Ссылка на материал: https://v1.ficbook.com/readfic/13696215

Дорожка к сердцу
Направленность: Гет
Автор: Мария Жужа (https://v1.ficbook.com/authors/5185030)
Соавторы: _ChatonNoir_ (https://v1.ficbook.com/authors/3823535)
Фэндом: Чудесная божья коровка (Леди Баг и Супер-Кот)
Пэйринг и персонажи: Маринетт Дюпэн-Чэн/Адриан Агрест, Алья Сезар/Нино
Лейф, Плагг, Тикки, Габриэль Агрест, Натали Санкёр, Томоэ Цуруги
Рейтинг: PG-13
Размер: 114 страниц
Количество частей: 17
Статус: завершён
Метки: Счастливый финал, Супергерои, Тайная личность, Подростковая
влюбленность, Отрицание чувств, Тайны / Секреты, Суперзлодеи, Борьба за
отношения, Согласование с каноном, Метки, Юмор, Стёб, Учебные заведения,
Соулмейты, Дружба, Раскрытие личностей, Соулмейты: Тактильный контакт,
Ответвление от канона, От напарников к друзьям к возлюбленным, Элементы
романтики, Случайный поцелуй, Соулмейты: Физические проявления
Описание:
Фирма Томоэ Цуруги разработала новый препарат – один укол и у людей на коже
проявляются отметки после каждого поцелуя: чем он более искренний, тем
ближе к сердцу появляется метка, бледнеющая со временем. Естественно, все
кинулись на новинку, но Габриэль запретил своему сыну хоть чем-то портить
свою идеальную кожу, а так же оставлять метки на других людях. Адриан тихо
завидует союзу Ивана и Милены, ведь у него тоже есть идея, на ком можно
использовать открывшуюся возможность... и папа не узнает))
Посвящение:
Хочу посвятить эту работу замечательному автору - **мадмуазель Нуара**
Когда дочитала её последнюю работу, то решила, что лето - не время для
отдыха, надо бы написать ещё один позитивно-юмористический фанфик.
P.S. Добавка от соавтора (^ ◕ω◕ ^)
Всеми лапками голосую за. В некотором смысле **мадмуазель Нуару** можно
считать крёстной мамой нашего дуэта, поскольку мы и познакомились в
комментариях под одним из её фанфиков.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено с указанием автора и ссылки на оригинал
Примечания:
22 октября 2023 №5 в фандоме по Ледибаг
19 октября 2023 №20 в фандоме по Ледибаг
8 января 2024 №22 в фандоме по Ледибаг

Оглавление
Оглавление
Пятна вокруг, лишь оглянись...
Вляпяться по самые уши
Нечаянные поцелуи
Игры с Маринетт
Эпидемия поцелуев
Похищение Маринетт
На волосок от счастья
Сомнительные предложения
Похищение Принцессы
Капризная удача
Котоклизмы во сне и наяву
Секреты Монарха
Примечание к части

Магия сыра
Welcome to WC
Шокирующие открытия
Примечание к части

Конфликт интересов
Прощание с прошлым
Сноски:

2
3
10
15
21
28
35
41
49
57
64
71
77
84

85
93
101
108

109
116
123

Пятна вокруг, лишь оглянись...
– Бро, ты в порядке? – Нино пытался в который раз растормошить
своего соседа по парте, но тщетно. Агрест делал вид, будто бы увлечённо
записывает лекцию мадам Бюстье. Точно так же, как вчера, как и позавчера, как
и на прошлой неделе.
– Всё нормально, – буркнул Адриан через некоторое время, не отрывая взгляда
от тетради. Ему пришлось соврать лучшему другу, потому что подобные
излишне заботливые вопросы одноклассников лишь нагоняли дополнительную
тоску к его отвратительному настроению.
Нино всё понял по-своему, ведь ему было больно смотреть на этого
жизнерадостного и позитивного юношу, который в последние недели сник и
буквально угасал на глазах. Теребя свою неизменную кепку и ёрзая на скамейке
с первого урока, парень в последние полчаса не сводил глаз с настенных часов и
заметно нервничал. Когда длинная и короткая стрелки поравнялись, он вскинул
руку:
– Мадам Бюстье, можно выйти?!
Несмотря на то, что до конца урока оставалось всего десять минут, учительница
кивнула, и Нино, захватив какую-то коробочку из рюкзака, быстро скрылся за
дверью.
Адриан даже не поинтересовался, куда намылился его друг, поскольку в
последние дни чувствовал себя особенно паршиво и практически не обращал
внимания ни на кого вокруг, оставаясь полностью сосредоточенным где-то
глубоко внутри себя – даже после того, как прозвенел долгожданный звонок с
урока. Естественно, он постоянно наблюдался у семейного врача: с его
физическим (и финансовым) здоровьем всё было в полном порядке. Этого,
однако, нельзя было сказать о психологической нагрузке. А началось всё недели
три назад, когда по зомбоящику стали крутить рекламу последнего достижения
генной инженерии, основанного на исследованиях ауры человека,
взаимодействии биополей и защитных реакциях организма. Макс пытался
объяснить всему классу, как оно работает, и даже сделал вместе с Марковым
доклад на уроке химии, но из-за изобилия непонятных терминов суть оказалась
никем не понятой. Ясно было одно: после инъекции какой-то нанофигни эта
высокотехнологичная штука вступала в химическую реакцию с пигментом кожи
и могла давать эффект загара в виде временной татуировки. Примечательно,
что на выработку пигмента уходили примерно сутки и распадался он тоже
примерно через сутки.
Самая фишка уникального препарата заключалась в том, что активация этой
наноерунды происходила под воздействием эмоций, и особенно сильно – при
тактильном взаимодействии между людьми: рукопожатиях, объятиях,
пощёчинах. То есть физическое соприкосновение должно было сопровождаться
эмоциями. Первыми на это дело обратили внимание бизнесмены: расстояние от
проявившейся метки до сердца было прямо пропорционально искренности
эмоций обоих компаньонов в момент рукопожатия. У одних метка появлялась на
животе, у других – пониже спины, а у кого-то – у самой пятки. Так стали на раздва вычислять заведомо неблагонадёжных партнёров, желающих обмануть или
предлагающих сомнительную сделку. Эту информацию опубликовали в сети. Тут
3/123

уже переполошились семейные пары, обнаружившие у своих половинок отметки
далеко не у самого сердца и заподозрившие неладное. Грянули несколько
крупных скандалов среди телезвёзд. Поговаривали, будто бы Боб Рот даже
включил в контракт требование о запрете на поцелуи, на что якобы сильно
обиделся его собственный сын.
Третьей группой, обратившей внимание на подобные эффекты, стали подростки.
Адриан своими глазами видел, как Иван проводил оступившуюся на уроке
физкультуры Милен до медпункта, а на следующий день у неё на предплечье
проявилось загорелое пятно в форме мишки. Ещё через день Иван помогал ей
нести рюкзак и спускаться по лестнице: старое пятно поблёкло, но появилось
новое – на ключице. Ещё через день осмелевшая Милен обняла Ивана, и у того
слева на шее появилось пятнышко, похожее на клевер. Как минимум, эту
отметину видели все, поскольку её не скрывала одежда. Финальную часть их
отношений Иван гордо демонстрировал в мужской раздевалке, стянув с себя
футболку: произошли удивительные изменения и теперь напротив сердца у него
было не загорелое пятно, а красивое ярко-розовое пятнышко, напоминающее
отпечаток губной помады. Здесь даже Макс со своими энциклопедическими
знаниями развёл руками: любовная магия, да и только! Масла в огонь
хорошенько подлил Нино, тоже сделавший себе укол и уже через день
продемонстрировавший всем собравшимся подобный «знак отличия» на
покрывшейся лёгкой растительностью груди, только пятно было ещё более
красного цвета. Ему не потребовалось много времени, чтобы отметки на коже,
последовательно смещаясь каждые сутки, проложили дорожку прямо к его
сердцу, ведь они с Алей были давно и бесповоротно влюблены друг в друга.
Немудрено, что к концу второй недели вся школа только и говорила о том, у
кого и на каком месте проявились отметки и в количестве скольких штук.
Выше других ценились розовые отметки, которые проявлялись исключительно
как результат поцелуев. На фоне других сероватых пятнышек, а тем более на
светлой коже, такие «следы на память» выделялись особенно ярко, потому
некоторые люди стали бояться чмокать друзей и родственников при встрече,
ведь их парень или девушка могли заметить даже след, оставленный лучшей
подругой, и устроить сцену ревности. Нашлись и те, кто, наоборот, стали
приставать к знаменитостям, упрашивая «пометить» их, а позже публиковали
фото в соцсетях. Появились меткофилы, меткофобы и даже художникифальшивометчики, кто мог нарисовать любую метку, хоть от крокодила
Джаггеда Стоуна (который постороннего скорее укусил бы, чем поцеловал).
Естественно, все рейтинги по популярности среди наносимых рисунков были те,
которые хотя бы отдалённо были связаны с супергероями, даже несмотря на их
фэйковость, ведь самих героев не встречали в городе с начала месяца: они
просто перестали показываться на глаза. Никто доподлинно не знал, какие
метки должны были остаться после контакта с героями, а самым удивительным
было то, что проявляющиеся знаки почти никогда не повторялись: они являли
собой образ восприятия одного человека другим, поэтому у Милен появился
пухлый плюшевый мишка, а у Ивана – клевер на счастье. При этом, когда
довольно сильно менялись отношения между людьми, могли меняться и знаки, и
нельзя было с полной уверенностью утверждать, в каком месте и от кого
проявилась очередная отметка.
Адриан же лишь заикнулся отцу о том, что тоже хочет получить свою дозу
супер-препарата, как сразу был спущен с небес на землю: месье Агрест
небезосновательно полагал, что фанатки и прочие хулиганки, хватающие в
школе за руку и целующие всех подряд, настолько затискают его, что идеальная
4/123

для фотосессий светлая кожа будет безнадёжно испорчена. И никакие
увещевания об исчезновении всех меток на третий день на родителя не
подействовали. Юноша стал буквально белой вороной на фоне пятнистого
класса, потому что его руки, лицо, шея и другие открытые участки тела были
однотоннее белоснежного потолка, в который он смотрел теперь каждый день,
приходя домой и, ложась на кровать после занятий, тупо валяясь так до самого
вечера. Мысли о чудовищной несправедливости теперь не отпускали его. Как
назло, даже акум не было около месяца и Ледибаг в городе также не
появлялась.
Хотя нет, один раз Ледибаг таки появилась у его окна, но – вот честное слово! –
лучше бы не появлялась совсем. Она постучала в стекло и вручила
распахнувшему створки парню пропуск в первый ряд на церемонию открытия
скульптуры, посвящённой парижским героям. Когда Адриан открывал окно,
чтобы взять приглашение, то заметил, что у Ледибаг есть отметка под чёлкой,
потому что она свесилась с крыши на йо-йо вниз головой и её хвостики забавно
свисали как милые молодые рожки обыкновенной коровки. К сожалению, через
перчатки эмоции не передавались, а Леди как будто бы специально висела так,
чтобы Адриан не мог дотянуться рукой до открытого участка её кожи. Не успел
юноша поблагодарить героиню, как та, извинившись, упорхнула, услышав вой
полицейской сирены где-то неподалёку. Остававшийся в шаге от того, чтобы
приманить на себя акуму, Адриан позвонил лучшему другу и на одном дыхании
высказал ему всё, что он думает, в конце монолога попросив помощи:
– ...частная клиника или даже какой-то подпольный нелегальный медкабинет –
мне всё равно! Нино, ты понимаешь, что есть всего несколько дней до
церемонии открытия скульптуры, и я должен добыть это препарат! Но так,
чтобы с учётом моей известности об этом никто не узнал, иначе мне крышка!
– Я тебя понял, чувак. Вот только есть одна неприятность: на месте укола в
плечо остаётся синяк и не сходит неделю. Не болит, но с твоими постоянными
съёмками ты не сможешь его скрывать.
– А есть другие возможности? Ну, сделать укол не в руку, например...
– Сделаю, что могу. Как я понял, Але об этом знать тоже нельзя?
– Никому нельзя, потому что Аля расскажет Маринетт, та случайно проболтается
другим девчонкам... Такими темпами мой отец будет в курсе уже минут через
пятнадцать! Сохрани мою тайну, как я храню твою! – тут звонок пришлось
сбросить, поскольку в дверь постучалась Натали.
***
Нино после такого звонка находился на распутье. Его мучили угрызения совести,
ведь он кое-что знал, но не сказал Адриану. А не сказал он, потому что пообещал
Але, что случайно подслушанный разговор никогда и никому не расскажет даже
под страшными пытками:
– ...Аль, может, не надо? Может, я сама, а? – сомневалась Маринетт. – Средство
новое, неиспытанное...
– Надо, подруга, надо! Ты видишь этот знак на моей груди? Ты хочешь узнать,
5/123

появится ли такой же у тебя?
– Ну... я не знаю, теперь я не очень-то уверена... а подержать за руку будет
недостаточно, обязательно целоваться?
– Только так! От простого рукопожатия появляются лишь загорелые тёмные
пятнышки, как на божьей коровке, что на мне было вообще почти заметно. Тебе
надо сделать два простых действия: сделать укол и подставить щёку Адриану.
Всё!
– Ого, девчата, я бы на это посмотрел!
– Нино! – хором воскликнули девушки, не заметившие, что они уже не одни. – Ни
слова Адриану или... или я прилюдно поцелую Маринетт, и тогда она узнает,
насколько я горячо люблю её как подругу, ты понял?
– Понял... Только вы же знаете, что готовите половинчатый эксперимент. Старик
Адриана не разрешил ему колоться всякой наногадостью, поэтому его реакцию
вы не узнаете.
– Зато Маринетт перестанет мучиться. Или ты хочешь, чтобы она и дальше
страдала, не получив ответа?!
– Даю слово, что не проболтаюсь! – пришлось немедленно дать клятву молчания
им обеим.
Нино не мог ни с кем посоветоваться, а на поиски подпольной клиники у него
оставалось катастрофически мало времени. Самая последняя его фраза из
полузабытого диалога сейчас создала огромную проблему, особенно после того,
как Адриан решил, во что бы то ни стало, получить себе новую способность и на
церемонии открытия памятника поцеловать Ледибаг. При телефонном разговоре
он был уверен, что раз на Иване и Милен сработало, то и у него должно
сработать. Парень уверял: у него обязана появиться метка, даже если он
невинно поцелует Ледибаг в щёку, главное – дотронуться до открытого участка
тела. Ну, а если случится так, что Леди наградит его поцелуем за определённые
заслуги, то будет ещё лучше. О том, как Адриан от имени Нуара постарается
выведать у напарницы подробности о местах новых розовеньких меток, не знал
никто, кроме Плагга. Квами был не в восторге, но раз лично он в этом не
участвовал, то против очередной дурости возражать не стал. Он был бы рад
появлению любой девушки, чтобы подопечный ежедневно выносил мозг ей, а не
ему одному.
***
Класс монотонно гудел. Девочки обсуждали новые фотографии своих кумиров,
опубликовавших свежие снимки. Кто-то говорил, что это они в фоторедакторе
нарисовали, кто-то не сомневался в истинности происхождения изображённых
пятен. Маринетт несколько раз безуспешно попыталась обратить на себя
внимание Адриана, даже, набравшись наглости, уселась на край его парты. Но
не получив в ответ никакой реакции, она бросила свои безрезультатные
попытки, просто приклеив ему очередную записку на учебник истории, и
переключилась на более бурное обсуждение нанометок между Роуз и Аликс,
которое проходило у окна в конце класса.
6/123

– Адриан, пошли, скорее! – откуда ни возьмись, перед партой возник
запыхавшийся Нино, сильно взбудораженный и застёгнутый через пуговицу. –
Мне надо срочно показать тебе кое-что, идём! – той самой коробочки, которую
он уносил с собой во время урока, у него в руках уже не было, зато появилась
новая, раз в пять меньшего размера. Нино выдернул одноклассника из грустных
размышлений о том, что даже у Хлои было несколько «меток» от родителей,
сестры и Сабрины.
– Куда ты меня тащишь? – друг почти не сопротивлялся тому, что его бойко
тянули за руку по коридору в сторону мужского туалета. Ему давно было на всё
наплевать, жизнь стала тусклой и бессмысленной, а в последнее время просто
невыносимой. – Минутку, почему мы снова оказались вместе в одной кабинке? –
недоумевал Агрест, когда щеколда туалета защёлкнулась за ними. Только не
говори, что надо будет повтори...
– Не надо, оно сработало, смотри! – перебил его Нино и резво расстегнул верх
рубашки, чем сильно удивил одноклассника, только что осознавшего, что
впервые видит своего друга в наглаженной рубашке вместо футболки, которую
почему-то в упор не замечал на нём с первого урока. Он вообще ничего, кроме
меток, не замечал на людях в последние дни, поэтому с интересом уставился на
смуглокожего парня, устроившего стриптиз. Слева на груди чуть ниже ключицы
появилась бледно-розовая отметка в форме треугольника сыра с тремя
дырочками.
– Обалдеть, сработало! – Адриан стал трогать кожу, чтобы убедиться, что это не
нарисованное. – А почему ты думаешь, что это... ну, от меня?
– Потому что ты у меня ассоциируешься с головой сыра, – признался Нино. –
Надеюсь, ты не обидишься за это, ведь цвет твоих волос и постоянный сырный
запах, который не перебивается даже твоим дорогущим одеколоном, создают у
меня ассоциацию с сыром! Смотри дальше, гипотеза подтвердилась и стала
теорией, ведь это, – друг показал красное сердечко на середине груди, рядом с
розовой мордочкой лисички – от моей мамы за вчерашнее утро, а ниже, – он
расстегнул пару пуговиц, обнажив пупок, – видишь машинку? Это от моего
младшего брата за позапрошлый вечер, она уже бледнеет. Так что не
переживай, не ты один принял участие в экспериментах с поцелуями, – оба
парня немного покраснели, вспомнив, на что им пришлось пойти в этой кабинке
вчера, ради мужской дружбы.
– Да уж, впечатляет... – Адриан почесал затылок, – ты только за этим меня
позвал?
– Конечно, нет! Вот держи, – Нино протянул коробок из-под спичек, – только я ни
за что не скажу, откуда это взял и что мне пришлось отдать взамен, поскольку
это жутко незаконная сделка. Эта таблетка даёт тот же эффект, что и укол.
Человек проверенный: говорит, уже на нескольких добровольцах её испытали,
всё отлично, так что глотай!
– Думаешь, сработает? – Агрест с подозрением взял в руки неказистую таблетку,
покрутил и понюхал её.
– Эй, пацаны, мне тоже в сортир нужно, а перемена проходит! – послышался
голос Кима из-за двери. – Чем бы вы там ни занимались, заканчивайте быстрее,
7/123

глотайте и выходите! Мне пофиг на законность, но не заставляйте меня
использовать цветочный горшок как ночную вазу!
– Или ты её ешь, или никогда не узнаешь отношение Ледибаг к тебе, –
прошептал одноклассник. Делать было нечего: Адриан проглотил таблетку.
К счастью, Киму действительно очень-очень срочно надо было в туалет, раз он
даже никак не прокомментировал появление Нино в расстёгнутой рубашке и
вышедшего следом смущённо-довольного Адриана с румянцем на щеках. На
половине других кабинок висели таблички «На ремонте», а судя по звукам из-за
дверей, соседние кабинки были надолго заняты другими посетителями,
покушавшими на завтрак прокисшего йогурта, которым Ким угощал всех
желающих. Прозвенел звонок, извещающий о начале очередного урока.
– Скажи, а таблетка успеет рассосаться? Открытие скульптуры уже послезавтра,
– нервничал Адриан. – А что, если на меня она не подействует?
– Не дрейфь, всё пройдёт отлично, оно могло уже начать действовать, просто
это никак не ощущается. Эй, ты чего? Хочешь включить заднюю? – Нино с
удивлением смотрел на друга, остановившегося напротив зеркала. – Да ничего
твой отец не узнает, особенно если метка проявится под одеждой! Не веришь?
Ну, тогда, – парень убедился, что их сейчас никто не видит, перевернул кепку
козырьком назад и подошёл ближе. – Ничего личного, я делаю это только во имя
науки и ничего иного! – он резко вытянул губы трубочкой и коснулся ими своего
друга. Адриан моментально очнулся и аж подпрыгнул на месте.
– Ты чего творишь?! – он потирал правую щёку и таращился на одноклассника.
Тот тоже посмотрел на себя и стал спешно застёгивать пуговицы. – А что если у
меня на лице твоя метка проявится?!
– Ну не руку же тебе целовать, как барышне! Эксперимент должен быть чистым,
– немного обиделся Нино. – И вообще, я на секунду мысленно поставил себя на
место Ледибаг исключительно ради тебя и нашей крепкой дружбы, – насупился
он, – безо всякого удовольствия и с искренним желанием помочь. Если завтра
никаких проявлений не будет, значит, таблетка просроченная и тогда можешь
целоваться с кем вздумается, но только не со мной! Я буду против, мне Аля
нравится! Хотя, когда её не было в нашем классе, то я засматривался на
Маринетт... Вот, кстати, её и попросишь в следующий раз об этой услуге, –
впервые этот сводник вовремя подложил язык, помня о потаённом желании
обеих девушек.
– Ага, скажешь ещё! Маринетт от меня убегает чуть ли не быстрее, чем
Ледибаг... от Нуара, – поспешил дополнить он. – Её сперва догнать нужно...
Погоди... а если всё прошло удачно... то мне даже руку никому нельзя будет
протянуть? А как же парные упражнения на физкультуре, где мы страхуем друг
друга? А ещё на меня постоянно охотятся фанатки! Теперь всю жизнь носить
перчатки, штаны и свитера с высоким воротником и с длинными рукавами?! – до
Агреста дошло: сбылась мечта идиота!
– Получается, что так, – пожал плечами Нино, – а ещё придётся убегать от
объятий Хлои и Вэйхема. Но ты же сам этого захотел, не?
– О, нет, что же я натворил?! – руки были готовы вырвать из головы несколько
светлых прядей. – И ведь я не смогу никому сказать, что я – один из тех, кто
8/123

теперь избегает тесных контактов, потому что никто не должен знать, что во
мне теперь есть эта генномодифицированная фигня? – друг кивнул. – Слушай,
выручи меня, сбегай в класс, собери мою сумку и принеси сюда. Я не должен
никого касаться за эти два дня, потому что никто не знает, что за символ
проявится после взаимодействия! А так будет ровно два – твой и от Ледибаг, но
твой успеет побледнеть или даже пропасть к тому времени, как проявится
новый! И новый не должен попасть на след от старого!
– Ладно-ладно, не паникуй, я тебя понял. Жди меня на ступеньках коллежа, а то
Ким сейчас выйдет и с радостью похлопает тебя по спине, – Адриан пулей
вымелся из туалета, в который раз порадовавшись, что ездит на учёбу в личном
авто, а не в автобусе или метро, иначе был бы пятнистым, как леопард. Кажется,
у него начала развиваться гаптофобия[1].

9/123

Вляпяться по самые уши
Дожидаться приезда машины с Гориллой Адриану пришлось в
роскошных кустах, поскольку несколько особенно рьяных фанаток во главе с
Кагами пытались разыскать его в коллеже. Правда, было не ясно, зачем он
понадобился фехтовальщице, ведь ей мать точно так же строго-настрого
запретила испытывать на себе действие нанонов – таким словом Макс обозвал
эти молекулы – и Кагами подчинилась, несмотря на то, что её мать не увидела
бы её непослушания.
«Уфф, как же вовремя я свалил! Кажется, у меня появилась чуйка на
неприятности. Осталось перебежками добраться до машины, а дома меня никто
не побеспокоит», – телефон в заднем кармане огласил округу громкой
мелодией: Кагами решила позвонить ему. – «О, нет! Они сейчас заметят!» – не
успел юноша додумать мысль, как на писк телефона уже бежало несколько
девушек. Он выскочил из укрытия и метнулся к подъезжающему автомобилю,
запрыгивая в него на ходу, как в каком-нибудь приключенческом фильме.
Оставалось написать Кагами извинительную смс-ку с кратким пояснением в духе
«прости, но фанатки сходят с ума, я от них устал».
Казалось, на этом его сумасшедший день окончен, дело было за малым: убедить
Натали в том, что ему нет необходимости посещать завтра коллеж, и отправить
выполненное домашнее задание по электронной почте. А послезавтра его ждёт
самый важный день в его жизни: момент истины, который определит его
дальнейшую судьбу. Зайдя домой, он первым делом поднялся на одну лестницу
выше и постучался к секретарше отца.
– Да-да, войдите! – отлично, мадмуазель Санкёр была не занята.
– Я не помешаю? Мне нужно всего минут пять... чтобы поговорить, – неуверенно
начал Адриан.
– Проходи, у меня всегда будет для тебя время, – улыбнулась Натали,
откладывая книгу в сторону, – но если ты хочешь, чтобы я помогла уговорить
твоего отца...
– Нет-нет! Я просто не хочу завтра идти на уроки, а послезавтра мне нужно,
чтобы телохранитель обязательно сопровождал меня на церемонию открытия
скульптуры героев. Потому что... – он вздохнул: открыто врать, глядя в глаза,
было довольно тяжело.
– Потому что тебя одолевают яростные фанатки и каждая старается
прикоснуться к прекрасному? – догадалась умная женщина.
– Да! Именно так оно и есть! Мне даже пришлось сбежать с последнего урока, а
они почти настигли меня у машины. Я чувствую себя каким-то экзотическим
зверьком, которого все на свете мечтают потрогать и погладить, не считаясь с
моим мнением, – на этот раз он сказал чистую правду.
– Хорошо, можешь отсидеться дома, – секретарша встала из-за стола и подошла
к нему. – Я, честно, очень сочувствую тебе и даже боюсь представить, каково
это, когда твоя популярность конкурирует с популярностью супергероев. Но ты
всегда можешь обратиться ко мне за советом или защитой – я помогу. Если
10/123

хочешь, то я могу поехать с тобой на открытие скульптуры и стану прикрывать
от назойливых фанаток, вот так, – она осторожно обняла юношу, который был
сейчас ни жив ни мёртв, но решил не выдавать своего изменившегося состояния
и обнял свою доброжелательницу в ответ. Ведь Нино утверждал, что через
одежду ничего не передаётся.
Вернувшись к себе в комнату, Адриан начал вынимать учебники и только сейчас
обнаружил записки, приклеенные к одному из них. Он стал читать их с конца:
«У нас к понедельнику должна быть выполнена общая работа по истории.
Напиши, как освободишься.» – это была самая старая из всех.
«Понимаю, ты не смог, но не переживай, с историей мне помог Нино.» – это была
следующая, за которую стало реально стыдно.
«Нат записался на уроки по тату. Хочешь, он нарисует тебе картинку хной?» –
настойчивость девушки и желание помочь умиляли.
«Приглашаю тебя сразу после открытия скульптуры на дегустацию новых
булочек по папиному рецепту. Будет весь класс. Надеюсь, что ты прочтёшь. С
любовью, Маринетт»
– Этого ещё не хватало!
– Что, ты разлюбил булочки из её пекарни? – вылетел из-за пазухи Плагг. – А я бы
пошёл туда чисто на пять минут, хотя бы ради выпечки с сыром.
– Ты не понимаешь! – переполошился Адриан. Уровень его суеты поднялся с 20
до 70 процентов. – Мне надо будет появиться на открытии как Нуару, потом –
как Адриану, и в завершение отвертеться от посиделок у Маринетт, потому что
там будет куча народа, которая наверняка начнёт обнимать меня за шею,
фоткаться, жать руку... Мне нужно противоядие, срочно, потому что если всё
пойдёт по этому сценарию, – он потряс перед мордочкой квами запиской, – то
уже на следующий день меня заточат на макушке Эйфелевой башни без права
переписки и звонков друзьям! А то ты моего отца не знаешь... Так, Макс у нас
гений, он делал доклад, надо срочно позвонить ему... Алло, Макс?! Привет!
Скажи, а можно ли как-то управлять этими наночастицами, создающими метки у
людей?
– Привет, Адриан! Мне очень приятно, что хоть кто-то внимательно слушал мой
доклад, и я не сомневался, что именно ты заинтересуешься генной...
– Спасибо, но давай ближе к делу. Вопрос серьёзный и срочный, ведь... – тут он
замялся, решая, сказать ему правду или нет, – я думаю, что это неспроста. У
меня серьёзные опасения, что это очередной хитрый план Моли по вычислению
супергероев. На днях я встретил Ледибаг, и у неё была метка. Как ты думаешь,
насколько быстро злодей сопоставит уникальные метки на героях и на
остальных парижанах, с учётом того, что скоро открытие скульптуры и герои
наверняка там появятся?
– Вероятность того, что это звенья одной цепи, составленной суперзлодеем,
составляет 82,6 процента, – встрял в разговор Марков. – С учётом психологии
подростков, это был гениальный план: заставить героев самих себя выдать.
Поэтому в городе нет акум, ведь это уже не обязательное условие для
11/123

достижения цели.
– Так можно ли создать противоядие? И могут ли злодеи как-то отслеживать
всех, сделавших укол, или потом управлять людьми, как армией зомби?![2]
– Нет, на данном уровне развития технологий это малореально, – Макс
перехватил инициативу. – Я бы посоветовал тебе меньше смотреть
фантастические фильмы про цифровые концлагеря и чипирование людей, ведь
для радиопередачи команд требуется антенна, сопоставимая по линейным
размерам хотя бы с четвертью длины волны передатчика, а гигагерцовые
частоты поглощаются нашим телом, как стаканом воды в микроволновке,
поэтому...
– Спасибо, подробностей не надо. Просто ответь: ты можешь найти способ
нейтрализовать действие наночастиц или нет?
– Теоретически, у каждой разработки есть уязвимость, могу попробовать...
Генетический код – тоже код, его можно взломать, имея необходимые
инструменты...
– Хорошо, скинь мне в сообщении список необходимого, а я постараюсь это
раздобыть.
– Буду рад помочь, но героев не видели несколько недель, а мне однозначно
потребуется образец их крови, ведь, как я пояснял на тридцать восьмой минуте
доклада, наноны модифицируются в зависимости от группы крови, резусфактора и ДНК каждого человека.
– Понял, а на своей крови можешь начать эксперимент?
– Нет. У меня по-твоему что, IQ ниже 150? Я не стал колоть себе всякую фигню! И
ты не вздумай поддаваться общему поветрию! Я попрошу Кима предоставить
стартовый образец, – Макс обернулся, упомянутый друг как раз зашёл к нему в
гости и помахал в камеру, заметив видеозвонок, – и уже сегодня смогу получить
первые результаты.
– Понял. Напомни ещё адрес доставки, куда заказать твоё оборудование.
– Спасибо! Мне правда неудобно, что ты за всё будешь платить, но когда мне
присудят Нобелевскую премию, я обещаю вернуть должок!
Завершив звонок, Адриан посмотрел на телефон – через двадцать минут по
расписанию у него был обед. А ещё на телефоне около динамика было какое-то
размазанное пятно то ли крема, то ли вишнёвого джема, которое Адриан стёр
пальцем, даже не подумав о происхождении сего загрязнения. Задумался он о
нём только через полчаса, когда заметил, как сильно опоздавшая к началу обеда
Натали первым делом взяла бумажную салфетку и стёрла свою тёмно-красную
губную помаду. Он так и застыл с кружкой у рта, потом быстро допил молоко и,
наскоро бросив слова благодарности за вкусную еду, умчался к себе в комнату.
Залетев в ванную и уставившись в зеркало, Адриан увидел там бледного как
полотно парня с нехарактерно красным ухом, к которому он ранее прикладывал
телефон. В голове зашумело, сердце стало биться редко, но сильно, перед
глазами замелькали чёрные мушки. Медленно-медленно повернув голову,
12/123

Адриан заметил за ухом испачканную помадой прядь. Но коснулась ли Натали
уха губами, совершенно случайно, либо задела только по волосам – было
неизвестно. Как минимум, можно было ожидать появления одного загорелого
пятна... но хуже, если розового. Адриан тихо стёк на пол, перебирая в голове
варианты грядущих последствий. Перед объявлением всеобщей паники
следовало дождаться завтрашнего дня, но паниковать хотелось уже сегодня,
прямо сейчас, или же бежать к Максу в образе Нуара, не теряя ни минуты.
Неспешно встав на ватные ноги и умывшись холодной водой, парень решил
сперва узнать побольше о том, насколько плачевно его положение. Мучительное
ожидание неизвестности стало для него худшей пыткой, и он уже сто раз
пожалел, что вообще решился на такой отчаянный шаг. Сейчас идея просто
отозвать Ледибаг в сторонку, встать перед ней на одно колено и, зажав алую
розу в зубах, пылко признаться в своих чувствах не казалась такой уж безумной
и невыполнимой по сравнению с выбранным методом выяснения правды. Нужно
было больше информации, и юноша засел за компьютер.
Весь вечер Адриан провёл за пересматриванием доклада Макса, заказом всяких
сепараторов, пипеток, реактивов, указанных в сообщении, и домашней работой
на завтра, которая постоянно прерывалась сбеганием в ванную комнату с
раздеванием догола и рассматриванием себя со всех сторон перед зеркалом. К
ночи Плагг не имел больше сил смеяться над подопечным, суета которого дошла
до 100 процентов и грозилась вопреки законам математики и логики
перескочить и эту отметку. Чем больше терминов Адриан находил в интернете и
переводил на нормальный французский, тем чаще вскакивал, делал несколько
кругов по комнате и с неизменным возгласом «я – идиот!» снова усаживался за
компьютер. Он даже перестал бояться реакции отца на его непослушание:
наскоро выдуманная им во время разговора с Максом гипотеза о суперхитром
плане злодеев с каждой минутой находила всё новые и новые подтверждения,
раскрываясь как матрёшка. А так как они с Ледибаг успели попасться на эту
удочку, будущее казалось ещё более зловещим и непредсказуемым.
– Я дурак! Ну почему, почему я не стал слушать отца?! – у квами, наблюдавшим
за нарезающим круги по комнате юношей, начала кружиться голова.
– Хватит! – неожиданно резко рявкнул Плагг, одним махом прекратив бабскую
истерику. – Ты даже не знаешь, подействовала на тебя таблетка или же это был
кусок засохшего сыра, который завтра ты смоешь в унитаз!
– А ведь ты прав, может, я зря переживаю и у меня не будет никаких
последствий...
– Вот именно, а если и будут, то тебе стоит переживать лишь о том, чтобы
Ледибаг не увидела на Нуаре ни одной розовой метки.
– А причём... О, нет! Она же решит, что я – гулящий Кот, и тогда вообще
перестанет воспринимать меня серьёзно!
– Тогда не ходи на открытие как Нуар, поезжай туда как Адриан...
– И тогда Ледибаг увидит на Адриане розовые метки и подумает, что я целуюсь
со всеми фанатками налево и направо! Это будет котострофа!
– Ну тогда спровоцируй публичное нападение фанаток, пусть Ледибаг тебя
13/123

спасёт, а ты скажешь ей, что такое происходит ежедневно, несмотря на твои
возражения.
– Ты прав! Спасибо за идею, Плагг!
– Спасибо на язык не положишь, с тебя кусок сыра.
– Завтра на открытии все наверняка захотят получить отметку от Ледибаг или
оставить ей свою, а я выбегу перед толпой и защищу её своей грудью, приняв
удар на себя, как тогда с Зомбизу. Потом скажу ей, что это делалось ради
сохранения тайны её личности, она оценит мой героизм и отблагодарит
поцелуем... – юноша растёкся в дурацкой улыбке.
– А потом тебе придётся снова выловить всех фанаток, чтобы получить от них
поцелуи по второму кругу, потому что иначе ты не отличишь метки, которые
оставили они, от метки Ледибаг, – улыбка на лице подопечного мгновенно
прокисла. – И да, с тебя ещё кусок сыра за вторую годную идею.
– Я понял, мне всё же надо появиться завтра в коллеже и встретиться с Нино,
если проявится хоть одна метка.
– Просто встретиться или может что-то ещё? – съехидничал Плагг.
– Как получится. Ого, почти полночь! Так, поставлю будильник, чтобы приехать
пораньше и всё успеть до первого урока. Готово, а теперь давай спать, – но
квами встал у него на пути к кровати. – Что ещё? А, я понял... – пришлось
вернуться к шкафу и таки выдать ему заработанный сыр.

14/123

Нечаянные поцелуи
– Чмоки, мой ненаглядный! – Аля первой пришла сегодня к коллежу,
одетая по-особенному, на каблуках, и бросилась на шею Нино с первой секунды.
– Ого, даже так! – с того аж кепка слетела. – Мадмуазель, с чего такие
перемены? Кажется, сегодняшний день у нас будет особенным? – парень был
явно рад внезапному повороту событий: теперь не придётся прятаться по
кладовкам, раз его девушка настолько осмелела.
– Я осознала, что была глупышкой, когда пыталась скрывать наши отношения,
ведь уже вся школа видела на тебе мою розовую метку, – улыбнулась она. – О,
нет, я всё ещё глупышка и запачкала тебя своей косметикой, – Аля достала
приготовленный заранее испачканный платок и сделала вид, что вытирает ему
щёку. – Ой, прости, только больше размазывается. Мне так неловко, это старшая
сестра уговорила накраситься. Тебе всё же придётся прогуляться к крану с
водой.
– Ради продолжения такого дня я готов даже голову вымыть, не снимая очков и
наушников, – Нино ещё раз прилюдно поцеловал свою девушку, подобрал с
мостовой кепку и отправился в коллеж. А Аля, семенившая следом, отправила
смс-ку. Теперь её переписка с Адрианом выглядела следующим образом:
«Сделай так, чтобы Нино зашёл в туалет перед первым уроком. Я там прячусь от
фанаток. Никто не должен знать, что я там, даже он, пусть наша встреча будет
случайной.».
«Нино пошёл к тебе, готовься. А что у вас за секрет?»
«Потом расскажу.»
Отправив сообщение, юноша быстро убрал телефон в карман, не забыв на этот
раз переставить его на беззвучный режим. Вскоре в соседней с ним комнате
послышались шаги и скрипнула входная дверь, а затем последовал плеск воды.
Лейф оценил степень своей запачканности и принялся усердно умываться от
лба до самого подбородка. Внезапно хлопнула дверь в туалет, Нино вздрогнул.
Вытирая умытое лицо носовым платком и возвращая очки на нос, он повернулся
на шум, с ужасом обнаружив там Адриан Агреста, вероятно, прятавшегося ранее
в одной из кабинок. Вид у парня был взбудораженный, волосы растрёпаны
сильнее обычного, а в глазах блеснул дьявольский огонёк. Стало ясно, что он
долго готовился к их встрече и настроен более чем серьёзно.
– О, привет! Как раз хотел спросить, удалось ли сбежать вчера от фанаток. Ты
ведь сейчас от них прячешься? – догадался одноклассник, заталкивая мокрый
платок в карман штанов.
– Нет, сегодня я ждал тебя и только тебя, – Адриан сделал несколько шагов
вперёд, а его другу стало как-то не по себе от тона произнесённых слов. Нино
попятился: не к добру было начинать разговор так сразу, минуя элементарное
приветствие.
– И-и-и... зачем же ты меня ждал, почему этот вопрос нельзя было задать по
телефону? – Нино продолжал пятиться, свернув от умывальников во вторую
15/123

комнату – к кабинками. – Неужели то, что я тебе передал, не подействовало?
– Подействовало, ещё как подействовало! – Адриан спустил на пол цветочный
горшок со стоящего у раковины стула и потащил сам стул за собой.
– А-а-а зачем тебе стул, если всё хорошо и ты не собираешься меня вешать на
шнуре от моих же наушников?
– Это затем, мой дорогой и единственный друг, чтобы никто не видел ни моего,
ни твоего позора, который будет происходить тут совсем скоро, – с этими
словами Агрест плотно закрыл входную дверь, подперев её ручку стулом, чтобы
никто снаружи не мог больше войти. Сейчас в нём в полной мере проявился
твёрдый и холодный характер отца. – Теперь моя очередь расстёгивать перед
тобой рубашку, чтобы показать, к чему привела наша маленькая вчерашняя
шалость, – пальцы стали неторопливо, пуговка за пуговкой высвобождать
застёжки из петелек.
Лейф побежал к кабинкам и начал лихорадочно дёргать все ручки подряд,
колотить в дверки кулаками, даже пытался запрыгнуть в одну из них через верх,
но не успел – его, подтянувшегося на руках, сняли с двери и попытались
прижать, но он лихо вывернулся. Кажется, кое-кто начал мстить бывшему
злодею Обливио, но так, чтобы он этого точно никогда не забыл. Безуспешно
постучавшись во все кабинки до последней, парень развернулся лицом к своей
судьбе, а спиной ощутил холод кафеля и понял, что оказался зажат в углу, а
окно здесь хоть и было, но не открывалось. Ему стало по-настоящему страшно:
вдруг он принёс неправильную таблетку и под одеждой выросло нечто совсем
неприличное?
– Вот, полюбуйся! – Адриан сорвал с себя рубашку, кинув ту на пол. Под ней не
оказалось его традиционной чёрной футболки, а Нино зажмурился. – Не-е-ет, ты
смотри внимательно, под левой лопаткой, что там?
Почувствовав, что бить его скорее всего сейчас не будут, одноклассник
приоткрыл глаза, а потом стал даже с интересом рассматривать подставленную
ему спину.
– Это розовые очки. Ну, мне так кажется, что это символ розовых очков, – парня
наполнили радость и гордость за себя. – Вот это здорово! Таблетка так же
моментально подействовала, как и укол, даже суток не прошло, а у тебя уже
есть метка! Поздравляю! Я так рад!
– Она не от тебя! – фраза прозвучала как «это не наш малыш». Адриан резко
повернулся лицом. – Эта метка – от Натали! А твоей всё ещё нет или не
проявилась, представляешь?! Я ждал что-то вроде наушников или
граммофонной пластинки диджея, но тут только очки, с которыми ты у меня
никогда не ассоциировался.
– А-а-а... Э-э-э... То есть ты... и Натали... – это было произнесено с обидой, словно
прямое обвинение в измене. – Ох, мне так жаль, я надеялся быть первым... А ты
точно вчера с Хлоей не пересекался, она ведь тоже носит солнцезащитные очки,
– он попытался перевести стрелки, но ничего не получилось. – И почему ты так
уверен, что это именно от секретарши твоего отца?
– Не уверен, но это легко проверить, – тихо произнёс Адриан, подходя ещё
16/123

ближе и лёгким движением руки снимая с подопытного очки, поскольку кепка
давно слетела с него и валялась под ногами. – Сейчас без пяти восемь, и мне
надо засечь точное время, через которое проявляются метки, – вторую руку он
положил Лейфу на плечо, слегка наклонив голову и занимая наиболее удобную
позицию. Это движение головы почему-то напомнило холодную решимость
второго Терминатора, когда он таки поймал Сару Коннор. – Ведь ты не откажешь
своему другу в одной маленькой просьбе, особенно после того, – он стрельнул
глазами в нужную сторону, – что было между нами в этой кабинке?
«Ахтунг! Помогите, он спятил! Это была какая-то неправильная таблетка! Я не
такой! Ал-я-я-я, спаси меня-я-я!» – промчалось в голове. Нино покрылся
холодным потом, испуганным бегающим взглядом он смотрел то на раздетого до
пояса Агреста, то куда-то за него, то снова на приближающуюся неизбежность.
– Нет-нет, не надо, я не хочу, у меня есть девушка! И я предупреждал, что не
готов продолжать начатое! Лучше иди и целуй Маринетт, а меня оставь в покое!
– парней разделяли уже считанные сантиметры.
– Маринетт стала избегать меня, мы даже общаемся в последние дни только
через записки. Наверное, я недостаточно привлекателен для неё, а вот ты
предложил мне дружбу с самого первого дня. Ну, будь же другом, я клянусь, это
в последний раз! – Нино отчаянно замотал головой, уворачиваясь, что было сил.
– Ох, какая страсть! – раздался знакомый голос сзади. – Какие искренность и
романтика! – хлопнула дверь дальней кабинки, которая оказалась не пустой в
столь ранний час.
– У тебя даже есть метка в форме его очков, – с придыханием прокомментировал
увиденное на спине второй, не менее знакомый, голос.
Адриан зажмурился изо всех сил и был готов провалиться сквозь землю, через
подвал и метро, а лучше – распасться на атомы, прямо сейчас, как от
котоклизма, чтобы только не чувствовать этого позора каждым квадратным
сантиметром своего обнажённого тела. Он не додумался проверить, если ещё
кто-то в туалете, прежде чем переходить к столь пикантному делу.
– Добро пожаловать в наш клуб парней, отвергнутых Маринетт, – сказал
Натаниэль и протянул Адриану руку, которую тот, повернувшись, на
автоматизме пожал.
– Ну, или во второй клуб: парней, страдающих по супергероине, но отвергнутых
ей, – Марк тоже пожал руку, которую ошарашенный Адриан так и не опустил.
– Да-да, каждый из нас страдал хоть по одной из этих девушек, которые нас
спасали, даже Нино в прошлом году оказался в числе неудачников.
– Не переживай ты так! Здесь все свои, мы никому не расскажем, – Натаниэль
поднял скинутую на пол рубашку, отряхнул и подал однокласснику,
одновременно забирая из руки остолбеневшего парня очки, чтобы вернуть их
законному владельцу. – Не грусти, это пройдёт, а у Нино, понимаешь, уже есть
девушка. На руинах чужого счастья не построить своего, так что вливайся в
нашу творческую команду, – он целомудренно чмокнул в щёку Агреста,
растерявшего весь боевой настрой и капитально выпавшего из реальности,
уподобившись сейчас своей восковой статуе. Сделал Нат это чисто по-дружески,
17/123

