Российская Академия наук
Инстичут Российском исюрии
Национальный Совет Исследовании Hi jcihh
Римский универсикч Ла Саиьенпа
Accadenua deite Scieiize di Rush a
Istitnto di Stona Russa
Consiglio Nazionale delle Ricerche
llniversita di Roma La Sapien? i
РИМСКО-КОНСТАНТИНОПОЛЬСКОЕ ПА( )1ЕДИЬ
НА РУСИ:
ИДЕЯ ВЛАСТИ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ НРАК1ИКА
IX Международный Семинар исгорическнх нес ыдонанни
От Рима к Третьему Риму
Москва, 29-31 мая 1989 1
L'EREDHA ROMANO-COST ANTINOPOL11 ANA NEU A
RUSSIA MED1OEVALE:
IDEA DEL POLERE E PRAIICA POL1HCA
IX SeiHinirto Intern uionale di studi storm
Da Roina alia Cetin Roma
Mosca 29- 31 iniggio 1489
Mocl. til 149a
042(02)1
Редколлегия:
член-корреспондент РАН АН. Сахаров (ответственный редактор);
профессор П. Каталано (ответственный редактор);
профессор П. Синискалько;
доктор исторических наук Н.В. Синицына;
кандидат исторических наук Л.Е. Морозова (ответственный секретарь);
кандидат исторических наук Л.П. Колодником,
Р. Газбарро
Рецензент: доктор исторических наук Б.М. Клосс
Редактор: Г.Д. Капустина
Перевод: кандидат исторических наук С.И. Лучицкая, Р. Газбарро
Компьютерная верстка: Е.С. Алексеев
ISBN 5-201-00581-0	© Институт российской истории РАН, 1995 г.
ОТ РЕДКОЛЛЕГИИ
В сборнике содержатся материалы IX (московского) Междуна-
родного семинара исторических исследований “От Рима к Третьему
Риму”, обсуждавшего тему “Римско-константинопольское наследие на
Руси: идея власти и политическая практика”. Он проходил в г. Москве
29-31 мая 1989 г. и являлся продолжением римского семинара этого же
года.
Тема московского семинара входит в общую тематику Междуна-
родного семинара “От Рима к Третьему Риму”, цель которого состоит в
изучении истории Рима, Константинополя - Нового или Второго Рима
и Москвы - Третьего Рима как важнейших политических, культурных и
религиозных центров и их влияния на окружающие страны и народы. В
концепционном плане задача состоит в выявлении общности, схожести
и различий в истории развития европейских государств, что позволяет
преодолеть существующие стереотипы. Историографические перспекти-
вы семинара - противостоять теориям, воздвигающим непреодолимый
барьер между Востоком и Западом.
Международный семинар “От Рима к Третьему Риму” был осно-
ван в 1981 г. по инициативе профессоров Римского университета
П.Каталано и П.Синискалько и при поддержке Национального совета
исследований Италии. С тех пор он стал ежегодным и проводится в ап-
реле, в дни легендарного основания г.Рима. Тематика, разработанная и
утвержденная на первом заседании, достаточно широка и охватывает
политические, культурные и религиозные вопросы в истории трех ев-
ропейских центров: Рима, Константинополя, Москвы. (Перечень ис-
следовательских тем помещен в сборнике материалов VI семинара 1986
г.).
Один из семинаров был посвящен проблемам терминологии, ко-
торые важны как для изучения истории возникновения того или иного
понятия, его употребления и “переводимости” в различных научных
школах.
Несколько последующих семинаров рассматривали политико-
правовые вопросы: “Народы и римское пространство: между правом и
пророчеством” - Ш, “Пространство и централизация власти - IV, “Рим
вне Рима: институты и образы” - V,
Начиная с 1986 г., в работе семинара появляются новые черты.
Расширяется тематика: наряду с правовыми и политическими, в нес
включаются культурные и идеологические вопросы. Кроме того, боль-
3
иге внимания уделяется Третьему Риму - Москве и славянским стра-
нам Поэтому продолжением Vl-ro римского семинара 1986 г стал
московским на тему “Рим, Константинополь, Москва, сравнительно*
историческое исследование центров идеологии и культуры в древности
и средние века’’ (Материалы Vl-ro московского семинара готовятся к
печати),
IX семинар стал вторым московским семинаром На нем вновь
обстж длись политико-правовые сюжеты, но уже в преимущественном
обращении к русской истории Ью цель состояла в выяснении степени
влияния римско-константинопольского наследия на развитие государ-
ственных институтов и политических идей на Руси в эпоху создания и
укрепления национального государства
На и сед ан и и семинара 1989 г произошла презентация сборника
документов по истории русской общественной мысли “Идея Рима в
Москве XV-XVI века", предварительное издание которого было подго-
товлено совместно учеными Римского университета и Института рос-
сийской истории РАН при поддержке Национального совета исследо-
ваний Италии Истории и целям создания этого сборника посвящена
открывающая сборник статья П.Каталано (Италия), руководителя рабо-
ты и ответственного за проведение семинаров с итальянской стороны
Более подробная характеристика сборника документов содержится в
статье Н В Синицыной (Москва) “Итоги изучения концепции Третьего
Рима"
Сложная и важная проблема терминологии ставится в статье
профессора Римского университета П Синискалько (Италия) “Термины
“пророчество”, “священство” и “империя” в начале нашей эры” Автор
последовательно рассматривает употребление каждого из терминов в
Ветхом и Новом завете и в сочинениях некоторых церковных писате
лей Основной вывод стагьи “Данные термины являются частью римс
ко-константинопольского наследия на уровне илей, практической влас-
ти над людьми и служения людям”
Несколько статей сборника посвящено византийскому влиянию
на различные стороны жизни Киевской Руси
В статье Н Н Лисового (Москва) отмечено, что уже в Х-Х1 столе-
тиях под знаком Софии происходило отождествление Киева со вторым
Иерусалимом или вторым Константинополем, поскольку освящение
первых христианских церквей приурочивалось к дате превращения
древнего Византия в Константинополь - Второй Рим Именно в разви-
тии идеологии София, премудрости (южней, по мнению автора в Ки
4
емкой Руси осуществлялось преемство философской иисториософской
мысли не только из Византии, но и от греко-римской традиции
Своеобразный подход к проблеме византийского наследства
предложен в статье А.М Высоцкого и Ф В Шелова-Коведяева (Москва)
На основе данных источников авторы реконструируют архитектурное
устройство первой церкви Апостолов в Константинополе и отмечают
черты сходства с ней во многих европейских храмах, в том числе и на
Руси • в Киеве и Чернигове, которые стали обрззцами для построек
сначала Владимира, а потом и Москвы
Статья А В. Назаренко (Москва) посвящена порядку престолонас-
ледия на Руси в XI-XI1 вв - одному из основных политических вопро-
сов того времени Автор отметил, что сложившийся порядок перехода
престола от отца к старшему сыну был в то время очень устойчивым,
поэтому все попытки Ассигнации окончились неудачей
Вопрос титулатуры рассмотрен в статье А А Горского (Москва)
Анализ источников позволил сделать вывод о том, чго наиболее древ-
ним (до конца XI в) был титул икаган”, которым называли "великих и
светлых князей” В Северо-Восточной Руси его заменил термин “вели-
кий князь”. Термин “царь” или “Цесарь” имел хождение лишь в лите-
ратурных произведениях, созданных под влиянием византийских образ-
цов.
Появление и эволюция печатей - важного правового атрибута,
прослежены а статье Н А Соболевой (Москва) Автор отмечает, что ста-
тус печати, как критерия достоверности документа, утвердился а С|кд-
невековой Европе под влиянием византийского канонического права
На Руси первоначально печать использовалась только как знак соб-
ственности, пломба Под влиянием памятников византийского права
(Эклога, Полихрон) печати приобретают к XIVXV вв правовые функ-
ции.
Другой аспект римско-византийского влияния на развитие рус-
ского права представлен в статье В Г Графского (Москва) “Представле-
ние о власти и законе в средневековой Руси римско-византийское вли-
яние” В ней прослежен процесс формирования русских памятников
права, например, “Русской правды", в которых отразилось, прежде все-
го, обычное право, представляющее собой совокупность правил и норы
поведения, идущих из глубины веков Византийское каноническое пре-
во стало оказывать влияние на русские памятники 1 ко после введе -
ния христианства
5
Ряд статей посвящен непосредственно теории “Третьего Рима”.
А.А.Турилов (Москва) обнаружил, что в южнославянских памятниках
теории “Третьего Рима” в законченном виде нет, поскольку небольшие
государства не могли считать себя наследниками Второго Рима. Однако
в некоторых памятниках, в частности в “Повести о Ксиропотамском
монастыре”, развивалась идея равенства с Византией в силу всеобщно-
сти “небесной благодати” и теория “Нового Израиля”, т.е. богоизбран-
ного зрода, согласно которой благочестивые болгары противопостав-
лены вероотсгупникам-грекам.
Д.М.Шаховской (Франция) обратился к генеалогическим корням
теории “Третьего Рима”, которые, по его мнению, были в русском са-
мосознании уже во времена Киевской Руси и наиболее четко отрази-
лись в “Слове о законе и благодати" митрополита Илариона. Однако
сама мысль о Москве как Третьем Риме, по его мнению, была навеяна
латинской политикой, желавшей включить Москву в сферу католичес-
кого влияния. На Руси эта идея была воспринята в эсхатологическом
значении, и Москву провозгласили священным городом, центром пра-
вославия, наследницей двух первых Римов, которые пали. Именно в
таком виде теория была выдвинута Фнлофеем и существовала в узком
кругу духовной элиты.
В Киевской Руси видит истоки теории “Третьего Рима”
С.А.Беляев (Москва). Он обнаружил большое сходство программы реа-
лизации “Теории Третьего Рима” Филофея с описанием деятельности
Владимира Святого и Ярослава Мудрого в “Слове о законе и благода-
ти” Илариона и “Повести временных лет”.
Сопоставлению религиозных и культурных традиций русской
православной и западных церквей посвящена статья архим. Иннокен-
тия (Просвирина, Москва). Автор обнаруживает общие генетические
корни в уставных текстах, созданных Сергием Радонежским и препо-
добным Бенедиктом. Расхождения же появились, по его мнению, под
влиянием различной окружающей действительности. Это и стало при-
чиной разделения на православие и католичество
В статье И.П.ЗбрициоЛо (Италия) исследованы путевые заметки
русского автора, входившего в состав посольства на церковный собор
во Флоренцию. Исследовательница предположила, что их написал свя-
щенник Симеон из Суздаля.
Смыслу термина “вселенная” в “Сказании о князьях владимир-
ских” посвящена статья Дж.Манискалько Базиле (Италия) Последова-
тельно разбирая каждое упоминание этого термина в Сказании, автор
б
пришел к выводу, что под вселенной в этом памятнике понимался
княжеский удел, отчина, а не весь мир, как в цитируемых библейских
текстах. Получалось, что на русской почве восточноримские термины
теряли свой первоначальный смысл и приобретали новым, исходя из
русского политического опыта,
“Погесть о зачал с Москвы” стала предметом исследования Л.Р.
Де Микелис (Италия), отметившей, что данный памятник - позднее от-
ражение теории “Третьего Рима”, Он возник среди раскольников в пе-
риод проведения реформ патриарха Никона, как напоминание об осо-
бой миссии Москвы - центра православия, призванной объединять всех
христиан.
Серия статей сборника относится непосредственно к политичес-
кой практике Русского государства XIV-XVII вв,
В.А.Кучкин Н Б.Н.Флоря (Москва) обстоятельно обследовали
представления тверских книжников XIV-XV вв о княжеской власти.
Оказалось, что княжескую власть они понимали как слепок с власти
золотоордынского хана, церковную власть ставили в полную от нею
зависимость, обоснованием прав на престол считали божественный ха-
рактер, наследственность, вотчинный характер владения. Все этн харак-
теристики потом были использованы московскими князьями для обо-
снования своих прав на владение всей Русью.
Проблему происхождения символов русской государственности
поставила, вслед за И.А.Соболевой, АЛ Хорошкевич (Москва), Непос-
редственным объектом изучения стала печать Ивана 111, датируемая
1497 г., которую принято считать первой государственной печатью. В ее
иконографии исследовательница обнаружила черты, восходящие к до-
монгольским временам (конник) и к периоду борьбы за объединение
земель (двуглавый орел).
Я.Н.Щапов (Москва) подверг тщательному анализу “Чин венча-
ния на царство Ивана IV”, восстановил историю его создания, обнару-
жил три редакции и датировал их. Все это позволяет более правильно
понять и оценить важнейший памятник политической мысли XVI в.
Статья М.Гардзаниги (Италия) дополняет исследование Я Н Ща-
пова “Чина венчания”. В неи основное внимание уделено библейским
словам и обрати, использованным в яом тексте (в его составной час-
ти - Поучении митрополита) Смысл питал, по мнению исследователя,
заключался в том, чтобы показать царю истинное значение его власти -
создать на земле царство правды и милости
7
Ч.Де Микелис (Италия) знакомите недавно найденным и еще не
опубликованным источником на греческом языке об Иване IV. Руко-
пись, которая была сделана для послов к константинопольскому патри-
арху Иоасафу в 1557 г., содержит подборку поучений Василия HI свое-
му сыну Ивану
Ряд статей посвящен представлениям о власти государя в XVI в.
Л.Е.Морозова (Москва), проанализировав сочинения Иосифа Волоцко-
го, Федора Карпова, Максима Грека, Ивана Пересветова, Сильвестра,
, Макария. Артемия, Зиновия Отенского, Андрея Курбского, пришла к
Выводу, что для большинства публицистов идеальной формой правле-
ния представлялась сословно-представительная монархия. Иван Гроз-
ный в своем учении о царской власти провозгласил “вольное самодер-
жество", т е по сути - деспотию, которая с помощью опричнины стала
реальностью. Однако репрессии и самоуправство царя привели страну В
кризисное состояние.
М. В.Дмитриев рассматривает представления о власти восточное -
лввянских релнгиотных реформаторов XVI в, и выделяет в НИХ не-
сколько течений: крайнее левое с идеалом безвластия и умеренное,
близкое к протестантизму
А. В. Чернецов обратил внимание на представление русских книж-
ников XVI в. о власти русских князей И обнаружил, исходя из анализа
миниатюр Лицевого свода, что они отождествляли ее с властью визан-
тийских императоров.
Статья В.Поджи (Италия) посвяшена анализу сочинения папско-
го посла Иоанна Павла Кампана об Иване Грозном. Данный памятник
содержит целый ряд интересных сведений о личности царя, его титуле,
одежде, троне, атрибутах царской власти, церемониях и обычаях при
дворе.
Еще одна группа статей относится к истории русской церкви
Е В.Белякова(Москва) по-новому раскрывает вопрос об учреждении ав-
токефалии русской церкви, цель которого состояла не в стремлении к
независимости, а и отходе от Константинополя, предавшего идеалы
православия. Темой статьи Е Б.Емченко (Москва) являются взаимоот-
ношения “священства" и “царства" на Стоглавом соборе. Исследова-
тельница пересматривает устоявшееся в историографии мнение о про-
тивостоянии позиций царя и церкви и доказывает наличие союза между
ними. В стаь.е С.Г.Якомнко (Москва) раскрывается малоизвестная
страница истории о существовании в конце XVI в. у римских пап плана
8
переноса патриаршего престола из Москвы в пределы Речи Посполи-
той.
Конкретному вопросу - процессу формирования сословий в Рос-
сии XV 1-Х VII вв. посвящена статья М.Е.Бычковой (Москва). Исследо-
вательница отметила, что, хотя в сочинениях публицистов и обще-
ственных деятелей этого времени Россия представлена наследницей и
продолжательницей идей и традиций Византии, в реальной жизни было
много заимствований из соседнего Великого княжества Литовского.
Значит, делается вывод, в сознании русских людей был определенный
разрыв между теорией и практикой.
В.С.Румянцева (Москва), проанализировав целый ряд памятни-
ков, выделяет образ Рима в русской книжности XVI-XV11 вв.
Завершает сборник статья А.П.Богданова (Москва) “Россия на-
кануне империи: политические концепции и реальность последней чет-
верти XVII в.и, в которой на богатом фактическом материале доказыва-
ется, что реформы Петра I и провозглашение империи было подготов-
лено всем предшествующим ходом российской истории.
Статьи сборника показывают, что основная тема “Римско-кон-
стантинопольское наследие на Руси: идея власти и политическая прак-
тика” была обстоятельно рассмотрена на семинаре. Основной вывод,
прозвучавший в той или иной форме в большинстве докладов, заклю-
чался в том, что римско-константинопольское влияние на Руси больше
сказывалось в области идей и теорий, нежели практической жизни, ко-
торая формировалась, исходя из реального окружения и конкретных
условий.
9
И.Каталано
НЕКОТОРЫЕ ОСНОВНЫЕ ЮРИДИЧЕСКИЕ ПОНЯТИЯ
29 мая 1986 г. — юбилейная дата падения Константинополя, и в
этот день мы собрались в Москве, чтобы поразмышлять о пути от
Второго Рима к Третьему.
Я хочу выразить свою признательность профессору А.П.Ново-
сельцеву, директору Института истории СССР АН СССР, профессору
А.Н. Сахарову — представителю советской стороны в договоре между
Академией наук СССР и Национальным Советом Исследований
Италии за организацию нашего общего семинара и за решение
возобновить по этому случаю нашу работу в Москве, Я хотел бы
передать всем присутствующим приветствие Мэрии города Рима и, в
частности, просиндика (первого заместителя председателя городского
совета Рима) Пьерлуиджи Севери. В этом году мы можем представить
нашим советским коллегам более определенный результат нашего
научного сотрудничества, а именно: сборник источников "Идея Рима в
Москве. XV-XV! вв.", работа над которым была начата в 1981 г. с
нашим коллегой В.Т.Пашуто.
А теперь позвольте мне кратко упомянуть о тех причинах, которые
побудили меня — юриста, а точнее, специалиста по римскому праву,
предложить это сотрудничество советским коллегам. Теми же
причинами я руководствовался в беседах с Н.В.Снницыной и
Я.Н.Щаповым в том, касается выбора текстов, а также с итальянскими
коллегами в том, что касается понимания принципов перевода
некоторых юридических и религиозных терминов.
1,	Наше намерение состоит в том, чтобы обеспечить
документальную базу для изучения преемственности институтов и
мысли, которые по пути от Рима к Константинополю — Новому Риму
и к Москве — Третьему Риму преодолевают государственные и
этнические партикуляризмы.
2.	Прежде всего необходимо способствовать восстановлению
исторической памяти юристов, гак как многие правовые понятия
10
утратились как вследствие разделения восточного и западного
христианства, так и в результате утверждения национальных государств.
Жан-Жак Руссо полагал, что для достижения вечного мира
необходимо в рамках "Европейской республики" предоставить особые
полномочия "императору римлян" и "императору России''1 . Однако он
указывал ла "римский народ" как на "образец всех свободных
народов"2 . Но это та же римская политическая модель, переработанная
Руссо, от которой господствующая буржуазия отказалась после
исчезновения того, что К.Маркс называл "воскресшим романизмом"
якобинцев и Наполеона3 Кроме того, буржуазная историография
разработала идеологию 'конца Римской империи", имеющую целью
восхвалять национальные государства и склонную отрицать
преемственность между Римом и Константинополем — Новым Римом,
а также противопоставлять две религиозные, юридические,
политические и культурные традиции — "западную" и ту, которую
называют "византийской" (термин с точки зрения исторической науки
произвольный и имеющий часто пежорагивный оттенок), Эта
идеология пытается свести на нет преемственность ПоЬтею tov Роцоюу
в Восточной Римской империи и превратить империю в западное
"государство", конец существования которого датировался бы 476
годом.
Юридическая наука должна освободиться от этого "west-euro-
peanism" и осмыслить право в контексте его понятий и принципов вне
силы государств Это представляется совершенно необходимым, если
мы желаем придти к новому пониманию единства Запада и Востока.
Историография восточноевропейских стран поможет внести в этом
направлении значительный вклад4.
3.	Изучение греческих и древнерусских текстов имеет огромное
значение для восстановления исторической памяти юристов. Благодаря
этим текстам мы сможем (на Западе) по-новому и верно понять такие
юридические и религиозные понятия, как пирсппш (paoiXsia, царство),
и romanus (Рьуга'ОС. римский, ромейский) Достаточно привести лишь
несколько примеров о пророчествах
1523 г. Псковский старец монах Филофей пишет ", яко вся хрис-
тианская царства прнидоша в конец и снндощася во едино нарьство
нашего государя, по пророчы-кнм книгам то есть Ромейское царство
Дна убо Рима палоша, а третий стоит, а четвертому не бытн. Многажды
и апостол Павел поминает Рим в послании, в толковании глаголет: Рим
весь мир ".
1560 г. Грамота Собора, в котором архиепископ Константинопо-ля
— Нового Рима -- и вселенский патриарх подтверждает венчание царя
(роилХещ; ) Москвы и всей Руси, вновь признает исключительную
компетенцию патриархов Рима и Константинополя венчать императо-
ров. В следующей грамоте вселенский патриарх, обращаясь к Ивану IV,
употр зияет титул (ЗасиХсос "православных христиан всей вселенной"* .
1589 г. "Грамота уложенная об учреждении московского патриар-
хата (решение было вынесено Собором “великого Российского и Гре-
ческого царствия”) передает слова архиепископа Константинополя —
нового Рима и вселенского патриарха: "...твое же, о благочестивый
царю, великое Росийское царствие, третей Рим, благочестием всех
превзыде, и вся благочестивая царствие в твое в едино собрася, и ты
един под небесем христъянский царь именуешися в всей вселенной, во
всех христианах...”.
4.	Римское самосознание строилось на юридических и религиоз-ных
аксиомах, которые оно в свою очередь питает благодаря легендам и
политическим действиям. Легенды сообщают о Рюрике, "от рода
римскаго царя Августа". В инструкции царя Ивана Грозного послу X
польскому королю (май 1556 г.) можно прочитать: “...государьство
наше Русское от начала особие съдержится нами, извечными государи
русскими, почен от Августа, кесаря римского и до Рюрика...".
5.	В приложении к сборнику русских текстов мы прибавили не-
сколько документов на латыни и немецком языке, выявляющих отно-
шение к русским князьям со стороны "вселенских властей", находящих-
ся на Западе. Речь идет о бреве римского папы Сикста IV, касающемся
истоков (1472 г.) "константинопольского наследия", а также о грамотах
императора римлян Максимилиана I. Эти грамоты важны для уяснения
юридической равнозначности терминов "царь" и “император" (мы не-
давно обнаружили латинский текст одной из этих грэмот в Испании)* .
Работа была выполнена в соответствии с тем направлением, которое
я изложил в Будапеште на конгрессе "Federation Internationale des
Associations d'Etudes Classiques" (Международной Федерации об-ществ
12
изучения классики 3-8 сентября 1979 г.)7, и была превращена в
совместное советско-итальянское исследование, благодаря быстро при-
нятым в период с 1981 по 1986 г. решениям В.Т.Пашуто* , а затем
С.С.Хромова*.
Инициатива создания этого сборника гекстов, родившаяся в рам-ках
исследований Римского университета “La Sapienza"1®, могла быть
осуществлена, в частности, в той его части, которая касается перево-
дов, главным образом, благодаря сотрудничеству коллег университет-
ского Восточного Института Неаполя, университетов Палермо и Вене-
ции11 .
Наши семинары начали свою работу в 1981 г., ко1да мы озмеча-ли
XVI столетие Константинопольского вселенского собора 381 г. Этот
собор назвал Константинополь Новым Римом, и между прочим, зало-
жил фундамент центрального юридического положения Константино-
поля и Древнего Рима (utraque Roma, “оба Рима”) в кодификации
Юстинианом Римского права. Именно в этом и состои! непоколебимая
база {церковная и светская) наших рассуждений о Риме, Констан-
тинополе и Москве.
Знаменательно то, что этот первый этап работы, отмеченный
публикацией Сборника источников об идее Рима в русской общест-
венной мысли, совпадает с датой празднования четырехсотлетия "Собо-
ра великого Российского и Греческого царствия'' (я употребляю терми-
ны грамогы об учреждении Московского патриархата). Мы рады, что
сборник опубликован по случаю четырехсотлетия учреждения патриар-
шества в Москве (май 1589 г).
В настоящий исторический момент, для которого характерны
экономический индивидуализм, национальный или этнический эгоизм,
полезно напомнить, что теория Третьего Рима, получившая свое офор-
мление в грамоте, четырехсотлетие котором мы отмечаем, основываешь
на пророческих словах на русском языке Лишь этот язык позволяет
определить взаимосвязь между понятиями "Рим" и "мир" (вселенная.
Мир), как это выразил Филофей, следуя комментарию к Посланиям
Павла. "Рим — весь мир ".
1	Лоихаеаи J.J.' ЕаДуяГ? Prtyel tie paix peipuiuelte &	ijbbe de Saint Pierre
(1761), // Oeuvres cumpthtes, 111, Pans, 1964 C 576 н < r
2
fteitosea* J.J Ргн wri sttr Pwigtfte el k’\ fwidcmtriK de i'i/tagtdfi. pmmt kfs hiunmes (/755)
// Oeuvres rotnpkttes с 1H, cm wk )*, е первый то» Cunirar Socidt
’ О понятии "воскресшего романизма * см. Маркс К. 18 брюмера Луи Бонапарта //
Марко К., Эеиельс Ф. Соч. 2-е изд. Т.4,
Ирмшер а своем сообщении 'Каря Маркс и Третий Рим', представленном не ТУ
Международном Семинаре Исторических Исследований "От Рима к Третьему Риму'
2) апреля 1986 г и опубликованном в IVтоме серии 'От Рима к Третьему Риму' — (а
пейот и) подчеркивал, как точно и выразительно Маркс оценивал a. 1853 г. идеологию
'взаимоотношений между Царьградом (Константинополем} н Москвой: см. Mew, 9,
с.П,234исл.
Analecta byzpntino-russlca, ed. W.RegeL Pempoll,1891 С.93, По поводу датировки
грамот (156! согласно Kegel) см. "СоттспЮ'аи fexte 19.
* Archive Genera! de Simancae (Valladolid), Secrelaria de Eitado, Legtfo 635, folio 4... Я
чрезвычайно признателен отцу Примитива Марины) (из Института юридических штук
Высшего Совета научных исследований,Мадрид), который успешно нравы это исследо-
вание — см. сообщение, которое он представил па IV семинар исторических исследо-
ваний "От Рима к Третьему Риму". Исследование в настоящее время находится е
стадии публикация (см выше Л* 4).
1 Catalano Р, "Fin de i’Emplre remain* Un probhane Juridicortligleux" Actes du VJfame
Congna de la F. I. E. С., II. Budapext, 1983, С.123 и сл. So вступительном докладе на
международном коллоквиуме, преходившем по Случаю 450-й годовщины коронации
Карла V "imperator Romanorum" в университете Сассари (21-22 XII.1980 г.) 'Alcuml
ivihippt del concetto giuridico di "imperium populi Romani" // Studi Saetareii lerie III.
mi Vlll. 1980-198}, с.57 и сл. содержится углубленный анализ понятия 'империя' (в
противоположность понятию 'государство"). Исследование было затем включено в
исследование Римском университета "La 5ар!ены', лосеященное теме "История»-
религиозные и юридические аспекты идеи Рима. Традиция и революция*, (цитируемые
выше статьи также опубликованы в серии "Da Roma alia lerga Ляпа* Studi 1,
Napoli, 1983. С.543 и сл. Napoli,1986, С. 649 и сл.
* в октябре 1981 г. я обратился к профессору В.Т.Пашуто с просьбой принят* учасязие в
подготовке сборника русских документов (на языке оригинала и в итальянских перево-
дах!, касающихся теории Третьего Рима и включающего тексты о римском и
константинопольскпм происхождении власти русских карей. В своем положительном
ответе (письмо от 14 января 1982 г.) наш советский коллега предложил озаглавить
сборьшк “Идея Рима в Москве" (или же * русской общественной мысли"): аи считал,
что было бы целесообразно Я яодготовлепный мною список включить другие тексты и
разделить сборник на две части- первая часть, включающая тексты 0 генеалогии
русских князей как преемников императора Августа а о преемственности с Римской
империей (внлючая и источники о чинах веичания). вторая Часть, посвященная
14
пикапам, касающимся теории Третьего Рима. В. Т Пашуто внес, таким образам,
решающий вклад » разработку настоящей структура данного сборника. Я такая с
эмоцией вспоминаю его предложение написать нам вместе вводные статьи на русском
и итальянском языках, S там же году он был вынужден по состоянию эАзровьл
отказаться от участил во встрече, которая должна была происходить в Римском
университете, и вносил через И.В.Синицыну и Я.Н.Щапова дальнейший вклад в опре-
деление формы и содержания данного сборника. S своем последнем письме (12 мая 1983
г.) он вновь подчеркивал "наши общие интересы в будущем издании, посвященном
проблемам Рима".
7 июня 1986 г. в Москве в качестве заведующего первой кафедрой римского права Рим-
ского университета “La Saplenw” я подписал вместе с директором Института
истории СССР АН СССР профессором С.С.Хромовым “Проект протокола' совмест-
ного исследования "Рим, Константинополь, Москва: традиция и новаторство *
истории и в праве' на основе соглашения о научном сотрудничестве менсду Нацио-
нальным Советам Исследований Италии и Академией наук СССР Это исследование
получило одобрение со стороны компетентных органов, в частности, с итальянской
стороны Комитета по юридическим и и политическим наукам Национального Совета
Исследований, оно было включено в качестве "двустороннего семинара" « программу
деятельности и сотрудничества между Национальным Советам Исследований и ЛИ
СССР на 1988-1990 гг. Ответственным с советской стороны являлся А.Н.Сахаров,
заместитель директора Института Истории СССР АН СССР.
* Я ссылаюсь на исследование “Историко-религиозные аспекты идеи Рима' традиция и
революции’, которое я возглавляю вместе е Паоло Синискилько — заведующим кафед-
рой древнехристианской греческой и латинской литературы Римского университета
— "La Sapiens". В рамках этого исследования, начиная с 21 апреля 1981 г., комитет
под председательством Иоанна Ирмижра (АН ГДР) взял на себя инициативу
организации международных семинаров исторических исследований “От Рима к
Третьему Риму", институционализированных затем Римской мэрией (по единодушному
постановлению Совета от 22 сентября 1983 г )
С 1985 по 1988 г. в Риме (а в 1986 г. в Москве) состоялись многочисленные собрания,
в которых принимали участие советские ученые И В Синицына, Я И Шамов и
итальянские исследователи-нерево&шки Джанфранко Джираудо, Джованни Манн-
сколько Базиле, Итала Пип Эбрициало, а затем Джорджо Бароне Адези, Марвелле
Гардзанити и Лаура Ронки Де Микелис. Я вьегда принимал участие, иногда вместе с
коллегами Марио Капальдо (из университета г Салерно) и Паоло Сиянскалько в этих
собраниях, цель которых заключилась в выборе текстов, определение структуры
сборника и, главным образом, проверке юридических в религиозных пхжмпид,
переданных греческими, латинскими и русскими терминами
15
Н.В.Сюпашна
ИТОГИ ИЗУЧЕНИЯ КОНЦЕПЦИИ "ТРЕТЬЕГО РИМА- И
СБОРНИК "ИДЕЯ РИМА В МОСКВЕ"
Предпосылкой изучения концепции "Третьего Рима" в рамках
Международного семинара исторических исследований "От Рима к
Третьему Риму" является публикация сборника ."Идея Рима в Москве.
XV-XVI вв. Источники по истории русской общественной мысли",
предварительное издание которого представляется на настоящем IX
Семинаре. Оно содержит тексты на языке оригинала и вступительные
статьи. Полное издание, в которое войдет итальянский перевод, ком-
ментарии, краткий археографический обзор и Приложение, появится
несколько позже. Сборник документов и литературно-публицисти-
ческих памятников подготовлен группой российских и итальянских
исследователей, постоянных участников Семинара. Историографиче-
ская картина концепции 'Третьего Рима" содержи ^юль широкий
спектр произвольных толкований и свободных интерпретаций, что еще
в 1983 г. было принято решение издать подлинные тексты эпохи с
целью изучения первоначального смысла концепции и ее
исторического контекста. Проникнуть в "пространство ума" (выражение
Ермолая Еразма) средневековых мыслителей - такова была задача.
Критерий отбора текстов находился в русле основной мето-
дической предпосылки работы Семинара, в которой значительное
место занимают сравнительно-исторические аспекты, - сопоставление
лишь тех социальных, политических, правовых, религиозных,
идеологических феноменов, которые были связаны между собой
исторически. Поэтому, помимо собственно текстов о "Третьем Риме", в
сборник включены тс, которые составляют его ближайший
горизонтальный контекст. Разумеется, велико значение и вертикальных
связей, т.е. истоков и источников идеи. Но публикация соответ-
ствующих текстов потребовала бы слишком значительного расширения
объема, выходящего за пределы одного сборника. К тому же "источ-
ники” идеи можно обнаружить при ее широкой, точнее расширитель-
ной трактовке; в том специфическом и строгом смысле, в котором она
впервые сформулирована, идея является плодом оригинального творче-
ства Филофея Псковского, мыслителя XVI в , даровитость и образован-
ность которою отмечали столь рашые авторы, как В.О.Ключевский,
И Кириллов, А.Оглоблин и др. Ограничимся суждением В.О Ключев-
16
ского, назвавшего Филофея "мыслящим монахом”; "... в своих
посланиях, очень хороших по содержанию для XVI в., он смотрит
гораздо выше и видит дальше сотен современных ему русских
книжников" .
Другая методическая предпосылка Семинара - особое внимание к
терминологическим исследованиям, анализ терминов источника, в осо-
бенности правовых, политических и религиозных, также реализуется,
особенно при переводе текстов: ДжДжираудо и Дж.Манискалько Бази-
ле готовят специальный глоссарий к текстам сборника, его ключевой
лексике (Lessico giuridico politico е religioso della Russia del XV] secolo).
Современный исследователь, освобождающий средневековую
мысль от последующих интерпретаций, подобен реставратору, открыва-
ющему под позднейшими наслоениями первоначальную живопись.
Самой распространенной ошибкой в истолковании идеи
"Третьего Рима", глубоко укоренившейся, к сожалению, в историогра-
фии, является сведение ее к идее "византийского наследия" И - как
следствие - мессианистичсского призвания России. При этом и
"византийское наследие” трактуется подчас достаточно узко, сводится, в
свою очередь, к политическому содержанию.
Истоки или "предшествующие звенья" ее усматривают поэтому в
русских сочинениях о Ферраро-Флорентийском соборе, идеях, вызван-
ных падением Константинополя и браком Ивана III с Софьей Палео-
лог, освобождением от ордынского ига и тл, При этом не учитываются
два обстоятельства. Во-первых, идея простого "наследования" по отно-
шению к павшей империи была бы опасной н обоюдоострой: унаследо-
вав судьбу, можно было повторить финал. Многие вдумчивые публици-
сты эпохи заняты размышлениями о "вечности" и "иногоденстве" цар-
ства (Ф.И. Карпов), поисками гарантий его стабильности, которые обе-
зопасили бы его от повторения участи Византии (И.С.Перссветов). Во-
вторых. идея “византийского наследия’’ отнюдь не требовала вызывать
тень "первого" Рима, достаточно было ограничиться утверждением ми-
трополита Зоснмы. назвавшего В 1492 Г, Москву "новым градом Кон-
стантина". Не учитывался тот специфический смысл, который Филофей
придал понятии, "падения" старого, великого Рима; вопреки тексту
Фитофся оно толковалось как указание на гибель Древней Римской
империи под \лпрами варваров в V в.
Не отрицая значения и важности сочинений, созданных во
второй половине XV в., после падения империи и унии, надо тем не
менее сказать, что мнение из них Сити "стоком и источ, (ком для всей
полифонии русской общественной мысли XVI в., не имея исклю-
чительной, специфической связи с идеей "Третьего Рима* как таковой.
Одним из главных итогов исследования в ходе подготовки сбор-
ника был окончательный отказ от укоренения в XV в. идеи Третьего
Рима*, как и первоначальных вариантов генеалогии русских князей,
возводящей их к римскому императору Августу Были подтверждены
выводы источниковедческих изысканий А.Л Гольдберга, который дока-
зал, что концепция была впервые сформулирована не в конце XV в. и
нс в пределах второго десятилетия XVI в , после присоединения Пско-
ва (так ранее датировалось Послание великому князю Василию Ивано-
вичу), а ок. 1523-1524 г в ответ на распространявшиеся католическим
богословом Николаем Булевым (Немчином) астрологические
предсказания нового всемирного потопа и предстоящего церковного
преобразования, в котором легко просматривалась идея соединения
церквей . По-этому вновь возрождалась исследовательская задача изу-
чения эсхатологических аспектов идеи, о которых писали первые пу-
бликаторы текстов Филофея в "Православном собеседнике* в 1861-1863
гг., В.Малинин в 1901 г., хотя впоследствии к этой теме исследователи
обращались меньше.
Датировка и атрибуция текстов позволили по-новому характери-
зовать контекст и "генеалогию" идеи, прямого "источника" которой, как
уже сказано, обнаружить не удалось. Есть "безродные* идеи, у которых
много далеких родственников, но нет прямого предка. Они не собира-
ются по зернышку из старых, из своих "источников", не подчинены
эволюции от простого к сложному, но возникают сразу в законченном
виде. Их дальнейший путь через поколения и века - упрощение и опро-
щение, трансформации, часто искажающие первоначальный смысл.
В 1 части сборника "Генеалогические легенды и летописи, днпло-'
магическая практика" отражен политический и дипломатический кон-
текст идеи "Третьего Рима". Особенно важен текст Na 2, фрагмент из
записи переговоров 1519 г. русского правительства с Дитрихом
Шомбергом, изложившим предложения римского папы Льва X о при-
нятии "всех людей Русские земли ... вь единачство и согласье римские
церкви", об "учинении* московского митрополита патриархом, 'как
было прежс костянтинополской", а также о "коронации" "царя всеа
Русин... в кристьянского царя". Предложения папы касались также
участия московского великого князя в борьбе за его "вотчину", “кон-
стантинопольское наследие*.
18
Конфессиональная часть этих предложений составляет непосред-
ственный контекст идеи Третьего Рима", поскольку как мы попытаем-
ся показать, она первоначально выступает именно в качестве ответа на
предложение о соединении церквей. Что касается второй, политической
части предложений папы, то здесь мы можем наблюдать парадокс
историографической интерпретации. Идея борьбы за
"константинопольскую вотчину" московского великого князя отчетливо
выступает в настоящем документе как идея не русского, а римского
происхождения. Ее иностранный (западноевропейский и греческий) ха-
рактер, обусловленный стремлением побудить Россию к борьбе с Ос-
манской империей, подтверждают и другие источники. В 1473 г. вене-
цианский Сенат писал Ивану 111: "Восточная империя, захваченная от-
томанами, должна, за прекращением императорского рода в мужском
колене, принадлежать вашему высочеству в силу вашего благопо-
лучного брака" . Ученый афоиский монах Максим Грек, один из но-
сителей "греческой идеи на Руси", обращался к Василию III (между
1519-1522 Г.): "...буди нам некогда Царствовали от нечестивых работы
свобоженым тобою, вся бо возможна и удобь совершаема всех Владыке,
и якоже древле от нижних галлов воздвигнув великаго во царех Кон-
стантина, древняго Рима зле стужима избави от нечестмваго Максен-
тиа, сице и ныне новаго Рима, тяжце волнуема от безбожных агарян,
благочестивейшею державою парогена твоего да изволит свободити и от
отеческих престол наследника покажет и свободы свет тобою да подаст
нам бедным* . А между тем именно такое, политическое и внешне-
политическое содержание усматривали в самой идее "Третьего Ри-
ма",созданной в России. Московские политики и идеологи были более
осторожны, чем их историографы В ответ на папские предложения го-
товность к совместной борьбе против турок выражена в самой обшей
форме, но предложение о соединении церквей отвергнуто . Анало-
гичная политика сохранялась И позже. Уместно привести справедливое
суждение Н.Ф.Капгерева Хотя ои трактовал "Третий Рим" как идею
“византийского наследия”, но содержание этого наследия ограничивал
конфессиональной, духовной сферой "Когда Иван Грозный принял ти-
тул царя, как законный наследник греческих императоров, то он и его
ближайшие преемники вовсе не думали предъявлять каких-либо прав
на самую Византийскую империю, как на принадлежащую им по праву
наследства Московские цари хотели быть наследниками византийских
императоров, не выступая, однако, из Москвы и не вступая в Констан-
тинополь. Из всех прав прежних греческих императоров они усвоили
19
только одно - право считаться представителями и защитниками всего
вселенского православия, причем их покровительство вселенскому пра-
вославию на первых норах не шло далее дачи милостыни различным
просителям с Востока" .
Цикл "Сказания о князьях владимирских" (№ 3-5) характеризует
историко-литературный контекст идеи 'Третьего Рима". Для нашей те-
мы здесь важны два звена - о византийском происхождении царских
регалий и об Августе. Они имели разную судьбу и разные функции. Ле-
генды о происхождении русских князей от императора Августа через
Пруса использовались в дипломатической практике Ивана Грозного
(тексты № 8-14), а звено о дарах Мономаха - в Чинах поставления ве-
ликих князей и царей, которые составляют II часть сборника.
Центральной в сборнике является J1I часть, ‘Третий Рим", Кон-
цепция традиционного выражалась формулой "Москва-Третай Рим",
однако надо подчеркнуть, что эта привычная и широко известная фор-
мула отсутствует в таком именно терминологическом воплощении в
текстах XVI в. Она появляется позже, лишь в XVII в., в частности, в
Повести о начале Москвы, также включенной в сборник. Понятие
'Третьего Рима" у Филофея соотнесено не столько с городом, сколько с
царством, которое после падения Византии и всех других православных
царств (Сербии, Болгарии) осталось единственным сохранившим поли-
тическую независимость царством, хранителем и защитником правосла-
вия.
Сопоставление двух групп текстов сборника, из которых одна от-
носится к концу XV в. (№1 и 21), а другая - к 10-20-м гг. XVI в. (Ne 3-
5 и 23-25), показывает, сколь глубоки были изменения в историческом
мышлении двух разных эпох. Для понимания существа этих изменений
процитируем П.А.Флоренского, слова которого могут быть отнесены к
авторам многих текстов сборника и вдохновлявшим их идеям.
ПЛ. Флоренский говорил о “философских воззрениях древности", пра-
вомерность распространения его мысли, в частности, и на Филофея оп-
равдана тем, что В.В.ЗеньковскиЙ нашел для него место в "Истории
русской философии", называя его теорию “целой историософской кон-
цепцией, прямо уже вводящей нас в философскую область" . П.А.Фло-
ренский писал: "Для философских воззрений всей древности "давность"
и "совершенство" столь же тесно связаны между собою, как для воз-
зрений нового времени - "совершенство" и "будущность". Если сейчас у
большинства вызывает приятное волнение слово "вперед!", то таким же
знаменательным было то1да слово "назад". Поэтому на языке века,
20
когда господствовала теория регресса, слово "древность" имело двоякое
значение: во-первых, хронологической давности, во-вторых, - качест-
венного превосходства" .
Выделяются два этапа формирования этих "удревняюших" идей
эпохи централизации и два их уровня, из которых первый (кон. XV в.)
доходит до Константина Великого, а второй (первая четверть XVI в.) -
до "Августа кесаря". В 1480 г. архиепископ Вассиан (Рыло) определяет
московского великого князя как "богоутвержденного, боговенчанного
царя", а ордынского "царя" - как самозванца и узурпатора. В 1489 г. ге-
неалогия московских царей углубляется в эпоху императора Констан-
тина Великого (IV в.), хотя делается это в достаточно осторожной
форме, имплицитно. В инструкции ЮЛТраханисту, русскому послу к
императору Священной Римской империи Фридриху Габсбургу (док. №
1 сборника) предписано так определить достоинство Ивана III: "... от
данных лет прародители его по изначяльству были в приятельстве и в
любви с передними (т.е. прежними - Н.С ) римскими цари, которые
Рим отдали папе, а сами царствовали в Византии" (явная аллюзия Кон-
стантина Великого и "Константинова дара"). С XIV в. связи стали более
глубокими - не толъкс приятельства и любви", но и “братства" (самая
высокая степень равноправных союзнических отношений): отец Ивана
III, Василий II "был в братстве н в приятельстве и в любви и до своего
зятя до Ивана Палеолога, римьскаго царя" (имелся в виду брак сестры
Василия II Анны с сыном византийского императора, будущим импера-
9
тором) . Определение греческих императоров как "римских царей" и
отношений с ними русских князей как отношений не только “прия-
тельства”, но и “братства”, определение, сделанное именно в практике
сношений с императором Священной Римской империи, многозначи-
тельно, оно призвано обосновать на языке генеалогии, наиболее авто-
ритетном языке средневековья, суверенитет московских правителей, их
равенство западным императорам . Впрочем, идея изначального суве-
ренитета русских князей сформулирована и эксплицитно: "... мы Бо-
жиею милое гию государи на своей земле изначала, от первых своих
прародителе», а поставление имеем от Бога, как наши прародители, так
и мы, а просим Бога, чтобы нам дал Бог и нашим детям и до века в
том быти, как есмя ныне государи на своей земле, а постанлениа как
есмя наперед сего не хотели ни от кого, так и ныне не хотим". Позже
этот текст использует С.Герберштейн в "Записках о Московии", со-
проводив им (в измененном виде) портрет Василия III в базельском
издании 1556 г.
21
В качестве церковной "пары" дипломатическому документу
можно рассматривать "Изложение пасхалии митрополита Зосимы" 1492
г., где Иван III назван "новым царем Константином". Излагал историю
православной веры, Зосима начинает с сошествия Св. Духа на апос-
толов и их проповеди "по всей вселенной". Следующий этап - эпоха
"православнаго перваго царя Констянтина”, основавшего "град Кон-
стантин, еже есть Царьграл", изреченный "новый Рим" (в других со-
временных списках "новый Иерусалим") , Далее креститель и просве-
титель Руси киевский великий князь Владимир назван “вторым Кон-
стантином"; наконец, дав своей эпохе эсхатологическое определение
"последняя сиа лета", Зосима называет "государя и самодержца всея
Руси" Ивана III "новым царем Константином" и выражает отношение к
Москве как "новому граду Константину". Здесь нет идеи наследования
как таковой, "имперской идеи" в собственном смысле; общие черты, то
основание, по которому произведено уподобление трех правителей,
находятся в конфессиональной сфере. Присутствует лишь историческая
параллель, сопоставление роли и функции царя Константина и само-
держца Ивана III в деле защиты, утверждения православной веры и
борьбы с ересями: они одолевают врагов и супостатов непобедимым
оружием православной веры, утверждают православную веру Христову,
отгоняют еретичествующих как волков.
В Изложении представлен ряд зеркальных двучленных уподоб-
лений, своего рода исторических параллелей: Владимир - второй Кон-
стантин, Иван III - новый царь Константин; в их характеристиках ис-
пользованы одинаковые словесные обороты. Владимир становится "вто-
рым Константином", а Иван III "новым Константином" не потому, что
теряет значение или отрицается Константин Великий (при нем импе-
рия лишь начиналась), а потому, что русские правители осуществляют
ту же функцию православного царя, что и византийские василевсы (со-
временные византцнисты называют ее "политическое православие"), Но
здесь еще нет намека на Москву как “третий Рим", как не становится
автоматически Иван III "третьим Константином". Предыдущий член
уподобления-отражения ие отвергается - в этом принципиальное отли-
чие построения Зосимы от трехчленной конструкции Филофея Псков-
ского, которая построена по более сложной модели, как своего рода
"отрицание отрицания". К тому же вводится эсхатологическое четвертое
звено, возможность которого, впрочем, не допускается ("а четвертому
не быти" - формула "последнего царства", аналогичная словам Зосимы
22
про "последняя сия лета"). Быть ’Третьим Римом", по Филофею, в
такой же степени означает "быть Римом", как и "не быть им".
Идея "третьего Рима" (тексты № 23-25) и генеалогия "от Августа”
(№ 3-5), вводящие "доконстантинову традицию" - продукт религи-
озного и исторического мышления XVI в. Первая связана с католи-
ческой пропагандой Николая Булева и выступает в качестве ответа-оп-
ровержения, а вторая, возможно, порождена идеей царского венчания
Василия HI. Можно предполагать, что она возникла под влиянием
заключения договора с императором Максимилианом 1514 г. (в его
русском тексте московский великий князь назван "царем", в немецком
Каугег, в латинском - imperator, все три текста будут опубликованы в
полном издании сборника); могли сыграть роль и предложения 1518-
1519 гг. римского папы о короновании Засилия III в "христианского
царя".
В качестве идеологического обоснования идеи царского венчания
можно рассматривать построения Послания Спиридона Саввы и исход-
ной редакции Сказания о князьях владимирских (недаром они будут
использованы в Чине венчания Ивана IV). Послание н цикл Сказания
определяют Василия III как "водного самодержца и царя" и дают его
двойную генеалогию, римскую и константинопольскую одновременно.
Император Константин Мономах посылает киевскому великому князю
Владимиру Всеволодовичу Мономаху священные дары, "венец царь-
скы", "крабицу сердоликовую" императора Августа. Назвав Василия III
царем, автор пишет: "А царству их начяток от Сеостра, начялнаго царя
Египту, и от Августа, кесаря римска и царя".
В Послании Филофея псковскому великокняжескому дьяку
М.Г.Мисюрю Мунехину (ок. 1523-1524 гг.), где впервые изложена идея
"Третьего Рима", император Август не назван, но его эпоха имплицитно
присутствует в словах о "неразрушимом Ромейском царстве", в пределах
которого Христос "записался в римскую власть”; имеется в виду пере-
пись населения при Августе, о которой речь идет в Евангелии от Луки
(2,1-5).
Понятие 'Ромейское царство" - одно из ключевых в Послании
Филофея Мисюрю против астрологии, одна из его главных опорных
точек. Если бы надо было дать тексту литературное название, то это
было бы “Послание о Ромейском царстве - России”. Упомянутое триж-
ды. он появляется в тех фрагментах, которые концентрируют квинт-
эссенцию текста, его основной смысл и представляют последовательное
развитие авторской мысли. К сожалению, устойчивая историо-
23
графическая традиция ограничивается при изложении концепции 'Тре-
тьего Рима" в основном известной фразой "Два Рима пали, третий сто-
ит..." и т.д А между тем это - завершающее звено аргументации
Фнлофея, которое не может быть правильно понято без предыдущих.
"Два Рима" единодушно трактуются как указание на древнюю Римскую
империю, конец которой датируют V в., и на империю "нового Рима" -
Константинополя, именуемую в историографии Византией. Но если
вторая действительно присутствует в Послании как “Греческое цар-
ство", то никакого указания на “падение” древней мы в нем не нахо-
дим. Понятие "Ромейское царство" имеет совсем иной смысл. Оно яв-
ляется существенным звеном всей историософии Филофея. Другое важ-
ное звено - предложенная им периодизация истории
Т. наз. "первый Рим" (такого словосочетания у Филофея нет)
присутствует в Послании как "великий Рим", причем в контексте, не
оставляющем сомнений в том, что его "падение" соотнесено не с воен-
но-политической, а с конфессиональной сферой, конкретно - с разде-
лением церквей.
"Аще убо великого Рима стены и столпове и трекровныя палаты
не пленены, но душа их от диавола пленены быша опреснок ради. Аще
убо Агарины внуци Гречьское царство приаша, но веры не повредиша,
ниже насильствуют грекомь от веры отступати. Инако же Ромейское
царьство неразрушимо, яко Господь в римскую власть написася" ("Ибо
хотя стены, столпы и палаты великого Рима не пленены, но пленены
дьяволом их души по причине опресноков. Хотя внуки Агари взяли
Греческое царство, но они не повредили веры, не понуждают греков
отступать от веры. Однако Ромейское царство неразрушимо, ибо Гос-
подь записался в римскую власть").
В реальности "великого Рима" (выступающего здесь в качестве
центра католического мира) и "Греческого царства" разграничены фи-
зическая и духовная субстанции. Первый сохраняет материальное неза-
висимое существование (его "стены не пленены"), но утеряна духовная
сущность, души "пленены” дьяволом по причине "опресноков", что, как
известно, является одним из признаков, разделявших православие и
"латинство". "Греческое царство" взяли турки (прекращение материаль-
ного, физического существования), но завоеватели не понуждают гре-
ков отступать от веры (сохранение духовной сущности) Т е ни одно
царство не сохранилось в полном объеме, утратив либо одну, либо дру-
гую часть своей субстанции
24
В противоположность этому существует царство, обладающее
полнотой субстанции - неразрушимое Ромейское царство, где Христос
записался в “римскую власть". Различие между "римской властью" и
"Ромейским царством’ имеет принципиальное значение Первая соот-
носится с Римской империей как государственно-политическим обра-
зованием. "Ромейское царство" - трансцендентная империя, зародив-
шаяся в пределах Римской империи с Пришествием Христа и возник-
новением христианства Филофсй, таким образом, использовал не ту
сторону римской парадигмы, которая подчеркивала в образе Римской
империи собственно "имперское", властное начало, не ее гонения на
христианство, беззакония, воспринимавшиеся как свидетельства при-
ближения Антихриста, но, напротив, ее ^>оль как "слуги Христова
строения", по словам Козьмы Инликоплова , те- державы, в пределах
которой произошло Воплощение Слова, проходила земная жизнь Хри-
ста, державм, выполнившей свою провиденциальную роль в планах
божественного домостроительства "Ромейское царство' - это функция
духовного характера, лишенная постоянной пространственно-времен-
ной прикреплениосги Носителями ее были и древняя Римская импе-
рия (в качестве “слуги Христова строения"), И Восточная Римская им-
перия - Византия ("Греческое царство"), а теперь она переходит к Рос-
сии Об этом автор скажет в третьем фрагменте, где упомянуто "Ромей-
ское царство" Но предварительно необходимо проанализировать еще
один важный текст, i де оно упоминается и где ФклофеЙ отрицает пра-
во современных "латинян" на римско-ромейское имя, на принадлеж-
ность им Ромейского царства Из этого фрагмента наиболее очевидно,
что "паление' т, ни "первого" Рима, с точки зрения Фнлофея, - это
разделение церквей, относимое им не к XI в, когда "схизма" стала
окончательно совершившимся фактом, а к ее началу, к )Х в., к эпохе
императора Карла Великого, когда зарождалась Западная империя, и
папы Формоса Здесь же излагается периодизация христианской исто-
рии. важная в концепции Фнлофея
Периодизация всей мировой истории по простому, бинарному
принципу (дохристианская и христианская) была кратко изложена в са-
мом начале Послания в тексте о Христе как втором, новом Адаме .
Во второй части Послания Филофей излагает свое собственное
понимание причин перемен в истории стран и царств, противостоящее
астрологическому предсказанию Николая Булева о предстоящем стра-
нам и царствам вселенной "пременении и изменении и пренначении’
Другие тексты а частности, сочинения Максима Грека, дают возмож-
25
ность узнать, что эти "изменения" трактовались и как новый всемир-
ный потоп и как соединение церквей на условиях Флорентийской
унии .
Божественным промыслом, а не влиянием звезд определяются
эти перемены - такова основная мысль Филофея ("О царствах же и о
странах пременение, - не от звезд сие приходит, но от все дающаго Бо-
га"). Что же касается деяний самих людей, то этапы и вехи истории
выделяются Филофеем не по политическому, а по конфессиональному
признаку, по религиозному поведению людей, йх отношению к вере.
Вернемся к фрагменту с упоминанием Ромейского царства, где автор
рассуждает о "переменах” в истории, которое он видит в "попрании"
христианских царств "неверными" ("...в которую звезду стали хрис-
тианьская царства, еже ныне вси попрани от неверных"). Однако,заявив
о гибели всех христианских царств, он должен был объяснить су-
ществование современной Священной Римской империи, что Филофей
и делает в следующем фрагменте (забегая вперед, скажем, что он отри-
цает право "латинян" на “Ромейское царство”).
"Девятьдесят лет, како Гречьское царство разорися и не созиж-
дется, сиа вся случися грехь ради наших, понеже они предаша право-
славную греческую веру в латынство. И не дивися, избранниче Божий,
яко латынн глаголють; наше царство Ромейское недвижимо пребывает,
аще быхом неправо веровали, не бы Господь снабдел нас. Не подобает
нам внимати прельстемь их, воистину суть еретицы, своею волею
отпадше от православный веры христнаньския, паче же опресночнаго
ради служениа. Беша с нами в соединении семьсот лет и седмьдесят, а
егда отпадоша правыя веры, семьсот и 30 и 5 лет, в Аполинариеву ересь
впадше, прелщени Карулсом царем и папою Формосом” ("Девяносто
лет прошло, как Греческое царство разорилось, и не созиждется более,'
это случилось по нашим грехам, потому что они предали православную
греческую веру в латинство. И не удивляйся, Божий избранник, тому,
что говорят латиняне: "Наше Ромейское царство пребывает неразру-
шенным, ибо если бы наша вера была бы неправой, Господь не поза-
ботился бы о нас". Не подобает нам внимать их обольщениям, воисти-
ну они суть еретики, самовольно отпавшие от православной христиан-
ской веры, особенно из-за службы на опресноках. Они были в соедине-
нии с нами 770 лет, и 735 лет прошло с тех пор как оии отпали от
правой веры и впали в Аполлинариеву ересь, прельщенные царем Кар-
лом и папой Формосом".
26
Центральными понятиями здесь, кроме Ромейского царства, яв-
ляются "соединение" и "отпадение" (в глагольной форме), констатация
двух больших периодов христианской истории и совместное
упоминание императора Карла Великого и папы Формоса, которые
отнюдь не были современниками, в качестве главных виновников
"отпадения" латинян.
“Разорение" Греческого царства, вызванное, по Филофею, преда-
тельством православной веры "в латынство", он датирует не 1453 г., а
временем, близким Ферраро-Флорентийскому собору 1438-1439 гг., ко-
торый выступает, таким образом, в качестве исторического рубежа.
Число 90 автор употребляет, округляя подлинное (ок. 85) .
С подобным же округлением мы сталкиваемся и в числе 770,
обозначающем время "соединения” латинян с православными. В.Ма-
линин увидел здесь указание на VII вселенский собор 787 г., в дату
которого "вкралась ошибка" . К этому следует добавить, что дата Ни-
кейского собора неустойчива в русской хронографической литературе.
Так. в Летописце эллинском и римском можно встретить дату 778 г.,
более близкую числу, указанному Филофеем . В Русском хронографе,
наряду с правильной датой, присутствует дата "805 г.“, отличающаяся от
подлинной на тс же 17-18 лет, что и у Филофся, однако в сторону не
уменьшения, а увеличения числа .
Как бы ни объяснять хронологическое отклонение, бесспорно то,
что Филофей выделяет в качестве первого периода христианской исто-
рии ее первые восемь столетий, т.е. эпоху первоначального
христианства и вселенских соборов, характеризуя ее как эпоху
"соединения", т.е. сохранения единства христианского мира. Как писал
В.Малинин, "время вселенских соборов служило для Филофея грани-
цею единения церквей". Имплицитно это - ответ на предложения о
“соединении" церквей на условиях Флорентийского собора, который,
таким образом, противопоставляется (по контексту) вселенским собо-
рам.
Суждения Филофея не стояли особняком в русском историче-
ском сознании. Подобные же мысли высказывались, в частности, в
Русском хронографе, в котором мы найдем и другие аналогии идеям
Послания Филофея, в частности, анализируемого фрагмента. В 158-й
главе Хронографа после рассказа о VII вселенском соборе выделен
небольшой, но многозначительный фрагмент "О отцех”, как бы подво-
дящий итог соборному периоду и имплицитно отсекающий Флорен-
тийский: "Во всех же седми соборех св' -ых отец две тысящи (имеются
27
в виду отцы н западной, и восточной церквей. - Н.С.). Последуем же
апосгольскых преданием и божественых отец иже на седми соборех
преданная нам учениа и правила приемлем, такожс и помести ыа собо-
ры". Упомянут Константинопольский собор 843 г,, восстановивший
иконопочитанне, но он назван не "собор", а "собранное сословие бо-
жественых отец", чем подчеркивается завершенность соборного периода
именно Никейским собором
Подобная периодизация истории имеет глубокую и устойчивую
традицию, сохранявшуюся и в новое время. Так, П.Каталано обратил
внимание на то, что в "Обзоре всеобщей истории" Ж.&оссюэ (!681)
время от Константина Великого до Карла Великого выделено в каче-
стве единой эпохи, названной "мир в церкви"
Главная черта следующего периода у Филофея - отпадение. Три-
жды употреблены слова с корнем "пал-": “отпадение", “отпадоша",
"впадше". Это и есть "падение" первого Рима, начало которого отнесено
к эпохе императора Карла Великого и папы Формоса, т.е. к IX в. "Ро-
мейское царство", упомянутое в анализируемом фрагменте, означает
Западную империю, именовавшуюся в то время Священной Римской,
это упоминание содержится в контексте претензий "латинян" и имени
Карла Великого. Западная империя дискредитируется с момента осно-
вания как держава, нс обладающая истинной, правой верой. На при-
надлежность им "Ромейского царства" современные латиняне не могут
претендовать по той же причине, по которой произошло "разорение"
Греческого царства: греки "предали" православную греческую веру, ла-
тиняне “отпали" от правой веры.
Совместное упоминание Карла Великого и папы Формоса можно
прокомментировать текстами как антнлатинских полемических сочине-
ний, так и хронографической литературы.
Мысль о “полном единении церквей в период вселенских собо-
ров", как отмечал В.Малинин, встречается в различных текстах, кото-
рые могли послужить источником суждений Фнлофея о Карле Великом
и пале Формосе как "первовиновниках нововведений латинства", одна-
ко из-за краткости высказываний Фнлофея затруднялся определить
этот источник более конкретно. “На первом те" исследователь
называл статью "Како и коего ради дела отлучнш^с от нас латыни и
изврьжени быте от книгь поменныих которая переведена с грече-
ского и приписывалась иногда патриарху Фотию, но подлинное время
ее создания исследователи вндят во второй половине XI в., после Ми-
хаила Керуларня. Здесь кратко рассказано об императорской корона-
28
ции Карла папой Львом (800 г.)т а также о том, что пришедшие с
Карлом еретики начали тайно распространять "Ариево и Аполинариево
учение", Filioque, опресноки и т.д. Упомянут и папа Формос как
тайный сторонник еретических латинских учений (891-896)’ . Две осо-
бенности этого сочинения сближают именно с ним Послание Филофея.
Во-первых, упоминание Аполлинариевой ереси, которой были причаст-
ны пришедшие с Карлом еретики (в других антилатинских сочинениях
оио встречается редко). Во-вторых, здесь названа та же дата Никей-
ского собора (6286-778), что и в Летописце эллинском и римском и
более близкая, чем подлинная дата, к числу лет "соединения", назван-
ному Филофеем
Более пространны фрагменты об императоре Карле и папе Фор-
мосе в современном Фнлофсю Русском хронографе. Императорская ко-
ронация Карла определена как начало новой империи, “царства". Рас-
сказано, как римский папа Лев. будучи смешен с престола и изгнан,
просил помоши у византийских правителей Константина и Ирины, но
не получив ее, обратился к Карлу Великому, который вернул ему и
Рим, и престол, за что Лев отблагодарил Карла императорской
коронацией, дав начало новому Римскому царству. "Папа же Лев
совета со князи римъекими. да поставят себе в Риме царя
благочестива, да царство, рече. паки от Рима начнется". Так был нару
шеи союз между “ючоткой доброзрачиой, новым Римом" и "враскавым
и ветхим и престарым Римом". Новая империя, как у Филофея, с само-
го основания сопряжена с ересью хотя сам Карл и сохранял истинную
веру, пришедшие с ним "свяшеннины и учителие" начали распро-
странять доктрину Filioque, опресночное служение "и ины многы
ереси"
Еше более определенны формулировки в рассказе о папе Формо-
се (гл. 159), "Сказание о латинех, како отступиша от православных пат-
риарх". Уже прямо говорится об "отлучении" латинян от Греческого
царства и "от четырех патриарх", т.е. высказана та же мысль, что и у
филофея, отрицавшего право латинян на Ромейское царство. "В лета
же Лва царя премудраго" (886-912) "бысть папа в Риме Формос прокля-
тый, имый в себе ересь сокровену от неких Карловых еретик". Скрыв
свою "ересь", он стал папой и "нача учити таковым ересем люди Божиа.
И тако латыни вси удобно приаша злое учение и от царства Греческаго
и от четырех патриарх отлучишься"1* .
Если западноевропейская средневековая историография разраба-
тывала концепции tranJatjo imperii "от реков к германг м", то русская
29
хронографическая литература, напротив, настаивала на "отлучении",
"отступлении' латинян от Греческого царства (вопрос об источниках
данного суждения выходит за пределы настоящей работы, поздние ан-
тилагииские сочинения остаются изучены недостаточно)
Если мы обратимся к третьему фрагменту Послания Филофея с
упоминанием Ромейского царства, то увидим, что его автор пошел еще
дальше Не отрицая факта transiatio, ои изменяет его направление От-
казывая современным латинянам в праве на Ромейское царство, он тем
самым отрицает направление transiatio на запад, "от греков к герман-
цам", но ведет его на северо-восток, в сторону России н славянских
стран
Заметим кстати, что другой участник полемики с Николаем Буле-
вым, анонимный автор, отвечавший на Послание католического бого-
слова ростовскому архиепископу Вассиану, выражался еще более опре-
деленно, чем Филофей. "Сей род фряжский, в божественных писаниях
германи нарицаются", они не только не являются наследниками "древ-
них римлян", но, напротив, искоренили их (греки, напомним, называли
себя "ромеями”, т е римлянами)
Контекст заключительного высказывания Филофея о Ромейском
царстве следующий
" Мала некая словеса изречем о нынешнем православном
царьстве пресветлейшаго и высокостолнейшаго государя нашего, иже
во всей поднебесней единого христианом царя и броздодрьжателя
святых Божиих престал святыя вселенскиа апостольскиа церкве, иже
вместо римьской и костяитинопольской, иже есть в богоспасеном граде
Москве святого и славного Успения Пречистый Богородица, иже едина
в вс елей ней паче солнца светится Да веси, хрисголюбче и боголюбче,
яко вся христианская царства приидоша в конець и снидошася во еди-*
но царьство нашего государя, по пророчьским книгам то есть Ромей-
ское царство Два убо Рима падоша а третий стоит, а четвертому нс
быти Многажды и апостол Павел поминает Рима в Послании, в тол-
ковании глаголет Рим весь мир" ("Скажем несколько слов о нынешнем
православном царстве пресветлейшего и высокостолнейшего государя
нашего, который является единственным христианским царем во всей
поднебесной и браздедержателем святых Божиих престолов святой все-
ленской апостольской церкви, которая - вместо римской и констан-
тинопольской - находится в богоспасенном граде Москве (во имя) свя-
того и славного Успения Пречистой Богородицы и светится паче
солнца, единственная во вселенной Так знай же, христолюбец к бого-
30
Любек, что все христианские царства окончили свое существование и
соединились в единственном царстве нашего государя, по пророческим
книгам, это есть Ромейское царство Ибо два Рима пали, третии стоит,
а четвертому не быть И апостол Павел неоднократно вспоминает о
Риме в Посланиях, в Толковании говорит Рим весь мир')
Адекватное понимание фрагмента было осложнено тем досадным
обстоятельством, что в основе публикации В Малинина находилась ру-
копись с текстологической заменой, вторичным чтением, хотя это каса-
лось всего лишь одного слова, но приводило к существенному измене-
нию смысла, сужению концепции вместо "Ромейское" - "Росийское"
Хотя чтение "Ромейское" было приведено в вариантах, все исследовате-
ли цитировали текст с чтением “Росийское”, что искажало одно из
ключевых понятий Послания, лишало мысль автора логической
завершенности и изымало из концепции ее наиболее существенное
звено - переименование "царства нашего государя" в "Ромейское цар-
ство" Лишь АЛ Гольдберг обратил внимание на то, что протограф со-
держал чтение "Ромейское" В сборнике "Идея Рима в Москве’ текст
опубликован по рукописи-конволюту ГПБОХУП 50, первая часть ко-
торой написана на бумаге 30-х гг XVI в (это - самая ранняя из извест-
ных в настоящее время рукописей Послания Филофея Мисюрю). Здесь,
помимо чтения "Ромейское", имеются и другие первичные варианты
текста
В контексте ссылки на "пророческие книги" (без конкретизации)
и утверждения "два Рима пали, третий стоит" Ромейское царство отож-
дествляется с последним царством теории четырех мировых монархий,
основанной на толковании текста пророка Даниила о сне царя Навухо-
доносора В словах "а четвертому не быти" усматриваем формулу "по-
следнего царства*, эсхатологический знак Римской империи в теории
мировых монархий, указание на завершающий этап исполнения проро-
чества, последнее из предсказанных пророком царств Астрологическо-
му прогностику Филофей противопоставляет христианскую
эсхатологию.
Кроме отождествления "Ромейское царство - Россия" в анализи-
руемом фрагменте выделяются три наиболее важных тезиса.
а)	Царский титул "государя нашего" и определение державы как
"православного царства" Царский титул применялся и ранее к русским
князьям, нс это случалось эпизодически В данном памятнике, как уже
говорилось, видим проявление той же тенденции, что и в Послании
Спиридона-Саввы, близком хронолоп иски, где Василий III также
31
именуется царем, а его род возводится к императору Августу, в лето-
писном своде 1518 г впервые получает определение Мономаховой шап-
ка, которой был торжественно увенчай Дмитрий в 1498 г при его по-
ставлении на "великое княжение” . В 1514 г царский титул Василия
111 был впервые использован в официальном государственном докумен-
те - договорной грамоте с императором Максимилианом По-види-
мому, в течение второго - третьего десятилетий создавалась целостная
идеологическая схема, подготавливавшая царское венчание великого
князя, но оно было осуществлено лишь в 1547 г
Среди функций великого князя выделено две он - единый царь
всех христиан ("единый" можно понимать и как "единственный" н как
"общий для всех") и "броздодержатель престолов" московской церкви
Первое определение ведет к понятию "снидошася" (о царствах) во вто-
рой фразе фрагмента, те к идее translatio, а второе выражает отноше-
ния "симфонии" между священством и царством
б)	Определение московской церкви в качестве "вселенской апос-
тольской”, дополненное выразительной и достаточно смелой формулой
ее соотношения с римской и константинопольской ("вместо") Тезис о
московской церкви как "апостольской'' для каких-то кругов оставался
спорным и дискуссионным, г.е в ряде рукописей термин "апостоль-
ский" снимается Автор Послания и переписчики-редакторы включи-
лись в спор, имеющий длительную, уходящую в первые века христиан-
ства на Руси, традицию Она связана с появлением "Хождения апостола
Андрея” уже в составе Повести временных лет и с противоположным
утверждением (тоже в ПВЛ) об отсутствии на Руси апостолов, вложен-
ным! впрочем, в уста дьявола Актуальность памятника в XV-XVI вв.
подтверждается богатой летописной традицией, изученной И С Чичуро-
вым , и может свидетельствовать о важности тезиса об апостольстве
на Руси в процессе поисков канонических обоснований автокефалин в
период 1448-1589 гг
Что касается формулы "вместо римской и константинопольской'
(о церкви), то смелое на первый взгляд утверждение требует коммента-
риев Анализ наречия "вместо" (а иногда существительного с предлогом
"в место”) в контексте информации о вселенских соборах, точнее, об их
представителях позволяет предполагать, что смысл понятия - не в идее
замены-вытеснения, упразднения, но в идее замещения, представитель-
ства, "местохрапитсльства”, встречающейся, например в Послании кон-
стантинопольскою патриарха Фотия княгю Михаилу-Борису Болгар-
скому В рассказе о вселенских соборах неоднократно ишольгуется
32
понятие "вместо" Так, на I-й собор Витон и Викентий были посланы
"настольниками” римской церкви Сильвестром и Юлием “в место свое",
на IV-м соборе епископы Паскасин и Лукинский с пресвитером
Вонифатием "место дрьжаще" папы Льва, на V-м соборе “Дидим и
Евагрие Евстохиа иерусалимьскаго архиереа место наполняше" и т д
Разумеется здесь речь идет о представителях престолов, у Филофея же
- о самих престолах Тем не менее можно предположить, что он вы-
сказывает мысль не о "замещении” в смысле "вытеснения", но о рав-
нозначности достоинств, о "степени" Здесь, в тексте 1523 г можно рас-
слышать предощущение тех споров, которые будут происходить позже,
в 1589-1593 г при определении места московского патриарха среди
других восточных патриархов Филофей размышляет о месте москов-
ского престола по отношению к римскому и константинопольскому
Утверждение Филофея о московской церкви "вместо римской и
константинопольской" могло служить ответом на переданные Дитрихом
Шомбергом предложения папы "хочет его (московского митрополита -
Н С) и хто по нем будет возвысити и учи нити патриархом, как было
преже костянтинополской" (Идея Рима в Москве С 8, л 166) Смелость
Филофея объясняется в данном случае не "кичением и гордостью", в
чем упрекал русских иерархов Максим Грек, а реальной церковно-по-
литической ситуацией^
Флорентийской унии
- притязаниями папства на восстановление
настойчивостью Максима 1 река в поисках
ответа на вопрос, почему московские митрополиты ставятся без благо-
словения константинопольских патриархов Экклезиология Фнлофея
направлена на осмысление статуса московского престола по отноше-
нию к римской и константинопольской кафедрам
в)	Идея transiatio, выраженная глаголом "снидошася" и отождест-
влением "Ромейского царства" с "нынешнем царством нашею юсударя"
- "Третьим Римом”.
"Снидошася” - форма глагола "сьнитися", те "сойтись, собрать-
ся", "быть собранным", ''соединиться", "вступить в союз", "сойтись, вой-
ти в соглашение" Существительное "съннтие" означает "сошествие", в
словаре Срезневского зафиксированы случаи, когда оно использовано в
контексте повествований о Христе, те соотнесено с духовной сферой
П Каталано, учитывая важность зтого термина, выявил
различные его переводы на западноевропейские языки ("zusainmcn
ubergegangen Sind", "euigeinundet sind", "se rasieniblerenr,"have converged",
"are united”, “passorano") и обратил внимание на трудности выражения
по-немецки концепта transiatio imperii , со ссылкой на В I сца (До-
33
бавим итальянский перевод "sono сопПиЙ!** из более поздней, чем
работа П. Каталано, стать» В-Пери ). По-видимому, сложность
термина отражает абстрактный и универсальный характер самого поня-
тия.
У Филофся оно объединяет (в словах "вся христианская царства
приндоша в конец и снидошася во едино царство нашего государя, по
пророческим книгам то есть Ромейское царство") явления, находя-
щиеся в разных сферах бытия, политической и мстаисторической: поте-
ря политической независимости всеми христианскими царствами и
продолжение их спиритуалистического существования в России (конец
ИХ, таким образом, не состоялся на метансторнчсском уровне); одно-
временно Россия превращается в Ромейское царство, т.е. последнее
царство пророческих книг.
Обратим внимание на то, что у Филофея речь идет о гибели не
только Восточной Римской империи - Византин, но и всех православ-
ных царств; хотя их перечень отсутствует у него, но современникам был
хорошо известен. Так, Повесть о взятии Царьграда в составе Русского
хронографа называет их; "Сиа убо вся благочестиваа царствия Грече-
ское и Серпьское, Басаньское (Боснийское - Н.С.) и Арбаназское
(Хорватское - Н.С.) и ними мноэи ...безбожннн турци поплениша" .
Выражение “снидошася в Ромейское иарство'связывает идею
"Третьего Рима" с теорией transialio imperii двойным узлом, говорит о
двойном переходе: судьбы порабощенных Османской империей право-
славных царств нераздельно соединялись в России (этой идее и этой
ситуации предстояло большое будущее), но не просто в России, а в той,
которая становится Ромейским царством, имеющим, впрочем, парамет-
ры не столько географического, сколько духовного пространства.
Отличие идеи Филофея от общей теории мировых монархий в
том, что концепция "Третьего Рима" вовлекает лишь последнее звено
теории transiatjo, а именно Римскую империю, именуемую "Ромейским
царством" в том специфическом (эсхатологическом) значении, которое
он сам придал этому понятию . Ромейское царство - не Римское и не
Греческое. Это функция священной христианской империи, "имеющей
тог же возраст, что и Христос". Она начинается не в [V в.; ее мистиче-
ское зарождение происходит в эпоху Воплощения Слова. Утверждение
"а четвертому не быти" есть эсхатологический знак последнего царства.
Таков ответ Филофея - исходная форма концепции "Третьего Ри-
ма".
34
Взгляд Филофея обращен не столько к Византии, сколько к За-
палу. О латинянах он говорит больше, нежели о греках. Россия про-
возглашается Ромейским царством не столько для тот, чтобы объявить
ее наследником Византии, сколько для противоностанлении Западной
империи как империи латинской. Московская кафедра стремится оп-
ределить с'-бн в отношении не только константинопольской, но и рим-
ской.
Возникновение и начало функционирования идеи ’'Третьего Ри-
ма" современно планам императоров Максимилиана I и Карла V, на-
правленным на создание универсальной христианской монархии и ор-
ганизацию крестового похода против турок. Москва объявила себя не
менее достойной универсалистской функции, но убеждение изложено
Филофеем как вывод метаисторического, историософского характера.
Мысль его, повторим еще раз, движется в пределах не !еографического,
а духовного пространства, хотя он ясно осознает и политическую реаль-
ность.
Концепция отражает отношения притяжения-отталкивания, пре-
емства-противостояния: не только упрек грекам в предательстве веры,
но и утверждение, что их царство и все христианские царства "сни-
дошася" в Ромейском царстве - России; не только отрицание латинства,
но и утверждение о наличии общих корней, о "соединении”, длившемся
почти восемь веков. Филофеем руководит убеждение в причастности
Руси и русской православной церкви древнему христианскому насле-
дию эпохи Воплощения Слова и вселенских соборов, наследию общему
для всего христианского мира. Хотя Послание Филофея имеет антила-
тинскую направленность, автор его сохраняет столь острое переживание
единства христианского мира, констатируемое им в прошлом, до нача-
ла разделения церквей, что для него еще было возможно выражение
"русского” через "римское" ("ромейское"). Это станет вскоре непонят-
ным или невозможным (текстологическая замена "Ромейское -Росий-
ское"). Формула 'Третьего Рима", отождествляющая Россию с Ромей-
ским царствам, свидетельствует об осознании единства христианского
мира, когда "национальное" и "вселенское" еще не превратились в оп-
позиционную пару нового времени.
Работа Семинара "От Рима к Третьему Риму" дала возможность
рассматривать концепцию в рамках общеевропейской исторической
мысли, в частности, как православный вариант теории translatio, кото-
рая оставалась популярной в западноевропейской историографии, като-
35
лической и протестантской, будучи использована как инструмент поле-
мики в период Реформации и Контррсформаиии.
Наши итальянские коллеги проанализировали другие варианты.
Так, Ч.Де Микелис обратил внимание на "Разъяснение второй главы
книги пророка Даниила" Томаса Мюнцера, созданное почти одновре-
менно с Филофеем, где автор предлагает свое толкование сна царя На-
вуходоносора (Дан. 2, 44), а именно следующую последовательность
империй; 1. Вавилонская; 2. М идо-Персидская; 3. Греческая; 4. Рим-
ская; 5. Священная Римская империя германской нации. Последняя,
вечная. Богоугодная, святая, истинная империя будет империей проле-
тариев, построенной и созданной волей крестьян
О.Уисуэ проанализировал два варианта теории transiatio imperii,
созданных во второй половине XVI в.: протестантское толкование темы,
изложенное Флацием Иллириком (1566), и католическую полемику с
ним в труде Беллармина (1589) . Флаций доказывал, что "переход"
империи с Востока на Запад при Карле Великом не был осуществлен
папской властью и что источником власти, которой обладают курфюр-
сты при выборе императора, не является ни папский авторитет, ни
папские полномочия. Речь идет, по мнению О.Унсуэ, нс о переходе в
собственном смысле, но о принятии императорского достоинства ко-
ралями западных варваров в той мере, в какой они контролировали
силой оружия западные земли при явном или молчаливом признании
этого достоинства со стороны греческих императоров. Римская импе-
рия является вселенской реальностью, которая не может быть передана,
а может быть лишь разделена по воле греческих императоров, что и
было осуществлено еще до папской коронации Карла Великого. Гре-
ческие императоры при этом сохранили корни императорского досто-
инства в Константинополе.
Р. Белл армии в направленном против Флания труде излагал пара-
церковную концепцию Римской империи, являвшуюся составной
частью иерократических тенденций контрреформационного папства,
выражающихся в его притязаниях на господство над гражданской
властью и идеологическую монополию и централизацию. Он ут-
верждал, что Карл Великий стал императором по папскому назна-
чению, что именно папе принадлежала власть на передачу империи от
греков Западу в лице Карла Великого, поскольку треки больше не вы-
полняли условий, необходимых для того, чтобы быть достойными им-
перии.
36
О.Унсуэ касается и проблемы "Третьего Рима", хотя уделяет ей
значительно меньше внимания. Тема империи, пишет он, отделяется
теперь от древа западного христианства, с которым она была органи-
чески связана, начиная с Карла Великого, и возвращается к своим
римским корням, предшествовавшим папству. Российская империя ха-
рактеризуе~ся как наследница Константинополя, но при этом ее уни-
версальность, проявляюшаясяв теократии русских царей, отражает до-
константинову римскую имперскую традицию. Указание на более древ-
нюю, доконстантинову традицию вполне справедливо, однако с трак-
товкой ее содержания как "имперского" и "теократического" согла-
ситься невозможно, т.к. Филофей, как мы видели раньше, вкладывает в
нее иной смысл.
Говоря об итогах изучения концепции 'Третьего Рима", следовало
бы сказать по крайней мере еше о трех важных проблемах: состояние
исследования вопроса об источниках Филофея; особенности его эсха-
тологии; авторство сочинений "Филофеева цикла" (понятие введено
А,Л. Гольдбергом). Каждая из них требует пространного изложения; ог-
раничимся несколькими краткими предварительными замечаниями, на-
деясь более подробно рассмотреть эти сюжеты в другой работе.
ЧДе Микелис вернулся к гипотезе о том, что одним из источни-
ков Филофея, когда он ссылается на "пророческие книги", moi ла быть
скорее книга IV Ездры ^в славянской Библии Ill книта Ездры), чем
книга пророка Даниила . Однако возможность такой интерпретации
создана в значительной степени благодаря еще одной интерпретации,
принадлежащей Юрию Крижаничу, которому, в свою очередь, нс мог
быть неизвестен труд Беллармнна. Собственный же текст Филофея
крайне лаконичен, возможно, нарочито лаконичен из-за осознания эк-
зегетической трудности введения в русскую концепцию прообразова-
тельного звена. Послание не позволяет увидеть в каком-либо его тексте
основание для заключения о конкретной пророческой книге как источ-
нике. К тому же едва ли можно полагать, что Филофей самостоятельно
производил первичное толкование той или иной пророческой книги,
скорее он основывался на каком-то промежуточном источнике или ис-
точниках, резюмируя их содержание, точнее, собственное восприятие и
интерпретацию.
Другой крут поисков - обращение к южнославянским текстам -
позволяет представить лишь модели, по которым разными авторами
строятся концепции преемства царств, но какого-либо сходства по су-
37
шеству или тем более генетической связи с концепцией "Третьего
Рима" обнаружить не удается, горазда отчетливее черты различия.
Дополнение в болгарском переводе XFV в. Хроники Константина
Манассии, назвавшее Тырново "новым Царьградом", обнаруживает
сходство в большей степени с Изложением Зосимы 1492 г., нежели с
Посланием Филофся. Здесь не только нет магического числа "три", но
отсутствует даже упоминание о римско-ромейском имени Константи-
нополя. Гибель "старого", "великого" Рима в Хронике - это. взятие его
"Изгирихом" (у Фнлофея,^как уже говорилось, понятие его падения
имеет совсем иной смысл) .
В тексте Разумник-Указа о трех царствах, изучаемом В.Тыпковой
-Займовой и другими исследователями , нет идеи движения - смены
царств, они статичны, перечисляются в разном наборе и последователь-
ности: Греческое - Алеманское - Болгарское; Греческое - Болгарское -
Иверское; Греческое - Болгарское - Алеманское; Греческое - Иверское
- Болгарское (в разных рукописях). Основное отличие южно-
славянских построений от русских в том, что первые создавались, когда
Византия сохраняла свое существование, а вторые -• после 1453 г.,
поэтому модель не могла быть единой. В Раэумн нк-Указе, в отличие от
Филофея, царства не объединены каким-либо единым именем, а Рим-
ского имени царства нет вообще.
Сравнительное исследование различных вариантов теории, воз-
никавших в разные эпохи в разных регионах, только начинается и су-
лит интересные выводы.
Для эсхатологии Филофея характерен "светлый образ эсхатоло-
гизма", если воспользоваться выражением С.Н.Булгакова . Слова о
"последнем времени" сопряжены в Послании с текстом о божественном
долготерпении, которым обеспечена длительность исторического време-
ни, продолжение земной истории человечества. "Последнее время" и
продолжение истории в восприятии Филофея отнюдь не противостоят
друг другу. Они объединены божественным долготерпением, и единст-
венно оно определяет сроки Второго Пришествия: "Не опоздит Господь
обета, еже обеша, но долго трьпит, не хотя нскиа погубите, хотя всех в
покаяние вместити", - цитирует Филофей второе соборное Послание
апостола Петра (3,9). Тема " последнего царства" - одна из ключевых в
Послании, и ее изложение Филофеем - значительный вклад в русскую
историософию и эсхатологию.
В ходе исследования текстов при подготовке сборника "Идея Ри-
ма в Москве" нашли новые подтверждения сомнения А. Л. Гольдберга
38
относительно авторства и датировки двух других сочинений "Фило-
феева цикла", в которых не только иная литературная манера, но и
иные авторские суждения и представления, концепция приобретает
новый облик и смысл, уже здесь начинаются ее трансформации. В со-
чинении "Об обидах церкви" проявляются даже элементы полемики с
Посланием против астрологии. Подробная аргументация новой атри-
буции и датировки остается за пределами данной статьи; она кратко
изложена в сборнике "Идея Рима в Москве".
1 Ключевский ВО. Псковские споры //Сочинения в восьми томах. М., 1959. T.VJI.
С.39
1 Гольдберг АЛ. Три 'послания Фнлофея'. Опыт текстологического анализа //
ТОДРЛ Л, 1974. Т.ХХ1Х. С.68-97.
1 Ее guerre dei Veneti net! Asia 1470-1474. Document! cauati dall’arcipvio ai Iran in
Venezia et pubUcati per E. Comer. Vienna, 1856. P.112.
4 Максим Грек. Сочинения. Казань,I860. 4,2. С.318
S Сборник РИО. М.,1887. Т.53. С. 118,
4 Каптерев Н.Ф. Характер отношений России к православному Востоку в XVI и
XVII столетиях. Сергиев Посад, 1912. С.349-350.
у
Зеньковский В. В. История русской философии. Париж,1989. С. 47.
! Флоренский П.А Столп и утверждение истины. М., 1914. С.339.
Медведев И.П. Внучка Дмитрия Донского на византийском престоле? // ТОДРЛ.
Л.,1976. Т.ХХХ. С.255-262.
10	Медведев И.П. Империя и суверенитет в средние века (На примере истории
Византия и некоторых сопредельных государств) // Проблемы истории междуна-
родных отношений. Сб. статей памяти Е. В Тарле. Л., 1972. С.416-418,
11	Герберштейн С. Записки о Московии. М.,1988. С. 69.
12	Памятник опубликован по пяти спискам (Тихонюк И А “Изложение пасхалии"
московского митрополита Зосимы // Исследования по источниковедению истории
СССР XIirXVHl вв, М.,198b. С. 45-61). Публикатор полагал, что рукопись Троицк.
46, содержащая чтение "новый Рим", представляет текст, вторичный по отношению
к остальным спискам, поскольку после текста "Изложения" следуют пасхальные таб-
лицы, начинающиеся не с 7001 (1492/93) г., а с 7004 (1495/96) г., а в таком случае
вариант "новый Рим" следовало бы считать вторичным по отношению к первона-
чальному "новый Иерусалим". Однако ИА.Тихонюк не обратил внимания на то, что
пасхальные таблицы на ял. 94-94 об, написаны другим почерком, другими чер-
нилами, причем почерк не просто принадлежит другому писцу, но представляет
другую манеру письма, более беглую н небрежную, в отличие от тщательного, "па-
39
разного" письма гекста "Изложения". Поэтому велика вероятность, что таблицы
были вписаны в потовую рукопись позднее. Следовательно, вопрос о первоначаль-
ной редакции или варианте текста остается открытым. Далее, ИЛ. Тихонюк полага-
ет, что текст в Троицк 46 - "неофициальная обработка" 1495/96 г. "памятника офи-
циальною происхождения", каковым является Изложение в других списках. Однако
лишь в Троицк46 памятник имеет заглавие, в котором сообщается, в частности, о
епо составлении ''повелением" великою князя Ивана III, т.е. именно об официаль-
ном происхождении.
17 Исследование 74-77 глав "Христианской топографии" Козьмы Индикоплова см.:
Pitsaiis С Conceptions et Hoges de la romanili dans /empire remain d'Orient: deux
themes "byzantins’d'ideologic politique // Idea giuridica e politica di Roma e personalita
storiette. Rendiconli del X Sctmiiario "Da Roma alia terza Roma". Roma, 1991. I. P.95-
103, 116-123. Более раннее привлечение текстов в связи с идеей "Третьего Рима" см.
Мадинин В. Старец Едеазарова монастыря Филофей н его послания. Киев, 1901.
С.403 и ед.
14 О Христе как новом Адаме, втором человеке, см. Лосский В.Н. Очерк мистиче-
скою богословия восточной церкви. Догматическое богословие. М., 1991. С.102-104,
112.
*5 Синицына Н.В. Максим Грека России. М.,1971. С.91-93.
16 Если бы Фнлофей имел в виду 1453 г., то датой Послания оказывался бы 1543 г.,
что невозможно при любом допущении, т.к. к 1528 г. относится смерть Мзкюря
Мунехина, НЕ Андреев справедливо утверждая, что в основе расчетов Фнлофея на-
ходится дата Флорентийского собора, и датировал Послание временем, близким
смерти дьяка (Andreyev N. Filofey and his Epistle to Ivan Vasd’yevich // The Slavonic
and East European Review. 1959. V.38, Л$ 90, P.22). Привлечение AJI. Гольдбергом ля-
тинскою Альманаха, перевод фрагмента которою дословно цитируется в первом м-
ризнте Предисловия к Посланию (Гольдберг АЛ. Три “послания Фнлофея". С.69-71)
подкрепляет датировку Послания “до февраля 1524 г." (дата предсказанного
“пременення" - потопа), т.к. в нем в полемике с Булевым никак не использован га-
кой выигрышный факт как иесосгоявшеоея предсказание. Поэтому и присоединя-
емся к мнению, что Филофей имеет в виду Флорентийский собор. При этом он ок-
ругляет число прошедших лет.
17 Малинин В. Старец Елеазарова монастыря Фнлофей. С.336.
" РГБ, Писк. 162.
17 В главе Хронографе, посвященной Нккейскому собору, указано, что “от Вопло-
щения Господня" до этого события прошло 805 лет, а от Адама 6305 лет (ПСРЯ.
СПб., 1911. TJCXII. 4.1. С.322), "Летописчик вкратце", помешенный в начале Хро-
нографа, называет дату 805 лет "От Воплощения’, но дает правильную дату “от
40
Адама" - 6296 лет (при расчете 6296-5508 « 788); однако здесь указано, что 'от Ада
надо Рождества Христова лет 5500", при таком расчете дата собора снова искажает-
ся (Там же. С.20).
10 Там же. С.324.
11 Catalano Р. Fin de 1'Empiii mmain? Un pmbUme juridko-rei^tcux // Roma,
Costantinopoli, Mosca. Atti del I Seminario intemaztonale di studi stoitci "Da Roma alia
terra Roma". Napoli, 1983. P.555.
И Малинин В. Старец Елеазарова монастыря ФилофеА С.335-344, Попов А
Историко-литературный обзор древнерусских полемических сочинений против за
тияян. М.,1875. С. 136-145.
U Ср. Haugh R Photios and Carolittgiaiis. The Trinitarian Control tsy. Belmont, Mass,
1975. P.45-47.
M ПСРЛ. T.XXII. 4.1. С.324-326. О папе Формосе см. Dvonuk F. The Phouan schism.
History and Legend. Cambridge, 1948. P. 216,217,
1$
Журнал Министерства народного просвещения. 1880, № >0 С.331
* ПСРЛ. М.;Л.,1963. T-XXVIII. С.330-331, СПб.,1853. TVI. С241-242, С116.. 19111,
ТХХ. 91. С.366-368.
27 Идея Рима и Москве. С.147 (л. 12, разночтение 85).
м Чичуров И.С. "Хождение апостола Андрея" в византийской и древнерусской
церковно-идеологической традиции // Церковь, общество н государство в фео-
дальной России М.,1990. С. 7-24.
29
Синицына И. В. Послание константинопольского патриарха Фотия князю Ми-
хаилу болгарскому в списках XVI в. // ТОДРЛ. М.Ц1,1965. Т.ХХ1. С. 102,106,107,
30
Переписка пап с российскими государями в XVI в. СПб., 1834. С.97-98.
11 Судные списки Максима Грека н Исака Собаки. Изд подлог. Н.Н.Покровский.
М., 1871. С. II 1,119
п Catalano Р Op cit. Р.551.
33 Goes ВС Tntnslatio imperii. Eio Beiuag zur Geschichte des Gescluchhtsdeniens und det
politischen Theorien Im Mittelalter und in der frithen Nenzeit. TUbingen, 1958 P. 381 ss.
ftn V. La pentamhia: istitarione ecc/esiale (IV- VII sec.) e teoria cattonica teokgica //
Settimane di studio del Cerrito haliano di studi suil'alto medroevo. XXXIV. Spoleto, 1988.
P.222.
S5 ПСРЛ. TXXII. 4.1. C.440.
16 Stapov J.N. - Sinicyna N.V. La Rome antique et m6dieval6 darns les textes russet du
IX-e au XVI-e s. Etude sur ie sens des mots msses Rim, rimstii et ттшЦапш // La noziane
di "Romano" Ua cittadinanza e universality. Atti del II Seminario inlernazionaie di studi
Uorici "Da Roma alia terza Roma". Napoli, 1984. P.492-503.
41
ЗУ
De Michelis CO. Origiue e interpretazione delta Тсгга йота" in Filofe) (1523) //
P^rcdi e spazio tomano Us diritto e pmfezia // Atti dei III Semiaario intemazionalc di
studi storici "Da Homa alia teiza Roma". Napoli, 1985. P.524.
И Unriti J.DO. 0 concetto di lmpen> Romano e 3 ргоЫета deBa transiatio' nella
polemica tra Flaccio IUIiko et BeOarmino//Roma, CostantiaopoH, Мааса. P.151-171.
De Michelis C.. Opcit. P.524, Лурье ЯС. Замелей к истории публицистической
литературы конца XV - первой половины XVI в. Геннадневскмй кружок и теория
’Москвы - третьего Рима’// ТОДРЛ. М;Л, I960 TJCVI. С.457-460.
40	Die Slavische Manasses  ChmnA. Nash det Auggabe von 3. Bogdan. Mit einer Ehdei-
Omg von I.SchopItr // Slavische PmpyUen- M6ttcben,l966. Vol. XIII. P.99. Переработка
болгарского дополнения в Русском хронографе называла Царырад ’новым Римом’ и
снимала упоминание Пиана Александра Ясеня, а при использования текста в
русской Повести о взятии Царырада в составе того же памятника он предназнача-
ется для прославления "Росиской земли" (Идея Пма в Москве. С.128,132).
41	Ttpkova-Zaimova V. Des ideos de Rome et de Л Seoonde Rome chez les RulgarBS //
Roma, Costanttnopoli, Mosca, P.392-393; Pope R. Rtdgttria. The Third Christian King-
dom in the RazmnnA-Utaz//Slavia. 1974. T.43(2). P.141-153; id. A possible South Source
for the Doctrine: Moscow the Third Rome // Slavia. 1975. Т.45. P.246; Miltenova A
Ratumndt-Ukag (Tehsttdogidesco proutvane, izdanie an aimba^atricSa tetst //
Pataeobnigarica. 1986. T.4. P.20-44.
42	Буллитов С. Православие. Очерки учения правосзпыноЛ перюи. М., 1991. С.385;
ЛосскиЯ В.Н. Указ. соч. С. 186-187.
42
П. Сшискамт
ТЕРМИНЫ: ’PROPHETIA' (ПРОРОЧЕСТВО), "SACERDOTIUM"
(СВЯЩЕНСТВО), ’IMPERIUM" (ЦАРСТВО) В НАЧАЛЕ НАШЕЙ
ЭРЫ
1.	В своем докладе ‘Заметки к исследованию словаря", представ-
ленном на Ш семинаре “От Рима к Третьему Риму" в 1983 г., Жан Го-
дсме отмечал, что наши исследования могут продвинуться вперед, если
мы обратимся к терминологическим исследованиям1. Этим, по крайней
мере отчасти, мы и занимались в ходе последующих семинаров. Такое
требование, впрочем, выдвигалось уже в 1981 г. в начале нашей работы.
Следуя этим путем, я отобрал три понятия, соответствующие инсти-
тутам и соотносящиеся с тремя терминами или, скорее, с тремя парами
терминов, обозначающими людей и их статус: prophetia — propheta,
sacerdolium — sacerdos, imperium — impcrator эти три пары латинских
слов представляются мне основополагающими для всей истории евро-
пейской цивилизации — западной и восточной.
Через эти слова мне хотелось бы подвергнуть и лучению выражаемые
понятия, обратившись к первым столетиям нашей эры, особенно с точ-
ки зрения библейской и христианской.
Речь идет, разумеется, о предыстории тех аргументов, которые инте-
ресуют здесь присутствующих. Считаю, однако, небесполезным рас-
смотрение основ нескольких важных религиозных и политических по-
нятий и способов их выражения на латинском и греческом языках. Мне
известна сложность вопросов, поднимающихся в исследованиях по тер-
минологии, равно как и полемика, в частности, Джеймса Барра* про-
тив определенной манеры историко-теологических исследований, пре-
тендующих извлекать из слова и его семантической функции данные о
Weltanschauung целой цивилизации, в этой связи можно задаваться
вопросом, приемлемо ли столь резкое разграничение слова и понятия.
2.	Что есть пророчество? Кто есть пророк? Следует привести крат-
кий обзор форм, благодаря которым долгая библейская традиция вы-
деляет пророчество. Последнее идентифицируется прежде всего не с
предвидением или предугадыванием будущего, но с готовностью чело-
века "говорить вместо" — по греческой этимологии слова. Если рас-
смотреть, в частности, Ветхий Завет, то пророк обладает тремя осо-
43
бенностями: особая связь с Богом, порученная ему миссия и, наконец,
возложенное на него посредничество  В этой ситуации пророк видит
веши И связи вещей, недоступные обычно человеку; более того, ои
смотрит дальше вещей, становящихся символами иных реальностей.
После периода пророков Ветхий Завет указывает нам на наличие
разных дорог, как в книгах Премудрости или апокалиптических.Тем не
менее ожидание прихода (или возвращения) великого пророка стано-
вится все более страстным, о чем свидетельствуют тексты раввинов,
апокрифы позднего иудаизма или кумранские рукописи.
Христианство осознает, что Ветхий Завет оставил ему богатство
пророчеств, приумноженное в Новом Завете; оно сознает их единство.
В конце IV в. Августин замечает в De catechizandis rudibus: “В Ветхом
Завете есть сокрытие Нового, а в Новом Завете есть проявление
Ветхого” (in Veteri Testament© est occultatio Novi, in Novo Testament© ей
manifestatio Veteris)4. Значительно раньше в Евангелии от Матфея под-
черкивалась связь между Иисусом и Ветхим Заветом путем введения
цитат в виде почти застывших формулировок: “А все сие произошло, да
сбудется реченное Господом через пророка”5.
Аналогичным образом повествование о рождении Иисуса в Еван-
гелии от Луки словно соткано из пророчеств, подтверждающих пра-
вильность ветхозаветных ожиданий. Особенно выразительны два эпизо-
да, упомянутые лишь Лукой: первый касается начала проповеди Иисуса
в Назарете. Прочтя отрывок из пророка Исаии (61, 1-2) в субботний
день в синагоге, Иисус сказал: “Ныне исполнилось писание сне, слы-
шанное вами” . Второй относится к рассказу о шедших в Еимаус, пе-
ред тем, как они прибыли в деревню, куда направлялись. Иисус сказал
им: “О иесмысленные и медлительные сердцем, чтобы веровать всему,
что предсказывали пророки! Не так ли надлежало пострадать Христу и
войти в славу свою? И начав от Моисея, из всех пророков изъяснял им
сказанное о Нем во всем Писании” . Можно привести и многие другие
аналогичные тексты из Нового Завета.
Если же мы зададим вопрос, к какому типу пророчеств принад-
лежит Иисусово, можно ответил., что оно направлено прежде всего иа
то, чтобы возвестить волю Господню и воплотить ее, осуществить и со-
общить его замысел в отношении человека и мира. В этом смысле биб-
лейское пророчество затрагивает не только прошлое и настоящее, но и
будущее, до конца.
Если Иисус Христос - пророк в высшей степени, ясно, почему
любой из правоверных является в широком смысле также пророком.
44
Действительно, если откровение для церкви завершено, то пророчество,
дар Божий, продолжает распространяться по всему миру, а христиане,
причастные к жизни Христовой, причастны и к его пророческому дару,
который есть Слово Божие. Начиная с древних времен, пророками
именовались самые безупречные среди христиан, например мученики
или некоторые из монахов, житие которых обозначено как
npo<ptjTix6<;.
В злом и .'включается новизна, отличающая христианство от
иудейского или языческого понимания пророчества. Следует сказать,
однако, что в первые века имелось и более строгое, более “техниче-
ское” понимание пророка как человека, говорящего по вдохновению
свыше или, лучше, rtvEupaxi . По мнению некоторых авторов -
Юстина*, Афинагора'*, автора Cohortatio ad Graecos" и др. - это
означает, что пророк пассивен перед действием Святого Духа; тот вдох-
новляет его, подобно игроку на флейте, дующему в свой инструмент.
Другие авторы утверждают, напротив, что будучи вдохновленным
Богом, пророк не утрачивает все же своей индивидуальности. Таково, в
частности, утверждение Иеронима13, разделяемое в целом Большой
церковью, начиная с III в.
Разумеется, в строгом смысле пророк есть лицо, избранное Бо-
гом, выполняющее особые задачи в силу полученного дара. Об этом
часто говорится у наиболее древних авторов христианской литературы.
“Дцдахэ”’3, Ерма. в своем “Пастыре”14, Юстин в “Диалоге с Трифо-
ном”’1. Вслед за Евсевием Кесарийским16 Мильтизд, Аполлоний,
Клавдий, епископ Иеропслиса также часто говорят о пророках. Инте-
ресно констатировать в этой связи, что начиная со второго века при-
водятся критерии для определения достоверности пророчеств, это суж-
дение не теологического или идеологического характера, но этического,
я сказал бы даже - экзистенциального. Важно подражать Христу и, в
первую очередь, действовать бескорыстно.
Настоятельная индивидуализация этих критериев является, воз-
можно, признаком снижения уровня пророческой деятельности или
злоупотребления ею. Можно вспомнить, с одной стороны, о монта-
низме, с другой, - о гностицизме, а также еще о нескольких религиоз-
ных движениях или таких фигурах среди язычников, как Александр из
Абонотиха или Перегрин, весьма известные в то время.
Ясно, во всяком случае, что к концу второго столетия “правовер-
ные” христианские источники начинают реже говорить о пророках: в
этот период харизмы словно замораживаются и никогда уже нс восста-
45
новятся Полностью ; то же происходит и с пророчеством, но надо до-
бавить, с пророчеством в узком смысле, вероятно, из-за частых зло-
употреблений пророческим даром, порождавших напряженность среди
руководителей христианских общин. Согласно Евсевию Кесарийско-
му1* , Мильтиад составил во второй половине второго столетия книгу о
псевдопророках и их экстазах, в которых они притворялись покидаю-
щими собственное тело. Автор сопоставляет эти формы экзальтации с
пророчествами Ветхого и Нового Завета, подчеркивая разницу. Не слу-
чайно, что произведение Мильтиада было адресовано монтанистам,
считавшим, что откровение Божье не завершено, но продолжает прояв-
лять себя голосом Монтана и его прорицательниц.
