ы
ми

помыіпленіями

все-

моими, не мешай же

мне х о т ь предъ смертію прозреть ошъ
слепоты

греховной ! . . много лишней

крови на мне, я служилъ т е б е противъ
условія ! . . . . О, великодушный врагъ мой!«
продолжала, онъ обращаясь къ Ксенофонгпу: »не презри меня — пусть х о т ь одно
существо

ва, погнбшемъ для меня мірЕ

огпомъ не отвернешь слуха о т ъ моленій
• s
тпяжкаго преступника. . . с т р а с т ь къ золоту

погубила

меня ! . . . . говорю

от-

стань : здесь когти твои притуплены'«
съ сердцемъ опять закричалъ разбойник*
на кого-то,

какъ будто нечистая сила

цапалась уже за душу его

и нашепты-

вала ему въ ухо совсемъ противиыя мне- ,
ніл : . . »огради меня знамеиіемъ

креста ,

/

добрый юноша«

обнимая ноги КсеноФон-

ша молился разбойник® : »своего

креста

давно я не имею . . . давно окаянная пягпа моя самопроизвольно вдавила его

въ

землю . . . ох!,, тяжко умереть грешнику,
когда уже поздно вспокаится онъ: я уже
забыл® какой рукой к р е с т я т с я , отвыкла она. . .«
Ксенофонтъ наклонился , чтоб® перекрестить его ; разбойник® х о т я судорожно ,

съ великим®

усиліемъ ,

однако

сжал® т р и перста свои, рука Ксепофоніиа приближилась къ челу его. . . на ней
ярко блеснул® золотой перстень: с т р а с т ь
разбойника

к® золоту была так® силь-

на, чпіо онъ при взгляде на него забыл®
все ощущеніл просыпающейся
ховной

оболочки

Искаженного

души своей,

изъ гремускулы

лица его задергались неис-

Ніовьшъ 'желаніемъ

пріобрегаенія , похи-

іЦепія драгоцвниаго металла, и пред® зіяиіедгь смерти онъ не уіперпел® и стис-

пуль зубами палецъ Ксснофонта, оъ виз»
гомъ и сгпошшъ отгрызая его.
Насилу высвободцлъ

КССІІОФОІІПІЪ

ру-

ку свою изъ усгаъ разбойника, сн.іы котор а я изменили
оттолкнулъ

уже ему — презрительно
полуживой

трупъ его но-

гою — и покатился оігь в?, чыо-то заказную могилу, съ шумом?, увлекая за собою землю . . . Ксенофонпіу можете б ы т ь
привиделось ,

ч т о трупъ его былъ вы-

хваченъ пзъ могилы,

невидимою^ рукою

за волосы , поднять на воздух?, и поііесенъ

куда-то ;

на

лице, разбойника из

остыли еще признаки

ЖИЗНИ,

черты его

резко вьшечатывалн ощущсиія страданін,
какъ будто чпю-шо задевало его за живое; страшно выкатились іюмутнвшіеся
глаза его нзъ гнезде своих?. , грудь раздувалась широко и съ уснліемъ извергала
из?, себя

душный

воздухе —

задаток?»

адскаго пыла; руки его были разметаны
въ воздухе : одна нзі. нихъ окостенела

уже ,

но сжимала еще три перста для

ограждеиія

буйной

зиаменіемъ.

Глубоко пало иа душу Ксе-

ноФонта впечатление

головы

крестным*

ішдепнаго ымъ я в-

л oui я.
IIa следующее утро между могйламя
самоубійцъ нашли ч у т ь жпваго человека,
обеэображеннаго клещами насильственной
смерти; г о в о р я т * , благовест* заутрени
разогнал* вражескую силу и они не успеЛІІ доконать грешника клевами своими, и,
можете б ы т ь , посовестясь явиться на
перекличку свою

съ рапортами

позднее

всехъ, покинули его до следующей ночи
на суд* ІГолпціи. Полупокойника, какъ водится , подняли, привезли под* рогожей
в * Частный домъ, и когда тамъ, по свидетельству Частнаго Лекаря, удостоверились еще въ жизни его, т о стали хлоп о т а т ь обе призваніи ея, но не надолго;
однако о т . умѣлъ еще разсказапіь одному
ріьіцаріѳ аллебарды, х о т я к р а т к о , ігіжо-

шорые отрывки

изъ

жизни своей ; по

смерти разбойника, закапывал его въ мес т е , опредѣленномъ для самоубийце , бушырь таинственно, за июхъ гпабаку, поведала. Тихону Сысоевичу быіпъ тяжкаго
грешника,

о которомъ

также

не пре-

мину уведомить читателей моихъ, но не
прежде

какъ возвратись уже ошъ Ксе-

нофошпа.
Презреніе къ людямъ еще более задвигало сердцсмъ Ксенофонша после всгпречн съ

разбойникомъ. »Да,

одна смерть

вѣрная , постоянная любовница несчасіпІІЫХЪ

!« подумала. онъ , и по какому - т о

инстинкту, свойственному влюбленнымъ,
бросился В'ь могилу Лизы, отрыпіую корыстолюбіемъ разбойника. Онъ узналъ ее
по снмпатіи. Тамъ гнепгь души его расплавился въ слезы ,

рыданія заглушали

голосъ гірозьбы его къ Лизе, чшобъ она
или ожила, или взяла его къ себе/ Мысль
о самоубийстве сверкнула въ воображении

его, жизнь палила его избытком® пламе(

-

ни крови, но св/нпагі вера въ благую десницу Провиденія оградила душу его щипш.м® своим®. »Пет®!« подумал® о т , : »нести бремя

ЖИЗНИ

— признак®

слабых®

и мелочных® душ® , я буду недостоин®
ее, тамъ не увидимся мы , стражи райскіе допустят® ли отвержешіаго небом®
самоубійцу взглянуть на лучшій цветок®
Эдема! Мысль о самоубийстве — обояніе
дьявола; пусть

лучше

я буду везде съ

нею — она покинула меня, но я не оставлю ее в® добычу червям® кровогладымъ!...«
Как ® будто ревнуя къ земле любовницу
свою , схватил® КсеноФоншъ прекрасный
труп® в® объяшія — и вынес® его изъііод® земпаго обиталища — и , в® безумін слепаго ошчаянія,

помчался с® дра-

гоценною ношей с в о е й . . . . охватывая ее
сжатыми объягпіями, приложив® горящее
лице свое къ ея склоненной голове; вдруг®
КссноФонтъ почувствовал® слабый вздох®

покойницы, свевавшій пыль съ раскаленной
щеки его.- Онъ остановился пораженный;
но не испуганный : и можно ли

бояться

милой т е н и , вылетевшей нзъ-за преде»
ловъ гроба полюбоваться любпмымъ предметомъ ! »Лиза , Лиза!« воскликнулъ онъ:
» т ы сберегла мне последней вздохе свой...
т ы исполнила условіе наше — о! почто же
мой вздохе- не сольется с?> твоимъ

въ

предсмсрпнюмъ дыхапіп!« съ усладите.іьиымъ

любованіемъ вперилъ онъ

въ нес

взор?., свой, б.іестящій слезами.
Лиза опять вздохнула. »Еще! . .

про-

изнес?. Ксенофопт?. въ пзумленіи: »Бойсе
велнкій! ч т о э т о значите!« ссрдцс Лизы
забилось под?, рукой его.
»Неисчерпаемы , несказанны милости
Твои, Всемогущій ! . . » Она жива!. . .« воскликнул?» КсеноФонтъ

въ избытке во-

сторжснныхъ ч у в с т в е —

и нале съ но-'

шей

Фпміамъ моле-

овоен на колени —

иііѴ души его ііъ мо.ічапіи возносился къ
Небу.
Свежіи воздухъ более и более оживлял* Лизу: она какъ будто просыпалась
Onu, крѣпкаго , летаргичсскаго сна — на
опущенных* веках* ея промелькнуло мгновенное днижсніе на бархате рѣсішцъ пс
остыла еще чья-то дрожащая слеза,
Чрезъ полчаса после того

любовни-

ки находились уже въ хибаренке Тихона
Сысоевича.
ПИОФЯКѢ

Лиза лежала на соломеішомъ
его ;.

рдянецъ

вспыхивающей

Жизни разыгрывался, на бледном*

лице

ея; Ксеыофошпъ коленопреклоненно молился

предъ древнею иконою

озаренной

тусклым*

Ксенофонгпъ

Богоматери ,

свѣтомъ

лампады.

неоднократно обнимал* хо-

зяина своего. »Я помирился съ людьми!« воскликнул* онъ г »жизнь

отняла, смерть

Возвратила мне се !« восклицал*

обрадо-

ванный, по тихонько,, чтоб* не нарушить

епокойсгпвія оживавшей ,

которое

было'

для неё целшгіельнейшимъ лекарством®.
»Я сам® всплакнул®

не раз®« гово-

рил® Тихон® Сысоевнчь : »глядя на них®,
и вспомнил® свою Любушку; случай привела, ихъ ко мне

и тогда

какъ Княжна

более принадлежала мне, чем® молодому
господину , не правда ли ? . . Да они еще
не уйдут® оіпъ меня ! . . . . «
4
• *
I

s

18 . . Года Сентября 2 5 го дня Владимірской Губериіи Муромскаго уезда въ
одном®

прекрасном®

ландшафтном®

се-

леніи собралось больше г общество окружных®

помещиков®

обоего пола

на имя-

ішнный обед® и бал® къ хозяйке дома.
Почти весь Уездный и Земскій Суд®, Дворянская Опека, Думы и Магистраты были там® налицо, за исключеніемъ командированных'®

по должностям®.

зала и гостиная

комната

Бальная

были убраны

We роскошно п ne затейливо, по со вкусомъ ;

хозяева были ласковы н привет-

ливы къ гостямъ своимъ, во всемъ виднелось довольство. Въ восемь часовъ вечера и пришомъ осеннею
обыкновенно

порою, солнце

бываешь скупо па с в е т ъ :

верно ему тогда па дорогу отппускаютъ
Иебольшіе прогоны ; люстры и восковыя
свечи

въ двурогихъ

позолоченныхъ ж-и-

рандоляхъ давно были зажжены; уже неодиокрапшо обносили дамъ чаемъ, а мужчинъ
пуншемъ; ч т о оставалось делать ? танЦовать ! . . Вы угадали: старомодный польский растлнулъ

на несколько

комнатъ

Длинный хвосіпъ свой , какъ гордая придворная барыня XVIII века многоскладчат ы й шлеЙФъ; тучные дворяне, служащіе
по выборамъ, канцелярская шляхта и заш т а т н ы е домоседы, выказавшіеся па с в е т ъ
Божій, какъ устрицы изъ раковинъ, ОФНЦсры , стоявшіе постоемъ въ около ле•Кащихъ деревняхъ, съ Форменными

лю-

безносшями своими, потертыми светским*
•лаком?., H взятыми на прокате из?, спіаршшыхъ романовъ, Казначейши п Исправничихн, Городничихи и Приставши, все
згпр тогда

было

па выставке

— по

приглдшеііію.
Въ эшомъ

іійвалидномъ

гпанце

не

участвовали только две особы: ігзъ шіхъ
одна преклопныхъ л е т ъ , уже с?, головою
гладкою,

какъ паркете ,

за т о съ гу-

стыми, подобно щ е т к е , седыми бакенбардами, въ каком?,-то иосшюмъ впцъ-сюршу'

ке, стояла прислонясь къ окну ;

иногда

волоча за собой хромую ногу , подходила
она къ зеркалу н выправляла галегпухъ.
Подле нее вншповала

молодая особа му-

ж е с к а я рода въ уланскомъ мундире; прапорщпцкая звездочка выкраивалась заманчиво

на блестящих?,

бело -серебряных?»