не серьёзнее, чем Хлоя или Маринетт во время приветствия при встрече, но он
не знал, что этого делать нельзя.
– Он абсолютно прав: приходи на уроки творчества, мы тебя поддержим
морально, – Марк повторил поступок друга со второй стороны, – мы как раз
хотим ставить мюзикл по нашим комиксам, поэтому ищем исполнителя на роль
Нуара и группу музыкантов.
– Вам нужны музыканты? А гитарист подойдёт? – оказывается, Нино под шумок
убрал запирающий стул от двери и тихо-тихо, на цыпочках, свалил из этого
светло-синего дурдома, оставив дверь открытой.
– Лука?! Ты каким ветром здесь? – сдавленным голосом спросил Адриан. Он
лихорадочно соображал, сколько и чего успел услышать каждый из парней и что
теперь все они о нём подумают. Юноша начал спешно натягивать рубашку, не
переставая всё гуще и гуще краснеть с каждым вдохом.
– Да вот, – Куффен продемонстрировал лейку, – подвёз сестру до школы, а она
попросила полить за неё цветы в библиотеке, – выдал он только что
заготовленную отмазку: глядя на перепуганного Нино, больше никто из парней
не рискнул заходить в сортир к полуголому маньяку-Агресту, чтобы не быть
зацелованным им до потери сознания. Прибежавшая вслед за Алей Маринетт
вообще решила, что такое странное поведение является признаком
акуматизации, и упросила Луку пойти проверить её предположение. – А ты,
Адриан, почему такой красный? Маринетт себе места не находит, неужели вы
сильно поссорились?
– С ней он давно не разговаривает. Я сам с задней парты вижу, как наш бравый
ковбой регулярно игнорит одноклассницу. А расстроен он из-за отказа Нино, –
ответил Нат вместо бедняжки Адриана, потому что тот от разрастающейся
обиды начал шмыгать носом.
Если бы одноклассники только знали, какая страшная казнь ждёт его дома,
когда всё вскроется! Своим чистосердечным желанием помочь они только что
выкопали ему персональную могилу, ведь теперь на нём должны были
проявиться две розовые метки, а, может, в дополнение, ещё и две тёмненькие,
не предусмотренные первоначальным планом. Отец его обязательно прибьёт...
или нет, сначала отчитает, вытянет всю душу, уничтожив морально, а затем
гарантировано прибьёт, утопив для надёжности в Сене, чтобы её воды смыли
позор их семьи. Не станет юной звезды модельного бизнеса, исчезнет один из
супергероев, Бражник победит и расправится с оставленной без защиты
Ледибаг... Юный Агрест держался как мог, пытался сдерживать эмоции, молча
глядя в пол, на который таки упала одна скупая слезинка.
– Эй, ну ты чего? – Натаниэль, как наиболее чувствительная изо всех натура,
быстро среагировал на изменения в состоянии парня, – не плачь. Стоит ли так
расстраиваться из-за какого-то несостоявшегося поцелуя? Ведь вы можете
просто оставаться друзьями, как раньше!
– Это правда? – после очередного всхлипа Лука реально испугался, что носителя
кольца разрушения может захватить акума. – Ну, раз такое дело, то я готов
помочь горю. В нарушение своих же правил, но исключительно как моральная
помощь новому члену закрытого клуба имени отвергнутых Дюпен-Чэн, в который
ты только что принят, – свободной рукой он осторожно поднял за подбородок
18/123

голову Адриана, чтобы посмотреть ему в глаза. – Хочешь, я поцелую тебя вместо
Нино?
– Что?! Нет! – его ступору пришёл конец. – Не надо! Пропустите меня! – в одетой
навыпуск рубашке он ломанулся к выходу. – Если я и хочу кому-то понравиться,
то только Ледиба-а-а-А-А! – Адриан вылетел из туалета быстрее мотылька,
покидающего логово злодея, но поскользнулся на небольшой лужице, которую
нечаянно сделал Лука. Лужа появилась не потому, что туалет был заперт:
просто парень неосмотрительно держал лейку с остатками воды носиком вниз.
То, что произошло в туалете между Нино и Адрианом, было большим секретом.
Немудрено, что около дверей туалета собрался класс в полном составе. Аля
успокаивала, прижимая к своей груди, чуть ли не рыдающего Лейфа,
беспрерывно причитающего, что он – худший друг на всём белом свете.
Остальные немногочисленные мальчишки, выдвинувшие идею с лейкой,
выжидающе стояли полукругом на отдалении, а девчонки, как более смелые и
решительные, пошли вперёд. По общему мнению, именно Маринетт должна
была подойти и открыть дверь первой, поскольку Лука ушёл внутрь и уже
пятьдесят семь секунд (Макс засекал) не возвращался.
Дальнейшие события происходили как в замедленном кино. Взъерошенный
Адриан метеором вылетел в приоткрывшуюся дверь, сгорая от позора
межгалактического масштаба и не зная, как доказать друзьям, что он
интересуется исключительно девушками (а конкретно – красно-пятнистыми
дамами). Судьба любит иронию: он поскользнулся на мокром полу и, теряя
равновесие, полетел, быстро сбрасывая высоту, в объятия именно той, ради
которой и попал в эту переделку. Приоткрывшая дверь Маринетт моментально
активировала «режим Ледибаг», подхватив падающего напарника парня своей
мечты. Стоящие позади неё Роуз и Джулека только и успели, что подставить
руки, ловя крепко сцепившуюся парочку и не давая им сильно ушибиться. Аля
взвизгнула от неожиданности, подпрыгнула и уронила Нино со своей груди.
Нино, лишившись подушки-антистресса, обернулся на громкое «а-а-а-А-А!»
друга, чтобы решить, как действовать дальше: удирать со всех ног или же
кинуться успокаивать одноклассника. Но то, что он увидел, не ожидал увидеть
никто в этой школе, особенно визжащая от ненависти Хлоя.
«Щёлк!» – фото на память уже готово, и Сезер скачет от восторга, засняв
Маринетт и Адриана, повторивших финал эпичного падения героев после
нападения Непогоды.
«Щёлк!» – новый кадр, теперь уже соответствующий сцене с Рефлектой, где
Нуар на вытянутых руках зависает над Ледибаг.
«Щёлк!» – звук из динамика сообщил о третьем кадре, но теперь это уже была
сцена после нападения Разлучника. Тот самый момент расколдовывания, где
девушка настойчиво проявляет инициативу, пользуясь замешательством второго
героя и надёжно зафиксировав его, нежно впиваясь маникюром в идеальную
кожу его мордашки.
На выручку главным героям переполоха первым поспешил Лука. Рассыпаясь в
извинениях, он помог им обоим встать, а затем взял у подошедшего к толпе
месье Апрэля швабру с тряпочной насадкой и собственноручно вытер остатки
такой опасной лужи. Кто бы мог подумать, что по его халатности сегодня чуть
не расшиблись оба защитника Парижа! И Маринетт, и Адриан были безмерно
19/123

рады приходу мадам Менделеевой, которая быстренько разогнала зевак и
напомнила, что урок для них давно начался. Естественно, двое главных героев
до кабинета химии так и не дошли, сославшись, что им обоим после падения
надо в обязательном порядке посетить медпункт. Учительница не стала
возражать, поскольку техника безопасности и здоровье учеников для неё всегда
были в приоритете.

20/123

Игры с Маринетт
Оба подростка сидели рядом и внимательно рассматривали узор на
полу, пока медсестра отрывала кусочек ваты, чтобы таки обработать
микроскопическую ссадину на локте парня. Маринетт оказалась более
удачливой и лишь слегка ушиблась.
– Прости! – синхронно сказали подростки, а потом посмотрели друг на друга.
– Извини, мне надо было внимательнее смотреть под ноги, а то и сам упал, и
тебя уронил, – уши Адриана до сих пор были красными, как кепка Нино. – Но если
бы не твоя молниеносная реакция, то я до сих пор собирал бы свои зубы с пола.
Сегодня ты героиня! – Маринетт вздрогнула на последнем слове. – Спасибо, – он
робко положил руку на коленку девушке в знак признательности, и та
вздрогнула снова.
– Это мне надо первой просить у тебя прощения, – Маринетт до сих пор была
краснее своего знаменитого костюма в горошек. Вновь и вновь прокручивая в
памяти самые последние минуты, она удивлялась, как смогла отважиться на
такое, да ещё при всём классе и, особенно, при Хлое. – Я воспользовалась
ситуацией и... точнее, мне показалось, что мы в сам момент падения уже
достаточно тесно соприкоснулись, чтобы на мне проявилась новая розовая
метка. Поэтому... прости, я не должна была переходить черту в погоне за
модой...
– Нет-нет, ты всё сделала правильно! – перебил её Адриан. – Я даже благодарен
тебе за то, что это произошло при большом скоплении народа, а то некоторые
одноклассники стали думать, что у меня нет пары, потому что я провожу много
времени с Нино и мы с ним... как эти... ну которые... мальчик с мальчиком... – он
стыдливо закрыл лицо руками, потому что Маринетт с огромным удивлением
смотрела сейчас прямо на него, широко распахнув свои васильковые глаза. – А
это не так, совершенно не так! Мы друзья, но, похоже, мои одноклассники
полностью убеждены в обратном. Какой позор!
На этих словах к Агресту подошла молодая симпатичная медсестра, проходящая
практику в их коллеже, и парень в ужасе отшатнулся от протянутых к нему рук,
пусть даже в латексных перчатках, чем на секунду опроверг слова о том, что он
«не такой» и выбирает девушек.
– Позвольте мне, – Маринетт, не дожидаясь согласия, взяла двумя пальчиками
вату, смоченную в антисептике, и стала осторожно промакивать ссадину на руке
любимого. Нужно было наскоро придумать, как опровергнуть грязные слухи о
его ориентации, не соответствующие действительности. – Я уверена, что
одноклассники будут следить за нами, как только мы выйдем отсюда. Так что я
могла бы помочь и... стать твоей девушкой на один день, – Адриан дёрнулся, и
Маринетт переосмыслила свои слова. – Ой, прости! Я несу всякую чушь, не
слушай меня!
– Это рану сильно защипало, наверное, хватит протирать, – морщась, произнёс
юноша. Маринетт взяла поданный медсестрой бактерицидный пластырь и
аккуратно заклеила повреждённую кожу. – Погоди, а это идея! – Адриан
остановил её руку, бережно приглаживающую пластырь, и легонько прижал к
своей. – Ты правда хочешь помочь мне, чтобы лживые слухи не пошли дальше
21/123

гулять за пределами коллежа? – одноклассница кивнула. – Я тебя обожаю! Вот
бы мне такую девушку, как ты! – в голове Дюпен-Чэн вертелась сейчас только
одна картинка, отражающая гениальность услышанной фразы: рука, со
скоростью света впечатывающаяся в лицо.
– Скажу честно, я не хочу идти на урок химии, поскольку совершенно не
готовилась к контрольной! А ещё вчера я видела из окна, как ты убегал от
фанаток. Может, сбежим и переждём этот урок в пекарне моих родителей?
– Отличная идея. Ты не против, если мы будем держаться за руки на всём пути
до дома? – решив, что после всего случившегося от взаимных прикосновений
хуже уже не будет, парень решил поинтересоваться, насколько корректным
будет его дальнейшее поведение.
Будет ли Маринетт против? Будет ли вообще хоть одна девушка Парижа против
того, чтобы пройтись, держась за руки, с идеальным Адрианом Агрестом до
своего дома? Ну нет, этот солнечный мальчик точно попал сюда из другого
измерения! Вот только она не надела утром счастливые носки и не помыла
голову, но какое это теперь имеет значение?
«Вас скоро ждать?» – пришло сообщение от нетерпеливой Али.
«В конце урока у нас самостоятельная работа на 10 минут!» – именно этого
Маринет боялась сейчас больше, чем свидания с Адрианом.
«Я не приду сегодня» – ответила она, а потом добавила:
«Я ничего не сломала, просто принеси мои вещи и сумку Адриана в
пекарню» – последовала незамедлительная реакция на сообщение в виде
поднятого вверх большого пальца. Подруга уже отчаялась и боялась надеяться,
что у этих ребят начнётся своя «химия».
***
Родители встретили дочку без лишних вопросов о прогулах занятий и сразу же
предложили молодым круассаны с какао. Маринетт оценила гору выпечки и
смекнула, что этого количества вполне хватит как минимум на получасовой
допрос, поэтому подхватила угощения и быстренько утянула парня к себе в
комнату. Ведь ему наверняка не захочется пересказывать события
сегодняшнего утра.
– Уфф, я уж думал, что нам придётся оправдываться за пропуск занятий, но у
тебя такие классные родители! А ещё они пекут умопомрачительные вкусности
и я не перестаю удивляться, как тебе удаётся сохранять свою стройную фигуру
при колоссальном обилии соблазнов! – Адриан захомячил первый круассан.
– Всё просто: когда ты живёшь в пекарне и постоянно вдыхаешь эти ароматы, то
появляется даже небольшое отвращение к ванили, шоколаду и корице, –
хихикнула Маринетт. – Вот ты же устаёшь от постоянных примерок модной
одежды? – он кивнул с набитым ртом. – И, судя по твоим бессменным джинсам,
последняя коллекция модной одежды тебя мало волнует.
– Верно, я равнодушен к этому, – юноша обильно запил выпечку горячим какао. –
Ух ты, а это у тебя что?
– Где? – перепугалась девушка, сидя в неподготовленной комнате, полной
22/123

компромата.
– Это же новая часть игры роботов-трансформеров, которую даже я не смог
достать!
– Ах, это? Да, ты прав. Хочешь сыграть?
– Ещё спрашиваешь! Я с того самого дня хочу реванша! Загружай! А я пока
закатаю рукава, чтобы не мешали мне считать победные очки.
– Мечтать не вредно! У меня уже три дня игрового стажа и невыученная из-за
этого химия, но так и быть: первые полчаса дам тебе время ознакомиться со
всеми новинками этой части игры.
***
– Есть! Ничья! – обрадовался Адриан, впервые уравняв счёт и откинувшись в
кресле на колёсиках. – Давай сделаем перерыв, а то запах последнего круассана
меня постоянно отвлекал.
– Ну да, так я тебе и поверила! – рассмеялась Маринетт. – Напарнику Ледибаг
тоже постоянно хвост мешает! – у парня ёкнуло сердце от таких подробностей о
его второй жизни. Сообразив, что она ляпнула лишнего, девушка поспешила
переключить внимание одноклассника. – Ты показал себя отличным учеником и
теперь готов к прохождению уровней. Погнали? – Адриан запихнул в рот остатки
круассана и, кивнув, снова взял в руки джойстик.
Маринетт совершенно забыла, что они собирались прогулять только один
невыученный урок. А играть с парнем своей мечты было для неё настоящим
подарком судьбы, ведь буквально вчера она никак не могла сосредоточиться на
зубрёжке химии, слыша, как родители в гостиной весело проходят уровни
совместно, радуясь общим победам. Её мама и папа всегда поддерживали друг
друга, как Ледибаг и Кот Нуар, хоть и спорили иногда, но часто несерьёзно.
Теперь двое других игроков были обязаны дойти до финиша вместе и завалить
босса.
Естественно, играли они до одурения, то есть до самого вечера, и не заметили
бы ни акуматизации целого города, ни даже полного (кроме единственной
пекарни) уничтожения всего Парижа. Переданные Алей вещи Сабин оставила в
гостиной, потому что она действительно была очень понимающей мамой.
– Йюху! Получилось! – подростки, не поворачивая головы, машинально
стукнулись кулачками, но тут же обернулись и дико смутились своему
поведению, поспешно отдёрнув и спрятав руки. Шок от дружеского
соприкосновения многократно превысил смущение от утреннего происшествия в
коллеже. – Эмм... уфф... – парень потёр шею, –из нас получилась отличная
команда, ты так не считаешь?
– Д-да, команда... – запинаясь, ответила девушка. – Ты отлично помог мне
нанести решающий удар, отвлекая босса на себя, будто бы прочитал мои мысли!
– адреналин от компьютерной игры бурлил в крови и она сейчас была скорее
бесстрашной, чем стеснительной.
23/123

– Точно, я хотел извиниться за то, что не составил тебе компанию на выходных,
проигнорировав совместную работу по истории. Мне правда стало жутко стыдно,
когда понял, что пропустил всё мимо ушей, – он взъерошил волосы двумя
руками, придумывая, как бы ответить на последнее письменное приглашение и,
в дополнение, оправдаться за остальные непрочтённые записочки.
– Ничего, бывает... Ой, у тебя пластырь с руки отклеился, кажется, под ним таки
пошло воспаление... – как хорошо, что внимание девушки быстро переключилось
на новую тему, ему не пришлось краснеть из-за невнимательности. Но радость
носителя кольца невезения вновь оказалась кратковременной. – Боже мой, да ты
ушибся сильнее, чем я думала, у тебя вся царапина покраснела! Дай-ка я
принесу свою аптечку и включу дополнительной свет, – юноша не возражал
против такого лечения, тем более ему не особо хорошо было видно, насколько
сильно он ободрался, а попытки посмотреть болезненно натягивали кожу. – Ты
же знаешь мою неуклюжесть, так что я могу провести презентацию целого
спектра средств от ушибов и ссадин.
– Хорошо. У меня единственная просьба к тебе: не использовать зелёнку и йод.
– Да-да, я понимаю, где-то здесь был уникальный крем мастера Фу от царапин,
впитывающийся моментально и не оставляющий следов, – она взяла в руки
маленький полупустой тюбик. Расстёгнутый манжет закатанного рукава
рубашки соскользнул вниз, болезненно прочертив по ободранной коже. –
Подними руку и придержи рукав, вот так, пока я намажу... Ой, это у тебя ещё
один синячок? Или пока краснячок? – девушка попыталась задрать рукав выше
локтя и заметила странное пятно. – Это не ссадина, это... О, нет! – она
отшатнулась и прикрыла нос со ртом сложёнными лодочкой ладошками. – Нет,
не может быть! Ты... ты же клялся, что не... – побледневший юноша задрал рукав
ещё выше и уставился на обнажённое предплечье. Тайна личности не
пострадала, но ему всё же стало не до смеха.
– Я не гей! – выпалил он. – Маринетт, ну хоть ты можешь поверить мне, что я не
интересуюсь парнями?! Это Нат с Марком меня зажучили сегодня утром в
туалете, а я... А я даже не сопротивлялся... – глаза снова чрезмерно
увлажнились, и ему пришлось отвернуться к столу и спрятать лицо, уткнувшись
в сложенные на учебниках руки. – Это произошло так быстро, что мне даже в
голову не пришло защищаться, – поток глухих оправданий продолжился со
стороны стола. – Я опозорился перед лучшим другом, перед одноклассниками, а
ещё перед Лукой, – последовал всхлип. – Отец убьёт меня, когда узнает, что на
мне теперь тоже появляются метки, ведь он запретил... – он стал вздыхать часто
и отрывисто, не поднимая головы, потому что реветь перед девушкой было бы
совсем неприлично, даже когда она не в курсе, что ты – местный супергерой.
– Погоди, ведь ты ещё в начале недели был на физкультуре и у тебя не было ни
одной метки, – недоумевала Маринетт.
– Угу... – прозвучало нечто-то непонятно-поддакивающее из-под копны светлых
волос.
– И вчера тебя все трогали, а ты запросто здоровался со всеми за руку, не
опасаясь, что будешь с пятнышками, как я, – девушка тренировала
наблюдательность и ворошила память, даже не придав значения
двусмысленности последней фразы.
24/123

– Угу, – снова согласились с ней.
– А сегодня утром ты обнаружил у себя что-то такое, о чём не смог рассказать
даже Нино по телефону...
– Ты уже обо всём знаешь? Эх... А Нино обещал молчать...
– О чём знаю? – не поняла Маринетт.
– Вот об этом, – Адриан закинул одну руку за спину, чтобы задрать рубашку до
лопатки. – Видишь?
– Вижу... Какая прелесть! – восхитилась Маринетт, а Адриан напрягся. Кажется,
там было что-то ещё, чего он раньше не видел. – А от кого она?
– Кто она? – севшим голосом уточнил Агрест, ведь про очки спросили бы «они».
– Как кто? Очаровательная божья коровка! – Маринетт была целиком и
полностью уверена, что её метка проявится только по утру, не раньше, а это
означало полное спокойствие относительно её тайны.
– Как?! Где?! Покажи! – подскочил он и подбежал к зеркалу у умывальника,
пытаясь рассмотреть свою спину.
– Стой, не вертись! – Маринетт прицелилась камерой смартфона и сделала
снимок. – Вот, посмотри, какая миленькая! – Парень взял в руки телефон и
лишился дара речи, а девушка, увидев его покрасневшие и опухшие глаза,
всучила ему пачку салфеток. – Не переживай, всё будет хорошо. Я за зелёнкой,
будем закрашивать! – заодно она пошла относить на кухню поднос вместе с
пустыми кружками, чтобы дать Адриану немного прийти в себя и вытереть
сопли.
Адриан смотрел и не мог поверить: очки практически исчезли, а прямо по центру
спины появилась розовая божья коровка. Но от кого? Марк говорил о Ледибаг,
он фанат №1 и автор комиксов про героиню, да и сам Агрест в тот момент думал
о Ледибаг: наверное, поэтому получилось вот такое сочетание. Задрав рукав, он
рассмотрел в зеркале ярко красные кисть и палитру – это однозначно было от
Ната. Смотрелось, между просим, красиво, но весьма позорно, потому что
Натаниэль не был девушкой. Быстро расстегнув рубашку и покрутившись у
зеркала, он ничего нового у себя не обнаружил и выдохнул, как тогда
показалось, с облегчением. Пакет салфеток у раковины и кран с тёплой водой
пригодились, чтобы привести себя в порядок и не выглядеть, как плакса. К
этому времени послышался торопливый топот снизу на лестнице.
– Я придумала, как выкрутиться! Вот, смотри, что у меня осталось от игр с
Манон, – Маринетт принесла какую-то коробочку. – Это переводные картинки на
кожу, при необходимости смываются после тёплой ванны, а сейчас мы просто
заклеим тебя и всё! Отец ни о чём не догадается! Ну, поругает немного за
наклейки, а завтра метки уже побледнеют.
– Точно побледнеют? Ведь они появились спустя несколько часов, а не через
сутки.
– В смысле? Погоди... тут что-то не так... ты в какую клинику обращался?
25/123

– Ни в какую, всё было подпольно, меня же все в лицо знают, – вздохнул
одноклассник.
– Печально, ну тогда выбирай картинку, я тебя заклею, а дальше уж как
получится, будем надеяться на удачу, – владелец кольца невезения только
хмыкнул. – Но почему ты никому об этом не сказал?
– Всё сложно... Сам не думал об этом, пока ко мне не заглянула Ледибаг и я не
увидел метку у неё на лбу. С тех пор мне, дураку, захотелось узнать, какую
метку может оставить героиня Парижа, потому что она лично вручила мне
пригласительный билет на открытие скульптуры, которое состоится уже завтра.
В голове Маринетт снова возникла рука, в кровь разбивающая ладонью лицо:
она только что осознала, как сама же создала парню проблему на ровном месте.
И то, что месье Агрест теперь вообще никуда не будет выпускать своего сына,
чтобы его не облапали, – тоже её вина. Она даже не подумала спросить, а где
же ещё одна метка, третья по счёту, после Марка и Натаниэля. Очень хотелось
надеяться на то, что парень посчитает божью коровку подарочком от Марка.
Вторым препятствием к заданию вопроса относительно её собственной метки
было нежелание знать, на какой части тела та могла проявиться, если на груди
её не оказалось. Вариант, что розовый жучок находился около сердца, только с
другой стороны туловища, её полностью удовлетворял.
За окном прогудел клаксоном присланный Натали автомобиль. В этом снова
была заслуга Сабины: Адриан так и не снял телефон с беззвучного, и если бы
хозяйка пекарни не позвонила мадемуазель Санкёр, на его сотовом была бы куча
непринятых из дома. А так женщины поняли друг друга с полуслова, ведь
секретарша по наивности считала, что её подопечный, отважившийся поехать
утром в коллеж, снова искал, где бы спрятаться от назойливых фанаток.
Проводив юношу до подъехавшей за ним машины, Маринетт помахала рукой на
прощание, но Адриан, заметивший чуть поодаль нескольких оживлённо
перешёптывающихся девушек, перехватил её руку, резко притянул её к себе и
легонько прикоснулся губами к её щеке, близко к уху, в очень опасной близости
от серёжек. Одноклассница вспыхнула, как тлеющий уголёк от внезапного
налетавшего порыва ветра. Если бы её мозг аварийно не выключился в
следующее мгновение, то за покушение на талисман кому-то бы чисто на
рефлексах заломили бы руку или кинули через бедро. А так получилось только
остолбенение с удивлением.
– Нас отлично видно под фонарём, – тихо пояснил парень в подставленное ухо, –
а ты согласилась побыть моей девушкой на сегодня. Может, хоть так фанатки –
и фанаты, кстати, тоже – перестанут кидаться на меня... Спасибо за угощение,
круассаны в твоей пекарне просто изумительные, – хорошо, что злодеи пока не
знали о слабостях героини. После такого тихого полуинтимного нашёптывания,
можно было смело снимать не только серёжки, но и всё остальное, – девушка бы
не сопротивлялась.
– П-п-пожалуйста... п-п-приходи завтра, я испекусь сама.. ой, напеку ещё, сама...
специально для тебя.
– Обязательно приду! – улыбнулся он и сел в машину.
***
26/123

Проводив одноклассника, Маринетт помчалась в ванну и скинула с себя всю
одежду:
– Тикки, ищи!
– Что искать?
– Новые розовые метки! Мне не терпится узнать, где они проявятся!
– Но ведь суток не прошло, они появятся только завтра утром, – возразила
квами.
– Завтра утром я буду уже в школе! Стоп, какая школа?! Завтра у нас суббота,
открытие скульптуры героев и дегустация выпечки, а мне надо лично напечь
пятьсот булочек и круассанов для друзей! – вспомнила она.
– Вот тогда и поищем, пока будет выпекаться первая партия, – вздохнула Тикки,
но не взбудораженное состояние хозяйки сейчас беспокоило её больше всего. –
Маринетт! – этот строгий тон не сулил подопечной ничего хорошего. – Подумай,
чем ты будешь замазывать свои метки на коже, которую не закрывает
волшебный костюм?
– Ничем... А в чём проблема? Метки есть у всех парижан, тем более, они
меняются каждый день, мою личность никто не вычислит, даже Адриан. То
пятнышко, которое он видел, давно сошло.
– Что ж, тогда напомню: есть у тебя один фанат с бубенчиком, помимо Бражника
– или Монарха, не важно – желающий раскрыть твою личность, – по
нахмуренным бровям было ясно, что девушка сейчас думала совершенно не о
том. Пришлось дать ей самый тонкий намёк. – Кот Нуар будет завтра на
открытии, а учитывая факт, что он – мой главный конкурент в скоростном
поедании сладостей, я с высокой вероятностью ожидаю увидеть его в
гражданском обличии на дегустации булочек, и вот тогда...
– О, нет! – до Маринетт наконец-то дошёл весь масштаб котострофы с этими
метками. – Если Нуар заметит на мне хоть одну розовую метку, то заподозрит в
измене, и я не отмажусь тем, что эта метка получилась совершенно случайно,
когда Адриан упал на меня в первый раз! И тогда...
– Да не об измене он подумает! Он будет просто счастлив вычислить тебя,
увидев те же метки на Маринетт, раздающей булочки, и потом его даже
веником и ведром воды нельзя будет прогнать с твоего балкона! – выпалила
Тикки, потому что всем известно, что чёрные коты могут навлекать беду на
любой дом. О том, что Тикки, как и её чёрный собрат, беспокоилась за свои
запасы вкусняшек, квами тактично умолчала. – Я уже не говорю о твоих
родителях, которые будут смотреть церемонию открытия по телевизору и без
сомнения по одинаковым меткам узнают свою дочь. Вот тогда тебя Нуар будет
сторожить у верхнего выхода, а родители – у нижнего, и никуда не выпустят,
даже при появлении акумы! – осознание новых проблем вылилось ушатом
ледяной воды, заставив девушку серьёзно задуматься.

27/123

Эпидемия поцелуев
Примерно по схожему сценарию проходил вечер в особняке Агрестов,
однако всё закончилось более-менее хорошо. Ну, точнее, Адриан снова
беззаботно считал, что у него всё хорошо. Его немного пожурили за кошачью
чёрно-зелёную лапку, взятую из набора супергеройских наклеек, которая
идеально перекрывала метку на руке (про божью коровку на спине,
прилепленную поверх метки божьей коровки, вообще никто не узнал), и он
отделался обещанием смыть с себя переводную картинку до завтра.
Покрутившись перед зеркалом, но так и не найдя метки от Маринетт, юноша, ни
капли не расстроившись, отправился принимать душ. Его верный квами решил
промолчать, что пока подопечный взбивал на голове пенную шапку, сзади на
шее, чуть ниже уровня волос, показалось розовое йо-йо. Это мог, конечно, быть
и макарон, но однозначно что-то круглое и в крапинку. Сообщать об этой
находке не было необходимости, как и о гитаре на задней части бедра, ведь
утром от гитары не останется и следа, а вот личность владелицы волшебных
серёжек стоило оберегать особенно тщательно.
Наутро же парень проверил места преступления. Никаких следов от наклеек не
осталось, что позволило ему с чистыми кожей и совестью поехать на открытие
скульптуры в честь героев Парижа. По пути ему подумалось, что негоже
приходить с пустыми руками, поэтому он похлопал Гориллу по плечу, чтобы
попросить того притормозить около магазина цветов. Водитель, однако, проехал
чуть дальше и остановил машину неподалёку от сувенирной лавки –
естественно, в такой день заваленной всевозможными товарами с
изображением супергероев. Выйдя из машины и получив от Гориллы купюру в
100 евро, парень удивился. Телохранитель посмотрел на него, на то, как быстро
расхватывают редкие коллекционные фигурки, вздохнул и добавил ещё 100
евро из своего кармана, намекнув жестом, чтобы парень пошёл и купил себе
чего-нибудь на них, а его в ближайшие полчаса не беспокоил. Адриан кивнул и
отправился не за букетом, а в ближайшую подворотню, поскольку Ледибаг была
уже на месте и Кота Нуара все заждались.
Присев на одной из ближайших крыш, Нуар оценивал обстановку: народищу в
сквере собралась тьма тьмущая, а несколько уже знакомых ему девушек
шушукались на входе в парковую зону и, скорее всего, устроили засаду на
Адриана Агреста, чью машину в случае угона фанатки могли бы выследить
быстрее сотрудников полиции. Предстояло довольно сложное мероприятие:
появиться в гуще народа, поприветствовать горожан, а потом ещё и Ледибаг
раскрутить хотя бы на один дружеский поцелуй. Он хлопнул себя по лбу: чтобы
что-то получить от Леди, надо сперва что-то ей подарить, а он даже одну
несчастную розу захватить с собой не догадался. Деньги при перевоплощении
исчезли вместе с карманом, а пользоваться своей славой и клянчить букет на
халяву парню было совестно. Толпа меж тем оживилась, и многие посмотрели в
его сторону: всё, с подарком он не успел. Да ещё и эти долбаные комары
обнаглели. Он прибил одного из них на щеке, но та начала зудеть после укуса –
пришлось вдоволь почесать её когтями и лишь затем присоединиться к Леди,
сказав несколько приветственных слов толпе. Благо, в последнем деле опыт у
него имелся немалый.
Окончив торжественную речь и сняв накидку со скульптуры, во время бурных
аплодисментов Кот тихонько осведомился, куда же пропали веснушки у его
любимой напарницы, на что получил ответ про толстый слой грима, который
28/123

пришлось нанести (по совету догадливой Тикки), чтобы не давать Монарху
надежды вычислить их личности и отобрать последние талисманы. В свою
очередь, Леди, повернувшаяся к толпе спиной и помогавшая снимать накидку,
смогла разглядеть напарника с другой стороны и с опаской намекнула ему, что
кожа на его щеке исполосована когтями и начинает краснеть. Пока они
выясняли, от комариных укусов это или от немытых лапок, позади раздался
звонкий детский смех: толпа ребятишек во главе с Манон прорвала живое
оцепление и мчалась к героям, преисполненная желания получить свои метки.
Объяснять им, что герои – и даже Кот – не планировали никого метить, чтобы не
оставлять следов для суперзлодея, было бесполезно. Нуар поспешил накрыть
бежавшую к нему толпу тканью, которую до сих пор не выпускал из рук, а вот
Леди не успела: её смело лавиной маленьких фанатов. Нуар поступил совсем не
по-джентльменски, потому что сам до ужаса боялся получить «розовую метку»,
а потому запрыгнул на скульптуру, зашипел и в два прыжка скрылся из сквера.
Кое-как перецеловав всех детей, чтобы они не акуматизировались от обиды,
Леди последовала его примеру. Героиню не беспокоило то, что что завтра она
будет вся красная даже без костюма. Она больше грустила о другом: Адриан так
и не появился, хотя она лично дала ему билет в первый ряд.
Вылетая из парка на йо-йо в сторону пекарни, где вот-вот надо было встречать
целую ораву гостей, она заметила внизу знакомую светловолосую макушку.
Ледибаг захотелось треснуть себя йо-йошкой по лбу за недогадливость:
естественно, Адриан не пришёл, ведь в его состоянии поход в людное место был
смерти подобен! И как она раньше не сообразила? Теперь же у неё появился
шанс встретиться с парнем наедине, и она резко сменила направление прыжка.
Агрест купил скромненький букет белых цветов, но остался ждать за воротами
парка, опасливо выглядывая из-за забора, чтобы его не облапала толпа. Ему
было немного стыдно не озаботиться покупкой цветов заранее, ведь более
шикарные букеты раскупили и ему достался неликвид, но сейчас было поздно
что-то менять.
– Привет, не меня ли ждёшь? – знакомый голос и свист сматывающейся лески
заставили юношу вздрогнуть.
– П-п-пирет, то есть привет! Да, у меня же есть билет и я купил эти цветы для
тебя, но... – он замялся.
– Но там твоих фанаток оказалось даже больше, чем моих, я угадала?
– Д-да, верно, – он потёр шею. – Держи, это тебе! – наконец-то букет был вручён
адресату.
– А что у тебя с лицом, аллергия на пыльцу? – обеспокоилась героиня, глядя на
покрасневший нос.
– Вроде не должно быть, хотя, – он понюхал букет, – а-а-а-апчхи! Точно, теперь
не только на перья, но и на цветы, – усмехнулся он. – Зато нет аллергии на
молоко, так что может... в честь открытия скульптуры... по мороженому? –
кажется, они оба ждали этого момента с самой первой встречи. Цветы,
мороженое, и, возможно, романтическая прогулка на лодке по реке... только для
них двоих...
– Я не могу, прости, – розовые мечты тысячью осколков осыпались к их ногам,
29/123

даже не дав разыграться воображению. Последовала пауза, в течение которой
Леди не решалась поднять глаза на любимого человека, а когда таки нашла в
себе силы, то попала в плен этих бесконечно печальных изумрудных глаз. Вот
если бы Нуар с таким немым укором всякий раз смотрел на неё, когда она
отказывала, они давно бы поженились... – Но я могу оставить тебе на память
кое-что, а если отец спросит, скажи ему, что это – подарок от чистого сердца, и
он не станет тебя ругать, – прикрывшись от посторонних глаз подвявшим
букетом, она подарила ему то, ради чего он пошёл на все эти приключения.
Счастливый юноша прикрыл глаза и отметил, что без кошачьего супернюха
запах грима от Ледибаг не ощущался, и девушка пахла для него так же вкусно,
как булочки в пекарне Маринетт (что было естественно после нескольких часов,
проведённых той возле духовки с выпечкой). Но всю интимность и без того
краткого момента умудрился обломать телохранитель, неожиданно
вспомнивший о своих обязанностях после того, как еле закрыл багажник
машины с сегодняшними покупками. Посигналив во второй раз и наконец-то
заметив подопечного, выглянувшего из-за букета, Горилла смутился, осознав
свою оплошность, а Ледибаг ещё раз извинилась и поспешила запрыгнуть на
крышу.
Залетев на балкон и моментально юркнув в люк, Маринетт развоплотилась.
Подбежав к зеркалу, она посмотрела на остатки макияжа: что-то они ещё
прикрывали, но лишь настолько, чтобы нельзя было распознать картинки на
лице, однако положение тёмных и розовых пятен угадывалось довольно
однозначно. Как раз в это время до её дома добралась Аля, благо ей
посчастливилось арендовать самокат[3] и примчаться к лучшей подруге так
быстро, как она только сумела без талисмана лисицы.
– Марине-е-етт! Марине-е-етт, ты дома?! – Аля взбежала по лестнице, бросив
самокат прямо поперёк прохода. – Маринетт, я всё видела и знаю, как исправить
ситуацию! – это предложение прозвучало как раз вовремя, потому что состояние
героини колебалось между истерикой и отчаянием.
– Сколько отметок проявится на мне завтра? А что подумают родители? О чём
меня спросят одноклассники? Самое главное, что подумает Адриан, увидев пару
десятков розовых отметин?! – Маринетт, глядя на своё отражение, не
справлялась с ворохом вопросов.
– Я рядом, всё будет нормально, не забывай дышать, – Аля обняла подругу, так и
застывшую перед зеркалом, опираясь на его тумбу двумя руками. – Смотри, вотвот к тебе придут одноклассники, а ещё люди, которых ты пригласила на
дегустацию. Тебе надо просто выйти к ним, остальное же я беру на себя!
Клянусь, что завтра несколько десятков девушек будут ходить разукрашенными
розовыми метками с ног до головы, – Маринетт с недоверием посмотрела на
подругу. – Ты лучше расскажи про свою метку от Адриана: где, какая? А лучше –
покажи!
– Да-да, сейчас... С сохранением тайны личности, я совершенно забыла об этом!
Голова с утра была настолько занята Нуаром, что места мыслям об Адриане в
ней не осталось!
– Мари, ты не перегрелась? – пришлось пощупать её лоб. – Какой, нафиг, Нуар,
когда ты вчера утром поцеловалась не с кем-нибудь, а с Адрианом, сама, без
моей помощи, а потом он просидел у тебя в гостях так долго, что даже я устала
30/123

прорываться в эту комнату через твою маму?! Телефон ты не берёшь, на
сообщения не отвечаешь: представляешь, насколько мне интересно узнать от
тебя хоть какие-то новости?!
– Прости-прости меня! – теперь Маринетт крепко обняла одноклассницу. – Я так
переживала, что Нуар решит вычислить меня на сегодняшнем мероприятии, а
потом ещё и Тикки намекнула, что акум в городе нет, потому что злодеи
постоянно следят за нами по меткам на лице, что я просто выпала из реальности
и даже планировала не приходить на открытие скульптуры, – она задрала майку
и повернулась к свету. – Смотри! Ты вторая, после моей квами, кто видит эту
метку! – Сезер уставилась на нижнюю часть правой груди, где было пятно
розового цвета.
– Обалдеть! А ты знаешь, что это очень похоже на...
– На обручальное колечко с крупным бриллиантом! – восторженно взвизгнула
Маринетт, а подруга решила оставить свою догадку относительно иного кольца,
которое ей померещилось с первого взгляда, при себе. Да и со второго тоже.
Лишь с третьего взгляда метку можно было с огромной натяжкой назвать
«колечком с бриллиантом», но, к огромной радости Маринетт, настаивать на
своём видении знака судьбы фанатка ЛедиНуара не стала.
***
Адриан сел в машину и, пока они ехали домой, решил посмотреть на обе свои
щеки, особенно на вторую – не ту, в которую его поцеловала Ледибаг. Включив
фронтальную камеру и взглянув на экран, он начал медленно впадать в панику:
у него на щеке после зуда проявился ярко-розовый круг.
– Ой! Я забыл! Маринетт приглашала меня к себе на дегустацию, можно заехать
к ней? – юноша вспомнил, что у одноклассницы оставались ещё наклейки, но
водитель покачал головой и продемонстрировал наручные часы. – Прошу,
пожалуйста, всего на десять... нет, даже на пять минуточек! Она обещала, что
специально для меня испечёт какое-то угощение, – водитель вздохнул, включил
поворотник и свернул с первоначального курса. К великому сожалению, парень
не догадался позвонить Маринетт и предупредить о своём визите, а ведь
именно она могла попытаться уберечь его от дьявольского плана, который
придумала Аля. Но, всё ещё будучи под впечатлением от встречи с Леди
(проведённой вне своего традиционного амплуа), он понадеялся, что и кошачья
невезучесть испарилась вместе с маской. В бездонной глубине своих очередных
заблуждений ему совсем скоро пришлось убедиться.
– Здравствуйте, а Маринетт дома? – робко спросил юноша, прошмыгнув в
пекарню и стараясь никому не показывать зудящую щёку.
– О, Адриан! – обрадовался Том. – Я так рад вновь увидеть тебя в нашем доме!
Они с Алей только что ушли к друзьям. Все приглашённые не поместились в
нашем доме, и ребята предложили устроить пикник на свежем воздухе: здесь,
рядом, на площади Вогезов.
– Ясно, тогда можно узнать, не оставляла ли Маринет для меня какой-то
особенной выпечки, – он надеялся под любым предлогом подняться к ней в
комнату, где лежали желанные наклейки. – Она сказала мне, что приготовит
31/123