Можно сказать, что под влиянием ряда причин с Ш в. значение
харизм в глазах Большой церкви уменьшается, однако пророчество, чья
основная функция - возвещать планы и волю Господа над человеком и
над миром, не было затронуто.
3.	В самом общем плане священство есть положение, достоин-
ство, миссия представителя богов или Бога. В греческом встречаем тер-
мин “lepeSa”, в латинском - термин sacerdotium с соответствующими
обозначениями лиц: 1ерей; и sacerdos. Рассмотрим два последних слова.
Нет сомнений, что в первом из них суффикс - еи<; имеет смысл агента
(можно провести параллель с basileus paoiXst^ - “тот, кто царствует”).
Корень в термине (еребс тот же, что и в (ер&;, так же, как и корень
sacerdos находим в sacer.
Обе лексемы опираются, таким образом, на идею священного,
посвященного, независимо от того, идет ли речь о лице, месте, предме-
те, времени действия. Священно все, идущее от богов, а не от человека,
все, что принадлежит богам и исходит от них, в чем ощущается при-
сутсвис сверхъестественного. Такая идея не исключает тенденции к
отождествелению священного, взятого как действие или обряд, с жерт-
воприношением или искупительной жертвой. По латыни sacrum facere
означает как раз “осуществлять священную церемонию”, откуда и
sacrificus. sacrifice, sacrificium . Sacerdos же обозначает лицо, осущест-
вляющее священные церемонии, т.е. вообще священника’9.
Не вступая в столь специфическую область, как история религий
и следуя нашей перспективе, полезно задуматься над значением свя-
щенства а Новом Завете; но, чтобы ответить на такой вопрос, следует
исходить из Ветхого Завета, где для надлежащего и эффективного ис-
полнения священства требуется, чтобы священнослужитель был ‘'отде-
лен” от всего профанного. “И сказал Господь Моисею; говоря; Возьми
46
левитов из среды сынов Израилевых и очисти их... И так отдели
левитов от сынов Израилевых, чтобы левиты были Моими. После сего
войдут левиты служить скинии собрания” (“Числа", 8, 5 и сл., 14 и
ал.). Вот почему их исчисление делается отдельно. (“Числа”, 3, 15; 4,
34 и след.), и они не могут иметь наследия: “Эго устав вечный в роды
ваши; среди же сынов Израилевых они не получат удела, так как
десятину сынов Израилевых, которую они приносят в возношение
Господу, Я отдаю левнтам в удел” (“Числа”, 18, 23). Среди левитов в
полной мере исполняют священство Аарон и его потомки: “И сказал
Господь Моисею... И возьми к себе Аарона, брата твоего, и сынов его с
ним, от среды сынов Израилевых, чтоб они были священниками Мне”
(“Исход”, 28,1). Отсюда и еще более заметное их отделение в “Исходе”
И “Левите". Когда после возвращения из изгнания Иерусалимский
храм стал единственным храмом, только за Великим священнослу-
жителем признавалось право творить жертвоприношение в Святая Свя-
тых один день в году.
Начертанная в Ветхом Завете система является, таким образом,
пирамидальной, И каждая ее часть отделена от других. При этом не
следует, однако, забывать, что в Израиле функции священнослужителя
выполнялись, чтобы открыть народу возможность общения с Богом и
между людьми.
Иисус Христос представлен в Новом Завете иным образом. Он
Принадлежит к колену не Левин, но Иуды и, следовательно, нс являет-
ся священнослужителем по Закону; Иисус не осуждает систему культо-
вого обособления, но ведет себя по отношению к ней с большой свобо-
дой: разделяет трапезу с публиканами, излечивает прокаженных, прида-
ст новое значение субботе и т.п. Он продолжает скорее линию проро-
ков, нежели священнослужителей. В Писании он никогда не именует-
ся священник ((Ереб^), а в канонических книгах термин 1 ергг; (во мно-
жественном числе) употребляется исключительно в применении к древ-
нееврейским священникам.
Единственным исключением является Послание к Евреям, где
Иисус Христос неоднократно назван “первосвященником” . Однако
слова послания лишь подтверждают выводы из прочих текстов Нового
Завета, составители которых ие пожелали, если уместно выдвинуть ги-
потезу, использовать иудейские культовые и священнические
категории. Автор Послания к Евреям говорит о Христе как о
Первосвященнике, но лишь по чину Мелхиседека, т.е. чину более
высокому, нежели чин Аарона. Он пишет (5, 7, и сл.): “Он..., хотя Он и
47
Сын, однако страданиями навык послушанию; и совершившись, сде-
лался для всех послушных Ему виновником спасения вечного, быв на-
речен от Бога Первосвященником по чину Мелхиседека” (ср. Псал-
тирь, 109, 4).
Следовательно, утверждает автор, смерть Христа - не просто
жертва, но единственная, подлинная жертва, воплотившая в себе все
условия; Иисус Христос - единственный, кто самопожертвованием
исполнил священническое посредничество. Поэтому в Послании образ
' Христа выступает примером, призывающим христиан превзойти преж-
нее понимание культа и священства. Они имеют священника, но совер-
шенно иного рода. "У них есть жертвенный культ, но без умерщвления
животных. Их призвание влечет их не к внешним обрядам, а к экзи-
стенциальной жертве Христа... Соединяясь в вере с ним (священно-
служителем), христиане обретают способность воздать Богу подлинный
культ, состоящий в преображении их существования божественной ми-
лостью .
Отсюда и происходит понятие священства, общего для правовер-
ных, разъясненное в первом послании Петра (2,9): “Но вы - род из-
бранный, царственное священство, народ снятый, люди, взятые в удел,
дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой
„и
свет
Здесь вновь полезно обратиться к употреблению терминов. В ци-
тируемом отрывке из первого Послания святого Петра понятие
“царского священства” переводится как (kcoiXeTov ЕерАтеоца - выра-
жение, появляющееся в LXX11. У наиболее старых христианских пи-
сателей, вплоть до Апостольских Отцов первой половины II в.,
руководители местных общин именуются xpeopurepot или frytxipevoi
(вероятно, у иудеохристнан) и txtoxonoi и SiAxovoi у пришедших к
христианству от язычества. Особенно настойчиво употребляет термин
ixtoxono<; Игнатий Антиохийский, у которого он еще не имеет техни-
ческого значения и сохраняет что-то от обычного употребления в
светской среде1*. В любом случае, в наиболее древией христианской
литературе термин [ерсбс полностью отсутствует. У общин, несом-
ненно, имеются постоянные руководители, но именуются они не tepeic,
a fntaxoxoi, xpeopuTSpoi или Sidxovoi . Терминологическая преем-
ственность нарушена.
Еще более знаменательно в этой связи употребление слова
xkfjp^ У авторов Нового Завета оно обозначает народ, унаследовав-
ший предвозвестие Господне, ту часть людей, которая причастна к жи-
48
таю Христа, но не ту часть общины, которая несет за нее ответствен-
ность; народом руководят люди, происходящие из мирян. Следователь-
но, в самом начале христианской церкви понятие “священства” пол-
ностью обновляется, выражаясь в формах, незнакомых древним евреям
и язычникам.
В III в. положение начинает меняться как в структурном плане,
так и в плане социологическом и, следовательно, терминологическом.
Прежде всего, все более подчеркивается граница между посвящением в
сан - yetpoTovta (рукоположение) - относящимся к епископам, свя-
щенникам и диаконам, и возложением на человека задач по служению
общине - хатйотаск;, для категорий, не принадлежащих к внугрииср-
„	и г-
ковной иерархии . Более заметным также становится различие между
plebs и clems или clerici, т.е. иерархией духовенства.
Мы присутствуем, таким образом, при начале перемен, которые
приведут к тому, что слова Хшхбс-latcus будут обозначать не только
иную категорию лиц, но и будут отделены от xkfcoc  clenis как иерар-
хических ступеней церкви. Начало употребления терминов lepcrrela -
sacerdotiwn, 1ереб; - sacerdos отмечается в III в. (или даже уже в конце
II в.)”. Они часто встречаются в IV и последующих веках1*. Пере-
мены начинаются, когда церковь пользуется периодами мира и терпи-
мости (уже в III в.) и особенно проявляются после Константина и
осуществленной им “христианизации” империи. Укрепившись,
христиане стали присваивать отдельные обороты Ветхого Завета, а поз-
же - язычества. Но вопрос не только в терминология; речь идет здесь и
о социологических проблемах: духовенство постепенно занимает в об-
щинах все более важные позиции. Определить причины таких перемен
можно было бы лишь путем долгого анализа. Церковь, разумеется,
ощущала потребность в лучшей организации, чтобы просуществовать
дольше. Есть, возможно, и влияние языческого общества с его строго
иерархизированной организацией и классовым расслоением. К тому же
нельзя исключать и воздействие на образованную часть верующих
хорошо известной им платонической и неоплатонической мысли с ее
порядком и строго разграниченными ступенями. Впрочем, движение, о
котором я говорю, является характерной чертой христианства. Уже
Павел принял его. перед лицом языческого мира он призвал своих
братьев не отделяться от других людей, ‘‘...что только истинно, что
честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что достославно, что
только добродетель и похвала, о том помышляйте”**.
49
4.	Третьим понятием, которое я решил рассмотреть, является im-
perium-imperator, в особенности в связи с двумя понятиями, рассмот-
ренными мною ранее.
Прежде всего следует сделать очевидное, но, тем не менее, необ-
ходимое замечание. Публичная (равно как и частная) жизнь римлян
была глубоко проникнута традиционной религией. Несмотря на нали-
чие священств, отделенных от гражданских магистратур, последние, не-
сомненно, всегда имели своеобразный религиозный, если не священни-
ческий характер, поскольку магистраты часто руководили жертвоприно-
шениями, возносили молитвы богам, проводили священные церемо-
нии, обращались к авгурам, назначали покаяние, короче, не могли ис-
полнять свои обязанности без знания предписаний официального куль-
та.
Это касалось любого магистрата и тем более затрагивало такого,
как imperator, который был одновременно pontifex maximus, т.е. главой
высшей коллегии в Риме, коллегии понтификов, хранившей ритуалы
римской религии, религиозные и гражданские традиции как устные,
так и письменные. Понтифики вели запись событий, имевших
значение для res publica, перечисляли избранных магистратов, ведали
культом капитолийской триады. Первый император создал себе титул
pontifex maximus, чтобы теснее связать политическую и религиозную
власть. Достаточно напомнить об атмосфере космической религиоз-
ности, в которой состоялось основание принципата.
Помня о такой атмосфере, легче понять такие цитаты, как приве-
денный ниже фрагмент “Энеиды” Виргиния, где Рим назван “предна-
значенным” для господства над всем миром (VI, 851 и ел.):
“tu regere imperio popuios, Romane, memento
(hacc tibi erunt artes) pacique imponcre morem,
parcere subicctis et dcbellare superbos”,
или знаменитое предсказание Юпитера Венере ( 1, 278 и ел.):
"... пес metas rerum пес tempera ропо:
imperium sine fine dedi...”
Здесь знаменательно понять, - пишет Тюркан, - каким образом...
пространственная бесконечность соприкасается с бесконечностью вре-
менной... Религия Рима и Августа соединяла охраняющую и умиротво-
ряющую мощь царственного города с человеком, воплощавшим его
всегда присутствующее благое воздействие” . Как было отмечено, но-
вым и знаменательным обстоятельством эпохи Августа является тот
факт, то существует princeps; в своем cognomen Augustus он, похоже,
50
выражает сложную реальность - идеологическую и одновременно рели-
п
гиозную .
Именно в эпоху Августа н его преемника Тиберия на одной из
дальних окраин империи возникает религиозное движение, в начале не
привлекшее внимания римских властей. Это христианство, которое уже
в проповеди Христа и первых апостолов предлагает утверждения и раз-
мышления, близко затрагивающие проблемы происхождения и
природы политической власти и ее связи с областью религии. Эти
утверждения должны будут оставить нестираемый след в истории
христианских Востока и Запада. При этом непосредственно затрагива-
ются imperium и imperator.
В Послании к Римлянам (13, 1 и сл.) апостол Павел призывает
подчиняться гражданским властям, “ибо нет власти не от Бога, сущест-
вующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти
противится Божию установлению... И потому надобно повиноваться не
только из страха наказания, но и по совести’’. Об отношении к властям
читаем также в Первом Послании Петра (2, 13 и сл.): “Итак, будьте
покорны всякому человеческому начальству для Господа: царю ли, как
верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказа-
ния преступников и для поощрения делающих добро”. В собственном
историческом контексте эта концепция противопоставлена неприязни
иудеев и иудсохристиан к Римской империи и, возможно, также тен-
денциям к анархии, оставшимся у некоторых общин языческого проис-
хождения. С позитивной точки зрения значение таких обращений оче-
видно: следует подчиняться политическим властям, ибо за ними воля
Господня и существуют они ради защиты справедливости. Именно
справедливая цель гражданского “государства" придаст ему характер
н
освященности .
Эти идеи постоянно подчеркивались христианами первых веков,
хотя внешние обстоятельства часто не благоприятствовали этому.
Есть, однако, еще один заслуживающий упоминания элемент.
Согласно Евангелию, Иисус Христос произносит по поводу imperium
слова, новые по отношению к старому миру. Хорошо известен его раз-
говор с фарисеями (Евангелие от Матфея, 22, 15 и сл.); “... позволи-
тельно ли давать подать кесарю, или нет? Но Иисус, видя лукавство их,
сказал: Что искушаете Меня, лицемеры? Покажите Мне монету, кото-
рою платится подать. Они принесли Ему динарий. И говорит нм: чье
это изображение и надпись? Говорят ему: кесаревы. Тогда говорит им.
итак отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу”.
51
В отношении этого фрагмента существует обширная библиогра-
фия. Следует, тем не менее, признать, что слова Иисуса, с одной сторо-
ны, утверждают права гражданской власти (являющейся, согласно за-
мыслу Божьему, основой человеческого общества), с другой же - раз-
личают область религии и политики. Это совершенно новое
обстоятельство для древнего человека: в Египте и Месопотамии, в
Греции и Риме руководители res publica были одновременно причастны
к религиозным делам. Таким образом, нарушение норм или религи-
озного долга, соблюдение которых считалось необходимым для сплоче-
ния res publica, представляло собой разрыв общественной ткани, что
могло быть восстановлено лишь путем наказания.
Предлагая различать (что не означало разграничивать или отбра-
сывать) область религии и политики, христианство неизбежно вступало
В конфликт с Римской империей. Отсюда и преследования, обуслов-
ленные типичным восприятием pax deorum, т.е. убежденностью, что
спасение и само существование Рима зависит от помощи божества, от
союза с божеством, и разрушение этого союза может оказать лишь не-
гативное воздействие.
Для христиан такое различение подтверждает и расширяет свобо-
ду совести и позволяет увидеть то, что в империи связано с насилием и
развращением людей или с языческой религией (особенно с культом
кесаря). Оно позволяет также увидеть великое наследие Рима и его ци-
вилизации, преодолевшей через синтез права и общественного порядка
этнические различия между подчиненными народами, и соединить im-
ре num и рах . Антиримские тенденции проявляются скорее в некото-
рых дзас ко льни чес ких или еретических движениях.
Однако в среде христиан укрепляется и иное видение, уходящее
корнями в апокалиптический жанр Ветхого и Нового Заветов и допол-
няющее, если можно так выразиться, позицию, о которой я уже упоми-
нал. С христианской точки зрения идентификация между политикой и
религией вообще и Иисусовым Евангелием, в особенности, совершенно
невозможна, ибо царства мира сего должны в конце концов исчезнуть в
царстве Божием. Это, разумеется, эсхатологическая перспектива. В
своем De civitate Dei (11,29) блаженный Августин из Гиппона,
призывая римлян вступить в страну, принадлежащую небу, говорит, что
там:
“Deus unus el veins
nes metas return nes teinpora ponit,
'mperium sine fine dabit”.
52
Изменив прошедшее время последнего глагола цитаты из Вирги-
лия (Энеида, 1,279), Августин глубоко изменил смысл всего текста.
Языческое царство заменяется в конечной перспективе царством Хрис-
товым. По этому поводу не надо забывать, что “царство" Христа часто
обозначалось христианскими авторами как “империя" и что Иисус
Христос назывался не только “царь", но также “император”. Равным
образом назывался и “царем”, и “императором” сам Бог .
И "поскольку в церкви энергии Христа даны двояко... как форма
жизни в порядке нового и окончательного союза и как власть или воз-
можность, осуществляющаяся в божьем народе, чтобы привести его к
полному единению с Христом”, выясняется “участие правоверных в
царственной функции церкви” - царство как форма жизни, царство
духовное (над собой, над миром) и царство как власть . Эту параллель
с текстами о причастности правоверных К пророчеству и священству
Иисуса здесь проследить невозможно.
Царство Христово вместо земных царств: идея напоминает об
апокалиптическом видении Христа как царя христиан, символизи-
рующих борьбу эсхатологического царства против всех земных impe-
ria” . При этом в первую очередь рассматривалось пророчество Дании-
ла по поводу статуи из сна Навуходоносора. Указав на четвертое цар-
ство, соответствующее железным голеням и ногам, частью железным,
частью глиняным, автор библейского текста вкладывает в уста Даниила
следующие слова: “И во дни тех царств Бог небесный воздвигнет цар-
ство, которое во веки не разрушится, и царство это не будет передано
другому народу; оно сокрушит и разрушит все царства, а само будет
стоять вечно” (Книга Пророка Даниила, 2,44)**.
Известно, что во времена, последовавшие за последним
преследованием Диоклетиана, судьбы христианства оказались ближе к
языческим нравам и образу мыслей, нежели к библейским заповедям.
Последним для того, чтобы укорениться в человеческом обществе,
потребовалось долгое время. Действительно, начиная с Константина и
его преемников, отношения между политической и религиозной об-
ластями в imperium усложнились. Константин считал необходимым
вновь соединить политику и религию. Он воплощал в жизнь свой план
стать руководителем всей гЯююцДуг) и, следовательно, также и главой
церкви. Выступая в качестве викария и “вселенского епископа”, импе-
ратор имел в церковной области то же влияние, что и епископы (обла-
дая, наряду с этим, полной властью в гражданских делах). Такова, во
всяком случае, интерпретация личности и роли Константина, данная
53
Евсевием Кесарийским. Такой подход к вещам и конкретное их во-
площение римскими императорами в IV и последующих столетиях
вызвали дискуссии и неоднозначную реакцию епископата. Красноре-
чивым свидетельством тому являются отношения между Амвросием
Миланским и Феодосием в конце IV в.
5.	Пророчество, священство, империя: эти три понятия и три жи-
вые реальности первых веков нашей эры, пережившие немало преврат-
ностей в восточном дохристианском мире, в Иудее, Греции и Риме,
представляют собой “узловые” явления истории, затрагивающие не
только античность, но и средние века и современность - как на Западе,
так и на Востоке. Они представляют собой, на мой взгляд, весьма важ-
ную часть римско-константинопольского наследия на уровне идеи и
ярс£ц власти над людьми и служения людям.
Пророк и £я1охохос , существующие рядом, порождают проблему
соотношения между божьим даром и институтами - проблему крайне
острую для всей нашей истории, но вряд ли имевшую место для церкви
самого раннего периода. Кроме того,	и император, также
сосуществующие, создавали проблему соотношения между областями
религии и политики, о последствиях чего говорилось многократно (я нс
касался здесь еще одного весьма интересного вопроса об отношениях
между пророком и императором, разве что вскользь, цитируя Книгу
Пророка Даниила).
История показала, во всяком случае, как трудно привести в гар-
монию эти факторы и людей, которые их представляют. Им следовало
бы дополнять друг друга, чтобы всей своей жизнью вести человечество
к бодсс справедливому обществу. Согласно позиции христианства, вера
не заставляет империю отождествляться с церковью, но и не толкает их
к отделению друг от друга, ибо не исчезает таинственная
преемственность между историей и том, что грядет после нее. Вера
утверждает, что пророчество - Слово Божие - лежит в основе глубин-
ных устремлений человека, а общества и цивилизации, познавшие
христианство, могут существовать В органичной взаимности с “Благой
Вестью". Однако, “священство Христа” порождает власть, происходя-
щую и получившую суть свою от неба; она есть власть Истины, что,
согласно Евангелию от Иоанна , и демонстрирует Иисус Христос
перед Пилатом. Таким образом, если империя не сознает своих границ,
если она претендует на роль абсолютного, тоталитарного института, она
противопоставляет себя Богу, ибо пытается в некотором роде подме-
нить е,о; тогда и ее власть перестает быть законной, обращается в
54
идолопоклонство, так как политика Полностью отождествляется с рели-
гией или иногда стремится вытеснить последнюю и встать на ее место.
Таким образом, становятся ясными причины, по которым во многих
текстах ранней христианской литературы Христос именуется не только
как "пророк" и "первосвященник по чину Мелхиседека", но и "парь ца-
рей", "император императоров", яцутохреггор И говорится о пророчес-
кой, священнической и царской функции церкви, к которой принадле-
жат правоверные.
* Gaademet 1. Notes pour ипе engulte de vocabulabr // Popoil t rpezio пинало tra diritto e
pmfezla Da Romo alia Terza Roma, Siudl III. Napoli,/986 C-XXV-XXXI(XXV).
7 Barr J. The Semantic of Biblical Language. London, 1961.
3 Handbook Theologischer Grundbegriffe hrsg. von H. Fries. Mvnchen, /970. Cm. Prophet, II, 3.
* De catechivmdis rudibus 4, 8. Cm. Aagaslbtas. Quaesthmes In Hephtateuch. 2. 73.
5 Евангелие от Матфея. I. 22. 2.13; 17, 23; 4,18; 8, 17.
* Евангелие от Луки. 4, 17 и at.
7 Евангелие от Пуки. 24, 25-27.
* См. например, ДиЬахэ. 11, 7и сл.
* /мтТйшх Dialogue cum Tryphone, 115
1® Athenagorcs. Legath 9.
’ ’ Cohortatio ad Graeeos 8.
17 Hieronymus. Commentarius in Naum, proefatlo.
ПДидахз. 12,1 к at.
H Hermes, Pastor, mandatum. 11,7и сл.
’5 htstbua. Dia/ogus cum Tryphone, 33,5; 51,2; 69,1; 82,1.
1® Eusebius Cats. Hlstoria ecclesiastica. V, 16, 7,
I? Un voa Balthasar H. Die Prophetic. // Deutsche nomasausgtbe, XIII, Heidelberg-Graz.
1954. C.233-372 (264)
1® Eastbias Cues. Historic! ecclesiastica. V. 17, /-J.
I* * Churttraine P. Dtctionnoire itymoiogigue de la langue grecque. Hlstoine des mots. T. I. Paris,
1968. C. 457, lef'4'. Frncvt A.-Meili ft A. Dicfionnaire ilymolcgique de la langue latine.
Histoire des mots. asd.IV. Paris, 1939 C 385 и сл, “sacer". См. также F.Klagt, Sacerdos
// Zeitschr. fir vergleich. Sprachforsch. auf dem GeNet der Indogerm. Sprachen 31, 1923.
C.62.
10 Послание к Евреем 2, 17; 3, I. 4, 14 и сл ; 5. I; 5. Sues: 3, 10; 6. 20. 7, II и at.; 7.
17; 7. 21. 7, 26; 8, I; 9, I и dp
11 ИмЬрг A. Pretres ancic/u Prilre nouveau xion ie ASwtw« Testament Pans, 1980 C 260
22
Исход 19, 5 и сл, отрывок, которым вдохновляются Первое послание Петра и Апо-
калипсис См также Книгу Исаии 43, 20
33 Исход 19, 5 и сл . Septuagtnta ед A.Rehlfi, изд У Stuttgart, 1952 TI С IIS
Ignace d'Asuioclu Letters Camelot Р-Th изд IV, Sources Chret 10 Parts,1969 C 136,
№ 2
P2S
Moot er de P. Queiques mots de la langue chrilienne // Melanges de I'Untverstli Saint Jo-
seph гXXXVIII, fax 7 Beyrouth C 164-IBS (164 u сл), Lamalre A. Les muusUres aux
engines de I'Eglise Pans, 1971 C 192 и другие
26
См , например, Первое Послание Петра St 2-3, Siniscalco A LatcJ e iatcuA // Uh
profile $toNCo Roma,l9t>6 C 44-45
27
Это случаи читчиков, или девственниц, или вдов См Hippolytus. Traditto apostatlca 2,
7, S, 10 и ся
2S
См , например, Irenaeus, Adv Harr 4, 17, Tertullianus, De bapt 17 См также свиде-
тельство Евсевия Кесарийского Hislona ecclesiaslica V, 24, 3 в отношении Паликрата,
епископа Малой Азии в конце И л
29 A Greek Patristic Lexicon ed by G.W.H.Lampe. Oxford,1961 C 669-670, Blaise A. Die-
tlonnaire Latin-Franfas des Auteurs Chretiens Strasbourg. 1954 C 729
u
Послание К Филиппийцам 4,8
TUrcan, K. Rome ilerneile el les conceptions greco-mmatnes de I'eiemite // Poma, Costan-
lutopoit, Moxa Da Roma alia Terra Roma Napoli, 1983 Studi I C 16
® Mosul M. tdemud ed universality deil impero nunana da Costantino a Giustiniano //
Roma, CostanltnopoU, Musca Op cit C 274
® Carlyle Я. Ж. et A.J. II pensiero politico medievale, итал перевод Ban I 1956 C107 (A
History cf Medieval Pobticai Theory in the West I London 1903, SinlXatco P. 11 cammino-
di Cnsto neilImpero rnmano Roma-Ban,1987 C 104 сл и другие
ЭогЛ М. Il rtfiuto е la lealta it cnsbano neli'lmpero pnma di Costantino // Paroia Spirtto
Pita 1987 f& 15 C 261-272 (263-264)
&etersoit £. Chris tas als Impaator Leipzig, 1935 (Id Theoiogische Traktau
Manchen,1951 C 149-164(153)
36 Cougar, M.-J, Jaions pour tme thdologie du iatcat Pans, 1953, C 314 и сл
3^ Peterson £ Chnstus als imperator, at C157
ЭД
Си также Книгу Прораы Даниила 7fi и сл о видении четырех зверей д интер-
претации, данной пророком По поводу толкования глав 2 и 7 Книги Пророка Даниила в
иудейской и христианской апокалиптической литературе и в патристической
литературе вплоть до писателей восточной Римской Империи см доклады
56
М.Делъкора, М.Самокетта, M.flMM t Г.Подекалсквге в йороИ е spatfo пижню tn
dititto e profetfa Da Rama alia Terra йота, cit С 11 u сл , 291 u at, 309 u at
w
Евангелие от Иоанна IS, 33 u at
Sckller Ц. Der Stoat nach dem Neuen Tatament // Betimung auf dot Nene Testament
Freiiru^Batei-Wlen, 1964 C 193 211(200),
57
Н.НЛисовой
ПОД ЗНАКОМ СОФИИ (К ПРЕДЫСТОРИИ ИДЕИ “ТРЕТЬЕГО
РИМА”)
I.	В последние годы внимание многих исследователей
привлекала проблема единства и противостояния киевской и
византийской исторической и политической концепции. Но не всегда и
не достаточно последовательно изучалась при этом связь историо-
софских воззрений с общим комплексом софийских представлений,
спецификой той идеологической коммуникации, которая ие могла не
объединять в X-XI столетиях более или менее ощутимо Софию Киев-
скую и Софию Новгородскую, с одной стороны, и Софию Царе-
градскую и Со луне кую - с другой. Актуальным представляется такой
анализ всей совокупности идей и текстов, предшествовавших и
способствовавших формированию в XV] в. теории Москвы - Третьего
Рима'. Между тем, есть основания предполагать наличие подобных
представлений уже в кругу киевских книжников старшего периода. Мы
имеем в виду осознание - под знаком Софии - Киева как второго ( var.
третьего - ибо вторым признавался Царьград) Иерусалима или как
второго Константинополя (resp. третьего Рима).
2.	В известной работе “Троиие-Сергиева лавра и Россия”
священник Павел Флоренский выделил две эпохи в истории русской
культуры, русского богословия и историософии. Одна, по его мнению,
началась с равноапостольного Кирилла Философа (IX в.) н развивалась
преимущественно на путях софииного мышления, вторая началась с
Сергия Радонежского (XIV в.), основоположника троичного мышления.
Принимая, с известными дополнениями, эту схему, мы хотим подчер-
кнуть, что именно в развитии идеологии Софии Премудрости Божией
осуществляла Киевская Русь преемство философской н историософ-
ской мысли не только с Византией, но и с греко-римской традицией
(Богоматерь-София-Афина-Минерва) . В этом смысле необходимо
ввести в рассмотрение не привлекавшиеся прежде историко-литур-
гические данные. Так, глубокие ассоциации были связаны для древ-
нерусского религиозно-философского и исторического мышления с 12
мая. 1 августа 988 г. было совершено крещение киевлян в освященных
водах Почайны, а уже весной следующего года Владимир “помысли
создатн церковь Пресвятая Богородица и, послав, приведе мастеров от
грек” 'ПВЛ, 989 г) Можно предполагать, что основание церкви
58
(будущей Десятинной) было положено в воскресенье, 12 мая 989 г., а
ровно шесть лет спустя, 12 мая 995 г. (в летописи 996 г.), тоже в
воскресный день, церковь была освящена. Этот день был внесен в
месяцесловы и Прологи.
Дату освящения 12 мая 995 г. обосновал А.А Шахматов. “По по-
казанию соответствующей продажной статьи, освящение святой
Богородицы имело место 12 мая, а 12-е мая приходилось на
воскресенье именно в 6503 (995), а не в 6504 (996) году, а что
освящение нового храма было приурочено к воскресному дню, вряд ли
может подлежать сомнению” . Статья об освящении Десятинной
церкви 12 мая известна уже в древнейших списках Пролога XIH-XIV
вв. Праздник 12 мая упоминается также в Обиходе (Рум. 244) .
А.А.Шахматов ссылался также на список Пролога, изданный О.М.Бо-
дянским, где указан был (ученый думал ошибочно) день празднования
11 мая .
Похоже, что Десятинную церковь повторно освящали в воскрес-
ный день, ближайший к дате ее первого освящения: 11 мая 1040 г. (в
летописи - 1039 г.). Видимо, 12 мая 1045 г. был освящен построенный
Ярославом Мудрым новый киевский Софийский собор (По В.Н.Лаза-
реву - 11 мая 1046 г., но едва ли ранее окончания работ в Софии Киев-
ской могли начаться работы по созданию Софии Новгородской, а их
начало датируется маем 1045 г.) . В той и другой датировке мы следуем
гипотезе А.А.Шахматова, подтверждаемой многими источниками, о
преимущественном освящении храмов на Руси в праздничный или
воскресный день.
3,	Если, восходя к истокам традиции, попытаться понять, каким
образцам следовали святой Владимир и Ярослав в выборе дня для освя-
щения храма, нельзя пройти мимо указания Псковского Апостола 1307
г.: 11 мая 6460 (952 г.) при княгине Ольге произошло освящение Со-
фийского собора в Киеве (имеется в виду первый, деревянный, сгорев-
ший в 1017 г. храм).
Ольга, в свою очередь, также следовала вполне определенной
традиции. “Когда великий из царей и христианнейший Константин,
избрав Византию, распространил ее и вместо Византии по собствен-
ному имени назвал ее Константинополем и, оградив его стенами, по-
строил в нем здания и святые церкви, тогда, посвятив его Пресвятой
Владнчиие нашей и Приснодеве Марии и воздая Богу за сие дело
благодарения и моления вместе с патриархом, клиром и народом,
59
вышел на площадь ... с того времени обычаем утвердилось праздновать
сие торжество до настоящего времени”.
Так сказано в известном Менологин Василия. Это было 11 мая
330 г.* Следовательно, Ольга сознательно выбирала день для освяще-
ния своего Софийского храма. Ассоциации вели к Царьграву, или (если
ближе к греческому) к Царице-Граду.
Почему же Владимир, сознательно следовавший примерам своей
г бабки, “передвинул” на один день освящение Десятинной церкви? По
той же причине, о какой говорил А. А. Шахматов: как в 989 г. (год за-
кладки храма), так и в 995 г. (год освящения) 11 мая было суббота, 12
мая - воскресенье . По существу же, это один и тот же праздник: “об-
новление Царьграда”; точнее, превращение древнего Византия в Кон-
стантинополь, Второй Рим. Но тогда Киев, освященный в тот же день
со своим, того же посвящения, что и в Царьграде, главным храмом
Премудрости - Софии, это “Второй Царьград"? “Третий Рим”?
Тот факт, что для киевских книжников дни освящения Софин
952 г. и Богородицы Десятинной 995 г. совпадали в едином церковном
празднике, подтверждается как раз тем, как думал А.А.Шахматов,
“ошибочным" чтением (11 мая вместо 12 мал) в прояожной статье по
списку, изданному О.М.Бодянским в ЧОИДР 1845 года.
4.	Аналогично мыслил, очевидно, Ярослав Мудрый. Как писал
Иларион в “Слове о законе и благодати” (1049 г.), “добр же зело и ве-
рен послух - сын твой Георгий ... иже нсдоканьчаная твоя наконьча,
акы Саломон Давидова, иже дом Божий великий святый Его Преимуд-
рости създа на святость и освящение граду твоему... и славный град
твой Киев, величеством яко венцем обложил, предал люди твоя и град
' _	„ю
святей Богородицы
Здесь важно отметить три момента. Во-первых, замысел Храма и*
Града возводится Кларионом ко времени св. Владимира (Ярослав лишь
исполнитель задуманного). Во-вторых, Владимир сравнивается с Дави-
дом - в полном соответствии с системой библейских уподоблений
византийских василевсов . В-третьих, Ярослав, может быть, и в этом
следуя заветам отца, посвящает город, по примеру Константина, Бо-
городице, замыкая тем самым круг софийской символики, становясь и
сам в известном отношении “подойником Константину”.
5.	Приходится предполагать, что и в Византии праздник 11 мая
приобрел позже - очевидно, со времени Юстиниана - софийский
смысл. На известной мозаике в южном притворе собора Святой Софии
в Ко’ зтантинополе (втор. пол. X в.) Изображены Константин И
60
Юстиниан в предстоянии перед Богородицей: первый протягивает
небесной покровительнице модель града, второй - модель
воздвигнутого им Софийского собора.
Параллельный богословский сюжет был представлен и в Софий-
ском соборе в Киеве. Мы имеем в виду ктиторскую фреску с изображе-
нием Ярослава Мудрого, центральная часть которой включала,
согласно С.В.Высоцкому, фигуры предстоящих (мы думаем, также Бо-
жьей Матери) Владимира, с моделью храма, и Ярослава, с одной
стороны, и Ольги и Ингигерды - с другой. Освящая главные киевские
храмы И (12) мая, князья-основатели как бы вручали по примеру
византийских императоров Киев и всю новопросвешенную Русскую
землю Небесной Заступнице.
6.	Но почему Константин Великий выбрал днем освяшения Кон-
стантинополя именно день 11 мая? Позволю себе высказать предполо-
жение об исконной связи “дня рождения” Нового Рима с “днем рожде-
ния” Рима Ветхого. Дело в том, что и сам Вечный город имеет свое
начало. Римляне считали, что он был основан в Пал ил и и (Парилии), в
день праздника богини Палее, в 11-й день прежде Майских календ (XI
Calcndas Males), 753 г. до Р.Х. В Риме дин месяца считали в обратном
направлении, Рождество Христово повернуло направление времени.
Оставив исходным рубежом день рождения Рима, святой Константин
“пересчитал” его в соответствии с новой, христианской традицией: 1-Й
день до майских календ стал 11-м числом месяца мая.
Если наше предположение верно, то понятнее будет и глубин-
ный, софийный смысл праздника. Праздник богини Палее содержит В
себе и аспект почитания Матери-Земли, что в свою очередь коррелиру-
ется с майскими празднованиями Доброй Богини (Bona Dea) и самой
п
Майи (лат. “матушка”) . Аналогично, София Киевская, сливающаяся
В праздновании 11 мая с Богородицей Десятинной, выступает в семаи-
трических функциях и как Мать-Земля, и как Добрая Богиня, и как
Афина Полиухос (Градодержица).
7.	С таким, сакральным отношением к дате 11 (12) мая мы встре-
чаемся нс только у Илариона или в проложной статье. Можно
привлечь еще один важнейший источник середины XI в. - Остро-
мирово Евангелие. Мы имеем в виду датирующую запись дьякона Гри-
гория на последней странице рукописи: “почах же писати. м(с)ца.
октя(б).ка (21). на ламя(т). Илариона. А оконьча(х). м(с)ца майя а I
(12). на па(т). Епифана" (л. 294. об.). Как показано в другой работе
автора, можно думать, что указанные числа имели для создателей па-
61
мятника сакральный, “посвятительный" характер Память преподоб-
ного Илариона (21 октября) связывалась для них с памятью скончав-
шегося (предположительно в 1053 г) известного митрополита Иларио-
на, автора “Слова о законе н благодати”, а день святителя ЕпифаниЯ
Кипрского, 12 мая, с обсуждаемым днем освящения Десятинной цер-
кви в Киеве.
Это косвенно служит дополнительным аргументом в пользу киев-
ского происхождения Остромирсва Евангелия Его создатель, дьякон
Григорий,принадлежал, по-видимому, к клиру Богородицы Десятин-
ной .
8.	Мы сказали в начале сообщения, что отношение киевской и
византийской историософской концепций должно осмысляться в дина-
мике и диалектике не только как единство, но и как - чаше и глубже -
противостояние
Противостояние осуществлялось не только на уровне киевской
(великокняжеской и временами митрополичьей - как при Иларионе)
политики, но и на уровне константинопольского церковного руковод-
ства Видимо, грекам не могла нравиться идея русских князей и их
книжников об историософском равенстве, равночестии Киева,
Царьграда и Рима На уровне литургическом это выразилось в том, что
уже следующий за Иларионом митрополит - грек Ефрем постарался
вытеснить память 11 мая из месяцеслова русской церкви, перепосвятив
Софийский собор 4 ноября
9,	Зато память эта, насильственно отторгнутая от Киевской Со-
фии, ожила в литургическом поминании питомцев Софии Солунской
Важнейший факт для истории славянских православных церквей к 11
мая приурочено совместное празднование равноапостольным Кириллу
и Мефодию (древнейшее свидетельство о майском приурочении
праздника - “Слово похвальное” в Успенском сборнике X11-XIII вв)
Историк М П Погодин в 1862 г писал об этом соединении памя-
ти славянских первоапостолов с праздником 11 мая “А В Горский в
письме своем ко мне, обращая мое внимание на это примечательное
совпадение, спрашивает, “Что это, пророчество или случайность9 По
какому поводу отнесено воспоминание о святых Кирилле н Мефодии
ко дню воспоминания об обновлении Царьграда9 Или церковь русская,
задолго еще до настоящего времени, хотела заменить утраченную славу
столицы православия другим воспоминанием, более обещающим впере-
ди? “ I ак’ Будем видеть в этом примечательном соединении знамена-
„и
тельщ указание
62
10	Отдельного рассмотрения требует вопрос о Софии Новгород-
ской, заложенной 2) мая (на Константина и Елену) 1045 г. и освящен-
ной 14 сентября (на Воздвижение Креста Господня) 1052 г Уже из
приведенных дат видно, что концепция Новгородской Софии созна-
тельно диссацинруется с киевской концепцией Новгород - это уже не
“Третий Рим” и не второй Киев Более глубокий анализ корпуса
литературных, литургических, иконографических данных о “трех Со-
фиях" (Цареградской - Киевской - Новгородской) должен стать темой
особого исследования
1 Щапов Я Я Политические концепции о месте страны в мире в общественной
Мысля Руси X/-X/V вв //ДГ 1987 М.1989 С 189-168
1 Мокеев Г Я Преображение древнего Киева // Памятники Отечества M.I988 Выл
I (17) С 700 702
1 Лихачев Д С Гпадозашитная семантика Успенских храмов на Руси // Успенский
собор Московского Кремля Материалы и исследования М, 1985 С17-23, Вагнер
Г К Дрсннсргсскпй ансачбзъ как образ мира (К постановке вопроса)// Искусство
анса ч&тя М ,7988 С 97-139
4 Шахматов АА Разыскания о древнейших русских летописных сводах Спб, 1908
С 25
5 Никольский Н К Материалы дтя повременного списка русских писателей и их
сочинений (Х-Х/ вв ) СПб. /906 С 47
* Шахматов АЛ Разыскания С 25, примет 7
7 Брюсова В Г О датировке древнейших фресок Софийского собора в Новгороде (XI
- нач Х17 в)//Сов археология /968 № I С 706
* Архиепископ Сергий Спасский Полный месяцеслов Востока М, 7876 Т2 Святой
Восток С 32 (второй пагинации)
Клнмишии ИЛ Календарь и хронопоптя М ,7985 С 31/
v Молдова» А М ’Слово о законе и благодати" Клариона Киев, /ЯМ С 97
11 Жоливс-Леви К Образ власти е искусстве эпохи Македонской династии (867-/656)
// Византийский временник M.I988 Т 49 С/52, 155-/56
1гЛисовой НН Сктромнровп Евангелие как исторический источник // Остро-
мирово Евангелие 1056 1067 гг Научное сопровождение Л, 1988
15 Архиепископ Сергий Спасский Том 2 С 297 (первой пагинации)
Топоров В Н Хеттск Pum/hia лат Panha/Pahha я их балканские истоки // Sax-
канский лингвистический сборник М ,1977
15 Кирилла-Мефодиевский сборник, в память о совершившемся тысячелетни сла-
вянской письменности и христианства в России, изданные по определению Мое
коаското общества любителей русской словесности М Погодиным М ,1865 С.94-95.
64
А.М.Высоцкмй, Ф.В. Шелов-Коведяев
ПЕРВАЯ ЦЕРКОВЬ АПОСТОЛОВ В КОНСТАНТИНОПОЛЕ
И ЕЕ НАСЛЕДИЕ В СРЕДНЕВЕКОВОМ МИРЕ
История средневековой христианской архитектуры (да и любой
традиционной архитектуры) - это история создания одиночных памят-
ников - образцов, основных по своему значению в рамках этнокуль-
турной общности в связи с какими-либо идеологическими представле-
ниями, и - вслед за тем - многочисленных второстепенных
памятников-копий*. По мнению Р.Краутхаймера2, к числу подобных
образцов принадлежит первая церковь Апостолов в Константинополе,
которая еще не вполне оценена в этом качестве. Задача настоящей
статьи - показать происхождение и влияние этого памятника, в значи-
тельной мере связанные с представлениями о власти и их развитием от
Рима к “Новому Риму” - Константинополю - от “Нового Рима” к
“Третьему Риму” - Москве.
Первая церковь Апостолов в Константинополе была построена
Константином 1 в ЗО-е годы IV в., заменена второй церковью
Апостолов при Юстиниане I в VI в., а последняя - мечетью Фатих
Джамии при Мухаммаде (Мехмете) II Фатихе (Завоевателе) в XV в.
При отсутствии каких-либо археологических данных единственным
основанием для реконструкции первой церкви Апостолов в
Константинополе служат тексты описания этого памятника Евсевием
Кесарийским (Vita Constantini, 4,58-60; PG, 20,1209 и сл.) и его
упоминание Григорием Наэианзином (Poetnata de je ipso, 16,59-60; PG,
37,1258).
Новые переводы текстов, новая реконструкция первой церкви
Апостолов в Константинополе и новое освещение ее происхождения с
детальной аргументацией были даны авторами настоящей статьи в дру-
гой работе . В настоящей статье приводятся лишь выводы из нее в со-
провождении нового историко-культурного и историко-архитектурного
комментария, расширенного в отношении наследия этого памятника в
средневековом мире, в частности на Руси.
По нашему мнению, точный перевод описания Евсевия Кесарий-
ского таков;
Глава 58. О возведении названного мартирия Аиостолов в Кон-
стантинополе. После этого он (Константин I) начал возводить марти-
рий в память Апостолов в одноименном ему городе; и весь храм (oeos),
‘	65
подняв его до невиданной высоты, он сделал сверкающим узорами
разнообразных камней, оплетя (его нмн) от основания до самой верши-
ны кровли; и разделив кровлю узкими кессонами, всю ее покрыл золо-
том; и снаружи вместо черепицы для сохранности от дождей сделал за-
шитой зданию медь; и его(храм) озаряло обильное золото, так чтобы
смотрящим издали посылать сияние отраженными лучами солнца. А
исполненные из меди и золота рельефные решетчатые окна опоясывали
храм (domation) вокруг.
Глава 59. Еще описание того же мартирия. И этот вот храм (ne6s)
так возвеличивался с большой императора ревностью усердия: вокруг
него был огромный светлый двор, широко распахнутый в чистый воз-
дух; с четырех сторон его обегали портики (stoai), охватывающие атрнй
с самим храмом (ncos) в середине; н вдоль портиков (stoai) развертыва-
лись базилики (oikoi basileioi), а также купальни и променады, и
многие прочие тщательно выполненные пристанища для стражей этого
места.
Глава 60. Что в нем он соорудил себе и надгробный памятник.
Все это император освятил, увековечивая для всех память Апостолов
Спасителя нашего; но возводил, имея в виду, однако, и нечто иное в
замысле, - то, будучи вначале скрытым, стало к завершению всем оче-
видным. Ведь он определил там место самому себе в положенный час
своей кончины, предвидя, что его тело после смерти станет соучастни-
ком обращения к Апостолам вследствие перенесенного рвения веры, -
чтобы также и после смерти он был бы почитаем от молитв, которые
будут там возноситься во славу Апостолов. И вот, воздвигнув
двенадцать рробниц (thekai), словно священных стел в честь и память
сонма Апостолов, он установил там собственную гробницу (larnax), с
каждой стороны от которой располагалось по шесть Апостолов.
Точный же перевод упоминания Григория Назианзина таков:
59 ... Огромный храм (hedos) Христовых учеников,
60 С крестовидными сторонами, начетверо разделенный.
Мы считаем, что толкование текстов, а также анализ истории ли-
тургии и истории архитектуры заставляют склониться В пользу рекон-
струкции первой церкви Апостолов в Константинополе как крестооб-
разного комплекса зданий, архитектурной оболочки одновременно
христианского и императорского культов: некой центрической куполь-
ной постройки (не tumulus!) в центре, одновременно собственно марти-
рия апостолов и мавзолея Константина I. и четырехугольного пери-
66
стильного двора и четырех трехнефных базиликальных построек с фа-
садами-портиками вокруг нее.
В основе происхождения первой церкви Апостолов в Констан-
тинополе лежали представления о власти, а именно императорский
культ.
Мы полагаем, что прототипы первой церкви Апостолов в Кон-
стантинополе в античной архитектуре распадаются на две группы и во-
площают, с одной стороны, как мавзолей Диоклетиана в его дворце в
Сплите (ок. 300 г.)*, мавзолей Ромула на Аппиевой дороге в Риме (IV
в.)’ и мавзолей Галерия в его дворце в Салониках (ГУ в.)6 - римско-
греческую идею центрической планировки со зданием в центре и с
двором вокруг него и, с другой стороны, - как дворец Диоклетиана в
Сплите (ок. 300 г.) , лагерь Диоклетиана в Пальмире (ок. 300 г.) и
круглая площадь в Герасе (II в.) - римско-этрусскую идею кресто-
образной планировки с двумя улицами (decumaiius и cardo), иногда ко-
лоннадными частично крытыми, и с фиксацией их пересечения (отме-
тим для первого случая связь с представлениями о мемориальном
культе и для второго - с представлениями о пространственной ориен-
тации мира (tetnplum) и сакрализации его neHTpa(mundus), которые хо-
рошо осознавались и античными авторами, и средневековыми).
Подобное объединение одновременно христианского и импера-
торского культов уже при Констанции II в IV в. оказалось неприем-
лемым и приобрело иную архитектурную оболочку: в мартирий Апо-
столов в их гробницы-кенотафы были помещены их реликвии, а в
отдельный, дополнительно пристроенный к комплексу мавзолей Кон-
стантина I, ставший мавзолеем императоров Византии вообще, было
перемещено его тело. В основе влияния первой церкви Апостолов в
Константинополе также лежали представления о власти, а именно
идеализация Константина I, а также экуменическая доктрина в ее
понимании в Византии и вне ее, в частности на Русн.
Как установил И.С.Чичуров , Константин I и его деятельность,
в том числе строительная, стали парадигмой императора Византии и
его деятельности - можно сопоставить описания строительной деятель-
ности Константина I Евсевием Кесарийским (Vita Constantini), Юсти-
ниана I Прокопием Кесарийским (De aedificiis) и Василия 1 Констан-
тином VII Багрянородным (Vita Basilii) у Продолжателя Феофана Ис-
поведника (Chronographia, 5); напомним также, что на мозаике X в. в
третьей церкви Софии в Константинополе11 изображены одновременно
Константин 1 с моделью Константинополя и Юстиниан I с моделью
67
церкви Софии. Не случайно поэтому влияние скорее первой церкви
Апостолов в Константинополе, чем первой и второй церкви Софии там
же (IV и V в.) ; помимо того, что одна была уникальной по типу, а
другая - ординарной, многонефной базнликальной постройкой, одна
была построена Константином I и стала одновременно мартирием
Апостолов и мавзолеем Константина I и императоров Византии вооб-
ще, а другая была лишь основана Константином 1 и, заменив в каче-
стве соборного храма города первую церковь Ирины (VI в.)11, остава-
лась скорее придворным храмом. Отметим, что, поскольку между тет-
рархией Диоклетиана и четырьмя префектурами Феодосия 1 не было
прямой преемственности, Константинополь окончательно получил ста-
тус единственной резиденции императоров Византии лишь при Арка-
дии на рубеже IV-V вв., а епископ Константинополя был признан
вторым после епископа Рима лишь на II Вселенском (I Констан-
тинопольском) соборе в 381 г. (Canon 3), возвышен над всеми еписко-
пами соседних диоцезов Фракия, Азия и Понт лишь на IV Вселенском
(Халкидонском) соборе в 451 г. (Canon 28) и получил титул “Все-
ленский патриарх” лишь при Иоанне IV Постнике в 587 г.; итак,
функции первой церкви Апостолов в Константинополе и первой и
второй церкви Софии там же соответствовали функциям первой церкви
Петра в Риме (IV в.)н и первой “Латеранской” церкви Христа Спа-
сителя там же (IV в.)15.
Кроме того, как показал Г.Острогорский , Византия как наслед-
ница Римской империи стремилась быть единственной империей; госу-
дарства, которые вырастали на территории прежнего римского мира
(orbis) и нынешнего христианского мира (oixo^pevsl, не рассмат-
ривались как равные ей. Отсюда возникала сложная иерахия госу-
дарств, на вершине которой был правитель Византии как римский им-
ператор (аотохратор ₽асн>ефо Рлощиоч) и общехристианский глава по
17
выражению Д.Оболенского , “Византийское Содружество’’ (Byzantine
Commonwealth). При этом император Византии, в частности Кон-
стантин I, н его деятельность, в частности строительная, стали парадиг-
мой христианского правителя и его деятельности - в средневековой
христианской письменности сопоставления строительной деятельности
христианских правителей и Константина I являются topoi; в средне-
вековой же письменности Грузии эти сопоставления превращаются в
отождествление строительной деятельности “равноапостольного” Ми-
риана и “равноапостольного” Константина 1. Не случайно поэтому
влияние на средневековую архитектуру именно памятников Констан-
68
тинополя, столицы Византии и христианского мира, особенно связан-
ных с Константином I.
Наконец, как установил Я.Н.Щапов’*, на Руси идея преем-
ственности от Византии, точнее равенства Византии, стала развиваться
задолго до XVI в.: в Киеве в окружении Ярослава Мудрого, во
Владимире - Андрея Боголюбского, в Москве - Ивана I Калиты (до-
полняясь в последних случаях идеей преемственности от Киева или от
Киева и Владимира). Нс случайно поэтому, если учесть также и эконо-
мический, и географический факторы, влияние памятников Констан-
тинополя на архитектуру Руси до XVI в., хотя и не столь очевидное,
как влияние памятников Иерусалима в Новом Иерусалиме при Никоне
в XVII в.”, но столь же декларативное
Копии первой церкви Апостолов в Константинополе в средневе-
овой христианской архитектуре распадаются на прямые и косвенные
(последние - единственно возможные на Руси). Напомним, вслед за
Р.Краутхаймером , что в средневековой христианской архитектуре ко-
пия может повторять образец не только полностью, но и частично; кро-
ме того, при словесном описании первой церкви Апостолов в Кон-
стантинополе купольное перекрытие центрической купольной построй-
ки в центре могло быть принято за купальное перекрытие четырех-
угольного псристильного двора вокруг нее, а небеса над последним - за
купол (др.-свр. sftmayim >r8qiac >kippA небеса > твердь > купол; др. -
греч. oyranoi>stere6i)ia >lholos>troyllos (то же); др.-арм. crkinkc >
hastatut4wn >gumbetc (тот же); др.-евр. kippat haSSSinayim (небосвод,
букв, купол небес)). Так или иначе, первая церковь Апостолов в
Константинополе стала исходным образцом для развития
средневековой архитектуры Востока и средневековой христианской
архитектуры вообще, в частности для распространения объединения
базилики с крестово-купольной системой или куполом.
Прямыми и полными копиями первой церкви Апостолов в Кон-
стантинополе являются одиночные крестообразные комплексы зданий:
главная церковь монастыря Симеона Столпника около Антиохии (V
в._) где, судя по словам Евагрня Схоластика (Historia ecclesiastica, 1,
14), в центре был скорее открытый двор; отчасти главная церковь мо-
настыря Симеона Столпника Младшего на Дивной горе около Антио-
хии (VI в.)И.
Прямые же, но частичные (или косвенные и частичные) копии
более многочисленны:
69
1.	Крестообразные купсльно-базиликальные постройки: первая
церковь Иоанна в Эфесе (V в.) , где в центре был более ранний
тетрапилон; церковь Пророков, Апостолов и Мучеников в Герасе (V
в.) : первая церковь Мартана в Type (V в.)и, известная лишь по
описаниям Григория Турского. Последняя явилась образцом для даль-
нейшего развития средневековой архитектуры Запада, который породил
многочисленные прямые и полные копии. Эти постройки трудно отде-
лить от купольно-базнликальных построек с трансептом с выступами,
таких, как церковь Леонида в Лехее около Коринфа (V в.) , церковь
Софии в Софии <V1 в.) , церковь Тита в Гортине на острове Криг (VI
в.) , церковь в Хахули (X в.) и церковь Богоматери в Риполе (XI
в.) , тем более что в большинстве ранних купольно-базнликальных
построек купол сдвинут от центра к востоку.
2.	Крестообразные базиликальные постройки: церковь на острове
Фасос (VI в.)3’; церковь в Кючюк Бюйюнпо (VI в.)31; первая церковь
Апостолов в Милане (IV в.) . Эти постройки трудно отделить от ба-
зиликальных построек с трансептом с выступами, таких, как церковь
Мины в Абу Мине (V в.)3*, церковь Думетня в Никополе (VI в.)”,
церковь в Парамифье (VI в.)*, церковь в Сагалассе (V в.)” и первая
церковь Петра в Риме (IV в.). Вероятно, одна из базиликальных по-
строек с трансептом с выступами - вторая церковь Богоматери Вла-
хернской в Константинополе после первой перестройки VI в.; перс-
л
строена в VI и IX вв. , известная лишь по описаниям Прокопия Кеса-
рийского (De aedificiis, 1,3,3), Феофана Исповедника (Chronographia,
А. М.6064) и многих других, судя по их словам, придворных храм, мно-
гонефная базиликальная постройка, причем ставшая крестообразной,
чтимая на Руси и в Киеве, и во Владимире . Так или иначе, первая
церковь Петра в Риме стала исходным образцом для развития средне-
вековой архитектуры Запада и средневековой христианской
архитектуры вообще, в частности дня распространения объединения
базилики с трансептом (отметим, что епископ Константинополя -
вместо епископа Рима - был возвышен над всеми епископами диоцезов
Дакия и Македония префектуры Иллнрнк лишь после запрещения
иконоиочигания при Льве III в 730 г.).
3.	Крестообразные центрические купольные постройки типа сво-
бодного креста: церковь Вавилы в Каусье около Антиохии (IV в.)*;
церковь Богоматери Панагии в Томарзс (VI в.)41; церковь Фрутуозу в
Монтелиуше около Браги (VII в.)43. Эти постройки имеют в античной
архитектуре и иные прототипы, которые воплощают, как гробница Чер-
70
чсннисв на Апписвой дороге в Римс (1И в.)41 чисто римскую идею Т-
образной планировки с квадратом в центре и с тремя выступами вокруг
него, и связаны с представлениями о мемориальном культе.
4.	Купольно-базиликальные постройки; с трансептом с
выступами (напр., названные выше); с трансептом (напр., церковь в
Филиппах (VI в.) , церковь в Боере (VI в.)4’, церковь Мартина в
Фромисте (XI в.) ; с крестово-купольной системой (напр., вторая
церковь Ирины в Константинополе после первой перестройки, VI.,
перестроена в VI и VIII вв.)4 , церковь Софии в Визе (VIII-X вв.)44; с
куполом (напр., вторая церковь Ирины в Константинополе до
перестройки, VI в., перестроена в VI и VIII вв.) , восточная церковь в
50
Алахан Манастыры (V в.) . Одна из купольно-базилнкальных построек
с куполом - третья церковь Софии в Константинополе (VI в.) , пер-
вый по своему значению памятник Константинополя, соборный храм
не только города, но и Византии и христианского мира. Третья церковь
Софии явилась образном для дальнейшего развития средневековой ар-
хитектуры Востока, который породил многочисленные прямые, но час-
тичные копйн. Именно под ее влиянием в средневековой архитектуре
Востока становятся господствующими с VI в. в качестве соборных хра-
мов купольно-базиликальные постройки, а с IX в. в качестве приход-
ских храмов - Центрические купольные постройки типа вписанного
креста . Однако из-за уникальности своей функции она сохранила
уникальность формы и не явилась образцом, который породил какие-
либо прямые и полные копии в средневековой христианской архитек-
туре - лишь после ее превращения в мечеть при Мухаммаде П Фатихе в
XV в. таковые появляются в средневековой мусульманской архитектуре,
начиная отчасти с мечети Фатих Джамии в Стамбуле (XV в.)33 и
особенно с мечети Байезит Джамии там же (ок. 1500 г.)34.
5.	Вторая церковь Апостолов в Константинополе (VI в.)13, из-
вестная лишь по описаниям Прокопия Кесарийского (De acdificiis,
1,4,9 и сл.; cf.: Idid., 5,1,4 и сл.) и Константина Родосского (Dcscriptio
ecclesiae S.ApostoIorum), крестообразная купольно-базилнкальная пост-
ройка с пятью куполами по осям, причем четырьмя глухими - второй
по своему значению памятник Константинополя. Это, по-прежнему,
одновременно мартирий Апостолов и мавзолей Константина I и импе-
раторов Визании вообще. Она явилась образцом для дальнейшего раз-
вития средневековой архитектуры Востока и средневековой христи-
анской архитектуры вообще, который породил многочисленные прямые
и полные (или прямые, но частичные) копии. Именно под влиянием
71
второй церкви Апостолов в Константинополе в средневековой хрис-
тианской архитектуре появляются нс только такие аналогичные по типу
многокупольные постройки, как вторая церковь Иоанна в Эфесе (V]
в.)5*, вторая церковь Марка в Венеции (XI в./7, а также отчасти
церковь в монастыре Пернстере (IX в.)И, отчасти церковь Лазаря в
Ларнаке на острове Кипр (Х1-ХП вв.) и отчасти церковь Варнавы в Са-
ламине на острове Кипр (XI-XII вв.)И. Вероятно, судя по ее изоб-
ражению, по мнению Р.КраутхаЙмера , на миниатюре XII в. к “Го-
милиям" Иакова Коккиновафского (Париж, Национальная библиотека,
gr. 1208, f3 v.; ср.: Ватикан, Библиотека, gr. 1162)*', появляются и
центрические купольные постройки типа вписанного креста с пятью
куполами по диагоналям, такие, как церковь Богоматери Панагии
(Софии) монастыря Христа Космосатира в Ферре (XII в.)**, церковь
Пантелеймона в Нерези (ХИ в.)*3, вероятно, вторая соборная церковь
Эчмнадзнна после перестройки (V в.; перестроена в VII в.)*4, бес-
спорно церковь Апостолоа в Ани (XI в.) и церковь “Ла Катголика” в
Стило (XI в.) , а также отчасти церковь Богоматери Одигитрии
(Афсндико) монастыря Врацдохий в Мистре (XIII в.)*7, вероятно,
отчасти церковь в Аване (VI в.) и, бесспорно, отчасти церковь
Рипснме в Эчмиадзине (VII в.) . Время и сам факт появления этих
построек в Константинополе спорны: вероятно, одна из первых -
“Новая” церковь Христа (“Nea”, IX в.)7*, известная лишь по
описаниям Константина VII Багрянородного (Vita Basilii) у Про-
должателя Феофана Исповедника (Chronographia, 5,83$gg.) и Антония
Новгородского (Книга Паломник), судя по словам первого, это - при-
дворный храм, купольная постройка, причем пятикупольная, или цер-
ковь Богоматери (Северная) монастыря Константина Липса (Фенари
Иса Джамии) (X в.) , плохо сохранившаяся в своем перекрытии. Кро-
ме того, именно под влиянием второй церкви Апостолов в Константи-
нополе в средневековой архитектуре Востока появляется не только та-
кая аналогичная по типу однокупольная постройка, как вторая церковь
Богоматери Панагии Кагаполиани (Гскатонтапилианн) на острове Па-
рос (VI в.) . Вероятно, появляются и центрические купольные по-
стройки типа вписанного креста с обходом, такие, как церковь Успе-
ния Богоматери в Никсе до перестройки (VIII в.?; перестроена в XI
в.)П, церковь Софии в Салониках (VHI в.?)М, вероятно, церковь Петра
и Марка (Атик Мустафа Джамии) в Константинополе (1X-XI вв.)”,
нижняя церковь в Преславе (X в.) , церковь Богоматери Кирнотиссы
(Календерхане Джанни) в Константинополе (XI! в.)”, церковь в Майа-
72
фаркине (VI в.)” и церковь в Мокви (X в.)”, а также отчасти церковь
Георгия в Манганах в Константинополе (XI в.)*°, отчасти церковь
Феодосия (Гюль Джамии) монастыря Христа Эвсргста там же (ок. 1100
г.)**, отчасти церковь Куманин Джамии в Анталье (VI в.) и отчасти
церковь Климента в Анкаре (IX в.?)*3.
Именно прямые и косвенные частичные копии первой церкви
Апостолов в Константинополе среди памятников города (причем
скорее более ранние соборные и придворные храмы, чем одновремен-
ные приходские и монастырские) и являются одновременно образцами
первых памятников Киева. Как показали А.И.Комечм и В.КорачГ и
церковь Богоматери (Десятинная в Киеве (X в.) , аналотичная при
реконструкции церкви Спаса в Чернигове (XI в.) , и церковь Софии в
Киеве (XI в.)**, являются частичными копиями третьей церкви Софии
В Константинополе, с ее двухъярусностью (в обоих случаях) и баш
ликальностью (в первом случае). При этом, по мнению А.И.Комеча*’,
В.Корана* и Д.Панайотовой-Пиге’1, частичные копии третьей церкви
Софии в Константинополе имеются и в первом Болгарском царстве
(напр., вторая церковь Софии в Охриде, Х-Х1 вв. ), и в Грузии эпохи
Багратидов (напр., третья церковь Свети Цховели в Мцхете, XI в ”).
По нашему мнению, - и в Армении эпохи Багратидов (соборная цер-
ковь В Ани, ок. 1000 г. ), но на Руси они более очевидны и более
декларативны. Кроме того, мы считаем, что и Десятинная церковь в
Киеве, и церковь Софии там же являются одновременно частичными
копиями второй церкви Апостолов в Константинополе, с ее пятаку
нольностью (в обоих случаях) и крестообразностью (во втором случае
или даже в обоих случаях, если Десятинная церковь в Киеве анало
гична при реконструкции церкви Спаса на Берестове (там же, XII в. ),
с ее трехпритворностью).
Однако, к сожалению, из-за недостаточности данных о памятни-
ках Константинополя, особенно соборных и придворных храмах, и о
памятниках Киева выяснение того, что является непосредственным об-
разцом того или иного памятника Киева и в какой мере соотносятся в
нем византийские влияния и русские особенности и традиции. Спор-
ным также является вопрос, что послужило непосредственным
образцом Десятинной церкви в Киеве, построенной византиискими
мастерами, по мнению А.Поппе96, придворного великокняжеского
храма, именно церковь Богоматери Фаросской В Константинополе (IX
в.) , известная лишь по описанию Фотия (Honiiliae, 10, 4 sgg,). Судя
по ею словам, придворный храм, купольная постройка, причем
73
однокупольная, по мнению Р Дженкинса и К-Манго9*, аналогичная
при реконструкции церкви Климента в Анкаре (IX в.?), то есть
центрическая купольная постройка типа вписанного креста с обходом
(это полагают АИ.Комеч” и А.Поппе1<Ю). Или же этим образцом яв-
ляется скорее церковь “Nea” в Константинополе (IX в.), также при-
дворный храм пятикупальная, и одновременно какая-то купольно-бази-
яикальная постройка Константинополя с крестово-купольной систе-
,мой, такая, как названные выше? Так же спорно: является ли. непо-
средственным образцом церкви Софин в Киеве, построенной византий-
скими мастерами, соборного митрополичего храма, именно какая-то
центрическая купольная постройка Константинополя типа вписанного
креста с четырьмя опорами, такая, как церковь Богоматери монастыря
Константина Липса (X в.), трехнефная постройка (это считал А.И.Ко-
меч )? Или же этим образцом является скорее какая-то центрическая
купальная постройка Константинополя вписанного креста с обходом,
такая, как названные выше, реально или потенциально пятинефная
постройка, и одновременно Десятинная церковь в Киеве?
Кроме того, спорно: являются ли церковь Успения Богоматери
Печерского монастыря (XI в.) , построенная византийскими мастера-
ми, монастырский великокняжеский храм, “типовая” для Руси центри-
ческая купольная постройка типа вписанного креста с четырьмя опора-
ми, с хорами и с нартексом, и церковь Спаса на Берестове в Киеве,
мемориальный великокняжеский храм, также “типовая" для Руси ана-
логичная по типу постройка, с тремя притворами, соответственно пря-
мой и косвенной копией какой-то центрической купольной постройки
Константинополя типа вписанного креста с четырьмя опорами, с хора-
ми и с нартексом, такой, как церковь Христа Пангепопта (Эски Има-
рет Джамми (XI в.) , тем более, второй церкви Богоматери Влахерн-
ской в Константинополе после первой перестройки (VI в.; перестроена
в VI и IX вв.), не купольной постройки, связываемой на Руси с
церковью Успения Богоматери Печерского монастыря в Киеве'0*? Или
же эти памятники являются соответственно прямой и косвенной ко-
пией какой-то центрической купольной постройки Киева типа вписан-
ного креста с четырьмя опорами, с хорами и с нартексом, такой, как,
вероятно, главная церковь Дмитриевского монастыря (XI в.)'*5 и, бес-
спорно, церковь Архангела Михаила Выдубецкого монастыря (XI в.)'**,
в свою очередь копии какой-то аналогичной по типу постройки Кон-
стантинополя, и одновременно церкви Софии в Киеве, а церковь Спаса
на Берестове в Киеве - еще и прямой копией “Десятинной” церкви там
74
же, с тремя притворами'*7 ? Так же спорно, хотя это и отклоняется от
темы настоящей статьи: является ли церковь Богоматери Влахернской
Киевского монастыря в Киеве (XI в.)"*, построенная тем же заказчи-
ком и, вероятно, теми же византийскими мастерами, что и церковь
Успения Богоматери Печерского монастыря, прямой копией второй
церкви Богоматери Влахернской в Константинополе после первой пе-
рестройки (VI в.; перестроена в VI и IX вв.), никак нс купольной
постройки, связываемой с ней посвящением? Или же этот памятник
является прямой копией какой-то центрической купольной постройки
Константинополя с колоннадами под куполом - типа вписанного крес-
та с обходом, такой, как церковь Георгия в Манганах (XI в.), или пери-
стильного типа, такой, как церковь Богоматери Паммакаристы (Фетхие
Джамми, XI B.?)lW - и одновременно церкви Успения Богоматери и
Печерского монастыря В Киеве, главной церкви Дмитриевского мона-
стыря там же и церкви Софии110 ?
Так или иначе, именно Десятинная церковь в Киеве, церковь
Софии там же, церковь Успения Богоматери Печерского монастыря
там же и Церковь Спаса На Берестове в связи с представлениями о
власти на Руси являются образцами для дальнейшего развития средне-
вековой архитектуры Руси, в частности - церкви Успения Богоматери
во Владимире до перестройки (XI в.; перестроена в XI в.)* 1" , церкви
Успения Богоматери там же после перестройки"1; первой церкви Ус-
пения Богоматери в Кремле в Москве (XIV в,)"1, второй церкви Успе-
ния Богоматери там же (XV В.) 14 и третьей церкви Успения Богома-
тери там же (XV В.) . Образцом всех их является первая церковь
Апостолов в Константинополе.
1 Высоцкий AM Проблема образца я копии в раннесредневековой архитектуре
стран Закавказья // Научи, сообщения Гос. музея нова народов Востока. Вып. 10.
М.,1978.
Krautheimer.R. Eady Christian and Byzantine Architecture. Haimondswoith,1965; [21
/ВК paperback cd. Harmondsworth, 197.1 (далее - Krautheimcr R. Architecture). P.72-73,
489. Л.4,6.
1 Высоцкий AM, Шслов-Ководяеа Ф.В. Первая церковь Апостолов а Кон-
стантинополе и ее место в раннесредневеконой архитектурной иконографии Визан-
тии и стран Закавказья // VI Республиканская научи, конф, по проблемам культуры
и искусства Армении. Тез. докладов. Ереван, 1987.
75
Михайлов БП н др Архитектура Римской империи // Всеобщая история ар-
хитектуры 2 е изд М.1973 Т2 С631-633, 638 660 Рис 183-184, 228-229, ВагкНпеШ
lhanchi R Roma La fine dell'arte antica [2cd) 1 nstampa Mil, 1979 Fig 421
' Михайлов l> П в др Указ соч С 394,657-658 Рис 134,227
' Там же С 661 Рис 234, Bandinelh Bianchi R Op си Fig 422
’ Михайлов КП нар Указ соч С631-633 Рис 183-185, BaodmelliBianchiR Op ей.
Г» 42!
’ Михайлов S fl нар Указ соч С506-508 Pm 15
’ Там же С 520 522 Рнс 32
Чичуроя ИС Место "Хронографии' Феофана в раяневюаигнйской исторяо-
гряфической традиции (TV- начало IX в)//ДГ /5®/ ma М, 1983
" Лазарев ВН История византийской живописи М.1947 С 88-90 Ta&tJCIX-XX,
Т2 М.1948 Табл 90-96
1 ’ Kraulhetmer R. Atehitectuie Р 72,108-109,215,486 TH 27
13 Ibid Р263,486 .At 27
и Conant KJ Carolingian and Romanesque Aichrtecture 800 to 1200 Harmonds-
wortli, 1959, 3 [rev j ed Hatmondsworth, 1973 (далее - Conant RJ Architecture) P7-9,
pl 1 Krauthctmer R Architecture P55-60,486-487 26 35-36,38 11!21-25, Сарктнаи
ГЛ Раннехристианская церковь как новый архитектурный тип // Всеобщая ис-
тория архитектуры Т4 Л, М,1966 С24-27 Рис6-7, Михайлов КП Ранне
христианская архитектура // Всеобщая история архитектуры Г 2-о им M.I973
€6'9 680 Рис8
"Conant KJ Architecture Р46-49, Саркислан ГА Рзннсхрнсткансыя перкоак
( 23 74 Рнс 4, Михайлов В 31 Указ соч С 679
'Г'Oslrvgorsty С Dtc byzantinmlK StsatcBhiemichK//Scmmannm Kcndakomnum T8
1016, [dem History of the Bvzantme State Hew Brunru/cX, 1957 P 25 sg8
Obolensky (J The Bnantmc Comttxmwcalto Eastern Europe 500-1431 L, 1673
' lllurton Я H Политические концепции о месте страны в мире в обшеетввнкой
мысли Руси XIXIVм //ДГ 1987nut MJ989
Врунов НИ Модель Иерусалимского храма, приведенная в XV33 веке в Лжсикг//
। гобщения Российского Палестинского об-иа Вып29 1926, Максимов ПН,
> рпйцеиа О И Архитектура [России/ второй четверти -конца W31 в // Всеобщая
г горня архитектуры М,1988 Тб С137-138 fhre 52
Rrauthcimer R Introduction to an "iconography of Medieval Aichitcs-twe" // loumal of
me tVaibmg and Courtauld Institutes 1942 Vol 5
' Lassus 1 Sanctuaues Chretiens de Syne P 3947 P129-132 Fig f3-54, 56, Tchafenio
(r 'iZAffCf antiques de la Syne du Nord PJ953 Г1 P223sqq, Kraulhetmct R
76
Achitecture P 153-158,500-501 №26 Ш100-107, Михайлов БП Указ соч С 686 688
Рис 20-21
Я Lassus / Cjp at Р133-137 Fig 55, D/obadze V Voriaufiger Benefit uber Giabupgcn
und Unlersuchungen m der Gegend von Anboclua am Orontes // Istanbukr Miueilungen
1965 Bd 15, Kiautheuner R Architecture P 160,500-501 №26
n Ibid P112-113 11157
u Growfoot J W Eaify Churches ja Palestine L,I941 P85-88 Fig 8, Lassus J Op ezr
P148 Fig 61, Krauthetmcr R Arciutecnitv P167 Hl 121
u Conant KJ Architecture P 10,295 № 12 pl 1 Саркисиан ГА Галлия и nxy
дарство Каролингов - Всеобщая история архитектуры Л ,М, 1966 Т4 С. 43,
Михайлов Б П Указ соч С 681
14 К mu the:me г R Architecture Р138-141 III 88-89, Полевой В М Искусство Греции
Средние века М ,1973 С 39 Илл С 31
27 Kmuthe/mcr К Architecture Р268-270 Ill 215-216, Миятев К Архитектурата в
срсдневековна Болгария София, 1965 С19-20 Оф II-12, Миятев К, Кожухаров Г
Архитектура Башарин // Всеобщая история архитектуры Л ,М ,1966 ТЗ С 383 384
Рис 4-5
№ Kxautheuner R Architecture Р268 III 214, Брунов Н И Архитектура Византии //
Всеобщая история архитектуры ТЗ С 71-72 Рис 38, Палевой В М Указ соч С106
109 Илл С 98
29 Северов НП Памятники грузинского зодчества М ,1947 С191 Рис 84, Анн
ранашвнли ШЯ История грузинского искусства М,1963 С155-157 Рис 39, Чу-
бннашвнлн ГН Архитектура Грузии// Всеобщая история архитектуры ТЗ С 341
70 Conant KJ Architecture Р63-64 Fig 17 Pl 31-32, Саркисиан ГА Пиренейский
полуостров и Ломбардия//Всеобщая история архитектуры Т4 С81 Рис 19
11 Kiauthetmer R Aivhitectuie Р135, Палевой В М Указ соч С 43 Илл С 42
П Bott Н еа Klemasiatische Dcnimalci aus Pisidsen, Pamphyticn, Kappadotien und
Lytien Lpz,1908 S192-199 Abb 65-68, KraulhcuncrR Arehitectun: P 176,502 № 10
n Ibid P86 Hl38
M Ibid P117-119 Hl 64
” Ibid P137-138 Hl 87, Полевой В M Указ соч С 35-36 Илл С 30
* Kauthcuner В Architecture Р279,512 № 16, Полевой ВМ Указ соч С 37 Илл
С 31
37 Lanchononskt Ch Les vdles de la Pamphyhe et de la Puidie P,1893 T2 P357
Fig 124, HBottea Op cit S 14sqq, KtauthetmerR Architectiue Pl 17
Я Ibid Pill 279 280,495 № 8,512 № 17
м См, например Воронин НН Из истории русско-византийской церковной
борьбы XII в //ВВ Т26 1965
77
* Lanas J. Op. cit. PI23-128. Fig.51; Krautheimer R. Architecture. P. 79. 10.34.
*’ Rott H. ea. Op, cit. SI82-187. ЛМ59-62; Krtutheimcr R, Architecture. P.174-175.
Ul.l28-129.
n Саркиснан ГА. Пиренейский полуостров. C.66; R.Doa Santos, Istoria artei por-
tygheze. Bucunesti.1976. P. 19-20. lU.s.n.
Михайлой Б.П. и др. Указ. соч. С.657. Рис.225.
„ 44 Krautheimer R. Architecture. Р.266-267, Ш.211-212: Брунов И. И. Архитектура. С.63-
65. Рис. 32, Полевой В.М. Указ. соч. С.37-38. Рис. 30,52.
45 Lassus I. Op. cit. Р.147. Fig.61.
* Conant KJ. Architecture. P.195; Кириченко E.U (Романская) архитектура
Пиренейского полуострова//Всеобщая история архитектуры. Т.4. С.250-251. Рис. 8.
47 Krautheimer R. Architecture. Р.263-265,301. Ill.208-210; Брунов И. И. Архитектура.
С.55-56. Рис.26-27.
44 Mango С. The Byzantine Church at Vine (Bizye) in Thrace and St Mary the Younger//
Зборннкрадова Вязаятаяошкогоинституту 1968. Т.Н.
* Krautheimer R. Architecture. Р.263-265. 111.208-210; Брунов Н.П. Архитектура. С.55-
56. Рис.26-27.
х Krautheimer R. Architecture. Р.258-260.5Н. /А )8. Ш.200-202; Михайлов Б.П. Указ
соя. С. 381. Рис. 13.
” Krautheimer R Architecture. Р.213-230. UI.163-174; Брунов НИ. Архитектура. С.37-
55. Рис. 18-25.
33 Комеч А. И. Храм на четырех колоннах и его значение в истории византийской
архитектуры // Византия: Южные славяне и древняя Русь. Западная Европа. Искус-
ство и культура М.,1973. См. также: Mango С. Byzantine Architecture. N.Y, 1976,
Высоцкий A M. Региональные особенности раинесрыневековой христианской ар-
хитектуры негреческого Востока и тредиевосточный архитектурный койне // III
Всесоюзная конференция (по искусству и археологии Ирана/ на тему "Искусство и
археология Ирана и его связь с искусством народов СССР с древнейших времен'.
Тез. докладов. М.,1979; Он же. Две группы купальных построек в средневековой
архитектуре стран Закавказья и их место в средневековой христианской архитектуре
// IV Республиканская науч. конф, по проблемам культуры И искусства Армении.
Тез. доки. Ереван, 1979.
33 Бородина И. Ф. Архитектура Турции // Всеобщая история архитектуры. М., 1969.
Т.8. С.452. Рис.29,45.
54 Там же. С.461-462. Рис 41.
3! Krautheimer R. Architecture Р253-256,510. hh И; Брунов Н.И. Арыгектура С.57-
58. Рис.28; Aggclide Ch.G. Не pciigrafthe ton Agion Apostolon apo to Konstantina
Rhodio. Atchiteitonike kar syinbohsmos/7 Symnieikta, 1983 1.5.
78
* Krautbeimer Л. Architecture. Р.256-258.510. 5k 12. lit. 196-198; Брумов НИ.
Архзтктура. С.57. Рис.28.
37 Conant KJ. Architecture. Р.237; Knutheimer Я. Architecture. Р.431-436, 529. Th 78.
111367-369; Брунов Н.И. Архитектура. С.57-58,110-113, рис.65-67; Мархузом В.Ф.
[Романская! архитектура Италии // Всеобщая история архитектуры. С.294-298.
Рмс.27-28.
Я Krautheimcr Л Architecture. Р.294. Ш.328; Брунов Н.И. Архитектура. С. 138. Рис 66,
Палевой В.М. Указ. соч. С.145.
w KrautheimcrЯ Architecture. Р.426,528. 56 65; Брунов Н.И. Архитектура. Рнс.66.
“ Krautheimcr Л Architecture. Р.254,510. At 11,529. At 78.
61 Лазарей В.Н. Указ. соч. Г.1. С. 317. Прим. 40, Krautheimcr Я. Architecture. Ш195.
Ср.: Лазарев В.Н. Указ. соч. Т.1 С.114.
e Krautheimcr Я. Architecture. Р.399-400; Брунов Н.И. Архитектура. С. 138. Рис.97,
Полевой В М. Указ. соч. С.151-152. Илл. С. 183.
a Kauthcimer Я. Architecture. Р.400-401,525. At 39. Ш.332; Бошхович Д. Архи-
тектура Сербии и Македонии// Всеобщая история архитектуры. Т.З. С.432 Рис. 14.
64
Арутюнян В.М., Сафарян СЛ Памятники армянского зодчества. М, 1951. С. 36-
37. Рис. 7-8. Табл.16; Тохарский H.hf. Архитектура Армения IX-XIV вв Ер., 1961.
С.91-94. Рис.29; Халпахчыкн О.Х Архитектура Армении // Всеобщая история
архитектуры. Т.З. С.214. Рис. 15-16; Kbatchatnea A L'architecture агшещегше du IV-e
au VI-e stick:. P., 1971. P.67sqq.
U Тохарский H.hf. Указ. соч. С.206-206. Рис.67-68. Табл.46; Халпахчвяи О.Х. Указ
соч. С.238. Рис.53.
W Conant KJ. Architecture. P.2I8; Krautheimer Я. Architecture. P 427-428. Ul.3t>4.
67 Krautheimer R. Architecture. P.444-447. Ш.377-378; Брунов Н.И. Архитектура. С. 157.
Рис.119; Полевой В.М. Указ. соч. С.325-326. Илл. С.312,326.
№ АрутзОнян В.М., Сафарян СЛ. Указ. соч. С.39. Рис13 Табл.24; Тохарский НМ
Укая. соч. С.121-122. Рнс.52. Табл.29-30; Халиахчвяи О.Х. Указ. соч. С216-217.
Пк. 19,22; Григорян В. Г. Реконструкция Аваиского храма // Вестник общественных
наук. 1983. 56 II (на арм. яз.).
№ Арутюнян B.hf., Сафаряи СЛ Указ. соч. С.40-41. Рнс.19, Табл.26; Тохарский
Н.М. Указ. соч. С.125-126. Рнс.52. Табл.32, Халпахчьян О.Х. Указ соч. С.217-218.
Рис.23-24; Акопян Г., Туманян Ю. Вновь открытые материалы относительно храма
Рнпснме //Армянское искусство. Т.1. Ер., 1974 (на арм. яз ).
W Krautheimer R. Architecture. P.360,376-377,523, hi 5; Брунов Н И. Архитектура.
С.110.
79
Krautheimer К. Architectun:. Р.380-384,523. 78 It). №312-314, Spywn Н.И. Ар-
хитектура. C.91-95. Рнс.49,51; Oh ate. К вопросу о срелневизантийсхой архитектуре
Константинополя// BB. 1968. Т.28.
71 Krautbeimer Я. Architecture. Р.267-268,499. ЛФ 50; Врунов И.И. Архитектуре. С.57.
Рнс.29, Полевой В.М. Утаи. соч. С.45-46. Иля. С.47, 54.
И Knuthcimer Я. Architecture. Р.307-310,359,388,514. 78 3-4, 523, ЛФ 14. 01.253-254;
Брунов НИ. Архитектура. С.68-70. Ряс.37.
' '* KauTheimer Я. Architecture. Р307-309,514. ЛФ < 515, № 5. 111.255-257, Брунов Н.И.
Архитектура. С. 70-71. Рне.37; Полевой В.М. Указ. соч. С.106-109. Илл. С.98-99,107.
и Kaulheimer Я. Architecture. Р.309,515. 78 8; Брунов НИ. Архитектура. С.87-90.
Рис 46,51.
76 Чанева-Дечевска И. По въпроса за юрквите ня Велики Преслав // Традиштя и
нови чърти в болгарскою изкуство. София, 1976.
11 Krautheimor Я. Architecture Р307-309,388,514. 78 3-4. 01.258-259; Брунов Н.И.
Архитектура. С.90-91. Рис.46-47.
Я Krautbeinrer Я. Architecture. Р.310-311,515.18 10; БруИов Н.И. Архитектура. С.115-
117. Рнс.71.
N Северов Н.П. Указ. соч. С.194. Рнс.94-95. С.194; Амиралашвили ШЯ. Указ. соч.
С.204; Чубинашагиш Г.Н. Указ. соч. С.338. Рнс.26.
** Demanget Я., Mambouty Е. Le quartier des Mapgattes el la 1-ere region de Con-
stantinople. P.,1939, Krautheimer R. Architecture. P.36S.
,l Krautheimer R. Architecture. P.307-309,388,514. 28 3-4. IU.322; Schaler H- Die Gai
Camii in Istanbul. Tbbingen, 1973.
W Krautheimer R. Architecture.P.310-311,515. 78 11 111.260.
13 Ibid. P.302-304,310,514.18 3. 111.249.
м Коиеч А. И. Рола княжеского заказа в построении Софийскою собора в Киеве //
Древнерусское искусство; Художественная культура домонгольской Русн. М., 1972;
Он же. Спасо-Преображенский собор в Чернигове. (К характеристике начальною
зтапа развития древнерусской архитектуры) // Древнерусское искусство. Зару-
бежные связи. М., 1975; Он же. Древнерусское зодчество конца X - начала XII s
Византийское наследие и становление самостоятельной традиции. М.,1987. С.133-
232.
*! Корач В. Два типа кафедральных соборов XI а. в областях, культурно связанных с
Византией//Средневековая Русь. М., 1976.
" Асеев Ю.С., Максимов П.Н. Архитектура древнерусскою государства (X в. - нач
XII в.) // Всеобщая история архитектура. Т.З С.534-335 Рнс. 18; Раппопорт ПЛ.
Русская архитектура Х-ХН7 вв.: Каталог памятников. Л., 1982. Т.1.
80
г Асеев Ю.С., Максимов П.Н. Указ. соч. С.535-536. Рис. 11-13 ; Раппопорт ПА.
Русская архитектура. T.S5.
м Асеев Ю.С., Максимов ПН Указ соч. С.536-543. Рнс 14-20; Раппопорт ПА
Указ. соч. М 10
я Комеч АИ. Роль C.5I; Он же. Древнерусское зодчество С. 184.
90 Корея В. Указ. соч.
** ПаяаЙотова-Пигс Д. Идентичиосп феноненов в архитектуре и искусстве Грузия
и Болгарин в IX-XI вв. (Доклад на II Международном симпозиуме по грузинскому
искусству в Тбилиси в 1977 г.).
п Krauhteimer R. Architecture. Р.328-330,517. № 27. Ш273; Мкктев К. Указ. соч. С.94.
Обр.87-89; Миятев К., Кожухаров Г. Указ. соч. С.393 -394. Рнс. 15; Бошкотгч Д.
Указ. соч. С.430.
” Северов Н.П. Указ. соч. С. 176-177. Рис.21-23. С177-178; Лмираяашвклг ШЛ.
Указ. соч. С. 195-/97 Рис.41-44. Табя.60; Чу&шашпняк ГН. Указ, соч С345-350.
Рис.36-39.
**Арутяняи В.М., Сафарян СА. Указ. соч. С.53. Рнс.40. Табя.94-95; Тохарский
НМ Указ. соч. С.193-197. Рнс.64-65. Табл.43-44, Халяахчма ОХ Указ. соч. С.234-
235. Рис.45-47
” Асеев Ю.С., Максимов П.Н. Указ. соч. С.556-558. Рис.28,34; Раппопорт ПА.
Указ. соч. М 32.
96 Поппз АВ. Русские митрополии Констаитннопсмской патриархии В XI столетии
// ВВ. 1968. Т.28. С-86-96; Poppe A Pansrtw i kosciol па Rusi и XI nieku. Warsz. I960.
8.41-50. Idem The Political Background to the Baptism of Kus'. Byzantine-Russian Rela-
tions between 988-989. //Dumbarton CWts Лрегз. 1976. Vol.30.
w Krautheimer A Architectun:. P.376-377,523. M 5
** Jenkins R., Mango C. The Date and Significance of the Tenth Homily of Photius //
Dumbarton Oaks Papers 1956. VM.9-10,
99
Комеч АИ, Спасо-Преобраиснский собор. СЛ; Он аге Древнерусское зодче-
ство. С.175-176.
1Ю Poppe A The Political Background
tot Комет АИ, Pons. Ср.: Он ate. Древнерусское зодчество. С.178-232.
10г Асеев Ю.С., Максимов П Н Указ. соч. С.552. Рис.28-29; Раппопорт ПА Указ,
соч. 33.
'^Krautheimer A Atchitectuie Р.384-386,523. М 10. H1.3I5; Брунов Н.И. Архи-
тектура. С. 97-102. Рис 52-54.
104 См., например Вороник Н.Н. Из истории...
wi Раппопорт ПА Указ. соч. Л6 19.
81
Ю.С, Мисяиог П.Н. Указ. соч. С.553-555. Рис.28; Раппопорт ПЛ
Русская архитектура. fit 35.
,W Ср.: Раппопорт ПА. О роли янзантийсхого адняння в развитии древнерусской
архитектуры // ВВ. 1984. Т.45. С.187-188, 190-191, Он же. Зодчество древней Руси.
Л.,1986. С.37-38; Кохгеч А. И. Древне-русское зодчсстао. С.268-273.
>М Раппопорт ПЛ. Русская архитектура. 78 31.
,W Krautheimcr Я. Architecture. Р.359,523-524. 78 14.' 111.4(721 Брунов Н.И. Архи-
тектура. С.109-110. Рис.111,113.
110 Ср.: Раппопорт ПЛ. О роди... С.187,191; Он же. Зодчество. С.38-39; Комеч ЛИ.
Древнерусское зодчество. С.286-287. Об образцах других памятников домонгольской
Руси в Византии, в частности на Балканах, см.; Высоцкий ЛМ. Рец. на КН.:
Раппопорт ПЛ Русская архитектура. и Раппопорт ПЛ Зодчество древней Руси. //
Сов. искусствознание. 1989. Вып.25. С.317, примеч. 17-18.
111 Воронин НН. Владимиро-суздальская архитектуре // Всеобщая история архи-
тектуры. Т.З С.606-607. Рнс 4-5, Раппопорт ПЛ Русская архитектура. ТА 74.
w Воронин НН Владимиро-суздальская архитектура. С.623-624. Рис. 17-18, Рап-
попорт ПЛ Русская архитектура. № 74.
111 Максимов П.Н. Московская архитектура XIV - первой половины XV а. // Все-
общая история архитектуры. Т.6. М.,1968 С.35. Рнс.1; Вагнер Г. К. Фуикцио-
надвиый аспект в интерпретации арюпектурно-археадогнческнх фрагментов //
Краткие сообщения Института археологии. Выл 172. 1982.
1Н Чикяков А.Г. Архитектура /России) второй лояовины XV - начала XVII в. //
Всеобщая история архитектуры. Т.6 С. 71; Вагнер Г.К. Указ. соч.
1IJ Чнияков А.Г. Указ. соч. С. 71-74. Рис.32-33; Вагнер Г.К. Указ соч.
82
А.В.Назпрето
ПОРЯДОК ПРЕСТОЛОНАСЛЕДИЯ НА РУСИ Х1-ХП ВВ.:
НАСЛЕДСТВЕННЫЕ РАЗДЕЛЫ И ПОПЫТКИ ДЕСИГНАЦИИ
Христианский мир - по сути экуменичен. Христианизация моло-
дых государств означала в плане идеологическом вступление в христи-
анскую экумену. Иными словами, помимо задач церковно-организаци-
онных (внутриполитических по своей природе, внешнеполитических по
средствам их разрешения на раннем этапе) , она предполагала государ-
ственно-идеологическое самоопределение относительно церковно-по-
литического носителя идеи всехрнстианского единства, т.е. относитель-
но империи.
Христианизация уже сама по себе являлась результатом возрос-
шего государственного самосознания господствующей верхушки, кон-
фронтация же его с идеей империи становилась фактором, который
стимулировал дальнейшую кристаллизацию представления о государст-
венном суверенитете. Поэтому в становлении государственно-полити-
ческой идеологии раннефеодальных монархий важнейшую роль играли
вопросы, в которых находило свое отражение идеологическое противо-
стояние с империей, в частности - вопросы титулатуры государей и со-
вершенствования престолонаследия (в отличие от первого, последнему
в науке уделялось значительно меньше внимания). Следует иметь в
виду и третий аспект проблемы. Вселенский смысл империи был госу-
дарственно-политическим выражением конфессионального единства
христианских народов. Следовательно, отношение молодых государств
к имперской идее неразрывным образом связано с их отношением к
церкви, причем в этом последнем надо различать два момента. С одной
стороны, церковь, вследствие своего наднационального характера, вы-
ступала как санкция империи; с другой стороны, внутри того или ино-
го молодого государства она была важным идеологическим и полити-
ческим институтом, во многом способствовавшим государственной
консолидации, Этот второй момент весьма существен, так как молодые
государства переживали христианизацию в период, для которого ти-
пичны территориальные разделы между престолонаследниками, т.е. так
называемый corpus fratrum (Brudergemeine, gouveroement confratemel)
Именно поэтому (а не только из соображений государственного пре-
стижа) история взаимоотношений государства и церкви на раннем эта-
83
не - это, нс в последнюю очередь, борьба государственной власти за
институциональное обеспечение авторитетной национальной церкви.
Итак, в силу того, что по недостатку данных зачастую не пред-
ставляется возможным в деталях исследовать каждый из трех названных
моментов (титу латуру, порядок столонаследия, церковное строитель-
ство), полезно постоянно иметь в виду их органическую взаимосвязь.
Corpus fratrum в своем изначальном И чистом виде - это раздел
государственной территории между сонаследниками-братьями, причем
никакой политической зависимости от старшего в роду брата не про-
слеживается , а государственное единство сохраняется^лишь как по-
тенция, идеальная норма или идеологическая фикция . Так было у
франков до Карла Великого, так было на Руси до Владимира Свято-
славича , Ситуация меняется, когда в политическую жизнь входит ин-
ститут сугубо общегосударствеиый и возникает необходимость его со-
отнесения с традиционной системой разделов. У франков роль такого
института сыграла империя, учрежденная Карлом в 800 г., на Руси же в
сфере светской государственности такого института не было, и в его
роли до известной степени выступила церковь в виде единой для всего
Древнерусского государства Киевской митрополии . Во Франкской
державе после 800 г. императорский титул, а вместе с ним так или ина-
че оформленное особое положение среди прочей братии, мог получить,
естественно, только один из сонаследников (разделы сохранялись!).
При всем том такое особое положение императора не было подкреп-
лено никакими реальными государственно-политическими механизма-
ми, что привело к стремительной девальвация императорского титула.
Однако хорошо видно, что эта проблема весьма занимала госу-
дарственные умы, ибо сохранились документы, в которых предприни-
маются попытки юридически оформить взаимоотношения между бра-
тьями и определить прерогативы императора. Это, прежде всего, "Divi-
sio regnorum" (“Разделение королевств") Карла Великого 806 г. и "Ordi-
natio imperii" ("Устроение империи") его сына Людовика Благочестивого
817 г. В целом при сохранении практики государственных разделов и
невозможности наполнить императорскую власть реальным политиче-
ским содержанием эти прерогативы практически сводились к двум
главным моментам: император был призван служить гарантом status
quo, который сложился в результате раздела, и быть охранителем инте-
ресов церкви как общегосударственной организации. (С этими же мо-
ментами мы столкнемся на Руси при Ярославе Мудром). Юридическим
актом в силу которого императорский титул закреплялся за одним из
84
братьев (поначалу обязательно старшим), была ассигнация, т е. некая
Процедура, имевшая место еще при жизни отца: ассигнация Людовика
Благочестивого Карлом в 813 г. , Л огаря 1 - Людовиком Благоче-
стивым в 817 г. и т.п. Для империи институт ассигнации престоло-
наследника был традиционным и потому с тем большей легкостью,
хотя и безо всякого эффекта, мог быть пересажен Карлом на франк-
скую почву .
Сходным образом обстояли дела и на Руси в XI в. Принци-
пиально новый уровень самосознания государственной власти, выра-
зившийся в христианизации , противился идее механического дробле-
ния. Как реальный политический престиж, так и идеальный статус мо-
лодого государства не могли быть разделены между участниками corpus
fratrum, они могли быть только унаследованы от государя к государю.
Возникала та же, что и у франков, проблема приемлемой модификации
corpus fratrum, т.е. проблема создания сеньората , Институтом, при-
званным обеспечить наследование идеальной верховной власти, и здесь
должна была стать Ассигнация. При злом следует однако помнить, что
киевские князья в этом отношении находились в более сложной ситуа-
ции, нежели франкские короли, располагавшие возможностью прибег-
нуть к харизматической санкции Рима. И в целом данные о деенгнацин
на Руси, сопровождавшей практику сеньората, менее выразительны,
чем во Франкской гержаве, но они все-такн есть.
Так, сохранились поздние свидетельства о деенгнацин Владими-
ром Святославичем Бориса , что связывается с якобы царским проис-
хождением последнего . Можно указать и на броскую типологическую
параллель: ассигнацию Болеславом I Польским (992-1025) одного из
своих младших сыновей, Мешка П, в обход старшего Бесприма
Здесь следует отмстить характерное обстоятельство, которое отчетливо
демонстрирует, в какой мере осознание государственно-идеологической
потребности выдающимися политическими деятелями в данном случае
опережало реальные возможности общества. И Владимир, и Болеслав
десигннровали своих младших сыновей, т.е. шли на радикальную ломку
прежней системы престолонаследия по corpus fratrum, иными словами,
мы имеем дело с сознательной реформой со стороны государственной
власти. Это важно понимать, потому что распространен взгляд на ки-
евский сеньорат как нз изначальный древнерусский институт; он
проецируется и на X в., и на более ранний период . Но и на Руси, и в
Польше такое слишком крутое преобразование традиционного порядка
престолонаследия привело к смуте: све4 жению Мешка Беспримом
85
и к убийству Бернса старшим братом Святополком. Здесь нельзя не
вспомнить и об аналогичных "волевых" ассигнациях второй половины
ХИ в. со стороны князей, власть которых была особенна прочной н ко-
торые осознавали это; мы имеем в виду Ассигнацию Юрием Владими-
ровичем Долгоруким своих младших сыновей Михаила и Всеволода ,
а Ярославом Владимировичем Осмомыслом - сына от наложницы, зло-
получного Олега "Настасьина" . Они также оказались безрезультатны,
несмотря на крестоцелование знати. Не удалась и попытка закрепить
киевский стол за родом старших Мономашичей путем десигнации Все-
волода Мсгиславнча при Ярополке Владимировиче в 1)32 г.; она раз-
билась о сопротивление младших сыновей Владимира Моиомаха -
Юрия Долгорукого и Андрея , имевших, по традиционным представ-
лениям, преимущественное, сравнительно с племянниками, право на
Киев. В результате приходилось делать шаг назад к более компро-
миссному сеньорату старшего из братьев. Наиболее последовательное
выражение на Руси он нашел себе в известном завещании Ярослава
Мудрого.
Для эпохи единодержавного правления Ярослава (1036-1054) с
большей ИЛИ меньшей определенностью могут быть поставлены все три
вопроса, о которых говорилось выше как о комплексе, обусловленном
ростом государственного самосознания "молодых" или "новых" народов
(тема, столь волновавшая в то время Клариона ): национальная цер-
ковь, титулатура, престолонаследие. Хотя старый взгляд на учреждение
Киевской митрополии только в 1037/39 г. сейчас надо признать окон-
чательно преодоленным , принципиальный интерес Ярослава Влади-
мировича к вопросам церковного строительства виден хотя бы из тако-
го неординарного шага, как поставление митрополита Клариона собо-
ром русских архиереев . Нет ясности в вопросе титулатуры. Вместе с"
тем, есть достаточно данных для утверждения, что он, по крайней мере
"носился в воздухе". Напомним в этой связи только характерное обра-
щение Клариона к архаической титулатуре киевских князей IX в.
("каган") или известное софийское граффито, в котором Ярослав ти-
тулуется "ц(еса|рем" . Думаем, что эпизодическое риторически-тор-
жественное употребление цесарского титула по отношению к некото-
рым князьям XII в. (например, по отношению к Изяславу Мстиславичу
и другим, менее значительным фигурам) едва ли имело бы смысл,
если бы ire выглядело как очевидная для современников апелляция к
какой-то практике XI в. Все это заставляет внимательнее присмотреться
к так гзываемому завещанию Ярослава.
86
Оглашение завещания произошло, согласно летописи, еще при
жизни Ярослава в присутствии трех его старших сыновей и сопровож-
далось назначением ст^шего из Ярославичей - Изяслава киевским
князем "во отца место" . Летопись представляет это завещание как
предсмертное распоряжение, что не может быть верным, ибо из после-
дующего изложения мы узнаем, что в момент кончины отца Святослав
находился на Волыни, а Изяслав ~ в Турове (или, возможно, в Новго-
роде) 9. Следовательно "ряд Ярослава" - это не просто завещание, а
именно заблаговременно урегулированный порядок престолонаследия -
десигнация Изяслава. Как и в "Ordinatio imperii", старший из братьев
"по ряду Ярослава* выступает в качестве таранта политической стабиль-
ности родовой системы: "Аше кто хошсть обшгктн брата своего, то ты
помагаи егоже обидять”.
Для полноты аналогии с "Ordinatio* не хватает прямого упомина-
ния об охранении интересов церкви, однако последующие события
продемонстрировали, что связь между общерусской митрополией и
властью киевского князя была ясна Ярославу и Ярославичам. Думать
так заставляет скандальное происшествие: учреждение в период "триум-
вирата" Ярославичей Черниговской и Переяславской митрополий в
стольных городах Святослава и Всеволода. Точная дата учреждения но-
вых митрополий не поддается установлению, ясно лишь, что это про-
изошло в 60-70-х гадах XI в., т.е. значительно позже смерти Яро-
слава . А Поппэ приписывает создание титулярных митрополий в
столицах Ярославичей инициативе Константинополя, видя здесь свое-
образный акт признания международной роли Руси после разгрома ею
торков в 1060 г. На наш взгляд, создание новых митрополий - это
свидетельство кризиса системы, установленной на Руси "по ряду Яро-
слава", т.е. кризиса киевского сеньората, и его резонно отнести к концу
60-х - началу 70-х годов, времени конфликта между Изяславом, с од-
ной стороны, и Святославом и Всеволодом - с другой . Поэтому ха-
рактерно, что фактическое упразднение сеньората и юридическое офор-
мление "троевластня" сопровождалось и "рэстроением" русской митро-
полии.