эполетахъ его; мундпръ, кнверъ, который онъ небрежно держалъ за чешую, и
прочій инструменте

его былъ

новый,

доказываішііГі недавнее производство
въ офицеры. »Mon bon ami,

его

послушай-

т е , к т о это движется въ передней паре покатосшію бочки ? . .« спросил* уланчикъ

товарища своего

стве

от*

в*

польскаго

сам* выразился ou* :

отступниче-

танца

или

как*

о т * процессіи по-

гребе ція кота мышами.
—

Этогн* т о л с т я к * ,

разумеется

Судья, а в о т ъ , ч т о за ним* выступаешь
месячное лицо —

э т о Непременный За-

седатель! — отвечал* плешивый гость.
, »A в о т * , перепрыгните взором* чрез*
три

пары

назад*,

Иван* ФараФошпье-

впчь ? . ,.«

—

Э т о , батюшка мой , Городнияій

наш* ! ne ужели іпы ne знаешь походки
Городничих* ? . .
»ІІепіъ, вы не разглядели: я говорю
в о т * о гпой даме, одетой т а к * просто,
ио бледной, какъ сама богиня мелопхоліи

въ кипарисномъ венке . . Bon Dien ! какъ
она хороша !
мается

чшо

за грудь

за этимъ голубымъ

Кажется , г о т о в ъ бы
титься

возды-

газомъ ! . . •

сію минуту

со всего земнаго

ска-

шара иа это

прелестное полушаріе!.. вы ее знаете?....«
— Г-мъ! какъ не знать! —
улыбкою

и

вздохом!,

возрази.гь

съ полуЙванъ

ФараФонтьевнчь— впрочемъ, к т о можепіъ
знать женщину, она. . . .
»ІІу, ч т о она? . . . нельзя ли вамъ б ы т ь
моимъ m Ait re d'amour ?«
— Поздно! — отвечалъ Иваиъ ФараФонтьевнчь—она верна, вонъ этому человеку, мужу своему, ч т о т а к ъ зло лорнирует*
всехъ

прожигагпелыіымъ

имъ

сво-

впрочемъ она женщина и, б ы т *

можетъ,
что

сіпекломъ

потому

особенно

не принадлежишь

къ числу жнву-

щихъ . . . насмешники з о в у т ъ
спымъ скелепюмъ.

. .«

неизменна,
се

прекра*

»Какъ, э т а т а самая, которую КссиоФоитъ L. . .«
— О , она еще молода! какъ не позавидовать

земле : я сама» согласился бы

б ы т ь смертью ,

чтобъ продержать

ее

хоть минуту въ своихъ объяшіяхъ. —•
»ITe кричи, братецъ!

т о - т о моло-

дость, предъ красотою она, — какъ бабочка предъ свечкой . . . .«
Грянула
говорил ь

мазурка — Корнепгь не до-

H пустился отыскивать

пре-

лестную даму. Круги танцовавшихъ свивались у ж е ,

но КееиоФонпгь

съ Лизой

уехали домой: тому была причина — колыбельное

дигпя ,

ожидавшее материн-

ских® нежностей , ласк® и питанія изъ
Шеплой груди

ЧАСТЬ

III.

. . . .

13

ш т ч ж т
БЕСПОКОЙНЫЙ

ШЖОШШКЪ.

Видалиль ^вы тяжкаго грешника съ печатью проклятія па лице ? . . кровь и железо
не содрогаешъ его, но кроткій, ясный взор®
невинности имеешь иногда чудную власть над®
душею, отринутою землей и и'ебомъ; усыпленная совесть вызывается изъ тайника ея — и
цепи звучатъ на костяхъ преступника ошъ
судорожной дрожи ошчаяиія при мысли: я попіерялъ безвозвратно небо свое , я убіпца , Я
Каииъ ! . .
,
Дурпая погода развела
хоном®

Сысоевичемъ

пасъ съ Ти-

прежде

сгущенія

ночных® теней, и потому я , не дослушав®

повести о сборщике

податей съ

живых® и мертвых®, пе разсказалъ сіДе

и вамъ въ свою очередь

объ приключе-

ніяхъ забвглой души, какъ называлъ его
собеседнике мой. Однако я упросилъ Тихопа Сысоевнча

въ последний день раз-

луки нашей докончишь неокончаннос; онгь
иаделъ уже дорожную котомку свою, новые

лаптн

красовались

на ногахъ его,

алый кушакъ перстягива.іъ
жаго

детины,

пазуха

с т а н ь дго-

его топырилась

крестовской сайкой, которою запасся онъ
на дорогу ; оставалось ему только перекреститься, присесть х о т ь на могилу, за
невмвніемъ спіула ,
томъ

опять

предъ дорогой , по-

помолиться Богу ,

покло-

пнться на четыре стороны—и пуститься въ путь. Онъ гпакъ и сделалъ. »Прощай , усопшая

брлшія,

покойный

вамъ

coin, — золотыя грезы! полѣлсялъ л негу вашу, сколько могъ — не поминайте
лихомъ ! . .« проговорилъ
вячь,

СІІЯ.ІЪ

ТНХОІІЪ

Сысое-

шапку , пошомъ вздохнул!,

опъ . . . (чего не делаетъ привычка: жал1 3 *

ко ему было покинуть безмолвных* т о варищей) — и, подпираясь суковатой палкой, пошел* къ Соколышкамт», чрезъ которые, говорил* онъ, пройдешь какъ-то
проселкомъ на большую
рогу — Тнхопъ

Троицкую

Сысоевичь

был*

доЯро-

славецъ.
Такъ стало б ы т ь

и повесть оста-

нется въ обрывкахъ ? спросите вы.
Конечно т а к ъ , еслибъ я не решился проводить Тихона Сысоевича до села
Алексеевскаго

и еслибъ до]югой

между

многими вводными разговорами не высказал* онъ мне- кое-какъ замечагпельнейшія
черты изъ жизни лѣснаго хозяина.
Помните, сам* онъ слышал* про него ошъ

какого-то чухонскаго

пристава

будки, который , скупо выцеживая каждое слово изъ зубь своих*, какъ изъ сит а , закусывал* его шохомъ табаку, следовательно, ч т о можно было набрать—•

іпемъ я и богашъ, гнемъ и радъ поподчивашь насъ, одиихъ благосклонныхъ слушателей.
m
Въ одииъ изъ блнсгпагпслыіыхъ диен
осени, когда солнце гпакъ светло , ярко,
но беззнойно вызолачиваете лучами своими природу, тучную плодами, чрезъ село
Прибылиху шла свадебная процсссія ; молодые : с т а т н ы й дерсвенскій

парень въ

Красивой поярковой шапке съ пав.шнымъ
перомъ, въ синемъ китайчатомъ каФгпаиѣ
со сборками, изъ-подъ которая виднелась
розовая рубашка, косой вороте которой
блисталъ свеіплымъ запаномъ, гордо велъ
за руку жеиу, свою обновку между бабами;
Пріятное, открытое лицо его цвело здоровьемъ, огнилось краской и пыломъ молодости и чуть еще обволакивалось пухомъ
бороды. Молодая, въ новой кичке, убранной
Шеклярусомъ ,

с

въ голубомъ подзатыль-

4

I

пике, разшнтпомъ бишыо
въ цветном® сарафане

поде серебро,

съ рядом® крас-

ных® пуговиц® спереди, подобао спелым®
ягодам® костяники , скромно потупивши
глаза свои, плавпо выступала; па головах® новобрачных® красовались
это

такъ

шло

венцы—

к® светлым®

лицам®

ихъ. Они условно переглядывались и кажется

воспоминали

том® ходили

о том® ,

какъ ле-

в® сырой бор® за земля-

вицей ягодой . . . воображепіе их® лелеяло мечту о счастливой будущности. . .
Вот® прошли они уже почти всё селсвіе, направляя шаги свои къ повой срубленной избе ; дружки
сваты,

иоде в а т ы

р.аппіе и поздніе,

и лрочій

ш т а т ® готовились уже ,
снимут®

свадебный

лишь только

с® молодых® венцы ,

пройти

голубца под® скрыштцу, которую добыли
вместе

съ

гудочником®

изъ

ближнего

городишка прямо съ ярмарки. Мужички >
обрадованные дарами благословеииаго 1 7 8 *

года, — все приподняли окоицы свои и
издали кланялись новобрачному, кивая метелками

борѳдъ

своихъ , приговаривая:

»здравствуй! здравствуй Пашпюха и вместе

съ хозяюшкой своей на долгія ле-

т а !« лица
светлой ,

всехъ

были

иллюминованы

доброй радостью.

Бдругъ въ

толпу врезался дюжій , высокій деіпииа
съ щетинистыми
ными

глазами,

усами ,

съ распален-

неумытый ,

косматый.

»Матри-ка, матри , у! какой чудище! —уродище!« вскрикивали малые ребята, с т о ронясь о т * печосы и потрясая спущенными рукавами
растолкал*

рубах*

своихъ.

Чудище

стеснившуюся свиту моло-

дых*; добрался до них* и вскричал* глухим* , какнмъ-шо рыкающим* голосом* :
-»Здравствуй и т ы душа Ашота, бывая
красота-девица, теперешняя молодица на
Миогія лета!« —
выхватил*

Съ словом* этим* опъ

изъ пазухи

нож*,

быстро

Размахнулся рукой — и закатилъ его пря-

мо подъ сердце молодой. Алая! кровь хлынула ключемъ изъ белаго т е л а п Ашота,
не лромолвивъ ни слова,

даже

не про-

с т я с ь взоромъ съ мужемъ своимъ . . . .
опустила голову. . . ее. подхватили, убийцу схватили :
смошрелъ

онъ не противился , онъ

иенасышимо

какъ

выкаты-

вался с в е т ъ нзъ очей умирающей,

какъ

они гаснувъ, замыкались. . . . Новобрачный
въ изступленіп заметался и г о т о в ь былъ
самъ

кинуться на ножъ.

представить какіе

Можете себе

въ толпе

раздались

крики , вопли , голосашыя бабы подняли
такой стонъ и в ы т ь е , — ч т о не нужно
бы было после и о т п е в а т ь умирающую,—
нвкопюрыя напрашивались уже обмывать
ее, некоторый кроишь саванъ и снимать
мерку съ гроба. . .
Иахльшулъ Судъ.
подъ

Земская

предводительсгпвомъ

ошенетила
невнновныхъ

все

избушки

хозяевъ ;

полиція

Исправника
вшіовныхъ

со

и

связанными

назадъ руками гордо сгпоялъ убінца: онъ
не запирался ни въ чемъ и просилъ, чіпобъ
скорей свершили надъ нимъ судъ, а шо
грозился самъ наложишь

на себя руки;

ему отвечали , ч т о никакъ нельзя т о г о
сделать

безъ проволочки времени ,

что

надобно еще допросить покойницу : велика ли у нее рана, какихъ Она была легаъ
и примете и проч. Убійца па другой день
после того сиделъ въ городской тюрьме ,

прихваченный

за

шею

толстою

цепью къ сігіеие. Сердито отворачивался онъ о т ъ любопытиыхъ зеваке, приходившнхъ

посмотреть

на него сквозь

дверное оконце. Душа его т а к ъ глубоко
была проникнута пеистовствомъ злобы,
что раскаяніе въ виде белаго Ангела ни
однажды не посетило ее; но когда, при
отпеваньи жертвы его , убійцу нарочно
Подвели проститься съ нею, бегло взгляНувъ на бледный ,
ликъ покойницы,
ЧАСТЬ

III.

но прекрасный

еще

озаренный какимъ-гао
1 4

невыразимым® проблеском®, où® содрогнулся — и цепи , загрохотав® , будто
•*

засмеялись

на нем® ; т у т ® только со-

в е с т ь , подобно чудовищному демону, заязвила душу его немолчным® ,

жгучим®

жалом®. »Ох®!« тяжко простонал® он®—
H упал® навзничь , какъ пласт®.

Однако

онъ не умер® : тогда открылась война ,
его отдали въ солдаты.
К т о же такой былъ э т о т ® убійца,
за ч т о онъ помешал® жить двум® сердцам®, дышавшим® любовію друг® къ другу ? —

Сейчас® разскажу :

Захар® Коль быль еще съ малолетс т в а отмечен® природою печатью зверства.

Бывало

где нибудь

па задворк®

играя съ ровесниками своими,
щал® для себя

лучшею

опъ счи-

усладою

бшиь

ихъ ни за что, рука у пего была , что
молоть кузнечный; случалось онъ и из®"
подтншка нападал®

па товарищей д е т -

с т в а своего и отнимал® у них® гости 11 "

цы.