что-то особенное. Дело в том, что отец требует срочно вернуться домой и я не
смогу пойти на пикник вместе со всеми, – соврал он, понимая, что никто из
друзей не должен видеть его метку, ведь он говорил им, что не делал укол, а
так он выставит себя лжецом похуже Лилы.
– Конечно! Дочка с раннего утра пекла особые угощения для всех
одноклассников. Сейчас позвоню ей и спрошу: может быть, они унесли не всю
праздничную выпечку, – папа набрал номер, но трель телефонного звонка
раздалась за ним. – Ох, Маринетт сегодня особенно рассеянная! И скажу тебе по
секрету, что она очень расстроится, не увидев тебя. Сходи на площадь и стяни
хотя бы один пирожок. Ни я, ни одноклассники ни за что не скажем твоему
строгому родителю, что мы портим твою фигуру, – подмигнул Том.
– Но... я не могу... – заслышав голоса у входной двери, к мужу с кухни поспешила
Сабина, – меня засмеют.
– Добрый день, Адриан! – поздоровалась она. – Почему тебя засмеют? Ой, какая
прелесть! Можно посмотреть поближе? – жена пекаря тихонечко зашла с другой
стороны и таки увидела огромный розовый круг на его щеке. – Так вот почему
Маринетт, не умолкая, с самого утра говорила только о тебе!
– Мадам Чэн, это не то, о чём Вы подумали! Это... если честно, то я даже не
знаю, от кого именно, – потупил взгляд Агрест.
– А разве тогда, вечером... Прости, но дверь стеклянная и мы с мужем кое-то
успели увидеть перед твоим отъездом, – Сабина была растеряна, – ведь от кого
ещё могла проявиться эта огромная круглая булочка с пятью аккуратными
изюминками, как ты думаешь?
– Булочка? – Адриан достал телефон и на всякий случай сделал селфи,
зафиксировав в памяти телефона новую метку. – Да, действительно, очень
похоже вот на эти овсяные печенья с шоколадом, Маринетт часто угощает ими в
школе, – перед ним на принесённом Сабиной подносе как раз была разложена
свежая партия. Покупателям очень нравились печенья в форме йо-йо, и они
раскупались влёт. – Я сам не знаю, эти метки появляются хаотично, а от
некоторых людей не появляются вообще. Если Маринетт это увидит, то,
вероятно, сильно расстроится, – он виновато опустил голову.
– А что будет, когда об этом узнает твой отец?! Маринетт жаловалась, что он
ничего тебе не разрешает, – всплеснула руками Сабина, спешно убежав на
кухню. Том и Адриан переглянулись. До них донеслось шуршание. Вскоре
женщина вернулась с праздничным колпаком и кондитерским мешком в руках. –
Может, это не лучшее решение, но скажешь отцу, что ты наш десятитысячный
посетитель в этом году и это – часть ритуала поздравления, – на голову парня
водрузили шляпку-конус на резиночке с логотипом пекарни, свёрнутую из
картона, а затем пришло время крема. – Не бойся, это кондитерская помадка с
красителем из натурального свекольного сока. Краситель впитается в кожу, но
буквально завтра от него не останется и следа. Так что даже если смоешь её
через несколько минут, то нарисованный контур всё равно оставит розовый
след. Дай-ка я нарисую один кексик прямо поверх твоей метки, а зеркально
нарисую второй, ведь парных меток не бывает, а твой отец если и станет ругать,
то только нас, – суетилась женщина. – Не переживай, я веду уроки рисования,
так что получится ровно, если ты потерпишь щекотку пару минут. Том, принеси
немного мишуры и конфетти: всё должно выглядеть правдоподобно для месье
32/123

Агреста.
Юноша вздохнул с облегчением: такое решение его проблемы было сравнимо с
уровнем Ледибаг. Помадка и правда щекотными мазками ложилась на кожу, но
подобная забота была очень приятна, тем более со стороны почти посторонних
людей.
– Поздравляем нашего десятитысячного посетителя! – громогласно объявил
вернувшийся Том, поскольку в магазин зашли ещё люди, и дёрнул за верёвочку
хлопушки с конфетти. Блёстки щедро осыпали волосы юноши и прилипли на
свежий крем.
– Поздравляем! – Сабина, поддержав игру, протянула ему коробочку с бантиком
и повязала мишуру на шею. Другие посетители зааплодировали.
– И всё же, хотя бы покажись Маринетт, – шепнул папа, – она действительно
очень ждала этого дня. Заодно скажи, что она забыла свой телефон, – он вложил
в свободную руку Адриана мобильник дочери.
***
***
В принесённых Нино колонках противно засвистело – Аля выбрала неудачное
место, встав с микрофоном около динамиков. Предполагавшаяся минидегустация медленно, но верно разрасталась в полномасштабный праздник не
только по поводу открытия скульптуры, но и в празднование очередного Дня
Героев. Люди, которые даже не были приглашены, начали неуклонно
подтягиваться со всех сторон. Когда собралась приличная толпа – как раз то,
что нужно было для плана Али, она вскочила на импровизированную сцену и
постучала по микрофону:
– Прошу минуточку внимания! – Сезер пыталась отвлечь взгляды собравшихся от
булочек, круассанов, слоек с вареньем и привлечь к себе. – Кто смотрел прямую
трансляцию на Ледиблоге, тот уже знает, что случилось с моей любимой
супергероиней: её зацеловали дети! А так как завтра эти метки проявятся в
огромном количестве, то злодеям ничего не будет стоить найти однуединственную девушку в Париже, сплошь усыпанную розовыми пятнами, вы
согласны?!
– Да-а-а! – одобрительно загудела жующая толпа.
– А ещё все вы видели, как её напарник потирал щёку, на которой тоже начала
проявляться метка, вот стоп-кадр, – она взяла в руки смартфон и что-то в нём
натыкала. – Я скинула картинку в общий чат Ледиблога.
– Здесь написано, что каждый должен переслать картинку двум друзьям и
поцеловать за сегодня не менее двух человек, – стоящий близко к сцене Иван
процитировал подпись к картинке. – А второе зачем делать?
– Элементарно! – Нино отобрал микрофон у своей девушки. – Чтобы завтра весь
Париж заполонили люди с розовыми отметками по всему телу! Тем самым мы
поможем героям затеряться среди них, особенно Ледибаг, которой крепко
досталось от малышни.
33/123

– А-а-а, ну это я с радостью! – Иван огромной ручищей прижал к себе Милену,
наклонился и чмокнул её. – Но кого выбрать второго?
– Маму, бабушку, друзей или родителей – главное, перецеловать как можно
больше людей, чтобы сбить злодеев со следа! – радостно ответил Нино. – О,
даже Адриан Агрест удостоил нас своим присутствием, так что флешмоб по
целовашкам объявляю открытым! – на этих словах толпа замотивированных
зомби повернулась к Агресту, больше похожего сейчас на клоуна в гриме и
блёстках, чем на мальчика с обложки.
– Целовашки! – стало доноситься со всех сторон.
– Чмоки-чмоки-чмоки... – на мгновение показалось, что Зомбизу незаметно
вернулась в город.
– Пустите, я первый к нему!
– Подвинься, нахал, девушек надо пропускать!
«Вот же невезуха! И как меня угораздило появиться на этом фестивале
поцелуев?! Ну, Нино, ну спасибо, удружил так удружил, ничего не скажешь!
Видимо, это его изощрённая месть за тот нелепый случай в туалете», – мысли
рождались одна быстрее другой, но среди них не было ни одной годной,
касающейся плана молниеносного побега от одноклассников без прилюдной
трансформации. – «Ледибаг всегда что-то умное могла сообразить в такой
безвыходной ситуации, у неё непременно есть план действий. Да и Маринетт,
пожалуй, такая же сообразительная... Точно! Вон она, моя спасительница:
позади всех, и она смотрит прямо на меня!»
Толпа неотвратимо наступала. Парень в отчаянии пятился. Маринетт в
растерянности тупила, хоть и прекрасно понимала, в каком ужасном положении
оказался Адриан: выход с площади уже был отрезан фанатками, а позади него
совершенно некстати возник забор.
«О, Боже, это конец! Неужели мне настолько не везёт, что я так никогда и не
узнаю, нравлюсь ли Ледибаг? За что мне такое испытание?! Ну же, Маринетт,
только ты понимаешь, какой котострофой обернутся действия наших общих
друзей, если их не остановить!» – он закрыл глаза и постарался прикрыться
подаренной ему коробкой с бантиком. Самым отчаянным, но верным решением
сейчас показалось не ехать домой, а после массовых обслюнявливаний
трансформироваться в первой попавшейся подворотне и наложить на себя лапы,
так, чтобы от его позора даже горстки пепла не осталось.

34/123

Похищение Маринетт
– Стойте! – это вопль заставил всех вздрогнуть и оглянуться. Кричала
Маринетт, которая почему-то была не рада действиям одноклассников, да и всех
остальных, припёршихся на халявную раздачу Адриана булочек. – Остановитесь!
Вы разве не видите, он этого не хочет! Потому что он... Ну, он... В общем, он мой!
– выдала краснеющая на глазах Маринетт.
– А ну, мальчики, девочки, расступитесь! – неожиданно пришла на помощь Аля. –
Это действительно её парень, я даже видела розовую метку после их прошлого
поцелуя! Так что Адриана целует только одна Маринетт! Просим!
– Про-сим, про-сим, про-сим! – начали скандировать фанаты Адринетта, затем
кто-то хлопнул в ладоши – и кричалку стали поддерживать ритмичными
хлопками.
Маринетт быстро пропихнули сквозь импровизированное оцепление,
моментально сомкнувшееся за спиной, а Адриана отлепили от забора и
поставили напротив девушки, окружив остолбеневшую пару живым кольцом. Он
отдал ей забытый телефон и попытался втиснуть между ними хотя бы
подарочную коробку, но Аля отобрала её быстрее, чем лисица в басне уводит
сыр у вороны. Оба одноклассника были в шоке от происходящего. Создавалось
дикое ощущение неловкости, как будто бы они оказались голыми посреди улицы
и все-все в данную минуту на них смотрят. Они так не волновались с момента
кастинга у Клары Найтингейл, когда их попросили примерить принесённые
маски героев. Собственно, по бегающему из стороны в сторону взгляду и общему
напряжению мышц на их лицах было понятно, что романтикой происходящее
здесь и сейчас даже не пахнет, а скорее наоборот, отталкивает их от
предполагаемого действия. Сценка напоминала сюжет из сказки, где злой
король собирался насильно выдать принцессу замуж за первого встречного, и
перечить такому решению никто не осмеливался.
– Но я не могу, у тебя будут серьёзные проблемы с отцом, – шепнула Маринетт
одними губами, чтобы не выдать его секрет.
– Нам придётся, или завтра я буду весь розовый – вот тогда точно конец, –
последовал ответ с ноткой грусти.
– Может в щёку, чисто по-дружески?
– Нельзя, на нас все смотрят, а краска из крема должна впитаться. Твоя мама
под кремом скрыла новую метку.
– Что? От кого теперь? – начались неудобнее вопросы.
– Так! – не выдержала паузы Аля. – Если вы двое сейчас же не поцелуетесь, губы
к губам, как положено в столице поцелуев, то это за вас сделает весь класс!
Причём с каждым и неоднократно! – Маринетт было уже всё равно после встречи
с детьми, а вот парень побледнел сильнее прежнего.
Адриан опасливо покосился на Натаниэля, уже вытирающего рот от варенья
бумажной салфеткой. Потом он посмотрел на Марка, игриво подмигнувшего ему.
Но последней каплей была довольная-предовольная лыба Нино, скрестившего
35/123

руки на груди: тот нашёл, как отыграться на друге за всё хорошее, в том числе –
за неудачную попытку отбить его у девушки.
– Прости, что втянул тебя, – тихо вздохнул Адриан, глядя на красную от
смущения Маринетт. – Помоги мне поскорее сбежать, машина стоит у входа в
пекарню.
После этих слов он сгрёб одноклассницу в охапку и под всеобщее ликование и
вспышки фотокамер исполнил мечту Али Сезер, которой таки удалось лично
столкнуть этих двоих. О том, что уже к утру следующего дня по полученным
меткам двое главных героев смогут обо всём догадаться и прийти бить кое-кого
по наглой рыжей морде, она ещё не знала. Пока гости торжества пребывали в
эйфории и проверяли, а не смазанное ли получилось фото поцелуя на их
телефонах, чтобы немедленно переслать его Лиле и Хлое, пара подростков
успела сориентироваться. Буквально выхватив свою коробку из рук Сезер,
Агрест лихо подхватил Маринетт на руки и понёс перед собой как таран. Расчёт
оказался верным: девушка от неожиданности завизжала, толпа с перепугу
расступилась, образовав коридор для «новобрачных». Таким образом,
вероятность случайных телесных контактов между Адрианом и другими людьми
была сведена к минимуму. Выйдя за пределы площади, он всё же поставил
спутницу на ноги: без суперсил и после всего пережитого долго нести даже
такую худую девушку оказалось непросто.
– А теперь бежим! – скомандовал он, не отпуская её руки, поскольку несколько
дежуривших фанаток уже смекнули, что их добыча решила дать дёру. – Давай,
скорее в машину, нас догоняют!
– А как же пикник и друзья? – недопоняла Маринетт.
– Пусть думают, что я тебя похитил, – с этими словами он буквально затолкал
девушку на заднее сиденье автомобиля, шустро запрыгнув следом и захлопнув
дверь. – Уфф, а вот теперь можно и домой! – эта фраза была адресована
водителю, малость удивившемуся появлению второго пассажира.
– То есть ты везёшь меня в гости... к себе домой? – последовало утвердительное
«угу». – А отец не будет возражать?
– Естественно, будет, но он точно не поверит в совпадение, что весь этот
маскарад, – он потряс мишурой, – и крем возникли из-за того, что я случайно
стал десятитысячным посетителем твоей пекарни. А ещё, – он понизил голос до
шёпота, – мне нужна была девушка, которая всё знает... ну... в общем, знает то,
о чём знает только Нино, но пока не знает Аля, – произнёс юноша с оглядкой на
лишние уши, чем привёл и без того смущённую Маринетт в полнейшее
замешательство.
«Минутку, ведь кое о чём знает как раз Аля и не знает Нино», – размышляла она,
подумав, в первую очередь, о своей тайне, а не о чём-то ином, – «но чего такого
от Адриана узнал Нино, что не решился рассказать даже Але?» – стало немного
жутковато от неясности целей её визита в закрытый от внешнего мира дом. –
«Любопытно, какие секреты могут таиться за этими стенами, помимо книги
хранителей? Неужели, он догадался сопоставить метку Ледибаг и мою метку,
которую я так тщательно прикрывала в школе чёлкой? Нет, он не настолько
догадливый, а вот Нино мог бы заметить на физкультуре, когда Аля пропустила
урок, а мы упражнялись на брусьях, только почему он не рассказал о догадке
36/123

своей девушке?»
– Маринетт, ты меня слушаешь? – кажется, она слишком сильно сосредоточилась
на тайне своей личности.
– Что? Ой, извини, я задумалась. Просто это всё так неожиданно... а на мне
самые обыкновенные джинсы и футболка, совсем не модные, а ещё я голову не
помыла, и...
– Я понял, успокойся. Даю тебе честное слово, что на твой внешний вид даже не
посмотрят, а отчитывать будут меня, потому что наши фотографии уже
разлетелись по сети. Понимаешь, ты мне нужна как эксперт по одному важному
и деликатному делу... Вот, гляди, что я вычитал на форуме, – он протянул ей
свой телефон. – « ...от знакомства до образования влюблённой пары метки
прокладывают по телу дорожку к сердцу, но если пара поссорилась, то метки
отдаляются от него», – гласила запись одного из комментаторов. – Поэтому мне
интересно, правда ли это и бывают ли побочные эффекты. По воле судьбы так
вышло, что ты – единственная девушка, которую я поцеловал дважды, даже
трижды за последние несколько дней, и меня просто разбирает любопытство:
насколько правдиво это сообщение? На тебе же регулярно проявляются метки?
«...единственная девушка, которую... Стоп, значит, Нино был прав, как и
Натаниэль?» – до её сознания, всё ещё занятого тайной личности, пробивались
лишь обрывки фраз. – «То-то наши художник с писателем стали так странно на
него посматривать. Ну, точно! С Адрианом беда, надо его срочно спасать. А как?
Он сам должен понять, что отношения с девушками лучше, чем с парнями.
Думай, Маринетт, думай!» – она взглянула на Адриана и поняла, что тот ждёт от
неё какого-либо ответа на вопрос, вновь прошедший мимо её ушей. Пришлось
импровизировать. – Ты хочешь сказать, что готов ежедневно целовать Ледибаг,
чтобы проверить, проявится ли дорожка?
Парень подавился воздухом. О таком раскладе событий он даже мечтать не
смел, и подобное предложение было подобно взрыву, прогремевшему в его
голове (даже при том, что он не знал, кто ему это предложил). Теперь настала
его очередь выключиться из реальности с абсолютно непередаваемым
выражением лица, смешавшего в себе все эмоции от крайнего удивления до
бескрайней радости. Так они и доехали до особняка – молча. Маринетт
прикидывала, согласится он или нет, и в какое время лучше наведываться к
нему в пятнистом костюме: до коллежа или после заката. Адриан же думал о
том, под каким соусом Нуару начать уламывать Ледибаг, потому что как Адриан
он просто не сможет догнать и зажучить свою Леди.
Машина плавно остановилась. Им пора было выходить, а общего плана, как
отмазываться перед старшими, они придумать не успели.
– Адриан, отец тобой недоволен, – прямо на пороге их встретила Натали. –
Сейчас у него переговоры с мадам Цуруги, но после их окончания тебе, а заодно
и мадемуазель Дюпен-Чэн, придётся объяснить своё поведение на последних
фотографиях, разлетевшихся по интернету. Месье Агрест считает это скрытой
рекламой конкретной пекарни. А тебе, Адриан, как известной в этом городе
личности, не стоило уподобляться клоуну и надевать этот дурацкий колпак.
– Но Натали, мне сказали, что я их десятитысячный посетитель и это – часть
ритуала, – он отдал секретарше коробку с бантиком. – Я знаю, что мне предстоит
37/123

выслушать от отца, поэтому, пока он занят, можно я проведу Маринетт в свою
комнату?
– Не припомню, чтобы на сегодня были согласованы гости, – прохладно ответила
Натали (но коробку сладостей таки приняла).
– Если мне не разрешат водить к себе девушек, то я начну водить к себе
исключительно парней, и вот тогда репутация и этого дома, и дома моды
Агрестов точно будет испорчена! – насупился Адриан, а Натали оставалось лишь
понимающе вздохнуть.
– Хорошо, вам хватит полчаса общения? – строго спросила она. Юноша
посмотрел на свою спутницу, как бы переадресовывая вопрос ей, но потом
перестал тупить и ответил.
– Да, для первого раза мне и пятнадцати минут будет достаточно, – он потянул
Маринетт за руку, а та ещё какое-то время не расставалась глазами с Натали,
пытаясь телепатически выведать у неё, на что им должно хватить пятнадцати
минут. А ещё она страшилась нового знания о своём однокласснике, которое так
упорно скрывал Нино от Али. Если бы не Тикки в её сумочке, придававшая
уверенности, что в любом случает у неё остаётся запасной вариант (связать
парня йо-йошкой и насильно назначить ему время следующего свидания), то
девушка постаралась бы отказаться от похода в гости.
***
Оставив одноклассницу на диване в своей комнате, Адриан попросил пару минут
подождать его и скрылся в ванной, откуда вскоре послышался шум воды. Тикки
высунулась из сумочки, с которой Маринетт не расставалась несколько месяцев:
– Не могу поверить, что он сразу пригласил тебя домой, вот это везение! – квами
оглядывалась по сторонам, стараясь разговором отвлечь внимание хозяйки от
расцарапанной оконной рамы.
– Везение, говоришь? Я так и не поняла, чего он хочет от меня, если не смог
получить этого от Нино, причём такого, что Нино постеснялся рассказать
подробности своей девушке!
– На его месте я была бы заинтересована двумя вещами: как быстро проявится
метка от Ледибаг и где, а остальное – вторично. Ну и ещё третья вещь не
помешает: ведь Адриану теперь предстоит понять, какая из розовых меток от
героини, а какая – от Маринетт.
– А разве их будет две?
– Не знаю, но почему бы нет? Спроси потом у него, – тут квами пришлось
спрятаться в сумочку, потому что дверь в ванную отворилась.
– Ты что-то мне говорила? За дверью было плохо слышно.
– Эммм, нет, я просто вспомнила, что так и не успела позвонить родителям,
чтобы они не волновались, – она помахала телефоном. – Слушай, мне
действительно так неловко за весь этот цирк с колпаком и кремом,
38/123

придуманный моей мамой... – она вскочила с дивана и подошла ближе к
однокласснику, который только что смыл с себя крем и мелкие блёстки и был
одет в один халат с банными тапочки. – Покажи-ка вторую щёку. Я так и знала,
что краситель впитается в кожу и не отмоется обычным мылом! Что теперь
делать?
– С этим – ничего, не переживай, потерплю ругань один вечер, а завтра оно
исчезнет. Твоя мама придумала отличную маскировку, но позвал я тебя не за
этим, – он начал развязывать пояс халата, на эмоциях не задумываясь над тем,
что именно он говорит и делает. Маринетт невольно отпрянула (она же не
надела свои счастливые трусы, лишь обычные!). – Веришь или нет, Нино заявил,
что дальше в этом участвовать не станет, а показать всю красоту мне
совершенно некому, да и самому перед зеркалом получается как-то не то... –
узелок получился тугим и первое время не поддавался, а девушка продолжала
пятиться. – На столе есть фотоаппарат, и сейчас мы вместе проведём
небольшую частную фотосессию, – пояс таки развязался и Адриан резко
распахнул халат. От увиденного Маринетт кувыркнулась через спинку дивана,
который стоял за ней, и теперь из-за дивана торчали только её ноги. – Я так и
знал, что в плавках настоящий красавчик, просто сногсшиба... – парень не
сдержал нуаровскую натуру и только после этого осознал, как всё выглядело со
стороны гостьи. – Ой! Прости-прости! Я совершенно забыл, что ты – не одна из
тех костюмерш, которые постоянно помогают мне переодеваться по сто раз за
один показ мод, – он перегнулся через диван и, протянув однокласснице руку,
буквально вытащил девушку обратно, усадив на спинку дивана, отчего её
положение стало ещё более непристойным. – Когда у тебя есть считанные
минуты, чтобы сменить брюки, рубашку, застегнуть все пуговицы, повязать
галстук и не забыть про аксессуары, то я постоянно кручусь лишь в трусах и
носках среди пяти девушек, помогающих всё вовремя надевать, не помяв при
этом. Порой кажется, что полностью одетый человек для них выглядит более
диковинно, чем раздетый.
– Да уж, представляю, я видела подобную суматоху в гримёрке Джаггеда. Это
только супергерои способны переодеваться в прыжке, – неожиданно выдала
Маринетт, практически прижатая к оголённому торсу парня своей мечты. Чтобы
сохранить самообладание и не падать в обморок, она представила, что это не
Адриан, а её назойливый напарник – шутка про красавчика в плавках как раз
ассоциировалась у неё с Котом.
– Д-да, кхм, ты права, это доступно только им. У нас мало времени, а просьба
такая: сфотографируй меня со всех сторон, чтобы я смог отличать старые метки
от сегодняшних новых. Пожалуйста! Не супергероев же просить... – на самом
деле Адриан уже просил Плагга, но тот заявил, что сенсорный экран смартфона
на него не среагирует. – Всё из-за того, что я изначально съел таблетку и она
сработала как-то странно: не припомню, чтобы видел метки от тебя или от Луки,
который помогал нам подняться с пола. Зато более ранняя метка,
предположительно от Натали, проявилась раньше, чем прошла половина суток.
От Нино тоже ничего не было, хотя я сегодня, как и вчера, чисто машинально
поздоровался с ним за руку, встретив его с Алей перед открытием скульптуры. Я
в полном замешательстве! – это уже было похоже на отчаяние, и магия зелёных
глаз вывела Маринетт из ступора.
– Скажи, а я... а у тебя... а моя последняя метка у тебя проявилась? – наконец-то
выдала она вопрос, почувствовав подбадривающий тычок из сумочки.
39/123

– Честно? Не знаю, – опустил голову парень, – я совершенно запутался. На меня
утром успела наброситься Хлоя, как раз возле твоего дома, прежде чем я успел
войти в магазин. Я тогда думал об аромате ванили, доносящимся из твоей
пекарни... Вот, даже часа не прошло, как на щеке проявилась булочка с изюмом,
или овсяное печенье с шоколадом, именно на него была очень похожа эта метка.
Я сфотографировал её, смотри: это фото печенья у твоих родителей, а это –
фото метки, которая теперь оказалась замазана. Правда, похожи? Метка была
вот здесь, – он ткнул пальцем себе в щёку.
«Йо-йо моё!» – было первой мыслью девушки после взгляда на телефон. – «Да он
– святая простота, если поверил в то, что это печенье!»
– Надо же, какая милая печенька! Жаль, что пришлось её скрыть, ты
действительно мог бы стать ходячей рекламой нашей пекарни!
– Ничего страшного, сегодня она наверняка обновится и станет ярче, ну или
проявится на новом месте, тогда я пришлю тебе новое фото и ты сама сможешь
всё увидеть.
– Всё равно не сходится... Это может быть от меня, но не от Хлои. Даже
несколько часов – ничтожно малое время! – возразила Маринетт. – Макс говорил
в своём докладе, что нужно минимум десять часов для получения достаточной
концентрации наночастиц. Разве что кровь необычно быстро перекачивается –
тогда часов восемь: это Ким доказал после пробежки, когда они с Аликс
поспорили. Макс попросил их не просто так спорить, что Ким пробежит сто
кругов вокруг коллежа, а заодно провести эксперимент во благо науки...
– Да, нестыковка выходит, – Адриан лихорадочно соображал, могли ли его
перемещения в супергеройском костюме ускорить реакцию. – Что ж, тогда... – на
его лице впервые с момента их прихода в дом появилась улыбка, – эта печенька
– от тебя! – Маринетт потупила взгляд, молясь о том, чтобы «печенька» всегда
оставалась печенькой и ничем иным пятнистым, относящимся к ней. – Кстати, а у
тебя есть моя метка? Где она? Я тоже хочу знать, что за значок отобразился на
твоей коже. Покажи, я никому не скажу, клянусь! – девушка замялась. – Ну же, я
уже поделился своей тайной, а кто-то говорит, что именно для этого и нужны
друзья... или... знак появился там, где его лучше не показывать? – не поднимая
глаз, девушка закивала. – Ну, так не честно... Теперь ты знаешь, с чем
ассоциируешься у меня, а я буду вынужден голову ломать.
Ничего не говоря, Маринетт выскользнула из сладкого плена его объятий и, взяв
фотоаппарат, скрылась в ванной комнате. Надо было срочно заставить парня
перестать думать о печеньке и переключить его внимание на что-то иное (более
волнующее). Юноша задумался, глядя ей вслед, и почесал в затылке: эта
девушка определённо умела создавать интригу. Через пару минут воображение
не оставило ничего из старых мыслей о выпечке и парень с нетерпением ожидал
возвращения одноклассницы. Наконец, дверь отворилась.

40/123

На волосок от счастья
– Только потому, что мы друзья, и только на твой личный фотоаппарат!
– выпалила сильно смущённая девушка и вручила гаджет лучшему другу.
– Позволь хоть узнать свой рейтинг: он выше или ниже пояса? – Адриан зашёл в
папку недавних фотографий, отыскивая там нужную.
– Однозначно выше! – буркнула девушка и скрыла лицо в ладонях. – Ниже может
быть только от Хлои! – Адриан засмеялся, но вскоре закашлялся и уставился на
фото. Он был готов даже к интимным подробностям, стыдливо прикрытым
ладонью на снимке, но только не к увиденному на светящемся экране.
– Эмм... это бублик? Пончик? Спасательный круг? Немного кривая шайбочка? – по
картинке было не совсем ясно, где верх, а где низ у кружочка, но тот был яркорозовый.
– Нет, это, кольцо. Мне показалось, что это кольцо или перстень.
– Кольцо? – недоверчиво переспросил Адриан, покрываясь холодным потом. –
«Мне конец, это кольцо! Это кольцо, мне конец!» – в его голове не
укладывалось, почему у девушки была именно такая ассоциация с ним. Уж пусть
бы был грязный носок, которым частенько пахло из сырной сумки...
– Да, кольцо. Круглое, с отверстием – что это ещё по-твоему? Есть
предположения?
– Некоторые есть, но хотелось бы сперва у тебя узнать: как ты думаешь, что за
кольцо? – «Она правда не догадалась или ждёт, пока я сам во всём признаюсь?»
– Предполагаю, то самое кольцо, за которым очень часто охотятся, – последовал
весьма уклончивый ответ с намёком.
– То есть это нечто настолько ценное, ради чего люди готовы идти на
совершение глупостей? – естественно тут имелась ввиду акуматизация.
– Похоже на то, ведь это то самое кольцо, которое мечтает заполучить половина
Парижа!
«Мне конец, это то самое кольцо! Она догадалась, она всё знает!» – тучи
сгущались, но оставалась ещё крохотная лазейка, в которую можно было
попытаться выскользнуть, избежав чистосердечного признания. Капельки пота
покрыли его обнажённую грудь. Но раскрываться самостоятельно парню не
хотелось, и он решил прикинуться полным дураком, совершенно не
понимающим, о чём идёт речь. – А что значит «то самое»? Почему не для всего
города, а лишь для половины парижан?
– Не парижан, а парижанок! Это же обручальное кольцо с бриллиантом, –
Маринетт поняла, что парень совершенно не догадывается о её чувствах.
«Мне конец, это то самое обручальное кольцо... стоп, ЧТО???» – с плеч как гора
свалилась. – То есть я... ты... и кольцо... ты думала в тот момент о свадебных
кольцах?!
41/123

– Да, именно так, – прозвучало откуда-то со стороны. Адриан за своими
переживаниями не заметил, что девушка забилась в угол дивана, боясь сказать
лишнее. – А о каком кольце можно ещё думать, если рядом с тобой первый
жених Парижа?
– Ни о каком ином! – поспешил подкрепить мысль Адриан, потому что это было
меньшим из зол, но тут в дверь постучали.
– Пятнадцать минут истекли. Мадемуазель Дюпен-Чэн, попрошу на выход, –
сказала Натали, не открывая дверь, но тут сын шефа взял инициативу на себя и
выглянул к ней в одном плохо запахнутом халате на голое вспотевшее тело. –
Эмм, кхм, хорошо, ещё десять минут. Но перед отцом будешь объясняться сам, –
она цокнула каблучками и поспешила вниз по лестнице. Оказывается, мальчик
вырос, а её начальник не хотел этого замечать. Интересно, он хоть поговорит с
сыном, как она того просила?
– Так, Маринетт, оставим разговоры на потом, сперва тело, то есть дело... тело в
дело, ой, нет... дело о теле. Сфотографируй, пожалуйста, все метки, которые на
мне есть, пока они не исчезли или пока не появились новые, – он скинул с себя
халат, кинув тот на кровать. – Кроме тебя с Нино никто об этом не знает,
поэтому выбора у меня не было, прости за наглость. Дело пяти минут, а я буду
благодарен тебе по гроб жизни, – он чуть не выдал шуточку «по девять гробов
своих жизней», чем бы навёл её на ненужные мысли о толковании кольца. – А
потом я вызову такси и позвоню твоим родителям, чтоб они не волновались.
Кстати, а они знают о твоей метке-кольце?
– Нет, я им не говорила. Только ты и Аля, как моя лучшая подруга, в курсе, –
ответила Маринетт, выбирая лучший ракурс для первого фото. – Ведь я могла и
ошибиться в толковании...
– Думаю, ты не ошиблась, – он понял, что перегнул палку, – я хотел сказать, что
нам обоим ещё несколько лет до совершеннолетия, и кто знает, что приготовила
для нас судьба? Конечно, если мой отец не решит провернуть коммерческий
брак, договорившись с мэром, чтобы тот выдал свою дочку за меня, –
последовало неодобрительное хмыканье.
– А Бражник его знает, что решит месье Аргест, но ты не должен постоянно
соглашаться с его решениями, особенно, когда достигнешь совершеннолетия, –
возмутилась Маринетт, делая очередной снимок. – И, кстати о Бражнике или
Монархе: где его носит? Ни акум, ни героев... Тебе не кажется, что
общегородская проблема решилась сама по себе?
– Мне кажется, и я уже разговаривал об этом с Максом, что открытие скульптуры
как раз должно было выманить героев, чтобы их лица попали на сотни снимков.
Бедную Ледибаг зацеловали дети, а, следовательно, следующее нападение акум
будет завтра в районе обеда. Я видел её после нашествия детей и могу
заверить, что простой макияж бессилен против меток, нужна зелёнка или что
покрепче, вроде гипса. Иначе скоро любой дурак по этим меткам вычислит
личности героев.
«Видимо, не любой», – с облегчением подумала Маринетт, поскольку ни Нуар, ни
Адриан её пока не вычислили, хотя стояли совсем рядом. – Всё, я закончила.
Осталось только место на голове и скрытое плавками, но там, думаю, ты сам
42/123

справишься. Только, прошу, не надо бриться налысо! Пока не было ни единого
случая появления меток на лысинах, – хихикнула Маринетт.
– Убедила, не стану. Спасибо тебе большое, пойдём, я провожу тебя.
– Постой, сперва надень что-нибудь, хотя бы майку и шорты, – это напоминание
оказалось не лишним.
***
Нагоняй от отца Адриан, естественно, получил, но на удивление короткий и
мягкий в духе: «У тебя есть бесцветный витаминный крем для лица, так что не
обязательно натирать себя свёклой». И на этом всё, действительно всё, даже не
было упрёка из-за того, что он запирался в комнате с девушкой – просто
фантастика! Хотя, быть может, так родитель избегал более неприятного для
себя разговора на тему вероятных наследников? Лишь Натали однажды сухо
намекнула парню, что в его тумбочке есть всё необходимое на этот случай, а
остальное он найдёт в интернете. Но теперь в тумбочке реально лежало то, что
нужно для встреч с его Леди: множество сортов разнообразного сыра, ведь
только после сыра можно было отправляться на свидание через окно. Ну, а до
всего остального отношения даже не думали развиваться. Хотя оставалась
надежда получить от Ледибаг метку как Нуару, но, зная про опасность
раскрытия, она совершенно точно не захочет оставлять Коту свой след на
память.
Парень провёл остаток дня и даже досидел до полуночи в ванной комнате.
Плагг, который, смеясь, выкатился из сумки сразу после ухода Маринетт, давно
дрых – устал. В этот вечер, долго комментируя подопечному происходившее в
этой комнате, квами веселился по полной, наблюдая за его реакцией, потому что
с точки зрения духа разрушения Маринетт должна была отвесить парню
пощёчину, повернуться и уйти после первых же двусмысленных намёков. Часов
после десяти вечера чёрный бесёнок устал стебаться над хозяином, вертящимся
как балерина около зеркала, и посоветовал тому пойти лечь спать пораньше,
поставив будильник, чтобы просыпаться и проверять новые метки хотя бы раз в
три часа вместо того, чтобы не спать всю ночь напролёт.
***
Метка не появлялась и не появлялась, хотя завтрак уже переварился, и Адриан
впервые обрадовался воскресным утром, что приём пищи проходил в полном
одиночестве. Красная печенька на щеке никуда не делась, но сильно выцвела, и
на то была причина: у него состоялось целых три поцелуя с Маринетт, два из
которых были однозначно запланированы. Значит, печенька – точно от неё, но
тогда возникал вопрос: а где же самая долгожданная метка от Ледибаг? Но вот
вторая щека начала зудеть и чесаться: это было не лучшее место для
проявления метки, но и не худшее из возможных. Адриан побежал к большому
зеркалу, и по мере проявления рисунка его лицо вытягивалось от изумления всё
сильнее и сильнее. На другой щеке проявился розовый круассан.
– Плагг, иди сюда! Ты только посмотри!
– Что, наконец-то проявилась божья коровка или сердечко, которых ты так
43/123

ждал? – протянул квами заспанным голосом.
– Хуже, это круассан! Или месяц... только полосатый. Или рогалик, точно
рогалик!
– Значит, у тебя выросли рога: хотя ты сам вчера вёл себя так, что у Божьей
Коровки должны были отрасти небольшие, но очень острые рожки, – развёл
лапками котёнок.
– Да причём тут рога?! Почему снова отобразилась какая-то сладкая выпечка? –
парень оттягивал кожу, трогал ещё зудящую метку и никак не мог поверить. –
Неужели всё от того, что Ледибаг для меня пахла как свежая выпечка?
– Во-во! Надо было поменьше думать о её булках, – хрюкнул квами. – С другой
стороны, вскоре после Ледибаг ты вновь целовался с Маринетт, так что, может,
это от неё.
– Не-е-ет, не может быть! Хотя я читал, что картинки иногда меняются. С
Маринетт мы первый раз совершенно случайно поцеловались в четверг, но от
неё метка проявилась только в субботу днём. От Луки, Хлои и Нино метки вовсе
не проявились, значит, они либо не появляются вовсе, либо появляются, но с
большим запозданием, – размышлял подопечный.
– Если ты имеешь ввиду наушники и гитару, то они у тебя были, как и круглая
печенька или булочка с изюмом, только ты их вечером четверга не заметил, изза бледности, а по утру пятницы они уже пропали. И от Хлои ты тоже мог не
заметить.
– Вот как? И ты мне не сказал?!
– Вообще-то, ты и не спрашивал. Точнее, спросил уже утром – когда они начисто
исчезли. Могу предположить, что у тебя метки появляются и пропадают раза в
два быстрее, чем у других.
– И что мне прикажешь делать? Как отличить, какая метка от какой девушки?
– Ну... – квами задумался, – чего бы я настоятельно не рекомендовал, так это
показывать розовые метки своим девушкам, а то от обеих схлопочешь за
неверность. А так, что может быть проще: ещё раз поцеловать каждую из них с
интервалом в сутки и посмотреть, чья метка в итоге останется. Это же
элементарно! – кажется, квами начинал получать истинное удовольствие,
который день наблюдая из сумки за происходящим вокруг его хозяина безумием.
– Ну, допустим, с Маринетт я встречусь в коллеже, а как же уболтать Ледибаг? И
где мне её искать? Она сегодня будет вся розовая, как Пигелла, так что на
публике постарается не появляться.
– Точно, устрой засаду на Маринетт в женском туалете, как тогда с Нино! –
веселился Плагг. – Только на этот раз фанатки гарантировано зажмут тебя в
углу и до полусмерти зацелуют! А к вечеру проявится такая мешанина из меток,
что мама не горюй! – котёнок несколько раз, смеясь, кувыркнулся в воздухе.
– Смейся-смейся, я и без твоих подсказок обязательно разберусь, где чья метка,
даже если Ледибаг опять долго не объявится.
44/123

– Да? Ну тогда Кот Нуар обязательно должен появится в городе, потому что за
окном только что пролетело нечто, что крыльев не имеет и потому летать не
может. Кажется, ты был прав насчёт акум, – в подтверждение его слов на
телефоне сработало оповещение о новом акуматизированном в городе.
– Мог бы просто сказать, что хочешь ещё сыра, вымогатель. Вот, держи, –
треугольник исчез в недрах квами. – Плагг, когти! Итак, как я выгляжу? – Нуар
решил посмотреться в зеркало. – Ох, паршиво... но посмотрим ещё, как Леди
выкрутится, – с этими словами он отправился к принтеру, вынимать из того
картридж с чёрным тонером. Как это аккуратно делается, его совсем недавно
научил Макс, так что комната почти не пострадала.
***
– Привет, Букашечка! – сзади героини на крышу кто-то спрыгнул. – Ну же,
Гюльчатай, покажи личико, – произнесли ещё более издевательским тоном. – Ой,
пш-ш-ш-ш! – Нуар отпрянул, инстинктивно изогнул спину и зашипел, как делают
кошки, увидев нечто жутко пугающее. Но быстро пришёл в себя и решил
отвесить комплимент. – БагиБу?[4] Ты сегодня страшно красивая. Вероятно,
акума застал тебя за приготовлением питательной маски для лица?
– А на себя давно в зеркало смотрел, неумытый поросёнок? – недовольно
фыркнула Ледибаг. Она же не могла признаться, что после предупреждений от
Али, Тикки и Адриана боится показывать свои метки всем, даже напарнику.
– Как же тяжело живётся чернокожим в наши дни... – картинно вздохнул Нуар. –
Вероятно, ты бы больше обрадовалась, увидев перед собой не перемазанного
Чёрного кота, а милого Белого котика?
– Нет, только не снова! – девушка перекрестилась. – Для ночных котшмаров мне
достаточно было одного раза.
– Правда? А когда это было? Эй, стой! Расскажи хоть, против кого мы сегодня
сражаться будем? – рядом с ним в дымоход вонзилась розовая роза.
– Всем салют, я – Купироз, парижский Ангел любви, помогаю всем, кто влюблён!
– послышалось сверху. – Приведите ко мне своих избранников, и они без памяти
влюбятся в вас навечно!
– Эй, Пернатый, ты совсем не похож на ангела, давай прекращай! – крикнул ему
Нуар. – Не все хотят становиться парами! Люди сами могут выбирать, с кем им
быть!
– Могут, но далеко не все. Даже некоторым взрослым нужна моя помощь, а вот
таким несовершеннолетним, как ты, вообще пару подбираю я сам! – новый
дождь роз-стрел обрушился на Кота, и лишь бешеное вращение шеста перед
собой помогало отбиваться от них.
– Миледи, где ты?! Без тебя мне не справиться! У него на этот раз не колчан со
стрелами, а настоящий пулемёт, как у Терминатора!
– Глупый невезучий Котёнок, ты открыл глаза, но всё ещё слеп! Она только что
45/123

бросила тебя, сбежала, так почему же ты упорствуешь и не принимаешь мою
помощь? Просто приведи ко мне Ледибаг, одна чудесная роза – и вы навеки
будете счастливы вместе! Подумай хорошенько, девушка потеряет голову от
тебя и даже не захочет применять свою силу восстановления, – настаивал
странный летающий человек в белом балахоне с махонькими ангельскими
крылышками на спине.
– Нет, Купорос, тебе меня не провести! – сверхзаманчивое предложение было
поспешно отвергнуто.
– Пожалуйста, не обзывайся, меня зовут Ку-пИ-роЗ! Я действительно соединяю
сердца и помогаю людям обрести свою половинку.
– Откуда такое странное имя? У Монарха стало совсем плохо с фантазией? –
пыхтел герой, уставший работать шестом, как пропеллером. – Знаю я эти трюки,
потом ты отберёшь наши волшебные украшения!
– Что? Какие украшения? Нет, ювелиркой я не увлекаюсь, я лишь продаю букеты
для влюблённых. А раз из-за этих меток стало меньше доверия между людьми,
то у меня почти перестали покупать розы, а у Андре – мороженое. Я был на
грани разорения! В порыве отчаяния, я даже вышел на улицу и ловил прохожих
вблизи своего магазина, предлагая им купить прекрасные розы, но люди
шарахались от меня, как от прокажённого... И вот тогда Монарх даровал мне
силу вновь сделать Париж городом любви!
– Так не бывает, злодеи всегда что-то просят взамен! Он тебя где-то обманул!
– Нет, он никогда не обманывает и честно выполняет сделку, – этот чудик
прекратил стрелять, вынул из кармана балахона телефон и посмотрел на экран.
– Сегодня я нанял ещё пятерых работников, продающих цветы, потому что
торговля розами пошла настолько бойко, что разгружать приходится фурами! И
все равно в магазин стоит очередь на половину квартала. Пока мы болтали,
касса магазина пополнилась ещё на пятнадцать тысяч евро! А взамен я лишь
должен помочь Монарху вернуть его любовь, вот и всё.
– Что, он вот прям так и сказал? – не поверил Нуар.
– Так и сказал, что хочет вернуть любовь и жену, больше ничего не просил. Но не
сказал даже имени жены, поэтому я вынужден облететь весь город в поисках
той самой женщины. Ладно, заболтался я с тобой, где Ледибаг? Может она и
есть его бывшая? – Купироз снова схватил пулемёт обеими руками и полетел,
продолжая охоту на горожанок.
– Эй, постой! Она не может быть его старой женой! – Кот помчался догонять
сеятеля любви.
– Нуар, погоди, – кто-то обмотал его леской и резко затащил на чердак. – Я коечто выяснила по этому акуматизированному. Скажи, ты – совершеннолетний?
– Нет, конечно, а иначе где мои взрослые силы?
– Плохо дело... потому что на подростков его магия действует иначе. Кстати, а
где это ты всё личико сажей замарал и для чего? Не хочешь поделиться с
напарницей: как, с кем и где? А, Котёнок? Или ты только на словах и перед
46/123

камерами готов называть меня единственной девушкой, укравшей твоё сердце?
Я же помню, как ты лихо сбежал, кинув меня на растерзание малышне. Что
скажешь в своё оправдание?
– Мне жаль, что так получилось... но за тебя отомстили. Видишь ли... в тот же
день на площади Вогезов раздавали бесплатную выпечку, куда я наивно пришёл
в поисках халявы...
– Ну-ну, продолжай, пока верю, – её скрещённые на груди руки говорили об
обратном.
– Естественно, я детрансформировался и пошёл туда как обычный человек. Но
кто же знал, что создательница Ледиблога устроит такую подлянку в виде
флэшмоба по поцелуям? Вот там я и пострадал.
– Да-а-а? Как интересно, бедняжка пережил такие страдания! Переходим к
фактам. Чем подтвердишь, что на самом деле попался именно на флешмобе?
Неужели ты не был знаком ни с одной девушкой, кроме Али Сезер, которая
причинила тебе столь ужасные страдания?
– Почему же, знаю одну, там была Маринетт – ну, та девушка, что спасла нас от
Охотницы на квами. Только она сперва стояла далеко, а потом предпочла такому
очаровательному герою, как я, более модного одноклассника, с которым позже и
сбежала. Ну а я остался и получил свою порцию меток от толпы, вот... Не
обнаружив тебя рядом, я бы сам предпочёл компанию дочки пекарей – с ней мы
хотя бы давно знакомы, ещё с появления Злолюстратора, а на том празднике
присутствовало многих девушек, лезущих ко мне, кого я видел в первый раз!
– Ага, то есть ты оставил меня у скульптуры, а сам отправился прямиком к дочке
пекарей, пока я была заняла детишками... забавно получилось, не находишь? Но
твой конкурент оказался проворнее, а ты даже не удосужился узнать имена
других парижанок, вешавшихся на тебя, выходит так? – укоряла Леди
напарника, легонько задев пальцем его бубенчик – тот мелодично звякнул.
– Эм.. ну... не совсем. Сделав крюк в образе Нуара, я переборол страх перед
получением розовых меток и возвращался за тобой к скульптуре, когда заметил
свою Леди в обществе другого парня, подарившего ей цветы. Поэтому я
обиделся и решил попытать счастья в виде пирожка, чтобы заесть своё кошачье
горе, но и там дочку пекаря увёл у меня из-под носа всё тот шустрый парень.
Видимо, он приехал раньше меня на машине, а я в расстроенных чувствах
тащился туда пешком. Если честно, то мне даже пирожка с общего стола не
досталось. Так что мне не везёт по жизни: ни с выпечкой, ни с девушками, –
Ледибаг больше не смотрела на него, а уставилась в пол и почему-то задумчиво
покусывала нижнюю губу. – Раз у нас сегодня день откровений, не хочешь ли
заодно узнать, как за прошедший месяц мне не везло с парнями?
– Что?! – такой поворот заставил Леди молниеносно отреагировать. – Хочешь
сказать, что ты...
– Нет, ты что! – замахал лапами Нуар. – Это они предлагали мне дружбу и
вступление в клуб брошенных Ледибаг, но я отказался, потому что... – тут он
тяжко вздохнул. – Впрочем, это не важно, давай разберёмся с этим летуном и я
пойду в пекарню, куплю себе, наконец, пирожков. А ты можешь попытать
счастья с тем парнем, хоть каждый день вместо патруля – я не стану вам
47/123

мешать.
– А что в это время будешь делать ты? Поедать пирожки с капустой? – Кот
поморщился.
– Нет, Маринетт не так жестока, как судьба, и если я попрошу, она принесёт мне
слоек с чёрной смородиной. Правда я уверен, что она уронит их раза три-четыре,
пока донесёт с кухни, но всё равно с ними моя кошачья жизнь будет не такой
кислой, как заплесневелый сыр, – с этими словами герой покинул чердак и
отправился искать акуматизированного.
«Хм, Чёрный кот любит слойки с чёрной смородиной, удивительное совпадение.
Но почему тогда я не люблю слойки с красной? Любопытно, а я видела его среди
собравшихся на площади Вогезов? И почему он решил наведаться именно в
пекарню Маринетт, ведь обычно его видят запрыгивающим на крышу отеля
Гранд Париж. Неужели ему там мёдом намазано? – Леди посмеялась над своей
же шуткой. – А то, что Нуар засёк меня с Адрианом – это косяк. Почему на этот
раз удача подвела меня? Хотя, весьма странно: напарник не устроил сцену
ревности тогда, пожелал мне удачи сейчас... и что на него нашло? Да, жаль, что
мы так долго с ним не общались, Котик успел измениться. Раньше он с первых
минут пытался поцеловать мои руку и сразу рвался в бой, а сейчас...» – девушка
осознала, что вокруг уже давным-давно стало непривычно тихо, а она стоит тут
и витает в облаках, когда её хвостатый боевой товарищ где-то там, совсем один,
сражается со злодеем.