Итак, десигнация на Руси, как и в других странах, появляется в
пору реформы традиционного порядка престолонаследия * государст-
венных разделов, бывших выражением идеологии "родовластня" (Sip-
penherrschaft), согласно которой власть принадлежала нс отдельному
князю, а княжескому роду в целом. Эта реформа в своих крайних про-
явлениях сводилась к попыткам сделагъ ассигнацию единственным «г
87
струмеитом передачи власти Но такие попытки оказались неудачными,
и в результате на Руси, как и во Франкском государстве IX в или в
Польше X 1-Х 11 вв, закрепляется умеренный вариант реформы corpus
fratnun, а именно сеньорат При сеньорате роль Ассигнации была, оче-
видно, в разных случаях разной Скорее всего она могла совершенно
отсутствовать в тех случаях, когда политическая ситуация не препятст-
вовала тому, чтобы киевский стал перешел к общепризнанному стар-
шему в роде (например, Всеволоду после смерти в 1078 г его старшего
брата Изяслава Ярославича ) В более сложных случаях мы видим,
или вправе предполагать, наличие Ассигнации Так, например, как сос-
тавную часть деенгнацин, вероятно, следует рассматривать перевод на
переяславский стол в лору господства в Киеве Мономашичей
При всем типологическом сходстве системы престолонаследия во
Франкском государстве IX в. и на Руси XI в, необходимо указать и на
принципиальные отличия У франков обладание императорским титу-
лом не было связано с владением какой-то определенной (так сказать
"стольной'*) областью, юридически необходимым моментом имперской
десигнации здесь была санкция папы Эти обстоятельства стали причи-
ной того, что старшинство в роде, даже если оно сопровождалось фак-
тическим военно-политическим превосходством, не могло служить га-
рантией наследования императорского титула, так как в дело вмешива-
лись политические интересы папства Так, в 875 г, после смерти без-
детного императора Людовика II, папа Иоанн VIII, исходя исключи-
тельно из собственных политических сображений, вручил император
ский венец не старшему из двух сыновей Людовика Благочестивого -
Людовику Немецкому, а младшему - западнофранкскому коралю Карлу
Лысому Иначе было на Руси Здесь сеньорат был связан с обладанием
богатым Киевским княжеством, что уже само по себе было способно
уберечь звание “брата старейшею" от полного обесценения, как это
случилось у франков в конце IX в На Руси порядок наследования
сеньората нс зависел от действий каких бы то ни было внешних сил и
определялся поэтому только внутриродовой и внутриполитической кон-
ъюнктурой иначе говоря, решающими факторами были номинальное
старшинство и реальная политическая власть Отсюда понятно, что при
Ассигнации на Руси решающее значение должен был играть между-
княжески it договор, а не сакральная процедура, как у франков (венча-
ние папой) Этот договор, естественно, мог вносить поправки в систему
родового старшинства (киевским князем не всегда становился действи-
тельно старшин в роде), но он всегда, как можно думать, оговаривал
88
это обстоятельство, которое и было одной из причин самого догово-
ра35 Следовательно, было бы неверно противопоставлять “директив-
ную" ассигнацию в Византии или у франков (т.е. происходившую по
волеизъявлению правившего императора и сопровождавшуюся акклама-
цией знати и сакральной процедурой) "договорной” десигнации на Ру-
си Десигнация - это тот или иной способ заблаговременно организо-
вать престолонаследие в каком-то конкретном случае, ее юридическое
оформление в разных странах могло быть (и было) разным
1 О необходимости офкцкллъной христианизации как действенном факторе но внеш
ней политике Руси накануне ее крещения при Владимире см Назаренко А. В По
тетка крещения Руси при княгине Олате в контексте международных отношений
Ю-х тодоя Хи.// Церковь, общество и государство о феодальной России М, 1990
С24-40, Он ясе Ру:ь и Германия в 70-е годы X в // Russa Mediaevals МДа-
chen,1987 ГУТ, I Р 38-87, Idem Die Xus und Deutschland vor 988 // hluon Studi
Stonci Rorra,!992 Г17 Le onguu e io tvtluppo della cnstianai siavo-baaiuina P19-42
10 corpus fiatrum, те раковом совладении государственной территорией, хак об-
щеевропейском явлении, см Назаренко А. В Радовой сюзеренитет Лориковичей
над Русью (XXI вв ) //ДГ 1985 под М ,1986 С149-157
3	См, например Пресняков А Княжое право в древней Руси Очерки по историк
X-XUстолетий СПб, 1909 С 28, Назаренко АВ Родовой сюзеренитет С153
4	Как зга сторона Corpus fiatrum у франков выглядела а глазах иноземного иабдюда-
теля и одного из Каролингов, превосходно демонстрирует фрагмент из ответа фран-
кского итератора Лшовнза П на несохранившееся письмо византийского импера-
тора Василия I (871 г) ХТгиосипдьно того, что говоришь, будто мы (Людовик II -
АН} правим не во всем Франкском государстве, прими, брат, краткий ответ На
самом деле мы правим во всем Франкском государстве, ибо мы, вис сомнения, обла-
даем (также и} тем, чем обладают тс, с кем мы являемся одной плотью н кровью (т е
залддяофрвняский король Карл Лысый и воспчиофранкский - Людовик Немецкий,
дядья Людовика II - АН}, а также - единым, по Божьему (оонзвсскняю}, духом"
(Chnotucon Salem нал um / A critical edition with studies on literary and hstoncd sources
and on language by U Westerbergh Stocthoim, 1956 (Studia latma Stockhafinensia, 3)
P122 "Pom de eo, quod dicis non ш tots nos Franca unpetare, scope fitter breve res-
ponsum in lota Петре unperamus Franco, qua nos pmcul dubm retinemus, quod till ten
nent, cam диЯнн una et earn et sanguts sumtn Лес anus per Donunum spintus")
5	фмигсгое государство избрано нами в качестве образна для сравнения, во-первых,
вследствие тою, что в нем, в отлвчне от других германских королевств, архаический
институт patent J совладения сохранился наиболее отчетливо а во-вторых - вслед-
89
стене благопрхтого состояния источиквтл- Назаренко А.В. Родовой сюзеренитет...
С. 150-151 и примеч. 6-12.
i Во франкском государстве институционально единой церкви не было, она состоя-
ла из целого ряда независимых друг от друга митрополий. Однако и здесь в извест-
ной мерс можно говорить об объединяющей идее церкви, противостоящей реально-
му политическому партикуляризму удельных кцралевств (Teilreiche) см., например.
Anton Н.Н. Zum politischen Kouzepl ian>lingjscher Synoden wtd zur kartdmgischeu Brii-
detgemeinscbalt // Hrstoriscbcs Jabrbucb. Munchen,1979 Jg.99. S.55-132; о позиции епи-
скопата в вопросе территориальных разделов между братьями см.. Guillot 0.
L'exhortatkm au panage des responsabihite entre t'empereur, I'ipiscopats et les attires sujets,
vets & milieu du eigne de Louis le Pieux // Predication et propaganda an Moyen Age:
Islam, Byzance, Occident Paris,1993. P.87-110.
1MGH. Legum sectio II. Capitularia regum Francorum / Ed. ABomtius, V.Krsuse.
Hannover,1883. T.l. !6 45,136.
* Хотя такие попытки были. Так, если в ’DMsio regnomm' братья выступают еще хак
абсолютно равноправные, то в "Ordinatio imperii' младшие братья пребывают д своих
уделах, обладая "коратевской мастью лш (рукой! старшего брата' (prae&tio.'iub
senium fratie regali potentate"); младшие братья не имеют права вести внешние войны
без согласия старшего (cap. 7); тоже самое относится и ко внешней политике вообще
(сар.8); младшие братья не имеют права жениться без разрешения старшего (cap. 13)
я тут. Однако последующая политическая практика показала нереальность зла
установлений. Общая тенденция документа сформулирована в следующих словах: он
направлен "на благо империи, вечный мир между ними (братьями. - А.Н.) и защиту
всей церкви' (praefatio:'proptor utditatem imperii et petpetuam inter eos pacem conser-
vundam et totius ecclesiae tutamen").
’ Annates regni Ftancomm inde ab a. 741 ad a. 829, qui dicuntur Annales Laiuissenses
maiotes et Einhatdi / Ed. F. Xuoe. Hannover, 1995 P.139; Thegani vita Hludovici irnpc-'
mtoris. Cap.6/Ed. O.H.Fertx//MOH. Scriplores. Hannover. 1829. Г.2. P.S91.
10 Annales regni Fmncorum... P. 146.
11 Проблему рецепции византийских институтов не следует, конечно, упрощать. Од-
ним из таких упрощений нам кажется распространенное мнение, что отказ немецко-
го короля Генриха I (919-936) от практики наследственных разделов объясняется,
якобы, византийским влиянием: Kicwitz H.-W. Gcrmandches Erbe im Einkiscben und
demseben Kaisertum//Die Wcltals Geschichtc Stuttgart, 1941. Bd.7. S.214; Ohnsotge Ж
Drei Deperdita der byzantinischcn Karsershutzlei und die Franienadressen im Zenemonie-
buch des Konstantinos Porphyrogennetos // (tyrantinische Zcitschrift. 6fHnchen,1952. Bd.
45. S.336. Anm.2, Dolgcr F. Die Ottonenkaiser und Byzani // Dolger F. Paiaspora: 30
AutUlZf ntr Gcscbicbte, Kultur und Sptacbe des byzantinischen Reiches. Ettal, 1961. S.145
90
ж др. Бет следовать такой прямолинейной лопав, ю наиболее it/ткяжх заим-
ствование общественно-политических инстнтуюв из Византин надо било би ожи-
дать » государствах византийскою культурною круп - тлркжр, I Болгарии ит
Рр:я. Но яю не лис Одна кз тлей настоящей работы (си. также: Назаренко АЛ
Радовой сюзеренитет...) - потоп автохтонное, выросшее кз практнюг наслед-
ственных разделов, общее для архаических “варварских* юсударсп происхождение
порядка престолонаследии на Руся. Именно по згой причте у нею так мною типо-
логических параллелей с сооогвстспующим тституюм ж странах латинской Евро-
пы, а не а Византии. Сходные наблкыения относительно Болгарин см.: Лктирп
Г. Г. Принцип наследственности власти в Византин и в Болгарин в V1I-XI кв. //
Славяне и их соседи: Место взаимных кчмяннй в процессе общественного я культур-
ною развития: Эпоха фолдатзыа. Сб. №. hf.,1988. С.31-33.
11 Об теологических сдвигах в древнерусском обществе злого временя см.: Poppe А
Das Reich der Bus' im №. und 11. Jahrhundcrt: Wandei der Idecnwelt // JbGOE. 1989.
Bd. 28. S. 334-354 (перепечат. в кН.: Poppe A The Яве of Christian Russia. London,
1982, I)
13 О сеньорат как усовершенствованной разновидности corpus fratrum см.: Наза-
ренко АВ. ftuont сюзеренитет...
W Согласно Несторову Чтению о Борное к Глебе (вероятно, 80-е там XI l), пре-
бывание Бориса в Клеве при отце вызвало подозрения Саятопояха, "яко то лощен
по смерти опа своего столь прнятя' (Абрамович ДИ. Жятня св. мучеников Бориса
в Глеба и службы им. Пг.,1916. СЛ). По сообщению cosp!vennm событий не-
мецкою хретеп Титмара Мерзебургскхт (ум. в 1018 г), Владимир, заключи» в
конце своего правления Смкмт в темницу, оставил власть двоим сыновьям (Die
СЗтгоаЛ des В&Ло& Thiamar пш Merseburg tmd ihre Korveier Obenubeitung / Hrig
ЛНоЯхтшш. Bedin, 1933. VIf, 73. S.4Sf). Поскольку Ярослав в момент смерти Вла-
димире сивея а Ноаюрсяе и находился в конфликте с отцом (ПСРЛ. М., 1926-1928.
Т.1. Стб.130; Спб., 1908. Т-2. Стб.114-115), то на роя» юквекою князя по завещанию
Владимщга макет претецдовап, таким образом, тояыю Борис (вместо с тем, кет
уаерснносги, что ггрнвеленние сивдекия Титмара засдухгидагот полного доверия. На-
заренко АВ. О датировке Любечской битам // Летится и тщонйки. Сб. статей.
1984. M.,l984. С. 13-19. Эти даииаге заставляют внюктлько отнестись к аналогнч-
иому свядетелвстяу ВН Татищева (История Аоссяйская. M-dl., 1963 ТЛ. С.70). И в
Повести временных лет, в в житийных памятниках Борнео-Глебскот дикая ообыткя
сяяыю искажены тендентозноспю агиографическою жанра киевский стол нредла-
гается Борису отцовской дружиной, отказ лее Бориса мотюируотея нежеланием на-
рушить закон сеньорпа: 'не буди мяй взьняти рукы на брата своего старейшая),
ащв и о[п)ць мн оумре, то св ми буди ж* о[п)ца мйсто' (ПСРЛ ГI Стб. 132. ТЗ.
91
СтбНв). Эп мотивировка явно позднейшею происхождения и объясняется основ-
ной идеологической тенденцией памятников Борнсо-Глебскою цикла - апологией
сеньората киевских князей (см., например: Л>рре A. Le prince et i'Egfiso ев Russia de
Kiev depuis fa fin du X-e sidcle jusqu'av d6bu( de ХП-e siicle//APH. 1969. T. 20. P. 116-
117) (перепечат. в кн.: Poppe A The Rise... IX).
” Татищев B.H. Указ. соч. Т.2. С.227, прнмеч. 163 (со ссылкой на Иоакммовсзую ле-
топись). С.233, примеч. 134; Приселков МД Очерки по церковно-политической ис-
тории Киевской Руси X-XII вв. СПб 1913. С.36-38,56-57; Poppe A. Die MeUvpolitcn
und fVtsten dec Kiever Rus' // Podstalsty G. Chnstentutn und theologische Liteiatur in
dor Kieuer Rus' (988-1237). Мйпс1кп,1982. S 305-306 (автор готовит специальное
исследование на злу тему). Как глухой намек на царское происхождение Бориса
модою было бы рассматривать слова анонимною Сказания о Борисе и Глебе в за-
ключительной похвале Борису, что святой "свйтя ся nfelcfajpacKM" (Успенский
сборник XII-XIII вв. / Изд. ОА.Киязевская и др. М.,1971. С.58; это место переко-
чевало в некоторые поздние летописные своды; см., например: ПСРЛ. СПб., 1856.
Т.7. С.321; СПб,1863. Т.15. Сгб.128), а также аналогичное выражение из Иоанновой
службы Борису и Глебу, "цесарьскынмь кбньцемь отъ уностм украшена" (Абрамович
Д.И. Указ соч. С. 136). В Несторовом Чтении Борис дает согласие жениться "закона
ради цесарьскаю" (Абрамович Д.И. Указ, соч., С.6). Вместе с тем царское про-
исхождение братьев-мучеников представляло собой настолько выигрышный агиогра-
фический мотив, что трудно найти причину, по которой он мог бы быть исключен
из традиции, атразна/цейса в летописи и л том же Сказании, согласно которой
матерью Бориса и Глеба была неназванная по имени "бадгарыня" (ПСРЛ. Т. I. Стб.
80; Т. 2. Стб 67; Успенский сборник. С. 43).
16 Выделенное положение Мешка сравнительно с братьями (иди братом, если, как
иногда считают, Беспрнм и Оттон - одно и то же лицо) сложилось уже благодаря его
женитьбе на внучке императора Оттона II Рикизе (Риксе) в 1013 г. (Ldbic Ch:
Regesten bit Geschichte der Slaven an Elbe und Oder [vom Jahr 900 an}. Berlin,1986. T.3
Ab 463-465). Переход к сеньорату был продиктован для Болеслава еще и тем об-
стоятельством, что незадолго до смерти он, как известно, короновался королевским
венцом; разумеется, это исключало возможность сохранения равноправных разде-
лок И действительно, вскоре послодоваяа и коронация Мешка И (LBbke Cit. Op. cit.
1987. T.4. Ab 575 976). О старшинстве Беспрнма см.: Die Cluoait des Bischois Thiet-
mar... IV,58. S.198.
11 См., например: Panes O.M. Княжеские владения на Руси я X - первой половине
XIII в. М.,1977. С.32-34, где об уделах Олега и Владимира Святославичей в 70-е гцды
X а. творится как об удювных держаниях; см. также: Свердлов М.Б. Генезис и
стуужг '4 феодальною обшества в Древней Руси. Л., 1983. С.33; Толочко А.П.
92
Структуре княжеской вмети в Южной Руси я середине IX - середине XIII я.
Автореф. к.и.и. Киев, 1989. С.8.
** Wiponis vita Chuonradi imperatoris. Сар.9,29// Die Wette Wipes / Hng. H. Btessiau.
Hannover, Leipzig, 1915. P.31-32,47-49; Aimaks Hildesheimenses. A1091,1032 / Ed. O,
Waltz. Hannover, 1878. P.36.
” Под 1175 г. Киевская летопись говорит о "ростивцах, и суждаючах, и переяслпв-
нах", что они \р[ь/спнап> цйловаиия забывше, ийловавигн кь Юрчо князю на
мйньшихь князехь на дйтехь, на Мкхали* к па Opart его (Всеволоде. - А.Н), пре-
ступиаыпе Kpfb/спное тгбловаиис, тюеддиша Акарйя, а ыйньшая выпаши' (ПСРЛ.
Т.2. Стб.593); это "ир/ь/стное цйлованье к великому князю Гюрпо' упоминается и в
Суздальской летописи (ПСРЛ. Т.1. Стб.376,379). Вероятно, Михаил к Всеволод были
сыновьями Юрия Долгорукого от второго брава; матерью их, как можно лрелпо-
латап, была гречанка (Карамзин НМ История государства Российского. СПб,1842.
Кн.1, Т.П. Примечания. Стб.161, примеч. 405; Baumgarten N. G&itatogks et manages
oeddentaux des Ruritides russes da X-e aa Xlll-c skek Borne,1927. P.22. Table V
(Orientalia Christiana. Vol. IX. № 35).
v Ярослав 'молвяше музгемь свокмь ... а се приказываю мйсто свое Ояговк,
с[ы}н[о1ви своему меншему, а Волсмимйру даю Перемышт, и урядит, ю и приводи
Важоимйре ко хр[ь)сгу и мужи Гадичкыя на семь’ (ПСРЛ. Т.2. Стб.657).
21 Этот замысел принадлежал еще Владимиру Мономаху, а 1132 г. 'Яропаякь при-
ведя Всеволода Мстжлаяича из Новаюрода и да ему Переяславль по хр{ь)с(т1ьному
пйловакью, аколсе са бяше урядил с братом своим Мстиславоыь по огню пове-
ленью, акоже бяше имя даль Переяславль сь Мстиславом’ (ПСРЛ. Т.1. Стб.301). О
том, что это был элемент ассигнации, прямо говорит Новгородская первая лето-
пись; ’Вь се же лйто (1132 г. - А.Н.) ходи Всйводоп вь Русь Переяславлю, пояеле-
ниемь Хропьлжмь... И рече Порти в Андрйи; 'е Яропъдкь, брат каю, по смерти
своем хотеть дати Кыевь Всеволоду, братану своему' и аыгояиста и ис Переяславля"
(НПЛ. МЛ,1930. С.22).
22 'Лйпо &t благодати в ктинй на новы люди вьсТати' и т.п. (Моддоваи А.М. "Слово
о законе и блатдатн" Илариона. Киев,1984. С88; см. также С.83,90-92).
22 Miller L. 2um Problem des hkraichiscben Status und der jurisdittionellen Abbingigied
der ntssiseben Kiiche vor 1039. Koin -Braunsfeld, 1959; Поппе А. Засиувакия митрополй
Pyci у KuCai // УхраПкький ктпричний Журнал. Киш. 1965. М 9. С. 91-105, Poppe А.
The Original Status of the Old-Russian Church // APH. 1979. Т.39. P.5-45 (перепечат. a
km.: Poppe A. The Rise. . III).
м ПСРЛ. T.I. Стб.155, Т.2. Стб.143 Хотя в летописи не сказано прямо, что Иларнон
Не был посвящен патриархом, мы знаем об этом со слов самою Илариона. “от
б1ля1го<кстивыихъ епнекопь с(ая)шенъ быхъ и иастолованъ яь ... выицймь и
93
б/о/тхранимймь грдаб КыевЛ (Произведения Илариона по списку середины XV в.:
ГИМ. Син. М 591 / Публ. подтогов ТАСумниковой // Идейно-философское
наследие Илариона Киевского. 61,1986. 4.1. С.41,171 (факсимиле/) Дна нас в дан-
ном случае несущественно, была ли эта акция Ярослава антивнэзнтийской вообще,
или только антнлатрнарпгей, опиравшейся на одновременные реформистские уст-
ремления частя византийского монашества, как считает АПоппэ (Poppe A. La
tentative de пНоппе eccl&iastique ев Aussie au milieu du XI-e sidcle // APH. 1972. T.25.
P.5-31) (перелечат а хм.: Poppe A The Rise ... V).
15 Моыозан A.M. Указ. соч. С.78-91,92 (дважды), 99. В последнее время эта тема
рассмотрена а работе. Новосельцев АП. К вопросу об одном из древнейших титу-
лов русского князя // История СССР. М., 1982. № 4. С. 150-159. Автор, как нам ка-
жется, прав, считая термин "каган" реально функционировавшим титулом русских
князей с IX а.; эта точка зрения подкрепляется еще одним источником IX в ,
который ио учтен а названной работе • уже упомянутым (см. примеч. 4) письмом
франкскою императора Людовика II к византийскому императору Василию от 871 г.
Из этого письма видно, что византийская канцелярия использовала в то время по
отношению к правителям хазар, болгар в норманпов-руси титул "chaganus" (Chroni-
oon Salenutannm. P.11I). Следует особо обратить внимание на то, что в издании
ГПертиа (MGH. Scriptores. Hannover, 1839. Т.З. Р523) в данном месте предпринята
произвольная конъектура ("nos" во фразе "Chaganum veto nos pielatum Atartun, non
Gaxanorum mil Nortmannonim mmeupari repperimus, neqae piuicipuni ViRgarum..."
заменено на "non"), которая существенно искажает смысл и до сих пор продолжает
вводить в заблуждение исследователей (см., например Горский А А Проблема
происхождения названия Русь в современной советской историографии // История
СССР. 1989. ТА 3. С.134, 136, примеч. 37). Вместе с тем, едва ли термин "катан"
принадлежал к официальной титулатуре киевских князей и во второй половине XI
в., как полагает АП. Новосельцев Нуждается в дальнейшей проверке мнение
АСЛьвова. что реальный титул "катан" был вытеснен позднейшим термином
"томов", представлявшим собой изустное заимствование из мораво-наннонских
славянских диалектов (Львов АС. Лексика "Повести Временных лет". М.,1975, С.
198-200; автор почему-то считает "кагана", упоминаемою в гл. XI Жития Констан-
тина-Кирилла, не хазарским, а русским). Ванду ясною свидетельства источников IX
в., невозможно согласиться с мнением АПоппэ, будто термин "каган"у Илариона -
всего лишь плод его начитанности в греческой литературе (Poppe A Das Reich Пет
Has... S.339 Anm.13).
И Рыбаков БА. Русские датированные надписи XI-XIV веков. М ,1964. С-14; Вы-
соцкий СА. Древнерусские надписи Софии Киевской XI-XIV вв. Киев, 1966. Выл. I.
С.39.
94
17 См. о таких упоминаниях: VodofT Ж Remarques stir h valetrr da temte Tsw' apptiqui
tux princes tvsses twit le milieu du XV-e slide. // Oxford Slavonic Papers NS. 1978.
Vol. 11 P.1-41; о титулагуре древиерухкнх князей я целом см.. Vodoff ИС La titulatwe
дев princes russet da Х-е au dibut du Xil-e sOcle et les relations extirieures de la Hustle
Kiivienne //Revue des Etudes Slaves. Paris, 1983. T.55. P.139-150; Idem. La titulatun
princiire ea Rirssie du XI-е au dibut du XVl-e siide //JbGOE. 1987. Bd.35. P.1-35;
Poppe Л. О tytule wielknksiazBcym na Rusi // Przeglad H'storyczny. Warszawa, 1984.
T.LXXV. S423-439; Idem. Words that serve the authority: On the title ofOrand Prince’ in
Kievan Rus //APH. 1989. T.60. P.159-184, в утях работах - прочая литература вопроса.
и ПСРЛ. T.t. Стб. 161; Т.2. Стб.149-150.
® Там же В списках группы Лаврентьевского вместо места княжения Изяслава 
пропуск; в Ипатьевском стоит: "Изяславу тогах в Т/ровй князящу"; однако не ли-
шено вероятности и свидетельство Воскресенской летописи о пребывании Изяслава
в Новгороде (ПСРЛ. Т. 7. С.333), так как после смерти в 1052 г. Владимира Яро-
слиича он стал старшим из сыновей Ярослава Мудрого.
Х Поппэ А. Русские митрополии Константинопольской патриархии // ВВ. 1968.
Т.28. С.85-108, 1969. Т.29. C.9S-104; Poppe A L'otganisation dkxdsame de la Russie aux
XI-e-XH-e sidcie // Byzantion. Bruxelles. 1971. I 40. P. 177-184 (перепев, в кн.. Poppe
A. The Rise.. VIII); Idem. Wcrdegang der DiOzesanstruktUr der Kiever Mel-
ropolilankirche in den ersten d/ei Jahriiunderteo der Christianisierunf der Ostslaven //
Tausend Jahre Christentam in Russiand: Zum Millennium der Taufo der Kiever Rus'
Odttingen, 1988. 5.261-263 Справедливости ради надо заметить, что мысль о резде
лепим единой русской митрополии при Ярославмчах была высказана уже МД.При-
селковым (Руоско-византмйские отношения a IX-XII аа. // Вестник древней ис-
тории. 1939. № 3. С. 104-105) См. также следующее примечание.
51 Попов А. Русские митрополии... // ВВ. 1968. Т28. С. 103; Idem. L'organisation
dioedsaine... Р, 182-183; Idem. Christianirierunp und Kirchenotganisation der Ostslawen in
der Zeit vom 10. bis zum 13. lahriiundert // teterreichische Osthelle. Wien,1988. Зд.ЗО.
S.478-479; зп> мнение было поддержано В.Вогювым: Vodoff V. Nasssance de la
chnftienti russe S.I., 1988. P.I34 На n>, что такая толп зрения щгеувеяичивает
заинтересоваиносп Византии в разделении русской митрополии, справедливо ука-
зал Я.Н.Щапов: Государство и иеркоаь Древней Руси X-XIII ав. М„ 1989. С.60.
И ПСРЛ. Т.1. Стб.182; Т.2. Стб.172 (1073 г.). Однако “котора в Ярослаамчех" возникла
раньше, вероятно, вскоре после возвращения Изяслава в Киев в 1069 г. (Кучкин
ВЛ. 'Слово о полку Игореве’ и междукняжеские отношения 60-х годов XI века //
Вопросы истории 1985. М 11 С, 19-35; Назаренко А В. О дкнастических связях
сыновей Ярослава Мудрого //Отечественная история 1994. М 4/5 (в печати!).
” ПСРЛ Т.1 Стб204, Т2 Стб 195
95
м Владимир Мономах а какой-то момент После 1117 г. (перевод Мстислава Влади-
мировича из Новгорода а Белгород под Киев: ПСРЛ. Т. 2. Стб. 284) передал Пере-
яславль в соместное владение своим старшим сыновым Мстиславу и Ярополку
(ПСРЛ. Г. 1 Стб 301), это было частью того договора о киевском ста/юнаслодин, о
котором уже шла речь (см. примет. 21). Ярополк после изгнания Всеволода Мсти-
славича из Переяславля в результате протеста младших Моиомашичей в 1132 г. пе-
редал Переяславль другому Мстиславичу - Изяславу, т.е пытался соблюсти договор с
покойными отцом и старшим братом Однако в том же 1132 г. Переяславль перешел
к старшему среди Моиомашичей (после Ярополка) Вячеславу Владимировичу,
который, однако, не желал сидеть здесь, предпочитая привычный Туров После
этого переяславский стал по договору с Яропалком Киевским оказался а руках
Юрия Владимировича Долгорукого, следующею (после Вячеслава) по старшинству
средн Моиомашичей; этот договор был расторгнут вследствие активною протеста
черниговских ОльювичеЙ, в результате чего в Переяславле сел самый младший из
сыновей Владимира Мономаха Андрей (ПСРЛ. Т.1. Стб. 301-303; Т.2. Стб.298-297).
Юрий Долгорукий, захватив Киев в 1149 г., немедленно сажает в Переяславле свое-
го старшею сына Ростислава (ПСРЛ. Т. 1. Стб 322-323; Т. 2. CW. 384), так же как
поступил чуть ранее и Изяслав Мстислаанч, который, став киевским князем в 1146
г., отдал Переяславль своему старшему сыну Мстиславу (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 360).
и Так, Ярослав Святославич, изгнанный племянником Всеволодом Олыовнчем из
Чернигова в 1127 г., обращается к киевскому князю Мстиславу Владимировичу с
просьбой о защите, ссылаясь ори этом на какой-то с ним договор, “река хр(ь)с(т)ъ
еси ко мнй ц8ловаль пойди на Всеволода" (ПСРЛ. Т 1. Стб. 296-297; Т 2. Стб. 290-
291). 9ю был либо особый договор, заключенный при вступлении Мстислава на
киевский стол, либо часть договора со Мстиславом и Владимиром Мономахом, о
котором мы говорили выше (примеч. 21, 34). Необходимость такою доНзвора
объяснялась тем, что Ярослав, будучи внуком Ярослава Мудрого, по старшинству
имел больше прав на Киев, нежели Мстислав Владимирович. Этим договором
Мстислав гарантировал Ярославу Святославичу Чернигов а обмен на отказ от
претензий на Киев. Совершенна очевидна, что старшинство было существенным
фактором при упорядочении престолонаследия, на это не так давно еще раз указал
Х.Рюсс в связи со стремлением многих отечественных историков свести между-
княжескне отношения к политической конъюнктуре (Russ 11. Рец. на кн Радов
О.М. Указ. соч. //ЛЮОЕ.1980. Bd 28. S.600-601).
96
A. A.Iорский
ОБ ЭВОЛЮЦИИ ТИТУЛАТУРЫ ВЕРХОВНОГО ПРАВИТЕЛЯ В
ДРЕВНЕЙ руеи
(Домонгольский период)
Титулатурс правителей Древней Руси были известны как обще-
славянский термин "князь1', так и заимствованные термины, вое гочный
"каган" и связанный с римско-визангийским наследием "царь' ("це-
сарь"), которым нз иноземных правителей-современников в древнерус-
ских источниках назывались императоры Византии и Сняшенной Рим-
ской империи*. Титул "каган" для правителя Руси зафиксирован впер-
вые в Вертинских анналах под 839 г. Позже (со второй половины LX в.)
так называется правитель Руси у арабских авторов, в отечественных ис-
точниках каганами именуются Владимир Святославич и Ярослав Вла-
димирович Мудрый ("Слово о законе и благодати"), Святослав Яросла-
внч (ум. 1076 г., граффито из киевского собора св. Софии) и Олег
Святославич (ум. 1115 г., "Слово о полку Игореве") . За исключением
последнего случая, в котором Олег назван "каганом" как тмуторокап-
ский князь, среди подданных которого были хазары (чей правитель в
прошлом именовался этим титулом)3, "каган” - это верховный правп
тель Древнерусского государства. В историографии принятие этою ти
туда связывается главным образом с внешнеполитическим фактором
(подчеркиванием независимости Руси от Хазарского каганата) и только
во вторую очередь - с внутриполитическим (подчинение правителю
Руси других восточнославянских правителей)4.
Наиболее раннее упоминание титула "князь" в источниках - у
Ибн-Хордадбеха (вторая половина IX в.) . Что касается термина "вели-
кий князь" как обозначения верховного правителя, которому подчине-
ны другие князья, то в последнее время утверждается точка зрения, со-
гласно которой в период существования единою Киевскою юсудир-
ства он последовательно не употреблялся, а впервые был принят как
официальный титул князьями Северо-Восточной Руси: по мнению
А.Поппе, в конце XII в. (Всеволод Большое Гнездо)4, а по мнению
В.Водова - только на рубеже XIH-XIV столетий’.
Термин "царь" ("цесарь") , как показал В Волов., в домонгольский
период (и позже - до середины XV в.) не обязательно обозначал старей
шего из князей, верховного правителя, и не противопоставлялся герми 
ну "князь". Он мог употребляться при прославлении княчт с ксполь
97
юнаиисм византийских образцов красноречия, для подчеркивания по-
литического престижа умершего князя, в связи С главенством КНЯЗЯ в
9
церковных делах и с культом князя-святого .
Были ли связаны соотношение и эволюция названных титулов с
политическим развитием Древней Руси?
В IX - середине X в. у восточных славян существовало более
десятка союзов племенных княжеств (так называемые "племена" По-
вести временных лет), постепенно попадавших в зависимость от киев-
ских князей, но сохранявших на первых порах "автономию". Правители
этих общностей в договоре Руси с Византией 911 г. названы "великими
.л* т
и светлыми князьями . (очка зрения, согласно Которой эти определе-
ния являются переводом греческих эпитетов и не отражают древнерус -
...	н
ской политической терминологии того времени , вряд ли правомерна.
Во-первых, титул "светлый князь", по-видимому, воспроизведен у араб-
ского автора начала X в. Иби-Русте в форме "свиет-мадик"'1. Во-
вторых, в русско-византийском договоре 944 г. мы уже не встретим оп-
ределений "великие" или "светлые" по отношению к вассальным киев-
скому князю Игорю правителям: они определяются как "всякое кня-
жье", "князи" . Вероятнее всего, здесь отразился факт утери князьями
союзов племенных княжеств к середине X в. права именоватьс^ "вели-
кими" и "светлыми" (по крайней мере, в представлении киевских дип-
ломатов)14 . В начале же X столетия эти князья еще могли называться
"великими", что подчеркивало их главенство над правителями более
мелких общностей (племенных княжеств), входивших в состав союзов,
-	J5
которые именовались просто князьями .
Глава формирующегося государства, киевский князь, назван в
договоре 9И г. "великим князем русским" и "светлым князем"16. Таким
образом, в начале X в. он еше носил титулы, равные титулам князей
союзов племенных княжеств. Можно полагать, что наличие наряду с
ними у киевского правителя восточного титула "каган" (отсутствующего
в русско-византийских договорах, но зафиксированного синхронными
восточными источниками) должно было подчеркивать его превосход-
ство нал князьями-вассалами. Такое предположение хорошо объясняет
сохранение титула "кагана" за верховными правителями Руси в период,
когда в Хазарии каган утратил реальную власть (со второй половины IX
в.)'7 И внешнеполитическая значимость этого титула, как равного титу-
лу владыки хазар, сошла на нет.
С ликвидацией к концу X столетия (эпоха Владимира) "автоно-
мии’' союзов племенных княжеств и местных княжений все восточно-
98
славянские земли сосредоточились под властью княжеского рода Рюри-
ковичей (только в земле вятичей еще в течение столетия сохранялись
местные князья). Верховным правителем был тот, кто считался старей-
шим в роде и сидел в Киеве. Нукла в особых титулах для киевских
кня-зей - верховных правителей Руси, таким образом, отпала.
В этих условиях титул "каган" как реликт еще употреблялся в те-
чение столетия, после чего исчез . Перестает последовательно употреб-
ляться титул "великий князь". Проникнувший на Русь в XI в. термин
"царь" нс превратился из-за отсутствия политической необходимости в
обозначение особого ранга правителя, став как бы наименованием кня
зя "высоким стилем".
Ситуация изменилась в XII столетии. С развитием процесса фео-
дального дробления Руси единство княжеского рода нарушилось. Он
распался на ветви, за каждой из которых закреплялись отдельные кня-
жества. Во второй четверти XII в. сильнейшими были ветви ОлыовичеЙ
и Мономашичей, позднее из последних выделились сильные кланы
Ростиславичей (Смоленское княжество), Всеволодовичей (поюмков
Всеволода Большое Гнездо - Северо-Восточная Русь), Романовичей
(потомков Романа Мстиславича Галицко-Волынского - Галицко-Во-
лынская земтя). Между сильнейшими ветвями развернулась борьба за
гегемонию на Руси. Князь, занимавший киевский стол, теперь далеко
не всегда был сильнейшим и старейшим в роде1’. "Бесгитульный ре-
жим" перестал работать, поскольку понятие "старейшинства в роде" бы-
ло утрачено, а владение киевским столом не делало князя'реальным
верховным правителем Руси. Появилась потребность в особом титуле
для обозначения политического верховенства.
Титул "царь" для этой цели не подошел, поскольку он уже закре-
пился на Руси в ином значении и мог применяться не только ио отно-
шению к верховному правителю. Произошло "возрождение" титула "ве-
ликий князь", который стал теперь использоваться князьями суверен-
ных феодальных княжеств.
Таким образом, эволюция титулатуры верховного правителя в
домонгольской Руси была тесно связана с внутриполитическим разви-
тием. До складывания структуры единого раннефеодального юсудар-
ства к концу X в. особый титул был необходим для подчеркивания вер-
ховенства киевского правителя над князьями союзов племенных кня-
жеств и таким титулом был "каган"; в конце X - первой трети XII в. в
условиях единого государства, управляемого единым княжеским родом,
нужды в особом титуле не было; с середины XII столетня, с на-
99
чуплением феодальной раздробленности, она вновь возникла и прави-
тели феодальных княжеств обратились к титулу "великий князь". Титу-
татура "реагировала" на внутриполитические перемены с опозданием:
титул "каган" удержался до второй половины XI в., титул "великий
киям," начал распространяться только с конца XII в. Политическая
мысль, таким образом, отражала перемены в политической структуре
спустя более чем полстолетия после их появления. Термин "царь", свя-
занный с римско-византийским, "имперским" наследием, попал на
Русь во второй, "беститульный" период и поэтому не нашел Себе при-
менения в домонгольскую эпоху как обозначение исключительно вер-
ховного правителя Руси.
Встречающийся в современной историографии тезис о "безразли-
чии" князей Киевской Руси к титулатуре20 требует в свете приведенных
наблюдений корректировки; эта особенность относится только к перио-
ду конца X - середины XII в. и связана с отсутствием политической не-
обходимости в строгой иерархической системе титулов. В предшествую-
щий же период безразличия, по крайней мере в отношении титулатуры
верховного правителя, не было: применялся, по-видимому, титул "вели-
кий князь" и бесспорно существовал титул "каган"; принятие этого по-
следнего (иноязычного) термина особенно подчеркивает невозможность
юворить о безразличии к титулатуре в раннесредневековой Руси.
1 Император Священной Римской империи обозначается в летописях царским ти-
тулом ('цесарь исмецкыи" или "цесарь римьскыи") с конца XII в. (НИЛ. М.-Л., 1950.
С 46-47, ПСРЛ. М.,Л.,!962. Т.2. Стб.666-667,723,776,814).
Новосельцев АГ! Восточные источники о восточных славянах и Руси V1-IX вв. //
Лреинеруескос государство и его международное значение. 81,1965 С.397,399, 406-
408, он же. К вопросу об одном из древнейших титулов русского князи // История
< 'ССР (982. № 4; Молдовая А.М, "Слово о законе и благодати" Илариона.
Кнев,1984 С. 78, 91-92,99; Высоцкий СЛ. Древнерусские надписи Софии Киевской
\l-XIV вв. Киев, 1966. С. 49-52; Слово о полку Игореве. М.;Л„ (950. С.30.
’ Соловьев А.В. Восемь заметок к "Слову о полку Игореве". // ТОДРЛ. М.;Л.,1964.
Т20. С.378.
: Новосельцев А.П К вопросу об одном из древнейших титулов русского киязя.
С. (58-159.
' Заходер Б.П Каспийский свод сведений о Восточной Европе, М., 1962. Т.1. С.40
СКназ* как титул "царя славян"). Это известие не было учтено А.С.Львовымг выл-
пин) пиши гипотезу о позднем (XI в.) заимствовании древнерусским языком слова
100
“князь" из болгарского и считавшим, что до этого в том же значении употреблялось
слово "катан" (Львов АС. Лексика "Повести временных лет". М.,1975. С. 197-207; к
А.СЛьвову присоединился В. В. Колесов: Колесов В.В. Мир человека в слове
Древней Руси. Л., 1986 С.269). Последнее невозможно уже потому, что каганом (т.е.
“вождем вождей", “ханом ханов": Новосельцев А.П. К вопросу об одном из
древнейших титулов русского князя. С. 152) мог называться только верховный пра-
витель, а князьями - правители разного ранга. Справедливо мнение о праславян-
ском происхождении термина "князь" (Этимологический словарь славянских языков.
Праслааянскнй лексический фонд. М.,1987. Вып.13. С.200-201).
6	Poppe Л. О tytule wielkoksiazecym па Rusi // Przeglad Historyczny Waisrawa, 1984. T
75. Zesz.3. 5.439.
7	Vodoff H< La titulature princiire en Rossie du Xl-e an debut du XVl-e siAi/e //
Jahrbiichet dir GeschicMe Osteuropas. Wiesbaden, 1987. Bd.35. H.I. S 21-25. Волов, воз-
ражая Поппе, акцентирует внимание на случаях разночтения в Лаврентьевской лето-
писи, с одной стороны, и Радзивилловской и Московской Академической - с дру-
гой; иногда термин "великий князь" по отношению к Всеволоду большое Гнездо
употребляется только в первой или только в двух последних, что делает вероятным
предположение о позднейшей его вставке. Но есть много случаев (39) именования
Всеволода "великим князем" во всех этих летописях плюс в близком к ним Лето-
писце Переяславля Суздальскою (ПСРЛ. М.,1962. Т.1. Стб 39б,4Ш)-402, 406-407,
409,412-421,424-425; Летописец Переяславля Суздальского 61,1851. С.96, 98-W8).
Поскольку четыре названных летописи имеют общие источники лишь до начата ХШ
в. Лурье Я.С. Генеалогическая схема летописей X1-XV1 вв., включенных в 'Словарь
книжников и книжности Древней Руси" // ГОДЕН. Л., 1985 Г.40. ( 196-197), пред-
полагать здесь помине интерполяции невозможно.
8	Впервые встречается в записи-граффито о смерти Ярослава Мудрою (1054 t ) в
Киевской Софии (Высоцкий С.А. Указ. соч. С.39-41).
9
VodofF W. Reniarques sur la valeur du tenite "tsar" applique aux pttiu.es russet at ant le
milieu du Al'e sMe // Oxford Slavonic papers. blS. Oxford. 1978. 1Ы It. См. также
Тгхяочко О.П. 3 iciopii полпнчноГ думки Pyci Xf-X/l ст. // Украшський клорнчннн
журнал. 1988. 6Й 9.
ПСРЛ. Т.1. Стб.33-34. Есть два летописных варианта титулатуры князей, нахо-
дящихся под "рукою" киевскою князя Олега. В одном они именуются "великими" и
“светлыми", в другом - только “светлыми". Сравнительно-гехею.тотичесьнй анализ
разночтения показал, что первичным следует признать первый вариант (Горский
А.А. О переходном периоде от доклассового общества л феодальному у восточных
славян // Сов. археология. 1988. № 2. С. 124-126).
11 Poppe A. Op. cit S 425-429
101
к> Рыбаков БА Кнсвсктя Русь и русские княжества XII Xfll вв М, 1982 С275 276
Зпитс? шсгчын по отношению к князю встречается также в "Слове о полку Игоре
ПС (( ДО ИО О Г«77*Л Игоре ЯС С И)
11 ПСРЛ I ! Стб47 Т2 Стб36
1 Звотлшмя почитнческон терминологии в текстах русско внмнтииских договоров Л
« /док uf/мюш ?я се соответствие чпохе состаалсиня атнх документов) наблюдается
тле в применении понятия волость к территория ингтри суверенного государ
<. ?на В договоре 944 г такая территория (крымские владения Византии) именуется
erpt/ioH Корсунской” в договоре 97! г властью Корсунской (ПСРЛ 7/ Стб50
32 73) Понятие волости как подвластной территории характерно для периода
<динот рмнефсодагтьнот государства (коион Л начало ¥// в ) Там же Стб 74 73
IW 2 П 24! 234 238 265 267269,274 Т2 Стб207 208 237289 Словарь древнерусского
wjhaj fU ЧЛ ин) М 1988 TI С444 Успснсюш сборник XII ХП1 вв AJ 197/
( 469) t -но наличие только в договоре 971 г является по видимому свидетельством
формирования кгого понятия
t5 О t трукпрс восточнославянских допкударствонных общностей см Горский Л Л
Мт/ соч < 120 126
lh IKРЛ 7 1 Стб В 14 Т 2 Стб 23 24 В договоре 944 г киевский князь 5 раз нал
.чан всанкнм князем русским 2ртза великим княтем Зраза князем русским н 5
ри npot то княк и (ПСРЛ Т / Сто4б 48 30 33 Т2 Стб 33 37 39 41)
17 Новосел?цен АПК вопросу об очном из дремнеиши* титулов русскою киязя
( /V? !S7
о
оря? М! спр/непшю MHCH/ft гго нсчсзнопснис титула каган связано с дроб
гением Ру<.н nt i илы /Там же < /39) [)о второ?? потовннс XI в политическое
/крыже нс г?ю ыктюкоп? кня?я cine Нс вызывало сомнении
4 Ьо7iе гош пн ис лсс?Д1 бич да^с сгарснш??\? в своей княжеском нстш? такая
с ftry нзня ??ол?нкс7а и княжения Пзяьтнм Мстжлавпча /лсба Юрьевича Иигвар.ч
Х/нк чанн ?j Ярое тты Бес нотоювичi
Voffo/T La /ftti/atutc des pttnt-ts dt/ X e au debut du \И c siec/c cl Je*
tLhttof?4 citutofci de Id /?w?w Кипение / Re 4JC det etudes da^cs P /983 T 35 f/
PI 30
102
НА Соболев»
ВОСТОЧНОРИМСКОЕ ПРАВО И УДОСТОВЕРЕНИЕ РУССКИХ
АКТОВ
К числу нерешенных проблем в области изучения русского права
относится вопрос о возникновении и эволюции такого правовою ин-
ститута, каким являются печати Русские правоведы пракзичеекн ни
когда не рассматривали функционирование печати как проявление об
щественно-правовой жизни Современные историки права так же, как
и их дореволюционные предшественники, не включают печать в каче-
стве предмета исследования ни в изучение судебного процесса ни в
изучение системы доказательных средств, что можно рассматривать как
следствие недостаточности нормативных постановлении и укалчии в
отношении печатей Имеется в виду прежде всего Русская Правда ва-
жнейший правовой памятник Древнерусскою государства, где отсут-
ствуют какие-либо нормативные положения, касающиеся печати, в
частности, квалификация ее доказательной силы
Между тем можно констатировать, что многие западноевропей-
ские памятники права Х1-ХШ вв, в том числе и славянские, содержат
статьи, фиксирующие юридическии статус печати В качестве примера
можно назвать Швабское зерцало , вентерскую 'Золотую Ьуллу и бо-
лее ранние установления о судопроизводстве венгерских королем, где
упоминается sigiituiu citatioius’, древнеишии после Русской Правды па-
мятник славянского права Корчульскии стату? один из самых ранних
правовых памятников средневсковои Чехии ХШ - начала XIV в, Ро-
жмбергскую книгу" , первый писанный свод норм польскою обычною
права Польскую Правду Х111 в Можно привести и друтие примеры,
подтверждающие упрочение правового статуса печати путем включения
соответствующих статей в различные европейские средневековые зако
издательства
Включение статей, так или иначе фиксирующих функциональ-
ные свойства печати, в законодательные памятники - ото свидетельство
признания за нею силы правового атрибута Осмысление печати как
юридического атрибута повлекло за собою формирование понятия
"право печати" Напомню, что вопрос о праве печали впервые по-
тт
ставили глоссаторы канонического права В зн тчительноп степени
толкователи церковною права основывались на папской доктрине о
101
развитии документов, по которой печати отводилась роль критерия
подлинности и достоверности документа. Основополагающим здесь
признается декреталий папы Александра Ш 1167-1169 гг. В нем
определялось, что только документы, составленные нотариусами или
скрепленные аутентичной (подлинной, достоверной) печатью, следует
считать веродостойными. Можно указать еще на целый ряд рекомен-
даций и постановлений, вышедших из папской канцелярии, касающих-
ся правового значения печати . Именно под влиянием канонического
нрава у|верждается статус печати как критерия достоверности докумен-
та, заменяющей в этом плане показания свидетелей и собственноруч-
ную подпись, существующую в качестве удостоверения акта со времен
античности'1. Появление статей, фиксирующих "право печати” в свет-
ских правовых памятниках средневековой Европы, по мнению ученых,
акже не обошлось без влияния норм канонического права .
Однако вместе с этим существенным, по-видимому, является
факт функциональной трансформации средневековой печати, а именно:
наряду с охранной функцией (применительно к письменности - запе-
чатывание писем, посланий, распоряжений и пр.), утверждается и ее
функция ыверенпя (скрепление печатью акта), что находится в тесной
связи с двуединым процессом - с развитием средневекового акта, сос-
тавным элементом которого становится печать, и с развитием права как
таковою. Различие: если запечатывание (нем. Versiegelung) было выз-
вано необходимостью охранять документ от незаконного вскрытия, то
заверение печатью (нем. Uniersiegelung) служило доказательством его
подлинности - веродостойности. В настоящее время в научной сфрагн-
стической литературе превалирующим является мнение о несинхрон-
,	..	13
носги развития этих функции печати .
Нормы, относящиеся к печатям, наличествуют в таких русских
правовых памятниках, как Псковская Судная грамота. Новгородская
Судная грамота, Двинская уставная грамота. Судебники 1497 и 1550 гг.
И в более поздних. Известно, что несмотря на существование в Древней
Руси довольно развитой системы гражданско-правовых норм, включаю-
щих отношения собственности, нормы обязательственного, наследст-
н
венного, семенного права , вышеназванные памятники регламентиру-
и и
ют в основном уголовное и уголовно-процессуальное право . И хотя,
например, в Судебнике 1497 г. конкретизированы некоторые нормы
(ражланскою права, в частности, установлена общая и четкая норма о
iiacTe'iohiiiiHH. в целом вышена (ванные памятники мало отражают
104
гражданское право, а следовательно, и не могут раскрыть роль печати в
качестве удостоверительного и доказательного средства.
В вышеназванных памятниках статьи о печатях носят в основном
фискальный характер (судебные пошлины, как известно, одна нз
основных черт русского обычного права). Однако, хотя в большинстве
случаев сведения о печатях "вплетены" в судопроизводство в "пошлин-
ных" статьях, анализируя последние в контексте развития судопро-
изводства, можно получить ряд свидетельств н о становлении института
печати. Так, ст.50,82,83 Псковской Судной грамоты можно рассматри-
вать как непосредственно нормирующие правовые функции печати.
Правовое значение благодаря печати князя или "Троицы" приобретают
такие судебные документы, как поэовница, суднииа, безеудная и при-
ставная грамоты. В обязательном порядке печать князя-посадника
(светских властей) прикладывалась также к выездным (проездным)
документам. Ст.38, на наш взгляд, косвенно указывает на использо-
.	п ,,
ванне печати в оформлении документов договорного характера . Нов-
городская Судная грамота, регламентируя функции печати а судопроиз-
водстве, фиксирует, в основном, факт взимания пошлины за приложе-
ние печати к таким судебным документам, как судная, безеудная, сроч-
ная грамоты (ст.8,24,30,31). Однако имеется также специальная норма
(ст.21), которая отражает правовой аспект печати, выявляющийся непо-
средственно в процессуальных действиях. Она гласит: "А судьям как
розказщики укажут, иио коему ни есть судье велеги своему дьяку тое
дело записать, а розказщнком к тем списком свои печати приложить".
Согласно этой статье в качестве утвердительного средства используются
печати участников процесса * "розказщиков"1*. Судебник 1497 г. фик-
сирует повышение правового статуса печати, который находится в соот-
ветствии с возросшей систематизацией норм судопроизводства в целом,
19
а также формализацией и усложнением процессуальных действий . В
отношении печатей формализующим моментом здесь является опреде-
ление порядка выдачи и оформления судебных документов. Разница в
пошлине за печать, приложенную печатником великого князя к раз-
личным по своему содержанию грамотам, может свидетельствовать о
начальном этапе формирования различных видов (по внешним приз-
накам и правовому значению) великокняжеской печати. Обращают на
себя внимание ст.22-25,28, в которых упоминается печатник - спе-
циальное должностное лицо, хранившее великокняжескую печать и ре-
гламентировавшее ее использование. Регламентация деятельности пе-
чатника в общегосударственном законодательном сборнике совпадает с
105
созданием примерно в то же время общегосударственной печати. По-
следующие законодательные памятники содержат нормы, свидетельст-
вующие о правовой дифференциации печатей. Так, Судебник 1550 г.
регламентирует использование печатей различными должностными ли-
цами (например, дьяками - ст 28), регламентирует употребление вислой
красновосковой общегосударственной печати (ст 43, 90), отличая таким
образом ее статус от обычной (черно-восковой) печати царя . Позднее
в правовых памятниках появляются статьи, определяющие статус печа-
21
тсй местных властей, регламентирующие их изображение и легенду ,
появляются в законодательстве и специальные статьи по поводу фаль-
шивых печатей и степени наказания (смертная казнь) за их подделку22,
те. правовой статус печати эволюционирует, находя отражение в нор-
мативных актах в соответствии с развитием общегосударственного пра-
ва.
Однако, хотя регламентация того или иного института в законо-
дательных памятниках и служит своеобразной вехой, фиксирующей
этапы его развития, само развитие предполагает отражение его в иных
социальных явлениях, в данном конкретном случае - не только в ко-
дексах, но и в повседневной юридической практике, в актовом, дело-
прои зводственном материале и т.д.
Рассмотрению начальных этапов становления института печати
на Руси был посвящен мой доклад "О ратификации русско-визан-
тийских договоров X в. , поэтому я не буду подробно останавливаться
на этом вопросе. Отмечу только следующее, правовой характер русско-
византийских договоров не вызывает никаких сомнений у исследо-
вателей Одиако право это имеет определенный уровень, использование
русскими печатей в качестве утвердительного средства в данный период
кажется очень проблематичным. Подобная постановка вопроса ни в
коем случае не предполагает подчеркивания "примитивности" правосоз-
нания русских Речь идет об определенной ступени развития и оформ-
ления правовых отношений (в данном случае о скреплении договоров с
обеих сторон при помощи клятвы) Думается, что русско-византийские
договоры X в не могут быть основанием для заключения, что печать в
правовой жизни древнерусского общества функционировала уже как
утвердительное средство В определенной степени она могла служить в
качестве удостоверения личности В торговле, в фискальных меро-
приятиях в Древней Руси в X в могли использоваться печати, осу-
ществляя свою функцию запечатывания, закрытия, т.е. играя роль осо-
бого знака, пломбы Эти функции характерны для начальной стадии
106
развития института печати, когда она еще не выделилась окончательно
из знаков собственности .
В Русской Правде, по крайней мере в Краткой ее редакции, как
уже отмечалось, нет норм, указывающих на использование печатей в
судопроизводстве, - известно, что в Древней Руси процесс был уст-
ным36. Устный же процесс по логике вещей элиминирует использова-
ние печати как способа доказательства Однако и при устном процессе
все-таки могла быть применена sigilium citatioms " - печать вызова", ес-
ли суд имел надлежащее устройство . Явных свидетельств этого в дан-
ном памятнике не обнаруживается.
Эволюцию печати как правового института вплоть до конгщ XIV-
XV в. по правовым памятникам проследить трудно Однако в распоря-
жении исследователя имеется комплекс вещественных "следов имплан-
тации” печатей в быт древнерусского человека Это "однородная и древ-
няя серия перстней" XI-XI1 вв, служивших, как можно нредполаиль,
матрицами для оттисков-печатей, которые обнаружены в основном при
археологических раскопках в южных регионах Древнерусского государ-
ства Это комплекс булл-металлических печатей, атрибуция и датировка
которых осуществлена в отечественной литературе (труды Н П.Лихаче-
ва, ВЛ Янина). С XI в. буллы получили широкое распространение на
юге, западе и севере Руси, однако, в XII в. их функционирование на
юге затухает (по времени этот феномен совпадает с сужением сферы
применения буллы в Византии, где в XIII в. она уже используется
редко2*), а на севере - в Новгороде и Пскове - наблюдается расцвет
буллы, продолжающийся несколько столетий.
Широкое использование в Древней Руси буллы, по-видимому, не
может являться чисто внешним отражением ее ориентации на визан-
тийскую традицию (следование византийскому типу) Однако развитый
институт печати предстает перед нами юридически неоформленным
Становление правового статуса печати на Руси (по письменным
памятникам) прослеживается в связи с формированием частного акта -
его удостоверительной части На этот факт обратил внимание
С.Н Валк, который считал, что рассмотрение развития удостовсритель-
ного аппарата так же, как и самою частного акта, следует начинать с
новгородского и (псковского) комплекса частных актов, ибо они сохра-
няют в формуляре (и во внешнем оформлении) следы предшествующих
этапов эволюции . Действительно, опубликованный под сю редакцией
30
комплекс новгородско-псковских актов , а также архивные разькка-
ji
ння последующих лет , позволяют установить, что в так называемый
107
переходный период, когда сделка еше укреплялась традиционными
символическими действиями, отражением чего в формуляре акта слу-
жат слова "одереиь", "водерень", "свободная воля", а также наличие по-
слухов, Наблюдается идентичность восприятия правового значения по-
нятий "послух" и "печать". Подобная идентификация зафиксирована в
удостоверительной статье целого ряда обонежских грамот XV в.: 'А на
то послух печать святаго Спаса", "А на то послух печать дому божии
святей Софии и архиепископа владыки Феофила" и т.д. (Взаимо-
действие понятий "послух" и "печать" фиксируется также формулой,
встречающейся В новгородско-двинских актах: "а у печати стоял").
Соотношение понятий "печать" - "послух" - явный элемент традиции -
может стыковаться с ранней формулой, известной с XI в. - "бог по-
слух", встречающейся в завещаниях псковско-новгородского цикла XIV
-XV вв.
По аналогии со структурой формирования института печати в за-
падноевропейских странах можно предположить, что и на Руси утверж-
дение правового значения печати соотносится не только с нормами
обычного права, но и с установлениями канонического права.
О влиянии церковного права, основанного в большой степени на
византийском законодательстве, на некоторые сферы древнерусской
действительности сделал прекрасный доклад на одном из прошлых
симпозиумов Я.Н.Щапов . Влияние византийского права на Руси ощу-
щалось уже в XI в. прежде всего в формировании норм церковного
права. Однако есть мнение, что и в светском праве очень рано могли
быть использованы византийские юридические нормы. Об этом косвен-
но свидетельствует русский перевод и русская редакция Эклоги, отно-
сящиеся согласно недавним изысканиям к XI в. Имеются и прямые
И
свидетельства .
Применительно к предмету нашего исследования наибольший
интерес могут представлять такие популярные на Руси памятники ви-
зантийского права, как Эклога и Прохирои, ибо в них содержатся ста-
тьи, нормирующие использование печатей в качестве удостоверяющего
средства
В "Corpus juns civiIts" встречается следующее высказывание рим-
ского юриста Венулея: "Магистраты каждой местности должны забо-
титься о том, чтобы желающим совершить сделку при свидетелях были
предостанлекы свидетели из числа их самих [магистратов! и другие сви-
детели 1ибо типа, прилагающие печати, дабы таким путем сделки со-
вершались быстрее, и лабы было обеспечено доказательство совершен-
ий
ных дел"36. В комментариях отмечается, что употребление в тексте сло-
ва "tcstari" свидетельствует об особой сделке, а именно о совершении
завещания (testor, Stus sum, Sri - делать завещание, завещать) .
Все основные черты законодательства Юстиниана по вопросу о
свидетелях, как считают исследователи, сохранены, правда, с некото-
рыми изменениями и в Эклоге . Об этом свидетельствует, в частности,
титул V Эклоги, который носит название "О (лицах), не име'ющих
права завещания" (существует вариант с добавлением: "и о завещаниях
39
письменных и устных" ), где имеется указание на свидетелей, под-
писывающих завещание и прилагающих печати.
Так же, как в Эклоге, в Прохироне печати упоминаются в титу-
лах (гранях), формирующих составление завещания. Согласно ст. 4
грани 21 "О завстех" за приложением печатей по числу свидсгелей
должно наблюдать должностное лицо (яродтыр - в греческом тексте,
судья - в славянском*). В ст. 5 грани 25 "О превращении тавета"
отмечается, что завещание считается недействительным, когда все сви-
детели его подписали, однако "не вси запечатлены"41. В грани 21 со-
держатся и другие нормы, по которым должно быть оформлено заве-
щание и применение которых в юридической практике Северо-Восточ-
ной Руси в определенной степени стало уже предметом наблюдения
Г.В.Семенченко”. Ряд статей (ст.4, ст.5 и 6) уточняют применение
печатей при составлении завещания.
В грани 27 Прохмрона "О сведитслех" ст. 36 (“аще кто единого
члвка положения в печати принессть, не приятно сведсгельство его )
дает новую интерпретацию ст. 16 титула XIV Эклоги: "единственное
свидетельство должно быть отвергнуто, даже если ею даег булевт
Эта норма зафиксирована еще в кодексе Юстиниана и среди некоторых
других норм Юстинианова права переведена в отрывке под названием
"Огь различны!*! тите (л) рекше <рании 1оустиньяна цря новы|х|
запове(де|и гла|в| по избранью различных |х|": "Яко единъ токмо
нспослушанъ есть, ашс и великъ будет сановникъ...
Итак, в Эклоге и I [рохироне упоминание о печатях содержится в
статьях, нормирующих составление завещания . Печать выступает в
качестве удостоверительного средства наряду с подписью.
Согласно данным древнерусских правовых памятников эта норма
не зафиксирована ни в одном из них, хотя в церковном праве могла
стать известной очень рано. Большинство историков права считает, что
в соответствии с обычным правом во времена Русской Правды заве-
щания были устными . Число послухов при этом акте, естественно, не
109
4t
зафиксировано. Если послухов-судей было 12, а именно 12 мужей
заменял поп по русскому правовому памятнику Закону судному лю-
дем" пространной редакции , становясь единственным свидетелем При
совершении завещаний (согласно новгородско-псковским завещаниям,
в которых наиболее явственно сохранилась архаичная традиция), то это
число не соответствует нормам вышеназванных византийских памятей-
50
ков. Обычай хранить завещания псковичей "в ларе" также кажется
специфичным для городского права западноевропейского типа , не
имея аналогий в нормах византийского права.
И все же нельзя не обратить внимания на следующий факт. Как
отмечалось выше, в грани 27 Прохирона, где излагаются принципы су-
допроизводства, а именно, речь идет о свидетелях, в особой статье ого-
варивается запрет использовать только одного свидетеля (его печать).
Это правило, установленное Юстиниановым правом, стало известно на
Руси благодаря Кормчей, по-видимому, еще в XI в. Помимо того, что в
главе 17 второй части "Мерила Праведного", носящей название "Огъ
различных тител рекше Гранин Иоустиниана цесаря', запрещается сви-
детельствовать одному человеку, хоть он н будет "сановник" (это при-
равнивается к свидетельству еретика, а "еретик же по всему не сви-
детельствует на правовернаго"), в главе 3 "Мерила Праведного" имеется
аналогичная статья. В эту главу под названием "О послоусехъ и о числе
ихъ" включено 75-е апостольское правило, которое гласит: "В послу-
шьство еретика не приимати, ни вернасдиного, въ оустехъ .В. е или
трии стансть всякъ глъ *гьлкъ: не тькмо на оклеветаиье еретикь не
приятень, ни на послушьство, аше же единъ послушьствуеть, аше же и
веренъ есть, не приятень. И к Тимофееви бо великии Павель пиша
ре[че]: на прозвитера послушьства не приемли, аше не пре(а)двема или
„я
тремя послухи..., 	,
"Правила стыихъ Апсль", помещенные в Древнеславянской корм-
чей, трактуют 75-е правило иначе: "Въ послушьство на епспа еретика не
приимати, нъ ни верьна единого тькмо въ оустехъ бо дьвою или .Г. (3)
„зз
послоухъ станеть всякъ глаголь
Подобный текст сохранился и в других списках Кормчей кни-
ги . В Кормчей содержалась также норма Юстинианова права о не-
приятии послушества одного человека, ибо упоминаемый нами выше
отрывок "Оть различных тите(л) рекше границ Устиньяна цесаря.,.",
-	S3
куда входит статья об одном послухе и еретике, включен в ее состав .
Таким образом, свидетельство одного послуха отрицалось практи-
чески во всех переводных памятниках так же, как и в подлинных грече-
110
ских. Одно лицо по всем церковным правилам, (а так как при сос-
тавлении завещания находился поп, то канонический способ утвержде-
ния отрицать нельзя) не могло послушествовать, хоть это лицо и заме-
нило 12 человек. Поэтому в удостоверительной формуле псковских за-
вещаний упоминается два лица: "А на то послух Бог и отец мой духов-
ной... .
5?
Понятие Бога-послуха в XI в. уже встречается в Древней Руси .
Феодосий Печерский в одном из своих поучений, содержащих заботу
об искоренении пережитков и пороков язычества и об укреплении
истинного христианства, подчеркивал; "Ответ деяхомъ... пред видимыми
послухы и пред невидимыми". В Повести временных лет записано "Аще
право глешн, Бъ ти буди послу[хГЯ. Те же два лица фигурируют и в
новгородских духовных грамотах, однако, в них далее перечисляются
w
свидетели, присутствующие при составлении завещания , так что об
одном послухе речь здесь идти не могла. Подобная формула присут-
ствует практически во всех псковских завещаниях. В одной нз публи-
куемых МарасиновоЙ псковских духовных грамотах (№ 10, духовная
старосты, X1V-XV вв. список XV!! в.) отмечено, чзо послухами
являются два человека (названы по именам) .
В утвердительной формуле псковских завещаний отсутствует ука-
зание на скрепление их печатью. Однако практически все они, датируе-
мые XIV-XV вв., скреплены буллой (владычного наместника) , удо-
стоверительная функция которой, no-видимому, равнозначна роли тре-
тьего послуха. История становления печати как утвердительною сред-
ства оказывается инкорпорированной в процесс развития правовых от-
ношений. Эта "утвердительность" и сам факт существования печати в
качестве правового символа, таким образом, вытекают из эволюции
удостоверительного аппарата, "способа укрепления нрав", который в
древности состоял в присутствии свидетелей при совершении юриди-
ческого акта. Минимальное число послухов - три, сотласно Зиготе,
необходимое для того, чтобы признать завещание действительным, па-
зывает и Закон Судным людем , но уже не по отношению к духовным
грамотам, а в любом случае, когда возникает "пря". Предложение Крат-
кой Русской Правды в спорном случае идти "на извод пред 12 чело-
века" не противоречит зафиксированному в ранних намят пиках права
постулату - "не менее трех свидетелей". Русская Правда, отражающая
существование на Русн института послушества как составной части
обычного права, не называет какое-то определенное число послухов,
необходимое для удостоверения, но инотда греб)с г минимум-два6'.
Ill
Однако в Пространной Русской Правде в ст.37,39 для доказа-
тельства того, что вещь куплена на торгу, предписывается "вывести"
-	,	„64
свободна мужа два или мытника, перед кимь же купивше , таким
образом, свидетельство должностного лица по своим правовым функ-
циям может быть приравнено к свидетельству послухов, сколько бы их
ни было. Отсюда уже недалеко и до смены свидетельства должностного
липа на знак этого лица. Знак же особенно удобен тем, что применяя
его (естественно, речь идет уже о письменной форме), скрепляя дого-
вор, т.е. удостоверяя его, заинтересованное в подобном удостоверении
лицо платит "мзду" - пошлину или мыто. Так печать и пошлина стано-
вятся неразрывны, и в этой "неразрывности" нормы применения печати
зафиксированы в русских законодательных памятниках.
В настоящее время можно считать ие вызывающим сомнения
факт влияния византийских правовых установлений на текст и удосто-
верительную часть завещаний Северо-Восточной Руси. Что касается
удостоверительной части, то влияние сказывается не только в опре-
деленном Эклогой и Прохироном числе послухов, но и в требовании
приложения последними печатей. Особенно явственно ощущается вли-
яние именно Прохирона, статьи которого о писце, писавшем "завет", и
о применении всеми послухами одной печати, удостоверяющей завеща-
ние, составляющие специфику этого правового памятника, зафикси-
рованы в комплексе актов только Северо-Восточной Руси. Некоторые
черты, присущие удостоверению завещаний, прослеживаются и в дру-
гих видах частных актов (роль писца как свидетеля сделки, приложение
всеми присутствующими одной печати, например, к мсновной грамо-
те). Сам по себе факт сходства формуляра, разных видов частных актов
не составляет специфику только Северо-Восточной Руси. Например, на
начальном этапе существования новгородских купчих, их формуляр
имел ряд черт, присущих формулярам новгородских духовных и данных
грамот . Здесь представляет интерес другое, а именно то, что в Северо-
Восточной Руси удостоверительная часть не только завещаний в оп-
ределенной степени соответствовала нормам византийского права, но
следы этих норм фиксируются при оформлении и других частных
актов.
В связи с этим привлекает внимание грань 14 Прохирона "О про-
даже и о купленьи". Отмечая, что купля-продажа бывает и "без написа-
ния", Прохирон устанавливает четкие правила "о бывающем с написа-
нием". "Не иного свершену преже быти глеиъ преданию и куплению,
аше и обрати предания не напишють, или самого пролающаго рукою
112
или от иного напишетъ, по(д|пишсть же продаю[щий|" . Таким обра-
зом, заключенная письменно сделка о купле-продаже считалась осуще-
ствленной только тогда, когда договор был написан рукою продавца,
или же при написании другим лицом - подписан продавцом. Не явля-
ется ли обязательное приложение печати продавца к купчим Северо-
Восточной Руси (а в корроборационной формуле частных актов Севе-
ро-Восточной Руси печать упоминается "самостоятельно". "А запечатал
Иван Семенович своею печатью", "А запечатал есмь печатью отца свое-
го господина игумена Трифона", "А запечатал есмь своею печатью" и
Т.Д.) отражением именно этой нормы византийского правового памят-
ника? Ведь печать здесь заменяла собственноручную подпись, которая
примерно до XVI в. не использовалась даже в практике оформления
завещаний Северо-Восточной Руси , где согласно соответствующим
нормам Эклоги и Прохирона, оказавшим влияние на оформление мест-
ных завещаний, казалось бы могла найти применение.
Следы влияния византийских правовых памятников на удостове-
рительную часть русских актов, особенно заметно проявляющиеся в
Северо-Восточной Руси в XIV в., увязываются с возрастанием интереса
к византийским переводным памятникам именно здесь , с предполо-
жениями, имеющими место в отечественной историографии по поводу
"деятельного приложения к практике. Номоканона в тех его частях,
которые имели для этого времени особенную важность", начиная с
Ивана Калиты. А.Павлов6’ в доказательство своего предположения
ссылается на приводимую И.И.Срезневским запись в книге Евангель-
ских чтений Антониева Сийского монастыря, сделанную в 1339 г. В
ней содержится следующая похвала Ивану Даниловичу Калите. "Сему
(загородному князю великому Ивану створшему дела подобна в Рускои
земли правоверному цсрю Костянтииу" И далее: "... бо кнрзь великои
1гпЭ, имевше правый су[д} па(че) меры, поминая бжствена[я| писания
исправльния стхъ и прпбны|хъ] ц по правнломъ монокануньнымь,
ревнуя правоверному цсрю Оустияну. "М.
Все вышесказанное дает возможность присоединиться к словам
д-ра И.Ирмшера, сказанным им на одном из предшествующих симпо-
зиумов: "Римская традиция решительно повлияла на формирование
всей Европы - как на Первый, на Второй, так и на Третий Рим".
113
1 Ugea Th. Sphzagistik // Grundriss der GeschichtswissenschaA. B.I. 2 Lif. Leipzig, 1906.
S.360, Kittel £. Siegel. Baunschweigyl970. S.I2S.
1 Хрестоматия памятников феодалзшою государства и права стран Европы. М., 1961
С 711.
1 Ewald W. Siegelkunde. Munchen, Berlin, 1912. S.JO, Kittel E. Op. cit- S. 126
4 Пазпуто В. T., Шталь ИВ Корчула: Корчульскнй статут как исторический ис-
точник изучения общественною н политического строя острова Корчула XIII а. М.,
1976.
’ Ясинский АН Основные черты развития права в Чекин XIH-XV вв. Юрьев, 1902.
С.7, Jincck Н. Pravnick/r zivot г Cechach а па Мдгаис. Praha-Brno, 1903. Лб 71. Kniha
Aozmbcrska. S.73- 76; Хрестоматия. C.S37
* Starodawne prawa polskiego pomniki / Wyd. AZHclcel. Krakow, 1970. Т.П. S.15,
Вннавер M. Исследование памятника польскою обычною права XIII в., написан-
ною на немецком языке. Варшава, 1888. С. 122, Gvmowski М., Haisig M.r Mikucki S.
Sftagistyka. Warszawa,I960. S.70.
’ Ewald W. Op cd. S.3I.
* Один из ник, Конрад фон Муре, очень образно сформулировал функцию печати:
"Smut eiiiin horninem duo perficiunt corpus et anima, sic et litctmi duo per&nuat: virtus
vetborum, que se habet ad tirodum anime et sjgillum quod se habet ad modem corporis"
(как челов, ка поистине две {вещи] делают тело и душа, так и документ делают два
/обстоятельства/: сила слов, которая /соответствует/ образу души, н печать, которая
/соответствует/ телу). В своем трактате "Summa de arte prosand:" цюрихский каноник,
формулируя правила выдачи документа, подчеркивал, что едины из средств его
заверения является печать (Опубл, в кн.. Qucllen zur bayerischen und deutschen
Oeschichte. Munchen, 1863. B.9. Abt.l. S.405-482; Об этом тюке-Sfragrstyka. S.17).
4 Johanek P. Zur rechtliclien Funktion юл Traddionsnotiz, Traditioiisbuch und friiher
Stegeiutkuade // К edit und Schrifi ini Mitteialter. Hetausg. топ P.Classen. Sigma-
3ingen,1977. S159-160
10 Sfragistyka S.16.
11 Еынек пишет. X.’ уверенностью можно сказать одно, эти указы (папские  Н.С.)
утвердили повсеместно раз и навсегда печать как средство удостоверения, а для
территории к северу от Альп на долгое время и как единственное средство удосто-
верения. В них были сформулированы твердые критерии гарантий документальных
записей. Эти указы освобождали документ, заверенный печатью, от бремени осгвт-
ков архаическою способа удостоверения, которые еще существовали вначале. Этн
указы превратили документ, заверенный печатью, в рацззональный процессуальный
инструмент доказывания, который требовало вновь создаваемое церковное право и
который соответствоюл сложным общеезвеннмм отношениям подднего сред пене-
114
ксвья' (Johanek Р. Op cit. S.162. Си также. Trwxa W. Zur t-frkundeniehre Ar
inittelaiteriichen Jurisprudent // Recht und Schriri
11 Гпиел Ж Op. cit. $.206.
i3 Kittel E. Op. cit.
14 История государства и права М.,1985. 4.1. С.31-33, Российское законодательство
Х-ХХ веков. М.,1984. Т1. Законодательство Древней Руси (далее: Законодательство
Древней Руся). С.21-23.
11 История государства я нрава. С 62,91.
14 Примерно с XIII в. положения о пошлинах за печать встречаются и в правовых
памятниках Европы (Ясинский А.Н. Указ. соч. CIO). Также от XIII в. сохранились
сведения из папской канцелярии о доходах за привешивание буллы. К XIV в
относятся счета некоторых хранителей печатей епископов и церковных судов, к тому
же времени и к следующему столетию - сведения о стоимости приложения печати в
городах, королевских к императорских канцеляриях и тд. (Ilgen Th. Op. ей. $.342-
343; Ewald Ж Op. cit $.51).
17 Законодательство Древней Русн. С.363, примеч. к ст.38, см. также: С.353-334,
прямей. к ст.14; С.360, примеч. к ст.32. В этих примечаниях творится о договоре,
документе сделочного характера, ’надлежащим образом оформленном". По-види-
мому, для сравнения можно привести рядную (договорную) грамоту Тешат и Яки-
ма, где в качестве утвердительного средства фигурирует печать псковскою князя
Довмонта-Тимофея.( Памятники русского права М.1953. Выл. 2. С.278-279); Алек-
сеев Ю.Г. Псковская Судная грамота и ее время. Л.,1980. С.17.
11 Если в понятие ’розказшик’ входят спорящие стороны  ответчик и послух или их
представители (Законодательство Древней Руси. С.314), то в згой статье содержится
информация (вероятно, печать должна была заменять подпись) о широком исполь-
зовании личной печати гражданами Новгородской феодальной республики в каче-
стве утвердительного средства. Однако для подобной констатации пока нет основа-
ний. Ведь даже завещания, которые согласно византийскому праву скреплялись пе-
чатью завещателя к свидетелей, в Пскове и Новгороде имели свой принцип оформ-
ления, исключающий печать завещателя (Марасянова Л.М. Новые псковские грамо-
ты XIV-XV вв. М.,1966. С.31-52,53-54, 59,70,73,75; Андреев В.Ф. Новгородский
частный акт XII-XV вв. Л., 1986. С. 108). Поэтому можно согласиться с А.А.Зими-
ным, который в ’розказшиках’ видел судей низшей инстанции (докладывающих суду
высшей инстанции), которые имели свои должностные печати - Памятники рус-
ского права. Вып.2. С.222
19
Усложнилась н в то же время стабилизировалась, например, процедура вызова в
суд: Ееляеа И.Д. Лекция по истории русского законодательства. М,1879. С. 113-119.
115
20 Российское мконалотслъспо Х-ХХ искан. M..19S5. Т2: Зикоиолзтелхстио периода
образования и укрепления Русского централизованного государства. С. 143, примеч. к
ст. 43.
Памятники русского права. М.,1936. Вып.4. С.366,442.
27 Акты Земских соборов. М..1933. С-91.
Опубл.. Внешняя политика Древней Руси. Юбилейные 'пения, посвященные 70-
летню со лня рождения член-корр АН СССР 8 Т.Пашуто Тез докл. М.,!9ХЗ. С.91-
93
24	О деревянных цилиндрах, несущих знаковые изображения и надписи, каждый из
которых “служил биркой f обозначением принадлежности каких-то исшей или це-
лыми групп пещей н а тоже время работал как замок, гарантирующий сохранность
узла запираемой нм связи", сообщает ВЛЛнин (Янин В.Л. Археологический ком-
ментарий к Русской Прааде // Повгородскин сборник. 50 лет раскопок Новгорода.
М.,/9^2. С./3^-153) См. также: Медынцева Л.Л. Новгородские находки и дохри-
стианская письменность на Руси // 19М М 4. С.49-66. Описанные цилиндры, по
мнению В.Л.Лиима. маркировали нс только метки, но и 'различного лида сосуды, в
юм числе и с серебром" Они относятся к предметам княжеского быта, ибо
большинство из них несут изображение княжеского знака или надпись "княже*. По-
водимому, эти цилиндры, ранние находки которых датируются 70-ми годами X аг
являются "прообразом" печатей будущих представителей власти, а развитие этого
института привело и к изменению формы.
25	Н П.Лихачев, крупнейший знаток н исследователь не только сфрагистических
памятников, но и различного рода знаков, отмечая функциональное отличие печа-
тей, писал в отношении знаков, что это - бытовое явление, результат "желания от-
мстить в разное время и в разных случаях родолроисхождеиие, собственность, про-
изводство" (Лихачев Н.П. Материалы для истории византийской и русской сфра-
гистики // Тр. Музея палеографии. Л,, 1930. Т.П. С. 193.
26	История государства и права. С.35-36.
37 О характере суда в Киевском государстве см.: Юшков С.В. Общественно-поли*
тическнй строй и право Киевского государства. М.,1949. С.511, См. также: Демчен-
ко В. Историческое исследование о показаниях свидетелей как доказательстве до
делам судебным по русскому праву до Петра Великого Киев, 3859 C.39-4L Автор
категорически утверждает, что специфика процесса согласно Русской Правде иск-
лючает вызов в суд свидетелей посредством официальных лиц. По его мнению,
Русская Правда не упоминает о таких лицах.
л
Lament К Lc cotpus des sceaux de 1‘ешрйе byzantin // Aiten dos XI Intenuukuuden
byzantuijsien Kongivsses. Munvhen,l960. S.3Q7.
116
* Лиг СИ. Грамоты паяные // Сб статей по ручкой история, посвященных
С.Ф.Платонову Пг.,1922. €,123-124,129; см. также: Пенсах В.М. Проблемы дип-
ломатики частного акта а трудах С И Валка // Вспомогательные исторические дж~
Штянны. Л., 1978. Вып.Х. С.63.
30 ГВНП. Подрал. С.Н.Валка. М.;Л.,1949.
’* Марасинова ЛМ Указ соч.
” ГВНП. AS 308,318, см. также 2» 309,311,341.
33 Jkapov J.N. Le droit remain oriental en Russia jusqu'au XV-es Nouveaux aspect! du
рюЫете // Atti del III seminario intemaebnale di studi storici 'Da Roma alia terza
Korns’. 21-23aprile 1983. Napoli, 1986.
Мнлов Л. В. О древнерусском переводе византийского кодекса законов VIII в.
(Эклоги)//История СССР. 1976 Л» /. С. 142-163
35 Гам же. С. 163: "Редакторские вмешательства а текст являются важным сви-
детвльством того, что перевод Экяогн имел в Древней Русн практическое значение';
Ю.ЕАлехсееВ (Указ. соч. С. 73-76) пишет о самом непосредственном влияния титула
XI Эклоги на ст. 16-17 Псковской Судной грамоты. Г-В. Семенченко показал при-
менение норм Эклоги и Прохирона при оформлении завещаний XIV-XV вв Северо-
Восточной Руси (Семенченко Г.В. Византийское право я оформление ржхких
завещаний XIV-XV вв. //ВВ 1986, Т.46. С.164-173)
*Дигесты Юстиниана. М.,1984. С.367: 'Кн.22 титул V "О свидетелях' В других
Частях "Свода' имеются статьи, пецтерхщаюшне использование печатей самдеплей
при составлении завещания. См. об этом: Эклога. Византийский законодательный
свод VIII sen. Вет статья, пер., коммент. Е.ЭЛнпшяи, М.,1963. С. 139.
37Дворецкий ИХ. Латинско-русский словарь. М.,1976. С. 1009 "Липа, приклады-
вающие печати', обозначены как 'signatures' Согласно словарю Дворецкого, sigrut-
tores - это 'прикладывающие печать (примеч. - к завещанию) как свидетели' - Там
же. С.929.
л
Эклога. С.32. См. также: Zacharul von Lingeathal. Geschichte des triechtech-
romisclien Rechte. Berlin, 1877. 3.126-128
И 'Письменное завещание делается в одно и то же время в присутствии семи дос-
тойных доверия свидетелей, призванных для этой иеян и совместно подписываю-
щих завещание и прилагающих печати Завещатель обязан своей собственноручной
подписью нлн знаком креста заверить имя наследника- Но если он пожелает, то он
может не показывать свидетелям содержание своего распоряжения' (Эклога. С. 131).
Imperatorum Basiiii, Constaotini et Leonis Ptochirnn Ed С.EZachariae Heidel
berg, 1837, 'Меркло Праведное' по рукописи XIV века (Изд под на&1- н со вступ. ст.
акад М Н. Тихомирова. М„ 1961. Л273.
*' 'Меркло Праведное'. Л.281 об
II?
в Семенченко ЕВ. Указ соч.
*’ “Мерило Праведное". Л.287 об.
** Эклога. С. 64.
45 “Мерило Праведное". Л. 136а.
*	Это составление согласно грани 21 Прохирона производится на основании трех
форм (тройного) права гражданского права, законов (конституций), (установлений)
претора (судьи) Из гражданского права вытекает то, что завещание делается в
присутствии свидетелей, находящихся совместно и одновременно с завещателем при
злом акте, из конституций - (обязательные) подписи завещателя и свидетелей, (из
действий) претора - печати и число свидетелей (“Мерило Праведное". Л.275)
Подобное предписание отсутствует в Эклоге, однако, четко сформулировано в
Институциях Юстиниана (Эклога. С. 150), откуда, вероятно, и было перенесено л
Прохнрон.
История государства и права. Ч. I С 32.
w Милов Л.В. Указ. соч. С.162-163.
*	Закон Судный люден пространной и сводной редакции. М., 1961. С. 145
50 Андреев В.Ф. Указ. соч. С. 208.
” Tessier G. La Diplomatique. Р.,1962. Р.122.
!2 "Мерило Праведное". Л.71.
53 Бекешевич В.Н. Лревнесиавянская кормчая XIV титулов без толкований
СПб., 1906. Т.1. вып.1-3. С.78.
Кормчая: Напечатана с оригинала патриарха Иосифа. Первая половина. М.,1912.
Л 20-21.
55 УцдольскнЙ В.М. Описание славянских рукописей Московской Патриаршей
(ныне Синодальной) библиотеки // ЧОИДР. М.,1867. Кн 2. С.49; Кормчая. С,386.
Ж Марасинова Л.М. Указ. соч. С. 38.
!7 Срезневский И. И. Материалы для словаря древнерусского языка. М., 1858, Т.2.
С.1238.
“ ПСРЛ. Т.1. М.,1962. С.257.
19 Марасинова Л.М. Указ. соч. С.39.
W Там же. С.53.
61 Андреев В.Ф. Указ. соч. С. 108.
й Закон Судный людей краткой редакции. М,1961 С. 104; Закон Судный люден
пространной и сводной редакции. С. 140.
Демченко В, Указ. соч. С.50
м Законодательство Древней Руси С. 66.
^Андреев В.Ф. Указ, соч С.96
66 “Мерило Праведное". Л260.
118
м Семенченко Г. В. Указ. соч. С.170,
" &apovJ.N. Op. cit. $.494
« 'Книги законный", содержащие в себе, в древнерусском переводе, византийские
законы земледельческие, уголовные, брачные и судебные / Издал А. Павлов Спб.,
1885. С.35-36
п Срезневский И. И. Сведения и заметки о малоизвестных к неизвестных памят-
никах. СПб.,1897. Гд.СХХХ[-ХС. С. 145-146.
П9
В.Г.Г[щф&яЙ
ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ВЛАСТИ И ЗАКОНЕ В СРЕДНЕВЕКОВОЙ
РУСИ: РИМСКО-ВИЗАНТИЙСКИЕ ВЛИЯНИЯ
Русские, как и большинство других славянских народностей, по-
знакомились с римским законоведением преимущественно через Ви-
зантию и торговые, дипломатические и иные связи с западными и севе-
ро-западными европейскими народами н государствами. Некоторые
историки конца XIX в. - периода усиленного интереса к юридическому
романовсдснню и византиноведению в нашей науке - считали возмож-
ным обсуждать вопрос о формах рецепции римского права в России и
находили подтверждения общей рецепции в коренных районах России
и некоторые примеры местной - в районах окраинной России. Пово-
ротным событием в развитии политической и правовой культуры Древ-
ней Руси считалась се христианизация, а также распространение пись-
менности.
Имперская и православная Византия, как известно, унаследовала
римские законы, правопонимание и некоторые учреждения в тот пери-
од, когда действовало так называемое "постклассичсскос римское пра-
во*, которое усваивалось И развивалось здесь несколько иначе, чем В
странах Западной Европы. Это было обусловлено тем обстоятельством,
что в слабороманиэированных районах империи, таких, как Сирия,
Египет, Малая Азия, Греция, Фракия и другие районы Балканского по-
луострова, большинство населения говорило не на латинском, а грече-
ском, египетском, арабском, армянском и Других языках. Кроме того,
население этих районов имело давние традиции местного законодатель-
ного саморегулирования и правовых взаимоотношений на основе обы-
чая, что также не могло не сказаться на судьбе правового наследия
древних римлян.
На всем протяжении 1000-летней истории Византии классическое
римское право сохраняло свой высокий авторитет, однако, в той или
мной мере было вынуждено приспосабливаться к изменяющимся поли-
тическим и социальным условиям. Например, Эклога формально нс от-
менила действия законодательных установлений Юстиниана, но изме-
нила отдельные его нормы. Римское право, по обобщению Ф.Энгель-
са, является "классическим выражением жизненных условий и кон-
фликтов общества, в котором господствует чистая частная собствен-
ность' , и поэтому все поаднейшие законодательства не смогли внести в
120
него в этой части сколько-нибудь "существенных улучшений" . Еше
одним благоприятным фактором для последующих рецепций явилось
то обстоятельство, что правопонимание класссических римских юрис-
тов не замыкалось на узконормативной трактовке права, но восприни-
мало последнее во всей сложности и многоаспектное™ его социальной
природы. По определению Модестина (III в.), одного из высокоавто-
ритетных юристов классического периода, которое вошло в Дигесты
Юстиниана, "всякое право сотворено соглашением, или установлено
необходимостью, или закреплено обычаем" (Дигесты. 1,3,40). Главный
Предмет профессиональной заботы юристов - этих своего рода "жрецов
права" (Ульпиан) - зафиксирован в трактовке права (и правосудия) как
науки по оказанию добра и соразмерной справедливости .
В период, предшествующий распространению христианства, сла-
вяне Древней Руси управлялись по собственным законам (об этом
сообщает Прокопий Кесарийский, писатель VI в. и пользовались, по
некоторым данным, особыми системами письменного общения (в
районах, прилегающих к северному побережью Черного моря). Религи-
озные верования и культы славян легко ассимилировали многие языче-
ские верования и культуры соседних народов и приспосабливали их к
обеспечению потребностей государственного управления и регулирова-
ния повседневных социальных конфликтов. В этом отношении они не
были примитивнее той части вероучения и обрядности христианства,
которую христианство унаследовало ст доисторических религий и в той
или иной степени было вынуждено ассимилировать3. Ряд современных
исследователей все большее внимание уделяет феномену двоеверия, в
данном случае сосуществования христианства и сохраняющегося под
его покровом язычества как своеобразной второй (ночной) культуры.
Вторая культура складывалась из сплава местных языческих верований
и кочующих мотивов древней мифологии, а также отдельных элементов
византийской христианской (дневной) культуры .
Взаимоотношения между названными типами культур во многом
напоминают взаимоотношения, которые существуют между обычаем и
законом. Обычай, как известно, гораздо древнее закона. Он либо сосу-
ществует с законом, либо сам становится законом после того, как полу-
чает одобрение (нередко вынужденное) со стороны государственной
власти и фиксируется в виде письменного установления, официальных
толкований и т.д. Для римских юристов соотношение закона и обычая
выступало как соотношение "общего |для вссх| предписания" (а также
"решения опытных людей", "общего обещания государства") и собствен-
121
но обычая, именуемого также "долювременным обычаем-. Всякий за-
кон есть в то же время "мысль [изобретение] и дар бога” (юрист Мар-
циал, со ссылкой на древнегреческого оратора Демосфена - Дигесты, (,
III, 2). Закон есть мерило справедливого и несправедливого, вождь и
руководитель живых существ, живущих в государстве, утверждал Мар-
циал, но закон и справедливость не есть одно и то же. Об этом разли-
чении напоминает следующее высказывание Модестина: "Ни в каком
случае смысл закона или милость справедливости не терпит, чтобы то,
что введено для пользы людей, мы обращали путем жестокого толкова-
ния в строгость, идущую вразрез с благополучием людей" (Дигесты, I,
III, 25).
Что же есть право в его соотношении с законом и обычаем? В
первом титуле книги Дигест, озаглавленной составителями "О право-
судии и праве", приведены характерные соображения юриста Павла:
"Слово "право" употребляется в нескольких смыслах. Во-первых, "пра-
во" означает то, что всегда является справедливым и добрым - каково
естественное право. В другом смысле “право" - зто то, чго полезно всем
или многим в каждом государстве - каково цивильное право. Не менее
правильно в нашем государстве "правом" называется "jus honorarium"
(решение о праве претором). Говорится, чго претор высказывает право
(выносит решение), даже если он решает несправедливо, это (слово)
относится не к тому, что претор сделал, ио к тому, что ему надлежало
сделать. В другом смысле "право" означает то место, в котором выно-
сится решение (суд); здесь название переносится с того, что делается,
на то где это делается..." К сказанному примыкает мнение юриста Мар-
циала о том, что иногда слово "право” применяется к родственным свя-
зям, например, говорят: "мне принадлежит право родства или свойства"
(Дигесты, I, I, 11-12).
После такой сводной характеристики права вполне логичным вы-
глядит обобщение Ульпиана относительно природы и назначения пра-
восудия (justitia): "Правосудие есть неизменная и постоянная воля пре-
доставлять каждому его право. §1. Предписания права суть следующие:
жить честно, не чинить вред другому, каждому возздавать то, что ему
принадлежит. §2. Правосудие есть познание божественных и человече-
ских дел, наука о справедливом и несправедливом" (Дигесты, 1,1, 10).
В соотношении права и правосудия заслуживает внимания вос-
прозведепная ранее мысль Павла о том, что слово "право" иногда озна-
чает то место, где выносится решение о праве, т.е. место осуществления
правосудия. Это наблюдение римского юриста и ею оценка ("здесь
122
название переносится с того, что делается на то, где это делается") ка-
жутся нам вполне пригодными в проведении сопоставительного анали-
за таких древнерусских юридических терминов как '’правда" и "суд”.
В трактовке соотношения закона и обычая римские юристы про-
явили такую же обстоятельность и аналитическую изобретательность,
как и в предыдущем случае. Прежде всего, для них было общепризнан-
ным положение о том, что право во шикает равным образом из необхо-
димости обеспечения (на началах добра и справедливости) общеполез-
ного в общественном отношении (публичное право) и в частном отно-
шении (частное право) и что обеспечивает это намерение либо согла-
шением (в том числе в виде закона и судебного решения), либо за-
крепляется в обычае. Отсюда становится понятным, что отсутствие за-
кона не является большой помехой для осуществления права. Юрист
Юлиан отмечал в этой связи. "Если мы не имеем писанных законов
для каких-либо дел, то следует соблюдать установленное нравами и
обычаем; а если этого нет для какою-либо дела, то |следует соблюдать)
наиболее близкое и вытекающее из последнего (правило]; если и этого
не оказывается, то следует применять право, которым пользуется город
Рим. §1. Прежний укоренившийся обычай заслуженно применяется как
закон, и это право напевается правом, установленным нравами. Ибо
если сами законы связывают нас в силу лишь того, что они приняты по
решению народа, то заслуженно и то, что народ одобрил, не записав, и
что связывает всех. Ибо какое имеет значение, объявил ли народ свою
волю путем голосования, или путем дел и действий. (Поэтому весьма
правильно принять, что законы отменяются не только голосованием за-
конодателя, но даже молчаливым согласием всех путем неприменения)"
(Дигесты. 1,111,32). Другие юристы отмечали, что если идет речь о
толковании закона, то прежде всего следует выяснить, каким правом
пользовалось государство ранее в случаях такого рода, и обычай при
этом становится лучшим толкователем закона. Павел писал, что обыч-
ное право пользуется тем большим авторитетом, когда очевидно отсут-
ствие необходимости придавать ему письменную форму (Дигесты,
36-37).
Поскольку Дигесты Юстиниана вобрали в себе фрагменты твор-
чества юристов рашых поколений и даже веков, то вполне понятно,
что некоторые из положении юристов периода поздней империи носят
явный промонархпческнп и пентрализаторский характер, ставящий
правящего императора выше закона. То. что решил приннепс, имеет
силу закона - писал У'гьпиан в начале Ш в. В другом месте он уточнял:
123
"Принцепс свободен от (соблюдения) законов" (Дигесты, 1,111,31; I;!V,
1).
В период раннеклассовых государственных образований на тер-
ритории Древней Руси (приблизительно до IX в.), когда многочислен-
ные славянские племена управлялись князьями, был суд, предводитель-
ство в воинах и собирание денег. Распространенной формой контроля
за местными делами были периодические объезды князьями подчинен-
ных им земель. С появлением дружины и дружинников - особого клас-
са лин, участвовавших с князьями в военных походах, с расширением
подведомственных княжескому управлению земель, возникли и закре-
пились новые, военно-феодальные способы контроля за местными де-
лами и управлением при помощи княжеских управителей-посадников,
назначавшихся из родственников князей или лип, отмеченных довере-
нном князей, особой дифференциации функций при этом не существо-
вало - в обязанности посадников входила собирание разного рада сбо-
ров, зашита городов, ведение переговоров по поручению князя, оказа-
ние помаши союзникам князи и др. В области местного управления
функции княжеских чиновников сводились почти исключительно к
деятельности судебной и отчасти полицейской.
Забота о благосостоянии населения еще не входила в сферу дея-
тельности учреждений государства. Ситуация переменилась с введением
христианства, когда заметную роль в этом деле стало играть духовен-
ство, получившее ряд специализированных целевых отчислений от кня-
жеских н иных доходов в пользу нищих, убогих и нуждающихся. Отли-
чительную особенность древнерусского местного государственного уп-
равления составило также отсутствие денежного вознаграждения лицам,
состоявшим на службе у князя. Его заменяло так называемое ''кормле-
ние1', заключавшееся в том, что местные подданные обязаны были до-
ставлять натурой все необходимое для служилых людей. Отсутствие
точности определения количества или разновидностей "кормов" было
одним из факторов многочисленных злоупотреблении служилых людей
и распространенным поводом для обращении с жалобами к главному
правителю Князья пытались упорядочить эту практику с помощью ус-
тавных трамот. Поскольку злоупотребления выражались преимущест-
венно в произвольных отяготи тельных поборах, то главной задачей ус-
тавных трамот было определение размера "кормов", т.е. размера специ-
альных взносов, а также пошлин с различных судебных и управитель-
пых действий. Помимо гою, население имело право жаловаться на
чиновников непосредственно князю С ростом объема управленческой
124
деятельности и дифференциацией ее по отдельным видам - сбор
вирный ("вира" - денежное возмещение за убийство, "продажа” - штраф
за другие виды преступлений, мытный (торговый) н пятенный (за
продажу лошадей) сборы, судебные пошлины, отчисления в пользу
церкви и др. Однако дальность расстояний и отсутствие хороших пугей
сообщений сильно уменьшали возможности централизованного контро-
ля и регулирования. В древнерусском государстве в некоторых городах
(Новгород, Псков) продолжало действовать вече, которое из племенной
сходки превратилось в собрание горожан Здесь решающая роль при-
надлежала городской знати - боярам и "старцам градским". Укрепление
власти князей и роли княжеского аппарата управления привело к
уменьшению властных возможностей вече. В период удельной раздроб-
ленности княжества различались по степени централизации и сохран-
ности самоуправленческого (вечевого) начала. Централизованное уп-
равление с сильной единоличной властью князя сложилось во Влади-
миро-Суздальском княжестве, централизованное управление с олигар-
хическими тенденциями местного боярства - в Галицко-Волынском
княжестве - и боярско-вечевые самоуправления в Новгородской и
Псковской землях.
Наряду с княжеским существовало земское, общинное управле-
ние, которое на всем протяжении средних веков оставалось своего рода
догосударственным элементом в государственной правительственной
системе. "Княжеская влаегь никогда не вступала в борьбу с общиной,
поскольку деятельность последней носила административный, но не
политический характер. В охранении административной самостоятель-
ности общины князья, напротив, видели лучшую гарантию неприкос-
новенности собственных интересов, так как община была в то же время
платежным органом, источником княжеских доходов и ничто так хоро-
шо не могло бы сохранить ее от расхищений наместников н волостей,
как ее собственная административная н судебная самостоятельность.
Вот почему земское начало постоянно участвовало в управлении наряду
с приказным" . Разумеется, что общинное управление строилось на
местных традициях и обычном праве, с которыми в той или иной мере
были вынуждены считаться уставные грамоты князей.
Характерную роль в колонизации и окняжении земель сыграли
городские поселения, которые делятся современными исследователями
на протоз ородские (торгово-ремесленные) центры (фактории), распола-
гавшиеся по течению Днепра, Волхова, Волги и Десны, и городские
центры как опорные пункты великокняжеской власти (политические
125
центры). При этом наблюдаются примеры парного сосуществования
(на определенном хронологическом отрезке) двух центров - экономи-
ческого и политического, расположенных на сравнительно небольшом
t
удалении Друг от друга .
Согласно летописному повествованию в 911 г. между "великим
князем Русским" Олегом и "великими самодержцами, цесарями грече-
скими” Львом, Александром и Константином был заключен договор, о
целях которого было сказано; "...для подтверждения и укрепления со-
путствующей уже много лег дружбы между Христианами и Русью, со-
гласно желанию и Повелению наших князей и всей подвластной им
Руси..." В нем было условлено, что если одна из сторон не верит
предъявленным доказательствам "несчастья или преступления", то она
должна принести "клятву по своей вере", и тогда виновный будет нака-
зан в соответствии с его преступлением. При заключении договора сто-
роны присягали друг другу: цесари целовали крест, а "Олега с мужами
его водили к клятве по закону Русскому, и клялись те своим оружием и
Перуном, их богом, и Волосом, богом скота, утвердили мир”. В этом же
договоре имелась отсылка к санкции за избиение по закону русинов -
"если кто ударит другого мечом или каким другим оружием, то пусть за
тот удар илн избиение заплатит потерпевшему 5 литров серебра по за-
кону Русскому" (ПСРЛ. Т. 1. С.32-38)7
Комментируя соответствующее место ст. б Договора Игоря с гре-
ками 944 г., где упомянуты "устав и закон” русский, М.Ф.Владимир-
ский- Буданов отмечал, что слова "закон" и "устав" употреблены здесь
"как бы в смысле уголовного "закона". "Но в какой форме мог суще-
ствовать этот закон, догадаться трудно. Во всяком случае и летопись
наша, и общий порядок развития права других народов указывают, что
славяне в ту пору могли руководствоваться лишь обычным правом"1. В
этом же месте историк права приводит мнение И.И.Срезневского о
том, что следует различать "закон" (в смысле римского tex и соответ-
ствующего греческого эквивалента) и "покон" (в смысле римского
conquctudo и греческого эквивалента). У Срезневского имеется также
указание на фразу "по обычаю законному" из Остромирова евангелия
(Лук. И,27). Уверенно опираясь на реальные различия между правовым
обычаем и законом, историк языка ссылается при этом на положение
ст. 15 Договора русских с греками при князе Олеге 911 г. о действиях
"по закону и по покоиу", т.е. по закону и правовому обычаю. Обычай
для Срезневского - это и исписанный закон, и привычное правило, и
126
нрав, тесно связанный с природными свойствами человека, об шины,
племени, народа и т.д.
Обычное право как совокупность традиционных торговых правил
или деловых взаимоотношений и как устойчивый набор обязывающий
норм местного (областного) значения составляло естественную и труд-
ноодолимую преграду в распространении централизованного государст-
венного регулирования подобных взаимоотношений. Оно нередко нахо-
дилось в оппозиции такому регулированию, превосходя тот или иной
закон авторитетом древности, непрерывностью действия, использовани-
ем его с общего согласия Обычное право как атрибут местных поряд-
ков и управления выглядело в глазах центральных властей предосуди-
тельным своеволием и своенравием ("что ни город, то норов"), способ-
ным повредить распространению законов правительственной власти и
усвоению закона божественного ("тлят обычаи благи беседы зли" - I
Кор XV,33). Повесть временных лет сообщает, что древние славяне
имеют свои обычаи и закон отцов своих, что каждое племя имеет свой
нрав и свой закон, причем "закон имуть от своих обычай" (Лавр, лет,
л. 5-6). Обычное право славян - такой же устойчивый атрибут всей сис-
темы социальных норм, учреждений и жизненных конфликтов средне-
векового общества, каким являются закоренелые привычки отдельного
человека в системе характерных черт его облика и поведения (“словно
лук, умом тугой, а обычаем крутой" - старинная русская песня). В
"Молении Даниила Заточника" обычай (норов) сопоставлен с внешним
обликом человека и с его местом в средневековой иерархии: "Ангель-
ский имея на себе образъ, а блядной нрав (в некоторых списках.
g
норовъ); святителский имея на себе санъ, а обычаем похабенъ" .
Тема переменчивого соотношения обычая и закона имеет еще од-
но продолжение. В системе представлений об основных правилах жиз-
ни и должного поведения, а также об их взаимных связях и соподчи-
ненное™ важная роль принадлежит трактовке соотношения права и за-
кона (римские jus - lex). Различение права и закона характерно практи-
чески для всех развитых социально-философских представлений о пра-
ве от древности до наших дней. Разумеется, что это различие удержива-
ется в языке книжной учености и повседневного обихода. Русской лек-
сической оппозиции право - закон соответствуют французская droit -
loi, английская right - law, немецкая recht - gezetz. Для Древней Руси
такой оппозицией следует считать оппозицию правды и закона.
Первый из дошедших до нас памятников русского права пред-
ставлял собой запись княжеских установлений и правовых обычаев и
127
был назван "Русской Правдой". Фактически это был светский судебник,
который почти не втор1ался в церковную юрисдикцию, поскольку пос-
ледний регулировалась специальными внуарицерковными, а также и
княжескими ус 1ановдепнями. 14 хотя историки до сих пор оживленно
обсуждают cieneiib влияний на составителей Русской Правды опыта со-
седних народов, для нас является существенным то обстоятельство, что
древнерусское общество располагало к тому времени местными (обще-
государственными) законами и признанными нормами обычного права,
которые бьщи учтены в Русской Правде, и что эго общество, по неко-
торым авторитетным оценкам, выглядит более развитым, чем общество
 ерманскнх и скандинавских племен в эпоху становления "варварских
.а о
законов
Русская Правда (Краткой редакции), как известно, была помеще-
на в Новгородской летописи после известия о победе над киевским
князем Святополком Ярослава Мудрого, который отпустил своих вои-
нов "домов и дав им Правду и Устав списав, тако рекшимн: "По сей
грамоте ходите, якоже списал вам, такоже держите". По своему составу
эта "грамота" Ярослава соединяла Древнейшую Правду, названную в
одном из списков" Правдой Роськой" (первые 17 статей), за ней шла
“Правда уставлена руськой земли" сыновей Ярослава Мудрого Изясла-
ва, Всеволода и Святослава (ст. 18-41), а после Правды Ярославичей -
"Покон вирный" (наставление вирнику - сборщику вир и продаж), при-
писываемый также Ярославу Мудрому ("то ти урок Ярославль") и, на-
конец, "устав мостьников" о плате мастерам за постройку нового или
ремонт старого моста и мощение улиц.