За піо никто

не любилъ его :

все

пркндали его и разбегались при в с т р е ч е
съ ним*. Оиъ сделался нелюдиме. Родит е л и сперва бивали его за крутой праве,
потомъ он* сам* с т а л * управляться сч»
ними il они отступились ошъ пего, про-

»

Кляли его вечным* бездольем*. Г о в о р я т * ,
ч т о м а т ь его ,
пошедъ

бывши

однажды

встретилась

съ

беременна

въ л е с *

за грибами ,

каким* - т о

страшным* зверем*

им*,
I

чудным*,

и т а к ъ испугалась

его, ч т о впечатленіе ужаса иапшснулось
на

ФНЗІОНОМІЮ

младенца, — она клятвен-

но уверяла всехъ, ч т о Захарка ея т о ч ь
в * т о ч ь походил* на зверя съ широкими раздувавшимися

ноздрями

и рыжею

шерстью.
Захарка
на полатях?»,

не работал* :
то

прибавляют?» даже,

буянил*

то

валялся

въ кабаке ;

ч т о оиъ и грабил*

запоздалых?» путников*

на большой до14*

/

рогѣ; потому ч т о часто у него проявлялись
разныя новыя вещи и деньги па пропой.
Ашота была лучшая и богатая девушка
из* всего селсшя. Ошецъ ея былъ согпникомъ и, собирая съ міру подушиыя деньги , не

скупился

дочери

на

откладывать

приданое

сотнягу

ихъ н
другую,

ш р с т ы о , кроме разнаго домашплго обзаведения. Захарка полюбнлъ Ашоту:

Атота

столько боялась его, ч т о самыя ласки его
казались ей страшными. Мудрено ли, ч т о
последетвія неудовлетворенной

страсти

его

свадьбе ;

обозначились

родители

въ кровавой

Захарки

чрезъ негодяя

сына

навлекли на себя невинно ненависть целаго селенья. Оин, по отдаче въ солдаты

сына, не долго оставались ж и т ь въ

родиомъ угле, но продали хпбаренку свою
и весь домашній

скарбъ и переехали на

жшпельешво верспіъ за двадцать въ деревню Черезъ-полоски,

стоявшую иа боль-

шой , Каширской дороге; шамъ
/

•

1

СІІЯЛИ

онЦ

постоялый

двор?.

и

зажцли

кой - какъ

пропитывал с т а р о с т ь свою.
Новый рекругпъ Захарка пе ужился
и въ полку :

оиъ и там?, не пріобрелъ

себе любви ни ошъ начальниковъ, ни ошъ
товарищей.

Онъ ходилъ

подъ Турку и

возвратился цель и певреднмъ. Наконсцъ
ротный командире выбралъ его къ себе
въ денщики

за выеокій р о с т е и дород-

с т в о . Так?, прошло много поры-времени.
Захарка пользовался милостями
ра — наконец?,

въ знаке

команди-

благодарности

обокралъ его и бежал?.. Захарку поймали,
и, какъ водится, прогнали сквозь строй;
онъ

опять

па с в е т е ,

убежалъ.

Боясь

выглянуть

трепеща даже т е н и своей ,

вечеромъ, уже усталый и изнеможенный,'
°Нъ селе на пень дерева, облокотясь на
руку, обрызганную кровію душегубства —
и горько всплакнулъ, но не о т ъ раскаля я , а о т ъ бездолья железной судьбины

своей.

Слезы

раскалиія —

слезы, в ы ж а т ы й

сладки ,

по

из?, глаз?»' злобою, бы-

в а ю т * похожи на плачь демона, скрежсщущаго зубами.

Вдруг?» внимаиіе

Захар-

ки возбудилось ошъ звука человеческих?»
голосов?,; оиъ содрогнулся ji какъ чуткій
песъ

насторожил* уши ,

вгляделся в?»

даль, прислонясь за с т в о л * дерева — т о
шли съ поля пролесьем* : старушка
граблями,

старичекъ съ косою

чикъ л е т ? , д е с я т и

и ма.іь-

съ кузовом?»

Ихъ бояться было нечего.
шел* къ ним* прямо

с*

ягод*.

Беглец*

навстречу:

по-

»Доб-

рый день добрым* людям*!« сказал* он*
еошедшнсь съ ними: » н е т * ли у васъ чем*
промочигйь горло раненому солдату?«
—Здорово, служивый!—отвечали с т а рики— ради бьд помочь т е б е , сердечный ,
но с?» нами ничего н е т * ; пойдем?, въ Дс"
ревню, там?» мы поделимся съ тобой чем*
Б о г * послал*.

—

»A где ваша деревня, я чаю она большая , проезжая ? . . . . «
—
ты

Чіпожь т е б е п р я т а т ь с я ? разве

беглый какой ? . . . .
Дико блеснули

вамъ сказал® ,

глаза убійцы.

»Кто

ч т о я беглый ?.« с® доса-

дою воскликнул® онъ: »я иду въ отпуск®
на родину,

раны ослабили

меня . . .

но

е с т ь еще въ міре рапы безкровныя!...«
— Т ы несчастен®, служивый!—заботливо прервали речь его старички — мож е т ® б ы т ь т е б я дожидается молодая жена, пли родная сестра, плача неутешно?...
»У меня п е т ® ни жены ни сестры;
была одна л ю б у ш к а . . . иу, да прошлаго
не ворогшішь ! . . .«
—Кшожь у т е б я е с т ь : старички ч т о
ли дряхлые, ожидающіе у т е ш е н і а своего?..
»Пет® у

меня

никого, кроме змеи

е® груди!« сказал® онъ . . . . »u злобы в®
сердце !« подумал®.

ICS
—

Къ кому жь идешь т ы ? . .

»Къ вамъ! разве и вы отказываетесь
принять меня и наделить кускомъ хлеба?..«
— О , и е т ъ , пойдемъ, голубчикъ, нам*
беречь не для кого нажитое добро, одішъ
и е с т ь у насъ внучекъ Миіпюнька; его Богъ
не осгпавшпъ за любовь къ старикамъ....
Завеса ночи скатывала

на природу

черныя волны свои ; беглецу, да разбойнику приволье въ потьмахъ, — э т о ихъ
стихія. Захаръ отправился къ старикамъ
въ домъ.

»Дедушка ,

я побегу

впередъ

и привяжу сѣрку на цепь: она пе любншъ
гостей !« сказалъ

мальчике —

и побе-

жалъ по знакомой дороге. Захара с ы т н о
накормили , напоили , и , как'ь говорится
въ сказкахъ : спать положили въ особой
горнице, отгороженной низенькою дощат о ю перегородкой. ГІо онъ не спалъ, хот я у с т а л о с т ь разелабила силы его и клонила ко сну. Какъ вороне , ночуя кровь, .

услыхали

онъ недалеко

oim. себя звуке

монете, вгляделся въ щель перегородки:
хозяева

его при с в е т е лучины считали

деньги, вынимая ихъ изъ коженаго кошеля и, сосчитавъ, отложили несколько мон е т е въ сторону, уговариваясь д а т ь пхъ
на дорогу служивому. »Врешь, поторгуемся, больше дашь !«

иодумалъ. беглец ь, и

злой умыселъ , внушенньій душе его самимъ адомч. , запалъ въ воображеніе его,
какъ
ца.

камень

на

дно

Скоро старички

мутнаго

колод-

доверчиво заснули ,

не воображая , ч т о отогрели за пазухой
змею.
»

.

1

Лучина догорала вспыхивая и т р е щ а
последними пламенсмъ; убійца крался неслышною т е н ы о къ спавшими хозяевами
своимъ ,

въ руке

его сверкало железо ,

уже не разъ тускневшее' ошъ крови; онъ
виделъ ,

ч т о кошель

припрятанъ былъ

подъ подушку старика: одна седая голова

караулила его. Завтрсшнш день грозил®
беглецу голодом® ,

а ч т о будет® поел®

завтра, а там® далее ? . . . у него въ кармане лежала только одна оторванная пуговица о т ® солдатской шинели и крошки сухарей . . . Он® замахнулся , но руку
его скомкала судорога. »0!« подумал® он®,
богохульствуя и злобно сверкая глазами:
»вот® ч т о значит® приступить ко всякому делу не перекрестясь; гютомъ перебросив® пожъ въ другую руку :

»чтожь

такое!« сказал® онъ сам® себе какъ будт о въ утешеиіе: »рука руку моста,, рука
руке товарища ;

неужели

правая б у д е т е убиваіпь ,
н е т с я правой,

только одна
а левая оста-

пересчитывая только день-

ги, — вздора, ! . .«
Захарка научил® и левую руку управл я т ь ножемъ.

Добрые хозяева, может®

б ы т ь немного ужь не доволочив® своего
в е к а , были сгублены : сперва старичек®

беззвучно

потомился

въ предсмертном*

успліи борьбы с * жизыію, потом* и с т а рушка. Когда убійца в т и с н у л * ей в * сердце пожъ, —
страшному

она
вводу

открыла
узнала

глаза

н по

сына

своего.

Ужас* убил*, доконал* се. Немой упрек*,
выпечатавшійся на ея лице, был*

так*

поразителен*, чгпо и Захар* узнал* м а т ь
свою , по поздно—лукавый нашептывал*
ему мысль : с х в а т и т ь

скорей кошель п

убираться . . . на дворе выла собака, ие> которые изъ деревенских* жителей повстали уже ; предъ окном* к т о - т о накачивал* воду из* колодца и шумел* бадьями. »Пора!« подумал* онъ •— и вспомнил*
об* мальчике.
Названный внучек*,

безродный сиро-

тинка, пріемышъ старичков*, заменявший
им* родное д е т и щ е , покоился па лавке
со всею усладою невинных*, ясных* д е т ских*

грез*.

» С т о и т * ли

онъ

ножа !«

подумалъ Захарка а вознамерился удушшпь
его. Какъ будто по инсітшікту діипя почуяло опасность и проснулось: ему никто
не говорнлъ, ч т о Захарка приближается
убить

его,

но онъ

въ мигъ

обозрелъ

страшную к а р т и н у , услыхалъ смертное
хрипВніе благодетелей свонхь — н палъ
предъ злодеемъ на колени. »Дядюшка, дядюшка, пощади меня !« восклшшулъ онъ
всплескивая рученками ! »ахъ за ч т о

ты

убнлъ дедушку съ бабушкой ?« . . .
— I l e т в о е дело, дуракъ! у т е ш ь с я , я
подамъ за ішхъ

за упокой и очищусь...

отвечалъ Захарка; потомъ какъ змей м е т нулся на добычу свою, обвилъ его мощными охватами рукъ свонхъ и чрезъ мин у т у съ посинелымъ лицемъ , съ мертвенно

выкатившимися ,

полуоткрыты-

ми глазами , ' бросилъ его къ порогу двери , потомъ

спѣшио выскѳчилъ въ нее,

прихлопнула, за собою—и выкрался опять
въ потемки леса.

Въ одном® богатом® селеніи въ церкви Спаса

ІІреобраэісенія.

мопіально литургія

по случаю храмоваго

t

праздника ;
лось

совершалась цере-

въ огаошъ же день исполни-

ш е с т ь педель

по смерти

матери

помещика, которому принадлежало селеніе; ва, церковь поступили о т ® него бог а т ы е вклады :

с т а р о с т а церковный не

успевал® с ч и т а т ь

пожертвовапія добро-

хотныха, дателен; месгпныя иконы какъ
будто

горели

въ золотых®

окладах®.

Дарононосица, Евангсліе, кадило блистали
серебром®.

Усердные прихожане

радова-

лись изобнлію и б о г а т с т в у храма своего;
лцца ихъ сіяли
бились

удовольствіемъ,

вдохиовеніема,

сердца

Священнаго благо-

говенія. Лшпургія кончилась уже, семейс т в у господина, который сам® былъ въ

оіплучкѣ по случаю

выбора его в?, Дво-

рянскіе Предводители, поднесли просфиру.
К с т а т и нужно сказать, ч т о все оно состояло только изъ жены господина, женщины среднихъ л ѣ т ъ , съ подвязными буклями

и въ высокими

кружевномъ чеицФ

ci. огромной наколкой белоагаласныхъ ленточныхъ бантов?, н цветов?. , и дочери
Александрииы,

какъ называли

ее роди-

т е л и , одетой въ яркій шелковый салон?,
гпелеснаго ц в е т а , и въ соломенной итальянской шляпке съ большими полями, т у л ы о
которой украшал?, скромный ц в е т о к ъ синели.

Подле нее

ОФицеръ

винтовалъ

съ красными

какой - т о

отворотами мун-

дира, можешь б ы т ь женихъ ея; онъ поправлял?. усы свои и шаль ее; она чушь
заметно улыбалась ему.
Алтарь храма

былъ убранъ со вку-

сомъ свежими цветами, все двери были
отворены

огпъ

духоты

толпился народъ.

и на

паперШ'1

Господскіс певчіе въ красных* ка<і>гпанахъ

съ

желтыми

кистями

пропели

причастный

смолкло.

Вынесли налой предъ

двери.
рецъ,

Священник*.,

—

п

всё

Царскія

почтенный

сша-

благословил* паству свою

и на-

чал* Слово :
чему,

стихъ

шумно

слухъ всехъ прильнул* къ

около

налоя прихожане

*

столпи-

лись

стеною.