48/123

Сомнительные предложения
Ледибаг оббежала уже несколько кварталов и нигде не могла найти ни
Нуара, ни акуматизированного. Судя по разрушениям, минимум пара
котоклизмов была использовала впустую – и всё из-за неё: девушка, внезапно
переполошившаяся из-за неверности Кота, вовремя не поспешила поддержать
проштрафившегося напарника. Теперь она даже перед самой собой не могла
оправдаться, почему её вдруг задел факт присутствия меток у хвостатого друга.
Не особо верилось, что он оказался не при чём, поскольку зачем тогда было
спешно сбегать с церемонии открытия скульптуры? После мимолётного намёка о
покраснении на его щеке (что однозначно указывало на грешок, совершённый
днём ранее), у героя глаза стали как блюдца, а после визга малышни его как
ветром сдуло. Однако, если он всё ещё оставался её другом, просто другом, то
даже розовые пятнышки обязаны оставаться исключительно его личным
кошачьим делом: он мог заработать их от кого-то из родственников. Но,
отодвигая причину появления меток на задний план, героиня чувствовала
несправедливость в том, что пятна "от природы" есть теперь не только у неё. И
даже закрадывалась некая обида, что пятна у напарника – непонятной
"природы", а должны быть, по идее, от единственной на свете Леди – иначе
обоим не избежать вопросов от Али Сезер.
Устав наматывать круги в поисках двух ненормальных парижан, Ледибаг,
тяжело дыша, остановилась на коньке очередной крыши. Второй день
супергеройские дела переворачивались с ног на голову и шли совершенно не
так, как бы ей того хотелось. Впереди покосилось очередное изрядно
разрушенное здание, чем-то не угодившее Нуару и попавшее под горячую лапу.
Наверное, не стоило его злить допросом, который мог привести к раскрытию
личности. Теперь предстояло восстанавливать город, и ещё непонятно, есть ли
под завалами пострадавшие. Девушка раскрыла йо-йо: фишки-лапки на карте
снова не было – она исчезла, а это означало, что Плагг голоден и героиня пока
осталась один на один с летающим сумасшедшим. Двигаясь по следам от
выпавших перьев (кажется Кот успел потрепать птичку), она таки засекла его и
затаилась.
– Супершанс, – Ледибаг тихонечко призвала талисман удачи. В руки упала
визитная карточка магазина цветов с адресом. Вероятно, именно там, среди
изображённых на картинке роз, одна из которых была не красной, а чёрной
расцветки, был спрятан цветок с акумой.
– Берегись! – Нуар появился как всегда вовремя, когда по крыше прошлась
очередь из цветов. – Я не нашёл предмета с акумой. Кажется, у него с собой его
нет.
– Удача подсказывает искать в магазине цветов, но это на другом краю города.
Нам надо как-то избавиться от этого летуна, чтобы он перестал охотиться на
нас.
– Это бесполезно: он обладает каким-то чутьём, повсюду выслеживая меня. А
отстанет лишь тогда, когда я выдам ему тебя, – ответил Кот, раскручивая шест
ещё быстрее.
– Чутьё тут ни при чём: над нами летает телевизионный дрон с камерой и
происходящее транслируется на весь интернет, так он тебя и находит. Надо
49/123

сказать Наде Шамак, чтобы впредь перестала палить наше местоположение.
Пусть лучше за злодеями наблюдает, а то талисманы быстро окажутся в лапах
Монарха. Он уж точно не пропустит такую интересную трансляцию!
– С талисманами ты не угадала, на этот раз у акуматизированного иная задача.
Раз на площади Вогезов все поперецеловались и первоначальный план по
раскрытию наших личностей пошёл прахом, то главный кукловод сменил
тактику: теперь все сегодня поперецелуются по второму кругу и лишь мы двое
будем выглядеть белыми воронами на фоне розовеньких парижан.
– Так вот почему взрослые выбирают себе лишь одну пару, а подростки целуют
всех встречных-поперечных без разбора! – осознала Ледибаг. – Завтра только
два подростка будут без розовых меток в течение нескольких часов. А при
наличии камер на каждом доме нас вычислят на раз-два!
– Именно! И чем дольше длится сражение, тем больше времени мы будем
выделяться среди остальных, так что давай поскорее оптичим мероприятие.
Боюсь, что метки потому и появляются позже, что их не отменит твоя магия. Она
лишь снимет одержимость, а сами метки сформируются спустя какое-то время. Я
это понял только сегодня ночью.
– Котик, ты молодец! – теперь была очередь Ледибаг защищать их: она
заметила, что обороты шеста снижаются, стало быть руки у напарника успели
устать. – Но как ты до этого додумался?
– Если ты делала укол, то я – один из тех, кто подпольно купил таблетку: это
изменяет свойства нанонов и даёт побочный эффект. Во время укола сразу вся
порция попадает в кровоток и вступает в реакцию, а таблетка растворяется
послойно и впитывается постепенно, поэтому активация этой наноерунды
происходила длительно, на протяжении нескольких часов. Я ещё не имел
возможности запить её водой, наверное поэтому сдвиг по времени между
взаимодействием и меткой растянулся на несколько часов: у разных слоёв
вещества получился сбитым ноль, начало отсчёта, и они отсчитывают время
каждая от своей даты.
– Нуар, ты и правда гений! Я бы до такого не додумалась. Но зато у меня есть
план, как обмануть акуматизированного: быстро бежим вот за тот шпиль, а
затем прячемся за выступ кирпичной стены, остальное расскажу по ходу, – она
резко выбросила йо-йо, выбив розомёт из рук врага, что дало им маленькую
передышку.
– Ух, добежали, и что теперь? – грудь Кота ходила ходуном: он порядком
запыхался, так как непрерывно бегал по городу за падшим «ангелом»,
продавшим свою душу дьяволу-Монарху. – Да что за ерунда?! – он пытался
почесаться сквозь костюм, – похоже, у меня есть вторая побочка от таблетки:
уже третий раз появляется зуд и жжение на месте, где вот-вот появится метка.
– Не думала, что ты боишься уколов. О-о-о, на этот раз зудит на груди? Что ж,
поздравляю, ты нашёл близкого к своему сердцу человека, – Ледибаг опасливо
выглянула, не вернулся ли злодей. – Раз ты говоришь, что Купирозу не нужны
наши талисманы, то давай обманем его. Я слышала часть вашего диалога: он
хотел, чтобы ты просто был счастлив, ну так устроим для него спектакль!
– Что, опять?! Как с Лединатором? Нет, не буду, – Нуар встал в позу обиженной
50/123

кошки. Ему не хотелось заполучить ещё и третью метку – на лбу, чтоб уж
гарантировано заслужить люлей от отца. – Я не стану этого делать, ведь с новой
розовой меткой у тебя будут серьёзные проблемы с тем парнем, а лезть в ваши
отношения я не собираюсь, – насупился Нуар.
– Но нам придётся, иначе мы не отвяжемся от акуматизированного и завтра весь
Париж будет розовый – вот тогда нам точно конец, – последовал ответ с ноткой
грусти.
– Ох, Миледи, может, ограничимся для него крепкими объятиями или поцелуем в
щёку, чисто по-дружески, как напарники? Ведь у тебя на лице какой-то
съедобный крем или салат, а я же, с твоих слов, неумытый поросёнок в
токсичной саже!
– Нельзя, на нас все смотрят через экраны гаджетов, – Леди покосилась на
жужжащий неподалёку дрон, – он не поверит, и никто из телезрителей не
поверит. Помоги мне поскорее добежать до магазина, пока супершанс не исчез.
– Что же ты подругам ответишь на вопрос, от кого теперь у тебя новая метка,
если не желаешь знать, кто же я под маской? – в глазах Леди это было нечто
невероятное: Кот Нуар внезапно выступил против её плана, когда она сама
настаивала, чтобы поцелуй был не понарошку, а самым что ни есть настоящим,
каким он и должен быть в столице поцелуев, – повисло неловкое молчание с
капелькой дежавю.
– Прости, что втягиваю тебя в это против воли. Зато я наперёд знаю, что метка
будет у самого сердца, – шепнула Леди, – потому что в моей жизни есть лишь
несколько по-настоящему близких людей и ты – один из них. Мы же не виделись
почти месяц и так быстро расстались в прошлый раз! Но если ты против, то
пошли, просто выщиплем этому петушку все оставшиеся перья, чтобы не мог
летать, свяжем и дело с концом, – моментального ответа не последовало. Она
вертела в руках карточку из супершанса, не зная, на какой козе ещё подъехать
к парню, и сожалела, что перед этим успела накатить бочку на напарника,
докапываясь до источников его меток. А ведь по-хорошему они действительно
не должны теперь соприкасаться во время битв кожа к коже, чтобы случайно не
раскрыться друг перед другом. Но девушке пришлось пойти ва-банк. – Я
действительно искренне хочу получить от тебя розовую метку, и злодей с
розами здесь ни при чём: наоборот, этот план родился от первоначального
желания обменяться метками.
– Когда Леди о чём-то просит, это для меня закон, – безразлично ответил Нуар. –
Я оставлю тебе розовую метку, напротив сердца, как ты того хочешь.
Ледибаг снова высунулась из укрытия и, убедившись, что на этот раз её
заметили, спешно засунулась обратно. Накинув на кошачий шест краснопятнистую тряпку, сорванную по пути сюда с одной из бельевых верёвок, она
выставила её за край стены – моментально последовала очередь из роз,
задевших не только голубей на крыше, но и тряпку.
– Ха-ха! Попал! – порадовался злодей. – Ну, и как тебе такое, Ледибаг?
Он облетел их укрытие с другой стороны и застал чудеснейшую картину:
героиня, из-за разности в росте, буквально висела на своём напарнике, обвив его
шею руками, и страстно целовала его, несмотря на чумазость немытой
51/123

мордашки. Нуар же поддерживал Леди за спину и за талию. Бросив косой взгляд
на акуматизированного, он свернул правую перчатку, показав жест «палец
вверх».
– Ну вот, всё прекрасно! А ты не хотел меня слушаться, – прокомментировал
злодей. – Не буду мешать, потом поблагодаришь, когда снова увидимся. Заходи
в магазин, я дам тебе скидку на первый букет! – и действительно, не потребовав
талисманов, этот чудик упорхнул прочь.
– Миледи, надеюсь, представление затянулось по твоей воле, а не ради этого
пугала в перьях, – смог сказать Кот, когда девушка наконец-то отклеилась от
него. – По крайней мере мне было бы приятно так считать.
– Ну... эмм... это действительно было не напоказ. Я просто осознала, что мы
давно с тобой не общались.
– Мяу, неужели ты соскучилась по мне и моим плоским шуткам?
– Разве что немножко, а теперь бежим в магазин, пока время не истекло и я не
потеряла супершанс!
– Ну побежали, пока предложение о скидке на букеты ещё актуально, –
вернувшийся игривый настрой говорили, что отношения между ними несильно
изменились за время вынужденного отпуска. По крайней мере, Ледибаг так
показалось.
***
Маринетт еле-еле успела добежать до женского туалета и клацнуть щеколдой
на двери, когда остатки костюма полностью исчезли и в руки упала
обессилевшая квами. Что-то героиня сегодня обленилась и была совершенно не
организованной после долгого перерыва в битвах. Даже патрули они отменили
за ненадобностью, да и в коллеже заданий прибавилось при неизменном
количестве часов в сутках. А потом началась эпопея с метками, первые скандалы
из-за них, первые сенсации... и понеслось! Девушка вообще расслабилась и
подзабыла, что у неё начнётся обратный отсчёт, как только она призовёт
супершанс. А ещё она забыла, что летающий человек перестанет быть таковым,
стоит им откотоклизмить цветок с поселившимся внутри акумой. Хорошо, что
хоть напарник напомнил ей поскорее призвать чудесное восстановление,
которое мягко приземлит развоплотившегося продавца цветов, не позволив ему
шмя-мякнуться с высоты многоэтажного дома.
– Да, Тикки, что-то мы с тобой сегодня не собранные ни разу и могли бы
конкурировать по раздолбайству с Котом Нуаром. Но, скажу честно, этот злодей
оказался совсем не злодей, а действительно разносчик положительных эмоций,
– пропела она, подойдя к умывальнику, чтобы привести своё лицо в порядок, и
лишь сейчас заметила, что выглядит, мягко говоря, странно. Немудрено, ведь
даже её храбрый напарник испугался при встрече, а сейчас к месиву из
подсохшего крема добавились чёрные как уголь губы. – Не беда, я знаю, чем это
смыть, главное – сделать воду похолоднее и взять побольше мыла. И вообще,
сажи бояться – с котами не целоваться... Тикки, ну почему ты до сих пор
молчишь? – хозяйка наконец-то обратила внимание на свою волшебную
помощницу, а та была сильно недовольна. – Что? Ну потратила я немного твоего
52/123

любимого белкового крема на маскировку, подумаешь. Зато овсяного печенья
полная сумочка, ныряй.
– Не в печенье дело! Ты! Ты за вчера и сегодня натворила столько глупостей, что
мне скоро придётся менять хозяйку! – бушевала квами. – Да, я молчала, когда
началась мода на метки, я продолжала молчать, когда Адриан разглядел метку
на Ледибаг, потому что он не будет трепаться о том, что именно и на ком видел.
Но когда Ледибаг начала оставлять всем подряд свои метки, это уже ни в какие
ворота не лезет! И не пытайся заткнуть меня печеньем, – чаф-чаф-хрум-хрум, – у
фебя на мефя никакофо пефенья не ффатит!
– Зато так я хоть успею спросить, чего плохого в этих метках. Ну оставила я их
трём десяткам детей, ну ещё двум парням, своим родителям, и дальше-то что?
– Ты невнимательно слушала доклад Макса, а он рассказывал, что каждая метка
содержит в себе смесь эмоции и следа ДНК, именно поэтому при поцелуе со
слюной на кожу другого человека попадает ДНК второго носителя. Имея в своём
распоряжении множество меток, при помощи компьютерной программы можно
отделить эмоции, и останется генетический след носителя. Далее нужно просто
отфильтровать их: посмотреть на людей, кого целовала Маринетт, и сделать
пересечение с теми, кому оставила метку Ледибаг. Так обнаружится девушка –
носитель ДНК Ледибаг, выделенная на фоне из множества меток, слегка
искажённых эмоциями!
– О, нет! Что же я наделала?! – Маринетт, закончив смывать остатки крема,
вытаращилась в зеркало, висящее перед ней.
– Вот и я о том же, тебе не стоит...
– Тикки, я оставила метку Коту Нуару! Свою метку! Он знает, что Макс –
компьютерный гений, и сейчас побежит к нему, чтобы выделить из моей метки
ту самую часть, отвечающую за генетический кот! Тьфу, код! Кот раскроет мой
код, это котострофа!
– Маринетт... ты меня опять не слушаешь! По одной метке сложно что-то
сделать, нужно набрать статистику.
– А Нуар видел меня с Адрианом! И с детьми! Теперь он обойдёт их всех и
поспрашивает, какие метки были от меня, добавит к ним свою и у него всё
получится! Он меня вычислит!
– Ну, теоретически, да, если все метки действительно принадлежали Ледибаг,
то так и будет, – подтвердила квами.
– А если не все... Тикки, ты умничка! Нуар сказал, что у него метки проявляются
хаотично по времени, мне просто надо оставить ему новую метку, как Маринетт,
и тогда он запутается в них! Это же элементарно! – квами хлопнула себя лапкой
по физиономии, ведь она совсем не к такому радикальному выводу
подталкивала подопечную.
– Просто признайся, что тебе понравилось целовать Нуара, вот и нашла повод
повторить, – продолжала бурчать Тикки из сумочки, заполненной печеньем уже
наполовину.
53/123

– Просто я знаю, что именно как Нуар он больше никому в руки не дастся для
получения очередной метки, а без трансформации я сама не смогу: если мы не
знакомы в обычной жизни, то я не представляю, как можно просто так подойти и
поцеловать какого-то прохожего, даже если ты мне на него укажешь. Взять
чмокнуть и убежать, как делают фанатки Адриана? Ну уж нет, я не такая!
– Конечно же, ты так не поступишь! Но где ты найдёшь Нуара? Злодея же вы
победили, да и Плагг устал.
– Ты права, однако я точно знаю, где Кот обязательно найдёт меня! – эту
довольную ухмылку квами знала довольно хорошо: у хозяйки только что созрел
новый заковыристый план. – Мы идём покупать слоёное тесто и чёрную
смородину. Времени на изготовление домашнего слоёного теста нет[5], а старые
запасы истратились во время праздника.
***
Действительно, стоило девушке вернуться домой и запечь несколько слоек, в
кои-то веки уследив, чтоб те не пригорели, как в пекарне появился необычный
гость.
– Здравствуй, Плагг! – подлетела обрадованная Тикки. – Какими судьбами?
– Сыр есть?! Привет, Сахарок, привет, Маринетт!
– Есть немного пармезана, будешь? – предложила Хранительница сыра.
– Ещё спрашиваешь! Я голоден как волк! Давай сюда, и тогда я расскажу, где
сейчас засел мой хозяин. А он здесь совсем неподалёку.
– В смысле? Он зашёл в магазин как покупатель?
– Нет, ни за что не угадаете, где он сейчас, но он очень близко! Благодарствую,
– квами порадовался поставленной перед ним полной тарелке. – В общем, он
сейчас развалился в твоём шезлонге на балконе!
– Что?! Вот драный Котяра! Так, где мамин веник? Я сейчас пойду, шугану его
оттуда! Нечего приваживать всяких хвостатых, даже если это –
общенациональный герой!
– Тише-тише! Это моя идея была оставить его там, а самому спуститься. Он же
не в курсе, что мне надо потолковать с Хранительницей. В общем, беда с этими
вашими метками. Если так дальше дело пойдёт, то конец тайнам личности:
злодеи вычислят вас даже раньше, чем вы сами догадаетесь о личности
напарника.
– Вот, я ж говорила! – Тикки отсела подальше от тарелки с сыром и поближе к
манящим горячим слойкам.
– То, что я совершенно не подумала об этом перед уколом, поддавшись на
уговоры, уже ясно, – вздохнула Маринетт, – но что теперь делать – я не знаю.
Посмотри, всё лицо усыпано перемешанными картинками, прям как от аллергии!
54/123

– Вот-вот, очень заразное умопомешательство на почве этой непонятной для
меня кожной сыпи! – Плагг был так же недоволен, как и Тикки. – Зато мой хозяин
начал чесаться, в смысле копать эту тему, связавшись с твоим одноклассником
Максом, и у того есть некоторые результаты.
– Правда? Я так и знала, что он к нему пойдёт! Хотя... а Макс сумеет сделать
противоядие, чтобы метки больше не появлялись?
– Может и сможет, но для этого ему нужны фотографии меток, оставленных
разными людьми. По ним он вычислит, с какого участка ДНК считывается
информация для построения фракталов, которые видятся как метки на коже, и
только затем сможет посоветоваться с химиками и микробиологами, чтобы
подобрать ответные антитела, препятствующие вступлению в реакцию с ДНК
второго человека. Это метки не устранит, но сделает их совершенно
одинаковыми в пределах одного человека. Двусторонняя связь будет разорвана.
– Плагг, я от тебя тыщу лет не слыхала более умных вещей! – восхитилась Тикки.
– От кого ты этого понабрался? Неужто от хозяина?
– Не-е-е, ты что?! Я с Марковым несколько дней общался. В отличие от людей, у
него и правда есть интеллект, пусть и искусственный, но выглядящий очень
даже натурально, – ответил котёнок в перерывах между порциями сыра.
– Но мы же не видны для них! Как робот тебя услышал?
– Я смог написать ему со старой кнопочной клавиатуры, и, скажу честно, этот
робот не просто умный, он знает огромное количество фактов из истории
французских сыров. Пока мы сидели в шкатулке, я столько всего пропустил! Так
что слава роботам (пока они не собираются убивать всех человеков)! Теперь мы
регулярно общаемся на кулинарные темы, пока наши хозяева спят.
– Хорошо. Как я поняла, – задумалась Маринетт, – Нуар просит меня скинуть
Максу фотографии своих меток, чтобы помочь ходу исследований. Проще
простого! Ну, если ему важна сама метка, именно картинка, а не место, где она
расположена, то я не против.
– Да, только картинка, остальные подробности с фото можешь удалить, –
подтвердил чёрный квами.
– Отлично, передай Нуару, что я помогу ему. Странно, что за таким пустяком он
послал тебя сюда, как будто думал, что я откажу в этой ерундовой просьбе, –
пожала плечами Маринетт.
– Вообще-то я пока передал просьбу Макса, услышанную от Маркова, а у моего
подопечного запросы поинтереснее... – озадачил Плагг.
– Дай угадаю: слойки со смородиной?
– Не-а, за такой ерундой он бы сам пришёл, не боясь получить веником.
– Эмм, то есть его не озвученная просьба предполагает подобный ответ? – глаза
Маринетт округлились.
– Угу, – квами проглотил последний кусочек сыра. Он немного затянул паузу,
55/123

создавая напряжение. – Просто я, в отличие от своего хозяина, бессмертен и с
лёгкостью переживу любой вид твоего отказа.
– А причём здесь твоё бессмертие? Хочешь сказать, твой хозяин предполагает,
что я попытаюсь его прибить после того, как он озвучит свою просьбу?
– Ну, этот вариант нельзя исключать... – задумчиво протянул Плагг, с грустью
глядя на опустевшую тарелку.

56/123

Похищение Принцессы
– Так, – расхрабрившаяся Маринетт упёрла руки в боки, – или ты
немедленно выкладываешь, что вы там на пару с Нуаром задумали, или я обоих
выгоняю веником из своего дома!
– Коту нужна мышка для опытов! – выдал чёрный квами.
– Что?! Это незаконно, опыты над людьми запрещены, разве что добровольное
испытание лекарств на совсем безнадёжных пациентах! – возмутилась девушка.
– О, нет-нет, на тебе не будут испытывать лекарства! Всё куда проще и
приятнее, но только не для меня, – вздохнул Плагг.
– Да что ж случилось? – не выдержала Тикки. – Говори прямо, а не загадками! –
собрат внимательно посмотрел на неё, потом – на её хозяйку, и немного замялся.
– Ну, хорошо, начну с предыстории. После того, как Нуар оставил метку на
Ледибаг, у него появилась новая фобия: а вдруг его личность вычислят по этой
метке? Ведь это единственная метка, которую он оставил кому-либо как Нуар, –
юная леди нахмурилась сильнее: получалось, что Котик таки загулял (раздавая
метки, будучи не в трансформации). – Поэтому мой хозяин хочет оставить метку
тебе, Маринетт, а ты тихонечко перешлёшь фото получившейся картинки Максу
среди кучи других своих меток, не сообщая, где чья. Если наш компьютерный
гений не сможет вычленить метку супергероя на фоне остальных, то всё в
порядке и можно спать спокойно, – выдал он на одном дыхании. – Я выступаю
против этого, но поневоле, лишённый права голоса, становлюсь соучастником.
Так что давай, поднимись на балкон и чмокни Нуара, только побыстрее, пока из
меня пармезан не выветрился, – он икнул от переедания. – Как же противно
трансформировать хозяина для очередного обмена жидкостями!
– Плагг, ты это о чём?
– О слюнях конечно! Тех самых, которыми люди обмениваются при поцелуях,
вместе с содержащимися в них миллионами бактерий! Фу! – чёрный котенок
изобразил на своей мордочке гримасу отвращения.
– Оу, за подобную просьбу реально можно выхватить веником... но... почему я?
– Ты знаешь о квами, ты не Хлоя и не Рена Руж, у которой есть парень, и ты
получала талисман мыши, а личности других супергероинь мой хозяин не знает.
Конечно, он мог бы пойти со своей просьбой к Вайпериону, но такой вариант
оставим на крайний случай. Ну и последнее: у тебя, Маринетт, наибольшее
число розовых меток из его знакомых. В этом суть проверки: можно ли выделить
одну-единственную картинку из пары десятков подобных.
– Хорошо, передай ему, что я согласна, – выдохнула девушка. – Сейчас выну
вторую партию слоек и поднимусь. Пусть несколько минут подождёт, зато
получит и метку, и выпечку... и веником, если станет распускать лапы – будет
ему несладко на десерт!
Когда довольный собой и сырным угощением Плагг скрылся, Маринетт
подпрыгнула на месте от радости.
57/123

– Не могу поверить, что ты так радуешься грядущему событию, – покачала
головой Тикки. – Ещё вчера ты бы отбрыкивалась от напарника руками и ногами.
Что происходит?
– Сама не знаю, но после сегодняшнего разговора на чердаке стало как-то
жалко его, записанного в клуб отвергнутых мной. Да, я всё ещё вздыхаю по
своему знаменитому однокласснику, но ты сама слышала, как Адриан намекнул,
что до совершеннолетия всё может сто раз поменяться, и уточнил, что скорее
всего у него будет брак по расчёту. Мне кажется, что я для него больше друг,
чем девушка. Простым полукоровкам надо поменьше читать сказок про Золушку
и верить, что принц, сын толстосума, обратит внимание на дочку небогатых
пекарей... У него я ассоциируюсь с печеньем, только и всего... Зато когда я
Ледибаг, то мы с Нуаром хотя бы на равных. А ещё я отметила, что последние
недели без общения с ним были серыми и унылыми, но сегодня окружающей
картинке как будто добавили красок! – надев на руки прихватки, девушка
начала отчаянно жестикулировать. – Меня искренне удивило, что он не осудил
меня, увидев вместе с Адрианом, а я же до сих пор завожусь, закипаю изнутри,
когда вижу Хлою или Лилу рядом с одноклассником!
– Маринетт...
– Дай доскажу. Даже вечно спокойный Лука – и тот напрягается, завидя на
горизонте Агреста, хотя на словах желает нам обоим счастья, а Нуар... Да он
просто святой, раз не использовал свои суперсилы против конкурента! И
вспомни, как некрасиво поступила я, отваживая Лилу.
– Маринетт, слойки сгорят! – Тикки боднула девушку в лоб, чтобы та прекратила
свои ужимки и прыжки и услышала её.
– Точно, слойки! – она рванула к духовке и вынула румяные треугольнички. –
Почему ты раньше мне не сказала?
– Я пыталась, но ты сильно увлеклась перечислением своего «гарема».
– Не поверишь, мне самой стыдно за такое количество ухажёров, – смутилась
девушка.
– Ага, а целовать вчера одного, а сегодня – другого, не стыдно? – квами решила
временно взять на себя выполнение функций уснувшей совести, краснея за
хозяйку.
– Это будет не из-за чувства стыда, а ради сугубо научного эксперимента. Ты
когда-нибудь слышала о жертвах во имя науки? Тем более, я сама хотела
запутать Нуара новыми метками, а тут он сам предложил и даже повод для
этого нашёл.
– А если Макс в подробностях доложит Адриану о том, сколько у тебя розовых
меток и от кого? – девушка, посмотрев на потолок, издала невнятный звук,
средний между скулением и воем, подхватила два подноса и направилась в свою
комнату, не желая поддерживать поднятую тему. Но запомнила на будущее, что
Макса надо предупредить не особо трепаться среди одноклассников, иначе их
уровень дружбы резко снизится на 99%.
58/123

***
– Кот Нуар, ты тут? – позвала она, положив подносы на свою кровать, прямо под
открытым верхним люком.
– Да, я тут. Привет! – гость заглянул внутрь, нечаянно задев колокольчиком
раму, отчего тот приятно звякнул. – Ммм, а чем это так вкусно пахнет?
– Сюрприз! Поможешь осторожно поднять подносы и ничего не разлить?
– Конечно! – Нуар, до сих пор перепачканный чёрным, свесился из люка, подобно
вороватому еноту-полоскуну подхватил лапками и утянул к себе первый
дымящийся поднос. – Коты обожают сладкое, но ещё больше любят приятные
сюрпризы! – наверх уехал второй поднос, с чашками и напитками. – Есть что-то
ещё? – ушастая голова с торчащими во все стороны золотистыми локонами снова
свесилась из люка.
– Да, есть, – девушка не смогла удержаться, чтобы снова не потеребить его
колокольчик, легонько потянув за него, – тот самый сюрприз. Спустись чуть
ниже и закрой глаза.
Первой закрыла лапками глаза Тикки, потому что поведение хозяйки пугало её
всё больше: как бы чего не вышло от этих заигрываний с семейством кошачьих.
Вторым закрыл глаза Нуар, свисающий над кроватью девушки и использующий
все четыре лапы, чтобы удержаться в таком шатком положении. Третьей
закрыла глаза Маринетт, чтобы не видеть, что она творит со своим излишне
доверчивым напарником (разумеется, исключительно ради науки). Чтобы не
промахнуться не глядя, она слегка придержала вечно вертящуюся голову Кота
руками, почувствовав, как чёрные накладные ушки мягко коснулись её рук
между локтём и кистью. Девушка старалась поменьше смазывать с его лица
чёрную краску, а представление о выбранном виде поцелуя она имела лишь из
фильмов про других супергероев. Оказалось, что в жизни парижских героев всё
происходит не настолько гладко и романтично, как на экране. Страховка руками
помогла ей вовремя почувствовать проблему и отскочить, поняв, что на неё
сверху вот-вот упадут.
– Вау... Принцесса, это был просто сногсшибательный сюрприз... – когда девушка
открыла глаза, Кот лежал на её кровати, раскинув лапки и откинув хвост на
подушку. – Прости, голова закружилась.
Маринетт свернулась в комочек на краю кровати и закрыла лицо руками. Теперь
ей по-настоящему стало стыдно за то, что уводит напарника у своего же альтерэго, ведь поцелуй от Ледибаг не оказал подобный эффект на этого хвостатого.
Хорошо, что Нуар больше не проронил ни слова, а то под ней задымился бы
матрас. Оба подростка застыли на своих местах, боясь шелохнуться. Ни один из
них не имел представления, что делать в сложившейся (как карточный домик)
ситуации. Неловкость момента зашкаливала, а в комнате повисла звенящая
тишина.
– Марине-е-етт! Ты опять утащила к себе заварочный чайник? – люк в полу
скрипнул и оттуда выглянул Том. С тех пор, как талисманы оказались у Монарха,
привычку запирать люк девушка забросила. – Что, снова ты? – тон голоса главы
семьи, заметившего незваного гостя, изменился не в лучшую сторону.
59/123

– Добрый вечер, месье... Виноват, уже ухожу!
– Папа, это не то, о чём ты мог подумать! – дочка выглянула с кровати.
– Да-а-а? И поэтому у тебя подбородок в саже и под носом испачкано? – Том
показался по пояс: во второй руке у него была здоровенная скалка.
– Вот поэтому мы уходим! – Нуар пулей выскочил наверх. Маринетт, бросившаяся
следом, не смогла угнаться за его стремительно исчезнувшим хвостом, но вдруг
знакомые руки подхватили её и тоже вытянули наверх. – А теперь бежим! –
скомандовал он. – Не то нас догонят и накажут!
– А как же слойки и посидеть... как друзья? – недопоняла Маринетт.
– Пусть думают, что я тебя похитил, – с этими словами герой взвалил её себе на
плечи, как мешок с мукой, и поскакал куда подальше. У девушки второй раз за
день возникло ощущение дежавю, но она отогнала эти мысли прочь, стараясь
держаться как можно крепче.
– А куда ты меня тащишь? Надеюсь, не к себе домой? – Маринет вспомнила, чем
закончилось её прошлое как-бы-похищение. – Я не стану пересчитывать твои
кошачьи метки, так и знай!
– Ни пересчитывать, ни перестирывать мои метки не нужно. Но согласись, что
твой отец однозначно не поверит в совпадение, что весь этот маскарад устроен
ради сохранения личностей супергероев, а ты – та единственная девушка,
которая мне нужна, – произнёс юноша, чем привёл и без того смущённую
Маринетт в полнейшее замешательство. – А ещё я не хочу повторять прошлой
ошибки, когда оставил Ледибаг на растерзание маленьких фанатов, – он
наконец-то притормозил и поставил свою ношу на ноги.
– Да-да, оставил, чтобы потом увидеть, как нашёлся другой герой, который
оказался храбрее и подарил ей цветы... – Маринетт яростно одёргивала вниз
слишком сильно задравшуюся майку.
– Что?! Уже и эти фотографии с Ледибаг разлетелись по сети? Оперативно... – по
этому комментарию девушке стало ясно: лучше вовремя прикусывать язык, не
проговаривая вслух некоторые мысли, ведь не всегда подозрение в утечке
информации падёт вместо тебя на уличных фотографов.
– Ледибаг сама виновата, что не просчитала этот риск, она повела себя слишком
беспечно, – оправдывалась Маринетт. – Но мне грозит лишь строгий разговор с
родителями, так почему же ты решил спасти меня и от чего?
– Ну, не знаю... Потому что в прошлый мой визит всё закончилось акуматизацией
месье Дюпена, а ты оказалась заточена на макушке волшебного растения?
– Тогда тем более надо вернуться, чтобы предотвратить последствия! – про то,
что сумочка с печеньем и Тикки остались дома, пришлось умолчать.
– Да, верно, об этом я как-то не подумал... – Кот почесал в затылке. – Ты права.
Давай вернёмся, но перенесём поднос с выпечкой на соседнюю крышу: с неё
хороший обзор на окрестности и мы успеем заметить бабочку, – они неспешно
60/123

зашагали по длинной плоской крыше в направлении дома. Нуар страховал
девушку, известную своей неуклюжестью, крепко держа её за руку. – Раз у нас
намечается чаепитие, я бы хотел в спокойной обстановке узнать, почему у тебя
столько меток на лице и на руках, есть ли какие закономерности? Всё это
поможет Максу понять принципы их формирования и придумать защиту для
героев.
– Количество меток – это количество малышей, с которыми я обычно сижу по
вечерам: сестрёнки Али, братишка Нино, ещё непоседа-Манон, любвеобильные
дети маминой подруги... – каждое имя сопровождалось указанием на одну из
розовых меток. – Кстати, а почему ты решил поддаться этой моде, если знал, что
метки опасны для тайны личности?
– По глупости, – вздохнул Нуар. – Надеялся, что вот-вот встречу Ледибаг и, быть
может, именно с помощью меток я узнаю, как на самом деле она относится ко
мне.
– И-и-и... узнал? Ведь она... сегодня появилась, – пришлось поменять окончание
фразы.
– Даже не проверял, это уже не имеет значения.
– Как?! Тебе столько месяцев пришлось за нею бегать, осыпать комплиментами,
защищать! Ради получения одной-единственной розовой метки ты поставил на
кон свою тайну!
– И теперь расплачиваюсь... получив несколько отметок от друзей, я понял,
насколько они фальшивы и переменчивы вслед за нашими эмоциями, – чем
больше Маринетт его слушала, тем сильнее отвисала её челюсть: Нуар даже не
предпринимал попыток вычислить свою напарницу. – Разве для принятии
важных в твоей жизни решений можно полагаться на то, что бесследно исчезает
уже через сутки?
– Выходит, что нет... – собеседница задумалась. – Значит, те метки, которые мы
оставили друг другу, тоже ничего не значат? Даже метки от близких мне людей,
с твоих слов, ничтожны? – Нуар остановился и резко повернулся к ней.
– Нет, разумеется нет, они очень важны! Правда, с одним условием: когда метки
появляются у тебя не через время, а сразу, моментально, прямо вот здесь, – он
осторожно коснулся её футболки по центру, чуть выше груди, – потому что
тогда это будут не мимолётные эмоции, а чувства. Настоящие чувства,
остающиеся с тобою надолго, и не на поверхности, а глубоко внутри, те,
которые невозможно скрыть, просто намазав кожу краской, – Маринетт
отметила, что как Ледибаг никогда не замечала, чтобы напарника вдруг
посещали настолько глубокие философские мысли. Быть может, она не замечала
ещё много чего?
– Так поэтому тебе не важно, когда и где проявится картинка от Ледибаг?
– Она просила для себя, хотела получить очередную отметку в свою коллекцию,
и я просто выполнил её просьбу. Зря СМИ раструбили новость по всем каналам,
что мы теперь официальная пара... мы напарники, ни больше и ни меньше, –
Нуар продолжил путь к пекарне и повёл девушку за собой. – Честно говоря, я
был удивлён, как легко она разменяла вчера поцелуй на букет белых лилий, –
61/123

Маринетт была в шоке, но ведь сказанное являлось чистой правдой: поцелуй
супергероини стоил ровно один скромный букет, ценой в пятьдесят евро
максимум. Как хорошо, что розовые метки на её лице помогали скрывать
румянец! Вот чем обернулось её стремление осчастливить одноклассника. Надо
было срочно перенести фокус внимания обратно на чёрного супергероя.
– Я смотрела ту трансляцию с Купирозом, да весь город её смотрел и умилялся!
Хочешь сказать, что, после перерыва в месяц, ваши объятия были показушными
и никаких старых чувств не задели?
– Увы... как не задело и то, что кто-то другой вместо меня дарит Ледибаг цветы,
а она их охотно принимает...
– Постой! – Маринетт сжала его руку. – Ты снова назвал её Ледибаг? Но ведь
совсем недавно ты называл её «Моя Леди», – слышать своё второе имя,
произнесённое голосом напарника так официально, было очень непривычно и
неприятно резало слух.
– Се ля ви[6], Принцесса. Это был самообман, ведь она никогда не была моей,
мне просто было приятно так думать. Жаль, что я это не сразу понял.
– Что понял? – девушка потеряла нить рассуждения, она была малость
шокирована новостью, что её внезапно разжаловали из невест Кота Нуара, чего
она сама так долго и безрезультатно добивалась.
– Понял, что метки – это всё фигня, в отличие от сыра! Так постоянно говорит
мой квами. А ведь был у меня один человек, тоже, между прочим, девушка,
которая с самого начала твердила, что это – высокотехнологичная зараза и не
надо слепо следовать за модой. Именно она единственная не сочувствовала мне
вместе с остальными ребятами, как последнему не помеченному в нашей группе.
Наоборот, она поддерживала и говорила, что я правильно делаю, когда
отстаиваю свою точку зрения.
– Если ты был последним, значит, она сделала себе укол... но почему?
– Подруги уговорили. Она держалась дольше всех, но и её уболтали. А потом я
остался белой вороной в коллективе. Чёрный Кот казался белым на фоне
остальных, но это, увы, совсем не смешно. Сам не заметил, как стал постепенно
отдаляться от окружающих, в том числе и от этой девушки, ведь все разговоры
последних недель были исключительно на тему меток, а мне нечем было
поделиться. Затем выяснилось, что даже у Ледибаг есть метки – после такой
новости я сломался. Пересмотрев свои учебники, я обнаружил в них множество
записок, которые продолжала оставлять мне та знакомая своим аккуратным
почерком. И тогда стало ясно: если я не хочу остаться совершенно один, то
обязан стать пятнистым, как они, – тут пара дошла до края крыши. Впереди был
широкий проспект с сигналящими машинами, текущими бело-красной рекой,
свистом регулировщика, пытающегося разрулить затор, и пешеходами,
спешащими по своим делам по узкому каменному тротуару.
– Разве это друзья? Люди, которые игнорируют тебя из-за непохожести на них?
– Они ничего не требовали, они даже не просили оставлять им свои метки.
Скорее, я первым отвернулся от них. Это такие друзья, которые скажут тебе:
«Прыгай!» – и ты прыгнешь, уверенный, что они тебя поймают.
62/123

– Тогда... прыгнем вместе? – предложила Маринетт. Видя, что Нуар достаёт
шест, она покрепче ухватилась за него, зная, насколько большим бывает
ускорение в момент отталкивания. – Полетели!