“Правда Роськая" по своему содержанию значительно отличается
(например, пережитками "народного суда" и отсутствием судебных
пошлин-вир и продаж - в пользу князя) от Русской Правды Простран-
ной редакции - сборника законов, сохранившегося во множестве спис-
ков в составе юридических сборников, служивших руководством для
судей ("Мерило Праведное", Кормчая) и названного в оригинале “Суд
Ярославль Волсдимсричь" (Ярослава Мудрого)11.
Из наблюдений основных способов официального употребления
слон "правда" (И. И.Срезневский, Л.В.Черепнин)11 выявляется, что раз-
новидностями собственно юридического использования слова было ис-
толкования его как суда (результата судебного разбирательства), затем
как "условия договора" и, наконец, как "божьей правды". Из такого
опыта словоупотребления и трактовок можно заключить, что "правда"
русских князей претендовала на роль воплощенной справедливости, до-
128
стираемой при помощи надлежащей судебной процедуры рассмотрения
вопросов преступления и наказания, справедливого возмещения поне-
сенного ущерба, компенсации за унижение личного достоинства и т.д
Такое понимание довольно близко по значению с древнеримским сло-
весным рядом jus - justitia - jurisprudentia (право-правосудие-правовое
благоразумие). Разумеется, что для римских и византийских правоведов
русская Правда была всего лишь одним из "варварских законов", напо-
добие Lex Salica (VI в.).
Русскую Правду трудно свести к категории закона, поскольку
слово "закон" имело значение преимущественно морально-нравствен-
ное (особенно в области церковной юрисдикции), нежели узкополити-
ческое. Оно означало некий предел (начало, конец) и некую очерчен-
ную область надлежащего поведения, которое в обстановке властно-
принудительного регулирования могло означать меру должного и одно-
временно законопослушного поведения. Такое понимание закона впол-
не могло уживаться с догосударственным общественным бытом, осно-
ванном на традиции и обычном праве13. Закон в качестве общеобя-
зательного требования (нормы, правила) соприкасается по значению не
только с моральными заповедями, но и с более многозначным терми-
„ „н
ном правда
По сообщению автора Жития Александра Невского, князь, выйдя
из церкви по окончании молитвы о божеской помощи в борьбе с ино-
земными захватчиками, ободрял свою дружину словами: "Не в силе
Бог, но в правде" . Наиболее показательный пример сближения прав-
ды и права являет собой воспроизведение на русском языке определе-
ния брачного союза, восходящего к римскому юристу первой половины
III в. Модестину. В Дигестах это определение выглядит в современном
переводе в следующем виде: "Брак есть союз мужа и жены, общность
всей жизни, единение божественного и человеческого права". В древ-
нерусских Кормчих перевод звучал так: "Брак есть мужеви и жене
сочетание и сбытие всей жизни, божественный же и человеческий прав-
ды общение" (Градский закон, гр.4, гл.1).
Со временем оппозиция терминов "правда" и "закон" уступила
место отношению их взаимного соподчинения - воплощенной справед-
ливостью стал почитаться закон, принятый верховной правительствен-
ной властью, а правда в значении справедливость после некоторого ее
отождествления с правосудием и "Мерилом праведным" была вытеснена
узкопрагматическим термином "судебник", а затем более техническим
законоведческим термином "уложение"1*’. Церковная юрисдикция по
129
одной из редакций Устава Владимира распространялась на 19 катего-
рий дел, причем некоторые из них, например, умыкание подлежало
совместной юрисдикции княжеских и церковных судов. Перечень цер-
ковных людей, на которых распространялась внутренняя администра-
тивная и правосудная регламентация (игумен, игумения, поп, попддиа,
черница, диакон, проскурннца, пономарь, причетници церковные, ка-
лека, залушиый человек, прикладник, хромец, слепец и др.), различал
23 категории лиц.
В юридическом сборнике конца ХП1 - начала XIV в., известного
пол именем "Правосудия митрополичьего", для понимания направления
перемен в церковной юрисдикции особое значение имеют статьи о взы-
сканиях га бесчестие князей и других должностных лиц (ст.1-3), а так-
же ст, 14 об убийстве в корчме и ст.22, устанавливающая штраф за
убийство кошки и собаки. Памятник умалчивает о составителе и об-
стоятельствах согдания сборника, однако, церковное происхождение и
предназначение его несомненно. О его общей ориентации можно су-
лить по начальным положениям этого судебника: "А се есть правосудие
митрополичье"
"I. Князю великому за безсчестье главу сняти, а меншему князю,
чи сельскому, ли тысячником, ли окопичником, ли боарину, ли слузе,
ли игумену, ли попу, ли дьякону по житью по службе безсчестье судят".
Главный принцип взыскания - сообразно социальному положению, т.е.
гот принцип, который сложился в более ранней судебной практике17.
Византийское духовенство не могло довольствоваться одним
только признанием греческого номоканона. К моменту принятия хрис-
тианства ца Руси в Византии была закончена борьба с язычеством,
имелась давняя традиция кодифицированного законодательного регули-
рования светской власти и области церковного права, хотя взаимоотно-
шения между императором и патриархом были далеки от единомыслия
и согласия, особенно при патриархе Фотии (IX в.) . Поскольку визан-
тийская практика "в общем не соответствовала тому правовому строю,
где духовенство было призвано жить и действовать"1’, то перед иим
встала задача пересмотра и изменения отдельных правовых начал, вос-
принятых ит Византии. Прежде всего - ряд правонарушений, относив-
шихся по византийскому законодательству к компетенции государст-
венного суда, были переданы в исключительную подсудность церкви,
например, дела о противниках христианского учения, дела брачные и
нахол1Ш1ииеся с ними в связи дела наследственные, дела о нарушении
чистоты нравов, преступления против власти родительской и др. Кроме
130
того, члены клира и лица, обслуживающие церковные учреждения, бы-
ли подчинены суду церковному по всем делам, уголовным и граж-
данским.
Были в этих новациях помимо политических также соображения
экономического свойства. Поскольку в условиях oOuieciBeiinoio и тосу
дарственного строя Руси суд был одним из источников определенною
дохода, то взимание пошлин церковным судом снабдило русскую цер-
ковь с самого начала таким имуществом и такой финансовой обеспе-
ченностью, которой нс было у церкви византийской - у последней была
только одна десятина.
С принятием христианства расширилась собственно нсгочнико-
вая база светского и церковного правосудного нормотворчества - визан-
тийские кодификации и номоканоны, а также библейские тексты,
евангельские и апостольские поучения, жития святых отцов и поста-
новления вселенских соборов. Знакомство с ними было облет чено бла-
годаря завезенной болгарским духовенством кириллице и переводам
библейских текстов на славянский язык. Киевские князья - реформато-
ры и в первую очередь св. Владимир и Ярослав Мудрый, высоко цени
ли книжные "источники мудрости". Составители Повести временных
лет уподобили книги рекам, напояюшим вселенную, и воспроизвели
слова Соломона о мудрости как вместилище вел и кои пользы для души.
"Я, премудрость, вселила свет и разум, и смысл я призвала. Мои
советы, моя мудрость, мое утверждение, моя крепость. Мною цесари
царствуют, а сильные ищут правду"20. В "Изборнике Святослава" книги
уподоблены узде для праведника: "Скажу так, конь управляется и
сдерживается уздою, а праведник книгою... ибо ска запет "открой очи
мои - и уразумею чудеса закона твоего". В книжной и проповедниче-
ской лексике ум уподоблялся внутреннему зрению ("светлое око в
себе") с характерным тезисом о том, что следует верить только тому,
что видишь духовными очами. В послании митрополита Никифора (ум.
в П21 г.) Владимиру Мономаху, где также присутствует метафора о
светлом оке, душа изображается - в духе учения Платона - состоящей
из трех частей - словесной (ум), яростной (чувства) и желательной
(воля). Эти части суть три силы, причем словесная сила изначальна и
выше всех других. Благодаря этому мы “Небо и все прочее созданное
понимаем и к разуму божьему приближаемся настолько, насколько
хорошо следуем словесной (силе)"21.
Наставительный и просвещающий характер книжного знания
прочно сохранился в юридическом сборнике под натванием "Мерило
131
праведное”. Сборник представлял собой пособие для судей и состоял из
русских и переводных византийских юридических памятников. Особен-
но широко представлены были те византийские произведения, которые
входили в состав судебников (Кормчих).В одной из рукописей (XIV в.)
праведный судья изображен в красках, сидящим на престоле в круге.
Состав “Мерила праведного" по рукописи XIV в. четко подразделяется
на две части - одна из них включает подборку из христианских поуче-
ний о праведных и неправедных судах (судебных решениях), другая -
' сводный юридический сборник, состоящий из "Градского закона", "За-
кона судного людей", "Русской Правды" и княжеских уставов о церков-
ных людях и судах, постановлений вселенских соборов и некоторых
других). Заслуживает внимания также полное заглавие сборника, рас-
крывающее в художественно-образной форме его социальное назначе-
ние и свойства: "Сия книги мерило праведное, слепоте вожь, припугень
оум, скровен разум, прикруть промыслъ, пастырь стаду, кораблю корм-
никъ, волком ловець, татем песъ, воронам сокояъ, нетопыремъ солнце,
оку квась, червем соль .
По обобщению Н. С.Суворова, византийскому правопониманию
чуждо намеренное и сознательно противопоставление светского и цер-
ковного законов. В императорском законодательстве Византии оно
вообще не встречается. Нечто подобное можно встретить изредка лишь
в восточных покаяиных номоканонах сравнительно позднего происхож-
дения. Например, согласно номоканону анонима, хранящемуся в пуб-
личной библиотеке Вены, циничный убийца по закону подлежал
смертной казни, а по каноническим правилам Василия Великого - от-
лучению от церкви на 15 лет с коленопреклонениями и сухоядением.
Духовнику за разглашению тайны исповеди полагалась епитимья - 3
года праздности с одним причастием в месяц и по 100 поклонов в день,
в
тогда как по гражданскому закону ему надлежало вырвать язык .
Распространение действия закона как меры обязательного пове-
дения под страхом властного принуждения и наказания связано с упро-
чением верховной государственной власти, персонифицируемой кня-
»см-самодержцем (впоследствии царем, государем, императором). Ото-
браженные в древнерусских памятниках представления о власти можно
сгруппировать по их взаимосвязи с представлениями об организации и
управлении таких структурных элементов социально-политической
жизни, как земля (область), владение (волость - в произношении X в.),
удел (розлел), царство-государство (от греческого цесарь и латинского
личного имени Цезарь и от государь в смысле господин) и, наконец,
132
держава. Здесь уместно подчеркнуть, что государство по первоначаль-
ному смыслу слова - не территория и не область властно-принудитель-
ного управления на данной территории, а сама эта власть, или, по оп-
ределению В.В.Колесова, "власть государя над всем, что Попадает в ор-
биту его держания". Отсюда, по его мнению, все позднейшие (XVI в.)
образования; государский (хозяйственный}, государствовать (управ-
лять); современное значение слова государственный известно с XVII
в.
Титулование русских князей самодержцами (Ипат. лет., л.243; за-
пись 1199 г.) или самовластием и (Лавр, лет., л.51) обычно трактуется не
как русское слово, а как простая калька с греческого “автократор". При
этом не всегда принимается во внимание то обтоятельство, что до из-
вестного момента, когда значения терминов "самодержец" и "самовла-
стец” слились для некоторых церковных писателей XVI в. в одно: слово
"самодержец" связывалось с держанием (в смысле владения) и держа-
вой (в смысле верховной власти). Последняя присуща божеству или же
дарована божествам некоему избраннику. В держании царства, напро-
тив, видели примерно то же, что и в держании волости (области) - уп-
и
равнение, правление .
Влияние римской н византийской политико-культурной тради-
ции на представления о власти и законе в Средневековой Руси не было
ни всеобъемлющим, ни прямым, а лишь частичным и опосредованным;
по нашему мнению, можно говорить лишь о частичной рецепции,
временами стихийной, временами последовательно напраплснной в тер-
минологическое, доктринальное или узконормативное русло, В проти-
воположность византийской традиции средневековый русский князь-
самодержец не отождествлялся с воплощенной "законной властью” и
высшим ’’толкователем” закона, а верховный иерарх церкви не претен-
довал на “живой и одушевленный образ Христа, делами и словами
выявляющего истину” (IX в., Эпанагога, титул 11,111). Вместе с тем все
самобытное в общественном устройстве и саморегуляции Государствен-
но-сплоченной славянской народности в немалой степени содействова-
ло ее сохранению как самостоятельной нации. В XVII в. на исходе
средневековья русскому обществу и государству пришлось пережить
глубокий культурный переворот, сопровожденный выработкой новых
воззрений на роль власти царя и законов в управлении страной сов-
местно с различными сословиями, а также новыми обращениями к ви-
зантийскому и римскому правовому наследию уже с известной долей
переоценки.
133
1 Маркс К,	Ф. Соч. 2-е изд., Т21. С. 412
! Выражение "ars bani et xequi" принадлежит юристу Целъсу. На русский язык оно
переводилось как "деятельность знания доброю и согласного с равенством, или же
справедливостью в римском смысле" (П.ГРыхим), как "наука о добром и спра-
ведливом" (И С Перетерскнй), как "дело добра н соответстяия" (В.С.Нерсесянц). См.:
Нсрссскиц В. С. Правопоннмание римских юристов // Сов. гос-во и право. 19X0. 6Х
12. С.83-90
’ Прокопий из Кесарии. Война с тогами Км. VII (Ш) Гл.14. Параграф 22, Лихачев
Д.С. Культура русского народа X-XVlII ев. М.,1961. С. 16; Рыбаков КА Язычество
древних славян. М,1981 С.З.
4 См, например Modernization of Russia under ftter I and Catherine II / (Ed. by
Dmytrishin Я N.Y.,1974. P.2-3); Ftomvsty O.V. The Roads of Russian. The Theology.
Cambr., 1977.
S Ивановский В. В. Русское государственное право. Казань,1898. Т.1, ч.2: Местные
установления. С.22.
* Обычно приводятся примеры сосуществования Тнмерсвв и Ярославля, Сарскопо
городища и Ростова, Гнездова и Смоленска, Новгорода и Лорикова городища. Ле-
топись называет в 1Х-Х вв. 24 города, в XI в. - 62 новых юрода и л XII в. - 119 го-
родов Торгово-ремесленные центры, по всей видимости, возникали по соглашению
мейлу купцами н местной племенной верхушкой и лишь впоследствии оказались в
зависимости и под контролем княжеской власти. См. об злом: Телочке П.П. О
торгово-ремесленном пути становления древнерусских юродов // История и
ктльгуре древнерусского города. М ,1989. С.159-167; я др.
Впоеледствни наказание за удар станет более дифференцированным и тем самым
более спрачедчнвым. Так по Праще Ярослава за удар (толчок) без тяжелых послед-
сгний няшлчались к выплате 3 гривны за обиду; за удар зачехленным мечом (а зная
претрения) - 12 гривен, а за тяжелое повреждение руки и ноги компенсация назна-
чаюсь тахля же, как н за убийство • 46 гривен Характерно также, что для ннозем-
ггя варяга или колбяп - дозмхтжюсь подучить аозмешеяне в облегченном по-
рялкг, при помощи произнесения гслятяы и без обращения за содействием к сайде-
тетям, которых им досталяп было трудно и невозможно
Ятлнмирский-Буданов МФ. Хрестоматия по истории русского права. Спб.,
hurn.iopy вып 1 С 7 н 12; Срезневский И.И. Материалы для Словаря древие-
ресскою языка СПб, 1893-1903 T.I-IIL
4 Лгкгнкя и фратлежня "Моления Даниила Заточника". Л..1981. С.175-176.
134
мДавлщ Р- Основные правовые системы современности М.1967. С.165 Интерес-
ные обобщения в этом вопросе сделаны Д. Кайзером (Kaiser D The Growth of the
Law in Medieval Russia. Princeton, IPSO).
11 Хрестоматия но истории СССР с древнейших времен до 1861 года / Сост. П.П.
Епифанов, СП. Епифанова. М.,1987. С.29-30.
2 Черепнин Л.В. На наблюдений над лексикой древнерусских актов (к вопросу о
термине “правда") // Вопросы исторической лексикологии и лексикографии восточ-
но-славянских языков. М.,1974. С.211-218.
11 Сосуществование обязывающих норм обычая и корм закона суверенной прави-
тельственной власти возможно, как об злом свидетельствует сравнительно-истори-
ческое правоведение, на протяжении длительною времени и на разных стадиях эво-
люции юридических идей и учреждений. Так, например, fl.('.Виноградов различал
несколько стадий а исторической эволюции юридических идей и учреждений. Вна-
чале преобладают личные приказании и судебные решения патриархальных прави-
телей с апелляцией к авюрипяу правового обычая Затем обычное право расширяет
свою сферу н применяется представителями социальной к военной аристократии.
Происходит фиксация правовых обычаев в кодексах Кодифицированные законы не
отличаются гибкостью в меняющихся социальных условиях, поэтому видоизменение
строгого архаическою закона происходит при помощи фикций (квазиюридических
действий, правил к тд.), примитивною равенства (по отношению к неравным
объектам) и дополнительного законодателъствования. На этой последней стадии
происходит рост объема правовых связей и отношений, и на помощь приходит
научное законоведение н философские теории права fVinogradoff Р. The Teaching of
Sir Henry Main. Ox-ford, 1904. P.16).
14 В.СНерсесянп обратил внимание ив то, что древнерусское слово "правда' имеет
ряд сходных значений с древнеримским "Jus" и древнеиндийским 'дхарма". Средн
них такие значения, как справедливость, добродетель, долг, закон, правосудие, ре-
лигиозная цель н некоторые другие. (Нерсесянц В.С. Право и закон. М., 1983, С 31)
15 Эю место перекликается с библейской критикой угнетения праведника нечестив-
ными, действующими по принципу “сила наша ла будет законом правды" (Прим. И,
Ч).
14 В XIX в. дворянские революционеры сделали попытку вновь вернуться лг
естественно-правовой интерпретации соотношения права и закона, назвав ‘Русской
Правдой" сани из самых радикальных проектов конституционного переустройства
общества на началах личной свободы, республиканизма и терпимою отношения к
вероисповеданиям и обычаям других, неславянских народов. Современник декабри-
стов либеральный реформатор Сперанский провозглашал совесть и правду нравст-
венным фундаментом "союзного бытия' человека. Кцдаи С.В. ММ. Сперанский и
135
систематизация законодательства // Сов гос-во и право. 1989. № 6. С. 103-110.
Большой интерес представляет сравнительный анализ эволюции толкований терми-
на "правив " не только в сопоставлении с "законом" или "праведностью", но токе с
терминами "править", "расправа" и "правильность".
,т Юшков С.В. Труды выдающихся юристов. М ,1982. С.342,336, а также С.248-2Х.
** Для Фотия характерно ясно выраженное стремление к строгому разграничению
императорской власти и власти патриарха, но в то же время стремление возвысить и
эмансипировать власть последнего, придать ему своего рода папский статус (Медве-
дев И. И. Развитие правовой науки // Культура Вязании: вторая половина YII-XII
вв. М.,1989. С.231.
4 Юшков СВ Устав кн. Владимира: Историко-юридическое исследование) //
СВ.Юшков. Труды выдающихся юристов. М.,1989. С.308.
2(1 Ср. современный перевод этою фрагмента из Притчей Соломоновых: "Я, пре-
мудрость, обитаю с разумом, и ищу рассудительною знания— У меня совет и прав-
ил, я разум, у меня сила. Мною пари царствуют и повелители узаконяюг правду"
(Притч. 8, 12. 14-1S)
}|	I
Выдержки из названных памятников приводятся по изд.: Антология мировой
философии. М.,1969. Т.1. 4.2. С.701,697,702.
22 "Мерило Праведное” по рукописи XIV в. / Изд под наблтод. и со нет. ст.
М.Н.Тихомирова. M.,196l. C.VT.
Суворов НС Следы западио-католического церковною права в памятниках
древнего русского права. Ярославль, 1988. С. 19. Сухоядение (хлеб и вода) называлось
еше постом. В Законе судном модем постом называлось также публичное покаяние.
Принудить к церковному покаянию - "отдать в пост" (Там же, С. 13. См. также:
Павлов А. С. Первоначальный славяно-русский номоканон. Казань, 1869).
24 Колесов В. В. Мир человека в слох Древней Руси. Л., 1986. С.270.
25 Там же. С.274.
136
А.А. Турялоа
МАЛОИЗВЕСТНЫЙ ИСТОЧНИК ПО ИСТОРИИ ИДЕИ "ТРЕТЬЕГО
РИМА" У ЮЖНЫХ СЛАВЯН
(Повесть о Ксиропотамском монастыре)
В отличие от Московской Руси у южных славян теория Третьего
Рима'' не была четко сформулирована. Круг источников, привлекаемый
исследователями для постановки и решения этой проблемы (в первую
очередь следует назвать работу Р.Поупа, В.ТыпковоЙ-Заимовой и И.Ан-
дреева), позволяет говорить лишь об отдельных элементах теории, сосу-
ществующих с другими вариантами идеи богоизбранности. В закончен-
ном (так сказать, "московском") виде теория Третьего Рима" нуждается
в нескольких непременных условиях: исторической преемственности от
конкретного предшественника (подобно преемственности Рим - Новый
Рим), отклонения этого предшественника от ортодоксии (и как следст-
вие его гибель или, по крайней мере, кризисное состояние), и, нако-
нец, военная и политическая мощь преемника, обеспечивающая право
на такую претензию. У южнославянских государств комплекс этих
условий отсутствовал в силу того, что периоды политического могуще-
ства и позиция защитников православия в моменты "отступничества"
Константинополя не совпадали между собой, не говоря уже о том, что
свое существование они прекратили либо почти одновременно с Визан-
тией (Сербия), либо раньше се (Болгария). В силу этого обоснование
идеи богоизбранности шло здесь иными путями. Один из них - утверж-
дение идеи равенства с Византией в силу общности небесной благода-
ти, почивающей на всех христианских (а позднее только православных)
народах. Второй путь представляет теорию, близкую московской, но не
тождественную ей, которую можно назвать теорией "Нового Израиля".
Сходясь в главном - идее богоизбранности определенного народа или
государства, теории эти разнятся в деталях. Теория "Нового Израили"
не требует конкретной исторической преемственности, ортодоксаль-
ность избранного народа существует как нечто само собой разумеющее-
ся, нет нужды даже В обязательных военно-политических успехах из-
бранной державы (в принципе здесь возможны два варианта бого-
избранности: активный - народ избран Богом, и в силу этого должен
обладать землей обетованной (в конкретном случае Константинополем)
и пассивный: народ населяет землю обетованную (свою страну) и уже в
силу этого избран богом). Внешнеполитические неудачи в таком случае
137
могут трактоваться как ниспосланное небом испытание верности из-
бранных (здесь нелишне напомнить, что наиболее последовательно зга
идея прослеживается в описании Сербии в заключительной части "Сло-
ва о перенесении мощей Летки ТырновскоЙ" Григория Цамблака и В
Житии деспота Стефана Лазаревича Константина Костенечского - со-
чинениях, создававшихся в нелегкие для сербской державы времена).
Однако, хотя историческая ситуация на Балканах не способство-
вала оформлению идеи “Третьего Рима" в качестве перспективы и на-
сущной задачи правящих кругов южнославянских государств, это не
мешало ее отражению в ретроспективе, в качестве политической леген-
ды. Для Болгарин, историческая мысль которой в средние века разви-
валась в значительной мерс в форме легенды и апокрифа, это представ-
ляется даже закономерным.
Речь идет о малоизвестной повести, посвященной двум "чудесам"
в афонском Ксиропотамском монастыре. Повесть известна в ряде спис-
ков второй половины XVI-XIX в. восточно-славянского происхождения
(и вероятно поэтому не попала в поле зрения болгарских исследовате-
лей, для которых она представляет интерес как редкий памятник лите-
ратуры Второго царства доефимиевской поры, хоти еще в 1955 г. она
была издана И.П.Ереминым в приложении к сочинениям Ивана Вн-
шенского), восходящих к архетипу, принесенному в 1546 г. с Афона в
Супрасльскнй монастырь. Повесть состоит из двух частей: первая пред-
ставляет собой один из рассказов о диковинках Святой Горы, которые
в изобилии распространены в русской книжности конца XV-XVII в., и
рассказывает о чудесном грибе с 40 шляпками, который ежегодно вы-
растал над престолом в храмовый праздник 40 мучеников Севастийских
в трапезной церкви Ксиропотамского монастыря. Вторая повествует о
попытке императора Михаила VIII осенью 1275 г. после Лионского со-
бора ввести унию на Афоне и о землетрясении, происшедшем в Ксиро-
потамском монастыре в связи с поминанием на литургии имени рим-
ского папы, после чего чудесный гриб перестал произрастать в храмо-
вый праздник.
Императору-вероотступнику и его сообщнику-патриарху в рас-
сказе противопоставлены болгары, которые 'тогда посуху царьствова-
ху...-и бе им царьствующии град Трьновъ. В нем же н патриарьх вес-
ле пискни бе тогда". Благодаря хронологическому смещению событий
неизвестный книжник достигает гармонии между политическим могу-
ществом Болгарии (это особо подчеркнуто в "Рае мысленном", где бол-
гарский царь назван Калояном) и непримиримой позицией в отноше-
138
нии Лионской унии (когда тырновский патриарх именовался "столпом
православия". Идея государственного и церковного превосходства бол-
гар над греками выражена недвусмысленно (хотя и вопреки истине}, а
вероотступничеству греческого Ксиролотама противопоставлен подвщ
болгарского Зографа, монахи которого предпочли смерть в огне приня-
тию унии.
Повесть следует датировать первой третью XIV в., поскольку в ее
заключительной части содержится моление за "царя Андроника и иже
от сынов сыны его". В царе вероятнее всего следует видеть Андроника
VHI (1282-1328), при котором на Афоне дождем полились на монасты-
ри щедрые пожалования и вклады, а абстрактное упоминание детей на-
водит на мысль, что Повесть была создана после смерти старшего сына
И соправителя императора - Михаила IX (1320 г.). В связи же с под-
черкнутым противопоставлением Зографа и Ксиропогама (хотя царь,
согласно Повести, принял н ряд других монастырей) нельзя не вспом-
нить земельного спора между этими обитателями, происшедшего имен-
но в правление Андроника VIН. Возможно, он-то и послужил непо-
средственным толчком к созданию памятника.
У южных славян Повесть нс получила широкой известности.
Только в XVI в. Стефан Святогорец использовал ее для своего сборни-
ка сказаний об Афоне “Рай мысленный". На Украине и в Белоруссии
она перенесла свое второе рождение как антиуниатский памятник. По-
весть переписывалась, использовалась при создании "Истории о раз-
бойничем Флорентийском соборе", сюжеты из нее вошли в густынскую
летопись и "Палинодию" Захарин Копыстенского. В Московской Руси
текст Повести нс был известен вплоть до издания "Рая мысленного" в
Иверском монастыре в 1658 г. При Иване Грозном Михаил VI11 почи-
тался как возобновив ль Византийской империи и в этом качестве удо-
стоен чести одним из немногих иноземных правителей быть запечат-
ленным в росписях Архангельского собора. Новую жизнь Повесть об-
рела уже в старообрядческой среде, попав туда вместе с памятниками
украинско-белорусской антнуниатской литературы.
139
Д. М. Шаховской
ИДЕЯ "МОСКВА - ТРЕТИЙ РИМ" ОСНОВНАЯ ТЕМАТИКА
Трактовка темы 'Москва - Третий Рим" интересна своей много-
гранностью. Если к ней подходить, Как подходят некоторые историки с
точки трения мифа, а также искать ее генеалогические корни, то мож-
но различать разные планы. Для обшей современной западной точки
зрения характерно представление русской истории под знаком формулы
"Москва - Третий Рим". Эта мифическо-историческая интерпретация
любопытна своей политической стороной, но более интересны корни
самой концепции, позволяющие установить ее действительное значение
в прошлом и в настоящем. Несмотря на богатую библиографию, посвя-
щенную этому вопросу , необходимы некоторые пополнения и возвра-
щения к истокам. Разбор ее генезиса, связанного с идеей святого горе-
ла, восходит к истокам русского самосознания и к первому памятнику
русской литературы "Слову о законе и благодати" митрополита Иларио-
на.	1
У митрополита Илариона уже встречаются все понятия, входящие
в эту идею. Исходя из сопоставления ветхого и нового человека, митро-
полит раскрывает новое значение русского народа, имея ввиду два пла-
на- историю и метансторню. Первому руслу принадлежит сопоставле-
ние Константина и Владимира, значение города и нововоздвигнутого
храма Св. Софии Премудрости Божией, второму - стяжание спасения,
2
иначе говоря, эсхатологическая тема, имеющая обобщающий характер .
Если проследить эту тему в памятниках русской культуры, Легко удо-
стовериться. что она проходят через всю древнерусскую литературу и
отчасти историю. Она в сознания человека Древней Руси и руководит
его мыслями, его деятельностью. Лучшим примером может послужить
творчество Владимира Мономаха, подчеркивающее главную заботу че-
ловека Древней Руси, забота о спасении. В силу крещения каждый на-
род становится богоизбранным, и на него возлагается ответственность
б пости в чистоте свою веру и готовиться к Страшному суду. Она в дан-
ном случае состоит не в понятии мессианическом. Это понятие не об-
роненное в будущее, а относящееся к настоящему,
Следовательно, забота о спасении особенно проявляется в то тя-
»г'юе время, когда русская территория подвергается опасности со сто-
роны латинского мира, угрожающей основам православия, и со сторо-
ны языческо-мусульманского мира, воспринятой опасности, как нака-
140
займе за грехи. И это заставляет Древнерусское государство отстаивать
свое духовное и свое политическое "я". Эти понятия спасения и духов
кого "я" входят в идею Третьего Рима и ее предвещают. Они связаны и
с ролью различных городов, которым свойственно быгь не только по-
литическими, но главным образом, религиозным центром Это касается
таких городов, как Киев, Владимир, Тверь, Москва и,конечно, других
городов в зависимости от их исторической значимости, не исключая,
пожалуй, града Китежа3. Но следует не забывать, что первый пример
таких концепций - это Иерусалим и его богоизбранный народ * Из
раиль4 с различными понятиями царства.
Поэтому идеологии “священного града" способствуют крестовые
походы, заново открывшие Западу значение Константинополя и поста-
вившие с большей остротой вопрос воссоединения церквей. История
титуляризации русских князей, связанная с усилением латинской поли-
тики на Востоке является отчасти хорошей иллюстрацией этого поло-
жения. Если на первых порах, до разделения церквей, великие русские
князья именовались Римом титулом "гех“, то впоследствии он заменяет-
ся титулом "dux" . С момента взятия Константинополя крестоносцами
в 1204 г. русским князьям неоднократно будет предлагаться королев-
ский титул, который станет орудием политики уравнения светских вла-
детелей по отношению к папскому престолу и выражением римского
универсализма, стремившегося к единению христиан в католичестве.
Это касается Романа Мстиславича, Даниила Галицкого, Александра
Невского и впоследствии великих московских князей. Отношение рус-
ских князей к этим поползновениям неоднозначное.
Особенно примечательна попытка женитьбы марграва Бадского
на дочери Ивана III, отмеченная Я.Н.Щаповым и Н.В.Синицыной, от-
клоненная из-за утверждения здесь принципа равенства между импера-
тором Фридрихом Ш и Иваном III, следовательно, между дочерью кня-
зя и сыном императора, будущим Максимилианом I . Если не видеть
здесь влияния Ватикана, то можно считать, что в латинском мире Рим
лучше представлял себе положение, нежели Священная римская импе
рия и, следовательно, применяет другой подход . Поэтому после папе
ния Константинополя в 1453 г. у кардинала Виссариона возникав!
мысль о браке Софии Палеолог с Иваном 111. Впоследствии Иван III
никак не афиширует Софью Палеолог, и нельзя сказать, что сна поль-
зуется особой популярностью'. Эю позволяет оценить точение этого
брака с русской точки зрения. Ощущение преемственности по отооше-
141
нию к Византии проходит по другим руслам, в основном через Влади-
мира Мономаха.
lopauio важнее чувство, испытываемое при приближении к 1492,
к концу мира и, следовательно, к Страшному суду. Рим это хорошо по-
нимает. потому что он подготовлен и к граду небесному, получившему
свое определение у Блаженного Августина, и к эсхатологическим пос-
троениям благодаря Иоахиму Флорскому*. Второй Рим вполне законо-
мерен п имеет свое политическое значение, к которому Рим привык,
хотя бы потому, что он находится между Западной Европой и мусуль-
манским миром. Несомненно, чго замена Второго Рима Третьим стала
необходимостью для римской и венецианской политики, сразу при-
жавшей Москву . Следовательно, мысль о Москве как Третьем Риме
возникла, по осей вероятности, не на Руси и навеяна главным образом
латинской политикой Рим все равно представлялся как вечный город и
наряду с политической имел историко-конфессиональную цель - пере-
весит православных и католичество. Брак Софии Палеолог с Иваном
III - явная иллюстрация эгон политики, содержание которой, следовав
leribuo, полностью отождествляется с содержанием исторической кон-
цепции "Москва-Третий Рим". Это, во-первых, необходимость "Transla-
tio БпреиГ. воссоздания новой империи как продолжение предыдущей,
которая, возможно, пока мыслится как Восточная империя. Такое на-
правление естественно в то время, когда после конфликта с папами ос-
лабевает понятие Священной Римской империи и заменяется австрий-
ской политикой. ставящей себе целью главенство над миром и оправ-
дывающей этим стремления “Drang nacli Weslen” и "Drang nacb Osieu".
Известная австрийская формулировка "Austriae est imperare ort>i univer-
se" тесно связана c "Traiislatio Imperii ad germanes"... Во-вторых, это
возобновление войны против Турции и,может быть, создание коали-
ции. Наконец, это установление унии и через нее объединение всего
христианства вокруг Святейшего престола и подчинение ему. Русский
ответ па эго будет эсхатологическим.
Со своей стороны Русь тоже подготовлена к концепции "Москва
- I регий Рим" и она будет подхвачена Фнлофесм. Для русских уже дав-
н I,
но хар.тк icpfiiT эсхатологическое восприятие истории . Русская аггио-
ництт связывает Москву с идеей священного города благодаря "про-
рпчет. пзу". а не условному замечанию митрополита Петра, как считает
К 11т патьевл по поводу замечания Х.Шедер . Митрополит Зоснма уже
n.iei формулировку, тождественную ее конечному эсхатолотнческому
ны|т.т к,нию Одновременно с концепцией "Москва-1 ретин Рим" за-
142
ново, как При митрополите Иларионе, возникает тема Софии! 1ремуд
рости Божией, созвучная теме спасения. Эго подчеркиваем чю ишер
претация Русью идеи "Москва-Третий Рим” не может быть историче-
ской, а имеет чисто эсхатологическое значение, тоиы как е лагинской
точки зрения преобладает историко-политическая.
К э ому следует отнести замечание Гольдберга , что об идее
"Москва-Третий Рим" долго было слышно только в узком кругу рус-
ской духовной элиты, несмотря на то, что формулировки и основная
интерпретация этой идеи охватывает больше века (более ранние при-
надлежат концу XV, XV] и началу XVII в.). Имеется ввиду Пасхалия
1492 r.IS, Послания Филофея , грамота об установлении патриарше-
ства , взгляд кн. С.И.Шаховского	в связи с составлением службы
Софии-Премудрости Божией. В службе сопоставляются различные ее
интерпретации с темой о спасении, вокруг которой развиваются рав-
ные идеологические споры, волнующие русское общество и интелли
is
генцню того времени .
По отношению к этой теме прения о значении власти, о церков-
ном имуществе, политическая ситуация и вопросы о реформах нс зап и
мают первого места. Об этом свидетельствует интерес к патролот ин, где
проявляется влияние Максима Грека, вокруг которою собирается свет-
ский кружок, первое ядро, породившее русскую интеллигенцию, свя-
занную литературной деятельностью и родством, и проливающую этим
новый свет на образование, интересы, формирование русской аристо-
кратии10. В основном это наблюдение касается авторов, писавших при
царе Иване Грозном, князьях А.Курбском, Хворостине, Шаховском и
Катыреве-Ростовском, связанных общими интересами, тематикой своих
произведений и происхождением от великого князя московского Ивана
Калиты”.
Начиная с конца XVII в., больше не слышно о Москве как Тре-
тьем Риме в первоначальном эсхатологическом смысле формулы. Это,
пожалуй, естественное последствие секуляризации. Русь становится
Российской, на смену византийской имперской идее приходит импера-
торская. Но нельзя сказать, что процессы, характерные для предыду
щего периода, полностью прекращаются, они будут продолжаться, но
по-разному в различных слоях общества. Положение в церкви, в обще
стве меняется, но традиции, установленные с времен Максима Грека,
находят своего продолжателя в деятельности Паисия Велпчковского и
во влиянии Оптиной Пустыни. Огчуженпе от нерквн порождает ин
Терес к масонству, чю свидетельствует о духовной жажде в обществе.
143
Наряду с церковной мыслью, появляется философская мысль, породив-
шая славянофильство и западничество. У славянофилов произойдет
возвращение к Третьему Риму, как идеалу "Святой Руси", к термину,
тоже принадлежащему Филофею и Курбскому , и к русскому мессиа-
низму, свойственному также и некоторым западникам .
Русское общество до конца XVII в. жило в церкви, а с секуляри-
зацией церковному сознанию стала необходима новая эклсзиология, в
основе которой лежат идеи Хомякова А.С., а среди мыслителей и фило-
софов нового поколения развиваются прежние лейтмотивы. Это и
В.С.Соловьев, и КЛеонтьев, отчасти Н.Я .Данилевский, П.А.Флорен-
ский и, конечно, Н.А.Бердяев. Особенное место занимает статья Павла
Флоренского ’Троице-Сергиева лавра", связывающая русскую духовную
традицию со "стяжанием Спасения", "идеалом Святой Руси" и ”Со-
фней"* 2*. В своей переписке с К.Д.Самариным, разочаровавшись в сла-
вянофильстве, Флоренский подчеркивал, что русские "софийны"”. Эта
“софийность" может рассматриваться в плане концепции "Святой Руси",
которая возрождается в начале XX в., с одной стороны, с новым рус-
ским православным богословием, которое распространится во всем ми-
ре, а с другой - с восстановлением патриаршества, праздновавшего
свой 400-летний юбилей в 1989 г.
Иначе говоря, идея "Москва-Третий Рим" уступила место поня-
тию "Святой Руси", выражавшему полнее в истории эсхатологическое
настроение, унаследованное от крещения и утверждающее себя через
свидетельство и мученичество.
PaSuto V.A. Mosca - Tetza Roma, (Storigrafia, bibiiografia). Roma, Consiantinopoli,
Mosca. // Da Roma alia terra Roma. Document! i studi. Studi I. Seminario 21 apriie 1981
Napoli, 1983. P.459-473
2 KXnipfer F. La "Sainte Russie" me par tEurope occidentale. /'image de la clirttientc russe
en Occident et le concept de !a "Sainte Russie" // 988-1988 Vn millenaire. La christia-
nisation de la Russie ancienne. Paris. 1989. P. 200.// Roma, Constantmopoli, Mosca. "Da
Roma alia terra Roma" Studi 1 Seminario 21 aprile. 1981. Napoli, 1983 Da Roma alia
terra Roma Studi fl. Saminario U-21 aprile 1982. Napo!i,1984
’ Лихачев Д.С. Национальное самосознание древней Руси: Очерки tn области рус-
>.юй читературы X1XVII пн M.^I,1945. С.93: Vodolf W. L'idec imperiale et la vision
de Rome J Tver. (XiV-XV-c sticks) // Da Roma, Napoli, 1984. La nozione di "Romano"
ba "cittadmarua e nnhwsabta // ibid. P-475-493. Что касается Болгарии см.' Maron А-
144
Byzance et ia Rtissie // Revue dlustoire de la philosophic et d'histoiK genetale de !a
civilisation. 1937. Juiifet. P.273; Tapkova-Zaimova V. les “Romains'dans la culture slave,
ta litterature bulgare rnedievale//Da Roma... "Studi II. P.451,452.
4 Ефимов Н.И. Русл - новый Изранив. Казаиь,1912. С-25.
’ Ремы Б.Я Папство и Русь в X-XV веках. М.;Л.,1959. С.67; Новосельцев А.И,
Пашуто В Т., Черепнин Л. В., Шушарин В.П., Щапов Я.Н. Древнерусское го-
сударство и его международное значение М,1965. С-420-452; Soloviev A. “Reges" et
"Rossie" ап Moyen Age // gyzantioa. 1966. XXXVI. P. 143-173; Vodoff И< La titulature
des princes russet du X-e au debut du ХП-c sidcle et fee relations extZrieures de ia Rirssre
kievienne// Revue des Etudes Staves. 1983. LV. P.139-150.
*	Slapov J.N., Sinicina N.V. La Rome antique et rncdievale dans les textes russes du IX-e
au XVI-e s. Etude sur Ic sens des mots russes "Rim", "rimskij" "nmljanin"// Da Roma..
Studi// Napoli, 1986. P.497-498.
Основная литература по этому вопросу в кн.: Хорошкевнч АЛ. Русское госу-
дарство в системе международных отношений. М.,1980. С.176-196.
*	Лихачев Д.С. Указ. соч. С.97-98.
’ Голенищев-Кутузов И Н. Украинский я белорусский гуманизм // Голенищев-
Кутузов ИН Статьи и исследования. М., 1973; Он же Славянские литературы // Там
же, С. 171. Lubas И. De la poslerite yirituelle de Joachim de Flore. Paris-Namur,
Joachim Schelling. 1979. T.l. P.13-18
10 Pietling. La Ruttie et le Saint-Siege Etudes diplomatiques. Paris,1896. T.l. P.159 //
Popol! e spazio ютапо Ira duritlore ptofezia. "Da Roma alia terza Roma". Studi III
Semmerio 21-23 aprile 1983
Сахаров В. Эсхатологический сочиненна и сказания в древнерусской письмен-
ности и влияние их на народные духовные стихии. Тула, 1879.
Ignatiev С. Zitie des Metropoliten Kiprian' ei/ie Untersuchung zu Form und Stif лиг.
HeiHgenioben.1975; Osteumastudien der Hochschulen des Landes Hessen: Reihe 3, Frank-
hitter Abhandlungen z. Slavistik. Bd.22 S.H4. Благодарю В А Кучкина за замечание, что
следует проаерип это место по спискам /Кучкин ВА. Сказание о смерти мит-
рополта Петра//ТОДРЛ. ХМ И. С 59- 79).
Плеч Рима в Москве XV-XVJ века' Источники по истории русской общественной
мысли. Idea de roma a Mosca Secoii ,W-AT7. Foati per la storia del pensiero sociale
tusso. UiHwisita di Roma 'La Sapienza". M„ 1989. C.I24.
Гольдберг АЛ. Идея "Москва - Третий Рим" в цикле сочинений первой поло-
вины XVI в. // ТОДРЛ. XXXVII. С. 143.
lS Идея Рима. С. 123-125.
И
Там же, С139- F49 Afew/fw. Стареп Етеатарова монастыря Фняофей и
послания. Киев, 1911!
115
*’ Изей Рима. С.185-193.
13	Гольдберг АЛ Три "послания Филогрея". (Опыт текстологического анализа) //
ТОДРЛ. XXIX. С.79.
19	Schachovskcg D.M. Zur EntMeliunsgencliiclite der rusaiscficir Intel/fgeuciia (Elide 16
/Aiifang 7. Jn.) Tauscnd Jafue ChuMeritum in Rusxland Zu in Milieniuiii de Taufe dei
Kiever Rai. Herausgegeben юн Felmy К C Kretschmer, Liiicafdd F. И Koepke C. -J
Gottingen. 1988. S 377-390.
20	Шмидт CO. Ноам о Тучковым (Тучковы, Максим Грек, Курбский) 1/ Исследо-
вания по социально-политической истории России. Сб. статей памяти БА Рома
нова. Л.,1971. C.I29141.
Schaehovskoj О. М. Zur EnistehiKgebhichte.. С388
KanipTer F. Op. cit. С.200, Малинин В. Указ соч. Приложения С.50.
23	Schakhovskoy 1). Crettese el petmaiience de la “Sainte Russic". 988-1988' un inillinaite
//La cluKtianKation de la Russie ancienne. Pans, >989. P185-196.
24	Свищ. Флоренский П. Троице-Сергиева лавра н Россия // Троице-Сергиева лавра.
Комиссия по охране памятников искусства и старины Троице-Сер/нсвой лавры.
Сергиев Посад, 1919. С.3-29.
25	f
Из архива гр. А.В.Комаровской (Частное собр.). См. также, свящ. Флоренский И.
Памяти Феодоре Дмитриевича Самарина (ум 23 октября 1916 г). С приложенном
писем ФДСамарина. Сергиев Посад, 1917. С.11-14.
146
С. А. Беляев
ОТ МИТРОПОЛИТА ИЛАРИОНА К С ГАРЦУ ФИЛОФЕЮ
Известная формула старца филофея носит не безусловный ха-
рактер. Осуществление предначертанной цели, которую Филофей видит
в будущей судьбе Москвы, возможно лишь при некоторых условиях,
при некотором совершенно определенном устроении жизни народа и
государства. Основное из этих условий - правильная организация
государственной жизни. "Да аше добро устроен!и свое царство - будешь
сын света н гражданин вышнего Иерусалима... блюди и внемли, благо-
честивый парю, яко вся христианский царства в твое едино, яко два
Рима подоша, а третий стоит, а четвертому не быти". Итогом этого
доброго устроения жизни и в то же время его условием должно быть
пребывание в этой земле Господа, покоя Господня. В тексте послания
приведен по этому случаю стих из псалма 13 1, 14: "Се покой мой н век
века, зде вселюся, яко изволих его" ("Вот покой мой во веки веков как
пожелал Я того"). Смысл этого стиха тот, что при исполнении заповеди
Господь не покинет эго место, в данном случае страну, и постоянное
пребывание Господа с народом и с граной - залог духовной чистоты и
благоденствия.
Приведенный выше текст о добром устроении жизни предваряет-
ся несколькими практическими рекомендациями. Одно из них - ми-
лость и щедрость по отношению к обиженным. "Утеши плачащих и
вопиющих день и ночь обидемых из рук обидяших", пишет старец Фи-
лофей. Не обндете, рече Господь, - сих меньших, верящих в Мя, ибо
очами их видят всегда лине Огиа Моего, иже есть на небесах". "Блажен,
- рече, - разумевает не нища и убога, в день Мой избавит его Господь".
"Господь сохранит его и живит, и ублажит его на земли и не предаст
его в рукы врагов. Господь в помощь ти".
Старен Филофей дает еше три заповеди, которые входят в содер-
жание устроения. Первая - возлагать упование не на злато и сербро, ио
на Bota. Апостол же Павел гзаголет. "Корень всем злым - сребролюбие"
- не иметь велит, но не прилагати упования ниже сердце к нему, но
уповати на все дающего Бога".
8горам заповедь старца Филофея - восполнить вдовствующие
епископские кафедры и не обижать церкви и монастыри.
И третья - искоренить содомский грех.
147
В деле осуществления всей этой программы устроения христиан-
ской жизни народа указываются конкретные лица как образцы для
подражания, жизни и трудам, которых нужно следовать, и тогда все
будет хорошо. "Не приступай, царю, заповеди, еже положиши твои пра-
деды, великий Константин, и блаженный снятый Владимир, и великий
богоизбранный Ярослав, и прочее блажении святии их же корень и по
тебе".
Особый интерес представляет призыв старца Филофея следовать
заветам князей Владимира и Ярослава и продолжать их деятельность, ту
традицию, которую они заложили в устроении древнерусского государ-
ства.
И особенно поразительно, что программа действий, рекомендо-
ванная старцем Фелофеем великому князю московскому почти пол-
ностью совпадает с той деятельностью, которая известна по Повести
временных лет и другим более ранним источникам по организации го-
сударственной и народной жизни, великих князей киевских Владимира
и Ярослава и особенно - с тем осмыслением этой деятельности,
которая дана митрополитом Иларионом в "Слове о законе и благодати".
Хорошо известно место из Повести временных лет 996 г.: "Слы-
шав же это (речь вдет о текстах Священного Писания - С.Б.), повелел
он всякому нищему и бедному приходить на княжий двор и брать все,
что надобно, питье и пищу из казны деньгами... Сказав, что "неимущие
и больные не могут добраться до двора моего", приказал снарядить те-
леги и, наложив на них хлебы, мясо, различные плоды, мед в бочках, а
в других квас, развозить по городу, спрашивая: "Где больной, нищий
или кто не может ходить?" И раздавали там все необходимое".
Хорошо известна и строительная, и церковно-устроительная дея-
тельность князя Владимира - постройка Десятинной и других церквей и
создание монастырей. Вот как эти стороны его деятельности восприни-
мались митрополитом Иларионом: "Ко всему, кто поведает о множестве
милостынь твоих и щедрот, денно и нощно творимых убогим, сиротам,
вдовам, должникам и всем, взывающим о милости? Ибо слышал ты
слова, сказанные Даниилом царю Навуходоносору; "Да будет благо-
угоден тебе совет мой, царь Навуходоносор: искупи трехи твои мило-
стынями и беззакония твои щадротами к бедным" (Дан.IV,24), Слышав
эго, о досточтимый, не довольствовался ты только слышанием, но на
деде исполнил сказанное (Иак.1,22), просящим подавая, нагих одевая,
жаждущих и алчущих насыщая, болящих утешением всяческим утешая,
должников искупая, рабам даруя свободу И шедрогы и милошыни
148
твои и поныне поминаются в народе, но тем более - пред Богом И ан-
гелом его. Благодаря милосердию своему, благоугодному Богу, имеешь
ты великое дерзновение пред Ним, как присный раб Христов. В этом
поспешествует мне сказавший такие слова: "Милость превозноситься
над судом" (Иак.УДЗ). И еще: "Милостыня человека - как печать у Не-
го" (Сирах. 17, 18). Вернее же слова самого Господа: "Блаженны мило-
стивые, ибо они помилованы будут" (Мф.У,7).“ (1896,190а)
Хорошо известна и деятельность князя Ярослава по созиданию
государственной жизни. Повесть временных лет под 1037 годом сооб-
щает: “Заложил Ярослав город великий, у того же града Золотые ворота,
заложил и церковь Святой Софии, митрополию, а затем церковь на Зо-
лотых воротах - Святой Богородицы Благовещания, затем монастырь
Святого Георгия и Святой Ирины. И стала при нем вера христианская
плодиться и расширяться и черноризцы стали умножаться и монастыри
появляться".
В восприятии митрополита Илариона деятельность князя Яросла
ва звучит как: "Весьма же доброе и верное свидетельство тому - и сын
твой Георгий, которого соделал Господь псреемником власти твоей по
тебе, ненарушающим уставов твоих, но утверждающим не сокращаю-
щим учреждений твоего благоверия, но более прилагающим, неразру
шаюшим, но созидающим, не доконченное тобою он докончил, как
Соломон - предпринятое Давидом; он создал дом Божий, великий и
святой, церковь премудрости его, - в святость и освящение граду твое-
му,  украсив ее всякою красотою: золотом, серебром, драгоценными
каменьями, дорогими сосудами. И церковь эта вызывает удивление и
восхищение во всех окрестных народах, ибо вряд ли найдется иная та-
кая во всей полунощной стране с востока до запада.
И славный град твой Киев он окружил величием, как венцом, и
предал народ твой и град святой в покровительство, Скорой Помощни-
це христианам Пресвятой и Пре славной Богородице, которой на Вели-
ких вратах и церковь воздвиг во имя первого Господского праздника -
святого Благовещения, чтобы привествие, возвещенное Архангелом Де-
ве (Лк.1,27-38), прилагалось и граду сему. И если Той возвещено было:
“радуйся, Благодатная! Господь с Тобою!" (Лк.1,28), то граду будет: "Ра-
дуйся, град православный! Господь с тобою!"
Безусловно, деятельность Владимира и Ярослава значительно
шире, чем выделенные здесь черты, и это отмечено митрополитом Ила-
рионом. Основное у этих князей - утверждение веры христианской и
распространение ее по всей русской земле. При них и через них
149
осуществился Промысел Божий о стране, и се народ был приведен в
семью христианских народов. Но речь идет не только о распростране-
нии христианской веры, но и об организации всей жизни государства и
народа на основе этой веры, о созидании христианской жизни как не-
пременном условии осуществления этой веры. И этот элемент устрое-
ния жизни подчеркивается в отношении всех названных князей.
О князе Владимире митрополит Иларион говорит так: "Ты же,
часто собираясь с новым отцами нашими - .епископами, с великим
смирением совещался с ними о том, как установить закон нашему на-
роду новопознавшему Господа" (191а). Ярослава Иларион представляет
"Ае нарушающим уставов твоих {Владимира], но утверждающим, не со-
кращающим учреждений твоею благоверия, но более прилагающим,
иеразрушающим, но созидающим" (191-192а). Старец Филофей к
Василию обращается так: "Не преступай, царю, заповеди, еже положи-
ли твои прадеды... блаженный святой Владимир, и великий богоубран-
ный Ярослав, и прочие блаженные святые, их корень н до тебя".
Если митрополит Иларион об уже умершем Владимире и еще
живущем Ярославе замечает, что они исполнили заветы, т.е. осуществи-
ли или осуществляют их, то старец Филофей призывает Василия следо-
вать заветам, указуя ту конкретную программу, выполнение которой
должно привести к их исполнению и которая, по словам митрополита
Клариона, уже была осуществлена Ярославом и Владимиром, оказалась
богоугодной и привела страну к процветанию.
Еще раз следует остановиться на мысли, высказанной в начале, а
именно, что утверждение старца Фнлофея небезусловное.
Обстоятельства сложились так, что "все христианские царства
слились в одно твое" - эго только данность, это только условие, кото-
рое есть. Но будет ли Москва Третьим Римом, окажется ли Москва
местом, где Господь устами пророка Давида сможет сказать: "Се покой
Мой, в век века, аде вселюся, яко изволил его?" Бытие Третьего Рима
зависит от того, насколько будет услышан правителем земли Русской -
московским князем Василием, призыв следовать и исполнять уставы и
законы тех, кто уже на деле, в жизни, эти заветы осуществил, т.е.
устроил всю жизнь во всем ее многообразии на основах христианской
веры. И старец Филофей рекомендует программу, восходящую в своей
основе к деятельности Владимира и Ярослава и к которым в качестве
образцов для подражания ок отсылает своего адресата.
150
Архимандрит Иннокентий Просвирнин
МОНТЕ-КАССИНО И РАДОНЕЖ
Преподобный Сергий Радонежский и его школа имеют для Рус-
ской православной церкви такое же основополагающее значение в вос-
приятии и развитии духовного опыта православного Востока, как пре-
подобный Бенедикт и его духовная школа в бенедиктинской традиции
дль Церкви Запада. В этом смысле Монте-Кассино и Радонеж пред-
ставляют для нас не просто историко-географические названия, но ем-
кие символы для обозначения религиозных и культурных традиций,
средневекового синтеза в Европе и на Руси самобытных богословских
представлений и связанных с ними корпусов агиографических, канони-
ческих, покаянно-дисциплинарных текстов и других памятников мате-
риальной и духовной культуры.
Сопоставление школы Монте-Кассино и Радонежской школы
необходимо в следующих аспектах:
1.	В изучении обшей основы Устава преподобного Бенедикта
Нурсийского н Устава преподобного Сергия Радонежского, в выявле-
нии образа иноческого жительства, объединяющего исследуемые тради-
ции;
2.	В выявлении в уставно-дисциплинарных текстах идеологиче-
ских различий, обусловленных - частично расхождением историко-
культурных типов и миросозерцании Востока и Запада, частично, - ис-
торически разными условиями монастырского делания в VI и XIV в.
3.	В осознании Радонежской школы как новой ступени историче-
ского духовного опыта, впитавшего разнообразные токи восточного и
частично западного подвижничества.
1
Житие преподобного Бенедикта Нурсийского (во многих русских
рукописях имя преподобного пишется с начальным "Б" согласно латин-
ской традиции (Рязанская Кормчая 1284 г., Пролог ХП1 в., Син. 240 и
др.) (480-543 гг.). память 14 марта , представляющее собой вторую
главу "Римского Патерика" святого Григория Двоеслова, известно в
славянской письменности еще со времен непосредственных учеников
равноапостольных Кирилла и Мефодия . Устав преподобного Бене-
дикта, оставленный Монте-Кассинскому братству в 529 г., является
151
3
фундаментом для всего западноевропейского монашества . О его созда-
нии в сербском списке Жития преподобного Бенедикта XIV в., в част-
ности, говорится: "Раб Господень блаженный Бенедикт. Въ всем мире
просвети. Написа бо еднаком правило держати. Им же могут познати
живот. Могут бо сим уставом вси наставнини его деянию обрестисе"*.
Идея киновиального монашества, будь то в формах общины Пре-
подобного Пахомия Великого или общин Преподобного Евфимия Ве-
ликого и Преподобного Саввы Освященного, в формах монашеских об-
щин Монте-Кассино, Синая, Афона, Радонежа - вытекает, как писал
известный русский мыслитель и историк религиозной жизни средневе-
ковья Л.П.Карсавин, "не из стремления лучше осуществить идеал ана-
хорета, а из иного представления' об этом идеале, из сознания труд-
ности его осуществления для одинокого пустынника, из желания обес-
печить спасение души могучей помощью традиционных форм и соеди-
нить достижение личной святости с осуществлением заветов Христа,
предписывавшего не только аскезу, но и взаимную любовь и помощь
всем, нуждающимся в помощи .
С этой точки зрения, историки характеризовали Устав Преподоб-
ного Бенедикта как "самый мудрый, самый мягкий и умеренный"*,
содержащий необходимый минимум требований, в то же время не ос-
лабляя и не принижая самого идеала .
Суть бенедиктинского учения об иночестве Карсавин передает
следующим образом: "Братство стремящихся к Богу, представляется
Бенедикту в виде военного отряда - schola. "Должны мы учредить отряд
божественной службы": Constituenda ext ergo a nobis donunici schola
servitii. Поэтому и деятельность монаха выражается словом "militare" -
служить; и устав нс что иное, как "lex sub qua inihtare vis" - закон неру-
шимый и непреложный, как непреложен закон воинской дисциплины.
Святой устав содержит все нужное для воина Господня; это - "устав -
наставник". И само послушание - дисциплина монастыря - и неограни-
ченная власть аббата превращают братство В воинство Христово" .
Не со всем можно согласиться в данной характеристике. Прежде
всего, термин преподобного Бенедикта "ехала" здесь может иметь и
иное значение. Святитель Феофан Затворник Вышенский в своем пере-
воде Устава преподобного Бенедикта говорит о "школе служения Гос-
поду", что, по нашему мнению, более соответствует ближайшему смыс-
ловому контексту: "Если не оставим сего училища и в обучении его
пребудем до смерти, то чрез терпение соделаемся причастными страда-
ний Христовых, а затем сподобимся наследий Царствия Его"’.
152
Различие смысловых вариантов обусловлено различием перевод-
ческих установок как лингвистических, так и богословских.
Святитель Феофан несколько "византизирует" переводимый
текст, смотрит на преподобного Бенедикта глазами греко-славянской
иноческой традиции.
Л.П.Карсавин, напротив, излишне латинизирует преподобного
Бенедикта, представляет его сквозь понятийную призму будущих мона-
шеских орденов и орденов рыцарских, предельно военизированных. В
эпоку преподобного Бенедикта в Монте-Кассино об этом еше не дума-
ли. Что касается воинского метафорического языка, присушего не толь-
ко Уставу преподобного Бенедикта, но и, скажем "наставлениям аввы
Орсисия" ("итак, вожди брэтУй, аввы монастырей, каждый из вас с
полком своим да ожидает пришествия Спасителя, стараясь приготовить
к смотру Его воинство, украшенное всяким вооружением"), она вос-
ходит к военной метафорике Посланий Апостола Павла и является
общим поэтическим приемом и вместе духовно-нравственным образом
духовной литературы как Запада, так и Востока.
На самом деле Устав Преподобного Бенедикта имел своими ис-
точниками как западные (святого Кассиана Римлянина), так и - боль-
шей частью - восточные иноческие правила (преподобного Пахомия и
святого Василия Великого). Уставом святого Василия Великого Препо-
добный Бенедикт мог пользоваться в латинском переводе Руфина.
И.Д.Мансветов не только отмечает знакомство монтекассинского абба-
та с высказываниями других восточных отцов, например, преподобного
Пимена Великого), но и делает следующий важный вывод на основе
лингвистических данных: "На связь Бенедиктова Устава с Востоком и
его практикой указывает целый ряд слов и выражений, заимствованных
из греческого языка: cella, abbas, analogium, КйрсЕ	antiphona,
litania, pentecoste, etc.10
В этом отношении Монте-Кассино и Радонеж связаны прочными
генетическими узами. Только преподобный Бенедикт Нурсийский за-
ложил основу западного образа иночества, а преподобный Сергий Ра-
донежский дал синтез восточной монашеской традиции. Ближний Вос-
ток (включая Афон, Египет, Иерусалим) - Монте-Кассино - Радонеж;
выглядел бы как своеобразный "треугольник сил", отражающий синтез
древних культурных и религиозных взаимодействий, доныне во многом
определяющих географию христианского иночества.
Вместе с тем, подобно тому, как Радонеж - это не Синай и не
Афон, так и Монте-Кассино уже не Византия. При всех сходных чертах
153
Бенедиктинского и Сергиевского Уставов (отсечение воли, смирение,
целомудрие, совершенное нестяжанне), историки отмечают и черты
влияния западной жизни и культуры, сделавшие школы Монте-Касси-
ни типичным выражением духа Римской Церкви.
2
Выявляя идеологические различия в уставно-дисциплинарных
текстах Востока и Запада, мы отмечаем глубокое противостояние запад-
ного и восточного миросозерцания на целом ряде богословских рас-
хождений.
Так, в плане отношения аввы и паствы, преподобный Бенедикт
несколько раз подчеркивает, что авва (настоятель) представляет "лицо
Христа", занимает "место Христа" , что явственно ассоциируется с по-
нятием о римском первосвященнике как наместнике Христа. Между
тем, в радонежском уставе (первый из написанных уставов радо-
нежской шкалы - Устав Преподобного Иосифа Волоцкого), сказано
противоположное: "Христос, настоятсльствуюший нам" . И в другом
месте: "Подобает пастырю... никогда не помышляти, яко отец есмь
братиям, но той есть Бог - един Отец и Владыка всем" . Итак, если
аббат - наместник Христа (как и папа в масштабе всей Западной цер-
кви), здесь, наоборот, Христос - общий настоятель всех монастырей
(как и единственный глава церкви).
С этим связано и то, что в Монте-Кассино "аббат не ограничен в
своей власти. Он подчинен только уставу. Он - единственный предста-
витель монастыря в миру"М. Он отделен от братий до такой степени,
и
что и ест всегда отдельно и другую пищу .
Совсем иная картина в радонежской школе. Нс говоря уже о том,
что единоначалие аввы восполняется соборным разумом "соборных
старцев", но и, более того, иноки (и не только соборные старцы) при-
званы свидетельствовать истину и строгость устава "не точию к подоб-
ным себе инокам, но и к настоятелям, егда что видяху стропотно и раз-
вращено и нс по обычаю отеческих преданий творимо" . Слово 10-е в
пространном Уставе Преподобного Иосифа (в Великих Минеях-Четьих
оно имеет название "Духовная грамота о монастырском и иноческом
устроении"), так называемое “Отвсщанис любозазорным”, наполнено
примерами того, как восставали подвижники русских обителей против
любых попыток нарушения уставов, в том числе - попустительством
недостойных настоятелей.
154
Источники свидетельствуют, чго бенедиктинское монашество то-
же знало вздеты и падения, устав послаблялся и искажался под нарос-
тами мирских страстей и интересов. Но силой направляющей н исправ-
ляющей положение всякий раз выступала в этих случаях римская ку-
рия , а не сами иноческие общины.
Различие между Радонежем и Монте-Кассино в данном аспекте
восходит, очевидно, к различной роли верующего народа в церкви: в
русской церкви хранителем веры и благочестия традиционно считается
тело церкви - православно верующий народ.
Таким образом, на уровне соотношения аввы и братства иссле-
дуемые уставы четко отражают расхождение глубинных мировоззренче-
ских структур православия и католицизма. Это расхождение сказалось
и на судьбах бенедикгинства в целом. Православный иноческий Вос-
ток, возглавляемый Единым Аввой Христом, не знал дробления на
множество конкурирующих монашеских орденов, которые оттеснили со
временем орден Бенедикта (сначала - с Х1П в. - нищенствующие ор-
дена, позже - с XIV в. -иезуиты).
Следует отмстить, что радонежский устав является не только бо-
лее соборным, но и более демократичным по отношению к братии.
Монте-Кассинский аква резко выделяет категорию "невежд" (простого,
неграмотного народа), к которым и требования, и отношение иные,
чем к "знающим" (в частности, преимущественное назначение телесных
наказаний к первым в практике назначения эпитимии). Русская цер-
ковная традиция не знает подобной дискриминации, при том, что в це-
лом книжный ценз, к примеру, Радонежской школы был, по свидетель-
ству источников, не ниже, чем в бенедиктинских общинах. В основной
состав чтений входили: Душеполезные поучения аввы Дорофея (позже
Оптинскими старцами эта книга условно называлась "Азбукой духов-
ной жизни"); Лсствица Преподобного Иоанна, игумена Синайской Го-
ры; Слова подвижнические преподобного Исаака Сирина.
Особенностью Радонежского устава, насколько позволяет судить
о нем Устав преподобного Иосифа Волоцкого, отстоящий иа 100 лет от
времени жизни Преподобного Сергия Радонежского и вобравший в се-
бя Уставы Преподобного Пафнутия Боровского н Преподобного Ки-
рилла Белозерского - учеников Преподобного Сергия, является также
литургическая его ориентация - то внимание, которое уделяется собор-
ной молитве иноков (глава 1 Устава преподобного Иосифа).
Что касается различий уставов, обусловленных историческими
причинами, нужно подчеркнуть, что формирование радонежской шко-
155
лы совершалось в эпоху расцвета исихазма - Святители Григория Пала-
мы и его учеников и осуществлялось на Руси под знаком Живона-
чальной Троицы. Взаимодействие русской и поздней греческой тради-
ций, связанной с учением о нетварных энергиях, сказалось в насыщен-
ности радонежских памятников - литературных, иконописных, архитек-
турных световой и огневидной символикой. Достаточно напомнить
эпизоды из Жития Преподобного Сергия, имеющих художественный
эквивалент в миниатюрах лицевых рукописей - о причащении Святого
Сергия Радонежского Святых тайн, о благословении старца Исаакия на
безмолвие, когда от благословения игумена ученик словно оделся ог-
ненным облаком, и др.
Тринитарное сознание радонежских подвижников школы Препо-
добного Сергия утверждалось на конкретном отношении их к Живона-
чальной Троице. Не случайно Тронце-Сергиева обитель воспринима-
лась русским народом как Дом Живоначальной Троицы, а сам се осно-
ватель - Преподобный Сергий - как Игумен Земли Русской.
3
После принятия христианства на Руси взаимодействие Византии
н России приобрело новый характер синергасии в историческом разви-
тии духовного опыта не только Востока, но и Запада.
"Григорьев затвор" - греческий монастырь ХП в. в Ростове Ве-
ликом - имел определенное значение в духовном формировании юного
Варфоломея - будущего Радонежского игумена. Радонежская школа
учеников Преподобного Сергия получила мощный духовный импульс с
возникновения Высоцкого монастыря в честь Зачатия Пресвятой Бого-
родицы под Серпуховом. Игумен этого монастыря, любимый ученик
Преподобного Сергия, Преподобный Афанасий Высоцкий, выполняя
послушания своего Аввы, с 1378 г. поселился в Константинополе (мо-
настырь Продром), чтобы собирать, переводить и переписывать наибо-
лее значимые недостающие тексты подвижников Синая, Афона и пра-
вославного Востока в целом.
Так появились на Руси списки "Пандектов Никона Черногорца"
(ГИМ, Син. 218/193), "Слово Преподобного Исаака Сирина", "Вопросы
и ответы преподобных отец о молитве "трезвенин ума", о том, "како по-
добает безмолвнику ендети в кельи", "како подобает глаголати молит-
ву*, "како подобает держати ум", "кахо обрести действие", "Слово Свя-
156
того Симеона Нового Богослова о молитве", "Поучение Василия Великого
к инокам".
Один из сподвижников Преподобного Афанасия Высоцкого в
Константинополе русский инок Сергий "по благословению и по совету”
Преподобного Афанасия написал Сборник поучений и житий (ГБЛ. ф.
247, >4) 562 и ф. 256, № 360), включавший творения Преподобных
Максима Исповедника, Симеона Нового Богослова, Исаака Сирина и др.,
отосланный на Русь (по предположению Г.М.Прохорова) вместе с-
иконами знаменитого "Высоцкого чина" (иконы ныне в Государственной
Третья-ковской галерее и в Русском музее)1®.
Там же был сделан список Иерусалимского устава Преподобного
Саввы Освященного, получивший название на Руси "Око церковное"
(ГБЛ, ф. 256, № 445; Библиотека Казанского государственного универ-
ситета, № 4634). Переведен святителем Феофаном Затворником и
включен им В русское издание четырех "великих" древних уставов.
Этот ряд перечислений конкретных памятников духовной и
материальной культуры можно продолжить. Главное важно отмстить, что
взаимодействие двух велн-щх культур Византии и России благодаря
Школе Преподобного Сергия Радонежского принесло свои неповторимые
плоды как результат нового духовного опыта на Русской земле.
Знаменательно, что одному из учеников Школы Преподобного
Сергия - Преподобному Александру Свирскому явилась Святая Троица в
виде Трех ангелов, как древнему Аврааму у дуба Мамврикийского.
Событие произошло в XVI в., при впадении реки Свирь в Ладожское
озеро.
С расширением круга взаимодействия Востока и Запада постепенно
складывалось знакомство Радонежской школы с творениями отцов
западной церкви.
Можно утверждать, что пользование, подчас, одними и теми же
источниками в Радонеже и Монте- Кассино дали различный опыт ду-
ховного делания, Так, Устав иноческой жизни святителя Василия Ве-
ликого, который лег в основу Устава Преподобного Бенедикта, как было
отмечено выше, дал иные результаты, чем отражение тех же уставных
наставлений великого святителя в Уставе Радонежских подвижников.
157
Теперь, можно надеяться, настала пора нового взаимодействия
Запада и Востока, с учетом духовного опыта Монте-Кассино и Радонежа.
Для этого требуется провести совместными усилиями более тщательный
текстологический анализ всех имеющихся монастырских уставов восточ-
ной и западной церкви.
1 Архиепископ Сергий Слвсскай Полный Месяцеслов Востока М.,1876. Т.2. С 80.
1 Соболевский Л.И. Житие Преподобного Бенедикта Мурсийского по сербскому списку XIV
века. // ИОРЯС. СПб, 1903. Г.VI». кн.2 С 121-122.
1 Епископ Феофан. Древние иноческие уставы М,1892 С.591-653
л Соболевский А. И. Указ соч. С. >35.
1 Карсавин Л. II. Монашество в средние века СПб ,1912 С.9.
ь Бенедикт МурсийскийJ/ Православная Богословская знциклопедия. Пг., >903. Т.2.
Стб.378-380.
7 Карсавин Л.П. Указ. сон. С 25.
*	Там же С. 22.
*	Епископ Феофан. Указ. сон. С 594
1,7 Мансветов ИД. Церковный устав (типик) Его образование и судьба в Греческой и
Русской Церкви. М., 1885. С.22.
11 Епископ Феофан. Указ, соч. С 595,645.
11 Великие Минеи-Чгтьи. Сентябре, >-13. СПб, 1868 Стб.522.
13 Там же Стб. 565.
14 Карсавин Л.Л. Указ соч. С.27
Епискан Феофан. Указ. соч. С.56.
Великие Минеи-Четьи Стб 550.
11 Бенедикт Нурсийслшй. 5'каз соч Стб 329
1(7 Архимандрит Иннокентий Просвирник Троице Серг/тва лавра М, 1985. С 148,247.
19 Словарь книжников и книлсилти Древней Руси Л, /988 Вып 2, ч > С.80
158
И. П. Збрициало
ЗАМЕЧАНИЯ О "ЗАМЕТКЕ О РИМЕ"
В Приложении к произведениям В.Малинина, посвященного по-
сланиям псковского старца Филофея1, на странице 88 опубликован ко-
роткий памятник (всего 18 строк) по списку одного из рукописных
сборников XVI в? В этом сборнике на листе 246 читаем: "Описание
Рима без всякого оглавления". Этому описанию позднее дали заглавие
з
"Заметка о Риме" .
Автор этого памятника, вполне вероятно, тот же самый человек,
который в "Сказании о Флорентийском соборе" описывает путешест-
вие русского посольства "за сто человекъ” из Москвы во Флоренцию
для участия в Феррарско-Флорентийском соборе 1438-1439 гг.
Предложенная нами гипотеза подкрепляется не только литератур-
S
ным сходством упомянутых двух памятников , но главным образом
начальными фразами "Заметки о Риме":
До града ферары поуг
«
писан напрели .
Путь до города Феррары
описан ранее.
Если эта гипотеза верна, то наш рассказчик путешествовал по
Европе из Москвы в Феррару (затем во Флоренцию) и, следовательно,
посещал многие города (не только итальянские). В своем "Сказании"
он описывает их со всеми подробностями. Итак, за рубежом наш путе-
шественник, еще жаждущий новых сведений и познаний, и, зная на-
верняка, что Рим больше всех других городов содействовал расцвету
европейской культуры, "на конехъ" въезжает в Рим:
А от ферары града до рнма
велика го града N миль а
рим велнкии град, стоить
на p’tirt тивер4, за BI до
моря, а около града X миль
.В. мили, а ездили есмя око-
т
ло града два дни на конехъ
а от города Феррары до вели-
кого города Рима пятьдесят
миль. Великий же город Рим
стоит на реке на Тибре в две-
надцати милях от моря. Рас-
стояние по окружности горо-
да составляет тридцать две
мили. Объезжали мы его на
конях в течение двух дней.
159
Когда русский путешественник посетил Рим, "великий град” на-
ходился в состоянии упадка; город страдал от отсутствия папского пре-
стола и от борьбы между землевладельцами.
В то время, как известно, в Риме не существовало развитой эко-
номики, которая дала бы возможность создать автономную область.
Рим остался, так сказать, паразитическим городом, который жил
в тени папства. Он был только центром для съездов церковных и госу-
дарственных делегаций, а также посетителей из католического мира (и
теперь, благодаря собору, и из православного тоже).
Все это, следовательно, было причиной вышеупомянутого состоя-
ния упадка, которое стало еще тяжелее из-за долгого отсутствия папст-
ва.
Только во второй половине XV в., после завершения западного
раскола, папы начали соперничать с итальянскими государями в по-
кровительстве художникам и литераторам. В первой половине следую-
щего века они превратили Рим, где население уменьшалось и великие
здания ветшали и разрушались, в один из самых красивых центров
итальянского Ренессанса.
Но наш путешественник, конечно, изображает тот Рим, который
он видел:
J Цркви же в нем были велим	Церкви же в Риме раньше бы-
веянии. и позлащенны верхи.	ли очень большие и с позоло-
и палаты чюдны. и то все	ченными крышами, и дома
позр^шилося запустения	также были замечательные, но
ради .	разрушились из-за запустения
	города.
История Рима, сначала языческого и великолепного, а затем
христианского и в упадке, составляет историческую парадигму течения
веков.
По нашему мнению, автор этой заметки сосредоточивает свое
внимание на трех понятиях, которые включают в себя всю историю,
все значение Рима: на вере, искусстве и истории.
8 немногих строках путешественник многое рассказывает о Риме,
больше того, что он рассказывал в "сказании”, например, о Флоренции
(этот город он прекрасно знал, благодаря продолжительному пребыва-
160
нию), которая также представляла собой один из примеров культурных
традиций.
В Риме наш автор посещает три церкви, посвященных святым
Петру, Павлу и Иоанну Предтече. Нам он рассказывает, что но воле
папы Сильвестра мощи апостолов Петра и Павла помешены так;
лежат ... половина в Петре
.стен. и половина в Павле стен,
а главы их лежат, в иркви стго
ивана прдтчи .
Половина мощей находится в
церкви святого Петра, а поло-
юна в церкви святого Павла, а
головы обоих апостолов лежат
в церкви Иоанна Предтечи.
Благочестивое отношение русского путешественника к святому
Павлу * "апостолу славян" проявляется в том, что он вспоминает одну
из легенд:
Да были есмя на месте, кде
сусекнули главу стому ап-
'слоу павлу. тоу три кладя-
зи. коли стяли главу, и она
пряноула трижды, и ис тех
мест истекают три кладя-
зи прудке» вел ми. и вода их
лиги сладка велми и студе-
Былн мы также на месте, где
секли голову святому апостолу
Павлу, там имеются три род-
ника; когда отсекли голову,
она трижды прянула, и в земле
в тех местах, которых голова
коснулась, образовались три
быстро текущих родника с
очень вкусной и холодной
водой.
Благочестие путешественника проявляется более отчетливо в со-
блюдении обрядов, в которых мощи имеют, по преданию, чудотворную
силу:
А мечем тем знаменахомся
которым его сусекнули. и
—J	12
воду ту стую пихом .
Мы осенили себя мечом, кото-
рым отсекли голову апостолу
Павлу, и пили из родников ту
свитую воду.
Обратим теперь внимание на один факт, на одну деталь, которая,
по нашему мнению, представляет определенный интерес; русский пу-
тешественник посещает в Риме, как уже сказано, три церкви, и эти
161
церкви связаны так или иначе с именем Константина Великого. Слу-
чаен ли такой выбор?
Как известно, церкви святых Павла и Петра были созданы по
желанию этого императора, а в церкви Иоанна Предтечи он крестил-
ся .
В одном из апокрифов, относящемся к VII] в., сообщено, что
крестил Константина папа Сильвестр, и после этого тотчас же импера-
тор избавился от проказы.
Князь Владимир Святославич также после крещения чудом из-
бавляется от тяжелой болезни: В Повести временных лет об этом чита-
ем:
В се время разболеся Воло-
димеръ очима и не видяше
ничтоже ... яко |епископь]
въл.ожи руку на нь абье
н
проэре .
Разболелся Володимср глазами
и не видел ничего и, когда
епископ возложил руку на не-
го, тотчас же он прозрел.
Еще одна связь, следовательно, существует между Константином
Великим и Владимиром Святым!
Может быть, выбор путешественника, о коотором мы уже гово-
рили, не случаен, он истекает из исторического момента, переживаемо-
го столицами Римом и Константинополем.
После унии константинопольской церкви с римской великий
князь Василий II Васильевич - жестокий ее противник - выступает за-
щитником церкви и спасителем христианства от внешних врагов и
внутренних расхождений.
В числе участников Феррарско-Флорентийского собора был свя-
щенник Симеон из Суздаля, которому, вероятно, и принадлежат дан-
ные два повествования о Флорентийском соборе**. Оба эти повест-
вования кончаются восторженной похвалой Василию II, в которой
автор сравнивает благоверного великого князя с равноапостольным ве-
ликим царем Константином, установившим православие, а также с бла-
говерным великим князем Владимиром, апостолом Руси.
Симеон из Суздаля произносит свое исповедание веры в виде По-
хвалы московскому князю, новому защитнику христианства. Поэтому
нам кажется, что уже с этого момента, т.е. еще до зари 29 мая 1454 г., в
духе русского человека того времени возникла идея, что Москва - но-
вое Ромейское царство.
162
Такую идею утвердит в своих посланиях псковский старец Фило-
фей, пользуясь выражением "два убо Рима падоша, а третия стоит, а
четвертому не быти"; такое выражение будет потом синтезировано в
формуле " Москва - Третий Рим".
1 Малинил В. Старей Елизарова монастыря Филофей н его послания. Киев, 1901.
! Л£ДФ. Соф. At 146}; Малинин В. Указ. соч. С. 88.
1	Под таким заглавием документ был издан в "Памятниках литературы древней Ру-
си XIV-сер XVв." М,1981. С494-495,589-590; см. также: Казакова НА Заметка о
Риме русского путешественника сер. XV// ТОДРЛ. 1977. ХХХН. С.253-255,
Рассказ также известен стад более соответствующим его содержанию заглавием
"Хождение на Флорентийский собор"// Памятники литературы древнем Руси. С.468-
493,585-539.
5	Мы сошлемся не только на тщательность, с которой автор указывает на расстоя-
ния от одного места до другого и на размеры зданий, но и на употребление одних и
тех же прилагательных: дворцы - "чудесные" и "огромные", купола - "злочеиыс", во-
да - "мыкая И свежая".
6	Памятники литературы древней Руси. XIV-сер. XV в. Указ. изд. С.494.
7	Там же
* Папство, престиж которого плачевным образом удал по причине Авиньонского
пленения, переживет еще более резкое падение своего престижа из-за горестных
событий // Великая схизма и Уния церквей.
й
Несчастья папства и, следовательно, Рима, не окончились даже с возвращением
Григория IX s Рим (1378 г.). Пала умер вскоре после своего возвращения, и после
его смерти внутри церкви разгорелись новые разногласия, которые достигли своего
апогеи во время Великой схизмы. Констанцский собор (1414-1418 гг.) объединил
церковь пцд главенством папы Мартина V (Колонна), но нм он, ни его преемник
Евгений IV не могли забыть бурных событий своею времени. В Папском государ-
стве и в Риме сохранялась ситуация не менее смутная и беепщщдочиая, чем ранее
из-за выступлений римский сеньоров: Орсини, Сажали, Казтанн, которые про-
должали неиствовопси.
10 Маттия В, Указ. соч. С.88-246.
С присущей ему точностью рассказчик сообщает нам о местоположении я
размерах первых двух церквей: "Церковь св. апостола Петра находится в городе и по
размерам своим она длиной 105 длинных футов, а шириной вполовину 70. От
пуища до церкви св. Павла 2 мили, а размеры этой церкви - 1,10 футов в длину и 70
в ширину..."
163
,J Малинин В. Указ. соч С.88,246. В апокрифе из Деяний апостолов, припи-
сываемом лсеппо- Марселю, мы читаем: "Мы все считали, что, как Бог не разделяет
этих двух слятилиш, которые он создал, так и не отдаляет он ни одною от другою,
ни Петра от Павла, ни Павла от Петра //Апокрифы Новою Завета Над. ДМо-
ранди Турин,1975,
1' Даже автор этой заметки замечает: "И там (т.е. в церкви Иоанна Предтечи) был
крещен святой император Константин, и купели там из зеленою мраморе. ..~
14 Повесть временных лет... С.76-77.
1 Малннни В. Старец Елизарова монастыря. С.89-114.
164
Дж.Манискалько l>aju.ie
НЕКОТОРЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ О СМЫСЛЕ ТЕРМИНА ’’ВСЕЛЕННАЯ'
В "СКАЗАНИИ О КНЯЗЬЯХ ВЛАДИМИРСКИХ"
Порядок в Земле Обитаемой
В "Сказании о князьях Владимирских” редакции Спиршюна-Сивпы
термин "вселенная" встречается несколько раз. В первый р:и он иоявля
ется в связи с упоминанием о Филиксе, из рода Сеосгра:
... от его рода начат царствовати некто Физике имянем.
Сей бо Филикс пооблада вселено»1 .
Затем термин употребляется при упоминании Александра Маке
донского;
По Филиксе же в много число лет выла некий царь в
Египте от рода его именем Ахтанав вълхн, сей роди
Александра Македона от Алимпиады жены Филиповы.
Сей второе пооблада вселено» ... (С. 12).
Обе эти справки представляются относительно неопределенными и с
точки зрения политической, и особенно reoi рафичеекой. Хронист
очень немного сообщает нам и о характере власти тех, кю правяi
"вселенной", и о размерах территорий, подчиненных их виасш, он
лишь уточняет, что они "цари”, со всей двусмысленностью и не-
определенностью, присущей этому термину...*
Последующее упоминание Появляется однако в более торжествен ном
и конкретном контексте:
... и скоро съзывает вся воеводы и чиновники, нумеры н
препоситы и възвещает им смерть Иулиа кесаря
римски. Они же единогласно реша, римляне и enntin. О
пресловый стратате, Иулиа кесаря oi смерти
въставити не можем, а твое великочестие венчеваем венцем
римска... иарстви... И облекоста его в одежю царя Сеостра,
началнаго царя Египту, в порфиру и висон, и препоясаста
Й поясом фермилдом, и възложиста на главу ему митру
царя Пора индийского, юже принесе Александр Македон от
Индия, и приодета его плещема окровницею царя
Филикса, владущаго вселенною... И радостне вен
воскликнушя великим гласом; "Радуйся Августе царю
римский всея вселенный" (С. 13).
За приветственным восклицанием — коронацией Августа — следует
эпизод, который может показаться любопытным:
Август же начат ряд прокладати на вселенную. Постави
брата своего Патрикиа царя Египту и Августа — или
своего брата постави Александрии властодержца, и
Киринея Сирии властодержца положи, и Ирода
Антипатрова за многия дары и почтения
постави царя еврейска в Ерусалиме... (С. 13-14).
В определенном смысле раздел "вселенной" между родственниками
Августа, кажется, продиктован самим ходом повествования, необходи-
мостью учитывать происхождение князей киевских и московских от
римского императора через Пруса и Рюрика.
... в град глаголемый Морборок и Торун, и Хвоиница, и
преслоаы Гданеск, и иных многих градов по реку, глаго-
лемую Немой, впадшую в море. И вселися ту Прус с
многими времены лет... и до сего часа по имени его
зовется Прусская земля (С. 14).
Избранный хронистом подход, однако, дает повод для некоторых
вопросов. В то время как Физике и Александр одни правят во вселен-
ной, первым действием императора Августа бы i ее раздел между рядом
личностей, родственников и союзников, среди которых Паггрикий -
его брат, и Ирод — его союзник, названы ’царями '.
Однако интерпретация контекста, в котором употреблен термин
“царь", не очень помогает нам3 , так как этот термин, как уже несколь-
ко раз отмечалось, не соответствует строго (в противоиолож-нос1ь iep-
мину "великий князь1') четкому политическому институту. Aeryci, после
того как его приветствовали как "царя римского и всея вселенный", на-
зывает царями тех, кто ему подчинен. В других текстах той же эпохи
термин "царь1' относится к властям, чрезвычайно отличным друг от дру-
га.
Каковы же, согласно исследуемому нами тексту, взаимоотношения
между императором и его империей? Термин "вселенная" — калька с
греческого oi>coop£vr|, и толкование этого термина не предсгашяе; про-
блем. Он соответствует “вселенной" — Orbis Теггаплп, на которую Ав-
густ указывает в своих Res Gestae^ , как иа часть своего домена, и соот-
ветствие между "вселенной" и "otKoup^vn", видимо, обьясняеюя шм об-
стоятельством, что если культура испытывает потребность в создании
термина, заимствуя его в другой, отличной от нее культуре, то, следова-
тельно, само понятие, содержащееся в этом термине, является необхо-
димым. Способ употребления термина в источнике, однако, ставит
многочисленные проблемы.
И.И.Срезневский даст нам целый ряд примером употребления тер-
мина® , и некоторые из них непосредственно восходят к Остромирову
Евангелию, но различный смысл их свидетельствует об определенной
доле двусмысленности. Например, фраза "Господь бо наш не человек
есть, но Бог всей вселснеи" (Поуч. Влад. Мон,), кажется, имеет более
отчетливый религиозный смысл так же, как и следующая "Твоя есть
земля и вселенная" (Кир.Тур.).
Смысл, подсказанный этими примерами И.И.Срезневского, однако,
видимо, неадекватен смыслу власти Августа, которая, даже если ей и
предназначено основать будущую христианскую империю, является в
момент коронации языческой и, в частности, не соответствует гой вла-
сти, которая по линии князя является единой и подвергается разделу,
судя по первому о ней упоминанию.
Какой смысл может иметь в контексте изучаемого нами текста по-
добный раздел? Ведь это событие столь большого значения, что оно со-
ставляет incipit более поздней версии рассказа — Повесть, начинающая
с разделения вселенной Августом, возводит начало пегорни нового на-
стоящего человечества, уцелевшего по воле Бога, ко времени Потопа
Нс» если этот отрывок из "Сказания о князьях Владимирских" не дает
нам достаточно оснований для объяснения этого эпизода, то в том же
'Сказании" и в следующем за ним рассказе "Родословия литовских кня-
зей" ecu, текст, который и в редакции Медоварцева и в "Послании
Спиридона Саввы" является ето дополнением я может пролить некото-
рый спет на проблему.
Первый раздел "вселенной"
По отца своею Ноя благословению разделися вселеная на
три чястп трием ето сыном: Симу, Хаму, Афету. (С. 11).
Эзоз анизол составляет торжественное и опирающееся на авторитет
< вишенного Писания начало пути вселенской власти в интерпретации
"Сказания о князьях владимирских”.
Нач.ьчо зоворит о разделе* . которому по благословению Ноя, назна-
чаются Симу. Хаму и Яфегутри части вселенной.
Несомненно, речь идет о Чрезвычайно интересном моменте.
"Сказание о князьях владимирских" приобретает начало, соответст-
вующее началу зпохн новою человечества. очистившегося в результате
Не чи к о» о потопа
Отрывок напоминает о ipaaiiuiiH Повести временных лет, но пре-
подносится в несколько иной форме;
По потопе грне сьиюве Ноевн разделнша землю, Сим,
Хамь, Яфетъ7
1акнм образом, в Повести временных лет после Потопа три сына
Ноя разделили тем ио,
Lc зи сравнить лют корги кип отрывок с отрывком из гл. 10 Книги
бытия, то окажется, что он довольно близок Священному Писанию,
несмотря на то, что между Великим потопом и распространением по-
томына П.нриарха по всеп земле произошло несколько событий, о ко-
торых в хронике не упомянуто.
F< тн же рассмагрилягь этот же эпизод в "Сказании о князьях Вла-
чнмпрхьнх", то можно обнаружить, что он дан в значении, отличаю-
щемся от содержания и смысла Книги Бытия и Повести временных
лет.
Там, где Повесть говорит "по потопе", "Сказание о князьях Влади-
мирских", напротив, говорит “по благословению отца своего Ноя", Если
предлог "по" означает "после", как в Повести, то вполне закономерно,
что за ним, как в двух цитированных нами примерах,следует датель-
ный, а не предложный падеж*. И это может означать "по причине то-
го, что", а если верно, что в гл. 9-10 Книги Бытия благословение Ноя
предшествует разделу Земли, то весьма правдоподобно, что в "Сказании
о князьях Владимирских", в отличие от Повести, делят ее не сыновья
Ноя, но вселенная делится "по благословению отца своего Ноя". Таким
образом, может показаться, что текст Медоварцева и Спиридона-Саввы
должен быть интерпретирован в том смысле, что именно по причине
благословления отца каждому из сыновей назначается часть вселенной.
Таким образом, происходит отнюдь не расселение "по языкам и наро-
дам", как в Книге Бытия, а распределение того, что Бог назначает по
договору (Книга Бытия 9, 1-16) главе семьи.
Но даже этот отрывок из "Сказания о князьях Владимирских", пусть
даже При столь необычном расхождении с библейским текстом и с
главным источником информации, все же не достаточен сам по себе,
чтобы ответить на вопросы, поставленные нами в начале.
Может быть, следующий отрывок поможет нам в наших попытках.
Наследственный раздел
"... Олгерд в недуг впаде, и начя изнемогали к смерти, и детем своим
начат ряд покладати" (С.20-21), свидетельствует "Сказание". Итак, чув-
ствуя приближение смерти, Ольгерд, отец Иакова — Ягсллона, решает
"установить порядок" между своими сыновьями, т.е. разделить между
ними города, составляющие часть его княжеской "отчины".
Следует отметить, что термин, употребляемый хронистом примени-
тельно к генеалогии московских князей, для обозначения раздела
"отчины" Ольгерда, предвидящего смерть, тот же самый — "ряд". Его
же он использует для описания раздела вселенной, осуществленного
Августом. Употребление одного и того же термина* , относящегося,
впрочем, в обоих контекстах к праву наследования, кажется, подсказы-
вает связь между двумя этими эпизодами, связь, которая, видимо, со-
общает одинаковое значение этим терминам.
Но почему же хронист счел необходимым при описании рождения
империи рассказать об обычае наследственного раздела?
Первая гипотеза могла бы быть следующей: ему был необходим та-
кой ход рассказа, который бы мог придать московским князьям
"римский'' и "имперский" характер, но эта гипотеза не основывается на
глубоком нализе или, во всяком случае, не представляется исчерпыва-
ющей Болес того. если можно далее ожидать период беспорядка (а ис-
тория русских княжеств лает тому немало примеров, когда беспорядок
начинается после смерти киязя, не оставившего после себя потомства},
с каким же беспорядком должен был столкнуться Август, который, бу-
дучи "победоносным стратнгом", был призван на вселенский престол?
Может быть, он столкнулся с "первоначальным беспорядком" в им-
перии, которая долгое время не имела своего главы? Это объяснение
кажется более правдоподобным, даже если оно и не является полнос-
тью исчерпывающим. В самом деле, происходит уподобление факта
раздела вселенной, осуществленного Августом, когда он взошел на все-
ленский престол, разделу mortis causa небольшого княжества. Такого
рода уподобление не могло быть объяснено лишь ссылкой на греческий
термин oiKov^vr].
Таким образом, необходимо, чтобы мы — пусть даже временно —
перешли от анализа термина ’‘вселенная " к анализу другого термина,
который употребляется наряду с ним в двух главным рассматриваемых
нами контекстах — "ряд”.
В другом месте мы подчеркивали, как в русских документах первых
веков второго тысячелетня {по этому случаю мы анализируем некото-
рые отрывки из Повести временных лет),в восточнославянские терми-
ны, происходящие от "общеславянского" корня "red”, а тол* числе "ряд",
выражают двусмысленым образом идею согласия сторон относительно
всего — идею "мира".
Гипотеза, которая предполагает, что в хронике Август должен быт
"умиротворить'' (скорее, "упорядочить") вселенную, в этом плане стано-
вится привлекательной. Но, отставив в сторону тот факт, что то значе-
ние слова "ряд", о котором говорили выше, содержится в источниках
более древнего происхождения и чрезвычайно отличается от способ.!
ею употребления в "Сказании о князьях Владимирских":
Поста Олегь мужа свои построил* мира и положили ряды
межи Грекы и Русью...
Послании же Олгомъ ели придоша кь Ольгови иповъдаша
вся ръчи обою царю, како сотвориша миръ и урядъ
положиша межю Грецькою землею и Русскою...
Как мы видим, в обоих контекстах термин заключает в себе скорее
значение объединения, согласия сторон внутри единой кошц, а не раз*
дел. Согласуется ли такой смысл с разделом вселенной, осуществлен-
ным Августом?
Может быть, было бы более своевременно прибегнуть к другому, бо-
лее позднему значению слова "ряд" — к значению "порядок", связанно-
му с инвариантной категорией русской культуры интересующей нас
эпохи. Русский политический язык выражет более сложно и с той же
неточностью, так сказать "горизонтальные" политические oi ношения, а
именно, те, которые ставят рядом друг с другом два института, наде-
ленные одной и той же властью, но разными се атрибутами, it ш скорее
институты, ие имеющие отношений взаимного подчинения. Напротив,
этот язык способен на бесконечные нюансы, когда речь ттдет о том,
чтобы охарактеризовать так называемые "вертикальные" политические
отношения, которые ставят их участников в отношения подчинения.
Когда мы анализируем русский политический текст эпохи средневе-
ковья вплоть до XVI в. и позже — до реформ Петра, мы должны преж-
де всего исследовать "вертикальные" политические отношения для того,
чтобы понять настоящий смысл документа, так как именно эти
"вертикальные” отношения и скрывают их смысл.
Однако именно в цитируемом нами отрывке из "Сказания", где i от-
ворится о разделе вселенной, осуществленном Августом, мы встречаем-
ся с первой трудностью: с одной стороны, этот наследник "царь римс-
кий и всея вссленныя" иерархически выше, чем те лица, которым
предназначаются различные части вселенной и которые от него беру,
свою класть, с другой стороны, один из них — Патрикий, становится
“царем" в Египте, а другой, Ирод Лнтипатр — "царем иудейским в
Иерусалиме”11 (посылает послов к великому князю Владимиру Всево-
лодовичу: Неофита митрополита азиатского Эфеса, и двух епископов,
из Митилены и Милнтены, стратига Антиохии и аугустала Александ-
рии).
Несмотря иа чрезвычайно скудное историческое обоснование этою
эпизода, трудно переоценить символическое и идеолшичеекое значение
его даже в последующую эпоху.
Для того, чтобы подчеркнуть важность присваиваемых “царств", хро-
нист сообщает, что Патрикий получает трон от первого "царя" всей все-
ленной, а Ироду вручается та часть царства, где родится Христос, и что
только Август — “царь всея вселенный". Тождество титулатуры, как ка-
жется, не вписывается достаточно хорошо в " вертикальную" модель, о
которой мы говорили.
Можно было бы согласиться с А.Нсйбауэром^ в том, что “по край-
ней мере слово "царь" не является однозначным", но тогда бы речь шла
о констатации, а не об объяснении.
Если очевидно, что сравнение слова "царь" и "князь" проясняет со-
ответствие второго титула точному политическому институту, "отчине"
(наследственная отчина), то и это соображение мало что дает, если да-
же не усиливает еще больше неопределенность термина "царь".
Как точно отметил Ж.Ферлуга, в до него среди прочих и Г.Остро-
горский13, Восточная Римская империя имела очень точную концеп-
цию — даже в своей неизбежной абстракции — относительно своих
границ: они вообще не существуют и “империя простирается на всю
Вселенную и включает все народы”1^ . Власть василевса распространя-
ется до того места, где простирается линия горизонта для самого после-
днего человека, живущего в самом последнем доме вселенной: таким
образом эта власть — вселенская, власть над людьми и вещами, не ог-
раниченная никакими пределами.
Сохранялось ля в культурном сознании хрониста понимание столь
туманной и абстрактной идеи? Несомненно, в источниках XVI в. мож-
но найти элементы, которые подсказали бы положительный ответ. На-
пример, в Послании Филофея Псковского, в употребленной митропо-
литом Макарием формуле по случаю коронации Ивана IV и даже
раньше.
Но чтобы высказать гипотезу, вероятно, необходимо обратиться к
менее абстрактным примерам.
Не вызывает сомнения, что на самом деле римская идея (и также
восточноримская идея "ойкумены") несет в себе отрицание определения
территории любого типа — и в силу этого представляет собой отраже-
ние реальности, как это ни парадоксально, неразделимого простран-
ства*® . Тем не менее в тексте, которым мы занимаемся, Август разде-
ляет ее. Можно отметить, что в этом тексте не говорится ничего такого,
что могло бы означать отречение, пусть даже частичное, со стороны
императора вселенной, если бы употребляемые хронистом слова не вы-
ражали в этом случае определенную двусмысленность.
Те же самые термины, видимо, указывают на то, что за пределами
своей имплицитной власти Август не ограничивается тем, что назначает
властодержцев в провинциях своей империи, но, согласно хронисту,
действительно разделяет вселенную на различные части, обладающие
самоуправлением, тем более что власть Пруса может стать основой на-
следственной власти московских князей, которая в XVI в. может при-
обрести вселенский идеологический масштаб.
Таким образом, объяснение следует искать за пределами наших зна-
ний о Риме и Августе, а в сфере тех знаний, которыми располагал хро-
нист — не только о Риме и Августе, но и о своей земле и правовых
традициях. Действительно, будет не так уже смело сказать, что между
двумя историческими эпизодами, один из которых достаточно далек и
чужд юридическим познаниям хрониста (раздел вселенной Августом), а
другой, напротив, близок и хорошо знаком, существует связь, которая
выражается в том, что первый создан по образцу второго, а не наобо-
рот, и, следовательно, юридический "образец", который послужил осно-
ванием, отнюдь не "erbis", но в обоих случаях "отчина".
Основываясь на юридическом содержании употребляемых хронис-
том терминов, можно было бы спросить, нс применил ли он эти тер-
мины к распространению "вселенной", т.е. к более отдаленной от свое-
го юридического опыта действительности, чтобы назвать пик ее разви-
тия термином, соответствующим политическому институту (т.е. в узком
юридическом смысле слова) и что он использовал при этом, дочти ин-
стинктивно, термины близкой ему юридической реальности?
Постулировав "неравную" (т.е. "вертикальную") природу порядка, мы
видим, что смысл “раздела", как и само значение термина "все-ленная",
оказываются более ясными.
Наследственный раздел русских князей представлял собой постепен-
ный “ряд": княжеский город оставлялся одному из сыновей (как прави-
ло старшему), а другие города, по степени важности, другим сыновьям,
что было возможно, так как этн доли наследства соответствовали опре-
деленным юридическим терминам: князь давал одному из сыновей
“отчину", т.е. княжеский престол16 и вместе с этим "княжеский город",
остальным сыновьям он давал другие города в качестве уделов — само-
стоятельных патримониальных владений, но в идеале подчиненных
единственной власти князя17 .
Можно было бы утверждать, что сама иерархия уделов зависела от
абстрактных и конкретных деталей; единство власти под названием
"отчина", с одной стороны, и проистекающие отсюда различие и сте-
пень важности уделов, с другой.
Напротив, неделимая огкооцёуц могла допустить в своем лоне лишь
разделение функций, которые все одинаково жизнеспособны и в рав-
ной мерс освещены солнцем единственного императора.
Таким образом, не только Август, но н сам хронист осмысливает
"порядок" во вселенной в известном ему духе,— как бы разделяя ее на
уделы, рисуя вселенную, делящуюся и делимую, как "отчину" — патри-
мониальное владение — главное среди патримониальных владений, яв-
ляющихся результатом раздела, тем не менее юридическая реальность
"ойкумены" совершенно конкретна и понятна.
Подобный историко-логический образ действия не нов. В другом
месте10 мы подчеркивали, что в рассказе XV в* о падении Константа-
нополя автор — Нестор Искандер — употребляет термин, соответству-
ющий "народу" в смысле, известном правовой практике своего времени,
подразумевая глав свободных семей, которые в древних русских городах
имели право участвовать в вече.
Кажется, нечто подобное происходит и в "Сказании о князьях вла-
димирских" — "патримониальная" концепция "отчины" скрывает все-
ленский смысл "ойкумены" и придает идее юридическую реальность:
учесть наследственный раздел — от Августа До Пруса и вплоть до Рю-
рика и, наконец, после падения Константинополя, "грех ради наших"',
до князей владимирских и московских.
Однако возможно, что обращение к юридическому образцу, даже к
такому торжественному, как княжеский раздел, не придает священный
характер, необходимый для санкционирования рождения, по прочеству
Ездры, империи19. И здесь эпизод раздела вселенной "по благослове-
нию отца своего Ноя" вступает в силу.
Как уже говорилось, форма, в которой рассказан этот библейский
эпизод, делает его исключительным и значительным. В нем употребле-
ние предлога "по" и фразы "разделися вселенная на три части", где в
качестве предмета сюжета взята вселенная, а не три сына Ноя, как в
Повести временных лет (которая все же употребляет термин "земля",
менее отягощенный политическим смыслом и более ’"географический"
по характеру, чем термин "вселенная"), делает привлекательной гипоте-
зу, согласно которой вселенная делится в пользу Хама, Сима, Яфета,
по благословению отца, установившего таким образом "порядок" между
своими детьми, сделав Сима главой, Яфета его подчиненным, а Хама
— их рабом (Книга Бытия, 9, 10)
Даже если термин "ряд" и не содержится в отрывке, сходство между
тремя контекстами не может не быть более разительным. Оно настоль-
ко очевидно и точно, что могло бы рассматриваться,как настоящий
изоморфизм:
PH-------=>РА<=......РО
Диаграмма 1. Конвергентный путь образца раздела Ноем (PH), Оль-
гердом (РО), Августом (РА).
Подобный изоморфизм между тремя разделами, кажется, сводит во-
едино в действии Августа, с одной стороны, понятность наследственно-
го обычая, рассказанного в связи с разделом Ольгерда, и с другой сто-
роны, — сакральность действия Ноя. Фигурально это можно выразить
схемой — полукругом, где более поздний обычай, видимо, непосред-
ственно иди опосредованно дает форму промежуточному по хронологии
через посредство самого древнего и первоначального (диаграмма 2):
U----------------------о
PH-------=>РАе=--------1’0
Диаграмма 2. Полукруг — схема образца раздела Ольгерда (РО), Ав-
густа (РА), Ноя (PH) и Ноя Августу.