Священник*

между мно-

гими

шолковаиіями о Вере

добрых* въ

блаженство

будущей жизни и воздаяніи

злымъ за грехи ихъ , произнес* :
отъ

меня, окаянные

идите

вдругъ сзади

послышался вопль, все обернулись и увидели человека ,

яростно вырывавшагося

нзъ рукъ двоих* прислужников*
онъ былъ обстрижен* ,

своих*;

ч т о называет-

ся , поруски ; лице его запуталось черною

какъ

смоль

бородою і

курчавыми

висками

волосъ

Поростами

усовъ сливалась

которая съ
его

и

съ

во едино и

представляла его какъ будто въ пахло-

бучке овчинной шапки съ ушами, въ которых*
нам*

добрые

тепло

огню —

въ

дрова.

наши мужички
Москву,
Зрачки

краснѣвшіе

от*

мускулов*,

страшно

га.

возят*
е.

пищу

глаз* е г о ,

судорожных*
вращались,

по-

сжатій
ниж-

н я я челюсть ходила какъ маятник* изъ
стороны въ сторону, каФпіанъ из* т о н каго сукна и плисовые рейтузы

обозна-

чали в * нем* не бедиаго простолюдина.
Лиде его было незнакомо целому околотку ,

кроме трапезника

церкви из* о т -

с т а в н ы х * с о л д а т * , который , казалось ,
переглядывался съ ним* и ободрял* его
условными знаками. Впрочем* э т о

толь-

ко казалось кой-кому.
»Кто э т о такой, ч т о съ ним* попритчилось ?« заголосили любопытные; у
любопытных*, говорят*, я з ы к * и м е е т *
всегда

вопросительную

нова хвоста.

Фигуру скорпіо-

Скоро

къ общему

следующая
сколькими

новость,
устами :

возвращающійся

съ

слуху

привилась

передаваемая
купец®

не-

Кадушкинь,

какой - шо ярмарки,

одержимый падучею болѣзиію, или каким®
другим® недугом®, проездом® остановился у церкви о т с л у ж и т ь молебен® и ему
ч т о - т о попритчилось. Э т о известіс передали любопытным®

прикащики купца,

поддерживавшіе его. Александрита вспомнила , ч т о она его г д е - т о видела.
»Добрые люди!« говорили прикащики,
н е т ® ли у кого из® вас® местечка о с т а новишься больному, поуспокоиться, оправиться? мы заплатим® ч т о угодно. . ..«
—- »Милости просим®, милости просим® !« раздались

о т в е т н ы е голоса : »у

меня е с т ь особенная светелка
езжих®; —

для про-

у меля просторный чулан®

с® окном® и безъ окна, чтоб® комары не
ЧАСТЬ

ІІГ.

15

безпокоили ;
ду!«

»у

меня

шалашъ

въ

са-

II проч.

Дошла

весть

до самой

барыни

о

просьбе прыкащнковъ : она имела доброе,
мягкое, восковое сердце н отдала приказ*
лакеям* своимъ

проводить болыіаго

в*

собственный ея домъ на пустую заднюю
половину,

велевши

снабдить его всем*

нужным*.
Проповедь кончилась ,
обедня ;

а съ нею

и

под* заливчатым* звоном* ко-

локолов*, барыня съ дочкой и офицером®
съ красными

отворотами

отправилась,

по прйглашетю Священника,, к * нему в *
домъ на

КОФС

и закуску. Домовитая, сы-

т а я матушка-попадья его давно уже дер~
жала кофейник*

на жаровне

и жирную

кулебяку в * печке ; вдруг* раздался- голос*

сторожеваго

и д у т * !<с Матушка

сына

ея :

»идупіъ »

не успела сдернут®

с?. себя Фартука, о б т е р е т ь разгорѣвшаго
от?. жара лица и в ы м ы т ь масляныхъ рук?.,
о т ъ которых?, пахло еще луковицей —
и выбежала в с т р е ч а т ь гостей ; уже въ
сеняхъ сбросила
украшенія.

она

съ себя

кухонныя

Пошли чмоканья,

взаимны,?

поздравления; въ гостиную комнату в т е р ся пришедшій домой на вакацію въ длннпомъ

голубомъ

кишайчатомъ

сюртуке

пятнадцатилешшй поповичь , дюжій парень ; по общей привычке Семинарской ,
шагая широко, какъ будто "перепрыгивая
чрезъ лужу, каждому изъ г о с т е й роздалъ
онъ по поклону низкому, чинному

и на-

Чалъ имъ высказывать какую-то заранее
приготовленную приветственную речь
г
на Лапшнскомъ я з ы к е , возг.іасивъ напередъ Nobilissimi Domini, для т о г о , ч т о б ы
запять чемъ
отецъ

нибудь г о с т е й

покаместъ

его о т с л у ж и т е заказные молеб-

ны • между т е м е

кухарка попадьи уго-

Щала барскихъ лакеевъ въ прихожей іправ15*

никомъ и горячим* пирогом* съ сыромъ,
разсказывая имъ несчасшіе свое о недавно падшей корове и прося ношохашь т а бачку. Наконец* речь поповича кончилась,
все нашли ее прекрасною,
няли

х о т я не по-

въ ней ничего кроме слова :

Госпожа дала

ему к а к у ю - т о

finis.

монету

и

просила ходить къ себе у ч и т ь грамоте
крестника своего ;
и гладила сына

попадья

по голове ;

восхищалась
между про-

чим* онъ, переняв* у менторов* своих*
серьёзное выраженіе лица, потупилъ глаза и сложив* назад* руки с т а л * въ огпдаленіи.
сняла

Александріша

предъ

зеркалом*

широко - полую ревнивую

шляпку

свою и открыла взорам* в с е х ъ , только
для праздника ,

личико прехорошенькое ,

осіяішое т а к о ю самодовольною улыбочкой.
Возвратился

Священник*, благосло-

вил* хлебъ-соль — и пошло столованьепированье ;

хозяева

не участвовали

въ

нем®: они только подчпвалн гостей своих®

радушно , неотступно ;

об® явленіи

толковали

прокажениаго въ церкви, но

не участливо — не до т о г о им® было !
Лишь только Госпожа

переступила

порог® дома своего , т о т ч а с ® осведомилась о больном® г о с т е ;

ей т а и н с т в е н -

но отвечала домоправительница ея, чшо
ему

гораздо

хуже ,

что

онъ

всё

мы-

чит® , какъ зверь рыкает® и пр. тому
подобное.

Его не велели беспокоить , а

между прочим® послали за Священником®,
ч т о б ы на всякій случай приготовить больнаго по Христианскому обряду ко в с т у пленію в® храмину загадочной жизни. Не
преминули уведомить об® нем® и уездиаго врача.
»Ну ч т о , батюшка ?« чрез® полчаса
спросила Госпожа

у Священника ,

Дившаго изъ комнаты больнаго.

выхо-

— О х ъ , сударыня, онъ великій, т я ж кий г р е ш н и к * ! — о т в е ч а л * т р о н у т ы й Священник* со слезами на глазах*.
В с е домашніе

покачивали головами ,

особливо домоправительница,

нескольких*

с е м е й с т в * прародительница , у которой
и

такъ

от*

старости

неостановочно

тряслась

голова.

Начались

перешепты-

ванья

углам*

комнат*.

ПрикащикИ

угрюмо

шатались

повеся

по

больнаго

го-

ловы.
Прискакал*

Форрейторъ

изъ город-

ка и подал* госпоже запечатанное писмецо :

»Born* забавно.'«

произнесла она с *

неудовольствіемъ : »по причине

разлитія

рек* о т *

дождливой погоды лекарь ско-

ро б ы т ь

ис может*.'

его,

Где т ы

застал*

въ городе ?« — спросила

Госпож 3

у послаипаго.
— Никак* н е т ъ , сударыня, у Заседателя! — отвечал* Форрейторъ.

» Ч т о онъ т а м ъ дѣлалъ —

на прак-

т и к е ч т о ли былъ ?«
—
карты.

Какъ же

сударыня ,

игралъ

въ

—

»Какъ ! скачи же о п я т ь , ч т о б ы сію
минуту былъ : я буду жаловаться"! разв е онъ забылъ, ч т о я Предводительша?
однако

ужь верно, не докончивъ в и с т а ,

опъ не п р і е д е т ъ !«
Вскоре, по вторичной отсылке Форрейтора , послышалась суматоха въ комн а т а х * болыіаго; люди забегади. »Умеръ,
умеръ!« раздались голоса челядннцсвъ!
»Скорее лекаря!« завопила о п я т ь барыня ; наконец* онъ пріехалъ,

жирный

врачь, и, переваливаясь съ ноги на ногу,
вскарабкался на крыльцо. Госпожа приняла
его угрюмо. Но Демьянъ Демьяновичь

съ

сладкою улыбочкой подошел* къ ней къ
руке и, удачно любезничая, х и т р о обнаруживал*

радость с в о ю ,

па

Госпожи

лице

что

виднтъ

похищеніе

румянца

у

зари.

»Огпъ

того

и

погода

ныне

дурна!« говори.«, онъ: »весь блескъ солнца
переселился къ вамъ въ глаза.« Госпоже по
видимому нравились слова его :
действительно заяснелн ,
тавишь
вича ;

во лгунахъ

глаза' ея

чтобъ не ос-

Демьяна

Демьяно-

ома ласково разсказала ему нееча-

спііе, внезапно постигшее домъ ихъ. »Huчего-съ, мы все смертны,« отвечалъ лекарь, обтирая

крупныя капли п о т а

съ

замшанаго лица своего и растегивая фракъ,
взъ-за

котораго

вонная

двойка

выпала
съ

загнутым?,

»мы-съ !« продолжалъ
что

онъ умеръ

забытая

онъ :

чер-

угломъ :

»положимъ ,

о т ъ воспаленія

въ ка-

комъ нибудь желудочке мозга —

и кон-

цы въ землю , если не въ воду. . . .«
Лекаря проводили

въ комнату,

за-

нимаемую покойникомъ, который лежалъ
уже на с т о л е подъ полотномъ. »Да, оиъ
умеръ,« сказалъ онъ не приподиявъ еше

полотна

и не осмотрев® его хорошень-

ко; но узнавши, ч т о покойник® былъ богат® ,

стал® придираться

к® нему, и

говорил® , ч т о не помешало бы его анатомировать; потом®, приподняв® полотно, о т , увидел® бледное и всё еще грозное лицо : смерть не разгладила сдвинут ы х ® бровей его, может® б ы т ь , въ ощущеніи мучснія боли, и не разжала с т и с и у т ы х ъ зуб® ;

между т е м ®

прикащики

начали учащать доктору поклоны своп :
один®

из® них®

поклонился

ему прямо

в® опущенную шляпу , и лекарь, будто
нехотя

согласившись,

написал®

свиде-

т е л ь с т в о свое, поднял® оброненную карту

_— и уехал®, не безпокоясь

больше

о покойнике.
Хозяева

дома боялись

мертвецов®,

особливо имея одного т а к ъ близко подле
себя: они упросили священника в п у с т и т ь
его въ церковь. День прошел®, вечернее
солнце

закатилось

ЧАСТЬ

III.

за ширмы
1 6

дальних®

лесов*,
шею

ночь разостлалась надъ дремав-

землею ;

покойник*

въ

простом*

дубовом* гробь лежал* въ церкви на львом* приделе, которым только-чіпо о т штукатурили поновляя его и протапливая ,

чтобы

скорей

изъ прикащнковъ

высушить.

Один*

ч и т а л * надъ покойни-

ком* псалтирь ; дьячекъ, приставленный
ему въ прмощиикн, дремалъ у печки опіъ
однообразная ропота чгаенія и глубокой
тишины.

Между прочим*

въ доме

го-

сподъ-хозяевъ случилось чудное Пропсшес т в і е : въ самую полночь послышался пронзительный вопль въ спальне Александрнны, шгаашныя прислужницы ея и нежная
маменька въ спальном* чепце, легко одет а я , со свечами въ руках* вбежали испуганныя в * комнату : Александріша, лежа
въ посгпеле, дрожала какъ въ лихорадочном* ознобе. Собравшись съ собой и едва
переводя д у х * , она разсказала , ч т о сію
минуту явился ей покойник* и звалъ ее с *

собою бежать на кладбище, чтобъ соединишься

съ

нимъ

жизнью

и

смертью.

»Это его, маменька, в с т р е т и л а я весною гуляя въ лесу: оиъ и тогда манилъ
меня за собою!« говорила она, трепеща оіпъ
ужаса: »а теперь, услыхавши вашу бегощню, изчезъ въ окошко. . . .«
—Полно, милая, э т о т е б е привиделось
во сне! э т о не ч т о иное, какъ следствіяразстроешіаго воображенія, грезы его. Успокойся, Богъ съ тобой!—утешала ее мать.
»Нетъ, маменька !« отвечала

Алск-

сандрииа: »я въ глазахъ его прочла судьбу
свою , я не успокоюсь. . .«
Маменька взяла ее къ себе въ спальню.
L'ami de la maison ихъ, гвардейскій
ОФицсръ, узпавь причину переполоха всего дома и наскоро одевшись, отправился
съ погпайпымъ Фонаремъ и проводником*
въ церковь ,
ствовать

чтобъ

здоровье

лично

освидетель-

покойника.