63/123

Капризная удача
После недолгого забега обратно до пекарни мышечная активность дала
о себе знать урчанием в животе и хорошим аппетитом. Подростки не заметили,
как за неспешным общением засиделись до темноты, благо погода даже после
заката оставалась тёплой и безветренной, а от комаров они зажгли рядом с
собой ароматические палочки, добавив чуточку романтики. Девушка слушала и
удивлялась, насколько разнообразны и энциклопедически глубоки знания Нуара,
когда он меняет тему с заезженной пластинки про свои чувства к её альтер-эго.
Кот же про себя отметил, что его одноклассница даже в компании своей лучшей
подруги не вела себя так свободно и непринуждённо, искренне смеясь только
что пролитому на свою майку напитку, а шуток по ходу беседы придумывала
даже больше и быстрее, чем он сам. О том, что Маринетт, под пристальным
вниманием юного Агреста, не могла вести себя рядом с Алей свободно, парень
совершенно не догадывался.
Маринетт в этот вечер смогла выбросить из головы все школьные проблемы по
успеваемости и немного отдохнуть от будничной рутины – она просто
наслаждалась хорошей компанией в привычном окружении городских крыш.
Девушку вновь не покидало чувство дежавю, ведь по факту Кот добился своего:
он ужинал при луне со своей напарницей на той же самой крыше, которую
облюбовал изначально, несколько месяцев назад. С её личной жизнью
определённо стоило что-то делать, потому что встречаться с Адрианом днём и с
Нуаром – после заката шло не просто в разрез с планами о тихой семейной
жизни и хомячке, но и не соответствовало образу жизни порядочной леди.
Однако в этом ужине было нечто лёгкое, неуловимо-волнующее, ведь здесь и
сейчас было то, на что никогда не пойдёт рассудительный и хорошо
воспитанный Агрест.
Засвинячившийся смородиной и крошками от слоёного теста герой, кажется,
нисколько не смущался своего неопрятного вида и они вместе посмеялись над
новой розовой меткой, доставшейся его носу от ягодного повидла. В общении же
с идеальным парнем, который сидел на уроках перед ней, постоянно надо было
тянуться к высокому уровню, а в его спокойном характере не было какой-то
искорки, перчинки и капельки сумасбродства, за которыми было бы удобно
скрывать страсть к однокласснице, подавая её под видом заботы. До последних
дней её отношения с Адрианом были похожи на тихое заболачивающееся озеро,
затянутое ряской, и лишь проблема с метками как-то вывела его из сонного
равновесия. Однако, проблески самостоятельности и начавшийся было бунт
оказались временными, и вскоре парень опять начал ссылаться на то, что всеми
его решениями, как и расписанием съёмок и свадеб, заведует властный и очень
занятой отец.
Хвостливый напарник, сидящий напротив и уплетающий очередную слойку, уж
точно не был подарком. А сегодня он смотрелся более, чем странным (не считая
попытки отказаться от поцелуя со своей Леди): присмиревшим,
интеллигентным, способным более часа просидеть на одном месте и даже ни
разу не похвалившем себя любимого. В другие дни это ушастое чудо с шилом
под хвостом могло утомить кого угодно своей нескончаемой энергией и тягой к
приключениям с перерывами на самосозерцание, но за прошедший месяц его
как подменили. Девушка, смотря на поднявшуюся крышами луну, задумалась: а
могла бы её магия созидания разбавить одного парня другим, чтобы получились
два замечательных уравновешенных человека. А пока же получался один
64/123

идеальный человек и, как ни странно, один идеальный Кот, которые вносили в
жизнь девушки день и ночь, жар и холод, риск и осторожность... От своих
мыслей Маринетт хихикнула вслух, чем заставила повернуться в свою сторону
два светящихся неоновых глаза и четыре уха.
– Тебе смешно видеть меня таким чумазым? Ну, извини, тайна личности и всё
такое...
– Вовсе нет, я просто подумала, а переживает ли Ледибаг, где и какая метка
проявится у неё?
– Вроде бы ей эта тема интересна. Спрошу при случае. Кстати, вот та девушка, о
которой я тебе рассказывал, очень порадовалась, когда я таки решился оставить
ей свою розовую метку. Хотя теперь понимаю, что метка была здесь ни при чём.
Это был лишь способ показать мне, что я ей дорог, раз картинка проявилась гдето на груди. Она применила последнее средство в попытке достучаться, после
кучи записок и сообщений, оставленных без ответа.
– А у тебя, если это не секрет, где появилась ответная метка от неё? – поёрзала
Маринетт.
– На лице, поэтому пришлось прибегнуть к срочной маскировке. Это так
неудобно, ходить накрашенным, а ещё у тебя до сих пор чёрные полосы на лице.
Жаль, в моих карманах нет платка, но не волнуйся, усы тебе очень идут!
– Усы? Правда? Ой, а можно попросить тебя принести влажные салфетки? Они
остались в моей комнате на столе, а ещё захвати листок бумаги и карандаш,
любой, какой первым попадётся у швейной машинки.
Свет был выключен, так что Нуар без приключений проскользнул в комнату и
вернулся, принеся всё запрошенное, оставшись внимательно наблюдать за
продолжением. Девушка привела свой внешний вид в порядок и взялась за
бумагу с карандашом. Сперва она нарисовала овал, два ушка или рога, затем
какое-то время сосредоточенно смотрела в даль, не говоря ни слова, после чего
её карандаш начал выводить причудливые линии на бумаге.
– Апчхи!
– Будь здоров! Ты простыл? – спросила Маринетт, погруженная в рисование,
чисто из вежливости.
– Нет, у тебя в комнате стояли цветы в вазе, чихнул от пыльцы, – Кот включил
фонарик на своём шесте и стал подсвечивать рабочее место, когда вспомнил,
что отражённого света луны Злолюстратору не хватало для полноценного
творчества. Вскоре рисунок был закончен и являл собой подобие фронтальной
части средневекового шлема, имеющего вырезы для глаз и рта.
– Быть может, я ошиблась с фасоном, но Плагг не будет собой, если за
дополнительный кусочек сыра откажет тебе во временном изменении образа.
Так не придётся скрывать свои метки под краской.
– Спасибо, Маринетт! Я даже не думал в этом направлении. Акуматизированный
появился так внезапно, что первым делом я примчался по тревоге, наспех
порешав проблемы внешнего вида и даже не пообедав. Последнюю слойку
65/123

будешь?
– Ешь уже, я всегда могу напечь ещё, – ответила она, доливая из бутылки компот
в обе кружки. Заварник с чаем папа таки унёс, а за молоком надо было
спускаться на кухню, откуда быстро вернуться точно бы не получилось.
Собеседник жадно накинулся на ароматное угощение, чем вызвал подозрение
относительно заполненности его домашнего холодильника. Пока он ел,
Маринетт решила нарисовать с другой стороны листа набросок второго
варианта модифицированной маски, потому что ей в голову пришли новые
ассоциации из книги Хранителей. Вскоре чавканье со стороны её правого уха
дополнил какой-то новый, но весьма знакомый звук. Она повернула голову и
прыснула со смеха. В недавнем прошлом серьёзный собеседник сидел сейчас,
сложив ноги по-турецки, и самозабвенно, прикрыв глаза, вылизывал перчатку от
растёкшегося по ней джема.
– Хи-хи-хи, я не могу сдержаться, прости! – происходящее сильно развеселило
девушку. – Ты сейчас настолько кот, что просто один в один! Хи-хи! Скажи, а с
Ледибаг ты ведёшь себя так же?
– Конечно нет, – тщательное вылизывание лапы продолжилось, – ведь она
никогда не кормила меня такими вкусными слойками, – к плямкающим звукам
прибавился ещё один.
– Ну ты точно кот! Неужели этот звук тоже от тебя?
– Разумеется. Ведь пока я не вышел из образа, то могу наслаждаться выпечкой в
приятной компании и мурчать от удовольствия в обоих смыслах, – сытая улыбка
от осознания собственной исключительности стала ещё шире, обнажая клыки.
– И всё же нам пора по домам. Уже поздно, а завтра – понедельник, мне вставать
по будильнику, – зевнула Маринетт. – Перед сном ещё придётся выслушать
наставления от обоих родителей.
– А что ты им скажешь? Почему так долго отсутствовала и зачем тебя похитил
супергерой?
– Врать родным та-а-ак тяжело... – она снова сладко зевнула, прикрывая рот
рукой. – Скажу им правду. Сообщу, что у меня который день не пропадает метка
с обручальным колечком, но оставивший её мальчик будто бы нарочно не
замечает, что это не просто так. А может, он просто решил, что я ветреная
девушка, раз у меня такое количество розовых меток. Вот я с горя и решила
разбавить свою и без того обширную коллекцию ещё одной картинкой, в форме
очаровательной кошачьей лапки...
– Скоро узнаем, что проявится, – улыбнулся Нуар, но на этот раз улыбка была
притворной. – Давай помогу отнести чашки на балкон.
– Спасибо. А свой эскиз не забудешь?
– Разумеется нет. Но прошу, подпиши его, я хочу сохранить этот листок на
память.
Как только они расстались, искусственная улыбка быстро спала с его лица. Это
66/123

были очень интересные сведения, потому что по всем его расчётам некоторые
метки должны были уже сойти, но они по-прежнему упорно держались и,
казалось, только прибавляли в красноте с каждым часом. И у девушки должна
была поблекнуть эта крайне неудобная метка с волшебным колечком...
Закрадывались подозрения, что здесь к любовной магии могла примешаться
магия самого кольца, вот только результаты можно было ожидать от Макса не
ранее, чем через сутки.
Кто бы знал, что Маринетт испытала не меньший шок, вернувшись в комнату и
включив свет: оказывается папа унёс заварник, а мама перенесла к ней в
комнату вазу с букетом белых лилий, тех самых, подаренных Ледибаг. Хорошо
хоть цветы были уже сами по себе, без подарочной упаковки, но всё равно это
заставило её понервничать. Объяснить же недогадливость Кота можно было
лишь волшебными серёжками, приносящими их владелице невероятную удачу.
Маринетт решила начать новую жизнь и завязать со своими похождениями,
прямо с понедельника, то есть с завтрашнего дня, который грозил начаться
совсем скоро, через считанные часы.
Возвращаясь домой, Нуар выдохнул: свет горел только в рабочем кабинете отца,
следовательно, все остальные обитатели дома давно спали и можно было без
опаски заходить через окно в ванной комнате. Ради кошачьего любопытства он
попытался заглянуть в кабинет, пользуясь щёлочкой между шторами, но ничего
толкового увидеть не удалось: отец как всегда работал у большого монитора и
даже с использованием кошачьего коммуникатора с видеокамерой и
первоклассным зумом по отражению в стёклах очков не удалось рассмотреть
хоть какие-то детали. Было ясно одно: работа шла медленно и дизайнеру вновь
не нравилось то, что он видел на экране перед собой. Мужчина хмурился,
периодически хватался за сотовый телефон, затем откладывал его в сторону и
вновь что-то менял на экране. Эти действия продолжались в цикле.
Удовлетворив любопытство, Кот юркнул к себе в ванную, где наконец-то смог
тщательно умыться. На его счастье щёки в данный момент выглядели чуть
розовыми, так что нельзя было с полной уверенностью утверждать, что на них
что-то раньше было. Похоже Плагг оказался прав: метки держались не более
половины суток, а химическая реакция протекала быстрее при активной
физической нагрузке. На выходе из ванной он скинул забрызганную рубашку в
стирку, немного подумав, отправил следом и штаны. Вытерев руки насухо, он
подхватил листок с набросками Маринетт и, шлёпая босыми ногами по плитке, в
одних трусах направился в спальню – к платяному шкафу за свежей одеждой.
Кажется, чёрная полоса в его жизни наконец-то заканчивалась и, благодаря
однокласснице, начиналась полоса везения. Он шагнул к себе в комнату,
включил свет и... выронил листок бумаги из рук. Поспешность выводов о начале
новой, теперь уже хорошей жизни с понедельника, явно имела под собой
недостаточно оснований.
– Натали?! А что ты здесь делаешь? Это же... моя спальня.
– Твой отец приказал дежурить у пустой кровати и незамедлительно доложить,
если его единственный сын соизволит вернуться в постель до полуночи, –
сердце парня, которое быстро-быстро билось в груди, после таких слов
остановилось и ухнуло куда-то в пятки. Он ошибался: раньше полоса в его жизни
была ослепительно белой.
– А-а-а... Э-э-э... – только и смог выдать он.
67/123

– У тебя есть одна минута, чтобы придумать годное оправдание тому, почему ты
выходишь из дома не через дверь, – предупредила секретарша и направилась к
выходу. Это было попадалово...
***
– Мадам Цуруги сан, простите, что поздно, – Габриэль рискнул набрать её номер
после десяти вечера, – но у меня есть новая информация. Да, это
непосредственно касается меток. Я только что просмотрел кадры с водного
фестиваля, устроенного для детей, и был разочарован: у малышни слишком
много меток от любвеобильных родственников, но один кандидат с
гарантированной меткой, оставленной Ледибаг, у меня есть и сейчас я
постараюсь добыть Вам рисунок, – дизайнер вышел из своего кабинета,
направившись к лестнице. – Вы были правы, стоит подростку что-то запретить,
как он обязательно поступит наперекор старшим. Главное – до поры до времени
сделать вид, что не замечаешь нарушения своего запрета. Фото вышлю сегодня
же. Доброй ночи, – он положил трубку, потому что уже поднялся на второй этаж
и готовился войти в комнату сына.
– Ох, месье, – Натали почти столкнулась с ним в дверях, – я как раз шла
доложить, что Ваш сын вернулся домой. Позвольте покинуть эту комнату. Боюсь,
что между вами так и не состоялся долгожданный мужской разговор.
– Да, он будет. Спасибо, можешь быть свободна, – старший Агрест пропустил
выходящую секретаршу, а сам поспешил войти внутрь. – Итак, Адриан, я всё ещё
твой отец и желаю знать, почему тебя нет в своей постели после отбоя, а также
для чего тебе понадобилось воспользоваться окном, когда есть входная дверь, –
судя по растерянному виду подростка, тому нечего было ответить: он молчал,
опустив голову. – Хорошо, тогда позволь мне озвучить свою версию твоих
внезапных исчезновений. Вот это фото мне поможет начать разговор, – Габриэль
развернул телефон, всё ещё находившийся в его руках, экраном к сыну. Там
красовалась фотография его слишком близкого общения с Ледибаг, частично
прикрытая букетом.
«Ну, Горилла, ну, держись! Ладно бы просто увлекался супергероями, но зачем
меня отцу-то сдавать?!» – по ракурсу и отражению в лобовом стекле знакомого
автомобиля стало очевидно, кто находился по другую сторону фотокамеры. –
«Обезьяна с фотоаппаратом! Папарацци! Предатель! Где хочешь теперь прячь
свои тапки – я их быстро найду и отомщу!» – мысль о неминуемой мести
моментально покинула его, когда парень под тяжестью груза вины опустил
голову ещё ниже, так, что обратил внимание на свою кожу: так как одежда
отправилась в корзину для белья, все следы его похождений были не просто «на
лицо». Теперь они, подобно орденам за покорение девушек, торжественно
украшали его грудь, как раз там, где чесалось под супергеройским костюмом. –
«Вот это я попал...»
– Это ещё что? – месье Агрест подобрал с пола листок бумаги. – Ну надо же!
Рыцарь в сияющих доспехах, прямо викинг! А с другой стороны у нас изображён
узнаваемый супергерой... Так-так, и кто же видит тебя в столь романтических
образах? «Замурчательному парню, с любовью от Маринетт», – прочёл он
подпись вслух.
68/123

Такого провала в карьере супергероя ещё не было. Он не знал куда деваться и
что говорить: во рту пересохло, а голова была совершенно свободна от мыслей.
Чувство стыда смешивалось с ощущением полной беспомощности,
безысходности, мешая быстро и трезво оценить складывающуюся ситуацию.
– Что ж, раз она оставляет тебе на память подобные рисунки с романтичными
подписями, поздравляю с приобретением очередной чокнутой фанатки, – отец
скомкал листок и бросил в урну для бумаг, но промахнулся: комок бумаги
отскочил от края корзины. – Маринетт-Маринетт... Скажи, это ведь она недавно
приходила к тебе, пока я был занят переговорами? – у парня немного отлегло:
отец решил, что рисунок был сделан днём ранее и остался в этой комнате. – Мне
и эту новость успели переслать, – Габриэль листал галерею картинок на
телефоне, – вот вы красуетесь вместе на вчерашней фотографии, – новая порция
компромата с площади Вогезов была обнародована. – Молчишь? Тогда я скажу,
как отец, и надеюсь, что на это раз ты меня услышишь. Хочу чтобы ты прекратил
морочить голову бедной (он поставил акцент на этом слове) дочке пекарей и
впредь не вздумал приводить её в этот дом. Она – не дочь мэра и не дочь мадам
Цуруги, и не дочь дипломатов, как Лила, это – человек не из нашего слоя
общества. Тебе понятно? – последовал молчаливый кивок, а отец начал
расхаживать по комнате. – Также стало очевидно, что ты ослушался меня и всё
же поддался всеобщему поветрию с кожными метками.
– Но отец...
– Не надо держать меня за дурака! – прикрикнул он. – Я прекрасно понял,
почему на тебе появились разноцветные наклейки. Со следующей недели у тебя
съёмки по расписанию, и их организация стоила мне нескольких миллионов!
Посмотри на себя в зеркало, самому-то нравится, как ты выглядишь? Тем более
подружки всё равно мало что значат для тебя, иначе первые розовые метки не
были бы раскиданы так хаотично, – он резко развернулся к сыну. – Мы с мадам
Цуруги рук не покладали, ночей не спали, чтобы дать неразумным подросткам
хоть какой-то намёк, подсказку о том, насколько искренне их первые
отношения, не пройдёт ли эта влюблённость к концу недели, а вы превращаете
это высокотехнологичное достижение в детскую забаву! Соревнуетесь, как
детсадовские, у кого в Инстаграме больше розовых меток. Стыдно! Но одно дело
они, чернь, а от тебя я не потерплю бесконтрольной вседозволенности. Ты меня
услышал?
– Да, отец...
– Но при всём моём недовольстве я не могу отрицать, что ты таки встретил одну
девушку, чьи следы на память таки попали в цель. Я могу узнать, кто она?
– Нет, я не скажу тебе кто он, – такой ответ явно выбил родителя из колеи,
кажется за парней он сына ещё не ругал. А как иначе можно было ответить,
когда Адриан сам не знал настоящего имени, да и зная, не произнёс бы его.
– А-а-а, э-э-э... поговорим об этом позже, – выкрутился Габриэль, – а пока
придётся срочно отправить фотографию твоей гламурно-розовой метки, очень
сильно похожей на йо-йо парижской супергероини, моему деловому партнёру.
Быть может, специалисты в её компании смогут изобрести
генномодифицированный пятновыводитель быстрого действия.
Побледневший парень стоял ни жив, ни мёртв. С одной стороны, чисто
69/123

технически, он был ещё жив, но с другой стороны последующая жизнь взаперти
была смерти подобна. Однако, с первым щелчком камеры на смартфоне его
личные страхи отошли на второй план: Макс говорил, что при наличии
достаточных вычислительных мощностей он по одной метке сможет определить
человека, оставившего её. Отец только что сфотографировал картинку,
оставленную ему Ледибаг, после открытия скульптуры героев, а возможно
может и не ей, но в этом не было железобетонной уверенности. Кончики его
пальцев похолодели, по спине пробежали морозные мурашки, и в общем по
организму начала распространяться мелкая нервная дрожь. Получается, по
собственной глупости, он только что подставил супергероиню, вычислить
личность которой было теперь лишь делом времени, а то, что эта круглая
розовая метка-йойошка на его теле с высокой вероятностью от неё – бесспорно
подтверждал показанный ранее снимок их поцелуя. Хотя... на этом моменте
стоило засомневаться: Адриану вспомнился вкус нежного кондитерского крема,
которым Ледибаг сегодня намазала своё лицо для сокрытия меток. Если
прикрыть глаза, то эти сливочные нотки в сочетании со сладко-ванильным
вкусом снова отсылали к воспоминаниям о пекарне и дразнящим ароматам,
витающим там. Закрадывалось сомнение: что, если это не печенька, а "та самая"
йойошка? И это было логично, потому что и Маринетт и Ледибаг в последнее
время часто вызывали схожие ассоциации, так что с той же вероятностью эта
метка могла быть и от Маринетт...
Как бы то ни было, Адриан подставлял этими метками сразу двух самых дорогих
для него людей. Эта путаница с нестандартными временными интервалами
появления и исчезновения картинок не давала ему возможности со
стопроцентной уверенность утверждать, что эта метка не от его Леди. Всего
через несколько секунд отец отправит сделанные фото и все будет кончено. Ни
стереть фотографии, ни иным образом повлиять на утечку данных в облачное
хранилище он уже не сможет, разве что нанять группу хакеров и положить
сервера компании Цуруги. Теперь он станет изгоем номер один в родном городе,
как человек, предавший Ледибаг. Но в течении этих секунд, пока Габриэль
проверял снимки на чёткость, у него ещё оставалось последнее средство,
которое он мог применить незамедлительно, чтобы остановить раскрытие
самого дорогого для него человека, чем бы или кем бы ему не пришлось сейчас
пожертвовать ради этого. Этим последним средством был КОТОКЛИЗМ...

70/123

Примечание к части Немного битого стекла... Никто ж не поверил, что всё
повернётся так, как предсказывала предыдущая глава, а зря.

Котоклизмы во сне и наяву
Маринетт по возвращении домой таки попалась родителям на кухне,
когда относила грязные чашки к мойке. Поскольку она успела убрать все чёрные
улики со своего лица, то остановилась на версии, в которой Ледибаг
присутствовала на бесплатной дегустации после открытия скульптуры, а Нуар
был очень занят, сбежав почти сразу по своим делам. Поэтому она по своей
инициативе напекла слоек исключительно для второго героя и пригласила того
в гости, чтобы он не чувствовал себя обделённым. Ну, а то, что папа застал их
врасплох – так это случайность. Просто Кот помогал переносить подносы наверх,
не удержался и грохнулся (сам!). Том подтвердил, что когда он забирал
заварник с балкона, там на столе действительно стояли горячие слойки, кружки,
компот из холодильника и пара табуреток. При виде аккуратно накрытого
столика ему стало немного стыдно за свои неправильные мысли, ведь на то, о
чём он первым делом подумал, по большому счёту ничего не указывало.
Девушка не зря готовилась к событию заранее, прибравшись на балконе и
накрыв катушку от кабеля свежей скатертью, пока первая партия выпечки
томилась в духовке. Родители поверили, что у их дочери в самом деле
намечалось лишь дружеское чаепитие и ничего больше. Они немного пожурили
её за то, что были не в курсе запланированных на вечер гостей, и на этом
закончили воспитание подрастающего поколения. Клятвенно пообещав в
следующий раз заранее их предупреждать о появлении супергероев на крыше
пороге пекарни, девушка отправилась спать, поставив будильник на семь утра.
Несмотря на усталость, уснуть сразу у неё не получилось. Здоровому сну
мешали духота и квами, желавшая всё-всё высказать в лицо своей хозяйке по
поводу сегодняшнего поведения девушки: и за день, и, заодно, за вечер. Ибо та
мало того, что целовалась с напарником в образе Ледибаг, но потом в своём
гражданском обличье повторила поцелуй, беззаботно сбежав с Котом гулять по
крышам и оставив свою сумочку дома, даже не предупредив Тикки и не оставив
ей еды. Оголодавшей квами пришлось чуть ли не полдня прятаться в кукольном
домике: то от Тома, постоянно проверяющего, не вернулась ли домой его
блудная дочь, то Сабины, принёсшей вазу с цветами, то от внезапно
появившегося Нуара. На середине монолога квами снова пришлось срочно
прятаться, поскольку в комнату опять заглянул Том, чтобы пожелать дочке
спокойной ночи и ещё раз извиниться за то, что неправильно истолковал
ситуацию с визитом к ним в дом супергероя. С его уходом продолжать свою
лекцию Тикки уже не стала, но недовольное сопение и сверлящий взгляд
молчаливо действовали на нервы, отчего хорошее настроение, полученное после
беззаботного и безакумного вечера, проведённого в обществе Нуара, быстро
сошло на нет.
– Ну Тикки, ну не сердись, одну слойку для тебя я таки припрятала: посмотри вот
там, на столе, под салфеткой, – не желая вставать с такой мягкой и сладкой
постели, девушка махнула рукой куда-то в сторону. – Я ведь не собиралась
отбивать Нуара у своего же альтер-эго! И вообще, это была его просьба о
поцелуе: для супергеройской научной работы, ничего личного! Если бы я
разлюбила Адриана, то его фотографии не украшали бы стену, возле которой я
засыпаю и просыпаюсь, видя его лик раньше первых лучей нового дня, –
71/123

девушка зевнула.
– За последние сто лет у меня ещё не было такой безответственной хозяйки! –
пыталась кипятиться малышка квами, но пар уже заканчивался. – А в последние
дни, после того, как тебя поцеловал Адриан, у тебя и вовсе пропало чувство
самосохранения! Ты ведёшь себя несравнимо хуже владельца кольца невезения!
Как можно было приглашать Кота зайти внутрь, когда у тебя в комнате куча
компромата, начиная с букета, подаренного Адрианом героине Парижа? Скажи
спасибо, что я успела натащить целый ворох лоскутов ткани, чтобы прикрыть
ими распечатки из книги Хранителей на твоём столе!
– Тс-с-с, можно потише, если ты не хочешь прямо сейчас раскрыть мою тайну
родителям, которые ещё не спят. Спасибо за книгу, совершенно забыла про неё!
Ты как всегда права: я действительно некоторое время пребываю в
мечтательно-приподнятом настроении, которое обычно свойственно Нуару.
Может, при поцелуе заразилась? Да, моя жизнь определённо изменилась в
лучшую сторону после этого события... – Маринетт расплылась в придурковатой
улыбке, а Тикки с удивлением уставилась на неё. – После поцелуя с Адрианом, а
не с Котом, разумеется! – девушка поспешила уточнить, что имела в виду. – Моя
минутная слабость к его кошачьему очарованию, как ты помнишь, была
обусловлена желанием запутать Кота ещё сильнее в его метках. Всё, решено: с
завтрашнего дня больше никаких заигрываний с напарником, а то и правда до
раскрытия личности будет совсем недалеко.
– То-то же. Вам опасно раскрываться друг перед другом, особенно сейчас, когда
ещё не все талисманы возвращены в шкатулку. Понимаю, что почти месяц вы не
выходили на патрули, я тоже соскучилась по Плаггу, но у меня появилось
нехорошее предчувствие, которое разрастается с каждым днём. Не к добру это
затишье, а тут ещё эти метки... Кстати, ты правда хочешь отослать их
изображения Максу?
– Не знаю... – девушка снова зевнула, – можно ответить на этот вопрос завтра
утром? Надеюсь, что метка от Нуара проявится там, где её скроет костюм, и
тогда Нуар не узнает Маринетт в Ледибаг, а Ледибаг – в Маринетт. А ведь если
он не узнает, то ничего плохого и не случится и всё между нами будет попрежнему, – подопечная легла на бок, отвернувшись от квами, всем видом
показывая той, что не намерена продолжать начатый в столь позднее время
разговор. – Если бы завтрашний день оказался сильно непохож на все
предыдущие, Кроликс давно бы появилась и не дала состояться нашему
поцелую, нечаянно перевернувшему кошачий мир, – последние слова были
сказаны тихим уставшим голосом.
– Ладно, спи уже. Но вам с Нуаром следовало бы не количеством пятен меряться,
а подумать над тем, почему Монарх сменил тактику и к чему готовиться в
будущем, – ответом был лишь тяжкий вздох.
Им обеим было понятно, что ничего не понятно, поскольку исследования Макса
начались совсем недавно и пока не принесли никаких ощутимых результатов. Но
что-то обязательно должно было случиться, и это что-то, приготовленное
суперзлодеями, по определению не могло быть ничем хорошим. А хорошей
могла быть только слойка, приготовленная Маринетт для любимой квами. С
тёмными думами Тикки поднялась с подушки и отправилась к столу – на ночной
дожор.
72/123

***
Маринетт долго ворочалась, подыскивая более удобное положение, и с
огромным трудом провалилась в тяжёлую дрёму, когда луна уже была в зените.
Полночи ей снилась какая-то мура, а ближе к утру вновь приснился котшмар с
Белым Котом, который таки дотянулся до неё своей лапой с активированным
кольцом. Акуматизированный напарник, вычисливший личность девушки в маске
по розовым меткам, пытался уничтожить сердце героини, которое она
осмелилась отдать не ему. Он не простил ей уничтожения искорки надежды,
подаренной вместе с последним вечером, который Нуар провёл в компании
дочки пекарей, и теперь искал даже не возможности забрать серёжки и
загадать желание, а только лишь когтистой испепеляющей мести.
Девушка в ужасе проснулась, подскочив на постели. Обнаружив, что красная
квами, с засохшим в уголках рта вареньем, мирно посапывает на подушке,
Париж не разрушен, а они всё ещё находятся у себя дома, Маринетт немного
успокоилась. С трудом сфокусировав взгляд на часах, она приняла решение хотя
бы попытаться доспать отведённое будильником время, но состояние
тревожности никак не хотело покидать её. Да и жжение в том месте на груди,
которого в её сне коснулась рука Блана, продолжало усиливаться с каждым
вздохом, несмотря на то, что дурной сон давно закончился, а враг был лишь
игрой воспалённого воображения. Нехотя поднявшись, девушка стекла по
ступенькам и поплелась к раковине, пару раз споткнувшись о собственные ноги.
Она включила ночник возле умывальника и посмотрелась в зеркало.
– Ну и рожа у тебя, Маринетт... – прокомментировала она увиденное в
отражении. – Завтра все будут смотреть исключительно на твои мешки под
глазами и спрашивать только о них, а не о новых метках. Может, просто
прогулять коллеж, чтобы хоть раз нормально выспаться? Скажу мадам Бюстье,
что заболела... – Маринетт решила умыться, потому что капельки пота от
недавно пережитого в мире Морфея ужаса всё ещё блестели на испещрённом
розовыми пятнышками лбу. – Надо же, котоклизм был вымышленный, а печёт
совсем по-настоящему, – она оттянула край майки на бретельках вниз и ахнула:
её главная, не исчезающая метка – обручальное колечко, оставленное Адрианом,
– выглядела зловеще-синюшной. А рядом появился ещё какой-то новый красный
лишай, который обжигал кожу и ныл. – Тикки! Тикки, иди сюда! У меня
проблемы!
– Что? Как? Опять акума? – сонная квами свалилась с кровати. Попытавшись
выровнять траекторию полёта, она врезалась в ночник, который моментально
потух. – Прости, кажется, я сегодня чуточку побуду квами разрушения, – зевнула
она. – Что стряслось, Маринетт? Ещё темно и будильник даже пяти раз не
прозвенел.
– Тикки, я боюсь! Мне снился очень страшный кот, точнее, страшный сон про
Белого Кота, который снова раскрыл меня и пытался уничтожить, я проснулась и
почувствовала жжение.
– Ох, Маринетт… Это моя вина! Прости, вчера я наговорила тебе кучу лишнего, и
всё потому, что позавидовала Нуару: ему достались аж два противня слоек, а
мне только три штучки, – квами стало совестно за свой недавний наезд. – Я не
знала, что ты до сих пор так сильно переживаешь из-за той акуматизации
напарника, и не подумала, что простое напоминание об этом вызовет такое
73/123

ужасное сновидение. Но ведь это был сон и он уже закончился: я рядом, Париж
цел и всё хорошо.
– Ничего не хорошо! Предчувствие тебя не обмануло! – девушка добралась до
выключателя на стене и зажгла потолочный светильник. – Когда я решила
посмотреть, почему у меня болит в груди, то заметила вот это! Колечко, оно
посинело! – чуть ли не плача произнесла она. – А ещё рядом проявился какой-то
орех, пуговка или монетка... Кот Нуар жаловался на подобное, что у него
появление меток стало сопровождаться зудом, но со мной такое в первый раз! Я
однозначно заразилась от него! Скажи, люди от этого умирают? – обычно ровный
голос подопечной на этом дрогнул.
– Погоди… это не орех... и не мячик... – квами прищурилась, привыкая к яркому
свету, – это больше похоже на золотой бубенчик, с которым ты играла вчера. Да
и по времени похоже, что это твоя метка, полученная от Нуара, когда ты была
Ледибаг.
– Как?! Не может быть! Бубенчик – это же нелепо! Как я его Максу покажу, чтобы
он не догадался с одного взгляда, что эта метка – от Нуара?! – взвыла девушка.
– Меня больше беспокоит, почему посинела одна из старых меток, – задумалась
Тикки. – Ты что-то о подобном слышала?
– Нет... ни разу... но, поверь моей интуиции, я должна проверить Адриана и
убедиться, что с ним всё в порядке. Просто этот дурацкий сон, где Нуар
акуматизировался... он был чем-то сильно разозлён, уничтожил часть города и
пришёл за своей напарницей... Стоп! А ведь у Кота в реальности и правда есть
мотив! Он видел Ледибаг с Адрианом. Вчера на словах он не придал этому
большого значения, но что если ревность разыгралась уже после того, как мы
расстались, и он таки пошёл домой к Агрестам выяснять отношения? Тикки, ты
только вспомни Двойника: Нуар его хорошенько отдубасил за одну лишь
попытку занять место рядом со мной! Этот ревнивый Котёнок только с первого
взгляда такой гладкий и мурчащий, а по натуре – настоящий собственник, – она
схватила телефон, судорожно набирая знакомый номер. – Я чувствую, мне надо
позвонить Адриану. В 6:05 он уже точно не спит. Ну же, давай... возьми трубку...
пожалуйста!
– Что, не отвечает? Как и в прошлые несколько раз, – вздохнула Тикки.
– Тогда он был в депрессии из-за отсутствия меток. Так, хорошо, а сообщения... –
девушка лихорадочно барабанила подушечками пальцев по экрану, – не
прочитаны со вчерашнего обеда. А на обед у нас был акума, и тогда же появился
Нуар... который сказал, что после битвы наведывался к Максу... верно! – она
набрала второй номер. – Алло, Марков, привет! Как же хорошо, что роботы не
спят. Скажи, пользователь Адриан Агрест давно был в сети? Я не могу до него
дозвониться.
– Привет, Маринетт! Подожди минутку, я перейду на проводную связь, чтобы не
разбудить своего создателя: он до середины ночи работал над алгоритмом
распознавания меток, – в динамике щёлкнуло. – Вижу, Адриан был в сети вчера в
15:31, после чего активность пользователя всё время оставалась на нуле. Если
увидишь его, передай, что Макс пытался дозвониться ему вчера, но абонент был
не в сети.
74/123

– Спасибо тебе, Марков. Пока! – Маринетт сбросила видеовызов. – Тикки,
трансформация!
***
Через считанные секунды героиня уже была на пороге, точнее – на окне ванной
комнаты особняка Агрестов. Из корзины для грязного белья свисала одинокая
штанина, так что морально надо было оставаться готовой к тому, что
проживающий здесь человек может оказаться не полностью одет. Она тихо-тихо
прокралась в спальню и позвала:
– Адриан?
Её голос подхватило гулкое эхо, несколько раз повторившее его имя, но кроме
эха никто не ответил. – «Опасно, но надо: может, хоть так что-то выясню», – она
достала из йо-йо мобильник Маринетт и позвонила с него. На письменном столе
засветился экран и зажужжал вибровызов. Ледибаг поспешила к гаджету, пнув в
сумерках какой-то комок бумаги: 11 непринятых и заряд около нуля...
следовательно, владелец давно отсутствовал, не поставив вечером телефон на
зарядку. Она покрутила головой: за окном начало светать, а заправленная
кровать выглядела так, будто бы хозяин комнаты и вовсе не ночевал дома. Но
раз телефон был брошен здесь, значит, парень выходил куда-то ненадолго и
почему-то не вернулся за ним. Ледибаг решила глянуть, что же валялось на
всегда чисто прибранном полу, и подняла скомканный лист бумаги. На красной
перчатке от комка остался след чего-то чёрного, похожего на сажу или пепел.
Девушка с удивлением присела: весь паркет около стола оказался усыпан
чёрным порошком неясного происхождения. Но когда она развернула листок и
увидела собственный набросок, то её худший сон совпал с реальностью: Нуар
зачем-то появлялся среди ночи в этом доме.
Хватаясь за сердце и пытаясь восстановить дыхание, а заодно и цепочку
событий, героиня внимательно огляделась по сторонам в поисках подсказок.
Разумно было оставить телефон здесь на время водных процедур: получается,
Адриан разделся, бросил бельё в стирку, принял душ, затем пришёл сюда, к
платяному шкафу, назначение которого она запомнила по предыдущему визиту,
вот лежит его полотенце... но что было потом? Раз окно в ванной комнате было
не заперто, Нуар без проблем пробрался внутрь, увидел розовую метку на
оголённом парне и вышел из себя. Это было логично, раз листок бумаги – весьма
ценный для него подарок от Маринетт – оказался скомканным... оставалось
понять, почему улику бросили здесь, а не забрали с собой. Вероятно, после
мужского разговора с Адрианом у Кота разыгралась ревность, в него вселился
акума и Нуар превратился в озлобленного на весь мир Белого Кота, выкинул
сделанный для него набросок, а возле стола образовалась кучка чёрного пепла...
– О, нет! Только не это! Он бы так не поступил! Это невозможно! – дрожащими
руками героиня достала йо-йо и открыла карту, чтобы посмотреть, когда в
последний раз её напарник был в сети. Полученная информация повергла её в
шок: зелёная лапка ярко мерцала и находилась где-то в пределах этого дома,
буквально закрывая собой фишку в виде красно-пятнистого йо-йо. Как только
она попыталась увеличить карту, фишка пропала, будто бы почуяв, что талисман
пытаются отследить – Нуар (или уже Кот Блан?) развоплотился. Ледибаг упала
на колени и прижала помятый рисунок к груди: туда, где ещё вчера была яркорозовая метка от любимого. Ей самой надо было стать невидимкой, чтобы не
75/123

отсвечивать на радаре, если самые ужасные мысли окажутся правдой. – Тикки,
детрансформация...
Девушку охватил леденящий ужас: Кот однозначно был где-то здесь, Адриан
куда-то пропал прямо из своей комнаты, а у неё, у первой изо всех людей, метка
от любимого человека превратилась в подобие ноющего синяка. Про то, что за
чёрный порошок на полу она успела обнаружить, даже думать не хотелось, но с
учётом ночного сновидения картина рисовалась прямо-таки котоклизматичная.
Ледибаг столько времени всех спасала, восстанавливала Париж, оберегала
друзей... а самого ценного сохранить не сумела.
Маринетт с трудом находила в себе силы, чтобы дышать, не давая удушливому
кому подкатывать близко к горлу. Она пыталась найти логичное объяснение
поступку верного напарника, ведь он был так спокоен ещё вечером, а Белый Кот
ей просто приснился. Это был сон, очень страшный сон, но не настолько
страшный, как реальность, в которой она сидела в опустевшей спальне своего
возлюбленного, где-то неподалёку от затаившегося носителя кольца, перебирая
в руках кучку чёрного пепла, который ранее был... Нет, в это невозможно было
поверить, потому что всё выглядело так неправильно во всех смыслах, что
просто не могло произойти с ним. Она вновь посмотрела на свой рисунок и на то,
как по бумаге расползаются мокрые серые пятна.
Между Ледибаг и Котом Нуаром точно проскочил какой-то холодок после
длительного перерыва в общении. А не потому ли он отказывался участвовать в
обмане акуматизированного? А не для того ли, как гражданский, наблюдал за
Адрианом на бесплатной дегустации? Может быть, Кот специально пораньше
ушёл с церемонии открытия, чтоб втихаря следить за перемещениями своей
напарницы и её ярого поклонника? Вдруг это так, и Нуар провёл этот месяц за
подготовкой своего чёрного плана? Ну тогда она найдёт его и семь шкур
спустит, всякий раз призывая чудесное восстановление перед сдиранием
очередной. Прятаться бесполезно! Её удача уже привела в особняк и вскоре
поможет найти того, кто посмел поднять лапу на её избранника. Кто хоть раз
решил применить разрушительную суперсилу к человеку, тот должен быть
лишён этой силы раз и навсегда – гнев Хранительницы талисманов полностью
вытеснил отчаяние из её эмоций. Теперь носительница серёжек желала только
мести во имя справедливости.