Таким образом, раздел Ольгерда является образцом для раздела Ав-
густа и Ноя в том виде, в котором тот в свою очередь может служить
элементом сакрализации рождения Римской империи.
То, что действительной входит в систему политических символов Ру-
си XVI в. — и, в частности, в рассказе хрониста “Сказания о князьях
Владимирских", — это то, что "вертикальная структура" политической
власти должна почитаться и что необходимо точно знать, кто кого дол-
жен слушаться. В этом контексте вселенная приобретает, с одной сто-
роны, масштаб очень конкретного пространства — наследственный
удел князя — а с другой стороны, пространный политико-религиозный
смысл — как тот, что содержится в термине "раздел” между сыновьями
Ноя, и в этом чрезвычайно неопределенном случае она способна
"расшириться" — как это происходит в речи Макария, обращенной к
Ивану IV, так и "сжиматься", когда того требуют политические или
дипломатических обстоятельства. Значение термина "царь", которое в
первоначальном греческом смысле сближается со значением термина
“вселенная", так же может претерпевать изменения.
Эта гипотеза, как это ни покажется парадоксальным, не умаляет
тенденциозное значение обоих терминов, но пытается объяснить, как
русский политический опыт, чрезвычайно отличный от восточноримс-
кого, создавшего эти термины, усваивал их, и .показывает, как подоб-
ный процесс усвоения вызвал некоторые несогласованности и сложно-
сти в идеологической борьбе. * * 3 * * * 7
Все сноски щ "Сказания о князьях Владимирских", содержащиеся в данной статье,
взяты из “Послания Спиридона-Саввы", опубликованного в сборнике "Идея Рима в Мос-
кве", подготовленного П.Каталано, В.Т.Пашуто, И.В.Синицыной, Я.И.Щаповым,
А.Н.Сахаровым, М.Капальдо, Дж.Бароне-Адези, М.Гардзанити, ДжДжираудо, Дж.
Маниакально Базиле, И.П.Збрициоло, Л. Ронки Де Микеяис. Рим,1989. Далее мы будем
указывать в тексте лишь номера страниц данного сборника.
Vodoff Нг. Semarques sur la valeur du terme “tsar" applique aux princes russes avant le mi-
lieu du XV-e siecle // Oxford Slavonic Papers N.S., 11 (1978). P.32. Giraudo G. Car Car-
stvo, et termes correlatifs dans les textes russes de deuxieme moltle du XVI siecle // Popoli в
spazjo romano fra diritto e profeiia. Napoli, 1986. P.545. В этих двух статьях представле-
на значительная библиография. О значении термина "философский" применительно к
истории см. Живов В.М., Успепский Б.А. Парь и Бог: Семиотические аспекты сакра-
лизации монарха в России // Языки, культура и проблемы переводимости. М..1988.
С.47-153.
3 Vodoff W. Remarques... Op. cit. P.39, и следующие.
* Suet. Aug. 101 e Dio. Cass., 56.33.1.
® Срезневский И.И. Материалы для словаря древнерусского языка. СПб.,1893. Слово
"въееленая".
® Лотман Ю.М. Проблема знака // Семиотические исследования.
7 "После потопа трое сыновей делят землю: Хам, Сим, Иафет" (ПСРЛ. СПб.,1862. Т.8.
C.J).
* Срезневский И.И. Материалы... Слово "по". С.980.7.
А
По этому пункту см. также Kadlec К. Introduction a I etude comparative de ITtistoire du
droit public des peoples slaves. P.,1933. P-143. Автор предлагает прочтение термина
“ряд', отличающееся от прочтения, предлагаемого в данной статье и сходное с про-
чтением А.СДъвова (Лексика Повести временных лет. М.;Л.Д950) и Д.Экаута
(Thesaurus des Institutions de I'Attcienne Rossie XI-XVIII. TAigle. Р.Д986. P.256-257. Автор
переводит его в виде ‘особого согласия^ как особый договор между1 князем и его наро-
дом. Даже, если Кодек допускает с самого /тачала в основном натра ионмальную нрнро-
176
ду принципата, основанного на "отчине", он признает, в конечном итоге, что взрослые
сыновья умершею князя будут гарантам единства государства (р.147). По этому пово-
ду см. также Vodoff Ж Contribution a I'bistoire du vocabuloin politique d la Russia
moscovite: remarques sur 1‘emplol du terms. “Отчина-вотчина" в кн. "Forschungen zur
osteurvpCiiscben" 24. 1978. P.21-38. Мы думаем частично не соглашаясь с этим автори-
тетным мнением, что ряд", по крайней мере в контексте, который мы анализируем,
лучше перевести словом 'порядок". После выборов притязания Августа на престол не
должны была основываться на договорах, но должны были создать патримониальную
иерархию, как это продемонстрируют следующие страницы текста.
1Л
Maniscalco Basile G. "Giustizfo" е "Pace" aile del poterv nella Rus в кн. Lldea de! prin-
cipe e !e origin! delpotere nella Rus'klevatta, Padova,1988. P.38, nota n.97.
Замечено, что историческая информация, сообщенная здесь хронистом, по большей
части не точна. Если в самом деле в 37 г. до н.з. Город возвел себя на престол Иеруса-
лима с комодью римской армии, та Египет, напротив, не имел монархов после Птоле-
мея и Клеопатры. Но хронист высказывает определенное знакомство, хоть и прибли-
зительное, о власти в Египте, даже если он называет "властодержцем" префекта
Александрии Напротив, даже в тексте он использует правильный титул (правильный
по л/еньшей мере с момента, когда Египет был объединен и трансформирован в "диоцез"
при Феодосии: "praefectus augustalis". Тогда on включает в состав посольства, посланно-
го Константином Мономахам Владимиру Всеволодовичу, августала Александрийского,
Несмотря на историческую недостоверность этого эпизода, в любам случае трудно в
этом не увидеть символическое и идеологическое значение для наследующей эпохи. Та-
кое же значение имеют фрески около окон Грановитой палаты или "гептархия" Авгус-
та (Август, два царя, два вметодержца, Пион и Прус). См. об этом: F. Kampfer. Das
Russisch Hemcherbild. Verlag Aurei Songers. Rechlinghausen 1978.
12
Neubauer H. Car und Selbsthemher. Beitmge zur Geschichte der Antokralle in RuRland,
Wiesbaden,1964. P.32.
Ostrogorsky G. Storla deH'impero bizantino. Torino, 1968. P.494-495; Ferhtga J. I conflnl
deli impero tomano d'Oriente: nozione e tealid, a km. Popoli e spazio romano fra diritto e pro-
fezia. p.378.; Lancioni F. Lo spazio romano nella fermmoiogia giun'dica delle fonli giustinia-
nee in lingua latona, в кн. Popoli e spazio romano P.351-363.
4 Ferluga J. Op. cit. P.378.
1^ Eus^be de Cisarie Eis Konstantinon Triakonlaeterikos, в кн. Eusebius Wette ped. L
fieitei. Leipzig, 1902.
Сергеевич Л Указ. соч. С 30 и след.
'7 Там .же. С. 13 и след.
1Я
Maniscalco Basile G. П termine "popola" nella Forest о Car'grade: una ipotesi di inlerpre-
tazlonc, в кн. La nozione di "romano" tra ci/tudinanza e univenalita. Napoli, 1984. P.S23-
527.
177
19 Н Ezdni, 11,12.
178
JJ, Ронки де-Макичи
ИДЕЯ МОСКВЫ - ТРЕТЬЕГО РИМА В ПОВЕСТИ О НАЧАЛЕ
МОСКВЫ"
Хронологические рамки, поставленные в этом семинаре самой зада-
чей анализа возникновения, развития и угасания идеи Москвы — Тре-
тьего Рима ограничиваются XVII веком. Таков и тезис, разделяемый
советской историографией, и такой вывод был сделан во время изуче-
ния проблемы профессором Пашуто при первой из наших встреч: с из-
менениями внутри господствующего класса 'взаимоотношений между
светскими и духовными слоями, с превращением истории в науку и с
включением России в этот общий для всей Европы процесс секуляриза-
ции... идея изменилась... и можно предположить (вместе с А.Гольдбер-
гом), что ее существование в качестве историке-политического понятия
прекратилось в XVII в."1
Среди позднейших примеров использования этой идеи, которая, по
его мнению, постепенно приобрела "историографический характер',
В.Т.Пашуто называет “Повесть о Зачале Москвы"2 .
Впервые замеченная В-Н.Татишевым ("о стросниу Москвы в рас-
кольничьем манускрипте точно как здесь напнеанно”)3. "Повесть о за-
чале Москвы" была более пространно рассмотрена Н.М.Карамзиным,
который считал се бесполезной для историка, но достойной внимания:
"Сия повесть сочинена в новейший времена и содержит в себе явныя
ошибки... но вероятно что сия сказка основана на древнем истинном
предании, по которому Юрий или Георгий расстроил Москву"4 .
Характеристика “Повести о зачале царствуюшаго великого града
Москвы како исперва зачашиа” (таково название, переданное в более
позднем источнике)® была дана С К.Шамбинаго, который впервые
проанализировал повесть в 1936 г. и назвал ее "Хронографической пове-
стью", дабы выделить ее среди других соответствующих разным тради-
циям текстов об основании города. В отличие от этих текстов, которые
К.С.Шамбинаго охарактеризовал как "новелла'' и “сказка"6, "Повесть"
строится по образцу хроники и повествование следует строго хроноло-
гическому порядку с 6663 г, когда "по представлении благоверного царя
и великого князя Владимира Всеволодича Мономаха, ссде на великом
княжении в Киеве сын его князь Юрий Владимирович Манамас"7 , и
1?9
кончается смертью великого князя Ивана Даниловича Калиты, который
был похоронен в Москве 31 марта 6819 г.®
Повесть не начинается непосредственно ни с исторического рассказа
(как новелла), ни с описания богатств боярина Кучки (как сказка), но
со специального вступления (пролога). Отныне и во всяком случае
вплоть до XVIII в., как недавно подчеркивали Д.С.Лихачев* и Р.Пик-
кио1* , основополагающей частью текста Повести и был пролог в связи
с той особой целью, которую ставили перед собой писатели.
"Образный язык православных славянских писателей, — пишет
Р.Пиккио, — предназначался лишь для того, чтобы передать правдивые
сообщения... Не предполагалось, что кто-либо будет употреблять лжи-
вые словесные символы, чтобы выразить истинные идеи, но считалось
позволительным комбинировать различные словесные символы — при
этом каждый из них должен был передавать правдивые сообщения, да-
бы обогатить их и даже сделать еще правдивее", тем самым создавалась
"сложная система образных средств, зависящих от чрезвычайно извра-
щенной концепции правдивого слова как наилучшего носителя значе-
ния"11 . Смысл этой работы однако не мог быть понят сразу, и в этих
целях автор в начале текста помещал ключ к чтению, в котором в об-
щем цитировались отрывки из библии и других авторитетных текстов,
чтобы позволить преодолеть барьер между "спиритуальным" и "литера-
турным" значениями произведения. Читателю предлагали обратиться к
первоначальному и "более высокому" значению цитируемых слов в свя-
щенном контексте так, чтобы он имел возможность дать свое толкова-
ние и тому смыслу, который он собирался постичь в соответствии с
этим "более высоким" значением11 
Можно ли различить в кратчайшем прологе "Повести о зачале Моск-
вы" явные признаки, которые позволяют четко отличить этот "более вы-
сокий смысл", составлявший ядро Повести? Нам кажется, что это воз-
можно.
В прологе легко различаются части: а) буквальное цитирование
письма монаха Филофея, который на основе пророческих книг рисует
великое назначение Русской империи: "Вся убо христианская царства в
конец приидоша и снидочашася во едино царство нашего государя по
пророческим книгам, то есть российское царство; два убо Рима падоша,
третий же стоит, а четвертому не быта"13 б) мимолетный иамек на
светский момент, общий для основания трех городов (Рим, Царьград,
Москва): "Поистинне же сей град именуется третий Рим, понеже и над
сим бысть в зачале то же знамение, яко же над первым и вторым, аще и
180
различно суть, но едино кровопролитие"14. в) удивительный и неправ-
доподобный рост могущества Москвы, неожиданный и выходящий за
пределы обычного. "Кто убо чая или слыша когда, яко Москве-граду
царством слыти и многими царствами и странами обладали"?15 ; г) при-
знание того, что все происшедшее — творение руки Бога: "И сии убо
немощи» человеческою обложены и суть, не разумейте те силы бо-
жии, ни пророческих писаний, яко всемощен Бог и от несушаго в су-
щее привести яко же искони и вселенную"16,
Отрывок, который на первый взгляд мог бы казаться неопределен-
ным повторением суждения, встречающегося как в Ветхом, так и в Но-
вом Завете, заканчивается, напротив, точной библейской цитатой (ранее
не отмечавшейся) из "Послания к римлянам", где Павел говорит о про-
блеме веры-справедливости и вспоминает об избрании Авраама И о силе
его веры, ради которой он был готов поверить во все обещания Бога,
даже противоречащие очевидным для человека фактам. В "Послании к
римлянам" (4, 17) мы действительно читаем: ‘'прямо ему же верова Бога
животворящему мертвы а, и нарииакшу несуща яко сушия”17 (цит. по
изданию Библии 1663 г., в котором воспроизводится Острожское изда-
ние 1581). Здесь, используя разработанные Р.Пиккио параметры1*, мы,
как нам кажется, можем выяснить ключ к чтению "Повести о зачале
Москвы". Устанавленная таким образом путеводная нить тесно связыва-
ет заключительный отрывок с другими разделами пролога, дополняя его
и обогащая новыми смыслами. Если первые две части (а и б) устанав-
ливают последовательность Рим-Царьград-Москва, то 3 и 4 части (в и г)
ставят подобную последовательность в конкретный теологический кон-
текст, значительный и существеннозначимый, контекст выбора-
призвания1* . Бог совершает положительный выбор, немотивируемый и
непредсказуемый, который даже разрушает иерархию и предвидение че-
ловека ("кто убо чая или слыша, когда...") выбор, вменяющий обязан-
ность, а не привилегию, и который требует, как и от Авраама, первого
из избранных ( н в следующем затем повествовании имеется в виду
именно это продемонстрировать), безоговорочной веры в Него.
Рим и Константинополь Бога забыли и были разрушены. Филофей
напоминает об этом и утверждает что "третий же стоит, а четвертому ие
быти" и рассматривает Москву — Третий Рим не как вечный, а как
последний. После него осуществится царство Христово, в его истории
будет постигнут божественный план и вся человеческая история20. Для
краткости я не буду останавливаться на этом, отсылая к выступлению
Чезаре де Микелиса на семинаре 1983 г., но прочтение в этом ключе
181
некоторых сведений, сообщаемых Филофеем, в частности, описания
окрестностей Москвы, придаст первостепенное значение нс территори-
альной мощи города, а миссии, которая ему назначена, функции, кото-
рую он должен выполнить, вере, которую он должен защищать и сохра-
нять. Исследование "более высокого значения" (употребляя выражение
Пиккио) или истинных намерений составителя рассказа может дать не-
которые полезные указания для того чтобы лучше проанализировать
обстоятельства сочинения произведения и времид ею написания.
Поднимая проблему датировки текста, М.Н Тихомиров, Л.Н.Пушка-
рев и М. А. Сал мина заострили свое внимание на прологе и поставили в
центр своих рассуждений восхваление достигшего невероятной мощи
города, но пришли к разным выводам11. С.К.Шамбинаго, который
склонялся к тому, чтобы связать авторскую редакцию Повести с "жела-
нием противопоставить иноземным гипотезам южных хроник свои
объяснения происхождения стального города , — единственный ис-
торик, размышлявший о том, что во второй половине XVH в. против-
ники никоновских реформ часто употребляли произведения старца Фи-
лофея.
Нет смысла упоминать на этом заседании о том, что теория "Москва
— Третий Рим" заключала в себе как бы две идеи — идею избранного
народа и идею наследования царств. И если процесс обособления Мос-
квы в качестве центра православия на русской земле происходил посте-
пенно и, равиомерно продвигаясь вперед, привел к превращению Мос-
квы в политический центр23, то импульс к тому, чтобы превратить
центр русского православия в центр мирового православия появился
лишь после уступки греческой церкви на Флорентийском соборе и пос-
ле турецкого завоевания Царьграда — событий, которые постигались
людьми XV в. в духе их собственных убеждений и в атмосфере ожида-
ния тысячного года.
Наступление VJI тысячелетия ознаменовалось появлением ожидае-
мых примет и, казалось, указывало на то, что времена Бога еще не кон-
чились, что задача верующих не была еще исчерпана и что
"благочестивый царь, един... во всей поднебесной христионам царь"24
продолжал оставаться хранителем, поручителем и главой истинных хри-
стиан. В середине XVH в. преобразования патриарха Никона и жесто-
кие преследования множества людей, которые отвергали эти преобразо-
вания, породили во многих верующих убеждение в том, что они пере-
живают последние дни и что они снова должны совершить свой выбор.
В призывах к возвращению к традициям, которые, как надеялись рас-
182
кольиики. послужили бы делу восстановления единства православных
христиан, есть ясная и прямая ссылка на божественное избрание Моск-
вы и воспоминание о судьбе Первого н Второго Рима. Речь идет о ко-
ротком периоде, упомянутом в начале 70-х годов XVJI в.25, но которая
имеет еще более раннюю точку отсчета - 1666 г. — год, в котором еше
ожидали уже откладывавшийся конец света и страшный суд, что доку-
ментально подтверждено в ценном исследовании Н.С.Гурьяновой, где
отмечается, что после смерти Алексея Михайловича разрыв между ере-
тиками и церковью все время углублялся, приобретая необратимый ха-
рактер16 . Идея русского мессианства, продолжавшая существовать в
народе, трактовалась по-разному и давала жизнь богатой и интересней-
шей эсхатологической литературе, в которой говорилось, что даже Тре-
тий Рим пал и что в Москве отныне правит Антихрист17 .
Итак, в письме первых раскольников утверждается, что идея Москвы
— Третьего Рима могла быть в первозданной форме возрождена сейчас
в последний раз. Именно в этой обстановке и приблизительно в то же
время, когда была создана проанализированная Сальминой рукопись
(!647 г.), и была, как нам кажется, .создана "Повесть о зачале Москвы",
являющаяся, может быть, переработкой более древнего списка (как это
предположил Карамзин), автор которой поставил ясную цель вспомнить
об особой миссии Москвы — сердца не только всей русской земли, но
и всего христианства.
1 PaSato К Т. Mosca - Тста Roma (Stariografia e bibiiografia: Roma, Conslantinopoli, Mosca.
Ediziwii Sciefttifiche /taliane. №tpoliHQ&3. P.459t464t469.
% Там же. P.46$.
Femifuw Л.Я. История Российская. M.J77X T.11L CA78.
Карамзин M.H. История государства Российского. СПб J842t Т.Н. Стб.125-127.
с
Carwuxa Понести о начале Москвы. М.,№64.
Шам&инаю СК. Повести и начале Москвы /7 Труды отдела древнерусской
яопершпуры. Л ,19J6. С.69
CutM/iutr ЛЛЛ- сон. С. 175.
и
0 ши .«егме ебрываютл самая древняя рукопись (ГИМ. Собр. Синод, б^ки, в.964);
другие свидетельства, напротив, проба?;ясаюм повествование (ср. Салмане М.А. Указ,
соч. С185 и сл).
Q
Лихачев Д,С. Раиттце русской ллтературы X-XI71 вв Л ,1973.
W Pict-itio R. Lcveto of meaning in Old Russian LiteraltHC. Kiev,1983.
TJm .тле 5Х‘йз. C.364-365
Тачг Же Jfajj, соч, C 366
Салмана ЯДЛ J-wj. соч. CP?"?
IX)
14 Там же. С. 174.
Там же.
14 Там же. С.174-175.
Мы цитируем издание Острожской Библии (фототипическое переиздание текста с
издания 1581 г.). М.-Л.,1988.
II
*ДОк|Л1/ тематический ключ можно определить по четким риторико-композиционным
принципам. В самом деле, мы походим его в структурно выделяемой части, в начале из-
ложения или истинного и непосредственного повествования. Если изложение -
повествование начинается в начале текста, то ключ к теме мы найдем сразу же в
первых строках. Если, напротив, текст открывается введением какой-либо формы или
пояснением, та ключ к теме будет находиться после этой первой части и перед
изложением-повествоанием". (Picchio R. L'ombra di Achab e Giosafat suilimpresa di Igor
e Vsevolod, in Dalia forma allo spirilo, scriui In onore di Nina Kauchlschisehwili a сига di R.
Casari, U.Persi, G.P Pirvno Milano,1989. P.162; см. также Picchio R. The function of Bib-
lical Thematic Clues In lhe Literary Code of Slavia Ortkodoxa, In "S/avico-NieroSofymitano".
1977. P.1-31.
19
Ср. "Второзаконие" 7, 7-8 и др.; "Послание к коринфянам" 1, 26 и сл.; а также
"Послание к римлянам" 4, 16-21. Ср. об этом же: Lys D. Trel& enigmes de I'Ancien Tes-
tament. P. 1988; подобная связь рассматривалась некоторыми докладчиками как
характерная черта жанра на недавнем семинаре, посвященном теме “избрания".
"Отрывок, в котором обращаются к понятию избрания, не является теологией в узком
смысле этого слова, но это вводные слова, увещевания (...). Не случайно в контексте
речи об избрании всегда говорится об определенном поведении и позиции, которую
обосновывает ссылка на особое установление Богам отношений между ним и своим
народом. В частности две из них: “подчинение вале Божьей и надежда". Garrone 2?.
L elezione di Israele nelia Bibbia ebraica. "Gioventu Evangelica". XXXIX, 12D. Dicembre 1989.
С.5; ср. также: Miegge M. Una categoric politicamenie eversiva. Там же. С.20.
Об этом ср. De Michelis C.G, Origine e interpretation? delta "Tenus Roma’ in Fitefe)
(1523), в kh, Popoli e spa&o romano tea dteifto e prnfezia, Edition! Scientlficlie Italians, Na-
poli, 1986, P. 521-527.
2]
Пиамиров M.H. Сказания о начале Москвы, // “Исторические записки". XXXII.
С.233-241; Пушкарев Л.Н. Повесть о зачале Москвы. // "Материалы по истории
СССР". 11. Совмина М.А. Повести... Там же. Тихомиров причисляет “Повесть" к
произведениям политической литературы XVI в. и полагает, что она была написана во
2 пол. века, во время конфликта с Польшей; Пушкарев считает, что время ее
возникновения - сер. XVI в., связывая "Повесть" с тенденциозным публицистической
литературой, утверждающей право Москвы господствовать под всеми русскими
землями; Салмина, хотя и принимая некоторые из наблюдений Пушкарева, не разделяет
его выводы и связывает эмоциональное описание величия Москвы и всемогущества Бога
184
f периодом смут, который был счастливым образом преодолен: по его мнению,
"Ловесть следует отнести ко 2'й четверти ХУЛ в
22
131амбинаго С. К, Повести . С 76; Он ссылается на гнллте?;*, которая базируется на
случайно» мето-ковании 1650, согласно которой пазвапт: А/штод лродгнчЬйт от мини
ДЛчосй - uiecmwo сына Яфета,
23
Кириллов подчеркивал, что в удельной Руси религиозными центрами были соборы
наиболее значительных городов: в процессе централизации, напротив, ача становятся
город Москва tr Усленскин собор, иконостас которого состоит ат делн, л/юисхгиЭяьии.г
аз веек ранее существовавших княжеств (Кириллов И. Третий Рим. М„!914 С16).
Филофей. Послание к великому князю Василию в нем же о исправлении крестного
знамения м о содомском блуде, - Памятники литературы древней Руси (к, ХУ - Ли лл?
хгш лмж с436.
Особое значение имеют в этом смысле два текста, оба изданные в Москве:
"Кириллова книга" (1644) и “Книга о вере* (1648). Си. также1 Бубнов Н.Ю, Источники
по истории формирования идеологии раннего старообрядчества. Л., 1975 /ди с панд, ист.
наук).
2fi
Гурьянова Н.С» Крестьянский антимонархический протест в старообрадческой
эсхатологической литературе периода позднего феодашзма Новосибирск, 1988. С. 19 20.
27
Из исследования Н Гурьяновой, посвященного текстам XYIH в. ясно, как теория Мос-
квы - Третьего Рима продолжала оставаться основано загающей в сочилснняк старове^
ров еще в течение КПП в., она поя&мсшсь то как ссызкл, служащая отправной точ*
кой, то в пространной и детальной редакции с обильным цитатами из источников
(Гурьянова Н.С. Крестьянский антцчонаркмческий протест... С. 17-30).
135
В. А. Кучкин, Б. Н. Флоря
КНЯЖЕСКАЯ ВЛАСТЬ В ПРЕДСТАВЛЕНИЯХ ТВЕРСКИХ
КНИЖНИКОВ X1V -XV вв
Воззрения древнерусских публицистов на происхождение и функ-
ции княжеской власти неоднократно служили предметом научных изы-
сканий. Первоначальна исследовательские интересы ограничивались
выяснением того, какова была та теоретическая основа, на которой
строило свои идейные доктрины и политическую практику московское
самодержавие. С течением времени интересы значительно расшири-
лись. Появились работы, анализировавшие представления о княжеской
власти в домонгольской Руси и в княжествах Северо-Восточной Руси
послемонгольского времени. Обсуждалось, что в этих представлениях
было оригинального, порождено особенностями развития древнерус-
ских политических систем, а что было заимствовано из привнесенных
светских и церковных трактатов, в особенности - византийских.
Говоря о развитии представлений о княжеской власти в северо-
восточных русских княжествах X1V-XV вв., следует иметь в виду, что
сохранность источников позволяет ставить такую проблему только в от-
ношении Московского и Тверского княжеств. Материалы по другим
княжествам или единичны, или отсутствуют вовсе. Идеи московских
или промосковских публицистов, возвеличивавших князей той динас-
тии, которая стала господствующей, изучены достаточно полно, хотя и
здесь работа отнюдь не закончена. Менее исследованы в этом отноше-
нии памятники Тверского княжества, несмотря на появление в послед-
ние 20-30 лет нескольких специальных работ, в которых были подверг-
нуты анализу представления о княжеской власти тверских книжников .
Важность изучения таких представлений заключается в том, что выяв-
ляются данные, позволяющие судить о форме и характере верховной
власти в одном из крупных государственных образований средневе-
ковой Руси. Такие данные в сопоставлении с фактами, касающимися
Московского княжества, помогают понять, как и в каком направлении
эволюционировала высшая власть в русских землях перед созданием
единого Русского государства, как менялись характеристики и оценки
этой власти в средневековом обществе.
186
Тверская публицистика XIV-XV вв. сосредотачивается преиму-
щественно вокруг трех деятелей тверской истории: великих князей Ми-
хаила Ярославича (1271-1318), Михаила Александровича (1333-1399) и
Бориса Александровича (год рождения неизвестен, на тверском велико-
княжеском столе с конца 1425 по год смерти в 1461 г.). Тверские книж-
ники творили в такое время, когда русские земли находились под влас-
тью Золотой Орды. Поэтому проблема отношения к иноземному гос-
подству, без ликвидации которого нельзя говорить о суверенной власти
русских князей, является главнейшей в изучении тверской публици-
стики указанного времени. Вторая проблема - это взаимо- или разно-
действие власти тверского князя с властью князей других русских кня-
жеств. Третья - соотношение власти тверского великого князя и иных
князей тверской династии. Четвертая - проявление власти тверского
князя по отношению к церкви, вассалам, зависимому населению. Эти
четыре аспекта представлений о княжеской власти по-разному прелом-
лялись в писаниях тверских книжников XIV-XV вв.
Целая система рассуждений о княжеской власти обнаруживается
в одном из самых ранних памятников тверской литературы - "Повести
о смерти в Орде Михаила Ярославича Тверского", написанной в 1319-
1320 гт.1 Этот тверской князь, будучи в 1305-1317 гг. великим князем
владимирским, т.е. номинально главой князей Северо-Восточной Руси,
в 1318 г. был казнен в Орде по приказу хана Узбека из-за того сопро-
тивления, которое он оказал назначенному монголо-татарами новому
владимирскому великому князю Юрию Даниловичу Московскому.
Казнь тверского князя в результате борьбы за главенство среди русских
князей заострила внимание автора "Повести" на вопросах, связанных с
соотношением чужеземной ханской власти и местной княжеской, пре-
рогативами великого князя н правами остальных русских князей, отно-
шением князя к другим слоям населения.
Автор "Повести" признавал, что верховная власть над русскими
княжествами в его время принадлежала ордынскому хану. В "Повести"
хан Узбек и его предшественники постоянно титулуются "царями". Кос-
венно, цитатой нз книги пророка Даниила (Ш, 32) автор "Повести"
указывал на божественное происхождение власти Узбека. Ханское вер-
ховенство над Русью не носило в "Повести" отвлеченного характера. В
памятнике подчеркивалось, что только от ханской власти зависело ут-
верждение московского кшня па владимирском великокняжеском его-
IS7
ле. Михаил в "Повести" обращается со следующими словами к своему
сопернику, московскому князю Юрию: "Брате, аже тебе дал царь кня-
жение великое, то и азь отступлю тебЕ княжения..." . На первом
состоявшемся в Орде суде над Михаилом ему ханскими судьями было
предъявлено обвинение: "Многы дани поималъ еси на городЕ наших, а
царю не даль еси" . Признание, быть может, и косвенное русских го-
родов, с которых должен был собирать ордынскую дань великий князь
Михаил, “их" городами, ясно свидетельствует о том, что автор тверской
"Повести" вполне отчетливо осознавал факт реального верховного гос-
подства над русскими городами ордынской власти.
Но эта ханская впасть над русскими землями расценивалась в
"Повести" не как божественное благоволение, а как господнее наказа-
ние за грехи русских дюдей и главный из них - междоусобную борьбу
за "грады и власть". Исправление грехов должно было, по мысли
средневекового книжника, повлечь за собой и прекращение небесного
гнева, следовательно, привести к концу господства иноплеменников и
окончанию власти "законопреступного" царя, как характеризовался в
"Повести" Узбек*. Русская история тогда еще не знала случаев ликви-
дации власти неправедных чужеземных правителей. Но история Рима
была богата примерами установления власти над другими народами, а
история Византии давала случаи правления неправедных властителей,
временно занимавших императорский трон. И тверской книжник вос-
пользовался примерами из римской и византийской историй для показа
того, что не только Русь испытывала иноземное господство и для дока-
зательства временного характера власти ордынского хана: "Егда бо гос-
подь Титу Иерусалимъ предашь, не Тита любя, но Иерусалима казня.
И пакы: егда ФоцЕ Царьград пре да, не Фоню любя, но Парьград казня
за людская прегрешения. Еже и си нас дЕля бысть за наша съгрЕ-
шения .
Итак, избавление от "согрешений’-междоусобиц должно было из-
бавить Русь и от власти ордынского хана . Кто же тогда должен был
главенствовать в русских землях? Тверской книжник осуждал такие
междоусобия, когда "восхищал" "имЕния сыпь подо отцемъ, брат мень-
ший под старЕшимъ братомь"*, т.с.и когда младшие князья боролись
против старших князей, в том числе и против великого князя влади-
мирского. Последний же, по мысли автора "Повести", должен был
стоять во главе русских князей. Из-за опасения возможных репрессив-
188
ных последствий автор "Повести" не титуловал Михаила Ярославича
царем, но его владения называл царством (Михаил "свое царство у ywfc-
ты вменивъ, остави"), а власть - царствующей (“а прежя тя слышахом
царствуюшаго во своей земли") . Прямое титулование в "Повести" ца-
рем ордынского хана и косвенное - великого князя владимирского под-
сказывает, кого хотел видеть тверской книжник во главе русских кня-
зей в случае освобождения от ордынского господства. Это - великий
князь владимирский, которому должны были подчиняться остальные
русские князья. Причем именно подчиняться, а не быть в брагском
единении, как считалн публицисты домонгольского времени. Вполне
вероятно, что автор "Повести" представлял себе власть великого князя
как определенный слепок с власти хана, т.е. усиление великокняжеских
прерогатив в области финансов (сбор дани с русских городов), военно-
го дела (ликвидация междоусобий) и дипломатии . Носителем же ти-
тула великого князя владимирского мог быть, по мнению тверского
книжника, только такой князь, который был старшим среди остальных
Рюриковичей по нормам русского княжого права. А всеми правовыми
нормами обладал, согласно "Повести", единственный Рюрикович -
тверской князь Михаил Ярославич. Он должен был владеть владимир-
ским великокняжеским столом и по номинации (согласно завещанию
предшественника), и на основании старейшинства среди русских кня-
зей, и в силу отчинности владения (отец и дед Михаила Ярослав Яро-
славич и Ярослав Всеволодович были великнми князьями владимир-
скими)" . Исконность прав других русских князей на владимирский
стол не признавалась.
Менее выпукло показано в "Повести" отношение князя к своим
вассалам и подданным. Тверской книжник подчеркнул такую черту
Михаила, как его постоянные советы с епископом, князьями, боярами
и дружиной; желание князя защитить население своего княжества, ко-
торое мучили и губили его враги, обезопасить людей от возможных
последующих карательных экспедиций Орды; заботу Михаила о наслед-
12
никах, боярах и "до меньших, иже с нимъ были" . Все эти обязанности
князя как правителя за единственным исключением были традицион-
ными. О необходимости советоваться с боярами, заботиться о них и да-
же о смердах, защищать мечем свою отчину много писали и древнерус-
ские публицисты Х1-ХП вв. Но такая раскрываемая в "Повести" черта
княжеской деятельности, как предложение себя в жертву за неосущест-
вление репрессий в отношении населения собственного княжества яв-
189
лилась, безусловно, новой. Она была порождена реальностями инозем-
ного ига, когда неповиновение ордынскому хану приводило к опусто-
шению монго.io-татарами владений непокорного князя, убийству и
продаже в рабство населения, изгнанию или гибели самого князя и его
семьи” . Таким образом, в тверском памятнике конца 10-х годов XIV в.
был поставлен вопрос о владимирской великокняжеской власти как
альтернативе власти хана, о подчинении, видимо, добровольном, вели-
кому князю владимирскому князей других Княжеств, об обязанностях
княжеской власти по отношению к нижестоящим категориям населе-
ния. Вопрос о взаимоотношениях князя со своими родственниками -
представителями той же династии - в "Повести" не рассматривался,
поскольку в Тверском княжестве в ту пору не было иных владетельных
князей, кроме Михаила Ярославича и его семьи.
Другим существенным вопросом, поднятым в тверской публици-
стике начала XIV., был вопрос о взаимоотношениях великокняжеской
и церковной властей. Стремление Михаила Ярославича подчинить сво-
им политическим задачам общерусский церковный центр - митропо-
личью кафедру - факт общеизвестный. В этой борьбе великого князя
поддерживала часть духовенства, в том числе тверского, обосновывав-
шая притязания Михаила на руководство церковью аргументами, заим-
ствованными из византийской политической доктрины. Первое в исто-
рии Твери явное обращение к византийским политическим идеям уже
довольно давно привлекло к себе внимание ученых. Это - известные
слова из "Написания" 1312-1315 гг. Акиндина, монаха тверского Огроча
монастыря, великому князю Михаилу Ярославичу: "Царь еси, господи-
14
не княже, въ своей земли" . Таким доводом Акиндин обосновывал
право великого князя привлечения К ответственности обвиненного в
симонии главу общерусской церкви - митрополита Петра. Использова-
ние этой формулы тверским книжником говорит не только о уподобле-
нии власти великого князя власти императора в пределах его страны,
но и о знании прерогатив этой власти, конкретно - прерогативы на
опеку и руководство церковью, наконец, о сознательном стремлении
расширить прерогативы великокняжеской власти путем усвоения ею
прав, присущих императору. Именно как лицо, наделенное такими
прерогативами, великий князь мог привлечь к ответственности митро-
полита. Поскольку речь шла о митрополите - главе общерусской церк-
ви, то мы имеем дело с сознательной попыткой усилить власть зверско-
190
го князя Михаила Ярославина в пределах всего великого княжения
Владимирского. Неслучайно в начальной формуле "Написания" Миха-
ил был назван “честным самодержцем рускаго настолования"". Упот-
ребление эпитета "самодержец" также сближало положение великого
князя с положением императора. Следует согласиться с тем, что заявле-
ние о верховенстве Михаила "в своей земли" было продиктовано специ-
фическими интересами тверского духовенства И находилось в связи с
проводившимися тверскими клириками работами по созданию собра-
ния канонических текстов "Власфимия, рекше хула на еретики"17. Од-
нако в политических условиях начала XIV в. такая рецепция элементов
византийской доктрины явно должна была способствовать консолида-
ции Северо-Восточной Руси под эгидой тверских князей. Тем не ме-
нее, в реальность данная идея так и не воплотилась, а в последующее
время в связи с утратой тверскими князьями первенствующей полити-
ческой роли на русском Северо-Востоке она не получила развитая и в
тверской публицистике.
Несколько в ином ракурсе представлена княжеская власть в тру-
дах тверских публицистов конца XIV - первой половины XV в., описы-
вавших время великого князя Михаила Александровича. Это был пос-
ледний тверской князь, который, с помощью военных и дипломатиче-
ских мер усиливая свою власть внутри княжества, боролся за стол вели-
кого княжения Владимирского. Первые 10 лет его правления в Твери
прошли почти в беспрерывных войнах с соперником - московским
князем и закончились полным поражением в 1375 г. В 1383 г., восполь-
зовавшись ослаблением Дмитрия Московского в результате нашествия
в 1382 г. Токтамыша, Михаил Александрович сделал последнюю по-
пытку получить в Орде ярлык на владимирское княжение. Попытка не
удалась, хотя тверской князь сумел, видимо, добиться присоединения к
своим владениям Кашина". После этого Михаил Александрович уже
нс пытался соперничать с Москвой, военные же действия между двумя
княжествами прекратились с 1375 г. Почти четверть века, до своей сме-
рти в 1399 г., Михаил Александрович прокняжил мирно. Все эти об-
стоятельства наложили свой отпечаток иа оценки властвования твер-
ского князя, приведенные в рассказе о его смерти Рогожского летопис-
ца, составленном в конце XIV - 40-х годах XV в., и написанном по за-
данию тверского великого князя Бориса Александровича "Предисловии
л4тописпа княжения Тферскаго".
191
По представлениям автора "Предисловия", власть Михаила Алек-
сандровича была божественного происхождения: он "милостию божиею
бысть великый князь Тверским и всеа богомъ порученыа ему области
Тверского насталования"1’  Власть эта провозглашалась самодержавной
("Михаила реку великого самодрьжца"20), т.е. независимой от других
представителей тверской династии, от великого князя владимирского и
от ордынского хана, хотя на самом деле княжение Михаила Александ-
ровича в Твери санкционировалось ханской властью и закреплялось до-
говорами тверского князя с великим князем московским, ставшим пре-
емником власти великого князя владимирского21. Иное положение
Михаила Александровича по сравнению с положением его деда Михаи-
ла Ярославича, владевшего и Тверью, и Владимиром, приводило к
тому, что в тверской публицистике конца XIV - первой половины XV в.
уже не ставились вопросы о соотношении власти князя и власти хана,
власти великого князя н ’ власти иных русских князей. Хотя отзвук
борьбы Михаила Александровича за великое княжество Владимирское
в тверских писаниях сохранился: в "Предисловии" указывалось, что
предки Михаила, в том числе его отец Александр И дед Михаил ”вла-
д-Ьяше землю Рускую”, под которой разумелись Владимир, Новгород
Великий, Новгород Нижний И обширные пространства "до моря Ва-
22
ряжского... даже и до моря Печерскаго" . Тем самым подчеркивались
вотчинные права Михаила Александровича на всю Русскую землю, но
дело и ограничивалось таким высказанным намеком. Реальность же
заключалась в том, что большею частью Русской земли владел
московский князь, а власть Михаила Александровича распространялась
_	гз
только на Тверское княжество .
Эту власть князь Михаил получил в результате борьбы с занимав-
шим тверской стол его дядей Василием Михайловичем Кашинским24.
Автор же "Предисловия" старался обосновать права Михаила Алексавд-
роаича на Тверское княжение Тем, Что он "сгаршаго ти (т.е. Василия
Михайловича) брата сынъ’ . Михаил был четверням сыном Александ-
ра Михайловича и стал единственным его наследником, когда к сере-
дине февраля 1365 г. умерли все его братья . Следовательно, по мысли
тверского книжника XV в. власть тверского великого князя должна бы-
ла основываться на порядке старшинства в династии, причем старшин-
ство должно было передаваться не по боковой линии (от брата к бра-
192
ту), а по нисходящей, что, кстати говоря, было четко продемонстри-
ровано самим Михаилом Александровичем в своем завещании
Внутри княжества власти великого князя обязаны подчиняться
все, в том числе князья и бояре, которым великим князем давались
различные приказы и поручения: "орочиимь же княземъ и бояромъ и
вскмъ людсмъ, ждущемъ и хотяшемъ прииги къ нему обычнаго град-
скаго ради оуправлениа, и уже не пове.тЬ никому же внити къ соб-Ь" .
Людям собственного княжества великий князь должен внушать страх:
"предь нимъ никто же не см±я что рещи, бояху бо ся его, яко 6i мужь
„S
страшенъ... .
Но данная князю грозная власть связывалась и с определенными
обязанностями. Князь должен был заботиться о "земском справле-
нни , которое в общем виде выражалось в том, что его княжество ста-
новилось бы "вс-Ьми благыми кипяшу"31, преисполнены были бы "люди
земля его веселил и богзтьства’*1. Такие результаты могли быть достиг-
нуты, по мысли тверских книжников, если княжеская власть станови-
лась военным и дипломатическим защитником населения княжества от
угрозы вооруженных нападений (Михаил "великыи стражу Тф-Ьрскаго
града, иже тако всегда стрегыи, яко же орелъ гн'кздо свое", "колико му-
жества на земли храбрости показа", он познал божественное желание
"свободны люди своя оть великыя нужа иноплсменникъ", "велику сый
33
храбрость показа многу", "миръ глубокъ нм4я Къ всЬмь странамъ”) ,
Кроме того, власть князя должна была проявляться в разумной, с точки
зрения людей X1V-XV вв., социальной политике: материальном обеспе-
чении боярских родов ("вся, елико им-каше, и симъ подавь родомь ва-
шимъ, дружиni своей")*4, заступничестве за обижаемых от сильных
мира сего (“обидсмыя оть насильствоуемыихъ, яко отець, заступа-
ше“)И, милостивом отношении к маломощным и увечным ("милостивъ
бываше ко убозымъ и маломошнымъ", 'много имкниа ереомъ же и ма-
ломошнымъ раздавайте ) , попечения о церкви, которое выражалось
не только в материальной поддержке "иереев", и в заботе о церковном
строительстве в княжестве и денежной помощи константинопольской
з?
патриархии ,
Все эти черты заботящейся о "земском спраалении" княжеской
вдастн были традиционными, на них неоднократно указывали публи-
цисты домонгольской Руси, тверские книжники конца XIV-XV в. лишь
по-своему повторяли уже известное. Но в их рассуждениях о внутрен-
193
них функциях княжеской власти было и нечто оригинальное. Михаилу
Александровичу ставилось в особую заслугу то обстоятельство, что он
"люди бешислено сладив и благочинно собра и грады Тф±рьскыя
утверди", причем такие люди стекались в Тверь из других центров Твер-
ского княжества и даже из других земель: "вси сынове Тверстии прила-
гахуся къ нему и храбри служаху ему", ''зТлно мнози служаху ему, и сы-
нове силныхь прилагахуся ему, и дворъ его день отъ дне множайше
кр+пляшеся", "и от странъ къ нему сбирахуся и сынове туждии иора-
боташа тому" . Речь идет о стремлении княжеской власти расширить
свою социальную базу, увеличить число служилых землевладельцев.
Кроме того, еше одной заслугой Михаила Александровича призна-
валось то, что при нем "корчемники и мьгтаря и торжъныя тамги ис-
гр’кбишася" , т.е. явно в пользу великокняжеской власти и зависимого
от нее купечества были ограничены или ликвидированы совсем торго-
вые пошлины, собиравшиеся, как правило, во владениях удельных кня-
зей и крупных феодалов. Таким образом, власть тверского великого
князя, согласно одному из современников Михаила Александровича,
должна была усиливаться за счет ограничения власти княжат и аристо-
кратии. и в этом тверской книжник усматривал положительное начало
в развитии прерогатив великого князя.
Некоторые данные о планировавшемся устройстве княжеской
власти в Тверском княжестве после смерти Михаила Александровича
содержатся в рассказе о кончине этого князя в Софийской I и Новго-
родской IV летописях. Согласно тексту, восходящему к митрополичь-
ему своду 1423 г. и, возможно, к тверскому владычному своду 1412 г.,
Михаил Александрович, умирая, завещал своим детям "брату брата
чтити и любити, а стар-Ьишаго брата вс*Ьмъ слушали". При этом особая
задача возлагалась на бояр, которые даже названы "брэтиа моа боляри"
Они должны были "вспоминать" "д-ктемъ моими, чтобы жили в люб-
40
ви" . Выясняется, что политическая практика была сдержаннее публи-
цистической фразеологии тверских книжников, ратовавших за безус-
ловное усиление власти великого князя.
Впрочем, с течением времени власть тверского великого князя
действительно становилась все более авторитарной. При Борисе Алек-
сандровиче происходит ликвидация самого крупного удела Тверского
княжества - Кашинского, по суш дела перестает существовать Клин-
cniii улел, мельчают владения и ограничивается власть других прсдста-
194
виталей тверского княжеского рода*1. Уже в договоре 1427 г. с ли-
товским великим князем Витовтом Борис Александрович Тверской вла-
стно заявлял о том, что "дядямъ моимъ, и братьи моей, и племени мое-
му, княэемъ, быти в моемъ послусй. 1Я]з, князь велики Борись Алек
сандрович, воленъ, кого жалую, кого казню...
Правление Бориса Александровича нашло яркую оценку в "Слове
похвальном” инока Фомы, преисполненном не только яесгных, но и
льстивых характеристик тверского князя. Хотя поток высокопарных
слов иногда затемняет мысли тверского книжника о сути власти вос-
хваляемого им князя, такая суть обнаруживается.
Прежде всего из высказываний инока Фомы следует выделить ею
утверждение о божественном происхождении власти Бориса Азексан
дровича: он "на очин прсстол’к богом оутвержаемъ', обращаясь к Бо-
рису, автор говорит, что "помаза тя ботъ паче причастны, твои»,’, са-
мому Борису Александровичу приписываются слова "ми пороучи бо!ь
пре столь отца моего великого княжениа Тф'Ьрскаго"*'. Фома даже уси
ливает традиционное утверждение о богоустановленносги княжеской
власти идеей о богоизбранности самого Бориса Александровича; "тако-
ва государя являет богь", "дарова имъ богь такова государя", "таков.,
князя даровалъ есть богь Роускои земли"*4. Он называет Бориса Твер-
ского самодержавным и правящим самовластно , что должно было
усиливать впечатление о суверенности власти тверского великого кня-
зя и ее исключительности в рамках Тверского княжества. Велико-
княжеский стол в Твери Борис Александрович занял после смерти
своего старшего брата Юрия**. Тем не менее инок Фома настойчиво
проводил мысль о том, что Борис Александрович стал великим князем
"пл отчине": автор славит Бориса "богоутвержаема на отчимь престол^";
самому Борису приписаны слова о поручении богом престола его отца,
процитированные выше; тверской князь правит ”въ своей отчин'Ь в
великомъ княжении Тф^рскомъ"; он достоин "царскому и праотеч-
49
скому престолоу" . Хозя действительно прямые предки Бориса Алек-
сандровича были тверскими великими князьями, подчеркивание имен-
но отчинных прав Бориса свидетельствует о том, что в Твери призна-
вали права на великокняжескую власть исключительно одной ветви
тверского княжеского дома; именно А|ександра Ивановича и его вто-
рого сына.
195
Самодержавие и самовластие тверского великого князя должны
были подкрепляться, как прозрачно намекал инок Фома, крутыми ме-
рами против непокорных княжат и бояр: Борис "гордый сь власти свер-
же; а смиренный на престол-Ь со собою посади, но И еще же и иныя
50
власти не покоряяшаяся ему, но покорны сътвори" , "покоривым бо от
него честь, а непокоривым казнь'51. Послушные князья и бояре сос-
тавляют опору княжеской власти. Их посылает великий князь на вой-
я
ну , он советуется с ними, а также с епископом о внутренних делах
княжества ("призывають ту соуша святителя своего и вси свои помест-
ии и князи и болярс", "нала съвНгт съв’Ьщевати со своимъ епископом* и
с- „,Я	Я
со своими князьми и боляры ) , пирует вместе с ними .
Традиционные представления о княжеской власти как военной
защитнице (Борису воздается похвала как "зашитникоу Тверской зем-
ли", по словам Фомы князь готов "глава своя положили за домъ святого
Спаса")55 и как силе, умножающей достояние прежних князей ("пасы и
строя достоание праотець своихъ") , дополняются в "Слове" более кон-
кретными указаниями на функции князя внутри княжества: строитель-
ство городов, церквей и монастырей, заселение "сел и весей", поощре-
ние "художества и хитрости", т,с. искусства и мастерства (Борис "смыш-
ляеть грады и строить монастыри, а /гЬлаегь веси, но всяко хоудо-
жьство и хитрость оупрааляетъ", "остеняеть бо многы грады", "села и
веси добр'Ь строяше”, "созидаеть церкви и смышляетъ грады") . По-
этому "и от князей и от велможь, и даже и до простыть люди желают*
вгь господарств-k томъ быти" . Все более расширяющиеся конкретные
представления о внутренних функциях княжеской власти являются
характерной чертой тверской публицистики XV в.
Говоря о самом заметном памятнике этой публицистики ~ "Слове
похвальном" инока Фомы, следует подчеркнуть еше один момент. Уже
исследователи, обратившиеся в 40-50-х годах к специальному изучению
"Слова похвального"(Я.С.Лурье, В.Филип), обратили внимание на ши-
рокое использование в этом произведении византийской имперской
символики5’ • Эти наблюдения были в дальнейшем уточнены и допол-
«о
йены .
Действительно, в тексте Фомы великий князь тверской Борис
Александрович наделяется (в том числе устами греческих иерархов -
участников Флорентийского собора) набором определений, обычно ис-
пользовавшихся в византийской литературе для характеристики импе-
196
ратора. Он назван великим самодержцем, самодержавным государем,
который "царскымь в-Ьнцемъ оувязеся", украшен "честною багряницею'’
и вообще "царскомоу и праоческому престолоу достоинъ есть"'11. Не
упущен и такой редкий "императорский" определитель, как “земное
око . Византийская политическая символика нашла свое выражение,
как отмстил уже ВФилип, также и в “почетных" определениях страны,
на которую распространялась власть тверского князя, и столицы этой
страны - Твери. Тверская земля представлена в виде "новаго Инсра-
иля", уподоблена "богомъ обетованной той земли", а Тверь названа
"богоспасенын" И "богомъ спасении градь" . Символика, уподобляю-
щая град Тверь древним центрам христианского мира - Иерусалиму и
Царыраду - нашла свое отражение в символике градостроительства, ко-
гда надвратной церкви тверского кремля было дано название "Вход во
Иерусалим". Неслучайно Фома уделил особое внимание и факту возве-
дения этой постройки, и его символическому значению .
Не подлежит сомнению, что использование всей этой символики
должно было содействовать повышению престижа тверского великого
князя и его страны как в глазах населения Тверской земли, так и в гла-
зах жителей соседних княжеств и стран, и имело, следовательно, опре-
деленную политическую цель. Означало ли это, однако, перенос на
тверскую почву вместе с византийской символикой византийских поли-
тических представлений?
Знакомство с текстами заставляет в этом усомниться. Как спра-
ведливо констатировал Ч.Гальперин, нет оснований полагать, как счи-
тал когда-то Я.С.Лурье, что Борис серьезно претендовал на роль поли-
тического главы всей Руси65. Речь может идти лишь о своего рода по-
четном первенстве Бориса среди русских князей - тезис, который Фома
излагает к тому же не от себя, а от лица греческих иерархов. Но пер-
венство это связано не с особым характером его власти, а с его личны-
ми достоинствами - благочестием, мудростью и другими качествами* .
В целом же византийские заимствования носили поверхностный
характер. Они как бы механически накладывались на средневековую
русскую систему понятий, имевшую мало общего с византийской
традицией.
К этому следует добавить, что, судя по наблюдениям В. Водова,
византийская символика в значительной части была заимствована не
непосредственно из византийской традиции, а от киевских подражаний
197
византийской риторике, примером которых может служить сохранив-
шаяся в Ипатьевской летописи Похвала РюрикуРостиславичу*7.
1 Philip tV Em Anonomus de Tverer Pubhzisttt im 15 Jahrhundert // Festschrift fSr
Dmytio Cyzcvskyj zum 60 Gcbuitstag Berlin, 1954, Кучкин BA Повести о Михаиле
Тверском М, 1974, Halpenn С Tvenan political thought in the fifteenth century //
Cahicrs du monde russe et sovietiquc 1977 Nt 18, Vodoff W Remarques sur la saleur du
teime 7txat", apphqud aux pnirces Hisses avant le imher du XV sidcle // Oxford Slavic
papers 1978 VXf, Vodoff IV La place du grand-pnnee de Tver dans les structures
pohtiqucs nisses de la fin du XfV-e et du XV-e sieclc // Forschungen zur osteuropaischen
Geschichte Berlin, 1980 Bd 27, Vodoff W L' idde impcnalc et la vision de Rome a Tver
XfV-e - XV-e si&rles // Roma, Constantmopoh, Mosca Napoli, 1983, Klug E Das
grrishirstentum Tver//Forschungen zur osteumpdnehen Geschichte Berlin, 1985 Bd 37
1 Кучкин В-A Повесть о Михаиле Тверском С234
3 Там же С 262 и примеч 162
1 ГБЛ ФЗЮ N 1254 Л39об
' Кучкин ВЛ Повести о Михаиле Тверском С 251
6 Там же С254
1 Там же С253-255
4	Таи же С 252
9	Там же С258,259 Э Клуг сомневается в последовательно антиордынекой позиции
автора "Повести" о смерти в Орде Михаила Яросяавича - Е Klug Op cit S95 В
"Повести" действительно имеются признания реальности ханской власти над Русью,
но вся политическая концепция автора носит ярко выраженный аятиордынский
характер
1П Данное заключение расходится с наблюдением Э Клуга, считающего, что нет ни-
каких данных, позволяющих творить об усилении при Михаиле Ярославнче пре-
рогатив великою князя владимирского по отношению к другим князьям Северо-
Восточной Руси - Е Klug Op сП S 86-87 Однако Э Клуг не принимает во внима-
ние факты княжения при Михаиле во Пскове галипко-дмтропских князей в каче-
стве епз наместников, что ясно свидетельствует о расширении прав великого князя
по меньшей мере в отношении Галицкого и Дмитровского княжеств Об атом ем
Кучкин В А Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в
X XIV вв М, 1984 С 243-244
” Кучкин В А Повестн о Михаиле Тверском С 259-260 и примеч 15
12 ГИЛ ФЗЮ N> 1284 Л35об.37,43,35об,38об,45.44об
1 В качестве примера можно указать на события 1252 - ПСРТ Л 1926-1928 Т1
С тб 4'3
198
14	РИБ СПб, 1908 Им 2-е TVI 41 Стб 158 О толкованиях этого пассажа под-
робнее см Vodoff W Remaitjues sur й та/cur du tenne "tsar" P 3
™Ср РИБ TV! 41 Стб 150
'6 Klug E Op cit $86
iT Об исполтзованин в своем "Написании" Акикдииом "Власфимии" см Кучкин
ВЛ Источники "Написания" мниха Акиндииа //АЕ за 1962 год М, 1962 С 65
14	Биографию Михаила Александровича см Экземядярский А В Ветикие и
удельные князья Северной Руси в татарский период с 1238 по 1505г СПб 1891 Т11
С 485-497
19	ПСРЛ СПб 1863 Т XV Стб 469
20	Там же Стб 463
21	ПСРЛ Пг 1922 TXV вып 1 Стб 92-93, ДДГ Не 9 С 26, ср Не 15 и Не 37
22	ПСРЛ TXV Стб 465
21	Ср ДДГ Не 15 С41, где великое княжество Владимирское и Новгород Be ткни
признавались Михаилом Александровичем неотъемлемыми объектами владении
московских князей Впрочем, на протяжении первой половины XV в тверские
князья требовали соблюдения формального равенства с московскими великими
Князьями См Vodo/TW Laplace $36-41
24	ПСРЛ TXV вып 1 Стб 75,79,81, TXV Стб468-469
25	ПСРЛ TXV Стб 468
26	Экземплярский А В Указ соч Til С 476, ПСРЛ TXV вып 1 Стб 79
27	ПСРЛ Л1925 TIV 41, вып 2 С 388
28	ПСРЛ TXV вып 1 Стб 169-170
s Там же Стб 171
“ ПСРЛ TXV Стб 468
21 Там же Стб 470
И ПСРЛ TXV вып! Стб 168
33 Там же Стб 172, TXV Стб465,468,469, TXV вып 1 Стб 167
34 ПСРЛ TXV Стб 469
М ПСРЛ ТХУвып! Стб 167
* Там же Стб 167,172
Л Там же Стб 167,168
М Там же Стб 167, ПСРЛ TXV Стб468,469, TXV вып 1 Стб 168
29 ПСРЛ TXV вып! Стб 167
46 ПСРЛ ТIV, 41 вып2 С387-388, TV СПб 1851 С252 Ср ссылку в Рогожекои
летописце на боярское целование всем сыновьям Михаила Александровича при
составлении духовной грамоты этого князя ПСРЛ TXV вып I Стб 176-177
199
41 ГПБ. F, TV. 603. Л.425 об. (об аресте Боржом Василия Кашинского); Лихачев
Н.П. Инока Фомы Слово похвальное о благоверном великом князе Борисе Алек-
сандровиче // Памятники древней письменности и искусства. СПб., 1908. Вып.
С I.XVH! С.26-27,53.
ДДТ. № 23. С.62. См. комментарий к этим словам Э. Клуга: Klug Е. Op. cit. S 277-
278 Любопытно отмстить, что та же мысль в отношении своих воевод, многие из
которых имели княжеский титул, много времени спустя была высказана Иваном
(разным:* ...а жатоватн есмя своих холопе# вольны, и казнити вблны же" (Пе-
реписка Ивана Грозного с Андреем Курбским. Л., 1979. С. 55).
^Лихачев Н.П. Указ. соч. С.2 (то же выражение и на С.32),12,24.
44 Там же. С.2,5.
4’ Там же. С.7 ("велнкаго самодержавнапз"), 9 ("самодержавного государя великого
княмГ), II.
* Там же С. 14 ("показуетьсясамовластно").
47 Указывая на то. что в "Слове" Борис называется самодержавным, В.Вадов видит в
этом свидетельство посаженая Бориса на тверской стол без ханского ярлыка
(W.VodofT. La place... S.55). Думается, такое заключение слишком прямолинейно. В
литературе времен Бориса Александровича самодержнамн назыали Михаила Яро-
славина, Александра Михайловича и Михаила Александровича (ПСРЛ. T..W Стб.
463,465), югя они занимали свои столы по ханским ярлыкам. Садился ли сам Борис
на тверской стол по ханскому ярлыку или нет, неизвестно. Но зависимос ть Твери от
Орды при Борисе не прекращалась - см. АСВР. 51, 1961. Т.П!. На 117.C.I54; № 118.
С. 155.
48 ПСРЛ. T.XV. Стб. 489, под 6933 годом.
'° Лихачев Н.П. Указ, соч, С.2,36,30.
Там же. С. 16
’’ Там же. С. 14.
Там же С.35.
” Там же. С.23,37.
54 Там же. С.4.
’ Там же. С. 1,35.
54 Там же. С.30.
•й Там же. С.20,27,17.
Там же. С. 10.
~ч Лурье Я.С. Рать Твери в создании Русского национального государства // Уч. зап.
Ленинградского гос. ун-та. Серия нет. наук 1939. № 36. Вып.З; Philip И< Op. cit.
S.2J5-237.
200
№ Halperin G. Opclt. P.267268; Vodoff W. La place... S.55-60; Klug E. Op. cit.
S.229,278,282-285,297.
61 Лихачев Н.П. Указ. соч. С.2,9.11,29,30
и Там же. Ci.
61 Там же. СУ, 11,20,22,30.
64 Там же. С. 21-22.
45 Halperin G. Op. cit. Р.269-272; Klug £. Op cit. S.274-275.
44 Vodoff Ж La place... S.56.
47 Там же. S.55.
201
АЛХо^ашксвнч
ЕЩЕ РАЗ О СИМВОЛАХ РУССКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ:
ВИЗАНТИЙСКИЕ И ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИЕ ТРАДИЦИИ В
РУССКОЙ СРЕДНЕВЕКОВОЙ СФРАГИСТИКЕ
Роль печати, в которой наиболее полно овеществлялись пред-
ставления о положении ее владельца, власти, географических пределах
этой власти, соотношении с другими политическими силами того или
иного общества, наконец, о притязаниях владельца, общеизвестна ,
Естественно поэтому внимание историков самого различного профиля
к изучению этого важнейшего исторического источника. В сфрагис-
тических материалах исследователи ищут ответа на самые разные воп-
росы: от истории внешней и внутренней политики - до менталитета от-
дельных слоев общества . Наибольшие возможности для изучения ши-
рокого круга вопросов дают печати государей, в первую очередь сред-
невековых. Изучение печатей глав русских политических образований
привлекает особое внимание в связи с тем, что русское средневековье
не очень богато источниками, которые могли бы показать внутреннюю
жизнь тех или иных княжеств во всем ее многообразии и взаимосвязях.
Поэтому предпринимаются многочисленные попытки истолкована со-
хранившихся до нашего времени печатей.
Эта задача во многом облегчается тем обстоятельством, что весь-
ма значительная часть русских средневековых печатей издана и стала
доступной для исследователей. Корпус новгородских актовых печатей
з
X-XV вв., подготовленный ВЛ.Яниным , открывает возможности даль-
нейшего типологического и стилистического анализа этих материалов,
исследования их как памятников исторической мысли средневековой
Руси. В таком же издании нуждаются печати и других центров русской
средневековой культуры - Пскова* , Москвы5, и т.Д.
Чрезвычайно важна и методика определения принадлежности тех
или иных печатей главам русских политических образований. Однако
что касается методики, то здесь остались еще некоторые неиспользо-
ванные в советской исторической науке возможности. Средневековье с
его очень сложной системой социальной и политической страти-
фикации обладало столь же сложной и разветвленной системой внеш-
него оформления того места, которое занимали конкретные представи-
тели разных сословий и групп на ступенях иерархической лестницы
202
Поэтому в изучении печатей важное место должен занять формально*
типологический анализ, подобный тому, что лежит в основе современ-
ной дипломатики, с одной стороны, и в основе типологии памятников
материальной культуры, с другой. Необходимо выяснение закономер-
ноете и оформления печатей и его связи с положением владельца .
Настоящая работа ставит своей целью выполнение этой задачи
применительно лишь к одной печати - печати Ивана Ш 1497 г. , кото-
рую принято называть первой государственной печатью Руси*. На ее
лицевой стороне помещены всадник, поражающий копьем дракона, и
легенда: "Велики князь 1оанъ б(о)ж!ек> милосттю г(о)сп(о)д(а)рь всея
РусГ, а на оборотной - двуглавый орел с распростертыми крыльями и
коронами на обеих головах и легенда, продолжающая титул, начатый
на лицевой стороне: "I велики кн(я)зь влад(имирский) и моск(овский)
И нов(городский) i пск(овский) 1 твер(ской) i и угор(екии) i вят(скии) и
пер(мскии) i бол(гарскии)” .
Для самого заказчика печати лицевой стороной была та, где изо-
бражен всадник. Не касаясь сейчас вопроса о том, кто именно был
представлен в виде конника - св. Георгий или светское лицо (на что
указывает отсутствие нимба), попытаемся выяснить историю использо-
вания этого сюжета в русской сфрагистике. По наблюдениям
Н.П.Лихачева и присоединившегося к нему В.Л.Янина'1, древнейший
пример применения подобной иконографии восходит к печатям Алек-
сандра Невского, на которых, говоря словами последнего, можно "за-
метить желание "заменить чисто духовные сюжеты (имеется ввиду
изображение на печатях патрона князя. - А.Х.) иными сюжетами, не
лишенными символики светской власти"11. И тот, и другой исследова-
тель отмечали в соответствующей печати Александра Невского следы
ч.	13
западноевропейского влияния
В ХП1 в. изображение всадника встречается не только на буллах
Александра Ярославича (с конца XV в. - Храброго, с ЗО-х годов XVI в.
И особенно после 1547 г. - Невского14 ), но и на печатях Мстислава
Мстиславича Удалого, или Удачного (известны его печати времени кня-
жения в Новгороде в 1210-1215, 1216-1218 гг.)'5 и Всеволода Юрье-
вича, княжившего там же в 1222 и 1224 гг.1* Эти печати, как и печати
Александра Невского , принадлежат, по определению польского исто-
рика Р.Хайсша1*, к конным печатям. Для Руси все они были новше-
ством. С 1136 г. по ХШ в. на Руси господствовали печати иного типа,
203
несшие изображения святых, тезоименитых князьям и их отцам. Этот
тип, по определению того же Р.Хайсига, образных агиографических пе-
чатей на Руси следовало бы назвать образными патрональными. Одна-
ко святые были представлены в виде пеших воинов, стоящих в рост и
вооруженных мечами, которые, как правило, держали опушенными в
правой руке. В левой руке у них были щиты. Этот тип изображения,
несомненно, восходил к византийской традиции, где он представлен
буллами различных министериалов . Ранговое несоответствие владель-
цев печати в Византии и на Русн на протяжении XII в. не было пре-
пятствием для использования подобной иконографии. Византийские
традиции и в этой сфере, как и в других областях русской культуры,
были еще достаточно живучи и крепки. Византийская же практика не
имела прецедента оформления в сфрагистике положения главы неболь-
шого, но независимого политического образования, поскольку не знала
процесса феодального дробления.
Инос дело остальные европейские регионы, где быстрыми темпа-
ми на протяжении X1-XI1 вв. происходил процесс феодального дробле-
ния земель. Символ власти князя, графа, пфальцграфа, герцога и т.д.,
т.е. независимой государственной власти, но более низкого ранга срав-
нительно с королевской и тем более с императорской - всадник, стано-
вился обязательным атрибутом государственной символики по мере
развития феодализма и утверждения мелких политических образований.
Процесс распространения конных печатей, начавшись в XI в. во Фран-
ции и Германии, в ХП в. захватил всю Центральную Европу, в том чис-
ле и соседние с Русью польские земли.
Еще в конце XV1H в. первыми исследователями европейской
сфрагистики было установлено, что изображение всадника появляется
исключительно на печатях глав небольших государственных образова-
ний - ландесгерров, ландграфов, иногда высшей знати10. Конная пе-
чать употреблялась там и тогда, где и когда становились заметны ре-
зультаты феодального дробления: у Адальберта Лотарингского в 1037 г.,
графа Ламберта фон Левена - в 1047 г., маркграфа Эрнста Австрий-
ского - в 1056-1075 гг., графа Бальдуина Фландрского - в 1065 г?’ В
Центральной Европе коннные печати появились позднее: у герцога Ба-
варского - в 1125 г., герцога Генриха Швабского, сына императора
Фридриха II - 1216-1220 гг.” В Польше первым использовал конную
печать великопольский князь Мешко Ill в 1145 г., а массовым это
204
явление стало лишь в XIII в. у князя Богуслава Поморского - в 1214 г.,
Барнина I Поморского - в 1235 г., Святополка Гданьского - в 1228 и
1236-1242 гг. и т.Д. Несомненно, на Руси не остались неизвестными
новшества в оформлении польских печатей. Не говоря уж о динас-
тических связях (в частности, браке луцкой княжны Гремиславы Инг-
варовны и краковского князя Лешки Белого 1220 г., дочери Талицкого
князя Даниила Саломеи со Святополком Поморским в 1228 г.), под-
держивались и иные отношения - экономические, политические и
культурные^. Тем не менее они не привели к заимствованию символи-
ки княжеских печатей из Польши. Иконография русских конных печа-
тей всех трех указанных выше князей отличается ОТ иконографии ана-
логичных польских печатей. Движение направлено в другую сторону,
иной набор вооружения, которым снабжены конники польских печа-
тей, заставляет искать прототип русских конных печатей в другом мес-
те.
Скорее всего это Латинская империя. Хотя в советской литерату-
ре принято считать, что Русь не поддерживала с ней сношений15, из-
вестен факт пребывания в Византии в начале XIII в. новгородца До-
брыни Ядрейковича, будущего новгородского архиепископа. В Цесаре-
граде уже после 1204 г. утвердились фландрские графы. Они-то и пере-
несли на императорскую тронную печать (определение Р Хайсига. "Пе-
чать имеет изображение, как правило портретное, государя, сидящего
На троне") В качестве обратной стороны - всадника, давно уже ставшего
печатью фландрских графов. Иконография печатей первых латинских
императоров наиболее близка к русским образам конника (общее на-
правление движения и композиция: всадник с мечом, поднятым правой
36
рукой) . Справедливости ради следует указать еще на одну иконогра-
фическую параллель русским конным печатям начала XIII в. - это пе-
чати Вареннов, эрлов Сюррея и Сгретерна. Здесь всадник скачет впра-
во, в правой руке всадника поднятый меч, в левой - щит, видный зри-
2?
Телю с его внутренней стороны . Думается, однако, что о какой-либо
связи между русскими и этой английской печатями говорить не прихо-
дится.
Важно подчеркнуть лишь одно - на русских печатях, как во всей
Европе, конник был символом главы небольшого государственного об-
разования. Традиционные связи с Византией в начале ХШ в., после об-
разования Латинской империи, деформированные в результате IV кре-
205
стового похода, привели к распространению на Руси нового символа
государственности.
Однако утвердиться ему помешало татаро-монгольское нашествие
и установившееся на два с половиной столетия иго. Редкий из новго-
родских князей XIII в. и московских конца XIV - первой половины XV
в осмеливался использовать символ государственной независимости -
конную печать1*. Окончательный возврат к ней произошел лишь в кня-
жение Ивана III, да и то не сразу, а лишь накануне и после окончания
иноземного ига. В Новгороде же наблюдалось эпизодическое возвраще-
ние к образным патрональным печатям, связанное однако не только с
событиями внешнеполитическими, но и с внутренней историей города
- с соотношением княжеской и городской власти.
На протяжении XIV-XV вв. происходил процесс поиска иных
символов светской власти, не связанных своих происхождением с цер-
ковными традициями освящения власти. Среди этих символов обраща-
ют на себя внимание два - лев и орел. Изображения и того, и другого
еще со времен античности стали олицетворением силы и мощи,
величия и высшей власти”. Широко распространены были эти сим-
волы и в средневековой Европе,, причем лев наиболее последовательно
изображался на печатях скандинавских государей, в том числе и эрлов
(ярлов), иерархически соответствовавших князьям, графам, герцогам .
Когда возникла на Руси традиция изображения львов на княжеских
печатях, сказать трудно, так как печати владимирских и суздальских
князей XIII-XIV вв. не сохранились (известны лишь их печати в ка-
честве новгородских князей). Между тем хорошо известна привержен-
ность владимиро-суздальского искусства к изображению льва, как сим-
вола силы и власти11. На княжеских печалях Северо-Восточной Руси
лев появился в 1370-1373 гт. Печать Михаила Александровича Твер-
ского. претендовавшего тогда на великое княжение Владимирское, нес-
ла на себе именно это изображение, скорее всего как эмблему влади-
, и
миро-суздальского государственного образования .
И в XV в. изображение льва осталось символом суздальской, дав-
но уже утраченной государственности. Так, оно присутствует на печати
суздальского князя Ивана Васильевича, привешенной к докончанию с
Василием Васильевичем 1448-1449 гг” Лев представлен коронованным
подобно тому, как это было на шведских печатях. Однако уже к духов-
ной Василия II Темного привешена печать с изображением льва, пожи-
206
раюшего змею1*. Несколько чаще такое изображение встречается в так
называемых "новгородских печатях" или “печатях Великого Новгорода",
начиная со второго десятилетня XV в. ВЛ.Янин полагал, что в данном
случае лев был эмблемой Славенского конца35. Против этой гипотезы
говорит использование другими концами Новгорода изображений свя-
тых как патронов определенных территорий. Скорее всего, на печатях
этих двух типов изображение льва служило символом признания Нов-
городом верховной власти московских и владимирских государей. Сами
же эти печати следует рассматривать не в качестве новгородских госу-
дарственных печатей, а в качестве великокняжеских печатей для Новго-
рода, результата компромисса верховной власти великого князя с го-
родскими властями. Именно поэтому печати этих двух типов имеют
строчные надписи, что в византийской традиции служит неизменным
доказательством низкого положения их владельцев, как правило, - это
мелкие министериалы. Как византийская, так и западноевропейская
сфрагистика обладают образцами печати сюзерена-города. На одной их
стороне изображение символа верховной власти (для городов герман-
ской империи это орел), на оборотной - символ города (стена, корабль
и тд.) или просто строчная надпись, как и на новгородских печатях .
Наряду с изображением льва в XV в. на печатях русских князей
появилось изображение птицы, в которой следует видеть орла (в новго-
родских печатях иногда встречается и поясняющая надпись: “А се
орелъ")3’. Одноглавый орел был на печати Ивана Андреевича Можай-
ского, привешенной к грамоте его и Михаила Андреевича Верейского и
Белозерского с великим князем Василием II 1434 г.3* Может быть, орел
Представлен и на печати Дмитрия Юрьевича Галицкого, скреплявшей
39
его докончание (от 13 июня 1436 г.) с тем же Василием Н . Печатей
великих князей московского дома, привешенных к документам и
несших изображение орла, за большую часть XV в. не сохранилось.
Однако как великокняжескую эмблему молено истолковать орла на пе-
чати 'тысяцкого Великого Новгорода", обнаруженной в выбросе из ело-
40
ев 1409-1422 гг. (правда, палеография надписи и наличие точечного
ободка скорее указывают на середину XV в.). К докончапию с великим
князем литовским Казимиром 1441 г. привешена печать посадника Ве-
ликого Новгорода Федора Олисеевича, которая на одной стороне имеет
изображение льва, а на другой - одноглавого орла . Таким образом,
печать 1441 г. несет на себе сразу две эмблемы - владимпро-суэдаль-
207
ского княжения и московского. Думается, орел стал символом власти
московского государя, который еще в начале XV в. стал претендовать
на титул царя , а уже в 30-40-е годы - самодержца.
Великий князь владимирский и московский - "государь", для
оформления власти в своих двух ипостасях использовал в середине XV
в. два символа, совершенно не связанные с предшествовавшей домон-
гольской традицией. Лишь один - всадник восходил к домонгольским
временам, все три символа только косвенно или опосредованно соотно-
сились с византийской традицией. Все они были символами светской
власти, не претендовавшей на освящение их церковью. Казалось бы,
это противоречит всему ходу отношений между церковной и светской
властью, упрочению положения церкви при татаро-моиголах, росту ее
экономического влияния в результате расширения земельных владений
монастырей, в первую очередь, и политического влияния - в результате
той активной роли, которую сыграла церковь в критический момент
начала активной вооруженной борьбы против ордынского ига (Сергий
Радонежский и битва на Воже 1378 г.). Тем не менее Русь обращалась к
опьггу средневековой и даже античной Европы для оформления симво-
лов своей государственности. Политическая модель Византийской им-
перии не давала, по-видимому, удовлетворявших русских князей образ-
цов эмблематики государственной власти в мелких феодально-раздроб-
ленных политических организмах. Утверждение же основного символа
единой русской государственности - двуглавого орла происходило уже в
то время, когда политический опыт Византийской империи, павшей
под ударами Османского султаната, вряд ли мог быть использован.
Именно этим фактом и следует отчасти объяснить отсутствие в русской
сфрагистике тронных или маестатных печатей (единственное исключе-
ние относится к концу XII в.), которые по образцу Византийской им-
перии стали обязательным атрибутом печати германских императоров и
даже некоторых королей.
Превращение одноглавого орла в двуглавого в конце XV в. пред-
ставляется естественным результатом не только внутреннего образно-
политического мышления, ио и тесных контактов Русского государства
со Священной Римской империей Германской нации. Думается, в этом
отношении прав Г-Алеф, впервые подчеркнувший мысль о заимствова-
нии двуглавого орла именно из сферы общения с этой империей, а не
208
Византийской империей. Впрочем, образцом, как он показал, мог слу-
жить и морейский орел.
Принципиальное значение печати 1497 г. заключается нс только
в модификации одного из символов русской государственности по ино-
странному образцу, но и в том, что "двуглавость" орла соответствовала
внешнеполитическим притязаниям Ивана II1. В качестве великого кня-
зя всея Руси он претендовал на власть и над той Русью, которая остава-
лась еще в рамках иного политического образования - Великого княже-
ства Литовского.
Однако было бы неверно усматривать значение печати 1497 г.
только в этом. Важно и другое - объединение двух символов русской
государственности: одного, восходящего к домонгольским временам н
несущего идеи независимости (всадник) и другого, возникшего в прак-
тике борьбы за независимость и объединение страны на протяжении
XV в. н аккумулировавшего идею верховной власти (орел). Хотя, как
уже указывалось, заказчику печати Ивану III особенно значимым каза-
лось изображение всадника, в дальнейшем стороны поменялись места-
ми. С освобождением от ига идея независимости отошла на второй
план (недаром на большой государственной печати Ивана IV всадник
лишь довесок к изображению орла), а еще позднее сам этот символ
потерял значение государственного, став лишь гербом столицы Россий-
ской империи.
Некоторые особенности оформления печати в 1497 г.,не относясь
собственно к символам государственности, не могут не обратить на се-
бя внимания. Речь идет о круговой надписи. До этой печати примеров
применения такой круговой надписи не очень много. Из византийской
и западноевропейской практики известно, что таким образом оформля-
лась легенда на императорских и иногда королевских печатях. Круговое
расположение легенды резко отделяло их от печатей лиц, рангово ус-
тупавших главам подобных государств. Круговая надпись на печати
Ивана IV 1497 г. - еще одно доказательство далекоидущих внутри- и
внешнеполитических амбиций великого князя.
Подведем некоторые итоги и сформулируем задачи дальнейшего
исследования темы.
Развитие княжеской сфрагистики вплоть до начала XIII в. проис-
ходило под очень сильным воздействием византийской традиции. В не-
которых деталях образного языка сфрагистических памятников этн тра-
209
диции просуществовали на Руси, как и во всей Европе, в течение всего
средневековья (использование строчной надписи как показатель зави-
симого положения владельца, соединение символов и эмблем сюзерена
и зависимого от него города, круговая надпись как атрибут печати
представителя верховной власти и т.д.). Однако иконография княже-
ских печатей формировалась в основном вне византийской традиции
(исключение составляет изображение всадника, проникшее в сфрагис-
тику Латинской империи из Флавдрии). Широкое Использование чисто
светской символики - льва, орла, в том числе и двуглавого, роднит эту
сферу русского изобразительного искусства с прикладным искусством
Центральной, Западной и отчасти Юго-Западной (поскольку туда
проникли влияние из западноевропейской и центральноевропейской
1радиции) Европы. Каждый символ нес в себе особую нагрузку, отра-
жая размеры и "качество" власти, ее ранговость (всадник - как символ
княжеской власти, орел - как символ самодержавной и даже царской
власти, или претензии на таковую) и географическую сферу, на кото-
рую эта власть простиралась (лев - как символ владимиро-суздальского
княжения). При этом семантика различных символов могла отчасти и
совпадать. Так, владимиро-суздальский лев мог напоминать о самодер-
жавной власти князей этого региона домонгольского времени.
И два слова о задачах. Многое из вышеизложенного остается в
сфере гипотез и догадок, которые и останутся таковыми до тех пор, по-
ка нс будет систематизирован и издан весь фонд русских средневековых
печатей, пока не будут мобилизованы все материалы, хранящиеся нс
только в центральных архивах и музеях страны, но и в местных, в том
числе и республиканских. Принимая во внимание быстрое исчезно-
вение этих драгоценных памятников нашего прошлого, задача их изда-
ния представляется безотлагательной.
Необходимо последовательное сопоставление и анализ печатей в
связи с политической и внешнеполитической историей страны.
Необходимо более скрупулезное исследование типологических
особенностей этих памятников, наконец, необходимо внимание к ним
со стороны профессионалов - специалистов по прикладному искусству.
1 <3iunawski M.j Haisig М., Mjiuckj S. Sftagtstyfa Палааиа, I960. S.65-76.
210
1 Ibid. 65,85,86,157,158; Pelc J. О klasyfikacii 1 typofogii znakow // Studia semiotyczne,
1978. T9. $.225-235; Ibid. Wstep do scmiotyti. Wtisnmt. 1984.
3 Янин ВЛ. Актовые печати Древней Руси XI-XV вв. 4.1-2 М., 1970.
* См серию работ ВД. и СВ Белецких,
s
Московские печати в настоящее время привлекают внимание в основном в связи с
печатью Ивана III к историей государственист гербе России См. подробнее.
Соболева НА. Символы русской государственности // Вопросы истории. 1979. 76 6.
Ср.: Сотникова М.П., Спасский ИГ. Реи.: Яник ВЛ. Актовые печати древней Руси
Х1-ХУяв., М., 1970 С.1-2. Вопросы жтрии 1971. Л$ 12. С.140.
h Каштанов С.М Древнерусские печати (размышления по поводу книги ВЛ.Яника)
//История СССР. 1974. № 3. С. 180-183.
7 ОТД. М, 1813. 4.1. С.129; ДДТ. М. 1950. Л» 85,9% Лайкр А Русская геральдика.
СПб. 1855. Та6лА7.М4.
* Яакиер А. Указ. соч. С.4.
’ Гам же. С.80. Табя.УТ
14 Этому вопросу посвящена необозримая литература - начиная с Я.сйяаяя и кончая
НА.Соболевой. О раннем периоде историографии, посвягпенипй печатям XV-XVH1
вв. см.: Соболева НА О методике изучении сфрагистичесиот материала XV-XVIII
на. (историографические заметки). - ВИД 1976. Т.8. С.145-149.
71 Лихачев Н.П. Материалы для истории византийской и русской сфрагистики. Л.,
1928. Вып.1. С.48-50. Янин ВЛ. Указ. соч. 4.2 С.23-24.
17 Янин ВЛ. Указ. соч. 4Д. С23.
13 Янин ВЛ. Там же. С.22; Лихачев Н.П. Указ. соч. С. 49.
М Храбрым князя Александра Яросяавнча именовали в Новгороде в конне XV в. //
НЛЛ. М„ 1959 С.471.
ПЯиии ВЛ. Указ. соч. 4.1.76 203-206.
Там же 76 211-212. С.113.
17 Там же. ЧЛ. 76 374-379.
18 Gnmomki М., Haxig М., MlkiKkiS. Op. ей. 8.65.
м Schlunibetger G. StgiUographk de TEmpire Byzantin. 1884. P.490,531,584,605,606,612,
639,665,672,681,691,698,699,704-709.
20 Spiess Ph.E Von Reutem-Skgeln. Halle 1784. 8.5.
11 Bicrch H< de O; Catalogue of Seals la the Department of Manuscripts in tim British
Museum. L. 1887. VI. P.3; Spiess Ph.E. Op. cit. S.14
13 Seylcr GA Geschichte der Siegel. Leipzig. 1894. 5Д58-259. F.208.
13 GumoHSki M. Handbuch der Geschichte der polnBchen Siegeikunde. lid: Mecziecie
ksiazat pomorskkh // Zap. Том. Hauk. Tonin., 1950. T.XVI, Graz. 1956. 76 208,303.304,
319; Gumofrski M. Op ch. S.190. Seyier <?Л. Op. cit. $.111-112. P.77.
211
31 Пашуто В.Т. Внешняя политика Древней Руси М., 1968. С265. С.251-252,423.
Ь Там же. С.265.
16 Schlumberger G. Melange cTarcheolagie byzanline. P. 1895. P.91-92,94-97.
17 Guide to Seals in the Public Record Oi&e. L. 1968. T. VII.
11	В XIV в. - это Юрий Данилович (1318-1322), по каталогу ВЛ.Янинз - это /й 402,
403, Дмитрий Донской (1Й 421), в XV столетии - Василий II (!й 430), Иван III (Зй
434), ДДГ, )Й 21,22,24,85,90. См.: Вилинбахов Г.В. Всадник русского герба // Тр.
Гос. Эрмитажа. Л, 1981. 1. XXI. С. 117. TXXI. С. 117.
И Lexicon der Kunst. Leipzig. С.117. 1968. Bd.l; Richter О., Ulrich G. Lexicon der
KuusttHOtive. Antike und christiiclie Hfc/r. Gutersloh 1978; Gnntdel P. Die Жщрел-
Symbolik Suuibildlche Bedeutung der Wappertffguten riach Mythologie, Geschichtc, Tradi-
tion und Wahlspntchen, zugleich ein Beitrag znr Xnlturgeschichte des Minelalteis. Leipzig.
0.0. S.16; Schiller G. Ikonographie der christlichcn Kunst. Gutersloh. 1966. Bd.I-3;
Schwarzenberg K. Adler und Drache Der WeltherrschaBsgedanke. Wien, Munchen. 1958.
30	Renterdahl H. Die aldsta svenska sigillema // Svenska kytkans historia. Lund. 1843. T.I;
Hildebrand BL. Svenska sigiiler ffan Medekiden Stockholm, 1862. v.I; Fleetwood H.
Svenska tnedeldda kungasigHl. Stockholm. 1936. S.20-21
31	Вороним НН. Владимир, Боголюбово, Суздаль, Юрьев-Польской М., 1958.
С.93,305,310.
” Янин ВЛ. Указ. соч. 4.2. С.90.
ЛДДГ. С.572; СГГД. 4.1. С.189.
ДДГ. С.572,573; СГГД 4.1. С.206-208.
” Янни ВЛ. Указ, соч, 4.2. С. 143.
м Schlumberger G. Melange d'archeologie byzantine. P., 1895. P.56-58 (печать Бони-
фация Монфсрратского, кораля Салоник, 1204-1207), Romer-Вйсблег Р. Op. cit. S.80;
Sevier G A. Op. cit. S.308-399.
Янин ВЛ. Указ. соч. 4.2. 1Й 725,726.
” ДДГ. 1й 32. С.82-83. СГГД. 4.1. !Й 47. С.94-95, Иванов П. И. Сборник снимков с
древнейших русских печатей, приложенных к грамотам н друпгм документам, храня-
щимся в Московском архиве Министерства юстиции. М., 1858.
” ДДГ. 1Ф 35. С.89-95. С.570; СГГД. 4.1 С.124.
* Янин ВЛ. Указ. соч. 4.2. 7й 613. С.205,281.
41 Там же. 1Й 591.
41 Древнейший список "Слова о житии царя руськаю Дмитрия Ивановича’ отно-
сится к 60- 70-м годам XV в, а его создание можно отнести к 20-м годам XV в. //
Русский феодальный архив. М., 1987. 4. III. С.556.
212
Я. Н. Щапов
К ИЗУЧЕНИЮ "ЧИНА ВЕНЧАНИЯ НА ЦАРСТВО" ИВАНА IV
Завершение к началу XVI в. объединения русских земель в еди-
ном Российском государстве потребовало не только изменений в струк-
туре государственного управления, принятия новых законодательных
актов, но и утверждения нового государственного титула. Таким титу-
лом стало Российское царство, а глава государства стал именоваться
царем.
Титул царя применялся уже ранее, в частности, к великому кня-
зю Ивану III Васильевичу (1462-1505 гг.), с деятельностью которого
связано включение в состав Российского государства Пермской и Вят-
ской земель, Новгорода, Твери, свержение ордынского ига и установле-
ние зависимости Казанского хамства. Однако в политической жизни
монархических государств средневековья и начала нового времени при-
знание нового титула и тем самым более высокого статуса государя как
в глазах его современников внутри страны, так и возглавляемого им
государства на международной арене, требовало официального при-
своения им нового титула, с освящением соответствующего акта хрис-
тианским ритуалом. В условиях России середины XVI в. это могло быть
также важным шагом в обуздании княжеско-боярской борьбы за власть
при молодом великом князе.
Официальное принятие титула царя было предпринято великим
князем Иваном [V Васильевичем, княжившим официально с 1533 г,,
после смерти своего отца Василия HI Ивановича с трехлетнего возраста,
и он был венчан в качестве царя митрополитом Макарием 16 января
1547 г., неполных семнадцати лет. Иван IV в это время был уже круг-
лым сиротой (его мать умерла, когда ему было пять лет), но у него бы-
ло два брата, моложе его на три года: родной брат Юрий Васильевич и
двоюродный - Владимир Андреевич. Иван IV во время венчания был
холост, но вероятно уже имел невесту и через две недели после вен-
чания на царство, 3 февраля 1547 Г. он был венчан первым браком с
Анастасией Романовной Юрьевой.
Венчание на царство Ивана IV - акт сам по себе замечательный,
привлекающий внимание с разных точек зрения: к при осмыслении его
213
места в политической истории страны, и во внешнеполитической сфе-
ре, и при характеристике взаимоотношений государственной власти и
церкви, и для определения связи этого акта с традициями возведения на
престол на Руси и в государствах древности (понятия поставления на
княжение, шапки Мономаха, миропомазания и пр.) .
Нас интересует здесь особый вопрос этой темы - некоторые на-
блюдения над историей текстов основного источника, связанного с цар-
ским венчанием Ивана IV - Чина венчания, сохранившегося в несколь-
ких редакциях и многих списках. Чин - это изложение порядка, по ко-
торому совершался или должен совершаться обряд.
Удалось выявить три редакции этого Чина. Две из них - краткие,
сохранившиеся в составе летописного повествования о правлении
Ивана Грозного, и одна - пространная.
Обе краткие летописные редакции близки между собой. Эта их
близость определяется лаконичным летописным характером изложения
(каждая из них нс превышает полутора - двух страниц издания в Пол-
ном собрании русских летописей), одинаковым заглавием соответствую-
щего раздела в летописи: "О венчании великого князя Ивана Насилье-
э
вича всея Русии на царства” , указанием на дату события и на имена
его участников.
Одна из кратких редакций (Никоновская) находится в составе
“Летописца начала царства царя и великого князя Ивана Васильевича" -
важнейшего источника Никоновской летописи при изложении событий
правления Ивана IV3. Старшие списки этой редакции относятся ко
второй половине 1550-х годов, т.е. близки самой дате венчания4. Той
же редакции принадлежит Чин в составе Львовской летописи (старший
список конца 1550-х годов)1 и Пискаревского летописца (список
второй четверти XVII в.)*, но в последнем текст еще более краток за
счет пропуска двух молитв.
Вторая краткая редакция (Лицевая) находится в составе лицевой
летописи, называемой Царственной книгой , - исторического сочине-
ния, в летописной форме рассказывающего о событиях истории России
во время правления Ивана IV (с 1534 по 1553 г) и имеющего многочи-
елейные миниатюры, иллюстрирующие текст . Одна из таких миниа-
тюр посвящена венчанию Ивана.
214
Лицевая редакция не менее информативна, чем Никоновская, в
ней также указываются принимавшие участие в венчании духовный
отец царя "Феодор Благовещенский", сопровождавшие царя конюший
кн. М.В.Глинский, два казначея - И.И.Трстьяков и Ф.И.Сукин, два
дьяка - Я и В. Захарьины.
В самом тексте Чина и Лицевой редакции повествовательные
формулы прошедшего времени ("велел царское место себе устроити”,
"лриим святый и животворящий крест", "осыпаша его денгами златы-
ми") сочетаются с рекомендательными формами настоящего времени,
типичными именно для чина действия, предполагающего следование
ему на практике; "поставляют ссреди церкви места", "дасть отцу своему
духовному", "И дьяки певчие поют... многолетья". К тексту Чина в
Лицевой редакции, как и К некоторым другим текстам, повествующим о
событиях 1542-1553 гг., имеются хорошо известные в истории русского
летописания редакторские пометы, сделанные скорописью. Среди таких
помет есть рекомендация о внесении изменения в Чин: "На литургин по
Херувимской пссии Помазание маслом, после Достойна есть - помаза-
ние миром, да тут же написать причащение"’. Редакционная правка в
этой летописи принадлежит 1570-м годам10.
Пространная (формулярная) редакция Чина, известна в рукопи-
сях и как отдельное произведение, и как сочинение, сопровождаемое
другими памятниками в составе “чиновииков" и сборников” . Это боль-
шое произведение, занимающее в издании примерно 23 страницы По
своему основному составу и порядку изложения ритуала Пространная
редакция соответствует Никоновской в большей степени, чем Лицевой.
Вместе с тем она значительно более подробна, так как содержит де-
тальное описание действий, воспроизводит речи участвующих лиц, не-
которые молитвы.
Особенностью Пространной редакции является ее формулярный
характер, т.е. те черты, которые делают ее нормативом для выполнения
венчания в будущем. Это сказывается прежде всего в том, что все изло-
жение идет не в прошлом, не в летописном ключе, а в будущем време-
ни, как рекомендация для последующего выполнения: "Посреди... нерк-
ВИ уготовают царский чертог... и устроят у него 12 степеней... .
Другой особенностью Пространной редакции является то, что в
последовании ритуала предполагается две возможности (два варианта):
215
участие в венчании как одного великого князя, так и двух; самого вен-
чаемого и его отца (например: "И тогда князь великий и с нареченным
великим князем оглушают святый и животворящий крест... Атце ли
несть отца великого князя, то един нареченный князь великий оглуша-
ет отца своего духовного ...")Н. Такие же варианты даются неоднократ-
но и далее.
Сравнительно с краткой Никоновской, Пространную редакцию
отличают отдельные смысловые пропуски и значительные добавление.
Таким существенным пропуском является неупоминание среди участ-
ников в ритуале осыпания нововенчанного царя деньгами боярина
М.В.Глинского (трижды упоминается только князь Юрий Васильевич -
брат Ивана IV). Князь Михаил Глинский, дядя Ивана IV, с 1540 до
1546/47 г. (т.е. практически до акта венчания) был конюшим, около
1547 г. стал боярином - членом думы, после свадьбы Ивана JV он при-
нимал участие в свадьбе Семиона Касаевича в 1553 г., умер в конце
1559 г.” Естественно, что для формулярного, а не летописного приме-
нения упоминание его участия в Чине было не нужно и оно оказалось
опущенным.
Сравнительно с краткой Лицевой редакцией Пространная не име-
ет указания на распоряжение великого князя о сборе вельмож для цар-
ского венчания, не сохраняет перечня названных поименно лиц (коню-
шего, двух казначеев и двух дьяков), которые сопровождают перенесе-
ние креста в Успенский собор, т.е. тех дополнительных сведений, кото-
рых нет и в краткой Никоновской редакции.
Существенным добавлением в Чине Пространной редакции явля-
ются речи великого князя и митрополита друг к другу, а также поздрав-
ления и молитвы митрополита.
О "здравствовании" царя митрополитом н другими участниками
венчания упоминает и Никоновская редакция, но в Пространной при-
водится текст "Поздравления великому князю от митрополита, и от ар-
хиепискуп, и епискуп, и от всего священного собора", который
начинается приветствием в традиционной евангельской (греческой)
форме ("радуйся, боговенчанный царь князь великий") и содержит
пожелание ему с "благородною и христолюбивою великою княгинею и
царицею Анастасяею" и с братом Юрием и с другими "видсти на своем
царстве сынов сынов своих в род и род
216
Здесь мы встречаемся еще с одной чертой Пространной редакции
- в нее вставлено упоминание первой жены великого князя (умерла в
1560 г.), которая па самом деле не участвовала в венчании и стала его
женой лишь через две недели. Другое подобное упоминание находится в
благословении от митрополита в конце его Поучения: "Буле не тебе ми-
лость Божия... и на твоей богодарованней великой княгине и царице, и
на ваших Богом дарованных (далее - благородных в списке А, царских -
I ?
в Вахрамеевском и других списках) чядех" . Таким образом, здесь яв-
ные последующие поновления Чина, приведение его в соответствие с
представлением, что по формуляру в венчании царя участвует и его су-
пруга.
Пространная редакция включает два варианта речи великого кня-
зя к митрополиту, которая вообще не упоминается в обеих кратких. В
этой речи говорится о передаче венчаемому царю великого княжества
Владимирского, Московского и Новгородского от прародителей, пред-
лагается наречь его "великим князем, боговенчанным царем", "благо-
словить, и поставить, и венчать" нового царя "царским венцем по древ-
нему нашему царскому чину". При этом первый, безымянный вариант,
Не имеющий И особого заглавия (начало: "И великому князю в ту пору
говорити свои речи к митрополиту сипе. Отче, пресвяшенный митропо
лите! ), предполагает участие в церемонии наряду с самим венчаемым
и его отпа, который и обращается к митрополиту. Второй вариант
("Речи великого князя Ивана Васильевича всея Русин самодержца к
Макоарию митрополиту всеа Русни" . более соответствует реальным
условиям венчания 1547 г. Кроме того, второй вариант дважды
упоминает о помазании новопоставленного, наряду с благословением,
поставлением, наречением и венчанием, которые есть в первом вариан-
те.
Кроме речи великого князя к митрополиту, в Пространную
редакцию включена и речь митрополита к великому князю, которая
имеет аналогичное содержание - обоснование наследственности и за-
конности власти венчаемого царя, указание на повеление со стороны
его отца "на великое княжество стати, и помазатися, и венчатися
боговенчанным царьским веннем по древнему вашему царьскому чи-
ну , что и выполняет митрополит. Это ритуальные и важные слова,
обозначающие сам священный акт принятия власти, приводятся триж-
217
ды, в последний раз с формулировкой - "Се от Бога ныне поставляс-
шися помазусшися, и нарнцаешнся, князь великий Иван Васильевич,
и
боговенчанный парь и самодержец всея велнкня Руси" , которая отра-
жала, таким образом, официальный титул царя.
Митрополит обращается к великому князю также с пространным
Поучением22, в котором изложены требования к христианскому госуда-
рю с цитатами из евангельских и апостольских текстов. Оно заверша-
ется здравицей и пожеланиями к самому "боговенчанному царю", к
"князю великому Ивану Васильевичу" и благословением "всего священ-
ного собора Руския митрополия” "на твоей Богом дарованной великой
княгини и царици и ваших богодар->ванных чадех" (безымянно) . Это
поучение, между дрочим, возлагает на нового царя функции толкования
христианских догматов и защиты церкви: "И паки та глаголю, о бого-
венчанный царю; цело имей мудрование православным догматом, почи-
тай излише матерь твою Церковь, о Святом Дусе тоя воздай и сам поч-
тем будеши ст нея .
Это Поучение, несомненно, новое явление в истории русских чи-
нов венчания и есть все основания связывать его составление с митро-
политом Макарием, как это вслед за Х.Лопаревым делает Р.П.Дмит-
риева25. Известен и тот образец, который мог лежать в основе этого по-
учения - Главы наставительные императора Василия Македонянина к
сыну Льву VI Мудрому26.
Важным отличием Пространной редакции является включение в
нее особого "Чина и устава, еже како подобает помазати царя или ве-
ликого князя великим миром . Хотя помазание, кок составная часть
ритуала венчания, упоминается во всех редакциях в молитве митропо-
лита в самом начале Чина ("Господи Боже наш... благоверного раба
своего великого князя Ивана Васильевича...помазати способи елеом
возрадования... , о самом этом действе в кратких редакциях не го во-
29
рится . Лишь Пространная не только обозначает, что миропомазание
производится после литургии и перед причащением царя, но и при-
водит текст особого Чина,
Обращает на себя внимание приведенное заглавие этого чина, по
которому "подобает помазати" не только царя, но и великого князя. Хо-
тя в тексте этого малого Чина помазания государь постоянно именуется
только царем (и отец ломазуемого также называется “отець царь": "гря-
218
дуть оба царя вкупе"30 ), но и далее, в тексте большого Чина (всего ри-
туала венчания) венчанный и помазанный государь вновь именуется и
"царем" И "великим князем" (также как и "отец князь великий"). Это
свидетельствует о позднейшем включении этого малого Чина помазания
в состав большого Чина последования помазания, принадлежащего,
скорее всего, другому составителю, пользовавшемуся другой термино-
логией
Не меньшего внимания достойно и однократное упоминание в
этом малом Чине патриарха, как лица, которое по формуляру может
проводить помазание. Архидьякон обращается к "царю" со словами:
Тосподи|не], святый царю боговенчанный! Призывает тя снятый пат-
риарх или пресвященный митрополит, отец твой... на помазание свя-
„и
того и великого мира...
Упоминание патриарха нет оснований связывать обязательно с
редактированием и дополнением Пространной редакции после учрежде-
ния патриаршества в России в 1589 г. и относить их, следовательно, к
самому концу XVI в. Как указано выше, старший список этой редакции
принадлежит третьей четверти века и поэтому в упоминании патриарха
есть основание видеть возможность в глазах редактора венчания русско-
го царя одним из ближневосточных патриархов.
Кроме основного извода Пространной редакции, к которому при-
надлежит большая часть ее списков, выделяется и второй извод, по ру-
кописи, изданной Н.И.Новиковым в 1774 г. в Древней российской вив-
лиофике32. Извод Вивлиофики отличается кроме поновлений слога и
пропусков отдельных слов упоминанием Владимира Мономаха, допол-
нительными поучениями митрополита к великому князю со ссылками
на "богоотиа Давида" и "царя Соломона". Кроме того, в этом тексте
вместо имени великого князя часто стоит "имярек", а в некоторых
случаях опушено упоминание второго великого князя ("и нареченный
князь великий"33). Однако замена имени словом "нмярек" проведена
непоследовательно и имена Ивана Васильевича и Анастасии сохра-
нились в речи и Поздравлении митрополита3*.
К какому времени и к каким обстоятельствам можно отнести соз-
дание трех редакций Чина?
Повествовательность обеих кратких редакций, отсутствие в них
поновлений, сохранение их в списках 1550-1560-х толов позволяет да-
219
тировать их появление ранним временем, концом 1540-х годов, т.е.
вскоре после самого акта венчания. Мы можем считать, что они вос-
ходят к тому несохранившемуся Чину, по которому и был проведен
митрополитом Макарием обряд венчания. Существование первоначаль-
ною Чина подтверждается тем, что до нас дошли три позднейшие ре-
дакции, имеющие общую основу. О его существовании свитедельствует
Чин поставления на великое княжение Димитрии внука 1498 г., имею-
щий общие черты с исследуемым памятником. Можно думать, что для
Чина венчания Ивана IV были вновь использованы византийские об-
разцы в Евхологиях, которые уже были привлечены при подготовке Чи-
на поставления Димитрия внука.
При включении в летописи каждый из текстов был несколько от-
редактирован и в нем, в соответствии с представлениями о "разрядном"
характере всякого великокняжеского мероприятия, т.е. необходимости
указывать, кто из представителей придворной аристократии занимал в
нем какое место, были названы или, соответствеио, опущены имена
родственников Ивана IV, его бояр и дьяков.
Что касается Пространной редакции, то ее возникновение нужно
отнести к несколько более позднему времени, если основываться на
единственной филиграни старшего списка, известной только в справоч-
нике К.Тромонина - а именно к началу 1560-х годов. Датируемый так
список Чина этой редакции принадлежит официальной, государствен-
ной канцелярии и сохранился в Государственном архиве русских царей
- в Древлехранилище при Посольском приказе (ныне - РГАДА).
С какими явлениями русской истории этого времени может быть
связано возникновение Пространной редакции?
В 1561 г. из Константинополя (тогда уже Стамбула) в Москву
были привезена грамота патриарха Иеремии, которая здесь была интер-
претирована как утверждение за Иваном IV титула царя. Это должно
было значительно поднять авторитет главы Русской державы как внутри
страны, так и на международной арене. Но оно несомненно подняло
авторитет и самого акта венчания царя митрополитом Макарием в 1547
г., которое превратилось из события русской истории в событие всего
восточнохристианского мира. Возможно, что именно это и позволило
переработать Чин венчания, который составил и применил митрополит
Макарий и который получил отражение в летописных статьях, но не
220
был воспроизведен в них полностью, в новый, сохранившийся в форме
Пространной редакции. При этом появились и поноалсния, которых не
могло быть в оригинале 1547 г,
В качестве предположения можно выдвинуть и другое обстоя-
тельство, возможно, также способствовавшее преработке раннего Чина.