Онъ на-

шел* двери ея непритвореішыми ;
16*

подо-

/

зрѣніе его усугубилось. Дьячекъ, согнувшись кренделем®, сладко спал® у печки;
но псалтырщик®, не обращая ни на чшо
внпмашя, усердно читал® псалтирь.

То-

непькія восковыя свечки проливали около
себя тусклое сіяніе, едва освещая гроб®;4
белое полотно, покрывавшее покойника,
мелькало

вдали.

Рыцарь

Алекс'андрипы

не пошел® дальше; он® разбудил® дьячка,
увещавая его сменить псалтирщика, шепнул® ему ч т о - т о на ухо и ушел® ; дьячекъ молча выпучил® глаза, выслушал® его
в® просонках®, кивнул® ему головой и переверпулся

на другой бок®

по уходе

его.

О п я т ь настала тишина. Вдруг® въ церкви ч т о - т о звякнуло ударясь о каменный
пол® ея, какъ будто оброненная монета;
сои® предоспіереженнаго дьячка нарушился :

онъ потянулся,

позевал®,

покаш-

лял® и наконец® открыл® глаза. Ему показалось ,
гробе ,

ч т о полотно зашевелилось на

какъ будто

под® него к т о - т о

поспешно спрятался.
никого

Больше въ церкви

пе было. Ему неоднократно слу-

чалось управляться

съ покойниками:

не

бояся ихъ брата , онъ опасался живыхъ
людей.

Бывши

самъ

хитръ,

дьячекъ '

не подалъ вида, ч т о заметилъ двнженіе
/

-

въ гробе; онъ только взял?» кочергу, номешалъ

сю въ печи

пекле жаркихъ

и оставивъ

угольевъ,

самъ

ее въ
опять

приткнулся головою къ полу ; когда жеN

лезо кочерги раскалилось докрасна , дьячекъ тихонько приподнялся, вперилъ внимательный взоръ въ покойника—и опять
примеіпилъ движеніе головы его ,

высу-

нувшейся может?, б ы т ь , т а к ж е

съ на-

мереніемъ: в с м о т р е т ь с я — с п и т ъ ли караулыіый его. Дьячекъ прнветалъ на колени , опять помешалъ въ печи и наконец?» поднялся совсемъ на ноги; г л я д и т ъ —
лщпкъ , где находилась церковная казна ,
о т к р ы т ь, несколько монетъ, оброненный,
можете б ы т ь , въ торопяхъ , валяются

по полу!

»A, сударикъ !« подумал* оиъ :

»теперь давай расчитываться заправски!« и
держа предъ собой разгоряченную кочергу
и хладнокровно напевая какой-то духовный с т и х ъ , подошелъ онъ къ гробу—и
откинулъ полотно.
Та же неизменность мертвой
ІІОМІІІ

ФІІЗІО-

в ы т и с н у т а была на лице покойника;

дьячекъ

поднесъ

близко :

покойник*

шаго

къ

лицу

придвинул*

нему,

что

прислужник*

ее т а к ъ

раскаленное

жечь его пламенем*

кочергу

не оказалъ нималей-

движенія ; наконец*

церкви

его

близко къ

железо

начало

дыханія своего,

—

вдруг* обожженный покойник* вскочил*,
по и н с т и н к т у
руки
ими

выставляя

для защиты
непріязненное

чал* к р е с т и т ь
попало;

лица
орудіе.

предъ

и отталкивая
Дьячекъ

его кочергой

живой покойник*

собой
на-

почем* нн

схватился съ

ним* бороться, гроб* рухнулся съ одра,
на шум*

прибежали

трапезник*

и чн-

тальщикъ ;

дьячекъ

обрадовался

своему

помощнику, по т о т ъ накинулся на него
сзади

и

схватил®

за руки — дьячекъ

издал® самым® чистым® тенором® громкій звук®, молящій о спасеніи — и упал®
сверженный тремя врагами.
Когда прибежали въ церковь, нашли
ее уже ограбленною дочиста; дьячекъ, съ
прошибениою головой кистенем®, лежал®
подле упавшаго гроба ,

ва. котором® не

было никого: валялся только саван®, изорванный въ лоскутья

. . . .

Тяжко ли наказало справедливое Провиденіе виновных® за с в я т о т а т с т в о ? Читайте

далее: грех® всегда наказуется

т а к ъ какъ добро награждается.
IIa дне пропастнаго оврага

въ Му-

ромском® лесу свили себе гнездо разбойпики ;

овраг®

устлан®

былъ

где дер-

ном®, где бревнами; скважины его покрывались

хворостом®,

и там®

запрятана

была

добыча.

Сверху

сползала

въ него

извилистая лестница ч у т ь приметными
уступами : разбойники звали дно оврага
домомъ своимъ ;

они время ошъ времени

расширяли пределы свои, прокапывая въ
ребрахъ соседствешюй

имъ горы новые 1

для себя прііоты, лазейки, опочивальни,
шюрмы ,

пріемныя

Змеи и лягушки

комнаты

и

нанесли имъ

другія.
на ново-

селье яицъ своихъ и обещались съ ними
поделиться детенятами.
Ч т о подобное жилище разбойников*
въ Муромском* лесу

не е с т ь вымысел*

Фашпазіи,

можно

ствами

доказать

очевидцев* ,

свидетель-

проезжавших!,

по

т е м * лесамъ, изъ которых* многіе претерпели протори и убытки какъ но части

Финансов*,

так*

и самой

жизни.

Однажды угпромъ рано одицъ изъ разбойников* сиделъ дома и очищал*

ржавчи-

ну

разных*

съ лезвея

травъ,

топора

соками

другой караикался по лестнице

вверхъ и о т ъ

нечего

делать

отыски-

вали землянику по опушке травы, облегавшей глубокій овраге, какъ тенетами.
Солнце, великодушный свыпочь, роняло и
на нпхъ

съ недоступной вышины своей

блески летняго дня.

Въ этом?,

овраге

живали несколько поколеній разбойников?,.
»Нейдешь онъ !

видно уходили его,

голубчика, черные глаза, да белыя ручицы!« проворчали одинъ изъ нихъ.
—

Т ы же

говори ! ужь

нашему ли

брату молодцовать на гладкомъ м е с т е ,
а не въ шероховаіпомъ лесу , какъ раку
на мели? пошель не по своей дороге а т а ман?, наше ! —

отвечали другой.

»И товарищи

не возвращались еще

съ охоты: видно много ловли на дороге;
а мы съ тобой, какъ сіпарыя собаки, лежим?,

на

завалникахъ ,

греясь

одними

только со.шышкомъ ; ими мясо , а нами
кости!«
—

Собаки любятъ кости.

—

»Только

не оглоданныя!«

перегова-

ривали между собой разбойники; вдруг?»,
одииъ изъ них* ,

приникнув*

чутким?»

ухомъ къ земли , воскликнул* : »едутъ !
но еще далеко: съ добычи возвращаются
всегда тише ; нет?» ли недочета въ нашем* ополчепіи ?«
— Мудрено ли, на т о пошли!—отвечал* его товарищ* — только верно ужь
пе атамана н е с е т * белый конь
іпнбенііою грудыо ,

съ про-

или съ отмахнутой

головой; даромъ-что он?» пошел* грабить
церковь

и красоту девическую ; у него

везде и всюду е с т ь заступник?,: с?> недавняя времени своею косматою
заслоняет*

рукой

он?» побратима огп?» пули и

оегпріл; помнишь, намедни . . .

не подслу-

шал?» бы к т о ! — т у ш ь разбойник* нагнулся къ уху товарища и начал* что - т о
разсказывать ему въ полголоса.
» В о т * новость

какая !«

выслушав*

щайпу, произнес* товарищ* его со сме-

хомъ: »а какъ же иначе—онъ собой и нас®
выкупает® ;

держась за его полу, и мы

выплываем®

из® всякой т и н ы ,

да изъ

глыби: в а. первой пе замараемся, въ другой ие вымочимся.«
— А если оиъ пас® запродаст®? —
»Щт®, мы подуіииыхъ не платим®,
а сами берем®. . .«
— Эй, домоседы, принимайте коня, да
мешки с® седла, иу , живей! — раздался
голос® атамана , показавшагося
верхом®

на белой лошади ;

на горе

левая щека

его была завязана; о бок® съ ним® ехалъ
один® изъ разыгрывавших!,
щика купеческого ,

роль прпка-

другой гнал® предъ

собою лошадь, навьюченную добычей. За
ними раздавался топот® многих® людей
идущих®

и едущих® ;

оіш сползали съ

горы и заравнивали за собою след®: »A,
хозяин® ,

Захар® Кол®,

что

доброго ?«

опрощали разбойники атамана своего.

— Ile время разсказывать, да разглядывать добытое ! — отвечали Захаръ ,
сбрасывая мешки си серебромъ и скатывая
ихъ

въ овраги

отенялось

си

шумоми.

угрюмосшно

придавали

Лице

более,

ему ее выкрашенные

и подвязная

его
чемъ

волосы

гусшо-чсрная борода : «Мо-

лодцы!« вскрикнули они возвыся голоси :
«отдыхать
вины —

некогда : делитесь на поло-

одна со мной пойдете сію же

минуту въ городе и пусіпь дожидается
меня за рекой

въ ближнемъ

притоне;

я беру съ собой только Усышо.

После

завтра свидимся; запаситесь всякими припасами на три дня ! —
Наступило молчаніе.
«Чгпо , рошцсіпъ

чпіо ли кто?« . •

загремели онъ.
—Никакъ, хозяине! — отвечали все
дружно — мы кидаемъ жребій, кому мешки
караулить, и кому т е б я провожать. Ну,
вскидывайте шапки !

—

»Мне ! мне ! и мне также съ А т а
маномъ ! . .« раздались голоса : »задавайт е корму животннамъ, — кидайте все
лишнее съ себя; ножи т о ч и т ь нечего!...«
Пошло шумное сборище

въ дорогу.

Солнце стояло на полуднях*.

»Милый
женными

другъ !« слившись востор-

голосами

въ один* звук*

во-

скликнули любовники, сплетаясь объятіями при первом* свиданіи

после долгой

разлуки. Свиданіе э т о происходило въ саду ,

въ самом*

укромном* м е с т е

склонами т а к и х * г у с т ы х * липъ ,

подъ
кото-

рый не могли б ы т ь предателями.
»Так*

родители твои решительно

не соглашаются
то ,

на наше соединеніе

ч т о я проиграл*

ч т о я теперь ,

за

т я ж б у , за т о ,

кроме" шпаги и чести ,

ничего не имею?« . . говорил* ОФицеръ ,
сжимая руку возлюбленной своей.

— Богъ съ ними! піы имеешь меня—отвечала Александрина успокоительным*
голосом*.
О ! сколько

нежности ,

надежды ,

услады , утешснія может* пролить любимая женщина въ грудь мущины одним*
вещим* взором* , нс только словом*.
«Я богат* !«
въ

восхищеніи :

воскликнул*
»богат*

офицер*

непрожнвиымъ

сокровищем* ; все дары жизни и природы слиты

для меня

іф> одном*

неоце-

ненном?» ни кѣмъ, кроме меня, алмазе, на
котором* начертаны сгмволическія

бук-

вы имени твоего ! . .«
— Я счастлива, я буду счастлива! —
отвечала Александрина—пусть судьба нс
сулитъ мне обладаніе черствым* металлом*, который не расплавим* опіъ жаркой любви , и на котором* еще больше
с т ы н у т * слезы безучасшіл!
»Вечер* ! . . - скоро

—

взойдет* и мое

солице, моя путеводная звезда, бледная,

но прекрасная какъ т ы , ясная какъ душа твоя, какъ взоръ ангела-утешителя!«
—

Пора! — прервала Александрит

ліобезнаго своего — разсіпанемся, чтобъ
скорее соединиться. . . . навеки!
«Навѣкн !« произнес* оФицсръ, осыпая руку

ея страстными поцелуями . . .