76/123

Секреты Монарха
Очень жаль, что, будучи на эмоциях, Маринетт не догадалась (или
постеснялась?) позвонить всезнающей мадемуазель Санкёр. Ведь где всё это
время пропадал сын известного дизайнера, прекрасно знал сам дизайнер,
отчитавший сына за позднее возвращение домой, и его секретарша, по долгу
службы ставшая соучастницей недавних семейных разборок. После грозного
ночного монолога Габриэль сделал несколько снимков и отослал их мадам
Цуруги.
– А теперь одевайся, чтоб не мёрзнуть, и следуй за мной, – приказным тоном
скомандовал он. – Я предвидел такое развитие событий, и на время съёмок
рекламы ты освобождаешься от посещения коллежа. Пока поживёшь в другой
комнате с маленькими окнами, откуда тебе никто не поможет сбежать, даже
Ледибаг, а любые прикосновения посторонних будут полностью исключены.
Захлопнувшаяся за закончившим обвинительную речь отцом дверь стукнула по
косяку как молоток судьи: приговор был окончательный и обжалованию не
подлежал. Закрытое заседание суда без адвоката, предварительного следствия
и опроса свидетелей объявлялось оконченным. Время лишения свободы
предусматривало срок около недели сидения взаперти, но могло быть продлено
(как казалось Адриану – до пожизненного). Когда юноша, проследовав за
родителем, спустился в цокольный этаж и огляделся в своей новой комнате,
предназначавшейся обычно для охраны и прислуги, то его новое место
пребывания и правда напомнило тюрьму: маленькая, тесная клетушка с
зарешёченным окошком под самым потолком. Ключ проскрипел в замочной
скважине, и в коридоре раздались удаляющиеся шаги.
– Да что ж за невезуха! – парень упал на узкую кровать лицом вниз. Хотелось то
ли завыть, то ли просто поплакать, пока его никто не видит.
– Ну, не грусти, – Плагг опустился рядом, – под угрозой всего-навсего личность
Ледибаг, а тебе удалось избежать раскрытия остальных восьми тайных жизней,
и вместе мы можем...
– Ничего мы не можем! Что бы я ни делал, это неминуемо заканчивается
котострофой! – донёсся ответ из матраса. – Что с Нино, что с Маринетт я
попадаю в неприятности, а теперь ещё и Ледибаг оказалась втянутой сюда.
Чёрным котам не везёт по жизни! Ледибаг надарили гору букетов на открытии
праздника, а она всем дарителям отвечала взаимностью и за всю церемонию
никого сильно не обделила вниманием – за исключением Нуара. В общих
победах за мной навсегда закрепилось почётное второе место, а как
неприятности – то я мигом становлюсь неоспоримым лидером в них! Я –
профессиональный лузер, и моё нахождение в этой самой комнате лишний раз
это подтверждает...
– Но напарница не обошла тебя стороной после официальной части, или ты
забыл? Кстати, а куда подевались другие её букеты? Я их не уничтожал, пока ты
стоял у цветочной лавки, честное слово! – поспешил отгородиться квами.
– Без понятия, да и какая разница? Ледибаг вообще параллельно на всех, кроме
самой себя. На её лице розовых меток было ещё больше, чем у Маринетт, а грим
помогал скрыть лишь детали, но не само количество картинок. Так это лишь те,
77/123

что на лице, которые я видел! Как думаешь, сколько розовых клякс у неё под
костюмом?! – Адриан подскочил и сел на кровати. – Каким я был дураком, когда
считал, что если она недоступна для Нуара, то недоступна и для остальных
парней в повседневной жизни! Да на божьих коровках столько пятен не бывает,
потому что места на всех не хватит! – он спрятал лицо в ладонях. – Насколько
же всё это глупо... но лучше хоть так узнать правду, чем оставаться в
неведении. Хотел всё знать – теперь могу расписаться в получении знаний. Всё,
с меня хватит! – парень бухнулся обратно на матрас.
– А что же насчёт Маринетт, которую ты упомянул? Почему её метки не
вызывают столько бурных негативных эмоций? – решил уточнить квами, меняя
тему на более положительные недавние воспоминания.
– Она – активистка, староста класса, нянька для большинства младших братьев и
сестёр своих знакомых, у неё много подруг, а девчонки при встрече не
здороваются за руку, как принято у парней, – ответил он, уставившись
рассеянным взглядом в потолок. – Плюс, у неё отличные родители и
замечательные бабушка с дедушкой, которые также могли поцеловать и обнять
родную внучку... – юноша понемногу успокаивался, и Плагг перестал
волноваться, что к нему может прилететь акума. – Ну и последний аргумент, это
то, что она – не моя девушка, – закончил он.
– А вот с этого момента поподробнее, – тон котёнка заставил Адриана с
интересом посмотреть на квами, которому вдруг стала интересна тема
человеческих отношений, не вызывавшая ранее ничего иного, кроме притворной
тошноты. – Хочешь сказать, что ты чисто по дружбе проводил её в школьный
медпункт, из которого вы сбежали к ней домой, чтобы поиграть в приставку, на
пару прогуливая занятия? Тем же вечером ты демонстративно поцеловал её на
улице, исключительно чтобы подтвердить свою ориентацию, под завистливыми
взглядами фанатов, – глаза юноши понемногу округлялись. – На следующий
день ты нагло воспользовался девушкой, чтобы не получить лишнюю сотню
розовых меток на площади Вогезов, а потом просто-напросто похитил её,
привезя в особняк и бесстыдно устроив стриптиз с приватной фотосессией, о чём
я, смеясь до боли в животе, вспоминал весь оставшийся день, – щёки
подопечного покрылись румянцем от свежих воспоминаний. – Конечно же, ты
сделал это совершенно не для того, чтобы впечатлить свою «подругу». Потому
что, как только речь зашла о женитьбе, кто-то из нас оперативно включил
«заднюю», – от перечисленных фактов челюсть подопечного отпала
окончательно. – А чтобы морально добить и без того вздыхающую по тебе юную
особу, несколько часов назад совершенно не ты, а Кот Нуар завалился в спальню
к девушке, украл у неё поцелуй, затем украл у родителей саму девушку, гулял с
нею по крышам и ел слойки с компотом, не забывая нахваливать её же саму,
скрывая истинное имя под псевдонимом «одна моя знакомая», – выдал Плагг на
одном дыхании. – Да, ты прав, по всем признакам и по подписи на листке бумаги
Маринетт – это не твоя девушка, а новая девушка Кота Нуара! Браво! Ты склеил
юную пекаршу!
– Не говори чепухи, это не так! – смутился юноша.
– Да, это так, ты втюрился в одноклассницу и липнешь к ней при первой
возможности! Даже метка от неё резко сменила локацию.
– Нет, не втюрился! А метка ничего не значит: я, как последний дурак, всё ещё
люблю только Ледибаг, вопреки разуму и логике. И новая метка от Миледи
78/123

будет тебе немым укором!
– Ладно, тогда Кот втюрился в Маринетт! – квами показал хозяину свой
маленький язычок, явно дразнясь.
– Плагг, прекрати! Это факты, выцарапанные из контекста! У Нуара не может
быть двух Леди сразу!
– Ах так?! Тогда я больше не буду перевоплощать тебя для противных слюнявосопливых дел! – квами повернулся спиной. – Последние события показали, что
ты и сам без меня прекрасно справляешься, зажимая всех подряд и не стесняясь
окружающих, отчего весь интернет пестрит новыми фотками.
– Вот и славно, сам справлюсь, сейчас увидишь... ну вот, этого ещё не хватало! –
он похлопал себя по карманам. – Пока одевался, забыл телефон в комнате.
Можешь принести? Пла-а-агг? Ну будь человеком, пожалуйста, Горилла не
появится раньше утра, а дверь заперта на замок.
– Я не человек, а вольный дух. И если полечу наверх, то исключительно за своим
сыром! Тебе надо немного остыть и успокоить нервы, потому что новая
непродуманная попытка всё исправить обернётся ещё большей бедой для тебя,
попомни моё слово! Это правило неуклонно исполняется на протяжении
последних пяти дней.
– Куда уж хуже... одна надежда на Макса, а я ему должен был выслать фото
новых меток, чтобы его программа уже этой ночью начала вычисления, – он
поднялся и задрал майку. – Ты же видел, розовую... ой, а что это с ней? Почему
печенька начала так активно синеть?
– Покажи, – квами был не на шутку обеспокоен. Прямо на его глазах по центру
груди продолжал наливаться краской новый розовый круассан, а находившаяся
ранее на правой груди розово-фиолетовая йо-йошка, которую Адриан считал
овсяным печеньем с кусочками шоколада, приобретала всё более синюшный
оттенок, приближаясь по цвету к венам на руках. – Мда, а ты говорил, что хуже
уже быть не может. Рогалик напротив сердца, о чём я и предупреждал...
– Нет, всё в порядке, Плагг, это круассан, и он от Ледибаг! Как раз прошло часов
десять – это точно от неё! Фух, всё не так плохо, потому что отец
сфотографировал метку от Маринетт, а не от Ледибаг, значит, с тайной
личности всё в порядке. А вот печенька от Маринетт не просто переместилась с
щеки, но и почему-то посинела... что не так?
– Ты же сам сказал «потому что у Нуара не может быть одновременно двух
Леди». А может синева не от проявившегося рядом рогалика, а от больших
физических нагрузок, которые у нас с тобой однозначно были?
– Кажется, это тревожный знак... Как же не хватает сейчас смартфона под
рукой! Я ранее нигде не читал о синих метках, – Адриан, схватившись за голову,
вновь упал на кровать. – М-м-м... – страдальчески промычал он, – мне срочно
надо подключиться к знаниям всего мира... мне очень, очень нужно зайти на
форум. Пла-а-а-агг? – тот сделал вид, что не слышит его и за телефоном не
пойдёт, начав демонстративно умывать свою мордочку. – Плагг, когти! – не
выдержал подопечный. – Вот так-то лучше, будет мне и интернет на всю ночь, и
супергеройский безлимитный тариф, – порадовался Нуар, – ты сам меня вынудил
79/123

пойти на крайние меры.
***
Маринетт, развоплотившись в чужом доме, перестала быть заметной для своего
напарника, но только не для хозяина другого талисмана. В это утро знаменитый
на всю страну дизайнер поднялся раньше обычного: его разбудил писк
оповещалки на телефоне, потому что на смартфон пришло очень долгожданное
оповещение от одной из тем на городском форуме. Габриэль подскочил с
кровати быстрее, чем встают дети рождественским утром, чтобы первыми
прибежать и отыскать подарки под ёлкой. Прочтя сообщение, он даже не
поверил собственным глазам, проморгался и поспешил нацепить на нос очки,
чтобы ещё раз внимательно перечитать новые сообщения на форуме, с особыми
ключевыми словами, на появление которых был настроен бот-помощник.
Подобные оповещения приходили и раньше, но были ложными срабатываниями,
однако это было совсем иным и более долгожданным. На необычность
отправителя указывало то, что IP-адрес, с которого пришло сообщение, не
определился. Габриэль зашёл в медиатеку, откопал там фото Адриана с букетом
и Ледибаг, сравнил отметку времени снимка с временем записи, оставленной на
форуме, и на всякий случай решил кое-что уточнить. Он растолкал сонного
Нууру:
– Хватит дрыхнуть, у нас есть новое, весьма важное дело.
– Хозяин, Вам следует поберечь себя и больше отдыхать, – квами подразумевал,
что это ему должны давать больше времени на сон.
– Обязательно, но сперва надо сходить, проверить кое-что. Точнее, кое-кого... –
мужчина даже не заправил кровать, а сразу, накинув халат, направился к
выходу из комнаты, но, задумавшись, остановился на полпути. На его лице
появилась дьявольская улыбка. – Дорогой Нууру, мои планы только что начали
стремительно меняться.
– Но месье, Вы же обещали мадам Цуруги, что не будете выпускать акум, не
согласовав с ней своих действий!
– Молчи, ничтожество! – прорычал сквозь зубы недовольный хозяин, который
ещё колебался и решал, за какое из двух очень важных дел взяться сначала. –
Такую мощную эмоцию я не могу упустить, и плевать на договорённости. Нууру,
трансформация! – он некоторое время прислушивался к своим ощущениям,
пытаясь понять, кто же в столь ранний час оказался не в духе и почему этот ктото оказался так близко. – «Хммм, Ледибаг?! Почему ты сейчас в отчаянии и
отчего так сильно зла на своего напарника? Похоже, герои поссорились сами,
без моих бабочек», – на такой срочный случай в трости всегда имелся одинокий
белый мотылёк, чтобы не терять ни секунды. – Я чувствую, как ослабла связь с
её квами, страх и гнев затуманили разум и теперь никто не контролирует
отрицательные эмоции девушки, а они просто зашкаливают. Прекрасно! Лети,
мой акума, и вселись в неё!
***
Если бы Горилла ранним утром не залипал на Ледиблоге, то он бы услышал
80/123

весьма неприятный диалог на цокольном этаже. Адриан выпустил квами из
кольца только с первыми лучами солнца, проторчав всю ночь в онлайне и не
узнав ничего толкового. Зато он выудил оттуда тонны компромата на себя и на
Ледибаг. Теперь между квами и подопечным шёл обмен любезностями на
повышенных тонах:
– Эксплуататор!
– Вредина!
– Лузер с синей меткой!
– Мелкий тролль!
– Я не нанимался служить тебе всю ночь модемом для выхода в интернет!
– Не поленись ты принести телефон и зарядку, отдыхал бы в своём сырном
шкафчике!
– Ну и уйду, ну и буду лежать на коробке сыра, а тебя оставлю здесь одного, бее-е, – Плагг показал язык и скрылся через потолок.
– Иди-иди, мы хоть отдохнём друг от друга, – фыркнул Адриан. Он поставил к
стене стул, чтобы забраться повыше и посмотреть в окно на тронутые первыми
рассветными лучами оранжевые облачка.
Вокруг стало совсем тихо, а на душе – тоскливо. Сколько бы парень ни искал
информацию о синих метках, никто о таком не говорил и не писал: пятна были
либо серо-коричневые, либо розовые. Даже Марков, бессменный автоответчик
Макса, ничего не нашёл в своей базе данных. Быть может, отец прав:
достаточно выпить пятновыводитель, и все эти переживания о разноцветных
метках растают, как дурной сон? Но кто знает, что было в той подпольно
изготовленной таблетке, не подмешали ли туда чего-нибудь лишнего... Он уже
начинал ненавидеть себя за то, что поддался общему поветрию, потому что оно
пока не принесло ему ничего хорошего.
Юноша одиноко смотрел слипающимися от недосыпа глазами на двор за окном:
вот мимо окна пролетел комар, коих в этом году развелось превеликое
множество, затем над цветущим кустом шиповника стали собираться первые
труженицы-пчёлки. А вот и бабочки появились: белая, рыжая и... чёрная
бабочка?
– Акума?! Плагг, вернись! Плагг, ко мне! Ах ты ж, обжора, чтоб у тебя весь сыр
прокис! – Адриан со злости стукнул кулаком по стене. Он спрыгнул на пол и
попробовал подёргать дверную ручку – заперто со вчерашнего вечера. – Пла-а-ааг! – заорал он на весь дом, что было сил и не страшась раскрытия. – Котина ты
сыровонючая... чертёнок, вечно выбешивающий меня... – Адриан медленно стёк
по двери и расселся на полу, – находиться рядом с тобой временами
невыносимо, но без тебя – просто ад. Почему ты улетел, оставив меня в тот
самый момент, когда мы так нужны Парижу?
Стало ясно, что на быстрое возвращение квами рассчитывать глупо: он и так всю
ночь тратил свои жизненные силы, поддерживая трансформацию. Тогда Адриан
метнулся в санузел, но там были лишь два настолько крохотных окошка, что им
81/123

даже решётки не требовались, и вентиляционный короб под потолком оказался
слишком узок.
«Ай-яй-яй! Как же быть? Вырвать смеситель и устроить потоп, чтобы меня
выпустили? Нет, съёмки сегодня после обеда, я успею утонуть раньше, чем обо
мне кто-то вспомнит. Как же не вовремя я тут застрял! А ведь ещё вчера
казалось, что хуже раскрытия личности Ледибаг ничего быть не может!» – он
устало привалился спиной к стене. – «Блин блинский, откуда у меня эта чёрная
полоса по жизни? Когда же на смену ей придёт белая?» – не имея на данный
момент никаких желаний, кроме как отоспаться, парень вернулся к кровати и
рухнул на неё. – «Неужели судьба способна приготовить для меня что-то ещё
более ужасное, чем сейчас? Разве что сам Монарх распахнёт эту дверь и
пожалует ко мне в гости!»
Как ответ на его не озвученные вслух мысли в коридоре послышались
приближающиеся шаги. Сердце парня замерло. Только сейчас он осознал, что
полностью беззащитен и слаб перед новым испытанием своих нервов на
прочность. Шаги становились всё отчётливее, и это были однозначно не лёгкие
каблучки мадемуазель Санкёр, каждый раз приходившей по утрам зачитывать
ему новое расписание. Испуганно осмотревшись по сторонам, Адриан не нашёл
никакого предмета, который мог бы послужить ему добрым оружием. Хотя, один
предмет мебели всё ещё оставался в его полном распоряжении. Видела бы
Ледибаг сейчас Адриана: бывший герой, побледневший от ужаса, дрожащими
руками держался за спинку стула, который занёс над собой, надеясь достойно
встретить вошедшего сюда человека, кем бы тот ни оказался. Желание
каламбурить и кичиться своей молниеносной реакцией отсутствовали напрочь, а
перманентно улыбающееся лицо теперь было предельно напряжённым и
сосредоточенным. Ручка двери начала медленно опускаться вниз.
***
Чёрная бабочка выпорхнула в форточку, пролетела по дворику дома арестов
Агрестов (из-за близости цели хозяин пустил её своим ходом, без привычной
телепортации) и повернула к открытому на втором этаже окну. Долетев до
сжавшейся на полу девушки, часто всхлипывающей и потерявшей всякий смысл
жить дальше, мотылёк вселился в помятый листок бумаги.
– Доброе утро, Ледибаг, я – Монарх, и для меня, как ни странно, будет честью
служить тебе. Можешь сама выбрать себе новое хлёсткое имя. Как жаль, что ты
слишком долго избегала этого разговора и моей помощи!
– Чтоб у тебя каждое утро было таким, как моё! Кыш из моей головы!
– Почему ты упрямишься и не хочешь слушать старших? Кот Нуар совершил
непростительное, но в одиночку ты не сможешь одолеть его. Тебе потребуется
дополнительная защита, моё покровительство, – Монарх использовал старую
методичку, рассчитывая, что она сработает безотказно.
– Я не поддамся на твои уловки! Это из-за тебя весь город лишился спокойного
сна! Из-за твоих дурацких меток мой напарник сошёл с ума!
Немного поразмыслив, злодей пришёл к выводу, что вместо того, чтобы грубо
переть напролом, будет нелишним просто поболтать, втереться в доверие, и
82/123

лишь затем медленно подводить жертву к единственно верному выводу о
необходимости согласиться с его условиями.
– Я ничего не придумывал, а лишь воспользовался прекрасной возможностью
генной инженерии. Надеюсь, ты уже успела спросить на всех форумах, отчего
одна из твоих меток посинела? Так мне будет проще узнать твою личность, –
сейчас он упивался своим абсолютным превосходством.
– Откуда ты знаешь?!
– У меня тоже есть квами, это их вина. Оказалось, что магия, не дающая тебе
понять, с кем ты сейчас разговариваешь, может влиять на цвет меток. Но раз
связь двусторонняя, то метки синеют, если оба человека активно используют
волшебные украшения. В позапрошлом месяце я создал форум для всех
горожан, когда наноны даже не успели поступить в свободную продажу, и
недавно прочёл там, что мой Купироз отработал идеально: некто под ником
«Киска-Ириска» уже задал вопрос о синей метке, так я смог найти одного из вас.
Согласись, забавно вышло?
– Ты его выследил?.. Ты забрал кольцо Нуара?! – Маринетт поняла, почему
фишка с лапкой быстро пропала с карты, когда она постаралась отследить
кольцо: новый хозяин талисмана пытался скрыть следы. – Тебе конец, Моль,
теперь я знаю, что ты рядом!
– Маринетт, сопротивляйся, ты сильная! Не верь ему, он лжец! – Тикки как могла
теребила хозяйку. – Прости, что мой ночной разговор стал причиной твоих
отрицательных эмоций! Это не ты плохая Хранительница, а я – вредная
вспыльчивая квами, которая только притворяется тихой и покладистой.
Маринетт, очнись! Я не хочу потерять свою хозяйку... снова, – квами смахнула
крошечную слезинку. – Не отдавай меня злодею, что бы он тебе не предложил!
– Одна назойливая букашка пытается помешать нашей беседе, но где она была,
когда всё случилось? Почему она перестала делиться с тобой своею удачей? –
Монарх почувствовал, что ему мешают, и решил подстроить свою тактику под
обстоятельства, перейдя на подхалимство и грубую лесть. – В отличие от неё, я
всегда окрыляю людей в самые бедственные моменты их жизни, когда они уже
отчаялись и опустили руки. Я не предлагаю тебе какой-то изощрённый метод
мести, как другим обиженным людям. Желание расправы над другими – это
низко. Да, именно о нём просят большинство недалёких людей, но ты же не
такая, ты – исключительная. Моя сила может многое исправить и даровать
невиданные способности! Так почему же люди считают акуматизацию чем-то
плохим? Послушай меня внимательно и поймёшь, что магия талисмана мотылька
способна подарить нечто большее, чем твои серёжки. Eritis sicut dii, scientes
bonum et malum![7]
– Я не верю тебе! И нечего изображать из себя врачевателя душ человеческих, я
всё равно латынь не понимаю. Зато Тикки всегда помогала мне и была рядом,
что бы ни случилось. Только я могу восстановить Париж после твоих проказ! А
ты – вредитель, эгоист, постоянно приносишь одни лишь беды, отсиживаясь в
своём логове. Могу поспорить, что суперзлодейское гнездо обустроено гденибудь в катакомбах на окраине города, иначе я бы давно тебя нашла и ты
ответил бы по закону! – жертва оказалась не такой податливой, как бы того
хотелось, да ещё и грозила всеми карами небесными.
83/123

– Сегодня, моя дорогая, я оказался ещё ближе, чем тебе может показаться, – его
слова подтверждали догадку о том, что они в это утро находятся в одном доме.
Приятный голос, звучащий в голове, манил и гипнотизировал, заставляя слушать
только его. – Просто подчинись и принеси мне свои серёжки, тогда для тебя всё
закончится хорошо. Я обещаю, что завершу свою злодейскую карьеру, – он
внимательно прощупывал эмоциональное состояние девушки, чтобы
безошибочно найти ту болевую точку, которая стала причиной её горя. –
Ледибаг, я чувствую, что ты необычная девушка, иначе Мастер Фу не выбрал бы
тебя на роль героини, но даже он не знает, почему я создаю чёрных бабочек и
насылаю их на город. А ты хотела бы узнать?
– Это будет очередная ложь! Ты бы не стал раскрывать своих секретов, тем
более – мне.
– Скорее, это будет полуправда. А правда в том, что твой талисман уже не
способен ничего исправить в этой вселенной, ты не можешь призвать чудесное
восстановление, откатить недавние события прошлого не получится. Сейчас ты
сидишь на полу в комнате человека, которого любила всём сердцем,
склонившись над кучкой чёрного пепла… Твоё светлое будущее одномоментно
превратилось в горстку праха, а последующие месяцы и недели медленно, день
за днём, будут подводить тебя к мысли, что стоит попытаться объединить два
талисмана. Ты будешь противиться этой назойливой мысли, гнать её прочь, как
сейчас гонишь меня, но однажды в дождливый будничный день отчаяние
переполнит тебя и желание вернуть утрату победит! Тогда в городе появится
новый охотник за талисманами… Я же предлагаю не доводить до этого, потому
что сам прошёл описанный путь. Мы сможем загадать желание, такое, которое
станет выгодно нам обоим.
Тикки тормошила подопечную всеми доступными методами: щипала за щёки,
тянула за уши, дёргала за мокрые от слёз ресницы – тщетно. От огрызающихся
фраз и угроз быстрой расправы девушка в разговоре понемногу стала
переходить к нейтральным формулировкам. Всего диалога квами не слышала,
но чисто по времени понимала, что переговоры для злодея проходят весьма
успешно. А потом, после некоторого молчания, Маринетт выдала то, что
однозначно грозило этой вселенной уничтожением:
– Да, похоже, ты прав, – всхлипы уже прекратились и квами могла разобрать все
слова, хотя бы из половины ментального диалога. – Но мне нужны гарантии. Я
сама загадаю желание, после того, как кольцо вновь окажется у меня. Это будет
обоюдно выгодное желание.

Примечание к части
От автора: не могу здесь удержаться и не вспомнить пару строк:
I saw a butterfly, and then he came –
The voice which talks to me and f**k my brain...)))
Более пристойную версию песни см. в работе
https://ficbook.net/readfic/11252072/29103440#part_content Переделка "Призрака
оперы"

84/123

Магия сыра
Монарх радостно потирал руки: чем бы ни закончилось его поганое
дельце, как минимум один из талисманов скоро будет у него. Мельком бросив
взгляд на часы, он, не разрывая телепатической связи с жертвой, решил лично
спуститься на цокольный этаж за другим своим подарком. Казалось, что
девчонка сломалась и вот-вот примет его требования, достаточно дослушать до
конца её затянувшиеся причитания и дождаться заветного «Да, Монарх!», чтобы
завершить начатое. Он вышел из своей спальни и шагнул на лестницу. В столь
ранний час величественный особняк ещё дремал, и в холле не было ни одной
живой души. Шаги гулким эхом отражались от стен и высокого потолка, а на
лестнице не хватало лишь красной ковровой дорожки для торжественного
шествия самого Монарха.
С одной стороны, акуматизировать Ледибаг, чтобы заполучить её серёжки, было
заветной мечтой дизайнера, но с другой стороны он только сейчас начинал
осознавать, что стоит ей согласиться, как он получит полный контроль над
героиней. Ощущение полной беспомощности жертвы и его суперзлодейской
безнаказанности пробуждало совсем иные желания, о которых мужчина ранее
даже не задумывался. Как минимум, если он ошибся насчёт того, кто скрывается
под ником "Киска-Ириска", и у Адриана не появилось второй – синей – метки на
теле, выманить владельца кольца будет довольно просто. Он позвонит ему
прямо с багфона и в прямом эфире недвусмысленно намекнёт, что на самом
деле собирается сделать с его Леди. В том, что акуматизированная девушка
блестяще отыграет свою роль приманки для напарника, он даже не сомневался.
Сильно увлёкшись темой того, как именно он на пару с Ледибаг будет ломать
неокрепшую психику юного героя, хозяин особняка дошёл до заветной двери и
тихонечко, не спеша, повернул ручку. Ему совершенно не хотелось будить сына,
если тот ещё спал, но и заходить в образе отца, пытающегося украсть у сонного
юноши кольцо, он побоялся. Уж лучше пусть все шишки сыплются на его альтерэго. А то мало ли: вдруг он не ошибся, и тогда можно стать первым человеком,
опробовавшим на себе силу разрушения.
Подёргав дверь, Монарх мысленно хлопнул себя по лбу: ключ от двери исчез при
перевоплощении вместе с одеждой. Самое обидное, что развоплотиться сейчас
было нельзя: он потеряет связь с акумой, а Ледибаг почти закончила свой
монолог о том, что в её желании обязательно будет свадьба, трое детей и
хомячок. В данный момент она как раз интересовалась у Монарха, как у
дизайнера нарядов для акуматизированных, сможет ли он дать ей (в случае
согласия на акуматизацию) более симпатичный фасон, а не как у Рефлекты.
Торопящийся вернуться за запасным ключом в свою спальню злодей уже сам был
готов пойти на уступки и мысленно предложил несколько платьев на выбор, но
был жёстко раскритикован тем, что «это уже не модно», от чего на мгновение
впал в ступор. Но основная причина у ступора была иная: новая сильная эмоция
полного отчаяния и буквально животного страха ворвалась в его мотыльковый
мир. Это сильно сбивало и отвлекало от главной цели, создавая ментальные
помехи.
***
Адриан буквально чувствовал, что Плагг, с вечера предрекавший ему худшие
85/123

времена, не ошибся и на этот раз, и грядущие события наступившего утра
окажутся гораздо ужаснее прежних. Каждый шаг, раздававшийся за дверью,
как метроном, отмерял промежутки времени, а пульс в висках
синхронизировался с ними, что было весьма неприятным ощущением. Вот шаги
стихли у самой двери, и сердце замерло вместе с ними. Костяшки пальцев,
вцепившихся в спинку стула, побелели от напряжения. Никто из обитателей
дома так рано не вставал, следовательно, в дом пробрался чужак. Адриан
сглотнул, и этот звук показался ему чересчур громким. Ручка опустилась, затем
поднялась и вновь опустилась – кто-то проверял, не заперта ли дверь на замок.
Теперь сомнений не оставалось: у незваного гостя не было с собой ключей и он
проверял все двери подряд.
За дверью шаркнули, и шаги стали спешно удаляться. Лишь сейчас Адриан
рискнул опустить стул и наклониться, чтобы посмотреть в замочную скважину.
От увиденного парень сел мимо стула:
«Монарх?!» – тут начали трястись не только руки, но и коленки, а на лбу
проступили крупные капельки пота. – «О, нет, меня вычислили! Если бы я
остался в своей комнате, то сейчас бы крепко спал и тогда... Мамочки! У меня
даже нет телефона, чтобы позвонить своему телохранителю или отцу! Но раз
дверь не сломали, то он меня не нашёл, что уже хорошо. Я успею помолиться и
покаяться во всех грехах, а ещё написать прощальное письмо и завещать весь
свой сыр своему квами... Нет, он меня кинул, лучше напишу завещание на имя
своей одноклассницы. В отличие от Плагга, она ни разу меня не бросала в
трудную минуту...» – от этой мысли стало чуть спокойнее, но лишь чтобы
следующее осознание накрыло новой, более мощной волной паники. – «А вдруг
Монарх добрался до Маринетт первым? Макс поутру хотел сообщить результаты
исследований, но злодеи могли его опередить! А Дюпэн-Чен когда-то была
владелицей талисмана мыши... Господи, злодеи же могли по фотографии
печеньки вычислить её и начать пытать! Наверняка, всё так и было, Монарх со
своей свитой заявился к моей однокласснице, чтобы выведать личности героев.
Они могли её бить, издеваться над беззащитной девушкой, а когда не добились
ответа, то...» – Адриан вскочил и начал бегать по комнате, как загнанный зверь.
– «Может, она жива? Может, ещё не поздно всё исправить? Если метка посинела
из-за вмешательства магии, то можно попытаться всё откатить назад, поэтому
мне нужна... Ледибаг! Точно! Пофиг, что она подумает обо мне и Маринетт, но я
должен сделать всё возможное, чтобы спасти её!» – кажется, решение нашлось.
Оставалось дождаться квами, без которого никак не вышло бы связаться с Леди.
И тогда, после спасения Маринетт, Монарху уж точно крышка!
***
– Эй, что за шум в такую рань? – Плагг, недовольный и плямкающий чем-то
молочно-дурнопахнущим, вылез из своего шкафчика. – Тикки?! Маринетт?! – он
выронил недоеденный кусочек.
– Плагг, акума в листе бумаги, скорей уничтожь его! Хозяйка меня не слышит! –
взмолилась Тикки.
– Не могу, вдруг я нечаянно разрушу свой дом!
– Тогда снимаем серёжки и летим к Але Сезер! Это единственный выход! –
красная квами успела многое перепробовать до появления собрата.
86/123

– Стой, у меня есть идея лучше! Тяни за листок и не отпускай, пока я не скажу! –
Плагг нырнул в шкафчик и вернулся оттуда с крохотным куском сыра Вьё
Булонь, от гнилого запаха которого Тикки аж позеленела. – Тяни сильнее! –
скомандовал Плагг и ткнул сыром прямо в нос Маринетт.
– Что за... – девушка вскочила на ноги и, закрыв рот ладонями, опрометью
кинулась в ванную комнату, к раковине, поскольку человеческий нос не был
готов к такому сюрпризу, равно как и желудок. Тикки осталась с почерневшей
бумажкой в лапках.
– Деакуматизация практически завершена! Всем спасибо, особенно – сыру, –
Плагг слизнул его остатки с лапки, – а теперь я отнесу эту заразную бумажку
своему хозяину и он... Упс... – чёрный мотылёк вылетел из рисунка и
самоочистился в воздухе по приказу хозяина. – А не, всё в полном порядке,
Монарх передумал. Если Маринетт спросит – ты меня в этом доме не видела, а
прокисший сыр ты нашла... э-э-эм... вот тут, в мусорке, – Плагг указал на корзину
и нырнул обратно в сырный шкаф, поскольку опасность миновала и он
планировал завершить свой завтрак.
– Хорошо... У нас получилось... только как я хозяйке поясню, куда подевался
Адриан? – спросила Тикки в пустоту комнаты. Похоже, её путь лежал прямиком в
ванную, где в одиночестве придётся продолжать успокаивать свою подопечную.
– Тикки, что это было?!
– Акуматизация! Монарх смог воспользоваться твоим горем.
– Не это. Мерзкий запах тухлятины, меня от него мутит! – девушка не стеснялась
пользоваться чужим мылом, натирая нос. – Какая дьявольская вонь...
– Это прокисший сыр из мусорки. Прости, Маринетт, в тебя вселился акума, а я
так испугалась, что...
– Я испугалась больше твоего: злодей почти уговорил меня! – девушка дышала
как рыба на берегу, хватая воздух ртом, а глаза были на выкате. – Тикки, ты
только сядь. У меня есть две новости, и обе хуже предыдущих утренних, – после
таких слов квами, не глядя, плюхнулась прямо в лужу на бортике раковины. –
Первая: враги уже выследили Кота Нуара, но это ещё не самое страшное. Теперь
вторая новость: Монарх жив-здоров, акума прилетел менее, чем за минуту, и
кольцо Кота также было активно в этом доме всего несколько минут назад.
Выходит, что... – Маринетт шмыгнула носом и зажмурилась, что было сил, глаза
снова защипало как от перца.
– Что выходит? Не томи! – квами боялась, что подопечная догадалась, куда
делся Адриан.
– У меня есть страшное, просто чудовищное предположение относительно пепла
на полу комнаты и нового хозяина кольца, который только что подослал мне
акуму. Монарх нагло врал мне, прекрасно зная, что Кота Нуара уже нет в живых
и никто не поспешит ко мне на помощь. Он обманом чуть не заполучил себе
второй талисман! – такая новость повергла квами в шок, но она уже успела
пообещать Плаггу, что не выдаст его.
87/123

– Маринетт, ты уверена, что всё произошло именно так? – осторожно
поинтересовалась Тикки.
– Всё сходится, только так Нуар мог потерять мой рисунок... Монарх смекнул, что
Кот после обнародования фотографий рано или поздно придёт к Адриану
выяснять отношения. Естественно, ничего не сказав напарнице, то есть без
моего сопровождения. Злодеи тупо всю ночь караулили Нуара в этом доме и
напали на него, когда тот зашёл просто поговорить и не ожидал подобного
сюрприза. Так подло и коварно! Моль проклятая... – очередная порция тягучих
соплей оказалась размазанной по мокрым щекам. – Монарх сам мне сказал, что
нашёл Нуара, – девушка умывалась ледяной водой и пыталась успокоиться,
чтобы вновь не приманить к себе бабочку. – Но куда пропал Адриан – я не знаю.
Надеюсь, при появлении Монарха он успел сбежать или спрятаться. Это бегство
было столь стремительным, что он бросил телефон и даже штаны не успел
надеть, потому что традиционно носит телефон в заднем кармане брюк. Вот
почему он скрывается со вчерашнего обеда: его запугали и приказали не
высовываться... по крайней мере, я очень хочу на это надеяться. А Нуар, он... они
его... не могу поверить!
– Маринетт, успокойся! – Тикки взлетела и стала наматывать круги вокруг
девушки. –Монарх бесстыдно соврал тебе, чтобы расстроить ещё сильнее, и
воспользоваться этим! Я уверена, что и Нуар, и Адриан живы, а кольцо не
меняло хозяина, я... э-э-э... я это чувствую, это такая способность у квами, –
выкрутилась она.
– Правда-правда? Думаешь, всё сказанное – чистая ложь? – Маринетт очень
хотелось бы, чтобы кивающая квами оказалась права. – Тогда понятно, почему
бубенчик – розовый, но почему метка от Адриана такая... синяя? Мне страшно...
– Монарх определённо придумал изощрённую ложь, потому что никак не мог
тебя акуматизировать! А метки... ну... – глаза квами забегали из стороны в
сторону, – это же эмоции... а ты ведь не без эмоций чмокнула Нуара... и если
возле сердца может быть только одна метка, то твой последний поцелуй
перечеркнул прошлые переживания, которые успели поутихнуть... Я думаю, что
самые сильные отрицательные эмоции были у тебя от кошмарного сна про
Белого Кота, в этом основная причина! – бедняжка извивалась, как Сасс на
сковородке, чтобы не допустить раскрытия личности Кота, сочиняя небылицы на
ходу. Ей оставалось лишь надеяться, что хозяйка, весьма опытная в деле
сочинения нелепых оправданий, находилась не в том настроении, чтобы
выискивать увёртки.
– Верно, Кот! Мне надо срочно найти кольцо! Хозяин кольца не знает, что
попался на крючок злодеев, и у него остались считанные минуты – если не
секунды – до раскрытия! Я заберу у него талисман и выберу Плаггу нового
хозяина. Тикки, давай!
***
Ходить по коридорам и комнатам в чужом доме Ледибаг не стала, тем более, что
многие из помещений могли оказаться запертыми изнутри. Поэтому девушка
закинула йо-йо на трубу дымохода и стала заглядывать во все окна по очереди.
Комнату Адриана она пропустила, сразу переместившись к окнам третьего
этажа. Вот Габриэль в тапочках и махровом белоснежном халате бреется перед
88/123

зеркалом, оставив незакрытой форточку с молочного цвета стеклом, через
которую можно было поподглядывать за событиями в ванной комнате.
В следующей комнате, как ни странно, сидел Горилла. Ему тоже было жарко
спать этой ночью и окно оставалось открытым нараспашку: из него то и дело
выдувало на улицу край тюлевой занавески. Мужчина залипал в телефоне,
слушая музыку в наушниках и ритмично двигая головой, одновременно листая
пятнистые фотографии на экране, периодически лайкая некоторые из них.
Подивившись такому фанату, героиня переместилась к последней комнате, в
которой жила Натали. Вот тут леску йо-йо пришлось держать особенно крепко,
потому что даже обнаружение телохранителя Адриана в розовых стрингах в
комнате секретарши не стало бы столь неожиданным. Над кроватью секретарши
зависло крохотное фиолетовое существо. Из-за почти полностью задёрнутых
штор в комнате царил полумрак, но возле этого окна была лишь тонкая
прозрачная занавеска, не защищающая даже от комаров. О чём был разговор,
проходящий на уровне шёпота, из-за шума улицы разобрать не получалось.
Чтобы максимально скрыть своё присутствие, героиня перебралась ко второму
окну в надежде подслушать хоть часть из их диалога.
***
– Мадемуазель Санкёр, прошу, проснитесь! – Нууру потеребил спящую женщину.
Ему удалось ненадолго улизнуть, когда Габриэль передумал вселять нового
акуму и отправился наводить марафет. – Прошу, мне нужно поговорить с Вами,
пока мой хозяин не хватился меня.
– Нууру? Что тебе нужно? – произнесла секретарша сонным голосом.
– Мадемуазель, Ваш начальник не должен так поступать с родным сыном, это
уже слишком. Мальчик не заслужил подобного обращения.
– Это не мне решать, ты же знаешь. Что я, что ты в этом доме – наёмные
работники без права голоса.
– Прошу, не так громко, я боюсь, что нас услышат, – озирался квами. – И всё же,
Вы должны знать: не будь Адриан его сыном, сегодняшний акума вселился бы в
него – настолько велико отчаяние подростка. Только силой воли мой хозяин
перенаправил мотылька к другому человеку.
– Как? Пока я спала, он опять взялся за старое? – шёпотом уточнила Натали,
высунувшись из-под покрывала и потянувшись к очкам, оставленным на
прикроватной тумбочке. – Вот же нетерпеливый! Мы же договаривались, что
никаких акум, пока план с метками не раскроет нам личностей героев. Это
спутает все карты! Спасибо, что доложил. Мне действительно придётся прямо
сейчас встать и ещё до завтрака поговорить с ним по всем пунктам, включая
Адриана. Габриэль не должен прикасаться к твоему талисману, а то натворит
дел!
Будучи одетой в лёгкую ночную рубашку на тонких лямочках, женщина встала с
постели и подошла к окну, чтобы распахнуть тяжёлые теневые шторы. Когда
она, зажав ткань пальцами, резко развела руки в стороны, то встретилась
взглядом с Ледибаг, остолбеневшей от подобной неожиданности. Какое-то
время они молча смотрели друг на друга, а затем Ледибаг перевела взгляд с
89/123

лица женщины на грудную клетку, чуть повыше линии кружев: там был синячок
в виде сине-фиолетовой бабочки. Героиня потеряла контроль над волшебной
леской и грохнулась с высоты третьего этажа.
***
Заметив перемену в освещении и пролетевшее за окном сверху вниз йо-йо,
Адриан поспешил вернуть стул к окну и вновь вскочил на него, забыв о двери, за
которой вновь началась какая-то возня. Впервые его мольбы были услышаны и
удача в буквальном смысле свалилась к нему с неба.
– Ледибаг?! Ледибаг, я здесь! – Адриан забарабанил по стеклу, когда прямо
перед его окном пыталась подняться на ноги пятнистая героиня. Увы, тройной
стеклопакет хорошо изолировал звуки. – Обернись! Мне нужна помощь! – парень
оглянулся: кто-то вновь пытался вломиться к нему в комнатку. – Скорее, вытащи
меня! Пожалуйста... – но ему лишь оставалось наблюдать, как Леди
раскручивает йо-йо и уносится прочь, оставляя его один на один с тем, кто снова
пришёл по его душу. Адриан уже почти решился снять кольцо и спустить его в
унитаз, но в этот момент ручка перестала дергаться и раздался стук в дверь.
– Месье Адриан, Вы здесь? – услышал он знакомый голос с явным акцентом,
доносившийся из-за двери. – Вы не явились к завтраку, и я решил принести его
Вам!
На этот раз это был всего лишь шеф-повар, который побеспокоился, что юный
Агрест вовремя не явился на кухню, и пришёл к подростку сам, не зная, что
Горилла закрыл его снаружи. Нужного ключа у него тоже не было, разве что от
кухни и пары подсобных помещений.
– Я не могу открыть, меня здесь заперли до обеда! – крикнул Адриан в ответ. –
Спасибо за заботу, я действительно голоден, но завтрак вряд ли пройдёт в щель
под дверью.
- Я понял, месье. Сию минуту испеку для Вас блинчики, – невозмутимый
работник питания поспешил вернуться на кухню.
– Спасибо! И попросите телохранителя немедленно прийти сюда вместе с
ключами! – крикнул Адриан вдогонку.
– Чего раскричался? Не шуми, – Плагг незаметно вернулся и завис рядом, – я
спешу доложить тебе, что уже позавтракал, акума обезврежен и поводов для
паники нет. Всё хорошо, расслабься!
– Нет, не всё. Вы с Ледибаг молодцы, что справились, но с Маринетт однозначно
что-то случилось. Не просто так её метка стала синей. Мне жизненно
необходимо увидеться с ней, прямо сейчас, пока нет Гориллы!
– Эй-эй, постой! Как же ты решил выйти наружу? Катаклизмить чей-то дом
можно только если уверен, что там живёт Бражник! – запротестовал дух
разрушения. – Но раз ради Маринетт ты готов пойти на побег, то точно в неё
втюрился! Пора признать правду.
– Заткнись! Я серьёзно, за ней охотится Монарх! Плагг, когти! Котоклизм! –
90/123

теперь надо было быстро-быстро уносить ноги, лапы и хвост.
***
– Мам-пап, с добрым утром, молока не надо, я позавтракаю в школе, всех целую,
пока, уже опаздываю! А-а-а! – Маринетт пулей пролетела мимо родителей,
натягивая на ходу школьную одежду вместо пижамных штанов. Выбежав на
красный свет и остановившись лишь благодаря тому, что кто-то резко одёрнул
её за руку на переходе, она достала сотовый телефон, кинув дежурное «мерси»
этому незнакомцу. – Алло, Нино? Адриан с тобой? Как нет? И ты не дозвонился?
А Аля рядом? Да, уже бегу, ждите у входа, – на загоревшийся зелёный она
стартовала так, что могла бы влёгкую обогнать Кима на спринтерских
соревнованиях.
– Маринетт, что случилось? Ты раньше обычного... – Сезер была удивлена
взбудораженностью подруги.
– Срочно, пошли со мной, всё расскажу... а тебе, Нино, с нами нельзя!
– Эй, что за девчачьи секретики? Адриан – и мой друг тоже, я должен знать...
– Мы идём в женский туалет по важному делу о красных метках, и нам не по
пути!
Нино трижды поменялся в лице, подумав совершенно не о той причине, из-за
которой девушка с такой яростью и возбуждением могла разыскивать его Бро.
Он сам не понял, почему уже двое одноклассников со вчерашнего дня ищут
Адриана, а тот ото всех прячется. Маринетт как буксир тащила за собой не
успевающую перебирать ногами Алю. Когда они дошли до последней кабинки и
остановились у окна, Дюпен-Чэн в отчаянии кинулась на шею подруге.
– Он пропал! Его похитили! Это кошмар!
– Обалдеть! Тише-тише, не реви, давай по порядку: кто кого похитил?
– Не знаю, но Адриана не было дома со вчерашнего вечера, если не с обеда! Я не
дозвонилась, Макс его искал, я везде проверяла – он просто исчез и он в беде! –
новая порция рыданий вылилась на клетчатую рубашку.
– Прошу, вот тебе платок, – Але совершенно не понравилось, что её используют в
прямом смысле как жилетку для слёз, она старалась отстраниться. – Почему ты
считаешь, что он похищен? Об этом бы раструбили по всем телеканалам. Или у
вас с ним обнаружилась телепатическая связь?
– Не знаю, но он пропал примерно в то же время, когда по сети
распространилась фотография, где Ледибаг целует Агреста. Если он ушёл из
дома, то почему сбежал без своего телефона, и теперь находится неизвестно
где?! – Маринетт вытерла слёзы и шумно высморкалась в предложенный платок.
Побоявшись, что её тайну могут подслушать, она убавила свою громкость. – На
месте злодеев я бы устроила настоящее похищение, а затем использовала бы
заложника как наживку, чтобы заполучить волшебные серёжки. Потому что
Ледибаг не может подойти к Нуару и сказать: «Приветик, милый напарник,
понимаешь, есть один мальчик, который мне нравится, но его похитили злодеи и
91/123

ты должен помочь мне вызволить его, вот такие дела...» Просто на минутку
представь реакцию Нуара! Да, он поможет его спасти, а потом прибьёт нас
обоих! Так что это ловушка, рассчитанная на Ледибаг. – Сезер слушала, раскрыв
рот от удивления: она пропустила похищение века! – Злодеям уже удалось
поссорить и разделить меня с напарником, и я уже не уверена, что он вообще
жив... – новая порция рыданий полилась в платок. – Тикки клянётся, что кольцо
не меняло хозяина, и лишь это отделяет меня от желания снять и выкинуть свои
серёжки куда подальше, потому что я больше так не могу-у-у-у-у... – пришлось
обнять подругу и погладить её по спине. Потерять сразу двух друзей за одни
сутки – это было слишком.
– Выглядит как детективная история, – ужаснулась Аля. – Но почему ты решила,
что Адриан в беде? Может, он просто ночевал у... у Хлои в отеле! Они же дружат
с пелёнок.
– А вот почему! – она отстранилась, стянула майку через голову и вручила её
однокласснице. – Смотри, метка от Нуара розовая, а метка Адриана посинела!
Теперь ты меня понимаешь?! – девушка практически срывалась на крик. – Не
знаю, что это значит, но ничего хорошего, это уж точно! Я сойду с ума, если до
обеда не разыщу его! Это утро уже довело меня до акумы!
– Что?! К тебе прилетал акума?! – это утро было самый сенсационным для
начинающей журналистки.
– Аля, Маринетт? – одна из удалённых от них кабинок приоткрылась и оттуда
выглянул «похищенный». Как только он услышал знакомые голоса – от сердца
отлегло. Адриан так переживал, что готов был кинуться и расцеловать Маринетт
при встрече, но наличие подруги (а также едкого на комментарии чёрного
квами в кармане) и отсутствие одежды на девушке резко изменили его планы.
Пришлось сыграть в испуганно-воспитанного Агреста. – Девчонки, тс-с-с! –
озираясь, он приложил палец к губам. – Вы не поверите, но мне очень срочно
нужна Ледибаг!