В тексте Пространной редакции, как уже отмечалось, просматривается
существование двух пластов: так сказать повествовательного, непосред-
ственно связанного с актом венчания 1547 г., и формулярного, преду-
сматривающего и возможную ситуацию - участие в венчании на царство
отца поставляемого великого князя.
Существование этих двух пластов видно по включению в Чин
двух вариантов речи великого князя к митрополиту. В речи говорится о
получении венчаемым царем власти в России от его прародителей, в
ней предла! ается венчать нового царя "царским венцем по древнему на-
шему царскому чину". При этом первый, безымянный вариант (фор-
мулярный пласт} предполагает участие в церемонии наряду с самим
венчаемым его отпа, который и обращается с речью к митрополиту ("И
потом князь великий и митрополит встанут и великому князю в ту пору
говорили свои речи к митрополиту сипе.. Айк ли несть одна и великого
князя, но един сын постаалемый на великое княжество, и тогда... князь
великий... юворит к митрополиту речь сию”)
Второй вариант (повесгвона (сльный пласт), имеющий реальное
заглавие, называет всех участников своими именами ("Речи великого
кия !я Ивана Васильевича всеа Русни самодержца к Макарию митропо-
литу .."} и более соответствует реальным условиям венчания 1547 г.
В связи с существованием эшх двух вариантов важно обратить
внимание на то, что первый, формулярный, говорит о возможности
венчания сына при живом огне, что никогда не было осуществлено в
России конца XV-XVJ в. Эта возможность предположена искусственно
с расчетом на прижизненный переход власти и титула от отца к сыну.
Что может стоять за этими двумя пластами?
Нужно огметить. что возможность венчания василевса одновре-
менно с венчанием его сына, дочери или жены предусмотрена и визан-
тийским Чином венчания XI в., известным в славянском переводе по
крайней мере с XIV в. Там, например, говорится: "Внегда же ли есть
сын царев или дочи, венец не возлагает патриарх, но подает того цареви
221
н тьн венчавает тех..."15. Является ли первый пласт в Чине венчания
Ивана IV только заимствованием из византийского Чина, переработан-
ным применительно к русским условиям (нет упоминания дочери и же-
ны царя), что связано с формулярным, позднейшим и искусственным
происхождением Пространной редакции? Это не может быть исключе-
но. Однако несомненно, что византийский формуляр должен был быть
известен не только составителю Пространной редакции Чина венчания
Ивана IV, но и тем, кто составлял и более ранний текст Чина поставле-
ния Димитрия внука, и более поздний - Чин венчания Феодора Ивано-
вича Но возможность венчания сына при живом отце в этих
документах не получила выражения именно потому, что ни в первом,
ни в последнем случаях реальной передачи стола сыну быть не могло -
Димитрий был поставлен ребенком, а Феодор был бездетным. Значение
_.	ж
византийского источника не может быть преуменьшено , но скорее
как информации о возможности такого альтернативного венчания.
Чем же можно объяснить появление этого альтернативного фор-
муляра именно в Чине венчания Ивана Грозного и была ли в его прав-
ление такая ситуация, когда царь-отец хотел бы венчать при своей жиз-
ни своего сына - великого князя?
Можно предположить, что такая возможность была, и это было
именно в годы царствования самого Ивана IV, после рождения у него в
1554 г. сына Ивана Ивановича. События, связанные с тяжелой болез-
нью царя в 1553 г., когда он увидел, что его наследник (это был умер-
ший младенцем его первый сын Дмитрий) боярской аристократией мо-
жет быть лишен трона, показали ему, что без прижизненного венчания
сына передача ему титула и власти не может быть обеспечена. Не
позволяет ли существование в Чине венчания Ивана IV формулярного
пласта с двумя великими князьями предполагать, что у него в 1560-х
годах был проект венчания и сына Ивана-наследника, который, однако,
осуществлен не был. Этому могла помешать затянувшаяся и неудачно
кончившаяся Ливонская война (1558-1583 гг), а затем и гибель царе-
вича Ивана в 1582 г., хотя после введения опричнины опасность конку-
ренции для сына значительно уменьшилась.
Интересный материал для изучения происхождения Пространной
редакции дает и изучение самого старшего списка, хранящегося в
ЦГАДА37. В нем можно видеть следы работы писца, работника канце-
222
лярии. нал текстом компиляции. Такими следами компилирования в
протографе этого списка можно считать раздельное написание отдель-
ных частей текста с пропусками между ними, знаки конца разделов в
некоторых местах и крупные инициалы в начале следующих разделов.
Создается впечатление, что приказный писец копировал оригинал, сос-
тавленный из отдельных частей - листов и на стыке этих частей остав-
лял свободные места, начиная следующую часть с ее выделения. Так
начинаются разделы, содержащие; речи великого князя и митрополита,
молитвы, указания "Аше ли несть отца великого князя”, "Аще ли есть
отец великого князя", т.е. формулярный пласт внутри Чина, Чин ми-
ропомазания и др.
Изучение этих палеографических данных может дать дополни-
тельные сведения о составлении Пространной редакции как компиля-
ции нескольких текстов. Дальнейшее изучение Чина венчания Ивана IV
сможет, вероятно, прояснить его значение как источника сведений о
времени царствования одного из последних Рюриковичей на русском
престоле.
1 О чинах венчания на царство и поста течения на княжение на Руси см.: Катаев Н. О
священном венчании и помазании парей на царство. М„ 1847; Горский А.В. О
священнодействии венчания и помазания на царство // Прибавления к изданию
творений ев. отпев в русском переводе. 1882. 4.29. Вельтман А. Царский златой
венец и царские утвари, присланные императором Василием и Константином вели-
кому кия ио Владимиру Киевскому //Ч ОЦДР. i860. Кн I, Барсов Е.В. Древнерус-
ские памятники священного венчания царей на царство в связи с греческими их
оригиналами. С историческим очерком чинов царского венчания в связи с разви-
тием идеи царя на Руси. М., 1883 (То же: Ч ОИДР. 1883. Кн.1); Лопарев X. О чине
венчания русских царей // ЖМНП, 1887, октябрь, С.312-319; Попов К. Чин
священного коронования // Богословский вестник. >896. Ч 4 и 3; Покровский Н.
Чин коронования государей в его истории // Церковный вестник. 1896, № 17, С.539-
544, Л& 18. С.571-576; № 19 С.601-608. № 20. С.637-640, Савва Н. Московские цари
и византийские василевсы. Харьков, 1901; Oiir G. I) Gh vitimi Kurikidi е !е ba$i
ideologiche della souvranita dello Sialo msso // Oriental# Cluistiana Periodica. 1946. К
(XU, ЙЙ 3/4, P 323-373. 2) La Chiesa e Io State nel cercnioaiale diiicorrmazionc dei Gian
piincipi e mi rusii // Ibid 1950. Vol. 16, 16 3/4; 1951. Vol. 17, M 3/4, 1952. Vol 18 № 3/4.
223
3) Recti predtoha агКетпЫохзпЛбЬо pfeiiadu tomnovacntho obfadu byzantskfch cisartt
//- Studi in onore di Ettore io Gatto e Giovanni Maver (Coliana di "Sieejdte slavistiche“.
Roma, 1962 1Ф 1. P,507-514. (Благещарю проф. M Кападыто, оказавшего помощь в
использовании зтой работы), Arranz М. Inspect ritiiel de Tonction des empereurs de
Constanintopie et de Mascon // Da Roma alia Terza Roma. Document! e studi. I. Napoil,
1983 Poppe A. Die Enthronement of the Prince in Kievan Rus'. // The 17th International
Byzantine Congress. Abstracts of Short Rapers. Washington, 1986. P. 272-274.
3 ПСРЛ. T.13. C.150.
3 ПСРЛ. Т.29. С.49-30; T.13. C150-151.
^Лихачев Н.П. Палеографическое значение бумажных водяных знаков. СПб., 1899.
4.1. С.323-324,331-332; Клосс Б.М. Никоновский своя и русские летописи XVI-XVH
вв. М., 1980. С.191-194
* ПСРЛ. Т.20. 4.2. С.468-469.
‘ ПСРЛ. Т. 34. Стб 180-181.
} ПСРЛ. Т.13. Стб.451-453.
1 Пресняков А.Е. Московская историческая энциклопедия XVI в. // НОТИС. СПб.,
1909. T.V С.824-876. Шипят СО. О датировке приписок в Лицевом летописной
своде//Общество и государство феодальной России. М., 1975. C.305-3I0.
* ПСРЛ. Т.13. С.452, сн.4.
10	Клосс Б.М. Никоновский свод. С.253.
11	ЦГАДА. Ф.135, IV. 1.1. - третьей четверти XVI в. (филигрань - повернутые друг к
другу две буквы jT лсд короной, по КЛромонкну, № 1498-1510, наиболее блигкпй
7Ф 1504 1362 г. (Троыоиин К. Изъяснение знаков, видимых в писчей бумаге М,
1844). Благхщарю ТВДианову за указание даты фнлмгранн 2) ЦГАДА. Ф.115, IV 1.2
- середины XVII в. 3) Список И-А.Вахрамеева “в церковном Типике, именовавшемся
Церковном оком" XVI в. (свидетельство Е. В Барсова, см в его км. "Древнерусские
памятники". С.42, сн.1. См. также Оглавление этой книги, Nt VID Современное
местоиахождение списка не установлено.
12	Барсов Е.Б. Указ. соч. С. 42-96. Новое издание намятинка Идея Рима и Москве.
XV-XVI века. Источники по истории русской общественной жнэнн Roma. 1993.
Подготовка русского текст Н.В.Синипыной и Я.Н.Щапоса С. 78-93
13	Барсов ЕВ. С.67-68,71.
14	Там же С.69-79
15	Зимин АЛ Состав боярской думы в XV-XVI вв. //АЕ ла 1957 г. М, 1958. С.59,68.
Бычкова М.Е. Родословие Глинских из Румянцевского собрания - Зап. ОР ТЕД. Т.38.
М., 1977 С. 123
16	Барсов Е.В. Указ. соч. С.55.
224
17	Там же. С.60,84.
“ Также. С.73.
” Там же.
“ Там же. С.74.
31 Им же. С.74-75
И Тли же С.80-84.
13 Тлмже. С.84.
м Там же. С. 85.
и Дмитриева Р.П. Сказание о князых аяаджммрских. М.Д., 1955. С. 115-116.
№ Лопарев X. О чине венчания русских царей//ЖМНП. 1887, октябрь. С.312-319.
” Там же. С. 86.
м ПСРЛ. Т13. С150,452
39 См. также воспроизведенную вмше более позднхно помету редактора в Лицевом
списке о помазании маслом и миром на литургии.
10 Барсов Е.В. Указ. соч. С.87.
11 Там все. С. 86.
11 Древняя российская вивлиофика. СПб., 1774. 4.VII. С.4-35.
11 Барсов ЕД Указ. соч. С.46, сн.52.
34 Там же. С.49 (между сн.63 и 64),55.
31 Барсов Е.В. Древнерусские памятники. СЛ9.
31 СЙЛгС Ор. ей. Р.507-514.
” ЦГАДА. Ф.135. IV 1.1. Л.4 об. - 46.
225
М. Гардзаматн
БИБЛЕЙСКИЕ СЛОВА И ОБРАЗЫ В "ЧИНЕ ВЕНЧАНИЯ НА
ЦАРСТВО ИВАНА IV
Уже давно внимание исследователей привлекало сопоставление рус-
ских чинов венчания с их греческими оригиналами. В первую очередь
укажу детальное исследование Е. В. Барсова и недавно опубликованную
статью М.Арранца^ . Новые материалы и методы исследования позво-
ляют продолжить поиски и найти ответы на еще нерешенные вопросы.
В данном случае мне бы хотелось высказать несколько соображений
о Поучении митрополита, которое составляет часть "Чина венчания на
царство Ивана IV”^. В тексте оно следует за самим венчанием И пред-
шествует литургии.
Речь митрополита — довольно длинная. В ней ясно выражена кон-
цепция царской власти, формирующаяся в русской церкви в XV-XVI вв.
Библейские цитаты в Поучении занимают важнейшее место и имеют
целью подкрепить авторитетом основные идеи ^митрополичьей речи.
Кроме того и сам язык Поучения — как библейский и литургический —
тесно связан с языком библейских книг, близких к жанру Поучения,
т.е. Книг Премудрости.
В речи митрополита можно выделить несколько частей: обращение,
провозглашение, изложение добродетелей царя, обещание небесного
царства и славословие.
1.	Обращение:
Митрополит обращается к новому царю как "сыну святыа церкви и
нашего смирения", указывая, прежде всего, на духовное отцовство мит-
рополита как главы церкви.
2.	Провозглашение:
Митрополит провозглашает "поставление" на царство Ивана Василь-
евича: "от Бога поставлен еси князь великий и боговенчанный царь”.
Основной идеей Поучения, к которой митрополит возвращается в цент-
ральной части, речи является утверждение о божественном происхожде-
нии царской власти. Вместе с тем он напоминает цель "поставления”:
“правити хоругви и сьдержати скипетр царства Рускаго". Затем перечис-
ляются все условия, посредством которых осуществляется "поставление":
226
а) благодать Святого Духа; б) милость Богородицы; в) благословение
митрополита Петра и молитвы всех святых; г) благословение великого
князя-отца; д) рукоположение царя, совершаемое митрополитом с епис-
копами русской митрополии в Успенском соборе. Интересно отметить
значение, которое придается русской Церкви в "поставлении".
3.	Изложение добродетелей царя:
Митрополит увещевает царя иметь страх Божий и цитирует Книгу
Притчей, начинающуюся утверждением: "Начало мудрости страх Госпо-
день" (Притч. 1,7). Царь должен "хранить веру" (” Тим. 4,7 —
"греческого закона", митрополит уточняет — любить правду и милость^ .
Конкретно указывается каким образом царь может стяжать эти доброде-
тели.
Митрополит наставляет Ивана IV "иметь веру" ко всем церквам и
почитать их (в первую очередь он упоминает Успенский собор, где царь
крестился). Царю подобает и "духовное винование” по отношению к
митрополиту и епископам. Свою мысль он подкрепляет цитатой из
Евангелия от Луки (Лк. 10, !б), которая является одним из важнейших
утверждений об апостольском авторитете4. Таким образом становится
ясно значение, которое занимает Церковь не только в "поставлении"
царя, но и в его духовной жизни.
Митрополит увещевает царя любить "братью же по плоти", цитируя
первое Послание Иоанна (1 Иоан 3, 23): братоубийственная борьба за
великое княжение всегда была в памяти Русской Церкви и часто мит-
рополиты и епископы старались примирить противников. Цари должен
"попечительствовать" всем слоям русского общества (митрополит пере-
числяет их) и "всем православным христианам". Здесь начинается цент-
ральная часть речи: как надо стяжать добродетель правды.
Царь принимает скипетр, чтобы "разеудити и управити люди... в
правду". Как в Поучении, так и в молитвах венчания, только что произ-
несенные митрополитом, — правда всегда связана с судом (см. Пс. 72,
1-2). Но идея правды не отождествляется только с ветхозаветным поня-
тием правды. Митрополит напоминает о стаде, которое находится под
угрозой волков (см Ио, 10, 1-17), где пастырь — образ царя, а стадо —
образ "всех православных христиан’' При этом, как кажется, он не ог-
раничивает царское "попечение" рамками Московской Руси.
Далее митрополит говорит о происхождении царской власти. После
упоминания о необходимости Божией благодати для совершения царс-
кого подвига он излагает свою концепцию власти, опираясь на цитату
из Книги Премудрости (Прем. 6, 1-3): Бог — начало и источник царе-
227
кой власти. "Православные цари" — избранные Богом в качестве его
наместника, чтобы сидеть на его престоле и управлять "человеческим
родом"5. Еще раз упоминается образ пастыря, защищающего стадо, а
такжеобраз солнца, помогающего отличить свет от тьмы, добро от ала6.
Образ солнца предваряет речь о премудрости, для митрополита она
состоит в знании православной веры и в почитании Церкви и особенно
духовенства. Далее следует несколько советов библейского происхожде-
ния о "льстивом языке"7 и о неверии "злым людям". Речь продолжается
прославлением премудрости с использованием слов и выражений Книги
Премудрости; только она ведет царя по пути добродетели и "доброты
духовной", не допуская злоупотребления властью ("не на дарех продавай
власты"). Митрополит напоминает царю, что он в свою очередь имеет
"паря иже на небесех"; Поучение — не просто моральное наставление,
но содержит определенную концепцию истории, как видно в заключе-
нии речи.
4.	Обещание небесного царства
Заключение Поучения является ключом к толкованию всей митропо-
личьей речи и играет важную роль в "Чине венчания", особенно для по-
нимания идей царской власти. Митрополит, чтобы указать смысл и
цель истории, использует библейские образы, характеризующие эсхато-
логическую идею: наследие небесного царства (здесь встречаются тер-
мины "наследовать"8 и "наследник"* ), милость царя небесного18 , цар-
ствование с Христом* *, с ангелами (повторяется два раза) второе вос-
кресение12 , страшный суд, второе пришествие, славы венец*2, "мьзда
сторицею". Здесь митрополит использует обычный прием гомилетики:
он цитирует притчу о ’'талантах", отождествляя царя с благим рабом
(Мф. 25, 21). Царь должен ответить не только за себя, но и за людей:
"их же ми еси дал великого твоего царства Рускаго". Напоминая о вхож-
дении в небесное царство и принятии "нсуведаемыя славы венца", мит-
рополит сравнивает царское венчание с будущим венчанием, сопостав-
ляет венчание небесное и земное, и подчеркивает их связь цитатой из
послания Павла (1 Кор. 2,9). Речь заключается славословием.
Можно поставить вопрос; помогает ли Поучение лучше понять идею
царской власти? Думается, что да. Обычно литургическим текстам При-
дается мало значения, а исследование часто ограничивается их изучени-
ем с точки зрения текстологов. Если рассматривать Поучение 8 контек-
сте "Чина венчания", можно сделать вывод, что земное царство всегда
соотносится царством небесным как царство правды и мира, она как
служебная власть поручена царям, чтобы люди прошли путь к царству
228
небесному. В этом отношении прибретают большое значение возглаше-
ния молитв венчания ("Яко твоя држава...’, "Ты бо еси Царь мирови...").
С этой точки зрения можно толковать и поздравление царю, "радуйся"
(перевод греческого xatpe, см. Лк. 1,28), которое имеет мессианское
значение и играет большую роль, благодаря Акафисту Пресвятой Бого-
родицы. Часто упоминаемые в тексте Поучения правда и милость —
мессианские дары, которые на земле находятся в противоречии, а в
полной гармонии — только в царстве небесном. Правда и милость об-
ращены прежде всего к нищим и убогим, которые по Новому Завету
являются "наследниками" царства небесного.
Таким образом "Чин венчания" помогает глубже понять ралли не и
утверждение идеи "Москва — Третий Рим", которая уходиi своими
корнями в мессианскую концепцию истории и представляет попытку
представить священную историю, в которой Москва играла бы роль
посредника до наступления царства небесного. Судьба человечества
после “римской ереси" и падения Константинополя должна найти но-
вое историческое посредничество: венчание русских царей у "царских
врат", как символ входа в царство небесное, представляет для право-
славного народа возможность восстановить историческую непрерыв-
ность посредничества между царством небесным и земным. Вне этой
концепции истории остается место только для полного пессимизма, ха-
рактерного впоследствии для старообрядчества.
* Барсов £.£. Древнерусские памятники священного венчания царей на царство в связи с
греческими оригиналами. С историческим очерком чинов царского венчания в связи с
развитием идеи царя на Руси. // ЧОИДР. 1883. Т.1. C.I-XXXV, 1-160. M.Arranz Соитя-
nement royal et autres promotions de cour // Orientate Christiana Регю&са T. 56, (1990),
С.83-133. См. также /.A-Biffarski Le rile du couronnement des tsars Ians les pays slaves et
promotion d'autres ахай // Orientate Christiana Periodica T. 59(1993), C. 91-139.
j
Напоминаем, что "Чин венчания на царство Феодора Ивановича" текстуально почти
совпадает с "Чином венчания Ивма1¥". Таким образом наши наблюдения касаются и и
этого Чина. Оба текста изданы в сборнике: Идея Рима в Москве ХУ-ХУ1 вв. Источни-
ки по истории Русской общественной мысли. Рим. 1993. С. 78-95, 105-120.
В Книге Притчей милость является охраной и поддержкой царской власти (Притч. 20,
28). И Книге Бытия правда и милость упоминаются вместе (Быт. 24, 49).
4
Чтение Евангелия Луки (Лк. 10, 16-21) совершается обычно на службах в честь святых
апостолов.
® Нам представляется, что множественное число происходит от библейской цитаты и
не означает признание существования на земле многих царей. Митрополит указывает
229
лишь на череду сменяющих друг друга tfapeO'. Свидетельствам его широкого взгляда на
историю является упоминание "Кривления человеческого рода".
6 Образ солнца па отношению к царю манено найти в Книге Притчей (Притч. 16, 15 и
20, 8). О метафоре "солнца правды'ем. Мал. 3, 20 и Прем. S, 6.
1 См. Пс. 5,10; 78. 36; Притч. 6, 17; 12, 9; 26, 28.
• См. Мф. 5,5; 19, 29; 25, 34; Мк. 10,17; 1 Кор. 6, 9-10; 15, 50, Евр. 1,14; 6,12; Отер.
21,7.
9	См. Рим. 8,17; Гал. 4,7; Еф. 1. 11; Пт. 3, 7.
10	Си. Мф. 5, 7.
11	2 Лш. 2, 12; Откр. 20. 6.
*2 второго воскресения сформулирована в книге Откровения, где речь идет о тыся-
челетнем царстве Христа, которое будет предшествовать страшному суду (Откр. 20,
4-6).
1 Петр 5, 4.
230
Ч. Дж. Де-Микелис
НЕИЗДАННЫЕ ИСТОЧНИКИ НА ГРЕЧЕСКОМ ЯЗЫКЕ
ОБ ИВАНЕ IV
Целью нашего выступления является не сообщение об уже завер-
шенном исследовании, а скорее лишь документальное изложение
только что предпринятого исследования при участии некоторых ита-
льянских коллег — профессоров: Лука (2-й Римский университет),
Кариле (Болоньский университет), Делл'Агата (Пизанский универси-
тет) и Капальдо (Салернитанский университет).
Это исследование относится к неизвестной до сих пор греческой
рукописи, содержащей целый ряд поучений Василия Ш Иоанновича
его сыну Иоанну Васильевичу. По всей вероятности, она собрана в
связи с признанием царского титула, принятого Иоанном Грозным в
1547 г., Константинопольским патриархом Иоасафом II спустя десять
лет.
Около года назад профессор Санто Лука, преподаватель греческой
палеографии, предпринял археографическое рассмотрение греческих
рукописей, хранящихся в римской библиотеке "Валличельяна", до сих
пор не изученных и не вошедших в печатных каталог данной библио-
теки1 , включая те, которые в свое время (1749 г.) не были упомянуты
и в рукописном реестре под редакцией Ф.Веттори1. Среди последних
проф. Лука открыл бумажный кодекс второй половины XVI в. (под
шифром Vallig. R 100) и сразу же сообщил мне о своей находке с
просьбой о помощи. Данный кодекс содержит 9 поучений, припи-
санных великому князю московскому Василию (тсй...ц8уйХоу
т?;5...уаспк яакйас) и направленных сыну его Иоанну (vx6; рбу...абтсб
uidv Iwrivvqv) да еще тексты трех молитв.
Римский кодекс из "Валличельяны" включает 252 листа (504 стр.).
Проф. Лука уже издал краткое изложение этого кодекса, которым я и
буду пользоваться в настоящем выступлении3.
Кодекс, как я уже говорил, относится ко второй половине XVI в.
поскольку водяные знаки на использованной бумаге позволяют дати-
ровать между 1539 и 1565 гг.* В документе обнаруживаются пропуски
231
листав (со 113 по 120 включительно), что производит непоправимый
текстуальный пробел в конце поучения 7; кроме того в нем содер-
жится несколько белых страниц.
У свода новый реставрационный переплет, но сохраняется и пер-
воначальный, картонный, в зеленой коже.
Самый главный вопрос, разумеется,в том, какому именно вели-
кому князю Василию приписываются данные поучения и, следова-
ть л i па, какому Иоанну сыну оии направлены. Этот вопрос нашел
прямое решение уже в титуловании первого поучения, так как упо-
мянутый великий князь Василий, оказывается, принял при смерти
монашеский чин с именем Варлаама: iv рф OavtitM ad той ivSvO^vpoc
тО dyySKixdv о:'Hiа ха! буорас£Йутос ВалХайц! povdyov, а это совпадает
буквально с тем, что рассказывается про Василия Ill в "Повести о
болезни и смерти Василия":
Представижеся князь велики Василъей Иванович веса Руси,
во иноческом чину наречен бысть Варлам, в лъто 7042,
мъсяца декабря в 3 день.
Очевидно, речь идет о Василии Ш и его (или ему приписанные)
поучения оказываются направленными сыну его Иоанну Васильеви-
чу, будущему первому всероссийскому царю.
Ввиду того, что такой важный памятнике был совсем неизвестен,
наше внимание сосредоточилось, прежде всего, на других фактичес-
ких данных, извлекаемых из нашего кодекса. Например, как про-
изошло, что такой единственный документ попал именно в Рим, в
Валличельянскую библиотеку? Возможный ответ на этот вопрос на-
ходится в приписке на листке 2: "LXXXVII, 28 Adv. Augustinus Mariet-
tas da vendere" (адвокат Августин Марьотти, для продажи). Адвокат
Марьотти известен как душеприказчик Льва Аллаччи, и это обстоя-
тельство побуждает нас предполагать, что данный кодекс находился,
по всей вероятности, во владении самого Аллачи (1586-1669) римско-
го богослова и эрудита греческого происхождения fAXAriria;). В деся-
тые годы XVII в. он бывал в Оттоманской империи, в Греции, где
собрал множество рукописей, которые впоследствии привез в Рим:
после его смерти бумаги сохранились в Валличельянской библиотеке
(carte allacciane).
232
Бывший библиотекарь этой библиотеки, священник Дженерозо
Калениио, в конце XIX в. украл известное количество книг и руко-
писей из книгохранилища, которые были тогда возвращены только в
1916 г., чем и объясняется то, что данный кодекс не включили в пе-
чатный каталог библиотеки 1902 г.
Какая же была судьба памятника до приобретения его Аллачи и,
самое главное, какого он происхождения?
На первый вопрос мы находим, хотя и неполный ответ, в заметке
о принадлежности документа в начале текста: 'Ey тйо toO 'Avavtov .
lepopovdyov ’Avavtov. lepopovdyov Kav8ik(p)
Об этом Анании, впрочем, мы ничего не знаем; тем важнее оказы-
вается ответ на второй вопрос, чем нам поможет первоначальная за-
метка о принадлежности кодекса (на л. 250), откуда начинаются мо-
литвы, которые, очевидно, были вписаны только в позднейшее время;
заметка эта определяет происхождение нашей рукописи: а/эхп h pi рХо?
©Eo5d>pov той МсщалЛуои ябХвах; Moaxpiov V*; Ayotdtov ’Ptooiou;
Федор Мамалах (он же Федор Михайлов) — известное лицо5 . Он
является одним из представителей миссии великого князя московско-
го к константинопольскому патриарху Иосафу П, прибывшей в Кон-
стантинополь в 1557 г. с тем, чтобы получить от патриарха признание
царского титула за Иоанном Грозным6 .
Поскольку свод, содержащий в себе поучения Василия 111 сыну
Иоанну принадлежал московскому посланнику самого Иоанна, т.е.
мнимого адресата поучений, нам кажется очень вероятным, что дан-
ные документы — какое бы ни было их подлинное происхождение —
каким-то образом связаны с целью 'этой миссии.
Еше вопрос: средн известных нам сведений о великом князе Васи-
лии (с одной стороны) и о московской миссии в Константинополь (с
другой), занимает свое место завещательно-поучительный корпус, как
настоящий свод поучений, содержащихся в греческой рукописи из
Валличельяны?
Мы знаем, что Василий Иванович изложил свое "завещание" во
время первого бракосочетания, а во время своей последней болезни
он уничтожил его и написал другое, которое к сожалению до нас не
дошло. Некий отзвук этой истории можно обнаружить в Понести, где
рассказывается о том, как Василий звал к себе Tpeviemero сына
Иоанна:
2И
Приложил ко кресту сына своего, и благословил его крес-
том и рече ему: "Буди на тебе милость Божия и
Пречистый Богородицы..." и т.л.
А что касается константинопольской миссии, известно, что Грамо-
та консташмиопольскаго патриарха Иоасафа от 1561 г. начинается
так:
Понеже убо наше смирение верно уведахом и исполнихом
не точию преданием достоверных мужей, но иже И
писанием и сказанием летописца, яко нынешний
наставший царь Московский (...) от роду своего и крови
царские ведетца...
В толковании этого текста Константин Питсакис7 подчеркивает,
что патриарх "agit sans doute d'aprfe des informations et des arguments
foumis par Ivan et ses envoyis". Вопрос о том, можно ли найти эти све-
дения и доказательства, хотя бы частично дошедших до нас, в поуче-
ниях греческой рукописи?
Но мы уже говорили о том, что Иоанн Васильевич является не на-
стоящим, а скорее мнимым адресатом этих поучений. Дело в том, что
уже третье из них (с которого мы начали изучение целого свода) не-
смотря на ясное указание титулования, оказалось не текстом поуче-
ния Василия, великого князя московского, сыну Иоанну, а поучени-
ем Нягоя Басараба, воеводы валашского, сыну Феодосию. Из всего
этого вытекает, я бы сказал, некий историко-филологический детек-
тив, разгадку которого мы, конечно, пока не в состоянии даже пред-
полагать.
Сегодняшний семинар дал мне повод не только ознакомить самую
компетентную публику с нашим только что начатым исследованием,
но и побудить к сотрудничеству тех советских специалистов, которые
заинтересовались бы изучением этой рукописи.
* Martini Лет. Catalogue codium manuscriptonm Graecanim qui bibliotheca Уа1Нсе1Цапа
Roman didnervantur, Milano, 1902.
T
Invetttatwn omnium codicum Manuscriptorum Лпксогит of latinorum bibliothecae Valtiel-
lionae.
3 Manoscritti greci dimenticati della bibiioteca tailice Uiona // Augimtinianum. 1988. 28.
Piecard, Briquet, Zonghi; S. Luca. Op- cit.
234
® Ср.: Сема R.H. Несколько случаев изучения иностранных языков русскими людьми
во второй половши XVI в. // Сборник статей в честь №.А.Буэельскусм Харьков
1913 (за это указание благодарен д-ру Дж. Знфферу).
® Medlin-Palrbulii Renaissance influences and Religions Refonns In Russia. Geneve, 1971
L'idea di Rama a Mosca. Roma, 1969. P.97.
235
Л. £ Морозова
ИВАН ГРОЗНЫЙ И ПУБЛИЦИСТЫ XVI ВЕКА О ПРЕДЕЛАХ И
ХАРАКТЕРЕ ЦАРСКОЙ ВЛАСТИ
Предметом споров историков был и остается вопрос о форме
госу-дарственного управления в период становления и развития
Русского централизованного государства. Чтобы убедиться в этом, до-
статочно посмотреть работы последних лет наиболее видных Исследо-
вателей эпохи феодализма.
Например, А.АЗимин считал, что до 1549 г. на Руси была сос-
ловная монархия, а после первого Земского собора она стала сословно-
представнтельной'. С.О.Шмидт полагал, что сословно-представитель-
ные учреждения развивались параллельно с развитием признаков абсо-
лютизма2 . Р.Г.Скрынников утверждал, что Русское государство было
самодержавной монархией с аристократической Боярской думой до
Земского собора 1566 г., а после него - сословно-представительной мо-
нархией3 .
Академик Л.В.Черепнин полагал, что процесс формирования сос-
ловно-представительной монархии начался с конца XV в. и охватывал
весь XVI в.4 Споры продолжались на страницах исторических
журналов, на всесоюзных и международных конференциях.
Причина споров, очевидно, заключается в том, что до нас дошло
явно недостаточное количество документальных источников, позволяю-
щих отвечать вполне однозначно на этот вопрос. Поэтому в данной ра-
боте попробуем подойти к проблеме несколько по-иному. Посмотрим,
как себе представляли государственное устройство в России XVI в. сов-
ременники: сам царь Иван IV, его приближенные, светские публицисты
и церковные деятели.
Обращение к их сочинениям показывает, что вопрос о форме го-
сударственного правления был очень актуален и широко обсуждался.
Иосиф Волоцкий, Федор Карпов, Максим Грек, Иван Пересветов, Ер-
молай-Еразм, Сильвестр, митрополит Макарий, старец Артемий, Зино-
вий Отенский, Андрей Курбский, сам царь Иван Грозный и многие
другие выдвигали свои идеи, нередко спорили друг с другом.
236
Публицисты утверждали, что наилучшей формой правления явля-
лось в это время единодержавие. Принцип единовластия никем не под-
вергался сомнению, поскольку в наибольшей степени соответствовал
задачам управления единым Российским государством. Споры вызывал
вопрос о характере и пределах царской власти.
Иосиф Волоокий одним из первых создал развернутую теорию
сущности царской власти и ее взаимоотношения с подданными. Он пи-
сал, что власть имеет божественное происхождение и дается царю
самим Богом. Но ее носитель всего лишь человек, который может быть
недостоин возложенной на него чести. “Атце ли еже есть царь, над че-
ловеки царствуя, над собою имеет царствующа скверныа страсти и гре-
хи, сребролюбие и гнев, лукавство и неправду, гордость и ярость, алей-
ши же всех неверие и хулу, такой царь не божий слуга, но диавол и не
царь, но мучитель"3. Подчиняться такому царю не следует, поскольку
"злочесгивый царь не царь есть, а мучитель". Истинный царь обязан со-
блюдать общественные интересы - "всей земли". Руководством для него
должны служить божественные заповеди и государственные законы -
"заповеди и правды"6.
Таким образом, развивая принцип единовластия и божественного
происхождения царской власти, Иосиф ВолоцкиЙ отделял власть от ее
носителя. Божественной он считал лишь саму власть, а не конкретного
человека, который ее осуществлял, поскольку человек, наделенный па-
губными страстями, был просто ее недостоин. Небезграничны, по его
мнению, и пределы власти. Они - в рамках законов, а сама власть дол-
жна соответствовать интересам всех людей.
Эти идеи были в дальнейшем восприняты и развиты другими
публицистами XVI в. Так, Максим Грек в целом разделял основные
идеи Иосифа Волонкото о сущности царской власти, но особое вни-
мание он уделял вопросу о формах власти. По его мнению, лучшей
формой правления являлась царская власть в сочетании с "синкли-
тическими советами из благохитростных советников и крепкодушных
7
воевод" . Вполне очевидно, что в данном случае Максим Грек высказал
идею о сословно-представительной монархии как наилучшей форме уп-
равления страной. Царь, по его мнению, не может один властвовать,
помогать ему должны мудрые советники из числа бояр и воевод. От-
рицал он и возможность какого-либо произвола и самоуправства со
217
стороны царя, поскольку его действия должны быть подчинены божс-
ствепным законам . Есть у царя и определенные обязанности перед
подвластным народом: осуществлять правый суд, всеобщую справед-
ливость и законность в стране - "устрояти вещи подручников правдою и
благозаконием”. Царь должен бороться со “всяким неправдованием, раз-
бойничеством, кровопролитием, неправеднейшими клеветниками"*.
Только так сможет царь оправдать честь, возложенную на него самим
Богом
Подобно Иосифу Волоцкому, Максим Грек утверждал, что, если
царь своим неблаговидным поведением и незаконными действиями ро-
няет честь царского имени, то такого царя следует считать не "Божьим
слугой, а мучителем". Царство же при таком неразумном правлении
постигнет участь Византии, которая попала под власть турок за то, что
ее императоры не соблюдали законов, притесняли вдов И сирот,
грабили подданных. Наказывая греков, Бог даже нс посчитался с тем,
что Византия являлась оплотом православной веры. Значит, по мнению
Максима Грека, царям недостаточно быть образцовыми верующими,
главное - должным образом исполнять свои царские обязанности .
Вспоминая историю Византии, Максим Грек пытался предосте-
речь русского царя от ошибок византийских императоров и показать
образец управления страной.
Таким образом, Максим Грек выступал за сословно-представи-
тельную монархию в рамках законности и правды. Любой произвол и
самоуправство царя им полностью отвергались, как противоречащие
"Божьим заповедям".
В начале XVI в. вопрос о формах и способах реализации власти
был предметом обсуждения в различных общественных кругах, что
свидетельствует об его особой актуальности и нерешенности в реальной
практике.
Например, светский публицист и дипломат Феодор Карпов в по-
сланиях митрополиту Даниилу писал, как, по его мнению, следует уп-
равлять страной: во главе государства должен стоять царь, но не один, а
с "начальниками и князьями", которые были обязаны соблюдать инте-
ресы всех сословий". Значит, и для Федора Карпова идеальной пред-
ставлялась сословно-представительная монархия.
238
Большое внимание уделял Ф.Карпов проблеме законности осуще-
ствления власти. Он писал, что всякое царство должно управляться "по
правде", т.е. по справедливым законам. В данном случае закон, правда
и справедливость для него равнозначны. Всякое царство, по
Аристотелю, управляться должно по правде н определенными законами
справедливыми". При этом правда и законность должны сочетаться с
милостью. Без них они будут только "малодушеством и мучитель-
„н
ством .
Как видим, и для Ф.Карпова интересы "всей земли”, управление
по законам справедливости, "правда и милость" - те границы, в которых
может осуществляться царская власть, но не одним человеком, а в сово-
купности "с начальники", т.е. с представителями других сословий.
К проблеме царской власти обращался и анонимный автор "Вала-
амской беседы* - памятника, возникшего, очевидно, в дворянской среде
в ранний перод правления Ивана IV, когда тэт находился под сильным
влиянием церковных деятелей: митрополита Макария, протопопа Силь-
вестра и др. Щедрые пожертвования церкви вызвали возмущение в
светских кругах, что и нашло отражение в "Валаамской беседе".
Анонимный автор "Валаамской беседы* пишет, что всем людям
следует покоряться царям, молить за них Бога, "поскольку Богом бо вся
свыше предана есть помазаннику царю и великому Богом избранному
князю"13. Однако и царь имеет перед своим народом обязательства: “А
царем и великим князем достоит из миру всякия доходы своя с поща-
дою збирати и всякие дела делати милосердно с своими князи и з боя-
ры, и с прочими миряны, а нс с ыноки. Милостив человек есть царь,
милость показа к миру, уподобися милостивому Богу... А царю достоит
не простотовати, с советниками совет совещати о всяком деле, а святы-
,	,.и
ми божественными книгами сверх всех советов внимати .
Значит, по мнению автора "Валаамской беседы" царь должен вы-
полнять свои обязанности вместе с князьями, боярами и другими свет-
скими лицами. Это опять же подразумевает сословно-представительную
монархию.
Автор поднимает вопрос об ответственности правителя за грехи
своих подданных, т.е. он должен так управлять страной, чтобы под-
властные люди боялись грешить. Значит, его правление должно соче-
таться "с грозой". Это новый момент по сравнению с утверждениями
239
других публицистов о необходимости царской милости. При неправиль-
ном правлении цари могут лишиться власти: "Царие на своих степенех
царских нс возмогут держатися и почасту пременятися за свою царскую
простоту и за иноческие грехи и за мирское невоздержание... И хотяше
они, государи цари и великии князи, исправляти и здержати, и мужают
грады и царствия свои могущими воины, получают мимотекущую и
суетную славу мира сего бранию и мужеством храбрости свое» - тако и
, „н
досто! царю грозну быта
По сравнению с другими публицистами автор "Валаамской бесе-
ды" наделяет царя большими функциями. Царь должен не только уп-
равлять государством, но и спасать души людей: "Сотворил Бог благо-
верный цари и всликия князи и прочий власти на воздержание мира
сего, для спасения душ наших . Этим он возлагает на светские власти
те обязанности, которые должна выполнять церковь, передает в руки
царя всю полноту власти над человеком.
Эти взгляды шли вразрез с мнением церковных публицистов. На-
пример, Ермолай-Еразм не видел никакой исключительности в личнос-
ти самого царя, поскольку все люди, происшедшие от Адама, равны.
Царь, хоть и наделен властью, но она имеет силу только в земной жиз-
ни над телом человека. Вечная же душа должна подчиняться только
священнику, божьему представителю в миру . Ермолай-Еразм ставил
церковные власти значительно выше светских. Цари же, по его
мнению, обладают временной властью и, если являются недостойными
людьми, то должны свергаться со своих престолов. Так поступали с
ними во времена пророков . Это мнение Ермолая сходно с идеями
Иосифа Волоцкого и Максима Грека и его можно расценить как
вполне революционное для того времени.
Ермолай-Еразм, как и другие публицисты, налагал на царя мно-
жество обязанностей, главной из которых была забота о “ратаях", обес-
печивающих своим трудом благосостояние всей страны*9. Фактически,
Ермолай-Еразм первым в русской публицистике выступил в защиту
крестьянства.
Много внимания Ермолай-Еразм уделял вопросу о злоупотреб-
лениях царских вельмож, которые превышают данную им власть,
обирают простых людей и наживаются за их счет. Поэтому он призывал
240
царя стать в стране высшим судьей и навести порядок, восстановить
ю
Правду и справедливость .
С нравоучительными проповедями к царю обращался и старец
Артемий. Он указывает обязанности царя, которые делают его достой-
ным власти: знать божественные законы, а не только "упражняться В
людских строениях". Если же царь не соблюдает Божьи законы, то не
следует ему починяться . По мнению Артемия, главным достоинством
царя является благочестие, соблюдение Божьих заповедай. Светские же
обязанности царя он ставит как бы на второй план. В этом он
расходится с Максимом Греком, Ермолаем-Еразмом и др. "Царь - всего
лишь Божий служитель и несть свободен, аше не управит си по Бозе
жиги, понеже раб есть греху”. Царь становится рабом, если не сможет
побороть в себе греховные страсти . Поэтому высшей властью и выс-
шим судьей Артемий считал Бога: "Повиноватися достоит Богови, неже
jj
человеком .
Значит, и Артемий не считая власть неизменной принадлеж-
ностью царя. За свои грехи и страсти он мог быть ее лишен. Все дейст-
вия царя должны быть подчинены "божьим законам".
С поучениями к зарю обращались видные церковные деятели,
например, митрополит Макарий. Он не считал царя обычным челове-
ком, как Ермолай-Еразм, а полагал, что тол избран самим Богом и нм
возлюблен "паче всех". Но при этом на царя возлагаются особые обя-
занности перед своим народом: любить "суд и правду".быть ко всем ми-
лостивым, жаловать и беречь по отечеству бояр И воевод, миловать
воинство, судить людей "правдою и законом". При этом он не имеет
права выходить "из воли Божьей", т.е. самовольствовать и самоуправ-
ствовать14 .
Таким образом, и Макарий ставит царя в определенные рамки за-
кона и обязанностей, хотя и возносит его выше всех смертных.
Писал к царю Ивану Грозному и протопоп Сильвестр. По его
мнению, царь "богом поставлен и верою утвержен и отражен святостаю,
глава всем людей... и государь своему царствию, и наставник крепок
людем своим, и учитель, и ходатай к Богу . Но при этом он обязан
исправлять преступников, бороться со всеми противниками "божьих на-
ставлений", судить людей своим праведным судом и выяснять истину26.
Неоднократно повторяет Сильвестр, что царь должен "знати Господа и
241
творити суд и правду посреди земля", царствовать ради истины и кро-
тости. Тогда "престал твой правдою и кротости», и судом истинным со-
„м >
вершен есть . Верными помощниками царя должны стать мудрые со-
ветники, без которых царь не сможет управлять державой1*.
Получается, что Сильвестр был за сословно-представительную
монархию, управляющую справедливо, в интересах всех людей.
Об особой актуальности вопроса об управлении страной в сере-
дине XVI в. свидетельствует и то, что он поднимался нетолько в публи-
цистических, но и исторических произведениях, например, в "Повести о
Казанском взятии". В ней предлагается такой образ идеального госу-
даря; соблюдает “закон Христов", иаделен премудростью, основанной на
"страхе Господнем", обороняет страну от "басурман и латын", уста-
навливает "суд и правду", равную для всех, потехи царские оставляет,
имеет "любовь по Бозе ко всем под рукою его, к вельможам и к сред-
ним, и ко младым, ко всем равную", по достоинству всех любит и жалу-
ет, и "мзду” им воздает "по их отечеству и службе"2*. Никакого само-
управства и несправедливости он не допускает, поскольку действует "по
закону Христову".
Таким образом, главное достоинство царя видится автору "Повес-
ти" в справедливом управлении страной, в одинаково милостивом отно-
шении ко всем подданным.
Идею господства и подчинения выдвигали фактически все публи-
цисты XVI в. Например, Зиновий Отенский писал; "Сих убо вспомя-
нув... безцарственых людей и мятеж бывающих в них, занеже не имели
владыки им... Сего бо ради всякое нестроение и мятеж, и разрушение
землям, и царствию бывает коемуждо, аще по своему хотению твори-
та" . Только власть царя, по мнению Зиновия, может обеспечить в
стране порядок и благочиние; *3рех бо всяко убо множества благочиние
же и согласие дотоле исправляемо, донслсже к единому некоему на-
чальнику держится общее всех благопокоренне на многоначальство от
единоначальства сотворяемо". Но власть царя, хоть и необходима, но
все же не безгранична и ие зависит ст его собственной воли: "Нс токмо
бо от безцарственных людей, творящих вся по своему хотению, пагуба и
всяко нестроение и мятеж бывает, аще вся начнут творити правая, но
аще и сами Цареве пред очима своима, а не раземотряти всему
царствию общие пользы и крепости"3'. Поэтому идеальное правление
242
для Зиновия - единоначалие в интересах всего народа. В личности царя
Зиновий не видит никакой исключительности (как Ермолай-Еразм,
Максим Грек И др.): "И царь человек есть, яко же и вс и человены,
царствия же достояния точию". Он может заблуждаться, говорить
“нелепо”: "Не убо же и продобает цареви праздно глаголали что... Лепо
не мнети праздно Прочим человеком глагол его”. Внимать же следует
только "божьему речению"”.
Самоуправствующий царь, по мнению Зиновия, не Божий став-
ленник, а тиран ("тирон"), которому не нужно подчиняться”. В данном
вопросе отснский монах полностью солидарен со своим учителем
Максимом Греком.
Все вышеназванные публицисты лишь затрагивали вопрос о цар-
ской власти в своих сочинениях. Наиболее же обстоятельно он рассмот-
рен в челобитных Ивану IV дворянского публициста Ивана
Пересветова. Обращаясь к царю с советами по поводу управления
страной, Пересветов постоянно использует исторический опыт Визан-
тии. Для него очевидно, что именно Русь становится наследницей Вто-
рого Рима. Об этом говорят предсказания "латынских философов и дох-
туры”. Именно к Руси т ее славному царю "мудрому вонннику" Ивану
IV обратилась Божья любовь”.
Но Пересветов хочет предостеречь русского царя от ошибок ви-
зантийских правителей. Причину падения Византии - оплота правосла-
вия - он видит в том, что в стране царили злодеяния и беззакония со
стороны вельмож: "Злодеяния и беззакония прекратит престол силных,
паче разточи гордыя мысли сердца их, низложи сильным со престола .
Эти высказывания повторяются во многих сочинениях того времени.
Вероятно, эти мнения Пересветов считал главными.
И.С. Пересветов хак бы проводит параллель между последним ви-
зантийским императором Константином и Иваном Грозным: оба оста-
лись после смерти опта малолетними детьми, оба страдали в детстве от
произвола и самоуправства бояр и вельмож. Но Константин и в зрелом
возрасте не смог избавиться от "злохитростных вельмож", которые от-
вращали его от воинских дел, от управления страной по правде и
справедливости: "От злонмства и от нсчистаго собрания, от слез и от
крови роду чсловеческаго богатели велможи его, и онн праведный суд
изломили, да неповинно ссужали по мзде... Они осетили царя Констан-
243
тина вражбами и уловили его великим лукавством своим и казньми
дияволскими прельстили, мудрость его и щастие укротили, и лиг его
царский обнизили своими прелестными вражбами"36. Это привело к то-
му, что Бог разгневался на Византию и отдал ее в руки турок, которые,
хоть были неверным народом, но управляли государством по справед-
ливым законам.
Некий турецкий султан Магмет (придуманный автором персонаж)
' - идеальный государь, по мнению Пересветова. Всю полиолу власти он
сосредоточил в своих руках, ио править стал "со своею верной думой"57.
Руководством для него стали служить законы, которые он списал с хри-
стианских книг - "мудрость и праведных суд".
И.С.Пересветов подробно разбирает вопрос о государственном ус-
тройстве, созданном султаном: все подати собирались неким выборным
мудрым человеком и передавались в казну, потом из нее выплачивалось
жалование судьям, вельможам, воинству, "кто чего достоин", для управ-
ления городами рассылались верные паши и судьи, их деятельность ре-
гулярно проверялась султаном, с провинившихся сдирали кожу . Такое
грозное правление помогло султану навести в стране порядок. По мне-
нию Лересветова, "не мочно царю без (розы бытн... Царь кроток и сми-
рен на царстве своем, и царство его оскудеет, и слава его низится. Царь
на царстве грозен и мудр, царство его ширится, и имя его славно по
всем землям
Важным новшеством, введенным Магметом, по мнению Пересве-
това, было то, что при нем все служили вольно, так как " в котором
царстве люди порабошены, и в том царстве люди нехрабры и к бою не-
смелы против недруга: раб срама не боится и чести не ищет"4*. Кроме
того, Магмет дал всем равные возможности достичь славы и почестей,
поскольку награждал не по родовитости, а за верную службу и храб-
41
рость .
Сам султан имел множество обязанностей. Например, для своих
нужд он сам зарабатывал деньги и не тратил казну, был хорошим вои-
ном и защищал свое отечество в боях с недругами, берег своих воин-
ников и любил "аки отец детей своих", не проводил время с "прелест-
никами" и лукавыми вельможами, а думал об "управе в царстве сво-
244
Таким образом, для И.С. Псресветова идеальным правителем яв-
лялся тот царь, который сосредоточивал в своих руках всю полноту
власти, но при этом пользовался мудрыми советами верных людей -
"верной думой". Царь должен назначать судей, воевод, окружать себя
храбрыми "воинниками", по службе награждать их и возвышать. 8 уп-
равлении страной он обязан руководствоваться "божьими законами*,
"божьей правдой". Сам царь исполнял множество обязанностей: был во-
инником, содержал войско для зашиты страны, организовывал справед-
ливый суд, собирал подати и т.д. Поэтому, хотя царь и был полновласт-
ным правителем страны, но только в рамках законов и обязанностей.
Опять же, как и другие публицисты, Пересветов не допускал возмож-
ность самоуправства И самовольства со стороны царя.
Обобщая взгляды публицистов XVI в. на проблему управления
Русским государством, можно сделать следующие выводы;
1.	Вопрос о государственной власти был очень актуален и
активно обсуждался в сочинениях публицистов.
2.	Дискуссии свидетельствуют о том, что в реальной практике ни-
каких сложившихся форм правления в данное время не существовало.
Это же подтверждают '’ногочисленные послания к Ивану IV с поуче-
ниями, написанные разными лицами, в которых на примере Византии
показывались ошибки правителей И предлагался идеальный образ царя.
3.	Принцип единодержавия никем не оспаривался, но одни пуб-
лицисты считали, что помогать царю в управлении страной должны
чуть ли не все сословия, другие в числе помощников видели только
ограниченный круг верных людей.
4.	Большинство публицистов отделяло саму власть от ее носителя.
Если власть имела божественное происхождение, то ее носитель был
всего лишь человеком, который мог быть ее недостоин. Такого человека
необходимо было лишать власти.
Некоторые идеи публицистов (относительно сословие-представи-
тельной монархии, принятия справедливых законов и т.д.) нашли свою
реализацию в правительстве Избранной рады", которая была совеща-
тельным органом при Иване IV. Прогрессивные реформы, принятие
Судебника 1550 г. в качестве основного закона в стране, решение ряда
церковных вопросов - вехи ее деятельности. Несомненно, что все это
принесло большую пользу для развития Русского государства, способ-
245
ствовало его процветанию в середине XVI в., заложило основы для
крупных внешнеполитических акций, значительно поднявших междуна-
родный престиж Руси.
Очевидно, что в это время Иван IV разделял взгляды руко-
водителей "Избранной рады" на управление государством и действовал в
полном согласии с ними. Успехи на международной арене и во внутри-
политической жизни страны очень подняли авторитет и престиж цар-
ской власти. Иван Грозный постепенно окончательно уверовался в сво-
ей исключительности и "богоизбранности". Он не пожелал иметь около
себя советников-соправителей. В 1560 г. правительство "Избранной ра-
ды" пало. Иван IV стал единодержавным правителеми. В своих посла-
ниях он изложил собственные взгляды на царскую власть и управление
страной.
Чрезвычайно нравилась царю выдвинутая Филофеем формула
"Москва - Третий Рим". Получалось, что Русь - самая великая право-
славная держава во всем христианском мире, наследница двух первых
Римов. Себя Иван Грозный стал считать потомком римских императо-
ров, поскольку выводил свою родословную от легендарного Пруса, бра-
та римского императора Августа. Это позволяло русскому царю ставить
себя значительно выше многих европейских государей, получавших
власть в результате выборов (в Польше, Швеции и др.).
Для доказательства божественного происхождения своей власти
царь Иван активно использовал Священное Писание, в собственном
понимании и толковании. Так, из Послания апостола Павла он взял
утверждение о том, что нет власти не от Бога "всякая душа да повинует-
ся властям", тот, кто противится власти - Противится самому Богу, иэ-
43
мена царю - измена вере .
Считая себя богоизбранником, Иван IV полагал, что Бог отдал
ему "под власть" не только тела подданных, но и их души. Этим он
хотел соединить в своих руках и светскую власть, и церковную
Истинно православный царь, по его мнению, был непременно
самодержцем, которому Бог отдал все царство. "А русские самодержцы
изначала сами владеют своим государством, а не их бояре и вельможи".
Только у безбожных народов цари слушают своих подданных44.
Из посланий Ивана IV следует, что он ни с кем не хочет делиться
властью, считая себя единодержавным владыкой Русской земли. Поэто-
246
му в его государстве решать что-либо может только он сам, да и само
государство держится только на нем, а не "на судьях, воеводах, ипатах и
стратегах"45. Этим царь полностью отвергает идею о сословно-предста-
вительной монархии и провозглашает абсолютную монархию. С раздра-
жением пишет он о временах "Избранной рады", поскольку считает, что
она лишила его царской власти. Ее руководители все делали по своей
воле, "царю ни в чем не давали воли, даже в житейских делах". Оче-
видно, что руководители "рады" хотели сделать царя слугой народа и го-
сударства, заставляли подчиняться законам и выполнять свои обязан-
ности, т.е. в реальной жизни воплощать идеальный образ правителя,
представленный в сочинениях публицистов. Это, по мнению Ивана IV,
ущемляло его права самодержца, он не хотел никому подчиняться. "До
сих лор русские властители ни от кого не подвергались допросу, могли
по своей воле жаловать и казнить своих подданных
Иван IV отвергает какие-либо рамки для себя и считает, что сам
может решать, когда быть кротким, когда - жестоким Добрым, в его
понимании, следует являть милосердие и кротость, злым - жестокость и
расправы. И только он сам будет решать, кому что Для устрашения
злодеев будет носить меч и править "с грозой" Этим самым он объявлял
себя высшим судьей в государстве. Своих подданных он считал рабами,
данными ему от Бога, и по отношению к которым с его стороны допу-
скался полный произвол: "Мы вольны награждать своих холопов, воль-
ны и казнить... Все подданные рабы своего царя и даны ему во владе-
ние самим Богом .
Видя в себе богоизбранника, Иван IV заявлял. "И поэтому поми-
мо Божьей милости, милости Богродицы и всех Святых не нуждаемся
НИ в каких наставлениях от людей, ибо невозможно, властвуя над мно-
жеством народа, добиваться наставлений от других"4*. Он не отделял
себя от власти и считал только себя ее носителем Раз Бог дал ему
власть, значит, именно, он ее достоин, а повиноваться следует не толь-
ко добрым властям, но и злым, поскольку всякая власть - от Бога По-
этому измена царю может считаться изменой вере и христианству. Эго
является самым страшным преступлением и жестоко наказывается
Идея власти, выдвигаемая Иваном IV, фактически узаконивала
самоуправство и самово п>ство царя, не желавшего видеть никаких огра-
ничений для своей власти и отстаивавшего "вольное царское самодер-
247
жество". Она шла вразрез с мнением большинства публицистов и обще-
ственных деятелей XV] в. Этого не мог не знать царь Иван, поскольку
именно к нему были обращены многие нз их сочинений. Только на-
сильственными мерами мог он реализовывать в жизнь свои идеи. Таки-
ми мерами стал опрнчнинный террор. В нем на практике
осуществлялся деспотизм, самоуправство и самовластие царя. Казни и
пытки, лишение имущества многих неповинных людей стали обычным
явлением внутренней жизни страны. Новгородский погром - наиболее
яркий пример новой формы управления страной.
Естественно, что действия царя вызвали широкое общественное
недовольство. Характерным примером является выступление митропо-
лита Филиппа Колычева против опричнины. Оно закончилось острым
конфликтом церковного деятеля с царем и гибелью митрополита.
В открытую полемику с царем вступил Андрей Курбский, которо-
му удалось бежать в Речь Посполитую до начала царских репрессий. За
границей он смог вполне откровенно высказать свое мнение об управ-
лении страной Иваном Грозным.
Курбский писал, что пока царь находился под влиянием добрых н
"правдосоветующих", его деятельность способствовала процветанию оте-
чества. Когда же он стал самоуправствовать и ввел опричнину, то
"пожар лютости по всей земле Русской возгорелся" и началось
опустошение земли русской, сокрушилось благочестие и
преизобиловалась злость
Публицист развивает идеи Иосифа Волоцкого и Максима Грека о
царях-мучителях и тиранах. По его мнению, "грубый, необученный И
злострастный" человек недостоин быть царем, хотя и получил власть по
наследству. Таким недостойным человеком Курбский считал именно
Ивана IV. Его правление он назвал "безбожным и беззаконным", веду-
щим страну к гибели. Только свержение царя могло предотвратить ро-
„ *
ковой конец .
Описывая правление Ивана IV, Курбский указывает в нем
множество отрицательных сторон; главное - беззаконие, при котором
появились жестокие и несправедливые законы, исчез справедливый суд
и защита, отвергнуты законы и уставы святые . беззаконие порож-
дает "кровопролитие неповинных", ожесточает одних людей против
52
Других .
248
Таким образом, в сочинениях А. Курбского содержится открытый
призыв к свержению царя-тирана.
В период опричнины появляются произведения, в которых прово-
дится мысль о том, что за забвение заповедей Бога, отсутствие "суда,
правды и милости" русское царство ждет участь греческого царства,
падшего под ударами "безбожных турок". Например, в 'Слове об Ионе,
новгородском архиепископе", анонимный автор показывает, что в Рус-
ском государстве во второй половине XVI в. происходит все то, что по-
губило Византию: нет праведного суда, "правды", т.е. справедливых за-
конов, отсутствует милость к слабым и беззащитным,всюду царят лихо-
имство, произвол, беззаконие, чрезмерные поборы и т.д. Если власти,
по мнению автора, во время не одумаются, то божьи кары обрушатся на
Русь и приведут к гибели.
Интересно отметить, что уже в 60-е годы XVI в. находились люди,
которые предвидели будущие несчастья Смутного времени. Неслучайно,
некоторые публицисты, писавшие о Смуте в XVII в., видели ее истоки в
жестоком правлении Ивана Грозного.
Во времена опричнины со страниц публицистических произведе-
ний исчезает формула "Москва - Третий Рим". Экономический и поли-
тический упадок, военные неудачи, голод, эпидемии становятся обыч-
ным явлением в жизни страны. Они являлись предвестниками того, что
Русь ждала участь Византин, а ие процветающего всемирного оплота
православия - Третьего Рима.
Самоуправство и деспотизм Ивана Грозного привели страну в
кризисное состояние. Только смерть царя-тирана могла спасти положе-
ние. И в 1584 г. царя Ивана не стало. Слухи о его насильственной кон-
чине, возможно, были небеспочвенными.
Таким образом, анализ взглядов публицистов XVI в. на вопрос об
управлении страной свидетельствует о том, что в первой половине века
большинство считало идеальной формой власти сословно-представи-
тельную монархию. Деятельность "Избранной рады" стала попыткой
воплощения этих идеалов в жизнь, что оказалось очень полезным для
развития Российского государства и привело его к процветанию.
Но Иван Грозный, возвысившийся и упрочивший свой авторитет
и положение в государстве, благодаря раде, в итоге стал тяготиться ее
помощью в управлении страной. Он решил сосредоточить в своих руках
249
всю полноту власти и действовал, только по своему собственному
усмотрению. Это привело страну в кризисное положение. "Вольное
самодержсство" и самоуправство царя оказало вредное воздействие на
развитие Руси, остановило прогресс. Очевидно, что только политика,
соответствующая общественным интересам, может дать положительные
результаты дня развития государства.
1 Зимин А. А. Реформы Ивана Грозною. М., 1960. С.325-326; Он же. Россия на по-
роге новою времени: Очерки подитзтчсстюЙ истории первой трети XVI3 в. М., 1972.
С.379.
3 Шмидт СО. Станоаленнс российскою самодержавия. М., 1973. С.260.
1 Скрынников Р.Г. Начало опричнины. Л., 1966. С. 327,337.
4	Черепнин Л. В. К вопросу о складывании сословно-представительной монархии а
России XVI а. // Культурные связи народов Европы в XVI в. М., 1976. С.56.
5	Послания Иосифа Волоцхою. М.,Л., 3959. С185.
6	Иосиф Волоокий. Просветитель. Казань., 1896 С.481.
1 Максим Грек. Сочинения. Казань, 1859-1860. 4.13. С.323.
’ Там же. С. 384.
9	Ржига В.Ф. Максим Грек - публицист// ТОДРЛ. 1934. Т.1. С. 115.
10	Максим Грек. Сочинения. 4.2. С.161,55.
11	Дружинин В. Г. Несхатысо неизвестных литературных памятников XVI в. //ЛЗАК.
СПб., 1909. ВЫП.ХХЗ С. 106-113.
11	Гамже.
13	Моисеева ГН. Валаамская беседа - памятник русской публицистики оерцдииы
XVI в. М., 1938. C.161-I62.
14	Там же. С. 166.
15	Там же.
16	Там же. С.161-162,175.
17	Шляпкин И. Ермолай претрешный, новый писатель злаки Грозною //
С.Ф.Платонову, ученики, друзья к почитатели. СПб., 1911. С.562.
” ГИБ. Соф. 1296. Л253.
19 Там же. Л.185.
Я ~
Тлл/лге.
21 Посмния старца Артемия - РИЗ>. T.3V. Стб.1239-1240,1385.
350
и Там же. Сгб. 1412-1413.
10 Там же. Об. 1410-1414.
м ПСРЛ ТХШ, 4.1. С. 194.
и Голохвастов Д.П. Елатванвяскяй верей Сжолостр к ст писания // ЧОИДР. М.,
1874. Кн.1. С.73,82.
* Там же. С.69,83,87.
” Там же. С.69,78,83.
“ Там же. С. 93.
” ПСРЛ. ТХ1Н. 4.1. С.267-268.
я Зиновий Отеиский. Истины показаюк. Каями, 1863. С.575-586.
51 Там же С.530,587.
я Там же. С.83.
w Там же. С.376.
14 Сочиненна И.С.Перосветове. И.Д., 1956. С. 162.
Там же. С. 126.
*	Там же. С.151.
р Там же. С.37.
“ ТЗшлгв. С.153-155.
я Там же. С39.
*	Там же. С.157.
41 Там же. С.159.
* Там же. С. 175.
43	Послания Ивана Гржнно. М. Д., 195]. С286.
44	Там же С.286.
45	Там же. СЛ99.
* Там же. С.314.
47 Там же. С.299.
** Там же. С.327
44	Курбский A M. История о великом князе Московском. СПб., 1913 Стб.31-54,
65111-116.
50	Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским. Л., 1979. С. 116-117.
51	Там же. С. 179-172.
п Курбский А.М. История... Стб.77.
,3 Калугин Ф.Знновий, янок отенский и его богосаовско-налемичесза» сотнения.
СПб., 1894. С. 17-21. Прнл.2.
251
М.В.Дмитрисв
ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ВЛАСТИ И ИДЕАЛ "БЕЗВЛАСТИЯ" В
УЧЕНИЯХ ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКИХ РЕЛИГИОЗНЫХ
РЕФОРМАТОРОВ XVI ВЕКА
В настоящей статье предпринята попытка расширить наши зна-
йия о политических идеях и идеалах того направления восточнославян-
ской общественной мысли XVI в., которое противостояло утвердившей-
ся во второй половине XV-XVI в. официальной церковно-государствен-
ной политической идеологии. Речь идет о взглядах на власть восточно-
славянских религиозных вольнодумцев середины и второй половины
XVI в. и о разделявшемся ими одно время идеале "безвластия".
Нужно отметить, что в отличие от официальной государственной
идеологии, которая весьма разносторонне изучена, - идеология, оппо-
зиционная церкви и государству, изучена очень слабо. Правда, этому
есть убедительное объяснение и оправдание: источники, из которых
можно было бы почерпнуть сведения о взглядах неортодоксально
настроенных мыслителей и прямых оппозиционеров, очень скудны.
Долгое врем>. считалось, что расширить их круг вряд ли удастся. Одна-
ко такая возможность все-таки существует. Она обнаруживается, если
внимательнее присмотреться к истории еретического - а лучше сказать,
реформационного - движения, возглавленного Феодосием Косым. Хо-
рошо известно, что это движение зародилось в конце 40 - начале 50-х
годов XVI в. в Русском государстве, продолжая в какой-то мере тра-
дицию противоцерковных выступлений конца XV - начала XVI в. В
середине 50-х годов Феодосий Косой и некоторые его единомышлен-
ники бежали от преследований в Великое княжество Лиговское и в
течение более чем 20 дет проповедовали среди православного украин-
ско-белорусского населения. Ересь Феодосия Косого слилась с проте-
стантизмом. При этом в 60-е годы XVI в. восточнославянские вольно-
думны. у которых оставались приверженцы и в русских землях, объеди-
нили свои усилия с самым радикальным направлением реформации в
Речи Посполитой - антитринитаризмом'.
Из русских источников мы узнаем о политических идеях Феодо-
сия и его последователей на Украине, в России и Белоруссии очень не-
многое. Феодосий утверждал, что призыв повиноваться церкви и "зем-
ских властей боятися и дани даяти им" есть часть ложного "человече-
ского предания", а не истинное установление христианства. Истинная
252
же заповедь христианства состоит в противоположном: "Не подобает же
в христианок властей быти и воевати... Не подобает же повиноватися
вдастем и попом... Тако же не подобает рожьших почитати"1. Оппонент
Феодосия, анонимный автор "Послания многославного", следующим
образом комментировал (возможно, используя дополнительную не до-
шедшую до нас информацию) постулаты фсодоснан; "... ныне видим
вас не нищих духом, но гордящихся как антихриста, покушающихся На
все власти и владычества, установленные Богом. Не любите Богом по-
ставленное царское и церковное начальство, не хотите находиться во
власти господ, ис хотите подчиняться церковным учителям, лукаво и
безбожно утверждая, что среди христиан не должно быть властей" .
Схожие взгляды вменял в вину феодосианам и Зиновий Отснский ,
хотя в его сочинении ("Истины показание") социальные мотивы пропо-
веди Косого почти не отражены. О соратнике Феодосия - Матвее Баш-
кине - известно, что он "изодрал" кабальные грамоты своих холопов,
отрицая тем самым институт вотчинной власти и личной зависимости .
^Уго, пожалуй, все, что мы узнаем о взглядах иа власть самого Феодо-
сия и его единомышленников из русских источников.
Обратим, однако, внимание на то, что и анонимное "Послание
многословное", и "Истины показание" пера Зиновия Огенского созданы
в середине и второй половине 60-х годов XVI в. К этому времени
Феодосий и его последователи уже около 10 лет вели реформационную
проповедь в украинско-белорусских землях Речи Посполитой и обща-
лись, разумеется с местными и польско-лиговскими реформаторами.
Мы имеем ряд прямых указаний источников на то, что русские вольно-
думцы становились проповедниками протестантских общин, а некото-
рые из них примкнули к внтитринитариям. Совместная реформацион-
ная проповедь русских, украинско-белорусских и польско-литовских
реформаторов отразилась в ряде дошедших до нас памятников как соб-
ственно реформационного направления, так и полемизирующих с ре-
формационными идеями. В ряду этих памятников - а не обособленно
от них - стоят и два основных русских сочинения, из которых мы
узнаем о Феодосии и феодосианах. Все это дает основание считать, что
русские и украинско-белорусские религиозно-полемические сочинения
этого времени отражают идеологию единого явления - а именно
восточнославянского реформационного движения, тесно связанного с
протестантской и радикальной реформацией в Речи Посполитой. По-
этому данные, полученные нами из "Послания многословного" и "Ис-
тины показания", могут быть дополнены данными параллельных и
253
единовременных украинско-белорусских и, отчасти, польских источни-
ков, запечатлевших реформационную проповедь на восточных окраинах
Речи Посполитой. Тем самым появляется возможность расширить све-
дения об учениях, противостоявших официальной религиозно-полити-
ческой идеологии русского самодержавия.
Круг украинско-белорусских памятников, доносящих информа-
цию о взглядах восточнославянских вольнодумцев середины и второй
половины XVI в., довольно широк. Назовем лишь те, которые вышли
непосредственно из реформационной среды. Это сборник реформаци-
онных проповедей 60-х годов XVI в. из ГПБ им. Салтыкова-Щедрина
(собрание Ю.АЛворского), так называемое "Письмо половца Ивана
Смеры", пометки на полях Креховского апостола, Натовского поучения
второй половины XVI в., наконец, многочисленные обширные записи
некоего волынского вольнодумца на полях Острожской Библии, соз-
данные в 20-е годы XVII в.
Как раскрываются идеи, провозглашенные Феодосием Косым и
его последователями, в этих памятниках?
Обратимся прежде всего к сборнику проповедей из собрания
ЮЛ.Яворского, который только-только входит в научный оборот .
Евангельские сюжеты и тексты, которые служат автору отправной точ-
кой той или иной проповеди, нс раз дают ему повод высказаться о
светской и духовной власлти, о справедливости, о законе, об отноше-
ниях господ и их подданных и пр. Божья справедливость, перед лицом
которой все равны, по мысли автора сборника, ограничивает власть
господ, урядников и судей. Они должны помнить об этом и не чинить
"кривды" зависимым от них людям. Более того, он напоминает, что
Христос обуздывает (буквально: "надевает удила") власть всех "уряд-
ников", которые должны не злоупотреблять ею и воздерживаться от на-
силия над простыми людьми*.
Однако заветы Христа повсеместно не соблюдаются. Автор нс раз
подвергает критике и государственную, и вотчинную власть. При этом
ответственность за злоупотребления и пороки светской власти возложе-
на и на духовенство. Подобно тому как иудейские архиереи, пишет ав-
тор, были виновниками осуждения Христа и подбивали толпу на требо-
вание распять Сына Божьего, так и теперь множество епископов, архи-
ереев и попов восстают против Христа, против правды и против Еван-
гелия. Они Подстрекают “хлопство", пьяниц и преступников распра-
виться с истинными христианами (т.е. реформаторами) и поступают
подобно слугам алых господ, видящим несправедливость и жестокость
254
своих хозяев, но 'льстящих тем не менее их неправедности" ради куска
хлеба и собственного покоя*0. Автор проповедей берет под защиту не
только тех, кто примкнул к реформаторам, но и эксплуатируемое со-
словие в целом. Он требует защитить его от произвола феодалов и
власть предержащих , а дворян обвиняет в том, что они обыкновенно
бывают кощунниками и насмешниками" и своей неблагочестивосгью
сбивают с толку простой народ .
Интересно, что справедливость, которой должна руководствовать-
ся в своих действиях власть, противопоставлена ие только неправде, но
и мнению толпы. Это указывает на известную отдаленность восточно-
славянских реформаторов от социальных низов. Именно на "посполь-
ство" - вслед за архиереями - автор возлагает ответственность за требо-
вание распять Христа, которому Пилат не смог противостоять. Давле-
ние толпы, однако, - не оправдание для Пилата. Н^жно было сделать
что угодно, лишь бы не отступить от справделивости 5.
Сквозной мотив проповедей - осуждение неправого суда. Толкуя
евангельский рассказ о суде Пилата над Христом (Лука XXIII, 1-2), ав-
тор сборника весьма недвусмысленно осуждает "земской суд", которому
противопоставлен Христос. Проводя параллель между евангельским
рассказом и современной ему жизнью, автор заявляет: и сегодня мы
видим, что судьи больше заботятся о ворах и разбойниках, ведут спор
между собой о праве судить своих подданных, а "сынов Божиих" не
желают защитить. Нечестивые господа и судьи объединены ненавистью
к правде божьей. Несмотря на обычные препирательства, они готовы
примириться тогда, когда сталкиваются с Божьей правдой и преследуют
проповедников Божьего слова. Несмотря на столь резкое осуждение
сословного суда, автор проповедей называет 'дьявольским происком'
распространившееся мнение, что Евангелие требует не подчиняться
светским властям и ниспровергать их. Более того, автор довольно не-
ожиданно оценивает примирение Пилата с Иродом как пример мира,
аллегорию согласия и любви, принесенных Христом на землю .
Особый интерес вызывает новая трактовка мессианизма, предло-
женная автором проповедей. Обращаясь к "христианским царям и гос-
подам', он утверждает, что они должны стать 'божиим Новым Израи-
лем духовным', пастырями и стражами "христианского люда* и божьей
славы. Сформулирован призыв к "царям и господам*; управляйте на-
родом, так чтобы он не был идолопоклонником, но стал бы истинным
народом божиим и составил бы вместе с вами "духовный Израиль".
255
При этом правители и господа должны сами помнить о страхе Божьем
И не забывать о своей ответственности перед Творцом”.
Развивая свою идею, создатель сборника считает возможным от-
нести евангельскую фразу о призвании "пастыря" нс только к духов-
ным, но и к светским людям. И именно с "добрыми" пастырями-миря-
нами он связывает основные надежды на обновление христианского
мира. Такими пастырями были иудейские цари Иисус Навин (Осия),
' Езекия, Давид. В послеевангельские времена такими образцами стали
цесари Константин и Лев V, т.е. два императора-иконоборца! Им
поставлено в заслугу то, что они искореняли идолопоклонство и за-
ботились не только о защите подданных от внешних неприятелей и
и
несправедливости, но и о духовно-религиозном просвещении народа .
Соответственно, быть "добрым" светским пастырем означает управлять
подданными справедливо, "подлуг права", а в случае нужды защищать
их от неприятелей. Однако этой, связанной с посюсторонней жизнью,
заботы о подданных недостаточно для "доброго" правителя и господина.
Такую заботу о своих подданных способны проявить и языческие вла-
стители. Для христианского господина этого мало. В специальном не-
большом "Поучении к власть предержащим" ("Напоминание преложе-
ным") автор проповедей призывает "христианское начальство", господ,
князей и царей" заботиться не только о земном существовании под-
властных, но и об их вечном спасении", дня чего подыскивать для них
добрых пастырей. Эти благочестивые правители и господа противопо-
ставлены другим, которые, имея власть, остаются злодеями, разбойни-
ками и "ленивыми наемниками", забывают о Боге и стремятся исклю-
чительно к удовольствиям, удовлетворению властолюбия и прихотей.
Они несправедливо обходятся со своими подданными, обогащаются за
счет даней и служат только "своему брюху и праздности ценой великого
плача и притеснения подданных
Сборник из собрания Яворского по содержанию включенных в
него проповедей очень близок тому, что известно об учении Феодосия
Косого из "Послания многословного"1*. Из приведенных наблюдений
видно, в частности, как в нем были развиты политические идеи учения
Феодосия Косого, а также как в реформационно-протестантском духе
переосмыслена идея религиозно-политического мессианизма и концеп-
ция государственной власти. Сборник позволяет адекватнее понять и
выдвинутый Феодосием Косым лозунг равенства народов и вер - "еди-
но суть у Бога и тэтарове, и немцы, и прочий языцы"’9. В сборнике из
собрания Яворского читаем; "Знати имамы, иж окрум брак особь яко
256
жидовина и поганила, поляка и русина, водного и неводника Господь
Бог припущат до того сыновства вшиткых, котории едно верят в сына
10
его и преставают на науце его" . Этот же мотив присутствовал в про*
поведи польско-литовских радикальных реформаторов-ажиуринитари-
ев. Один из них, Иероним Филипповский на диспуте в Петркове в 1565
г. заявил: “.. нет в Христе разницы лиц, ни еврея, ни грека, ни немца,
_2i	_
ни поляка . В данном случае несущественно, что все три высказы-
вания восходят к единому источнику - словам из послания апостола
Павла; "Нет ни еврея, ни грека, ни свободного, ни невольника, ни
мужчины, ни девы; ибо все вы - во Христе (Галат., 11], 28). Важно, что
польские реформаторы, русские еретики и украинско-белорусские
вольнодумцы одинаково прочитали эти слова и что польские и укра-
инско-белорусские источники позволяют точнее понять смысл выска-
зываний Феодосия Косого.
Так, выступления Якуба из Калиновки и Павла из Виты на си-
ноде в Ивье против феодальной зависимости и иисютутов феодальной
власти помогают правильнее понять аналогичные выступления Косою
и Башкина и заметить тесную связь между идеями социального и на-
ционального равенства в учении радикальных реформаторов, в том чи-
сле и Феодосии Косого . В грамоте, излагавшей учение феодосиан,
был передан их призыв не подавать милостыни нищим и не почитать
родителей23. Смысл этих неясных на первый взгляд требований прояс-
няется при сопоставлении с проповедями сборника из собрания
ЮА.Яворского и "Катехизисом" известного белорусского реформатора
Симона Будного. В этих сочинениях ниществование рассматривается
как проявление паразитизма, уклонение от труда и на этом основании
резко порицается . Что касается непочитания родителей то в ’’Катехи-
зисе" вопрос об отношении к родителям рассматривается в неразрыв-
ной связи с вопросом о социальном повиновении и почитании государ-
ственной власти. Требование сыновней почтительности и послушания
служит логическим и нравственным обоснованием концепции соцнгигь-
ного конформизма . Из этого становится ясным, что призыв "рожьшнх
не почитали" косвенно выражал идеологию ангигосударе i войною и
антифеодального протеста.
Нужно однако, отметить, что проповеди сборника из собрания
Яворского отнюдь не во всем продолжают идеи Феодосия Косою. Ав-
тор сборника,, как мы видели, стоит на лояльных по отношению к го-
сударственной и вотчинной власти позициях, чю не мешаез ему крити-
ковать несправедливость, неправый суд и угнегение. Смирясь с фео-
257
дальним сословным порядком, проповедуя повиновение государству и
господам, автор сборника тем не менее делит с Феодосием Косым па-
фос морального осуждения официальной церковно-государственной
идеологии.
Значительно более радикален в пересмотре церковной идеологии
один из прямых последователей Феодосия Косого в Белоруссии Андрей
(Козьма) Кододынский, автор подложного "Письма половца Ивана
' Смеры к великому князь Владимиру Святому”, созданного в 60-е годы
XVI в. Этот памятник обращен к той же теме, что и официальная цер-
ковно-государственная идеология - к теме византийского наследия на
Руси. Однако осмысление этой темы в памятнике в корне противопо-
ложно официальному. Устами своего вымышленного героя, якобы пос-
ланного великим князем киевским Владимиром в Византию в 80-е го-
ды X а., Андрей Колодынский заявляет, что Русь совершила великую
ошибку, приняв христианство от Византии, унаследовав тем самым по-
роки православной церкви. Правда, альтернатива предложена совер-
шенно мифическая: некие истинно-христианские общины, якобы, най-
денные Смерой в Александрии. Члены этих общин - подлинные пра-
ведники, исповедующие истинную религию. В их "молитвенных домах
нет никаких идолов, а только столы и скамьи. Сами хозяева и посети-
тели этих домов - богословы, которые честны, более всего ценят мир-
ный покой, подлинно как бы агнцы божии... Здесь все люди называют
их "святым народом", а учению праведников следуют и некоторые цари.
Однако жизнь этих идеальных христиан отнюдь не безмятежна: они
подвергаются непрестанным преследованиям и нападкам со стороны
"здешних греков", которые "хитры в словах, надменны, ложь могут вы-
дать за истину, подражая в этом некоторым учениям и установлениям
римлян и стараясь таким коварством завлечь людей в церкви". Кесарь и
патриарх со своими советниками повелевают именовать себя "Новым
Израилем", принуждают бедных братьев служить себе и платить дань,
запрещают им заниматься свободными искусствами. Церкви греков по-
строены роскошно, и они велят приходить туда с фимиамом, свечами и
всякого рода яственными приношениями, называя это праздниками,
которые увековечены их установлениями. Своими нравами греки на-
помнили Ивану Сиере "аспидов" и "василисков", а их главную цель он
видит в том, чтобы "держать великий народ в рабстве у себя".
И поскольку греки наказывают всех, преступивших их лицемер-
ный закон, многие истинные праведники вынуждены скрываться в го-
рах, ущельях и лесах, чтобы избежать "нечестивой неволи". Здесь они
258
предаются пророчествам, предрекая, что "надменные греки погибнут в
вечном огне, что те, кто перенял их нравы, будут осуждены как лжецы,
бссчстные, бесславные и достойные отвращения". Ту же судьбу Смера
предсказывает и князю Владимиру, если он последует за греческой ве-
рой. "Последнее поколение" осудит греков и их последователей, назы-
вая их псами, изобретателями басен, отпавшими от Бога и заблудшими
от истины. И лишь некоторые "кроткие сердцем" праведники иссле-
дуют писание себя на спасение и будут вознаграждены за свое учение и
образ жизни. В конце концов, "последнее славянское поколение" и
присоединившиеся к нему иудеи И другие народы "объединятся для
исповедания истинного Бога". Подытоживая сказанное, Иван Смера
призывает князя Владимира не принимать "треческой веры и обыча-
ев"1*  Таково было в общих чертах, содержание "Письма половца Ивана
Смеры". Андрей Колодынский в духе учения Феодосия Косого и других
радикальных реформаторов XVI в. осуждает государственное насилие и
"рабство", отрицает институт податного обложения и пророчествует зад-
ним числом о крушении Византийской империи и ее церкви. Фигу-
рирует в "Письме" и понятие "Новый Израиль" в осмыслении, противо-
положном официальному, церковно-государственному. Характерно, что
хотя отрицание церковных И государственных порядков облечено в
форму пассивно-эсхатологической проповеди, в "Письме" содержится
упоминание о праве христианина употребить оружие для предохране-
ния "от внутренней вражды”27. Видимо, А. Колодынский допускал, что
утверждение новых религиозно-общественных порядков может апелли-
ровать не только к кротости и убеждению, но и к насилию.
Стоит обратить внимание и на пророчество Ивана Смеры о гря-
дущем объединении "последнего славянского поколения" с другими на-
родами, в том числе с иудеями. С одной стороны, это отголосок идеала
равенства народов и вер, выдвигавшегося и Феодосием Косым и поль-
ско-литовскими антитринитариямн. Этот идеал в высшей степени бли-
зок так называемому "иудаиэантизму" - одному из направлений восточ-
но-европейской и европейской радикальной реформации, не имевшему
ничего общего с иудаизмом и видевшего в христианстве прежде всего
некую бесконфессиоиальную моральную доктрину, основанную на
принципах рационализма . С другой стороны, это одна из первых и
робких попыток сформулировать идею некоего славянского мессианнз-
29
ма, концепцию "славянской реформации" . Эта тенденция памятника
тесно связана с использованием понятия "Новый Израиль" примени-
тельно к общности реформаторов и с постановкой под сомнение права
259
патриарха, императора и официальной церкви называться "Новым Из-
раилем". Известно, что идея "Нового Израиля" примениггельно к Руси
была одной из вариаций православного, прежде всего Московского (но
не только московского) мессианизма, парафразой идеи "Москва - Тре-
тий Рим" . Таким образом, и здесь прослеживается линия противо-
борства между восточнославянской реформационной мыслью и офици-
альной церковной идеологией, опирающейся на представления о Моск-
ве и русской православной церкви как о наследниках Визании.
Линия критики сложившихся церковных и социальных порядков,
обозначенная в сборнике из собрания Яворского и в "Письме половца
Ивана Смеры", продолжена отчасти в "Няговских поучениях"” . По
мнению безымянного автора этих проповедей, Бог разделил духовную и
светскую власть и заповедал "королям", воеводам и всяким "мирским
урядникам" властвовать над людьми "с правдой, с милостью”, в со-
ответствии со справедливыми законами. Церковные люди отстранены
от светской власти Христом. Поэтому папа римский согрешил, претен-
дуя на светскую власть. Аналогичным образом, однако, согрешают и
православные попы, патриархи, владыки, игумены, присваивая себе
функции светской власти*1. Поэтому "попам не годится властвовать на
этом свете", но следует служить и "многое претерпевать за Евангелие
Хрш гово". Истинный царь - только отец небесный, а всякий человек
мира сего - его слуга, будь то и хоть король, хоть вельможа, хоть пан,
хоть бирув, хоть патриарх, хоть владыка, хоть поп"11. Именно за вла-
столюбие и корысть патриархи и владыки наказаны нашествием турок
и порабощением. Это грозит и "нам", ибо сильные мира сего, владыки
и судьи, глумятся над Словом Божиим, в то время как обязанность
светской власти - царей, королей, воевод, панов состоит в противопо-
ложном - в заботе о проповеди Слова Божьего, ибо все остальное дано
34
людям ради внимания слову господню .
Вместе с тем автор "Няговских поучений", как и автор сборника
из собрания Яворского, не разделяет идей неповиновения и безвластия,
провозглашенных Феодосием Косым. Напротив, он проповедует после-
довательный социальный и политический конформизм. Он призывает
не перечить ни родителям, ни панам, ни всякому, кто “больше тебя", а
наоборот, всем им служить, выказывать послушание и "отдавать честь".
"Неволя" и "кары” посланы людям Богом по ряду причин. Их нужно
и
принять и с ними примириться .
На сходных позициях социального и политического конфор-
мизма стоит автор приписок на полях Креховскою апостола. Он осуж-
260
дает тех, кто "хвалится духовными вольностями", не хочет признавать
над собой никакой власти, и призывает вслед за апостолом Павлом к
полной покорности властям . Комментируя второе послание апостола
Петра, автор обращает внимание на тот фрагмент ( 2-е Петра, II, 11),
где говорится, что ангелы, будучи в состоянии наказать "беззаконни-
ков", не делают это , не смея оспаривать установленный Богом поря-
I?
док .
С более радикальных позиций выступает автор приписок на по-
лях Острожской Библии, возвращаясь в какой-то степени к радика-
лизму Феодосия Косого. Он призывает не повиноваться "старшим и
«	, э»
учителям , если они учат против слова божьего , а положение крес-
тьян сравнивает с положением иудеев в рабстве египетском . [реки,
как н другие православные народы ("русь", "Москва", сербы и "иные"),
"отступили Бога едного в Троицк славимого, та начинили богов раз-
ных, до которых и волают, абых спасали, а они мертвы, не елухаюз их
и не помогают им, а Бог вже смеется с погибели их" . В памятнике
снова фигурирует реформационное понимание идеи "Нового Израиля",
но уже применительно к “Руси" - Украине4'.
Таким образом, призыв к неповиновению и идеал безвластия,
выдвинутые Феодосием Косым, были отчасти поддержаны, отчисти от
вергнуты в памятниках украинско-белорусской реформационной мыс-
ли второй половины XVI - начала XVII в. Наиболее полно и после-
довательно эти призывы истолкованы в идеологии Польских братьев -
левого крыла польско-литовского антитриниатризма. Наряду с теми
идеями Польских братьев, о которых мы упоминали, нужно назвать и
призыв к "ученикам Христовым" не занимать государственных долж-
ностей, отказаться от владения крепостными и холопами, эксплуатиро-
вать которых - значит жить потом и кровью собственных братьев
Польские радикальные реформаторы полагали, что само сущее питание
государства и личной зависимости противоречит христианству. Их
идеал - общность равных между собой "истинных христиан", в которой
ист места отношениям господства и подчинения . Этот утопический
идеал хорошо известен по западноевропейскому опыту. Важно, что в
XVI в. на какое-то время аналогичные идеи были выдвинуты как
альтернатива государственно-православной идеологии и в восточносла-
вянском регионе.
Подводя итог, нужно подчеркнуть, чго радикальные антиэтатист-
ские и в каком-то смысле анархические идеи, приписанные Феодосию
Косому религиозными полемистами, не являются вымыслом. Их при-
261
сутствие в проповеди Феодосия Косого и его последователей подтверж-
дается опытом реформационной пропаганды в Речи Посполитой, преж-
де всего в се восточнославянских землях. Эти идеи не случайны. В них
отразились духовные искания некоторого, по всей видимости, весьма
узкого слоя восточнославянского общества середины и второй полови-
ны XVI в. Эго слой жил уже, так сказать, по европейскому времени.
Некоторые его представители, как мы видим, разделяли идеи самых ра-
дикальных течений европейской реформации. Преобладало, однако, бо-
лее умеренное направление, близкое ортодоксальному протестантизму и
его социально-политической программе. Однако взятые вместе, эта два
направления выработали новую, противостоящую официальной, кон-
цепцию государственной власти, ее прерогатив и пределов. Отдельны-
ми элементами этой концепции были: идея абсолютного подчинения
духовной власти государству и светским правителям во всех мирских
делах; идея последовательного ограничения государственного и вотчин-
ного произвола рядом религиозных и этико-правовых норм; попытка
взглянуть на светскую власть как на возможного гаранта религиозной
реформации. Была кардинально пересмотрена и проблема византий-
ского наследия. В противовес официально-церковной идеологии было
заявлено о необходимости отречься от византийской традиции. Ей была
противопоставлена реформационная программа. Вместо православного
государственно-церковного мессианизма была предложена реформаци-
онная трактовка понятия "Новый Израиль". Самым же главным пред-
ставляется то, что в учениях восточнославянских религиозных реформа-
торов содержится принципиальных отказ от какой бы то ни было са-
крализации государственной самодержавной власти. Напротив, под-
черкнут ее сугубо земной статус и противостояние небесной иерархии.
В целом, на короткое время образовался противоположный офи-
циально-самодержавному полюс реформационно-правовой политиче-
ской мысли. Это противостояние тем более важно, что предшествующее
поколение восточнославянских религиозных вольнодумцев - еретики
конца XV - начала XVI в., - напротив, внесли немалый вклад в раз-
работку официальных доктрин русской государственности .
Зимин А.А. И С.Пересветов и его современники: Очерки по истории русской о&
гиественно-палигической мысли середины XVI в. М., 1958. С143-153, 189-214,
Клибанов А. И. Реформациониые движения в России в XIV - первой половине ХУ!
в. Л/, 1969. С 266-391, Он же. Народная социальная утопия в России. Период
262
феодализма. М., 1977. С.52-82, Голенченко Г.Я. Идейные и культурные связи
восточно-славянских народов в XVI - середине XVII в. Минск, 1989. С.101-115,
Дмитриев МВ Православие и реформация, реформационные движения в восточ-
нославянских землях Речи Посполитой во второй половине XVI в. М., 1990, Машка
В.М Zinovy von Oten. Ein russischer Polemiker und lheoioge dei Mute des 16.
Jahdiuaderts. Коша, 1961 (Orientalia chiiniaiia analecta, 160) S.99-113.
3 Послание многословное / Иза. А.Попов. М 1880. С. 144-145// ЧОИДР, 1880. Кн 2
3 Там же. С. 182.
4 Зиновий ОтенскжЙ. Истины показание к вопросившим о новом учении. Казань,
1863. С.569-570,575.
3 Зимин АЛ Указ. соч. C.180-I81.
6 Датировка "Истины показания" - 1565-66 гт. не вызывает сомнения (Калугин Ф.Г.
Зиновий, инок Отенскнй н его богословско-полемические и церковно-учительные
произведения. СПб. 1894. С.87), О датировке "Послания многословною" см. Буля
нин Д.М. Кцдиколотические наблюдения над рукописью "Послания многословною"
// Festschrift fur F. von Liiienfeld хшп 65. Geburtstag. Erlangen, 1982. S, 158, Дмитриев
MB. Православие и реформация. С.28.
1 OP ГПБ Ф.893 (собрание ЮА. Я ворс кого), № 22; "Письмо половца Ивана Смеры"
опубликовано в кн.: Wegierski A. Lrbn quattuor Slavoniae Relbrmatae, IVa/szauu, 1973.
P.500-502. "Пяловские поучения" (Поучения на Евангелие по Миговскому списку
1758 г.) Изд. А. Петров // Петров А. Памятники церковно-религиозной жизни
угроруссов XVI-XVII вв. // Сб. ОРЯС. Пг. 1921. Т.97.	2. С.1-226. "КреховскнЙ апо-
стол": ОР биб-ки АН УССР в г. Львове. Ф.З. 76 1291; Записки неизвестного
волынского вольнодумца сохранились на полях экземпляра Осгрожской Библии 1581
г., хранящейся в Отделе рукописей Харьковской государственной научной бибтио 
теки (№ 332018/543803).
* Первое упоминание о нем содержится в кн Петров А.Л. Отзвук реформация в
русском Закарпатье XVI в. Няговские поучения на Евангелия (Материалы для не
тории закарпатской Руси. VIII). Прага, 1923. С.35-36. Прим. 3; подробнее см.
Дмитриев М.В. К истории реформационной проповеди в восючнослааянскмх
землях Речи Посполитой во второй половине XVI в. // Сов. славяноведение. 1989 h&
2. С. 15-26.
’ ОР ГПБ. Ф.893. № 22. Л.61 об. -62 и др.
19 Там же. Л. 64.
11 Там же. Л.7 об, 35,36,41.
13 Там же. Л.35.
” Там же. Л.66
14 Там же. Л.48-50 См. также: Л102-102 об,175.
263
Гаи лге Л174
16 Гам же Л221 221 об
17 Тайме Л222-222об
” См подробнее Дмитриев М В К истории реформационной проповеди С.23-25.
Поедание многословное С 143
W OP ГПБ Ф ЮЗ № 22 Л 167
г< Akta synodow rOtiiotcietczych Opnc M Stpayfh Hivxawa, 1972 T2 S179
П Bud/ry Sz О urzedzie miecza iifywajacem Oprac St Kot Warszawa, 1932 S181-183.
7' Послание многословное С144-145
14	Будный С Катнтизнс, то есть наука стародавняя христианская от святого писма
для простых людей языка русхого в пытаниях и огказех собрана Несвнж, 1562. Л 61
62,90. ОР ГПБ Ф 891 1* 22 Л233об -234
15	Будный С Катнхязис Л 51 об -52
46	Wegrerskr A Op cit Р500-502 Подробнее о 'Письме*и ею авторе см Дмитриев
МВ “Византийская" тема в восточнославянской реформационной мысли второй
половины XVI в // Византия Средиземноморье Славянский мир М, 1991 С141-
/W
Wegierski A Op cit Р 501
)«
Ogonowskt Z Antvtnnttaryzm w Police stan badarl t postulaty // Wbkdl dziejdw i
tsadycji anamzmu Warszawa, 1972 P22-23, Stczncki L Marcm Czechowtc Studiiun z
dziejow antytnnitarjzmu XVI iv Warszawa, 1964 P89, Pimat A Die Idejlogie der
Stebenburger Antitnnitaner in den 1570er Jahren Budapest, 1967, Dan R "Judaizare" - the
career of a term Arrtttnnitarysm in the second half of the 16th century Ed by R Dan and
A Ptmat Budapest Leiden, 1982 P25-34, Juszczyt J О badaniach nad jndaizantyzmem //
Kwartafntk htstoryezny 1969 № J P141-151
M Cp. Tazbir J Shwiafakte ztvdh reformacp w oswjetlenni polemikl wyznamowej, //Z
polsktcb studidB siawotyeznych Sena 3, Histona Warszawa, 1968
W Ефимов H И Русь - Новый Израиль Казань 1912, Турнлов A-А Мало-
известный источник по истории идея "Третьего Рима" у южных славян (повесть о
Кснропотамском монастыре) - дохл на симпозиуме "Москва - Третий Рим" Май
1989 г, Москва
, Помимо списка 1758 г известен список XVII в Однако данные языка и неко-
торые особенности содержания поучений позволяют отнести появление памятника
ко второй патовине XVI (см Петров АЛ Отзвук реформации С27-30,10!-102,
Даже Л Очерки по истории закарпатских говоров Будапешт, 1967 С158)
1	Поучения на Свангслис по Няпзвскому списку 1758 С39-40,114
!1 Там же С 41
11	Гам же С 133,189
264
TaMjre С 19,66-72
M Of* БАН Украины в г Лавоне ФЗ № 1291 С284-285 (пагинация в рукописи по
страничная) См также Опенхо / Украгнська лгтературна нова XVl-ro ст i
укрвгнськи Крехгвсыог апостол 1560-х гг Варшава, 1930 Т1-2
Г Там же С 200
М Библия Острог, 1581 Харьковский экэемлшр Л 248 об первого счета Пцдроб
нос об этом памятнике см Фотинскнй О А Исьынскнй рмигношый вольнодумец
XVII в // ЧИОНЛ 1905 Кн 18, выл 3-4, отд 2 С 71 102, Каманин И М Заметки на
полях Острожской Библии 1581 г ее читаемей XVII в Там же 1911 кн 22, аын 1 2
С14-17, Аланович Б.М Полемические записи на полах Харьковского экземпляра
Острожской Бнблнин Федоровские чтения 1981 М, 1985 С 172 178
я Библия Острог, 1581 Харьковский экземпляр Л25
40 Там же Л115 первого счета
41 Там же Л143 об первого счета
4J Лепшнй К. Социальная программа левого крива польского чришь тиа // Дикл н
сообщения Ин-та истории АН СССР М, 195о Выл 9 С 151 166, Дмитриев М Й
Антифеодальные тенденции в реформационном движении в Речи Поспнипсй аго
рой половины XVI в // Сов славяноведение 1984 ГУ-' 5 С 27-36, Kormanowa 1
Бтасш polscy 1560-1570 Warszawa, 1929 // Rozprawy hrstoryezne towarzystwa aauio
wego wanzawsirego 1929 T VH Z 3) Koi St Idaologta pobtyczaa r ^/oieczBa fftari
polskich zwanych anaaanu ИЬпеана, 1932, Raiow ogmsKo ananizmu Warszawa 1969 и
ДР
45 Лурье Я С. Идеологическая борьба в русской публицистике конца А V - начата
XVIa MJI, 1960 С382,392,402
265
А.В. Ч^рцеиов
ПРОСТАВЛЕНИЕ РУССКИХ КНИЖНИКОВ XVI в. О ВЛАСТИ
РУССКИХ КНЯЗЕЙ И ВИЗАНТИЙСКИХ ИМПЕРАТОРОВ
/По миниатюрам Лицевого летописного свода/
Мне уже приходилось обращать внимание научной обществен-
ности на то, что композиции, отражающие идею божественного проис-
хождения царской власти не получили на Руси значительного' распро-
странения1 , хотя в искусстве Византии и балканских славян такие изо-
бражения, как, например, Христос, венчающий государя, обычны. В
постановлениях Стоглавого собора 1551 г. отразились сомнения в до-
пустимости изображений здравствующих царей на иконах даже в роли
донаторов2. Подобный пуризм в сфере изобразительного искусства тем
более любопытен, что он не обусловлен аналогичным явлением в лите-
ратуре. Древнерусская литература знает большое число отождествлений
представлений о власти русских князей и византийских императоров,
включая придание власти первых сакрального характера. Неполное со-
ответствие содержания изобразительного искусства и рукописной тра-
диции - явление вполне закономерное. Иконографический фонд той
или иной культурной общности и эпохи всегда гораздо менее предста-
вителен, чем репертуар литературных образов и мотивов. Кроме того,
отдельные литературные произведения могут отражать индивидуальные
взгляды авторов или представления небольшого кружка. Памятники
изобразительного искусства в условиях средневековья, как правило, но-
сят более всеобщий, более конвенциональный характер. Они более де-
мократичны, адресованы не только грамотной, но и неграмотной ауди-
тории. Поэтому изобразительные материалы, хотя и дают по сравнению
с письменными источниками более ограниченную информацию, важны
тем, что в них представлена характерная выборка, отражающая устояв-
шиеся, общепринятые представления. Избегание присвоения изображе-
ниям русских государей черт святости, богоизбранничества, прямого
переноса на них иконографических признаков византийских императо-
ров - весьма характерные явления древнерусской культуры, заслужи-
вающие пристального внимания.
На миниатюрах Лицевого летописного свода, несомненно, явля-
ющегося ярчайшим отражением монархической идеологии русского
централизованного государства, имеется крупнейшая серия компози-
ций. подробно иллюстрирующая венчание на царство Мануила Палео-
> 266
лога (известный эпизод "Хождения Пимена в Царьград”: 28 миниа-
тюр)3 . По-видимому, это наиболее детальное отражение в средневеко-
вом изобразительном искусстве Чина венчания на царство византий-
ских императоров. Характерно, что эта серия не обнаруживает близости
композициям на миниатюрах того же свода, посвященных венчанию на
царство Мчана Грозного*. В обоих случаях миниатюрист буквально
следует за текстом.
Наряду с указанными особенностями древнерусской иконогра-
фии эпохи становления русского централизованногго государства, не-
обходимо указать также иа редкий, но весьма показательный случай,
когда в древнерусском искусстве находит свое воплощение и представ-
ление о подобии, параллелизме в отношении к власти русских князей и
византийских императоров.
Речь пойдет об одной миниатюре Лицевого свода, в композиции
которой идея подобия власти византийского императора и русского
князя выражена с предельной наглядностью.
Миниатюра отражает летописный текст, посвященный "чудес-
ным" победам, происшедшим в один и тот же день и одержанным с од-
ной стороны императором Мануилом Комнином над "агарянами'', а с
другой - Андреем Боголюбским над волжскими болгарами. Миниатюра
находится в Лаптевском томе свода (ГПБ.Б.1У.233) на л. 126 об.5 Не-
совершенство работы сводчика привело к тому, что в данном случае
эпизод, традиционно датируемый 1165 г.6, был перенесен на 1157 г.
Композиция миииатюры отмечена симметричным построением,
нетипичным для других миниатюр свода. В небесах в медальоне изо-
бражена Богоматерь Знамение, ниже храм, в котором видна икона Вла-
димирской Богоматери. С двух сторон от храма симметрично располо-
жены молящиеся Мануил в императорском венце и Андрей Боголюб-
ский в княжеской шапке’. По сторонам от церкви представлены ба-
тальные сцены. Андрей Боголюбский и Мануил еще pat изображены
как предводители конных воинств, поражающих “неверных". Христиан-
ское воинство в обоих случаях движется от церкви к периферии. И эти
части композиции подчинены общей симметрии построения; различа-
ются, по существу, только головные уборы правителей (те же условные
императорский венец и княжеская шапка).
По своему основному содержанию данная минналора, несомнен-
но, должна рассматриваться в одном ряду с известной иконой "Церковь
воинствующая” ("Благословенно воинство небесного царя")8. Важней-
шая особенность миниатюры - наличие не одною воинства, а двух, и.
267
соответственно, симметричность построения. Более выразительного во-
площения идеи уподобления светской власти византийских царей и
русских государей (в данном случае включающею использование зер-
кальной симметрии) древнерусское искусство, насколько мне известно,
не inner
Насколько случайным следует считать тот факт, что для столь
многгчначителъною отражения на миниатюре XVI в. представлений о
священной войне с неверными понадобилось обратиться к событиям
июхи Крестовых походов и личности императора Мануила? Прежде
всею огметим, что Мануил Комнин - небезупречная фигура с точки
>рения сгрогой церковной ортодоксии. Мануил был ярко выраженным
та гинофилом. В списке византийских императоров, помещенном в Ли-
неном летописном своде, он числится как "православный", как, впро-
чем, и целый ряд императоров, признававших верховенство римских
пап (включая таких, как Михаил Палеолог, или подписавший акты
Флорентийского собора об унии церквей Иоанн Палеолог)’.
В древнерусской книжности имя Мануила пользовалось значи-
гепыюй популярностью, находилось в связи с легендарными, а также
эпическими мотивами. В "Сказании об Индии богатой" Мануил высту-
пает в качестве адресата послания легендарного паря и попа Иоанна19.