«долог* лп иекъ любви ? . . . . крылатый
чае*. И вся жизнь . . . . не останется па
расход* и восиоминаній ! . . мы не пустим*
Друг* друга опереднться жизнью . . . года наши ,

какъ сердца ,

сцепятся , со-

вьются въ одно целое—сгорят* одним*
Пламенем*, охладеют* и подернутся одним* пеплом* . . . . не правда ли ?«
—Тепло любви только согревает*, а
ие ж ж е т ъ , милый друг*—говорила Александрина ,

перебирая его волосіц и заѵіу-

Шывая въ них* пальчики свои.
Раздался по саду звук* чугунной доев и ,

въ которую

ударил* караульный ,

возвещавшій

наступленіе смѣнь:

вечера

ua ночь.
»Теперь я сам® вижу',
воскликнул® офицер® :

чіпо пора!«

»время съ тобой

невидимка. . , т а к ъ ужо т ы будешь гот о в а . . . по 3'СЛОВІЮ ? . . . . «
— Я только прощусь с® родителями
и помолюсь Богу! — отвечала

Александ-

!

рипа сквозь слезы.
»0! неужели ужь т ы раскаеваешься,
Александрина ?«

укорительно

произнес®

офицер® , приметив® слезы ея.
— Я здесь родилась, здесь повита
жизнью , родители любят® меня.

—

»Они любят® т е б я ?« прервал®

ее

Офицер®. »Я знаю только одно чувство,
от® которого тиранится любовь—это
ревность . . . . огненныя иголки... съ тех®
пор® , какъ обоялъ тебя испугом® дерзскій взор® разбойника, я часто . . . «
— О ! не напоминай, не напоминай!—
воскликнула Александрина — мне кажеіл-

ся,

ч т о огненный взоръ

его блестите,

противъ меня сквозь каждую древесную
ветвь. Прощай, мой милый! —
»Еще минуту — и минутная
лука

есть

раз-

несправедливое похпщеніе у

любви золошаго ея времени.«
—

Вспомни , милый друг?., ч т о мы

еще только душачл принадлежимъ друге другу , я и т а к ъ много делала для т е бя . . . девушка, поздно вечеромъ, одна съ
мущиной , въ м е с т е , недосягаемомъ

по-

стороннему взору... уединеніс и любовь...
сохрани уваженіе ко мне , будущей т в о ей супруге — и къ самому себе.
»Чрезъ два часа . . . у меня
тово — черезъ

—
все го-

два часа — и потомъ

на всю жизнь ! . . . .«
—

Прощай , мой милый ! —

»0! не говори мне эіпого содрогательнагэ слова : прощай — смерть и разлука выдумали его . . . оно т а к ъ страшно
отзывается въ ушахъ , какъ звуки моЧАСТЬ

Ш .

17

л о т к а , вбивающая последний гвоздь въ
гробовую крышу.
Любовники

молча заключили

свида-

нье свое медлительным*, беззвучным?, поцелуем?,.
ІІочь окутала

природу

непроницае-

мой завесой ; ни одна звездочка не светилась на темной мантіи ея; луна у т о нула в?, сугробах* облаков*; черныя т у чи, какъ чудовищи, выкраивались на небосклоне переменными Фигурами ; вся природа будто

въ ужасе

цепенела

пред*

грозою.
Вдали вспыхивала молнія, разрежая
мракъ

и выказывая

горизонт* ,

задви-

нутый свинцовым* сплавом* облаков*.
Къ калитке

сада осторожно

подъ-

ехала закрытая со всех* сторон* кожаными навесами бричка тройкою, изъ нее
выскочил* высокая роста

человек*

въ

военной шинели, но услыхавши, ч т о калитка отворяется, онъ бросился опять

въ бричку и проіпянулъ руку рук® женщины, втаскивая се к® себе. Бричка покатилась; только встречный ветви хлестали

по ней,

стрясая

съ себя капли

дождя , который начал® уже падать па
землю крупными каплями.
»Ты ли это, милый друг® ? . « робко
произнесла

Александрина, спрашивая со-

путника своего.
Онъ молча сжал® ея руку.
Александрина

утешилась

и довер-

чиво прислонилась къ плечу его головою.
Мечты
светлыя

тиховейныя

и

чернокрылыя,

и мрачны я, попеременно

баю-

кали воображеніе ея: впереди и въ потьмахъ улыбалось ей счастіе блеском® светозарной надежды, осіяшюй венцем® любви; сзади догоняли укоры, жалобы покинутых® родителей, а может® быть, и
проклятія.. . Александрина содрогалась и
еще крепче прижималась къ милому сво-

ему,

въ кошоромъ

ожидала видеть за-

мену всего утраченнаго ею.
Ѣхали долго, и х о т я шибко, но не
достигли
бовью ;

еще места, назначеннаго люгромъ раскатился

головами ихъ.
снулась

ближе надъ

Алексаидрина вдругъ про-

о т ъ дремоты мечшаній своихъ,

и, осмотревшись около себя, начала безпокоиться. »Милый другъ!« говорила она:
»мы кажется не т у д а едемъ ; іпы говорила,, ч т о церковь недалеко о т ъ нашего
дома

за деревней . . . чггю э т о ? . . .

мы

кажется въ лесу? . . .«
—

Скоро пріедемъ! — глухо прого-

варивалъ сопушникъ с я.
Какое-то подозреніе запало
шу Александриты,
предаваться

ему;

но она

въ ду-

страшилась

она вглядывалась

въ

спутника своего , и ч у т ь - чуть примечала , ч т о онъ закугаанъ шинелыо , картуза.
за его.

нахлобученъ

былъ

на самые гла-

Пріехали ;
темнотою
шреіпь ;

остановилась бричка.

ничего нельзя

вдругъ

молнія

За

было раземоразСВкла

мгновенно зареяла и осветила

небо,

какое-то

зданіе, похожее на часовню; густой л е с *
заслонял*
.

г

его со всех*

сторон* ;

две

высокія ели, дружелюбно сплетясь в е т вями, покрывали купол* ея какъ сеткою,
как* зонтом*. Лишь только бричка подъехала к * зданію, двери его отворились,
изнутри блеснул* огонек* ; к т о - т о вышел* къ пріезжимъ навстречу.
»Тут*

мы

обвенчаемся ?« спросила

Александрина сопушника своего, который
помогал* ей выходишь из* повозки.
— Да, здесь мы пожалуй и схоронимся, э т о моя дача. Эй, огня! —

закричал*

незнакомец*.
Александрина

поразилась

сом* , на звук* к о т о р а я

его

голо-

начали съеж-

Жашься верховые, издали следовавшіе за
бричкой, наблюдая безопасность ея. Из*

часовенки

вынесли

Фонарь

и вся

она

вдругъ заблистала огнями; гпаішпкіі леса
осветились

на далекое

Александрина

поразилась

пространство.
еще

более

и

вскрикнула въ изсгпупленін ужаса, признав*

въ сопупшике

своем*

разбойника,

Xигиро умершего въ доме родителей ея.
»Hy-ка, голубушка, подавай сюда шкатулку
какъ

сь вещами

своими ,

я подслушал ь давича

которую,

за забором*,

т ы хотела взяіпь для полюбовника своего въ приданое.
ведь э т о

Ахагпь т у т ъ

нечего :

не дома н не па балу. Вогпъ

какъ будешь атаманшей

моей,

т о на-

учишься командовать не таким* пискливым* голосом* . . .«
Александрина

дрожащею рукою по-

дала мучителю своему шкатулку съ драгоценными

вещами своими , въ которых*

состояло все ея богатство,
»Ребята ! завтра па дѣлежъ , ключь
въ кулаке !« высаживая

пленницу

свою

говорил® разбойник® : »а т ы , сударыня,
какъ смела покинуть родителей для мнлаго человека ? . . Но я прощаю тебя: мы
скоро помиримся . . .«
Александрина въ опісутствіи чувств®
прислонилась къ дереву; ни одни® звук®
не вырвался изъ уешь ея, сжатых® судорожным® страхом®. Она, казалось, силилась проснуться, вырваться изъ оков®
Шяжкаго сна. Разбойник® разширилъ уже
охваты рук® своих®, чтоб® жадно схват и т ь несчастную жертву ;
дался вдали конскіл

вдруг® раз-

топот®,

ближе и

ближе. Разбойник® изумился. »Чшо это!«
воскликнул® онъ : »паши, кажется , все
здесь
нили ,

налицо.

Молодцы !

за нами должно

нам®

изме-

б ы т ь гонится

команда! Гасипіе свечи въ беседке моей,
разсыпайтесь врозь, ошмаинто гонящихся за нами в® противную сторону, какую
я изберу; сбор® наш® будет® на дальней
Даче въ понизовом® месте , понимаете ?

Эхъ, куда бы девать о т у дѣвчонку ? Да,
спрячше ее опять въ бричку !

Спешься

к т о иибудь, садись на коренную, а сам*
я провожу ее верхом* !«
Всё было сделано
казанія его :

по методе при-

полумертвую Александрии^

всадили въ брпчку ; разбойники разсыпалнсь

по лесу

отманивая

от*

добычи

атамана погоню; атаман* взметнулся на
быстрейшую лошадь и , готовясь поскак а т ь за бричкой , закричал* возничему :
»сворачивай въ сторону ! . . .«
Т о п о т * погони действительно с т а л *
утихать,

бричка

сделала

уже крутой

поворот* , вдруг* к т о - т о , невидимкой
стоявщій сзади брички, спустил* курок*
у пистолета своего, — в ы с т р е л * сверкнул* — и осветил*

Офицера ,

жениха

Алексаидрииы; кучер*—правитель брички , покатился съ козел*
Какъ слившіяся бурныя волны схватились

соперники

дращьсл на смерть •

но выстреле накликалъ погоню ; разбойнике

предвидЪлъ последствія

рану

и схвативъ

на

и нанеся

обмена, рапу лее ,

сжалъ каблуками бегуна своего и пропала,
въ т е н ё т а х ъ леса.
Упавшую въ обмороке Александрину
подхвати.іъ
свои ;

любезный

ся

въ

объшпія

когда она открыла глаза ,

опять

ужаснулась . . . чему бы вы думали ? . . она
увидела подле себя отца и Ивана ФараФотпьевича съ командой.
После уже, одинъ иа-едине, разсказалъ ей офицера,, чгао онъ, не признавъ
разбойника , наиллъ его вместо ямщика
везти ихъ венчаться; чгпо т о т ъ предупредилъ его ; жеыихъ Александрипы поздно приметилъ

ошибку свою

и только

успевъ послать уведомить ея родителей
о приключепіи, самъ притаился сзади повозки, обрекши жизнь свою за любезную,
впрочемъ, поступая осторожно, какъ мы
видели, потому чіпо онъ заметила, шайку
людей соперника своего, находившихся не
ЧАСТЬ

III.

18

далеко

ошъ повозки

и бывших*

всегда

в * готовности подать ему помощь.
»Теперь моя ли она ? . . . я избавил*
ошъ всякаго насилія и хищенія красоту
вашей дочки !«

спрашивал* Иван* Фара-

ФОишьевичь отца Александрины.
— Спроси у нее, братецъ, объ эіпомъ!
слава Богу, ч т о нашли - т о , а я было
струхнул* . . . отвечал*

этот*.

»Батюшка, батюшка!« — молящим*
голосом* произнесла Александрина , схват и в * руку его: »ужь лучше отдайте меня
тому разбойнику, чѣмъ этом . . .« пос.іеднія слова произнесла она тихонько.
— Насильно миль не будешь! — один*
произнес!,, а другой подумал*. Иван* ФараФонтьевичь съ т е х * пор* обратил* оглобли
нежности своей къ бывшей Княжне Лизе.
Желанье Александрины наконец* увенчалось супружним*

венцомъ

съ милым*

предметом* любви ея.
Остальная
харки

участь

разбойника

известна читателям*.

За-

Истязай-

наго неведомыми, когтистыми лапами, похоронило между могилами самоубійцъ близ®
оврага ; но когда его могила провалилась
о т ы с к и в а т ь дно свое въ самый

овраг® ,

говорят® , не нашли т е л а грешника , а
валялась в® гробу одна к и с т ь окостенелой руки его, сложившей пред® смертью
т р и псрспіа

для огражденія буйной

го-

ловы крестным® знаменіемъ : только ее
нечистые не смели изщппать

въ клочья

и разнести их® по белу с в е т у ;
спорят®

наперекор®

другіс

первому и з в е с т н о ,

чшо товарищи елдвнаго разбойника, от®
которых®
Лизой ,

онъ о т с т у п и л с я

прослышали

гоняясь

о прйключепіи

за
его

и украли т е л о его въ память себе. Тихоне

Сысоевнчь более

верит®

первому

слуху.
Я разсказалъ только поведанное мне;
мы

простились

вичемъ ;

с®

Тихоном®

добрый п у т ь ему —

койной ночи !