92/123

Примечание к части Название главы честно списано с одноимённого фанфика
https://ficbook.net/readfic/5209679
Мы поднимали себе настроение и вдохновлялись им! Однако, в этой главе
события пойдут своим путём. Продолжаем пугать читателей?

Welcome to WC
В особняке относительно хорошо начинавшееся утро превратилось в
совершенно не доброе: проснувшийся раньше других Габриэль обломался при
попытке заакумить Ледибаг, а затем застукал телохранителя Адриана сидящим
в своей комнате в одном исподнем и листающим медиатеку Ледиблога вместо
исполнения своих прямых обязанностей. Укорять за то, что никудышный
охранник не заметил приближения суперзлодея к вверенному ему мальчишке,
работодатель не стал, но попенял, что Адриан ещё не завтракал, а времени на
раскачку перед съёмками почти нет. Горилла нехотя встал, мысленно поминая
начальника недобрым словом, приоделся и поплёлся на цокольный этаж, чтобы
сопроводить своего подопечного на кухню и накормить его чем шеф-повар
велит. Кто ж виноват в том, что Сезер выложила новые видосики и фотки с
замурчательно нежным ЛедиНуаром только поздней ночью, а оповещение о них
пришло фанатам только по утру? Каково же было удивление тюремного
надзирателя, когда вместо молодого парня, мирно посапывающего в элитной
камере-одиночке на своей ортопедической кровати, он обнаружил раскиданные
по подушке комья земли, а на полу – слой успевшей улечься пыли и подкоптуннель, ведущий наружу, проделанный сквозь стену прямо из этой комнаты.
Бледный как полотно Голилла сразу побежал к шефу – пояснять жестами и
междометиями, что его сын в бегах. Он опоздал буквально на минуту: в
кабинете Габриэля уже стояла не менее бледная секретарша в ситцевом
халатике на босу грудь, на ходу поправляющая растрёпанные после сна волосы
и сбивчиво сообщающая о том, что буквально пару минут назад спугнула
шпионившую за их домом Ледибаг.
– Мадам Цуруги-сан, – Габриэль незамедлительно набрал её номер, – простите за
ранний звонок. Обстоятельства изменились, прошу срочно приехать в мой
особняк. Да-да, остальные договорённости остаются в силе, – он сбросил вызов и
обратился к Горилле. – В твои обязанности входила лишь одна забота – уследить
за непоседливым подростком, у которого сегодня съёмки новой рекламы вместе
с дочерью мадам Цуруги! Я знаю, что Адриан был против съёмок, но есть
подписанный контракт между мной и матерью девушки, многомиллионный
контракт! А раз твой подопечный опять сбежал, то ты уволен! Можешь собирать
вещи, расчёт получишь уже сегодня к вечеру!
Опустивший голову верзила покинул комнату, оставляя главных махинаторов
наедине. Теперь ему никто не мог помешать мирно дочитывать новости
Ледиблога. В глубине души он тихо радовался, что мальчику удалось сбежать от
такого отца-тирана, пусть даже с привлечением помощи извне.
– Что касается тебя, Натали, ты всегда была моей правой рукой и не подвела,
даже когда герои чуть не поймали меня на Эйфелевой башне, поэтому, – он
отстегнул брошку из-под галстука, – мы обманем их. Я сейчас позвоню
телевизионщикам, сыграю роль разгневанного отца, у которого герои выкрали
родного сына, и в прямом эфире в меня вселится акума.
– Вы желаете, чтобы я акуматизировала Вас? – женщина была крайне удивлена.
93/123

– Но мне показалось, что для этой цели Вы вызвали сюда мадам Цуруги...
– Так и есть, но ей я доверю предмет с амоком. Чтобы у тебя не закружилась
голова, я запрещаю использовать оба талисмана одновременно, так что свою
сенти-копию я сейчас создам сам. Томоэ тоже надёжный человек, а уж кто, как
не она, сможет так виртуозно управлять боевым сентимонстром с острой
шпагой! Сенти-Монарх и Коллекционер нападут на героев, а если они не
справятся, то в самое ближайшее время придётся запустить в действие наш
первоначальный план. Акуматизировав меня, ты развоплотишься и приступишь к
исполнению задуманного. Я был бы рад подождать ещё дольше, но есть
опасения, что малолетние герои что-то заподозрили относительно меня. Нам
необходимо разубедить их внезапной акуматизацией главного подозреваемого,
чтобы усыпить бдительность.
– Я поняла. Но не проще ли пропустить промежуточный пункт с акуматизацией?
Его исполнение может пройти не так гладко, поставив под угрозу следующие
шаги. Одна синяя метка у нас уже есть, значит, и у второго она появилась или
вот-вот появится: нанопримесь сработала как надо. До их раскрытия – рукой
подать.
– Опасно, не спорю. Но если оба героя были здесь и ещё не развоплотились, то
любая магическая активность тёмной стороны, направленная прямиком на них,
раньше времени выдаст нашу личную заинтересованность в происходящем. Мне
нужны не герои, а обыкновенные беззащитные подростки, – Габриэль чувствовал
себя великим полководцем, расставляющим войска перед финальным
сражением. – Сперва я и сентимонстр заставим их потратить энергию на
суперспособности, а как только трансформация с детей спадёт, в игру вступишь
ты. Только тогда и не раньше! Просто запасись терпением и оставайся
наблюдателем до последнего писка их талисманов, даже если я проиграю этот
бой.
– Как прикажете. Мне тоже не хватает Эмили, и я готова идти до конца, чтобы
вернуть мальчику мать.
***
Одновременно с этим в туалете коллежа проходила судьбоносная встреча,
готовая перевернуть мир:
– Адриан! – Маринетт помчалась к нему со всех ног, никого и ничего не замечая,
даже Алю, протягивающую майку ей вслед. – Я думала, что потеряла тебя
навсегда! – она ураганом налетела на вышедшего из укрытия парня, и стиснула
его в объятиях так, что его рёбра хрустнули.
– Но навсегда – это же слишком долго, – судя по округлившимся зелёным глазам,
которыми он смотрел через плечо Маринетт на Сезер, поступок одноклассницы
скорее перепугал его, чем обрадовал. Он искренне не догадывался, отчего она
так переполошилась.
– Аля, мы слышали крики, что случилось? – Джулека и Роуз хотели пройти к
кабинкам. – Маринетт, вся в слезах, искала сегодня Адриана: она всему
женсовету позвонила!
94/123

– Всё уже позади, прошу не входить, она только что нашла свою пропажу, –
подруга оттеснила девочек и постаралась поплотнее прикрыть дверь в комнату
с кабинками, предварительно оставив майку висеть на ручке ближайшей
дверки. – Поверьте, но сейчас мы там будем лишними, – Аля заняла пост
охранника туалета. – Это не самое романтичное место, но для нашей парочки
идеальнее не придумать, – выдохнула она.
– Мне приснился кошмар, а потом посинела метка, а потом ты не брал трубку, а
потом никто не видел тебя со вчерашнего вечера! – тараторила Маринетт,
размазывая очередные сопли по рубашке парня. – Ты просто исчез, никому
ничего не сказав! Больше никогда так не делай, слышишь?
– Успокойся, прошу. Мне пришлось сбежать из дома, – Адриан нашёл в себе
смелость обнять девушку и даже немного погладить её по спине, ниже
застёжки от лифчика. – Отец узнал про мои метки и посадил под домашний
арест без права переписки.
– Но как ты смог сбежать из-под охраны? И почему оказался тут, в туалете... для
девочек?
– Это долгая история. Теперь мне лучше вообще не показываться в городе. А тут
я рассчитывал встретить тебя, – Маринетт подняла заплаканные глаза и не
поверила своим ушам. – Что такого? Ничего удивительного, даже принцессы
ходят в туалет. Утром я появился в пекарне, но мне сказали, что ты ещё спишь, –
девушке стало жутко. Оказывается, она была сегодня на грани двойного
провала, трансформируясь прямо в комнате: вот бы родители зашли! – Поэтому я
пробрался в коллеж и спрятался здесь. Чем закончилась моя прошлая игра в
прятки в мужском туалете, ты прекрасно помнишь... – вздохнул он.
– Да, – на зарёванном лице промелькнула тень улыбки, – тогда ты подарил мне
эту метку... ой! Прости! – девушка, наконец, заметила, в каком виде обнималась
с ним. – Я думала, что буду здесь только с подругой, мне так стыдно! Сейчас
оденусь.
– Не торопись, – такой ответ заставил её замереть с майкой в руке. – Давай я
уровняю своё положение и тоже разденусь, – он стянул с себя футболку. – Вот,
смотри: поводом незамедлительно покинуть дом послужила эта метка, твоя
метка, Маринетт! Ещё вчера она была розовой, а теперь больше похожа на
большой синяк, – стыдливо отвернувшаяся девушка, почти натянувшая на себя
майку задом наперёд, медленно-медленно повернулась. – Я очень переживал за
тебя, настолько сильно, что не спал всю ночь и с рассветом сбежал из дома,
будучи в шортах и тапочках! – он шагнул к ней, но девушка, увидев синюю
метку-йойошку, шагнула назад и начала неспешно стекать по двери кабинки. –
Маринетт, тебе нехорошо? Маринетт? – по рассеянному взору было ясно, что она
его уже не слышит. Парень быстренько вернул свою майку на место, чтобы
Сезер не прибила его за непреднамеренный стриптиз, сломавший психику её
скромной подруги. – Аля! Скорей сюда!
Под дверью успела собраться приличная толпа, даже больше, чем в прошлый
раз, поэтому Агреста, вышедшего с бесчувственным телом на руках, до самого
медпункта сопровождала рота почётного караула. Медсестра, вновь увидевшая
сладкую парочку, с которой повторно что-то случилось в туалетной комнате,
всплеснула руками и откупорила нашатырь. Аля охраняла теперь вход в
медпункт, а Адриан ни на секунду не отпускал руку Маринетт, которая пришла в
95/123

себя и то краснела, то бледнела, пока ей измеряли давление.
– Общий предварительный диагноз: переутомнение, – выдала медсестра. –
Мадемуазель, если Вы будете лучше высыпаться и попьёте витамины, то голова
по утрам перестанет кружиться. А ещё перестаньте переживать из-за
приближающихся экзаменов, это не так страшно. Мадам Менделеева часто
разрешает пойти на пересдачу, – женщина отошла к холодильнику и стала
греметь какими-то пузырьками и ампулами.
– Адриан, скажи мне, это ты – Киска-Ириска? Только честно.
– Да, это мой запасной аккаунт, – сказал он, отвернувшись. – Ты тоже искала
информацию о синих метках?
– Нет, хуже, – Маринетт показала жестом, чтобы он наклонился. – Монарх искал
синие метки, а в итоге нашёл тебя. Советую срочно отдать кое-что круглое
Хранительнице, пока не отобрали, – одними губами прошептала девушка,
потому что подслушивающих вокруг было предостаточно. Теперь была очередь
парня падать в обморок, что с учётом общего нервозного состояния и бессонной
ночи было совсем не удивительно. Маринетт пришлось подвинуться на кушетке,
освобождая место под слабеющее второе тело, не способное устоять на ногах. –
Вот, возьми, помогает, – она передала ему ватку с нашатырём, – оглянувшаяся
на возню медсестра только вздохнула и сделала вид, что всё в порядке,
принявшись с удвоенным усердием переставлять флакончики.
– А злодей там под какой учёткой? Это Макс его вычислил? – дело Нуара запахло
не просто нашатырём, а керосином.
– Злодей на форуме за админа. Я сегодня словила акуму, – призналась Маринетт,
– так что новости узнала напрямую от главного гада. Мне было предложено
устранить Кота Нуара.
– Вот как?! – Адриан втянул пары нашатыря полной грудью. – А тебя, значит,
спасла Ледибаг?
– Нет, в тот момент она была в особняке Агрестов, придя по маячку на карте, но
вместо напарника обнаружила в твоей спальне подписанный мной скомканный
рисунок и горстку пепла рядом с ним. А Адриана она не нашла. В тот момент её
мысли были столь ужасны, что притянули акуму.
– Да?! Ничего себе... не думал, что просыпавшийся тонер для принтера натворит
столько бед. Просто не успел подмести до того, как отец упрятал меня в подвал.
Я видел Ледибаг и звал её, стучал по стеклу, просил вытащить меня из подвала,
но она не услышала и улетела.
– Ей было не до того. Ледибаг пришлось быстро убежать, пока талисман цел.
Ведь в особняке она напоролась на квами мотылька, – в сторону девушки
повернулись два зелёных глаза, круглые как блюдца.
– Маринетт, прости за прямоту, но тебе всё ещё нехорошо, ты бредишь. Или же
это приснилось тебе в кошмарном сне, – Адриан вернул обратно отрезвляющую
вату.
– Знаешь, я была бы рада проснуться, но, увы, синих меток в этом городе всего
96/123

три: у меня, у тебя и у Натали!
Обилие выплеснутой информации вызвало перегрузку памяти и процессора:
Адриан завис, собирая все факты в единую картинку. Последовала длительная
пауза, после которой парень привстал, оперевшись на один локоть, и отодвинул
прядь волос на ухе одноклассницы.
– Не-е-ет, это бред, этого не может быть... – он бухнулся обратно, – я не могу
быть настолько неудачником... – свободную руку он положил себе на лоб и
закрыл глаза, переваривая только что подтвердившуюся догадку.
– Кажется, неудачница по жизни здесь только я, – Маринетт обиделась на его
небрежно брошенные последние слова и легла на бок, отвернувшись к стенке.
Плакать она больше не могла – наступила фаза полного безразличия к
происходящему.
– Неправда, ты счастливая: у тебя есть волшебный котёнок, – парень осознал,
что одноклассница неверно истолковала его оборванную фразу, произнесённую
вслух лишь до половины. Он тоже лёг на бок и обнял её. – Ты самая счастливая,
ведь я, как дурак, успел влюбиться в тебя дважды, – шепнул он в то самое ухо,
на котором чернела неприметная серёжка. Маринетт вздрогнула от
неожиданности и затихла, боясь пошевелиться и спугнуть привалившееся к ней
счастье.
– Кхм, господа старшеклассники, – вмешалась медсестра, – я вижу, что
медицинская помощь вам уже не требуется, – у обоих подростков проступил
румянец, – если вам стало лучше от дружеских объятий, то это замечательно.
Практикуйте их почаще, но напомню, что кабинет врача предназначен не для
этого.
– Да-да, спасибо, мне уже хорошо, мне очень хорошо, а вот девушку я бы
проводил до дома, это рядом, – сориентировался Агрест, – я позабочусь о ней и
лично передам в любящие руки родителей, – медсестра ещё раз окинула
взглядом его странный внешний вид и домашние тапочки. – Понимаете... ехал
утром на съёмки... а как узнал, что однокласснице требуется помощь, так
поспешил к ней в чём был, – он торопился покинуть кабинет врача вместе со
своей спутницей, потому что им надо было обсудить столько всего... и,
желательно, без свидетелей.
Оба вздохнули с огромным облегчением, когда не нашли ни одной живой души
ни под дверью, ни во внутреннем дворике коллежа, а иначе лишних вопросов
было бы не избежать.
– Нам повезло: кажется, все уже разошлось по классам, – обрадовалась
Маринетт. – Пошли со мной.
– Куда? Снова в туалет? Постой, это ведь женский!
– Раньше это тебя не смущало... – хмыкнула девушка, открывая дверь и смело
затаскивая Адриана следом.
– Знаешь ли, мне приятнее оказаться зацелованным девушками, чем парнями. Я
просто учёл старый опыт и последовал совету своего квами.
97/123

– Неправда, – высунулся Плагг, – это был не совет, а чистейший стёб. Этот
дурень раз за разом перевирает смысл моих мудрых советов!
– Но теперь я всё сделаю правильно, – с этими словами парень запихнул
Маринетт в одну из кабинок, зашёл следом и щёлкнул задвижкой. – Снимай
майку! – Адриан сам не ожидал от себя такой наглости. – Эмм... то есть не могла
бы ты ещё раз показать свои метки? Пожалуйста, – девушка смутилась.
– Не заставляй её, – вылетела Тикки, – моего появления будет достаточно. Ты
ведь хотел проверить свою догадку относительно личности напарницы?
– Привет, Тикки, у меня вопрос в другом. Может быть, для Маринетт это уже
обыденность, но для меня – целое событие! Вот, смотри, – он задрал футболку
на себе. – Овсяное печенье и круассан, они вместе! Значит и Маринетт, и
Ледибаг для меня одинаково важны.
– Кошмар... – девушка прикрыла лицо руками, – ты до сих пор считаешь это
печеньем, а не йо-йо?
– А разве метка похожа на йо-йо? – искренне удивился юноша.
– Разумеется, нет! Это синий мухомор, вид сверху! – Маринетт закатила глаза,
еле сдерживаясь, чтобы не обозвать его «глупым котом». – Я вообще в шоке, что
не раскрылась перед тобой в первый же день!
– Да?! Тогда подними свою майку. Давай-давай, я всё равно уже это видел, а в
съёмочном павильоне вижу и не такое. Тебе самой следует посмотреть ещё раз
на картинки, более внимательно, – девушка, сопя от моментально вернувшейся
нуаровской наглости, выполнила просьбу.
– Ну, доволен? – прокомментировала она, глядя на чересчур довольную рожу
напротив. – Тут и смотреть-то особо не на что: ни для съёмок, ни для показа мод.
– Муррр, какая прррелесть! Бубенчик и кольцо Кота Нуара соединились вместе...
– В смысле – кольцо Нуара?! Это же... – возмущённому удивлению напарницы не
было предела.
– Ну вот, моя печенька, счёт один-один за невнимательность. Но колечко и
правда может стать обручальным, – красная от негодования Маринетт даже не
знала, как на это реагировать: поцеловать его или сперва дать по морде за
нахальство. В итоге лишь резко опустила край майки вниз и засопела пуще
прежнего. – Поверь, я сотру в порошок любого, кто попытается помешать
нашему счастью.
Последнюю фразу этот наглец практически промурчал ей на ухо, отчего по телу
девушки пробежали приятные мурррашки. В самых розовых мечтах подобное
признание должно было происходить где-то на палубе плывущего корабля, на
подиуме дорогого ресторана, в концерном зале или хотя бы на показе мод, но
судьба оказалась с хорошим чувством юмора, приготовив для самого важного в
жизни признания кабинку общественного туалета.
– Кстати, о порошке... – опомнилась Маринетт. – Хочу извиниться за своё
утреннее поведение... когда я в полуголом виде... ну... набросилась на тебя. Для
98/123

истерики были причины. Я дико испугалась, обнаружив твой телефон в особняке
рядом с горсткой чёрного порошка, показавшегося мне пеплом, и действительно
решила что ты, то есть Нуар, из-за ревности откатаклизмил своего соперника.
Готова поспорить, что из-за побега в твоём доме уже поднялась паника и тебя
вовсю разыскивает полиция, – Маринетт достала телефон, чтобы просмотреть
последние новости. На удивление, там не было ничего криминального. –
Странно... Ну, как минимум один из злодеев точно нас ищет. Точнее, злодейка.
– Верно, странно как-то... Погоди... отец вечером зачем-то сфотографировал мою
метку и отослал мадам Цуруги, но печенька-йойошка была ещё розовая в тот
момент, а круассан проявился позже. А Макс как раз работает над
расшифровкой картинок, он уверен, что они формируются не случайным
образом. Выходит, что мой отец работает в интересах злодеев, но использовали
ли его втёмную или он с ними заодно, пока не ясно.
– Думаешь, Томоэ и Натали – те, кого мы ищем? В это сложно поверить... Но они
точно чего-то не знают, раз кольцо до сих пор на тебе. Или же всё подстроено
так, что тебя раскрыли и дали сбежать, чтобы выйти на мой след... – телефон
пискнул новым сообщением от Макса.
«На перемене сбор бойцов Сопротивления в бойлерной! Такое расскажу –
закачаетесь!»
– Тс-с-с, переведи телефон на беззвучный, – попросил Адриан. – На форуме я
писал со своего коммуникатора, поэтому меня пока не отследили. А мотив есть:
Натали плохо себя чувствует в последнее время, у неё может быть тяжёлая
болезнь, которую она ото всех скрывает, а у мадам Цуруги серьёзные проблемы
со зрением. Так что они вполне могли хотеть загадать желание, объединив
наши талисманы... Но откуда они вообще узнали об этом?
– Книга Хранителей, она есть у твоего отца. Он нашёл её, путешествуя по
Тибету. Вполне возможно, что Натали там же нашла брошь мотылька, если
ездила вместе с ним, и скрыла это от начальника. Кстати, а это многое
объясняет! – просияла Маринетт. – Смотри: твой отец вечно занят и твоё
наличие в комнате контролирует только секретарша, так? Поэтому твоё
отсутствие долгое время оставалось незамеченным, раз она сама была в это
время занята! У неё есть синяя метка, значит, хоть один талисман она
использовала. А тот факт, что тебя заперли в доме, говорит лишь о неминуемо
надвигающихся неприятностях. Вот-вот будет приведён в исполнение какой-то
новый план, от которого ты мог пострадать, находясь вне стен родного дома.
– Нет-нет-нет, это какой-то бред! У посинения меток может быть иная причина.
Отца на причастность к акуматизациям мы проверяли, а Натали... Она стала мне
приёмной матерью, всегда заботилась, интересовалась самочувствием и
настроением... это прекрасная женщина, которая ни капли не похожа на
злодейку, а тем более – на Бражника, которого мы видели своими глазами!
– Мы могли видеть не Бражника, а существо, созданное магией второго
талисмана - брошью павлина. Неужели всё это время нас водили за нос?
Заставили искать мужчину в маске, которого никогда не было... а в реальности
была женщина... Мы гонялись за тенью пера павлина! Вспомни: в день героев
один из Алых Бражников вообще оказался иллюзией. А тот факт, что кроме него
появилась гигантская бабочка, говорит, что талисманом павлина владели два
человека по очереди. Знаешь, потеряв зрение, я бы не отказалась получить
99/123

возможность снова увидеть мир, пускай и глазами сентимонстра.
– Всё логично... и мадам Цуруги переехала в этот город как раз незадолго до
появления Маюры, – они посмотрели друг на друга. – Кагами надо спасать!
– Прежде, чем спасать Кагами, надо понять, от чего, – произнесла Маринетт. –
Пошли сначала за Максом, и втроём – за Кагами.
– Согласен, но я в таком виде не пойду. Плагг, когти!
– Поддерживаю, – за дверьми действительно стало как-то шумновато, – толпа
школьников, прогуливающих уроки, не к добру. Тикки, давай!
Не успели они покинуть кабинку, как в соседней комнате послышался топот
нескольких пар каблучков. Героям пришлось забраться с ногами на унитаз,
ставший пьедесталом почёта, и замереть примерно в тех же позах, в которых их
запечатлел скульптор. Приходилось крепко держаться друг за друга, чтобы не
сверзиться со скользкой вершины славы. Кто-то начал торопливо проверять все
кабинки. Ручку их двери подёргали, но ломиться внутрь не стали. Обыскав
помещение, галдящая толпа схлынула. Похоже, фанатки прознали, где искать
своего кумира, и обыскивали коллеж. А, может, это были вовсе не фанатки?

100/123

Шокирующие открытия
В коллеже начала твориться какая-то дичь: ученики бегали, кричали,
несколько человек устроили массовую драку, со второго этажа через перила
скидывали стулья и учебники, а кто-то просто расселся на полу и заливался
слезами... в общем, всё было как обычно при атаках акуматизированных на
город. Медленно, по стеночке, герои дошли до выхода из здания и свернули в
подсобное помещение, где располагался штаб Сопротивления.
– Макс? Макс, ты здесь?! – дверь в бойлерную оказалась не заперта, а внутри
творился полный беспорядок. – О, нет, мы опоздали! Кто-то до нас всё тут
перевернул вверх дном!
– Ледибаг? Кот Нуар? – в дальнем тёмном углу кто-то зашевелится. – Как
хорошо, что вы здесь! Моим друзьям грозит беда! Одноклассники стали слышать
странные голоса в голове, но я ничего не слышу! И Марков не слышит, а ещё
мадам Менделеева тоже ничего не слышит. Похоже, это как-то связано с
метками: у кого они есть, те ведут себя неадекватно.
– Странное дело, а почему мы не слышим? – герои пожали плечами. – У нас же
есть метки.
– Пойдёмте за ответом в кабинет химии, без охраны я боюсь там появляться:
учительница заперлась в шкафу, а остальные ученики просто сходят с ума!
Будем надеяться, что они уже разбежались и я смогу добраться до своего
ноутбука, чтобы показать вам сделанное открытие, – Макс осторожно вышел к
лестнице, ведущей наверх. – Я приглашал Маринетт и Адриана, но они тоже
заражены нанонами и, похоже, уже не придут сюда. То, что я вам покажу, очень
важно и откроет глаза на многое!
– Твои одноклассники успели сказать нам, где тебя искать, – ответила Ледибаг, –
теперь нас трое и мы должны их спасти.
– Тебе удалось что-то вычислить по присланным фотографиям меток? – Коту не
терпелось узнать новости.
– Мне удалось узнать больше! И всё благодаря маленькому летающему котёнку.
Кажется, это твой квами?
– Мой... я прибью этого сыроеда за разгуливание по городу!
– Он гулял только по школе и забрёл в кабинет химии в поисках волшебного
сыра, где и встретил меня. Хорошо, что мы с мадам Менделеевой уже видели
подобных существ, поэтому знали, что следует помалкивать о нашей встрече.
– Как?! Она снова видела его? – над изысканным сырным меню древнего
существа нависла угроза: за такое неподобающее поведение можно было
запросто перейти на плавленые сырки. – Так и до раскрытия моей личности
недолго останется!
– Не ругай малыша, он очень помог продвинуться в исследованиях. От бывшей
охотницы на квами тоже нет смысла скрывать правду: без её знаний и опыта я
бы один не справился. Видишь ли, она тайно продолжила изучать биологические
101/123

образцы, оставшиеся на опустевшей тарелке от сыра. Именно благодаря этим
исследованиям нам удалось достаточно быстро разобраться, что к чему. Как
выяснилось, у образцов с тарелки оказалось много общего с основными
компонентами нанопрепарата. Не уверен, что мой ноутбук уцелел, поэтому
кратко, на словах сообщу вам, что входит в состав нанонов. Там обнаружились
странные белковые молекулы, похожие на ДНК динозавров, если не что-то более
древнее! Но для чистоты эксперимента нам нужен был свежий образец без
обломков молекул молочных белков и в чуть большем количестве, – почти без
боя троица добралась до разрушенного кабинета химии и зашла внутрь. – Всё,
что сделал твой квами – это просто плюнул в пробирку. Ну, а дальше наша
учительница и новейшее купленное оборудование выдали результат:
совпадение белков из его слюны с выделенными из нанонов достигло 89,99%. То
есть этот препарат был создан при непосредственном участии квами!
Макс покрутил в руках обрывок кабеля данных, торчащего из какого-то
громоздкого прибора, и начал рыскать по кабинету, заглядывая под усыпанные
битым стеклом и реактивами столы в поисках своего портативного компьютера,
оставленного включённым на столе после начала массового помешательства.
Ему было важнее спастись самому, чем спасти технику и данные, чтобы успеть
предупредить защитников Парижа о нависшей над ними угрозе. Макс ни на
секунду не останавливал свой рассказ, тараторя малопонятные термины и
опасаясь, что может просто не успеть поделиться с героями сделанным
открытием.
– А по не совпадающим частям молекулы удалось понять, что это был или петух,
или какая-то иная птица, по возрасту не уступающая самым первым рептилиям
на земле. Мне пришлось привлечь Маркова и попросить его послать запросы во
множество институтов, чтобы добыть эту информацию, – он наконец-то нашёл
свой ноутбук, на поцарапанном экране которого было много непонятной, но с
виду очень научной информации, пестрящей химическими формулами.
– Петух? – Кот не поверил своим многочисленным ушам: новости были реально
шокирующими и мозговзрывающими. – А это может быть Павлин?!
– Выходит, наноны – это новые нано-сентимонстрики?! – удивление Ледибаг
было не меньшим.
– И да, и нет, потому что здесь всё очень необычно, – Макс поправил очки и
пустился в пространные объяснения. – Обычно молекула ДНК представляет
собой длинную закрученную спираль, напоминающую спиральную лестницу. В
ней две нити, состоящие из молекул углевода дезоксирибозы и фосфата,
которые соединены парами из четырёх молекул, называемых основаниями. В
образце, который предоставил нам квами-котёнок, таких нитей-спиралей было
уже четыре. Причём две из этих спиралей – полные, а в двух других не хватает
молекул, они как бы открыты для приёма других фрагментов ДНК извне. Самое
интересное, что полные нити закольцованы, а это значит, что клетки данного
организма теоретически не должны делиться и стареть. Получается, их
обладатели могут жить вечно! Это же грандиозное открытие!
– Это все замечательно, но нельзя ли ближе к делу? У нас в городе акума и
большинство горожан явно не в себе, – прервала его Ледибаг. – С чем по итогу
нам придётся столкнуться? С армией неадекватов?
– Простите, я слегка увлёкся. Так вот, строение нанонов основано на тех же
102/123

принципах, которые я только что описал. Но, правда, есть ряд существенных
отличий. У них добавляется ещё одна, пятая, спираль, среди них нет
закольцованных и все они неполные. Видите, – Макс ткнул пальцем в экран, – тут
как бы четыре лесенки ДНК, но с одной общей стойкой. Прямо как на детской
площадке. Таким образом, если ДНК квами в сечении представляет собой
квадрат[8], то здесь мы имеем правильный крест, где каждая половинка
перекладины – это одна ДНК. Одна из четырёх лесенок заполняется частями
ДНК человека, сделавшего инъекцию, а другая берётся от человека,
вступившего с ним в непосредственный телесный контакт. Но зачем здесь две
остающиеся пустыми лесенки и от кого они должны заполниться – я не понял,
это осталось загадкой.
– Зато мы поняли, – ответили герои, переглянувшись, – ещё две добавляются от
наших квами, на короткое время, покуда мы пребываем в трансформации.
Сливаясь воедино с человеческим телом, они дают нам защиту, делая почти
бессмертными.
– Точно! – Макс хлопнул себя по лбу. – Я совсем упустил это из виду, хоть и сам
пользовался талисманом!
– А что будет, когда все-все спирали заполнятся и объединятся? – Нуар
предчувствовал какую-то неприятность, гораздо большую, чем все,
приключившиеся с ним за последнюю неделю.
– Не знаю, у меня ещё не было такого образца, – пожал плечами одноклассник. –
Тогда должен получиться полный набор, какая-то новая сверхмолекула, с
новыми, неисследованными свойствами!
– Я, кажется, догадалась... – Ледибаг испуганно прикрыла нос и рот сложенными
вместе ладошками. – Метка изменит цвет на синий, получится что-то вроде
амока, но нигде не сконцентрированного, а распределённого по всей крови в
нашем теле! Мы станем биороботами, аватарами... Сентимонстрами! Нас
заставят сражаться друг против друга и разрушить город!
– Хуже... – зрачки Кота из узких щёлочек постепенно превращались в овал, а
затем в полноценный круг, оставив от радужки тонкий ободок. – Нам простонапросто прикажут сдать свои талисманы... – Ледибаг посмотрела на него и с
ужасом отметила, что напарник на этот раз абсолютно прав.
– Значит, нам надо срочно передать талисманы кому-то, кто не делал прививку!
Например, Максу и Кагами.
– Я рад бы помочь, – Макс поправил очки на носу, – но увы, из меня крутой игрок
только в компьютерных играх, а фехтовать шестом я абсолютно не умею, –
заядлый геймер опустил голову.
– Миледи, он прав. Даже если я отдам талисман такой первоклассной
фехтовальщице, как Кагами, то не факт, что у неё будет столько же боевого
опыта, как у нас, – тут у Макса некстати запищал телефон, оповещая о новом
акуматизированном в городе. – Вот теперь у нас совершенно нет времени на
рокировку!
– Как-то очень вовремя этот акума нарисовался... То целый месяц без них, то
теперь через день. Похоже на очередную ловушку... – все трое смотрели выпуск
103/123

новостей, в котором телевизионщики показывали в записи момент
акуматизации: мотылёк вселился в очки Габриэля Агреста, беседовавшего с
Роджером Ренкомпри на повышенных тонах. За ними на кадре перед стеной
особняка виднелась яма-подкоп, возле которой толпились полицейские.
– Фух, нет, это не так страшно. Просто сегодня я помог Адриану сбежать из-под
гиперопеки отца, съёмки сорваны, вот акума и вселился в месье Агреста. Это
ожидаемо, не думаю, что оно являлось частью злодейского плана, потому что
побег сына явно стал для него неприятной новостью.
– Да? Ну, хорошо. Раз мы пока не попали ни под чей контроль, пойдём,
освободим несчастного дизайнера от акумы, – согласилась Ледибаг. – Теперь
понятно массовое сумасшествие: предположу, что данные ему суперсилы
позволяют как-то взаимодействовать со всеми, в чьей крови теперь течёт магия,
или это просто побочный эффект акуматизации...
***
Герои десантировались перед распахнутыми настежь воротами особняка и сразу
же попали в руки полиции.
– Мне придётся вас арестовать, потому что проникновение на территорию
частного домовладения, да ещё и похищение несовершеннолетних во Франции
считается уголовным преступлением! – обратился к ним месье Ренкомпри.
– Минуточку, мы прибыли сюда не для того, чтобы быть арестованными! В месье
Агреста вселился акума и лишь я могу очистить мотылька, – возразила Ледибаг.
– Акуматизация по закону не приравнивается к правонарушению, так что
человек имеет полное право быть под контролем акумы, пока его действия
остаются в рамках закона. А вас, юная Леди, вместе с напарником, я должен
доставить в участок и допросить.
– Безобразие! – возмутилась Ледибаг. – Давайте вы будете заниматься своими
делами, то есть поиском Адриана Агреста, а герои займутся своими
обязанностями и беспрепятственно очистят акуму. Тем более, что к похищению
Адриана мы не имеем никакого отношения! Может, он сам акуматизировался
после семейной ссоры и сбежал поутру? Я лично видела чёрную бабочку как раз
сегодня на рассвете и как раз около этого дома, – Ледибаг пыталась свалить всю
вину на злодеев и одновременно с этим подвести всех к мысли, что Адриану
помогли выбраться, подослав бабочку и дав силу Супер-Крота, а не он сам
откатаклизмил отчий дом.
– Здравствуйте, месье мэр, – Нуар обратил внимание, что Андре Буржуа тоже
прибыл на место ЧП вместе со взволнованной Хлоей, – полиция выказывает
намерение арестовать нас, представляете?!
– Совершенно верно, – мэр почесал метку на шее, – ваше поведение было
неприемлемым! Нельзя разрушать чужие дома, не имея лицензии на подобную
деятельность, разрешения на снос здания, заключения строительной комиссии,
справки о наличии у человека другого жилья, выписки о состоянии жилого
строения, документа о признании дома аварийным...
104/123

– Что?! – перебил его Нуар. – Усы, лапы и хвост – вот мои документы! Мы –
супергерои, а месье Агрест превратился в злодея, это его надо арестовывать! С
его акуматизацией люди стали слышать в своих головах странные голоса!
– Папа, пусть сперва найдут моего Эдрикинса! – Хлоя теребила отца за рукав. –
Они его ещё вчера украли!
– Мы никого не похищали! – подключилась Ледибаг. – Месье Буржуа, если по
городу будет разгуливать главный злодей, полиция тоже помешает нам в его
обезвреживании?
– Ну, вообще-то да. У нас не Средние века и больше нет статьи за
суперзлодейство, колдовство или применение чёрной магии, – развёл руками
мэр. – А вот ваши сегодняшние действия вышли за рамки допустимого. Роджер,
арестовать их!
– Но так же нельзя! Это нелепо! – фыркнул Нуар.
– Верно, так нельзя, – спорящие оглянулись и увидели Монарха, спрыгивающего
во внутренний двор особняка, – прежде чем Вы отправите их за решётку, я
должен забрать у них талисманы, чтобы детишки ничего ненароком не
натворили. Приветствую, коллега, – он пожал руку Коллекционеру, который до
сих пор стоял во дворе и ничего не делал, словно ожидая злодейского
подкрепления, – предлагаю каждому из нас взять себе по одному талисману,
чтобы предотвратить новые правонарушения.
– Вот это поворот... Супершанс! – Ледибаг не стала рисковать.
– Котоклизм! – напарник последовал её примеру.
– На этот раз вам не сбежать, – сенти-Монарх обнажил шпагу, вынув ту из
трости-футляра. Ставки на его победу были повышены.
– А мы и не думаем бежать! – Нуар тоже встал в стойку и раздвинул шест,
приготовившись отбиваться, но Ледибаг до сих пор думала, как применить
предмет из супершанса. – Или таки будем? – он покосился на напарницу. –
Какие-то сложности, Миледи?
– Зато у меня их нет, – сказал Коллекционер и нажал кнопку на своих
высокотехнологичных очках. Ледибаг увернулась, а вот мэр города, в которого
попал луч из очков, растворился в воздухе. Вместо него на землю упала лишь
плоская фотография 9х12. – Ха-ха, на этот раз у меня дистанционное
собирательство и я таки проведу запланированную фотосессию для своей новой
модной коллекции! Как вы на это смотрите? – герои кинулись в разные стороны,
а оба злодея погнались за ними.
– Миледи, давай поменяемся! – пыхтел Кот, еле успевая блокировать
сыплющиеся на него удары шпаги. Он постепенно отступал в сторону
напарницы и уже успел лишиться части хвоста. – Или моё кунг-фу оказалось
слабее, или же противник ежедневно тренировался.
– Не могу, у меня одна рука занята фоторамкой, которую я не знаю, куда
применить! – Ледибаг тоже приходилось несладко: она подпрыгивала как блоха
на сковородке, не позволяя попасть в себя лучом.
105/123

– Покажи, что дала нам удача? – Нуар смог раздвинуть шест и отшвырнуть
сенти-Монарха так, что тот в падении зашиб Коллекционера, а герои успели
встать рядом. – Это фото явно не для тебя. Покажи-ка его акуматизированному:
быть может, он узнает себя на снимке?
– Эй, очкарик, протри линзы и взгляни на это! – Ледибаг кинула в Коллекционера
пятнистой фоторамкой, а сама, освободив обе руки, раскрутила йо-йо как щит,
помогая уставшему напарнику защищаться от новой атаки Монарха.
Отразив нападение и осознав, что второй противник на время утратил к героям
интерес, Ледибаг перешла в контратаку, однако при попытке связать врага тот
довольно быстро выбрался из пут, распоров волшебную леску йо-йо как швейные
нитки. Впрочем, этой заминки было достаточно, чтобы Нуар кинулся на Монарха,
выставив вперёд руку с активированным кольцом, желая испепелить оружие
противника. В этот раз неудача постигла злодеев: Томоэ Цуруги, полностью
отвечавшая за действия сентимонстра, недооценила опасность и приказала
тому исполнить бросок через себя. В момент выполнения трюка опасный
талисман по касательной задел сентимонстра и магическая связь с амоком была
разорвана.
– Ужас! Я применил котоклизм к человеку! – Нуар отпрянул, глядя то на свои
руки, то на врага, которого хоть и не обратило в пепел, но серьёзно оглушило.
– Не страшно, у нас ещё есть пара минут и мой супершанс, чтобы всё исправить!
– Ледибаг метнула йо-йо как камень, сбивая брошь мотылька с сенти-Монарха.
Украшение упало на асфальт и раскололось, но злодей, вопреки ожиданиям, не
развоплотился, а квами не появился. – Ой-ёй, кажется, это не совсем человек...
наша догадка о его поддельности была верна...
– А если это сентимонстр, то я здорово его разозлил, – герои медленно пятились
назад, поняв, что от неуправляемого порождения магии можно ожидать чего
угодно. – У меня две подушечки, надо бы перезарядиться.
– Согласна, мне тоже... и йо-йо починить заодно, – произнесла Ледибаг, озираясь
по сторонам. – Есть идея! – она подбежала к стоящему полицейскому из
подкрепления, который тоже подвергся всеобщему сумасшествию и отчаянно
пинал сдувшееся колесо своего автомобиля, и бесцеремонно отобрала у того
наручники. – Простите, но мне это нужнее. Нуар, подстрахуй! – Кот вновь принял
удар на себя, кинувшись в атаку. После нескольких высеченных искр шест и
клинок скрестились: враги давили друг на друга, но их силы оказались
примерно равны. В этот момент Ледибаг беспрепятственно защёлкнула один
браслет наручников на руке сенти-Монарха. – А теперь подкинь нас! – крикнула
она, держа второй браслет и указывая свободной рукой на забор особняка с
торчащими из его верхней части металлическими прутьями.
– Будет сделано! – напарник, пользуясь разницей в росте, моментально присел и
бухнулся на спину. Сентимонстр, не сообразивший, что происходит, резко
потерял опору и завалился вперёд. Упасть ему не дал мощный толчок задними
лапами в живот, от которого тот подлетел вверх и впечатался спиной в бетон
забора. Подпрыгнувшая синхронно с ним героиня защёлкнула наручники на
ближайшем стальном пруте, торчащем вверх из бетонной стены, и враг оказался
подвешен за одну руку. – Просто блеск! Пусть повисит там до нашего
возвращения.
106/123

– Не забывай, Котик, у нас ещё акума, – Леди поспешила к воротам, где оставила
Коллекционера рассматривать семейное фото. Тот тихо сидел на мостовой,
положив очки рядом с собой, и поглаживал фотографию, не пытаясь нападать на
кого-либо. Подойдя ближе, герои поняли причину такого нетипичного
поведения.
– ... я не смог тебя уберечь, я не смог быть хорошим отцом для нашего сына, –
сокрушался он, – я не смог добыть два основных талисмана, чтобы вернуть
тебя... Зачем жить, зачем за что-то сражаться в мире, в котором я потерял
последнее, что было дорого мне?..
– Месье, если Ваша жена ушла навсегда, то даже объединение наших
талисманов не поможет её вернуть. Пора отпустить былое и продолжить жить
ради тех, кому Вы нужны, кто пока ещё рядом с Вами, – Ледибаг тихонечко
забрала очки с акумой.
– Да, Ледибаг права, – Нуар подошёл ещё ближе и, присев рядом, положил руку
на плечо Коллекционера. – У Вас всё ещё есть сын, который рассказал мне коечто. Он сбежал не потому, что разлюбил Вас, как отца. Он не выдержал
угрызений совести. Адриан сожалел, что по глупости подвёл Вас, поддавшись
повальной моде на метки. А ведь раньше он всегда старался быть примерным
сыном, хорошо учился, побеждал на соревнованиях, полностью выкладывался на
съёмочной площадке... В своём юном возрасте он понял, что именно это сделает
Вас счастливее, и старался ради этого каждый день: в коллеже и перед
камерой.
– Я хвалю его за успехи, но это не делает меня счастливее. Настоящим счастьем
был бы пикник на той самой поляне... это старое фото, последний снимок на
природе, где наша семья пока ещё вместе, – Коллекционер вновь провёл по
снимку рукой.
– Ну так устройте пикник ради сына, – героиня присела со второй стороны. –
Скажите ему то же самое, что сказали нам. Он поймёт и больше не будет
сбегать из дома.
– Верно, я так и сделаю. Возьму отпуск, и мы с ним поедем к морю. Спасибо, Кот
Нуар, за поддержку. Ледибаг, тебе спасибо за воспоминания, – он поднялся и
отдал пятнистую фоторамку. – Старый фотоальбом – это всё, что осталось у меня
от жены...
– У Вас остался сын, и, судя по фото, он очень похож на мадам Агрест. Ваша
любовь к жене привела к его рождению, а отказываясь от Адриана, Вы тем
самым отказываетесь от того, что Эмили оставила сберегать Вам, как самое
ценное, что у неё было, – после этих слов чёрная бабочка сама покинула
невредимые очки в руках героини и очистилась на лету. – Чудесная Ледибаг!
Героиня подкинула фоторамку, устраняя последствия драки, повредившей
несколько полицейских автомобилей. Когда они оглянулись, вместо сентиМонарха болтались пустые наручники, а ветер подхватил белое пёрышко и унёс
его прочь. На последних секундах пищащих талисманов герои забежали в
первый попавшийся узенький проход между домами, заросший со стороны
улицы пышным кустом жасмина, и почти синхронно детрансформировались.
Выдав своим квами заслуженное угощение, подростки хотели обсудить
107/123

дальнейшие планы, но им помешал голос, возникший прямо в голове:
«Ледибаг, Кот Нуар, вы должны явиться ко мне, кем бы вы ни были», –
прозвучало как новое задание почти сразу после развоплощения. – «Следуйте за
моим голосом, он приведёт вас к цели».
Если изначально массовое сумасшествие в городе, галлюцинации и голоса в
голове были вызваны активацией талисмана павлина, то с обладателями синих
меток, лишившихся магической защиты своих квами, дело обстояло намного
серьёзнее. Они являлись уже не бесконтрольно беснующимися сентимонстрами,
а настоящим торжеством синтеза современных технологий биоинженерии и
древней магии. Адриан с Маринетт взялись за руки и вышли из укрытия.
Подростки двинулись на зов, не смолкающий в их разуме. Собственные мысли
путались, вязли, перемешивались с чужими словами, превращаясь в голове в
полную кашу. Противиться странному зову и заглушить его силой воли они не
могли, равно как и ослушаться, двигаясь словно под гипнозом.
Квами поняли, что должны успеть что-то предпринять, но подопечные будто бы
не видели и не слышали их, синхронно шагая вперёд ради исполнения кем-то
отданного приказа. Тикки снова предложила Плаггу самый последний способ
повлиять на ситуацию, но как только они принялись вместе с ним стягивать
серёжки с мочек ушей, Маринетт стала сопротивляться.
– Плагг, Тикки, спрячьтесь по карманам и не смейте высовываться, пока вас не
позовут! Я запрещаю вам обоим притрагиваться к талисманам! – она являлась
хранительницей шкатулки, поэтому возразить существа ничего не смогли. Они
лишь с ужасом успели посмотреть друг на друга, прежде чем юркнуть в
карманы своих хозяев.
Подростки бодро следовали прямиком в лапы злодеев, и уже никто и ничто не
могло спасти героев от неминуемого поражения.