В "Слове о погибели земли русской" упоминаются дары этого визан*
тойского императора Владимиру Мономаху "абы под ним великий
князь Володимер Цесаря города на взял"" (возможно, следы ранней
версии легенды о регьлиях Мономаха). В Ипатьевской летописи со-
общается о ссылке в Константинополь ряда родственников Андрея Бо-
юлюбского, включая малолетнего Всеволода Большое Гнездо. При
этом брат Андрея Боголюбского Василько получил от Мануила "в Ду-
най 4 юроды", а другой брат - Мстислав ''волость от Скалана” (т.е. Ас-
калона. в Палестине)”. Поскольку речь идет о временном отрезке,
когда крестоносцы склонялись к признанию верховной власти визан-
I мискою императора, такой эпизод, во всяком случае в виде номиналь-
ною пожалования, действительно мог иметь место. Мануил Комнин
нюминаегся также в известной летописной статье, посвященной взя-
тою Константинополя крестоносцами, где ослепление венецианскою
тожл Энрико Дандоло связывается с приказанием этого императора”.
Мануил Комнин фигурирует в древнерусской книжности еще в
,<дном памятнике - в новгородской легенде о Мануиле, царе греческом
В этом легенде император выступает в роли иконописца; одновременно
268
упоминается также прегрешение царя, за которое он претерпел наказа-
ние “свыше" - вмешательство в компетенцию святительского суда14
Таким образом, выразительнейшая композиция, посвященная
христианской апологии войны против неверных, оказалась связанной с
византийским императором-латинофилом, имевшим непосредственные
связи с крестоносцами. Не исключено, что идеология русских воинов-
феодалов, православная апология священной войны подвергались в
свое время определенному влиянию со стороны западноевропейских
крестоносцев. Здесь можно вспомнить религиозное оформление одного
из походов Владимира Мономаха в степь15, а также упоминание Ипа-
тьевской летописи, называющей погибших в 1190 г. немцев-кресгонос-
цев “мучениками святыми". "В то же лето иде царь немецкий (Фридрих
Барбароса) со своею землею битися за гроб Господень... Сии же немни
яко мученици святии прольяша кровь свою за Христа... И по трех диск
телеса их невидимо из гроб нх ангелом господнимь взята бьшахуть. и
прочий вцдяще се тосняхуся пострадати за Христа''11,.
Культурный импульс, шедший на Русь с Запада в эпоху кресто-
вых походов, иллюстрируется целым рядом проявлений Отметим, что
специфический обряд, принятый в русской церкви и неизвестным в
других православных странах, - вкладывание в руку покойника так
называемой "разрешительной" грамош с отпущением грехов, близко
напоминает о западных индульгенциях. Русская рукописная традиция
связывает установление этого обычая с личностью человека западного
происхождения, скандинава, с эпохой, непосредственно предшествую-
щей первому крестовому походу17. Известен и нераепространенный в
других православных странах русский церковный праздник, связанный
с переносом мощей Николая Мирликийского в итальянский город Бар-
ри.
Есть основания полагать, что западноевропейское влияние, вос-
ходящее к эпохе крестовых походов, отразилось на Руси и в формиро-
вании представлений, связанных с войной за веру, и с отражением их в
иконографии. Кроме рассматриваемой миниатюры, об этом свинегель-
ствует уже упоминавшаяся известная икона "Церковь воинствующая",
где во главе христианского воинства представлен царь, держащий на
плече крест, как бы буквально изображающий понятие "крестоносец".
Русские изображения воинов со щитами, украшенными кренами, из-
вестны с XIII в?*
Этими примерами, конечно, не исчерпывается вопрос о культур-
ных влияниях, которые вали на Русь из западных, католических источ-
269
ников. Такие влияния обнаруживаются, начиная с эпохи первоначаль-
ного распространения христианства на Руси. Они представлены как яв-
лениями неофициального и локального” характера, так и такими го-
сударственными акциями, как венчание Даниила Галицкого прислан-
ной римским папой королевской короной20, или акты Флорентийского
собора. Черты, нетипичные для восточно-христианской традиции,
могут быть прослежены даже в житии такого русского подвижника, хак
Сербии Радонежский. Это его активное вмешательство в политическую
жизнь, в частности, замыкание церквей в Нижнем Новгороде (1365 г. -
интердикт) или посылка Дмитрию Донскому воинов-монахов, с точки
зрения канонического права сопоставимых с членами западных духов-
но-рьгнарских орденов.
Рассмотренная миниатюра Лицевого летописного свода относит-
ся к числу сложных композиций, распространяющихся в древнерус-
ском искусстве преимущественно с середины XVI в. и фиксирующих в
изобразительной форме богословские концепции. Миниатюра пред-
ставляет собой относительно несложный пример подобной компози-
ции. Наиболее интересная ее особенность ~ политический символизм,
прямая связь с апологией власти государей, светских феодальных пра-
вителей.
1 Чернецов А.В. Реи на кн..КатрГет F. Das Russische Hemcherbild. Recklinghausen,
1978 // В. И. 1980. № б; Он же. Рец. на ту же кн. Russian nieriaevalis. 1984. T.V.1; Он
же. Об одном русском изображении Юстиниана I (XVI в. // Сов. славяноведение.
1984. Л£ 6. С. 79.
Стоглав. Царские вопросы и соборные ответы о многоразличных церковных чи-
нах. М. 1899. С. 172-174.
’ БАН. 31.7.39. Л.294-307 об. (Второй Оетермановский том). Ср.ЛТСРЛ. М., 1965,
Т.Н. С.101-104.
*	Kampfer F Op.cit. S.I93-197. АЬЬ.106-118.
' ПСРЛ. Т.9. М., 1965. С.209.
*	Воронин НН. Сказание о победе им болгарами 1164 г. и празднике Спаса //
Проблемы общественно-экономической истории России и славянских стран М.,
1963.
’ О царских вендах и княжеских шапках на русских миниатюрах см. также: Арцн-
ховский А.В. Древнерусские миниатюры как исторический источник. М., 1944.
С29.30,111-116: Морозов В.В.,Чернецов А.В. Легенда о Мономаховых регалиях в
искусстве Москвы XV! л. // Материалы симпозиума "От Рима к Третьему Риму" (в
печати).
270
* Морозов ВВ. Икона "Благословенно воинство" как памятник публицистики Л V! в.
// Произведения русского и зарубежного искусства. Гос. музеи Московскою Кремля,
Материалы н исследования. М., 1984, Кочетков И.А. К истолкованию иконы
"Церковь воинствующая" (''Благословенно воинство небесного царя" // ТОДРЛ. Л.,
1985. TXXXVII.
’ ПСРЛ.М., 1965. Т12. С.82,83. Ср.; ПСРЛ. Т.9. С.Х1Х-ХХЦ.
10 Петрин В.М. Сказание об индийском царстве. // Древности. Труды славянской
комиссии Московского археологического об-ва. М, 1895. Т.1.
'* Бегунов Ю К. Памятник русской литературы XIII а. "Слово о погибели русской
земли". М.Д., 1965.
!г ПСРЛ.М., 1962. Т.2. С.521 (под U62).
13 НПЛ. М.-Л., 1950. С.245.
34 Бряжова В.Г., Щапов Я.Н. Новгородская легенда о Мануиле, царе греческом//
ВВ. 1971. Выя.32.
и ПСРЛ. Т. 2. С.266:
’* Там же. С.667-668.
11 Памятники литературы Древней Руси. XII в. М., 1980. С. 416.
ls Вагнер СК Скульптура Вяаднмиро-Суздамской земли. Руси Г. Юрьев Поль-
ской. М., 1964. С.44,45, Табл. XXII.
ls См. напр., Седельников АД. Очерки католического влияния в Новгороде. //
ДокхАНСССР. Сер.В. 1929, № 1.
10 ПСРЛ. Т.2. С.826,827.
271
В.Ноджи
ИОАНН-ПАВЕЛ КАМПАНА И ИВАН ГРОЗНЫЙ
Иоанн-Павел Кампана* приехал в Россию вместе с Поссевино в
1581 г. от имени папы Григория XIII (1572-1585). В этот период папа
интересовался Россией по нескольким причинам. Главное же, — его
обуревало апостольское рвение: он стремился объединить в единой
Церкви народы, которые участвовали в восточной схизме. Чтобы до-
биться этого объединения, папа созвал несколько церковных соборов —
в Лионе, Флоренции и V Латеранский (1512-1517). На Флорентийский
собор прибыли церковные иерархи из России.
Первый опыт деятельности папы в этом направлении, который
можно назвать "апостольским", имел свои теологические и канони-
ческие мотивы. Это была теология примата апостола Петра и папы —
его наследника. В этом вопросе папа нисколько не нуждался в теориях:
например "Дар Константина'(бопа11о Constantin!) или "переноса импе-
рии" (translatio imperii). Он никоим образом не пытался создать Новый
Рим. Петр прибыл в Рим, а пала — его наследник — постоянно нахо-
дится там и продолжает миссию Петра. В свете этой апостолической
концепции Рим не умер и не был перенесен в другое место. Если в 800
г. папа короновал Карла Великого в Риме и в этот период происходило
соперничество между двумя видами власти, то теперь в эпоху Ренессан-
са ввиду того, что разграничение между религиозной и светской сфера-
ми стало более четким, скорее именно борьба между европейскими на-
циями вызывала трудности у самого папы, как то показало ограбление
Римав 1527 г. Но уже через три года, в 1530 г., в Болонье папа Юлий II
гороновал императором Карла V. Протестанскад Реформация лишила
ц.пт многочисленных верующих, но она также вызвала и Контреформа-
irnio с ее концепцией очищения роли церкви и папы. Трндентский со-
оор лап конкретные доказательства этому. Иезуит Беллармин через не-
tконьке лет, в 1589 г., формулирует свой тезис об исключительно кос-
венной власти пап в светских делах.
272
Люди, которых папа послал в Московию, как раз и выдвинулись
в результате этого ’’очищения" римской церкви. Когда пять иезуитов го-
товились предстать в Старице перед "светлейшими очами" великого
князя, приставы не соглашались на то, чтобы они являлись к князю в
своих скромных черных сутанах. И Поссевино обьяснял нм, что это -
форма одежды, принятая у них, и что только она соответствует их рели-
гиозному призванию "утверждая, что такова воля Бога и никакую дру-
гую одежду,которая бы нссоответствовала нашему религиозному сану,
не носим’’1.
Итак, существует апостолический аспект посольства в Московию.
В самом деле, "Ежегодные записки общества Иисуса" (Litterae annuae
Societatis Jesu) прямо называют это посольство "миссией", именуя его
mixsio nioscovitica3. Слово — "миссия", вошедшее во все европейские
языки, в том числе и в русский, приобретает особое значение, начиная
со времени его употребления в обиходном языке иезуитов этой эпохи4.
Эти посольства от имени папы назывались "миссиями", так как папа
лично посылал их и миссионеры были связаны с ним особым обетом
послушания.
Григорий XIII — папа, реформировавший календарь и создавший
Григорианский университет (хотя университет был основан в 1551 г.
Игнатием Лойолой, он широко субсидировался именно этим папой и
потому носит его имя). Григорий XIII также обновляет Германскую
коллегию и способствует созданию Греческой и маронитской коллегий.
Он посылает иезуитов в Ливан, Каир и Сирию5 . Нельзя забывать и о
том, что Григорий XIII — тот самый папа, который, отвечая на призыв
Ивана IV, посылает в Россию Иоанна-Павла Камлану и Антонио Пос-
ссвино.
Кроме того, папа интересовался Великим князем Московским,
желая создать антитуреикую коалицию Мы называем это
’’политическим’’ интересом, так как папа все еще оставался наследником
традиционной идеи крестового похода, и попытка решить турецкую
проблему рассматривалась папой как одной из главных его обяза-
тельств6 . Недавняя победа в морской битве при Лепанто была для
предшественника Григория XI11 результатом Божьего ведения и сам
Григорий ХШ учредил так называемый "праздник Розария (розарий —
распространенная католическая молитва, адресованная Богородице) в
честь згой победы В этом он был похож на русских царей, которые по-
строили нс один храм в ознаменование великих побед Однако, победа
273
при Лепанто не решила турецкой проблемы, Напротив, в том же 1571 г.
турки захватили у венецианцев остров Кипр.
Когда Антонио Поссевнно и Иоанн-Павел Кам пана были посла-
ны к Ивану IV, турки продолжали представлять большую опасность не
только там, где они были хозяевами положения, но и гам, где их воен-
ная мощь еше в течение века вплоть до освобождения Вены в 1683 г. не
имела соперников. Папа очень хотел предложить Ивану IV союз против
дурок, и его посол прежде чем приехать в Москву совершил путеше-
ствие в Венецию и Вену, чтобы придать антитурецкому походу между-
народный характер, а самому посольству — еще больший вес.
Мне представляется, что эти предварительные замечания были
необходимы для того, чтобы начать рассказ о встрече одного из папских
послов с царем.
Сообщение в Рим
Этот рассказ относится к жанру сообщений иностранных путеше-
ственников о России, жанру, который имеет свои границы, и стереоти-
пы, как и всякий литературный жанр7 .
Даже сообщение от 10 октября 1581 г., посланное генералу иезуи-
тов Клавдию Аквавиве иезуитом Иоанном-Павлом Кампаной (товарищ
Поссевнно в первом посольстве к Ивану IV), разделяет эти стереотипы
и признает эти границы.
' Этот текст, даже когда еще не был издан, был частично известен,
так как именно им пользовались для редакции напечатанного в 1584 г.
резюме этой Missio nioscovitica ("Московской миссии")8 .
Одна нз двух рукописей этого текста была известна П.Пирлингу® .
Но лишь в наши днн, основываясь на другой рукописи*®, А.М.Амман
издал ее11 и перевел на немецкий язык11. Кампэна придает этому по-
сольству миссионерский характер, Он искренне признает это в конце
своего сообщения; "Необходимо узнать их обряды, какими бы они вам
не показались, плохими или хорошими, необходимо узнать их обычаи,
чтобы приспособиться к ним. Необходимо узнать их наклонности, их
чувства и особенно их предрассудки, чтобы помочь им их преодолеть.
Необходимо узнать их манеру выражаться и их речевые обороты, чтобы
быть ими понятыми... Наконец, если бы мы во время первого нашего
визита в Московию не делали бы другое, ничего кроме того, чтобы на-
274
блюдать в качестве исследователей, т.е. изучали бы нс их произведения
искусства, а их души, не их строения, а их обычаи, не их хозяйство, а
их обряды, то мы бы все это передали тем, кто пришел бы после нас и
располагали бы возможностями и знаниями, необходимыми для насто-
ящих воинов Иисуса Христа и для всех честных людей и имели бы обо-
снованную надежду на то, что все земли могли бы прекрасно перейти
под власть Иисуса Христа, и знали бы способ и путь проникнуть туда. В
этом случае мы бы показали такой путь и открыли бы дверь"*3 .
Кампана в своем рассказе более не скрывает антиоттоманский
замысел. Если английская королева Елизавета послала Дженкинсона в
Персию через Волгу, минуя оттоманские владения, то Кампана, собрат
Франциска Ксаверия, уже мечтает о северо-восточном переходе через
Россию с целью достичь Индию и Китай, не совершив плавания вокруг
Африки. "Я также предвижу, что в недалеком будущем, через эти земли,
в которые мы, вопреки всяким надеждам и убеждению многих, проник-
ли... те из нашего Ордена, кто до сегодняшнего дня должен был пересе-
кать океан вплоть До страны антиподов, чтобы Перенестись в районы
Индии и Китая, смогут отныне присоединиться к собратьям гораздо
более коротким и надежным способом, воспользуясь путем, который
проходит под Арктикой и далее следует на Восток"14 .
Как и другие путешественники, Кампана был поражен личностью
Ивана Грозного. 4 сентября 1581 г., когда Антонио Поссевнно пред-
ставляется великому князю, тот спрашивает его, где же Кампана. Он
болен, отвечает Поссевнно. Князь желает справиться о состоянии здо-
ровья Кампаны и посылает ему своего личного медика-бельгийца. На
самом деле, тогда уже было решено, что поскольку Кампана слабого
здоровья и плохо переносит мороз, то ему следует вернуться в Рим, а
Поссевнно будет вести с королем Польши переговоры о мире, в то вре-
мя как два других иезуита из этого посольства остаются на попечении
русских приставов.
Кампана сообщает все это, чтобы "показать, — как он говорит, —
как далеки от истины те, кто полагает, что я покидаю Московию из-за
чрезмерного страха, страха смерти, из-за слухов о жестокости князя, в
то время как бояться совершенно нечего. Напротив, князь никоим об-
разом не проявил желание умертвить меня, он больше проявил заботу о
моем здоровье”*3.
Я не претендую на то, чтобы обнаружить у Кампаны взгляд, ко-
торый был бы анахроничным и нереальным. Напротив, я желаю при-
275
пять его таким, каким он был, со всеми его предрассудками и несколь-
ко наивной восторженностью
Кампана и Третий Рим
И все же Кампана со своим кругозором паПского миссионера
может сообщить нам что-то по поводу Третьего Рима. Во всяком случае
сообщения Кампаны выявляют определенную связь между Первым и
Вторым Римом. Эта связь подчеркнута уже тем фактом, что люди Пер-
вого Рима посылаются папой к великому князю московскому. "Я дол-
жен отдавать себе отчет, — пишет Кампана, — в том, что совершил
длительное путешествие — 3 миллиона футов, так Москва далека от Го-
рода (ab Urbe)"li .
И он описывает великого князя, который в Старице во время
трапезы доброжелательно говорит отцу Поссевино: "Антоний, ешь и
пей, ведь не короток путь, который ты проделал от Города (ел urbe) до
сих мест"17 .
В своем сочинении Кампана никогда не употребляет слов "царь"
по отношению к великому князю Может быть, он делает это намерен-
но, дабы выполнять точные инструкции. Он называет Ивана IV то ве-
ликим князем, то князем, то, реже, великими герцогом, а один раз ве-
ликим господарем — "nragnus Hospodar". В этом же контексте Поссеви-
но употребив термин "magnus Hospodar" прибавляет слово'царь" и
разъясняет оба титула — "сеньор и император"1®. Рассказ Кампаны ка-
жется более непосредственным и спонтанным, чем рассказ Поссевино.
Иногда Поссевино вносит уточнения в более естественный рассказ
Кампаны. Например, сказав, как Кампана, чго епископы русской церк-
ви избираются монахами, Поссевино утверждает, чго монахи избирают-
ся, как епископы, князем — "hos eiegtl dux"1* .
И все же рассказ Кампаны, несмотря на чрезмерную спонтан-
ность, наводит на размышления. Например, автор не употребляет по
отношению к Ивану IV термин "царь", однако рассматривает как равно-
го ему императора Рудольфа II Габсбурга, приводя слова, с которыми
Иван IV обращается к Поссевино: "Ты принес нам также, Антоний,
письма от нашего брата Рудольфа, императора римлян"20 . Мы знаем из
других источников, что царь рассматривает императора как своего бра-
та, т.е равного себе по достоинству и власти Но именно тесная связь
276
между imperium и sacerdotium в личности Ивана IV и поразила Кам па-
ну. Не забудем слова Иосифа Волоцхопу "Царь по природе своей схо-
ден с другими людьми. Но по власти своей ои подобен Богу". Эти сло-
ва, произнесены Филоном Александрийским и пришли в Россию через
византийских посредников — Агапита и др - как это недавно напом-
нили — нам Вальденберг и Шевченко11 .
Я сосредоточил внимание на трех элементах, с помощью которых
Кампана подчеркивает теократическую сущность фигуры царя привет-
ственные восклицания, титулы, украшения. Я благодарю за доброжела-
тельные советы специалиста по византийской литургии отца Роберта
Тафта, который помог мне своими знаниями разобраться в византийс-
кой литургической терминологии — области, которая не входит в мою
компетенцию и в которой, как считает сам отец Тафт, еще далеко до
единодушия мнений.
Приветственные восклицания
Начав свой рассказ с повествования о русской литургической
ежегодной службе, которая начиналась первого сентября. Кампана со-
общает;1' Они отмечают праздник на улице, в середине площади, на ко-
торой воздвигают высокий помост. Митрополит поднимается на нею
вместе с великим князем. Там совершается богослужение, во время ко-
торого митрополит торжественно благословляет и окропляет князя и
народ водой. Так же он осеняет крестом князя и его детей, восклицая;
"Да будет многие лета господину нашему и детям его!", — на что народ
в свою очередь отвечает. "Многие ле га царю и детям его!"11
В другом отрывке Кампана приводит следующее суждение.
"Необычны почет и поклонение, которые московиты, в том числе и
Знатные, проявляют по отношению к своему князю. "Да будут ему мно-
гие лета", — говорят они. Да будет Бог милостив к нашему великому
князю и к детям его .
В древнем Риме восклицания были выражением народного согла-
сия (consensus) по случаю избрания новою императора. "Да здравствует,
процветает, да будет сильным и побеждает, многие правит годы!" —• го-
ворит римский народ в ответ на обращение нового императора Алек-
сандра Севера*4 . Восклицания произносились также по случаю прагд-
нования триумфа императора, одержавшего побед). Пожелания долгих
277
лет жизни связывались с идеей вечного Рима. Император приобщался к
этой вечности либо, благодаря тому, что ему в восклицаниях желали
долгой жизни (ad multos aimos), либо после смерти, благодаря той не-
тленной памяти, которую он по себе оставлял, либо благодаря апофео-
зу, который сообщал ему мистическое бессмертие.
В древнем язычестве восклицания относились к сфере божествен-
ного культа. Видя чудесное исцеление, совершенное Павлом в Иконки
в Малой Азии, толпа воскликнула: "Боги в образе человека снизошли к
нам! Они называли Варнаву Зевсом и Павла — Ермием"2®. Византийс-
кая литургия усвоила этот религиозный тон восклицания, обратив его
на христианского императора . Идеал вечной победы Рима и его им-
перии становится верой в непогрешимую победу Божьего царства:
“Василеве, как икона Логоса или Слово Божье всегда побеждает"27 .
Речь идет о ракорюцо^ (блаженных), atoviat (вечных), (памяти),
aoX.\yxnpdvia (долгих годах). В соответствии с анонимным протоколом,
хранящимся в Национальной библиотеке во Флоренции (VIII, 17), опи-
сывающем коронацию Мануила II (Палеолога) в 1391 г., во время этой
церемонии весь народ молчит. Но вот в тишине начинаются восклица-
ния архонтов: " nokXd, яоХХй, яо?.)л Jn 1с лоХХй" — "многие лета, мно-
гие лета...18.
Титулы
. Что касается титулатуры, то, едва ступив на московскую землю,
Кампана был встречен сначала войсками великого князя и стал свиде-
телем церемонии, во время которой сановники излагают многочислен-
ные титулы, которыми украшен niagnus hospodar (великий господарь).
Он не повторяет этот список, так как он только что в преувеличенной
манере говорил об "обычных длинных перечислениях 600 различных
титyлoв'‘2^ . Но в этом пассаже он лишь вспомнил, что московиты нахо-
дят удовольствие в досаточно длинном перечислении титулов. Мы
впрочем знаем их. "Великий князь всей Руси, Владимира, Московии,
Новгорода, царь Казани и Астрахани, господни Пскова, великий князь
Смоленска, Твери, Угора, Перми, Вятки и Булгарии, господин и вели-
кий князь Нижнего Новгорода, Чернигова, Рязани. Ростова, Ярославля,
Белоозера, Ливонии, всей Сибири" и tj."JI).
278
На самом деле, все эти многочисленные титулы великого князя
связывали Ивана IV с византийскими императорами такими, как Кон-
стантин V и Юстиниан II, которых называли: * аитокрбтор
(самодержец),'' Eipevucdi” (миротворец), "кютбс" (верный),
"фтХодхпрюцх" (христолюбивый)®1 • Они сближали опосредованным
образом Ивана IV с более древними императорами, которые, как и он,
имели титулы, связанные с наименованием народов или мест, ими за-
воеванных: таких, как Ираклий, прозванный алеманским, готским, гер-
манским, вандальским и т.д.) и другими императорами, носившими ти-
тулы poolifex inaxiinus времен язычества, Произносимые торжественно
титулы Ивана IV являлись гарантией власти божественного происхож-
дения, которая выигрывала в битвах и торжествовала победу над врага-
ми, что находит свое отражение в мифе о непреходящей власти Рима.
Эта идея воплощена в пластическом образе на печати Ивана IV32 . Это
круглая печать с двухглавым византийским орлом в центре, а в окруж-
ность вписаны двадцать титулов, где прилагательные, обозначавшие на-
звания мест — владимирский, московский, новгородский, казанский,
астраханский и т.д. соответствовали титулам древних императоров —
германский, готский, вандальский и т.д.Камппиа мог видеть печать
Ивана IV. которая несколькими годами раньше употреблялась в делоп-
роизводстве3® , что предполагает еще более раннее существование этой
идеи, как это подтверждает и хрисовул 1562 г,, воспроизведенный Бю-
лером. Во всяком случае Кампана придает титулам Ивана IV сакральное
значение, и я вижу доказательства тому в той аналогии, которую он
проводит между титулами Ивана IV и титулами папы Григория XIII.
Вот рассказ Кампаны; "Когда мы явились к великому князю, отец
Поссевино прошел в центр зала и громким голосом, дабы титулы папы,
до сих пор неслыханные в этих краях, прозвучали, наконец, для ушей
тех, кто наслаждается изобилием титулов, произнес; "Наш Святейший
папа Григорий XIII, всемирный пастырь церкви Христовой, наместник
земной Иисуса Христа, наследник св. Петра, обладатель нескольких
земных областей, раб рабов Божьих, посылает твоей высочайшей свет-
лости любезнейшие свои приветсвич и призывает на тебя благословение
Божие"3,1. Более или менее осознано Кампана связывает титулы вели-
кого князя с византийским церемониалом и через него с церемониалом
императорского Рима. Не зная слов Филофея, утверждающего, что
Иисус, согласно переписи, являлся подданным Рима, Кампана возводит
придворный церемониал Ивана IV к римским временам,
279
Портрет
Кампана нарисовал достаточно живой портрет великого князя,
его одежды, уборов, короны и скипетра, и портрет этот вписывается в
сакральный образ. Я не хочу этим сказать, что другие аспекты остаются
им не замеченными. Напротив, даже в самой сфере светских отношений
Кампана являлся хорошим наблюдателем. Он не упускает случай сооб-
щить о присутствии шута при дворе Ивана IV: “Вблизи от великого кня-
зя — его шуг, одетый в золоченые ткаии. Князь и его сын сдержанно
забавляются словами и жестами этого человека'135 .
Он также оставил нам подробнейшие описания золота и драго-
ценных камней.
О двух золотых ожерельях, которые Иван IV носит на шее, Кам-
пана говорит, что одно напоминает ему особенно по кулону колье Золо-
того Руна. "На шее у великого князя два ожерелья, к более узкому под-
вешен золотой крест длиной с руку и шириной в два дюйма. Второе
ожерелье в виде цепи и составлено иначе — из золотых шаров и боль-
ших драгоценных камней. В нем кулон, делающий его похожим на
ожерелье Золотого Руна наших рыцарей из этого ордена"36 .
Орден Золотого Руна был основан Филиппом Добрым в 1429 г. и
гатем перешел под власть Габсбургов. Насколько мне известно, на Руси
ire существовало почетных орденов и почетных регалий. Они появятся
позднее — с учреждения Петром Великим Андреевского ордена. Также
не представляется возможным, чтобы Иван IV мог получить от дома
Габсбургов орден Золотого Руна, Тот факт, что он называет Рудольфа II
своим братом, объясняется скорее его убеждением в том, что он равен
ему по власти. По-моему, Иосиф Ольшр это обстоятельство удачно от-
метил. "Царь, — говорит он. — имеет два ожерелья: первое, это живот-
ворящий крест, к которому привешена реликвия Христова креста. Дру-
гое ожерелье — цепь из арабского золота и, стало быть, очень дорогая.
Можно было бы вспомнить о подобных носимых государями золотых
целях, соответствующих орденам — как, например, ожерелье Благове-
-37
щенис J .
Кампана также сравнивает убор великого князя с убором цареви-
ча. "Его сын, — говорит он, -- имеет такие же наряды, но на них мень-
ше драгоценных камней, и сами камни меньше по размеру"3* .
230
Именно сакральный облик великого князя подчеркнут в рассказе
Кампаны: он описывает престол, на котором восседает Иван IV, его
подризник, напоминающий одеяние духовенства, его накидку, похожую
на пелерину епископа, его посох, также иапоминаюший епископский
посох, кольца на его пальцах, похожие на епископские кольца н осо-
бенно венец, который Кампана называет тиарой, как тиару папскую.
Костюм
"Великий князь одет в великолепную сутану, вышитую золотом и
с таким искусством усыпанную жемчугом и драгоценными камнями,
что кажется она нарисована великим художником"39 .
Длинный подризник церковного покроя мог быть византийским
саккосом, соответствующим латинской далматике. Прежде чем патриар-
хи начали носить саккос, который в противоположность итальянскому
слову Sacco (мешок) никоим образом не является одеждой покаяния, он
считался исключительно императорским одеянием9®. Но слова Кампа-
ны: "На нем спускающаяся до пят хламида, словно искусно расписан-
ная золотом, жемчугом и другими драгоценными камнями", — подска-
зывают нечто другое. Эго мог быть и skaramangliion — нечто вроде уз-
кой туники, так же упомянутой в императорском церемониале, но наде-
вавшейся для менее торжественных церемоний, чем коронация91 .
“На плечах у великого князя короткая накидка, похожая на пеле-
рину наших епископов .
Эта часть одежды, которую Кампана сравнивает с епископской
пелериной, конечно, отождествляется с бармами, которым Ольшр
(чтобы описать их, он применяет тот же принцип сравнения)93 — по-
свящает около тридцати страниц своего труда. Это была часть импера-
торской одежды, соответствующей не хламиде с брошью (фибулой), но
скорее диадеме василевса, под диадемой здесь понимается не корона,
ио этот термин скорее равнозначен по смыслу слову "стемма", (в смыс-
ле покрывающая плечи накидка).
Вот отрывок из "Трактата о должностях" Псевдо-Кодиноса: "То,
что ныне называется диадемой, ранее называлось военной повязкой,
которая была знаком почета, и также той повязкой и ожерельем, кото-
рые тираны отнимали у знаменитых мучеников прежде, чем отправить
их к палачам". Если император носит стемму (корону), то он будет так-
281
же носизь лишь такую одежду, как саккос и диадему44. Бармы, укра-
шение в оправе, близкое к митре папы, омофор византийских еписко-
пов и епитрахиль латинского клирика, имеет особое значение в церемо-
ниале коронации царей, где она неразрывно связана с шапкой4® .
Венед
Корона Ивана IV также привлекает внимание Кампани. "На го-
лове великого князя тиара немного побольше папской и не слишком от
нее отличающаяся. Она из золота, усыпана жемчугом и драгоценными
„44
камнями .
Что бы ни говорила Элизабет Пильтц о том, что шапка Мономаха
нс имеет никакой связи с короной cameiavkioti47, тем не менее шапка
Владимира воплощает преемственность Москвы от Константинополя и
Рима. Кондаков утверждает, что шапка Владимира Мономаха была из-
готовлена скорее не в Константинополе, а в Крыму или на Кавказе. 1а
же Е.Пильтц признает, что перенос византийской императорской коро-
ны, подлинной или слывущей таковой, был связан с политическими
амбициями, т.е. со стремлением Подчеркнуть преемственность с римс-
кой империей48 . Она не рассматривает гипотезу, говорящую о том, что
шапка соответствует чему-то другому, а не camelavkion,например, визан-
тийской стемме, которая была "во времена Палеолоюв и представляла
собой полукруглую скуфью, инкрустированную драгоценными камнями
„30
и украшенную подвесками .
Шапка была предназначена для коронаций и самых тор-
жественных ритуалов. Возможно, здесь имеется в виду другая корона,
похожая на ту, о которой идет речь. В своем завещании Иван IV остав-
ляет своему сыну Ивану "все короны и царские знаки отличия, которые
он создал"®® . Это вполне согласуется с византийским церемониалом.
У Псевдо-Кодина читаем, "Василеве на голове носит разные убо-
ры, иногда тот, который называют торжественным, иногда юстинианов
(примечание уточняет: "убор этот, возможно, — тиара"), при других об-
стоятельствах hyperteron®1.
Е.Пильтц напоминает нам, что уже у римских императоров была
корона, а не только лавровые венки®1,
282
Скипетр
"В правой руке у великого князя скипетр золоченого серебра,
усыпанный драгоценными камнями, очень похожий на епископский
посох"53 . Ольшр помогает нам в толковании этого другого отрывка
текста Кампаны, в котором говорится о скипетре. На девяти страницах,
посвященных описанию скипетра, Ольср различает скипетр, посох и
жезл54.
Скипетр — это, может быть действительно скипетр коронации,
соответствующий византийскому skeplron srayrikon — василевска
(императора) и отличающийся от скипетра василиссы (императрицы) и
их детей тем, что он снабжен крестом. Здест скорее речь идет о посохе,
больше похожем на епископский посох, как об этом говорит нам Кам-
пана.
Трон
Трон великого князя на две ступени выше прочих сидений, тогда
как трон его сына лишь на одну ступень выше других сидений"55. Что
касается трона, то здесь также шла речь о специальном троне для самых
торжественных церемоний, как, например, трон, построенный Иваном
IV в 1551 г. в Успенском соборе в Кремле5* . Речь скорее шла (будь то в
зале совещаний, где Иван ГУ принимал послов или же в амфитеатерном
зале, где он обедал со своими гостями) о "царском месте" или "о месте
императора", которое само символизировало в духе наиболее чистой
сакральной традиции Византии и Рима мощь и священный характер
того лица, которое занимало это место.
Рассмотрим теперь полностью портрет Ивана IV, который рисует
нам Кампана. "Трон великого князя на две ступени более высокий, чем
другие сиденья, в то время, как трон его сына на одну ступень выше
других сидений, На голове у великого князя тиара немного побольше
папской н не очень от нее отличающаяся. Она золотая, усыпана жемчу-
гом и драгоценными камнями. Великий князь одет в великолепную су-
тану, вышитую одновременно золотом и усыпанную жемчугом н драю-
пенными камнями с таким искусством, что кажется, будто она нарисо-
вана великим художником На плечах короткая накидка, похожая на
пелерину епископа На каждом пальце у него два или туш кольца, и на
283
них крупные драгоценные камни, вставленные в оправу. В правой руке
у него скипетр из золоченого серебра, усыпанный драгоценными кам-
нями, совершенно подобный епископскому посоху. Его сапоги загнуты
на носках, украшены жемчугом и драгоценными камнями до самого
кончика. На шее у великого князя два ожерелья, и на более узком под-
вешен золотой крест длиной с руку и шириной в два дюйма"*7 .
х — X — х
Никогда не наделяя Москву титулом Третьего Рима, Иоанн-
Павел Кампана уловил ту религиозную роль, которая приписывается
главе столицы и государства в Москве. Если Кампана и лишен экуме-
нического видения, которое и мы в наши дни только начинаем пости-
гать, то он все же признает, что Иван IV серьезно воспринимает эту
роль, в той же мере, в какой его подданные серьезно относятся к своей
религии. В некоторых отношениях, как отмечает Кампана. московиты
"более религиозны, чем мы".
Это дитя итальянского Ренессанса понимает, что люди, которых
он встретил в России, не были затронуты секуляризацией. "Они более
набожны, чем мы", говорит он** , — более тщательно соблюдают пост И
воздержания*9. Их сакральное искусство не смешивается с повседнев-
ной жизнью. Известно, что среди подарков, привезенных иезуитами,
была Мадонна с младенцем Иисусом и маленьким Иоанном Крестите-
лем. Когда они показали картину, то реакция приставов, шокированных
тем, что оба ребенка были изображены обнаженными, была такова, что
60
иезуиты раздумали преподносить этот дар великому князю ,
Если Кампана и уловил религиозность русских, мечтая об их при-
соединении к римской церкви, то он мог собрать сведения и о других
сторонах римско-византийской преемственности в современной ему
Московии, не будучи специалистом ни по римской, ни по изантийской
истории.
Л.Н.Годовникова в своем суждении о Кампане была строга61 . Да,
он несколько тенденциозен в силу той цели, которую он себе поставил
в этом путешествии. Но я обязан ему теми соображениями, которые
представляю нашему семинару.
284
Сокращения
Аппиае Litterae MDI.XXXl! — Аппиае Litterae Societalis fesu anni MDLXXXII
ad patres el Fraires eiusdem Societatis, Rotnae in Coilegio eiusdem Societatis,
MDLXXXIIll, pp.226-272.
Campana. Relatia — Joannis Pauli Campani S.J. relatio de itinere moscovitko,
Edidit AM.Amtiiann S.J. cum Append ice Curatorum Editionis, Antemurale
VI Romae ‘(1960-1961) pp.1-85. F. - нумерация мюнхенской рукописи;
p. - нумерация опубликованного текста.
Missio Moscovitiea — Antonii Possevini Missio Moscovitka, ex Annuls Litteris
Societatis lesu excerpta et adnotationibus iilustrata curante Paulo Pierling S.J.
Accedit Cardinalis Cornensis memorandum de missionibus exteris. (»
Bibliotheque Slave elzevirienne, IV), Parisiis 1882.
OlSr. Le tsar dans le ceremonial — J.OSSr, Le tsar de foutes les Hussies dans le
ceremonial de son couronnement, Institut Pontifical Oriental, Rome 1946.
Неопубликованная докторская диссертация.
’ Я привожу его семейное имя по первому окончанию, предложенному Д. Каккамо
(D.Caccama), автором статьи, к которой отсылаю. Сатрапа (Campani, Campanus)
Giovanni Paolo (/ Dir.ionario biografico degli italiani, vol 17 (1974), P. 346-348. Cfr Felice
E.DE. Dizionario dei cognomi italiani. Kitano. 1978. P 9
I Campana Relatio. F. 268 v. P. 398
3 Аппиае Litterae MDLXXXII. Поскольку экземпляры mix "Записок' весьма немноеочис-
лены, отец Павел Пирлинг их переиздал. К этому изданию я и отсылаю. Именно его
Л.П.Годовикпва перевела на русский язык Московское посольство "Миссия Москпвити-
ка“ А. Поссевтна. Исторические сочинения о Россия XVI в. Москва 1983. С. 189. Ср.
С. 252.
4	"Лишь в XVI в. со времен Игнатия Лойолы и Якоба Лайнеца слово "миссия" начинает
употребляться в современном значении этого термина". Th. Ohm. Mission in Handhuch
Ttteoioglscher Gnindbegrur.se Hnsgb. von If.Fries. Munchee 1963. 11. P. 165-169.
5	Levi della Uda. G. Document! mtomo atie relation! detie Chtese Oriental! con la X.Sede
durante it pontificate di Gregorio XII! Studi e Testi, 143) Citta det Vaticano 1948; B.
Hoberg. Gregor XIII. Papst (1572-1585). Theol Peal Encvi lopodie Bd.14. P.155-158.
6	"Мы, однако, должны подчеркнуть тот факт, что в XVI в. святой престол должен
был иметь дело не только с протестантским мятежом, но также и с турецкой опас-
ностью и что эти две проблемы 6ы.;н всегда тесно взаимосвязаны" Х.М.Setton. The
Papacy and the Levant. Vol II! Philadelphia, 1984 P VII
1	Cfr. Scaduto M. L 'tmmagine dello Uoicoila in Occident (sec. XVI-XVII) // Comite Inter-
nationai dc\ Scieivei ffatoriqiics, Xlv Congres International des Sciences Htstoriques Buca
ted IP.I7,i'4lt 1980 Rapports 11 Chronoingie Biicaiesi 19S9 P.249-257
285
• Annuoe Litlerae MDLXXX1! P.256; Missio Moscovitica, P.59.
9 Реце идет о кодексе "XrcArws de I'lnstitut allemand de Rome, fonds Minmxi, I.XXVII, 194-
272; Campani a Aquaviva, lOoctobre 1581". P. Pierling La Russie el le Sainl-Sitge Eludes
diplomatique) IL Paris. 1897. P80, M. 1.
1* Bayrisches Staatsarchiv Jesuiten tom. 101 P.255-277.
11	Relatio. P. 3-63.
U £b> rusiucAer Reisebericht aus dem Jahre 1581. Ostklrchiichen Studien. X (196I).P. 155-
195,283-300.
U Сетрам. Relatio. F.276. P.62.
U Сотрам. Relatio. F.277. P.62.
15 Сотрем. Relatio. F.273. P.54.
14 Сотрем. Relatio. F.255. P.3.
17 Смром. Relatio. F.272v. P.49-50.
14 Annuoe Litlerae MHLXXXH P.234; Missio moscovitica. P.16.
1® Annuae Litlerae MElLXXXIl. P.271; Missio moscovitica. P.85.
20 Сотрем. Relalio. F.274v. P.53.
21 /. Sevdenko. A Neglected Byzantine Source of Muscovite Political Ideology. // Harvard
Slavic Studies. Vol. I J. Cambridge Mass. 1954. 141-179
22 Сотрем. Relatio. F.266. P.32.
23 Солероде. Relatio. F.265. P.29-30.
24 Cairo! F. Acclamations, Dictionnaire tfarcheoiogie chrttimne el de liturgie. Paris, I,
1.(1907). P.240-265; Kenloretrict E.H. Laudes Regiae: d Study til Liturgical Acclamations
and Mediaeval Ruler Worship. Berkeley. 1946; Peterson E. EIS THEOS. Epigraphische
Jbrmgeschichtliche und retigionsgeschichlliche Untersuchungen, Gmtingen 1926; Klauser T.
AkkJamatianen Realiexicon fir Antike und Christentum, Stuttgart, 1950 1,216-233; Schmidt
J. Acclamatio. Pouty- №xwim. Realencyciopadie der klasstschen Allertumswissenschqft, Stutt-
gart, 1894 1,147; Baldwin B. Acclamations in the Histarta Augusta. Athenaeum. 69 (1981).
P.146.
25 Деян. 14,8-12.
24 Qfr McCormick S., Art and Ceremony in Late Antiquity. (-The Transformation the
Classical Heritage I). Berkeley. 1981. P.244.
2T McCormick M. Eternal Victory, Triumphal Ridership In late Antiquity. - dyjdndum and the
early Medieval West (Present and Past Publications). Cambridge Mass. P. 1986.
24 Vepreaux Л Pseudo-Kodinos Haiti des Offices (=Le Monde Byvmtin.Ij. Paris. 1966.
P.357-358; ср. также, Constantin Porphyrogenete. Le Livre des Ceremonies. Ed. A. Vep.
(Collection Byzantine) I. II. P. 1939. P.48
2* Campana. Relatio. F.268v. P.39.
34 Anmtne Litlerae MDLXXXIl. P.234; Missto moscavitica. P.17.
286
31	CJr. Roxh G. Onoma BASILEIAS. - Studien zum Qffiztolton Gebrauch der KaisertMs to
spotanttker undfiuhbytpntinischer Zeit. Wen. 1978. Anhang I. Liste der Intituladonen. PI59-
171.
32	Яоск! G. Testament und Siegel Ivans IV. ("•Abhaitdlungen der rhelnisch-westfalischen
Akademie der Wssenschqflen. Bd. 48). Opladen. 1972
33	Соболева H.A. О датировке багыиой государственной печати Ивана IV // Россия на
путях централизации. Id., 1982. С. 179-185; Ее же. Старинные гербы российских гла-
дов. М., 1985. С. 26-27.
34	Сатрапа. Relallu. F. 270г. Р. 43-44.
33 Camptuuu Reialto. F.272. Р.49.
34 Садом. Motto. F.27O. Р.44.
37 Овг. ~Le tsar dans to Mtimonial. Р.22&
33 Сатрапа. Malto. F.270. Р.44.
33 Сатр«««. Matto. F.27O. Р.43.
43 Papas Г. Geschichte der Messgevander. MBnehen. 1965. 112.
41 Овг. Le tsar dans to didmontol. P.258.
42 Campana. Relatio. F 269. P.43.
43 Овг. Le tsar dans to ctrtmoitial. P. 187.
44 pseudo-Kodinas, Haiti des Offices, Ed. Vepreanx. Paris. 1966. 199-200.
43 Овг. Le tsar dans to cirimonial. P.166.
46 Campana. Retotto. F.270. P.43.
47 Xameldvkton el Mitra. Insignes byzantines Impiriaux et ecclislastiques (=Acta Universitatis
Upsaiensls Figura. Nova Series IS). Stockholm 1977. P.137.
4< Ibid. P.137.
49 Pseudo-Rodinos. Trpiti des Offices (Vepnasu). p. 1966. note a to p.199.
39 G. Testament und Siegel Ivan TV. Opladen. 1972. Anhang. P.84.
31 Pseudo-Kodinos, Tradi des Offices (VERPEAUX) P. 1966 P.200.
92 Piltg E. Kameiavkton el Mitra. Insignes byzontins impiriaux et ecctosiastlques (~Acta Uni-
versitalis Upsalensis Figura. Nova Series, IS). Stockholm, 1977. 25-267 91-96.
93 Стирала. Mario. F 270. p.43.
54 Ofir. Le tsar data to drimonial. Pp.230-239.
55 Campana. Matto. F.270. P.43.
54 Овг. Le tsar dans le dtomontoi. P.261.
57 Campana. Mario. F.267. P.34-3S.
55 Campana. Motto, F267. P.34-35.
59 Campana. Retorio F.26S. P.37-38.
69 Campana. Retotto F.269v. P.41.
Hocceeuno А. Исторические сочинения о России XVI а. М. 1983. С.252
287
И.В.Ееляковл
УЧРЕЖДЕНИЕ АВТОКЕФАЛИИ РУССКОЙ ЦЕРКВИ В
ПОЛИТИЧЕСКОЙ МЫСЛИ XV-XVI ВЕКОВ
Вопрос об учреждении автокефалии русской церкви недостаточно
изучен. Отсутствие источниковедческого исследования документов при-
водит к спорным суждениям об их неподлинпости. Это касается в пер-
вую очередь двух известных посланий великого князя Василии Василье-
вича в Константинополь’ . Публикация на новых источниковедческих
принципах сборника документов митрополичьей канцелярии (ГИМ,
Син.562) подверадает, как это считают и издатели, документальный ха-
рактер послания 1452 г. в Константинополь2. Однако датировка ряда
документов, связанных с автокефалией, нуждается в уточнении, как на-
пример договоры великого князя Василия Васильевича с королем
Казимиром, предусматривающие посредником в спорных вопросах
"митрополита, кто будет обеима нама люб"1. Неизданными остаются
первая и третья редакции Жития митрополита Ионы. Взгляд на этот
памятник как на поздний, возникший лишь в 1547 г., не совсем верен,
потому что уже в Кормчей митрополита Даниила приводится ряд
эпизодов "от повести святого Ионы митрополита всеа Руси"4. Не решая
всех источниковедческих проблем, связанных с этим вопросом, мы
попробуем дать некоторое объяснение противоречивости источников.
В памятниках, связанных с учреждением автокефалии, можно
проследить столкновение двух традиций: Константинопольской, утвер-
ждавшей церковное единство, и южнославянской, оспаривавшей ис-
ключительное господство Константинополя. Опыт южных славян со-
здавать свои государства с "царем" и "патриархом" был известен на Ру-
си5 и проявился в поставлении литовскими епископами митрополитом
Григория Иамблака в 1415 г. В послании, обосновавшем это поставле-
ние, сеть ссылка на опыт сербов и болгар, и утверждается, что подоб-
ное поставление соответствует преданию: "...посгавихом митрополита...
по преданию святых апостол, якоже пишут в своих правилех: "два или
три епископи рукополагают митрополита", яже и преже нас сотвориша
епископи" (далее рассказывается о поставлении Климента)*. Иная тра-
диция утверждения церковного единства выражена была в послании
митрополита Фотия, сравнившего "зборную и апостольскую церковь
Костянтинаграда" с единым источником, разливающимся по многим
странам, и осудившего это поставление как церковное "раздрание”’.
288
Иона, епископ рязанский, был возведен на митрополию 15 де-
кабря 1448 г. В посланиях великого князя и митрополита по поводу
этого поставления утверждается, с одной стороны, полная законность
этого действия, а с другой стороны, выражена мысль о необходимости
согласия Константинополя. Особенно ярко традиция признания ис-
ключительной роли "царя и самодержца Греческого скипетра" и "все-
ленския сборный апостольский церкве Премудрости Божия Святыя Со-
фия Цариградская" отразилась в послании к последнему царю Кон-
стантину XI*, от которого ждали защиты православия5. Сам факт на-
писания посланий в 1441!0 и 1452 гг.11 , обращенных к греческому
царю (в то время как великий князь называет себя "владетелем"), сви-
детельствует о том, что и после Флорентийской унии значение Кон-
стантинополя признавали, но Константинополя православного, а не
униатского. Принятие унии делало невозможным сохранение обычного
порядка поставления митрополитов; "Не к кому было посылать; царь не
таков, а ни патриарх не таков, иномудръетвующе, к латыном прпбли-
жающися"”. Падение Константинополя, воспринятое как наказание за
отпадение от православия, явилось новым аргументом в пользу автоке-
фалии. В посланиях указан целый ряд причин, приведших к самостоя
тельному поставлению: это и трудности пути, и мятежи в соседних
странах, и смуты в церкви, упоминается в них и поездка Ионы в Кон-
стантинополь, где ему обещали митрополию после Исидора. Уния нс
выступает единственной причиной автокефалии. В посланиях утвер» т.т
стоя, что поставление епископами митрополита - дело вполне законное.
Как это ни удивительно, но в посланиях Ионы в Литву по поводу
поставления приводятся те же аргументы, чю и в послании по поводу
возведения Григория Цамблака: ссылка на 1-е апостольское и 4-е пра-
вило Никейского собора, приводимые искаженным образом: "1ри сни-
скали дггьжни суть безо всякого извета поставляли большего cbmihic-
ля"15, в то время как эти правила говорят лишь о поставлении еписко-
па, и ссылаются на имевшиеся в Киевской Руси прецеденты. причем
имя поставленнного в Киеве митрополита не названо ни в одном по-
слании. Характерно и подчеркивание роли великого князя в поставле-
нии Ионы. Великий князь выступает защитником православия, рев-
нующим великому царю Константину и великому князю Владимиру.
Великому князю Василию Васильевичу присваиваются новые титулы:
"великий государь"14, "самодержец"15, "царь"16.
Эта черты сближают послание с другим памятником, посвящен-
ным учреждению автокефалии - "Словом избраньем от святых писаний
289
еже на латыню и сказанием о составлении осмаго сбора латинскаго и о
извержении Сидора прелестиаго и о поставлении в Рустеи земли миг-
ропо литов, о сих же похвалой благоверному великому князю Василию
Васильевичу’ Памятник этот остается нс исследованным, хотя он н
упоминался во многих статьях1’ Опубликован он А Поповым по един-
сгвенноп рукописи - Четьих Минеи митрополита Макария за июль
НИМ, I ini 996, л 592-604)” Нам известны еще 5 списков Софий-
< кии список Минеи-Четьн (ГНБ Соф 1325, д 325-335)”, Царский
1пик)к Мннеп-Четьн (ГИМ Син 182, n605-663)w, Сборник XVI в
(I ЬЛ Ф 256 204, лЗ|5-35О)21, Сборник митрополичьих послании XV)
в (IKJ1 Ф98 Егорова) N 215 л 5-36) Сборник XVH в (ГИМ Собр
Царского N 425 л 35 64)” Все эти списки связаны с Четъи-Минеями
митрополита Макария и очень близки по составу Узость рукописной
гралипии памятника не позволяет исключить возможность его редакти-
рования В пользу этого говорит и стиль Слова" с пышными повтора-
ми и длинными периолами, характерными скорее для стиля первой по-
ловины XVI в Однако содержание 'Слова" не позволяет видеть в нем
ггозлнеишую компиляцию Издатель ’Слова" датировал его 1461-1462 гт
(чо смерти Василия Васильевича, о котором говорится как о ныне "вла-
деющем и после поставления Феодосия на митрополию, о чем расска-
гьпоется в Слове ) Именно возведение Феодосия когда в Литве уже
был митрополитом Григорий, а в Константинополе - православный па-
триарх, закрепляло автокефалию русской церкви Иона перед смертью
благословил Феодосия на митрополию и положит грамоту об этом на
ире<тол Успенского собора21 Однако уже через гри годз Феодосии был
вынужден оставить митрополию Последующая традиция никак нс вы-
деляет это поставление21
Источниками ’Слота" явились ’Повесть о латынях, како отлучи-
III гея от грек', вторая редакция Повести Снмеона Суздалыга", грамота
И пгы Евгения JV Васи гию Васильевичу, послание митрополита Исидо-
ра послание митрополита Ионы 1460 г и недошедшее гавещание мит-
рополита Ионы 'Повесть Симеона Суздальца" дополнена в "Слове'
описанием костела св Марка, привозится порядок размещения треков
и ла ।пням более подробно передана речь Марка Эфесского Эти све-
гения могли быть заимствованы из греческих актов Фпоренгггнского
юоорг15 Важно огмезить и близость риторических частеи "Слова" к
мглоизученному посланию с Афона о Флоренлиискои унии’6 "Слово"
ы гречаегся в рукописях среди документов митрополичьей канцелярии,
что можно счигагь свидетельством его офииналг него происхождения В
’ЛЯ
"Слове" нет каноническою обоснования поставлению Ионы Не упоми-
нается в нем и поездка в Царьград за поставлением, о которой писал
Иона в своих посланиях1’ Поставление Ионы решено сразу же после
изгнания Исидора, собор рассматривает вопросы о "запрещении иж о
бытью осмаго збора и святых правил устав еже о святей церкви и о по-
ставлении митрополита, иже в своей земли нросиявшаго благочес-
тиа”2* Возведение Ионы трактуется, как и в посланиях, как новое по
ставление "Възлагастся на Иону епископа великий саттъ святительства
и вскладается честный омфор на плещу его и рукавный посох велик
митрополии в руць его и ть съ блат обоязньством свершает святую
службу, и благословляет народы"1* В слове подчеркивается исключи-
тельная роль великого князя, которого составитель подчеркнуто и мно
гократно именует ’царем" н "царем богоизбранным, боювенчднным
богоутвержденным, великодержавным, вбаючесгни цветущим' Нельзя
предположить, 'по употребление титула ’’царь' ре ту тыл позднею ре
датирования, ибо он встречается н в летописной статье Московскою
свода конца XV в , совпадающей со ’’Словом’ В самом < лове от лица
"греческою царя" Иоанна говорится, что велнкии князь ’смиренна ради
благочестия и величества разума благоверия не зовется царем “ Слу
чаи применения к великим князьям титула "царь" или ’ц(е)е(а)рь” до
середины XV в носят, как это показали специальные исследования,
лишь единичный характер’1 А С Павлов приписывал па лом осно-
вании’’Слово’ Пахомию Сербу”. Автору Слова важно было прогиво
поставить греческого царя и русского греческий царь пал 'во тьму
неверна", греческому православию соединилась "мерзость , в то время
как "боговенчанный рускый царь Василеи" не только изгнал еретика
но и собрал собор, осудивший ересь, и избрал нервосвятителя, гак чю
в "рустеи земли” теперь "вси в благочестии живуще и уповают на ми-
лость Божию и по божественых правилом ходят и на боюпзбранною
святителя русскаго на церковнаго правителя смотрят и душевтit и те
леснФ к нему приб-йгають’’33
Однако рисуемая "Словом" каргина нового православною пар
ства не соответствовала политической ситуации на Руси и соотношения
между великокняжеской и митрополичьей властью и между властью
удельных князей были существенно другими Как известно из других
источников, избрание Ионы произошло еще до 14J3 г 34 Летописи со
общают, что Иона оказался на митрополичьем дворе уже при Шемяке
(Ермолинская летопись)”, уже Шемяка обещал Ионе митрополию
(Московский свод конца XV в , Никаноровская тегопись)10
291
Но важно отметить, что новому "царству" не было места и в при-
нятой из Константинополя книжной историко-эсхатологической тради-
ции. В соответствии с ней, "егда скончаются времена Римскаго ц(е)сар-
ства. и приближится уже всего мира скончание", востануг ложные рим-
ские цари, и по них - антихрист, "влъхвною кознию Римское обладание
въехышь”37.
И тем не менее "Слово" оказало влияние на последующую тради-
цию. но не в трактовке автокефалии, а в использовании титула "царь"
применительно к великому князю. Это видно из совпадений "Слова" с
"Посланием на Угру" Вассиана Ростовского, в котором Васснан оспа-
ривал право татарских ханов величать себи царями и писал, что им не
должен повиноваться "великий Русьских стран хрестьянскнй царь"3*.
Совпадения эти столь значительны, что Н.М.Кудрявцев предполагал
участи'' Васспана в составлении "Слова"19.
Другую трактовку получила автокефалия русской церкви в лето-
писях'10 . Хотя имеющаяся в Московском своде конца XV в. статья и
совпадает со "Словом"41 , но в ней повествование доводится лишь до
изгнания Исидора. Значительно сокращена по сравнению со “Словом"
статья во Львовской и Софийской И летописях, здесь в текст "Слова”
внесено важное дополнение - послание Василия Васильевича в Кон-
стантинополь с просьбой разрешить самостоятельное поставление. При
этом указано, что отправлено оно было с послом Полуектом Моря,
"иже бых послом в Царьтраде с Ыоною епискупом", но посла пришлось
вернуты"И прииде же в Ьсть, яко царь отиде в Рим и став в латинскую
веру"42 .Только после этого дополнения в Львовской летописи следует
рассказ о поставлении Ионы и о приходе Григория в Литву. Летопис-
ный рассказ кончается известием о разделении митрополии: "И оттоле
раэделися митрополиа: король сего приа Григория, а князь велики не
восхоте, и оттоле сотворишася два митрополита в Руси, един на
Москве, а вторый в Киеве"43. Этими дополнениями к "Слову" летопись
приближала его к той реальной ситуации, которая была на Руси, где
положение нового митрополита была весьма шатким. Не только литов-
ские епископы перестали признавать Иону. Молчат о его поставлении
псковские летописи, списки Новгородской IV летописи (Акад., Синод.
N 152, Строева), Софийская П летопись, Летопись Авраамки. Не
упоминают они почти совсем и о дальнейшей деятельности Ионы.
Львовская и Сокращенные своды помещают краткие известия: "6957.
Тое же зимы поставлен бысть митрополит Иона Рязанский декабря 15
день, собрав епискупы на Москве. И разделися оттоле митрополия
292
Литовский рубеж"**. В борьбе за великое княжение Новгород поддер-
живал Дмитрия Шемяку, и новгородский архиепископ Евфимий IV не
признавал отлучения Шемяки от церкви45. Так что молчание новгород-
ских летописей нельзя признать случайным, тем более что они содер-
жат подробный рассказ об Исидоре. Известно также, что тверской
епископ Моисей не являлся в Москву, несмотря на угрозы со стороны
Ионы46. Поэтому вызывает сомнение имеющееся в Московском своде
конца XV в. известие о поставлении Ионы с согласия епископов -
новгородского (Евфимия) и тверского (имя его не названо); "А новго-
родской архиепископ Евфимеи и епископ тверской грамоты свои при-
слаша, что с ними единомыслении на поставление"4’. Возможно, что
статья отредактирована по образцу статьи 1461 г. о поставлении Фео-
досия, в которой приведен текст грамот, присланных тверским (имя его
опять не названо) и новгородским епископами4*. Другая особенность
статьи великокняжеского свода - упоминание о благословении, полу-
ченном Ионой в Царьграде "последи Сидора на митрополию" (так в
Никаноровской и Вологодско-Пермской летописях - свод 1471 г. и
Московском летописном своде конца XV в. - свод 1479 г.). О том, что
такое благословение имело место, упоминал в своих посланиях Иона, а
также великий князь в послании в Константинополь. У историков этот
факт вызывал сомнения4’, ио он не кажется невероятным. В Кон-
стантинополе не могли решительно отказать московскому кандидату,
поскольку ждали поддержки в деле Флорентийского собора. При пос-
тавлении Пимена было дано обещание, что если митрополит Малой
Руси и Литвы Киприан скончается прежде него, то он примет в свое
управление и Малую Русь с Литвою, а после него на все времена "архи-
ереи всея Руси будут поставляемы не иначе, как только по просьбе из
Великой Руси"56. Как свидетельствует Житие митрополита Алексия,
митрополит Феогност отправил его в Константинополь, чтобы он полу-
чил разрешение быть митрополитом после Феогноста11 .Поэтому опи-
санный в посланиях эпизод в Константинополе, когда "огпущаючи Си-
дора на Русь... святый патриарх Исидору так заповедаша, а нас (т.е.
Иону) блшоеловиша; аще когда Исидор или волею Божиею умрет или
каково инаково о нем что ся състанет, ино мне, грешному, уже то гото-
во быть по нем в Руси митрополитом"52 укладывался в традицию
отношений с Константинополем. Но в посланиях митрополита Ионы
благословение патриархом не выступает как главный артумент закон-
ности. В некоторых посланиях о нем вообще не упомянуто, а подчер-
кивается лишь факт соборности поставления Ионы13. Однако в летопи-
243
сании именно хождение Ионы в Царъград и его благословение Толкует-
ся как согласие на новый порядок. Уже в Тнпогръ'* кой летописи (Рос-
товский владычный свод SO-.х годов XV в.) в статье о смерти Ионы со-
общается, что его поставили "на Москве... по благословению тгатреарха
Царе градского: ходил бо сей Иона в Царьград и взя благословение у
патреарха и от сех мест начата ставити митрополитов на Моске и к
Царюграду исходя"54. Эта же статья повторена в известии Воскресен-
ской летописи о смерти Ионы55. В Иоасафской и Никоновской ле-
тописях утке изменены статьи о поставлении. Иона оказывается "по
благословению святейшего вселенского патриарха: как был Иона в
Царьграде после Исидора и патриарх его благословил и грамоту ему
лая"5*. В Хронографе 1617 г. указано имя патриарха - Анастасий, это
тог же последний патриарх, о котором упоминается в "Повести о паде-
нии Царьграда '5’. Сходное известие есть в Мазуринском летописце58,
Появление известия о грамоте, якобы данной Ионе, непосредственно
связано, как это отметил Б.М.Клосс, с судом над Максимом Греком5’.
Искажение событий в летописях можно объяснить желанием обосно-
вать законность поставления Ионы с точки зрения традиции отноше-
ний с Константинополем. Однако в акте учреждения московского
патриаршества вопреки всем фактам говорилось, что порядок поставле-
ния митрополитов из Константинополя держится непоколебимо®. В
этих противоположных трактовках сказалось нежелание Признавать но-
визну автокефалии. Книжная традиция, утверждавшая власть Констан-
тинопольского патриарха, была очень существенна. Хотя текст испове-
дальной грамоты епископов, в котором было обещание принимать мкт-
ропозотов лишь из Царьграда, был изменен, и в него вошел отказ при-
нимать митрополита от "Царяграда турецкий дръжавы"61, однако, во
многих списках второй половины XV и XVI в. текст оставался преж-
ним. Обоснования, данные в посланиях Ионы, плохо соответствовали
книжной традиции. Самостоятельное поставление Климента осужда-
лось в ней, имя его исключалось из списков русских митрополитов62:
"Не есть тако в законе яко ставити епископом митрополита без пат-
риарха, но ставит патриарх митрополита" - эти слова читаются в Ипа-
тьевской летописи по поводу поставления Климента, “а не поклониви
те ся ни служиве с тобою зане не взял есн благословения у святи
Софьи ни от патриарха. Аше ли ся исправиши благословишися от пат-
риарха и тогда ти ся поклониве''65. Не было подкреплено это постав-
ление и канонами. Фотий вопрошал епископов, поставивших Григория
Цамблака: "Рцыте мне, окааннии, аше преставите можете, достоит ли
294
епископом таковая творити... Которыя книги святых, которое Еванге-
лие, который Апостол вас научи таковое нечестие творити"44. Грамоты
Фотия входили в состав митрополичьих сборников. Отметим, что по-
пытки изменить эту книжную традицию имели место. Эго относится
прежде всего к Никоновской летописи, в которой отредактированы из-
вестия о поставлении митрополита Илариона (это отметил Б.Н.Клосс)
и о поставлении Григория Цамблака: по сравнению со сводом конца
XV в. в статью вставлен текст грамоты епископов, обосновывавшей по-
ставление Григория Цамблака, а от послания Фотия оставлено лишь
начало, опущено проклятие епископов45. В Сводной Кормчей митропо-
лита Даниила к толкованию на 14-е апостольское правило, запрещав-
шее переход епископов с одной кафедры на другую, "аще только не
умолением всех", помещена более поздняя схолия митрополит Мака-
рия "от повести поставления митрополитов всея Руси", в которой пере-
числяются русские митрополиты из епископов и приводи вся толкова-
ние Федора Вальсамона, оправдывающее практику перевода еписко-
пов44 . По-видимому, то обстоятельство, что Иона уже был рязанским
епископом вызывало сомнения в законности его возведения. Из 75
константинопольских патриархов, бывших на кафедре с 843 по 1453 г.
лишь 6 были епископами с других кафедр47. В Кормчей Чудовского
монастыря начала XV в. (ГИМ. Чуд, 168. Л. 1426-144) к 14-му апос-
тольскому правилу сделана большая подборка друз их правил, "послу-
хов", запрещавших переход епископов.
Новый порядок поставления русских митрополитов, которые к
тому ж утратили и титул "Киевских", вызывал протесты48. Наиболее из-
вестный - это протест Максима Грека, от которого он не отказался да-
же на суде, обвиняя митрополитов в том, что они из гордости не ходят
за поставлением в Константинополь. Максим защищал свои взгляды в
известном сочинении "Сказание к отрицающимся на поставлении...", с
новых для древнерусской книжности позиций, разделяя вопрос о церк-
ви и царстве45.
В непочитании Ионы как святого обвиняли Вассиана Пацткее-
ва, отказывался признавать московского митрополита Иван Берсень78.
В Житии Ионы имеется много известий о неверии в его святость; отка-
зывается принимать благословение у Ионы боярин Василий Кутузов,
не признает распоряжения Ионы Пафиутий Боровский, не верят чуде-
сам святого именитые люди (чудо о дочери великого князя Анне, чудо
о вельможе, чудо о Фотии)'1. Установление общерусского празднова-
ния Ионе вместе с другими новыми чудотворцами в 1547 г. должно бы-
295
ло положить конец этим спорам. В связи с этим и было составлено
’Похвальное слово" митрополиту, известное во многих списках Вторая
редакция Жития Ионы была составлена для включения в Степенную
книгу (1560-1563). Третья редакция распространила рассказ Степенной
кншм о соборе 1547 г , о перенесении образа Николы Великорецкого н
о строительстве Покровского собора Это произведение незаслуженно
мало используется, хотя является важным свидетельством идеологии
Московского государства середины XVI в Важно отметить, что в Жи-
тии Ионы, полученное им в Константинополе благословение (о кото-
ром сообщается дословнои цитатой из послания Василия Васильевича в
Константинополь), толкуется всего лишь как пророчество, "царь и пат-
риарх яко неволею пророчествующс глаголаху"72 Главным обосновани-
ем поставления Ионы служит отпадение греков в уиию и захват Кон-
стантинополя турками Отвергается в Житии упрек в гордости, сделан-
ный Максимом Греком "И благословен быв сем вели кии Иона первый
на Москве поставлен в митрополиты рускими святителями. Сице же
тогда сотворися не прозорством ни гордости» но яко же выше рекохом
иже гречестии парь и патриарх на латинском соборе православна
уклонншася в прелесте латынския ересеи впадоша и опресночное
июдеиствоваху И многим ересям прнобшишася. И святых вселенских
седми собор не поминаху, потом и Царяграда невидевше живота лиши-
шася И по снх во Цариград латыискни патрнярх бысть папою послан
И всякое нестроение нача быти в них, и от того времени Царьград без-
божными турками одръжим бе и много злая постцгоша их за отступ-
ление православия Нас же смиренных ото всякия прелести и от всяких
бед да свободит милостивы» Христос Бог наш и в православной вере да
утвердит и помилует и спасет души наша ,,7J. В этом тексте автор про-
тивопоставляет себя грекам, отпавшим от православия
Существование православного Константинопольского патриарха
никак не укладывалось в исторические схемы Московского царства И
тем не менее его использовали для учреждения патриаршества на Мос-
кве Авторитет вселенского патриарха понадобился для утверждения
идеи "Третьего Рима'1 В соборнои грамоте 1593 г , утверждавшей патри-
аршество в Москве, говорилось, что оно учреждается по просьбе царя,
потому что "он один в мире царь великии и православный и неспра-
ведливо было бы нс исполнить его воли174 Отметим, что для похвалы
Федору Ивановичу, вложенной в уста патриарха Иеремии. составитель
грамогы 1590 г испозьювал похвалу Василию Васильевичу из "Слова
еже нг чаты ню"75
296
Автокефалия русской церкви была вызвана принятием Констан-
тинополем унии, а нс соперничеством с ним, как это было в истории
южнославянских стран. Однако в связи с автокефалией появился уже
готовый образ "самодержца", "царя", "нового Константина", утверждаю
щего православную веру (политической реальностью образ этот стал
почти столетнем позже) В древнерусской традиции ’царство" и "цер
ковь" были нераздельно связаны с "Цесаремградом" в этой традиции
осуждались попытки самостоятельного пос гавления Примирить новый
порядок с традицией должна была летописная версия о "блатословснин
Ионы в Константинополе. Одновременно происходил "пересмотр" этой
традиции Автокефалия подкреплялась утверждением об отступлении
треков от православия, но признание прав Констант инонолы кою пат
риарха ставило под вопрос эту основу
* См статья' ЯСЛурье "Иона" в "Словаре книжников н книжлек hi Зртнт Рут
Вторая половина XTV-XV1 в" Л, 1988 41 С420 426 Огрныд под иши лэз по
сданий А Циглер Ziegler A Die Union des Koazils ton Екнем ш Jer гшлпейеп Ku
che// Das ostbehe CJmsientuni Wurabuiy 1938 Heft 4/8 8104 193
1 Русский Феодальный архив (далее РФА) М. 1986 ТI 7* 13 < 88 91 i и также
полемику по поводу духовной митрон.мнпа Ионы РФА Т i Прпл 1Г
•Акты, относящиеся к Истории Западной России, собранные и изданные Арм о
срафической комиссией СПб, 1846, 11 С 64 Договор датнруася Л аы 69П с-д
нако, М Грушевский относит его к 1448 г Iрушевевкий М Ктория Укршмн Рут
Лянов 1903 ТЗ, ч2 С 407
4 Сводная Кормчая - ГБЛ Ф 310, М 27 У 2 '’боб 278
5 "Сказание о сербской и болгарской патриархиях" Щапов ЯН Южное ывя некий
политический опыт на службе у русских теологов XV в PyranCinolulgaxica, Solia,
1966 I И С 199-214
ь PHb СПб 1908 Тб Ne 38 Стб311 314 (. ч также ПСРЛ Л/, TftSi I II с .'29
редакция другая
1 РИЬ Тб 2*39 Ст313-336, РФА 12 ( 124 1*213
1 Послание известно в двух редакциях 1) leap 312- РИБ 1 6 2* 71 Стб т7й 386,
АН Т! 2* 262, 2) Син 362 АН 7 I Лг 41, РФА Т1 1* 13 С 88 91
* В 1430 г патриарх-униат Гршорни Мамма был вынужден уехагв s Рим См также
письма Иоанна Евгеника, адресованные Коне гантину S Petndcs Les oeunes de
Jeaa Eugemios// Ecos d Orient P 1910 111
i0 Послание известно в нескольких списках ГИБ Ф Кирилле Белозерского нона
стыря 2* 11/1088 (к XV вЗ, ЬАН 16813 (XVI в У и ГПЬ Ф Кирнлю-Ьс
297
чазерскот монастыря № JO (XV в ) - no зтоыу списку издано РИБ Тб Ni 62
Ст Vf VS Помещено оно и я чепзписи ПСРЛ СПб, >853 Тб С/62-167
11 См примсч 8
lJ Из послания Ионы княпо Александру Владимировичу РИБ Т6 № 66 Ст559,
РФА Г I №65 С 216
"АИ iH6, 1841 Т1 № 65 СПЗ, РФА Т1 С187 Попытка объяснить появление
пьхзй трактовки канонов сделана Д Оболенским D Obotensty Bytanhum, Kiev and
Меня, о», a Sttidi tn Ecclesiastical Relations//DOP Cambridge,>957 № И P2I-78
'<РФА I 1 №24 С124
11 См tn к а такие РФА Т> V >4 С93, №7(1) С 95
|Л Послание в Псков РИБ Т 6 № 90 Ст 671 См также специальное Исследова-
ние tv Vodoff i.t ttmlature pnnoin еп Pussie du XXI au ddbut du XVI
stA-ie/yJahrbuchet tin (leschithte Osteumpas Mvnchcn, 1987 Bd35 Hl P1-J5 Автор
также отмечает изменение титула неликото князя в посланиях Ионы (835) О зна
ченми, которое приобретал титут "царь" в русской литературной традиции см
Живои В М, Успенский БА flapt и Бог // Языки культуры и проблема пере
водимое тк М, 1987, С 47 15)
'* Клыкова Н 4 Западная Еapt ня в русской письменности XV-XVII а Л, 1986,
С ьб-67, Щербина АД Литературная история русских сказаний о Флорентийской
Уинн /у Чгтоннсъ ист фид обшппа при ими Новороссийском У-те Одесса, 1902
С 31 15 Делекторсхнй ФИ Критике библиографический обзор древнерусских
-лазаний о Фторетинской унии // ЖМИП 1895 Ч 7 Малинин В Старец Еле-
ыарова Mouai тыря Фплофсй и его послания Киев, !90! С 447, Приложения С 56-
V (ояьдберг АД К прслыеторни идея "Москва-1ретнй Рим" /7 Культурное на
-лсдие Древней Вм.н М 1976 С 11 116, Chermavxty М Ute тессргюл of the Council
rf Floiente in Момо»/, Church History 1955 24 Pp 347 159
’• Понов Л Hi торнко-литературный обзор дреанеруеских ппкмнчсских сочинений
прогни чыннян М, 1875 С 360-195
•*Абрамович ДИ Описание рукописей Петербургской дуловной академии Со-
фийская бшиноп,ка СПб, 1907, Вып П С 131 154
'° Прогасьсм I Н Описание рукописей Синодального собрания, не вошедших в
•писания API орского и К И Невостурева М, 19'4) Ч1 С203 205 *8 804
' Востоков А Описание русских н словенских рпозписей !\мянцсвскшо муэея
кПб. 1842 Г 2'0 274
1	Строев П М Руьопнс и славянские и росс янские, принадлежашне И Н Царскому
М . 1848 С 522
11	Пипов А Исгорико литературный обзор С388 390 РИБ Тб Фи 91 (>6685
68о
2V8
34 'Дукоаная' Ионы не упоминает о Фесщосни что иардд) с ^1*>^а/еляел1 о
намерения князя писать в Кож.гантннотюль свидетели wet о гон что что не ду
хоанам 14611 си РФА I3 С 640-648, приз ГУ
Издание греческих актов Qaue ьираьавТ Acloruin Отаыоптш Conctlu Iiomalmi ,
Ed J Gill Котпя, 191J Г 1,11 (Concibuin FJotvaliiiani Documcota et Sciiptoics)
№	Послание	"Слыю
Увы колика прелесть постнже цари греческого Увы колика гну постнже Цжрятрада н церковь сборную С> пкгтаго падения рода таковаго	Уш «pevzb<r« Адли убо длгёсл> uteia лх ИО1ИЛГО ЛфдЖ ШЫ	J'- tf (J	ил/’*
ныне же прелатпющаяьх от светя во гну и свою блвючестивую	L9CT Hd tKij П/>Н'К?4ЛЛМ ему же би Hd Lld/V tfUdtfL
веру предати на шаге	СНЯТЫХ! ясру /речссклт лр&жклишл
(Л1АК СПб, 1з6 г Sun ill С28 29 по рук XVI в	(Подол Л Исгорнхо лите ратурдый обмр С
Нош Соф б-км, 64 1434
Другой список ! 115, Ф
Кирилла Белозерского
монастыря 12/1999)
11 См послание к Лтександру Владимировичу • РИБ, Т 6 At 66, РФЛ Т /, М 63
С 216
21 Попов Л Историка литературный обзор С 381
" Гам же
» Там же С 364 365
?| Соболевский ЛИ Лрхеожничаскне заметы ,/ Чтения * И-т о во Ностора ле
тописца Киев, 1892 Кн 6, отд 2 С 7 19 И" Vodoff Kenuapios лот Ы valeui du цепне
tsar' apythjue ass pruices tusset anuit le iiuheu Ju e uecft, Oxlanl .SiatuiiK. fttpen
1978 * Xi Noh Senes P1-41 Пикно отметить, v'o В Вод^ пишет о наличии связи
между едкннчныии случаями появления титула "царь и амеиипелшпшм рнхзлу
ьнякЛ в XI и XII! аа в иашаченнс мнтрополип>в 1аы же С 36 41
11 Павлов А С Критические опыты по ж торим древнейшей ipeao русской моле
мили против латинян СПб 1878 ( 109 192
299
” Попов А. Историко-литературный обзор.. С.384
м Сохранилась грамота 1433 г, написанная Ионой как “нареченным’ на митро
шупткт // АСЭИ М, 1964. С.З. № 304. Я С Лурье сомневается в подлинности и этой
грамоты' Словарь книжников. . С. 422
'''ПСРЛ СПб, 1910 Т.23. С. 150.
* ПСРЛ М, 1962, Г.27. С. 112; М.; Л. 1949 Т.25. С.266-267.
>т Кирилла Иерусалимского Оглашение 15-е. Пит. по: ГБЛ. Ф Троице-Сергиеяой
виры Лё 124 Л. 143. Ср Паренеснс Ефрема Сирина, слово 50: Откровение Мефо
зня Татарского гл 12// Истрнн В. Откровения Мефодия Пвтарсхого и апокрифи-
ческое пиление Даниила: Исследования и тексты. М., 1897. С.100.
s ПСРЛ Тб С.225. См. также: Кудрявцев ИМ. Послание на Угру Вассиана Ры-
ло//ТОДРЛ 1951. T.VHI С. 158-186.
” Кудрявцев ИМ Послание на Угру.. С. 158-186, Кудрявцев Н.М. Музейное собу
рукописей М„ 1961, С 151.
*’ Казакова Я А. Известия летописей и хронографов о начале автокефалии русской
церкви // Вспомогательные исторические дисциплины Л., 1983. Вып XV. С. 92-101.
" Совладение начинается словами ’он же сын подстрекаем бысть сатаною’ и кон-
чается "от шкпваго же лтожитрнвато врат соблюде Господь Бог и Проникая Бо-
городина святую си церковь безнаввтну и безмятежну обличением Богом вразум-
чяемаго пелнколръжавнот Вясияьа Васильевича, я благочестии цветущяго царя всея
Руси, ему же о сем откры Господь Бог велеумие разумеватн и вся мудроствовати"
< ПСРЛ Е25 С260). Лишь несколько мест оказываются опущенными в летописной
статье Это огечтпления с риторическими обращениями и цитатами из псалмов. Цит.
ш> изд “Слова", с 362-363 со слоя "по пророческому гласу бысть бо рече якаже
аспида глухд'до слов "он же о сих еже рече и умысли н створи eni же пути желайте
и тако понде нанъ же лерзааше", с 363 “ а не помянув к сему Гзсподнн словесн.
еле сипе и бысть Сидору к отвержению его", с. 372-373 “О великпдерздкалный парь.
Это ради к ним пришел есн.. Ныне же от Исидора горькородный корень злохитрна
чротябоша, ты же прелесть от него взимать", с. 378 "ио тако пребывает в мерзости
ипустсння по пророческому акт же пишет . Такоже Исидор беснуяся В оканном
сердпи своем’} Иной характер имеет пропуск иа с. 376-377 после слов: “И тако вена
ч сих~ В "Слове" далее следует текст грамоты от Папы и пышная тту.затура
кликою киятя ’БогошественЫ святаго цуги болзуставному закону и мудры
итыскапун, святых правнл богоцветуши исходами и спосттешник истинне". В лет-
ние и  просто "великий князь"
*J ПСРЛ Т.20. С.254
li ПСРЛ. Т.20. 4 1. С.256.
’♦ Гам же С,261.
300
«AH. T.l. СПб., 1841. fib 263. C.502.
* РИБ. T.6. fib 82. С.625-626 (Грамота Ионы Тверскому епископу ЬЛоисеы)
47	ПСРЛ. Т. 25. С. 270; Т 27. С.115.
48	ПСРЛ. Т.27. С.122; Т.25. С.277.
49	Словарь книжников. С.420-426, РФА. Т.З. С.640-648, прял. IV
30	Соборное определение. - РИБ. Т. 6. Ст. 184. Ирид.30.
31	Житие митрополита Алексия ОЛДП. М., 1877. BbUi.1V 4.1. С.48-48.
32	Послание к Александру Владимировичу // РИБ Тб. fib 66. Ст.552. РФА. T.l. fib 66
0217-218.
33	Послание в Литву 1460 г. //РФА. T.l. fib 51. С. 185-188.
м ПСРЛ. Пг. 1921. Т.24. С.184-185.
» ПСРЛ. СПб, 1859. Т.8. С.149.
* Иосафская летопись. fit., 1957. С.42; ПСРЛ. СПб., 1901. Т.12. С. 74
57 Попов А. Изборник славянских и русских сочинении и статей, внесенных в
хронографы русской редакции. М, 1869, С. 168; Повесть о азятин Царьграда турка-
ми // Русские повести XV-XVI в. М.Д1., 1958.
» ПСРЛ. М., 1968. Т.31. С. 106.
& ПСРЛ. СПб., 1862. Т.2. С.83. Клосс Б.М. Никоновская летопись и Максим Трек//
ТОДРЛЛ. 1976, Т.ЗО. С. 124-125.
® СГГнД fit., 1812. 4.2. С.96; Кормчая 1653 г. Л. 14.
61 РИБ. Т.6. fib 52. Стб.451-452, прнмеч. 3.
ь‘ См., наир. ГБЛ. Ф.304. fib 408. Л.397о6; ГПБ. Древнехраннлитце Погодина- fib
1571. (сб. XVIiB.fi
63 ПСРЛ. Т. 2. С.340-341; ПСРЛ, Т25. С.39-40.
« ПСРЛ. СПб., 1897 Т.Н. С.227-231.
63 Послание Фотия // РФА. Т.2, fib 125. С.424-425. В Никоновской летописи другая
редакция - ПСРЛ. Т.9. С172-173; РИБ. Т.6, fib 39 Стб. 327.
* ГБЛ. Ф.Ундалъского. fib 27. Лл64-65.
w Соколов И. Избрание патриарха в Византии // Христианское чтение. 1907. Т.З
С.289.
68 Белякова Ё.В. К истории учреждения автокефалии русской церкви // Россия на
путях централизации, fit., 1982. С152-154.
89 Судные списки Максима Грека и Исаака Собаки М, 1971. С 111, 121. Максим
Грек. Сочинения. Казань, 1897. 43 С. 154-156 См. также Покровский Н.Н. За-
мечания о рукописи Судных списков Максима Гректу/ТОДРЛ Л 1981 Т. 36. С. ТО-
92 Синицына И. В. Максим 1рек в России fit., 1977. С.218.
301
70 Казакова НА. Васская Патрикеев я его сочинения. М. I960- С.293; Казакова
Н А. Очерки по истории русской общественной мысли лерв. трети XVI в. Л, 1970,
ААЭ. Т1.№ 172. С. 141.
71 Опубликована лишь вторая редакция Жила, вошедшая л состав Степенной книги.
 ПСРЛ. СПб., 1908. Т.21 С.505-526.
71 Нам известны три списка третьей редакции: ЦГАДА, Ф.196. 66 521 (к. XVI в.);
БАН. Архангельская духовная семинария. Д.164 (1589 г.). Л.2-89об.; ГПБ. Собр.
Соловецкого м-ря. 1* 628/510 (Минея на март). Л-275об.-319 об. (XV в ). Цят. по:
ЦГДЦА. Ф.196. 1* 521. Л.256 об.
” ПГАДА. Ф.196.3* 521. Л.273об.-274.
м Лпа/есй byzandno-nissjca. Petmpoli, 1891. Р.85-87
77 Ср. слова Иеремии; "О благоверный я христолюбивый и Богом венчанный и Бо-.
том почтенный я Богом украшенный и Богом превознесенный..Г, "Истинный ра-
читеш благочестию, и бопнтствеваго закона святого пути богоуетввяаго зяяотш и
премудрый исхадатаи я благоразумный поспешник истины, изыскатель отеческому
преданию" (Кормчая 1653г. С. 14-15).
302
Е.Б.Емченко
"СВЯЩЕНСТВО' И “ЦАРСТВО" НА СТОГЛАВОМ СОБОРЕ
Тема "священства" и "царства" является одной из основных в
Стоглаве -«воде постановлений церковного собора 1551 г. Она звучит в
многочисленных византийских и русских источниках, цитируемых Сто-
главом (правила апостолов и святых отцов, вселенских и поместных со-
боров, законы византийских императоров и великих русских князей,
послания русских иерархов и тд.). Эта тема нашла свое отражение, как
нам представляется, в самой структуре памятника, построенного по
принципу "соборных ответов" на "царские вопросы"1. Идеальное изо-
бражение в Стоглаве взаимоотношений царской и церковной власти и
соовстствующая им историческая реальность - два аспекта рассматри-
ваемой проблемы. Они взаимосвязаны, но в существующей обширной
историографии зачастую подменяют друг друга, вызывая многочис-
ленные споры, в частности, по вопросу об инициаторе собора и атрибу-
ции "царских вопросов".
В дореволюционной историографии мнения были достаточно
разнообразны. М.Н.Карамзин, Н.Ф.Каптерсв, А.Я.Шпаков, И.В.Беляев
и др1. пришли к выводу, что инициатива созыва собора принадлежала
Ивану IV, а "собор лишь утвердил все новые, мудрые постановления
Иоанновы"3. Такой взгляд определялся представлением о царе как
"единственном источнике всякого закона как гражданского так и цер-
ковного", который через собор "осуществлял свои верховные права и
заботу о процветании православной веры и благочестия"4. Как утвер-
ждал И.В.Беляев, Стоглав явился образцом сближения государствен-
ного и церковного права", когда "взаимные отношения верховной влас-
ти и церкви в Русском государстве находились в благотворном согла-
сии"5 . "Государство и церковь, слитые в единый организм, осуществля-
ют совместную также единую программу"6.
В трудах Макария, Е.Е.Голубинского и др. церкви отводится в
этот период ведущая роль в деле централизации, поэтому как инициа-
тива созыва собора, так и составление "соборных ответов" приписыва-
ются Макарию и Сильвестру’. Голубинский писал, что"великая мысль
совершить обновление церкви путем соборного законодательства при-
надлежала митрополиту Макарию" и, лишь удовлетворяя тщеславию и
честолюбию молодого царя, Макарий "должен был уступить ему пер-
венствующую внешнюю роль в деле устроения собора'*1.
303
Сопоставление Стоглава с произведениями Сильвестра, Артемия,
Максима Грека, Макария и др. (работы В.С.Иконникова, Г.З.Кунцеви-
ча, Н.С.Тихонравова)’, разработка проблем церковного землевладения
И темы борьбы “партий” внутри церкви - нестяжателей и иосифлян
(А С.Павлов и Др )” способствовали развитию взгляда на Стоглав как
памятник, в котором эта борьба отразилась. Однако роль царя и митро-
полита в этой борьбе на соборе оценивалась по-разному11. Н.И.Жда-
нов, А.С.Павлов рассматривали царя как союзника нестяжателей. Вли-
яние же митрополита Макария на составление программы оценивалось
ими как незначительное11. Иной точки зрения придерживались иссле-
дователи Стоглава Я.Лебедев, В. Бочкарев. Лебедев считал, что "госу-
дарь, давший место в своей программе собора идеям той и другой пар-
тии, думал стать личностью, объединяющей интересы обеих ("партий”.
Е.Е.) и приглашал епископов и вообще членов собора к единомыслию”,
хотя "компромисный характер программы скорее зависел от той роли,
которую играл на соборе Макарий"”. Стефанович пришел к выводу,
что как программа собора - "царские вопросы", так и его постановле-
ния - "соборные ответы" явились результатом коллективного труда. Так,
относительно "первых царских вопросов" Стефанович замечает, что над
ними "трудился царь, предложивший вопросы собору от своего имени",
"трудились над ними и его советники"н, в число которых Стефанович
включает членов "Избранной рады": Сильвестра, Курбского, Адашева и
Макария. Написанием "ответов" занимались "святительские бояре и
дьяки” при “заметном участии Сильвестра"1’, а также Макария и новго-
родского архиепископа Феодосия1*. В целом же Стефанович отмстил,
что "на вопросах заметно отразилось влияние и взгляды нестяжателей",
'в ответах же весьма энергично и настойчиво доказывается против-
ное"” .
Мнение о паре как союзнике нестяжателей на Стоглавом соборе
прочно утвердилось в советской историографии: в работах С.В.Бахру-
шина, И.У.Будовница, Г.Н.Моисеевой, А.А.Зимина и др.”. По словам
Л А Зимина, вопросы были составлены по распоряжению царя:"...у нас
нет прямых данных, на основании которых можно хоть какую-нибудь
часть первых царских вопросов связывать с митрополитом Макарием...
taro есть все основания считать творцом царских вопросов Сильвестра"
 как "фактического главы нестяжателей середины XV! в."”. Харак-
геризуя СтогчавыЙ собор, вслед за Ждановым как церковно-земский,
П В Черепнин рассматривает его как "совет" церковной и царской влас-
гьй, который зиждился на обшности интересов, направленных к защи-
304
те феодального строя, но совет, который давал "трещину", так как инте-
ресы церкви и государства не всегда совпадали; на соборе "шла идейная
борьба" иосифлян и нестяжателей. Отражение этой борьбы Л.В.Череп-
нин видит в противопоставлении "царских вопросов" и "соборных отве-
тов"20 .
В последнем исследовании, связанном с публикацией Стоглава
во 2-м томе издания "Российское законодательство Х-ХХ в.", учитыва-
ется влияние Макария, но в целом сохраняется точка зрения, разрабо-
танная Н.И.Ждановым, Д.Стефановичем, А.А.Зиминым и др.: парь -
инициатор собора и союзник нестяжателей противопоставляется
иосифлянскому большинству собора во главе с Макарием21.
Практически все церковные соборы XV] в. происходили "по по-
велению царя" (впрочем, как и другие мероприятия, связанные с внут-
ренней жизнью церкви, например, постройка и освящение храма), ио,
очевидно, что степень фактического участия царя была различна. По-
этому важно прежде всего определить, каким представлено в Стоглаво
взаимоотношение царской и церковной власти, с чьих позиций (цер-
ковной или государства), а также насколько оно соответствовало дейст-
вительности. Нам представляется, что в Стоглаве противопоставления’
"царских вопросов" "соборным ответам’ нет. Более того, сама структура
памятника определялась идеей "согласия" царской и церковной власти,
выраженной как в "соборных ответах", так и "царских написаниях", но
в соответствии с позицией церкви, заинтересованной в том, чтобы ос-
вященные авторитетом и участием царя соборные решения имели силу.
По верному замечанию В.В.Зеньковского, в XVI в. идея "священной
миссии* царской власти "всецело создавалась церковными кругами во
имя внутрицерковиых мотивов"22.	'
Как уже отмечалось, идея согласия "священства" и "царства" обо-
сновывается в "соборных ответах" многочисленными цитатами из ви-
зантийских и древнерусских источников. Поэтому прежде всего необ-
ходимо определить, как используются в Стоглаве правила апостолов и
святых отцов, постановления вселенских соборов и византийских импе-
раторов и др. для раскрытия этой идеи.
В наиболее общем виде идея "согласия" и "единомыслия" "свя-
щенства" и "царства" выражена в предисловии к новелле VI царя Юсти-
ниана, Помешенном в главе 62 над названием "От свитка новых запове-
дей". Здесь провозглашается происхождение "священства" и "царства" от
одного и того же начала. Для'"человечества" это "два дара божия"; "свя-
щенство" служит божественному, "царство" владеет и забогится о "чело-
305
веческом". От их согласия людям даруется "благо" и "ничто же тако бы-
вает поспешение царству, яко же саятитсльска честь". Обязанностью
царя является забота о священстве, а также соблюдение правил: 'сему
бытн веруем, аще священных правил блюдение сохранится...”.
Взаимоотношение светской и церковной власти раскрывается в
главах 53-65 под общим названием "О святительском суде соборной от-
вет от священных апостольских и отеческих правил", непосредствен-
ным источником для которых послужили кормчие книги, в частности,
Сводная Кормчая митрополита Даниила и Кормчая Русской редакции
(Соф. 1173)и.
В главе 53 приводится выдержка из сборника эпитимийных пра-
вил Зонары (род. конец XI в. - умер после 1160 г.). Этот сборник полу-
чил распространение в России с конца XIV в. Его перевод содержится
в Кормчей, в сборниках различного рода и встречается отдельна. Все
добавления в Стоглаве, по сравнению со славянским переводом, опре-
деляются тезисом "Яко нс подобает князем и всяким мирским судьям
священнического и иноческого чина на суд привлачити, ниже таковым
судити", принадлежащим автору соборных ответов. Им же вставлена
фраза "сиа вся освященная благостыня возложена суть святителем и
никто же ими обладает от мирских". По наблюдению Д.Стефановича, в
понятие “власти" добавлено понятие подсудности, к числу "обладае-
мых", помимо "иереев", отнесены также монастыри и монахи, число
мирских властей ("князь") увеличено включением боярина и мирского
судьи.
В главе 54 помещено толкование 2-го апостольского правила из
Сводной Кормчей о неприкосновенности церковного имущества: "гос-
подство и владычество" в епархии принадлежит епископу, за его нару-
шение царя ждет наказание (приводится пример царя Озии)м.
В главе 55 содержится часть 9-го правила Халкидонского собора
с толкованием Аристина, предваряемая фразой, принадлежащей автору
соборных ответов: "Аще о чем прягся причетники, да не приходят к
мирским судьям, но к своему епископу". Сравнение Стефановичем это-
го текста с греческим показало, чго в славянском переводе отсутствует
третейский суд. В этой же главе дается определение подсудности в по-
рядке духовной иерархии. Верховный суд принадлежит Константино-
польскому патриарху.
Глава 56 содержит толкование Аристина на 15-е правило Карфа-
генского собора из Кормчей. К нему присоединена выдержка из 165-й
"залог ди святых отцов Пятого вселенского собора", появившаяся в
306
русских рукописях с начала XIV в. В нем запрещается епископам, свя-
щенникам и дьяконам обращаться к "градским судьям". В случае, если
мирские судьи будут виновны в насилии по отношению к священно-
служителям, то они будут преданы проклятию.
Главы 57-59 представляют выдержки из новелл императора Юс-
тиниана, которые подразумевают наказания светскими властями ("град-
скими" и "воинскими") "муками к азнити", "в заточение послати", назна-
чение штрафа, устранение от должности и т.д. - за привлечение к мир-
скому суду монахов, за "обиды", нанесенные церкви15.
В главе 60 помешена пространная выдержка из подложной гра-
моты императора Константина Римскому папе Сильвестру V. Эта вы-
держка вошла в Стоглав из "Ответа Макария", в конце грамоты содер-
жится приписка особого наставления всем христианским государям
оказывать духовным иерархам подобающую честь по примеру настоя-
щей грамоты. В ней запрещается "неправедно владели и судити земному
царю", его вельможам и наместникам там, где установлены "священни-
ческая начало и власть"3*.
Из "Ответа Макария" заимствована глава 63, включающая "Устав
князя Владимира", но с пропуском ст. 19, 21-24”.
Кроме того, в главе 61 Стоглава целиком и без изменений поме-
шена так называемая "Заповедь царя Мануила Комнина". Заповедь во-
шла в Стоглав из второго поучения митрополита Фотия великому кня-
зю Василию Дмитриевичу (1410 г.). В ней, как и в предыдущих главах,
говорится о неприкосновенности церковных имуществ. В случае, если
"церковные стяжания и пошлины изобицимы будут" от царских намест-
ников и судей, то последние будут отлучены "от службы и лишены чи-
на", так как преступление против церкви означает преступление против
"царства" ("противися царству узаконенному ")а.
В главах 64 и 65 приведены две грамоты митрополита Киприана
о неприкосновенности церковных судов и имуществ со ссылкой на
предания святых апостолов, святых отнов и "устав благочестивых ца-
рей". Любопытно, что к последней из грамот под названием "Правило
святых отец седьмого собора" помешено "толкование" митрополита Да-
ниила из его Сводкой Кормчей о необходимости соблюдать священные
правила, законы и уставы, принятые церковью, писания святых апосто-
лов и отцов. Причем в редакции толкования, включенного в Стоглав,
добавлена необходимость хранить и соблюдать предания "благочести-
вых царей". Аналогичное дополнение, сделанное авторами Стоглава,
имеется и а Послании Киприана (гл. 64)w.
307
Исходя из использованных в Стоглаве источников и небольших
комментариев к ним автора "соборных ответов", взаимоотношения цар-
ской и церковной власти должны строиться следующим образом: так
как "священство* и "царство" происходят от одного и того же начала, то
между ними должны быть "согласие" и "единомыслие"; благополучие
"царства" зависит от того, какая "честь" воздается "священству": "цар-
ство" должно защищать "священство" по примеру "благочестивых ца-
рей* Константина, Юстиниана, Мануила, Комнина, великого князя
Владимира, на авторитет поставлений которых ссылается Стоглав, и
наказывать светской казнью тех, кто покушается на церковные имуще-
ства и права церковного суда.
В полном соответствии с приведенным теоретическим обоснова-
нием отношения "священства" и "царства”, подкрепленным многочис-
ленными ссылками на авторитет апостольских правил, постановлений
вселенских соборов, законов византийских императоров и т.д., в "со-
борных ответах" определяются современные Стоглавому собору отно-
шения церковной власти и царя.
Во-первых, в "соборных ответах" согласие "священства" и "цар-
ства" выражается в совместных действиях против "церковных неисправ-
леиий". Там, где собор видел недейственность для успеха своего дела
только церковного закона, он обращается к авторитету царя, а в отдель-
ных случаях и к необходимости светского наказания ("быть в великой
опале", "царскою грозою наказуется” И тщ. - гл. 41, вопр. 17; гл. 43); со-
бор постановил "благочестивому царю" учинить свою "царскую запо-
ведь* против волхвов, чародеев, скоморохов, лжепророков, языческих
обрядов, чтения и распространения отреченных книг, икон, написан-
ных не по образцам, азартных игр и пьянства в корчмах (гл. 41, в. 17,
19, 20 и тл);
Во-вторых, совместные действия церкви и царя подразумевались
в раде организационных вопросов церковного строительства: "по уло-
жению царскому* в Москве учреждается институт поповских старост
(гл. 6); "по цареву слову и совету* и "по прошению" монастырской бра-
тии митрополит, архиепископы и епископы выбирают архимандрита
или игумена, которого затем посылаю г к царю на утверждение ("аще
будет Богу угоден и царю и таковый архимандрит и игумен по священ-
ным правилам да поставлен будет’); “православному царю подобает
указ учинити по преже уложенному уставу" о размере венечной пошли-
ны (гл.46, 48).
308
После собора от имени царя рассылались грамоты, которыми
проводились в жизнь решения собора Примером подобной грамоты
является "выпись Андрею Берсеневу да Хозяину Тютину"к, в которой
за поступки, осужденные в Стоглаве (пьянство, сквернословие, брадо-
брнтие, волхование, занятие астрологией и т.д.) ждала царская опала и
суд "по градским законам*'.
В то же время постановлениями Стоглавого собора запрещалось
светским судьям вступать в юрисдикцию судов церковных, за исключе-
нием случаев "душегубства и район с поличным" (гл.66-68).
В-третьих, в оригинальных постановлениях собора единомыслие
"священства" и "царства" отражается в ряде формулировок "соборных
ответов": "Царским советом соборне повелехом... по царскому совету
соборне уложили... по совету благочестивого царя соборне изволиша" и
т.п.
В предисловиях, царских речах и в "написаниях" позиция царя по
отношению к церкви также изображается в соответствии с "соборными
ответами", Т.е. с точки зрения самой церкви. Во втором предисловии
инициатива царя созвать собор "о многих и различных церковных
чинех И исправлении" и его призыв к "согласию и единомыслию" вос-
торженно приветствуется митрополитом и архиереями: услышав цар-
ское повеление созвать собор, "архиереи радостию неизглаголаною
объята бывше" и как "небопарнии орлн, лехка крыла имуща купно со-
шедшеся" и "един царствующий град Москва всех восприимше" (гл. 2).
Личное участие в соборе царя постоянно подчеркивается в Стоглаве,
Так, в предисловии указывается, что царь дал на собор "своея руки пи-
сание" (вторая речь царя - гл 5). Однако тезис о единстве царя и цер-
кви, хотя и вкладывается в уста царя, излагается с позиций церкви. Он
предлагает ту модель их отношений, которая нужна церкви и в которой
она заинтересована. В начале речи содержится церковно-молитвенное
обращение "прекроткого" паря к собору, которое, по мнению Б Бочка-
рева, до буквальности сходно с каноническим молитвенным обращени-
ем к святым на всеношное бдение” . В основной части "писание" пред-
ставляет собой "царское покаяние" за те беды, которые обрушились на
страну в наказание за разложение нравов и забвение божественных
правил (неудачные войны с татарами, голод, мор, московский пожар
1547 г. и т.п.), а также и за его собственные грехи, за то, что в период
"самовластия бояр" в силу своей юности "навыкох их тлоказненныя
обычаи и тойжле мудрсгвовах яко же и оне". Эта часть "писания'' впол-
не соответствует церковным поучениям об ответственности царей перед
309
Бигеи за исполнение возложенной на них миссии и правый суд, ш не-
соблюдение которою их страну лутег Божье наказание12, и в частности,
посланиям митрополита Макария ("Послание учительно" Макария в
Свияжск, послание митрополита во Владимир)33. Затем следует обра-
щение царя к духовенству, которое должно просвещать, учить "благоче-
стию", соблюдению "заповедей господних" и в первую очередь учить
царя и его бояр. За соблюдением "священных правил" духовенство
должно строго следить и наказывать всех, не исключая царя: "Аще ли
яз вам су проги вен, вы о сем не умолкните, аще пресл ушник буду, вос-
ирититс ми без всякого страха". Этот фрагмент речи В.Бочкарев нахо-
дит схожим с отдельными частями послания новгородского архиепис-
копа Феодосия34. Идея о долге пастырей указывать царю иа правый
путь служения, по верному наблюдению Г.П.Федотова, прослеживается
в "Ответе Макария"; "Егда рукополагался... тогда... пред всем народом
кляхея судбы и законы и оправдание наше хранили, елнка наша сила, и
пред цари за правду не сгыдитись; аще и нужа будет ми от самого царя
или от вельмож его, что повелят мн говориги, кроме божественных
правил, не послушати мн их, но аше и смергию претят, то никакож ня
иослушати их"13. Со своей стороны царь обещает "вкупе единодушно
всегда семи с вами справляли и утверждали, якожс наставит нас Дух
Свитый'1. И только в том случае, если 'по вражию навету" и "нераде-
нию" со стороны духовенства не будет обличено “некоторое поползно-
вение" (греховное желание), царь не несет ответственности ("сему убо
семь аз непричастен"). Царское послание завершается комментарием
составителя Стоглава: Макарий и весь собор "зело о сем удившиеся...
видя царскую душу совокупльшуюся с церковным устроением".
Тема единства царя и церкви получает свое развитие в третьей и
четвертой речах царя. Это единство обеспечивается, во-первых, заботой
н покровительством царя православной церкви. В частности, царю при-
писывается инициатива в подготовке и проведении соборов канониза-
ции. Хотя известно, что эти соборы были результатам деятельности
Макария, и царь на них даже нс присутствовал*. С соборов канониза-
ции, по словам "царской речи", начинается новая эпоха царствования.
"И тех великих новых чудотворцев молитвами начатом правши царство
свое елико довлеют нам по благодати Божии". В нескольких ранних
списках зга фраза и следующее за ней сообщение о собравшемся собо-
ре выделена киноварью33. Во-вторых, на Стоглгггый собор, по словам
царя, он представил новый Судебник н уставную грамоту с тем, чтобы
члены собора прочли н "рассудили", "аше сие дело на святом соборе уг-
310
вердив и вечное благословление получив, и поллнсати на Судебнике н
на уставной грамоте, которой в казне быти".