Сысоенам® по-

.
18*

,

ШЖШШ

1

»

»

І

І І Р А З Д Н И К Ъ М Е Р Т В Ы Х Ъ , ИЛИ ТАЙНА

могилы*
Почти во всем* передразниваем* мы наших* предместников*, праздновавших* на пиру
жизни въ свою пору ; нас* сменяют* потомки — и откликнутся т е м * же; смесь комедій
и драм* непрерывна в* рамах* жизни

Полдень.

Кончились

вечера

мои съ

уходом* Тихона Сысоевпча: ночь опустила на пнхъ завесу свою; б у д е т * ли разс в е т * , не знаю ;

прогулки мои прекра-

т и л и с ь по—скому кладбищу, a one имели для

меня неизъяснимое

удовольсшвіс

н даже пользу, потому ч т о я помирился
съ мыслью о смерти, ближе познакомился съ жильцами міра неведомая.

Т^къ мечтала, я сидя въ кабинете
и разглядывая перстень свои,

который

былъ сделана, но собственному моему рецепту

изъ чугуна

на золотомъ

исподе

Ii съ серебряною бляхой сверху, на коей
изображалась
лова ,

символическая

подпертая

Адамова го-

иода, самое горлышко

кроешь на-кресшъ

сложенными костями

какъ ленточными бантами.

Только ч т о

пробило двенадцать часовъ пополудни,' я
открылъ

окошко

—

раздался

ресоръ , появились экипажи :

рокота,

карета за

каретой , коляска за коляской , дрожки ,
одноколки и еще невиданный никѣмъ доселе возока, , которому и имени определишь я не умею ,
безколёской

,

а просто

назову его

потому ч т о она, сосіпоялъ

изъ какого-то ящика безъ крышки, прнвязаниаго

къ двумъ

дило еще

на колыбель,

торой были лошади.
монія ? подумалъ я.
гребальный

лошадямъ

и похо-

няньками у ко-

Ч т о э т о за цереНеужели опять по-

променадъ ? . . Ч т о

за похо-

роны, да за мертвецы ? мадоѣ.Ш

Я IÎ

позабыл®! спасибо, ч т о напомнили добрые
люди : въ эгпотъ депг. былъ Семикъ, но
совсем® не такой, какой представляется
въ

театре

под®

Марьиной роще ;

Фирмою

гулянья

въ

т о былъ заправской и

о т к р ы т ы й Семикъ ,

въ

кошоромъ

все

принимали учаісіпіс: mo е с т ь все были и
зрителями
обмен®.

и действующими

лицами на

Чгпо ни говорите , а жизнь за-

манчива, подумал® я, и наскоро одевшись,
какъ піробуещъ ирнличіе, если не мода ,
отправился вмешаться въ тіФаптерную
толпу

гуляюіцихъ или

лучше сказать :

спешивших® г у л я т ь .
Ф у т ы , Боже

мой , каким® Фруи-

томъ ѵ вытягивались

по тротуарам® бе-

резки, привязанный къ тумбамъ! Московские жители старые и малые: съ т р у б ками и сигарами , кульками и узлами, въ
которых® находилась и к у т ь я , какъ после узнал® я , стремились

к® Крестов-

скоп з а с т а в е и вышодъ в® нес поверты-

вали влево: одни изъ ннхъ бросались прямо въ угаръ гулянья, друііе р.ссыпались
по Лазаре пому

кладбищу

поминать сродииковъ,

отыскивать л

друзей

всехъ православных* христіанъ.

свонхъ и
Знаеіпе

.IM вы, ч и т а т е л и , ч т о э т о обыкновеніе
ломиновешя,

особенно

въ день Семика ,

ведется у насъ па Руси нзстарп? Ие пускаясь въ подробности И с т о р і и , я вамъ
разскажу ч т о знаю.
Сеиикъ вероятно получил* названіе
свое о т ъ седьміщы недель, прошедших*
после Пасхи; встарнну праздновался онъ
характернее :
тотчас*
тели

бывало

после обедни

отправлялись

вершать

въ

эпютъ

Московскіс

день
жи-

въ убогіс домы со-

помнповеніе.

Церковь

убогаго

Лазаря перенесена теперь съ Убожедомки
за валъ, въ предместіе Марьиной рощи;
п о л е т * за с т о предъ симъ т у д а çmpeМІІЛІІСЬ

ковъ

всѣ о т ы с к и в а т ь
своих*

и

трупы

могилы сроднинепогребенные

еще, накладенные повалкой въ какой ші-

будь обширной погребицѣ,

ізъ подполье,

куда стаскивали зимой умерших* насильственною смертію; тамъ чшшлн покойникам* добрыя поминки, т о е с т ь служили по
них* панихиды , потом?, плакали

;

пили,

ели на могилах* к у т ы о и рыдали. Э т о т ? ,
день

назывался

праздішкомъ

мертвыхъ.

По совершоніи обряда этаго, отдав?, честный долг* отцам?, и братіямъ, отправлялись

деды

Протеку,

наши обмывать

рукн

въ нынешнюю Самотеку,

въ

и по-

сле, когда на сердце ихъ отлегало , начинался праздник?, живых*

послеобеден-

ный, нторый період* Семика.
Въ особенности молодые люди сходились на живом*, Москворецком* мосту
или на берегу Яузы близ* Спаса ч т о в *
Чигасахъ : т а м *

плели

они цветочные

венки, пели раздольный пѣсни: подъ липою
и другія, после кумились, т о е с т ь целовались

сквозь венки

и бросали их?, в?>

воду. . . . Венки плыли раскачиваясь

и

ч у т ь зыблясь па пеленах?, волн?, — мо-

ЛОДЦЫ II молодицы
стальными взорами —

следили

ИХЪ

прн-

они загадывали о

будущей судьбе своей: если вѣпокъ приставала, ка> берегу — э т о означало, ч т о
тотъ

или гпа, к т о бросила, его, б у д е т е

ж иве текущий года,; еслижь веиокъ, колыхаясь, уносился оіпъ взоровъ пха, ,

—

предсказывали загадавшему дальний п у т ь ,
разлуку, чужую сторону и пр. ІІаконсць
если венокъ совсема, іпоиулъ — э т о означало, но мыенію старожилова,, непременную смерть загадавшей особе. Тогда девицы забывали п е т ь веселые припевы свои и,
облокошясь о нерилы моста, задумывались,
поверяли

пам/ппыо роковую святочную

песню и роняла слезы въ волны реки
Иногда пробуждала ихъ ка, весслыо игорная, разукрашенная самоцветными лентами березка, на которой вились и полоскались Флагами платки и дребезжали осиплыми звуками бубенчики, когда запевало
съ гордою миной преда, началом?» закатной
песші своей вешряхивалъ березкою, с т о я

посреди хоровода, свмшаго изъ молодцов*
H молодиц* въ перемежку.
Теперь всё изменилось: г д е - т о
дальней части

Россіи откликается еще

старина , но только
динами ;

въ

къ намъ

между

вместе

простолюсъ модиопо-

кройиымн костюмами привились н другіе,
чуждые правы.
Съ полуденъ уже двигались къ Марьиной роще сёмейиыя толпы гулякъ: иные
нзъ нпхъ пировали сидя

за самоварами ,

какъ на бпвакахъ; они бы живо могли напомнить

собой

11 и xi. народов*,

кочующую

жизнь дрсіг-

еслибъ не мешали эгпой

нестройной картине

юбки под* парасо-

лями H жснскіс голоса, перекрики вающіе
самых* птиц*. Впрочем* э т о была только
мѣлкая шляхта гулявших* , пргехавшихъ
в * рощу

на шшберахъ

;

высшій

том*

раздавался съ в ы с о т ы к а р е т * , лоидо я
колясок*. Въ роще раскинуты были т о гда и балаганы съ акробатиыми и «іюкусъ-

покусиымн представлеши.чи ; у тракпшравъ злилась самая

отчаянная

музыка- ;

лошади ржали; разпоишки кричали; одни
только подземные поселенцы , до к о т о рых®, может® б ы т ь , т а к ж е достигал®
хаос® шумного гулянья,

молчали

и ко-

варно подсмеивались пад ь нашею братьею
живыми.
видель

И какой

контраст® :

я сам®

как® па кладбище горесть

не-

которых® о потере любимаго предмета
разливалась

слезами —

и вдруг®

рыдд-

ііія ея заглушались дребезжаньем®

комс-

діаііпшаго барабана
омнешься ,

поневоле

поневоле
и

раз-

заплачешь ! . . . .

цепь окр пажей, блестящих® лаком® п нарядною поклажей, растягіівалась час® от®
часу всё длиннее и длиннее; между ними
пролотывалн иногда, галопируя, Московскіе данди

съ хлыстиками; они присталь-

но лорнировали содержите экипажей, какъ
таможенные

пристава

путешественни-

ков®. Я посмотрел® на всё э т о мимоходом®: представленіс однообразного разно-

образія, (если"позволите т а к ъ выразиться)

наскучило

мне.

Я

заішмалъ

самый

выгодный п о с т * , сидя па могильиомъ камин Немецкая кладбища, которое, сами
з н а е т е , находится на нрипорѣ

гулянья.

К с т а т и об* иемъ : поверите ли ,

піаме

ирахъ разных* Карлов* Іхарлычей,

Ѳедо-

ровъ Ѳедоровичей

, Иванове

Иванычей

Крнстинов'ь Кристиновичей

и

сохраняется

не одно уже сгполетіе ; на камнях* вырезаны Слова ч у т ь не длиннее покойных*
носов* ихъ . . . . но не воротимся къ гулянью ,

потому ч т о

я возвратился

с*

него: удовольствіе мое остыло съ перваго нріема

впечатлений ,

восторг*

с т о озяб* , ноги устали . . . .
въ

глубь леса к *

про-

Я пошел*

Останкинской

доро-

ге. Везде за мной и предо мной вились и
развивались,

догоняли

воспоминания . . . .

и обгоиялп меня

в * слух* палили

шанные голоса ликующих?,
шорнъ il свирелей

и звуки вол-

. . . .
ч

сме-

,'Л'
Ä

h

f

Вечеромъ

лучшее общество гуляю-

щихъ , т о е с т ь выжимки народа , э т о й
небольшой, кометной, рощинскои республики ,

закипели головами ,

салгнанами и

страусовыми перьями въ палаткахъ, койгде уже сверкали огоньки между темнозелеными иолами Форменныхъ дрсвесиыхъ
плащей , перемена декорацій понравились
мне более. Скоро взоры всехъ залакомнлъ
Фейерверк!,,—пошомъ стали разъезжаться , визитёры.
Лъ.помъ

Марьина

роща никогда

не

п у с т е е т е , но истинно щеголяете т о л ь ко въ день Семика ;

прочіе праздники н

будни проаождаются тамъ х о т я раздольно, но бедно, относительно чинныхъ гостей: кочующее племя цыганокъ, купцы,
распогпевшіе о т ъ настойки и чаю, прпказпые с?, половинами своими и безъ оиыхъ,
какой нибудь залещпый, нногородный о т рывок?, , рыцарь

ИЛЫПІКІІ

,

Бухарец?, и

Армянине , Персіянинъ и Гречанйнъ возделыватель чарующей помады изъ жира,

мбзговъ, и ваксы чупть ли ие изъ копоти
вздохов® Франтов®, влюбленных® въ мелькающие

силуэты рощинскихь

принцесс®

и пр. и пр., даже воздух® там® бывает®
редко чисгпъ, за гпо почва земли, быгпь
может®, плодоносна . . . .

Полной

ь.

Наступила уже глубокая,
ная

ночь ;

я удалился

всйомнилъ замечаніе
что о полуночи ,

царствен-

на кладбище

Тихона

и

Сысосвича,

приникнув® ухомъ

к®

могиле , можно слышать отклики усопших®

душ®.

Тогда я былъ въ таком®

расположеніп д у х а , ч т о решился исполнить давнишнее иамереніе свое — и облокотись на камень,
свежей

прилег® на ч ь е й - т о

могиле, только

что устланной

дерном® . . . . тма сгустилась около^меня,
мелькаюіціе памятники казались мне скелетами ,

а великорослыя

деревья пред-

ставлялись разными Фантастическими призраками ;

по я отогнал® огпъ себя при-

чудливыя, прндмрливыя мечты избаловаинаго воображснія . . . . и приник*
гиле ,

чтобъ у з н а т ь ,

къ мо-

выкликнуть изъ

нес тайну, разгадку жизни, мысленно сделав* заклинаше могильным* тепямт
мечты мои сливались, какъ облака, однообразный ш е л е с т * ветра , этой музыки
природы, навеял* на меня сильную дремоту,

нега теплаго , благорасшворепнаго

воздуха баюкала меня , я уже представлял* собой подобіе мертвого . . . .
вижу :

МОГИЛЬНЫЙ

вдруг*—

дернъ сдвигается съ

Квартиры одного покойника, какъ диванная подушка, гробовая дверь откидывается
подобно сюрпризному тайнику детской игрушки н предъ мною быстро выросіпаешъ
скелет* въ трехугольной шляпе, въ белых* лайковых* перчатках* и при шпаге,
он* слегка кивнул* мне костяной, оседланной головой своей — и приложил* высохший палецъ къ

отпавшей нижней че-

люсти; я, удивленный, но не испуганный.
Подумал*,

что

на

том*

свете

вошло

въ моду делать ручкой и отвечалъ ему
гпемъ же.