Примечание к части
Что представляли авторы, когда писали эту главу:
1) квадрат https://www.timberkitbuildings.ie/wp-content/uploads/2023/03/Four-sidedrope-ladder-Tuindeco-32x9955-1.jpg
2) крест https://www.ekopromstroy.com/images/catalog/img11895_original.png

108/123

Конфликт интересов
Завидя парочку подростков, идущую в особняк, один из полицейских
расплылся в улыбке:
– Месье Агрест, а вот и Ваш сын вернулся, да ещё и с подругой. Вы зря
переживали! Эх, молодёжь! Но всё равно потребуется заполнить и подписать
несколько протоколов, раз вызвали сразу несколько нарядов правоохранителей.
Следуйте за мной, в патрульной машине мы неспешно заполним все бланки.
Габриэль не стал возражать полицейскому, как и ранее не сопротивлялся своей
деакуматизации, которая шла чётко в порядке пунктов заготовленного с утра
плана. Сейчас ему нужно было вести себя как самому обыкновенному
законопослушному парижанину. Он взял из рук служителя закона стопку бумаг
и был готов заполнять их хоть до самого обеда. Его злодейский план уже был
приведён в действие и он успел на отлично отыграть отведённую ему роль отца
семейства. Будучи полностью уверенным, что помилованный им и не уволенный
Горилла в команде с двумя женщинами, обученными боевым искусствам, сможет
справиться с двумя беззащитными подростками, он достал ручку и принялся
заполнять протокол своим каллиграфическим почерком. Пройдёт совсем
немного времени, и талисманы окажутся у него в руках.
Откладывая в сторону очередной листок из худеющей стопки бланков, Габриэль
немного сожалел, что опоздает к кульминации событий. Он ждал своего
триумфа многие месяцы, так что может подождать ещё каких-то полчаса,
растягивая удовольствие от предвкушения торжественности момента, когда
верная секретарша передаст ему в руки три металлические побрякушки.
Сегодня всё будет кончено: он загадает желание и исправит этот мир,
несправедливо жестокий по отношению к нему. Вероятно, никто даже не
вспомнит о том, что был некий Бражник, с которым сражались двое героевнедотёп и у кого он в конце концов отобрал волшебные украшения. Не будет
воспоминаний о досадных провалах, о поражениях, не будет ничего такого, чему
был бы не рад обладатель полной шкатулки камней чудес. Надо только
подождать, совсем чуть-чуть, ведь герои не могли далеко уйти и сейчас
добровольно направляются прямиком в приготовленную для них ловушку.
***
По центру холла в особняке стояла женщина в длинном синем платье с юбкой,
похожей на хвост павлина. Она недавно отозвала амок, утратив связь с
сентимонстром, и теперь ждала, когда носители талисманов сами явятся к ней,
да ещё и с голодными квами, не способными моментально трансформировать их,
– всё шло по плану, пока в дом не заявились двое подростков.
– Адриан? – перепугалась Маюра, готовая увидеть входящим в эту дверь кого
угодно, даже воскресшую Эмили, но только не его. Она совершенно не
понимала, почему сын шефа совсем не испугался её павлиньему одеянию,
известному на весь Париж. – Хорошо, что ты вернулся. Ступай к себе, и
Маринетт уведи с собой, – надо было убрать подростков прочь отсюда.
– Как прикажете, наша повелительница, – произнесли подростки синхронно.
109/123

– Стойте! Идите ко мне!
– Будет исполнено, – сказали они и сделали несколько шагов вперёд.
– Нет, это бред какой-то, этого не может быть... – Натали запаниковала. – Вы не
можете быть героями... стоп, это какая-то ошибка... Кот Нуар спасал тебя от
Горизиллы...
– Ждём новых указаний, – подростки стояли как роботы, с лицами, не
отображающими никаких эмоций: ни страха, ни удивления.
– Если ты – это Кот Нуар, то Габриэль столько времени потратил, изобретая всё
новые и новые способы, чтобы уничтожить родного сына... – лепетала Маюра.
«Мне тоже не хватает Эмили, и я готова идти до конца», – в её голове всплыла
фраза, сказанная менее часа назад своему шефу. – «А действительно ли я пойду
до конца? И кому или чему сегодня будет положен конец?» – неожиданный
поворот событий полностью выбил её из колеи. – «Стоит ли вообще продолжать,
если талисманы – всего лишь способ достижения счастья в отдельно взятой
семье? А что Габриэль сделал за последний год для обеспечения счастья своему
сыну?» – тут Натали вспомнила жалобы Нууру на жестокость хозяина, а ещё
запрет начальника в отношении сына на общение с милой одноклассницей,
которая мальчику вроде как нравилась. – «Он несчастен сам и неосознанно
старается сделать всех вокруг себя – несчастными. Думает только о своей мести
героям, уже сжил со свету жену, маниакально разрушает город и спокойную
жизнь других людей ради заполучения этих проклятых талисманов... Что же
этот ненормальный загадает, когда добьётся своего?!»
Женщина смотрела и не верила своим глазам: тот маленький светловолосый
мальчик, за которым она обещала присматривать Эмили, когда той не станет,
стоял перед ней с полностью подавленной волей. Она отметила, что это давно
не мальчик, а юноша, который вот-вот превратится во взрослого и
самостоятельного кота мужчину, не нуждающегося в заботе няни. С одной
стороны, Натали пообещала Эмили, что никому не даст её сына в обиду, с другой
– она обещала шефу, что добудет волшебные талисманы. Кто же знал, что два
данных обещания позже вступят в конфликт?! Габриэль хоть и был строг к сыну,
но до недавнего времени вёл вполне себя адекватно. Однако информация,
полученная напрямую от взволнованного Нууру, говорила о том, что этот
человек сильно изменился, причём далеко не в лучшую сторону.
Теперь она уже не была настолько уверена, что хорошо знает своего шефа. Но
что было бы, если Эмили осталась жива, а её супруг оказался в саркофаге в
подвале? Воображение напрочь отказывалось рисовать подругу юности в
одеянии фиолетового мотылька, выпускающую чёрных бабочек ради разрушения
города. Наверное, поэтому у Эмили вырос сын – настоящий супергерой.
Оставалось самой решиться, на чьей стороне выступить: откровенного зла, где
желание вернуть любовь фактически вытеснилось другим желанием –
абсолютной мести всему миру, или же на стороне героя, стоящего перед ней –
ради светлой памяти его матери и данного ей обещания.
– Дуусу, детрансформация, – наконец произнесла Маюра, почувствовав, что
слабеет. Появившийся квами, увидев чужих, спешно спрятался за стоящий
неподалёку диванчик.
110/123

– Ой, а где это мы? – первой очнулась Маринетт.
– Кажется, мы пришли ко мне домой. Отец дома? Он сильно ругался? Натали?
– Мадемуазель Санкёр, вам плохо? – подростки успели подхватить
покачнувшуюся секретаршу и не дать ей упасть.
– У неё уже были подобные приступы дурноты, – пояснил Адриан, – врачи не
знают, в чём дело, а она сама не раскрывает причины, – держа за руки, они
довели секретаршу до диванчика.
– Я не должна была говорить. Это всё из-за повреждённого талисмана, –
произнесла она не своим голосом.
– Но почему же Вы только что об этом сказали, если не должны? – удивилась
Маринетт.
– Вы спросили, а я не могу не ответить.
– Сперва отец, теперь она... Сегодня день откровений? – Адриан прощупал пульс.
Он был слабый, но ровный, а сами руки у Натали казались просто ледяными.
– Нет, не откровений. Сегодня – последний день героев. Они должны явиться
сюда и отдать мне, кхе-кхе, – её голос стал совсем хриплым, – свои талисманы,
чтобы я смогла вернуть к жизни жену своего шефа.
– Она бредит! Побудь с ней, я принесу стакан воды, – Адриан отпустил её руку и
убежал на кухню. Девушка стала подпихивать подушку под голову женщины,
видя, что Натали потихоньку теряет сознание.
– Маринетт? Что ты здесь делаешь? И куда подевалась мадам Цуруги? –
секретарша была немного растеряна и дезориентирована.
– Мадемуазель Санкёр, что с Вами? Вы очень бледны, – Маринетт оглянулась на
голос и увидела мать Кагами, выходящую из соседней комнаты. – Я вижу, вам
нездоровится?
– Вы... видите?! – это было очередное чудо, происходящее в необычном особняке.
Вернувшийся с водой Адриан был удивлён не меньше девушки.
– Да, всё благодаря нанотехнологиям и исследованиям, которые спонсировал
Габриэль Агрест. Наноны – это их заслуга! На самом деле мы пытались создать
подобие стволовых клеток, только более высокотехнологичных и управляемых, и
начали эксперименты с лечения моей слепоты. Зрение удалось вернуть не
полностью, но эффект усиливается с каждым днём. Так что это никакое не чудо,
а успехи генной инженерии.
– Лечение слепоты? Стволовые клетки? А разве наноны не должны формировать
пятна на коже? – мадам Цуруги улыбнулась такому наивному вопросу девушки.
– Мало кто знает, что появление меток на коже стало лишь побочным эффектом
курса лечения, реакцией иммунитета, которая сродни аллергии на чужеродный
белок и на вторые сутки полностью проходит. Это они виноваты в посинении
места укола, которое по ошибке принимают за кровоподтёк, синячок от
111/123

лопнувшего сосуда. Но ведь синяк не мог проявляться поголовно у всех людей,
сделавших инъекцию, верно? – эта простая и дико логичная мысль вызвала
небольшой ступор.
– То есть метки на коже – это просто побочный эффект, как... как обыкновенная
сыпь? И никакого сакрального смысла в метках нет и быть не может?! Вот это
да... – Маринетт до сих пор не могла поверить, что общее умопомешательство на
метках было всего лишь очередным заблуждением. Кагами рассказывала, что ни
одна клиника не могла помочь её маме, поставив жирный крест даже на
надежде исцеления. Отсутствие же белой трости было неоспоримым фактом,
доказывающим, что к женщине в самом деле вернулось зрение. Эта
восстанавливающая способность сенти-нанонов была покруче, чем магия её
серёжек созидания.
– Да, Маринетт, повторюсь, метки на коже – это действительно обыкновенная
аллергия на чужеродный белок, получаемый тобой при контакте от второго
человека. Более того, препарат, который все колют себе ради получения меток,
вообще был из первой неудачной партии. Как мы выяснили, всё дело было в
недостаточной очистке лекарства на последней стадии производства: на одном
из этапов сепарации была грубо нарушена технология. Побочный эффект от
бракованных нанонов в виде появления меток был практически 100%, а вот
лечебный эффект минимален: полезность находилась на уровне прививки от
простуды. Собственно, мы списали всю партию и готовились её уничтожить. Это,
конечно, потребовало бы незапланированных затрат на утилизацию
биоматериала, помимо тех огромных сумм, что уже были вложены в его
производство. Что поделаешь, – Томоэ развела руками, – при отработке
прорывной технологии такое часто случается. Но месье Агрест очень
оригинально решил эту проблему. Он по своему усмотрению слегка
модернизировал формулу препарата и через знакомых в шоу-бизнесе в короткий
срок ввёл моду на метки.
– Вы продавали неизвестное вещество, не прошедшее тестирование на
безопасность?! – челюсть у Маринетт отпала окончательно.
– Признаться честно, да. Спрос был настолько огромен, что пришлось выпустить
ещё несколько партий такого недоочищенного лекарства. По сути, теперь это
были просто отходы производства, остающиеся на фильтре после
приготовления основного препарата с высоким лечебным эффектом. Нам даже
пришлось выпустить последнюю партию в виде плохо растворимых таблеток, но
это ничто по сравнению с тем, какую общечеловеческую ценность мы получили
на выходе. Мы получили полезный выход всего 2%, зато чистейших нанонов: в
них спасение для человечества, и по очень доступной цене. Ведь столь редкое
лекарство было оплачено теми, кто поддался моде на метки.
– Мадам Цуруги, Вы же любите прямолинейность? – начал Адриан, наконец-то
отдав Натали принесённый стакан воды. – Давайте начистоту, – ему что-то
сильно не понравилось в поведанной истории. – Вы же несколько раз были
акуматизированы и пытались забрать талисманы у героев Парижа. Это как-то
связано к тем, что к Вам вернулось зрение?
– Какой смышлёный юноша! Теперь я понимаю, почему моя дочь восхищалась
тобой, – улыбнулась Томоэ. – Связано лишь отчасти. Бражник, а затем Монарх,
хотел объединить талисманы и загадать желание, одно эгоистичное желание.
Из телепатического общения с ним мне стало ясно, что волшебные серёжки
112/123

могут пригодиться одной фирме по производству лекарств для тяжелобольных
людей. Я приняла акуму в надежде, что с помощью их магии созидания нам
удастся не только возвращать утерянное здоровье, но и чудесным образом
выращивать инвалидам новые руки и ноги! Так что можете не одобрять моё
сотрудничество с главным злодеем, но оно могло дать людям многое, очень
многое, вплоть до бессмертия. Я лишь хотела сделать так, чтобы в итоге
серёжки и кольцо достались учёным, а не суперзлодею. Дело в том, что даже со
своей слепотой я видела гораздо дальше и поняла, что талисманы помогут
исполнить желания многих людей, если не всего человечества, если их
использовать грамотно.
– И принести ещё больше страданий из-за перенаселения, нехватки еды и воды,
новых войн за истощающиеся ресурсы... – вздохнула Маринетт. – Хотя я
полностью Вас понимаю! Случись что с моими родными, я бы тоже объединила
талисманы, не задумываясь о последствиях.
– Да, это понятно даже такому ребёнку, как ты, – согласилась Томоэ, – поэтому
наши исследования остановились на лечении врождённых недугов. Но платой за
использование первой партии нанонов стали метки на коже, хоть они и спасли
при этом несколько жизней совсем безнадёжных пациентов. Возможно, позже у
них проявятся и другие непредсказуемые эффекты. Поэтому я запретила своей
дочери увлекаться не до конца отработанной и слабо изученной технологией,
как просила и Габриэля запретить некоторым людям делать инъекцию, в
особенности – его сыну.
– А что за голоса в голове? Это тоже побочный эффект? – поинтересовалась
Маринетт. – Сегодня многие ученики жаловались на это. У кого можно узнать
подробности, насколько это опасно? – в этот момент Натали отдала опустевший
стакан Адриану, и их руки соприкоснулись.
– Это опасно только для носителей волшебных украшений, в не активированном
состоянии работающих как приёмники и усилители сигнала. У простых людей
голоса довольно скоро проходят и вспоминаются как дурной сон, – неожиданно
для всех произнесла Натали. – Я могу контролировать лишь тех, у кого есть
синяя метка, и то только в первую неделю после её появления, потом их
иммунитет выработает антитела и разорвёт связь.
– Вам не стоит разглашать подобные подробности посторонним, – нахмурилась
мадам Цуруги.
– А? Какие подробности? – Адриан отвёл руку со стаканом, а Натали,
освободившейся рукой поправила свои очки.
– Я сказала что-то лишнее? – секретарша как будто бы не находилась всё это
время вместе со всеми. Она спешно прикрыла ладонями брошь павлина.
– Бесполезно скрывать то, что перестало быть секретом, – Маринетт попыталась
убрать руку Натали с броши, – или Вы станете отрицать свою
заинтересованность в талисманах?
– Мне приказано до последнего скрывать свою причастность, – тон голоса
женщины опять сменился на чужеродный. – Габриэль запретил мне
использовать наноны одновременно с талисманом, предвидя сильную обратную
связь, но я нарушила запрет. Он не знал, что – кхе-кхе – что у меня месяц назад
113/123

обнаружили неизвестную болезнь. Врачи лишь разводили руками, а я не могла
им сказать, что это – не вирус, грибок или бактерия, а прямые повреждения от
магии, которые не способна исправить даже чудодейственная сила Ледибаг. Я
использовала талисман павлина, чтобы тайно выкрасть из лаборатории ампулу с
нанонами. Раз вред организму причинила магия, то и вылечиться от последствий
возможно только магией того же квами. Мне было очень страшно, я не могла
допустить, чтобы после ухода матери Адриан потерял ещё и меня, – трое
слушавших её переглянулась.
– Вы помните, как я вернула в этот дом книгу о супергероях? – уточнила
Маринетт, всё ещё держа Натали за руку. – Тогда месье Агрест сказал, что
нашёл эту книгу во время путешествия. Неужели, вместе с книгой он нашёл
один из талисманов? Или талисман павлина подобрали Вы и скрыли от
начальника? – поток вопросов лишь нарастал. – Но раз он запретил испытывать
на себе действие нанонов, опасаясь связи с магией, то он однозначно знал
личность Маюры, не так ли? – по лицу Натали было видно, что она
сопротивляется, не желая отвечать, но её попытка не увенчалась успехом.
– Верно, брошку подобрала именно я, пока Габриэль был занят рассматриванием
диковинной книги. Без инъекции нанонов у меня был максимум месяц в запасе, –
кхе-кхе, – а недавние анализы показали, что тело стало восстанавливаться,
приступы удушающего кашля случаются всё реже, – тут секретарша посмотрела
на девушку и на то, что их руки соприкасаются. – Прошу, разорви телесную
связь: твоя метка заставляет меня рассказывать то, о чём другим знать не
стоит, – Натали поморщилась, не желая отвечать на вопрос об осведомлённости
шефа. Адриан напрягся. Маринетт уступила, а женщина спешно отстегнула и
отдала ей брошь. – Спасибо. Оказывается, этот талисман является мощным
активатором нанонной связи, причём в обе стороны. Зря я со всем этим
связалась... м-м-м, – она потёрла виски, – голова раскалывается! Надеюсь, я не
сболтнула ничего лишнего?
– Натали, с уходом моей мамы ты фактически заменила мне её, – Адриан встал
так, чтобы все собеседники могли хорошо его видеть. – Мне стала понятна цель,
ради которой акуматизированные охотились за талисманами дни и ночи
напролёт. Это очень человечная цель, способная избавить тысячи людей от
страданий, и ради этого я могу простить многое... кроме лжи, – он сделал паузу,
собираясь с духом и с мыслями: где и у кого находилась брошь мотылька он не
знал. – Я вижу, что на тебе была брошь павлина. Чуть раньше в этом доме мне
попался на глаза квами мотылька, – это стало неожиданной новостью,
спутавшей взрослым все карты. – Натали, мадам Цуруги, скажите, можете ли вы
прекратить эти опасные опыты с магией и вернуть все похищеные у Ледибаг
талисманы? – последовала более длительная пауза. Все поняли, что юноша
знает больше, чем должен знать, но пока что молчали. – Хорошо, задам вопрос
иначе. Мадам Цуруги, Ваша дочь будет сильно переживать, когда в один
несчастливый день получит известие о моей безвременной кончине?
– О чем ты говоришь?! Подобными вещами нельзя шутить! – возмутилась Томоэ,
пропустившая самое начало и причину возвращения юноши домой.
– Видимо, сильно. Хорошо. Натали, а будешь ли ты так же сильно жалеть о моём
уходе и попытаешься ли вернуть меня, привлекая магию объединения
талисманов?
– Адриан, ты что, решил наложить на себя руки только из-за того, что твой отец
114/123

высказался против Маринетт? – испугалась Натали. Она тоже не совсем
понимала, к чему он клонит. После разрыва связи с талисманом в её голове
поселились пульсирующая боль и полный туман: секретарша осознавала, что не
может вспомнить части последних событий, и никак не могла восстановить
ясность ума. Она с огромным для себя трудом осознала три факта: брошки на
ней уже нет; Адриан вернулся домой целым и невредимым; ей опять поплохело,
а ничего не подозревающие подростки, зашедшие в дом, нашли её в
предобморочном состоянии и дотащили до дивана.
– Я просто хочу, чтобы вы оставили меня и мою девушку в покое, – Адриан стянул
рубашку через голову, и всем стала видна ярко-синяя метка в форме йо-йо у него
на груди. – Как минимум, трое из нас в курсе, что это означает. Пора прекратить
это безумие! Из-за стремления завладеть талисманами приёмная мать идёт
против сына, а родная мать в погоне за сверхтаблеткой своими действиями
может отнять у своей дочери лучшего друга! Мы зря забываем о неминуемой
расплате за исполнение своих желаний, – в холле повисла такая тишина, что
даже писк пролетающего комара показался бы слишком громким. – Да, мне
доверили кольцо разрушения, но не для того, чтобы ввергнуть этот мир в хаос, а
наоборот, чтобы вернуть его из того хаоса, который вы творите! Поверьте, я
буду с честью выполнять свой долг, и либо отдам своё кольцо Хранительнице
вместе с остальными талисманами, либо после очередной атаки
акуматизированного Ледибаг снимет его с бездыханного тела погибшего
напарника. Решать вам, но другим способом вам его не добыть. Плагг,
трансформация! – он подошёл к Маринетт и молча забрал у неё волшебную
брошку. – Я верну талисман Хранительнице. Пойдём, Маринетт, взрослым нужно
много чего обсудить без нашего присутствия. Скажи, у тебя дома ещё остались
молоко и те самые слойки?
– Адриан, постой, а что мне сказать твоему отцу? – спросила Натали. Кот
остановился и обернулся к секретарше.
– Передай, что я не вернусь в этот дом, потому что не хочу больше сидеть
взаперти. На случай, если он не в курсе и вы бессовестно использовали его
втёмную, просто скажи, что я устроил подростковый бунт и отправился в
пекарню портить свою идеальную фигуру не менее идеальными булочками. А
если он хочет и дальше снимать меня в рекламе, то пусть сделает Маринетт
вторым лицом компании. Она – не менее талантливый дизайнер, а её эскизы
смотрятся более современно, чем последняя коллекция моего отца.
Выходя из особняка, Маринетт и её напарник обменялись взглядами с
растерянным месье Агрестом, поднимавшимся по ступенькам родного дома.
Нуар ничего не сказал ему, а просто взял девушку на руки и с помощью шеста
спешно покинул это гиблое место.

115/123

Примечание к части Авторы потратили новогоднюю ночь на правки ради
подарка своим любимым читателям! (^_^)

Прощание с прошлым
Том Дюпен на удивление спокойно воспринял новость, что знаменитый
супергерой побудет у них в гостях, и даже предложил ему оценить новый
рыбный пирог. Глава семьи расшаркался за сорванный им тогда, на балконе,
ужин и просил не сердиться на его вспыльчивый характер и чрезмерное
опекание своей дочери. Похвалив талант пекаря и отвесив низкий поклон
хозяйке дома за её великолепный восточный чай, гость пожелал вместе с
полным подносом угощений подняться в комнату Маринетт, как он сказал: «Для
продолжения тогдашней несостоявшейся беседы».
Маринетт, в свою очередь, предупредила родителей, что к ним вполне возможно
приедут секретарша или телохранитель из особняка Агрестов, а то и Ледибаг
может пожаловать в поисках напарника. И вообще, если кто-то будет
спрашивать её или Адриана, попросила родителей постучаться в люк и
сообщить об этом – мол, после акуматизации месье Агреста Адриан боится отца
и близкий друг его скрывает ото всех (то, что друга зовут Плагг, она всё же
умолчала). Девушка не исключала, что отец начнёт искать беглеца по знакомым
и одноклассникам, но друзей таким тиранам не выдают, особенно если тем
грозит домашнее заточение. Родители лишь пожали плечами – это была не
первая странная просьба дочери – и предпочли оставить ситуацию на откуп
супергероям.
Как только молодые поднялась на третий этаж и закрыли за собой люк в полу,
девушка призвала Тикки.
– Фух, так мне намного спокойнее! Пусть талисман теперь у нас, но я не хочу
вновь слушать этот противный голос в своей голове, – с облегчением выдохнула
Ледибаг.
– Похоже, магия квами защищает нас от многого, вот поэтому я и
трансформировался, – потянулся Кот, но внезапно застыл с поднятыми вверх
руками. – Постой, что значит «вновь»? Ты опять кого-то слышишь? Голос
потребовал у тебя серёжки?
– Нет, наоборот, много извинялся. Это началось на половине пути сюда. И теперь
это мужской голос, но кому он принадлежал – не могу понять. Похоже на то, что
я испытывала, когда однажды словила акуму, но сейчас это больше как старое
радио: тихое и далёкое лепетание, на которое можно не обращать внимания.
Если при создании нанонов использовался не только квами павлина, но и квами
мотылька, думаю, что вторая брошь была недавно активирована и со мной
пытались осторожно связаться на тему капитуляции и отступных. В общем,
ждём гостей.
– Да уж, запутанная история получается... До сих пор не могу поверить, что
Бражник никогда не существовал и мы гонялись даже не за тенью бабочки, а за
ветром от взмаха её крыльев! Кто бы мог подумать, что не имеющая связи с
реальностью гипотеза о сентимонстре получит подтверждение! Нас одурачили с
первого дня, с самого-самого начала... Я только сейчас начал понимать, зачем
было устраивать такое эффектно-показушное появление злодея на публике, ещё
116/123

тогда, когда мы впервые встретились.
– Ага, отличная маскировка представиться негодяем противоположного пола,
чтобы на тебя даже подумать не могли, – закивала Леди. – Но я точно помню, что
при акуматизации голос в моей голове был мужской...
– Значит, всякий раз Натали создавала подконтрольного сентимонстра и
выдавала ему брошь мотылька. А если они с мадам Цуруги менялись брошками,
то можно было создать сразу двоих сентимонстров. Интересно, если выдать
созданному сентимонстру талисман павлина, то он сможет создать ещё одну
свою копию?
– Что?! Да ну тебя, Нуар! Скажешь ещё, так же можно наклепать огромную
армию!
– А я о чём! Но, раз армии мы до сих пор не встретили, нам повезло. У меня пока
общая картина в одном не сходится: если у отца была книга о талисманах,
значит, он был в курсе, у кого брошки, но почему-то покрывал весь этот цирк...
Почему? Он же не мог не знать! Как минимум, перед большинством нападений
на город меня пытались запирать дома.
– Кажется, об этом ты сам можешь его спросить, – прокомментировала Ледибаг,
выглядывая в окно. Мимо коллежа в сторону пекарни проехала знакомая
машина.
– Думаешь, сознается?
– Кто знает, он сейчас на эмоциях может наговорить много чего. Не каждый
день узнаёшь о том, что твой сын – супергерой, – Леди подошла к люку в полу и
приоткрыла его. Снизу донеслись голоса. – Да, похоже, это твой отец. Не
возражаешь, если я останусь в комнате на время вашего разговора? – она
закрыла люк и, выпрямившись, встала рядом.
– Без проблем. Останови меня, если он вдруг перевоплотится и попытается
отобрать мой талисман, – Нуар взял в руки шест и раздвинул его, репетируя
холодное приветствие, – боюсь, что на этот раз я смогу зайти слишком далеко и
вылить на него весь свой негатив, скопившийся за многие месяцы.
– Ты всё же думаешь, что он причастен? Но у нас нет против него прямых улик,
хотя... Супершанс! – в руки упала пустая шкатулка со множеством ящичков. –
Ого! Магия намекает на что-то интересное. А если нет, то хоть будет чем
восстановить дом после вашей... эмм, лёгкой беседы.
Снизу постучали.
– Войдите!
Нуар приготовился встречать гостей прямо напротив входа, а Ледибаг отложила
шкатулку и встала сбоку, оказываясь за спиной врага и готовясь в любой момент
пресечь попытку нападения. Но то, что произошло дальше, стало для обоих
полной неожиданностью.
– Сынок! – только что поднявшийся по ступенькам Габриэль кинулся к Коту и
обнял того, стиснув сильно-сильно. А чтобы скомпенсировать разницу в росте,
117/123

мужчине пришлось встать перед ним на колени. – Прости меня, я и думать не
мог, какому риску подвергаю тебя своим молчанием! Я знал, всё знал, и пытался
уберечь тебя, держать подальше от талисманов, которые уже погубили твою
маму!
– Моя... мама? Это случилось по вине талисманов? – герои переглянулись.
– Да, всё получилось совершенно случайно. Мы тогда не могли связать
состояние её здоровья и то, что она однажды использовала брошь павлина в
личных целях. А когда поняли, метаться было поздно! Тогда я пообещал ей, что
никогда больше не притронусь к талисманам и ничего не скажу тебе, чтобы не
было соблазна использовать их, – он всё ещё крепко сжимал своего сына в
объятиях. – Но другие люди не давали клятвы не притрагиваться к магии, а меня
заставили молчать... Вот, – он отстранился и достал из кармана небольшую
брошку-цветок, которую Ледибаг узнала по фотографиям Эмили Агрест, – это не
просто брошь, которую твоя мама постоянно носила, это – предмет с амоком!
– С амоком? Мама использовала брошь павлина... – кошачьи зрачки расширились.
– Только не говори, что это было как-то связано с моим рождением!
– О, нет! Нет, что ты! Ты родился обычным ребенком, – Габриэль сам был малость
шокирован предположением сына о его появлении на свет, – амок был создан
годом позже. Когда мы уезжали в очередную деловую поездку по Азии, Эмили
наняла телохранителя для тебя, потому что наша семья уже стала известна и
богата, приходилось усиливать меры безопасности. Она не сказала мне, что
верный охранник на самом деле – порождение магии павлина. Поездок
становилось всё больше и больше, а твоя мама, Адриан, хотела всё время быть
рядом, видеть тебя, слышать тебя, и поэтому слишком часто пользовалась
талисманом, который оказался повреждён. Мы думали, что она чем-то
заразилась в последней поездке, но всё оказалось намного хуже. Я понял это
лишь тогда, когда она совсем слегла, но врачи только и могли, что развести
руками... Я не уберёг её, но хочу сберечь хотя бы тебя! Талисманы в машине.
Адриан, возьми брошку и прикажи водителю принести их сюда.
– Как? То есть мой телохранитель – это... это сентимонстр?! Мой личный
сентимонстр?! – не поверил Нуар.
– Да. Как только замолчал его создатель, так онемел и он. Увы, я не знал, где
амок, а Натали догадалась первой. Именно она в последний год являлась
хозяйкой амока, и если бы я пошёл в полицию или рассказал эту тайну кому-то
из героев, то не знаю, чем бы это обернулось для нашей семьи... и для тебя.
Меня вынудили молчать и держали под постоянным надзором.
– Отец, этого не может быть! Перестань! Натали – одна из самых добрых и
чутких женщин, она фактически стала мне приёмной мамой! А ты говоришь, что
она бы приказала моему телохранителю сделать с нами что-то плохое!
– Да, так и есть. А её проницательность и чуткость – это прямое следствие
приобретённой волшебной способности читать чужие эмоции. Знаешь, ещё до
твоего рождения мы с мадемуазель Санкёр учились вместе. Так вышло, что я не
замечал скромную отличницу, сидящую прямо за мной, за второй партой, – тут
Ледибаг закатила глаза, предположив, что у Агрестов это наследственное, –
потому что постоянно засматривался на соседнюю первую парту с двумя
сёстрами-двойняшками. Когда я основал свой бизнес, а Натали искала работу,
118/123

конечно же я согласился нанять её секретаршей, как старую знакомую. Только
позже я понял, что Натали была влюблена в меня ещё со школьной скамьи. А
осознание пришло тогда, когда моя секретарша, заручившись поддержкой
телохранителя, силой заставила отдать ей талисманы мотылька и павлина. Она
видела, как мы с тобой опечалены безвременным уходом Эмили и решилась на
отчаянный шаг... Это великая женщина, которая пошла на преступление ради
восстановления нашей семьи. Но для этого же я должен был хранить молчание.
– То есть ты... не был Бражником? – сын задал самый волнующий его вопрос.
– Был. Однажды я нарушил данное слово. Помните последнего продавца цветов?
Это моя работа. Но я не просил добыть талисманы, я лишь...
– Попросил вернуть тебе любовь и жену, – перебил его Кот, – акуматизированный
так и сказал, чем сильно удивил меня. Он совсем не хотел со мной драться, как
предыдущие злодеи...
– Да, именно. Мне удалось уговорить Натали остановиться и на месяц отдать
мне обе броши, чтобы я нашёл решение. Тем более, у неё тоже начала
кружиться голова и случались приступы тошноты от постоянного использования
обеих брошек. В итоге, переведя книгу Хранителей, я смог восстановить
талисман павлина, а ещё с помощью мадам Цуруги мы нашли лекарство, чтобы
прекратить эти приступы и обмороки, – сегодняшний день однозначно побил все
рекорды по услышанному количеству чудес, произошедших в отдельно взятом
городе. – Самое замечательное, что это же лекарство помогло хотя бы частично
вернуть потерянное зрение мадам Цуруги. Поэтому она больше не
поддерживает идею о крайней необходимости завладения главными
талисманами: она сконцентрировалась на исследовании новых квами, поэтому
остальные талисманы долгое время находились в распоряжении её талантливых
учёных-генетиков.
– Но месье, почему Вы не попытались сопротивляться или хоть как-то бороться?
– Ледибаг не верила его словам. В голове не укладывалось, что рассказанное
может оказаться правдой.
– Пытался! – Габриэль встал и повернулся к Лебидаг. – Боюсь, ежедневное
использование двух талисманов, особенно неисправного второго, влияет на
сознание и делает человека малость сумасшедшим. Помните Горизиллу? В тот
день я смог найти, где секретарша прячет брошку Эмили с амоком, но это чуть
не обернулось трагедией! Она поставила целью вернуть себе контроль над
телохранителем любой ценой, акуматизировала его и тот грозился скинуть
моего сына с макушки небоскрёба!
– Не может быть! То есть может, я прекрасно помню, как еле успела подхватить
Адриана, но зачем это ей?! – день становился всё чудесатее и чудесатее.
– Я же сказал, Натали конкретно чокнулась с этими брошками! Когда я посмел
пригрозить ей, что отдам амок только Ледибаг, после чего она прошипела, что я
сильно пожалею и у меня будет лишь несколько секунд на принятие верного
решения. Будучи явно не в себе, она приказала Горизилле бросить Адриана вниз.
А тебя, Ледибаг, выпустили лишь после того, как я вернул нашей Бражнице
пульт управления сентимонстром, – рассказанное повергло героев в шок. – Но
сразу после развоплощения у Натали снова случился приступ, а когда она
пришла в себя, то не смогла вспомнить ни точную дату, ни что делала в
119/123

последние пару дней. Её сознание мутнело с каждым акумой. Лишь после
инъекции нанонов провалы в памяти прекратились, а Натали постепенно стала
приходить в себя и не теряться в пространстве после каждого перевоплощения.
– Да, это опасно, я сама на себе испытала действие нескольких талисманов, –
задумалась Ледибаг. – Прошлый хранитель предупреждал об этом, просил
одновременно использовать не более одного волшебного украшения, особенно
нетренированным людям.
– Вот именно! Я ведь тоже пару раз думал, что смогу получить от акумы силу и,
завладев вашими талисманами, загадать желание... Но позже понял, насколько
это глупая затея. А ещё, пока я работал с Томоэ Цуруги над созданием
нанопрепарата, мне было очень приятно проводить исследования вместе с ней.
Она растила свою дочь Кагами без мужа и за этот месяц показала мне, что
именно желание жить ради своего будущего и будущего своей дочери сделало
её той, кем она является сейчас: преуспевающей бизнес-леди, основателем
новой перспективной компании по разработке уникальных лекарств, дарящих
надежду на долгую и счастливую жизнь.
– А она не станет просить, чтобы талисманы остались у неё, а квами – стали
зверьками для опытов? – прищурилась Ледибаг.
– В этом нет необходимости, наноны уже созданы. Я лишь хочу, чтобы вы
простили Натали. Первые разы она действительно поступала из лучших
побуждений, желая воссоединить нашу семью, а вот потом её как подменили...
Суд присяжных вряд ли примет в рассмотрение тот факт, что тёмная сторона
магии затуманила её разум и подчинила себе. Сейчас, после пятинедельного
перерыва, она снова стала той самой доброй и пунктуальной секретаршей,
которой я хочу передать половину своего бизнеса, ведь она столько хорошего
сделала для развития дома моды. А с мадам Цуруги я открою французский
филиал клиники восточной медицины и буду финансировать её исследования.
– Хорошо... Но пообещайте, что Вы больше не станете заставлять своего сына
сниматься в рекламе хоть одежды, хоть лекарств, и вообще, разрешите ему
самому выбирать то, кем он будет, когда станет совершеннолетним, – поставила
условия Ледибаг, у которой уже попискивали серёжки.
– Согласен! – Габриэль протянул руку в знак примирения. – Раз больше нет
опасности нападения акум, то у меня нет больше причин держать сына под
защитой бетонных стен, – когда он убрал руку после рукопожатия, то героиня
увидела, что он передал ей маленькую фиолетовую заколку – талисман
мотылька принял сейчас скрытый вид. – Я буду рад выслушать идеи сына
относительно нового, более молодёжного, дизайна его комнаты. Если, конечно,
он готов простить меня за то, что узнал всё именно так, как случилось сейчас...
Надеюсь, что после ремонта он всё же захочет вернуться в свой родной дом.
– Умение прощать – это показатель силы настоящих героев. Плагг,
детрансформация, – парень снял с себя кольцо и передал Ледибаг, у которой
волшебный костюм держался на последней точке серёжек. – Да, отец, конечно, я
вернусь! – уже будучи без острых когтей, он обнял родителя.
– Только зови меня папой.
– Хорошо, папа, я вернусь домой сегодня к вечеру. А пока мне надо обсудить
120/123

варианты дизайна моей комнаты с Маринетт.
– Я рада, что вы примирились. Тогда... я сбегаю, позову Маринетт, она была на
кухне, – Ледибаг быстро вымелась из комнаты, чтобы покормить квами и почти
сразу вернуться.
– О, Маринетт, – Адриан подмигнул вошедшей девушке, – папа разрешил мне
сменить скучный серый цвет стен в комнате. Ты ведь поможешь мне с дизайном?
– Разумеется! Твоя комната будет такая же замечательная, как моя! То есть
полностью нежно-розовая и в сердечках! – Агресты синхронно удивлённо
посмотрели на неё. – А что? Я только что с трудом поверила своим ушам и
рассказанной истории глазам, что первый дизайнер Парижа и его сын – кумир
подростков – пришли в мой скромный дом с дружеским визитом! Так почему же
вы мне не верите, что розовый станет лучшим цветовым решением?
– Может... хотя бы красный? – робко возразил Габриэль, как истинный знаток
модных цветов.
– Верно! Красный в чёрный горошек! – загорелся Адриан, а его отцу стало дурно
от такой безвкусицы.
***
После дружеского семейного чаепития в семье Дюпэнов, Адриан попрощался с
хозяевами и сел в машину, захлопнув дверцу, а Маринетт нашла в себе смелость
притормозить Габриэля прямо на выходе из пекарни:
– Месье Агрест, у меня всё же остался ряд вопросов... Первый: зачем Вы солгали
сыну? Второй: сколько ещё сентимонстров в Париже? Третий...
– Обождите, – он остановил поток вопросов одним жестом, – я поступил так по
совету Натали. Она сама настояла на том, чтобы взять всю вину на себя, за что я
ей очень благодарен. Украшения и книгу я вернул. Поэтому прошу Вас, юная
Леди, не стоит задавать лишних вопросов. Поверьте, некоторые ответы могут
сделать Адриану очень больно.
– Понимаю... он всё ещё верит Вашим словам, и поэтому мне следует
придерживаться озвученной версии, не так ли?
– Совершенно верно. Ведь я, Вы и Натали действительно любим его за редкую
открытость, детские наивность и простодушность, поэтому давайте не станем
огорчать мальчика. Оставим всё плохое позади ради нормализации будущего.
– Тогда... раз Натали всё взяла на себя, то, может быть, Вы обратите на неё не
только профессиональное внимание? – Маринетт осмелела окончательно. – Я
видела синюю метку прямо у неё на груди, а это чего-то, но стоит, – судя по
реакции мужчины, информация о наличии и местоположении метки была для
него совершенно новой. Габриэль смутился и задумался. – Она не разлюбила Вас
даже после всех злодеяний.
– Однажды мой сын сказал, что будет рад, если мы с ней станем официальной
парой, – месье Агрест пощипывал рукой свой подбородок. – Но я был очень
121/123

увлечён гонкой за талисманами и застрял в прошлом... Похоже, даже без
талисмана змеи жизнь подарила мне второй шанс, – он выпрямился и поправил
очки на носу. – С этого дня я постараюсь по минимуму вмешиваться в личную
жизнь сына и займусь своей. У меня лишь одна просьба к Ледибаг: пусть она
продолжит защищать Адриана от всех бед так же, как раньше защищала своего
напарника, – естественно, он уже догадался о её личности, чем вызвал лёгкий
румянец на щеках девушки.
– Обязательно, месье Агрест. Даю слово Хранительницы.

122/123

Сноски:
[1] собирательный термин, обозначает страх прикосновения любых людей
[2] эта часть писалась до выхода финала 5го сезона, где таки была толпа зомби,

но идеи совпали
[3] глава писалась до того, как самокаты в Париже запретили
[4] Баг = жук, Буу = звукоподражание пугающих звуков: «бу-у-у»
[5] чтобы сделать такое тесто дома, потребуется несколько часов
[6] такова жизнь
[7] слова Змея-искусителя: "и вы будете, как боги, знающие добро и зло" (лат.)
[8] картинки см. внизу главы

123/123