Наконец, сама форма обращения царя к митрополиту и собору с
просьбой "рассудить по правилам святых апостолов и святых отец" его
предложения подразумевает полное право самой церкви выносить ре-
шения, отвечающие ее программе. Единство “первых царских вопросов"
и "соборных ответов” выражается в том, что "вопросы" сформулированы
таким образом, что дают направление их решению с тем, чтобы изме-
нить существующую практику: "Антимисы отдал, продажу чинят вели-
кую, а правила святых отец запрещают святая продавали. И о том
достоит закон уложити по божественным правилом (в. 2): "Достоит вам
святителем велми о сем порадели И запретили, чтоб крестьянству и
всякому священническому и иноческому чину напрасных продаж не
было,,." (в.7); " ...и о сем великое попечение достоит имели, чтобы ико-
нописцы были во всяком чюветвии и а добродетелей живучие и учени-
ков бы учили по существу совершено образцы божии писали"; "Бога ра-
ни о сем довольно разеудити, чтобы в пьянстве пастыри не погибли, а
мы иа них зря такоже" (в.7), "Достоит о сем утвердили, чтобы вдовцы и
неженатые пономари не были..."(в.24); "Паче же запретили о любодей-
стве и прелюбодействе и о злом содомском блуде" (в.29); "Достоит о
сем законоположение раюудно утвердили, чтобы христьянские души
данлениною не осквернялися" (в.32). В Новгороде и Пскове в алтарь
крестьяне приносят "кутию и канун за здравие и за упокой и на Велик
лень Пасху, сыр и яйца, и ряби печены и во иные дни колачи и пиро-
ги, и блины... а правила святых апостол и святых отец о сем запре-
щают. И впредь како сему достоит быти?" (в.36) Дя и в самом названии
этого вопроса содержится ответ - "О иже не вносили в алтарь пьянстве-
наго пития". Осуждая безнравственное поведение вдовых попов, царь
ссылается на пример Новгорода и Пскова, где при архиепископе Мака-
рии "никако же вдовые попы и дьяконы у церкви не были ни мало вре-
мени. А ныне отчего то ослаблено?" (в 18)
Сторонники взгляда на "царские вопросы" как на "программу",
предложенную собору нестяжателямн во главе с Сильвестром, в каче-
стве аргумента ссылаются иа вопрос 15 "О монастырех, иже пусты от
небрежения'1, в котором, по их мнению, содержалось требование секу-
ляризации монастырского землевладения", и вопрос 31 "О ружных
церквех и о монастырех", в котором видится "попытка отменить боль-
шинству монастырей и церквей денежную, хлебную и прочую дотацию,
т.е. ругу"’* . Действительно, при проведении экономической реформы, а
311
также в политических трактатах XVI в. неоднократно поднимались во-
просы монастырского и церковного землевладения. Однако, как в во-
просе 15, так и во всем Сто гл аве, как признал еще Л.В.Черепнин, пря-
мо вопрос о секуляризации не стоит®. В формулировке вопроса 15 ос-
новной акцент сделан на критике злоупотреблений, совершаемых мо-
настырями при приобретении земель, и неисполнении монахами своих
обязанностей: владения монастырей постоянно увеличиваются за счет
вкладов по душе, покупки земли и получения ее от ларя, а сами монас-
тыри приходят в запустение: "И поймали много по всем монастырем, а
братьи во всех монастырем по-старому, а инде и старого меньше. Есть и
пить старого братье оскуднее; а строения в монастырех ни которого не
прибыло, а старое опустело... Чернцы по селом живут, да в городе, тя-
жутся о землях... А села и именья в монастыри емлют, а по тех душах и
по родителе* их по их приказу и в памяти не исправляют’’. И в ответе
на вопрос 15 в главе 75 в первую очередь указывается на необходимость
“ставить кормы и панихиды пеги, обедни служит»...по всех тех бого-
любцех, которые села и купли давали" (Об этом говорится дважды в
главе 75), и только затем указывается, что отчуждение церковных и мо-
настырских угодий с ссылкой на правила пятого и седьмого Вселенских
соборов запрещается как епископу, игумену, священнику, монаху, так
и вельможам и царю. В ответе в полном соответствии с царским воп-
росом, который весь цитируется здесь, запрещалось монахам жить в се-
лах и городах, а "строителем и старцем” "излишнею" у царя не просить,
в том числе тарханных, льготных и несудимых грамот.
Иногда как косвенный аргумент в доказательство того, что "в
царских вопросах" отразились планы секуляризации монастырских зе-
мель, привадится тог факт, что в главах 60 и 63 были процитированы
документы, использованные митрополитом Макарием в 1550 г. в "Отве-
те царю Ивану Васильевичу о недвижимых вещех, аданных Богови в
наследии благ вечных"; "Константинов дар" и "Устав князя Владими-
ра"* . Однако необходимо учитывать, что главы 60 и 63 входят в ту
часть соборных ответов, которые содержат источники византийского и
русского происхождения о святительском суде и, как об этом уже ска-
зано выше, объединены одним заглавием "О святительском суде собор-
ный ответ от священных правил апосютьских и отеческих и от запове-
дей благочестивых царей, от правил святых отцов". Недаром главы 60 н
63, как впрочем и остальные главы этой части Стоглава, начинаются со
слов "О том же...". В предпола! демом оригинале Полной редакции Сто-
глава <r)P ГБЛ. Рум 425) главы о свмпнельском суде выделены особо'" .
312
Следует также иметь ввиду, что вопрос паря затрагивал проблемы мо-
настырского землевладения, в то время как в "Ответе Макария" речь
шла о митрополичьих землях42.
Что же касается вопроса "О ружных церквях и монастырях", то
главный пкценг в нем был сделан на необходимости пересмотра рас-
пределения царской руги "впрок и в приказ" различным церквам и мо-
настырям, а не на ее отмене4’: в заключительной фразе вопроса царь
предлагает "убогие монастыри и неприходные церкви... устроити по
раасужению". Собор без особых изменений повторил вопрос царя и по-
становил: ружные грамоты Василия 1П. данные "впрок", оставить в си-
ле, а данные "в приказ" - оставить на царское усмотрение. Если убогие
монастыри и церкви не могут прожить без руги, то царю "достойно и
Праведно таковых пожаловали".
Вероятнее всего рассмотренные выше вопросы царя, а также воп-
рос 14 "О несудимых грамотах", в котором царем осуждалась практика
передачи отдельных церквей и монастырей из ведения епископского и
митрополичьего суда под юрисдикцию государства ("О судех архимари-
чих и игуменов и всякого свчшенинческаго и иноческаго чину, и о всех
церковных причетникех, и о монастырских слугах, и о жаловалных гра-
мотах несудимых монастырских и церковных. И в них пишет, не суди-
ти владыках! игуменов, и попов, и чернцов, и всяких причетников цер-
ковных и монастырских. Кося ради вины сие тако бысть? И тако ли се-
му достоит были?"), отражали противоречия между интересами двух ру-
ководящих слоев духовного сословия - церковных иерархов и настояте-
лей монастырей и, возможно, были связаны с предстоящей ревизией
тарханов - мероприятием, направленном на централизацию государ-
ственной власти44.
Единство "царских вопросов" и "соборных ответов выражено так-
же в том, что очень часто вопрос входит в текст отпета как его состав-
ная часть - главы 67, 73, 75 и др Не говоря уже о "вторых царских воп-
росах", в которых каждый "вопрос" включает как вопрос, так и ответ. О
том, что вопросы-ответы воспринимались в единстве говорит тот факт,
что Макарий в своей "наказной грамоте" в Симонов монастырь (июль
1551 г.) перечисляет номера глав Стоглава, которые предполагалось
приложить к грамоте- 49-52. 75-76, 67, 68, включающих "соборные от-
веты". н называет среди них "главу 31-ю napcKirx вопросов"45. Причем в
одних списках это 31-й вопрос первых царских вопросов, в других -
вторых*.
313
Таким образом, программа, предложенная собору царем В том
виде, в каком она изложена в Стоглаво, по своей идеологической на-
правленности в основном совпадает с ответом. При этом как содержа-
ние Стоглава, так и его структура, представляющая единство "царских
вопросов" и "соборных ответов", скорее отражает представления церков-
ной власти на отношения "царства" и "священничества", чем передает
их историческую реальность.
Процесс государственной централизации и рост самодержавия в
XVI в. сопровождался умалением святительской власти митрополитов.
В 1511 г. впервые насильственно с престола был сведен митрополит
Варлаам. За время царствования Ивана IV сменилось 9 иерархов, из
них только трое умерли в своем сане, остальные либо насильственно
сведены с престола и сосланы (Даниил, Иоасаф), либо "добровольно"
его оставили (Афанасий), либо убиты (Филипп и,возможно, Герман),
Антоний и Кирилл были абсолютно подчинены царю. Лишь один Ма-
карий оставался митрополитом почти 22 года, оказывая при этом боль-
шое влияние на царя47.
Программа Стоглавого собора явилась продолжением мероприя-
тий, проводимых Макарием и направленных на создание автокефаль-
ной централизованной русской церкви, подъем ее авторитета. Будучи
новгородским архиепископом, Макарий ввел общежитие в новгород-
ских монастырях, запретил держать вино и жить в монастырях мир-
ским, запретил смешанные монастыри; искоренял языческие обряды
среди лопарей, чюди и других народов, населяющих северные районы
Новгородской епархии; много внимания уделял иконописи, украшению
новгородских соборов. Став митрополитом, Макарий возглавил художе-
ственные работы в Московском Кремле. В Новгороде явился иници-
атором создания Великих Четий-Миней. Недаром почти все этн меро-
приятия вошли в программу и решения собора, а в отдельных "царских
вопросах" имеются прямые ссылки на деятельность Макария в Новго-
роде (гл.41, в.11, 18; гл. 5, в. 34,36 и др.). При их проведении Макарий,
а затем ею преемник по кафедре Феодосий обращались за помощью к
царю41. Так, Макарий в своем послании к Василию Ш с просьбой по-
мочь ему в распространении общежительных монастырей формулирует
и обосновывает политическую доктрину союза "царя" и "архиерея" и
покровительства царской власти над церковью в ее деятельности4’.
Со своей стороны, Макарий поддерживал великою князя в борь-
бе за централизацию: в 1537 г.Макарий не пустил в Новгород подняв-
шего мятеж Андрея Старицкого, приказы великого князя новгородским
314
властям всегла давались иа имя архиепископа5®. Отправляя Макария в
сохранявший традиции самостоятельности Новгород (после того, как
был сведен Серапион и кафедра пустовала 17 лет), Василий 111 вручает
ему "владычную казну", хранившуюся в Москве со времен падения
Новгорода, в том числе Кормчую (ОР ГИМ. Син. 132.) с Русской
Правдой51. Макарий вмешивался в политическую борьбу в период бо-
ярского правления, отстаивал интересы великокняжеской власти; явил-
ся инициатором венчания Ивана IV на царство и его женитьбы; актив-
ная роль принадлежала Макарию во внешней политике52. Немало сде-
лал митрополит для обоснования идеологии иентрализованной царской
власти и ее единства с церковью55. В этой его деятельности не послед-
нюю роль сыграли и постановления Стоглавого собора. При этом не
исключается и участие Сильвестра в создании программы Стоглавого
собора. Тем более, что у иас нет свидетельств какой-либо вражды меж-
ду ним и митрополитом, а также каких-либо сведений о его нестяжа-
тельских взглядах54.
Стоглав наряду с сочинениями Филофея, "Повестью о белом кло-
буке", "Сказанием о князьях Владимирских" и т.п. сыграл большую
роль в обосновании автокефальности русской православной церкви и в
своем законодательстве попытался воплотить идею о священной мис-
сии" царской власти.
1 Название главы 1 "Царские вопросы и соборные ответы о многоразличных цер-
ковных чинех".
1 Беляев И. В. Материмы для истории русской церкви. О Стоглаве // Чтения об-ва
любителей духовного просвещения. М„ 1875 Нить. Он же. Об историческом зна-
чении деяний Московского собора 1551 г. // рус.беседа. М-. 185$; Лапин П. Собор
как высший орган церковной власти. Казаны 1909 Карамзин Н.М История госу-
дарства Российского. СПб, 1817, TV1H. С. 108-НО. Каптерев Н.Ф. Царя и цер-
ковные московские соборы XVI-XVII столетий // Богословский вестник. 1906. ТЗ.
•V? 10-12, Шпаков А.Я. Стогтав // Сборник в честя проф. М.Ф.Владимирского-Бу-
данова. Киев. 1904. С.304-305.
3 Карамзин Н.М. Указ. соч. С. 109
4 Каптерев Н.Ф. Указ. соч. С.493, Шпаков А.Я. Указ.соч. С.304-305.
5 Беляев И. В. Указ. соч. С.9.
” Шпаков А Я Указ, соч С.ЗОЛ.
1 Голубиискяй ЕЕ. История русской церкви. М., 1900. Т.Н. С.776-777, Макарий,
митр Московский. История русской церкви СПб., 188. TXT, ки.1. С.232-233. Не-
315
известный автор Сведения о Стоглавом соборе //Христианское чтение. 1852. Сен-
тябрь. С.253-254; Неизвестный автор. Стоглавый собор // Православный собесед-
ник. i860. 4.2. С. 140.
1 Голубинский Е.Е. Указ. соч. С.776.
9	Иконников В.С. Максим Грек и его время. Киев, 1915. С.516-528, Субботин Н. К
материалам для истории Стоглава и ею времени //Летописи русской литературы к
древности. СПб, /859. Т.2. С.126-136. Тихонравов Н.С. Заметка дан истории Сто-
глава Там же. СПб., 1863. Т.5. C137-I45, Кунцевич Г.З. Челобитная иноков царю
Ивану Васильевичу. СПб., 1912, и др.
10	Павлов А.С. Исторический очерк секуляризации церковных земель в России
Одесса. 1871. С 115-125, Ои же. Курс церковною права. Троице-Сергиева лавра.
1902 С.171-173, ндр
11	Жданов Н.П. Церковно-земский сборе 1551 г // Ист вестник. 1880. Февраль
С.297-310, Он же. Материалы для истории Стоглавою собора // ЖМНП, 1876. Июнь
-август, Лебедев Н. Макарий, митрополит всероссийский. Л/., 1887, Он же. Стогла-
вый собор // ЧОЛДП, 1882, Бочкарев В. Стоглав я история собора 1551 г. Юхнов,
1906; Латкин В.Н. Лекции по истории руссскою права. СПб., 1912.
11	Жданов Н.И. Материалы для истории Стоглавого собора. С.174-176, 195.
й Лебедев Н. Указ. соч. С.35.
19	Стефанович Л. О Стоглаве. СПб., 1909. С.47.
15	Там же. С. 64.
16	Там же. С. 63.
17	Там же. С. 60.
11 Будовниц И. У. Русская публицистика XVI в. Л., 1947. С.231-246, Бахрушин С. В.
Научные труды. М., 1954. Т.2. С.272-273; Зимин АЛ. Н.С.Пересветов я ею сов-
ременники. М., 1958. С.91-102; Он же Реформы Ивана Грозною. М., 1960; Мои-
сеева ГН. Валаамская беседа - памятник русской публицистики XVI в. М; Л., 1958.
19 Зимин АЛ. Н.С. Пересветов. С.94-95.
28 Черепнин Л В. Земские соборы. М., 1973. С. 78-89.
21 Российское а^конодательство. М., 1985. Т.2. С.336.
22 Зеньковскнй В.В. История русской философии. Pans, 1989. T.l. С.43 52.
29 Стефанович Д. Указ. соч. С.237-276 Щапов Я.Н. Византийское и южнославян-
ское наследие на Руси XI-X111 вв. М., 1978. Стефанович Д. Указ, соч, С.245-247.
29 Там же С.247-248.
25 Российское законодательство. Т.2. С.465-466, Стефанович Д. Указ. соч. С 250-251.
я Российское законодательство. Т.2. С.465-466, Стефанович Д. Указ. соч. С.251-252
Русский феодальный архив (далее РФА). М., 1988. T.IV. С.717-748,814-836.
й Древнерусские княжеские уставы. М., 1976. С. 49.
316
м Российское законодательство. С466-467.
Я Стефанович Д. Указ. соч. С.236,255, Ср,: РИБ T.VI. М 26. С.230.
х АИ. Т.1. С.154.
31 Российское законодательство. Т.2. С. 408.
33	Дьяконов М. Власть московских пхударсй. СПб., 1909. С.87-89.
33	ПСРЛ. М, 1965. Т.29. С.75-78,86-89.
34	Российское законодательство. Т.2. САЮ.
35	Федотов Т.П. Свитой Филипп митрополит московский. Париж, 1928. С.186-187.
36	Зауснникий К. Макарий митрополит всея России.-ЖМНР. № Ю-11.
37	Емчеико Е. Б. Стоглав: предполагаемый оригинал полной редакции. // Вопр. ис-
точниковедения истории СССР: Дооктябрьский период. М., 1990.
38	Колычева Е. И. Аграрный строй России XVI в. М., 1987, С. 12.1.
7* Черепнин Л.В. Указ. соч. С.86.
« Зимин А.А. И.С.Пересветов. С. 98. РФА. Т.П: С.723-748.
41	Емченко Е.Б. Указ соч. С.34.
43	Павлов А-С. Исторический очерк секуляризации церковных земель в России.
Одесса, 1871. С.111.
43	Ср: Колычева Е.И. Указ. соч. С. 123.
44	Каштанов С.М Финансы средневековой Руси. М, 1988. С. 136.
45	РосснйскЗе законодательство. Т.2. С.393. Грамота сохранилась в рукописях Сто-
глава: ОР ГПБ Сол.933: ОР БАН. Арх М. /2.
46	Ср.. ОР РГБ Рог.6/8 (31-й вопрос первых царских вопросов! н Вол. 517 (31-й воп-
рос вторых царских вопросов).
47	Иконников В. Опыт исследования о культурном значении Византии в русской
истории. Киев, t869. С.463; Федотов Т.П. Указ. соч. С.33-35,169.
& ДАН. П. № 41.
49 Там же. № 25.
30 Ззусцинский К. Указ. соч. С.218.
51 ПСРЛ. М., 1965. Т. 30. С. 182.
53 Смирнов Н.И. Очерки политической истории русского государства 30-50-х гидов
XVI в. Л., 1958. С.96-117,124,195-200.
ji Зимин А.А. И.С.Пересветов. С.71-102.
34 Гробовский А.Н. Ивам Грозный и Сильвестр: (История одного мифа). Лондон,
1987. С.39; Курукнн И-A. Данные источников о "нестяжательствс" Сильвестра. //
Источниковедение и историография. Специальные исторические дисциплины. М..
1980. САЗ-45.
317
С.Г.Яковенко
ПРОЕКТЫ ПЕРЕНЕСЕНИЯ ПАТРИАРШЕГО ПРЕСТОЛА В
ПРЕДЕЛЫ РЕЧИ ПОСПОЛИТОЙ (80-Е ГОДЫ XVI в.)
В 1589 г. идея ‘ Москва - Третий Рим” впервые нашла отражение
в официальном документе - "Грамоте об учреждении патриаршества”. В
связи с этим возникает вопрос о проектах создания новою патриаршего
престола и контактах, которые возникли но этому поводу между Ри-
мом, Константинополем и Москвой
Решение Флорентийского собора (1439 г.) о союзе православной
и католической церквей рассматривалось представит елями римской ку-
рин как вполне достаточное догматическое обоснование возможности
церковного союза с православной церковью в Московии. По всей веро-
ятности, имении этим можно объяснить тот факт', что в конце 70-х го-
дов XV] в. в курии обсуждался вопрос о том, чтобы по инициативе
апостольского престола возвести московского митрополита в сан пат-
риарха. В проекте говорилось о том, что папские послы должны быть
отправлены в Москву с обещанием, что из Рима сюда будет послан
патриарх, который коронует московского царя и сделает Москву своей
постоянной резиденцией’.
Дальнейшие события показали, что заключение церковной унии
с Иваном IV вряд ли удастся осуществить. Такой взгляд на перспекти-
вы церковного союза в значительной степени сформировался после
миссии в Москву папского легата Антонио Поссевино2. Постеленное
перенесение центра тяжести по вопросам церковного объединения на
восточно-славянские земли Речи Посполитой повлияло и на проекты
перенесения сюда патриаршего престола.
Возникновение этого проекта было связано с рядом обстоя-
тельств. среди которых важное место занимали унионистские планы
панской курии, оживившиеся контакты между Григорием ХП1 и Иере-
мией 11, Иеремией II и Константином Острожским в связи с вопросом
о проведении календарной реформы, активная деятельность А.Поссеви-
ио и папского нунция А.Болоньетги.
Письмо, написанное А.Поссевино в 1583 г. (и адресованное но
всей вероятности А.Болоньетти), содержит в себе развернутый коммен-
тарий по поводу того, куда лучше было бы послать патриарха - в Мос-
ковию или “на Русь”. А.Поссевино считал, ссылаясь на факты, связан-
ные с деятельностью Максима Грека, и на стремление Московской
318
это будет очень сложно осуществить и не даст практически никаких ре-
зультатов3 . А если патриарх захочет действовать в пользу унии католи-
ков и православных, его может ожидать судьба киевского митрополита
Исидора, который после Флорентийского собора пытался nponaiamir-
ровать унию в Московском княжестве и был заточен в темницу. Поэто-
му, по мнению А-Поссевино, для осуществления унии наиболее удоб-
ным местом патриаршей резиденции мог бы стать Киев3. В этом пись-
ме обращает ни себя внимание то, что, во-первых, перенесение патри-
аршего престола представляется вполне возможным и, во-вторых, рас-
сматривается как достаточное условие осуществления церковного сою-
за. Очевидно, А.Поссевино излагал не только свои соображения, но и
уже успевшее сложиться мнение о путях реализации церковною един-
ства.
Данный вопрос активно обсуждался в это время с князем К.Ост-
рожским, от позиции которого в очень большой степени зависел успех
унии. В октябре 1582 г. константинопольский патриарх Иеремия 11 и
александрийский патриарх Сильвесгр отправили ему послание, в кото-
ром высгупалн против нового календаря5. К июлю 1583 г. у К.Острож-
ского было решение константинопольского патриарха также осуждаю-
щее новый календарь. Однако князь попросил А.Поссевино составить
ответ в поддержку нового календаря, который он собирался отправить
патриарху6. Именно в это время (в начале июля) К.Острожский встре-
чался в Кракове с А.Болопьетти. Нунций беседовал с ним о реформе
календаря и о церковной унии. Острожский всячсскн приветствовал
усилия папы, налраалеиные к осуществлению церковного единства и
говорил о том, что с готовностью отдал бы жизнь, если бы это помогло
осуществить унию. Кроме того он обещал приложить все возможные
усилия, чтобы и подазасзное ему население ее приняло7. В письме от 8
июля 1583 г. А.Болонье гти сообщал брагу о своей беседе с О строже ким.
Князь обещал нунцию, что он ’'станет доваривать константинополь-
ского патриарха принять новый календарь гг послать в Рим доверенных
лиц сговориться о пунктах разногласия обеих церквей, в целях их сое-
динения"8 . Таким образом, позиция К.Острожского в этом вопросе
сформулирована достаточно определенно9. Несколько позднее - 27 ав-
густа 1583 г., А.Ботоньетти писал из Кракова, что Острожский публич-
но заявил: если патриарх не прилет к согласию с апостольским престо-
лом, он сделает это без него”.
Однако на данном этапе Иеремии II не довелось принимать уча-
стие в решении этих вопросов В начале 1584 г. он был сослан на Ро-
319
дос11. В этих условиях вопрос о перенесении патриаршего престола
приобрел новую окраску. Возник проект освобождения патриарха из
ссылки и переселения его в Речь Посполитую. В июне 1584 г. А.Боло-
ньетги вновь касасгся этого вопроса в послании кардиналу Комо. Пе-
ренесение патриаршего престала ставилось в нем в прямую связь с воз-
можностью осуществления церковной унии с православной церковью в
пределах Речи Посполитой. Эти предложения положительно оценивал
Гриюрий XllllJ. Что касается места для резиденции патриарха - в Речи
Посполитой или в Московии - нунций считал, что проще всего было
бы разместить его во Львове или в каком-либо другом городе "Руси".
Такою же мнения (относительно места резиденции патриарха) придер-
живался и Стефан Баторий. Однако он считал, что “обращение руси-
нов", дело безнадежное.
После этого вопрос о перенесения патриаршего престола на не-
сколько лет уходит из поля зрения панской курин и начинает звучать
опять в конце 80-х годов. В 1588 г. Иеремия II, возвращенный турец-
ким султаном из ссылки, отправился за милостынъю в Москву. Его
путь лежал через Речь Посполитую. Находясь во Львове, он обратился
к канцлеру Яну Замойскому с просьбой дать ему пропускную грамоту.
"И канцлер велел мне (Иеремии) быти у себя*'13,14. Иеремия ничего не
говорит о содержании беседы в той ее части, которая касалась цер-
ковных вопросов. Об этом известно из писем Яна Замойского. 5 октяб-
ря 1588 г. он сообщал кардиналу Альдобрандини о беседе с патриар-
хом, в которой шла речь о возможности перенесения патриаршего пре-
стола в Киев, где некогда находилась кафедра митрополита "всей Руси,
а также Московии", Ян ЗамойскиЙ высказывал надежду на то, что че-
рез некоторое время можно было бы поговорить с патриархом об объе-
динении православной церкви с католической. По словам канцлера,
Иеремия "не был чужд" этим проектам15. Иеремия высказал также свои
соображения, и Замойский сообщил об этом нунцию Аннибалу ди Ка-
пуаи. Очевидно, Иеремия действительно склонялся к тому, чтобы ос-
тавить Константинополь.
Поставление в патриархи московского митрополита Иова создало
совершенно новую ситуацию, в которой вопрос о перенесении патриар-
шего престола в Речь Посполитую отошел на второй план. Православ-
ные иерархи Речи Посполитой почта сразу же после отъезда Иеремии в
Константинополь заявили о своем желании пойти на союз с Римом и
признать папу своим главой. К этому их подтолкнуло прежде всего
вмешательство Иеремии в решение различных церковных вопросов1'.
320
Однако идея создания православного патриархата в Речи Посполитой
продолжала существовать и рассматривалась королем и его сторонника-
ми как способ закрепления церковного союза между католиками и пра-
вославными после собора в Бресте (1596 г.)1*.
* Halecki О. From Florence to Brest (1439-1596). 2nd ad. (Hamden), 1968 P. 193.
3 Polcin St. Une tentative d'union au XVI-e siecie: la mission reljgieuse du P. Antoine
Pbssevino S.J. en Moscovie (1581-1582). Roma, 1957. P.23
3 Monuments Ucrainae histories. Roma.1963. Vol.l. P.56, ("...io credo die la cosa have-
tebbepochissimo esito e moitissima difEcolta...").
4 Ibid. (’... nissuno luogo parrebbe pin idoneo di Chioria... ~).
> Ibid. P.29-33.
* Hofmann O. Griedlische Patriarchen und Romiscire Rapsta: UmetstKlrungcn und Texts
Roma, 1(9)28. 5.230.
7 McHUtnenta Poloniao Vaticana. Ctacoviae 1938. TV! P.385(Bologrietti - Como 6 8 Jul.
1583. Ctacoviae).
8 Россия и Италия. СПб., 1913. Т.2, аып.2. С.340.
8 Более подробно см.: Krajcar J. Konstantin Basil Ostrozsky and Rome in 1582-1584 //
Oiientalia Christiana Periodica. Roma. 1969. Vol.35 P. 193-214.
10 Россия и Италия. СПб., 1915. Т.З. в.2. С.287-288.
11 14 апреля 1584 г. об этом сообщал я Рим кардиналу Снрлета Михаил Епарх (Hof-
mann G. Op. cit. S.231).
13 Monuments Poloniae Vatican^. Cmcoviae, 1950. T. VII. P.308.
13 Ibid. P.308.
14 Шпаков А.Я. Государство и церковь п их взаимных отношениях в Московском го-
сударстве. Царствование Феодора Ивановича Учреждение патриаршества. Бы, 1912-
Приложения. 41. С. 115-116.
14 Россия и Италия. СПб, 1908. Т.З, вьгп.1. С.167.
76 Aichimrnr Jana Zamojskicgo Krakow, 1950. T.1V.S249.
13 ГрушевскиЛ M. Icropin Украгнн-Руси. Льагв, 1905. Т.5. С.551-558.
18 Клусаг J. The Rullrenian Patriarchate. Some remarks on the project for its establish-
ment in the 17th century// Oiientalia Christiana Periodica Roma, 1964. Vol 30. P.70-71.
321
М,Е. Бычкова
ВИЗАНТИЙСКИЕ ТРАДИЦИИ И РЕАЛИИ ФОРМИРОВАНИЯ
СОСЛОВИЙ В РОССИИ (XVI-XVII вв.)
Русское государство XVI-XVII вв. как в записках современников,
так и в отдельных исследованиях нашего времени представляется пря-
мым наследником и продолжателем идей и традиций Византии. Этому
способствовало и православие как официальная религия, и регалии
русских царей, по преданию полученные из рук византийских импера-
торов (шапка Мономаха и бармы киевских великих князей), традици-
онные связи Руси с Византией (преимушествено с патриархом и право-
славными монастырями), династические браки и др.
Истоки развития византийских традиций при московском дворе в
XV!-XVII вв. непосредственно связываются с женитьбой великого кня-
зя Ивана Васильевича на Софье Палеолог (1473); уже в конце XV в.
появляется политическая концепция "Москва - Третий Рим", согласно
которой Москва воспринималась как прямая наследница Константи-
нополя; легенды о происхождении русских великих князей от импера-
тора Августа. Обряд венчания на царство, начиная с 1498 г. также ис-
пользовал византийские образцы.
Софья Палеолог своим поведением также содействовала росту
престижа великокняжеской власти; еще в XVI в. о ее поступках помни-
ли при московском дворе. Из записок иностранцев мы знаем, что она
уговорила жену хана отдать великой княгине двор в Кремле, где жили
1 атары, чтобы выселить их за стены крепости; со слезами умолила мужа
не встречать татарские посольства на улице и не вести под уздцы коня
посла1. Теперь это воспринимается как исторический анекдот, но такое
повеление великой княгини и результаты ее действий в XV в. оценива-
лись иначе, они вписьгаалнсь в государственную политику усиления
власти великого князя.
К традициям Византии путешественники и дипломаты XVI -
XVII вв. единодушно относили восточную пышность обычаев москов-
ского двора. поскольку они существенно отличались от обычаев евро-
пейских королевских дворов.
Из этих положений, ряд которых оспаривается в современной ли-
тературе, неизменными остаются лишь некоторые. Исследователи выде-
ляют два этапа активных русско-византийских контактов. Первый - X-
ХП вв. политические святи русских великих князей с византийскими
-V2
императорами и связи православной церкви с патриархом и православ
ными монастырями а Византии.
Второй этап - с последней четверти XV в., когда Византийской
империи уже не существовало, когда на Русское государство смотрели
как на оплот православия, и русские государи активно поддерживали
идею преемственности своей власти от византийских императоров, та
кая идеология несомненно способствовала укреплению абсолютной
царской власти.
Неограниченность власти московского государя неоднократно
подчеркивалась иностранцами, посетившими Москву1. Им сразу броса-
лось в глаза, что русский царь считает себя вправе распоряжаться
жизнью и имуществом своих подданных, и эта неотраниченность влас-
ти ассоциировалась с властью византийских императоров; особый кулы
императорской власти, создавшийся в предшествующие века именно в
Византии, отсутствовал в других средневековых государствах Европы.
Как оборотная сторона этой власти, в записках иностранцев XVI-
XVII вв. неоднократно упоминается то, что все подданные царя обра-
щаются к нему, как холопы к господину. Это мнимое, постоянно под-
черкиваемое холопство русских - одна из составных черт стереотипа
русского общества XVI-XVU вв.
О бессправни крупных княжеских и боярских родов в это время
не приходится говорить’. До середины XVI в. многие князья Рюрике
вичи в своих родовых владениях сохраняли особые княжеские права,
восходящие к временам, когда их княжения были независимыми; ли-
товские князья, перешедшие на службу к великому князю в Москву >.
конце XV - начале XVI в., получали статус служилых князей, прибли-
жающийся к статусу удельных князей московского дома11. В XVI в.
многие князья ходили на войну во главе собственных полков; большую
роль играла и Боярская дума, куда входили представители аристокра-
тической верхушки княжеских и боярских родов.
.Казни представителей феодальной знати, княжеские "опалы",
особенно во времена правления Ивана IV, практически свидетельству
ют о могуществе - экономическом, политическом и военном - многих
семей правящего класса Россия.
Подчеркивать неевропейские, византийские черты русското об-
щества западных путешественников заставляло и отсутствие внешни*
признаков сословной структуры в России, отсутствие понятия майора-
та, разветвленной структуры феодальных титулов, отсутствие рыцарских
орденов я другие. До конца XVII в, мы нс ншшем законодательных до-
323
кументов, фиксирующих сословную структуру правящего класса Рос-
сии, но их отсутствие отнюдь не свидетельствует об отсутствии самой
сословной структуры, которая в Русском государстве складывалась ве-
ками и имела внутренние законы существования. Кроме того, на вос-
приятие иностранцами русской жизни несомненно влияла закрытость
для них этой жизни, особенно женской половины теремов, замкнутость
жизни самих иностранцев в Москве, отсутствие широких контактов с
представителями русского правящего класса.
Формирование сословной структуры русского правящего класса
восходит ко временам Киевской Руси и феодальной раздробленности.
Основу княжеского двора составляла феодальная дружина князя, и эта
служба была наследственной. Клятва человека, поступавшего на службу
князю, давалась за себя и своих детей. Практически одновременно с
образованием княжеских династий (черниговская, смоленская, ростов-
ская, владимирская и другие) появляются и боярские роды, чья служба
князю была тесно связана с тем, что земельные владения феодалов на-
ходились на территории данного княжества. Отъезд на службу к дру-
гому князю был позором и расценивался как нарушение клятвы.
Боярам разрешалось приобретать земельные владения на террито-
рии соседних княжеств, но это не рассматривалось как измена. Очевид-
но, упоминание в докончальных грамотах великих и удельных князей
XV-XVI вв. о праве феодала, который служит одному князю, иметь вла-
дения на территории другого, регламентировало наследственные права
на землю внутри разросшихся боярских семей. Количество свободных
земель, которые могли раздаваться феодалам за службу, сокращалось,
количество членов каждой семьи, наоборот, увеличивалось. Чтобы не
обеднеть, не потерять впадения, принадлежавшие близким родствен-
никам, боярские семьи были заинтересованы в том, чтобы все земли,
принадлежавшие отдельным членам рода, распределялись внутри его. В
это же время появляется закон, дававший преимущественные права вы-
купа родовых владений, проданных или заложенных в чужие руки, ли-
цам определенной степени родства.
О клятве, которую давал великому князю родоначальник каждого
боярского рода при выезде на службу, говорится практически во всех
родословных легендах XVI в. Мы не знаем точного текста этой фео-
дальной присяги, самые ранние из сохранившихся относятся к концу
XVI в. Но существование присяги подтверждается н текстами договор-
ных грамот великих князей, и неоднократными упоминаниями о при-
сяге в русских летописях при описании выездов на службу великим
324
князьям феодалов из соседних государств. Возможно, присяга была уст-
ной и сопровождалась целованием креста. Во всяком случае “крестоце-
лование" было необходимым условием скрепления клятвы. В родослов-
ных легендах XVI в. всегда говорится о выезде родоначальника на
службу к определенному князю (не в княжество), о том, что он "бьет
челом' великому князю, а последний принимает нового слугу "с
честью*. В такой формулировке вполне закономерно видеть отражение
акта вассальной зависимости.
В русском обществе зависимость вассала от сюзерена восприни-
малась естественно. Путешественники XVII в. отмечают, что русские
бояре и дети боярские, с которыми они общались, гордились древ-
ностью службы предков московским князьям, любили перечислять их
заслуги на этой службе5. Постоянно подчеркиваемое теми же путешест-
венниками холопство русских основывается на формуляре делопроиз-
водственных документов. Но в тех же документах отсутствует обраще-
ние одного лица к другому во множественном числе: и к царю, и друг к
другу бояре и дворяне всех сословных групп обращались на "ты"
Аналогии формирования сословной структуры в Русском госу-
дарстве, очевидно, следует искать в соседнем Великом княжестве Ли-
товском, в состав которого с XIII в. входили русские земли и в котором
сословные структуры стали юридически оформляться в XVI в. Многие
исследователи полагают, что после Городельской унии 1413 г., когда
ряд литовских боярских семей был адоптирован польскими гербовыми
родами, в Литве существовала двойная система признания за отдельны-
ми лицами дворянства6. Сам акт адаптации являлся для литовских бо-
яр признанием шляхетства. Боярские семьи, преимущественно право-
славные, должны были доказывать свою принадлежность к правящему
классу при помощи свидетельств и клятв своей родни, соседей по име-
нию, в чьем происхождении сомнений не было. Такую форму призна-
ния дворянского происхождения многие исследователи считают "стари-
ной", сформировавшейся на землях бывших русских княжеств, вошед-
ших в состав Великого княжества Литовского’.
Именно эти нормы закреплены в Статуте Великого княжества
Литовского 1529 г.* и повторяются в Статутах 1569 и 1588 гг.
В Русском государстве XVI в. ни разу не появлялся законодатель-
ный акт, который позволил бы определить обязанности феодала по от-
ношению к своему государю и различия прав в отдельных сословных
группах. Нам уже приходилось доказывать, что скорее всего это связано
с особенностями образования правящего класса государства: оно осу-
325
ществлялось корпоративным путем, когда в результате объединения от-
дельных земель в единое государство объединялись в единый класс и
феодальные корпорации этих земель. Напомним, что разным князьям
уже в XV в. часто служили семьи, связанные общностью происхож-
дения от одного предка’.
Дело принципиально изменилось в XVII в., когда на службу мос-
ковским царям стали выезжать поодиночке дворяне из соседних евро-
пейских государств. Практика приема на службу "новбвыезжих инозем-
цев" вполне сопоставима с законами Великого княжества Литовского
XVI в.10
Если иноземен не имел письма от своего бывшего государя, под-
тверждавшего его происхождение и службу (Матиас Шлякове кой, прие-
хавший в 1642 г, из Дании, привез соответствующее письмо датского
короля)" , эти сведения, записанные со слов выехавшего, должны были
подтвердить находившиеся в Москве официальные лица из посольства
той страны, откуда иноземен родом, или липа, уже находившиеся на
службе в России. Если возникало сомнение в происхождении инозем-
ца, воеводы пограничных городов могли запрашивать о нем родствен-
ников (есть переписка 40-х годов XVII в. астраханского воеводы с
нагайскими мурзами о происхождении Юсупова)12.
На основе полученных таким образом сведеЕшй о происхождении
и после принятия "нововыезжим ииоземцем" православия ему назнача-
лось соответствующее этому происхождению жалование "за выезд", да-
вались земельные владения, определялась должность на службе (воен-
ная или в каком-либо приказе). Именно происхождение, принадлеж-
ность к определенной сословной группе давали основания включить
нового подданного русского царя в определенное звено структуры рус-
ского общества13.
Естественно, что дела дворян, купцов, ремесленников всегда рас-
сматривались отдельно.
Эти правила признания дворянства, весь XVII в. применяемые в
приказном делопроизводстве России, полностью соответствуют нормам,
закрепленным в Статуте Великого княжества Литовского 1529 г. и при-
менявшимся в повседневной жизни Литвы еще в XV в.
Такие сведения позволяют говорить, что обосновывая идеологи-
чески происхождение русских великих князей от римских кесарей, пре-
емственность власти московских царей от византийских императоров,
на практике при определении сословной принадлежности конкретных
лиц использовались правила и нормы, близкие к законам соседнего Ве-
326
» XVII ».	пвд>н<™,, .ыгал11аи;“
Литвы и Польши. Как можно судить по запискам XV1 в г
дена и некоторых других иностранцев, подлинному aeJv ^И*1 * 3 4 * 6 * * * 10 * 12 13 V*”"
питана Маржерета, близкие Нормы существовали в России уже к yvi
вм	/в AVJ
Очевидно, в сознании русского общества того времени имелся
определенный разрыв между представлением о власти государя, восхо-
дящем к византийской традиции, и о подданстве вассалов, их зависи-
мости от царя и великого князя. А сам факт, что иноземец входил в
состав нс русского дворянства, как единого целого, а в круг лиц, близ-
ких ему по происхождению, свидетельствует, что в правящем классе
России XVf-XVH вв. были достаточно четко очерченные группы со
своими правами и привилегиями, возможно, близкие к сословным
структурам дворянства других европейских государств.
1 Гербвриттейи С. Записки о Московии М., 1988. С68.
Бочкарев В.Н. Московское государство XV-XV11 вв. по сказаниям соврсмении-
ков-инострамцев. СПб.. 1914 С.31,34 и сл.
3 Веселовский С. Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев.
М.,1969. С.465-468.
4 Бычкова М.Е. Состав класса феодалов России в XVI в. М., 1986. С. 29-34.
! Витсеи Н. Путешествие в Московию. 1664-1665. Дневник. Л. ,1981. С. 126 (Депо-
нент ИНИОН 9338). См. Бычкова М.Е. Николаас Виттен о русской церкви н пат-
риархе Никоне. //Церковь, общество и государство в феодальной России. М.,1990.
С.294-295.
6ЛюбавскиЙ М.К. Литовско-русский сейм. М,190в. С431-436.
3 Пкчета В.Н. Белоруссия и Литва в XV-XVI вв. (Исследования по истории соци-
ально-экономического. политического и культурного развития). 61,1961 С. 51Z
• Статут Великою княжества Литовского 1529 г. Минск, I960. С. 148-150.
* Бычкова М.Е. Состав класса феодалов России... С.28-88.
10 Бычкова М.Е. О сословной структуре класса феодалов России в XVH в. // Со-
циальная структура и классовая борьба в России XVI-XVH1 не. М.,1988. С.29-31.
»! Там же. С. 32.
12 Там же. С. 39.
13 Бычкова М.Е. Польские традиции в русской тенеало/жи Л 172 в. // Сов. славя-
новедение. 1981. Л? 5. С.39-41.
327
14 Штален Г. О Москве Ивана Грозного. М.,1925. С.82,120; Флетчер. О государстве
Русском. СПб, 1905 С. 106.
3»
В. С. Румянцева
ОБРАЗ РИМА В РУССКОЙ КНИЖНОСТИ XVI-XVII вв.
I.	В Западной Европе, прежде всего Италии, примерно с конца
XIЛ в. наблюдается подъем городской жизни и городской культуры.
Так как хранительницей книжных и художественных сокровищ явля-
лась Католическая церковь во главе с римской курией, интеллектуаль-
ное знание развивалось в рамках традиционной церковной идеологии
западного христианства. Осознание значения города как центра в раз-
вилин культуры происходило постепенно путем обращения к древне-
христианскому и античному наследию, с которым Италия была связана
непосредственно. В XV-XVII вв. благодаря культурному подъему (Воз-
рождение, Реформация-Кон грреформация) в Западной Европе образ
Рима олицетворял как бы живую связь времен (античноеit и христиан-
ство). Отношение к Риму как "вечному граду”, хранителю апостольских
мест и центру Римско-католической церкви становится неоднознач-
ным, потому что переживаемое время было эпохой формирования на-
циональных государств и утверждения реформированных христианских
конфессий1.
2.	В России в конце XV в. Москва становится столицей незави-
симого государства, в то же самое время это был центр восточно-сла-
вянского христианства и общерусской культуры. Осознание роли Мос-
квы как города - в понимании современников "царствующаго града” -
могло быть как церковного и государственного центра: во-первых, Русь
не была наследницей античной культуры; во-вторых, духовная жизнь
вне христианской религии не мыслилась. Поскольку книжными богат-
ствами и "книжным учением" владела Православная церковь, созида-
тельная деятельность происходила по преимуществу в среде духовенства
на основе главным образом византийской и древнерусской книжной
традиции. В 20-40-е гг. XVI в. складываются произведения так называе-
мого "Филофеева цикла", в них была сформулирована идея "Москва -
третий Рим"2. На наш взгляд, эта идея являлась частью интересной в
сущности универсалистской концепции о движении церкви, или истин-
ного благочестия (истина и древность для XVI в. были синонимами) в
христианском мире от града в град, от страны в страну. Можег быть, не
случайно автор ее - православный монах Филофей из Пскова, между-
народного торгового города, где распространялись не только католиче-
ские, ио и реформационные идеи. Его концепция выражала средиеве-
329
ковый уровень миросозерцания, но актуальным было понимание значе-
ния города, государства и народа в поддержании авторитета истинной
церкви.
3.	На Западе Европы в XVi в. издаются сочинения древнехрис-
тианских и античных авторов с описанием "ветхого" Рима (Марк Тул-
лий Цицерон, Марк Фабий Квинтилиан, Аврелий Августин и др.), язы-
ческая поэзия увлекает гуманистов, изучается римское право, античная
' риторика допускается в университеты. Особую позицию, отличную от
филофеевской, занимал по отношению к Риму Максим Грек Свято-
горец, получивший образование в Италии. В своих сочинениях Максим
Грек выступает и как носитель общехристианского знания и как идео-
лог греко-восточной христианской традиции. Он рисует ветхий Рим в
реалистических, далеких от идеализации чертах; не всегда Рим был тор-
жествующим при ’самодержцах", ему случалось быть почти на грани
поверженности при победах в Италии карфагенского полководца Ган-
нибала’ , Наоборот. Рим древнехристианский представлялся Саятогорцу
достойным "царствующаго града" Константинополя; ”... не токмо во
всей богодухновенной философии и глаголемой внешней совершенней-
ше пветяху и украшахуся оба пресвятейшии грады (Константинополь и
Рим. - В.Р.), но святостию многою и житием целомудреным и крото-
сти ю духовною и священнический и гражданский чин преизобильней-
ше облистоваху"4. к Риму как центру современной ему Западной церк-
ви отношение Максима Грека критическое и дело даже не в догматиче-
ских разностях (он не принимал догмат об исхождении Святого Духа от
Сына). Острие его критики направлено на поведение современных ему
учителей западного христианства "...возвышающих на высоту бровь и
апостольская места удержа ваги хвалящихся". Критическое отношение к
Риму связано у Максима Грека также с убеждением, что произошла в
его эпоху некоторая "паганизация" западного христианства из-за про-
никновения в него языческой философии: "... в них же (т.е. западных
ученых богословах. - В Р.) кичат аристотельстии фидософи"5. Разумеет-
ся, это не означает, что гуманистически образованный Максим высту-
пал против светских наук. В своих сочинениях он упоминает "италий-
ские училища", Флорентийскую академию, “великого града Парисии”
учения “словесных художеств”. В одном из посланий Максим уточняет
собственную позицию: "И не глаголю тебе не приобщатися наказания
(знания. - В.Р.) и словесных учений, украшающих Божия человека,
якоже ты яаляешися по всему твоему посланию клевещущь мене не-
праведне"*. Переживаемую всем христианством эпоху Максим Грек
330
осознает как переходную к истинному учению: "Но время уже есть воз-
двигнугися... якоже божественный Апостол глаголет, на познание Спа-
са Христа не колесницами и коньми уповайте, сиречь ложными изъ-
явлении"7 . Главным оружием в христианском мире должно быть слово
истины: "...и правым словом слово да исправляется!"
4.	В XVII в. сочинения Максима Грека оказали влияние на идей-
ную направленность религиозной полемики в России, определили в ка-
кой-то степени и роль в ней образа Рима, Полемика, известная в лите-
ратуре как церковный раскол - старообрядчество, была вызвана назрев-
шей в городах оппозицией к церковной иерархии, светским властям и
протестом против церковно-обрядовой реформы патриарха Никона.
Слабость позиции защитников древнего благочестия состояли в том,
что у них не было конкретных знаний ни о ветхом, ни о древне-
христианском Риме (потребности в светских знаниях полемисты как-
будго не испытывали). В поле их внимания Рим XV-XVI1 вв. как рели-
гиозно-политический и культурный центр, распространявший свое вли-
яние на весь христианский мир, в том числе и на Россию. Конкретных
знаний и об этом Риме у них не хватало: образ Рима складывался на
основе главным образом доступной традиционной книжности. Однако
исторически важно уже то обстоятельство, что акцент при сравнении и
противопоставлении римского Запада и греко-православного Востока
переносился из конфессиональной сферы в общественную практику:
человеческие, социально-этические и политические отношения, хотя
вероисповедные вопросы по-прежнему имели, конечно, важное значе-
ние и вокруг них шла острая полемика.
5.	Последователем Максима Грека считал себя инок Аврамий,
руководитель московской религиозной староверческой общины. Он на-
зывает Максима Грека в своих сочинениях преподобным, блаженным,
святым отцом, таким же богословом как и древнехристианские отцы
церкви. Его отношение к Риму сложилось путем чтения противолатин-
ских сочинений XV-XVH вв. (большая часть их легендарна), некоторых
произведений Максима Грека и печатной противоуниатской публицис-
тики. По мнению Аврамия, патриарх Никон произвел правку богослу-
жебных книг по греческим, которые печатаются в Риме, где их редак-
тирует сам римский папа. Истинными книгами, согласно его верова-
нию, являются древнегреческие, или святоотеческие книги, которые не
сохранились ни в Греции, ни в Италии, имеются они только в царской
(при Максиме Греке - великокняжеской) и патриаршей книгохрани-
тельницах, однако патриарх Никон из-за гордыни пренебрег ими. Ав-
331
рамий убежден в том, что православные иерархи следуют "римским
обычаям" - под образом римского философства и риторства отступили
от древнего благочестия* *.
По всем признакам переживаемое время Аврам ий считает апока-
липтическим. Формулу "Москва - третий Рим" он использует совсем в
другом контексте, чем ее автор, старец Филофей. Духовный облик ’'тре-
тьего Рима" он выразил также как Филофей емкой формулой: "Хрис-
товы словеса во ин образ положены суть". Представления о будущем
тем не менее у Аврамия не пессимистичны и связаны опять-таки с об-
разом города. На вопрос церковных властей, подвергших его допросу,
он дал символический, не лишенный упования на торжество истины,
ответ: "Града настоящего не имею, но грядущаго взыскую"9.
* Городская культура. Средневековье и начало нового времени// С6. статей под рдд.
В.И.Рутенбургз. Л.. 1986.
1 Розов НН. Повесть о новгородском белом клобуке как памятник общерусской
пубянвистнки XV в. // ТОДРЛ. М.,Л.,1953. T.IX. С.178-219, Гольдберг АЛ. Три
"послания Фнлофея" (Опыт текстологического анализа) // ТОДРЛ. Л.,1974. ТХХГХ.
С.68-97.
5 Максим Грек Сочинения преподобного Максима Грека, изданные при Казанской
Духовной академии. Казань, 1859. 4.1. С.355
* Там же. С.263-264.
* Там же. С.238-239.
6 Там же. C.27I.
Там же С.239-249.
* Материалы для истории раскола за первое время его существования. М.,1885. Т. 7.
С.396,397,402-403,432 и след.
9 Тамме С.388.
332
А.П. Богяаыла
МИССИЯ НАКАНУНЕ ИМПЕРИИ:
ПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИ И РЕАЛЬНОСТЬ ПОСЛЕДНЕЙ
ЧЕТВЕРТИ XVII ВЕКА
В истории русской государственности, общественной мысли и
культуры последняя четверть XVII в. - период малоизученный. Несмел-
ря на то, что трудами многих историков и филологов (особенно в кон-
це прошлого и в последние десятилетия нынешнего века) был накоп-
лен весьма значительный эмпирический материал, общее представле-
ние о России перед реформами Петра 1 как о застойной, темной, не
просвещенной стране, нуждающейся в искусственной "европеизации',
меняется очень медленно. Первый русский император Петр и ею со-
трудники приложили большие усилия, чтобы стереть и исказить память
о временах царя Федора и царевны Софьи Алексеевны. Укрепление
империи Петра требовало забыть о периоде борьбы л выбор пузс-й
дальнейшего развития государства.
Отказываясь от петровской концепции в теории, на практике мы
лишь приступаем К комплексному изучению огромного массива источ-
ников о материальной и духовной жизни России предпетровского вре
мени. Документы свидетельствуют, что ускоренное создание заводов и
мануфактур, формирование регулярной армии, строительство военно-
морского флота, повышение специализированное™ и коллегиальности
государственных учреждений и другие явления государственной жизни,
традиционно связываемые с деятельностью Петра I, были наследием
политики его предшественников, лишь трансформированным "Отцом
Отечества".
Помимо государственных и частных актов, к настоящему време-
ни выявлена и отчасти введена в научный оборот обширнейшая литера-
тура последней четверти XVII в.: технологическая, историческая, музы-
кальная, беллетристическая, панегирическая, учебная, религиозная и
политическая публицистика. Именно политическая публицистика пред-
ставляет для данной работы особый интерес, так. как отражает ожесто-
ченные споры о сущности Российского государства и путях его разви-
тия - споры, само существование которых отрицалось петровской исто-
рической концепцией.
Исследование выраженных в русской литературе последней чет-
верти XVII в. политических идей, взглядов и концепции еше не завер-
333
шено. Сравнение известных и включение в научный оборот новых па-
мятников, анализ позиций и отношений конкретных авторов и полити-
ческих группировок предосталяет исследователям обширное поле пло-
дотворной деятельности. В настоящее время мы можем говорить лишь
об отдельных наблюдениях и сопоставлениях, например, по вопросу о
том, каким виделось публицистам и политикам место России в мире.
Логика развития и укрепления национального государства не оставляла
' у публицистов сомнений в том, что именно Российское православное
самодержавное государство занимает в мире особое место, имеет некое
высшее предназначение. Однако в оценке этого места и предназначе-
ния у публицистов имелись заметные расхождения.
Максималистическая точка зрения была ярко выражена В сочи-
нениях Игнатия Римского-Корсакова - замечательного публициста, ис-
торика, композитора, стихотворца, видного политического и церковно-
го деятеля1. В речах и брошюрах, обращенных к царскому двору и ар-
мии, Игнатий упорно и изобретательно доказывал, что современное
ему Российское царство является земным образом небесного царствия
Иисуса Христа и потому должно распространиться до границ Вселен-
ной, вобрать в себя все народы, рассеянные по лицу Земли при Вави-
лонском столпотворении.
В обосновании Римским-Корсаковым права российских самодер-
жцев быть "всей Вселенной государями" особую роль играет правосла-
вие. Россия пол властью православных самодержцев, согласно общему
мнению публицистов последней четверти XVII в. - это Новый Израиль,
новозаветное царство Божие на земле. Одновременно для Игнатия и
многих других авторов Российское царство - это воплощение идеи Со-
фии Премудрости Слова Божия; для лучшего соответствия России со-
фийскому канону в последней четверти XVII в. было даже изменено
традиционное иконописное изображение Софии2.
Особенностью публицистики Римского-Корсакова было исполь-
зование сакрального образа России для прямого обоснования расшире-
ния границ Российского царства как мировой империи. Для Игнатия
зго - законный и справедливый процесс, делящийся на этапы. Публи-
цист особенно выделяет "преобретение" Иваном Грозным - как "право-
славнейшим Августом" (императором) - Казанского, Астраханского и
Сибирского царств, а также "спасение" царем Алексеем Михайловичем
Малой и Белой Руси, некогда "похищенных" у России. Связь покоре-
ния варварских царств с повышением государственного статуса России
была к этому времени широко отражена в русской исторической лите-
334
ратуре. Огромной популярностью пользовались в России и издания
"Синопсиса" (Киев, 1674,1678,1680). автор которого горько сетовал о
"прнмучении княжения Киевского до Литовского", о унижении его 'от
царствия в княжение, а от княжения в воеводство", и прославлял воз-
вращение Киева "в первое паки царствие" в 1654 г?
Следующим этапом расширения Российского царства, по мне-
нию Римского-Корсакова, должно было стать "возвращение" византий-
ского наследства - "царей всея России отчинного престола". Право ца-
рей на Константинопольский престал мотивируется Игнатием в ряде
произведений с помощью известных легенд и предсказаний о победе
христиан над басурманами, о Мономаховом венце и прочем. Следует
отмстить, что ко времени создания публицистических трудов Римского-
Корсакова идея древнего происхождения царского титула, как бы "пе-
реданного" Руси Византией, вполне утвердилась в отечественной исто-
риографии. У отечественных летописцев и историков последней четвер-
ти XVII в. не заметно никаких сомнений в том, что русское царство яв-
ляется наследником византийского, но отсюда не вытекал вывод о не-
обходимости скорейшего "востребования" имперского наследства, кото-
рый делал Игнатий.
То же можно сказать относительно комплекса аргументов о пере-
мещении в Россию центра мирового православия, широко задейство-
ванного в религиозных спорах "бунташного столетия". Публицистика и
практика убеждали русских людей в там, что греческие святыни пере-
несены с Востока в Москву, что русский царь есть действенная опора и
покровитель всего восточного православия, что руссское благочестие
есть высшее и совершеннейшее в целом мире. Но речь шла главным
образом о противодействии общества некоторым сторонам никонов-
ских реформ и официальной грекофилии, о сопротивлении поддержан-
ному правительсвом тезису Никона о несостоятельности предшествую-
щей русской церковной жизни и безусловном превосходстве в делах
веры и благочестия греков над русскими4 , тогда как Римский-Корсаков
использует популярные аргументы о внешнеполитических целях.
Как известно, существенным элементом названного комплекса
аргументов в русской публицистике XVII в. была теория "Москва -
Третий Рим". Однако в публицистике Римского-Корсакова линия Рнм-
Константинополь-Москва практически не отражена. Эта тем более по-
казательно, что в своем первом монографическом исследовании - "Ге-
неалогии”, написанной в самом начале 1680-х годов, Игнатий показал
себя глубоким знатоком древнеримской литературы И истории5. Но и
335
здесь, доказывая родство своей фамилии с римским родом Фабиев, Иг-
натий основной упор делает на происхождение Фабиев от потомков Ге-
ракла. Позже, в речи перед армией, обыгрывая царскую фамилию Ро-
мановых как знак, что русские самодержцы являются законными на-
следниками Римской империи, Игнатий неоднократно подчеркивает,
что римское царство в его понимании - это царство греческое, Визан-
тия.
Это нс случайно. Роль Первого Рима в русской общественной
мысли XVИ в. была очень велика, причем к концу столетия значение
Первого Рима в публицистике нарастало. С одной стороны, в сочине-
ниях староверов вся теория "Москва - Третий Рим" преобретала эсхато-
логическую окраску, в ней все ярче выделялась идея утраты достоин-
ства, падения, к которому вслед за предшественниками приходит Рос-
сия; кончается история, наступают последние времена. С другой сторо-
ны. публицисты, стоящие на позициях официальной церкви, все более
активно проводили мысль о различии падений двух Римов. Первый
Рим пал морально, отступив, по словам ортодоксов, от правой веры.
Второй Рим - Константинополь - пал только физически, был захвачен
мусульманами, причем "греки" не только сохранили свое благочестие,
но и остались "учителями веры".
Противопоставление правоверного Константинополя католиче-
скому Риму особенно усилилось в публицистике Русской православной
церкви при патриархе Иоакиме, возглавившем поход против "западного
зломысленного мудрования". В 80-х годах XVII в., когда усилиями про-
светителей во главе с Сильвестром Медведевым иа повестку дня серьез-
но встал вопрос об открытии в Москве университета, независимого от
церковных властей, обвинения русских и украинских ученых в "латин-
стве" зазвучали особенно громко. Призыв "мудроборцев" остановить
проникновение в Россию идей Научной революции, "угасить малую
искру латинского учения", был тесно связан с требованием ограничить
"свободные науки" изучением исключительно греческого языка и “бла-
(очестивых” греческих знаний6.
Для "обличения латынников" именно в это время Римский-Кор-
саков перевел книгу Г.Кассандра "О различных литургиях" (БАН, Ар-
хангельское собр. 165); "На лютеранский катехизис возобличение" и
"Слово на латин и лютеров" свидетельствовало о резко отрицательном
отношении Игнатия к западному христианству7. Это были не просто
богословские, но политические сочинения. Обращаясь к канцлеру
В В Голицыну, Римский-Корсаков указывал на вредоносность для Рос-
336
сии его политики свободы вероисповедания, требовал запрещения на
территории государства неправославных культов и, в частности, эапре
щения строительства в Москве храма Старой купеческой (лютеранско-
католической) общины*.
Сказанное помогает понять, почему публицист не желает связы-
вать свои имперские амбиции с Первым Римом и особенно подчерки-
вает, что "возвращение" русским самодержцам византийского наследия
поддерживается "единоверным" греческим населением, что "российским
род обладати имать ромейским, еже есть греческим царствием", именно
вместе с треками, "и обще яко людии хрнстоименитии, грекове и рос-
сы" победят "сквернаго турка". Обладание "всей Вселенной" оказывает-
ся у Римского-Корсакова скорее общей декларацией, средством под-
черкнуть историческое величие миссии России, чем политической це-
лью.
Публицистическому использованию теории "Москва - Трети»!
Рим” мешала и полемика Римского-Корсакова со староверами. От че-
ловека, Написавшего в 1687 г. "Известие о увещевании раскольников'
(вместе с Карионом Истоминым), а в 1690-х годах еще три обширных
окружных послания против староверов’, трудно было ожидать согласия
с его противниками хотя бы в области исторических взглядов.
Изменению отношения к теории "Москва - Третий Рим" способ-
ствовало и расширение исторических знаний. В исторической литерату-
ре последней четверти XVII в., представленной многими десятками
оригинальных сочинений, заметен обостренный интерес к мировой ис-
тории. Русские авторы упорно стремились понять причины расцвета и
падения древних "царств" - Египетского, Израильского. Вавилонско-
Ассирийского, Греко-Римского. Связь событий истории Руси и истории
других государств, казавшаяся историкам того времени заслуживающей
самого пристального внимания, весьма усложнила представления о по-
следовательности и преемственности мировых монархий.
Когда в начале 1680-х годов царь Федор Алексеевич повелел "по
обычаю историографов" на основе русских, греческих, лашнских и
польских сочинений составить общий курс русской истории, он потре-
бовал, чтобы "новосозданная книга" не противоречили учению о четы-
рех монархиях10 - Этот проект не осуществился. Официальный курс ис-
тории создан не был, а в крупных исторических трудах 80-90-х годов не
было единства даже по вопросу о составе четверки мировых империй,
да и количество государств, соответствующих лредстаадению об импе-
рии, было больше четырех.
337
Важно отметить, что одновременно с идеей преемственности и
наследственности имперского статуса в историко-публицистической
литературе последней четверти XVII в. активно развиваются представ-
ления о древнейшем происхождении русской государственности, воз-
никшей, якобы, задолго до Моисея11. Все большему числу авторов
представляется, что суверенитет государства определяется его внутрен-
ним развитием. Идея греко-римского наследия если и не отрицается, то
отходит на второй план.
Это хорошо заметно в крупных летописных сводах и компиляци-
ях, создававшихся в новгородском Софийском доме при митрополите
Иоакиме, а затем, когда Иоаким стал патриархом - на московском пат-
риаршем дворе12. Смысл последовательного растворения концепции
трех Римов и четырех монархий в этих сочинениях ясно выражен в
проповедях Иоакима, обращенных к русской армии1’. Они показыва-
ют, что воинственные речи Римского-Корсакова прямо противоречили
позиции его духовного начальства.
Патриарх московский и всея Руси прямо заявляет, что у Россий-
ского государства нет причин воевать с Османской империей и Крым-
ским ханством из-за земли: "Российского государства с оными злыми
варвары о земли поселения брани бы творити не очем. Разстояния бо
имазь до предел довольное". Россия, с точки зрения патриарха, не име-
ет никаких оснований претендовать на византийское наследие.
Православие Российского государства, считает Иоаким, служит
мотивом войны лишь постольку, поскольку исполняется предвещение
Христа: "И будете ненавидими от всех имене моего ради". "И ныне, -
продолжает он. - не постиже ли нас от проклятых народов варваров ма-
хоме ганов такая ненависть точию совершенно ради имене Господня,
нпе же н грехов ради. И непрестанно братию нашу мечем пожинают и
пленуют. И государство благочестивое великих государей наших царей
ра юряют Бесконечно и пустошат многий лета непрестанно”.
Иоаким, при всей своей ненависти к латинству и протестантизму,
проявляемой во внутренней политике, во внешнеполитической области
не отделяет Россию от других христианских государств; "Но и где ли
имя Христово имянуется в людех, всюду таковии Ливии басурмани лю-
>ш пожня воюют и гтогубляют непрестанно. И пустошат многия страны
Н I ocvaapcTBa".
Патриарх объявляет войскам, что Россия ведет нежелательную ей,
нт посланную, возможно, как наказание за грехи оборонительную вой-
ну в союзе с другими европейскими государствами, чтобы защитить
338
христианство от мусульманской агрессии. Россия желает оборонить
свою территорию, защитить жизнь и свободу подданных, помочь за-
хваченным в плен согражданам, равно как и гражданам других хрис-
тианских государств.
Самозащита и помощь братьям-христианам - вот, с точки зрения
патриарха, единственная причина и цель вступления Российского госу-
дарства в войну. Никакие иные мотивы не способны оправдать страш-
нейшее из бедствий, каким является война. Иоаким подчеркивает, что
главное стремление России и ее высшее благо - мир, защищенность ве-
ры, государства и подданных в пределах своей земли, в содружестве с
христианскими странами. Казалось бы, позиция московского патриарха
вполне соответствует политике правительства канцлера В.В.Голицына
(1682-1689), боровшегося за заключение Вечного мира с Польшей (1686
г.) и создание Священной лиги христианских стран для сопротивления
османско-крымской агрессии в Европе.
Но это лишь внешнее, словесное совпадение взглядов. Довольно
значительный комплекс речей Иоакима, связанных с войной России
против Турции и Крыма в составе Священной лиги, показывает его по-
следовательным и озлобленным противником правительства, которому
патриарх ие мог простить предоставления свободы вероисповедания ка-
толикам н протестантам внутри страны. Иоаким говорил в своих речах
о защите всех христиан - и в то же время неоднократно в самой рез-
кой форме запрещал православным воинам дружить со своими сослу-
живцами-’иноверцами", разговаривать с ними, даже омывать и хоро-
нить тела погибших в рядах российской армии католиков и протестан-
тов.
Служба В российской армии иноземных специалистов, привле-
ченных В.В.Голицыным не только хорошим жалованием, но и мягким
отношением канцлера к неправославным вероисповеданиям, вызывала
крайнее раздражение Иоакима. Еще и еще раз призывал патриарх пра-
вославных воинов не надеялся на "иноверцев-еретиков", которые хотя и
"вымышлннники, и в ратех храбрим', но только "гнев божий особио за
свое зловерство в люди божия привлекают". Иоаким нс только стре-
мился посеять в армии рознь по религиозному признаку, но и пугал
воинов поражением, выражал сомнение в справедливости самой войны
и даже призывал "каэнити" главнокомандующего Голицына, допустив-
шего "еретиков-иноверцев над христианы в полках начальниками"
быть.
339
Стремление изолировать Россию от Западной Европы в конечном
итоге оказало определяющее влияние на внешнеполитические взгляды
патриарха, злорадно распускавшего слухи о неудаче Крымских походов
и даже на смертном одре, в Духовном завещании, поносившего резуль-
таты военной деятельности правительства В.В.Голицына и царевны Со-
фьи. Для Иоакима, как видим, идея мира была связана с необходи-
мостью законсервировать Российское государство для сохранения чис-
> тэты православия. Даже мысль о сближении с "благочестивыми трека-
ми", активно эксплуатировавшаяся патриархом в борьбе с внутренним
инакомыслием, не могла преодолеть его патологического страха перед
влиянием Первого Рима и "схизматиков’-протестангов.
Идея мира, желанного христианской церкви, Российскому госу-
дарству и присущая самой "породе российской" - в последней четверги
XVIJ в была самой сильной в публицистике, посвященной внутренним
И внешним вопросам. Разумеется, как наиболее общая идея, она напол-
нялась самым разнообразным содержанием и толковалась зачастую не
только различно, но и противоположно.
Так, о войне "ради мира и тишины", за "глубокий и неотьемли-
мый мир", говорит Римский-Корсаков, призывая войска в поход за ви-
зантийским наследием. В его концепции, так же, как и в речах пат-
риарха, важное место занимает мотив защиты России от мусульманской
агрессии, защиты церкви и веры, государства и государей, собственных
душ и законов, жизни и свободы россиян. Для Игнатия существенно
"отъята днесь поношение Российское" - то есть ликвидировать такое
положение, когда в Крыму оскорбляют русских посланников, называют
присылаемые дары данью, а "православных в России аки подданных
укоряют". Нестерпима, заявляет публицист, такая "хула и досада, при-
носимая от поганых татар господу Богу, святой церкви, пресветльгм го-
сударем И всему государству".
В своем Духовном завещании патриарх Иоаким особенно четко
выразил мысль о необходимости защиты православия внутри страны, в
частности, путем искоренения всех мечетей, языческих кашиц, храмов
католиков и протестантов. Для Римского-Корсакова миссия Российско-
го государства состоит в защите всего православия, в особенности вне
границ России. "Христианское воинство", декларирует и доказывает Иг-
натий, выступает для исполнения исторической миссии "всего право-
славия в защищение, и в сохранение святых божиих церквей, и право-
славный христианския веры, и их пресветлых великих государей наших
(в) царскую честь же и славу".
540
"Глубокий и неотъемлемый мир", считает публицист, наступит
тогда, когда Бог "удержавиг царство" российских самодержцев, "поко-
рив им вся варварский языки, брани хотяшпя" Как видим, расширение
империи реально касается лишь земель, занятых "варварами", т.е. мусу-
льманами (иные не упоминаются), а конкретно - Константинополя и
европейских владений Византии, шитом которых служит Крым. Район,
на который публицист реально заявлял претензии Российского государ-
ства, определялся не только религиозными соображениями и идеей "на-
следства", но и военно-исторически.
В своих речах и брошюрах Римский-Корсаков широко использу-
ет исторические примеры борьбы Руси с кочевниками, которые он об-
общил в создававшемся много лет обширном летописном своде14. Сра-
жения с половцами и печенегами, свержение ордынского ига, разгром
Казанского и Астраханского ханств, отражение крымских набегов сли-
ваются в глазах Игнатия в единую многовековую войну с "варварами", в
которой не может быть мира до тех пор, пока из тела Европы не удален
последний осколок Золотой орды - Крымское ханство, и пока евро-
пейские христиане страдают под игом его сюзерена - Османской импе-
рии.
Следует отметить, что позиция Римского-Корсакова в этом смыс-
ле не была совершенно необычна в публицистике последней четверти
XVII в. Так, уже в сборник образцовых проповедей Симеона Полоцко-
го "Вечеря душевная", изданный в московской Верхней типографии
Сильвестром Медведевым, было включено датируемое 1673 г, "Слово к
православному и христоименитому запорожскому воинству", объявляю-
щее о начале войны России с Турцией и Крымом15. Этот образец по-
литического красноречия начинался с похвал защитникам государ-
ственных Гранин и завершался призывом отвоевать у мусульман все
территории, где когда-либо славился Бог по православному обряду; "Да
яже от благочестивых царей злочестивин врази неправедно восхитиша,
та (российские войска. - А.Б.) паки взыщут во державу благоверному
нашему государю царю и великому князю Алексею Михайловичу веса
Великия и Малыя и Белый Росий самодержцу - во еже бы на местех,
идеже Бог в Троицы едины от правоверных во псалмех и песнех про-
славляем бяше, паки Его пресвятому имени во храмех святых прослав-
ляем/ быги!"
Завершенная в 1692 г. фундаментальная "Скифская история" Ан-
дрея Ивановича Лызлова рассматривала историю борьбы оседлых наро-
дов Восточной, Южной И Центральной Европы с кочевниками с гоме-
341
ровских времен до конца XVI в.14 Автор приводил и более свежие све-
дения, показывающие положение главной силы "скифов" его времени -
Османской империи. Приближенный В.В.Голицына, участник его во-
енных походов, Лызлов подчеркивал необходимость объединения хрис-
тианских государств для отражения мусульманской агрессии. Автор
"Скифской истории" утверждает, что поражения христиан, гибель госу-
дарств под пятой монголо-татарских и османских завоевателей проис-
ходили "несогласия ради и прохладного пребывания в лености началь-
ников областей христианских" (последний мотив см. у А.М.Курбского).
Отдавая себе отчет в различиях между православием, католиче-
ством и протестантизмом, Лызлов не считает их препятствием для объ-
единения христианских сил и не склонен подчеркивать особую, отлич-
ную от других государств миссию России. Именно соединенные усилия
народов, вошедших в Священную лигу, способны, по его мнению, по-
кончить с Османской империей и Крымским ханством "во дни наша".
Вместе с тем задачу освобождения покоренных турками православных
народов историк считает наиболее близкой православной армии. Неда-
ром "Скифская история" призывает российских ратоборцев идти на по-
мощь этим народам: "Уже бо тамо нас убози христиане, братия наша, с
радостью и надеждою ожидают, готовы суше на своих и наших супоста-
тов помощь подати!"
Это заявление близкого к правительству историка соответствова-
ло истине. В конце XVII в. об освобождении от османского ига и при-
нятии в российское подданство неоднократно просили царей предста-
вители балканских народов. Об этом много рассуждали в Москве, так
что могло сложиться впечатление, что русское правительство открыто
принимает на себя обязанность освободить православные народы от ту-
рецкого ига'7. По крайней мере приезжие греки ИоанникиЙ и Софро-
ний Лнхуды в речах перед царевной Софьей, В.В.Голицыным, царями
Иваном и Петром Алексеевичами, патриархом Иоакимом и в других
публичных выступлениях настойчиво говорили о необходимости вклю-
чения Константинополя и вообще европейских владений Византии в
состав Российского государства, цари которого являются, якобы, пря-
мыми преемниками императоров, а московский первосвященник - гла-
вой мирового православия1*.
Именно у Лихудон отыскал Римский-Корсаков (в принципе, не
новую для русской литературы) мысль о своеобразии исторической
миссии России в военной области. В самом деле; если миссия Россий-
ского (равославного самодержавного государства - нести свет право-
142
славия по всему миру на крыльях двуглавого орла, то государство, соб-
ственно, не воюет, а просвещает. Мотив света, божественного избра-
ния, возносящего одного правителя над всеми земными владыками, ос-
новательно разработал Сильвестр Медведев применительно к царевне
Софье - Солнечному дому, от ярких окон которого, изливающего свет
премудрости, нс может оторвать взоров российский двуглавый орел. Но
тот же Медведев в стихах к политическому портрету царевны Софьи,
печатавшемуся в России и за границей, мог позволить себе сравнить
православную владычицу не только с царицей Семирамидой н визан-
тийской царевной Пульхерией, но и с английской королевой Елнзаве-
той1’.
Нет, считал Римский-Корсаков, только Российское православное
государство несет на своем оружии свет и освобождение. Поэтому, пуб-
лично поблагодарив Лихудов, он использовал их мысль в речи к коман-
дному составу российской армии: *О чюдо прсдивное и образ, яже вое-
вати тако, никогда слышанный! Воюете не того деля, дабы смерти пре-
дали побежденного, но к животу, се есть приноенти его ко благочестию
истиянаго света, просвещающаго всякаго человека, грядущего в мире.
Не яко его во узилище предати, но во еже свободити его от страшные
вериги адовы!"
Правда, эту идею освобождения Римский-Корсаков относит не
ко "всей Вселенной", а только к грекам Константинополя, которые са-
ми признают законность наследования российскими самодержцами ви-
зантийского императорского престола, и остается неясным, включал ли
публицист в число будущих "освобожденных" и "просвещенных" непо-
средственных военных противников - крымских и турецких мусульман.
Более последователен в этом отношении А. И Лызлов, убеждающий чи-
тателя, что нет исконно злодейских народов, что агрессоров-'скифов"
порождают исторически сложившиеся обстоятельства жизни. Ведь и
венгры, и болгары, и многие народы Поволжья прежде были "скифа-
ми", а затем стали мирными жертвами "скифов", нуждающимися в за-
щите.
С другой стороны, призывая христианские государства подать
"помощь и свободу" порабощенным братьям в Венгрии, Болгарии,
Молдавии, Валахии, Сербии, Хорватии, Албании и Греции, Лызлов от-
нюдь не призывает к уничтожению "агарян", К тотальной "войне за ве-
ру'1. С его точки зрения конечная победа над "скифами" - это мирное
сосуществование народов, достигнутое как силой оружия, так и спра-
ведливыми международными договорами, нарушение которых даже по
343
отношению к иноверцам ~ греховно и гибельно. Никакой религиозный
пафос не может служить оправданием нарушению установленного ми-
ра.
Но на огромных пространствах Европы шла война И, по сведени-
ям Посольского приказа, идея раздела европейских владений Осман-
ской империи и земель ее вассалов широко обсуждалась при дворах
участников Священной лиги. В столицах союзников России - Вене,
Варшаве и Венеции - вполне определенно говорилось о желательности
передачи Стамбула и проливов русским; была даже выбита медаль с
картой поделенных между союзниками территорий. В свою очередь
действия русско-украинских войск, особенно разгром Белгородской ор-
ды и взятие Очакова генералом Г.И.Косаговым в 1687 г., вызвали на-
стоящую панику в Османской империи: "Русские идут на Стамбул!" -
кричали в столице, фанатики бросались с минаретов, чтобы не сдавать-
ся гяурам, султан бежал в Азию, где был убит янычарами, готовая к по-
ходу на христиан армия великого визиря была оставлена для защиты
Стамбула. Морея почти без боя сдана венецианцам, Будин - имперским
войскам, Валахия - полякам...20.
Однако отношение правительства В,В.Голицына к щедрым пред-
ложениям союзников, желавших использовать имевшиеся, по их пред-
ставлениям, претензии Москвы на византийское наследие, было весьма
прохладным. Осторожность канцлера можно объяснить имевшимися в
его распоряжении сведениями о сепаратных переговорах, начатых со-
юзниками России по Священной лиге с Османской империей и Кры-
мом, хотя ему вплоть до падения правительства регентства в начале
сентября 1689 г. удавалось успешно противодействовать этим перегово-
рам21 . Однако остается открытым вопрос, были ли вообще у москов-
ского правительства в это время притязания на Константинополь и в
какой мере публицистические споры влияли на практическую полити-
ку?
Зависимость политических взглядов, бытующих в обществе, от
конкретной политики, очевидна. Достаточно указать на быструю пере-
ориентацию идеи "освобождения", помощи братьям, жертвы "за други
своя" с украинцев и белорусов на православных подданных Османской
империи после Андрусовского перемирия России с Польшей в 1667 г. и
особенно начала ими совместной войны на юге в 1672 г. На позицию
Иоакима, безусловно, оказала влияние его ненависть к правительству
регентства, одержавшему победу над патриархом и его сторонниками в
борьб за власть в 1682 г.: вряд ли можно было ожидать от него под-
344
держки начатой в 1686 г. новой войны с Турцией к Крымом. Значение
мотива борьбы за власть в формировании внешнеполитической пози-
ции Иоакима особенно четко выявляется при сопоставлении его взгля-
дов со взглядами Римского-Корсакова - архимандрита Новоспасского,
вхожего во дворец, но не принимавшего участия в придворных интри-
гах.
Грекофилия, резко отрицательное отношение к староверам и к
проникновению в Россию "западного зломысленнаго мудрования*, со-
противление идее учреждения московского университета н введению
свободы вероисповедания, такие совместные мероприятия, как лише-
ние сана смоленского митрополита Симеона11, составление именно
Римским-Корсаковым Сводного чиновника патриарших выходов и
служб, кодифицировавшего основные богослужебные обязанности пат-
риарха23 - все это довольно тесно объединяло Иоакима и Игнатия. И
действительно, в жизни они были лучшими друзьями; умирая, патриарх
завешал похоронить себя в Новоспасском монастыре у Римского-Кор-
сакова, который пытался канонизировать Иоакима, велев изобразить
его в монастырском соборе вместе со святыми и написав его “Житие"14.
С 8.В.Голицыным у Римского-Корсакова, напротив, были разногласия.
Тем не менее Игнатий был настолько убежден в исторической
миссии России, призванной освободить Европу от “агарян", что со всем
красноречием и публицистическим талантом поддерживал внешнюю
политику правительства Софьи и Голицына, начавшего войну на юге.
Более того, в критические дни августа 1689 г., когда Иоаким и его сто-
ронники уже приступили к свержению правительства регентства, имен-
но Римский-Корсаков создал речь в защиту царевны Софьи; подобные
панегирики нечасто звучали даже в период наибольшего возвышения
правительницы11. Игнатий правильно предвидел, что приход к власти
правительства Нарышкиных приведет к свертыванию военных действий
против Турции и Крыма. Тем не меиее, когда это произошло, публи-
цист представил двору еще одно яркое сочинение, призывающее к ре-
шительным усилиям по разгрому Османской империи14. Карьера Игна-
тия, разумеется, пострадала - архимандрит домового монастыря Ро-
мановых на много лет отправился сибирским митрополитом в Тобольск
- но убеждениям своим он не изменил.
Яркая политическая публицистика, в которой не было недостатка
в России последней четверти XVII в., влияла не столько на позиции го-
сударственных деятелей, сколько на умы подданных. Так, к началу ре-
шительных сражений на Украине в 1677 и 1678 гг., получивших наз-
345
вание Чигиринские походы, Российское государство оказалось в чрез-
вычайно сложном положении. Польша заключила сепаратный мир с
Османской империей и Крымским ханством и заняла угрожающую по-
зицию по отношению к бывшему союзнику. Священная Римская им-
перия Германской нации, вопреки договоренности, не вступила в вой-
ну.
Однако боевой дух русских и украинских войск был очень высок.
В кровопролитных сражениях российская армия нанесла ряд мощных
ударов полчищам Ибрагим-паши и великого визиря Кара-Мустафы.
В.В.Голицыну, осуществлявшему по поручению правительства царя Фе-
дора Алексеевича политическое руководство на театре боевых действий,
пришлось приложить немалые усилия, чтобы удержать войска князя
Г.Г.Ромодановского от таких действий, которые лишили бы русскую
дипломатию возможности в ближайшие годы начать мирные перегово-
ры. Ромодановский вынужден был вывести гарнизон из разрушенного
Чигирина, Россия смогла выйти из войны один на один с Османской
империей и Крымским ханством, но армия и народ не простили глав-
нокомандующего: весной 1682 г. Г.Г.Ромодановский с сыном был убит
восставшими стрельцами и солдатами как изменник, продавшийся тур-
кам.
В невыгодных внешнеполитических условиях царский двор не
прислушался к призывам публицистов и поддерживал с Турцией и
Крымом мирные отношения, несмотря на нарушения противной сто-
роной Бахчисарайского договора 1681 г. Лишь после того, как удалось
организовать Священную лигу Империи, Венеции и Польши под по-
кровительством римского папы, а также добиться заключения с Поль-
шей Вечного мира, урегулировавшего территориальные притязания сто-
рон, Россия вновь вступила в войну.
Во множестве дипломатических документов н государственных
грамот, объявлявших об этом событии в России и за рубежом, в прави-
тельственной публицистике и универсалах украинского гетмана ничего
не говорилось о претензиях России на византийское наследие или, хотя
бы, на завоевание Крыма. Главным событием со всей определенностью
называлось примирение двух соседних славянских государств, России и
Польши. Вступление России в войну объяснялось, во-первых - усло-
виями мирного договора с Польшей, во-вторых - необходимостью за-
щиты от мусульманской агрессии. Даже в “Истинном н верном сказа-
нии” о Крымском походе 1687 г., изданном усилиями Посольского
прика'х в Амстердаме, где появилось сообщение о намерении росснй-
346
ских войск вступить в Крым, сохранялась первоначальная декларация
намерений5’
Аппетиты московского правительства относительно желательных
приобретений, о которых оно должно было объявлять своим союзни-
кам, были весьма скромными. Война до победного конца, вроде пред-
лагавшейся Римским-Корсаковым и рядом зарубежных публицистов,
отнюдь не планировалась. Московское правительство желало заключить
в итоге военных действий мирный договор, освободить от турецкого
присутствия нижнее течение Днепра и блокировать Крым. Совместное
с Польшей освобождение всей Украины (территория которой была по-
делена договором 1686 г.) и вассальное подчинение Крыма Москве -
таковы были максимальные притязания правительства на протяжении
войны. Но общественное мнение во второй половине 1680-х годов ме-
нялось и в сложной внутри- и внешнеполитической обстановке должно
было учитываться государственными деятелями.
Первоначально отношение русско-украинского общества к войне
было сдержанным, а у части дворянства и гетмана Ивана Самойловича
- резко отрицательным. Проповедь Иоакима падала на подготовленную
почву. Постепенно военные успехи (например, поход Косагова на Оча-
ков), мероприятия правительства (типа замены гетмана Самойловича
Мазепой) и публицистические призывы к разгрому мусульман в Европе
способствовали изменению общественного настроения. 0 правитель-
ственной пропаганде, наряду с прославлением побед русско-украинско-
го оружия, первоначальные задачи стали завышаться. Так, для моби-
лизации внутренних сил. предотвращения развала Священной лиги и, в
особенности, для ускорения ратификации королем Яном Собеским
Вечного мира, в конце 1687 г. было объявлено о намерении России за-
хватить Крым.
Поход на Крым а 1689 г. вызвал огромный интерес русской и за-
рубежной общественности. Воодушевление было так велико, что уже
при подготовке похода в 1688 г гетман И.С.Мазепа и фаворит царевны
Софьи, глава Стрелецкого приказа ФЛ.Шакловнтый на секретном со-
вещании назвали перспективной целью внешней политики взятие Кон-
стантинополя. Но и они понимали, что без завоевания господства на
Черном море, без строительства в Крыму базы военно-морского флота,
Обеспечить коммуникации российской армии при походе через Молда-
вию, Валахию, Болгарию и Румелию на Стамбул - невозможно.
Предложенный Мазепой рейд конного корпуса в Крым по льду,
в обход Перекопа, не решал задачи захвата полуострова, ибо даже в
347
случае капитуляции хана главные приморские крепости оставались в
руках турок. Взятие Крыма стало бы возможным, если на полуостров
вступит регулярная русская пехота21. Высказывая эти смелые мысли,
Шакловитый умолчал о том, что не был уполномочен правительством
вести подобные переговоры с гетманом. Он вновь, как и при заключе-
нии Нерчинского договора с Цннской империей, авантюристически
действовал через голову Посольского приказа”.
В.В.Голицын тщательнейшим образом готовил войска к преодо-
лению безводных степей, до тех пор служивших лучшей обороной Кры-
ма от регулярной армии, однако государственная документация ничего
не говорит об изменении его внешнеполитических намерений. Канцлер
и генералиссимус продолжал в ходе компании 1689 г. тактику блокады
Крыма и, как прежде, стремился отколоть Крымское ханство от Осман-
ской империи. Использовав массу новых технических, тактических и
организационных средств, Голицын совершил, казалось, невозможное -
практически без потерь привел огромную регулярную армию к Переко-
пу. Цель канцлера была достигнута: крымский хан убедился, что Ди-
кое поле перестало служить ему надежным шитом и обещал покориться
"под державу великих государей".
Но войска, возбужденные успехами, не обращали внимания на
то, что в указах о походе и даже в грамотах об "успехах и подвигах" (не
говоря уже о переписке командования с Москвой) целью кампании на-
зывался только поход “к Переколи. Служилые люди рвались в Крым,
не задумываясь о необходимости заново организовать снабжение войск,
о том, что в этом случае пришлось бы не только овладеть Бахчисараем
и прибрежными крепостями, но и удержать их в неизбежном столкно-
вении с османскими десантами. Армия не желала сознавать, что не-
сколько новых поражений хана гораздо менее страшны для Крыма, чем
организованное Голицыным планомерное давление, заставившее хана
безвыходно сидеть за Перекопом, а его войска умирать от голода и эпи-
демий. Еще менее способны были дворяне и украинские старшины,
возмущавшиеся бездеятельностью или даже "предательством" Голицы-
на51 , осознать необходимость для русской дипломатии сохранять сво-
боду маневра в ситуации, когда союзники ждали только случая, чтоы
изменить делу Священной лиги.
Успехи военных действий Голицына на юге были не всегда гром-
ки, но неизменно существенны. Начатым еще до Крымских походов
строительством степных крепостей он не только выполнил обязатель-
ство г ред союзниками, не пропуская крымскую орду на помощь ос-
348
манским армиям, получил возможность поставить регулярную армию
под Перекопом, но и нанес удар по самой основе экстенсивной эконо-
мики ханства - грабительским набегам на соседей. По имперским раз-
ведывательным данным в начале XVIU в. вопрос о разрушении этих
крепостей занимал Оттоманскую Порту и Крымское ханство гораздо
более, чем о возвращении Азова33.
Россия же с постройкой степных крепостей выигрывала для мир-
ного экономического освоения огромные пространства. Показателем
того, насколько упало значение старых оборонительных рубежей, слу-
жит тог факт, что уже к 1690 г. срок сыска беглых для 87 городов Бел-
городской черты оказалось возможным увеличить в пять раз - с 3 до 15
лет15. В распоряжение государства и дворянства поступил обширней-
ший земельный фонд. Однако на фоне лучезарных имперских перспек-
тив, нарисованных публииистикой, реальные успехи правительства ре-
гентства преуменьшались, а здравая внешняя политика казалась из-
меннически осторожной.
Несоответствие витавших в обществе политических идей и госу-
дарственной практики способствовало тому, что армия и общество в
целом не поддержали В.В.Голицына и его помощников, обвиненных
новым правительством в "нерадетельной службе", лишенных чинов и
имущества и сосланных. Ирония истории состояла в том, что именно
правительство Нарышкиных, объявившее о возможности вторжения в
Крым в 1689 г. и на этом основании обвинившее в "нерадении" Голи-
цына со товарищи34, практически свернуло военные действия против
Турции и Крыма и вскоре постаралось подальше (в Сибирь!) отправить
пропагандиста активной войны - Игнатия.
Тенденция к своеобразным показательным, пропагандистским,
стратегически незначительным захватам проявилась ненадолго только в
Азовских походах Петра. С изменением внешнеполитического курса
России с юга на Балтику старые идеи оказались ненужными и даже
вредными. Самовольное возвращение Римского-Корсакова в Москву и
попытка отстоять свои взгляды при дворе стоила ему жизни: публицист
был объявлен сумасшедшим и уморен в темнице Симонова монастыря.
Мотивировка войны со Швецией, в которую втягивал Россию Петр, хо-
тя и включала идеи "мира" и "освобождения", значительно отличалась
от рассуждений XV И в.
За бурными событиями царствования Петра I малозаметным ос-
тался факт признания за Россией имперского статуса в царствование
Федора, правление царевны Софьи и 8.8.Голицына. Пока публицисты
349
спорили, а историографы обсуждали происхождение и значение в мире
православной Российской монархии, дипломаты добились признания
римским папой, германским императором, шведским и датским коро-
лями, рядом других европейских суверенов права России выступать иа
международной арене в качестве великой державы. Русские послы были
приняты при дворах наравне с послами Священной Римской империи
Германской нации. В ряде случаев признание имперского статуса Рос-
сийского государства подкреплялось специальными договорами о по-
сольском церемониале. Принятие Петром I императорского титула бы-
ло лишь констатацией признанного в международных отношениях фак-
та.
1 Литературу и источники о нем см.: "Генеалогия" и ее автор (Игнатий Ргшскнй-
Корсаков) // Чистякова ЕВ., Богданов А.П. "Да будет потомкам явлено..." Очерки
о русских историках второй половины XVII века и их трупах. М,1988. С.86-102;
Богданов АП. Творческое наследие Игнатия Римского-Корсакова // Герменевтика.
М. 1993. Вып.6. С. 165-248.
3 Богданов АП. Литературные панегирики как источник изучения соотношения сил
в правительстве России периода регенства Софьи (1682-1689 гг.) // Материалы XVII
Всес. научи, студенческой конф. История, Новосибирск, 1979; Он же. Неизвестное
сочинение Сильвестра Медведева: похвальная ранен царевне Софье // Там же. Фи-
лология; Он же. Политическая гравюра в России периода регенства Софьи Алек-
сеевны // Источниковедение отечественной историк за 1981 г М.,1982; Он же.
Диалектика конкретно-исторического содержания я литературной формы в русском
панегирике XVII века // Древнерусская к классическая литература в свете ис-
торической поэтики н критики. Махачкала, 1988.
} "Синопсис" - краткое обозрение // Чистякова Е.В, Богданов А.П. "Да будет по-
томкам явлено... ~ С.50-59.
4 Каптеров Н. Ф. Характер отношений России к православному Востоку в XVI и
XVII столетиях. Сергиев-Посад, 1914; к др.
s "Генеалогия явленной от Сотворения мира фамилии, несравеннаш древности)
времени роду... Корсаков-Римских" // ГЛРФ. Ф.728 (Собр. Зимнего дворца). Оп.1
Кн.1. № 27; см. Игнатий Римский-Корсаков. Генеалогия / Подготовка текста, статьи
и аннотированный указатель имен А.П.Богданова. М., 1994. 176 стр.
* Прозоровский А А. Сильвестр Медведев (его жизнь и деятельность). М.,1896;
Богданов А. П. Сильвестр Медведев// Волр. истории 1988. № 2, Он же. К полемике
конца 60 - начала 80-х годов XVII в. об организации высшего учебного заведения в
350
России: Источниковедческие заметки // Исследования по источниковедению
истории СССР ХШ-XVIII вв. М, 1986; он же. Историк Сильвестр Медведев // /Ъж-
дественские чтения 1993 г. Новые взгляды на историю русской культуры. М., 1994.
1 Лебедев А. Полемические сочинения XVII века против латинян // ЧОИДР 1884.
Кн.З, отд. 2. C.l-VI,l-32.
* Цветаев Д. Из истории иностранных исповеданий в России в XVI и XVII веках.
М.,1886 С.214-236.
’ 'Известие*см.: БАК. П.1. А.80/16.16.7. 26л.; ОР РГБ. Уяд. 1383. Л. 98-122; Барсова
694. 30л. Окружные послания см.: Послания блаж. Игнатия митрополита сибирского
и тобольского, изданные в Православном собеседнике. Казань,1855.
30 Заыысловскнй ЕЕ. Царствование Федора Алексеевича. СПб., 1871. 41: Обзор
источников. Прах. C.XXXV-XLII. О его реформаторской деятельности см.: Andrzej
Bogdanov. Fiodor Aleksiejewicz // Dynastia RomanowAvr. Piaca яМогона pod odaiccja
Achmeda Iskendetvwa. Wydanie I. Warszawa, 1993. S. 72-93; Богданов А.П. Царь Федор
Алексеевич// Филевские чтения- М., 1994.
11 См., напр.: ПСРЛ. М.1968. Т.31 (Краткие летописцы XVIIя}.
Азбелев С. И. Новгородские летописи XVII в. Новгород, I960; Богданов А.П.
Редакции Летописца 1619-1691 гг. // Исследования по источниковедению истории
СССР дооктябрьского периода. М, 1983. С. 124-151; Летописец 1619-1691 г.; Ле-
тописец 1686 г. // ТОДРЛ. Л., 1985. Т-39; он же. ‘Хронографец" Бопьтепа Адамова //
Там же. Л., 1988. Т.41; и др.
13	Оми были написаны Хармоном Истоминым. См.: Брайловскхй С.Н. Один из
‘пестрых’ XVII столетия. СПб., 1902. Тексты и описания рукописей см.: Памятники
общественно-политической мысли в России конца XVII в.: Литературные пане-
гирики // Сост. АН.Богданов. М.,1983. Выл. 1-2. № 12-13 и коммент, и др.
м ОРГИМ. Забелина 263.
13	Л.94 и след. Ср. рукописный текст: ОР РИМ. Чуд. 99/301. Л,355-369 об. По стилю
Слово следует приписать скорее Игнатию, чем Симеону, в сборник которого оно
могло быть включено Сильвестром.
16	Андрей Лызлов. Скифская история. / Подготовка текста, коммент, н анноти-
рованный список имен А П.Богданова, статьи А.П.Богданова я Е.В.Чистяковой.
М.,1990
17	Каптерев Н.Ф. Характер.. Отд.П. гл. VIII
18	Сменповский М Братья Лнхуды. СПб., 1899. С.252; Лермонтова ЕЛ. Похвальное
слово Лихудоа царевне Софье Алексеевне. М., 1910; Древняя российская вивлиофика.
М.,1789. 4.VIII. С.357-360, Памятники... С. <4-35,19-22,40-42, тексты и коммент. At
17-19,27.
Ml
” Богданов А.П. Сильвестра Медведева панегирик царевне Софье 1682 г. Памят-
ники культуры. Новые открытия. Ежегодник за 1982 г. Л, 1984; и др.
20 Смирнов ВЛ. Крымское ханство под главенством Оттоманской Порты. М.,1887.
С.620-622; Бабушкина ГК, Международное значение Крымских походов 1687 и 1689
гт.// Истор. зап. М.,1950. Т.ЗЗ; и др.
11 О политике В. В. Галицына подробнее см.: Буганов В.И. "Канцлер" предпет-
ровской поры // Вопросы истории. 1971. № 10; Богданов А. П. Василий Васильевич
Галицын // "Око всей Великой России": Об истории русской дипломатической
службы XVI-XVH веков. М.,1989. С.179-228, он же. Первые российские дипломаты.
М., 1991. С.33-59
71 ОР ГИМ. Снн.П/992. Ркп.19, Чуд.302. Л.246а-14ба об., 169-173 об.
25 РГАДА. Саровское собр. 237. Л.151-228.
1* Барсуков Н.П. Житие и Завещание святейшего патриарха московского Иоакима //
Общество любителей древней письменности М.,1879. Т.47. Игнатию принадлежит
неоконченное Житие, Послание н стихи "Над гробом в таблице"; Духовное за-
вещание и две эпитафии написаны Карионом Истоминым.
25 Памятники... Hi 32.
26 Юкшо избранно..." (1696г.) см.: БАИ. П.1.А.10.
27 Греков И.Б. "Вечный мир" 1686 г. // Краткие сообщения ин-та славяноведения
АН СССР. М.,1951. Ай 2.; Богданов А.П. "Истинное и верное сказание" о I Крым-
ском походе 1687 г. - памятник публицистики Посольского приказа // Проблемы
изучения нарративных источников по истории русского средневековья. М.,1982.
w Востоков А. Посольство Шакловитого к Мазепе в 1688 г. - Киевская старина.
1890. Т.26. Апрель-июнь.
л Демидова Н. Ф. Из истории заключения Нерчинского договора 1689 г. // Россия в
период реформ Петра I. М.,!973.
36 РГАДА. Ф.123. Реестр II. Св. 1687 г. Ай 1; Ф.371. 01.1. 4.1. Ай 1/1.
31 Лгтопис Самовидца. КиГа. 1971. С. 177, ОР РНБ. Вяземского Q.CCXI. Л.217 об.;
Желябужский И.А. Дневниковые записки ИЛЖелябужскою // Русский архив. 1910.
Ай 9. С. 16, Лазаревский А. Черниговская летопись // Киевская старина. 1890.
Апрель-июль. Прнл. С.89, РГАДА. Ф.181. Не 358. Л. 1207.
52 Бабушкина ГК. Указ. соч.;ОР РГБ. Ф.29. 1Ф 66. Л.125-127; Турция накануне и
после Полтавской баталии (глазами австрийского дипломата). М.,1977. С.39-40,47-
48,50,53,56,64-65, 80.
53 Маиьков А. Г. Развитие крепостною права в России во второй половине XVII в.
М.;Л.,1962. С.56-57,60-73; ндр.
м ЦГАДА. Ф.181. Af 358. Л. 1206-1207.
J52
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
АЕ АИ АСВР БАН ВВ ГВНП ГИМ ДГ ддг	-	Археографический ежегодник -	Акты исторические -	Акты Северо-Восточной Руси -	Библиотека Академии наук -	Византийский временник -	Грамоты Великого Новгорода и Пскова -	Государственный исторический музей -	Древнейшие государства на териритории СССР -	Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей
жмнп ИОРЯС ЛЗАК нпл ОРГБЛ	t - Журнал Министерсттва народного просвещения -	Известия Отделения русского языка и словесности АН -	Летопись занятий Археографический комиссии -	Новгородская 1 летопись старшего и младшего изводов -	Отдел рукописей Государственной библиотеки им. Ленина
ОРГПБ	- Отдел рукописей Государственной публичной библиотеки им. Салтыкова-Щедрина
ОР ГИМ ОРЯС ПСРЛ РИБ РФА ЧОИДР чолдп	-	Отдел рукописей ГИМ -	Отдел русского языка и словесности АН -	Полное собрание русских летописей -	Русская историческая библиотека -	Русский феодальный архив -	Чтения в Обществе истории древностей российских -Чтения в Обществе истории древней письменное™
из
СОДЕРЖАНИЕ
От редколлегии ................................................  3
П.Каталано. Некоторые основные юридические понятий..............10
Н.В.Синицына. Итоги изучения концепции “Третьего Рима” и сбор-
ник “Идеи Рима в Москве”......................................  16
П.Синискалько. Термины "Prophetia" (пророчество), “Sacerdotium”
(священство), “Imperium” (царство) в начале нашей эры...........43
Н.Н.Лисовой. Под знаком Софии (К предыстории идеи Третьего
Рима)..................I....................................    58
AM.Высоцкий, Ф.В.Шелов-Коведяев. Первая церковь Апостолов в
Константинополе и ее наследие в средневековом мире..............65
АВ.Назаренко. Порядок престолонаследия на Руси Х1-ХП вв., на-
следственные разделы и попытки Ассигнации.......................83
А~А Горский. Об эволюции тнтулатуры верховного правителя в Древ-
ней Руси...................................................... .97
Н.АСоболева. Восточноримское право и удостоверение русских ак-
тов.........................................................   103
В.Г.Графский. Представление о власти и законе в Средневековой Ру-
си. римско-византиискис влияния...............................	120
ААТурилов. Малоизвестный источник по истории идеи “Третьего
Рима" у южных славян (Повесть о Ксиропотамском монастыре)..... 137
Д.М.Шаховской. Идея "Москва - Третий Рим" - основная тематика.... 140
С.АБеляев. От митрополита Илариона к старцу Филофею........... 147
И. Просвирнин. Монте-Кассино и Радонеж........................ 151
И.П.Збрициоло. Замечания о "Заметке о Риме"................... 159
Дж. Манискалько Базиле. Некоторые замечания о смысле термина
"вселенная" в "Сказании о князьях владимирских"............... 165
Л.Р.Де Микел нс. Идея Москвы - Третье! о Рима в "Повести о начале
Москвы"....................................................... 179
В.АКучкнн, Б.Н.Флоря. Княжеская власть в представлениях
тверских книжников X1V-XV вв................................   186
АЛ.Хорошкевнч. Еще раз о символах русской государственности, ви-
дипийскис и западноевропейские традиции в средневековой сфраги-
стике.......................................................   202
Я.Н.Щапов. К изучению "Чина венчания на царство Ивана IV.".... 213
М Гардзанити. Библейские слова и образы в "Чине венчания на цар-
ство Ивана IV................................................. 226
154
З-Де Микслис. Неизданные источники на греческом языке об Иване
fv...........................-.................................. 231
IE. Морозова. Иван Грозный и публицисты XVI в. о пределах и ха-
рактере царской власти.*...................................      236
И. В.Дмитриев. Представлений о' Власти и идеал “безвластия” в уче-
-1иях восточнославянских религиозных реформаторов XVI в......... 252
А.В.Чернецов. Представление русских книжников XVI в. о власти
русских князей и византийских императоров....................... 266
В.ПоджИ. Иоанн Павел Кампана и Иван Грозный..................... 272
Е. В. Белякова. Учреждение автокефалии русской церкви в политиче-
ской мысли XV-XVI вв...................-......................   288
Б.Б.Емченко. "Священство" и “царство” на Стоглавом соборе....... 303
С.Г.Яковенко. Проекты перенесения патриаршего престола в пределы
Речи Посполитой (80-е годы XVI в.).............................. 318
М.Е. Бычкова. Византийские традиции и реалии формирования
сословий в России (XVI-XVII вв.)..............................   322
В.С.Румянцева. Образ Рима в русской книжности XVI-XV11 вв...... 329
А.П.Богданов. Россия накануне империи: политические (сониепции и
реальность последней четверти XVII в............................ 333
Сокращения...................................................... 353
Утверждено к печати Институтом российской истории РАН
ЛР № 020768 от 15.04.93.
Подписано к печати 13.02.96. Формат 60x84/16. 22,25 п. л.
22,59 уч.-изд. л. Тираж 300 экз. Цена договорная. Заказ № 7
ЦОП Института российской истории РАН
117036, Москва, ул. Дм. Ульянова, 19