»За чемъ вы меня вызвали ? не хоігпіте ли иметь толкователя и путеводителя по подземиымъ палатамъ нашимъ?
H у насъ е с т ь свои картшшыя галлереи!
Ведь вы, живые, слишкомъ любопытны:
собираете

букашскъ на булавки,

оты-

скиваете дальнія страны с в е т а , анатомируете

подобныхъ себе — и всё еще

бедны познаніами, какъ наша братья т е ломъ . .

отнеслась

ко мне

худощавая

Фигура.
—

Позвольте иапередъ спросишь, съ

кемъ я имею Чссшь говорить?—отвечалъ
я скелету своимъ вопросомъ.
»Бывшін Каммеръ-ІОгікеръ

какъ ви-

д и т е , а настоящих дежурный по своему
отделенно :
мать

нынче моя

новопоселеіщевъ

очередь
въ

наше

приниобита-

лище и размещать ихъ по кварпшрамъ!«
вытянувшись чинно нроговорилъ мне покойнике заикаясь, потому ч т о у него ие

было языка : какіе-гпо чудные звуки вылетали изъ груди его.
— Я бы хотел® знать прежде всего,
милостивым государь ,

что чувствуешь

человек® при последнем® конце своем® ,
заглядывав
гилу ,

уже одним®

H что

глазом® въ мо-

после ? . . В ы

испытали

уже э т о . . .
»IIa первое скажу вам® : разверните
памятную книгу жизни своей, поверьте
итоги добродетелей и грехов® своих®, н
если ві.і учились

Ариѳметикѣ ,

т о по-

средством® простаго сложепія разрешит е задачу :

можно ли и должно ли вам®

бояться смерти или встречать ее, какъ
усталому путнику мягкую постель под®
заботливою сепыо ; ч т о же касается до
последняго, т о эгпо легко себе представить

можно :

отрубите

хоть

палец®

свой и бросьте его въ огонь или въ воду: чувствует® ли онъ что нибудь? тоже и труп®, оторванный оіпъ души! ,.<в
ЧАСТЬ

III.

19

—- Какъ! •— прервалъ я его — разве
вамъ не душно

въ тесной

Скелете улыбнулся;

могиле ? —•

мне показалось,

что лице его сохранило еще на себе некоторый черты; только не заметно было на немъ накипи страстей, которыми
особенно отмечиваютса

некопіорые изъ

ЖІІВЫХЪ.

»Разве может?, б ы т ь душно младенцу въ утробе

матери ,

въ

колыбели,

или въ объятіяхъ ея ? Земля — близкая ,
родная намъ мать :
мы въ гостяхъ

ея дарами питались

у жизни

—

ея кровь-

вода поила насъ — и мы опять возвращаемся къ ней: иные рано, засветло, другіе, запоздалые, бредутъ Ощупью въ сумеркахъ . . . . т а к ъ въ нашей

опочиваль-

не проходите похмелье жизни, душа опхрезвиіися . . .

. .«

—ІТо если изъ кого нибудь в ы л е т и т е
она не белым* голубем?, ? —

»Тогда псплачегпся иа самое себя, т о г да черный коршуне, с о в е с т ь ,

впустите

в7> нее к о г т и свои и . . . . но, повторяю:
вы, живые , слишком* любопытны , я и
так*

много высказал* ;

поведанным!,

мною

поделитесь за-

съ подлунными жи-

телями: дальнейшее у з н а е т е сами за порогом*

ЖИЗНИ

.

.

.

.«

.— Благодарю васъ, Г . Каммеръ-ЮнкеръГ — сказал* я ему, пожимая руку его
т а к * сильно, чіпо все к о с т я н ы е сосгпапчнки его заговорили—вы успокоили меня о т носительно mort т а и н с т в е н н о й урны, изъ
которой вынимается жребій наш* ; т е перь я вижу

еще яснее , ч т о о т *

нас*

самих* з а в и с и т * выслужишь полную пепеію б л а ж е н с т в а ,

половину ,

четверть ,

или совсем* ничего ! —
»Имеішо-съ, въ вашей жизни господствует*

мельница судьбы, непостоянная,

переменчивая , Флюгерная, какъ т е чуп-

cmisa, кошорыя называются у васъ дружбою и любовью , зависящая о т ъ дохновснія в е т р а — случая; у пасе жалованье
по заслугам® . . . .«
—

Примите же мою благодарность

от® полной души !

—

»Хорошо-c®, пожалуйте табачку,...«
скелет® жадно схватил® двумя костянками своими изъ моей табакерки щепоть
свѣжаго

Французскаго

табаку,

только

чшо купленнаго мною в® магазине Дазера;
но вспомнив® , ч т о ему нечем® н ю х а т ь ,
он® розпял® пальцы — и тяжко вздохнул® —
—

только об® одном® носе. . . .
Посмотрите

какое

сделали вы на меня ! —
я не боюсь васъ ни мало.

впечатлите

сказал® я ему:
—

Скелет®, казалось, обиделся. »Помилуйте!« отвечал® онъ укоризненно: »разве я какой уродъ? я быль красавцем® в®
свое время , много делал® побед®, жаль,
чшо сгнил® мой золотой мундир®. . . Mo-

жешъ б ы т ь ,

па ваши глаза и пс пока-

ж е т с я к т о нибудь
ши . . . в о т ъ

изъ насъ , а на на-

посмотрите — теперь на-

стало время проветривать косточки моим* соседамъ

и соседкам* . . . какія изъ

них* е с т ь прехорошснькія, впрочем* мы
здесь не иаблюдаемъ различія пола
но е с т ь и іпакіе, какъ бы вам* сказать,
подсудимые за особенные прсступленія
В е р и т е ли вы переселенію душ* ? Туіпъ
такая смесь ! . . .«
Я взглянул* в * т у сторону,

куда

п р о с т е р т * был* костяной, палец* моего
толмача — и увидел* дпвпыя явлеиія выходящих*

пзъ

могильных*

ни-сь т е н е й , ип-сь с у щ е с т в * ,

калиток*,
желавших*

проветрить косточки свои: сперва предс т а л ь пред* мои глаза с к е л е т * поменее
иерваго ростом*, разумеется совершенно
обнаженный, по въ модной прическе, на
черепе его лепились огромныя букли , а
длшшыя

шпильки ,

закалывавшія ихъ ,

проходили
его :

въ самыя глазныя

оіп, держалъ

скважины

пред?, собой осколо-

чекъ зеркальца ; толмач?, мой не забылъ
еще своего каммеръ-юнкерсшва : он?, учт и в о подлетелъ

къ новоявившейся

Фи-

гуре и, подав?, ей руку, выпроводилъ ее
на чистую поляну, погпомъ возвратился
ко мне и сказал?, :
Немецкаго Двора ,

»это одпа

Фрейлина

о т с т а в н а я , какъ ви-

д и т е , без?, мундира ; она проживала вт>
нашем?, о т е ч е с т в е ;

бывало мы съ лею

хаживали польскій рука в?> руку, но э т о
одно только грустное

воспоминаніе....

жаль, ч т о не изъ чего в ы ж а т ь слезу

«

— И по смерти всё т о т ? , же !

—

подумал?, я.
Скоро развернулась панорама прогулки из?, разныхъ

лиц?, ,

похожихъ

и не

похожнхъ на безносую Фрейлину и т о н конога го Каммер?,-Юнкера: у иныхъ вмес т о эубь иъ челюстяхъ вставлено было
по пиле, на глазных?, гнездахъ лепились

очки; ужь къ какому классу людей можно было ихъ отпесіпи — не знаю. Ииые
головы свои несли
Картузы

подъ мышкой ,

или балыіыя,

мятый

какъ

шляпы

(Claque), а вместо ихъ в о т к н у т ы были
на плечахъ
Прутьевт. ;

ихъ

простые

некоторые едва

голики

изъ

перевалива-

лись, какъ откупщики съ тяжелыми ношами

брюшныхъ

привесковъ ,

двигаясь

лениво, и поднимая шо п і у , т о другую
йогу, ковыряли косточками ихъ въ зубахъ
своихъ

за пепмепіемъ

или зубочистокъ

Или карманов* куда бы класть ихъ: верно они встарииу были большіе охотники
покушать ; иные зевали еще не выспавшись, или не проспавшись, во всё опіверс

т і с сквознаго р т а своего :] смешно бы-

ло с м о т р е т ь на у ч т и в о с т и ихъ, которыми они угощали другъ-друга, потому ч т о
иирояшно встречались между ними и знакомые. Впрочемъ, казалось, они строго наблюдали патріархалыюе равенство между

собою : почему з н а т ь ,

чгпо вогаъ здесь

прохаживался курсивным® почерком®

не

вельможа ео звездой на груди, а за ним®,
или еще впереди его ,

не йзвощикъ

со

значком® на спннѣ. . . .
У них® верно было назначено
бенное

гулянье в®

день

или

осо-

въ

праздника мертвых®, потому-то

ночь
мину-

т а от® минуты проявлялось ихъ более :
они перемешивались между собою , как®
въ кадриле, и менялись новостями изустными, потому чшо къ шгаъ
гали

газеты.

Новый

недости-

собеседник® мой

устал® уже диктовать мне звавія переселенцев®; вдруг® представилось мне явлепіе

совсема.

се : поскакали

въ другом® роде,
лягушки.

»Это

и вкубывшіе

танцмейстеры и балетмейстеры !« продолжал®

мой проводник® : »видите как®

они до еихъ пор® еще наблюдают®

ка-

данс® под® чирликанье кузнечика (чшожі>

«

делать если здесь нешъ другой музыки)
и прыгают?, въ іпактъ. . . .«
По ночному воздуху посыпались разный насекоммя: загудели пчелы, шершни,
шмели и трутни: »это литераторы! бабочки — писатели сладко-горкихъ элегій ,
жиденьких?» водевилей, бисквитныхъ мадригаловъ и чувствитсльныхъ

КОПФСКІП-

ных?> билсіпцевъ ; пчелы — историки ;
т р у т н и , болотныя піявки и слепни —
догадайтесь сами к т о . . . .
тились

далее суе-

муравьи : это добрые,

любивые земледельцы

трудо-

и вместе съ ни-

ми тунеядцы — комары . . . . Поползли
раки: — вхвастлнвые храбрецы, гіятящіеся

ошъ

опасности

нору,

только длинные

куда нибудь

въ

поросты усовъ

ихъ шли авангардомъ передъ ними , . . «
Скелетъ смолке.—Вотъ какое персселепіе дуиіъ ! — подумалъ я.
Все виденное мною путалось , сцеплялось предъ глазами моими , превращаЧдсть Ш.

лось, свивалось, развивалось, — пу точно Представлялись маневры иоваго изобретения. Я замечтался . . . . вдруг*

пре-

звопко и преголосисто запел* где-то пет у х * — т е н и заколыхались, заредели и
будто разсѣлліісь легкими слоями

дыма.

Я прошеръ глаза, дозорливо обвел* ими
окрестные предметы — уже иепіъ никого; вокруг* меня одни безмолвные свидетели виденіГі моих*, вдали разгоралась
утренняя заря, и, казалось, само кладбище оживало , вспыхивало пурпуром* огней ея.

Вся роща

молчала , роса поила

землю, г д е - т о благовестили къ заутреням* . . . . настал* торжественный

час*

лро&ужденія природы ! . . . .
»Чспожъ э т о такое?« спросил* я у
, самого себя: »сон* или явь ? . . . . «
О т * чего же э т о иногда встречаясь
кой с * кем*

знакомым*

и незнакомым*

на балу и иа гулянье и всматриваясь въ

*

суматоху народную , невольно вспоминаю
л о переселеніи душ® а мысленно вглянувшпсь въ пидѣніе т е н е й — сравниваю
»
—
их® съ ЖИВЫМИ ? . . . .
Авось

когда

нмбудь

всеми ! . . . .

К. ü II Е Ц Ъ.

увидимся

со

2011147333